Боль… Одиночество… Желание смерти в столь юном возрасте. Месяц Майя сидела на холодном бетонном поле, мечтая лишь о том, чтобы мучения наконец закончились.

Голод... Холод... Воздух пропитан запахом плесени. Нос уже привык, но теперь она чуяла эту вонь от себя. Опустошённость внутри, и не только от голода. Её яркая, жизнерадостная душа медленно покидала тело, оставляя лишь безэмоциональную оболочку.

«Почему? Почему никто не хочет забрать меня отсюда?» — жалобно думала Майя.

Пятилетняя девочка, привязанная к столбу, молила Бога о спасении из этого ада.

«Почему матушка не хочет меня забрать?»

Её густые чёрные волосы утратили шелковистость: их кое‑как обкромсали, вырывали с кожей. Маленькое тело в порезах, перебинтованное грязными тряпками, пропитанными кровью. Из неё день за днём вырезали куски плоти, вырывали ногти.

И каждый день в голове стучал один вопрос: «Почему? Почему именно я?»

— Она - само очарование!

Восклицали люди, глядя на Майю Инферналес.

Майя - дочь министра Андраса Инферналеса и его супруги Барбело Инферналес.

— Самый одарённый и красивый ребёнок в мире!

Не уставали восхищаться окружающие.

Нежная белоснежная кожа от матери. Прямые густые чёрные волосы, как смоль, от отца. Андрас никогда не стриг волосы, и Майю называли его кукольной копией. Пухленькие мамины щёчки и алые папины губы делали её похожей на фарфоровую куклу.

— Ангел воплоти!

Повторяли все, кто её видел.

У родителей тёмно‑карие глаза с оттенками красного. Но у Майи… Её глаза были золотыми, как азотик‑топаз. На солнце они переливались розовым и зелёным, сверкали, словно тысячи осколков радуги. Издалека казались янтарными, но вблизи поражали необычностью. Никто не понимал, откуда у неё такие глаза.

К несчастью, мать Майи умерла, не дожив до её двухлетия. Погибла в автокатастрофе. Долгое время отец и дочь не могли справиться с болью. Спустя лишь два года Андрас нашёл женщину, способную подарить Майе материнскую любовь. Пенелопа стала его женой и мачехой девочки. Она старалась заменить мать, хотя не всегда получалось.

От матери Майе остался белый камень. Андрас прикрепил его на ямку между ключицами. Майя не помнила, когда он появился, но казалось, что был с ней всегда. Она пыталась снять его, но безуспешно: камень словно приклеился. Почему он держится? Зачем он на ней? Майя задумывалась, но, не получив ответа от отца, перестала спрашивать. Камень был почти незаметен и не мешал.

С детства Майю считали гением, одарённым всеми талантами. Танцы, пение, рисование. Всё давалось ей легко! Её феноменальная память изумляла: достаточно было взглянуть на сложную формулу пять секунд, и она решала её, не подглядывая.

В четыре года Майю отправили в лицей для особых детей. Она чувствовала себя белой вороной среди серых голубей. В первый же день двое мальчишек, едва она переступила порог класса, рассмеялись:

— Ха‑ха! Ну ты посмотри, что за кукла!

— О! Точно кукла! Ха‑ха‑ха!

Они изображали очки, строили гримасы, явно намекая на её необычные глаза.

— М-м…

Промычала Майя, безразлично глядя на них.

Она привыкла к насмешкам. Домашние преподаватели тоже говорили о её глазах, называя их экстравагантными.

Девочка не стала отвечать на попытки её затронуть, вышла из класса, но звонок заставил вернуться. Сев у окна, она положила голову на ладонь, наблюдая за осенью. Листья меняли цвет. Тёплый ветер срывал их, унося в вихре. Уборщик собирал опавшую листву в кучу.

Через несколько минут вошла учительница. На ней строгий чёрный брючный костюм: тонкий пояс, рукава до локтя, английский воротник. Движения нервные, будто это её первый рабочий день.

— Д‑доброе утро. Я ваша учительница на эти два года. Меня зовут Элис Бернулли.

Поздоровалась она, села за стол и продолжила:

— Для начала я бы хотела познакомиться со всеми вами.

Она взяла список и начала называть имена. Дети вставали, представлялись. Когда очередь дошла до Майи, девочка поднялась с улыбкой и поприветствовала учительницу:

— Это я. Приятно с вами позн…

— Так кукла говорить умеет?

Не удержавшись, выкрикнул тот самый нахал, что первым дал Майе обидное прозвище. Несколько детей засмеялись.

Лицо Элис мгновенно изменилось, словно никакого волнения и не было. Она нахмурилась и строго посмотрела на мальчишку:

— Что за разговоры? Если хочешь поговорить, так выходи к доске и решай задачу.

Мальчишка замялся, а его смеющиеся приятели тут же притихли.

— Ну вы сами посмотрите, она же реально как кукла.

Пробормотал он, пытаясь оправдаться.

Учительница осталась непреклонной. Она велела ему подойти к доске и решить задачу. Задание было не из простых - уровень двух классов старше, хотя и подходил для «особых детей» лицея. Мальчик беспомощно уставился на доску, затем опустил голову:

— Я сдаюсь.

Весь красный от стыда, он побрёл к своей парте. Элис проводила его взглядом, в котором ясно читалось: «Что и требовалось доказать».

— М-да уж. Как за партой смело говорил, а теперь? Садись. Я после уроков позвоню твоим родителям. Похоже, тебя отправили не в то учреждение.

Несмотря на первый рабочий день, на нервозность и волнение, сейчас она выглядела строже, чем многие учителя, отработавшие здесь годами.

Мальчишке стало не по себе: его так легко унизили, и теперь все наверняка считали его слабаком. Как часто бывает в подобных ситуациях, ему захотелось переключить внимание и обвинить ту, из-за кого всё началось. Он возмущённо ударил кулаками по парте:

— Так нечестно! Во всём виновата эта девка с кукольными глазами! Пусть она теперь и отдувается! Да и кто вообще может решить эту задачу? Мы же в первом классе!

Элис тут же принялась отчитывать его за неподобающее поведение.

Наблюдая за этой сценой, Майя захотела поставить его на место. Всё же этот цирк не может продолжаться вечно!

Как только заскрипел отодвигаемый стул, мальчишка и учительница обернулись к ней. Майя спокойно подошла к доске и чётко написала ответ. Затем повернулась к Элис:

— Учитель Элис, можно мне решить более сложную задачу?

Дети зашептались, переглядываясь и обсуждая Майю. Элис была поражена её решительностью. Она подошла к столу, взяла учебник для первого класса и принялась искать подходящее задание.

Майя заметила, что учительница выбирает задачу для первоклассников. Девочка огорчённо вздохнула и сама подошла к столу.

— Ещё труднее.

Тихо, но твёрдо произнесла она.

Элис замерла, наблюдая, как Майя просматривала все учебники, выбирая подходящий. Девочка остановилась на сборнике задач по физике, том самом, который принесла учительница.

Держа книгу в руках, Майя мысленно усмехнулась: «Зачем она взяла это для первоклашек? Не знаю и знать не желаю. Та-а-ак, посмотрим».

Она пролистала до конца и выбрала первую попавшуюся сложную задачу. Отдав учебник, вернулась к доске и начала писать задачу и решение.

Все дети замерли, следя за ней с удивлением и восхищением. Когда Майя закончила, Элис проверила ответ и подтвердила, что решение верно! У одноклассников буквально отвисли челюсти.

И тогда учительница произнесла те самые слова, которые Майя уже не раз слышала:

— Определённо одарённый ребёнок!

Майя направилась к своей парте, стряхивая мел с пальцев. На ходу она бросила взгляд на того самого нахального мальчишку и победно ухмыльнулась. Он лишь гневно смотрел на неё, стиснув зубы, лицо пылало от ненависти.

«Вот смотри, как надо, а не твои: „кукЬлЯ, кукЬлЯ, она винАвата!“» — мысленно передразнила его Майя.

Так прошёл её первый день в лицее. Вскоре по школе поползли слухи об одарённом «ангеле», поступившем в первый класс. Дети стали заговаривать с Майей… и тут же просить списать. В итоге она снова оказалась в одиночестве, бродила по коридорам, словно одинокий волк. Хах…

Спустя месяц учёбы Майя увлеклась танцами. В танцевальном зале всё было продумано для детей: просторная площадка, пианино, зеркала и даже компьютер с колонками, можно было выбрать любую музыку.

Включив Ashrsm, Майя начала исполнять бальный танец. Учитель Форд не раз говорил, что она танцует, как лебедь на глади озера. Он предлагал ей записаться в специализированные танцевальные кружки, но Майя отказывалась.

«Я бы пошла, но у меня и так мало свободного времени. Вся эта учёба и дополнительные занятия меня доконают… И так редко вижусь с папой, а тут ещё больше времени хотят забрать!» — мысленно возмущалась Майя всякий раз, когда ей предлагали новое занятие.

Хотелось высказать это вслух, но из‑за стеснения Майя могла лишь тихо отказать.

Её размышления прервал скрип открывающейся двери. Майя остановилась и обернулась на звук. Дверь медленно отворялась, издавая противный скрежет.

«И кто же решит мне серенаду спеть?» — мелькнуло у неё в голове.

Из проёма появилась девочка примерно её возраста: смуглая, с блестящими кудрявыми волосами. На ней было чёрное платье с пышными рукавами‑фонариками и алым кружевом по подолу. Она звонко воскликнула:

— О… Я думала, здесь никого нет!

«А музыка что? Пустое место для тебя?» — невольно подумала Майя, но не придала особого значения неожиданному визиту. Она продолжила танцевать, привычно ожидая очередного предложения «подружиться».

Девочка закрыла дверь и подошла ближе, внимательно наблюдая за движениями Майи.

— Вау! Ты так классно танцуешь!

— Спасибо.

Сдержанно ответила Майя, гадая: искренен ли восторг или это просто лесть.

На мгновение она задержала взгляд на незнакомке, размышляя: «Интересно, какой она национальности? Молдаванка? Испанка? Итальянка?.. Точно не француженка, но что-то из романской группы».

Если девочка приехала из другой страны, Майя, увлечённая этнографией, могла бы задать ей десятки вопросов. Но, осознав, что слишком пристально разглядывает гостью, она смущённо покраснела и вновь сосредоточилась на танце.

Незнакомка тем временем не сводила с неё восхищённого взгляда, то приближаясь, то отступая, изучая танец с разных ракурсов. Это одновременно смущало и озадачивало Майю: «Зачем она так пристально смотрит?»

Внезапно девочка без тени стеснения спросила:

— А можно с тобой потанцевать?

Майя замерла, бросив на неё озадаченный взгляд. В голове пронеслось: «Что?!»

Но гостья, не дожидаясь ответа, направилась к компьютеру.

— Х-хэй! Я же ещё ничего не сказала!

Попыталась остановить её Майя.

Однако девочка уже включила Despacito. С улыбкой она подбежала к Майе, взяла её за руку и повела в центр зала.

— Повторяй за мной.

Майя смутилась, замялась, но тёплая улыбка девочки немного разрядила обстановку. Неуверенно приняв нужную позу, она приготовилась следовать за партнёршей. С первыми тактами музыки незнакомка пустилась в зажигательное фламенко.

«Испанка…» — тут же догадалась Майя.

К её удивлению, повторять движения оказалось приятно. Она даже начала получать удовольствие от танца!

— Меня зовут Нерия.

Представилась девочка. Майя немного помедлила, но всё же ответила коротко:

— Майя.

Лицо Нерии озарила лучезарная улыбка.

— У тебя красивое имя, такое весеннее!

Майя колебалась: стоит ли заводить дружбу, если многие потом пытаются ею воспользоваться? Но в этой девочке не чувствовалось подвоха. Слишком светлой и искренней она казалась!

Слегка улыбнувшись, Майя ответила:

— У тебя тоже очень красивое имя.

С тех пор они часто приходили в зал, чтобы вместе танцевать и просто веселиться. Нерия заставила Майю выучить все движения их народного танца, но она и не была против.

Благодаря Нерии Майя стала чаще смеяться и находить радость в самых обычных вещах.

Прошло больше полугода. Наступила тёплая майская весна. В выходные Майя, Андрас и Пенелопа отправились в загородный дом, окружённый густым лесом. Здесь можно было отдохнуть от городской суеты и вдоволь насладиться природой. Правда, Андрас нередко оставался в городе или запирался в кабинете, и это огорчало Майю. Виделись они лишь за завтраком и ужином.

В очередной приезд в загородный дом Андрас, как обычно, направился в кабинет под предлогом: «Нужно немного доделать документы, а дальше я весь ваш». Да-да… если бы. На деле отец работал до потери пульса. Был ещё вариант поиграть с Пенелопой, но она пошла спать. Вот и что она ночью-то делала?

Девочка устроилась в главном зале на диване, читая книгу. Она лежала на животе, рассеянно качая ногами, в лёгком белом платье. В комнате стоял глянцевый журнальный столик, два больших дивана‑лофт и камин с телевизором над ним. Два стеллажа, прежде забитые отцовскими документами, теперь ломились от книг. Майя постепенно вытеснила бумаги своими томами.

Спустя пару часов после приезда Майя положила голову на сложенные руки и погрузилась в мысли: «Опять папа в выходной уделяет время не мне и Пенелопе, а работе… Понимаю, дело важное, но мы так давно не проводили время вместе».

Переосмыслив сказанное, она пробормотала:

— Была не была.

Захлопнув книгу, Майя швырнула её на столик. Так продолжаться не могло! Всем нужен отдых, а отец вот‑вот доведёт себя до изнеможения. Сжав кулаки, она твёрдым шагом направилась к кабинету.

«Попрошу его провести время со мной в эти выходные. Потом уже пусть делает что хочет», — решила она, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Вот только вся решимость тут же улетучилась. У двери кабинета Майя замерла, охваченная страхом. А вдруг он откажет? Или скажет, что вынужден уехать в город и сейчас некогда дурачиться?

Но отступать уже не хотелось. Глубоко вдохнув, она постучала. Из‑за двери тут же донеслось нервное:

— Входи.

Майя приоткрыла дверь и робко выглянула.

Андрас сидел за заваленным бумагами столом, держась за лоб и нервно постукивая ручкой. Воздух в комнате будто сгустился от напряжения. У Майи по щеке скатилась слеза.

«Я выбрала не лучшее время… Он меня убьёт!» — пронеслось в голове.

Отец поднял взгляд и убрал руку со лба. И, увидев свою дочь, его лицо мгновенно изменилось. Вместо гневного «Я убью тех, кто напортачил в документах» на лице его появилась щенячье: «Ой, моё солнышко пришло».

— Майечка, что ты хотела?

Она вошла, тихо прикрыв дверь. Заложив руки за спину, Майя принялась раскачиваться вперёд‑назад, избегая смотреть отцу в глаза.

— Я просто подумала… Ты всегда занят работой, и мы редко проводим время вместе, даже в выходные.

Сглотнув, она шагнула ближе и подняла на него взгляд:

— Я хочу провести эти выходные с тобой!

Андрас окинул взглядом высокую стопку бумаг на столе.

— Давай чуть позже? Я постараюсь закончить быстрее.

Он уже потянулся к документам, но Майя топнула ногой. Отец вздрогнул и вновь посмотрел на дочь. Её брови опустились. В глазах больше не было надежды, только злость и разочарование. Она решила пойти ва‑банк.

— Ты же знаешь, что в понедельник мой день рождения, и мы не сможем провести его вместе. Поэтому я хочу провести эти выходные так, будто это мой праздник!

Андрас замер, озадаченно глядя на неё. Обычно тихая Майя сейчас пылала гневом. Это было на неё не похоже!

— Хочешь, я возьму выходной на твой день рождения?

Предложил он. И Майя закричала, срывая голос:

— Опять не сможешь! Умоляю тебя, папа! Хотя бы сегодня!

Его рука дрогнула. Дочь, которую он безмерно любил, с мольбой смотрела на него. В глазах четырёхлетней девочки читалось отчаянное ожидание.

Глубоко вздохнув, он улыбнулся и тёплым голосом согласился:

— Хорошо, пойдём проведём время вместе.

Майя засияла от счастья и одарила его лучезарной улыбкой.

— Спасибо, папочка!

Она запрыгала от радости, а отец подошёл к ней и погладил по голове.

— Чем хочешь заняться первым делом?

— Ехех!

Майя широко улыбнулась и слегка сморщила нос. По этому знакомому жесту Андрас сразу понял: затевается что‑то нечистое!

Теперь они сидели на полу в гостиной. Майя аккуратно заплетала волосы Андраса в косички, украшая их розовыми цветочками. На виске отца нервно вздулась вена, но он удерживал милую улыбку ради любимой дочки.

Майя напевала весёлую мелодию и плавно покачивала головой, и в комнате сразу создалась атмосфера домашнего уюта. Закончив с последней косичкой, она завязала её розовой резинкой и с гордостью объявила:

— Всё готово. Иди смотрись!

Андрас встал и подошёл к большому зеркалу у выхода. В зеркале он увидел голову, усыпанную маленькими косичками с яркими цветочками. Повернувшись к Майе, он с едва дрогнувшей бровью поинтересовался:

— М‑м, и сколько на моей голове косичек?

Майя, продолжая покачиваться, с невинной улыбкой ответила:

— Не зна‑а‑аю, я перестала считать на двадцати. Ехехе!

Андрас представил, сколько времени уйдёт на распутывание всех косичек, и с усмешкой добавил:

— И ты предлагаешь мне потом самому всё это распутывать?

Майя посмотрела на него своими милыми глазками и пообещала:

— Если я не усну, то обязательно помогу папочке. А так матушка тебе точно поможет.

Андрас криво улыбнулся, подумав: «Она определённо надо мной издевается…»

Вдруг Майя нахмурилась и, скрестив руки на груди, заявила:

— Да и то, у папы ведь такие красивые волосы. Зачем их расплетать?

Андрас взял несколько косичек, доходящих ему до поясницы, и задумчиво посмотрел на них. Затем монотонно произнёс:

— Надо постричься.

— ЧЕГО?!

Майя принялась колотить его кулачками, но удары были настолько слабыми, что не смогли бы повредить даже муху. Андрас рассмеялся:

— Да не буду я их постригать, успокойся!

Майя замерла и посмотрела на него блестящими глазами:

— Точно?

Андрас приподнял уголок рта и, закрыв глаза, выдохнул:

— Да-да!

Ей этого оказалось достаточно. Майя успокоилась и, схватив его за руку, предложила:

— Тогда пошли гулять! Как раз время для вечерней прогулки.

Она потянула его за собой, но Андрас даже не сдвинулся с места. Майя остановилась, замерев с поднятой ногой в направлении входной двери.

С каменным лицом Андрас отчеканил:

— Я в таком виде не пойду.

Майя бросила на него сердитый взгляд, и между ними завязался спор:

— У тебя нет выбора.

— Есть.

— Нет.

— Есть.

— Нет.

— …— …

Они замолчали. В конце концов Андрас согласился. Они начали собираться, и ему пришлось выйти на улицу с косичками на голове.

Когда дверь открылась, на веранде их встретил телохранитель. Он тут же поклонился и начал:

— Добрый вечер, сегодня, как обычно…

Взгляд Андраса и телохранителя скрестились. Лишь Майя, счастливая, выделялась в этой неловкой атмосфере. Мужчина с короткой стрижкой приложил кулак ко рту и прокашлялся:

— Кхм!.. Господин Андрас, вам…

— Заткнись.

Оборвал его Андрас, излучая злобную ауру.

Телохранитель покрылся испариной. И отец Майи продолжил:

— Сегодня я пойду гулять с Майей, поэтому ты свободен.

Мужчина поклонился и отступил назад.

Майя и Андрас отправились на прогулку. Каждый выходной, приезжая сюда, Майя ходила гулять по лесу вечером. Раньше её всегда сопровождал телохранитель, но теперь очередь перешла к главе семьи.

Шагая по лесной тропинке, они любовались пейзажем.

— А здесь красиво.

Произнёс мужчина, слегка улыбнувшись. Он перевёл взгляд на дочь, что шла с довольным видом и лёгкой походкой.

— Ага, я здесь часто гуляю.

Ответила Майя.

Свежий весенний воздух обволакивал их, наполняя лёгкие прохладой и ароматами природы. Вдали среди деревьев раздавалось мелодичное пение кукушки, словно напоминавшее о быстротечности времени. Лес вокруг казался бесконечным: его зелёные кроны создавали причудливый узор, играя светом и тенью.

Отец и дочь продолжали идти по широкой вытоптанной лесной дорожке, погружённые в свои мысли и наслаждаясь моментом. Андрас невольно улыбнулся, вспомнив прошлое. Он посмотрел вперёд и сказал:

— Ты, наверное, не помнишь, но раньше мы с тобой и твоей мамой гуляли здесь каждый вечер.

Майя удивлённо посмотрела на него:

— Правда что ли?

Он кивнул:

— Ага.

Майя задумчиво опустила взгляд, пытаясь вспомнить маму: «Я помню лишь смутно мамино лицо. Точно знаю, что у неё были тёмно‑бордовые волосы до плеч и глаза, как у папочки. Но я уже не помню, какой она была».

Под влиянием этих мыслей вопрос вырвался сам собой:

— А какой мама была?

Андрас задумался, машинально схватив себя за подбородок. В глазах мелькнула тень давних воспоминаний.

— Хм… Она была совершенно такой же, как и ты. Такая же жизнерадостная и светлая, что даже глаза слепит.

Он посмотрел на дочь с теплотой, и на губах проступила едва заметная улыбка, та самая, в которой смешивались нежность и боль.

— Иногда смотрю на тебя и вижу именно её.

Майя удивлённо распахнула глаза. Она‑то привыкла слышать, что похожа на отца до последней черточки.

— Так мы так сильно с ней похожи?

— Ага…

На мгновение в глазах Андраса промелькнуло что‑то неуловимое, пустота, наполненная невысказанной болью. Но он тут же спрятал это за мягкой улыбкой.

— А знаешь, я, пожалуй, теперь буду гулять с тобой тут чаще.

Лицо Майи вспыхнуло, словно маленькое солнце.

— Что, серьёзно? Правда‑правда???

— Да.

— Ура!

Она запрыгала на месте, рассыпая смех, как звонкие бусинки. Андрас не сдержал улыбки и поторопил:

— Пошли домой, темнеет уже.

— Пошли!

Они двинулись обратно по тропинке. Майя, не умолкая, щебетала о школьных днях, подпрыгивая впереди. Но вдруг Андрас резко остановился. Его тело напряглось, взгляд метнулся в сторону, будто уловил что‑то за пределами слышимого.

— А ещё мне часто говорят, что я могу стать хорошей танц…

Заметив, что отец замер, Майя обернулась:

— Ты что стоишь? Пошли давай!

Она схватила его за руку, пытаясь потянуть вперёд, но он стоял неподвижно, как скала. Андрас медленно перевёл на неё взгляд и, стараясь сохранить спокойствие, произнёс:

— Не бери в голову, всё хорошо.

Они продолжили путь, но через пару минут Андрас снова замер. На этот раз его насторожил едва уловимый шорох за спиной. Он резко обернулся, и в тот же миг мир будто остановился.

Что‑то невидимое, но смертельно опасное пронзило его голову. Боль взорвалась внутри, будто раскалённый нож вонзился в мозг. Не успев даже вскрикнуть, он начал падать, чувствуя, как сознание тает, а тьма поглощает его.

Майя обернулась. Сердце оборвалось. Отец падал. Из его глаза торчала стрела, выпущенная из арбалета. Время застыло. Цветы, украшавшие его волосы, разлетелись, словно яркие бабочки, обречённые на гибель.

Андрас рухнул на спину. Кровь хлынула из раны, растекаясь по лицу, заливая глаза и щёки. Она капала на землю, пропитывая её, образуя тёмную лужицу. Розовые цветочки, ещё мгновение назад такие весёлые, теперь беспомощно плавали в этой лужице, оседали на плечах Майи, на её оцепеневших руках.

Майя не могла пошевелиться. Ужас сковал её тело, превратил в ледяную статую. Она смотрела на отца, и мир вокруг распадался на осколки.

Губы дрожали. Глаза наполнились слезами, горячими, жгучими, они стекали по щекам, размывая реальность. Но она даже не пыталась их стереть.

— П‑папа?..

Прошептала она, и голос разбился о тишину.

Андрас посмотрел на неё. Его губы дрогнули, пытаясь что‑то сказать, но глаза уже не могли сфокусироваться. В них читалась боль и невысказанная любовь.

И тут из‑за кустов вышел мужчина. В его руках дробовик. Он шагнул вперёд, поднял оружие, направил прямо в грудь Андрасу.

Грохот выстрела разорвал тишину. Эхо разнеслось по лесу. Вдали взмыли птицы, хлопая крыльями, спасаясь от кошмара, вторгшегося в их мир.

Майя почувствовала, как рушится всё. Мир трещал по швам, а в ушах звенели тысячи колокольчиков, пронзительно, невыносимо. Тело не слушалось. Разум тонул в ледяном ужасе.

— Папочка?..

Сжимая его руку, снова прошептала она, но ответа уже не было. И никогда не будет.

Мужчина с дробовиком шагнул ближе. Его рука потянулась к Майе, холодная, безжалостная.

Всё поплыло перед глазами. Не только слёзы размывали картину. Сознание ускользало, оставляя её одну в этом кошмаре. Дыхание прерывистое. Сердце колотилось так бешено, что казалось, оно вот‑вот разорвётся. Она попыталась встать, но ноги превратились в желе. Губы дрожали, слёзы продолжали течь, стирая границы реальности.

В голове - хаос. Вопросы без ответов: «Что произошло? Кто это? Почему?»

Давление подскочило, голова кружилась. Мир сузился до точки, где были только она, мёртвый отец и человек с оружием.

Чуть отойдя от ступора, она схватилась за сердце, переводя взгляд на мужчину. Его рука уже была в считанных миллиметрах от неё…

Нарастающий шум в ушах разрывал сознание, будто тысячи игл впивались в мозг. Майя с трудом пробудилась ото сна. Веки казались свинцовыми и предательски смыкались, лишь на мгновение позволяя разглядеть размытые пятна окружающего мира.

Наконец ей удалось приоткрыть глаза чуть шире. Сфокусировав взгляд, она обмерла.Холодное, грязное, заброшенное здание. Стены, покрытые плесенью. Воздух, пропитанный сыростью и гнилью. Каждый вдох отдавался в лёгких тяжёлым, тошнотворным привкусом разложения.

Из темноты донеслись голоса, резкие, злые, как лезвия.

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?? КОГО ТЫ, СКАЗАЛ, УБИЛ?!?!

Проревел один из мужчин. Голос его, ударяясь о стены, множился, превращаясь в оглушительный раскат.

Второй, тот самый, что убил Андраса, ответил с ледяной яростью:

— Ты же сам сказал: убить лишнего человека, что будет с мелким мешком денег!

Первый мужчина с размаху ударил второго кулаком. Тот отлетел в сторону, едва удержавшись на ногах.

— Охранник и её богатый папаша разных статусов!!!

Взревел первый.

— Как ты вообще не смог понять, что рядом с ней её же папаша?? Из-за тебя весь наш план пошёл к коту под хвост!!!

Мужчина с красной отметиной на щеке потирал ушибленное место, чуть наклонившись. В его глазах читался животный страх. Он понимал: если не найдёт выход, следующим, кто ляжет спать вечным сном от того же дробовика, станет он сам.

— Разве нет другого способа получить за неё деньги?

Прошептал он, голос дрожал, словно натянутая струна.

Первый мужчина начал нервно ходить по комнате, почесывая затылок. Шаги гулко отдавались в тишине, будто отсчитывая последние мгновения чьей‑то жизни.

— Да какой там! Её отец - единственный, кто мог заплатить…

Он резко замолчал, рука безвольно опустилась.

— Разве что…

Глаза его вспыхнули, метнувшись к Майе.

— У неё же есть мачеха!

Убийца, стоявший рядом, оскалился. В его улыбке не было ни капли человечности, только холодная, расчётливая жестокость.

— Ну вот, есть шансы! Давай отправим им весточку, чтобы они дали выкуп.

Первый мужчина рванулся к выходу, лязгнув:

— Сейчас пойду писать письмо!

Но внезапно он остановился. Медленно повернулся к Майе, а в глазах леденящее спокойствие.

— Только этого будет мало…

Майя, привязанная к столбу, почувствовала, как сердце заколотилось быстрее, бешено, хаотично, будто пыталось вырваться из груди. Холодный пот стекал по спине, а дыхание стало прерывистым, рваным.

Мужчина приближался. В руке блеснул острый нож, отражающий тусклый свет. Его взгляд был ледяным, пустым, лишённым даже тени сострадания.

— Нужны доказательства.

Произнёс он, буравя её глазами.

Мысль пронзила сознание Майи, как раскалённая проволока: «Что? Какие доказательства?! Зачем тебе этот нож?!»

Глаза наполнились слезами, застилая взгляд. Капли стекали по щекам, превращая мир в серую пелену. Всё тело содрогалось, как лист на ветру, но не от холода - от всепоглощающего ужаса.

Сердце билось так сильно, что казалось, готово тут же разорваться. В ушах стоял гул, заглушающий собственные мысли. Сдавливающее чувство смерти кололо больнее, чем если бы ей отрезали руку. Она прикусила губу до крови, ожидая чего‑то немыслимо ужасного.

Для мужчины она была не просто маленьким ребёнком. Для него она была лишь средством. Инструментом, с помощью которого он мог получить огромные деньги, заполнить ими весь двухэтажный дом.

В последний миг перед тем, как тьма поглотила её сознание, в глазах Майи мелькнул слабый отблеск света, как воспоминание о солнце, о тепле, о папе. Но это было лишь мгновение. Затем только холод, тишина и бесконечный ужас.

Прошёл месяц. Майе исполнилось пять лет. И свой день рождения она встретила здесь, в этом отвратительном, промозглом месте, где даже воздух казался пропитанным отчаянием.

Её сознание давно погрузилось в бездну. Тело упрямо продолжало существовать, но каждая клеточка кричала от невыносимой боли. Слёзы, когда-то лившиеся рекой, давно высохли. Остались лишь солёные дорожки на щеках, будто выгравированные на коже. Всё, что она чувствовала теперь, мучительную пустоту, разъедающую изнутри, как кислота.

«Я хочу к папе…» — пронеслось в голове, но мысль растворилась в тишине, словно призрачный шёпот, унесённый сквозняком.

Ещё одно невыполнимое желание. Ещё одна рана в сердце, которое уже не знало, сколько их можно вынести.

Грохот. Дверь распахнулась с таким треском, что Майя даже не вздрогнула. Она привыкла. Привыкла к этим внезапным вторжениям, к громким голосам, к запаху пота и злости, наполнявшему комнату.

— Сколько можно?! Почему эта шалава до сих пор не ответила ни на одно письмо?!

Рявкнул один из похитителей, тыча пальцем в сторону Пенелопы. Его лицо исказилось от ярости, вены на шее вздулись, будто готовые лопнуть. Второй, кто похитил Майю, попытался сгладить ситуацию:

— Может, попробуем спровоцировать её?

— Провоцировать?!

Фыркнул первый мужчина, и в этом звуке было столько презрения, что даже воздух будто сгустился.

— Да сколько можно! Сколько ещё попыток?!

Он резко развернулся и заорал, брызгая слюной:

— ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, СКОЛЬКО СИЛ МЫ ТРАТИМ?!

Второй мужчина вздрогнул, испугавшись своего же напарника.

— Давай ещё раз попробуем, да и всё.

Пробормотал он, пытаясь спрятать дрожащие руки в карманах.

Мужчина шагнул к Майе. Она даже не подняла взгляда. Не хотела видеть. Не хотела чувствовать. Но он схватил прядь её волос и резко, с рывком, вырвал вместе с кожей.

— Кх!

Закряхтела и промычала она. Боль пронзила череп, будто раскалённый гвоздь. Она сжала губы, чтобы не закричать, но из горла вырвался лишь сдавленный стон. Тёплая струя крови потекла по виску, оставляя на щеке алую дорожку.

Мужчина отступил, брезгливо разглядывая вырванные волосы в своей руке, и рявкнул напарнику:

— Всё, пошли.

Они вышли, хлопнув дверью так, что стены содрогнулись.

Тишина.

Майя осталась одна. Одна с болью, одна с пустотой, одна с мыслями, которые разрывали её изнутри, как острые когти. Она закрыла глаза, но даже в темноте перед ней стояли образы: папа, дом, солнечный свет. Всё то, что теперь казалось нереальным, как сон, который уже не вспомнить. И только кровь продолжала сочиться, капая на пол, отсчитывая секунды её бесконечного плена.

На следующую ночь главный из похитителей вновь явился. Дверь распахнулась с таким грохотом, что Майя вздрогнула, вынырнув из тяжёлого полусна.

«Впервые они пришли ночью… Странно», — пронеслось в голове. Она и представить не могла, что кошмары теперь будут настигать её ночью.

Он шагнул к ней. Глаза его пылали, словно два раскалённых угля, готовые выжечь в ней последнюю надежду.

— Ты оказалась бесполезной. Просто мусор на свалке.

Процедил он сквозь стиснутые зубы, впиваясь ногтями в ладонь до белых отметин.

Майя не понимала. Зачем он пришёл? Зачем разбудил? Чтобы швырнуть в лицо эти слова и уйти? Но то, что он сказал дальше, ударило сильнее пощёчины.

— Знаешь… Что ответила твоя приёмная мать на скорую твою смерть в случае неполучения выкупа?

«Что?! Она всё-таки ответила?!» — мысль вспыхнула, как искра, и в груди затеплилась безумная надежда.

Майя впилась взглядом в его лицо, жадно ловя каждое слово, готовая услышать: «Она хочет меня спасти! Она любит меня!»

Но его следующая фраза разорвала эту хрупкую мечту в клочья.

— Она сказала, что ты ей не нужна. Чтобы мы скорее покончили с тобой.

Произнёс он с ледяной усмешкой, смакуя каждое слово.

Слёзы хлынули из глаз, обжигая щёки. Не может быть. Неправда.

«Этого не может быть! Она же говорила, что любит меня и папу!» — мысли метались, как загнанные птицы.

Предательство.

Пенелопа, та, кому она доверяла, оказалась лживой и жестокой. Андрас и Майя вложили в неё всю свою любовь, а ей, видимо, было всё равно. Всё, что ей нужно, - это деньги!

— Оказывается, ты ей и даром не сдалась! Ты нужна была ей только ради денег!

Он расхохотался, и смех его эхом разнёсся по комнате, будто тысячи осколков битого стекла.

Надежда рухнула. Не просто рухнула, она рассыпалась в пыль, как тонкое стекло под каблуком. Вера в мачеху, та искренняя любовь быстро разрушилась, как будто это не они издевались над ней всё это время, а именно Пенелопа была источником всех бед. Вот почему она месяц не отвечала. Вот почему не пыталась спасти Майю. Потому что после смерти Андраса и Майи всё наследство перейдёт к ней.

— Хах! Ну и ладно! Я хоть напоследок оторвусь.

Его глаза вспыхнули безумным огнём, а улыбка превратилась в оскал.

Майя почувствовала, как кровь стынет в жилах. Интуиция кричала: если она не сбежит прямо сейчас, это будет конец. Но куда? Вокруг только тьма, только эхо в заброшенном здании, только этот человек, от которого не скрыться.

С дьявольской ухмылкой он вытащил нож. Движения были точными, хладнокровными, будто он делал это сотни раз. Майя зажмурилась, ожидая боли, но вместо этого услышала резкий звук разрезаемой верёвки. Нож глухо упал на пол. Мужчина даже не взглянул на него. Вместо этого он схватил её за волосы. Он тащил её к выходу, как вещь, как собственность.

Майя вцепилась в его руку, пытаясь ослабить хватку, но силы были неравны. Слёзы текли, но не от боли, а от осознания: она предана, она беспомощна, она одна против всего этого ужаса. Разум отказывался принимать реальность. Это неправда. Это сон. Нужно проснуться!

Она оглядывалась, искала хоть что-то. Трещину в стене, забытый инструмент, любой шанс на спасение. Но вокруг была только тьма и тишина, гудящая в ушах. Каждый шаг по длинному коридору казался бесконечным. Ненависть и отвращение заполняли её сердце. Ненависть к этому человеку, к судьбе, ко всему миру, который позволил этому случиться.

«Куда он меня тащит? Зачем?!» — мысли бились в голове, как птицы в клетке.

— Ха-ха-ха, как можно было так облажаться? Такой ценный товар, а никому и даром не нужен!

Его смех звучал как скрежет металла.

Он втолкнул её в мрачную комнату. Стены покрыты плесенью, углы завалены мусором, воздух пропитан гнилью.

Дверь захлопнулась. Мужчина швырнул Майю вперёд. Она зажмурилась, готовясь к удару… но вместо боли ощутила под собой что-то мягкое. Старую кровать, покрытую заплесневелыми тряпками, воняющими сыростью.

Дыхание участилось. Сердце колотилось так, что, казалось, готово было вырваться из груди. Майя приподнялась на дрожащих руках, обернулась и увидела, как он медленно снимает ремень. Пряжка звякнула в тишине, как колокольчик смерти.

«Плохо! Очень плохо!» — мысль пронзила её, и холодный пот струйкой побежал по спине.

Она начала судорожно отползать, неуклюже цепляясь за гнилые тряпки.

— У-уйди! Не подходи ко мне!!!

Крик вырвался из горла, дрожащий, полный отчаяния. Но крик утонул в тишине.

Горло сжалось. Она начала задыхаться. Страх сковал тело, превратил его в камень. Сознание затуманилось. Сердце билось так сильно, что казалось, это не сон, а реальность, из которой нет выхода.

— Перестань сопротивляться. Ты всё равно скоро пойдёшь к своему папаше.

Его слова прозвучали как приговор. Он схватил её за ногу и резко подтянул к себе.

Майя кричала, отбиваясь руками и ногами. В голове вспыхнула отчаянная мысль: «Как так?! Я скоро умру? Нет, я не готова! Я передумала! Я хочу жить! Хочу нормальную детскую жизнь!»

Собрав последние силы, она резко пнула его в лицо. Мужчина с глухим стоном рухнул на пол.

Майя приподнялась, тяжело дыша. Но она знала: опасность не миновала!

«Нельзя медлить!» — мелькнуло в сознании.

Она спрыгнула с кровати и рванулась к двери. Распахнув её с размаху, та врезалась во что‑то твёрдое. а дверью раздался сдавленный вскрик, но Майя не обернулась. Выбежав в коридор, она метнулась вперёд, отчаянно выискивая выход.

Позади послышался топот. Мужчина выскочил следом, растирая лицо. Но тут из‑за двери появился его напарник с красным следом на щеке и кровью из носа. Первый грубо оттолкнул его:

— Чего стоишь?! Видишь, мелочь убегает!

Он рванул вперёд, и второй, хрипло выругавшись, бросился за ним.

Майя неслась по лабиринту коридоров, судорожно оглядываясь. Она не ожидала, что здание окажется таким огромным и точно находилось далеко от какой-либо цивилизации. Ни звука, ни проблеска света. Только эхо тяжёлых шагов преследователей.

Вдруг перед ней возникла лестница. Без раздумий Майя устремилась вниз, надеясь, что это выход на первый этаж.

«Быстрее! Быстрее! Нужно найти дверь!» — паника билась в висках.

Спустившись, она замерла.

«Что?..» — мысль оборвалась.

Перед ней расстилался пустой подвал без окон, без иных дверей. Только голые стены и затхлый запах сырости.

Майя развернулась, чтобы бежать обратно, но замерла: наверху лестницы стояли они. Оба, тяжело дыша, смотрели на неё сверху вниз. Их силуэты в полумраке казались нечеловеческими.

— Ну вот ты и добегалась.

Прозвучал ледяной голос.

Майя отступила, прижавшись к стене. Страх сковал её тело, затуманил взгляд. Она медленно осела на холодный пол.

Мужчины спускались, их глаза пылали ненавистью.

— О‑отпустите меня.

Прошептала она. Её мольба лишь рассмешила их.

— Ха! Ещё что попросишь?

Хохотнул один.

— Быть с тобой нежнее? Не убивать?

Горло сжало, будто невидимая рука. Всё тело пронзил ледяной ужас. Она всего лишь ребёнок! Мечтала о простых вещах: о доме, о смехе, о безопасности!

«Нет, я не хочу этого…» — мысль вспыхнула, как последняя искра.

Майя сжалась в комок, обхватив колени. Сердце колотилось, словно пыталось вырваться из груди. Она закрыла глаза, пытаясь спрятаться от реальности.

«Я хочу домой… Хочу жить спокойно…» — разум разрывался от отчаяния.

Вдруг раздался тихий треск, но нарастающий. Майя не обратила внимания.

В сознании билось: «Хочу обратно туда, где я жила!»

Треск усиливался, перерастая в гул.

— Ну вот, ты и попалась!

Прозвучал голос сверху, будто из самой тьмы.

«ХОЧУ ДОМОЙ!!!» — безмолвный крик разорвал её душу.

И в этот миг камень на её шее вспыхнул. Он разлетелся на тысячи осколков, озарив подвал ослепительным светом. Майя почувствовала, как земля уходит из‑под ног, а под ней возникает разноцветный круг, сияющий, как портал.

Мужчины замерли, их лица исказились от ужаса. Но уже через секунду Майя исчезла. Портал схлопнулся, оставив их в тишине и растерянности.

Яркий свет резал глаза, но постепенно Майя привыкла. Она открыла их, и перед ней раскинулось бескрайнее голубое небо. Вокруг плыли облака, а она парила сквозь них, закрывая глаза от невероятного ощущения свободы.

Когда она вновь посмотрела вперёд, сердце наполнилось покоем. Перед ней лежал чудесный мир: леса, реки, озёра. Вдали возвышался замок, окружённый городом. Под ней цветочное поле, где красные, белые и жёлтые бутоны сливались в пёстрый ковёр.

Майя огляделась с робкой улыбкой. Каждый вдох наполнял её радостью. Природа, которую она так долго не видела, исцеляла душу. Слёзы текли, но теперь не от боли, а от спокойствия. Она вырвалась из тьмы.

Девочка приближалась к земле, но страха не чувствовала. Она развернулась спиной к земле и посмотрела вверх, ощущая, как душу наполняет покой.

«Лучше умереть так, чем там…» — мелькнула мысль. Она давно смирилась с тем, что уйдёт из жизни в юном возрасте.

Предвкушая неизбежное столкновение, Майя мысленно прощалась с отцом и матерью, оставляя позади всё, что было ей дорого.

Но вдруг появилось странное ощущение невесомости, время словно замедлилось. В недоумении она обернулась и увидела фиолетовую дымку, плавно возникшую над землёй. Из неё шагнул юноша, протянув руки вперёд.

Он поймал Майю. Их взгляды встретились.

Юноше было лет двадцать три. Чёрный костюм, бордовая мантия, короткие тёмно‑фиолетовые волосы, выбивающиеся из‑под капюшона. А глаза… Как ночное небо. Как два драгоценных камня сугилита. Глубокие, пристальные, будто затягивающие в свою тьму.

Майя ощутила странную дрожь. Ей показалось, что они уже встречались, и это принесло умиротворение. Юноша прищурился, словно изучая её, уже открыл рот, чтобы что-то сказать…

— Молох, ты куда так умчался, решил полюбоваться цветочками?

Раздался мужской голос за его спиной.

Юноша, которого звали Молохом, хмыкнул, сжав губы. Поднял голову и произнёс с презрением:

— Фу, химера!

И резко отбросил Майю назад, отвернувшись. Словно ненужную вещь швырнул! Но в тот же миг её подхватил за подмышки тот самый, кто окликнул Молоха.

Майя и второй парень уставились друг на друга в полном недоумении.

Перед ней стоял длинноволосый блондин с глазами цвета неба. На нём праздничный голубой костюм, словно сошедший со старинных портретов принцев и королей.

Опомнившись, он сморщился, взял Майю за платье сзади и отодвинул в сторону, явно не желая касаться её дольше необходимого.

— Фу-у! Молох, что это за чучело?!

Молох повернулся, засунув руки в карманы:

— Я-то откуда знаю? «Это» у тебя в руках.

На слове «это» он кивнул в сторону Майи. Блондин возмущённо рявкнул:

— Чего?! Ты сам её в меня кинул!

Майя молча наблюдала за их спором, чувствуя себя потерянной. Можно ли им доверять? Молох ведь спас её. Значит, они не плохие?

Но едва она ощутила проблеск безопасности, на неё нахлынули воспоминания о прошлом. Всплеск эмоций вырвался наружу. Она разрыдалась. Парни разом замолчали, уставившись на неё.

Молох нахмурился и указал рукой на девочку:

— Ну вот что ты сделал, Реджинальд?

Блондин, которого звали Реджинальдом, возмутился:

— Да что я-то опять?!

Это был странный день. В пять лет Майя лишилась всего, чуть не погибла, парила в небе, и вот встретила двух чудиков. А дальше что?.. Представить было сложно.

Какой чудесный день, чтобы найти маленькую бездомную девочку и привести её в императорский замок. Пара юношей телепортировалась в замок, и теперь им предстояло решить, что делать с неожиданной гостьей.

Майя, немного успокоившись, с любопытством осматривала роскошную комнату. Она заглядывала под огромную кровать, исследовала шкафы, тумбочки и диваны, проверяла пространство за каждой мебелью.

Комната поражала роскошью. В центре стояла кровать с каркасным балдахином, выполненная в тёмно‑синих тонах. Вероятно, это был любимый цвет владельца. На кровати лежали две белоснежные подушки и плед. Рядом расположилось кресло в стиле барокко в нежно‑голубых и белых оттенках, украшенное изящными золотыми элементами. В центре комнаты находился прямоугольный стеклянный стол с узорчатой золотой рамой; его поддерживала ножка, выполненная в виде древесного ствола. Над столом величественно висела большая хрустальная люстра. По обе стороны стола стояли две софы, напоминающие по форме кресло. В противоположной части комнаты выстроились несколько шкафов и комод. На комоде возвышалась крупная белая статуэтка балерины, окружённая лентами, изящно имитирующими струи воды. Слева от шкафов находилась дверь, рядом с которой располагалось трюмо.

Реджинальд удобно устроился на кровати и, взглянув на Молоха, спросил:

— И что нам делать с чучелом?

Молох, не скрывая иронии, ответил:

— Это ты меня спрашиваешь?

Не теряя времени, он, махнув на него рукой, продолжил:

— Замок не мой, так что не мне решать. И вообще, ты её сам притащил. Мог бы и в поле оставить.

Реджи недовольно цокнул языком, но не стал говорить в ответ колкости. Оба посмотрели на Майю. Она как маленький ураганчик, который с любопытством носился по комнате.

Реджинальд поднялся с кровати и, когда Майя пробегала мимо, схватил её за одежду, остановив. Он присел на корточки и спросил:

— Хей, чучело, откуда ты?

Она посмотрела на него с недоумением и ответила:

— В смысле откуда? Из Ирландии. Мы же сейчас в Дублине, разве нет?

Парни переглянулись. Реджи снова посмотрел на Майю и сказал:

— Понятно. Давай сначала переоденем тебя. Иди пока побегай ещё.

Майя кивнула и продолжила исследование. Реджинальд подошёл к Молоху, жестом указав на девочку, тем самым говоря: «А-ля! Давай, делай дело». Молох возмущенно переспросил, хотя понимал, что он имеет в виду.

— Что ты хочешь от меня?

— Как что? Наколдуй ей что-нибудь приличное.

Молох приподнял бровь:

— Пф! Я палочка-выручалочка, что ли?

Он уселся в кресло, магией вызвал корзину с печеньем, небрежно махнул рукой в направлении девчонки, как Реджинальд, словно говоря: «А-ля! Выкручивайся сам».

Ну... Делать нечего. Реджинальд вздохнул, потёр подбородок и задумался. Оглядев комнату и остановившись на Майе, он принял решение. Выйдя на пару минут, он вернулся, подошёл к Молоху и тихо сказал:

— Надо её на время спрятать, чтобы Нора не устроила нам взбучку.

У Молоха пошёл пот на лбу, он отвёл взгляд и согласился:

— Да, лучше избежать этого.

Реджи оглядел комнату и, не найдя лучшего решения, решил спрятать Майю в шкафу.

— Хей, чучело!

Окликнул он Майю, и она с недовольством повернулась к нему.

«Что он вечно меня чучелом называет?!» — возмущённо подумала она, но всё же пошла к нему.

Реджинальд взял её за руку и подошёл с ней к шкафу. Он открыл дверцу, а за ней было пусто. Реджи поставил Майю внутрь и присел на корточки, чтобы оказаться на уровне ребёнка. Он сказал:

— Посидишь тут немного? Надеюсь, ты не боишься темноты?

Она отрицательно качнула головой и спросила, глядя на него с явным недоумением:

— А почему шкаф пустой?

— Он для интерьера.

«Серьёзно? Для интерьера?» — мысленно удивилась она.

Реджинальд закрыл шкаф, оставив небольшую щель для света. Майя сидела в темноте, наблюдая за комнатой и размышляя: «Почему нельзя было спрятать меня за той дверью?»

Через несколько минут раздался стук в дверь.

— Входи.

Сказал Реджинальд, не вставая с дивана.

В комнату вошла горничная с каштановыми волосами, собранными в аккуратный пучок, и карими глазами.

— Вы звали меня, Ваше Высочество?

Спросила она, склонив голову.

Сидя на софе, Реджинальд закинул ногу на ногу и ответил:

— Да, я хочу попросить тебя достать мне несколько платьев.

— ...

Молох, сидя в кресле, прикрыл глаза рукой, не в силах смотреть на этот позор. Горничная же смотрела на принца с неким подозрением. И тут он понял, как это прозвучало.

— Не для меня!

Поспешно добавил Реджинальд.

— Мы встретили ребёнка за пределами замка, и она настолько бедна, что даже нормальной одежды нет. Нужны два‑три платья для неё.

Горничная задумалась на мгновение, а затем спросила:

— Я вас поняла. На какой возраст платья и куда их доставить?

У Реджи пошёл холодный пот: «Блин, я же даже не знаю, сколько ей лет!»

Но, не растерявшись, он показал рукой рост девочки.

— Вот на такую девочку. А вещи я сам с Молохом доставлю. Никто всё равно не знает, как она выглядит и где находится.

И в тот же миг Молох и Майя одинаково подумали: «А хорошо, однако, высшие знати врут!»

В этот момент Майя почувствовала, как по её плечу что‑то ползёт. Повернув голову, она увидела большепопого паука.

— Как скажете, Ваше Высочество, тогда сейчас же при…

Не успела Нора договорить, как из шкафа выскочила Майя, размахивая руками и вопя:

— А-А-А-А! ПАУК!! НА МНЕ ПАУК!!!

Она заметалась по комнате с закрытыми глазами, но недолго... Её беготню остановила стена, в которую она врезалась. Упав на пол, Майя прижала руки ко лбу, захныкала и забарабанила ногами. Все взгляды устремились на неё.

— ...— ...— …

Тишину нарушила Нора. От неё буквально исходила злая аура, нацеленная на Реджинальда.

— Ваше Высочество, вы сказали, что хотите помочь девочке…

Её голос звучал обманчиво спокойно. По спине Реджинальда пробежал холодный пот в два раза сильнее, чем до этого. А горничная сквозь зубы процедила:

— Но не упомянули, что притащили её в замок!

Молох выкинул корзину, которая, летя, растворилась в воздухе, и точно так же вытащил из ниоткуда пачку попкорна. Реджинальд, хоть и выше Норы по статусу, даже тут не смог противостоять её авторитету. Она буквально раздавила его, сведя до размера атома.

— Ваше Высочество, вы же знаете, что так нельзя!

Продолжала Нора, сверля принца взглядом.

— Разве допустимо без спросу приводить сюда людей из низшего сословия? А если кто‑то из таких «гостей» задумает вам навредить?

Майя тем временем села и продолжила тереть лоб со слезами на глазах, думая: «У‑у, как же больно! Хнык!»

Молох решил влезть в разговор:

— Ой, да ладно тебе, разве этот ребенок, по крайней мере сейчас, может что-то сделать?

В итоге он сразу пожалел о своём решении, ибо его настигла та же кара, что и Реджинальда.

— А вы, господин, почему не присмотрели за ним?

Её голос звенел от негодования.

— Вы прекрасно знаете, сколь легкомыслен принц Реджинальд. Почему не остановили его?

Молох лишь развёл руками:

— Было любопытно посмотреть…

Спустя пару минут Реджинальд и Молох стояли на коленях, понуро глядя в пол. На их лбах красовались свежие шишки, а над ними возвышалась Нора, сверкая глазами, и продолжала отчитывать их строгим голосом.

Майя тем временем устроилась в кресле. Она болтала ногами и с живым интересом наблюдала за происходящим.

«Тут весело! Братики вроде добрые с сестричкой… Хотя вряд ли я всё ещё на Земле. У нас уже давно такое старьё не носят… Красивое старьё. А если это не Земля, то где я? Как сюда попала? Ну, понятное дело, что через тот странный круг, но как он именно подо мной появился? Выборочно? Или это я как‑то так сделала? А если я, то как?.. Как много вопросов и как мало ответов. Уы!» — мысли вихрем крутились в её голове.

Нора, успокоившись и накричавшись, зажала переносицу и тяжело выдохнула:

— Ладно, ничего не поделаешь. Помогу вам.

Реджинальд вскинул взгляд, в нём зажглась надежда:

— И не скажете отцу и маме?

Нора посмотрела на него с лёгкой жалостью и, скосив взгляд, ответила:

— И не скажу Его и Её Величествам.

Она подошла к Майе, бережно взяла её на руки и направилась к юношам.

— Ох, Норочка, спасибо тебе! Ты всегда нас выручаешь.

С облегчением выдохнул принц, и ребята поднялись с колен.

— Не стоит благодарностей, Ваше Высочество.

Отрезала Нора.

— Молох, перенеси нас в купальню. Без Реджинальда, но ты идёшь с нами.

— Ага.

Кивнул Молох и поднял руку.

— Эй, почему без меня?!

Возмутился Реджинальд. Но его слова потонули в вспышке магии: Нора, Молох и Майя исчезли. Принц остался один. Он, опустив уголки рта, жалобно фыркнул:

— Предатели… Хнык.

Как только они телепортировались, Майя не сдержала удивлённого вздоха. Перед ними раскинулась огромная комната с бассейном в центре. Казалось, здесь можно было бы разместить целый аквапарк! Девочка уже собралась броситься на разведку, но Нора крепко держала её на руках, так что мечте не суждено было сбыться.

Горничная обратилась к Молоху:

— Господин Молох, наколдуйте ей платье и отвернитесь к стене.

Молох недовольно развернулся и лёгким движением руки создал красивое белое платье, у которого спереди подол был короче, чем сзади. Оно висело в воздухе, словно на невидимых нитях.

— А сама не можешь? Зачем меня просить?

Возмутился он.

Нора с Майей направились в специальную комнату для переодевания.

— Это слишком подозрительно. Я не смогу взять платье и незаметно пробраться в купальню.

Пояснила Нора перед тем, как войти.

Через несколько минут они вышли. Майя была раздета. Не теряя времени, они направились к воде. Нора осторожно опустила девочку в воду и принялась её мыть.

— Где вы её нашли?

Поливая Майю водой, спросила Нора. Молох, глядя в стену и склонив голову набок, ответил:

— Хм… В поле.

— В поле?

Переспросила Нора.

— Ага, была там одна, ещё и заплакала фиг знает из-за чего.

— Понятно.

Нора аккуратно обходила раны, стараясь не причинить боли. При виде грязного тела с загноившимися повреждениями её сердце сжалось от тревоги. Что с ребёнком такое приключилось, из-за чего она в таком состоянии?

— Малышка.

Мягко позвала горничная, привлекая внимание Майи, которая хлопала рукой по воде, любуясь брызгами. Девочка подняла взгляд.

— Как тебя зовут?

— Майя.

Нора бережно повернула её голову вперёд и продолжила мыть волосы.

— Красивое имя. А откуда ты?

Майя задумалась.

— Хм… Уже не уверена.

Нора озадачилась:

— В каком смысле?

Девочка начала жестикулировать, пытаясь объяснить:

— Ну, я бежала, бежала… Потом забилась в угол и думала, как попасть домой. А потом - вжих! О‑о‑о! Уи‑и‑и!!!

«Лучше так сказать, чем показаться сумасшедшей», — подумала Майя.

Она взглянула на Нору и прочла на её лице немое: «Чего? Как это понять?»

«И это, видимо, сработало?» — мелькнуло у неё в голове.

Нора решила не давить:

— Хех… Понятно. Может, скажешь, где твои родители?

Майя замолчала на мгновение, и в воздухе повисла напряжённая тишина.

— У меня больше нет родителей.

Даже Молох слегка повернул голову, стараясь расслышать лучше. Рука Норы дрогнула, но она быстро взяла себя в руки:

— Прошу прощения, что заставила тебя вспомнить…

— Всё нормально.

Перебила Майя.

— Прошлое уже не изменить, так что вспоминать незачем.

Нора поразилась тому, как по‑взрослому рассуждает маленькая девочка. Не желая тревожить ребёнка, она решила оставить эту тему.

— Тогда опустим это. Наклони голову вперёд.

Майя послушалась. Нора осторожно полила её водой, смывая пену, а затем спросила:

— Сможешь выбраться сама?

Получив утвердительный кивок, она отправилась за полотенцем и платьем.

Майя, пошатываясь, поднялась по лестнице и подбежала к Норе, едва не поскользнувшись на гладком полу. Горничная быстро вытерла её и надела платье.

— Готово.

Объявила Нора.

Майя подбежала к зеркалу за спиной Молоха, начала крутиться и разглядывать себя. Молох же обернулся, поняв, что теперь можно.

Девочка не выглядела счастливой: тело покрывали шрамы, а волосы напоминали перья облезлой птицы. Нора подошла и нежно погладила её по голове.

— М‑да… Надо что‑то с этим сделать.

Вздохнула она и направилась в соседнюю комнату, где раздевала Майю.

— Так, где‑то здесь была аптечка с ножницами…

Когда она зашла в комнату, Молох внимательно осмотрел Майю. Девочка грустно разглядывала себя в зеркале, трогая волосы и время от времени поглядывая на руки.

Молох цокнул языком, выражая недовольство. Он наклонился к Майе и взял прядь её волос. Она подняла глаза на Молоха, который пристально смотрел на неё.

— Выглядишь реально как чучело.

Произнёс он. Из его рук потекли нежно‑фиолетовые волны, медленно окутывая всё тело Майи. Раны исчезали без следа. Майя заметила, что волосы становятся длиннее. Взглянув в зеркало, она увидела, что неопрятные пряди превратились в длинные, шелковистые локоны, как были раньше.

Когда Молох отпустил её волосы, Майя замерла, глядя на своё отражение. Раны исчезли, боль прошла, словно ничего и не было. Девочка засияла от радости и с широкой улыбкой повернулась к Молоху.

— Спасибо, братишка!

Воскликнула она и обняла его. Молох дёрнулся и тут же замер, не зная, как реагировать.

— Отцепись…

Пробормотал он, пытаясь отодвинуться. Но Майя крепко обхватила его за ноги, будто не слыша. Молох вздохнул и решил перетерпеть объятия.

Его мучения прервала Нора. Она вышла из комнаты с аптечкой в руках. Увидев, что Майя обнимает Молоха, а он не сопротивляется, горничная удивлённо спросила:

— И что тут произошло, пока меня не было?

Майя, услышав её голос, сразу отпустила Молоха и побежала к Норе. Молох облегчённо выдохнул.

Девочка ухватилась за края юбки горничной.

— Смотрите, как братишка‑волшебник помог!

Воскликнула она и закружилась. Нора улыбнулась и сказала:

— Ого, тебе очень идёт, совсем как принцессе.

Майя остановилась. Нора погладила её по голове, взяла на руки и подошла к Молоху.

— Я и забыла, что вы так умеете.

Сказала она магу.

— Прошу, перенесите нас обратно.

Молох упёр одну руку в бок, вторую поднял:

— Будешь должна.

— Да‑да, как обычно, корзина печенья.

Отозвалась Нора. Молох щёлкнул пальцами, и в следующий миг они оказались в комнате принца, который, кстати, лежал на кровати и смотрел в смартфон.

Сразу после их появления Реджи обиженно сказал:

— Ну надо же, кто заявился.

Но его слова остались без внимания. Нора, заметив, что принц снова уткнулся в телефон, строго произнесла:

— Ваше Высочество, опять вы в телефоне. Лучше бы книги почитали.

Она опустила Майю на пол и подошла к Реджи. Забрав смартфон, она направилась к выходу. А принц недовольно вздохнул и растянулся на кровати.

Нора остановилась у двери, обернулась и поклонилась:

— Я пойду за вашим обедом. Отдыхайте пока.

С этими словами она вышла, оставив ребят наедине.

Майя подбежала к Реджинальду и забарабанила руками по кровати:

— Братик, посмотри, какая я красивая!

Реджи поднял взгляд с потолка на неё. Майя закружилась, а принц с лёгкой улыбкой поддел:

— Ну да. Теперь хоть на чучело не похожа.

Девочка тут же остановилась и надулась:

— Чучело, чучело! Я хоть не отрастила косы, как у Рапунцель!

Прямо ножом в сердце! Реджи поперхнулся и закашлялся.

Майя поспешно отошла в сторону, не желая продолжать разговор. Парень вскочил и возмущённо воскликнул:

— Что не так с моими волосами?!

Молох уселся рядом с ним на кровать, подогнув ногу, и произнёс:

— Хах! А девка-то тебя уделала.

Майя присела на софу и, болтая ногами, стала внимательно слушать разговор парней. Реджи, всё ещё возмущённый, сел на край кровати рядом с Молохом и сказал:

— Хорош язвить. Лучше думай, что с чучелом делать будем.

Майя с опаской и интересом задалась вопросом: «Что? Со мной что делать?»

Она напряглась, стараясь не упустить ни слова из их разговора.

— И что ты предлагаешь?

Спросил Молох, глядя на принца.

— Даже не знаю.

Задумчиво ответил Реджи.

— Лучше всего отправить её домой. Но если это невозможно, в королевстве есть детские дома.

Молох перевёл взгляд на Майю. Девочка замерла, пока маг не моргая смотрел на неё, будто размышляя о чём-то.

Молох ответил на его предложение с неким отторжением:

— У неё нет семьи. Второй вариант можно взять за идею, хоть это и не лучший выход.

Майе стало не по себе. Она нервно перебрала пальцами, чувствуя, как нарастает паника.

— У самого-то есть идея получше?

Недовольно спросил Реджи.

— Ну да.

Спокойно ответил Молох.

— Отправить её в её же мир, чтобы он не разрушился.

Реджи замер, не веря своим ушам:

— Чего?! Она из другого мира?! А ты почему сразу не сказал?!

«Отправить в мой мир?..» — Майя занервничала, перестав болтать ногами.

Молох развёл руками, склонив голову:

— Не видел необходимости рассказывать. Сейчас нужно поскорее её отправить обратно.

«Поскорее отправить обратно?.. Они хоть понимают, что я не глухая?!»

Бледность Майи стала почти мертвенной. Тяжело дыша, она спросила:

— А если меня отправить обратно, то где я буду?

Парни переглянулись. Молох сделал задумчивое лицо:

— Хм… Ты окажешься там, где остановилась.

До Майи начало доходить, что её ждёт.

— Ведь если ты из другого мира, то сейчас он словно заморожен. Как будто из пазла вынули кусочек, и картина не складывается. Из-за этого мир и разрушится, чего нельзя допускать.

Майю начало понемногу трясти: «Значит, я вернусь туда, где были те люди…»

Знакомое чувство страха сковало её изнутри: «Значит, я вернусь в тот ад, где меня ждёт только смерть!»

Выслушав объяснение, Реджи сказал Молоху:

— Ну, пусть сначала поест, потом поищем способ её отправить обратно.

Тут раздался тихий голос Майи:

— Не хочу.

В комнате повисла напряжённая тишина. Молох сохранял спокойствие, а Реджи покрылся холодным потом.

— Извини, но выбора нет. Нельзя допускать разрушения иных миров… Или ты есть не хочешь?

Мягко уточнил он. Майю пронзила молния ужаса. Неужели её снова отправят туда, откуда нет возврата? Снова будут боль и унижения? Волна паники накрыла её, сковав тело.

Она резко вскочила с софы:

— Нет, я не пойду!

Ребята поняли, что дело пахнет керосином! Реджинальд спрыгнул с кровати и медленно двинулся к ней. За ним, словно находясь под успокоительными, плавно встал маг и последовал за ним.

— Успокойся, никуда мы тебя не отправляем.

Монотонно произнёс Реджи, пытаясь сгладить напряжение.

Майя попятилась. Перед глазами всплывают фрагменты тех дней заточения: как над ней издевались, как причиняли боль и унижали.

Принц, стараясь говорить мягко, спросил:

— Может, расскажешь, почему так не хочешь возвращаться домой?

Её плечи ссутулились, глаза наполнились слезами. Не сдерживаясь, она выкрикнула дрожащим голосом:

— Не хочу говорить!

Реджинальд наклонился, успокаивающе разведя руки:

— Хорошо-хорошо, как скажешь. Мы тебя никуда не отправим и не будем допрашивать.

Но тут Молох, словно подливая масла в огонь, бросил:

— В уши ей не дуй, только хуже сделаешь.

Реджи резко развернулся:

— Молох!

«Они хотят обмануть меня… Всё равно отправят, несмотря на моё желание!» — пронеслось в голове Майи.

Реджи прижал ладонь ко лбу, провёл вниз по лицу. Ему уже надоела эта ситуация.

— Так, всё! Пошли, посидишь, передохнёшь.

Буркнул он, протягивая к ней руку.

Это стало роковой ошибкой.

В памяти Майи вспыхнул первый день заточения, когда её тело использовали как «доказательство».

Она судорожно вдохнула и твёрдо решила: «Мне туда нельзя. Нужно бежать!»

Резко рванув к двери, она выскочила в коридор.

— Блять!— Блять!

Одновременно выкрикнули парни.

Майя неслась вперёд, не разбирая дороги. За ней мчались Реджинальд и Молох.

— Если её кто-то увидит, нам конец!

Бросил Реджи.

Они неслись по коридорам замка, но никак не могли догнать девочку. И на это возмутился принц:

— Почему она такая быстрая?!

Заворачивая за угол, Майя едва не сбила с ног Нору. Горничная, вздрогнув, выронила поднос и отшатнулась. Ошарашенным взглядом она проводила убегающую девочку.

— Что?!

А следом мимо промчались парни. Нора крикнула им вслед:

— Что вы творите?!

Завернув за очередной угол, Реджи, задыхаясь, бросил Молоху:

— Ты вообще магию можешь использовать? Поймай её уже!

Молох скрипнул зубами, неохотно вытянул руку. Из ладони вырвалось фиолетовое свечение, оформившись в подобие верёвки. Оно устремилось к Майе, но, коснувшись её, обратилось током, ударив Молоха. От резкой боли он остановился, схватившись за грудь. Реджи, не замедляя бега, оглянулся назад.

С тяжёлым вздохом Молох произнёс:

— Ха! И почему я не удивлён? Значит, план «Б».

Он телепортировался прямо перед Майей, но она ловко увернулась. Снова переместившись, попытался схватить сбоку, но безуспешно. Игра в кошки‑мышки продолжалась, и каждый раз девочка оказывалась быстрее.

В очередной раз Молох возник перед ней, но Майя проскользнула слева. В этот момент в него врезался Реджинальд. Оба застонали от боли.

Майя завернула за угол и оказалась в тупике с двумя дверями. Выбрав одну комнату, она юркнула внутрь. Помещение оказалось небольшим: два шкафа с книгами, круглый стол и две софы. Девочка забилась под окно, спрятавшись за столом.

Не прошло и пяти минут, как дверь резко распахнулась. В комнату ворвался разъярённый Молох. Казалось, ещё секунда, и из него хлынет вулканическая лава.

— Мелочь, ты совсем страх потеряла, так свободно бегая по коридорам замка?

Прорычал он, шагая к ней.

Из‑за двери послышался запыхавшийся голос:

— Спаси и сохрани!

Это был Реджинальд, который пискляво выдохнул воздух.

— Я тебя запру под замок до отправки в другой мир!

Рявкнул Молох, нахмурив брови. Принц попытался успокоить своего соратника:

— Молох, не надо так резко!

Оба начали приближаться к Майе. Её взгляд метался между ними, сердце колотилось всё сильнее. Дыхание участилось, эмоции захлёстывали.

Внутренний голос отчаянно кричал: «Нет-нет-нет! Я не хочу!»

Она схватилась за голову, прижалась к коленям, пытаясь стать незаметнее: «Не хочу, не хочу!»

— Всё, идём!

Твёрдо произнёс Молох. Он схватил Майю за дрожащую руку. Девочка ощутила лишь отрешённость, по коже пробежали мурашки.

«Я хочу уйти!!!» — пронеслось у неё в голове.

— Не трогай меня!!!

Вскрикнула она. И в тот же миг под ногами вспыхнуло сияние. Все трое почувствовали невесомость, а затем пустоту под ногами. Ошарашенно взглянув вниз, они увидели яркий круг, заполнивший всю комнату.

— Так и думал.

Ухмыльнулся Молох за мгновение до того, как они вместе с мебелью провалились в круг.

Перед ними открылся вид на иной мир: всё залито ослепительным светом, а на облаках грациозно прыгал пегас. Но уже через секунду они вновь рухнули в круг и оказались в мире, полностью покрытом водой. Куда ни глянь, лишь бескрайние водные просторы. Затем последовали другие миры: один кишел монстрами, другой казался абсолютно пустым, третий был охвачен войной, а четвёртый словно пережил конец света… Несколько раз их перемещало местами друг с другом.

Всё это время Реджи вопил:

— Молох, да сделай ты хоть что‑нибудь!!!

А Молох невозмутимо летел в позе лотоса, наблюдая за перепуганным принцем. Реджи вдруг заметил: несмотря на смену миров и погодных условий, капюшон Молоха оставался на месте, будто приклеенный. И он растерянно спросил:

— Так, стоп… А как у тебя капюшон держится?

И вот последняя остановочка! Они оказались над жерлом вулкана. Некоторые предметы начали тлеть и сгорать. Майя летела внизу, свернувшись клубочком, а Реджи и Молох следовали за ней. Вулканический пепел оседал на лицах и одежде, покрывал мебель.

— Так ты хочешь обратно в замок или узнать о моей красоте побольше?

Насмешливо спросил Молох.

Реджи, чувствуя, что тот самый керосин вначале потихоньку начал гореть, заорал:

— Обратно! Обратно домой!!!

После этих слов Молох резко устремился вниз. Поймав Майю, он перевернулся, схватил её за руку и направил вниз, затем шепнул на ухо, активируя магию:

— Ты хочешь вернуться в ту пустую комнату в замке.

Под ними разверзся портал. Молох перевернулся вниз спиной, прижимая к себе Майю. Все трое провалились в круг.

Очутившись в той самой комнате, откуда начали путешествие, они с грохотом рухнули на пол. Мебель была сломана, обгорела и покрыта пеплом; некоторые предметы, видимо, остались в других мирах.

Майя оказалась на Молохе. Она резко упёрлась в его грудь и в шоке уставилась на него. Не успев сказать ни слова, почувствовала, как он коснулся её лба.

— Спи, проблемная.

Произнёс он. Девочка тут же уснула и безвольно опустилась на него. Молох поднялся, держа её на руках. Взглянул на её лицо, покрытое пеплом.

— Я… больше не хочу… в этом участвовать…

Тихо выдавил Реджинальд, едва оправившись от потрясения.

Молох щёлкнул пальцами, и они с Майей мгновенно очистились от грязи.

— А мне помочь не хочешь?

Спросил принц. Маг взглянул на Реджи, стоящего на четвереньках. Тот был покрыт чёрной пылью; его светлые волосы превратились в «длинную чёрную башню» - настоящий Барад‑дур!

В этот момент в дверях появилась Нора. Увидев разгромленную комнату, она отшатнулась, не находя слов. После паузы, повысив голос, спросила:

— Что здесь произошло? И что с Майей?!

Её взгляд упал на принца. Прижав руку ко рту, чтобы сдержать смех, она добавила:

— …И с вами, Ваше Высочество?

Молох повернул Майю и взял её на руки, а после язвительно бросил:

— Пока ты сюда бежала, мы успели совершить около десяти путешествий. Какая‑то ты очень медленная.

Нора замерла в шоке, переводя взгляд с Молоха на Реджинальда в ожидании объяснений. Принц опустил голову и выдохнул:

— Сейчас попробую объяснить…

Пока Молох восстанавливал комнату, Реджи старался как можно понятнее объяснить произошедшее. Вскоре они телепортировались в покои принца.

Нора, стоя рядом с принцем, спросила:

— Значит, она умеет открывать порталы между мирами? Именно так она сюда и попала, да?

Молох, держа Майю на руках, подошёл к кровати, аккуратно положил её и укрыл лёгким одеялом. Затем произнёс:

— Ага. Поэтому нет смысла отправлять её туда, откуда она пришла. Ничего с тем миром не случится. Это её врождённая сила.

Он продолжал смотреть на Майю, слегка наклонившись, словно изучал. Реджинальд, заметив это, приблизился:

— Почему ты всё время её разглядываешь?

В этот момент Молох внезапно схватил Майю за лицо и начал поворачивать её голову из стороны в сторону. Принц вздрогнул и испуганно вскрикнул:

— Что ты делаешь?!

Реджи, опасаясь, что девочка проснётся, схватил мага за руку:

— Ты её разбудишь!

Молох выпрямился и посмотрел на Реджинальда без эмоций. Принц отпустил его руку, и они молча уставились друг на друга. Спустя несколько секунд маг поднял руку и лёгким движением дал Майе пощёчину, и она даже не проснулась. В ту же секунду Реджи отвесил аналогичную пощёчину Молоху.

— …

— …

Молох схватил Реджи за волосы и начал тянуть их в разные стороны, а принц вцепился в его щёки, растягивая их.

— Ты охренел, молокосос?!

— А ты проявляешь насилие над ребёнком?!

— Прекратите драться в спальне!

Вскрикнула Нора, начав тянуть их за уши.

Когда все немного успокоились, они сели на софу и попытались обдумать ситуацию.

— И что нам делать с ребёнком?

Спросила горничная, потирая виски. Реджи скрестил руки на груди:

— Пусть остаётся здесь. Поселим её в соседнюю комнату недалеко от меня. Это крыло замка всё равно принадлежит мне. Просто уберу некоторых горничных и прикажу туда не заходить.

— Тогда я сейчас же приготовлю ей комнату. Ваше Высочество, господин Молох, вынуждена вас оставить.

Попрощавшись, Нора встала, поклонилась и вышла из комнаты.

Как только дверь закрылась, парни переглянулись. Молчание прервал Реджинальд:

— Итак…

Он подозрительно посмотрел на Молоха:

— Ты точно знаешь, кто она. Так кто?

Молох саркастически усмехнулся:

— Пф! Да с чего ты это взял?

Маг поднял ногу на софу, прижал ближе к себе и положил руку на колено. Принц ткнул в себя пальцем, сузив глаза:

— Это ты меня обмануть пытаешься?

Он сварливо продолжил:

— Я же знаю, что ты специально Майю ещё сильнее напугал, когда я пытался её успокоить.

Молох запрокинул голову и пронзил Реджинальда взглядом:

— М-м… Иногда хочется тебя убить…

Реджи усмехнулся, глядя ему в глаза:

— Взаимно. Так что колись, кто она?

Маг посмотрел наверх, повернув голову в сторону:

— Хм… Ну, как я и сказал ещё днём, это химера.

Реджи непонимающе уставился на него:

— В смысле? И как мне это понять?

— Мне без разницы, как.

Ответил Молох. Он встал, засунув руки в карманы:

— Я сказал, и на этом всё. У меня и без того дел по горло. Пока!

— Хей, подожди!

Окликнул принц. Но Молох уже телепортировался, оставив Реджи наедине со спящей Майей.

Прошло несколько дней. Майя поначалу дулась на новых знакомых, которые пытались её куда‑то сбагрить. Но долго это не продлилось, ведь с ними она чувствовала себя куда комфортнее, чем в одиночестве.

Каждый день Майя встречала Реджинальда, Молоха и Нору с улыбкой. Принц всегда был рядом, а Молох, хотя и не ежедневно, иногда заглядывал на чаепитие. В основном ради фирменного печенья Норы, но всё же приходил!

Наступило утро. Первые лучи солнца разбудили Майю. Она поднялась с постели и отодвинула балдахин. Нора постаралась оформить комнату как детскую. Найти подходящие «декорации» в замке оказалось непросто, но Молох помог. В итоге комната получилась уютной: большая кровать с пушистым белым пледом, оформленная в нежно‑фиолетовых и розовых тонах; множество плюшевых игрушек и подушек; розовый купол балдахина; две тёмно‑фиолетовые софы и фигурный овальный стол посередине. Это было пока не всё. Нора планировала позже заняться гардеробом и остальной мебелью.

Майя соскочила с кровати и бросилась к гардеробу, чтобы быстро одеться и отправиться к Реджинальду. Вдруг раздался стук в дверь и на пороге появилась Нора.

— Опять ни свет ни заря, а ты уже на ногах! Хоть бы раз подольше поспала. Доброе утро, Майя.

Мягко упрекнула она.

Майя изменила направление, остановилась перед Норой и ярко улыбнулась. Горничная не смогла сдержать ответной улыбки, глядя на этот маленький лучик счастья.

— Доброе утро, сестричка!

Звонко воскликнула Майя. Сердце Норы наполнилось теплотой. Она погладила девочку по голове, подумав: «Какая же она всё‑таки милая!»

— Пойдём, тебя переодеть надо.

Сказала Нора. Майя кивнула и, раскинув руки в стороны, как самолётик, направилась к гардеробу. А та последовала за ней.

Теперь горничная точно знала, что лучше сначала зайти к Майе, а потом уже к принцу. В первые дни троица - маг, принц и горничная - вообще не понимала, как с ней обращаться.

В тот день, когда Майя проснулась, она первым делом заявила:

— Братишка, я писать хочу!

Реджи, погружённый в чтение книги, удивлённо поднял голову. Книга выпала из рук, и он поспешно встал с софы. Подойдя к двери, принц обернулся к Майе с нежной улыбкой:

— Подожди немного, я скоро вернусь. Только никуда не уходи!

Майя хоть и дулась и не желала с ним разговаривать, но терпеть долго не могла. Она кивнула, и Реджинальд, увидев согласие, вышел из комнаты. Он быстро направился к Норе. Искать её долго не пришлось: горничная находилась в соседней комнате, размышляя, что могло бы понравиться Майе.

Услышав шум открывающейся двери, Нора обернулась:

— Так это вы, Ваше Высочество!

— Ты сильно занята?

Спросил Реджи, закрывая за собой дверь и подходя к ней запыхавшись.

— Нет, жду господина Молоха. Он обещал помочь мне немного. Вы что‑то хотите поручить?

Ответила Нора, уже подозревая неладное по тревожной атмосфере вокруг принца.

— А… Дело в том, что Майя проснулась.

Начал Реджи. И Нора недоумённо спросила:

— И?

Принц почувствовал, как по спине пробежал холодный пот:

— Дело в том, что она хочет в туалет.

— …

Нора, не скрывая удивления, указала на себя:

— Я и «нянька» - это несовместимые понятия, вам ли не знать.

Реджинальд помрачнел, вспомнив эпизоды из детства, которые он помнит хорошо и какие ему рассказывали: как Нора, не зная, как держать новорождённого, таскала его за ногу; как спокойно наблюдала, как он ел грязь; как подавала ему ножи и тот ими жонглировал.

— Это‑то да, но ты же как‑то её помыла. Да и обо мне всё детство заботилась. Думаю, вспомнишь что‑нибудь полезное.

Нора взяла себя за подбородок, размышляя:

— Она не выглядит слишком взрослой для похода в уборную, но и не скажешь, что ей нужны подгузники. Кстати, а сколько ей лет?

О! Где‑то послышался звон колокола - осознания того, что Реджи даже не знает возраста Майи.

— Хех… Мы и не спрашивали…

Признался он. Нора прикрыла лицо ладонью: «Боже, помоги…» Затем вспомнила о Молохе и, помрачнев ещё больше, мысленно добавила: «Бог бессилен…»

Они начали спорить о том, как поступить:

— Может, найдём детский горшок?

— Где я его здесь найду? Ваше Высочество, вы уже двенадцать лет как не пользуетесь горшком. От него наверняка избавились, как от страшного сна.

— Может, тогда в обычный туалет?

В этот момент щёлкнул замок двери и в проёме показалась голова Майи.

— А если она не умеет? Вдруг упадёт и провалится?

Встревожилась Нора.

Убедившись, что это они, Майя вошла в комнату и подбежала к Норе и Реджинальду.

— Тогда ищи подгузники!

Предложил принц, и горничная саркастически откликнулась:

— Ещё лучше!

Даже когда Майя подошла вплотную, они не обращали на неё внимания.

Реджинальд всплеснул руками и воскликнул:

— А что я ещё могу предложить? В кусты её отвести?!

Майя, не теряя надежды, потянула горничную за юбку, пытаясь привлечь внимание.

— Ладно, попробую найти подгузники.

Вздохнула Нора. Майя же позвала её:

— Нора‑а‑а…

Но горничная не дала ей договорить.

— Майечка, подожди немного, я скоро вернусь.

Сказала Нора и поспешила к выходу, даже не закрыв дверь. В комнате остались только Майя и Реджинальд. Они смотрели друг на друга с разными эмоциями: Майя - недовольно, Реджи - с паникой в глазах. Первой молчание нарушила девочка:

— Брати…

Но на этот раз принц не дал ей договорить:

— Я знаю, знаю. Подожди немного. Нора скоро вернётся.

Принц начал нервно ходить по комнате. Чем дольше он шагал из стороны в сторону, тем громче пищала Майя и тем сильнее топала по полу.

— Реджи, мне очень‑очень нужно в туалет!

— Я знаю. Нора скоро вернётся!

Майя подбежала к Реджинальду и начала трясти его за одежду:

— Ты не понимаешь! Я…

Он занервничал ещё сильнее. Но вдруг сбоку донёсся знакомый голос:

— Что у вас здесь происходит?

Это был Молох. Он появился из фиолетовой дымки.

«Это шанс!» — подумала Майя и подбежала к Молоху в надежде, что он ей поможет.

Схватив его за мантию и глядя блестящими от слёз глазами, она произнесла:

— Братишка‑волшебник, он меня обижает!

Молох взглянул на неё, но даже бровью не повёл:

— И что теперь? Хочешь, чтобы я его убил?

Майя разочарованно подумала: «Ну вот, нашла у кого помощи просить! Хнык!»

Слёзы на её щеках вырисовывали мокрые дорожки.

— Да тут такая проблема…

Начал неловко Реджинальд.

— Она хочет в туалет, поэтому Нора пошла искать подгузники.

— …

Молох посмотрел на принца с выражением, словно говорил: «Мозги тебе при рождении не подарили?»

— Э‑эм…

Маг перевёл взгляд на Майю: — Тебе сколько лет, проблемная?

— Пять.

Молох прислонил ладонь к лицу. Вот тебе и испанский стыд во всей красе!

Маг махнул рукой и с сарказмом спросил:

— Ты что, серьёзно собираешься надеть на пятилетнего ребёнка подгузники?

Принц, уже полностью сконфуженный, начал заикаться:

— Ну… Мы просто с Норой…

В этот момент из дверного проёма появилась Нора с пачкой подгузников в руках. Её никто не заметил, но она услышала слова Молоха:

— Да я в жизни не поверю, что вы с Норой решили надеть на пятилетнего ребёнка подгузники!

Перебрав в голове несколько ругательств, Нора поняла, что если не избавится от подгузников, то ей тоже влетит.

— Она же горничной работает! Она должна знать все эти «дерьмовые» дела!

Пока Реджинальду доставалось, Нора заметила открытое окно за собой. Не раздумывая, горничная выбросила подгузники в него. В тот же момент Молох увидел её и сразу позвал:

— Нора, ты как раз вовремя. Отведи проблемную в уборную.

Маг поднял руку и щёлкнул пальцами. Майя и Нора мгновенно переместились в нужное место.

К вечеру комната Майи была готова, и все отправились спать.

На утро Нора, как обычно, разбудила Реджинальда. После этого она направилась к Майе. Постучав в дверь, горничная вошла в комнату:

— Доброе утро, Майя, пора вставать и идти завтракать.

Она подошла к окну и аккуратно раздвинула шторы, впуская в комнату солнечные лучи. Затем открыла балкон. Утренний аромат лета потихоньку наполнил помещение.

— Майя, ты встаёшь?

Повторила Нора, оглядываясь на кровать. Ответа не последовало. Горничная нахмурилась и направилась к постели.

«У неё такой крепкий сон?» — подумала она, прежде чем полностью откинуть балдахин.

— Чего…

В это время Реджинальд сидел на софе с чашкой чая в руках. Он протянул руку, чтобы взять печенье из корзины, стоявшей на столе.

— Не‑а, это мне.

Опередил его появившийся Молох. Маг ловко забрал всю корзинку и вальяжно разлёгся на софе. Рука Реджи так и осталась висеть в воздухе. Принц сварливо посмотрел на него:

— Иногда мне кажется, что ты специально отлыниваешь от работы, чтобы поесть печенье Норы.

Реджи опустил руку и продолжил пить чай.

— Не забывай, что я ещё и твоим телохранителем работаю.

Напомнил маг, кладя в рот очередное печенье.

— Я должен сюда заглядывать и убирать то, что может тебе навредить.

Принц недовольно поставил чашку на стол и возмущённо посмотрел на Молоха. С иронией он спросил:

— Меня что, печенье убить может?

— Ну…

Но вдруг раздался громкий крик. Ребята переглянулись, ничего не понимая. Не успев отреагировать, они увидели, как в комнату ворвалась испуганная Нора:

— МАЙЯ ПРОПАЛА!!

Реджинальд и Молох вновь молча переглянулись. Затем перевели взгляд на Нору и одновременно ответили:

— Я больше в это не влезу.— Я больше в это не влезу.

На их лицах читались воспоминания о вчерашнем дне. Ну да, не каждый день переживаешь войну, апокалипсис, наводнение и конец света за пару минут!

— Вы что, с ума сошли? А если её кто‑то увидит?!

Воскликнула Нора. Агрессивно подойдя к принцу, она потянула его за ухо, чтобы тот встал.

— Ай‑яй, да иду я, иду!

Нора повернулась к Молоху, намереваясь вытащить его с дивана, но обнаружила, что мага уже нет.

— Чего стоите, мы идём?

Сказал Молох, который явно почувствовал приближение беды и вовремя телепортировался к входной двери.

Они бросились искать Майю по всему крылу замка. Обыскивали спальни, кладовки, уборные и даже купальню, проверяя чуть ли не под каждым шкафом. Но нигде не было никаких следов девочки.

— Да её нигде нет!

Раздражённо рявкнул Реджинальд, оказавшись со всеми в перистиле. Это было последнее место, где могла находиться Майя.

Перистиль представлял собой идеально симметричное пространство прямоугольной формы, окружённое высокими колоннами. Посередине располагались три фонтана: центральный был выполнен в виде дерева, украшенного ветвями и листьями, с которых струилась вода; по бокам стояли фонтаны в форме спиралей. По периметру перистиля вдоль тропинки выстроились шесть белых кованых сидений с красными бархатными подушками. Сад украшали кусты розовых рододендронов, источавших нежный аромат.

Нора, охваченная отчаянием, внимательно осматривала каждый уголок. Она заглянула под кусты, надеясь, что Майя спряталась там.

— Может, она переместилась в другой мир?

Предположил Молох, неспешно шагая по тропинке и оглядываясь по сторонам.

— Вдруг она всё‑таки решила сбежать.

Реджи эта идея не понравилась. Он считал, что Майя слишком мала для самостоятельного перемещения между мирами без сопровождения. И плевать было, что как-то ведь она сюда попала... Маленькая и всё!

Принц посмотрел на Молоха и устало предложил:

— Молох, может, ты её найдёшь своим способом?

Он имел в виду магию. Все магические существа обладают маной, которую можно уловить и тем самым отыскать нужного человека. В этом методе поиска немало тонкостей, но сейчас требовался самый простой вариант.

Однако Молоху это было неинтересно. Он протянул:

— Не‑е, так будет слишком просто. Да и потом, это тратит много маны, требует времени, а у меня и так работы невпроворот. И я по‑прежнему считаю, что она просто сбежала в другой мир.

Принц напрягся от раздражения. Он прекрасно понимал, что Молоху попросту плевать, поэтому тот не горит желанием помогать и ищет оправдания.

Но вдруг Реджинальд вспомнил ещё одно место, куда они не заглядывали. Туда запрещалось входить абсолютно всем, но оно могло стать идеальным убежищем для Майи. С ехидной улыбкой принц спросил:

— А знаете, какое место мы ещё не проверили?

Молох мгновенно напрягся, лицо потемнело, на лбу выступил пот. Поняв намёк, он тихо произнёс:

— Нет…

Тогда Реджи с задором объявил:

— Неправильный ответ. Ответ: твоя башня!

Не прошло и секунды, как маг определил местонахождение Майи, стоило лишь упомянуть его башню. Молох заскрипел зубами от злости, щёлкнул пальцами, и все очутились внутри.

Башня представляла собой круглую комнату, достаточно просторную, чтобы вместить всё необходимое. В центре стояли два стола: один завален книгами, второй склянками и пробирками с различными веществами. Справа за столом с пробирками располагался стеллаж с книгами, слева кресло перед окном. Комната пропитана мрачной атмосферой, словно здесь ежедневно происходило что‑то зловещее. Тёмные тона мебели и тусклый свет создавали ощущение заброшенности, хотя чистота говорила об обратном.

В центре комнаты стояла Майя, держа в руках странное существо. Она внимательно его разглядывала. Молох резко выкрикнул:

— Не трогай мои вещи!

Он подошёл к девочке и выхватил существо из её рук. Майя обиженно надула губы.

— Майя, ты зачем убежала?

Обеспокоенно спросила Нора, приблизившись к ребёнку.

— Мы тебя по всему крылу искали.

Майя обняла Нору и ответила:

— Я проснулась и хотела сразу пойти к Реджи. Но немного забылась и пошла гулять. Вот так сюда и добралась.

Пока девочка рассказывала Норе, Реджи разглядывал животное, дрожащее в руках Молоха.

Существо размером с курицу: голова и лапы как у птицы, пушистое белое тельце, большие уши, как у кролика, и нежно‑голубые крылья. Вид милый, но одновременно странный.

Реджинальд отошёл подальше, брезгливо поморщившись:

— Фу, тебе зачем это вообще?

Молох приподнял животное, глядя на него. Бедолага съёжился от страха и заскулил. Маг спокойно ответил:

— Хм… Для особого эксперимента.

Эти слова молнией пронзили Майю. Она отпустила Нору и подбежала к Молоху. Глаза её расширились от ужаса.

— В смысле для эксперимента?!

Маг покосил на неё взгляд и пояснил:

— Что «в смысле»? Для обычного эксперимента, где главную роль играет сердце этой мерзости.

Майя взъелась от этих слов:

— Отдай!

Она прыгнула, пытаясь забрать животное, но Молох вовремя поднял руку. Девочка продолжала прыгать и хвататься за его одежду:

— Отдай, отдай его!

— Майя, он же придворный маг. Это его работа.

Попытался успокоить её Реджинальд, но девочка не слушала.

— Не позволю! Отдай мне кракозябру!!

Молох оставался невозмутим. Отвернувшись, он заявил:

— Ничего я тебе не отдам. Его судьба предрешена, и ты ничего с этим не…

Эти слова ещё сильнее разозлили Майю. Она толкнула Молоха под колени. Он потерял равновесие. Существо выпало из его рук и полетело назад. Майя молниеносно среагировала, поймав его над головой. Молох рухнул на пол.

— Пф‑ф!

Вырвалось у Реджи. Он разразился хохотом - наклонился, схватился за живот и заливался смехом.

— Кракозябра!

Майя тут же обняла существо и с нежностью прижала к себе, ласково поглаживая. Между тем от Молоха начала исходить почти осязаемая угроза. Нора, хоть и не могла сдержать улыбки, мгновенно поняла, что ситуация накаляется.

— Ах ты проблемная мерзавка!

Прорычал Молох.

Услышав это, Реджинальд мгновенно очнулся. Он подхватил Майю подмышку. Девочка по‑прежнему счастливо обнимала кракозябру. Принц вместе с Норой бросился прочь из башни.

Они мчались вниз по лестнице, когда позади раздался яростный голос Молоха:

— Стойте! Иначе я и вас на опыты пущу!!!

Преследование продолжалось, пока все не выбились из сил. Постепенно Молох успокоился. Под настойчивым давлением Реджинальда и Норы было решено, что существо следует вернуть в естественную среду обитания.

Майя отчаянно сопротивлялась, но доводы оказались весомыми: если оставить кракозябру в замке, со временем он вырос бы до размеров земного слона.

После этого случая все пришли к единому выводу: Майю ни в коем случае нельзя оставлять без присмотра и к её словам стоит прислушиваться внимательнее.

Вскоре Нора привела Майю к Реджинальду, который всё ещё спал. Девочка подбежала к кровати и раздвинула каркасный балдахин.

— Вставай, братишка‑а‑а!

Громко воскликнула Майя, тряся Реджинальда. Нора в это время аккуратно раздвигала плотные шторы, впуская в комнату утренний свет.

— М-м…

Промычал Реджи. Он поднялся, выглядя не лучшим образом: лицо выражало крайнюю степень сонливости, а волосы торчали в разные стороны, словно одуванчик. Голос принца был низким и вялым, будто он всё ещё пребывал в объятиях сна.

— Я так радовался, что теперь Нора будит меня на час позже, но в итоге получил вопли под ухом каждое утро.

Проворчал он. Майя улыбнулась, слегка нахмурив нос, и ехидно хихикнула:

— Ехех!

Реджи слегка улыбнулся в ответ, но желание вернуться в постель никуда не исчезло.

— Ваше Высочество, вы уже должны были привыкнуть просыпаться рано утром.

Начала Нора, подходя к кровати.

— Вам следует встать. Пришли письма из высших сословий.

Реджи заныл и рухнул обратно на кровать. Майя, не понимая его недовольства, спросила:

— А что в этом плохого?

— В том, что их много!

Раздражённо ответил Реджи. Он схватил подушку, прижал её к лицу и заорал в неё.

— Вы уже не маленький, Ваше Высочество.

Сказала Нора, отбирая у него подушку.

— Вставайте! Я пока принесу вам завтрак.

Она положила подушку на место и поклонилась, прежде чем выйти из комнаты.

Реджи вздохнул, посмотрел на потолок и, осознав неизбежность происходящего, встал и направился в гардероб переодеваться. Майя перебралась на мягкую софу и терпеливо ждала.

Переодевшись, принц вышел и сел на софу перед Майей. Его волосы по-прежнему торчали в беспорядке. Глядя на них, Майя подумала: «Какие у него длинные волосы…»

Через некоторое время в комнату вошла Нора с сервировочным столом. На нём стояли тарелки с завтраком, чашки чая и поднос с десертами. Горничная аккуратно расставила всё на столике перед Майей и Реджинальдом, а затем достала из-под стола коробку. Она перевернула её над софой, где сидел Реджи, и письма посыпались на диван. Их было так много, что это напоминало бумажный дождь.

— У‑у‑у!

Удивлённо воскликнула Майя, кладя ложку в рот и продолжая есть.

Нора поставила пустую коробку на место и сказала:

— Ваше Высочество, прошу вас пройти к трюмо. Нужно уложить вам волосы.

Не успев встать, Реджинальд услышал голос Майи:

— А можно я это сделаю?

Все уставились на девочку, не ожидая такого предложения. Нора засомневалась и перевела взгляд на принца. Тот лишь махнул рукой, приподняв плечи, и разрешил:

— Пусть делает, раз уж хочет.

Майя радостно завизжала и подбежала к Реджинальду. Нора подошла к трюмо и взяла расчёску.

— Подай, пожалуйста, ещё ленточки.

Попросила она горничную.

Реджи подозрительно посмотрел на Майю, нахмурив брови:

— Ты что собираешься делать?

Девочка присела рядом с ним и замахала руками, призывая развернуться:

— Ничего.

— Хорошего?

Продолжил за неё Реджинальд.

— Кыш, кыш, разворачивайся!

Повторила Майя, снова замахав руками. Реджи закатил глаза, слегка улыбнулся и повернулся к стопке писем. Взглянув на них, тут же отпрянул с явной неприязнью. Майя начала аккуратно перебирать его волосы.

— Вот, прошу.

Сказала Нора, подавая всё необходимое. Майя взяла предметы и с милой улыбкой поблагодарила:

— Спасибо, сестричка.

— Всегда рада помочь. На этом всё, я пойду по остальным делам.

Ответила горничная, поклонилась и вышла из комнаты.

Майя принялась расчёсывать волосы Реджи, пока он открывал и читал письма.

— А что это за письма?

Спросила Майя, и принц ответил:

— Это приглашения на встречи.

Девочка наклонилась и через плечо Реджинальда посмотрела на внушительную кучу писем:

— Вот это вот всё?!

— Ага.

Подтвердил Реджи, продолжая перебирать бумагу.

Шок! Расчёсывая от кончиков по всей длине волосы, Майя выдвинула:

— Братишка нынче популярен.

Принц, читая очередное письмо, взял чашку чая и цинично ответил:

— Не то чтобы. Это всё чисто формально. Так сказать, для укрепления связей с будущим правителем.

Он отпил чай, поставил чашку на стол и добавил:

— Даже взяв перерыв от всего, меня всё равно заваливают приглашениями.

Реджи поднял несколько уже прочитанных писем и начал объяснять:

— Вот здесь зовут на бал, здесь - на чаепитие, здесь - на чаепитие в другую страну, а здесь… на девичник?

Впечатлившись, он отложил это письмо отдельно:

— Надо бы сохранить.

Майя закончила расчёсывать волосы. Она оставила две пряди спереди, собрала остальные в высокий хвост и завязала бантик синей лентой.

— А где твои родители?

Неожиданно спросила девочка. Реджи повернул голову и посмотрел на Майю с удивлением:

— Что?

Переспросил он, не понимая причины вопроса. Майя повторила с лёгким раздражением:

— Спрашиваю, где твои родители!

Она потянула его за волосы, заставляя повернуться обратно. Реджинальд, чувствуя себя обескураженно, подумал: «Так мне не послышалось».

После того как Нора объяснила, что у Майи нет родителей, Реджинальд твёрдо решил: об этом даже не заговаривать. Сам принц за всё детство не помнил ни единого утра, когда родители просто позавтракали бы с ним. Они всегда были по горло заняты делами. Реджи не знал, какие у Майи были отношения с родителями, останется ли она равнодушной, если завести разговор об этом, или расплачется, воскресив воспоминания.

Принц решил не задавать лишних вопросов и коротко ответил:

— Ну, они тоже в этом замке.

Майя принялась заплетать ему косу с лентами, а Реджинальд продолжил:

— Живут в западном крыле. Мы редко встречаемся.

— Почему?

Спросила Майя с ноткой тоски. Принц ответил с явной неприязнью:

— Они из тех, с кем лучше не контактировать. Могут загрызть без сожаления, особенно если очень заняты.

Майя завершила причёску и продолжила слушать.

— Я и сам не горю желанием с ними сближаться, хоть и являюсь наследником престола.

Она потянулась за недоеденным завтраком и поставила тарелку перед собой.

— А я бы хотела сейчас увидеть своих родителей.

Повисла тягостная тишина. Реджинальд взглянул на приунывшую Майю и тут же мысленно обругал себя: «Чёрт! Вот же кретин. Нужно было просто сменить тему. Так и знал, что это не лучшая тема для разговора… Надо исправлять положение!»

Он бодро произнёс:

— О, ты уже закончила! Надо бы посмотреть.

Принц поднялся и подошёл к трюмо. Взглянув в зеркало, он искренне удивился результату.

«Ничего себе пятилетний ребёнок сделал!» — подумал он, разглядывая аккуратную причёску со всех сторон.

Была лишь одна загвоздка. С лёгкой усмешкой Реджи подумал: «Если бы не бантик, я бы даже вышел так на публику».

Он вернулся к Майе и с искренней улыбкой похвалил:

— Очень красиво получилось! Спасибо большое!

Майя нежно улыбнулась:

— Я умею, ехех!

Принц сел на место и снова углубился в чтение писем.

— Вот же, я рассчитывал на печенье сегодня…

Внезапно в комнате появился Молох. Он устроился на софе и с разочарованием разглядывал поднос с десертами.

Майя вздрогнула, но тут же радостно воскликнула:

— Ой, доброе утро!

Молох перевёл взгляд на девочку, затем заметил новую причёску Реджинальда и усмехнулся:

— Пф, это что у тебя на голове?

Насмешливо спросил он, удобно расположившись на софе и подогнув ногу. Реджинальд начал позировать, показывая себя во всей красе, и восхваляя произнёс:

— Красиво, не правда ли?

— Ага, очень.

Равнодушно ответил маг, прикрыв глаза капюшоном.

Майя, попивая чай, покачивала ногами. Глядя на мага, она подумала: «Он так мало эмоций показывает. Только злого его и видела!»

— М!

Майя вдруг озарилась идеей.

— Точно! А сколько вам лет вообще?

Реджи отвлёкся от писем, приподнял бровь и спросил:

— А мы что, ни разу не говорили об этом?

Майя кивнула, мысленно ругая себя: «За столько дней так и не спросила… Совсем совесть потеряла! У‑ы!»

Принц вновь посмотрел на письма и ответил:

— Мне пятнадцать лет.

Затем резко указал на Молоха и с напускной строгостью заявил:

— А этот маразматик даже мне не сказал свой возраст!

Молох приподнял капюшон, обнажив резкие черты лица, и с пронзительным взглядом ответил:

— Я же говорил! Мне столько лет, что я сбился со счёта.

— Э…

Майя резко вскочила, громко опёршись руками о стол.

— Сколько‑сколько лет? На какой цифре ты остановился?!

Реджинальд вздрогнул от резкого звука, но Молох остался невозмутим. Маг почесал подбородок, припоминая:

— Хм… Кажется, на трёх‑четырёх тысячах.

Майя буквально рухнула на пол, ошеломлённая услышанным. Принц посмотрел на неё, будто на бездыханное тело, и, слегка подтолкнув ногой, спросил:

— Хей, чучело, ты жива?

Не получив ответа, принц с упрёком обратился к Молоху:

— Ну вот, ты ребёнка убил своей старостью!

Маг обратно закрыл свои глаза капюшоном.

— Это даже звучит абсурдно.

Оправившись от шока, Майя поднялась и пристально посмотрела на Молоха, сузив глаза.

— Это как ты так молодость сохранил?

«Любая девушка позавидовала бы его молодости и прекрасной внешности. Я тоже так хочу!» — вспыхнуло в мыслях Майи.

Он небрежно махнул рукой, не глядя на неё:

— Так я не человек. Маги, конечно, живут дольше обычных людей, но я особенный.

