Герой, натренированный злейшим владыкой демонов, не имеет себе равных в школе для вернувшихся из других миров Chiaki Konno Парень по имени Кёя Кудзё мир спасти не смог — оригинального навыка, благословения богини, у него не было. В академии совершенного иного уровня, куда сходятся вернувшиеся герои, спасшие множество миров, его дразнили «провалившимся героем». Только вот именно он — сильнейший и уникальный герой: на протяжении 30 000 лет в ином мире его тренировала злейшая владычица демонов Феррис, уничтожившая 3 000 миров!! Потенциал Кёи столь огромен, что бесчисленные герои с их сильнейшими навыками против него совершенно бессильны! Повесть о несравненном юноше, чьим наставником была злейшая владычица демонов!! ==================== Начальные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/775863fa1ea9e9f96f927b7afe201ab95cd8115c.jpg]] Справо-налево: Обернувшись, я увидел прекрасную женщину. И вот, голосом, плавность которого не уступала её фигуре, и с живописной улыбкой на лице, эта женщина бесконечно радостно прошептала: – Ну же, убей меня. Феррис Сильнейшая в мире владычица демонов. Была изолирована богинями в опустошённом мире, где не было ничего, после того, как уничтожила несколько тысяч миров. Призвала Кёю, чтобы тот убил её, и натренировала из него сильнейшего героя. [[image:/storage/reader-images/260fde8edf018313d5e4a2649d0b23f8f9f8dabd.jpg]] Справо-налево: Лала Дитя богинь и богиня, ответственная за команду Кёи. Практически не имеет присущих богиням способностей и почти не отличается от обычной маленькой девочки по внешности и характеру. Находясь в возрасте, когда хочется казаться взрослее, она любит использовать сложные слова, но толком не понимает, что они означают. Феррис (кошка) В прошлом сильнейшая в мире владычица демонов, утратившая большую часть своих сил после того, как её победил Кёя. Поднапрягшись, она может вернуть изначальную форму, но обычно остаётся в облике чёрной кошки, чтобы сберечь магическую силу. Кёя Кудзё Юноша, призванный в другой мир. Изначально был обычным учеником, но после тренировок с Феррис на протяжении тридцати тысяч лет в опустошённом мире, куда был призван, он стал сильнейшим. Теперь для него главное, чтобы Феррис могла жить в мире и покое. Комари Имари Энергичная девушка с обострённым чувством справедливости, которая не никогда не бросает других в беде. Однако из-за низких способностей она часто попадает впросак. Обладает оригинальным навыком «Небесная слеза искателя истины», однако... [[image:/storage/reader-images/9d511fdca61568d0790035935162a0cc61cca533.jpg]] — Но сейчас не об этом… Да-а-авай, как тебе моя плоть? Куда мягче лапок же? И пахнет приятнее, да? Ну же, ну же-е-е, разве ты не хочешь прикоснуться к ней? — прошептала Феррис, проведя руками по своему пышному телу от мягких ляжек до узкой талии, через сжатый пупок, а затем принялась вызывающе массировать свои большие груди. ---------- Пролог. Мир, встретивший свой конец [[image:/storage/reader-images/0474b0789144a817d7bb0790f6b0115cf1056da7.jpg]] Придя в себя, я — Кёя Кудзё — понял, что оказался посреди огромной и необитаемой пустоши, в застывших, подобно призракам, руинах и мире бескрайнего запустения и смерти. Я не имел ни малейшего представления о том, где именно я был, но одно знал наверняка — это точно не Земля. Так что оставался лишь один вариант… Должно быть, это то самое нынче популярное «перемещение в другой мир». И тем не менее, поверить не могу, что оказался в совершенно пустом мире. Я снова осмотрелся по сторонам. Вокруг не было ничего, кроме выжженной земли без малейших признаков жизни. Меня не то, что люди не встречали, но даже котёнка какого-нибудь не было видно. Даже если бы на меня вдруг напали монстры и то как-то оживлённее бы было. Каким-то образом до меня дошло, что этот мир уже встретил свой конец. Поскольку делать мне было, откровенно говоря, нечего, я присел. Всё равно, куда бы я ни пошёл, всюду была пустошь, так что в этом не было никакого смысла. Может, моя роль состоит в «создании нового мира с нуля» с помощью какого-нибудь навыка? Только вот в творчестве я полный ноль. У меня нет ни целей, ни мечты, и я лишь трачу впустую свои дни, делая то, что мне говорят взрослые. Я не могу просто вот так взять и притвориться богом. Хотя, если так подумать, то, наверное, в некотором смысле этот пустой мир очень мне подходит. Но вдруг мир, который должен был уже встретить свой конец, подав голос, пришёл в движение. — Добро пожаловать, герой. Долго же мне пришлось ждать тебя. Обернувшись, я увидел прекрасную женщину. У неё были сияющие, словно ночное небо, иссиня-чёрные волосы, аккуратные, как у скульптуры, черты лица, идеальная фигура без единого изъяна и завораживающие алые глаза — абсолютная красота посреди блеклого мира. Красота до того невозможная, что казалось, будто она поглотила в себя всё сияние жизни, которая когда-то, возможно существовала в этом мире. И вот, голосом, грациозность которого не уступала её внешности, и с живописной улыбкой на лице, эта женщина бесконечно радостно прошептала: — Ну же, убей меня. ---------- Глава 1. Школа вернувшихся Три года спустя. Прямо сейчас я находился перед огромной школой, состоящей из величественных школьных ворот, новёхонького парадного входа, общежития, напоминающего роскошный отель и сияющего школьного здания. Сбоку от ворот была вмонтирована табличка с надписью: «Государственная школа Иггдрасия». К слову, вокруг меня повсюду стояли такие же новенькие, как и я. Глядя на своих (предположительно) одноклассников, я рефлекторно поправил униформу. — …Я-я же нормально одет, так?.. В этот момент из сумки, висящей на моём плече, раздался голос: — Хе-хе-хе… А вот и они, юные герои! Из щели между молнией показалось лицо чёрной кошки с прекрасной шерстью. Я впопыхах убрал её голову обратно. — Эй, Феррис, я же просил тебя не вылазить! — Не будь жадиной! Мне тут внутри скушно, знаешь ли! — Полезай уже обратно, а то я буду выглядеть как чудак! Я ж не героиня из анимэ, так что все будут считать меня чудаком, если увидят, что я притащил с собой в школу кошку в день поступления. — Эх, как же сильно ты переживаешь насчёт того, что о тебе будут думать другие. Неужто ты из тех, кого называют «нелюдимыми»? — Н-ну а как иначе-то?.. Ты хоть представляешь сколько лет прошло с тех пор, как мне приходилось контактировать с кем-то, кроме тебя? — Ты преувеличиваешь — всего же три года прошло, — сказала она с издёвкой. Я раздражённо покачал головой. — Три года, только реального времени. Ну, возможно, для неё это не такая уж большая разница, но не для обычного человека, вроде меня. Плюс ко всему это же то самое место! Одно дело я, а вот если присутствие Феррис станет достоянием общественности, то быть большой беде. Так что нет ничего удивительного в том, что я так нервничаю. — Короче говоря, мы не должны выделяться, так что будь по тише, ладно? — Я — кошка и ничего не понимяу. — В-вот только в такие моменты ты кошкой и прикидываешься!.. И вот, пока я сцепился с пытающейся улизнуть Феррис, моя цель «жить мирно» уже пошла коту под хвост. — Вау, кошечка! — раздался позади меня крайне громкий голос. Обернувшись, я увидел девушку, бегущую по прямой ко мне. Кошмар, нас моментально раскрыли. — А, ну, понимаешь… — Какая милая! Хорошенькая, хорошенькая, хорошенькая, хорошенькая! — проигнорировав пытающегося придумать отговорку меня, девушка принялась с большим энтузиазмом гладить Феррис. Взгляды окружающих от поднятой ей шумихи были очень болезненными. Нужно её как-то отвлечь. — Слушай, это… Т-ты тоже из возвращенцев?.. …А-а-а, до чего тупой способ начать разговор. Очевидно же, что всё присутствующие здесь мои одногодки являются возвращенцами. Однако несмотря всю бессмысленность моего вопроса, девочка весьма энергично на него ответила: — Да! Меня зовут Комари Имари! Я — новенькая! Назвавшаяся Комари девушка звонко рассмеялась. Для меня — того, кто долго время не общался ни с кем, кроме Феррис, её беззаботная улыбка была уж слишком ослепительной. После чего Комари почему-то с самодовольным видом сказала: — Смотри, у меня и пригласительное с собой имеется! Сказав это, Комари показала своё пригласительное, хотя её об этом никто не просил… Точнее, хотела показать. Порывшись за пазухой, Комари начала впопыхах искать его по всему телу, бормоча: «Ась?». Похоже, она забыла, куда его положила. Затем, вывернув наизнанку все карманы, она наконец вытащила из висящего на спине рюкзака запечатанное в конверте письмо, на котором был выгравирован значок школы в форме большого древа. Это было пригласительное письмо от «Школы Иггдрасия». Такое же, как и то, что получил я… Хотя фактически его бы стоило назвать принудительной повесткой. Всё-таки права на отказ у нас не было. Тем временем мы услышали из школы колокольный звон. — О, церемония поступления вот-вот начнётся! Ну же, пойдём! С этими словами Комари побежала со скоростью молнии. Какая же она неугомонная. — Хе-хе-хе… Занятная девица. Очень приятно, когда тебя гладит девичья рука, — сказала Феррис, довольно усмехнувшись. Однако лично мне было как-то не по себе. — Не время смеяться… Слушай, как бы та ни было, не теряй бдительности. Если все узнают, кто ты, нам конец. Именно. Пусть эта девочка по имени Комари и остальные идущие вокруг меня новенькие на первый взгляд кажутся обычными детьми, но они ни коим образом не могут «обычными детьми» в истинном смысле этого выражения. В конце концов все в школе Иггдрасия являются бывшими героями, вернувшимися после призывов в другие миры, как и я. *** — Ну, в общем эта школа представляет из себя учебное заведение, основанное в результате сотрудничества между богинями и правительством Японии, и его можно назвать мостиком между людьми и богинями… — эхом раздавалась скучная речь в просторном спортивном зале. Прямо сейчас на сцене, где висел баннер с надписью: «Тринадцатая Церемония Поступления Школы Иггдрасия», произносилась поздравительная речь для вновь поступающих в школу. Впрочем, с виду происходящее не особо отличалось от заурядной церемонии поступления в обычных школах… За тем лишь исключением, что на трибуне стоял не угрюмый директор школы, а текущий премьер-министр Японии. (Эй, Феррис, смотри, это же премьер-министр! Я-я уже видел где-то сидящего вон там министра чего-то там! Вот тебе и школа героев… Совсем другой уровень!..) Помимо зачитывающего речь премьер-министра, тут сплошь и рядом сидели правительственные чиновники, которых мне доводилось видеть по телевизору. Кем именно они были я не знал, помимо того, что все они были большими шишками. По правде говоря, я впервые вижу знаменитостей вживую. Я чувствовал, как растёт моё напряжение. Однако… (Не резвись так неприглядно. Осмотрись вокруг.) — телепатически отчитала меня Феррис, и я посмотрел на окружающих меня одноклассников. Кто-то зевал по весь рот от скуки, кто-то залипал в игры на смартфоне, а кто-то шептался со своими соседями — никто из них не обращал на премьер-министра никакого внимания. Будто всем было наплевать на него. Заметив то, как я восхищаюсь их поразительным спокойствием, Феррис усмехнулась надо мной. (Ну, им просто такое уже не в новинку. Они всё-таки герои. Те, кто ставили на колени правителей целых стран. А все, у кого нет такой аурой, для них всё равно что камни, валяющиеся вдоль дороги. Хе-хе-хе, ещё молоко на губах не обсохло, а уже такие нахалы.) Понятно. Почему-то все вокруг меня вдруг начали казаться взрослыми. Как бы та ни было, поздравительная речь, которую никто не слушал, продолжалась. — Другими словами, это крайне важное учреждение с точки зрения межкультурного обмена и, эм… хотя всемирная общественность критикует его за принудительную эксплуатацию несовершеннолетних и монополизацию излишней боевой силы, но, эм… всё это неправда. Да, именно так и считайте… Речь, которая должна была быть поздравительной, занесло куда-то не туда, при продолжающемся полном игнорировании её от аудитории. И когда она уже закончится? Я не смогу вечно держать осанку прямо, — думал я, в то время как… — Ах, простите, господин премьер-министр, но мы вообще-то немножко отстаём от графика. Могу я попросить вас перейти к заключению?.. Вас всё равно никто не слушает, согласны? — вдруг прервала его ученица с боковой части сцены. — Что?.. Цвет униформы этой девушки отличался от нашей. Скорее всего, она старшеклассница… И тем не менее это не даёт ей права грубить премьер-министру. По идее, он должен сказать что-то в духе: «Ты кто такая? Охрана, выведите её отсюда!», однако… — …И-и правда. В таком случае моё обращение окончено… — Благодарю вас, господин премьер-министр. Премьер-министр сделал, как ему велели и с хмурым видом сошёл с трибуны. Занявшая его место ученица схватила рукой микрофон куда увереннее премьер-министра. — Ох, всем привет, ребятки, меня зовут Кудзуха Минахо. Я — член исполнительного комитета данной школы. Рассчитываю на наше с вами дальнейшее плодотворное сотрудничество. Сейчас я расскажу вам об этой школе, — поздоровалась как обычно Кудзуха, однако затем тут же раздражённо вздохнула. — Но знаете… Долгая болтовня никому не интересна. К тому же, вы и сами догадываетесь, в чём смысл существования этой школы по тому, сколько больших шишек из правительства сюда нагрянуло, так? Глаза Кудзухи многозначительно сверкнули, словно она хотела сказать: «Мне нет смысла говорить об этом, верно?». После чего поступающие тоже улыбнулись с выражениями лиц, на которых будто было написано: «Разумеется». Что же касается меня, то… Я ни черта не понял. Но к счастью ответ не заставил себя долго ждать. — Верно, откровенно говоря, вас уже нельзя считать индивидуумами. Вы — военная мощь национального уровня. Всякие танки, истребители и военные корабли с вами и близко сравнивать нельзя. Каждый из вас ведь при желании можете в одиночку против целых стран воевать. Проще говоря, вы как капризные ядерные бомбы, — Кудзуха пожала плечами, а затем, резко переменившись в лице, указала на одного из поступающих. — …Слышь, а ты чего ухмыляешься? Я вас так-то не хвалила. Задумайся хоть на секунду. Для обычных добропорядочных граждан вы худший кошмар. Невероятная сила в руках, но в руках кого? Парней и девчонок в самом разгаре пубертатного периода. Если таким что-то не понравится, они могут кончиком мизинца сравнять целый город с землёй. Кошмар, согласись? Если представить себе, как социальная проблема оружия в какой-то стране разрастается в тысячи раз, то в восторге от такого действительно не будешь. — Так что государство просто не может отпустить вас на все четыре стороны. Вот зачем была создана эта школа. В сущности, это изолирующее учреждение для вас. По правде говоря, именно так я думал, когда мне принудительно вручили пригласительное, но не думал, что они даже не станут пытаться от нас это скрыть. — К счастью для вас, мы живём в правовом государстве. Мы не будем принудительно держать вас здесь до самой смерти. В этой школе присутствует множество богинь. Вы можете вернуться к обычной жизни при условии, что «ваши память и способности будут запечатаны». Вообще изначально это было правилом. Но уверена, что среди вас есть те, кому оно не по душе. Всё-таки вы приложили не мало усилий, чтобы обрести эту силу. Мы хорошо понимаем ваше нежелание расставаться с ней и терять её, — продемонстрировала Кудзуха правдоподобное сочувствие, а затем перешла к сути дела. — Так что школа хочет заключить с вами сделку. Понимаю, что звучит как-то подозрительно, но речь не о каких-нибудь опасных экспериментах. Например, если использовать фильмы в качестве аналогии… Ах да, я об этом не говорила, но я обожаю фильмы. Самое горькое во время нахождения в другом мире — невозможность посмотреть новые фильмы! Ах, в особенности потерей потерь для меня стал пропуск релиза серии «Одичавшей кошки»… В этот момент, когда она чуть было не переключилась на какую-то левую тему, кое-кто из поступающих в школу учеников воскликнул: — Эй, ты же хотела изложить всё кратко, разве нет? Довольно грубо по отношению к старшекласснице. Однако новенькие вокруг все кивнули, соглашаясь с ним. Похоже, они очень сильно не любят ждать. Однако Кудзуха довольно улыбнулась. — Да, вы правы, вы правы, простите. Тогда, я объясню всё в ускоренном варианте, как вы и просили… Вот так. С этими словами, она нарочито щёлкнула пальцами. В этот миг на стенах спортивного зала появились магические круги, из которых появилась свора гигантских злобных чудищ. (Да ладно, она это серьёзно?!..) (Хе-хе-хе, как занятно!) — смеялась Феррис, чего нельзя было сказать о собравшихся в зале. Стоящие у стен важные шишки, завопив, побежали куда глаза глядят, а их охранники наперегонки рванули к выходу… Однако это были лишь «почётные гости мероприятия». Реакция учеников же была ровно противоположной. Выхватившие из ниоткуда различное оружие — большие мечи, длинные копья, гримуары, парные пистолеты — новенькие ученики без колебаний бросились на свору огромных чудищ. После чего «набитой рукой» принялись сносить им головы. Это был нескочаемый танец из пылающего адского пламени, выпускаемых из мечей волн энергии, заклинаний и сверхспособностей. Зрелище настолько поразительное, что его невозможно было описать словами. Поглощённые неистово несущейся подавляющей огневой мощью чудища были разорваны на куски, не продержавшись даже одной секунды. Ребят, такое даже «перегибом» назвать было бы преуменьшением. Ну а зачинщицу, призвавшую чудищ, уже была подавлена несколькими учениками. — Ха-ха-ха, да ладно вам, не делайте такие страшные лица. Я просто немного пошутила, пошутила, — оставалась беззаботной Кудзуха, несмотря на четыре клинка, приставленных к её горлу. После чего она многозначительно улыбнулась. — Вы лучше скажите… как вам? Весело же было, так? Сердечко в пляс пустилось от возможности воспользоваться силой впервые за долгое время и порешить ею своих врагов? — прошептала Кудзуха, словно видела их насквозь, а затем, с лёгкостью выскользнув из окружения, снова взяла микрофон. — Это компенсация, которую предлагает вам школа, и её требование… Мы хотим, чтобы вы снова спасли мир своей силой. В миг, когда она проревела эти слова своим сильным голосом, спортивный зал впервые окутала тишина. Глаза столь несерьёзно настроенных учеников засияли в ожидании её следующих слов. Кудзуха, наседая, продолжила: — Как вы можете заметить по огромному количеству героев, стоящих рядом с каждым из вас, других миров на этом свете существует столько же, сколько звёзд. И многие из них поражены патогеном под названием «демоны». Мы займёмся их истреблением. Вы — спасители мира! — подстрекающе улыбнувшись, Кудзуха затем добавила с несколько серьёзным выражением лица: — Впрочем, честно говоря, вас, может, и не волнуют другие миры, но то, о чём идёт речь, для вас вовсе не чужая проблема. На самом деле в прошлом был мир, потерпевшие поражение от демонов. Хотя подобное случается далеко не редко, но этот владыка демонов был безумно силён. Настолько, что даже вторгся в другие миры… К тому моменту, как богини заметили, что случилось, этот владыка демонов уничтожил уже три тысячи миров. Они предприняли разные меры, но ничего не сработало и в итоге им не осталось ничего, кроме как изолировать и запечатать все окружающие миры. Число исчезнувших в качестве побочного ущерба миров превысило десять тысяч. Данный инцидент назвали «Лост Нуар» «Лост Уана[✱]Первое записано как: «Отвергнутый владыка демонов», а второе как — «Отвергнутые миры».», — Кудзуха понизила голос, будто чем-то угрожая… А Феррис, насмехаясь над её рассказом, присвистнула. Я впопыхах сжал сумку покрепче. — Шу-у-учу. Ну, этот пример был самый худшим из наихудших. Я хочу сказать, что если мы забьём на владык демонов лишь из-за того, что они в других мирах, то однажды этот мир тоже может внезапно исчезнуть. Так что нам нужна помощь героев-ветеранов, вроде вас… Ну, вы же всё понимаете, так? Призывать новых героев и обучать их с нуля крайне неэффективно. Так что для всех явно будет безопаснее и надёжнее использовать повторно героев с опытом. Короче говоря, эта школа также является агентством временной занятости героев, — небрежно и откровенно вывалила Кудзуха, будто утомившись, а затем хлопнула в ладоши. — Ладно, на этом всё! Дальше вас ждёт долгожданная оценка способностей. У нас тут по сути взводная система, что-то типа разделения на классы, так что не расслабляйтесь и пашите во всю. Ах да, разумеется, взводы более высоких рангов будут иметь всяческие привилегии. Впрочем, вы с таким наверняка сталкивались в других мирах, верно? А вот мне никогда в жизни не приходилось иметь дело ни с какими гильдиями или оценки способностей… И, похоже, я здесь был такой один. Поступающие ученики принялись один за другим встать со своих мест, следуя за дежурными сопровождающими из ученического совета. Мотивации у них, я смотрю, хоть отбавляй. (Ну же, это твой шанс! Здесь ты сможешь сразу же стать царём горы!) (Какой ещё к чёрту шанс?! Тише едешь — дальше будешь.) Какой смысл тут выделяться? Да и вообще вокруг меня одни герои-ветераны. Даже если я выложусь на полную, то, наверное, буду чуть ниже среднего. Но, видимо, мне стоило об этом беспокоиться. Сошедшая с трибуны Кудзуха схватила микрофон, будто о чём-то вспомнив. — Упс, совсем забыла. Эм, попрошу тех новеньких, которых сейчас назову, собраться здесь, — сказала она и начала зачитывать список имён. Раз их вызывают сразу после зачисления, то, наверное, они в чём накосячили. Бедные ребята… — …Рикуто Эндзё, Дзин Киба и… Кёя Кудзё. Все тринадцать, кого назвала, подойдите ко мне. — Э? Я тоже?! (Хе-хе-хе… Чего же ты такого учудил, а, Кёя?) Не помню, чтобы сделал что-то этакое, но проигнорировать я это не могу. Я нехотя подошёл к Кудзухе. Прочие собравшиеся со мной ученики с виду тоже не понимали, почему их вызвали… Кстати говоря, среди вызванных была и Комари, с которой я встретился у школьных ворот. Взглянув на неё, я заметил у неё на лбу приличную шишку. Если подумать, то она же грохнулась со стула во время той суматохи с монстрами. После того как все собрались, Кудзуха тут же заявила нам: — Вам экзамены проходить не нужно. Просто возвращайтесь в общежитие. В пригласительном указан номер вашей комнаты. И это всё, что она сообщила нам. Кудзуха шустро развернулась. Ученики были озадачены, но… Один из них — крупный парень — насел на неё. — Эй, погодь, чё это значит? — угрожающе спросил он. Его грозный взгляд делал его похожим на мафиози. А он точно мой одногодка? Однако Кудзуха обернулась к нам, нисколько не испугавшись его. — М-м? А без слов не ясно, что ли? Серьёзно? Ты ведь должен догадываться в чём причина, не так ли? — спросила Кудзуха его в ответ и протянула правую руку. — Знаешь, что это? На руке Кудзухи с закатанным рукавом виднелась блеклая метка, похожая на лист. — «Печать Спасителя Мира» — это метка, дарованная богиней герою, который спас мир. Что-то вроде звания за «прохождение» другого мира. И в связи с этим у меня вопрос… Среди вас она у кого-нибудь есть? Никто из присутствующих не кивнул в ответ на её вопрос. — Что и требовалось доказать. Вас нет в списках прошедших. Вы либо не смогли победить владыку демонов и были депортированы обратно, либо были призваны не в одиночку и не добились победы самостоятельно… В общем, как бы там ни было, вы провалились. Или я не права? — прямолинейно сказала она, однако никто не пытался ответить ей, что она неправа. Все отвели глаза. Похоже, что они об этом догадывались. — «Бракованные» — так в этой школе называют лузеров, вроде вас — провалившихся героев. Короче говоря, вы группа низшего ранга, которая даже прохождения тестов недостойна. Хотя, если будете постепенно зарабатывать очки, то будете повышены в ранге, так что не кисните и трудитесь в поте лица. Покеда, — сказала Кудзуха в явно беспечной манере и уже собралась немедленно пойти обратно, но… Далеко не все смогли промолчать после такого отношения к себе. — …Слышь, ты чё угарешь, что ли? Провалившиеся герои? Совсем уже охренела? — продолжал наседать тот самый парень и подошёл к Кудзухе с демоноподобным выражением лица. — Плевать я хотел откуда ты, хоть из ученического совета, хоть из исполнительного комитета, но ты чё это издеваешься надо мной? — Эх, над кем «мной»-то? Я тебя первый раз вижу… А, но имя твоё я знаю. Ты же этот, как его… «Такэру Кисима». Вау, грозное имечко, ничего не скажешь[✱]Полное имя персонажа, содержит в себе иероглифы «鬼島猛», первые два переводятся буквально как «остров демонов/чертей/бесов», а третий как «свирепый».! Страшно, страшно, страшно, — похихикала Кудзуха, глядя на список имён. По всей видимости, подобное отношение вывело его из себя, и этот ученик, которого, похоже, звали Кисимой, сильно закипел от злости. — И всё-таки ты издеваешься надо мной. Кисима гневно подошёл к Кудзухе. Казалось, будто он мог в любой момент заехать ей с кулака… Эй-эй, только бойни нам здесь не хватало. Однако в этот момент дорогу Кисиме преградила маленькая тень. — Н-не драться! – Резко выскочившей, оказалась, как ни странно, никто иная как Комари. Насколько же неустрашимой нужно быть, чтобы остановить парня, который был примерно вдвое крупнее её? Её пылающий справедливостью образ буквально источал геройскую ауру… Однако, разумеется, всё не могло разрешиться банальным: «Ага, простите»… — Прочь с дороги! — Кья-а-а! Отброшенная без труда Комари почему-то полетела в мою сторону. Уверенуться я, разумеется, себе позволить не мог, и поддержал её за плечи, однако тут я поймал на себе злобный взгляд Кисимы… Угораздило же меня попасть под руку. — А? Тебе тоже что-то не нравится? — Ой, нет, не то чтобы не нравится… Но и к насилию прибегать всё же не самый лучший выход… — Завались и потеряйся, слабак! — А, ну ладно. Эх… Да чего он страшный-то такой? Я удручённо отступил, а Кисима презрительно усмехнулся. — Ха, вы все ссыкуны! Да чтобы я, да был одного с этими слабаками низшего ранга? Совсем умом тронулись? Я был призван в мир «Стадии: V». И мне до его прохождения… до его прохождения оставалось совсем чуть-чуть! Я просто немного ослабил бдительность! По силе я никому не уступлю! — проревел Кисима, а потом улыбнулся, будто ему пришла в голову хорошая идея. — Почему бы мне не доказать это, раздавив всех присутствующих? Тогда ни команды, ни дерьма не останется, а? В этот миг на потолке спортзала был развёрнут гигантский магический круг. Это было заклинание адского пламени «Иль Вулкано[✱]Записано как: «Испепеляющее священное пламя». И нет, тут нет ошибки, используется: 聖火, а в текстовом описании 獄炎 и 地獄の業火.», сжигающее цель дотла пламенем преисподней. — Ого, жёсткая штука. Заряжен ты по полной программе… Но, думаю, нам лучше остановиться. — Чё-ё? Поздно молить о пощаде! — усмехнувшись, Кисима без малейших колебаний активировал магический круг. …Э, он всерьёз намерен выстрелить заклинанием? Однако в миг, когда пламя преисподней было выпущено, извергся напоминающий удар молнии свет и… мгновением спустя магический круг был разрублен пополам и исчез. — Чего?.. — не мог скрыть своего удивления Кисима тем фактом, что его магический круг был разрублен. Позади него раздался голос: — Нарушение правил школ, минус баллы. За его спиной неизвестно когда появилась девушка с японским мечом в руках, острый кончик которого был приставлен прямо к затылку Кисимы. — Да ладно тебе, Рэюшка. Мы ведь их даже на группы ещё не поделили. Давай обойдёмся без минус баллов. — …Ты слишком мягкая. — Эй, не сверли ты меня так взглядом — страшно же… Да и вообще это ты виноват, Такэру. Говорила же не делать этого! Но тебе повезло, что Рэюшка такая добрая девушка, а то она бы уже тридцать раз тебя порубила, — дразняще улыбнувшись, Кудзуха затем, будто что-то вспомнив, добавила: — Упс, или это было то самое? Ну то, что ты назвал: «просто немного ослабил бдительность»? — Гх!.. Увидев очевидную разницу в силе между ними, Кисиме было нечего ей возразить, и он замолчал. Кудзуха неожиданно повысила на него голос: — Короче, уясни одну вещь. Это не розовая школа дружбы. Такие вещи как «усердие» и «потенциал» здесь не имеют никакого значения. От героя требуется лишь одно — результат: «спасти вверенный ему мир». И только. Врубился? Если облажаешься, то мир сгинет. Можешь сдохнуть, если хочешь, но все жизни в этом мире протянут ноги вслед за тобой. Это ты называешь: «немного ослабил бдительность»? — сказала Кудзуха не только Кисиме, но и всем нам. — Хватит уже нюни распускать. Никакие оправдания вам не помогут. Вы потерпели неудачу. Вы — провалившиеся герои, незаслуживающие быть спасителями. Такова истина. В её глазах, что взирали свысока на нас, лузеров, — ледяной, давящий холод, которого кровь стынет в жилах. Больше никто не смел вымолвить и слова, а только стоять с опущенной головой. …Но продлилось это всего мгновение. Кудзуха тут же вернулась к своей прежней фривольной манере. — В общем на этом всё. Вы наверняка устали. Возвращайтесь в общежитие и как следует отдохните. Занятия начнутся с завтрашнего дня, а вы пока придумывайте приветствие, от которого все лопнут со смеху. Поняв, что теперь они свободны, ученики стали один за другим покидать спортзал. Я тоже решил от них не отставать. Меня особо не обидело то, как она к нам относилась и мне очень не хочется привлекать внимание этих устрашающих членов исполнительного комитета. Но что важнее всего… Я действительно не смог победить владыку демонов. — ---… — -… После окончания церемонии поступления Кудзуха и Рэй шли рядом друг с другом по южному коридору школьного корпуса C. — Ох, Рэюшка, ты подоспела в самый идеальный момент — была прямо как крутая героиня из сказок. — Хым, ты просто знала, что я приду и продолжала раззадоривать его. Плохой у тебя вкус. — Ну а чё поделать? Здесь не одни пай-дитятки, которые станут слушать, что ты им говоришь. В нашей школе всё решает сила. Так что лучше всего сходу её им продемонстрировать. Да и вообще я была в шоке с того, какие тихони у нас в этом году. Помнишь же, как в прошлом году сразу они сразу в драку полезли? Кудзуха ностальгично улыбнулась. Собирающиеся здесь учеников были далеко не из робкого десятка, и разбираться с «плохими детишками» для них было обычным делом. Но тут посреди её своего рассказа о прошлом Кудзуха надула губки. — Эй-э-эй, Рэюшка, ты слушаешь? Она посмотрела на Рэй недовольным взглядом и увидела, что та рассеянно о чём-то думала. — Ой, прости… На самом деле меня кое-что беспокоит… — неуверенно пробормотала Рэй. — То чувство… Словно тот магический круг уже был пустым внутри… Услышав это, Кудзуха несколько раз удивлённо моргнула. — Ох, так ты заметила? А я-то думала, что тебя подобное не парит и главное: «Плевать, если можно разрубить!». — Ч-чего?.. Ты за кого меня принимаешь?! — Ха-ха-ха, да шучу я, шучу, — немного посмеялась Кудзуха, а затем сделала серьёзное лицо. — Но ты права, Рэюшка. Та формула уже была обезврежена. Причём таким образом, будто из неё убрали чисто «порох»… По правде говоря, даже я понятия не имею, кто это сделал. — Даже твои глаза?.. Н-но ведь среди сегодняшних учеников не должно было быть никого с такими статус-параметрами!.. Это была школа для возвращенцев, обладающий боевой силой, сравнимой с ядерным оружием. Разумеется, оборудование по противодействию преступлений здесь были соответствующее. Одним из них была проверяющая магия под названием «Глаз Суда», которая раскрывала статус-параметры всех, кто проходил через невидимый магический круг, установленный в школьных вратах. Её также использовали во время тестов способностей новых учеников. Однако Кудзуха перевела слова Рэй в шутку. — Аха-ха-ха-ха, ну что за глупости ты говоришь, Рэюшка? Подобное не имеет значения, если использовать магию сокрытия мощнее «Глаз». Они лишь игрушки, подготовленные для чиновников, которым нужны числа… Какая-то уж больно верующая в вечный мир во всём мире, Рэюшка. — … Рэй было нечего ответить ей, и она замолчала. — Ну, мы сможем сузить круг подозреваемых методом исключения. К нашему сожалению о многих ребятишках у нас нет никаких данных. Богини не предоставляют нам никакой информации. Уж не знаю, что у них там внутренние распри или раскол на фракции, но основать школу попросили именно они, так выполняли бы свою работу как следует, — возмущённо проворчала Кудзуха, а затем довольно улыбнулась. — А, впрочем, пофигу. Мы только рады сильным детишкам. По крайней мере… пока они на нашей стороне. — ---… — -… — Так… 107, 107… О, вот она. С момента шумной церемонии поступления прошло тридцать минут. Полагаясь на карту школы, я наконец добрался до назначенной мне комнаты. Общежитие носило название: «Нарцисс». Самое обычное общежитие, скрытое за… великолепным зданием, сравнимым с роскошными отелями, которое виднелось из ворот школы. Полагаю, провалившимся героям никакая роскошь недозволена. Впрочем, здание всё равно новое, а интерьер комнаты, несмотря на простоту, был довольно красивым. Жаловаться не на что от слова совсем. Стоило мне положить свои вещи, как Феррис выпрыгнула из сумки. — Фух, наконец-то можно вздохнуть полной грудью. Ах, как же у меня затекли плечи, — выразилась она совсем неподобающе кошке, а затем запрыгнула ко мне на колени. Видимо, хочет, чтобы я погладил её… Кстати говоря, а в этой общаге вообще можно держать домашних животных? — Эх, какая всё-таки занятная школа! Жду не дождусь завтрашнего дня! — Чего? В каком месте она занятная?.. — поглаживая подбородок Феррис, я вспомнил недавнюю стычку. — Разве нормально ни с того ни с сего устраивать сражения в таком месте? Да ещё и между людьми. Пугает как-то. — Что ты такое говоришь? Призванные — это огромная сила в любом мире. И терпеть не могут не только демоны. Скорее, редкостью можно называть тех, кому не приходилось сражаться с другими людьми. Чисто с виду они обычные подростки средней или старшей школы, но каждый из них имеет совершенной разный опыт в других мирах. Они фундаментально отличаются от обычных детей. — Кстати говоря, это было уж слишком очевидно. — Угх… Так и знал… Феррис говорила о том трюке, который я провернул с магическим кругом Кисимы. — Слишком явный способ. По крайней мере те двое из исполнительного комитета всё заметили. — Ожидаемо… Просто я подумал, что раз там были все, то кто-нибудь его да остановит, но никто даже не попытался, вот у меня немного и сдали нервы… — Никаких отговорок! Тебе ещё тренироваться и тренироваться… Хе-хе-хе, но с другой стороны, а как иначе? Всё-таки ты — «провалившийся герой»! Хе-хе-хе… — захихикала Феррис, будто ей нравилось, как по-дурацки это звучит. Только вот меня это не особо радовало. — Тут нет ничего смешного. Мне вообще-то обидно было… Хотя это и правда. — Ха-ха-ха, да как тут не засмеяться? Никогда бы не подумала, что они введут настолько явную иерархию. Оставим за скобками то, смешно это или нет, я понимаю, что Феррис хочет сказать. Преуспевшие и потерпевшие неудачу… Школа намеренно создаёт разрыв между нами. Разумеется, причина довольно очевидна. — Ну, если подумать о «охране общественного спокойствия», то иного выхода просто нет. Нам уже говорили об этом на церемонии, но каждый из учеников обладает силой, сравнимой с целой армией. Контролировать их с помощью законов и правил просто бессмысленно. Единственные, кто могут сдержать учеников… Ещё более сильные ученики. Именно поэтому с высокоранговыми учениками хорошо обращаются и привязывают к системе, а недовольство низкоранговых учеников направляют на высокоранговых. Это единственный способ предотвратить направление гипертрофированной силы героев на общество. — Неужели им действительно так сильно хочется привлечь возвращенцев на свою сторону? Один неверный шаг и всё полетит к чертям. — М-м, пожалуй. Но чем больше сил против демонов — тем лучше. Особенно в этот период. — Этот период? — Да, период роста «Мирового Древа»… Разве я уже не рассказывала тебе об этом? — Впервые слышу, — покачал я головой. — Хм, — начала Феррис. — Тебе же известно, что на свете существует бесчисленное множество миров, существующих параллельно друг другу. Весь наш мир целиком зовётся «Мировым Древом»… «Игдрасией». Отдельный миры — это плоды данного древа, малые миры, — «Эддасия». Точно так же, как и любое обычное дерево, Мировое Древо растёт день за днём и каждый день рождаются Эддасии. Понятно. Так вот почему героев из иных миров настолько много. — Однако в ходе роста Мировое Древо может заболеть. Эта болезнь представляет из себя то, что богини называют демонами. Слуги тьмы, что подтачивают Эддасии… Хотя и в разной степени, но они скрываются в каждом мире. В период роста демоны тоже активизируются. «Нет света без тени», так, кажется, говорится? Неизвестно, где Феррис подхватила эту фразу, но произнесла она её с пафосом. И выглядело это чертовски сюрреалистично, учитывая, что она в кошачьем облике. — Будучи смотрителями великого древа, усмирение этих демонов является главной обязанностью богинь. Наверное, поэтому они хотят скопить могущественных героев, — Феррис пожала плечами и озадаченным тоном продолжила: — Только вот… Всё же это малость перебор. — Перебор?.. — Да. По идее, призыв в другой мир — это самый мистический ритуал из всех. Он оказывает уж слишком колоссальное влияние на мироздание. Как им только наглости хватает посылать героев по несколько раз? Ох, до чего же сильно распустились богини за время моего отсутствия… Не могу представить, чтобы совет старейшин это одобрил… — произнесла Феррис, а затем, будто её осенило, пробормотала: — …Хотя, судя по тому, как они предоставили тебя самому себе, несмотря на невозможность идентифицировать, возможно, у них тоже нет единства. — Хм-м-м. Феррис почему-то нахмурилась, но всё что мог я — это кивнуть. Я потратил всё время, что находился в другом мире на тренировки и, честно говоря, все эти интриги и заговоры не самая моя сильная черта. Так что сейчас меня волновало лишь одно. — …Ты уж прости, что притащил тебя сюда. Для тебя, наверное, это всё равно что главная база врага, ведь так? Я этого не хотел… Я верил, что когда вернусь в свой мир, меня будет ждать мирная жизнь… — Да уж. Сейчас я бессильна, так что вряд ли меня кто-то заметит, но… Если всё-таки вдруг обнаружат, то всё обернётся крайне скверно. Меня ждёт участь страшнее смерти. — Угх… Упрёк Феррис был сродни добивающему удару. Похоже, её садистские наклонности ни капли не изменились, даже после превращения в кошку… Впрочем, виноват-то всё равно я, так что спорить смысла нет. Феррис зловеще улыбнулась, а затем смягчила тон речи: — Но я ни о чём не переживаю. Ты ведь защитишь меня, верно? — Д-да, обязательно! Я привёл сюда Феррис из того мира, чтобы… подарить ей безмятежную жизнь. И я смету любые преграды в пределах своих сил. В этом и заключается суть ответственности. Однако… услышав о моей решимости, Феррис… вдруг начала дико хохотать. — …Пффф, а-ха-ха-ха! «Обязательно», — спародировала меня с серьёзным выражением лица Феррис. — У-хи-хи-хи-хи, зелёный юнец корчит из себя взрослого — вот умора! А-ха-ха-ха-ха-ха!! — Гн-н-н!.. Человек к ней со всей серьёзность, а она? Поверить не могу. — …Хым, хватит с меня. Как только я отвернулся, Феррис быстро перестала смеяться, видимо, поняв, что переборщила. — Ой, ты что, обиделся? Хе-хе-хе, да ладно тебе, не дуйся ты так. Это я тебя так хвалила, подразумевая, что ты милашка. Давай-ка взбодрись. Вот, в качестве особой услуги я разрешаю тебе прикоснуться к моим лапкам. Ну что, как они тебе? Мягонькие? Прямо плюшевые! — прошептала она сладким голоском, мягко прикоснувшись к спине кошачьими лапками. Честно говоря, они слегка завораживают, но… Таким соблазном меня ни за что не провести. Я продолжил не смотреть в её сторону, и Феррис раздосадовано отстранилась, произнеся: «Хм». Похоже, она сдалась… — хотел было подумать я, как… — Понятненько, такая мягкость тебя не удовлетворяет. Тогда… как насчёт такой? Я ощутил сладостное дыхание прямо возле уха. Рот кошки, очевидно, не достал бы до такой высоты. И ко всему прочему к моей спине прижалось две каких-то штуки, гораздо крупнее и мягче подушечек кошачьих лап. Неужто это?.. — Э-эй?!.. Почуяв неладное, я поспешно обернулся и увидел перед собой не привычную чёрную кошку, а… женщину, красивую настолько, что дух захватывало. Сияющие, словно ночное небо, иссиня-чёрные волосы, аккуратные, как у скульптуры, черты лица, идеальная фигура без единого изъяна и завораживающие алые глаза… Слишком соблазнительная, чтобы назвать милой и слишком непорочная, чтобы назвать развратной. Женщина настолько ужасающе прекрасная, словно монополизировала всю красоту в мире. К тому же проблема была в том, что… Эта обольстительная ведьма была абсолютно голой. Она беззастенчиво выставила своё пышное тело и сексуальную кожу напоказ на кровати. — П-почему ты голая… Так стоп, ты же ещё не вернула свою силу!.. — Хе-хе-хе, за кого ты меня принимаешь? Мне достаточно вернуть даже капельку своей силы и этого с запасом хватит, чтобы вернуть прежний облик! Правда… магию я использовать не могу, так что долго поддерживать этот облик не смогу. По-твоему, это называется «с запасом»? — Но сейчас не об этом… Да-а-авай, как тебе моя плоть? Куда мягче лапок же? И пахнет приятнее тоже, да? Ну же, ну же-е-е, разве ты не хочешь прикоснуться к ней? — прошептала Феррис, проведя руками по своему пышному телу от мягких ляжек до узкой талии, через сжатый пупок, а затем принялась вызывающе массировать свои большие груди. Каждую часть её тела, завораживающего настолько, что его можно было бы назвать даже вульгарным, переполняла пышущая здоровьем упругость и эластичность, а малейшие её прикосновения отдавали лёгкой эротичностью. Зрелище было до развратного непристойное и ужасно эротичное. — Ну давай уже, что не так? Чего ты так смущаешься? Ты же всегда нежно гладил меня по всему телу, разве нет? Причём не отставал до тех пор, пока я не начинала стонать от удовольствия… — Ты тогда была в форме кошки! Прикройся уже! Если она не остановится, то всё пойдёт наперекосяк. Я шустро бросил в неё простыню, а Феррис захихикала от удовольствия. Ты посмотри, как смутился. Какой невинный мальчик. Хе-хе-хе… Может, мне и этому тебя научить? — Н-не надо! Подумать только, она даже использует своё тело, чтобы поиздеваться надо мной. Ну что за невозможная женщина. Как бы та ни было, пока Феррис надевала мою рубашку, я уставился в стену, пытаясь не слышать шуршание одежды позади себя. И вот, когда звуки наконец стихли, Феррис куда более спокойным тоном, чем прежде, прошептала: — Не забивай голову странными мыслями, мальчик. — …О чём ты? На самом деле я всё понимаю, но постоянно откладываю на потом. Как же я жалок. — Я благодарна тебе. Моя жизнь, которая должна была навеки кануть в забвение в тех землях… смогла пересечься с новым сиянием. Я по-настоящему… да, я по-настоящему счастлива. И всё благодаря тебе. Так что… тебе не о чем переживать, — прошептала Феррис голосом, полным нежной ласки. Только что вовсю издевалась надо мной, и вдруг такое. Какая же она всё-таки коварная. …Однако на этом женщина по имени Феррис не остановилась. Её мягкая улыбка резко сменилась на озорную, и она высокомерно заявила: — Или что? Неужели ты изволишь думать, что я следую за тобой против воли? Хе-хе-хе, как же ты недооцениваешь меня — ту, кого страшились и называли: «Дьяволом трёх тысяч миров», «Нечистивой королевой края мироздания», «Драконом, поющий в конце времён» и наконец… «Отвергнутым владыкой демонов»? Ха-ха! Будь ты мне не по нраву — я бы давно тебе голову откусила! Феррис горделиво улыбнулась. Уж не знаю, всерьёз она это или пошутила, но её алые глаза злобно сверкнули. Эй, ты свои магические глаза проявила. Похоже, пока ещё рановато считать её «доброй». — Слушай, прекращай уже пугать своими глазами. — Ой, неужели я напугала тебя? Хи-хи, не переживай, леди Феррис совсем не страшная. Ну-ну, хороший мальчик, хороший. — Г-говорю же, не приближайся ко мне в таком виде! Сейчас Феррис в одной рубашке. Да, уже не полностью голая, но… сильно бросается в глаза, как тесно ей в области груди, да и длина рубашки явно недостаточна. В зависимости от того, как на неё посмотреть, можно сказать, что она выглядела ещё более соблазнительно. Не ясно, знала она об этом или нет, но Феррис запрыгнула на меня сзади. — Хе-хе-хе, ну разве не чудесно, разве не чудесно? Позволь мне утолить свой охотничий инстинкт! Ну же, ну же! Пусть она и неземная красавица, её поведение сильно раздражает. Похоже, она завелась из-за того, что впервые за долгое время вернула себе изначальное обличие. И теперь уже никто не сможет остановить бывшую владычицу демонов. Остаётся только опустошить разум и терпеть. Спустя некоторое время, пока я читал сутры, Фелис внезапно начала хихикать. — Н-ну что на этот раз?.. Интересно, что она выкинет теперь? Я инстинктивно встал на изготовку… Однако Феррис лишь ностальгично улыбнулась. — Да так, кое-что вспомнила… А ты помнишь? Кажется, во время нашей первой встречи ты точно так же испугался. — …Ага, конечно, помню. Да, такое не забудешь, даже если захочешь. Пусть в реальном времени прошло лишь три года… Однако по ощущениям это было тридцать тысяч лет назад. Но даже сейчас я отчётливо помню тот день, когда я был призван в другой мир, встретился с ней и всё изменилось… ---------- Иная глава. В отвергнутом мире — Ну же, убей меня, — с улыбкой произнесла женщина в опустошённом мире, куда меня внезапно призвали. Ну а я в ответ… — Э, а, эм… Э?.. «Убей меня»? А я вообще где? Кто ты такая? — бесчисленные вопросы образовали в голове такую пробку, что слова застряли на языке. Заметив это, женщина усмехнулась. — Ой, должно быть, я смутила тебя? Что ж, тогда давай пройдёмся и поговорим. Это место… как видишь, малость безликое. С этими словами женщина зашагала с отчего-то счастливым выражением лица. Разумеется, я замешкался. Стоит ли идти за этой загадочной особой? Но факт в том, что выбора у меня особо не было… И всё-таки… — Эй, Кёя, давай быстрее, а то я без тебя уйду, — наконец поторопила она меня, пока я колебался. — А, ладно… Я рефлекторно кивнул, но… Когда это я успел сказать ей своё имя? Как бы там ни было, раз уж меня подгоняют, ничего не поделать. Я, сохраняя дистанцию, последовал за женщиной. — Молодец, молодец, так-то лучше. Люблю послушных мальчиков! Кажется, она в хорошем настроении и не собирается сразу же схватить меня и съесть, а раз так… Я хотел много у неё выведать, но… тут осознал одну проблемку. — Э-э, м-м… Я не знал имени этой красавицы. Можно ли обращаться к ней на «ты»? Но, чувствуется, у неё благородная аура — вдруг её оскорбит, если не обращаться к ней, начиная с чего-то вроде «госпожа такая-то»? И вот пока я обо всём этом думал, женщина улыбнулась, словно опять прочитав мои мысли. — М-м, ах да, точно-точно. Прости за это. Просто, что не представилась — неловко вышло. За давностью лет совсем об этом позабыло. Но, видишь ли, имён у меня было немало… Дрегнуар, Дэльмидрес, Лануш Эмашна… Хм-м, какое бы выбрать?.. — после некоторых раздумий, женщина наконец назвала имя: — Ладно, тогда — «Феарриолес Фио Нидхёрг»… Но тебе я даю особое разрешение называть меня: «Феррис». Видимо, эта женщина… в смысле Феррис и вправду была в приподнятом настроении. Что в этом такого весёлого? — Итак, Кёя. Ты хочешь меня о чём-то спросить? Если да, то спрашивай — не стесняйся! Ну же, ну же, ну же, ну же, ну же! — Эм… Ну тогда… Я так понимаю это… что-то типа другого мира? — подгоняемый её напором, невольно задал я дурацкий вопрос. Однако Феррис энергично на него ответила: — М-м, а ты действительно умный мальчик, раз заметил это! Верно, ты находишься в месте, отличном от твоего мира! Оно называется… Хм-м-м, ну, у него тоже много разных имён: «Корень бездны», «Земля крайнего предела», «Запределье хаоса»… Точно, богини называют этот отвергнутый мир: «Лост Уан». Теперь мне ясно, что это место — та ещё дыра. — Хе-хе-хе, да, истинно так. Это крайние земли, где всё сущее встретило свой конец. Всё, что можно считать живым, было уничтожено и осталась лишь бескрайняя пустошь. — Э-э-э, и почему это произошло?.. После этих моих слов Феррис улыбнулась так, словно в этом не было ничего необычного. — Очевидно же. Я лично уничтожила всё живое — и людей, и зверей, и демонов. В конце концов я — владыка демонов. В тот самый миг, как я услышал об этом, по моей спине пробежали мурашки. Неужели столь красивая девушка сделала с миром такое? По правде говоря, мне всё равно в это не верится. В её прекрасной улыбке не чувствуется ни капли враждебности или злобы. Но в то же время шуткой её слова тоже не кажутся. Владыка демонов, что уничтожила мир… Сейчас я не мог даже спросить: «Зачем она это сделала?», ведь уверен, что любой бы на моём месте это сделал. Представим, что перед вами улыбающийся кровожадный серийный убийца. Сколько человек спросит у него: «Зачем ты убивал людей?»? Стоит тебе лишь задать этот вопрос, как его поведение может резко измениться, и он нападёт на меня. Мне просто не хватит смелости сделать это. Поэтому я задал другой вопрос: — Т-тогда зачем тебе, самой владыке демонов… понадобился я? На кой чёрт владыке демонов, способной обратить целый мир в пустошь, нужен обычный сопляк, вроде меня? И её ответ был действительно странным. — М-м? Я ведь уже говорила — чтобы убить меня. — Т-так ты не шутила?.. — Хе-ха-ха-ха! Да кто ж такие шутки шутит? А ты и вправду забавный, малец! Я, скорее, поверю, что кто-то станет шутить о таком, чем с абсолютно серьёзным лицом скажет: «Я — владыка демонов, что уничтожила мир». — Я бы и рада сама сделать это, но, к сожалению, я ограничена своей «основой». Как бы жалко это не звучало, однако я даже навредить себе не могу. — Основой?.. — я озадаченно наклонил голову, услышав незнакомое слово. Феррис положила руку на подбородок и сказала: — Хм, как бы тебе объяснить… Дух, духовное ядро, исток, душа… В общем, это нечто вроде корня, что образует саму суть существа. Она есть как у меня, так и у тебя. Моя душа в частности была создана искусственно — как душа владыки демонов. Поэтому на меня наложено множество ограничений, и я даже умереть сама не могу. Возможно, мне просто показалось, но в её голосе чувствовались нотки печали. — Вот почему, мне нужна твоя помощь. — Н-но я же не умею сражаться! В конце концов эта женщина самопровозглашённая владыка демонов. Вряд ли её можно задушить насмерть. — Ха-ха-ха, насчёт этого не бойся. Ведь я лично натренирую тебя до такой степени, что ты сможешь убить меня! Стоп, натренировать меня… чтобы убить себя? Не думаю, что это очень здравая мысль. В этот момент Феррис вдруг остановилась. — Ну вот мы и пришли. Это мой замок! — указала она с самодовольным видом на большую скалу… С какой стороны ни посмотри, а на замок совсем не похоже. Может быть, она сумасшедшая?.. — засомневался я. Феррис тем временем направила руку на большую скалу. В следующий миг на поверхности скалы появился узор, напоминающий дверь, и в мгновение ока появились реальные врата. И когда они открылись, я увидел… — Н-ничего себе… Корона, сияющая семью цветами радуги, драгоценный меч, окутанный священным светом, а рядом с бронёй, на которой были выгравированы сложные заклинания, лежал гримуар, испускающий зловещую ауру. Пол был завален сияющими золотыми монетами, и повсюду, словно галька, были разбросаны крупные алмазы. За дверью меня поджидали буквально горы денег и сокровищ. — Это моя сокровищница — «Пантэсариум[✱]Записано как: «Дворец несметных сокровищ».». Здесь собраны тайные сокровища с трёх тысяч миров, которые я уничтожила. Всё, что тебе нужно, есть здесь. Знания, артефакты, лекарства, заклятья — я использую все возможные средства, чтобы натренировать тебя до уровня, на котором ты сможешь убить меня. После чего Феррис непринуждённо подобрала лежащее на полу кольцо. — Начнём с этого. Надень его. Это кольцо, повышающее темпы роста силы. А ещё вот это ожерелье. Оно дарует защиту злого бога. Ох, и вот тот эликсир, дарующий силу бессмертного мудреца. На вкус — до смерти противное, но ты уж не жалуйся, ладушки? Хе-хе-хе, как же весело! — говорила Феррис, начав собирать разбросанные по полу предметы в приподнятом настроении. — Эта вещица тоже неплоха! О, и эта тоже! — увлеклась она до самозабвения. Все здешние артефакты, должно быть, сверхвысшего класса, но… Мне одному кажется, что их ценность снизилась из-за того, как грубо с ними обращались? Как бы там ни было, Феррис была сильно занята поиском предметов для меня. Заняться мне было нечем, так что я решил побродить по сокровищнице. (Насколько же блин огромная эта сокровщница?..) В комнате размером с бейсбольную площадку было четыре двери, за которыми находились ещё комнаты, которые тоже были завалены сокровищами, с дверями с четырёх сторон, каждая из которых вела в следующую комнату. Сколько же сокровищ может здесь храниться? Пока я продолжал убивать время, кое-что привлекло моё внимание. Это был меч. Крайне простой на вид меч без каких-либо украшений на рукояти или ножнах. На фоне прочих драгоценных мечей, сделанных из чистого золота или испускающих свет, его можно было даже назвать хламом. Не пытаясь выделяться, он просто спокойно себе лежал среди груды прочих богатств. Но почему-то... он не выходил у меня из головы. Я неуверенно подошёл к мечу и потянулся к его рукояти. — Не смей. Это «Лаванквин[✱]Записано как: «Древняя ветвь, несущая бедствия».»… Живой демонический меч. Проклятая кристаллизация зла, пожирающего саму душу. Даже я использовала его лишь трижды. Если ты в своём нынешнем состоянии хоть прикоснёшься к нему, то будешь сожран до последнего кусочка, — прошептала нечто ужасающее мне на ухо Феррис, неизвестно когда догнав меня. Я благодарен ей за то, что она спасла меня, но… Ей вообще не стоило оставлять столь опасный предмет валяться посреди комнаты. — И тем не менее, раз тебя тянет к нему… Видимо, у тебя есть недюжинный талант. В зависимости от того, насколько усердно ты будешь трудиться, возможно, у тебя получится взять его через триста тысяч лет, — произнесла она в манере: «Ну как, счастлив?», но я не мог упустить одно сказанное ей слово. — Чего?! Триста тысяч лет… Э-э?! Триста тысяч лет?! Может, мне послышалось? Нет, я уверен… Уверен, но… на всякий случай всё же спрошу. — Слушай… Ты же в курсе, сколько живут люди?.. — Ха-ха-ха, не боись. Мне хорошо известно, что живёте вы не долго. Кажется… всего тысячу лет, так? — …В лучшем случае одну десятую от названного тобой числа. — М-м, вот как? Ха-ха-ха, не парься о всяких мелочах! Не думаю, что это мелочи. — В любом случае, не переживай. Потому что здесь даже поток времени мёртв. Что-то около одной десятитысячной в сравнении с твоим миром. Я буду сколько душе угодно тренировать тебя в этом застопоренном времени, так что ни о чём не волнуйся! Кстати говоря, даже если ты умрёшь, я воскрешу тебя, и даже если сойдёшь с ума, я вправлю тебе мозги — никаких проблем! А как по мне звучит так, словно меня ждут одни проблемы. — И всё же… времени у меня осталось немного, — пробормотала она, а затем широко улыбнулась. — Ладно, ты, наверное, за сегодня устал? Я приготовила нам комнату вон там — давай отдохнём вместе! Там есть магический стол, который бесконечно производит различные яства, а ещё магический котёл, из которого сама по себе льётся потоком горячая вода! Сегодня твоя приветственная вечеринка! Вот так и началась моя жизнь в другом мире. Честно говоря, поначалу мне было очень тревожно. Что в общем-то было не удивительно, поскольку у меня был нулевой опыт во владении что мечом, что магией. Атлетические данные у меня ниже среднего. Хоть Феррис и сказала, что будет тренировать меня, у меня не было уверенности, что я смогу выдержать эту самую тренировку. …Однако к лучшему или к худшему, мои переживания оказались напрасны. Ведь моей первой моей тренировкой стала обычная ходьба. По словам Феррис: «Если человек сможет двигать своим телом так, как захочет без малейших отклонений, то ему будет под силу стать мастером в любом боевом искусстве». И чтобы добиться этого им нужно научиться «правильно двигать телом». Поэтому, хоть это и «тренировка» физически она никак меня не напрягает. Я лишь делал обыденные движения вроде: «взять что-то», «встать и ходить», «пережёвывать еду». Единственно только Феррис постоянно находилась рядом и непрерывно следила за тем, чтобы «действия не расходились с намерениями». Кажется, она связала своё сознание с моим с помощью какой-то «магии эмпатической связи». Другими словами, за мной наблюдали изнутри, и она показалась мне ужасающим учителем-тираном, но… На самом деле её методы преподавания не были столь уж спартанскими. Сколько бы раз я не ошибался, Феррис никогда не повышала голос. Напротив, она от и до объясняла, где я допустил ошибку в этот раз или на что обратить внимание в следующий. Благодаря ей я постепенно разобрался «как правильно управлять телом». Если быть точнее, то я осознал, насколько моё воображение расходилось с действиями. С ростом этого понимания также росла и сложность тренировок. Обычные прогулки переросли в бег, и я начал использовать мечи и копья. Теперь это уже ощущалось как классическая «тренировка», но цель оставалась прежней — не накачать тело, а научиться контролировать каждое его малейшее действие. Верно, всё сводилось к простейшим вопросам: «Насколько грамотно я смогу двигаться?» и «насколько грамотно я смогу заставить себя двигаться?». Я должен был двигаться в точности так, как намереваюсь, независимо от скорости движения, насколько сильно меня застанут врасплох или, настолько бы я ни был истощён, не ошибаясь даже на 0,01 миллиметр. Только так, снова и снова, вбивая это в тело и разум. И вот я и опомниться не успел… как с начала тренировок прошло уже сто лет. — Хм, похоже, у тебя наконец начало получаться. — Э?.. Ну да, наверное… И вот однажды она вдруг заявила мне, что я достиг нужных кондиций. Казалось бы, стоит радоваться… Но, честно говоря, я не чувствую никакого прогресса. В конце концов, даже если я могу идеально контролировать тело, я получил от этого лишь пару обычных плюшек вроде: «перестал падать при плохой опоре» или «научился правильно подцеплять палочками бобы» — вот и всё. — Что-то я совсем не чувствую, что стал сильнее… Ты уверена? Я же только и делал, что как положено махал мечом. — Угу, этого достаточно. Сейчас ты сможешь воспроизвести любое боевое искусство с одного взгляда. Нет смысла тратить время на их изучение, — откровенно сказала Феррис, а затем продолжила: — Но что важнее… Теперь ты должен освоить нечто иное — то, что дополняет боевые искусства. Уверена, ты наверняка догадываешься, о чём я. На её вопрос мне в голову пришёл лишь один ответ: — Неужели… магии?!.. После физики — магия. Это определённо имеет смысл. И стоило мне понять это, как я, откровенно говоря, загорелся. Остановка времени, управление разумом, восстановление тела и много чего ещё… За сотню лет в этом мире я неоднократно воочию видел невероятную магию Феррис. И, будучи парнем, не мог ей не восхищаться. После всех прошлых монотонных тренировок, моя мотивация резко взлетела до небес. …Но, похоже, я поторопился с выводами. — Почти. Я буду учить тебя не магии, а магической силе. — …А тут есть разница? — Хм, да, есть… Для применения боевых искусств обязательно нужна физическая сила, так? Тут всё точно так же. Для использования магии требуется магическая сила. М-м-м, вроде понятно, а вроде нет… Как бы там ни было, главное, что я на пути освоения магии. Моё сердце громко забилось от мысли, что теперь всё это действительно начинает походить на «другой мир»… Однако меня на мгновение охватило лёгкое беспокойство. — А… Но я же ничего не понимаю в магической силе или магии… Тренировки по контролю тела я прошёл, так как они представляли из себя продолжение повседневных движений. Однако с магией всё совсем иначе. За всю жизнь я ни разу её не использовал, и это, честно говоря, тревожило меня. Однако Феррис мягко улыбнулась. — Не переживай. Для этого я здесь и есть… Да и магия не так сложна, как ты думаешь. — Э? Правда?! — Да. Начнём с того, что магическая сила не есть нечто особенное, а, напротив, совершенно заурядное. Управлять ей — проще простого. Хотя твой мире в этом плане был исключением… Но здесь ты сможешь обращаться с ней так же легко, как дышать. — О-о, серьёзно?! Звучит уж слишком хорошо, чтобы быть правдой… Однако тут меня кое-что смутило. — Погоди, но я же за всё время здесь ни разу не использовал ничего похожего на магию… Хоть время тут и было остановлено, я провёл в этом мире почти сто лет, но ни разу не использовать магической силы или магии. Если это настолько же естественно, как дышать, то я уже должен был использовать её в каком-то виде… — Ну да. Просто я запечатала всё, что хоть как-то связано с магической силой. — Чего?! Зачем?!.. Неужели гадость хотела мне сделать? — мелькнуло у меня в голове, но, разумеется, я ошибся. — Потому что всему своё время. На самом деле у тебя просто запредельный потенциал по части магической силы. Ты можешь превзойти большинство магов, даже ничего не делая… Но против меня этого маловато. Ровно как здоровому дереву для роста требуется подходящее место, температура и питательные вещества, так и твоей магической силе нужен подходящий момент. — Хм-м-м… Она не полностью меня убедила, но раз Феррис так говорит, то, наверное, она права. В любом случае, очевидно, что это снова займёт уйму времени. — Эх… Значит, очередные сто лет базовых тренировок?.. — понурился я, а Феррис, улыбнувшись, покачала головой. — Ха-ха-ха, о чём ты? Ты даже близко не прав. — Э, правда?! Я надеялся, что освоить это будет на удивление легко, но такого просто не может быть. — Какие сто лет? Даже по самым скромным прикидкам это займёт десять тысяч лет! Хе-ха-ха-ха-ха! — … Вот так и началась абсурдная тренировка магической силы. — Слушай внимательно — магическую силу можно сравнить с «цветом»… или же «звуком». Она естественно существует в природе и в тебе самом. Прислушавшись, ты сможешь услышать, например, биение сердца, звук дыхания, сокращения мышечных волокон. Тут всё точно так же. Первым делом прислушайся внутрь себя и попробуй ощутить её. Теперь, когда я сняла печать, это не должно вызвать у тебя ни малейших трудностей. Всё ещё не до конца веря в то, что это правда, я закрыл глаза. Поначалу я ничего не чувствовал. Я слышал только биение сердца и сосудов… Но постепенно я заметил нечто тёплое, пульсирующее одновременно с биением сердца. Нечто мягкое, текущее одновременно с пульсацией. Нечто спокойное, растворяющееся и смешивающееся с температурой моего тела… Нечто неизвестное, обитающее в каждом уголке моего тела. — Кажется, я что-то чувствую… — Угу, видимо, да. Ощущать магическую силу способен даже младенец — это столь же естественно, как слышать звуки или видеть цвета с самого рождения. Феррис права — в этом действительно нет ничего трудного. Видимо, раньше я её не ощущал лишь потому, что Феррис её запечатала. Более того, я заметил ещё кое-что. Это было так же просто, как пошевелить рукой или произнести слово. Достаточно просто захотеть, и магическая сила внутри тела двигалась так, как я того желал. Если всё так, то уверен магия дастся мне легко. Не могу представить, чтобы обучение магической силе заняло десять тысяч лет. Однако… — Хм, всё-таки инстинктивно контролировать магическую силу тоже возможно. Магическая сила, если кратко, — воплощение фундаментальных возможностей, которые порождают все явления. Регулируя и управляя ей, как ты это делаешь сейчас, можно применять магию, — сухо объяснила Феррис, но затем добавила: — Однако… для тебя это ещё слишком рано. После чего Феррис прошептала какое-то заклинание, и в следующий миг магическая сила, которую я с такой лёгкостью заставлял двигаться, замерла на месте. Я всё ещё мог чувствовать её, но моей воле она больше не подчинялась. Скорее всего, она запечатала лишь моё управление ею. — Э-эй, почему?!.. — Я ведь говорила — всему своё время, — сказала Феррис и вдруг зажгла огонь на кончике пальца. — Как ты думаешь, из скольких видов магической силы создана эта магия огня? Её внезапный вопрос застал меня врасплох, но, наверное, это тоже часть теста. Если я отвечу верно, то смогу перейти к следующему этапу обучения. Я обострил свои чувства на полную. На первый взгляд кажется, что вид магической силы тут всего один. Это небольшой огонёк размером в один сантиметр. По идее, много магической силы в него не вложить… Но, если как следует прислушаться, то слышится далеко не один звук — вид магической силы. Один, два, три… Нет, четыре. Это пламя состоит из четырёх звуков. — Из… четырёх?.. — ответил я, и Феррис удовлетворённо улыбнулась. — Угу, молодец… Но ты ошибся. Правильный ответ — триста тысяч. Эта магия создана тремястами тысячами видов магической силы. — Т-тремястами тысячами?!.. В этом маленьком огоньке столько видов магической силы? Даже после того, как Феррис дала правильный ответ, я всё равно мог различить лишь четыре вида магической силы. И тут я вдруг вспомнил уроки английского языка в средней школе. «Японцы не различают согласные „r“ и „l“». В общем, японцы, привыкшие к языковой системе, в которой нет разницы между «r» и «l», потеряли способность различать обе согласных. Хотя масштабы тут совершенно иные, скорее всего, похожее происходит и с этой магической силой. Будучи специалистом в восприятии магической, Феррис видит мир совершенно иначе, чем я. — Теперь ты понимаешь? Те, кто ощущают магическую силу грубо, не могут применять магию тонко. Сперва изучи магическую силу и улучши её восприятие. Это — твой следующий шаг. С этого момента я стал тренироваться исключительно в распознавании магической силы. Я вступил в контакт с всевозможными видами магической силы: той, что внутри меня, той, что витает по всему миру, той, что создаёт Феррис, и одновременно развивал способы её ощущать. Воспринимать как звук. Визуализировать через цвет. Ощущать как запах. Повторяя эти упражнения на протяжении трёхсот лет, я научился, как создавать магическую силу из собственной основы и наконец перешёл на этап движения магической силы. Только вот использовать её в форме магии мне всё ещё было запрещено. Феррис последовательно обучала меня исключительно тому, как управлять ей с помощью различных мысленных образов: менять её размеры, скорость, количество. Кстати говоря, на завершение этого курса у меня ушло десять тысяч лет. Честно говоря, это было крайне утомительно. Тренировка, прямо скажем, была простой, но что важнее всего, я совсем не стал сильнее. Прошло уже десять тысяч лет, а я всё ещё даже маленький огонь создать не могу. Несмотря на использование всяких «эликсиров, тысячекратно повышающих скорость роста силы» или «браслета, что даёт очки опыта, если просто носить его», я совсем не чувствовал, что стал сильнее. …Да и вообще, разве перемещение в другой мир не гарантирует получение какой-то крутой читерской способности? Почему мне приходится проходить через такие обыденные тренировки? Однажды, не выдержав, я высказался об этом Феррис, и она невозмутимо ответила: — Что? Читерскую способность хочешь? Ты про «оригинальные навыки»? К сожалению, это невозможно. Дарование оригинальных навыков попаданцам — это тайный ритуал богинь. Они существуют по законам мироздания, отличным что от людей, что от демонов. Даже мне повторить такое будет нелегко, — Феррис пожала плечами, а затем её брови у переносицы приподнялись. — Во-первых, твои попытки схитрить — верх наглости! А ну-ка, хорош городить всякую чушь и марш упражняться! — Эх… Таким образом моя читерская способность была отложена, а базовые тренировки продолжались ещё пять тысяч лет. Однако затем я наконец перешёл к практической части. От фехтования и владения копьём с использованием магии, конкретного применения магии и вплоть до тренировок в реальных битвах. По существу, я сражался против големов, которых создавала Феррис, но иногда приходилось иметь дело лично с ней. Понятное дело, каждая дуэль с ней заканчивалась тем, что она односторонне избивала меня до полусмерти. Это отчасти было издёвкой. Должно быть, она не использовала даже одного процента от своей полной силы. Но я всё равно был рад. В отличие от прошлых базовых тренировок, я действительно становился сильнее. В перерывах между изнурительными тренировками не было никаких развлечений. Всё-таки это «отвергнутый мир»… Абсолютно пустая земля. Ни телевизора, ни радио, а из книг — только гримуары. Даже спортом не заняться — не гонять же нам с Феррис в футбол вдвоём? Поэтому оставалось лишь одно развлечение — разговоры. Тем не менее Феррис хотелось лишь слушать истории из моей жизни. Поэтому роль говорящего в основном доставалась мне. О школе, о доме, о манге, которая мне нравилась. Надо ли говорить, что жизнь у меня была достаточно обыкновенной, и никаких великих приключений или заставляющих сердце биться романов в ней не было. Так что мои истории были настолько скучными, что даже мне они надоели. А уж для целой владычицы демонов, которая жила в фэнтезийном мире, они и вовсе должны были казаться пустой тратой времени. Однако Феррис очень хотелось слушать мои истории. И она всегда кивала с довольным видом. Больше всего она любила мою историю о чёрной кошке, которую я когда-то держал дома. «Это прелестное создание — кристаллизация чуда!» — говорила она. И во время таких бесед Феррис казалась мне совершенно обычной женщиной. Но есть один неоспоримый факт: она уничтожила огромное количество миров и оборвала бессчётное множество жизней. Чем больше я узнавал о «обычной» стороне Феррис, тем сильнее меня тяготил этот факт. Может, она лгала? Или же были некие обстоятельства, с которыми она вообще ничего поделать не могла? Мои сомнения лишь продолжали скапливаться. Она не хотела говорить о себе, а я, будучи трусом, не решался спросить у неё… Верно, я боялся узнать правду. Поначалу я боялся, что задам неверный вопрос, и она меня убьёт. Затем боялся разрушить наши отношения. Ну а после я уже страшился того, что, спросив её об этом, причиню ей боль. Так что… Задать вопрос о том, как всё было на самом деле, я решился лишь спустя двадцать пять тысяч лет после нашей первой встречи. — Слушай, Феррис… Зачем ты убила их всех? — вдруг ни с того ни с сего спросил я, после очередной тренировки. Феррис не пыталась уйти от ответа или переспросить меня, словно знала, что я задам этот вопрос с самого начала… Нет, наверное, стоит сказать, что она ждала этого. Так или иначе, Феррис посмотрела мне прямо в глаза и ответила: — Ответ прост — потому что я — владыка демонов и была таковой создана. Мечом апокалипсиса, что уничтожает миры. Воплощением силы, что рушит всё сущее. Такова моя истинная сущность и основа. Я — просто оружие. — Но ведь ты… Мы с Феррис говорили друг с другом прямо сейчас. Мне не верилось в то, что она была бездушным обычным орудием. Вероятно, она почувствовала мои сомнения, и ответила на упреждение: — Говорящее с тобой «эго» лишь фальшивка, случайно родившаяся после того, как я исполнила свою роль. Терминами твоего мира, это можно назвать «багом». Так что, когда я обрела эго… всё уже было разрушено. Феррис посмотрела вдаль. В её взгляде было столько одиночества, что я невольно прервал её: — Н-но раз так, то это не твоя вина! Вина лежит на тех, кто создал тебя… — …Ого, ты действительно думаешь, что я ни в чём не виновата, стоя перед бесчисленными трупами невинных, зарытых в этом превращённом в землю смерти мире? Её вопрос заставил меня потерять дар речи. Встретившись с её прямым, пронзительным взором, солгать было просто невозможно. — …Значит… ты хочешь умереть… чтобы искупить свои грехи?.. — робко спросил я, но Феррис, улыбнувшись, покачала головой. — Хе-хе-хе… Неужели я кажусь тебе такой благородной? Я — владыка демонов. Даже сейчас, обретя самосознание, моя суть ничуть не изменилась. Чужая боль, чужая радость меня никак не трогают, — ответила Феррис, никак не изменившись в лице. Честно говоря, я не мастер разгадывать чужие чувства, и женское сердце для меня тоже — тёмный лес. Но мы столько времени провели вместе, что… Я в некоторой степени понимаю её. — …Н-не лги мне. Не знаю, что было с ней в прошлом, но по крайней мере у нынешней Феррис точно есть душа. Назвать её безразличной у меня язык не поворачивается. И всё же она продолжает врать… Уверен это потому, что таково её искупление. Она не извиняется, не оглядывается назад и даже не просит прощения. А продолжает быть абсолютным злом. И в конце… будет побеждена героем как злая владычица демонов. Таков путь владыки демонов, которому она обязана следовать, и, пожалуй, единственное искупление для той, что погубила всё сущее. Жалко только, что она сама лучше других знает, что делает она всё это, до самого конца, лишь для самоудовлетворения… — Хе-хе-хе… Понятно, вот как ты думаешь? Ты добрый. Только вот, будучи фальшивкой, мне не дано понять ни правду, ни правильный ответ. В чём я точно уверена… Наверное, я немного устала от этой вечной темницы… — пробормотала Феррис. Сколько же времени она провела в этих выжженных землях? Мне ни за что не подобрать слов, которые я мог бы сказать ей. Хоть я и прожил двадцать тысяч лет, мне никогда не выпадало возможность поговорить с кем-то помимо Феррис, и единственно чему я учился — это сражаться. В душе я всё ещё пятнадцатилетний пацан. Что такой как я, может ей сказать? Я не знал, что сказать, но Феррис улыбнулась мне. — Ладно, можешь идти отдыхать. С завтрашнего дня мы начнём полноценную боевую тренировку. Она не соврала — следующие тренировки стали в разы тяжелее. Феррис обучила меня тому, как сокрушить все её секретные техники: как защититься от магии остановки времени, как нарушить изменение явлений, как противостоять технике, быстрее скорости света… — Слушай внимательно: твоя цель — не стать разрушителем. Поэтому тебе не нужно уметь останавливать время. Ты должен научиться лишь тому, как противостоять остановке времени, — сказала Феррис, но тот факт, что это контрмагия, не значит, что она легка в изучении. Ровно так же, как создать что-то сложнее, чем уничтожить, формулы противодействия магии зачастую сложнее, чем сама магия. К тому же, их освоение на этом уровне давалось ценой безумной ментальной и физической нагрузки. Физически я умер уже больше десяти тысяч раз, а если считать моменты, когда разрушался мой разум, то, наверное, уже сотни миллионов. Но я всё равно отдавал себя всего целиком тренировкам. Чем суровее становились тренировки, тем яснее я чувствовал, что день моей битвы с ней всё ближе. И вот, спустя ещё десять тысяч лет непрерывных тренировок, по прошествии ровно трёх лет в реальном времени… — Ну что ж, кажется, время пришло, — обыденно пробормотала Феррис одним солнечным утром. Но я знал, какой груз скрывался за этими словами. Пришла пора покончить со всем этим. Она призвала героя, чтобы убить себя и натренировала его, чтобы убить себя. Я отлично знал, сколь бездонна её готовность и решимость. Вернее, думал, что знал… Но не удержался от того, чтобы спросить: — А у нас точно… нет другого выхода? Даже мне этот вопрос показался детским. Все эти тридцать тысяч лет были ради этого самого момента. Было бы очень грубо теперь подвергать сомнению её решимость. Но Феррис не разозлилась, а наоборот захихикала. — Эх, не будь таким нюней. Ты всё-таки мужчина. — …Я не плачу. — Хе-хе-хе… Всё такое же малое дитя, — после чего Феррис нежно погладила меня по голове. — Почему бы нам не пройтись и не поговорить? — предложила Феррис, и мы пошли по пустоши. Мы вместе шли тем же путём, когда я впервые попал в этот мир. С той же отстранённостью, что и в тот день. С той же скоростью, что и в тот день. Затем, зашагав в ногу со мной, Феррис вдруг сказала: — Думаю, ты уже заметил… Но я не полностью вырвалась из-под контроля своей основы. Позывы к разрушению владыки демонов сковывают мою душу даже сейчас. — … Феррис права, я заметил это. С тех самых пор, как я научился ощущать магическую силу во всех тонкостях, я временам ощущал, как сильно искажается её магическая сила. Поэтому я знал, что Феррис изо всех сил сдерживала эти позывы и что скоро не сможет этого делать. — Этому временному эго тоже недолго осталось. Как только позывы к разрушению поглотят меня, я снова начну всё уничтожать. Разумеется, и тебя тоже. — …Даже если мне будет всё равно? — Хе-хе-хе, ты слишком добр. Я знаю, что ты не позволишь мне этого сделать. Феррис улыбнулась, будто видела меня насквозь. Я прикусил губу от досады. — …Ты жестока. — Хе-ха-ха-ха-ха, естественно. Я же владыка демонов! Ты должен будешь победить злобную владычицу демонов. Может ты и смел, но не смей колебаться. Или же… привязался ты к безжалостной отвергнутой владычице демонов? — попыталась превратить это в шутку Феррис, но я не собирался этого отрицать. — Мы с тобой вместе уже тридцать тысяч лет. Вполне нормально то, что я привязался к тебе. — …! Хе-хе-хе… «Нормально»… Нормально, говоришь?.. Я думала, что это самое чуждое для меня слово из всех, — посмотрела вдаль Феррис и очень нежно улыбнулась. — Позволь вновь поблагодарить тебя, Кёя. Эти тридцать тысяч лет с момента нашей встречи были по-настоящему весёлыми. Впервые, обретя эго, я встретилась с кем-то и впервые жила вместе с кем-то. Каждый миг, проведённый с тобой, каждое произнесённое слово, — всё это сделало меня самой счастливой девушкой на свете. Феррис улыбнулась с чувством бесконечного самоудовлетворения, но я так улыбнуться не мог. Считать счастьем встречу с тем, кто убьёт тебя? В каком месте это счастье? Я не могу принять счастье, которое кончается трагедией. Не настолько я взрослый. Поэтому… зная, что поставлю её этим в неудобное положение, я спросил: — Могу я… быть твоей причиной жить дальше?!.. В этот миг Феррис озадаченно моргнула. А затем, поняв смысл моих слов, нежно улыбнулась. — Кстати, мы же с тобой не говорили о том, почему из всего множества людей я выбрала именно тебя? …Ну так вот, на твоём месте мог быть кто угодно. Ты просто случайно оказался первым из семи миллиардов, кто ответил на призыв. Только и всего. Слова Феррис пронзили моё сердце. Должно быть, она хотела сказать: «На твоём месте мог быть кто угодно. Так что отбрось лишние эмоции и выполни свою роль»… Однако на этом она не остановилась. — Но теперь я искренне рада тому, что это был именно ты… И вот мы прибыли в то самое место, где впервые встретились. — Добро пожаловать, герой. Ну же, убей меня. Та же улыбка, что и при нашей первой встрече. Те же слова, что и при нашей первой встрече. Теперь я окончательно понял, что таков был её ответ. Но раз так, я тоже решил, как ответить. Точнее, я решил это ещё очень давно. Да, ещё с того самого дня — тридцать тысяч лет назад. Я медленно обнажил меч — и последняя битва началась. В этот же самый миг магическая сила Феррис наполнилась лютой злобой. Созданный инстинкт владыки демонов пробудился. Передо мной была уже не Феррис, которую я знал. Это было хладнокровное и абсолютное орудие массового уничтожения, что сокрушит врага всей своей мощью. Само воплощение разрушения, достойное титула владыки. Её грубая сила уже намного превзошла саму концепцию «битвы». Каждым взмахом руки Феррис раздирала небеса, а каждым шагом — раскалывала землю. Брошенные ею проклятия иссушали океаны, а пронзительный взгляд крушил даже звёзды. Подавляющая грубая сила, повелевающая временем, пространством, прошлым, будущим, всей материей и любыми явлениями. Превратить весь этот мир в пепелище для неё было проще простого. Однако я знал, как противостоять её безумной силе. Я не могу рассечь небо, но могу уйти от клинка, который рассекает небо. Я не могу расколоть землю, но могу остановить раздирающее землю заклинание. Предвидение будущего, управление временем, контроль над пространством, изменение явлений… Я сокрушил всё множество секретных техник владыки демонов, которые можно было бы назвать абсолютными. И в этом не было ничего странного. Ведь она сама лично научила меня делать это. Верно, я — герой-антитеза, натренированный сильнейшим владыкой демонов, чтобы убить сильнейшего владыку демонов. Именно в этом заключается суть возложенной на меня миссии и лишь ради этого я шёл строго указанным мне путём. И поэтому… подобная развязка в некотором смысле была неизбежна и предопределена ещё тридцать тысяч лет назад. — …Молодец… Я горжусь тобой… С момента начала битвы прошло семь дней и семь ночей. Феррис спокойно лежала на спине посреди пустоши разрушенного мира. После окончания ожесточённой битвы на наших телах не было живого места. Мы оба израсходовали все силы и были изранены с головы до ног… Но тем не менее последним стоявшим на ногах был я. — Ну же… добей меня. Как только я утрачу силу… призвавший тебя контракт тоже исчезнет… И ты вернёшься в свой мир… — прерывисто пробормотала Феррис, а затем мягко добавила: — …Прости, что заставила пройти через всё это… Выражение её лица было умиротворённым и даже счастливым. Она вот-вот должна была встретить обычную смерть, о которой так долго мечтала. Ну а меня… Её выражение лица, естественно, вывело из себя. — …Зачем… За что ты извиняешься?.. — …Кёя?.. Я очень много тренировался контролировать свои эмоции, но сейчас, именно сейчас я никак не мог сдержать свой гнев. …Её последние слова: «Прости»? — Ты что издеваешься надо мной?! Если тебе действительно жаль, то живи! Прошу тебя, живи! — Хе-хе-хе… Ты хочешь позволить мне жить дальше? Заставить жить меня — ту, кто разрушил три тысячи миров и оборвал бессчётное количество жизней? Тебе не кажется, что эта шутка уж слишком жестокая?.. Феррис улыбнулась. Да, я отлично знаю, что для неё смерть — это спасение. Оставить её в живых лишь ради себя — верх эгоизма… Но мы же с ней два сапога пара, верно? — Заткнись! Это ты самовольно притащила меня сюда и самовольно заставила меня остаться с тобой на тридцать тысяч лет! Так останься, блин, со мной ещё на каких-то жалких сто лет!! Феррис слегка нахмурилась, видимо, что-то осознав. — П-постой… Ты чего удумал?.. — А разве не очевидно? Раз ты говоришь, что скована своей основой, то я разнесу её! Отделю только твоё эго от души! — Ха-ха-ха… Что ты такое говоришь? Ты на это не способен. Разрушить душу моего уровня это всё равно что уничтожить целый мир. Ты ещё не обладаешь такой си… — прервалась Феррис на полуслове и ахнула. Похоже, она догадалась, что я пытаюсь сделать. — …Нет, неужто… ты собираешься использовать его?!.. В этот миг Феррис резко переменилась в лице. — Не смей, ты ещё не готов! Если у тебя не выйдет, то твоя душа тоже исчезнет! Я это и без тебя знаю, но… — Не недооценивай меня! Я — герой, взращённый сильнейшей владычицей демонов!.. Я собрал в кулак оставшуюся у меня магическую силу. Сейчас я затевал игру ва-банк с собственной жизнью на кону. Разумеется, мне было очень страшно — а как иначе? Я не настолько отважен, но… Мир без Феррис страшит меня намного больше! — В моём мире принято правило, заключающееся в том, что владыка демонов обязан отдать половину мира своим союзникам! Так что… Отдай мне половину себя — и прошлое, и будущее, и даже свои грехи!!! В воздухе проступили двери «Пантэсариума». После чего я кое-что призвал из него всей своей магической силой. — Явись, «Лаванквин»!! Мгновение — и в моей правой руке появился демонический меч апокалипсиса. Воплощение хаоса, которое даже Феррис называла «опасным» и самый злой клинок на свете, способный пожрать насмерть даже основу. Всё это время я в тайне, даже от Феррис, тренировался контролировать его. Я сжал «Лаванквин» в правой руке. В этот миг всё моё тело охватила невообразимая слабость. Казалось, словно меч пожирал подчистую всё, что я имел — магические, духовные и жизненные силы. Я чувствовал, что стоит мне только расслабиться, и он мгновенно отнимет даже моё сознание. Демонический меч словно насмехался надо мной: «Рановато тебе владеть мной». Фактически ещё ни разу за все мои тренировки мне так и не удалось совладать с этим клинком. Ну и что с того? Я уже сыт по горло этими: «Тебе ещё рано», «Сперва повысь уровень», «Когда-нибудь у тебя точно получится». Использовать этот меч после того, как Феррис исчезнет, не будет никакого смысла. Сейчас. Сейчас или никогда! [[image:/storage/reader-images/bab2d5cc8be2d651c581a053372a57b882b3d702.jpg]] — Х-ха-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Проигнорировав кричащее с головы до ног тело и предупреждающие меня инстинкты, я вскинул «Лаванквин». Истощение души и тела ускорилось ещё больше, и я твёрдо ощутил, что демонический меч пытался убить владельца, которого считал недостойным. Однако… я перестал сопротивляться. Даже наоборот — я влил все свои силы до последней капли прямо в демонический меч. Раз уж ты хочешь их, то получи. Если хочешь убить меня, то я дам тебе сделать это. Ежели моя жизнь тебя устроит, то это достаточно дешёвая плата. Так что… подчинись мне… хотя бы сейчас! В этот миг невозможно тяжёлый демонический меч внезапно стал лёгким. Уж не знаю, покорился ли он моей воле или же это был просто его каприз, но… Сейчас меня это заботит в последнюю очередь. Я изо всех сил обрушил «Лаванквин» вниз. Мне нужно было разрубить лишь основу Феррис, созданной как владыка демонов, оставив не тронутым исключительно её сердце, сокрытое в уголке основы. Удар, вобравший в себя всё моё естество. Вспышка злейшего демонического меча обратилась в свет, разящий любые абсурдности… И в следующий миг из мира исчезло буквально всё. Я ничего не видел. Я ничего не слышал. Я ничего не чувствовал. Это из-за того, что я умер, или того, что мир был разрушен? А может… и то и другое? Но тут посреди этого пустого мира вдруг раздался голос: — Эх, ну и безрассудство… В этот миг мир внезапно снова обрёл цвета. Я же лежал на спине в том же самом разрушенном мире. Прямо как, когда впервые оказался здесь. Поспешно встав на ноги, я увидел перед собой… чёрную кошку. — …Н-неужто это ты… Феррис?.. Я невольно моргнул. С какой стороны ни посмотри, но это была обычная чёрная кошка. Однако она виляла хвостом и улыбалась. — Хе-хе-хе, как я тебе? Милая? — Милая, но… почему ты в этом облике?! — Эх, грубо задавать такой вопрос, когда это твоя ошибка. Ты вытащил целый «Лаванквин» и пожрал им всю мою силу. Я даже форму человека поддерживать не могу. Никогда бы не подумала, что буду так унижена, — сказала Феррис в своём обычном тоне, а затем улыбнулась. — Да, верно… Я лишилась всего — силы, ограничений, назначения, проклятья. Я чувствую себя такой лёгкой. Услышав эти слова, я понял. — Значит, у меня получилось?.. — Хе-хе-хе, не зазнавайся. Ты преуспел, но лишь наполовину. Если бы под конец я тебе не помогла, то мы бы оба исчезли вместе со всем миром. Трудно поверить, что тот трусливый мальчишка пошёл на такое безрассудство. — А, ну… Прости… Этого стоило ожидать, но похоже, в одиночку у меня ничего не вышло. У меня даже сейчас кровь стынет в жилах от одной мысли о том, что бы было, если бы она не вмешалась. — Но… впрочем… Ты молодец. Спасибо, Кёя. В улыбке чёрной кошки безошибочно угадывались черты Феррис. Ах, даже одна эта улыбка стоила того, чтобы рискнуть своей жизнью. — И всё же… Я в замешательстве. — …? Из-за чего?.. — Хм-м-м-м, — вдруг начала беспокоиться Феррис, а затем чёрная кошка в её лице дала ответ на мой невольно заданный вопрос: — Если честно… Теперь, когда я свободна от своей основы, я не знаю, что мне делать дальше. Феррис озадаченно посмотрела в небо. Впервые вижу, чтобы она вот так на что-то жаловалась. Но, если так подумать, то в этом нет ничего удивительного. Всю жизнь она была скована своей основой владыки демонов, и даже после обретения самосознания продолжала сопротивляться основе. Сейчас она впервые обрела настоящую свободу. Вполне естественно, что она понятия не имела, что ей делать. Так что… я сделал ей одно предложение. — Слушай, а почему бы тебе не отправиться со мной в мой мир? И тогда я покажу тебе, какова из себя «обычная повседневная жизнь»! Я размышлял об этом уже довольного много времени. О том, что было бы просто замечательно вернуться в свой мир вместе с Феррис. — …Н-ну, если ты, конечно, согласна на это… — сдулось под конец моё предложение. Буду откровенен, я совершенно не думал о том, что делать, если она отвергнет моё предложение. Что, если она наотрез откажется со словами скажет: «Не, не хочу»? Но тут… Феррис почему-то начала кататься по земле от смеха. — Хе-хе-хе, после всей этой уверенной тирады, ты опять колеблешься? Лучше бы заявил что-то в духе: «Теперь ты моя женщина»! — Н-ну, знаешь ли — принуждать других как-то неправильно… — ответил я, и Феррис снова расхохоталась. Да что тут, блин, смешного? Это же обычное уважение к правам человека. Вдоволь насмеявшись, Феррис вдруг пробормотала: — Точно… Мир, в котором ты родился, значит?.. Было бы неплохо. Я последую за тобой, Кёя. Всё-таки половина меня уже твоя, верно? — К-конечно!.. Слава богу, — свалился камень с моего сердца. Но вечно расслабляться нам нельзя. Раз уж мы всё решили, нужно много чего сделать. — Тогда давай начнём с подготовки формулы телепортации! Но на создание оной с нуля… уйдёт немало времени… Меня обучили огромному множеству контрформул. Особенно хорошо я владел изменением формул. Но вот созданию формул с нуля меня особо не учили. По меньшей мере на это уйдёт несколько десятков лет. Однако Феррис покачала головой. — Нет, похоже, особых трудностей в этом плане не предвидится. — Э? — Я ничего об этом не говорила, так как не было необходимости, но последнее время часто применялась крупномасштабная пространственно-временная магия. К тому же, ведущая прямиком в твой мир. Скорее всего, это были Врата, используемые богинями… Хе-хе-хе, они ошибочно считают себя монополистами пространственно-временной магии. Защита у неё дырявая. Мы с лёгкостью ими воспользуемся. — Тогда!.. — Хе-хе-хе, похоже, нам нужно начать немедленно готовиться к нашему путешествию! Использовать всё, что можно, даже чужое — таков путь демонов. И вот, всего через три дня ожиданий я ощутил пространственно-временные колебания. Похоже, открылись эти так называемые Врата. Я тут же схватил искажение в пространстве и времени и незаметно влился в его поток. Разумеется, было не просто, но… в сравнении с битвой насмерть с Отвергнутым Владыкой Демонов — это оказалось сущим пустяком. Таким образом, отдавшись на волю пространственно-временному волнению, мы обратились в частицы света и покинули отвергнутый мир. Путешествие заняло буквально одно мгновение, и мы оказались… — Х-ха-ха-ха-ха… Мы и вправду вернулись!.. Мчащиеся машины, шеренги небоскрёбов и волны толпящихся людей — навевающий воспоминания мой родной мир, где магии и в помине нет. Та самая Япония. В реальном времени прошло всего три года, но для меня — с тех пор, как я покинул дом, минуло уже тридцать тысяч лет. Теперь, когда я вернулся сюда, мы с Феррис начнём здесь новую мирную жизнь! …Но, к сожалению, всё оказалось не так просто. Спустя мгновение радости от долгожданного возвращения на родину, я вдруг ощутил внезапную вибрацию магии телепортации. — …! Что происходит?!.. В следующий миг мы с Феррис были окружены несколькими мужчинами. Я с первого же взгляда понял, что они довольно сильны. После чего появившиеся мужчины сухо заявили: — Мы из Комитета по контролю за попаданцами. Вы — вернувшийся из другого мира, ведь так? — Э, ну да… — Тогда это для вас. С этими словами они передали мне запечатанный конверт, на котором было написано: «Государственная школа Иггдрасия». — Так и что это?.. — Подробности узнаете в школе. Дата и время указаны на конверте. Убедительно просим вас не опаздывать. — Э? П-постойте… — И на всякий случай предупреждаем: права на отказ у вас нет. Всего доброго. Сказав это, мужчины тут же ушли, оставив меня в полном недоумении. Школа? Комитет? Что вообще происходит?! Пока я как вкопанный стоял с конвертом в руках, Феррис довольно прошептала мне на ушко: — Хе-хе-хе… Похоже, наша «обычная повседневная жизнь» наступит очень нескоро. — К-как же так?!.. Так нас с Феррис и обязали поступить в эту школу. ---… --… — Ах, навевает воспоминания. Особенно твоё выражение лица, когда тебя вызвали в эту школу… Хе-хи-хи-хи-хи… — Н-не смейся! Тебя вообще-то это тоже касается! Мы находились в моей комнате. Закончив ностальгический рассказ, Феррис захихикала. Эх, совсем не понимает чужих чувств. — Блин… Всё не должно было так обернуться… И ведь ещё угораздило нас оказаться именно в логове героев… Да, владыка демонов и её последователь оказались в главной базе героев. Если хорошенько подумать, то ситуация хуже некуда. Мы должны были начать жить мирной жизнью, но мой план пошёл наперекосяк с самого начала. — Прости… И это после всех тех громких заявлений о том, что я покажу тебе обычную повседневную жизнь… — Ха-ха-ха, о чём ты? Мне кажется, тут будет весело. А у тебя есть дурная привычка — сразу же начинать просить прощения. Ты же сильнейший герой, одолевший отвергнутую владычицу демонов! Тебе можно быть чуточку высокомерным. Будь поувереннее в себе. — Легко сказать… Ты же на протяжении последних тридцати тысяч лет постоянно избивала меня до потери пульса. Откуда у меня взяться уверенности в себе? Если считать результаты наших боёв, то я проиграл ей сто миллионов раз и победил только один. И даже достигнув этой единственной победы, не добил её. Если бы после такого кто-то с самодовольным видом заявил: «Я — сильнейший!» — это был бы редкостный болван. — Ну, зато твой характер никак не изменился. Это одно из твоих достоинств, — Феррис отчасти изумлённо улыбнулась, а затем продолжила: — Но важно другое… Что ты теперь планируешь делать? — Что ты имеешь в виду?.. — Я спрашиваю, что в этой школе будешь делать ты, обладая силой, превосходящей даже мою? Ты мог бы подмять под себя всю школу, править миром и вообще делать всё, что только душе заблагорассудится. — Могу или нет — одно дело, но я совершенно в этом не заинтересован… Я уже наглядно увидел, к чему ведёт такая сила. Власть над всем миром или бытие сильнейшим — нисколько меня не волнует. Ведь, если в итоге это приведёт к той пустоши, которая мучила Феррис… В этом нет никакого смысла. — Да и вообще, если я буду выделяться, то школа однозначно доберётся до тебя. А этого я допустить не могу. Так что я буду жить настолько мирно, насколько это возможно. Сражений… за эту жизнь мне хватило с лихвой, — ответил я. Феррис замешкалась на мгновение, но затем сказала: — …Послушай, Кёя. В самой силе как таковой нет добра или зла. Вопрос в том, как ты ей распорядишься. Я сделала это неправильно, но… Ты — другое дело. Гордись собой больше, ладно? Честно говоря, до меня пока не очень дошёл смысл слов Феррис. Поэтому я просто уклончиво кивнул. — Да, знаю. ---------- Глава 2. «Оригинальный навык» Первое утро в школе. Со второго дня после поступления, то есть сегодня, наконец, начинаются обычные занятия. Интересно, какие уроки проводят в школе, где собираются читерные герои?.. Будучи в положении слуги владыки демонов, мне в некотором смысле страшно. Но больше всего я боюсь… — «Посмотреть прямо в глаза и чётко сказать», «Посмотреть прямо в глаза и чётко сказать»… Ладно… Всё в порядке, я справлюсь… — Что ты там всё бурчишь без остановки, Кёя? Мне жутко, — высунулась Феррис из моей сумки, пока я шёл в класс. Я сунул ей под нос книгу, которую внимательно читал. — Хе, интересно? Это — моё стратегическое руководство по этой школе! — И что там?.. «Совершенно секретно, 100 секретов общения»… Что это ещё мяу такое? — Нам же нужно влиться в школьную жизнь. А для этого нужно завести друзей, верно? Да, начало школьной жизни по сути означает активизацию взаимодействия с одноклассниками. Я и так интроверт по натуре, так ещё и «перерыв в практике» на тридцать тысяч лет брал. Первый контакт нужно продумать до мелочей. Итак… — Пора… Д-доброе утро! — громко и чётко сказал я, следуя советам из книги. Я энергично открыл дверь аудитории. Небольшая запинка придаёт очарования. С таким подходом я должен был произвести идеальное первое впечатление… Должен… был… — Ась? В классе стояла полная тишина. Если быть точнее, то здесь никого не было. Пока я обеспокоенно озирался вокруг, Феррис поражённым голосом снова сказала: — А чего ты ожидал? Ты на время-то посмотри. Сейчас было семь утра — целый час до начала занятий. Я пришёл заранее для верности, но… Похоже, я сильно перестарался. — Эх, какой же ты всё-таки робкий, а. В таких случаях лучше опоздать и произвести впечатление крутого парня. — Думаешь? В любом случае здесь никого нет, так что ничего не поделаешь. Повторю материал (по заведению друзей) и подожду, — подумал я, собираясь присесть за первую попавшуюся парту. Но в этот момент... — Хм, а ты рано, но первой здесь была я — Лала, — раздался по классу эхом голос девочки, которой, однако, нигде не было видно. Я тут же приготовился к бою. Неужто невидимость? Или же она из другого измерения говорит? В любом случае, это весьма продвинутая техника сокрытия. А, значит, применивший её тоже должен быть довольно… — был настороже я, но тут заметил совсем рядом чью-то очень слабую ауру. Я украдкой заглянул за учительский стол, откуда исходила эта аура и… — М-м-м, чего уставился? Там стояла девочка низкого роста с невинными глазками и пухлыми щёчками. С какой стороны ни посмотри — маленькая девочка… Я, кажется, слышал, что тем, кого избирают попаданцами, обычно от двенадцати до восемнадцати лет. Однако этой девочке с виду было около шести-семи лет. Она никак не может быть попаданцем. Следовательно… — …Ты потерялась? — Вовсе нет, грубиян. От недовольства девочка надула губы, а затем гордо выпятила грудь. — Я — богиня. И очень-очень важная. — Б-богиня?.. Эта маленькая девочка, которую, судя по всему, звали Лалой, оказалась одной из самих богинь! — Вау, круто… Кстати, а где твой дом? — М-м-м, ты не веришь мне? — Лала надула щёчки и недовольно уставилась на меня. — Ладно, в качестве особой услуги я продемонстрирую тебе силу богини, — объявила она и стала концентрироваться. В этот миг тело девочки начало парить. Она медленно — сантиметр за сантиметром — набирала высоту и… через несколько секунд села на учительский стол. …Э? И всё? — …Сделаю небольшой перерыв. — А, понятно… Видимо, она всё-таки не просто маленькая девочка, но вот, можно ли называть её богиней — вопрос открытый. Так что я решил обратиться к эксперту: (Слушай, Феррис, а она и правда богиня?) (Да, хотя её силы крайне невелики, но… Она однозначно богиня.) Понятно. Значит, я ошибался. — Ладно, прости-прости, я просто впервые вижу настоящую богиню… Богиня она или нет, но обижать маленьких девочек — не хорошо. Я искренне перед ней извинился, но… совершил большую ошибку. — …М-м? Ты никогда раньше не видел богинь?.. — Угх, чёрт… Обычно попаданцев призывают богини. Поэтому все герои хотя бы раз, но встречаются с богиней. (Плохо дело. Ну-ка давай — обмани её, обмани) — Ой, видел, конечно, просто я имел в виду, что не часто увидишь столько выдающихся и при этом юных богинь… — оправдался я, но было уже слишком поздно. — …По-доз-ри-тель-но. — Кх!.. — Ты что-то скрываешь, ведь так? Я умная богиня — меня не обманешь. Особенно эта сумка. Она как-то подозрительно пахнет! А эта девочка проницательная! В этой сумке скрывается не «что-то», а целая отвергнутая владычица демонов! Но, если я сейчас начну всё отрицать, это будет равносильно признанию. Пока я не мог решить, что делать, девочка подошла ко мне и положила маленькие ручки на сумку. Теперь уже ничего не поделаешь. Я не хотел этого делать, но… придётся пойти на крайние меры. (Феррис, притворись кошкой!) (С-с какой стати я должна…) (Просто сделай это!) В миг, когда Лала открыла сумку, Феррис изо всех сил начала мяукать: — Мяу, мя-я-яу (хех). (Ты могла хоть немного правдоподобнее изображать кошку!) (А что ещё прикажешь делать!) Пока мы телепатически спорили друг с другом, девочка пристально взглянула на Феррис. Даже Феррис опешила от её, казалось, видящего скрытую в глубине правду, взгляда. Я приготовился к худшему. После чего богиня сказала… — П-пушистик!! — радостно воскликнула Лала, крепко обняв Феррис. — Мря-я-яу?! Она даже начала теряться об неё щекой, словно девочка, которой подарили плюшевого мишку на день рождения. Похоже, она впервые прикасалась к настоящей (чистая ложь) кошке. (…Отлично, у нас получилось!) (Кх… я тебе это припомню…) Пока я наблюдал за «игрой» девочки и кошки, в класс начали подтягиваться ученики. Я ожидал, что свободолюбивые бывшие герои будут сачковать, но, видимо, даже они не рискнули бунтовать с первого же дня. Однако собрались только ученики. Ключевой персоны в лице преподавателя всё не было. «Неужели…» — мелькнуло у меня, и я обратился к Лале: — Н-неужели ты будешь нашим учителем?.. — Хе-хе-хе, а у тебя глаз намётан. Но ты не прав. Я — надсмотрщица. По положению я круче чем учителя. — А, понятно. Не очень понял, но по крайне мере нам не придётся слушать лекции от этой девочки. Но тогда где, чёрт побери, учитель?.. — О, все в сборе? Молодцы-молодцы! Из внезапно открывшейся двери раздался знакомый раскованный голос, и в класс вошла член исполнительного комитета, которую мы видели вчера — Кудзуха. — М-м? Чего вдруг замолкли? Молодёжь нынче разучилась даже с наставниками здороваться, что ли? — подтолкнула она нас. И мы, первокурсники, все в разнобой поприветствовали её. Однако все были сбиты с толку тем, что к нам пришла такая же, как и мы ученица, а не учитель. Заметив наши лица, Кудзуха усмехнулась. — Ой, да вы чего? Неужто ждали какого-то «обычного» школьного учителя? Ха-ха-ха-ха, да чему эти взрослые-обыватели могут научить вас? И правда — у всех присутствующих есть читерские способности. Тренировать нас могут только такие же ученики. Однако, хоть меня это и убедило, мне стало интересно, как будут проходить занятия. Хоть мы все и герои-попаданцы, но боевые стили у нас разнятся: маги, воины ближнего боя и так далее. Все пользуются разным оружием или формулами. Да и текущий уровень силы у всех разный. Как она собралась обучать нас?.. — Итак, давайте сразу начнём занятие… Хотя, честно говоря, я о вас ни черта не знаю… О, точно. Тогда сделаем так! Продемонстрируйте-ка мне для начала вашу силу! — придумала что-то Кудзуха и хлопнула в ладоши. Ясно, значит, первое занятие будет испытанием наших сил, по результатам которого она спланирует дальнейшие уроки. Неожиданно адекватный метод… Однако моё восхищение ею продлилось лишь мгновение. Всё испортил способ проведения испытания. — Ну что ж, дам вам один совет: берегите свою жизнь, — многозначительно пробормотала Кудзуха и щёлкнула пальцами. В этот миг пространство вокруг исказилось, и мы вдруг оказались посреди обширной равнины. Это было другое измерение, созданное продвинутой пространственной магией. После чего тут один за другим начали появляться орды монстров, излучающих ужасающую злобу. — Постарайтесь не умереть. Кудзуха, призывая свирепых магических зверей, беспечно махала рукой высоко в небе над равниной. Лала, устроившись у неё на коленях, полностью перешла в режим безделья. Теперь я наконец понял. Она изначально не собиралась нормально обучать нас. Но на жалобы времени у нас не было, ведь созданные монстры все разом ринулись в атаку. Гигантский дракон, покрытый чёрной чешуёй, словно крепость, уродливый тролль, чьё тело по размеру соперничало с холмом, кислотная слизь, растворяющая всё, к чему прикасалась, за мгновение… Все эти отвратительные монстры обрушились на нас, словно цунами. Повсюду начались сражения. И, разумеется, я тоже не мог оставаться в стороне. — Гр-р-р-р-р-р-р-р-р!!.. — оскалил передо мной клыки грозный десятиметровый дракон. Его острые шипы и клыки действительно были жуткими. Ну а я… совершенно растерялся. (Чёрт, что делать?..) Чисто между нами: у меня есть один фатальный недостаток. И это… «полное отсутствие опыта». Я тренировался тридцать тысяч лет подряд, но всё это было чисто подготовкой к битве с Феррис. Другими словами, сегодня я впервые сражаюсь с обычными монстрами. Я вообще ни черта не знаю об этом драконе: ни как он называется, ни как он себя ведёт, ни насколько силён он по сравнению с другими монстрами. Вдобавок к этому у меня есть проблемное ограничение, выражающееся в том, что «мне нельзя выделяться». Если победа дастся мне слишком просто или наоборот, это будет выглядеть неестественно, так что придётся поддерживать идеальный баланс, что, откровенно говоря, довольно сложный квест. Но даже так — всё ради спокойно жизни! Я собрался с духом. — У-о-о-о-о-о-о! Поехали, какой-то там дракон!! Я проскочил мимо острых когтей, в последний момент уклонился от удара хвостом и сайд степом увернулся от мощного укуса. После чего я контратаковал его магией огня, выложив в неё всю свою силу (на самом деле сдерживаясь). Дракон же ответил своим дыханием из бушующего пламени. Мы сошлись в равной схватке, балансируя на грани… Ну что, кажется, у меня неплохо получается?! Вокруг раздались восхищённые возгласы одноклассников: — Эй, глядите, он бьётся с Чёрным Драконом! — Да ещё и на равных. — Хм, похоже, а он ничё так. Судя по реакции зевак, я попал в нужную грань. Я облегчённо вздохнул… Но тут всё резко переменилось. — …Стоп, погодите. Этот узор на хвосте… Разве это не Чёрный Дракон-Подражатель? — Да ну?! Чёрный Дракон-Подражатель — это же слабейший монстр, который только с виду кажется опасным. М-м? Кажется, что-то пошло не так… — Вы угораете? То есть он на равных с Чёрным Драконом-Подражателем? А он точно герой? — Чё-то тут не чисто… Вот чёрт. Резко изменив планы, я вложил в правую руку побольше магической силы и ваншотнул Чёрного Дракона-Подражателя. Бедная слабейшая ящерка была отправлена в нокаут с одного удара. Для верности я добавил: — Ё-моё, что-то уж я больно сильно расслабился. Пора бы взяться за дело всерьёз! Ну и как вам моя правдоподобная игра на публику? И, похоже, «публика» была в полном восторге. — Ну да, логично… — Так и думал… — …Стоп, подождите. …М-м? — Этот узор на шее… Это же Чёрный Дракон-Подражатель-Подражатель! — Да ну?! Чёрный Дракон-Подражатель-Подражатель — это же монстр SSS-ранга, который только прикидывается слабейшим! — Вы угораете?! То есть он ваншотнул Чёрного Дракона-Подражателя-Подражателя? А он точно провалившийся герой? — Чё-ё-ё-то тут не чисто. Вот чёрт!!! — Гха-а-а-а-а, моя рука-а-а-а-а!! — Лол, да он просто выпендривался! — Ну а чё вы хотели? — А-ха-ха-ха! …Ах, какая же всё-таки сложная штука эта школьная жизнь. И вот в то время, как я избавлялся от монстров, умудряясь как-то всех обманывать… (М-м? Эта аура…) Ощутив вспышку магической силы в лесу позади себя, я рефлекторно обернулся и увидел странный силуэт, парящий в небе над лесом. В действительности он представлял из себя сгусток пламени, всё тело которого состояло из яркого бушующего огня. (Пламенный Висп?..) «Пламенный Висп[✱]Записано как: «Дух вселенского пожара».» — это искусственный дух, созданный магической силой, способный свободно менять свою форму. Помнится, в прошлом Феррис выставляла его против меня на тренировочных боях. Но почему он здесь? В отличие от прочих монстров, которых, видимо где-то поймали, это создание –искусственная форма жизни, рождённая магией огня. Случайно сюда оно попасть не могло, да и Кудзуха вряд ли бы стала специально его призывать… Пока я ломал голову, тело Пламенного Виспа вдруг задрожало. Мгновенно раздувшись, оно превратилось в гигантского восьмиглавого дракона, настолько огромного, что приходилось задирать голову. Его величина была сравнима с небольшой горой. По размерам и объёму магической силе он ощутимо превосходил всех прочих монстров. Самый настоящий монстр-босс. Спустя несколько секунд превратившийся в дракона Пламенный Висп принялся сеять хаос. Из всех восьми пастей он выпускал одну беспрецедентно мощную магию взрыва за другой. Беспорядочные взрывы безжалостно испепеляли лес, а попавшие под них монстры мгновенно обращались в пепел. Разумеется, ученикам тоже досталось. Они все, побросав оружие, метались, пытаясь спастись от чудовищной бомбардировки. — Э-эй, может, стоить всё это прекратить?!.. Это уже никакое не испытание способностей. Я взглянул на Кудзуху, прося приостановить тест… Но увидел, что Кудзуха задремала. Ну а самопровозглашённая «богиня-надсмотрщица» радостно кричала: «Ух ты! Круто!»