Тот факт, что ему около четырёх тысяч лет, сам по себе был поразителен. Где ещё найдёшь того, кто старше некоторых египетских пирамид?

Любопытство Майи разгорелось ещё сильнее, и она спросила:

— Чем же?

Уголки его губ приподнялись в лисьей ухмылке.

— Тем, что я не только маг.

Он поднялся, опёрся рукой о согнутое колено и лёгким движением снял капюшон. Мантия плавно соскользнула, и в едва заметном сиянии проявились три рога: два по бокам и один спереди. Чёрные, с металлическим блеском, они изящно изгибались вверх, местами демонстрируя острые грани.

Впервые Майя смогла разглядеть его волнистые тёмно‑фиолетовые волосы. В лучах света они мягко переливались, приобретая сливовый оттенок. Она не могла оторвать взгляда. Улыбка Молоха исчезла, и теперь он смотрел на девочку холодно, с высокомерным выражением, а его глаза излучали едва уловимое фиолетовое сияние.

— Ты что так уставилась? Испугалась?

Спросил монотонно маг.

Однако вместо страха Майя вспыхнула от восхищения. Этот взгляд насторожил Молоха. И не зря! В следующий миг он услышал:

— Дай!

Девочка вскочила и подбежала к нему с протянутыми руками.

— Дай потрогать!

— Чего?!

Он резко вскочил и отбежал подальше, чем привлёк внимание Реджинальда, который начал смеяться над этой ситуацией.

— Не дам я тебе потрогать рога, и не мечтай!

Майя последовала за ним, умоляюще протянув руки:

— Ну дай, пожалуйста! Что, жалко, что ли?

— Отвали!

Он развернулся к ней и выставил руку, остановив Майю. Она столкнулась с его ладонью. Девочка продолжала махать руками, пытаясь дотянуться, но её рост не позволял этого сделать.

— Умоляю! Дай хоть раз потрогать!

— Ещё что скажешь, проблемная?

Майя остановилась, опустила руки и решительно посмотрела на него.

— Обещаю больше никогда в жизни не заходить в твою башню. И даже к ней подходить не буду.

Молох склонил голову набок:

— Говоришь так, будто опять туда заходила.

Он убрал руку с её головы и положил на талию. Майя неуверенно посмотрела по сторонам, слегка вспотев, и пробормотала:

— И отдам блестящий шарик.

— Что?! Так это ты стащила глаз аликорна?!

Молох стиснул челюсти от злости, но, осознав неизбежность, приложил ладонь к лицу и вздохнул.

— Ой, ладно. У тебя пять минут, а после отдаёшь глаз.

Маг наклонился вперёд. Счастливая Майя тут же ухватилась за рога. Они оказались гладкими, словно отполированными; острые грани не ранили кожу, но отчётливо ощущались. Молох внимательно наблюдал за девочкой: она ощупывала рога от основания до кончиков, её глаза сияли, как кристаллы, а на лице играла лучезарная улыбка.

— Какие классные!

Прошептала Майя.

Неожиданно Молох приподнял голову, и Майя повисла на рогах. Она удивлённо посмотрела вниз, затем перевела взгляд на мага и, ослепительно улыбнувшись, принялась болтать ногами.

Реджинальд возмущённо воскликнул:

— Хей! А меня в детстве ты отказался так катать!

— Тут вынужденное решение.

Спокойно ему ответил Молох. Из-за чего Майя рассмеялась.

Поскольку Реджинальду предстояло ехать на встречу, а Молох был занят делами придворного мага, за Майей присматривала Нора.

Девочка лежала на полу и увлечённо рисовала, пока горничная сосредоточённо изучала бумаги в руках. Закончив очередной рисунок, Майя подняла глаза на Нору. Та выглядела крайне раздражённой.

— Нора, всё в порядке?

— М?

Горничная на мгновение оторвалась от бумаг, лишь чтобы бросить на Майю короткий взгляд.

— Да, всё в порядке.

С этими словами она вновь погрузилась в изучение документов.

Майя взяла чистый лист и начала рисовать четвёртую картинку. Но внезапно заметила, что на лице Норы промелькнуло нечто большее, чем просто раздражение.

— А мне кажется, нет. Ты выглядишь так, будто сейчас кого‑то убьёшь.

Нора усмехнулась.

— Да, есть такое.

Ответила она, перелистывая бумаги.

— Поскольку я главная горничная этого крыла замка, обязана поддерживать здесь идеальный порядок.

Она перевернула страницу, и тут же брови взметнулись вверх, а лицо исказилось от гнева.

— Ну вот это что такое?!

Нора подняла отдельный лист, внимательно осмотрела его с обеих сторон.

— Одна из горничных отдала мне пустой лист! Разве так можно?!

— Это так важно?

Спросила Майя, не отрываясь от рисунка. Нора опустила плечи, тяжело выдохнула.

— Да, очень важно. Если здесь будет хоть малейший беспорядок, то уже не я кого‑то убью, а меня убьют Его и Её Величество.

Майя замерла, держа карандаш у губ. Глаза расширились от удивления, а в голове мелькнуло: «То Реджи, то Нора… Неужели его мама и папа настолько злые?»

Должна же быть хоть одна причина, почему все вокруг считают их тиранами. Майя поинтересовалась:

— Расскажи о них побольше.

Нора бросила на неё короткий взгляд, но промолчала. Просьбу можно было истолковать двояко: и как вопрос о проштрафившейся горничной, и как интерес к родителям принца. Заметив озадаченность на лице горничной, Майя продолжила рисовать и уточнила:

— Просто и ты, и Реджи говорите, что его родители злые. Почему так?

Услышав, чего хочет узнать девочка, Нора медленно, но уверенно заговорила:

— Рассказать о Его и Её Величестве… Хм… С чего бы начать.

Она задумчиво посмотрела в сторону.

— Эльбрус де Азельер Синкея и Мизерия де Азельер Синкея.

«Какие красивые имена… Так у Реджи, значит, полное имя - Реджинальд де Азельер Синкея», — подумала Майя.

— Нынешние правители Синкейской империи и одни из самых кровожадных за всю историю.

Кровь застыла в жилах. Майя почувствовала, как внутри всё похолодело. Карандаш выпал из рук и глухо стукнулся о лист бумаги. Она не могла поверить своим ушам.

— Как я помню, их история началась с того, что Его Величество в семнадцать лет потерял родителей и унаследовал трон. На его плечи легла война с соседней страной, и он решил лично отправиться на границу, чтобы допросить заложников. Там он встретил Её Величество.

Майя слушала словно заворожённая, не пропуская ни слова. При этом её пугал сам факт, что они находятся в одном замке.

— Потом они поняли, что их желания совпадают. Стали действовать вместе, не оставляя никого в живых на своём пути. Благодаря им Синкейская империя одержала победу и завоевала новые земли, стерев с лица земли предыдущую империю. С тех пор на них боятся даже случайно косо посмотреть.

Завершила Нора; голос звучал сухо и отстранённо. Следом за рассказом она как раз закончила ознакамливаться с документами, поэтому отложила их на маленький столик.

Майя ощутила, как по спине пробежал холодный пот. Не смогла не спросить:

— Поэтому мне нельзя покидать это крыло?

Нора кивнула. На лбу выступил нервный пот. Чуть откинув голову в сторону, она неуверенно произнесла:

— Д-да, к сожалению, именно из‑за этого.

Майя вернулась к рисунку.

«Получается, если я покажусь им на глаза, меня убьют без лишних разговоров?» — подумала она, и по спине пробежала морозная дрожь.

«Какой кошмар! Теперь понятно, почему Реджи их избегает. Я не хочу оказаться у них на пути. Уы!»

Вскоре Майя закончила рисунок. Она встала на колени и рассмотрела все четыре работы. Затем протянула их Норе.

— О, ты хочешь, чтобы я посмотрела?

Спросила горничная, беря рисунки в руки. Майя кивнула, и Нора начала рассматривать работы. Девочка села рядом с горничной.

Первая картина представляла собой каракули с улыбающимся лицом, напоминавшим какого‑то зверя среди природы. Рисунок был сделан на скорую руку: некоторые штрихи мешали понять, что именно изображено.

— Расскажи мне про этот рисунок, пожалуйста.

Мягко попросила Нора, подавая лист Майе. Ей искренне хотелось узнать, что задумала девочка, но разобрать детали было непросто. Майя улыбнулась и начала объяснять:

— Это кракозябра. Мы выпустили его на природу, и он был таким счастливым в этот момент.

Она прижала рисунок к груди, словно это была любимая игрушка.

— Скучаю по нему, уы‑ы!

Нора ободряюще положила руку на плечо девочки.

— Мы когда‑нибудь сходим на него посмотреть, хорошо?

Пообещала она и перевела взгляд на следующий рисунок. Майя радостно кивнула:

— Уи‑и! Поскорей бы сходить его проведать!

— О! Это что, я?

Неожиданно воскликнула горничная, протягивая рисунок ребёнку. На бумаге Майя держала за руки Нору.

Девочка засмеялась и кивнула:

— Ага, потому что я люблю Нору.

Её голос звучал мягко и нежно.

Ох! В самое сердце! Нора почувствовала, как её сердце растаяло от этих слов.

Горничная продолжила изучать рисунок и заметила: работа выполнена не быстрыми штрихами, а аккуратными плавными линиями. Изображение выглядело удивительно детально. На первый взгляд невозможно было поверить, что его создал пятилетний ребёнок. Скорее похоже на профессиональную взрослую работу, только выполненную в ускоренном темпе.

— Ты довольно хорошо рисуешь. Может, принести тебе больше бумаги и карандашей, чтобы ты могла продолжать?

Предложила Нора. И Майя с радостью согласилась:

— Давай! Я хоть чем‑то тут займусь.

После услышанного ответа горничная увидела, что Майя внимательно смотрит на следующий рисунок, который она держала в руках. Нора перевела взгляд на изображение и увидела, что на нём была Майя, а по бокам двое взрослых: мужчина с длинными чёрными волосами до пояса и женщина с тёмно-бордовыми волосами, собранными в причёску.

Горничная протянула лист девочке, собираясь задать вопрос, но Майя опередила её:

— Это мои родители.

Тихо произнесла она. В шёпоте ощущалась дрожь от нахлынувших эмоций. Девочка сжала рисунок по углам и посмотрела на него с тоской.

Нора почувствовала, как сердце замерло от вида грустной Майи. Она хотела найти утешительные слова, но в этот момент дверь внезапно распахнулась.

— А вот и я!

Воскликнул Реджи, входя в комнату. Его лицо светилось от счастья, а в глазах плясали искры радости.

Майя мгновенно переключилась с рисунка на брата:

— Братишка!

Радостно закричала она, отложила рисунок, встала и бросилась к нему.

— Да-да, это я!

В этот момент из дверного проёма появился Молох. Он выглядел так, словно побывал на каторге.

— И братишка‑волшебник здесь! Ура!

Воскликнула вдвое радостнее Майя, подняв руки. Молох лишь убито ответил:

— Ага… Здесь…

Все вошли в комнату и закрыли дверь.

«Что с ними двумя произошло?» — задумалась Майя и решила спросить:

— И что с вами?

— О, со мной всё прекрасно!

Ответил Реджи, пребывая на седьмом небе от счастья. Однако Молох продолжил с явным возмущением:

— Побывавший в гаремнике…

«Чего?» — не поняла Майя. А Нора, напротив, осознала сказанное и насторожилась.

Молох схватился за голову, на виске даже вздулась вена.

— Как обычно, я завершил все дела и, поскольку я ещё и телохранитель этого альфонса, отправился за ним во дворец Керлинов… И сразу пожалел об этом.

После этих слов Нора молниеносно бросилась к Майе.

— Там такой блядушник был! У меня чуть глаза из орбит не вылетели!

«Чавось?! Что там было?!» — подумала Майя, пока Нора закрывала ей уши.

— Вы что, выражаетесь при ребёнке?! А вы, Ваше Высочество, чем там вообще занимались?!

Резко спросила горничная, сверля их взглядом.

Реджи развёл руками и с лёгкостью в голосе произнёс:

— Одно другому не мешает. Думаю, вы не хотите знать подробности.

— И не стоит даже пытаться в это вникать.

Всё так же подавленно добавил Молох.

Вдруг до Майи дошло.

«Точно, рисунок!» — пронеслось в голове девочки.

Забыв о том, что сказал маг, она вырвалась из рук Норы и побежала обратно. Подняв рисунок, Майя вручила его Реджинальду и с лучезарной улыбкой произнесла:

— Это вам с Молохом.

Принц взял лист. На нём была изображена Майя, держащаяся за руки с Молохом и Реджинальдом.

Молох подошёл и через плечо принца посмотрел на рисунок.

— Оу, как мило! Спасибо, Майя!

Сказал Реджи и добавил:

— Мы здесь выглядим как семья.

Молох злобно рявкнул и дёрнул его за волосы:

— Не говори чушь!

— Ай!

У Майи словно над головой зажглась лампочка.

— Ехех!

Её ехидная улыбка со сморщенным носом снова появилась на лице. Эта фраза в сочетании с невинным выражением стала спусковым крючком.

— Папочки!

— …

— …

Не теряя ни секунды, Реджи схватил Майю, перекинул через плечо и бросился бежать от разъярённого Молоха. Они промчались мимо соф и стола, сделали круг и устремились к выходу.

Реджинальд бежал по коридорам, а Майя рассмеялась и сказала:

— Братишка, ты можешь просто оставить меня и сбежать сам!

— Не говори ерунды! БОЛЬШЕ НИКОГДА В ЖИЗНИ!!!

— Наконец‑то закончил.

Устало пробурчал Молох, тяжело опускаясь в кресло. Его движения скрывала мантия, но было видно, как он, расслабляясь, опустил плечи.

За неделю без единого дня отдыха он выполнил поручение Его Величества Эльбруса: создал артефакты для всех вооружённых сил Синкейской империи. Теперь он сидел, упираясь локтем в подлокотник и склонив голову на руку.

«Как же я задолба‑а‑ался! И на кой фиг его пробрало на идею обеспечить оружие рыцарей огненным артефактом?» — жаловался сам себе Молох.

Маг провёл рукой под капюшоном и почесал затылок. День только начинался, на ближайшее время работы не предвиделось, а Молох не из тех, кто отдыхает. Окинув взглядом комнату, он сообразил, как можно скоротать время.

«Сходить проверить малолеток, что ли? Вдруг печенье у них есть», — с этими мыслями он встал и, щёлкнув пальцами, переместился в спальню принца.

— Что?

Но там никого не оказалось. За окном уже сияло солнце, а в комнате царила тишина. Молох переместился в спальню Майи. И там было пусто. Он обошёл несколько комнат крыла замка, заглянул на кухню, в кладовку и даже в перистиль. Никого не было!

— Странно…

Пробормотал он, возвращаясь в спальню принца. На этот раз его встретила Нора, выглядевшая так, будто увидела привидение. Горничная выдохнула с явным облегчением:

— Ох, это вы!

Молох подошёл ближе и спросил:

— Где эти двое оболтусов? Их нигде нет.

— Я тоже ищу. Оставила их после обеда, а когда вернулась, никого уже не было.

Ответила Нора. Молох раздражённо закатил глаза и положил руку на талию.

— Ну и плевать. Где мои печенья?

Без церемоний спросил маг. Нора посмотрела на него косо, но не дрогнула:

— Поможете найти Майю и принца - и будут вам печеньки.

— Это шантаж!

Возмущённо рыкнул маг, вздёрнув брови.

— Так что, договорились?

Спросила Нора, протягивая ему руку. Она была уверена, что маг поможет. И Нора не ошиблась. Молох поражённо вздохнул и пожал протянутую руку. Затем произнёс то, что уже знал:

— Я обыскал все комнаты и даже улицу - пусто.

— Может, они направились в вашу башню? Вас давно не было, вдруг захотели заглянуть.

Предположила Нора. Молох мрачно ответил:

— Если это так, то я их убью.

Они телепортировались в башню, но ребят там не оказалось. Зато Молох облегчённо вздохнул.

— Итак, куда теперь?

Спросил маг. Нора задумалась, пытаясь вспомнить все места, где могли быть пропавшие. В голову приходили лишь два варианта. Один из них - западное крыло замка, но в таком случае Майе и Реджинальду грозила бы смертная казнь.

Горничная озвучила свою идею:

— Есть одна мысль. Они могут быть в купальне.

Не говоря ни слова, Молох телепортировал себя и Нору в купальню. И действительно, там они увидели Реджинальда. Он сидел в воде, опершись локтем о край бассейна; была видна лишь его обнажённая спина.

— Ваше Высочество, так вот вы где!

Воскликнула Нора, как только заметила принца. Реджи, услышав знакомый голос, повернул голову:

— Ага, ты ещё и Молоха с собой притащила. Ну что, закончил свои фигнюшки делать?

Обратился он к магу, который лишь кивнул.

Нора окинула взглядом помещение, но Майи нигде не увидела. Её охватила тревога:

— Ваше Высочество, где Майя?

К её удивлению, принц спокойно ответил:

— Как где? Здесь.

Тут же за ним показалась голова Майи, и детский голосок откликнулся:

— Я тут!

Нору и Молоха словно током ударило. Рассерженные, они начали кричать:

— Ваше Высочество, нельзя с Майей купаться!

— Ах ты развратник смазливый!

Они быстро приближались, пока Молох продолжал отчитывать Реджинальда:

— Ты что, ещё и проблемную соблазнить пытаешься?

— Так, стоп!

Выкрикнул Реджи, подняв руки, пытаясь успокоить их.

— Вы всё не так поняли!

Подойдя ближе, они увидели, что Майя одета в чёрный купальник на всё тело с золотой вышивкой и трёхслойной юбкой. Перед ней плавали игрушки, с которыми она играла, даже сейчас глядя на встревоженных Нору и Молоха. У них камень с души упал, когда они всё поняли.

Нора обессиленно опустила плечи, положила руку на сердце и склонила голову. Она шумно выдохнула:

— Фух! Вот же напугали.

Молох, зажимая переносицу, отвернулся и медленно, тяжело выдохнул, подавляя желание убить принца и мелкую. А горничная тем временем добавила, повысив голос:

— Мы же вас по всему крылу замка искали!

— Ну нашли же.

Спокойно ответил Реджи, глядя на Нору.

— Нам стало скучно, поэтому мы пошли прогуляться. В итоге нашли вот это всё и решили прийти сюда.

Выслушав объяснение, Нора кивнула:

— Хорошо, но в следующий раз лучше предупредите. А сейчас я схожу за полотенцами.

С этими словами она направилась к выходу из купальни, оставляя ребят одних.

Майя продолжала играть с золотым мячиком, украшенным множеством драгоценных камней. Она пыталась утопить его, но мячик оставался на плаву.

Брови девочки нахмурились, и она задумалась: «Почему он не тонет? На нём же много камней, и сам, видать, из золота… Возможно, из-за воздуха, находящегося внутри, и золото не такое плотное, как мне кажется».

— Вот же вам заняться‑то нечем было.

Произнёс Молох, подходя ближе. Он присел на корточки у края бассейна, справа от Реджинальда.

— Могли бы почитать книжки о конституции, что ли.

Добавил он, протянув руку и коснувшись пальцем воды. Из воды начали подниматься пузыри, что устремились вверх. Глазки Майи засверкали, а лёгкое чувство эйфории разрасталось в груди с каждым новым пузырьком.

Девочка повернулась к Молоху и предложила:

— Братишка, айда с нами!

— Вот‑вот, хватит нотации читать.

С этими словами Реджинальд схватил Молоха за мантию и потянул в воду.

Не успел маг опомниться, как уже оказался в воде. Он встал на колени, а Майя, пока тот не сориентировался, радостно подплыла к нему и повисла на шее.

— Вы что, сговорились, что ли? Чего ты на мне повисла? Отцепись!

Проворчал Молох, пытаясь отстранить девочку, но тщетно.

Майя, прижимаясь сильнее, мило протянула:

— Ехех, я останавливаю братишку, чтобы тот не убил Реджи!

Молох недовольно зарычал. Он махнул рукой и сказал:

— Всё, хватит, не убью я его. Иди лучше покатайся.

Там, куда он махнул, появились две водные горки. Майя, увидев их, радостно завизжала:

— Уи‑и! Спасибо!!

Она поцеловала Молоха в щёку и направилась к горкам, оставив его в лёгком шоке.

Молох посмотрел вслед девочке и провёл рукой по щеке, всё ещё ощущая нежное прикосновение её губ.

Реджи ухмыльнулся, глядя на Молоха, словно лис. С задором он спросил:

— И это ты меня извращенцем называл?

У Молоха вздулась вена на лбу, а брови задёргались. Он раздражённо посмотрел на принца:

— За языком следи, сосунок!

Реджи поднял руки на уровне груди:

— Молчу, молчу. Пошутить уже нельзя.

Он опустил руки, оставив одну на краю бассейна.

Они наблюдали, как счастливый ребёнок катается с горки. Майя, стоя на вершине, громко крикнула, энергично размахивая руками:

— Хей, давайте ко мне! Чего сидите просто так?

Принц, с улыбкой на лице, поднялся на ноги:

— Хах! Ну что ж, пошли.

Он протянул руку Молоху, который с недовольным видом принял её. Маг поднялся, и с его одежды ручьём стекала вода.

— И переоденься.

Произнёс принц и направился к горке, где вовсю прыгала Майя.

— Не указывай мне.

Фыркнул Молох и, взмахнув рукой, сменил мокрую одежду на подходящую.

Оставшиеся полдня ребята провели в купальне, наслаждаясь каждым мгновением. Молох показывал разные фокусы с водой, порой подшучивая над Реджинальдом и Майей. А они в ответ заставляли его колдовать всё, что только пожелают.

Ребята старались не напоминать Майе о её прошлом и не задавать вопросов о пережитом. Они наслаждались жизнью, радуясь каждый день улыбке девочки, которая делала их мир ярче и радостнее.

Так прошёл первый год, а за ним и второй…

— С днём рождения!

Радостно воскликнули все присутствующие.

Сегодня, пятого мая, был день рождения Майи. Ей исполнилось семь лет. Эти два года прошли спокойно и быстро. Майе доделали комнату: теперь она не такая тусклая, как раньше, да и вещей с мебелью и игрушками прибавилось.

Майя, одетая в пышное розовое платье, с цветами в волосах, прыгала от счастья, наблюдая, как Нора несёт ей торт со свечами. Реджинальд, дурачок, во всю бесился: надев смешные очки и колпак, он хлопал хлопушки и орал громче всех, словно это у него день рождения! Молох, что неудивительно, тихо лежал на софе, натянув капюшон на глаза, и вертел круговую трещотку. Но даже его щёлканье не могло сравниться с громким ликованием Реджи.

— Загадывай желание.

Сказала Нора, протягивая ей торт.

Майя остановилась и закрыла глаза, задумавшись: «Что бы мне пожелать… Может, какую‑то вещь? Хм… Нет, мне и так могут дать всё, что захочу».

Пока Майя размышляла, Реджинальд, заметив торт, закатал рукава и с ухмылкой направился к нему. Только вот смог сделать лишь один шаг.

— Не смей.

Остановил его Молох, схватив за руку и не давая совершить злодеяние.

— Если ты и в этом году ей торт в лицо швырнёшь, то Нора не только тебя, но и меня убьёт.

Принц пытался вырваться, но всё безуспешно.

Майя так и не придумала ничего новенького: «Тогда загадаю то же, что и в прошлом году. Хочу и дальше жить с ребятами счастливо, как семья!»

Загадав желание, Майя задула свечи. Нора радостно захлопала в ладоши. После этого и Реджинальд начал вместе с горничной радоваться.

— А теперь подарочки!

Прощебетал принц и побежал к столику, на котором стояли два подарка. Взяв один из них, он протянул его Майе.

— Вот от меня, с днём рождения!

Пока Майя открывала подарок, Нора взяла второй и подошла к ним.

— Ого…

Майя открыла подарок, и её глаза округлились от удивления. Внутри оказался красивый изогнутый золотой гребень с изумрудами. Смущённая, она подняла взгляд на Реджи.

— О-он же наверняка стоит целое состояние!

Реджинальд наклонился вперёд, опёршись руками о колени, и с нежной ухмылкой сказал:

— Ну, чуть меньше прошлого подарка. Это же на заказ, как ни крути, сделано.

Майя только сильнее засмущалась. Её лицо стало цвета спелого помидора.

— Я же просила много на меня не тратить!

Он поднял руку и прислонил палец к щеке, явив свою широкую лисью улыбку:

— Не‑а, ты сказала не заваливать тебя подарками, а про цену не говорила.

— Уы!

Майя злилась на поступок Реджинальда, но была очень рада подарку. Она поджала губы, а брови слегка задёргались: «И то верно…»

Просто в прошлый день рождения Реджинальд купил ей целый гардероб одежды… ПРЯМ ВООБЩЕ ЦЕЛЫЙ КОРОЛЕВСКИЙ ГАРДЕРОБ. Полки в шкафу были забиты до отказа, а все вещи отличались высочайшим качеством - их создали лучшие мастера. А Нора, в отличие от Реджи, подошла к выбору подарка иначе. После того как Майя сказала, что любит цветы, горничная украсила всю комнату разными цветами. Они были в горшках, в вазах, просто на полу, в виде лент, украшавших пространство. Однако, как обычно, именно ей пришлось потом убирать весь этот цветочный хаос.

Майя обвила шею Реджинальда и крепко его обняла:

— Спасибо огромное!

Он похлопал её по спине:

— Всегда пожалуйста.

После этого Майя отпустила принца. К ней подошла Нора с подарком в руках и протянула коробку. Ребёнок тут же начал её открывать.

— Я вспомнила, что ты интересовалась историей нашего мира.

Сказала Нора, пока Майя распаковывала подарок. Из коробки она достала две книги: «Все виды существ, жившие за всю историю» и «Появление магии и всё о её понимании».

— Скромно и недорого, как ты и хотела.

Добавила Нора с нежной улыбкой. Глаза Майи засияли, а ноги затопали на месте. Девочка бросилась к Норе с крепкими объятиями:

— Спасибо, я давно мечтала найти эти книги!

Запищала от счастья Майя в объятиях Норы, которая тоже крепко её обняла.

Реджи смотрел на них с подавленной миной и сказал:

— М‑да, ты каким‑то книжонкам радуешься больше, чем раритету. Тебе же семь, нафиг тебе это надо?

— Тебе не понять.

Коротко ответила Майя, на что Реджинальд лишь цокнул языком. Но тут принц заметил, что Молох всё ещё не торопится дарить свой подарок. Он окликнул его:

— Хей! Угрюмый наш, не собирается подарить имениннице подарок?

Все повернулись к магу, который откинул капюшон и посмотрел на них.

— То, что я здесь, уже подарок.

Ответил он с лёгкой усмешкой.

Майя подошла к столу и аккуратно положила подарки на него, бросив мимолетный взгляд на Молоха.

«Хах, ну да, в прошлый мой день рождения он даже не пришёл из-за работы», — подумала она про себя, пока Молох продолжал:

— Я здесь, чтобы следить за тем, чтобы Реджинальд опять не накосячил.

На лице Реджи появилось выражение «А что сразу я‑то?», и он скрестил руки на груди.

— Тогда покажи фокус.

Произнесла Майя с улыбкой, слегка прикрыв глаза.

Молох задержал на ней взгляд, словно взвешивая: стоит ли соглашаться? Но всё же маг недовольно цокнул, встал и подошёл ближе. Хотя голос его звучал немного неохотно, он согласился:

— Так уж и быть, покажу.

Молох опустился на одно колено перед девочкой. Протянув руку к её волосам, он аккуратно взял один цветок. Сжав его в ладони, Молох расслабил кулак, и цветок исчез.

«Это что? Всё, что ли?!» — возмущённо подумала Майя.

Она открыла рот, чтобы выразить недовольство, но замерла в изумлении. Из его ладони начал прорастать росток, который быстро превратился в пышный пион. Цветок распустился, наполняя воздух нежным ароматом.

Молох накрыл пион второй рукой и сомкнул ладони. Когда он разжал их, перед Майей возникла изящная кандзаси - чёрная палочка с волнистыми углублениями и великолепным пионом на конце. От цветка тянулись тонкие нити, похожие на паутину, усыпанную драгоценными камнями. Эти нити создавали вокруг мистическое сияние.

Молох приблизился, нежно приложил руку к щеке девочки и слегка наклонил её голову. Затем аккуратно закрепил кандзаси в причёске.

— Всё, можешь идти смотреться.

Произнёс он спокойным, но властным голосом. Майя послушно направилась к зеркалу.

Глядя на своё отражение с новой шпилькой, она подумала: «Какая красота…»

Девочка развернулась и с радостью побежала к Молоху, чтобы обнять его в знак благодарности. Но он, словно предвидя её действия, исчез прямо перед ней, оставив в недоумении. Через мгновение маг появился на паникадиле, висящем над ними.

— Давай без рук.

Холодно сказал Молох, глядя сверху вниз. Всю добрую атмосферу прервала Нора, она тут же начала его ругать:

— Ну-ка слезайте! Сломаете же её!!

Майя подняла на него умоляющий взгляд, полный печали, и тихо произнесла:

— Но я хотела тебя поблагодарить.

Молох, не обращая внимания на Нору, ответил:

— Обойдусь обычным «спасибо».

Майя надула щёки. Холодность Молоха возмутила её, но поделать она ничего не могла. Стараясь вложить в слова всю искренность, девочка сказала:

— Спасибо тебе большое, мне очень понравился подарок!

Услышав благодарность, Молох телепортировался на софу и улёгся, вытянув ноги. В этот момент глаза Майи вспыхнули ярким пламенем. Это шанс! Решимость повысилась на сто процентов! Она прыгнула на Молоха, не давая ему времени опомниться.

— Хей!

Успел выкрикнуть он, ошеломлённый её наглостью.

Майя крепко обвила его руками и прижалась, наслаждаясь моментом. Молох пытался отцепить её, злобно рявкая.

Реджи расхохотался:

— Ха‑ха‑ха! Тебя ребёнок обдурил!

Молох продолжал бороться с Майей и ворчал:

— Ты вообще заткнись! А ты, проблемная, отцепись от меня сейчас же! Я же сказал, что обычного «спасибо» достаточно!!!

Но Майя не слушала, продолжая обнимать. Реджинальд всё так же смеялся над ситуацией, а Нора умилялась.

На следующий день Майя решительно направилась к башне, где находился Молох. Реджи был на обучении, а Нора отсутствовала по делам. В обеденный перерыв коридоры были пусты, и девочка без труда добралась до нужной двери.

Поднявшись по лестнице, Майя вошла в комнату и увидела Молоха: он сосредоточённо смешивал что‑то в колбах. Не глядя на неё, маг сразу понял, кто пришёл, и спросил:

— Зачем ты сюда пришла? Разве не обещала не соваться? В который раз уже так делаешь.

Майя, нахмурившись, подошла ближе. Её глаза горели негодованием.

— Когда у тебя день рождения?

Молох на мгновение замер, отложил приборы и спокойно ответил:

— Тебе это знать не нужно.

Майя вспыхнула ещё сильнее.

— Почему? За два года я так и не узнала, когда у тебя день рождения, и никто об этом даже не говорит!

Молох сжал переносицу пальцами, вздохнул и монотонно спросил:

— Может, тогда у них и спросишь? Почему сразу ко мне?

Майя всплеснула руками и закричала:

— Потому что никто не знает, когда у тебя день рождения!!!

Её руки громко ударились о бока, когда она их расслабила.

— У Реджи - второго июня, у Норы - девятого сентября. А твой день рождения мы ни разу не отмечали.

Но Молоха было не так просто сломать. Он махнул кистью руки перед ней:

— И столько же ещё не будете праздновать. Всё, кыш отсюда!

Майя уже хотела возразить, но Молох отправил её обратно в спальню. Там её встретила встревоженная Нора.

— Ой! Майя, ты что, к господину Молоху убежала? И… Что с тобой случилось?

Горничная внимательно посмотрела на покрасневшую от злости Майю. Та, словно кипящий чайник, готова была взорваться. На пределе эмоций девочка подошла к кровати и начала яростно бить подушки, не удосужившись объяснить свою злость.

Вскоре, немного успокоившись, она принялась рассуждать, пытаясь понять, когда у Молоха день рождения. Как оказалось, она была права - никто об этом не знал.

Майя лежала на полу с листком и ручкой, записывая всё, что считала полезным.

«Итак… Молох определённо не любит свой день рождения. Папа тоже не очень его любил. Может, это взять за основу?»

Она нарисовала лица папы и Молоха.

«У папы день рождения был первого апреля».

Написала дату под его изображением, а под Молохом оставила знак вопроса.

«А у Молоха неизвестно».

Майя положила раскрытую левую ладонь перед собой и начала загибать пальцы, продолжая держать ручку в правой руке.

Она рассуждала: «И что здесь может быть общего? Папа за неделю до своего дня рождения становился раздражительным… Я точно помню, что Молох становится очень раздражительным в декабре. Где‑то в середине месяца он был таким злым, что к нему было страшно подойти…»

Девочка помрачнела, вспомнив: «Ну да… Запомнила я это только потому, что он каждый раз пытался отправить меня купаться с рыбками в море, когда я подходила… Истеричка!»

Закончив загибать пальцы, Майя посмотрела на сомкнутый кулак.

«Угу! Значит, так и запишем!»

Она уткнулась в листок и записала примерную дату, когда Молох и её отец начинали беситься.

«Если смотреть по записям, то день рождения Молоха пятнадцатого декабря! Это, конечно, не точно, но может быть правдой. Ведь я помню, что и у Норы перед днём рождения портится настроение… Реджи не в счёт! Он всегда на позитиве».

Девочка встала и подняла листок перед собой.

«Ну всё! Значит, к пятнадцатому декабря буду готовиться к его дню рождения».

Как раз когда она подвела итог, её мысли прервала открывающаяся дверь. В комнату вошла Нора с обедом.

— Майя, обед… М?

Она заметила листок в руке Майи и поинтересовалась:

— Ты что‑то нарисовала?

Майя поспешно сложила листок и с улыбкой сказала:

— Нет, ничего такого. Просто испорченный листок.

Она убрала руки за спину, скрыв бумагу от горничной. Нора подозрительно хмыкнула, приподняв уголок губ, и произнесла:

— Ну хорошо, а сейчас давай обедать.

Горничная покатила сервировочную тележку к столу, а Майя, кивнув, лёгкой порхающей походкой подошла к софе и села на неё.

С того дня Майя начала готовиться к дню рождения Молоха.

И что теперь делать? Уже прошёл день рождения Реджинальда, а Майя за несколько недель так ничего и не придумала. Она лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и чувствовала, как её охватывает отчаяние.

— Ува‑а‑а! Что же ему подготовить‑то?!

Ныла она, колотя ногами по кровати.

— Молоху ведь вообще ничего не нравится!

Внезапно Майя услышала, как открывается дверь: в комнату вошла Нора.

— Я пришла тебя проведать. Отдыхаешь?

Спросила горничная, присаживаясь рядом. И Майя грустно ответила:

— Угу.

Нора внимательно посмотрела на неё и, мягко поглаживая по волосам, задала вопрос:

— Тебя что‑то беспокоит?

«Какая же она всё‑таки проницательная», — тут же мелькнула мысль.

Несмотря на переживания, Майя почувствовала, как настроение немного улучшилось. Она вздохнула и повернула голову к Норе. Некоторое время девочка смотрела на горничную, размышляя, как выразиться, чтобы не вызвать подозрений. А после наконец спросила:

— Нора, а какой день рождения для тебя был самый запоминающийся?

Нора удивлённо вскинула брови и слегка отпрянула, пытаясь понять, к чему был этот неожиданный вопрос. Майя поспешила разъяснить:

— Ну, если бы ты могла устроить свой идеальный день рождения, что бы ты хотела увидеть? Чтобы он запомнился на всю жизнь.

— О‑оу!

Мелодично протянула Нора. Её лицо озарила нежная улыбка, движения стали плавнее.

— Если ты хочешь сделать мой день рождения запоминающимся, тебе не надо для этого сильно утруждаться. Мне достаточно, если ты просто будешь на нём.

На лице Майи лишь слегка дёрнулся глаз, а в голове пронеслось: «Ну, Нора‑а‑а! Тебе нужно просто ответить на вопрос. Уа‑а!»

Она приподнялась на кровати и села напротив горничной, настойчиво уточняя:

— Но всё‑таки! Что бы ты хотела там видеть? Чтобы потом вспоминать как ВА‑А‑А‑АУ!!!

С этими словами Майя широко развела руки, изображая дугу.

Нора задумалась, затем ответила:

— Даже не знаю… Возможно, я бы хотела увидеть какое‑нибудь смешное или необычное представление. Или что‑нибудь от тебя, чего ты ещё не делала. Как в прошлом году, когда ты спела мне песню из своего мира.

— О‑о‑о!

Майя улыбнулась, глаза загорелись.

«Смешное представление? А если вспомнить, я ни разу не видела, как Молох смеётся!»

Девочка вскочила и обняла Нору, заключив её в крепкие объятия.

— Сестричка, ты гений!

Воскликнула она. Нора ответила на объятие, хотя до конца не понимала, что именно Майя имела в виду.

С того дня Майя с головой погрузилась в подготовку к дню рождения Молоха. Первым делом нужно было выяснить, совпадают ли музыкальные ноты Земли с нотами этого мира. Прошерстив библиотеку замка, она нашла несколько книг по музыке.

Но как она туда попала? Библиотека же находилась в центральной части замка. Ответ был очевиден: Молох. Он отправил Майю туда, мотивируя тем, что если она за полчаса не справится, оставшись незамеченной, он испытает на ней свой новый эликсир.

Маг объяснил, что эликсир якобы должен на время сделать человека очень сильным - для работ по строительству… Но есть шанс, что внутренности Майи перевернутся наизнанку. Поэтому девочка на свой страх и риск отправилась в библиотеку, прочёсывая её со скоростью света.

Несколько раз она чуть не попалась на глаза рыцарю, который делал обход, и горничным, пришедшим для уборки. Но ей повезло: Молох изменил её платье на более незаметный наряд.

В своей спальне, окружённая парой книг о музыке, Майя с радостью обнаружила, что ноты совпадают. Она решила, что будет здорово станцевать для Молоха фламенко под песню «Despacito», как когда‑то танцевала с Нерией. За два года многое ушло в смутное прошлое, но воспоминания о Нерии и совместных днях остались яркими.

Майя принялась записывать ноты для песни. Хорошо, что в детстве она учила всё, что только можно. Хоть теперь девочка прекрасно знала, что делать. Но возникла проблема: где взять музыку для этой песни? Она могла бы попросить Нору или Реджинальда показать ей место с музыкальными инструментами, но это вызвало бы подозрения. К тому же нужно было записать каждый звук и затем свести их вместе. А есть ли вообще музыкальные инструменты в этом замке?

Оказавшись в тупике, Майя тяжело вздохнула. Всё же девочка хотела сделать всё сама. Она понимала, что это крайняя мера, но попросить помощи у Реджи была её последняя надежда. Реджинальд уже был в комнате, когда она вошла. Он сидел на софе, держа в руках книгу и попивая чай. По взъерошенным волосам и слегка помятой одежде принца было видно: день выдался несладким. Реджинальд только недавно закончил занятия по иностранным языкам - в его глазах читалась усталость.

— Привет.

Сказала Майя. Она подбежала к нему и села рядом, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Добрый вечер.

Ответил он, не отрываясь от книги. Реджинальд отпил ещё немного чая и поставил чашку на стол.

Майя решила не бить сразу с топора и спросила:

— Как учёба?

Она старалась говорить спокойно, не выдавая волнения, хотя внутри всё дрожало.

— Уэ‑э.

Протянул Реджи с отвращением.

— Как обычно, скучно. Да ещё и заставили учиться вдвое усерднее. И плевать ему, что я уже эту программу изучил вдоль и поперёк.

— Вот как…

Майя почувствовала, как ладони начинают потеть: «И как мне спросить у него?! Хнык!»

— А у тебя как день прошёл?

Спросил Реджи, мило улыбаясь. Однако в его взгляде уже читалось подозрение.

— А… Да у меня всё хорошо…

Ответила Майя. По ней пошёл холодный пот. В голосе проскользнула тревога, которую принц тут же уловил. Реджинальд вздохнул, откинулся на спинку софы и произнёс:

— Давай колись, что такое?

Майя глубоко вдохнула и, не сдержавшись, прыгнула на Реджи, крепко обняв его.

— Братишка‑а‑а, помоги мне, умоляю!

Закричала она, прижимаясь к его щеке. Реджи попытался что‑то сказать, но Майя не дала ему возможности.

Наконец он смог выдавить:

— Ну, тля началя отпусти мэня. Я гофорить не могу.

Майя отпустила его. Реджинальд прокашлялся и посмотрел на неё.

— А теперь объясни, в чём дело?

Сказал он, скрестив руки на груди. Майя нервно сглотнула и начала быстро объяснять. Голос дрожал, но она старалась говорить уверенно, успевая ещё и жестикулировать:

— Я хотела узнать, когда у Молоха день рождения, но он не сказал. Я предположила, что пятнадцатого декабря. И сейчас я готовлю ему подарок, а для него нужна песня, которой нет в этом мире. Поэтому мне нужно как‑то воссоздать её. Вот!

Реджинальд поморгал, затем спросил, приподняв бровь:

— Значит, ты хочешь, чтобы я помог тебе с музыкой?

Майя кивнула, чувствуя, как её окутывает облегчение.

— Хах.

Протянул Реджи, улыбаясь, как хитрый лис. Он наклонился боком и с задором продолжил:

— А что мне за это будет? М?

Всё облегчение, которое она ощутила минуту назад, как ветром сдуло. Холодный пот стекал по лбу. Майя слегка сжалась, не зная, как реагировать на неожиданный вопрос.

— А… Что ты хочешь?

Реджи захихикал, словно задумал шалость. Наклонил голову к Майе так, что его щека оказалась совсем рядом с её лицом:

— Поцелуйчик в щёчку.

Майя, ошарашенная просьбой, уставилась на него с недоумением.

— Чего?

Переспросила она, не веря своим ушам. Реджи, довольный реакцией, протянул:

— Давай, моя щека ждёт.

Но тут лицо Майи озарила хитрая ухмылка.

— А ты точно выполнишь любую мою просьбу?

Реджинальд ответил, растягивая слова:

— Да, беспрекословно исполню всё, что ты скажешь.

— А, ну тогда…

Майя наклонилась и без колебаний поцеловала его в щёку. Отстранилась, села на своё место и, сохраняя спокойствие, произнесла:

— Я думала, ты попросишь что‑то более серьёзное, что я даже не смогу выполнить.

Реджи изобразил невинное смущение и махнул рукой:

— Ой, ну что ты говоришь. Негоже у друга его же воровать.

Он отвернулся, делая вид, что ничего не произошло. Майя не поняла, к чему это сказано, но почувствовала странное ощущение, словно в глубине души уловила намёк.

— Ась?

Произнесла она. Принц нервно рассмеялся - смех звучал натянуто. Повернул голову к ней и постарался перевести разговор:

— Ха‑ха! Забудь то, что я сказал. Лучше скажи, что ты от меня хочешь?

Майя широко улыбнулась, и в улыбке сквозило коварство. Слегка сморщив нос, она хихикнула:

— Ехех!

Реджи нахмурился, глаза сузились.

— Так. Ты определённо что‑то задумала неладное!

Сказал он с подозрением, только сейчас осознав, во что ввязался.

И вот настал долгожданный день. Майя, благодаря Реджинальду, смогла воссоздать мелодию песни: он предоставил музыкантам все ноты и записал на диктофон их исполнение. Радовало, что здесь есть такая возможность, иначе пришлось бы прятать оркестр за кулисами, чтобы музыканты не увидели ребёнка.

Облачённая в изысканное платье, которое Реджи с трудом для неё раздобыл, Майя крепко держала Молоха за руку и тащила по коридору. Он, как всегда, был раздражён и ворчлив.

— Если ты меня тащишь по какому‑то пустяку, я отправлю тебя в другую империю!

Фыркнул он, нахмурив брови.

У Майи по спине пробежали мурашки: «Хорошо, что он отправит меня вместе с Реджи…»

— Нет‑нет, тебе точно понравится!

Уверенно заявила она, продолжая тащить его за собой. В душе Майя уже прикидывала, что первым делом будет делать в другой империи.

Они вошли в маленькую театральную комнату. Здесь не было ничего, кроме сцены с кулисами и стола с проигрывателем. Молох начал закипать от ярости.

— Майя, моё терпение на исходе!

Воскликнул он, скрестив руки на груди.

«О! На имя перешёл! Время тикает!! Ха! Ха‑ха…» — лихорадочно подумала Майя.

Она отпустила его руку и подбежала к проигрывателю. Включив его, девочка начала танцевать фламенко, двигаясь с грацией. От Молоха начала исходить зловещая аура, его бровь нервно дёргалась от злости. Он приложил руку к лицу и нарастающе прорычал:

— Ты серьёзно притащила меня сюда ради этого?!

Маг резко откинул руку, указал на проигрыватель. Он поднял вторую руку и направил её на Майю, словно собирался отправить её подальше отсюда.

Внезапно за кулисами раздался голос:

— Не‑а, она притащила тебя ради меня, пупсик!

Кулисы резко раздвинулись, и на сцену вышел блистающий Реджинальд. Он был одет в такое же платье, как и Майя, с цветком в волосах. Принц начал танцевать фламенко, выполняя все движения, которым его научила девочка. Не останавливаясь, он подошёл ближе к Майе и стал танцевать рядом с ней.

Молох потерял дар речи, его лицо вытянулось от удивления.

— Пф!

Наконец поняв происходящее, Молох, рукой что была поднятой, показал пальцем на Реджинальда и заржал, как конь.

— Ха‑ха‑ха! Ты хоть видел себя?!

Принц отреагировал на насмешку спокойно, даже с ноткой самолюбия:

— Ага, я, как всегда, сногсшибателен!

У Молоха на глазах выступили слёзы, он смеялся так сильно, что пришлось опереться о колени, чтобы не упасть.

— Ужас! У меня сейчас сердце точно остановится! Ха‑ха‑ха!!

Майя наблюдала за его искренним смехом. Сердце наполнилось счастьем. И тут-то она поняла, что задумка удалась.

«Ему действительно идёт улыбка», — невольно подумала Майя. Но вслух этого не сказала, чтобы Молох тут же её не кокнул.

Вдруг Молох произнёс то, чего Майя не ожидала услышать. Он выпрямился, вытер слёзы и сказал:

— Я вообще‑то не планировал умирать в свой день рождения! Ха‑ха‑ха!!

Майя резко остановилась. Спустя секунду она подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши.

— Так я угадала! Ура‑а‑а!!

Воскликнула она. Радость девочки наполняла комнату, и с каждой секундой становилось только веселее.

Она продолжала смотреть на Молоха, который впервые искренне смеялся перед ней. Её сердце наполнилось теплом и спокойствием: теперь она знала, когда у всех её близких дни рождения.

Наступило Рождество, но в этом замке его не отмечали, как и Новый год. Майя вышла в перистиль, чтобы прогуляться в одиночестве, пока никого не было в восточном крыле. Она спокойно шагала по каменным дорожкам, пиная мелкие камешки. Вокруг было холодно, но снега здесь не бывает.

«Как же скучно! Я думала, что ребята отпразднуют Новый год со мной, а они даже не знают, как это делать!» — с досадой подумала Майя и со злости пнула особенно крупный камень.

Нора была занята делами в другом крыле, а Молох и Реджинальд беседовали с Его Величеством в центральной части замка. Майя вынуждена была гулять одна, но вскоре её одиночество нарушили.

— Эй, проблемная!

Это был голос Молоха. Обернувшись, Майя увидела, как он идёт по тропинке. Девочка тут же подбежала к нему с широкой улыбкой.

— Ехех!

Произнесла она, пытаясь обнять мага. Но тот остановил её, положив ладонь на лоб.

— Без рук.

Отчеканил Молох. Майя недовольно надула губы, а потом заметила, что Реджинальда нигде нет. Она спросила:

— А где Реджи?

Маг убрал ладонь с её лица, сунул руки в карманы и ответил:

— Он отошёл ненадолго. Пойдём к тебе в комнату. Дело есть.

— М?

Удивлённо моргнув, Майя повернула голову набок. Чтобы у него было какое‑то дело к ней? Да никогда в жизни!

Молох направился к замку, а Майя последовала за ним. Она шла рядом, глядя на него снизу вверх.

— Что случилось?

Спросила она. Маг, казалось, не слушал, продолжая идти по тропинке. Но вскоре всё же ответил:

— Ничего особенного. Просто мы втроём отправляемся за пределы замка.

Эти слова поразили Майю. Она никогда не выходила за пределы замка. Ей даже не разрешали гулять дальше перистиля, и только если в восточном крыле никого не было.

Воодушевлённая, Майя не поверила своим ушам и завизжала:

— Что, правда?! Мы правда пойдём гулять за пределы замка?!

Они подошли ко входу в замок. Молох взглянул на Майю и слегка щёлкнул её по лбу.

— Ай!

— Успокойся, гиперактивная.

Произнёс Молох, прежде чем зайти внутрь. Майя, потирая лоб, последовала за ним.

— Да, мы отправимся за пределы замка.

Повторил Молох, пока они шли по коридорам.

— Поскольку мы не можем оставить тебя здесь одну, нам придётся взять тебя с собой.

Майя посмотрела на него исподлобья и подметила:

— Говоришь так, будто берёшь меня с собой нехотя.

Молох поджал губы и бросил на неё короткий косой взгляд.

— Не понимаю, о чём ты. Поговорим в твоей комнате.

Всё время, пока они шли, Майя ворчала, а Молох её успешно игнорировал. Вскоре они дошли до комнаты Реджинальда, и вдруг из‑за угла показался сам принц. Но не один: с ним были две девушки.

Лицо Молоха исказилось раздражением, а Майя, увидев его реакцию, тут же замолчала.

Когда они поравнялись с Реджинальдом и девушками, Молох рявкнул:

— Живей давай, а то я один свалю!

Реджинальд, не обращая внимания на его слова, ответил расслабленно:

— Молох… Ну не бузи, сейчас приду.

С этими словами принц продолжил путь в свою комнату, а Молох и Майя зашли в спальню девочки. Озадаченная увиденным, Майя не успела задать вопрос о Реджи, как Молох продолжил прерванный разговор:

— О чём я там говорил?.. Ах да, точно!

Он сел на софу, закинув ногу на ногу.

— Начальник отправил принцесску с заданием в другое королевство. Поскольку я его телохранитель, мне тоже нужно быть там.

Майя присела рядом, пока Молох продолжал:

— Мы собираемся ненадолго, но тебя оставить не получится…

— Ах!

Кхм! Молоха перебили чьи‑то стоны, доносившиеся из‑за стены. Точнее, из комнаты Реджинальда.

— Ох… Ещё!

Продолжали звучать непристойные звуки.

— Ну ёп…

Молох широко развёл руки в стороны, а после резко щёлкнул пальцами. Всё вокруг мгновенно стихло.

Майя сидела ошарашенная, пытаясь понять, что только что произошло.

«Что… это… было?..» — подумала она, глядя на Молоха.

Молох сжал переносицу и произнёс:

— Так‑то лучше.

Майя посмотрела на него. Напряжение тут же достигло предела. Монотонно она спросила:

— Молох, что это было?

Он взглянул на неё с едва заметной паникой в глазах.

— А ты как будто не знаешь?

Она покачала головой.

«Дядь… Мне семь. По мнению Норы и Реджи, я всё ещё должна ходить в подгузниках!» — проскочила мысль.

Майя хотела бы сказать это Молоху, но решила, что по её недоумевающему лицу всё и так понятно.

На лбу Молоха выступил пот. Медленно отвернувшись, он неторопливо произнёс:

— Тебе не нужно это знать.

Но Майя невозмутимо заявила:

— Тогда я спрошу у Реджи. Он мне всё расскажет.

Хотя внутренне она переживала: «Только не согласись, только не согласись!»

Молох тоже начал нервничать, но старался не подавать виду.

В голове проскользнуло возмущение: «Вот же шантажистка!»

Он шумно выдохнул, провёл рукой по лицу, будто стирая невидимую паутину, и наконец сдался:

— Хорошо, скажу.

Согласился маг, хотя и не знал, как ей это объяснить. Пусть Молох был и прямолинеен, но рассказывать ребёнку, ещё не достигшему подросткового возраста, о половом воспитании было даже для него чересчур. Спустя минуту Молох, явно чувствуя себя не в своей тарелке, повернулся и не придумал ничего лучше, чем пробормотать:

— Он там… развлекается в постели.

Майя застыла. Её лицо выражало такой чистый, незамутнённый шок, что Молох на секунду задумался, не остановилось ли у неё сердце.

— А мне точно не нужно будет этим заниматься?

Наконец выдавила она, голос дрогнул на последнем слове. Молох не удержался от нервного смешка:

— Хах, нет. С чего ты это взяла?

От Майи исходила почти осязаемая тревожная аура. Её взгляд стал отстранённым, будто она уже видела перед собой всю свою жизнь, и эта жизнь ей категорически не нравилась.

— Почему‑то мне кажется, что ты мне врёшь.

Прошептала она.

Молох закрыл глаза рукой, мысленно простонав: «Ну почему Я должен ЕЙ это объяснять?!»

Он поёрзал на софе, словно пытался найти более удобное положение, но безуспешно.

— Нет, я серьёзно. Ты же знаешь, что Реджинальд… сумасшедший…

Не дав ему договорить, Майя неожиданно заревела:

— В этом‑то и проблема, что он отбитый! Вдруг он мне это предложит?! Уа‑а!

Её голос эхом разнёсся по комнате, и Молох невольно отпрянул. Он смотрел на неё, не зная, что сказать, и чувствовал, как неловкость заполняет пространство между ними, становясь почти материальной.

После её вопроса Молоху ничего не оставалось, кроме как переступить через себя. Он отвернулся, облокотился на подлокотник, подпёр подбородок и предложил:

— Если я пообещаю отправить этого альфонса куда‑нибудь подальше, если он вдруг предложит что-то подобное, то мы закончим эту тему?

Майя замерла, потом медленно подняла на него взгляд, полный надежды и одновременно страха. Её глаза были широко раскрыты, как у щенка, который не уверен, можно ли верить человеку.

— Правда?

Пропищала она, голос звучал так тихо, что Молох едва расслышал.

Он посмотрел на неё, затем резко отвернул голову, будто не мог вынести этого взгляда.

— Ага.

Выдавил он. Майя слегка улыбнулась, вытирая слёзы.

— Спасибо…

Прошептала она, и в этом «спасибо» слышалась не только благодарность, но и облегчение, смешанное с остаточным страхом.

Разговор закончился неожиданно и неловко. Молчание повисло в воздухе, тяжёлое и липкое, словно паутина. Молох потёр переносицу, будто пытаясь стереть следы этого разговора, а Майя нервно теребила край платья, избегая смотреть ему в глаза.

Вскоре к ним подошёл Реджинальд. Маг тут же отвёл его подальше от Майи. Принц, ничего не подозревая, весело болтал, но Молох резко оборвал и устроил полный разбор полётов.

После этого они начали собираться. Каждый занимался своим делом, но в воздухе всё ещё витала неловкость, которую никто не решался нарушить.

В тот же вечер они отправились в путь. Реджинальд настоял, чтобы Майя надела зимнюю одежду. Она недоумевала: зачем это нужно, если на улице не настолько холодно, чтобы одеваться как на Северный полюс? Но поскольку Реджи тоже был в тёплой одежде, она не стала спорить.

Реджинальд накинул чёрное пальто в стиле футуристической эпохи, а сверху массивный зимний плащ с капюшоном, широкими рукавами и натуральным чёрно‑белым мехом по краям. Его образ выглядел внушительно.

Майя выбрала более нежный и утончённый стиль: белый фактурный свитер с рюшами и чёрную корсетную юбку с плотными чёрными колготками. На плечи она накинула нежно‑розовое пальто с густой белой шерстью и капюшоном.

Поскольку зима в их краях была не слишком суровой, у Майи не было особо тёплой одежды, только верхняя зимняя. Свитер и юбка были творением Молоха.

Естественно, они не стали использовать ни машину, ни карету. Зачем, если есть палочка‑выручалочка - Молох? Он телепортировал их всех сразу на границу северной части империи. Однако Майю забыли предупредить…

Они оказались посреди метели. Майя не ожидала ощутить резкий порыв снега на коже. На расстоянии вытянутой руки уже ничего не было видно. Снег нещадно оставлял холодное, режущее ощущение на открытых участках кожи.

— Молох, етижи пассатижи! Ты куда нас привёл?!

Воскликнул Реджинальд, закрывая лицо капюшоном. Молох в ответ тоже повысил тон:

— А ты думаешь, я знаю, куда нам нужно?!

— Да брось! Ты всегда всё знаешь!

Пока ребята спорили, Майя оглядывалась по сторонам. Прищурившись, она заметила вдали еле заметные огоньки. Девочка потянула принца за одежду, чтобы привлечь его внимание.

— Там огоньки!

Указала она рукой.

Все пошли в том направлении. Молоха вдруг пробрало проверить, все ли на месте. Он оглянулся, и рядом с Реджинальдом не было Майи. Маг развернулся, уже ожидая, что девочка утонула в снегу. Но вместо этого она просто прыгала по его следам.

Он остановился. Когда следы закончились и на пути возник Молох, Майя подняла на него взгляд и лишь мило, неловко хихикнула.

Маг ответил ей наигранной улыбкой, вена на виске вздулась. Затем телепортировал всех ближе к источнику света.

Перед ними предстал деревянный двухэтажный дом с ярко освещёнными окнами на первом этаже. Подойдя к двери, Реджи постучал, и они вошли внутрь.

— Неужто к нам пришли посетители в такой час?

Раздался грубый мужской голос.

Ребята сначала не могли разглядеть говорящего, яркий свет ослепил их. Через мгновение глаза привыкли, и перед ними открылась уютная таверна: деревянные столы, массивная барная стойка, тепло, исходящее от камина.

За барной стойкой стоял полноватый мужчина с седыми волосами. Он протирал стаканы. У кассы находился худощавый мужчина с короткими каштановыми волосами и бородой. У одного из столов стояла брюнетка с тряпкой в руках, которая вытирала поверхность.

Ребята стряхнули снег у порога и вошли внутрь.

— Добрый вечер, извините за беспокойство.

Начал Реджинальд, кладя руку на грудь. — Я - Реджинальд де Азельер Синкея, прибыл сюда как законный представитель императорской семьи, чтобы выявить и решить проблему этого места.

Он прошёл дальше, оставив Молоха и Майю позади.

— До Его Величества, моего отца, дошли вести, что здесь появилась серьёзная проблема, с которой не могут справиться даже лучшие маги королевства.

Пока Реджи разговаривал с местными жителями, Майя потянула Молоха за мантию. Маг перевёл на неё взгляд, и девочка жестом показала, чтобы он наклонился. Молох подчинился. Тогда Майя прошептала с лёгким удивлением:

— Я впервые вижу, как Реджи официально общается.

— Сам иногда удивляюсь, как он так легко переключается.

Так же шёпотом ответил Молох.

Майя перевела взгляд на его одежду. Она осталась неизменной с момента их ухода из замка.

— Почему ты одет как обычно, если знал, что тут так холодно?

Спросила она. Молох сузил глаза и посмотрел на неё с лёгким раздражением, словно она задала глупый вопрос.

— Забыла, что я маг?

С этими словами он прислонил тыльную сторону ладони к её щеке. Кожа оказалась удивительно тёплой.

— Ого…

Выдохнула Майя, не в силах скрыть изумление. Она жила в этом мире уже почти три года, но всё ещё не могла привыкнуть к волшебству.

Схватив его руку, девочка начала тереться об неё, наслаждаясь теплом.

— Как же тепло!

Молох дрогнул: этот жест возмутил его. Он хотел забрать руку, но понимал, что Майя так просто не отпустит. Устраивать сцену в таверне тоже не лучшая идея. В итоге маг лишь недовольно хмыкнул и проглотил своё недовольство.

Закончив разговор, Реджи подошёл к ним и сказал:

— И чего вы тут спрятались? Нам на ночь дадут комнату, а утром отправимся решать проблемы.

Молох поднялся, и все втроём они направились к барной стойке. Реджинальд и Майя сняли верхнюю одежду, аккуратно сложив её в руки. Мужчина с седыми волосами, доставая ключи от комнат, произнёс с радостной ноткой, будто ждал их уже давно:

— Ваше появление как раз кстати. В последнее время дела стали только хуже.

Под конец он с волнением добавил:

— Но вам не стоило бы идти в такую пургу на другой конец империи.

Реджинальд ответил спокойным, но твёрдым голосом:

— Ничего в этом страшного нет. Нам только лучше, если мы поскорее решим проблему.

Неожиданно к разговору присоединилась женщина, только что закончившая свои дела. Её лицо светилось искренней радостью, а в глазах читалась благодарность.

— Я не ожидала, что кто-нибудь из империи решится помочь нам. Сам Бог услышал наши молитвы!

Молох почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он отвернулся, приложив руку ко рту, чтобы сдержать рвотный рефлекс. Реджинальд помотал головой и тихо, с иронией, ответил:

— Ох, не тот услышал, вообще не тот.

Его слова повисли в воздухе, вызвав у всех недоумение. Наступила неловкая пауза, которую тут же нарушила женщина, склонившись к Майе с живым интересом. В её взгляде читалась искренняя любовь к детям, даже несмотря на то, что своих у неё не было.

— А как тебя зовут?

Спросила она. Майя ответила с милой улыбкой, её голос звучал мягко и успокаивающе:

— Майя.

Женщина выпрямилась и представилась:

— А меня зовут Луиза. Того, что с бородой, Порфирий, он мой муж.

Она указала рукой на мужчину у кассы, он приветливо помахал. Затем слово взял полноватый мужчина с седыми волосами:

— А меня можно называть просто Мишей. Обращайтесь к любому из нас, если вам что-нибудь понадобится.

Луиза слегка наклонилась к Молоху и с любопытством спросила:

— А как мне обращаться к вам?

Молох ответил безэмоционально, с лёгкой насмешкой:

— Называй меня «мой хозяин», не ошибёшься.

Реджинальд резко прикрыл рукой рот Молоха и с неловким смешком пояснил:

— Ха-ха, не слушайте моего подчинённого. Просто называйте его «господин Молох».

Чтобы сгладить ситуацию, Реджинальд попытался перевести разговор на тему их жизни здесь. На какое-то время это сработало, но вскоре беседа всё же завершилась, оставив лёгкое чувство неловкости. После этого Михаил провёл гостей на второй этаж и продемонстрировал им комнаты.

— На этом всё.

Сказал он, положив руку на грудь и поклонившись.

— Доброй ночи и сладких снов, о наш свет Синкейской империи.

С этими словами он поспешил уйти. Ребята, не теряя времени, зашли в небольшую уютную комнату.

Интерьер был простым, но по-домашнему тёплым. В углу стояла одноместная кровать с мягким покрывалом; рядом с входом висела вешалка для одежды. В центре комнаты находилось старое, но аккуратно отполированное кресло, рядом со столом стоял деревянный стул. Вся мебель выглядела изношенной, однако была тщательно вычищена и не имела ни единого видимого дефекта.

Молох без промедления опустился в кресло, закинув одну ногу на подлокотник, словно это было его любимое место. Его глаза, слегка скрытые капюшоном, выражали лёгкое раздражение.

— Итак, теперь колись, что они напели?

Спросил он, слегка наклонив голову.

Повесив верхнюю одежду на вешалку, Реджи и Майя сели на кровать, и принц начал рассказывать:

— То, что в поместье Ольернов давно никто не жил, а тут на тебе, оттуда начали выползать монстры, которые пожирают людей, если те оказываются рядом.

— Пф!

Фыркнул Молох, явно ожидая такого ответа.

Майя ничего не поняла, её ведь не вводили в курс дела. Она решила уточнить:

— А что здесь странного? Зачем вас сюда послали?

Ребята переглянулись, заметив озадаченного ребёнка. Молох полностью закрыл капюшоном глаза и коротко ответил:

— Дуралеи тут завелись, как это ещё объяснить.

«В смысле как? Словами!» — возмущённо подумала Майя.

Реджинальд вмешался и разъяснил:

— Дело в том, что род Ольернов промышлял тут тёмными делишками. Как показывают документы из архивов, у них под поместьем находятся подземные пещеры.

Он опёрся сзади на руки, слегка откинул голову вбок и продолжил:

— Как я помню, их род страдал от болезней. По этой причине они перешли границу мироздания.

Майя нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное:

— И что произошло?

На этот вопрос ответил Молох:

— Поскольку они были самыми обычными людьми, решили применить запретные ритуалы.

Следующие слова маг произнёс с сильным раздражением:

— Вот нет бы просто демону продать все души рода, и жили бы они все до тех же самых восьмидесяти лет! Но не‑е‑ет! Они хотят без участия демонов всё сделать и стать бессмертными!

Реджинальд тихо хмыкнул и кивнул, подтверждая слова Молоха.

— И что с ними стало?

Задала последний вопрос Майя, всё ещё пытаясь понять, к чему это ведёт.

— Они стали упырями.

Спокойно ответил принц. Его слова прозвучали обыденно, словно он рассказывал о чём‑то совершенно нормальном.

— В итоге они действительно стали бессмертными. Только нифига не понимают и живут как обычные хищные звери.

Молох резко встал, почесал затылок. Его раздражение было заметно.

— Всё, вы меня утомили. Я пошёл.

С этими словами он телепортировался, оставив ребят в тишине.

— Ну что ж, нам всем нужно отдохнуть.

Сказал Реджинальд, поднимаясь с кровати. Он схватил пальто, уже потянулся к ручке двери, но вдруг остановился.

— Ах да, Майя.

Принц повернулся к ней и продолжил:

— Завтра тебе придётся остаться здесь.

Лицо Майи резко изменилось. Глаза расширились от удивления.

— Чего‑о‑о?!

Воскликнула она, вскакивая с кровати и подбегая к нему.

— Но почему?

Её голос дрожал от возмущения. Реджинальд приподнял уголок рта в лёгкой улыбке и посмотрел на неё сверху вниз. Потрепав её волосы на макушке, он ответил:

— Потому что там опасно. И это не обсуждается. Это моё окончательное решение.

С этими словами он пожелал ей сладких снов, развернулся, открыл дверь. Он запер её за собой и отправился к себе.

Майю расстроило и разозлило это решение, но сейчас она ничего не могла сделать. Вздохнув, она легла на кровать и закрыла глаза, пытаясь заснуть.

Наступило утро. Первой, как обычно, проснулась Майя, но поднялась она всё такой же злой. Ведь что? Правильно! Её оставят тут!

Она встала, подошла к окну и посмотрела на улицу. Вчерашняя метель утихла, и яркое солнце заливало всё вокруг, отражаясь от белоснежного снега. Из‑за пурги вчера ничего нельзя было разглядеть, но теперь она видела множество магазинов и домов разных размеров. Жизнь на улице бурлила: дети весело играли, взрослые спешили на работу или по делам, а кто‑то уже убирал снег с дорог.

Открыв окно, Майя почувствовала, как холодный ветерок пробежал по коже. Она глубоко вдохнула: свежий зимний аромат, которого ей так не хватало три года, наполнил грудь, и невероятно её обрадовал.

«Эх… Сходить бы сейчас в снежки поиграть с братишками или снеговика слепить», — пришла заманчивая мысль.

Просто повеселиться было бы куда лучше, чем сидеть в таверне и ждать, когда ребята вернутся с задания.

Она сложила руки на оконной раме и положила на них голову, любуясь видом. Холодный ветер трепал волосы, постепенно заполняя комнату свежим морозом. Кожу покрыли мурашки.

«Ладно… Пора закрывать».

Майя закрыла окно и собралась идти разбудить Реджинальда, но дверь открылась, и на пороге появился он. Принц уже был в тёплой верхней одежде.

Майя удивлённо посмотрела на него и подумала: «Который сейчас час? Да не может быть, чтобы он проснулся так рано!»

— Ты, как всегда, рано. Выспалась?

С улыбкой спросил Реджи. Майя ошарашенно взглянула на него:

— Так… Сейчас серьёзно утро?

Реджи рассмеялся:

— Ха‑ха! Да. Нужно быстрее закончить дело и отправиться домой.

Её удивление быстро сменилось печалью:

— Что? Уже?

Реджинальд кивнул:

— Я же говорил: если всё сделаем быстро, то и домой вернёмся быстро. Молох уже ждёт внизу.

Он помахал ей на прощание:

— Ну всё, скоро увидимся. Не скучай!

С этими словами Реджинальд закрыл дверь. Майя осталась одна, чувствуя, как сердце сжимается от грусти, словно котёнка бросили одного на улице.

Она подбежала к окну и принялась всматриваться. Вскоре парни вышли из трактира и пошли вправо. Майя провожала их взглядом, пока они не скрылись за домами.

Прошёл час. Время тянулось медленно, как густой сироп.

Два часа. В окне уже не на что было смотреть: все разошлись, и улица стала похожа на нарисованную картину.

Спустя три часа Луиза бесшумно появилась с подносом в руках. На нём стояла тарелка с горячим супом и ложка. Майя стояла у окна, напряжённо всматриваясь вдаль - туда, где скрылись ребята. Луиза осторожно подошла ближе.

— Беспокоишься о них?

Тихо спросила она, стараясь не нарушить тишину.

Майя не ответила.

— Не переживай. Они скоро придут.

Попыталась подбодрить её женщина.

Майя тихо фыркнула. Взгляд стал напряжённым. «Прошло уже три часа с этого “скоро”», — подумала она.

Луиза поставила поднос на стол. В голове зародилась идея, и она предложила:

— Может, хочешь поиграть на музыкальных инструментах?

Попытка отвлечь Майю от тревожных мыслей удалась!

— М?

Подняла глаза девочка. Взгляд был рассеянным, но заинтересованным.

— Тут есть музыкальные инструменты?

Луиза кивнула и улыбнулась: «Наконец‑то отвлеклась».

— Угу. Я преподаю уроки музыки. Не хочешь немного отвлечься?

Майя бросила взгляд в окно, где виднелась пустая улица, с последней надеждой увидеть их. Сердце сжалось от разочарования. Тихо выдохнув, она с едва заметной дрожью в голосе произнесла:

— Пойдёмте.

Медленно опустив глаза, Майя последовала за Луизой на первый этаж.

Спустя пять часов они так и не вернулись. Майя устала играть на инструментах и пошла обратно в комнату. Тревога охватывала её всё сильнее: она ходила по комнате и то и дело поглядывала в окно.

«Их нет уже восемь часов! Реджи сказал, что они быстро вернутся!» — мысленно возмущалась Майя.

Она остановилась и приняла радикальное решение: «Тогда я сама пойду к ним!»

Быстро начав собирать вещи, Майя вдруг осознала проблему: «Как мне пройти мимо Луизы? Каждый раз, когда я спускаюсь вниз, она сразу же появляется. Как будто она знает, что я там, словно на мне колокольчик висит!»

Пока Порфирий колол дрова за трактиром, а Михаил развлекал гостей за барной стойкой, единственным препятствием оставалась Луиза. Майя задумалась, как её отвлечь, и внезапно её осенило.

Идея ей не нравилась, но выбора не было. Она схватила стоявшую на столе вазу и швырнула её на пол. Раздался оглушительный звон, осколки брызнули во все стороны.

«Это должно задержать её подольше».

Быстро схватив вещи, Майя постаралась не шуметь, спускаясь по лестнице. Присев за стену, она выглянула из‑за неё. Луиза в этот момент обслуживала гостей.

Девочка осторожно подошла к ближайшему пустому столу и бросила под него пальто. Затем резко встала, и Луиза тут же её заметила.

— О! Майя, ты что‑то хотела?

Майя повернулась к ней с невинным лицом:

— Я… В‑вазу разбила.

Тихо произнесла она, стараясь скрыть волнение.

Голос Луизы оставался спокойным:

— Ох… Ничего страшного. Давай я сейчас схожу и уберу осколки.

Положив заказ гостей на стол, а поднос на барную стойку, Луиза направилась на второй этаж. Как только она скрылась из виду, Майя схватила вещи и выбежала из трактира.

Чувствуя тяжесть в груди за свой поступок, Майя мысленно извинилась: «Прости меня, Луиза, я не хотела тебя обманывать!»

На улице она быстро накинула пальто и рванула в ту сторону, куда утром ушли ребята.

Завернув за знакомый дом, Майя оказалась в тупике, окружённом ещё большим количеством зданий. Этот лабиринт из домов затруднял выбор направления.

— И куда мне дальше идти? Уа‑а‑а!

Простонала она, чувствуя, как безысходность охватывает её.

Она начала метаться по переулкам, надеясь найти правильный путь. Вокруг возвышались старые деревянные дома: их фасады покрывал слой облупившейся краски, обнажая потемневшую древесину. За день очищенные тропинки слегка замело снегом, теперь он хрустел под ногами Майи.

За очередным поворотом она заметила ребёнка. Он сидел на снегу возле картонных коробок, будто прячась за ними.

«Может, он знает, где жили Ольерны?» — предположила Майя и осторожно приблизилась.

Подойдя ближе, она начала вопрос:

— Прости, ты не знаешь, где…

Но договорить не смогла. Ребёнок, похоже, не хотел ни с кем разговаривать: он вздрогнул и отодвинулся. Однако, посмотрев на неё, замер и постепенно успокоился.

«Что это с ним? Стоп! Это альбинос?» — мелькнуло в голове у Майи.

Перед ней сидел мальчик с короткими белыми волосами, лишь несколько прядей были каштановыми. Его глаза поражали насыщенностью: один ярко‑голубой, словно море, второй же карий, слегка сливающийся со зрачком. На нём было потрёпанное пальто‑макинтош и вязаный шарф. Глаза блестели от слёз.

Майя остановилась, чувствуя, как сердце дрогнуло. Ей показалось, что мальчик испугался её или спутал с кем‑то недобрым. Она постаралась смягчить голос:

— Х‑хей! Привет. А что ты тут один сидишь?

Шагнув к нему, Майя протянула руку:

— Заболеешь, если на снегу сидеть будешь.

Мальчишка не торопился брать её ладонь. Казалось, он даже не видел Майю, лишь смотрел прямо в глаза. Но спустя минуту ребёнок всё-таки заметил протянутую руку.

— А… Д‑да.

Тихо произнёс он, взявшись за холодную ладонь. Майя помогла ему подняться.Мальчик был чуть выше неё и выглядел очень робким. Майя улыбнулась, стараясь показать, что не представляет угрозы:

— Почему ты сидишь один?

Он опустил взгляд и тихо ответил:

— Ну… Никто не хочет со мной дружить.

Майя наклонилась и посмотрела ему прямо в глаза:

— Почему это? Ты ведь красивый и не выглядишь как хулиган.

Он засмущался, не ожидая такого ответа, и отвернул голову, скрывая покрасневшие щёки:

— Я не красивый…

Майя выпрямилась. Мальчик оглядел её с ног до головы и решился спросить:

— Ты не отсюда, да? Выглядишь так, будто из главного королевства приехала.

Она взглянула на себя и неловко ответила:

— Д‑да… Я тут с братишками приехала.

Мальчик уже собирался что‑то добавить, но в этот момент из‑за угла донёсся дерзкий голос:

— Эй, белошкурый! Ты где спрятался?!

Четверо мальчишек, по виду чуть старше Майи, резко выскочили из-за угла. Альбинос сразу испугался. Его глаза сами выдали, что он не хочет иметь с ними никаких дел.

«Так это из-за них он плакал», — мелькнуло в голове у Майи.

Не раздумывая ни секунды, она схватила его за руку.

— Бежим!

Крикнула она, резко потянув его за собой. Мальчик опешил, но тут же рванул следом. Его сердце колотилось так бешено, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди.

Как и ожидалось, хулиганы бросились в погоню. Дети мчались по узким улицам и переулкам, сворачивая куда глаза глядят, надеясь запутать преследователей. Майя и мальчик быстро начали выдыхаться. Бегать в зимней одежде по снегу оказалось невероятно тяжело.

Но долго убегать не пришлось. Вскоре они оказались в тупике, вокруг лишь мусор, покрытый слоем снега и льда.

«Что теперь делать?!» — мысли Майи метались в панике.

Она лихорадочно огляделась, но никаких идей не появилось.

И тут из-за угла показались их преследователи.

— Вот зачем вам было убегать? Мы просто хотели поиграть.

Сказал один из них. Но тут их взгляды упали на Майю.

— Кстати, а кто эта девчонка? Выглядит богато!

— Да-да, может, она денег нам даст?

Подхватил другой, жадно разглядывая её наряд, будто оценивал добычу. Глаза его блестели нездоровым интересом, а губы растянулись в ухмылке. После короткого перешёптывания старший, видимо, главарь шайки, выступил вперёд нарочито медленно.

— Эй, малявка, давай-ка честный обмен. Ты нам денежку, а мы тебя не трогаем. Что скажешь?

Его голос звучал вкрадчиво, но в нём явственно слышалась угроза.

Майя нахмурилась, и внутри у неё всё закипело.

«Вот же позорище! Даже если бы у меня были деньги, я ни за что на такое не согласилась!» — пронеслось в голове. Кровь прилила к щекам, кулаки непроизвольно сжались. Глаза Майи вспыхнули гневом, словно два раскалённых уголька. Она наклонилась, схватила пустую банку из-под газировки, лежавшую в снегу. Металл холодно скрипнул под пальцами.

— Вы что, серьёзно думаете, что я на такое куплюсь?!

Выкрикнула она, и голос дрогнул, выдавая накатившую волну ярости. Не раздумывая, Майя швырнула банку. Та пролетела в считанных сантиметрах от лица главаря шайки и, звонко лязгнув, покатилась по дороге.

— Разве так можно себя вести?!

Её голос сорвался на крик, полный негодования. Разъярённая Майя начала осыпать хулиганов всем, что попадалось под руку. Те, ошарашенные такой яростью, лишь уворачивались, вжимаясь в стену узкого тупика. Каждый их робкий шаг вперёд тут же пресекался новым залпом: то снежная глыба ударит в плечо, то камешек просвистит у виска.

— Как вам не стыдно издеваться над другими?!

Каждое слово она выплёскивала с новой силой. С каждым броском её голос звучал всё твёрже, а движения становились резче, полные праведного гнева.

— Да ещё и за деньги предлагать «помилование»?!

Она сделала шаг вперёд.

— Вы даже не уточнили, что я вообще-то с ним здесь!

Голос дрожал от возмущения. Когда под руку не попадалось ничего подходящего, она хватала глыбы льда и метала их. После нескольких точных попаданий двое младших сорванцов с криками бросились наутёк.

— То, что он отличается, ничего не меняет! Он точно такой же ребёнок, как и все!

Тут ей под ногу попалась длинная палка. Майя схватила её, шагнула к оставшимся хулиганам и замахнулась.

— Может, хоть это научит вас манерам, бессовестные!

После нескольких сильных ударов двое последних, спотыкаясь, ринулись прочь, на ходу выкрикивая, что Майя сумасшедшая. Она швырнула палку им вслед, затем, тяжело дыша, обернулась к альбиносу. Сердце всё ещё бешено колотилось, а руки слегка подрагивали от пережитого напряжения.

— Пошли, пока они не передумали и не вернулись.

Сказала она, схватив его за руку, и они поспешили прочь из злополучного тупика. Мальчик послушно следовал за ней.

Отойдя на безопасное расстояние, Майя остановилась, опёрлась на колени и, тяжело дыша, выдохнула:

— Уф! Отстали наконец-то. Я так испугалась!

Альбинос не смог сдержать саркастической ухмылки:

— Ну да, по тебе было видно, как ты испугалась.

Майя подняла голову и надула губу:

— Это был инстинкт самосохранения.

Он рассмеялся, и его нежная улыбка невольно заставила её улыбнуться в ответ.

«Ему гораздо больше идёт улыбка, чем слёзы», — подумала Майя, выпрямляясь.

Повернувшись к нему, она серьёзно произнесла:

— Не позволяй им больше обижать себя. Защищай себя и других. Нечего хулиганам позволять делать всё, что вздумается.

Её золотые глаза светились теплом и искренней добротой. В этот момент она казалась мальчику настоящей героиней.

Убрав руки за спину, Майя наклонилась к нему и с широкой улыбкой добавила:

— Только не как я сегодня. Надеюсь, это останется секретом.

Она сморщила нос и хихикнула:

— Ехех!

Мальчик растерялся, не зная, что ответить. Её слова тронули его до глубины души. Впервые кто‑то так искренне заступился за него.

— Точно!

Вдруг воскликнула Майя, хлопнув себя по лбу.

— А ты не знаешь, где жили Ольерны?

Он задумался, огляделся, прикидывая, где они сейчас находятся, затем указал направление:

— Иди туда, потом сверни налево и иди прямо. Выйдешь на свободное поле, и сразу увидишь их поместье.

Майя засияла от радости. Схватив его руки, она принялась радостно трясти их:

— Ой, спасибо тебе большое!

Отпустив его руку, Майя уже собралась бежать, но вдруг обернулась. На ходу она махнула ему ладонью:

— Пока! Была рада встрече!

Он приоткрыл рот, будто хотел что‑то крикнуть вслед, но она уже исчезла за поворотом. Мальчик лишь растерянно провёл рукой по воздуху, словно пытаясь ухватить её прощальный жест.

Ускоряя шаг, Майя вдруг спохватилась: «Блин, я даже не спросила его имя!»

Неожиданная встреча согревала, как тёплый камешек, спрятанный в кармане. Ведь впервые за три года она увидела перед собой не взрослого, а ровесника, такого же ребёнка, как она сама.

«А ведь было бы здорово потом нормально с ним подружиться», — подумала она, и на губах сама собой расцвела улыбка.

Через некоторое время Майя всё‑таки добралась до поместья Ольернов. Оно стояло на окраине, у самого леса. Массивные ворота, украшенные коваными узорами, выглядели устрашающе.

— И как мне перебраться через это?

Задала она себе вопрос, разглядывая высокие створки.

— Да и как вообще эти двое перебрались через такую махину?!

Майя поджала губы и сама себе ответила:

— Ну да… Молох…

Она принялась ходить вдоль забора, надеясь отыскать хоть малейший проём. Наконец вдали девочка заметила, что один из прутьев внизу сломан.

«О! Может, через него получится!» — с надеждой подумала Майя.

Подбежав к месту, она схватилась за прут и потянула на себя. С трудом, но ей удалось отодвинуть его достаточно, чтобы пролезть.

Пробираясь по территории поместья, Майя видела вокруг лишь запустение: засохшие, сгнившие деревья с обломанными ветвями; разросшиеся кусты, покрытые снегом; разрушенные статуи. Фонтан, некогда величественный, теперь лежал в руинах - мраморные осколки были разбросаны по земле.

Подойдя ближе, она разглядела, что стены поместья покрыты трещинами, а некоторые колонны сломаны. Всё вокруг казалось выцветшим и мрачным, словно время остановилось здесь много веков назад. В некоторых окнах не хватало стёкол, сквозь них проникал тусклый свет, освещая разрушенные комнаты. Всё указывало на то, что здесь не жили уже многие столетия.

Майя отыскала окно, где в раме почти не осталось острых осколков стекла. Аккуратно положив пальто на раму, она с большим усилием забралась внутрь.

Внутри царил хаос: пыль толстым слоем покрывала все поверхности, а воздух был холодным и затхлым. Она подняла пальто, отряхнула его и накинула на плечи.

«Я уж думаю, тут остался после Реджи и Молоха открытый вход в пещеру», — мысленно понадеялась Майя, оглядываясь по сторонам.

Она обошла все комнаты первого этажа, но не нашла ни открытого входа, ни следов его существования. Раздражённая и замёрзшая, она вошла в главный зал и с силой топнула ногой:

— Да как так‑то?!

От злости она начала прыгать, выпуская пар, накопившийся за целый день:

— Ну не может же быть такого, чтобы здесь не было входа!!!

Внезапно под ногами раздался странный треск.

— М?

Она опустила взгляд, не понимая, что происходит.

— Чего?

На лице застыла кривая улыбка, и вдруг до неё дошло, что всё это может означать. Треск нарастал, становясь всё громче, пронзительнее. Не успев опомниться, Майя почувствовала, как пол под ней с хрустом разламывается. С криком она рухнула вниз, кувыркаясь в узком туннеле, царапая ладони и разрывая одежду о шершавые стены.

— НЕ ТАКОЙ Я ВХОД ПРОСИЛА!!!

Вырвалось у неё, голос эхом разнёсся по трубе.

С глухим ударом она приземлилась на дно туннеля. Кости отозвались тупой болью. Майя с трудом поднялась на ноги, потирая ушибленный бок.

— Ай‑яй‑яй! Больно‑то как…

Простонала она, оглядываясь в полумраке.

Подняв голову, она увидела, что туннель уходит далеко вверх - конца не было видно.

— Ну вот, я теперь без Реджи и Молоха точно не смогу выбраться.

Гнетуще пробормотала она, опустив голову.

Оглядевшись, Майя попыталась понять, куда идти. Без понятия! Решив действовать наугад, она двинулась вперёд, надеясь, что это приведёт её хоть куда‑нибудь.

Скалистую пещеру пропитал влажный запах плесени. Из стен выглядывали голубые кристаллы, светящиеся словно магические фонари. Без их мягкого свечения Майя не смогла бы идти - оно освещало путь и создавало ощущение безопасности.

Перед ней открылись три тёмных прохода. Она растерянно замерла, не зная, какой выбрать. Вдруг из левого прохода донёсся странный шум. Не раздумывая, Майя бросилась туда и оказалась в просторном помещении с водоёмом, переливающемся невероятными оттенками синего и зелёного.

— Ого… Как красиво!

Прошептала она, заворожённая этим местом.

Но восторг Майи мгновенно рассыпался в прах, сменившись ледяным ужасом. Из тёмного жерла одного из туннелей выползло нечто жуткое. Кошмарно искажённое существо напоминало человека лишь отдалённо. Его кожа, потемневшая до синевы, местами отсутствовала вовсе, обнажая бугристые мышцы и желтоватые сухожилия. Глаза светились гнилостным чёрным огнём, будто две бездонные дыры, всасывающие свет.

Чудовище присело на четвереньки, шумно принюхиваясь. Ноздри трепетали, втягивая воздух, а затем… Его взгляд вонзился в Майю, словно два ледяных шипа.

По пещере прокатился пронзительный рёв. Такой мощный, что задрожали стены, а с потолка посыпались мелкие камни. Зверь рванулся вперёд, прыгая по сталагмитам с пугающей лёгкостью. Каждый его прыжок сопровождался глухим стуком, от которого содрогалась земля.

«Дело плохо! Очень плохо!» — молния паники пронзила сознание Майи.

Она метнулась налево, по извилистой дорожке, уводящей вниз. Но чудовище оказалось намного быстрее. В один миг оно перекрыло путь, взметнув длинную костлявую руку для удара. Когти, острые и зазубренные, блеснули в тусклом свете.

Майя отпрянула с криком, развернулась и бросилась обратно, но тут же врезалась во что‑то тёплое. Чья‑то крепкая рука мгновенно прижала её к себе, закрывая от угрозы.Раздался резкий, режущий звук, будто металл вспорол камень. За ним последовал оглушительный грохот: часть скалы обрушилась, взметнув облако пыли.

— Ты что здесь делаешь, химера?!

Прогремел раздражённый голос Молоха.

Майя, дрожа всем телом, не решалась поднять глаза. Но услышав знакомое ворчание, осмелилась взглянуть вверх и увидела его нахмуренное лицо. От облегчения и страха она разрыдалась, крепко обняв его. Молох закряхтел от неожиданности.

— Кх! Задушишь же!

Простонал он, пытаясь высвободиться.

Вскоре к ним подбежал Реджинальд, бледный, с расширенными от ужаса глазами.

— Майя! Ты что здесь делаешь?! Как ты сюда добралась?!

Его голос дрожал. Она отпустила Молоха и развернулась к принцу. Тот мгновенно начал осматривать её с ног до головы, пальцы дрожали, когда он проверял, нет ли ран.

— Да я в порядке, в порядке!

С надутыми щеками ответила Майя, пытаясь отстраниться.

— Руки‑то все расцарапаны! Ты что с ними делала?!

Не унимался принц, внимательно изучая её ладони. Его взгляд метался между её лицом и ранами, будто он пытался сложить воедино картину произошедшего.

Майя возмущённо замычала, вырвала руки и просто обняла его. Но даже это не смогло унять тревогу принца. Реджинальд нежно обхватил её плечи, слегка отстранил и вгляделся в глаза, в его взгляде читалась не только забота, но и напряжённое ожидание.

— Так ты расскажешь, как сюда попала?

Спросил он, стараясь говорить ровно. Однако в голосе всё же прорывались стальные нотки беспокойства.

Майя открыла рот, но тут же замерла. В памяти вспыхнула разбитая ваза, стыд обжёг изнутри. Она нахмурилась, сжала кулаки и твёрдо выпалила:

— Не скажу.

Сзади раздался злобный рык Молоха, он пронёсся мимо, бросив через плечо:

— Ну, здесь так здесь. Пошли уже. И так слишком много времени возимся с этими тварями. Будешь просто с ней ходить, и всё.

Так они двинулись дальше, вглубь лабиринта туннелей, на поиски ускользнувшего упыря. Майя цепко держала руку Реджинальда, чувствуя, как в груди нарастает тревожный ком. Наконец, не выдержав, она спросила:

— А почему вы здесь так долго?

Принц ответил, не отрывая пристального взгляда от извилистых проходов:

— Потому что тут упырей было несколько. Если уж быть точнее - четыре. Остался один.

На этом вопросы Майи иссякли. Да и время для расспросов было явно неподходящее. Они продолжили путь в напряжённом молчании, каждый шаг отдавался глухим эхом в каменных стенах.

Время тянулось мучительно долго. Майя начала уставать, но изо всех сил старалась не показывать слабости, ибо не хотела обременять ребят. Когда они приблизились к перекрёстку, Молох вдруг резко замер, вскинув руку:

— Стойте!

Реджинальд и Майя мгновенно остановились. Принц молниеносно поднял её на руки. В тот же миг они услышали оглушительный топот. Нечто неслось на них с невероятной скоростью.

Из-за угла вырвался монстр и ринулся вперёд, обнажив острые клыки. Молох бросился за ним, принц последовал следом, крепко прижимая к себе Майю. Бег длился недолго, вскоре туннель вывел их в огромное цилиндрическое помещение с множеством ответвлений.

Пол был испещрён странными символами, выцарапанными с пугающей тщательностью. Всё указывало на то, что именно здесь проводились тёмные ритуалы.

Монстр, заметив их, взлетел на верхний ряд туннелей и издал истошный рёв, от которого задрожали стены.

— Ну что ж… Поскольку он задолбал бегать.

Процедил Молох, поднимая руки ладонями вниз.

Он резко опустил их, и все туннели вокруг мгновенно запечатались, отрезая монстру пути к отступлению. Камни с грохотом сомкнулись, погрузив помещение в тревожную тишину.

— А раньше почему ты так не сделал?!

Взорвался Реджинальд, с силой ударив Молоха по плечу. Тот лишь раздражённо огрызнулся:

— Да что-то не было необходимости. А сейчас свалите, только мешаетесь под ногами.

Реджи фыркнул, но спорить не стал. Он отнёс Майю за ближайшую скалу, поставил на ноги и, бросив короткий взгляд, приказал:

— Сиди здесь.

В этот момент Молох остался один на один с монстром. Он начал гонять его по помещению, швыряя чёрные шары маны. Но вскоре это ему наскучило. В мгновение ока он телепортировался прямо к упырю, его рука тут же превратилась в стальное лезвие. Одним точным движением Молох пронзил монстра насквозь. Но вместо того чтобы пасть, тварь яростно врезала когтистой лапой в его плечо. Молох успел подставить руку, пытаясь блокировать удар, однако чудовищной силы толчок всё равно отшвырнул его назад, что он аж впечатался в стену, оставив в ней глубокое углубление.

Реджинальд, уловив момент, ринулся к монстру сзади. Он наносил удары по уязвимым местам, уворачиваясь от ответных атак. Но монстр, взревев, ударил звуковой волной. Принц отлетел в сторону, врезавшись в скалу.

Молох показался из-за стены и тут же увидел схватку. Он нахмурился, в глазах вспыхнуло раздражение. Майя выглянула из-за скалы и с ужасом смотрела на Реджинальда. И тут упырь заметил её.

Его глаза вспыхнули хищным огнём. Он рванулся к девочке, разинув пасть, готовясь впиться клыками в её плоть. Время словно замедлилось. Майя замерла, чувствуя, как страх сковывает каждое движение.

Но в последний миг Молох оказался рядом. Он схватил её, прижав к себе, и протянул руку к монстру. Тот уткнулся в ладонь. Тварь издала пронзительный вопль. Кожа на месте прикосновения начала плавиться, словно воск. Молох, не теряя ни секунды, телепортировался на верхний ряд туннелей, где они укрылись за скалой.

Реджинальд, осознав, что ситуация становится критической, тоже поспешил найти укрытие. В воздухе повисла тяжёлая тишина, лишь тяжёлое дыхание да стук сердца нарушали её.

В этот момент монстр издал ужасающий вопль, такой пронзительный, что стены и скалы вокруг задрожали, начали трескаться и рушиться. Камни с грохотом осыпались, пыль взметнулась в воздух, затмевая всё вокруг. Молох почувствовал, как холодный пот выступил у него на лбу, стекая по вискам.

Майя, ничего не понимая, повернулась к нему. В её глазах плескалось волнение.

— Молох, что происходит?!

Он взглянул на неё всего на миг, но тут же отвёл глаза. В его зрачках Майя успела заметить что‑то: раздражение, что почти перешло в ярость.

— Упырь слишком быстрый.

Процедил Молох сквозь стиснутые зубы.

— Я не могу по нему попасть. У него нет слабых мест. Даже проткнутое сердце его не убьёт.

Он резко сжал кулак, впиваясь пальцами в лоб, второй рукой до боли вцепился в ткань на бедре. В его движениях читалась бессильная ярость.

— Эта мерзость уже эволюционировала до магических способностей! А те мерзавцы-рыцари не смогли справиться даже с менее сильными. Просто перекинули проблему на меня! Когда вернёмся, я отрежу руки каждому!!

Его гнев был понятен Майе: Молох не терпел, когда на него сваливали чужую работу, а своих обязанностей у него и без того хватало.

Майя осторожно положила ладони на его сжатый кулак. Пальцы у неё были ледяными, но прикосновение вышло тёплым, почти утешающим. Она понимала, что все сейчас на нервах. Даже Молох, который всегда казался ей непоколебимым, едва сдерживал бурю внутри.

Почувствовав её прикосновение, Молох замер. Дыхание на миг сбилось, а кулак, ещё секунду назад твёрдый как камень, слегка дрогнул. Майя приподняла уголки губ - не в улыбке, а в робкой попытке обрести уверенность. Голос её прозвучал тихо, почти шёпотом, но в нём была такая искренность, что, казалось, даже стены притихли:

— Ну ничего… Ты что‑нибудь придумаешь, правда?

Молох медленно повернул голову. Его взгляд встретился с её глазами, и в этот момент Майя увидела то, чего никогда раньше не замечала: в его зрачках плескался ужас. Она знала, что лучшее решение сейчас будет поддержать его. Майя улыбалась ему, стараясь так успокоить. Но сработало это как обратный эффект… Но прежде чем она успела осознать это, его лицо исказилось от боли. Не физической, а душевной. И в тот же миг он схватил её за руку, резко поднялся и… швырнул в сторону обрыва.

Последнее, что она увидела, его глаза. Бездонные, холодные, будто две чёрные дыры. В них не было ни сожаления, ни колебаний. Только ледяная решимость. Удивление в её глазах мгновенно сменилось отчаянием. Время растянулось в бесконечность.

Мысли путались, как нити в разорванном полотне: «За что?.. За что он так со мной? Почему все вокруг хотят либо убить меня, либо использовать?!»

Слёзы навернулись на глаза, обжигая веки. Майя почувствовала, как тело теряет опору, как земля уходит из‑под ног. В этот миг она заметила, что выражение лица Молоха изменилось. Но волосы, словно тёмный занавес, закрыли обзор, и она не успела разглядеть до конца.

Падение казалось вечностью. Ветер свистел в ушах пронзительным воем, а сердце билось так бешено, что, казалось, вот‑вот разорвёт грудную клетку.

С жестоким ударом она столкнулась с землёй. Тут же раздался омерзительный хруст - сломалась рука. Боль обожгла до самых костей, и крик девочки, полный ужаса и боли, разорвал тишину.

Монстр замер, затем резко повернул голову. Он услышал. Его ноздри затрепетали, учуяв страх. В одно мгновение тварь ринулась к Майе. Когти скрежетали по камням, глаза пылали безумным огнём.

Не в силах пошевелиться, Майя смотрела, как чудовище приближается. Подойдя вплотную, монстр широко раскинул пасть, обнажив острые, словно бритвы, клыки. Он приготовился вонзить их в её плоть.

В этот миг сверху раздался оглушительный грохот. Молох разрушил скалу, за которой они прятались. Массивные камни с рёвом полетели вниз прямо на монстра и Майю.И тут она поняла: Молох решил похоронить её под камнями вместе с чудовищем.

Однако в считанные секунды Реджинальд хватает Майю. Они проскользили по полу, перевернулись, и он, тяжело дыша, опустился на колено, прижимая Майю к себе. Его пальцы впились в её плечи, не грубо, а отчаянно, словно он боялся отпустить её даже на миг.

В ушах слышен лишь биение собственного сердца. Майя подняла взгляд. В глазах Реджи был ужас - не за себя, а за неё. Он молчал, но его прерывистое дыхание, его дрожащие руки говорили больше, чем слова. Казалось, он потратил все силы, чтобы спасти её, и теперь едва держался на ногах.

Она оглянулась. Там, где девочка только что стояла, под грудой камней неподвижно лежало тело чудовища. Камни всё ещё осыпались, создавая зловещий аккомпанемент их молчанию.

Медленно, будто боясь того, что увидит, Майя перевела взгляд вверх. Их глаза встретились. Бездушные, холодные глаза Молоха уставились на неё с пугающим спокойствием. В них больше не было ни тени сомнения, только холодная, расчётливая пустота.

Они не обменялись ни словом. Молох молча телепортировал их на поверхность, затем сжёг поместье дотла и перенёс всех в замок, даже не дав Майе попрощаться с хозяевами таверны.

В спальне Реджинальда их уже ждала Нора. Атмосфера мгновенно накалилась, словно воздух пропитался электричеством. Принц резко отвёл Майю в сторону и скомандовал:

— Позови лекаря.

Нора вздрогнула:

— Что у вас…

— СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Его крик заставил горничную отшатнуться. Без лишних слов она поклонилась и выбежала за лекарем, оставив троицу в гнетущей тишине.

Реджинальд повернулся к Молоху. Голос принца дрожал от сдерживаемого гнева:

— Зачем ты это сделал?

Молох стоял спиной к ним, неподвижный, как изваяние.

— Зачем ты бросил Майю? Ты использовал её как приманку?!

Реджи почти кричал, но Молох ответил с леденящим спокойствием:

— А какая разница, как и когда она умрёт? Это всё равно произойдёт. Не сегодня, так завтра.

Майя замерла. Три года она жила рядом с ним без ссор, без скандалов. Три года дарила ему тепло и заботу… И вот всё растоптано в один миг.

— Н‑ненавижу…

Прошептала она, но тут же вскипела:

— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!!

Слёзы брызнули из глаз. Она рванулась прочь, хлопнув дверью комнаты. Молох исчез, не проронив ни слова.

Тот вечер погрузил всех в молчание. Майе наложили гипс на предплечье. Реджинальд, бледный и напряжённый, пригрозил лекарю казнью, если тот осмелится рассказать о девочке хоть одной живой душе.

Майя не смогла уснуть. Всю ночь перед её глазами стояло лицо Молоха - его глаза, пустые и безжизненные, как два чёрных колодца.

На следующий день.

Майя сидела на балконе, глядя на пышную зелень сада. Странно, но она тосковала по снегу, по колючему зимнему ветру… Вспомнив о снеге, она невольно подумала о мальчике с разными глазами.

«Так и не спросила его имя…» — кольнуло сожаление.

Её мысли прервал Реджинальд. Он вошёл несмело, будто боялся нарушить хрупкое равновесие.

— Как ты?

Спросил он, останавливаясь в шаге от неё. Майя подняла загипсованную руку:

— Нормально. Только ничего толком не могу.

Она снова уставилась на сад. Реджинальд помялся, подбирая слова.

— Слушай…

Он глубоко вдохнул.

— Может, сходим на кухню? Печенье испечём.

Майя удивлённо обернулась:

— Зачем?

— Просто…

Он улыбнулся уголками губ.

— Хочу тебя отвлечь.

И Майя пошла. На кухне принц взял дело в свои руки, а Майя помогала, чем могла: мешала тесто, пока он крошил шоколад.

— Когда ты научился печь?

Спросила она, наблюдая, как он ловко орудует ножом.

— Было время, когда мне всё надоело.

Усмехнулся Реджинальд.

— Заставлял Нору учить меня готовить сладости. Она каждый раз ворчала: «Негоже принцу заниматься делами прислуги!»

Майя слабо улыбнулась, но тень печали не сходила с её лица. Реджи подошёл к ней и высыпал шоколад в тесто.

— Почему Молох меня ненавидит?

Вдруг вырвалось у неё. Голос дрогнул.

Реджинальд замер, но вскоре медленно поднял руку и погладил её по голове:

— Он не ненавидит. Он просто… бездушный.

— Но он хотел меня убить!

Вскрикнула Майя, глаза наполнились слезами. Принц отвёл взгляд и потёр затылок, будто сомневаясь. Затем резко сказал:

— Стой здесь.

Он отошёл, что‑то достал и резко развернулся. В следующий миг в Майю полетел нож. Она инстинктивно зажмурилась, но боли не почувствовала. Открыв глаза, она увидела: лезвие зависло в сантиметре от её лица.. Девочка была окружена мерцающей фиолетовой пентаграммой - шестиконечной звездой, усыпанной таинственными символами.

Нож задрожал, рассыпался в пыль. В тот же миг Реджинальд схватился за грудь. Он побледнел и опёрся на стол.

— Кх!

Вырвалось у него.

Пентаграмма исчезла. Реджи выпрямился, глядя на Майю с болью:

— Это защитная магия. Она есть у меня, у моих родителей… и у тебя.

Майя молчала, но в голове бился вопрос: «Что?!»

— Любой, кто намеренно попытается тебя убить, будет уничтожен.

Продолжил Реджи.

— А если выживет - почувствует острую боль в груди. Часто это приводит к разрыву сердца, особенно если человек слаб духом или телом.

— Значит, он… защищал меня?

Прошептала Майя.

— Но почему тогда он так поступил?

Реджинальд покачал головой:

— Не знаю.

Майя сжала кулаки. Если даже Реджи не понимает, значит ответ только у одного человека.

— Я спрошу у него сама!

Решительно заявила она и направилась к башне Молоха.

— Стой!

Крикнул парень, но схватился за грудь.

— Кха!..

Боль сковала его движения. Он не смог сделать и шага вслед за ней.

Майя шла по коридору, и с каждым шагом тревога в груди нарастала, словно тяжёлый ком, сдавливающий дыхание. Но она не останавливалась. Ноги сами несли её вперёд, будто знали: назад пути нет.

Пока она поднималась по лестнице, в голове крутились обрывки мыслей: «Вот почему он так поступил? Может, Реджи не прав… А вдруг Молох поставил на меня защиту не по своей воле? Но если я ему противна, он ведь может прикончить меня прямо здесь, в этой башне… Нет! Я уже в пути, и без ответа не уйду!»

Каждая ступенька винтовой лестницы отзывалась глухим эхом в ушах, а страх и волнение сплетались в тугой узел где‑то в животе. Подойдя к массивной двери башни, она на мгновение замерла. Сердце билось так отчаянно, что, казалось, готово было вырваться из груди. Но она открыла дверь решительно, без колебаний.

Молох сидел в своём кресле, закрыв лицо руками. Услышав скрип двери, он медленно поднял глаза. Их взгляды встретились, и в этот миг время будто остановилось.

Майя сделала несколько шагов вперёд. Ноги дрожали, голос предательски дрогнул, но она заставила себя произнести:

— Ты меня ненавидишь?

Слова прозвучали надтреснуто, едва слышно. Она не хотела плакать, честно пыталась сдержаться, но слёзы уже катились по щекам, оставляя холодные дорожки.

— Что я такого плохого тебе сделала? Почему ты меня бросил?

Голос сорвался, становясь тише, почти шёпотом.

Молох замер. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз мелькнула тень. Он слушал, впитывая каждое слово, каждый всхлип, каждую ноту боли в её голосе.

— Я не понимаю ничего…

Прошептала Майя, и тут же голос дрогнул, срываясь на крик:

— Что я плохого тебе сделала?!

Слёзы хлынули потоком. Она больше не могла сдерживаться. Плечи задрожали, а тело содрогалось от рыданий.

Минутой позже Молох глубоко вздохнул и медленно поднялся. Он подошёл к ней осторожно, будто боялся спугнуть, и нерешительно протянул руку. Его пальцы коснулись её волос сначала робко, затем увереннее, начиная мягко гладить.

— Ты ничего не сделала…

Прошептал он, и в его голосе прозвучала непривычная теплота.

— Ты совершенно ни в чём не виновата…

Эти слова стали последней каплей. Майя всхлипнула, закрыла лицо руками и прижалась к нему, дрожа всем телом. Её плечи содрогались, слёзы капали на его одежду, но она чувствовала, как напряжение постепенно покидает её.

Она не знала, что именно заставило его поступить так жестоко. Не понимала, почему он бросил её на краю обрыва. Но сейчас, в его объятиях, ей было достаточно одного - знать, что он не ненавидит её.

Что‑то внутри неё наконец расслабилось. Слёзы продолжали течь, но теперь они несли не боль, а облегчение, как дождь, смывающий пыль с измученной души.

Молчание окутало их, но оно больше не было холодным. Оно стало тёплым, почти живым. И Майя поняла: даже если она не получит всех ответов, это мгновение стоит того, чтобы его запомнить.

Майе уже исполнилось четырнадцать. Она устроилась в уютном кресле на балконе, погрузившись в книгу о магических существах этого мира. Тёплые солнечные лучи ласково обнимали её, создавая идеальную атмосферу для чтения.

— Так и читаешь?

Майя вздрогнула. Голос за спиной прозвучал неожиданно. Она повернула голову и увидела Реджинальда. Он стоял, скрестив руки за спиной, с лёгкой ухмылкой на лице. Светлые волосы мягко колыхались на ветру, а тело слегка наклонилось вбок.

— Ты так с голоду умереть можешь.

Возмущённо произнёс принц, вставая напротив неё.

Майя опустила взгляд на стол. Там уже два часа остывал нетронутый обед.

— Ну… Я так увлеклась книгой, что совсем забыла.

Неловко рассмеялась она, слегка опустив голову к плечу.

Реджинальд упёр руку в талию и с напускной строгостью воскликнул:

— Майя, мне так придётся тебя самому кормить!

Она положила книгу на стол и, надув губы, возразила:

— Не нужно меня кормить, я и сама прекрасно справлюсь.

Принц задумчиво подпёр подбородок рукой, его взгляд стал серьёзнее, но в уголках глаз всё ещё плясали озорные искорки.

— А знаешь…

Начал он с хитрой улыбкой, от которой у Майи пробежал холодок по спине.

— Раз уж ты так часто пропускаешь приёмы пищи, возможно, тебя стоит наказать.

Майя мгновенно насторожилась. Она подняла на него взгляд, полный подозрения:

— К чему ты клонишь, Реджинальд?

— Как к чему? Ты уже взрослая.

Он наклонился чуть ближе, глаза блестели шалостью.

— Давай я преподам урок полового созревания!

— …

Майя застыла, глядя на его самодовольную ухмылку. В следующее мгновение она молниеносно вскочила, оттолкнула ногой парня и перевернулась за кресло, после чего с силой толкнула сиденье в принца. Не теряя ни секунды, она бросилась из комнаты, не оглядываясь.

Реджинальд, заливаясь смехом, помчался за ней. Его хохот эхом разносился по коридорам:

— Майя, ты сама накосячила!

— Отстань!!!

Надрывая голос, крикнула Майя. Он преследовал её, словно хищник, играющий со своей добычей. Принц выкрикнул сквозь смех:

— Наказание есть наказание! Отвечаю, тебе должно понравиться!!

— Я тебя не слушаю!!!

Охваченная паникой и смущением, Майя подумала: «Должна признать, он хоть и отбитый, но если бы он не научил меня самообороне, я бы от него же и не сбежала!»

В это время горничные, включая Нору, были заняты своими делами. Помощи ждать не от кого.

«И что делать? Мне даже сейчас Нору-то не найти! Уа!» — мысленно простонала Майя, чувствуя себя загнанной в ловушку.

У неё оставался лишь один человек, способный помочь в этой ситуации. Правда, он мог и прибить её за то, что отвлекает его из-за «глупостей». Но, взвесив все «за» и «против», Майя выбрала меньшее из двух зол и отчаянно выкрикнула:

— МОЛОХ!!!

Маг мгновенно возник за её спиной, преграждая путь принцу. Реджинальд резко остановился прямо перед носом Молоха, словно налетел на невидимую стену. Веселье мгновенно схлынуло с его лица. Он понял, что попал в капкан.

Молох без лишних слов щёлкнул его по лбу и телепортировал прочь, даже не дав и слова сказать.

Осознав, что опасность миновала, Майя рухнула на пол и с облегчением выдохнула:

— Спасена! Ура‑а‑а!

Молох подошёл к ней и слегка пнул по ноге:

— Замерзнешь и заболеешь, если на полу лежать будешь.

Она послушно приподнялась, уселась прямо на пол и улыбнулась ему:

— Спасибо, Молох, что бы я без тебя делала.

— Минет.

Невозмутимо ответил он.

Майя поперхнулась и закашлялась, словно её ударили под дых. Лицо мгновенно вспыхнуло румянцем.

— Ты как будто знаешь, в чём суть произошедшего.

Заметила она. Он пожал плечами, будто это было очевидно:

— Просто предположил.

Майя встала на ноги, стараясь выбросить из головы все двусмысленные мысли, навеянные выходкой принца и мага.

— Гадалка ты чёртова. Скажи лучше, куда ты Реджи отправил?

Молох, опёршись на стену, спокойно ответил:

— Да я особо не думал, куда его отправить.

— Что‑о‑о?!

В панике она схватила его за плечи и начала трясти.

— Так найди его! Вдруг ты его в море кинул купаться с рыбками!!!

Перед глазами промелькнули жуткие образы морских чудовищ из книги, которую она читала сегодня. Майя затрясла мага ещё сильнее, так, что его капюшон слетел, обнажив рога.

— МОЛОХ, ИЩИ БЫСТРЕЕ!!!

— Да успокойся уже! Всё в порядке.

Раздражённо отмахнулся он. Она перестала его трясти и переспросила:

— Точно?

Он нахмурил брови:

— Да. Он на границе империи. Путь обратно знает, не заблудится. Защита на нём есть, так что ничего ему не грозит.

Только после этих слов Майя отцепилась от него. Молох развернулся и направился по коридору:

— Пошли, провожу тебя.

Ребята направились к комнате Майи. По пути она вдруг заговорила:

— Кстати, я тут книгу прочитала про магических существ этого мира…

В её голосе зазвучало явное подозрение.

— И узнала, что зубных фей здесь не существует.

Она пристально взглянула на Молоха. Без капюшона было отлично видно, как забегали его глаза.

— Молох… Куда ты девал мои молочные зубы?!

Он заметно вспотел, лоб покрылся блестящими капельками. Майя не дала ему времени на раздумья:

— Ты их использовал для своих экспериментов?!

Молох мельком взглянул на неё и молча кивнул. Майя содрогнулась, отшатнулась, лицо исказилось от отвращения.

— Фу, какая мерзость! Буэ!!

Она резко ударила его по плечу.

— Скажи хоть, зачем тебе это надо было?

Он задумчиво почесал голову за правым рогом.

— Да я в то время нашёл забавное зелье. Оно должно было превратить человека в червя.

— И что? Получилось?

С напряжением спросила Майя.

— Нет, вообще не получилось.

Раздражённо ответил Молох.

— Даже намёка хоть на что‑то не было!

Внезапно в памяти Майи вспыхнул эпизод восьмилетней давности: тогда Молох дал ей «сок», который оказался ужасно горьким и совсем не похожим на напиток. Лицо её залилось краской, она резко остановилась перед ним, глаза полыхали гневом:

— В смысле, ты хотел превратить меня в червяка?!

«Ой, попал… Тогда продолжим», — мысленно усмехнулся Молох и выложил всё начистоту:

— Ну не получилось же. Только я так и не понял, что было неправильно. Точно знаю, что зуб монстра и ухо дракона были то, что надо, а вот волос проститутки и слюна бомжа… не уверен.

— А‑ась?!

Внутри Майи словно взорвался вулкан ярости. Её глаза вспыхнули, кулаки сжались.

— В СМЫСЛЕ ТЫ МЕНЯ МОНСТРОМ НАЗВАЛ?!

Она обрушила на него град ударов. Молох стоял неподвижно, словно каменная статуя, и спокойно произнёс:

— Ты, наверное, не знала, но химеры считаются монстрами.

Майя продолжала колотить его в грудь, закрыв глаза от ярости.

— Сам ты химера! Чёртов демономаг!!!

Демон вдруг раздражился, глаза метали молнии, голос стал жёстче:

— У меня брать зубы было бы проблематично.

Майя не унималась. Удары сыпались один за другим.

Наконец Молох схватил её за руку, резко остановив избиение. Она распахнула глаза, всё ещё прищуренные от злости. Он шагнул ближе и наклонился. Их лица оказались в близости. Майя могла разглядеть каждую чёрточку: жёсткую линию скул, прищуренный взгляд, едва заметный морщинки.

— Хватит бить меня, химера.

Его голос звучал низко, почти угрожающе.

Сердце Майи забилось чаще - не от страха, а от странного, необъяснимого волнения. Раньше при таком взгляде она бежала без оглядки, но сейчас в его глазах не было открытой угрозы, и это пугало ещё больше.

Гортанно прорычав, она схватила его за рога. Пальцы впились в твёрдую поверхность, она яростно затрясла его:

— Ты сейчас сам выглядишь так, будто сделаешь из меня боксёрскую грушу!

Молох резко сжал её руки в железных тисках, голос прогремел:

— Не трогай мои рога!!!

Вечером того же дня Майя уютно устроилась на мягкой софе, погрузившись в чтение книги. Тишину нарушил скрип двери. В комнату вошла Нора с сервировочным столиком. На нём дымился ужин и стояла корзинка с ароматным печеньем. Служанка аккуратно поставила тарелку и чашку перед девушкой.

Майя едва заметила угощение, пока её взгляд был прикован к страницам. Но стоило ей увидеть печенье, как книга полетела в сторону. Девушка молниеносно схватила корзинку и подняла её над головой… И тут же вскрикнула: корзинку у неё выхватил появившийся за софой Молох.

— Блин!

Выдохнула Майя, признавая поражение.

— Я думала, ты опять спереди появишься.

Она обернулась и увидела, как Молох с невозмутимым видом уплетает печенье. Он неспешно обошёл софу и уселся рядом.

— Вот у тебя ужин стоит, его ешь.

Бросил он, держа корзинку на весу.

Она раз за разом резко тянулась к печеньям, но всё напрасно. Молох держал корзину в воздухе. Он посмотрел на Майю с победной улыбкой и произнёс:

— Что? Не получается, да?

Девушка недовольно засопела, но не сдавалась. Наблюдавшая за этой сценой Нора не выдержала:

— Вам столько лет, а ведёте себя как маленькие дети - и первый, и второй!

Она шагнула к корзинке и спокойно взяла пару печенек. Молох уставился на неё, словно на предательницу. Майя же расцвела в улыбке, когда ей подали вкусняшки:

— Спасибо, Норочка!

Наконец Молох опустил корзинку, устроился поудобнее, скрестив ноги, и продолжил трапезу. Майя, сунув в рот печенье, повернулась к нему:

— Молоф, обучи меня махии.

— Софсем с катуфек слетела?

Ответил ей Молох, как она, с набитым ртом. Нора подошла к ним сзади и дала подзатыльника.

— Не разговаривайте с хомячьими щеками, а то отберу печенье.

Она переместилась к сервировочному столу, достала отчёты и устроилась на софе напротив Майи, погрузившись в чтение. Майя потёрла затылок и продолжила разговор:

— Что сразу с катушек слетела? Я же умею порталы открывать, значит, должна уметь ещё что‑нибудь.

Молох фыркнул:

— Пф! Ты когда в последний раз открывала портал?

Бьëт по сердцу жёсткой реальностью. Но Майя не теряет надежды!

— Н‑ну, не помню… Но я умею же это делать!

— Ах, вот как…

Он поставил корзинку на стол, медленно развернулся к ней и, положив руку на спинку софы, опёрся головой о ладонь. А затем маг спокойным голосом протянул:

— Ты хоть знаешь, как их открывать?

Ай!

— Может, это была мимолётная способность? Иногда такое происходит.

Уй!! Майя почувствовала, как её уверенность тает. — Да и то сомневаюсь, что ты вообще ещё что‑то можешь, кроме этих маленьких порталов.

Кха!!! По всем фронтам отправил Майю в нокаут.

Она поднялась, её стремление никуда не ушло, даже после всех слов.

— Может, всё‑таки поможешь? Пожалуйста‑а‑а!

Майя сложила руки в умоляющем жесте, глядя на него с надеждой. Молох поморгал и недовольно цокнул:

— Ц! Ну вот сначала научись сама использовать порталы, а после приходи ко мне.

Майя всплеснула руками.

— Да как я это должна сделать‑то?!

— А мне откуда знать…

Начал он, но его прервал резкий скрип открывающейся двери.

На пороге стоял Реджинальд - весь в грязи, с прилипшими листьями. Вид принца вызвал у Майи приступ неудержимого смеха. Нора, напротив, вскочила с места и замахала руками:

— Фу! Ужас, выйдите отсюда, сейчас всё запачкаете! Кыш, кыш!!

Реджинальд возмутился:

— Что ты меня выгоняешь? Я вообще‑то твой господин.

Нора метнулась за шваброй, чтобы убрать следы его пребывания.

Молох окинул принца ироничным взглядом:

— Ты хоть себя видел? В каких это местах ты успел побывать?

Реджи сердито сбросил с плеча листок и с сарказмом ответил:

— Действительно, где же я был. Может, ты мне лучше ответишь?

— Не‑е‑е, лучше ты ответь, понял ли ты свою ошибку и будешь ещё так делать?

Протянул Молох. На что принц без колебаний заявил:

— Да ни за что! Чтобы я ещё раз так пошутил?! Легче умереть, чем совершить такую глупость!

— Вот и славненько.

Кивнул Молох и поднял руку. Он щёлкнул пальцами, и Реджинальд мгновенно очистился от грязи. Майя, утирая слёзы от смеха, начала постепенно успокаиваться, держась за живот.

Отряхивая одежду, принц буркнул:

— Ну спасибо.

Он исподлобья глянул на ребят, пробормотал себе под нос, уточнив, кому адресована благодарность:

— Собственничек.

Молох прищурился, незаметно магией заклеил рот принца. Реджинальд в шоке попытался разомкнуть губы, но, сдавшись, скрестил руки и яростно уставился на мага.

Майя лишь недоумённо наблюдала за этой сценой, но зрелище было настолько комичным, что она снова прыснула от смеха.

Спустя некоторое время Молох всё же вернул принцу дар речи. После короткого обмена репликами все разошлись по своим комнатам.

На следующий день Майя погрузилась в размышления о том, как научиться управлять своими способностями. Узнав от Реджинальда точное время, когда Молоха вызовут по делам, она решила воспользоваться моментом и пробраться в его башню.

Рыская среди книг, Майя наконец заметила то, что нужно: яркий жёлтый переплёт с броским названием «Как научиться использовать свою ману. Для чайников». Не теряя ни секунды, она унесла находку в свою комнату.

Устроившись поудобнее, Майя ещё раз взглянула на заголовок и усмехнулась:

— Надо будет у него спросить, откуда у него эта книга. Хах!

Она открыла первую страницу и начала читать:

— «У любого магического существа есть мана. Будь то маг, ангел или демон - у каждого из них обязательно есть магическая энергетика. Даже аликорны и макары обладают ею. Её могут видеть только те, кто сам имеет ману. Если потренироваться, то можно ощутить любое магическое существо на расстоянии нескольких метров, а при дальнейшем развитии навыка и на несколько километров. Более подробная информация содержится в разделе ***».

Майя оперлась на руку, задумчиво глядя в книгу: «Значит, я в любое время смогу найти Молоха. Так‑то здорово, но я бы предпочла также находить Нору и Реджи».

Перелистнув несколько страниц, она наткнулась на ключевую мысль:

— «Первое, чему вы должны научиться, это ощущать свою ману. Как она бурлит внутри вас и достигает кончиков пальцев».

Майя мысленно вздохнула: «Как будто читаю уроки открытия чакр… Короче, бла‑бла‑бла…»

Ещё несколько страниц, и вот нужный параграф.

— О! То, что надо.

Пробормотала она.

— «Для того чтобы перед вами появился предмет, который вы хотите, вам нужно…»

Полдня ушло впустую: портал так и не появился. Майя устало уткнулась лбом в стол:

— Ну почему ты не появляешься? Уа‑а!

Она приподняла страницы, вчитываясь снова:

— «Чтобы вызвать предмет, вы должны точно представлять, из чего он состоит и как выглядит».

Вновь уткнувшись в стол, Майя тихо застонала:

— И как мне понять, из чего он состоит? Хм…

Поднявшись, девушка подпёрла голову ладонью. Машинально загибая пальцы на свободной руке, она размышляла: «Я хочу открыть портал. Портал - это как телепортация. Чтобы телепортироваться, нужно знать, куда ты хочешь. Ведь так?»

Майя встала из‑за стола, вытянула руки перед собой, пытаясь сосредоточиться.

«Допустим, я хочу искупаться в море», — подумала она.

Но перед ней по‑прежнему было пусто. Лишь в следующий миг Майя осознала: под ногами нет опоры. Она рухнула в сияющий портал.

И вот, плеск воды, холод, прозрачность голубой бездны…

Она распахнула глаза. Вокруг лишь бескрайнее море. На миг Майя почувствовала покой, а затем её охватил восторг: у неё получилось! Она действительно умеет открывать порталы!

Но вдруг рядом из глубины всплыло нечто огромное, зубастое, словно аллигатор, но куда страшнее. Макара!

От ужаса Майя судорожно вдохнула, но вода тут же хлынула в рот. В голове билась одна мысль: «Хочу обратно! ХОЧУ ОБРАТНО!!!»

Портал вновь разверзся под ней, втянув обратно. Майя плашмя рухнула на пол в своей комнате. Вся мокрая, дрожащая, с прилипшими к лицу волосами. Оглядев залитый водой пол, она выдохнула:

— Нужно лучше формулировать…

Но уже в следующее мгновение вскочила и запрыгала, сияя:

— Ура‑а‑а! Я смогла, смогла!

Остановившись, она воодушевлённо заявила:

— Теперь мне нужно к Молоху. Доказать, что я всё могу.

«Хочу к Молоху», — мысленно произнесла она.

Ничего.

«Хочу к Молоху прямо сейчас!» — снова тишина.

Майя раздражённо опустилась за стол и вновь уткнулась в книгу, подумав: «Попытаюсь тогда его ману ощутить».

— «Как ощутить магическую энергетику другого существа? Вам всего‑навсего нужно освободить через нади свою прану, тем самым ощутив маной апаны потоки экзистенции, которые недавно проходили через то существо».

У Майи задергалась бровь: «Че, блин? ВСЕГО‑НАВСЕГО?? Это я как должна вообще сделать???»

Она продолжила читать, но к концу страницы вскипела, шлёпнув ладонью по столу:«Та‑а‑ак, всё хорошо‑о‑о. Нужно просто попробовать».

Устроившись поудобнее, она принялась выполнять описанные действия. Час прошёл впустую, зато она успела высохнуть.

Только спустя два часа непрерывных попыток Майя наконец ощутила огромное скопление магической энергии в коридоре восточного крыла замка.

«Может, это и правда Молох? Ну, здесь кроме него из придворных магов никто не появляется», — мелькнуло у неё.

Она быстро встала, сосредоточилась на нужной точке. Перед ней разверзся портал, и она шагнула в него.

Увидев Молоха, неспешно шагающего по коридору, Майя ликующе подумала: «Получилось!»

Она уже собиралась тронуть его плечо, но тут Молох резко развернулся - взгляд ледяной, пугающий.

Взмах! Острое лезвие свистнуло в сантиметре от её лица. Майя инстинктивно отклонилась назад, едва избежав смертельной опасности.

— Ой. Это ты, химера.

Голос Молоха мгновенно смягчился, лезвие растаяло, превратившись в обычную руку. Он опустил ладонь. Майя выпрямилась и ошарашенно на него взглянула, взорвавшись:

— ТЫ МНЕ ЧУТЬ ГОЛОВУ НЕ ОТСЕК!!!

— Нечего подкрадываться. Что ты, собственно, хотела от меня?

Опёршись рукой о бок, он выжидающе уставился на неё.

— А, верно!

Она резко переключилась с гнева на ликование, спрятала руки за спину и расплылась в широкой улыбке.

— Я научилась перемещаться!

— М?

Молох слегка склонил голову, в глазах мелькнул интерес.

— Покажи тогда.

Майя хихикнула, сморщив нос:

— Ехех!

Под ногами Молоха разверзся портал, и он провалился в него, не успев даже удивиться.

Через несколько минут он вернулся: насквозь мокрый, с яростно сверкающими глазами и… рогом макары в руке.

— Ты зачем отправила меня в море?!

Протянул он с явной ноткой агрессии. Но Майя лишь ехидно улыбнулась, явно довольная результатом. Молох быстро высушил себя магией. Взглянув на рог, он неожиданно произнёс:

— Ну, должен признать, без тебя я бы не достал рог макары.

«Он меня впервые похвалил?!» — пронеслось в голове Майи.

Она засияла и запрыгала на месте:

— Правда что ли?! Серьёзно?!

Молох отвесил ей успокоительный щелбан:

— Ай! Ладно, не буду больше.

Она прижала ладонь ко лбу, затем с надеждой спросила:

— Ты теперь будешь меня учить магии?

Он задумчиво повернул голову:

— Хм… Помнишь, я говорил, что не факт, что ты ещё что‑то умеешь, кроме этого?

Радость Майи тут же угасла. Она понуро опустила взгляд:

— В смысле? Это что, значит, что я больше ничего не умею?

Но Молох неожиданно смягчился:

— Ну почему же? Я буду учить тебя использовать свои способности правильно.

Майя вскинула глаза, в них зажглась робкая надежда:

— Не шутишь?

Он развёл руками:

— Не‑а. Зато будешь не меня отправлять к макарам, а макаров ко мне.

Ликование накрыло Майю волной, она завизжала от восторга и бросилась к Молоху с объятиями:

— Спасибо!!!

— Эй!

Он попытался отстранить её, но безуспешно.

— Ты как пиявка!

— Мне можно.

Просияла она. Молох взглянул на её счастливое лицо и вздохнул. Обняв в ответ, он ласково погладил её по голове:

— У тебя минута, потом я сам тебя отправлю купаться с рыбками.

Майя недовольно замычала, но спорить не стала.

— Ну что, ты же любишь читать? На, читай!

Молох с грохотом швырнул на стол перед Майей внушительную стопку книг. Майя вздрогнула, инстинктивно отпрянув от резкого звука. Прищурившись, она принялась пересчитывать тома, затем вскинула голову с негодующим возгласом:

— А не до фига ли девятнадцать книг?!

Не обращая внимания на её возмущение, Молох отошёл к книжному стеллажу. Он методично перебирал полки, время от времени вытаскивая книгу, чтобы прочесть название.

— Не, я бы дал больше, но для начала тебе нужно изучить всё о мане.

Майя ошарашенно уставилась на гору литературы, потом перевела взгляд на мага:

— Это ты называешь «для начала»?!

Он продолжал изучать корешки, изредка бормоча названия.

— Ага. Подожди, сейчас самое то для тебя найду, и начнёшь.

Опёршись локтем на стол и подперев голову ладонью, Майя с лёгкой безмятежностью поинтересовалась:

— И что ты ищешь?

— Учебник для таких чайников, как ты.

Бросил он, не оборачиваясь.

В воздухе раздался звон, будто разбилось стекло. Майю пронзила ледяная волна ужаса.

«Мне конец!» — пронеслось в голове. Она вспомнила, что забыла вернуть на место ту самую книгу.

Не теряя ни секунды, Майя вызвала крошечный портал. Просунув в него руку, выудила том, который оставила на столе в своей комнате. Схватив книгу обеими руками, она изобразила невинную улыбку, стараясь скрыть панику:

— Ой, т‑так вот же она… На полу лежала. Ехех!

Молох подошёл, взял книгу, бегло осмотрел обложку и положил раскрытой на стол.

— Да, это она. Можешь начинать читать.

Развернувшись, он направился к своему рабочему столу, заставленному колбами, ретортами и странными приборами. Загремел склянками, начал что‑то смешивать.

«Блин. Если скажу, что уже читала её, он меня с потрохами съест!» — подумала Майя, уныло открывая первую страницу.

Полчаса спустя её осенило: «Точно! Я же хотела спросить, откуда у него эта книга. Странно, что у четырёхтысячелетнего мага лежат учебники для начинающих».

— Молох.

Окликнула она.

— Зачем тебе этот учебник?

Он не отвлёкся от своего занятия, аккуратно капал прозрачную жидкость в колбу с бирюзовой субстанцией.

— Затем, что иногда приходится учить новых придворных магов.

Доведя смесь до нужной консистенции, он добавил ещё один жидкий компонент, осторожно помешивая.

— Я хоть и не горю желанием учить этих бестолковых магов, но, как глава придворных магов, мне приходится.

Майя слушала вполуха, листая страницы. Дошла до раздела о поиске по магической энергетике.

— Хм…

«А если подумать, Реджи - обычный человек. Как Молох может его найти?»

Она повернулась к нему:

— Молох, у меня вопрос.

В этот момент он капнул готовым составом на небольшой шарик, зажатый в щипцах. Тот мгновенно покраснел, и Молох резко отбросил его в сторону. Шарик разлетелся в воздухе на мелкие осколки.

Вздохнув, Молох подошёл к Майе. Она не отрывала взгляда от места взрыва, явно не понимая, нормально ли это вообще. Маг приблизился сзади и склонился над её плечом, вглядываясь в страницы книги.

— Так что за вопрос?

Девушка вздрогнула, поспешно перевела взгляд на текст и ткнула пальцем в нужный абзац:

— Вот тут написано, что можно ощутить только магических существ. Но ты же как‑то находишь Реджинальда.

— Хм…

Он пробежался глазами по строкам и усмехнулся.

— Ну, это же книга для чайников. И написана она таким же чайником.

— Э…

Майя озадаченно посмотрела на него. Он вздохнул, закатил глаза и начал объяснять:

— Дело в том, что ощутить можно любого - человека, мага, зверя и так далее. Но поскольку человек не обладает маной, это затрудняет поиски… не во всех случаях.

По её телу пробежали мурашки, она ощутила тёплое дыхание Молоха у своего виска.

«Он на удивление близко…» — мелькнуло в голове.

Тем временем он продолжал:

— У людей вместо магической энергетики есть духовная. Её можно развивать через испытания, познание смысла жизни, самопознание, достижение высот.

Лёгкий румянец окрасил её щёки.

«Он никогда по своей воле так близко ко мне не подходит. Что это на него нашло?» — подумала она, пытаясь сосредоточиться.

— Например, у отца принцесски духовная энергетика сравнима с моей магической. Если бы он был магом, я бы сражался с ним на равных.

Майя тряхнула головой, отгоняя странные мысли, и резко сменила тему:

— А, значит, я смогу всё‑таки находить Реджи и Нору? Как здорово!

Она вскочила со стула, вынудив Молоха отскочить, и устремилась к лабораторному столу.

— А можешь показать мне, как пользоваться этим?

Молох окинул её озадаченным взглядом:

— Ты, кажется, магии хотела научиться или что?

Девушка схватила колбу с прозрачной жидкостью и начала вертеть её в руках, разглядывая дно.

— Ну, ты же делаешь магические артефакты. Раз уж, по твоим словам, я не смогу использовать магию, как ты, то научи меня делать всякие штучки.

Он подошёл и решительно отобрал колбу:

— Если бы ты пролила эту жидкость на себя, твоя рука стала бы щупальцем медузы.

Майя сжалась и тихо произнесла:

— Хорошо, больше не трону.

Она убрала руки за спину и начала нервно водить ногой по полу. Молох взглянул на её невинное лицо и снова закатил глаза.

— Ладно, смотри, как я это делаю.

Маг достал из шкафчика всё необходимое. Закрепил колбу в штативе, аккуратно влил розовую жидкость и подставил горелку. Затем извлек два светящихся лепестка.

— А что ты делаешь?

Спросила Майя, не скрывая любопытства, следя за каждым его движением.

— Просто смотри.

Коротко бросил он. Молох измельчил лепестки в ступке, добавил три капли прозрачной жидкости из флакона. Затем щипцами подхватил колбу с подогретым веществом и вылил её содержимое в ступку.

Вспышка яркого света озарила комнату. Нежные розовые полосы дымки начали струиться от ступки, окутывая комнату призрачным сиянием. Майя, заворожённая, не могла оторвать взгляд от этих переливов.

— Как красиво… Что это такое?

Прошептала она, протянув руку к волнистым потокам. Дымка мягко окутала её пальцы. К удивлению Майи, она оказалась тёплой. Розовые волны плавно просочились сквозь пальцы и продолжили свой неторопливый танец по комнате.

Её изумление прервал голос Молоха:

— Считай это просто фокусом.

Он щёлкнул пальцами, и дым мгновенно растаял в воздухе.

— Твоя очередь.

Он выложил на стол все необходимые ингредиенты и кивком указал на рабочее место. Майя с сомнением покосилась на него, отступила на шаг, нахмурив брови:

— Ты уверен во мне?

В ответ Молох лишь сильнее нахмурился и резкими, нетерпеливыми движениями указал на стол, призывая приступить к делу.

— А… Ну…

Протянула Майя и принялась повторять его действия. Но стоило ей смешать жидкости, как раздался оглушительный хлопок и всё вокруг окрасилось в розовый цвет. Молох провёл рукой по лицу, стряхивая липкий налёт, и тяжело вздохнул:

— М‑да, предстоит много работы.

— Ой!.. Ехех!

Нервно хихикнула Майя, смахнув с глаз розовые разводы и встретившись с недовольным взглядом Молоха.

За окном ярко светило солнце, заливая помещение в башне мягким золотистым светом. Майя стояла у лабораторного стола, выполняя поручение Его Величества - задание, которое передал ей Молох. Сам же маг вальяжно устроился в кресле, прикрыв глаза капюшоном.

Не отрываясь от работы, Майя решилась задать вопрос:

— Молох, мне кажется или ты реально позволяешь пользоваться своей лабораторией только тогда, когда самому что‑то лень делать?

Не открывая глаз, он ответил с лёгким сарказмом:

— Пф! Ну что ты, тебе кажется.

Майя покосилась на него исподлобья.

— У меня уже есть готовое зелье, которое может превратить тебя в камень.

— Ты совершенно права. Но тебе это самой нравится!

Без колебаний парировал он. Майя кивнула, чуть поджав плечи в молчаливом согласии, и вернулась к созданию артефактов. Она взяла две пробирки и осторожно, по капельке, начала добавлять вещество из одной в другую.

Вдруг дверь с грохотом распахнулась.

— Ребя‑я‑ят!!

Майя вздрогнула и нечаянно перелила больше нужного. В комнате раздался оглушительный хлопок, и всё погрузилось в кромешную тьму. Единственными светлыми пятнами оставались Молох и Реджинальд.

Реджинальд спрятался за зонтиком, а Молох мгновенно поставил магическую стену. Они среагировали так слаженно, будто тренировались годами!

Майя обтёрла лицо и, сдвинув брови, злобно пробормотала:

— Да вы издеваетесь!

Когда они убрали защитные барьеры, принц, глядя на Майю, расхохотался:

— Ха‑ха‑ха! А что ты ещё ожидала?

Молох щёлкнул пальцами - комната и Майя мгновенно очистились от следов взрыва. Реджинальд подошёл, взял стул за спинку, развернул его и уселся задом наперёд.Молох сдвинул капюшон с глаз и сухо спросил:

— Чего тебе нужно?

Майя, заинтригованная, подошла ближе и опёрлась на стол рядом с Реджи.

— Я тут узнал, что в одной из вселенных есть мёд, который в тысячи раз вкуснее любого существующего.

Он достал из кармана пиджака пожелтевший листок с рваным краем, будто вырванный из старой книги, и протянул Майе. Пока она внимательно изучала описание вселенной и мёда, Реджинальд продолжал:

— Майя ведь научилась открывать порталы, да? Может, мы все вместе туда сходим и обратно?

Молох резко отрезал:

— Отказываюсь!

Принц попытался его переубедить:

— Ой, да ладно тебе, что так резко‑то?

Молох раздражённо прикрыл глаза капюшоном:

— Я не хочу участвовать в этом.

— А я хочу.

Уверенно заявила Майя, присоединяясь к уговорам принца.

Услышав её голос, Молох слегка сдвинул край капюшона и взглянул на неё. Майя сияла от предвкушения, едва сдерживая слюнку. Было очевидно: на листке описано нечто невероятно вкусное.

Молох замотал головой:

— Не‑не‑не, я на это не пойду.

— Пойдёшь.

Твёрдо сказала Майя.

— Нет.

— Да!— Да!

Воскликнули оба одновременно.

Молох посмотрел на них с мыслью: «Он ведь специально дал ей листок…»

Они отправились в другой мир. Тропинка была извилистой. Троица шла через густые заросли джунглей друг за другом, разыскивая заветный мёд.

Молох двигался первым. Лезвие вместо руки рассекало лианы и кустарники, прорубая путь и кустарники. За ним следовала Майя, с любопытством оглядываясь по сторонам. Реджинальд замыкал шествие, сосредоточенно всматриваясь в поисках мёда.

Листья шелестели, под ногами хрустели ветки, а лезвие Молоха с лёгким свистом рассекало воздух и растительность.

— Как мы вообще найдём этот мёд?

Спросила Майя, нарушая тишину.

— Не ошибёмся. Его трудно не заметить.

Ответил Реджи. Майя не поняла, что он имел в виду, но переспрашивать не стала.

На листке было немного текста: в основном описание мира и упоминание мёда. На обратной стороне уже рассказ о другом мире, где вместо морей и океанов было желе. Всё, связанное с мёдом, обрывалось перед переходом на следующую страницу.

Неясности лишь подогревали интерес Майи. Ей именно сейчас больше хотелось узнать всё самой, чем из чужих слов или текста. Даже сейчас она сдерживалась, чтобы не броситься разглядывать яркие цветы этого мира, хотя глаза невольно задерживались на каждом из них.

Майя развернулась и пошла задом наперёд, глядя на принца:

— Где ты вообще этот лист нашёл?

Реджинальд, не переставая искать мёд, ответил:

— Да в библиотеке книгу взял по ошибке. Это сказка для детей про разные выдуманные миры.

Майя перешагивала через корни деревьев и обрезанные лианы спиной вперёд. Прищурившись, она в недоумении поинтересовалась:

— Как можно было перепутать обычную книгу с детской?

Реджи возмущённо ответил:

— Кто вообще написал и выпустил детскую книгу в скучной коричневой обложке?

Майя пропустила очередную лиану и наткнулась на неё. В попытке на ходу убрать препятствие она только сильнее запуталась и полетела назад. Не успев схватиться за ствол, пропустив все свисающие лианы, она уже приготовилась к болезненному удару о землю. Внутри всё сжалось…

Но вместо жёсткого приземления Майя ощутила иное: она упала прямо в руки мага. Молох крепко схватил её за предплечье, удержав от падения. Майя оказалась прижатой к его груди. Подняв голову, она встретилась с его взглядом. Сердце на мгновение замерло. Она не могла понять, отчего: то ли от страха, ведь Молох всё‑таки злючка‑колючка, способный в любой момент проткнуть её своим лезвием‑рукой, то ли от странной искры в груди, от желания задержаться в этом мгновении чуть дольше.

Напряжённую тишину, почти осязаемую, разорвал радостный возглас Реджинальда:

— О, нашёл!

Все повернули головы туда, куда указывал принц, и направились к открытой местности.

Там, свисая со скалы, красовались гигантские соты.

— Ва‑а‑ау!

Ахнула Майя, не веря своим глазам. Соты выглядели так, будто их построили не пчёлы, а какие‑то исполинские существа.

Принц шагнул вперёд:

— Ну всё, возьмём немного и обр…

Бззз!

Жужжание заставило всех вздрогнуть и широко раскрыть глаза.

Не прошло и пары минут, как троица уже во всю неслась прочь, а за ними гнались пчёлы размером с машину. Эти чудовища не обращали внимания на стволы деревьев и попросту сносили их тараном!

— Молох, я буду всегда тебя слушаться, ТОЛЬКО СДЕЛАЙ ЧТО‑НИБУДЬ!!!

Закричала Майя, мчась впереди всех. Маг, не сбавляя бега за ней, отозвался:

— Не буду я ничего делать, у меня на пчёл аллергия!

Реджинальд не выдержал:

— А ТЫ ЧТО, СТОЛЬКО ЛЕТ МОЛЧАЛ‑ТО?!

— Меня больше интересует, откуда у ДЕМОНА АЛЛЕРГИЯ?!

Выкрикнула Майя, поражённая этой новостью. В тот же миг принц резко обернулся. Пчёлы надвигались, жужжа всё громче.

— А я тут подумал, у меня, видать, тоже аллергия на пчёл!!!

Взвизгнул он. Майя жалобно протянула:

— Ну, Молох…

Но он был непреклонен:

— Что «Молох»?! Я вообще‑то вытащить нас отсюда не могу!!! Ты сюда открыла портал, так открой его и сейчас!

— Я без мёда не уйду!

Воскликнул Реджинальд, не сбавляя скорости. Молох наигранно захохотал, бросив на него взгляд:

— Хо‑хо‑хо! Тогда у меня для тебя плохие новости!

Майя лихорадочно соображала: как выжить и добыть мёд. Решение пришло мгновенно. Она крикнула:

— Молох, будь наготове!

Открыв перед собой портал, она прыгнула в него, а за ней последовали Реджи и Молох. По ту сторону они начали падать вдоль сот. Молох успел превратить руку в лезвие и отрезать средний кусок сот с мёдом, и Реджи в воздухе подхватил добычу. Майя открыла второй портал под собой, и все втроём влетели в него.

Выскочив из портала, они рухнули на пол в комнате Реджинальда. Все тяжело дышали.Сидя на полу, Молох почесал затылок уже обычной рукой и произнёс:

— Надеюсь, с этого дня вы будете меня слушать и не соваться в сомнительные миры.

— Пошёл на фиг!— Пошёл на фиг!

Одновременно выпалили Майя и Реджинальд.

Молох поворчал ещё пару минут, затем ушёл работать. Майя и Реджи отправились на кухню. Они взяли пресс и начали выдавливать мёд из сот. Когда мёд был готов, переложили его в красивые стеклянные банки.

Вернувшись в комнату, они уселись на пол и приступили к дегустации. Майя положила ложку в рот и тут же запищала от удовольствия. Мёд обладал нежным мятным ароматом и вкусом, напоминающим сладкую ваниль.

— Какая вкуснятина!

Восхитилась она. Реджинальд кивнул, продолжая есть.

Майя смотрела на принца и размышляла: почему Реджинальд и Молох дружат? Если это вообще можно назвать дружбой. Со стороны они казались полными противоположностями во всём! И постоянно спорили, будто вот‑вот схватятся за оружие.

«А если так подумать, Реджи и Молох не из тех, кто просто по неожиданной встрече стали бы дружить», — мелькнуло у неё.

— Реджи, почему вы с Молохом дружите?

Наконец спросила она. Реджинальд посмотрел на неё, не отрываясь от мёда, и ответил вопросом:

— Что это ты так заинтересовалась?

Майя подняла глаза, посмотрела влево и пояснила:

— Ну… Вы такие разные, вот и стало интересно. При этом я никогда не спрашивала об этом.

Принц помолчал минуту, затем ответил:

— Нас заставили.

— Чё?!

Майя в недоумении уставилась на него, перестала есть и нахмурилась.

— Я, конечно, не помню всего, но постараюсь объяснить…

Реджинальду было всего восемь лет, когда это случилось. С рождения он жил почти в одиночестве, погружённый в учёбу: родители без устали трудились над восстановлением империи после войны. Единственным постоянным спутником мальчика была горничная Нора. Она не всегда находилась рядом, но её присутствие согревало Реджинальда, дарило ощущение, что он не один.

Однажды принц пригласил на пикник у леса детей из других королевств. Отец настоял, что это нужно для сближения народов.

Полуденное солнце заливало поляну. Дети расположились на мягком белом ковре и оживлённо обсуждали подарки от родителей.

— Ой, а мне папочка недавно целый остров в Гельенте подарил!

Похвасталась одна девочка. И в ответ раздалось удивление:

— Ого!

— Да ну. А мне родители вчера леозавра подарили. Вымирающий вид, между прочим!

Добавил мальчик с гордым видом. А за ним остальные восхищались:

— Ва‑ау!— Ва‑ау!

Реджинальд слушал их разговоры и чувствовал, как его охватывает тоска.

«Скукота», — мелькнуло в голове.

Он встал, натянул вежливую улыбку и произнёс:

— Вы тут отдыхайте, наслаждайтесь видом наших земель, а я немного прогуляюсь. Извините за бестактность.

Несколько детей кивнули, попросив вернуться поскорее, и Реджинальд направился в лес. Он шёл, глядя под ноги, пинал палки и камни, постепенно удаляясь от места пикника.

Наконец принц поднял голову, огляделся и подумал: «Блин, отошёл слишком далеко. Надо возвращаться».

Но тут его внимание привлёк чёрный силуэт на дереве. Реджинальд направился к нему, однако, приблизившись, обнаружил, что на ветке никого нет. Он снова огляделся и вновь заметил тёмный силуэт за стволом. Подбежав туда, принц снова не нашёл никого.

«Да что за приколы такие?!» — мысленно воскликнул он.

Ещё раз внимательно осмотревшись, Реджинальд ничего не обнаружил. Потом ему пришла мысль: «А если…»

Он поднял голову и увидел того, кого искал.

— Вот же, попался всё‑таки.

Перед ним был мужчина с тёмно‑фиолетовыми волнистыми волосами и глазами, напоминавшими ночное небо. Его чёрный наряд походил на дворянскую одежду.

Озлобленный Реджинальд вскрикнул:

— Живо спускайся сюда!!!

Молох приподнял уголок рта и брови, взглянув на ребёнка с немым вопросом: «Что за херня?»

Тем не менее он спрыгнул с дерева, засунув руки в карманы. Реджинальд, широко раскрыв глаза, продолжил кричать:

— Как вы смеете со мной тут в прятки играть?! Да и как вы сюда вообще попали? Это охраняемое место, здесь не должно было быть ни одной живой души! Сейчас же говорите, из какого вы рода, какая ваша фамилия?!

Молох вытащил руки из карманов, скрестил их на груди и прислонился к дереву.

— Впервые меня отчитывает ребёнок.

Произнёс он спокойно. Мальчик возмущённо уставился на него. Но прежде чем принц успел что‑то сказать, Молох поднял руку и начал отвечать на вопросы, загибая пальцы:

— Давай тогда сначала. Я не играл с тобой, но можешь это считать и так.

Он показал один палец.

— Я попал сюда, как и все остальные.

Второй палец.

— А насчёт фамилии…

Мужчина засомневался и сжал кулак.

— Не уверен.

На шее принца вздулись жилы от гнева и замешательства. Он начал заикаться:

— Ч‑чего? Ч‑что это вообще за ответы такие?! Отвечай нормально и понятным языком!!!

Молох раздражённо цокнул языком, наклонился к принцу и дал ему щелбан.

— Слышь, сопляк, не указывай мне!

Реджинальд вспыхнул, как красный фонарь, и в шоке схватился за лоб.

— В‑вы что себе позволяете?!

Закричал он, размахивая рукой.

— Вы хоть понимаете, с кем общаетесь?! У вас что, вообще с манерами?! Сейчас же представьтесь!!

— Хм… Ну что ж.

Молох приложил руку к сердцу, а вторую заложил за спину. Наклонившись к принцу, он произнёс:

— Называй меня просто Молохом.

Реджинальд потерял дар речи. Так обращаться с принцем могли только безумцы. Он не желал продолжать этот бессмысленный разговор и развернулся, чтобы уйти.

— Всё, скройтесь с моих глаз, пока я ещё сильнее не разозлился.

Бросил он. Отойдя на некоторое расстояние, принц услышал, как Молох фыркнул. Но обернувшись, он никого не увидел.

— Пф! Ну и славно. Противный тип!

Пробормотал Реджинальд, уходя всё дальше.

Принц бродил по лесу, не понимая, куда идёт. Спустя долгое время он присел у дерева.

— Как же я устал… Посижу тут, подожду. Может, Нора меня найдёт.

Вздохнул он. Тут ребёнок вспомнил о Норе и её характере.

— Мне конец! Наверное, она уже устроила пир с салютом.

Принц прислонил голову к коленям, обхватил их руками и мысленно произнёс: «Вот же день вышел…»

Усталость взяла своё, и Реджинальд провалился в сон.

Реджинальд проснулся, когда лес уже погружался в ночь. Протерев глаза, он вдруг услышал чей‑то голос - нежный, но пронизанный паникой, будто владелица была на грани истерики.

— Помогите! Мне так страшно!

Голос звучал всё ближе, но в нём нарастало что‑то жуткое. Не мольба о спасении, а словно зловещая колыбельная.

— Ну где же? Где же мой спаситель?..

Реджинальд поднялся на ноги, сердце колотилось в горле.

«Тут ещё кто‑то заблудился?» — мелькнуло в голове.

— В лесу блуждает он в ночи…

Пропел голос, став тише, но оттого ещё страшнее.

Принц начал озираться, но вокруг была лишь непроглядная тьма и шорохи леса.

— Давай поиграем…

— Что?..

Выдохнул Реджинальд.

Голос внезапно изменился - стал тоненьким, детским, но неестественно ровным, будто кто‑то имитировал ребёнка. Ужас ледяной волной накрыл принца. Он судорожно оглядывался, но тут, прямо перед его лицом, из темноты сверху вынырнула жуткая голова монстра.

Бледное лицо без век, губ и носа исказилось в гримасе. Пронзительные глаза, налитые алыми лопнувшими капиллярами, не сводили с него взгляда. Существо изогнуло длинную шею - голова повернулась снизу вверх, словно у насекомого.

Реджинальд вскрикнул, но страх, парализовавший его на миг, вдруг дал обратный импульс - он рванул прочь.

Монстр был обнажён, его тело лысое, но с головы свисали длинные чёрные, грязные волосы. Кожа настолько бледная, что сквозь неё проступали синеватые сосуды. Он прыгал от дерева к дереву, цепляясь когтистыми лапами, длинный хвост извивался в воздухе. Хриплые смешки эхом разносились по лесу, будто чудовище наслаждалось игрой со своей жертвой.

Реджинальд бежал, спотыкаясь, не моргая, взгляд метался по сторонам. Ни укрытия, ни следа людей. Только деревья, тьма и этот кошмар позади. Он мчался, не думая ни о чём, кроме спасения. Но что‑то внутри заставляло его желать оглянуться - взглянуть в лицо кошмару. Боль в груди разрывала его, каждый вдох, как нож. Оставалось одно: бежать и молиться, чтобы его нашли.

Но вскоре монстру надоело преследовать. Он спрыгнул с дерева и ринулся к принцу. Реджинальд ощутил затылком горячее дыхание, запах гнили. Он зажмурил глаза, ожидая резкой боли…

Вместо этого - тепло. Что‑то схватило его, лицо окутало мягким светом. На мгновение всё вспыхнуло ослепительно ярко, раздался резкий звук, будто молния ударила в землю.

С хриплым дыханием Реджинальд поднял взгляд. Перед ним стоял мужчина с фиолетовыми волосами. Но это уже не был тот Молох, которого принц встретил днём.Теперь перед ним существо с тремя рогами и яркими фиолетовыми глазами, переливавшимися, как сугилиты. Молох спас его, но на лице мага читалось удивление, словно он сам не ожидал такого исхода.

— Чур его желудок мне.

Спокойно произнёс Молох, опуская руку.

Реджинальд, с трясущимся подбородком, обернулся. На земле лежало безголовое тело монстра. Чёрная кровь растекалась по мху, будто чернила.

Принц уткнулся в одежду Молоха, ногти впились в ткань. Стук сердца оглушал, заглушая все звуки. Волна облегчения накрыла его, но перенесённый ужас дал о себе знать - сознание начало меркнуть.

Сквозь пелену он едва расслышал знакомый голос:

— Ваше Высочество!

Реджинальд приоткрыл глаза. Это была Нора, а рядом с ней два рыцаря. Они с изумлением переводили взгляд с измученного принца на Молоха, затем на безголовое тело.

— М‑да, дело плохо.

Произнёс Молох.

Эти слова стали последними, что услышал Реджинальд. Всё вокруг потемнело, и он провалился в бездну.

Реджинальд проснулся в своей кровати. Первым, кого он увидел, была Нора. Она стояла рядом, явно дожидаясь его пробуждения.

— Ваше Высочество, уже проснулись?

Вежливо поинтересовалась горничная. Принц лениво скосил на неё глаза:

— Как видишь.

Нора поклонилась:

— Я сейчас же принесу вам чай. Отдыхайте.

Она направилась к двери. Реджинальд приподнялся, сонно потирая глаза.

— Ну что, спящая красавица, выспался?

«Чего?» — пронеслось в голове принца.

Он убрал руки от глаз и увидел Молоха. Тот расположился в кресле, небрежно закинув ноги на подоконник.

Реджинальд на мгновение замер. Молох был одет в костюм придворного мага - чёрный, свободный, без лишних деталей. Единственное отличие: вместо традиционной ленты с гербом мантию удерживал нежно-розовый амулет.

Принц мгновенно вскипел. Тыча пальцем в гостя, он выкрикнул:

— А это хамло что тут делает?!

Нора остановилась и обернулась.

Молох ответил в том же тоне:

— Ты кого тут хамлом назвал? Да я, будучи демоном, покультурнее тебя буду, сосунок!

— Вот именно, что демон! Что это отродье делает здесь?! Вдруг он демон-педофил!!!

Не унимался Реджи. Молох резко опустил ноги на пол, скривившись от отвращения:

— Фу, блять! Не сравнивай меня с этой двусторонней тварью!

Реджинальд бросил на демона подозрительный взгляд:

— Так ты же следил за мной, извращенец!

Молох метнул в него яростный взгляд:

— Тебя здесь должны были учить в уши ссать мирным людям, а не богатому лексикону по‑мордоплюйскому!

— Так!

Рявкнула Нора, не выдержав перепалки. Оба тут же повернулись к ней.

— Его Величество Эльбрус посчитал выгодным держать демона в стенах замка. Поэтому господин Молох теперь придворный маг и ваш телохранитель.

Чётко объяснила она.

— Эй, а меня кто-нибудь об этом спросил?!

Возмутился Реджинальд, скрестив руки на груди. А Нора продолжила, словно не слыша:

— О его настоящем происхождении никто не знает из людского мира. Даже в замке лишь единицы знают, что он демон.

Реджи перевёл взгляд на Молоха, всем видом выражая негодование. Тот поднял ладонь, словно ставя невидимую стену между ними, и отвернулся.

— Ты даже на меня так не смотри. Я и сам недоволен, что придётся с тобой нянчиться. Ничего с этим не поделаешь - спалился так спалился.

Принц прищурился и язвительно бросил:

— А ты крыса-стайл включить-то не мог?

Молох резко повернулся к нему, указывая пальцем:

— Сейчас договоришься, и я тебя налысо побрею!

Принц инстинктивно схватился за волосы, прижав их к груди. Глаза его расширились от ужаса:

— Не трожь мои волосы!!!

Нора вновь вмешалась:

— Я понимаю, что вы не хотите контактировать друг с другом. Но ничего с этим не поделаешь.

Она поклонилась:

— Я пойду за чаем. Постарайтесь не поубивать друг друга до моего возвращения.

С этими словами она вышла, оставив Реджинальда и Молоха наедине. Оба перевели взгляды друг на друга, фыркнули, отвернулись и одновременно процедили:

— Завались!

— Завались!

— Вот так мы и стали друзьями.

Неловко хихикнул Реджинальд.

Майя посмотрела на него с явным презрением. В её взгляде смешались раздражение и любопытство.

— А ты был скотским ребёнком, да?

Спросила она, не отводя глаз. Принц слегка смутился, почесал затылок и ответил, старательно избегая её взгляда:

— Ну… Не то чтобы совсем, но кое-что такое присутствовало.

Майя, не прерывая трапезы, продолжила расспросы. Ложка с мёдом замерла в воздухе, прежде чем она задала следующий вопрос:

— Он так и не сказал, зачем за тобой следил?

Реджинальд помотал головой. На его лице отразились усталость и досада.

— Не-а. Молох вообще ничего о себе толком не рассказывал. В какой-то момент я просто задолбался и отстал от него.

Майя на мгновение задумалась, у неё пронеслось в голове: «Надо бы мне как-нибудь у него это спросить».

Для неё ситуация оставалась странной и противоречивой. С одной стороны - слежка. С другой - спасение.

«Да и вообще, это же Молох! Если бы ему всё это было не нужно, он бы просто свалил в закат и не возвращался!» — размышляла она.

Слишком много вопросов и ни одного ответа. А сам демон, похоже, и не собирался ничего объяснять.

В императорской библиотеке Майя методично перебирала книги на полках. Молох стоял за её спиной, прислонившись к стеллажу. В руках он держал том, погружённый в чтение

— Что ты вообще ищешь?

Спросил маг, не отрывая взгляда от страниц.

— Книги о демонах и ангелах.

Ответила Майя, продолжая рыться на полках.

Мимо прошёл рыцарь, не заметив их, ведь Молох наложил невидимость.

— Пф! И на фиг они тебе?

Фыркнул он, переворачивая страницу.

— Я поразмыслила и поняла, что сам ты ничего не расскажешь - ни о себе, ни о чём-либо ещё. А мне жутко интересно. Вот и хочу найти книгу, чтобы самой всё разузнать.

Пояснила Майя. Молох, услышав это, отложил книгу и предупредил её, разрушив все планы:

— Ну что же, должен тебя огорчить: таких книг здесь нет.

Майя резко обернулась, прищурившись:

— Чего? Это ещё почему?

Маг вновь уткнулся в страницы:

— Потому что всё, связанное с ангелами и демонами, запрещено.

Девушка вздохнула, опустив плечи. Поиски завершились, едва начавшись. Но любопытство не угасло. Опёршись спиной о шкаф и скрестив руки, она спросила:

— Почему запрещено?

Молох глубоко вздохнул, голос стал размереннее:

— В людском мире запрещено контактировать с ними. И те, и другие заключают сделки лишь в свою пользу. Демоны забирают душу в обмен на исполнение желания. Ангелы - несколько лет жизни, чтобы защитить человека от демона, который придёт за его душой после исполнения желания или окончания сделки. Из-за таких вот дуралеев и появились магические существа. Ну и маги, разумеется, тоже.

Майя откинула голову назад:

— И для чего нужны эти сделки?

Молох закрыл глаза, приподняв подбородок:

— Демоны увеличивают силу за счёт души.

Он переложил книгу в другую руку.

— Ангелы забирают годы, чтобы продлить собственную жизнь.

Маг вновь склонился к томику, листая страницы:

— Хотя не всем ангелам это нужно. Некоторые живут долго и перерождаются после смерти. Но и там есть свои нюансы.

С безразличным пожатием плеч он вернулся к чтению.

Майя, разгораясь всё сильнее, выпалила:

— А ты сможешь принести мне книги из подземного мира?

Молох вскинул на неё суровый взгляд:

— Я ни вверх, ни вниз не пойду. Даже если на кону будет чья-то жизнь.

Девушка недовольно цокнула, закатив глаза. Заметив, что маг по-прежнему поглощён чтением, она кивнула в его сторону:

— Ты-то сам что читаешь?

Он взглянул на обложку:

— Да не знаю. У тебя в комнате взял. А! Называется «Злая любовь гарема».

Майя вспыхнула до кончиков ушей, заикнулась:

— Ч-что? Я-я не понимаю, о чём ты говоришь! И что ты вообще копаешься в моих вещах?!

Она рванулась к нему, пытаясь вырвать книгу, но Молох ловко увернулся, подняв том над головой.

— Что? Не можешь достать, коротышка?

Усмехнулся он, отступая на несколько шагов.

— Отдай!

Крикнула Майя, прыгая к нему. А он парировал:

— Ну так отбери!

В мгновение ока Молох исчез. Майя, не мешкая, шагнула в портал вслед за ним.

Оказавшись в восточном крыле замка, она помчалась по длинному коридору. Маг помахал книгой, насмешливо спросив:

— Как же сильно тебе нужна эта книга, да?

Его издевательская ухмылка заставила щёки Майи пылать. В голове пронеслось: «Да что это на него нашло?!»

Внезапно Молох телепортировался на перистиль. Он бежал вперёд, когда Майя выскочила сбоку и попыталась схватить его. Но тот, будто заранее зная её замысел, взмыл вверх с помощью магии, уворачиваясь от захвата. Потеряв равновесие, Майя упала в заросли кустов, а Молох, не теряя ни секунды, исчез в новой телепортации.

Вскочив, девушка прошипела:

— Вот же чёрт скользкий!

Открыв новый портал прямо рядом с Молохом, Майя шагнула вперёд и оказалась в тесной кладовке на кухне восточного крыла. Не успев сориентироваться, она врезалась в шкаф. С полки сорвалась открытая банка мёда, и липкая масса обрушилась на неё с головы до ног.

— Вкусный мёд, который добыли, да?

Раздался сверху голос Молоха. Он ухмылялся, сидя на шкафу.

Майя удивлённо оглядела себя. Липкие капли мёда и перья облепили одежду. Подняла взгляд: с высоты шкафа, продолжая ухмыляться, сидел Молох, держа в руке её книгу.

— Молох…

Начала она. Но не успела договорить, как маг уже телепортировался. Майя, до предела раздражённая, громко выругалась:

— Я его прибью!!!

Она открыла портал и бросилась следом. На этот раз решила не рисковать и нацелила переход чуть дальше предполагаемого местоположения Молоха. Но едва шагнула на обратную сторону - плюхнулась в бассейн купальни, до краёв наполненный перьями.

Вынырнув, Майя отряхнулась и обернулась. За спиной, сидя на корточках, на неё сверху вниз смотрел Молох всё с той же книгой в руках.

— Ты где целый бассейн перьев взял?!

Грозно выкрикнула она. И маг невозмутимо ответил:

— Как где?

Он поднял руку, и из воздуха материализовался облезлый петух, которого Молох тут же схватил за горло.

— У петуха Гоши.

Спокойно пояснил он. А петух испуганно вскрикнул:

— Ко-о!!

В следующий миг Молох снова телепортировался. Раздражённая Майя выбралась из ванны, сплошь усыпанной перьями.

— Да что это на него нашло?! Он что, решил надо мной поиздеваться?!

Она принялась искать мага, но поблизости его не было.

— Ну где же ты?..

Пробормотала Майя, потирая виски.

Долго она не могла уловить присутствие Молоха. Но наконец ощутила его за пределами замка. Сомневаясь, ведь это было не в восточном крыле, Майя всё же решительно открыла портал и шагнула в него.

Оказавшись на тропинке, окружённой густыми кустами роз, она замерла. Красота и спокойствие этого места мгновенно поглотили её внимание, даже мысль о погоне отступила.

Аккуратно выложенная камнями тропинка вилась через небольшой сад. Вдоль неё росли пышные кусты белых роз. За ними возвышались деревья жакаранды с фиолетовыми цветами. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, окрашивая всё вокруг в мягкий, едва уловимый фиалковый оттенок. Сад дышал таинственностью и романтикой.

«Молох специально меня сюда затащил, чтобы я успокоилась?» — подумала Майя, наблюдая, как ветер мягко колышет лепестки, заставляя их плавно опускаться на землю.

— Кто ты?

Раздался за спиной грозный голос. Майя вздрогнула и обернулась.

Перед ней стоял мужчина в королевском костюме - сочетание белого, жёлтого и красного создавало ослепительный контраст. Короткие блондинистые волосы были аккуратно уложены назад, а светло‑карие глаза переливались янтарным оттенком у зрачков. Лицо его было спокойным, почти безэмоциональным, но от него исходила такая злорадная аура, что каждое слово звучало подобно удару меча.

«Это отец Реджи?..» — мелькнуло в голове Майи. Собравшись с духом, она уже открыла рот для ответа.

— На колени!

Резко приказал мужчина. Вся решимость мгновенно улетучилась. Охваченная страхом, Майя быстро опустилась на колени, понурив голову, боясь встретиться с ним взглядом.

— Что за чучело?

Произнёс он с явным отвращением. Голос стал ещё более суровым и низким.

— Ты откуда здесь взялась?!

Майя сжалась, не в силах вымолвить ни слова. Вся в мёде и перьях, она чувствовала, как его пронзительный взгляд буквально прожигает её насквозь.

«Д-да как я вообще могла так облажаться?!» — покусывая губу, пронеслось в её голове.

Мужчина начал приближаться, и паника достигла немыслимых высот.

«А-а-а-а!!! Мне конец! Мне конец!! МНЕ КОНЕЦ!!!»

Ей казалось, будто мир рушится вокруг. Но мужчина остановился, не дойдя до неё, и произнёс с лёгким удивлением:

— Хм… Странно. Тебя не разорвало.

«СМЫСЛЕ НЕ РАЗОРВАЛО?!» — ошарашенно спросила себя Майя.

Повисла напряжённая тишина - неловкая и раскалённая. Майя стояла на коленях, ожидая неминуемой кары. Спустя мгновение его заинтересованный тон сменился грубостью:

— У тебя пять минут объясниться.

Майя беззвучно затряслась, словно лист на ветру.

Две минуты спустя.

«БЛИ-И-ИН! КАКАЯ ЖЕ Я ДУРА!!! От испуга выдала вообще всё с потрохами! Мне коне-е-е-ец! И Реджи с Молохом тоже! Каких же славных я прожила четырнадцать лет… ЕЩЁ СТОЛЬКО БЫ И ПРОЖИЛА, ЕСЛИ БЫ НЕ МОЯ ТУПОСТЬ!!! Молох, это во всём ты виноват! Хнык!!!»

Она слегка подняла голову, лицо было бледным. Император продолжал смотреть на неё спокойно, но молчал, словно переосмысливал всё услышанное. Задумчиво подпёр подбородок рукой.

— Ну что же…

«Что? В темницу? Повесить? Обезглавить? Четвертовать? СЖЕЧЬ НА КОСТРЕ?!»

— Я ничего не понял.

Майя, уже без страха, вскинула голову и уставилась на императора с недоумением: «Чего, блин? В чём подвох?»

В этот момент между Майей и Эльбрусом возник Молох. Он поклонился, прижав руку к сердцу:

— Прошу прощения, Ваше Величество, я сейчас всё объясню…

Но император лишь махнул рукой, обрывая мага на полуслове, и развернулся. По его лицу было невозможно понять, то ли он в ярости, то ли ему безразлично всё происходящее. Напоследок Эльбрус бросил через плечо:

— Завтра в полдень жду вас троих в тронном зале, где проводятся встречи.

Тон звучал угрожающе. Майю пробрал холодок, когда ледяной, прищуренный взгляд императора скользнул по ней.

В голове роились вопросы. Почему отец Реджинальда так поступил? Из-за того, что Майя упомянула его сына в своём сбивчивом рассказе? Или были иные причины? Почему он вообще решил выслушать, а не сразу вызвал стражу?

Как только Эльбрус скрылся из виду, Майя без сил рухнула на тропинку лицом вниз. Тело обмякло, словно из неё разом ушла вся энергия - она растеклась по земле, как лужица. Её измождённый вид красноречиво говорил: душа покинула тело и возвращаться не намерена!

Молох склонился над ней, пытаясь пробудить остатки сил:

— Ты как сюда забрела-то, грязнуля?

Майя резко приподнялась, упираясь руками в землю, и метнула в него яростный взгляд:

— Это у тебя нужно спросить, что на тебя вообще нашло! Куда ты так пропал? Я перепутала его с тобой из-за того, что ты внезапно исчез!

Молох приподнял брови:

— Как ты вообще могла перепутать духовную энергетику с магической?

Майя вспыхнула от гнева:

— Я не знаю!

Выкрикнула она. Майя снова повалилась на землю и начала бить по ней ногами, выплескивая всю накопившуюся злость. Затем повторила вопрос:

— Куда ты пропал? Почему я не могла тебя найти?

Молох вздохнул и присел на корточки рядом. Лицо его было серьёзным, но в глазах мелькнула искра веселья.

— Не могла найти, потому что я заблокировал свою ману. А был я в комнате принцесски. Пил с ним и Гошей чай с печеньем. Потом решил тебя отыскать… и вот, «ЁП ТВОЮ МАТЬ» и я уже здесь.

Майя медленно подняла голову. На лице её читались одновременно опустошение и презрение.

— Кто… из вас… придумал… надо мной так подшутить?

Молох моргнул пару раз и совершенно серьёзно ответил:

— Гоша.

После этого Майя ещё какое-то время извергала поток отборных ругательств, выплескивая весь свой богатый словарный запас на мага.

Постепенно успокоившись, они телепортировались в спальню Реджинальда. За столом принц попивал чай в компании облезлого петуха. Завидев Майю, Реджинальд разразился громким, почти конским хохотом:

— Ха-ха-ха! Это того стоило!

Петух, напротив, сохранял невозмутимость, лишь скромно наклоняя клюв к чашке с чаем.

Майя всплеснула руками, переводя взгляд с этой странной картины на Молоха. Весь её вид кричал: «Что это вообще такое?»

Молох, переглянувшись с ней, затем с Реджи и петухом, пожал плечами:

— Обойдусь без комментариев.

Он прошёл вглубь комнаты и щёлкнул пальцами. Грязь мгновенно исчезла с одежды Майи. Она последовала за магом.

Подойдя ближе, Молох строго произнёс:

— Так, чаепитие закончено. У нас ЧП.

— Тогда я вынужден вас оставить.

Раздался неожиданно глубокий, мощный голос, словно принадлежащий могучему воину с рельефной мускулатурой.

— Было приятно иметь с вами дело!

Это оказался петух. Откуда-то он извлёк шляпу и лихо нахлобучил её на голову.

Пух! И его перья мгновенно преобразились, став пышными и блестящими. Петух спрыгнул со стола и неторопливо направился к двери. Майя провожала его взглядом до самого выхода.

У порога птица приостановилась, изящно поклонилась, приподняв шляпу, и бесшумно закрыла за собой дверь.

В комнате повисло неловкое молчание. Майя закрыла лицо ладонями и тихо пробормотала:

— Блязд-е-ец…

Молох и Майя объяснили ситуацию Реджинальду. Принц, сложив руки на груди, пристально уставился на Майю.

— Значит, ты созналась моему отцу по всем фронтам, а он при этом ничего не понял?

С явным сарказмом уточнил Реджи, будто всё ещё надеялся, что это какая‑то нелепая шутка. Поникшая Майя сидела на софе напротив и молча кивала, не в силах поднять взгляд. Реджинальд нахмурил брови, обдумывая услышанное, и продолжил:

— И поэтому нас троих вызывают в тронный зал завтра днём?

Молох, сидевший рядом с принцем, не удержался от ухмылки. С едва заметной иронией он протянул:

— А знаете, что там произойдёт?

Реджи и Майя, мгновенно ощутив недоброе, воскликнули в унисон:

— Линчевание!

— Линчевание!

Их голоса эхом отразились от стен, усиливая и без того гнетущую атмосферу. Принц откинулся на спинку софы, с горечью в голосе произнёс:

— Что ж… Теперь остаётся только ждать завтрашнего дня.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый из них мысленно перебирал возможные последствия, гадая, чего же ждать от императора. Тревога сковывала движения, а в воздухе словно висело предчувствие надвигающейся бури.

Наступил следующий день, и ребята направились в тронный зал. Молох шёл впереди Реджинальда и Майи, сохраняя невозмутимость. Майя, напротив, нервно шагала, не поднимая глаз от пола. Реджи заметил её тревогу и легонько толкнул локтем, вырывая из тягостных мыслей.

— Переживаешь, да?

Она кивнула. Принц наклонился к ней и шёпотом добавил:

— Если запахнет керосином, открывай портал и сваливай. Со мной и Молохом ничего не случится.

Майя не ответила, лишь ещё сильнее сжала кулаки, тревога только усилилась.

Они подошли к залу. Когда ребята вошли, их уже ждали император и императрица, восседающие на тронах.

Зал не блистал чрезмерной роскошью. Белый глянцевый пол украшал узорчатый квадрат в центре - сложный каменный орнамент. Стены были выкрашены в насыщенный красный, а у основания тянулись белые плиты, обрамлённые золотыми линиями. Двери и окна белоснежные, с изящной золотой отделкой.

Зал был пуст. Лишь два трона из красного дерева с золочёными фигурами тигров на подлокотниках стояли на подиуме, а за ними ниспадали тяжёлые тёмно‑бордовые занавеси.

Император Эльбрус, облачённый в синий атласный костюм с золотым жаккардовым узором, сидел, облокотившись подбородком на ладонь. Его скучающий взгляд был устремлён в окно - он даже не удостоил вошедших взглядом.

Императрица Мизерия, напротив, с явным любопытством наблюдала за Майей. На ней было роскошное оранжевое шёлковое платье с прямой длинной юбкой, расшитой бусами и пайетками.

Майя впервые видела Её Величество. Перед ней была красивая женщина с длинными кудрявыми ярко‑рыжими волосами и голубыми глазами - такими же, как у Реджинальда.

Напряжение в зале было почти осязаемым, оно сдавливало грудь Майи, мешая дышать. Ребята почтительно поклонились, и на мгновение Майя уловила странный, пронизывающий взгляд Мизерии, будто та пыталась разглядеть её насквозь.

Эльбрус сложил руки на подлокотниках кресла и заговорил спокойно, но с явным превосходством, глядя на них сверху вниз:

— Добрый день. Вы ведь знаете, зачем я вас сюда пригласил?

Реджи тут же шагнул вперёд:

— Отец, я хотел бы объясниться…

Но его слова оборвал резкий окрик императора:

— Реджинальд, сейчас я не желаю ничего слышать от тебя. Пусть говорит девчонка.

Принц сглотнул, лицо его побледнело. Он опустил голову с кривой улыбкой - видимо, ожидал этого, но всё же надеялся взять разговор в свои руки.

От волнения холодный пот выступил на висках Майи. Ноги подкашивались, земля будто ускользала вниз, и в эту секунду ей захотелось самой провалиться вслед и больше не высовываться.

Эльбрус продолжил уже более мягким, но всё ещё властным тоном:

— Теперь жду более подробных и понятных объяснений.

Он опёрся локтём о подлокотник, подпёр голову рукой и, не отрывая пристального взгляда от Майи, приготовился слушать.

Глубоко вдохнув, девушка начала рассказывать.

Прошло десять минут.

Трое ребят замерли в ожидании реакции императора. Но тот по‑прежнему сохранял каменную невозмутимость. В отличие от жены: Мизерия не скрывала восхищения. Она сложила руки в замок и смотрела на Майю с таким восторгом, что девушке становилось ещё неуютнее.

Внезапно раздался раздражённый голос Эльбруса:

— Как же это бесит…

Император закрыл глаза, сжал пальцами переносицу и тяжело вздохнул. Никто не понял, что именно вызвало у него такую реакцию. Реджинальд уже хотел заговорить, но в этот момент Мизерия поднялась со своего места и подошла к мужу.

Она что‑то тихо прошептала ему на ухо. Эльбрус нахмурился и бросил на неё косой взгляд.

Майя, чувствуя, что происходит что‑то странное, потянула Реджи за рукав. Тот наклонился к ней, и она шёпотом спросила:

— Что здесь происходит?

Принц лишь пожал плечами и выпрямился. Майя продолжала наблюдать за родителями принца, пытаясь разгадать их диалог без слов.

Мизерия закончила шептать, сложила руки и умоляюще посмотрела на мужа. Тот, закатив глаза, махнул рукой и равнодушно бросил:

— Как хочешь.

Лицо императрицы озарила яркая улыбка. Она подошла к Майе, схватила её за щёки и слегка притянула к себе.

— Какая же ты красивая! Будешь у меня куколкой ходячей!

«Ч‑чего, простите?!» — пронеслось в голове Майи.

Реджи застыл с выражением полнейшего недоумения, а Молох удивлённо приподнял брови, слегка скривив губы в усмешке.

Мизерия продолжала восторгаться:

— Ну, божечки‑кошечки, как можно было с таким лицом родиться?

Майя почувствовала, как пот выступил на лбу. Ей отчаянно захотелось сбежать, пока всё не зашло слишком далеко.

— Нужно срочно нарядить тебя! Пошли!

Не дав девушке опомниться, императрица схватила её за руку и потянула к выходу. Майя в панике оглянулась на Реджинальда и Молоха, отчаянно жестикулируя. Те лишь молча проводили её взглядами.

Эльбрус, не утруждая себя объяснениями, махнул рукой, отпуская парней.

Спустя два часа.

Парни сидели в комнате Реджинальда в напряжённом молчании, ожидая возвращения Майи. Они уже перебрали все возможные темы для разговора и теперь лишь терпеливо ждали, бросая взгляды на дверь.

Внезапно тишину разорвал громкий хлопок открывающейся двери, и на пороге появилась Майя.

На ней было пышное бордовое платье, украшенное белыми лентами и золотыми нитями из бусин. Ткань переливалась в свете ламп, а на голове девушки возвышалась грандиозная причёска в стиле XVIII века не меньше метра в высоту.

Лицо Майи было бледным, а взгляд пустым, словно она только что очнулась от кошмарного сна.

Реджи, едва увидев её, не сдержал хохота. Молох же, не теряя ни секунды, достал из воздуха фотоаппарат и щёлкнул снимок. Фото мгновенно проявилось. Маг небрежно отбросил фотоаппарат, который растворился в воздухе, и принялся энергично обмахивать снимок, ускоряя проявление. Когда изображение окончательно проступило, Молох хмыкнул, едва сдерживая смех, и отправил фотографию вслед за камерой.

Майя, не обращая внимания на их реакцию, решительно направилась к принцу. Каждый её шаг был тяжёлым и полным сдерживаемой ярости. Она схватила Реджинальда за воротник рубашки и резко встряхнула. Смех принца мгновенно стих.

— У твоей мамы что за фетиши такие?!

Выкрикнула она, сверля его ледяным взглядом. Голос её звенел от негодования. Реджи, стараясь сохранить невозмутимость, развёл руками:

— А что не так?

Майя вспыхнула ещё сильнее:

— Что не так?! Может, то, что она меня наряжала во всё, что только взбредёт в голову? Древний мир, Средневековье, Новое время… Я, конечно, знала, что ваш мир и мой не так уж сильно отличаются…

Она прищурилась и прошипела:

— Но когда она приказала достать наряд «секси-динозавра» из натуральной кожи того же животного, тут я не выдержала и сбежала!

Молох не выдержал и тихо хихикнул, тут же прикрыв рот ладонью.

— Да, это была ужасная эпоха.

Пробормотал он, безуспешно пытаясь скрыть улыбку. Майя метнула на него презрительный взгляд:

— Ты вообще молчи, первобытный!

Она вновь повернулась к Реджинальду, не собираясь уступать:

— И пока меня переодевали горничные, она меня взглядом облапала вдоль и поперёк! Это как понимать?!

Реджи расплылся в улыбке и указал на себя:

— Я вообще-то её порождение, понимаешь?

Майя замерла, будто её ударило током. Она хотела опуститься на софу, но жёсткий каркас юбки не позволил. Это только добавило ей злости. Девушка топнула ногой:

— Да линчевание теперь кажется цветочками по сравнению с ролью манекена в секс-шопе!

Развернувшись, она направилась к выходу.

— Ну, так-то тебя могли кокнуть, но благодаря маме отец этого не сделал.

Бросил ей вслед Реджи.

Майя проигнорировала его слова, распахнула дверь и с такой силой хлопнула ею, что с потолка осыпалась штукатурка.

Принц обернулся к Молоху:

— Мне кажется, или она с годами становится менее сдержанной?

Молох пожал плечами, слегка наклонив голову и прикрыв глаза:

— Так ты в её возрасте был таким же.

Реджи отвернулся, разведя руки в стороны:

— Подростки… Что с них взять!

Майя и Реджинальд сидели на белоснежной кованой скамье в перистиле, где мягкий ветерок колыхал листву кустов с розовыми цветами.

Поскольку о существовании Майи уже все знали, ей больше не нужно было скрываться в комнате. Реджинальд больше не запрещал прислуге находиться в восточном крыле замка, и Майя могла свободно передвигаться по нему. Возможно, не все приняли её с распростёртыми объятиями, но многие растаяли уже при одном её виде.

Майя держала в руке нежный цветок рододендрона и задумчиво любовалась его красотой, пока Реджинальд сосредоточенно копался в смартфоне. Их уединение нарушила Нора: она подошла сбоку от принца и решительно забрала у него телефон.

— Ваше Высочество, лучше бы вы почитали книгу, чем сидеть в телефоне.

Сказала она, пряча гаджет в карман фартука.

Реджинальд положил руку на спинку скамьи и приложил ладонь к виску.

— Нора, ты же знаешь, что я уже взрослый?

Горничная наклонила голову и прижала руку к сердцу.

— Для меня вы всегда останетесь тем же озорным мальчишкой.

Майя с улыбкой посмотрела на Нору, в её глазах блестело умиротворение.

«Нора похожа на заботливую мамочку», — подумала девушка.

Нора выпрямилась и продолжила:

— Однако с возрастом у вас прибавляется обязанностей. Сегодня вам предстоит посетить открытие торжества, проверить строительство детской школы в Паленском районе и встретить гостей из Арстроны. И это только на сегодня.

Улыбка Майи дрогнула, став неловкой: «Хоть и редко это показывает… Ехех!»

Реджинальд, услышав список дел, явно не пришёл в восторг. Он вздохнул и скрестил руки на груди.

— И как я всё это успею за один день?

Нора лишь пожала плечами, сохраняя невозмутимость.

— Не знаю, но вас ещё вызывает Его Величество прямо сейчас. Он будет ждать вас в центральной части замка. На этом всё, вынуждена вас покинуть.

Она слегка поклонилась и направилась прочь, спеша вернуться к своим обязанностям.

— М-да уж, ничего не поделаешь.

Пробормотал Реджинальд и уже собирался уходить, как вдруг его окликнула Майя. Её голос звучал уверенно, хотя в нём угадывалось лёгкое волнение:

— Хей! А может, я тебе помогу?

Он обернулся, явно заинтригованный предложением.

— Походим туда-сюда, и быстро, главное!

Реджинальд нахмурился, обдумывая идею. Он провёл ладонью по подбородку, взвешивая все «за» и «против».

— Хм…

Протянул он, мысленно прикидывая, сколько времени сэкономит использование портала.

— А давай. И тебе интересно будет, и мне польза.

Майя не стала терять ни секунды. Она радостно вскочила и схватила Реджи за руку.

— Тогда пошли!

Со счастливой улыбкой Майя открыла портал и потянула принца за собой. В мгновение ока они оказались в просторной комнате, где спиной к ним стоял Эльбрус. Император был погружён в изучение каких‑то бумаг, его сосредоточенный взгляд скользил по строкам. Он даже не заметил появления гостей в своём кабинете.

Кабинет Его Величества оказался полукруглым помещением с изумрудно‑зелёными стенами, испещрёнными едва заметными крапинками. Вдоль стен выстроились массивные стеллажи из красного дерева. Полки разной высоты были уставлены странными предметами: старинными статуэтками, гладкими камнями, чёрными бюстами, кистями рук с украшениями… А ещё какими‑то непонятными артефактами в прозрачных сосудах, от вида которых по спине бежали мурашки.

Напротив двери располагался массивный стол и кресло в стиле кантри, тоже из красного дерева. За мебелью тянулись во всю высоту стеклянные окна и двери, ведущие на террасу. За ними открывался вид на императорский сад - тот самый, где Майя не так давно встретилась с Эльбрусом.

Помещение не походило на основной кабинет, скорее на тайное убежище, куда можно было скрыться от назойливых аристократов.

Император, видимо, собирался уходить, но задержался, чтобы перепроверить документы. Поэтому он стоял перед столом, а не за ним.

Реджи отпустил руку Майи и направился к отцу, окликая его:

— Отец, ты меня звал?

Услышав голос сына, Эльбрус обернулся. Его лицо выражало смесь хмурого удивления и недоумения. Реджи продолжил:

— Мне сказали, что ты будешь в другом кабинете, а не здесь.

— Как вы сюда попали?

Строго перебил Эльбрус, игнорируя слова сына.

— А…

Реджинальд обернулся и бросил быстрый взгляд на Майю, которая мысленно уже совершила харакири. Принц снова посмотрел на отца и спокойно пояснил:

— Помнишь, Майя говорила, что переместилась сюда? Вот так мы и пришли.

Эльбрус нахмурился ещё сильнее, его взгляд устремился к Майе, и та невольно вздрогнула.

— Подойди сюда.

Приказал он низким, властным голосом. Майя неуверенно сделала шаг вперёд.

— Быстрее!

Она молнией метнулась к императору и застыла напротив него, чувствуя, как воздух вокруг сгущается и становится тяжёлым. Реджи невольно сглотнул, осознавая, что напряжение в комнате нарастает с каждой секундой. Майя смотрела прямо в холодные, надменные глаза Эльбруса, ощущая, как внутри всё сжимается от страха.

«Дайте мне цианистый калий, я и сама справлюсь…» — пронеслось у неё в голове. Но через пару секунд Майя услышала:

— Покажи.

Майя слегка отступила, не понимая, чего от неё хотят.

— Показать портал?

Уточнила она.

Реджинальд начал догадываться, что именно нужно отцу, но благоразумно решил не вмешиваться.

Эльбрус резко махнул рукой в сторону свободного пространства:

— Да. И расскажи, как ты это делаешь.

Майя нервно сглотнула и повернулась туда, куда указывал император.

— Н-ну… Я просто представляю место, куда хочу попасть. И фокусируюсь на нём.

Перед ними вспыхнули два портала - белые, с переливами разноцветных волн, плавно перетекающих друг в друга. Один возник прямо перед Майей, а второй в нескольких шагах позади.

— Без разницы, куда и как.

Добавила она и шагнула в первый портал, мгновенно выйдя из второго.

— Я могу перемещаться не только в пределах одного мира, но и между мирами. Конечно, при условии, что у меня есть хоть какая-то информация о месте назначения.

Порталы растаяли в воздухе. Эльбрус устремил на Майю пронзительный взгляд, будто взвешивал в уме какое-то важное решение. Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок, и невольно опустила глаза.

«Он сейчас просверлит мне дырку в затылке… Уы!»

Реджинальд, не выдержав нарастающего напряжения, переглянулся сначала с Майей, потом с отцом и решился нарушить тишину:

— Отец, что-то не так?

Эльбрус лишь хмыкнул, не удостоив сына ответом. Но этого оказалось достаточно, чтобы сдвинуть ситуацию с мёртвой точки. Император обошёл стол, достал из шкафчика потёртый листок и, приблизившись к Майе, протянул его ей.

— Достанешь это?

Майя взяла листок, быстро пробежала глазами по строчкам и кивнула:

— Попытаюсь.

Она открыла портал, держа листок перед собой как ориентир, и шагнула внутрь. Спустя несколько мгновений вернулась, сжимая в руках сияющий красный камень.

— Это оказалось легче, чем я думала.

Сказала она, передавая находку императору. Эльбрус осторожно взял камень двумя руками так, словно держал хрупкое живое существо. Его лицо, обычно суровое и непроницаемое, озарилось каким-то внутренним светом, будто сбылась давняя заветная мечта.

Реджинальд подошёл ближе, склонил голову набок и спросил:

— И что это за камень? Очередной бесполезный артефакт?

На его вопрос решила ответить Майя:

— Философский камень. Повезло, что он всё ещё был в семьсот тринадцатом сейфе. Иначе пришлось бы повозиться.

Эльбрус продолжал молча разглядывать камень. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь едва слышным дыханием Майи и Реджинальда. Они переглядывались, ожидая хоть какой-то реакции.

— ...

— ...

Император медленно поднял глаза на Майю, и та едва не отшатнулась от неожиданности.

— ?..

— ?..

Внезапно по щеке Эльбруса скатилась скупая мужская слеза. Это зрелище настолько ошеломило обоих молодых людей, что они замерли в немом изумлении.

Не говоря ни слова, император направился к свободным полкам стеллажа. Аккуратно уложил камень на мягкую бархатную подушку, затем резко развернулся и подошёл к Майе. Несколько секунд он просто смотрел на неё, а потом неожиданно широко развёл руки и крепко обнял девушку.

— Дочь моя…

Тихо произнёс он, и голос его дрогнул. Руки императора сжимали Майю так крепко, что она застыла, словно статуя. Сердце бешено колотилось, ладони предательски дрожали. Реджинальд в панике вскинул руки на уровень груди, не зная, как реагировать.

— О-отец, ты что делаешь?!

Воскликнул он. Но Эльбрус не обратил на сына внимания.

— Мизерия была права, ты чудо.

Произнёс он с неожиданной нежностью.

Майя судорожно повернулась к Реджи. Её взгляд, расширенный от ужаса, кричал о помощи, да поскорее, а то у неё случится инфаркт!

Принц решился на вторую попытку:

— Пап… Может, отпустишь Майю? Ей, кажется, тяжело дышать.

Но тут же понял, что совершил ошибку. Эльбрус бросил на сына суровый взгляд:

— А ты что тут всё ещё делаешь? Иди выполняй свои обязанности!

Реджинальд сглотнул и поджал губы, бросив на Майю извиняющийся взгляд.

«Не оставляй меня!» — безмолвно взмолилась она.

И он попытался ещё раз:

— Отец…

— Я должен повторить?!

Миссия провалена!

Эльбрус отцепился от девушки, схватил её за руку и потащил к полкам стеллажа. Тем временем Реджи попятился к двери.

Майя тянула руку к Реджинальду, мысленно умоляя: «Н‑не уходи!..»

Он поднял руку, показывая большой палец, и мысленно пожелал Майе: «Давай, удачи!»

Эльбрус схватил какую‑то папку и начал что‑то торопливо искать. Майя не сдержала слёз, не отрывая взгляда от уходящего Реджинальда.

«Помоги мне, умоляю…»

Реджи открыл дверь.

«Пока-пока!» — помахал он рукой и закрыл дверь.

Прошло два месяца.

Майя уже свободно передвигалась по замку. Никто больше не смотрел на неё с подозрением. Она начала привыкать к причудливым выходкам Его и Её Величеств. Мизерия то устраивала для неё маскарады, то отпускала свои неизменные двусмысленные шутки, ничуть не смущаясь того, что собеседнице всего четырнадцать. Просьбы Эльбруса, будь то безобидные поручения или опасные задания, связанные с артефактами, больше не пугали Майю. Правда, ей пришлось изрядно попотеть, скрываясь от родителей принца, когда те вдруг решили переселить её в западное крыло - переезжать туда девушка категорически не желала.

Двадцать третьего августа все готовились к Дню Победы Синкейской империи. Эльбрус пригласил сына в свой кабинет. Войдя внутрь, Реджинальд увидел отца за рабочим столом, тот внимательно проверял отчёты по предстоящему празднику.

Комната мало чем отличалась от той, где хранились драгоценные магические артефакты императора: те же изумрудные стены, массивный стол и кресло, высокие стеллажи вдоль стен. Но были и заметные различия: помещение имело прямоугольную форму, а не полукруглую; вместо артефактов полки ломились от толстых стопок книг, папок и бумаг; к тому же здесь располагались круглый мраморный стол, уютная софа рядом с ним и два кресла с бордовой обивкой.

Реджи подошёл к отцу, держа в руках папку с документами.

— Ты меня звал?

Эльбрус, не отрываясь от бумаг, коротко ответил:

— Да. Ты уже проверил подготовку к празднику?

Принц кивнул, положил папку на стол и начал перечислять:

— Карета для официального появления императорской семьи готова. Все украшения без дефектов. Главная площадь на территории замка и в городе тоже полностью подготовлена.

Император собрал бумаги и отложил их в сторону, тут же взяв следующую стопку.

— Хорошо. Можешь отдыхать.

Но Реджинальд не спешил уходить. Эльбрус насторожился, поднял взгляд на сына и спросил:

— Что-то ещё?

Тот почесал затылок и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Да вот хотел кое-что попросить.

Император отложил бумаги, сцепил пальцы в замок и подпёр подбородок ладонями. Для него было непривычно слышать, что сын о чём-то просит - раньше такого не случалось. Но он ничем не выдал своего удивления и лишь выжидающе посмотрел на Реджинальда.

Принц продолжил:

— Дело в том, что Майя очень хотела бы побывать на празднике. Она толком ничего не видела, и я подумал, что это могло бы её порадовать.

Он открыл папку и нашёл отчёт о зрительных местах на городской площади.

— Её можно посадить вот здесь. Оттуда всё отлично видно, а людей будет немного. Раз Молоха не будет, можно расставить вокруг рыцарей для охраны.

Эльбрус изучил документ, прикрыл глаза и задумчиво потёр подбородок.

— Хм… А зачем такие сложности? Пусть едет с нами в карете и сидит во время представления.

У Реджи глаза едва не вылезли из орбит.

— Чего?! Но это же только для императорской семьи!

Император отложил папку и невозмутимо произнёс:

— Значит, объявим её принцессой завтра, перед началом праздника.

Реджинальд замер в смятении, холодный пот выступил у него на лбу.

— Как так? В ней же нет императорской крови! Что люди подумают?

Но Эльбрус уже придумал объяснение:

— Скажем, что она дальняя родственница с Орингейна. Родители погибли, поэтому мы её удочерили.

— Не хорони тётю Абигейл раньше времени!

Не удержался Реджи. Однако император оставался невозмутим.

— А что? Майя уже приглянулась твоей матери. Думаю, никто не станет возражать.

Он развёл руками, словно подчёркивая очевидность своих слов. Реджи всё ещё колебался, понимая, что ходит по тонкому льду.

— Разве императорская семья вообще может кого-то удочерять?

Эльбрус пронзил его тяжёлым взглядом, и в воздухе повисло напряжение.

— А кто мне может это запретить?

Принц нервно хихикнул и поспешно согласился:

— Ну да, в здравом уме никто не посмеет.

Атмосфера в кабинете постепенно разрядилась. Эльбрус вернулся к делу:

— Тогда ступай и прикажи слугам подготовить Майю к завтрашнему дню.

Реджи кивнул и направился к выходу.

— Хорошо. Я ещё заранее предупрежу Майю.

«Морально подготовлю её…» — подумал он, уже представляя, какой бурной будет реакция девушки.

Эльбрус вновь погрузился в изучение документов, а Реджинальд поспешил к Майе.

Подойдя к её комнате, принц замер перед дверью, подбирая слова. Глубоко вздохнув, он постучал, затем осторожно приоткрыл дверь и вошёл.

Майя лежала на левом краю кровати, держа книгу над собой. Реджинальд решил начать разговор осторожно, не обрушивая сразу главную новость.

— Что читаешь?

Спросил он.

Она уже открыла рот, чтобы назвать книгу, но вдруг опомнилась - резко захлопнула том и отшвырнула его в сторону. Нервно сцепив пальцы, Майя отвернулась от принца.

— Ничего!

Быстро проговорила девушка. Тот не смог сдержать усмешки - конечно же, очередной любовный роман.

Реджи присел на правый край кровати. Сердце забилось чаще, ладони невольно сжались в кулаки. Он растерянно разглядывал свои руки, пытаясь собраться с мыслями. Слова будто застряли в горле, все заготовленные фразы разом вылетели из головы. Но Майя сама выручила его, повернувшись и бросив:

— А ты, собственно, зачем пришёл?

Реджинальд ещё больше занервничал и поспешно отвёл взгляд.

— Обычно ты появляешься либо когда Нора приносит еду, либо когда тебе скучно.

Продолжила девушка.

— А сейчас ни то ни другое… И выглядишь ты так, будто вот-вот на стенку полезешь.

«Как в воду глядит…» — подумал принц и глубоко вздохнул, набираясь смелости.

Наконец он решился и посмотрел ей в глаза:

— Понимаешь… Завтра ты поедешь с нами на праздник.

Лицо Майи озарилось радостью, она даже как-то выпрямилась, словно стала легче воздуха.

— Правда? Но как же…

Не успела она договорить, как Реджи перебил её:

— Да, поедешь. Но сначала тебя официально объявят принцессой.

Майя замерла. Глаза её расширились от шока.

— ЧЕГО?!

Она резко вскочила, опёршись руками о кровать, и тут же промахнулась левой рукой мимо края. С громким стуком девушка рухнула на пол. Реджи мгновенно обернулся, обеспокоенно глядя на неё:

— Ты в порядке?

Майя, потирая ушибленный лоб, медленно поднялась.

— Мне… мне послышалось.

Произнесла она неуверенно.

— Ты сказал, что завтра я стану принцессой?

Она выпрямилась и посмотрела на принца, отчаянно надеясь, что это какая-то нелепая шутка.

— Ты услышала правильно.

Подтвердил Реджи.

Кровь отхлынула от лица Майи. Поникнув, она тихо, с горечью спросила:

— Разве так можно? Я же совсем не такая, как вы…

Принц встал и подошёл ближе, видя, насколько сильно девушка потрясена.

— Не переживай, это ненадолго. Тебе почти ничего делать не придётся. Просто постоять рядом, а потом мы сразу отправимся смотреть праздник вместе.

Майя всё ещё не могла прийти в себя, думая о случившемся. Она ясно представляла, к чему это приведёт: многие возмутятся, что титул достался простому подростку без заслуг. Но больше всего её пугала мысль о лишнем внимании. С губ невольно сорвалось:

— Не хочу…

Её голос дрогнул, и она опустилась на пол, обхватив колени руками.

— Майя…

С болью произнёс Реджи. Сердце сжалось от её вида.

— Я так и думал, что ты не обрадуешься.

Девушка молчала, упрямо глядя в пол. Принц присел рядом и осторожно попытался подбодрить её:

— Послушай, всё будет хорошо. Этот день должен стать счастливым! Может, мне поговорить с отцом? Мы найдём какой-нибудь другой вариант, чтобы ты смогла поехать с нами…

Наконец Майя подняла глаза, выдав всё своё беспокойство:

— Во-первых, сомневаюсь, что твой отец вообще станет слушать какие-то другие предложения!

Реджи сконфуженно потёр затылок:

— Ну… да. Ты права.

Майя продолжила, выплескивая накопившиеся страхи:

— Во-вторых, этот день станет кошмаром! Все будут пялиться на меня, как на диковинного зверька в зоопарке. Я уверена, из-за меня у вас начнутся проблемы!

Реджинальд положил руку ей на плечо и наклонился, заглядывая в глаза:

— Плевать на всех! Если отец решил, значит, так и будет. Никаких проблем не будет. И знаешь… теперь мы будем родственниками. Разве это не здорово?

Майя на мгновение взглянула на него, всё ещё не расцепляя рук. Эти слова немного успокоили её.

— Ну… да… Это хорошо.

Тихо согласилась она. Принц обнял её за плечи и широко улыбнулся:

— Вот именно! Так что не переживай. Завтрашний день пройдёт, и всё останется как прежде.

Его уверенность понемногу передалась Майе. Остался лишь лёгкий осадок тревоги, но стало легче от мысли, что он будет рядом до самого конца. Она робко улыбнулась в ответ.

После этой новости Майя не могла уснуть до самого утра. Мысли крутились в голове, как вихрь. Она ворочалась, натягивала одеяло на голову, пыталась считать звёзды в окне - всё напрасно. Сон не шёл.

На следующий день её разбудили пронзительные голоса горничных. Девушку облепили со всех сторон, осыпая вниманием, от которого хотелось спрятаться. Целая армия служанок суетилась вокруг, делая с ней всё, что только можно вообразить: ванны с душистыми целебными травами, десять разных масок для лица, каждая ароматнее предыдущей, подбор платья из тысячи роскошных вариантов… И, конечно, причёска - без неё никуда.

Горничные выбрали для неё изысканное золотое платье с чёрными акцентами. Короткие пышные рукава из чёрной органзы контрастировали с длинным подолом из золотой ткани, переливающейся на свету. Талию украшала атласная чёрная лента, завязанная аккуратным бантом. Волосы Майи собрали в пышную косу, вплели в неё золотые цветы так, что они мерцали при каждом движении.

Чем быстрее суетились горничные, тем сильнее сжималось сердце Майи. Ладони вспотели, дыхание стало прерывистым. С каждой секундой ей казалось, что вот-вот потеряет сознание.

И наконец настал тот самый миг. Майю, словно драгоценный сосуд, бережно привели к центральной площади, в главную башню замка - туда, где должна была состояться демонстрация императорской семьи.

Первым, кого она увидела, был Реджинальд. Он выглядел безупречно в элегантном чёрно‑синем костюме: чёрные штаны, синяя рубашка с жабо, чёрная жилетка с мерцающими синими узорами и чёрная пелерина, небрежно наброшенная на одно плечо.

Реджи подошёл к ней, держа руки в карманах, и сказал:

— Красиво выглядишь.

Майя, всё ещё оглушённая происходящим, бросила на него ироничный взгляд:

— Ты тоже. Как раз для моих похорон. Хе… Хе‑хе…

Реджинальд не сдержал смешка:

— Пф! Пошли, пора начинать.

Он подал ей руку в тёмно‑синей перчатке. Майя осторожно положила свою ладонь на его, и принц нежно, но уверенно сжал её пальцы, ведя девушку в комнату, где их уже ждали Эльбрус и Мизерия.

Эльбрус был в строгом чёрно‑золотом костюме. Чёрные штаны с едва заметными золотыми линиями. Золотая атласная накидка струилась за его спиной. Белая рубашка с жабо украшена двумя большими сапфирами в золотой оправе, сверкающими на груди. Чёрная жилетка с золотыми узорами и U‑образным вырезом была застёгнута на четыре пуговицы, каждая была с сапфировой инкрустацией. Завершали образ дорогие туфли из чёрной кожи, идеально сидящие на ногах.

Мизерия выбрала для этого дня длинное тёмно‑синее бархатное платье без рукавов. Оно облегало фигуру, подчёркивая изящество силуэта. Платье украшала аппликация из белого золота, создающая ощущение мерцающей паутины роскоши. Волосы Мизерии были собраны в высокую причёску, украшенную золотыми заколками, сверкающими при каждом повороте головы. Изящные серьги с сапфирами гармонировали с украшениями на рубашке Эльбруса.

Родители Реджинальда встретили Майю взглядом, в котором смешались тепло и строгость. Не дожидаясь, пока молодые люди подойдут ближе, они направились к балкону, где на площади уже толпились жители, встречая императора и его жену громкими аплодисментами.

Через минуту шум стих, и Эльбрус начал произносить речь.

А в это время Реджинальд пытался подбодрить Майю. По ней было видно, что она вот-вот провалится сквозь землю. Лицо девушки выражало смесь страха и смущения, а пальцы нервно теребили край платья.

— Ты так сильно переживаешь?

Спросил принц. Она медленно повернула голову и посмотрела на него. Взгляд был пустым, почти мёртвым, лишь в уголках губ дрогнула жалкая улыбочка.

— Видать, сильно…

Пробормотал Реджи, отвечая сам себе. Майя отвернулась, уставившись в пол. Принц легонько толкнул её локтем:

— Не переживай. Тебе просто диадему оденут, помашешь ручкой и всё.

Он улыбнулся ей, но Майя даже не взглянула в ответ. Вместо этого она тихо спросила:

— Как так вышло, что теперь я принцесса? Я собиралась прожить славную, тихую жизнь с тобой, Молохом и Норой… А теперь обо мне узнает весь мир…

Её голос звучал приглушённо, брови нахмурились, словно она чувствовала, как у неё отбирают что-то важное - ту самую тихую, незаметную жизнь, о которой она мечтала.

Реджи нежно обнял её за плечо:

— Забудь об этом титуле. Теперь ты моя младшая сестра.

Майя подняла на него глаза. В них блестели слёзы.

— Но ты и так уже был для меня семьёй… Уа-а!

Парень вздрогнул:

— А ну-ка!

Он шутливо щёлкнул её по лбу и строго сказал:

— Не плачь. Тебе ещё выходить на публику.

Майя обиженно потёрла лоб, но в этот момент Эльбрус и Мизерия обернулись к ним, давая сигнал, что пора выходить.

Реджи слегка потряс её за плечо и выдал подбадривающую фразу:

— Ну всё, давай. Яичники в кулак и пошли!

Не дав ей времени осмыслить сказанное, он взял её за руку и повёл на балкон. Майя встала по левую сторону от Эльбруса, Реджи справа от неё. Толпа взорвалась ликованием, и сердце девушки забилось так часто, что, казалось, выскочит из груди в этот же миг. Ладони стали влажными, колени чуть подрагивали.

Эльбрус повернулся к ней. Майя растерянно выпрямилась, вся напряглась, как струна. Слуги преподнесли императору подушку, на которой лежала золотая диадема, усыпанная сверкающими алмазами.

Император аккуратно взял диадему и надел её на голову Майи. Толпа разразилась ещё более громкими овациями, и девушку накрыла волна тревоги.

Но тут Эльбрус слегка улыбнулся. Впервые она увидела на его лице не каменную маску, а что-то тёплое. Он положил руку ей на плечо, и вместе они повернулись к людям.