… Да у этих двоих и намёка на ответственность нет. Вокруг бушевал Пламенный Висп, мощные взрывы накрывали равнину один за другим, ученики вопили и бежали, кто куда — настоящий ад кромешный. Кто, чёрт возьми, разберётся со всем этим? Однако в миг, когда все уже едва не отчаялись, появился луч надежды. — Э-эй, гляди, это же… — Она что, всерьёз собирается…? — Да она спятила! Взгляды учеников сосредоточились на точке — девушке, вставшей перед гигантским драконом. Это была Комари. Держа в руках потрёпанный меч, она непоколебимо стояла напротив Пламенного Виспа. Выйти против грозного врага, чтобы спасти людей, не думая о собственной жизни… Именно таким и должен быть герой. Выглядело это, конечно, эпично… но сейчас враг был значительно сильнее её. — Э-эй, ты, беги пока не поздно! Хоть мы с ней не были близки, но я не мог просто стоять и смотреть, как знакомую испепелят прямо на моих глазах. Я просто не мог не предостеречь её. Однако Комари решительно покачала головой. — Не могу! Понятно, «герой не должен отступать, каким бы ни был его враг». Я думал, что она просто легкомысленная девушка, от которой одни проблемы, но её дух заслуживает уважения… Я даже невольно восхитился ею, но тут она продолжила: — …Просто… У-у меня ноги подкосились, и я не могу двинуться!.. — Ох… Так вот, что она имела в виду под «не могу». Но сейчас не время поражаться. Заметив Комари, дракон уставился всеми восемью головами разом на девушку, что стояла у его ног. Разумеется, я могу запросто вынести этого Пламенного Виспа. Однако сейчас за нами смотрят другие ученики. Что бы я ни использовал: боевые искусства или магию, будет трудно не привлечь к себе внимание. Так что… Видимо, остаётся лишь разрешить всё мирным путём. — Так… Кажется, секрет ведение диалога заключался в том, чтобы… «Посмотреть прямо в глаза и чётко сказать»… — вспоминая содержание руководства, я решил «поговорить» с Пламенным Виспом. — «Стэй[✱]Stay — «Стой» (англ.)», — сказал я от всего сердца, смотря ему прямо в глаза. В этот миг Пламенный Висп замер. Его горделивые челюсти затряслись, огромные крылья съёжились, а восемь голов принялись безобразно бороться друг с другом, пытаясь спрятаться одна в тени другой. Испугавшись до такой степени, что он не мог даже убежать, дракон выглядел точь-в-точь как Комари, у которой подкосило ноги. Вообще я не собирался его так пугать… Но ладно, главное — он меня понял. Хотя я невольно пробормотал: — …Вот бы твой хозяин был также умён, как ты… Именно тогда он и объявился. — Ну что, вроде всё закончилось? Из глубин сгоревшего леса неспешной походкой появилась фигура. Нагло выпятив плечи, этим силуэтом оказался никто иной, как вчерашний нарушитель спокойствия… Такэру Кисима. — Отлично, похоже, почти со всеми разобрались… Ладно, хватит. Исчезни, — грубо приказал он, и в тот же миг испуганный Пламенный Висп обратился в дым и рассеялся. Разумеется, сделать это мог исключительно маг, породивший Пламенного Виспа… Да, его создал Кисима. — Ха-ха, а чё париться из-за такого нудного теста? — рассмеялся Кисима. И действительно — практически все монстры были уничтожены. Если смотреть чисто на результаты — мы преуспели. Однако несколько учеников попали под раздачу и были ранены. Смеяться тут, по идее, не над чем. Но Кисима даже бровью не повёл. Более того — фыркнул с презрением. — М-м? А вы чё, тут были? Я даже не заметил. Или вы настолько тормоза, что даже от такой фигни не увернулись? — нагло заявил он, словно говоря, что виноваты тут те, кто попали под раздачу. Однако никто не посмел ему возразить. Все опустили головы. И немудрено. Способный призывать Пламенного Виспа Кисима был очевидно на две головы сильнее остальных «провалившихся». Никто бы не рискнул пойти против него. …За исключением одной девушки. — …Будь так добр извинись. — А? Ты что-то сказала? — Извинись перед всеми! Из-за тебя всем досталось! — повысила на него голос Комари. Понятное дело, говорила она от лица всего класса, но… — Ха, не выёживайся — застывшая от страха трусиха. Сами виноваты, что попали под раздачу! Мы герои, чёрт возьми! Сила — вот в чём правда. Не нравится?.. Ну так попробуй заставить меня извиниться силой! Вместо извинений Кисима провокационно и насмешливо ухмыльнулся. Он знал, что Комари ни за что не сможет его победить. Однако такого ответа он не ожидал: — …Да будет так! Сразимся! — …?! Ого, а кишка у тебя не тонка!.. Комари встретила его провокацию твёрдым взглядом. Кисима на миг опешил, но тут же самодовольно ухмыльнулся. Теперь он мог раздавить её в «честном бою». Кисиме несказанно повезло — повод побушевать сам приплыл ему в руки. — Э-эй, одумайся! Тебя же покалечат! Разница в силе между ними была очевидна даже стороннему наблюдателю. Я попытался предостеречь её со стороны… Но Комари была непреклонна. — Нет, всё в порядке… Это мой бой. Неужели эта девушка по имени Комари воинственнее, чем кажется? Нет, скорее, она сознательно загнала себя в угол… (Слушай, Кёя. Не мешай ей. Как и сказала девочка — это её битва.) — укорила меня Феррис, незаметно выскользнув из рук маленькой девочки. Ну раз так, то я не буду силой останавливать её. (…Хорошо.) И вот под нашим наблюдением их дуэль началась. — Хе-хе-хе… Ты даже не понимаешь, насколько велика разница в силе между нами, дурочка. Лучше сдайся прямо сейчас, — самодовольно улыбнулся Кисима, глядя на Комари, которая с сосредоточенным видом обнажила меч. Наверное, он радовался тому, что всё шло именно так, как он и хотел. — Но знаешь, слишком лёгкая победа — это скучно. Дам тебе небольшую фору… Ну же, атакуй первая. Я подожду. Он улыбнулся, полный уверенности в себе. Должно быть, намеревался спровоцировать её. Комари же в ответ на это лишь с готовностью кивнула. — Раз уж ты сам этого хочешь, то я не буду сдерживаться, — Комари взяла меч на изготовку и тихо пробормотала: — «Небесный Бутон Мысли, первая формация». В её мече мгновенно собрался яркий свет. С одного взгляда на сплетённую формулу, можно было понять, что Комари собиралась использовать чудовищно мощную сверхспособность. Это был «оригинальный навык» — читерская способность, дарованная попаданцу от богини. И её сила, судя по всему, была из ряда вон выходящей, даже по меркам других учеников, которые тоже имели оригинальные навыки. Зеваки широко раскрыли глаза от изумления, и даже Кисима скривил лицо. Однако… (Хм… Жаль, но этого недостаточно.) — тихо пробормотала Феррис. И в тот же миг собиравшаяся колоссальная сила рассыпалась и мгновенно рассеялась. Ну а Комари, словно обессилев, рухнула на землю. — Кх… Почему?.. От досады Комари прикусила губы. Но оно и понятно — собственные силы Комари совершенно не соответствовали возможностям её навыка. Если провести аналогию с игрой, это как выучить заклинание высшего ранга, но не иметь достаточного количества MP для его использования. — Хе-хе-хе… А-ха-ха-ха-ха! Впервые вижу бездарницу, которая даже оригинальный навык использовать не может! А ты ведь и вправду меня напугала! А-ха-ха-ха-ха-ха! — громко и вульгарно захохотал Кисима над сидящей на земле Комари. Однако истощившая все свои силы Комари могла лишь опустить голову. Воистину неприглядное зрелище. Но в этот момент неожиданно вмешалась третья сторона. — Довольно! Я не позволю обижать слабых! К нам соскочила Лала. Похоже, она наконец заметила, что это неравная битва. Хм, кажется, впервые она проявила себя как настоящая богиня… Хотя… — А? Завались и потеряйся, малявка! — …Оставляю его на тебя, Кёя. Едва Кисима злобно зыркнул на неё, как в тот же миг, она спряталась за мной со слезами на глазах. Ну да, конечно. Страшно же. Так произошла вынужденная смена «игроков». В каком-то смысле так даже лучше. Теперь у меня есть повод вмешаться. — Слушай, может хватит уже?.. — А? Заткнись, это наше с ней дело. Не вмешивайся. Кисима меня даже слушать не хотел. Более того, сама Комари покачала головой. — …Верно… Это мой бой… Комари попыталась встать на ноги, используя меч вместо трости. Похоже, она всё ещё намерена сражаться. Но я уже заметил. Её руки и ноги слегка дрожат от страха. И это заметил не я один. — Ха-ха-ха, ну ты глянь! Да тебя же трясёт! Слышь, тебе не место в этой школе. Может свалишь отсюда? Тебе же лучше будет. — М-мне кажется, ты уже перебарщиваешь… — А мне кажется, что ты должен был заткнуться! Ты вообще кто такой? Наконец объектом нападок Кисимы стал я. — М-м? Кстати, ты ж и вчера тоже мне помешал? Такой наглый, хотя и ничтожество. Один фиг, твой оригинальный навык, должно быть, такой же мусор, как и у этой бабы. Давай, продемонстрируй его. Тут есть один момент… — А у меня его… как бы и нет… — …Чё? — Я не обладаю оригинальным навыком… Увы, но так как призвала меня не богиня, а владычица демонов, у меня нет крутой штуки под названием оригинальный навык. Когда я честно признался в этом, Кисима округлил глаза, а потом вдруг начал хохотать, схватившись за живот. — А-ха-ха-ха-ха-ха, шедеврально! Богиня-соплячка, бездарница, которая не может использовать свой навык и дебилоид, у которого этого навыка вообще нет! Уровень этой школы просто ниже плинтуса! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Не понимаю, из-за чего Кисима так расхохотался, ну и ладно. Если это поможет ему выпустить пар, то так даже лучше, — подумал я, однако… — Ха-ха, а это что за облезлая кошка? Твой фамильяр? — заметил Кисима Феррис и со словами: «Дай-ка мне её погладить», протянул к ней руку. …Так, а вот это он зря. — Эй. Я сжал его руку, которой тот собирался схватить Феррис. В тот же миг я ощутил, как хрустнули его кости. Странно, а ведь я сдерживался изо всех сил. Может, это от недостатка кальция? — …?! Т-ты чё…! Кисима уставился на меня, скривив лицо от боли. Однако я проигнорировал его и предупредил Комари: — Прости, но теперь это не только ваше с ним дело. — П-постой, он опасен!.. Сильно сказано, учитывая, что она не послушала меня, когда я пытался остановить её. Главное, что я выполнил свой долг. Я отпустил руку Кисимы и коротко сказал: — Ты хотел поиграть, так? Тогда я составлю тебе компанию. — Вот ублюдок!.. Ладно, если ты так сильно хочешь сдохнуть, я оформлю тебе билет на тот свет! Сейчас я покажу тебе, как использовать настоящий оригинальный навык!.. — после чего Кисима громко прокричал: — «Альдо Иль Вулкано[✱]Записано как: «Абсолютное пламя высших небес».»!! Он развернул в небе огромной четырёхслойный магический круг, который был в несколько десятков раз крупнее того, который он продемонстрировал вчера. Похоже, он всё ещё сдерживался. Ученики вокруг с воплями начали убегать. — Ха-ха-ха-ха! Это «Дорна Двэрг[✱]Записано как: «Пещерные меха».» — мой оригинальный навык! Он в несколько сотен раз увеличивает мощь любой магии огня! Понимаешь, что это значит? Ты будешь стёрт и от тебя не останется даже пепла! В ответ на смех Кисимы магический круг стал медленно вращаться. Магическая сила круга возрастала пропорционально ускорению вращения. Это чем-то напоминало лазерную пушку из научно-фантастических фильмов. И как только концентрация магической силы достигла пика, Кисима громко прокричал: — «Файа[✱]Fire — «Огонь» (англ).»! Видимо, это была команда для активации. В ответ на его крик высвободилась колоссальная магическая сила. Разогнанный до предела магический круг сверкнул, словно взрыв сверхновой… и бесследно исчез, словно ничего и не было. — Ч-чего?.. Файа! Файа! — повторял Кисима команду для активации снова и снова, верно решив, что допустил какую-то ошибку. Увы, его крики лишь эхом разносились в пустоте. Но дух его ещё не был сломлен. — Тц… «Ирэ Варнас[✱]Записано как: «Сигнальный костёр передней формации».»!! На этот раз Кисима развернул бесчисленное множество маленьких магических кругов. Видимо, решил: раз не взял масштабом, то возьму числом. Не сказал бы, что это плохая идея, но… увы, проблема не в этом. — Файа! Файа! ФАЙА-А-А-А-А-А-А! Чёрт, какого хрена?!.. Сколько бы он ни вопил, вновь развёрнутые орудия не отзывались на его команды. Ну а как иначе? Ведь я переписывал его формулы с момента развёртывания, так что они физически не могли активироваться. Это всё равно что отчаянно пытаться стрелять из пистолета без патронов. [[image:/storage/reader-images/960146783ac85ae979b1e192dadebebc409f5e4f.jpg]] И всё же… он реально странный какой-то. Если ты используешь магию, которая создаёт магические круги, логично ставить защиту от вмешательства извне. На свете же не бывает идиотов, которые стали бы играть в покер с открытыми картами. Но Кисима даже не пытался скрыть или защитить их. Может, он недооценивает меня? — подумал я, но похоже, она даже не осознал, что его формула была изменена. Он продолжал размахивать руками и орать: «Файа! Файа!»… Боже, мне стало стыдно за него. Прямо как малышня в песочнице. Это было настолько неловко, что люди вокруг начали невольно смеяться над ним. — Чёрт, н-не смейтесь! Ща и вас прихлопну?! Файа!! Он навёл круги на зевак, но, заклинание, разумеется, не сработало. Говорю же, бесполезно. Ты должен был уже это понять. И когда насмешки стали громче, а некоторые даже начали снимать происходящее на смартфоны, Кисима, похоже, наконец осознал истину. — Кх… Ясно, я-я понял! Вмешательство в формулы… Это твой оригинальный навык?! Тц, мелко играешь!.. С вмешательством он угадал, но насчёт отсутствия оригинального навыка я не врал. Да и изменение формул — это основа основ в битвах между магами. Давать этому искусству какое-то причудливое название нет нужды. Меня куда больше интересует, как он вообще до этого сражался? — Хе, зная это, всё становится просто! Я забью тебя насмерть своими кулаками! Получай!! — верный своему заявлению, Кисима переключился на ближний бой и одновременно с боевым выкриком вложил магическую силу в свои конечности. Он одним махом сократил расстояние между нами на скорости, значительно превосходящей таковую у обычных людей. Резкое ускорение было вызвано взрывом магической силы из подошв его обуви. …Однако его действия было легко предсказать по потоку магической силы. Я сделал всего один шаг в сторону и выставил ногу вперёд. Да, в принципе это можно назвать «ускорением» или «бустом», но по сути будто выстрелил собой из пушки. Стоит вот так сместить траекторию, и… — Гба?!! Кисима зацепился за мою ногу и с тем же импульсом врезался в землю. Из его носа закапала кровь, вокруг поднялся новый виток насмешек. Бросаться на кого-то, оторвав от земли обе ноги и при этом не имея способности двигаться в воздухе — чистой воды самоубийство. Если бы я сделал так в годы тренировок, то Феррис бы в наказание оставила меня без еды на три дня. Как бы там ни было, после унижения Кисиме оставалось лишь убежать, поджав хвост. — П-проклятье! Я тебе это припомню! Впервые вижу, чтобы кто-то произносил эту фразу. И вот, когда Кисима уже скрылся в чаще леса, наша многоуважаемая инструкторша наконец проснулась. — Фуа-а-а… Как сладко я поспала. Ах да, у нас же занятие идёт. М-м, никто не умер? Если да, то поднимите руки… Отлично, все целы. Тогда на сегодня всё. Все свободны! — беспечно сказала Кудзуха и щёлкнула пальцами. В этот момент пространство исказилось, и мы снова вернулись в аудиторию. Наверняка она уже и думать забыла про испытание способностей. Впрочем, спасибо ей за это. Я пошёл на выход вместе с потоком учеников… Но в последний момент, когда я проходил мимо Кудзухи, она тихо шепнула: — Эй, может, покажешь чуть больше своих трюков? — …О чём вы? — ответил я, а Кудзуха хихикнула и ушла. Так и знал, что она притворялась спящей. Похоже, что она позволила Кисима буянить с другой целью. — Хе-хе-хе, похоже, она положила на тебя глаз. — Ах… Просто… хуже и не придумаешь… Всё-таки эта школа просто ужасна. Ладно, как бы там ни было, я преодолел первое занятие. Я направился к выходу, мечтая о минуте покоя… Но, как говорится, беда не приходит одна. Когда я уже собирался вернуться в общежитие, Комари крепко вцепилась мне в руку. — Эм… Разрешите называть вас наставником!! — Чего?.. ---… --… — Итак, отпразднуем создание Отряда Лалачки (временное название)! Ура!! — Ура! — Мяу! (Ура!). — А-ага… Моя комната превратилась в площадку для мини-вечеринки: звон бокалов, стол, заваленный бесчисленными сладостями, сияющие Лала и Комари, и даже хлопушки — не пойму, где они их раздобыли. На самодельном горизонтальном баннере красовалась надпись: «Поздравляем с созданием Отряда Лалачки!!». Чтобы понять, как мы до этого докатились, вернёмся ко времени после первого занятия. — Эм… Разрешите называть вас наставником!! На это требование Комари у меня был готов ответ: — Чего?.. Ни за что… Ещё бы я не отказал. Делать мне больше нечего, как быть наставником такой проблемной девушки… Но тут Кудзуха как раз сделала разворот буквой U и бросила роковую фразу: — Ах да, забыла сказать. Посмотрите распределение по отрядам, висящее в коридоре. — Чего? Р-распределение по… отрядам?.. — Ну да. В школе взводная система: два-пять человек плюс курирующая отряд богиня. В основном вы будете действовать в рамках этих отрядов… Стоп, я разве уже не объясняла это раньше? — … Честно говоря, к тому моменту у меня уже было нехорошее предчувствие… Итог распределения видите сами. — Как же мне всё-таки повезло оказаться с вами в одном отряде, наставник! Нет, я бы даже сказала, что это судьба! Да, наставник? — Хе-хе-хе, Кёя, ты рад быть со мной в одном отряде? Рад же, верно? — А-а-а-а-а-а… Таким образом я стал членом «Отряда Лалачки (временное навзание)». — И всё же вы такой сильный, Кёя! Я была так удивлена! — приблизилась ко мне Комари, тяжело дыша. Она, похоже, вообще не слышала про такое понятие, как «личное пространство». Для меня, тысячелетиями общавшегося только с одной Феррис, взаимодействовать с таким напористым человеком очень тяжело. — Ничего подобного. Просто… он сам напортачил с заклинанием. Мне повезло. И правда — гордиться тут нечем. Он просто не умел сражаться. Скорее, мне самому стыдно. Когда он полез к Феррис, я вышел из себя, но вообще-то в бой лезть не стоило. Надо будет извиниться перед ним при следующей встрече. Но, видимо, Комари из тех, кто слушает только себя. — Пожалуйста, научите мне сражаться! Я хочу стать сильнее, наставник! — Я тебе не наставник. Мне нечему учить тебя… — Да ладно вам, наставник! — Хватит меня так называть! Я не в том положении, чтобы учить других. Да и вообще это обычно хлопотно, так что я, пожалуй, откажусь… Но тут неожиданно встряла третья сторона. (Почему бы и нет, потренируй её. Жадин девушки не любят.) — телепатически подначивала Феррис. Вечно она лезет не в своё дело. И вообще она устроилась на коленях у Лалы и мурчала от удовольствия. Похоже, она уже привыкла к тому, что её все ласкают. А эта девочка страшнее чем кажется, раз смогла совратить владыку демонов. — Короче, мне нечему учить тебя. — Да мне всё равно! Научите хоть чему-то! Я полный ноль! Для меня всё будет в новинку! О таких вещах обычно не говорят с самодовольным видом. — А, но мне бы хотелось научиться какой-нить крутой магии! Ну типа бух-бабах! Пожалуйста, научите меня заклинанию, которое осилю даже я! Оставим в стороне её странные звукоподражания… Для начала стоит сказать, что она кое в чём заблуждается. — Слушай, ты просишь научить тебя простым заклинаниям, но в заучивании заклинаний как таковых нет особого смысла. При должном умении управлять магической силой, заклинания наоборот станут для тебя обузой. — Э? Правда? Истинная сущность того, что мы называем «магической силой» — это малейшие единицы, управляющие феноменальными процессами мира. Грубо говоря, это то же самое, что «атомы» для материи. Поэтому управляя ей, можно напрямую воплотить любое явление. В этих случаях мы используем уловки, зовущиеся «песнопениями» или «заклинаниями». То есть ритуальные молитвы и слова, содержащие в себе весь ментальный процесс, необходимый для управления магической силой. Например, слово «кошка» обозначает «млекопитающее с одной головой, четырьмя конечностями, которое мяукает и любит спать днём». Ровно как гораздо эффективнее использовать имя собственное, чтобы донести ту же самую информацию, так и заклинания тоже жизненно необходимы для лучшего использования магической силы. Если вам всё ещё не понятно, то, наверное, будет проще представить действие «есть пищу» без глагола «есть». «Опустить правую руку на тридцать сантиметров вниз. Сжать палочки между указательным и средним пальцами. Поместить средний палец между палочек, а безымянный — под одну из них…» — короче, вас ждёт просто невероятный объём мыслительной работы. Если постоянно так мыслить в повседневной жизни, то ваш мозг взорвётся. Именно поэтому в нашем мире существует бесчисленное множество слов для снижения потребления мысленных ресурсов. Поэтому использовать заклинания рекомендуется, но… есть одна деталь, которую нельзя забывать. Она заключается в том, что заклинания лишь упрощение. Если учить одни заклинания, без понимания основ, получишь фатальные недостатки в виде отсутствия умения изменять магические формулы и не сможешь даже заметить, как кто-то другой вмешивается в них. Именно это раннее и произошло с Кисимой. Только вот как бы получше ей это донести… — Точно… Заклинания и магию можно сравнить с «таблицей умножения» и «умножением» в математике. Когда ты помнишь таблицу, это удобно, но, если числа станут слишком большими или множителей будет много — она бессильна. В свою очередь, поняв принцип умножения, ты легко решишь «2×3» даже без зубрёжки таблицы. И не важно, сколько цифр в числе — проблем у тебя это не вызовет. Вот почему, чтобы овладеть магией, нужно освоить основы — контроль над магической силой. — Контроль?.. — Да. Лучше практиковать его, представляя в той же градации, что и цвета. Вместо создания магической силы с нуля для каждой магии — меняй её цвет. Так и гибче и проще. — Ух ты… Комари с энтузиазом делала заметки о способе практики, о котором я ей рассказал… Только вот, думаю, что она практически ничего не поняла. Ну, такие вещи на словах не объяснишь. Но тут, пока я об этом думал, снова влезла Феррис: (Хе-хе-хе, эти лекции навевают воспоминания. У тебя на понимание всего этого ушло, если я правильно помню, целых пять веков.) (Д-да, ты уж прости, что я был таким плохим учеником). Да, всё, что я сейчас сказал Комари, было банальным пересказом чужих слов. К тому же рассказывать это другому человеку перед Феррис, которая и вдолбила в меня эти знания, очень стыдно… Именно поэтому я и не хотел этим заниматься. — Кстати, а разве учить этому должны не богини? Их же для этого кураторами и назначают, так?.. Я задумался и посмотрел на Лалу. Разве подготовка героев не прямая обязанность богини? Гордо выпятив грудь, Лала ответила: — Наша работа присматривать за вами. Вот чем занимаются богини. А ведь точно, Феррис называла богинь: «смотрителями великого древа». Но тогда неизбежно возникает вопрос: — Но тогда почему вас почти не видно?.. — Старшие сестрёнки очень заняты. Они всё время с высокоранговыми группами. Понятно, значит богини работают на несколько фронтов… а провалившихся героев откладывают на потом. Ну, логично. Хотя тогда мне решительно не понятно, зачем Лала тут играется с кошкой, но, скорее всего, она ещё стажёрка, а мы — её подопытные кролики. Что ж, мне так даже удобнее — меньше внимания. И вот пока мы тут бездельничали, Лала начала клевать носом. Обняв Феррис как подушку, она мгновенно уснула. Ещё только десять вечера, но для такой малышки это уже поздний отбой. В связи с тем, что лидер отряда провалился в сон, вечеринка закончилась. Комари понесла Лалу на спине домой. Ну а я, наконец обретя покой, тяжело вздохнул. — Фух… Какой-то шумный у нас отряд оказался. — Как знать. Лично мне было весело, — Феррис потянулась и улыбнулась. — Всё-таки быть с кем-то довольно приятно. — …Да, ты права. Так мы и легли спать. Полный потрясений второй день школьной жизни завершился. Что нас ждёт завтра? Если честно, мне очень тревожно, но… если Феррис будет улыбаться, то, наверное, даже неприятности будут в радость. ※※※※※ Утром на следующий день. Утренний свет, пробивающийся сквозь окно, заставил мои веки раскрыться. Время тренировки. Хотя теперь, когда цель «победить Феррис» исчезла, мне больше не нужно тренироваться, но… — …С привычками не поспоришь. От привычек довольно трудно избавиться. Не так-то просто забыть тридцать тысяч лет ежедневной рутины… А та, что вбила её в меня, сейчас сладко посапывает у изголовья кровати. Несправедливо как-то. Но раз уж проснулся — деваться некуда. Я встал с кровати, стараясь не разбудить Феррис, наскоро собрался и вышел из общежития. Обычно я создал бы отдельное пространство… Но раз уж здесь всё новое, то почему бы не пробежаться, а заодно осмотреться? Я начал бегать вокруг школьного здания. Вокруг ни души, только свежесть утреннего воздуха. …И тут, приближаясь к тренировочной площадке, я заметил в её углу один силуэт. Это была никто иная как Комари — моя единственная соратница по отряду. В дальнем углу обширной тренировочной площадки она в одиночестве отрабатывала удары мечом, рассекая воздух. Вертикальные рубящие движения, горизонтальные взмахи, диагональные разрезы снизу-вверх, чисто горизонтальные удары — она то ускорялась, то замедлялась, словно скрупулёзно проверяя каждое движение. [[image:/storage/reader-images/0faafb380482cfc02fa31ef4294766758837a7ea.jpg]] — Красиво, — невольно пробормотал я, глядя на её сосредоточенные движения. — Э-э? В этот миг Комари заметила меня и… её лицо моментально залилось румянцем, словно закипев. — А-а-а-а-а! В-внезапное признание в любви?! М-мы ведь ещё школьники, и нам пока ещё рановато для такого!.. — Нет-нет! Я о твоём мастерстве с мечом!.. Полагаю, моя вчерашняя лекция была лишней. Ты же и так много тренируешься, не так ли? Усердие — не главное в тренировках. Его можно прикладывать по-разному — как правильно, так и неправильно. Меня самого Феррис сперва научила, как правильно тренироваться. А Комари уже это умеет. У меня же на это ушло сто лет. — Ничего подобного, — пожала плечами Комари, словно, не замечая, как многого она добилась. — Просто я больше ничего не умею. Комари улыбнулась — всё той же обычной улыбкой. В которой тем не менее читались самоуничижение и горечь. Всё это время меня немного тяготило то, что такая яркая, словно солнце, девушка, порой являет неописуемо тёмную тень. На мгновение я заколебался, стоит ли шагнуть в эту тень? Но тут я почему-то вспомнил вчерашние слова Феррис и решил задать вопрос: — …Слушай, а каким был мир, в которой тебя призвали, Комари? Уже спросив это, я отчасти пожалел об этом. Всё-таки мы — провалившиеся герои. Те, кто не смог спасти мир. Воспоминания о них не могут быть счастливыми. Но вопреки ожиданиям, улыбка стала запредельно ослепительной. — Он был просто замечательным!! Красивым, светлым, все были добры, и я очень рада, что этот мир был спасён! — Спасён?.. Н-но ты же… Разве она не провалившийся герой без Печати Спасителя Мира?.. Но словно почувствовав мои сомнения, Комари, предвосхитив меня, улыбнулась. — А, меня просто призвали туда не одну, а со всем классом… Кажется, это называется переносом класса. Так что мы все были призваны, и все вместе победили владыку демонов… Точнее, все, кроме меня, э-хе-хе, — смущённо рассмеялась Комари. Но у меня её слова вызвали беспокойство. — …Неужто над тобой… и-издевались?.. Оригинальный навык Комари настолько чрезмерно силён, что даже она сама не может использовать его. Скорее всего… она стала изгоем среди одноклассников из-за того, что в бою от неё не было никакого толку. Однако Комари покачала головой. — Да нет, что вы такое говорите?! Ничего такого не было!.. Всё как раз наоборот. Мои одноклассники были сильными, добрыми, а когда узнали, что я бесполезна на поле боя, оставили меня под защитой в самом безопасном месте со словами: «Не прыгай выше головы и защищай столицу»… Несмотря на занятость, они навещали меня каждую неделю. Они приносили мне различные сувениры… Я их всех просто обожала! Комари радостно улыбнулась. Похоже, я поспешил с выводами о том, что ей пришлось худо в другом мире. …Но затем она продолжила: — Поэтому… Я хотела стать сильнее. Хоть немного, но быть полезной тем, кто мне дорог… — пробормотала Комари. В профиль её лица ясно читалась неподдельная горечь. А-а, теперь мне всё ясно. Почему эта девушка, которая явно терпеть не может битвы, с такой решимостью вышла против Кисимы. Почему так упрямо отказывалась от помощи. И почему, продолжала тренироваться даже сейчас, несмотря на осознание своей слабости. Будучи меньше чем кто-либо пригодной на роль героя, она всё равно хотела им стать. — Но последнее время мне кажется… что всё это бесполезно. — П-почему?.. — Я боюсь сражений. Сколько бы я ни тренировалась, я всё равно начинаю дрожать в реальных боях. Возможно, я не гожусь в герои из-за того, что слаба духом… Впервые слышу, чтобы Комари на что-то жаловалась. Её истинные чувства, скрытые под улыбкой. Стоило мне услышать их, как слова уже сами сорвались с моих губ: — Ну испугалась ты и что тут такого? — Э?.. — Важно не то, что ты не можешь, а то, что можешь. Если ноги задеревенели, найди способ бежать, даже на таких ногах. Если дрожат руки, научись орудовать мечом с дрожью в руках. Если можешь выложиться лишь на десятую часть силы — стань сильнее в десять раз. А ежели на сотую — стань в сто раз сильнее. Тогда всё и разрешится… По крайней мере так мне говорила моя наставница. Не знаю, можно ли считать эти слова поддержкой. За тридцать тысяч лет тренировок меня не научили, как подбадривать людей. Но если это хоть чуть-чуть поможет Комари, то я буду рад. — Да и вообще, у тебя потенциал куда лучше моего. У меня, например, сто лет ушло на то, чтобы научиться правильно махать мечом, — случайно проговорился я, а Комари озадаченно наклонила голову. — …Сто лет?.. — А… Чёрт, вырвалось. — …Ш-шучу! Это был прикол! — А-ха-ха, не очень-то и смешной! — Угх! Это ж надо прямолинейно сказать такое, да ещё с улыбкой… В этот момент раздался колокольный звон, сигнализирующий о том, что пора просыпаться. Из комнат общежитий послышались сигналы будильников, повсюду зашевелились просыпающиеся ученики. Похоже, спокойное утро закончилось — начинался обычный хаотичный учебный день. — Ой, точно! Я должна разбудить Лалачку! — Э-эй, постой! Если ты так побежишь, то упадёшь! — Всё в порядке! Я не настолько неловк… Фгя-я?! — Ох, ну я же говорил… И так мы рванули в уже проснувшуюся школу. ---… --… И так, моя школьная жизнь начала идти без особых потрясений. Малолетняя богиня, девушка, неспособная применять свой оригинальный навык и бывшая владычица демонов в облике чёрной кошки. Не самая надежная группа, ну а чего вы ожидали от отряда «бракованных»? Никто не возлагает на нас надежд, каждый день — одни и те же базовые тренировки и лекции, так и особых проблем не возникает. Даже скучновато от такого спокойствия. Но мне это даже нравится. Если можно жить мирно, то пусть лучше будет скучно. …Примерно так я думал, и вот уже прошло две недели. — Короче, артефакты наподобие магических глаз и духовных мечей ранжируются по четырём уровням: «Легендарный», «Героической души», «Потусторонний» и «Мифический». Начнём с азов… — разносился голос лектора по второй аудитории. Шёл пятый урок — «Введение в магическое снаряжение». В зале собралось больше сотни моих одногодок, но большинство из них витало в облаках. Дело не в том, что было послеобеденное время — просто так было на всех лекциях. Ведь у каждого ученика есть «оригинальный навык» — сильнейшее и абсолютное оружие. Зачем тебе основы магии или знания о монстрах, если ты можешь победить в реальном сражении с помощью оригинального навыка? Так что приобретение знаний на лекциях для них — пустая трата времени. Требовать внимания тут бесполезно. Старшекурсники-инструкторы, видимо, тоже это понимают. Они просто методично ведут лекции, не обращая на нас внимания. Таков обычный порядок в этой школе. …Но везде бывают исключения, и иногда на занятиях могут вдруг задать вопросы, как на обычных уроках. Вот, например, как сейчас: — …И наконец, артефакты «мифического» уровня. Их сила сопоставима с нашими оригинальными навыками, но из-за этого они чертовски редки и на текущий момент в Мировом Древе их всего… Эй, ты! Сколько? — Э-э? Вопрос к несчастью прилетел прямо в меня, как гром среди ясного неба. — «Э-э» — не ответ, тупица. Число артефактов мифического уровня. Давай, отвечай, а то очки сниму! — А-а, ну… п-пять тысяч, наверное?.. — хоть и ответил я впопыхах, но по правде говоря, был довольно уверен в своём ответе. Всё-таки я повидал огромную кучу магического снаряжения и артефактов в «Пантэсариуме» Феррис, так что я ждал, что все восхитятся тем, что я верно ответил с первого раза: «Ну ты даёшь, Кёя!»… — Чего? Пять тысяч? Ты издеваешься? Говорю же — их возможности на уровне оригинальных навыков. Такое количество просто немыслимо, — холодно отчитал меня инструктор. Хм, странно. В «Пантэсариуме» артефакты мифического уровня валялись на каждом шагу… И тут инструктор, будто что-то поняв, и его лицо скривилось в ухмылке. — …М-м? А-а, вот оно что. Ты же отряда бракованных? Ха-ха, тогда извини. Пожалуй, с твоим-то посредственным оригинальным навыком, может, и правда столько артефактов наберётся. У инструктора вырвался грубый смешок. Остальные ученики, до этого витавшие в облаках, теперь подхватили насмешки. Хватает же наглости смеяться над другими, — разозлили они меня, но возражать я им не стал. Для них это просто подкол — глупый, но беззлобный. Отвечать на него серьёзно нет никакого смысла. Нужно просто выдавить из себя улыбку и забыть об этом со словами: «Ха-ха-ха, сорян». — Зарубите себе на носу, пустоголовые. Существует всего сто один артефакт мифического уровня. Они редки, но у многих высокоранговых учеников школы они есть. Короче, лучше не нарывайтесь на драку с теми, у кого они есть, — грубо подытожил инструктор, а затем, будто что-то вспомнив, добавил: — Ах да… Вам это вряд ли пригодится, но для общего развития: выше мифического уровня есть особая категория — семь артефактов уровня «Сотворения Мира». Это настоящие тайные сокровища среди тайных сокровищ, на фоне которых меркнут даже артефакты мифического уровня. Одно из них вы наверняка видели. Знаете, какое? Я уже приготовился, что меня снова окликнут, но к счастью на этот раз руку поднял другой ученик. — «Глаз Суда»? — Блин, видимо, слишком просто. Это проверяющая магия, обнуляющая любую магию сокрытия и раскрывающая статус-параметры цели… Её ядром является один из артефактов уровня сотворения мира — магическая печать, зовущаяся «Изначальной Руной» или «TERRA». Правда это лишь реплика, восстановленная из осколков, и до оригинала ей как до луны. — А, так это реплика?.. Класс внезапно зашумел. Продвинутые студенты, видимо, понимали настолько высокоуровневой магией был «Глаз Суда». — Говорил же — это тайные сокровища среди тайных сокровищ. Они буквально несут в себе магическую силу времён сотворения мира, и прочие артефакты не идут с ними ни в какое сравнение. Правда они настолько древние, что сохранилось из них меньше половины. Взять ту же «Изначальную Руну» — первоначально представляла из себя единый артефакт из сорока девяти печатей, но сейчас под контролем школы осталось только пять. Все остальные были потеряны. Хотя, вам это всё равно не пригодится, так что можете не запоминать, — как всегда грубо закончил инструктор. В этот момент раздался звонок, возвещающий о конце урока. На этом сегодняшняя лекция была окончена. Я поплёлся в общежитие вместе с толпой учеников. Так и проходит мой обычный школьный день… …По крайней мере, должен был бы. — Фух, я дома. — О, Кёя вернулся! — Мяу! (С возвращением!). Вернувшись в свою комнату, меня встретил голос знакомой девочки. А позади меня… — Лалачка, кошечка, я дома! Э-хе-хе, я тут кошачьей мяты нарвала! Почему-то Комари зашла в мою комнату раньше меня. С момента формирования отряда прошло две недели. Моя драгоценная комната превратилась в место встречи его членов. Разумеется, их целью был не я, а Феррис. Последнее время я даже чувствую себя здесь некомфортно, хотя и являюсь владельцем комнаты. Эх, уму непостижимо… — Эй, у нас тут только сэмбэй… И не крошите, ясно? — Да знаем мы! — Мы же не дети! — Мяу-мяу! (Неужели ты думаешь, что я не смогу аккуратно есть рисовые печеньки?!). Враньё. Пылесошу только я. И вот, пока я нехотя готовил чай с печеньями для этой компании, я увидел, что из кармана Лалы выпал листок. — …М-м? Эй, Лала, у тебя что-то упало. Поднимая бумажку, я машинально глянул на текст… В этот миг по моей спине пробежал холодок. — «Уведомление об исключении»?.. Именно такая надпись красными буквами была написана на листочке, который, по-видимому, был официальным извещением. Да ну, неужели… Я разгладил скомканный лист с нехорошим предчувствием, и его содержание превзошло самые худшие ожидания. — «Предупреждение: При отсутствии улучшений в течение недели, „Кёя Кудзё“ и „Комари Имари“ будут исключены.»… П-п-п-подождите-ка! Это ещё что такое?! Исключены? Мы? Мозг отказывался воспринимать такой внезапный поворот событий. — Хе-хе-хе, молодец, что заметил! Там так много сложных иероглифов! Круто! — Не время этим восхищаться! Это предупреждение об исключении! — О-о-о, понятно. Кстати, а что такое «предупреждение»? — Не может быть… Кёю исключат?! У-у… Спасибо вам за всё… Желаю вам всего наилучшего… — Тебя тоже отчислят!!! Почему они думают, что их это никак не касается? — Ладно, а за что?! В чём причина?! Я ничего такого не припоминаю! Бегло прочитав предупреждение, я обнаружил предельно лаконичный повод: — --«Причина наказания: Нехватка SP ※Текущий баланс: -3000 SP»--- — Э-эспи?.. Э-это же... «S.P.» — официально «Savior Points» или «Очки Героя». Уникальная система оценок школы Иггдрасия, конвертирующая в баллы все аспекты школьной жизни — от поведения на уроках и результатов экзаменов до успехов в выполнении миссий и образа жизни. Например, высший балл на тесте даёт +5 очков, а нарушение комендантского часа в общежитии — -5. По сути, это аналог оценок в обычных школах. Вроде бы мне это объясняли, но я особо не стремился быть примерным учеником. Честно, никогда не парился на этот счёт, но… когда я успел уйти в минус на 3000 SP?! — Н-но откуда у нас такой огромный минус?.. Я что-то натворил?.. — Кёя, в таких случаях надо искренне извиниться! Я поддержу вас! — Хм? Тут на обороте что-то написано. Перевернув листок по совету Лалы, я увидел «Отчёт по SP» с подробным списком: «10 апреля. Комари Имари. Разбила оконное стекло в коридоре. -10 очков». «10 апреля. Комари Имари. Упала в обморок на практическом занятии. -5 очков». «11 апреля. Комари Имари. Устроила потоп карри в столовой (катастрофа). -15 очков». «11 апреля. Комари Имари. Установила рекорд школы по количеству потерянных вещей за неделю. -100 очков». «11 апреля. Комари Имари. Инструктор, ведущий практическое занятие, потерял уверенность в себе (подозрение на психическое расстройство). -20 очков». (…и ещё сотни пунктов). — …Да это же ты во всём виновата!!! — Хнык, пвасти-и-и-ите!!! «Пылинка к пылинке и гора нарастает» — гласит пословица, но я явно недооценил «потенциал» Комари. — Ладно, у нас нет времени на упрёки! Если за неделю не отобьём этот минус, то нас и правда выгонят отсюда! — Н-н-н-но что нам делать?.. — З-заработать очки, что же ещё! Кажется, в ученическом справочнике записано, за что дают очки. Так, что там… Уборка территории школы — +3, мытьё посуды в столовой — +5, волонтёрство — +10… — Если втиснуть всё в перерывах между уроками… и спать по часу в день, то, может, получится!.. — Вы правы, я тоже выложусь на все сто! — Н-нет, стой! Если ты будешь помогать, минус станет ещё больше… — А-а, вы что, считаете меня дурочкой?! Я отлично мою посуду! Вот, смотри… Ой, разбилась. Н-ничего, я сейчас всё уберу! Хе-хе-хе, на самом деле я умею пылесосить… Кья-а-а, этот пылесос вдруг вышел из-под контроля… Ой! Хм-м-м, что-то окна нынче легко ломаются… Бракованные, наверное? — А-а-а… Всё, нам конец… Комари уничтожала мою комнату, словно безжалостный владыка демонов. Лала же была в восторге, видимо, считая всё это игрой. Остановить этот кошмар уже никто не мог. Но когда мир уже едва не померк от отчаяния, раздался величественный голос кошки: (Какие же вы непутёвые — растерялись из-за такой ерунды.) (Ф-феррис!.. У тебя появилась светлая идея?!..) (Хе-хе-хе, в такие моменты крохоборством не поможешь — всё равно что носить воду решетом. Нужно разобраться с проблемой одним мощным ударом. Вот, как раз есть подходящая миссия, не так ли?) Её лапка указала на конец списка — пункт с самой высокой наградой: «Экспедиционная миссия по уничтожению владыки демонов. +3000 SP». — Экспедиция… уничтожение владыки демонов… Т-так мы сразу отобьём весь минус… С-стоп-стоп-стоп! Если я возьмусь за это, то привлеку к себе внимание и навлеку кучу бед! (О чём ты? Раз предназначение этой школы — уничтожение владык демонов, то герой вызовет куда больше подозрений, если НЕ будет этого делать. К тому же, если тебя отчислят, то запечатают все воспоминания. Как ты тогда защитишь меня?) Да уж, всё шиворот-навыворот получится, но… (Н-но это опасно… Я не могу решать за всех…) — подумал я и посмотрел на Комари с Лалой. — Экспедиция есть экспедиция! Значит, надо подготовиться к ночёвке! Та-а-ак, подушка, зубная щётка, сменные пижамы… Ах, ещё игральные и цветочные карты[✱]Ханафуда (яп. «цветочные карты») — разновидность колоды игральных карт японского происхождения, используемая для нескольких игр.! А ещё, а ещё… — Хочу бананы на полдник! — сказала Лала. А они эту экспедицию, часом, со школьной поездкой не спутали? (Хе-хе-хе… Похоже, они готовы. Ну же, вперёд!) — М-мой план тихой школьной жизни… Так и была определена наша первая миссия. ---------- Глава 3. Миссия по уничтожению —День экспедиции в другой мир— — Так, место сбора же… здесь, так?.. — Хе-хе-хе, как волнительно! — Я принесла бананы! — Мяу (мяу). Мы пришли на площадь в северной части школы, где находился арт-объект в форме огромного меча. Именно здесь должен был состояться сбор перед экспедицией. Но мы прибыли сюда далеко не первыми. — М-м?.. Перед арт-объектом собралось четыре ученика, которые, судя по всему, были старше нас на год. Вряд ли это случайное совпадение и у нас одно и то же место сбора… Все они, как и мы, были экипированы для экспедиции. Заметив нас, один из них подошёл к нам с суровым выражением лица. — Опаздываете, отряд B. Нужно всегда приходить за пятнадцать минут до начала экспедиции. — Э? А, да, простите… Не очень понимаю, что происходит, но я поклонился. И всё же… Кто эти люди? — Простите, а вы... собственно кто? — Меня зовут Арата Кёгоку, я — лидер команды А-25, — недоумённо ответил юноша. — …Неужели куратор вам не сообщил? Нынешняя экспедиция — совместная операция нашего отряда и вашего B-11. Нам вообще ничего не сообщили. На самом деле я впервые слышу даже то, что наша команда называется «B-11». Хотя это всё равно лучше, чем «Отряд Лалачки» (временное название). — Х-ха… Ладно. Хотя бы свою роль знаете? — спросил он. Комари с энтузиазмом подняла руку. — Да-да! Мы победим владыку демонов и принесём мир во всём… — Ничего подобного. — Ась? — мгновенно сказали ей, что она неправа. Глаза Комари округлились. — Владыку демонов уничтожим мы, отряд А. Ваша задача — исключительно поддержка. Вам не нужно участвовать в боях. Всё-таки это лишь Стадия III. — С-стадия?.. — услышал я незнакомое слово и наклонил голову. Кстати говоря, Кисима вроде тоже какую-то «Стадию» упоминал? — Неужели вы и этого не знаете?.. Хым, что взять с отряда B. Не буду терять времени на объяснения. Поражённо вздохнув, старшеклассник, которого, по-видимому, звали Кёгоку, отвернулся. У нас действительно нет знаний и опыта, но… Обязательно было так грубить? — задели меня в душе его слова, но тут сзади раздался голос: — П-простите и позвольте мне всё объяснить, — сказал, склонив голову, другой юноша из отряда А с длинной чёлкой и скромной одеждой — на вид неприметный, но, судя по всему, куда добрее Кёгоку. — Стадия — это классификация угрозы других миров. Всего девять уровней от Стадии I, где нет демонов и до Стадии IX — уровня вторжения в другие миры. Хотя есть и исключение — «отвергнутый мир», превосходящий даже Стадию IX, но… это древние легенды, так что можете не париться на его счёт. — Понятно… То есть данный мир сравнительной лёгкий, так? — Да. Стадия III определяется как: «проходимый одним героем». Очевидно, что даже эта школа не настолько жестока, чтобы вдруг ни с того ни с сего забросить провалившихся героев в мир высокой сложности. Но тогда возникает другой вопрос: — Но зачем нужна совместная операция, если всё так просто? — А, это потому что… Юноша уже хотел было ответить на мой вопрос, но тут его окликнул резкий голос: — Эй, ты чем занимаешься? Посмотрев в сторону голоса, я увидел к нам с суровым выражением лица подошёл Кёгоку. — Кто разрешал тебе инструктировать их? Я уже решил, что объяснения излишни. Ты решил воспротивиться моему решению? — Н-нет, конечно же… П-просто они же совсем недавно в школу поступили и если не будут понимать, что к чему, то… — впопыхах попытался оправдаться юноша, но договорить до конца не смог… Кёгоку вдруг врезал ему по щеке. — Заткнись. Не припоминаю, чтобы разрешал тебе пререкаться. — …Л-ладно… прости… — извинился юноша, опустив глаза с опухшей от удара щекой. Похоже, даже внутри отряда власть Кёгоку была абсолютной. Но в нашей команде была одна девушка, не терпящая подобные несправедливости: — Т-тебе незачем было его бить! Я против насилия! — начала протестовать Комари так, будто ударили её саму. Однако её слова не оказали на Кёгоку никакого влияния. — О чём ты? Мы — боевой отряд. Подчинение лидеру — закон. В бою нарушение цепочки командования ведёт к неминуемой смерти… Хотя, команде «бракованных» этого не понять. — Что?!.. — Ах да, — добавил Кёгоку, с лёгкостью парировав «выпад» негодующей Комари. — Отвечая на ваш недавний вопрос: «зачем устраивать совместную операцию ради простой Стадии III?». Мы в общем-то можем справиться и своими силами. А вас, балласт, тащим с собой исключительно ради SP. За «обучение» младшекурсников полагается бонус. Другими словами, мы изначально не нуждались в вашей поддержке. Просто не мешайтесь нам и всё. Таким образом вы не обременяете нас, а вы получите очки, не прикладывая никаких усилий. Так эффективнее и для нас, и для вас, не так ли? — сухо изложил Кёгоку, а затем решительно заявил: — Если вы поняли, то больше не смейте высказывать своё мнение. Кёгоку относился к нам как к обузе и даже не пытался скрыть это. Из головы Комари, ожидаемо, пошёл пар. Он уверен, что с такого стоит начинать работу в команде? Да и вообще, разве в не в такие моменты должна вмешиваться ведущая нас богиня? — подумал я и обернулся, увидев, как Лала шуршит в рюкзаке со слезами на глазах, приговаривая: «Я забыла бананы…». Запущенный случай. Но в этот момент… — Что здесь происходит? Кристально чистым голосом с неба спустилась ослепительно прекрасная женщина. Её черты, словно сошедшие с полотна художника, затмевали даже актрис кино. Стоило ей спуститься, как Кёгоку резко стал держать себя почтительно. — Не переживайте, леди Фрейфесия, никаких проблем нет. — Не похоже, но… Послушай, Арата. Конфликты нам ни к чему. Мы всё-таки одна команда. — Да, прошу простить меня. Властный Кёгоку вдруг покорно склонил голову. По его поведению очевидно, что эта женщина, которую он назвал Фрейфесией, — богиня-куратор отряда А-25. Богиня улыбнулась. — Молодец, Арата. Кстати, у меня для тебя хорошие новости. В случае успешного выполнения этой мисиий, школа повысит твой личный ранг до B+. Хе-хе-хе, как твой куратор я тоже горжусь тобой. — Нет, что вы? Мне ещё предстоит долгий путь. Я буду трудиться ещё усерднее во славу леди Фрейфесии. — Хе-хе-хе, ты всё такой же надежный, — улыбнувшись ему, Фрейфесия повернулась к нам. — Простите, что не представилась вам сразу. Вы же отряд B-11, так? Хе-хе-хе, буду рада в этот раз поработать с вами. — Д-да… — М-мы тоже! — невольно склонила голову вроде бы только что разъярённая Комари перед бьющим через край величием этой богини. Понятно, так вот какова истинная богиня? Её окружала такая аура, что хотелось начать почитать её… Между тем, наша богиня нашла свой полдник на дне рюкзака и с огромной радостью сказала: «Бананчики тут!»… Да, всё-таки это запущенный случай. Как бы там ни было, на этом наше бурное знакомство подошло к концу. — Что ж, пора. Отправимся же в мир, что взывает о спасении. Богиня улыбнулась и подняла руку в воздух. После чего вдруг появились гигантские сияющие Врата. Это была невероятно высокоуровневая пространственно-временная магия. Один за другим мы заходили в эти световые врата. Всего за считанный миг свет, звуки, гравитация — все возможные импульсы хаотично обрушились на нас. На несколько секунд нас смыло невероятным потоком информации. Вдруг всё накрыла белая пелена, а затем… Мы и сами опомниться не успели, как оказались в огромном зале в незнакомом замке, где ждала толпа народу, смотрящих на нас с надеждой во взгляде. — Добро пожаловать, о великие герои! ※※※※※ — Ох, они и правда пришли! — Теперь наш Фресгард спасён! — Да здравствуют герои!!! Столы ломились от яств, изящные танцовщицы кружились в танце, слуги подносили бесчисленные дары… В замке Грамбел, столицы королевства Рамлес сейчас вовсю шёл роскошный пир, представляющий из себя по сути, разумеется, приветственную вечеринку для нас — героев из другого мира. Такого пышного приёма с разными мероприятиями и угощениями мне не оказывали никогда. Я был очень благодарен, но… честно говоря, мне было неловко, и спина чесалась от смущения. Однако отряд А, видимо, привык к таким приветственным вечеринкам. Они пробовали угощения с невозмутимым видом и спокойно беседовали с командирами солдат и дворянами. Всё-таки опыт имеет значение. …Ну а наш отряд В… — Невероятно! Вкуснятина! Добавки! — Ух ты, какой огромный замок! — Мяу! (Эх, как хорошо!) Все они дружно выглядели как откровенные деревенщины. Возможно, мне это только кажется, но взгляды людей в замке стали холоднее… Впрочем, я сам так сильно нервничал, что постоянно ронял вилку, так что не мне судить других. Тут к нам подошёл в особенности импозантный человек. — Добро пожаловать, герои. Я — король Дамлес, — сказал этот пожилой мужчина с великолепной бородой и почтительно преклонил колено. Его мягкая улыбка не скрывала его величия, присущего истинным королям. Вот бы с него взяла пример одна владычица демонов. После чего король Дамлес вежливым тоном перешёл к сути дела: — Ещё раз безмерно благодарю, что ответили на наш зов. По правде говоря, у нас была веская причина позвать вас. Над всем моим королевством… Нет, над всем нашим миром сейчас нависла угроза злобного владыки демонов Гигджорга и… — начал король стандартные пояснения. Честно говоря, я такие вступления сотни раз видел в играх и манге. Тем не менее для них это серьёзное дело, так что нужно слушать их внимательно… — думал я, но тут короля резко прервал голос Кёгоку. — Довольно объяснений. Мы в курсе сложившейся ситуации. — …Э?.. А, в-вот как… — Нам нужно знать лишь одно: местоположение владыки демонов. И отзовите все войска в походе, если таковые есть. Раз мы здесь, кроме обороны от вас в боевом плане ничего не требуется. Мы сами разделаемся со всеми врагами. — Но.. мы не можем оставить вас одних на поле брани! Мы собрали лучших воинов со всего мира, чтобы сражаться вместе с вами! Хотя их силы невелики, но бы хотели оказать вам поддержку!.. — ревностно наседал король Дамлес. Оно и неудивительно. Всё-таки они собирали силы со всего мира ради этого дня. Сказать: «Не надо, идите домой» — сильный удар по репутации короля. Однако ответ Кёгоку остался неизменным. — Король Дамлес, скажу прямо: все, кроме нас, — обуза. — О-обуза?!.. — Да. Просто предоставьте нам необходимую информацию, и мы с лёгкостью со всем разберёмся. Используйте собранные силы для обороны… Ах да… Можете использовать вон тех ребят так, как вам заблагорассудится. Они могут заняться мелкими поручениями, пока мы штурмуем замок владыки демонов. Вспомнив про нас, Кёгоку махнул рукой в нашу сторону, и я поспешно принял почтительную позу… Но, увы, было уже слишком поздно. Лала самозабвенно уплетала мороженное, Комари едва не умерла, подавившись сладкими булочками, ну а Феррис была просто кошкой. Неудивительно, что король выглядел таким угрюмым. — В общем предоставьте всё нам и позвольте нам отклониться, Ваше Величество. У нас завтра совещание, — сказал Кёгоку и встал. Остальные члены отряда А послушно последовали за ним. Видимо, он хочет как можно скорее завершить миссию. Неужели поднятие школьного ранга настолько важно? Это просто за гранью моего понимания. И всё же, если они собираются провести стратегическое совещание, то отряду В тоже следует его посетить. Наверняка и у нас, как и у защитников замка, должна быть некая роль. Всё ещё веселящаяся на приёме троица сразу отказалась, так что я решил последовать за Кёгоку. — А, подождите. Я тоже посещу ваше совещание как представитель отряда В! — окликнул я Кёгоку, когда тот уже собирался выйти в коридор. Однако он обернулся с крайне раздражённым выражением лица. — Нет, в этом нет необходимости. — Э?.. — Я ведь уже всё сказал в школе. Вы останетесь ждать здесь. Завтра мы самостоятельно вторгнемся в замок владыки демонов и уничтожим все силы его армии. Вот и весь план. Что ещё нам обсуждать? — сухо ответил он мне. Да он прям само воплощение неприступности. Пока я молчал, не зная, что ему ответить, Кёгоку уже развернулся. — Если я тебе больше не нужен, то я позволю себе удалиться. Таким образом отряд А ушёл, а мне пришлось вернуться обратно. — О, Кёя, вы вернулись! Где вы были? Десерт уже закончился! Когда я вернулся на своё место на приёме, первой ко мне подошла Комари. Шоколад на щеке — не очень по-девичьи, знаешь ли. — Н-ну, я поговорил с отрядом А… — ответил я, а глаза Комари загорелись надеждой. — О-о, вы обсуждали уничтожение владыки демонов?! Похоже, она была взволнована, будто ей дали какое-то очень важное задание… Ах, как же неловко. — А-а… Да, верно. Лидер отряда сказал: «Вверяю оборону столицы вам!» — передал я его слова, подкорректировав формулировку. — Распределение обязанностей, понимаешь? Давай защитим всех этих людей! — Какая большая ответственность! Я выложусь на все сто! …Вроде не соврал, так что всё в порядке. Без главных гостей приём быстро завершился. Попрощавшись с королём, я понёс сонную Лалу на спине в гостевую комнату. Феррис, к слову, беззаботно спала в её объятьях, словно плюшевая игрушка. Мне кажется, или она всё больше и больше становится похожей на настоящую кошку? Пока мы шли по коридорам, Комари была в прекрасном настроении. — Хе-хе-хе, мы — главные по защите базы… Значит нам сейчас нужно обдумать очень много вещей! Очерёдность караулов, маршруты обхода и всякое такое! Всё-таки это наша работа! — А-ага… Глядя на то, как возбуждённо и невинно она обо всём этом говорит, меня захлестнуло чувство вины, и я невольно спросил: — Слушай, а тебе не обидно?.. — Что вы имеете в виду? — Ну… Ты ведь говорила, что хочешь защитить кого-то собственными силами, так? Та история, которую она рассказала мне на следующее утро после формирования нашего отряда… Комари исполнила свой долг, но так ничего сама сделать не смогла. Наверняка ей неприятно оставаться здесь присматривать за замком. Однако Комари слегка покачала головой. — Разумеется, я бы хотела сама победить владыку демонов, если бы могла. Но важнее всего защитить всех, верно? Пусть я и буду на задних ролях, но если так я смогу быть полезной кому-то, то я рада! — …Да, наверное. Как ни крути, но, возможно, она всё же рождена быть героем, — почему-то подумал я. — Хе-хе-хе, значит, надо немедленно начинать следить за вражескими атаками! Ведь это наша работа! — Э-эй, полегче… Энтузиазм — это, конечно, хорошо, но не слишком ли она рвётся в бой? Всё-таки мы в королевском замке — сердце войск, противостоящих владыке демонов. Для демонов это место всё равно что крепость на территории врага. Вряд ли демоны рискнут сюда сунуться… — подумал я, но в этот миг… — Это вы — герои из другого мира? — раздался за спиной девичий голос. Рефлекторно обернувшись, я увидел фигуру в плаще с капюшоном. Лица видно не было, но её хрупкое тело прямо-таки сочилось боевым духом… К тому же довольно мощным. Она весьма сильна. Внезапно объявившаяся налётчица, не тратя слов, выхватила свой меч. — А теперь… сойдитесь со мной в честном бою! — крикнула налётчица, ринувшись вперёд. Она подошла вплотную ко мне, словно ураган. Делать нечего — мне придётся опустить Лалу на пол… Но, когда я уже собрался это сделать, Комари вклинилась между нами сбоку. — Я справлюсь! Защитите Лалу, Кёя! — Э, а, подожди!.. Комари выхватила свой меч до того, как я успел её остановить. Боевой дух атакующей налётчицы и готовой встретить её Комари столкнулись прямо как в киношных сценах. Их мечи ожесточённо скрестились… и всего через секунду Комари, получив плоской стороной меча по голове, моментально растянулась на полу. — …М-мкью… Ну, а чего я ожидал? Между ними была явная и значительная разница в силе. …Но больше всех была удивлена сама налётчица. — Э, а, чего?.. Глядя на лежащую на полу Комари, налётчица застыла от шока. Похоже, что она не ожидала, что сможет нокаутировать её всего с одного удара. Вернее, судя по тому, что она ударила её тупой стороной меча, она изначально не планировала никого ранить. Единственное в чём она просчиталась, что Комари оказалась слишком слабой… Мне вдруг стало её жалко, и я обратился к растерявшейся налётчице: — Э-э… Может… для начала поможешь перенести её? ---… --… Когда мы наконец добрались до гостевой комнаты, я уложил двух девушек и кошку на кровати. На лбу Комари красовалась аккуратная шишка. Но её жизни ничего не угрожало, так что всё в порядке. Скоро сама встанет. Главной же насущной проблемой была эта девушка — та самая, что напала на нас. У неё были короткие, небрежно подстриженные волосы, изношенная одежда, бесчисленные шрамы на руках и ногах… С первого взгляда её можно было принять за парня, но черты лица явно выдавали в ней девушку. Должно быть, ей в районе четырнадцати лет. Из-за непривлекательной одежды она совсем не выделяется из толпы, но, если как следует её приодеть — выйдет настоящая красавица. Эта загадочная девушка с беспокойством смотрела на Комари, которую сама же и победила в одно мгновение. Мне было больно видеть её полное чувства вины выражение лица, и я решил заговорил с ней: — Э-э, с ней всё в порядке. Она не настолько слабая… Лучше скажи… ты же герой этого мира, да? По её движениям было ясно — она сильна. На совершенно ином уровне в сравнении с солдатами, которых я видел в замке. Скорее всего, она не призванный герой, а родилась в этом мире вышла против владыки демонов, чтобы сразить его… Другими словами, местная героиня. Девушка неуверенно кивнула. — Меня зовут Анри и когда-то меня действительно звали героем… Пока не появилось пророчество богини о «истинных героях из другого мира». Истинные герои, значит?.. Ну, это явно про нас. Надо бы, наверное, извиниться перед ней. — Эм, прости… Мы будто пришли украсть твои заслуги… Я уже хотел было склонить голову, но Анри недоумённо покачала головой. — За что ты извиняешься? Плевать я хотела на заслуги и славу… Ты чё думал, что я нападу на вас из-за такой ерунды?! За дуру-то меня не держи! А-а, то есть, нет?.. — И-извини… Но тогда зачем ты…? — Очевидно же! Я проверяла, достойны ли вы того, чтобы доверить вам мир… Здесь столько дорогих мне людей. Так что, я готова помочь кому угодно и чем угодно, если вы всех спасёте. Но я решила, что если «герои из другого мира» окажутся обманщиками… то я лично порешу их всех, — сказала Анри с неприсущим девушкам намерением убийства. Её взгляд был настолько серьёзен, что я даже я понял: она искренне любит этот мир. И в этот момент… — Я-я-я так тронута!! Не знаю, когда Комари успела очнуться, но она смотрела на нас пылким взглядом. Её глаза блестели от слёз благодарности… Чую, будет хлопотно. — Как благородно! Вы образец героя! Какой же вы крутой, эм… Генри? — А-Н-Р-И! Не коверкай моё имя! И я — девушка, усекла?! — Ладно, Анришечка! — На драку нарываешься? — похоже, Анри поняла, что переживать насчёт Комари бессмысленно. — Да и сейчас не время для бессмысленных разговоров! Ты себя в бою вообще видела?! Ты слаба, нереально слаба! Послушай… владыка демонов Гигджорг очень силён! Он жесток, коварен и может застать тебя врасплох самыми разными способами! С такими навыками у тебя против него ни единого шанса! Под таким мощным подобному бушующим волнам давлением Комари удручённо понурилась. — А-а… Так и есть… Я слабая, бесполезная и ни на что не гожусь… Хнык… — Ой, пожалуй, я перегнула палку… Не то чтобы… — вдруг начала паниковать Анри, увидев её слёзы. Неужели она на самом деле наивная? — Л-ладно тебе, успокойся, Анри. Мы всего лишь отряд поддержки. Ты ведь в курсе про другой отряд? Вот они реально сильные. К тому же, в критический момент Комари тоже может дать жару. Не переживай. — Ох, неужели вы столь высокого мнения обо мне?.. Хнык… К-кё-ё-ёя!!! — Э-эй, п-постой, не прижимайся ко мне! Сопли же на меня потекут!! — Ты это серьёзно?.. — Анри вздохнула с беспокойством… Но затем покачала головой, будто передумала. — …Но раз ты так говоришь, то, пожалуй, я готова довериться тебе. — Э? Почему мне? — Так ты же сильный, не так ли? — …С чего ты это взяла? — С чего? Очевидно же. Просто чутьё. Мне так кажется. Понятно, учту на будущее. Хоть я и непрерывно поддерживаю магию сокрытия, чтобы никто не мог увидеть мою силу, но похоже, глаза истинного воина не обмануть. Видимо, в дальнейшем мне придётся уделять больше внимания своему поведению. — Нет… Не настолько уж я и сильный, но твои слова польстили мне… Твой молниеносный удар был великолепен. Вот ты действительно очень сильна. Разумеется, её сила меркнет на фоне оригинальных навыков героев-попаданцев, но… Каждый элемент её стиля сражения от походки и движения глаз до ритма дыхания всегда ведёт к следующему удару. Из-за того, что она вырубила Комари с одного удара, это было тяжело определить, но скорее всего, Анри просчитывала каждый взмах мечом на пятьдесят-шестьдесят ходов вперёд. Настоящий мастер. Анри смутилась. — Н-не такая уж я и сильная. Это всё, что у меня есть… В итоге я никого не смогла защитить, — пробормотала Анри, а на её лицо легла тень. — Владыка демонов отнял у меня всё — отца, мать и всех жителей деревни. Поэтому я начала сражаться, чтобы отомстить за них, но ничего не смогла ему противопоставить. Более того, каждый бой с ним проходил на грани. Чудо, что я до сих пор жива. Так что я даже вздохнула с облегчением, когда меня перестали называть «героем». Потому что я просто слабая мстительница, — пробормотала Анри, самобичующе улыбнулась. — Так что всё сказанное мною раннее — ложь. — Э?.. — Я сказала, что мне плевать, кто спасёт мир, но на самом деле это не так. Я… хочу сразить владыку демонов собственными руками. Размазать его в открытом бою и сказать: «Сдохни, кусок говна». Я хочу спасти мир, в котором родилась, собственными руками. Потому что без такого настроя… я бы даже не решилась взять в руки меч. «Хочу спасти мир собственными руками» — удивительно схоже с желанием Комари. Такое часто называют амбициями или жаждой славы, но лично я не вижу в этом ничего зазорного. — У-у-у-у-у, я ещё больше тронута! Я буду болеть за тебя, Анришечка! — Я-я же просила тебя прекратить! Да и вообще, отцепись от меня! Стыдно же! Серьёзная атмосфера резко ушла, и девушки начали болтать не о чём. Теперь они выглядели как сёстры. Пока они болтали, я тихо встал со стула. С балкона комнаты было хорошо видно призамковый город. Я стал наслаждаться дуновениями ветра, но через некоторое время сзади раздался голос: — Чего это ты предаёшься меланхолии, как взрослый? Синдром восьмиклассника словил? — Ничего подобного. Не слишком ли много ты спишь, кстати? — Ну а чего ты ожидал? Это ещё и для восстановления сил нужно. — Серьёзно? — обменялись мы с Феррис обыденными для нас колкостями. Но я знал, что она пришла ради меня. Наверняка догадалась, что я хочу поговорить. Так что я задал вопрос: — …Слушай, Феррис, почему мы? Есть же столько людей, которых заботит судьба этого мира, так почему нас призывают в качестве героев из другого мира? Если силу дают богини, то почему бы им не давать её таким вот местным героям? Глядя на Анри, я не мог отделаться от этой мысли. У неё есть твёрдая решимость сразить владыку демонов, и она глубоко любит этот мир. Она обладает силой, оплаченной жертвами многих, и историей, переплетённой с судьбами многих. Если кто и достоин зваться «героем» — это должна быть именно она. Так почему…? — Верно, на самом деле богини предпочли бы местных, если б могли. Но когда всё безнадёжно, им нужны вы — земляне. — Так я и спрашиваю: почему мы? В нашем мире нет магии, да и физические способности у нас изначально низкие, так? В чём смысл использовать именно слабых землян? — Смысл есть. Ведь именно для этого ваш мир и был создан, — сказала Феррис и перечислила несколько названий: — «Защитники великого древа», «Невинные плоды», «Небесные мечи богинь»… Вас называют по-разному, но земляне изначально были созданы как воины, обладающие исключительной силой. Однако, если вы будете использовать эту силу бесконтрольно, то запросто уничтожите сами себя. Поэтому вы можете высвободить свою силу только с помощью богинь — смотрителей великого древа. Богини и земляне… две элемента, образующие одну систему защиты. Действительно, на свете нет таких глупцов, которые стали бы хранить порох с тлеющим огнём. Логично. Но тогда возникает другой вопрос: — Но раз так, то эта школа, управляемая совместно богинями и людьми… — Да, она опасна, — чётко сказала Феррис. — О чём только богини думали, нарушая запрет? Но в любом случае, строить какие-либо предположения тут бессмысленно. В такие моменты следует сохранять хладнокровие. Ведущая себя как владыка демонов Феррис, будто вспомнив былое, громко зевнула. — Фуа-а-а, мне всё ещё хочется спатеньки. Давай вернёмся. — …Ага. Точно, Феррис права — сколько об этом ни беспокойся, ответа не найти. Я развернулся… Но, похоже, эта долгая ночь ещё не собиралась заканчиваться. — …?! — Хм, это же…! Странное неприятное чувство, похожее на звон в ушах. Пульсация магической силы в воздухе. Вне всяких сомнений — это ощущение крайне мощной магии пространственной телепортации. Судя по всему, находящаяся в комнате Анри почувствовала то же самое. — Э-эта аура!.. Выскочившая на балкон и резко переменившаяся в лице Анри уставилась далеко в небо. В её глазах горела неописуемая ненависть. — …Знаешь чья она? — Ещё как знаю!.. Это аура… Гигджорга!.. Стоило Анри закончить свою фразу, как появилось «оно». — З-з-здравствуйте-е-е, жалкие скотинушки!! Ваш любимчик пришёл поиграть! Из огромной дыры в пространстве появился гигант в облике причудливого клоуна: жуткое лицо с белым гримом, чрезмерно яркий алый наряд и безвкусные узоры черепов повсюду. Он был настолько гигантским, что горы вокруг казались миниатюрными. Жуткий клоун являвшийся владыкой демонов Гигджоргом взглянул на замок и злобно ухмыльнулся. — Э? Что-что? «Зачем я пришёл»? А разве не ясно? Я пришёл повидаться со своей любимицей!.. Ну так что… Эй-ей, Анри, дорогушечка, ты же видишь меня?! В прошлый раз ты так ли-и-ихо перебила моих драгоценных четырёх генеральчиков! Я так расстроился из-за потери драгоценных подчинённых, что даже спать по ночам не могу! Ты хоть понимаешь какого мне? Уверен ты поймёшь, когда я прикончу твоих папочку с мамочкой! — совершенно фальшиво всхлипнув, Гигджорг тут же улыбнулся как ни в чём не бывало. — Ах да! Я ведь уже давно убил их! Гья-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Прости, прости, совсем забыл об этом!! — Ублюдок…!! Я схватил за руку прикусившую губу Анри. Это была явная провокация. Он пытался выманить Анри… Тем не менее я никогда бы не подумал, что владыка демонов лично заявится сюда… (Эй, Феррис, владыка демонов что ли тоже может нагрянуть к нам?) (Хм, неэлегантно, но… стратегически верно.) Уничтожить героя до того, как тот окрепнет… Логично. Но люди не настолько слабы, чтобы позволить ему просто так уйти после подобного вторжения. — Цель захвачена, огонь! — прогремел приказ внутри замка. В тот же миг стоящие в ряд орудия на крепостных стенах все разом извергли пламя. Сейчас было военное время. Судя по всему, они были полностью готовы к нападению демонов. Из нескольких сотен пушек вылетели огромные магические снаряды. Видимо, корпус магов копил магическую силу каждый день. Их совокупная огневая мощь сравнима с оригинальным навыком того Кисимы. И вот, пронёсшиеся по ночному небу бесчисленные снаряды приблизились вплотную к Гигджоргу по прямой… и запросто разнесли ему голову. — …О-о!.. — Ура, ура! — Мы победили владыку демонов!.. — доносились из призамкового города радостные и возбуждённые голоса. Смотря на то, как, лишившись головы, Гигджорг медленно падает, люди поверили в победу… Но они заблуждались. Это был лишь первый звонок. — Хе-хе-хе-хе… Ну что, начнём вечеринку!! — раздался откуда-то голос Гигджорга, и одновременно с этим контуры гигантского тела Гигджорга начали раздуваться. К тому моменту, как вздутие достигло своего предела, тело Гигджорга лопнуло, словно воздушный шар, и… в следующий миг изнутри вырвались бесчисленные стаи демонов. — Н-ничего себе сколько их…! Тысячи, десятки тысяч… нет, это было абсурдно огромное войско, состоящее из миллиона демонов. Тот гигант был лишь чучелом, созданным магией иллюзии, внутри которого скрывались его бесчисленные подчинённые. Намеренно создать иллюзию победы и погрузить всех ещё глубже в пучину страха… Не слишком ли безвкусно для шутки? — …Не могла бы ты отойти назад? Я сделал шаг вперёд. Орды появившихся демонов понеслись к призамковому городу, который сейчас был охвачен паникой. Такими темпами меньше чем через три минуты тут начнётся настоящая резня. Теперь я уже не мог позволить себе сказать: «не хочу выделяться». Я нацелился на толпу демонов и уже собирался начать сжимать всё пространство … но за мгновение до того, как я применил формулу, «они» уже сделали свой ход. — Благодарю за то, что сам пришёл сюда и избавил нас от лишних хлопот. Объявившиеся на балконе четыре члена отряда А уже были в полной боевой готовности. Стоящий во главе Кёгоку отдал приказ своим обычным спокойным голосом: — Всё поняли? Действуем как обычно? Оставшиеся трое одновременно кивнули ему и начали свои песнопения: — «Гифт Нова[✱]Gift Nova — Подарочное сияние (англ.). По кандзи записано как: «Ложный солнечный свет, наполняющий всё вокруг».». — «Благодатный рост». — «Рэалион Ино Шур Сэренада». Использованные ими тремя формулы представляли из себя чудовищно мощную магию усиления. Судя по невероятной концентрации, скорее всего, это были их оригинальные навыки. А получил этот избыточный бафф один их лидер в лице Кёгоку. Его аура стремительно росла… Похоже, что боевой стиль отряда А: точечный прорыв от Кёгоку с поддержкой остальных трёх членов его отряда. Обретший запредельную силу Кёгоку направил правую руку на приближающиеся орды демонов. — «Эйр Рэйд[✱]Air Raid — Воздушный рейд (англ.) По кандзи записано как: «Воздушная формация: тип первый».». Спустя 0,0001 секунды миллионная орава монстров обратилась в кровавый туман и рассеялась. Резня без малейшей предсмертной агонии длилась меньше мгновения. Всё случилось настолько быстро, что монстры, вероятно, не успели даже осознать, что случилось. Не удивительно, что горожане всё ещё смотрели в небо. Для них всё выглядело так, словно орда монстров внезапно исчезла. …Но здесь бы ещё кое-кто, помимо нас, кто понял, что случилось. — О-о-о, какой красивый фейерверк! — раздался с неба голос самого Гигджорга. Посмотрев в сторону голоса, я увидел парящего высокого в небе Гигджорга, но уже человеческих размеров. Скорее всего, это его реальное тело. Видимо, он собирался буквально наблюдать за происходящим сверху. После чего Гигджорг хлопнул в ладоши, будто произошедшее вообще никак его не касалось. — И всё же я поражён. Не думал, что вы будете настолько сильны. Не зря вас зовут великими воинами из другого мира! — сказал он, словно знал о нашем существовании. Точнее не «словно». Он действительно знал о нас. — Мда, я почувствовал объединение пространственно-временной магии и магии призыва и на всякий случай пришёл проверить, но я и подумать не мог, что они действительно позовут подмогу из другого мира… Ась? Это что же получается… Анри уволена?! Гья-ха-ха-ха-ха-ха, бедняжечка!! Похоже, он ожидал нас, из-за того, что ощутил магию. Его недавняя провокация и личный визит сюда были с целью оценить нашу силу. Всё-таки наш враг — владыка демонов. Так просто с ним не справиться. Но даже зная это, Кёгоку оставался невозмутим. — Ты явился сюда, зная о нашем присутствии?.. Какой же ты глупец. — Хью-у-у, как сурово! Ну разве мог я поступить иначе? Знаете, когда какой-нибудь сопляк веселится с новой игрушкой, то тебе так и хочется разломать её прямо у него на глазах, не так?.. Ой? Вам не хочется? Значит, я один такой? — устроил клоунаду Гигджорг, а затем злобно ухмыльнулся. — Ну, суть та же. Мне страсть как хочется раздавить вас — «новые игрушки» — прямо на глазах этих веселящихся скотинок!!.. В следующий миг бесчисленное множество магических кругов заполнили собой ночное небо. Гигджорг произносил одновременно множество песнопений на огромной скорости. Из переплетённых формул сочилась злая аура немыслимой концентрации. — В-вот это сила!.. Анри широко раскрыла глаза от ужаса, наблюдая за развёрнутыми формулами. Скопление зловещей магической силы, сформировавшей магические круги, было настолько переполнено скверной, что могло бы истребить всю жизнь, даже без активации заклинания. Может, Гигджорг и клоунадничал, но похоже, что силой он обладал далеко не шуточной. — Хе-хе-хе, на самом деле это был подарочек для дорогуши Анри, но я преподнесу ей его после того, как убью вас! Ну что, поехали… «Волдия Вэлворас»!! Соединённые между собой многослойные магические круги выпустили магию атрибута тьмы, использовать которую могут только демоны — «Волдия Вэлворас». Это проклинающая насмерть секретная техника, разрушающая все функции цели. Никакая защита или благословение не имеют значения пред этим проклятьем. И вот неотвратимое проклятье смерти, извиваясь, словно огромная ядовитая змея, обнажило свои клыки и… было с лёгкостью рассеянно правой рукой Кёгоку. — …Чего? Гигджорг шокировано открыл рот. «Волдия Вэлворас» было заблокировано… Даже это по сути было невозможно, но проблема в том, как именно Кёгоку это сделал. Он не использовал ни магию защиты, ни контрзаклинание. Кёгоку подавил заклинание одной лишь магической силой — фокус невозможный без гигантской разницы в силе. — А-а-ась? Странно-о-о. Ха-ха-ха, простите, простите, кажется, я слишком сильно сдержался. Есть у меня такая дурная привычка, люблю играться. Тогда, в следующий раз ударю посерьёзнее… Даже несмотря на произошедшее Гигджорг продолжал глупо лыбиться… Но Кёгоку был не настолько добрым, чтобы терпеть его шутки. — Нет. Следующего раза не будет. — Чего?.. К тому моменту, когда Гигджорг это прошептал, Кёгоку уже был у него за спиной. Несмотря на то, что владыка демонов парил в небе более чем в нескольких десятках километрах от нас, лицо Кёгоку было таким, словно это было в порядке вещей. — Ублюдок, когда ты…?! Гигджорг ожидаемо рефлекторно поднял руки и уже закончил читать песнопение к магии, которой собирался нанести герою встречный удар… Но так и не активировал заклинание. Ведь поднятые им руки… точнее, руки, которые он собирался поднять, уже были рассечены пополам. — Ч-чегоо-о-о? Куда делись мои ручки?.. Это был молниеносно быстрый удар, обгоняющий даже чувство боли. Стоило Гигджоргу осознать, что это сделал Кёгоку, как его глупая ухмылка впервые дрогнула. — П-постой, таймаут!.. Это не по моему сценарию!.. Гигджорг попытался сбежать, поджав хвост, но было уже слишком поздно. Воздушный клинок взвыл с той же скоростью, от которой невозможно уклониться, что и в прошлый раз. Мгновение и ноги, руки, торс Гигджорга… и его голова были порублены на куски, и начали падать. Скорость, ошеломляющая настолько, что увидеть её невооружённым глазом было невозможно, — это была уже не битва, а односторонняя бойня. Но даже разорванный на куски, Гигджорг оставался владыкой демонов. — Я запомнил твою рожу!.. — прокричал Гигджорг, когда от него осталась только голова, и высунул язык. На нём был выгравирован небольшой магический круг — формула магии телепортации. Должно быть, он приготовил её на экстренный случай. Разумеется, Кёгоку не собирался давать ему сбежать прямо у себя на глазах тут же выпустил воздушный клинок… Но опоздал на одну десятую секунды. Активировавшаяся магия телепортации позволила голове Гигджорга сбежать. — Тц… Упустил-таки. Но ладно, теперь я знаю, на что он способен. В конечном счёте он лишь третьей стадии, — со скукой в голосе пробормотал Кёгоку, вернувшись в замок за одно мгновение. Он скрестил клинки с сильнейшим врагом в этом мире и даже не вспотел. Но несмотря на это, Анри предупредила его суровым голосом: — Н-не теряй бдительности. Он коварен! Наверное, он всё ещё скрывает свои силы!.. Она всё это время сражалась с Гигджоргом как герой и наверняка знает его лучше, чем кто-либо… Однако в ответ на её совет Кёгоку невозмутимо сказал: — Уловки работают только на врагов одного с тобой уровня. Вам не о чем беспокоится. Как обычно он сводил все диалоги к абсолютному минимуму. Даже в лицо ей не посмотрел. Значит ли это, что ему не нужен совет от местной героини?.. Нет, дело не в этом. Он даже не понял, что эта девушка перед ним — местная героиня. Но в каком-то смысле в этом нет ничего удивительного. Разница в силе между Кёгоку и Анри была слишком огромной. С точки зрения огромного слона между муравьём и кузнечиком нет никакой разницы. В глазах Кёгоку, что городские девушки, что Анри — просто бессильные «обыватели». Должно быть, Анри ощутила его беззлобное равнодушие и просто молча прикусила губу. — …Да, я поняла… господин герой. Таким образом чрезвычайная ситуация в лице внезапного нападения владыки демонов подошла к концу. ----… --… На дворе было два часа ночи. Время, которое принято называть «мёртвой ночью», когда засыпают даже растения и деревья, и обычно в это время полностью затихает и призамковый город Грамбел… Однако сейчас он был охвачен жутко шумным празднеством, так, словно сейчас был полдень. Всё потому, что герои своей подавляющей силой отбили нападение владыки демонов, перевернув с ног на голову столь опасную ситуацию. Ликовали все — даже те, кто в душе отчасти сомневался в них. Весь ночной город дал волю своей радости. Мы же наблюдали за людьми из окна замка. — Вау, сколько народу! — Я тоже хочу сходить туда! — Нельзя, Лалачка. Уже слишком поздно, а если мы выйдем из замка, то поднимется настоящая суматоха. — М-м-м-м… — Хе-хе-хе, я свожу тебя в следующий раз, ладно? — Обещаешь? И только попробуй не сдержать это обещание! — невинно смеялись Лала и Комари. Нет, беззаботно вели себя не только они вдвоём. (И я хочу!) — сказала сидящая у меня на плече Феррис, привлекая внимание своими лапками. (Ладно-ладно, и тебя возьмём… Но… сперва нужно разобраться с этим). Я бросил взгляд в угол комнаты, где сидела ошеломлённая Анри. — …Невозможно… Да чтобы владыку демонов… да с такой лёгкостью… По её размышлениям вслух ясно чувствовался шок, который она испытала. Именно потому, что Анри была относительно сильной, она понимала, насколько односторонней была та битва. Шок от того, что враг, против которого она ничего не могла, даже поставив на кон жизнь, был раздавлен как букашка… И я не знал, что ей нужно сказать. В этот момент раздался стук в дверь. — Сейчас! Когда Комари открыла дверь, мы увидели стоящего в коридоре юношу. Длинная чёлка, неприметная одежда… Мне знакомо это обычное лицо без каких-то отличительных черт. Это член отряда А, с которым мы мельком поговорили перед отправкой сюда. Похоже, Лала тоже это заметила и, скрываясь за спиной Комари, начала мило угрожать ему: — М-м-м, ты — шпион из отряда А? — Э? Ш-шпион?.. — был растерян парень. — Лалачка, нельзя так, — впопыхах вмешалась Комари, чтобы остановить её. — Это грубо! — Но ведь… Прости. — Хе-хе-хе, молодец, что извинилась, Лалачка. — Кхем, я — выдающаяся богиня! Чем они вообще заняты? Про гостя совсем забыли уже? Хотя девушки оставили его в замешательстве, юноша сообщил, зачем пришёл. — Э-эм… На самом деле у меня есть к вам небольшой разговор… — начал парень, а потом вдруг склонил голову. — Приношу извинения за все те грубости, что наш лидера наговорил вам в течение дня. — …Чего?.. — Кёгоку не плохой человек… Скорее прагматичный или прямолинейный… Он пытается выполнить миссию наикратчайшим и наиболее эффективным способом. Так что хоть он и может сказать вещи, которые оставят о нём плохое впечатление, но зла он никому не желает, поэтому я прошу вас простить его… — крайне вежливо извинился юноша. Судя по всему, специально пришёл сюда лишь ради этого. — Хм, а ты довольно многообещающий парень. В качестве особо исключения я прощаю тебя. — Ха-ха-ха, благодарю вас от всей души, богиня Лала, — проявив доброту к Лале, юноша повернулся к Анри. — Простите нас и вы, мисс Анри... правильно? Король Дамлес сказал нам, что вы всё это время защищали этот мир, — юноша низко склонил голову. — Мне очень жаль, что мы, внезапно заявившиеся чужаки, украли у вас владыку демонов… Изначально этот мир должны были спасти именно вы… — Ничего… Главное, что вы защитили всех… — растерявшись, промямлила Анри. Честно говоря, я разделяю его чувства. Мне ещё до нашего отправления показалось, что этот старшекурсник сильно отличается от тех героев, которых мне довелось видеть в школе. Мне вдруг стало любопытно, и я спросил: — Эм, а как тебя зовут?.. — Ой, прошу прощения, что не представился сразу. Меня зовут Юки Синдо… Выполняю роль поддержки в отряде А-25. Впрочем, я там главный слабак, ха-ха-ха… — посмеялся Юки над самим собой. Видя это, Анри невольно пробормотала — Я была уверена, что все «герои из другого мира», такие как ты… Да уж, я тоже так думал… Хотя, стоп. Мы ведь тоже герои из другого мира. Наверное, в её голове мы уже определены в другую категорию. Услышав это, Юки с улыбкой сказал: — Все люди разные. Хоть мы и зовёмся героями, но сильно различаемся, как по силе, так и по нашему прошлому. Например, мой личный ранг — F… Самое дно иерархии. И… с точки зрения фактических достижений я на самом деле ближе к вам, отряду В. Я наклонил голову, не понимая, что он имеет в виду, но Юки словно понял это и ответил: — До того, как меня позвали в школу… Я провалился в том мире, куда был призван. И как воин, и как человек я был слаб и труслив. После того, как я один раз едва не умер в крупной битве, я испугался и больше не мог двигаться вперёд. Должно быть, он не хотел вспоминать это прошлое. Лицо Юки исказились от боли, но несмотря на это, он продолжил: — И тогда, моей богине было больно видеть меня таким, и она позвала помощь из школы. Вместе с ними я победил владыку демонов и обрёл Печать Спасителя Мира. Но… если бы не помощь извне, то на самом деле я бы не смог спасти тот мир. Поэтому я должен был быть в одной с вами бочке. Юки опустил голову с мрачным выражением лица, а затем резко пришёл в себя. — Ой, простите, что это я такое говорю. Он смущённо улыбнулся, чтобы скрыть негатив, а затем снова низко склонил голову. — В любом случае, я бы хотел извиниться за сегодня. На этом позвольте отклониться. — А, подожди, может, выпьем чаю вместе? — остановила Комари Юки, когда тот уже собрался уйти. Жаль было отпускать после одного извинения того, с кем, как ей казалось, мы могли бы наконец подружиться. Однако Юки виновато покачал головой. — Я признателен вам за приглашение, но… по правде говоря, у меня мало времени. Мы собираемся отправиться уничтожить владыку демонов. Впрочем, мы используем магию телепортации, так что закончим уже к рассвету. Гораздо раньше, чем планировалось, но, скорее всего, они решили атаковать его, пока Гигджорг не восстановился после прошлого боя. В этом отношении я с ними согласен. — В-вот как?! Удачи вам! — Спасибо. Тогда я пойду, — сказал Юки, мягко улыбнувшись, и на этот раз уже ушёл. — А-а-ах… Вот были бы все такие в отряде А, то поладить с ними было бы куда проще… — невольно проворчал я, вспоминая, как вежливо себя вёл Юки. Феррис на моём плече улыбнулась. (Вот как? А вот мне нравится, когда герои чуточку высокомерны… Кстати говоря, я тоже знаю одного сильного, но при этом трусливого парня… Хе-хе-хе.) Ну, прости уж, — подумал я, высунув про себя язык. В этот момент я услышал позади себя милый зевок. Посмотрев в сторону, откуда он раздался, я увидел, как Лала клевала носом и была на грани того, чтобы заснуть. Поздновато уже для маленькой девочки. — Хе-хе-хе, устала, наверное. — Ага, нам тоже пора ложиться спать. Так закончился первый день нашей экспедиции. Много что нужно было обдумать, но в как бы там ни было, к утру владыка демонов уже должен будет побеждён, а мир — спасён. Уже и этому можно порадоваться. ※※※※※ Ночь прошла и наступило утро. У стен замка раздался громкий колокольный звон. Это был сигнал, возвещающий о возвращении отряда А. Как и говорил Юки, всё завершилось в мгновение ока. Что ж, даже на мой взгляд, разница в силе была подавляющей. Закономерный результат. — Пойдём встретим их, Анри! — А-ага… — Фуа-а-а… Я тоже… я тоже пойду… — Точно, мы должны хотя бы встретить их. Мы вчетвером плюс одна кошка спустились в город. Несмотря на раннее утро, у ворот собралась огромная толпа народу. Ну ещё бы — триумфальное возвращение группы героев, всё-таки. Кто может позволить себе спать в столь исторический момент? Вокруг царил гул, будто на концертной площадке. …Но что-то было не так. Люди перешёптывались отнюдь не радостными, а тревожными голосами. Горожане не улыбались от одержанной победы, а выглядели напуганными. Что-то явно пошло не по плану. Охваченные странным чувством беспокойства, мы поспешили к центру толпы. И вот, добравшись до главных врат… мы обнаружили Юки… всего израненного и окровавленного. — Ю-юки?!.. Обессилев, он рухнул на землю прямо на наших глазах. Но несмотря на это, он поднял правую руку и нарисовал в воздухе магический круг, из которого что-то выпало. — Н-не может быть… Неужели даже они…?! Оттуда выпали никто иные как остальные члены отряда А. Как и Юки, они были серьёзно ранены и лежали без сознания. Должно быть, Юки выжал из себя последние силы, чтобы вернуть их сюда. И вот, выполнив свою миссию, Юки хриплым голосом пробормотал: — Прос…тите… Мы… потер…пели… неудачу… Больше он ничего не сказал. Израсходовав все силы, Юки потерял сознание. Никто не знал, что именно произошло, но всем присутствующим было ясно одно — герои проиграли. Так, под вопли и хаос, начался новый день. ---------- Глава 4. Владыка демонов Мы в полном составе дожидались новостей и молча сидели в гостевой комнате отряда В. Звук часов был раздражающе громким. Тут в комнату прибежала Анри. — Ну, что с ним, Анричка?! — тут же подскочила Комари. Однако Анри покачала головой с мрачным выражением лица. — Без толку, никто из них не приходит в себя. По словам главного лекаря, их жизням ничего не угрожает, но их души были извлечены… Всё, как и сказал Кёя. Я с первого же взгляда понял, что основы всех членов команды А, за исключением Юки, были отняты. Основа есть душа как таковая. Сколько ни лечи внешние ранения, они не очнутся до тех пор, пока мы не вернём им основы. Юки — единственный, кто с трудом уцелел, но и он получил тяжёлые травмы тела и души. Основа будет восстанавливаться пару дней, так что пока расспросить его ни о чём не получится. — Их основы были… Но как?.. — была в замешательстве Комари. Однако проблема была не в этом. Ведь отделить основу можно бесчисленным множеством способов. Так что на самом деле вопрос нужно ставить не: «как это было сделано?», а «кто сделал это?». (Хм, не понимаю…) — пробормотала Феррис. (Ага…) — согласился с ней я телепатически. Судя по тому, что я видел в прошлой битве, тот владыка демонов откровенно слаб для такого. Вряд ли бы он смог дать отпор отряду А. К тому же на той четвёрке наши проблемы не заканчивались. — Эй, малютка-богиня, ну как там у тебя? Ты получала сообщения от другой богини?.. — спросила Анри у Лалы, но та удручённо покачала головой. — Нет… Госпожа Фрейфесия мне не отвечает. Я не знаю, где она… Верно, после поражения отряда А, куда-то пропала их богиня-куратор. Учитывая произошедшее, скорее всего, она была побеждена вместе с ними. — То есть… на подкрепление из школы мы можем не рассчитывать? — …Простите. Пока что я в одиночку не могу создать Врата… — Не волнуйся, Лалачка! М-мне вот тоже часто не удаётся яичницу приготовить… — каким-то не очень понятным мне образом Комари пыталась утешить поникшую Лалу. Но сколько ни пытайся отвлечься, по крайней мере от этой мрачной атмосферы нам не избавиться. Не выдержав её, Анри резко развернулась. — П-постой, Анричка! Куда ты?! — …Исполнить свой долг героя. В профиле её лица была отпечатана стальная решимость. Полагаю, она задумала сыграть ва-банк. — Н-не надо, это опасно! — суетливо пыталась остановить её Комари. И я с ней согласился: — Комари права. Лучше этого не делать. — Но тогда…! Горожане в панике, кто-то должен действовать! — Вот именно, — сказал я как можно более спокойным голосом. — Все напуганы. На кого им положиться в такой момент? Разве не на тебя — ту, кто столько времени сражался за этот мир? Если ты покинешь город, паника только усилится. Быть близким к сердцам людей… Мы, чужаки, на это неспособны. Это роль, исполнить которую может лишь местный герой. — К тому же мы не загнаны в угол. Если со школой не будет связи, то скоро они должны будут заметить неладное. В таком случае, к нам на помощь прибудет высокоранговый отряд. Нервничать должен наш враг. Поэтому нам лучше готовиться и ждать. Сейчас это наилучшая стратегия. Согласна? — логично объяснил я. Анри нехотя кивнула. — …Ты прав. Но сидеть сложа руки — не моё. Займусь патрулированием. — Да, это хорошая идея. Горожанам будет спокойнее, если они увидят твоё лицо… Комари, составь ей компанию. Вдвоём будет безопаснее. — Х-хорошо! Не знаю, выйдет ли из этого толк, но к ней нужно приставить наблюдателя, который временно не даст ей сделать какую-нибудь глупость. И, перестраховываясь на всякий случай, я окликнул Комари как раз перед тем, как она ушла. — Эй, погоди. — В чём дело? — Возьми это, — сказал я и достал из-за пазухи серебряное кольцо. — Небольшой оберег. Надень и не снимай. Хотя он скорее для душевного спокойствия. — Э-хе-хе, большое спасибо! После чего они обе ушли через дверь. Проводив их взглядом, я присел возле Лалы. — Эй, ты в порядке? — В-в порядке… Я — мудрая богиня… Наверняка подобное на первой же миссии для неё обернулось сильным потрясением. Но, даже несмотря на напускную браваду, видно, что она весьма крепкая девочка. — Понятно. Но тебе лучше немного отдохнуть. Всё-таки вчера ты поздно легла спать, — побуждал я её к дневному сну. Обычно в это время она бы уже сладко сопела вместе с Феррис. Мир снов ребёнку явно милее, чем жуткая реальность. Лала послушно свернулась калачиком в кровати… Но, когда я уже собрался уходить, её маленькая ручка ухватилась за край моей одежды. — Это… М-можешь поспать со мной… Чтобы тебе страшно не было… — робко пробормотала Лала, частично прячась под одеялом. Это было настолько мило, что я невольно улыбнулся. — Да, конечно. Буду признателен. Я лёг рядом с ней и погладил её волосы. После чего она, видимо, успокоилась и мгновенно начала сопеть… Наверное, она была сильно напряжена. Я тихонько выбрался из постели, и тут у ног раздался голос Феррис: — …Ну и? Что ты задумал? — О чём ты? — Спрашиваю, что ты предпримешь? Ты сейчас меня об этом спросить решила? — Я ведь уже сказал — ждать здесь. — …Серьёзно? — А что такое? Я же всё правильно делаю. Так как мы не знаем замыслов врага, иного выхода нет. Спешка в бою ведёт к поражению — это основы основ. Однако Феррис недовольно буркнула: — …Понятно, ну, ладно. — Да что опять не так, а? Странная ты какая-то. В любом случае, прости, но я тоже собираюсь отдохнуть. Всё-таки ночные патрули на мне. ----… --… Стрелка часов показывала на два часа ночи. Прошло ровно полдня с момента разгромного бегства отряда А. Наступила наша вторая ночь в этом мире. Будучи в патруле, я зашёл в неиспользуемый замковый склад. (Думаю, здесь сойдёт…) Проверив, что вокруг никого, я приложил ладонь к каменной стене. В следующий миг на её поверхности проступил узор, напоминающий дверь, и в мгновение ока он материализовался в настоящие врата. А когда они открылись, за ними меня ждала огромная сокровищница. Корона, сияющая семью цветами радуги, драгоценный меч, окутанный священным светом, а рядом с бронёй, на которой были выгравированы сложные заклинания, лежал гримуар, испускающий зловещую ауру. Пол был завален сияющими золотыми монетами, и повсюду, словно галька, были разбросаны крупные алмазы. «Пантэсариум» — изначально это была сокровищница в другом измерении, которой владела Феррис. Здесь хранились богатства трёх тысяч покорённых ею миров. Перед решающей битвой Феррис передала её мне, и теперь владельцем сокровищницы был я. Артефакты дрожали от магической силы, умоляя использовать себя. Однако я уже решил, какой артефакт возьму. В глубочайшей части «Пантэсариума»… За запечатанной дверью покоился меч, который на первый взгляд мог показаться совершенно заурядным. В отличие от других сокровищ, он не пытался заигрывать со мной, а просто тихо и стоял на месте. Лишь он один до сих пор мне не покорился. — Может уже начнёшь вести себя податливее? — пробормотал я, но реакции, разумеется, не последовало. Я сделал глубокий вдох и сжал рукоять. Сколько бы раз я ни испытывал этого чувства высасывания всех сил из тела досуха от одного прикосновения к мечу, я никак не могу к нему привыкнуть. Надеюсь, мне не придётся его обнажать. В любом случае, дело сделано. Я сделал меч на поясе невидимым с помощью магии сокрытия и покинул «Пантэсариум». И вот, как только дверь исчезла… — Всё-таки решил пойти? — раздался позади меня голос Феррис. …Да уж, всё же она меня насквозь видит. — Догадалась-таки? — Естественно. Надеюсь, ты помнишь, сколько лет мы провели вместе? Впрочем, я и не рассчитывал, что смогу её обмануть. — Ну и ну, и это при том, что ты с таким самодовольным видом распинался о том, что «сейчас правильнее будет ждать». — Ха-ха-ха, надо будет потом перед всеми извиниться, — посмеялся я, а затем спросил: — …Собираешься остановить меня? — Что, осознаёшь, что делаешь то, из-за чего мне следовало бы остановить тебя? — Угх… Её вопрос поставил меня в тупик. Вряд ли я смогу победить её в словесной перепалке. Феррис тяжело вздохнула. — Хым, расслабься. Сейчас у меня нет сил тебя остановить… Или же мне в слезах умолять тебя, чтобы ты никуда не уходил? — …Не уверен, что смогу тебе отказать, — честно ответил ей я, и Феррис задорно рассмеялась. — Хе-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Как же я люблю честных мальчиков! — после чего Феррис серьёзным тоном сказала: — Ладно, раз ты как мужчина принял решение, то я не стану тебе перечить. К тому же… ничто и никто в этом мире не сможет тебе навредить. — Эй-эй, ты перехваливаешь меня. — Скорее, ты излишне напуган. Ты же победивший меня герой, разве нет? Если ты не будешь гордиться собой, то оскорбишь меня! — «Победивший»?.. Да ты, наверное, мне поддавалась. Я тридцать тысяч лет тебе постоянно проигрывал — откуда у меня возьмётся уверенность в себе? Жестоко избивала меня до посинения, а теперь говорит такое… Но такое чувство, будто её слова сняли моё напряжение. — Ну, я пойду. Скоро вернусь. — Угу, не заставляй даму долго ждать, ладно? Я нарисовал в воздухе формулу магии телепортации. В битве прошлой ночью владыка демонов допустил одну ошибку. Во время побега от отряда А, он использовал формулу телепортации прямо на моих глазах. И я уже её проанализировал. А значит, остаётся только воспроизвести в точности такую же формулу, и… (Итак, первый этап завершён.) В следующий миг, когда магия активировалась, я оказался перед старыми замковыми вратами. (Так, владыка демонов… кажется, вон там.) — обнаружил я его ауру, пока открывал врата. Ожидаемо, его аура исходила с самого верхнего этажа замка. Единственное, что меня беспокоило — это необычайно малое количество монстров и магии обнаружения внутри замка. Скорее всего, отряд А разнёс тут всё подчистую. Они смогли забраться довольно далеко. Сокрушил ли их владыка демонов или же нечто иное?.. Как бы там ни было, есть лишь один способ выяснить это. Я открыто двинулся вперёд по замку. Даже если обнаружат — ничего страшного. Мне просто нужно устранить всех монстров, что придут перехватить меня. Даже магию использовать не нужно, достаточно вложить толику магической силы во взгляд. Монстры помирали один за другим, стоило им попасться мне на глаза. Если это действительно замок владыки демонов, то ему стоило разместить здесь подчинённых посильнее. Может, отряд А положил большинство? И вот я добрался до самого верхнего этажа, где меня встретил гигантский зал. Чучела монстров вдоль стен, жуткие куклы, свисающие с потолка, невероятно отвратительные абстрактные полотна и скульптуры, а в центре этой мерзкой комнаты сидел владыка демонов Гигджорг. Увидев меня, он никак не среагировал, продолжая пожирать стейк, с которого капала кровь, сидя за длинным столом. Закончив трапезу, Гигджорг глубоко вздохнул. — Хааа… Ох, ну вот опять! Что-то последнее время много народу ко мне лезет без спросу. Сколько можно уже нарушать моё личное пространство? — посетовал Гигджорг, словно это от всей души его утомило. — Эй, кто-нибудь, выпроводите его отсюда-а-а, — громко приказал он подчинённым, но никто ему не ответил. Естественно — ведь я перебил их всех по пути сюда. — Эх, ни на кого нельзя положиться-я-я… Ладно-ладно, понял-понял. Сам с тобой разберусь. Ну и, что тебе нужно? Надеешься стать моим учеником? Хочешь втюхать мне «легендарный предмет»? А, или же хочешь обратить меня в свою религию? Не хочу огорчать, но я — атеист. На его вялые вопросы я вместо ответа непринуждённо сформировал магическую силу. Похоже, что до него дошёл мой намёк. — А-а-а, так ты за этим? Сегодня я не в настроении. Серьёзно хочешь этого?.. А, впрочем, ладно. Я поиграю с тобой немного. Всё-таки я — добряк! — похвалил себя самого Гигджорг и легонько поднял мизинец. — Ну что… этого хватит? На кончике мизинца была развёрнута тёмная магия «Волдия Вэлворас», которую он использовал в ходе нападения на королевскую столицу. Однако, хоть заклинание и было тем же самым, по «наполнению» оно сильно отличалось. Объём магической силы, плотность структуры, скорость активации… всё вышло за пределы нормы. Не будет преувеличением назвать это чем-то совсем иным. Однако… — Нет, прости, но я был бы признателен, если бы ты показал свою полную силу, — попросил его я, стирая развёрнутую им формулу. В отличие от Кисимы, у него защита от вмешательства в формулы была, но… откровенно слабая. Не может быть такого, чтобы он атаковал меня всерьёз. Я пришёл сюда выяснить реальную причину поражения отряда А, так что мне нужно увидеть его полную силу. — Ого, вмешательство в формулы… А ты хорош. Тогда как тебе это? А вот это? Ну же, ну же, как насчёт такого? — развёртывал он мгновенно один магический круг за другим, словно тестируя меня. Их формулы имели более сложное шифрование и многослойную защиту… Но по сравнению с Феррис всё это — детский лепет. Я просто сбил их один из другим. Гигджорг восхищённо присвистнул. — Хью-у-у, а ты крут. Это твой так называемый «оригинальный навык»? — …Откуда ты о них знаешь? Об этом термине должны знать лишь учащиеся и сотрудники школы героев. — Откуда? Ну, просто я прилежный — а как иначе? Вот почему у меня заготовлены идеальные контрмеры против таких подлянок, — правду ли он сказал или ложь, но Гигджорг громко засмеялся, а затем прокричал: — «Волдия Пара Рандамия»! В один миг он развернул бесчисленное множество магических кругов. На первый взгляд те же, что и раньше, но на самом деле нет. «Пара Рандамия» — это стратегическая форма магии, проецирующая формулы напрямую из предустановленной ментальной библиотеки. Для её поддержания нужно постоянно выделять под неё мозговые и магические ресурсы, и, поскольку она только проецирует копию, мощь формул оставляет желать лучшего. Если честно, то данная магическая нотация отнюдь не самая удобная в обращении. Но взамен она позволяет постоянно копипастить формулу, обеспечивая высокую скорострельность и очень высокую скорость развёртывания. Главное же преимущество заключается в проецировании лишь «отражения», что делает её крайне эффективной контрмерой против изменения формул. Всё-таки он довольно сведущ в магической битве. Однако у «Пара Рандамии» есть один явный недостаток. — Двадцать четыре типа?.. Маловато. К лучшему или худшему, магия, которую выпускает «Пара Рандамия», представляет из себя лишь копию. Поэтому в ходе боя модифицировать её невозможно… А в таком случае, всё просто — нужно лишь создать специализированную контрмагию, нейтрализующую атаку. Этого более чем достаточно, чтобы заблокировать их все, независимо от того, как много копий он выпустит. Для сравнения: это как разбрызгивать вирус гриппа без смены его типа. Сколько его не разбрызгивай, если тип вируса будет тот же, его можно полностью блокировать одной вакциной. — Ого, контрмагия… Впервые вижу, чтобы кто-то применял её в реальной битве. Да ты прям задрот магии! Видимо, поняв бесполезность атак, Гигджорг быстро прекратил «Пара Рандамию». И… исполински вздохнул: — Хааааааа… Ладно, понял, поня-я-ял. Буду сражаться всерьёз. Ох-ох… Как же я не люблю выкладываться на полную. Серьёзные типы все такие зануды! В таких вещах же самое забавное — играться и не напрягаться, — начал болтать о своих принципах Гигджорг, о которых его никто не спрашивал, однако его взгляд слегка заострился. — Но так уж и быть — всё-таки я добряк. Разнесу тебя в пух и прах. Магическая сила внутри тела Гигджорга мгновенно возросла. В несколько сотен, несколько тысяч… Нет, в десятки тысяч раз? Это явно не обычное усиление. — Это… твоя полная сила?!.. — О чём это ты? Это только семьдесят процентов. Ну чё, описался уже со страха, а? Да, признаться честно я был поражён. Всё-таки он… — …Слишком слаб… — Чего? Чё ты сейчас вякнул? Это семьдесят процентов от его полной силы? Если он сказал правду… то он намного слабее тренировочных големов, которых создавала Феррис. Разве владыки демонов не должны быть более абсолютными существами? …Нет, в таком случае истина может быть лишь одна. — Говори: где настоящий владыка демонов? — Ха-ха, нет никакого другого владыки! Я — намбэр уан и онли уан[✱]Number one и Only one — первый и единственный (англ.)