Майя посмотрела вниз - на море лиц, радостно приветствующих императорскую семью. Праздник был посвящён не ей, а всей Синкейской империи. Но сейчас внимание было приковано к ней.

В голове зазвучали тревожные мысли: «Почему они так счастливы? Конечно, они рады видеть императорскую семью… Но разве я действительно её часть? Может, из-за меня у них начнутся проблемы?»

Она повернула голову к Реджинальду. Тот махал народу с сияющим лицом. Почувствовав её взгляд, он слегка повернул голову и легонько подтолкнул её руку.

Майя нерешительно подняла ладонь и начала махать, стараясь скрыть волнение. Снова посмотрела на толпу.

«Может, им всё равно, кто перед ними? Если так, то волноваться не о чем. Да и потом… Меня же не заставят постоянно мозолить им глаза! Дальше я смогу жить обычной жизнью, как и говорил Реджи».

Постепенно напряжение отступило. Майя расправила плечи и стала махать увереннее. Она решила просто наслаждаться праздником, отгоняя дурные мысли. Это был первый раз за долгое время, когда она вышла за пределы замка. И пусть вокруг было столько незнакомых лиц - ей хотелось запомнить этот день.

Весь день на неё смотрели так же восторженно, как на Реджинальда и его родителей. Лишь изредка кто-то бросал косой взгляд, но Эльбрус своим властным, почти угрожающим взглядом мгновенно пресекал любые сомнения.

Это был чудесный день. Он помог Майе отвлечься от серых будней в стенах замка и почувствовать себя не просто девочкой, запертой в четырёх стенах, а частью чего-то настоящего - семьи, праздника, империи.

Недавно Майе исполнилось пятнадцать лет. Уже десять лет она живёт в этом мире, с тех пор как появилась здесь неожиданно, словно снег летом, и буквально упала на головы Молоха и Реджинальда.

Реджинальд давно стал для Майи братом, а с Молохом она всё же сумела подружиться, и его отношение к ней стало заметно менее враждебным. Эльбрус и Мизерия полюбили её как родную дочь, и их забота стала неотъемлемой частью её жизни. Хотя для самой Майи эта забота порой напоминала пытку: бесконечные наряды, церемонии и необходимость жертвовать жизнью ради очередного камушка.

Из последних новостей: узнав о страстной любви Майи к алхимии, Эльбрус приказал обустроить для неё личную лабораторию. Теперь она могла заниматься исследованиями в любое время. Однако чаще всего по просьбе императора. Зато Молоху стало легче: больше не нужно было отвлекаться на её бесконечные вопросы о реактивах и заклинаниях. Правда, у него и без того хватало забот. На него возложили обязанности по обучению новых магов и расследование странных происшествий. Например, таинственных исчезновений людей в Пещере душ в Аргонте. Почему именно он? Потому что предыдущий исследователь, который изучал это место, погиб там же. Когда Молох встретил его душу, та лишь развела призрачными руками, мол: «Прости, брат, что мог, то сделал». Сказать, что Молох был в ярости, - ничего не сказать. Он хотел покарать того мужчину, но тот уже был мёртв. Куда хуже‑то?

Новость о том, что Майю провозгласили принцессой, разлетелась по всей империи и даже дальше. Посыпались письма с расспросами о её происхождении, домыслами о заговорах с демонами и ангелами. Были и те, кто искренне восхищался ею. Майю начали приглашать на балы и чаепития. Вероятно, в надежде выведать какие-нибудь секреты. По её просьбе Реджинальд приказал отвечать на все приглашения отказом.

Майя старалась жить тихо, не думая о плохом. Но однажды всё изменилось - появился неожиданный гость.

Девушка стояла в библиотеке, уныло перебирая корешки книг. Каждое название вызывало лишь разочарование, ведь всё уже прочитано. Пальцы нервно теребили обложку очередного тома, пока она не решила перейти к соседнему стеллажу. После нескольких попыток ей наконец попалась книга, которую она ещё не видела. Майя радостно прижала её к груди, словно драгоценный трофей.

Она уже открыла портал, собираясь уйти, как вдруг из-за стеллажей вынырнула запыхавшаяся и растрёпанная Нора.

Майя замерла. Портал мгновенно растаял в воздухе. Вид горничной заставил её сердце сжаться от тревоги. Она хотела спросить, что случилось, но Нора опередила её:

— Майя, тебе срочно нужно в тронный зал!

Эти слова будто ударили её током. Майя мгновенно поняла: дело серьёзное. Не тратя времени на расспросы, она вновь создала портал, и вместе с Норой они шагнули сквозь него.

Оказавшись в коридоре у двери в зал для встреч, они сразу услышали яростный голос Молоха:

— Ей он не нужен! Я и сам прекрасно справляюсь со своей задачей!

Тон был резким, непреклонным. И что самое удивительное, Реджинальд поддержал Молоха:

— Отец, он прав. Никто не справится с этим лучше, чем Молох.

Майя застыла, не веря своим ушам. Реджи на стороне Молоха? Это было настолько невероятно, что в голове зазвучал тревожный звоночек.

«Да чтобы Реджи встал на сторону Молоха?! Что там вообще происходит?»

Её размышления прервала Нора. Горничная мягко взяла Майю за плечи и заговорила успокаивающе:

— Ты только не переживай, наша впечатлительная. Ничего страшного там нет.

Она легонько погладила девушку по плечам.

— Сейчас зайдёшь, тебе всё объяснят, скажешь своё мнение, и готово.

Нора развернула её к двери и подтолкнула вперёд.

— Ну же, иди, пока они там не начали драться всерьёз.

Майя неуверенно оглянулась на горничную, которая подняла большой палец вверх, желая ей удачи. Девушка развернулась к двери, сделала глубокий вдох и мысленно произнесла: «Ладно, всё будет хорошо».

Она толкнула дверь и вошла. В зале царила напряжённая атмосфера. Реджинальд яростно спорил с отцом. Молох стоял со скрещёнными руками, его лицо выражало откровенную неприязнь. Напротив них серьёзный Эльбрус и какой-то юноша в рыцарском костюме с гербом тигра на груди и мечом на поясе.

«Это же…» — пронеслось у Майи в голове.

Майя застыла на месте, не в силах отвести взгляд от юноши. Его наряд был не боевыми стальными доспехами, а костюмом придворных рыцарей - удобным для передвижения по замку. Отполированные стальные наплечники, наручи и нагрудник с гербом тигра ослепительно сверкали в лучах солнца. Асимметричный чёрный кардиган на молнии, белоснежные порты и высокие сапоги до колена дополняли образ. На поясе висели ножны с мечом, рукоять которого украшала гравировка в виде тигриных когтей.

Но больше всего Майю поразило другое: юноша был как две капли воды похож на мальчишку, которого она встретила в семь лет.

«Это же мальчик из деревни на севере?»

Те же белые короткие волосы с каштановыми прядями, те же удивительные глаза - один голубой, как море, другой карий, сливаясь со зрачком, словно темнота.

Все в зале заметили появление Майи. Она сделала несколько шагов вперёд, и в этот момент Эльбрус заговорил:

— Ты как раз вовремя. Раз уж ты теперь принцесса, тебе нужен личный телохранитель.

Майя остановилась, не сводя взгляда с императора. Но тут резко вмешался Молох, от его голоса девушка вздрогнула и обернулась:

— Не нужен ей какой-то там рыцарь! Я и так справляюсь!

Эльбрус ответил с нарастающим гневом:

— Ты телохранитель Реджинальда, а Майе нужен свой личный рыцарь!

Реджинальд неожиданно встал на сторону Молоха:

— Лучше, чем он, никто не сможет защитить Майю!

Маг добавил, скрестив руки на груди:

— Как какой-то простой человек может охранять Майю лучше меня?

Эльбрус уже не скрывал раздражения, его спокойствие трещало по швам:

— Да хоть будь он самым могущественным магом в мире, он не сможет защищать всех и выполнять свои обязанности одновременно!

Майя растерянно переводила взгляд с одного спорщика на другого, чувствуя, как в воздухе густеет напряжение. Но посреди этого хаоса её охватило странное ощущение, когда она встретилась взглядом с юношей. Он не отрывал от неё глаз, словно не слышал криков вокруг. Весь его мир, казалось, сосредоточился только на ней.

— ДОВОЛЬНО!

Выкрикнул император, обрывая спор.

— Раз уж такие дела, пусть Майя сама решит.

Все взгляды устремились на девушку. Она сглотнула, обдумывая ответ: «Может… стоит согласиться? Посмотрю, что из этого выйдет».

Молох уже открыл рот, уверенный в её отказе:

— Ну конечно, она скажет…

— Да, почему бы и нет.

Перебила его Майя. Реджинальд и Молох замерли в изумлении. Лицо мага исказилось то ли яростью, то ли глубокой грустью. Майя продолжила, стараясь говорить спокойно:

— Не вижу смысла отказываться. В любом случае ничего плохого не случится.

— Вот и славно!

Эльбрус хлопнул в ладоши.

— Значит, рыцарь Гэвин с этого дня будет твоим телохранителем.

Молох резко развернулся и, пробормотав что-то себе под нос, телепортировался из зала в облаке фиолетового дыма. Реджинальд, всё ещё ошарашенный, почесал затылок:

— Ну… Последую примеру Молоха и тоже скроюсь. У меня дел завались.

Он направился к выходу.

— Реджи…

Окликнула Майя, но принц даже не обернулся, просто вышел за дверь.

«Да что это с ними… Обиделись, что ли?» — подумала она, глядя в пустой дверной проём.

Эльбрус подошёл к Майе и положил руку ей на плечо:

— Давай я вас познакомлю.

Император подвёл её ближе к Гэвину.

— Как ты уже слышала, его зовут Гэвин, но можешь обращаться к нему как угодно.

Их взгляды встретились, и Майя почувствовала, как внутри всё сжалось от странного волнения.

— Он всего на четыре года старше тебя, так что вы легко найдёте общий язык.

Гэвин приложил руку к сердцу и резко опустился на одно колено, склонив голову:

— Принцесса Майя, я готов служить вам до конца своих дней. Ради вас я пойду и в огонь, и в воду.

Он поднял глаза и улыбнулся нежно, пленяя своими необыкновенными глазами.

— Это честь для меня - служить вам!

Майя замешкалась, не зная, как ответить. Нервно теребя прядь волос, она выдавила:

— Д-да… Мне тоже приятно познакомиться.

Эльбрус убрал руку с её плеча:

— Я лично выбирал для тебя рыцаря. Уверяю, он один из лучших рыцарей Синкейской империи. О его заслугах говорят во многих королевствах, так что с ним ты можешь чувствовать себя в полной безопасности.

«Ага, где только опасность найти на свою голову, чтобы он пригодился…» — усмехнулась Майя про себя.

Император завершил разговор:

— Поскольку с этого дня он твой рыцарь…

Эльбрус вытянул руку в сторону Гэвина.

— Проводи мою дочь в её покои.

Рыцарь поднялся с колена:

— Слушаюсь и повинуюсь, о наш свет Синкейской империи!

— Тогда ступайте.

Произнёс Эльбрус, заложив руки за спину.

После этих слов рыцарь поклонился императору, а Майя вместе с ним направилась к выходу. В коридоре они остановились, словно застыли во времени. Тишина вокруг казалась осязаемой.

Майя бросила на него робкий взгляд, но, увидев, что он неотрывно смотрит на неё пристально, внимательно, будто пытается прочесть каждую мысль, поспешно отвернулась и ускорила шаг в сторону своей комнаты. Он, конечно же, последовал за ней, его шаги звучали ровно и уверенно.

«Ужас, почему мне так неловко рядом с ним?!» — пронеслось у неё в голове.

Она шла, сжавшись, пытаясь не замечать присутствие своей новой «второй тени». Ладони вспотели, а сердце колотилось где‑то в горле. Это неловкое молчание нарушил Гэвин, неожиданно обратившись к ней:

— Принцесса, можно задать вопрос?

Вздрогнув, Майя остановилась так резко, что чуть не споткнулась. Она неуверенно повернулась к нему, чувствуя, как смущение и неловкость одолевают её, словно тяжёлый плащ. Но Майя, стиснув пальцы за спиной и стараясь не выдать своего волнения, ответила как можно более спокойно:

— Д‑да, конечно, разрешаю.

Гэвин сделал шаг ближе. Его лицо было серьёзным, но в глазах мелькнула искра то ли надежды, то ли затаённой радости.

— Вы… Меня помните?

Спросил он, словно боялся услышать ответ.

Майя на мгновение задумалась, вспоминая их первую встречу. Тогда он был всего лишь робким мальчишкой, а теперь храбрейший рыцарь. На её лице заиграла нежная улыбка, и она ответила уже более расслабленным голосом, сама удивляясь своей смелости:

— Помню. Как тебя забыть с такой неповторимой внешностью?

Одарив его неожиданным для себя самой комплиментом, она резко развернулась и направилась дальше, при этом продолжая говорить, чтобы скрыть румянец:

— Я сначала подумала, что ты меня не помнишь.

— Нет.

«Что?»

Услышав отрицательный ответ, Майя развернулась к Гэвину обратно. Тот смотрел на неё, как будто пленённый её взглядом, но в то же время серьёзно, без тени насмешки.

— Я сразу вас узнал.

Сказал он, подходя ещё ближе. Теперь их разделяло всего два шага, и Майя могла разглядеть мельчайшие детали его лица: лёгкую тень на подбородке, едва заметную морщинку между бровей.

— Эти чёрные длинные волосы, что так блестят лишь от маленького лучика света.

Продолжил он тихо, но отчётливо.

— Даже не прикасаясь к ним, можно понять, насколько они мягкие.

Гэвин поднял руку, будто хотел коснуться пряди, но остановился, заложил руку за спину и наклонился чуть вперёд. Его голос стал тише, но в нём звучала такая искренняя нежность, что у Майи перехватило дыхание:

— И эти глаза, сверкающие, как золотой топаз… Что так притягивают меня к вам.

Он нежно взял её руку и поднёс к себе. Его пальцы были холодными и уверенными, и от этого прикосновения по спине Майи пробежали мурашки.

Гэвин мягко коснулся губами тыльной стороны её ладони. Этот неожиданный жест заставил Майю замереть, широко распахнув глаза. Кровь прилила к щекам, и, не выдержав, она резко отдёрнула руку, чувствуя, как жар разливается по лицу, шее, даже кончикам пальцев.

— Я… Я-я лучше своим ходом дойду!

Выпалила она, запинаясь.

— Надеюсь, ты не заблудишься…

Рыцарь всё так же смотрел на неё. В его взгляде читалось явное удовольствие от того, как она смущается. Майя, не дожидаясь ответа, быстро открыла портал в свою комнату и шагнула внутрь, оставив его позади. Напоследок она всё же оглянулась, но тот даже не был шокирован тем, что она использовала магию. Напротив, на его губах играла едва заметная улыбка.

Оказавшись в безопасности, она прислонилась к стене, пытаясь успокоить своё бешено бьющееся сердце. Её лицо было красным, как спелый помидор, а дыхание вырывалось короткими, рваными толчками.

Опустившись на пол, Майя села в позе лягушки. Минутой позже она подумала с досадой: «Лучше бы отказалась…»

Прошла уже неделя с тех пор, как Гэвин стал личным рыцарем Майи. Сидя вечером в тихой купальне, она расположилась на краю ванны, завернувшись в полотенце, которое едва прикрывало грудь и бёдра. Её мокрые волосы рассыпались по плечам, когда она их распустила, и Майя, распутывая их гребнем, погружалась в размышления о событиях прошедшей недели.

«Сумасшедшая выдалась, однако, неделя. Даже непривычно как‑то…»

Майя начала вспоминать первый день, когда Реджинальд и Молох попросту свалили, ничего не объяснив. В тот день она подошла к принцу и спросила, в чём дело, да почему они так странно отреагировали. Но Реджи ответил уклончиво: «Всё нормально, если тебя всё устраивает, то никаких проблем нет».

Но Майя же видела его встревоженное лицо! Нора позже предположила, что они просто беспокоятся. Боятся, что Гэвин может её обидеть или даже хуже. Они просто не доверяют ему.

В тот день Майя думала попытаться найти Молоха и у него спросить напрямую, но тот исчез из замка и всю ближайшую неделю даже не появлялся.

Майя нахмурилась и резко дёрнула гребень, чуть ли не вырывая пряди: «Ну вот что на них нашло?! Один говорит, что всё супер, второй вообще свалил и теперь не появляется даже! Грр!!»

Она перестала вымещать злость на волосах, опустив плечи и склонив голову: «Ну да… Гэвин действительно ведёт себя немного странно».

Мысли Майи перескочили на рыцаря. Она вспомнила, как он каждый день делал ей комплименты, как часто подходил слишком близко - то со спины, то сбоку, будто намеренно нарушая её личное пространство.

Майя оторопела, её лицо залилось румянцем, когда она вспомнила момент, когда Гэвин поцеловал ей руку в коридоре. Она сильно ударила себя по щекам, пытаясь избавиться от смущения и кома в горле, словно желая вытолкнуть из себя всё это неловкое волнение.

Девушка застыла на месте, уставившись в одну точку.

«Н‑ну, может, чуть больше ведёт себя странно, чем слегка. Но в целом всё же хорошо!» — попыталась она мысленно успокоить себя.

Майя продолжила распутывать волосы, стараясь сосредоточиться на равномерных движениях гребня.

«Да, конечно, меня немного настораживает, что я вижу его всегда возле своей комнаты. Но это же его работа! Он точно не спит у моей двери!»

Но внезапно этот вопрос снова всплыл в её голове:

«…Точно же не спит?»

От этой мысли Майя съежилась и с писком начала бить ногами по воде, создавая брызги. Она резко остановилась и прижала влажные пряди к себе, обхватив их пальцами.

«Да не-е, чего я наговариваю. Гэвин не сумасшедший!»

На самом деле, Майя действительно подружилась с Гэвином. Он оказался удивительно общительным человеком. Они оба обожали читать книги, так что у них всегда находилось множество тем для разговоров. Из личных фактов они поделились только датами рождения: у Гэвина он был шестого мая, что на день позже, чем у Майи, но при этом он был старше её на четыре года.

Майя расслабилась и продолжила распутывать волосы, позволяя мыслям течь спокойнее: «Он просто добрый…»

Ей в голову вновь пришёл тот самый момент в коридоре, и она в очередной раз начала слишком резко проводить гребнем по прядям.

«Гэвин просто добрый, и точка!!!»

Внезапно чья‑то рука схватила её за запястье, и Майя застыла, не в силах пошевелиться. Она взглянула на руку человека и заметила на тыльной стороне какую‑то метку.

— Ты все волосы испортишь такими действиями.

Раздался голос Молоха. Майя резко развернулась и увидела, что рядом с ней сидит маг. Он согнул одно колено и держал её за руку, глядя прямо на неё. Первое, что бросилось ей в глаза, - это его сугилитовые глаза, излучавшие слабое, мерцающее сияние. Он смотрел на неё спокойно и невозмутимо, будто не видел в этой ситуации ничего необычного.

Майя испугалась и отшатнулась назад, едва не потеряв равновесие. Молох отпустил её кисть, а у Майи на щеках появился яркий розовый румянец. Она, заикаясь, воскликнула:

— Т‑ты… Что ты тут делаешь?!

Она инстинктивно прикрыла руками грудь, прижав к ключицам сомкнутые кулаки, и отползла чуть дальше по краю ванны.

Молох, не дожидаясь её дальнейших действий, спокойно пояснил:

— Успокойся, проблемная. Я клон.

Майя ошарашенными глазами оглядела его всего - от тёмных волос до кончиков сапог. Её взгляд зацепился за метку на его запястье.

«Видать, так и есть», — подумала она, чувствуя, как в груди зашевелилось странное, тревожное любопытство.

Майя расслабилась, чувствуя себя свободнее рядом с ним.

— Хорошо, а зачем тогда Молох тебя отправил сюда?

Спросила Майя, отворачиваясь к воде и продолжая распутывать волосы гребнем.

— Реджинальд сказал, что тебе нужна помощь в купальне, но многие горничные уже ушли, а остальные заняты в другом крыле. Поэтому он отправил сюда Молоха.

Молох подошёл к ней сзади, осторожно взял её волосы в руки, и она, не сопротивляясь, позволила ему это сделать. Он поднял пряди перед собой и продолжил:

— Но поскольку Молох не настолько бесстыжий, призвал меня для этой задачи.

Маг наколдовал себе гребень и начал аккуратно распутывать её волосы с кончиков - бережно, почти невесомо. Майя повернула голову, чтобы посмотреть на него, и спросила:

— Значит, настоящий Молох не знает, что здесь происходит?

Тот через пару секунд ответил:

— Да, не знает.

Майя снова повернулась к воде и тихо произнесла:

— Вот, значит, как…

Молох продолжал расчёсывать её волосы, но вдруг не выдержал:

— Ты не могла бы сначала расчесать волосы, а потом уже мыть их?

Майя недовольно надула губы:

— Какая разница? Они всё равно запутаются!

Молох ничего не ответил, но спустя минуту задал новый вопрос:

— Кстати, где твой защитник? Его нет снаружи.

Майя ответила без раздумий:

— Я его отправила отдыхать. Мне хотелось хотя бы помыться без присутствия ещё одного человека, который так давит на меня… и так каждый день.

— Он тебя донимает?

Резко спросил Молох.

«Чего?!»

Майя настороженно повернулась, услышав суровый тон. Она посмотрела на него и заметила, как его лицо изменилось: он перестал расчёсывать её длинные волосы и теперь смотрел на неё, прищурив глаза. В его взгляде мелькнуло что‑то опасное, будто он готов прямо сейчас устранить любую угрозу.

Майя попыталась ответить спокойно, но голос дрогнул от удивления:

— Нет… Он ведёт себя хорошо и отлично справляется со своей работой.

Молох ещё сильнее прищурился, словно пытаясь разгадать её мысли. Хмыкнул и снова перевёл взгляд на её волосы, продолжая их распутывать.

— Если это так, то ладно.

Майя отвернулась и задумчиво посмотрела на воду. Мысли путались: «Странно он отреагировал…»

Молох молча занимался своим делом, иногда случайно касаясь её кожи. От каждого прикосновения по спине Майи пробегали приятные мурашки. Девушка невольно задумалась о самом Молохе, и это сильно отвлекло её от происходящего.

Хмуря брови, она мысленно возмутилась: «Ну вот. Всю неделю его не было, а теперь он тут… но самого его тут нет! В чём его проблема была самому прийти сюда?»

Она постепенно закипала изнутри, продолжая негодовать: «Знаю я его - хотел бы сам со мной увидеться, мог бы просто магией на меня одежду напялить и всё!»

Майя начала нервно бить ногой по воде и сжимать кулаки. Мысли метались: «Но в итоге он притараканил сюда клона, чтобы тот отдувался за него… да ещё и реагирует на всё очень странно!»

На её внутренние метания Молох лишь косо поглядывал, ничего не комментируя. Постепенно она начала успокаиваться, но настроение всё ещё оставалось мрачным.Майя опустила голову, глянула на своё отражение в воде и подумала: «Ну… Хотя это же клон, значит, Молох и должен был так отреагировать».

Раздражение усилилось, и внутри закипела злость.

«Бесит он меня…» — прошептала она про себя. Но тут же весь гнев сменился грустью: она не могла просто наорать на Молоха. Его же здесь вообще нет!

Неожиданно её сердитые мысли прервал вопрос Молоха:

— Что‑то случилось?

Майя помешкала, не зная, как ответить. Она начала ковырять пальцем плиты на краю ванны, избегая его взгляда.

— Тебя точно что‑то беспокоит. Давай, колись.

Боковым зрением она заметила, что Молох смотрит на неё и ждёт ответа. Майя развернулась к нему.

«И что мне сказать? Птичку жалко?»

Он хоть и, как обычно, с лицом, будто каменная статуя, но, глядя ему прямо в глаза, Майя уловила в них беспокойство. Оно словно ждало любого её слова. Девушка, которая не так часто видела у Молоха хоть какие‑то эмоции, да и самого Молоха в целом, вдруг почувствовала, как внутри что‑то дрогнуло. Она сдалась и решила не искать оправданий…

«Да плевать! Это всего лишь клон, настоящий Молох ничего не узнает», — вздохнув, подумала Майя.

Она цокнула языком и резко развернулась. Не раздумывая больше ни секунды, Майя прижалась к груди мага. Тот ошарашенно замер, словно не веря в происходящее.

Обнимая его, девушка начала тихо, почти жалобно говорить:

— Скучаю я по тебе, понятно?

Шокированный Молох опустил взгляд на Майю, которая теперь жалобно бормотала ему в грудь. Его глаза расширились от изумления, а руки неуверенно повисли в воздухе.

— Тебя то днями не бывает, то неделями, то даже месяцами!

Продолжила Майя, голос её дрожал от накопившихся эмоций.

— Я понимаю, что ты занят, у тебя такая работа… Но скучать меньше я не стала!

Он приподнял руки, явно не зная, как реагировать. Стоит ли обнять её в ответ? Или это будет неуместно? Разум твердил одно, а сердце тянулось к ней…

— Раньше ты хотя бы по утрам приходил.

Говорила Майя, прижимаясь к магу сильнее и сжимая его одежду в кулаках.

— А сейчас я вижу тебя лишь на пять минут спустя долгое время, и то не факт, что ты захочешь со мной пообщаться…

В этот миг она почувствовала, как его сердце забилось быстрее. Глухие, частые удары отдавались сквозь ткань одежды. Молох с трудом выдавил из себя:

— Я…

— Ничего не говори.

Тут же перебила его Майя, уткнувшись лицом в его плечо.

— Просто давай так посидим, и всё. Мне этого будет достаточно.

После этих слов повисла глубокая, почти осязаемая тишина. Молох застыл, в шоке глядя на макушку девушки. Поразмыслив несколько секунд, маг медленно выдохнул, будто принимая какое‑то важное решение. Он осторожно, почти трепетно прижал Майю к себе и уткнулся лбом в её затылок, вдыхая аромат влажных волос.

— У тебя есть десять минут.

Произнёс он сдержанно, но в его голосе проскользнула едва уловимая мягкость.Майя тихо усмехнулась, она и ожидала, что Молох в очередной раз установит свои чёткие границы. Но сейчас это даже умиляло. Все оставшиеся десять минут она просто улыбалась, уютно устроившись в его объятиях. Тепло его рук, размеренное дыхание, тихое биение сердца - всё это наполняло её душу долгожданным покоем.

Когда отведённое время истекло, так называемый клон Молоха бесшумно телепортировался, оставив после себя лишь лёгкое мерцание магической энергии. Майя, всё ещё улыбаясь, открыла портал и переместилась в свою комнату.

Сегодня она уснула довольная и счастливая, без груза на душе. Впервые за долгое время её сны были лёгкими и светлыми.

На следующее утро Майя пришла завтракать к Реджинальду. Она постучалась и вошла в комнату. Там Майя увидела принца, сидящего на софе со стопками переплетённых бумаг, и Нору, которая расставляла завтрак на столе. В последнее время Реджинальд начал вставать раньше. И, что удивительно, выглядел довольно бодро.

Майя подошла ближе и поздоровалась:

— Доброе утро!

Она присела напротив принца. Реджинальд кивнул в ответ, а Нора поставила чашки на стол и произнесла:

— Доброе утро, Майя.

Горничная наполнила их чаем и отошла, чтобы прибраться в комнате: заправить кровать и вытереть пыль. Майя заметила, что принц как-то недовольно хмурится, вглядываясь в бумаги, и решила спросить:

— Реджи, почему ты такой хмурый?

Тот, не отрывая взгляда от документов, ответил:

— Некоторые данные не сходятся, ничего особенного.

Майя промычала в ответ и посмотрела в сторону окна. Взяв чашку, Реджинальд сделал глоток чая и сменил тему:

— Кстати, у меня для тебя неожиданная новость.

Эти слова сразу заинтересовали Майю, она повернулась к принцу, ожидая продолжения.

— Отец хочет нанять для тебя учителей, которые научат тебя всему, что положено знать членам императорской семьи.

— Э…

Майя удивлённо нахмурилась, брови её поползли вверх.

— И зачем? Я и так много читаю книг об этом мире. От скуки даже конституцию прочитала!

Реджинальд развёл руками, по-прежнему не отрываясь от бумаг:

— Да я и сам не понимаю зачем.

Он поставил чашку на стол и, передразнивая властный тон отца, добавил:

— Но на мои возражения он ответил: «Так надо».

Майя нахмурилась и бросила на него холодный взгляд. Реджинальд это сразу почувствовал. Он поднял глаза и воскликнул:

— Что ты на меня так смотришь? Я тут ни при чём!

К ним подошла Нора, которая только что закончила уборку.

— Я закончила и вынуждена откланяться по другим делам.

Поклонилась она.

— Позже загляну за посудой.

Майя откинулась на спинку дивана, положила руки за спину и улыбнулась:

— Не стоит, я сама отнесу её через портал.

Нора выпрямилась и с нежной улыбкой поблагодарила:

— Спасибо, Майя, буду признательна за помощь.

Она начала собирать вещи на сервировочном столике.

В этот момент в комнате появился Молох. Он уселся на софу, закинув ногу на ногу.

— Всем привет.

Поприветствовал он присутствующих. Даже Реджинальд отвлёкся от бумаг и удивлённо посмотрел на мага:

— Ого, решил навестить спустя столько лет?

Молох бросил на принца холодный взгляд:

— Говоришь так, будто я за хлебом ходил, хотя мы виделись только вчера.

Нора, собрав вещи, взялась за поручень сервировочного стола и начала объезжать софу сзади. Молох поднял согнутую в локте руку, и в неё тут же легла корзинка с печеньем. Горничная кивнула и пошла дальше.

Маг опустил руку с корзинкой, достал одно печенье и добавил:

— Может, зайду позже, но сейчас у меня дела. Всем пока.

С этими словами он исчез, только напоследок бросил короткий взгляд на Майю.

«Ну вот, опять на пять минут пришёл и сразу свалил!» — раздражённо подумала она, глядя на место, где секунду назад сидел маг.

Реджинальда это действие заинтересовало, и он обратился к Норе:

— Нора, а за что опять печенье ему дали?

Горничная остановилась у двери и обернулась:

— Новая горничная разгромила кладовку. Пришлось просить господина Молоха о помощи.

Объяснила она, бросив взгляд на Майю. Затем, вспомнив кое-что, спросила:

— Кстати, Майя, за дверью мне некого пугаться?

Майя озадаченно подняла глаза. Нора указывала пальцем на входную дверь.

— А!

Воскликнула принцесса, поняв, о чём речь.

— Да, всё в порядке. Я отправила его тренироваться с остальными рыцарями, так что какое‑то время его не будет.

Услышав ответ, горничная поклонилась:

— Хорошо, тогда я пойду.

И со спокойной душой вышла из комнаты.

За последние несколько дней, пока Гэвин служил Майе, Нора каждый раз вздрагивала при виде рыцаря - никак не могла привыкнуть, что он стоит у двери, словно статуя. Поэтому вопрос горничной показался Майе забавным.

Принцесса взяла чашку с чаем и сделала глоток. Затем отодвинула её и посмотрела на своё отражение в поверхности напитка.

«Всё-таки такие дни мне нравятся больше. Когда всё идёт своим чередом, когда можно не беспокоиться о лишних заботах. Жизнь среди людей, с которыми я выросла, - уже большое счастье», — подумала она, и уголки её губ невольно приподнялись.

«Стоит сказать отцу Реджи, что мне не нужен телохранитель. Я лучше буду сама приходить и разговаривать с Гэвином», — решила Майя.

— Ты чего так улыбаешься во всю ширину лица?

Заинтересованно спросил принц, пристально глядя на девушку. Майя подняла на него глаза.

«Блин, я так задумалась, что совсем не уследила за выражением лица?!» — мелькнуло у неё в голове.

Она приложила ладонь к щеке и слегка повернула голову вбок.

— А… Да нет, ничего особенного.

Реджинальд с явным подозрением посмотрел на неё. Майя хихикнула, отчаянно надеясь, что принц не станет углубляться в расспросы. Но, к её удивлению, Реджинальд уже выдвинул в голове собственную версию. Он ехидно улыбнулся, и эта улыбка мгновенно насторожила Майю.

Принц отшвырнул в сторону документы, опёрся локтями о колени и, сложив руки в замок под подбородком, произнёс:

— А ну‑ка признавайся, что у вас вчера с Молохом было?

— Что?..

Растерянно выпалила Майя, совершенно не понимая, к чему он клонит.

— Я так долго его уговаривал прийти к тебе, ты даже не представляешь!

Майя опешила от этих слов и поспешила уточнить:

— В смысле уговаривал?

Реджинальд, не задумываясь, пустился в объяснения:

— Да вот так вот! Он ни в какую не хотел идти к тебе. Видите ли, «неприлично это». Но я‑то знаю, что ты за время его отсутствия заскучала по нему.

Лёгкий румянец окрасил щёки Майи.

— В итоге пришлось с ним на желание поспорить, чтобы он лично к тебе пришёл.

Продолжил принц. Он поднял правую руку и продемонстрировал тыльную сторону ладони, на которой виднелась едва заметная метка.

— В итоге проспорил. Придётся ходить с этой отметиной, пока ему от меня что‑нибудь взамен.

Майя поджала губы, мысленно удивляясь: «Как я сразу не заметила эту метку? Она точно такая же, как у Молоха!»

Румянец на её щеках стал ещё ярче, а Реджинальд тем временем не унимался:

— Видать, только я в проигравших остался.

Он закусил губу и с нескрываемым любопытством посмотрел на девушку.

— Я просил его лишь с тобой встретиться, а вы там, два неисправимых скромника, решили заняться чем‑то другим? И даже мне ничего не рассказали?!

Майя покраснела до корней волос и, заикаясь, принялась оправдываться:

— Т‑ты что такое говоришь, бесстыдник?! Ничего у нас не было!!!

Но принц, явно не поверив ни единому слову, игриво парировал:

— Да‑да, оправдывайся. Я же вижу, как ты вся раскраснелась. Ты теперь у нас совсем взрослая, да?

Не выдержав натиска его насмешек, Майя зажала уши ладонями и, вскочив, ринулась к выходу.

— Ты говоришь какую‑то нелепицу!!!

Ему вслед донеслось громогласное:

— Я так и знал, что рано или поздно это должно было случиться!!!

Хлопнув дверью, Майя, всё ещё зажимая уши и глядя в пол, быстрым шагом направилась в свою комнату.

«Что этот болтун себе напридумывал? Мне же Молох ясно сказал, что тот был клоном!» — думала она, ощущая, как лицо пылает.

«Но метка на его руке… Значит, он говорил правду?» — мелькнула тревожная мысль.

Майя резко опустилась на пол и уткнулась головой в колени.

«А‑а‑а‑а! Этого просто не может быть!»

Она подняла голову и невидящим взглядом уставилась в пол.

«Может, тот Молох всё‑таки был клоном?»

о, вспомнив слова Реджинальда, с тихим писком снова уткнулась в колени, вся сжимаясь от смущения.

«Но Реджи же сказал, что Молох должен был лично прийти ко мне! А‑а‑а‑а!»

Вскочив, Майя торопливо зашагала дальше.

«Не верю. Этого просто не могло случиться!»

Остановившись, она нервно взъерошила волосы.

«Лучше бы я сказала, что птичку жалко! КАКОЙ УЖАС!!!»

Призвав портал, Майя переместилась в свою комнату. Ещё пару дней она стыдилась смотреть Реджинальду и Молоху в глаза. Но что действительно удивило девушку, так это то, что Молох начал появляться чаще, пусть даже на какие‑нибудь жалкие пять минут.

Вот и наступило лето.

Майя, собрав всю свою смелость, всё же решилась обратиться к императору. Её заикание, казалось, было единственным препятствием, но она сумела достучаться до Эльбруса и попросить, чтобы Гэвин больше не сопровождал её на территории замка. Она убедила правителя, что рыцарю нужно тренироваться вместе с остальными, а за пределами замка она при необходимости сама возьмёт его с собой… При этом Майя не уточняла, что присутствие Гэвина рядом с ней напрягает не только её, но и всех окружающих.

Более того, она даже завела разговор об учёбе! Чем это обернулось? Увы, Эльбрус не прислушался к её словам. Во время первого же урока по истории Синкейской империи Майя буквально разгромила учителя своими познаниями, полученными из книг императорской библиотеки. Она изо всех сил старалась дать шанс пожилому историку, но тот, к сожалению, не смог рассказать ей ничего нового. Лишь после этого Эльбрус смилостивился и освободил Майю от занятий.

Правда, облегчение было недолгим: в тот же день император отправил её в другой мир искать «то не знаю что, там не знаю где». В общем, скучать девушке не пришлось…

Второго июня наступил день рождения Реджинальда. В этот день он отложил все дела и провёл время с Майей. Нора и Молох тоже заглянули поздравить, но вскоре разошлись по своим заботам.

Майя и Реджи расположились в трапезной и наслаждались тортом, который приготовила Нора. Они размышляли, чем бы заняться.

— Может, съездим по магазинам?

Предложил Реджинальд, с аппетитом откусывая кусок торта.

— Не-е, слишком много внимания привлечём.

Отказалась Майя. Она лежала на полу на животе, опёршись подбородком о ладонь, и ела торт, болтая ногами в воздухе.

Реджи не сдавался:

— Тогда, может, переоденемся и отправимся на рынок?

— А вдруг наткнёмся на неприятности? Там же криминала полно.

Возразила Майя.

— Хм…

Хмыкнул принц, снова получив отказ. Он задумался, перебирая в голове варианты. Внезапно его лицо озарилось идеей, и это не укрылось от внимания Майи.

— Ты что-то придумал?

Спросила она, взглянув на него. Реджинальд поставил локоть на стол и подпёр подбородок тыльной стороной ладони, в которой всё ещё держала десертную вилку.

— Да вот вспомнил одно местечко, где хотел бы отметить день рождения… Но ты сразу откажешься открыть туда портал.

Майя прищурилась и, подозревая что-то неладное, посмотрела на него:

— И куда же ты хочешь?

— На остров Курви!

— НЕТ!

Категорично отрезала Майя и тут же отвернулась, снова сосредоточившись на торте.

Причина столь бурной реакции была проста: остров Курви славился как раз тем, что идеально подходил Реджинальду с его тягой к разврату, но никак не стеснительной Майе.

Реджи недовольно цокнул языком, и какое-то время они молча доедали торт. Через пару минут Майе в голову пришла идея. Она резко встала и поставила пустую тарелку на стол. Положив одну руку на талию, а второй опёршись о столешницу, принцесса объявила:

— У меня есть план, но потом нам точно влетит.

Принц, до этого момента подпиравший скулу рукой, поднял на неё заинтересованный взгляд:

— И в какую же аферу ты собралась меня втянуть?

Майя ехидно улыбнулась:

— Уверена, нам понравится.

Принц мгновенно понял намёк и расплылся в ответной улыбке.

— Ну что ж…

Он сцепил пальцы в замок и произнёс со злорадством:

— Даёшь анархию!

Реджинальд давно приметил одного вредного мужичка, который с детства только и делал, что язвил по поводу его волос. Принц давно мечтал ему насолить.

Этот мужчина работал садовником в замке и жил в небольшом деревянном домике рядом с императорским садом. У него не было ни семьи, ни близких - он полностью посвятил себя работе.

Ребята телепортировались к домику - между ним и сараем, где хранилось садовое оборудование. Они тихонько заглянули в дом через окно, но внутри никого не оказалось.

Тут же они услышали шум: кто‑то пытался завести газонокосилку. Переглянувшись, Майя и Реджинальд молча обошли сарай и заглянули в единственное окно. Там был тот самый садовник.

Мужчина с густой седой бородой, в бежевых штанах с лямками и белой рубашке без пуговиц. Он резко дёргал за шнур газонокосилки, но та предательски издавала грохочущий звук и тут же затихала. Садовник начал краснеть, как перец, от злости, и с каждым разом дёргал шнур всё сильнее.

Реджинальд, не теряя времени, придумал коварный план. Он шепнул идею на ухо Майе. Та посмотрела на него как на безумца и шёпотом спросила:

— Ты уверен? А вдруг что‑то сломается?

Принц отмахнулся:

— Я потом всё разрулю, не переживай.

Ну а что она? Раз уж разрулит, значит, можно действовать! Она глазами нашла канистру с бензином и с помощью портала переместила её к себе на улицу.

Садовник всё это время продолжал возиться с газонокосилкой, пытаясь понять, в чём проблема. Поняв, что дело в бензине, он развернулся и начал искать канистру по всему сараю. Мужчина психанул и, пробормотав что‑то нелицеприятное, отправился на выход - в садовый домик.

В это время ребята переместились в сарай, и Реджинальд переключил газонокосилку на максимальную мощность. Майя уже стояла у портала, ожидая принца. Тот собирался уходить, но боковым зрением заметил кое‑что интересное. В углу стоял рабочий стол с инструментами, а под ним коробка.

— Чего ты застыл как вкопанный? Пошли!

Прозвучал тихий, но злобный голос Майи.

— Да подожди ты…

Он подошёл к столу и наклонился. Посмотрев в коробку, Реджинальд буквально просиял от радости. Взял коробку в руки и подбежал к Майе.

— Ништячки нашёл себе на день рождения!

Объявил он, доставая из коробки бутылку вина. Майя, однако, не слишком обрадовалась:

— Реджи, ты уверен, что оно безопасно для употребления?

Она приподнялась на цыпочки и заглянула в коробку. Там было восемь бутылок, плюс одна уже в руке Реджи.

— Вино годами не становится радиоактивным.

Отмахнулся принц. С этими словами он шагнул в портал, скрываясь от сверлящего взгляда девушки. Майя закатила глаза и последовала за ним.

Им оставалось только дождаться садовника. Ребята присели на корточки у окна. Вскоре мужчина вернулся, заправил газонокосилку и вывел её на улицу. Майя и Реджинальд переместились на более удобное место для наблюдения - на крышу садового домика. Они внимательно следили за происходящим, предвкушая, что может случиться.

И вот садовник потянул за шнур, и газонокосилка мигом отправилась в кругосветное путешествие по газону. Мужчина бросился за ней, выкрикивая все ругательства, которые только мог вспомнить.

Реджинальд чуть не свалился с крыши от хохота, а Майя закрыла ему рот рукой, чтобы не выдать их местоположение, и успела остановить его падение.

Садовник гонялся за газонокосилкой около пяти минут, пока та не врезалась в дерево, преградившее ей путь.

От души посмеявшись, принц вдруг вспомнил о сундуке с сокровищами, который недавно нашёл. И тут понеслось…

Набравшись вина, Реджинальд предложил Майе поспорить на желание. Условие было следующим: Майя должна была сделать что‑то такое, чтобы у Реджи глаза из орбит повылетали. Немного подумав, она вспомнила про артефакт, который недавно добыла для Эльбруса. Они переместились в тайный кабинет отца Реджинальда и взяли оттуда магический браслет - чёрную нить с закреплёнными на ней камнями малинового цвета. Затем направились на кухню западного крыла замка.

Там работал знаменитый шеф‑повар, чьё мастерство славилось на всю империю. Это был полный мужчина с закрученными чёрными усами. В тот момент он уже готовился к ужину для Его и Её Величеств.

Кухня оказалась просторной, но по оформлению ничем не отличалась от кухни восточного крыла. Вдоль стен тянулись длинные столы с множеством отделений для хранения посуды и продуктов. На белоснежных столешницах были расставлены разнообразные кухонные приборы. Дальняя стена почти полностью была занята холодильниками. В центре комнаты стояли два прямоугольных белых стола с отсеками. Они занимали немало места, но не мешали передвигаться по кухне.

Майя и Реджинальд спрятались за одним из столов. Девушка жестом велела принцу молчать и просто наблюдать. Она надела браслет и осторожно выглянула из‑за угла стола. Реджи тоже высунулся сверху, с любопытством глядя вперёд.

Майя направила руку на повара, и в тот же миг его поварской костюм сменился зелёным женским купальником с пышной юбочкой. Тело мужчины оказалось практически обнажённым, демонстрируя волосатый живот и весьма пикантную часть сзади.

Повар сложил руки на груди и широко расставил ноги, лицо его исказилось от гнева. Он тут же взревел:

— Это что за дурацкие шутки?!

Реджи не выдержал. Он отвернулся, закрывая лицо руками. Майя мгновенно открыла портал прямо под ногами, и они с принцем очутились в саду. Как только Реджинальд осознал, что находится на улице, он рухнул на четвереньки и завопил так, будто увидел самый жуткий кошмар в жизни:

— ВОТ ТАК СРАНЬ-ТО ПЕРЕСРАНЬ! КАК ЭТО РАЗВИДЕТЬ?! А‑А‑А‑А‑А!!!

Майя разразилась громким хохотом, а потом, не удержавшись, заставила принца громко кукарекать на крыше замка.

После этого они тайком пробрались в лагерь рыцарей. Дорога заняла минут десять - за это время Реджи успел прикончить ещё одну бутылку вина. Когда они добрались до места, оказалось, что прибыли как раз перед тренировочным боем между четырьмя взводами.

Воздух был насыщен напряжением. Солдаты сосредоточенно готовились к сражению - проверяли оружие и снаряжение. Майя и Реджи укрылись за зданием общежития и наблюдали за группой бойцов. Те о чём‑то переговаривались, когда к ним подошла ещё одна группа воинов.

Нахальный голос раздался из толпы второй компании:

— Ну что, готовы получать по морде сегодня?

Ему с насмешкой ответили:

— Не зазнавайтесь, пока в лужу рожей не упали!

Майя заметила, что отношения между отрядами натянутые, и тихо прошептала:

— Кажется, тут и без нас скоро будет жарко. Нужно сообщить об этом главнокомандующим.

В ответ - тишина.

— Ты что, оглох?..

Обернулась Майя и обнаружила, что Реджинальда рядом нет. Она начала оглядываться, пытаясь найти принца, но его нигде не было видно. Внезапно она заметила, как к рыцарям кто‑то бежит.

— Там майор уже всех собирает!

Выкрикнул запыхавшийся солдат. Бойцы поспешили на поле.

— Я что‑то пропустил?

Раздался голос Реджи прямо за спиной Майи.

Девушка вздрогнула от неожиданности, резко обернулась и раздражённо стукнула его по плечу:

— Ты где пропадал?!

Принц поднял руку, и в ней блестел меч. Он с загадочной улыбкой произнёс:

— Да вот решил немного прогуляться.

Майя удивлённо развела руками:

— Ты где его добыл, алкашина?!

Тот посмотрел на неё с невозмутимым видом:

— Как самый крутой монах с дзеном сотого уровня, я ничего тебе не скажу.

Майя закатила глаза, решив не выяснять, откуда у него меч.

— Пьяному преграды не видны.

Пробормотала она, открывая портал и шагая внутрь. Реджи последовал за ней.

Они вышли у тренировочного поля, рядом с которым был дом отдыха с фонтаном. Ребята спрятались за углом дома и наблюдали за происходящим. На поле собралось множество рыцарей - они громко спорили и обвиняли друг друга.

— Это первый взвод украл меч, чтобы нам засчитали поражение!

Выкрикнул один из бойцов. Ему ответил другой юноша:

— Не боишься, что за клевету голову отсекут?!

«Ой… Попадос…» — пронеслось в голове у Майи.

Она медленно перевела взгляд на меч в руке принца, а затем гневно взглянула на самого Реджинальда.

Тот растерянно поглядел то на меч, то на поле и ответил:

— Я тут ни при чём.

Пока они беседовали, как трезвый и бухой, рыцари уже сцепились в драке. Шум и беспорядок нарастали, превращаясь в настоящий дебош.

В итоге Реджинальд отправил Майю забраться на фонтан и поднять меч над головой. Сам же принц, не теряя времени, начал ликовать и выкрикивать призывы к танкам, пушкам и пехоте, крокодилам и бегемотам.

Двое проказников бродили по разным уголкам замка, пока окончательно не устали. Тогда они направились в кабинет Реджинальда.

В кабинете царил мягкий, приглушённый свет, создававший уютную атмосферу. Стены были окрашены в глубокий, насыщенный оттенок бордового с узором дамаска, придававшим комнате роскоши. В левом дальнем углу, напротив входной двери, стоял массивный рабочий стол с документами. Справа от него возвышался стеллаж с аккуратно пронумерованными полками, где лежали папки и бумаги. В правом дальнем углу находился вместительный шкаф.

В центре комнаты располагался элегантный треугольный стол из чёрного дерева с закруглёнными углами. По обе стороны от него стояли симметричный угловой диван в стиле барокко, обитые тёмной бархатной тканью. Они создавали ощущение уюта и комфорта. Напротив располагалось мягкое кресло‑папасан, гармонично вписанное в общий дизайн.

Майя и Реджинальд сидели на диване, повернувшись друг к другу. Майя аккуратно заплетала волосы принца, а тот ворчал о людях, которые не могут циферки нормально посчитать.

Внезапно их спокойный вечер нарушил Молох. Он ворвался в комнату. Взгляд мага, полный гнева, был устремлён на ребят. Те резко обернулись, удивлённые его внезапным появлением.

— Что на вас, шалопаи, нашло?!

Воскликнул Молох. Его голос звучал как раскат грома. Реджинальд, явно не ожидавший такого резкого вступления, пьяно пробормотал:

— А что не так‑то?

— Что не так?!

Прозвенел ошарашенный голос Молоха, поражённого такой наглостью.

— Вы сломали газонокосилку! Раздели повара до гола! Каким‑то боком разрушили две статуи! Стырили артефакт у своего папани и посеяли его!

Маг подошёл ближе и поднял руку, в которой держал тот самый браслет:

— Который я нашёл в миске с тестом на кухне западного крыла.

Атмосфера накалялась с каждым его шагом. Казалось, воздух вокруг наполнился ледяным холодом. Майя и Реджинальд невольно сжались, пытаясь стать меньше.

— При этом вы каким‑то образом залили водой несколько комнат в замке до самого потолка и устроили мордобой среди рыцарей!

Продолжил Молох, прищуриваясь.

— Но вот что мне больше всего интересно: откуда вы взяли крокодилов и бегемотов на территории замка?

Ребята испуганно смотрели на мага, не зная, что сказать. В итоге Реджи, не найдя более удачных слов, выпалил:

— И что? Сам‑то зачем припёрся?

Майя, не желая ввязываться в перепалку, тихо отвернулась и продолжила заплетать волосы принца.

Маг скрестил руки на груди и прошипел:

— Потому что мне пришлось разгребать вашу криминальную радость! Я хотел прийти и открутить вам бошки!

Молох неожиданно указал пальцем на Реджинальда:

— Но именно тебя с твоей мамой пригласили на торжественный вечер по случаю твоего дня рождения. Меня попросили привести тебя в чувство и отправить в карету, где уже едет Мизерия.

Реджи скрестил руки и отвернулся:

— А Майя сказала, что никуда меня не отпустит, пока не сделает причёску!

Майя дёрнула его за волосы и возмущённо ответила:

— Не приплетай меня сюда!

Но Реджи не обратил на неё внимания и предложил:

— Скажи, что я… СДОХ!

— Хорош цирка.

Отрезал Молох, поднимая руку и щёлкая пальцами. Реджи мгновенно протрезвел. Его глаза расширились от удивления, и он возмутился:

— Э! Ты офигел менять моё состояние на ЭТО?

Молох, держа руку наготове, холодно ответил:

— Так ты хотя бы прилично выглядишь, а не как обкуренный.

— Подожди.

Вдруг произнесла Майя, привлекая внимание Молоха.

— Дай, пожалуйста, я хоть косичку доделаю ему, а потом отправляй куда хочешь.

Теперь Реджи смотрел на Майю, которая невозмутимо продолжала плести косу, как на предателя.

— Да вы, видать, сговорились…

Пробормотал он. И Молох отправил Реджи в его место назначения.

Майя посмотрела на пустое место, где ещё недавно были волосы Реджинальда, и разозлилась. Она повернулась к Молоху и недовольно произнесла:

— Я же просила дать доделать косичку!

Молох молча обошёл её и сел на место принца, принял позу лотоса и повернулся к ней лицом.

— Слышал я.

Бросил он коротко. Маг снял капюшон, обнажив свои рога. Майя, которая ещё секунду назад смотрела на него с явным раздражением, теперь застыла в озадаченности.

«Что это… о… Он? А‑а‑а?!»

Она невольно отшатнулась, заметив, что волосы Молоха внезапно стали длиннее - теперь они доходили до пояса. Маг спокойно взял прядь своих волос и протянул Майе:

— Чего застыла? Не ты ли косички заплетать собиралась?

У Майи вспыхнул розовый румянец. В голове у неё пронеслось: «Как же ему идут длинные волосы! А‑А‑А!!!»

Майя неуверенно приблизилась к нему, скрестив ноги в той же позе. Взяла прядь его волос и тут же мысленно заверещала от восторга: «КАКИЕ МЯГКИЕ!!»

Она принялась заплетать косу. Внезапно перед глазами всплыл образ отца. Именно тот день, когда она заплетала косички ему. Майя улыбнулась и попросила:

— Молох, наколдуй мне белых маленьких цветочков.

Девушка приподняла подол юбки, образовав ямку. Молох протянул руку, и из неё посыпались белые цветы, аккуратно ложась в импровизированную чашу.

— Вот без них‑то ты никак не можешь.

Усмехнулся маг. Майя не ответила, сосредоточенно вплетала цветы в густые пряди.

Мысли унесли её к отцу. На лице появилась улыбка. Тёплые воспоминания радовали, но вместе с тем накатила грусть. Грусть по потерянному дорогому человеку, который был для неё целым миром. Прошло уже десять лет, а она помнила тот день так ясно, будто он был вчера. Но сейчас она была счастлива рядом с друзьями, и в душе теплилась благодарность за то, что последний день с отцом они провели весело и беззаботно.

— Ты чего так лыбишься?

Спросил Молох с лёгким подозрением в голосе. Майя, всё ещё витая в воспоминаниях, ответила не задумываясь:

— Ты почему‑то напомнил мне отца. Я любила заплетать ему волосы.

Маг хмыкнул, склонив голову набок:

— Отца, значит… Возможно.

Он чуть наклонился вперёд и тихо поинтересовался:

— И чем же тебе так нравится заплетать волосы?

Майя, погружённая в свои мысли и ритмичные движения пальцев, ответила, не отрываясь от работы:

— Даже не знаю… Мне нравится трогать их, ощущать эту мягкость.

— Хах, так ты, оказывается, фетишистка по волосам!

С озорной усмешкой бросил Молох. Майе захотелось шутливо стукнуть его, но она заметила, как он слегка приблизился. Не меняя позы, она подняла взгляд и увидела на его лице лёгкую, почти незаметную улыбку.

«Чего?!»

Сбитая с толку, она резко вскинула голову и уставилась на него. Молох, не ожидая такого, отшатнулся назад. Он магией мгновенно развернул свою голову в обратную сторону настолько резко, что Майя не удержалась от короткого испуганного писка.

— Ты что творишь со своей головой?!

Воскликнула она, не веря своим глазам. Молох попытался её отвлечь:

— Всё отлично. Просто продолжай делать косички.

Майя на эмоциях дёрнула его за волосы:

— Не могу я так! Стрёмно видеть тебя в таком положении!

Она опустила голову, пряча смущение.

— Ладно, не буду смотреть. Просто развернись уже.

Девушка продолжила плести косички, изо всех сил стараясь сосредоточиться на работе.

Молох наконец вернул голову в нормальное положение - ровно на сто восемьдесят градусов.

«Что с ним происходит в последнее время?» — задумалась Майя.

Он больше не наклонялся ближе, но продолжал наблюдать за ней.

«Если спрошу напрямую, начнёт отмазываться или вообще сразу свалит. А я не хочу…»

Внезапно Молох решил сменить тему:

— Кстати, почему белые цветы?

Он взял один цветочек и принялся крутить его в пальцах. Майя слегка, но заметно скривила лицо и с лёгким раздражением ответила:

— Потому что розовые вплетать тебе в волосы я категорически отказываюсь.

Молох покосился на неё, приподняв уголок рта и нахмурив брови. Он не понял, при чём тут розовые цветы, но уточнять не захотел. Склонившись вбок, маг опёрся на руку:

— М-м, я не люблю белый цвет.

— А я люблю.

Без раздумий отрезала Майя. И Молох тут же отозвался:

— Я знаю.

Вскоре Майя закончила причёску, но Молох тут же растрепал всё, что она сделала. Девушка огорчённо вздохнула и резко ударила его по плечу, но маг даже не дёрнулся. Позже они поужинали вместе с Норой, а после разошлись по своим комнатам отдыхать.

Через пару дней Майя решила прогуляться по императорскому саду. Она шла не спеша по каменистой тропинке, наслаждаясь ароматом цветущих роз. Но мысли о Реджинальде не давали ей покоя.

«Вчера мама Реджинальда приехала с торжества, а сам Реджинальд не приехал!»

Она опустилась рядом с кустом, прикоснулась к белой розе и, задумчиво разглядывая цветок, нахмурила брови.

«Молох сказал, что если Реджи не будет неделю, он его притащит за шкирку. Но мама за эту неделю может поймать меня и устроить показ мод с моим участием! Уа‑а‑а!!» — размышляя, раскисла Майя.

Девушка поднялась и направилась к выходу из сада, чтобы пойти на обед.

«Жаль, что я не могу находить людей на расстоянии, как Молох. Хотя, зная Реджи, лучше я буду держаться подальше… М?» — пронеслось в голове у Майи, когда она подходила к садовой арке.

Внезапно она заметила Гэвина, который тренировался в одиночестве.

«Блин, я думала, что иду к центральному выходу».

Из-за того, что Майя витала в своих мыслях, она свернула не туда. Сам сад был довольно большим. В нём имелось три выхода: справа, где как раз находился садовник; слева, рядом с лагерем рыцарей; и посередине - ведущий в замок.

Гэвин был в одних штанах и ботинках, его торс блестел от пота. Он выглядел довольно стройным и подтянутым. На первый взгляд даже не скажешь, что он работает рыцарем и тренируется каждый день. Больше казалось, будто он новичок в этом деле. В то же время его движения были плавными и отточенными, что свидетельствовало о многолетней практике.

Солнце стояло в зените, было очень жарко, поэтому неудивительно, что он снял верхнюю одежду и положил её на газон.

Запыхавшийся Гэвин продолжал махать мечом, доводя каждое движение до идеала. Майя направилась к нему, всё ещё сомневаясь, стоит ли прерывать тренировку.

«Думаю, ничего плохого не случится, если я с ним поздороваюсь. Он же, как-никак, считается моим личным рыцарем».

Гэвин стоял к ней спиной и продолжал размахивать мечом, не замечая её. Она подошла ближе и уже хотела позвать его, но внезапно рыцарь с пронзительным взглядом резко развернулся, и в воздухе раздался свист рассекающего воздуха. Острое лезвие меча проскользнуло в миллиметрах от её глаз. Майе повезло, что она вовремя среагировала и отодвинула голову назад, но её сердце всё равно замерло от страха.

Ошарашенная, она смотрела то на меч, то на Гэвина. Рыцарь, поняв, перед кем стоит и кого чуть не убил, сразу выбросил меч, воткнув его в землю, и упал на колени.

— Прошу меня простить, Ваше Высочество!!!

Закричал он, и голос его дрожал от раскаяния. Майя отшатнулась из-за неожиданного возгласа.

— Я не соображал, что…

— Вставай.

Перебила его Майя и сделала шаг вперёд.

— Всё хорошо, никто не пострадал, значит, не о чем переживать.

Он поднял на неё глаза - испуганные то ли от страха смерти за покушение на императорскую дочь, то ли переживая даже не за себя, а за неё. Майя подала ему руку.

— Не сиди на земле, вставай.

Гэвин замер, его взгляд был прикован к глазам Майи. Он осторожно протянул ей руку, и она с лёгкой улыбкой помогла ему подняться.

— Почему ты занимаешься здесь один?

Спросила она, слегка наклонив голову. Гэвин не отпускал её руки, его лицо оставалось серьёзным. Он ответил с лёгкой тенью задумчивости в глазах:

— Сегодня у всех рыцарей выходной, но я решил уединиться. Так легче сосредоточиться.

— Вот как…

Майя обратила внимание, что его рука всё ещё держит её.

— Тогда не буду тебя отвлекать от тренировок.

Сказала девушка с нежной улыбкой и мягко высвободила свои пальцы. Она сложила ладони в замок и опустила их.

Майя развернулась, чтобы уйти, но внезапно Гэвин заговорил снова:

— Ваше Высочество, позвольте проводить вас до ваших покоев.

Он положил руку на сердце и произнёс это с такой настойчивостью, что Майя невольно остановилась. Ей не понравился его взгляд - нежный, но одновременно странный и пугающий. Однако она знала, что Гэвин добрый, поэтому согласилась:

— Да, проводи меня.

Майя мило улыбнулась ему.

— Но для начала оденься.

Тот неловко оглядел себя.

— Прошу прощения за мой внешний вид.

Майя отвернулась и стала ждать, пока он заберёт свой кардиган и наденет его.

Они пошли вдоль стены замка, укрывшись в тени. Майя знала короткий путь и уверенно шагала вперёд вместе с Гэвином.

— И часто ты так тренируешься один?

Спросила она. И Гэвин ответил:

— Раза два в неделю, Ваше Высочество.

Майя недовольно надула губы. Это его «Ваше Высочество» резало ей слух.

— Можешь меня не называть так? Я уже просила.

Гэвин удивлённо поднял брови.

— А как же мне тогда к вам обращаться? Принцесса Майя?

Его чрезмерная воспитанность и учтивость уже вызывала у Майи лёгкий смех. Она прикрыла губы кончиками пальцев и игриво произнесла:

— Просто Майя.

Такой ответ смутил его.

— Но ведь…

— Говори уже!

Перебила его Майя, нахмурившись.

Весь смущённый, он замолчал, собираясь с мыслями, и наконец осмелел:

— Майя…

Майя улыбнулась ещё шире. Его робость забавляла её.

— Вот видишь, не так уж сложно.

Она приложила палец к губам.

— Только обращайся ко мне так, когда никого нет рядом, а то потом влетит. Ехех!

Девушка хихикнула, вновь прикрыв рот рукой. Гэвин, покраснев от смущения, посмотрел на неё, и в голове у него невольно мелькнуло слово: «Милая…»

— Кстати…

Бодро произнесла Майя, меняя тему, и пошла дальше по дороге.

— Почему ты решил стать рыцарем?

— Ради тебя.

— Понят… Что?!

Майя резко остановилась и обернулась к нему. Глаза её расширились от удивления, а челюсть отвисла. Гэвин тоже замер и повернулся к ней. Его лицо уже не выглядело таким смущённым. Рыцарь заговорил другим тоном, более искренним и проникновенным:

— Как только я встретил тебя, я понял, что ты особенная.

Майя замерла, дыхание её стало прерывистым. Каждое его слово отзывалось в сердце, словно эхо. Взгляд Гэвина стал серьёзным и настойчивым.

— Ты встала передо мной, как солнце, на которое всегда хочется смотреть, даже если невыносимо больно.

Продолжил он, делая шаг вперёд.

Майя инстинктивно отступила назад. Но Гэвин не остановился. Он продолжал приближаться, а голос его становился всё тише, почти переходя в шёпот:

— Только потом я узнал, что приезжала императорская семья. Благодаря этому я понял: тебя нужно искать именно здесь.

Майя наткнулась на стену и оказалась в ловушке - отступать было некуда.

— Я начал защищать других, помогать им, а после освоил бой на мечах. Но незадолго до моего отъезда в другое королевство умерла моя единственная кровная родственница - бабушка.

Он подошёл к ней ближе, оставив между ними всего метр.

— Я тренировался изо дня в день. И не зря - меня отправили сюда, где мы и встретились снова.

Гэвин поднял руку и нежно взял прядь её волос.

— Все эти семь лет я мечтал вновь увидеть тебя.

Он поднёс прядь к губам, и Майя тут же покраснела.

— Хотел вновь увидеть ту доброту, что спасла меня. Эти чёрные, как уголь, но блестящие, как шёлк, волосы. И глаза… Глаза, что искрятся, словно драгоценные камни.

Рыцарь положил ладонь ей на щёку. Майя внутренне сжалась, не зная, как реагировать на его слова. Они были приятны, но отчего‑то от них становилось холодно.

Он продолжал приглушённо:

— Ты знала, что в тени твои глаза светятся едва заметным сиянием? Это тянет меня к тебе.

Гэвин начал сокращать дистанцию. Майя в тревоге перестала дышать, засмотревшись в его разноцветные глаза. Она прекрасно понимала, чего он хочет, но с комом в горле не могла вымолвить ни слова.

— Простите, но я вынужден прервать вашу беседу.

Внезапно раздался гневный голос Молоха. Он подошёл со стороны Гэвина, схватил Майю за руку и резко потянул в сторону. Она даже не успела понять, что происходит.

Молох телепортировал их в комнату девушки - прямо к дивану. Он швырнул Майю на край софы, и та быстро огляделась. Лишь осознав, что находится в своей комнате, она увидела, как Молох склонился над ней с яростью. Маг ударил рукой так сильно, что спинка софы разлетелась в щепки. Майя, испугавшись, вскочила.

— ËШКИН МАТРËШКИН!!!!

Но, заметив разъярённый взгляд Молоха, тут же съежилась обратно. Молох чуть наклонился к ней, и его длинные волосы упали ей на плечи.

— Какого чёрта он к тебе липнет?!

Сквозь стиснутые зубы спросил маг. Майя, дрожа от страха, смогла выдавить лишь:

— Да… Я-я… Н-ну это…

Он подождал несколько секунд, но, не выдержав, произнёс:

— Ещё раз увижу тебя рядом с ним, отправлю его на два метра под землю!

С этими словами он отстранился и телепортировался.

Майя осталась одна шокированная и ошеломлённая. Несколько минут она пыталась прийти в себя. Когда голова немного прояснилась, она закричала на всю комнату:

— Да что здесь, чёрт возьми, произошло?!

Она схватилась за голову, пытаясь переварить всё, что случилось за последние пять минут. Взглянув на сломанную спинку софы, Майя всплеснула руками:

— Хоть бы починил то, что сломал!

Не выдержав напряжения, она встала, подошла к кровати и упала на неё, зарывшись лицом в подушку и громко вскрикнув.

На следующий день Майя, скрестив руки на перилах балкона, наблюдала за природой. Птицы парили в небе, листья трепетали на ветру, а изредка мимо проходила прислуга, занятая своими делами.

«Сегодня довольно ветрено», — подумала она, прислушиваясь к шелесту листвы.

Резкий порыв ветра растрепал её волосы, и она подняла руку, чтобы убрать их с лица. Но в этот момент чья‑то рука опередила её и аккуратно убрала пряди за ухо.

— Простыть можешь, если так и будешь стоять под ветром.

Раздался голос Молоха со стороны. Майя повернула голову, удивлённая его появлением. Его рука всё ещё оставалась возле уха девушки.

— Что ты тут делаешь?

Маг убрал руку и положил на перила. Молох посмотрел вдаль, на природу, и спросил:

— А что, мне нельзя здесь находиться?

— Нет, не в этом дело.

Ответила Майя, поворачиваясь в ту же сторону.

— А в чём тогда?

Она нахмурилась, глядя на него, и подумала: «А в том, что ты вчера учудил! В такие ядерные моменты ты стараешься ни с кем не контактировать, потому что все тебя раздражают! А сейчас‑то что ты тут делаешь?»

— Ни в чём, просто мысли вслух.

Спокойно сказала она, но внутри по‑прежнему хмуро сверлила его взглядом. Молох не стал настаивать на ответе. Майя бросила на него ещё один взгляд периферийным зрением.

«Почему он опять с длинными волосами?»

Его волосы, выглядывающие из‑под капюшона, развевались на ветру.

«Третий день подряд он носит длинные волосы», — мелькнуло у неё в голове.

Майя снова посмотрела вдаль, но тут Молох неожиданно сказал:

— Кстати, скоро Реджинальд приедет. Пойдёшь встречать?

Она радостно взглянула на него:

— О‑о‑о! Пойду, конечно. А к какому времени примерно?

— Прямо сейчас.

— Э…

Майя тут же встрепенулась:

— С этого и надо было начинать!

Она ударила его по плечу и открыла портал к главным воротам. Развернувшись, шагнула внутрь, оставив Молоха позади. Он проводил её взглядом, потёр место удара и хмыкнул, затем последовал за ней.

Они стояли на каменной дорожке у главных ворот. Майя смотрела на дорогу за пределами замка и нетерпеливо спросила:

— И когда он должен приехать?

— Скоро. Почему ты так его ждёшь?

«Спросить у него, почему вокруг меня прыгают бараны», — подумала она, затем нахмуренно посмотрела на Молоха.

— Эм…

Майя была озадачена видом Молоха: на нём были солнечные очки. Тот тоже взглянул на неё, и она, кивнув в его сторону, спросила:

— Ты чего в очках? Впервые вижу тебя в них.

Молох отвернулся и протянул ей вторые очки:

— Поймёшь, просто надень.

Она подозрительно посмотрела на него, но всё же взяла очки и надела. Молох засунул руки в карманы.

Вскоре к воротам подъехала чёрная машина. Майя заметила её и удивилась:

— А разве он не в карете уехал?

— Её Величество оставила его там без кареты, а семейка Рингнут помешана на технологиях.

— А‑а…

Получив ответ, Майя скрестила руки за спиной и стала ждать появления Реджинальда. Машина остановилась, и, как только открылась дверь, в воздухе повисло ощущение беззаботности. Из машины вальяжно вышел Реджинальд, буквально светившийся от счастья.

«Осталось красную ковровую дорожку постелить и включить торжественную музыку», — подумала Майя, наблюдая за ним без удивления.

Ребята сняли очки, и Молох их магией убрал. Принц подошёл к ним и беззаботно начал:

— Ребя‑я‑ята‑а‑а, вы не поверите, что со мной приключилось!

В воздухе словно повисла аура его очередного увлекательного рассказа. Майя сразу же перебила:

— Не‑не‑не, изволь меня в это не посвящать.

— Но ты же…

Не успел маг договорить, как она уже открыла портал и исчезла.

Оказавшись в своей лаборатории, Майя подумала: «Я лучше потом с ним поговорю, чем выслушивать истории о его приключениях».

Весь день она провела в лаборатории, погружённая в свои мысли. К несчастью, Реджинальд в тот же день занялся делами, которые откладывал все три дня. А поговорить о том, что происходит с Гэвином и Молохом, она могла только с ним. В конце концов, он должен был лучше понимать мужскую натуру.

Прошла неделя с тех пор. Майя попросила всех не беспокоить её какое‑то время. Непредвиденные события последнего месяца изрядно её измотали. Ей по душе было спокойно и весело проводить время с друзьями, которых она считала своей семьёй. Но она чувствовала, что каким‑то образом ранит их.

В итоге Майя спросила Эльбруса, нужно ли сделать или достать какие‑нибудь артефакты. Тот с горящими глазами подсунул ей стопку книг высотой с её рост. И всё, отступать было поздно! Так Майе пришлось разбираться с книгами, создавать артефакты и бегать по разным мирам.

Она сидела за столом в своей лаборатории, аккуратно откалывая маленькие кусочки от чёрно‑белого камня.

Комната была не слишком большой, но вмещала всё необходимое. Пол покрывал шерстяной ковёр, а стены скрывались за стеллажами с ящиками. На полках стояли книги, склянки и шкатулки. Вся мебель была в ретро‑стиле из массива дуба. У единственного окна стояло винтажное кресло ржавого цвета. В центре комнаты располагались обшарпанный стул, стол с приборами и книгами, а рядом большой котёл на подставке.

Майя сосредоточенно била молоточком по маленькому закольнику, когда внезапно раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь громко распахнулась. Рука Майи дёрнулась. Она сильно ударила по камню, и тот рассыпался в порошок. Майя удручённо опустила голову и шумно положила инструменты на стол.

«Реджи…» — пронеслось у неё в голове. Кто ещё мог так её напугать?

— Всё занимаешься своей алхимией?

Донёсся спокойный голос Реджинальда.

На удивление, его волосы были заплетены в высокий хвост с синей лентой, а несколько прядей свободно спадали спереди.

Майя обернулась, облокотилась о стол и прислонила голову к тыльной стороне ладони. С ироничной улыбкой она произнесла:

— А ты как раз вовремя!

Но уже в следующее мгновение её лицо стало нейтральным. Она достала из ящика тряпочку и начала собирать пыль от камня.

— У тебя работа на сегодня закончилась?

Спросила она, когда принц закрыл за собой дверь и вошёл в комнату.

— Да, решил тебя проведать. Мы с того дня у главных ворот почти не виделись.

Майя высыпала пыль в котёл и бросила тряпочку на стол. Затем подошла к стеллажам со шкатулками.

— У всех много работы, ничего не поделаешь.

Реджи подошёл ближе и подозрительно посмотрел на неё. Он уже знал, когда она ведёт себя нормально, а когда злится, но решил не торопиться с выводами.

— Что в этот раз делаешь?

Майя продолжала искать глазами нужную шкатулку на верхней полке.

— Поскольку желчный камень пурава рассыпался в пыль, я сейчас готовлю зелье, которое должно делать хрупкие материалы прочными.

Она потянулась к верхней полке, но из‑за роста не доставала. Принц протянул руку и достал коричневую шкатулку.

Не двинувшись с места, Майя медленно повернула голову и с поджатыми губами отчеканила:

— Алая шкатулка.

Реджи положил шкатулку на место, взял алую и протянул Майе. Та взяла её и поблагодарила:

— Спасибо.

Девушка подошла к котлу, открыла шкатулку и достала три алых в крапинку цветочка. Цветы тут же закричали звонким, писклявым голосом. Майя бросила их в котёл и направилась к стеллажам в другом конце комнаты.

— Та‑ак…

Протянул Реджинальд, следуя за ней. Он с любопытством посмотрел на котёл, из которого всё ещё доносился пронзительный крик цветочков.

— Я тут спросить хотел. С тобой всё хорошо?

— Со мной всё отлично.

Ответила Майя, опускаясь к ящикам и открывая их. Она принялась искать нужные колбы с жидкостями.

— Когда ты говоришь «всё хорошо», я уже понимаю, что ты что‑то скрываешь.

Майя нервно произнесла:

— Если ты так хочешь о чём‑нибудь поговорить, то лучше достань мне колбу с белой жидкостью.

Она, не отрывая взгляда от колб в ящике, показала пальцем влево, на верхнюю полку стеллажей.

— На второй полке сверху посмотри.

Майя опустила руку, а Реджинальд посмотрел туда, куда она указала, и резко поджал брови от недоумения.

— Да ты издеваешься!

Воскликнул он, повышая голос. Майя взглянула на него, затем перевела взгляд на стеллаж и заметила, что на второй полке стоят все колбы с белой жидкостью. Она спокойно уточнила:

— Вторая слева.

Реджи достал нужную колбу. Майя продолжила искать вещества и через минуту взяла две круглодонные колбы: в одной была болотистая жидкость, а в другой жидкость, разделённая на прозрачную и золотистую. Она закрыла ящики и взяла маленькую коробочку с нижней полки стеллажа.

Поднявшись, Майя забрала у принца колбу и направилась к котлу. Реджи, не отводя взгляда, смотрел на неё, продолжая свой допрос:

— Молох предположил, что ты хотела со мной поговорить.

Майя цокнула языком, услышав это. Она вылила все жидкости в котёл и наконец ответила:

— Есть такое.

Произнесла она отстранённо, поставила пустые колбы на стол и открыла коробку. Принц подошёл ближе:

— И о чём же?

Майя наклонила коробочку над котлом и слегка постукивала по ней пальцем, высыпая маленькие белые кристаллы в смесь.

— Непривычно как‑то жить стало.

— Непривычно?

Переспросил Реджинальд. Она ответила нехотя, монотонным голосом, словно через силу:

— Вокруг меня начали прыгать, плясать. А я и понять не могу… Да что же такое‑то?!

Майя не успела договорить, ведь всё содержимое коробочки высыпалось в котёл. Голос дрогнул от раздражения, а опущенная рука сильнее сжала коробку.

— Чёрт…

Она полезла в котёл, чтобы убрать лишние кристаллы, но её волосы тоже оказались внутри. Реджинальд, наблюдая за ней, глубоко вздохнул. На его лице читалась смесь раздражения и заботы.

— Тебе сколько раз говорили заплетать волосы в лаборатории? Испортишь себе волосы когда‑нибудь.

Принц подошёл к Майе и снял с себя ленту. Аккуратно собрал рассыпавшиеся пряди и начал заплетать их.

— В следующий раз попрошу Молоха тебя лысой сделать.

Пошутил он, пытаясь разрядить обстановку. Майя, продолжая ковыряться в котле, резко ответила:

— Ой, ты ему вообще ничего не говори. Это виновник номер один в деле «Куда делась моя улыбка»!

Реджинальд завязал ленту в бантик, сделав ей высокий хвост на макушке. Он удивлённо поднял брови:

— А что он такого сделал в этот раз?

Майя складывала белые кристаллы обратно в коробку и рассказывала:

— Сначала Молох ведёт себя странно, потом Гэвин… Ещё эти странные моменты - в купальне, на улице, в моей комнате!

Закончив, она выпрямилась и положила коробку на стол. Лицо было напряжённым, взгляд задумчивым. Девушка не стала вдаваться в подробности, решив, что и этого достаточно.

Опёршись спиной о стол, Майя подавленно продолжила:

— Мне очень непривычно от всего этого. Особенно от поведения Молоха.

Она опустила взгляд на свои ноги и нервно водила ступнёй по полу влево‑вправо. Пальцы постукивали по краю стола.

— Может, я раньше просто не замечала за ним такого… Но… Не знаю…

Добавила она, явно сомневаясь в своих словах.

Резко переведя взгляд на Реджинальда, она выпрямилась, раскинула руки и возмущённо воскликнула:

— Он мне диван сломал из‑за того, что Гэвин слишком близко ко мне подошёл! И угрожал его жизнью!!!

Скрестив руки на груди, Майя отвернулась, всем видом выражая негодование.

— Я просто хочу спокойной жизни…

Произнесла она уныло, словно эти слова были единственным, что ей оставалось сказать.Плечи опустились, а мысли вновь унесли её в мир тревог и сомнений. Она начала переживать, что спокойной жизни ей теперь не видать.

Принц, пока она не видела, ехидно улыбнулся. Подойдя ближе, он обнял её за плечо.

— Ну чего ты…

Начал он мягко, стараясь скрыть свою задорную натуру.

— Не стоит из‑за такой мелочи переживать.

— А как тут не переживать, когда все вокруг либо злятся во всю, либо ведут себя слишком странно?!

Воскликнула Майя, не скрывая раздражения. Голос дрожал от напряжения.

Принц посмотрел в сторону и слегка постучал пальцами по её плечу. В голове промелькнула мысль, но он не знал, как её выразить.

— Ну… знаешь…

Он наклонился вперёд, стараясь заглянуть в её расстроенное лицо.

— А ты не думала, что это не странное поведение, а… ну, например, влюблённое?

Майя недовольно перевела на него взгляд, полный отрицания и недоумения.

— Какая ещё любовь? Мне такого не надо. Я и так насмотрелась за десять лет.

Осознав свою ошибку, Реджи неловко улыбнулся, чувствуя, как на лбу проступает пот.

«Вот же… Испортил ребёнку психику!»

Майя резко встала.

— Всё, закрыли тему.

Она обошла стол, открыла ящик и достала спички. Подойдя к котлу, девушка взяла одну из них и уже собиралась зажечь, когда заметила, что Реджинальд стоит слишком близко.

— Отойди чуть дальше.

Тот послушно обошёл котёл и встал рядом, глядя на неё с любопытством.

— Ты что собираешься сделать?

Она зажгла спичку.

— Фейерверк.

Сказала Майя, бросая спичку в котёл.

Содержимое тут же взорвалось: густой белый дым рванулся вверх, а резкий порыв ветра отбросил их волосы назад. Реджи удивлённо присвистнул.

Когда дым рассеялся, Майя подошла к котлу, чтобы посмотреть внутрь. Пока она осторожно заглядывала в него, принц встал рядом, наблюдая за её движениями.

— Ну что? Получилось?

Спросил принц. Майя достала из котла нечто странное. Предмет, похожий на морского ежа с чёрными иглами.

— Не получилось.

Ответила она, показывая находку Реджинальду. Принц с явным отвращением взглянул на предмет и воскликнул:

— Фу! Что это?

— Сама не знаю. Впервые так вышло. Оставлю-ка его на всякий случай.

С этими словами она обошла Реджи и положила странный объект на стол. Принц решил подшутить, хотя в его голосе всё ещё звучала серьёзность:

— И где тебе это может пригодиться? Спину почесать?

Майя не удержалась и хихикнула, оборачиваясь к нему.

— Конечно нет. Ха‑ха!

Реджи удивлённо вскинул брови и сказал:

— Ну наконец-то ты улыбнулась! Я уж думал, так и будешь ходить вечно грустной.

Майя лишь отмахнулась.

— Ой, не начинай!

Она потянулась под стол, достала чёрную шкатулку и поставила её на поверхность.

— Это ты не начинай.

Принц подошёл ближе и обнял её сзади, положив голову ей на плечо. Его довольная улыбка говорила сама за себя.

— Хватит уже тут засиживаться. Ты и так много поработала для отца.

Его голос был мягким, но настойчивым.

Майя аккуратно взяла странного «ежа» и поместила его в шкатулку. Она слегка улыбнулась, чувствуя, как напряжение покидает её.

— Хорошо, но ты сейчас отлипнешь от меня, потому что мне тяжело.

Он с полуулыбкой отстранился и легонько подтолкнул её в сторону.

— Хах, тогда на этом всё. Ты с завтрашнего дня будешь со мной завтракать, как это было всегда. И сейчас отправляешь меня в мой кабинет.

Майя обернулась к нему, поджав губы и прищурившись.

— Так и думала, что ты не просто меня проведать пришёл.

Не успел Реджи и слова сказать, как внезапно провалился вниз в портал.

Майя, хоть и была недовольна его привычкой действовать исподволь, не могла не признать: он сумел поднять ей настроение. На следующий день она всё-таки начала приходить на завтраки, будя Реджи по утрам.

Наступила осень: дул прохладный ветер, участились проливные дожди. Эльбрус сидел в своём тайном кабинете за столом и читал письма. Он скучающе перелистывал страницы, но взгляд оставался равнодушным, скользил по строкам, словно они не имели для него никакого значения.

Недавно император отправил Майю в другой мир за короной, состоявшей из двух рогов и солнечного диска. Майя пыталась убедить его, что это совершенно обычная корона… Но стоило Эльбрусу взглянуть на неё своими пронзающими глазами, при том, что лицо его даже не дрогнуло, как Майя тут же потеряла дар речи.

Прошло полчаса. Портал открылся, и из него, споткнувшись о собственную ногу, вывалилась Майя. Она тут же подняла корону вверх, чтобы с ней ничего не случилось.

Эльбрус, сохраняя ледяное спокойствие, поднялся из‑за стола и направился к ней.

— Принцессе не подобает падать лицом вниз.

Произнёс он холодным тоном, будто читал нотацию.

«Пинцессе не подобает шарахаться по разным мирам!» — подумала Майя, но вслух не сказала ни слова: слишком уж боялась, что за такую дерзость её ждёт нешуточная кара.

Майя сжала кулаки и подняла на императора сердитый взгляд с покрасневшим лбом. Эльбрус забрал корону из рук Майи и направился к полкам, чтобы поставить её на свободное место.

Сама же Майя встала и принялась отряхивать платье. В этот момент в дверь кабинета постучали. Эльбрус нахмурился, но не обернулся. Майя, всё ещё отряхивая платье, бросила взгляд на дверь. Та открылась, и в кабинет вошёл Реджинальд, держа в руках сложенный лист бумаги.

— О, и ты здесь!

Воскликнул Реджи. Майя смутилась и неловко улыбнулась в ответ:

— Да‑а, вот тоже решила заглянуть… Ехех!

Реджинальд закрыл за собой дверь и неторопливо прошёл вперёд. Эльбрус сел за стол и обратился к сыну:

— Ты что-то хотел?

Принц, отвлёкшийся было на Майю, спохватился, взглянул на лист в руке и тут же опомнился:

— Точно! Мне пришло письмо из Абхейлы.

Он быстро подошёл к столу и встал рядом с отцом. Реджи протянул лист, который Эльбрус взял и начал читать, пока сын продолжал говорить:

— Они просят помощи либо с урожаем, либо с деньгами.

Император, не отрывая взгляда от письма, взял другой лист, который читал до этого, и передал его Реджинальду.

— Как говорят, в этом году у них была сильная засуха.

Реджи взял бумагу и начал читать. Эльбрус добавил с лёгкой насмешкой:

— А у них и не бывает прохладных дней.

Когда принц понял суть письма, его брови взметнулись вверх, и он произнёс:

— Так они сразу и тебе, и мне решили написать! Совсем всё плохо, что ли?

Эльбрус кивнул и бросил лист на стол. Майя подошла ближе к мужчинам и с интересом спросила:

— А что происходит?

Принц перевёл взгляд на неё и, опустив письмо, ответил:

— Империя Абхейла в трудном положении: у них не хватает еды и денег.

Эльбрус задумчиво почесал подбородок.

— Да, они просят помощи у нас. Но сможем ли мы им помочь?

Император посмотрел на Реджинальда - того, кто ведал финансами Синкейской империи. Принц уверенно скрестил руки на груди и ответил:

— Сможем, и даже в плюсе останемся. Не только финансово, взамен можно запросить у них ресурсы нефти или даже новые изобретения.

Реджи решил уточнить:

— Это же в Абхейле род Рингнут закупается некоторыми чертежами и материалами?

Эльбрусу понравилась эта идея. Он молча кивнул в ответ на вопрос сына, развернулся к столу и, собирая все листки в одну стопку, заключил:

— Тогда завтра же отправимся к Гойоти лично.

Он угрюмо взглянул на Реджи и с грозной интонацией добавил:

— И ты едешь со мной.

Принц нахмурил брови. Он уже собирался возразить, что никуда не поедет, как вдруг воодушевлённая Майя, на фоне мрачного Реджинальда, воскликнула:

— О! О‑о!! Я! Я тоже хочу!

«Если они так хороши в технологиях, значит, у них есть интересные книги о них, и вообще о многом другом, чего здесь нет! Я хочу туда попасть!» — с надеждой подумала Майя.

Она соединила предплечья и, подпрыгивая, начала быстро хлопать в ладоши.

Её энтузиазм удивил Эльбруса. За всё время их знакомства она никогда не вела себя так активно. Император переспросил:

— Куда? За границу?

Она энергично закивала. Эльбрус повернул голову к Реджинальду, ожидая хоть какого‑нибудь ответа. Сам он даже растерялся при виде такой бурной радости, но Реджи лишь пожал плечами, слегка наклонив голову вбок.

— Хорошо, поедешь с нами.

Неохотно согласился Эльбрус. Майя уже собиралась ликовать, когда император продолжил:

— Не забудьте взять с собой своих живых щитов.

Ребята сразу поняли, что он имеет в виду Молоха и Гэвина. Они прекрасно знали о взаимной неприязни между ними и одновременно пробормотали:

— Пипяо.

— Пипяо.

В конце концов Эльбрус выгнал их из кабинета, приговаривая, чтобы они занялись своими делами, а не тратили время на пустые разговоры.

Стоя в коридоре, они решили, что Реджи предупредит Молоха о предстоящей поездке, а Майя сообщит об этом Гэвину. Так они и поступили. Майя открыла два портала, и каждый из них отправился своей дорогой. Но не прошло и пяти минут, как Майя оказалась рядом с Гэвином, и тут же внезапно появился Молох. Он подхватил её, перекинув через плечо, и, метнув гневный взгляд на Гэвина, телепортировался прочь. Майя успела лишь предупредить Гэвина о поездке.

День пролетел незаметно, а на следующее утро нужно было собираться. Горничные заставили Майю сменить её любимое платье. Видите ли, белое лёгкое платье с длинным подолом сзади, которых у неё двести штук, подойдёт лишь для дома. В итоге на Майю надели бордовое платье с многослойной юбкой и полупрозрачным шлейфом. Закрытый верх с округлым вырезом и короткими рукавами украшали кружевные аппликации, спускавшиеся до естественной линии талии.

Реджинальд зашёл за Майей, когда она уже была готова. Они направились к главным дверям замка, где их уже ожидал торжественно одетый Эльбрус. Он стоял напротив окна, но, услышав голоса Майи и Реджинальда, сразу перевёл взгляд в их сторону. Император развернулся и направился к дверям, остановившись у них. Ребята подошли ближе, и Майя присела в неглубоком реверансе, поприветствовав его:

— Доброе утро!

— Доброе.

Коротко ответил Эльбрус. Майя выпрямилась и искренне улыбнулась ему. Однако, когда император окинул взглядом её наряд, следующий комментарий заставил девушку замереть:

— Ты сегодня прекрасно выглядишь.

Эти слова тронули Майю, особенно от отца Реджинальда, у которого эмоции, казалось, были сделаны из стали. Она уже открыла рот, чтобы поблагодарить его со слезами на глазах, как вдруг император добавил:

— Хоть не выглядишь, как простушка из бедного села, как обычно.

Майя застыла от такого неожиданного дополнения. Она нахмурилась и посмотрела на Эльбруса, а Реджинальд отвернул голову и прикрыл рот, сдерживая смех. Отец это заметил и съязвил, развернувшись и направившись к выходу:

— А ты что смеёшься, златовласка? Сам выглядишь так, будто у тебя в гардеробе висит всего один костюм.

Реджи тут же перестал смеяться и хмуро посмотрел на него:

— Эй, и что, что я люблю синий?

Майя усмехнулась, положила руку ему на плечо и сказала:

— Пошли уже, Рапунцель.

С этими словами она с самодовольной походкой направилась к выходу, но тут же получила щелбан по затылку. Всё её самодовольство мгновенно испарилось.

Схватившись за затылок, она резко развернулась к Реджи. Тот, не давая ей времени на размышления, схватил её, зажал руки и потащил под мышкой. Только ноги и голова беспомощно болтались.

Рыцари распахнули перед ними двери, и они вышли на улицу. Ещё стоя у главного входа, Эльбрус заметил поведение своей детворы и приказал Реджи отпустить Майю. Затем они спустились по ступенькам и направились к главным воротам.

На середине пути сбоку начала проявляться фиолетовая дымка. Из неё появился Молох. Впервые он был облачён в торжественный костюм чёрно‑фиолетового оттенка, и без мантии, что было удивительно. Его рога были скрыты магией, а волосы, которые ещё вчера были длинными, теперь оказались коротко подстриженными. Молох остановился, приложил руку к сердцу и поклонился:

— Доброе утро, о наш свет Синкейской империи!

Эльбрус, проходя мимо мага, произнёс с растянутой и довольной интонацией:

— Ну надо же! Как всё же приятно от тебя такое слышать!

Молох, который всё ещё неподвижно стоял в поклоне, нервно улыбнулся. Его брови раздражённо дёрнулись. И это было понятно: Молох не из тех, кто будет приветствовать императорскую семью подобающим образом. Такое его поведение можно было увидеть лишь в двух случаях: либо он насмехался, либо рядом было слишком много посторонних людей, перед которыми лучше не показывать своё истинное отношение ко всему этому. Эльбрус и Мизерия к такому уже привыкли, а вот у остальных могли возникнуть вопросы.

Когда вся компания прошла мимо, Молох выпрямился и последовал за Реджинальдом и Майей. Они шли по тропинке, когда Майя развернулась, шагая спиной вперёд, и полушёпотом сказала Молоху:

— Я впервые вижу тебя таким официальным, да ещё и без мантии. Тебе идёт!

— Кажется, тебе всё‑таки нужен наставник по этикету.

Сурово произнёс Эльбрус, даже не взглянув назад.

Майя тут же поняла намёк, сжалась и развернулась вперёд. Ребята усмехнулись над её легкомыслием: чтобы позволить себе подобное прямо перед Эльбрусом, нужно было обладать поистине безрассудным характером.

Через минуту Молох сам подошёл к ней чуть ближе, наклонился и прошептал на ухо:

— Ты тоже очень красиво выглядишь в этом платье. Совсем как взрослая.

Майя повернула голову в сторону Молоха. С опущенными бровями она посмотрела в его лисий взгляд, что был очень близко. Через мгновение она отвернулась, опустив голову, и прошептала себе под нос:

— Ой, иди ты!

С этими словами она слегка ударила его по груди правой рукой. Молох выпрямился и отошёл назад.

Они приближались к главным воротам, где их уже ждала карета. Как самый добросовестный рыцарь, Гэвин уже стоял там в ожидании остальных. Когда императорская семья подошла ближе, Гэвин поклонился и произнёс:

— Доброе утро, о наш свет Синкейской империи!

По правилам этикета женщины первыми садятся в карету, поэтому Майя шагнула вперёд. Гэвин протянул руку, чтобы помочь ей подняться внутрь. Но когда Майя уже собиралась положить ладонь на его руку, тот внезапно исчез, и вместо него перед ней оказался Молох. Майя положила руку ему на ладонь и поднялась в карету, бросив:

— Верни его на место.

Молох недовольно цокнул языком, но всё-таки вернул юношу обратно - перепуганного, но целого.

Все расселись в карету. Майя, воодушевлённо глядя на Реджинальда, спросила:

— А сколько мы будем ехать?

Но Реджинальд быстро пробормотал серьёзным тоном:

— Три секунды.

Не успела Майя переспросить, как раздался щелчок пальцев. Она посмотрела в окно и поняла: Молох уже переместил их. Рыцарь открыл дверцу кареты. Майя встала и, взглянув на принца, вновь задала вопрос:

— И зачем тогда нужно было садиться в карету?

Тот лишь пожал плечами:

— Сам не понимаю логики.

— Выходите уже, пустословы.

Оборвал их перепалку Эльбрус.

Все вышли из кареты, и кучер уехал. У дворцовых ворот их уже ждал дворецкий семьи Гойоти.

Перед ними раскинулся дворец из белоснежного мрамора, украшенный золотыми куполами на вершинах многочисленных башен. По углам величественного здания возвышались четыре минарета, каждый с тремя балконами. Впереди простирался просторный двор, окружённый крытой галереей.

Майя с восторгом огляделась, поражаясь тому, как в этом маленьком уголке мира словно собрались все чудеса природы: горы, леса, пустыня и причудливые дома. Она сомкнула руки и радостно подпрыгнула на месте, воскликнув звонким голосом:

— Я как будто оказалась и в Индонезии, и в Саудовской Аравии одновременно!

Окружающие покосились на неё с недоумением. Майя заметила устремлённые на неё взгляды и замерла. Спустя пару секунд она нахмурилась и добавила:

— Забудьте…

Эльбрус, Майя и Реджинальд направились к воротам, а следом за ними шли Молох и Гэвин. Дворецкий, заметив гостей, поклонился и приветствовал их:

— Мир вам, дорогие гости!

Мужчина средних лет, смуглый, с сединой в густой бороде, был одет в белую дуппи на голове и белую гандуру. Его улыбка была тёплой и искренней, словно он встречал близких родственников.

— Наш император уже ждёт вас. Прошу, следуйте за мной.

Шагая по мраморной дорожке, они приближались к дворовой арке. Пройдя через неё, Реджинальд, Майя и Гэвин не могли оторвать глаз от фонтанов, выстроенных в ряд посреди сада. Лишь Молох и Эльбрус оставались невозмутимыми.

Вокруг фонтанов росли кусты клитории тройчатой с яркими синими цветами. Майя была поражена красотой этого места и не сдержала восхищённого вздоха. Её взгляд упал на нежные синие цветы, которые так и манили сорвать хотя бы один.

Тропинка, ведущая к фонтанам, разделялась на две, а после них снова сливалась в одну. Впереди, у портика, распахнулись большие двери, и оттуда вышел мужчина.

Он был облачён в длинную белую гандуру, на голове - гутра с золотым игаль. Поверх чёрного бишта виднелось золотое ручное шитьё на воротнике и рукавах.

Мужчина с распростёртыми руками шёл навстречу, широко улыбаясь. За пять шагов до встречи он заговорил:

— Мир вам, соседи! Как дорога, не устали?

Император Абхейлы выглядел заметно старше Эльбруса. На лице его виднелись небольшие морщинки, придававшие ему добродушный вид, а голос звучал мягко, словно речь доброго дедушки.

Приблизившись, Эльбрус, оставив спутников позади, пожал ему руку. Мужчина ответил крепким рукопожатием.

— Если бы…

Коротко произнёс Эльбрус с едва заметной насмешкой. Но правителю этой империи, казалось, было всё равно, он лишь рассмеялся в ответ.

Мужчина обратил внимание на Реджинальда и Майю, стоявших позади.

— О! А это, я так погляжу, твои детишки.

Сказал он, подойдя чуть ближе к Реджи и Майе.

Майя сделала реверанс, а Реджи поклонился, тем самым приветствуя и выражая своё уважение.

— Да, я ни разу не приводил их с собой.

Ответил Эльбрус, повернувшись назад. Смуглый мужчина улыбнулся ещё шире:

— Раз так, обращайтесь ко мне просто - Адам.

Он взглянул на Реджи, который стоял с серьёзным видом, как и подобает принцу, и добавил:

— Ты, я так понимаю, Реджинальд?

Адам протянул ему правую руку. Реджи пожал её, после чего оба накрыли рукопожатие левыми ладонями.

— Вылитый отец, но чувствуется, что всё же другой.

Произнёс Адам, внимательно разглядывая Реджинальда. Принц слегка отвёл взгляд в сторону и вниз, затем неловко ответил:

— Да… Характер мамин, как ни крути.

Адам громко рассмеялся, отпуская руку парня. Успокоившись, он шагнул к Майе, которая заметно смутилась по сравнению с более уверенным принцем.

— А ты та самая Майя, что недавно появилась в семье Азельеров!

Очарованно произнёс он, улыбнувшись девушке. Затем добавил с явным намерением польстить:

— Всё-таки слухи врут: в вашей семье нет людей с такой прелестной внешностью.

Но следующего Майя точно не ожидала. Адам умилённо добавил:

— Такая чёрненькая!

Майя поджала губы и едва заметно приподняла уголок рта, мысленно подумав: «Да уж, между нами говоря, ты тут самый чёрненький».

Но вслух произнесла с любезной улыбкой:

— Не в свою породу пошла, гены сыграли злую шутку.

Адам расхохотался ещё громче.

— Ха-ха-ха! Как же я поражаюсь шуткам вашей семьи!

Быстро успокоившись, он жестом пригласил всех внутрь:

— Ну что же! Думаю, пора заходить. Как раз время трапезы!

Эльбрус нахмурился:

— Мы сюда по делу приехали, а не желудки набивать.

Адам подошёл к нему, положил руку на плечо и повёл внутрь:

— Одно другому не мешает! Стол уже накрыт. Поедим и разберёмся со всеми делами.

Они двинулись по завораживающим коридорам дворца, утопающим в белых и коричнево‑бежевых тонах. Майя, словно зачарованная, разглядывала интерьер, воспринимая его как новое чудо света. В ней боролись два желания: вести себя как подобает принцессе и лихорадочно броситься исследовать всё вокруг.

Дворецкий почтительно распахнул массивные коричневые двери. Перед ними открылся величественный зал, наполненный ароматом роз таифа - их вазы стояли вдоль стен. В центре комнаты возвышался длинный стол, ломящийся от изысканных блюд.

Молох и Гэвин остались за дверью, а остальные расселись по местам. В течение часа они оживлённо беседовали и трапезничали.

Майя и Реджинальд спокойно наслаждались едой, слушая, как Адам и Эльбрус обмениваются мнениями.

Разговор коснулся событий последних лет, проблем, с которыми сталкивались империи, неожиданных находок на их территориях, а также слухов - их опровергали или подтверждали. Не обошлось и без обсуждения семейных дел. В конце концов беседа, как по волшебству, свернула к неожиданному пополнению в семье Азельеров - к Майе.

— Говорят, Майя - ваша далёкая родственница, но я-то знаю, что у вас их нет!

Твёрдо заявил Адам, отстаивая свою позицию. Эльбрус, невозмутимо доедая свою порцию, парировал:

— Откуда ты можешь быть в этом уверен? Ты ведь даже не живёшь с нами на одной территории.

— Наши семьи давно знакомы. Кого ты пытаешься обмануть?

Продолжил Адам, подняв правую руку.

— Я на пальцах одной руки могу пересчитать всех ваших родственников.

Он махнул рукой и добавил:

— Да и без этого ясно: в вашем роду нет чернышей.

Майя обиженно взглянула на него исподлобья и фыркнула. Адам уже открыл рот, чтобы продолжить, но Эльбрус перебил его:

— Думаю, пора перейти к цели нашего визита. Предлагаю отправить Майю познакомиться с твоим сыном, а мы втроём обсудим остальное.

Неожиданно раздался звон, ведь Майя резко поставила чашку на стол, возмущённая таким поворотом. Но никто не обратил на это внимания.

— Действительно, они одного возраста. Стоит их познакомить.

Согласился Адам, тут же забыв о прежней теме.

«Ах вы сваты эдакие! Да я вас…» — мысленно возмутилась Майя, но решение уже было принято.

— Тогда решено!

Звонко произнёс Адам, вставая из‑за стола.

— Мы отправимся в переговорную, а Халиль сопроводит Майю к моему сыну.

Упомянув дворецкого, Адам указал на него. Халиль шагнул ближе и поклонился. За ним поднялся Эльбрус, следом Майя и Реджи. Все направились к выходу, пока Адам продолжал рассказывать о семейных неурядицах с женой, а Эльбрус лишь закатывал глаза.

Пройдя в коридор, они увидели Молоха и Гэвина, которые их уже ждали. Эльбрус, Реджинальд и Адам направились влево, а принц, оглянувшись, бросил:

— Молох, пошли.

Майя осталась на месте, бросив короткий взгляд вслед мужчинам, удалявшимся в другом направлении. Дворецкий Халиль обошёл её, встал перед ней и, поклонившись, произнёс:

— Принцесса Майя, прошу следовать за мной.

Она кивнула, и дворецкий, не теряя времени, зашагал вперёд по правой стороне коридора. Майя вздохнула и последовала за ним, бросив через плечо:

— Гэвин, пойдём.

Рыцарь немедленно двинулся следом. Лишь Молох задержался на месте, нахмурившись и глядя им вслед. Он цокнул языком, а в следующий миг уже телепортировался и оказался рядом с Реджи и остальными, чтобы идти за ними.

Майя шагала молча, погружённая в мысли. Она размышляла о сложившейся ситуации: «Вот и для чего всё это? Реджи говорил, что подобные встречи лишь формальность, но я не ожидала, что даже не смогу высказать своё мнение!»

Она нахмурилась, гадая, каков же этот принц империи Абхейла.

«Кто он? Человек, любящий поговорить, как его отец? Или его полная противоположность? Мне даже не назвали его имени, хотя известно, что мы с ним ровесники!»

Майя машинально закатила глаза, мысленно переносясь на Землю.

«Ах… Ну да… Будь это Земля, меня бы даже не познакомили с ним. Сразу выдали бы замуж».

Внезапно она вздрогнула: кто‑то коснулся её плеча. Обернувшись, Майя увидела руку Гэвина. Рыцарь смотрел на неё с явным беспокойством и полушёпотом произнёс:

— Принцесса Майя, если вы нервничаете, я мог бы пойти с вами - с вашего разрешения.

Майя сглотнула: «У меня что, всё на лице было написано?»

Да, она действительно переживала из‑за предстоящей встречи. Но теперь, будучи принцессой, она обязана общаться с наследниками других империй. К тому же новое знакомство вряд ли может навредить.

Она тоже перешла на шёпот и ответила с улыбкой, стараясь выглядеть уверенной:

— Всё хорошо. Мне просто нужно познакомиться с ним.

Майя мягко убрала его руку со своего плеча, и Гэвин, поняв намёк, отступил на несколько шагов назад.

Вскоре дворецкий остановился у больших белых дверей с изящными золотыми узорами. Он постучал и громко объявил:

— Ваше Императорское Высочество Иззуддин, к вам прибыла гостья - принцесса Майя де Азельер Синкея.

Прошла минута, но за дверью не раздалось ни звука. Халиль постучал снова и громко повторил:

— Сэр, вы меня слышите?

На этот раз за дверью послышались шорохи. Майя и Гэвин обменялись тревожными взглядами. Происходящее их насторожило.

Дворецкий вздохнул и распахнул двери. Перед ними предстала огромная комната, больше напоминавшая зал - она была вдвое просторнее покоев Майи. Но самое странное заключалось в том, что всё пространство было затянуто тканью. Невозможно было разглядеть, есть ли в ней хоть какая‑то мебель. Даже окна едва проглядывали сквозь этот лабиринт тряпок!

Халиль отошёл в сторону и жестом пригласил Майю войти:

— Принцесса Майя, прошу, проходите.

Майя опустила брови и с недоумением взглянула на него:

— Но здесь же ничего нет…

Слуга опустил руку и приложил другую к сердцу. Склонив голову, он произнёс:

— Принц Иззуддин находится в этой комнате, можете мне верить.

Майя снова посмотрела внутрь, всё ещё сомневаясь. Дворецкий продолжил:

— Я вынужден вас покинуть, но если что‑то понадобится, пришлите рыцаря за слугой.

Она перевела взгляд с Халиля на комнату и обратно - дважды, словно проверяя, не обманывают ли её глаза. Глубоко вздохнув, Майя шагнула вперёд. Краем глаза она заметила, что Гэвин хотел её окликнуть, но она незаметно мотнула головой. Рыцарь понял предупреждение и остался у дверей. Беспокойство беспокойством, но прилюдно нужно сохранять дистанцию.

Майя вошла в комнату и начала осматриваться. Дворецкий закрыл за ней двери, оставив её одну среди разноцветных тряпок.

«И на что я подписалась…» — подумала она, сглотнув и неуверенно делая следующий шаг.

«Зачем ему все эти тряпки? И воняет тут чем‑то странным!» — с отвращением сморщившись, она помахала рукой у носа.

Майя пробиралась сквозь завесы ткани, пытаясь отыскать принца. Ей приходилось дышать осторожно, чтобы не вдохнуть слишком глубоко этот омерзительный запах. Рваные куски тряпок были покрыты слоем пыли, которая оседала на её руках, когда она отводила их в сторону. Уловимый тухлый запах не давал ей покоя, подстёгивая скорее найти юношу.

«Может, здесь вообще никого нет? Просто заброшенная комната, которой никто не пользуется…» — на исходе терпения подумала Майя.

Девушка повернулась, чтобы уйти, но её не покидало ощущение, что, по словам дворецкого, здесь всё же должен быть принц. С трудом преодолев дискомфорт, она собралась с духом и громко произнесла:

— Принц Иззуддин, вы ту…

Майя резко замолчала: раздался резкий хлопок крыльев, а следом пронзительный крик:

— Стой!!!

Она оглянулась на шум и увидела голубя с ниткой на лапе, который пробирался сквозь свисающие тряпки. Майя вскрикнула от неожиданности и отступила назад. Вскоре из‑за слоёв ткани показался парень, бежавший за птицей.

Он был одет в тёмно‑зелёную гандуру, украшенную золотой вышивкой по краям. Черты его лица напоминали отца: чёрные волосы, коротко подстриженные по бокам и слегка отросшие на макушке, зачёсанные в сторону. Ростом он едва превосходил Майю - всего на сантиметр.

Майя молча наблюдала, широко раскрыв глаза, как Иззуддин пытается поймать нить. Мысленно она впервые решила помолиться.

— Да стой ты, проклятая птица!

Выкрикнул принц.

После нескольких прыжков ему удалось ухватиться за нить. Птица отчаянно рвалась на волю, но юноша подтянул её к себе и крепко зажал крылья.

— Так‑то лучше… А теперь ты!

Он резко обернулся к Майе, которая от неожиданности отступила ещё на шаг.

— Что я?

Спросила она растерянно, не понимая, что происходит.

— Как ты посмела сюда входить?!

Гневно произнёс Иззуддин, пробираясь к ней сквозь завалы ткани. Майя на мгновение растерялась, пробормотала что‑то невнятное, а затем воскликнула:

— Меня сюда пригласили! Сказали, что нужно с вами поговорить.

«И почему он обращается ко мне на „ты“? Это же явное неуважение!» — возмутилась она мысленно, но сдержалась, чтобы не обострять ситуацию.

Иззуддин остановился перед ней и продолжил:

— Я спокойно занимался делом, привязывал верёвку к птице, а из‑за тебя она улетела!

— Но вы же её поймали…

— Ты всё равно мне помешала!

Майе надоело выслушивать упрёки, звучавшие как детский каприз. Она развела руки в стороны и воскликнула:

— И что мне теперь? Сказать «извините, Ваше Величество»?

— Извинения приняты.

Невозмутимо ответил принц.

Майя фыркнула, возмущённая его наглостью. Руки её безвольно опустились вдоль тела. Она даже не хотела смотреть на юношу - настолько неприятным оказалось его общество.

В этот момент голубь клюнул Иззуддина в палец, и тот дёрнул рукой.

— Совсем с ума сошла?!

Он щёлкнул птицу по голове. Не успела Майя опомниться, как вырвалось:

— Зачем вы так с птицей?!

Иззуддин взглянул на неё с явным недоумением, словно она сказала что‑то нелепое, и спокойно пояснил:

— А какой в ней толк? Она нужна лишь для тренировки сокола.

— Для тренировки?

Переспросила Майя, всё ещё не понимая сути. Принц тяжело вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Я же просил подобрать умную невесту, а не это…

У Майи возникло множество вопросов, но прежде чем она успела их задать, Иззуддин начал объяснять:

— Короче говоря…

Он приподнял птицу, указывая на неё.

— Эта птица - приманка для сокола, который будет участвовать в соревновании.

Прижав голубя под мышкой, он жестикулировал свободной рукой:

— Суть тренировки в том, чтобы сокол оттачивал навыки охоты в полёте. К птице привязывают верёвку, отпускают, удерживая за неё. Сокол ловит добычу, а затем птиц меняют на более быстрых и ловких. А затем…

— Стоп!

Прервала его Майя, прищурившись. Она протёрла глаза, пытаясь осознать услышанное, и решительно заявила:

— Значит, ради какой‑то тренировки вы готовы убить птицу?

Иззуддин моргнул, затем спокойно ответил:

— Ну да. Если кратко, то так.

«Живодёр…» — подумала Майя, поджав губы от негодования.

Принц подошёл ближе и ткнул её пальцем в ключицу.

— Давай ближе к делу. Тебя привели сюда в качестве невесты?

Резкий переход к теме ошеломил Майю. Она отступила, прикрывая место прикосновения руками, и спросила:

— С чего это вдруг?

— Ну как же…

Начал Иззуддин, скрестив руки на груди.

— Сейчас самое время для выбора невесты. Из двадцати трёх кандидаток мне подходят только две.

Он окинул Майю оценивающим взглядом.

— Но… ты могла бы стать третьей, если перестанешь вести себя как глупая девчонка.

Повисло неловкое молчание. Майя замерла, даже перестала моргать, лишь глаз нервно задёргался. Шквал эмоций отразился в её золотистых глазах - шок, отвращение, негодование и ярость.

Не выдержав, она резко шагнула к двери, указывая на выход, и торопливо заговорила:

— Ой, мне срочно нужно выйти! Я скоро вернусь!

Майя стремительно направилась к выходу. Принц крикнул ей вслед, пытаясь остановить:

— Подожди! Одной тебе ходить нельзя, я слугу позову!

— Не нужно!

Отрезала она.

— За дверью стоит рыцарь, прибывший со мной. Я знаю дорогу, сопровождение не требуется.

Не дожидаясь ответа, Майя покинула комнату. За дверью её ждал Гэвин. Он тут же поднялся и с тревогой спросил:

— Ну что? Всё хорошо? Он вас не…

— Просто пойдём. Мне нужно подышать свежим воздухом.

Перебила его Майя, всё ещё потрясённая увиденным, услышанным и пропитанным затхлым запахом помещением.

Без промедления она направилась в сад, через который проходила утром. Гэвин поспешил следом, недоумевая, но вскоре понял причину её спешки - в воздухе всё ещё витал странный, неприятный запах.

Находясь во дворе, Майя сидела на зелёном газоне рядом с фонтаном, опустив руки в прохладную воду. Она смывала грязь, скопившуюся на ладонях после пребывания в том странном «курятнике». Чуть поодаль, в стороне, стоял Гэвин и молча наблюдал за ней. Майя так и не объяснила ему, что произошло, но рыцарь понимал: они находятся далеко от Синкеи и не могут открыто общаться.

«Что за цирк тут вообще творится?» — подумала Майя, вынимая руки из воды.

Она внимательно осмотрела ладони, теперь они были чистыми. Правая рука машинально принялась разминать левую, а сама Майя опёрлась локтями о край фонтана.

«С порога назвали чёрной, намекая на мою кровную связь с Азельерами. Потом допытывались обо мне за столом. А после непонятно зачем отправили к высокомерному принцу, который наорал на меня. Надеюсь, не в качестве „невесты“…»

Эти мысли сильно её напрягали. Майя огляделась. Вокруг не было ни души. Ни стражи, ни слуг, ни случайных прохожих. Лишь Гэвин, которому не полагалось подходить к ней слишком близко.

«И почему тут совсем никого нет? По пути сюда мы тоже никого не встретили…» — не успела она закончить мысль, как услышала за спиной приближающиеся шаги.

Обернувшись, Майя увидела Реджинальда. Его лицо выражало такую же подавленность, как и у неё.

— Что сидишь на земле? Платье испачкаешь.

Произнёс Реджи, держа руки в карманах и неспешно приближаясь.

Майя, не ожидавшая его увидеть, подпёрла голову тыльной стороной ладони и спросила:

— А сам-то что тут делаешь? Одежду можно почистить и здесь, а твоё отсутствие на переговорах точно заметят.

Принц присел на край фонтана рядом с ней, облокотившись на колени. Ухмыльнувшись, он ответил:

— Я первым спросил.

Майя фыркнула и отвернулась к фонтану, затем коротко объяснила:

— Если кратко, принц оказался… несколько своеобразным по меркам того, к чему я привыкла.

Реджи громко рассмеялся:

— Ха-ха-ха! У тебя хоть что-то интересное было, а у меня скука смертная.

Он повернул голову в сторону и продолжил:

— Мы всё обсудили: сколько можем дать, чем они могут оплатить, и подписали часть документов. На этом моя миссия была завершена.

Реджи протянул руку к ближайшему кусту и сорвал синий цветок.

— А потом я вспомнил о своей давней избалованной подружке, которая, как оказалось, недавно приехала навестить родных.

Развернувшись к Майе, он продел стебель цветка в её волосы у самого уха.

— Вот и решил встретиться хоть спустя столько лет, вспомнить старые добрые времена.

Майя подозрительно прищурилась:

— Под «вспомнить старые добрые времена» ты что имеешь в виду?

В ответ Реджи лишь ехидно ухмыльнулся.

— Поняла! Даже не отвечай.

Принц расхохотался, а Майя отмахнулась от него, мечтая, чтобы он поскорее исчез.

Некоторое время они сидели молча, любуясь видом. Затем Майя решилась задать вопрос:

— Реджи, а почему тут никого нет? Ни стражи, ни слуг - вообще ни души.

Принц задумчиво посмотрел вверх и почесал подбородок:

— Хм… Возможно, дело в том, что здесь все верующие. Никто не рискнёт вторгнуться во дворец - боятся гнева высших сил.

Он пожал плечами:

— А насчёт слуг - без понятия. Их то слишком много, то вообще нет. Всегда по-разному.

Майя взглянула на своё отражение в воде. На душе становилось всё тоскливее. Но внезапно её осенила идея, и она тут же предложила:

— Может, прогуляемся?

Реджи заинтересованно вскинул брови:

— Хорошо, давай осмотрим двор или попросим кого-нибудь провести экскурсию?

Но Майя не этого хотела. Не отрывая взгляда от воды, она уточнила:

— По городу. Давай сходим на рынок. Он же недалеко, верно?

Реджинальд закашлялся от неожиданности. Он быстро спустился к ней на газон и шёпотом переспросил:

— Майя, идея заманчивая, но ты уверена, что мы сможем выбраться так, чтобы нас не заметили?

Она оторвала взгляд от воды и спокойно посмотрела на Реджи:

— Конечно. Я открою портал, и мы на свободе.

— А как же демон, который может найти нас в любой точке вселенной, и твой рыцарь, одержимый заботой о принцессе?

Прошипел Реджи, намекая на Молоха и Гэвина.

Через плечо он указал на парней, стоявших неподалёку у дверей дворца. Майя наклонилась вбок и бросила взгляд на них поверх плеча принца.

— О, а я и забыла, что они тут.

— Вот именно об этом я и говорю!

Майя задумалась, как избавиться от пристального надзора «пиявок». Через несколько секунд она предложила:

— Может, попробуем незаметно уйти через портал?

— Молох заметит - нам конец.

Возразил Реджинальд.

— А если попытаться их отвлечь?

— Чем? Сказать: «О, смотрите туда, там птерозавр летит»?

С наигранным удивлением произнёс Реджи, задирая голову вверх и показывая пальцем в небо. Он вопросительно взглянул на Майю, а потом сам же пробормотал:

— Но это такого старпёра не удивит.

Майя чуть помедлила, затем ответила:

— Ну… Отвлечь всё равно придётся. Осталось только придумать чем.

В этот момент двери дворца распахнулись, и оттуда вышла девушка в бордовом платье, украшенном множеством деталей, сверкающих серебристым и золотым блеском. Платье полностью закрывало её тело.

Майя и Реджинальд обратили на неё внимание. Принц оживился:

— О, а вот и то, что нужно!

Молох и Гэвин пропустили девушку - они отступили в сторону и поклонились ей. Майя мгновенно поняла: это их шанс!

Реджинальд уже собирался встать и направиться к своей цели, но Майя резко остановила его:

— Закатай губу и сгруппируйся.

С этими словами она открыла за спиной Реджинальда портал и толкнула его внутрь, сама же нырнула следом, как раз в тот момент, когда Молох и Гэвин отвлеклись.

Пройдя через портал, они рухнули на землю в узком переулке. Майя приземлилась прямо на принца, отчего тот закряхтел:

— Кха! Можно было и понежнее?

Принц скорчился от боли. Майя приподнялась на руках и огляделась. Её взгляд быстро стал встревоженным. Она торопливо осмотрела окрестности.

— Почему у тебя такой вид, будто ты не знаешь, куда нас забросила?!

Возмутился Реджи, потирая затылок.

Переулок оказался мрачным и тихим, с тусклым освещением. Вдали доносился приглушённый гул, а лёгкий ветерок разносил по углам песок. Узкое пространство зажато между двумя большими бежевыми домами с осыпающимися стенами. Сзади виднелся тупик, а впереди проход был загорожен чем-то массивным.

Майя наконец ответила:

— Во-первых, у нас было всего пару секунд, чтобы смыться, а во-вторых… Я действительно не знаю, где мы. Времени подумать особо не было.

Она закончила осмотр и взглянула на Реджинальда, который хмуро смотрел на неё снизу вверх.

— Не сверли меня взглядом. Потом со своей подружкой пофлиртуешь.

Бросила Майя и протянула ему руку. Поднявшись, они отряхнулись от пыли и снова огляделись. Реджи упёр руки в бока и посмотрел вперёд:

— Ну что ж, раз уж мы здесь, пошли исследовать новую локацию.

Принц направился к загороженному выходу, Майя последовала за ним. По мере приближения шум становился отчётливее. Можно было разобрать обрывки разговоров, хотя говорили на незнакомом языке.

Подойдя ближе, они поняли, что проход перекрыт обшарпанной тёмно-синей палаткой. Ткань колыхалась от резких порывов ветра. Между стенами домов и палаткой оставалось достаточно места, чтобы протиснуться.

Реджи осторожно коснулся костяшкой пальца плеча Майи, привлекая внимание. Приседая, он приподнял край ткани. Майя вздрогнула от его поступка и схватила его за плечо, напряжённо глядя на принца, который заглядывал внутрь палатки.

— Ты что творишь?

Прошептала она с тревогой, боясь, что их заметят.

— Вдруг кто-то за…

Но тут её взгляд скользнул за ткань, и она увидела мужчину, громко расхваливающего свой товар. Палатка была увешана одеждой, а на столе перед ней высились стопки сложенных вещей. Люди вокруг были одеты скромнее, чем они, хотя попадались и ярко разодетые. Но Майя и Реджи всё равно выделялись.

— Кажется, мы тут лишние.

Пробормотала Майя, поджав губы.

— Сейчас исправим.

Отозвался Реджи. Он протянул руку к коробке рядом с хиджабами в левом углу палатки, схватил одежду для себя и Майи и быстро скрылся за краем ткани, опустив её за собой. Майя проводила его поражённым взглядом, приоткрыв рот.

Задернув ткань, она встала напротив Реджинальда, который уже разглядывал свою новую одежду. Холодным взглядом она окинула принца и сухо произнесла:

— Реджи…

— Не кипятись.

Оборвал он её. Парень тут же накинул на Майю коричневую мантию с капюшоном, полностью скрывавшую её фигуру до земли. Она слегка откинула капюшон назад и продолжила хмуро смотреть на него. Сам принц надел похожую мантию, но укороченную - до бёдер. Затем прямо перед глазами Майи он задрал рукав пиджака. На его запястье блеснули золотые часы. Майя удивлённо прищурилась.

Реджи снял часы и, снова заглянув в палатку, бросил их в коробку. Поправив мантию, он ухмыльнулся и кивнул в сторону Майи:

— Ну вот, теперь мы не так выделяемся, да?

Майя застыла в напряжённой позе, не меняя положения, и произнесла:

— А просто подойти и купить было нельзя?

— Нет. Мы бы сразу привлекли лишнее внимание и влипли в неприятности.

Ответил Реджинальд. Майя расслабилась и пожала плечами:

— Тогда понятно. Думаю, нам пора идти.

Она боком направилась через узкий проём, а Реджинальд последовал за ней. Они вышли между двух палаток и оказались на улице. Это был рынок, зажатый между жилыми домами. Людей было несметное количество: одни проходили мимо, другие покупали товар в шатрах, третьи спорили на незнакомом языке с продавцами. Ни на секунду не стихал гул голосов.

Майя с живым интересом разглядывала всё вокруг: необычные лица, яркую одежду, непривычные очертания зданий империи. Ей хотелось заглянуть в каждую торговую палатку, разглядывая все товары. Но, к её разочарованию, ничего по-настоящему необычного или редкого она не заметила. Хотя интерес всё равно не пропал.

Реджинальд, следовавший за ней, выглядел всё более утомлённым. Его выносливость явно уступала неугасаемому любопытству Майи.

Спустя полчаса бесконечной беготни Реджи подумал: «Что-то мы слишком долго гуляем. Наше отсутствие наверняка уже заметили».

А Майя, наоборот, словно заряжалась энергией с каждым новым открытием.

«Нужно сказать ей, что пора возвращаться», — решил принц.

Тяжело дыша, он приблизился к Майе, которая остановилась у шатра с украшениями. Реджинальд положил руку ей на плечо, но не успел и слова произнести.

— Реджи, ты только посмотри на эту красоту!

Звонко воскликнула она, указывая на камни с полосатым чёрно-оранжевым узором.

— А вот эти ещё посмотри!

Майя резко отступила в сторону, оставив руку Реджинальда висеть в воздухе. Её взгляд был прикован к мутноватым камням, которые при определённом освещении переливались радужными отблесками.

— Они так похожи на индонезийскую яшму и алмазы пустыни.

Заметила она, склонившись над столиком, чтобы рассмотреть драгоценности поближе. Майя скрестила руки и начала рассуждать:

— Если ориентироваться на земную географию, яшма обычно встречается в Индонезии, а кварц в Аравии. Но в этом мире расположение стран совершенно иное.

Её дыхание стало прерывистым. Она склонила голову набок, напряжённо всматриваясь в камни.

— Что это значит? Возможно, в этом мире литосферные плиты двигались по другому сценарию?

Пока девушка загибала пальцы и бормотала себе под нос, Реджи невольно дёрнул бровью, а на губах появилась тонкая улыбка. Он был откровенно озадачен.

«Она серьёзно? Спустя столько лет помнить что-то из прошлого мира? И как вообще понять, о чём она говорит?»

Он снова положил руку ей на плечо и, наклонившись к её уровню, сдержанно произнёс с усмешкой:

— Хочешь, я скуплю весь этот рынок?

Майя повернула голову и взглянула на него снизу вверх:

— Попробуй только. Сам всё тащить будешь.

Реджи выпрямился, поднял ладони вверх, затем опустил их и спросил:

— Тогда объясни, зачем тебе так срочно нужно узнать всё об Абхейле?

Майя натянула капюшон чуть вперёд, скрывая лицо. Её взгляд устремился на дорогу, где люди спешили по своим делам, а вдали виднелись величественные горы.

— О Синкее я уже всё знаю.

Ответила она.

— Там нет ничего нового. Вот я и захотела выбраться за границу, чтобы увидеть что-то необычное и поискать книжки.

На её щеках проступил лёгкий румянец, глаза засияли восторгом. Она бросила взгляд на Реджи и, вскинув брови, воскликнула:

— Я хочу узнать об этой империи как можно больше!

Реджинальд отодвинул голову назад и поджал губы, погрузившись в воспоминания. Он вспомнил, какой любопытной была Майя ещё в детстве, когда только попала в этот мир. Бывало, она заходила слишком далеко, и её жизнь оказывалась под угрозой, но даже тогда её глаза горели счастьем, и это всегда нравилось Реджи.

Принц не смог устоять перед её воодушевлением. Расслабившись, он наконец произнёс:

— Эх… Ладно. Пошли дальше. Будем удовлетворять твоё любопытство.

Лицо Майи мгновенно озарилось радостью. Она схватила его за руку и в течение следующего часа увлечённо таскала Реджи по рынку, показывая ему всё, что казалось ей интересным.

Они обошли всё, что только можно: познакомились с местной кухней, понаблюдали за обычаями и танцами, смотрели, как играют дети Абхейла, и даже увидели тренировку соколов. Майя хотела оторвать руки мальчишкам, но Реджинальд вовремя её остановил. Они выбрались за пределы королевства и вдоволь насладились красотой и разнообразием местной природы.

К концу прогулки они вернулись на рынок. Майя уже не сияла от любопытства: походка стала вялой, а лицо озадаченным. Она потирала переносицу, погрузившись в свои мысли.

Реджинальд шёл рядом, время от времени бросая на неё недоумённые взгляды.

«Что её не устроило?» — размышлял он, снова глядя на Майю.

«Полтора часа всё было отлично! И вдруг на тебе!» — мысленно возмутился принц, фыркнув про себя.

Он потёр шею и мысленно прокрутил каждый их шаг, каждую эмоцию Майи. Она менялась на глазах: от восторга и любопытства к замешательству и какой‑то внутренней опустошённости. Поняв, что Майя чем‑то недовольна, он решил спросить напрямую.

Реджи наклонился к ней и осторожно начал:

— Эм… Майя?

Она перестала тереть переносицу, застыла с руками у лица и посмотрела на него. Взгляд был скорее хмурым, чем злым, но Реджинальд понимал: она не сердится, а скорее негодует из‑за чего‑то непонятного.

— Ты же так хотела всё посмотреть. Что не так?

Майя положила одну руку на талию, а второй подпёрла подбородок, прикрыв пальцами рот. Сузив глаза, она посмотрела в сторону и заговорила:

— Да я просто запуталась во всём этом!

Она развела руками, сначала направив ладони влево.

— С одной стороны сухой климат, пустыни…

И тут же резко перевела руки вправо.

— А с другой влажный, леса, вулканы!

Она почесала щёку.

— С едой ладно, вопросов нет. Я в ней не разбираюсь.

Её тон стал выше, в нём зазвучали напряжённые нотки. Майя начала жестикулировать и гримасничать.

— Но люди! Я вообще не понимаю, что тут происходит! Тут как бы полно арабов, но при этом и южноазиаты есть!

Она указала на толпу:

— Вон, смотри: танцуют в нарядах из Саудовской Аравии!

Её палец нацелился на женщин в красных тобе из тонкого шёлка, расшитых блёстками и золотыми нитями. Рукава были объёмными и закруглёнными, как раз чтобы прикрывать голову.

— А рядом с ними женщины в костюмах с Сулавеси!

Те носили прозрачные свободные блузки бодо с короткими рукавами и тканые саронги, прикрывающие талию. Их дополняли серебряные украшения: серьги, многоуровневые ожерелья, тонкие браслеты и металлические пояса.

— А теперь гляди сюда!

Майя показала на мужчину в белой гандуре и гутре и женщину в чёрном хиджабе.

Она провела ладонями по волосам и потёрла затылок.

— Может, всё-таки больше на Аравию похоже? Тут явно доминирует их культура…

Её взгляд скользнул в сторону - к маленькому кукольному театру в углу. Вокруг него сидели дети, заворожённо следившие за представлением. Деревянный столик был хлипким и потемневшим, а тряпичные куклы явно сделаны из подручных материалов.

Майя резко остановилась и повернулась к театру. Реджи прошёл мимо, но, заметив, что она отстала, обернулся. Майя застыла с широко раскрытыми глазами и вскинула руки ладонями вверх, указывая на сцену. Затем повернула голову к принцу. Тот вопросительно приподнял бровь, слегка скривил губы и наклонил голову вбок.

Майя ещё раз махнула рукой в сторону театра и выпалила:

— В Саудовской Аравии нет театров!

Она продолжала вглядываться в сцену, словно надеясь найти что‑то, что опровергло бы её слова. Но прежде чем она успела продолжить, Реджинальд вмешался:

— Майя, ты слишком зациклилась на этом. Просто вдохни поглубже и…

Внезапно мимо них пробежала собака, а за ней - полуголый, лысый и тощий мужчина с вилкой и ножом в руках. Он выкрикивал на бегу:

— Саксанг! САКСАНГ!!!

— О ужас…

Пробормотал Реджинальд, провожая его взглядом. Лицо его застыло в каменной маске, губы были плотно сжаты.

Реакция Майи оказалась ещё более бурной. Её лицо исказилось в гримасе чистого ужаса: брови взметнулись вверх, глаза выпучились так, будто вот-вот выскочат из орбит, а челюсть отвисла, лишив её способности говорить. Она схватилась за грудь и промямлила:

— А… Э‑это…

— Постарайся забыть то, что видела.

Сказал Реджинальд, беря её за плечи и уводя прочь. Майя, не сопротивляясь, продолжала бормотать с тем же выражением лица:

— Это… Это точно не Аравия…

Приняв, что всё пошло не так, как она ожидала, Майя и Реджинальд продолжили путь. Но Майя не собиралась сдаваться.

— Интересно, как в этом мире литосферные плиты двигались, чтобы соединить две такие разные культуры?

Задумчиво произнесла она. Реджинальд ответил безразлично, с лёгкой наигранной усталостью в голосе:

— Ох, даже не знаю.

Причина такого тона была очевидна: он ничего не знал о прошлом мире Майи. Все названия стран и географических объектов, которые она упоминала, для него были пустым звуком.

Майя не обратила внимания на его тон и продолжила рассуждать вслух:

— Возможно, Аравийская плита полностью отделилась от Африканской и сместилась на восток.

Перед ними шли несколько мужчин, и ребята обошли их, оказавшись у торговых шатров. Внезапно брови Майи опустились, а рот приоткрылся. Её осенила новая мысль. Она повернулась к принцу:

— Так, Индонезия расположена между Австралийской и Зондской плитами!

Майя погрузилась в свои размышления, не замечая ничего вокруг. Она начала быстро говорить, глядя на ладони и загибая пальцы:

— Многие острова возникли при столкновении Индийской и Зондской плит. И, конечно, в этом замешаны плита Филиппинского моря, Австралийская и Тихоокеанская плиты. Значит, либо Аравийская плита присоединилась к этой «геологической вечеринке», либо кто-то из них примкнул к Аравии. А если Аравийская плита так и не отделилась от Африканской? Как тогда может существовать Индонезия, если она буквально сидит на пяти плитах? Сколько же может быть равновероятных сценариев?

Реджинальд, уже привыкший к таким всплескам её мозговой активности, приложил ладонь ко лбу и, закрыв глаза, произнёс:

— Если бы я за столько лет слышал меньше твоих внезапных научных откровений, я бы, возможно, удивился и ничего не понял. Хотя и сейчас я, честно говоря, ни черта не понимаю.

Майя, увлечённая своими рассуждениями, не заметила выпирающий из ряда прилавков стол с фруктами. Она неловко врезалась в него боком, и хлипкая конструкция тут же развалилась. Ножка отлетела, а коробки с маленькими светло-коричневыми фруктами рассыпались по улице. Некоторые плоды разбились, другие лопались под ногами прохожих.

Двое продавцов, мужчины средних лет, один из которых уже начал седеть, тут же набросились на Майю, громко выкрикивая что-то на своём языке. Майя вздрогнула, только сейчас осознав, что натворила. Её глаза расширились от испуга, она растерянно оглядела разбросанные фрукты.

Дрожащим голосом она попыталась извиниться:

— Ой… Я не хотела… Простите…

Но мужчины не унимались, не давая ей вставить и слова. Её тихий голос потонул в их громких возгласах. Лицо Майи побледнело, а по спине пробежал холодок.

«Вот так влипла. Что теперь делать?!» — лихорадочно подумала она.

Она инстинктивно прижала локти к бокам, словно пытаясь стать меньше, и скрестила руки, вцепившись пальцами в предплечья. Её взгляд метался между валяющимися на земле фруктами и разъярёнными продавцами, чьи голоса сливались в неразборчивый гул.

Не зная, что предпринять, Майя опустила голову, но тут на помощь пришёл Реджинальд. Он мягко отодвинул её назад и встал перед ней, закрывая собой.

— Я разберусь.

Твёрдо сказал он и начал говорить с мужчинами на их языке. Майе стало немного легче, но чувство вины никуда не исчезло.

«Но ведь это я виновата…» — подавленно подумала она.

Она снова посмотрела на разбросанные фрукты и задумалась: «Стоит ли собрать хотя бы целые плоды или это только усугубит ситуацию?»

Она вытерла влажные от пота ладони о ткань одежды, но вдруг кто-то толкнул её в плечо, и Майя едва удержалась на ногах. Она схватилась за ушибленное место и обернулась, недовольно цокнув языком. Незнакомец, толкнув её, спокойно пошёл дальше, даже не обернувшись.

«Видимо, я не одна такая, кто не замечает ничего вокруг, когда о чём-то размышляет».

И тут её взгляд упал на белого хромающего котёнка, который неторопливо ковылял к проходу между двумя шатрами.

«Ой, ему же больно!»

Майя решительно шагнула вперёд, но тут же остановилась, вспомнив о Реджинальде. Оглянувшись, она увидела, что он всё ещё спорит с продавцами - те никак не могли успокоиться и выслушать его.

Она снова посмотрела в сторону прохода и сжала кулаки. Закусив губу, глубоко вздохнула.

«Ну… Это недалеко. Думаю, я быстро схожу, возьму котёнка и вернусь к Реджи. Потом найдём для него более безопасное место».

С этой мыслью она направилась к проходу. Протиснувшись сквозь толпу, остановилась у узкого коридора, ведущего на другую оживлённую улицу. Проход был чистым и достаточно длинным - по нему мог пройти только один человек. Справа в середине стены виднелась дверь с каменными ступеньками. Было заметно, что этим путём время от времени пользуются.

«Что? А где же котик?» — удивилась Майя, не увидев того, кого искала. Но её внимание тут же привлекли ступеньки.

«Может, он спрятался за ними? Он же хромает, не мог так быстро убежать дальше!»

Она направилась к двери со ступеньками. С каждым шагом шум становился тише, а света из-за зданий заметно меньше, чем на просторной открытой улице. Приблизившись к двери, Майя невольно замедлилась и стала ступать ещё тише и аккуратнее, чтобы не спугнуть котёнка. Наклонившись вперёд, она тихонько прошептала:

— Кис-кис, выходи, я тебя не обижу.

Майя заглянула за ступеньки, но там никого не было. Она растерялась: «Стоп… А куда он делся?»

Выпрямившись, она огляделась по сторонам. Вокруг никого. Лишь вдалеке люди продолжали идти по улице.

Мысли в голове метались: «Котёнок куда-то запрыгнул? Может, спрятался в щели в стене? Или успел убежать на другую улицу?»

В любом случае искать его было некогда. Она могла потерять Реджинальда и заблудиться.

«Ладно, буду надеяться, что с ним всё хорошо».

Приняв решение, Майя развернулась, чтобы вернуться, но вдруг кто-то резко схватил её за руку и дёрнул назад. Не успев опомниться, она оказалась прижатой к стене.

— Зачем ты сбежала?!

Прогремел в ушах разъярённый голос Гэвина.

— Почему не предупредила хотя бы?!

Майя замерла, словно мышка в углу. Она ошеломлённо смотрела на рыцаря, чувствуя, как все мышцы напряглись до предела.

— А если бы с тобой что-нибудь случилось?!

Не унимался Гэвин. Его лицо выражало смесь злобы и беспокойства. Голубо-карие глаза, нахмуренные и пронзительные, казалось, смотрели прямо в душу, пытаясь понять, что заставило её так поступить. Майя открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. В голове крутилось лишь одно: «Но секунду назад здесь ведь никого не было…»

Гэвин слегка сжал её плечо, но тон его вдруг смягчился:

— Майя, нельзя в чужой империи разгуливать, будто у себя дома.

Он осторожно прислонился лбом к её лбу. Сердце Майи будто остановилось, дыхание сбилось.

— Ты хоть представляешь, как я переживал?

Тихо произнёс он.

Лёгкий ветерок всколыхнул волосы Майи, и в тот же миг Гэвина отбросило в сторону на три метра.

— Переживай лучше за свою жизнь.

Раздался холодный, чопорный голос Молоха.

Демон стоял неподалёку, его рука была согнута и направлена вперёд - он только что использовал магию. Глаза Молоха мерцали едва заметным фиолетовым сиянием, искрившим яростью. Он сдерживал себя: проявись его рога, и Гэвин улетел бы куда дальше. Но убивать людей запрещено, особенно на глазах впечатлительной Майи.

Майя обернулась и удивлённо распахнула глаза:

— Кажется, вы говорили, что вам незачем искать Майю и принца Реджинальда.

Гэвин похолодел. Сжав кулаки, он снизу вверх посмотрел на мага. Молох опустил руку, насмешливо фыркнул и широкими шагами направился к Майе. Пожав плечами, он с лёгкой улыбкой ответил:

— Конечно. Я и так знал, где они.

Молох остановился рядом с Майей. Гэвин, едва заметив спокойствие мага, выкрикнул:

— А если бы её попытались убить?! Вдруг бы напали, чтобы забрать всё ценное?!

— Не стоит сомневаться в моих способностях.

Отозвался Молох с самодовольной интонацией. Этим он ясно дал понять, что Гэвин многого не может.

Рыцарь уловил намёк. Его поза почти не изменилась, но воздух вокруг него словно накалился. Он стиснул кулаки так, что ногти впились в кожу, а лицо исказилось от злости.

— Ты - высокомерный чёрт, которому плевать на людские жизни!

Процедил он сквозь стиснутые зубы.

Самодовольная улыбка мгновенно исчезла с лица Молоха. Хотя Гэвин и не знал, что Молох - демон, он попал в самую точку. Чёрты считались низшими созданиями, пригодными лишь для физической работы и порой недалёкими.

Молох выпрямился, поднял голову и посмотрел на Гэвина так, словно готов был уничтожить его на месте.

— Как же тебе повезло, что здесь находится химера.

Прошипел он.

Майя стояла между двух огней, не зная, куда деться. Её взгляд метался от одного к другому.

«Да что они тут устроили?!» — подумала она, опустив голову и обхватив плечи под мантией.

Неожиданно в ушах зазвенел пронзительный шум, заглушающий яростную перебранку парней - слушать их больше не было никаких сил. Майя начала медленно крутить головой, тщетно пытаясь сосредоточиться. Их спор давил на неё невыносимо, как если бы по голове били два отбойных молотка - по очереди, с каждой стороны, в такт бешено колотящемуся сердцу.

Она понимала: Гэвин не сделал ничего плохого. Но от этого легче не становилось. Ей отчаянно хотелось, чтобы он просто замолчал.

А вот Молох, как всегда, появился именно в тот момент, когда был нужен. При виде демона внутри разлилось тёплое, почти спасительное облегчение, как будто кто-то протянул руку в кромешной темноте. Но происходящее вокруг всё равно бесило до дрожи. Шум нарастал, а парни продолжали спорить, не замечая ничего вокруг.

В этот миг из-за угла показался перепуганный Реджинальд.

— Так вы тут все!

Выдохнул он с явным облегчением.

— Я уже испугался, что потерял Майю. А что у вас, собственно, происходит?

Он сделал шаг вперёд, но было уже поздно. Майя больше не могла выносить этот гам голосов, напряжения и чужих эмоций. Внутри неё лопнула струна.

— СТОП!

Выкрикнула она так громко, что сама вздрогнула от собственного голоса. Резко выпрямившись, Майя расставила согнутые руки в стороны, словно отталкивая от себя весь этот хаос.

— Вы делаете что хотите, а я ухожу!

Выплюнула она с равнодушием, хотя внутри всё дрожало от обиды и раздражения. Не дожидаясь ответа, она быстрым шагом направилась к другой улице - той, что скрывалась за спиной Молоха. Майя натянула капюшон вперёд, прячась от всего мира.

Молох лишь злорадно ухмыльнулся.

— Вау! Я ошибся - удача явно не на твоей стороне.

Бросил он насмешливо. Его рука мгновенно преобразилась в сверкающее лезвие. Демон стремительно ринулся к Гэвину, глаза его вспыхнули фиолетовым сиянием, полным холодной ярости.

— Молох, остановись!

Раздался встревоженный возглас Реджинальда.

Но Майя уже не слышала ничего. Она выскользнула из прохода и побрела вперёд, куда несли её ноги, не разбирая дороги.

Эта улица поразительно отличалась от параллельной. Здесь почти не было ярких шатров, лишь скромные магазинчики теснились вдоль улицы. Люди спешили мимо, иногда задевая Майю плечами, но она не обращала внимания. Шла, низко опустив голову, и смотрела только под ноги. Ноги казались ватными, а мышцы гудели после почти двухчасового пути - усталость накатывала волнами, мешая думать.

«И что это я так отреагировала?..» — подумала она, обхватив плечи руками и слегка сжимая их, будто пытаясь удержать внутри бурю эмоций.

Майя чувствовала, как раздражение расползается по телу, словно невидимая угроза нависла над ней, давя на виски.

«Уже не впервые такое происходит. Почему я так злюсь из-за всего этого?!» — размышляла она, тщетно пытаясь понять, что с ней не так.

Реджинальд, конечно, был прав насчёт влюблённости парней. Майя это уже осознала, но её мучило другое - то, как болезненно она реагировала на чужие чувства. Ведь можно было просто делать вид, что не замечаешь, или прямо отказать обоим, попросить больше так не делать. Но вместо этого она всякий раз впадала в ступор, а внутри вся закипала, что становилось страшно.

«Может, я что-то забыла? Может, именно из-за этого я так остро реагирую на их… на их чувства?»

От одной мысли её передёрнуло. В горле поднялся горький ком, дыхание перехватило, а в груди защемило так, будто кто-то сжал сердце ледяной рукой.

Майя прекрасно помнила всё: как жила в прошлом мире, как начала странствовать с ребятами, каждый миг до этого самого момента. Да, похождения Реджинальда её раздражали, но не до отвращения, не до такого слепого гнева. Она даже последний день на Земле могла вспомнить в мельчайших деталях, хоть это и давалось с трудом. Но в нём не было ничего, что могло бы объяснить её нынешнее состояние. Но иногда то, что кажется несерьёзным, становится самым большим препятствием…

Девушка тряхнула головой, отгоняя навязчивые размышления.

«Нет, нет, нет! Какие чувства? Какая ещё любовь?! Молох мне как брат, а Гэвин - телохранитель. И вообще… Меня же провозгласили принцессой. Разве роман с „подчинёнными“ допустим?»

Но не успела она обдумать эту мысль до конца, как в голове всплыло лицо Молоха. Сердце сжалось от странного, щемящего чувства, а внутренний голос, словно эхо, тихо спросил: «Так ведь?..»

Майя остановилась и снова резко помотала головой, будто пытаясь вытряхнуть из неё эти опасные мысли. Подняла взгляд вперёд и твёрдо подумала: «Но должна же быть хоть одна причина, по которой я даже слушать и видеть не хочу всего этого!»

Мысли спутались, как клубок ниток. Она смотрела на свои дрожащие ладони, пытаясь выстроить хоть одну логическую цепочку, но спустя пять минут так и не пришла ни к чему.

И тут её размышления прервало лёгкое прикосновение к плечу. Майя испуганно обернулась, а перед ней стоял смуглый мужчина лет пятидесяти.

Он был одет в белоснежный кафтан, а на голове красовалась куфия с красно-белым клетчатым узором. Лицо его выражало доброту, а в глазах читалось лёгкое удивление.

— Я уже три минуты тебя зову, а ты не отвечаешь. С тобой всё в порядке?

Спросил он, слегка наклонив голову набок. Майя изумлённо оглянулась через плечо незнакомца.

Оказывается, она стояла прямо у дверей магазина. Взгляд скользнул по вывеске - знаки были ей незнакомы. Языки этого мира она только начинала учить, и её знаний явно не хватало, чтобы разобрать надпись. Но по витринам было понятно: здесь продавали какую-то технику - странные механизмы, блестящие сферы, непонятные приборы.

Девушка снова посмотрела на мужчину и вдруг резко отступила на шаг, нервно теребя подол платья.

— Ой! Извините, я просто задумалась…

Пробормотала она. Торговец подпёр подбородок рукой, вторую положил на талию и чуть прищурился, изучая её с любопытством.

— Ты, я так погляжу, не местная. Может, хочешь зайти внутрь, отдохнуть?

Майя заколебалась лишь на миг. Усталость давила на плечи, мысли продолжали мучить, а ноги подкашивались. Она была искренне благодарна за предложение.

— Д‑да, я была бы не против немно…

Начала она, но вдруг замерла, нахмурившись.

— Так! Стоп! Вы меня понимаете?

Её голос прозвучал твёрдо, но внутри всё дрожало от замешательства.

Торговец отвёл голову назад и нахмурился, слегка улыбнувшись.

— Что?

Переспросил он.

— Ну… Вы понимаете мой язык?

Уточнила Майя, чувствуя, как внутри нарастает странное напряжение. Он огляделся по сторонам, оттянул мочку уха и неуверенно ответил:

— Эм-м… Да, ты говоришь на моём родном языке. Кстати, очень даже хорошо.

Майя замерла. Взгляд её устремился в пустоту, а мысли спутались ещё сильнее. «Почему я его понимаю?!»

Знакомое ощущение, будто что-то ускользало от понимания, дразнило на грани сознания.

— Та-а-ак, видать, кто-то перегрелся на солнышке.

Хмыкнул мужчина и встал сбоку от неё. Легко, но уверенно он прислонил ладонь к её спине и повёл к двери магазина. Его прикосновение было тёплым, почти заботливым.

— Тебе стоит отдохнуть. Не хватало ещё, чтобы у моего магазина ребёнок от перегрева умер.

Добавил он с мягкой усмешкой.

В это время у ребят разворачивался свой концерт.

— Молох, остановись, кому говорю!

Прокричал Реджинальд, стремительно пробираясь по узкому проходу.

Гэвин, не теряя ни секунды, выхватил меч из ножен и приготовился к обороне. Между Молохом и рыцарем оставалось всего несколько метров, когда Реджинальд мощным толчком припечатал Гэвина к стене, обогнул его и резко вытянул руку. Молох, не успев среагировать, с размаху врезался в неё лицом.

— Вы с ума сошли?! Вы хоть видите, сколько тут места? Я не собираюсь участвовать в этом, как фрукты в блендере!

Воскликнул Реджинальд, пытаясь остановить их кровопролитный замысел. Но его слова остались без внимания.

Молох резко оттолкнул руку принца от своего лица и с яростью в голосе бросил:

— Слышь, Рапунцель, ты совсем охренел?

Реджинальд мысленно закатил глаза. Сначала Майя его так называет, теперь и Молох от неё набрался!

Маг направил лезвие в сторону Реджинальда, слегка наклонив голову набок. Принц инстинктивно отпрянул, подняв руки на уровне плеч.

— Та-ак, давай подумаем.

Он осторожно отодвинул руку-лезвие и продолжил:

— Если ты его убьёшь, подозрение сразу падёт на тебя.

Они замерли, глядя друг другу в глаза. В взгляде Молоха читалось явное желание разорвать рыцаря на куски. Демон оскалил клыки и с саркастичной усмешкой произнёс:

— Убивать? Нет, я лишь вскрою его и вытащу белую икру из этой белуги.

Гэвин метнул на него хмурый взгляд, а в голове пронеслось: «Ах ты рыболов чёртов!»

Реджинальд не сдавался:

— Ты с каких пор морепродуктами увлёкся? Не нужно его потрошить! Ты же знаешь, что всё будет указывать на то, что это сделал ты.

— Не беспокойся. Скажем, что его убили местные любители бледнолицых.

Парировал Молох.

— Но тогда возникнут вопросы, почему ты его не спас.

Возразил Реджинальд. И демон невозмутимо ответил:

— А я заметил, что он исчез, только поздно.

— Так все прекрасно знают тебя и твои способности. Ты просто не мог его не заметить.

— На солнышке перегрелся, с кем не бывает.

Они спорили ещё пять минут, так и не придя к единому решению. Реджинальд стоял с поникшим видом, мысленно вздыхая: «Как же он сладко ссыт в уши…»

Молох виртуозно выкручивался из любых логических ловушек, но даже после долгого спора его взгляд по-прежнему пылал решимостью прикончить Гэвина.

Внезапно выражение лица демона резко изменилось - от разъярённого перекоса к обеспокоенности. Реджинальд сразу это заметил.

— Что такое?

Спросил он настороженно. Он знал: если Молох кого-то нацелился убить, то не остановится, пока хоть немного его не покалечит.

— Что-то случилось с Майей?

Предположил принц. Других причин для такой резкой перемены настроения у демона не было. Молох мгновенно превратил лезвие обратно в руку и убрал её в карман. Он обернулся туда, куда убежала Майя.

Услышав её имя, Гэвин наконец отвлекся от молчаливой ненависти и встревоженно воскликнул:

— Вы долго молчать будете? Что с Майей?!

Молох не ответил. Он замер, словно прислушиваясь к чему-то невидимому. Внезапно Реджинальд подошёл ближе и положил руку ему на плечо:

— Молох…

— Идите налево, потом по правой стороне ищите магазин техники.

Быстро перебил его демон, не давая договорить. Принц опешил, потряс головой и уточнил:

— Стоять! А что на вывеске-то должно быть написано?

— А я откуда знаю? Во‑первых, никогда не вглядывался. Во‑вторых, язык не знаю.

Бросил Молох через плечо.

С этими словами он растворился в фиолетовой дымке, оставив Реджинальда в ещё большем замешательстве. Тот мысленно возмутился: «За четыре тысячи лет не выучить иностранный язык?!»

Майя и продавец вошли в магазин. Помещение оказалось небольшим. Когда-то стены были покрашены жёлтой краской с белыми вкраплениями, но она давно осыпалась, обнажив грубую каменную кладку. На стенах висело несколько картин. Они придавали комнате хоть какое-то подобие уюта. Пол покрывал выцветший красный ковёр, выглядевший так, будто его не меняли десятилетиями.

На витрине стояли странные, но завораживающие предметы - видно было, что их собрали из частей старых вещей. Вдоль стен тянулись стеллажи с диковинными товарами, каждый из которых выглядел уникально и ни на что не походил. У противоположной от входа стены стоял рабочий стол с кассой, а рядом стол для посетителей с двумя стульями. За кассой виднелся проём в другую комнату, завешенный красной узорчатой шторой, кое-где порванной. Вся мебель была из лакированного дерева. Несмотря на следы беспощадного времени, в этом месте чувствовалось что-то притягательное.

Мужчина слегка похлопал Майю по спине и указал на стулья:

— Присядь, а я принесу тебе воды.

Он сделал шаг в сторону, и в тот же миг за спиной Майи возник Молох. Демон обнял её за плечи и настороженно обратился к торговцу:

— Можно задать вопрос? Что здесь происходит?

Майя даже не удивилась. Она откинула капюшон и подняла взгляд на Молоха. Торговец, явно не ожидавший появления ещё одного гостя, замер. Молох внимательно изучал мужчину, оценивая возможную угрозу.

Майя подняла ладонь в успокаивающем жесте:

— Всё хорошо. Я просто устала, и мне решили помочь.

Торговец заметно расслабился. Он выставил ладони перед собой, словно демонстрируя мирные намерения, и натянуто произнёс:

— Д-да… Я владелец этого магазина, а девушка долго стояла у дверей… Ну… Я и забеспокоился, вдруг она перегрелась.

Он обернулся к проёму в другую комнату:

— Я схожу за водой, а вы присаживайтесь.

С этими словами мужчина скрылся за порванной шторой. Напряжение Молоха тут же спало. Он посмотрел на Майю и коротко бросил:

— Садись, отдохни немного, и пойдём обратно.

Демон подвёл её к столу, и они уселись. Молох окинул взглядом стеллажи с техникой, затем спросил:

— Всё в порядке?

Майя почесала плечо, опустила голову и, глядя в пол, неуверенно ответила:

— Кажется, да… Но чувствую себя так, будто реально перегрелась на солнце.

Молох не стал комментировать. Он облокотился на стол, подпёр голову ладонью и уставился на витрины с диковинными механизмами.

Майя перевела взгляд с пола на выставленные товары, потом на прохожих за окном. В голове роилось несколько вопросов. Она повернулась к Молоху:

— Молох, можно задать два вопроса?

Маг слегка повернул голову, взглянул на неё и произнёс:

— А разве тебя ответ «нет» когда-нибудь останавливал?

Майя выпрямилась на стуле и подалась вперёд. За десять лет она привыкла к его саркастичным репликам, особенно когда делала что-то, что Молоху не нравилось. Она облокотилась на стол, сцепила пальцы в замок и положила на них подбородок, глядя на демона в упор:

— Ты рассказал отцу Реджи, где мы с ним?

Молох хмыкнул, не скрывая улыбки, и снова уставился на витрины:

— Да. Как только он заметил, что вас нет.

Майя резко выпрямилась, откинув голову назад. Её ладони с глухим стуком опустились на столешницу, а глаза расширились. Брови взметнулись вверх и в мгновение свела их к переносице, скорчив гримасу обиды, и резко отвернулась.

— Ты предатель!

Выпалила она. Откинувшись на спинку стула, Майя раздражённо процедила:

— Мог бы сказать, что мы у сына Адама или вообще создать наши копии!

— Не-а.

Невозмутимо отозвался Молох.

— Он же мой начальник. Да и наблюдать, как вас будут отчитывать, для меня всё равно что смотреть личный телесериал.

Майя косо посмотрела на Молоха. Отступать было некуда - ничего уже не изменить. Она цокнула языком, отвернулась и скрестила руки на груди. Не успела она и минуты пообижаться, как демон, не отрывая взгляда от стеллажей, небрежно бросил:

— Какой второй вопрос?

Майя на секунду задумалась, вспоминая, что хотела спросить.

— А, точно!

Оживилась она. Девушка поставила локоть на стол и опёрлась подбородком о тыльную сторону ладони.

— Ты понимаешь язык, на котором говорил этот мужчина? Значит, ты его учил?

Молох нахмурился, явно не понимая, к чему клонит Майя. Он хотел было съязвить, что это не один, а целых два вопроса, но всё же ответил:

— Хм… Нет, я не учил ни одного языка в этом мире. Мне это не нужно. Я же демон, а мы там не особо на национальности распределены.

Он скосил взгляд на Майю, не поворачивая головы:

— Зачем ты это спрашиваешь?

Девушка пожала плечами и начала объяснять:

— Я просто не учила никаких языков… И не могу сообразить, почему я его понимаю. Вот и подумала, может, ты…

Внезапно Майя осеклась. Её охватил ледяной ужас, когда она заметила выражение лица Молоха. Оно было точно таким же, как в пещере восемь лет назад: в нём читались паника, ярость и что‑то ещё, неуловимо опасное. Перед глазами всплыли мерцающие глаза, горящие манящим, но смертельно опасным фиолетовым сиянием.

Слова застряли в горле. Ком не давал произнести ни звука, а по спине пробежал колючий холодок. Руки задрожали, и она судорожно сжала пальцы, пытаясь унять дрожь.

В этот момент дверь распахнулась, и в проёме появился запыхавшийся Реджинальд. На его лбу блестели капли пота, а за ним невозмутимо шагал Гэвин. В отличие от принца, рыцарь выглядел совершенно не уставшим. Реджинальд опёрся руками о колени и, тяжело дыша, выпалил:

— Молох… Фух… Да ты хуже смерти!

Маг следом пробормотал:

— Я бы так не сказал.

Но принц, не обращая внимания на его слова, продолжил:

— А поточнее адрес нельзя было сказать?!

Майя и Молох одновременно повернули головы в их сторону. Демон, сохраняя внешнее спокойствие, ответил:

— Я сказал, как успел. Длиннее не мог.

Принцу такой ответ явно не понравился. Он резко выпрямился и, указывая на Молоха, воскликнул:

— Да вы тут сидите, отдыхаете вовсю!

Майя краем глаза заметила, что выражение лица Молоха мгновенно изменилось, будто никакого напряжённого разговора и не было.

Маг уже собирался отпустить очередную колкость в адрес принца, но его прервал владелец магазина. Мужчина отодвинул штору и вошёл в комнату, держа в руках два стакана с водой.

— Ого!

Приподняв брови, произнёс он.

— Как вас много собралось.

Он подошёл к столику и поставил стаканы напротив Молоха и Майи.

— Извините, что так долго. Ко мне не так часто заходят посетители, пришлось повозиться, чтобы найти стаканы.

Майя взяла в руки стеклянный стакан с изящным узором.

— Всё хорошо. Спасибо вам.

Поблагодарила она и сделала глоток прохладной воды. Молох лишь отодвинул свой стакан в сторону.

— А я не буду.

— Зато я буду!

Энергично отозвался Реджинальд, тут же направляясь к столу.

— Благодарю!

Он схватил стакан и начал жадно пить. Продавец улыбнулся.

— Рад помочь хотя бы этим.

Гэвин, спрятав руки за спину, подошёл к стеллажам, разглядывая товары. Молох, опустив голову на ладонь, прикрыл глаза.

Владелец магазина, окинув гостей внимательным взглядом, продолжил:

— По вашему виду и не скажешь, что вы обычные путешественники. Вы, видать, все из благородных кровей?

«Так он не знает, как выглядят правители других империй. Это в какой‑то мере хорошо», — подумала Майя, неторопливо попивая воду.

Реджинальд допил, поставил стакан на стол и бодро ответил:

— Да, так и есть. Мы приехали на одну встречу, а потом решили прогуляться. Вот и всё.

Майя усмехнулась, прикрыв рот рукой - той самой, что держала стакан за ободок.

«Да‑да… Я и Гэвин - сироты, Реджинальд - наследный принц, а Молох - демон воплоти».

Неожиданно для всех Гэвин обратился к Реджинальду:

— Ваше Величество Реджинальд, можно вас попросить перевести мои слова для господина?

Реджинальд кивнул, и рыцарь задал вопрос:

— Сэр, вы сказали, что к вам не так часто приходят посетители. Почему? Ведь у вас продаётся недорогая и нужная техника.

Реджинальд перевёл вопрос, и торговец, подойдя ближе к Гэвину, начал отвечать.

Майя поставила пустой стакан на стол и скрестила руки на коленях. Она переводила взгляд с одного собеседника на другого, прислушиваясь к их беседе, и вдруг осознала одну важную деталь.

«Так… Я не могу одновременно понимать два разных языка… Проблематично».

Вдруг лицо мужчины озарилось внезапной идеей. Глаза расширились, а на губах заиграла широкая улыбка. Он решительно произнёс:

— О! Если вам интересно, я могу показать вам кое‑что, что заинтересует вас ещё больше!

— И что же это?

Спросил принц, скрестив руки на груди. Продавец быстрым шагом обошёл стол, отодвинул штору и остановился у проёма в другую комнату.

— Игру, над которой я работал много лет.

Майя невольно подалась вперёд, её глаза заблестели от интереса. Реджинальда тоже зацепило предложение. Молох по‑прежнему оставался безучастным, а Гэвин, не понимая сути происходящего, лишь слегка нахмурил брови.

Реджинальд бросил взгляд на Майю, та буквально светилась от любопытства, словно солнце в полдень.

— Реджи…

Начала она. И принц догадался.

— Хочешь сыграть?

Майя энергично закивала, и Реджинальд уверенно ответил:

— Да, мы бы не против попробовать.

Мужчина воодушевился ещё сильнее, широко улыбнулся и замахал рукой, приглашая:

— Как же хорошо! Пошлите все вместе, я вам покажу!

Майя вскочила со стула и, едва сдерживая радость, подбежала к продавцу. Гэвин, всё ещё не понимая, что происходит, но решив не задавать лишних вопросов, последовал за ней. Реджинальд тоже двинулся следом и, обернувшись, окликнул:

— Молох.

Демон приоткрыл один глаз, окинул их равнодушным взглядом и, вздохнув, понурил голову. Ребята уже направились вглубь магазина, а Молох, засунув руки в карманы, не спеша побрёл за ними.

Вторая комната мало чем отличалась от первой. Те же обшарпанные стены, тот же выцветший пол. Слева виднелась лестница на второй этаж, а впереди проём, занавешенный плотной тканью. Повсюду громоздились коробки и пакеты с запчастями, заполненные до самого потолка. Свободной оставалась лишь узкая тропинка, ведущая к лестнице и следующей комнате.

— Извините за такой бардак.

Пробормотал мужчина, на мгновение оглядываясь.

— Запчастей и старой техники накопилось слишком много, а выбросить жалко.

Они осторожно перешагнули через пакет, лежавший на пути. Реджинальд не удержался от вопроса:

— Можете ли вы подробнее объяснить суть игры?

Владелец магазина тут же обернулся с воодушевлённой улыбкой:

— Сейчас, сейчас всё покажу и расскажу!

Они вошли в следующее помещение. Здесь было чуть опрятнее: стены выкрашены в голубой цвет, хотя краска уже начала осыпаться от старости. Слева стоял деревянный рабочий стол, заваленный инструментами. Но больше всего внимание ребят привлекли десять кресел со шлемами, подключёнными к одному центральному компьютеру.

Гэвин, Майя и Реджинальд настороженно переглянулись. Оборудование выглядело подозрительно, почти как орудие пыток.

Пока мужчина расчищал стол от мусора и запускал систему, он начал объяснять:

— Я работал над этой игрой много лет. Строил, разбирал, собирал заново, стараясь добиться идеального результата. Это безобидная игра на поиск убийцы среди игроков. Вы погружаетесь в виртуальный мир, компьютер назначает вам роли, о которых другие не знают, и объясняет суть задания. После этого вам нужно вычислить убийцу.

Реджинальд подошёл ближе, с интересом разглядывая технику. В это время Гэвин наклонился к Майе и тихо произнёс:

— Я всё ещё не понимаю, что он говорит.

Майя взглянула на него и мысленно отметила: «Точно, он же не знает языка!»

Переключаться между языками было для неё непривычно, и она ещё не до конца понимала, как это работает. Но постаралась кратко объяснить:

— Если коротко, то мы будем играть, нам дадут роли, и нужно будет найти убийцу.

Гэвин прищурился и поджал губы. Майя вопросительно наклонила голову, и он спросил:

— Ну… А ты точно уверена, что хочешь в это играть?

Он кивнул в сторону кресел, которые выглядели не слишком надёжно. Майя на секунду задумалась, но затем твёрдо ответила:

— Да, хочу попробовать.

Но намерения рыцаря защитить Майю были сильнее её желания. Он настойчиво произнёс:

— Майя…

Однако Молох встал между ними, не дав Гэвину договорить. Демон приобнял девушку за плечи и слегка наклонился вперёд с явной ноткой агрессии в голосе:

— Она уже сказала свой ответ. Почему ты ей перечишь?

Он прищурился и добавил ледяным тоном:

— И для тебя она - Её Высочество Майя.

С этими словами он повёл Майю к Реджинальду.

Отойдя в сторону, Майя осторожно потянула Молоха за край пиджака, привлекая его внимание. Он обернулся, и она, приподнявшись на цыпочках, прошептала:

— Молох, ну нельзя же так открыто перед всеми.

Маг нахмурился, губы его сжались в тонкую линию. Майя заметила его раздражение и не поняла, в чём дело. Она имела в виду его поведение с Гэвином, но, видимо, Молох истолковал её слова иначе. Он лишь фыркнул и убрал руку с её плеча. Майя едва удержалась от желания дать ему подзатыльник - мешало только присутствие продавца.

Гэвин, наблюдая за этой сценой, нахмурился. Его дыхание участилось, а кулаки непроизвольно сжались. Но через мгновение он тряхнул головой, отгоняя дурные мысли, и глубоко вдохнул. Рыцарь присоединился к остальным как раз в тот момент, когда изобретатель закончил подготовку.

— Всё, можете садиться, надевать шлемы и готовиться к игре.

Ребята быстро заняли места и замерли в ожидании. Мужчина сел за компьютер и сделал последние настройки.

— Так‑с, вас четверо, поэтому я добавлю пять ботов. Только не пугайтесь, если что‑то пойдёт не так - так задумано.

Он уже собирался нажать кнопку, но вдруг воскликнул:

— Точно! Вы первые, кто будет играть в неё, так что могут быть баги. Например, летающие предметы или что‑то ещё.

Реджинальд всплеснул руками:

— А почему вы раньше об этом не сказали?!

— Удачи!

Произнёс торговец, игнорируя вопрос, и нажал кнопку.

Их охватило чувство невесомости, словно они парили в абсолютной пустоте. Кресла исчезли, тяжёлые шлемы больше не давили на головы. Мир вокруг стал бескрайним и безмолвным, без конца и края. Глянцево‑чёрная земля простиралась под ногами, а небо, усыпанное звёздами и украшенное яркой луной, казалось бесконечно далёким.

Ребята начали оглядываться, пытаясь осознать, где они оказались. Гэвин стоял молча, его взгляд был прикован к окружающему пространству, словно он пытался найти в нём хоть намёк на логику. Реджинальд переступил с ноги на ногу, правую руку положил вдоль талии, а левой задумчиво потёр подбородок. Наклонив голову вбок и приподняв уголок рта, он оценил пейзаж и одобрительно произнёс:

— А недурно! Здесь даже просто находиться приятно.

Молох спокойно наблюдал за Майей. Та, не в силах сдержать восторг, прикрыла рот ладонями и звонко воскликнула:

— Уи-и! Как тут красиво!!

Её глаза сияли, а лицо светилось от счастья. Она запрыгала на месте, разглядывая небо и землю, словно ребёнок, впервые увидевший снег.

В этот момент раздался громкий женский голос, заставивший всех замереть и прислушаться.

— Добро пожаловать!

Произнесла ведущая. Её голос звучал уверенно и властно. В нём чувствовалось дружелюбие, но фальшивая, будто вместо человека говорит робот.

Все сосредоточились на её словах. Майя и Гэвин начали озираться, пытаясь найти источник звука.

— Я - ведущая этой игры. Моя задача рассказать вам правила и сопровождать вас до конца. То, что вы видите перед собой, этап «ночь».

Внезапно небо начало меняться. Луна медленно скрылась за горизонтом на западе, звёзды погасли, а на востоке взошло яркое солнце, которое быстро поднялось высоко в небо, заняв место луны. Но это было только начало.

Пол медленно преображался, становясь глянцево‑белым, в его зеркальной поверхности отчётливо виднелись отражения ребят. Из‑под него начали возникать необычные деревянные избы с причудливой резьбой. Двухскатные крыши каждого дома были покрыты соломой, маленькие окна с закрытыми ставнями придавали избам таинственный вид, а над каждой дверью висел козырёк. Всего было десять изб, расставленных по кругу.В центре появился круглый деревянный стол со стеклянными вставками. Вокруг него расположились десять стульев с высокими спинками и без подлокотников - деревянные, но обивка из прозрачного стекла.

— Это этап «день».

Объявила ведущая. Майя, восхищённая увиденным, бросилась осматривать избы и их содержимое. Внутри каждой была лишь односпальная кровать, лампа на столе и простой стул. На улице она внимательно изучила каждый необычный стул и стол, даже заглянула под них.

Трое ребят последовали за ней. Хотя они вели себя сдержаннее Майи, им тоже было любопытно исследовать новое пространство.

Пока Майя бегала от избы к избе, ведущая продолжила объяснять правила:

— Пройдёмся по ролям. Мирные жители - у вас нет особых обязанностей, кроме как днём решать, кого линчевать. Демон‑повелитель и демон‑исполнитель - они просыпаются ночью…

В этот момент Реджинальд с ухмылкой толкнул Молоха локтем и прошептал:

— Даже тут ты есть, никуда от тебя не скроешься.

Молох закатил глаза и, раздражённо шлёпнув ладонью по лицу принца, отодвинул его в сторону.

— Отвали.

Ведущая, не обращая внимания на их перепалку, продолжала:

— Повелитель даёт указание, кого убить, а исполнитель выполняет приказ. Целитель - лечит одного человека за ночь, того, кого посчитает нужным. Суккуб/инкуб - они по ночам идут к тому игроку, к которому захотят, после чего игрок сутки не может ничего делать…

На слове «инкуб» Молох не удержался и толкнул принца в ответ, ехидно шепнув:

— Хах! А это уже о тебе. Даже тут от тебя не скроешься.

— Иди ты!

Сморщившись, отозвался Реджинальд.

Они снова прислушались к ведущей, которая как будто специально выбрала момент, чтобы добавить:

— Алкаш - по ночам идёт к одному из игроков за бутылкой.

Молох с широкой ухмылкой снова толкнул принца.

— Вау! Опять про тебя говорят. Как они так метко попадают, интересно?

Реджинальд откинул голову назад и, демонстративно отвернувшись, громко выдохнул, оставляя довольного Молоха в гордом одиночестве.

Но роли ещё не закончились. Ведущая продолжила:

— Благословлённый - у этого игрока две жизни. И ангел - он должен найти демонов и избавиться от них.

Молох недовольно фыркнул, скрестив руки на груди.

— Даже тут этих святош показывают как добрых существ.

Произнёс он с явным отвращением.

Ведущая закончила рассказывать про основные роли и продолжила объяснять правила игры:

— Во время дня вы можете совещаться и голосовать, кого линчевать. Но когда наступает ночь, все идут по своим домам. Я буду вызывать игрока по его роли и давать ему время сделать свой выбор.

В этот момент Майя подбежала к Реджинальду с широкой улыбкой и воскликнула:

— Как тут классно!

Реджи уже открыл рот, чтобы ответить, но ведущая внезапно громко объявила:

— На этом инструктаж закончен! Девять участников, садитесь за свои места. Мы начинаем!

Вдруг у стола, возле стульев, появились пять фигур: две женщины и три мужчины. Они стояли ужасающе неестественно, словно застыли во времени. Даже движения грудной клетки при дыхании отсутствовали. Люди выглядели прилично и непохожими друг на друга, но их объединяло одно - белые маски с чёрными чертами лица, полностью скрывавшие внешность.

Реджинальд кивнул Майе в сторону стола:

— Ну что же, пойдём посмотрим, что это за игра из себя представляет?

Майя сжала ладони, подняв их на уровень груди, и с предвкушением произнесла:

— Да, пойдём скорее!

Она схватила его за руку и потянула к местам. Молох и Гэвин уже заняли стулья. Между ними оставались два свободных места, туда и сели Майя и Реджинальд. Принц оказался рядом с Молохом, а Майя с другой стороны от него, рядом с Гэвином.

На столе, напротив каждого стула, лежали такие же маски, как у фигур, которые явно были игровыми ботами. Реджинальд забарабанил пальцами по спинке стула:

— М-м… А мы что, собственно, ждём?

Молох взял маску в руки и начал внимательно её рассматривать:

— Похоже, не уточнили, обязательно ли надевать маски.

Все взяли маски и надели их. В тот же миг боты синхронно отодвинули стулья и сели за стол. За ними последовали и четверо ребят. Только тогда, словно по команде, ведущая заговорила:

— После распределения ролей все должны рассказать о себе, начиная с первого игрока.

Из стола поднялись номерные знаки. Гэвин оказался первым, Майя - второй, Реджинальд - третьим, Молох - четвёртым, и так до последнего игрока. Через маски появилась голограмма с назначенной ролью: Гэвин и Молох оказались мирными жителями, Майя - целителем, а Реджи - ангелом.

— Первый игрок, можете говорить.

Произнесла ведущая, давая слово Гэвину.

Тот, услышав свой номер, начал щёлкать пальцами, наклонил голову и неуверенно произнёс:

— Для начала хочу сказать, что я мирный житель. А… так даже и рассказывать нечего. Кто меня знает, тот понимает, что я не вру. Спасибо за внимание.

Майя, глядя на рыцаря, мысленно удивилась: «А что, так можно?»

— Второй игрок, можете говорить.

Обратилась ведущая к Майе.

Девушка дёрнулась, плечи её опустились, а взгляд упал на стол. У неё на лбу проступил лёгкий пот. Она начала нервно тереть тыльную сторону ладони другой рукой. Молчать было нельзя, поэтому, глубоко вздохнув, она заговорила:

— А… Ну… Меня зовут Майя, и я ни для кого не опасна. Надеюсь, мы хорошо проведём время. Спасибо за внимание.

Как только Майя закончила, ведущая сразу же дала слово следующему игроку:

— Третий игрок, можете говорить.

Реджинальд вальяжно уселся на стуле, закинув ногу на ногу, и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Меня можете называть Реджи. Я обычный человек и с радостью проведу время с особыми гостями ночью.

Молох бросил на него косой взгляд:

— Ты для кого тут красуешься? Для ботов?

Принц откинул голову в сторону мага и тихо ответил:

— Не порти мне вечер, а то я потом сам к тебе загляну.

— Попробуй только.

Сдержанно, сквозь зубы, проговорил Молох. Но Реджинальд не успел ответить, ведь ведущая продолжила:

— Четвёртый игрок, можете говорить.

Молох пару секунд помолчал, а затем заявил:

— Обращайтесь ко мне по цифре. Спасибо за внимание.

Гэвин, Майя и Реджинальд повернулись к нему с явным осуждением. Молох выставил руки ладонями вверх:

— Что?

Майя и Реджи не удержались и высказали своё недовольство:

— Ты как всегда! Старпёр и в играх ведёт себя как старпёр.

— Скукотища…

— Хоть бы что-нибудь ещё сказал.

— А не «обраща-айтесь ко мне по ци-ифре».

Передразнила Майя интонацию демона. Молох нахмурился:

— А я и в следующий раз так скажу. И после второй игры, и после третьей.

Майя и Реджинальд ссутулились и тяжело вздохнули. Было видно, что они разочарованы поведением мага.

Ведущая продолжила по порядку просить остальных игроков рассказать о себе. Оказалось, что боты, как искусственный интеллект, создали собственные истории. Они говорили не как обычные люди - их речь звучала более холодно и однотонно, но при этом у каждого был свой тон голоса. Кто‑то заикался, выдавая волнение, кто‑то говорил бодро, почти как Реджинальд, кто‑то звонко или очень тихо.

После того как девятый участник закончил рассказ, ведущая объявила:

— Наступает ночь.

Солнце мгновенно скрылось за горизонтом, и его место заняли луна и яркие звёзды. Все участники разошлись по своим домам. Кто‑то просто сидел, задумчиво глядя в пустоту, а кто‑то лёг на кровать, погружаясь в свои мысли.

Майя села на жёсткую кровать и задумалась: «Это так странно… Что‑то говоришь, что‑то делаешь. В лицее я слышала от старшеклассников об игре „Мафия“, но сомневаюсь, что она была именно такой, как здесь».

Неожиданно через маску перед ней появилась голограмма с надписью: «Выберите, кого вы хотите сегодня вылечить?».

На экране высветились номера и имена участников. Майя замешкалась, её взгляд метался между строками. Она не знала, кому можно доверять.

«И кого же выбрать?.. Я точно доверяю ребятам, а роботы? Они с лёгкостью могут врать - у них нет лишних движений и эмоций, да и не видно их под маской».

Девушка подняла руку. Её палец сначала указал на строку «3. Реджи», но она резко остановилась и перевела его на «4. Четвёртый», а затем и на «1. Мирный житель».

Метаясь между вариантами, Майя размышляла: «Они не уточнили, какая им досталась роль, но и боты не должны этого знать. Значит, боты будут судить по их ответам во время собрания».

Она нервно накрутила прядь волос на палец, пытаясь сосредоточиться. Внезапно перед глазами возник таймер - всего 10 секунд.

«Блин, а что так мало времени?!» — воскликнула она мысленно, приложив два пальца к вискам и начав тереть их круговыми движениями.

Майя вспомнила, как отвечали другие участники: «Так, Гэвин ответил не так скромно, но и не так громко. Реджи сразу заявил, чтобы к нему приходили. А Молох вообще ничего не сказал!»

Осталось 5 секунд.

«Если подумать, на всех есть подозрения, и каждый может оказаться врагом!»

2 секунды.

«Ладно, Реджи тут самый шумный».

На последней секунде Майя успела выбрать Реджинальда.

Через несколько минут ночь закончилась, и наступил день. Все участники вышли из своих домов и собрались за столом. Гэвин уже сидел на своём месте, когда к столу подошли Майя и Реджинальд.

Майя опустилась на стул и спросила:

— Давайте, рассказывайте, как прошла первая ночь?

Гэвин облокотился на стол, положил голову на руку и посмотрел вдаль.

— Спокойно, даже скучновато как‑то.

Ответил он, взглянув на Майю.

— А у тебя как?

— Тоже спокойно.

С улыбкой произнесла Майя. Она повернулась к Реджинальду, который выглядел немного помятым, и спросила:

— А ты что молчишь?

Реджинальд взялся руками за спинку стула, отодвинул его и тяжело опустился на место. Громко вздохнув, он потёр шею сзади и ответил:

— Как‑то не ожидал сегодня ночью почувствовать новые ощущения.

Майя удивлённо откинулась назад, затем развернулась вместе со стулом к нему, положила руки на колени и наклонилась вперёд:

— В смысле? Что случилось?

Даже Гэвин внимательно посмотрел на принца, заинтригованный его странным ответом.

Реджи слегка помедлил, опустил взгляд и подавленно произнёс:

— Ну‑у… Меня пытались убить, но целитель меня вылечил, поэтому я тут.

Майя ошарашенно уставилась на него, мысленно воскликнув: «Блин, как хорошо, что я догадалась!»

— Вы видели, кто нападал?

Спросил Гэвин, глядя на Реджинальда. Тот покачал головой:

— Я стоял спиной, когда ко мне зашли. Обернуться не успел, как уже выстрелили. А как только день наступил, я уже лежал на кровати.

Майя приоткрыла рот от удивления и воскликнула:

— А… Стоп! Но это же игра… Разве тут должно быть такое?

Реджинальд поёрзал на стуле и пояснил:

— Похоже, великий программист хотел добиться реалистичности, но в некоторых моментах допустил ошибки.

— Тебе хоть не было больно?

Обеспокоенно спросила Майя. Реджинальд поджал губы и отвёл взгляд:

— М‑м… Не очень приятное чувство.

После этого разговора повисла неловкая пауза. Вскоре подошёл Молох. Ведущая дала время обсудить, что они думают и кого бы хотели исключить из игры.

После короткого обсуждения больше всего голосов отдали игроку под номером семь - мужчине‑военнослужащему. Его «казнь» прошла странно: бот просто исчез прямо в воздухе, оставив всех в недоумении.

Настала следующая ночь. Майя нервно ходила по небольшой комнате, её мысли путались: «Мы не можем быть уверены, был ли тот человек демоном или просто мирным. Если демон один, у нас есть три дня, чтобы его найти. Если их двое - два дня».

Перед глазами высветилось уведомление: нужно выбрать, кого вылечить. Девушка остановилась и села на кровать, напряжённо размышляя над выбором следующего игрока. Её охватило раздражение.

«Кого я должна лечить, если не знаю, что вообще делать?!»

Она схватилась за волосы и с силой дёрнула их вниз, тихо прорычав от бессилия. Времени на выбор оставалось всего десять секунд, и в этот момент дверь дома начала медленно открываться.

Дыхание перехватило, а сердце забилось быстрее, будто уже знало, кто стоит за дверью. В проёме появилась женщина с короткими каштановыми волосами, одетая в стиле восьмидесятых. Она вошла в комнату и произнесла своим холодным, бездушным голосом:

— Ты спалилась, целитель.

Женщина подняла руку в направлении Майи. Внезапно в её ладони возник пистолет - дьявольский, будто сотворённый из самой лавы, весь покрытый огненными трещинами. Она взвела курок - раздался тихий щелчок револьвера.

Майя застыла на месте, не в силах пошевелиться. Казалось, с этим звуком она навсегда превратилась в каменную статую. Глаза расширились от ужаса, сердце замерло. Она пыталась что‑то сделать, но не могла даже пальцем пошевелить. Взгляд застыл на белоснежной маске, которая идеально передавала черты лица, но при этом вызывала тревогу и даже отвращение.

«Что происходит? Почему я не могу двигаться?!»

В следующий миг раздался выстрел. Темнота поглотила Майю. Резкий, громкий хлопок, и острая боль пронзила лоб. Она хотела закричать, но не смогла. Боль быстро прошла, оставив лишь воспоминание, и это показалось ей чем‑то знакомым.

Когда она открыла глаза, уже наступил день. Она лежала на кровати в своей игровой избе, глядя в потолок и пытаясь осознать, что произошло. Сердце всё ещё колотилось, напоминая, что она жива.

Девушка схватилась за грудь и сжала мантию. Поднявшись, она с глубоким дыханием сорвала с лица маску и коснулась лба. Он был цел, как будто никто даже не притрагивался к нему. Майя опустила руки и развернула маску, та тоже осталась невредимой.

— Игра окончена. Победу одержали демоны!

Раздался монотонный голос ведущей.

— Для следующей игры наденьте маски и сядьте за стол!

Этот голос был настолько спокойным и однообразным, что буквально резал слух. Майя глубоко вздохнула, но тяжесть в груди так и не ушла. С дёргающейся бровью она быстро встала с кровати и вспыльчиво сбросила мантию, бросив её на место, где только что сидела.

Выйдя из дома, она надеялась хоть так спокойно отдышаться, и увидела, что бездушные роботы уже сидят за столом, неподвижные, с изменённой внешностью.

Молох, Гэвин и Реджинальд стояли рядом и о чём‑то переговаривались. Маски у них были сняты: у Реджи и Гэвина - в руках, у Молоха - на макушке.

Майя направилась к ним. Реджинальд, заметив её, тут же обратился к парням:

— Майя тут!

Он шагнул между ними и направился к ней навстречу. Приблизившись, наклонился и с беспокойством спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

Майя засомневалась с ответом. Она отвела взгляд и потёрла шею сзади. Её понурый вид выдавал всё без слов, но она всё‑таки выдавила фальшивую улыбку и неуверенно произнесла, пытаясь скрыть удручённость за насмешкой:

— Ну… Как будто недавно умерла?

— Отличное объяснение, лучше и не скажешь!

С ухмылкой ответил Реджинальд. Они выпрямились и вместе подошли к остальным.

— Значит, демоны победили?

Спросила Майя, хотя и знала ответ. Ей хотелось понять, что же произошло.

Гэвин кивнул:

— Ага. Мы смогли устранить только одного, и то благодаря алкашу.

Реджинальд скрестил руки и кивнул в сторону Майи:

— Меня вообще убили после тебя.

Майя задумалась, глядя в одну точку. Она взялась за подбородок, потирая его, и положила вторую руку на талию.

— Один из ботов, который был исполнителем, сказал, что я спалилась.

Эта новость заинтересовала всех. Майя махнула рукой, подняла голову и озвучила своё заключение:

— Значит, они анализируют нас и понимают, что мы живые и знаем друг друга.

— Только вот игра не разделена на два фронта.

Задумчиво произнёс Молох, глядя на роботов.

— Эти куклы с лёгкостью убивают своих. И уже от этого можно судить - им важно победить.

Все замерли, ожидая хоть какого‑нибудь слова. Но никто не знал, что сказать. Ребята переглядывались, то опускали взгляд в пол, то смотрели на стол, где неподвижно сидели боты. В неловком ожидании хоть какого‑то решения. Что им делать дальше - продолжить игру или выйти из неё?

В конце концов угнетающее состояние Майи отступило, скрывшись под мучительным интересом к этому удивительному, пусть и искусственному миру. Девушка решила сыграть ещё раз. Она подошла ближе к столу, взялась за спинку стула и отодвинула его.

Реджинальд последовал её примеру. Он шагнул к ней, явно волнуясь за её состояние, и мягко спросил:

— Майя, ты уверена, что хочешь продолжить? Это было не очень весело… Я переживаю. Может, ты не хочешь?

Майя напрягла пальцы, вдавливая их в спинку стула. Ещё раз оглядев ботов, она уверенно ответила, опускаясь на сиденье:

— Да, это было неприятно… Но тем интереснее.

Придвинувшись к столу, она добавила:

— Умирать тут больно, но эти ощущения быстро забываются.

Надев маску, Майя поставила локти на стол и сомкнула руки в замок.

— Я хочу узнать всё, на что способна эта игра!

Они продолжили играть. Все прекрасно знали, что Майю переубедить трудно, поэтому никто даже не пытался.

Игра порой заканчивалась быстро, а иногда тянулась до тех пор, пока не оставалось всего три участника. Поначалу она казалась странной и скучной, а в некоторые моменты даже опасной. Но постепенно игра захватила ребят.

Боты каждый раз были разными. Точнее, их истории. Кто‑то прибыл из далёкой страны, кто‑то был мореплавателем, а однажды среди них оказались муж и жена. Они меняли национальность и одежду, создавая иллюзию настоящих личностей.

Разумеется, встречались и баги. Однажды дом одного из ботов просто улетел в небо и не вернулся даже после завершения игры. Так и остался бот без крыши над головой.

Не обошлось и без забавных случаев.

Как-то раз Майе досталась роль ангела. Ангел мог либо проверить игрока, либо убить его, но ей не объяснили, что для проверки нужно нажать на иконку игрока и провести влево.

В первую ночь она застрелила бота под номером пять, во вторую - бота седьмого, а на третью ночь отправилась убивать шестого. За её действиями наблюдали демоны: Молох - повелитель, и Реджинальд - исполнитель. Они выглянули из окон между своими избами и каждую ночь следили за тем, как Майя заходит в дома роботов.

— Ну ты только посмотри! Она же профессиональный снайпер!

Произнёс с иронией Реджинальд. Молох кивнул и добавил:

— Ага, три выстрела - ноль попаданий.

Демоны не предпринимали никаких действий, просто ожидая, пока Майя перебьёт всех ботов. В итоге они выиграли, но ведущая тут же добавила новый поворот: в избах Реджинальда и Молоха заколотили окна. Теперь уже нельзя было с уверенностью сказать, действительно ли они победили.

А как-то раз после того, как все игроки высказались, началось голосование. И тут Гэвин неожиданно объявил:

— Голосую, чтобы Молоха по приколу линчевали.

Майя и Реджинальд резко повернулись к нему, уставившись так, словно перед ними стоял сумасшедший.

Внезапно Молох ударил кулаком по столу так сильно, что вздрогнули даже боты. Он наклонился вперёд, глаза его вспыхнули от гнева, а рот приоткрылся, оскалив зубы.

— Ты, кажется, что‑то перепутал. Посмотри‑ка в своей дырявой голове, то ли имя назвал.

Гэвин выслушал его, сделал задумчивое лицо, прислонив указательный палец к скуле, и устремил взгляд вверх. Затем, небрежно отведя руку в сторону, спокойно ответил:

— Нет, я точно говорю о вас.

Молох и Гэвин замерли, пристально глядя друг на друга, словно пытаясь предугадать ход мыслей оппонента и сожрать его изнутри.

Рыцарь продолжил:

— На прошлой игре ты был убийцей и начал с восьмого участника, а сейчас убил шестого. Но их объединяет одно - оба они играли роли детей.

Молох не собирался уступать. Он хрустнул пальцами, сжимая кулаки, и высокомерно парировал:

— Ах так? А может, это ты здесь крыса и пытаешься меня подставить? Или у тебя личные счёты, и ты специально стараешься мне насолить?

Напряжение между ними нарастало, воздух вокруг стал тяжёлым и густым. Майя и Реджинальд, сидящие между ними, переглядывались с тревогой, опасаясь, что вот‑вот что‑нибудь тяжёлое полетит в их сторону.

В итоге проголосовали за Молоха, и его линчевали, несмотря на то, что он был мирным игроком, а Гэвин оказался исполнителем. Но на этом их конфликт не исчерпался!

В новой игре Молоху досталась роль ангела, а Гэвину - повелителя. В первую же ночь они встретились лицом к лицу посреди улицы. Оба одновременно достали оружие и выстрелили друг в друга. Результат - мгновенный нокаут для обоих.

Свидетелями этой сцены стали Майя, ей досталась роль алкаша, и Реджинальд - инкуб. Майя, держа в руках бутылку, которую только что забрала у другого игрока, смотрела на происходящее с явным недоумением, хотя её лицо скрывала маска.

Вскоре из избы вышел Реджинальд. Он на мгновение замер, глядя на два неподвижных тела на земле. Подойдя к Майе, задумчиво спросил:

— Они что, коллективный суицид совершили? Или как это вообще можно назвать?

Оба не могли отвести глаз от тел, которые медленно исчезали, превращаясь в яркие огоньки, устремившиеся вверх. Принц протянул руку, и Майя вложила в неё бутылку.

Реджинальд сделал глоток, а девушка уточнила:

— Это можно описать как коллективный дебилизм.

После этого случая ввели новое правило: ангелам и демонам запретили одновременно выбирать и выполнять действие. Это не сильно расстроило игроков, но количество подобных забавных ситуаций сократилось. Впрочем, смешных моментов меньше не стало.

Однажды Майе досталась роль благословлённой. В первую ночь её попытались убить, но целитель спас. Во вторую ночь ситуация повторилась - на этот раз сработало благословение. Все были поражены, когда в третью ночь произошло то же самое, и её вновь спас целитель.

На протяжении игры участники недоумевали: «Какого лешего здесь происходит?»

Майя лишь смеялась и уверяла:

— Я просто бронированная!

Когда игра закончилась, Молох едва не вырвал Реджинальду все волосы, ведь именно принц был зачинщиком всех провокаций. Тот держался из последних сил, поэтому во время порки от мага даже не сопротивлялся, а только громко смеялся.

Позже Майя узнала, что Гэвин был целителем. Она подошла к нему и в благодарность погладила по голове. Оба остались довольны: Гэвин заметно расслабился, а Майя умилялась его реакции, словно перед ней был милый щенок. Молох заметил это, но решил приберечь месть на потом.

Во время второй ночи очередного игрового процесса Майя удобно устроилась на кровати, согнув ноги и положив одну поверх другой. Она смотрела в потолок, утомлённая и с нетерпением ожидая конца ночи.

Внезапно дверь бесшумно открылась. Майя, услышав лёгкий скрип петель, резко вскочила и подтянула ноги к груди. К её удивлению, в комнату вошёл Молох. Его маска была небрежно сдвинута на макушку, открывая лицо.

Девушка наклонила голову набок, слегка прищурилась - её поза выдавала явную напряжённость.

— Что это ты ко мне зашёл?

Озадаченно спросила она, не понимая, стоит ли удивляться или уже подозревать неладное.

Молох медленно, почти бесшумно, прошёл по комнате, изучая скромную обстановку.

— Не переживай, я пришёл не по твою душу. Моя роль - инкуб.

Эти слова её ничуть не успокоили.

— Ага, не за мной, а за моим телом.

Хмыкнула Майя. Маг остановился у кровати, посмотрел на неё и иронично бросил:

— Ха-ха!

Напряжение никуда не исчезло, но Майе всё же стало легче. По крайней мере, это был он, а не кто‑то другой.

— Я не собираюсь выполнять свою роль.

Добавил Молох, явно стараясь успокоить впечатлительную Майю. Девушка хмыкнула. Она ещё не понимала, что у него на уме, но раз всё спокойно, то незачем и переживать. Усевшись в позу лотоса, она ещё раз прокрутила в голове его слова и наконец ответила:

— Вот как, значит. Давай тогда поговорим о чём‑нибудь.

Майя убрала руки за спину и опёрлась на них, внимательно глядя на Молоха в ожидании продолжения разговора. Тот задал ей простой вопрос:

— И как тебе игра? Понравилась?

Майя задумалась, взвешивая все плюсы и минусы.

— Даже не знаю… С вами, ребятами, очень весело. Была бы эта игра у нас дома, я бы с удовольствием играла хоть каждый день.

Она вытянула руки из‑за спины и поправила подол платья.

— Но когда «плохиши» убивают - больно. Когда наступаешь не туда - всё летит к чертям. И некоторые правила лучше бы уточнить или вообще переделать.

Когда она закончила, Молох шагнул вперёд и сел, прислонившись руками к кровати за спиной. Его взгляд был устремлён прямо на Майю, а глаза блестели так, будто он что‑то задумал. Этот взгляд напомнил девушке о важном вопросе.

— М‑м… А у тебя, кстати…

Она постучала пальцем по своей маске, намекая на его «второе лицо».

— Почему маска снята? Разве это не запрещено?

Молох пожал плечами:

— Это не уточняли. Я подумал, почему бы не снять её. Оказалось, маска нужна только для начала игры и во время выбора.

— А‑а…

После его ответа Майя сняла маску с лица, оставив её сбоку у виска. Она тут же вдохнула полной грудью и с довольным видом промурлыкала:

— Даже жить легче стало!

— Может, ты имела в виду «дышать»?

С ухмылкой поправил её Молох. Девушка игриво фыркнула, соглашаясь, а затем откинулась на кровать и вытянула ноги, положив неожиданно их на бёдра мага. Тот бросил на неё косой взгляд, но ничего не сказал.

Майя уставилась в потолок и задала следующий вопрос:

— Ты, кстати, почему так часто меняешь внешность?

Молох нахмурился, глядя на неё краем глаза. Несколько секунд он молчал. Майя повернулась к нему, заметила на его лице тень сомнения и уточнила:

— Ну… Я про волосы. Они у тебя то длинные, то короткие.

Маг чуть приподнял брови и нехотя промычал:

— Для приличия. Не с косами же, как принцесска, в гостях появляться.

Затем он решил прояснить, зачем она вообще это спросила, и добавил озорным тоном:

— А ты что спрашиваешь? Тебе некомфортно меня таким видеть?

Она сузила глаза и показала язык - поняла намёк на свою одержимость длинными волосами. Но, к удивлению Молоха, ответила:

— Мне нравится любой твой вид.

В ответ Молох тут же сделал волосы длиннее. Майя ехидно улыбнулась. Она уже хотела спросить, не позволит ли он ей заплести косички, которые ему так не нравятся. Но маг опередил её:

— О! Вспомнил, хотел спросить…

Его голос прозвучал натянуто.

— Что это ты после игры гладила по голове белого?

Майя напряглась. Она знала, что Молох не одобряет поведение Гэвина по отношению к ней, но никогда раньше не задавал прямых вопросов - предпочитал действовать напролом.

Неуверенно она произнесла:

— Так… Он же всю игру спасал меня от проигрыша. Вот я его и поблагодарила.

— А простого «спасибо» не хватило?

Резко спросил Молох. Его голос стал низким, а глаза прищурились в явном недовольстве. Но и Майя была недовольна.

«Да что я такого сделала?» — подумала она.

Не желая терпеть его тон, она решила немного подразнить мага:

— А что, ты тоже хочешь, чтобы я тебя по голове погладила?

Молох широко раскрыл глаза. Эти слова стали последней каплей. Внезапно он повернулся, схватил левую ногу Майи и осторожно отвёл её в сторону. Это сильно удивило девушку. Она рефлекторно согнула ноги в коленях и вытащила руки из‑за головы. Попыталась встать, но Молох не дал ей этого сделать. Он навис над ней, и несколько прядей его волос упали ей на щёки и ключицы.

Майя растерялась и прижала руки к груди. Она не успела придумать, что сказать в ответ на столь резкие действия. Но ещё до того, как она успела собраться с мыслями, почувствовала, как колено мага мягко коснулось внутренней стороны её бедра, вызывая приятное тепло, разливающееся по телу.

— Не говори так. Ты же понимаешь, что я сейчас инкуб и могу сделать всё, чтобы завтра ты не могла даже пошевелиться?

Тихо произнёс Молох. Он выглядел злым, но в его голосе слышалось что‑то ещё. То, что Майя редко замечала у него. Она нежно улыбнулась, её глаза засветились манящей теплотой. И вдруг она сладко прошептала:

— Да… Я понимаю.

Лицо Молоха изменилось. Он явно не ожидал такой реакции. Где покрасневшие щёки? Где шокированный взгляд? Где её застывшая поза? Он смотрел на её милое и в то же время спокойное лицо и задумался: было ли это разрешением?

Но не успел он додумать эту мысль, как щелчок курка и дуло револьвера, приставленное ко лбу, мгновенно развеяли все его сомнения. Вот она, настоящая Майя! Она не была напугана, потому что всё держала под контролем.

Молох поднял брови и ухмыльнулся:

— Ах ты, крыса эдакая! Я думал, у тебя уже должен был закончиться таймер.

— Когда ты пришёл, таймер ещё даже не начался. Я рассчитывала в эту ночь никого не убивать.

Она нахмурилась:

— Но вдруг ты решил ко мне прийти. Кстати об этом…

Девушка взяла маску и поднесла её к левой стороне лица. Глядя в неё одним глазом, произнесла:

— Осталось всего десять секунд.

Майя сняла маску и приложила палец к спусковому крючку. Её лицо исказилось страдальческой гримасой. Она отвела взгляд, дыхание стало тяжёлым - было видно, что ей трудно сделать то, что нужно.

— Прости меня.

Она зажмурилась и тут же выстрелила.

Вскоре игра завершилась. Майя радостно прыгала на месте у своего дома, ликуя от победы. Ей удалось победить всех и не попасться. Гэвин же сидел с опущенной головой на столе: Майя убила его первым, и он выглядел по-настоящему расстроенным.

Молох стоял и смотрел вдаль на радостно прыгающую Майю. К нему сзади подошёл Реджинальд.

— Чего так смотришь? Тоже не ожидал, что она сможет так всех обхитрить?

Спросил принц. Маг стоял расслабленно, руки спрятал в карманы. Он бросил взгляд на Реджинальда, тот явно был подавлен исходом игры. Молох не ответил на вопрос, а вместо этого спросил:

— И как она от тебя избавилась?

Глаза Реджинальда сузились, бровь нервно задёргалась. Он скривил губы в холодной усмешке и резко произнёс:

— А я к ней наведался за бутылкой алкоголя. Думал, спокойно поболтаем, я возьму бутылочку, получу по голове от неё за это и свалю по тихой грусти без выпивки. Но в итоге…

Он сделал драматическую паузу.

— Она просто сказала: «Алкоголь убивает людей», - и застрелила меня.

Молох фыркнул, не скрывая ухмылки.

— А тебя как?

Повернулся к нему Реджинальд. Маг всё ещё наблюдал за Майей. Та, заметив ребят, с широкой улыбкой до ушей уже прыгала к ним навстречу. Молох тихо хмыкнул, плавно перевёл взгляд на принца и произнёс:

— Очень красиво.

Он развернулся и шагнул вперёд, оставив принца в лёгком смятении.

Началась новая игра. В этот раз произошло нечто необычное. К компании присоединился десятый искусственный интеллект. Это сразу показалось ребятам странным, но они не придали этому большого значения.

После распределения ролей ведущая дала слово Гэвину:

— Первый игрок, можете говорить.

Гэвин, как обычно, начал сдержанно:

— Меня зовут Гэвин. Я из обычной семьи и работаю рыцарем. Спасибо за внимание!

Майя, сидевшая рядом, сняла маску, косо глянула на него и недовольно фыркнула:

— Опять ты скучно поприветствовался! Хоть бы что-нибудь ещё сказал. Каждый раз одно и то же!

Гэвин тоже снял маску и пожал плечами:

— Так мне нечего сказать.

Ведущая продолжила по списку:

— Второй игрок, можете говорить.

— Майя. Спасибо за внимание.

Проворчала девушка, отвернулась и скрестила руки на груди. Затем бросила короткий презрительный взгляд на Гэвина.

Реджинальд, наблюдавший за этой перепалкой, приподнял маску, обнажив лицо, и с лёгкой иронией спросил:

— Ребят, вы что, угараете?

— Принцесса, да.

Невозмутимо подтвердил Гэвин. Майя резко обернулась к нему и прошипела:

— А ты за меня не говори!

Ведущая, словно устав от их спора, поспешила передать слово Реджинальду:

— Третий игрок, можете говорить.

Принц пробормотал себе под нос:

— Тогда я это сделаю за вас.

Откинулся на спинку стула и бодро объявил:

— Я Секси-Шмекси Арнольд Аркодьев Третий. Спасибо за внимание!

Майя громко рассмеялась, схватившись за живот. Она положила маску на стол и, сложив руки перед собой, опустила на них голову. Гэвин посмотрел на принца с явным раздражением - губы сжаты, брови опущены, взгляд выражал полное непонимание этого набора букв и звуков. Молох, последовав примеру Майи, снял маску, облокотился на стол, подпёр лоб ладонью и разочарованно выдохнул.

Судья продолжила:

— Четвёртый игрок, можете говорить.

Маг поднял голову, заметив, что все уже смотрят на него в ожидании. Он задумчиво провёл рукой по подбородку и наконец произнёс:

— Я Тофет. Прибыл из другой империи, потому что там мне наскучило. Спасибо за внимание!

Наступила короткая пауза. Трое игроков переглянулись, а затем, будто сговорившись, синхронно произнесли:

— Какой ты скучный.

— Да-да.

Подтвердила Майя, недовольно покачав головой.

Позади них Гэвин презрительно хмыкнул, сжав губы, словно даже не удивился такому ответу.

— Да вы, малявки, сами не лучше сказали!

Возмутился Молох. Майя и Реджинальд тут же ответили в унисон:

— Лучше.— Лучше.

Ведущая обратилась к следующему участнику:

— Пятый игрок, можете говорить.

Искусственный интеллект на пятом месте поднял голову и представился:

— Меня зовут Фёдор.

Он был одет в тёмно‑синий спортивный костюм и сидел, прислонившись к спинке стула, слегка сгорбившись. Его телосложение больше напоминало подростка, чем взрослого. Выглядел он лет на шестнадцать, не больше. Холодным тоном, скрестив руки на груди, он добавил:

— Меня не волнует, что у вас тут происходит, и не нужно меня втягивать в ваши гражданские проблемы. Спасибо за внимание!

«Какой странный тип…» — подумала Майя, внимательно разглядывая Фёдора.

Между тем женский монотонный голос продолжил:

— Шестой игрок, можете говорить.

Под этим номером оказался смуглый мужчина в узких чёрных брюках и широком ярком платье, подпоясанном ярко‑красным кушаком. Его наряд был обильно расшит золотыми узорами, а на голове красовался высокий тюрбан с золотой вышивкой.

Он вздрогнул от неожиданного голоса ведущей и, немного помедлив, произнёс:

— Эм… А… Я Ананд. Прибыл сюда из Бхарата со своей невестой.

Ананд взял за руку девушку, сидевшую рядом с ним на седьмом месте. Она сжала его ладонь - движения её были настолько плавными, что можно было решить, будто под маской женщина улыбается.

Девушка была одета в огненно‑красное сари, украшенное золотыми нитями и расшитое узорами. Её руки были расписаны хной, на запястьях блестели золотые браслеты, а волосы, обильно смазанные маслами, заплетены в длинную косу с цветами, украшавшими голову.

Майя, наблюдавшая за этой парой, задумалась: «Ого! Значит, это жених и невеста из Индии. А какой народ тогда? Похоже на тамилов, но в Индии много народов, и у некоторых наряды очень похожи…»

Пока Майя погружалась в свои мысли, не переставая с интересом разглядывать парочку, Ананд завершил речь:

— Мы не плохие люди и хотим победить демонов. Спасибо за внимание!

Ведущая перешла к седьмому игроку:

— Седьмой игрок, можете говорить.

Девушка поджала плечи, словно пытаясь спрятаться, и неуверенно произнесла:

— М‑м… Я Малати. Мой жених уже всё сказал, мне добавить нечего. Спасибо за внимание.

— Восьмой игрок, можете говорить.

Объявила ведущая. Как только она закончила фразу, раздался резкий возглас:

— КАКОЕ БЕЗОБРАЗИЕ!!!

Закричала пожилая женщина в коричневой пуховой шали и серой кофте. Она яростно махнула рукой и ударила по столу.

— Я, Нина, такого свинского отношения не потерплю!

Старушка указала пальцем на парня в спортивном костюме - пятого игрока.

— Я хочу, чтобы мы жили в мире! А где его найти, если рядом с нами живут какие‑то гопники?

Фёдор не выдержал, вскочил и грозно ответил, глядя на старушку:

— Старушка, за базаром следите. Я уважаю старших, но могу сделать исключение и навалять вам!

Шестой и седьмой игроки сжались, боясь, что конфликт перекинется и на них.

«Вот так дела… Для искусственного интеллекта они выглядят и ведут себя почти как люди. Надеюсь, от них не будет проблем», — подумала Майя, наблюдая за происходящим.

Она была приятно удивлена, что роботы взаимодействуют друг с другом и хорошо, и плохо. Раньше такое тоже случалось, но не так ярко. Майя окончательно убедилась: в игре произошли какие‑то изменения. Но почему именно сейчас?

Внезапно раздался громкий звук, похожий на свист. Майя быстро закрыла уши, сморщившись от боли, так же поступили Реджи и Гэвин. Роботы мгновенно застыли на своих местах, словно окаменев.