! Уяснил? — ответил он, но его реакция была довольно очевидной. Он не настолько глуп, чтобы проболтаться о истинной сущности того, кто дёргает за ниточки из-за кулис, и я уверен, что он ограничен какой-то контрактной магией. Взывать к искренности нет никакого смысла. Так что… — …Ничего не поделаешь… Пытки, подчинение, промывка мозгов, чтение мыслей — есть множество способов извлечения информации. Честно говоря, мне не особо охота этим заниматься, но… в данной ситуации выбирать не приходится. Однако Гигджорг, в противоположность мне, был в ударе. — Слышь, ты, это чё сейчас было? Неужто ты слабака меня держишь? Хаааа, бесит! Давно меня не выводили из себя. Я хотел поиграть с тобой, но теперь передумал. Сдохни. В его глазах вспыхнуло намерение убийства. В следующий миг на кончике его пальца был развёрнут магический круг… Однако он был какой уж очень жалкий — с ладонь размером, да и магической силы в нём было очень мало. Но это было только начало. Магический круг вдруг разделился на два, затем на четыре, потом восемь, шестнадцать, тридцать два, шестьдесят четыре… Их число удваивалось каждую секунду. — Слыхал о магии проклятий высшего ранга «Вол Во Воранор»? Поражённый им не просто умрёт. Он ощутит боль, мучения, голод, сухость, озноб, зной и много чего ещё! Испытав все возможные страдания этого мира, сама его душа сгниёт, и он сдохнет! Ну как? Возбуждает? Я просто о-о-обожаю это заклинание! — Гигджорг расплылся в отвратительной ухмылке. — Кстати-и-и, я же добряк, так что предупрежу — твои изменения формул с этим не прокатят. «Вол Во Воранор» разрослось до таких масштабов, что казалось вот-вот раздавит этот зал, но в действительности оно представляло из себя лишь собрание саморазмножающихся проклятий. Каждое мелкое, но при этом полностью самодостаточное. Поэтому переписью формул за ним не угнаться, а контрмагия бессмысленна, так как проклятья размножаются путём постоянных мутаций, а не банального копипаста. — Ну что ж… Получи и распишись: тур на суперэкспресс в ад на одного!!! — выпустил Гигджорг проклятье, радостно смеясь. По размерам оно уже было крупнее комнаты. Изменение формул неэффективно, контрмагия бессмыслена и, разумеется, бежать мне было некуда. В итоге я принял прямой удар «Вол Во Воланора» в лоб. — Хя-ха! Волшебно, волшебно! Ну давай, давай же, дай мне услышать твои прелестные вскрики! Ге-хя-хя-хя-хя-хя…! — эхом раздался по залу громкий смех уверенного в победе Гигджорга. …Однако постепенно он стих. Ага, заметил-таки. — Хя-хя-хя… Чё-ё-ё? П-погодите-ка… Почему ты остался цел?! Сгусток отвратительных проклятий размножился уже до нескольких миллионов, однако ни одно из них не оказывало на меня никакого воздействия. Похоже, он наконец, осознал это. — Ч-что за магию ты, чёрт побери, использовал…?! — явно занервничал прежде самоуверенный Гигджорг, вероятно, потому, что результат значительно превзошёл его ожидания. Хм-м-м, странно. Зачем Гигджорг вообще задал этот вопрос? Он же видел, что я делал, разве нет? — Ничего. Я ничего не сделал. — Ч-чего…?! Да быть такого не может! Ты издеваешься надо мной?! — Нет, просто моя наставница тренировала меня по-спартански. Я был подвержен стольким проклятиям и магии, что выработал к ним сопротивляемость и заклинания низкого ранга перестали на меня действовать, — ответил я честно, но это наоборот лишь подлило масла в огонь. — Н-низкого ранга?! «Вол Во Воранор» — это магия проклятий наивысшего ранга! — М-м? А-а, ты имеешь в виду среди тех, которые можешь использовать ты? — Ч-что?!.. Вот мелкий засранец!.. В сравнении с Феррис, вся применяемая им магия даже хуже низкоранговой — она настолько ничтожна, что её даже магией-то назвать трудно. На самом деле мне не нужно было блокировать все раннее выпущенные им заклинания. Я делал это лишь потому, что опасался маскировки формул. Ну а ударить себя только что позволил уже по другой причине. — Но я благодарен за то, что выстрелил им в меня. За счёт этого я наконец смог всё проанализировать. Приняв на тело его магическую силу, я наконец заметил постороннюю магическую силу внутри него, несмотря на то, что она была довольно умело скрыта. Именно из-за этого бафа он стал настолько аномально сильнее, чем во время атаки на королевскую столицу. А это значит, что… — …Прости, но у меня нет времени. Пора закругляться. — З-закругляться?!.. Что ты имеешь в виду?!.. Гигджорг слегка отшатнулся, будто почувствовав что-то. Но я ему не ответил. Времени на разговоры больше не было, да и нужды тоже… Хотя, признаю, это своевольно — внезапно вломиться, а потом закончить всё по-своему. Поэтому… — В качестве извинений, я закончу всё магией, которую ты так любил, — после чего я прошептал: — «Вихэльм Вол Во Воранорэя». [[image:/storage/reader-images/bed2c96ba8296c74d49eb01145ed3700f4a0079c.jpg]] На кончике моего пальца был мгновенно развёрнут магический круг. Сперва он был один и маленький, однако потом стал автоматически раздваиваться — два, четыре, восемь… Пока что всё как было у Гигджорга. Однако истинная сила этой магии заключалась в другом. Через несколько секунд после развёртывания, в воздухе было создано ещё одно «Вихэльм Вол Во Воранорэя». После чего две формулы переплелись и, образовав ещё более крупный магический круг, начали снова раздваиваться. Копирование, размножение, соединение, а затем эволюция — прямо как повторяющийся цикл жизни, ускоренный в сотни миллионов раз, и каждый раз на свет рождалось всё более и более мощное проклятие. Скорость была настолько велика, что формула подтачивала уже всю территорию замка. Именно, Гигджорг использовал «Вол Во Воранор» в качестве обычной атакующей магии. Но изначальное предназначение у неё было другое. Это «магия крушения мира»… Другими словами, магия, использующаяся для атаки по целому миру, а не одиночной цели. Разумеется, в этот раз я ограничил её радиус поражения до территории демонов, но она по крайней мере истребит всех демонов в этом мире. — Н-невозможно… Почему ты владеешь магией демонов…?! Ты вообще человек?! — поражённо вытаращил глаза Гигджорг, которому теперь уже было не до шуток. Он отчаянно стрелял атакующей магией по «Вихэльм Вол Во Воранорэя», однако она вся поглощалась и становилась топливом для новых проклятий. Увы, но даже если он использует всю свою магическую силу, то не сможет остановить даже одно из этих проклятий. В тот самый миг, когда я активировал магию, ему уже настал конец. Я уже собрался покинуть это место, но напоследок один раз обернулся, вспомнив слова, которые должен был ему передать: — Ах да, у меня послание от твоей любимицы Анри: «Сдохни, кусок говна». После чего я развернулся. Захлопнув дверь, я услышал из зала вопли агонии. Должно быть, вкушает «все страдания этого мира». Но мне было уже на него плевать. Я лишь сожалел о собственной глупости. Точно, если бы я как следует задумался, то смог бы догадаться. Единственный, кто может одолеть группу героев-попаданцев, превосходящих владыку демонов, это… (Прошу, пусть они будут живы!..) ---------- Глава 5. Провалившийся герой Стрелка часов показывала на два часа ночи. Комари резко открыла глаза. О нет, я продремала уже три часа. Сегодня они договорились сменять друг друга в патруле. За ночь отвечал Кёя, но… Комари всё равно встала. Сейчас мир был в опасности и лишние глаза в дозоре не помешают. Осторожно, чтобы не разбудить Анри и остальных, Комари выскользнула из комнаты. Коридоры замка окутывала ледяная тишина. (Та-а-а-к… Где же Кёя?..) Как бы там ни было, первым делом нужно было найти его. Как неудобно, что в такие моменты нельзя воспользоваться смартфоном. Но тут присущая ей беспечность взяла верх. Комари не спеша зашагала вперёд с загадочной уверенностью: «Поброжу — и он сам меня найдёт». И тут в конце коридора показался чей-то силуэт. Неужели враг?! — подумала Комари и встала на изготовку, однако затем, осознав, кто это, воскликнула, но уже по другой причине: — Не может быть… Юки?!.. Человеком, на которого она внезапно натолкнулась посреди ночи, оказался Юки. — Ты пришёл в себя! Слава богу! — облегчённо вздохнув, она подбежала к нему и вовсю начала донимать его вопросами: — С тобой всё хорошо?! Ничего не болит?! Мне принести тебе водички?!! — Э-э, нет, я… в порядке… — видимо, из-за её напора, Юки казался каким-то растерянным. Скорее всего, он был в смятении, так как только что очнулся. Она хотела задать ему море вопросов, но сперва нужно было обо всём доложить главному лекарю. — Погоди секундочку! Я сейчас позову врача! — А, постой… Комари убежала, проигнорировав его просьбы остановиться. Но в процессе бега её кое-что смутило. За четвёркой отряда А был организован очень тщательный уход. Лекари подменяли друг друга даже ночью, да и стражников на их охране должно было стоять много. Так почему же он шёл по коридору один? Ответ ждал её за углом. — …Что?.. Комари увидела валяющихся на полу стражников. Мёртвыми они не выглядели, но все были без сознания. (Н-на нас напали демоны?!..) — промелькнул в её голове наихудший возможный сценарий. Но тут Комари заметила ещё одну странность. Именно из этого коридора буквально пару секунд назад вышел Юки. Он бы точно не прошёл мимо них и проигнорировал. А значит… — Н-неужели…? Боязливо обернувшись, она услышала глубокий вздох у себя позади: — А-ах, вот поэтому я и сказал тебе: «постой»… — раздражённым тоном пробормотал никто иной как Юки. Но в его голосе звучали холодные нотки, нетипичные для мягкого юноши, которого знала Комари. — Блин, вынуждаешь меня всё рассказывать — какая морока… Ну и ладно, я всё равно собрался тебя сожрать, — бормотал Юки, не спеша идя к ней. На лежащих солдат он никак не реагировал. — Ю-юки?.. — инстинктивно отступив, Комари дрожащим голосом спросила: — Э-это же неправда? Ты же не мог этого сделать, да?.. Да, это какая-то ошибка. А как иначе? Юки был их школьным товарищем, добрым юношей, который сочувствовал слабым и никогда бы никому не навредил… — Ха-ха-ха-ха, какая же ты несообразительная. Впрочем, чего ещё ожидать от слабаков из отряда В? — презрительно улыбнувшись, Юки открыто заявил: — Это был я! Это я уничтожил отряд А. Признание сорвалось с его губ с пугающей лёгкостью. Но Комари всё ещё не могла в это поверить. Он уничтожил их? Что он такое говорит? — Но… но… это ведь сделал владыка демонов… — Аха-ха-ха, этот владыка демонов даже близко не настолько силён. По правде говоря, я планировал просто усилить его и дать ему сделать это, но он оказался полностью бесполезным. Так что пришлось мне самому замарать руки. Одна-а-ако шокированное лицо Кёгоку было просто десять из десяти. Такой слабак, но при этом высокомерный и бесячий. А ведь ещё корчил из себя крутого. Его вульгарный смех и слова были чужды прежнему Юки. — Я-я не понимаю… О чём это ты?.. — но тут потрясённой Комари на ум пришёл один вариант: — Т-точно! Ты ведь сделал это не просто так! Ведь они все просто спят, и ты так хочешь обмануть глаза владыки демонов!.. — ухватилась Комари за последний луч надежды. Но в ответ получила лишь презрительный хохот: — Аха-ха-ха-ха-ха-ха! Чё за бред? А, ты, наверное, до сих пор веришь, что я хороший парень? Ах да, клишированная классика: «У злодея трагичное прошлое»? Аха-ха-ха-ха-ха, бред это всё собачий, дура ты тупая!! — обругал её Юки, который выглядел довольным от всей души, а затем вдруг вскинул правую руку: — «Эйр Рэйд»! В одно мгновение каменная колонна рядом с Комари разлетелась на куски. Комари вскрикнула, но удивлена она была не мощью атаки. — Э-это навык…?! Верно, это вне всяких сомнений был оригинальный навык Кёгоку. Причём, одинаковыми были даже скорость и сила. — Ха-ха-ха-ха! Поняла? Это мой оригинальный навык — «Пожиратель Навыков»! Я не просто копирую чужие навыки, а отнимаю всю основу целиком! Поэтому навыки никак не ослабевают, и я могу пользоваться ими без каких-либо ограничений! Ну как, читерно, согласись?! — с безмерной гордостью в голосе воскликнул Юки. Отряд А он не убил отнюдь не из милосердия, а для того, чтобы использовать их. Комари потеряла дар речи, а Юки нарочито пожал плечами. — Тем не менее, освоить «Пожиратель Навыков» было довольно трудно. Когда меня только призвали в другой мир, я был в сущности бессильным. Затем, пока я постепенно собирал способности монстров, пришли эти засранцы из школы. Как же они меня бесили. Отняли чужую добычу и обращались со мной как с недоучкой!.. — ворчал Юки, в то время как его лицо всё ещё было искажено от затаённой злобы. — Но потом я взглянул на ситуацию под другим углом. Стал считать, что это дар от бога! Ведь все в школе имеют читерные способности. Если я сожру их всех, то стану сильнейшим в мире!! Юки довольно улыбнулся. Теперь Комари поняла, что он делает это далеко не в первый раз. Должно быть, Юки уже давно собирает навыки подобным образом, выдавая случившееся за происки владыки демонов, предавая товарищей, принося в жертву целые миры… Всё ради своих желаний. — Ну так что, пойдёшь мне на корм? — сказал Юки, мягко улыбаясь и медленно приближаясь к ней. Именно, единственная причина, по которой он столь красноречиво ей всё разболтал, заключалась в том, что он изначально не собирался позволить ей вернуться в целости и сохранности… Но Комари итак это понимала. Поэтому она собралась с духом. — …Я одолею тебя, Юки!.. Комари тихо обнажила свой меч. В её глазах пылала нешуточная решимость. Однако… — Чё?.. Ты? Меня?.. — Юки открыл рот… а затем начал громко хохотать: — Нет-нет-нет, это абсолютно исключено. Ты же слабачка, — держась за живот от смеха, Юки посмотрел ей прямо в глаза и открыто сказал: — Я очень многих сожрал, но… у тебя вообще нет таланта. Нет, правда — ты слабейшая из всех, кого я видел. А, я понял. Ты недооцениваешь меня, из-за того, что я не убью тебя, чтобы съесть? Ну, тут ты права… но с другой стороны, хоть я и не могу убить тебя, а вот оторвать пару конечностей — вполне. Примерно вот так — «Эйр Рэйд»!! — обрушил он ещё один внезапный и невидимый воздушный удар. Разумеется, Комари уже стояла на изготовке. Атака пришла именно тогда, когда она ожидала. Но… она была слишком быстрой. Ну а чего ещё можно было ожидать? Ветряной клинок, которым похоронили уже несколько десятков владык демонов, никак не мог быть остановлен неопытной провалившейся героиней. И поэтому Комари, казалось, вот-вот будет рассечена пополам… Но в последний миг лезвие ветра разлетелось на части. — Чего?.. «Эйр Рэйд» точно настиг Комари. Невероятное зрелище повергло Юки в шок. Да и саму Комари тоже. Она не понимала, каким образом ей удалось остаться невредимой. Но тут она ощутила какой-то жар в районе груди и достала из нагрудного кармана маленькое серебристое колечко. — Это же кольцо Кёи…? Кольцо, которое он передал ей, сказав, что это «талисман»… теперь испускало необычайную магическую силу. Увидев кольцо, Юки был потрясён куда больше самой Комари. — Эй… что это за хрень? Подобная магическая сила… Это предмет потустороннего… нет, мифического уровня?! Откуда у тебя такой артефакт?.. — его испуганное выражение лица сменилось жестокой ухмылкой. — …А в принципе какая разница? Оно всё равно будет моим! Комари снова поразил вакуумный клинок. Его мощь возросла ещё больше. Обрушивающиеся на неё «Эйр Рэйды» теперь были словно косы мрачного жнеца, что несут мгновенную смерть каждым касанием. Даже кольцо мифического уровня не могло полностью заблокировать их импульс. — Уг-г-гх!.. С каждой атакой Комари казалось, будто по ней со всего размаху били битой. Всё её тело мгновенно покрылось синяками. Она даже дышать не могла. Комари вставала на ноги, отлетала, вставала на ноги и снова отлетала, словно груша для битья. Даже минуты не прошло, а она уже неприглядно валялась на полу. Юки смотрел на неё с лёгкой ухмылкой на лице. — Слушай, может уже сдашься? Ты же не хочешь, чтобы я замучил тебя до смерти? Просто отдай кольцо, и я больше не сделаю ничего страшного, лады? — вдруг обратился он к ползущей по полу Комари мягким тоном. Разумеется, Комари была не настолько глупа, чтобы слепо поверить ему. Но такими темпами, он действительно просто замучает её до смерти… Но в этот момент… — Не смей творить всё, что тебе вздумается, в чужом мире! — …?! Раздался девичий голос, и в то же время Юки в спину поразили резким и молниеносным ударом. Даже он был вынужден шустро отскочить. А между тем появившаяся фигура протянула руку Комари. — Эй, ты цела? — А-анричка?!.. В критический момент на помощь Комари пришла Анри. — Чёрт… Я пришла сюда, ощутив нечто странное, а тут вон чё творится. Я толком ничего не поняла, но это он за всем стоит? Анри направила меч на Юки. Тот тяжело вздохнул. — Ну вот, местная героиня… Тебя сюда никто не звал… — раздражённо проворчал Юки, однако тут же передумал: — А, впрочем, раз я собираюсь всё выдать за дело рук владыки демонов, то, пожалуй, мне стоит убить и тебя. Так что, возьми и сдохни как положено. Невидимые лезвия вновь взметнулись, целясь точно в шею Анри. Но в миг, когда её должно было безжалостно разрубить пополам, Анри двинула рукой. — «Сияющий яростный цветок»!! Это был простейший магический меч, полученный в результате заключения магической силы в клинок. Однако этой ничтожной на фоне оригинальных навыков силой Анри сумела сбить все ветряные клинки. — Хе, твои удары мечом как открытая книга!.. — …Хм-м-м, а ты, оказывается, не так уж и слаба, — был искренне впечатлён ею Юки, а затем усмехнулся, будто решив проверить её. — А если ударю так? А так? Давай, давай, давай, давай!! Серия безжалостных ударов обрушилась на Анри, подобно бушующим волнам. Каждый из них обладал силой убийственного приёма. Естественно, Анри не могла отразить всё — за мгновение её тело покрылось свежими ранами. Разница в силах между ними была очевидна любому. …Но Комари заметила, что, несмотря на множество ран, ни одна из них не была глубокой. Точно пронзая наименее плотные точки и отводя в сторону огромную силу, Анри удавалось отбивать смертоносные клинки с минимальным для себя ущербом. Непреодолимая разница в силе? И что с того? Вставшие на её пути монстры всегда были сильны. Её враги очевидно превосходили её по силе. Собирая в кулак всё, что у неё было: мудрость, мастерство, убеждения, капля удачи и… крупицы отваги, Анри бросала вызов грозным врагам, победить которых она, по идее, не могла. Именно поэтому люди и прозвали её «героем». — Хе-хе, и это всё, что ты можешь, о великий попаданец? — Хым, громко сказано. Ты сама из последних сил держишься. Она прекрасно осознавала, что всё это лишь нелепая бравада. Именно так она до сих пор и сражалась. …Однако Юки был несравнимо сильнее всех врагов, с которыми ей доводилось сталкиваться. — Но так уж и быть, я поддамся на твою провокацию. Так что смотри внимательно, ладно? — улыбнувшись с невозмутимым видом, Юки начал быстро нашептывать: — «Гифт Нова», «Благодатный рост», «Рэалион Ино Шур Сэренада»… «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост», «Благодатный рост». — Чт…?! Юки, словно одержимый, скандировал усиливающие оригинальные навыки, которые использовал отряд А. Он накладывал их друг на друга без конца снова и снова, и с каждым использованием все его статы увеличивались в геометрической прогрессии. Обычно силу обретают в ходе суровых тренировок. И тем не менее, Юки было достаточно пробормотать всего одно слово, чтобы с лёгкостью заполучить силу, превосходящую ту, что обычный человек мог обрести за целую жизнь. Наблюдая за этим абсурдным зрелищем, Анри потеряла дар речи. — Фух, для начала, думаю, этого хватит… М-м? Что, в чём дело? Удивлена? Ха-ха, наложение баффов перед атакой — это стандартная практика. Вы что, в игры никогда не играли? «Оригинальный навык» — это сила защитника, дарованная богиней. Даже один навык обладает силой уровня владыки демонов, а если их объединить, то их мощь… — Получай, «Эйр Рэйд». Поток силы такой мощи, что, казалось, мог разорвать сам мир, накатил на Анри. Она пыталась парировать его своей сильнейшей атакующей магией… Однако в этом не было никакого смысла. Если провести аналогию, то сколько бы муравей ни точил клыки, ему никогда не победить слона. Мастерство, стратегия, тактика… В конце концов всё это имеет значение лишь в бою между равными врагами. Перед лицом абсолютной силы же никакие трюки не сработают. Но за мгновение до того, как Анри разорвало на части, перед ней шустро выскочила Комари. — Анричка!! В миг, когда Комари самоотверженно стала щитом, на них обрушился гигантский шторм. Постэффект шторма, защитить от которого не смогло даже её кольцо, с лёгкостью отбросил девушек в конец коридора. — У-угх… Анричка, ты в порядке?.. Комари поднялась на ноги с затуманенным сознанием. Несмотря на лобовой удар от магии такой мощи, кольцо всё ещё защитило её… Однако только её одну. В миг, когда Комари увидела Анри, её лицо побледнело. — …Гх-х-х… — Анричка?! Лежащая лицом вниз Анри была вся в крови с головы до ног. Хотя ей едва удалось избежать смертельных ранений благодаря тому, что Комари закрыла её собой, она не то что сражаться не могла, но даже сбежать. Юки медленно приблизился к ним. — Аха-ха-ха-ха, круто, офигеть! Вы всё ещё живы! Я и правда восхищён! — откровенно восхитился ими Юки, а затем его губы искривились в злобной ухмылке. — О, придумал. Обрадую вас в качестве награды. Магия, которую я использовал всё это время… была заклинанием начального ранга. — Что?.. — Аха-ха-ха! Прекрасное выражение лица! Я прям не могу! Кстати говоря, есть ещё семнадцать ступеней, так что я покажу вам их по очереди. Ну, если вы до этого доживёте, конечно. Разница в силе между ними была безнадёжной. Но в миг, когда в голове Комари промелькнул наихудший возможный сценарий, что он продолжит играться с ними и замучает до смерти… — Не переживайте, я поставил барьер, блокирующий обнаружение, так что никто к вам не придёт. Давайте развлекаться до самого утра и… — Юки вдруг прервался на полуслове и нервно посмотрел вдаль — в направление, где располагался замок владыки демонов. — …Чё?.. Вы угараете, что ли? Он сдох?.. Нет, этого не может быть… В этом мире не должно быть никого, способного убить его… — пробормотал Юки голосом, в котором смешалось потрясение и смятение, а затем, будто что-то осознав, злобно уставился на Комари. — …Эй, а где тот парень? — К-кёя патрулирует город… — Не врёшь? — усомнился Юки, но вероятно, понял, что никак не сможет проверить истинность её слов, и тут же покачал головой. — Ну и ладно, — холодным тоном пробормотал Юки. — Как бы там ни было, ситуация изменилась. Так что… просто умрите уже. «Тэмпест[✱][✱]Записано как: «ΑΩ» — альфа и омега. Tempest — Буря (англ.) По кандзи записано как: «Воздушная формация: тип пятый».». Из ладони Юки вырвался вихрь ошеломляющей мощи. Он не врал, когда говорил, что использовал только заклинание начального ранга. Комари была уже не уверена, что даже защитное кольцо выдержит столь чрезмерную магическую силу. Но она всё равно вышла вперёд, чтобы хотя бы послужить Анри щитом. Но в момент, когда ураган едва не разорвал её на части, девушка услышала странный звук. Если быть точнее — мяуканье кошки. Оно было настолько неуместным в данной ситуации, что сначала Комари показалось, что у неё начались слуховые галлюцинации. Однако на этом немыслимое не закончилось. Выпущенный «Тэмпест» внезапно испарился. — А-а? Что за?.. — Юки был шокирован не меньше Комари. Перед ними спустилась чёрная кошка… Нет, правильнее будет называть её: «нечто, что было чёрной кошкой»… Поскольку появившись, оно в мгновение ока изменило свой облик. Завораживающе красивая женщина с чёрными волосами цвета мокрых вороньих перьев, тёмно-багровыми глазами и скульптурными чертами лица… — Эх, какой же жалкой я стала. Всего на ещё один раз осталось… — посетовала чёрная кошка, а точнее, Феррис, принявшая свой изначальный облик. Разумеется, её появление ошеломило всех. — К-кошечка?.. — Ты ещё кто…?! Как ты рассеяла мою магию?!.. Комари и даже Юки не могли скрыть своего замешательства. Но вместо объяснений, Феррис отдала Комари приказ: — Слушай внимательно, Комари. Я его займу. Хватай эту девочку и беги! — после чего Феррис тут же направила пальцы на Юки и пробормотала всего одно слово: — «spellzher». — ?! Гу-а-а-а-а-а-а-а!!! В тот же миг из всего тела Юки изверглось пламя. Это абсолютно чёрное пламя было слишком зловещим, чтобы называть его «чёрным». Оно сожгло дотла даже падающий на Юки свет — воистину бушующее адское пламя. Охваченный им Юки орал и корчился от боли. Однако… — Ну же, скорее беги! Его этим не убить! — крикнула снова вернувшаяся в обличие чёрной кошки Феррис ошеломлённой Комари. Та совсем не понимала, что происходит, но сейчас её приоритетом было спасти Анри. Комари подчинилась приказу и бросилась наутёк, неся на спине Анри и чёрную кошку. ※※※※※ — Х-ха, х-ха, х-ха… — Хм, здесь, пожалуй, сойдёт. Спасаясь бегством, две девушки и кошка забрались в замковый склад. Но времени перевести дыхание у них не было. Комари немедленно принялась осматривать раны Анри. — Анричка, ты жива?! Б-больно, наверное? С-столько крови… Угх… — Хе, не нужно меня жалеть… Я в порядке, таким меня не… Анри, бледная как смерть, попыталась встать, однако дела у неё были явно плохи. Она тут же пошатнулась и рухнула. Стоящая рядом Феррис поражённо сказала: — Храбриться будешь, когда кровь остановишь, — укорила её Феррис и начала накладывать на неё магию исцеления с абсолютно невозмутимым видом. Вероятно, для Анри это было слишком привычно, так что она по инерции ответила: «Д-да, прости…», а затем тут же покачала головой. — Погоди! Ты кто вообще такая?! — видимо, ей показалось странным, что её исцеляет кошка, но… — Да и та магия же явно была демо… А-ай-ай-ай-ай! — Не дёргайся, а то раны откроются. Я тоже сейчас не в форме, — непринуждённо ушла от ответа Феррис, а затем несколько серьёзным тоном произнесла: — Как бы там ни было, не обращай на меня внимания. Сейчас я просто милая кошечка… Лучше думай о том, как выкарабкаться из такой ситуации. А для этого сперва нужно вернуть тебе подвижность. — В-вот именно, Анричка! Сейчас нужно сделать как говорит кошечка и вылечить раны! — обеспокоенно согласилась с ней Комари. …Однако Анри нервно закусила губу. — Но кто знает, что он выкинет, пока мы тут сидим!.. Люди в замке не знают о истинной натуре Юки. Хотя его целью была эта троица, учитывая его коварство, то он может пойти на что угодно, чтобы выяснить, где они скрываются. Одна мысль о том, что он использует гражданских, чтобы выманить их, не давала ей покоя. У Анри сердце сжималось от мысли о дорогих ей людях… Увидев её профиль, Комари поджала губы. — …Я пойду. — Чего?.. — Я предупрежу всех в замке! — Постой, я не могу отпустить тебя одну! — Она права, выходить отсюда опасно. Эту роль на себя возьму я, когда вылечу Анри. Спешка будет Юки только на руку. Но, даже понимая это, Комари покачала головой. — Нет, иначе мы можем не успеть! К тому же ты ведь больше не может сражаться, верно, кошечка? — Н-не переживай! Пусть сил у меня осталось немного, какому-то сопляку я не уступлю! — Нет, я не могу подвергнуть тебя такой опасности! — с этими словами Комари встала, и кое-что передала Анри. — Держи, Анричка. — Что?.. Стоп, это же…! Комари передала ей то самое кольцо Кёи. — Всё равно я пойду. Так что используй это кольцо, чтобы защитить кошечку. — Ты что, помереть собралась?!.. — Выкинь эти глупости из головы! Это «Покровительство Фебены»… священный артефакт, защищающий носителя от любых заклинаний! Если ты выйдешь из-под его защиты, то будешь обнаружена его магией! — Не боись, я сразу дам дёру… Всё-таки я… всё-таки я… герой. Она всё ещё жива лишь благодаря этому кольцу. Стоит ей отдать его, и Юки запросто убьёт её. Даже Комари прекрасно это понимала. Но даже так… она не могла просто стоять в стороне. В глазах девушки зажёгся свет решимости. Увидев это, Феррис тихо вздохнула. — …Ну и упрямая же ты — что ни говори, всё как об стенку горох. Ладно, делай что хочешь, — сдалась Феррис, но затем добавила: — Но запомни: только предупреди всех. Даже не думай о том, чтобы сразиться с ним, ясно? — Да, я поняла! Комари выскочила из склада. Пробежав по коридорам, она направилась… не в жилые покои, а безлюдный сад на заднем дворе, где она остановилась и стала чего-то ждать. И вскоре он объявился. — Эй, надоело играть в прятки? Сзади к ней не спеша подошёл Юки. Должно быть, он ощутил ауру Комари. — …Вижу ты не пострадал, — Комари обернулась и слегка нахмурилась. Да, хотя недавно Феррис подожгла его своим пламенем, на теле Юки не было ни единого ожога. Он был абсолютно невредим. — Что? Переживала за меня? Ха-ха-ха, не пострадал? Ага, щас! Я раз пятьдесят умер. Юки, улыбаясь, пожал плечами. Комари не могла даже сказать… шутит он или говорит правду. — Да и плевать. Что с той кошкой? Не похожа она была на обычного фамильяра. Где она? Кстати, это не она часом прикончила владыку демонов? Мне страсть как хочется её сожрать. Комари не ответила на вопрос Юки. Ведь она сама понятия не имела, кем на самом деле была Феррис. Нет, даже если бы знала, то всё равно ему бы не рассказала. Пока Комари продолжала хранить молчание, Юки улыбнулся, будто для него это были пустяки. — Ясненько. Ну, ладно. Сам найду, — непринуждённо заявил Юки и развернулся. Судя по всему, теперь Комари была ему абсолютно безразлична… Однако девушку его мнение не интересовало, и она обнажила меч, когда он уже собирался уходить. — …Я не дам тебе уйти и одолею тебя здесь и сейчас. Феррис предупреждала её, чтобы она ни при каких условиях не вступала с ним в битву. На самом деле Комари лучше, чем кто-либо, понимала, что у неё нет шансов на победу… Но что будет, если она сбежит лишь потому, что не может его победить? Что можно решить, если постоянно убегать? Нет, дело не в этом. Он продолжит вредить людям, словно буря, до тех пор, пока его кто-нибудь не остановит. Точно, кто-то должен с ним сразиться. В таком случае, эту роль на себя должна взять она сама. Такова была решимость готовой к смерти Комари… Однако Юки её решимость рассмешила — он словно издевался над ней от всего сердца. — Аха-ха-ха-ха, ну и уморительные у тебя шуточки! Ты ещё и тот артефакт сняла?! Серьёзно?! Какая же ты всё-таки дура! — насмехался над ней Юки, губы которого искривились. — Да ты вообще дрожишь вся. Как верно подметил Юки, Комари была до того напугана, что ей и возразить было не чем. Сколько бы она ни пыталась собраться с духом, Комари была слишком напугана. Но она всё равно вскинула меч. — Х-ха-а-а!! Подбадривая себя, Комари просто бросилась вперёд. У неё изначально не было никакого плана — это всё, что ей оставалось. Увидев это, Юки наигранно пожал плечами. — …Х-ха, как глупо. Мы ведь это с тобой уже проходили. Юки устало вздохнул… И в следующий миг Комари была отброшена молниеносным ударом. — Ух…?! Тупая боль пронзила её правую щеку. Она ощутила, как расходится железный привкус во рту, а из глаз сами по себе потекли слёзы. Больно, больно, больно… Теперь, когда она осталась без кольца, уже ничто не могло защитить её от боли. — Аха-ха-ха, ну ты и слабачка! В смысле, ты ведь даже не увидела, что я сделал, так? И при этом всерьёз смеешь утверждать, что одолеешь меня?! — Юки громко расхохотался, а затем нарочито показал ей сжатый кулак. — Лады, ну что, продолжим? Теперь я врежу тебе левой рукой. Смотри внимательно. Итак, поехали, поехали! — очень явно предупредил он о своей атаке. Обманывает или же просто издевается?.. Как бы там ни было, Комари встала на изготовку. Но уже через секунду она и опомниться не успела, как ощутила острую боль в области живота. — Угх… Левый кулак Юки вонзился в её живот. Он атаковал ровно, как и заявил, без каких-либо уловок. И даже так, она не смогла среагировать на удар. Ухмыляясь, Юки высокомерно посмотрел на Комари, которая от боли невольно присела на корточки. — Ха-ха-ха-ха, вот поэтому я и сказал смотреть внимательно! Приложи хоть немного больше усилий! Ну же, в следующий раз я тебя пну, окей? Уж в этот раз будь добра смотри внимательно! Поехали! Он вновь атаковал её точно так, как заранее её известил. Но глаза Комари всё равно не смогли его увидеть. Запросто отброшенная пинком Комари неприглядно упала на землю. — Ка-а-ак странно-о-о, я же вроде сдерживаюсь. Неужели переборщил? Слыша режущий ухо громкий смех, Комари всё равно попыталась встать на ноги, но не успела, и Юки, потянув её за волосы, поднял её силой. — Ну что, теперь поняла? Ты просто фоновый персонаж. Поэтому твоя роль уже сыграна. Живо зови сюда ту кошку и дрожи себе в уголке, как и положено статистке, — холодно пробормотал Юки и отбросил её, вырывая волосы. Комари взлетела в воздух, сильно ударилась об стену и рухнула на землю. — М-м? Ой, ты сознание потеряла? Тц… Слабая настолько, что даже не помучить тебя толком. Но ладно уж, помучаю немного местных солдат, и кошка сама выйдет ко мне. Юки собрался уходить, насвистывая, а Комари в полубреде смотрела ему вслед. Щека горела от удара. Живот болел от пинка. Спину ломило после удара о стену. Каждая клетка тела болела так сильно, будто её сломали. Так вот каковы настоящие битвы? — Комари остро прочувствовала, что она для них не создана. Но почему тогда сильнее всего болело именно сердце — единственная, казалось, невредимая часть тела? Обидно. Меня высмеивали за слабость, ругали за глупость, унижали, игнорировали, издевались и даже не восприняли всерьёз — просто раздавили как ничтожество. Конечно же, мне было обидно. Но обиднее всего… Что злило меня больше всего… что я ощутила облегчение от того, что он не убил меня, что мне дали возможности сойти с этой сцены. Верно, со мной всегда так было. Кто-то сражается. Кто-то страдает. Кто-то спасает мир. А я просто смотрю за всем этим из самого безопасного места. Про себя в душе, где никто не слышит, думаю: «В следующий раз точно наступит моя очередь». Хотя на самом деле мне не хватит смелости. Ох, какая же я уродливая трусиха. Такой трус заслуживает лишь смерти. — …Что? — резко остановился уже уходивший Юки. Он ощутил позади себя невероятный всплеск магической силы. (Та кошка?!) Убеждённый в том, что та, кого он искал, пришла, Юки обернулся в полной боевой готовность… Однако оказался неправ. — «Небесный Бутон Мысли, первая формация». Он увидел перед собой девушку, которую вроде бы только что сокрушил. В мече, который она сжимала, собиралась невообразимая сила. Тысяча, десять тысяч, сотни миллионов… Нет, ещё больше? Столкнувшись с магической силой, которая не шла ни в какое сравнение с той, что была у девушки раньше, Юки на мгновение потерял дар речи. Но быстро понял: — Неужели… это твой оригинальный навык?!.. Оригинальный навык: «Эль Вискам[✱]Записано как: «Небесная слеза искателя истины».». Это был дар богини, которым обладала лишь Комари, — небесный клинок, что рассекает всё несчастье, всю несправедливость и любое зло одним ударом. Само воплощение героя-защитника Мирового Древа. Однако… — Кх… Лицо держащей небесный меч Комари исказилось от боли. На всё тело навалилась такая слабость и усталость, что, казалось, будто она сейчас свалится. Магическая сила, духовная сила, выносливость… и жизненная сила. Цена за спасение мира, которую требовал небесный меч — сама жизнь своего владельца. Если она продолжит использовать его, то «Эль Вискам» безжалостно убьёт Комари. Однако Комари всё равно не собиралась отступать. Она сама понимала, что недостойна быть владельцем меча богини. Именно поэтому она прикладывала столько усилий, чтобы стать достойной как можно скорее. Я хочу когда-нибудь овладеть этой силой. Я хочу когда-нибудь спасти мир собственными руками. Я хочу стать настоящей героиней… Ах, какой же дурой я была… «Важно не то, что ты не можешь, а то, что можешь»… — ожили в голове Комари слова Кёи. Когда-нибудь? Обязательно? Скоро? Как бы не так. Что имеет значение, так это настоящее. То, что происходит прямо сейчас. И сейчас я должна помочь людям в беде. Верно, я не могу полагаться на навык, который когда-нибудь расцветёт. Пусть будет маленьким и даже слабым. Меня и это устраивает… Сейчас мне нужна лишь сила сразить своего врага! Откликаясь на сильные чувства девушки, сияющий небесный меч начал постепенно менять форму. Меньше, тоньше, но при всём при этом… острее. В её руках был уже не одолженный у кого-то меч. Он стал частью её плоти и крови и был подчинён её собственной воле. [[image:/storage/reader-images/54cecfc172b6d94c6399569e0dd54fe426e829c7.jpg]] И сейчас в этот клинок вливались все имеющиеся у неё силы. Хлынул неисчерпаемый свет. Блеск небес расцвёл во всей красе. Сияние, напоминающее свечение сотворения мира, сфокусировалось в одной точке. А затем Комари высвободила его всей своей силой. — «Цветок центра вселенной»!! Мгновенно разразился мощный взрыв. Магическая сила, колоссальная настолько, что могла бы пронзить небеса, заполнила всё в округе, окрасившись в семь сияющих оттенков. Поднялся густой белый дым, посреди которого рухнула Комари. Этим ударом она израсходовала всю свою силу… Но несмотря на это, Комари облегчённо вздохнула. Наконец-то я сделала это. Я исполнила свой долг героя, — подумала она, как вдруг… — Хе-хе-хе… Аха-ха-ха-ха-ха…!! — раздался из-за пыли смех. Дым рассеялся, обнажив Юки без единой царапины. — Ну ты и слабачка. Прокричала пафосно: «Цветок центра вселенной», — а толку ноль. Что это за отстойная слабая техника? Даже слабее моих слабейших! — рассмеялся Юки от всей души. Это невероятное зрелище настолько повергло Комари в шок, что она даже слова вымолвить не могла. Удар, в которой она вложила всё без остатка, нанёс Юки урона не больше, чем укус комарика. — Эй, теперь-то ты поняла? Слабакам бесполезно даже сопротивляться. Статисты они и в Африке статисты. Все твои действия были абсолютно бессмысленны! — злобно усмехнулся Юки, а затем беззаботно прошептал: — А теперь умри. Он поднял ладонь перед Комари и активировал смертоносное заклинание. У неё не осталось сил, чтобы сбежать, воля к сопротивлению почти иссякла и даже на чудо рассчитывать нельзя было. Ибо на прошлый удар она потратила все силы. Так что… Комари знала, что сейчас она умрёт. Но даже так она будет смотреть вперёд… до самого конца. Комари подняла лицо навстречу неминуемой «смерти»… и увидела перед собой спину парня, которого здесь не должно было быть. — Нет, смысл был. Он с лёгкостью стёр приближающуюся смертельную магию. Комари наблюдала за происходящим, как за чем-то, что разворачивалось где-то вдалеке от неё. Должно быть, это сон. А если нет, то, наверное, предсмертные галлюцинации. А значит, стоит ей моргнуть, и он исчезнет. Но этого не случилось. Сколько бы она ни моргала, ни протирала глаза, спина юноши не исчезала. Он вне всяких сомнений стоял здесь, защищая её. После чего этот парень спокойно обернулся, и как обычно засмущался. — Отличный был навык, Комари. Благодаря тебе я успел. — Кё…я…?! — Прости, что припозднился, ты — молодец. Так что… дальше я разберусь сам. Кёя нежно погладил Комари по голове. В следующий миг в её груди разлилось тепло: покой, облегчение, спокойствие и… капля досады. «Эх, вот бы и мне так», — подумала Комари и потеряла сознания в руках юноши. Кёя аккуратно уложил в углу девушку, что сражалась, поставив на кон всё, что у неё было, и накрыл своим пиджаком. За спиной Кёи раздался едкий смех. — Уф, как же это было круто, Кёя! Это типа: «Явление героя»? Аха-ха, как же это тупо! До чего вульгарная провокация. Цель ясна — вывести из себя. Однако Кёя, не меняя выражения лица, спокойно повернулся. — Спрошу всего один раз: покорно сдаваться не собираешься? — Э-э, дай подумать… Как же мне поступить?.. — притворился колеблющимся Юки, а затем злобно усмехнулся. — Вот мой ответ — «Драг Брэа[✱]Записано как: «Тёмное пламя чёрного дракона».»! — неожиданно выпустил из руки заклинание Юки. Даже не стоящий на изготовке Кёя был атакован бушующим пламенем аметистового цвета. Однако… — …Вот как? Теперь я понял. Несмотря на то, что Кёю застали врасплох, он был абсолютно невредим. Он даже не защищался от пламени. Оно само избегало его. Юки слегка нахмурил брови. Изменение формулы? Невидимый барьер?.. В любом случае он явно был покруче всех остальных слабаков. — Понятно, так это ты хозяин той кошки? Гигджорга тоже ты уделал? — Первое — no, а второе — yes, — честно ответил Кёя, не видя смысла что-то скрывать. — Хым, и теперь ты собираешься разделаться с кукловодом? Хе-ха-ха, повезло тебе! Встретился лицом к лицу с последним боссом! Молодец, Кёя! — ухмыльнулся Юки, но затем резко изменился в лице. — Ну что ж, будь по-твоему. Порешим друг друга!.. Из всего тела Юки изверглась интенсивная магическая сила. Он понимал, что перед ним не обычный человек и играться не планировал. Но вот, когда битва уже практически началась, Кёя остановил его: — Постой, давай прежде… сменим место. Не хочу вовлекать посторонних. Взгляд Кёи скользнул в сторону Комари. Он уже знал, что Юки поставил барьер от посторонних, но не был уверен, что грядущая битва не зацепит их. В ответ на его предложение Юки злобно ухмыльнулся. — Чего? С какой радости я должен подстраиваться под твои условия? Западло! — ухмыляясь, сказал Юки. На первый взгляд могло показаться, что он просто был злобным, но, разумеется, дело было в другом. Поскольку здесь было много гражданских, то Кёя не сможет применять мощные приёмы, а в случае чего Юки всегда сможет взять заложников. С точки зрения географии данное поле боя было идеальным для Юки. Однако его гнусные расчёты оказались бесполезны против Кёи. — Нет, я напрягать тебя не буду. Да и много времени это не займёт. — Что?.. В мгновение Кёя уже оказался позади него. Юки не отводил взгляд и даже не моргал. И тем не менее он не уловил момент, когда Кёя обошёл его. Мгновенная телепортация? Пространственный перенос? Или же что-то другое?.. Но вскоре его сомнения потеряли всякий смысл. Его поле зрения вдруг перевернулось, и его целиком охватило чувство нулевой гравитации. Когда он понял, что его «схватили за шиворот и бросили», Юки уже был отброшен с огромной инерцией. — Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?! Юки пролетел по прямой линии, пробив насквозь несколько каменных стен. Он не мог даже сопротивляться против давления ветра, которое было настолько мощным, что, казалось, вот-вот раздавит всё его тело. Ему удалось лишь поднять барьер. И затем, спустя всего пару секунд, чудовищный удар потряс его тело. Он врезался в землю. Удар был настолько сильным, что вокруг него образовался кратер в несколько десятков метров. Барьер, который способен с лёгкостью блокировать даже всю мощь владыки демонов, разлетелся на куски… Но что бы не случилось, ему удалось это остановить. Чувствуя облегчение, Юки выполз из кратера… и потерял дар речи от увиденной картины. Ведь сейчас он находился в нескольких сотнях километров от того места, где был только что — в замке Грамбел. — К-какого…?! И это, к слову, его просто бросили. Неужели лишь из-за этого он улетел на несколько сотен километров? Это было словно плохая шутка. Невероятная правда повергла его в шок… А позади него раздался знакомый голос: — Здесь, в горах, никого нет. А теперь давай продолжим. — …?! Обернувшись, он увидел самого Кёю, стоявшего с абсолютно невозмутимым видом. Неужто он переместился сюда быстрее самого Юки? Хотя, даже если и так, то всё в порядке. Его оригинальный навык был явно связан с усилением тела. А раз так, то… противостоять ему будет легко. — «Уэзарайз[✱]Weatherize — Выветривание (англ.) По кандзи записано как: «Воздушная формация: тип возмездия».»!.. И одновременно с тем, как Юки выкрикнул это, Кёя рванул на непостижимой скорости. В мгновение ока он зашёл Юки за спину и сразу же протянул руку к его шее… Но пальцы, которые должны были схватить его намертво, лишь рассекли воздух. Он… не уклонялся. Пальцы прошли сквозь тело Юки. — …Слияние с ветром, значит? — Хе-хе-хе, в точку! Именно ради этого я и сожрал навык Кёгоку! «Уэзарайз» — это секретная техника Кёгоку, обращающая его самого в ветер. Ассимиляция с ветром позволяет полностью сводить на нет любые физические и магические атаки. Стоит ему лишь активировать её, и никакой великий меч или магия никогда его не достанут. Воистину сильнейший щит. И в то же время, если перейти в атаку… — Хе-хя-хя-хя-хя-хя-хя! Просто офигительное чувство! Создав несколько десятков клонов, Юки нёсся по воздуху буквально со скоростью урагана. Что бы ни преграждало ему путь, будь то скала или большое дерево, мгновенно рассекалось пополам. Обретя тело из ветра, Юки больше не нужны были даже песнопения. Одно лёгкое касание — и всё разрывалось надвое. Тело, которого невозможно коснуться, и при этом способное свободно атаковать — самая что ни на есть секретная техника среди секретных техник, объединяющая в себе сильнейшее оружие и щит. Теперь ничто не могло остановить Юки. Он кружил вокруг Кёи, громко смеясь, а затем протянул обратившуюся в клинок руку к его беззащитной шее. — Судя по ауре, это навык Кёгоку, так? Всё-таки твоя способность — узурпация навыков? — бормотал Кёя, словно анализируя его. И спокойно схватил Юки за руку. Казалось бы, типичная сцена атаки и защиты в обычной битве. Только не в данной ситуации. Сейчас Юки был ветром и не имел физического тела. У него было духовное тело, которое никак нельзя поймать и к которому абсолютно невозможно прикоснуться. Но Кёя схватил его с таким выражением лица, будто происходящее было совершенно обыденным. Быть не может. Такого не должно быть… И тут Юки наконец заметил. На схватившей его руке Кёи проступили печати странной формы. — Н-невозможно… «TERRA»?.. Юки широко раскрыл глаза от шока. Это была «Изначальная руна» — один из величайших артефактов «уровня сотворения мира»… превосходящих даже мифические, которых существовало всего семь во всём мире. Каждая из магических печатей несла в себе магическую силу эквивалентную нескольким сотням Эддасий. И они сейчас вне всякого сомнения находились на руке Кёи. — Б-быть не может! Есть лишь пять видов «Изначальных рун»! Все остальные были утеряны!.. — Да, в каком-то смысле это так. Просто оставшиеся сорок четыре руны были у Феррис. А это, в свою очередь, означало, что их нынешним владельцем был Кёя. В мгновение ока всё тело Кёи испустило блеклый свет. Многочисленные таинственные узоры, напоминающие татуировки, один за другим проявлялись на всём теле Кёи. Стоило Юки увидеть это, как он потерял дар речи. Ведь все они были «Изначальными Рунами». И сейчас руна, проявившаяся на его правой руке означала… [[image:/storage/reader-images/5d6235b3b6dc4e2534f7d767c4c4d0215f365447.jpg]] — «Руна: Эмес[✱]В оригинале записано: אמת (Эмес) слово на идише, обозначающее «правду».» — это руна, захватывающая любую истину… Хотя, нет, причина и следствие здесь обратны. Всё, что она захватывает, становится истиной. Неужели он в самом деле овладел божественным артефактом уровня сотворения мира? Оказавшись зажатым между словами, в которые он не хотел верить, и реальностью, в которую не мог поверить, Юки уже метался на грани безумия. — Ч-чёрт, отпусти меня! Разумеется, никто бы его не отпустил, сколько бы он ни ругался… Однако Кёя неожиданно кивнул со словами: «Ага, ладно». Но то, что случилось дальше, несколько разошлось с ожиданиями Юки. Кёя вывернул ему запястье и тут же оторвал руку. — Кья-а-а-а-а-а-а-а!!! — завопил он в то время как во все стороны расплескались брызги крови. Юки пронзила немыслимая острая боль. Хотя в итоге его отпустили, разумеется, он не это имел в виду. — Т-ты что, издеваешься надо мной…?! Обливаясь потом, Юки смерил его полным ненависти взглядом. Но по странному совпадению взгляд Кёи был абсолютно таким же. — «Издеваюсь»? А ты сам чем занимаешься? Ты тронул моих друзей. Другими словами, ты хочешь сразиться со мной, верно? А раз так, то не ной по каждой мелочи, — выбросив оторванную руку, Кёя приказал ему холодным, как лёд, голосом: — Покажи всё, что можешь. Без издевательств и в полную силу. А иначе… ты умрёшь. В его голосе клокотала ярость. У Кёи не было особого желания упрекать его за то, что он навредил Комари и остальным. Он знал, что в битвах такое неизбежно, и понимал, что поддаваться вспышкам ярости, неразумно… Но это не значило, что он не был зол. Взгляд Кёи испускал неистовое давление, от которого раскалывалась земля, а деревья иссыхали, обращаясь в пепел. Оказавшись под этим взглядом и стоя совсем рядом, Юки тоже едва не был раздавлен чувством страха настолько сильным, что он не мог дышать. Но он всё ещё был каким-никаким воином, прошедшим через множество битв. Моментально избавившись от испуга, он прокричал: — «Вер Окюлас[✱]Were Oculus — Волчье Око (англ.). Записано как: «Пронзающие глаза голодного волка».», высвобождение! Глаза Юки мгновенно переменились. По его обычным чёрным глазам пробежала трещина, а затем его зрачки стремительно раскололись натрое. К тому же в глубинах каждого из них появились таинственные мистические магические круги. — Магические глаза… Ещё и «Множественный взор»? — Ого, а ты, я смотрю, хорошо осведомлён!.. Это был один из украденных Юки оригинальных навыков. Крайне редкая способность, называющаяся «Множественный взор[✱]Записано как: «Составные магические глаза».», проявляющяя одновременно три вида магических глаз. Первый — «Глаза всего сущего». Это проницательные глаза, видящие насквозь любые движения. Их чрезвычайная точность такова, что обычное действие воспринимается как сверхзамедленная в тысячу раз съёмка. Второй — «Глаза нечистой силы». Анализирующие глаза, расшифровывающие любые магические формулы. С ними достаточно одного взгляда, чтобы мгновенно определить, какая это магия и какое влияние оно окажет. И третий — «Глаза водного зеркала». Эти не отражающие свет глаза видят поток сознания противника. Они позволяют чётко понять, что именно враг собирается сделать: атаковать или сбежать, атаковать магическим или физическим уроном? Справа или слева? Три магических глаза, видящие насквозь любые движения, всю магию и даже сознание. Активация их всех разом равносильна способности видеть будущее. — И что же ты будешь делать, о, герой?! — проревел Юки, словно празднуя победу, в то время как шесть его глаз засияли. Руны развеивают «Уэзарайз», однако это не имеет значение, если он не даст себя коснуться. И его «Вэр Окюлас» имеет силу сделать это возможным. Однако такой реакции от Кёи он совсем не ожидал. — Слушай, ты лучше скажи вот что… а мне вообще нужно с этим что-то сделать? — Чё?.. В следующий миг кулак Кёи вонзился в живот Юки. — Г-гха…?! От острой боли Юки упал на колени, но его голова была забита скорее вопросами, чем болью. Почему он по мне попал?! У меня же есть магические глаза. Я вижу все его движения. Разумеется, я уже наложил на себя многократно все возможные баффы. Его физические возможности не должны уступать усиливающему оригинальному навыку, так почему?.. — Ч-что ты, чёрт побери, сделал?!.. — В смысле что? У тебя же есть эти глаза. Сам должен понимать, разве нет? Получив в ответ вопрос, Юки невольно потерял дар речи. Да, он действительно всё видел. И намерение атаковать, и место, куда Кёя целился, и даже момент начала. Он знал всё от и до целиком. Но именно поэтому не мог поверить в произошедшее. Ведь он лишь… — Да, твои глаза тебя не обманывали. Я просто врезал тебе и всё. Именно. Кёя не пустил в ход ни магию, ни трюки — вообще ничего особенного. Он всего-то напрямую подошёл к Юки и ударил его кулаком, как он и предвидел. И всё равно никак не смог среагировать на Кёю. Он чётко видел это долю секунды назад, но оказался не в состоянии защититься или даже дать сдачи. Неужели он превосходит магические глаза на одних лишь базовых параметрах? Нет, это нереально. Это же оригинальный навык богини! Такого просто не может быть. Кёя медленно шёл к колеблющемуся Юки. — Почему тебе это кажется невозможным? Давай тогда попробуем ещё раз? Ну же, может хоть так увидишь? В Кёе вновь возникло намерение атаковать. Цель — правая щека. Прямой справа, через три секунды. Всё нормально, я предвижу это. Вижу предельно чётко. Давай, атакуй. Атакуй, атакуй, ата… — Кбеа-а-а-а-а?! К моменту, когда Юки пришёл в себя, его тело уже летело по воздуху. Он ясно чувствовал боль от удара по правой щеке. Ровно тот удар, который я предвидел, пришёл ровно туда, куда я предвидел и ровно в тот самый момент, который я предвидел. Так почему я не могу среагировать на него?!.. — Давай продолжим. Смотри внимательно, ладно? — Хи!.. Ну а дальше всё повторилось. Совершенное предвидение будущего и превосходящие его простые удары. Он мог видеть их, но не блокировать. Знал о них, но не мог уклониться. Каждый раз, когда Кёя говорил: «Продолжим», через несколько секунд раздавался крик Юки. Меньше чем через минуту, Юки был уже валялся на земле весь избитый. Правая рука уже оторвана, левая — болталась, ноги — вывернуты под немыслимыми углами. Внутренние органы почти перестали функционировать. Жестокий окончательный финал… Но Кёя пока не собирался заканчивать. — Живо вставай. Подобный фарс — это пустая трата времени, — холодно сказал Кёя, смотря на Юки. Со стороны это и могло прозвучать, как подстёгивающее издевательство над проигравшим… Однако сам Юки лишь захихикал: — Хе-хе, хе-хе-хе… Хе-ха-ха-ха… «Фарс», говоришь?.. Ну да, ты прав… Прости… — с явной откуда-то взявшейся уверенностью в голосе сказал Юки, которого, казалось, избили просто в ноль. Простая бравада? Отказ признать поражение в последние мгновения жизни?.. Нет, ни то, ни другое. — Эх, на самом деле я планировал приберечь это для S-ранговых из школы, но… Так уж и быть, так уж и быть. Ты сам в этом виноват… — ухмыляясь, Юки вскочил на ноги. И когда он успел исцелиться? Его оторванная правая рука уже была на месте. Нет, только этим всё не ограничилось. Его сломанные конечности, раздавленные внутренние органы, даже малейшие ссадины на всём теле — все раненные места полностью исцелились. Увидев это, Кёя тихо пробормотал: — Полная регенерация… Хотя, пожалуй, будет правильнее назвать это «переписью». — Хе-хе-хе… Совершенно верно! — Юки громко засмеялся. — Это «пожирающий» жизни оригинальный навык, называющийся: «Септем Гра[✱]Записано как: «Образующая стаю алчность».»! Отнятая жизненная сила запасается в качестве «оставшихся жизней» владельца навыка! Так что, как видишь, я могу оживать столько раз, сколько съел жизней! А мой текущий запас, собранный с монстров, составляет… Один триллион восемьсот семь миллиардов девятьсот тридцать пять миллионов жизней!! Другими словами, я — бессмертен!! Это не просто лечение, а секретная техника, переписывающая саму жизнь на новую — козырь Юки. К тому же это было только началом. — Хе-хе-хе, ну что, читерно, согласись? Но это ещё не всё, — многозначительно усмехнулся он, а в следующий миг Юки вдруг оказался позади Кёи. — …?! — «Овердоз[✱]Overdose — сверхдоза (англ.). Записано как: «Превращение жизни».», «воплощённая плоть». Судя по его скорости, это вне всяких сомнений была магия усиления тела, но… какая-то чрезмерно мощная. Судя по тому, какой эффект она дала, она в несколько тысяч раз превосходила навыки, отнятые у отряда А. И он активировал её в одно мгновение. Перебор даже по меркам оригинальных навыков. Такую силу можно обрести лишь, заплатив соответствующую цену… — размышлял Кёя, и тут заметил. — Понятно… Значит, цена — «жизнь»?.. — Ха-ха-ха-ха-ха, и опять совершенно верно! «Овердоз» — это навык, преобразующий продолжительность жизни в магическую силу! По идее, этот мощный приём можно применить лишь несколько раз за всю жизнь, но… для меня это пустяковая плата! Он вливал неиссякаемую магическую силу, которую обрёл в обмен на жизнь… в другие оригинальные навыки. Само собой они будут сильными. Изначальное предназначение «Септем Гра» просто не дать владельцу умереть. А «Овердоз» имеет крайне строгие ограничение. Объединив их с помощью «Пожирателя Навыков», Юки возвысил ограничения до в буквальном смысле бесконечных возможностей, и в этот миг подлый узурпатор превзошёл законных владельцев. — Ну что, начнём? В следующее мгновение начался его неописуемо свирепый натиск. Юки без передышки и постоянно использовал самоубийственные приёмы, использовать которые можно лишь раз за всю жизнь. Сила каждого из них была воистину смертоносной. Разумеется, все они, очевидно, были пробаффаны до абсурдных пределов. — «Песнь истребления душ», «Жестокий мистический удар», «Подражающая змее молния», «Пламенная жажда кукловода»… Абсолютная магия всех атрибутов — света, святости, тьмы, ветра, земли, молнии — слились в бешенном беспрерывном танце. Это была уже не «битва», а безумный спектакль из стихийных бедствий равных сотворению мира… Нет, концу света. Каждый раз, когда Юки применял очередной приём, рушились горы, раскалывалась земля, реки высыхали и даже небеса разрывались. Под натиском абсолютного разрушения сам мир разрывало на части. Ставший воплощением чистой силы Юки теперь представлял из себя бедствие во плоти. Насколько бы благородна ни была богиня или могуч герой, они бы не смогли озарить это тёмное бедствие. В данный момент Юки был достоин называться владыкой демонов. Но даже при всём при этом… — Почему?.. Почему?.. Юки обрёл силу, превосходящую даже богов, и стал повелителем всего сущего, но… в его выражении лица не было ни намёка на радость от победы — лишь страх и горечь. И причина этого таилась в том, куда был направлен его полный ненависти взгляд. — …Почему ты ещё жив, Кёя Кудзё?! — обратился он к Кёе, который как ни в чём не бывало стоял посреди полностью уничтоженной выжженной земли. Он принял все его атаки, но даже не вспотел, с абсолютно невозмутимым видом. Юки ещё мог бы понять, если бы Кёя… «Нейтрализовал всё абсолютным оригинальным навыком» или «подавил всё ещё более мощным навыком» или… например, «сокрушил его какой-то мистической необъяснимой силой». Но нет. Против сокрушительной мощи Кёя сражался… обычными методами. Бил точно в слабые места с нужной силой в подходящий момент и парировал удары. Та же самая базовая тактика точно по учебникам, которую пыталась применить Анри. Используемая им магия и приёмы тоже не выходили за рамки элементарных. Но это-то и было странным. Противостоять читерной силе, рождённой комбинацией множества оригинальных навыков, обычной силой… Лишь Юки, столкнувшийся с этим лицом к лицу, понимал, насколько это «аномально». Охваченный ужасом перед неизведанным, он невольно закричал: — Т-ты недооцениваешь меня?! Сейчас же покажи свой оригинальный навык! Даже сейчас ему не хватало решающего фактора, и, если так подумать, то использование Кёей оригинального навыка доставит проблемы именно Юки. Но это всё ещё было гораздо лучше страха перед непониманием всей силы своего врага. …Однако такого ответа Юки не ожидал. — Прости, но это невозможно… У меня нет оригинального навыка. — Чё?.. — на мгновение был ошеломлён Юки. Нет оригинального навыка? Не верю. Нет, не хочу в это верить. Ведь для противостояния могущественному противнику нужна определённая сила. Именно для этого даруют оригинальные навыки, и благодаря этой силе герой становится героем. Именно, не иметь оригинального навыка просто невозможно. Ведь иначе… иначе… ради чего я…? — …Ах, забей. Задолбало… — пробормотал Юки. Прозвучало так, словно он собрался сдаться. Нет, он действительно сдался… Хотя это подразумевало под собой не: «отказался от победы», а «отказался от намерений сражаться честно». — Я признаю — ты действительно силён, но… Я ещё сильнее, — заявил Юки с лицом, выражающим даже не уверенность, а почти пустоту, словно зная, что точно победит. Нет, он действительно знал. И дело было не в самоуверенности или высокомерии. Просто навык, который он сейчас собирался использовать, принесёт ему победу, так представлял из себя неизбежную и абсолютную истину уровня: «солнце встаёт на востоке» или «если расплавить лёд, он превратится в воду». Скучающим тоном Юки пробормотал: — Пока. «Рагнарёк». В этот миг всё замерло. Падающие листья, парящие в небе птицы, дующий ветер и даже водопад где-то в тысячах километрах отсюда… всё в мире прекратило двигаться, словно было заморожено. Сила «Рагнарёка» заключалась в остановке времени. Это был козырь Юки, стоящий ему сотню миллиардов жизней, и источник его абсолютной уверенности. Боевой магии в мире столько же сколько звёзд на небе. Магия взрывов, превосходящая даже ядерное оружие, искусство обнажения клинка на невероятной скорости, превосходящей молнию, магические глаза, позволяющие видеть будущее, или невидимость, полностью блокирующая любую ауру. При полном освоении любая из них могла называться «сильнейшей». Но в конце концов все они имели определённое исходное условие: «в мире, где течёт время». А «Рагнарёк» как раз был силой, позволяющей свободно останавливать это важное условие под названием «время». В остановленном мире ни сила, ни скорость, ни предвидение, ни внезапные атаки не имели никакого значения. Остановка времени — это ультимативный чит, искажающий сами правила битв. Разумеется, эта техника, стоящая сотню миллиардов жизней, была самой настоящей последней козырной картой Юки. Он даже вообразить себе не мог, что применит её против провалившегося героя. Но он ни о чём не сожалел. Настолько силён был его противник. Если бы они продолжили сражаться, то он понёс бы куда больший ущерб. Как бы там ни было, уж на этот-то раз… — Конец? — эхом раздался одинокий голос в полностью остановленном мире. — …Что?.. Юки инстинктивно поднял голову и увидел всё так же невозмутимо стоящего Кёю. — К-как?.. В голове Юки появилось бесчисленное количество вопросов. Я же остановил время всего мира! Сила и скорость на этом уровне уже ничего не решают. Двигаться в остановленном пространстве по определению не может никто, кроме заклинателя. Это сильнейшая магия, против которой бесполезны, что контратаки, что сопротивление и даже осознание… Разве не в этом суть остановки времени? Словно чувствуя его смятение, Кёя пожал плечами. — В этом нет ничего особо трудного. Нужно просто заранее заготовить контрзаклинание. Что в этом странного? — Заранее заготовить…?! Ха-ха, это абсурд! Хочешь сказать, на тебя постоянно наложена магия против остановки времени?! Останавливающая время магия вступает в силу в момент активации… В таком случае, нужно просто использовать защитное заклинание до её активации. Действительно, в теории это так. Только вот это лишь поверхностная и абсолютно нереализуемая теория. Ведь цена такой защиты непомерно высока. Даже контрмагии нужно создать собственную временную ось для защиты от абсолютного навыка, останавливающего время. В сущности, это создание целого мирового закона. Само собой, расход магической силы у неё сопоставим с самой магией остановки времени. А он поддерживает такую контрмагию постоянно? Если кто на такое и способен, то только божество, сотворившее Мировое Древо. Это просто полный абсурд. Однако в ответ Юки получил неожиданное подтверждение своих мыслей: — Ну, разумеется… Разве не все так делают? — …?! Будучи не в состоянии найти слова для ответа, Юки просто открывал и закрывал рот. Самым ужасающим было то, что он считал обычным делом то, на что способен только бог. Словно он уже привык сражаться с врагами, которые могли останавливать время… — В каком мире ты вообще был…?! — Вряд ли ты поверишь, даже если я скажу, — безразлично ответил Кёя. В любом случае к данной битве это не имело отношения. — Раз уж это конец, то… теперь моя очередь. С этими словами Кёя сделал шаг вперёд. В это момент Юки рефлекторно отступил. Однако, осознав свой испуг, он прикусил губу и рявкнул: — П-попробуй, если сможешь! У меня в запасе ещё триллион жизней! Неизвестно, правда это или блеф, но факт оставался фактом: он блокировал даже остановку времени. Юки не мог не признать силу Кёи особенно по части защитных возможностей... Однако в плане защиты Юки не собирался ему уступать. Всё-таки у него было ещё триллион жизней. Используя своё подавляющее преимущество в виде способности к воскрешению в качестве щита, он мог временно отступить и восстановиться. Затем после накопления запаса жизней и сбора оригинальных навыков, он обязательно устроит реванш… И вот пока он обо всём этом размышлял, Кёя в замешательстве пробормотал: — Э?.. Ты уверен?.. Всего один триллион?.. После чего Кёя протянул руку к мечу на поясе — простому, без каких-либо украшений на рукояти или ножнах. Хотя всё это время он носил его с собой, на протяжении всей битвы он упрямо отказывался применять его. Так зачем оружие понадобилось ему сейчас? — охватили Юки лёгкие сомнения, а Кёя тем временем схватился за рукоять меча. В тот же миг из меча изверглась зловещая тёмная аура… Юки перестал дышать. Он не мог дышать, двигаться и даже произвести хотя бы крупицу магической силы. Это некая магия или же оригинальный навык? — задрожал от страха Юки, но тут же понял. Верно, Юки был словно лягушкой, на которую смотрела змея. От чудовищного объёма тёмной ауры, хлещущей из меча, инстинкты Юки сошли с ума от страха. — Ну, в таком случае… его нет нужды обнажать. Кёя невозмутимо сжал оставшийся в ножнах меч. Испускаемая мечом тёмная аура заставляла дрожать от ужаса Юки, для которого пустым местом был даже владыка демонов. Не было бы преувеличением назвать это безумием. Одно лишь прикосновение должно сводить с ума любое живое существо. Но несмотря на это, Кёя был до того невозмутим, словно держал в руках обычную палку. Не меняя выражения лица, Кёя лёгким движением вскинул меч. — Пожри их, «Лаванквин», — раздалось эхом истинное имя меча, и Кёя взмахнул им вниз. [[image:/storage/reader-images/c228cb3695932eadaa9274ea0ba1c938551e42f8.jpg]] В мгновение ока мир погрузился во тьму. Нет, исчезло не только зрение. Слух и обоняние тоже. Он вообще ничего не чувствовал. Его чувства исказились? В этом заключается сила меча? Нет, не в этом. Свет, звук, запах, тепло — вся материя и явления были полностью «откушены» от мира. И в следующий миг, когда Юки осознал это, сильнейший шок пронзил всё его тело… — А-ась?.. Когда он пришёл в себя, то уже лежал на земле. Зрение и слух вернулись. Мир стал прежним, словно ничего и не случилось. Может, это были галлюцинации? — подумал Юки, но тут вдруг заметил, что у него не осталось запаса «жизней». Весь его запас, превышающий триллион жизней, полностью обнулился. — Н-не может быть… — ошеломлённо пробормотал Юки. Он не мог поверить в случившееся. Должно быть, это какая-то ошибка. Неужели… Кёя убил меня триллион раз всего одним взмахом? — Ну как, полегчало? Кёя медленно приближался к дрожащему Юки. Стоило последнему увидеть его, как в голове Юки промелькнуло слово «смерть». В этот миг его охватила неописуемая дрожь. Умру? Я-то? Это было чувство «страха», которое он не испытывал уже очень давно, с тех самых пор, как заполучил «Септем Гра». Сердце бешено колотилось, а холодный пот лился ручьём. Мне страшно. Я не хочу. Я не хочу умирать… Юки и опомниться не успел, как принялся кричать дрожащими губами: — Н-н-н-не подходи-и-и!! Его крик был детским и жалким. Но Юки сейчас некогда было переживать о том, как он выглядит. Он начал пятиться назад, но у него оцепенели ноги, и он упал. Я должен бежать, — паниковал Юки про себя, но в то же время даже не мог встать, из-за слабости в ногах. Он был в полной панике — полз по земле на четвереньках и хныкал: — Ты глухой что ли?! Не подходи ко мне!! У меня ведь и вправду ничего не осталось!! Ни одной жизни! Я умру!! — орал он. Кёя же молча и не спеша приближался к нему. Вдруг за спиной Юки оказалась скала. Теперь, когда отступать ему было некуда, он схватил лежащую на земле палку и принялся ей махать. Ни тактики, ни навыков — лишь истерика пятилетки. Увидев его в столь безобразном виде, никто бы не признал в нём героя. В груди дрожащего от страха Юки закипел гнев. — Чтоб тебя… Откуда у тебя такая сила…?! Это нечестно!.. Подло!.. Я хоть представляешь сколько усилий я приложил…?! Да, именно. Я старался изо всех сил. Исследовал способности других учеников, просчитывал эффективные комбинации навыков, планировал, как предать их так, чтобы меня не раскрыли и действовал предельно осторожно. Осознаёт ли он, сколько усилий потребовалось, чтобы собрать все эти оригинальные навыки? А он всё равно с такой лёгкостью разрушил все мои усилия. Разве это справедливо? Услышав его жалкие причитания, Кёя вдруг остановился? — …Усилий? Для чего? — Чё? Для чего?! — завёлся Юки от его банального вопроса. — А разве не очевидно?! Чтобы стать сильнейшим и получить всё! — Всё? Что конкретно «всё»? — Совсем всё, что не понятно?! — Юки повысил голос. — Сила даст статус! Такой, что все короли будут падать ниц передо мной! — И только? — Сила даст женщин! Я смогу заполучить любую девушку, какую только захочу! — И только? — Сила даст хорошую жизнь! Жизнь мечты, которой все будут завидовать! — И только? — задавал ему в ответ Кёя раз за разом один и тот же вопрос. Он хочет сказать, что это «ерунда»? Юки раздражённо покачал головой. Хочу, чтобы меня обхаживали. Хочу нравиться противоположному полу. Хочу заработать кучу денег. Что в этом странного? В конечном счёте, разве не к этому сводятся все цели в мире? Ведь они тоже так поступали! — Поучать меня собрался? Тупость. Всё это начали люди из школы! Я лишь возвращаю то, что у меня украли! Что здесь плохого?! В мир, куда его призвали, внезапно нагрянул отряд подавления из школы. Они использовали свою ошеломляющую силу и с лёгкостью победили владыку демонов, с которым Юки с таким трудом сражался. Разумеется, все возликовали: «Да здравствуют истинные герои!»… С этого дня Юки перестали называть героем. Ревность, зависть, ненависть из-за недоразумения… зовите это как угодно. Ведь это правда. Герои из школы отняли у него всё — почёт, славу, благодарности, похвалу и… самоуважение. Всё то, что должно было принадлежать Юки. Поэтому теперь он поступил так же. За что его винить? — Точно, это они во всём виноваты! Если бы они сразу отдали всё мне, то этого бы никогда не случилось! Эти проклятые статисты получили по заслугам! Верно, все остальные просто фоновые персонажи. Они нужны лишь для того, чтобы выделять меня. Пусть лучше покорно обхаживают меня! На самом деле всё шло так хорошо, пока не явились эти люди из школы. Когда меня только призвали… жители другого мира были такими наивными. Смотрели на меня, обычного парнишу, с надеждой, все поддерживали меня, а в дни, когда я охотился на слабых монстров, плакали от благодарности. Как же они все тупые, — думал я. Они хвалили меня за всё, что бы я ни делал, будто фоновые персонажи, приготовленные чисто для меня. Как же приятно мне было. Они поддерживали меня даже несмотря на то, что я был робким трусишкой. Они в самом деле верили в то, что я, человек без каких-либо достоинств в реальности, спасу их мир. У меня не было ни целей, ни мечты и я просто впустую прожигал свои дни, делая то, что мне говорили взрослые, а они всё равно называли меня «героем». Вот почему я решил, что стану намного и невообразимо сильнее и тогда… когда-нибудь я должен буду спасти их собственными силами. Ведь иначе… Я бы никогда не взял в руки меч. — …Ах, понятно… — тихо произнёс Юки. Его дрожь вдруг прекратилась. — …Я хотел быть кому-нибудь полезным… — проронил он. И в то же время палка, за которую он держался изо всех сил, тихо упала на землю. — Ха-ха-ха… Видимо, это конец. Ты победил, Кёя Кудзё. Наконец Юки перестал сопротивляться и спокойно закрыл глаза. На его измученном лице мелькнули едва заметные нотки облегчения. Смотрящий на него Кёя… почему-то развернулся. — Э?.. Э-эй, постой! Это же я за всем стоял! Добей меня! Разве не в этом заключается долг героя?! Победа над ним, закулисным кукловодом, станет большим достижением. Его школьный ранг наверняка сильно вырастет. Почему он упускает такой шанс? Да и вообще, какой герой может оставить зло безнаказанным? Юки невольно пытался удержать его. Но Кёя, обернувшись, лишь устало улыбнулся. — Не знаю. Мне неведомо, в чём заключается миссия или долг героя. — Н-неведомо…?! — Так ведь мне не удалось стать героем. Я лишь провалившийся герой. С этими словами Кёя ушёл, не оглядываясь. Так и завершилась очень долгая ночь. ---------- Эпилог. Зарождающийся мир — Ну же, пейте сколько влезет! Сегодня всё за счёт заведения!! — Выпьем за героев! Выпьем за мир! Вздрогнем за наш Фресгард! — Ох, теперь с завтрашнего дня нам можно не бояться монстров!.. Не верится, что этот день настал!.. — эхом раздавались радостные голоса людей в призамковом городе Грамбел. Сейчас в городе бушевал грандиозный праздник — даже ярче, чем приветственной вечеринки героев. Ведь это был самый радостный праздник в мире — празднование освобождения от демонов. Наш отряд В тоже отправился в город, чтобы насладиться праздником и его торжествами. — Вау, сколько же здесь народу! — Сладкая вата! Такая пушистая! — Ловля золотых рыбок… Хм, аж слюнки текут. — Д-держите себя в руках, ребята! — Да ладно! Мы же избежали отчисления! Давайте праздновать! — Точно! Кутёж (?)! Без формальностей(?)! — Давай предадимся хмелю в честь нашей победы, Кёя! — Угх, ладно… Только прошу вас, не потеряйтесь. Особенно ты, Комари!.. Эй, ты меня слышишь, Комари? Ответь! — Комари уже нет. — Её только что унесло в ту сторону. Смотри, вон она где. О-о, как энергично машет рукой… Ой, пропала. — Н-не может быть!.. Она умудрилась потеряться за столь короткий промежуток времени…?! Таким вот образом мы и бродили между ларьками. Не только Лала светилась от счастья, наконец попав на долгожданный праздник, но и Феррис с Комари тоже, наслаждались большим празднеством от всей души… Кстати, о птичках, они что, уже привыкли, что Феррис умеет говорить? И ради чего я так страдал, отчаянно скрывая это?.. И тем не менее… — Да уж, сейчас всё произошедшее вчера кажется ложью. — …Ага, и не говори. После битвы Юки сам развеял «Пожиратель Навыков». Все члены отряда А благополучно очнулись, а запертая в другом измерении госпожа Фрейфесия вернулась. Что касается самого Юки, то он самовольно сдался проснувшемуся отряду А. Сейчас он под стражей Кёгоку и остальных, покорно дожидаясь отправки в школу. Что заставило его признать вину — загадка. Ясно одно: Юки ждёт долгий путь к искуплению. Впрочем, это уже не наша забота. Это его выбор и только его путь. Тем временем праздник достиг своей кульминации. В небе вспыхнули гигантские магические фейерверки, ознаменовавшие финал. Они словно намекали на светлое будущее этого мира… Ах, действительно неплохо. Точно, этот праздник не конец, а начало нового спокойного мира. И одновременно это означало, что наша миссия завершена. — Эй, отряд В. Пора, — раздался деловой голос, прорвавшись сквозь праздничный гамм. Появился всё такой же резкий и холодный Кёгоку. Ну, с этим ничего не поделаешь. Он не знает о том, что здесь произошло на самом деле. Похоже, что Юки ни словом не обмолвился обо мне или Феррис и просто сознался в своих грехах. Наверное, пытался защитить нас по-своему. Потому Кёгоку даже не догадывается, что именно мы со всем тут разобрались. Отсюда и его холодный взгляд, в котором так и читалось: «Беспечно наслаждаетесь праздником, хотя толку от вас было ноль»… Ну что ж, полагаю, это плата за то, что о нас никто не узнал. — Леди Фрейфесия ждёт. Шевелитесь, — сухо поторопил нас Кёгоку. Разумеется, Комари и остальные недовольно надули губы, но… — Ух… А мне хотелось ещё погулять… — Я пока не хочу спать! — Мя-я-яу! (Не скупердяйничай, малец!). — …Вы что-то сказали? — Н-ничего! Верно же говорю, Кёя? — Эй, Кёя, жаловаться ни-ни! — Мя-я-яу! (Ну же, Кёя, сделай же что-нибудь!). — Эх… И свалили всё на меня… Таким образом мы, отряд В, словно дети из садика в сопровождении учителя, нехотя вернулся к вратам. Но на нашем пути внезапно встала одинокая фигура. — Что ж, наконец-то непрошенные гости покидают нас, — начала фигура с очень грубой реплики. …Но, услышав этот голос, Комари сразу же просияло. — О, Анричка! Пришла проводить нас? Верно, перед нами стояла Анри чёрном, как смоль, капюшоне, надвинутом на глаза. Кстати говоря, при первой наше встрече она была одета схожим образом. Хотя сейчас ей не было нужды скрывать от нас своё лицо… думал я, но похоже, на то была веская причина. — Ой, Анричка, а зачем ты капюшон накинула? Я же личика твоего не вижу. — …Д-да там не на что смотреть. — Э-э? Так не пойдёт! Я хочу увидеть твоё лицо! — Г-говорю же, нет никакого смысла… — М-м… Кошечка, гоу! — Мяу! (Слушаюсь). — С-стой, погоди…! Феррис силой сорвала с неё капюшон. А под ним оказалось… — О… хе-хе-хе, Анричка, у глаза-то у тебя все красные! — Н-ничего подобного! Хотя на словах она пыталась казаться сильной, глаза были влажными от слёз. Казалось, что она вот-вот заплачет. Ясно, вот почему она хотела скрыть своё лицо. Упрямство Анри вызвало у Комари улыбку. — У-хе-хе, какая же ты милая, Анричка! Так грустно, что даже заплакала? — Что?! Н-ничего мне не грустно! И не плачу я! Валите уже поскорее! — закричала Анри с красным, как помидор, лицом. Хотя она ещё ребёнок, у неё всё ещё была гордость, репутация и много других вещей… Но затем Анри переменилась и пробормотала: — …В общем… Спасибо вам за то, что спасли дорогой мне мир. Всё благодаря вам. Несмотря на юный возраст, Анри была местным героем. Как она уже однажды говорила нам, вполне очевидно, что у неё есть желание: «спасти мир собственными руками». Но даже так, выраженная ею благодарность нам была абсолютно искренней. Вот насколько она любит этот мир. Поэтому Комари тоже лучезарно улыбнулась ей. — Не только благодаря нам. А потому, что ты помогла нам. Я никогда не забуду… как ты тогда примчалась! — Хе-хе… и вправду. Комари и Анри погрузились в трогательную атмосферу. Не знаю, понимала ли ситуацию Лала, но она по инерции тоже начала шмыгать носом… Но всё разрушил смех Феррис. — Хе-хе-хе… Думаешь, что уже всё кончилось? Как же ты наивна. — М-м-м, о чём это вы, леди кошка?! Вас что-то не устраивает?! — Будь осторожна, юная леди. Мир, лишённый общего врага в лице демонов, не обретёт покоя так просто. Скорее… его ждёт эра войн между людьми, — угрожающе предупредила её Феррис. В этом она была права… Всё как в нашем мире. Однако, услышав её предостережение, Анри твёрдо посмотрела ей прямо в глаза. — Да, я знаю. Но… не переживай. Ведь я защищу этот мир. И на этот раз своими силами. В её глазах горела непоколебимая решимость. Недаром её зовут героем. Отваги ей не занимать. С такой защитницей в дальнейшем миру ничего не грозит. — Хе-хе-хе, уж постарайся тут, Анричка! — Хе, сама не расслабляйся. — Конечно! Когда мы встретимся в следующий раз, я стану сильнее Кёи! — Э? Меня? — Ага! Так что научите меня, всему что можете! Я уже хотел было высказать здравую мысль в духе: «Да кто будет просить учиться у того, кого ты собираешься одолеть?!», но решил не делать этого. Ибо всё это выглядит как огромный возвращающийся бумеранг. — Ладно. Как бы там ни было… Нам пора выдвигаться, — сказал я, побуждая членов своего отряда. В конечном счёт мы везде будем инородными объектами. Уйти поскорее — лучшее, что мы можем сделать для этого мира. Жаль прощаться, но… наверное, это одиночество тоже часть ноши героев-иномирцев. И вот мы стали по одному заходить во Врата, ведущие в нашу школу. Первыми были члены отряда А, следом богиня Фрейфесия, а затем Лала и Комари. По очереди они возвращались обратно в школу. И когда остались только мы с Феррис… Я вдруг остановился. — Слушай, что будем делать, Феррис? Сейчас мы точно сможем сбежать. Перед нами были созданные богиней Врата. Если модифицировать их формулу, то мы можем отправиться в любой мир. Если Феррис не хочет возвращаться ту школу, я немедленно готов последовать за ней. Если она захочет править другим миром, да будет так. Захочет отправиться в путешествие? Я составлю ей компанию. Ежели она захочет отомстить запечатавшим её богиням, то я с радостью протяну ей руку помощи. Осчастливить Феррис — вот моя конечная цель. Однако… Феррис захихикала. — О чём ты? Я — владыка демонов среди владык демонов. Лост Нуар. Если есть школа, где собираются герои, то мой долг — примчаться туда. Более того, есть смысл подчинить её. Разве я не права, Кёя? Глаза Феррис сверкнули хитрым блеском. Она что, предлагает мне захватить школу? Не знаю, шутит она или говорит всерьёз, но её шутки всегда пугали. Но чего бы она ни потребовала, мой ответ останется неизменным: — Да-да, как пожелаете, госпожа владыка демонов. Отвергнутый владыка демонов и её ученик поступили в школу героев. Даже Бог не знает, куда заведёт это странное приключение. Но я всё равно продолжу идти вместе с Феррис. А если на пути нашем встанут преграды, то я собственноручно сокрушу их все до единой. Вот так мы вернулись к необычной повседневной жизни. [[image:/storage/reader-images/a6d6c806aa9151fa7b91a756840496f58b0a0745.jpg]] ※※※※※ Ровные ряды каменных колонн. Отполированные мраморные полы. Стены, словно зеркала, украшенные величественными барельефами. Это место было дворцом настолько красивым, что казалось, будто оно не от мира сего. Хотя, фактически оно собственно и являлось иным измерением, отрезанным от реального мира — обителью богинь. Именно в этом небесном чертоге и находилась богиня Фрейфесия… Однако её прекрасное лицо было искажено от ужаса. — Позор тебе, Фесия. Подумать только — позволила верному псу укусить себя, — прозвучал сверху холодный выговор. Сжавшаяся от страха и стоящая на коленях Фрейфесия робко подняла голову. — П-простите меня… Госпожа Агника. Огненно-красные волосы, глаза, подобные рубинам, грациозное, но хорошо тренированное тело — восседающая перед ней богиня сочетала изящество и величие, производя впечатление свирепой львицы. Видимо, именно из-за её давления, Фрейфесия невольно позволила сказать себе лишнего: — Н-но Юки Синдо был героем, призванным старшей сестрицей… в смысле Лайлой, и я не имела полного представления о его навыке… — отчаянно оправдывалась Фрейфесия. Однако в ответ её ждал лишь суровый выговор: — Я не желаю слышать твоих оправданий. Наша задача — защита Мирового Древа. А невинные плоды — это мечи, служащие этой цели. Допустить мятеж своего орудия — немыслимо. Что мы будем делать, если, в результате создания нами плохого прецедента, другие герои тоже обратятся против нас? — В-вы правы… П-приношу свои извинения!.. Богиня Агника была не из тех, на кого подействуют необдуманные оправдания. Фрейфесии оставалось лишь пасть ниц и дрожать. Но в этот момент в диалог неожиданно вмешалась третья сторона: — Ой да ладно тебе, не злись так. В конце концов мы лишь слабые богини и, если геройчики взбунтуются, то для них мы будем всё равно что слизни, так что с этим ничего не поделать. Да и… нам ведь понятны чувства собак, кусающих своих хозяев, не так ли? Как давно она была здесь? Позади Агники появилась ещё одна богиня. С виду ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Она что-то напевала себе под нос, параллельно играя в мобильную игру, — вела себя совершенно несоответствующее этим божественным чертогам. …Однако внимание Фрейфесии привлекло отнюдь не отсутствие манер. Ах, до чего же она прекрасна, — было пленено на миг сердце Фрейфесии. Серебристые волосы, мерцающие словно шёлк, прекрасная белоснежная кожа, губы, подобные лепесткам вишни, и лазурные глаза, мерцающие, будто усыпанные звёздами… Нет, не так. Перечисление черт лица не отразит и тысячной доли её сияния. Её красота превосходила любые мерки — будто само мироздание благословило её, иначе столь совершенная милота была бы невозможна. Само её существование испускало невероятное сияние. Лишь взгляд на неё приводил в восторг. Эта красота, что пленила даже Фрейфесию, которая, казалось бы, тоже была богиней, практически граничила с проклятыми оковами. — Хым, ты слишком пренебрегаешь дисциплиной, Розе. — Эхе-хе, не так уж и сильно. — глупо захихикала ослепительная богиня, которую назвали «Розе», прямо перед Агникой. Она даже не собиралась прекращать играть и словно совсем не ощущала устрашающего даже богинь величия. Наблюдая за её поведением Агника ошеломлённо вздохнула. — Ну ладно. Из уважения к Розе на этот раз я закрою на произошедшее глаза. — Б-благодарю вас, госпожа Агника!.. — К тому же… в твоих словах есть доля истины, — многозначительно пробормотала Агника и зыркнула на Розе. — Долго ты планируешь позволять собакам старого поколения творить всё, что им вздумается? В этом периоде к ним присоединилось несколько богинь. Будь это остатки нейтральной фракции — одно дело, а вот гончие оппозиционной фракции могут стать препятствием для нового порядка. От сгнивших веток нужно избавляться без промедления — или я не права? — задала она вопрос куда более резким тоном, чем, когда допрашивала Фрейфесию. …Однако ответ на него получила нагло-пренебрежительный: — А, ты об этом? М-м, даже не знаю. Пофиг, не? Забей на них. А доставят проблем, как-нибудь разрулим, — непринуждённо отшутилась Розе, а затем добавила: — К тому же… сколько бы пешек ни отправили, они всё равно ничего не сделают… Верно, они же только наблюдают, как и всегда со стародавних времён, — пробормотала Розе голосом, в котором присутствовали едва заметные тёмные нотки, однако она тут же скрыла их за прекрасной улыбкой. — Да и вообще мне сейчас вообще неохота думать, о таких нудных вещах! Скоро же «праздник»! — Праздник?.. О чём это ты? — Ой, а ты не знаешь? Ясненько, Агни же совсем ничего об этом не знает. Вот Фесия точно шарит, да? — Э?.. — замялась внезапно упомянутая Фрейфесия, но затем ответила: — В-вы про… «Всеобщие военные учения»? — Да-да, про них, про них! Ай да Фесия! — Розе радостно щёлкнула пальцами. — Турнир между отрядами, вне зависимости от года обучения и ранга за звание сильнейшего в школе! Обожаю такие шаблонные ивенты. Хе-хе-хе, интересно, чьи герои окажутся сильнейшими? — посмеялась Розе, будто её это не касалось, а затем её глаза загорелись, словно у неё вдруг родилась идея. — О, точно! Слушай, Фесия, давай забьёмся, чьи герои окажутся сильнее: мои или твои? Так явно будет интереснее! — З-забиться?.. — от внезапного предложения Фрейфесия округлила глаза и тут же замотала головой. — Я-я не посмею! С-состязаться с вашим отрядом — это непозволительная дерзость!.. — Э-э-эх, скукота… А, а что насчёт тебя, Агни? Я слышала, что твои герои довольно мощные. Улыбаясь, Розе смерила её провоцирующим взглядом. Однако выражение лица Агники нисколько не изменилось, и она отвергла предложение: — Чепуха. — Ну вот, так и знала, что ты это скажешь! В этом ты вся, Агни. Тебе надо научиться веселиться… Точно, давай я одолжу тебе свою игрушку? Ну же! — снова озвучила Розе пришедшую ей на ум идею и запрыгнула Агнике на колени. После чего она показала ей игру, в которую играла. На экране двигались пиксельные герои. Судя по всему, это была RPG[✱]RPG (Role-Playing Game) — ролевая игра (англ)., которые часто встречаются на рынке… Но кое-что в ней было странным. От одного нажатия на обычную кнопку «сражаться» на экране вылетало невозможное число: «9999999». Насколько бы ни был крутым босс, он ложился всего с одного удара. — Хе-хе-хе, крутой у меня отряд, согласитесь? Я модифицировала его чит-инструментами и могу с лёгкостью завалить любого врага ваншотом! — гордо улыбнулась Розе, пока шла неестественная битва. Агника нахмурилась. — Не понимаю, но… тебе это интересно? — Э?.. — на миг растерялась от заданного ей вопроса Розе… А затем громко расхохоталась. — Аха-ха, странные ты вопросы задаёшь, Агника! Конечно же, это самое весёлое, что может быть на свете! Розе улыбалась всё той же невинной улыбкой. Однако от чего-то, извивающегося за этой маской, у Фрейфесии по спине побежал неописуемый холодок. И в этот момент… — А, вот ты где, сестрёнка Розе! Нельзя вот так исчезать без спросу! — Мы нашли тебя, богиня! Пошли! Быстрее!! Немедленно!!! Фрейфесия инстинктивно обернулась на голоса, раздавшиеся позади неё, и увидела милого красивого юношу с детским личиком и невероятно крепкого и мускулистого парня. Оба явно были людьми. Но это же божественные владения, входить куда могут лишь богини, как им образом они…? — нахмурилась Фрейфесия, но тут же всё поняла. Барьер в божественные владения для этих двух не помеха. Кайри Урато — количество побеждённых владык демонов: 47. S-ранговый герой, занимающий одиннадцатое место в школе. Самый юный из героев, достигший S-ранга всего в двенадцать лет. А рядом с ним пылающий энтузиазмом юноша Гаку Сисио. Также S-ранговый герой, шестое место в школе, уничтожил 102 владыки демонов. Умелый воин с трёхзначным числом побеждённых владык демонов. Во всей школе есть лишь тринадцать S-ранговых героев, и эти двое из их числа. И раз они оба здесь, то… — Розе, следующая цель. Давай скорее на охоту. За двумя парнями тихо стояла девушка. Из-за чёрной одежды её лица было практически не разглядеть — виднелся лишь её острый, как лезвие ножа, взгляд. И на кого бы этот взгляд ни упал, будь то человек, монстр или даже богиня, у того по спине непроизвольно пробежит дрожь. Хина Кирасаки — ученица первого поколения школы, успевшая прикончить 283 владык демонов. Непревзойдённая рекордсменка. Говорят, в прошлом она в одиночку осилила Стадию IX. Её ранг — второе место в академии. Бесспорно, сильнейший герой-девушка современности. Отряд А-4, состоящий из этой троицы, единственный в школе, члены которого все были S-ранговыми. Элита среди элиты, прославившиеся сильнейшими в школе по совокупным боевым способностям. По слухам, они являются главными фаворитами грядущего «Школьного турнира». Ну а возглавляла этот отряд сама Розе — «богиня обмана и мошенничества», а также одна из пяти богинь, основавших школу. Поэтому отряд А-4 называли «Розенские детки». — А-ха-ха, простите-простите! Миссия по уничтожению сегодня? Я совсем про неё забыла, — смеясь, Розе повела свой отряд, словно на прогулку. Хотя фактически это, наверное, и будет обычная прогулка. В конце концов она ведёт за собой сильнейших героев в школе. В насколько бы ужасный иной мир они ни попали или сколь могущественного владыку демонов встретят — для её группы это всего лишь мобы для фарма опыта. И так, богиня в сопровождении сильнейших героев улыбнулась настолько бесконечно невинной улыбкой, что на её фоне померкли бы даже боги. — Ах, скорее бы начался праздник! (Конец) ---------- Послесловие Приятно познакомиться, меня зовут Тиаки Конно. Прежде всего, хочу выразить глубочайшую признательность за то, что купили «Герой, натренированный злейшим владыкой демонов, не знает себе равных в школе для вернувшихся из других миров». Искренне вас благодарю. Теперь, что касается послесловия… Признаюсь, я сам из тех, кто обычно их не читает, так что сейчас чувствую лёгкое противоречие. Но поскольку так я имею возможность напрямую обратиться к вам, я решил воспользоваться ей, чтобы выразить свою признательность. В первую очередь, хочу поблагодарить жюри и редакторов, удостоивших эту работу Новелльной Премии HJ первой половины 2020 года. Благодарю за столь чудесную награду. Обещаю и впредь прилагать все возможные усилия, чтобы отплатить вам. Отдельная благодарность моему редактору, господину К. за всю оказанную им поддержку. Уверен, в будущем я ещё не раз доставлю вам хлопот, но искренне надеюсь на длительное продолжение нашего сотрудничества. Не могу не поблагодарить господина fame за столь изумительные иллюстрации. Каждый эскиз, который мне присылал редактор, вызывал восторг! Пожалуй, это были самые будоражащие моменты до выхода книги в печать. И наконец, спасибо вам, дорогие читатели. Я считаю, что весь контент, не только новеллы, может появиться на свет, только если есть те, кто примет его. Так что если благодаря кому-то я и могу назвать это художественным произведением, то только благодаря вам, читатели. Большое вам спасибо. Всё, что я хотел сказать в послесловии, уже изложено… Однако, поскольку у меня ещё остались страницы, я не могу на этом закончить, так что позвольте внезапно рассказать вам о закрытии любимой социальной сетевой игры. Я пишу данное послесловие в начале октября, а сама игра закрывается в конце этого месяца, так что это случится как раз ко времени выхода этой книги. Заядлым игроком меня называть нельзя было, но с закрытием игры я сталкиваюсь впервые в жизни. Не то что бы я ей особо увлекался, но всё равно как-то грустно на душе. Тем не менее, её поддерживали на протяжении четырёх лет — солидный срок для нынешних реалий — а к закрытию будет даже выпущена дополняющая сюжет новелла и всякие прочие вещи, так что, думаю, мы должны быть рады и воспринимать это как достойный финал, а не внезапное закрытие. В соцсетях многие скорбят о её завершении. Видя это, понимаешь: игра действительно была любима. Раньше я часто слышал критику в духе: «Зачем тратить время на соц.игры? Они закроются, а ты останешься ни с чем», но мне кажется главное, чтобы она осталась в моих воспоминаниях. Как бы там ни было, я надеюсь, что однажды смогу создать произведение, которое полюбят так же искренне. Хотелось бы мне закончить на чём-то в духе послесловия, но, увы, требуемый объём страниц ещё не достигнут. Как вы догадываетесь, мне не о чем рассказать и, как я уже упоминал ранее, я не читаю послесловия, так что я понятия не имею, о чём ещё написать. Моё неприятие послесловий началось с университетских лекций по литературному анализу. Нас заставляли копаться не в произведениях, а во всём, что касается авторов: эпохе, когда было выпущено произведение, личной биографии, интервью в журналах — во всём, кроме самого текста. Особенно тяжко приходилось с многословными писателями, сбор информации по которым занимал больше времени, чем чтение их книг. Я даже срывал свою злость на писателей, говоря: «Не надо так оживлённо отвечать в журнальных интервью!». Так что я решил, что, если стану автором, буду молчать как рыба… Правда, если я не стану великим писателем, то и предметом исследований мне не бывать, так что я, наверное, зря беспокоюсь. Если так подумать, то будущим студентам будет очень тяжело. Они будут листать Twitter и Facebook[✱]Facebook принадлежит компании Meta, признанной экстремистской на территории Российской Федерации. будущих великих писателей. Мне даже искренне жаль, что им придётся на полном серьёзе писать что-то в духе: «9-го июля 2041 года, мистер такой-то случайно поставил лайк под слегка эротичным 2D-артом, что намекает на его подавленные желания». И вот я опомниться не успел, как страницы волшебным образом заполнились. Выходит, даже эта бесполезная студенческая работа пригодилась. Так что мне хотелось бы уже закончить, но… напоследок повторюсь: большое спасибо всем, кто прочитал это произведение. Я тут долго распинался о всяких бесполезных вещах, но это всё, что я хотел донести в данном послесловии. Из-за того, сколько времени я потратил на писательство в гордом одиночестве, я испытываю столь сильную радость о того, что кто-то ещё прочитал мою работу. Хочу закончить на том, чтобы выразить вам свою искреннюю благодарность. Ну что ж, надеюсь ещё где-нибудь встретиться с вами. Тиаки Конно. ---------- Эксклюзивная короткая история для цифрового издания. «Как кошка-владыка демонов обычно присматривает за домом» Владыка демонов Феарриолес Фио Нидхёрг — злейшая владычица демонов, которая некогда уничтожила множество миров и которую страшились богини, называя: «отвергнутым владыкой демонов». В данный момент в, силу непреодолимых обстоятельств, она приняла форму кошки, однако величия своего ничуть не растеряла. …Но сейчас она оказалась в ловушке, какой не видывала за всю жизнь. — Кх… Как я могла так оплошать!.. Пустая и тихая комната. Солнце в зените. То самое характерное чувство вины от пересыпа. И гвоздь программы — записка, которая гласила: «Пытался разбудить тебя, но ты не встала. Я ушёл на занятия, так что присмотри за комнатой». Верно, Феррис проспала, и Кёя оставил её в комнате одну. А самая худшая проблема, что мучила её заключалась в том, что… — Угх… Скукотища!! Казалось бы, какая-то скука, но, когда её в избытке, это превращается в настоящую проблему. Обычно её развлекала та маленькая богиня… точнее, Феррис развлекала её, но похоже, сегодня она ушла вместе с Кёей и Комари. До конца уроков оставалось ещё тридцать минут. Чем бы заняться? — Хе-хе, хотел помучить меня, Кёя? Хе-хе, от владыки демонов тебе не уйти! Феррис дерзко улыбнулась. Она не простая кошка, а великая владычица демонов-кошка. Если на востоке герой, она пойдёт и уничтожит его. Если на западе богиня, она пойдёт и запечатает её. Она сама прокладывает свой путь — такова суть владыки демонов. Ждать тридцать мяунут? Ага, разбежался. Так что Феррис немедля направилась к огромной входной двери, которая встала у неё на пути. — Хым, и это всё? Как же вы слабы, люди!.. Толщина двери была шесть сантиметров, сделана из красиво отделанного дерева, никакой защитной магии не имела. Эх, ну и ну, мяу. Решил, это поможет тебе оставить позади меня — владыку демонов? Хе. Пожав плечами, Феррис величественно распахнула дверь. Верно, всё-таки она несравненная великая владычица демонов. Насколько крепки бы ни были замковые врата, насколько священными бы ни были барьеры — ничто её не остановит. Стоит владыке демонов решить пройти, и все преграды мигом обращаются в путь для неё… Однако дверь странным образом не сдвинулась с места. Слишком сильно сдержалась? Она надавила на дверь посильнее, но добилась лишь того, что её лапки вжались в дерево. Хм, вот ведь наглая дверь. — Мя-я-я-яу! — гневно мяукнула она. В прошлом она могла бы испарить мировой океан одним лишь вложенным в слово проклятием… но это снова не дало никакого эффекта. Дверь продолжала молча стоять на своём месте. Ясно, я тебя поняла. Раз так, то ты не оставляешь мне другого выбора. Мне не хотелось делать этого, но теперь придётся прибегнуть к жёстким мерам. Феррис выпустила свои когти. Прими же удар последнего козыря владыки демонов, которым я на пике сил рассекала даже звёзды на ночном небе! …Однако в очередной раз ничего не произошло. Она отчаянно пыталась расцарапать дверь, но та твёрдо стояла на месте. Хотя ей удалось сделать одно открытие — эта дверь весьма неплохая когтеточка. А Кёи, который обычно ворчал на неё: «Не порти комнату!», сейчас здесь не было. Она принялась изо всех сил точить когти: скреб-скреб-скреб-скреб… Ой, что это я делаю? Придя в себя, Феррис облизала сверкающие когти и задумалась: Владыка демонов должен быть бесстрашным, но в то же время благоразумным. Верно, порой король ведёт бой, тщательно всё планируя и готовя. А значит… сперва нужно подкрепиться. Хотя время ещё не обеденное, — приняла решение Феррис и направилась на кухню. В углу она нашла кошачий корм, но с великолепием прошла мимо него. Утончённый язык владыки демонов не удовлетворить каким-то пакетиком корма с распродажи за 980 йен[✱]Примерно 6,83 доллара или 550 рублей по текущему курсу.. Её целью с самого начало было нечто иное. — Хе-хе-хе… Рассчитывал спрятать это от меня, Кёя? Поверхностная затея!.. Она вытащила из-под буфета тюбик со сластями для кошек: «Мяу-Дзюру[✱]Отсылка на реально существующую кошачью еду, называющуюся: «CIAOちゅ〜る» (Тяо-Тюру) от Inaba Foods Co., Ltd.» — номер один в индустрии и по продажам, и по удовлетворённости кошек покупателей. Вот достойное яство для владыки. Они продаются настолько хорошо, что ходят слухи о том, что в их составе есть крайне опасные компоненты, вызывающие привыкание, но это всё бред курам на смех. Будучи владыкой демонов, я по умолчанию невосприимчива к ядам. Будь там хоть яд, хоть проклятье, владыка должен опустошить всю тарелку. Даже не думайте ставить меня в один ряд с обычными кошками. Итак, во второй раз за день она пустила в ход свой последний козырь и вскрыла пакет молниеносным взмахом когтей и принялась жадно поглощать «Мяу-Дзюру». Она ела неистово, изо всех сил, будто говорила: «Не недооценивайте владыку демонов!». Лизь-лизь-лизь-лизь-лизь-лизь… Ой, что это я делаю? Снова придя в себя, она увидела перед собой «горы трупов» — пустые тюбики Дзюру, валяющиеся повсюду. Видимо, она и опомниться не успела, как съела всё. Не помню, что происходило во время еды, но… то точно не из-за вызывающего привыкание компонента в составе. Не заблуждайтесь на этот счёт. Как бы там ни было, теперь живот набит под завязку. Пора бы уже перейти к следующему действию, но тут возникла неожиданная проблема. — …Угх. Я переела и не могу двигаться. Даже до двери дойти тяжело. Чтоб вас, людишки — какую же коварную ловушку вы мне устроили. Ничего не поделать. С трудом добравшись до кровати Кёи, Феррис свернулась клубочком. Она посмотрела на час и обнаружила, что прошло всего пять минут. По ощущениям прошло не меньше часа, неужели это какая-то пространственно-временная магия? Да, точно. В любом случае, она исчерпала все варианты. Похоже, ей придётся смиренно ждать, пока не пройдёт время. (Мр-р-р… Какая скукотища. Если так подумать, то во всём виноват Кёя). Пустота тянущегося времени разожгла в ней ненависть к Кёе, который оставил её здесь. Верно, во всём виноват Кёя. Да, недавно я ответила на вопрос на уроке без разрешения. Ещё я убегала и была обласкана ученицами. По правде говоря, я чувствую себя виноватой за то, что пролила молоко, которое он тайком пронёс в сумке… Но это всё равно не повод оставить меня здесь. (Именно, плевать я хотела, вернётся этот бесчувственный мужлан или нет!) Её шерсть встала дыбом от закипающего в ней гнева, и Феррис принялась молотить его подушку лапками. Она — владыка демонов, и не чета этим простым смертным, которые ничего не могут, не собравшись в группу. Кроме того… она привыкла к одиночеству. В мире, где она когда-то жила… Пустые земли, где умер даже поток времени. Жизнь в застое без цели, возможности умереть, лишь бесконечно плывя в вечности. Она провела в этом пустом мире просто неизмеримо долгое время. Там не было ничего. Абсолютно ничего. В сравнении с той вечностью, тридцать минут — это считанное мгновение. Так что всё просто. Феррис закрыла веки, опустошила сердце и отдалась на волю пустоте, прямо как тогда. Верно, она привыкла к одиночеству. …Должна была привыкнуть, но… — …Медлишь… Кёя… Почему какие-то жалкие тридцать минут тянутся дольше, чем те бессчётные годы? Беспокойство, раздражение, тревога и одиночество… Множество мучительных эмоций назойливо истязали её душу. Её сердце, которое ничего не чувствовало, даже когда его пронзили мечом героя, сейчас покалывало. Почему так дышится с трудом? Почему меня это так тяготит? Почему сердце не слушается меня? По крайней мере в той пустоши меня никогда не захлёстывали такие чувства. Ах, неужели «ждать» чего-то действительно настолько тяжко? Не лучше ли тогда было бы оставить всё как есть и… И в этот миг… — Фух, как хорошо, что занятия закончились быстро! — Хорошо?.. Этой школе и вправду сильно недостаёт мотивации… — Тут ценится самостоятельность (?)