Ведущая, воспользовавшись моментом, прекратила скандал и обратилась к следующему участнику:

— Девятый игрок, можете говорить.

На девятом месте сидел чернокожий мужчина с короткими чёрными волосами. Он был одет в белую рубашку в чёрную клетку, а руки и шея испещрены возрастными линиями. Мужчина выглядел не очень здоровым: часто опускал взгляд и нервно теребил пальцы, будто его что‑то тревожило.

— Добрый день, меня зовут Идир, я прибыл из Эш‑Банара.

Дребезжаще начал он. Хоть между человеческим и искусственным голосом были различия, в его речи чувствовалась боль.

— Я добрый человек и не хочу, чтобы кто‑то из нас пострадал. Давайте объединимся и победим демонов. Спасибо за внимание.

Закончив речь, он опустил голову.

«Это одна из лучших речей, что я сегодня слышала», — подумала Майя. На глаза невольно навернулись слёзы от хрипоты его голоса.

Наконец ведущая дошла до последнего игрока:

— Десятый игрок, можете говорить.

Десятый не спешил начинать. Он был одет в белый медицинский халат, его рыжие вьющиеся волосы были коротко подстрижены, но привлекали внимание. Мужчина плавно поставил локти на стол, сомкнул ладони в замок и начал:

— Добрый день…

Его монотонный голос разнёсся эхом по залу, заставив всех присутствующих ощутить странное давление. Майя, Молох, Гэвин и Реджинальд переглянулись - атмосфера вдруг стала напряжённой.

— Моё имя Анвир, я прибыл из другой империи. На своей родине я изучал множество наук - химию, биологию, даже этнографию. Надеюсь, я смогу быть вам полезен. Спасибо за внимание.

Закончив говорить, мужчина склонил голову и убрал руки под стол.

«Как‑то странно от него веет…» — засомневалась Майя.

Она не могла понять, что происходит. До этого круга игры уже были такие же «актёры», но что изменилось сейчас? Да, они двигались и говорили, выражая мысли и чувства, и в этом явно прослеживался заранее подготовленный текст. Но теперь всё выглядело иначе! Они словно сами научились подбирать нужные слова и действия. Движения стали более естественными, а речь живой и эмоциональной.

Майя нахмурилась, пытаясь уловить закономерность: «Что-то здесь не так… Раньше они были словно марионетки, а теперь… будто настоящие люди».

Вскоре наступила ночь. Все разошлись по своим домам, каждый знал, какие действия ему предстоит выполнить. Гэвин был исполнителем, Майя - суккубом, Молох - ангелом, а Реджинальд - благословлённым.

Молох решил в первую очередь проверить пятого игрока из‑за его странного поведения. Майя и Реджинальд хотели посмотреть, что произойдёт после первой ночи. А Гэвин в это время ходил по своей комнате, держа маску в руках, и ожидал указаний правителя.

«Так, кто же может стать для нас проблемой? Бабушка выглядит праведной, и если у неё высокая роль, то обычными отговорками тут не обойтись», — размышлял рыцарь.

Он остановился и надел маску.

«Думаю, стоит предложить эту цель ему, пока он сам не принял решение».

Гэвин посмотрел на виртуальную таблицу с именами участников. Десятый игрок был выделен ярким красным цветом - это указывало на его партнёра. Рыцарь махнул пальцем и отправил восьмой номер как предложение для ликвидации. В ожидании ответа он сел на кровать и принялся ждать.

Прошло две минуты. Затем ещё три. Его терпение было на исходе.

На восьмой минуте он вскочил с кровати, резко сдёрнув маску, которая так его раздражала. Нахмурившись, Гэвин воскликнул:

— Ну как можно так долго думать?!

Он почесал затылок, пытаясь найти объяснение: «Может, он решил пропустить ночь? Так можно было сообщить, и ночь бы закончилась быстрее».

Гэвин опустил руку на шею и начал растирать её сзади.

«Но если подумать, таким образом можно подставить таких, как шестой и седьмой…»

Рыцарь вздохнул с облегчением, осознав, что всё не так плохо, как казалось изначально. Он уже собирался сесть обратно, когда его внимание привлёк неожиданный звук.

Посмотрев в сторону шума, он понял, что это скрип петель двери. Взгляд Гэвина метнулся вперёд, и он резко поднял руку, чтобы призвать пистолет. Но не успел даже взвести курок, как в него выстрелили из такого же оружия.

Анвир, который так любезно представился и обещал быть полезным, не дрогнул ни во время выстрела, ни после, когда тело Гэвина упало на пол. Сразу было ясно: он решил так поступить с самого начала, не задумываясь о том, кто окажется на этом месте.

Десятый игрок молча развернулся и ушёл.

После этого ведущая объявила утро. Все игроки вышли из своих домов, и женский голос произнёс:

— Этой ночью погиб игрок под номером один. Садитесь за стол для обсуждения дел.

Боты по команде сели и застыли в ожидании остальных. Молох устроился первым. Он положил руки на стол, подпёр подбородок ладонью и начал постукивать кончиком пальца по маске, скрывающей его лицо.

— Я думал, что Гэвин выйдет из игры не раньше меня.

Произнёс он. Майя положила маску на стол и отодвинула стул назад. Реджинальд поставил руку на стол и, приподняв сиденье, переставил его чуть дальше.

— Ну, даже не знаю. Я вообще думал о тех, кто выделялся в прошлый раз больше всех.

Ответил принц. Они вместе сели за стол. Реджи повернулся к Молоху и, приподняв маску, спросил:

— А что ты думаешь?

— Что я благодарен отрицательному игроку за его выбор.

Ответил маг с явным раздражением.

— Наденьте уже маски и начнём поскорее!

Они вновь надели маски, и игра продолжилась.

— Признавайтесь! Кто убил бедного мальчика?!

Воскликнула старушка, ударив руками по столу. Многим уже не нравилось её поведение, и Фёдор не стал этого скрывать.

— Бабуль, ты серьёзно думаешь, что все раскроют свои карты, стоит тебе рявкнуть?

Бросил он с насмешкой.

Ананд и Малати, сидевшие рядом, нервно переглянулись и медленно придвинулись друг к другу, словно ища защиты. Их взгляды метались от одного игрока к другому.

Старушка вскочила со своего места, яростно указывая на парня, и закричала:

— Я так и знала, что это ты! Только такие бандиты, как ты, могли стать убийцами!

Пятый участник сорвался с места так резко, что стул с грохотом свалился на пол. Его напряжённая поза и резкие движения выдавали еле сдерживаемую ярость.

— Где вы тут, блин, бандита увидели? Я ауешник, а не маразматик, как вы!

Выкрикнул он, сжимая кулаки.

— Стоп!

Воскликнул Реджинальд. Он встал и, энергично жестикулируя, попытался успокоить собравшихся.

— Я понимаю, что ситуация всех пошатнула, но не стоит устраивать скандал…

«Да он прирождённый правитель…» — подумала Майя, облокотившись на стол и подпирая щёку рукой. Она с усмешкой наблюдала за Реджи.

«Пока ему что‑нибудь абсурдное в голову не взбредёт».

Все замолчали, внимательно слушая принца.

— Кому‑то из вас страшно, кто‑то зол, а кому‑то всё равно. Но нельзя из‑за этого терять голову!

Твёрдо произнёс Реджинальд. Пятый и восьмой участники неохотно опустились на свои стулья.

— Мы собрались здесь, чтобы вместе найти и устранить виновника.

Продолжил принц.

— Нужно тщательно всё обдумать и внимательно присмотреться к окружению. Предлагаю пропустить этот день, а на следующий…

— Нет…

Прервал его Анвир. Все взгляды обратились к рыжеволосому мужчине. Никто не понимал, что он имеет в виду. Реджинальд скрестил руки на груди и замер в ожидании.

— Это будет ошибкой, когда мы можем найти преступника уже сейчас.

Анвир поставил локти на стол и слегка наклонился вперёд:

— Как мы все видели, первый игрок был альбиносом. Эта особенность делает его уникальным!

— Давай конкретнее, к чему ты клонишь?

Потребовал Реджинальд, откинувшись на спинку стула. Анвир положил ладонь на грудь и слегка наклонил голову:

— Ох, извините, вы правы. Нужно быстрее разобраться. Для начала я бы хотел извиниться…

Многие опешили от этого заявления. Извиниться? За что? Вопросов появлялось всё больше и больше. Но всем приходилось лишь слушать.

Мужчина повернулся к девятому игроку и, коротко поклонившись, произнёс:

— Прошу твоего прощения за те слова, что я сейчас произнесу.

Идир, потеряв дар речи, отпрянул назад. Анвир, отвернувшись от него, указал рукой на девятого игрока:

— Девятый игрок относится к негроидной расе, а у них на родине не очень благоприятная среда, там есть некоторые проблемы.

Он положил руки на стол, сомкнув ладони в замок:

— Я хочу сказать, что там, откуда он родом, есть такой ритуал, где части тела альбиносов используют в лечебных целях.

Идир вскочил с места, тряся головой:

— Н‑нет… Нет, это не так! Я не убивал его!

Все взгляды были прикованы к нему. Он начал хрипло дышать. Тут же старушка завопила, не сдерживая отвращения и гнева:

— Так это ты убил мальчика?! Я так и знала, что чёрным нельзя доверять!!!

— Д‑да нет же… Скрывать не стану, у нас правда есть люди, которые занимаются этим. Но я не один из них!

Отчаянно возразил Идир. Анвир, глядя на него снизу вверх, холодно произнёс:

— Разве? Ты слишком нервный, и это не похоже на простое стеснение.

Обычных оправданий уже не хватало. Идир понимал, что проигрывает.

— С большей вероятностью, ты убил альбиноса либо для себя, ведь выглядишь ты уже не в лучшем свете, либо для кого‑то, из‑за кого довёл себя до такого состояния беспокойством.

Безжалостно заключил Анвир.

Уже никто не смотрел на Идира с озадаченностью. Будущие супруги начали перешёптываться:

— Ужас… Мне хоть альбиносы не нравились, но не до того, чтобы их убивать.

— Да он сумасшедший просто. Они же несчастье приносят, а не здоровье.

Фёдор, подперев рукой подбородок, молча наблюдал за происходящим. Когда их взгляды с Идиром встретились, пятый игрок отвернулся и фыркнул.

Сердце Идира бешено колотилось. Он пальцем оттянул воротник рубашки:

— А… Я‑я не…

Он пытался возразить, но язык заплетался. Нина продолжала кричать, называя его бессовестным животным. Идир не мог найти спасения.

Анвир смотрел на его измученный вид без тени сожаления. Фёдор и Молох даже не смотрели на Идира. Майя и Реджинальд, сняв маски, с округлившимися глазами наблюдали за разворачивающейся драмой.

Принцу надоел этот цирк. Он уже собирался привлечь к себе внимание, но ведущая объявила:

— Время совета подходит к концу. Прошу, проголосуйте за того, кто, по вашему мнению, демон.

Идир уже не надеялся на помилование. Атмосфера становилась всё более напряжённой. Он чувствовал, как грудь сдавливает невидимая сила, перекрывая возможность дышать свободно. Сделав шаг назад, он оглядел всех присутствующих и понял: единственный выход - бежать.

Резко развернувшись, Идир споткнулся о стул и упал на четвереньки. Быстро поднявшись на ноги, он помчался прочь из этого места. И в тот же миг раздался холодный, бесстрастный голос:

— Идир.

Это был Анвир - он выбрал девятого игрока на линчевание.

— Стой! Ты что творишь? Мы же не знаем точно, он ли убийца!

Вмешался Реджинальд. Он схватил маску и торопливо надел её, чтобы сделать свой выбор.

— Можешь не торопиться.

Спокойный голос Молоха остановил принца. Маг взял свою маску в руки и начал нервно вертеть её, пытаясь занять чем‑то пальцы.

— Даже если мы втроём проголосуем против, эта пятёрка уже отдала голоса за девятого.

Реджинальд посмотрел вдаль - туда, где спотыкался Идир. Брови принца сошлись на переносице: шанс найти хоть какой‑то выход стремительно таял. Тяжело прорычав, он рухнул на стул, вяло откинулся на спинку и безучастно свесил руки. Прикрыв лицо ладонью и закрыв глаза, он тихо выдохнул:

— Да что ж такое…

Майя переводила взгляд с ребят на роботов, потом - на свою маску. Она отчаянно искала способ спасти этого доброго человека, но понимала: ситуация безвыходная. Её охватило чувство тяжести, в горле встал ком. Она сжала маску в руках и закусила щеку.

Внезапно четверо оставшихся ботов синхронно произнесли:

— Идир.

— Голосование закончено.

Мягко прозвучал голос ведущей.

— Идир выходит из игры.

В этот момент вдали фигура Идира рассыпалась в пыль, которая плавно устремилась вверх.

Судья продолжила:

— Наступает ночь. Прошу всех вернуться в свои дома.

Вскоре все разошлись. Лишь двое задержались, сидя будто на гвоздях.

Уже в комнате Майя нервно ходила из стороны в сторону.

«Это слишком странно… До этой игры ни один бот не проявлял таких эмоций! Это может означать только одно: либо продавец усовершенствовал игру, либо подключил реальных людей…»

Мысль встревожила её, но сейчас ничего нельзя было сделать. Оставалось лишь ждать следующего раунда.

Реджинальд сидел, погружённый в раздумья. Он анализировал каждого участника: «Майя точно не замешана. Она слишком эмоционально отреагировала во время голосования, чтобы быть причастной к происходящему».

Уткнувшись взглядом в пол, он вспоминал каждое действие игроков. Сжав подбородок, размышлял дальше: «Молох, как обычно, молчал, но в конце сказал, что голосование уже не имеет смысла. Ну… Это на него похоже».

Принц позволил себе расслабиться, откинувшись на локти. Глубоко вдохнув, продолжил: «Пятый какой‑то фрик, на него у меня больше подозрений. Восьмой слишком праведный для убийцы. Шестой и седьмой что‑то говорили про неприязнь к альбиносам - к ним тоже есть вопросы, ведь точного ответа нет…»

Он откинул голову назад, расслабляя шею, и хмыкнул. Остался лишь один игрок.

«Десятый… Он самый подозрительный. Его нужно выгнать в первую очередь. А вот кто второй - я без понятия».

Молох тоже не сидел без дела. Он лежал на кровати - маска на лице, а взгляд был устремлён на список игроков. Под именами Майи и Реджинальда, которых он уже проверил, были указаны их роли.

Внезапно маг резко снял маску и воскликнул:

— Да чтоб тебя!

Положив маску на живот и убрав руки под голову, он пришёл к решению:

— Ну что ж… Раз уж так…

Как и Майю с Реджи, Молоха насторожил Анвир. Его манера речи вызывала раздражение. Глаза мага сузились, в них появилось фиолетовое свечение.

— Ничего не остаётся, кроме как линчевать десятого во время голосования или застрелить его ночью.

Все погрузились в раздумья, их мысли крутились вокруг необычного участника и способов его устранить. Но время здесь решало многое. Они могли сколько угодно строить планы, но игра продолжалась.

Вскоре ведущая объявила о начале нового раунда. За окнами рассвело, и игроки начали выходить из своих изб.

Первой появилась Майя - маска плотно сидела на голове. Она направилась к Реджинальду, который всё ещё не вышел наружу. Следом вышел Молох, задумчиво поскрёбывая пальцем по маске в руках.

В тот же миг он заметил, как Майя ворвалась к принцу с криком:

— Реджи, ты не поверишь!

Она захлопнула дверь, даже не заметив Молоха. Тот повернул голову, приподняв брови в недоумении. Через несколько секунд озадаченность на его лице сменилась удивлением.

— БЫТЬ НЕ МОЖЕТ!!!

Донёсся из избы возглас Реджинальда. Дверь резко распахнулась, и оттуда выбежали Майя и Реджинальд с широко раскрытыми глазами. Они направились к Молоху, который тут же поднял руки, демонстрируя ладони:

— Так, только без рук.

Но Реджи проигнорировал предупреждение. Он положил руку на плечо мага и, чуть приблизившись, спросил:

— Как думаешь, сколько тут ещё живых людей, кроме нас четверых?

Оставаясь в той же позе, Молох сжал губы, а после протяжно и уверенно произнёс:

— М-м… Один.

Реджинальд убрал руку, и Молох опустил свои. Принц нахмурился и чуть отвёл голову назад. Тут же Майя, нахмурив брови, выглянула из‑за спины Реджи и спросила:

— А ты откуда знаешь?

Она вышла вперёд и продолжила:

— Здесь же нельзя использовать магию. Я даже портал вызвать не могу.

Майя вытянула руку и помахала кистью, демонстрируя, что ничего не происходит. На лице Молоха появилась ухмылка. Он рассмеялся с явной иронией:

— Ха! Ты серьёзно думала, что я, как и ты, совсем беспомощен?

Майя надула губы, скрестила руки на груди и обиженно опустила взгляд, глядя на демона. Молох продолжил:

— Ну да, я даже обычный снег вызвать не могу. Это же симуляция, как‑никак.

Он дважды щёлкнул пальцами, но ничего не произошло. Затем маг небрежно сунул руки в карманы и добавил:

— Но я немного чувствую, кто человек, а кто нет. Правда, пришлось потрудиться, и я всё ещё пытаюсь понять, кто этот человек вообще такой.

Неожиданно он бросил взгляд в сторону и, едва заметно кивнув, произнёс тише:

— А вот и тот самый «один».

Майя и Реджи повернулись и увидели Анвира. Тот шёл плавно, без резких движений, словно не живой, а идеально отлаженный механизм.

— И что тогда будем делать?

Спросила Майя, вновь повернувшись к собеседникам. Реджинальд задумался на секунду, но Молох опередил его:

— Сливать его, разумеется.

Принц кивнул и предложил:

— Можно пустить слухи среди игроков.

— Или обвинить его в клевете.

Подхватила Майя. Они перебирали варианты, но Молох подвёл итог:

— Главное - сделать это в течение раунда.

Он обернулся к столу, где спокойно сидел десятый игрок, ожидая начала игры. Маг сохранял внешнее спокойствие, но от него явственно веяло ожесточённостью.

— Если он избавится хотя бы от одного из нас, мы автоматически проиграем.

Добавил Молох. Майя сглотнула. Мысль о том, что среди них есть ещё один живой человек, ошеломляла. Ситуация становилась всё опаснее.

Вскоре они заняли места за столом и надели маски. Ведущая объявила:

— Наступило утро. Нас покинул игрок под номером семь. Время для обсуждения началось.

Все заметили, что шестой участник лежит на столе, прикрыв голову руками и тихо всхлипывая. Первым заговорил именно он. Резко поднявшись, Ананд воскликнул дрожащим голосом:

— КТО ЭТО СДЕЛАЛ?!

Его измученный вид вызывал искреннюю жалость, сдавливая грудь Майи. Она не могла выдавить ни слова. Реджинальд хотел успокоить его и высказать подозрения насчёт Анвира, но тот опередил принца.

— А не ты ли это сделал?

С явным вызовом спросил Анвир. Он упёрся подбородком в ладони, пристально глядя на Ананда. Все замерли в изумлении. Он? Тот, кто сейчас горюет по возлюбленной?

Ананд выпрямился, его поза выдавала крайнее напряжение. Даже сквозь маску ощущалось, как он буравит взглядом Анвира. Обстановка накалялась с каждой секундой.

— Что ты сказал?

Безэмоционально произнёс шестой. Его голос напоминал шелест сухих листьев. Анвир повернулся к нему и уверенно заявил:

— Ты её убил.

Ананд оцепенел от неожиданности. Но десятый игрок не остановился:

— На вашем континенте же принято сжигать невест, если жениха или его семью что‑то не устраивает.

Он резко поднял руки, словно оправдываясь:

— Только не подумайте ничего плохого. Я лишь говорю о достоверных фактах.

— Это не факты, а серьёзные обвинения.

Перебил его Молох, откинувшись на спинку стула и опустив подбородок.

Никто не ожидал, что маг возьмёт слово, да ещё и встанет на чью‑то защиту! Майя и Реджи переглянулись: очевидно, Молох задумал какую‑то проверку, поэтому они решили не вмешиваться.

Голос мага звучал холодно и твёрдо:

— Больше похоже на то, что ты пытаешься подставить людей, чтобы обеспечить себе победу.

Анвир хрустнул пальцами и слегка повернул голову вбок. Все присутствующие затаили дыхание, наблюдая за противостоянием. Сердца колотились от волнения. Каждый гадал, кому можно верить.

Поняв, что его слова вызвали подозрения, Анвир резко сменил цель:

— Хм… А может, это ты убийца?

Молох едва заметно приподнял уголок рта под маской. Ему показалось, что такое переключение с одной цели на другую не более чем детская шалость. Но при этом магу стало любопытно, какую игру затеял Анвир.

— И как ты это подтвердишь?

Спокойно спросил он. Рыжеволосый, явно наслаждающийся моментом, с лёгкой иронией провёл пальцами по нижней челюсти, устремив взгляд куда‑то вверх.

— Дай‑ка вспомню… Кажется, ты сам говорил, чтобы к тебе обращались как к Тофету и что ты из другой империи.

Пока десятый игрок говорил, Майя замерла, погрузившись в раздумья: «При чём тут это?»

Но что‑то в его словах зацепило её, будто в глубине сознания хранилась какая‑то важная информация, но никак не удавалось её ухватить.

Прервав молчание, Анвир опустил руку и начал ритмично стучать пальцем по столу. Его голос стал жёстким, почти угрожающим:

— А я тут как раз вспомнил, что Тофет - это название святилища в этой самой стране. Только вот это святилище демона.

Осознав серьёзность сказанного, все мгновенно переключили внимание на Молоха. Тот, однако, не дрогнул, лишь неотрывно смотрел на Анвира, словно пытаясь разглядеть за маской не только лицо, но и мысли.

«Какое ещё святилище?!» — недоумевала Майя. Что‑то в этом слове не давало ей покоя, но времени на раздумья уже не оставалось.

В этот момент Молох отодвинулся от спинки стула, опёрся локтями о стол и с холодной насмешкой произнёс:

— Вот так дела! Не думал, что вы сюда сунетесь.

— ЧЕГО?!— ЧЕГО?!

Выкрикнули Майя и Реджинальд одновременно, резко вскочив со своих мест и ударив ладонями по столу, а лица их под масками выражали замешательство. Они ждали объяснений, но Молох даже не взглянул в их сторону, продолжая спор с Анвиром.

— Может, это и правда, но я хотя бы не пытаюсь подставлять людей, чтобы меня же не заподозрили.

Спокойно произнёс маг. Анвир усмехнулся:

— Разве? Ты прямо сейчас сказал то, что может меня подставить.

— Я лишь говорю правду, а ты - ложь.

Возразил Молох. А Анвир парировал:

— Всё-таки наоборот.

Нина, сидевшая неподвижно, словно окаменев, начала нервно креститься, выдавая страх и тревогу. Фёдор, достав из кармана олимпийки пачку сигарет и спичек, закурил, переводя взгляд с одного спорщика на другого. Ананд, ссутулившись, откинулся на спинку стула. Его плечи дрожали от сдерживаемых слёз - внезапный всплеск горя и удивления давил невыносимо.

— Ты вот говоришь, что я демон, но при этом поступаешь не лучше, подставляя людей. Так, может, в этих смертях и есть твоя проблема?

Продолжал Молох, пытаясь вывести десятого игрока на чистую воду.

— Не-е, я здесь никак не могу быть причастен. Я лишь говорил то, что думаю.

Ответил Анвир.

— Но думаешь совсем как демон.

Отрезал Молох. Реджинальд, нахмурившись, молча наблюдал за спором, пытаясь уловить хоть намёк на истину. У Майи же голова гудела от напряжения - слишком много информации, слишком мало ясности.

Спор затягивался, и терпение Майи лопнуло.

— СТОП!

Но в тот же миг раздался мягкий голос ведущей:

— Время совета подходит к концу. Прошу, проголосуйте за того, кто, по вашему мнению, демон.

В ту же секунду Молох и Анвир произнесли почти синхронно:

— Анвир.

— Тофет.

Их голоса звучали уверенно и решительно.

Игроки замешкались - суматоха и сомнения сковали их. Первым решился Реджинальд. Он поднял руку и твёрдо заявил:

— Анвир.

И пояснил:

— Старпёр хоть и ведёт себя страннее обычного, но от тебя больше проблем.

Молох возмутился:

— Эй!

Пока молодые люди спорили, кто из них старпёр, а кто молокосос, Майя подняла руку и уверенно проголосовала за десятого игрока. Следом Нина произнесла:

— Это ужасно! Называть себя тем, что связывает демонов. Поэтому я не хочу, чтобы Тофет оставался с нами за одним столом.

Фёдор докурил, небрежно отбросил окурок и скрестил руки на груди. Его безразличный голос прозвучал холодно:

— Я уже говорил, что мне плевать на всё это. И думать я ни о чём не собираюсь. Поэ-э-тому…

Все замерли в недоумении, когда он начал считать, словно играя в детском саду:

— Эники-беники ели вареники, эники-беники - клёц!

«Вот так решение всех проблем…» — мысленно фыркнула Майя, наблюдая, как пятый игрок, указывая то на Молоха, то на Анвира. Но не только она была недовольна.

Реджинальд громко произнёс:

— Да ты издеваешься!

— Вышел на палубу рыжий матрос!

Закончил Фёдор, остановившись на Молохе.

— Ну… Не совсем рыжий, но какая разница?

Голос был засчитан. В итоге получилась ничья: три голоса за Молоха и три за Анвира.

— Так, а кто ещё не проголосовал?

Спросил Реджинальд, обводя взглядом стол.

Из-за стола поднялся Ананд. Он сжал кулаки и тихим, надтреснутым голосом произнёс:

— Я… Я не буду голосовать.

Все мгновенно всполошились. Реджинальд вскочил со стула и возмутился:

— В смысле не будешь голосовать? Ты же прекрасно знаешь, что десятый пытался тебя вытеснить! Так проголосуй за него!

— Нет!

Скрипуче завопила старушка Нина.

— Мы уже поняли, кто демон, и это четвёртый!

Участники игры начали спорить, поднимая шум и не собираясь его прекращать. Нина яростно отстаивала свою точку зрения, Реджинальд - свою, а остальные лишь изредка вставляли короткие замечания. Но никто даже не попытался выслушать Ананда. Его сердце разрывалось от боли и отчаяния. Собрав последние силы, он глубоко вдохнул и закричал:

— ХВАТИТ!!!

Присутствующие мгновенно замолчали и обратили на него внимание. Убедившись, что все слушают, шестой игрок заговорил ломким, дрожащим голосом:

— Мне уже всё равно, кто из вас убийца моей жены. Лишь знай, что я буду ждать тебя сегодня ночью, чтобы ты убил меня.

С этими словами он резко развернулся и направился к своей избе. Ведущая учла его заявление и объявила:

— Сегодня мнения разделились, и все остались в живых.

Даже после решения судьи участники продолжали спорить, пытаясь выяснить, кто же из них играет за демона. Вскоре ведущая решительно отправила всех по домам, и игрокам ничего не оставалось, кроме как разойтись.

Как только Майя переступила порог своего дома, она плотно закрыла за собой дверь. Прислонившись спиной к гладкой поверхности, она убрала руки за спину и уставилась в пол.

«И что делать?»

Её пальцы нервно сжимали край юбки, а ноги слегка подрагивали.

«Если десятый игрок демон, то он наверняка направится к Молоху», — размышляла она, рассеянно водя ногой по полу.

«Так-то, если он это сделает, то будет причина его обвинить. Но я не хочу так жертвовать Молохом…»

Мысль о том, что друг может оказаться в опасности, заставила её закусить нижнюю губу. С одной стороны Молох, которого могут вывести из игры, что повлияет на события как негативно, так и положительно. С другой - Анвир, которого нужно остановить, чтобы выиграть время до следующего раунда.

Внезапно через маску Майе показали, что она может сделать выбор. Будучи в роли суккуба, она раньше всегда отказывалась идти к кому-либо. Но сейчас её решение изменилось.

— Да плевать! Пусть будет что будет!

Резко бросила она, отходя от двери. Сжав кулаки, она распахнула её и решительно направилась к дому десятого игрока. Её шаги были быстрыми, почти беглыми, а в голове стремительно выстраивались планы дальнейших действий.

«Мне всего лишь нужно войти и выбрать его, чтобы отстранить от игры на один раунд. Ничего плохого случиться не должно».

Это был рискованный шаг, но она надеялась, что сможет выиграть время.

Подойдя к двери, она замерла на мгновение, собираясь с духом. Глубоко вздохнув, схватилась за ручку и резко распахнула её. Но её планы рухнули в одно мгновение. Она услышала щелчок курка.

— Как же ты не вовремя.

Сквозь зубы процедил Анвир, стоя перед ней.

Его халат небрежно висел на руке, под ним виднелась белая рубашка и чёрные брюки. Направляя на неё оружие, он раздражённо махнул свободной рукой:

— Вот ну нужно было тебе заявиться именно ко мне? Я думал тебя вообще не трогать!

Он шагнул вперёд и продолжил грубым, низким голосом:

— Мне всего лишь нужно было два раунда завершить. Прибить Молоха, свалить на старушку, и точно так же закончить последний день!

Майя вздрогнула от его слов и с сильным шоком спросила:

— Откуда ты знаешь его имя?!

Анвир не ответил. Вместо этого он выстрелил. Безжизненное тело Майи наклонилось назад, падая на землю. Но тут же Анвир схватил её за плечо, аккуратно положил на землю и выпрямился. Он замер, глядя, как медленно исчезает её фигура.

Вдруг он услышал шорох с улицы, а следом тихие шаги. Анвир насторожился. Он вплотную прижался к стене возле двери и посмотрел на оружие в своей руке.

«Вот же срань!» — подумал Анвир, осознавая всю серьёзность ситуации.

Пистолет в его руке сравним теперь с игрушечным.

«Один выстрел за одну ночь, а побольше сделать не могли?»

На мгновение всё затихло, только собственное дыхание и гулкое сердцебиение слышал Анвир. Он медленно повернулся в сторону двери, взял револьвер обеими руками и направил его вперёд. Рыжеволосый внимательно прислушивался, готовый в любой момент отреагировать на появление нежданного гостя.

«Сначала Майя, теперь кто‑то из игроков тут плетётся. Весь план насмарку! Только покажись, сразу станешь моей пешкой!»

С каждой секундой напряжение внутри Анвира нарастало, а гнетущее ожидание давило на грудь, словно свинцовая плита. Вдруг вдали раздались громкие, торопливые шаги - кто-то рванул в бегство.

«Ах он крыса!» — вспыхнула яростная мысль. Внутри будто щёлкнуло, и Анвир уже вылетел на улицу, глаза метались по сторонам.

Взгляд скользнул направо, и он заметил, как захлопнулась дверь дома девятого игрока.

«Так вот ты где!»

Он уже шагнул в том направлении, но что-то резануло сознание: слишком странно. Игрок не дошёл даже до порога и тут же бросился наутёк.

Анвир молниеносно развернулся, и в тот же миг из-за угла появился Молох. Пистолет мага, будто сотканный из ангельского света, был направлен прямо на него.

Не раздумывая, Анвир метнулся обратно в дом. Он услышал щелчок курка перед тем, как закрыть за собой дверь.

Молох замер, ошарашенно глядя на закрывшуюся дверь. Лицо исказилось от злости.

«Какого хрена! Почему пистолет не сработал?!» — пронеслось в голове. Он рванулся к двери, сжимая кулаки.

Маг мгновенно понял причину: оружие не сработало, потому что не было направлено точно на цель.

«Зашибись! И это не придумали!» — выругался он про себя.

Крепко сжал револьвер, сделал резкий оборот вокруг себя и ногой выбил дверь с петель. Та с грохотом влетела внутрь.

В светлом помещении ни души. Тишина, будто сюда никогда не ступала нога человека. Молох осторожно шагнул вперёд, взгляд скользил по углам, выискивая ловушку. Его внимание привлекло распахнутое окно. Остановившись в центре комнаты, он приподнял голову, усмехнулся. Затем шагнул назад, прищурился, задержав взгляд на раме, и только тогда развернулся к выходу.

Как только он вышел из дома, сверху с карниза прыгнул Анвир. Ухватившись за балку козырька, он вытянул ноги и с размаху врезался в Молоха, отбросив того назад.

Маг едва не упал, но мгновенно восстановил равновесие. Схватил рыжего за лодыжку и резким рывком швырнул обратно в дом.

— И как ты вообще туда залез, старик?

Съязвил Молох, выпрямляясь. Анвир сгруппировался в полёте, смягчил удар кувырком и вскочил на одно колено.

— Я не стар…

Начал он, но Молох не дал договорить. Револьвер снова уставился на противника. Анвир рванул вперёд, пытаясь выбить оружие из рук мага.

— Я ещё молод и полон сил!

Выкрикнул он, нанося хлесткий удар по запястью Молоха.

Анвир махнул рукой, целясь ребром ладони в шею мага, но тот мгновенно отклонился - удар лишь скользнул по плечу.

— Это тебе в пенсионном фонде сказали?

Бросил он с насмешкой. Не теряя ни секунды, Молох развернулся и с разворота ударил ногой в бок. Анвир не успел среагировать - с глухим стоном впечатался в стену и рухнул на кровать, как тряпичная кукла.

— Ага, просили передать…

Прохрипел Анвир, с трудом приподнимаясь. Молох снова поднял пистолет, прицеливаясь. Но в последний миг Анвир вскочил, схватил одеяло с кровати и метнул его в лицо мага.Молох отшвырнул ткань в сторону, и тут же Анвир оказался рядом, снова целясь в шею.

Молох уклонился от удара, и тут же хватает Анвира. Рука Анвира вывернута под неестественным углом, он согнулся от боли. Но не сдался! Он на месте сделал колесо, освободившись из захвата, и вырвал свою руку. Десятый хватает стоящий рядом столик, выкрикивает:

— Что тебя ищет похоронное бюро!

И с размаху обрушивает мебель на Молоха. Маг успевает прикрыться руками, но лампа, стоявшая на столе, с треском разбивается об пол. Комната погружается во тьму.

Молох мгновенно разворачивается, готовый атаковать, но Анвира уже нет. Тишина. Только эхо от разбитого стекла ещё дрожит в воздухе. Маг огляделся - никого. Анвир исчез за считанные секунды.

Молох выбежал наружу, лихорадочно осматриваясь. И тут едва уловимое движение: дверь девятого дома дрогнула.

«Из одного в другой? Серьёзно? Ничего получше придумать не мог?!» — мысленно выругался он, цокая языком.

Быстрым шагом он направился к избе. Окна плотно закрыты, дверь приоткрыта, что показалось ему странным. В других домах, откуда уже выбыли игроки, свет всё ещё горел. Здесь же кромешная тьма.

Молох остановился в двух шагах от порога. В груди зашевелилось тревожное предчувствие.

«Слишком легко… Не стоит заходить через дверь», — мелькнула мысль.

Вдруг перед глазами Молоха вспыхнула надпись с пульсирующим таймером: «Внимание! У вас осталось две минуты!»

Маг сильнее сжал револьвер, мышцы напряглись, зубы стиснулись до скрипа.

«Ещё и ты?!» — прорычал он мысленно, бросая взгляд на мерцающие цифры.

Не теряя ни секунды, Молох рванул вдоль стены дома, ускоряя шаг.

1 минута 40 секунд.

Он замер в нескольких метрах от окна, резко выбросил пистолет - тот испарился в воздухе.

1 минута 30 секунд.

Без колебаний Молох бросился вперёд. Ухватился за каркас крыши, рванул вверх и с размаху выбил ногами ставни. Стекло брызнуло осколками, дребезжа по полу. Он ожидал, что в доме будет кромешная тьма, но едва приземлился - в спину ударил тяжёлый стул.

1 минута 20 секунд.

Молох резко развернулся, отшвырнув обломки. В полумраке он различил лишь едва заметный силуэт - неподвижный, выжидающий. Но интуиция никогда не подводила мага. Он вскинул руки на уровень головы, и в тот же миг над ухом просвистел удар, едва не коснувшись шеи.

1 минута.

Маг молниеносно схватил нападавшего за запястье, через плечо швырнул его на пол. Тот болезненно закряхтел, ударившись спиной. Молох выпрямился, и в ладони вновь возник пистолет, холодный и тяжёлый.

50 секунд.

Но прежде чем он успел прицелиться, мощный толчок в спину отбросил его к стене. Удар по руке - револьвер вылетел, но тут же материализовался во второй ладони.

40 секунд.

Двое противников набросились на него одновременно. Один схватил сзади, пытаясь обездвижить, второй целясь в горло. Они били его по рукам, пытались выбить оружие, но каждый раз, когда пистолет исчезал, он тут же появлялся снова, словно издеваясь над их усилиями.

20 секунд.

Чьи‑то руки сомкнулись на его предплечьях, пытаясь удержать. Захват был неуклюжим, небрежным. И Молох воспользовался этим. Резкий разворот, локоть в живот - противник отлетел, врезавшись в шкаф.

В тот же миг из тени выпрыгнул Анвир. Удары посыпались градом - быстрые, точные, нацеленные в уязвимые точки. Молох отбивался, парировал, уворачивался.

Но Анвир допустил ошибку - замахнулся ребром ладони по правому боку мага. Молох перехватил его запястье, дёрнул на себя, одновременно нанося жёсткий удар в грудь. Рыжеволосый отшатнулся, хватая воздух.

4 секунды.

Револьвер возник в вытянутой руке Молоха. Он нажал на спусковой крючок - выстрел разорвал тишину. Таймер мигнул в последний раз и погас.

— Ночь закончилась, наступает день, и город просыпается.

Раздался голос ведущей из разбитого окна.

Молох опустил руки, сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Он смотрел вперёд, опустив подбородок к шее, не желая принимать исход.

— Вот не жалко было тебе его.

Произнёс он низким, раздражённым голосом.

На улице начало светать. Первые лучи рассвета медленно вытягивали город из темноты. Теперь Молох отчётливо видел, как Анвир держит за шею Фёдора, выставив его перед собой как щит. Пятый безвольно висел в воздухе - грудь прострелена, тело уже начинало рассыпаться на мелкие частицы.

— Он всё равно не живой.

Бросил Анвир, вышвыривая робота в сторону. Тот рухнул на пол, превращаясь в горсть пыли.

Судья продолжила, её голос звучал холодно и чётко:

— Прошу всех собраться для совета!

Анвир схватился за надплечье - там, где пуля оставила след, и ткань уже начала осыпаться. Молох молча смотрел на него, лицо мага было бесстрастным, но в глазах тлела ярость.

Все собрались за столом, скрывая лица под масками. Анвир прикрыл раненую руку, наспех набросив на себя халат. Из‑за боли он чувствовал слабость, и каждый раз, закрывая глаза, словно терялся в реальности - мир вокруг расплывался и дрожал.

— Нас покинул игрок под номером два и под номером пять. Время для обсуждения началось.

Объявила ведущая. Но никто не проронил ни слова. Игроки переглядывались напряжённо, будто ожидая взрыва. Воздух был густым от недоверия. Молох и Анвир смотрели только друг на друга с такой яростью, что казалось, между ними потрескивали искры.

Первым тишину нарушил Анвир. Его голос звучал хрипло, словно внутри что‑то пожирало его изнутри.

— Я бы хотел рассказать, что произошло… Сегодня ночью на меня напали, но я смог спастись.

Эти слова всколыхнули игроков. Все повернулись к рыжеволосому, от них веяло смесью интереса и шока. Убедившись, что внимание приковано к нему, Анвир продолжил:

— Мне дали роль алкаша, и, как положено, я пошёл в гости к соседу. Подумал, что зайти к пятому неплохая идея…

Он опустил голову, сжимая левое плечо. Тело непроизвольно сжалось от боли.

— Но я ошибся…

Его взгляд метнулся к Молоху, и он резко добавил:

— Там был четвёртый, который собирался застрелить Фёдора.

Все взгляды устремились на Молоха. Даже Реджинальд смотрел на него с удивлением, но не потому, что верил словам Анвира, а потому, что маг оставался поразительно спокойным, несмотря на все обвинения.

— Я сражался с пятым против Тофета, но это ни к чему хорошему не привело.

Продолжил Анвир, вставая и задирая рубашку. Нина, увидев его израненное тело, прикрыла рот маской и перекрестилась.

— Я пострадал, а Фёдора застрелили.

Анвир опустил рубашку и сел обратно, заканчивая сочинение:

— Этого доказательства должно хватить, чтобы принять правильное решение.

Внезапно Нина решила вставить своё слово. Её голос зазвенел праведным гневом:

— Всё же десятый был прав! Тебя нужно было казнить ещё в прошлый день! ДЕМОН!!!

Она ударила ладонью по столу с такой силой, что тот задрожал. Её крик эхом разнёсся по пространству. Следом раздался низкий, рокочущий голос Ананда:

— Хотел бы сказать, что в прошлый день хотел умереть я, а не кто‑то другой. Но потом я понял, что так не смогу отомстить за свою невесту.

Ананд поднял руки перед собой - пальцы дрожали, но он сжал их в замок, пытаясь сдержать эмоции. Шестой отвёл взгляд, избегая зрительного контакта с остальными.

— Я обязательно… проголосую за тебя.

Ананд посмотрел на Молоха, ясно давая понять, что это предупреждение.

Реджинальд обвёл взглядом игроков, отчаянно ища хоть что‑то, что могло бы изменить ситуацию в пользу Молоха. Но все его попытки были тщетны.

— Да это полная чушь! Он не может быть убийцей!

Возразил Реджи. Но тут же со всех сторон посыпались выкрики:

— Я - пострадавший, и это уже весомое доказательство его вины!

— Да-да, он дело говорит! А ты что? С демоном заодно?!

Реджинальд сжал кулаки, вены вздулись, шея окаменела от напряжения. Низким, решительным голосом он спросил, надеясь найти слабое место в аргументах Анвира:

— А что насчёт Майи? Её в эту ночь тоже убили.

Анвир лишь развёл руками с притворной беззаботность:

— Этого я не знаю. Может, ангел, не убедившись, решил убить её.

Десятый положил руки на стол, сомкнув кончики пальцев в домик. Реджинальд скрипнул зубами от ярости. Он хотел возразить, но слова застряли в горле.

Анвир продолжал сыпать обвинениями в адрес Молоха и Реджинальда, называя их плохими людьми. Но на споры уже не было сил. Принц не знал, как переубедить ботов в невиновности Молоха и своей тоже. С противным чувством поражения он громко выдохнул, снял маску, швырнул её на стол и устало потёр глаза.

— Успокойся.

Вдруг раздался безмятежный голос Молоха. Тот по-прежнему не сводил взгляда с Анвира. Реджинальд поднял на него глаза, нахмурив брови:

— Что ты под этим имеешь в виду? Тебя вообще‑то сейчас хотят линчевать, а ты даже не сопротивляешься!

Молох снял маску и аккуратно положил её на стол, затем перевёл взгляд на неё.

— Ну и пусть. Это для нас только в плюс.

Реджинальд наклонился вперёд. Его глаза расширились от услышанного, и он рявкнул:

— Да как это вообще нам может помочь?

— Ты найдёшь способ. Это у вас в крови.

Принц всё больше не понимал Молоха. Он слегка наклонил голову вбок:

— А объяснить ты можешь?

Молох поднял на него взгляд, задумался, поджав губы и прищурив глаза. Затем растянуто произнёс:

— М-м… Я думаю, ты справишься.

В этот момент ведущая объявила:

— Время совета подходит к концу. Прошу, проголосуйте за того, кто, по вашему мнению, является демоном.

После объявления ведущей Анвир, Нина и Ананд без колебаний проголосовали за Молоха. В тот же миг рука мага начала рассыпаться.

Реджинальд замер. Его глаза расширились от шока, взгляд лихорадочно метался то на исчезающие руки Молоха, то на его невозмутимое лицо. Плечи принца поникли, а в голосе смешались печаль и горькая ирония:

— Ты что, издеваешься? Оставляешь меня без каких-либо зацепок и молча сливаешься?

Но маг молчал. Реджинальд нахмурил брови и резко наклонился вперёд:

— Да что ты вечно молчишь, когда всё идёт наперекосяк, а? Молох!

— Хорош ныть, принцесска!

Раздражённо рявкнул маг. Его фигура уже почти полностью растворялась в воздухе, но он всё же добавил с намёком:

— У вас в крови быть сукой, так что ты всё поймёшь. Ну, а ещё хочу сказать…

Он обвёл взглядом остальных игроков, затем с едкой ухмылкой громко произнёс:

— Если в следующую ночь третьего игрока убьют, то это сделал Анвир, игрок под номером десять!

Произнеся это, он бросил на Анвира прищуренный, самодовольный взгляд, и в следующий миг исчез окончательно. Молоха отстранили из игры.

Реджинальд продолжал смотреть на пустое место, где только что сидел маг. Внутри бушевала целая буря: злость, негодование, смятение и даже какая‑то странная печаль.

— Голосование завершилось…

Раздался голос судьи.

Принц медленно отвёл взгляд в сторону - туда, где лежала его маска. Тяжёлой рукой он поднял её, сжимая в ладони, словно пытаясь ухватиться хоть за что‑то осязаемое.

Ведущая продолжила:

— Тофет выходит из игры. Город остаётся без ангела.

Ананд и Нина застыли в шоке, переваривая новость. Но Реджинальд уже не смотрел на них. Его внимание привлёк едва заметный жест - палец Анвира легонько дёрнулся. В голове у принца щёлкнуло: он понял, как следует поступить.

— Наступает ночь. Всех прошу зайти в свои дома.

Шестой и восьмой игроки, словно по команде, поднялись и молча направились по домам. Реджи и Анвир на мгновение замерли, обменявшись пристальным, многозначительным взглядом, и разошлись в разные стороны, каждый к своей избе.

— Ночь закончилась. Наступает день, и город просыпается.

Раздался женский голос. Анвир открыл дверь и вышел из дома, высоко подняв голову. Этой ночью он расправился с Реджинальдом, и теперь никто не стоял у него на пути. Но странное чувство неудовлетворённости и разочарования всё ещё терзало его изнутри.

Он подошёл к столу лёгкой, почти пружинящей походкой и сел. Плечо всё ещё ныло, но он пытался не подавать виду. Выпрямив спину, Анвир аккуратно сложил руки на коленях. Ожидал, что ведущая тут же объявит о начале совещания, но тишина затягивалась.

«Программа выдаёт ошибку, что ли?» — мелькнуло в голове у мужчины.

Спустя несколько долгих минут ожидания он уже собрался встать и покинуть игру, чтобы разобраться с проблемой, как вдруг дверь третьего игрока распахнулась. В проёме появился Реджинальд.

Анвир вздрогнул. Всё его тело мгновенно напряглось, а внутри вспыхнуло острое, почти болезненное предвкушение. Он коротко, с задором хмыкнул.

Реджинальд шагал уверенно, широкими, решительными шагами. Его переполняли эмоции, ведь не прошло и десяти минут с тех пор, как ночью Анвир без колебаний выстрелил в него. Принц даже не успел обдумать дальнейший план. Одно присутствие десятого игрока вызывало у Реджи желание поскорее закончить эту игру. Но под маской он улыбался, глядя на Анвира.

Едва Реджинальд опустился на стул, ведущая тут же объявила о начале совещания. Анвир уже открыл рот, чтобы обвинить принца, но тот опередил его:

— Начнём с самого интересного. Сегодня ночью меня пытались убить.

Восьмой игрок прижала руки к маске, закрывая рот, и ахнула от удивления. Вместе с шестым игроком она молча перевела взгляд на Анвира - в их позах читалось явное недоверие.

Реджинальд знал: Анвира нужно переиграть. Он не стал медлить - импровизировал на ходу, используя то, что есть. Он продолжил, не давая никому вставить слово:

— Все вы прекрасно помните последние слова четвёртого: «Если в следующую ночь третьего игрока убьют, то это сделал Анвир».

— Это клевета!

Выкрикнул Анвир, ударив кулаком по столу так, что тот затрясся.

— Эти слова - наглая ложь! Любой мог меня подставить, обвинив в убийстве! А вдруг убийца вообще никого не тронул этой ночью? Может, ты просто наговариваешь на меня из-за слов четвёртого?!

Реджинальд ожидал подобной реакции.

«Неужели он действительно решил меня подставить таким способом?» — пронеслось у него в голове.

Он бросил взгляд на ботов - те сидели, слегка отодвинувшись от Анвира, их позы выдавали явные сомнения.

«Даже они не верят ему» — отметил про себя Реджи.

Не давая противнику развить атаку, принц продолжил:

— Но ведь это произошло, не так ли? Да, произошло! Откуда мы знаем, что ты это не спланировал? Ты всегда так делаешь - пытаешься оправдаться и перевести стрелки на кого-то другого.

Голос Реджинальда звучал спокойно, уверенно. Он знал: осталось лишь убедить остальных.

Анвир не собирался сдаваться. Наклонив голову вперёд, он сомкнул руки в замок и произнёс монотонно, сдержанно:

— Я не один решал судьбу ушедших. Остальные были того же мнения и проголосовали вместе со мной.

— Твоя правда.

Согласился Реджинальд.

— Но что ты скажешь о вчерашнем дне?

Анвир невольно сжал кулаки чуть сильнее, и принц это заметил. Пронзительный взгляд десятого игрока скользнул по нему, но Реджи лишь хмыкнул.

«Это хороший знак» — подумал он.

Однако Анвир быстро нашёл, что ответить. Склонив голову, он произнёс с притворным сожалением:

— Все люди совершают ошибки, и я не исключение. Признаю: я обвинил важного человека, даже не выслушав его. Я сильно ошибся, поверив Фёдору, а не Тофету. Понял, что Фёдор был убийцей, но было уже поздно… Мне стоило выслушать его, а не бросаться помогать демону.

Реджинальд перевёл взгляд на Нину и Ананда. Те очевидно прониклись словами Анвира - кивали, тихо выражая поддержку.

Принц стиснул челюсти. «Как же их легко переманить на свою сторону!»

У него не оставалось другого выбора. Нужно было нанести решающий удар.

— Хорошо, ты ошибся. Но что насчёт Майи? Ты сказал, что её мог убить ангел, не убедившись в ней. Но как это возможно, если ангел в это время убил Фёдора?

— Говорю же - я ошибся!

Повторил Анвир.

— Но это не может быть так. Я - благословлённый. А что насчёт остальных?

Реджинальд обвёл взглядом игроков, и те невольно вздрогнули под его пристальным, почти пожирающим взглядом.

— Я мирная.— А я целитель.

Реджи вновь повернулся к Анвиру, его голос зазвучал твёрже:

— Вот видишь? Они тоже мирные, как и я. Это значит, что только ты и Фёдор могли убить Майю. И если Фёдор уже мёртв… вывод очевиден.

Анвир заметно занервничал. Он опустил подбородок к груди, а его обычно звучный голос вдруг стал тихим и невыразительным.

— Это лишь твои догадки!

— Почему же? Нина - мирная, я - благословлённый, Ананд - целитель, Молох - ангел. Ты остаёшься самым подозрительным!

Реджинальд внимательно следил за реакцией десятого игрока, чувствуя, как бомба замедленного действия начала отсчёт.

— А может, это ты убил Майю? А теперь притворяешься благословлённым, хотя на самом деле сам её и прикончил!

Выпалил Анвир, отчаянно пытаясь перехватить инициативу. Принц скрестил руки на груди. В теории это было разумное объяснение, если бы Реджи действительно не был благословлённым. Но кое‑что не сходилось.

— Вернёмся к началу. Вспомним, как Тофет предсказал, что ты меня убьёшь. Это произошло, и это доказывает, что я благословлённый. Если бы я не был им, меня здесь уже не было бы. И всё снова сводится к тому, что демон - это ты.

— Но ты мог сказать это, будучи демоном, чтобы оправдать себя! Я думаю, это был сговор между тобой и Тофетом!

Не сдавался Анвир.

В этот момент Реджинальд резко вскочил со стула и ударил ладонью по столу. Его глаза горели торжеством.

— Ага! Ты прокололся! Если бы я был демоном, я бы не стал договариваться с ангелом. Демоны и ангелы - враги по определению!

Челюсть Анвира отвисла под маской. Через пару секунд он, слегка заикаясь, попытался оправдаться:

— А… да… Это так, но у вас с самого начала была заметная неприязнь ко мне.

— Прекращай. На тебя уже все косо смотрят.

После этих слов Анвир повернул голову к ботам. Те поспешно отодвинулись на свободные места как можно дальше от десятого. Нина тихо шептала проклятия в его адрес, а Ананд сжимал кулаки, явно сдерживаясь, чтобы не наброситься на Анвира после всего услышанного.

Десятый игрок отвернулся и ударил ладонью по лбу, тихо ругая себя за оплошность. Дальше спорить не имело смысла. Ведущая объявила голосование, и все единогласно выбрали Анвира. Фигура десятого игрока замерцала и рассыпалась в воздухе. Ведущая торжествующе объявила о победе мирных жителей.

Искусственный интеллект исчез, оставив Реджинальда одного. Но тишина длилась недолго. Громкий удар двери о стену заставил принца резко обернуться.

Это была Майя. Она чуть не выбила дверь с петель, а теперь с широкой улыбкой бежала к Реджинальду. Тот встал из‑за стола, снял маску и положил её на край стола, затем раскинул руки для объятий.

— Мы сделали это! Реджи, ты смог!

Воскликнула Майя, бросаясь в его объятия. Реджинальд усмехнулся:

— А ты не верила в меня?

— Да что ты! Я сама в себя-то не верила! Ха-ха-ха!

Звонко ответила Майя, заливаясь смехом.

Их радостный разговор прервал подошедший Молох. Он остановился в паре шагов, скрестив руки на груди, и произнёс с явным сарказмом:

— Я, видимо, единственный, кто верит в себя тут.

Майя и Реджинальд разом отпрянули друг от друга. Девушка недовольно цокнула языком, притворяясь обиженной. Принц же нахмурился, он всё ещё не забыл, как маг оставил его один на один с проблемой.

— Но ты же говорил, что я справлюсь. Разве это не значит, что ты верил в меня?

Спросил Реджи, прищурившись и приподняв уголок рта. По глазам Молоха можно было прочесть ответ, но он всё же озвучил его:

— Серьёзно? Да если бы я не вышел из игры, мы бы продули.

— И то верно…

Сконфуженно согласился Реджинальд.

Пока они смеялись и обсуждали игру, сзади к ним подошёл Гэвин. Его плечи были опущены, голова склонена, а вся фигура излучала уныние.

— Чувствую себя особенным. Ведь если кто и вылетает первым, то это всегда я.

Пробормотал он с явной горечью. За всё время ему лишь дважды выпадала роль демона, и сейчас он особенно остро ощущал свою бесполезность.

Майя мягко подошла к нему и похлопала по плечу с нежной улыбкой:

— Ох, не грусти так сильно. Это всего лишь игра.

Её слова были просты, но их хватило, чтобы тень уныния сползла с лица Гэвина. Он выпрямился и даже выдавил из себя слабую улыбку.

Но тут Майя почувствовала, как атмосфера вокруг них начала странно накаляться. Конечно же, виной тому был Молох, который явно не одобрял их близость.

«Ну, началась банька-парилка!» — мелькнуло в голове у Майи, и на лбу у неё выступил лёгкий пот.

Не успел назревающий конфликт перерасти в скандал, как к компании подошёл Анвир. Он всё ещё был в маске, скрывавшей его лицо. Опёрся одной рукой о стол, вторую он небрежно положил на талию. Скрестив ноги, десятый игрок приветливо кивнул и с задором произнёс:

— Вот так повеселили старика. Давно я так не смеялся.

Старика? Смеялся? Майя и Реджинальд недоумённо переглянулись. Что он вообще имел в виду? Их взгляды, полные раздражения и изумления, устремились к нему. Гэвин, совершенно ничего не понимая, напряжённо вслушивался в разговор, пытаясь уловить хоть намёк на то, что происходит.

— Ваше Величество, вы, к несчастью, растеряли свой талант.

С насмешкой высказал своё мнение Молох, на что тот цыкнул на него, велев прекратить дерзить.

Майя и Реджи одновременно повернули головы к магу.

— Молох?— Молох?

Воскликнули они в унисон, надеясь услышать хоть какое‑то объяснение. Но Молох не успел и рта раскрыть. Да, судя по всему, и не собирался. Его опередил Анвир, который неторопливо снял маску. И тут же, словно по волшебству, его одежда и волосы изменились.

— А что тут непонятного? Молох уже давал вам подсказки, а вы так и не узнали своего отца?

Произнёс он уже совсем другим голосом - глубоким, властным. Ребята замерли, разинув рты, словно рыбы на берегу. Перед ними стоял довольный собой Эльбрус с самодовольной ухмылкой на лице.

И правда. Теперь всё встало на свои места. Фразы Молоха «Не думал, что вы сюда сунетесь» и «У вас в крови быть сукой» больше не казались странными. Они были тонкими намёками, которые они так и не разгадали.

— Так уж и быть, вы до последнего не понимали, кто я на самом деле…

Начал Эльбрус, опустив подбородок. Но вдруг его лицо резко изменилось. Весёлая, почти отеческая улыбка сменилась холодным, испепеляющим взглядом.

— Но что вы здесь делаете и почему не находитесь во дворце?

У всех, кроме Молоха, по спине пробежал холодок.

«Вот так попали…» — пронеслось в головах у Майи, Реджинальда и Гэвина.

Но и Молох не остался в стороне от императорского гнева.

— А тебя лишаю зарплаты.

Бросил Эльбрус, резко развернулся и направился к выходу - туда, откуда они все появились в этом мире. Молох, вздохнув, последовал за ним, бросив через плечо:

— Так нечестно.

Все остальные тоже двинулись следом. Реджинальд, не удержавшись, подскочил к магу и полушёпотом спросил:

— Что ты такого сделал?

— Отпинал как следует.

Но тут Эльбрус остановился и снизу вверх посмотрел на мага. Тот мгновенно понял намёк, поднял руки, признавая поражение, и поправился:

— Точнее, я не стал поддаваться Его Величеству.

Однако было уже поздно. Реджинальд не выдержал и громко рассмеялся, представив себе эту сцену.

— Ай!

Принц схватился за затылок, получив ощутимый подзатыльник от Эльбруса. Его смех тут же оборвался.

Наконец они выбрались из игры. Оказавшись на тех самых сиденьях, ребята сняли шлемы и встали. Майя и Гэвин почувствовали резкую боль в копчике. Девушка, скривившись, начала растирать спину, пытаясь унять неприятные ощущения. Гэвин же не подал виду, лишь молча начал разминать плечи.

— Ну что, как вам?

Спросил хозяин лавки, скрестив руки и глядя на них щенячьими глазами, явно ожидая восторженной реакции на своё творение.

Первой ответила Майя, энергично жестикулируя:

— Это было круто! Я никогда в жизни ничего подобного не видела! Это невозможно описать словами, насколько это было интересно!

Мужчина приложил руки к сердцу, на его глазах даже выступила слеза от слов Майи. Радость наполнила тесную комнату, создавая тёплую, почти праздничную атмосферу.

Но затем слово взяли остальные.

— Извините, но было много неточностей. Нужно ещё много работать, особенно над летающим домом.

Начал Реджинальд. Его поддержал Молох:

— Неточностей? Да попасть в игрока было сложнее, чем застрелить себя. Многие моменты просто мешали игре.

— Я без понятий, что вы говорите…

Уныло добавил Гэвин на их родном языке.

— Я возмущён тем, что во время объяснения правил многое было недосказано, особенно когда речь шла о смерти ангела в неподходящий момент.

Закончил Эльбрус, бросив строгий взгляд на создателя игры.

Майя надула щёки и нахмурилась, глядя на ребят. Реджинальд понял её недовольство - ей явно не нравилось, что они критикуют работу всей жизни создателя игры. Но ему всё же хотелось добавить с иронией:

— Ещё скажи, что это неправда.

Услышав это, Майя расслабилась и, почесав затылок, отвела взгляд.

— Ну да, так оно и есть.

Создатель игры опустил плечи и голову. Его не сильно расстроила критика, но мысль о том, сколько ещё работы предстоит, легла тяжёлым грузом.

Несмотря на споры, ребята отлично провели время. Давно они так не веселились. Даже Эльбрус, обычно серьёзный и сдержанный, улыбнулся - и не только при виде нового артефакта.

Император потёр запястье и произнёс:

— Я понимаю, что вам всем понравилось, но дела в Абхейле закончены, и нам пора домой.

Он уже собирался уйти, но вдруг остановился.

— М-м, точно…

Эльбрус развернулся и подошёл к хозяину лавки. Он подставил ладонь, щёлкнул пальцами, и Молох мгновенно вложил в неё карточку, созданную незаметно магией.

— Если вдруг захотите выбраться из этой лачуги туда, где ваши творения будут ценить, сообщите мне.

Предложил император. Мужчина не ожидал такого и заметно занервничал. Он взял карточку обеими руками, словно это было настоящее сокровище, а не простой кусок картона. Быстро закивав, он с изумлением произнёс:

— Д-да, я обязательно вам сообщу!

Поблагодарив за тёплый приём и возможность сыграть, они попрощались и вышли на улицу.

Солнце уже садилось, и на улице стало меньше людей. Они так увлеклись игрой, что потеряли счёт времени и провели в ней весь день. Конечно, игра была увлекательной, если бы её выпустили для всех, желающих поиграть было бы ни конца ни края!

Эльбрус оттянул воротник костюма, чтобы уменьшить давление на шею, и сказал:

— Молох, перемести нас всех домой, желательно к моему главному кабинету.

Услышав такую просьбу, Майя не удержалась и спросила:

— Мы же приехали на карете… Мы оставим её здесь?

И Эльбрус ответил ей совершенно спокойно:

— Да, оставим. Зачем мы вообще взяли её с собой? Могли бы просто переместиться. Пусть остаётся как подарок.

Остальные смутились: ещё утром Майя и Реджинальд говорили об этом, а теперь Эльбрус утверждал, что затея была бессмысленной, хотя сам же настаивал на поездке.

Вскоре Молох переместил всех в коридор замка Синкеи - прямо у кабинета Эльбруса. Император выпрямил руку перед магом ладонью вверх и начал часто сжимать и разжимать её. Молох понял намёк: ещё в главном дворце Абхейла Эльбрус дал ему документы о сделке.

В руке Молоха из воздуха появились несколько скреплённых бумаг, которые он передал Эльбрусу. Тот опустил руку с документами вдоль туловища и, открыв дверь в кабинет, произнёс:

— До завтра вы свободны.

Он сразу закрыл дверь, оставив ребят и Майю одних в коридоре. Девушка зевнула, чувствуя усталость после долгого дня. Она уже собиралась попрощаться и отправиться в свою спальню коротким путём. Но её опередил Гэвин: он совершил лёгкий поклон и вежливо спросил:

— Принцесса Майя, не окажете ли вы мне честь позволить проводить вас до покоев?

Провожать её не было необходимости, Майя умела открывать порталы. Однако Гэвин не хотел упускать шанс. В его глазах мелькнула надежда, что принцесса согласится.

Не успела она и слова сказать, как за неё ответил сердитый голос:

— Нет. Твоя работа закончена, уходи.

Молох, стоявший сбоку, бросил на рыцаря косой взгляд, явно давая понять, что тому не стоит совать нос не в своё дело. Его жгучий взор говорил яснее слов: ещё шаг, и последствия будут неприятными.

— Господин Молох…

Начал Гэвин сдержанно.

— Но ведь это моя прямая обязанность - сопровождать принцессу, куда бы она ни направлялась. Я не могу просто отказаться от своей работы.

Молох повернулся к рыцарю, скрестив руки и перенеся вес тела на одну ногу. Его взгляд был полон презрения:

— В последнее время ты слишком усердно стараешься выполнить свою обязанность. Даже не даёшь Майе вздохнуть свободно.

Ситуация выходит из-под контроля! Напряжение между ними нарастало, словно две стихии столкнулись: решительность Гэвина была подобна снежной буре, которую невозможно остановить, а холодность Молоха - яростному пламени, пожирающему всё на своём пути. Они смотрели друг на друга с явным желанием одержать верх в этом молчаливом противостоянии.

Реджинальд решил вмешаться, пытаясь унять их пыл:

— Так, так, так. Может, обойдёмся без споров?

Он встал между ними, подняв руки, чтобы преградить путь к драке:

— Мы все вымотались за этот день, и, по-моему, лучше не тратить силы на пререкания, а…

— А может, это ему надо охладить своё траханье?

Перебил его Молох. Эти слова сработали как спусковой крючок для Гэвина. Его лицо мгновенно изменилось: белоснежные щёки залились алой краской, глаза расширились от негодования. Сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, он резко ответил:

— Как вы смеете так говорить при Майе?! Разве вам не пристало соблюдать приличия в присутствии дамы?

— Вот так дела: вся культура тут же улетучилась, и на её месте показался злой белобрысый хомяк.

Реджинальд уже не мог вставить ни слова - все его попытки вмешаться просто игнорировали. Гэвин больше не выдерживал: маг постоянно мешал ему приблизиться к Майе, и это выводило рыцаря из себя. Он резко обнажил меч и направил его на Молоха.

— Я думаю, нам стоит поговорить на улице.

Молох не воспринял угрозу всерьёз. Его насмешливая усмешка и небрежный жест будто он готов щёлкнуть пальцами и мгновенно перенести их обоих на улицу - ясно показывали, насколько он ощущает своё превосходство.

Майя, наблюдая за этой сценой, не знала, как поступить. Она переводила взгляд с одного на другого, чувствуя себя словно между двух огней. Усталость и раздражение взяли верх. Её щеки вспыхнули, кровь прилила к голове, заглушая спор мужчин, но даже так она всё прекрасно слышала. Поджав губы и нахмурив брови, Майя медленно покачала головой, пытаясь взять себя в руки. Не выдержав напряжения, она резко воскликнула:

— Прекратите устраивать этот цирк! Да что на вас нашло? Вы весь день ссоритесь по пустякам, а я постоянно оказываюсь в центре этого! Если хотите подраться, делайте это без меня!

На глазах Майи проступили блестящие слёзы. Они скатились по щекам, оставляя влажные дорожки. Усталость окончательно одолела её: тяжесть дня поглотила все светлые эмоции, а эти двое принесли лишь новые тревоги.

Майя закрыла лицо руками и мысленно подумала: «Какое убожество…»

Разумеется, она имела в виду не ребят, а саму себя. Плакать из-за очередной ссоры Молоха и Гэвина казалось ей нелепым, даже глупым.

Но её слова подействовали. Злость парней испарилась, словно туман под первыми лучами солнца. Реджинальд уже собирался подойти и успокоить её, когда внезапно распахнулась дверь кабинета.

На пороге появился Эльбрус. Его мрачное выражение лица заставило всех похолодеть.

— Что вы здесь устроили?..

Отчеканил он. Голос императора звучал как лезвие ножа, рассекающее тишину. У Майи мгновенно высохли слёзы, а предчувствие скорой смерти спорщиков усилилось вдвое.

«Вот и смерть с косой пожаловала по их грешные души», — мелькнуло у неё в голове.

— Зачем вы доводите Майю до истерики? Вы забыли своё место в этом замке?! Сейчас я вам напомню!

Он прошёл мимо Майи и приблизился к парням, которые тут же съёжились лишь от его присутствия. Чем дольше Эльбрус смотрел на них, тем сильнее они ощущали давящую атмосферу, повисшую в воздухе.

Да, император не стал бы их убивать за такое, но наказать вполне мог. Молох, впрочем, больше боялся очередного сокращения зарплаты, чем какого‑то маленького наказания.

Майя поняла, что Эльбрус пришёл из‑за неё, и решила вмешаться. Император не успел продолжить отчитывать парней, как она неожиданно схватила его за руку.

Эльбрус замер от изумления. За всё время Майя ни разу не касалась его сама, да и держалась обычно на почтительном расстоянии - не ближе трёх метров. Он обернулся к ней с широко раскрытыми глазами, ожидая объяснений. Но Майя растерялась. Слова не шли с языка, и в отчаянии она бросилась ему на шею:

— Дядюшка-а-а!

Император машинально подхватил её, застыв в недоумении. Майя впервые назвала его так. Обычно она обращалась к нему «Господин», «Ваше Величество» или «Дядя Эльбрус». Мягкое «дядюшка» застало его врасплох.

— Мы давно не обнимались, а мне так грустно сейчас… Вы не будете против?

Давно не обнимались? Да их единственное объятие было год назад, и то по вине счастливого на то время Эльбруса. Но он всё же обнял её чуть крепче, показывая, что не против.

Майя мгновенно воспользовалась моментом и жестами приказала парням убираться: «Вы. Трое. Кыш отсюда!»

Они не стали медлить. Молох мгновенно телепортировался, а Реджи и Гэвин бросились в разные стороны, скрывшись за ближайшим поворотом.

Объятия действительно помогли. Майя почувствовала, как напряжение отпускает её. Но в глубине души её всё ещё беспокоило, что она так и не смогла задать Молоху тот вопрос, который хотела ещё в магазине.

Спустя минуту размышлений она решила, что, возможно, лучше и не знать ответа. Ей не хотелось снова увидеть то выражение лица мага, что навсегда запечатлелось в её памяти.

Прошло пять лет. Майе уже исполнилось двадцать. Она превратилась в зрелую девушку с изящной, но уверенной осанкой и мягкими чертами. Её манеры стали сдержаннее, хотя в новых, неизведанных обстоятельствах она по-прежнему могла быть импульсивной и неудержимой. Вся империя говорила о талантливой приёмной принцессе, чья красота и доброта покоряли сердца, порой достаточно было лишь её тёплой, искренней улыбки.

Однажды Его Величество Эльбрус решил использовать свой главный козырь и пригласил Майю на приём у короля - упрямого и крайне недоверчивого правителя, который не верил никому: ни Эльбрусу, ни собственным слугам.

Империи была нужна шахта, расположенная в его королевстве, она находилась гораздо ближе к новой мануфактуре, чем любая другая.

Перед встречей Эльбрус дал Майе несколько советов. Как любил выражаться Молох, «научил, как правильно ссать в уши». И действительно, стоило ей появиться рядом, как суровый король заметно смягчился и в итоге подписал все необходимые документы. Эльбрус едва сдерживал злорадство, когда уже через пять минут ему преподнесли желаемое на серебряном блюдечке.

Жизнь их особо не изменилась. Эльбрус продолжал править и не раз заявлял, что передаст престол, как только Реджинальд найдёт себе жену. Сам Реджинальд с усмешкой отвечал, что он сам себе и муж, и жена. Майя же твёрдо стояла на своём: ей муж не нужен. Мизерия жаловалась, что это влияние Реджинальда сделало её такой, а тот лишь пожимал плечами, не отрицая своей причастности. Один лишь Молох держался в стороне, лишь изредка бросая ироничные взгляды на этот семейный цирк.

Иногда им приходилось выезжать в другие королевства или даже империи для решения серьёзных вопросов.

В один из таких моментов Молох получил письмо от королевы из далёкой империи. В нём содержалась просьба о помощи в решении крайне запутанной семейной проблемы. Плата была обещана щедрая, так что отказываться не было смысла. К тому же Эльбрус не возражал - ему полагался процент от вознаграждения.

Разумеется, Майя и Реджинальд не могли остаться в стороне. Узнав, что Молох собирается отправиться в другую империю в одиночку, они возмутились и окружили его с требованием взять их с собой. После долгих уговоров и подкупа в виде любимого печенья Молох сдался, и вскоре вся компания отправилась в империю Диго, в королевство Гершон.

Когда все были готовы, Молох мгновенно телепортировал их в нужное место. Перед ними раскинулась оживлённая улица с одинаковыми, плотно стоящими домами. Здания имели квадратную основу, но покатые крыши с разлетающимися карнизами придавали им округлый силуэт. Двери и окна украшали плавные арки, а колонны и балюстрады были выкрашены в яркий красный цвет. Ориентироваться было непросто, но запахи и поведение горожан помогали понять, где что находится: откуда-то доносился аромат свежеприготовленных блюд, где манили предложениями попробовать, а чуть дальше пахло виноградным вином - оттуда как раз пинком вышвырнули пьяниц. Из некоторых домов выходили элегантные дамы в сопровождении слуг с вещами.

Майя, едва сдерживая радостный писк, подумала: «Как же красиво!»

Её любопытство разгорелось с новой силой. Она пробовала угощения, предлагаемые на дегустации, останавливалась возле человека, который лежал лицом вниз, и заботливо спрашивала, всё ли с ним в порядке. Даже успела заглянуть в каждый закоулок!

Местные жители внешне были похожи друг на друга: узкие глаза, чёрные волосы, но одежда и телосложение различались. Мужчины носили поверх длинных халатов однобортные кофты с широкими короткими рукавами, а женщины - изящное свободное платье с поперечным воротником и широкими рукавами, украшенное тонкими узорами. Часто встречались наряды из красной и золотой парчи, но были и более сдержанные оттенки. Статус можно было определить по цвету: знатные предпочитали яркие тона, а слуги - более тёмные.

Переправив Майю в другую сторону, ребята двинулись дальше вдоль длинной улицы. Пока она увлечённо разглядывала всё вокруг, Реджинальд, наблюдая за ней, обратился к Молоху:

— Итак… Что, собственно, от нас требуется? Ты так и не рассказал, зачем тебя сюда позвали.

Молох засунул руки в карманы и небрежно ответил:

— Описание проблемы было весьма туманным. «Моя дочь исчезла после того, как убила отца и двоих братьев с сестрой. Уже месяц не можем её найти». Я бы даже не стал читать письмо дальше, если бы не сумма - в десять раз больше моей обычной платы.

Реджинальд приподнял бровь:

— Ага… Значит, если заказчик не даст нам больше информации, придётся искать девушку своими силами. Вот так задачка…

Молох промолчал - ему действительно нечего было добавить.

Вскоре они достигли центра города, где возвышался величественный дворцовый комплекс. С трудом оторвав Майю от очередного столба, компания направилась к воротам дворца. Реджи и Молох, который на всякий случай подхватил плачущую Майю под локоть, шагнули вперёд.

Дворец внешне напоминал городские дома, но выглядел гораздо более изысканно: ни единого дефекта, белоснежная лестница, ведущая к главным воротам, и аккуратные клумбы с цветами вдоль каждой дорожки.

Пройдя лестницу, Молох поставил Майю на ноги. Она успела успокоиться, пока осматривалась, будучи в его хватке. У ворот их встретила женщина в тёмно‑зелёном наряде. На её лице были заметны глубокие морщины - вероятно, она много лет служила во дворце. Служанка приветливо поклонилась гостям и повела их к главному дому.

Сад дворцового комплекса напоминал оазис спокойствия и гармонии: каждый элемент природы здесь был продуман и тщательно подобран. Извилистые каменные дорожки приглашали прогуляться и насладиться красотой. Вдоль них росли цветущие кустарники, ароматные травы и изящные цветы, Майя не могла оторвать от них взгляда, мечтая разглядеть каждый лепесток. Яркие краски и нежные ароматы наполняли воздух. Аккуратно подстриженные деревья и кустарники создавали живописные композиции, а вдали, между тропинками, виднелся небольшой пруд с чистой водой, в котором отражались деревья и небо.

Всю дорогу Майя восторженно оглядывалась по сторонам. Она едва сдерживала себя, порой даже забывала дышать - настолько её поразила красота сада. Лишь Молох и Реджинальд сохраняли спокойствие, хотя и они настороженно поглядывали на девушку.

Для них это место не было в новинку, а вот Майя могла в любой момент сорваться с места и умчаться куда‑нибудь исследовать окрестности.

Подойдя к дверям, женщина в зелёном постучала и объявила о приходе гостей. Открыв створки, она произнесла:

— Проходите, госпожа вас ждёт.

Гости вошли внутрь, а служанка закрыла двери, оставив Майю и её спутников наедине с королевой, восседавшей на троне.

Королева обладала изысканной внешностью: длинные уложенные волосы украшала тонкая корона, нежный, но выразительный макияж подчёркивал черты лица, а алое ханьфу с вышитыми лотосами скрывало фигуру от шеи до пола, даже руки прятались под широкими рукавами. Она сидела, опёршись локтём на подлокотник, а кончики пальцев аккуратно прижала к лицу, слегка его прикрывая. От неё веяло трауром - угрюмым и тяжёлым, но что творилось у неё на душе, оставалось загадкой.

Уже с первого взгляда бросались в глаза некоторые странности. Во дворце было на удивление мало стражи и прислуги, а те, кто оставался, выглядели измождённо. И хотя горе королевы было объяснимо, она лишилась родных, троих гостей не покидал вопрос: почему она выглядит столь роскошно после такой трагедии?

Королева поначалу не замечала гостей, погружённая в свои мысли. Даже голос служанки не дошёл до её сознания. Друзья подошли ближе, но остановились на почтительном расстоянии. Реджинальд сделал ещё пару шагов и заговорил:

— Добрый день, Хуа Няньшу!

Женщина вздрогнула, убрала руку от лица и обернулась на голос:

— Ох! Да что же это я!

Она поспешно вскочила и поклонилась - всё же Реджинальд носил более высокий титул: он был наследным принцем империи, а не королевства.

— Прошу прощения за…

— Не стоит извинений.

Перебил её принц, махнув рукой.

— Я давно знаю вашу всеми обожаемую Линхунь. У вас на родине принято обращаться на «ты», так что это не составит труда.

Он тепло улыбнулся. Если королева будет вести себя смущённо и растерянно, они вряд ли узнают что‑то важное.

— Да… да, ты прав! Мы ведь не чужие люди.

Ответила женщина, улыбнувшись в ответ.

Майя наблюдала за этой сценой, поджав губы. «Ну надо же, он уже очаровал королеву Хуа и втёрся к ней в доверие. Вот кого, но его превзойти в подхалимстве я точно не смогу», — подумала она.

Реджинальд продолжил:

— Позвольте представить.

Он указал назад.

— Принцесса Майя, моя сестра, и господин Молох, придворный маг.

Услышав свои имена, они поклонились, и королева ответила тем же.

Реджинальд всё это время размышлял, почему королева обратилась именно к Молоху. Можно было написать ему или Эльбрусу, но она выбрала мага. Положив руку на сердце, принц спросил:

— Я бы с удовольствием поболтал ещё, но дело не ждёт. Почему вы отправили письмо именно придворному магу, а не лично императору?

Лицо женщины помрачнело. Она отвела взгляд и произнесла неохотно, словно стыдясь:

— Просто… У А‑Хунь появились силы.

Это озадачило всех троих. Силы? Разве такое возможно? Реджи знал Хуа Линхунь почти с рождения, но о подобном слышал впервые.

— И никто с ней не может совладать.

Продолжила королева.

— Даже лучшие маги империи не способны ей противостоять.

Теперь всё становилось яснее. Никто не ожидал, что у девушки есть магический дар. Особенно это удивило Реджинальда, ведь он знал, что в их семье никогда не было волшебников. Но этого было недостаточно для полного понимания ситуации, поэтому принц задал следующий вопрос:

— Не откажетесь рассказать всё с начала?

По её лицу было видно, что она не готова к одинокому бремени правления. Подбирая слова, королева словно гасла на глазах, и это насторожило Реджи. Не решаясь смотреть в глаза, она начала объяснять:

— Я… сама не всё понимаю. Она вдруг стала часто пропадать, вести себя странно, а после того, как мы отправили её отбывать наказание в Чэнфа… она… о‑она…

Королева не смогла произнести то, что её дочь сделала с роднёй. Закрыв лицо широкими рукавами, она отвернулась и тихо захныкала.

Понимая, что от неё сейчас ничего не добьёшься, Реджинальд учтиво поклонился:

— Прошу прощения, что затронул больное место. Пожалуй, мы отправимся в Чэнфа первым делом, а вы отдыхайте.

После прощания их проводили до выхода, и дальше они самостоятельно спустились по лестнице.

Информации было катастрофически мало. Из письма следовало, что дочь пропала и её никто не может найти. Но нигде не упоминалось, что она сошла с ума и пробудила в себе магические силы! Майя впервые оказалась в этом месте и понятия не имела, кого они ищут и что на самом деле произошло. Она не выдержала:

— Итак, что же всё-таки происходит?

Реджинальд ответил:

— Нужно найти Хуа Линхунь. Для чего - точно неизвестно. Возможно, они искренне обеспокоены: как ни крути, она их дочь и наследница престола. А может, хотят наказать самым жестоким образом за убийство членов королевской семьи.

Он резко замолчал, будто хотел добавить что-то ещё, но сомневался. За него продолжил Молох:

— Самое интересное, что в их семье нет ни капли магии.

«Что-то здесь не так. Откуда у неё тогда силы?» — подумала Майя, нахмурив брови.

Молох продолжил:

— Допустим, у неё действительно проявились силы, и она использовала их, чтобы убить четверых - причём своих родственников. Чтобы справиться с таким количеством людей, ей нужно либо обладать огромной силой, которую она не смогла контролировать, а они пришли в неподходящий момент, либо долго практиковаться и нанести точные удары. Но говорят, что силы пробудились совсем недавно - значит, это был резкий всплеск. Я мог бы облегчить поиски и найти её, но с тех пор, как мы прибыли сюда, я не чувствую мощного выброса энергии в округе.

Майя посмотрела на свою ладонь и, загибая пальцы, начала перечислять всё, что им известно:

— Мы знаем, что девушка убила четверых. На сто процентов уверены, что это произошло из-за резкого всплеска магии. Но при этом её энергию невозможно обнаружить, как будто она есть, но её нет.

— Или потому, что она неосознанно закрыла её обратно.

Добавил Молох. Майя мгновенно взглянула на него, озадаченно нахмурившись:

— А разве так можно?

— Ну да. Я же это от тебя как-то делаю.

Желание придушить Молоха удвоилось! Она беззвучно зарычала, но тот пропустил её негодование мимо ушей.

— Мы не знаем, где она и как далеко ушла.

Подытожил Молох.

— Но точно знаем, что поиски нужно начинать с Чэнфа.

Вдруг Майя повернулась к Реджинальду, который задумчиво смотрел вниз, держась за подбородок. Она толкнула его в плечо:

— Эй! А ты что молчишь? Есть какие-то мысли?

Не меняя позы, он ответил:

— Дело в том… Я приличное время знаю Мэймэй. У меня есть знакомые, которые приглашали её на балы и в гости.

Майя вытянула руки вперёд, безмолвно спрашивая: «И?» - не понимая, к чему он клонит.Вскоре принц продолжил:

— Она всегда вела себя достойно. Никогда не было такого, чтобы она казалась сумасшедшей. Разве что в ней что-то изменилось… Или кто-то её изменил.

— Вот это мы сейчас и выясним.

Неожиданно подхватил Молох. Он щёлкнул пальцами, и они мгновенно оказались на другой улице. Она напоминала центральную улицу королевства, но имела свои особенности: во-первых, была ярче и красочнее, а во-вторых, здесь не ощущалось ни малейшего дуновения ветра, в отличие от предыдущей улицы.

Майя огляделась. Любопытство буквально звенело в воздухе, призывая её броситься исследовать всё вокруг! Но она взяла себя в руки, хлопнула себя по щекам, чем привлекла внимание спутников, и заявила:

— Приступим! Нам нужно найти её, верно? Может, сначала спросим местных?..

Она хотела объяснить свою идею, но вдруг заметила, что Реджинальд пристально смотрит куда-то за её спину.

— Да, отличный план! Начнём прямо сейчас!

Воскликнул он и стремительно направился вперёд, едва не столкнув Майю с ног. Девушка развернулась, чтобы понять, что его так привлекло, и пожалела об этом. Перед ними красовался бар, куда Реджинальд вприпрыжку направлялся с сияющей улыбкой.

Майя нахмурилась, и её глаз нервно задёргался. «Я не это имела в виду…»

Ну вот, деваться уже некуда! Реджинальд ушёл всего минуту назад, а уже успел купить выпивку и начать флиртовать с официантками.

Молох и Майя невольно отпрянули, лица их помрачнели. Их не пугали обычные пьяницы, вечно просящие добавки, но откровенно раздражали те, кто в таком состоянии позволяли себе лезть к ним в штаны. Майя глубоко вздохнула, схватила Молоха за рукав и решительно потащила его внутрь трактира.

Помещение оказалось уютным, с деревянными квадратными столиками, украшенными тонкой резьбой. К каждому столу прилагались длинные резные табуретки - на одной умещалось по три человека. Интерьер был скромным: пара картин на стенах, две паникадилы и простые настенные светильники. В центре зала возвышалась лестница, ведущая на второй этаж, где располагались комнаты для отдыха. Открытую деревянную конструкцию поддерживали четыре массивных столба. Тепло и уют ощущались сразу, но был и существенный недостаток…

Работники заведения встретили гостей с преувеличенно яркими улыбками и почти насильно усадили за стол. Майя огляделась в поисках Реджинальда, но вокруг были лишь посетители: одни блевали в углах, другие танцевали на столах в полураздетом виде, третьи без устали осушали кувшины с вином.

— Да как он это делает?! Всего несколько минут прошло, а от него уже и следа не осталось!

Не выдержала Майя. Маг, скрестив руки на груди, ответил:

— Хороший вопрос, на который у нас нет ответа.

Вскоре к ним подошёл официант и осведомился, будут ли гости что-нибудь заказывать. Майя поняла, что это её шанс разузнать хоть что-то, но просто так информацию здесь не выдадут. Она заказала закуски.

Официант принёс тарелку, аккуратно поставил её на стол и произнёс:

— Прошу, ваши закуски.

Получив заказ, Майя перешла к делу. Она поставила локти на стол, переплела пальцы в замок и одарила юношу мягкой улыбкой:

— Благодарю! Кстати, можно задать вам пару вопросов?

Парень поклонился:

— С радостью бы побеседовал, но работа не ждёт…

Он замолчал, заметив мешочек с деньгами, который Молох небрежно бросил на стол. Монеты звонко рассыпались, и глаза официанта округлились - прямо как эти самые монеты. После короткого колебания он воскликнул:

— А знаете, пара минут у меня найдётся!

Официант присел рядом с Молохом, напротив Майи, и приготовился слушать, то и дело поглядывая на заманчивый мешочек. Майя едва сдержала улыбку: «Чтобы я делала без Молоха…»

Она начала:

— Хотели спросить о королевской семье. Не слышали ли вы недавно что-нибудь о них?

Вопрос смутил юношу. Он явно колебался, стоит ли говорить о столь щекотливой теме. Наклонившись вперёд, он жестом пригласил Майю сделать то же. Когда она приблизилась, официант шёпотом произнёс:

— Мне не следовало бы это обсуждать, но скажу, что знаю. Третью принцессу часто видели на Цветочной улице, что по соседству.

Отстранившись, он продолжил уже в полный голос:

— Зачем и почему - не знаю, но загляните в «Золотые бутоны», возможно, там вам расскажут больше.

Официант поспешил ретироваться, прихватив с собой мешочек с монетами. Но тут раздался грубый голос:

— Да всё он знает! Это все, вся и всё уже знают!.. Врёт! Врёт и не краснеет!

Это был мужчина внушительного телосложения, сидевший за соседним столом. Даже сидя он умудрялся покачиваться из стороны в сторону, а речь его звучала с алкогольной интонацией. Официант тут же скрылся, а пьяница развернулся к Майе и Молоху, стараясь не запинаться:

— Ай, как нехорошо он поступил. Хотя упомянул… как его там… а! «Золотые цветы»!

Майя поправила его:

— «Золотые бутоны».

— Какая разница!

Рявкнул мужчина в ответ и пересел на скамью рядом с Майей. Его грудь выпятилась, плечи расправились, подбородок поднялся, явно пытался изобразить из себя важного господина. Покачиваясь, он заявил:

— Я знаю больше, чем какой-то там официантишка!

И вдруг, без предупреждения, он резко наклонился к Майе и выпалил:

— Расскажу всё за одну маленькую услугу.

Майю передёрнуло. В мгновение ока она скользнула на скамью рядом с Молохом и прижалась к нему, закрываясь за его спиной и выглядывая испуганными глазами через его плечо. Демон в эту же секунду собрался в нём наделать пару сквозных дырок рукой-лезвием, но Майя схватила его за предплечье, останавливая от убийства перед свидетелями. Даже стало интересно девушке, она больше боится этого пьяницу или Молоха, который его может убить.

Мужчина, видимо, понял намёк. Он поднял руки ладонями вперёд:

— Ладно-ладно… Может, сто золотых?

В ответ лишь недоумённые взгляды.

— Ну ладно, согласен на двести золотых.

«Вот же спекулянт!» — одновременно подумали Майя и Молох.

Майя решила попробовать другой подход. Она пододвинула мужчине тарелку с закусками. Тот мгновенно оживился, схватил её и начал жадно есть, выплюнув:

— Идёт!

Девушка удивилась. Она не ожидала, что такой простой жест сработает. Но что ещё ждать от пьяного посетителя трактира?

Тем временем мужчина, не переставая жевать вяленое мясо, спросил:

— И что хотите узнать?

Майя, почувствовав, что угрозы больше нет, отпустила рукав Молоха. Тот, в свою очередь, сразу взял слово:

— Насчёт «Золотых бутонов». Что вы имели в виду, когда говорили, что «все всё знают»?

Мужчина задумчиво повертел в руке кусок мяса и начал рассказывать:

— Этот дом известен своими проститутками. И одна из них, представьте себе, была принцессой. Правда, забавно? Такая красавица… Ик! Принцесса, а занимается продажей тела. Жаль, не смог с ней ночь провести…

Майя насторожилась:

— Почему же не смогли?

— Да хрен знает! Ик… Её никто не мог купить. Говорят: «Она здесь не для вас», и всё! Вот вообще нихуя! Хоть какую цену предлагай - без толку. Видать, работает только для избранных.

Эти слова озадачили и Майю, и Молоха. Как так вышло, что из доброй и воспитанной принцессы сделали элитную куртизанку? Может, её отправили в ссылку из‑за этого? Или именно это свело её с ума?

Пока есть возможность, нужно выжать из него всю информацию! Не теряя времени, Майя положила руки на стол и наклонилась вперёд. Полушёпотом спросила:

— А что насчёт убийств? На неё сваливают парочку, правда ли это?

Мужчина поперхнулся:

— Парочку? Да она, мать её, уже человек тридцать уложила!

Майя вздрогнула. «Но ведь… говорили лишь о четырёх!» — пронеслось у неё в голове.

Молох раздражённо выдохнул, почесал голову под капюшоном и спросил:

— Окей, что ещё ты знаешь?

Мужчина пожал плечами:

— Это всё.

— М-м, как же много ты знаешь.

Съязвил Молох, прищурившись. Пьяница к этому моменту доел всё до крошки, перевернул тарелку и потряс ею. Он уже собирался встать, но Майя успела задать ещё один вопрос:

— И последний тогда: где находится имение королевской семьи?

Незнакомец поднялся, почесал подбородок и задумался:

— Хм… Трудно сказать… Ищите там.

Он махнул рукой в западном направлении и, уходя, крикнул официанту:

— Ещё вина, живо!

В трактире повисло молчание. Молох облокотился на стол, сцепил пальцы в замок и уткнулся в них лицом. Из его груди вырвался звук, напоминающий стон умирающего тюленя - явно не в силах больше выносить этот цирк.

Майя же начала рассуждать вслух:

— Итак, у нас есть следующие данные: принцесса стала куртизанкой, которую никто не мог купить; она была доброй, но сошла с ума; и, по словам этого человека, убила не четверых, а целых тридцать человек. Из всего сказанного я поняла, что королева умолчала о многом. Дело уже не в сумасшедшей девушке, а в психически нестабильном серийном убийце.

В ответ лишь тихое бурчание Молоха. Майя взглянула на него и заметила, насколько он напряжён. С большей вероятностью, если его тронуть, то можно получить нешуточное количество высказываний.

И неудивительно! Молоха всегда раздражала лишняя рутина. Ему бы всё сделать быстро и вернуться к своим делам - у него же работа расписана на месяц вперёд. А тут сплошные загадки и ни одного чёткого ответа.

Майя перевела взгляд в окно. На улице уже темнело, горожане зажигали фонари. Официант обходил зал, закрывая ставни. Вырезанные декоративные узоры на них искажали вид на улицу, делая его размытым.

Она снова посмотрела на Молоха, затем фыркнула, опёрлась на стол и прижала ладони к щекам. Легко толкнув мага плечом, спросила:

— Молох, а Реджи хоть в этом здании или уже сбежал в пьяном бреду?

В ответ послышалось нечленораздельное «мгм». Майя переспросила:

— Что значит «мгм»?

Молох поднял голову, лицо его оставалось угрюмым. На миг Майе показалось, что сейчас она получит порцию подзатыльников, но он лишь произнёс:

— Пойду-ка я его потороплю.

— А! Постой! Давай я тогда схожу на ту…

Но он исчез, не дослушав её.

— …улицу… Ну ладно, пойду сама.

Майя встала из‑за стола и направилась к выходу.

«Раз уж он не возразил, значит, могу сходить и проверить “Золотые бутоны”. Вдруг там знают, что случилось с дочерью королевы?»

Она шагала по улице, выискивая проход на соседнюю. Вскоре нашла узкий переулок и свернула в него. Путь был отвратительным: темно, грязно, под ногами валялись кучи мусора. Майе хотелось ускорить шаг, чтобы поскорее выбраться отсюда и ни к чему не прикасаться.

Переступая через обломки и отбросы, она мысленно возмущалась: «На главной улице чисто, а между домами настоящая свалка! Откуда у людей такое наплевательское отношение к порядку?!»

Уже приближаясь к выходу из переулка, Майя окунулась в яркий красный свет - загадочный и неповторимый. Казалось, если воспроизвести его в другом месте, он уже не сможет передать ту же атмосферу.

Выйдя на улицу, девушка словно попала в иной мир. Если на предыдущей улице заведения уже закрывались, а прохожих становилось всё меньше, то здесь всё ожило и заиграло новыми красками. Людей, в основном мужчин, стало вдвое больше.

Дыхание перехватило, и Майя невольно ахнула от восхищения. Заворожённая, она пошла вдоль квартала, разглядывая всё вокруг. Каждое заведение выглядело уникально, но при этом манило своей необычностью - так и приглашало заглянуть внутрь. В воздухе разливалась выразительная музыка, пробуждавшая желание танцевать, а едва уловимый дымный аромат наполнял лёгкие, уже не вызывая раздражения в горле.

Мимо проходили мужчины - кто в обносках, кто в длинных роскошных мантиях, шагавших гордо и неспешно. Рядом с ними или в одиночестве прогуливались другие - в более коротких одеяниях, ступавшие тяжёлым шагом. Некоторые переходили с одной улицы на другую: днём выпили на одной, а теперь направлялись продолжить веселье на другой.

Майя поняла, почему эту улицу называли Цветочной. Почти у каждого дома стояли наряженные девушки с пышными формами и ярким макияжем - они приветливо улыбались прохожим.

«Теперь ясно, что тот человек имел в виду под “все, вся и всё знают”. Тут и правда трудно скрыться от чужих глаз. Куда ни посмотри, а тебя уже оценивают…» — подумала Майя.

Она внимательно разглядывала вывески в поисках «Золотых бутонов». Хотя её способность понимать языки не распространялась на письменность, за несколько лет она выучила основные и теперь могла свободно читать.

Улица оказалась довольно длинной - Майе пришлось пройти почти всю её протяжённость. Ближе к концу она заметила вывеску: стилизованный цветок сливы в золотых тонах с чёрной надписью «Золотые бутоны».

«О! Это то самое место!» — решила Майя и направилась к дому.

Во дворе почти никого не было, лишь потенциальные клиенты входили внутрь. Пройдя под вывеской публичного дома, девушка оказалась в небольшом садике с цветами. Оглядевшись, она поднялась на маленькую веранду и подошла к двери. Едва она её приоткрыла, как изнутри донёсся громкий возглас:

— Я поднимаю цену на каждую куртизанку втрое! И это моё окончательное решение!

Десяток мужчин, судя по виду, знатных особ, тут же возмутились. Они столпились вокруг полноватой дамы средних лет в фиолетовом одеянии. Её волосы были аккуратно уложены, а в руке она резко и быстро размахивала веером того же оттенка. Взгляд женщины был хмурым и высокомерным.

Майя быстро огляделась. Интерьер холла поразил её: нежные зелёные и тёмно‑красные тона, минималистичная мебель - пара кресел и диван. Но больше всего внимание привлекла двойная изогнутая лестница, ведущая на второй этаж. Такое сочетание было необычным для Синкеи, но идеально подошло бы для лабораторий Майи.

— Это уже слишком!

Возмутился один из мужчин. И другой подхватил:

— Как можно так резко поднимать цены?!

Их крики перекрывали друг друга, каждый пытался высказать своё негодование, но никто не слушал собеседника. Один из посетителей приблизился к хозяйке и потребовал:

— Неслыханно! Уменьшите цену, будьте разумны!

Женщина вдруг махнула веером, коснувшись левого уха. Голос её звучал сдержанно, но в нём явственно слышался гнев:

— Неслыханно? Спрос растёт, а вместе с ним и цена!

Она резко закрыла веер и небрежно провела им по внешней стороне руки.

— На этом всё! Если у кого есть деньги - оставайтесь, а если нет - уходите и не мешайте другим!

Майя замерла в проёме двери, размышляя: «Вот это характер! И не боится отпугнуть гостей своей прямолинейностью… Настоящая хозяйка публичного дома! Только вот её жесты с веером что‑то мне напоминают…»

Она задумалась, стоит ли обращать внимание на такие мелочи, но едва отвлеклась, как разъярённые мужчины, толпившиеся у входа, распахнули дверь и, увидев Майю, застыли в изумлении. Никто не ожидал встретить на пороге публичного дома девушку иностранной внешности, которая, сгорбившись, подглядывала через щель.

Майя подняла взгляд и нервно хихикнула: «Ну всё… Пишите завещание…»

Суматоха у входа привлекла внимание хозяйки заведения. Она быстро подошла ближе и, заметив Майю, неожиданно воскликнула:

— Ого! Ты принята!

— ?!..

Майя нахмурилась, приподняв брови и уголок рта. Она не могла поверить своим ушам.

Не успела Майя и слова сказать в своё оправдание, как женщина схватила её за запястье и решительно потащила внутрь. Уже на лестнице хозяйка заведения громко объявила:

— На иностранку особая цена - в пять раз больше, чем у всех остальных!

«Какая, к чёрту, цена?!» — мысленно воскликнула Майя, ошарашенно глядя на спину женщины.

К её удивлению, мужчины, которые уже собирались уходить, вдруг передумали, и каждый начал выкрикивать цену, стараясь перебить других.

На втором этаже Майя, осознав, что ситуация принимает дурной оборот, попыталась вырваться, но хватка хозяйки была железной, та даже усилила её, не разжимая пальцев ни на миг. По пути женщина в фиолетовом продолжала говорить:

— Сейчас девочки приведут тебя в порядок и объяснят, как правильно сидеть, ходить, улыбаться, вести беседу, пользоваться косметикой, флиртовать, какую одежду носить и как манипулировать клиентами. После этого ты пойдёшь к своему первому клиенту. Поздравляю!

Майя пыталась вставить хоть слово: «Я не за этим пришла!», «Послушайте меня!», «Я просто хотела спросить!», но её словно намеренно не слышали.

— Кстати, а что ты умеешь? Петь? Танцевать? Или, может, профессионально вести себя в постели?

Спросила хозяйка. Майя возмутилась ещё сильнее:

— При чём здесь это? Отпустите меня и выслушайте наконец!

Хозяйка дотащила её до специальной комнаты, где несколько девушек прихорашивались у зеркал или за ширмой. Когда дверь распахнулась, все взгляды устремились на вошедших. Женщина резко дёрнула Майю вперёд, и та едва не упала.

— Приведите её в порядок и отправьте к клиенту, он ждёт в северной части.

Приказала хозяйка и, не дожидаясь ответа, вышла, закрыв за собой дверь.

В комнате повисла неловкая тишина, куртизанки изумлённо разглядывали Майю, а та стояла, раскинув руки, чтобы удержать равновесие.

Спустя несколько секунд напряжённого молчания Майя выпрямилась и начала:

— Послушайте…

Но её слова потонули в вихре возгласов. Куртизанки налетели на девушку, начали осматривать, ощупывать, усадили на табуретку и тут же принялись наносить макияж и примерять наряды, не переставая болтать:

— Ой, а ты откуда родом?

— У вас у всех такие красивые глаза?

— Вау! Девочки, потрогайте её кожу - ей даже белила не нужны!

— Тонковата, конечно, но найдутся любители!

— Может, сделаем медный оттенок для век?

— Нет-нет, лучше тёмно-серый!

— Какой тёмно-серый?! Шоколад куда лучше!

— Замолчите! Я крашу, значит, будет сиренево-розовый!

— А как ты ухаживаешь за волосами? Это просто шедевр!

— Давайте сделаем пучок из косы!

— Я принесу шпильки!

Несмотря на отчаянные попытки Майи остановить их, девушки раздели её и надели на неё юбку, закреплённую над грудью. Сверху накинули лёгкую пелерину, а волосы уложили в пышный пучок, украсив его серебристыми шпильками с белыми бусинами. В итоге Майя стала похожа на только что распустившуюся сирень - нежная и притягательная, в розово‑фиолетовых оттенках, подчёркивающих её красоту.

Закончив, куртизанки оглядели свою работу и даже всплакнули от гордости. Майя, всё ещё пребывая в шоке, попыталась объясниться, но две из них подхватили её под руки и потащили к выходу, на ходу давая советы:

— Главное, сразу в постель не прыгай.

— Подлизывайся, хвали его, лелей. Пусть расслабится - никаких негативных эмоций!

— Тебя ещё не определили в категорию, так что импровизируй. Если потребует большего, то требуй больше денег, но мягко!

— И имя себе придумай. Настоящее не называй!

— Лицо сделай попроще! Выглядишь так, будто не знала, куда идёшь.

— Но я здесь не ради…

Майя снова не успела договорить - её буквально впихнули в комнату, захлопнув дверь перед носом и бросив на прощание пожелания удачи с лучезарными улыбками.

Она застыла, уставившись на закрытую дверь. Лицо выражало растерянность, но на губах мелькнула лёгкая улыбка: «Что же теперь делать?»

Её размышления прервало кряхтение за спиной.

— Кхе-кхе! Прошу прощения, но я здесь.

Майя резко обернулась, и сердце её бешено застучало. Паника накрыла волной: «А-а-а! Что делать?! ЧТО ДЕЛАТЬ?! Я не могу просто уйти через портал. Нужно поговорить с хозяйкой! Майя, думай, ДУМАЙ!!!»

С трудом взяв себя в руки, она сохранила невозмутимость, мило улыбнулась, поклонилась и произнесла приветливо:

— Добрый вечер, господин.

«Фу, как противно это звучит!» — пронеслось у неё в голове, и она едва сдержала гримасу отвращения. Всё же слова в определённых местах становятся магическими: в одном случае привычнее некуда звучит, но как зайдешь в бордель - груша для тебя уже не груша!

Перед ней сидел мужчина - тот самый, кто первым заметил её в дверном проёме. Он был одет в насыщенно-синюю мантию с круглым воротником, а волосы аккуратно собраны в пучок, хотя на макушке уже виднелись залысины. Мужчина явно старался выглядеть опрятно и торжественно, но его возраст было трудно определить: то ли ему чуть за двадцать, то ли он уже приближался к пятидесяти. Он вальяжно сидел за столом, положив ногу на ногу, и с ухмылкой скользил взглядом по фигуре Майи.