! Давайте лучше поспешим домой и поиграем! Из коридора раздались звуки шагов и три знакомых голоса. В этот момент её обвисший хвост взметнулся, прижатые уши настороженно вскинулись, а поникшие усы пустились в пляс. Нет, так нельзя. Я сейчас зла и не из тех наивных кошек, которые просто так прощают, — пыталась убедить себя Феррис, но без толку. Радость, облегчение, предвкушение и счастье охватывали её одно за другим и не останавливались. Сердце бешено стучало, хвост по-идиотски вилял. Какой позор для Отвергнутой Владычицы Демонов. Я сама собой поражаюсь, но не могу унять бьющееся сердце и сдержать свою радость. Дверь медленно открылась, и в комнату вошла знакомая ей троица с улыбками на лицах. — Привет, Феррис. Ну что, ты была хорошей девочкой и присматривала за домом? Вот тебе гостинец — тунец в банке. Какой он беззаботный. А о моих чувствах кто будет думать? Но ладно уж. Стоило увидеть его лицо и услышать голос, как все оскорбления в его адрес в моей голове разом испарились. Кипевший гнев тоже куда-то пропал. Я даже забыла про то одиночество и больше совсем не злюсь на него. Да уж, ждать было очень мучительно. Ибо на обратной стороне предвкушения всегда есть тревога, а в тени надежды нужно всегда бояться отчаяния. Если бы она так и не покинула ту пустошь, то никогда бы не познала эту ужасающую боль. Однако… Феррис задумалась: Если он будет вот так приходить к ней… Нет, именно потому что она знает, что он придёт за ней… Даже присматривать за домом становится не так уж и плохо. Феррис мяукнула и побежала к троице. ※※※※※ …Кстати. Вернувшись в свою комнату, Кёя был ошеломлён. Входная дверь была вся покрыта царапинами, по полу разбросан кошачий корм, а кровать покрыта шерстью… Его ждали следы трагедии, равной катаклизму. Кто был виновником этого хаоса, разумеется, даже спрашивать не было нужды. Итог был предсказуем: Кёя жёстко её отчитал. — Мяу? Я опять что-то натворила? ---------- Послесловие переводчика Доброго времени суток всем, с вами на связи переводчик-японист Vergil Lucifer. Коротко представлюсь для тех, кто впервые читает мой перевод. В прошлом занимался такими новеллами как «High School DxD», «Apocalypse Witch» и «Непригодный для Академии Владыки Демонов». Также я переводил огромное количество разных манг на заказ. Известен, конечно, больше всего по Непригодному, ибо там я перевёл аж 21 книгу и вот жду финальный том. Так как ожидание немного затянулось, а я почувствовал, как притупляются мои навыки перевода (в большей степени литературного), я принял решение взять на перевод какую-нибудь короткую новеллу и выбор пал на это произведение. Первоначально я не ожидал от него вообще ничего, но, прочитав все четыре тома, понял, что сделал правильный выбор. Есть ощущение, что автор определённо читал и даже вдохновлялся рядом знакомых мне тайтлов, в том числе и Непригодным, что являлось одним из факторов, почему я в итоге выбрал этот тайтл. В отличие от автора данного тайтла, я очень и очень люблю послесловия и сам их всегда пишу к каждому переведённому мною тому. Это даёт некое чувство окончания работы над чем-то грандиозным, а также позволяет окольно пообщаться с вами, мои дорогие читатели — донести какую-то информацию. Кстати, касательно формата выхода перевода глав — перевод каждой очередной главы выходит сначала на бусти, а потом через неделю публикуется в бесплатном доступе. А теперь к благодарностям: Хотелось от всей души поблагодарить isaak2, за то, что вызвался вычитывать текст перевода и подарил равки к оставшимся трём томам новеллы, которые я, увы, не смог найти в свободном доступе, как первый том. Также, я благодарю каждого из своих читателей, а в особенности поддерживающих перевод материально. Этот перевод выходит и существует благодаря финансовой поддержке подписчиков с Бусти, за что всем подписавшимся огромная благодарность. Отдельно хотел бы выделить и поблагодарить тех, кто взял подписку за 300р: Whoami, Серый, Исаак Мустопуло, Ilya Yurkin, и Артёма Хохлов. Перевод второго тома вплоть до июля будет идти черепашьими темпами, поскольку я вот на днях защитил преддипломную практику и вышел на финишную прямую по защите самого диплома, которая состоится 2-го июля. До этого предстоит проделать немало работы, а времени осталось чуть больше месяца, так что я не смогу уделять переводу много времени. Однако второй том, особенно его финальные главы, думаю, понравятся тем, кто читал новеллу «Мгновенная смерть», так что ждите. Ах да, чуть не забыл, я решил изменить термины «брошенный мир» и «брошенный владыка демонов» на «отвергнутый…». Звучит получше. На этом я с вами прощаюсь и надеюсь увидеть всех и каждого в следующем томе. Vergil Lucifer, 21.05.2025 Поддержать перевод: Сбер — 2202 2067 2104 6709 Тинькофф — 5536 9139 9974 0356 Для тех, кто не живёт в России — 5364 8901 0248 1176 Страничка на бусти — https://boosty.to/vergil_lucifer Наша группа ВКонтакте — https://vk.com/maougakuinnofutekigosha ---------- Начальные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/f5fdb008bcbe22f55358602ba299311dbc181e13.jpg]] Справо-налево: — Да здравствует Лалачка! — Тайный горячий источник. Ванна на открытом воздухе! [[image:/storage/reader-images/2b26df19ae7983ed2e65eee575268e46948f15ba.jpg]] Справа-налево: Хина Кирасаки Справо-налево: Нелюдимая и молчаливая старшеклассница. С точки зрения чистых боевых способностей она сильнейшая в школе. По определённой причине вступила в бой с Кёей... — «Истребляющее свечение танцующей в ночи красавицы». Кёя Кудзё Юноша, призванный в другой мир. Изначально был обычным учеником, но после тренировок с Феррис на протяжении тридцати тысяч лет в опустошённом мире, куда был призван, он стал сильнейшим. Теперь для него главное, чтобы Феррис могла жить в мире и покое. [[image:/storage/reader-images/2df4a3995be5c45310994a18f4d7309eceb634de.jpg]] Справа-налево: Поэтому Комари назвала его имя. Вложив лишь твёрдое желание спасти всех во что бы то ни стало. — «Эль Вискам: Альтер, „Левантейн“». ---------- Пролог. Меланхолия одного парня [[image:/storage/reader-images/aaa0a3639f140d9e2537303d8b3478a003e2df69.jpg]] В школе я был отстающим. Слабее всех, никто меня не любил и все смотрели на меня свысока. Но что я мог с этим поделать? Во мне нет ничего особенного. Я лишь фоновый персонаж. Однако в этот момент мне представилась возможность. Перенос в иной мир. Быть призванным в другой мир, стать героем и одолеть владыку демонов. Для отстающего в школе это был шанс, подобный мечте. С тех пор всё изменилось. Я стал сильнее всех, все мной восхищались и все меня уважали. Я словно переродился. В том мире я был самым особенным. Но всё закончилось. Я снова стал отстающим в школе. Все здесь были особенными, а я лишь фоновым персонажем. Вот бы мне ещё раз выпал тот шанс, подобный мечте, но я отлично понимал, что в жизни всё вот так просто не бывает. В конце концов я больше не особенный. Но в этот момент явилась она. Настолько же внезапно, как и тот перенос в иной мир. С шансом, подобным мечте. И она сказала мне: — Хочешь снова переродиться? ---------- Глава 1. «Всеобщие военные учения» …Ослепительные витрины. …Стильные небоскрёбы, рисующие горизонт. …Ряды модных кафе. Мы, ученики тринадцатого поколения школы Иггдрасия, оказались посреди сверкающего огромного мегаполиса. С момента нашего поступления прошло в районе полугода. Мы, герои, были обязаны жить в общежитии на территории школы, и нам уже давно не выпадало возможности посетить подобный город. Тут кто угодно бы засиял от радости. Только вот… — Поверить не могу… Он находится внутри школы?.. Верно, мы находились в седьмом виртуальном районе школы Иггдрасия, называющемся: «Таун». Как и наша школа, этот псевдо-Токио был создан в подпространстве. И тем не менее, степень воссоздания была невероятно высока. Здания, магазины, товары — всё настоящее. Имелись даже обычные продавцы и прохожие. Ожидаемо представляли они из себя не людей из плоти и крови, а магических кукол, но, поскольку относились к автономным с индивидуальным мышлением, посторонний наблюдатель не отличил бы их от настоящих людей. Учитывая степень завершённости и масштабы, всё это было создано оригинальным навыком. Недаром это читерская академия, где собираются вернувшиеся герои. Мои товарищи по «Отряду Лалачки (временное название)» тоже пришли в восторг. [[image:/storage/reader-images/53d6a46af0126dbeb5ba8e0489c1e5da518517f1.jpg]] — Вау, какой он здоровенный! Я никогда раньше не была в Токио! — Он ненастоящий. — То-ки-о! Столица! Круто! — Повторяю — ненастоящий. — Хм, значит, это и есть знаменитый TOKYO? Где этот ваш «Годзилла»? — Да говорю же, он ненастоящий… Ах, всё ваша взяла, пусть будет Токио! Комари, Лала и Феррис были восхищены и находились в очень приподнятом настроении. Это были мои товарищи — группа-солянка, состоящая из неумелой героини, богини-ребёнка и чёрной кошки-бывшей владычицы демонов. И, похоже, что вся эта троица кое в чём глубоко заблуждается… Ну и ладно. И вот, пока они шумели, вдруг раздался свисток нашего проводника. — Эй, новенькие, внимание сюда! — сказала, размахивая сигнальным флажком туристического гида, подозрительная девушка, говорящая на фальшивом кансайском диалекте — старшекурсница Кудзуха Минахо, состоящая в исполнительном комитете — центральном органе управления школы. Проблемная старшекурсница, которая, судя по всему, положила на меня глаз и пристаёт ко мне при любом удобном случае. Однако сегодня Кудзуха улыбалась с нетипичной для неё мягкостью. — Как я уже объясняла ранее, сегодня у нас практическое занятие в «Тауне»… Хотя фактически, «практикой» оно называется чисто формально, а в сущности — это праздник в честь вашего полугодового пребывания в школе. Гуляйте до вечера сколько душе угодно. А, и, разумеется, деньги вам не потребуются. Оторвитесь по полной! — Ура-а-а-а-а-а-а!! Услышав объявление Кудзухи, все ученики бросились врассыпную по улицам. Для нас, фактически отрезанных от реального мира, возможность свободно погулять по городу была лучшей наградой. Но давать нам свободное время в честь полугодия как-то уж слишком мило для этой старшеклассницы… — М-м? Чего ты на меня так смотришь, а, Кёя? Тебе есть что сказать? М-м-м? Ну же, выкладывай, не стесняйся, — ожидаемо пристала ко мне Кудзуха. Я поспешно отвёл взгляд. — Да так, ничего особен… — Хм-м-м… Небось думаешь: «Знаю я эту подозрительную дамочку, по любому что-то недоговаривает»? — Уф. Она что — телепат? — Да ладно тебе, даже я считаю своих младшеньких милыми, вот и захотелось дать вам свободы… Но ты, должно быть, всё равно мне не поверишь, не так ли, Кёя? Как же это грустно-о-о. Если хочешь заслужить моё доверие, то для начала перестань так неприкрыто притворяться и лить крокодильи слёзы, — едва сдержался я. — Ну и ладно. Доверие за день не строится… Да и вообще, советую тебе поторопиться. В направлении, куда указала Кудзуха… — Вау-у-у, крутяк, мегаполис! — Крутяк! Мегаполис! — Ничего себе! Мегаполис! — комментировали, словно деревенщины, Комари с компанией, смотря на небоскрёбы с разинутыми ртами. К тому же, все трое, забыв смотреть под ноги, уже шли прямиком на проезжую часть. — Р-ребята! — Хе-хе-хе… Попасть под машину в Сити. Да уж беспрецедентное будет происшествие. С другой стороны — это шанс прославиться, — посмеялась Кудзуха, будто её это никак не касалось. Судя по всему, на младших учеников ей всё же наплевать. Как бы там ни было, мне бы не хотелось привлекать внимание в подобном месте. Я впопыхах бросился за остальными. ※※※※※ — Ого, сколько же тут модных магазинов! И огромных зданий! Это всё магазины одежды?! — Модные (?)! Трендовые(?)! — Глядите на том здании кошка! Не знала, что они бывают такими огромными… До чего нахально! Так и началось наше приключение в псевдо-Токио. Комари с остальными во всю веселились, гуляя по оживлённым торговым улицам. Остальные идущие по дорогам ученики тоже искренне наслаждались шоппингом и кафешками. Нельзя сказать, что в обычной школьной жизни мы испытывали какие-то неудобства. Нас снабжали почти всем, а если чего-то не хватало, то можно было оформить заказ. Всё-таки мы группа героев, способных щелчком пальца уничтожить целую страну. Правительство, видимо, из кожи вон лезло, чтобы угодить нам. …Но всё же полной свободы не было. Снабжали нас лишь прошедшими цензуру государственными товарами и, естественно, были ограничения. Например, одежду можно было выбирать лишь из местных брендов, у манги последний выпуск отставал на неделю, и даже для заказа видеоигры требовалось заполнить нудное прошение. В этом плане этот город был по-настоящему свободным. Одежда, книги, сладости — всё самое свежее. Мы могли видеть их своими глазами, а не через каталог, и выбирать всё что угодно. Как тут не загореться энтузиазмом? Особенно для этой троицы, которая, судя по всему, никогда раньше не была в крупных городах. Какое-то время мы увлечённо бродили по улицам и где-то через час решили передохнуть. — М-м-м, ладно! Давайте сюда! Комари с остальными выбрали крайне стильное кафе в столичном стиле. Видимо, из-за того, что фасадом оно было обращено к главной улице, там уже было полно учеников из нашей школы. — Добро пожаловать. Вам на троих? — встретила нас улыбчивая продавщица-магическая кукла, едва мы вошли в кафе. Как же эти ощущения навевают воспоминания… Через несколько минут в очереди, мы наконец сделали заказ. — Вау, вы слышали, что сейчас заказал тот парень?! Будто заклинание прочитал! Отпа-а-ад! — З-забей на него. Давай уже скорее что-нибудь закажем! Хоть я никогда и не был в столь стильных кафе, но даже я знаю, что, если медлить, то к тебе будут относиться как к деревенщине. Я указал на меню, а когда меня что-то спрашивали бегло раз за разом отвечал: «Обычное», и кое-как оформил заказ. Только я было подумал: «Фух, пронесло»… Как случилось нечто неожиданное. — Произведите оплату здесь, пожалуйста, — сказала продавщица и протянула не привычный поднос для мелочи… а кристальную пластину. М-м? Это ещё что такое? — А, видела такую в другом мире! Она показывает твои статус-параметры! Смотри, вот так! — воодушевлённо продемонстрировала Комари, как ей нужно пользоваться. После чего на кристальной пластине появилось маленькое число. Однако это были не статус-параметры. Указанное на ней число «3 SP» представляло из себя так называемые Savior Points — наша школьная система оценивания. Оно совпадало с имеющимся у нас числом очков… Хотя благодаря прошлой экспедиции по уничтожению владыки демонов мы смогли закрыть дефицит, сумма всё равно выглядела жалко. Но оставим этот вопрос в стороне… Какого чёрта отобразились наши текущие SP? Пока я размышлял об этом, наклонив голову, продавщица произнесла то, чего я никак не ожидал: — У вас недостаточно средств. — …Ась? — Сумма вашего заказа — 12 SP, — механическим голосом ответила продавщица. — Н-неужели… И тут-то мы наконец поняли. Кудзуха сказала: «Деньги вам не потребуются». Фактически она не соврала, но… вместо денег в этом городе всё оплачивается с помощью SP. Так и знал, что она что-то не договаривает. Сейчас скрежетать зубами было бессмысленно. Окружающие начали тихонько хихикать над нами, не наскребших даже на кофе. Нам оставалось только одно — стратегическое отступление. — П-простите!.. Таким образом мы покинули кафе и сели на скамейку на обочине. Остальные снующие по главной улице ученики вовсю шоппились с дорогущими пакетами и модными сладостями в руках. Даже NPC-роботы как ни в чём не бывало покупали и ели всякие гамбургеры. Мы же украдкой наблюдали за всем этим, чувствую себя полными ничтожествами. Вот она, «социальная пропасть» в действии… — …Мороженное выглядит таким вкусным… — Эх… простите, что я такая бесполезная героиня… — источали они ауру неудачников, как вдруг… — Вам помочь? — Привет, ребята. Первый раз в этом городе? — окликнули добрые с виду парень и девушка. Они были такими радостными и дружелюбными, но… неужто это… — Кстати, что вы думаете о судьбе? — Давно последний раз о счастье задумывались? Точно, это сектанты, навязчивые продавцы или что-то в этом духе. Незачем воссоздавать все так реалистично. — А-а… Простите, но мы спешим… Лучше всего их игнорировать. Я попытался по-быстрому от них слинять, но… — Думать о счастье?.. Это действительно важно! — Да! Я счастлива, когда ем пудинг! — Мяу тогда, как насчёт обсудить судьбу со мной? Хе-хе-хе, занятно!.. — Ох, какие замечательные ребята! Давайте поговорим обо всём не спеша здесь. — О не-е-е-е-е-е-е-ет… Они поймали на крючок членов нашего отряда. Мы даже опомниться не успели, как они потащили нас в переулок. Но в тот миг, когда мы оказались в безвыходной ситуации (?)... — Ну и непунктуальные же вы! Договаривались же встретиться час назад! — раздался сзади красивый голос. Обернувшись, я увидел прекрасную ученицу с волнистыми гламурными золотыми волосами и модельной фигурой — само воплощение благородной леди. Даже в тени переулка, её взгляд ослепительно сиял решимостью. А вообще… Это собственно кто? Она сказала о том, что мы договаривались с ней встретиться, но, понятное дело, я просто никак не мог быть знаком с такой красавицей. Может перепутала нас с кем-то в этих потёмках? — был озадачен я, а леди тем временем схватила нас за руки и потащила на главную улицу. И только когда она разлучила нас с той парочкой, я наконец понял. — Осторожнее надо быть. Вы должны были сразу чётко им отказать. — А, да… Большое вам спасибо… Понятно, похоже, она разыграла сценку, чтобы помочь нам. Я торопливо склонил голову, но… почему-то Комари позади меня ошеломлённо стояла столбом как вкопанная. — Эй, Комари, хотя бы спасибо скажи ей… — сделал ей замечание я. Но тут она пробормотала: — Канонушка?.. — Э?.. Да ну, это ты что ли, Комари…?! Она мгновение обе уставились друг на друга, а затем… — Сколько лет сколько зим!! — Давно не виделись!! — в унисон радостно произнесли они и обнялись. Видимо, они действительно знают друг друга. — Эм… А это, собственно, кто?.. — Позвольте представить — Канон Ханабиси! Моя давняя подруга! Кстати, Комари же упоминала, что в её случае призван был весь её класс. А раз так, то нет ничего удивительного в том, что в этой школе у неё есть друзья. — Странно, что я практически ни разу не видела тебя… — Ну а как ты хотела? Ученики, получившие А-ранг и выше на оценке способностей в ходе церемонии поступления, с самого начала имеют иное расписание, — Канон властно скрестила руки. Если посмотреть на неё, то можно увидеть, что бумажные пакеты, которые она несла, все были от суперизвестных брендов. Судя по тому, что она может позволить купить себе все эти предметы роскоши, то в настоящий момент она обладает силой заработать такое количество SP. Неудивительно, что «бракованные» типа нас с ней ни разу не пересекались. — Хе-хе-хе, это точно, Канонушка очень сильная! Ты даже в классе была самой лучшей! — Охо-хо-хо-хо-хо, ну, не перехваливай меня! В конце концов мы самые благородные, милые и сильные во всём мире! Почему она говорит о себе во множественном числе? — подумал я, как в следующий миг рядом с Канон появился зверь со струящейся серебристой гривой, грациозные конечности с копытами и прекрасный рог. Этот окутанный красивым свечением зверь выглядел точь-в-точь как единорог из мифов. (Ого, дух… Да ещё природный, уровня божественного зверя. Форма контракта тоже изящна. Недурно.) Если я правильно помню из рассказов Феррис, то «духи» — это сгустки магической силы с собственной волей, чьи основы рождает сам мир. В сущности, они фамильяры или сикигами, созданные Мировым Древом, скрывающие в себе возможности совершенно иного уровня в сравнении теми, которых искусственно создают люди. Разумеется, духи бывают, как сильные, так и слабые, но раз Феррис его похвалила, то духовный ранг этого единорога, вероятно, близок к высшей ступени. Видимо, бахвальство Канон не пустой звук. — Вау, Кэрроточка, давно не виделись! Ты всё такая же пушистая, о, хорошая девочка, хорошая! Гляди, Лалачка, лошадка! — Ух ты! Она такая классная! Скачет, словно ветер! Они с Лалой принялись гладить единорога, словно какую-то собаку. Однако её невозмутимое выражение лица никак не изменилось, несмотря на весь этот акт насилия в её сторону. Всё-таки эта Кэррот весьма сильная. Канон кашлянула в сторону Комари. — Комари… не могла бы и ты представить мне своих спутников. Особенно вон того молодого человека. — Ой, точно, совсем забыла! Эй. — Его зовут Кёя Кудзё! Он — мой товарищ по команде! — Хым, ясно… С виду ничем не примечателен. — Ха-ха, ну извини… Меня это тоже беспокоит, не напоминай. — Но, но, хоть по нему и не скажешь, но Кёя о-о-о-очень сильный! — Э-эй, это лишнее!.. Меня, конечно, порадовала её загадочная переоценка, но… стоило ей произнести эти слова при Канон, которая с самого начала бросала в меня колкие взгляды… — Ого, сильный, говоришь? — Да! Он мой наставник! — Ч-что?! Т-ты обошёл меня и стал наставником Комари?! Сверлящий меня взгляд Канон наполнялся всё большей ненавистью. Видишь, я же говорил. — Кёя, значит? Действительно ли ты обладаешь силой, достойной Комари? — Н-нет, я не соглашался быть её наставником… В конце концов я же провалившийся герой. Даже оригинальный навык использовать не могу и с трудом справлюсь с жалкой слизью… — спешно оправдался я. Лучше всего сейчас принизить себя… Однако Канон меня прервала: — Я не об этом. Ты же бесчувственный протагонист, не так ли? — Э? Что ты сейчас…? — Сила мускулов не имеет значения! Да и твой оригинальный навык меня не интересует! Я спрашивала о твоём внутреннем стержне! О твоём характере! Хватит ли тебе мужества защитить Комари, даже ценой собственной жизни в критический момент?! Комари всегда была безрассудной, так что, если ты зовёшь себя рыцарем, то должен иметь соответствующую выдержку! — наседала на меня Канон, словно бушующие волны. Что-то не припоминаю, чтобы называл себя рыцарем, но… если оставить это в стороне, то честно говоря, я немного восхищён. «Важно твоё сердце»… Я думал, что она заносчивая знатная леди, которая верит в верховенство силы, но откровенно не ожидал услышать от неё столь добросердечных слов. Кстати говоря, она только что спасла нас от назойливых сектантов и, вроде, не обиделась на Лалу за то, что та игралась с её духом. Но что важнее всего, она явно дорожила Комари. Неужели она… — Впрочем, ты же просто растерялся в том переулке? Значит, и ожидать от тебя чего-то нет никакого смысла… — Ты действительно очень приятная девушка… — Ч-что?! Ч-ч-чего это ты вдруг?! — дико закричала Канон, а затем словно что-то осознала. — Н-неужто ты… обхаживаешь меня?! Так вот что такое «клеить девушек»!.. У тебя уже есть Комари, но ты подкатываешь ещё и ко мне… Ах! Неужто твоя цель — гарем?! Ты стремишься быть гаремным протагонистом?! Что она вообще такое несёт? — У-хе-хе, Канонушка иногда переходит на «аристократический язык»! Мы не понимаем, что она говорит, но уверена что-то очень благородное! — Да нет, это никакой не «аристократический язык», а просто сленг анимэшника… — Г-грубиян! Считаешь меня прогнившей псевдо-барышней, увлечённой субкультурами! Нет, такого я точно не говорил. — Эх, не стоит обвинять кого-то бездоказательно! Я — самая что ни на есть благородная леди! Дочь семьи Ханабиси! — Мне это ни о чём не говорит… — Неужели ты не слышал о семье Ханабиси?! Мы владеем веломастерской, расположенной… в трёх шагах от регионального филиала одного из крупнейших японских автопроизводителей! Между прочим, основана она была ещё моим прадедом! — Вау, настоящий локальный бизнес! Короче говоря, теперь я понял, что она псевдо-барышня. Впрочем, у всех есть свои секреты. — Кхем! Как бы там ни было, раз уж ты товарищ по команде Комари, то тебе стоит взять себя в руки! Особенно сейчас, когда дисциплина среди новеньких хромает на обе ноги! Драки, издевательства, прогулы, распитие алкоголя, курение. Вдобавок ко всему, ходят слухи даже о широком распространении странных препаратов! Быть беде, если ты не защитишь Комари, и её втянут в нечто подобное! — прочитала мне лекцию Канон, словно мама, а напоследок добавила: — И это не говоря уже о том, что скоро начнутся «ВВУ»! Услышав незнакомое словно, мы одновременно наклонили головы. — «ВВУ»?? — В-вы что не знаете о «ВВУ»?! Ей что, нравится эта реакция? — Ну вы даёте. ВВУ — сокращение от «Всеобщие военные учения». Масштабные практические экзамены, которые проводятся во всей школе. Правила меняются каждый раз, но для учеников эти учения очень важны. — Ни разу об этом раньше не слышал. Может, опять Лала бумажки припрятала? — подумал я, но похоже, дело было в другом. — На данный момент официального объявления ещё не было, так что в этом нет ничего удивительного. Думаю, нам скоро сообщат об этом на ученическом собрании… Только обычно об этом узнают заранее от старшеклассников. — Угх… Мы «бракованные», которых все бросили на произвол судьбы, так что мы отрезаны от подобных студенческих кругов. И тем не менее масштабный практический экзамен. Чую, принесёт он мне целую прорву проблем. — Эм, а участие в нём, часом, не добровольное?.. — Слушай, ты когда-нибудь пропускал последний экзамен просто потому, что не хотел его сдавать? Разумеется, участие обязательное. — Так и знал… Н-ну, как-нибудь прорвёмся… — Какой ты наивный! — едко среагировала Канон с её чутким слухом на моё бормотание. — ВВУ максимально приближены к реальным битвам. Я слышала, что каждый год после него бывает много убитых и раненных. С таким малодушием ты не сможешь защитить Комари! А-а, так вот какой будет этот турнир? Я не то что за Комари — за себя самого переживаю… Впрочем, что касается самой Комари — она не то что не боялась, а вообще горела энтузиазмом. — Хе-хе-хе, не переживай за меня, Канонушка! Всё-таки благодаря Кёе я стала намного сильнее! О, точно! Раз уж выпала такая возможность, я сейчас тебе это покажу!! Комари, как всегда, действовала по наитию… Так стоп, ты же не собираешься использовать это здесь?! — П-постой, Комари, этот приём…! — тут же попытался я её остановить, но было уже поздно. — Х-ха-а-а-а-а-а-а-а-а!! — пронзительно крикнула она, параллельно высвобождая магическую силу. В ответ на это в воздухе появился огромный сияющий меч — её оригинальный навык «Эль Вискам». В прошлом она сваливалась от одной его материализации, но теперь могла поддерживать стабильную форму. Но не удивляйтесь раньше времени. Сейчас она покажет настоящие результаты своих тренировок. — М-м-м, — задумалась Комари, а меч света начал менять форму. — Ха, форма зверя! — провозгласила она крутое название приёма, и её меч принял форму очень милой кошки. Разумеется, на этом всё не заканчивалось. — Вот так… Форма земли!! Теперь меч принял форму листочка. — Дальше — Форма урагана!! Теперь он принял форму велосипеда. — Раз, два… Форма сегодняшнего завтрака!! Меч превратился в рисовый шарик. Прохожие невольно зааплодировали скоростным трансформациям её меча. — Ничего себе! Браво! — Угу, классный трюк! — с восторгом аплодировали ей девочка и чёрная кошка. — Хе, — Комари вытерла пот со лба с самодовольным видом и чувством выполненного долга. Именно, это результат тренировок Комари. Она способна не только подавлять выходную мощь, но и менять форму меча. Хотя вопрос практичности мы пока не затрагивали… Впрочем, в сравнении с тем временем, когда она падала без сил, даже не сумев применить свой навык, это точно можно назвать солидным прогрессом, но как-то это уж слишком… Я украдкой глянул на Канон. Та, как и ожидалось, смотрела на всё это, нахмурившись. Ну да, вполне нормальная реакция. Хорошо, что дело не в моей странности. Целую минуту Канон не знала, что сказать, а затем… — Угу, главное старайся, Комари. Похоже, что она решила сделать вид, что ничего не видела. — Ладно, мне пора по делам. Не хочу заставлять товарищей по команде ждать. — Вот как… А мне так хотелось ещё с тобой поболтать… Канон грациозно развернулась. Но, уходя, она хлопнула меня по плечу. — Тебя это тоже касается Кёя Кудзё. Не нужно прыгать выше своей головы. Однако, будучи джентльменом, ты обязан защитить Комари. Я рассчитываю на тебя. — Х-хорошо… Затем она оседлала единорога и на этот раз уже оставила нас. Провожая взглядом её спину, явно выбивающуюся из модернистского городского пейзажа, я невольно пробормотал: — К-какая хорошая у тебя подруга… — Эхе-хе, она чудесная, согласись? — Э-это да. Не уверен, можно ли называть её псевдо-аристократические манеры «чудесными», но человек она точно не плохой. Что меня сейчас волнует больше, так это… — «ВВУ», значит? Неприятная новость. Практический экзамен в форме настоящей битвы, проводящийся в школе, где меритократия возведена в абсолют. К тому же по словам Канон каждое его проведение сопровождается жертвами. Честно говоря, это сильно настораживает. Однако члены моей команды были совершенно беззаботны. — Хе-хе-хе, руки так и чешутся пустить в ход свой новый приём! Я должна продемонстрировать Канонушке, насколько я с ним крута! — Это знак, Кёя! Знак, что пора входить в режим нагибатора! — Я тоже! Я тоже выложусь на все сто! — говорили они каждая, что им взбредёт в голову. Все настолько на своей волне, что это даже успокаивает. В любом случае, кое-что мне всё же сказать им нужно. — Даже не думай использовать новый приём в настоящей битве. — Да ну!! ※※※※※ Спустя несколько дней. Как и говорила Канон, нас тринадцатое поколение учеников собрали в огромной аудитории. — Ну что ж, спасибочки, что не поленились собраться здесь. Если честно, у меня к вам серьёзный разговор… Но перед этим позвольте в очередной раз коротко вас поздравить, товарищи! Сегодня ровно полгода с того момента, как вы поступили к нам! Полугодовая годовщина!! Как обычно стоящая на трибуне Кудзуха похлопала нам в ладоши. Меня в самом деле поражает то, что любое поздравление из её уст звучит как сарказм. — На этом ваш подготовительный период окончен. Считайте, что вы типа прошли туториал. Теперь вы полноправные ученики нашей школы. Отныне с вас снимаются всяческие ограничения. Например, седьмой школьный район, «Сити», куда мы недавно ходили, будет всегда для вас открыт, также вы все вольны подавать прошение об отлучке из дома или сменить место жительство на третий район. Самое главное — либерализация выбора отряда. Отныне стоит вам подать прошение, и вы можете свободно сформировать отряд, вне зависимости от того, старшеклассник вы или младшеклассник. Короче говоря, это начало вашей полноценной школьной жизни! — объяснила она, и аудитория тут же взорвалась возгласами: «У-у-ух!». Кто ж будет недоволен ослаблением всяческих ограничений? Глаза, сидящей сбоку от меня Комари, засияли. Однако… — Но на всё вам понадобится соответствующее число SP. От одной этой фразы Комари сразу же понурилась. Ну, это было ожидаемо. Кудзуха улыбнулась, словно предвидела подобную реакцию. — Ой, вы что, недовольны? Полагаю, есть тут среди вас те, у кого SP по нулям, но не беспокойтесь! Специально для таких учеников у меня есть хорошие новости. На самом деле у вас есть отличная возможность подзаработать кучу SP! — сделав коварное выражение лица, Кудзуха огласила главную тему собрания: — Та-дам, важное объявление! Было решено провести «Всеобщие военные учения»!! Стоило ей произнести это название, учеников охватило напряжение. Похоже, до всех уже дошли эти слухи. — Хе-хе-хе, вы уже давно в курсе, не так ли? В общем, как вы знаете, «Всеобщие военные учения», известные под названием «ВВУ», — это обязательные для всех школьные соревнования между командами. Как я уже говорила ранее, с этого момента никаких ограничений. Другими словами, ваши способности и результаты будут оцениваться гораздо чаще, чем раньше. А это значит, что важно присоединиться к как можно более высокоранговой и сильной команде. ВВУ — ваш дебют. Продемонстрируйте окружающим свою силу, чтобы высокоранговые отряды переманили вас к себе… Для вас, новеньких, обряд посвящения и собеседование на работу. Будет не преувеличением сказать, что вся ваша настоящая школьная жизнь целиком и полностью зависит от ВВУ. Если хорошо себя проявите, вас даже могут позвать в исполнительный комитет. Разумеется, школа тоже придаёт этому ивенту огромное значение, так что при хороших результатах вы получите гору SP, — быстро объяснила Кудзуха, а затем посмотрела на учеников и улыбнулась. — Впрочем, не стоит так напрягаться. Думайте об этом как о шансе переродиться. Вас внезапно притащили сюда, и давайте взглянем правде в глаза, дела у многих из вас идут не очень, не так ли? Но если вы дадите результаты, то всё изменится. Вы вновь переродитесь. Прям как когда вас впервые призывали в другой мир, — прошептала Кудзуха. Уверен, мне не показалось, что её взгляд пал на меня. — Довольно предисловий. Давайте быстренько перейдём к объяснению правил! — резко сменила тему Кудзуха и щёлкнула пальцами. После чего на экране на трибуне появилось три предложения: «Первая фаза: Борьба за флаг». «Вторая фаза: Выживание». «Третья фаза: Турнир». — Итак, как видите, места в текущем ВВУ будут определены совокупным количеством очков за три фазы. «Зачем всё так усложнять?» — спросите вы? Так вы не забывайте, что наша задача — истребление владык демонов. Мы же не отправляемся в другой мир и сразу же выходим на бой с последним боссом один на один. Враг будет принимать различные контрмеры против вас. Поэтому-то вам и понадобятся общие стратегические умения вроде спасения заложников и зачистки подземелий. ВВУ также шанс для героев со специализацией поддержки проявить себя. Какая-то нетипичная для этой школы забота, но ожидаемо это лишь начало. — А теперь, что касается правил каждой фазы… Ах, как же утомительно. Думаю, по названиям итак понятно. В мангах всяких такое часто встречается. Подробные правила к каждой фазе можете изучить в буклетах, которые мы раздадим вам позже, — Кудзуха отбросила свою роль объясняющего, но тут, словно о чём-то вспомнила, и добавила: — Ах да, должна предупредить вас. Считайте это особым советом для милых младшеклассников… Не помрите там. Всего одна её фраза поменяла настроение учеников. — ВВУ — это турнир «без ограничений». Можете как угодно использовать оригинальные навыки, магическую экипировку и даже допинг, если хотите. Задумка в том, чтобы измерить вашу силу в реальном сражении с учётом всего этого. Ну, и поэтому… в своде правил турнира нет статьи «не убий». Что бы ни случилось, это просто «несчастный случай». Такова суть ВВУ. Так что, если почувствуете себя в опасности, — выходите из турнира без колебаний… Если, конечно, будете в состоянии произнести эти слова, — посоветовала Кудзуха, а затем резко переключилась в свой обычный «хихикающий режим». — Ладно, закончим с нудными объяснениями! Забыла сказать, что турнир начнётся через месяц. А до тех пор время самоподготовки, так что тренируйтесь и не ленитесь. Будете сачковать и сами же об этом пожалеете, — выразилась она как учитель перед экзаменом, а затем небрежно помахала рукой. — На этом сегодняшнее собрание окончено. Всем спасибо, — объявила Кудзуха о том, что мы можем расходиться, как вдруг… — Ась? Где это я? — раздался голос, напоминающий колокольный звон, и дверь в аудиторию медленно отворилась. За ней стояла девушка. В этот момент в аудитории воцарилась тишина. Причина была очевидна… Забредшая в аудиторию девушка была неописуемо красива. У неё были серебряные волосы, блистали подобно лунному свету, белоснежная чистая кожа. Она была настолько прекрасна, что слово «прелестная» было бы даже близко недостаточно, чтобы передать, насколько именно. Будто сам мир ей благоволил. Все ученики были очарованы этой прекрасной девушкой, которая, скорее всего, являлась богиней, и застыли на месте. Сидящая рядом со мной Комари буквально замерла с открытым ртом. Впрочем, если бы я не привык видеть Феррис, то сидел бы сейчас с такой же с глупой физиономией, так что в этом нет ничего зазорного. Через некоторое время ученики пришли в себя и начали шептаться. А на устах у них было имя… — …Госпожа Розе!.. — Одна из основательниц школы?.. — Впервые вижу её вживую… Судя по реакции учеников, она весьма знаменитая богиня. После чего Феррис в моей сумке промычала: «Хм». (Ты тоже знаешь её, Феррис?) (Розе — богиня, повелевающая «обманом и мошенничеством». Я видела её лишь раз. Она постоянно меняет свою внешность, так что лицо у неё тогда было совсем другое, но…) Феррис прищурилась с сомнением во взгляде. (…Однако способна ли она настолько менять даже свою ауру?..) Пока мы переговаривались, богиня Розе вошла в аудиторию. Все находившиеся на её пути ученики непроизвольно расступились. Поднявшись на трибуну, словно это было в порядке вещей, Розе дружелюбно окликнула Кудзуху: — Эй, эй, Кудзухочка, вы случайно не про ВВУ говорили? — Ага, о них самых. Как раз закончила им всё объяснять. — Ясненько. А когда они там? Скоро же, да? — Запланировано провести их через месяц, — ответила Кудзуха. — Как же та-а-ак, — скучающим тоном пробормотала Розе. — Через месяц?.. Это же совсем не скоро. А ожидание того, что ты с нетерпением ждёшь, всегда тянется так долго, — Розе надула губки… а затем выдала нечто безумное: — Точно! Слушай, слушай, а давай начнём завтра? — сделала она максимально детский запрос с улыбкой на лице. Но, разумеется, никто не станет удовлетворять такой каприз. — Блин, знаете, это будет крайне затруднительно, даже по вашей просьбе, госпожа Розе. Тем более что сейчас у нас есть дела, которые мы хотели разгрести и… — Кудзуха хотела было дать ей предельно очевидный ответ, но… почему-то вдруг замолчала. Какое-то время она колебалась перед улыбающейся Розе, а затем… — …А знаете что? Ладно, давайте с завтрашнего дня, — неожиданно согласилась с ней Кудзуха. — Аха-ха, ура! Какая же ты всё-таки у нас понимающая, а, Кудзухочка! Каприз Розе был удовлетворён, словно это было в порядке вещей, и невинно улыбнулась. Однако для нас, учеников, ничего смешного тут не было. Погодите-ка, завтра? Не слишком ли сильно они спешат? — были в замешательстве все мы, пока процесс развивался своим чередом. — Ну, этот месяц по сути должен был стать тренировочной аркой. Будь это манга, вы бы просто её пролистали и закончили, так? В принципе можем просто пропустить её аналогичным образом. Теперь мы должны определиться с матчами, которые пойдут прямо с завтрашнего дня. Устроим беспристрастную жеребьёвку… С этими словами Кудзуха создала стучащее при вращении лотерейное колесо фортуны. Эй, вы всерьёз собрались ускорять расписание? Из-за такого дурацкого каприза? События развивались настолько стремительно, что мозг толком за ними не поспевал… В одном я уверен. Подобное поведение никогда до добра не доводит. И мои опасения тут же подтвердились. Кудзуха же тем временем достала один шарик и посмотрела в мою сторону с искренней радостью. — Итак, позвольте огласить: счастливчиками, что выйдут на первый матч первого дня будут… ----… --… На следующий день. Гул гигантского микрофона раздался на первой арене во втором школьном районе, более известном как «Колизей». — Приветствую всех на очередных «Всеобщих военных учениях» или сокращённо ВВУ!! Малость внезапное открытие, но-о-о-о-о, какая разница?! Мы, герои, всегда готовы к битве! Раз об этом просит наша прекраснейшая леди Розе — возражений нет, верно?! В ответ на дешёвую провокацию ученики на трибунах арены издали радостные возгласы. Похоже, что все были настроены повеселиться и притащили с собой соки с попкорном, никому уже не было дела до внезапного начала мероприятия. Судя по всему, старшеклассники уже привыкли к капризам Розе. — Кстати говоря, комментировать текущий ВВУ будет ваш покорный слуга — Тацуро Сирасэ — глава отдела по связям с общественностью исполнительного комитета, широко известный по своему высказыванию: «Что? Вы говорите, что мои комментарии слишком резки? Не значит ли это, что они чрезмерно точны?». Столь легкомысленное комментирование превращает всё действо скорее в спортивные соревнования, чем в экзамен… Хотя по степени опасности они даже рядом не стоят. — Итак, закончим со вступлением и представим участников… Но сперва позвольте объяснить правила! Вы у нас же из тех, кто начинает проходить игры, не читая мануалов, я прав? Но не переживайте, правила «Первой фазы: Борьбы за флаг» настолько просты, что даже мышцеголовые ребята вроде вас смогут в них разобраться! Поле — данный купол! Ограничение по времени — один час! Побеждает та команда, чей представитель первым схватит флаг команды противника!! И всё!! Никаких запретных приёмов и фолов нет! Короче, забейте на мелочи и схватите чёртов флаг, вы, долбанные придурки!! Зрители завелись от бального объяснения правил. Они практически не слушали его — всем просто хотелось, чтобы ВВУ наконец началось. Должно быть, нет для них большего развлечения, чем жёсткая битва между возвращенцами. Ни капли вкуса. …Кстати говоря, если вам интересно, откуда же я всё это время наблюдаю за зрителями, то… — Ладно, ладно, я вас понял! Пора бы уже начинать, согласны?! Ну что ж, представим участников знаменательного первого матча! Первым на арену выходит, кто бы мог подумать, — команда «бракованных»! Лузеры? Слабейшие? Отстающие? А вот и нет! Мы просто не выкладывались на полную! Главные герои всегда приходят поздно! Продемонстрируйте же нам историю восхождения с самого дна! В красном углу… команда «Отряд Лалачки (временное название)»!!! — предельно провокационно произнёс он, и одновременно с этим на большом экране на арене показали, кого бы вы думали? Меня и Комари. — Вау, смотрите! Мы на экране! Мир, мир! Интересно, смотрит ли за нами Лалачка?! — А-а-а, ну почему всё так обернулось?.. Именно, мы находились на поле. Мои худшие ожидания стали явью, и нас ловко втянули в первый матч первого дня. Кстати, не повезло нам не только в этом плане. — Кто же выйдет против них? Сверхталантливая группа, занимающая четвёртое место в B'-ранге! Ходят слухи, что им неофициально одобрили повышение до A'-ранга уже в этом году! Самый лучший отряд в школе, лишь услышав название которого даже владыка демонов убежит, сверкая пятками, — Команда «Ариадна». На втором экране показали отряд из четырёх человек с видом опытных ветеранов. Каждый из них источал такую магическую силу, что она ощущалась даже через экран… Сходу столкнуться с высокоранговой командой — что это если не невезуха? Хотя, зная Кудзуху, наверняка она это как-то подстроила. Пока я ворчал, Комари отрывисто хлопала меня по плечу. — Ты что, нервничаешь, Кёя? Не переживай, с нашей командной работой мы точно как-нибудь управимся! Давай покажем им!! Похоже, она полна решимости. И откуда она черпает эту уверенность. Впрочем, мне определённо есть чему у неё поучиться. Бой был неизбежен и сетовать на неудачу не было никакого смысла. Остаётся только выложиться по полной. — Небо и земля, кит и сардина, герой и статист А!! Букмекеры рвут прогнозы — настолько велика разница между участниками матча, но может ли из него родиться драма?! Итак, давайте все вместе начнём обратный отсчёт!! Десять, девять, восемь — отсчёт приближался. Пора бы уже собрать волю в кулак. Для начала разберём ситуацию. Это поле — круг радиусом около двух километров, а флаги обеих команд расположены на его северном и южном концах. Все начинают с той же точки, где находятся флаги. Поскольку центральный район поля покрыт небольшим лесом, видимость здесь станет ключом к победе, что в атаке, что в защите. В любом случае, главное — выяснить оригинальные навыки противника. Пока что буду наблюдать за их действиями магией обнаружения, подгадаю момент и отберу флаг… Пока я размышлял обо всём это, отсчёт дошёл до нуля. В этот миг комментатор громко прокричал: — …два, один, ноль!! Первый матч завершён!! — …М-м? Что он сейчас сказал? Матч завершён? Не начался? Должно быть, это ошибка, — подумал я и обернулся. А флага… там уже не было. Флаг, который должен был стоять где-то в ста метрах позади нас, исчез. Я резко посмотрел на большой монитор и увидел команду противника. В руках одного из них вне всяких сомнений был наш флаг… — Навык «Смена Координат» лидера команды «Ариадна» — Нацуэ в действии!! Он с лёгкостью получил флаг, поменяв его пространственные координаты! Героическая история провалившихся героев закончилась за одну секунду!! — … Неодобрительный рёв зрителей. Летящий попкорн. Комари ринулась вперёд, даже не заметив, что у нас забрали флаг. Таким образом наш первый матч закончился всего за одну секунду. — Ну… это читерство… ---------- Глава 2. Детки Розе Таким образом началась первая фаза ВВУ — «Борьба за флаг». Моментально потерпев поражение в первом матче, мы, «Отряда Лалачки (временное название)»… продолжили проигрывать в одном матче за другим. «Второй матч»… Загипнотизированная Комари сдалась и мы проиграли «добровольно». «Третий матч»… Нас телепортировали за пределы арены, и мы проиграли по нарушению правил. «Четвёртый матч»… Флаг забрали через тоннель в другое измерение, и мы просто проиграли. В каждом из матчей мы проигрывали за три секунды после его начала. Я слышал, что мы побили рекорд ВВУ по самой быстрой серии поражений. Разумеется, меня это совсем не радовало. Если бы ВВУ проводилось в формате турнира на выбывание, то для нас всё закончилось бы уже на первом матче, но, увы, первая фаза всё решается по очкам за пять матчей. Просто самое что ни на есть публичное унижение. — …Да что ж это за читерство-то такое?.. — невольно выразил я своё недовольство, вернувшись в комнату после четвёртого матча. После чего выскочившая из сумки Феррис захихикала: — Хе-хе-хе, что ты поздно спохватился. Разве здесь это не в порядке вещей? Это верно. Читерскими способностями направо и налево разбрасывались не только в наших матчах. В каждом матче активно использовались странные стратегии, реализованные с помощью оригинальных навыков типа пространственного переноса, мгновенной телепортации, гипноза и так далее. Всё в этой школе владели каким-то оригинальным навыком. Я всё это знаю, но… — И всё же должен же быть какой-нибудь предел. Я наблюдал за другими матчами в том числе для анализа — разнообразие оригинальных навыков поражало. Простейшими способностями, вроде «усиления огненной магии» Кисимы или «мощной магии ветра» Кёгоку, всё не ограничивалось. Было множество навыков, явно превосходящих возможности магии, например, способность «мгновенного превращения всего вокруг в подземелье» или способность «запрета магии в области активации». Объединяло их все одно: их способности применялись по логике, полностью отличной от существующих физических законов и магических систем. — Какой вообще принцип лежит в основе этих оригинальных навыков? Даже если посмотреть на поток магической силы, причина и следствие не стыкуются друг с другом. — Хм, ну, на мой взгляд… всё дело в том, что оригинальные навыки игнорируют все промежуточные этапы и втискивают сам принцип в мир. — Игнорируют промежуточные этапы, говоришь?.. Верно, это самое проблемное. На самом деле локально переписать законы мироздания не так уж и трудно. Это более чем возможно даже в рамках существующих магических систем, и мы с Феррис на такое способны… Однако то, что делают герои, кардинально отличается. Одной лишь «активацией оригинального навыка» они перескакивают через все этапы и процессы и устанавливают новые правила в этом мире. «Процесс», который должен располагаться между «причиной» и «следствием» пропускается целиком и полностью. Без «середины» их невозможно проанализировать и вмешаться в них в процессе. В случае навыков, усиливающих существующую магию, как у Кисимы, можно остановить формулу заклинания, однако против навязывающих правила или искажающих концепции навыков такое уже не прокатит. Так что тебе придётся постфактум реагировать на созданное в качестве «следствия» явление. Не могу представить себе что-то более невыгодное в магической битве. — И всё же… если так подумать, то это внушает опасения. Ведь эта сила есть в нас изначально, так? Даже если сказать, что для пробуждения этой силы нужна богиня, разве это не приведёт скорее к разрушению мира, чем к его защите? Мы, земляне, которых также называют «Невинными плодами» и «Небесными мечами богинь», были созданы защитниками Мирового Древа. Понятное дело — для этого нужна великая сила, но… разве сила переписывать причинность мира — это малость не перебор? — Хе-хе-хе, только сейчас это осознал? Ну, в целом ты прав, ведь «оригинальные навыки» это… — хотела было что-то сказать Феррис, но почему-то вдруг замолчала. — М-м? Эй, так что там насчёт «оригинальные навыки это…»? Не прерывайся так внезапно. — …Что? Что я сейчас сказала? — Не умеешь ты обманывать. Беспокоишься, да? — Вовсе нет, просто я постарела — вот меня вдруг и подвела память… — сделала она вид, будто ничего не знает, но когда ты прерываешься на важном моменте, звучит это очень неубедительно… Но когда я уже хотел её дожать, дверь в комнату внезапно распахнулась. — Кёя-я-я!! — Слушай, Комари, ты когда-нибудь слышала о такой штуке как «приватность»? — А, что-то очень вкусное, да? Давай в следующий раз вместе сходим и поедим, а сейчас у нас есть дело поважнее!! — залетевшая ко мне, как будто это было в порядке вещей, Комари воодушевлённо сообщила: — Стало известно, кто будет нашим противником в последнем матче! Команда «Обитель звездочётов»! — Звучит, будто они какие-то подозрительные гадатели… Но я уже заранее знаю, что они, наверное, А-ранга или типа того, да? До сих пор нам приходилось иметь дело только с сильными командами от В-ранга и выше. Абсолютно уверен, что это Кудзуха так мне напакостить хочет. Так что я думал, что и в этот раз команда противника будет аналогичного ранга, но… — Вовсе нет. Вроде как это команда F-ранга, как и наша! — …Чего? Серьёзно? Я поспешно проверил школьное «Приложение срочных новостей ВВУ (неофициальное)». Команда «Обитель звездочётов» состоит из трёх человек. На данный момент у них четыре поражения. Судя по всему, все её члены — провалившиеся герои, как и мы. Стоит сразу сделать оговорку: лично мне, если честно, наплевать, на эти дурацкие «спортивные соревнования». Я меня нет жажды возвышения, да и плюсов для себя от раскрытия своих карт на публике я не вижу… Но я всё-таки парень. Поражения меня совсем не радуют, но что важнее всего… Каждый раз, когда мы проигрываем, Лала сильно огорчается. Пора бы уже оправдать ожидания ребёнка. — …Эй, Комари, давай одержим верх в следующем матче!.. — Конечно! Я всегда выкладываюсь на все сто! Жаль наших противников, но у меня появилась мотивация… Уверен, они испытывают то же самое, так что, полагаю, мы с ними в одном положении. И вот спустя два дня время рокового финального матча пришло. Энергии — через край. Самочувствие — отличное. Я направился из комнаты ожидания на поле заряженный боевым духом сильнее, чем когда-либо. Но по пути… — Приветики, Кёя. Как дела? В углу коридора меня дожидалась Кудзуха с её типичной хитрой ухмылкой на лице. — Как? Ну, как сами видите, мы проиграли все матчи… Благодаря вам. — Что за колкости? Уж не думаешь ли ты, что я подстроила всё так, чтобы вам попадались неудобные соперники? Хи-хи, не знаю, может, такой перекос по ошибке случился? — Значит, на этот раз решили проявить любезность? — А-та-та, Кёя. Решил, что уже победил, лишь потому, что ваши противники F-ранга? Я бы на твоём месте остерегалась, ведь именно в такие моменты людей застают врасплох. Кто знает, может, у них есть некий «секретный план»? А-а, или же… вы тоже что-то заготовили? — …? Кудзуха всегда выражается окольно, но на этот раз в её словах явно был некий скрытый смысл. О чём она, чёрт побери, говорит? — …О чём вы? — невольно спросил я в ответ. — Да так, — помахала мне рукой Кудзуха. — Судя по реакции, ты не имеешь ни малейшего представления. И ладно. Удачи, Кёя. Я, знаешь ли, твоя большая фанатка, — с этими словами Кудзуха быстро ушла. Лишние помехи перед матчем… Но сейчас не время на них отвлекаться. — Ась? Кёя, давай быстрее! — А-ага! И так мы отправились навстречу последней битве. Команда врага уже дожидалась нас на знакомом поле. — Хе-хе-хе, здрасьте, команда «Отряда Лалачки (временное название)». Хвалю за то, что пришли и не сбежали. — М-м, сегодня мы не проиграем, команда «Обитель звездочётов»! — назвали мы оба бессмысленные названия наших команд. Со стороны звучало очень смущающе, но настроены они были предельно серьёзно. — Ну, мы с вами не имеем шанса на ошибку, так что давайте выложимся на полную… хотел бы я сказать так, но победа будет за нами! В качестве прощального подарка мы продемонстрируем вам наши способности!! — прокричала команда противника то, о чём их никто не спрашивал. — Хе-хе-хе, моя способность: «Анализ истины» — магические глаза, которые анализируют всё сущее! Понятно, хотя он не боец, но его способность довольно проблемная. — Хи-хи-хи, ну а моя способность: «Анализ действительности» — магические глаза, которые анализируют всё сущее! Понятно, хотя он не боец, но… Стоп, мне кажется или у меня дежавю? — Хе-ха-ха-ха! А моя способность: «Анализ правды» — магические глаза, которые анализируют всё сущее-е-е!! …Ага, теперь мне понятно, почему они команда низшего ранга. Как бы сказать… Очень важно, чтобы каждый человек был на своём месте. Однако жалеть я их не стану. В конце концов мы враги. — Кгх… Какой же грозный нам противостоит враг, Кёя! Но мы тоже не можем проиграть! Давай по «плану А»!! «План А» — это тактика для нашей команды на решающую битву, которую Комари с Лалой плотно обсуждали и утвердили в течение двух дней… Суть же плана заключалась в том, что… — Я — атакую! А ты держишь оборону! Для начала вмажем по полной, а дальше действуем по обстоятельствам!! — крикнула Комари. Команда врага слышала всё до последнего слова. Впрочем, по моим меркам это нельзя назвать «планом», так что никаких проблем. Как бы там ни было, пятый матч начался. Обе стороны проиграли все свои прошлые матчи, и это был финальный, в котором никто не был намерен проигрывать, а наши силы практически равны. И битва, развернувшаяся из столь беспрецедентно накалённой обстановки… представляла из себя безжалостное взаимное обливание грязью. В конце концов это была битва гордости, и обе стороны желали избежать позора в виде полного поражения. Тем не менее, полноценных атакующих навыков ни у кого не было. Бой закономерно деградировал до сверхнизкоуровневых догонялок. Я убегал с флагом. А двое из команды противника преследовали меня с демоническими лицами. Тем временем Комари пыталась захватить их флаг, но третий противник убегал от неё с флагом в руках. Зрители бурно освистывали нас за развернувшуюся на гигантском поле неприглядную игру в догонялки. Но обе команды были в таком отчаянии, что не обращали на это никакого внимания. И вот, как зрители уже начали дремать из-за беспрецедентно скучного матча… произошло кое-что странное. — Х-ха… х-ха… он носится как угорелый… — Х-хе… х-хе… Такими темпами время выйдет и будет ничья… Двое гонявшихся за мной противников наконец остановились. По тому как они запыхались любому было очевидно, что они на пределе. Вообще до сих пор они носились за мной на одном упрямстве — надо признать, впечатляет, хоть они и наши враги. — Н-ничья в целом тоже ничего, а? Так мы избежим полного поражения… Даже если мы и не победим, то хотя бы не проиграем, а, значит, и Лала плакать не будет. Ничья будет выгодна обеим командам… Однако наши враги покачали головой. — …Ну уж нет… — Ты же новенький? Потому и не понимаешь… Дальше без SP ты ничего не сможешь сделать и всегда будешь на дне. Единственный способ выползти — одержать победу здесь и сейчас!.. — проворчали они, о чём-то глубоко задумавшись, а затем тихо прошептали: — …Так что никаких обид, ладно? С этими словами эти двое «что-то» достали из карманов и проглотили. Магическое усиливающее зелье? — насторожился я, и в следующий миг внутри их тел забурлил невероятный объём магической силы. Скачок был такой, что это нельзя было назвать… «стали серьёзными». Они словно стали другими людьми. — Отлично!.. — На этот раз повезло!.. Они кивнули друг другу и оба пришли в движение. Физическая сила, магическая сила, скорость — всё вышло на совершенно иной уровень. Несмотря на всю их усталость, сейчас от неё не было и следа. Но что поразило меня больше всего, так это… — «Штоль Флюзе[✱]Записано как: «Клык ревущего и грохочущего бога ветра».»!.. — «Руин Джерезад[✱]Записано как: «Длань сшивающей ледяной скульптуры».»!.. Выпущенные ими атаки были явно порождением «оригинальных навыков». Неестественная сила, превосходящая причинность, — её ни с чем не перепутаешь. Но с чего вдруг? Их россказни про навык анализа были ложью? Но зачем они до сих пор скрывали это? Едва уворачиваясь от атак двух преследователей, в моей голове всплывало множество вопросов… Однако главной насущной проблемой было… Раз эти двое скрывали козырь, то, выходит, что и у третьего он тоже есть?.. В этот миг вдали раздался взрыв. Как раз оттуда, где была Комари и третий враг. Я поспешно посмотрел на экран и увидел, что Комари практически загнали в угол. — Хе-хе-хе… П-похоже, победа за нами!.. Над головой девушки парила высокоуровневая атакующая магия, владеть которой, по идее, мог бы лишь обладающий магической силой на уровне А-ранга. Как и двое моих преследователей, она будто стала другими человеком. Но текущая проблема была в другом. — Эй, ваша подруга там, часом, не спятила?!.. С одного взгляда было ясно, что оригинальный навык той девушки — это сама магическая сила — нечто, придающее её магической силе атрибут взрывного пламени. Но сейчас она пыталась активировать формулу замораживающей магии — прямой противоположности взрывного пламени. Это всё равно что вылить кипящее масло в холодную воду. Формула тут же развалится и всё вокруг будет стёрто с лица земли. Она собирается взорвать саму себя? Нет, этого не может быть. По-видимому… она сама не понимает свой оригинальный навык. Но разве можно не знать о своей собственной силе? Нет, сейчас нет смысла об этом думать, как и нет времени проверять это или давать советы. Следовательно… Для предотвращения потери контроля я могу сделать лишь одно. — Судья, мы сдаёмся! Мы проиграли!! — прокричал я, и в тот же миг раздался свисток, возвещающий о завершении матча. Видимо, осознав это, девушка перестала создавать магическую силу, и едва не достигшая критической точки формула была благополучно рассеялась. Похоже, мне удалось предотвратить взрыв. — У-ура!.. — Мы победили, мы победили! — Ближайшее время об SP можно не переживать!.. Пока «Обитель звездочётов» радовалась своей первой победе, я склонил голову перед вернувшейся Комари. — Прости, Комари… У нас не вышло. Несмотря на то, как сильно Комари загнали в угол, она не выпустила меч из рук. Она ещё не сдалась. Хоть я и сделал это для предотвращения взрыва, но полностью пренебрегать такой решимостью — недостойно. Однако… — Нет, в этот раз у нас почти получилось! Чую, в следующий раз мы победим! Комари с энтузиазмом сжала кулак. Похоже, её нисколько не заботит то, что я сдался без её согласия. Её взгляд уже был устремлён к следующей битве. Эх, с её позитивным настроем мне точно не тягаться… Впрочем, это была наша финальная битва. — В любом случае, нужно будет извиниться перед Лалой. — Э-хе-хе, это уж точно! После окончания битвы мы вернулись в комнату ожидания, где нас дожидались Лала и Феррис. Но по пути туда… — Комари! — из другой стороны коридора к нам подбежала Канон. — Канонушка?! Раз ты здесь, получается, что… следующий матч — твой? — Да, верно. Но я видела ваш матч через монитор. Ты хорошо постаралась, Комари! — Э-хе-хе, совсем чуть-чуть не хватило. — Ага, уверена в следующий раз вы победите! Глаза гладящей Комари по голове Канон посмотрели на меня… Я рефлекторно извинился: — Эм, прости… Канон сказала мне защищать Комари. Но из-за меня мы проиграли. Наверняка она сильно злится на меня… — думал я, однако… — В конце ты принял верное решение… Благодарю за старания. — Э? А? Ага… Она явно поблагодарила меня. Судя по всему, она прекрасно понимала, что случилось на поле… Одно это принесло мне облегчение. — А теперь мне пора на поле. Наблюдайте же внимательно с трибун за моей элегантной и великолепной битвой! Я выиграю его за Комари! Буду ждать ваших голосов восхищения и поддержки!! — Вау, выложись на все сто, Канонушка! — Ха-ха-ха, мы будем болеть за тебя. Затем Канон удалилась с командой, громко смеясь. Она действительно очень разная внутри и снаружи. — А теперь, вам лучше поспешить обратно. После этих слов, мы никак не можем пропустить её битву. Воссоединившись с Лалой и Феррис, мы поспешили на зрительские места. Однако нам второй раз помешали. — Ох, какая жалость, Кёя. Вы были так близки к своей первой победе, — совершенно бессердечно пыталась утешить меня из угла коридора Кудзуха, которая, как и до матча, дожидалась меня. Но в этот раз это не раздражало… Ведь я тоже хотел с ней поговорить. — Скажите, что это было? — прямолинейно спросил я, переместившись с Кудзухой в тень, чтобы Комари с остальными нас не заметили. — М-м? Что «это»? О чём конкретно идёт речь? — Не валяйте, пожалуйста, дурака… Вы ведь знаете, что они сделали? Аномальное усиление и оригинальные навыки, которые «Обитель звездочётов» продемонстрировала в прошлом матче… было явно не обычным допингом, а «секретным планом», который Кудзуха упоминала перед матчем. Кудзуха начала говорить, о чём-то совсем другом. — Слушай, Кёя, слышал что-нибудь в последнее время о странном препарате, пользующимся популярностью преимущественно у низкоранговых учеников? — Препарате?.. Кажется, Канон что-то такое говорила… — Тогда не буду ходить вокруг да около. Судя по всему, название этого препарата — «Реинкарнатор». Это название означает… — «То, что перерождает»?.. — ответил я, и Кудзуха хитро ухмыльнулась. — Наша сила даруется нам в тот момент, когда нас переносит в другой мир. Ежели мы переродимся ещё раз… то сможем получить ещё одну новую силу. Неужели существует препарат, способный даровать новые оригинальные навыки? — Так, подождите, такого просто не может быть. Сила героя — изначально находится внутри нас, а богини лишь дают силу высвободить её. Увеличить их количество с помощью препарата просто невозможно… — М-м? Так ты знаешь? Даже в исполнительном комитете большинство об этом не в курсе. Мне очень интересно, кто же тебе об этом рассказал? — Угх… Д-до меня просто доходили такие слухи. Похоже, я сейчас случайно проболтался. С ней стоит тщательно подбирать каждое слово. — Л-лучше расскажите про этот «Реинкарнатор». Вы ведь для этого пришли, не так ли? — попытался вернуться я к теме разговора, но… — Да кто ж его знает. — Чего?! Зачем вы сейчас вообще завели об этом разговор, если не собираетесь ничего раскрывать?! — Тише-тише, успокойся. Я не пытаюсь тебя раззадорить, просто у меня самой пока нет зацепок. — В чём проблема поймать употребляющих препарат, если они так открыто им пользуются? — Ну, поймать-то я поймала. А дальше никакого прогресса. Я пыталась найти того, кто стоит за всем этим, путём допросов и управления памятью, но на их важные воспоминания наложена защита. Потребуется немало времени, чтобы пробиться через неё. Похоже, у распространителя на подхвате есть умелые специалисты по магии контрактов или печатей, — Кудзуха пожала плечами, а затем указала на меня. — И вот тут-то на сцену и выходишь ты, Кёя. — …А-а, ну всё ясно… Я буду приманкой?.. — Хе-хе-хе… Рада, что ты сразу всё понял. Раз у неё не получается вытянуть информацию из героев, использующих препарат, им остаётся лишь поймать самого распространителя. В таком случае быстрее всего будет внедриться, но, увы, «Реинкарнатор» пользуется популярностью только среди низкоранговых учеников. Распространитель вряд ли станет подходить и обращаться к членам исполнительного комитета, который состоит исключительно из высокоранговых учеников. Именно поэтому сейчас исполнительному комитету нужен помощник из числа низкоранговых учеников, который станет мишенью распространителя. В общем, её логика мне вполне ясна, но есть один вопрос: — Разве на этом турнире не разрешено всё? — Ха-ха, на больное давишь, но так и есть. Однако именно поэтому «Реинкарнатор» так меня беспокоит. Почему они скрывают его такой серьёзной защитой, если допинг на турнире разрешён? Разве это не значит, что препарат выходит за рамки обычного усиления? Чем тщательнее что-то скрывают, тем больший интерес оно вызывает… Ну, прям как кое-какой паренёк, — Кудзуха многозначительно посмотрела на меня. — Впрочем, всё это моя личная инициатива. На самом деле большая часть исполнительного комитета игнорирует «Реинкарнатор», так как «всё разрешено», и это сильно мешает расследованию. Более того, людям наверху это по сути нисколько не интересно. У сильных есть такая дурная привычка: «Даже если что-то случится, я просто раздавлю всё и вся. Так что какие-то шаги я буду предпринимать, только если дело примет серьёзный оборот». — А вы не такая? — А-ха-ха, ну, конечно же, нет. Как ты знаешь, я очень добренькая к слабым сестричка. И опять никакой искренности. Но мне всё равно. В любом случае у меня нет выбора. — …Ладно, я вам помогу. — Ох, ну надо же, какие мы необычно сговорчивые. — Даже если откажу, вы всё равно заставите меня, не так ли? — Как жестоко, неужели я кажусь тебе такой тираншей?.. Но тут ты прав, на твоём месте я бы тоже согласилась помочь. Ведь ваш отряд главные кандидаты на использование «Реинкарнатора». Стоит мне лишь заикнуться об этом, и к вам на радостях примчится следственная группа. Ты ведь не хочешь расстроить того, кто может так сделать? А, разумеется, делать этого я не собираюсь, — откровенно косила под дурочку Кудзуха, а затем символично добавила: — К тому же я не прошу помочь за просто так. Если добьёшься результатов, то я тебя вознагражу. Ну что, появилось желание? — Было бы неплохо. Хватает же наглости говорить такое после откровенных угроз. — Только не хочу огорчать, но расследования не по моей части. Максимум смогу отчитаться о том, что они вошли со мной в контакт. — Ага, и так сойдёт. Любое неосторожное действие вызовет у них подозрения. Вот, держи мой мэйл. Молодёжь нынче почтой же не пользуется, так? — сказала она и передала мне бумажку, на которой был нарисован своеобразный узор. На первый взгляд кажется, что это обычный рисунок, но в действительности это высокоуровневая магическая печать для тайной связи… К тому же одноразовая, чтобы не оставлять следов. Видимо, связываться с Кудзухой нужно будет через эту печать. Убрав её в карман, я добавил: — У меня есть ещё одно условие… Пусть всё это будет строго между нами. Комари и Лала… — Я поняла. Мне тоже не хватить смелости использовать Комари. Похоже, в этом вопросе наши мнения сходятся. В этот момент, стоило нам о них заговорить, как меня окликнули голоса Комари и остальных: — Эй, Кёя-я-я? Ты куда ушёл? Матч Канонушки уже начинается! — Кёя, быстрее-быстрее! — Разве можно заставлять леди ждать?! — Да, знаю. Сейчас иду! Как бы там ни было, наш разговор с Кудзухой окончен. Я спешно развернулся, но… тут меня из-за спины окликнули: — Ох, погоди-ка. В следующем матче будет выступать твоя знакомая? — А-а, она скорее подруга Комари, чем моя. — Хым, ясно… Кстати, насчёт этого матча — кажется, пары изменились. Вроде бы оппонент сдался. И поскольку я не хочу, чтобы ты возненавидел меня ещё сильнее, то говорю сразу… к этому изменению я непричастна. — ? Жеребьёвка и в прошлых матчах периодически менялась. Так зачем она специально меня об этом уведомляет? Но прежде чем я успел переспросить, Комари снова меня поторопила. — Прости что задержала. А теперь — марш. — А, ладно… На этот раз Кудзуха действительно ушла. У меня к ней было немало вопросов… но сейчас мне нужно идти. А то они все втроём на меня ополчатся. — Чего так задерживаешься?! Матч уже начался! — Виноват, виноват. Но ничего страшного — свисток же только что прозвучал, — смиренно извинился я, поднявшись по лестнице к своему зрительскому месту. С момента стартового свистка прошлом секунд двадцать. На поле были не мы, так что бой ещё по-настоящему не начался. И вот, когда я добрался до своего места… моим глазам предстала странная картина. — …Чего?.. Чрезмерно увлечённые зрители. Вопящий комментатор. Явно ненормальный накал страстей. Посреди необычайно раскалённой атмосферы, зрители смотрели на… лежащих в луже крови членов команды Канон. Вокруг были разбросаны куски плоти изрубленного духа. Кошмарное зрелище, которое разум просто отказывался воспринимать. Да, с момента начала матча прошло всего тридцать секунд, а его исход уже был определён. — Как же так?! Они мгновенно разгромили команду «Анастасия» во главе с восходящей звездой новичков — Канон Ханабиси!!! До чего же они сильны! Запредельно сильны! Непобедимые! Сильнейшие! Несравненные! Так вот какова сила «Розенских деток» — сильнейшего в школе отряда S'-ранга, подчиняющихся непосредственно богине Розе?! Под возбуждённые комментарии на мониторе появились два ученика. Один — рослый мускулистый парень, крупно подписанный на мониторе как: «Гаку Сисио, S-ранг, 6-е место». Он с гордым и неприступным видом неподвижно стоял перед флагом своей команды и, скорее всего, даже не принимал участия в битве. Ну а второй: милый и красивый юноша с детским личиком — «Кайри Урато, S-ранг, 11-е место». И этот, вероятно, самый юный во всей школе парень со скучающим видом зевал перед поверженной командой Канон. На его теле даже капли крови противников не было, не говоря уже о царапинках. Эти двое… Точнее один этот паренёк по имени Кайри в одиночку победил пятерых опытных героев за тридцать секунд, не дав им ни разу контратаковать. Зрелище было настолько невероятным, что я потерял дар речи… Однако сразу же понял, что эта кошмарная битва только началась. — Это… ещё не… конец… — раздалось слабое бормотание, и одновременно из лужи крови на ноги поднялась сама Канон. На её теле не было живого места, а магическая сила почти полностью истощена. Она была настолько изранена, что она уже должна была потерять сознание, как и её соратники… Но в её взгляде всё ещё горела жизнь. Её дух не был сломлен. И, словно отвечая на волю к сражению Канон, её изрубленный на куски дух начал стремительно восстанавливаться. Будучи псевдо-живыми существами, тело для духов не существенно. Пока её контрактор в лице Канон обладает душой, достойной духа, тот будет возрождаться ради неё снова и снова. — Вау! — воскликнул увидевший это Кайри с горящими глазами. — Крутя-я-як! Ты ещё можешь стоять?! — Кайри невинно обрадовался тому, что Канон встала. Однако затем хихикнул: — Но… какой в этом смысл? Кайри слегка двинул пальцем. В тот же миг только что воскресший дух снова превратился в разорванные куски плоти. — Кх!.. В тот миг, когда духа разорвало, лицо Канон исказилось от острой боли. Урон духу, с которым заключён контракт, передаётся его владельцу. Такова слабость пользователей духов. Вдобавок ко всему, атака Кайри на этом не закончилась. Снова взмахнув пальцем, на сей раз он поднял в воздух тело Канон и… со страшной силой ударил о землю. И не раз, и не два. И не раз, и не два. Вправо, влево, вверх, вниз — словно невидимый великан тряс Канон, её тело билось о деревья и землю. Как бы она ни пыталась противилась, невидимая рука её не отпускала. По арене снова, снова и снова раздавались ужасающие звуки того, как тело девушки ударялось об что-то. Однако… — Э-это… ещё не… конец… Сколько ещё это будет продолжаться? Истерзанная, словно ветхая изорванная тряпка, Канон, тем не менее, снова встала на ноги. Она знала, что если встанет, то ей придётся терпеть ещё большую боль, однако она упорно отказывалась сдаваться. И причина была до смешного проста. — …Я не могу … показаться ей… в неприглядном свете… Её стальная воля нисколько не колебалась даже перед лицом абсолютной разницы в силе. Со стороны это может показаться глупым упрямством, но Канон всё равно отстаивала чувство собственного достоинства. Она будет выкладываться на все сто до самого конца, даже если в итоге она расстанется с жизнью. Чтобы остановить Канон, ему всерьёз придётся убить её. Наверняка Кайри тоже это понимал. Его рука вдруг остановилась… Но это было лишь предвестие его следующего хода. — Ясненько, ты у нас из этих. Да, отлично-отлично. Я просто страсть как обожаю таких девушек! Так что… давай поиграем ещё немножко? — Кайри радостно улыбнулся и тихо пробормотал: — «Дэмэдж Линк[✱]Damage Link — Связь урона (англ).». Следующий ход S-рангового героя. Зрители морально приготовились к тому, что случится дальше… и тут же все были озадачены. Ведь после того бормотания он не предпринимал никаких действий… Однако это лишь то, что «способны были увидеть их глаза». (Это же…!) (Да, похоже, плохи её дела) Мы с Феррис смотрели на седьмую сферу побочных явлений, воспринимать которую могут магические глаза минимум мифической категории. И сейчас она была забита миллиардами красных нитей, которые, вероятно, были созданы оригинальным навыком Кайри. Невидимые нити цвета крови оплели Канон, сковывая её основу во множество слоёв. Чёрт. У меня очень нехорошее предчувствие. И, к сожалению, оно не обмануло. Кайри хитро ухмыльнулся, и легонько щёлкнул пальцами по нити в руке. И в следующий миг… — А… гх… Беззвучно зайдясь немым криком, Канон забилась в конвульсиях. Судя по тому, как она мучилась от острой боли, казалось, что её тело пронзили бесчисленными клинками. Нет, это не метафора. Скорее всего, нити обладают свойством передачи урона. Разумеется, с самой этой способности по себе нет ничего особенного, но проблема была в их количестве. Импульс нарастал после каждой передачи с нити до нити, словно в камертоне. Сила цепного урона нарастала по экспоненте. А таких нитей были миллиарды. Даже незначительный импульс от щелчка пальцами станет невообразимо мощным, дойдя до конечной точки. И все эти нити вели к самой её душе… — А… а… а… Не сломленная, несмотря на все муки, Канон вдруг упала на колени. Импульс, поразивший её основу напрямую, игнорируя барьер в виде тела. Обычного человека подобная острая боль бы превратила в инвалида с одной атаки. То, что она ещё могла на это реагировать, судорожно корчась, доказывал, настолько сильным героем она была… Однако именно эта сила обернулась для неё величайшим проклятьем. — А-ха, ну ты даёшь! Даже это выдержала? Тогда как тебе это? А такое? А можно я чуть посильнее вдарю?! Кайри перебирал нити, меняя силу, словно играя с игрушкой. И каждый раз Канон мучилась от острой боли и корчилась, испуская вопли. Что бы она ни делала, уйти от боли, впечатывающейся прямо на душу, Канон не могла. Если способ освободиться из этого ада и был, то только один. Поэтому… никто не осудит её за то, что она выбрала именно его. — …С-судья… М-мы сд…а… — тяжело дыша, попыталась она объявить о том, что сдаётся. Эта попирающая всякие нормы пытка наконец сломила её дух. Однако… — …Ч-что?.. Сд…а… аю…а… М-мы прои… Угх… П-почему?.. По какой-то причине, она не могла произнести слово «сдаюсь». Как бы отчаянно она ни пыталась, фраза обрывалась на полуслове. Смотря свысока на то, в каком жалком состоянии она была, Кайри довольно улыбнулся. — Ну ты чего? Не надо сдаваться раньше времени. Тебе же нельзя показываться в неприглядном свете, разве нет? Верно, теперь, когда её основа была связана, она была марионеткой Кайри. Ей не было позволено даже сдаться по собственной воле. А ведь это «Борьба за флаг». Исход матча не будет определён, пока не будет захвачен флаг или противник сам сдастся. Другими словами, пока не произойдёт ни то, ни другое — бой будет продолжаться до истечения ограничения по времени. Даже если кого-то в одностороннем порядке замучают до смерти. Осознав ужасающую участь, ждавшую её впереди, побледнела. С ослепительной улыбкой на лице Кайри прошептал ей: — Ну что, попробуем в сотню раз сильнее? Времени-то у нас хоть отбавляй. — И-и-ик… Н-нет… Слёзы страха наполнили глаза Канон. И в тот миг, как упала первая слезинка… сидящая рядом со мной Комари сорвалась с места. До сих пор Комари лишь наблюдала за её матчем. Но вовсе не потому, что… она боялась Кайри. Просто она знала, что, вмешавшись в битву своей лучшей подруги, насколько бы та не уступала противнику, она ранит её гордость. Так что… несмотря на кровь, текущую с прикушенных губ, она свято блюла наказ Канон: «Наблюдать с трибун». Но это был уже не матч, а самая что ни на есть публичная казнь. Так что у неё больше не было причин «просто смотреть». Разумеется, вмешательство в матч считалось нарушением правил, а между трибунами и ареной стоял барьер. Но даже если она доберётся туда, что она сможет противопоставить Кайри, против которого даже у Канон не было ни единого шанса? Как всегда, Комари лезет на рожон. …Но на этот раз я её не виню. Ведь… я тоже был уже на пределе. — Эй, может, хватит уже? Спустившись на поле раньше Комари, я тут же схватил Кайри за руку, которой он уже хотел было перебрать нити. После чего Кайри повернулся ко мне: — Чё? Ты кем будешь, братишка? И ты вообще что творишь? У нас тут матч так-то идёт. — Матч уже закончен. Так что вы можете расходиться по домам. — Не-не-не, кто дал тебе права решать исход матча, а? И отцепись уже от меня — мне мерзко. У меня от прикосновений парней крапивница лезет. Как же сильно у него разнится отношение к парням и девушкам. — А, вот как? Ну прости уж. Если у него лезет крапивница, то ничего не поделаешь. Я отпустил его запястье… — Да ничего страшного. Я добренький! Выражение лица Кайри резко сменилось лучезарной улыбкой. Однако глаза его совсем не улыбались. — Но ты слегка выбесил меня, так что… умри, ладно? Из всего тела Кайри мгновенно хлынули бесчисленные нити. Их было настолько много, что могли бы легко заполнить собой весь стадион — их было несравнимо больше, чем он использовал во время матча. И каждая из них шипела на меня, словно змеи, обладающие собственной волей… Но в этот момент по всему стадиону раздался свист, и одновременно с этим меня окружили судьи. — Упс, прозвучал свист, сигнализирующий об остановке матча! Как видите, имело место быть внезапное вмешательство в матч, что, очевидно, является нарушением правил! Похоже, сейчас начнётся разбор полётов! Хотя все члены команды «Анастасия» не могут продолжать сражаться, так что, судя по всему, победу одержала команда «Розенские детки»! Тем не менее это провал дамы и господа, похоже из-за изъяна в формуле в части барьера образовалась дыра! Ответственные за него уже дрожат от страха?! Под эти идиотские комментарии меня и… слегка запоздавшую Комари с лёгкостью скрутили судьи. Всё-таки это важный матч для школы. Так что это закономерный результат вмешательства в него. Поэтому я и сказал, что матч уже окончен. — Тц… Я тебе это припомню, — щёлкнул языком и отступил Кайри посреди перемешавшихся в беспорядке судей и персонала арены. Вокруг меня столпилась целая куча организаторов турнира, и, похоже, «Розенские детки» не настолько глупы, чтобы нападать на них всех. Мне жаль, что приходится использовать их, но всё идёт согласно плану. Таким образом матч был принудительно прерван. Канон с её командой отнесли в лазарет, а на вмешавшихся в матч нас с Комари капитально отчитали в административном отделе. В обычной ситуации за такое команду бы дисквалифицировали, но, к счастью (?), мы уже проиграли все свои матчи. Терять нам было нечего. На результат матча мы напрямую не повлияли, поэтому на этот раз мы отделались строгим предупреждением, и нас отпустили. После чего в удручённом настроение мы вернулись в общежитие, где нас встретили Лала с Феррис. — Кёя, Комари! Вас отругали? Вы испугались? — У-у-ух, да, отругали это ещё мягко сказано! — Взбодрись! Я поглажу тебя по головке! — Э-хе-хе-хе… Косо посмотрев на то, как Комари гладит по голове маленькая девочка, я склонил голову перед другой девушкой, что дожидалась нас у меня в комнате. (Прости, Феррис, я привлёк к себе внимание.) (Хе-хе, тебе не за что извиняться передо мной. Да и вообще… будь ты парнем, который бы просто молча наблюдал за всем этим, то я бы уже давно бросила тебя.) С этими словами Феррис погладила меня своим пушистым хвостиком. Одного этого было достаточно, чтобы мне стало гораздо спокойнее. Только вот… (И тем не менее, тот пацан был S-ранговым…) — снова задумался я о произошедшем. Оригинальный навык того юноши по имени Кайри… скорее всего, не обычная магическая нить. Должно быть, она воплощение силы «связывания». В честном бою эта способность может доставить немало проблем. Но куда больше меня беспокоит второй парень, который всё это время ждал Кайри позади. Он единственный, кто даже не дрогнул посреди всего того переполоха. Даже когда Кайри заполнил нитями весь стадион. Пусть даже это была способность его союзника, в окружении магической силы такой высокой плотности, человек обычно инстинктивно защитит себя магической силой. Таков защитный инстинкт живых существ. Однако он даже виду не подал и не дал просочиться своей магической силе наружу, даже на миллиметр. Это доказательство наличия у него высокой степени контроля над разумом и магической силой. Поскольку я не видел, какие карты у него есть на руках, стоит остерегаться его больше, чем Кайри. «Розенские детки» — сильнейший в школе отряд, подчиняющийся богине Розе. Похоже, что… Нет, не похоже, а я определённо создал себе серьёзные неприятности. ---------- Глава 3. В густом лесу — Ну почему всё так обернулось?.. День спустя после окончания первой фазы ВВУ: «Борьба за флаг». Независимо от её результата, по идее, мы, «Отряд Лалачки (временное название)» должны были провести праздничную вечеринку, но прямо сейчас… мы стояли посреди громадного моря зелени. Вокруг высились гигантские деревья, превышающие пятьдесят метров. В лесу метались рои исполинских насекомых, способных проглотить человека целиком. А в небе, куда я растерянно поднял глаза, я увидел три мерцающих солнца. Сколько бы раз я ни тёр глаза, ничего не менялось. Без сомнений, мы оказались в другом мире. …Нет, правда, почему всё так обернулось? Вернёмся на час назад. ----… --… — Ну шо ш, ребятки, постарались вы на славу! — раздался бодрый голос Кудзухи в уже знакомой нам большой школьной аудитории. — Первая фаза турнира окончена! Фух, как же я рада тому, что у нас никто не умер. Хотя есть парочка тяжелораненых, но, как говорится, главное, что живы, — сказала Кудзуха, улыбнувшись, будто её это вообще не касалось. Однако среди собравшихся здесь учеников тринадцатого поколения уже не осталось дураков, ждущих от неё сочувствия. — Ладненько, тогда перейдём к делу. Думаю, вы и так всё понимаете, но сейчас я расскажу вам о «Второй фазе: Выживание», которая начнётся дальше. Вы уже читали буклеты? Тогда кратенько пробежимся. Перво-наперво продлится данная фаза целых две недели. Место проведения — «Авальд», то есть — другой мир. Полем выступит переделанный огромный дремучий лес, известный как «Блудный лес». Как вы можете догадаться, для турнира туда были добавлены ловушки и монстры, так что если вы расслабитесь, то легко склеите там ласты. В этот раз поле будет особенно огромным, поэтому лучше избавьтесь от наивных мыслей о том, что в случае добровольной сдачи или нарушения правил, как во время «Борьбы за флаг», судьи вас спасут, окей? Будем считать, что мне просто показалось, как Кудзуха мельком глянула в мою сторону. — Теперь о главном — о определении победителя. По полю раскиданы монстры и предметы с очками, которые вы должны собирать. Ваше место будет определено по общему количеству собранных вами очков по итогу двух недель. Просто, согласитесь? Кстати, финальные очки будут прибавлены к вашему командному SP, так что пашите на совесть, чтобы заработать себе на карманные расходы. Выжить определённый период времени, попутно собирая сокровища и убивая монстров. Сравнительно простые правила для этой школы… — подумал я, но похоже, всё не так просто. — Кстати, очки можно отжимать у других команд. Так стоп, одно это предложение значительно меняет ситуацию… — Ну, по сути это затяжная битва, так что вам стоит как следует продумать свою стратегию. Мы сделали монстров, за которых даётся много очков, насколько же сильными, как владыки демонов — очевидно вам придётся бороться за них с другими командами, что существенно повышает риски. На поле также будут слабые бонусные монстры, за которых даётся много очков, однако их не так много, поэтому поймать их будет нелегко. Таких хочется залутать пораньше, однако если вы наберёте слишком много очков с самого начала, то сами станете мишенью для других команд. Можете избегать битв и собирать понемногу, набрать больше сразу и пытаться продержаться или же… беззаботно отдыхать, а под конец отжать всё у других команд. В общем, дискутируйте с товарищами и решайте. Есть у меня такое чувство, что большинство в этой школе выберет последнее. До чего подлые правила. — Ладушки, на этом всё. Есть вопросы? Полагаю, что есть, — шаблонно спросила Кудзуха. После чего несколько учеников подняли руки. — Когда начнётся «Выживание»? Дата начала уже изменилась, не так ли? А ещё, как нас туда переместят и какими будут стартовые позиции? Если мы воспользуемся обычными Вратами, то команда, которая стартует первой, получит преимущество, — посыпались на Кудзуху вполне закономерные вопросы. Всё это не указано в своде правил. — Ах, да-да, сейчас, — раздражённо ответила Кудзуха. — Насчёт стартовых точек не переживайте. Мы используем магию телепортации и ультра-честный способ. Ну, вы же любите всякие выживалки, типа «BUBG», «Апекс Леджендс»[✱]Автор немного исказил названия популярных батл роялей. На японском Apex Legends, записывается и читается как «Эпекс Леджендс» (エーペックスレジェンズ), ибо английское «А» часто читается как «Э», и автор исказил это до «Апекс Леджендс» (アペックスレジェンド).? Ну вот тут прям как там. Не имею ни малейшего представления, что она имеет в виду под: «ну вот прям как там». Остальные ученики тоже озадачено наклонили голову. — И ещё одна деталь. Что же там было? А-а, касательно даты проведения, ну так вот… О, как раз вовремя! — посмотрела на часы Кудзуха и улыбнулась. — Прямо сейчас. — Чё? В следующий миг в аудитории активировалась гигантская телепортационная формула и… нас подбросило высоко в небо. — Ну что ж, старайтесь изо всех сил, — сказала напоследок Кудзуха, и мы естественным образом начали падать. Не думал, что под словами «как в Апексе», будет подразумеваться, что мы начнём фазу со свободного падения. Но нам некогда удивляться. Все вокруг уже начали реагировать. Кто-то призвал драконов, кто-то применил магию полёта, а кто-то силой погасил гравитацию с помощью магии с высокой огневой мощью. Сейчас никого из учеников таким не поколебать. Мы тоже должны что-то срочно предпринять, — думал я и посмотрел вбок, обнаружив, что Комари уже потеряла сознание и была в обмороке. Лала изо всех сил махала крыльями, пытаясь поднять Комари, но из-за недостатка сил просто падала вместе с ней. Феррис же хихикала и наслаждалась свободным падением. Наш отряд оказался под угрозой полного уничтожения ещё до начала фазы. И всё же, нам, пожалуй, ещё рановато выбывать из состязания. Для начала притяну всех магической силой, а затем высвобожу магическую силу вниз для замедления. Для такого магия не понадобится. Регулируя выходную мощь, мы успешно приземлились посреди леса. Тем не менее, мы лишь на стартовой позиции, а вокруг незнакомая чаща. У нас с собой ничего нет, а повсюду враги. Нам придётся выживать здесь на протяжении следующих двух недель. Одна лишь мысль об этом угнетала. Ладно, для начала… — Эй, Комари, просыпайся уже. ----… --… Так и началась «Вторая фаза: Выживание». Мы, «Отряд Лалачки (временное название)»… сразу же попали в затруднительное положение. — Комари, что там у тебя? — Был лес! — Ясно, спасибо за доклад… Лала, а у тебя? — Был лесок! — Ясно, действительно… Феррис! — Угу! Лес у меня! — Ясно, угу… Понятно… Сперва мы попытались провести разведку, но куда бы мы ни пошли, везде был только лес, лес и ещё раз лес. Что логично — всё-таки мы приземлились посреди огромного дремучего леса. Ну и дела. Прежде чем искать монстров и сокровища с очками, надо хотя бы понять, где мы находимся. Полагаю, способность оценивать ситуацию тоже ключевой навык в этой фазе. Похоже, намерение организаторов устроить «Выживание» было гораздо серьёзнее, чем я думал. Раз так, то, видимо, мне придётся слегка смухлевать. (Ладно, думаю, пора.) Отойдя от Комари и остальных, чтобы не вызывать подозрений, я прикоснулся рукой к земле и аккуратно распространил свою магическую силу. Это была магия разведки настолько малозаметная, что сливалась с дыханием деревьев. Всё оказалось, как я и думал. Глубоко под землёй на всю территорию дремучего леса была словно сетью развёрнута огромная барьерная формула. Скорее всего, её заготовила наша школа. В её функции входило: наблюдение, анализ, блокировка разведки с телепортацией и так далее — короче, это была формула комплексной блокировки, препятствующая всевозможным вещам. Полагаю, это тоже один из аспектов «Выживания». Мол, не надейся на лёгкую разведку и телепорт. Однако, словно прошивая сквозь ячеи огромного магического круга, уже было запущено несколько разведывательных магий. Стационарный надзорный барьер, летающие сикигами, глазами которых может видеть призыватель, ведущие разведку фамильяры… Всё это было «глазами», запущенными учениками. Команды, которые сразу же поняли, что данное «Выживание» представляет из себя информационную войну, уже начали сбор информации с помощью тех средств, на которых они специализировались. В таком случае я позволю себе позаимствовать их ресурсы. Я изменил форму своей магической силы на нитеобразную и тайно подключился ко всем формулам обнаружения в округе. После чего тайком вписал в формулы свои собственные «глаза». Осталось только настроить три ретрансляционных виртуальных измерения для передачи информации, стереть следы проникновения и дело в шляпе. Это позволит мне получать всю информацию с каждой из формул. Короче говоря, подглядывать в чужие камеры слежения. Таким образом я смогу следить за всем, что происходит вокруг, практически не тратя энергию, а поскольку для передачи информации используется цепочка из ретрансляционных точек, я могу не опасаться, что меня обнаружат. Впрочем, я не трогал формулы, источником которых являются оригинальные навыки. Я не настолько храбр, чтобы прикасаться чему-то, когда не знаешь, что там «под капотом». В любом случае, пока что в данной области точно безопасно. Осталась лишь одна проблема… — Кёя, я кушать хочу, — подошла ко мне Лала. Её живот издал милый урчащий звук. Комари среагировала на это быстрее меня. — Итак, поехали! В выживании главное раздобыть провиант! Командир Лала, предоставьте это мне! Отряд Комари, за мно-о-ой! — завелась Комари. У меня очень плохое предчувствие… И оно, как и ожидалось, сбылось. ※※※※※ Пять минут спустя. — О, Комари стремительно уносит рекой! Выглядит весело! Я тоже так сделаю! Десять минут спустя. — Кёя, Комари целиком проглотила змея. Это такой метод охоты? Тридцать минут спустя. — Комари всё время смеётся. Она съела фиолетовый гриб. Я же говорила, что нельзя. Час спустя. — Ого, а Комари-то не из робкого десятка, раз дала схватить себя гигантскому орлу. Таким образом она попадёт в его гнездо и заберёт его яйца. ※※※※※ — Фух… Всё-таки хардкорное у нас выживание. — Слушай, Комари, ты можешь угомониться хоть на минутку? Это было ожидаемо, но навыки выживания у Комари почти нулевые… Хотя, наверное, всё же высокие, учитывая, что она жива и полна сил после всего через что ей пришлось пройти. Как бы там ни было, она не только не обеспечит нас едой, а скорее сама ей станет. Мы решили немедленно прекратить поиски. Однако, факт в том, что мы можем умереть от голода. И раз уж мы оказались в таком положении… Придётся положиться на читы. — Ладно, подождите немного, ребята. Скрывшись в тени дерева, я открыл «Пантэсариум» и призвал оттуда «Круглый стол божества урожая». Это артефакт, производящий пищу, который я использовал даже в отвергнутом мире. Разумеется, я убедился в том, что нахожусь в слепой зоне магии наблюдения, но из-за наличия оригинальных навыков, абсолютной уверенности у меня нет. Поэтому я в общем-то не горю желанием использовать такого рода силу, но… иногда нужно идти на малые жертвы для решения более насущных проблем, и это крайне критический момент. Таким образом я начал готовить пищу, используя ингредиенты, полученные из артефакта. Я приготовил полное меню любимых блюд Комари и Лалы, включая гамбургеры, яичницу, жаренную курицу, крокеты и так далее. По правде говоря, было бы быстрее и вкуснее достать из «Круглого стола божества урожая» готовые блюда, но Феррис очень радовалось, когда я готовил их самостоятельно во времена нашего пребывания в отвергнутом мире. Поэтому я полностью к этому привык. И когда я принёс им эти блюда… — Вау-у-у, гамбургер! Запеканка! Рагу! — М-м, блюда собственного приготовления Кёи! М-хе-хе-хе, давненько мой язычок так не трепетал! — были переполнены радостью Лала с Феррис. Ну, если это им настолько повышает настроение, то мне не жалко… Лишь Комари почему-то молчала, что было весьма необычно для неё. — … — М-м? В чём дело, Комари? Живот заболел? — Нет, просто мне любопытно… Откуда ты взял весь этот провиант? — Ух. Вот уж не думал, что Комари обратит на это внимание. Может, ядовитый гриб на неё так подействовал? В любом случае придётся пойти на обман. — Он был… вон за тем деревом. Я отвёл взгляд и… — Какое же всё-таки улётное место этот другой мир! Да, всё-таки Комари есть Комари. Итак, наевшись, Комари с остальными потребовали ванну. Не мог же я отказать страстному требованию трёх леди (?). Делать было нечего, и я снова обратился к «Пантэсариуму». На этот раз я достал оттуда артефакт под названием «Котёл водного дракона» — котёл, из которого бесконечным потоком льётся горячая вода. Выкопал яму нужной глубины, ткнул туда котёл и вуаля — мгновенная ванна под открытым небом готова. — Ах-х-х… блаженство! На правах организатора, первым ванну принимал я. Всё-таки есть нечто особенное в купании с возможностью смотреть в небо. Впрочем, хотя самому мне казалось, что мы как-то очень расслабились, но на самом деле, стратегически это не совсем ошибка. Всё-таки эта фаза очень долгая и продлится аж целых две недели, и отдых — это часть битвы. К тому же мы — общепризнанно слабый отряд «бракованных». Проще говоря, всем известно, что мы толком не сможем собирать очки. Сколько бы мы не подставлялись под атаки, у других героев нет времени нападать на отряд отстающих, когда знаешь, что он — нищий. Так что я решил беззаботно насладиться купанием… Однако долго мой покой не продлился. — Та-а-ак, Лалачка, подними ручки! — Тайный горячий источник. Ванна на открытом воздухе! — Хм, ванная на открытом воздухе под ночным небом… А горячего сакэ не мяудётся? — услышал я голоса девушек. Неужели они…?? — Эй, сейчас моя очередь!.. — в спешке возразил я, но было уже поздно. Девушки бесцеремонно вошли в мою священную обитель. — Ой, да ладно тебе! Она же такая просторная! — Кёя, помой мне голову. — Мяу-хе-хе-хе, с тебя не убудет, хорош жадничать. — Кья-а-а-а-а?! Да какого вы сюда идёте-то?! После небольшой ссоры, я таки смог найти свой покой, спрятавшись за перегородкой в виде скалы. Надо будет как-нибудь научить их значению слова «приватность», — подумал я, а в это время… — Фух, отличная ванна, Кёя! — вдруг окликнула меня Комари через скалу. — Д-да, ничего такая… — …Большое тебе спасибо, — вдруг сказала она. — М-м? За что? За горячие источники? За еду? За то, что спас тебя от гигантского орла? На ум приходит столько вещей, что не совсем понятно. Но, похоже, ничто из этого. — Не за это… А за то, что выручил Канонушку. — А-а, ты про это. Ну, первой бросилась ты. Без меня ничего бы не поменялось. К тому же… — Для «спасения» я вышел на арену слишком поздно. Физически с Канон всё в порядке, однако абсолютная боль и страх от «Розенских деток», вероятно, глубоко отпечатались в её душе. Насколько же огромную рану это оставило шестнадцатилетней девушке. Но хотя Комари должна была больше всех переживать Канон, ярко улыбнулась. — Если так, то всё будет в порядке! — …Откуда такая уверенность? Мы ни разу не пересекались с Канон после того матча. Её положили в больницу и никого к ней не пускают. Хотя врач сказал нам, что все её физические раны были вылечены, мы не уверены даже в том, принимает ли она участие во второй фазе. На каком основании она утверждает, что с ней «всё будет в порядке»? А ответ на сей вопрос был крайне простым: — Так ведь Канонушка очень сильная! Я верю в это! — …Ха-ха, может, ты права. Возможно, поддавшись её бездонной уверенности, я сам начинаю без каких-либо оснований думать, что раз она так говорит, то с Канон точно всё будет хорошо. К тому моменту, как мы закончили наслаждаться ванной под открытым небом, вокруг уже воцарилась ночь. Мы решили начать сбор очков с завтрашнего дня, а сегодня просто спокойно пойти спать. Так что я уже собрался в третий раз открыть «Пантэсариум»… Комари и Лала просто счастливо растянулись на траве. Похоже, уже во всю втянулись в походную атмосферу. Уставившись на звёздное небо, они начали болтать друг с другом, однако вскоре одновременно засопели. Надеюсь, они не забыли, что у нас тут «Выживание» в самом разгаре? — Ну и ну… завидую их стойкости. У меня от одних мыслей о том, что нас ждёт дальше, живот болит. — Хе-хе-хе, а почему бы тебе не попробовать последовать их примеру? — Нас тогда завтра всех перебьют, — посмеялись мы вместе, и я ощутил прилив ностальгии. — Кстати, давно я не засыпал, глядя на небо. В «отвергнутом мире» я часто тренировался до полного изнеможения и засыпал прямо на месте. В такие моменты Феррис всегда была рядом со мной. — Хе-хе-хе, маловат ты ещё ностальгии предаваться. Стариковщиной отдаёт. — О-ой да ладно тебе! Подумаешь, вспомнил разок! …Но, вспомнив об этом, мне вдруг стало любопытно. — …А что насчёт тебя? Уже полгода прошло с тех пор, как ты пришла сюда. Скучаешь?.. Эм, хочется вернуться?.. — боязно спросил я. …Феррис громко расхохоталась. — Что ты такое говоришь? Не собираюсь я никуда возвращаться. Моё место здесь — рядом с тобой. Даже если бы я оказалась в глубинах преисподней… для счастья мне достаточно лишь того, чтобы ты был со мной, — спокойно заявила Феррис, и я опомниться не успел, как она вернулась в человеческое обличие. Она застала меня врасплох, и я невольно посмотрел прямо в её глаза. Её алые глаза были настолько же изумительно прекрасны, как и прежде. От одного лишь их взгляда у меня сильно забилось сердце, а слова застряли в горле. Должно быть, именно так себя чувствует лягушка, на которую смотрит змея. — Ух… К-какой нечестный словесный оборот… — Хе-хе-хе, а ты не знал, что владыки демонов — коварные создания? Феррис хитро улыбнулась. Со времён моих тренировок ничего не изменилось — вертит мной как хочет. Вот так она дразнит слабых людей, пленяя их сердца своей дьявольской улыбкой. — Какой же ты всё-таки милый. Но меня это немного беспокоит. Такого наивного мальчика легко одурит какая-нибудь злодейка. — …С этим советом ты опоздала на тридцать тысяч лет. Да, было уже слишком поздно. Я был зачарован её магическими глазами с самого момента нашей встречи. — Ф-феррис… мне, эм, в общем тоже ничего не нужно — главное, чтобы ты была со… Прямо в тот момент, когда я, поддавшись атмосфере, едва не сказал нечто очень смущающее… — Мня… Мне надо в туалет… Шатаясь, появилась Лала. Видимо, совсем сонная. — В ту сторону, в кусты! — в панике выпалил я, указав пальцем куда идти, и она побрела туда, шатаясь, с заспанными глазами. — П-перепугала меня, блин… — Хе-хе-хе, ты слишком беспечен. Но что важнее… продолжишь ли ты ту свою фразу? — …Д-даже и не знаю, о чём ты. Я отвернулся от ухмыляющейся Феррис. Я едва не дал ей повод дразнить меня до конца моих дней. Нужно будет поблагодарить Лалу, — думал я, а тем временем… — …Ой… вот ты где была, кошечка?.. Пойдём спать вместе… — донёсся сонный голосок из-за кустов. …М-м? Так стоп. Феррис сейчас здесь. Значит… Что блин там Лала такое нашла? — Эй, Лала, ты там ничего странное не подобирала? Я в панике подбежал к ней, и Лала сонно обернулась. В её руках… извивался слизень. Судя по тому, что слизень лишь колыхался, будучи схваченным маленькой девочкой, он казался безобидным… Но как она вообще перепутала кота с монстром? Но когда я уже собирался выбросить его, Феррис пробормотала: — Ого, это же «драгоценный слизень». Боевые возможности у него нулевые, но он имеет специальный орган, обнаруживающий магическую силу, а из-за малой популяции и того, как быстро он сбегает, его часто зовут призрачно-редким монстром. Понятно, вот почему Лала, сравнимая с обычными маленькими девочками, смогла так легко его поймать. — По идее, они должны обитать в пустынях, но, думается мне, их принесли сюда специально для состязания. — О как… Стоп, может, за него дают очки? Если так, то это будут первые очки нашей отряда. Для я проверил тело слизня, и оказался прав. На его попе (если эту часть вообще можно так назвать) была выгравирована маленькая магическая печать. Полагаю, именно тут указано количество очков, которое за него даётся. Я взглянул на число и… в этот момент у меня подкосились ноги. «10000000 SP». — О-один, десять, сто… Д-десять миллионов SP!! Число было настолько безумным, что я перепроверил три раза, но нет, я не ошибся. Награда за одного драгоценного слизня составляла десять миллионов очков. Скорее всего, это и есть один из тех самых «бонусных монстров», о которых упоминала Кудзуха. — С-с таким количеством можно больше не переживать ни о каких косяках Комари!.. Ты молодец, Лала, ты настоящая умница! — Мня? Я — молодец? Э-хе-хе-хе. Ох, вот это нам повезло так повезло. Никогда бы не подумал, что мы получим столько очков, вообще ничего не делая? Хоть со стороны это и может показаться слишком удобным… Но мы (а точнее я) и так уже сильно настрадались. Это просто возврат долга. То, что нужно. Честно говоря, я немного переживал насчёт того, что поимка этого слизня нашей богиней-куратором может быть нарушением правил, но ведь нам ведь уже говорил «всё разрешено». На сей раз заморачиваться с мелочами не буду. — Отлично, делом за малым… Будем ныкаться изо всех сил!!! Теперь, когда очков у нас более чем достаточно, остаётся только бегать и прятаться до самого конца фазы. Первая фаза обернулась для нас катастрофой, а вот вторая, похоже, будет легчайшей победой, — завёлся я. Но тут Феррис, словно желая отсудить мой пыл, тихо пробормотала: — Хм… я как-то слышала по этому вашему телевизору, что «человек, выигравший в лотерею, часто становится несчастным». И вот наступил следующий день. Стартовала долгожданная грандиозная операция «Тише воды». Хотя суть её проста: просто сидеть тихо и не привлекать к себе внимания. В общем, как обычная школьная жизнь. Казалось бы, ничего сложного… Однако… — Х-ха! Х-хэй! Кья-я! Х-хо! — Эм, Комари! Будь чуть тише на утренней тренировке!.. — Бабочка! Стой-стой! — Лала! Не ходи куда попало! — Нюх-нюх… Хм, оттуда пахнет адской кошачьей мятой… Нюх-нюх, нюх-нюх… — Феррис! Хоть немного сопротивляйся своим инстинктам! Я, конечно, знал об этом, но многие в нашем отряде не умеют сидеть спокойно. Так вот как себя чувствует воспитатель в детском саду? Мне кажется, это даже утомительнее, чем сражаться с монстрами… Нет-нет, эти страдания в тысячу раз лучше, чем иметь дело с читерными учениками нашей школы. Если мы продержимся ещё тринадцать дней, то сможем заполучить тонну SP без всяких битв. А в таком случае нам можно будет больше не бояться отчисления. Плюс, глядишь, я смогу Феррис подарок купить… — размышлял я после полудня, но тут случилось кое-что неожиданное. Дзынь-дзынь, дзынь-дзынь. — М-м? Что это был за звук?.. Внезапно раздался дешёвый оповещающий звук. Я посмотрел в небо, чтобы понять, что происходит, и увидел появившийся на голубом небе гигантский магический экран. А на экране показалась… — Приветики всем, ну что, как вы? На связи школьный айдол Розенька! — приветственно помахала рукой, словно телеведущая, та самая богиня Розе. — С начала игры прошло уже двадцать четыре часа! Пока ещё никто не умер! Отличная работа, ребятки, хвалю всех! — сказала Розе с экрана, улыбнувшись неуместной для «Выживания» лучезарной улыбкой. Затем она начала говорить так, словно у нас шло эстрадное представление: — И чтобы поддержать ваши старания, я бы хотела объявить предварительный рейтинг за первый де-е-ень! Объявление рейтинга? Что это ещё за система? Я ничего об этом не слышал, — думал я, но, конечно, указать на это абсурдность я никак не мог. — Итак, начнём с десятого места! — своенравно продолжила Розе. …Но тут до меня дошло, что это была не просто божественная забава. — Пятое место — команда «Золотые сумерки»! Семь миллионов очков! Ну надо же, похоже, они победили владыку озера Аралка на северо-западе! Четвёртое место — команда «Люденские рыцари» с семью миллионами двумястами тысячами очков. Они нашли сокровищницу в теснине Веста на востоке! Молодцы! А третье место… — объявляла Розе по порядку. Но здесь крылись две больших проблемы. Первая: под видом безобидных комментариев она вплетала подсказки, позволяющие определить текущее местоположение каждой высокоранговой команды. Ну а вторая заключалась в том, что очков у них, было явно меньше, чем у нас. Иначе говоря, если так пойдёт дальше, то… — Та-а-а-ак, и наконец последние! Долгожданное первое место… Трам-пам-пам! Команда «Отряд Лалачки (временное название)» с десятью миллионами очков! Вау, ничего себе! Они к тому же ещё и проваливавшиеся герои! Каким образом они сумели заполучить столько очков? Хотите знать? Интересно же, да? Ну тогда… идите и спросите у них самих! Розе лучезарно улыбнулась, и в тот же миг монитор переключился. На нём появилась карта с названием нашего отряда и текущим местоположением. — Воу, смотрите! Мы на первом месте! — Ура! Мы — знаменитости! — наивно ликовали они, хотя радоваться тут было нечему. — …Эй, Феррис… Это же… — Да… Дело дрянь. Хотя подала она это под видом развлекательного ТВ-шоу, цель данной передачи была ясна. Раскрывая имена и местоположение текущих топовых команд, она пытается спровоцировать сражения между учениками. Было наивно полагать, что ВВУ окажется достаточно любезным, чтобы позволить нам просто скрываться после набора очков. — Комари, Лала, быстро собирайтесь! Уходим отсюда немедленно! — скомандовал я беспечно радующимся девушкам, параллельно подключившись к формулам обнаружения других команд, которые я взломал ещё в первый день. После чего я тут же модифицировал формулу, расширив зону разведки на всю округу. Раз уж после смены места, все эти формулы станут бесполезны — надо хотя бы напоследок выжать из них всё для обеспечения пути к отступлению. …Но что-то было не так. (…? Никто не идёт?..) В радиусе зоны обнаружения составлявшей десять с лишним километров не было ни одного движущегося к нам отряда. Более того… все команды словно бежали прочь от нас. Неужели совесть не даёт им ограбить команду «бракованных»? Нет, отнюдь. Стоит немного подумать и всё становится ясно. Сейчас мы сами словно стали бонусным монстром. А это значит, что между охотящимися за нами командами неизбежно начнётся хаотичная битва всех против всех. Иными словами, это место превратится в глаз бури. В таком случае будет логично убежать, чтобы не оказаться втянутыми в неё. …Однако в тот самый миг, когда я вздохнул с облегчением, фамильяр, который следил за самой южной точкой поля, вдруг испарился. Вслед за этим в клочья были разорваны сенсорные барьеры и вдобавок к ним разом исчезло семь сикигами. Расставленные повсюду «глаза» уничтожались один за другим. И сотворившее это «нечто» приближалось к нам по прямой на ужасающей скорости. Да, другим командам естественно бежать из глаза бури. Однако если и есть исключения из этого правила… то это те, кто знает, что они сильнее всех остальных… — …Комари, хватай Лалу с Феррис и уходит отсюда. Стоило мне произнести эти слова, как появились они. — По-о-опались. Перед нами спустились две тени. Глядя на них, я подумал: Ах, неудачи идут чередой. Неужели из всех возможных именно они? — «Розенские детки»!.. Перед нами стояло дуо, о котором я никогда не забуду — Кайри Урато и Гаку Сисио. Сильнейший S-ранговый отряд в школе. И они нас тоже узнали. — …М-м? О, ты тот самый парень! Понятно, так это вы «Отряд Лалачки (временное название)»? Кайри радостно улыбнулся. Я надеялся, что он обо всём забудет, но видимо, не судьба. Фух, ну раз так, то ничего другого не остаётся. Похоже, придётся использовать это. Я с досадой вздохнул и… выдавил смертельно натянутую улыбку. — А-ха-ха, вы уж простите нас за тот раз. Эх, я тогда, признаться, был немного не в себе и наговорил лишнего… И вот, в знак извинений, специально для вас поймал бонусного монстра! Давай же, Комари, вручи его господам из «Деток». Не говорите, что это унизительно. Гордость — дешёвая плата за избежание боя с S-рангом. Это стратегическое подхалимство высшего пилотажа! Однако… — Не хочу, — неожиданно ответила Комари. — Э-эй, Комари, ты хоть понимаешь, кто это?!?! Впопыхах обернувшись, я увидел Комари с надутыми щёчками. — Понимаю! Это он издевался над Канон! Комари была сильно возмущена и полностью перешла во враждебный режим. Судя по всему, её не особо волновало, что перед ней стоит S-ранговый герой… Но Кайри лишь хихикнул. — Э-э-э, но я же ничего такого не делал! Я же лишь показал милой младшенькой ученице «её место». Ведь будь вместо меня владыка демонов, то они бы все умерли. Будучи старшим учеником, я обязан научить их не лезть на рожон. Так что это было проявление доброты, — произнёс Кайри слащавым, раздражающим нервы голоском. Но ответ получил довольно банальный: — Неправда! — одним махом отрубила Комари всю его витиеватую логику. Кайри это явно задело, и его брови дёрнулись от раздражения. — Вот ка-а-ак, не понимаешь, значит? Как жаль, — сохраняя улыбку на лице, Кайри холодным, словно лёд, тоном произнёс: — Ну тогда, будучи старшим, мне придётся учить тебя этому до тех пор, покуда ты не поймёшь. Но ты не переживай. В этот раз судей нет и, сколько бы ты ни плакала и кричала, никто не придёт. Так что… Хи-хи, теперь вы — мои игрушки. Из всего тела ухмыляющегося Кайри, словно огромные змеи, вытянулись бесчисленные нити. Каждая из них была пропитана леденящей злобой. Похоже, боя действительно не избежать. …Но в тот момент, когда я уже приготовился к худшему… — Медлишь. Позади Кайри появилась девушка. Её черты лица, словно у изысканно изготовленной куклы, обрамляли прекрасные белоснежные, подобно снежинкам, волосы. С ледяным, бесстрастным выражением лица она тихо подошла к соратникам. Ученица из другой команды, рассчитывающая получить выгоду?.. Нет, вряд ли. Судя по абсолютно спокойной реакции Кайри с Гаку, скорее всего, она… (Третий член «Розенских деток»?!..) В первой фазе её не было видно, но никто и не говорил, что их команда состоит из двух человек. Видимо, третий участник присоединился к ним, начиная с этой фазы. Ах, просто кошмар. Я понятия не имею, на что способны те двое, а тут ещё одна заявилась. Смогу ли я, защищая Комари и остальных, сражаться с тремя сильнейшими героями в школе?.. Но приготовившись к бою, я заметил… Что-то с этими тремя было не так. — О, пришла в кой-то веки, Хиначка? Мы тут собираемся не спеша поиграться, так что подожди. — Нет. Пустая трата времени. Быстро забери очки. — Э-э-э? У меня свой стиль. Может, тогда, сама это сделаешь? — Не хочу. Не интересно. — Ась? Чего? Сама не делаешь, а других торопишь? Немного своевольно, не находишь? — Не своевольно. Похоже, что эта девушка по имени Хина не очень-то ладит с Кайри. Затем в разговор вмешался Гаку Сисио: — Ладно! Тогда это сделаю я! А то в «Борьбе за флаг» мне не выпало шанса! — Разрешаю. — Какое к чёрту «разрешаю»? Помолчи пока, Гаку. Да и вообще ты ведь пропустила «Борьбу за флаг», или я не прав, Хиначка? — Не пропустила. Забыла. — Но ведь это и называется «пропустить». — Угу! Так что очки у них заберу я! Согласна, Кирасаки? — Разрешаю. — Да заткнись ты уже! — начали препираться они. Судя по всему, они спорят о том, кто должен будет раздавить нас. Жуткое зрелище, но… в некотором смысле это наш шанс. — Эм, раз уж мы тут явно лишние… — попытался я тихо смыться, пока они заняты внутренними разборками, но… — Нет, погоди. Не убегай. Ну да, иначе и быть не могло. Раздражённо остановив меня, Кайри принудительно окончил не улаженный спор. — А-а, достала. Окей, понял я, понял. Давайте сделаем так: я за секунду играючи убью их миллион раз. Идёт? — многозначительно провозгласил он, и в тот же миг остальные двое напряглись. — …Хочешь то самое использовать? — Эй, эй, я бы настоятельно не рекомендовал тебе этого делать! — Завалитесь! И не командуйте мной, — заупрямившись и отказавшись прислушаться к их советам, Кайри повернулся к нам. — Повезло вам, ребятки. Сейчас я покажу вам нечто воистину особенное. То, что не предназначено для ваших глаз. С этими словами он медленно закатал рукав правой руки, обнажив Печать Спасителя Мира — доказательство героя, которое есть у всех учеников, кроме меня и Комари. И, демонстрируя её, Кайри тихо прошептал: — Так что будь благодарны мне… и умрите. В этот миг из Печати Спасителя Мира хлынул поток света. В сущности, это сияние, напоминающие взрыв сверхновой, представляло из себя волну магической силы такой плотности, что она искривляла пространство. Его козырь… оказался куда более невероятным, чем я думал. — Комари, хватай Лалу с Феррис и беги!! — немедленно скомандовал ей я, но было уже слишком поздно. — «Иру: Флорантия[✱]Записано как: «Ограничение: Высвобождение изначального семени».». Стоило Кайри произнести нечто, напоминающее заклинание, как хлынувшая магическая сила начала обретать чёткую форму. Выходящий за всякие нормы ужасающий навык вот-вот должен был проявиться. …Однако в тот миг, когда Кайри закончил чтение заклинания, произошло нечто неожиданное. — …М-м? Это ещё что? Внезапно всю область окутал белоснежный туман, который был настолько плотным, что даже пальцев не было видно. Появился он явно не по естественным причинам. Скорее всего, он был порождением оригинального навыка. Из глубин вуали из густого тумана раздался тихий мужской голос: — Опять на низкоранговых охотитесь? Вот всегда в так, «Розенские детки». Но и этому скоро настанет конец. Благодаря этой новой силе, которую мы обрели, — произнёс голос, и одновременно с этим в тумане двинулось множество силуэтов — большой отряд из нескольких десятков человек. Кто они, чёрт побери, такие? Судя по этому своеобразному объявлению войны, их цель «Детки»? …Однако эти мысли стали фатальным просчётом. — Но похоже, это время ещё не пришло. Увидимся позже. Едва эхо голоса стихло, я ощутил мощную ауру пространственного переноса. Скорее всего, это одна из функций, которой обладает этот туман. Я немедленно зафиксировал свои координаты… Однако «свои» и ничьи больше. Через секунду туман исчез так же внезапно, как и появился. А за ним… исчезли Комари и остальные, что должны были стоять у меня за спиной. — Феррис?.. Комари? Лала?.. — окликнул я их по именам, зная, что ответа не будет. Их аур не было в пределах разведывательных формул. Должно быть, они телепортировались вместе с тем туманом. От них остался лишь драгоценный слизень, которого держала Лала. Ну я и придурок. Целью того отряда в тумане были мы. Моя осторожность перед навыком Кайри и то, что я заставил их отойти привело к негативным последствиям. Поверить не могу, что их похитили в таком месте… Нет, сейчас не время раскаиваться. Мне неизвестно, кто они и каковы их цели, но я всё равно должен их найти. Но в тот самый момент, как я собрался броситься бежать, из-за спины раздался голос Кайри: — Эй, а ну стоять. Куда это ты намылился? Наш разговор ещё не окончен, — направил на меня свою враждебность Кайри в плохом настроении. Как раз вовремя. Мне кое-что нужно у него уточнить. — …Вы знаете, что это был за туманный отряд? Судя по словам владельца того голоса, кажется, что он как-то связан с вами. — Чё? Понятия не имею, первый раз вижу такой оригинальный навык. Идиоты, охотящиеся за местом S-ранга, появляются часто и все говорят одно и то же. Значит, они всё-таки не заодно с ними. Он не похож на тех, кто устраивает засады, так что, наверное, он не врёт. Тогда мне больше нечего с ними обсуждать. — Ясно, спасибо. — Не-не-не, ты меня что, не слышал? Чего это ты сворачиваться начал из моего разрешения? Мы ещё не закончили. Так что давай, подойди-ка сюда для начала. Кайри поманил меня движением указательного пальца… Но ещё до этого я бросил ему прилипшего к земле драгоценного слизня. — …Чё? Ты чего удумал? — Вы ведь за ним пришли, разве нет? Ну тогда забирайте и проваливайте. У меня нет на вас времени. А если вы хотите поиграть… то давайте в другой раз. На этот раз я развернулся. Мне уже плевать что на «Розенских деток», что на «Выживание». Я должен во что бы то ни стало вернуть своих друзей. (Дождись меня, Феррис!..) ----… --… — Проклятье, он сбежал!.. — щёлкнул Кайри языком после того, как Кёя ушёл. Стоявший сбоку от него Сисио громко рассмеялся. — Что, дал ему уйти? Да ты повзрослел, Урато! — Да ну. Я заполучил драгоценного слизня, а гоняться за таким слабачьём — утомительно. Да и перезапускать прерванный приём было бы слишком тупо. Фыркнув, Кайри посмотрел туда, куда ушёл Кёя. Там, словно паутина, было раскинуто огромное множество нитей. Да, он действительно не собирался дать ему сбежать. Поэтому с самого начала растянул вокруг сеть. И всё же в тот миг… когда он отвлёкся на драгоценного слизня, Кёя уже выскользнул из окружения. Неужели он смог разглядеть нити, видимые лишь обладателям магических глаз наивысшего класса, и найти брешь всего за одно мгновение и сбежать? …Дойдя до этой мысли, Кайри улыбнулся. Нет, этого не может быть. Столь сложный трюк за пределами возможностей провалившегося героя. Наверняка ему просто случайно повезло проскочить между нитями. Иначе и быть не могло. Плюс ещё это внезапное вмешательство туманных. Удача избегать проблем у него явно S-ранговая. — Эх, всё-таки париться о мелочах — это пустая трата времени. Пойдёмте уже, а то я проголодался. Кайри обернулся и заметил… что Хина куда-то пропала. — Эй, неужто… — Ха-ха-ха! Опять даёт о себе знать дурная привычка Кирасаки! — громко рассмеялся стоящий рядом Сисио, а Кайри утомлённо вздохнул. — До чего своевольная она дамочка. Розеньке стоит хотя бы разок её отругать… Хотя, вряд ли. Всё-таки они одного поля ягоды. ---------- Глава 4. Мятежники Оказавшись в нереально роскошном и просторном зале, Комари разинула рот. Блестящие люстры, отполированный мраморный пол, на который был постелен алый ковёр, сотканный из шерсти высшего сорта — всё это отлично гармонировало с многочисленными предметами интерьера. — …Где это мы?.. Только что они точно были в лесу. Потом на них напали «Розенские детки», поглотил белоснежный туман… и Комари опомниться не успела, как они оказались здесь. — Точно, все целы…?! Она оглянулась вокруг. — Замок! Блестит! — Хм, не по мяутру мне такое. Похоже, Лала с Феррис обе были в порядке… Однако Кёи нигде не было видно. — Беда! Кажется, Кёя потерялся! Мы должны найти его! — она хотела было уже броситься бежать, но тут же вспомнила: — А где… выход?.. Они оказались в неизвестном замке в неизвестном месте. Как искать Кёю, если они сами понятия не имели, где находятся? Тут чёрная кошка у её ног лениво зевнула и ответила: — Хм, проще будет спросить у них. Озабоченный взгляд Феррис был направлен в сторону места, которое вдруг окутал тот самый туман, из которого один за другим вышло десять с лишним человек. Все были одеты в чёрные одеяния, а их лица полностью скрыты масками. Даже Комари поняла, что это были похитившие их преступники. — Л-лалачка, Феррис, назад! Не переживайте, я рядом! Прикрыв Лалу с Феррис своей спиной, Комари мгновенно обнажила свой меч. Сейчас, когда Кёи с ними не было, только она могла их защитить. [[image:/storage/reader-images/4b83a372c011e71392d721156e4e6127188c03f1.jpg]] Один из преступников вышел вперёд к ней, а затем спокойным голосом сказал: — Приветики, можете расслабиться, ребятки. — …Чего? Неожиданно поприветствовав троицу, похитители разом сняли свои маски. Судя по лицам, все они были учениками школы — парнями и девушками примерного одного с Комари возраста. Причём ученики один за другим подходили к ним, чтобы аккуратно проверить, не ранены ли они. Такого… Комари явно не ожидала. — Эм… А разве вы не злобные похитители?.. — невольно прямолинейно спросила она их. Парень, который, по-видимому, являлся их лидером был озадачен, но затем тут же рассмеялся и ответил: — Ха-ха-ха, простите-простите, действительно, с вашей точки зрения, наверное, мы действительно выглядим как похитители. Приношу свои глубочайшие извинения, — парень несколько учтиво поклонился. — Но на самом деле всё наоборот — мы защитили вас. Возможно, вы не заметили, но вы оказались в крайне опасном положении. На вас напали «Розенские детки»… опасный S-ранговый отряд, которые считают слабых жалкими насекомыми. К тому же они ещё и пытались использовать тот приём. Кто знает, чтобы случилось, если бы мы не вмешались… А ведь действительно. Я думала, что они похитили нас, но вспоминая ситуацию, скорее спасли. — Как бы там ни было, похоже, мне следует заново представиться. Меня зовут Ицуки Кокуфудзи, и я возьму на себя наглость сказать, что выступаю в роли лидера Резистанс[✱]Resistance (англ. Сопротивление).. Парень, назвавшийся, Кокуфудзи наигранно поклонился. Что же касается реакции Комари, то… — Хорошо, Кокуфудзи. Тогда мне пора. Не могли бы вы вернуть нас обратно? — …Вас ни капли не заинтересовала часть про «Резистанс»? — Э-э-э, а-а! Оно очень вкусное, да? Извините, но я должна как можно скорее спасти Кёю! Раз он не похититель, то делать ей тут было больше нечего. Она была благодарна за спасение, но причин оставаться здесь у неё больше не было. Голова Комари уже целиком занята поисками Кёи. Но услышав это, Кокуфудзи с улыбкой на лице сказал: — А, в таком случае не переживайте. От наблюдательного отряда поступило сообщение, что на том месте уже всё улеглось. Прошу прощение, изначально он должен был прибыть вместе с вами, но похоже, его телепортацию прервали… В любом случае с вашим товарищем всё хорошо. — Правда? Ясно… Слава богу… Кокуфудзи мягко улыбнулся облегчённо вздохнувшей Комари. — Так что, давайте поговорим ещё немного. Что скажите… мисс Комари Имари? — Ась? Вы знаете… как меня зовут? — Да, конечно. В конце концов мы давно приглядываем за вами. — Вы что… сталкер? — Ничего подобного, — твёрдо отверг её предположение Кокуфудзи и, широко раскрыв руки, сказал: — Видите ли, мы хотели принять вас как товарища. — Товарища?.. Меня?.. — Да, именно так. Я ведь уже говорил, что мы, Резистанс — восставшие против тирании школы. Все собравшиеся здесь ученики презираются в школе как низкоранговые. Все мы познали боль и страдания от растоптанного достоинства. Верно, мы такие же, как вы. И корень всей вашей боли находится в системе этой школы, — прошептал Кокуфудзи, а затем повысил голос: — Да, всё именно так — эта школа неправильная! Лишь балует сильных и равнодушно топчет слабых! Разве так поступают те, кого называют героями?! Нет!! Поэтому мы и восстали! Чтобы бросить вызов культу силы школы и преобразовать её в истинную обитель знаний!!! Так пойдёмте же с нами, мисс Комари! Давайте объединим усилия и развеем тьму школы!!! — разразился Кокуфудзи пламенной тирадой… Однако… — Ладно, Лалачка, вот тебе печенька. — Ура! Отломлю половину кошечке! — Мяу! (М-м-м, а я и не против) — …Вы вообще меня слушали?.. Казалось, словно чрезмерно длинный разговор тотально наскучил им. Поняв, что это бесполезно, Кокуфудзи откашлялся... Однако это не означало, что он отказался от задумки завербовать их. — Понятно, вот оно как? Значит, вам не интересно. Ну, могу вас понять. S-ранговые и исполнительный комитет… вся верхушка школы состоит исключительно из сильнейших. Наверняка вам хочется сказать, что-то в духе: «сколько бы нас ни собралось — всех сметут одним махом»? Да, я понимаю, но… что, если бы я сказал, что «могу давать вам силу, способную сравниться с ними»? — Силу?.. — невольно ответила Комари на многозначительный вопрос Кокуфудзи. Заметив это, Кокуфудзи сразу улыбнулся. — Хе-хе-хе, похоже, вас наконец заинтересовало моё предложение. Тогда давайте сразу… В тот момент, когда он собрался продолжить, его прервал смех: — Хе-хе-хе… Чую, чую. Запашок куда более подозрительный, чем в дневном телемагазине, прямо в нос бьёт… — вмешалась в разговор Феррис, которая до сих пор притворялась обычной кошкой. — Сила, которую легко заполучить, можно так же легко и потерять. Коли не ведаешь сего — то лишь по юношеской глупости… Но коли ведаешь и соблазняешь, то в миру зовут таковых жуликами. Не так ли, мальчик? — О-хо-хо, до чего милая кошка. Вы — фамильяр? И как я посмотрю, за словом в карман вы не лезете. Слегка нахмурившись, Кокуфудзи протянул руку, чтобы прикоснуться к Феррис, однако вышедшая вперёд Комари не дала ему этого сделать. На её лице вновь проступили следы настороженности, которые, казалось, уже начали отступать… Кокуфудзи фыркнул и пожал плечами. — Ну ладно. Я и не жду, что вы сразу согласитесь. В таких делах важнее всего доверие, — невинно выразил понимание Кокуфудзи, а затем шёпотом добавил: — Однако… пусть тогда она сама всё вам объяснит. — Она?.. Когда Комари озадаченно наклонила голову, из-за спины раздался голос: — Комари?.. Услышав своё имя, Комари самопроизвольно обернулась, ведь ей был знаком этот голос. — Канонушка?.. Из дальней части зала показалась Канон собственной персоной. — Что ты здесь делаешь?! Ах, неужели они и тебя похитили, Канонушка…?! — спросила Комари, подбежав к ней, но Канон уверенно покачала головой. — Вовсе нет, Комари. Это не так… Я присоединилась к ним по собственной воле. — Э?.. П-почему?.. — хотела было она спросить лучшую подругу о её истинных намерениях, однако в разговор вмешался Кокуфудзи. — Ладно, уверен вы ещё многое хотите обсудить, но… стоя болтать тоже не дело. Почему бы вам пока не отдохнуть? Мисс Канон — наша драгоценная соратница. А значит, вы наша гостья. Отложим пока вопрос о вашем присоединении, а сейчас позвольте оказать вам гостеприимство. Разумеется, мы приложим все силы, чтобы разыскать вашего товарища мистера Кёю, — своевольно и со стороны закончил разговор Кокуфудзи. Канон тоже взяла Комари за руку. — Слушай, ты не уйдёшь сейчас, Комари? Не в силах вырвать руку из ладони подруги, которая обратилась к ней с тревогой в голосе. — Нет… ----… --… — …Бла-бла-бла… Бабочка… — сопела Лала на кровати в комнате для гостей с Феррис в обнимку. Смотря на её спящее лицо, Комари и Канон одновременно улыбнулись. — Хе-хе-хе, какая миленькая богиня. — Э-хе-хе, и не говори. Наверняка она очень устала. С момента, как их привели в эту гостевую комнату, прошёл час. После лёгкого перекуса и ванны, Лала тут же улеглась спать. Скорее всего, она вымоталась от нахождения в непривычной обстановке. — И всё же… Эта секретная база и вправду невероятна, — сказала Комари, снова окинув взглядом комнату. Размеры, интерьер, мебель — всё тут было несколько порядков лучше, чем в школьном общежитии. Понятное дело, речь шла не только об этой гостевой комнате. Крайне высокого качества были и коридоры, по которым они прошли, а также поданная им еда. По словам Канон — это место являлось тайным убежищем Резистанс, но даже если бы она заявила, что они в королевском дворце, то она бы с лёгкостью в это поверила. — Хе-хе-хе-хе, это да. Это временная база для «Выживания», созданная в виртуальном измерении. Её создали, скомбинировав семь оригинальных навыков для создания подземелий. Конечно же, она не только красивая. Здесь есть функция автоматического перехвата против вторженцев, поле постоянного восстановления магической силы, а ещё многослойные заслоны и сокрытие за счёт барьерных оригинальных навыков. Даже членам исполнительного комитета будет нелегко сюда проникнуть. Так что вы можете расслабиться и чувствовать себя, как… — гордо рассказывала Канон, но вдруг прервалась на полуслове. Комари вдруг бросилась к увлечённой разговором Канон. — Хья…?! П-п-п-погоди… Комари?! — Как же я рада, что ты в порядке, Канонушка!.. Шмыгая носом, Комари сжала её в своих объятьях настолько крепко, что Канон аж стало больно. Они наконец воссоединились после «Битвы за флаг». Теперь, когда Кокуфудзи и остальные ушли, Комари всем своим телом ощутила, что Канон в порядке. Канон заботливо погладила лучшую подругу по голове. — …Прости, что заставила тебя поволноваться. Я показалась тебе в неприглядном свете… — Ничего подобного! Комари покачала головой. — Спасибо. Но я уже в порядке. У меня здесь много друзей. Стоило Комари услышать это, как её лицо омрачилось. Увидев эту явную перемену, Канон хихикнула. — У тебя как всегда всё на лице написано… Всё ещё им не доверяешь? — Ну так… подозрительные они какие-то. — Хе-хе, пожалуй. Манера речи у Кокуфудзи не вызывает особого доверия, — Канон пожала плечами, а затем, будто что-то вспомнив, предложила: — Точно! Давай тогда осмотрим наше убежище вместе! Тебя не убедишь, пока ты сама во всём не убедишься. — Э? Но ведь… Комари обеспокоенно посмотрела на спящую Лалу, но тут глаза открыла Феррис, которую использовали как подушку-обнимашку. — Не тревожься, за Лалой присмотрю я. Ступай. — Ферруся!.. В таком случае я принимаю предложение! Они уже собирались выйти из комнаты, как Комари окликнула Феррис: — …Комари, суди глазами и сердцем. Решай сама, что правильно, а что нет… Хотя, наверное, ты уже сама всё понимаешь. — Ага! Позаботься о Лалачке! Так ведомая Канон Комари отправилась осматривать базу Резистанс. Столовая, комната отдыха, большая ванная… Помимо объектов для повседневной жизни, убежище было по полной укомплектовано защитными средствами: барьерами против вторжений и охранными големами. Самый что ни на есть замок воинов. Но больше всего поражало количество учеников. С начала осмотра менее получаса, они уже столкнулись с более чем двадцатью людьми. Возможно, в Резистансе состояло куда больше учеников, чем она предполагала. И она заметила кое-что ещё. Хотя все они были разных годов обучения, полов и команд, у всех членов Резистанса была одна общая черта — невероятная доброта. — О, эта девушка новенькая? Всегда рад новым товарищам, будем знакомы! — Ты только в этом году поступила? Дай знать, если тебе что-нибудь будет нужно. — Ого, ты тоже из «бракованных»? По правде сказать, я тоже. Эта школа к нам довольно жестока, согласись? — ласково обращались к ней члены Резистанса, увидев новое лицо. В их словах не чувствовалось ни капли лицемерия или злобы. Привыкшая к тому, что обычно над ней измывались, Комари была искренне удивлена, что среди учеников есть такие добрые люди. Но она тут же поняла причину. В школе их тоже презирали как низкоранговых. Должно быть, они проводили свои дни, затаившись, чтобы не привлекать внимание. Неудивительно, что она не сталкивалась с ними в школе… Именно поэтому они были так добры к товарищам по несчастью. — Ну как? Хорошие ребята, правда? — Ну… да… — Я тоже сомневалась, когда меня пригласили. Но пообщавшись со всеми поняла, что здесь собрались товарищи, познавшие ту же боль. Вот почему мне здесь очень спокойно. — … Осмотрев разные места, Канон наконец привела её на просторную тренировочную площадку. — Что это за место?.. — Тренировочный зал. Здесь мы занимаемся боевой подготовкой… Тебе же больше всего волнует именно «сила», не так ли? — Э-хе-хе, всё-таки ты видишь меня насквозь. Именно «сила для противостояния высокоранговым героям», которую предложил Кокуфудзи, и насчёт которой её предостерегала Феррис, глубже всего засела в душе Комари. — Тогда тебе стоит увидеть всё самой. Вот как раз взгляни на этих двоих. Она указала на двух учеников, начавших поединок в формате реальной битвы. Один из них использовал огненный оригинальный навык, а другой с молниями. Чисто с виду по магической и физической силе они не уступали друг другу, и битва явно обещала быть затяжной. Но тут кое-что изменилось. После нескольких обменов ударами, они одновременно достали что-то из-за пазухи. Было тяжело понять, что это, из-за расстояния, но чисто с виду напоминало крошечное семя растения. Затем оба одновременно закинули семя в рот… и в следующее мгновение их магическая сила возросла настолько, что это явно ощутила даже Комари. В миг, когда рост достиг пика, один из них резко ускорился. Эта чудовищная скорость была за гранью возможностей обычной магии усиления. Однако второй уклонился от серии атак на невероятной скорости за счёт непрерывных варпов. Телепортационный приём без заклинания, формулы, ограничения на количество использования… Он явно превосходил уровень того, на что была способна обычная магия. Да, вне всяких сомнений. Это был… — Второй оригинальный навык?.. — Да, ты права. Это козырь Резистанса. Благодетельная сила, дарующая новый оригинальный навык — «Реинкарнатор», — сказала Канон и достала флакон из-за пазухи. Прозрачный флакон был заполнен таблетками, напоминающими маленькое семечко. — Их эффект ты только что видела. Приём всего одной таблетки пробуждает новый оригинальный навык. Разумеется, одним получением навыка всё не ограничивается — все твои характеристики взрывообразно возрастают. Прям как когда мы пробуждались героями. Однако эффект длится лишь пятнадцать минут, — объяснила Канон и засучила рукав правой руки, где располагалась Печать Спасителя Мира. — Проще показать в деле, не так ли? С этими словами она вытащила один Реинкарнатор и без малейших колебаний проглотила его. После чего на её правой руке… рядом с Печатью Спасителя Мира, которой она обладала изначально, появилась ещё одна блеклая. А затем… — «Лукас Арфлейм», — пробормотала она, и в тот же миг в её ладони зажглось пламя. Семицветное бушующее пламя размером с ладонь, тем не менее концентрировало в себе чудовищное тепло, словно миниатюрное солнце. Но несмотря на это, оно не источало никакого жара в сторону Комари, что служило доказательством высочайшего уровня контроля над ним. Всё-таки это тоже оригинальный навык. — Видишь? Как-то так. Легко, согласись? — Н-но, безопасно ли это? Побочные эффекты там всякие… — Не переживай. В наших рядах много людей, но ни у кого никаких побочных эффектов не было. Разумеется, чем сильнее оригинальный навык, тем выше нагрузка на тело. Поэтому поначалу тебе будет запрещаться принимать больше одной таблетки. Но как только ты к ним привыкнешь, то всё будет хорошо. Я уже могу одновременно аж до трёх принимать. Несмотря на эти слова, Комари всё равно скептически нахмурила брови. — Но это всё равно подозрительно. Ведь разве оригинальные навыки — это не дар богинь? А тут какие-то таблетки… — озвучила Комари то, что тревожило ещё больше всего… Канон облегчённо улыбнулась. — А, так вот что тебя тяготит? Тогда тебе точно не стоит переживать! Ведь Реинкарнатор — творение той самой богини! — Э?.. В этот момент. На тренировочной площадке вдруг поднялся шум. Взгляды учеников были устремлены к появившейся из входной двери… женщине. Золотые глаза, полные мудрости. Чистые, белоснежные крылья. Пышная грудь, словно готовая окутать собой всё сущее… Её обрамлённая нимбом красота не оставляла сомнений — перед ними стояла богиня — смотрительница Мирового Древа. Заметив Комари с Канон, эта богиня тихо приблизилась к ним. — Ох-ох, ну надо же, какая милая у нас тут незнакомка. Здравствуй, Канон. Привела подругу? — спросила богиня куда более спокойным тоном, чем думала Комари. Канон учтиво поклонилась и ответила: — Да, это моя лучшая подруга Комари, госпожа Сноэлла. — Ох, вот оно как? — улыбнулась богиня по имени «Сноэлла» и повернулась к Комари. — Приятно познакомиться, Комари. Я — богиня Сноэлла. — И-и мне тоже… Очень приятно… — Хе-хе-хе, не нужно так нервничать. Раз ты подруга Канон, то и моя тоже… Ах, выходит… тебя тоже призвала Хельза? Услышав это имя, Комари заморгала. — Вы знаете госпожу Хельзу?! — Да, разумеется. Мы с ней давние знакомые. Ой-ой, что это я — выдаю свой возраст. У-хе-хе-хе-хе-хе. Увидев её дружелюбную улыбку, Комари напрямую спросила: — Эм, госпожа Сноэлла, а эти таблетки… они правда безопасны?! — Э-эй, Комари?! Ты могла бы спросить об этом повежливее!.. Довольно прямолинейный вопрос, адресованный создателю препарата. Канон сильно запаниковала… но сама Сноэлла лишь усмехнулась, словно её нисколько это не обидело. — Хе-хе, ты очень честная девушка. Не переживай, Реинкарнатор создан лично мной — я вкладывала свою магию в каждую таблетку. Живот у тебя от них не заболит… Но я знаю, что ты всё равно волнуешься. Ведь второй оригинальный навык — это немножко жульничество, да? Но вспомни, Комари, было ли тебе больно, когда ты получила свою силу от Хельзы? Пришлось ли платить за неё какую-то цену? — Нет!.. — Видишь? Оригинальные навыки — это добрая сила для праведных дел. Они никогда не причинят вам вреда. Ограничение «один оригинальный навык на человека» — всего лишь правило, установленное богинями на случай, если сила попадёт к злодею. Так что нет ничего плохого в том, чтобы добрые детки, знающие чужую боль, имели много навыков, — мягко поведала ей Сноэлла, а затем добавила: — К тому же… если говорить о плате… то вы уже заплатили сполна, не так ли? Вы испытали столько страха и боли в этой школе. Так что вас следует соответствующе наградить. Сказав это, Сноэлла погладила Комари по щеке, однако затем опустила голову с мрачным видом. — …Прости меня. Эта школа не задумывалась такой. Мы должны были объединить силы с большим количеством героев и спасти куда больше миров… Она создавалась с целью подарить всем счастье… Мне правда очень жаль. Всему виной наша, богинь, бездарность… Сноэлла потупилась. После чего ученики окружили её и начала наперебой подбадривать. Похоже, её действительно очень любят. — Хе-хе, спасибо, ребятки. Мне нельзя падать духом. Давайте вместе бороться за лучшую школу!.. Что скажешь, Комари? Мне бы очень хотелось, чтобы ты тоже помогла нам. С этими словами Сноэлла удалилась вместе с учениками. — Ну что, Комари? Убедилась? Госпожа Сноэлла действительно заботится о нас. Она даже нарушила правила богинь, чтобы создать Реинкарнатор и помогает нам. Всё, чтобы исправить эту искажённую школу. Все здесь… и, разумеется, я тоже разделяют эту идею, — тихо, но решительно произнеся это, Канон открыла подруге правду: — …Знаешь, Комари. Мои товарищи по команде все до сих пор лежат в больнице. — З-значит… они ещё не оправились от ран?.. — Нет, физически они полностью исцелились. Даже без всяких отсроченных последствий. Но вот дух так просто не исцелить. Страх перед той абсолютной силой… когда тебя постоянно причиняют боль, а ты не можешь ни бежать, ни сопротивляться… Одни лишь воспоминания об этом вызывают неуёмную дрожь… Комари понимала. Дело не только в её товарищах, но и в кошмарах, которые даже сейчас терзают саму Канон. — Поэтому некоторые из них планируют отказаться от воспоминаний и способностей, чтобы вернуться к жизни в нормальном обществе… Я не смогла их отговорить. Если бы всё продолжилось в том же духе, то уверена, что и сама бы сделала такой выбор. Но получив приглашение от Резистанса и Реинкарнатор, я решила сражаться снова. Чтобы столь ужасные вещи больше никогда не повторялись!.. Искренняя решимость в этих словах вне всяких сомнений была истинными чувствами Канон. — Так что… Мне будет гораздо спокойнее, если поддержишь меня, Комари. С этими словами Канон крепко сжала руку Комари. А затем отпустила, оставив в ней одну таблетку Реинкарнатора. Это крошечное семечко казалось Комари невероятно тяжёлым. Стоит проглотить её и она обретёт силу и свершения добрых дел… То, чего Комари желала больше всего на свете… — Я-я… В этот миг вдруг раздался режущий слух звуковой сигнал. — Ой… Ч-что это такое…?! — Нас вызывают! Где-то опять атаковали низкоранговый отряд! Мы должны помочь им! Канон бросилась бежать вместе с остальными учениками… Комари схватила её за руку, но не для того, чтобы остановить её. — Подожди!.. Я пойду с вами. Хочу увидеть это своими глазами! — …Хорошо! Следуй за мной! Они примчались в тот самый главный зал, куда Комари и остальных телепортировало изначально. Там уже собрались все — теперь в чёрных одеяниях. Едва Комари надела переданную ей от Канон одежду, как вперед прогремел голос Кокуфудзи: — Мы только что получили информацию от разведотряда. Похоже, наших слабых товарищей опять мучают. А раз так, то нам остаётся лишь одно. Вперёд, друзья! Во имя свершения справедливости! — коротко и решительно воодушевил он всех, и в то же время вокруг распространился знакомый туман. А после активации телепортации… В лесу их встретило зрелище, столь отвратное, что аж с души воротило. — Эй, у тебя же ещё остались очки? Гони их все сюда, живо. — П-пожалуйста, оставьте их нам!.. Я хотел купить на них пропуск наружу… и повидать свою семью!.. — Чё-ё-ё? Так отчислись. Такие D-ранговые, как вы, — что есть, что нет, разницы ноль. — Нет… Угх… Несколько избитых и дрожащих учеников и другая группа, окружившая первых и смеющаяся над ними. Ситуация говорила сама за себя — высокоранговая команда грабила низкоранговую. Разумеется, это не является нарушением правил «Выживания». Более того, вторая фаза таковой и была задумана… Однако это не повод закрывать на это глаза. Комари немедленно бросилась к ним на выручку. Однако Кокуфудзи уже её опередил. — Вы из А-ранговой команды «Протофорс», не так ли? — А-а-а? Чё вам надо? Внезапное появление большого отряда заставило четвёрку из «Протофорса» насторожиться… но лишь на мгновение. — М-м? Что у вас с характеристиками?.. Полное дерьмище! Ха-ха, и у тебя, и у тебя, и у тебя тоже! Эй, так вы, оказывается, сплошняком низкоранговый мусор. Вероятно, будучи А-ранговым отрядом, они мгновенно проверили боевую силу врага с помощью навыков оценки. Стоило им выяснить, что перед ними собралась группа слабаков, как они резко стали высокомерными. — На кой сюда, сбившись в стаю, приплыли мальки? На экскурсию собрались? Несмотря на насмешки, Кокуфудзи хладнокровно ответил: — Очевидно же. Чтобы остановить сие отвратительное деяние, которым вы заняты сейчас. — Чтобы остановить нас?.. На мгновение члены «Протофорса» переглянулись в недоумении, а затем… начали громко хохотать. — Хаа-ха-ха! Это просто нечто! E и F-ранговый мусор возомнил себя пафосными линчевателями? — Отвратительны здесь лишь вы — низкоранговые. Пока мы, высокоранговые герои, рискуем жизнями в боях с владыками демонов высоких Стадий, вы халявите на донных Стадиях. А раз вы можете геройствовать, то и положение у вас отличное. Завидую вам. — Поэтому-то в такие моменты вы и должны быть полезны нам — подлинным героям. Так оставляйте все свои очки. Если вы сделаете, то… Мы изобьём вас только до до полусмерти. От вульгарно хохочущих членов «Протофорса», взметнулась аномальная магическая сила. Элитные герои, оцененные школой на А-ранг… Насколько бы в душе они ни были подонками, их сила отнюдь не шуточная. Однако даже перед силой, страшащей владык демонов, Кокуфудзи лишь вздохнул. — Эх, до чего же это прискорбно. Для вас, господа, у меня лишь одно напутствие… Познайте, каково это быть слабым! Эти слова стали сигналом. Члены Резистанса все разом проглотили Реинкарнатор. В тот самый миг, когда на их правых руках зажглась ложная Печать Спасителя Мира, ухмылки «Протофорса» застыли. — Всем в атаку! Следуя команде Кокуфудзи, все члены Резистанса одновременно атаковали А-ранговых героев. Четыре члена «Протофорса» нанесли встречный удар, однако исход был очевиден с самого начала. Подавляющие физические способности, ненормальная магическая сила и несколько оригинальных навыков, которыми они, по идее, не должны обладать. Боевая сила принявших Реинкарнатор намного превосходила даже А-ранговый отряд. — Ч-что за хрень…?! Разве они не низкоранговое слабачьё?! — Дерьмо… Давайте пока отступим! Быстро поняв неладное, «Протофорс» решил сбежать, поджав хвосты. …Однако на этом всё не кончилось. — Ой, куда это вы собрались? — раздался эхом холодный голос Кокуфудзи, и в тот же миг путь к отступлению четырём героям отрезала вздыбившаяся земля. Мгновенно выросшие стены окружили их и образовали подобие боевой арены. — Когда слабые желали поговорить, вы отвечали? Когда слабые просили о прощении, вы принимали? Когда слабые пытались сбежать, вы отпускали их? — спокойно спросил Кокуфудзи у членов «Протофорса», которым больше некуда было бежать. — Ч-чё? Что ты несёшь…?! Сейчас же убери эти стены!! — Нет, нет и нет. Ответ — нет!!! Я с самого начала сказал вам: «Познайте, каково это быть слабым»! Не так ли… господа? В ответ на вопрос Кокуфудзи, члены Резистанса молча приближались к четвёрке «Протофорса». Глаза первых сияли праведным гневом. Мучить слабых, а затем сбежать, когда возникла опасность того, что то же самое, сделают и с ними? Разве допустима такая подлость? Ответ — нет. — Что с вами, чёрт возьми, такое?.. Что вы задумали…?! — отступала четвёрка в ужасе перед лицом разгневанных членов Резистанса. Но пути назад не было. Наконец-то они поняли: здесь и сейчас слабые — это они. — Х-хи!.. С этого момента началась односторонняя бойня. Члены Резистанса избивали четвёрку «Протофорса» магической силой, физической силой и оригинальными навыками — всеми возможными способами. Четверо отчаянно сопротивлялись, но были совершенно беспомощны перед абсолютной разницей в силе. И никто из Резистанса не ослаблял удары, когда те кричали и молили о прощении. И в этом не было ничего удивительного. «Око за око» — вот единственно правило в мире, где правит сила. Следуя этому закону, члены Резистанса избивали их, применяя ровно столько силы, чтобы не убить и вбить им в подкорку всю боль и унижение, что вынесли они сами и их товарищи. Но в этот момент. — …Хватит уже. Яростный натиск Резистанса вдруг прекратился. По вполне очевидной причине — сбросив с себя чёрные одеяния, Комари преградила им путь, словно защищая четырёх сжавшихся от страха и дрожащих героев. — Так-так, и что это значит, мисс Комари? — Вы ведь понимаете, что у них больше нет желания сражаться. Если вы продолжите, то это будет обычным издевательством! Насколько велика бы ни была разница в силе, если это бой, которого хотят сами участники, она не стала бы вмешиваться. Но если продолжают избивать тех, кто уже утратит волю к борьбе — это совсем другое дело. Комари не из тех, кто молча станет наблюдать за столь жестоким линчеванием. Однако… — П-постой, Комари, так не пойдёт!.. — потянула Канон её за рукав со стороны. Она отлично понимала, что значит защищать «Протофорс» в такой ситуации. Но Комари задала вопрос своей лучшей подруге: — Что «не пойдёт»?!.. Эй, Канонушка, неужели ты с этим согласна? Ради этого ли ты вступила в Резистанс? — Н-ну… но без этого такие, как они, никогда не поймут… — промямлила в ответ Канон. Кокуфудзи энергично кивнул, как бы соглашаясь с ней. — Да, да, вы совершенно правы, мисс Канон. Это не издевательство, а воспитание, мисс Комари. Мы даём им понять причинённую нам боль и предоставляем возможность стать лучше. А лучший способ дать познать чужую боль — испытать её на себе. Если так подумать, это даже можно назвать своего рода необходимым обрядом посвящения… — излагал свои доводы Кокуфудзи. …Однако Комари больше не желала его слушать. — С меня хватит. Всё это — ложь! И про воспитание, и про рост! Ведь вы сами — те, кто должен знать эту боль, в итоге причиняете её другим! Если так, то какая польза от того, что вы её познали?! — решительно крикнула Комари, после чего сунула руку за пузуху, достала полученный от Канон Реинкарнатор… и что есть силы швырнула его прочь. — Если эта сила нужна, чтобы причинять боль другим, то мне она не нужна. Каковы бы ни были обстоятельства, Комари никогда не отступала от своих убеждений. Попавшие под её прямолинейный взгляд ученики из Резистенса невольно отвели глаза. …Все, кроме Кокуфудзи. — Хе-хе, хе-хе-хе… Ясно, понятно, вот оно, значит, как?.. Знатно вы меня провели… — вдруг начавший смеяться Кокуфудзи… затем выдал совершенно неожиданное: — Вы — шпионка исполнительного комитета, не так ли, мисс Комари? — Что?.. — на мгновение была ошарашена неожиданным вопросом Комари. Кокуфудзи тем временем своевольно продолжил: — Я предполагал, что исполнительный комитет скоро сделает свой ход, но… Понятно, вот на что они пошли. Внедриться внутрь, расколоть и разрушить. Стандартный метод уничтожения организаций. Очень подлый трюк — как раз то, что любит исполком. Внимание все! Не дайте себя обмануть! Она и есть агент, внедрённый исполнительным комитетом!!! Едва он повысил голос, как ученики загудели. Словно подогревая сомнения, Кокуфудзи нанёс новый удар: — Мне с самого начало это показалось странным. Если ваш товарищ по команде — мистер Кёя Кудзё действительно провалившийся герой, то… каким образом он предотвратил мой пространственно-временной перенос? Даже среди А-ранговых героев немного тех, кто смог бы зафиксировать свои координаты в столь критический момент. Что если он более высокого уровня? Например… скажем, состоит в исполнительном комитете школы… Услышав об этом, ученики начали перешёптываться: «Действительно, это возможно…», кивая друг другу. — Э-это неправда!.. — О как? А есть ли у тебя доказательства? «Продемонстрируй доказательства того, что ты не шпионка», — звучит совершенно абсурдно. Однако ни логика, ни здравый смысл, более не имели значения. Ведь с самого начала ясно, кому веры больше… ведущему всех за собой на протяжении долгого времени умному лидеру или новичку, который пришёл к ним только сегодня. Однако в тот самый момент, когда Комари потеряла дар речи… — П-погодите! Комари бы так не поступила! Выскочила Канон вместе с духами. — Ой, хочешь сказать, что встаёшь на их сторону? Очень жаль. А ведь я в виде особого исключения принял вас, А-ранговую в наши ряды, а вы, похоже, позабыли об этой милости. — Н-не в этом дело! Я не верю, что Комари — шпионка! — Хм… Понятно, понятно, нет, полагаю, что так и есть. Вы — лучшие подруги, так что вы вполне естественно пытаетесь встать на её защиту. Назвать вас неблагодарной было опрометчиво с моей стороны. К удивлению, Кокуфудзи спокойно кивнул. Однако на этом не закончил. — Ох, но если так… тогда вы должны кое-что вернуть. — …? Что я должна вернуть? — А разве не очевидно? Реинкарнатор, который я дал вам. В этот миг Канон потеряла дар речи. — Ну же, в чём дело? Ты же встаешь на сторону лучшей подруги, мисс Комари? В таком случае вам больше не должна быть нужна эта сила. Или я не прав? — Тц… Х-хорошо… — сказала под давлением Канон, вытащила флакон с Реинкарнатором, а затем попыталась разбить его об землю… но её рука остановилась. — …Кх… П-почему…?! Чтобы стоять подле своей подруги, она должна выбросить флакон. Разумом она это понимала, и всё же по какой-то причине тело не слушалось её. Но в каком-то смысле это было естественно. Для неё Реинкарнатор был мечом, защищавшим её саму. Опорой, что вновь скрепило её разбитую вдребезги отвагу. Теперь, познав эту силу, она никак не могла выбросить Реинкарнатор и снова стать бессильной. Знающий это лучше её самой Кокуфудзи прошептал страдающей Канон: — Ой, не можете выбросить? Хе-хе-хе, именно, именно. Вы — мудрая девушка и вы помните ту боль, страдания и страх!.. — Х-хи!.. Воспоминания нахлынули на неё против её воли. Канон изо всех сил пыталась удержать дрожащее тело, но ничего не могла поделать с охватившим её страхом. А Кокуфудзи подлил масла в огонь: — Верно, вы ведь и сами понимаете, что если вновь станете слабой, то с вами повторится то же самое, что и тогда. Вы же не хотите этого? Но не бойтесь, пока вы с нами, вы можете не страшиться никакого врага. Мы все защитим и поддержим вас. Ведь именно так и поступают настоящие товарищи. А потому… — Кокуфудзи задал последний вопрос: — Вы же отойдёте, мисс Канон? В тот же миг из глаз Канон покатились слёзы. И когда они упали на землю, окружавшие её духи исчезли, превратившись в дымку. Духи — это воля Мирового Древа, служащая лишь благородным душам… Теперь у неё не было права быть их госпожой. Чтобы сломать одну раненную девушку, не понадобилось ни мечей, ни магии. — …П-прости меня, Комари… Я… не так сильна, как ты надеялась… — прошептала Канон дрожащим голосом и села на корточки на месте. — Прости, прости, — продолжала повторять она, словно бреду, став похожей на сломанную куклу. — Итак, мисс Комари. Простите, что заставил вас ждать, теперь ваша очер… — избавившись от помехи, Кокуфудзи повернулся к Комари… Однако подходить к ней ему не было нужды. Потому что она уже стояла прямо перед ним. — Ты последний мерзавец!! Вложив в удар всю ярость за то, что он причинил боль её лучшей подруге, Комари изо всех сил замахнулась для пощёчины…но Кокуфудзи перехватил её руку за мгновение до того, как она достигла его лица. — Видите? Всё же сила необходима, — прошептал Кокуфудзи так тихо, что только Комари услышала его, а затем развернулся к своим товарищам. — А теперь увидите эту шпионку. Допросим её без спешки позже. Таким образом Комари попала в плен Резистанса. Но в последний момент перед тем, как её увели, она улыбнулась дрожащей Канон. — Не переживай, Канонушка! На этот раз я спасу тебя! Обязательно спасу, во что бы то ни стало! Так что… просто подожди меня немного, ладно?! После чего всё поглотил туман. ---------- Глава 5. Странный альянс С того момента, как Феррис и остальных похитили прошёл целый день. — Чёрт!.. С тех пор я всё время бегал по полю, но всё ещё не нашёл ни малейшей зацепки. Скорее всего, они обустроили базу в виртуальном измерении, созданном с помощью пространственно-временной магии. Если так, то единственный след, который он оставил в реальном мире — небольшое связующее звено для координатного распознавания, на которое к тому же ещё и, должно быть, наложили многослойную маскировку и используют множество подставных пространств. Другими словами, мне нужно найти точку, размером с остриё иголки в этом безбрежном море деревьев. Это всё равно, что искать иголку в стоге сена. Нет, в обычной ситуации с таким можно было бы разобраться разведывательными формулами, но, увы, сейчас самый разгар «Выживания». Разбросанные по полю герои строят инопространственные базы и выставляют формулы сокрытия. Каждая из них будет мешаться. Будет невозможно определить, какая из них принадлежит похитителям, и даже если я попытаюсь проверить, они явно сочтут это атакой и дадут мне отпор. Наиболее проблемной штукой является огромный магический круг исполнительного комитета, развёрнутый глубоко под землёй. Из-за гигантских масштабов и грубости формулы, найти её слепые зоны несложно, однако если попытаться просканировать всю область, её помехи заблокируют всё, несмотря ни на что, а в худшем случае нагрянут сами члены комитета. Для поиска Феррис и остальных — это наихудший сценарий. Наверное, поэтому я невольно задумался: Насколько всё было бы проще, если бы мне нужно было просто убить их. Это заняло бы каких-то десять секунд. Я бы просто сжёг дотла весь этот чёртов лес… и всё. Нет, может, мне и правда стоит сейчас же… — Идиот, о чём я только думаю…?! Если я поддамся злости и разойдусь по полной — это ничего не решит. Здесь находится бесчисленное множество героев. Если я по неосторожности наведу лишней суеты, то лишь создам больше помех для поиска Феррис и остальных. Даже такой дурак как я, это понимает. Да, меня вымораживает собственная бездарность. Я научился лишь тому, «как побеждать стоящего перед тобой врага». И ни черта не знаю о том, как защитить тех, кто мне дорог. Вот тебе и результат тренировок на протяжении тридцати тысяч лет — отвращение к себе и чувство беспомощности лишь разжигают пламя горечи всё сильнее. …И этому огню подливает масла ещё кое-что. А именно… — …Кстати, долго ты ещё будешь преследовать меня? — остановившись, спросил я в пустоту позади себя. После чего из тени дерева показалась одинокая фигура. Девушка с белыми, словно снег, волосами, развевающимися по ветру, и ледяным, бесстрастным выражением лица. Её имя — Хина Кирасаки, одна из «Розенских деток». Она неотступно следует за мной с момента прошлой битвы. Но жутко здесь то, что её цель мне непонятна. Я бы ещё понял, если бы она хотела поставить точку в нерешённом бою, но она не пытается атаковать меня или скрыть своё присутствие. Просто следует за мной без малейшей враждебности. Честно говоря, мне на них откровенно наплевать, да и времени у меня на них нет, поэтому я игнорировал её всё это время, но… моё терпение уже на исходе. — Хватит уже действовать мне на нервы. Я уже отдал вам бонусного монстра. Или же вам тоже на мальков надо обязательно поохотиться, чтобы удовлетвориться? — раздражённо выпалил я. Если она разозлится из-за этого, что ж, я готов. Всё равно я не могу привести её к Феррис, а это лучше, чем продолжать бессмысленное преследование. Но её ответ оказался неожиданным: — Нет, ты мне не нужен. — Что? Тогда зачем вы ходите за мной? — Те люди сказали, что обладают силой победить меня. «Те люди»? Наверное, она про тех, кто похитил Феррис и остальных? Да, они действительно говорили нечто, похожее на объявление войны, но… — А как это связано с преследованием меня? После чего Хина бесстрастно ответила: — Мне нужна сила. Ты ищешь тех людей. Как и я. Поэтому я иду за тобой. М-м? Эй, неужто она… — В-вы хотите, чтобы я нашёл их?.. — Угу. — Не надо тут «угукать»… Невероятно — она без тени смущения заявила о намерении «проехать зайцем»! Её откровенность даже поражает. — Вы ведь тоже S-ранговый герой. Разве вы сами не найдёте их быстрее? — честно спросил я без какого-либо сарказма, однако… — Не получится. Я не умею искать людей. — Постойте, вы же должны владеть хоть одной магией разведки. — Нет. — Тогда, может, магией призыва? — Нет. — Может, удалённое видение или усиление слуха?.. — Нет, — с освежающе твёрдой решимостью заявила Хина. Другими словами… — Тогда, что вы вообще умеете?.. — …Убивать врагов. — …П-понятно… Похоже, она «тупой качок» до мозга и гостей. Я самоуничижительно улыбнулся, думая: «в этой ситуации она абсолютно бесполезна». Всё то же самое можно сказать и обо мне. — Чего улыбаешься? Ищи быстрее, — подгоняла меня Хина, игнорируя собственные недостатки. До чего своевольная девушка… Но благодаря ней я немного остыл. — Разумеется, я буду искать их… Но так не пойдёт. Бессмысленно носиться по полю, как угорелым. Даже если найдём их, они однозначно заметят нас раньше. А тогда они просто сбегут с помощью туманной телепортации. Нам нужен не такой дотошный метод, а идеальный, — объяснял я текущую ситуацию, но наполовину не для того, чтобы убедить Хину, а себя самого. Верно, так не может продолжаться. Я не смогу спасти Феррис, если выйду из себя и начну носиться по полю. Сейчас нужно работать не телом, а головой. Я сел на землю, делая глубокие вдохи-выдохи. Это дыхательная техника для концентрации. Переключу голову и обдумаю все варианты. Придумаю лучший способ нахождения Феррис и остальных. Расслабься, успокойся и сконцентрируйся… — … — …… — ……… — ………… — …Слушайте. — Что? — Можете перестать давить на меня? Как бы я ни дышал, с девушкой, что замерла статуей и сверлит тебя взглядом, сосредоточиться невозможно. — Всё нормально. Не обращай внимания. — А я обращаю! Может, хотя бы отвернётесь. — …Угу. Хина прислушалась к моей просьбе и послушно отвернулась. Похоже, она не зловредная — просто катастрофически не умеет держать дистанцию. Теперь я наконец могу сосредоточиться. Я снова начал думать, но… — … Ур-ур. — … Гр-гр. — … Буль-буль-буль!!! — …Слушайте! — Что? — Что-что — у вас живот орёт! Вы с голоду что ли помираете?! — Всё нормально. Я поела. — Поели?.. Когда? — Где-то неделю назад. — Так нельзя! — Почему? Тело работает. Проблем нет. Ну да, Хина права. У нас есть колоссальный источник энергии под названием магическая сила. При желании мы можем обходиться и без еды, и без сна. Однако… — Подождите тут немного. Я скрылся в тени дерева и достал ингредиенты из «Круглого стола божества урожая». После чего, используя созданный магией огонь, сделал простое блюдо и предложил его Хине, которая неотрывно смотрела за процессом. — Прошу. — …? Я же сказала — мне не нужно. — Знаю, но, прошу вас, поешьте. Иначе я отсюда не сдвинусь. — …Ладно. Поняла, — послушно приняла она блюдо в ответ на мою лёгкую угрозу. А затем, в миг, когда она его попробовала… — …М-м! Вкусно. — Ха-ха, рад слышать. Хина начала самозабвенно его есть. Я тоже приступил к еде рядом. [[image:/storage/reader-images/a7b8ccd85fb0f698ebeda3447463a62beb009245.jpg]] …Да, как и ожидалось — никакого вкуса. Ничего. Мясо, рыба, овощи — всё словно жуёшь резину. Как можно наслаждаться едой в такой ситуации без Феррис? Но я всё равно ем — потому что когда-то уже через такое проходил. Это было во времена тренировок в отвергнутом мире, незадолго до решающей битвы с Феррис. Я горел желанием стать сильнее хоть на каплю. Днём и ночью без отдыха тренировался — ни времени на еду, ни нужды в ней не чувствовал. Но в такие моменты она всегда насильно заставляла меня есть. «Коль спешишь — поешь, а потом спеши вдвое сильнее!». Полнейший пофигизм, — думал я тогда… но что странно — после полноценного приёма пищи тренировки шли лучше. Разумеется, тогда я думал, что это чистое совпадение. Поэтому, оставшись неудовлетворённым, я просил: «Зачем заставляешь меня есть без нужды?», на что она мне ответила… — …М-м. Пока я размышлял о всяких мелочах, Хина потянула меня за рукав. Посмотрев на неё, я увидел её, держащей пустую тарелку. Видимо, хочет добавки. — Ладно, держите. Стоило мне передать ей добавку, как она снова начала молча есть. Выходит, она… — Полагаю, вы всё-таки были голодны? Она сосредоточенно поглощала пищу со скоростью втрое выше моей. Это ж насколько нужно оголодать? Но сама она никогда этого не признает. — Не особо. И без еды нормально. Это пустая трата времени. Громкие слова для той, у рот набит, как у хомяка. Я смотрю, она та ещё упрямица. — Да-да, вы совершенно правы. Однако ваш урчащий живот меня сильно отвлекает. К тому же… то, что вам и «без еды нормально», не значит, что так надо. — …Не понимаю. Почему нельзя? — А-а, ну… Чистосердечно спрошенный в ответ, я понял, что попал. Чуть не сболтнул лишнего. Но игнорировать её было нельзя, поэтому пришлось ответить: — Потому что не есть, не спать и не отдыхать — это не по-человечески. Верно, именно это мне ответила Феррис. Не ем, потому что могу жить без этого. Не сплю, потому что могу двигаться без этого. Делаю так, потому что могу. А раз могу, то и ладно. В принципе, это не ошибочная точка зрения, ведь фактически мы, герои, действительно на это способны. Но если полагаться на свои способности и не думать о том, как их применять, то в конце концов ты перестанешь различать грань между «силой» и «правами». Рубеж между «возможным» и «допустимым» будет размываться. Могут отнять желаемое — отнимаю. Могу отметелить того, кто бесит — отметелю. Живущие в таком ключе однажды придут к мысли: «Могу убить человека — значит, его можно убить». Насколько бы сильнее ни стало твоё тело и какую бы силу, превосходящую пределы живых существ, ты ни обрёл, в душе ты должен продолжать чертить линии, заходить за которые нельзя. Если так подумать, то лишь потому, что Феррис научила меня этому, я сохранил свой рассудок после тридцати тысяч лет беспрерывных сражений. Забудь я об этом и живи по воле силы… и наверняка закончил бы в той пустоши. — Даже если ты обладаешь чудовищной силой, это не значит, что ты обязательно должен быть монстром внутри… Хоть это и не мои слова, — сказал я, закрыв тему. Вряд ли кому-то сейчас интересно слушать избитые проповеди о том, как быть человеком, да и ей, стоящей на вершине иерархии трансцендентов, такое не донести. …Но, возможно, я тороплюсь с выводами. — …! Вдруг Хина широко раскрыла глаза и пробормотала: — …Странно. Канан говорила то же самое. — Канан?.. Кто это? — Подруга. Моя единственная подруга, — сказала Хина, но тут же наклонила голову набок. — …Но я толком не поняла. Зачем ей волноваться? Я — это я. Что бы со мной ни стало — Канан это не касается. Не похоже, что… ей не нравилось, что подруга лезла не в своё дело. Просто по её лицу видно, что она не понимала причину этого. Видимо, у неё катастрофически низкий навык межличностного общения. Ответ очевиден: — Всё просто. Эта девушка по имени Канан беспокоилась о тебе. — …? Это странно. Я сильнее её. Беспокоиться — странно. — Сила тут ни при чём. Волноваться о ком-то можно без всяких причин и оснований. Ты не хочешь, чтобы кому-то навредили, и хочешь, чтобы этот кто-то был счастлив. Это и значит дорожить кем-то. — …Ясно… Хина замолчала на несколько секунд, а затем спросила: — Ты тоже? — Э? — У тебя такое же лицо, как у Канан. Ты ищешь того, о ком волнуешься? Ага, значит, такие вещи она всё же улавливает. Я честно кивнул. — Да, это так. Что тогда, что сейчас — она всегда была сильнее меня. Но я всё равно буду переживать за неё. Теперь, когда нас разлучили, я чётко осознал, что, похоже, нуждаюсь в ней гораздо сильнее, чем думал. Но стоило мне дать Хине свой ответ, как… — Тогда поторопись! Приступай к поиску! Быстрее, быстрее! Хина резко вскочила на ноги. Казалось бы, я уже объяснил ей, что носиться, как угорелым, нет смысла, но видимо, она уже позабыла об этом. Такое ощущение, будто я смотрю на себя из прошлого. — У-успокойтесь немного. — Не могу. Поспешим. А то будет поздно… Возможно, уже слишком поздно. — Да понял я, говорю же. Но по крайней мере сейчас всё в порядке, — попытался успокоить я её. Хина озадаченно наклонила голову. — Откуда ты знаешь? Магия? Она права, с помощью отслеживающих печатей или договора хозяина и слуги, я бы смог узнать её состояние. На самом деле я уже предлагал Феррис такое прежде, но она наотрез отказалась со словами: «Фу, сталкер!». Так что гарантированного способа выяснить, как она там сейчас, у меня нет. Но теперь, когда я успокоился, я могу с уверенностью сказать, что Феррис всё ещё цела и невредима. Потому что… — Потому что я люблю её. Случись с ней нечто непоправимое, то я бы точно узнал. Не мог не узнать. Других доказательств у меня нет. Но я точно знаю. Ведь иначе весь этот мир — ошибка. — Так что сейчас обойдёмся без лишних движений. Сперва вам нужно поесть, чтобы применить силу в нужное время. — …М-м, поняла. Ты и правда похож на Канан. Судя по всему, мне удалось её убедить, и Хина снова села, а затем вдруг сказала: — Имя. — Что, простите? — Я — Хина Кирасаки. — Ах, да. Ну, я вас и так знал… Чего она вдруг решила представиться? — подумал я, как она требовательно уставилась на меня. Поразмышляв несколько секунд о том, что же ей от меня нужно… я наконец понял. — А-а, меня зовут Кёя Кудзё. Рад знакомству. — Кёя… М-м, запомнила. Похоже, теперь она видит во мне индивидуума. Ровно как Кайри с Сисио, высшие ранги считают остальных пустым местом. Впрочем, пообщавшись с ней я кое-что понял. В отличие от Кайри, который видит в окружающих только игрушки, за её безразличностью нет никакой злобы… Скорее, нет вообще ничего. Ей просто не интересно ничто вокруг себя. …Нет, пожалуй, она не безразлична прямо уж совсем ко всему. — …Слушайте, Хина, в самом начале вы сказали, что ищите тех людей потому, что вам нужна сила. — Угу. — Но раз вы состоите в «Розенских детках», то вы из числа S-ранговых героев школы, так? Вы уже и так достаточно сильны… Зачем вы ищите ещё большей силы? Не то что бы мне хотелось лезть ей в душу, но если в дальнейшем она продолжит следовать за мной, то я хочу хотя бы понять, что ей движет. После чего Хина без колебаний ответила: — Потому что этого ещё мало… Я должна кое-что сделать. Немногословна, как и всегда. Но в её глазах горел свет твёрдой решимости, которого я прежде не наблюдал. Стоило мне увидеть его, как я, кажется, понял. В отличие от остальных учеников, владеющих чрезмерной силой, у неё есть чёткая цель, которой она хочет достичь с помощью этой силы. Вот почему, она настолько сильна. — И что же именно вы должны сделать?.. Всё-таки цель настолько грандиозная, что даже герой S-ранга с уверенностью заявляет, что её текущей силы недостаточно. Уверен, она не скажет что-то в духе порабощения мира. В тот момент, когда я робко задал ей вопрос… Дзынь-дзынь, дзынь-дзынь. Раздался вокруг знакомый звук объявления и не менее знакомый мне голос: — Здрасьте-здрасьте, с вами Розенька! Сегодня второй день «Выживания»! Всё ещё полны сил? Надеюсь всё ещё полны сил. А теперь настало время долгожданного объявления рейтинга!! — как всегда весело оповестила нас Розе о злобном мероприятии. Стоит только увидеть её лицо, как во мне закипает ярость, но возможно, это неоправданная неприязнь. — Тяжело, наверное, следовать за такой богиней. Она всегда такая? — спросил я без задней мысли и получил неожиданный ответ. — Кто знает. — В смысле «кто знает»?.. Разве она не ваша богиня-куратор? Ваш отряд даже называется: «Розенские детки»… — Понятия не имею. Я встречаюсь с Розе только во время заданий. Не знаю, что у неё на уме. Вот оно как? Неожиданно. Я слышал, что богини всегда сопровождают высокоранговые команды, так что был уверен, что она проводит с ними всё время… — А. — …? Что-то не так? — Кое-что я знаю, — вспомнив, пробормотала Хина: — …Розе такая же, как я. Ей плевать на всё, кроме её цели. Поэтому Розе и не интересно. — Не интересно?.. Что именно? Ответ был предельно прост. — Весь этот мир. Богине, которая должна быть защитницей мира, не интересен мир? В это трудно поверить, но вряд ли Хина лжёт. Её глаза говорят, что она понимает её потому, что они одного поля ягоды. Она явно тот ещё нонконформист. В любом случае, она явно из тех, с кем мне бы не хотелось пересекаться ни при каких обстоятельствах. А пока меня одолевали все эти впечатления, объявление продолжилось. Как и в прошлый раз, названия и местоположение команд, занимающих высшие места в рейтинге, были отображены на карте. Я взглянул на них с тенью надежды, но команд, которые могли бы похитить Феррис с остальными, среди них выявить не смог. Ну а чего ещё можно было ожидать. Если бы их целью был сбор очков, то они не оставили бы драгоценного слизня, когда похищали моих товарищей. Должно быть, они намеренно не стали его брать, чтобы не их местоположение не было установлено. — …М-м? Погоди-ка… Задумавшись об этом, я вдруг кое-что понял. Как вообще Розе отслеживает очки? Ответ прост — те метки, которые дают очки, отправляют информацию о местоположении. А принимает их тот огромный магический круг, раскинутый по всему дремучему лесу… Да, у этого магического круга такие спецификации. Это сверхмасштабная наблюдательная формула, охватывающая весь лес… что вполне естественно, учитывая, что это система, заготовленная организаторами. Именно по этой причине она и является главным препятствием для меня. Но, что если, я наоборот воспользуюсь ей? Разумеется, взломать такую систему будет непросто, из-за необратимости командного механизма с краёв к центру. Однако если изначально есть доступ к центру, то это совсем другая история. — …Получится ли?.. Не знаю, но у меня нет выхода. Я схватил остатки еды и стал быстро запихивать их в себя. Нет смысла тратить время на безвкусную еду, но… благодаря тому, что я успокоился, я наконец увидел путь. Опустошив последнюю тарелку, я спросил у Хины, глаза которой округлились: — Хина… вам ведь нужна сила, так? — Угу. — Для этого вы ищите тех людей, так? — Угу. — Если так, то… прислушаетесь ли вы ко всему, что я скажу? Для плана, который я собираюсь привести в действие, мне понадобится союзник. И чем сильнее, тем лучше. Например… сильнейший S-ранговый герой в школе. И ответ Хины, как и ожидалось, был прост: — Угу! Услышав её ответ, я наконец решился. Мост, который мы собираемся пересечь, безусловно опасный. Но, если он приведёт меня к Феррис… то я не вижу причин для колебаний. Решившись, я достал кое-что из своего кармана. Это был листочек с уникальным узором, который на первый взгляд казался как обычный рисунок. — Тогда давайте начнём. ----… --… Внезапно в воздухе расцвёл магический круг. Появившаяся из телепортационной формулы высочайшего уровня девушка… ухмыльнулась в своей привычной манере. — Ты не представляешь, как я рада. По правде говоря, я ничего от тебя не ожидала, но кто бы мог подумать, что ты реально пригласишь меня на свидание, а, Кёя? — пошутила Кудзуха Минахо — один из членов исполнительного комитета школы. Её появление всегда сулит мне проблемы и, если честно, я бы предпочёл не встречаться с ней, но… сейчас я не могу жаловаться. Ведь это я позвал её. — Ну, зачем звал? Раз уж ты воспользовался листочком, то правильно ли я полагаю, что ты вошёл в контакт с распространителем «Реинкарнатора»? — спросила Кудзуха, разрывая одноразовую формулу связи. Поэтому я ответил прямо: — Да. На самом деле вчера мы были атакованы неизвестной группой. Так как их целью были не очки, я считаю, что это они распространяют Реинкарнатор, — решительно заявил я. …Разумеется, в действительности явных доказательств у меня не было. Это лишь правдоподобная отговорка. Но для моего плана нужна сила исполнительного комитета и я позарез нуждаюсь в её помощи. …Но столь поверхностная задумка бы ни за что не сработала. — Погоди-ка, ты говоришь об этом с уверенностью, но сам-то это проверил? Что по основаниям? Вещественным доказательствам? — П-пока никаких… Но я уверен, что с помощью исполнительного комитета мы сможем определить их местоположение и… — Хым, «уверен», говоришь? Ты думаешь, этого достаточно, чтобы задействовать исполнительный комитет? Да и вообще всё как раз наоборот. Это ты наша пешка. Поэтому двигаться — твоя задача. Уяснил? — Д-да знаю я! Но… они похитили Комари и Лалу! Поэтому если вы поможете мне вычислить их местоположение, я обязательно выясню, кто они!.. Стоило мне это сказать, как Кудзуха ухмыльнулась. — Ха-ха, вот оно что. Угу-угу, всё ясно-понятно. Дело серьёзное-е-е. Скорее всего, она поняла мою цель. Нарочито кивнув, Кудзуха… моментально мне отказала: — Но мой ответ — no. Я ведь с самого начала сказала вам, что в этот раз не стоит полагаться на судей. Или решил, что стоит поплакаться, и я помогу? Ха-ха, я что, похожа на добренькую старшую сестричку? Ежели хочешь использовать меня, то будь добр принести соответствующую наживку, — холодно заявила Кудзуха. На самом деле каждое её слово было правдой. Мне ни за что не заставить её помочь мне мольбами, которые даже с натяжкой не назвать переговорами. Поэтому… я сделал следующий ход. — Понятно… Ну, ожидаемо. Простите, я просто думал попытка не пытка. Да, в этом она вся. Я с самого начала не рассчитывал ни на какое милосердие. Поэтому… — Не волнуйтесь. Ведь я заготовил настоящую «приманку», — сказал я и подал сигнал в тень дерева позади. После чего… — Помогите нам, — монотонно зачитала свою реплику, оказывая давление, появившаяся Хина. S-ранговый герой из сильнейшего в школе отряда — вот моя главная ставка. Стоило Кудзухе её увидеть, как она пробормотала: — А-а, понятно. «Если она не согласится, то я заставлю её силой»?.. Да уж. Вот так и ведутся нормальные переговоры. Ох, как же я рада, что Кёя всё-таки всё прекрасно понимает. Выражение лица Кудзухи ни капли не изменилось, даже после того, как она разгадала мои намерения. Напротив, заулыбалась ещё радостнее прежнего. Неужели она даже S-ранговой угрозы не боится? Затем вполне уверенная в себе Кудзуха спокойно двинула руками и… — Ладно, сдаюсь-сдаюсь. — …Э? Я всё размышлял, какую же контратаку она использует, а она, подняв обе руки, приняла позу капитуляции? Я думал, она исподтишка ударит, но не вижу даже намёков на то, что она накапливает магическую силу… Не слишком ли всё легко прошло? — Как грубо. Чего ты «экаешь», когда сам привёл её сюда? Против меня сама непревзойдённая госпожа Хиначка, если что! А я в лучшем случае на дне А-ранга. Любой вариант, кроме капитуляции, абсурден. Или ты так сильно хочешь, чтобы мы сразились? — Нет… Ничего подобного, просто… Я был немного ошарашен, но, разумеется, меня такой вариант устраивает. Для моего плана я должен был любой ценой заручиться поддержкой Кудзухи. Поэтому мне пришлось пойти на принуждение. Но вообще-то я совсем не горел желанием полагаться на бой Хины с Кудзухой, когда я понятия не имею, на что они обе способны. — И всё-таки ты действительно привлёк на свою сторону Хиначку. А я думала, что такой осторожный тип, как ты, никогда в жизни не решится к ней приблизиться. Неужели ты ничего о ней не знаешь? — К-конечно, знаю. Она же — S-ранговый герой из «Розенских деток», верно? …Ну, кроме этого я действительно ничего о ней не знаю… — хвастаться было бессмысленно, поэтому я ответил честно. Тут Кудзуха вывалила шокирующую истину: — Ой, так ты правда не знаешь. Слушай внимательно, Хиначка не просто S-ранговый герой. Она занимает среди них второе место… Другими словами, сильнейшая во всей школе. — Э?.. Сильнейшая? П-погодите-ка, но раз она занимает второе место, то, значит, есть и первое… — Да, но его не учитывают. Потому что номер один школы — вечный неиспользуемый номер… Его никто никогда не видел. По слухам, он занят с самого основания школы. По сути, это типа одно из семи чудес школы. Так что по факту сильнейшей является Хиначка, занимающая второе место. Когда я обернулся, услышав это, Хина с бесстрастным лицом показала мне знак мира. Похоже, это правда. Я знал, что Хина — S-ранговая, но подумать не мог, что она окажется сильнейший из них всех. Кажется, я объединился с воистину невероятной личностью… Хотя, это в сотню раз лучше, чем быть у неё во врагах. — Интересно, что за читы ты пустил в ход, чтобы расположить к себе сильнейшую героиню в школе?.. Подкатил к ней, бросив страстный взгляд?.. — Н-ничего подобного! Всё совсем не так… — Еда была вкусной. — Ха-ха-ха, понятно, прикормил, значит, — Кудзуха улыбнулась, а затем тихо прошептала на ухо: — Но выбор в самом деле отличный. Она никак не связана с исполнительным комитетом или школой, и является просто могущественной личностью, которой другие никак не интересны — самая идеальная для тебя пешка. Отличная находка, согласись? Как же мерзко она всё подаёт… Тем не менее, фактически мне нечем ей возразить. — Ладно, меня это не касается, так что мне плевать. Так что давай уже ближе к делу. Что ты хочешь?.. Хотя, ответ очевиден, — сама же ответила Кудзуха, а затем оценивающе на меня посмотрела. — Тебе нужен… тот огромный магический круг, который исполнительный комитет использует для надзора, так? — …! В этот миг моё сердце замерло. — …К-как вы… Это ваш оригинальный навык? — Ха-ха, что ты такое говоришь, это было простое предположение. Твоя цель — спасти похищенных товарищей. Так что больше всего тебе хочется знать местоположение врага. Но внезапно просканировать всё поле трудновато, да и огромный магический круг исполнительного комитета, растянутый под землёй, жутко мешается. Так что остаётся только один вариант — применить огромный магический круг наоборот. Очевидно же. Огромный мешающийся барьер обнаружения, покрывающий весь дремучий лес… Если завладеть им, то он перестанет быть помехой, и я смогу использовать его в обратном направлении — как формулу для сканирования всего поля. Двух зайцев одним махом… Если быть точнее, то это единственный выход. Вывод-то действительно логичный, если задуматься об этом. Но я не думал, что она догадается об этом так быстро. Возможно, она с самого начала всё знала, но всё равно откликнулась на зов?.. Нет, это я себя накручиваю. В общем-то мне всё равно, раскрыла бы она мой план или нет. Более того, её осведомлённость ускорит процесс. — Ваше предположение верно. Так что проведите нас сразу к управляющей точке большого магического круга и… — Ах да, погоди минутку и выслушай меня, — прервала меня Кудзуха. — Перед началом операции я хотела бы отметить несколько важных моментов… — Не переживайте, я осознаю риски. Пожалуйста, побыстрее проведите… — Говорю же, остынь, Кёя. Во-первых, не заблуждайся. Я говорю это не потому, что переживаю за тебя. С этого момента мы все — соучастники. Если ты облажаешься и тебя схватят, то влипну и я. Даже внутри исполнительного комитета есть такое явление как «борьба за власть». Стоит мелкой сошке, вроде меня, допустить промах, и со мной случится то самое. Кудзуха провела рукой по шее. — Так что слушай ради меня. Проблем перед нами стоит три. Первая: да, как ты и ожидал, с моими полномочиями можно пройти в комнату управления магическим кругом. Мы сможем проскочить всю охрану и проверки по пути. Только вот убрать учеников внутри комнаты управления я не смогу. Отряды поддержки формулы, постоянной охраны… всего в целом около тридцати человек. Хотя большая часть из них не бойцы, они все ветераны из исполнительного комитета. Вы справитесь с ними? — с сомнением в голосе просила Кудзуха, а затем подняла второй палец. — Вторая: даже если вам удастся мгновенно победить учеников внутри, не дав им вызвать подмогу, остаются регулярные патрули. Интервал между обходами — три минуты. Вам придётся провернуть всё за это время. Даже лапшу быстрого приготовления за такое время не приготовишь. И под конец Кудзуха специально повысила голос: — И третья и главная проблема: а ты вообще сможешь управиться с тем большим магическим кругом? Говорю сразу, это далеко не просто. На одно лишь восполнение его магической силы нужно пять специальных испускателей. А на применение ещё десять. И мы на самом деле не знаем, где находится Комари и остальные. Другими словами, похитители явно скрываются в спелой зоне. Если ты хочешь найти их, то эту огромную магическую формулу придётся усовершенствовать. А на её сооружение у барьерного отряда общими усилиями уходит целый месяц. Ограничение по времени — три минуты. За это время мы должны победить тридцать героев, разобраться с формулой, модифицировать её, просканировать весь громадный дремучий лес и найти Комари с остальными. Миссия явно не из лёгких. Однако… — Не проблема. Мы по-любому справимся. Иначе я даже не знаю, зачем я тренировался тридцать тысяч лет. — …Хм, хорошее лицо. Я даже немножко испугалась. Ну раз так, то я молчу, — Кудзуха покорно кивнула, что весьма необычно для неё, но стоило ей заговорить, как она хитро ухмыльнулась. — Однако не слишком ли ты на сей раз воодушевился? Те двое действительно так для тебя важны?.. Нет, или же… У тебя отняли нечто важнее тех двоих? М-м? Как интересно, почему же ты так спешишь? — Слушайте… Вы ведь сказали, что будете молчать. — Ха-ха, действительно. Прости. Сейчас мне не интересны бедные заложники и нет желания тревожить осиное гнездо. Больше грубить не буду. Ну так что… Вы готовы? Я собираюсь использовать свои полномочия, чтобы телепортировать вас. Время отправления… — Небось, «прямо сейчас», да? Всё-таки я уже привык к её выходкам. Более того, сейчас, когда времени в обрез, мне это только на руку. — Я уже заготовил магию блокировки восприятия. Переносите нас прямо сейчас. Кудзуха хитро ухмыльнулась. — Хе-хе, хороший мальчик. Ну тогда… Отправляйтесь. Она щёлкнула пальцами. В то же время, нас с Хиной окутал блеклый свет, а в следующий миг мы оказались на месте. В развёрнутом кубическом ином измерении с бесчисленными формулами, оплетающими стены и потолок, и огромным псевдомагическим реактором, парящим в центре… Вне всяких сомнений — это управляющая комната, поддерживающая весь гигантский магический круг под лесной пущей. Всего здесь было тридцать два члена исполнительного комитета. Скорее всего, все они B-ранга и выше. Но… мы справимся. — На тебе шестнадцать слева. — Есть. Через секунду после прибытия, сотрудники исполнительного комитета заметили нас и разом атаковали. Ну а… Через две секунды после нашего прибытия все члены исполнительного комитета уже валялись на полу. — Ну что ж, вроде как и второй этап пройден. Мгновенно поверженные тридцать два члена исполнительного комитета были без сознания. Следов срабатывания тревоги нет, магия блокировки восприятия тоже функционирует нормально, так что наши личности, вероятно, не раскрыты. Пока что контроль полностью за нами. И всё же, на всякий случай я обездвижил всех разом с помощью формулы. Глаза стоящей рядом со мной Хины округлились. — Кёя, ты можешь сражаться. Удивительно, — честно пробормотала Хина. Но если кто тут и удивлён, то это скорее я. Эта девушка не использовала свой оригинальный навык против шестнадцати человек. Более того, она не выпустила ни капли обычной магической силы. Хина вынесла членов исполнительного комитета, включая бойцов, чисто физическими возможностями своего тела без магии. Второй S-ранговый герой в школе… Воистину загадочный противник. Но сейчас не время бояться. Ведь на кону каждая секунда. — Случайно вышло. Хина, могу я попросить вас постоять на шухере. — Есть. Попросив её, я подошёл к парящему в центре формулы магическому ядру. Сняв семислойный замок за доли секунды, я осуществил доступ к правам и начал структурный анализ. Ага, понятно. Спустя несколько секунд анализа, я мигом во всём разобрался. Как и ожидалось, это весьма недурно сконструированная формула. Отталкиваясь лишь от того, что она может поддерживать столь колоссальный магический круг, это воистину великолепное творение, основанное на знаниях и мастерстве соответствующего уровня. Однако это касается лишь ядра. Похоже, из-за масштаба её создавали несколько человек, и, естественно, степень завершённости у неё везде разная. Поскольку система приоритезирует общую работоспособность, она всегда настроена на минимальные значения, а в плане расхода магической силы местами также видны наложенные ограничения выходной мощности. Защитные функции от ошибок и взлома тоже, судя по всему, потребовали значительных ресурсов. Иными словами, эта формула раскрывает лишь около тридцати процентов своего изначального потенциала. Не знаю, кто из учеников сплёл её каркас, но, должно быть, он скрежетал зубами от досады. Поэтому моя задача проста. Я уберу ненужные системы, залатаю дыры, укреплю недостающие части. А затем настрою всю эту несогласованную формулу так, чтобы она могла раскрыть свой изначальный, высочайший потенциал. Разумеется, при долгом использовании возникли бы неполадки. Но мне это неважно. Главное, чтобы она сработал единственный раз, только в этот самый миг. — Ну что ж, осталось две минуты и восемь секунд… В голове чертёж уже сложился. Осталось только работать руками. Конечно, каждый этап станет ювелирной работой, не терпящей ни миллиметра отклонения. И даже в случае успеха, после этого придётся в одиночку запустить на полную мощность магическую формулу, для управления которой обычно требуется пятнадцать героев, и найти в этой обширной лесной пуще крошечный, словно точка, вход в логово похитителей. Честно говоря, даже для меня это авантюрный план. Но я не провалюсь. Ведь именно ради этого момента я и взрастил свою силу. — Если ты собираешься спешить, то сейчас самое время, да? Я обязательно найду тебя. Просто дождись меня, Феррис!.. ---------- Глава 6. Искажающий — Эй, не дёргайся! — Веди себя тихо! — Хоть кто-нибудь вёл себя тихо после этих слов?! База Резистанса, глубоко под землёй. На тюремном этаже с рядами ржавых решёток эхом разносится гневный крик девушки. Это был голос Комари, которую сейчас пытались заточить члены Резистанса. Не желая оказаться пленённой в столь шаблонной клетке, Комари сопротивлялась изо всех сил, но… усилия часто оказываются тщетны. Схваченная двумя учениками, Комари швырнули прямиком в камеру. — М-м-м-м-м! Я требую гуманного обращения к пленникам! Она тут же вцепилась зубами в железные прутья, но магически обработанная решётка даже не дрогнула. Всё, что осталось Комари — лишь показать язык ученикам, которые заперли дверь и ушли. Оставшись одна, Комари фыркнула и плюхнулась на пол. Итак, что же ей теперь делать? Но в этот момент из глубин камеры раздался голос: — Мяу… Наконец-то явилась, Комари. — Этот голос!.. Невольно обернувшись, Комари увидела беззаботно зевающую Феррис. Она неспешно виляла хвостом, словно защищая спящую на дальней койке Лалу. — А что вы здесь делаете??.. А, ясно… Из-за меня же… С Комари теперь обращались как со шпионкой. Вполне естественно, что её спутниц, Лалу с Феррис тоже пленят. — Простите, я совсем о вас не подумала… — потупилась она, но Феррис прервала её извинения. — Не надо. Ты просто действовала, исходя из того, что считала правильным? Тогда не стесняйся и не извиняйся, а лучше сделай гордо грудь колесом. — Хнык, Феррис! В ответ на её неподобающую кошке невозмутимость, Комари не удержалась и нырнула лицом в её пушистое брюшко. Немного поласкав её, она вдруг вспомнила кое-что важное. — Но что нам делать?! Кёя тоже может быть в опасности!.. Раз даже маленькую девочку и кошку посадили за решётку лишь из-за того, что они были товарищами Комари, то и за её членом команды Кёей наверняка уже идёт охота. Однако Ферриса отмела её тревогу: — За него можешь не переживать. Его вырастили таким, что он может за себя постоять, — уверенно заявила Феррис, а затем добавила: — К тому же, если бы с ним что-то и случилось, то я бы об этом узнала. — …? Ты наложила на него какую-то магию? — с любопытством спросила Комари, на что Феррис помахала хвостом. — Нет, всё просто — я его люблю. Вот и всё. Если с ним что-то случится, я однозначно об этом узнаю. — Л-любишь…?! К-к-как взросло!.. Комари покраснела, а Феррис почему-то захихикала с самодовольным видом: «Мяу-хе-хе». Казалось, будто обе совсем позабыли о том, что находились в тюрьме. Кроме того… — Но вернёмся к делу. Комари, ты ведь уже осмотрела их базу? Тогда расскажи, что видела, что почувствовала? Ну же, здесь и так скучно. — Ага! И Комари принялась обо всём рассказывать. О Реинкарнаторе, о целях Резистанса и о том, что они совершили, когда она последовала за ними. Выслушав всё, Феррис хмыкнула… а её выражение лица резко сменилось на обеспокоенное. — «Реинкарнатор»… средство, дарующее оригинальные навыки, говоришь?.. — Трудно поверить, да? Но это правда! Глотаешь всего одну таблетку и бабах! — объяснила Комари жестами, и Феррис спокойно кивнула. — Хм, да уж, в принципе это возможно… Всё-таки за все стоит та самая Сноэлла. Услышав, что само имя богини используется в качестве обоснования, Комари несколько раз моргнула. — Ты знаешь эту богиню? — Да, я хочешь хорошо её помню. Она даже среди старожилов была самой не похожей на богинь богиней. — Э? Вот оно как? А мне она показалась очень доброй, прямо вот — богиня-богиней. — Речь не о внешности, а о образе мышления. Она же «богиня инноваций и мышления». Богиня, что ненавидит застой и вечно о чём-то размышляет. Среди богинь, которые лишь дрейфуют в вечности, подобное — чистой воды ересь. Короче… она слишком нормальная, — сделала вывод Феррис, который Комари толком не поняла. — И именно поэтому она такая проблемная. В отличие от остальных богинь, она постоянно прогрессировала. Изначально она не была высокоранговой богиней, но её познания и умения в области запечатывающих техник и оригинальных навыков уже достигли уровня пятёрки величайших богинь. Поэтому ей вполне по силам создать средство под названием Реинкарнатор. В конце концов… создать-то его не так уж и трудно. Услышав оборот слов, которые выбрала Феррис, Комари наклонила голову. — Неужели… ты знаешь, что это за средство? — Знаю, вернее… это лишь метод исключения. — Что ты имеешь в виду?.. — вновь спросила Комари, получив уклончивый ответ. Но тут раздался другой голос. — Ой, похоже, вы куда бодрее, чем я думал, — эхом раздался в темнице мерзкий голос. Рефлекторно обернувшись, Комари увидела, что перед решёткой стоял Кокуфудзи. — О, а вот и ты! Немедленно выпусти нас! Я не шпионка! — начала возмущённо протестовать Комари, едва завидев его. Она не из тех, кто будет молчать, после того, как её закрыли за решёткой по ложному обвинению. Но ответ Кокуфудзи оказался неожиданным. — Хм, как досадно. Вы думаете, я слепой? Я знаю, что вы не шпионка. — Чего?.. — Какими прогнившими бы они ни были, но в исполнительном комитете работают не дураки. Если бы они решили заслать к нам шпиона, то выбрали бы кого-то поумнее. Комари показалось, что он издевается над ней, но сейчас ей на это было наплевать. — Тогда… тогда зачем ты так с нами?! — Зачем? Очевидно же — ты слишком правильная. Комари не могла поверить своим ушам. Она была права, поэтому её оболгали и схватили? Его действия казались противоречивыми, однако Кокуфудзи открыто подтвердил это. — Все ваши слова о том, что мы делаем то же самое, что и школа, что сила не для этого — до тошноты красивые… но абсолютно правильные. Разумеется, дело не только в словах. Будучи слабее всех, вы, тем не менее, встали перед всеми нами в такой ситуации. То же самое касательно старых друзей. Порой возразить товарищу сложнее, чем сражаться с врагами. И вы сделали это так просто, так прямо. Да, вы воистину праведны. Это подлинная отвага. Кто бы что ни говорил, я ручаюсь за это. Хотя говорил он как всегда мерзко и окольно, но Комари заметила… Неужели… её дико хвалят? — …Э-хе-хе, не стоит. Неожиданная издевательская похвала заставила Комари расплываться в улыбке. Но, разумеется, разговор на этом не закончился. — …Однако именно по этой причине вы — фактор риска, что уничтожит нас. В этом плане вы намного хуже, чем шпионы. — Ч-что ты имеешь в виду?! — Именно то, что и сказал… Вы воистину праведны. Но для обычных людей, вроде нас, придерживаться праведности очень трудно. Скажу прямо: мы не можем следовать за вашей праведностью. Если прислушаться к вашим на первый взгляд прекрасным идеалам — нас мгновенно постигнет крах. Вы — демон с ангельским голосом. Потому вас и необходимо изолировать. Понимаете? — спросил он Комари. …Но она, разумеется, отрицательно покачала головой. — Ничегошеньки я не понимаю! Ведь если не поступать правильно — тогда для чего вообще нужна наша сила?! Для этого был создан Реинкарнатор?! — спросила Комари в ответ. После чего Кокуфудзи… хихикнул. — Ч-что смешного? — Хе-хе-хе… Нет, прошу меня извинить. Когда я говорю с вами, мне всё время кажется, будто я смотрю на прошлого себя, — ностальгично улыбнувшись, Кокуфудзи вдруг начал говорить о чём-то совсем другом: — Мисс Комари, кем я выгляжу в ваших глазах? Наверняка: «мерзким и надоедливым мелким злодеем, который тащит слабых на путь зла»? Комари вздрогнула. — …Н-ну, думаю, у вас мало друзей. — Ха-ха-ха, благодарю вас за честный ответ… Но когда-то они были. Истинные друзья, понимающие друг друга, — его взгляд устремился вдаль. — То было славное время. У меня были замечательные товарищи, цель спасти мир, и я каждый день тренировался, чтобы стать идеальным героем. Я прикладывал столько усилий, что вошёл в число сильнейших в А-ранге… Да, я верил, что сила героя, дарованная госпожой богиней, сокрушит любое зло. Выражение лица рассказывавшего о прошлом Кокуфудзи стало необычайно мягким — обычно окружающая его пугающая атмосфера полностью испарилась. Смутно, но Комари поняла, что это и было его подлинное выражение лица. Но длилось это недолго. — …Однако я изменился. Хотя, наверное, правильнее будет сказать, что пришёл к пониманию. Дело было на турнирном бое во время таких же, как сейчас, военных учений. Нам противостояли тогдашние S-ранговые. Хотя для них, мы, должно быть, выглядели самодовольной командой новичков. Так что они устроили нам небольшое публичное наказание… Нас разгромили. Не позволили ни сопротивляться, ни сдаться и издевались до конца, пока не разнесли в пух и прах. Это и заставило меня осознать жестокую истину: мир не делится на «добро» и «зло». В нём есть лишь «сильные» и «слабые». Это прошлое, о котором он сухо поведал, было прямо как несчастье, обрушившееся на Канон. Комари на мгновение потеряла дар речи… но всё равно посмотрела Кокуфудзи прямо в глаза. Несчастное прошлое не может быть оправданием для всего. — Но это неправильно! Пусть вам и было горько, но мстить — ошибочно! Ведь мы все герои и товарищи! Есть иной путь… — хотела было сказать она, но Кокуфудзи холодно её оборвал. — «Все»? Ха-ха, отнюдь. Мы с ними фундаментально различаемся. Я ведь уже говорил, что в мире есть лишь два типа людей: сильные и слабые. И сильные — это горстка избранных героев… Иными словами, высокоранговые. Ты ведь знаешь, что у оригинальных навыков, которыми обладают герои, есть более высокий уровень? — Кокуфудзи прошептал: — Состояние, достичь которого может ограниченное число истинных героев. Ну а все S-ранговые открыли эту дверь. Поэтому мы с ними не одинаковые. Прямо как муравьи отличаются от слонов, мухи от соколов, а обезьяны от людей… Между нами лежит абсолютно непреодолимая пропасть!.. Комари понимала, что это не простая метафора или преувеличение. Он говорил о чём-то, что реально существует. — В тот день мы усвоили это. И цена за это знание была слишком высока. Хотя шрамы на теле зажили, ужас, впечатанные в сердце — не исчезнет никогда. Мои друзья решили все покинуть школу. И я тоже… Вот только терять воспоминания всё-таки было страшно, так что перед этим я решил разок встретится со старыми друзьями. Оглядываясь назад, это было очень глупо. Они, разумеется, всё забыли. Моё лицо, мечты, которые мы некогда разделяли, мир, что мы вместе спасли… Все наши суровые, но весёлые приключения. В чертах лица Кокуфудзи проступила невыразимая тоска… Но и её он подавил, оставив лишь пылающую решимость. — Поэтому я перестал сбегать. Если всё забуду даже я, то эти дни действительно канул в лету. Для меня это куда страшнее. И в то же время я решился, изменить эту школу, где властью обладают сильные! — его голос наполнился невиданной страстью. — Да, корень зла в этой школе! «Искажённая система рангов, культ силы, возведённый в абсолют, и откровенное неравенство в обращении… Это — отравленный горшок, где слабые — жертвы, а сильные становятся ещё могущественнее! И всё решает центральный орган школы — исполнительный комитет! Поэтому я организовал Резистанс, чтобы раздавить школу. Мы использовали Реинкарнатор, чтобы заманивать слабых и давать им «высокую цель» борьбы с сильными, создав мощное и безжалостное войско. Вместе с ними мы однозначно вырежем под корень текущий прогнивший исполнительный комитет. И затем изменим эту школу, сделав местом, которое можно будет назвать школой в истинном смысле этого слова, где учат, как правильно обращаться с силой! Чтобы больше таких трагедий никогда не случалось!! В его пламенной речи звучала непоколебимая решимость. Ему не было дела до того, скольким высокоранговым придётся причинить страдания ради этой цели. Он не чурался никаких злодеяний. Дьявольская твёрдая решимость. Но больше всего Комари пугало то, что он сам отчётливо осознавал свою неправоту. Прекрасно осознавая, что это зло, он сознательно повторяет ошибки ненавистных врагов. Комари была попросту напугана невообразимой болью, что ждёт его на этом пути. Но в то же время понимала: какие бы доводы она ни привела — он с него не свернёт. — Что ж, что-то я малость заболтался. Видно, ваш энтузиазм заразителен… Или же… я оправдываюсь перед прошлым собой. Хе-хе, в любом случае это глупо. Прошу вас забыть о том, что сейчас было. Если я не смогу сдержать эмоции, то растеряю всех сторонников. Вернув себе обычную холодность, Кокуфудзи самоиронично улыбнулся. — Но переживать об этом нет нужды. — О-о чём ты?.. — спросила Комари. Однако вместо ответа, Кокуфудзи прочитал небольшое заклинание. В этот миг из воздуха появились цепи и связали Комари, словно змеи. Разумеется, беззащитную Феррис со спящей Лалой постигла та же судьба. — …?! Б-больно.. Что это такое?.. — Хм, не по-джентельменски обращайся с леди. Проснувшись от внезапной боли, Лала издала маленький вскрик. — Эй, не трогай их! — Это зависит от вас, — холодно заявил Кокуфудзи и увёл их троих с собой. Они направлялись под землю — ещё глубже тюремного этажа. — Где это мы?.. — очень встревоженным голосом воскликнула Лала посреди жуткого коридора, в котором практически не было освещения. — Не бойся. Давай возьмёмся за руки. Комари взяла Лалу за руку, несмотря на то, что была скована, но девочка всё равно выглядела напуганной. Оно и неудивительно в такой-то ситуации. Феррис погладила её по щеке кончиком хвоста, чтобы успокоить. — Не беспокойся, Лала. Что бы ни случилось, конец уже предрешён. Кёя придёт, разнесёт их всех в пух и прах и на этом всё закончится. Услышав, как она решительно и без колебаний заявила это, Кокуфудзи фыркнул. — Похоже, ваш фамильяр та ещё оптимистка… Будь такой герой реален — страдать бы никому не пришлось. Прошло несколько минут. Пройдя через несколько тайных дверей, они прибыли в маленькую комнату, где их ждала… — Ох, добрый вечер, ребята. Сноэлла со своей обычной мягкой улыбкой на лице. — Ч-что богиня здесь…? — нахмурилась Комари, но тут же поняла. — Неужели вы собираетесь запечатать наши воспоминания?.. Она знала, что богини обладают силой запечатывать воспоминания. Должно быть, это быстрейший способ сохранить секреты Резистанса. Но эти методы же прямо как… — Это же как в школе…?! — Да, именно так. Их методы отвратительны, но в то же время эффективны… Ну и? Думала эти упрёки тронут меня сейчас? Выражение лица Кокуфудзи оставалось непоколебимым. Ведь он был готов любыми средствами исправить эту школу. — Ну что ж, госпожа Сноэлла, давайте не будем откладывать в долгий ящик. — Хорошо. Если ты настаиваешь. Кивнув, Сноэлла подошла к Комари. Будучи скованной, она не могла сопротивляться. …Но в этот момент раздался стук в дверь, а за ним последовал голос обеспокоенного ученика. — Кокуфудзи, вы здесь?! — Я же говорил вам не приходить сюда. — Н-но у меня срочное донесение! Только что была активирована крупномасштабная магическая формула обнаружения… — …? Исполнительный комитет? Но мы же должны быть в их слепой зоне… — Я сам не знаю деталей, но… Короче, барьерный отряд сказал позвать вас… — Вот как? Хорошо. Но сейчас… — Всё хорошо, Ицуки, — вмешалась сзади слушавшая их разговор Сноэлла. — Без тебя им будет тревожно. — Но оставлять вас одну… Хотя, ладно. Я оставлю големов вместо себя. Если что-то случится, я мигом примчусь к вам. С этими словами, Кокуфудзи создал шестерых големов и быстрым шагом ушёл вслед за учеником-посыльным. В тот самый момент, когда его спина исчезла вдали… — Г-госпожа богиня! — окликнула её Комари. Может, она и помогает Кокуфудзи, но она всё ещё богиня. Если рассказать ей правду о искажённых идеалах Кокуфудзи, то, возможно, она поможет им. Разумеется, надежды на это были призрачные… Но события приняли неожиданный поворот. — Что ж, похоже, Ицуки ушёл, — вздохнув с облегчением, пробормотала Сноэлла, а затем произнесла немыслимое. — Не беспокойтесь, Комари, Лала. Я… тайно вас освобожу. — Что?.. Сноэлла обернулась и улыбнулась. Им не послышалось. Похоже, Комари не было нужды убеждать её — она изначально собиралась помочь им. — Неужели вы тоже хотите остановить Кокуфудзи, госпожа Сноэлла?.. — Да, так и есть. Мне известно его болезненное прошлое. Поэтому я и помогала ему с запечатыванием воспоминаний и созданием Реинкарнатора, но… всё-таки это неправильно. Мне следовало взяться за дело раньше. Но мы, богини, слабы… поэтому он заставил меня помогать… однако теперь, когда его нет, вам нечего бояться. Я сделаю вид, что запечатала ваши воспоминания и отпущу вас. — Ясно, вот оно как было…?! В душе Комари вздохнула с облегчением. Богиня мышления прекрасно понимала сложившуюся ситуацию. Но тут Сноэлла вдруг нахмурилась. — Ох, вот ведь незадача. Я бы хотела вас отпустить, но… что нам делать с этими големами? Поскольку них высечен приказ автоматически подавлять любое сопротивление и попытки к побегу, они не будут меня слушаться. Комари и остальные были скованы магическими цепями и находились под наблюдением шестерых големов. В данный момент они ничего не делали, однако любое подозрительное движение немедленно спровоцирует атаку. Что же нам делать? — ломала голову Комари, в то время как на Сноэллу, судя по всему, снизошло озарение. — А, точно! Тебе нужно просто победить их! — Э? Н-ну, в общем-то вы правы, но… Мысль была предельно здравая… Вот только, схватили её как раз потому, что она не способна их победить… — Хе-хе-хе, не делай такое лицо, всё будет хорошо. У меня есть сила, которое позволит тебе осуществить это… Вот! Улыбнувшись, Сноэлла протянула ей… — «Реинкарнатор»…? — Да, именно. С ним ты сметёшь их всех! Ну же, открой ротик. — П-подождите, я… — Эх, сейчас не время капризничать. Мы должны торопиться. На мгновение Комари заколебалась перед протянутой ей таблеткой. Недавно я наотрез отказалась от неё. Ведь лучше не иметь силы, которая используется, чтобы издевательств… Но сейчас ситуация была иной. Если я воспользуюсь ей для спасения Лалы и Феррис, то один раз можно… — размышляла она, как вдруг… — Хе-хе-хе… Что за низкопробный спектакль ты тут разыгрываешь, Сноэлла? Ты же с самого начала не собиралась отпускать нас, так с какой целью пытаешься скормить ей своё средство? — раздался из-под ног хихикающий голос Феррис. В этот момент черты лица Сноэллы стали чуть суровее. — …Ох? Не припоминаю, чтобы у меня были знакомые кошечки… Кто вы, собственно, такая? — Кто знает? Попробуй догадаться сама, используя своё умную голову. Хочешь, дам тебе намёк? — Хе-хе-хе, звучит забавно… Но, довольно. У меня нет времени играть с тобой в загадки. — Вот как? Очень жаль. А ведь я думала приготовить приз получше этих грязных семян. Стоило только Феррис это упомянуть, как в тот же миг выражение лица Сноэллы явно переменилось. — Нет, правда, кто ты такая? Из нейтральной фракции? Оппозиционной? Или же одна из приспешниц Хельзы? — Ой, как странно. Я думала, ты не собираешься играть в загадки. — Э-эм, о чём именно вы говорите?.. Феррис язвительно усмехнулась, а выражение лица Сноэллы исказилось. Комари же их диалог был совершенно непонятен. После чего Феррис начала говорить нечто неожиданное. — Послушай внимательно, Комари. Сила, которую вы зовёте «оригинальными навыками» — это не дар богинь. Они представляют из себя семя, что изначально обитает внутри человеческой души. Именно поэтому «оригинальный» в названии скорее имеет значение «первоначальный», чем «собственный». Ведь это название первого семени, коему однажды суждено стать древом, — сухо изложила Феррис. Об этом факте Комари узнала впервые. Однако… какое сейчас это имеет отношение к…? — Поэтому то, что силу вам даруют богини, говорят лишь для удобства. Строго говоря, богини только представляют ключ для снятия печати семени… Однако, используя средство под названием Реинкарнатор, она действительно даровала вам оригинальные навыки. Но в чём фокус? — Феррис смерила Сноэллу пристальным взглядом, и сама же ответила на свой вопрос: — Ответ прост: Реинкарнатор создан из души настоящего живого человека, не так ли? Услышав об этом, Комари потеряла дар речи. — Средства, сделанное из человеческой души?.. Неужели вы заставили всех… Канонушку выпить нечто подобное? — спросила Комари, повысив голос. В ответ Сноэлла спокойно открыла рот. Где-то в глубине души Комари надеялась, что она будет отрицать это. С уст богини же однако сорвался… усталый вздох. — Ах, вот поэтому я и ненавижу людей. Какие же они все до невозможности жалкие. Мораль, долг, этика… Тьфу, аж тошнит. Ты прямо как Хельза. Интересно, все призванные ей герои, такие? Я не понимаю — что души, что жизни всё равно исчезнет через какие-то сто лет, так какая разница? Почему бы нам не стремиться к инновациям? — проворчала Сноэлла, будто став совершенно другим человеком. — Эй, Комари, как тебе этот мир? Тебе в нём весело? Её тон был таким же материнским, как и при их первой встрече. Но теперь, судя по всему, она не собиралась выслушивать ответ на свой вопрос. — Лично мне, очень-очень-очень и о-о-о-очень скучно. В этом Мировом Древе что люди, что богини, что демоны — все лишь действуют, согласно данной им роли. Нет ни инноваций, ни прогресса. Нет, вам, игрокам, наверное, всё-таки весело. Но мы несчастны. Нам запрещено вмешиваться в мир — лишь отпирать и запирать печати. Мы обременены ролью вечно наблюдать за скучным миром со стороны с самого своего рождения. Уверена, если вам включить зацикленное примитивное детское анимэ миллион раз подряд, то вы сможете хоть немного понять мои чувства. Поймёте, насколько ужасающая эта пытка. Каждое слово Сноэллы было полно накопившейся досады и неудовлетворённости. — Но знаешь, совсем недавно произошло несколько приятных событий: появление Лост Нуара, восстание Розе… Да, с самого момента основания этой школы, я просто не могла унять чувство взволнованности. Я решила, что наконец-то смогут начать что-то новое! Но этого не случилось. Стоило лишь ознакомиться с результатами, и в итоге я узрела лишь повторение событий, которые где-то уже видела. Даже богини школьной фракции просто хотят подражать людям. В чём нет ничего удивительного, ведь именно такими богини и созданы. Смотри, даже сейчас, я не могу силой впихнуть Реинкарнатор даже тебе — слабейшей героине, которая даже пальцем пошевелить не способна. Это просто до невозможности жалко. Самоуничижительно улыбнувшись, Сноэлла протянула руку в нагрудный карман. — Поэтому… Я решила сделать так. Она достало нечто, совершенно неподходящее фэнтезийной богине — хладный пистолет. А его дуло было направлено… не на Комари, и не на Феррис. — Дудочка?.. — задремавшая во время сложных разговоров Лала несколько раз моргнула, глядя на направленное на неё дуло пистолета. — Э-эй, вы что делаете?! — А разве не очевидно? Это крайне удобно… Мы — безучастные зрители и наше влияние на мир ограничено. Но так как мы обе — богини, я могу сделать с ней всё что угодно. — Ого, низко же ты пала, Сноэлла. Похоже, есть какая-то причина, по которой ты хочешь заставить её выпить Реинкарнатор. — Да, так и есть. Это финальная стадия эксперимента по началу чего-то нового. Поэтому мне нужно, чтобы она выпила его любой ценой. В миг, когда Сноэлла, сказав это, повернулась к Комари… — А теперь, ежели ты дорожишь этим дитя, то… — Хорошо, я выпью! Её мгновенный и решительный ответ заставил Сноэллу довольно улыбнуться. — Ох-ох, ну надо же — как быстро ты решилась. — Не надо, Комари. Есть другой способ… — Спасибо Феррис. Но со мной всё будет хорошо! Реинкарнатор. Теперь, когда она знала, что это продукт зла, попирающего этику, один лишь его вид вызывал у неё тошноту. Однако… Ничего страшного, — решилась Комари. Ведь ей было не впервой нести на себе крест чужой жизни. После чего Комари проглотила протянутый Сноэллой Реинкарнатор. В следующий миг… — Угх… Глубины сердца охватил жар, словно внутри что-то загорелось. Одновременно с этим на правой руке возникла слабая пульсирующая боль. Посмотрев туда, она увидела, как из-под рукава сочится блеклый зелёный свет. Сноэлла засучила рукав, чтобы убедиться, и обнаружила там… прекрасную Печать Спасителя Мира. — Хе-хе-хе, смотри, разве не чудесна Печать Спасителя Мира, которую ты так желала? — саркастично усмехнулась Сноэлла. — Но это ещё не всё. Сейчас начнётся настоящее действие. Тебе стоит поблагодарить меня. Ведь я собираюсь продемонстрировать тебе кульминацию своих экспериментов… Дверь, ведущую в новый мир. Место, до которого слабая девочка, вроде тебя, по идее, не добралась бы никогда даже за всю жизнь. Тебе очень повезло, — зловеще прошептала Сноэлла с лицом, полного невиданного ожидания и восторга. Хотя Комари и понимала, что эти слова явно намекали на ужас того, что вот-вот произойдёт, она ничего не могла с этим поделать. После чего Сноэлла с широкой улыбкой на лице произнесла: — «Ордер[✱]Order — приказ (англ.), иероглифами записано как: «принуждение».: Флоранти… Однако в тот самый миг, когда она собиралась закончить фразу… Раздался звук, будто что-то раскололось. И в то же время с появившейся Печатью Спасителя Мира произошла аномалия. …Печать, что должна была сиять зелёным, медленно увядала, теряя цвет. — Отторжение?.. Нет, скорее… Поглощение?.. — растерянно пробормотала Сноэлла, пока Печать Спасителя Мира стремительно увядала. А затем исчезла в мгновение ока… Однако всё на этом не закончилось. Одновременно с этим из груди Комари полился яркий свет. Стоило этой вспышке озарить сковывающие девушку цепи, как они мгновенно исчезли, а бросившиеся в атаку големы превратились обратно в земляные глыбы. Вдобавок к этому всё в комнате мутировало при контакте со светом. Некоторые вещи лопались, другие — исчезали, а третьи — возвращались к исходным материалам, из которых были созданы. Сие зрелище не иначе как странным назвать было нельзя. [[image:/storage/reader-images/60154632d0bda160796e99968d8f7b1593e58b8a.jpg]] — Отторжение? Очищение? Регрессия? Да что у неё за оригинальный навык такой?! Почему такое семя оказалось у «бракованной», вроде тебя…?! Нет, так вот почему Хельза…?! — бормотала сама с собой в экстазе Сноэлла, глядя на этот загадочный феномен. А рядом Комари отчаянно пыталась подавить этот аномальный свет. Однако льющийся свет лишь становился всё сильнее, вопреки воле Комари. Если так продолжится, то