Комната оказалась небольшой, но уютной. Стены окрашены в тёмно-коричневый и красный цвета, что создавало тёплую, почти интимную атмосферу. В конце помещения располагалась закрытая кровать с драпировкой и круглым входом. Слева от неё стоял резной стол с двумя стульями - на его поверхности лежали маленькие плиты с загадочными символами и игральные кости. Именно за этим столом и сидел мужчина. Справа же находился небольшой столик с табуреткой, на котором покоился гучжэн - традиционный музыкальный инструмент.

Майя с невинной улыбкой шагнула вперёд, лихорадочно размышляя: «Итак, он не выглядит опасным, но и неясно, чего потребует. Может, спеть ему песенку и сбежать?» Она плавно опустилась на стул, словно пушинка, и мужчина тут же предложил:

— Может, сыграем в маджонг?

Он провёл ладонью по плиткам, взял одну и продемонстрировал Майе. Голос его звучал высоко и выразительно. Девушка внимательно следила за каждым движением, анализируя и заранее продумывая ответы. Её главная задача - аккуратно подвести разговор к тому, чтобы либо ускользнуть самой, либо ненавязчиво спровадить гостя, не вызвав подозрений. Отвечать нужно сдержанно, чтобы он ничего лишнего не заподозрил.

Мужчина не напоминал хищника, готового наброситься в любой момент. Скорее, он выглядел как человек, жаждущий общения. Значит, можно обойтись без радикальных мер вроде отправки его в неведомые дали через портал.

Майя изобразила грустную мину и извинилась:

— Приношу свои извинения, но я никогда не играла в маджонг. Со мной будет не очень интересно.

Внешне она выглядела беспомощной и неопытной, но в голове злорадствовала: «Вот видишь? Я не умею того, что ты хочешь. Со мной будет скучно, и ты сам захочешь уйти!»

Однако первый пункт плана «вести себя скучно» провалился мгновенно.

— Ничего страшного, всё бывает в первый раз. Я тебя научу.

Невозмутимо ответил мужчина.

«Кх! Какой же он добрый… Ладно, поиграем, если придётся. Потом скажу, что не умею играть на музыкальных инструментах, а после предложу спеть. Тут же пожалуюсь на боль в горле и уйду. Ехехе!» — мысленно составила идеальный план побега Майя, пока мужчина перемешивал плитки.

Он аккуратно выстраивал их в два ряда лицевой стороной вниз, формируя закрытый квадрат. Закончив, гость жестом пригласил Майю приступить:

— Не буду загружать тебя всеми правилами - сыграем упрощённо. Бери любую фишку и ставь вот так.

Он достал одну из стены плиток и поставил перед собой вертикально, лицевой стороной вверх. Майя повторила за ним.

— Теперь набираем до двенадцати.

Они поочерёдно собирали ряды плиток. Когда закончили, мужчина продолжил:

— Умничка. Теперь бери любую фишку из стены и решай: либо оставляешь её, но тогда из своих выбрасываешь одну на стол, либо кладёшь эту.

Он взял плитку, мельком взглянул на неё и свои фишки, затем положил в центр квадрата:

— А теперь переходим к комбинациям.

Мужчина указал на открытую плитку с двумя палочками:

— Можешь собрать две такие пары. Или последовательности: два‑три‑четыре, три‑четыре‑пять - без разницы. Ещё можно собрать две одинаковые пары, чтобы получилось четыре плитки.

К собственному удивлению, Майя увлеклась. Она внимательно слушала, постепенно забывая о первоначальном плане. Мысли сосредоточились на игре, и она даже не заметила, как начала получать от процесса удовольствие.

— Договоримся, что «маджонг» - это набор: пара и три последовательности, три одинаковые или три двойные пары. Ну что, начнём?

Майя воодушевлённо кивнула, и они приступили.

В комнате зазвучали короткие, звонкие удары плиток о стол. Погружённые в игру, они лишь изредка обменивались фразами.

— Ты не похожа на местную. Давно здесь?

Спросил мужчина. И Майя протянула мягким голосом:

— Нет, недавно приехала.

Гость облокотился на стол, подпёр голову ладонью, в которой держал фишку, и продолжил:

— И как такая милая девушка оказалась здесь?

Майя смутилась, отвела взгляд и неловко призналась:

— Да… как‑то само вышло. Ехех…

Мужчина фыркнул с улыбкой, поставил плитку на стол и произнёс:

— Пф! Вот так удача! А как тебя зовут?

Майя замерла. Из головы начисто вылетело, что нужно было придумать имя и представиться сразу при входе в комнату.

Майя зажала фишку между пальцами, прислонила её к губам и задумчиво наклонила голову: «И что же придумать? Своё имя нельзя… А на ум приходит только „Сирень“ - под цвет всего, во что меня нарядили».

Не найдя лучшего варианта, она произнесла:

— Меня зовут Сирень. Называйте меня так, господин.

Обстановка действительно брала своё. Ей уже не было противно обращаться к нему «господин», и он больше не казался каким‑то извращенцем.

Они продолжили играть в молчании. Стук плиток, обмен фишками - время текло незаметно.

— А сколько тебе лет? Не выглядишь по требованиям.

Вдруг спросил мужчина. Майя хмыкнула:

— Двадцать. А что? Здесь принимают с определённого возраста?

Мужчина рассмеялся:

— Ха-ха! Ты и правда ничего не знаешь. Куртизанок берут на работу с двадцати пяти лет.

В голове Майи словно вспыхнула лампочка.

«Это же отличный шанс уйти!»

Она не хотела прерывать игру, но дела были важнее. Девушка встала из‑за стола и мелодично произнесла:

— Ох, это же недопустимо! Прошу прощения за мою оплошность. Мне срочно нужно поговорить с хозяйкой.

Она поклонилась и направилась к двери. Но едва она сделала шаг, как её схватили за руку. Мужчина резко опрокинул стол - фишки с громким стуком разлетелись по полу. Он дёрнул Майю назад и толкнул на кровать. Она невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, он уже нависал над ней в считаных миллиметрах.

— Нет, ты уйдёшь, только когда закончится время.

Его голос утратил прежнюю мягкость, став грубым и агрессивным. Он схватил её за подбородок, впиваясь ногтями в щёки, а второй рукой потянулся к застёжкам её одежды.

Но в тот же миг за спиной Майи возник Молох. Он резко оттащил её, обхватив за талию, а свободной рукой коснулся лба мужчины:

— Часики пробили. Время вышло!

Рявкнул маг и в мгновение отправил мужчину прочь. Тот даже не успел осознать, что произошло.

Майя и Молох остались одни. Ошеломлённая, девушка обернулась и увидела, что маг уже вольготно расположился на кровати - лёжа на боку, подперев голову рукой и согнув одну ногу в колене.

Майя нахмурилась и накинулась с вопросами:

— Куда ты его отправил? И почему так долго? Реджинальд всё ещё держится за дверной косяк? И где он вообще?

Молох холодно ответил:

— Слишком много слов. Давай по порядку и кратко.

Майя, копируя его позу, легла напротив, излучая ледяной холод, и начала допрос:

— Где Реджи?

— Спит.

— Где?

— В доме.

— Конкретнее?

— В этом доме.

— Почему так долго?

— Дрался.

— Ещё конкретнее?

— Дрался здесь за златовласку, чтобы его дамочки не утащили.

— А мужчина где?

— На улице.

— Точнее?

— В другом королевстве.

— Верни.

— Сюда?

Майя схватила подушку и шлёпнула его:

— Конечно нет! Верни хотя бы к окраине этой деревушки.

Маг откинулся на спину, согнул ногу и сложил руки на груди:

— Уверена?

Девушка замахнулась снова, уже с удвоенной силой:

— Ты ещё спрашиваешь?! Конечно уверена! Не хочу переживать за жизнь какого‑то извращенца.

Она продолжала колотить его подушкой, выплескивая накопившееся напряжение. Молох вдруг отвёл руку в сторону, щёлкнул пальцами, а затем мигом схватил Майю за запястье и притянул к себе. Она замерла, нависая над ним с широко распахнутыми глазами.

Спокойным, ровным голосом он произнёс:

— Успокойся, химера. Я всё это время приглядывал за тобой, а тот бессмертный уже на месте и в безопасности. Да и зачем тебе вообще переживать за жизнь одного человека?

Он сказал это скорее как мысль вслух, не ожидая ответа, но Майя всё же ответила:

— Не могу по‑другому. Совесть потом меня съест.

С этими словами она занесла подушку, намереваясь снова ударить мага, но тот мгновенно перехватил её вторую руку.

В следующий миг он опрокинул её на спину, прижав оба запястья над головой. Перекинув ногу через неё, он уселся сверху, но не давил, чтобы ей не было тяжело.

— А ты, я вижу, поиграть захотела?

Внезапно Майя разразилась истерическим смехом, извиваясь и пытаясь увернуться. Маг свободной рукой принялся безжалостно щекотать её под рёбрами. Спустя несколько минут, задыхаясь от смеха, она взмолилась о пощаде. Молох отпустил её лишь тогда, когда она уже не могла выдавить ни звука.

Измождённая, Майя скатилась с кровати на пол, рассчитывая на побег, пока Молох вновь устраивался в прежней расслабленной позе.

Майя, переводя дыхание и выдавливая последние смешки, выговорила:

— Хах… Я это… Пойду-ка расспрошу насчёт той… Ха-ха… Девушки. Ты понял.

Молох кивнул:

— Ага, удачи!

Пошатываясь, Майя поднялась на ноги и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. Прислонившись к ней спиной, она тяжело вздохнула.

«Иногда такие вспышки адекватности Молоха меня пугают!» — подумала она, сжав губы в тонкую полоску.

Пару секунд спустя девушка сделала шаг вперёд. Единственное место, которое пришло ей на ум, - гардеробная с куртизанками. Только они могли подсказать, где в этом огромном доме найти хозяйку.

Быстро добравшись до комнаты, где её наряжали, Майя постучала и приоткрыла дверь. Выглянув в проём, она спросила:

— Девочки, вы не знаете, где сейчас хозяйка этого заведения?

Одна из куртизанок с короткими волосами, примерявшая ярко‑зелёное платье, первой заметила её и ответила:

— На первом этаже: дальше по коридору и направо.

Пока она говорила, остальные девушки обернулись на звук. С радостными лицами, поджав руки в локтях и сверкая глазами, они устремились к Майе с вопросами:

— Как всё прошло?

— Тебе понравилось?

— Хорошо заплатил?

У Майи мурашки побежали по спине при мысли, что придётся снова выслушивать их болтовню, не успевая вставить и слова, и терпеть, как её, словно куклу, будут наряжать. Видите ли, Мизерии не хватает дома!

Поспешно кивнув в благодарность, Майя захлопнула дверь и бросилась к лестнице, пока её не успели схватить и затащить обратно.

Подняв подол юбки, она торопливо спускалась по ступенькам. Внизу пара мужчин флиртовала с куртизанкой, а на тахте по другую сторону полулежал Реджинальд, спрятав лицо в сгибе локтя.

На последних пяти ступеньках Майя обратилась к нему:

— Ну что, пьяница, хорошо тебе?

— Как никогда!

Отозвался принц. Он убрал руку, и Майя успела разглядеть его лицо, покрытое разными оттенками поцелуев. Она и ожидала чего‑то подобного: Реджинальд в состоянии алкогольного опьянения в компании иностранных красавиц - это умирающий в эйфории Реджи!

Закатив глаза на вальяжно раскинувшегося принца, Майя не остановилась и продолжила путь к хозяйке борделя.

В проходе виднелась лишь одна дверь - очевидно, та самая. Приблизившись к кабинету, она замедлила шаг и остановилась у красной двери. Постучав, Майя чуть повысила голос:

— Госпожа, можно войти?

Не дождавшись ответа, она распахнула дверь. Похоже, владелица заведения не стремилась, чтобы каждая комната была индивидуальной. Обстановка кабинета мало отличалась от других комнат, где побывала Майя: всё в красных тонах, мебели по минимуму: стол, вероятно, для работы, стул, задвинутый к нему, и два кресла цзяои напротив круглого стола.

Хозяйка борделя действительно оказалась там, где и говорили. Но вид у неё был встревоженный: она лихорадочно обмахивалась веером, ссутулилась и крепко прижимала свободную руку к талии. Взгляд был опущен, и она не сразу заметила гостью. Однако вскоре боковым зрением уловила движение и тут же изменилась в лице. Повернувшись к двери всем телом, женщина резко спросила:

— Что ты здесь делаешь? Ты должна обслуживать клиента!

Манера речи хозяйки показалась Майе грубой. Казалось, женщину раздражало всё вокруг, но Майя не понимала причины её нервозности. Сцепив руки, она поклонилась:

— Прошу прощения, но я здесь по важному делу, а не ради заработка.

Хозяйке явно не понравилось, что Майя отлынивает от обязанностей. Подняв подбородок, она постукивала пальцем по сложенному вееру, хмурясь всё сильнее.

— Меня не интересуют твои желания!

Отрезала она. В следующий миг женщина грубо вытолкнула Майю из комнаты и бросила вслед:

— Иди работай!

Дверь захлопнулась с таким грохотом, что затряслись стены. Майя вздрогнула, поджала плечи и огорчённо вздохнула.

«Была не была… Придётся идти к девочкам», — подумала она, внутренне зеленея от тревоги: ведь её снова могут не слушать, а лишь наряжать и засыпать вопросами.

Она нехотя поплелась обратно, но опасения развеялись почти сразу. Подойдя к парадному залу, Майя увидела, что рядом с Реджинальдом уже сидят две куртизанки.

Обе были в распашных кофтах с длинными юбками: у первой верхняя одежда была белой с красными узорами, а нижняя полностью красной; у второй вместо красного преобладал нежно‑голубой. Красавицы были похожи друг на друга, словно две капельки воды.

Майя подошла ближе и услышала, как девушки мило флиртовали с Реджинальдом, который сидел, склонив голову. Куртизанки изо всех сил старались привлечь внимание принца: выпячивали грудь, нашептывали сладкие речи, ненавязчиво касались его рук, пытаясь найти слабое место.

Однако было одно «но», и Майя заметила его сразу. Не желая оставлять девушкам напрасных надежд, она вмешалась:

— Прошу прощения за то, что прерываю ваш увлекательный разговор о ночных похождениях, но этот мужчина спит. Разбудить его сможет разве что колокол бедствия прямо у уха.

Девушки удивлённо переглянулись: сначала посмотрели на Реджи, потом на Майю, затем снова на Реджи. Их лица поникли, и они разочарованно вздохнули, осознав, что все старания были напрасны.

Майя специально сразу раскрыла правду о состоянии Реджинальда - так она отвлекала куртизанок от него и не давала соблазнить спящего. Иначе они могли бы просто прогнать её.

— Ну вот! А я-то думала, джекпот словили!

Воскликнула девушка в красном, поднимая голову и потирая лоб тыльной стороной ладони. Её подружка кивнула, соглашаясь.

Майя уже мечтала поскорее закончить разговор и переодеться, поэтому перебила их жалобы о несбывшихся мечтах:

— Можете подсказать, как мне поговорить с хозяйкой?

Девушки синхронно наклонили головы и похлопали ресницами. Та, что была в голубом, спросила:

— Зачем тебе это?

— Мне нужно кое-что у неё спросить.

— А‑а‑а…

— А‑а‑а…

Произнесли куртизанки и переглянулись. Майя не поняла их реакции, но почувствовала: это хороший знак. Значит, они что-то знают! Она навострила уши, ожидая ответа.

Девушка в голубом, выглядевшая более открытой, чем её «сестрицы», прямо спросила:

— У тебя есть деньги? Ты ведь из-за них сегодня работать пришла? Если да, то у нас плохие новости: хозяйка ответит на любой вопрос, но только за плату.

Она развела руками и покачала головой. Её подружка энергично закивала и добавила, соединив большой и указательный пальцы:

— Угу-угу! Госпожа очень меркантильна!

На слове «очень» она повысила тон и с ухмылкой потёрла большим пальцем кончики других.

Майя хмыкнула:

— М-м-м. Значит, чтобы разговорить её, нужны деньги…

Куртизанки энергично кивнули. Майя уже собиралась поблагодарить их и уйти, но вспомнила ещё кое-что странное:

— Точно! Можете сказать, что означают эти жесты?

Она на секунду задумалась, вспоминая движения владелицы борделя, а затем показала: дотронулась двумя пальцами до левого уха, а после незаметно провела пальцами по внешней стороне руки.

— Эти движения она делала с веером, но я не знаю, что они значат.

Куртизанки странно переглянулись. Похоже, эти жесты были редки в их обиходе. Девушка в красном вдруг сунула руку в рукав и достала веер с красными розами. Она повторила первое движение хозяйки:

— Это означает: «Будьте осторожны, за нами следят».

Затем показала второе:

— А это: «Не приходите сегодня».

Теперь Майе стало всё ясно. Владелица борделя, женщина в фиолетовом одеянии, больше всего злилась, когда деньги не падали к ней в руки каждые пять минут магическим образом. А сегодня, вероятно, сорвалась какая-то важная сделка, и предупреждение «за нами следят» не сулило ничего хорошего.

Майя поклонилась:

— Благодарю за ответ!

Куртизанки лишь кивнули, и Майя оставила их вместе со спящим Реджинальдом. Она направилась обратно к хозяйке борделя. Теперь она знала, как добыть нужную информацию.

Не церемонясь, Майя резко распахнула дверь и ворвалась в комнату. За столом сидела чернее тучи владелица заведения: склонила голову, подперев её рукой, и что-то бормотала себе под нос. Майя прервала её размышления. Женщина мгновенно вскинула голову и, увидев Майю, молниеносно вскочила из-за стола. Ударив ладонью по столешнице, она закричала:

— Опять ты здесь?! Я же тебе говорила! Совсем глухая?!

Майя не произнесла ни слова, просто шагнула вперёд.

Это ещё больше разозлило женщину. Она покраснела от ярости и взревела:

— ДА ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК?! ПРИПЕРЛАСЬ САМА, РАБОТАТЬ НЕ ХОЧЕШЬ, ДА ЕЩЁ И ВЕДЁШЬ СЕБЯ ПО‑ХАМСКИ!!!

Она сорвалась с места и бросилась к Майе. Подняв руку, уже собиралась влепить пощёчину, но её предплечье резко схватила рука Молоха, который появился как раз вовремя.

Владелица борделя в шоке подняла взгляд на Молоха. Тот смотрел на неё искоса, прищурившись, и ей показалось, будто хозяин этих фиолетовых, ярких глаз готов в мгновение переломать ей все кости, лишь дай команду.

Женщину захлестнули эмоции: гнев, раздражение, изумление, тревога. Она торопливо отдёрнула руку, прижала её к груди и, заикаясь, произнесла:

— Т‑т‑т‑ты кто т‑такой и что тут д‑делаешь?!

Молох молчал. Он убрал руки в карманы и продолжал сверлить женщину в фиолетовом гневным, но абсолютно безэмоциональным взглядом.

Майя, наконец, сдвинулась с места, подошла к столу и, повернувшись к хозяйке, чётко спросила:

— Вы ведь знаете о принцессе, которая исчезла месяц назад?

Сразу стало видно, что хозяйка борделя не любит, когда её о чём‑то спрашивают. Она скрестила руки на груди, высоко подняла подбородок и высокомерно фыркнула:

— Ты кто такая, чтобы меня…

Но не успела она договорить, как Молох незаметно за её спиной создал небольшой мешочек с разноцветным узором и бросил его на стол. Тесёмка развязалась от удара, и монеты с мелодичным звоном рассыпались по столешнице. Женщина замерла, раскрыв рот, и уставилась на сверкающую россыпь.

— Думаю, теперь вы нас выслушаете?

Риторически спросила Майя и продолжила:

— Вы ведь были знакомы с принцессой? Все говорят, что она приходила именно сюда.

Однако это, похоже, не произвело на владелицу заведения особого впечатления. Та неловко повела рукой за голову, потёрла шею и неуверенно пробормотала:

— А… Ну, я даже не знаю… Не уверена, что…

— Молох…

Произнесла Майя с ноткой усталости, перебив хозяйку. Демон понял намёк. Он сотворил ещё один точно такой же мешочек с монетами, покрутил его на пальце и произнёс:

— Это получите после всех ответов.

Молох махом схватил в воздухе мешочек и опустил вместе с ним руку. Глаза женщины мгновенно засверкали. Она воодушевлённо закивала:

— Принцесса? Да-да, такая была!

Майя прислонилась ладонью к столу, а вторую руку положила на талию:

— И зачем она сюда приходила?

— Приходила за…

Начала было хозяйка, но вдруг осеклась. Её взгляд метнулся в сторону, она заметно занервничала.

— Ой, да это… Так-то незачем!

— А если начистоту?

Спросила Майя, опустив подбородок. Она была уверена, что женщина что‑то недоговаривает.

Хозяйка всё ещё колебалась, поэтому Майя добавила, тяжело вздохнув:

— Хорошо. Мы никому ничего не скажем. Даже если нам будут угрожать - придумаем отговорку.

Кажется, это сработало. Женщина покосилась на мешочек в руке Молоха, набралась решимости и наконец призналась:

— Да… Она приходила сюда ради каннабиса.

Майя и Молох на мгновение замерли. Такого ответа они точно не ожидали.

— Ради каннабиса?..

Переспросила Майя, надеясь, что ослышалась. Хозяйка энергично кивнула и с гордостью показала большой палец вверх:

— У нас только высококачественный каннабис!

Но тут же её энтузиазм угас. Она поникла, опустив плечи:

— Жаль, что он запрещён. Из‑за него столько проблем, но и денег тоже немало…

Майя на секунду потеряла дар речи. Но затем вспомнила жесты с веером, которые видела в холле, и её осенило.

— Стоп! И вы показывали мужчине тайные послания веером из‑за этого?

Женщина удивлённо взглянула на свой веер, потом на Майю. Она явно не ожидала, что та разбирается в языке веера.

— А… Да. Он постоянный клиент. Только эти доставщики вечно опаздывают! Чтоб им пусто было!

Она начала нервно бить ногой по полу, словно представляя, что там лежат недобросовестные поставщики, совершенно забыв о присутствии гостей. Молох не стал долго наблюдать за этим спектаклем и вмешался:

— Кхм-кхм. Прошу прощения, что прерываю ваш праведный гнев, но у нас ещё есть вопрос. Принцесса приходила сюда только за… товарами или была другая причина? Замечали ли вы что‑нибудь странное?

Хозяйка прекратила колотить пол. Она задумалась, приложив веер к подбородку и устремив взгляд в верхний угол комнаты.

— Хм… Даже не знаю… Было несколько моментов. Нет, не несколько! Почти каждый день она покупала всё необходимое, а потом уходила через чёрный вход с каким‑то мужчиной.

Майя и Молох переглянулись. Это была новая, неожиданная зацепка - о таком королева не упоминала. Оставался последний вопрос.

— Где можно найти владения рода Хуа?

Спросила Майя. Женщина ответила без колебаний:

— На севере.

Но Майя помнила, что мужчина указывал на запад.

— Вы уверены?

Уточнила она. Хозяйка настойчиво кивнула:

— Конечно! Сколько себя помню, их дом всегда был там, хотя я видела его лишь однажды. Его ещё поискать придётся!

Майя погрузилась в раздумья. Варианты множились: мужчина врёт, а женщина говорит правду; женщина врёт, а мужчина говорит правду; оба врут или оба говорят правду.

Единственный способ разобраться - найти дом семьи Хуа.

— Хорошо. Спасибо за ответы!

Улыбнулась Майя хозяйке.

Молох протянул женщине второй мешочек с монетами. Она с благодарностью приняла его обеими руками и просияла:

— Конечно-конечно! Буду очень рада вас снова увидеть!

Они попрощались и вышли из комнаты. В холле по-прежнему спал Реджинальд, других посетителей не было. Майя повернулась к Молоху:

— Можешь вернуть моё платье?

Молох молча исполнил её просьбу, щёлкнув пальцами. Майя поблагодарила его и добавила:

— Спасибо большое. Нам нужно сходить в лес, проверить дом на севере. Но что делать с ним?

Она указала на принца, который без задних ног дрых. Подойдя ближе, Майя начала трясти его за плечо:

— Он слишком крепко спит!

Но разбудить Реджинальда не получалось - хоть кричи, хоть бей, он не реагировал на происходящее вокруг. Молох махнул рукой, останавливая попытки девушки:

— Пусть остаётся здесь. В таком состоянии он будет только обузой.

И это было так! Поэтому Майя послушалась его и остановилась.

Они отправились на север леса, Молох телепортировал их прямо к нужному месту.Перед ними раскинулся густой, мрачный лес. Куда ни глянь, повсюду высились деревья. Лунный свет едва пробивался сквозь плотные кроны, создавая ощущение, будто даже днём здесь царил бы полумрак. Под ногами трещали сухие ветки и шуршали опавшие листья, а воздух был неподвижен, словно ветер обходил это место стороной.

Майя прищурилась, вглядываясь в темноту:

— Ужас! Хоть глаз выколи, ничего не видно!

Внезапно за её спиной возникло мягкое свечение. Обернувшись, она увидела, как из ладони Молоха исходит яркий шар, излучающий тёплый свет. Из него вырывались языки пламени, похожие на живое пламя. Майя удивлённо воскликнула:

— Ого, ты и так умеешь?

— Я умею всё.

Ответил Молох с самодовольной усмешкой. На что она предъявила:

— Тогда почему сразу не нашёл дом Хуа?

Молох выпрямился, приподняв подбородок:

— Умею всё, но не в этом случае.

«Умеет многое, но не может найти какой-то дом?» — удивилась про себя Майя. Прежде чем она успела задать новый вопрос, демон продолжил:

— Здание специально спрятали от посторонних глаз. В таких ситуациях я бессилен. Чтобы его отыскать, придётся обойти весь мир десять раз на одной ноге, танцуя с бубном.

Ответ Молоха не упростил задачу. Майя наклонила голову, задумчиво глядя на мага:

— И что же тогда делать?

Молох фыркнул и присел у ближайшего дерева:

— Пф! Ждать. Тот алкаш говорил о западе, а сутенёрша о севере. Скорее всего, оба правы. Просто на здание наложено заклятье, из-за которого оно меняет местоположение каждые несколько часов.

Майя приложила руку к подбородку, прикрыв рот двумя пальцами:

— Хм… Это многое объясняет.

Она присела рядом с Молохом:

— Значит, просто ждём?

Молох кивнул и промычал:

— Мгм.

Так они просидели час, потом второй. Майя успела задремать, и только через три часа её разбудил голос Молоха. Сперва она не разобрала слов - нескольких часов сна явно не хватило, чтобы прийти в себя. Через пару минут, протерев глаза, она отчётливо услышала:

— Вставай. Наконец-то появился домик. Хотя «домиком» его сложно назвать.

Майя оторвала взгляд от земли и увидела, что Молох уже направляется к какому-то строению. Она поднялась, опираясь на землю, и вдруг почувствовала, как что-то тёплое и мягкое соскользнуло с её плеча. Опустив взгляд, девушка увидела пушистый белый плед.

Задумавшись, она спросила саму себя: «Это Молох на меня его положил? Но… Эй, ты куда ушёл так далеко?!»

Она сорвалась с места и бросилась догонять мага, который успел уйти довольно далеко.Молох стоял перед массивной каменной стеной. Он не преувеличивал - «домиком» это назвать было реально сложно. Перед ними раскинулся целый комплекс: несколько одноэтажных зданий и одно трёхэтажное, окружённые высокой каменной стеной с мощными воротами на южной стороне.

Майя подбежала к Молоху, на ходу наматывая плед на руки. Стена с обшарпанными красными воротами возвышалась над ними вчетверо выше человеческого роста.

Запрокинув голову, Майя изумлённо присвистнула:

— Ну и ну… Зачем такая защита?

— Спроси у хозяев.

Бросил Молох и, испарив плед из её рук, телепортировал их во внутренний двор.

Майя резко зажала рот и нос руками. Её охватил ужас. Дыхание перехватило, а глаза застыли, уставившись на кошмар перед собой. Когда-то здесь, вероятно, был красивый двор, полный жизни и цветов, но теперь он напоминал мясокомбинат. Повсюду валялись части тел: руки, ноги, туловища, головы - где-то целые, где-то раздробленные. Невозможно было понять, где заканчивается одно тело и начинается другое: всё смешалось в бесформенную массу. Тошнотворный запах гнили и крови заполнял воздух, делая картину ещё более ужасающей.

— Ого, да я как будто дома оказался!

Беззаботно воскликнул Молох, делая шаг вперёд. Он шёл легко, словно для него видеть подобное было в порядке вещей.

Майя, борясь с рвотным рефлексом, последовала за ним, зажав нос и прогнусавив:

— Мне кажется, тут умерло не четыре человека и даже не тридцать… Гораздо больше.

Направляясь к трёхэтажному зданию, они настороженно оглядывались по сторонам и рассуждали:

— Скорее всего, тут было человек тридцать слуг, а остальные уже мирные жители, которые пробрались сюда в надежде озолотиться.

— Это-то понятно.

Кивнула Майя, глядя на спину мага.

— Но ты лучше объясни, какие силы должны быть, чтобы так… изуродовать людей?

Молох поднял голову и хмыкнул:

— Моё первоначальное предположение было верным: у принцессы внезапно пробудились силы, из-за чего она всех перебила. Хотя это и так очевидно… Есть ещё версия, что она или кто‑то из её родни продал душу ради магии. Из‑за этого я не могу уловить её духовные следы. Но не исключаю и того, что она неосознанно их просто закрыла.

Майя махнула рукой:

— Однако ничто не происходит без причины. Она не стала бы убийцей без веского основания. Значит, для этого была серьёзная причина!

Усиливающийся ветер трепал их волосы. Они подошли к зданию, стены которого были умыты человеческой кровью.

— Ну, причину нам ещё предстоит узнать.

Произнёс Молох, внимательно изучая строение. Он встал перед Майей и добавил:

— На всякий случай держись позади меня. Мало ли что может случиться.

Майя надула губы, подумав: «Как будто я ничего не могу…»

Пока она размышляла о его недооценке по отношению к ней, пряди волос демона коснулись её лица - капюшон слетел, обнажив рога, а ветер разметал локоны, спрятанные под мантией. Майя машинально подхватила прядь его волос и усмехнулась. Наклонившись в сторону, она предложила:

— Тебе, может, волосы собрать? А то видишь, как погода разбушевалась.

Он покосился на неё:

— Я могу просто вернуть себе короткую длину магией. Ай!

Молох вскрикнул, когда Майя дёрнула его за волосы. Она вытянула руку и начала часто сжимать и разжимать ладонь:

— Нет уж! Просто создай мне ленту. Я всё сделаю сама.

Демон фыркнул и вложил в её ладонь только что сотканную широкую чёрную ленту:

— Пф! Вот нашла время для ерунды!

Но Майя не ответила. Молча она заплела ему высокий хвост и завязала аккуратный бантик.

— Всё! Готово!

Объявила она, отступая в сторону, чтобы оценить результат.

Фиолетовые волосы колыхались на ветру вместе с концами глянцевой ленты и чёрными изящными рогами. Девушка взглянула на недовольное лицо Молоха. Несколько прядей всё же выбились, падая чуть ниже подбородка и иногда закрывая ему глаза.

— Ваша душенька довольна?

Спросил её Молох, на что она с улыбкой кивнула, убирая волосы за ухо с правой стороны, и сказала:

— Конечно!

Молох резко отодвинул её за спину и рявкнул:

— Вот и стой теперь, радостная, за спиной!

Майя застыла, ощутив смущение. На лице Молоха редко можно было увидеть беспокойство. Обычно казалось, что ему всё безразлично. Но в этой ситуации его настороженность была понятна, учитывая весь ужас вокруг. Она не стала возражать и последовала за ним.

Ребята поднялись по лестнице - местами треснувшей и обломанной, покрытой запёкшейся кровью. Молох с усилием распахнул массивные двери. Из помещения вырвался поток воздуха, насыщенный запахом разлагающейся плоти. В центре зала лежала бесформенная масса, напоминающая фарш. Её облепили мухи с личинками, и теперь жужжание насекомых навсегда отпечатается в памяти как звук этого места.

Они заметили, что ветер неожиданно стих. Молох первым переступил порог, спокойно и медленно вглядываясь в каждый угол. Майя ухватилась за край его мантии, чтобы не отставать, и тоже принялась осматриваться, зажав нос рукой.

Все окна в здании были распахнуты настежь, а некоторые сорваны с петель. В конце зала, за гниющими остатками, возвышался трон короля - такой же забрызганный кровью, как и всё вокруг. За троном на дальней стене висел гобелен с гербом королевства - четыре лисы. По обе стороны от него виднелись перегородки, скрывающие лестницы, ведущие на второй и третий этажи.

Пока они обходили помещение, Майя вглядывалась в омерзительную кучу. Внезапно её осенило: «Это что… её семья?!»

Среди приплюснутых конечностей, плоти, крови и насекомых она различила мокрые лоскуты одежды хорошего качества. Кое‑где поблёскивали украшения, которые обычные слуги себе бы не позволили. Майе стало дурно. Как можно так поступить со своей семьёй? Она, которая любила и до сих пор хранила в сердце память о своих покойных родителях, не могла представить причину, по которой способна была бы совершить подобное. Девушка опустила испуганные глаза. Сердце на мгновение замерло, оставив лишь тяжёлое чувство отвращения внутри.

Они прошли за трон и начали подниматься по лестнице. Майя, понемногу отпуская тяжесть мыслей, взглянула вперёд, поверх плеча Молоха.

Поднявшись на второй этаж, они оказались в разгромленной комнате. Здесь явно когда‑то проходили встречи: пара шкафов с книгами, но один опрокинут, круглый стол, два дивана с деревянными низкими спинками. У одного дивана были сломаны ножки, у другого - порвана обивка, а маленькие подушки валялись в каждом углу.

Напарники осторожно вошли внутрь и огляделись. Кроме нескольких потрёпанных книг, ничего примечательного не нашлось. Тогда они направились выше - на третий этаж, где, как им чудилось, таилось что‑то куда более интригующее.

Зал на третьем этаже оказался теснее предыдущих и был отгорожен решёткой из стальных прутьев. Комната лежала в руинах: невозможно было угадать, где прежде стояли кровать, стеллажи, стол или стул - всё обратилось в груду щепок. Стены покрыты рисунками и надписями, а пол устилали мятые, грязные, рваные листы бумаги, будто кто‑то в ярости рвал и разбрасывал их.

Молох остановился перед замком, закрывавшим решётку. Тот выглядел нетронутым - ни единой царапины. Демон сжал его в ладони, и металл с тихим хрустом рассыпался в пыль. Скрипучая дверца распахнулась, впуская их внутрь. Под ногами затрещали обломки мебели.

Молох шагнул к центру комнаты и принялся внимательно изучать каждый сантиметр пола и стен. Майя же, заметив на стене странные каракули, отпустила край его мантии и приблизилась к рисункам.

— Девушки тут нет.

Произнесла она, и в голосе её смешались облегчение и печаль.

— И, судя по всему, она была… не в себе.

Она поставила руки на колени и наклонилась перед угловатым, пугающим рисунком. На нём были изображены мужчина и женщина с непропорционально большими головами и тонкими, искривлёнными конечностями, похожими на мёртвые ветви. Их лица казались разорванными - глаза широко раскрыты, будто смотрели прямо в душу, а неестественные улыбки обнажали полусгнившие зубы, с которых стекала вязкая слюна. Вокруг фигур были разбросаны сердечки и небрежные надписи, сделанные чернилами и, возможно, кровью художницы: «Я отомщу за тебя», «Люблю», «Хочу ещё», «Где взять?».

Молох подошёл ближе и тоже вгляделся в рисунок. Затем протянул Майе кусок рваной бумаги:

— Похоже, причина её безумия найдена. Её любимого убили, и теперь она жаждет мести.

Майя взяла листок и выпрямилась. На нём тоже были два страшных человечка, но с одним отличием - они целовались. Это заставило её задуматься. Она начала собирать разбросанные по комнате листы. Одни были так запятнаны и повреждены, что разобрать их содержание не представлялось возможным. Другие валялись в углах, но несколько уцелели почти полностью.

Лёгкий ветерок скользнул из открытых окон, шевеля обрывки бумаги. Молох, скрестив руки на груди, замер в настороженной позе - что‑то здесь было не так. Майя тем временем подошла к дальнему левому углу и подняла последний листок. Разложив их на полу, она получила относительно понятную историю. На первом листе она увидела счастливую девушку с цветами, на втором - ту же девушку в борделе с мужчиной. На третьем листе они целовались, на четвёртом уже пять людей, видимо, её семья, издевались над ней, а на пятом мужчину убили, а она плакала над его телом, пока остальные смеялись. На шестом листе была изображена та же комната, но девушка была связана цепями и плакала. Дальше шли лишь повторяющиеся рисунки плачущей девушки, запертой в комнате.

Майя сжала края рисунков, обдумывая увиденное: «Значит, сначала она познакомилась с каннабисом, потом встретила любимого… Но его убили члены её семьи. А затем и вовсе заперли. Как тут не сойти с ума?»

Принцесса была юной, красивой, доброй - никто никогда не говорил о ней дурного, все отмечали её порядочность. И всё же она ступила на тёмную тропу.

Майя уже собиралась поделиться своими выводами с Молохом, когда резкий порыв ветра всколыхнул обрывки бумаги на полу. Обернувшись, она увидела девушку, застывшую в проходе.

Чёрные сальные волосы, похожие на паутину, облепляли её бледное, измождённое лицо. Юбка была разорвана в клочья и перепачкана запёкшейся кровью. Верхней одежды не было, и пугающе худые руки с выступающими костями казались почти прозрачными. Кожа, сухая и стянутая, обтягивала тело, словно пергамент. Девушка покачивалась, как кукла на нитках, не понимая, где находится. Её глаза, полные боли и отчуждения, лихорадочно метались по комнате, выискивая что‑то или кого‑то.

Внезапно её взгляд остановился на Майе, и по спине той пробежали ледяные мурашки. Девушка заговорила мёртвым, эхом звучащим голосом:

— Мама? Это ты?

Майя мгновенно вспомнила рисунки, на которых мать принцессы была одним из персонажей. Её охватил леденящий ужас: «Неужели у неё галлюцинации?»

В этот миг Майя увидела, как принцесса резко вскинула руки вверх. Молох мгновенно рванулся к ней и с силой прижал к себе. Умалишённая резко опустила ладони почти до самого пола. Вокруг ребят вспыхнул фиолетовый щит с загадочными мерцающими символами. Невидимая, но сокрушительная сила швырнула их вниз - сквозь все этажи. В следующий миг третий этаж обрушился, разлетаясь во все стороны осколками камня и густым облаком пыли.

Очнувшись на первом этаже, Майя с трудом приподнялась с Молоха, её сердце колотилось как безумное. Быстрым движением она открыла под ними портал. Едва они рухнули в мерцающую воронку, как оказались на тротуаре рядом с домом. Молох, не теряя ни секунды, снова прижал Майю к себе.

В тот же миг здание содрогнулось, сжалось, будто кто‑то сжал его гигантской рукой, а затем взорвалось, разбрасывая обломки во все стороны. Напарники едва успели телепортироваться за ближайшее строение.

С тяжёлым дыханием Майя осторожно выглянула из‑за угла, бросив короткий взгляд на девушку. Та парила над руинами, медленно опускаясь к земле. Когда её ноги коснулись мостовой, ветер вокруг стих, и она, пошатываясь, начала оглядываться по сторонам. Майя тут же отпрянула, прижавшись к стене, и, едва сдерживая крик ужаса, выдохнула:

— Что это вообще такое?

Молох сел в позу лотоса, быстро просчитывая варианты действий. Его взгляд скользил по фигуре безумной принцессы, словно сканируя её силу. Потерев подбородок, он спокойно ответил:

— Это результат её зависимости, любовного психоза и сделки с демоном.

Майя ошеломлённо распахнула глаза:

— Но как? Демоны не должны проникать в мир людей, а люди не могут их вызывать! Тем более что все записи об ангелах и демонах давно запрещены и уничтожены!

Молох поднялся на ноги:

— Если люди захотят, они найдут способ. То же касается и демонов, и ангелов.

Внезапно маг исчез. И в следующий миг возник прямо перед обезумевшей девушкой. Его рука, превратившись в острое лезвие, устремилась к её сердцу. Но невидимая преграда остановила удар, отразив клинок. Молох не растерялся: быстрым взмахом он рассек воздух и провёл тонкую линию от её левой груди до правого надплечья.

Принцесса, охваченная яростью, резко выбросила ладони вперёд. Волна энергии ударила Молоха, отшвырнув его на несколько метров. Он успел выставить магический щит, и лишь поэтому остался невредим. Маг приземлился на каменную дорожку, взметнув облако пыли, и резко выкрикнул:

— Уходи!!!

Майю пронзила дрожь. Если Молох отдал такой приказ, значит, опасность была смертельной. Хуа Линхунь, ослеплённая галлюцинациями, нацелилась именно на неё! И её худшие опасения подтвердились. Сбоку раздался хриплый, надломленный голос:

— Мама… Почему ты прячешься?..

Не раздумывая, Майя открыла портал под собой и, не оборачиваясь, нырнула в мерцающую пустоту. В ту же секунду дом рядом с ней разлетелся на мельчайшие осколки.

Она приземлилась в густом лесу, в нескольких десятках метров от руин. Обернувшись, увидела грохот и вспышки за стенами королевского комплекса. Фиолетовое свечение озаряло ночное небо, воздух наполнился пылью и гарью. Майя всё ещё сжимала в руке скомканные рисунки - те самые, что раскрыли историю принцессы. Она хотела помочь, но знала: без знаний о природе демонов и ангелов она лишь помешает. Молох никогда не посвящал её в эти тайны.

Но ей не пришлось действовать самой. Внезапно перед ней, словно ураган, возникла Хуа Линхунь! Принцесса резко развела руки в стороны.

Мгновенно Молох схватил Майю и, не колеблясь, телепортировался с ней высоко в небо.Девушка хлопнула в ладоши, и деревья вокруг неё взорвались, превратившись в щепки с оглушительным треском.

— Она контролирует воздух в радиусе километра и не подпускает никого близко.

Пояснил Молох, бросив на Майю короткий взгляд.

— Перемещайся как можно чаще.

Они начали падать. Молох отпустил Майю и мгновенно телепортировался обратно к безумной принцессе. Девушка открыла портал и, вынырнув в лесу, отбежала на безопасное расстояние. Отсюда она наблюдала за схваткой.

Молох возник за спиной Хуа Линхунь и занёс лезвие для удара. Но та резко развернулась и контратаковала. Её взмах отбросил мага назад. Однако в воздухе он мгновенно переместился, вновь оказавшись рядом. Ладонь Молоха легла на её спину, и пространство вокруг вспыхнуло яркими искрами. Фиолетовые молнии пронзили тело Хуа Линхунь, заставив её закричать сквозь охрипшее горло. Собрав остатки сил, она оттолкнула Молоха с такой мощью, что лишь магический барьер спас его от гибели.

Принцесса рухнула на колени, тяжело дыша, из последних сил удерживая контроль над стихией. И в этот миг из ниоткуда возник Реджинальд! Воспользовавшись моментом, он рванулся вперёд: в левой руке он сжимал какой‑то странный предмет, а ребром правой ладони целился ей в шею.

Но прежде чем он успел нанести удар, вокруг девушки взметнулся мощный вихрь. Реджинальда подняло в воздух, лишив возможности двигаться. Он замер в шоке, когда перед ним возник мерцающий магический щит, а вихрь с силой отбросил его в чащу леса.

Принц кубарем прокатился по земле и замер лицом вниз. Майя тут же переместилась к нему и, упёршись руками в колени, обеспокоенно спросила:

— Реджи, ты в порядке? Как ты нас нашёл?

Реджинальд, опёршись ладонями о землю, приподнялся на локтях и выдохнул:

— Да, я сейчас вмиг протрезвел! А нашёл вас легко. Вы хоть видели, какое световое шоу устроили? Теперь всё королевство знает, где мы!

Майя смущённо отвела взгляд, мысленно признавая его правоту: «Ну да, я тоже это видела… Ехех…»

В разговор вступил подоспевший Молох:

— Ладно, хватит болтать. Показывай, что у тебя в руке.

Реджинальд поднялся на ноги и протянул ладонь с предметом. Молох взял его и внимательно осмотрел.

Это был серебряный обруч с белыми камнями, плотно облегающий шею.

— Для начала хотел бы спросить, какого чёрта вы меня бросили в том блядушнике?

Возмутился принц. И Молох невозмутимо бросил:

— Тебе там самое место.

— Замолкни.

Отрезал Реджинальд. Короткий обмен колкостями закончился, и принц продолжил:

— Ну и ладно! В общем, подумал, что обруч Нотбурга может пригодиться. Сходил, взял его у Хуа Няньшу, а вы за пару часов уже устроили целое представление. И вот я здесь!

— И ты даже не поленился прийти сам? На своих двоих?

Уточнила Майя, глядя на принца исподлобья. Реджинальд недовольно скривился. Сначала Молох, теперь Майя - два сапога пара! Он скрестил руки на груди и, отвернув голову, процедил:

— Ой, идите вы!

Обруч Нотбурга - уникальный артефакт, способный блокировать способности любого существа. В древности, когда магия только зарождалась, учёный Нотбург поставил перед собой цель найти способ сдерживать силы людей, ангелов и демонов, чтобы они не причиняли вреда. К старости он создал особый камень из магнетита, серафинита и адуляра. Назвав его в свою честь, Нотбург начал эксперименты: надевал камень на магов, вставлял в ошейники, даже вшивал в грудь. Он похищал магов, обманывал ангелов и демонов - и продолжал опыты, пока не убедился, что создал идеальное средство подавления любых способностей. Тогда он объявил о своём открытии миру.

Молох подбросил ошейник в воздух, и с помощью магии тот завис в нескольких сантиметрах над его ладонью. Затем он опустил его обратно и щёлкнул пальцами, проверяя его работоспособность. Убедившись, что артефакт функционирует, он пристально посмотрел на свою руку, в которой ничего не было. Покрутил кистью, будто пытаясь разглядеть что‑то невидимое.

Майя, прищурившись, наблюдала за его манипуляциями:

— Проверяешь, работает ли?

Молох кивнул, не отрывая взгляда от ладони:

— Ага. Даже свой демонический дар не могу активировать.

Майя подошла ближе и наклонилась, внимательно разглядывая ошейник. Её внимание привлекли белые камни, украшавшие артефакт.

— Хм… Очень странно. Эти камни мне кажутся знакомыми.

— Да ну?

Хмыкнул Молох. Майя подняла глаза, собираясь ответить, но слова застряли в горле. Внезапно она ощутила на себе его взгляд - тяжёлый и холодный, словно лёд, проникающий в самую глубину души. В фиолетовых глазах Молоха мелькнуло что‑то пугающее, заставляющее сердце то бешено колотиться, то замирать. Этот отблеск был одновременно манящим и отталкивающим.

Ей показалось, что время остановилось. Весь мир замер, лишь ветер свистел вокруг, пытаясь сбить их с ног. Лицо Молоха оставалось бесстрастным, но в его взгляде читалось что‑то зловещее. Майе почудилось, что он вот‑вот нападёт - схватит её и задушит. Холод пробежал по спине, сковывая тело страхом.

Её вырвал из оцепенения мощный порыв ветра, едва не сбивший с ног. Все трое резко обернулись на источник бури.

Хуа Линхунь стояла, опустив голову, и шаталась из стороны в сторону. Она начала истошно плакать, что резал слух, словно острый скальпель.

— Похоже, мы её ещё сильнее обидели.

Предположила Майя. Реджинальд фыркнул:

— Пф! Тогда я отвлекаю, а Молох надевает на неё ошейник.

Принц ринулся вперёд, но не успел сделать и нескольких шагов, как почувствовал странное сопротивление. Тело начало клониться назад, словно невидимая сила пыталась оттолкнуть его. Решительность мгновенно испарилась, и Реджи, растерянно размахивая руками, отлетел назад. Схватившись за пень старого разрушенного дерева, он повис, развеваясь на ветру, словно флаг.

Сзади него Майя вцепилась в ствол ближайшего дерева, едва удерживаясь на ногах. Несколько листов она не смогла удержать - ветер подхватил их и унёс прочь. Девушка обернулась, провожая взглядом улетающие рисунки. Молох, стоявший поодаль, с иронией бросил принцу:

— Ты серьёзно думал, что сможешь к ней подойти? Я бы на это посмотрел!

Майя обернулась к магу. Её глаза расширились от удивления: несмотря на бурю, маг стоял неподвижно. Лишь его одежда и волосы развевались на ветру.

— А нам ты так сделать не мог?

Воскликнула она, едва удерживаясь за дерево.

Молох спокойно ответил, скрестив руки на груди:

— Уже поздно, висите так.

Майя метнула на него взгляд, полный такой ярости, что, казалось, могла бы испепелить на месте. Пальцы её впились в шершавую кору дерева, а в голове вспыхнула чёткая, почти осязаемая мысль: как бы сейчас она врезала ему!

Рыдания безумной принцессы становились всё пронзительнее, а ветер всё яростнее. Майя, перекрикивая шум, воскликнула:

— И что же нам тогда делать?!

Молох поставил левую руку на талию, правой почесал висок и невозмутимо произнёс:

— Даже не знаю. Нужно как‑то приблизиться к ней и надеть ошейник. Тогда она перестанет бушевать.

Внезапно мимо них с криком пронёсся Реджинальд, всё ещё сжимая в руках обломок пня. Он врезался в дерево позади, чудом остановив свой полёт.

Майя проследила за ним взглядом, и вдруг её осенило. Она резко повернулась к Молоху:

— А если я открою портал за нами и за ней?

Не успела Майя договорить, как хватка её ослабла и она полетела вслед за Реджинальдом. В последний момент Молох схватил её за запястье. Ему пришлось резко отклониться назад, чтобы удержать девушку. Теперь Майя болталась в воздухе, судорожно вцепившись в его руку, но всё же сумела закончить мысль:

— Мы влетим в портал с той же скоростью, с какой нас отбросит ветер, а вылетим за спиной Хуа Линхунь и врежемся в неё!

Молох на миг замер, обдумывая план, затем коротко кивнул:

— А давай! Открывай!

Майя мгновенно создала портал на безопасном расстоянии от них, но прямо за спиной девушки. Едва Молох убедился, что проход стабилен, он неожиданно подтянул ноги к груди, отчего Майя испуганно вскрикнула. В следующий миг их обоих с силой отбросило назад.

Они влетели в портал на огромной скорости и вынырнули за спиной Хуа Линхунь. План сработал идеально: напарники врезались в девушку, сбив её с ног.

Ветер мгновенно стих. Наступила тишина. Молох, не теряя ни секунды, надел на принцессу ошейник и поднялся, небрежно засунув руки в карманы. Хуа Линхунь обмякла и потеряла сознание. Её дыхание стало ровным и спокойным.

— Наконец‑то справились, не прошло и полгода!

Фыркнул Молох, откидывая волосы с лица. Он протянул руку Майе, и та, помедлив, приняла её. Демон помог ей встать. В этот момент издалека донёсся голос Реджинальда:

— После такого я десять раз подумаю, прежде чем менять бумажную работу на это!

На слове «это» он взмахнул руками, указывая на лежащую без сознания принцессу. Подойдя ближе, принц присел на корточки рядом с ней:

— М‑да… И как её так жизнь покоробила? Была такой славной девушкой.

Молох приподнял девушку в воздух с помощью магии и холодно бросил:

— Не имеет значения. Наша задача была лишь поймать её. А из‑за чего она стала такой уже не наше дело.

Эти слова ударили Майю, как пощёчина. Она вспомнила рисунки Хуа Линхунь - историю предательства, боли и отчаяния. Внутри всё сжалось от протеста.

— Но что, если над ней издевались?

Возразила она, голос дрожал от сдерживаемых эмоций.

— Если ей не нравилась такая жизнь, и поэтому она выбрала этот путь? На рисунках всё было ясно! Видно же, что семья довела её до такого состояния! Разве мы должны отдать её туда, где над ней снова будут издеваться или ещё хуже, убьют? Хуа Линхунь нужна помощь, и кто, кроме нас…

— Какая разница, как и когда она умрёт?

Перебил Молох безжалостно.

— Это всё равно произойдёт. Не сегодня, так завтра.

Его слова вонзились в сердце Майи, как ледяные иглы. Она вспомнила, как он точно так же говорил о ней самой, будто она была чем‑то ненужным, обречённым на уничтожение.

Она обернулась к Реджинальду, но тот лишь пожал плечами, явно соглашаясь с магом.Горло сдавило, слова застряли в груди. Майя прикусила губу, пытаясь совладать с комом в горле. Возразить не получалось - не хватало воздуха, не хватало сил.

Не говоря ни слова, она развернулась и шагнула в открытый портал, возвращаясь домой. Шаги её были тяжёлыми, мысли - мрачными. Внутри бушевали гнев и отчаяние. Она не могла оставить Линхунь в такой ситуации, но холодность Молоха и безразличие Реджинальда ранили её сильнее, чем она могла себе представить.

Несколько часов спустя после возвращения домой Майя лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку и крепко сжимая её руками.

Мысли кружились в голове, как вихрь: «И снова он сначала добр ко мне, а потом начинает: „Какая разница, на одного человека больше, на одного меньше…“»

Майя покраснела от злости и прижала подушку ещё сильнее.

«Ещё и Реджи! Всегда поддерживал мои идеи, а тут вдруг встал на сторону Молоха! Вот что сейчас с той принцессой? Я, конечно, понимаю, что она нарушила закон и заключила договор с демоном… Но ведь она тоже жертва!»

Она закричала в подушку, выплеснув часть накопившейся обиды. Когда дыхание выровнялось, Майя повернула голову в сторону. В памяти всплыли образы Молоха, и на душе стало тоскливо.

«Сколько раз за эти пятнадцать лет он мне угрожал… И сколько раз спасал. Так для чего всё это? Он вообще определиться не может - убить меня или нет? Особенно когда я задаю „неудобные“ вопросы… Вот задам что-нибудь тошнотворное, и он меня прикончит?»

Майя попыталась представить, как Молох ответил бы на её вопросы. Даже в самых мрачных сценариях она не могла до конца поверить, что это правда.

Внезапно в памяти вспыхнули другие моменты: как она заплетала ему хвост, как он укрыл её тёплым пледом, как его руки бережно держали её, спасая от Хуа Линхунь. От этих воспоминаний по коже пробежали мурашки, а сердце забилось чаще. Лёгкий румянец окрасил щёки.

Глубоко вздохнув, Майя спросила себя: «Ну почему, даже после всего этого, я всё ещё хочу тебя увидеть?.. Стоит ли мне поговорить с Молохом обо всём, что мучило меня все эти годы?»

В этот момент раздался стук в дверь. Она приоткрылась, и на пороге появился Реджинальд.

— Хей, чучело, как ты?

Начал он, небрежно засунув руки в карманы и широкими шагами приближаясь к кровати.

Майя, увидев сводного брата, отвернулась.

— Выглядишь не очень. Ты хоть ела?

Продолжил Реджи. Он присел на край кровати, но ответа не последовало. Спустя пару минут принц не выдержал:

— Ты злишься?

— Нет.

— Обижена?

— Нет.

— Плакала и думала, как нас задушить?

— …Пока нет.

Реджи усмехнулся и, не дожидаясь возражений, лёг поперёк кровати, положив голову ей на икры. Майя приподнялась и метнула на него грозный взгляд, но принц лишь довольно дёрнул согнутой ногой.

— Рассказывай, что тебя беспокоит.

Настоял он. Майя фыркнула, снова утыкаясь в подушку.

— Ничего меня не беспокоит.

Реджинальд нахмурился и ущипнул её за щиколотку. Майя дёрнулась и охнула.

— Ты кого обмануть хочешь?

Возмутился принц.

— Меня, человека, который прожил с тобой почти всю твою жизнь? Я видел, как ты меняешься и внешне, и характером. И должен признать, удивлён, что ты не стала настаивать на своём в том лесу.

«Вот же умник…» — раздражённо подумала Майя.

— С твоим характером я бы не удивился, если бы ты попыталась выкрасть Хуа Линхунь и вылечить её своими силами.

Продолжил Реджи.

— Кстати, хочешь знать, что в итоге произошло?

Майя помолчала, потом нехотя выдавила:

— Мгм.

Реджинальд достал из-под пиджака несколько листов и положил их рядом с подушкой. Это были те самые рисунки безумной принцессы.

— Мы с Молохом решили всё же докопаться до правды.

Сказал он, складывая руки на груди.

— Нашли все её каракули и через скандал выяснили, что принцесса была изгоем во дворце. На людях она казалась доброй, общительной, милой… Но ей это надоело. Она решила разбавить свою унылую жизнь чем-то новым и пошла в «Золотые бутоны», где встретила парня, который тоже увлекался «этим». Они влюбились друг в друга.

Реджи сделал паузу, подбирая слова.

— Семья узнала о её романе с бедняком и зависимости. Король пришёл в ярость и хотел отрубить ей голову, но её ухажёр спас девушку ценой своей жизни. Всем было всё равно, даже рады, что он умер. В итоге Хуа Линхунь сослали в глушь и заперли за решётку. А когда подтвердились её связи с демонами, её приговорили к казни. Мы не присутствовали при этом, просто забрали вознаграждение и ушли.

В комнате повисло гнетущее молчание. Оно давило на грудь, словно тяжёлый камень. Реджи вытер лоб, пытаясь справиться с напряжением.

— Слушай, не бери это на себя. Ничего нельзя было изменить. Она бы всё равно рано или поздно погибла от рук какого-то демона.

Голос Майи дрожал, будто вот-вот сорвётся в плач:

— Я понимаю… Мне просто жаль её.

Реджинальд вздохнул, и в его глазах мелькнула грусть.

— Мне тоже… Кто бы мог подумать, что за её счастливой улыбкой скрывалось такое.

Снова воцарилась тишина. Да, эта девушка была для них никем. Они могли бы не вмешиваться, не рисковать собой. Скорее всего, обратились к Молоху только потому, что ситуация нарушала слишком много законов, и правителю империи Диго стоило об этом знать. Но после ухода Майи никто не решился заговорить; даже Хуа Няньшу умоляла на коленях не докладывать высшим лицам.

Не выдержав гнетущей атмосферы, Реджи предложил:

— Может, пойдём пообедаем? Я ничего не ел последние сутки.

Майя хмыкнула и резко дёрнула ногами:

— Встань с меня сначала, а потом пойдём.

Реджинальд подскочил, потирая затылок, и хихикнул:

— Хах! Пошли уже!

Он вытолкнул Майю с кровати, и она плашмя упала на пол. Реджи тут же ринулся к выходу, но та открыла портал прямо перед ним, и принц мгновенно оказался рядом с ней. Она сидела, опираясь рукой о кровать, и потирала лоб ладонью. Лицо её было мрачным, а в глазах читалось, что она уже обдумывает, куда отправить этого безобразника.

Реджинальд поднял руки до уровня плеч и сдался:

— Прости, зря быканул.

Как-то днём Майя сидела на скамье в саду, погружённая в чтение книги. Солнце изредка скрывалось за пушистыми облаками, создавая мягкий полумрак. Лёгкий ветерок нежно перелистнул страницы, и девушка огорчённо вздохнула, возвращая их на место.

Но вдруг чья-то рука схватила книгу за верхний край и решительно отобрала её. Это был Реджинальд. Он поднял книгу над головой Майи и ехидно произнёс:

— Свежим воздухом дышишь, да?

Майя подняла голову и встретилась взглядом с улыбающимся принцем. Она протянула руку, чтобы вернуть книгу, но Реджинальд поднял её ещё выше.

— Не совсем. Жду, когда Молох принесёт мне одну вещицу.

Ответила Майя, переводя взгляд с книги на принца и обратно. Реджинальд подозрительно сузил глаза. На его лице мелькнула тень сомнения, и он протянул:

— С каких пор Молох сам приносит, а не ты вламываешься в его башню и выпрашиваешь то, что тебе нужно, в обмен на свободу его личного пространства от лишних людей?

Шея затекла, и Майя устало опустила голову, разминая мышцы шеи.

— Да в том-то и дело, что я сама собиралась к нему пойти. Но он меня перехватил и велел ждать здесь.

Пояснила она. Развернувшись, Майя закинула ногу на скамью и, опираясь на её спинку, спросила:

— А ты что здесь делаешь? Стоишь и смотришь так, будто хочешь что-то сказать.

Она внимательно посмотрела на Реджинальда, который ухмылялся, словно хитрый лис. Его глухие смешки лишь усилили её любопытство. Не выдержав, она нетерпеливо добавила:

— Так что же?!

Реджинальд, решив, что хватит интриги, ответил:

— Отец тут сказал, что тебе пора жениха искать.

Майя застыла, словно её заморозили в лёд. Реджинальд сначала подумал, что она не расслышала, и повторил:

— Отец тебе жениха подыскивает.

Она надеялась, что ей послышалось, но, когда принц повторил, её опасения подтвердились. Майя не стала паниковать раньше времени и, отвернувшись, бросила:

— Чушь какая!

Реджинальд рассмеялся, приподняв плечи:

— Хах! Почему это чушь? Тебя, можно сказать, ещё пожалели! У нас принято уже в семнадцать лет думать об этом. А тебе двадцать, так что пора задуматься над этим предложением.

Майя скрестила руки на груди и нахмурила брови:

— Не хочу я замуж! Зачем мне это? Ты сам посмотри на себя: в тридцать лет у тебя вообще никого нет!

У Реджинальда отвисла челюсть, брови сошлись на переносице:

— А что я?!

Возмутился он. Выпятив грудь и гордо поставив руки на талию, принц самодовольно заявил:

— У меня хотя бы есть несколько кандидаток! Я просто присматриваюсь.

— Ага, у тебя столько кандидаток, сколько мне лет.

Съязвил только что появившийся Молох. Он уселся рядом с Майей, в его руках была маленькая тёмно-зелёная шкатулка.

От его слов Майя разразилась истерическим смехом, а Реджинальд нахмурился и бросил на Молоха испепеляющий взгляд. Маг, не обращая внимания на нарастающую угрозу, спокойно протянул шкатулку Майе:

— Вот, ты же её просила?

Майя, утирая слёзы смеха, взяла шкатулку. Открыв её, она мгновенно перестала смеяться, и глаза её засияли восторгом. Внутри лежал редчайший солнечный камень, добыть который считалось почти невозможным. Девушка радостно завопила и бросилась обнимать Молоха:

— А-а-а! Спасибо, спасибо! Проси что хочешь за него!

Молох на мгновение растерялся - глаза его округлились, а лицо выражало искреннее удивление. Но он быстро пришёл в себя и неловко обнял Майю в ответ.

Однако это длилось недолго. Майя резко вскочила со скамьи, прижимая шкатулку к груди, и воскликнула:

— Но сначала мне нужно сделать задуманное!

Она открыла портал и исчезла, оставив парней одних.

На несколько секунд повисло молчание. Первым его нарушил Реджинальд. С игривой ухмылкой он произнёс:

— А может, ты её руки попросишь?

— Отрубить, что ли?

Невозмутимо парировал Молох. Не выдержав, Реджинальд влепил Молоху по затылку книгой:

— Дурак что ли?!

Молох развернулся к нему, излучая смертельную ауру:

— Ах ты!..

Но прежде чем он успел договорить, Реджинальд ловко отскочил в сторону и смылся.

Через пару месяцев слова превратились в действия… Майю стали всё чаще приглашать на мероприятия: чаепития, балы, встречи. Письма приходили разные: обычные, высокотехнологичные голографические, а порой и вовсе отправленные магическим способом. По воле Эльбруса она обязана была посещать их хотя бы ради знакомства. Бывало, за один день ей приходилось побывать в двух империях и нанести визиты трём семьям в каждой.

Однажды утром, едва солнце взошло, горничные принялись готовить Майю к чаепитию с наследником престола империи Абхейла - самим Иззуддином. Услышав это имя, Майя тут же помрачнела: ещё при первой встрече она поняла, что у них нет ни единого общего интереса.

Горничные надели на неё пышное платье нежных оттенков зелёного и жёлтого. Майя стояла посреди комнаты, окружённая тремя служанками, которые хлопотали вокруг неё. Ещё две были в гардеробной, а три другие убирали купальню, куда её волокли перед началом сборов.

— Ох, дай-ка ещё припудрим здесь.

— Куда ещё?! Принцесса и так бледная вся!

— Не испачкайте платье, хватит спорить!

— А как насчёт благовоний? Они хоть расслабляют, а то принцесса Майя совсем зажата!

— Прогулка лучше всего успокаивает!

— Никаких прогулок, вдруг платье испортится!

— Опять ты со своим платьем!

Пока горничные спорили, Майя в который раз пожалела, что Эльбрус удочерил её и сделал принцессой. Чтобы получить хоть минуту тишины, она придумала хитрый план. Сделав вид, будто случайно махнула рукой, девушка уронила пудру прямо на подол платья.

Горничные мгновенно замерли, а потом в панике завопили:

— О нет-нет-нет, простите!

— Говорила же, не барахтаться тут со своими пудрами!!!

— Нужно срочно менять платье!

Майя, изображая сильное разочарование, опустилась на софу, прикрыв глаза ладонью:

— Ещё стакан воды и благовония, пожалуйста. Я сейчас не выдержу…

Служанки засуетились:

— Сейчас всё принесём!

— Главное, не переживайте. Подготовим вас к встрече на высшем уровне!

— Хватит болтать! Тащите всё нужное!

Они вихрем выскочили из комнаты. Майя, глядя сквозь пальцы, дождалась, пока за ними закроется дверь, и с облегчением выдохнула.

Устроившись на спинке софы, она подумала: «М-да, если бы это были горничные из восточного крыла, так просто я бы от них не отделалась. Ехех! Нора бы в эту чушь точно не поверила. Чтобы я разозлилась из-за какого-то платья? Уж очень на меня не похоже!»

Внезапно боковым зрением она уловила движение за окном. Обернувшись, Майя увидела Молоха и Реджинальда.

«Что они делают за окном?!» — мелькнуло у неё в голове.

Реджи, широко улыбаясь, махнул ей рукой, а затем указал в сторону балкона. Майя проследила за его жестом и замерла: там висело её любимое белое платье. Лицо девушки озарилось радостью и удивлением. Она снова посмотрела туда, где только что стояли друзья, но их уже не было.

«Не знаю, на чём они там стояли, но я им очень благодарна!» — мысленно поблагодарила она.

Не теряя ни секунды, Майя бросилась на балкон, на ходу развязывая корсет. Схватив платье, она скрылась за ширмой, чтобы переодеться. А когда закончила, в этот момент в комнату вошли две горничные с подносом. Они выронили всё, что принесли, и ошарашенно уставились на принцессу:

— Принцесса Майя! Что это вы переоделись?!

— Вам же скоро отправляться!

Но Майе было всё равно. Она подбежала к ограждению балкона и крикнула:

— Не хочу я ехать туда!

Затем решительно поднялась на перила и прыгнула вниз. Горничные застыли в оцепенении. Время будто остановилось. Когда они, дрожа, подбежали к краю балкона и посмотрели вниз, там никого не было. Испустив вздох облегчения, они опустились на колени.

Майя заранее вычислила местоположение Молоха и открыла портал прямо к нему - в кабинет Реджинальда. Она приземлилась на пол и, не сдерживаясь, разрыдалась, упав на колени:

— Реджи-и-и, я больше не могу!

Реджинальд сидел за столом, а Молох стоял рядом. Оба удивлённо уставились на неё, хлопая глазами.

Майя подползла к столу и, схватившись за его край, положила голову на гладкую поверхность:

— Реджи, помоги-и-и! Что мне делать?! Я не хочу больше бегать по этим местам и красоваться личиком!

Реджинальд, едва сдерживая смех, положил голову на ладонь, а в другой руке нервно покрутил ручку:

— Поняла, каково мне было ездить туда-сюда тридцать лет?

Майя, всхлипывая, воскликнула:

— ДА-А-А!!! И я больше не могу! Что мне нужно сделать, чтобы эти похождения прекратились?!

Реджинальд сделал задумчивый вид. Вдруг его взгляд упал на Молоха, и идея сама пришла в голову. Он злорадно ухмыльнулся и объяснил Майе:

— Для начала, ты же знаешь, что выбор велик? Хоть бомжа с улицы выбери. Если ты его любишь, отец разрешил помолвку.

Майя, шмыгая носом, уточнила:

— Ну да. Это же из-за того, что твоя мама из простого народа, да?

Реджи кивнул:

— Именно. Поэтому ты можешь представить любого человека из своего окружения в качестве суженого. Тогда все от тебя отстанут, а на каждое письмо будут отправлять отказ.

Майя застыла с каменным выражением лица:

— Что, прям любого?

Реджи с притворной милостью ответил:

— Выбирай из близкого окружения.

— Мне что, Гэвина выбрать?

Выпалила Майя. Реджинальд едва не подавился:

— Гэвина?!

Он нервно рассмеялся.

— Ну уж нет!

Дело в том, что на протяжении долгого времени Гэвин действительно сопровождал Майю на все встречи - как-никак, он её рыцарь!

Майя наклонила голову:

— А что не так? Гэвин сейчас как раз «близкое окружение».

Ощущая на себе жгучий взгляд Молоха, принц поспешил её переубедить:

— Лучше забудь об этом выборе раз и навсегда…

— ?..

Майя не стала настаивать и переспрашивать, почему у него такая реакция. Она ушла в свои мысли, кто ещё может подойти на роль суженого.

Реджи, заметив её задумчивость, решил подбросить идею и шутливо толкнул Молоха в плечо. Тот мгновенно ощетинился:

— Тебе, может, руку отрезать? А то часто меня трогать стал.

Эта реплика неожиданно озарила Майю. Она резко выпрямилась, хлопнула ладонью по столу и воскликнула:

— О! Молох, пошли со мной!

Молох мгновенно принял оборонительную позу, выставив руки перед собой:

— Даже не думай.

Но Майя уже схватила его за запястье и потянула к выходу. Однако маг стоял как скала - ни на дюйм не сдвинулся. Она толкала его сзади, тянула спереди, но всё без толку.

— Химера, это необдуманное решение! Ты думаешь на тяжёлую голову.

Отговаривал Молох. И Майя взмолилась, не сдаваясь:

— Да что тебе сложно, что ли? Помоги мне немного, прошу!

Поняв, что физической силой Молоха не взять, Майя решила сменить тактику. Она открыла портал прямо под ними, и они начали проваливаться внутрь. Но маг мгновенно телепортировал их на улицу, в сад.

— Ну что ты упираешься? Это же так просто!

Воскликнула Майя, теряя терпение.

— Я не пойду!

Твёрдо отрезал Молох, схватив её за руку. Она попыталась снова открыть портал, но он снова переместил их в другое место. Ещё раз, и ещё - пока наконец Молох не повалил её на землю и крепко не зажал руки.

— Прекращай. У тебя всё равно не получится.

Произнёс он, глядя на неё сверху вниз. Майя открыла портал под собой, но лишь наполовину успела провалиться, из-за чего они оба перевернулись. В последний момент ей удалось вырваться, и вот она уже нависла над магом.

Во время очередного хаотичного телепорта Молох не выдержал:

— Ты совсем страх потеряла? Что за глупые шутки?

Он не учёл, что Майя мгновенно откроет новый портал. В следующий миг они оба провалились и оказались в кабинете Эльбруса.

Эльбрус, сидевший за столом, опустил бумаги и уставился на незваных гостей. На полу, лицом к императору, лежали Майя и Молох - причём девушка нависала над магом, а тот всё ещё держал её за руки. Оба подняли головы и ошарашенно замерли.

— …

— …

— …

Эльбрус медленно поднялся. Майя и Молох тут же вскочили на ноги, но маг уже приготовился сбежать. Однако девушка вцепилась в его рукав, не давая уйти.

Император шагнул к ним и строго произнёс:

— Если это ваши игры, то вам не поздоровится. Но я всё же выслушаю, почему вы здесь.

Не теряя ни секунды, Майя радостно выпалила:

— Конечно, мы по делу! Хочу представить своего суженого!

— Ну, вообще-то…

Начал было Молох. Но Майя тут же зажала ему рот ладонью и продолжила за него:

— Вообще-то мы давно решили, но только сейчас набрались смелости сказать!

«Если, конечно, несколько минут назад - это „давно“, то я даже ничуть не соврала!» — мелькнуло у неё в голове.

Эльбрус приподнял бровь, разглядывая пару. Его лицо оставалось непроницаемым, что только усиливало напряжение. Наконец он уточнил:

— Майечка… Он же демон, и ему…

— Возраст любви не помеха!

Выпалила Майя, прижимаясь к руке Молоха.

Император перевёл взгляд на Молоха, который, закрыв лицо рукой, пытался скрыть эмоции. Эльбрус насторожился - что‑то здесь было не так. Но он не стал допытываться и спокойно спросил:

— Хорошо. Я говорил, что это твой выбор. Будешь сама решать, к кому ехать на встречу. Кстати, когда планируете свадьбу?

— …

Майя замерла. Вопрос ударил, как ледяной водопад. Лицо побледнело, а в голове пронеслись мысли о том, как она оказалась в такой ситуации, и все виды её смерти и мольбы о пощаде. Она с трудом сглотнула и выдавила улыбку:

— Ой, да куда торопиться! В скором времени решим…

Эльбрус слегка улыбнулся, словно одобряя её ответ.

— Раз так, то буду ждать вашего «скорого времени».

Хотя это было скверно… Майя схватила Молоха за рукав и потащила к выходу, бросая через плечо:

— Да-да-да, мы обязательно вам всё скажем!

Едва за ними закрылась дверь, она рванула по коридору, волоча за собой мага. Завернув за угол, Майя прислонилась к стене и шумно выдохнула:

— Фух! Даже дышать легче стало…

Она обмахивалась ладонью, глаза были закрыты, но сердце всё ещё колотилось, как загнанная птица.

— Не стоит так расслабляться.

Раздался над головой холодный голос Молоха. Майя медленно открыла глаза. Маг стоял напротив, и выражение его лица не сулило ничего хорошего.

— Почему?

Спросила она, но вопрос потонул в нарастающем волнении.

Молох шагнул ближе. Слишком близко. Настолько, что Майя почувствовала тепло его тела, уловила едва заметный неизменный аромат. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Его лицо было неподвижным, как каменное изваяние, но в тёмных глазах, глубоких, как ночное небо, мерцали искры - то ли раздражения, то ли чего‑то ещё, от чего у Майи перехватило дыхание.

— Потому что ты сама сказала…

Его ладонь мягко, но твёрдо прижала её руку к стене возле левого плеча. Он наклонился, и его дыхание коснулось её щеки - прерывистое, неровное. Взгляд стал таким пронзительным, будто он пытался прочесть её мысли, добраться до самого сердца.

— Что мы скоро решим.

Прошептал он, и от этого шёпота по спине Майи пробежали мурашки. Её сердце затрепетало. Кровь прилила к лицу, окрашивая в лёгкий румянец. В груди разлилось странное, волнующее тепло - то ли страх, то ли восторг, то ли что‑то, чему она не могла подобрать названия.

Молох немного отстранился, но не отпустил её. Их взгляды столкнулись, и мир вокруг будто исчез. Остались только они двое, этот пустой коридор, стук её сердца и его тёмные, непроницаемые глаза.

Майя невольно приоткрыла губы, пытаясь вдохнуть, но воздух казался густым и тяжёлым. Это было… пугающе. И в то же время - завораживающе.

Что‑то внутри неё дрогнуло. Она сжала кулак, ногти впились в ладонь - больно, но это помогло очнуться. Опустив взгляд, она разжала пальцы и медленно подняла руку. Ладонь медленно поднялась и коснулась его груди. Молох замер, склонил голову, прищурился, словно ожидая её слов.

Майя хотела оттолкнуть его. Её сердце кричало об этом! Но когда пальцы коснулись его груди, она почувствовала его сердцебиение.

«Такое... Сильное и громкое...» — подумала Майя в этот момент. Она замерла, её мысли путались.

Маг заметил её замешательство и усмехнулся едва заметно. Он притянул её левую руку, которую всё ещё держал, и приложил тыльную сторону ладони к своим губам. Его дыхание обожгло кожу. Затем он слегка приоткрыл рот и несильно прикусил её палец.

Острая вспышка - не боли, нет. Чего‑то иного! Сердце ёкнуло и забилось с новой силой. Майя ошарашенно уставилась на него, глаза расширились, а щёки залило краской с новой силой.

Внезапно она оттолкнула его. Дыхание сбилось, в груди клокотало смущение пополам с возмущением. Не теряя ни секунды, Майя открыла портал и исчезла в нём, оставив Молоха одного.

Маг хмыкнул, потирая подбородок.

— Хм. Это хороший знак.

И с лёгким мерцанием телепортировался к себе в башню.

Майя вывалилась в своей комнате, рухнула на кровать, свернувшись калачиком, и зарылась лицом в подушку. Сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди.

«Что это было?! ЧТО НА МЕНЯ НАШЛО?!»

Она перекатилась на спину, уставившись в потолок. Перед глазами всё ещё стояло его лицо - слишком близкое, слишком… притягательное.

«Этого не может быть! Зачем он это сделал? Мы же друзья! Он мне как брат!»

Чем больше она думала об этом, тем сильнее хотелось провалиться сквозь землю. Глубокий вдох. Ещё один. Только через десять минут ей удалось немного успокоиться, но мысли всё равно крутились вокруг одного:

«Всё же ничего плохого не случилось! Молох мне не неприятен, как другие мужчины. Реджи и Молох - они же как старшие братья…»

Но тогда почему её сердце так бешено колотилось? Почему от его прикосновения внутри всё переворачивалось? Майя зарычала и схватилась за голову.

— Я не могу ему нравиться! Он же хотел меня убить… Хотя он и Реджи хочет убить… Он бы всех убил с радостью…

Она поникла, уставилась на свой палец - там, где остались красные следы от его клыков.

— Нужно было выбрать Гэвина…

И, зарывшись в подушки, Майя громко закричала в них, выплескивая всё смятение, страх и странное, неуместное волнение, которое никак не хотело её отпускать.

В один солнечный день у Майи не было никаких дел. Реджинальд не попросил её сходить на встречи вместо себя, а Эльбрус куда‑то отбыл - и, что удивительно, не отправил её в другой мир за очередной безделушкой.

Майя бродила по восточному двору, наслаждаясь редкой тишиной и покоем. Она опустилась на корточки рядом с розовыми цветами рододендрона и аккуратно поддела клубочек соцветий, внимательно разглядывая их нежные лепестки.

Каждый день она приходила в этот сад - и каждый раз будто видела цветы впервые. Нежный ветерок, мягкое солнце, бабочки, порхающие в воздухе… Всё это создавало ощущение счастья и умиротворения.

Раньше Майя часто оказывалась в центре внимания и давно успела от этого устать. С тех пор прошло немало времени. Память сохранила многое, но время брало своё: какие‑то воспоминания смешались, а иные и вовсе стёрлись. Однако в глубине души она по‑прежнему хранила желание спрятаться от лишних глаз хотя бы ненадолго.

Поглаживая лепестки, Майя вспомнила две легенды о рододендроне.

Первая рассказывала о доброте этого растения. Спасаясь от пожара, эльфы искали убежище в лесу у подножия гор. Уставшие и измученные, они не могли найти места для ночлега. Лесные жители и деревья отказались принять их, но неприметный кустарник гостеприимно укрыл беглецов. Утром на его ветвях расцвели сотни ярких бутонов - дар в знак благодарности за доброту.

Вторая легенда была о войнах. Воины, известные своей жестокостью, покоряли разрозненные племена, жившие в горах. Но однажды их слава померкла: странная болезнь поразила солдат. Они падали на землю, теряя сознание, а вскоре умирали. Как выяснилось, перед этим они отведали дикий мёд, собранный пчёлами с цветов рододендрона.

«И как же понимать эти легенды? С одной стороны, цветы символизируют доброту и гостеприимство, как в истории об эльфах. С другой - рододендрон может быть опасен, вызывая болезнь и даже смерть, как в рассказе о солдатах», — размышляла Майя.

Она усмехнулась, глядя на яркие лепестки: «Может быть добрым, а может и убить. А ведь сначала и не скажешь, что это ядовитые цветы…»

Мысль о ядовитости вдруг зацепила её.

«А может, попробовать впервые сделать яд?» — мелькнуло в голове.

Майя уже собиралась сорвать пару цветков и отправиться в лабораторию, как вдруг услышала знакомый высокий и нежный голос:

— Цветами любуешься?

Она повернула голову и увидела перед собой пышное зелёное платье с тонкими бретельками и маленькими рукавами‑фонариками. Это была Мизерия, которая, как всегда, выглядела безупречно. Подняв взгляд, Майя заметила на её лице ту самую яркую и заразительную улыбку, которой Мизерия умела обезоруживать любого.

— Да, никаких дел нет, поэтому решила прогуляться.

Ответила Майя, невольно улыбаясь в ответ. Мизерия убрала руки за спину и, наклонившись, воскликнула:

— Правда? Дел нет? Какое совпадение, у меня тоже!

Улыбка не сходила с её лица, но Майя невольно скривилась в замешательстве:

— Ехех… Да, неожиданное совпадение.

— Тогда пошли со мной!

Воодушевлённо отчеканила Мизерия. У Майи, по сути, не было выбора, и она уже догадывалась, что её ждёт. В голове пронеслось: «Лучше бы я поехала на какую‑нибудь встречу…»

Следующие три часа Мизерия наряжала Майю в самые разные новые платья из своей последней коллекции. Не то чтобы Мизерия через внешний вид пыталась подчеркнуть своё положение. Как ни крути, всем было известно, что она родом из простого люда. Её одержимость нарядами зародилась ещё в детстве. Однажды она услышала о параде, где впервые должны были выступить восточные танцовщицы в честь императора. Их костюмы были настолько красочными и изысканными, что навсегда запали ей в душу. С тех пор Мизерия коллекционировала наряды разных народов - не как символ статуса, а как воплощение красоты и фантазии.

Сейчас Мизерия держала в руках шафраново‑розовый палантин, пока две горничные поправляли на Майе необычный наряд.

На девушку надели розовую тунику‑платье с глубокими разрезами по бокам, узорчатыми рукавами и подолом, а также широкие бежевые штаны, сужающиеся книзу.

Когда служанки отошли, Мизерия подошла ближе и накинула палантин на плечи Майи, спросив:

— Ну что? Как тебе?

Майя обернулась к трёхстворчатому зеркалу во весь рост и оглядела себя со всех сторон.

— Как‑то странно…

Честно призналась она. Мизерия хихикнула, прикрыв рот ладонью:

— Это универсальная одежда! Лёгкая, удобная. Её носят и на праздники, и в повседневной жизни.

— И очень вам идёт!

Добавила одна из горничных. А вторая подхватила:

— Да‑да, Её Величество знает, как одеться так, чтобы покорить любого, а главное - это будет красиво и удобно!

Мизерия обернулась к ним с лёгкой улыбкой:

— Вы мне льстите.

Все повернулись в сторону выхода. Дверь плавно открылась, и в проёме появился Эльбрус. Горничные тут же склонились в почтительном поклоне. Император вошёл в комнату, держа руки за спиной, и окинул присутствующих спокойным, но проницательным взглядом.

— Развлекаетесь, да?

Произнёс он ровным тоном. Мизерия тут же кивнула, не скрывая весёлой улыбки:

— Да, есть такое, ха-ха!

И правда, трудно было представить более контрастную пару: вечно серьёзный Эльбрус, над которым, казалось, всегда плыли грозовые тучи, и жизнерадостная Мизерия - словно яркое солнце, озаряющее всех вокруг своим позитивом. Как такие разные люди вообще смогли сойтись - оставалось загадкой.Мизерия махнула рукой служанкам:

— Найдите, пожалуйста, наряды династии Шитоу.

Горничные поклонились и поспешили в гардеробную, оставив Майю, Эльбруса и Мизерию наедине.

Император приблизился к жене. Майя уловила странный аромат - смесь разнотравья и увядающих цветов, согретых солнцем. Мизерия тоже его почувствовала. Она скрестила руки на груди, слегка наклонилась на одну ногу и подозрительно прищурилась на мужа.

— Каждый год одно и то же. Опять на болото ходил?

Спросила она с лукавой усмешкой.

Теперь Майя поняла, откуда этот необычный запах. Эльбрус вынул руки из‑за спины и протянул жене правую ладонь, держа в ней цветок.

Крупный цветок с нежными белыми лепестками и жёлтыми продолговатыми пластинами в центре. Стебель был аккуратно перевязан коричневым лоскутком в бантик.

Неожиданно трогательный подарок. Судя по всему, Эльбрус сам отправился за кувшинкой без помощи слуг, и делал это уже не первый год. Майя не до конца понимала смысл традиции, но нашла её удивительно романтичной.

Мизерия широко улыбнулась и приняла цветок. Рассматривая его, она шутливо заметила:

— Ты в следующий раз, прежде чем подарить цветок, сходи умыться. Спалился ещё у самой двери! А-ха-ха!

Эльбрус остался невозмутим.

— Как достану кувшинку, обо всём забываю и иду к тебе.

Ответил он просто.

— Лучше скажи, что бы ты хотела на годовщину?

Майя замерла. Реджинальд никогда не упоминал, когда у родителей годовщина. Да и сами они никогда об этом не говорили - вели себя как обычно, без каких‑либо торжественных приготовлений.

Мизерия на мгновение задумалась, подняв взгляд к потолку:

— Хм-м… Так-то ничего.

Но Эльбрус не отступал:

— А если хорошенько подумать? Может, что‑то недавно хотела, но забыла?

Она вздохнула, разведя руками:

— Да какое там! Ты меня и так разбаловал.

Мизерия нежно коснулась ладонью его щеки, а он чуть склонил голову, прижимаясь к её руке.

Майе редко доводилось видеть их такими - тёплыми, открытыми друг другу. Это было словно редкое чудо, от которого ей даже стало неловко. Ведь обычно Мизерию и Эльбруса редко можно было увидеть рядом - каждый был погружён в свои дела. А уж Эльбрус… Со всеми он держался строго, смотрел так, будто готов был в любой момент отдать приказ о казни. Но с Мизерией словно превращался из льда в лёгкое облачко.Внезапно Мизерия обратилась к Майе:

— Майечка, может, у тебя есть идеи?

Майя растерялась. Не ожидая такого вопроса, она опустила взгляд и нервно сцепила пальцы.

— Ой, даже не знаю. Так сразу и не скажешь…

Мизерия убрала руку с щеки мужа и вздохнула:

— Эх… Печально, что нет идей.

Майя задумалась. Она уже не слушала разговор приёмных родителей. Её взгляд скользнул по собственному наряду, затем к зеркалу. И вдруг её осенило!

— А может, устроить бал?

Предложила она.

— Её Величество любит одежду других наций, так пусть на бал придут люди в своих национальных или торжественных нарядах. Пусть сами решают, в чём приходить. Я как раз никогда не была на балу в Синкеи, хотя в других королевствах такие мероприятия часто проводятся.

«С большей вероятностью я потом пожалею о своём решении, но варианта лучше не было», — мелькнуло у неё в голове.

Эльбрус насторожился:

— Это была вынужденная мера, ведь…

Но не успел он договорить, как заметил краем глаза, что Мизерия, прижав ладони к губам, умоляюще смотрит на него.

Он замолчал, затем вздохнул, смиряясь:

— Хорошо. Давайте устроим бал.

Мизерия тут же подхватила Майю в объятия и радостно закружила, несмотря на её смущённое сопротивление. Затем императрица отпустила девушку и бросилась к Эльбрусу, крепко обняв его и поцеловав в губы.

— Спасибо тебе большое, любимый!

Воскликнула она. Эльбрус лишь мягко улыбнулся, но не успел ничего сказать. Мизерия уже повернулась к Майе и шутливо погрозила пальцем:

— А ты прекрати называть меня «Её Величество»!

Как же легко она умела менять эмоции! Мизерия подошла ближе и положила ладони на щёки Майи.

— Я же говорила, как меня называть!

Но Майя сдержанно ответила:

— Я не буду называть вас мамой. От силы - тётей.

Мизерия мгновенно изобразила грусть и даже выдавила слезинку:

— Как грубо! Хнык!

Майю можно было понять. Хоть она и помнила своих настоящих родителей, но в её жизни было много тех, кто заботился о ней - Нора, Реджинальд, Молох… И если уж выбирать, то Нора была ближе всего к роли матери. Но даже она не сравнится с тем, сколько времени Майя провела с Реджинальдом и Молохом. Правда, называть их «папочками» было бы уже чересчур…

Но грусть Мизерии длилась недолго. В следующий миг она снова просияла, схватила Майю за запястье и потянула в гардеробную.

— А теперь искать, что будем надевать на бал!

Воскликнула она, сияя от счастья. Майя, беспомощно вздохнув, последовала за ней. Эльбрус усмехнулся и проводил их взглядом, пока двери гардеробной не закрылись за ними.

В тот же день они разослали всем приглашения. Многие были удивлены и поначалу не поверили в такое событие: Азельеры не устраивали приёмов более тридцати лет. Разумеется, высшие чины иногда приезжали в Синкейскую империю на деловые встречи, но это случалось настолько редко, что каждый подобный визит можно было пересчитать по пальцам.

Мизерия лично следила за оформлением зала. Она выбрала помещение с бельэтажем и балконами - оно располагалось рядом с цветочным садом и имело два выхода: из замка и с улицы. В замке было немало подходящих мест для бала, но именно этот зал покорил её удобством и великолепным видом из окон. Слуги украшали пространство золотыми гирляндами, мерцающими свечами и напольными вазами с цветами. Реджинальда же запрягли проверять письма - записывать, кто придёт, а кто отказался.

В назначенный день все собрались в изысканно украшенном зале и ждали гостей. На столиках вдоль стен выстроились угощения высшего качества, от которых исходил манящий аромат. Оркестр настраивал инструменты, готовясь начать бал. Мизерия металась по залу, проверяя, всё ли готово для приёма гостей, а Эльбрус ходил за ней, мягко пытаясь успокоить.

Все решили одеться в торжественные наряды. Мизерия долго не могла выбрать, что надеть, тем более ей хотелось подобрать что‑то и для Эльбруса, Майи и Реджинальда. Когда её голова уже шла кругом от вариантов, троица уговорила её отказаться от идеи с национальной одеждой и просто найти что‑то элегантное.

В итоге Мизерия и Эльбрус появились в парных нарядах нежно‑голубых тонов. Мизерия выбрала пышное голубое платье с аппликацией на верхней части и тюлевой юбкой до пола. Её платье идеально подходило к голубым глазам, что были словно небо. А светлые волосы Эльбруса гармонировали с его костюмом - строгим, но не сильно. На лацкане пиджака императора красовалась золотая цепочка с эмблемой империи.

Реджинальду подобрали бежевый пиджак с воротником‑стойкой и драпировками, напоминающими накидку. Асимметричный подол и замысловатые пуговицы придавали образу элегантности, а широкий золотой пояс с имперской эмблемой - торжественности.Майе же досталось градиентное тюлевое платье: белый верх, открытые спина и плечи. Юбка начиналась светло‑серой, а к подолу переходила в белоснежный цвет, едва касаясь лодыжек. На талии привлекала внимание золотая аппликация в виде извивающихся лепестков, обвивавших её стан и доходящих до правой груди.

Реджинальд тепло встречал первых гостей, умело поддерживая беседу и создавая атмосферу непринуждённости и радости. Майя в это время стояла у лестницы, её глаза горели от предвкушения. Она знала: этот день запомнится ей надолго.

Прошло пару часов, и оркестр заиграл первые ноты. Гости прибывали один за другим, зал наполнялся звуками веселья, смеха и шёпота. Слуги разносили напитки, а рыцари в сверкающих доспехах бдительно охраняли гостей. Их было немало - всё же в одном месте собралось множество значимых лиц, и безопасность была превыше всего.

Мизерия в роскошном платье приветствовала каждого гостя. Её улыбка была тёплой и искренней. Она хвалила наряды: кто‑то выбрал торжественные костюмы, кто‑то - национальные, украшенные вышивкой и орнаментами.

Неожиданно в центре зала появился Эльбрус. Он поймал Мизерию за руку и повёл её к лестнице, хотя та явно хотела остаться и продолжить разглядывать красивые наряды.

Голос императора разнёсся по залу, заставляя оркестр замолчать и всех гостей обратить внимание.

— Дорогие друзья!

Люди замерли. Лица светились любопытством и ожиданием.

— Мы рады приветствовать вас на торжестве в честь нашей с Мизерией годовщины свадьбы. Я хочу поздравить мою любимую жену! Она - моя опора и поддержка, и я очень её ценю. Хочу, чтобы вы все знали, как я счастлив с ней, и чтобы вы разделили мою радость!

Эльбрус выглядел серьёзным, словно фарфоровый бюст, но его слова звучали как мелодия, наполняя зал теплом и светом. Он повернулся к Мизерии. Его взгляд, полный нежности, заставил её сердце биться быстрее. Она улыбнулась ему, и её глаза сияли счастьем и гордостью.

— С любовью и уважением к тебе, Мизерия. Ты - лучшее, что со мной случалось. Спасибо, что ты есть у меня!

Мизерия почувствовала, как её глаза наполняются слезами счастья. Она крепко сжала его руку, ощущая, как их связь становится крепче с каждой минутой, а затем заключила его в объятия. Зал взорвался аплодисментами, и музыка вновь зазвучала, наполняя пространство радостью и весельем.

Майя наблюдала за ними и радовалась, что всё проходит прекрасно. Но внезапно среди аплодисментов и музыки она уловила шёпот:

— Как же они подходят друг другу!

— Это точно!

— А я как‑то слышала, что император бросил её умирать в логове врага.

— Что? Да не может быть!

— Я тоже это слышала! Это было, когда его только провозгласили императором, и война ещё продолжалась.

— А я слышала, что она была куртизанкой, а Его Величество Эльбрус лишь посчитал её важной зацепкой в войне!

Майя дёрнулась, ощутив на своём плече тёплую руку. Весь шум тут же смешался в неразборчивый гул. Она повернула голову и увидела перед собой белоснежный наряд Реджинальда. Напряжение отпустило её, и она со спокойной душой выдохнула.

Принц слегка наклонился к ней и произнёс тихо, но твёрдо:

— Не обращай внимания. Пошли лучше в другую сторону.

Он чуть подтолкнул её, оставив руку на плече. Они прошли мимо сплетниц, и Реджи, приложив палец к губам, с улыбкой сказал, продолжая разговор с Майей и предупреждая девиц:

— Некоторые просто не умеют держать язык за зубами…

Пятеро женщин боязливо сглотнули и поспешили уйти.

— Они просто завидуют твоим родителям!

Гневно воскликнула Майя. На что Реджи ответил:

— Хорошие слухи обычно содержат долю правды. А что из их слов правда, уже не наше дело.

Майя едва не задала вопрос, на который и так знала ответ. Он не знал, что правда о её родителях, а что нет, только потому, что ему это никогда не было интересно. Всё же детство не вернуть, и упущенные годы тоже. Неприятный осадок от недостатка внимания остался на душе, и так просто его не стряхнёшь.

Реджи понял, что Майя хотела что‑то спросить, и пристально посмотрел на неё. Почувствовав это, она тут же придумала другой вопрос:

— Что ты вообще тут делаешь? Я думала, ты уже успел очаровать всех девушек и ушёл с ними.

Реджинальд усмехнулся:

— Хах! Ну, не такой уж я и озабоченный. Заметил, как от тебя исходит смертельная атмосфера, и решил помочь беднягам не навлечь на себя праведный гнев принцессы Майи.

Она посмотрела на него снизу вверх, поджав губы:

— Не такая я уж и жестокая!

Мимо них прошла служанка с подносом. Реджинальд взял с него бокал вина, и они пошли дальше.

— Это верно, но в гневе даже заяц может укусить.

Сказал он и, поднеся бокал к губам, добавил:

— А ты, в придачу, отправить купаться с рыбками в море.

Майя раздражённо воскликнула:

— Ты что, решил стать ходячим сборником пословиц?!

А Реджи подлил масла в огонь:

— Раз в год и палка стреляет.

Майя уже собралась его в живот ударить, но тут словно с неба свалился на их пути юноша. Он был старше Майи, но ненамного. На нём был чёрный королевский костюм, волосы зачёсаны назад, смуглая кожа и узкие глаза.

— Принцесса Майя, можно ли вас пригласить на танец?

Вежливо спросил юноша, протягивая руку.

А ведь верно! Пока Реджи и Майя беседовали, они даже не заметили, как музыка сменилась и гости начали собираться парами для танца.

Майя не ожидала такого предложения в столь неподходящий момент. Она подбирала слова для отказа, но не рассчитывала, что Реджинальд встанет позади неё и слегка подтолкнёт навстречу незнакомцу.

— Она с радостью станцует с вами, принц Экаант!

Майя резко обернулась и ошеломлённо посмотрела на него. Её желание врезать ему в живот возросло вдвое. А Реджи продолжил:

— А я пойду развлекать гостей. Удачи!

Пожелав удачи, он тут же скрылся в толпе, оставив Майю наедине с неким Экаантом. Они смотрели друг на друга и стояли, словно две статуи, не двигаясь.

«Реджи! Предатель, зачем ты меня бросил?!» — беззвучно спросила Майя.

В следующие несколько часов до заката Майе предлагали потанцевать принцы из разных королевств. Кому‑то приходилось отказывать, а с кем‑то, по необходимости, танцевать.

Отказав очередному джентльмену, Майя убежала за лестницу, спряталась в тени и твёрдо решила больше не выходить.

— Ужас! Как же я устала!

Пробормотала она, присев на диван и обмахивая себя рукой. Она поставила локоть на подлокотник и прислонилась лицом к ладони.

Спустя некоторое время она почувствовала чьё‑то присутствие рядом. Открыв глаза, она и вправду увидела перед собой мужчину.

Наряд его впечатлял: белая рубашка с широкими рукавами и манжетами, аккуратно пристёгнутыми внизу. Поверх рубашки коричневый жилет с вырезом и металлическими пряжками, к которому была прикреплена серебряная цепочка. Брюки и туфли были того же оттенка.

Это был Гэвин. Его белоснежные волосы с каштановыми прядями были аккуратно уложены, а в глазах читалась лёгкая улыбка, словно он ждал этой встречи с нетерпением.

— Добрый день, принцесса Майя.

Слегка наклонившись вперёд, поприветствовал её Гэвин. Голос его звучал уверенно, но в глубине таилась лёгкая нотка волнения. Майя улыбнулась и ответила:

— Добрый день! Давно не виделись.

От её улыбки Гэвин невольно улыбнулся шире и сказал:

— Мне назначили отпуск. Недавно вернулся из родных краёв. Через неделю снова на службу.

Майя задумалась: «Вот оно что! А я-то и не знала».

Она придвинулась вперёд и положила руки на колени, спросив:

— Рассказывай, как ты поживаешь?

Её заинтересованный взгляд устремился в глаза Гэвина. Рыцарь удивился, не ожидая такого искреннего любопытства. Его уши слегка покраснели - ему понравилось, что Майе интересна его жизнь. Он приложил ладонь к груди и лучезарно произнёс:

— Когда я вижу вас, моя жизнь становится лучше с каждым разом!

Майю словно молнией дёрнуло. Гэвин часто рассыпался в любезностях, когда они оставались наедине. Она уже должна была привыкнуть, но спустя столько лет всё ещё смущалась от его слов. К смущению неизменно примешивались страх и отвращение. Всё же они не были настолько близки, чтобы она могла спокойно принимать его комплименты. И в очередной раз ей пришлось подавлять неприязнь к его романтическим порывам.

Она хихикнула, и её глаза засияли теплотой.

— Гэвин, ты всегда умеешь поднять настроение. Но я хочу услышать о твоих делах. Как ты провёл отпуск?

Гэвин задумался, подбирая слова, но в итоге ответил кратко:

— Съездил в разные места, пообщался со старыми знакомыми, познакомился с новыми. Продуктивно, но не слишком увлекательно.

Майя опёрлась локтями о колени и подпёрла голову ладонями, выражая несогласие:

— Разве? А мне кажется, встречи со знакомыми и новые знакомства - это очень интересно.

Гэвин усмехнулся:

— Хах! А сами-то чем занимались всё это время? Наверняка сидели в замке, выполняли свои обязанности и помогали другим. Никаких встреч со старыми друзьями и никаких новых знакомств.

Майя надула губы. Он прекрасно помнил, как она выглядела после светских приёмов - уставшей и измученной, уверяя, что больше никуда не хочет ехать. И она сама это понимала, но признавать не желала. Выпрямившись, она скрестила руки на груди и заявила с высоко поднятым подбородком:

— Вообще-то сегодня я много танцевала с разными людьми. И это тоже своего рода общение и знакомство!

— Может тогда…

Он убрал левую руку за спину, а правую протянул Майе, завершая мысль:

— Не будете против потанцевать со мной?

Майя взглянула на его ладонь, затем на лицо. В этот момент зазвучала медленная музыка, идеально подходящая для парного танца. Гэвин широко улыбнулся:

— Это же просто общение, ничего страшного, верно?

Подловил на слове! Майя замерла, глядя на закатное солнце за окном. Дыхание сбилось, а ноги заныли от воспоминаний о бесконечных танцах. Она могла бы просто сказать «нет», но почему-то это слово застряло в горле. Неужели не хотела обидеть его после столь приятной беседы? Наконец, она подняла руку и приняла его ладонь.

«Ещё один танец меня не убьёт», — подумала она и встала с дивана.

От Гэвина исходила явная радость. Казалось, он готов свернуть горы, и теперь это чувство стало ещё ярче. Его пальцы мягко сомкнулись вокруг её ладони. Майя ощутила не только лёгкое прикосновение, но и скрытую силу в его мозолистых руках.

Он повёл её к центру зала и сказал:

— Надеюсь, я вас не разочарую.

Майя смущённо ответила:

— Ох, после того как четверо кавалеров отдавили мне ноги, меня уже ничто не разочарует!

Гэвина рассмешил её ответ. Он остановился, и она, не отпуская его руку, обернулась к нему. Он поднял её ладонь на уровень плеч. Майя уже собиралась положить свободную руку ему на плечо, а он - на её талию, как вдруг её взгляд замер на одной точке.

В следующее мгновение вместо Гэвина её крепко обнял за талию Молох, возникший словно из ниоткуда.

— Молох?!

Воскликнула девушка, удивлённо глядя на него. Её ладонь невольно легла на его плечо, когда он притянул её ближе за талию. Теперь её держала не твёрдая, мозолистая рука Гэвина, а нежная и мягкая, но в то же время сильная ладонь Молоха.

— Я.

Спокойно произнёс демон, словно отвечая на перекличку.

Не теряя ритма, он повёл её в танце, не отрывая взгляда. Его присутствие пробудило в её сердце знакомое волнение - то самое, что она ощущала только рядом с ним.

— Что «я»? Куда ты дел Гэвина?

Сдерживая раздражение, спросила Майя.

— Отправил подальше, но не волнуйтесь, в этот раз он в безопасности.