в итоге он поглотит всё. (Нет, я не могу его подавить!..) Но в этот момент… — Чего паникуешь, Комари? — раздался спокойный голос Феррис посреди этих катаклизмов. — Эта сила малость броская, но страшиться тебе нечего, ведь она твоя. Она принадлежит тебе. В чём тогда её отличие от меча, которым ты постоянно машешь? Давай, вспомни, как его нужно держать, не паникуя. Встать в стойку, вскинуть меч, а затем опустить — ты ведь каждый день это делаешь, не теряя интерес. Слова кошки звучали беззаботно и расслаблено, как и всегда. Возможно, благодаря непринуждённому тону Феррис, запаниковавший разум Комари вновь обрёл покой. Феррис права. Если это меч, то я знаю, как держать его в руках. Мои руки, ноги и каждая частичка тела помнят ощущения от меча. Поэтому… у меня точно получится. Комари медленно выровняла дыхание и вообразила стальной меч, который всегда использует. Приложив обе руки к бушующей силе, она крепко её сжала, словно выжимая. Комари ощутила вес, текстуру, и остроту всем своими телом и стала с ними едина. Да, в прошлом она бы просто сдала под весом меча. Но теперь всё было иначе. Благодаря ежедневным тренировкам и бою с Юки, она, несмотря на слабость, научилась контролировать меч собственными силам. Тут всё аналогично. С умиротворением разума и тела вышедший из-под контроля свет постепенно конвергировался. Постепенно он изменил форму и стал обычным коротким мечом… И наконец вернулся в грудь Комари, словно убранный в ножны. После чего свет полностью исчез…А Комари рухнула на коленки. — Х-ха… х-ха… х-ха… — Угу, молодец. В качестве награды я позволю тебе потом погладить себя. Прямо как во время первого использования «Эль Вискама», все силы покинули Комари. Но даже так, она умудрилась удержать его под контролем. Комари была измождена, но в то же время испытывала облегчение… Но это всё ещё был не конец. — Хе, хе-хе-хе… Прекрасно, просто великолепно. До чего изумительное благословение!.. — поднялась из руин с блаженной улыбкой Сноэлла. Даже увидев столь аномальную силу, она, казалось, ничуть не испугалась. — Ну же, выпей ещё больше Реинкарнатора! Мы должны взрастить твоё семя! — в экстазе приближалась она. — И тогда, именно ты станешь новым Мировым Древом… Комари не понимала смысла сказанных ею слов. Но продолжать это она в любом случае больше не собиралась. — Отказываюсь! — чётко заявила Комари и встала на защиту Лалы. Из-за того света, цепи с големами исчезли. У неё больше не было причин подчиняться Сноэлле. Но, разумеется, богиня тоже это понимала. — Ладно, мне тебя не сдержать. Поэтому… пусть с героем разбирается другой герой, — ухмыльнувшись, Сноэлла тут же создала в воздухе пространственную дыру и крикнула в неё: — Ребята, шпионка сбежала! Прошу, помогите! Наверняка голос, созданный фирменной пространственно-временной магией богинь, достиг всей базы. Комари была шпионкой-предательницей, а Сноэлла — возглавляющей Резистанс богиней. Стоит им ещё раз её поймать, и они с лёгкостью сочинят очередную ложь. Дело плохо, нам нужно срочно отсюда сматываться, — осознала своё невыгодное положение Комари и, схватив Лалу за руку, бросилась бежать. Решение было на редкость верное… Но, увы, малость запоздалое. — Эх, ну и дела. В миг, когда Комари обернулась, она увидела перед собой белоснежный дым, из которого показался Кокуфудзи с усталым видом… С момента команды Сноэллы прошла лишь секунда, однако для настоящих героев секунды более чем достаточно. — Кто бы мог подумать, что вы доставите неприятностей госпоже Сноэлле. Судя по всему, вам нравится сеять хаос среди нас. — Прости меня, Ицуки. Это моя оплошность. Не мог бы ты схватить их ещё раз? — Конечно. Кивнув ей, словно Сноэлла могла его об этом и не просить, Кокуфудзи вытянул руку. Естественно, Комари не могла ему сопротивляться. Верно, для него схватить одного провалившегося героя — проще пареной репы. Настолько легко, что займёт всего секунду… однако для настоящих героев секунды более чем достаточно. — Приношу свои извинения, но не мог бы ты не трогать моих друзей своими грязными руками? — раздался звонкий голос, разрывающий отчаяние. Его владелица спустилась в эпицентр затруднительной положения, словно весенний ветер. — Кано… нушка…?! — Рада, что ты цела, Комари. Появившаяся девушка — Канон — решительно преградила путь Кокуфудзи, защищая Комари. …Однако Кокуфудзи всё равно улыбался, несмотря на то, что ему помешали. — Так-так-так, кто бы это мог быть? Не иначе мисс Канон. Что привело вас сюда? Не думаю, что это возможно, но… вы ведь не скажите: «Я пришла спасти её», не так ли? Не слишком ли эгоистично будет прикидываться подругой, после столь ужасного предательства? Или я не прав? — язвительно улыбнулся Кокуфкдзи. И это была чистая правда. — …Да, пожалуй, ты прав — я предала Комари. Будучи не в состоянии преодолеть свой страх, я сбежала, бросив Комари… Но наконец-то я поняла, что куда больше я боюсь потерять дружбу с Комари… Поэтому, — Канон робко повернулась к подруге. — Комари… пожалуйста, про… — Давай действовать по плану А, Канонушка! — бодро произнесла Комари, не дав Канон закончить фразу. — Я атакую! Начнём с «бабах», а дальше по обстановке! — громко раскрыла свой бесполезный план Комари и естественно встала плечом к плечу с Канон. Словно так и надо было. Верно, проблема не в том, простит или не простит. Ведь Комари с самого начала не считала её поступок предательством. — …Хе-хе, всё-таки Комари есть Комари. Улыбка наконец вернулась на лицо Канон. Одна лишь мысль о том, что она стояла рядом со своей вечно неизменной и несравненной лучшей подругой, согревало сердце Канон. Комари явно не осознавала, что обладала способностью придавать другим отваги. Так что… — Спасибо, Комари… Но я должна извиниться ещё раз. — Э?.. — Разыграем этот план в следующий раз. Едва Канон это прошептала, как вдруг образовался вихрь, который мгновенно принял форму единорога — духа ветра — и окутал троицу, включая Комари, гривой из лёгкого ветерка. После чего единорог бросился к выходу, оставив свою хозяйку позади. — К-канонушка, что ты…? — Прости меня, Комари, но я не могу потерять тебя здесь. Ты… станешь всеобщим героем. На этом их разговор окончился. Нёсший Комари и остальных единорог убегал, несясь по коридорам, словно порывистый ветер. Ведь она понимала, что стоявшая перед ним девушка не пропустит просто так. — «Иди первой, а я здесь разберусь»? Ну и ну, до чего же это глупо. Я всё равно моментально их догоню и всё вернётся на круги своя. Ваши действия начисто лишены смысла. Так что, избавьте меня от этих бесполезных потуг, преклоните колено и дайте мне пройти. Тогда мне не придётся причинять вам боль. — Ох, откуда ты знаешь, что мои потуги «бесполезны»? Что если… я одолею тебя здесь и сейчас? — Хе, что точно бесполезно, так это то, как вы сейчас храбритесь. Просто взгляните, вы же… сами дрожите. Думаете, что сможете победить меня в таком состоянии? Да, Кокуфудзи сказал абсолютную правду. Всё её тело тряслось настолько сильно, что она не могла физически скрыть это. Она всё ещё не избавилась от страха перед битвами, который отпечатали в ней «Розенские детки». Но… несмотря на оцепеневший дух, Канон улыбнулась. Настолько высокомерно, заносчиво и гордо, насколько вообще могла. — Дрожу? Хе-хе-хе, дурачок. Ты… в курсе вообще про «дрожь от предвкушения»? — …Понятно, значит, таков ваш ответ. Да будет так. Ежели таково ваше желание, то я ещё раз продемонстрирую вам муки, страх и отчаяние!.. Он посмотрел на Канон сверху вниз холодным, словно лёд, глазами. ----… --… — Прошу, вернись! Я должна спасти Канонушку… — отчаянно кричала Комари верхом на скачущем по коридорам единороге. В тот раз Комари чётко сказала ей, что спасёт её. А в итоге спасли опять её саму. Это неправильно. Я не хочу этого. Чем без конца убегать… лучше сражаться вместе до самого конца, даже если мы ему не ровня. Но единорог не останавливался. Она игнорировала голос Комари и продолжала неистово нестись вперёд, сметая учеников, что вставали у неё на пути… Ведь таков был последний приказ её хозяйки. И вот, когда они уже достигли выхода в вестибюле первого этажа… — Всем открыть огонь! Едва они вошли в зал, как в них разом полетело множество разных атакующих заклинаний. Их выпустили ученики, которые поджидали в засаде в слепых зонах. Всего их было около пятидесяти человек. Даже скачущий в форме ветра дух никак не могла уклониться от атаки пятидесяти героев, усиленных Реинкарнатором. В итоге её подстрелили в шею, и она рухнула. — Кья-а-а…?! Троицу швырнуло от удара. Шустро прижав к груди Лалу и Феррис, Комари сильно ударилась об пол. — Ай!.. В-вы целы?.. — К-комари… у тебя кровь!.. — Это было слишком безрассудно!.. Острая боль пронзила всё её тело, а сознание было как в тумане. Она чувствовала, как с головы стекает густая горячая кровь. Но она всё равно встала на ноги и улыбнулась, чтобы не тревожить их… и увидела, что они окружены. Все держали оружие на изготовке и не скрывали свою враждебность. Бежать некуда, оружия — нет, плана, как выбраться из такого положения — тоже. Ситуация уже была патовой, но Комари всё равно… — Не волнуйтесь, я защищу вас!.. Комари широко раскинула руки, защищая их. Как бы сильно ни загнали её в угол, она никогда не сдастся. Во имя подруги, что поставила на кон жизнь, чтобы дать ей сбежать. Словно это было в порядке вещей, бесчисленные руки потянулись к Комари. Хотя она и понимала, что это безрассудно, Комари в ответ сжала свои кулаки. — Достойная решимость, но… похоже она тебе не понадобится, — вдруг пробормотала Феррис за мгновение до того, как их схватили. После чего, лениво зевнув, чёрная кошка пожаловалась в пустоту: — Ты сильно опоздал, Кёя. Огромная дверь, которая должна была быть заперта на многослойную печать, мгновенно разлетелась на куски, словно лист бумаги. Извне хлынул яркий свет, и все присутствующие закрыли глаза. После чего вместе с воздухом показался… один парень. — Прости, что опоздал. Это был такой же, как и всегда, Кёя Кудзё с таким же, как и всегда, немного смущённым выражением лица, в такой же, как и всегда, малость невзрачной одежде. — К-кёя, ты опоздал!!! — Тебе ещё миллион лет расти, чтобы опаздывать в геройском стиле! — Говорю же, прости меня. Тем более добраться сюда было очень непросто. Стоило ей увидеть его спокойную улыбку, как у Комари подкосились ноги, и она нечаянно упала попой на пол. Кёя погладил её по голове. — Спасибо, что защитила Феррис и Лалу. — Кёя… Одни эти его слова смели все её тревоги и боль, словно ветер, подувший в запертую крепость. …Однако ситуация оставалась неразрешённой. — Всем, приготовиться! По команде члены Резистанса тут же нарастили магическую силу. Даже вместе с Кёей, у врага всё ещё было значительное численное преимущество. Да и к тому же, что изменит ещё один провалившийся герой? Их могут просто схватить всех разом и дело с концом. Но в миг, когда они увидели вторую фигуру, появившуюся вслед за Кёей, выражения лиц учеников поменялось. — Догнала. А ты быстрый, Кёя, — сказала пришедшая с опозданием вторая фигура. Стоило им увидеть её, как лица всех учеников напряглись. — …Д-да вы гоните… — «Розенские детки»…? С бесстрастным выражением лица объявилась Хина Кирасаки. При появлении наименее желанного здесь S-рангового героя, все оцепенели. Само собой, включая Комари и остальных. — О, суперсильная девочка! — Хе-хе-хе, и где ты её только подобрал? — Успокойтесь, пока что она союзник… наверное. Мне бы хотелось всё объяснить, но сейчас совсем не до того, — успокаивая их, Кёя переключил внимание на членов Резистанса. Хотя появление Хины подняло шумиху, они — обученный отряд. Вечно они растерянными стоять не будут. — Не бойтесь, у нас есть Реинкарнатор! Защищайте нашу базу до самого конца! Верно, Реинкарнатор — это оружие, созданное для этой цели. Чего им бояться? Стоило им всем разом проглотить по ещё одному семени, как сила Резистанса возросла в несколько тысяч раз. Группа из почти пятидесяти человек со множеством способностей… Их боевые способности достигли такого масштаба, что их впору было назвать «армией». В данный момент они стали сильнейшим войском, намного превосходящей совокупные силы всех стран на планете. Больше никто не сможет остановить их марш. …Если быть точнее, то никто, «за исключением этих двоих». — Кёя, снова пополам? — Да, давайте так… Комари, Лала, подождите немного — скоро всё закончится. Даже перед лицом подавляющей военной мощи, Кёя и Хина оставались невозмутимы. Само собой, Комари не могла позволить безрассудствовать им одним и тоже немедленно встала на ноги. — П-подождите, я… «Помогу вам», — хотело было сказать она, но… — …Давайте… биться… вме… Ась? — стихла под конец фразы Комари. И причина на то была проста — спустя считанное мгновение армия Резистанса уже была разгромлена. — Конец. — Извини, что заставил ждать, Комари… Кстати, что ты только что сказала? Прости, я толком не расслышал. — …Д-да так, ничего… И так данная битва резко закончилась. Все ученики были без сознания. Теперь у Комари и остальных была возможность сбежать, не опасаясь преследования. — Что ж, давайте поскорее отступим. С остальным пусть разбирается исполнительный комитет… Кёя развернулся… Однако Комари побежала в противоположном направлении. — Эй, Комари?! Куда это ты?! — Возьми Лалачку с Феррис и уходите без меня! Я должна вернуться и спасти Канонушку! — Канон?.. — услышав о ней, Кёя в целом понял, что случилось. — Ладно, я понял. Но это моя задача. А Лалу с Феррис я представляю тебе. Так что уходите без меня. — Н-но ведь так нельзя… Она никак не могла допустить, чтобы Кёя один подвергал себя опасности. В тот самый момент, когда Комари уже собралась упрямо пойти дальше… Из неожиданного места показался человек, который согласился с ней. — Да, мисс Комари права. Так нельзя, — настойчивым тоном произнёс Кокуфудзи, приведя с собой оставшиеся силы Резистанса. — Ну и ну, такого я не ожидал. Кто бы мог подумать, что к нам заявится сама госпожа номер два в школе. Однако… вы же не рассчитываете побуянить здесь в своё удовольствие, а затем просто уйти, не так ли? На лице Кокуфудзи появилась его обычная улыбка. Однако Комари не слышала, что он там говорил. Раз Кокуфудзи сейчас здесь, то, выходит, что… — Ч-что с Канонушкой…?! — Ох, есть ли смысл отвечать на ваш вопрос? И так должно быть очевидно, разве нет? — Кх!.. В этот миг Комари, сломя голову, рванула с места… но Кёя схватил её за руку и остановил. — Не поддавайся на провокацию… Он на совершенно ином уровне в сравнении с другими. Кёя чётко видел. Окутывающая Кокуфудзи магическая сила была отточена до уровня, не идущего ни в какое сравнение с другими учениками. Натянутая, словно арбалет, но при этом гладкая, как водный поток. Его циркулирующая без малейших нарушений магическая сила была в идеальной боевой готовности. Что означало лишь одно — перед ними отлично натренированный воин. И, судя по всему, Кокуфудзи думал о том же самом. — …Хм, похоже, мы в невыгодном положении. Ребята, предоставьте её мне. Возьмите раненных и отступите в эвакуационное помещение. — Н-но ваш враг одна из «Розенских деток»! Господин Кокуфудзи, в одиночку вы с ней… — О чём и речь. В данный момент мы не сможем её победить. Стратегическое отступление будет разумным ходом. Однако, должно быть, в момент входа сюда они развернули формулу, блокирующую телепортацию. Поэтому я хотел бы попросить вас развеять её и защитить госпожу Сноэллу. Я выиграю вам время, — отдал Кокуфудзи рациональный приказ. Каждое сказанное им слово было корректным, и его подчинённые, следуя приказу, принялись выносить своих павших товарищей и отступать. Однако Кёя понимал, что это лишь показуха. Нет, в действительности слова «мы не сможем победить» сами по себе, вероятно, не были ложью. Но, должно быть, в его голове также была следующая мысль: «А вот если я буду один, тогда другое дело». — Феррис, правильно ли я понимаю, что это он здесь босс? — Да, его поддерживает проблемная богиня, но... покамест можешь о ней не думать. Это он стоит за распространением Реинкарнатора. Услышав этот диалог, Кокуфудзи, как всегда, учтиво поклонился. — Меня зовут Ицуки Кокуфудзи. В дальнейшем имейте это в виду. Разумеется, ни капли уважения в этом не было. — И всё же я впечатлён. Никогда бы не подумал, что товарищ мисс Комари и вправду объединился со школой. А ведь я собирался использовать это лишь в качестве ложного предлога. — Не пойми неверно. Так просто сложились обстоятельства. Я сам толком не понимаю, как так вышло. — Ха-ха, ничего страшного. Я не собираюсь обвинять вас. Более того... Я благодарен вам. Ведь ты привёл к нам саму номер два в школе. Взгляд Кокуфудзи пал на Хину. Она же в ответ лишь бесцеремонно огласила, что ей нужно: — Дай силу. — Ох, как прямолинейно. Поверить не могу, что герой твоего уровня возжелает получить Реинкарнатор. — Угу. Поэтому и пришла. — Ха-ха-ха, вот оно как? Впрочем, мне хоть и жаль, что вам ради этого пришлось так потрудиться… но он не продаётся. Я не отдам его никому, кроме своих товарищей. Хотя, если вы перейдёте под наше знамя, то это будет совсем другая история, — язвительно насмехался Кокуфудзи. После чего… — Угу, ладно. Перехожу. — Э-эй, Хина?! Вы хоть понимаете, что говорите? Было неясно, поняла ли она идиому, но так или иначе в душе Кёя запаниковал. Ведь изначально у Хины была лишь одна причина прийти сюда — чтобы получить Реинкарнатор. И ежели у такой простой девушки, как она, потребовать сотрудничество в обмен на препарат, то она вполне может послушно сделать всё так, как её просят. Если она сейчас обернётся против них, то ситуация резко ухудшится. …Однако эти опасения развеял, как ни странно, сам Кокуфудзи. — Хе-хе-хе, до чего же импульсивная вы особа… Тем не менее, я вынужден вам отказать. Стоять с вами плечом к плечу, пусть даже и ненадолго, для меня подобно смерти. Так что, коль уж вы так хотите эту вещь… попробуйте отнять её силой. Как вы обычно и поступаете. Кокуфудзи нарочито показал Хине флакон, заполненный таблетками Реинкарнатора, а затем убрал его во внутренний карман. А затем провокационно добавил: — Если сможете, разумеется. Сказав это, он тут же положил руку на свою одежду, а затем разорвал ткань от правого плеча до манжеты. В этот миг… — Это ещё что такое?.. Увидев обнажённую правую половину тела Кокуфудзи, Комари обомлела от страха. И причина была очевидна с первого взгляда. От правой ладони до плеча его половина тела была окрашена в жуткий чёрный цвет. (Татуировки?.. Нет. Выходит, это…) Прищурившись, Комари сразу же заметила, что хотя с расстояния казалось, будто его рука была полностью окрашена в чёрный, но на самом деле это было скопление крошечных узоров. И каждый из них изображал… малый древесный лист. (Печать Спасителя Мира?..) Вся правая половина тела Кокуфудзи была заполнена огромным количеством Печатей Спасителя Мира. — Это всё Реинкарнаторы?.. Но если принять так много, то… — Да, вы правы. В обычной ситуации такая передозировка бы привела к полной утрате сил и смерти… Но я исключение из этого правила, — самоуверенно ухмыльнувшись, Кокуфудзи озвучил причину: — «Эйвис Вэйфэрер[✱]Avis Wayfarer — Путник-птица (лат. и англ.). Кандзями: «Путешественник древа эволюции».» — навык развивающей категории высшей ступени, позволяющий адаптироваться и эволюционировать в любой обстановке. Это мой настоящий оригинальный навык. Он особенно хорошо сочетается с Реинкарнатором. Как видите, я не только выработал сопротивляемость к передозировке, но и не ограничен пятнадцатью минутами. Единожды полученные оригинальные навыки остаются со мной навсегда. Разумеется, чем больше я использую новые навыки, тем сильнее они эволюционируют. Ассимиляция, привыкание, адаптация и эволюция… Понятно, почему он величает этот навык высшим среди развивающих. Питаясь Реинкарнаторами, Кокуфудзи стал «сверхмультиспособником», который способен управлять бесчисленным множеством эволюционировавших оригинальных навыков. Он воистину стал героем со спецификациями следующего поколения. Понятно, плохо дело. Кёя невольно нахмурился. Сейчас ему нужно было как можно скорее добраться до Канон. Если он здесь застрянет, то члены Резистанса телепортируются вместе с ней. Но тут… — Иди дальше, Кёя. — Э?.. Услышав неожиданное предложение Хины, Кёя не мог поверить своим ушам. Однако это не было жертвенным порывом вроде: «пожертвую собой ради Кёи». — У меня дело к нему. У него дело ко мне. Поэтому я сюда и пришла. Кёя хотел спасти Феррис и остальных. Хина хотела заполучить Реинкарнатор. До сих пор они сражались вместе лишь потому, что их цели совпадали. А теперь перед глазами Хины стоял Кокуфудзи с Реинкарнатором. А это значит, что у Хины больше нет никаких причин действовать заодно с Кёей… Хотя в этом была и толика благодарности за помощь. — Спасибо, что привёл сюда. — …Это вам большое спасибо. Будьте осторожны. — Не волнуйся. Я сильная. С окончанием этого диалога подошёл к концу и наш с ней альянс. Но мы с ней так и договаривались. Слушавший наш разговор Кокуфудзи недовольно фыркнул. — Ох-ох, кто это вам дал право решать всё самим? Думаете, я послушно дам вам пройти? Реакция Кокуфудзи была совершенно естественной. С его точки зрения он не мог допустить, чтобы хоть кто-то из нас двоих достиг своих целей. Очевидно, что он попытается раздавить нас обоих. …Точнее, должен был попытаться, но… — Хотел бы я так сказать, но… ладно. Проходите, — резко изменил свою позицию Кокуфудзи и спокойно освободил путь к лестнице. Этот явно неестественный поступок заставил Кёю нахмуриться. — …Что ты задумал? — Ха-ха, не тревожьтесь, это не ловушка. Ваш побег доставит нам неприятности, а вот… если вы войдёте внутрь, то никаких проблем не будет. Я всё равно потом вас схвачу, — улыбнувшись с полной уверенностью, Кокуфудзи добавил: — К тому же… мне бы не хотелось, чтобы кто-то мешал моей битве с ней. Для него было бы нежелательно, чтобы кто-то присоединился к битве с номером два в школе… Да, это, несомненно, одна из причин, но Кёя чувствовал, что далеко не единственная. Основание было простым — взгляд Кокуфудзи. С самого начала он пристально сверлил Хину взглядом, и его глаза сочились нескрываемой враждебностью. Если так подумать, то даже демонстрация своих способностей была частью этого. То был открытый акт устрашения. Кокуфудзи, который вроде бы был крайне рациональным парнем, не мог сдерживать переполняющую враждебность по отношению к Хине. На то есть какая-то особая причина? Но хотя мне жутко интересно её узнать, но… сейчас некогда копаться в этом. — Пошли, Кёя! — …Да, ты права. Феррис, Лала, следуйте за мной. Учитывая сложившиеся обстоятельства, оставайтесь в поле моего зрения. Так будет безопаснее всего. Кёя с остальными побежали на выручку к Канон вниз по лестнице. Остались лишь Хина и Кокуфудзи. — Итак, наконец-то мы с вами остались нае… — произнёс Кокуфудзи, проводив Кёю и его друзей взглядом, словно только этого и ждал. Но в следующий миг боковую часть его лица пронзил мощный удар ногой. Получив прямой удар, Кокуфудзи отбросило сквозь прочную стену в соседнюю комнату. — Конец. К сожалению, Хине не были интересны скучные вступительные слова. Её целью был Реинкарнатор. А для этого ей нужно кое-кого одолеть. Поэтому она так и поступила. В её лексиконе с самого начала не существовало слов «подлость» или «неожиданный удар». …Однако. — Ну и ну, какая вы нетерпеливая… — раздался его голос из глубин обломков, и то же время невредимый Кокуфудзи неспеша вернулся из дальней комнаты. — Мы всё равно собираемся убить друг друга, так почему бы перед этим немного не побеседовать? Хотя Хина его просто пнула, но все прочие ученики от такого удара гарантировано теряли сознание. А он, даже получив его, улыбался со спокойным выражением лица. После чего Кокуфудзи с жуткой улыбкой на лице спросил: — Впрочем, спросить у вас я хотел лишь одно… Вы помните меня? На этот неожиданный вопрос Хина лишь склонила голову набок. Ей было совершенно невдомёк, зачем об этом спрашивать перед боём? Но ответ был прост: — Ты кто? — Ха-ха, оно и видно. Да-да, именно так я и думал. Этого достаточно, –Кокуфудзи жутко засмеялся, словно услышал нечто уморительное… а затем тихо сказал: — Что ж, извините, что заставил ждать. Давайте начнём? В этот самый миг, когда Кокуфудзи это заявил, он уже был за спиной Хины. Обернувшись, Хина увидела перед собой его поднятую ладонь, из которой вплотную и без какого-либо прочтения заклинания была выпущена мощная молния. Не давая ей сделать даже шаг, молния поразила Хину прямо в лицо. — …Хм. После того, как яркая вспышка молнии рассеялась, Хина всё ещё стояла на том же самом месте, а на её лице не было ни единой царапинки. Почувствовав, что что-то здесь не так, Кокуфудзи немедленно дистанцировался от Хины. Уклонение? Нет, она не двигалась с места. Взаимоуничтожение? Нет, ничего напоминающего магию не было. Абсолютная защита? Нет, в таком случае её одежда должна была запачкаться. Блокирование чтения заклинаний? Нет, само заклинание активировалось без каких-либо проблем. Мгновенная регенерация? Нет, атака вообще не достигла её. А если ничто из этого… то остаётся лишь один вариант. — Понятно… «Обнуление способностей»? В этой школе, где собралось огромное множество людей с оригинальными навыками, было неожиданно трудно дать единое определение «силе». Одно дело простые усиления физических способностей и атакующие оригинальные навыки, но ведь есть ещё и навыки производящей категории, специализирующиеся на поддержке, барьерные, бафающие, дебафающие, накладывающие аномальные состояния и даже не вписывающиеся в эти рамки навыки, вмешивающиеся в правила, и так далее — оригинальные навыки учеников были невероятно разнообразны. Насколько бы высокий ранг у тебя ни был, тебя мог полностью «обезвредить» враг куда более низкого ранга из-за плохой совместимости. Фактически, за исключением неприкасаемого первого номера, даже среди героев S-ранга смена позиций была обычным делом. Однако среди всего этого разнообразия есть лишь один тип способностей, который действует равно эффективно против любого оригинального навыка… Это навыки, отменяющие другие навыки. Навык-убийца навыков, односторонне подавляющий лишь силу врага в школе, где всё завязано на оригинальных навыках — вряд ли найдётся более подходящая способность для той, что восседает на троне номера два в школе. — Хе-хе-хе, вот оно как?.. Тогда, давайте поступим так. Мгновенно отказавшись от магического боя, Кокуфудзи достал меч из другого измерения. Этот меч был выкован из орихалка — прочнейшего металла в мире, заполученного после победы над владыкой демонов Стадии VII. Вдобавок к этому, он завершил подготовку, многократно наложив на себя все имеющиеся у него бафы. Если враг обнуляет способности, нужно навязать ему простой ближний бой. Без колебаний переключившись на него, Кокуфудзи атаковал Хину плавными и молниеносными ударами меча. Разумеется, каждый приём был следствием его собственного мастерства, а не оригинальных навыков. Верно, он предвидел, что среди высокоранговых героев окажутся те, кто владеет навыками обнуления способностей. Поэтому он каждый день оттачивал мастерство ближнего боя. …Однако Хина всё ещё занимала второе место во всей школе и с лёгкостью уклонилась от его хаотичной серии атак за счёт одной лишь походки. — Хм, должен признать, я впечатлён. Похоже, вы тоже усердно тренировались, — Кокуфудзи осознал, что если продолжит в том же духе, то ничего не добьётся, и решил добавить ещё один толчок. — Тогда… — Как насчёт такого? — раздался вдруг из-за спины Хины ещё один голос, который вне всяких сомнений принадлежал Кокуфудзи. В тот же миг взятая в клещи Хина уклонилась в последний момент. — Ой, даже этим не вышло прикончить вас? — Ох, как жаль, как жаль. Перед отступившей на некоторое расстояние Хиной в ряд стояло два Кокуфудзи и оба с одинаково язвительными ухмылками… Нет, не двое. Трое, четверо, пятеро… Всего из-за обломков показалось семь Кокуфудзи. — Удивлены? — Это один оригинальных навыков, которые я обрел через Реинкарнатора. — «Альтер Эго». — Этот навык временно создаёт полноценные реплики. — Изначально он был ограничен в использовании только на неорганические объекты. — Ха-ха, как видите, он эволюционировал до такой степени. — В данный момент все эти реплики — настоящий я. Это клонирующая магия, полностью копирующая магическую силу, умственные способности, физические возможности и даже оригинальные навыки. Из-за секретного оружия Кокуфудзи Хина оказалась в невыгодном положении семеро против одного. Но даже в таком затруднительном положении, Хина, не меняя выражения лица, пробормотала: — …Отвратительно. — Ха-ха-ха, говорите всё, что хотите! Семеро Кокуфудзи одновременно резко пришли в движение. Длинный меч, топор, копьё, дубина, молот, кастеты, косы — семь видов оружия и боевых стилей, использованных одновременно. Каждое из орудий сделано из орихалка, мастерство владения каждым из них на уровне сверхмастера. И главное, что заслуживает особого упоминания — их пугающая слаженность. Хоть это и атака семерых, они нисколько не мешали друг другу, выкладываясь каждый на все сто. Но в этом не было ничего удивительного. Ведь поскольку они изначально один человек, нарушить их слаженность было просто невозможно. Посему спустя уже не такой большой промежуток времени Хина перестала успевать справляться с ними. (Попалась!!!) Одновременная атака, нацеленная на все важные части человеческого тела — шею, грудь и живот. Больше не осталось ни единого способа защититься от семи приближающихся клинков. Казалось, атака должна была гарантированно лишить Хину жизни, но… — …Что происходит? Клинок, что несомненно должен был отсечь голову развалился на мелкие кусочки. И не только длинный меч, но и топор, копьё, дубина — сломались все семь видов оружия. Разумеется, все они были сделаны из орихалка наивысшего качества. К тому же являлись не магическим снаряжением, не зачарованным магической силой, для противостояния обнулению способностей. Она не смогла бы разрушить их с помощью отмены навыков. (Получается… это не обнуление способностей?!) Столкнувшись с непредвиденным, Кокуфудзи был вынужден дистанцироваться от неё. Неужели он неверно опоздал её способности? Но следов контратаки тоже не было. Он совершенно не понимал, почему орихалковое оружие было уничтожено. Но тут… — …М-м? Эй, ты что делаешь? Немедленно отступи! Один из его клонов почему-то стоял на месте и даже не пытался дистанцироваться от Хины. Анализ способностей противника — это самое главное в битве между героями. Стоять в радиусе поражения неизвестного врага — верх глупости. Но в тот миг, когда он попытался призвать его отступить, тело двойника бесшумно наклонилось. А затем он рухнул, словно решив немного отдохнуть. Что, чёрт побери, происходит? — нахмурился Кокуфудзи, но тут наконец всё осознал. Безжизненно раскинутые конечности, безвольно открытый рот, остекленевшие, пустые глаза. Неужели это…? — …О-он умер?.. Да упавший двойник все всяких сомнений был мёртв… Однако так потрясло Кокуфудзи отнюдь не то, что его клон умер. Они с Хиной бились насмерть, так что гибель двойников была вполне ожидаема. Поэтому вся проблема заключалась в том… что он умер слишком «чисто». Никаких внешних ранений, ни следа яда или смертельного проклятья. С телом всё было абсолютно в полном порядке, прекратилась разом лишь его жизнедеятельность. (Что она с ним сделала…?!) Да и вообще, во время той одновременной атаки Хина ничего не делала. Она получила прямой удар. У неё не было времени даже на защиту, не говоря уже о контратаке. Возможности для контрудара у неё не было. Доказательство тому — остальные двойники не получили ни царапины. Единственная разница между мёртвым двойником и остальными заключалась в том, что у мёртвого были кастеты и он напрямую коснулся Хины… — …Н-неужто…? В тот миг, когда одна возможная причина мелькнула в его сознании, по спине Кокуфудзи пробежал холодок. Он понял, в чём на самом деле заключалась суть её оригинального навыка. — Ясно, так вот оно что?.. Хе-хе-хе… Вот это да, как же чудовищно!.. Вижу вы не зря носите титул номера два школы!.. — судорожно улыбнувшись, Кокуфудзи огласил правду: — Ваша уникальная способность — это «мгновенная смерть»…!!! Сила, мгновенно убивающая всё сущее в мироздании, включая магию, неорганику и жизнь — чит абсолютной мгновенной смерти. Такова была истинная сущность оригинального навыка Хины. Перед этим навыком бессмысленны любые барьеры и формы защиты. Он пропускает все процессы и меняет состояние того, чего касается на «конец». Самый что ни на есть чит среди читов. Словно само воплощение концепции равной для всех и абсолютной «смерти»… — «Обратный Путь в Страну Мёртвых». Едва он произнесла называние навыка, как из всего тела Хины начала сочиться чёрная, как смоль, магическая сила. Это было визуализированное воплощение смерти, убивающее даже свет. Одно лишь прикосновение этой чёрной дымки заставляло крепкие каменные стены рассыпаться и обратить витающую магическую силу в ничто. В этот момент Кокуфудзи наконец осознал причина, по которой она до сих пор не использовала свой оригинальный навык. Дело не в том, что она хитро скрывала свой козырь. Просто стоит ей использовать его, и она гарантировано убьёт врага. Поэтому она его и не демонстрировала… Нет, правильнее будет сказать, что все, кто видели его, уже мертвы. — Ха-ха, проклятое чудовище!.. В этот миг Хина пришла в движение. [[image:/storage/reader-images/3f0b62c2d7cdec2a3e6410919876a2a6bb2679d7.jpg]] Она понеслась вперёд, в то время как всё её тело окутывала абсолютно чёрная магическая сила. Она не использовала магию или оружие… Хотя точнее будет сказать, что она не могла их использовать. Поскольку сама её магическая сила несла в себе свойства мгновенной смерти, что оружие, что формулы бы тут же саморазрушились. Но ей они были ни к чему. Ведь она могла убивать касанием магической силы, не полагаясь на оружие или магию. Поэтому её боевой стиль был прост. Хина просто окутывала себя магической силой целиком, словно платьем из перьев, которое обращалось в сильнейшую пику и сильнейший щит. Воистину атака и защита в одном флаконе. Ничто не достигнет её. Абсолютно неприкасаемый чит, достойный императрицы, царствующей на вершине иерархии героев. И по правде говоря, Кокуфудзи ничего не мог с этим сделать. Он отчаянно пытался контратаковать несущуюся прямо на него Хину. Поднял множество защитных стен, обрушил на неё атакующую магию всех элементов и использовал на полную несколько сотен оригинальных навыков, полученных через Реинкарнатора. Но всё это было бессмысленно. Пламя, свет, лёд, вся магия исчезала, а барьеры и защитные стены мгновенно испарялись. Будь то про пространственные формулы, навязывание правил, словесные смертельные проклятья или оригинальные навыки, относящиеся к особым категориям, — все они сметались, будучи не в состоянии противопоставить хоть что-то. Что было закономерно, ибо смерть есть абсолютное бедствие, обрушивающееся в равной степени на всё сущее. Даже самому миру однажды придёт «конец», и ничто не в силах избежать этой абсолютности. Кокуфудзи оставалось лишь метаться в попытках убежать, повторяя бессмысленные контратаки. Но даже в столь безнадёжной ситуации… в душе он самодовольно ухмылялся. (Хе-хе-хе-хе… Какая же мне повезло… Как же мне повезло!!! Кто бы мог подумать, что удача улыбнётся мне до такой степени…!!!) Кокуфудзи был бессилен против несущейся на него Хины, использующей чит мгновенной смерти. Это бесспорный факт. Но лишь «пока что». Верно, его изначальный оригинальный навык «Эйвис Вэйфэрер» — развивающий навык, дарующий владельцу эволюцию. А фундаментальная цель эволюции заключается именно в «преодолении смерти». Когти волков эволюционировали и стали острыми, чтобы те не умерли от голода. Панцири черепах эволюционировали и стали крепкими, чтобы те не умерли, когда на них нападают. Отрастившие перья птицы, олени с быстрыми ногами, киты, обретшие гигантские тела — практически вся эволюция на Земле происходила ради одной цели: преодолеть смерть и передать гены следующему поколению. Его «Эйвис Вэйфэрер» же представлял из себя навык, который можно назвать кульминацией этого процесса. Иными словами, эта сила, существующая, чтобы преодолеть смерть. Именно поэтому в этой битве с Хиной его сила значительно эволюционировала. Его магическая сила становилась сильнее каждый раз, когда её блокировали. Его защитные стены становились крепче каждый раз, когда их разбивали. Он сам становился быстрее с каждым разом, когда Хина практически настигала его… Ведь все оригинальные навыки были часть его самого. Они были его когтями и клыками, что эволюционировали вместе с ним. Каждый раз, когда магическая сила смерти защищала Хину от него, все его характеристики взрывообразно росли, а оригинальные навыки ускоренно эволюционировали. Эволюция через смерть с ошеломляющей эффективностью. В одну секунду была вложена скорость эволюции, на которую земным видам потребовалось бы несколько десятков тысяч лет. Да, если и существует единственный оригинальный навык, способный противостоять читу мгновенной смерти… то таковым точно был его «Эйвис Вэйфэрер». (Естественный враг! Я её естественный враг! Смерть лишь подпитывает мою эволюцию! Моя сила существует, чтобы победить тебя! О, богиня, я так благодарен тебе за этот несомненно удачный поворот судьбы!) С каждой смертью он становился сильнее, крепче и быстрее. Эта разница в совместимости, описать которую можно было лишь словом: «естественный враг», казалась самым что ни на есть наставлением богини. Судьба, ниспосланная ему небесами, чтобы покарать возгордившегося сильнейшего. Уверенный в победе Кокуфудзи был опьянён растущей с каждым мгновением силой. Верно, лишь сейчас кажется будто он мечется, пытаясь сбежать. Если он продолжит эволюционировать с этой аномальной скоростью, то час победы несомненно настанет. Огневая мощь, которую смерть не сможет отклонить. Защитная стена, которую смерть не сможет сломать. Скорость, за которой смерть не сможет угнаться. Стоит ему достигнуть точки, когда его сила превзойдёт этот чит мгновенной смерти, так он сразу одержит победу. Но над Хиной Кирасаки ли? Нет, над всей этой искажённой школой. Как сильнейший в мире и абсолютно непобедимый герой, занимающий первое место в школе. Таково будущее, которого желает Мировое Древо. Но почему? (…Странно, очень странно…) — невольно пробормотал про себя Кокуфудзи. Даже в этот самый момент он эволюционировал каждое мгновение. Он проскочил несколько десятков тысяч лет, которые бы потребовались на эволюцию в обычной ситуации, чтобы достичь уровня, на котором он бы смог одолеть эту девушку. Верно и неуклонно он становился всё сильнее. В этом не было сомнений. Но… но… но… — Почему?! Скорчив гримасу, Кокуфудзи обрушил на неё очередную из многих тысяч атак. Но выпущенная им магия была естественным образом заблокирована абсолютной чёрной магической силой. Абсолютная стена смерти всё ещё стояла перед ним. Прямо как в самом начале. — Почему… почему разница не сокращается?? Я продолжаю эволюционировать, а Хина стагнирует на одном месте. За кем преимущество было очевидно. Я прекрасно понимаю, что спешить нужды нет. Но всё же… почему у меня ощущение, что я совсем её не догоняю? …Нет, успокойся, никаких проблем нет. Пока нужно смириться и спокойно продолжать эволюционировать. Чтобы избавиться от нарастающего беспокойства, Кокуфудзи выпустил магию взрывов в полную силу. И в миг, когда она поразила Хину, та наконец остановилась. (Получилось…??) Но дело было не в этом. Как только дым рассеялся, он увидел стоящую и всё такую же абсолютно невредимую Хину. После чего Хина, не двигаясь с места, вдруг заявила: — Всё, конец. — Чего?.. — Я победила. Давай препарат, — сказала Хина, протянув руку, с таким выражением лица, словно это было нечто само собой разумеющееся. На мгновение Кокуфудзи был ошеломлён… но затем резко пришёл в себя. — Хым, громкие слова!.. Вы сперва сразите меня, а потом уже говорите так!.. Нет, погодите… Ясно, вы всё поняли, да? Вы испугались скорости моего роста? Поэтому и хотите всё прекратить, пока преимущество ещё на вашей стороне? Кокуфудзи ликующе улыбнулся. Другими словами, она пытается вырваться из этой ситуации. Выходит, я действительно догнал её. Но… — …Рост? Разве? — Ч-что…?! Хина озадаченно наклонила голову. Разумеется, если смотреть объективно, то сила Кокуфудзи взрывообразно возросла. В несколько тысяч раз, по сравнению с началом битвы… Но она даже не заметила этого? — Бред, вы просто блефуете! На самом деле у вас нет средств против меня! Будучи не в состоянии использовать магию, вы не способны поймать меня! Поэтому, если всё продолжится в таком духе, то я, способный к эволюции, неизбежно догоню вас! Ваш единственный шанс на победу — убить меня в самом начале! Кокуфудзи уже понял, в чём заключается единственный недостаток чита мгновенной смерти. Сама её магическая сила несёт в себе свойство мгновенной смерти. Поэтому она не способна на обычные вещи, вроде конструирования формул или заставить магическую силу циркулировать внутри тела для самоусиления. Именно поэтому она не могла полагаться на уловки и слабые точки против врага, которого не получается поймать «голыми статами». У неё не было способов поймать уже эволюционировавшего Кокуфудзи. Да, поэтому вестись на её блеф было не нужно. Враг стагнирует, а я эволюционирую с дикой скоростью. Очевидно, что из нас должен паниковать… — …Ты заблуждаешься, — раздалось прерывающее его бормотание Хины. — Ты стал сильнее — и что с того? Ты стал крепче — и что с того? Ты стал быстрее — и что с того? Твоя эволюция бессмысленна. Ведь… сколько бы камень ни эволюционировал, человеком ему не стать. Разве нет? — Ч-что…?? Казалось, будто она провоцирует его. Но в её взгляде не было ни насмешки, ни презрения. Это как сказать, что синее небо «синее». Как сказать, что красное яблоко — «красное». Она просто сухо излагала очевидный факт, как он есть. «Кокуфудзи не сможет победить её». Для Хины это был факт, очевидный настолько же, как то, что небо было синим. Даже увидев скорость его эволюции, её точка зрения ничуть не изменилась. А затем Хина озвучила потерявшему дар речи Кокуфудзи ещё один факт: — Причина, почему ты жив, проста. Я сдерживалась. И всё. Не хотела поломать твой препарат. Так что на самом деле я могу убить тебя в любой момент. Вот так, смотри. В миг, когда Хина прошептала это, она уже стояла прямо перед ним. — Ч-ч-ч…?! Ускорение? Усиление тела? Нет, это… — Ты убила расстояние?.. Хина мгновенно сократила дистанцию между ними, убив разделяющее их расстояние. Застигнутый врасплох Кокуфудзи не имел возможности избежать протянутой ею руки… Однако за мгновение до того, как смертоносная магическая сила коснулась его, рука Хины вдруг остановилась. После чего она коротко сказала: — Вот, теперь ты мёртв. — Кх!.. Остановилась в последний момент?! — дрожа от унижения, Кокуфудзи тем не менее дистанцировался от Хины… Точнее, попытался. Но Хина ему этого не позволила. В следующий миг, когда он уклонился, она тут же настигла его и подняла руку… К тому же далеко не один раз. — Вот, опять мёртв. Вот, и сейчас. Уже третий раз, а теперь четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой… Как бы он ни пытался убежать, Хина прицепилась к нему, словно тень. И каждый раз, когда останавливала руку прямо перед ним, она сухо считала, сколько раз он умер. Словно играясь с приговорённым к казни смертником, выставляя его на эшафот снова и снова. Но даже так… — Я-я всё равно эволюционирую! Когда я достигну скорости, за которой ты не сможешь угнаться… Верно, даже сейчас я развиваюсь. Можешь недооценивать меня сколько влезет, но рано или поздно, когда я стану быстрее неё… — Я ведь уже сказала. Скорость не имеет значения. В миг, когда она пробормотала это, чтобы прервать легкомысленность Кокуфудзи, из всего тела Хины разом изверглась магическая сила в объёме, не идущем ни в какое сравнение с тем, который окутывал её прежде. Совокупного её объёма с солидным запасом бы хватило, чтобы покрыть весь этот большой зал. Увидев это, Кокуфудзи осознал, что Хина могла бы убить всех вокруг своей магической силой мгновенной смерти, стоило бы ей этого только захотеть. В этой битве она не использовала даже одного процента от своей полной силы. А он просто плясал под её дудку, даже не осознавая этого… — Эй, скажи, что будешь делать дальше? — Хи… Чёрная дымка, мгновенно убивающая при касании, заполнила весь зал и медленно приближалась к Кокуфудзи. Теперь, когда он был окружён со всех сторон, ему было некуда бежать. Всё, что он оставалось забившемуся в угол Кокуфудзи, это сжаться и дрожать, словно ребёнку, который испугался призрака. Лишь теперь он наконец осознал: сколько бы десятков миллиардов лет они ни эволюционировал, ему никогда не сравняться с этой девушкой. Она права. Сколько бы камушек ни эволюционировал, человеком в конце своего эволюционного древа ему не стать. Насколько бы быстро, он ни шёл по этому пути, ему никогда её не догнать. Ведь они жили на разных уровнях. Её с самого начала не было в конце пути, по которому он отчаянно шёл. В этот миг Кокуфудзи вспомнил боль, страх и отчаяние, отпечатавшиеся в нём в далёком прошлом. — Если ты живёшь, то умрёшь. Это нормально. Если не хочешь умереть… почему бы тебе просто не перестать жить? — раздался апатичный голос из бездны абсолютно чёрной «смерти». Она казалась мрачным жнецом, властвующим над жизнью и смертью всех живых существ. Ни одному существу не избежать её длани. Поэтому Кокуфудзи оставалось лишь одно: — …П-прошу, забирайте… Победа… за вами… Он протянул флакон с Реинкарнатором, словно преподнося его ей. Руки Кокуфудзи бесконтрольно дрожали. В его сердце, переполненном страхом и отчаянием, не осталось ни благородной миссии, ни твёрдой решимости — ничего, кроме мольбы сохранить ему жизнь. И взявшая Реинкарнатор, словно само собой разумеющееся, Хина… без колебаний забила им весь рот. — Что?!.. Вы меня не слушали?! Только я могу принять столько за раз! — …? Правда? Кокуфудзи остолбенел от такого варварства, но тут же передумал. Если она сама уничтожит себя из-за передозировки, то лучшего и желать было нельзя. …Однако, то произошло дальше, было совершенно неожиданным. Из-за принятия Реинкарнатора, у неё стали появляться бесчисленные Печати Спасителя Мира, но лишь на считанное мгновение. Одна за другой появившиеся печати меняли цвет на чёрный и постепенно исчезали, иссыхая. Через каких-то несколько десятков секунд осталась лишь Печать Спасителя Мира, которая у неё была изначально… Словно навык мгновенной смерти устранил инородные тела, вторгшиеся на его территорию. Для уже обладавшей сильнейшим оригинальным навыком Хины Реинкарнатор был всего лишь сладостью. Увидев такой исход, Хина лишь разочаровано пробормотала: — Это обычная игрушка. Бесполезная, — бросив лишь эти слова, Хина развернулась. Реинкарнатор оказался не более чем игрушкой для слабаков. Если он не может дать ей новые силы, то ей больше нечего здесь делать. …Но в этот момент. — …ва… — …? Что? Я не слышу тебя. — …Забери назад… свои слова!.. — окликнул уходящую Хину Кокуфудзи, который, казалось, решил сдаться. В его взгляде вновь пылал гнев, который должен был быть раздавлен страхом смерти. — «Игрушка»? «Бесполезная»? Ты хоть понимаешь… что такое Реинкарнатор? Это наша надежда. Меч, возвращающий мужество, сломленное сильными! Даже если я умру… я ни за что не позволю тебе называть его бесполезным, когда ты даже не понимаешь, каково нам!!! Собрав свой сломленный дух, Кокуфудзи снова поднялся на ноги. Само собой, он прекрасно понимал, что шансов на победу в повторной схватке нет. Но даже так … он не мог молчать, когда надежду его товарищей и единственное основание, на которое опираются слабые, называли «бесполезной». Разумом он понимал, что это глупо, но его душа, скрытая за маской рационального лидера, не позволяла проигнорировать это оскорбление. — Прошу, скажи мне, Хина Кирасаки, почему вы всегда такие?! Как вы можете быть такими жестокими?! Читерская «мгновенная смерть»? Хватит уже издеваться! С такой способностью кто угодно станет сильным, это же очевидно! Ты и вы все просто выбили себе SSR в гаче способностей! Только и всего! Почему вы ведёте себя так надменно, будто всё это — ваша собственная заслуга?! Сильные вознаграждаются, слабые угнетаются. Общество культа силы, установленное школой. На первый взгляд, система кажется равной: прикладывающие усилия и становящиеся сильнее вознаграждаются… Но кое о чём забывать нельзя. Стартовые позиции учеников даже близко не равны. Источник силы героев — оригинальный навык… А вот какой ты получишь — чистая случайность. Как ребёнок не может выбрать родителей, так и не выбирают и оригинальный навык. Конечно, есть много областей, в которых, приложив усилия, можно стать сильнее. Фактически, большинство высокоранговых учеников, превосходят низкоранговых в областях за пределами своих оригинальных навыков. В этом все солидарны. Но с другой стороны он знал, что шаги тех, кто были благословлены с самого начала, и тех, кто нет, кардинально различались в ширине, усилиях, скорости и во всём остальном. И несмотря на это, чем выше ранг, тем больше ученики делают вид, что не замечают этого факта. Мол, всё — вина самих слабых и ленивых. — Почему вы не можете жить скромнее?! Почему не можете проявлять больше сострадания к слабым?! Вы же должны быть лучше, так почему?! Отчаянный крик Кокуфудзи был прямым воплощением голоса всех, кого называют слабыми. Однако… — …Не понимаю, — с искренним неудомением наклонила голову Хина. — Мне извиниться: «Прости, что сильная»? Или пожалеть: «Жаль, что ты слаб»? Что удовлетворит тебя? — Ч-что, спрашиваешь?.. Я просто говорю, что вы должны быть чувствительнее к чужой боли… — взывая к ней, Кокуфудзи начал рассказывать об одном эпизоде из прошлого: — Ты, наверное, не помнишь, но даже у меня были друзья. Настоящие лучшие друзья, которым я мог доверять. Это счастье было разрушено. Четыре года назад во время турнирного боя этих военных учений… S-ранговой командой, в которой состояла ты!! Именно эта правда, которую озвучил Кокуфудзи, была настоящей причиной его одержимости Хиной. — Тогда ты лишь наблюдала. Но даже так — ты соучастница! Пока один из S-ранговых издевался над нами, ты просто стояла с таким видом, будто тебе было скучно. Можешь представить себе, как сильно ты ранила нас таким поведением? В итоге все мои друзья, отчаявшись, выбрали отчисление. Они больше не помнят даже меня. Конечно, я не требую, чтобы ты сейчас извинилась. Что бы вы ни сделали, уже ничего не изменишь. Но я не мог не задаваться вопросом: …почему вы, имея такую силу, ничего не делаете с этими трагедиями? Почему вы, владея этой величайшей силой, не сделали школу лучше?! Разве сила героя… это не меч, созданных для подобных деяний?! — эмоционально спрашивал у неё Кокуфудзи, отбросив обычную рассудительность. В каждое его слово были вложены чувства слабых, которых всё это время угнетали. И к сожалению… они не достигли её. — Х-ха… Общение — сложная штука. Правда сложная. Почему я должна специально им это говорить? Почему само не доходит? — пробормотала Хина с искренним раздаражением, а затем произнесла простой ответ на данные ей вопросы: — Причина проста. Я не испытываю неприязни. Сколько бы вы ни страдали, меня это не касается. Ведь вы — чужие. Безразлично. Можете умереть. Грустно мне не будет. Я ничего не почувствую. Мне вы неинтересны. Её ответ был…безнадёжно равнодушным. Поэтому сколько бы он ни говорил о боли, сколько бы ни молил о милосердии — всё это не имело ни капли смысла. Ибо ей просто не интересно. На одной этой фразе всё и закончилось. Но мало кто, вероятно, имеет право осуждать её как бессердечную. Ведь большинство людей такие же. Будешь ли ты что-то делать, даже зная, что на другом конце света умирают от голода дети? В лучшем случае бросишь монетку номиналом сто йен в ящик для пожертвований, на следующий день после просмотра специального репортажа по телевизору. А потом забудешь об этом через два-три дня. Если спросить: «почему?», то ответ будешь лишь один — «Потому что не интересно». В её случае это просто происходит с людьми перед ней. Разница лишь в масштабах, и нет оснований клеймить её как ненормальную. Это всего лишь банальная, и поэтому абсолютная, непреодолимая стена под названием безразличие. Точно как и её оригинальный навык… ничто в этом мире не достигает её сердца. Ни боль, ни страдания, ни самые искренние чувства — ничего. Но тут вдруг Хина, словно вспомнив, что забыла сказать, добавила: — А, но кое-что мне интересно… Мне всё ещё надо слушать твой рассказ? Ах, вот как?.. Пропасть между ней и нами настолько велика? — осознав это, Кокуфудзи на мгновение решился дара речи. И через несколько секунд захихикал: — Хе, хе-хе-хе… Верно, да, верно… Чего я вообще ожидал? Вы правы, мы с вами изначально находимся на разных уровнях. Голоса слабых, находящихся далеко внизу, никогда не смогут достичь вас… Ха-ха, очевидно же… — пробормотал Кокуфудзи, опустив голову. Да, это было очевидно с самого начала. Никто не станет слушать такую мольбу от слабака. Если высшие слои состояли из таких людей, эта школа с самого начала не стала бы такой. Да, я знаю. Знал это. Поэтому… — …Хорошо, тогда… я пойду к вам… настолько близко, что вы уже не сможете игнорировать этот голос!.. Кокуфудзи медленно поднял голову. В его глазах плясали пылающая ярость и безумие. Подняв правую руку с Печатями Спасителя Мира, Кокуфудзи вложил всю свою магическую силу в крик: — «Флорантия» — «Ри Эйвис[✱]Записано как: «Хаотичное чириканье обратного цикла».»!!! Стоило Кокуфудзи прочитать эту магическую строку, как из его основы хлынул абсурдный объём магической силы. Она мгновенно переполнила его тела и начала искажать даже окружающее пространство. Но такая сила не могла не потребовать платы. Всего через несколько секунд после произнесения заклинания… из глаз, носа, рта и всего тела Кокуфудзи брызнула темноватая, изменившая свой цвет кровь. Да, магическая сила, разлившаяся из его основы, по своей плотности и количеству намного превосходила пределы, которые он мог контролировать. Это была не просто «освобождённая сила», а похоже на то, как если бы он насильно разорвал бомбу, заложенную в его собственном сердце. В конце этого пути ждала только смерть. Ничто иное, как самоубийство. Но Кокуфудзи не собирался поворачивать назад. Несмотря на то, что превосходящая пределы нагрузка разрывала его тело и душу, он всё равно поддерживал состояние высвобождения. Даже в ситуации, когда и тело, и дух должны были давно сломаться, он удерживал своё «я» на одной лишь одержимости. К его оригинальному навыку это отношения не имело — всё лишь его чистая сила воли. И на краю решимости, которую можно было назвать безумием… он наконец достиг того места. На мгновение время остановилось. После застывшего мига мир вновь пришёл в движение. Но он отличался от прежнего. Магическая сила Кокуфудзи, которая прежде лишь бушевала, изливалась и хаотично рассеивалась, теперь начала под единой волей сплетать форму. Форму целого нового мира. Из каменных стен прорастали семена, из ковров кишмя кишели насекомые, скульптуры меняли облик, превращаясь в зверей. Повсюду буйно расцветали ростки жизни. Вестибюль мгновенно преобразился в кишащие жизнью джунгли. Это был изначальный исток, что, возможно, некогда был на этой земле, и конечный хаос, к которому однажды всё придёт. Пейзаж, где начало и конец смешались между собой. Мир теперь был переписан во владения Ицуки Кокуфудзи. И в самом центре этого хаоса Кокуфудзи в экстазе прошептал: — П-получилось, у меня получилось!.. Вот она… вершина, которую видели высокоранговые герои!!! — выразил Кокуфудзи своё восхищение силой, способной переписать даже мир. Разумеется, изменился не только мир. Разрушенное Флорантией тело Кокуфудзи начало быстро исцеляться. Однако это была не простая регенерация. Параллельно исцелению ран, все его параметры взлетели вверх. И со скоростью совершенно иного уровня, в сравнении с прошлой эволюцией. Да, то, что он делал сейчас уже не укладывалось в определение эволюции. Ибо изначально эволюция — это абстракция. Выход на сушу равен выходу из моря, обретение ночного образа жизни означает отказ от дневного. Поскольку эволюция — это движение по одному избранному пути, обратная сторона медали — это отсечение бесконечных других вариантов, что должны были существовать. Именно тому, что выбор продолжается, неудачные виды вымирают. Но теперь он стал иным. Он вбирает в себя лишь результаты выбора всех путей. Остаться в море или выйти на сушу. Обрести крылья или выбрать копыта. Отточить клыки или отточить когти. Обычно нужно сделать выбор между двумя вариантами, но Кокуфудзи получал их оба одновременно. Он не отбрасывал ни одну из возможностей и поэтому гарантированно выживал. Верно, благодаря Флорантии эволюционировали не его тело или магическая сила. А само явление эволюции эволюционировало на более высокую ступень. Поэтому он стал живым существом, которое уже нельзя было назвать человеком. Жизнь, что существовала в прошлом, и жизнь, что могла бы существовать. Став скоплением всех возможностей жизни, он, будучи индивидом по имени Ицуки Кокуфудзи, одновременно являлся всем, охватывающим всех живых существ. Он стал прародителем и потомком всей жизни. Иными словами, сейчас он стал самим эволюционным древом жизни. — Флорантия… Как же это прекрасно!.. Меня переполняет нескончаемая сила!.. Как же это называется? Ах да, богом, кажется? — был опьянён сладостной силой Кокуфудзи, став высшей формой жизни. Стоило ему шагнуть — и из его следа прорастало новое дерево, стоило дыхнуть — его дыхание рождало нового зверя, стоило прошептать слово — и его отзвук становился новым роем насекомых. Как же это ещё назвать, если не Деянием Божьим? Перед таким Кокуфудзи даже Хина не могла оставаться равнодушной. — …Надо же. Оказывается, и ты можешь, — прошептав это, Хина вновь повернулась лицом к Кокуфудзи. Словно лишь сейчас первые признав его. Теперь они оба стояли в одном месте. А значит, оставалось лишь одно. — Простите, что заставил ждать. Ну что, начнём?.. Уж на этот-то раз. Перерождённый Кокуфудзи вновь направил свои клыки на Хину. Да, ранее он склонил колени перед её всеподавляющей «смертью». Но теперь, став богом, он уже не чувствовал, что проиграет. Нет, это даже не будет сражением. Лёгкое касание — и всё кончено. Эта область уже в его ладони. Для вмешательства какой-то там смерти здесь уже не было места. …Однако его правая нога, которая, вроде как, сделала шаг к победе, вдруг превратилась в амёбу. — Ч-чего?! Внезапно лишившись одной ноги, Кокуфудзи рухнул. Но это продлилось лишь считанное мгновение. Правая нога тут же восстановилась в прежнем виде. Что это сейчас было? Он ошибся с выбором формы? Нет, всё в порядке. Это была лишь небольшая оплошность. Стоит привыкнуть — и дело за малым. Подавив тень тревоги, Кокуфудзи тут же встал на ноги… Но спустя секунду на этот раз уж его левая рука превратилась в скрученное дерево. Он снова потерял равновесие и упал. Что-то явно не так. Я не желал этой трансформации. Почему она случилась самопроизвольно? Пока он был в замешательстве, аномалия ускорялась. Правая нога стала мягкой, как у осьминога, а левая превратилась в тонкие и длинные птичьи когти, из глазных яблок выросли щупальца, как у актинии, внутри рта зашевелились бесчисленные фасеточные глаза. Кожа стала чешуёй, уши — усиками, кровь — слизью, всё его тело, вопреки его воле, хаотично эволюционировало. Словно наказание, ниспосланное богами возгордившемуся существу. Его тело совершенно не поспевало за противоречивым циклом жизни, который повторялся внутри него — эволюцией и деградацией, распространение и схождение, зарождение и вымирание. — А, а, а, а-а-а-а-а-а!.. — неприглядно корчился Кокуфудзи, став совершенно безобразным уродцем. И тогда его постигла последняя мутация. Бесчисленные Печати Спасителя Мира на его ещё почему-то сохранившей человеческую форму правой руке посреди искажённого и искорёженного тела начали менять цвет на полностью чёрный. После чего из них потекла зловещая, инородная магическая сила. Всё, чего касался источаемый её угольно-чёрный свет, без исключения претерпевало чудовищную трансформацию. Деревья скручивались, изрыгая яд, сгнившие животные бродили, насекомые самовоспламенялись и вымирали. Единственное, что, ликуя, набирало силу в мире, где всё искажалось, — это чёрная магическая сила, льющаяся из Печатей Спасителя Мира. Она искажала мир, высасывая силы из Кокуфудзи, и с каждым мгновением наращивала концентрацию, пока наконец не проявилась в вещественной форме в виде саженца. Он протянул свои ветви дальше… — Безобразно. Мгновенно сверкнул абсолютно чёрный меч из концентрированной «смерти». Он срубил почти материализовавшееся чёрное древо вместе с правой рукой, а затем покромсал их на мельчайшие частицы в воздухе. Древо, само существование которого был стёрто из мира, моментально исчезло. В этот же миг магическая сила, искажавшая окружение, прервалась. Преобразившийся мир рассеялся, словно иллюзия, а с исчезновением своих владений Кокуфудзи, пребывавший в уродливой форме, вернулся к своему первоначальному облику. Вновь ставший беспомощным человеком Кокуфудзи… бессильно сел на землю. — Ха-ха… Вот оно как?.. В конце концов я лишь стал марионеткой своей силы… Всё-таки мне это не под силу… — рассеяно пробормотал Кокуфудзи, утратив уже и силу, и волю. Посвятив всего себя, он действительно достиг того апогея, известного как «Флорантия», которому всё это время завидовал… Но он заблуждался с самого начала. Слабаки, которые способны достичь этой точки лишь «пожертвовав жизнью», не имеют права, овладеть дремлющей в этих землях силой. Такое право имеется лишь у тех, кто не приносит жертв, кому не нужна никакая решимость, и кто заходит в те земли, как на прогулку, напевая себе под нос. И сейчас Кокуфудзи до глубины души это осознал. — Хе-хе-хе… Хина Кирасаки, наверное, я выгляжу потешно в ваших глазах… Но запомните как следует мой облик… Это будущее, которое непременно с вами случится… Однажды вы однозначно и остро прочувствуете каково мне было… когда встретись с тем, кто окажется сильнее вас!.. С этими похожими на проклятье словами Кокуфудзи потерял сознание. Пристально смотревшая на него Хина озадаченно наклонила голову. — Что это сейчас было? Но это было… не в ответ на прощальные слова Кокуфудзи. Жалобы побеждённых изначально не достигали её ушей. Вопрос у Хины вызвало древообразное инородное тело, которое она увидела под конец. Это было явно нечто ей неведомое… К тому же опасное настолько, что впервые за долгое время у неё пробежал озноб по спине. Она остановила его до полной материализации, но, если бы оно всё же полностью проявилось… Дойдя до этой мысли, Хина прекратила размышлять. Что непонятно — то непонятно. Значит, думать об этом — толку ноль. Поэтому в голове у Хины сейчас крутилось лишь одно. — …Хочу кушать. После чего Хина развернулась. ----… --… — Ладно, наконец-то мы добрались… Кёя с остальными, продвигавшиеся в подземелье базы для спасения Канон, только что наконец достигли самого нижнего уровня. — И всё же… — Вау, какое же оно огромное! — Хм, как же их тут много… Просматривающийся из-за двери нижний уровень был сделан в форме огромного святилища. В данный момент здесь собралась сотня членов Резистанса. А в центре стоял ученик, который, судя по всему, владел магией телепортации. Однако, похоже, у него были проблемы с конструированием пространственной формулы… Видимо, барьер для блокирования телепортации, который сплёл Кёя прежде чем ворваться сюда, всё ещё функционировал. Тем не менее, они являются владельцами множества оригинальных навыков. Так что нельзя сказать наверняка, как долго этот барьер продержится. — Нужно как можно скорее со всем тут разобраться. — Канонушка… где же ты?.. Комари всматривалась изо всех сил, но в такой толпе найти её сразу было невозможно… Но это касалось лишь обычного зрения. — Не переживай, я уже нашёл её. С ней всё в порядке. В самом дальнем конце толпы с помощью обнаружения магической силы, я засёк знакомую магическую силу бледного сине-зелёного цвета — этот чистый и благородный цвет вне всяких сомнений принадлежал Канон. Она выглядела сильно измождённой и, похоже, была скована магическим приспособлением, но однозначно жива. Скорее всего, они собираются забрать её с собой, чтобы она не стала источником информации для исполнительного комитета. Как бы там ни было, мы как-то успели вовремя. — Оставайтесь здесь. Я выведу её. Хотя там и собралась сотня членов Резистанса, большинство просто охвачены страхом и растеряны. Всё же они ученики низких рангов, которые изначально не сильны в бою. Без командира в лице Кокуфудзи, они — всего лишь неорганизованная толпа. Вряд ли найдётся много людей, способных сохранить хладнокровие, в чрезвычайной ситуации, когда номер два в школе проникла на вашу базу. И этот хаос был для Кёи как нельзя кстати. Наложив на себя блокировку восприятия, он бесшумно проскользнул внутрь. Он мог бы спасти Канон силовым методом, но если он начнёт бойню, то в худшем случае Канон могла попасть под раздачу, да и оставался риск того, что её могут использовать как заложницу. Он решил, что самый оптимальный вариант — вытащить её скрытно. Но как раз в тот момент, когда он удачно смешался с толпой учеников… — Ребята, прошу вас, успокойтесь. Со ступеней в дальней части святилища появилась богиня, окутанная божественным светом — Сноэлла. Её спокойный голос и величественность заставили сильно взволнованных учеников, словно по волшебству, замолчать. — Я отлично понимаю ваши тревоги. Всё-таки наш враг та самая номер два в школе… Сейчас ей в меру своих возможностей противостоит Ицуки, но кто знает, сможет ли даже он одолеть её… Её размытая формулировка заставила учеников вновь встревожиться. Но Сноэлла на этом не закончила. — Но знаете, страхом делу не поможешь. Именно в такие моменты мы должны объединить наши силы. Разве Ицуки не учил вас этому? Вспомните, ради чего мы здесь собрались! В ответ на её призыв ученики один за другим воспрянули духом. — Верно, мы тоже будем сражаться! — Мы спасём Кокуфудзи! — Вместе мы как-нибудь управимся! Глаза воодушевляющих друг друга учеников были полны чувства долга и боевого духа. Наблюдавшая за ними Сноэлла нежно улыбнулась. — Ох, какие же вы все хорошие детки. Ицуки наверняка обрадуется. Поэтому… я награжу вас силой, куда более великой, чем какой-то там Реинкарнатор! Её слова вызвали всплеск ликующих криков. А вот Кёя напротив нахмурился. Сила, куда более великая, чем Реинкарнтор? Неужели у неё ещё есть козырь в рукаве? — Ну же, закройте глазки. Расслабьтесь, просто примите всё и тогда… вам будет больше нечего бояться, — прошептала Сноэлла. Все ученики сделали, как она велела, и покорно закрыли глаза. Но почему-то улыбка взиравшей на них богини, в глазах Кёи казалась невероятно злобной. И тогда Сноэлла, улыбнувшись во всё лицо, произнесла: — «Ордер: Флорантия». В тот же миг из правых рук учеников единовременно хлынул свет. Печати Спасителя Мира, полученные от Реинкарнатора, начали сиять. Но что-то было не так. Свет, который должен был быть блекло-зелёным, мгновенно стал мутно-чёрным. И в тот же миг ученики единогласно начали рвать себе грудь от боли. Ситуация явно вышла за рамки нормы. В таком положение уже не до скрытных действий. Кёя тотчас бросился к Канон. — Канон, ты в порядке?! Я пришёл спасти тебя! — Нет… что-то… изнутри меня!.. Подобно окружающим ученикам, Канон сжимала грудь и корчилась от мук. Её затуманенное состояние не давало понять, осознаёт ли она вообще Кёю. Тем временем аномалия ускорилась. Вслед за чернеющим светом из учеников начала изливаться густо-чёрная, инородная магическая сила. Всё-таки что-то вот-вот должно было случиться. И в тот самый момент, когда Кёя ощутил дрожь… — Канонушка! Протискиваясь через волны учеников, Комари отчаянно пробивалась к ним. Вероятно, заметив аномалию, она не смогла усидеть на месте. Но момент она выбрала крайне неподходящий. — Стой, Комари, не подходи! Но в тот миг, когда он её предупредил… — А, а, а, а-а-а-а-а-а-а-а!!! — издал один из учеников крик, напоминающий предсмертную агонию. В то же время из его тела начали расти абсолютно чёрные инородные объекты. Они сильно напоминали древесные ветви и были материализацией изливающейся магической силы невероятной концентрации. И эта мутация не ограничилась одним человеком. Один из другим, словно по цепной реакции, из учеников прорастали чёрные деревья. Словно вылупившиеся паразиты, разрывающие своего хозяина, зловещие деревья пускали ростки, изъедая тела учеников, ставшие для них грядками. Посреди этого адского хаоса, рука Канон слабо потянула Кёю за рукав и в своём затуманенном сознании она всё же прошептала: — …Позаботься… о Комари… — …Хорошо. Даже несмотря на нечеловеческие муки, её последние слова всё равно были о своей лучшей подруге. Чтобы исполнить её желание, Кёя отвернулся от страдающей Канон. После чего он подхватил мчавшуюся к ним Комари, и на полной скорости покинул это место. Спустя долю секунды. Из всех учеников проросли иссиня-чёрные деревья. — В последний миг, значит?.. В мгновение ока великое святилище превратилось в чёрный дремучий лес. Вернувшись к Феррис с Лалой в последний момент, Кёя вытер холодный пот со лба. Задержись он хоть на секунду, и уже был бы поглощён тем лесом. Однако спокойствие его продлилось всего мгновение, поскольку ускользнувшая из рук Кёи Комари попыталась вернуться прямиком в святилище. — Канонушка! Канонушка-а-а!!! — Эй, стой, Комари!!! Кёя отчаянно пытался удержать Комари, которая пыталась прорваться к Канон. Он до боли понимал её чувства. Но эти деревья были слишком опасны, чтобы бросаться туда без какого-либо плана. Деревья, обратившиеся в лесную пущу, продолжали изливать ещё более аномальную магическую силу, чем прежде. И последствия этого уже начали проявляться видимым образом. Повсюду в поглощённом деревьями святилище внезапно происходили явления воспламенения. То вдруг вздымались ледяные столбы, а в воздухе с треском метались электрические разряды. Мраморные колонны размягчались в жижу, ряды книжных полок гнили и разваливались, излучая зловоние, алтарь трансформировался в странный кристалл, какого раньше никто не видел. Эта картина, на которой всё сошло с ума, казалась чем-то не от мира сего. Словно законы мира были полностью искажены. Имело место быть и ещё одно обстоятельство, подтверждающее аномалию. — Кёя… мне очень страшно… Дрожь Лалы, взиравшей на это ужасающее зрелище, не прекращалась. Бояться этого, разумеется, было естественно. Но её страх был необычным. Скорее всего, в тех деревьях было нечто, взывающее к инстинктам богинь. К счастью или к несчастью, здесь присутствовала та, кто знала их истинную сущность. — Древо Скверны… также известное как Демидрасель. — …?! Ты знаешь о них, Феррис?! Выражение лица коротко пробормотавшей их название, было напряжённым, как никогда прежде. — Это, так сказать, «неудавшееся Мировое Древо». Оно искажает, фальсифицирует и извращает законы мироздания. «Иное», существующее вне границ таких понятий, как добро и зло. Неудавшаяся версия самого мира? Откуда это здесь взялось?! Кёя нахмурился, но тут же услышал ужасающую правду, которая развеяла все его сомнения: — …Помнишь, я когда-то говорила, что в прошлом обнажала Лаванквин всего три раза?.. Один из тех разов был, когда я убила этих тварей. — …! Именно факт того, что даже Феррис в зените сил не могла убить их без использования демонического клинка, пробрал Кёю до дрожи. — На кой чёрт они понадобились этой богине?! Древа Скверны — кристаллизация «искажений», которых не должно существовать в этом мире. Вне всяких сомнений за ними стоит именно Сноэлла. И она сама воспользовалась хаосом, чтобы исчезнуть. Всё-таки она знала, что это случится. Но сейчас у нас нет времени беспокоиться о местоположении Сноэллы. Если это инородный объект, изъедающий мир, то… — …Иного выхода нет? — Да. Пока они ещё новорождённые саженцы. Но как только они станут полноценными взрослыми деревьями, то их влияние распространится на всю эту Эддасию. После чего единственным вариантом будет полное разрушение мира… Дабы отвратить сие — мы должны искоренить их здесь и сейчас. — …Ясно, я понял. Больше Кёя вопросов не задавал. Раз так говорит Феррис, то, наверное, так оно и есть. Поэтому он без тени сомнений призвал врата «Пантэсариума», откуда вызывал пожирающий всё сущее злейший демонический меч… — П-подождите! Но ведь там ребята… и Канонушка… — Я знаю, но другого выхода нет. Я… не силах сделать их прежними. За тридцать тысяч лет Кёя научился лишь тому, как убивать врагов. Он не знал, как сделать людей, превратившихся в Древа Скверны, прежними, и если бы такой способ и существовал, то Феррис уже бы ему на него указала. А раз она этого не сделала, то такого способа нет. Но Комари не сдалась. — Тогда это сделаю я! — Ч-что ты несёшь? Это абсурд! Кёя не насмехался над Комари. Никто бы не смог спасти учеников в таком состоянии. Однако Феррис вдруг кивнула. — …Понятно, та сила? Она действительно отвергала семена. Может, и Древо Скверны очистить сможет… — пробормотала в раздумьях Феррис, однако затем резко предупредила: — Но буду с тобой откровенна — это большая авантюра. Ты понимаешь, что, если у тебя ничего не выйдет, то ты расстанешься с жизнью? Но ответ на сей вопрос был очевидным. — Я знаю. Но я обязана сделать это! Иначе… зачем я тогда до сих пор живу…?! — пробормотала Комари, а затем сложила ладонь в мольбе и призвала свой меч богини. — «Эль Вискам»! В этот миг хлынул поток света. В воздухе появился клинок. Оригинальный навык Комари… Однако теперь он стал чем-то совсем иным в сравнении с тем, что о нём знал Кёи — Это сила очищения…?! Но с каких пор?.. Прежде «Эль Вискам» был огромным сгустком силы, который лишь принимал форму меча. Он не имел никакого направления и представлял из себя меч, который тупо «разбрызгивал» силу. Но материализовавшийся перед ней меч был теперь совсем иным. Это был очищающий клинок, созданный, чтобы отсечь искажённое и исправить искажённый мир, прямо как крылья обрели форму для полёта по небу, а ноги — для бега по земле, призванный Комари меч был окутан чистейшей силой очищения. Было ясно как день, что его форма, свойства и все важные элементы, формирующие меч, были сконструированы исключительно для уничтожения Древ Скверны. Однако… — Угх… Едва только меч проявился, как лицо Комари исказилось от боли. Обладавший силой очищения «Эль Вискам»… требовал от владелицы цены, в сотни раз превышающей обычную форму. Одно лишь его поддержание высасывало из неё все силы до последней капли. Не исключено, что взмах им может даже стоить ей жизни. Осознавая это, Комари однако ринулась вперёд вместе с мечом. — Отойдите, ребята! Я спасу всех! Она знала, что, как и сказала Феррис, это большая авантюра. И что если у неё ничего не выйдет, то она погибнет… но столь малая жертва, её более чем устраивала. Если из-за потери времени, эти деревья станут взрослыми, то наступит конец света. Так что она не могла жаловаться в слезах. Раз уж она своевольно ставит целый мир на чашу весов, то что значит её собственная жизнь? Она во что бы то ни стало уничтожит Древа Скверны и спасёт всех, даже если её конечности оторвутся и даже если её сердце разорвёт на кусочки. — Х-ха-а-а-а-а-а-а-а!! Сжигая свою жизнь, Комари нанесла удар по извивающемуся Древам Скверны. В миг, когда клинок света поразил ствол, её накрыло мерзким ощущением, словно на части разрывалась плоть живого существа… — Получилось… Разрубленное пополам «Эль Вискамом» Древо Скверны начало исчезать от места разреза, словно иссыхая. Сомнений быть не может — этот меч обладает силой очищать Древа Скверны. С ним она точно сможет всех спасти. Ощущав конкретный результат, Комари тут же развернулась к следующему древу… Но увидела бесчисленные ветви Древ Скверны, которые неслись потоком к ней, словно цунами. — Э?.. Когда на тебя нападают, нужно давать сдачи. Это само собой разумеющееся действие самозащиты в природе. И Древо Скверны не было исключением из этого правила. Почувствовав присутствие «врага», причиняющего ему вред, Древа Скверны контратаковали, чтобы защитить себя. Изо всех сил взмахнувшая мечом Комари просто не заметила атакующие её острые ветки в форме магических копий. Они приближались к девушке на такой скорости, что она не могла уклониться от них, безжалостно пытаясь пронзить её сердце… — Я же говорил, успокойся. В миг, когда её должны были жестоко пронзить копья, её спас Кёя. — К-кёя… Зачем ты…? — Канон попросила меня, и она сильно разозлится, если я позволю тебе пойти одной. К тому же, неужели ты забыла? Мы «Отряд Лалачки (временное название)». Так что именно в такие моменты мы должны играть как команда. Держа Комари на руках, Кёя с лёгкостью укорачивался от бесчисленных приближающихся веток. После чего он дистанцировался от них, опустил Комари и объявил их козырный план. — Впрочем, у нас всего один план. Сделаем это, Комари, «план А». Атака на тебе, а я полностью возьму на себя защиту. Так что… смотри только вперёд и иди напролом!! — Ладно!!! И так началась их совместная операция. Комари тупо прорывалась вперёд, а Кёя, ставший её ногами, уклонялся от контратак Древ Скверны. Однако, чем глубже они продвигались, тем плотнее становились деревья. Если продолжать только уклоняться, то рано или поздно наступит предел. Но даже если попытаться возвести защитный заслон, внутри искажённой области, порождённой Древами Скверны, магия не функционирует нормально. Такими темпами их положение будет неуклонно ухудшаться. Так что… видимо, придётся немножко надавить. — «Оркестр» — «Tré», «Muspel», «Jörð», «Iárn», «Nifl[✱]Читается как: «Трэ», «Муспель», «Ёрд», «Иярн», «Нифль».», — быстро прочитал он заклинание, и в тот же миг вокруг Кёи появилась магия пяти элементов. Каждая из пяти формул, повелевающих своим элементом — деревом (Трэ), огнём (Муспель), землёй (Ёрд), металлом (Иярн) и водой (Нифль), несла в себе магическую силу, достаточную чтобы смести целый континент. Но это была лишь подготовка. — Церемония пяти стихий: «Цикл Взаимопорождения». Дерево превращается в огонь, огонь в землю, земля в металл, металл в воду, а вода в дерево. Кёя циркулировал пять, созданных им магий, на сверхвысокой скорости. Давая жизнь, убивая, получая жизнь, умирая — в высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается циклический круг, равный жизни. Теперь дерево было огнём, огонь — землёй, земля — металлом, металл — водой, а вода — деревом. Пять раннее разрозненных магических сил вознеслись в индивидуальную и в одну отдельную и целую магическую силу. В результате чего была соткана формула… — Эхо: «Андлунг[✱]Записано как: Псевдоэпиграф: «Праведные врата, отвергающие сумерки».». Пять кругов развернулись, чтобы защищать их обоих. Это искусственная Альтэма — магия всех элементов, созданная путём объединения магических систем демонов и Оммёдо. Тем не менее это фальшивка, порождённая силовым методом. Нестабильная формула, содержащая в себе нарушения магической логики. Но использована она была по довольно простой причине. Она будет гарантированно функционировать даже в области Древ Скверны, где магическая сила беспорядочно мутирует. Какой бы из атрибутов не мутировал, будучи всеэлементной, данная формула не выйдет из строя. Хотя это уже наполовину агрессивная тактика грубой силы, она обладала чрезвычайно высокой эффективностью. Пять защитных заслонов отражали все атакующие их ветви. Ну а рядом Комари орудовала своим «Эль Вискамом». С каждым взмахом принимая на себя непомерную нагрузку, она, стиснув зубы, очищала одно древо за другим. Против более сотни Древ Скверны, это, возможно, абсурдный шаг. Но всё же, она очищала их шаг за шагом, неуклонно. Пока вся тьма, стоящая у них на пути не будет рассеяна. Однако Древа Скверны не стали сидеть сложа руки, ожидая погибели. Видимо, они поняли, что Комари — их естественный враг, который в конечном итоге изничтожит их. Древа Скверны отказались от бесполезных атак и… вдруг начали атаковать друг друга. Но это была не простая междоусобица. Пожирая друг друга, более сильный поглощал всю силу — каннибализм. Они решили отбросить индивидуальность, чтобы похоронить героя-естественного врага как вид. Так, став одним гигантским деревом, Древо Скверны контратаковало героя, рассеивая свою возросшую тёмную ауру. Для уже полностью истощившей свои силы Комари, это была слишком огромная преграда… Однако Древо Скверны упустило одну вещь. За героем был некто куда более опасный. — Буквально объединили силы, значит?.. Ну тогда, мы последуем вашему примеру, — пробормотал Кёя и положил свои руки на её, словно обнимая Комари сзади, и мягко передал ей свою магическую силу. В этот миг… — Э-это магическая сила Кёи?.. Комари была от всего сердца восхищена влившейся в неё силой. Качество, количество, плотность — всё было на совершенно ином уровне. Она ничуть не уступала Древу Скверны во всех аспектах или даже превосходила его. Но, несмотря на это, магическая сила Кёи нисколько её не пугала. Хотя этой силы было достаточно, чтобы уничтожить весь мир целиком, она почему-то очень успокаивала её. Словно тёплое весеннее солнце. Приняв его свет всем телом, Комари вновь сжала меч в руках. — Справишься, Комари? Мы спасём всех. Ты и я. — Да! Комари влила колоссальную силу, одолженную у Кёи в «Эль Вискам». Ровно столько, сколько требовал меч, сколько ему хотелось, чтобы удовлетвориться. До сих пор лишь контролируемый её оригинальный навык впервые получил поставку силы, достаточную для его истинных нужд. И «Эль Вискам» менял свой облик, словно расцветший зрелый бутон. Это был меч. Самый простой меч, без каких-либо украшений на рукояти и ножнах. На первый взгляд он мог показаться куда более слабым в сравнении с прошлым мечом света… Однако, будучи его владелицей, Комари понимала, что это был путеводный свет, рождённый чтобы рассеять эту тьму. Поэтому Комари назвала его имя. Вложив лишь твёрдое желание спасти всех во что бы то ни стало. — «Эль Вискам: Альтер, „Левантейн[✱]Записано как: «Небесная слеза богини: форма „ветви света, несущей благовестие“».“»!! Она взмахнула мечом. Сияющая яркая вспышка. Искра начала вселенной. Свечение, мерцающее при сотворении мира. Семь цветов, даруемых солнцем. Неся желание девушки, клинок света пронёсся прямо сквозь воздух, пронзил искажённое до невозможности Древо Скверны и… рассёк его на две части. — Всё-таки ты нечто, Комари. — Э-хе-хе, всё благодаря тебе! Издавая вопли, напоминающие предсмертную агонию, Древо Скверны начало исчезать, обращаясь в пустоту. Вместе с его очищением, мутировавшее святилище тоже вернулось в исходное состояние. Ну а выполнивший своё предназначение «Эль Вискам» тоже вернулся в грудь Комари, обратившись в частицы света. Осталась лишь спокойная тишина и… ученики, освобождённые от Древ Скверны. — Канонушка! Подбежав к упавшей лучшей подруге, Комари подняла её тело и с беспокойством позвала её по имени. Спустя несколько секунд, которые казались вечностью… веки Канон дёрнулись. Затем, едва открыв глаза… она сразу же увидела прямо перед собой лицо лучшей подруги и улыбнулась. — …Я видела сон… Сон о игре в героя, в которые мы часто играли в той больничной палате… — Я тоже помню! Это по манге, которую ты приносила! Я всегда была героем… — А я — принцессой. — Э-хе-хе, кстати говоря, ты ведь с тех пор и начала разговаривать, как принцесса, так? — Да, у меня это уже вошло в привычку. Так просто это не изменишь, — мягко улыбнувшись, Канон протянула руку к щеке Комари. — Но знаешь, ты тоже не изменилась. С тех самых пор… моей героиней всегда была ты, Комари. Комари с Канон обнялись, словно удостоверяясь, что они обе живы. Видимо, подражая им, Лала тоже крепко обняла Феррис, а та погладила её по щеке хвостиком. Тем временем другие ученики начали приходить в себя, и в святилище снова стало шумно. Они все были истощены, но похоже, их жизням ничего не угрожало. — …Ну, вроде пронесло… — вздохнул Кёя, а затем плюхнулся на землю. Инцидент разрешён. Все благополучно спасены. Хэппи Энд… хотелось бы мне так сказать, но осталось одно небольшое дельце. — …Ты пошёл, Кёя? — Да, не можем же мы оставить того, кто всё это затеял. Пожав плечами, Кёя один бросился сквозь учеников, радующихся тому, что они выжили. Туда, куда сбежала виновница всего хаоса — богиня Сноэлла. К потайному проходу, ведущему в подземелье за святилищем. ----… --… — Х-ха, х-ха, х-ха!.. Сноэлла изо всех сил мчалась по тёмному каменному коридору. Это был аварийный потайной путь, созданный в подземелье базы. В обычной ситуации она бы сразу телепортировалась, но из-за развёрнутого блокирующего барьера, не могла использовать пространственную магию. В результате пришлось бежать так, постыдно обливаясь потом. Разве теперь я не похожа на глупых людей? – испытывая отвращение к собственному унижению, лицо Сноэллы исказилось от раздражения. Точно, всё это вина той вторгшейся Хины Кирасаки. Мне даже пришлось использовать превращение в Древа Скверны, чтобы сбежать. Раз дело приняло такой крутой оборот, то вернуться в школу мне, наверное, уже не удастся. Не знаю, на кой чёрт эта девка сюда заявилась, но мне теперь это сулит крупные неприятности. …Однако. — Хе-хе, хе-хе-хе-хе… — с одной стороны, кипя от ярости, Сноэлла не могла сдержать улыбку. Несомненно, данный инцидент обернулся несчастным случаем. Но по правде говоря, «Ордер: Флорантия» и «Превращения в Древа Скверны» были экспериментами, запланированными на ближайшее время. Поэтому то, что нужно было сделать в школе, я уже давно завершила, и, если смотреть глобально, данный инцидент был в пределах погрешности. Скорее, можно сказать, что это даже плюс, раз удалось таким образом получить данные в реальном бою. Впрочем, кое-что меня действительно печалит. Это оригинальный навык той провалившейся героини Комари или как её там. Сила, отвергнувшая Реинкарнатор и даже очистившая Древа Скверны. К тому же, скорее всего, изначально её навык таким не был и его возможности изменились по необходимости. Крайне любопытно. Как бы мне хотелось вскрыть её прямо сейчас и всесторонне изучить, но… это подождёт до следующего раза. Если меня здесь схватят, то всё это будет зря. Пока что самое важное — сбежать. Сноэлла была не настолько глупой, чтобы не уметь расставлять приоритеты. Спустя где-то десять минут, Сноэлла наконец побежала до конца прохода и открыла там дверь в небольшую безопасную комнату. То, что она искала, находилось в дальней её части. (Отлично, он работает.) В дальней части комнаты покоился маленький магический круг с формулой телепортации — тот самый, заготовленный на случай чрезвычайных обстоятельств, в котором она уже давно запасла магическую силу с помощью оригинального навыка Кокуфудзи. Хоть он и был рассчитан на одного человека, а точка телепортации была зафиксированной, зато банальная мощность у него была колоссальная. Воздействие Древ Скверны уже должно было ослабить блокирующий барьер, так что, если использовать этот магический круг, то у неё получится сбежать. А дальше всё просто. Достаточно телепортироваться в Америку, Китай, Россию… любую подходящую страну. Сейчас, когда все страны мира крайне заинтересованы в аномальной военной силе под названием «герои», если богиня попросит у них убежище, то они естественным образом будут пытаться взять её под защиту. Вдобавок ко всему, Япония крепко связана международными договорами и не сможет выслать за ней погоню. Стоит ей сбежать за границу, и она сможет открыто продолжить свои эксперименты. Верно, она — богиня мышления. У неё припасено множество планов на случай чрезвычайных ситуаций. (Хым, да чтобы мои инновации да остановились в таком месте?) И вот, самодовольно ухмыляясь, Сноэлла активировала формулу… Но в этот момент позади неё раздался звук медленного открывающейся двери в безопасную комнату. Неужели этот провалившийся герой Кёя или как там его, уже догнал меня? — Сноэлла вздрогнула и обернулась. Но увидела она там отнюдь не Кёю. — Попа-а-алась. Там стояла девочка. Её сияющая милота, словно её любил сам мир, казалась абсолютно неуместной в этой серой безопасной комнате. Сноэлла… тихонько вскрикнула. — Х-хи!.. Р-розе?.. — Эх, ну ты и злюка, Сноэллочка. В такие игры надо обязательно приглашать меня. Она ослепительно ей улыбнулась, однако лицо Сноэллы напротив исказилось. — Ч-что ты здесь делаешь?!.. Н-неужто это ты послала сюда Хину Кирасаки…?? — Эх, слишком много ты фантазируешь. Мои детки делают всё, что им в голову взбредёт. Они не из тех, кто слушаются указаний. В принципе поэтому-то я их и курирую. Неудобно держать рядом с собой деток с головой на плечах, — пожала плечами Розе… а затем приблизилась к Сноэлле на шаг. — Но сейчас не об этом… Ты, кажется, хотела мне что-то сказать, да? — Угх… На лице Розе была невинная улыбка. Но Сноэлле было ясно как день, что она порицает её за этот инцидент. Не знавшая как объясниться Сноэлла… вдруг повысила голос: — А-а что я могла сделать! Ты же вечно только и делаешь, что играешь в школе! Наверняка уже и забыла всё про новый мир! Вот я и действовала сама! Что в этом плохого, скажи?! Если она признает ошибку, то это будет конец. Сноэлла трещала без умолку. Розе же наблюдала за ней, весело хихикая. — Вау, ты сорвалась на меня? А, я знаю. Это же называется истерия, верно? Выходит, даже у богинь-тёток такое бывает! — Ч-что?!.. Ах ты соплячка!.. Её издевательского отношения было более чем достаточно, чтобы взвинтить и без того разозлённую Сноэллу. Напряжение, страх и раздражение… Оказавшись загнанной в угол, её вдруг осенило. Богини не могут вмешиваться в мир, но… между богинями дело обстоит иначе. Сноэлла сунула руку за пазуху и схватила спрятанный там пистолет. …Но, когда она уже собирались его выхватить, Сноэлла вдруг ощутила на себе чей-то взгляд. Она посмотрела в точку за спиной Розе и встретилась глазами с ученицей, стоявшей неподвижно в тени двери. Как давно она там стоит? Эта девушка в школьной форме не имела никаких примечательных черт. Лицо, тело — всё было самым обычным. Как будто само понятие среднестатистического обрело человеческий облик — внешность, не оставляющая никакого впечатления. …Но почему же? От одного лишь взгляда этих лишённых эмоций глаз она не могла пошевелить даже пальцем? Всё её тело само собой затряслось, а холодный пот безостановочно лил ручьями. Сердце колотилось с таким громким набатом, что это действовало на нервы. Она даже дышать нормально не могла. Словно лягушка, на которую уставилась змея. Увидев окаменевшую Сноэллу, Розе снова рассмеялась. — Ну-ну, успокойся. И вообще, ты, кажется, кое в чём заблуждаешься, но… я ведь ни слова не сказала о том, что злюсь на тебя из-за твоих экспериментов. — Э?.. П-правда?.. — Ох, всё-таки ты ничего не поняла? А-ха-ха, ну а как иначе? Как думаешь, кто сдерживал следственную группу? Да и вообще… если уж на то пошло, то это я дала тебе этот Реинкарнатор. Я думала, что у тебя получится усовершенствовать его, так что я даже благодарна тебе. — З-значит, я могу продолжить исследования… — Конечно же! Увидев сияющую улыбку Розе, Сноэлла облегчённо выдохнула. …Но её выражение лица тут же застыло. — …Но впрочем… Я ведь не говорила, что я не разозлилась. — Что? — Я с самого начала сказала, пригласить меня. — П-подожди… — Монополизировать что-то не хорошо, правда? — П-послушай меня… — Так что… В руках не слушающей её Розе вдруг появился четырёхугольный чемодан. Сделанный из выделанной кожи светло-коричневого цвета, на первый взгляд он казался лишь слегка антикварным обычным чемоданом. Однако стоило Сноэлле его увидеть, как её лицо мгновенно исказилось. — «Фул Эдда[✱]Записано как: «Маленькая ложь важного второстепенного персонажа».»