Ответил Молох. Майя недовольно цокнула языком. Она-то собиралась танцевать с Гэвином, но раз уж вместо него маг, ничего не поделаешь. Когда дело касалось рыцаря, Молох тут же включает режим упрямого козла!

Она окинула взглядом его наряд и удивилась. Молох был одет в торжественный костюм: белая рубашка с тонким синим узором, украшенная нежно-розовыми запонками. Поверх рубашки был надет тёмно‑синий жилет с пятью пуговицами, со вставленными сапфирами. Чёрная накидка с серебряной цепью дополняла образ, а у воротника блестела брошь с нежно-розовым камнем, скрывавшим его демоническую сущность.

Его движения были плавными и уверенными. Будь она сторонним наблюдателем, залюбовалась бы его танцем. Но сейчас она сама была в его объятиях.

— А я думала, ты не любишь танцевать.

Заметила Майя. Молох склонил голову набок и задумчиво хмыкнул. Прядь его волос скользнула на плечо.

— Бывает, и хромая лошадь приходит к финишу первой.

Майя слегка ущипнула его за плечо, сузив глаза:

— Сначала Реджи, теперь ты. Вы что, сговорились?

Он притянул её ближе, наклонился, и их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга. Майя затаила дыхание, когда он с усмешкой прошептал:

— Считайте, что мы просто знаем, когда вас можно бесить.

На миг она замерла, а затем резко наступила ему на ногу каблуком. Но он даже не дрогнул, лишь крепче сжал её ладонь.

Вечер плавно переходил в ночь, и гости начали расходиться. С каждой минутой в зале становилось всё меньше людей. Майя и Молох продолжали танцевать ещё несколько раз, пока усталость не дала о себе знать - ноги едва держали её. И когда музыка сменилась на следующую, Майя, вырываясь из хватки мага, громко воскликнула:

— Всё, я больше не могу!

— Так и скажи, что ты слабачка и сдаёшься!

С усмешкой бросил он ей вслед, явно пытаясь поддеть. Но уставшая Майя, не мешкая ни секунды, признала поражение:

— Я слабачка и сдаюсь!

Реджинальд, сидевший на диване с какой‑то девушкой, услышал их разговор и выкрикнул:

— Хей! А как же бесить до последнего?

— Обойдусь!

Отрезала Майя. Реджи захохотал, услышав её резкий ответ.

Майя поднялась по лестнице и направилась к балкону. На её пути оказалась служанка с подносом бокалов вина. Встретившись с ней на середине лестницы, Майя взяла один бокал и продолжила путь.

Выйдя на балкон, она ощутила прохладный ветер на коже. Глубоко вдохнув свежий воздух, она прошла вперёд и остановилась у ограды. Одной рукой опёрлась о перила, а в другой, слегка согнув локоть, держала бокал, задумчиво вращая вино.

«Какой же насыщенный день…» — пронеслось в её голове.

Сделав глоток, она почувствовала, как терпкая красная жидкость наполнила рот. Проглотив, она уловила контраст: кожу обдало холодом, но в горле разлилось тепло. Сладкий привкус смешался с лёгкой вязкостью, которая ей не понравилась. Майя слегка сморщила нос, но почти сразу ощутила приятное расслабление. Подняв взгляд, она наблюдала, как тёмные облака то скрывали, то вновь открывали луну на ночном небе.

— Ты же устала, так почему стоишь тут?

Раздался знакомый голос сбоку. Не поворачивая головы, она скосила взгляд и увидела Молоха. Он стоял рядом, прислонившись спиной о перила и положив на них локти.

— На свежем воздухе лучше отдыхается.

Ответила Майя, продолжая любоваться пейзажем. Молох не согласился:

— Ты весь день на ногах. Говоришь, что устала, но всё равно стоишь, хотя могла бы присесть в зале. Какой смысл любоваться природой, если от усталости едва держишься на ногах?

Она хмыкнула и опустила взгляд, её голос стал тише и мягче:

— Я отдыхаю больше морально, чем физически. Вечерний воздух успокаивает лучше дневного, а виды радуют глаз.

Подняв голову, она посмотрела на Молоха:

— Знаешь же, с кем мне комфортно находиться. И за весь этот день мне было уютно только с тобой. Ехех!

Она состроила ему детскую улыбку, как в далёком прошлом. Майя открыла рот, чтобы продолжить, но нежное прикосновение к губам остановило её.

Её глаза расширились, когда Молох мягко прижался к её губам. Тепло его губ заставило лицо вспыхнуть, а сердце забиться чаще. Тело стало лёгким, словно пёрышко, не подчиняясь ей, когда он углубил поцелуй. Приятная дрожь пробежала по коже, и она невольно закрыла глаза, отдаваясь моменту.

Он приподнял её подбородок, ласково касаясь пальцами. Но их идиллию прервал внезапный порыв. От прикосновения к лицу Майя очнулась и медленно отстранилась, тяжело дыша.

Молох смотрел на неё с явным желанием продолжить, но не настаивал. Он уже открыл рот, чтобы что‑то сказать, но не ожидал, что Майя резко разобьёт бокал о его голову.Молох застыл, не изменившись в лице и даже не дрогнув от удара. Вино струйками стекало по его волосам и одежде. Майя, прикрыв рот руками, растерянно оглядывалась, не зная, что делать. Её лицо пылало, и она сама не могла поверить в то, что только что совершила.

Он поднял руку, стряхнул осколок стекла с макушки и фыркнул:

— Могла бы и помягче.

В его голосе не было обиды - скорее, ему даже показалось забавным её неожиданное действие. Он поднял осколок с плеча и небрежно выбросил с балкона, снова уставившись на растерянную девушку.

Майя не ответила. Смущение, неловкость и шок переполняли её, заставляя поспешно удалиться. Она бросилась прочь, оставив демона одного в тишине, нарушаемой лишь звоном разбитого стекла и каплями вина, падающими на пол.

Молнией вылетев из здания, она даже заставила Реджинальда забеспокоиться. Следующие несколько минут Майя быстрым шагом шла по императорскому саду, всё ещё прижимая ладони к губам.

«Он меня поцеловал… Он меня поцеловал!» — лихорадочно крутилось у неё в голове.

«И что теперь делать? Как я теперь буду смотреть ему в глаза?»

Она схватилась за голову, осознавая последствия своего поступка: «Я ЖЕ РАЗБИЛА БОКАЛ ОБ ЕГО ГОЛОВУ, А-А-А!!!»

Опустившись на корточки, она пыталась унять бешеный стук сердца. Перед глазами всё ещё стояло лицо Молоха и как от порыва ветра его волосы слегка колыхались. Волна смущения накрыла её с новой силой.

Майя почувствовала лёгкий ветерок на коже. А за ним последовал мелодичный звон маленьких бубенчиков. Откуда в пустом саду посреди тёмной ночи мог доноситься такой звук? Майя остолбенела, пытаясь понять: ей послышалось или звон действительно реален? Она мгновенно забыла о своих эмоциях, но тревога накрыла её сознание, как тень этого сада.

— Ну привет, давненько не виделись!

Раздался женский голос за спиной. Майя узнала его, но никак не могла вспомнить, где слышала раньше. Однако она отчётливо ощутила исходящий от него негатив - холодный и колючий.

Резко обернувшись, Майя увидела женский силуэт на ветке дерева. Девушка свесила ноги и скрестила их; её фигура чётко выделялась на фоне ночного неба. Холодный пот выступил на лбу Майи, по спине пробежал озноб. Не двигаясь, она тихо спросила:

— Кто ты?

Голос рассмеялся, но смех был неестественным, металлическим. Девушка на дереве склонила голову:

— А ты не узнала меня?

Она подтянула ноги, поставила локти на колени и подпёрла голову руками. Майя видела лишь размытый силуэт в тени, но чувство, что этот человек пришёл не с добрыми намерениями, лишь усиливалось.

— Ты не должна быть здесь!

Воскликнула Майя, предостерегая незнакомку. Но в ответ услышала нечто неожиданное:

— Как и ты.

«Каким образом?» — пронеслось в голове Майи.

Озадаченная, она всматривалась в лицо девушки. Вскоре облака рассеялись, и луна во всей своей красе озарила незнакомку. Лунный свет упал на её черты, и Майя не поверила своим глазам. Всё её тело напряглось; она застыла, не в силах отвести взгляд.

Перед ней было её собственное отражение. Одинаковые черты лица, телосложение, волосы, даже их текстура совпадала. Девушка смотрела на Майю сверху вниз. Её глаза были пустыми и безжизненными, словно у куклы. Майя заметила, что они тёмно-карие с оттенком красного - точно как у её родителей. Волосы незнакомки были коротко подстрижены, но две длинные пряди спереди развивались на ветру, а на их концах звенели серебряные бубенчики.

Незнакомка была одета в чёрный комбинезон с шортами и центральной молнией. На ней были высокие сапоги до колена, к которым ремнями крепились подтяжки, закреплённые на поясе. Кисти рук скрывали перчатки - на первый взгляд обычные, но при прикосновении к щеке хозяйки от них исходило странное сияние. На плечах незнакомки лежал длинный плащ с воротником-стойкой. Он был удлинён сзади и разделён на две части, сужающиеся к концам. На краях плаща висели бубенчики, издававшие нежный звон при малейшем движении.

Майя отпрянула. Холодная дрожь пробежала по спине. Она не могла поверить, что перед ней её точная копия.

— Тебе что, родители ни разу обо мне не говорили? Им так было плевать на свою вторую дочь?.. Хотя чего я удивляюсь.

Произнесла девушка, слегка наклонив голову. Голос её был сухим и холодным.

Мысли Майи путались. Вторая дочь? Сестра? Родители? Всё это казалось бредом. И наконец она не выдержала:

— Да кто ты такая? Я была единственным ребёнком в семье!

Девушка снова рассмеялась - высокомерно и неприятно.

— Тебя даже не посвятили в подробности твоего происхождения? Так сильно хотели уберечь своё небесное отродье от этого мира?! Даже не знаю, смеяться мне или плакать? Аха-ха!

Майя, скрипнув зубами, сжала кулаки. Непонимание разъедало её изнутри, вызывая раздражение.

Когда смех утих, незнакомка свесила ноги и выпрямилась. Она взяла прядь волос и, глядя на неё, принялась вертеть бубенчик в пальцах.

— Эх, вот что бы ты делала без меня? Спрашиваешь, кто я такая, что я тут делаю, а сама даже о себе ничего не знаешь!

Она повернулась боком, поставив одну ногу на ветку и уперевшись рукой в бок.

— С чего бы мне начать… О, я знаю!

Выбросив прядь волос назад, она вновь повернулась к Майе. Губы растянулись в лисьей улыбке, а взгляд стал высокомерным и полным ненависти.

— Жила в подземном мире одна пара. Они хотели ребёнка, но долго не получалось. А когда получилось, всё пошло крахом: женщина была при смерти.

Рассказывая, незнакомка жестикулировала, тщательно подбирая интонацию. Казалось, она выступает перед публикой, проверяя свои актёрские способности.

— Муж её искал способ спасти и жену, и нерождённого ребёнка. И всё-таки нашёл! Женщина поправилась и со временем родила. Только никто не ожидал, что родятся две близняшки.

Девушка подняла руку, сжала ладонь в кулак, затем медленно разжала пальцы.

— Первую назвали Майей, а другую Маритой. Но, как итог, всё тайное рано или поздно становится явью… У первой дочери были ангельские крылья и глаза. Хоть она и была порождением демонов, сущность этим не скроешь. Все осознали: девочка была телом демоном, но душой ангелом! Супругов признали предателями подземного мира. Общественно унизив и оторвав им и ребёнку крылья, нарушителям назначили день казни. Однако с того дня их больше никто не видел, а сиротку Мариту оставили совсем одну - на попечение прислуги прошлого маркиза…

Хлопнув в ладоши, девушка широко улыбнулась:

— Ну что? Как тебе история?

Майя стояла в ступоре, не зная, верить ли словам девушки. Ангел и демон одновременно? Близняшки? Исчезли, и никто их больше не видел? Вопросы вихрем кружились в её голове, а голос словно пропал.

Девушка наклонилась, поставив локоть на колено, и прислонила ладонь к щеке. Не дождавшись ответа, она уточнила:

— Как ты поняла из моего рассказа, я - Марита, ребёнок, которого бросили родители ради ангельского отродья.

Последние слова она произнесла сквозь зубы. Брови дёрнулись, между ними залегла глубокая складка.

Они молча смотрели друг на друга. Лишь шелест листьев нарушал тишину, а напряжение между ними нарастало, словно туго натянутая струна.

Внезапно глаза Мариты вспыхнули яростью. Она расправила чёрные крылья и ринулась вперёд - так стремительно, что её силуэт размывался в воздухе.

Майя, мгновенно почувствовав опасность, в последний момент открыла портал под собой и скрылась в нём.

Она вышла посреди сада - недалеко от места встречи с так называемой сестрой. Оглядевшись, Майя быстро решила: нужно идти в зал и как можно скорее всё рассказать ребятам. Она отчётливо ощущала злость и ненависть, направленные на неё. И хотя многое из сказанного осталось непонятным, ведь раньше она никогда не слышала ничего подобного о себе, одно было ясно: Марита жаждет её смерти.

Не заметив Мариту поблизости, Майя шагнула вперёд и собралась открыть новый портал. Но внезапно вокруг неё возник щит - тот самый, что накладывал Молох. Мгновение, и Марита нанесла удар основанием ладони, целясь Майе в грудь. Демоница не ожидала, что на сопернице будет защита. Удар оказался настолько мощным, что щит потрескался и Майя отлетела на несколько метров, подняв облако пыли.

«Быстрая!» — мелькнуло у неё в голове.

Но Марита уже была рядом. Её атаки были молниеносными, и Майя едва успевала уклоняться.

Щит был повреждён и теперь возникал с перебоями. Однако даже при попадании по полупрозрачной стене Марите доставалось: разрывалась плоть, ломались кости, выгибались руки. Но все раны мгновенно исцелялись, словно у неё был дар мгновенной регенерации.

Майя понимала, что контратаковать бесполезно. Во-первых, она умела лишь уклоняться: её никогда не обучали рукопашному бою, а тем более владению мечом. Во-вторых, соперница двигалась с невероятной скоростью. Оставалось только защищаться.

Но долго это продолжаться не могло. Зазевав на долю секунды, Майя не успела среагировать: Марита схватила её за волосы и нанесла удар ногой по голеням, сбивая с ног. Майя упала на колени, опёршись одной рукой о землю, а второй вцепившись в руку соперницы. Марита продолжала удерживать её за волосы, прижимая к земле.

— И это всё, на что ты способна?

Прошипела она, и глаза её горели ненавистью.

— Да с такими способностями ты могла бы горы свернуть! А ты?!

Она дёрнула голову Майи назад, готовясь нанести решающий удар о землю. Но в миллиметре от твёрдой поверхности Майя открыла портал прямо под ними. Они провалились и оказались высоко над землёй среди облаков.

Майя вывернулась из хватки и, развернувшись, нанесла удар ногой, целясь в голову соперницы. Однако Марита успела увернуться, лишь лёгкое прикосновение скользнуло по её плечу.

Взмахнув крыльями, Марита взмыла в воздух, а Майя полетела вниз. Демоница проводила её взглядом и стремительно бросилась следом.

Майя вновь открыла портал под собой и вышла на поверхность. Но не успела она оглянуться, как Марита, словно предугадав её появление, с силой вцепилась в неё, обхватив за шею. Хватка была стальной и с каждым мгновением усиливалась.

Майя чувствовала, как воздух покидает лёгкие. Глаза закрывались, голова тяжелела. Собрав остатки сил, она подняла ногу и пнула Мариту в грудь. Та отцепилась, и Майя отскочила назад, держась за горло и жадно глотая воздух.

Демоница снова пошла в наступление. Но внезапно, когда она приближалась к Майе, перед ней вспыхнуло фиолетовое сияние и из него вышел Молох. Он мгновенно создал магический барьер, принявший на себя удар Мариты. Раздался треск, посыпались искры, и девушка отлетела на несколько метров, болезненно взвыв.

В этот момент из-за угла появились Реджинальд, а за ним Эльбрус и Мизерия. Они с тревогой переводили взгляд с Майи и Молоха на неожиданную гостью. Трое прибывших заметили поразительное сходство между Майей и демоницей. Они были поражены, но не проронили ни слова.

Молох направился к Марите. Та лежала на земле, из её тела слабо исходили пурпурные молнии. Тяжело дыша, она начала подниматься, борясь с болью. Майя наблюдала за ней, недоумевая: почему Марита, которая до этого с лёгкостью исцеляла любые раны, теперь едва могла встать?

— Вау! Какие люди!

Язвительно произнесла Марита, с трудом выдавливая слова сквозь боль.

— Так слухи не врут, что между вами что‑то было раньше. На свадьбу позовёте?

Лишь защищаясь, Молох нанёс ей такой удар, что Марита с трудом поднялась на ноги. Она это отчётливо осознавала, и всё же сохраняла высокомерие, словно маска надменности была её последней защитой. Девушка усмехнулась, хрипло и надломленно:

— Хах!.. Хотя, если подумать, я за ней приду раньше…

Марита не успела договорить. Не успела даже выпрямиться в полный рост, Молох, остановившись в нескольких шагах, резко протянул руку и щёлкнул пальцами. В тот же миг вспыхнул ослепительный шар, стремительно разрастаясь. Мгновение и он превратился в луч, рванувшийся к демонице со смертоносной точностью.

Марита едва успела взлететь, едва успела увернуться от гибели. Деревья за её спиной разлетелись в щепки, верхние стволы с оглушительным грохотом рухнули на землю, взметнув тучи пыли и обломков. Демоница метнулась вверх, скрывшись в облаках.

Все застыли в шоке, глядя на разрушения. В голове не укладывалось, что только что произошло. Лишь Майя, лихорадочно перебирая в памяти слова Мариты, начинала осознавать и не верить тому, что складывалось в единую картину.

Гробовую тишину разорвал дрожащий голос Майи:

— Молох… Почему ты называешь меня химерой?

Её голос дрожал, как натянутая струна перед тем, как лопнуть. В глазах плескались недоумение и боль - острая, щемящая, такая, что перехватывало дыхание. Больше всего ранило его молчание. Оно ранило сильнее любого удара.

Она повысила голос, и в нём зазвенела ярость:

— Ты все эти годы знал, что я и демон, и ангел этого мира, так ведь?!

Шагнув вперёд, она сжала ткань платья у груди, будто пытаясь удержать рвущееся наружу сердце. Сдерживая слёзы, с комом в горле, она выкрикнула:

— Почему ты молчал? Почему ты до сих пор молчишь?!

Реджинальд подошёл сзади и осторожно положил ладонь на её плечо. Его прикосновения были успокаивающими, но взгляд, брошенный на Молоха, полыхал гневом.

Эльбрус, не выдержав накала, грозно рявкнул:

— Да что вообще происходит?! Что это за демон? Как она связана с вами? Молох, сейчас же рассказывай!!!

Он шагнул вперёд, но Мизерия мягко остановила его, положив руку на грудь. Она была спокойнее остальных, но потрясение в её глазах выдавало истинные чувства.

Реджи обернулся к родителям, и Майя, воспользовавшись мгновением, резко сбросила его руку и устремилась к Молоху. Принц не успел её остановить.

Майя приближалась к демону, и её голос, дрожащий, но твёрдый, разрезал воздух:

— Молох! Пожалуйста, хоть раз скажи правду!

Из бального зала, привлечённые грохотом, прибежала охрана. Увидев сломанные деревья, напряжённые лица, они замерли, растерянно озираясь, не зная, кого спасать и что делать.

Молох до последнего стоял спиной ко всем. Но когда Майя подошла слишком близко, он медленно повернул голову вбок и произнёс твёрдо, безжалостно:

— Нет.

Она положила руку ему на плечо, пытаясь развернуть к себе, но он исчез - растаял в воздухе, вновь оставив всех в недоумении, без ответа.

Майя застыла, глядя туда, где только что стоял маг. Её ладонь, ещё хранящая тепло его кожи, медленно опустилась. В груди закипал вихрь - гнев, отчаяние, боль. Всё, что она знала о себе, оказалось ложью.

С самого детства она верила, что её родители - те, за кого себя выдавали. А теперь… теперь она узнала, что всё это время была кем‑то другим. Встреча с единственным кровным родственником не принесла радости, только жгучее желание забыть, стереть из памяти каждое слово, каждый миг этого кошмара. А хуже всего было то, что Молох знал. Знал всё это время. И молчал.

Когда силы сдерживаться иссякли, слёзы хлынули ручьём. Она всхлипнула - тихо, надломленно, и, не в силах вынести ни секунды больше, исчезла в портале, оставив за собой лишь эхо боли и гнетущую тишину.

Реджинальд повернулся, поджав губы. После долгой паузы он неожиданно произнёс:

— А девица всё же хороша!

На мгновение повисло сконфуженное молчание. Эльбрус посмотрел на него с явным отвращением, словно видел перед собой не принца, а какого‑то безумца. Мизерия опустила голову, прижав ладонь к лицу, но в уголках её губ дрогнула едва заметная улыбка.

Реджи развёл руками, искренне недоумевая:

— Что?

Оставшийся вечер замок жил в хаосе. Слухи расползались по коридорам, как ядовитый туман. Кто‑то шептал о демонах, кто‑то - о древних пророчествах. Но все, от слуг до знати, понимали одно: этот вечер навсегда изменил их мир.

Прошло два дня с того рокового вечера. Майя заперлась в своей комнате, отгородившись от всего мира. Она перестала есть и пить, даже мысль о еде вызывала тошноту. Её разум был заперт в бесконечном круговороте вопросов и воспоминаний, каждое из которых приближало к разгадке тайны её происхождения, и от этого становилось только больнее.

Майя лежала на кровати, подтянув колени к груди, укутавшись в пижаму, как в кокон. Дыхание было медленным, прерывистым, будто она пыталась утихомирить бурю внутри себя.

Вдруг раздался тихий щелчок. Дверь балкона распахнулась, нарушив гнетущую тишину. Майя резко подняла голову, собираясь отодвинуть балдахин и посмотреть, кто осмелился нарушить её уединение, но не успела. Нежно‑фиолетовая ткань уже отодвинулась, и за ней показался Реджинальд.

Она нахмурилась, голос прозвучал глухо, безжизненно:

— Что ты тут делаешь?

Парень ловко забрался на кровать и вальяжно развалился, подперев голову согнутой рукой. В его глазах мелькнула привычная насмешливая искорка:

— Тебя проведать решил. Но ты, я так погляжу, не особо рада гостям. Ради этого даже кресло у двери поставила!

Майя отвернулась, махнув лохматыми волосами. Молчание повисло между ними, тяжёлое и вязкое. Но Реджинальд не из тех, кто сдаётся. Он прополз к другому краю кровати, спрыгнул и через пару минут вернулся с розовой лентой и расчёской в руках.

Майя по‑прежнему сидела, не оборачиваясь. И это было даже на руку Реджи. Он сел позади неё, осторожно взял в руки её спутанные волосы и начал медленно расчёсывать, начиная с кончиков.

— Ты же не собираешься провести всю оставшуюся жизнь в таком состоянии?

Спросил он мягко, но настойчиво. Он знал: Майя не умеет долго таить обиду. И действительно, спустя пару секунд она тихо ответила:

— Нет… Но выходить я не хочу.

— Тебе теперь и не придётся.

Эти слова заставили её резко обернуться. Брови нахмурились, взгляд стал настороженным.

— Что это значит?

Реджинальд мягко развернул её обратно, продолжая расчёсывать волосы.

— Та… девушка, Марита, сказала, что вернётся за тобой. Отец забеспокоился и приказал Молоху создать место, где тебя никто не найдёт. Поэтому он построил в замке дополнительную башню - невидимую для любых способов обнаружения. Пока ты там, о твоём существовании никто даже знать не будет.

Майя раздражённо цыкнула и сжала кулаки:

— Ещё лучше!

Новость не принесла облегчения. Сначала шокирующая правда о её природе, теперь заточение в башне. Но больше всего её задевало, что эту башню создал именно Молох. Ну да, когда происходит что‑то неприятное для него, ему легче забыть и вести себя так, как будто ничего не произошло.

Майя сквозь зубы процедила:

— Сделал защищённую башню для меня, отправил тебя сюда… Неужели он даже не сопротивлялся?

— Удивительно, но да.

Ответил Реджи.

— Поворчал немного, что его опять заставляют что‑то делать, но всё же выполнил просьбу.

Майя хмыкнула: «После того, что случилось, он изменился. Спокойный, податливый… Скорее всего, специально это делает, чтобы от него поскорее отстали и не задавали вопросов».

Но что‑то не давало ей покоя - воспоминание о его лице в последнюю секунду. Отрешённое, но наполненное разочарованием, словно он не добился нужной цели, словно потерял то, что имел.

— Он что‑нибудь говорит?

Спросила она тихо. Реджи сразу понял, о ком речь.

— Нет. Я несколько часов пытался его разговорить. На удивление, он даже не разозлился, просто молчал. Но когда разговор о чём‑то другом, он вполне нормально отвечает.

Майя не удивилась. Именно этого она и ожидала. Даже если бы она сама попыталась с ним поговорить, он бы проигнорировал её так же, как и Реджинальда.

Она сжала ткань пижамы в кулаках, опустила голову. Эмоции переполняли её - от гнева до глухой, щемящей грусти. Руки дрожали.

— А… как остальные отреагировали на то, что я… такая?

Произнесла она неуверенно.

— Такая - это какая?

Монотонно переспросил принц. Майя задумчиво наклонила голову, но слова уже вертелись на языке:

— Наполовину ангел и демон.

Реджинальд неожиданно рассмеялся. Майя надула щёки, поджала губы:

— Что смешного?

Закончив расчёсывать её волосы, он начал плести косу.

— Но ведь ты от этого не изменилась.

Сказал он, глядя прямо перед собой.

— Ты не ангел и не демон. Ты - Майя. Чучело, что упало с неба.

На мгновение она замерла: «Он меня… чучелом назвал?!»

Но раздражение быстро сменилось теплом. Эти простые слова тронули её сильнее, чем любые заверения в безопасности.

Реджи продолжил:

— Конечно, слухи по замку быстро расползлись, но отец приказал всем молчать и не донимать тебя вопросами.

— Вот как…

Тихо произнесла Майя, опуская взгляд. В комнате повисла тишина, но теперь она уже не казалась такой гнетущей.

Принц закончил плести косу, аккуратно завязал её ленточкой и неожиданно произнёс:

— А ещё Нора очень скучает по тебе и переживает, что ты долго не выходишь из комнаты. Может, хочешь её проведать? Хотя бы ненадолго?

Майя медленно развернулась, прищурив глаза:

— Ты пришёл, чтобы проведать меня или чтобы вытащить из комнаты?

Реджинальд отвёл взгляд. На лбу у него выступила капелька пота.

— Ну… Немножко прогуляться - не такая плохая идея, так ведь?

— Не так…

Сухо отрезала Майя. Они уставились друг на друга - два упрямых характера, каждый твёрдо стоящий на своём. Молчание повисло между ними, словно натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть.

Через пятнадцать минут.

Реджинальд решительно тащил Майю под мышкой по коридорам замка. Она извивалась, брыкалась и вопила:

— Верни меня обратно! Я хочу в свою комнату!!!

Принц невозмутимо шагал вперёд, не ослабляя хватки:

— Мы и так идём в твою новую комнату. Там как раз Нора прибирается.

— Не хочу новую, хочу свою! Почему в моей комнате нельзя поставить защиту? Это же проще, чем строить целую башню!!!

Майя продолжала вырываться. Её ноги болтались в воздухе, а пижама помялась от бесконечной тряски. Коса, заплетённая Реджинальдом, растрепалась, и пряди волос разлетались во все стороны. Она ещё пару поворотов безостановочно вопила, требуя отпустить её, но принц невозмутимо продолжал путь.

Наконец они подошли к месту, которое раньше было тупиком. Теперь там располагался проход, ведущий к закруглённой лестнице. Реджинальд уверенно шагнул вперёд, таща за собой Майю. В тот же миг девочка ощутила странное покалывание, словно невидимая сила пронзила всё её тело.

Проход оказался просторным. Стены, как и везде в замке, украшали старинные гобелены с узорами. Вдоль коридора располагались узкие окошки, сквозь которые лился мягкий, приглушённый свет. Гладкие перила лестницы были отлиты из узорчатого железа, украшенного завитками и листьями.

Поднимаясь всё выше, Реджи и Майя хранили молчание. Девушка уже не пыталась вырваться - поняла, что это бесполезно. Но принц по-прежнему не отпускал её, словно боялся, что она сбежит при первой же возможности.

Когда они достигли вершины лестницы, перед ними открылась более просторная комната, чем ожидалось. Скорее всего, Молох приложил руку к её созданию: магия явно расширила пространство. Обстановка была почти идентична прежней комнате Майи - те же кресла, массивный стол, широкая кровать с балдахином, даже дверь в гардеробную на месте. Правда, сама башня оказалась меньше прежней комнаты, но отчего-то казалась уютнее, будто специально созданной для уединения.

Реджи наконец поставил Майю на ноги. Её взгляд тут же упал на Нору, которая стояла у кровати с подушкой в руках и удивлённо смотрела на вошедших. Не выдержав, Майя раскинула руки и бросилась к ней, как маленький обиженный ребёнок:

— Нора-а-а! Он меня обижает своей настойчивостью!

Реджи шагнул вперёд, ухмыляясь:

— Это даже звучит двусмысленно. С каких пор такие пошлые намёки присутствуют в твоём лексиконе?

В объятиях горничной Майя повернула голову и, мгновенно сменив обиду на гнев, рявкнула:

— Это не фраза двусмысленна, а ты испорченный!

Нора, отложив подушку на кровать, погладила Майю по спине и строго обратилась к принцу:

— Ваше Высочество, не издевайтесь над Майей. Ей и так несладко сейчас.

Реджи недовольно надул губы и скрестил руки на груди. Майя, не удержавшись, показала ему язык, отчего принц нахмурился ещё сильнее.

Нора отстранилась и внимательно оглядела девушку с ног до головы:

— Майя, что за вид? Растрёпанные волосы, пижама через весь замок, бледная, как призрак. Скоро совсем прозрачной станешь!

Майя понуро опустила взгляд, но в глубине души ей было приятно, что горничная так заботится о ней. Она давно не видела Нору и даже радовалась, что та отчитывает её как мама, которая беспокоится о своём ребёнке.

— Так, нужно принести одежду, расчесать твои волосы и принести еды.

Решительно заявила Нора и направилась к гардеробу.

— Нора, ничего не надо, лучше уж тут…

Попыталась возразить Майя. Но горничная уже скрылась за дверью. Майя почесала затылок и смущённо пробормотала:

— Эх, опять она вся в работе.

Реджи пожал плечами:

— Это же Нора.

Он опустился на кровать, и Майя, поколебавшись пару секунд, устроилась рядом.

— Ты мне так и не ответил.

Начала она, задумчиво потирая подбородок.

— Какой толк от этой башни? Почему нельзя было поставить защиту в моей комнате?

Реджи повернулся к ней и ответил:

— А как ты думаешь?

Майя на мгновение подумала и предположила:

— Может, из-за того, что комната - часть замка, а башня таковой не считается, поэтому её легче спрятать?

— Верно.

Кивнул Реджи.

— Но есть и другая причина. Как сказал Молох, о существовании твоей комнаты знают все, а вот про башню даже не все слуги слышали. Это чтобы никто не догадался, где ты находишься.

Майя хмыкнула, но промолчала. В комнате повисла неловкая тишина. Реджи почесал за ухом, затем, собравшись с духом, произнёс:

— Слушай, Майя…

Она повернулась к нему, и принц продолжил, глядя ей прямо в глаза:

— Извини, что я притащил тебя сюда против твоей воли. Родители, Нора и я… Мы очень переживаем за тебя. Сейчас Молох создаёт артефакт, который сможет скрывать тебя, даже если сам он будет далеко. Когда он закончит, ты сможешь свободно ходить по замку. А пока придётся сидеть здесь.

Майя вздохнула, но не стала возражать. В глубине души она не была против провести какое‑то время в одной комнате, но, конечно, не вечно. При этом она отчётливо понимала беспокойство Реджинальда: сама бы она ни за что не хотела снова встретиться со своей так называемой сестрой.

— Да… Я понимаю. Всё хорошо, я буду тут сидеть.

Произнесла она вслух.

«Просто иногда буду выбираться через портал», — мелькнуло в голове Майи, и внутри неё вспыхнул озорной огонёк.

Она уже решила: в первую же минуту, оставшись одна, проберётся в библиотеку и наберёт книг, чтобы хоть как‑то отвлечься от гнетущей скуки. Ехидная усмешка заиграла в уголках губ, но на лице застыла безупречно милая и невинная улыбка.

Вскоре в комнату вошла Нора, держа в руках белоснежное платье Майи. Аккуратно положив его на кровать, она повернулась к принцу и вежливо произнесла:

— Ваше Высочество, можно на пару слов?

Реджинальд удивлённо приподнял бровь. Он не понимал, что могло понадобиться горничной, но всё же поднялся и последовал за ней в дальний угол комнаты. Нора приблизилась к принцу, и, когда тот наклонился, начала тихо шептать ему на ухо. Майя наблюдала за ними, хлопая ресницами, и искренне недоумевала: зачем такая таинственность? Интригу же поднимают!

Через минуту Реджинальд кивнул и, повернувшись к Майе, произнёс:

— Мы сейчас отлучимся. У меня есть одно дело, а Нора принесёт тебе поесть. Посидишь тут?

Майя растерялась, но пробормотала:

— А… Д‑да, посижу.

«Что это на них нашло?» — лихорадочно перебирала она возможные варианты. Что они могли задумать? И почему не говорят ей?

Нора и Реджи направились к двери. Уже на пороге принц вдруг остановился и с притворно‑добродушной улыбкой добавил:

— Ах да, совсем забыл! Здесь никто не может использовать магию. Кто войдёт сюда, применяя свои силы, обратно уже не выйдет тем же способом. Это так, на заметку тебе!

Майя резко выпрямилась, и сердце её сжалось от осознания. Но было уже поздно. Реджи с громким щелчком запер дверь на ключ.

Она оказалась в ловушке. Бросившись к двери, Майя начала отчаянно барабанить по ней кулаками:

— Хей! В смысле нельзя использовать магию?! Это нечестно! Вы меня держите взаперти!!!

Нора крикнула в ответ:

— Прости, пожалуйста, но мы знаем: при первой же возможности ты попытаешься сбежать!

Реджи подхватил с энтузиазмом:

— Да‑да! Где бы тебя ни оставили, ты сразу же пытаешься смыться!

Нора смягчила тон:

— Я принесу тебе поесть, а после вместе посидим, хорошо?

— А пока не скучай!

Добавил Реджи, и их шаги застучали по лестнице. Майя осталась стоять у запертой двери, слушая затихающий гул. В груди закипала смесь досады и возмущения.

«Вот же!.. Провели меня!» — подумала она, сжимая кулаки.

Майя довольно быстро привыкла к новому месту. Оно и правда было точной копией её прежней комнаты. Молоху требовалось время, чтобы создать артефакт, который скрывал бы её ману и позволял свободно пользоваться магией. Проблема была в том, что на это нужно было минимум неделя… а её у мага не было. Через три дня Реджинальда пригласили участвовать в охоте, и Молох должен был сопровождать принца.

Реджинальд стоял в комнате Майи и терпеливо выслушивал её возмущения:

— Как это вы едете на неделю? И без меня?! Я тоже хочу участвовать в этой охоте! Впервые вообще слышу о ней! Почему раньше вы не ездили? А меня возьмёте???

Принц едва не отшатнулся от напора и громкости её вопросов. Он поспешил ответить:

— Это соревнование проводится раз в пять лет. Оно проходит в разных империях, и участвуют только мужчины от тридцати лет. Поэтому взять тебя не можем. Тем более твоя… скажем так, ненормальная сестра может появиться в самый неподходящий момент.

Майя закипела от негодования, скрестила руки на груди и тихо зарычала. Реджи печально вздохнул - он прекрасно понимал, каково Майе сидеть взаперти.

— Майя… Я понимаю, ты хочешь повеселиться с нами, но это даже не моё решение, оставить тебя здесь. Будь у меня возможность, я бы взял тебя в другое королевство, чтобы там нажраться в говно и устроить суету на всю империю! Но я осознаю, что это ради твоей безопасности, поэтому приходится отказывать в твоих хотелках.

Майя надулась ещё сильнее:

— Но с тобой будет Молох! Он может скрыть моё присутствие. А пока вы будете веселиться, я спокойно посижу в комнате отдыха.

Несмотря на то, что после недавнего инцидента Майя избегала Молоха и не желала его видеть, ради свободы она была готова переступить через свою гордость. Но и тут Реджи отказал:

— Для этого Молох должен быть рядом с тобой постоянно, а это физически невозможно. Он обязан сопровождать меня повсюду.

Идеи у Майи иссякли. Она начала смиряться с поражением, но её взгляд по‑прежнему метал молнии в сторону принца. Реджинальд не выдержал и нежно улыбнулся. Он потрепал её по волосам, ожидая, что Майя разозлится ещё сильнее, и сказал:

— Что ты так на меня смотришь? Скоро этот баклажан сделает артефакт, и ты сможешь ходить куда угодно.

Майя действительно разозлилась. Она нахмурилась, резко отбросила его руку и прикрыла макушку ладонями. На лице Реджи явно читалось, что он едва сдерживает смех. Шагнув к двери, принц махнул рукой и попрощался:

— Давай, не скучай! Встретимся через неделю.

Майя, всё ещё держа руки на голове, дулась и лишь сухо буркнула:

— Ага, пока.

Реджинальд закрыл за собой дверь. Майя выпрямилась, опустила руки и огорчённо вздохнула, глядя на входную дверь.

«Целую неделю сидеть в гордом одиночестве…» — подумала она.

Её взгляд упал на полки с новыми книгами, которые недавно принесли. Стеллаж был плотно заставлен томами - от миниатюрных до внушительных фолиантов. Майя ещё не успела дочитать ни одну из них.

«Ну что же, у меня полно свободного времени!» — решила она.

Девушка направилась к стеллажу, выбирая книгу на вечер.

Несколько часов она провела на балконе в кресле, погрузившись в чтение. Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая небо в тёплые оттенки. Воздух был неподвижен, и оттого на улице было приятно, совсем не холодно.

Перелистывая страницы, Майя дочитывала последнюю главу, но вдруг её отвлёк странный звук, будто кто‑то скреб когтями по черепице. Она подняла голову и посмотрела на карниз крыши. Часть кровли оставалась вне поля зрения, поэтому Майя решила, что ей показалось, и вернулась к книге.

Через пару минут она закончила чтение. Свободно выдохнув, откинула голову на спинку кресла:

«М-да, жаль, что только одна часть написана…»

Уткнувшись носом в обложку, она погладила пальцем шероховатый переплёт.

С каждой минутой становилось темнее, и Майя решила вернуться в комнату. Она опустила книгу, по‑прежнему держа её в правой руке, и уже собралась встать… Но тут до неё донёсся высокий, милый писк, словно кто‑то попытался быстро рассмеяться с закрытым ртом. Майя удивлённо посмотрела в сторону звука и замерла: перед ней сидел маленький кролик.

Белоснежный крольчонок был пушистым, как облачко. У него были крошечные уши с мохнатыми кисточками на концах, тупая мордочка и удивительно голубые глаза.

Майя медленно положила книгу на столик рядом с креслом, не отрывая взгляда от зверька. Тот тоже смотрел только на неё. Опустившись на пол, девушка осторожно подползла к кролику, боясь спугнуть. Протянув руку, она спросила:

— Откуда ты тут взялся?

Кролик, как если бы давно знал её, тут же потёрся о ладонь. Его шерсть была мягкой, как шёлк. Майя даже не сразу поверила, что это настоящее живое существо. Конечно, кролик не мог ответить, но Майя, бережно взяв его на руки, продолжила:

— Башня с защитой, через которую спокойно проник маленький кролик… Хах! Оказывается, и Молох совершает ошибки!

Она поднялась на ноги и подняла зверька перед собой:

— Хм, мальчик. Но откуда ты взялся - непонятно. С небес свалился? Аха‑ха!

Прижав кролика к груди, Майя отнесла его в комнату и почесала между ушами. Зверёк прикрыл глаза и заметно расслабился в её руках. Подойдя к кровати, она положила его на мягкую подушку. Кролик растянулся на ней, словно облачко, и это зрелище так умилило Майю, что она не сдержала тихий смех.

«Какой забавный! Надо завтра показать Норе», — подумала она с улыбкой.

На следующее утро Майя, бережно держа в руках кролика, внимательно посмотрела на Нору. Та стояла у стены с таким испуганным выражением лица, что Майя опешила. За пятнадцать лет, что они провели вместе, девушка привыкла видеть горничную серьёзной, иногда строгой или, наоборот, ласковой с ней. Но сейчас Нора смотрела на милого кролика так, словно тот вырезал всю её семью и теперь пришёл по её душу!

Майя удивлённо разглядывала оцепеневшую Нору. Они замерли так на несколько минут, пока Майя наконец не решилась спросить:

— Ты… боишься кроликов?

Нора ответила дрожащим голосом:

— Не совсем…

А затем тараторила высоким голосом, ещё сильнее прижимаясь к стене:

— У меня аллергия на кроликов. В детстве я чуть не умерла из-за них.

Майя отступила на шаг и растерянно пробормотала:

— Ой, извини, я не знала… Мне в любом случае не разрешат его оставить в комнате.

Но Нора тут же возразила:

— Запретить-то не запретят. Всё же тебя тут закрыли не по твоей воле, а кролик хоть немного разбавит обстановку. Но мне придётся меньше времени проводить у тебя.

Горничная медленно скользнула вдоль стены, направляясь к уборной.

— Сейчас я сделаю для него воду, но тебе придётся помыть его самой. А я за это время найду ему что-нибудь поесть.

Майя просияла:

— Спасибо тебе большое!

Нора быстро скрылась в уборной, захлопнув за собой дверь. Майя, несмотря на серьёзность ситуации, не смогла сдержать улыбку. Аллергия - дело серьёзное, но реакция Норы показалась ей до нелепого забавной.

Девушка без труда помыла кролика, хотя тот сначала испугался и обрызгал её водой. Она аккуратно высушила его мягким полотенцем, а вскоре вернулась Нора с овощами для зверька.

Полдня Майя играла с новым другом. Лёжа на кровати и подперев щёку ладонью, она наблюдала, как кролик бегает по полу, с любопытством обнюхивая каждый угол. Когда зверёк юркнул под стол, Майя задумчиво пробормотала:

— Если ты останешься у меня, тебе нужно придумать имя.

Она принялась перебирать варианты:

— Может, Фуфи?.. Рожик? Пушистик? Облачко?..

Вдруг Майя приподнялась на локтях и воскликнула:

— О, Пильви! Пусть его зовут Пильви!

Она сползла с кровати и, встав на четвереньки, протянула руку, чтобы взять кролика, но тот ловко увернулся и метнулся в противоположный угол.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился Эльбрус. Майя замерла в нелепой позе, лишь повернув голову в сторону императора. Тот закрыл за собой дверь и огляделся, попутно делая замечание:

— Принцессе не стоит валяться на полу.

Майя неловко рассмеялась и поспешно поднялась на ноги. Из‑под стола показался кролик - именно его, судя по всему, искал Эльбрус.

— А это, я смотрю, тот самый кролик?

Спросил император, внимательно разглядывая зверька.

— Ой! Да, так и есть.

Тут же ответила Майя.

«Быстро ты меня выдала, Нора! Хнык!» — мысленно проныла она, беря кролика на руки и прижимая его к груди.

Эльбрус подошёл ближе и протянул руку, прося дать ему питомца. Майя без колебаний передала зверька мужчине. Кролик был настолько мал, что император смог обхватить его туловище одной ладонью. Он внимательно осмотрел животное.

— В замок никогда не проникали дикие животные. Даже во двор, тем более сюда. Похоже, где‑то Молох накосячил, из‑за чего это животное тут появилось.

Он вернул кролика Майе, и та заметила:

— Я тоже об этом подумала. Но если бы это было создание магии, разве он не должен здесь исчезнуть?

— Да кто его знает! Оболтусы приедут, пусть Молох сам разбирается, что это и откуда взялось.

Эльбрус безразлично пожал плечами и добавил:

— Раз уж он не приносит проблем, оставляй его. Кстати, какую кличку дала?

— Пильви.

— Понятно. Ты хоть умеешь заботиться о животных?

«Я что, похожа на Реджи?» — мелькнуло в голове Майи.

Она уверенно кивнула:

— Да, умею. Только пару вещей для него нужны, но я могу попросить Нору.

— Вот и славно.

Император развернулся, чтобы уйти, но у самой двери остановился и, взглянув на Майю, спросил:

— Ты… как себя здесь чувствуешь?

Несмотря на то, что именно он приказал запереть её в башне, в его голосе слышалась искренняя забота. Майя слегка улыбнулась и, выставив кролика вперёд, ответила:

— Уже не так скучно. Но даже так отличий бы не было, останься я в той комнате или в этой.

Эльбрус кивнул и открыл дверь, бросив на прощание:

— И то верно. Мне уже пора идти. По пути я потороплю Нору, чтобы она зашла к тебе.

Майя помахала ему рукой. Император ушёл, плотно закрыв за собой дверь.

Ближе к вечеру Нора принесла всё необходимое для Пильви: миски для еды и воды, коричневую лежанку, хотя, скорее всего, она не понадобится, да пару игрушек - шарики и палочки. Это случилось как раз перед ужином. Горничная сразу же ушла, оставив еду для Майи.

После ужина девушка устроилась на софе и принялась гладить Пильви, который мирно уснул у неё на коленях.

Время подходило ко сну. Майя зевала, чувствуя, как усталость закрывает веки. Решив отправиться спать, она аккуратно подняла кролика, устроив его на предплечье, и выключила свет.

Направляясь к кровати, девушка вдруг ощутила странное предчувствие, будто невидимая рука скользнула по спине. Замедлив шаг, Майя настороженно огляделась по сторонам. В тишине раздался едва уловимый шорох. За спиной, со стороны балкона, подул слабый ветерок. А следом раздался низкий, властный голос:

— Вот чего, но ангела я тут точно не ожидал!

Майя мгновенно развернулась и замерла. В проёме балкона стоял мужчина со светло‑голубыми волосами. Его прямые волосы слегка падали на голубые глаза, контрастируя с тёмно-синими бровями и щетиной на подбородке. Золотисто-бронзовая кожа подчёркивала строгие черты лица: прямой нос, чувственный рот и изящный овал с высокими скулами. В правой руке он держал золотой посох, украшенный резным узором солнца и витиеватыми декоративными элементами.

Мужчина был одет в белую длинную тунику, поверх которой ниспадал синий гиматий. На лбу красовалась красная лента, а на мочках ушей поблескивали маленькие кольца. На шее - массивное ожерелье с толстой цепочкой и круглыми синими камнями в золотой оправе.

Весь его облик дышал знатностью и огромной силой. Майя мгновенно поняла: перед ней не маг, не простой смертный, а ангел. Но от него веяло не небесной благодатью, а ледяным холодом и необъяснимой тревогой. Вот только не как при первой встрече с Маритой. Всё же в этой тревоге таилось что-то знакомое, будто эхо далёкого воспоминания, от которого хотелось бежать без оглядки.

«Вот же! Если он поймёт, что я ещё и демон, то здесь все из-за меня могут пострадать! Что делать? Что делать?!» — лихорадочно метались мысли в голове Майи.

Взгляд незнакомца был колючим, пронизывающим, словно он смотрел на предателя. Это давило, заставляло сердце биться чаще.

— И с чего бы ангелу находиться среди людей?

Грубо спросил он, но тут же пожал плечами, демонстрируя показное безразличие.

— Ну, это меня уже касаться не должно. Я просто заберу то, что мне принадлежит, и уйду.

Майя едва заметно выдохнула с облегчением: «Так, значит, он не может узнать о том, что я ещё и демон. Это хорошо, но… О какой вещи он говорит? О чём вообще речь?»

Внезапно она ощутила, как клубочек шерсти в её руках задрожал. Опустив взгляд, девушка увидела, что Пильви съёжился, поджал уши и тихо зашипел. Догадка пронзила её, как молния.

— Что ты хочешь с ним сделать?

Спросила Майя, стараясь, чтобы голос не дрожал. Незнакомец ответил без тени сомнения:

— Как что? Не знаешь, что ли? Убью и заберу силу, как делают все по традиции.

Её бросило в жар. Она резко встала боком, прикрывая кролика:

— Живодёр! Ничего я тебе не дам!!!

Но мужчину её слова не тронули. Он холодно усмехнулся:

— Ты ходишь по тонкому льду. Лучше отдавай спокойно грызуна, иначе мне придётся применить силу!

— А ты тут ничего не сможешь сделать в любом случае!

Выпалила Майя. Он высокомерно поднял голову, явно не соглашаясь с её словами. Но девушка понимала: если она ощущает поле подавления силы в этой башне, то и незваный гость должен его чувствовать.

Внезапно он хмыкнул:

— Тогда я сам заберу.

Секунды не прошло, и он исчез. Майя не успела даже удивиться, как ощутила, что тёплый клубочек в её руках пропал.

— Ну и всё, делов-то.

Раздался голос прямо за спиной. Она резко повернула голову. Голубоволосый мужчина стоял почти вплотную, держа дрожащего крольчонка за уши прямо перед её глазами.Майя успела лишь на миг встретиться с ним взглядом - и он снова исчез. Девушка широко распахнула глаза: это точно не была телепортация. Значит, он просто невероятно быстр!

Резко развернувшись, она увидела незнакомца уже на ограде балкона.

— Спасибо, что отдала мне мою добычу.

Поблагодарил он с насмешкой и шагнул вперёд, начав падать вниз.

— Ну уж нет! Он уже как сутки мой!!!

Выкрикнула Майя и, не раздумывая, прыгнула следом.

И только в полёте осознала ужасную правду: «Я ЖЕ НЕ МОГУ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ПОРТАЛОМ!!!»

Мужчина невозмутимо летел вниз, держа кролика перед собой.

«Вот и на кой фиг ты сбежал с небес? Вам суждено родиться, чтобы умереть, но даже так звери умудряются убегать», — подумал он, но не успел закончить мысль, как услышал стремительно приближающийся визг.

Недоумевая, он поднял голову, и в него тут же врезалась Майя.

Следующие несколько секунд она отчаянно цеплялась за его одежду, а он пытался её отцепить, раздражённо требуя отстать.

Прямо у самой земли его способности вернулись, и он расправил белоснежные мощные крылья. Ангел резко остановился, и Майя успела схватиться за его руку. Но инерция швырнула её вперёд - пальцы соскользнули, и она отлетела в сторону. В последний момент она восстановила равновесие, приземлилась на ноги, пробежав пару шагов, и запрыгала на месте, подняв одну ногу.

— Ой‑ёй‑ёй! Как же больно!

Порхнув над землёй, ангел встал на ноги и тут же осознал: чего‑то не хватает. Кролика в руках больше не было. Он выпучил глаза, уставившись на Майю, которая перестала подпрыгивать. С ехидной улыбкой девушка вытащила кролика из своей груди, который на вид был очень даже довольным.

Майя продемонстрировала кролика ангелу и задорно спросила:

— Что? Его ищешь?

Ангел мгновенно разгневался.

— Я закрыл глаза на то, что ты живёшь среди людей, простил тебе твоё упрямство, но препятствовать моему выполнению задания я не позволю!

Тяжёлым, размеренным шагом он приближался к ней, и с каждым шагом от него исходила аура, совершенно далёкая от ангельской.

«Какой же он тошнотворно праведный!» — подумала Майя, наблюдая за его приближением.

Она не желала иметь дело ни с ангелами, ни с демонами. Контактировать с ними было строго запрещено, а если их сейчас кто‑нибудь увидит - проблем не оберёшься!

Её поторопило с уходом внезапное преображение мужчины: в мгновение ока он облачился в сияющие доспехи, а его посох вспыхнул и превратился в пылающий меч. Майя не знала, намерен ли он убить её, но медлить не стала. Она открыла портал под собой и исчезла в его воронке. В последний миг она заметила на его лице выражение чистого удивления, но это её уже не заботило.

Майя с кроликом очутились на пшеничном поле у кромки леса, вдали от людских глаз. Ветер и шелест травы были единственными звуками в этой безмятежности. Она подняла Пильви и улыбнулась:

— Вот мы и ушли от него.

Кролик мило вертел ушами, но порывы ветра слегка мешали ему. Майя хихикнула, однако радость была недолгой. Пильви вдруг сжался и задрожал. Это насторожило девушку. Она сосредоточилась, оглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху.

Внезапно раздался резкий звук рассекаемого воздуха, и Майя мгновенно отреагировала: прижала кролика к груди и отскочила назад. В ту же секунду прямо перед ней вспыхнул огненный клинок. Ангел точным, молниеносным ударом целил в её сердце.

«Нельзя медлить!» — пронеслось в голове Майи.

Она открыла портал и оказалась в небе. Но не прошло и пяти секунд, как ангел возник рядом, занося меч для нового удара. В последний момент Майя успела откинуть голову назад и вновь скрыться в портале.

Где бы она ни появлялась, он мгновенно настигал её, словно тень, скользящая по пятам. То ли он, подобно Молоху, умел находить любого человека, то ли его влекло именно присутствие кролика… А может, он нацелен теперь именно на Майю.

Спустя бесконечную череду прыжков Майя окончательно выбилась из сил. Всё это время она пыталась докричаться до него, выкрикивая вопросы: «Почему ты пытаешься меня убить?! За что такое отношение?! Кто ты вообще такой?!»

Но ангел молчал, игнорируя её мольбы и гнев. Поле вокруг пылало - огонь охватил каждый клочок земли, освещая местность вместо угасающего заката. Уходить в другое королевство было опасно: мужчина мог настигнуть её и там, а невинные люди могли пострадать от его разрушительной силы.

Майя переместилась на выгоревший участок поля. Пепел покрыл её руки, ноги и подол платья. Она тяжело дышала, хватая ртом дымный воздух. Стоя на коленях, она опёрлась ладонью о сожжённую землю, а другой рукой крепко прижимала испуганного крольчонка. Сил встать не было, но она понимала: если останется на месте, это станет её могилой.

— Устала бегать? А я только начал.

Раздался голос за спиной. Несмотря на жар пламени вокруг, по спине Майи пробежала ледяная дрожь. Она резко развернулась. Ангел парил в воздухе, его белоснежные крылья были испорчены пятнами пепла. На лице его смешались эмоции: ненависть, злость, презрение… Майя видела его впервые, но он смотрел на неё так, словно она всю жизнь ему портила. Его аквамариновые глаза сверкали высокомерием, а голос сочился раздражением:

— Откуда ты взялась на мою голову? Ушёл за сбежавшим зверем, а наткнулся на беглеца, которого не могли найти несколько лет.

Майя стиснула зубы. В который раз ей говорили что‑то о ней самой, чего она не знала. Сердце забилось чаще, ладонь, прижатая к земле, сжалась, оставляя глубокие борозды от ногтей. Мышцы дрожали от изнеможения, лицо исказила гримаса кипящей ярости. С волной жара, охватившей её изнутри, она гневно выкрикнула:

— Да что за бред ты несёшь?!

Медленно, преодолевая разбитость в теле, Майя поднялась на ноги. Пильви по‑прежнему покоился у неё на руках, а голос её набирал силу, выплескивая накопившуюся досаду:

— Ты без всякой причины гонишься за мной, будто из‑за меня твоя жизнь перевернулась вверх дном!

Пот выступил на её бледной коже, пульс стучал в висках. Она вскинула свободную руку и, глядя ему прямо в глаза, бросила:

— Что за времена такие?! Являются ко мне всякие долбоящеры и…

Она хотела продолжить, обрушить на него ещё десяток вопросов, но ангел, похоже, больше не собирался слушать. Он поднял пылающий клинок над головой. Майя оцепенела. Она уже видела, как он наносит этот удар, и после него всё вокруг обращалось в пепел, даже пеньки деревьев не оставались!

Не успела она подумать, как он резко махнул мечом вниз, и мощный порыв огненного воздуха устремился к ней…

Мысли Майи путались от усталости и стресса. Она отчаянно пыталась открыть портал подальше от этого кошмара, но всё вокруг кружилось, искажалось, ускользало из-под контроля.

Неожиданно для себя она впервые ошиблась при создании портала! Вместо безопасного убежища Майя вызвала его прямо рядом с ангелом. Второй портал, предназначенный для переноса, тоже возник неподалёку от противника. Два энергетических вихря пересеклись, затрещали, теряя яркость. Свет в них померк, а по поверхности побежали трещины.

Произошёл взрыв. Сильная волна прокатилась по округе, сметая всё на своём пути: поваленные деревья, обугленную траву, остатки былой жизни.

С гулом в ушах Майя с трудом разомкнула тяжёлые веки. Голова раскалывалась, грудь пронзала острая боль, будто кто-то резал её ножом с каждым вдохом. Перед глазами мерцало белое пятно, постепенно рассеиваясь и открывая вид на сожжённый лес и поле. Поваленные деревья потрескивали, догорали, источая едкий дым.

Лежа на боку, Майя разжала руки и, с трудом сфокусировав взгляд, посмотрела туда, где мгновение назад лежал испуганный кролик. Но теперь там было пусто. Она безвольно опустила руки и, превозмогая резкую боль во всём теле, перекатилась на спину. Куда исчез Пильви? Она не знала, но понимала: нужно уходить. Однако совесть не позволяла бросить беззащитное существо.

Пересиливая боль с хриплым дыханием, Майя снова повернулась на бок. Опираясь на землю дрожащей рукой, она медленно начала подниматься. Сердце колотилось как безумное, лёгкие разрывались от дыма и нехватки воздуха. Внезапно в горле возникло странное жжение. Кровь хлынула изо рта. Майя отхаркнула её, ощутив на языке металлический привкус железа. Удивлённо прикрыла рот ладонью.

«Что вообще произошло?» — спросила она себя.

Отодвинув руку, увидела на ладони кровь, смешанную с сажей. Боль была невыносимой, тело казалось свинцовым, а голову будто колотили кувалдой.

Но отдыхать было нельзя. Останься она здесь - потеряла бы сознание от боли, дыма в лёгких и кровопотери. А без сознания выжить на горящем поле у леса было почти невозможно. Собрав последние силы, она заставила себя встать. Огляделась - вокруг лишь огонь, пепел и обугленные стволы. Уже стемнело, зрение затуманилось. Найти крольчонка не представлялось возможным.

Майя закусила губу. Как же хотелось отыскать Пильви! Но осознание, что физически она не в силах его найти, терзало её ещё сильнее. Зажмурившись, она открыла портал и шагнула в свою комнату.

Оказавшись внутри, девушка бессильно упала на колени, согнулась, уронила голову.В комнате царила тишина и прохлада. Свет был выключен, лишь лунный луч серебрил пол. Воздух здесь был таким свежим, что после едкого дыма он сначала ударил по голове, вызвав головокружение, а затем принёс облегчение.

Она развернула ладони вверх, посмотрела на них. Кровь смешалась с сажей, руки дрожали, стоило их оторвать от опоры. Сжав кулаки, глубоко вздохнула.

«Какой насыщенный вечер…» — подумала она с горькой иронией, сжимая платье на груди.

— Вот чего, а такого я точно не ожидал.

Резкий мужской голос резанул по нервам. Майя резко обернулась и увидела ангела, парящего за оградой балкона. Его правая сторона была изувечена: рука отсутствовала, из обрубка плеча сочилась кровь, виднелись оголённые кости и мышцы.

— Все источники твердили одно! Но, как оказалось, ты обладаешь куда большей силой, чем описывалось.

На её глазах началось невероятное: кости, мышцы, кожа начали стремительно восстанавливаться! Новая рука выросла за считанные секунды - без шрамов, без следов раны, идеально целая.

Майя замерла в шоке. Как можно за пять секунд вырастить новую руку?!

Ангел размял плечо и продолжил:

— Ещё интереснее вот что: как ты сама спаслась от взрыва? У ангелов врождённых способностей не может быть больше одной. Или, может, это особенность зверя? Тогда он точно мне нужен!

Его аквамариновые глаза обжигали взглядом. Слова же разгневали Майю до глубины души. О каких способностях он говорит? Что за тайны вокруг?! Она сквозь боль поднялась, выпрямилась, возмущение закипало внутри:

— Что вы все заладили в последнее время?!

Шагнула к балкону, глядя ему прямо в глаза:

— Все как один твердят обо мне то, чего я сама не знаю! Может, тогда ты расскажешь, кто я?

Лунный свет окутал её фигуру, когда она вышла на балкон.

— Знаешь, кем я себя считаю? Я - Майя, мне двадцать лет. Я человек, пришла из другого мира, с планеты Земля! Встретились бы мы несколько лет назад, я бы назвала тебе точные координаты моего дома, но теперь… теперь я даже не уверена, что он ещё существует!

Гнев, копившийся годами, вырвался наружу. Она кричала, размахивая руками:

— Да с кем же ты меня перепутал?! Если уж ничего не знаешь обо мне, так назови хотя бы того, за кого меня принимаешь?!?

Майя вплотную подошла к ограде и положила на неё ладони. Подняв голову, она не отрывала взгляда от ангела - тот тоже не сводил с неё глаз. Он мог бы прямо сейчас завершить начатое, но барьер не позволил бы использовать клинок по назначению.

Они замерли в молчании. Ни единого звука, лишь тяжёлый, ненавидящий взгляд. Угнетающую тишину нарушил холодный голос ангела:

— Интересная ты личность.

Гнев Майи мгновенно сменился озадаченностью. Прищурившись, она промолчала, но взгляд её красноречиво спрашивал: «Что ещё за новости?»

— Стоит всерьёз задаться вопросом о твоём происхождении.

Продолжил ангел. Он сунул руку в потайной карман под латами и внезапно наклонился вперёд. В следующий миг он щёлкнул Майю по лбу. Девушка отшатнулась и прижала ладонь к ушибленному месту.

— Что ты творишь?!

Воскликнула она. Но ответ пришёл сам собой: по телу разлилась необычайная лёгкость. Боль постепенно отступала, оставляя лишь лёгкий жар, а все раны затянулись. Майя удивлённо вскинула брови, глядя на ангела.

— Ты… вообще-то пытался меня убить!

Ангел выпрямился, небрежно протёр пальцы правой руки, стряхивая с них едва мерцающую белую пыльцу, и невозмутимо ответил:

— Считай, это было испытанием за все твои прегрешения.

Майя застыла с каменным лицом, стараясь не выдать эмоций.

— Испытание? Ты пытался зажарить меня, как шашлык на вертеле!

Внезапно раздался резкий стук в дверь, и за ней послышался женский голос:

— Майя? Ты спишь? Почему дверь заперта? Всё в порядке?

Это была Нора. Похоже, горничная решила проверить её. Майя осознала: ситуация становится критической! Ангел, судя по всему, тоже это понял. Бросив напоследок:

— Если утверждаешь, что не беглец, завтра мы это выясним. До встречи!

Он взмыл в небо и растворился в ночной темноте.

Майя бросилась к двери. Через считанные секунды она уже стояла перед ней и торопливо забормотала:

— А… Да-да, всё хорошо! Просто хочу немного отдохнуть.

Показывать Норе своё состояние было нельзя. Горничная сразу догадалась бы, что Майя покидала башню. И дело не только в этом - внешний вид девушки выдавал всё: растрёпанные волосы, порванная одежда, ссадины на лице, будто она только что участвовала в уличной драке.

— Майечка, точно всё нормально? Может, принести что-нибудь?

Прозвучал обеспокоенный голос Норы.

— Нет-нет, ничего не нужно. Я лучше пойду спать.

Настаивала Майя.

После нескольких настойчивых вопросов горничная наконец оставила её в покое. Майя прижалась спиной к двери и медленно сползла на пол. Оказавшись в сидячем положении, она облегчённо выдохнула.

«Наконец-то смогу расслабиться», — подумала она, но в этот миг почувствовала мягкое шевеление за шеей.

Периферийным зрением она заметила Пильви. Чуть повернув голову, Майя не смогла сдержать улыбки.

— Пильви! А ты откуда взялся?

Она взяла крольчонка на руки и устроила его у себя на коленях. Пильви уютно устроился, а Майя продолжила:

— Я уже расстроилась, что оставила тебя там. А ты всё это время был рядом?.. Только где же?

Животное, разумеется, не могло ответить, но слова сами срывались с губ девушки.

И правда странно: только что кролика не было, а теперь он сидит за шеей, словно возник из ниоткуда. Это одновременно поразило и встревожило Майю. Башня надёжно защищена - исключений быть не должно!

Но её больше заботило, что с крольчонком всё в порядке. С облегчением улыбнувшись пушистому зверьку, Майя поднялась и направилась в сторону уборной.

— Пойдём хотя бы помоемся, а потом будем отдыхать. Тяжёлый выдался вечер.

Наступил вечер следующего дня. Майя снова засиделась допоздна на балконе с книгой. Крольчонок мирно дремал у неё на плече, но внезапно резко вскочил и спрятался за её шею. Майя оставила раскрытую книгу на коленях и поспешно воскликнула:

— Пильви, что ты вытворяешь? Ай! Царапаешься же!

Она попыталась вытащить зверька, но в этот момент услышала знакомый холодный голос:

— Это он на меня так реагирует.

Майя подняла голову и увидела перед собой знакомое лицо ангела. Только он был перевёрнут вверх тормашками! Но это удивило её меньше всего.

«Как у него всё держится так, будто он стоит ногами на земле, а не висит вниз головой?» — недоумевала она, но не подала виду.

— Конечно, он будет так реагировать. Ты же его убить пытался!

Резко бросила Майя, поглаживая зверька за шеей. Ангел плавно развернулся и встал ногами на балкон. Его крылья мгновенно исчезли. Он скрестил руки за спиной и твёрдо заявил:

— Почему «пытался»? Я всё равно намерен его у тебя забрать. Он должен принадлежать мне.

От Майи исходила тяжёлая, почти осязаемая аура раздражения, словно чёрная грозовая туча нависла над балконом. И это вполне понятно: мужчина не только пытался убить её вместе с Пильви, но и обладал невыносимо надменным характером, который особенно бесил Майю.

Были, конечно, люди, вызывавшие у неё неприязнь, но этот случай выделялся даже на их фоне. Она сама не понимала, почему от одного его присутствия у неё начинала дёргаться бровь.

Пропустив его слова мимо ушей, Майя с кривой усмешкой спросила:

— Очень любопытно… А теперь говори, зачем пришёл. Вчера ты обещал, что на следующий день мы выясним, кто я такая.

Ангел поджал губы и сузил глаза - похоже, с ним так ещё никто не разговаривал, и это вызывало у него явное раздражение. Он тихо пробормотал себе под нос:

— Омерзительно.

Майя не расслышала его слов, да и не особо стремилась. Мужчина повысил голос:

— Полетим сейчас в ангельский мир. Там на деле проверим, пустят ли тебя врата. Расправляй крылья, я буду впереди.

Ангел не видел выражения её лица, ведь повернулся к ней спиной и ждал. Но спустя минуту ожидания он развернулся и, недоумевая, отчего она медлит, нахмурил брови. Майя продолжала смотреть на него, словно застывшая кукла, и тот спросил:

— Ты что, летать не умеешь?

Не меняя выражения лица, она отрицательно покачала головой. Ангел фыркнул:

— Обхохочешься… Значит, научишься!

Одним широким шагом он приблизился к ней, схватил книгу и небрежно отбросил на стол. Это уже удивило Майю, но следующее действие шокировало ещё сильнее: ангел схватил её за руку и с лёгкостью выдернул из кресла, потащив к ограде.

— А? Эй! Ты что…

Начала она, но не успела договорить. Ангел резко развернулся, приложил свободную руку к её животу и одним резким движением выбросил её за балкон.

Он наблюдал, как она стремительно падает, издавая пронзительный визг. Разочарованно вздохнув, мужчина произнёс:

— М-да, забавная картина.

У Майи не оставалось выбора - когда силы появились, она открыла портал под собой и вылетела через него на землю. Перекувыркнувшись несколько раз, она остановилась, сидя на земле с вытянутыми ногами. Майя не могла поверить, что ангел только что вышвырнул её с балкона. Не демон, не маг - ИМЕННО АНГЕЛ!

Протирая глаза, она тихо бормотала ругательства, которым её научил Реджинальд ещё в подростковые годы. Вскоре подлетел голубоволосый ангел и строго спросил:

— И зачем ты использовала свою способность?

Майя ошарашенно подняла на него взгляд, убрав руки с лица:

— Мне что, нужно было разбиться?

— Тебе нужно было полететь!

— Да не умею я!

Мужчина ступил на землю и с явным недоверием посмотрел на неё.

— Ага, все умеют, а ты за пару сотен лет не научилась!

Майя развела руками и отвернулась:

— Опять ты за своё! Я не прожила и четверти века!

Она раздражённо скрестила руки на груди. Ангел нервно приложил ладонь ко лбу и рявкнул:

— Вот же упрямая! Терпения на тебя нет! Уже давно бы преподал урок, но тогда сам ничего не узнаю!

Он решил сам проверить, действительно ли Майя умеет летать или просто никогда не пыталась. Мужчина коснулся ладонью её спины между лопатками и сразу убрал руку. Однако ничего не произошло - совсем!

Он быстро откинул волосы Майи вперёд, чтобы они не мешали. В том месте, где он дотронулся, мерцали маленькие блуждающие искорки. Мужчина застыл, не отрывая взгляда от огоньков.

Майя отшатнулась и поправила волосы. Нахмурившись, она повернулась к ангелу:

— Что ты делаешь?

Вопросы множились в её голове. Вместо привычной самодовольной ухмылки она увидела на его лице искреннюю обеспокоенность. Он застыл, пристально глядя на неё, и, казалось, вовсе не собирался отвечать. Майя помедлила, прежде чем задать следующий вопрос:

— М-м… Что-то не так?

Голубоволосый ангел мгновенно пришёл в себя. Выпрямившись, он зажал переносицу и поспешно ответил:

— Нет-нет, всё отлично… Лучше скажи, ты вообще когда-нибудь летала?

Майя начала подниматься на ноги:

— Никогда. Впервые слышу, что я вообще должна уметь летать.

Глядя на ангела, она задумалась: «Что это на него нашло? Выглядит так, словно ему неловко. Только вот из-за чего? Из-за прикосновения? Вчера его ничто не смущало… В чём же дело?»

Она приоткрыла рот, собираясь озвучить догадку, но передумала. Отвернувшись, проглотила слова: «Не стоит говорить ему о крыльях. Даже если он всё понял, мне нечего добавить. Я сама только недавно узнала…»

Хоть стой, хоть иди, но если они не начнут хотя бы что-нибудь, то улитка продвинется дальше, чем они вдвоём.

Ангел протянул ей руку:

— Раз уж на то пошло, я тебя поведу.

Майя покосилась на его ладонь, затем на лицо. Колебалась. Брать его за руку не хотелось - особенно помня, что он в любой момент может вышвырнуть её куда угодно. Но выбора не было.

Она вложила свою ладонь в его и мысленно напомнила себе: «Мы просто помогаем друг другу. Я хочу узнать больше о себе, он - кто я такая. Его задача - понять, ангел ли я, а моя - не раскрыть, что я наполовину демон».

Стоя в ожидании, Майя гадала: что произойдёт дальше? Возникнут ли перед ними золотые сверкающие врата? Перенесёт ли их магия прямиком в небесный мир? Или придётся преодолевать леса, реки, планеты и созвездия, чтобы добраться до империи?В голове мелькали образы из земных религий, но внезапно нахлынувшее чувство невесомости заставило все мысли испариться. Она опустила взгляд - ноги больше не касались земли, а тело стало лёгким, как пёрышко. Даже волосы приподнялись, колыхаясь в воздухе. Восторг захлестнул её с головой.

— Как же здорово!

Воскликнула Майя, сияя от радости и глядя на ангела. Тот замер на миг, а затем с усмешкой кивнул:

— Пф! Да, я знаю.

Он взмахнул крыльями и устремился вверх, потянув Майю за собой. Они поднимались всё выше, минуя облака, пока не оказались над ними. Перед глазами раскинулось ночное звёздное небо, залитое холодным голубым светом луны.

У Майи перехватило дыхание. Оглядевшись, она на мгновение забыла, что держит за руку незнакомца. Ангел терпеливо ждал, пока утихнет её детский восторг, но через несколько минут понял: оторвать её от этого зрелища будет непросто. Резко дёрнув её руку к себе, он заставил Майю плавно подлететь ближе - в горизонтальном положении. Проплывая мимо, ангел взглянул на её лицо и строго спросил:

— Ты помнишь, что мы сюда прибыли не для любования видами?

Майя, покрывшись испариной, неловко усмехнулась:

— Ехех!.. Ну ты же сам видишь, как тут красиво. Грех не полюбоваться.

— Любуйся сколько угодно, но не пляши перед этим небом, как перед божеством!

Отрезал ангел, возвращая её в вертикальное положение. Майя надула губы:

— Эх… Поняла я, поняла. Говори уже, куда нам дальше?

Он приподнял её руку - ту самую, которую всё это время крепко держал.

— Для начала, ты сможешь повисеть здесь без меня и не рухнуть на землю?

Майя кивнула и мгновенно создала порталы под и над собой. Ангел отпустил её, и она тут же скользнула в один из них, придерживая платье. Мужчина закрыл глаза, сжал посох и словно погрузился в транс.

Воспользовавшись моментом, Майя спросила:

— А как именно мы попадём в ангельский мир?

— Я использую солнечный свет.

Ответил ангел монотонно, не открывая глаз.

— Есть и лёгкий способ - специальный ключ, который, подобно твоему порталу, открывает проход прямо у царских врат. Но у меня его нет, да и не нужен он мне.

Майя поджала ноги в позе лотоса, продолжая придерживать платье, и задумчиво потёрла подбородок.

— Хм… А лунный свет, будучи отражённым солнцем, тоже подойдёт?

Ангел кивнул:

— Да, но при прямых солнечных лучах путь открывается гораздо быстрее.

В ту же секунду орнамент солнца на посохе вспыхнул ослепительным сиянием. Ангел взмахнул им и плавно опустил. Из навершия хлынуло мягкое свечение, а вскоре перед ними возникла извилистая дорога, уводящая в небо. Её края мерцали, словно крупинки золотой пыльцы, поднимающиеся ввысь.

Майя с лёгким свистом выдохнула:

— Надеюсь, нам не придётся идти до конца этой дороги? Неужели это испытание на терпение?

— Обхохочешься… Ещё слово, и пойдёшь пешком.

Отозвался ангел. Майя удивлённо распахнула глаза, прижав ладонь к груди. Отпрянув от потенциальной угрозы, она воскликнула:

— Помилуй!

Мужчина тут же схватил её за руку, останавливая. Она вновь ощутила невесомость, поэтому убрала порталы. Ангел ступил на светящуюся тропу, и его крылья тут же исчезли. Он притянул Майю к себе, и она осторожно вытянула ногу, чтобы коснуться поверхности.

Как только она шагнула на тропу, невесомость исчезла, а лёгкие пряди волос и края одежды плавно опустились. Ангел отпустил её руку и зашагал вперёд. Майя догнала его, и дальше они шли молча.

С каждым шагом вокруг вспыхивали мерцающие огоньки. Майя, не удержавшись, поймала одну искорку ладонью, но та рассыпалась в пыль, разлетевшись на множество крошечных копий.

— И всегда ты устраиваешь такой красивый, но долгий ритуал?

Спросила она. Голубоволосый ангел ответил:

— Для начала уточню: я редко покидаю ангельский мир. А так - да, пылающий меч я всегда ношу с собой, а ключ потерять проще простого.

— Значит, ты пришёл в людской мир только за Пильви? А зачем? Разве он какой‑то особенный кролик?

Внезапно крольчонок укусил её за щёку. Майя вскрикнула и повернулась к зверьку:

— Больно же!

Пильви, будто обидевшись, отвернулся.

— Каждый раз забываю, что он так умеет.

Вздохнула Майя. Ангел неожиданно рассмеялся:

— Ха-ха! Конечно, это не обычное животное.

Майя изумлённо покосилась на него. «Не знала, что он умеет смеяться», — мелькнуло у неё в голове.

Тем временем ангел продолжил:

— Этот кролик - сгусток ангельского мира. Он формируется в озере предков и выходит в виде различных животных. Когда ангелу исполняется двадцать лет, он отправляется на ежегодную охоту. Все юноши и девушки участвуют в ней: приходят в солнечный лес, где находится озеро. И какое животное первым попадётся, тот и становится их оружием.

Майя перебила его:

— Стоп, стоп, стоп! Оружием?

Он кивнул:

— Да. Озеро выпускает переизбыток блазна сердца ангельского мира - считай, чистую ману. Чтобы её поглотить, ангел должен убить животное.

Он указал на Пильви и понизил голос:

— И этот кролик по праву принадлежит мне.

Крольчонок испуганно спрятался за шею Майи. Девушка нахмурилась и отступила на шаг.Ангел, не обращая внимания на её реакцию, потёр затылок и добавил:

— Только вот он сбежал через облачный поток. Вообще не понимаю, с каких пор в солнечном лесу появился такой проход.

Повисло молчание. Ангел медленно повернул голову и заметил, как Майя хмуро смотрит на него. Поспешив развеять напряжение, он добавил:

— Расслабься, я не трону животное… пока что.

Майя немного расслабилась:

— Ну ладно, такой ответ тоже сойдёт.

Окружающий свет становился всё ярче, почти ослепительно белым, но они продолжали путь.

Вдруг Майя вспомнила о мече ангела:

— Кстати, пылающий меч - это твой посох?

Тот кивнул. И она уточнила:

— И потому из него исходит огонь?

— Не только…

Он протянул посох вперёд и пару раз превратил его то в меч, то обратно в посох.

— Его мне подарил очень важный господин. Он создан с использованием Врила. Благодаря этому я могу сжигать всё нечестивое. Ни одно демоническое или магическое существо не сможет к нему прикоснуться - на коже сразу появятся ожоги.

«Значит, я не могу к нему притрагиваться. Надо запомнить», — решила Майя.

Внезапно ангел опомнился и резко произнёс:

— Так! Мне, конечно, приятно просвещать тебя о небесном мире, но, честно говоря, я тебе не слишком доверяю. Поэтому поменьше вопросов задавай.

Майя фыркнула, отворачиваясь:

— Ну и пожалуйста, не очень-то хотелось!

Пять минут они шли в молчании среди ослепительной белизны. Но Майя не выдержала:

— Можно ещё один вопрос?

Ангел сдержанно вздохнул:

— Какой же?

Она спрятала руки за спину и наклонилась вперёд, глядя ему в глаза:

— Меня зовут Майя. А как твоё имя?

В этот миг свет вокруг начал мерцать и рассеиваться, открывая очертания иного мира.

Ангел бодро, но с каменным лицом объявил:

— О! Мы прибыли. Пошли быстрее!

Майя растерялась, но, когда ангел сделал несколько шагов вперёд, спохватилась:

— Хей! Так нечестно! Ну скажи, пожалуйста, своё имя!

Свет рассыпался, словно песок, вместе с тропой. Перед ними открылся сияющий мир. Они будто плыли по перистым облакам. Вдалеке возвышалась огромная мраморная стена без конца и края, за которой виднелся лишь пик горы. Ангел направился к узорчатой арке, увитой лозой, а Майя поспешила за ним.

Увидев безграничное ограждение, Майя мгновенно забыла о цели их путешествия. Её глаза засияли от восторга. Заворожённая, она стремительно пробежала мимо ангела, заставив того резко отшатнуться и воскликнуть:

— Эй! Ты куда так мчишься?!

Но Майя, поглощённая красотой вокруг, словно не слышала его. Ангелу пришлось броситься следом.

Девушка приблизилась к арке, за которой раскинулся чудесный сад. Она замедлила шаг, задрав голову, чтобы рассмотреть изящные узоры на камне. Ангел догнал её и встревоженно зашипел:

— Ты в своём уме? Если тебя увидят, поднимут тревогу!

— А ты кричи потише.

Парировала Майя.

— И вообще, зачем тогда притащил меня сюда, если знал, что из-за меня может начаться суматоха?

Пройдя через арку, она ощутила лёгкий ветерок и тонкий, приятный аромат мускуса. Как только они ступили на каменную дорожку, ощущение воздушности исчезло. Густые кроны дивных деревьев, благоухающие цветы и мелодичное пение птиц окутывали атмосферой покоя и гармонии.

Голубоволосый ангел убрал руки за спину, скользнул взглядом по Майе и спокойно произнёс:

— Да, ты права. Пойдём дальше. Нам нужно дойти до…

Он не успел закончить - Майи рядом уже не было. Она стояла у кустов с прозрачными волнистыми цветами. Ангел изумлённо замер, а затем поспешил за ней, но девушка тут же умчалась к новому чудесному уголку сада.

«Вот же сумасбродка!» — подумал он, гоняясь за ней по саду.

Не успевал ангел приблизиться, как Майя тут же бежала к следующему интересному месту: то застывала у раскидистого дерева, то разглядывала необычные цветы, то склонялась над речкой, наблюдая за стайками рыбок.

На каждой остановке она засыпала его вопросами:

— А это что?— А зачем это здесь?— Как это называется?— И зачем посреди дороги валяется этот никому не нужный валун?

Ангел не успевал отвечать, а часть вопросов и вовсе пропускал мимо ушей. Наконец Майя остановилась у дерева с ярко-жёлтыми плодами. Она подпрыгивала, пытаясь дотянуться до одного из них. Ангел, добежав до неё, возмущённо воскликнул:

— Ты что носишься везде как ошпаренная?!

Схватив плод, Майя с любопытством его осмотрела и сказала:

— Потому что мне интересно.

Не дожидаясь дальнейшего ответа, она откусила кусок. Ангел хотел крикнуть «Стой!», но не успел. Лицо девушки исказилось, она запрыгала на месте, борясь с рвотным рефлексом.

— Только попробуй выплюнуть, сразу пинком выгоню с небес!

Отрезал ангел. Майя присела, обхватив колени, и с трудом проглотила отвратительный кусок, слёзы выступили у неё на глазах.

— Какой ты жестокий! Заставил меня съесть этот ужас! Лучше бы остановил вовремя!

Заныла она.

— Да ты бегаешь быстрее, чем я летаю! Как я мог тебя остановить?!

Возмутился ангел. Майя подняла заплаканное лицо, раскрасневшееся от усилий, но с улыбкой на губах:

— Но как я могу не бегать? Я так давно хотела узнать хоть что-нибудь об ангельском мире! А тут такая возможность открылась!

Ангел отпрянул, расширив глаза от изумления. Почесав затылок, он цокнул языком и строго произнёс:

— Знай меру в своём интересе. Не нужно жить только жаждой новых знаний.

Майя широко улыбнулась и, сложив большой и указательный пальцы в кружок, отчеканила:

— Хо‑ро‑шо!

Они продолжили путь по саду. Вскоре перед ними раскинулась река с белыми водами, уходящая за горизонт. За ней простирался новый, непохожий сад, а соединял их хрустальный мост. Когда путники вступили на него, раздался мелодичный звон, успокаивающий и приятный для слуха.

Майя заглянула вниз, на тихую белую реку, и не удержалась от вопроса:

— Ответь-ка, а почему река белая?

Ангел ответил с сарказмом:

— Ты бы ещё спросила, почему небо голубое…

— Это что, настолько очевидный вопрос?

Не поняла намёка Майя. Ангел отвернулся, фыркнув:

— Пф! Конечно нет. Это Сальсабиль - река, воды которой состоят из райского вина.

— Вино? Такое возможно?!

Изумилась Майя.

— Да. Ещё есть реки из мёда, молока и чистой воды.

— Вот как, значит…

Протянула она, и перед глазами тут же возникла картина: Реджинальд прыгает в эту реку щучкой и напивается до беспамятства. Она не сдержала смеха, и ангел настороженно спросил:

— Что смешного?

— Да так… Братика своего вспомнила.

Ответила Майя. И ангела это удивило.

— У тебя есть брат?

Лицо девушки озарилось радостью:

— Ага! Сводный, правда, но он со мной практически всю жизнь. И я точно знаю, что сюда его не пустят. Ха-ха-ха!

Ангел лишь скривился, словно сама мысль о грешниках была ему отвратительна.

Майя вдруг задумалась: «Стоп! Если в прошлом мире все умершие души уходили либо в рай, либо в ад, то куда они деваются здесь?»

Вопрос показался ей настолько интересным, что она не удержалась и спросила ангела:

— А куда уходят души умерших людей? Ты знаешь?

Повисло напряжённое молчание. Воздух словно сгустился, и атмосфера неуловимо потемнела. Майя смутилась, решив, что задала неуместный вопрос. Но неожиданно ангел ответил:

— Чистые души переносятся в сердце нашего мира. Больше мне сказать нечего.

Майя растерялась - не знала, что ответить. Она спрятала руки за спину и, опустив голову, молча пошла дальше. Гнетущее молчание давило на неё, но ненадолго.

Вскоре они перешли мост и оказались в новом саду. Здесь росли высокие деревья, их вершины покачивались на ветру, радуя взгляд. От ветвей исходило неописуемое благоухание - ни один запах из человеческого мира не мог с ним сравниться.

Путешественники постепенно приближались к подножию горы. Оглядывая сад, Майя не выдержала:

— Почему тут так много садов? И каждый чем‑то отличается?

— Кроме этих райских садов, существует ещё девяносто семь.

Ответил ангел.

— Большинство из них жители этого мира никогда не видели и даже не слышали о них. Также они не поддаются воображению.

Майя уловила нестыковку. Она побежала вперёд, развернулась и пошла спиной вперёд, чтобы посмотреть ангелу в лицо:

— Но если их никто не видел, откуда такая точная информация о количестве?

— Был один ангел, который решил их все посчитать.

Майя усмехнулась:

— И у кого же хватило терпения насчитать девяносто девять садов?

Внезапно она напряглась, заметив странное выражение лица ангела. Он отвёл взгляд, и в его глазах мелькнуло что‑то неуловимое. Майя не смогла понять, что именно.

— На самом деле их ровно сто…

Нехотя признался ангел.

— Но сад «Белой розы» давно разрушен и больше никогда не восстанавливался.

Майя замолчала и вернулась на своё место рядом с ангелом.

«И кто был тем ангелом? Так хочется спросить, но он снова начнёт отчитывать меня за излишнюю любознательность…» — подумала она.

Как по заказу, через несколько мгновений ангел произнёс:

— Ты слишком любознательна.

Майя цокнула языком:

— Я так и чувствовала, что ты это скажешь!

— А я чувствовал, что ты хочешь что‑то спросить, поэтому ответил наперёд.

— Использовал ход конём? Умно, умно.

Они продолжили путь и вскоре достигли конца сада. На этот раз им не нужно было переходить мост - они начали подниматься в гору по каменной дорожке, вдоль которой росли маленькие цветущие кусты. Спустя время на возвышенности показались высокие прозрачные дворцы. Их внутренняя часть была видна снаружи, а наружная - изнутри. Это смутило Майю, и она спросила:

— Это что у вас такое?

— Дворцы.

— И для кого они?

— Для тех, кто вежливо разговаривает с людьми, кормит их пищей, соблюдает дополнительные посты и совершает ночную молитву.

Майя сморщила нос:

— А не слишком откровенно?

Ангел ответил серьёзно:

— Это твоё платье слишком откровенное! А обитатели нашего мира могут лицезреть прекрасные пышные сады на возвышенности, как вы смотрите на звёзды.

Майя замерла, уставившись на ангела немигающим взглядом. Тот тоже посмотрел на неё. После минуты молчаливой игры в гляделки он пояснил:

— Не смотри на меня так. Не все ангелы живут в таких дворцах. Есть и закрытые дворцы, и шалаши, и вечные дома. Выбирай на свой вкус и цвет!

Удовлетворённая ответом, Майя облегчённо вздохнула и двинулась дальше, а ангел последовал за ней.

На просторной возвышенности Майя обернулась. Внизу раскинулись деревья, не похожие ни на одно земное. Бесчисленное множество птиц наполняли мир песнями, сплетая мелодии в единую гармонию. Извилистые белые, золотые и голубые реки разделяли райские сады, образуя причудливые узоры.

Вдруг издалека донёсся гневный голос:

— Ну что ты там застыла?!

Майя развернулась. Тихий благоухающий ветерок колыхал её волосы и листву деревьев, создавая приятный шум. Она крикнула в ответ:

— Уже иду!

Они продолжали путь, минуя сады и горные склоны. Вскоре путники достигли скалистой местности, где располагались скромные, но ухоженные жилища, словно маленькая деревня с собственной площадью.

Казалось, прошло уже несколько часов. Проходя через ущелье, Майя не выдержала:

— Хей, нам ещё долго идти? Когда ты там меня проверять собираешься? В следующем году?

Ангел резко ответил:

— Да я уже проверил.

Майю будто молнией ударило. Она закашлялась, подавившись слюной, и воскликнула:

— В каком смысле уже проверил?! Когда ты успел и почему я этого не знаю?!

Сжав кулаки, она сверлила его взглядом. Ангел почувствовал надвигающуюся бурю, отвёл глаза и, ощутив на лбу холодный пот, произнёс:

— Так врата - это тоже своего рода проверка. Если бы ты пришла сюда с плохими намерениями или тебе был запрещён вход, врата не впустили бы тебя и не выпустили бы, поймав своими лозами.

Он повернулся к Майе, поднял руки на уровень груди и с натянутой улыбкой поспешил добавить:

— Но мы идём не просто так! Есть один способ, где ты сможешь узнать о себе чуть больше. Ты же говорила, что ничего о себе не знаешь.

Майя уже собиралась ударить его по голове, но внезапно выражение лица ангела изменилось: настороженность сменилась чем‑то иным, почти хищным. В долю секунды он схватил Майю на руки и молниеносно метнулся за огромный валун, окружённый густыми колючими кустами. Майя даже не успела осознать, как они оказались в этом тесном укрытии.

Ангел прижал её к скале, зафиксировав руки по обе стороны от её головы. Его тело нависло над ней, словно щит, полностью закрывая от посторонних глаз. Майя затаила дыхание, чувствуя, как бешено колотится сердце.

В тот же миг мимо их укрытия пронеслось странное существо. Оно парило в воздухе, словно призрачная тень, сотканная из лунного света и страха. Существо напоминало человека, но его тело было покрыто четырьмя синеватыми крыльями. Два из них были подняты вверх и соприкасались друг с другом, образуя над головой нечто вроде купола, а два других опущены вниз, скрывая нижнюю часть тела.

У него было четыре руки и четыре ноги, а головы… Человеческая, львиная, бычья и орлиная - все четыре были неподвижны, с закрытыми глазами, но на каждом крыле блестели десятки глаз, которые, казалось, видели всё вокруг одновременно.

Существо замерло в воздухе почти рядом с их укрытием и начало медленно поворачиваться, будто сканируя пространство. Сердце Майи сжалось в ледяной комок, дыхание перехватило. Она молча уставилась на это крылатое создание, чувствуя, как по спине ползёт страх.

Ангел, который всё это время защищал её, не сводил напряжённого взгляда с существа. Его мышцы были напряжены, как натянутая струна, а глаза - холодные и острые, как лезвия. Когда же существо наконец улетело, Майя, едва дыша, прошептала:

— Это что, х…

Но ангел мгновенно приложил ладонь к её губам, резко прерывая:

— Не произноси его имя!

Его голос звучал тихо, но в нём звенела сталь - не просьба, а приказ. Аквамариновые глаза, которые ещё недавно казались Майе почти доброжелательными, теперь сверкали ожесточённостью. Он наклонился ближе, словно хотел вбить каждое слово прямо в её сознание:

— Он просветляет души людей, и если его позвать по имени, он явится мгновенно. Но тогда не мы будем задавать вопросы, а он. И, возможно, решит сразу убить нас. Понимаешь?

Майя энергично закивала, едва сдерживая дрожь. Только тогда ангел убрал руку. Он быстро оглянулся, проверяя, миновала ли опасность, а затем, схватив Майю на руки, расправил крылья и ринулся вперёд.

Пролетев через ущелье, они оказались словно в сказке. Перед ними раскинулся удивительный сад, и Майя сразу поняла, как он называется. Их ослепил яркий солнечный свет. Они словно попали в золотой хвойный лес.

Деревья, трава, кусты и даже плоды растений были покрыты золотым сиянием. С крон деревьев, похожих на сосны, сыпалась золотая пыльца. Она падала медленно, как крошечные звёзды, и, коснувшись земли, мгновенно исчезала. Ангел осторожно опустил Майю на ноги, и она почувствовала, как высокая трава щекочет её лодыжки.

Она восторженно смотрела на сияющую пыльцу, которая плавно кружилась в воздухе, и спросила, едва сдерживая восхищение:

— Это солнечный лес?

— Ага.

Коротко бросил ангел. Майя резко ударила кулаком по ладони, будто останавливая саму себя:

— Так! Про лес потом поговорим. Лучше скажи мне…

Её золотистые глаза расширились, и она резко махнула руками назад, туда, откуда они пришли.

— ЭТО ЧТО ВООБЩЕ БЫЛО?!?

Ангел, не теряя ни секунды, зашагал дальше по лесу, небрежно махнув рукой:

— Это хранитель Древа Жизни. Но, как я понял, ты и так знаешь его имя. Он, видимо, заметил незнакомую ауру и решил проверить. Сейчас он наверняка идёт по нашему пути в другую сторону - и это нам даже на руку.

Майя догнала его и пошла рядом, пытаясь унять дрожь в коленях:

— Значит, мы избежали серьёзной проблемы? Ну и хорошо!

— Ох, поверь, это не самая большая проблема, с которой мы можем столкнуться.

Отозвался ангел с мрачной усмешкой. Майе стало не по себе.

— А кто же может быть хуже, чем один из высших чинов?

Спросила она, с трудом сглатывая. Тот ответил с улыбкой висельника:

— Хах! Мои братья. Но давай лучше молиться, что мы их не встретим.

Майя невольно фыркнула:

— Я рассчитываю, что ты не начнёшь молиться прямо сейчас…

Собеседник усмехнулся:

— Пф! Никогда этого не делал и не собираюсь. У меня и так дел хватает.

Майя прищурилась, разглядывая его. Ангел и не молится? Что-то новенькое и необъяснимое. Хотя… для неё сейчас всё было новым и необъяснимым! Она решила не зацикливаться на этом странном факте и перешла к главному:

— Вот как… А чем нам поможет Древо Жизни?

Мужчина ответил удивительно быстро:

— Ты задашь ему интересующие вопросы, а оно тебе на них ответит.

Но тут же предупредил, понизив голос до шёпота:

— Только ответит исключительно о твоей жизни. Ни о чём другом он тебе не скажет.

— Хорошо, запомнила.

Кивнула Майя. И тут же её взгляд упал на славную поляну, усыпанную бурыми маленькими цветами. Их нежные лепестки переливались в золотом свете, манили к себе. Майя мгновенно забыла о собеседнике, о страхе, обо всём на свете и ринулась к ним, едва не спотыкаясь от нетерпения.

Ангел остановился, провожая её взглядом. Раздражение волной прокатилось по его лицу. Он шумно выдохнул и шагнул к ней.

— Опять ты отвлекаешься на всякую ерунду.

Произнёс он с явным недовольством. Майя, сидя на корточках, осторожно сорвала один из цветов. Это был маленький восьмилепестковый цветок с выемчатыми лепестками - как и всё вокруг, он осыпал блестящую бурую пыльцу, мерцающую в золотом свете. Она повернулась к ангелу и восторженно протянула ему цветок:

— Посмотри, какой красивый!

Но ангел лишь скривил губы в равнодушной гримасе:

— Я живу в этом мире. Вижу их каждый день. Не понимаю, что в них такого особенного.

Майя отвернулась от него обратно и продолжила рассматривать.

— Они красивые и необычные - вот что в них такого!

Настаивала она.

— Чуть ли не у каждого вида есть своя история, легенда. Одни лечат, другие очищают воздух. Когда заблудишься где‑нибудь, всегда найдутся съедобные цветы. А есть такие, что выглядят завораживающе, но на самом деле сильнейший яд. К ним даже прикасаться нельзя!

Ангел замер на миг, удивлённо приподняв бровь. Затем сделал шаг вперёд и присел на корточки рядом с ней. Майя снова протянула ему цветок и спросила с живым любопытством:

— А про эти есть какая‑нибудь история? Они так отличаются от остального леса. Почему?

Он взял цветок, задумчиво повертел в пальцах:

— Это не единственный такой уголок сада. Их гораздо больше. Такие места называют «ошибкой солнца». Они появляются из‑за скопления раскодируемых душ.

Лицо Майи мгновенно побледнело. Страх ледяной волной окатил её - ладони вспотели, дыхание перехватило. Она застыла с приоткрытым ртом, готовая закричать, но ангел быстро поднял ладонь:

— Успокойся. Ты не навредила ни одной душе. Это просто грязная энергия от них. Все души уходят в другое место.

Майя шумно выдохнула, прижав руку к груди:

— Вот и хорошо…

Когда сердце немного унялось, она вспомнила его слова и уточнила:

— Кстати, то самое озеро, о котором ты говорил… Оно здесь, в этом саду?

Она потянулась, чтобы сорвать ещё один цветок, но ангел резко шлёпнул её по руке:

— Хватит вандалить! В Раю нельзя срывать цветы.

Он поднялся, схватил её за плечо и потащил дальше в путь. Голос его звучал грозно:

— И мы не будем, как сумасшедшие, искать озеро предков!

Майя растерянно воскликнула, едва поспевая за ним:

— Хей! Ну… давай хотя бы одним глазком взглянем!

Но ангел проигнорировал её мольбу, продолжая уводить вглубь сада. Майя невольно вспомнила слова Эльбруса: «Принцесса не должна…»

Они продолжили путь. Приближаясь к концу солнечного леса, они заметили вдалеке, сквозь золотые стволы деревьев, мерцающую поляну. Ангел коротко произнёс:

— Вот мы и пришли.

С каждым шагом очертания поляны становились чётче. Когда они наконец вышли из леса, перед ними открылась неописуемая красота. Зелёную поляну окружал солнечный сад, словно оберегая её. В центре возвышался холм, на котором росло тенистое дерево с тёмно‑зелёными листьями. От его корней струились ручейки, переливаясь голубыми, белыми и золотыми оттенками.

Шагнув ближе, Майя не удержалась от вопроса:

— Это Древо Жизни?

— Ага.

Коротко ответил ангел. Подойдя ближе, Майя заметила, что на дереве растут ягоды, похожие на черешню, но все разного цвета - ни одна не повторяла другую. У корней древа дремали три горностая, в стволе жужжали пчёлы, а в кроне прятались священные птицы.

Их перья блестели, как благородные металлы, глаза сияли, словно драгоценные камни, а крылья напоминали языки пламени.

Поднимаясь на холм, Майя нерешительно спросила:

— А что нужно делать?

— Задаёшь вопрос, и тебе на него отвечают.

Пояснил ангел.

— И да, «не говори желание, а то не сбудется» тут не работает. Спрашивай как хочешь.

Майя усмехнулась. Они остановились под кроной дерева, укрывшись в прохладной тени. Девушка подняла голову - священные птицы с любопытством наблюдали за ней. Она нервно сглотнула, затем произнесла:

— Хм… Значит, я должна просто озвучить вопрос? Тогда… Сколько мне лет?

Секунды тянулись мучительно долго. Майя переводила взгляд с ангела на древо, гадая, что должно произойти. Неужели Древо Жизни отказалось отвечать?

Но вдруг одна из птиц встрепенулась. Она запрыгала по веткам, затем схватила клювом зелёный листок и сорвала его. Подлетев к Майе, птица аккуратно вложила листок ей в ладонь и тут же вернулась на своё место.

Майя удивлённо уставилась на листок, затем обернулась к ангелу:

— Да ну! Это и есть ответ?

Тот кивнул. Она развернула листок - на нём белым светом горело число «20».

Майя фыркнула, закатив глаза, и протянула листок ангелу:

— Пф! Что я и говорила.

Ангел внимательно посмотрел на листок. Его лицо осталось бесстрастным, но в глубине глаз мелькнуло облегчение. Он небрежно бросил листок в сторону, и тот рассыпался золотой пылью, мерцающей в воздухе.

— Окей, с этого момента я тебе верю. Но всё же это странно… Может, Древо Жизни ответило, сколько лет твоему телу, а не душе? Моей душе не двадцать лет, а гораздо больше.

Майя замерла на мгновение.

«Души? Если я задам этот вопрос, он начнёт меня подозревать. И того хуже - узнает, что я демон! Как бы его отвлечь, чтобы спокойно всё узнать?»

Внезапно из-за её волос выпрыгнул крольчонок и стрелой метнулся в сторону леса. Майя прижала руку к шее и тревожно воскликнула:

— Стой! Куда ты?!

Она уже развернулась, чтобы броситься за Пильви, но сбоку раздался спокойный голос:

— Я сам его поймаю.

Ангел пролетел мимо и ринулся за кроликом. Пильви прыгал туда-сюда, уворачиваясь с поразительной ловкостью - то взмывал выше головы ангела, то резко менял направление, заставляя того резко поворачиваться.

Напряжение, сковывающее Майю, наконец отпустило. Её взгляд смягчился, в глазах заиграл тёплый внутренний свет, а пальцы невольно прижались к губам.

«Пильви! Ты моё солнышко лучезарное! Когда вернёмся домой, я тебе принесу все виды самых свежих овощей и фруктов!» — с благодарностью подумала она.

Решимость вспыхнула в её душе, и она твёрдо сказала себе: «Хватит тратить время на пустяки!»

Подняв взгляд к Древу Жизни, она мысленно сформулировала вопрос: «Сколько лет моей душе?»

В тот же миг огненная птица сорвалась с ветвей и плавно опустилась перед ней, протягивая зелёный листок. Майя схватила его, и дыхание перехватило. Число, выжженное на листке белым светом, потрясло её до глубины души.

В следующее мгновение ангел уже поднимался по холму, держа в руках довольно урчащего Пильви. Заметив бледное, потрясённое лицо Майи и рассыпающийся в её ладони листок, он нахмурился:

— На тебе лица нет.

Сказал он, подходя ближе и передавая кролика.

— Что такого спросила?

Майя взяла пушистого зверька и машинально начала гладить его между глазками. Она отвела взгляд, скрывая бурю эмоций. Голос её звучал тихо, неуверенно:

— Да так… Узнала, как умер мой отец. Его убили стрелами.

Конечно, она не могла рассказать правду. Хотелось говорить открыто, но Майя понимала - другого выхода нет. У неё было столько вопросов о себе и своих родителях… Хотя про отца спрашивать не имело смысла: тот роковой день она помнила слишком хорошо. Какое-то время и кошмары возвращали её в тот ужасный момент, заставляя просыпаться в холодном поту.

Ангела это, казалось, ничуть не смутило. Он лишь кивнул с пониманием:

— Я не знаю, кем был твой отец, но надеюсь, его душа сейчас здесь, и он очень рад видеть тебя.

Его голос звучал строго, но в нём чувствовалось искреннее желание подбодрить.