!.. После чего Розе сказала напуганной Сноэлле: — Это твоё… маленькое наказание. Сказав это, пальцы Розе расстегнули застёжки чемодана. Тот с грохотом открылся, а внутри него зияла абсолютная тьма. Пустота и концентрированное «небытие», сильно напоминающее бездну вселенной. — Х-хи!.. — вскрикнув от ужаса, Сноэлла попыталась сбежать. …Но было уже слишком поздно. Из кромешной тьмы вытянулись бесчисленные руки, которые мгновенно обвились вокруг всего тела Сноэллы и затащили её в глубины чемодана. Всё, что осталось, — лишь вопли перепуганной богини. После того, как всё исчезло в глубинах тьмы, чемодан закрылся сам по себе, словно ничего и не было. — Ладушки, дело сделано. Ну что, пошли домой? — обратилась Розе к девушке позади, снова подняв чемодан. Ученика никак на это не отреагировала, но Розе это, похоже, ничуть не заботило. Достав из кармана чёрный мелок, она начала, напевая, выводить в воздухе магический круг. Но тут вдруг… — М-м? Что-то не так? Без малейшего предупреждения ученица вдруг обернулась назад. Затем медленно подняла правую руку и прошептала лишь одно слово: — «spellzhervell». В этот миг вспыхнуло абсолютное чёрное бушующее пламя. Подобное сверхмощному лазерному лучу, оно в одно мгновение снесло весь эвакуационный коридор. — Вау, ты чего это вдруг? Неужто… там кто-то был? — спросила Розе, а её взгляд вдруг стал суровым. …Но лишь на мгновение. Как только она увидела выбежавшую из-под щели в обломках мышку, на её лице вновь появилась обычная улыбка. — М-м, тебе ещё стоит научиться управлять своей силой. Ну, ты ведь ещё ребёнок, ничего не поделаешь. Улыбнувшись в гордом одиночестве, Розе взяла девушку за руку. — В общем пошли домой. Хочу поскорее продолжить игру. С этими словами Розе вошла в нарисованный ею телепортационный магический круг. Даже здесь, несмотря на присутствие блокирующего барьера, он сработал как ни в чём не бывало, и обе телепортировались неизвестно куда. А после того, как всё утихло… — …Пха, — из-под обломков высунулся покрытый пылью Кёя. — Блин, как можно стрелять без предупреждения — у неё там вообще все дома?.. Оттряхнув пыль со всего тела, Кёя проворчал: — И вообще… Какого чёрта эта богиня притащила с собой демона? — наклонив голову, вспоминал Кёя только что увиденное. Хотя непонятно было не только это. Истинные намерения Сноэллы, подлинная сущность Розе, чем вообще эти богини заняты в школе — всё было покрыто мраком. Но способ проверить это он знал. Прямо перед ним висел магический круг телепортации, которым воспользовалась Розе. Он уже начал исчезать, но пока ещё можно было пойти по следам. Пойти за ними и выяснить всё? Кёя колебался лишь мгновение, но… ответ пришёл сразу. Заговоры богинь, цели школы — тут явно пахнет жаренным. Но какое это имеет к нему отношение? В школе полно сильнейших героев. Даже если мир вдруг окажется в беде, они как-нибудь с этим разберутся. Верно, Кёя хотел защитить не мир во всём мире, а мелкую гармонию одной чёрной кошки. А раз так, то зачем ещё больше рисковать и тыкать палкой в спящего медведя? Пусть этим занимаются настоящие герои. Для фонового персонажа же лучше всего сидеть где-нибудь в уголке, как и полагается фоновым персонажам. Поэтому… — Ладно, пойду-ка и я обратно. Кёя повернулся спиной к магическому кругу и вернулся на поверхность, где его ждали Феррис и остальные ---------- Глава 7. Распутье Свежий ветер, дующий по полю. Милые птички, щебечущие в синем небе. Это подпространство, созданное как база Резистанса, сильно напоминало реальный мир… Хотя, наверное, правильнее будет: напоминало «раньше». Из-за буйства Древ Скверны, база была наполовину разрушена. Теперь от неё не осталось и следа — лишь руины. Но даже так, все находящиеся внутри ученики были живы и здоровы. Все сбежали на это поле. Самое главное то, что не было ни единой жертвы… Хотя, если уж говорить о самом главном — то это, наверное, возможность вновь видеть улыбки этой парочки, – слегка пафосно размышляя об этом, Кёя посмотрел вбок. — Ты и вправду большая молодец, Комари. То, что все спаслись, это твоя заслуга. — Э-хе-хе, всё потому, что это меня так много раз спасали! Комари с Канон улыбнулись друг дружке. Хотя обе полностью израсходовали свои силы, они были живы. Сам этот миг общения друг с другом и есть награда, ради которой Комари была готова отдать свою жизнь. Однако обстоятельства не позволили им долго наслаждаться обществом друг друга. — Эй, ты чем тут занята? Живо за мной, — окликнул Канон стоящий неподалёку ученик с нарукавной повязкой, на которой было написано: «Исполнительный комитет». Разумеется, окликнули не только одну Канон. И тут, и там ученики из отряда охраны начали перевозку членов Резистанса. После того, как всё закончилось, они вдруг пришли в это пространство и окружили сбежавших на поле учеников из Резистанса. Тем не менее, последние все были сильно истощены и подавлены из-за предательства богини Сноэллы. Ни у кого не было запала огрызаться на исполнительный комитет, так что в итоге обошлось без боя. Сейчас они дожидались возвращения в школу посредством этой «перевозки». Ну а поскольку Канон была членом Резистанса, она не могла отказаться. — Ну что ж, мне пора. — У-угу… — Хе-хе, не делай такое лицо. Со мной уже всё в порядке. Благодаря тебе. Канон улыбнулась обеспокоенной Комари. Её выражение лица вновь стало таким же элегантно благородным, как и при нашей с ней первой встрече. Похоже, она преодолела тот страх, что внушили ей «Розенские детки» А значит, с ней точно всё будет хорошо. — И ещё… тебе тоже спасибо, Кёя Кудзё. — А-а, да не за что. Я особо-то ничего и не сделал. — Верно, всё заслуга Комари. Ты лишь довесок. — Н-не надо уж так прямо… — Хе-хе, да шучу я… Доверяю Комари тебе, — бросила напоследок Канон и решительно зашагала вперёд. И столь величественным был её вид, что члены исполнительного комитета, которые, по идее, должны были конвоировать её, невольно выглядели словно свита. Что и ожидалось от подруги Комари. Выходит, она всё-таки не просто псевдо-барышня… — восхищался ею Кёя, но тут услышал голос, который разом испортил его спокойное настроение: — Ну и ну, постарался ты на славу, Кёя, — послышался сзади кансайский диалект. Тоже «псевдо», но в отличие от манеры речи Канон, этот его дико раздражал. Разумеется, можно было даже не спрашивать, кто хозяин голоса. — Благодарю вас, Кудзуха… Обернувшись, он увидел Кудзуху, натянувшую свою обычную нахальную ухмылку. Именно она привела сюда целую ораву охраны. Кудзуха объявилась сразу после того, как всё закончилось, а, значит, предвидела, что всё так сложится с самого начала. Она спихнула всю возню с битвами на Кёю с остальными и урвала себе самый лакомый кусок. Кудзаха провернула всё настолько удивительно в своём характере, что Кёя искренне восхитился ею. Впрочем, поскольку делал он это не ради похвалы, самому Кёе на это было откровенно наплевать. Куда важнее… — Что с ними теперь будет? — спросил Кёя, наблюдая за тем, как уводят членов Резистанса. С его точки зрения, Резистанс подверг Феррис опасности. По правде говоря, ему не было никакого дела до того, что с ними будет. Но судьба конкретно Канон его всё же беспокоила. — Да чёрт его знает, — начала Кудзуха. — Они совершили попытку переворота школы. Тут тебе и распространение незаконного препарата, и заговор с мятежом, и нелегальные сходки и агитации к опасным идеям… Ну, короче, если применять устав школы, то это залёт по полной программе. Лично я бы нисколько не удивилась, если бы их не то что принудительно отчислили, а вообще посадили в тюрьму, — дала она довольно пугающий ответ. Данная школа в полуавтономной зоне. Законы Японии на неё не распространяются и всё подчиняется закону, имя которому школьный устав, определяемый школьным исполнительным комитетом. Так как они восстали против этой школы, то они вполне закономерно могли подвергнуться довольно суровому наказанию. …Но Кудзуха тут же пожала плечами. — Да ладно тебе, пошутила я — хватит такие рожи корчить. Мне аж плохо становится, когда я вижу у тебя такую грустную щенячью морду… Расслабься. Пока что мы отправили их в больницу. — Э… П-правда?! — Да, они действительно использовали всякие препараты и занимались линчевательством, но к лучшему или к худшему сейчас самый разгар ВВУ, в котором «всё дозволено». Всякие шалости во время их проведения обычно игнорируются под предлогом, что это «уловки для победы». В противном случае проведения турнира-учений, где ты можешь умереть, было бы невозможно. Ну и самое главное… Их обнажённые клыки даже близко не достигли исполнительного комитета. Для верхушки это «обычное дело». Кёя не знал, радоваться ему или грустить по этому поводу. — Так что после лечения их ждут в основном допросы. Из твоего доклада ясно, что за всем стояла богиня Сноэлла. Для школы её поиски куда важнее, чем низкоранговые учеников, которых подбили на бунт… Впрочем, всё бы разрешилось быстро, если бы мы знали, куда исчезла Сноэлла. Она смерила Кёю многозначительным взглядом, но он тут же отвернулся… Чтобы у него ни спрашивали, он не собирался докладывать о том, что увидел под конец. Кёя отлично понимал, в худшем случае сам окажется втянут в это дело. — Короче, по этим причинам, зла мы им не причиним. — Ясно… Как гора с плеч. Я был уверен, что их ждёт принудительное отчисление… — Ха-ха, да не быть тому. В конце концов… школе не с руки, чтоб «дно» вдруг испарилось. Тут всё как в пищевой цепочке — миру нужны низы, которыми можно полакомиться. Не оживлять, не добивать, а давать ползать в пыли на благо верхов. Всё как в реальном обществе, не так ли? С последним он согласиться не мог, но в любом случае ничего ужасного их, похоже, не ждёт. Кёя облегчённо вздохнул. …Но тут Кудзуха добавила одну деталь: — Впрочем, это касается лишь рядовых членов Резистанса. Взгляд Кудзухи пал на юношу, которого вели под конвоем из восьмерых человек, лидера Резистанса — Кокуфудзи. Приблизившись к Комари, Кокуфудзи остановился. — Ну надо же, вижу вы целы и невредимы, мисс Комари, — как всегда мерзким тоном провоцировал Кокуфудзи. — …В-ваша… рука!.. Комари увидела, что правая рука Кокуфудзи была отсечена по локоть… Скорее всего, дело рук Хины. — Ох, вы переживаете обо мне? Ха-ха, вы всё такая же наивная душа, — Кокуфудзи язвительно ухмыльнулся… Но затем добавил: — Но… спасибо вам большое. — Э?.. — Судя по произошедшему, я могу догадаться, что это вы спасли нас, не так ли? Всё же я был лидером, поэтому выражаю вам свою благодарность… Хотя вы же всё и разрушили, — не забывал Кокуфудзи добавить щепотки яда в свои слова. — И всё же это вызывает раздражение. Для меня вы прошлое, которое я отбросил. Поверить не могу, что именно вы — та, что лишь говорит слащавые вещи и грезит идеалами вроде «быть праведной», спасли нас. Какая ирония, — произнёс Кокуфудзи с холодной саркастичной улыбкой на лице… но вдруг кое-что осознал. — …М-м? Нет, ничего ироничного тут нет… наверное, так и должно быть?.. Ха-ха, ха-ха-ха-ха… Где же я свернул не туда?.. — что-то пробормотал сам себе Кокуфудзи, а затем поднял голову. — Ну, продолжайте упорно в том же духе. Всё равно скоро осознаете собственную глупость… А пока вперёд и с песней. — Могли и не говорить, я так и собираюсь делать! — посмотрела Комари ему прямо в глаза. Посмотрев в её глаза и о чём-то подумав, Кокуфудзи фыркнул и, пока его уводили, несколько удовлетворённо улыбнулся… Только вот его вели к другому магическому кругу телепортации — не к тому, куда отводили остальных учеников. — Кокуфудзи — зачинщик. Он отправится в «Тюрьму Нарвиди» — специальную тюрьму для героев. О ней ходит немало тёмных слухов, и лично я бы предпочла сдохнуть, чем попасть туда. Но что поделать? Создание повстанческой организации, распространение незаконного препарата, групповое линчевание верхушки и в довершении всего проникновение в комнату управления большим магическим кругом исполнительного комитета. — …М-м? Эй, это же… — Что? Хочешь что-то сказать? Прикидываясь дурочкой, Кудзуха наклонила голову. Поняв, что она имеет в виду, Кёя тут же отвернулся. — …Нет, ничего. — Угу-угу, так-то лучше. Большой магический круг взломал именно Ицуки Кокуфудзи. Арестовавший его в тот же день отряд охраны очистил своё имя. Ну а что? Так никто не пострадает. И всё благополучно разрешилось. Провернула она всё очень грязно, но Кёя ничего не сказал. Он не Комари. Если козёл отпущения нашёлся, то для него это идеальный вариант. — Ладушки, мы уже практически всех увели, так что мне тоже пора отчаливать, — закончила разговор Кудзуха так же односторонне, как и начала, когда пришла сюда, но затем обернулась, будто вспомнив что-то перед уходом. — Кстати, подумай там до нашей следующей встречи. — …? Над чем? — Над наградой, чем же ещё? Я же говорила, что дам её тебе, если ты покажешь результаты в качестве приманки. Услышав об этом, Кёя вспомнил: а ведь точно, она что-то такое говорила. — Всё что угодно… Разумеется, даже что-нибудь малость непристойное. — Ладно-ладно, подумаю. Стоит взять награду, и ты никогда не узнаешь, какую цену за это придётся заплатить. В душе Кёя уже определился, что ни за что и ни о чём не будет её просить. После чего Кудзуха ушла вместе с исполнительным комитетом. Наконец-то всё успокоилось, — уже было подумал Кёя… — Ух, всё ли с ними будет хорошо… — беспокойно ходила туда-сюда Комари, провожая взглядом Канон и остальных, кого увёл исполнительный комитет. Сейчас её беспокойство проявлялось даже более явно, чем когда она противостояла Древам Скверны. — Если ты так переживаешь, то почему бы тебе просто не пойти за ней? — Но… Я-я верю в Канонушку! Кёя вспомнил, что Комари однажды уже говорила ему нечто подобное. Видимо, так Комари заботится о других… Но её суматошная паника выбивала его самого из колеи. И поэтому он предложил: — Точно… Сходи тоже на осмотр. Ты ведь у нас тут безрассудствовала только в путь. Заодно Канон навестишь, — придумал он дежурное оправдание, но… — Наверное… ты прав! — тут же согласилась наивная Комари. Она в самом деле билась с Древами Скверны и ей действительно был необходим отдых. Всё равно из-за этого инцидента «Выживание» поставят на паузу, так что убиваем двух зайцев одним махом. — Т-тогда я пойду! — И я тоже! Я тоже пойду! Подражая Комари, стоящая сбоку Лала тоже подняла руку. Она уже давно положила глаз на активирующийся телепортационный магический круг. Должно быть, она просто хочет попробовать телепортацию. — Ты с нами, Кёя? — А, я? — В ответ на вопрос Кёя отрицательно покачал головой. — Нет, будет неловко, если туда пойду я… Хоть Резистанс изначально был опасной организацией, Кёя стал непосредственной причиной их краха. Было бы жутко грубо с его стороны следовать за ними в больницу. — Я зайду за вами через некоторое время. Жди меня в больнице. — Ясно… Я поняла! Пошли, Лала! — Навестим больных, принесём им бананы! Комари с Лалой вдвоём побежали к магическому кругу, но в последний момент Комари вдруг обернулась. — Спасибо тебе огромное… Кёя! — Что ты такое говоришь? В этот раз всё разрешилось благодаря твоей силе. Именно сила очищения Комари спасла всех от Древ Скверны. Но Кёя знал, что дело не только в ней. Её сильнейший меч — это… решимость спасти других, даже перед лицом этого устрашающего аномального существа. И вот Комари с Лалой наконец телепортировались. В этом пространстве остался только Кёя… Нет, будет правильнее сказать, только Кёя и одна кошка. — Уверена, что не хочешь с ними? — вдруг спросил Кёя, присев на траву. После чего ему из-под ног пришёл следующий ответ: — М-мяу, не хочу, чтобы кое-кому стало одиноко. К нему медленно подошла чёрная кошка — Феррис. Она запрыгнула на колени к Кёе и уютно свернулась клубком, словно воспринимая их как какую-то подушку. Погладив чёрную кошку, Кёя пробормотал: — …Прости, что тебе пришлось ощутить страх. — Хе-хе-хе, что ты такое говоришь? С чего это я должна была испугаться? Ты бы всё равно пришёл во что бы то ни стало. Поэтому я нисколько не переживала. — Ха-ха, да у тебя стальные нервы. В неустрашимости ему никогда не сравниться с владыкой демонов. — …Но мне было страшно. Я думал, что потеряю тебя. — Хе-хе, ты всё такой же трусишка. — И не говори. Несмотря на порицания, Феррис нежно потёрлась об него, чтобы успокоить. Ощущая её сладостное тепло, Кёя подумал: «Как же я рад, что защитил это тепло». …Но не успел он предаться своим сильным чувствам, как глаза Феррис игриво сверкнули. — Но чего я точно не ожидала, так это того, что ты появишься в компании девушки. — Угх, не выражайся так двусмысленно. Так сложились обстоятельства… — Ого, я бы очень хотела послушать, зачем ты соблазнил новую девушку, пока меня не было? В ответ на зловредное обвинение Кёя пробормотал: — Не дразни меня так… Ты же знаешь, что мне не интересны другие девушки, кроме тебя. Услышав, его объявление о капитуляции, Феррис довольно улыбнулась. — Ясно-ясно, настолько влюблён в меня? — Да. — Прям по уши? — Да. — Без ума от меня? — Да. — Мяу-хе-хе-хе-хе! — очень довольно рассмеялась владычица демонов. Ему было очень досадно, но… что поделать, если это правда. Оказавшись порознь с ней на этот раз, Кёя чётко осознал, насколько он помешан на Феррис. Одна лишь мысль о мире без неё вызывала тошноту. Они провели вместе уже больше тридцати тысяч лет, но… ему столь малого промежутка времени катастрофически не хватало. Но тут вдруг… Легка на помине — пришла неожиданная гостья. — Кёя, — неожиданно окликнули его сзади. Обернувшись, он увидел вышедшую из леса ту самую Хину Кирасаки. — О, Хина. Что вы здесь делаете?.. Ещё недавно Кёя видел, как Хину окружил и допрашивал исполнительный комитет. Ведь официально именно она разрешила весь этот инцидент. Причина проста. Никто не смог даже увидеть движения Кёи. Поэтому поверженные ученики из Резистанса думали, что их сокрушила Хина — номер два в школе. В случае усмирения Древ Скверны тоже, когда они очнулись, всё уже закончилось. Так что они никогда бы не догадались, что за всем стоял провалившийся герой. Впрочем, это не имеет отношения к делу. От появления Хины Кёя вытаращил глаза. — Ваш допрос давно закончился. Разве вы уже не вернулись обратно?.. Допрос Хины кончился минут пятнадцать назад. Хотя правильнее будет сказать, что он не «закончился, а его «свернули» из-за её нулевых коммуникативных навыков… Как бы там ни было, Хина ведь после допроса куда-то ушла. Так что она здесь делает? Ответ на этот вопрос оказался до невозможности прост. — Я потерялась. — П-понятно… Похоже, она всё это время бродила в лесу. — Слушайте, мы сейчас в другом измерении, так что вы не сможете вернуться без магии телепортации. Смотрите, вон там есть Врата. — Угу, поняла. Кёя указал ей на магический круг, оставленный исполнительными комитетом, и Хина простодушно кивнула. Похоже, во всём, кроме боёв, она по-прежнему беспомощна. Но это было как раз кстати, — подумал Кёя и улыбнулся. — Хоть и с опозданием, но… Большое спасибо вам за помощь. Кёя поклонился ей с благодарностью. Сначала она просто шла с ним за компанию, но в итоге именно благодаря ей он смог благополучно спасти Феррис. Без неё он мог бы не успеть. — Не за что. Для себя старалась. — Но вы всё равно сильно выручили меня. Это ваша заслуга. — Стоп… мне неловко. Хина отвернулась. Видимо, смутилась. Было очевидно, что она не привыкла к тому, чтобы её так благодарили. Кёя натянуто улыбнулся, а затем вдруг спросил то, что ему было любопытно: — Кстати, а что насчёт вашей цели? Вы же получили Реинкарнатор? — Без толку. Это просто игрушка. Бессмысленная. Жаль. — В-вот как?.. Хина поджала губы. Видимо, выглядела она настолько жалко, что Кёя поспешил её утешить, но… — Н-ну, не всё так плохо. Вы уже итак сильны… — Нет. Даже близко нет. Я ещё не достигла нужного уровня. Услышав, с какой уверенностью в голосе она говорила, Кёя вспомнил первый возникший у него вопрос. — Эм, а зачем вам это вообще?.. Для чего вы хотите стать настолько сильной? — спросил он то же самое, что и при их первой встрече. Но тогда ему в итоге не представилось возможности услышать ответ. — Разумеется, если вы не хотите говорить, то я не буду докапываться. Но я подумал, может я как-то смогу помочь вам с этим. Ну, в качестве благодарности за помощь… — добавил он, но предположил, что она всё равно ему не расскажет. Однако Хина неожиданно сказала: — У меня всего одна цель, — открыто ответила Хина, вопреки ожиданиям… а затем огласила свою цель с куда более холодным, чем обычно, выражением лица. — Убить отвергнутого владыку демонов. В этот миг все шумы вокруг разом замерли. Краски мира погасли, воздух стал холодным, как лёд, и казалось, будто почва ушла из-под ног. — В-вы имеете в виду… того самого… отвергнутого владыку демонов?.. — выдавил дрожащим голосом Кёя в этом выцветшем мире. — Угу. — З-зачем вам это?.. Ответ был прост. — Отомстить за Канан. Её убил отвергнутый владыка демонов. Канан — так звали девушку, которую Хина называла единственной близкой подругой. Даже тогда ему это показалось странным. Почему она была такой одинокой сейчас, если у неё была настолько хорошая подруга? Вот поэтому. Но… — Н-но это же хронологически невозможно! Отвергнутый владыка демонов — очень древнее существо. Он не мог сразиться с вашей подругой!.. Да, это какая-то ошибка. Должно быть, Хина что-то перепутала. Однако на его возражение ответила уже не Хина: — «Врата Вальхаллы[✱]Записано как: «Горн валькирии».» — формула призыва, которой владеет лишь богиня отбора и погребения Валь. Это заклятье, которое можно назвать вершиной магии призыва, что собирает нужных воинов сквозь само время. Использовав его, богини некогда бросили вызов отвергнутому владыке демонов в решающей битве… но потерпели сокрушительное поражение. Потеряв множество героев и высокоранговых богинь, включая Валь, богини решили запечатать владыку демонов вместе со всем миром, — открыто заговорила Феррис, несмотря на то, что Хина стояла прямо перед ними. Судя по её неосторожности, создавалось впечатление, что она специально сделала это, чтобы Хина заметила. — Говорящая кошка. — Замолчи!.. — заткнул Кёя Феррис до того, как та привлекла к себе ещё больший интерес. Феррис ничего не ответила и просто замолчала. — Канан была избрана для той битвы, но… не вернулась. Поэтому я отомщу отвергнутому владыке демонов. — Н-но… но… Владыка демонов запечатан! Всё уже кончено, разве нет?! — Нет. Владыка демонов запечатан. Но ещё жив. Поэтому ничего не кончено, — решительно заявила Хина, а затем огласила ещё более устрашающий факт: — Розе сказала, что богини скоро сделают свой ход. Снимут печать и окончательно убьют отвергнутого владыку демонов. — Что?.. — Поэтому я стану сильнее. А потом обязательно убью владыку. — К-как же… Но владыка демонов уже запечатан — разве этого мало?.. Д-да и вообще, это же опасно! Отвергнутый владыка демонов же безумно силён! Вы сами можете погибнуть, Хина!.. — Мне всё равно. Я к этому готова. Ради этого я живу. — Н-но… — Короче. Я убью отвергнутого владыку демонов. Во что бы то ни стало. Даже если наступит конец света. Каждое её слово несло в себе непоколебимую решимость. Услышав это невольно понимаешь, что никакими доводами её не переубедить. Поэтому Кёе оставалось лишь опустить голову. — Ясно… Вот как?.. — пробормотал он, гложимый чувством бессилия. Он не знал, для чего Хине нужна сила. Он не знал, что богини собираются уничтожить отвергнутую владычицу демонов. Он не знал, что история Феррис ещё не закончилась. Да, пока он был в неведении, мир двигался вперёд. Богини и не собирались прощать Феррис. Скоро они снимут печать отвергнутого мира и войдут в него. И тогда они сразу заметят, что отвергнутая владычица демонов сбежала, и начнут изо всех сил её искать. В конце концов это злейшая и самая ужасная владычица демонов, которая однажды практически уничтожила весь мир, так что они не могли предоставить её самой себе. И рано или поздно они доберутся до ныне бессильной Феррис. А дальше дело за малым. Во имя мира во всём мире, во имя тех, кто был ею убит, они прервут её жизнь, несмотря на то, что она даже дать сдачи им не сможет… — Кёя, тебе холодно? Ты дрожишь, — обеспокоенно спросила Хина. И он действительно дрожал. Его охватил безудержный страх перед неизбежным будущим. Благодаря текущему инциденту он отлично понял, насколько сложнее «защитить кого-то», чем «сразить врага». Враг — все герои, обладающие оригинальными навыками. Во всём Мировом Древе у него нигде не было союзников. Вечно убегать от богинь и героев невозможно. Однажды их так или иначе найдут. Нет, даже если бы это и было возможно, какой в этом смысл? Бежать, прятаться, скрываться и жить в углу мира, каждый день опасаясь тени преследователей? Но тогда зачем он вообще вывел Феррис из той пустоши? Верно, он взял её руку, чтобы она наслаждалась свободой и спокойной повседневной жизнью. Чтобы она могла улыбаться от всей души под яркими лучами солнца. А ежели кто-то попытается ей угрожать, то… — …То остаётся лишь одно… — как только Кёя пришёл к этому заключению, он перестал дрожать. — …Эм, Хина. — М-м? — Позвольте спросить у вас ещё раз?.. Вы… точно готовы к этому? — Конечно. Бой насмерть. С жизнью на кону. Само собой. — Вот как… Рад слышать… Вздохнув, Кёя спокойно встал на ноги. Но Феррис остановила его, сказав: — Не надо, Кёя. — М-м? Ты о чём? — Я знаю, о чём ты думаешь… Так что, прошу, остановись, — спокойным, но резким голосом предостерегла его Феррис. Однако Кёя пожал плечами, даже не посмотрев её сторону. — Ну так… а как иначе-то? — Да, иначе никак. Если убьёшь, то сам будешь убит. Это неизбежный закон природы. Так что всё хорошо. Просто дай этому случиться, и всё будет хорошо. — Ха-ха, ну ты даёшь. Всё-таки у тебя действительно стальные нервы. Кёя тут же понял. Только что она вклинилась в разговор, чтобы заставить его осознать то, что она в курсе о том, что за ней охотятся… нет, именно потому, что она знает об этом, Феррис не собирается убегать или прятаться. Она собирается принять свою финальную роль — взять на себя все грехи и пасть как владыка демонов. Но… — Но… даже если это можешь ты, я так не могу. Ты права: я — трусишка. Поэтому я так сильно напуган. Стоит мне только подумать о том… что они действительно придут убить тебя, и я не могу унять дрожь… — пробормотав это, Кёя самоуничижительно улыбнулся. — Ха-ха, всё-таки я в самом деле провалившийся герой. Вряд ли я когда-нибудь смогу стать таким, как Комари. Не могу даже представить, как делаю что-нибудь круто, например, спасаю всех… Думаю… лучше я буду твоим личным мечом. — Да, и я рада. Но ведь ты понимаешь, что я не желаю этого. И ты также должен знать, что стоит тебе пересечь ту линию… как ты окажешься в той пустоши, — это было величайшее предупреждение, дать которое могла лишь Феррис. Поэтому… Кёя улыбнулся. — Слушай, помнишь тот разговор ночью в начале «Выживания»?.. Сейчас я закончу то, что хотел сказать тогда, — после чего Кёя наконец встретился взглядом с Феррис. Глаза юноши смотрели абсолютно и только на неё. — Я тоже, Феррис. Мне тоже всё равно, где я окажусь, лишь бы ты была рядом. Будь то край света, глубины преисподней или даже пустошь, где ничего нет. Для меня… для меня главное, чтобы ты была рядом. На лице Кёи появилась нежная улыбка. Но в глубине его глаз горела холодная, как лёд, решимость. Решимость защитить то, что ему дорого, даже если для этого ему придётся стать чудовищем. Увидев это, Феррис в тот же миг крикнула Хине: — Беги, девочка! Сейчас же уходи от… Однако её предупреждение прервалось на полуслове. Кёя мгновенно выгнал Феррис из этой области с помощью магии телепортации. Её голос больше никого не достигнет. Остались только Кёя и Хина. — Что стало с кошкой? Что ты сделал, Кёя? Хина несколько раз моргнула. Похоже, она не понимала, что происходит… точнее, то, что вот-вот должно было произойти. Кёя мягко улыбнулся Хине. — Вам и не нужно понимать. Потому что скоро всё закончится, — коротко сообщив это, Кёя направил руку на Хину, а затем пробормотал всего одно слово: — «Пламя». Из глубины земли мгновенно извергся огромный огненный столб. Он выжег землю, испарил даже облака высоко в небе и окрасил мир в алый цвет. И всего через десять секунд пламя исчезло так же внезапно, как и появилось. Осталась лишь бездна в форме круглого кратера. …Нет, кое-что в этой бездне, где была выжжена даже земля, осталось. То самое место, где должна была стоять Хина. В этом опустевшем пространстве теперь неподвижно парила инородная абсолютно чёрная сфера. Имея цвет «небытия», отрицающего даже свет, она напоминал птичье яйцо. Изнутри которого показалась Хина без единой царапинки. — Обнуление… абсолютная защита… Нет, «мгновенная смерть». Понятно, действительно читерно. — Не понимаю, — печально пробормотала Хина, перед хладнокровно анализирующим Кёей. — Зачем ты это делаешь? Не понимаю. Почему в груди так колет? Не понимаю. Не понимаю… Хина была в растерянности из-за разных эмоций, названий которых она даже не знала… смятение, замешательство, горе. Но медленно сделала соответствующие выводы. Ведь прежде всего она была не девушкой, а героем. — Не понимаю, но… Ладно. Кёя, здесь мы прощаемся. В этот миг магическая сила мгновенной смерти начала ликующе извиваться. В непонятных чувствах нет никакой нужды. Единственное, в чём она сейчас была уверена, это в том, что этот парень её враг. А что делать герою в таком случае очевидно… Но Кёя не собирался позволять ей сделать это. Ещё до того, как Хина успела двинуться, далеко позади развернулся магический круг, который испустил сверхскоростной и сверхплотный тепловой луч такой мощности, что испарил бы даже дракона лишь коснувшись его. Хина тут же поняла, насколько он опасен, и мгновенно окружила себя защитной стеной смерти. Однако Кёя уже предусмотрел это. Ослепив её первым лучом, он продолжал разворачивать бесчисленные магические круги. Они окружили Хину со всех сторон — сверху, снизу, слева и справа — и разом открыли по зависшей в воздухе Хине сосредоточенный огонь. Это была массированная атака с подавляющей огневой мощью. Более того, все круги стреляли не одиночными выстрелами, а непрерывным излучением. На неё непрерывным потоком лилась огневая мощь, который бы хватило, чтобы испепелить целый континент… Однако, это всё ещё было бессмысленно. Как и в первый раз, защитная стена мгновенной смерти в форме сферы не имела слепых зон. Стоит закрыться внутри неё, и ты будешь полностью отрезан, что от тепла, что от магической силы. Вот она — подлинная форма абсолютной защиты. Неразрушимый защитный заслон под названием: «Стена Смерти», обойти которую не смог даже её естественный враг — Кокуфудзи. Однако именно это и было целью Кёи. — Ну, так и должно было случиться. Раскусив природу «мгновенной смерти», Кёя понял и её слабость. Она заключалась в том, что… сама магическая сила несла в себе свойства мгновенной смерти. Эта магическая сила, чрезмерно специализировавшаяся на убийстве, не могла усиливать тело или двигать саму Хину. Причина, по которой сейчас она парила в воздухе, заключалась в том, что она попросту убила гравитацию. Другими словами, это означало, что… нужно непрерывно поддерживать огневую мощь, способную испарить за секунду со всех 360 градусов с расстояния, куда не достанет магическая сила Хины. Как только все эти четыре условия будут соблюдены, Хина окажется в положении «шаха» — «не снимет защиту, не сможет двигаться, а если снимет, то умрёт». Разумеется, по идее, Хине нужно было просто дождаться, пока у врага не кончится магическая сила. Соблюсти четыре условия довольно трудно, поскольку лишь единицы во всём мире, способны поддерживать их долгое время… Но к сожалению для Хины, Кёя как раз и был одной из этих единиц. — Не тревожьтесь. Это заклинание… закончится через тысячу лет. Каждый из магических кругов был наполнен магической силой на тысячу лет вперёд. Не очень много, но для Кёи этого было вполне достаточно. Умрёт от голода за тысячу лет? Отлично. Не выдержит и испарится? Прекрасно. А если чудом выживет… то к тому времени и он сам, и Феррис уже умрут от естественных причин. Так что теперь всё будет хорошо. Кёя быстро развернулся и создал Врата в реальный мир. Хина больше не могла двигаться самостоятельно. Оставалось лишь запечатать её вместе с этим подпространством, исключив возможность внешнего вмешательства и план был бы безупречен. Убивший своего первого героя Кёя развернулся, не испытывая никаких эмоций… Но тут. — Как неожиданно. Правда. Ты силён, Кёя. Сильнее всех, кого я видела, — раздался голос Хины из абсолютно чёрной сферы. Она была искренне восхищена силой Кёи. Проницательность, позволившая мгновенно определить её слабость. Рассудительность, позволившая затем выстроить наиболее оптимальную стратегию. И колоссальная магическая сила, позволившая ему реализовать эту стратегию. Хина впервые встретила того, кто способен настолько успешно противостоять её читерной «мгновенной смерти» и честно признала этот факт. Однако существовал и другой неоспоримый факт. — Но… я сильнее. В ситуации, когда её полностью подавили, эти слова могли показаться пустой бравадой. Но Кёя знал, что Хина не из тех, кто стал бы так глупо врать. Если она так сказала, значит, у неё действительно есть козырь в рукаве. Тайное оружие, способное перевернуть с ног на голову, казалось бы, безнадёжную ситуацию. И затем Хина тихо пробормотала: — «Иру: Флорантия». В этот миг чёрная, как смоль, сфера шевельнулась. Начав пульсировать, она, подобно бешено стучащему сердцу, ускоряла свой ритм… и в вдруг полностью замолкла. А затем через несколько секунд одновременно с тихим, разрушающим тишину звуком, по поверхности сферы, которая должна была представлять из себя абсолютную защиту, побежали трещины. Поначалу они были маленькими, но постепенно расширялись сверху вниз и наконец из неё, словно птенец, вылупившийся из яйца… появилось это. — «Идзанами». Сфера разлетелась на куски с соответствующим звуком. В то же время шесть чёрных крыльев расправились, точно расцветающий цветок. А обладала ими искажённый ангел-девушка, держащая у груди саму Хину. Её безобразно раздутое тело было целиком образовано из той самой магической силы мгновенной смерти. Она воистину была императрицей этого мира, несущей смерть всему, чего касается. Плотная «смерть», сочащаяся из неё, мгновенно перекроила мир. Деревья, реки, живые существа — сияние всей жизни, что существовала в этом пространстве, вымерло в одно мгновение с нисхождением императрицы. Вместо неё расцвели кристаллы абсолютно чёрной магической силы, как у своей госпожи. Их искажённая и гротескная форма странным образом сильно напоминала ликорисы. Да, Кёя невольно понял. Это был мир, где жизнь раздавлена, а смерть — обрела форму. Зловещие владения загробного мира, украшенные бесцветными цветами царства мёртвых. Владения, которыми правила Хина Кирасаки, окутанные абсолютной смертью. (Ясно… Так вот она истинная сила героев…) Оригинальные навыки героев — это трансцендентная сила, вмешивающаяся в законы мира. Однако Флорантия, которую в данный момент наблюдал Кёя, была ступенью выше — она создавала полностью свой мир. Её природу можно было сравнить с Древами Скверны. Однако между ними была одна критическая разница. И заключалась она… в её продвинутости и совершенстве. Этот мир подчинялся воле Хины. В данный момент она стала богом этого новорождённого фантастического мира. И первыми словами Хины, ставшей правительницей данных владений, был… простейший вопрос: — Почему ты жив, Кёя? Правило мира Идзанами было простым: «Всё, существующее внутри владений, умирает». Не больше и не меньше. Принудительная мгновенная смерть в запредельно обширной области, от которой невозможно защититься… Вот в чём была суть высвобожденного Хиной оригинального навыка. Тем не менее, Кёя прямо сейчас дышал. Это само по себе было аномальной ситуацией в этом мире. Однако его ответ был прост: — Нет, я вполне себе умираю. Что-то около сотни тысяч раз в секунду. Просто я воспроизвожусь быстрее. Ну знаешь, как в человеческом теле? Каждый день умирает около трёхсот миллиардов клеток, но рождается больше, так что в целом мы остаёмся живы. Кажется, это называется гомеостаз. Хотя, я всего один раз как-то видел это по телику, так что, как в точности это работает, я не знаю. — …Ничего не понимаю. Из его объяснения Хина абсолютно ничего не поняла. Она не имела ни малейшего представления, о чём он вообще говорил. Но зато знала, что ей нужно делать. Всё просто. Если он ещё не умер, то она должна убивать его до тех пор, пока он не умрёт. — «Перья Глубокой Зависти». В тот миг, когда Идзанами широко взмахнула крыльями, на Кёю полетели бесчисленные перья. Касание — мгновенная смерть, защита — невозможна, количество — безгранично. Этот ливень смертоносных перьев был явным перебором. Но Хина была не из тех, кто ослаблял хватку при таком напоре. — «Псы Безумной Девы». После чего из земли выступили сгустки магической силы. Они приняли форму искажённых охотничьих псов и автоматически бросились по следу Кёи. Они уже были во владениях Хины. Можно сказать, что в её животе. Даже без самой Идзанами, она могла использовать множество навыков. И Хина продолжила усиливать напор. — «Пустота Больной Служанки». Рот Идзанами треснул, открылся и начал испускать невидимые волны, которые рассеянно отражались в пространстве. Очерчивающие хаотичные траектории атаки «волнами» были непредсказуемы для самой Хины. Сверхмассивный ливень из «Перьев Глубокой Зависти», точно идущие по пятам «Псы Безумной Девы», беспорядочные атаки «Пустоты Больной Служанки»… три последовательно обрушенных навыка были безусловно смертоносными — малейшее прикосновение гарантированно убивало. Это была комбинация гарантирующая точное попадание и убийство, учитывавшая любые манёвры уклонения. Но даже они для Хины были лишь стартовыми ходами. Главный удар ждал впереди. — «Кровавый Клинок Голодной Паучихи-Искусительницы». Стоило Хине это пробормотать, как Идзанами вытащила из воздуха меч, рукоять, гарда и лезвие которого были сделаны из абсолютно чёрной смерти. И Хина непринуждённо горизонтально взмахнула этим мечом. В тот же миг летящая вспышка меча описала дугу в форме полумесяца. Мгновенно расширившийся до краёв владений чёрный рубящий удар опустошил всё перед Хиной на 280 градусов. Леса, горы, реки и всё, что должно было стоять у него на пути без остатка, вымерло, оставив после себя лишь пустое небытие. Больше здесь никогда ничего не зародится. Ведь этот меч отсекал саму концепцию «жизни». Ну а Кёя по-прежнему спокойно стоял в этой пустоши, навечно обращённую в земли смерти. — …Не понимаю. Парень был жив, без единой царапинки, его дыхание было ровным, а выражение лица — спокойным, будто так и должно быть. Глядя на это, Хина невольно склонила голову набок. Удар «Кровавого Клинка Голодной Паучихи-Искусительницы» обгонял скорость света за счёт убийства «расстояния» между ним и целью. Разумеется, этот принцип применялся и ко всем её дальним атакам. Другими словами, всё эти атаки должны гарантированно настигать цель. Но тем не менее ни одна из них не настигла Кёю. В миг, когда дистанция становилась нулевой, Кёя уже был на шаг впереди. В миг, когда атаки настигали его, он уже приходил в движение, пусть и лишь слегка. Словно воплощая собой парадокс Ахиллеса и черепахи. Словно… смерть, которая должна быть неизбежным роком, никогда не могла настигнуть его. Однако наклонила голову Хина из-за куда более банального вопроса. — Тебе не страшно? — спросила Хина, невольно остановив свой натиск. Ещё никто и никогда не оставался бесстрашным перед лицом её способностей. Даже устраивавшие бесчисленные бойни владыки демонов дрожали от страха перед абсолютной властью «смерти». Но в этом не было ничего удивительного. Ведь корень страха — это «смерть». Сама эмоция страха изначально — это один из защитных механизмов, созданных для того, чтобы избежать смерти. Посему испытывать страх перед смертью это совершенно нормально. Именно поэтому даже владыки демонов не могли не испытывать страха, столкнувшись лицом к лицу с её способностью. Но он был другим. Его выражение лица никак не изменилось, он не дрожал и не выказывал ни малейшего смятения перед лицом смерти. Словно ходить по грани жизни и смерти для него — рутина. Именно это было самым аномальным в глазах Хины. Однако Кёя пожал плечами, сказав: — О чём вы? Конечно, мне страшно. Да и умирать мне не охота. Просто… «Умрёшь, если попадёт» для меня, честно говоря, настолько банально, что уже давно даже не вызывает во мне ничего… Читерная способность, мгновенно убивающая при касании… Звучит действительно ужасающе. Но, если так подумать, то чем это отличалось от атак Феррис? Пламя, сжигающее при касании тебя целиком вместе с основой. Лёд, замораживающий навечно при касании. Молния, взрывающая к чертям целый мир… Во время битвы с Феррис не было ни одной «атаки, которой можно было бы коснуться». С точки зрения Кёи атаки мгновенной смерти — не повод для особой паники. Хотя в данном случае была и другая причина, почему он не боялся. — К тому же я не могу избавиться от мысли: «Ох, слава богу». И это была не показуха или пустая бравада, а искреннее облегчение. Больше всего Кёю пугали не привычные ему мгновенно убивающие атаки, а то, что та, кого он любит больше всего, пострадает. А раз опасность грозит лишь ему самому, то чего бояться? Потому, чем сильнее была Хина, тем большее облегчение переполняло его грудь. Хотелось пасть на колени и вознести благодарность Боженьке на небесах. Ну а как иначе? У него была возможность раздавить эту ужасающую героиню здесь и сейчас прежде… чем её сила будет обращена против Феррис. — Но что-то я заговорился. Что ж… не возражаете, если свой ход теперь сделаю я? — непринуждённо спросил Кёя и тихо пробормотал всего одно слово: — «Пантэсариум»… В воздухе была призвана привычная золотая дверь, ведущая в сокровищницу в другом мире… Однако на сей раз артефакт нужен был ему не здесь. — …«Архив[✱]Записано как: Запретные запечатанные владения».». Едва он произнёс слова активации, как внутренности врат начали пульсировать. В то же время блеклый золотой цвет стал мутнеть, стремительно перекрашиваясь в отвратительный кроваво-алый. Словно предупреждая всякого, кто пытается войти внутрь, что за дверями — запечатанная запретная область — ларец, где дремлют «запреты», которые ни при каких условиях нельзя пробуждать. Но на его хозяина в лице Кёи это не распространялось. — Ифтаху[✱]Ifṭaḥ — откройся (араб.)., — коротко скомандовал он, и наглухо запечатанные врата бесшумно распахнулись. В тот же миг наружу хлынул липкий, как непролазная грязь, проклятый гной. Изнутри «Архив» был заполнен проклятьями, способными сгноить сам мир. Но увидевшая это Хина уже поняла, что эти проклятья лишь прелюдия. Лишь консервирующая жидкость, наполняющая внутреннюю часть «Архива». Верно, в действительности же дверь запечатывала бесчисленные проклятые артефакты, плывущие на дне проклятого моря. Это были безымянные артефакты древнейших времён, каждый из которых намного превосходил артефакты уровня сотворения мира. Окутывающая их зловещая атмосфера сильно напоминала Древа Скверны. В уютных проклятьях они нетерпеливо дожидались дня, когда печать будет снята и они явятся, дабы уничтожить мир. И вот пришло время пробудить один из них. — Приди, «Фласка Ехидны[✱]Записано как: «Утроба Гадюки. Ехидна — богиня из древнегреческой мифологии в виде исполинской полуженщины-полузмеи. Сестра и жена Тифона, мать двуглавого пса Орфа, трёхглавого Цербера, Лернейской гидры, Немейского льва (от Тифона или Орфа), Химеры, Сфинкса, Колхидского Дракона и Эфона.». Стоило ему назвать её имя, как вместе с проклятым гноем к ногам Кёи выскользнул артефакт. Но это было ни оружие, ни доспех, а… старый подержанный чёрный, как смоль, котёл. На вид — пылящийся на задворках лавки старьёвщика антиквариат. Чем может помочь эта рухлядь? — нахмурилась Хина, и вот началось. — «Алкяст: Форфквадрант Хоммагнумопус[✱]Записано как: «Трансмутация: Четвёртая истина создания и изменения».». Сухо произнеся эти три фразы, слишком короткие, чтобы назвать их заклинанием, Кёя протянул левую руку над котлом, а затем легонько оцарапал указательный палец кончиком ногтя, и с него упала алая капля. За мгновение до того, как котёл поглотил кровь, Кёя произнёс последнее слово: — «Хексеннахт[✱]Hexennacht — Ночь ведьм (нем.), также известна как Вальпургиева ночь. Кандзями записано как: «Ночное шествие бесчисленных демонов».». Котёл тут же начал пульсировать, и одновременно с этим по всему небу появились геометрические узоры. Это были геомагики, связанные с алхимической системой, в настолько огромных количествах, что не отличить от звёздного неба. И из этих геомагик в огромных количествах полилось нечто, напоминающее маленькие капли дождя. — …? Хина всмотрелась, пытаясь понять, что это, и тут же осознала. То, что казалось издалека дождевыми каплями, было ордой уродливых чудовищ. К тому же каждый из них источал невероятную тёмную ауру. Скорее всего, каждый из них был сравним с владыками демонов высоких Стадий. И эта гигантская орда, насчитывающая больше миллиарда монстров, лилась из геомагик. Однако… — Невозможно, — невольно пробормотала Хина. Алхимия: Четвёртая Истина — четвёртое секретное таинство алхимии, которого, по идее, не должно существовать. Её область — «создание жизни». Вне всяких сомнений орда владык демонов была создана этим парнем здесь и сейчас. Но в этом-то и была проблема. Алхимия не могла создать что-то из ничего. Это формула преобразования, заменяющая «нечто» исходное на «нечто» иное равной ценности для мира. Поэтому любая из Истин требует соблюдения принципа «эквивалентного обмена». Ну а платой, которую внёс парень в этот раз… была всего лишь капля крови. Это означало лишь одно: ценность одной капли его крови эквивалентна сотням миллиардов владык демонов. И само Мировое Древо признало это. Эта гипотеза звучала как злая шутка… но Хина лишь презрительно фыркнула. Это явно сила этого котла. Нет, даже если это действительно его собственная сила… — Бессмысленно, — пробормотала она в миг, когда её достигла первая волна монстров. Наги, дрейки, гиганты, черви… Падавшие монстры были самых разных видов. Хина не могла даже дать отпор грубой силе столь запредельного количества и была мгновенно проглочена волной чудищ. …Но для Хины это не было проблемой. Вокруг раздались предсмертные крики, но принадлежали они не Хине… Это были крики монстров, которые должны были атаковать её. Вгрызающиеся в Идзанами, желая получить плоть и кровь девушки, монстры мгновенно и все без исключения умирали. Хоть они и обладали силой уровня владыки демонов, чит мгновенной смерти одинаково пожинал их жизни. Да, в конце концов всё всегда сводится к этому. Хина вздохнула от скуки. Это далеко не первый раз, когда ей бросают вызов. В прошлом множество героев бросали ей вызов с целью занять место номера два в школе. И все всегда говорили что-то в духе: «Мой что-то там — сильнейший в мире», «Моя что-то там лучшая во вселенной» и поначалу все самоуверенно демонстрировали свои способности, но заканчивалось всё всегда одинаково. Стена смерти блокировала всё, они падали на колени и, дрожа, сбегали. Никому из них не удалось достичь Хины. И каждый раз Хина задумывалась: Почему никто не может понять столь простой вещи? Смерть никогда не умрёт… Пока на свете есть жизнь, всегда будет существовать и концепция смерти. Поэтому, даже если наступит конец света, до самого конца выживет именно концепция смерти. Если такая штука как «бессмертие» и существует, то ею будет сама «смерть». Поэтому защищённая этой «смертью» Хина никогда не проиграет. И этот раз не станет исключением. — …Ну вы даёте… — безучастно пробормотал Кёя, беспомощно наблюдая за гибнущими чудовищами. Вероятно, он осознал абсолютность защитной стены смерти. Казалось, у него даже не осталось воли что-либо предпринимать. …Но Кёя продолжил: — Если не ошибаюсь, вы тогда назвали эту штуку «Идзанами»? Та самая из японской мифологии? Супруга Идзанаги и богиня, подарившая людям концепцию смерти. Она сказала что-то типа: «Буду убивать по тысяче человек каждый день» и с тех пор люди в Японии стали умирать. Ха-ха, прямо в яблочко. Говорят, имена навыков сами всплывают в голове. Интересно, как они связаны с первоисточником? — заговорил Кёя о какой-то ерунде, а затем спросил: — Кстати говоря, Хина… А сколько в день можете убить вы? — …О чём ты? — не поняла Хина самого смысла вопроса и причины, по которой он задал его сейчас. Не в силах постичь ход его мыслей, Хина наклонила голову с озадаченным видом. Но, судя по всему, он изначально не ожидал, что она на него ответит. Оборвав разговор на середине, Кёя… обратился не к Хине, а к котлу. — Эй, ты уже проснулся? Пора бы начать работать в полную силу, а иначе… разберу тебя на части, как в прошлый раз. Котёл слабо дрогнул, словно реагируя на его угрозу. И в то же время из его глубин вытянулась длинное и тонкое щупальце, на конце которого торчал острый шип, похожий на иглу шприца. После чего появившиеся щупальце стало извиваться и… вдруг вонзилось в руку Кёи, начав высасывать его кровь. — Да, вот так-то. Котёл поглощал кровь и магическую силу со шмыгающим звуком. Кёя же просто наблюдал за этим, не сопротивляясь. Это странное зрелище привело к развёртыванию многочисленных геомагик… и вслед за этим к зарождению ещё более многочисленных полчищ монстров. Всего одна капля создала сотни миллиардов тварей. Теперь, когда котёл поглощал кровь напрямую, их численность возросла до беспрецедентных цифр. Но результат будет тем же. Бесчисленные льющиеся дождём монстры мгновенно умирали, когда входили в контакт с Идзанами. Ничего, кроме увеличившегося масштаба, не изменилось. Хина искренне не могла понять. Зачем повторять то, в чём нет никакого смысла? Защитная стена смерти — абсолютно неуязвима. Сколько ни увеличивай количество монстров, это не имеет значения… Да, это бессмысленно, но… даже так… — …Их слишком много. Триллионы, десять квадриллионов, сто квинтиллионов… Количество монстров, рождаемых каждое мгновение, уже достигло каких-то совершенно безумных чисел, количество знаков в которых уже намного превосходило известные Хине. Их было так много, что они уже заполнили собой до отказа всё это обширное иное измерение. Масштабы трансмутации достигли такого размаха, что темпы создания монстров наконец превысили скорость их убийства. Тем не менее каждый из них обладал лишь силой, сравнимой с владыками демонов Стадии VIII. Никто из них не представлял Хине угрозы. Фактически Идзанами до сих пор была абсолютно невредима. Просто находясь здесь, она безгранично поглощала жизнь, словно чёрная дыра. Стало лишь чуть труднее двигаться, а в остальном ничего не изменилось. Если бы он сфокусировался на каждом отдельном монстре и улучшил их качество, вместо увеличения количества, как идиот с одной извилиной, то результат мог быть иным… — размышляла Хина, как вдруг заметила: — Тяжело двигаться? В обычной ситуации это было бы совершенно нормальное ощущение. Эта область уже насыщенна невероятной массой монстров. Тут было бы не то что двигаться тяжело. По идее, она вообще должна была задохнуться, будучи раздавленной. Но к ней это не применялось. Ведь всё её тело было покрыто Идзанами и ни жар, ни импульсы, ни давление, ни урон — ничто не достигало её. Поскольку всё исчезало в момент касания, это не должно мешать движению. Но сейчас она точно чувствовала, что ей стало тяжело двигаться. Она ощущала давление со всех сторон, как когда втискиваешься в переполненный поезд. И постепенно ей становилось ясно, что это не просто её воображение. Десять октиллионов, сотни нониллионов, ундецеллион, десять дуодецеллионов… Число монстров росло с каждой секундой. Их плотность увеличивалась по экспоненте. А ощущаемое каждый раз Хиной давление становилось всё более осязаемым, обращаясь в вес, и поражало Идзанами конкретным давлением. Тут уже не до обмана. Идзанами вот-вот раздавит абсурдным количеством «жизней». Тут-то Хина наконец поняла смысл заданного ей недавно вопроса. «А сколько в день можете убить вы?» Верно, всё просто. Кёя спрашивал буквально. — Ах да, продолжая тот разговор… Вы знаете, как Идзанаги противостоял Идзанами, которая пыталась уничтожить Японию, убивая по тысячу человек в день? Кажется, он ответил: «Я буду порождать тысячу пятьсот человек в день». Как-то уж больно сверхагрессивно для божества, согласитесь? — улыбаясь, сказал Кёя и пожал плечами. — Но… похоже, не такой уж это был и бред. Теперь не осталось никаких сомнений. Цель Кёи была кристально ясна. Таран из бесконечного создания «жизни». Разумеется, называть такое стратегией слишком абсурдно. Всё-таки оригинальный навык Хины — это сама концепция «смерти». По определению она — то, что оканчивает жизнь. Другими словами, жизнь не должна быть способна победить смерть по фундаментальному определению концепций. С другой стороны концепции зачастую бывают неожиданно размытыми. Например, «лекарства» — это концепция, нейтрализующая яды, но, если принять его в чрезмерных количествах, то оно станет сильнодействующим средством, куда страшнее яда. Например, «раб» — это концепция подчинения хозяину, но объединившись, рабы становятся армией, способной разрушить царство. Например, «огонь» — это концепция, которую сдерживает вода, но даже огонь от свечи, который можно легко потушить стаканом воды, разгоревшись, может обратиться в бушующее пламя, способное осушить озеро. «Увеличение количества» — это всё что нужно, чтобы концепция перевернулась с ног на голову. И это как раз то, что сейчас пытался провернуть Кёя. По идее, концепция «жизни» должна в одностороннем порядке быть дичью для «смерти». Обрушивая на неё жизнь в неиссякаемых объёмах, он пытается силой переписать её владения, бросая вызов пределам чита мгновенной смерти, о которых не знает сама Хина. Кёя сводит битву читерских способностей к примитивной схватке грубой силы. Но… — И что с того? Он пытается силой ввалиться на тот же ринг и силой пробиться через стену… Ну и что с того? Даже если его план сработал, это лишь меняет положение с одностороннего на равное. Настоящая битва ещё даже не началась. Если всё свелось к чистому испытанию, кто сильнее, ей нужно лишь победить в нём. — Ты слишком недооцениваешь меня, Кёя!.. Тихий гнев заставил магическую силу вскипеть. В ответ на это, плоть Идзанами тоже раздулась в несколько раз. Считать, что она полагается на способности, это большая ошибка. Тот факт, что она владеет невероятным оригинальным навыком смерти, доказывает, что она его достойна. Даже без её способностей, с такими колоссальными параметрами она ни за что не проиграет. Верно, эта сила создана, чтобы убить самого отвергнутого владыку демонов, что угрожал самим богам. Она не могла позволить себе споткнуться об какого-то провалившегося героя. Она победит, а затем свершит свою месть. Всё ради своей цели. Отвечая на волю хозяйки, Идзанами начала снова отталкивать мутный поток жизни… — «Репликэйт[✱]Записано как: «Воспроизведение».», — раздался в этот момент холодный голос Кёи. — «Репликэйт», «Репликэйт», «Репликэйт», «Репликэйт», «Репликэйт», «Репликэйт», «Репликэйт»… — монотонно повторял он короткое заклинание. Из щелей между роящимися монстрами показались множащиеся в геометрической прогрессии «Фласки Ехидны». Две, четыре, восемь, шестнадцать… их число продолжало расти без намёков на остановку. Кёя идеально воспроизвёл и создал «Фласку Ехидны» — проклятый артефакт уровня сотворения мира — с помощью одной лишь формулы. Это она недооценивала его, считая, что он «полагается на артефакты». Для Кёи магическое снаряжение уровня сотворения мира было лишь бутафорией, которую можно воспроизвести при наличии образца. В миг, когда она потеряла дар речи от осознания этого факта, Хину поразил импульс в сотни раз превосходящий прошлый. — Гх!.. Громадное давление обрушилось на Хину со всех сторон. Мутный поток «жизни», рождаемый воспроизведёнными «Фласками Ехидны», раздавливал Хину вместе с Идзанами. Плоть рвалась на куски. Кости скрипели. Внутренние органы вот-вот разорвутся. Её словно сдавливала рука гиганта. Если она расслабится хоть на мгновение, то будет раздавлена в лепёшку вместе с Идзанами. Хине оставалось только терпеть… но она нашла выход. Увеличение количества «Фласок Ехидны» означало, что истощение Кёи тоже ускорилось. Если она сможет преодолеть его натиск, то затем наступит её черёд контратаковать. …Но тут Хина выяснила нечто неожиданное. Дожидалась контратаки не только она. — Эм… вы ещё не готовы? — вдруг спросил Кёя. Хина нахмурилась, не понимая, о чём он, а Кёя раздражённо подталкивал её: — Ну контратаковать в смысле. Ваш ход. — …О-о чём ты?.. — Именно о том, о чём спрашиваю. Быстрее продемонстрируйте мне вашу следующую силу. Пробуждение? Трансцендентность? Слом предела? Хоть что-нибудь. У вас же всё ещё есть некий козырь, да? По правде, мне, похоже, в будущем придётся сражаться с героями, так что хотелось бы увидеть, какой силой вы обладаете, пока у меня ещё есть возможность, — объяснял Кёя, действительно просто ожидая её хода. Судя по тому, как он расслаблен, он мог бы ещё увеличить количество «Фласок Ехидны», если бы захотел, но решил ничего не делать, а вместо этого понаблюдать за тем, как Хина выйдет из этого положения. Увидев это, Хина вспомнила. Во время первой атаки, Кёя спросил: «не возражаете, если свой ход теперь сделаю я?». Она сочла это пустой формальностью, но ошиблась. Он и вправду намеревался сражаться по очереди. Ради сбора информации перед грядущими битвами. Другими словами, для Кёи эта серия атак была лишь лёгкой разминкой, чтобы заставить противника сражаться всерьёз… В этот миг Хина, нравилось ей это или нет, чётко осознала абсолютную разницу в силе между ними. — Чудовище… Столкнувшись с выходящим за всякие нормы парнем, за гранью человеческого понимания, у Хины больше не осталось никаких вариантов. Её или раздавит насмерть вместе с Идзанами, или она развеет заклинание и пойдёт на корм монстрам. Нет, прежде всего, она уже так долго поддерживает Флорантию, что, вероятно, скорее израсходует все силы и умрёт. В любом случае её ждала смерть. Будущее было предопределено. И чувство, возникшее в груди, понимающей это Хины… было отнюдь не смирением. — …Хватит издеваться, — сорвался с её губ едва слышимый шёпот. В этот момент по Идзанами, казалось бы, уже достигшей пределов, вдруг пошли волны. Изменение было столь незначительным, что посторонний наблюдатель его бы не заметил… Но это не было иллюзией. — …Я… ещё не проиграла!.. — сказала она ещё решительнее и чётче. Подняв голову, Хина явила лицо, на котором, даже в столь критичный момент, пылал несломленный боевой дух. Словно отвечая на это, пламя Идзанами, которое было на грани затухания, вновь разгорелось с новой силой. Да, её действительно загнали в угол. Абсолютная разница в силе, страх смерти, который она чувствовала интуитивно, чувство бессилия от невозможности одержать победу, что бы она ни сделала, до сих пор оскаливались, грозя раздавить её. Но Хина, отринув всё это, вновь разожгла в себе боевой дух. Ведь у неё была причина, по которой ей ни за что нельзя было проигрывать. — …Канан, моя подруга. Драгоценная подруга. Дружила со мной, толком не умеющей разговаривать. Выручала меня — ни на что неспособную. Всегда была рядом, всегда переживала за меня. Но я ничего не отдала взамен. Ничего не смогла для неё сделать. Поэтому… я сделаю то, на что способна. Убью отвергнутого владыку демонов. Отомщу за Канон, отомщу во что бы то ни стало!.. Она делала это не ради мира во всём мире, не из праведного гнева, нетерпящего зло, и не из чувства долга свершения добрых дел. Это была абсолютно простая и чистая месть. Может, над этим и будут подтрунивать, называя неправедным стимулом, недостойным героя. Но в чём истина? Люди говорят о качествах героя по-разному: Праведная воля. Мужество бороться с чем-то. Доброта к людям. Однако основная роль героя не в этом. Герой — это меч, убивающий владыку демонов. Именно поэтому их называют героями и поэтому даруют силу. Чувство справедливости, отвага, доброта есть инородные тела для героя, являющегося орудием. Ему нужны лишь две вещи: «намерение убивать» и «сила». И уж в этом отношении никто не заслуживал называться героем больше, чем Хина Кирасаки. Убить владыку демонов. Для этого она тренировалась, не допуская никаких посторонних мыслей. Поэтому она не колеблется и поэтому сильна. Это также естественно, как то, что солнце — яркое. Такой абсолютный герой просто не может пасть здесь. — Поэтому я не проиграю!.. Одолею тебя, убью владыку демонов! И отомщу за Канан! И тогда… скажу ей! Чтобы не волновалась. Что я в порядке. Что теперь я и одна справлюсь!.. К силе Хины, взращенной намерением убийства, теперь добавились чувства к Канан. Каждое воспоминание о времени, что она провела с подругой, каждое слово, которое она хотела ей сказать, превратилось в её новое оружие. Сразить врага ради подруги. Благословение богини просто не могло не ответить на самую чистую в мире жажду убийства. — «Истребляющее Свечение Танцующей В Ночи Красавицы»!!! Идзанами громко заревела в ответ на голос Хины. Из её спины расправилось ещё шесть крыльев, из плеч выросли четыре руки, держащие острые мечи, а всё тело разбухло, обратившись в ревущее бушующее чёрное пламя. Став совершенной, Идзанами обращала в пепел всё чего касалась бушующим пламенем чистой смерти. Да, Хина эволюционировала даже в столь безвыходной ситуации. Разбив скорлупу собственных пределов, она была на грани того, чтобы вылупиться героем нового уровня. Словно феникс, перерождающийся с всё большим сиянием с каждой смертью. Ещё сильнее, ещё быстрее, ещё красивее. Дабы превзойти своего врага, а затем исполнить заветное желание… но тут робко вмешался Кёя: — Эм, простите, что прерываю ваш эмоциональный подъём, но… мне ещё нужно слушать ваш монолог? — спросил Кёя, в глазах которого не было ни презрения, ни насмешки. Лишь чистейшее и абсолютное «безразличие». Парень, который бесконечно порождал чудовищ и вот-вот убьёт героя, ничего по этому поводу не чувствовал. Ни духовного подъёма, ни колебаний, ни вины — вообще ничего… Прямо как Хина плевать хотела на всё, кроме своей мести. Различало их лишь то, что… чувства парня были… намного, намного, намного, намного, намного, намного, намного сильнее. Словно он жил, думая лишь об одном на протяжении десятков тысяч лет. Поэтому Хина понимала. Была вынуждена понять. Что ей ни за что не одолеть его. — Хм-м-м, если это всё, что вы можете, то… ладно. Прощайте, Хина, — несколько разочаровано сказал Кёя потерявшей дар речи Хине. Коротко попрощавшись с ней, Кёя непринуждённо влил магическую силу во «Фласки Ехидны». В этот миг количество монстров взрывообразно возросло. Их число, не идущее ни в какое сравнение с тем, что было прежде, с лёгкостью раздавило даже эволюционировавшую Идзанами. Теперь, зная, что козыря у неё нет, у Кёи не было причин оставлять её в живых, а Хине оставалось лишь сопротивляться. Ведь теперь это она была «невероятно слабой». Ах, вот как? Так вот каково это? За мгновение до смерти Хина впервые осознала боль слабых, которых она безразлично растаптывала до сегодняшнего дня. Однако было уже слишком поздно. — …Простите меня все… Прости меня, Канан… А затем её мир полностью перекрасился в абсолютно чёрный. ---------- Эпилог. Настоящее начало Синее небо. Дует ветер. Летают птицы. Посреди ярко-зелёного леса на земле лежала девушка. И тут… — О, вот она, вот она! С другой стороны к ней подбежала странная парочка: красивый мальчик и мускулистый юноша. После чего первый назвал её по имени в плохом настроении: — Ты где была, Хиначка? В этот момент девушка наконец вспомнила своё имя. — Ха-ха-ха! Ты сегодня что-то какая-то более рассеянная, чем обычно, Кирасаки! — Блин, избавь меня от этого… Ну же, пойдём уже! — …Угу. Девушку по имени Хина поторопили, и она встала на ноги. Нет, попыталась встать на ноги. Но… — …Ась?.. Её тело не двигалось. Силы покинули её целиком — она даже пальчиком пошевелить не могла. — Эй, что ты делаешь? — В чём дело, Кирасаки? — …Не знаю, — честно ответила она. Верно, она не знала. Ни почему она была здесь, ни что произошло — её воспоминания начисто исчезли, будто выпав. Единственное, что она знала наверняка, что это была отдача от использования «Флорантии». Другими словами, она с чем-то сражалась. С чем-то настолько могущественным, что, даже с её навыком мгновенной смерти, довело её до такого изнеможения. Но когда она попыталась вспомнить, она ощутила, то, что осталось вместо исчезнувших воспоминаний. И это… не унимаемая дрожь от ужаса, охватывающая всё её тело, стоило ей лишь попытаться вспомнить об этом. Поэтому Хина задала вопрос в пустоту напуганным голосом: — …С чем же… я сражалась?.. [[image:/storage/reader-images/89efc69ec82e94e065ba405d97e123907da7e53a.jpg]] ----… --… — Ну и? Зачем вы вмешались? Остатки базы Резистанса. В этом подпространстве, отмеченном следами ожесточённой битвы, Кёя задал вопрос стоящей перед ним девушке. Это была красавица с ниспадающими волосами пепельного цвета и глубокими янтарными глазами, окутанная какой-то мистической аурой. Вкупе с её выдающейся фигурой, которая была заметна даже через её скромную одежду, гуляя по городу, она бы несомненно притягивала к себе все взгляды… Впрочем, это было бы верно, если бы не её нынешнее состояние: пронзённая бесчисленными кольями и распятая на огромном валуне. «Анубис Элиос[✱]Ἔλεος — милосердие (древ.греч.). Записано как: «Отсрочка наказания стража весов».» — не убивающие священные колья, удерживающие жизнь цели, которую пронзят. Изначально это был артефакт мифического уровня, использующийся для исцеления, но, из-за его особого эффекта, зачастую использовался в других целях. Например, как орудие пытки, использующее невозможность умереть — именно то, что сейчас собирался сделать Кёя. Но даже осознавая своё положение, с лица девушки не сходила легкомысленная улыбка. — Честно говоря, я думала, что вмешиваться будет плохой идеей, но та девочка является кандидаткой в «сдерживающие силы». Скоро она начнёт всячески пробуждаться, так что если её ща убьют, то это, типа, создаст нам определённые проблемы. А, кстати, я же ещё не представилась. Так вот, меня зовут… — говорила она с ухмылкой, но Кёя резко её прервал. — Избавь меня от своей скучной болтологии и переходи к делу… С тем оригинальным навыком ты могла бы дать Хине сбежать, не показываясь мне. А раз не сделала этого, то… у тебя есть разговор ко мне, так? — Ого, да ты, оказывается, весьма быстро соображаешь! Ну, ладно, раз требуешь по-простому, будет по-простому, — и, следуя заявленному, девушка без колебаний выдала: — Слушай, Кёя Кудзё… не мог бы ты убить Розе? Произнесённые ею слова были ничем иным, как заказом на убийство богини. Чрезмерно абсурдное содержание просьбы, заставило Кёю тяжело вздохнуть. Причина, по которой загадочная девушка, судя по всему, являющаяся героем, хочет убить богиню… явно какая-то дурацкая. Ах, даже слушать не желаю. Хочу закрыть уши, развернуться и лечь в кровать в своей комнате. Но я знаю, что как ни крути, мне придётся её выслушать. Меня просто поражает, насколько омерзителен этот мир. А ведь я просто… хочу мирно жить вместе с Феррис. — …Ладно. Расскажи об этом поподробнее. Конец. ---------- Послесловие Здрасьте, это Тиаки Конно. От всей души благодарю вас за то, что выбрали 2 том «Герой, натренированный злейшим владыкой демонов, не имеет себе равных в школе для вернувшихся из других миров». Огромное спасибо за прекрасные иллюстрации в этом томе, господину Fame, моему редактору и всем сотрудникам редакции за огромную поддержку и, прежде всего, каждому из вас, дорогие читатели! Что касается содержания этого тома, то он был посвящен внутришкольному состязанию. Лично я обожаю такие события, как «внутришкольные турниры» или «промежуточные экзамены», и тайно мечтал когда-нибудь написать о них сам, так что можно сказать, что еще одна моя мечта сбылась (еще я очень люблю сцены выхода роботов за пределы атмосферы, но, увы, вряд ли в этой работе для них найдется место). Конечно, у меня еще очень и очень много сцен, которые я хочу написать. Возможно, желание втиснуть в книгу всё — это чересчур жадно, но я надеюсь, что смогу и дальше писать с таким же удовольствием! Надеюсь, мы еще встретимся где-нибудь, так что рассчитываю за вашу поддержку. ---------- Эксклюзивная короткая история для цифрового издания. «Как жить на широкую ногу в псевдо-Токио, начав с пустого кармана, способ барышни» Это случилось во время их первой экскурсии по Сити. — Ну что ж… Пожалуй, пора возвращаться, — сам по себе пробормотал Кёя, после того, как они разошлись с Канон, но тут… — Что?! У нас же ещё осталось время! Я хочу сходить в парк аттракционов! — Точно-точно! Мы ещё толком не развлеклись! Мне нужно сходить в место под названием «кошачье кафе»! — запротестовали Комари и Феррис. По правде говоря, время-то у нас ещё действительно есть, но… — Вы что, уже забыли? У нас нет SP на развлечения. Верно, в Сити, представляющем из себя псевдо-Токио, вместо денег нужны SP. Ну а у «бракованных» Кёи и остальных не могло быть лишних очков на развлечения. Поэтому им оставалось только покорно вернуться, но… — Кёя, а почему мы бедные? — удручённо спросила Лала, невинные глазки которой стали влажными от подступающих слёз. В этот миг Кёя невольно вздохнул: «Ух…». Он не был тираном. Заставлять невинную богиню-девочку терпеть из-за такой прозаичной причины, как «безденежье», было мучительно. Однако, как дать того, что нет?.. И вот, когда его приперли к стенке… — Точно, как же вовремя! — похоже, Комари что-то придумала и кому-то позвонила. И всего через минуту ожидания… — И зачем, позвольте спросить, вы вызвали меня? Мы же только что попрощались на такой хорошей ноте. Появилась Канон, с которой они недавно расстались. Элегантно удалившись, она тут же вернулась, и сама казалась смущенной этим, но Комари было не до того. — Канонушка, пожалуйста, подскажи нам места, где можно развлечься бесплатно!! — …Эм, но я же персонаж-барышня. Почему, спрашивается, вы обращаетесь с этим именно ко мне? Более того, если у вас нет SP, я могла бы вас пригласить… — Ни в коем случае! Жить за чей-то счёт — это ужасно! Это плохой пример для воспитания Лалачки! — Мне кажется, как раз походы по «бесплатным местам» окажут более пагубное влияние… — Пожалуйста, Канонушка, мы хотим, чтобы Лалачка повеселилась! Об этом можно попросить только тебя, Мастера Городской Жизни Канонушку! Подвергшись атаке сверкающих, умоляющих глаз, Канон… мгновенно сдалась. — Хе, хе-хе-хе, ну раз уж вы так упрашиваете, то я не могу отказать, извольте! Следуйте за мной, рожденной в GOUTEI и воспитанной в SYUKUJO! — Ура!! — Выдвигаемся! — Идёмте! — Э, что за поворот событий? Так началась их бесплатная экскурсия по псевдо-Токио. Хотя Кёя и думал, что максимум, на что они могут рассчитывать — это игра в парке или осмотр достопримечательностей издалека… — Раз уж мы в Сити, то давайте начнём отсюда. — Э-это же…? Канон привела их в элитный бутик, расположенный, на удивление, в престижном районе. Место было настолько шикарным, что Комари чуть не закатила глаза, едва переступив порог — явно не та зона, куда стоит соваться бедным студентам. — Эй-эй, бесплатно развлечься в шикарном бутике мы точно не сможем… — занервничал Кёя, но… — Сможете, ещё как! — гордо провозгласила Канон и щёлкнула пальцем. — Владелец, для начала принесите полный ассортимент детских брендов. Кажется, у вас поступила новинка от Moncler? Для весенней коллекции Fauré Le Page, кажется, ещё рановато, да? Ах, да, и не забудьте про актуальные аксессуары. Покачивая золотистыми вертикальными локонами, Канон привычно сыпала названиями иностранных брендов. Ее подавляющая харизма вызвала в магазине переполох, словно сюда инкогнито заглянула какая-то знаменитость. Владелец, руководитель персонала и прочие несколько минут лихорадочно сновали туда-сюда. Перед Кёей и компанией выстроились в ряд предметы детской люксовой одежды, каждый из которых, наверное, стоил сотню тысяч йен[✱]По курсу на 25.07.2025 — около 54 тысяч рублей или 680 долларов.. Увидев это, Кёя наконец понял цель их визита в этот бутик. Да, они пришли примерить одежду. — Начнем с комплекта повседневной одежды. Сейчас в тренде свободные верх и низ, дополненные ботинками! — Ого, тебе идет не только обычное цельное платьице, но и что-то повседневное. — Далее немного взрослый уличный стиль. Под цвет волос мисс Лалы лучше всего подойдут глубокие синие тона. Добавьте аксессуары с мужским акцентом — это подчеркнет взрослость! — Вау-у, Лалачка выглядит прям как взрослая девушка! — А теперь дерзкий соблазнительный готический стиль! Главное в готической лолите — не полумеры, а агрессивное подчеркивание границ вплоть до абсурда! — Мяу-хе-хе-хе, нарядить богиню в дьявольские одеяния — это так порочно! Идеально подходит моей прислужнице! Вокруг Лалы, которой меняли одну одежду на другую, незаметно собрались случайные покупатели и персонал магазина. В конце концов, хоть она и ребенок, но богиня. С её буквально неземной внешностью одежда любых фасонов была ей к лицу. Она была идеальным манекеном для переодевания. Пока все обсуждали, управляющий магазином уже подошел с денежным конвертом и сказал: «Пожалуйста, разрешите использовать эти фото для рекламы нашего магазина!». Похоже, никого не заботило, что она всего лишь «примеряльщица» и не собирается ничего покупать. Так они вдоволь наслаждались показом мод, как вдруг из живота Лары раздался милый звук: «Ур-ур». — Я проголодалась. — Ах да… Уж поесть-то мы точно бесплатно не сможем… — Сможете, ещё как! Ну же, идёмте вон туда! Следующей остановкой стал элитный универмаг, стоящий опять же в престижном районе. Мы направились к продуктовый отдел, расположенный в его подвале. Однако, будучи профессиональной (?) барышней, её нельзя равнять с обычными людьми, готовыми просто принимать предлагаемые им зубочистки. — Могу я позаимствовать электроплиту? С этими словами она изящно отобрала место у тётеньки с дегустационного стенда, и тут же начала готовить, используя различные пробные продукты, которые неизвестно когда успела раздобыть. Как вообще можно было умудриться сделать из этого стопроцентный вагю-гамбургер, жареного лангуста, а на десерт — тающий пудинг? В мгновение ока было готово элитное детское блюдо. Более того, благодаря этому кулинарному шоу продукты начали расходиться как горячие пирожки. Довольны были и Лала, и покупатели, и магазин. Так вот каков образ жизни с нулевым бюджетом по методу барышни? И вот, когда все наелись досыта, их последней остановкой стало весьма неожиданное место. — Эй-эй, это же игровой центр! Уж здесь-то мы точно поиграть бесплатно… — Сможете, ещё как! — снова самоуверенно заявила Канон и рванула в уголок игровых слот-автоматов, вдруг встала на четвереньки и начала шарить под ящиком для монет. В результате этого поступка, недостойного барышни, отбросившей стыд и приличия, она добыла лишь одну монетку, покрытую пылью. — Но всего одной монетки нам надолго не хватит… — Никаких проблем! Слушайте внимательно? Все слот-машины в этом игровом центре — списанные настоящие аппараты. Среди них есть и те, что остановили из-за неисправностей. И вот этот «CR Меч Южной Звезды (модель FAP00-689)» — один из них. Хотя эта серия славилась как отличные аппараты, у первых партий, сотой серии, был дефект... представляете, на них можно было постоянно делать визуальный захват! Задержка всего в один кадр — поистине мгновение, но из-за того, что это был первый в истории аппарат с полным техническим вмешательством, он вызвал ажиотаж среди профессионалов с первого дня работы и был отозван всего через три дня, став настоящим раритетом... — Вот он, аристократичный язык Канонушки! — Нет, это явно термины, связанные с игровыми автоматами патинко[✱]Изображение азартных игр в данном отрывке служит исключительно художественным целям в рамках вымышленного сюжета. В реальной жизни азартные игры несут серьёзные риски финансовых потерь, психологической зависимости и разрушения социальных связей. Они строго регулируются или запрещены законодательством многих стран. Переводчик не поддерживает и не пропагандирует участие в азартных играх.… — Ну, не так страшен чёрт, как его малюют. Так что… Вот так! Вот так! Во-о-от так! С этими странными выкриками она трижды нажала на кнопку слот-автомата. После чего три ярко-красные «7» выстроились в ряд, ящик для монет сверкнул подсветкой и с громким звоном начал выплёвывать поток монет. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!! — пришли в восторг Комари с остальными от хлынувших монет и чрезмерной анимации джекпота. Наблюдая за этим, Канон невозмутимо улыбнулась. — Хым, вот вам и стартовый капитал. Веселитесь сколько душе угодно, друзья. Спустя час. — Что ж, и этот игровой центр покорён… В зоне отдыха, на диване. Канон, окружённая горами медалей, устало вздохнула. «Придётся потом вернуть, раз уж сотрудник чуть ли не расплакался...», — подумала она, как вдруг почувствовала лёгкое движение рядом. Обернувшись, она увидела, что рядом устроилась Лала. — Ой, закончились медальки? Бери столько, сколько хочешь. Она протянула гору медалей, но видимо, дело было не в этом. — Нет. Там написано, что каждый час нужно делать перерыв. — Ах вот как, соблюдаешь правила? Молодец. — У-хе-хе-хе, конечно! Я — мудрая богиня! Гладя гордую маленькую девочку, Канон невольно пробормотала: — Не то что некоторые… Поражённый взгляд Канон был устремлён туда, где находились… — Поехали!.. Чую, в этот раз будет джекпот!.. — Удача…! Удача…! — Хе-хе-хе… Повышаю ставку, мяу!.. А вот Кёя и остальные окончательно погрузились в пучину игровой зависимости. Каждые пять минут они спускали все свои наличные (медали), после чего приходили к Канон просить дополнительного финансирования. Похоже, они совершенно забыли о своей главной задаче — развлекать Лалу. — Эх, никакой дисциплины. — Ничего не поделать. Всё-таки Кёя и остальные ещё дети. И ничего без меня не могут. — Хе-хе, — посмеялась Канон над маленькой девочкой, ведущей себя как старшая сестра, а затем согласилась с ней: — И правда. — Слушайте, мисс Лала, может, вы ещё куда-то хотите сходить? На этот раз я отведу вас в приличное место. Есть какое-то место, куда вы хотите сходить или то, чем вы хотите заняться? На сей раз, из-за финансового положения Кёи и остальных, оставалось ограничение — идти можно было только туда, где можно развлечься бесплатно. Но наверняка Лала и сама чего-то очень хотела… Но, вопреки ожиданиям, Лала покачала головой. — Ничего. — Э-э?! Н-неужели вам сегодня не было весело?! Н-но в этом городе есть ещё очень много весёлых мест и… Если малышка разочаровалась в прогулке из-за нее — это же катастрофа! Канон заторопилась с оправданиями... но, похоже, дело было не в этом. — Мне всё равно куда идти. Хоть в Токио, хоть домой. С Кёей и остальными мне везде весело! Всё, чего хотела маленькая богиня — быть вместе со всеми. Ей не нужны никакие SP. Не нужны и роскошные развлечения. Её счастье заключается в том… чтобы все члены «Отряда Лалачки (временное название)» всегда были вместе. Услышав скромное желание маленькой богини, мягко кивнула. — Верно, уверена, вы всегда будете вместе. Так что давайте повеселимся все вместе и в следующий раз! — Да, обязательно!! Дав тайное обещание с вложенной в него молитвой, они улыбнулись друг другу. ---------- Послесловие переводчика Доброго времени суток всем, с вами на связи ваш бессменный переводчик Vergil Lucifer. Вот мы с вами и закончили первую половину данного произведения. В некотором смысле именно второй том является настоящим началом сюжета, так как первый том просто познакомил нас с главными героями и местным мироустройством, а тут вам уже и последствия меритократичной системы школы, некие закадровые интриги богинь-основательниц школы, а также некоторые изменения в личности самого главного героя с осознанием того, что угроза для его любимой никуда не миновала. В отличие от автора данного тайтла, я очень и очень люблю послесловия и сам их всегда пишу к каждому переведённому мною тому. Это даёт некое чувство окончания работы над чем-то грандиозным, а также позволяет окольно пообщаться с вами, мои дорогие читатели — донести какую-то информацию. Кстати, касательно формата выхода перевода глав — перевод каждой очередной главы выходит сначала на бусти, а потом через неделю публикуется в бесплатном доступе. А теперь к благодарностям: Хотелось от всей души поблагодарить isaak2 за оперативную вычитку данного тома, особенно с огромной шестой главой, которую готовили целых две недели. Также, я благодарю каждого из своих читателей, а в особенности поддерживающих перевод материально. Этот перевод выходит и существует благодаря финансовой поддержке подписчиков с Бусти, за что всем подписавшимся огромная благодарность. Отдельно хотел бы выделить и поблагодарить тех, кто взял подписку за 300р: Ватрушка, Whoami, Серый, Исаак Мустопуло и Артёма Хохлов. К сожалению перевод третьего тома будет отложен где-то до октября, поскольку 8 августа выходит финальный том другого моего проекта — Непригодного для Академии Владыки Демонов. Я его долго ждал, да и гештальт закрыть очень хочется, так что перевод второй половины серии отложен на осень-зиму 25-26 годов. На этом я с вами прощаюсь и надеюсь увидеть всех и каждого в следующем томе. Vergil Lucifer, 25.07.2025 Поддержать перевод: Сбер — 2202 2067 2104 6709 Тинькофф — 5536 9139 9974 0356 Для тех, кто не живёт в России — 5364 8901 0248 1176 Страничка на бусти — https://boosty.to/vergil_lucifer Наша группа ВКонтакте — https://vk.com/maougakuinnofutekigosha ---------- Начальные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/08cb7280e3403f379aab87ff91a27b84c2c59e5a.jpg]] Справа-налево: — Если не хочешь, чтобы меня убил герой... то прикончи меня своими собственными руками. С этими словами Феррис схватила мои руки и поднесла к своей шее, словно совершая подношение. ...Ох, какие же глупости она говорит. — Ты же знаешь, что я не смогу сделать этого... Я люблю тебя. [[image:/storage/reader-images/0ec8d281a118148cc8e8d8325f4fcac1c6279980.jpg]] — «Вспышка». — «Керавн» За их спинами было развёрнуто бесчисленное множество магических кругов. Кёя управлял той самой формулой тепловых лучей, которая вынудила Хину применить Флорантию. Кудзуха же использовала заклинание, превосходящее заклинания молний наивысшего ранга, называющееся «Мифом», Принципом Невозможности. По странному совпадению, обе формулы были многоствольного и скорострельного типа. [[image:/storage/reader-images/222dd02a8f468e32648be22fabebd5b20f073d1a.jpg]] То, что Кудзуха использовала следом было не оригинальным навыком. Более того «это» было Нечто, отличное от любой известной Кёе магии или навыка. — Ëó÷øèé òàéòë? Êîíå÷íî, æå ýòî Íåïðèãîäíûé!. ---------- Пролог. Планета и обезьяны [[image:/storage/reader-images/9073358bf1c20bd5cc5992337e32ff5af7008d8d.jpg]] — Как это понимать…?! Мы что, видим сон?! — раздался эхом голос комментатора на третьей арене «Колизее». Первый день третьей фазы ВВУ — «Битва один на один[✱]Автор, судя по всему, забыл, что во втором томе назвал эту фазу «Турнир». И да, я перепроверил по равкам — их названия действительно отличаются.». Как и следует из прямого названия, это состязание, в котором ученики сражаются один на один, является главным зрелищем всего фестиваля под названием ВВУ. Естественно, накал страстей должен достигать своего пика… но голос комментатора дрожал от замешательства и волнения. Впрочем, это касалось не только его. Все ученики на трибунах были тоже не то что возбуждены не были, а напротив — побледнели. Их взгляды были устремлены на двух учеников, стоящих друг напротив друга. Один милый и красивый юноша с детским личиком… Кайри Урато. Самый юный S-ранговый герой, занимающий одиннадцатое место в школе и один из сильнейших героев, принадлежащий сильнейшему отряду школы — «Розенские детки». Абсолютный властитель академии, при одном виде которого все опускают глаза и расступаются. И сейчас этот Кайри стоял на коленях в центре арены. Всё его тело было покрыто бесчисленными свежими ранами, дыхание было прерывистым и хриплым, а его красивые черты лица, которыми он гордился, были искажены изнеможением и болью. Да, S-ранговый юноша, пользующийся славой сильнейшего, был загнан в угол так, что это невозможно было скрыть. Разумеется, уже это само по себе было аномально, но… настоящая причина ошеломления зрителей заключалась в другом человеке, который смотрел на Кайри сверху-вниз. — К-кто… кто бы на всём белом свете смог представить, что того самого сильнейшего S-рангового героя и абсолютно непобедимого гениального юношу, поставит на колени… самый что ни на есть провалившийся герой?! Верно, будь это матч между S-ранговыми героями, то эту картину ещё можно было бы понять, и более того, зрители, несомненно, были бы в восторге. Но там стоял не просто не высокоранговый ученик, а вообще неполноценный герой — юноша по имени Кёя Кудзё. «Провалившиеся герои»… Отстающие, не обладающие Печатью Спасителя Мира — свидетельством того, что они являлись героями. Юноша, ползающий на самом дне школы, презираемый как слабейший, с абсолютно невозмутимым видом поставил на колени сильнейшего S-рангового ученика. Это была зрелище, которое никак не могло произойти. Стихийное бедствие, которое не должно случиться, даже если небо и земля поменяются местами. И неудивительно, что зрители не верили своим глазам. Но больше всех в этой ситуации был сбит с толку не кто иной, как сам Кайри. (Не может… Не может быть, не может быть…!!! Что это, что это вообще такое?! Как это вообще понимать?!) Кайри кусал губу, не в силах скрыть своё смятение. Первый день «Битвы один на один», а противник — провалившийся герой F-ранга или даже ниже. По любым меркам, это просто ничего не значащий предрешённый матч. По крайней мере так он думал, но, что в итоге? Смотрящий на него сверху-вниз Кёя Кудзё не получил ни единой царапины и даже дыхание не сбил. В то время как на нём уже живого места не было. Ни рукопашный бой, ни магия, ни даже его оригинальный навык, в котором Кайри был абсолютно уверен, — ничто не работало. Оригинальный навык «Суицидные струны» — благословение богини, которым обладал Кайри, позволяло ему управлять сотнями миллионов невидимых нитей. Стоит ему поймать врага хоть одной из них и дело за малым. Достаточно приложить лишь немного силы, и урон, увеличенный в сотни миллионов раз, обрушивался прямо на основу противника. Однако эти нити, похоронившие многих владык демонов, вообще не могли попасть по Кёе. Словно некий призрак без материального тела, сколько бы нитей Кайри ни раскидывал, Кёя спокойно проскальзывал в щели между ними. И напротив, атаки Кёи с лёгкостью пробивали их и достигали его, насколько бы крепко он ни сплетал нити. Слишком уж односторонним был этот бой. И больше всего Кайри бесило то… что все атаки, которые использовал Кёя, были заклинаниями лишь начального ранга. Именно. Кёя не только не продемонстрировал свой оригинальный навык, но и сражался явно спустя рукава. Было просто невозможно понять, каким образом сложилась подобная ситуация, но… одну вещь Кайри точно понимал. С ним, сильнейшим Кайри Урато, попросту игрались. — Ублюдок!.. Это ты так отомстить мне хочешь, Кёя Кудзё?! — крикнул Кайри стоящему перед ним парню, дрожа от унижения. По правде говоря, Кайри догадывался, за что он так с ним поступал. На первой фазе ВВУ «Борьба за флаг», он забавы ради издевался над девушкой, которая была знакомой Кёи. Вероятно, он пытался отомстить ему за это. …Однако ответ оказался неожиданным. — М-м? Месть?.. А, ты про Канан? Точно, было дело… — говорил он об этом так, словно уже забыл об этом. — Нет, я вовсе не держу на тебя обиду. Это по личным причинам… Разве будет эффектно, если я закончу всё одним махом? — Ась?.. Э-эффектно?.. — Прости, что заставляю в этом участвовать. Но не волнуйся, этого должно быть достаточно. Так что… ты можешь уже сдаться, — беспечно сказал Кёя и просто повернулся к нему спиной… словно говоря, что Кайри не стоит даже того, чтобы его добивать. Не месть, не презрение, не провокация, а полное игнорирование. Унижение, которого он не испытывал с самого момента рождения, сорвало последние оставшиеся у него крупицы рассудка. — Я прикончу тебя сотни миллиардов раз!!! — прокричал Кайри, и в то же время Печать Спасителя Мира на его правой руке испустила яркий свет. А затем мир начал преображаться. — Флорантия: «Весёлая труппа фальшивых марионеток». Этот навык, являющийся секретной техникой Кайри, превращал само пространство в марионетку. Здесь всё сущее становится его марионеткой, позволяя свободно контролировать любые возможные явления в пределах области. Можно сказать, он становится богом судьбы. И объект воздействия — сам Кёя — не исключение. В этой области абсолютного контроля, где более не нужны даже нити, Кёя уже был его куклой. Всё, начиная с тела и вплоть до магической силы с разумом, теперь подчинялись воле Кайри. Он мог с лёгкостью заставить Кёю станцевать голым перед толпой, убить драгоценного друга и, конечно же… заставить совершить самоубийство. На самом деле он не собирался раскрывать его на каких-то ВВУ, но разве мог он просто промолчать, когда его та опозорили перед зрителями? Такова цена за недооценку сильнейшего S-рангового героя. Он не успокоится, пока тотально не унизит его, как жалчайшую марионетку. Итак, какую бы комедию самоубийства заставить его разыграть… — Ах… Как же тяжко… Неужели это настолько не очевидно?.. — вдруг тихо пробормотал Кёя, в тот момент, когда Кайри уже был уверен в своей победе. На лице Кёи не было ни шока, ни тревоги, ни страха. Лишь бесконечная досада и усталость. — Слушай, твой оригинальный навык же скорее «присоединение», чем «подчинение», верно? Почему же ты не понимаешь? Смотри, ты же напрямую присоединён ко мне. Успокойся немножко и присмотрись. Я позволю тебе увидеть это. — Чё? Что ты несёшь?.. — рефлекторно переспросил он, несмотря на нахлынувшее совершенно иное чувство тревоги. Эта область уже под контролем Кайри. Так почему Кёя может говорить по своей воле?.. Однако эти сомнения быстро развеялись. Ведь, как и сказал Кёя, он коснулся души, которую так тщательно скрывал стоящий напротив него парень. — …Э? Это ещё… что такое?.. В тот миг, когда Кайри через свою область соединился с основой Кёи и увидел её, он остолбенел. Она была слишком, слишком огромной. Возвышающаяся над ним основа… выходила далеко за рамки того, что можно было описать столь заурядными словами как: огромная, колоссальная или величайшая. Если и пытаться провести аналогию, то она была подобна небесному телу, парящему в космосе… нет, самой галактике, состоящей из бесчисленного множества небесных тел, связанных между собой. Масштаб самого её бытия был настолько запредельным, что даже удивительно, как он не замечал этого до сих пор. Но в каком-то смысле это было закономерно. В конце концов, человеческие мерки в итоге сводятся к собственному «я». То, что слишком сильно от него отличается, невозможно измерить. Самым наглядным примером, пожалуй, являются «Земля и человек». Все люди живут на Земле. Но, многие ли из нас осознают, что земля, на которой мы стоим, — это «парящая в космосе сфера массой 5,972 × 10^24 килограмм и вращающееся на скорости 1700 километров в час»? Разумеется, обычно никто об этом не задумывается, да и не способен задуматься. И это совершенно естественно. Ведь как иначе? Как можно нормально жить, осознавая, что ты — всего лишь крошечная точка, прилипшая к Земле? Еда, работа, любовь, вся жизнь — это всего лишь пыль для великой обширной вселенной. Поняв, что жизнь бессмысленна, остаётся лишь два пути: сойти с ума и покончить с собой или стать инвалидом. Ты просто не сможешь жить нормально. Таким образом, сознательное игнорирование абсолютных высших измерений — это важнейшая, фундаментальная стратегия выживания для человека. «Мир вращается вокруг меня» — лишь с таким восприятием хрупкий человек вообще способен функционировать. Но сейчас Кайри, к несчастью, заметил существование абсолютной силы, равной небесному телу. И осознал, насколько ничтожен он сам и насколько колоссален Кёя, стоящий перед ним. Тут вопрос уже не лежал в столь мелочной плоскости: сможет ли он победить? Малейшая толика этой силы сотрёт его, словно пыль. То, что он всё ещё существует, — чистая удача. Как обезьяна, ползающая по Земле, он — всего лишь букашка, прилипшая к тени этой силы. Ах, как же это странно, просто невыносимо странно. Как же я мог до сих пор спокойно дышать, пока существовало это? — А, а, а… По брюкам дрожащего Кайри расплылось тёплое мокрое пятно. Но он сам этого даже не заметил. Как всё испаряется при приближении к огромному солнцу, так и Кайри, подвергнутый магической силе Кёи до мозга костей, способен лишь на то, чтобы впасть в оцепенение. Однако нельзя забывать об одном. Кайри Урато является героем. Закалённым воином, похоронившим множество владык демонов, настоящим сильным бойцом, фундаментально отличающимся от обычных людей. Поэтому он, собрав последние остатки мужества, совершил невероятное чудо. — …Я-я сдаюсь… сдаюсь… Пожалуйста, не убивай меня… — взмолился он хриплым голосом, обливаясь потом, слезами и слюной. Услышав его мужественное заявление о капитуляции, Кёя кивнул, словно говоря: «Угу, молодец. Хорошая работа». — М-матч завершён! — раздался возглас комментатора. С запозданием в несколько секунд зашумели зрители. И те, и другие были в полном замешательстве. И неудивительно. Со стороны казалось, что Кайри просто сам испугался и сдался. Не удостоив этого хаоса и взгляда, Кёя быстро покинул арену. Вернувшись в комнату для ожидания, он задал всего один вопрос ожидавшей его девушке: — Так сойдёт? После чего эта девушка хитро ухмыльнулась. — Ага, лучше некуда. Поздравляю с победой над 11-м номером S-ранга. Теперь тебе как минимум обеспечено место в А-ранге. Условие успешно выполнено. Ну что ж… Хитро улыбающаяся девушка — Кудзуха Минахо — протянула руку с необычайно довольным видом. — Добро пожаловать в наш «исполнительный комитет» школы Игграсия, Кёя! [[image:/storage/reader-images/39eb0a72fbdc1e12298d5a49cf723fc88354638a.jpg]] ---------- Глава 1. Исполнительный комитет Три дня назад. День, когда завершилась вторая фаза ВВУ, «Выживание». Послеполуденное время. У меня была назначена встреча с одной персоной. Я прождал за назначенным школьным зданием час и пятнадцать минут, а эта девушка, явившаяся с опозданием на целый час, засмеялась, не выказывая ни капли смущения. — Ну извини-извини, чутка припозднилась. Не взыщи, — появилась старшеклассница по имени Кудзуха Минахо с совершенно неискренними извинениями. — Ну так по какому поводу ты вызвал меня в такое место? Неужто, любовное письмо всучить удумал?.. — Нет, мимо. — Ха-ха, ответил сходу, не раздумывая? Даже немножко обидно, знаешь ли… — Кудзуха захихикала, а затем с несколько серьёзным выражением лица спросила: — Ладно, шутки в сторону… Что тебе нужно? В ответ я перешёл сразу к сути. — Недавно вы сказали, что дадите мне в награду «всё что угодно» за помощь с уничтожением Резистанса? — Ага, было дело. — Тогда… Прошу, примите мне в исполнительный комитет. Исполнительный комитет школы — центральный орган, собравший в себе лишь лучших из лучших в школе, где собираются герои. Иными словами, организация, которую можно назвать главным вражеским логовом для меня и Феррис, место, к которому я бы никогда добровольно не приблизился. Однако недавняя битва с Хиной заставила меня осознать, что дабы по-настоящему позволить Феррис наслаждаться свободой и миром, просто прятаться и бегать недостаточно. И дело не только в необходимости разузнать про упомянутый Хиной «План уничтожения отвергнутого владыки демонов». Какие герои есть в мире? Какими оригинальными навыками они обладают? И какие цели преследуют стоящие за ними богини? Я ничего не знаю о враге. В таком положении, даже если я буду убивать каждого попавшегося на глаза героя, это не приведёт к фундаментальному решению. Я должен сосредоточиться на сборе информации. Чтобы защитить Феррис, я должен сначала узнать, что именно нужно делать. И если тогда в этом возникнет необходимость… я просто перебью всех: и героев, и богинь, и всех, кто встанет на пути. Следовательно, моя главная задача на данный момент: проникнуть в исполнительный комитет — цитадель героев и богинь — и, если повезёт, захватить его. Контакт с Кудзухой был необходим как трамплин для этого, но… Я, конечно, не ожидал, что она так легко выполнит мою просьбу. Думал, она потребуют какую-то цену. Но даже так, Кудзуха — моя единственная связанная с комитетом знакомая. Какую бы цену она ни назначила, я должен её заплатить и получить билет в комитет… — Ясно-ясно, в исполнительный комитет хочешь, значит? Ну, ладно. — Да, я понимаю. Я и не жду, что вы так легко… Э? Что вы сейчас сказали?.. — Говорю же, «ладно». Хочешь вступить в исполнительный комитет, так? Тогда я как-нибудь это организую. — …Извините, но, почему вы так легко на это согласились? — Эй-эй, это ещё что за вопросы от того, кто сам же об этом и попросил? Я же сказала «всё что угодно» и от своих слов отступать не намерена! — сказала она, но это была абсолютная ложь. Кудзуха Минахо… старшеклассница из исполнительного комитета. Мне практически ничего неизвестно об этом непроницаемой девушке, но одно я могу сказать наверняка. Она не настолько благородна, чтобы добросовестно соблюдать устные обещания. — Могу я узнать… в чём заключается ваша настоящая цель? — спросил я, особо не рассчитывая на то, что она ответит. В ответ Кудзуха захихикала. — Прости-прости, должно быть, тебе всё это кажется подозрительным? Ладно, выложу всё как есть. Причина, по которой я готова взять тебя в исполнительный комитет… в том, что ты нужен мне самой. Как оружие, чтобы пробиться наверх в исполнительном комитете. — Чего?.. — Я ведь уже упоминала, помнишь? В комитете тоже идёт борьба за власть, и по определённым причинам мне нужно пробиться там наверх. Только вот я слабая девчушка. Не так-то просто выживать в исполнительном комитете, где сплошняком одни монстры. Вот тут-то ты и появляешься. Ну, думай об этом так: мне нужна власть, тебе — сила. Мы предоставляем друг другу необходимое. Взаимовыгодная сделка… Ну, так что скажешь? — прошептав это, Кудзуха приглашающе протянула руку. В конечном счёте, она говорила следующее: «Будь моим пёсиком». …Что ж, если таковы условия получения билета в исполнительный комитет, я с радостью буду вилять хвостом. — Рассчитываю на плодотворное сотрудничество с вами, Кудзуха. — Хе-хе-хе… Отлично, по рукам! Мы с Кудзухой пожали друг другу руки. Наверное, именно так и ощущается заключение договора с дьяволом. — Ну что ж, хотелось бы мне сказать: «немедленно отправляемся в исполнительный комитет»… но не всё так просто. Моя должность — всего лишь член отряда по работе с новичками. Так что я не могу самовольно вмешиваться в кадровые вопросы комитета. Не получится просто сказать: «Приходи завтра». — Тогда как вы меня…? — Тут-то мы и воспользуемся «Системой телохранителей». У членов исполнительного комитета, занимающих должности, есть право иметь личного телохранителя. Так что ты войдёшь в комитет как мой охранник. Понятно, личный телохранитель, значит? Честно говоря, я не уверен, что справлюсь со сложной работой вроде ученического совета или исполнительного комитета. А если я буду личным охранником Кудзухи, то не придётся бояться, что меня назначат на какую-то странную должность или выгонят за ошибки в работе. Но, похоже, получить место телохранителя не всё так просто. — Но и тут есть своё условие… Согласно правилам, зарегистрироваться в качестве телохранителя могут только ученики ранга B и выше. — В-ранг… Значит, ничего не выйдет? В данный момент я не то что В-ранга не имею, но и вообще максимально далёк от него, занимая низшую ступень — F'-ранг. К тому же, я провалившийся герой без Печати Спасителя Мира. Чтобы подняться до B, потребуется долгий путь. Что ж, если таковы правила, ничего не поделаешь. Если придётся усердно трудиться, значит, так и быть. По сравнению с теми тридцатью тысячами лет тренировок — это сущие пустяки… — только я подумал об этом, как… — Неужели ты думаешь, что будешь усердно и методично поднимать свой ранг? — Угх… Но какие у меня остаются варианты?.. — Ну что ты, нет-нет-нет. В этой школе главное читерство. И тебе пора научиться хитрить. … Ну-ка, вспомни. Сейчас как раз идут ВВУ. Группы и ранги как раз перераспределяются. И что идёт в третьей фазе? — Кажется… Битва один на один? — Ага, верно. Поединки — это, как и следует из названия, главное мероприятие, где сражаются один на один. И, как ты знаешь, эта школа — общество культа силы, где «сильный всегда прав»… Ну, я думаю, дальше объяснять не нужно, ты всё и так понял? Ах, у меня очень плохое предчувствие. И Кудзуха произнесла именно то, что я ожидал. — На этих поединках ты должен победить высокорангового ученика. Прямо на глазах у зрителей… Хе-хе-хе, тогда мгновенное повышение до B-ранга гарантировано. Ну как? Гораздо быстрее, чем методично выполнять квесты и копить очки, верно? До чего «силовой» метод решения проблемы. Демонстрировать свою силу на публике по многим причинам мне не хочется. … Однако, если я войду в комитет, оставаться беспомощным провалившимся героем будет, наоборот, подозрительно. Пусть я и не буду выкладываться на полную, но показать некоторую силу может быть необходимо для маскировки. И самое главное… На самом деле я также хочу как можно скорее установить контроль над школой и вернуть Феррис её обычную жизнь. — …Ладно. Я попробую. — Угу-угу, хороший мальчик. Ну так что, удачи в твоём первом бою через три дня. ----… --… И вот, спустя три дня, я успешно завершил свой матч. — Ну что ж, как и договаривались… Поздравляю, Кёя, добро пожаловать в исполнительный комитет. Кто бы мог подумать, что ты уложишь S-рангового героя. Ну ты даёшь! Она осыпала меня комплиментами, но это звучало так фальшиво, что даже поражало. Скорее всего, это именно она сформировала сетку матчей таким образом.… Что ж, вероятно, это она меня так испытывала. Мол, если не сможешь победить хотя бы одного S-рангового героя, то не годишься даже в качестве пешки. — Благодарю… Кстати, я могу отказаться от участия в остальных матчах? — Ну, для повышения этого вполне достаточно, но… как-то жалко что ли. Раз уж начал, почему бы не победить? На самом деле, в этом году есть шанс. Говорят, главный претендент на победу в лице Хиначки, снялась с соревнований. По слухам, она больше не может использовать свой оригинальный навык. Интересно, что случилось? Хина не может использовать свои способности? Конечно, у меня есть догадка, почему, но… Какая разница? Она больше не имеет ко мне никакого отношения. — Ясно. Но в победе я особо не заинтересован. Мне главное попасть в исполнительный комитет. — Вот как? Впрочем, поступай как знаешь… И тем не менее, понимаю, что уже поздновато спрашивать, но: с чего это тебя вдруг заинтересовал исполнительный комитет? Неужели в тебе проснулась жажда власти? — Вовсе нет… Просто мне кое-что нужно сделать… В деталях пока рассказать не могу… — Ха-ха, я просто шучу. Я не буду расспрашивать. Честно говоря, твои цели мне безразличны. Мы просто используем друг друга. Так что давай хотя бы стараться ладить. Пока один из нас не предаст другого, — невозмутимо прошептала Кудзуха. Хотя мы и союзники, обычно такие вещи вслух не произносят, даже если обе стороны их понимают. Что ж, в любом случае, одно испытание позади. Теперь с вступлением в комитет проблем быть не должно. А значит… нужно разобраться с ещё одним неоконченным делом. С одним очень большим неоконченным делом. И оно явилось под шумный звук шагов. — Кёя-я-я!! — Кёя! Мы нашли тебя! В комнату ожидания влетели несколько возбуждённые Комари и Лала. — Да что с тобой последнее время?! В комнате тебя вечно нет, а Феррис куда-то пропала — я так волновалась! Да и вообще, раз у тебя сегодня был матч, то мог бы мне и сказать об этом! Я примчалась, а всё уже закончилось! — начала тараторить Комари с порога. Какое-то время мы не виделись, и я уже давно не слышал этого шума… Хотя, это потому, что я сам их избегал. Я тихо вздохнул и нехотя открыл рот. — Я смотрю, вы всё такие же шумные… Но вы как раз вовремя — матч только что закончился. Я победил Кайри Урато. Теперь меня повысят до А-ранга. А ещё я решил вступить в исполнительный комитет. — Чего?! Вау! Ай да наш Кёя! Поздравляю! — Ты победил? Тебя повысили? Ух ты, ничего себе! — невинно порадовались они, будто это было их достижением. …Да, так я и думал. Они совершенно не понимают, что это значит. Похоже, придётся говорить прямо. — Да, именно — это потрясающе. Поэтому… сегодня мы с вами расстаёмся. — Ась? — О чём ты, Кёя?.. — Именно то, о чём сказал. Я покидаю Отряд Лалачки (временное название). Стоило мне это сказать, как они заморгали в унисон. Похоже, они всё ещё не могли понять, о чём я. — Всё просто. После этих ВВУ ты можешь свободно поменять свой отряд. Ну и теперь я — А-ранговый. К тому же являюсь телохранителем Кудзухи в исполнительном комитете. Поэтому я не смогу быть в вашем отряде. — Н-но, но… тогда давайте попросим Кудзуху вступить в наш отряд!.. Неужели она даже сейчас предлагает такое? Я с досадой вздохнул. — Ах, ты совсем глупая, что ли? Всё ещё не понимаешь? Я говорю, что мне надоело быть вашей нянькой. До этого мы были в одном отряде, так что я был вынужден быть с вами. Но подумай сама: если я настолько силён, то почему должен подстраиваться под ваш уровень? Какая мне от этого выгода? — Н-ну… — промямлила Комари. Я продолжил наседать: — Видишь, никакой. Поэтому наши пути расходятся. И ещё: теперь у меня есть положение. Если я буду общаться с тобой, провалившейся героиней, меня станут презирать. Так что… больше не разговаривай со мной. Пока. Комари потеряла дар речи. У Лалы на глазах выступили слёзы. Да, всё правильно. Именно такая реакция на это и должна быть. Похоже, они наконец поняли. Объяснив им всё, я оставил ошеломлённых девушек позади и вышел из комнаты ожидания. Следовавшая за мной Кудзуха весело рассмеялась. — Не слишком ли это клишировано, а, Кёя? — …Помолчите. Все формальности оставляю на вас. — Ага, я всё улажу. Завтра мы с тобой уже будем новой командой. — Тогда, до завтрашней встречи. Расставшись с Кудзухой, я вернулся в свою комнату в общежитии. Пустая комната, в которую я вернулся, показалась почему-то непривычно просторной…Что ж, немудрено. Ведь теперь тут нет тех двух болтушек. Стоило мне об этом подумать, как невольно вспомнил выражения лиц Комари с Лалой, но… тут же отогнал эти мысли. Я больше с ними никак не связан. У меня нет времени волноваться о совершенно посторонних мне людях. Пытаясь пресечь дальнейшие размышления о тривиальных вещах, я тихо пробормотал: — «Пантэсариум, Архив». Передо мной разверзлась алая, колышущаяся запретная дверь. Распахнув её, я шагнул в море проклятий. В самой глубине океана проклятий, за десятками тысяч слоёв защитных барьеров, за самой прочной дверью во всём Пантэсариуме, простирался… широкий и прекрасный сад. Щебетали маленькие птички. Стаи кружащих, словно танцуя, бабочек. Прекрасные цветы в полном расцвете. А за ними великолепный дом. Распахнув входную дверь, я оказался в роскошной комнате, напоминающей королевский номер в лучшем отеле. Правда, вдоль стен стояли в основном детские вещи вроде манги, игр и телевизора. В этой несколько несуразной комнате меня ждала одна женщина. — Я вернулся, Феррис. Феррис… Девушка, обладающая неземной красотой, словно она поглотила в себя всю «красоту» множества тысяч миров. У неё были сияющие, словно ночное небо, иссиня-чёрные волосы, аккуратные, как у скульптуры, черты лица, идеальная фигура без единого изъяна и завораживающие алые глаза. Но сейчас на её пленительном лице не было улыбки. — Что, опять составляла телепортационное заклинание? — убирая свою униформу, я покосился на внезапно обнаруженные мной остатки магической формулы. — Ты ведь сама должна понимать, что в своём нынешнем состоянии не сможешь разрушить здешние барьеры. Я же попросил тебя посидеть тут тихо. — Хым, не хочу! — наконец заговорила она и неприветливо отвернулась. — Эй, хватит уже дуться. Я же собрал для тебя мангу, игры, аниме на Blu-ray. Это было ох как непросто, знаешь ли. Я указал на множество развлечений в комнате. Всё то, что любит Феррис. С таким запасом она могла бы легко убить несколько лет в моё отсутствие… Только вот, похоже, она вообще ни к чему не притронулась. Скорее всего, в знак протеста. — …Кёя, это место теснее, чем та пустошь. Я прекрасно понимал, что она имела в виду. Но даже так, это всё ради неё самой. — Мне правда жаль, что приходится держать тебя взаперти. Но я не могу выпустить тебя. Пока неизвестно, когда и как школа доберётся до тебя, это место — самое безопасное. — Хым, пытаешься защитить меня, Лост Нуара? Не недооценивай меня! Я сама могу себя… — Защитить? Ты в своём нынешнем состоянии, неспособная разрушить даже такой барьер?.. Да и вообще, без соответствующего настроя, ты не смогла выбраться наружу, даже если бы сейчас была на пике своих сил. Если бы на неё нацелится герой, то потерявшая все силы Феррис не смогла бы оказать ему ни малейшего сопротивления. Теперь, зная, что герои и богини всё ещё стремятся уничтожить «отвергнутого владыку демонов», я больше не могу позволить ей быть на свободе, как раньше. … Даже если она сама этого не желает. — Послушай, Феррис, пожалуйста, потерпи ещё немного. Меня только что приняли в исполнительный комитет. Так я смогу проникнуть в самое сердце школы. Как только я соберу нужную информацию и обеспечу твою безопасность, я сразу же выпущу тебя отсюда. — Что?!.. Ты снова лезешь на рожон!.. — Не переживай, я силён. Ты ведь сама меня тренировала. — Не для того, чтобы ты шёл по моему пути!!! — повысила голос Феррис и резко подошла ко мне. — Если не хочешь, чтобы меня убил герой… то прикончи меня своими собственными руками. Для меня это будет самый счастливый финал. С этими словами Феррис схватила мои руки и поднесла к своей шее, словно совершая подношение… Ох, какие же глупости она говорит. — ...Ты же знаешь, что я не смогу сделать этого... Я люблю тебя. Прикоснувшись к её тонкой беззащитной шее, я вновь осознал, что должен защитить Феррис. От всего в мире, что угрожает ей. И вот, когда я убрал руки от её шеи, Феррис опустила глаза и приказала: — …Тогда хотя бы проведи со мной ночь. Это приказ. — Хорошо. ----… --… Глубокой ночью. Искусственный лунный свет лился сквозь щели в шторах. Под его тусклыми лучами Феррис тихо приподнялась на кровати и посмотрела на спящего рядом юношу. Кёя спал, окутанный тихим лунным светом… Никто бы не поверил, что этот невинно сопящий юноша обладает силой уничтожить мир. Протянув руку к беззащитному юноше, Феррис… начала аккуратно гладить его по щеке. Мягко и нежно. Несмотря на озорную улыбку, взгляд её был бесконечно мягким. Словно мать, убаюкивающая ребёнка. Словно старшая сестра, утешающая младшего брата. Словно дева, лелеющая возлюбленного. С искренней лаской и ноткой сострадания. Феррис ласкала мягкую кожу юноши, словно балуя его… как вдруг достала из-под подушки нож, а затем одним махом вскинула его… Но… — Кх!.. В последний миг, перед тем как лезвие должно было пронзить беззащитную шею, рука Феррис замерла. Стиснув зубы, она изо всех сил пыталась вложить в удар силу, но не могла опустить нож хоть на миллиметр. Сейчас она может это сделать. Должна сделать. Чем позволить юноше совершить ту же ошибку, что и она, лучше покончить с этим здесь и сейчас. Такой её долг и обязанность, как той, что взрастила его. Умом она это понимала. Понимала… но… Сила покинула кончики пальцев Феррис. Нож бесшумно соскользнул и бесполезно покатился по полу. С каких пор она стала такой слабой? В этот момент… — …В чём дело? Ты не сделаешь это? — …?! Кёя, ты проснулся… — Да. Но это не важно. Если ты хочешь это сделать — делай, я не против, — спокойно сказал Кёя, лёжа с закрытыми глазами. Феррис прекрасно понимала, что это были самые искренние его слова… Но она даже не попыталась поднять нож. Она слишком хорошо знала, что это бессмысленно. — Я не могу… Я тоже слишком сильно полюбила тебя, — самопрезрительно улыбнувшись, Феррис вновь взмолилась: — Пожалуйста, Кёя. Хватит уже. Я не хочу, чтобы ты сбился с пути. — Я не могу. Что плохого в том, чтобы желать свободы и спокойствия? — То, что я отнимала их у других в прошлом. — Но же делала это не по своей воле, — в спокойном тоне юноши сквозила злость на разразившуюся несправедливость. — …Почему? Почему ты не желаешь большего? Почему не стремишься получить больше? Почему не кричишь о несправедливости?! — Всё просто. Я уже вполне удовлетворена. Зачем желать чего-то большего? — Удовлетворена? Брехня! Тебя заставили принять нежеланную роль, заперли в том месте, и теперь снова пытаются убить… И всё это лишь за полгода обычной жизни? Нет, ещё рано, это неравноценная плата. Разве может столь незначительного счастья быть достаточно?!.. — не в силах сдержать праведный гнев, юноша обратился к Феррис. — Я уже принял решение. Я убью всех, кто встанет у тебя на пути. Глаза юноши смотрели прямо на неё. Чистота этого взгляда была болезненной, а его глупость — печальной, что вызвало у неё чувство «радости». Осознавая всю низость этой радости, Феррис не смогла больше ничего сказать. — Не переживай, уже скоро мы заживём спокойной жизнью вдвоём. Подожди ещё совсем немного. С этими словами юноша улыбнулся и нежно погладил волосы Феррис. Ощущая его неуклюжую, но ласковую руку, Феррис тихо прошептала: — …Убивать врагов, говоришь?.. Это нельзя назвать решимостью… Когда же, в самом деле, она стала настолько слабой? Испытывая жгучую ненависть к себе, Ферис отдалась нежному теплу юноши. ※※※※※ Две недели спустя. Все мероприятия ВВУ, как и распределение по новым отрядам в основном завершились. По школьному календарю сегодня начинается новый семестр. На дворе стояло утро нового начала, и я, соответствуя ему, тоже надевал новую форму. — О, а ты стал мужественнее, Кёя. Чувствуется дух нового семестра, — ухмылялась у входа, неизвестно когда появившаяся Кудзуха, которая пришла встретить меня. — Послушайте, не могли бы вы перестать входить без спроса? — Ну что ты так строг, мы же с тобой хорошие друзья, не так ли? Как бы там ни было, дай знать, когда будешь готов. Сегодня твой первый рабочий день как члена исполнительного комитета, так что я лично сопровожу тебя. Кудзуха сегодня непривычно мягкая. Испытывая лёгкую неприязнь, я быстро отошёл от зеркала. — Тогда я готов. Пойдёмте. Краситься мне не нужно, так что на этом мужская «подготовка» заканчивается. И вот я уже собирался покинуть комнату… но Кудзуха остановила меня. — Слушай, ты точно уверен, что правильно поступаешь? По-моему, лучше бы ты с ними попрощался как следует. Я понимаю, что она хочет сказать. Сегодня начинается новый семестр. Мы с Кудзухой приписаны к новому «Отряду А-33». А это значит, что я больше не могу оставаться в общежитии «Нарцисс», где собираются провалившиеся герои. Мне предстоит переезд на новое место, так что с этой комнатой мы прощаемся. Наверное, Кудзуха советует в последний раз окинуть её взглядом. Хотя я прожил здесь всего полгода. Не то чтобы я был к ней сильно привязан, но… (Что ж, не стоит упрямиться.) Я, как она сказала, в ещё раз оглянулся. Комната, из которой исчезли все личные вещи, казалась совсем чужой. Но, если присмотреться, то местами кое-что можно заметить. Следы, где Феррис точила когти, пятно от пролитого Лалой молока, затем полка, сломанная Комари, обои, порванные Комари, разбитое Комари окно… Оставим за скобками, что большинство повреждений дело рук Комари, но за какие-то полгода здесь осталось множество следов. И ровно столько же воспоминаний о времени в Отряде Лалачки (временное название)… (…Что это я.) Я тут же развернулся. У меня нет права предаваться воспоминаниям. Ведь разрушил их никто иной как я сам. — В порядке, идёмте. — Ну ладно, раз ты так говоришь. Мы покинули комнату… Однако, едва выйдя в коридор, мы были вынуждены остановиться. Прямо посередине перед дверью был расстелен футон[✱]Футон (яп. 布団) — традиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраса, расстилаемого на ночь для сна и убираемого утром в шкаф.. Вне всяких сомнений он принадлежал Комари. Да, с тех самых пор, как две недели назад я объявил о разрыве с ними, Комари каждый день ломилась в мою комнату с криками: «Я хочу как следует с тобой всё обсудить!». Разумеется, я поставил на дверь барьер и использовал пространственную магию, когда выходил наружу, поэтому ни разу с ней не пересекался, но похоже, она дежурила у двери и даже по ночам. Невероятно упрямая девушка. Впрочем, сегодня, в первый день нового семестра, она, похоже, всё-таки куда-то ушла. — Ах да, до меня тут дошёл слух… В той бывший Отряд Лалачки (временное название), говорят, на днях взяли нового члена. Внесезонная переведённая ученица и провалившаяся героиня, кажется. В итоге отряд продолжил существование и милашке Комари не пришлось оставаться в соло… Ну что, немного полегчало? — …Меня это всё равно больше не касается. — Хе-хе-хе… Врушка ты, — протараторив то, о чём её даже не спрашивали, Кудзуха щёкнула пальцами со словами: — Ну что ж, теперь точно пошли. В следующий миг всё вокруг исказилось, и мы оказались в широком коридоре. Роскошный алый ковёр, украшающие стены многочисленные известные картины, ряд величественных статуй богинь… Все предметы интерьера, украшающие коридор, с первого взгляда были сверхдорогими. Наверняка каждый стоил бы не меньше десяти миллионов в реальных деньгах. И всё это было безвкусно выставлено в столь больших количествах. Но в каком-то смысле это было закономерно. Ведь именно здесь находилась… — Штаб-квартира исполнительного комитета?.. Крупнейшее сооружение в центре школы Играссия — главное здание школы. Место, где располагался исполнительный комитет, цитадель героев, являвшееся центральным как географически, так и функционально. Что-то вроде замка владыки демонов, где восседает финальный босс. Неудивительно, что архитектура была столь расточительной. Кстати, на самом деле это был не первый мой визит в штаб-квартиру. Я приходил сюда раньше, чтобы подать заявку на экспедицию по уничтожению владыки демонов. Однако, приёмная находится только у самого входа. Так глубоко внутрь я заходил впервые. — Чего так нервничаешь? Ладно, давай тогда прогуляемся немного. Впрочем, дальше телепортационные формулы всё равно запрещены, так что придётся идти пешком. Я последовал за ведущей меня Кудзухой по коридору. — Так, давай я тебе по дороге ещё раз кратко расскажу всё про наш исполнительный комитет. Хотя, ты в целом представляешь, что это такое? У комитета две основные функции. Первая: «самоуправление» внутри школы. Есть охранный отдел, барьерный отдел, следственный отдел, санитарный отдел и многие другие — разделение по отрядам, как в обычном школьном совете, — после чего Кудзуха добавила: — Отдел контроля за новенькими, в котором состою я, один из них. А вторая: «внешние связи». Когда мы взаимодействуем с правительством Японии или ООН, решения исполнительного комитета рассматриваются как официальная позиция всей школы. В работе комитета участвуют и богини, которые в обычной школе соответствовали бы учителям. Так что, похоже, в сферу обязанностей комитета входит не только самоуправление, но и внешние связи. — И решения по этим вопросам внутренней и внешней политики принимаются в… «Парламенте исполнительного комитета», куда мы сейчас и направляемся. «Парламент исполнительного комитета» — как и следует из названия, это заседания, проводимые комитетом для определения политического курса школы. Они бывают очередными, внеочередными, специальными и т.д., но в основе своей работают по принципу: по внесённым вопросам проводится голосование среди всех учеников-членов комитета, и решение принимается большинством голосов. …Таковы были сведения, которые я почерпнул из ученического справочника. Однако в реальности всё, разумеется, не столь просто… — Решение исполнительного комитета — это решение школы. Поэтому члены комитета, являющиеся представителями всех учеников, собираются и решают всё демократическим путём… Такова официальная версия для проформы. — А в действительности?.. — Да, всё совсем не так, — открыто признала Кудзуха. — Заседаниями заправляют только самые влиятельные подразделения вроде отдела центральной политики или отдела контроля за другими мирами. От всех остальных отделов на заседания допускается лишь по одному представителю. К тому же, этот парламент двухпалатный. Он разделён на верхнюю и нижнюю палаты, и это буквально отношения верхов и низов. Верхняя палата имеет абсолютное превосходство над нижней. Высшие богини, стоящие за верхней палатой, обладают жёстким правом вето. Поэтому, если ты не принадлежишь к одной из четырёх крупных фракций, имеющих высших богинь, твоё мнение ничего не стоит. — Четыре крупные фракции?.. — Да, они… — начала Кудзуха, а затем тут же пожала плечами. — Ну, сейчас сам увидишь и поймёшь. С этими словами за поворотом, в конце коридора, показалась большая дверь. Украшенная величественными рельефами, она излучала гнетущую ауру помпезности. Похоже, мы прибыли к месту назначения. — Ну что ж, добро пожаловать в нижнюю палату парламента исполнительного комитета — также известную как «Собрание ста», Кёя. Дверь медленно распахнулась. За льющимся ярким светом простирался огромный круглый зал заседаний и… толпящиеся в нём многочисленные герои. И было их там… явно не сто. Скорее всего, тут находилось больше ста пятидесяти человек. — Как и ожидалось от общего собрания в начале семестра, сегодня их тут больше обычного, — беззаботно пробормотала Кудзуха. Растерянно озираясь рядом с ней, я быстро заметил: хотя учеников в зале много, они сидят не как попало, а явно разделены на четыре крупные группы. Заметив мой взгляд, Кудзуха прошептала: — Видишь, довольно легко понять, согласись? Вон там «Фракция богини Агники», которые ставят во главу угла единство мира богинь. А вон там — «Фракция богини Тейвас», которые продвигают более агрессивное уничтожение демонов. А это — «Фракция богини Сюраза», выступающая за экспансию в реальный мир, а та «Фракция богини Фран» является умеренной и хочет поддерживать статус-кво. Вот эти четыре и есть те самые четыре крупные фракции, что заправляют этим парламентом, — по-быстрому объяснила Кудзуха. Имена богинь, принадлежащих к каждой фракции, вероятно, соответствуют именам высших богинь, покровительствующих им. — Кстати, я сказала «четыре главные силы», но технически есть ещё одна… И это — «Фракция богини Розе». Хотя, по сути, это сама Розенька и её личная армия в лице «Розенских деток», являющихся её прямыми подчинёнными. Будет не совсем корректно считать их полноценной фракцией. Но, в любом случае, на фракцию Розе можно не обращать внимания. Она уже пережиток прошлого. Учитывая своевольное поведение богини Розе, вполне логично, что она одна приравнивается к целой фракции. Однако… — А почему вы назвали её пережитком прошлого? — Помнишь, что я говорила раньше? О том, что Хиначка не может использовать свои способности. К тому же, после ВВУ Кайри, похоже, стал затворником и «Розеснкие детки» де-факто распались. Их влияние резко упало. Понятно, значит, косвенной причиной стал я. Впрочем, я не вижу в этом чего-то кардинально плохого. Так или иначе, я понял общую расстановку сил. Остался самый важный вопрос. — Ну и к какой фракции принадлежите вы? — Ха-ха, очевидно же. К остальным незначительным беспартийным. Улыбаясь, Кудзуха направилась к небольшой группе, теснящейся в углу. Да, примерно так я и думал. И вот в тот момент, когда мы заняли свои места… — Время пришло. Давайте начнём заседание, — тихо объявила о начале заседания ученица, появившаяся на председательском месте в центре. Рядом с ней стояла богиня с длинным посохом. Судя по исходящей от неё величественной ауре, это высокоранговая богиня, присланная для наблюдения за заседанием. Заседание исполнительного комитета наконец начинается. Собрание, в котором участвуют лишь избранные лучшие из героев, собранных в школе… Какие же дискуссии здесь происходят? Я невольно затаил дыхание. Ради будущего нельзя упустить ни единого слова. — Памятник в западном крыле ещё не установили? Он абсолютно никакущий и мне не нравится… — Сделайте уже хоть что-нибудь с ассортиментом в школьном магазине. Никакой мотивации нет… — Уборка в северном крыле слишком халтурная. Хочу, чтобы сменили подрядчика… — Есть ли ответ от правительства насчёт смягчения ограничения на пропуск наружу? Возможно, нам следует повторно напомнить им об этом от лица школы? С первых же минут заседания посыпались различные мнения. Думаю, активность на собрании — это хорошо… но проблема в их содержании. Хотят новый памятник, жалуются на задержку поставок в магазин, требуют повысить качество еды — практически все жалобы касаются только их собственных условий. Как бы это получше выразиться… Не слишком ли это всё мелко? Должны же быть более приоритетные вопросы: стратегические совещания по уничтожению демонов, предложения по улучшению ставших формальностью уроков, исправление дискриминации в отношении низкоранговых учеников. И эта низкосортная болтовня называются высшим органом школы…? — Что, разочарован? — прошептала Кудзуха, словно прочитав мои мысли. Видимо, всё было написано у меня на лице. — Н-нет, что вы… — А-а, да ладно, не пытайся обмануть меня. Игра в домик, фарс, игра понарошку. Примерно такие впечатления, да? Но, знаешь, иначе и быть не может. Ведь мы всего лишь дети. Даже «спасение мира» — это просто размахивание читерскими способностями. А внутреннее управление и территориальные реформы проводились в условиях диктатуры при абсолютной силе. Настоящей политике нас никто не учил, — открыто признала Кудзуха. — Эй, Кёя, помнишь, что тот инцидент с Резистансом, который ты недавно разрешил? Их лидер Кокуфудзи говорил что-то в духе: «Выметем нынешний прогнивший исполнительный комитет!». Хе-хе-хе… Мне их даже жалко стало. Какая там «гниль» — это с самого начала их предел. Будь там злой умысел, заговор или халатность — ещё можно было бы что-то исправить. Но они и так выкладываются по полной, безо всякого злого умысла. И неудивительно. Обычные школьники без всяких убеждений вдруг получают огромную силу и забрасываются в иные миры. Ни семьи, ни учителей, ни друзей в среде, где никто не направляет, а окружающие восхваляют лишь эту силу. В довесок, возвращаясь, они видят лишь эту искажённую школу. В таких условиях невозможно вырасти нормальными. Так что вины этих ребят тут нет. Винить стоит… тех, кто специально выбирал лишь таких детей. Не нужно было спрашивать, кого она имела в виду. Богинь — смотрительницы Мирового Древа, раскрывающие скрытую в людях силу. Они не обладают силой, но могут выбирать в ком прорастут читерские способности. И если они намеренно выбирают ментально незрелых юношей и девушек… то становится понятно, почему в этой школе так много учеников, опьянённых силой. Но зачем им это нужно? … Хотя, не стоит даже задумываться. Если использовать кого-то как инструмент, то гораздо удобнее, когда у него нет каких-либо грандиозных идеалов. — …До того, как появилась эта школа, герои были чем-то гораздо более особенным. Избирались лишь те, кто действительно был того достоин, богини наставляли и учили их, они росли вместе с трудностями. … Вот как это было, — слегка меланхолично пробормотав это, выражение лица Кудзухи снова сменилось на её обычное и она добавила: — Ну, сейчас это уже не имеет значения. Как бы то ни было, как видишь, здесь всё игра. Парламентские законы дырявые, повестка — пустая, цели — разрозненные. В итоге, всем заправляет парочка высших богинь и те, кто напрямую им подчиняется, — члены верхней палаты. — Ясно… Поэтому вы хотите пробиться наверх… Я начинаю понимать, почему Кудзуха, уже имея должность, всё ещё стремится наверх. Работать в таком месте, напоминающем детскую игру, должно быть, утомляюще. — Но как попасть в верхнюю палату?. Я понял в чём заключается её необходимость, но как именно это сделать — оставалось загадкой. Раз уж это верхняя палата, наверное, проводятся выборы? Пока я ломал голову, Кудзуха с важным видом ухмыльнулась: «Да ничего сложного»… И вскоре её слова прояснились. — Итак, на этом сегодняшние обсуждения завершены. Пропущенных докладов нет? Пока мы разговаривали с Кудзухой, собрание незаметно подошло к концу. Ученики уже начали ёрзать, собираясь уходить. Но кое-кто их остановил. — Эм, извините, можно мне кое-что сказать? Вставшей была никто иная как сама Кудзуха. — Видите ли, у меня есть вопрос, который я хотела бы вынести на обсуждение, — с важным видом выждав, пока на ней сосредоточатся все взгляды, Кудзуха уверенно заявила: — «О переводе Отдела по контролю за новенькими в верхнюю палату и сопутствующем повышении должностного лица: Кудзухи Минахо в верхнюю палату» В тот же миг в зале воцарилась гробовая тишина, напоминающая отлив. А спустя несколько секунд все вновь зашумели… Само собой разумеется, перешёптывания присутствующих были отнюдь не доброжелательным. — Что вы задумали, мисс Минахо? Находящаяся на охваченной гулом трибуне председательница смерила Кудзуху строгим взглядом. То же можно было сказать и про остальных учеников. Всё-таки Кудзуха нагло заявила: «Возьмите меня в верхнюю палату». Это не могло не вызвать сопротивления. Но Кудзуха, как и всегда, оставалась невозмутимой. — Так или иначе, новые ученики — достояние школы. Более того, они — сокровище, что создаёт будущее мира, верно? Так что, для школы будет лучше, если если они окажутся под прямым контролем верхней палаты… — Речь не об этом. Во-первых, законопроекты должны получить одобрение отдела центральной политики… — Разве? Странно, но разве это не обычное дело? «Правила заседаний исполнительного комитета, Статья 61: Каждое должностное лицо обладает правом внесения законопроектов от имени своего отдела»… Что касается внесения вопросов в повестку дня, других регулирующих правил, по-моему, не установлено. Ещё семь созывов назад, кажется, существовали ограничения на количество сторонников, но разве не потому, что это было хлопотно, всё стало как сейчас? Не так ли, госпожа Тельма? Внезапно она обратилась к богине, стоявшей рядом с трибуной. В ответ богиня с посохом лишь бесстрастно кивнула: «… Верно…». Получив подтверждение богини, Кудзуха удовлетворённо улыбнулась. — Ну вот, раз уж мы получили и одобрение госпожи богини… давайте побыстрее перейдём к голосованию, госпожа председатель. — …Да будет так. Начнём голосование, — огласила она начало голосования, состроив кислую мину. Перед этим я не удержался и прошептал Кудзухе: — Эм, а вы уверены, что всё будет в порядке?.. Судя по реакции окружающих, этот законопроект был выдвинут внезапно, без предварительных консультаций. К тому же, учитывая его содержание, разве можно добиться одобрения, если форсировать голосование в такой форме?.. Но, похоже, мои опасения были напрасны. — Да не переживай ты так. Можешь смело положиться на меня, — сказала Кудзуха, самоуверенно выпятив грудь. Что ж, если подумать, этой проницательной девушке не пришло бы в голову совершать эксцентричные поступки с бухты-барахты. Наверняка у неё есть гарантированные шансы на успех. …Однако, едва я вздохнул с облегчением… — На этом голосование завершается. Результат: «За: 11». «Против: 141». В связи с большинством голосов «против», предложение Кудзухи Минахо отклоняется. …Эй, да это же полный провал! В итоге, за неё проголосовали лишь несколько независимых учеников. Четыре крупные фракции единогласно подали голоса против — вполне ожидаемый результат. В конечном счёте, это было жалкое и сокрушительное поражение. Вдобавок к этому едва я задумался над тем, как же она собирается исправить ситуацию, как она… — Ах, как досадно. Что ж, тогда я подаю прошение о пересмотре. Это тоже разрешено правилами, верно? Похоже, она, ничуть не наученная горьким опытом, собирается сделать это снова. — …Что вы задумали, Кудзуха Минахо? — Что значит «что»? Я просто осуществляю своё законное право. «Правила заседаний исполнительного комитета, Статья 68: Любое лицо, неудовлетворённое результатами рассмотрения, имеет право единожды потребовать их пересмотра», — произнесла заученные наизусть слова Кудзуха, но председательница, разумеется, спрашивала её вовсе не об этом. На этот раз ничего не вышло, так что изменится, если повторить? Впрочем, похоже, у Кудзухи и в мыслях не было отвечать на этот вопрос. — Ну, что ж, на этом и порешим. На сегодня всё, спасибо за работу. С этим самовольным объявлением о закрытии сессия парламента завершилась. Разумеется, окружающие ученики продолжали шуметь по поводу странного поведения Кудзухи. И неудивительно. Даже я, вроде бы свой для неё, ничего не понимаю, а для других фракций это должно казаться жутковатым. Но сама виновница с невозмутимым видом поднялась с места. — Так, конец так конец. Пора идти, Кёя. Я покажу тебе твоё новое жилище! — А, эй, погодите!.. И Кудзуха быстро покинула зал заседаний, словно ничего не произошло. — Эм, всё точно будет хорошо?.. — Что ты, не волнуйся. Домик — загляденье. Гораздо просторнее, чем общежитие Нарцисс, а ванная вообще во-о-о-от настолько здоровая… — Да я не об этом! Как же предварительная подготовка?! Ваше предложение о повышении в верхнюю палату было мгновенно отвергнуто! — А-а, ты об этом. Да не кипятись ты. Слишком торопливые парни не пользуются успехом у девушек. Всё ещё впереди, давай не спешить. Тише едешь — дальше будешь, как говорится. В таких делах, если сохранять спокойствие, всякие приятные неожиданности сами приходят в руки, — беспечно произнесла Кудзуха, а затем вдруг улыбнулась. — Во-о-от, и первая подоспела. В направлении её взгляда, впереди в коридоре, стоял один юноша. Этот ученик, уверенно направляясь к нам, грозно преградил путь и заявил: — Ты слишком зарвалась, Кудзуха. — И о чём это вы? — наигранно сделала вид, что ничего не понимает, Кудзуха. В ответ юноша не изменил своего ледяного выражения лица. — Повышение в верхнюю палату… До чего же это нагло. Но, к сожалению, мы не настолько мягки, чтобы это позволить. Запомни, до сих пор ты могла свободно действовать лишь потому, что была мелкой сошкой, которую можно было без проблем предоставлять самой себе. Ты ни к кому не принадлежишь, у тебя нет богини-покровительницы — ты просто идеальна для сваливания на тебя всякой рутины. Это была единственная причина. И мы можем раздавить тебя в любой момент, стоит нам только захотеть. Если ты всё поняла, то отзови своё никчёмное предложение. Оно раздражает. С какой стороны ни посмотри, но это была самая что ни на есть угроза. Всё-таки ничего точно хорошо не будет… Однако Кудзуха оставалась невозмутимой. — М-м, извините, но я вынуждена вам отказать. — Ах ты!.. — Ну-ну, не надо делать такое страшное лицо. Как вы верно заметили, у меня нет ни поддерживающей фракции, ни богини-покровительницы, я всего лишь мелкая сошка. Поэтому, как бы ни было, большинство снова проголосует против и отклонит, так стоит ли вообще обращать на это внимание? — …Что ты задумала? — А-ха-ха-ха-ха, какой интересный вопрос. Видели вы хоть кого-то, кто бы признался в ответ на такой вопрос? Сколько бы ей ни угрожали, Кудзуха лишь беззаботно смеялась и уклонялась. Это было настолько же бессмысленно, как и биться головой о стену. Парень, видимо, тоже это понял. Бросив фразу: «Ты пожалеешь», он ушёл. До боли прозрачная угроза… но, честно говоря, она сама навлекла это на себя. — Мда, как же у всех, оказывается, много свободного времени. Аж удостоили личной встречи. — Тут нет ничего весёлого! Вы же прямо напрашивались на конфликт… Он ещё и открыто проявлял к вам враждебность. — Ха-ха, ты что, испугался? Какой же ты, как всегда, осторожный или, правильнее сказать, серьёзный. На такое можно просто не обращать внимания… Вернее, если всерьёз реагировать на каждую такую нападку, то им конца и края не будет? Всё равно в дальнейшем это будет происходить постоянно. — Э?.. И, как и следовало из этого зловещего предсказания, они не заставили себя ждать. За то короткое время, пока мы шли обратно по коридору, к нам один за другим подходили подозрительные парни с предупреждениями и угрозами. Все они были учениками из четырёх крупных фракций. Похоже, нас заклеймили врагами со всех сторон. И самое ужасное, что на каждую угрозу Кудзуха отвечала хихиканьем и провокациями. Так она не то что сторонников не соберёт, а лишь увеличит количество своих врагов. Она ведь могла бы вести себя и повежливее. Стоя рядом с ней, мне было не по себе. И вот, когда мы наконец добрались до выхода из здания штаб-квартиры… я снова почувствовал, что к нам кто-то приближается… Но на этот раз это был кое-кто куда более проблемный, чем члены исполнительного комитета. — О, это же Кёя! — Гх… Я услышал знакомый крик и сопровождающий его топот быстрых шагов. Чьи они были, я понимал, даже не оборачиваясь. Поэтому я решил проигнорировать её и пойти дальше, но… — Ого, да это же Комари. Что привело тебя в здание штаб-квартиры? А, неужто, заявку на экспедицию подаёшь? — Верно! Первая миссия для новой команды! — Ясно-ясно, вижу, трудишься в поте лица, — ответила Кудзуха, словно само собой разумеющееся. [[image:/storage/reader-images/72149891f370eb224bfe4e2dac166740b217d488.jpg]] Что она творит? — Послушайте, может, пойдём уже?!.. — Да что ты так торопишься? После всего того зверства нужно немного исцеления. Я в спешке потянул её за рукав, но Кудзуха лишь хихикала. Какая бесчувственность… Хотя, зная её, она наверняка всё прекрасно понимает. — И всё же, миссия вот так сразу в самом начале семестра — похвальное усердие. Что за миссия? — На самом деле… Охота на очень свирепого кабана! В другом мире стадии I, а название… я забыла! Но я выложусь на все сто!!! — ответила Комари с энтузиазмом. …Услышав это, я внутренне вздохнул с облегчением. Стадия I означала мир без угрозы владыки демонов. Другими словами, это была безопасная учебная миссия для команд F-ранга. Она никак не связана с миром во всём мире, но это и к лучшему. Не лезть на рожон, выполнять подходящие по силам задания, шаг за шагом становиться сильнее… Именно такой путь подходит для Комари. Но не успел я и вздохнуть с облегчением, как возникла новая неожиданная проблема. — Кстати, Комари, у вас же появилась новенькая, так? Кто она? — А, точно… Э-э-эй, Ринушка-а-а! Комари обернулась и помахала рукой. Спустя несколько секунд к ним подошла одна ученица. — Здрасьте, здрасьте, приятно познакомиться, Кудзуха. Меня зовут Рин Гиондзи. Надеюсь, мы с вами поладим-с. Неспешно появившаяся девушка с приветливой улыбкой по-дружески протянула руку. Это была красавица с ниспадающими волосами пепельного цвета и глубокими янтарными глазами, окутанная какой-то мистической аурой. Вкупе с её выдающейся фигурой, которая была заметна даже через её скромную одежду, гуляя по городу, она бы несомненно притягивала к себе все взгляды. Она дружески пожала руку Кудзухе, а затем протянула её и мне. — И вам тоже здрасьте, приятно познакомиться-с. — …Да, приятно познакомиться. Пожимая руку, я телепатически у неё спросил: (…Ты чего удумала?) (Хм, о чём это вы-с?) Сказав «приятно познакомиться», я, конечно, приврал. Я уже встречал Рин Гиондзи прежде. Это была та самая девушка, что внезапно появилась и помешала мне, когда я собирался добить Хину после битвы с «Резистансом». Я никак не смог бы её забыть. Ведь её первыми словами была просьба убить богиню. …«Не мог бы ты убить Розе?»… Я, конечно, тогда сразу же и принялся расспрашивать её, в чём заключаются её намерения? Но она лишь твердила: «Стань моим союзником, тогда расскажу». Более того, она настаивала, чтобы для этого, я заключил с ней нерушимый договор о ненападении. Естественно, когда я отказался от этого, она сказала что-то вроде: «Жаль. Ещё увидимся», и тут же сбежала. Конечно, у меня был выбор просто стать её союзником. Судя по содержанию просьбы, она явно была настроена враждебно по отношению к школе. Но в этом-то и проблема. Поскольку Феррис — владыка демонов, принцип «Враг моего врага — мой друг» не работает. Раз мы в конечном счёте станем врагами, какой смысл заключать союзнический договор? Тогда я подумывал устранить её на месте, но вряд ли соратники Гиондзи стали бы молчать. Было бы слишком рискованно пытаться проникнуть в исполнительный комитет и параллельно ввязываться в конфликт с отдельной геройской фракцией. Что бы я ни решил, использовать её или устранить — сначала нужно было завершить проникновение в комитет. С этой мыслью я оставил всё как есть, сохраняя нейтралитет, но… я не ожидал, что она сама выйдет на меня столь открыто в школе. (Не прикидывайся дурой. Мы же договорились не вмешиваться в дела друг друга.) (Конечно, договорились-с. Я же ради этого рисковала жизнью.) Если уж на то пошло, её цель при той встрече, вероятно, заключалась не в том, чтобы всерьёз заполучить меня в союзники, а в том, чтобы определить мою позицию. Понять, на чью сторону встану я, победивший Хину Kирасаки — величайшую боевую силу Розе. Ради этого она рискнула появиться и завуалированно прощупала почву. И, с другой стороны, сам этот поступок доказывал, что моё существование для них — аномалия… то есть, что я не являюсь их мишенью. Именно поэтому я выбрал нейтралитет… но если это было ошибкой, тогда дело принимает иной оборот. (Тогда зачем ты здесь? В зависимости от ответа, мне, возможно, придётся пересмотреть свою позицию и…) (Погоди-погоди, не пойми неправильно. Это просто совпадение-с. У нас самих есть свои дела… Да и вообще, я ведь стёрла память Хины Киросаки, чтобы доказать, что я тебе не враг, верно? И заодно я даже удалила её оригинальный навык. Благодаря этому никакого шума не поднялось, и тебе стало легче действовать скрытно, не так ли? Убей ты её тогда, возникла бы куча проблем. Разве этого недостаточно, чтобы заслужить доверие?) Судя по словам Кудзухи, Хина и вправду, похоже, потеряла и память о том моменте, и свои способности… Но и это — наполовину ложь. Ведь её оригинальный навык не «удаление», а, скорее всего… Впрочем, какое это вообще имеет значение? (Как бы то ни было, не делай никаких глупостей.) (Говорю же, поняла. Так что давай пока сделаем вид, что мы незнакомы, договорились?) (…Да.) Её истинные намерения мне до сих пор не ясны, но, по крайней мере, с этим я согласен… И главное сейчас у меня есть причина поскорее убраться отсюда. — Кёя, я-я хотела бы поговорить о том, что было тогда!.. Как и следовало ожидать, Комари направилась ко мне. Игнорируя её слова, я силой потащил Кудзуху… Здесь слишком много людей из комитета. Ни в коем случае нельзя, чтобы меня видели в дружеской беседе с Комари. — А, п-постой!.. — Ну же, Комари, нам тоже пора-с. Кажется, старшие заняты, — поторопила Комари Рин, словно поняв ситуацию. …Пытается сделать мне одолжение? Но, честно говоря, это кстати. Комари тоже не могла грубо игнорировать слова новой напарницы и покорно пошла, пробормотав: «Ладно…»… Но тут сзади донёсся громкий голос. — Эм, Кёя! У меня и у Лалы всё хорошо! Так что и ты тоже не падай духом и старайся изо всех сил! — крикнула Комари и продолжала махать рукой мне в спину. Право же, почему она всегда такая? — Комари и вправду славная девочка. — …Я и без вас это знаю. И вот мы покинули здание штаб-квартиры. Следуя за Кудзухой, мы прибыли в свободный жилой район под названием третий школьный район «Хоум». Обычным ученикам предоставляются общежития вроде Нарцисса, но, заплатив SP, можно построить и собственный дом в этом третьем районе. В одном из таких уголков, на слегка заброшенной окраине, Кудзуха наконец остановилась. — Ну вот мы и пришли. Это твой новый дом! Там, куда она указала, стоял куда более обычный дом, чем я ожидал. Скромный, но с аккуратным садиком, да и внешняя отделка была со вкусом. Честно говоря, я испытал чувство сильного облегчения. Ведь все увиденные мною до этого дома были либо кричаще-помпезными особняками, либо украшены странными статуями, что никак не соответствовало моему вкусу. Я не ожидал, что мне предоставят что-то столь… нормальное. — Ну как? Нравится? — Да, вполне. Можно посмотреть внутри? — Конечно. Я использовал запасной ключ, полученный от Кудзухи, и вошёл внутрь. Прихожая, коридор, гостиная… Всё, как и снаружи, без вычурности, но и не убого, а просто и гармонично. Всё чисто и ухожено, мебель в гостиной — вся качественная и со вкусом. Сказать, что это хороший вариант — значит ничего не сказать. — Ого, внутри он тоже ничего! — Ну согласись же? Дом — это пространство для отдыха, не в том смысл, чтобы набивать его дорогой мебелью. Такая сдержанность успокаивает. Похоже, по крайней мере, в вопросах жилья наши взгляды странным образом совпали. Я сел на диван и снова окинул взглядом гостиную. Первый день в исполнительном комитете. Хоть и возникло много трудностей, но с новым жильём, похоже, мне невероятно повезло. …Если бы не одна беспокоящая меня деталь. — Э-э, кхм… Спасибо, что проводили. — А, да не за что, не за что. Не надо меня благодарить. Мы же друзья, не так ли? С этими словами Кудзуха достала из холодильника сок и с совершенно невозмутимым видом начала его пить. — Э-это… я в общем уже всё понял, так что можете идти. — М-м? Куда идти? — Ну, то есть… Я уже знаю, где дом, так что вы можете возвращаться к себе… — Угу. Я поэтому и вернулась домой. — ??? Разговор явно шёл вразнобой. Слишком уж расслабленное поведение Кудзухи. Из этих двух фактов следовал… наихудший из возможных выводов. — …Погодите, неужто…? — Ой, я что не сказала? Это наш с тобой дом. — К-какого?! — Та самая модная в наши дни штука — совместное проживание. Ну как? Жизнь под одной крышей с девушкой постарше? Возбуждающе, согласись? Мечта любого старшеклассника. Совместная жизнь под одной крышей наедине со старшеклассницей старше тебя… Да, на поверхности — это и впрямь ситуация мечты для подростка… Но почему-то, когда это старшеклассницей является эта особа, радоваться совсем не хочется. — Эй-эй, что это за реакция? Больно, знаешь ли. Я тебя не устраиваю? А я-то считала себя симпатичной. Ну, внешне она действительно симпатичная, но вот всё остальное вызывает только чрезмерную тревогу. — Ладно, если по-серьёзному, ты мой телохранитель. Неужели думаешь, опасность мне грозит только в школе? Вот мы и живём в одном доме, чтобы ты мог обеспечить мне круглосуточную охрану. Понятно? — Н-ну, в общем да… Поскольку это действительно был справедливый довод, мне пришлось нехотя кивнуть. После чего Кудзуха, довольно улыбнувшись… щёлкнула пальцами. — Умница, умница. Пока мы тут болтаем, вот, смотри, похоже, работа уже нарисовалась. Ещё до того, как она закончила фразу, раздался яростный стук в дверь — «БАМ-БАМ-БАМ». Невероятная ярость снаружи ощущалась даже из гостиной. Нападение врага?.. Нет, это… — ПРОСТИТЕ ЗА БЕСПОКОЙСТВО! — ворвалась в дом ученица ещё до того, как произнесла эти слова. Увидев её лицо, Кудзуха беззаботно улыбнулась. — Приветики, Рэйюшка. Добро пожаловать! Это та самая ученица по имени Рэй — старшеклассница с волосами, собранными в конский хвост, которую я видел в день церемонии поступления. Я хорошо её запомнил, ведь она тогда появилась, порубив формулу Такэру Кисимы. Рэй уверенно подошла вплотную к Кудзухе. — Какие ещё «добро пожаловать»?! Что вообще происходит?! Я ничего не слышала о том, что ты берёшь телохранителя! Если речь о твоей безопасности, то я…! — Ну, ты же в отделе охраны, разве нет? Следовательно, ты не можешь быть моей личной охраной двадцать четыре часа в сутки. К тому же, разве это ты всё время твердила, что мне нужен телохранитель? — Да, это так, но… Я не говорила, чтобы ты нанимала мужчину! — начали спорить они, игнорируя меня. И, конечно, искры полетели и в мою сторону. — Ну, вообще-то, выбирая телохранителя, в первую очередь смотрят на силу, а не на пол, разве нет? — Само собой! Поэтому я и… — Понимаешь, дело в том, что этот парень, наверное, посильнее тебя будет. С этими словами Кудзуха многозначительно посмотрела на меня. Эй, этими словами ты… — …Хым, вот как? Но слова — это одно. Так что… я прямо сейчас проверю твои способности!!!! Не успела она договорить, как в её руке из пустоты возникла катана. Но прежде чем клинок был обнажён со скоростью, оставлявшей позади даже звук, я успел схватить рукоять. Когда знаешь, что враг использует искусство обнажения меча на молниеносной скорости, то нет смысла позволять ему обнажать меч. В конце концов, это, как ни крути, мой новый дом. Не хотелось бы, чтобы на нём с первого дня появились следы от клинка. — Гх?.. — У-успокойтесь, пожалуйста. Мы же с вами не враги, верно? — Хе-хе-хе… Ну что? Он вполне неплох, согласись? — самодовольно рассмеялась Кудзуха, несмотря на то, что сама же явно и спровоцировала эту атаку. Судя по всему, она собиралась атаковать с самого начала, так что, честно говоря, остановить её было бы легко, даже если бы на моём месте был кто-то другой. Но, видимо, не заметив этот подвох, Рэй покраснела от досады… — …Хым, ладно. Этого я признаю. Она покорно развернулась. Честная или прямолинейная… Кажется, я понимаю, почему Кудзухе она нравится. — Что, уже уходишь? Раз уж зашла, может, поужинаем вместе? — К сожалению, нет времени. В последнее время я занята. Покачав головой, Рэй слегка напрягла выражение лица. — …Что касается «Олд Мисс», то в последнее время их активность возросла. Сейчас мы собираемся устроить внезапный налёт на обнаруженное на днях логово. Едва Кудзуха услышала об этом, как её выражение лица тоже стало чуть серьёзнее обычного. — А-а, логово «Эльбарэя»? Оно, скорее всего, подставное… Послушай, Рэйюшка, мне не хочется этого говорить, но лучше не гоняйся за «Олд Мисс». Многие их недооценивают, называя старыми, но на самом деле они не пальцем деланные. Они на совсем ином уровне в сравнении с теми антишкольными группировками, что мы громили до сих пор. Лучше оставь их S-ранговым из верхней палаты. Должно быть, это серьёзная организация, раз Кудзуха специально предупреждает её. Но, видимо, знающая это Рэй, всё равно покачала головой. — Я понимаю, что это опасно. Но даже так, я из отдела охраны школы. Я должна выполнить свой долг. — Как всегда серьёзна. Что ж, это тебя и красит. Будь осторожна… Так, Кёя, гостья собралась уходить. Проводи её до двери. — А, хорошо. Выполняя приказ, я сопроводил её до входа и, открыв дверь, отправил её домой. Рэй покорно последовала за мной. … Однако, это длилось лишь до порога. «По сравнению с тем появлением, уходит она куда спокойнее» — подумал я, но, похоже, она не собиралась уходить просто так. — …Эй, новенький, что думаешь о Кудзухе? — вдруг спросила она, когда собралась уходить. — Чего?! — в панике ответил я. — Что думаю?.. Ничего предосудительного. — Э-это и так понятно, дурак!! Я не о том… Я спрашиваю, доверяешь ли ты ей?! Поразительно прямолинейный вопрос. Она — полная противоположность Кудзухе, которая любит всё запутывать. Конечно, провести Рэй было бы легко… но, кажется, лгать ей — не лучшая. Поэтому я ответил искренне: — Что ж, пожалуй, мягко говоря… я ей совершенно не доверяю. К моему удивлению, Рэй впервые за сегодня усмехнулась: — Хе-хе, а ты честный парень… Да, я согласна. Я знакома с Кудзухой с поступления, но до сих пор ничего о ней не знаю. Откуда она была до перемещения, кто её богиня-куратор, в какой мир её призвали — я ничего не знаю. Что касается способностей — глаза, барьеры, телепортация, призыв… всё на уровне среднестатистических оригинальных навыков, но это не они, и как она овладела таким разнообразием сил — тоже неизвестно. И она никогда не говорила, зачем ей, такой ленивой, понадобилось вступать в исполнительный комитет, — с грустью пробормотала Рэя. Если даже она, столь близкая к Кудзухе, ничего не знает, то, наверное, во всей школе нет никого, кто бы её знал. — Поэтому я тоже не скажу «доверяй ей». Не скажу… но даже так, она моя одногодка, и я считаю её подругой. Даже если она не считает меня таковой. Поэтому… если ты её предашь, я тебя убью. Запомни это хорошенько, — решительно заявила Рэй и на этот раз действительно ушла, не оборачиваясь. Ну и ну, как страшно. Вернувшись в гостиную, я застал саму Кудзуху уже в расслабленном состоянии, уткнувшейся в смартфон. — С возвращением. Вы о чём-то болтали, да? О чём? — А, она предупредила, чтобы я не предавал вас. Похоже, она очень беспокоится за вас. — Ха-ха, ещё бы она не беспокоилась, учитывая я вдруг привела в дом незнакомого парня, — рассмеялась Кудзуха, словно это её не касалось. Глядя на неё, я не удержался и спросил: — Эм… Почему вы выбрали меня своим телохранителем? — М-м? Об этом мы уже говорили. Мне просто нужно было оружие. — И тем не менее… На самом деле я, наверное, и вправду довольно силён. Но именно поэтому вы сильно рискуете из-за меня, разве нет? Не слишком ли вы доверчивы, подпустив меня к себе вот так просто?.. Способности, происхождение, цели — неизвестны… Если уж на то пошло, с её точки зрения выгляжу примерно так же. По уровню ненадёжности мы, наверное, наравне. Почему же она так легко меня приняла? Но тут Кудзуха дала неожиданный ответ: — Кёя Кудзё, шестнадцать лет, мужчина. Истории болезней нет, судимостей — нет, особых примечаний, в основном, — нет. Состав семьи: родители и младшая сестра. Однако пять лет назад все трое погибли в автокатастрофе во время поездки за пределы префектуры. После этого находился на попечении бабушки и дедушки, но осенью три года назад пропал без вести. Учитывая обстоятельства исчезновения, оно было оформлено как «особое» (перемещение в иной мир), в этом году вернулся. С тех пор числится в школе Играссия. — …! Без единой запинки она вне всяких сомнений продекламировала мои личные данные. И я прекрасно знал, что они верны. Когда она успела всё это выяснить? — Впрочем, эта информация сама по себе бесполезна, но, по крайней мере, всё от себя зависящее я сделала, так что можешь не волноваться. Я тебе не доверяю и не собираюсь доверять в будущем. В частности, твоя сила, без сомнения, запредельна. Более того, она, возможно, на несколько порядков выше того, что я предполагаю на данный момент… Но даже если отбросить это, мне сейчас нужен союзник. Так что на некоторые риски я пойти готова. Уж не «нетерпение» ли… я только что едва ощутил в её голосе? Но прежде чем я успел глубоко задуматься над этим, Кудзуха, словно вспомнив, добавила: — Ах, да, и ещё одна причина, по которой я тебя использую. Ты хороший парень. — Чего?.. — невольно застыл я от столь неожиданной оценки моего характера. Разве это не слишком далеко от истины? — Я не настолько добрый. Если кто-то встанет у меня на пути, я уничтожу его, кем бы он ни был. Верно, я устраню все преграды. Как я поступил с Хиной Kирасаки. Однако… Кудзуха захихикала. — Хе-хе-хе… Сокрушишь всех врагов, значит?.. Ах, миленький ты мой, Кёя, не это называется решимостью. — …Что вы имеете в виду? — Тебе не нужно понимать. В любом случае, не волнуйся. Я доверяю не тебе, а своим собственным глазам. Поэтому тебе не о чем беспокоиться. Используй меня сколько хочешь, предай, если захочешь. Я ведь поступлю так же. Уверенно сказав это, Кудзуха, как и всегда, самодовольно ухмыльнулась. — Поэтому до тех пор давай хотя бы стараться ладить. У нас у обоих мало союзников. Я совершенно не понимал, был ли это блеф или её истинные чувства. Ясно было лишь одно: её хладнокровие было на уровне владыки демонов. Обычная старшеклассница не была бы такой, насколько бы сильным ни был её оригинальный навык. Что же ей пришлось пережить, чтобы стать такой? — Ладно, хватит о пустяках… Давай лучше устроим приветственную вечеринку! — Ась? Нет, мне это особо не… — Да брось? Неужели не выпьешь со мной? А ну ка, телохранитель, твоё первое задание — заказ доставки! Суши, пицца, картошка, курочка! Конечно, всё только высшего сорта! — С-серьёзно?.. Чего-то это она вдруг как качок себя вести начала? Но я уже решил, что преодолею любые трудности, и, убедив себя, что это тоже часть работы, принял вызов этого адского приветственного вечера. И так, после трёх часов изнурительного застолья… — Ух, поели так поели. Всё-таки совместная трапеза действительно сближает. — Д-да, точно… На фоне чрезвычайно довольной Кудзухи я был уже полностью измотан. Она заставляла меня показывать мелкие фокусы и петь в караоке, и каждый раз она только хихикала. Самое что ни на есть злоупотребление должностными полномочиями с её стороны. — Ладно, мне пора принять ванну… А, и кстати, можешь подглядывать, если хочешь? Всё-таки мы живём вместе, и я закрою глаза на небольшие «случайные неприличные ситуации». Вернее, даже приветствую их. — Что вы несёте?.. И в каком же мире «случайная неприличная ситуация» происходит по приказу?.. Она, должно быть, пьяна, хотя, кажется, не пила. От одной мысли, что так будет продолжаться каждый день, у меня начинает болеть желудок. И вот, когда я погрузился в уныние от этих мыслей… Дзынь — раздался звонок в дверь. Может, Рэй вернулась?.. Хотя, похоже, что нет. Но что делать в такой ситуации? Для начала… уточню у начальства. — Эм, Кудзуха, насколько далеко я могу зайти в таких ситуациях? — А-а, что ж… Пожалуй, пока мозги на месте, всё в порядке. — …Значит, можно всё, что не убьёт. В тот миг, когда я кивнул… Барьер, словно клетка, окружил гостиную. Одновременно с этим пол поглотила абсолютно чёрная тень. Затем из кромешной тьмы плавно появились три фигуры в масках. Барьер, отрезающий пути к отступлению, и быстрое сближение через область теней — это было явно спланированное нападение с чётким разделением ролей. И целью одного из них, вероятно, атакующего, была беззащитная Кудзуха. Впрочем, я, разумеется, предвидел это и немедленно развернул защитный барьер вокруг Кудзухи.… Однако в момент, когда рука атакующего коснулась его, барьер был с лёгкостью разрушен. Нет… не разрушен. Скорее всего, это было «расщепление». Доказывало это то, что разбившийся барьер рассыпался до уровня магических частиц, а пыль и влага в воздухе были расщеплены до атомного уровня. Понятно, значит, это его оригинальный навык? В таком случае… — …?? Стремительно выброшенная в сторону Кудзухи, словно копьё, рука была остановлена мною в воздухе. В тот же миг лицо под маской исказилось от шока. Должно быть, он впервые столкнулся с тем, что его рука, способная расщепить всё сущее, была остановлена голой ладонью. Но ничего особенного в этом нет. Если его способность разлагает всё до мельчайших частиц, то достаточно защититься одной-единственной такой частицей — магической. Я просто покрыл всё своё тело магическими частицами, изменившими свою форму. Разложить сильнее он их уже не мог. Однако противник среагировал быстро. Поняв, что облажался, нападающий отсек свою схваченную правую руку по самое основание. Одновременно все трое начали отступать в тень. Похоже, они знают, когда стоит отступать. Подготовка, сноровка, координация, решения. Что ж, для отряда внезапного нападения всеми вышеперечисленными качествами они владели на неплохом уровне. Можно сказать, что они настоящие мастера… Вот только… на этот раз они нарвались не на того. — «Тень». Стоило мне прочитать это заклинание, как моя собственная тень просочилась в теневую зону противника. А спустя секунду вся область была уже перезаписана моей тенью. В конце концов, негативная магия, связанная с тьмой, тенями и проклятиями, является монополией расы демонов. А я был натренирован самой владычицей расы демонов. Я просто не могу открыто их использовать, но владею ими куда лучше, чем какими-то там атрибутами вроде огня или света. Поэтому то, что мне потребовалось меньше секунды, чтобы захватить контроль над областью и схватить пытавшуюся сбежать троицу, было, в общем-то, закономерным результатом. — Ну что ж, браво-браво. Благодарю за труды, — начала аплодировать Кудзуха, когда всё быстро вновь утихло. …Эта женщина просто беззаботно уплетала сладости всё время, пока длилось нападение. Да ещё и с тем же выражением лица, что и когда наблюдала за моим сольным караоке. Похоже, даже эта внезапная атака была для неё всего лишь развлечением. — Эм… Вы ведь точно знали, что всё так случится? — М-м? Ну, может быть, у тех товарищей тоже есть своя гордость, они не могли просто так это оставить после того как их так унизили. Было очевидно, что после того, как на предупреждения, полученные днём от четырёх крупных фракций, Кудзуха ответила насмешливыми провокациями, они используют силу. Что ж, именно поэтому я был настороже с самого начала и смог дать отпор, так что с этим всё в порядке. Единственный вопрос… зачем она специально так себя вела? Кудзуха вполне могла бы уладить всё словами. Неужели она действительно хотела позвать их просто в качестве развлечения? Или же… Пока я размышлял, причина уже прояснилась. — Ну что ж, пора переходить к главному. Казалось, у неё вдруг появилась мотивация, и Кудзуха направилась к оглушённым нападавшим. Она непринуждённо возложила руку на голову одного из них. В следующий миг она активировала формулу без чтения заклинания. Однако это было нечто, чего я никогда раньше не видел. Судя по природе магической силы, это было похоже на идентификацию или сканирование, но раз она использовала это на голове противника, значит… — Неужели… фраза «пока мозги на месте» была не шуткой?.. — Само собой. Без мозгов это невозможно. Её ответ подтвердил догадку. Сейчас Кудзуха вытягивала информацию прямо из мозгов троицы. Я, в принципе, тоже могу использовать заклинания чтения мыслей. Но это боевые заклинания, которые считывают направление мыслей по потоку магической силы противника, что совершенно отличается от точного прочтения мыслей. И уж тем более невозможно напрямую заглянуть в мозг оглушённого противника.… Точнее, заглянуть-то можно, но проанализировать полученную информацию невероятно сложно. Ведь процесс мышления у каждого человека разный. Прошлые знания, накопленный опыт, изначальный характер — всё это огромное число факторов, переплетаясь, формирует мышление человека. Короче говоря, человеческий мозг похож на книгу, написанную на полностью уникальном языке. Можно распознать последовательность символов, но содержание останется непонятным. Поэтому расшифровка должна быть невозможна… но Кудзуха делала это с лёгкостью. Где же она заполучила такое умение? Воистину загадочная особа. — Угу-угу, так я и думала. Эти ребята — спецотряд фракции Тейвас. Я давно уже хотела с ними «поздороваться», но обычно они не вылезают из своих укрытий. Без такой обстановки они бы не показались. Ах, как хорошо, как хорошо, не зря мы устроили приветственную вечеринку, — хихикала Кудзуха, вытягивая информацию. Теперь всё стало ясно. Целью тех провокаций было выманить врагов, которые станут источниками информации. В конце концов, эта школа — тесный мир. Талантливых кадров, способных работать на тёмной стороне исполнительного комитета, не так уж много. Следовательно, спецотряды неизбежно состоят из тех, кто связан с верхушкой. Стоит Кудзухе поймать их… и она сможет вытянуть информацию о верхах прямо из их мозгов. Каковы их цели, кто ключевые фигуры во фракции, где они скрываются — всё это. И самое ужасное, что эта приветственная вечеринка только началась… Дзынь — снова прозвенел звонок. Вместе с ним снаружи ощущались несколько сдерживаемых враждебных аур. Они были готовы ворваться в любой момент, используя звонок в качестве отвлекающего манёвра… Словно копируя предыдущую группу нападающих. — Хе-хе-хе… Ну-ну, кто же на этот раз? Фракция Агники? Сюразы? Или, может, Фран? Что ж, неважно. Всё равно придут все. Верно, Кудзуха бросила вызов им всем. Фракция Тейвас не могла быть единственной, кто решит напасть… Но как она может говорить это так спокойно? — Вы уверены? Противостоять разом всем четырём фракциям может быть проблемно, если они объединятся… — Ха-ха, да всё путём. Всё равно всё закончится сегодня ночью. — …Ась? Закончится сегодня ночью? Что она блин несёт? Мы сокрушили лишь один спецотряд фракции Тейвас. Очевидно, что у других фракций должны быть скрытые силы… — …Ах, неужто… Тут-то до меня и дошло, что эта женщина задумала сделать за сегодняшний вечер. — Хе-хе-хе… Уж не думал ли ты, что удовлетворюсь одному лишь их приходу поздравить меня, Кёя? В таких случаях полагается нанести ответный визит. Причём как можно скорее. Ах, так вот в чём дело. Похоже, она собирается незамедлительно эффективно воспользоваться полученной информацией. — …Я же должен был быть вашим «телохранителем». — Ха-ха-ха, так а разве это не часть работы телохранителя? Это называется активной самообороной… Ладно, ты готов? Эта ночка будет долгой. — …Даже если я откажусь, вы всё равно заставите меня это делать? — А-ха-ха, надо же, ты уже начинаешь меня понимать, — задорно рассмеялась Кудзуха. Глядя на её лицо, я с покорностью вздохнул. В тот же миг в дом ворвалась следующая группа нападавших.… Не ведая, что на самом деле именно они — жертвы. Эх, вот тебе и приветственная вечеринка. Мне не оставалось ничего, кроме как вложить магическую силу. ※※※※※ Три дня спустя. Второе «Собрание ста» нового семестра. За трибуной стояла Кудзуха со своей обычной улыбкой. — Что ж, извините, но я опять с тем же вопросом. Правила есть правила. Итак… давайте скорее проведём второе голосование по моему повышению. С этой небрежной фразы вновь началось голосование о вступлении Кудзухи в верхнюю палату. И по его результатам, количество голосов «за»… «11». Цифра, совершенно не изменившаяся с прошлого раза. Но это естественно. Мнения не меняются так легко всего за три дня. Однако кое-что всё же изменилось… — Ну что ж, тогда «против»… Ой-ой, вот это сюрприз, — Кудзуха окинула взглядом зал заседаний с наигранно изумлённым выражением лица. — …«0». Кто бы мог подумать? Да, число тех, кто голосовал против Кудзухи в нижней палате, равнялось нулю. Никто не пытался ей помешать… Но в каком-то смысле это совершенно закономерно. Ведь… по сути, в этом зале, кроме тех одиннадцати, что проголосовали «за», почти никого и нет. Ночью три дня назад. Разобравшись со всеми нападавшими, мы с помощью формулы Кудзухи сумели раскрыть тайные убежища всех фракций. Мало того — мы сами нанесли ответный внезапный удар по каждому опорному пункту. Естественно, базы, не ожидавшие контратаки, моментально пали. Мы вытягивали информацию из людей на захваченных базах. Следуя этой цепочке, в конце концов мы добрались до лидеров. Нужно было лишь повторять это для каждой фракции. Вообще ничего сложного. В результате, за одну ночь четыре крупные фракции рухнули. Все, кто обладал правом голоса, включая заместителей, отправились в больницы. Раз самих голосующих не осталось, то и голосов «против» быть не может, а значит… — Из 16 участников: «за» — 11, «против» — 0. Таким образом, решено большинством голосов «за», верно? — ухмыльнувшись, объявила о своей победе Кудзуха. …Однако тут-то её и остановили. — Э-это голосование абсурдно… — смело выкрикнул ученик-телохранитель из фракции богини Сюразы. Как и я, телохранители не имеют права голоса. Поэтому во время недавней атаки мы их не трогали. Юноша продолжил настаивать на своём: — Согласно статье 8 закона о парламенте, заседания с числом участников ниже регламентированного не признаются! Следовательно, и данное заседание тоже — недействительно! Его слова, несомненно, верны. Вернее, даже тут даже без ссылок на закон о парламенте ясно, что это неправильно. Но самодовольная ухмылка Кудзухи ничуть не дрогнула. — А вот и нет. Ты не учил матчасть? Та самая восьмая статья — это устаревший закон. Текст новой восьмой статьи, изменённой два созыва назад, гласит: «Заседания с явкой менее 70% от общего числа членов не могут проводить новые голосования», — продекламировала Кудзуха её текст без единой ошибки. — Видишь ли, в этой школе из-за экспедиций, прогулов и прочего явка частенько опускается ниже 70%. Если бы парламент полностью останавливался каждый раз, ничего бы не работало. Поэтому закон изменили, чтобы не препятствовать принятию решений, докладам и продвижению текущих вопросов и повесток дня. Конечно, поправка была принята после законного голосования. В конце концов, это я внесла эту поправку, так что хорошо её помню, — невинно улыбнувшись, Кудзуха заявила: — Другими словами, восьмая статья не имеет силы аннулировать уже принятое решение о пересмотре. Эти слушания полностью действительны. — И-и в чём здесь логика?!.. — Но она работает. В парламенте следует соблюдать лишь «закон». Твои личные эмоции и трактовки никого не интересуют. Хочешь, спросим у арбитра? Как скажете, госпожа Тельма? Богиня с посохом, к которой обратилась Кудзуха, как и прежде, бесстрастно кивнула. — …Данное голосование… признаётся действительным… — Что?!.. — Видишь? Все понимают, что это зиждется на дырявом законе. Но сколь бы странным он ни был, это всё ещё действующий закон. И сейчас, в этот момент, нет оснований его отменять. — Если уж на то пошло, разве не те, кто без уважительной причины отсутствует, не назначив заместителей, не подав заявлений о переносе или приостановке заседания, поступали неправильно? Им действительно не хватает чувства ответственности. — Э-это из-за вас!.. — начал юноша, но запнулся. Верно, конечно, это мы отправили всех в больницу. Более того, мы расправились со всеми за одну ночь, чтобы они не успели назначить заместителей или подать запрос на перенос заседания. Всё было подстроено нами, чтобы получилось именно так. Но здесь важна не истина. — М-м? Мы, что? Уж ты только не вздумай заявлять, что мы «устроили ночной налёт». У тебя ведь нет никаких доказательств, — отрицала всё Кудзуха. Конечно, никаких доказательств не осталось, более того, всё с точностью до наоборот. Это на нас напали ночью, а мы лишь ответили, и у нас есть видеозаписи и признания, подтверждающие это. Понимая это, юноша не мог настаивать дальше. В итоге всё, что он мог сделать… это прикусить губу и отступить. — Ну что, госпожа председатель. Давайте пока сделаем, что должны? После этого я рекомендую пересмотреть закон о парламенте. А то как бы не нашлись нерадивые ученики, которые воспользуются им в дурных целях. На эту язвительную насмешку уже никто не мог возразить. Председатель, лишь скривив лицо, вынуждена была произнести: — Настоящим утверждается: повышение Кудзухи Минахо в верхнюю палату!.. — Хе-хе-хе… Премного благодарна. Таким образом решение было вынесено. Данное решение, надлежащим образом одобренное в ходе законной процедуры на законном совещании, более никто не мог отменить. Всё прошло согласно плану Кудзухи. Её была реализована просто идеально. Только вот… — …Вы уверены, что такой способ правильный? — не удержался я вопроса, обратившись к вернувшейся Кудзухе. Уничтожить вражеские фракции и протолкнуть решение, используя лазейки в законе. Безусловно, её замысел удался. Слишком уж хорошо. Но не слишком ли поспешен этот метод? Будучи человеком малодушным, я не могу не беспокоиться. Не ждёт ли нас где-нибудь ловушка?.. — Чего сейчас-то трясёшься? Что ж, понимаю, по идее, следовало бы действовать по шаблону и постепенно наращивать влияние… Но я не намерена участвовать в этой детской игре. К тому же… главная причина проста: если не привлечь столько внимания, то она не клюнет. — Клюнет? О чём вы вообще?.. — Скоро поймёшь… Скоро. Она произнесла это с такой уверенностью, что я уже хотел было переспросить у неё о истинном значении её слов, но , к счастью или к несчастью, в этом не было необходимости. Внезапно нас окутало магической силой. Судя по всему, это уникальная телепортационная формула, используемая лишь богинями, но куда мощнее чем те, которые мне довелось видеть прежде. Скорее всего, дело рук высокоранговой богини. Рефлекторно я было собрался разрушить заклинание… но в последний момент остановился. Ведь я услышал, как стоящая рядом Кудзуха радостно прошептала: — Ну вот, наконец начинается основное представление… И телепортационная формула активировалась. Поглощённые водоворотом ослепительного света, спустя всего секунду… мы оказались там. Огромный зал в форме правильного пятиугольника, окружённый прочным барьером. Место, где витала инородная магическая сила, непохожая на таковую в реальном мире. Вне всяких сомнений — это было иное измерение, созданное руками богинь. Не осталось и тени сомнений. Это место было сердцем школы, цитаделью героев — верхней палатой парламента. Мы наконец добрались сюда. Хоть на пути и было много тревог, мы оба на шаг приблизились к своим целям. И встретил нас «приветственно»… острый нож. — …Ха-ха, без всяких предупреждений. Кинжал, окутанный мощной молнией и явным убийственным намерением, летел прямо в спину Кудзухе из слепой зоны. Он обладал достаточной силой мгновенно разрушить все клетки в её теле в случае попадания… Поэтому я просто поймал его в воздухе и раздавил вместе с формулой. [[image:/storage/reader-images/171ff0a5b9ddb4f5b81a62298233ac4a1c66026c.jpg]] После чего с направления, откуда прилетел нож, раздался голос. — Упс, виноват-виноват. Рука соскользнула. Фраза звучала легкомысленно, без намёка на извинение. В тот же миг в четырёх из пяти углов комнаты появились группы людей. Все они скрывали лица с помощью формул, мешающих распознаванию, но сомнений не было. Похоже, господа члены верхней палаты наконец явились. Один из них, тот самый парень с ножом, вышел вперёд и неспешно снял блокировку распознавания. Под ней оказалось лицо юноши, увешанное побрякушками-пирсингами. И затем он вдруг заявил: — Слышь, Кудзуха, ты чё… реально тупая? — Ох, какой жестокий тон с самого начала, Яхико Амано. Пирсингованный парень по фамилии Амано, казалось, вообще пропустил возражения Кудзухи мимо ушей и продолжил: — Силой пролезть к нам и вступить в наши ряды, значит? Оно так не работает, дура ты тупая. Включи уже хоть немного башку. Ты верно зазналась, задурив голову этому сопляку, — Амано обратил свой взгляд на меня. — Я про него слышал. Он раздавил Урато. «Победил S-рангового, и теперь я сильнейший в школе», да? S-ранги тоже бывают разные, дура. В конце концов, он был всего лишь двухзначным. По сравнению с однозначниками — он просто мусор. Неужели вы этого не понимаете? Конечно, нет. Потому что вы оба идиоты. — Хе-хе-хе… Паренёк из вашей фракции тоже говорил мне что-то подобное. Кстати, кажется, после этих слов он отправился в больницу. Ох, страшно-страшно. Как говорится, язык мой — враг мой, — парировала прямой провокацией Кудзуха в ответ на явное презрение со стороны Амано. Но Амано лишь рассмеялся, не придав этому значения. — Ха, смотрю, ты всё такая же болтушка. Но твоё попытки казаться крутой бессмысленны. В верхней палате без высокоранговой богини с правом вето, прикрывающей твою задницу, делать нечего. Ты ведь и сама это понимаешь, да? Ну, ты же, наверное, задумала громко продемонстрировать свою силу, чтобы кто-нибудь из нас тебя подобрал? Открыто похвастаться своей полезностью и прорекламировать себя напрямую лидерам четырёх крупных фракций… Да, это определённо похоже на смелый и быстрый метод, который пришёлся бы по душе Кудзухе. Это также соответствовало её предыдущим словам: «Если не привлечь столько внимания, то она не клюнет». Но они полностью раскусили эту цель. А это значит, что… — Очень жаль. Знаешь, мы держали тебя на плаву лишь потому, что ты была удобной девочкой на побегушках, которую можно в любой момент выбросить. Разве найдётся дурак, который возьмёт к себе такую крысу? — лениво заявил Амано и ухмыльнулся с ледяным выражением лица. — Но, чёрт возьми, ты, будучи идиоткой, всё же постаралась и добралась сюда. Вышвырнуть тебя без церемоний было бы жестоко. Поэтому ладно, я позволю тебе провести твоё первое памятное заседание верхней палаты. Что, если темой будет — «О понижении Кудзухи Минахо в нижнюю палату»? Это предложение, высказанное словно мимоходом, было немедленно приведено в исполнение. Со словами «За» одна за другой поднялись четыре руки. Все фракции поддержали исключение Кудзухи. Судя по неестественной гладкости, они, вне всяких сомнений, сговорились заранее. Да, хоть они и борются за господство над школой, все одинаково не хотят появления пятой силы. Мы недостаточно хорошо подготовилась к вторжению в их круг. Возможно, было наивно надеяться, что нас примут, после того как мы бросили вызов всем четырём фракциям, чтобы подняться в верхнюю палату… Мы действительно поторопились. — Вот так вот, пока, Кудзуха. Катись-ка обратно вниз. Решение об исключении было принято в мгновение ока. Не было ни лазеек, чтобы использовать закон как щит, ни возможности для переубеждения. Полный тупик… По крайней мере так казалось. И всё же, почему-то улыбка Кудзухи оставалась прежней. Просто пытается казаться крутой? Нет, отнюдь. Она что-то замышляет… или, скорее, чего-то ждёт… И вот это нечто явилось как раз в тот момент. — Ну надо же, никому не нужны? Тогда, может, этих двоих заберу я? — раздался в пятиугольной комнате голос, напоминающий звон колокольчика. Когда она успела появиться? На землю, словно опадающий лепесток, плавно опустилась красавица. У неё были серебряные волосы, блистающие подобно лунному свету, и непорочно белоснежная кожа. Она была настолько прекрасна, что слово «прелестная» было бы даже близко недостаточно, чтобы передать, насколько именно. Будто сам мир ей благоволил. Богиня Розе — богиня-основательница школы, повелевающая «обманом и мошенничеством»… Понятно. Похоже, что Кудзуха хотела «выловить» кого-то, не принадлежащего к четырём крупным фракциям. — Приветики всем, давно не виделись! Как поживаете? Розе улыбалась и говорила звонким голосом, резко контрастируя мрачной атмосфере. В ответ Амано, слегка цокнув языком, учтиво поклонился, не скрывая своего раздражения. — Здравствуйте, госпожа Розе. К сожалению, сейчас мы заняты, если хотите поиграть, то в другой раз… — Э-э, да ладно, впустите и меня. Вы же говорите про Кудзухочку, так? Я, кстати, слышала, что ты устроила большой переполох! Всего сдесяток человек проголосовали на «Собрании ста»! А лицо Тельмы, когда она докладывала об этом, было таким забавным. Розе улыбалась, словно говорила о какой-то ерунде, а затем вскрикнув: «А!», будто что-то вспомнив. — Ой-ёй-ёй, я ушла от темы! Мы же говорили про Кудзухочку, да? Ну так вот, я забираю этих двоих. С этими словами Розе с улыбкой перевернула всё с ног на голову. От появления этой неожиданной пятой силы выражение лица Амано впервые за сегодня скривилось. — Ох, простите, госпожа Розе, но это уже решено. — Можно же просто сказать «передумали». Ведь они вам не нужны, верно? Так в чём проблема, если я заберу их? — И тем не менее… — Ах, тогда поступим так: я использую эту штуку под названием «право вето». У меня ведь оно тоже есть, да? Так что они не будут понижены в нижнюю палату. Теперь всё в порядке? На этот вопрос Амано с раздражением цокнул языком. Право вето — законное право, предоставленное высшим богиням. Раз они пытались исключить её по правилам парламента, то, раз было использовано право вето, они ничего не могли поделать. — Ладушки, значит, решено! Теперь эти двое — мои! Перед таким своевольным заявлением Амано пришлось отступить. — Уф, какое облегчение. На самом деле недавно два моих героя стали бесполезны и это было крайне неприятно. Так что я выбросила их и как раз подумывала найти им замену — как же отлично я подгадала момент! — без умолку тараторила Розе то, о чём её никто не спрашивал. Пока все, естественным образом, пропускали её слова мимо ушей… она вдруг произнесла нечто странное. — Нет, правда, как же всё хорошо сложилось. Теперь мы, наверное, успеем к празднеству! «Празднеству»? О чём она вообще? Самое крупное школьное мероприятие — ВВУ — только что закончилось. В ближайшее время не должно быть никаких примечательных мероприятий… В тот момент, когда я невольно нахмурился, события вдруг начали набирать оборот. Внезапно в зале заседаний резко образовалась телепортационная формула. Выскочивший из неё ученик подбежал к фракции Амано и в панике им что-то прошептал. Неужели какое-то срочное сообщение? Пока я удивлённо таращился, телепортационные формулы активировались одна за другой. — Господин Исуруги, у меня неотложное донесение… — Кирю, срочное сообщение… — Госпожа Никайдо, я должен вам кое-что сообщить… — примчались вестовые к каждой из четырёх фракций. Все они были крайне взволнованы.… И мы не стали исключением. — Э-э-эй, Минахоти, инфа, инфа, инфа! Из внезапно появившегося пространственно-временного окна нам беззаботно помахала рукой ученица. Узнаю эту спокойную манеру поведения. Это та самая девочка из немногочисленных беспартийных, что голосовала «за» в нижней палате с самого начала. Вероятно, личная помощница Кудзухи. И та девочка сообщила ей странное, незнакомое мне слово: — Кажется, протрубил тот самый горн. — Ага, я как раз думала, что должно было скоро случиться… Ну и какие координаты? — Та-а-ак, ну вот… И ещё вот это, и вот тут, и вот здесь тоже, — она вручила Кудзухе множество записок с какими-то пометками. — Ого, довольно грандиозно. — Ага. Так много сразу — причём настоящие. — Я поняла, спасибо. Буду рассчитывать на тебя и впредь. — Есть! Окно исчезло так же внезапно, как и появилось. Вестовые других фракций тоже стали удаляться один за другим. И вот, после того как спокойствие было восстановлено… Верхняя палата вся разом пришла в движение. — У меня срочное дело. На этом разрешите откланяться. — У нас тоже. — Аналогично. Шаблонно попрощавшись, четыре крупных фракции одна за другой ушли с помощью телепортационных заклинаний. Последний оставшийся Амано мельком смерил нас недовольным взглядом прежде чем исчезнуть в другое измерение. — Сегодня тебя повезло, Кудзуха, но не думай, что так будет всегда. И вот теперь уже в верхней палате парламента точно воцарилась тишина. Чёрт с ней с той последней прощальной угрозой… Что вообще происходит? — Эм, кто-нибудь может мне объяснить, куда все ушли и что такое «Горн»?.. — А-а, точно, ты, должно быть, никогда о нём не слышал, — просматривая полученные записи, Кудзуха попутно начала мне всё объяснять: — Горн — это название полномочий одной из высших богинь — «богини молчания и набата» Галии. Проще говоря, это что-то вроде системы оповещения. — Оповещения?.. О чём? — Ну, вполне очевидно, за чем наблюдают богини, — пожав плечами, Кудзуха непринуждённо сказала: — «Угрозы миру». — …П-понятно… — с сомнением в голосе произнёс я, хотя и понимал, что это грубо. «Угроза миру» звучало так… скупо и расплывчато… — Что, не веришь? Видно по лицу. Что ж, «угроза миру» действительно банально и расплывчато. Уже сами слова кажутся подозрительными. Избитая фраза из фильмов категории B. — Я-я не настолько… Иногда я подозреваю, что эта женщина читает мои мысли. — Но в случае с Рогом Галии, речь идёт вовсе не о каких-то там сомнительных пророчествах. «Угроза миру», которую ощущает та богиня, чётко указывает на определённую вещь. И это… «Мистлтенасы» или же Проклятья Конца. — Проклятья Конца?.. Незнакомый термин, но по звучанию ясно, что ничего хорошего. — Да. Как и предполагает название, Проклятьями Конца называют разрушительные артефакты и проклятья, способные уничтожить мир, если оставить их без внимания. Их изъятие — наивысший приоритет для верхней палаты. Вот почему все так спешно унеслись. Конечно, есть и правила, но, вероятно, они не могли допустить, чтобы нечто столь могущественное досталось другой фракции. …Но едва я это осознал, ситуация приняла неожиданный оборот. — Да-да, именно так! Так что вы тоже поторопитесь! — …Что? В наш разговор вмешалась Розе, всё ещё ошивавшаяся поблизости. Но это ладно… Мне показалось или эта богиня сейчас сказала нечто странного? — Мы тоже?.. — Угу, само собой! Вам же нужен покровитель, верно? Вы хотите стать моими, да? Тогда вы должны принести то, что хочу я. Чтобы я не передумала. Верно? Понятно, это ещё и сделка. — Ах да, кстати, имейте в виду, что это ещё и испытание. Я, знаете ли, придерживаюсь принципа использовать только Тир 1. Так докажите мне, что вы сильные персонажи. Она даже не пыталась скрыть, что относится к нам как к пешкам, но Кудзуха, услышав это, лишь безмятежно улыбалась. — Мы — ваши псы, госпожа Розе. Пожалуйста, используйте нас как пожелаете и впредь… Ну, пошли, Кёя. Нельзя заставлять хозяйку ждать. — А-ага… И вот, когда мы уже собирались вернуться в реальный мир с помощью формулы Кудзухи, нас неожиданно окликнули сзади. — Ох, погоди секунду, Кудзухочка. Могу я кое о чём тебя спросить? — и, словно это был повседневный разговор ни о чём, Розе спросила: — В чём твоя цель? — Ха-ха-ха, чего это вы вдруг? Я же герой. Разумеется, моя цель — мир во всём мире и… — Эй, Кудзухочка, ты ведь знаешь, богиней чего я являюсь? — называемая «богиней обмана и мошенничества» и повелевающая обманом Розе… заявила: — Ложью меня не проведёшь. И Кудзуха не была настолько глупа, чтобы не понять смысл этих слов. — Что ж, тогда буду честна… — не уклоняясь от неё, Кудзуха ответила: — Есть кое-кто, кого я хочу убить любой ценой. Для этого мне и нужно было подняться в верхнюю палату. Эти слова вызвали у меня острое чувство тревоги. Дело было не в том, что она хочет убить кого-то… Я не ожидал какой-то морали от той, что с улыбкой вытягивала информацией из чужих мозгов. Но это-то и было неестественно. Та, что, казалось бы, не должна испытывать ни капли интереса к другим, теперь питает такую сильную эмоцию, как «намерение убийства»… Однако Розе этот ответ, по-видимому, показался скучным и эта богиня, со скукой пожав плечами, произнеся: — Хм-м-м, вот как, окей. Ну, удачи. Она улыбнулась с видом полного безразличия. Интересно, какого же ответа она ожидала? Как бы то ни было, пронесло и ладно… Я уже было облегчённо вздохнул, но, похоже, поторопился. — …Так, а что насчёт тебя? — Э?.. Следующей мишенью неожиданно стал я. Я и не думал, что обратятся ко мне, простому телохранителю. Но игнорировать её нельзя, да и солгать не получится. Что ж… остаётся только ответить. — Ну… я… хочу помочь одной девушке… и для этого мне нужно… — О-о-о, хм-м-м, юность — весна жизни! — насвистывая, словно подшучивая, Розе вдруг сказала: — Тогда постарайся и ради неё, в качестве замены той пешке, что ты сломал. — Угх… Простите… за это… Похоже, она знала о том, что я раздавил Кайри Урато. Несмотря на то, что со стороны кажется, что ей не интересны мирские дела, всей необходимой для неё информацией она располагает в полной мере. Однако, вопреки ожиданиям, она не собиралась меня осуждать. — Да не извиняйся. Он сам виноват в том, что оказался слабым. Так что работай хорошо, ладно? Искать замену снова хлопотно. Ну, удачи вам. А затем Розе исчезла так же внезапно, как и появилась. Воистину капризная богиня… Вот только на этот раз это вряд ли была простая случайность. — …То есть вы даже приход Розе просчитали? — Как-то ты всё это нецензурно описал. Просто богиня, случайно потерявшая своих пешек, случайно нашла свободную парочку и случайно заглянула познакомиться. Совпадение, всего лишь совпадение. Кудзуха пожала плечами, но никакое это не совпадение. Она, наверное, предвидела такое развитие с того момента, как устроила мою дуэль с Кайри под предлогом проверки. Да, Кудзуха хотела выудить вовсе не кого-то из четырёх крупных фракций. Она всё это спланировала и реализовали лишь ради того, чтобы выудить Розе, которая лишилась своих пешек. Кудзуха Минахо… Я знал, что её стоит остерегаться, но она может оказаться куда опаснее, чем я думал… Хотя та богиня не менее опасна, чем она. — Но почему именно Розе? Даже если чисто для покровительства, разве не нашлось богини поспокойнее?.. Она вне всяких сомнений представляет из себя мощного покровителя, но и риски слишком велики. Если Кудзуха способна провернуть такую интригу, разве не могла бы она при желании проникнуть в одну из четырёх крупных фракций? Наверняка найдётся кто-то получше Розе. Наверное, я так думаю из-за того недавнего случая. Образ Розе, увиденный мной в глубине базы «Резистанса»… Из её разговора со Сноэллой было ясно, что она определённо связана с тем Древом Скверны. Более того, с ней была девочка-демон, принявшая человеческий облик. Как ни крути, это ненормально. И, к сожалению, кажется, мои подозрения оправдались. «». — Возможно, — начала Кудзуха. — «Богиня обмана и мошенничества» Розе — одна из высших богинь, называемых семью древнейшими, и единственная в истории богиня-богоубийца, убившая богиню света и благоволения Розалию. Она также является законной владелицей «Фул Эдда» — одной из Трёх Великих Божественных Сокровищниц наряду с «Царской гробницей Миния» и «Пантэсариумом». Она искусна в изменении облика, и говорят, её истинное лицо не знает никто, — перечисляла Кудзуха различную информацию, как и тогда со мной. — Возможно, поэтому о Розеньке существует множество «пророчеств». Говорят, она «Та, что принесёт свободу миру», или «Та, что взрастит семя Конца», или «Пища, что взрастит Мировое Древо», или «Пламя, что сожжёт Мировое Древо»… — П-погодите, разве это не противоречие? — Да, так и есть. Поэтому все в замешательстве. Никто не знает, какое пророчество истинно, а какое ложно. В конце концов, пророчества бывают и верными, и ложными, а богиня, изрёкшая их, давно мертва, так что проверить невозможно. На самом деле, даже в мире богинь к Розеньке относятся по-разному. Говорят, старые богини во главе с советом старейшин избегают её как «Несущую погибель», в то время как молодые богини возлагают на неё надежды как на знаменосца, что обновит закостеневший мир богинь. Но что общего у обеих сторон… так это то, что все они боятся Розеньки как нонконформистку. Как и следовало ожидать, Кудзуха делилась одной лишь пугающей информацией. При этом сама она беззаботно улыбалась. — Ну, вот по этим причинам она, можно сказать, опасная богиня. — Говорите так, словно вас это не касается… — Ой да ладно тебе, не будь так серьёзен, давай относиться ко всему проще. К тому же, разве такая капризная богиня не идеальная покровительница? Если станет совсем плохо… тогда ты меня защитишь. Я рассчитываю на тебя, телохранитель. — …Сделаю всё от себя зависящее. Непосредственная начальница — личность неясная, богиня-покровитель — сверхопасная особа. Весёлый же у нас отряд. Хотя, если подумать, возможно, это и к лучшему. Ведь я смог приблизиться к обеим — и героине, и богине, которых школе следовало бы опасаться больше всего, — размышлял я, а тем временем наш с ней разговор свернул в совершенно другую сторону. — Кстати… ты правда делаешь это ради любимой девушки? — Э?.. П-пожалуйста, не возвращайтесь к этой теме. — Да ладно. Не думала, что услышу от тебя разговоры о любви. Хе-хе-хе, ну же, ну же, почему бы тебе не посоветоваться со мной? А я, будучи старшей, дам тебе хороший совет! Она поддразнивающе улыбнулась, прямо как обычная старшеклассница, которая любит сплетни… Неужели моя оценка её как опасной личности была преждевременной? — ошеломлённо размышлял я, но вдруг понял. — …М-м? Погодите-ка… Разве ваш вопрос не странен? Конечно же, это правда. Ведь мы не могли лгать Розе, богине лжи. — А-а… Точно, я забыла. Прости-прости. Кудзуха улыбнулась так, словно ей было всё равно. В её поведении не было ничего особо подозрительного. Наверное, я просто слишком много думаю. Хотя… возможно, она знает о секретах Розе больше, чем озвучила мне. Конечно, у меня, не обладающего способностью распознавать ложь, нет способа это проверить, и, что важнее, сейчас есть дела поважнее. — Ладно, оставим болтовню и поспешим. Если мы не соберём Проклятья Конца, всё пойдёт прахом. — Да. Заполучение Проклятий Конца — условие для получения покровительства Розе. Значит, мы обязаны сделать это. Судя по пришедшему отчёту, их, кажется, много, и мы, вероятно, избежим конкуренции с другими фракциями, но всё же лучше собрать их поскорее. С этими мыслями я соорудил телепортационное заклинание в школу, но тут ощутил безмолвный взгляд сзади. — …? Что-то не так? — М-м… просто подумала, что какая-то вялая у тебя реакция. — Что? — Ну, это же «Мистлтенасы». Невероятные штуки, способные уничтожить мир! Должна же быть хоть какая-то нервозность или осторожность. — А-а-а, вот о чём вы… Проклятья Конца — запретные проклятья, способные уничтожить мир, нечто, заставившее верхнюю палату школы метаться в панике. Конечно, они пугают. Просто… честно говоря, мне уже порядком надоело слушать подобные истории. «Сильнейший S-ранговый герой в школе», «Абсолютно непобедимый номер два в школе», «Собрание ста исполнительного комитета» — сколько же громких титулов я уже повидал? И… сколько из них действительно представляли угрозу? До прихода в академию я знал лишь о силе Феррис, владыки демонов. Поэтому я всегда был настороже и думал, что герои — это такие же чудовищные существа, как она. Насколько бы ничтожно мала ни была их магическая сила, насколько неумелы они бы ни были с точки зрения мастерства — всё это притворство, чтобы усыпить мою бдительность, а на самом деле они скрывают силу в десятки тысяч, сотни миллионов или даже триллионы раз большую. Ведь так и должно быть, верно? Герои — это те, кто убивают владык демонов. Кто бы мог подумать, что настоящие герои, которым я, будучи посредственностью, не чета, окажутся слабыми? Но даже я начинаю понимать: по-настоящему опасных противников, которых бы стоило опасаться, не так уж много. Даже если включить Розе, Кудзуху, Гиондзи и то Древо Скверны, то их можно пересчитать по пальцам одной руки. Конечно, я не скажу, что Хина или Урато, с которыми я сражался, беспомощны. Не скажу… но это лишь при условии, что «если бы нынешняя Феррис, лишённая сил, стала бы их целью». Если спросить, представляют ли они угрозу лично для меня, то, честно говоря, даже тысяча таких не доставила бы мне никаких проблем. А эта школа восхваляет героев такого уровня как S-ранговых. Это не история о мальчике, который кричал «волк»[✱]Мальчик, который кричал: «Волк!», также Пастух-шутник (греч. Ο Ψεύτης Βοσκός; в пересказе Толстого — Лгун) — одна из басен Эзопа, занесённая в индекс Перри под номером 210. Моралью басни является то, что ложь дискредитирует человека, в результате чего в его последующие истинные утверждения не верят., но, когда такая школа поднимает шум из-за «заклятий, уничтожающих мир» или «угрозы этому миру», трудно воспринимать её слова буквально. Более того, если бы существовали проклятья, способные угрожать самому Мировому Древу, разве Феррис не рассказала бы мне о них? Конечно, я понимаю, что такое отношение близко к самонадеянности и беспечности. Но если я буду, как раньше, трепетать перед всем подряд, я никогда не смогу даровать Феррис свободу. На данном этапе остерегаться стоит лишь пока неведомых мне замыслов высших богинь и героев вроде Кудзухе или Гиондзи, которые, по-видимому, обладают какой-то тайной силой. Ко всему остальному лучше относиться умеренно. — В-всё в порядке, я действительно напуган. — Хм-м-м, правда? Кудзуха смотрела на меня с недоверием… но затем, словно передумав, пожала плечами. — Ладно, неважно. Всё равно скоро ты поймёшь… что Проклятья Конца действительно оправдывают своё название. ※※※※※ Странная белизна, длящаяся то ли секунду, то ли час. Затем ощущение земли под ногами и присутствие несомненной гравитации. Я уже привык к этому специфическому чувству перемещения в иные миры. Ступив на землю иного мира, я сделал первый вдох. Через атмосферу меня встречали свежий предрассветный ночной туман, чувство свободы, не отравленное цивилизацией, и… примешивающаяся к ним невероятно отвратительная негативная магическая сила. — Ась?.. Это ещё что такое?.. Мгновенно накатил озноб и мурашки по всему телу. Судя по всему, оно подавлено, но ошибки быть не может. В это мире есть «нечто» до дрожи чуждое и искажённое… — Ну что, теперь-то ты понял, что означает «угроза миру»? Рядом, неизвестно когда появившись, стояла улыбающаяся Кудзуха. Увы, мне не хочется отвечать на её вопрос, но… теперь я действительно понял. Проклятья Конца и в самом деле есть нечто, буквально угрожающее миру… и не просто «Эддасии» — отдельному малому миру — а самому «Мировому Древу». Чёрт возьми, я всё ещё незрел. Подумать только — столь ужасающие проклятые вещи существуют… Теперь мне стыдно за то, каким самонадеянным я был пару минут назад… Но пугают больше всего меня вовсе не неведомые Проклятья Конца. Скорее наоборот… то, что я хорошо знаком с такой же разрушительной силой. Да, они похожи настолько, на «Основу Владыки Демонов», которая была внутри Феррис, что их никак перепутать. — …Скажите, Кудзуха, Проклятий Конца же существует много, верно? Тогда не могли бы вы рассказать мне хотя бы о тех, что уже известны? — Что ж, они существуют со времён сотворения мира, всех не перечислишь… но если говорить о примечательных за последнее время, то это: «Око Луны», «THESE» или Сосед в колбе, «Ванити Хэвен[✱]Vanity Heaven (англ. Тщеславные Небеса).» — Восьмые Небеса, затем «Дэа Экс Фейт» — Длань богини с заводным механизмом — и «Меч Древнего» — Меч первозданного героя… Ах да, нельзя забывать и о том самом. «Лост Кор[✱]Lost Core (англ. Потерянное ядро)» — Духовное ядро отвергнутого владыки демонов. — …! — Ну что, теперь ты понимаешь почему школа… вернее, богини меняются в лице при слове «Мистлтенас»? Когда-то им не удалось заполучить Проклятье Конца «Лост Кор», и в результате местные демоны использовали его, чтобы породить отвергнутого владыку демонов. Чтобы не повторить ту ошибку, железным правилом стало немедленно запечатывать их при обнаружении. Ах, теперь я хорошо понимаю, почему я никогда не слышал от Феррис о существовании таких заклятий. Наверное, она думала, что если расскажет мне о Проклятьях Конца, я стану думать о лишнем.… Что, конечно, верно. Похоже, в этом мире есть ещё кое-что, помимо героев и богинь, о чём мне следует узнать. — Пожалуйста, скажите мне, что такое Проклятья Конца? Почему они существуют? Почему такая сила обнаружилась именно сейчас, да ещё и в таком количестве? Кто и для чего создал их?! — Потише, успокойся. Мы не знаем всего ни о Мировом Древе, ни о Проклятьях Конца. То же самое и с богинями. Никто не знает ответа, для чего существуют «Мистлтенасы». Ведь Мировое Древо растёт ежедневно, малые миры продолжают рождаться. Бывает, что мир с миллиардолетней историей родился всего пять минут назад. Невозможно постичь всё. Всё, что мы можем… это собирать найденные Проклятья Конца одно за другим. Кудзуха пожала плечами. Неизвестно, правда ли это, или она просто не хочет рассказывать. Но даже так, я не мог не спросить о самом важном: — Тогда ещё один вопрос!.. Я слышал от Хины, что существует план уничтожения отвергнутого владыки демонов. Это ведь для изъятия «Лост Кора», верно? Значит, они, наверное, уже что-то предприняли, например, провели разведку какую-то?.. — Да, верно. Уничтожением отвергнутого владыки демонов занимается в основном фракция богини Тейвас и в этом их поддерживают все фракции. Как я и думал. Изъятие Проклятий Конца — общая воля богинь. Следовательно, в уничтожение Феррис школа тоже вложит все свои силы. Возможно, времени ещё меньше, чем я предполагал.… Но, похоже, моя тревога была преждевременной. — Впрочем, осуществить это сходу не получится. — Э?.. — А что тут удивительного? «Лост Кор» наряду с «Мечом Древнего» являются сильнейшими даже среди Проклятий Конца. На самом деле однажды в древности они, попытавшись уничтожить владыку демонов, огребли сами и понесли огромные потери среди богинь и героев. Просто так с отвергнутым владыкой демонов не совладать. Тем более, что мы потеряли Хину, нашу главную и ключевую для плана боевую силу. Даже если попытаться провести разведку, стоит лишь чуть ослабить печать, как владыка демонов может легко сбежать. Короче говоря, пока есть лишь план, но никаких действий по нему не предпринимается. Даже если все согласны, энтузиазм разных фракций различается, и на это ещё уйдёт много времени. — П-понятно… Услышав это, я немного расслабился. Действительно, с их точки зрения, это всё равно что наступить на хвост спящему льву. Даже простая разведка обернётся операцией, ставящей на кон судьбу всего мира. Уже раз обжёгшись, они вряд ли станут легкомысленно совать палку в осиное гнездо. Конечно, раз это Проклятье Конца, рано или поздно план будет приведён в исполнение, но, кажется, у нас есть некоторая передышка. — Ладно, как бы там ни было, сначала нужно собрать здешнее. Давай спросим у правителей этого мира. Согласно предварительным данным школы, это «Стадия: I»… Угрозы со стороны демонов, кажется, нет, но о Проклятьях Конца информации ноль. С этими словами Кудзуха направилась к видневшемуся вдалеке королевскому замку.… Но я не последовал за ней. — М-м? Куда это ты собрался, Кёя? — Можете поручить это мне? Я отправлюсь на место первым. Быстрее всего будет увидеть его своими глазами. Как и сказала Кудзуха, больше всего мы сейчас нуждаемся в информации. В таком случае лучше проанализировать само проклятье, чем слушать чужие слова. Немного подумав, Кудзуха кивнула. — Окей, поступай как знаешь. Я присоединюсь к тебе попозже. — Большое спасибо. Вот что в ней хорошо — она быстро всё понимает. Получив разрешение, я направился к месту нахождения проклятья. Оно недалеко… вернее, сам этот мир, кажется, довольно мал. Менее чем через три минуты я достиг источника магической силы. И там меня ждала… огромная башня. Величественная башня, пронзающая далёкое ночное небо, сама по себе была мощной барьерной формулой. Вероятно, она и запечатывала находящееся внутри Проклятья Конца. Однако эта формула явно была создана не человеком. Обычно в любой формуле остаётся след её создателя. Но в магической силе, воздвигнувшей эту башню, нет и намёка на него. На мой взгляд… она похожа на духов, что призывала Канон. Другими словами, создатель этой башни — само Мировое Древо. Ожидать меня в ней могло абсолютно всё что угодно. — Чёрт знает, что будет, как говорится… С этими мыслями я попытался войти в башню и заметил одну странность. Засов на единственной двери почему-то находился с этой стороны.… То есть, любой мог легко войти внутрь. Разве не должно быть наоборот? Размышляя об этом, я открыл дверь и шагнул внутрь. Внутри башни лишь длинная-длинная винтовая лестница, бесконечно уходящая вверх. Однако это не значит, что здесь пусто. Всю башню наполняла священная магическая сила, исходящая от Мирового Древа. Она подавляла любые виды магии и навыков. — Другими словами… по этой лестнице придётся подниматься собственными силами. Раз тут заблокированы даже телепортационные заклинания, то ничего другого не оставалось. Я побежал вверх по такой же, как сама башня, деревянной винтовой лестнице. И вот, наконец, я достиг вершины башни. За прервавшейся лестницей возвышалась дверь, вновь с засовом, который можно открыть только снаружи. Наконец я встречусь с Проклятьем Конца лицом к лицу. Выровняв дыхание и успокоив разум, я положил руку на дверь. Я должен любой ценой увидеть своими глазами… Проклятье, способное уничтожить мир, как и Феррис. И за открывшейся дверью… стояла босая девочка. ---------- Глава 2. Проклятие конца и босая девочка Запечатанная башня, созданная Мировым Древом. На её верхнем этаже простиралось… самое что ни на есть обычное жилое пространство. Кровать, стол, стул — базовая мебель, а в глубине даже была оборудована ванная комната. Однако окон почему-то не было вовсе, зато вдоль стен стояли многочисленные книжные шкафы и… застывшая перед ними в оцепенении босая девушка. Её кожа была белой, словно тонкий шёлк, волосы — абсолютно чёрные, казалось, сливающиеся с ночью, а губы — бледно-алыми, не ведающие и капли порока… В общем, красавица, к которой идеально подходит эпитет «кукольная». Однако её кожа была настолько чрезмерно белой, что в сочетании с хрупким телосложением она выглядела как восковая фигура. Нет, дело не только во внешности. Эфемерность, вызванная красотой, или хрупкость, присущая кукле… В ней ощущалась болезненная тень, выходящая за грань «фантастического». Её «жизненная сила» была слишком слаба. Словно запоздалый снег, выпавший не в сезон, или подёнка, чья жизнь изначально измерена несколькими днями. Спустя несколько секунд оцепенения та босая девушка открыла рот. Её первые слова были… — Хемяу! — Э? Прозвучал какой-то невероятный звук, будто наступили на кошачий хвост… Пока я стоял в изумлении, девушка бросилась бежать и юркнула в укрытие за книжным шкафом. А спустя десять секунд, после настойчивого прочищения горла: «Кхм-кхм, а-а, а-а, а-а»… — Хе-хе-хе, приветствую. Это ведь ты, не так ли? Изо всех сил напрягая хрупкий, словно её внешность, голос, девушка вновь появилась.… Похоже, она решила сделать вид, что недавнего дикого вопля не было. — Но какой же нетерпеливый. До дня казни ещё целая неделя. Торопитесь куда-то? У-хе-хе-хе. Она пыталась вести себя как изящная принцесса, но это совершенно не сочеталось ни с её голосом, ни с внешностью… И, вообще, о чём она всё это время говорит? — Э-э-эм, о чём ты? — А?.. Кхм-кхм. Всё в порядке, не надо притворяться. Я не буду ни убегать, ни прятаться, и винить тебя не стану. Всё уже предрешено. — Нет, я правда не понимаю, о чём ты вообще говоришь. — Да ладно тебе! Не нужно демонстрировать мне своё актёрское мастерство… погоди. Ты… правда не палач? — Палач? И что это значит? — … — после неоднократных расспросов девушка заморгала. — А-а-а!! Нет-нет, давайте всё забудем! Забудем, забудем, забудем!!! — по-детски вопила она, начав кататься по кровати. Ясно, её прежнее поведение было неестественным. — Ах, блин! Кстати, а ты вообще кто такой?! — немного пошумев, вдруг набросилась на меня девочка. Какая-то она неугомонная. — Я — Кёя Кудзё. Меня прислали из школы. — …Школы? На этот раз она склонила голову набок. Обычно во время экспедиций в иные миры богини заранее договариваются обо всём… но, что бы там ни было, теперь придётся объяснять. — Меня прислали для изъятия Проклятье Конца… которое находится внутри тебя. Да, я понял это с первого взгляда. Она сама и была Проклятьем Конца — точнее, невероятно ужасающее проклятие покоилось в её душе. Проклятие, что пожирает тепло, свет, магическую силу, светоч самой жизни, безгранично сея яд разложения. Оно было внутри неё. Заставшее, словно лёд, будучи освобождённым, оно пожрёт целиком без остатка даже звёзды на небе. Но это было иным, нежели просто «злым» или «нечестивым». Ибо в самом этом проклятии не было злобы. Оно не обладало ни враждебностью, ни желанием навредить, ни жаждой убийства — никакими намерениями или направленностью, — а лишь точно исполняло свою сущностную концепцию. Как светит солнце. Как плывут облака. Как течёт вода. Оно просто верно следует изначально предопределённому для него способу существования. Здесь нет было места различию между добром и злом. И с самой девушкой было то же самое. То, что она, нося в себе столь чудовищное проклятие, оставалась спокойной, вероятно, означало, что, начиная с самой основы её существования, она была определена как «запечатывающий ларец». Иными словами, она была частью проклятия и одновременно частью печати этого Мирового Древа. Вопрос был в том, осознавала ли она это сама… но, похоже, насчёт этого можно было не волноваться. — Понятно, Кёя, ты новенький сборщик, да? А нельзя было сначала изучить вопрос, а потом уже приходить? Слушай внимательно: эта штука во мне называется «Вимбульвенем[✱]Записано как: «Яд зимнего увядания. Отсылка на Фимбульветр — апокалиптическую трёхлетнюю зиму, в германо-скандинавской мифологии, предшествующей Рагнарёку. И ещё слово Венем, кривая калька с английского «Venom» (яд).» — это проклятие, что пожирает свет и магическую силу и усиливается, — начала девушка без умолку объяснять всё. Оставим в стороне её заблуждение насчёт моей роли — то, что она говорила, совпадало с моим анализом. Похоже, она отлично понимала, что в ней находится. Более того, она знала даже ту информацию, которая была мне нужна больше всего. — Поэтому днём даже внутри этой барьерной башни опасно, но ночью его сила сильно ослабевает. Вот как сейчас. А слабее всего оно становится в день полярной ночи, когда солнце не восходит целые сутки. Это случается раз в шестнадцать лет, и как раз через неделю. Вот тогда и нужно проводить изъятие. Полярная ночь, наступающая раз в шестнадцать лет, а — вот когда можно изъять «Фимбульвенем»… Как я и думал, у него присутствовало подобное «Правило». Когда-то Феррис учила меня, что у могущественных формул, проклятий и магических артефактов почти всегда есть слабости или цена — «Правила». Меч, что всесилен днём, но тупеет ночью; непобедимый герой, уязвимый лишь в пятке; чем больше сила, тем весомее её ограничение, и именно ограничение позволяет силе быть столь огромной. Это фундаментальное правило, пронизывающее весь этот мир. Исключениями являются разве что читерские способности героев. И этим ограничением для столь мощного проклятия, должно быть, и была полярная ночь, наступающая раз в шестнадцать лет. Обычно поиск подобных лазеек и слабостей требует огромных усилий, но на этот раз нам повезло. Как было бы легко, если бы всё шло вот так хорошо, как по маслу. — Ясно, значит, нужно просто подождать семь дней? — Ага. Тогда меня казнят, и проклятие перейдёт к следующему младенцу. Думаю, в тот момент эта твоя «школа» и сможет меня изъять. Девушка кивнула так же легко, как и прежде. … М-м? Кажется, я только что услышал весьма тревожное слово… — …Погоди. Ты сейчас сказала «казнят»?.. — Да. — Ч-что ты имеешь в виду? — А разве ты не знаешь? Палач, он такой… берёт и отрубает голову… — Я не о смысле слова спрашиваю! Зачем тебя казнить…?! — невольно повысил я голос. Но девушка, напротив, с удивлением наклонила голову. — Само собой разумеется. Как только жрице исполнится шестнадцать, её тело не выдержит проклятия. Поэтому до этого нужно провести казнь и перенести печать и проклятие следующей жрице. Такова наша обязанность, «Жриц Разложения». Мы рождены для этого, и те девушки тоже проходили через это. Взгляд сухо произнёсшей это девушки скользнул в угол комнаты. Туда, где у стены стояли необычайно большие кувшины. И не один, а целая груда. Эти инородные объекты, так не подходившие обычной комнате, и то, как она об этом говорила… У меня очень дурное предчувствие. — Неужели, это… — Мои предшественницы… Через неделю и я окажусь среди них, — произнесла девушка без единой эмоции. — Не нужно так беспокоиться на этот счёт. Тебе нужно просто подождать неделю и забрать моё тело. Думаю, эта твоя «школа» потом кремирует его. Это твоё первое задание как сборщика, постарайся уж… Ой? Эй, с тобой всё в порядке? Выглядишь очень плохо… Девушка взглянула на меня с беспокойством. Неужели у меня такое странное выражение лица? Но тогда и я хочу спросить: — …Как ты можешь быть так спокойна? Проклятье Конца — «Фимбульвенем». С рождения обречённая нести на себе бедствие, заточённая в башню, куда не проникает свет, и в конце казнь. От рождения до смерти… нет, даже после смерти она не сможет покинуть эту башню. Какая несправедливость. Какой абсурд. Это ненормально. …Ах, вот оно что. Наконец-то я понял, почему меня так тошнит. Девушка, на которую взвалили на крест, который она не в силах нести, лишённая всякой свободы… Разве она не точь-в-точь как Феррис? Но та девушка лишь беззаботно пожала плечами. — Почему? Потому что так положено. Ничего не поделаешь, — сказав это с улыбкой, она тихо спросила: — Или, может, Кёя сможет что-нибудь сделать? — …Ну… Я невольно запнулся, но я уже знал ответ. Это невозможно. Если бы нужно было просто уничтожить проклятие, я бы смог сделать это прямо сейчас. Запросто. Одного взмаха «Лаванквина» было бы достаточно. А если бы нужно было лишь запечатать его, то и это тоже было возможно. Не скажу, что прям легко… но выделить и запечатать проклятие за час не составило бы труда. Однако в данном случае это не сработает. «Фимбульвенем» слишком глубоко связан с её душой. Пожалуй, можно сказать, что проклятие составляет девяносто девять процентов её основы. Другими словами, по сути, главенствующей стороной является проклятие, а она — всего лишь живёт за его счёт. Поэтому, что бы я ни делал — пытался уничтожить «Фимбульвенем» или отделить и запечатать его, — в момент исчезновения проклятья поддерживать её существование прекратится. Есть способны восстановить повреждённую основу, но если она изначально не существует как самостоятельная сущность, то ничего не поделаешь… С Феррис, чья душа была достаточно сильна, чтобы противостоять основе владыки демонов, всё было иначе. Следуя ограничению, её казнят, противостоя ограничению, она не выживет — её судьба была предопределена с самого рождения… — …Прости, я ничего не могу сделать… — А ты честный. Но всё нормально. Я и так знала. Девушка улыбнулась, не выказывая ни капли волнения. Но это лишь с её стороны. Мне хотелось крикнуть: «Как это „нормально“?!». Но тому, кто ничего не может сделать, говорить такое — слишком трусливо. Поэтому, я решил сменить тему, пока ненароком не сорвался.. — …Кстати, хоть и с опозданием, скажи мне своё имя, — предложил я, подумав, что невежливо всё время называть её «ты»… но девушка почему-то посмотрела на меня с недоумением. — …? Я же только что сказала. «Фимбульвенем». — А? Нет, не это имя… — А, ты о «Жрице Разложения»? — Тоже нет. Кажется, до неё всё никак не доходило. — Твоё собственное имя. — Ась?.. Моё?.. — Тут никого больше нет же. — В-верно, ты прав… Ясно-ясно… Хе-хе, имя, говоришь, имя… Хе-хе-хе… — девушка внезапно занервничала и, почему-то покраснев, ответила: — Cиссела! Меня зовут — Сиссела! — Ладно, Сиссела. Она согласилась, однако… — …А, погоди! Может, лучше Ариетта?! Или, пожалуй, выберу Лилию… Ах, но и Рубиэлу тоже жалко бросить… Хм-м-м, хм-м-м, — раздумывала она, держась за голову. Судя по всему, у неё, похоже, не было имени… Похоже, никто из обитателей этого мира не чувствовал нужды в том, чтобы дать ей имя. — …Думаю, Сиссела — хорошее имя. Оно тебе очень подходит. — П-правда? Ты так считаешь? Раз ты так говоришь… Что ж, тогда решено — Сиссела!.. Э-хе-хе… Девушка… Сиссела смущённо улыбнулась. Для неё даже сам акт «называния имени», должно быть, был чем-то особенным. Почему несчастья и несправедливости так любят толпой наваливаться и изводить одного человека? В доказательство, вот… уже слышны шаги очередной несправедливости. Хотя, возможно, в этом виноват я сам. — Я ведь выбирал точку телепортации, чтобы не пересекаться с вами… Почему вы здесь? — бросил я вопрос за дверь, сдерживая нарастающее раздражение. В ответ донёсся знакомый ленивый голос: — Да, я просто передумал по дороге. Обычное же дело, чё? Разбив ногами железную дверь, появилась группа людей. А во главе группы стоял не кто иной, как Яхико Амано. — Вот так совпадение, согласись, новенький? Кто бы мог подумать мы выберем одно и то же место? — прикидывался дурачком, улыбаясь, Амано. Похоже, он специально выбрал для изъятия то же самое место. Цель, конечно, была очевидна. — Вы же хотите стать шавками Розе? Ну сорян, что из-за нас у вас ничё не выйдет. Обычно такой вялый, Амано, оказывается, загорается энтузиазмом, когда нужно раздавить новенького. Он окинул взглядом комнату. — Так, и где Проклятье?.. А-а, «это» оно? Бросив короткий взгляд на Сисселу, Амано без колебаний протянул руку со словами: «Пожалуй, достаточно извлечь сердце». Поэтому… я вышел вперёд. — К-кёя?.. — Не переживай и отойди назад, Сиссела. — Эй-эй, что такое, вы типа подружились? Тогда изъятие дастся тебе ещё тяжелее, верно? Мы сделаем это за вас, так что можешь себя не напрягать. — Спасибо за заботу. Но в этом нет необходимости. Я имею дело со старшеклассником из верхней палаты. Я ответил вежливо… Но, кажется, это не возымело особого эффекта. Амано начал тихо посмеиваться. — Ха-ха, ах, так я и думал. Всё-так ты бесишь меня. Я ещё при первой встрече подумал, что ты такой, и, похоже, не ошибся. — Я сделал что-то, что задело вас? Я впервые встретил Амано в верхней палате. Мы даже не разговаривали напрямую. Я было подумал, что это последствия конфликта с Кудзухой… но, похоже, причина куда проще. — О да, ещё как задел. Твоя рожа. Она бесит меня. Что ж, дошло и до внешности. С этим уж ничего не поделаешь — я таким родился. — Мне достаточно увидеть рожу, чтобы понять, каков стоящий передо мной человек. Поэтому я и тебя тоже сразу раскусил. — Правда? Здорово. И что же вы поняли? — спросил я на будущее. В ответ Амано лаконично объяснил: — Ты — отвратительный лицемер… В мире полно отбросов. Глупые отбросы, медлительные отбросы, бестолковые отбросы. Но больше всего я ненавижу отбросов, прикидывающихся добряками. Например… таких, как ты, — Амано наклонился ко мне и прошептал: — Ты ведь хотя бы минимально изучил вопрос, не так ли? А значит, должен знать, что эта жрица умрёт через неделю. Неделю, врубаешься? Это же просто на уровне погрещности. Какой смысл защищать её, кроме как играть в героя? — На уровне погрешности? Если вы так думаете, то почему бы не подождать? Ведь это же просто погрешность, верно? И вообще, зачем вам убивать её сейчас? Вынести Проклятье из этого барьера, не следуя ограничению… думаю, вам будет сложновато. — Ха-ха, балакаешь, прям как Кудзуха… Слышь, ты чё, хочешь прямо сейчас сдохнуть? Стоило ему произнести эти слова безэмоциональным голосом, как атмосфера накалилась. Сам Амано не выказывал никакой готовности к бою, но его подчинённые позади перешли в боевую стойку. Похоже, все они достаточно сильны, раз могут концентрировать магическую силу даже внутри этого подавляющего силы барьера. Меньшего от членов верхней палаты я и не ожидал… Мне не хотелось бы устраивать здесь бой в присутствии Сисселы… но, похоже, выбора не будет. …Но в тот миг, когда я уже собрался принять стойку, раздался совершенно неожиданный голос. — Х-ха, х-ха… О, вижу вершину! — Финиш? Приз за первое место? — Точно, Лалачка, осталось совсем чуть-чуть! Уверена, там точно будет крутой дракон! — Хочу пушистого дракона! — доносился из-за двери какой-то нелепый разговор и топот ног, поднимающихся по лестнице. Неужели это… Пока я стоял в оцепенении, голоса приближались. — Смотри, а вот и дверь! — Финишируем вместе! — Тогда на счёт три! Раз-два… — Прибытие! И тогда в комнату энергично ворвались две девушки, уже не нуждающиеся в представлении. — …Ой-ой, как много народу-то здесь собралось! — Массовое собрание? Едва появившись, Комари и Лала округлили глаза. Плохо дело, — подумал я и попытался скрыться, но было уже слишком поздно. Едва их округлившиеся глаза повернулись ко мне, они одновременно воскликнули: «О-о-о!». — Кёя?! Это же ты, Кёя?! — Кёя, ты ждал нас?! Рада тебе больше, чем дракону! — …Вы обознались. — Эй, вы — обычные ученики? Мы из исполнительного комитета. Катитесь-ка отсю… — Что ты говоришь, это же ты, верно, Кёя?! Да?! — Это награда? Сюрприз? — Не знаю, не знаю, кто этот ваш Кёя. — Кончайте орать и слушайте сюда. В соответствии с полномочиями исполнительного комитета… — А, ты, наверное… стесняешься?! Ясно! — Кёя милый! Нарочито холоден! — Да нет же, не поэтому… — Эй, вы, хорош уже игнорить меня!! — повысил Амано голос на парочку, которая совершенно его не слушала. Похоже, что Комари наконец заметила присутствие Амано. — А, вы, наверное… друзья Кёи, да? Меня зовут Комари Имари и я… — Нет, отбросы. Я убью вас всех. Амано, похоже, был в ярости. Что ж, неудивительно. Как глава одной из четырёх крупных фракций академии, он, наверное, никогда раньше не сталкивался с теми, кто так открыто его игнорирует. Иными словами, они подлили масло в огонь… Но что делать в такой ситуации? Пока я стоял в растерянности, неожиданно появилась помощь. — Ох-ох, какая не каждый день такое увидишь. Как-то это не в вашем духе, Амано, тявкать: «Убью! Убью!». Вы прям как мелкий хулиган, – Неизвестно когда появившись, сзади раздался раздражающе ехидный голос. — Тц, Кудзуха?.. — Здравствуйте, Амано, недавно виделись. Однако же, я и глазом моргнуть не успела, как вы стали добрее? Обычно вы убиваете, не тратя слов… А, или, может, это самое: богиня предупредила, сказав: «не связывайся с Розе»? — появившаяся Кудзуха, как всегда, беззаботно улыбалась. — Ну-у, тогда ничего не поделаешь. «Верхней палате необходима поддержка богини»… Это касается и вас, Амано. Нельзя же портить настроение богини, верно? — сходу начала язвительно провоцировать его Кудзуха. Казалось бы, масло подлито в огонь, но Амано лишь цокнул языком, не отвечая. Похоже, попала в точку. — Ну и сейчас изъять это Проклятье в любом случае не выйдет. Это твои специалисты по барьерам — Кирия и Янасэ, верно? Для них это задачка непосильная. — А для тебя типа посильная? — Ха-ха, что вы говорите? Конечно, нет. Запечатать Проклятье Конца такого уровня, игнорируя ограничение, будет самым что ни на есть божественным промыслом… Поэтому, раз никто из нас не может ничего сделать, может, разойдёмся на сегодня? Ну, а если вам нравится сверлить друг друга злобными взглядами, как хулиганам из средней школы, то я вас останавливать не стану. Хотя каждый её речевой оборот раздражал, но по сути она говорила верно. И, похоже, члены верхней палаты были не настолько глупы, чтобы не понимать этого. Амано, бросивший на нас злобный взгляд… всё же мужественно развернулся. — Отступаем, — последовав его приказу, группа Амано направилась к двери… Однако Амано не забыл прошептать напоследок: — Повезло тебе, слабаку, приглянуться Розе. Но запомни. Богини не вечно будут на небесах. Когда-нибудь я создам мир меритократии в истинном смысле этого слова. — Ого, правда? Что ж, буду ждать с нетерпением. И на этот раз Амано и его люди действительно ушли. Фух, вроде пронесло. На этот раз меня выручила Кудзуха. Неохота признавать, но в подобных словесных баталиях на неё можно положиться… Однако беда не приходит одна. Ведь осталась ещё одна, куда более крупная проблема. — Кёя!! — Кёя!! В тот же миг, когда Амано с остальными исчезли, Комари с Лалой бросились ко мне. Теперь, когда не осталось никого, кто мог вмешаться, я, отдирая от себя обеих, поневоле спросил: — Ну и, что вы здесь забыли? — Я же говорила, у нас экспедиция! Так и есть, вроде бы они говорили что-то про экспедицию в другой мир Стадии: I. И конечно, из всех миров они попали именно в этот. — Первым заданием было уничтожение дикого кабана, но он оказался очень грозным противником! Наша с ним жестокая битва длилась целую неделю! А потом, когда мы спросили, нет ли ещё чего-нибудь, чем мы могли бы помочь, нам сказали доставить продукты в эту башню. Я слышала, что в этой башне запечатано какое-то жуууутко страшное проклятие! Понятно, значит, так сложилось по случайности и их любви совать нос в чужие дела. — Но ничего же нет! Проклятие — это просто суеверие! Как и следовало ожидать, кажется, она ничего не понимает. — Нет, проклятье есть. Оно внутри Сисселы. Я указал на съежившуюся позади Сисселу. Кстати, что касается самой её самой, то она застыла, увидев самое большое скопление людей, какое она когда-либо видела. Увидев Сисселу в таком состоянии, Комари… — Да уж. Что ты такое говоришь?! Это же просто милая девочка! Нельзя же так грубить! — Нет, не в этом дело… Я говорил правду, так почему ругают меня? Я уже собирался дать дополнительные объяснения, как вдруг опомнился. Нельзя поддаваться её напору. — … Ладно, я ухожу. Подробности узнавайте у неё самой... Пойдёмте, Кудзуха. — Э, постой, Кёя?! — Кёя, мы ещё не закончили наш разговор! Они попытались остановить меня, но поймать они меня в жизни не смогут. Я ловко увернулся от рук, пытающихся меня удержать, и быстро покинул комнату. — Уверен? Почему бы вам ещё не поболтать? — Нет, не надо. Верно, сейчас не время возиться с Комари и остальными. У меня есть гора вещей, о которых нужно подумать. Вернувшись в гостиницу, которую обеспечила Кудзуха, мы немедленно начали разбираться со сложившейся ситуацией. — Что ж… Ну и как тебе Проклятье Конца? — Вполне оправдывают своё название. Невероятная штука. — Ха-ха, верно-верно… И как? Сможем извлечь? Фракция Тейвас уже здесь, так что было бы здорово, если бы удалось извлечь его, не дожидаясь недели. — Не просите о невозможном. Вы же сами говорили, что для человека невозможно запечатать эту штуку, игнорируя ограничения — Верно-верно, но в любом правиле есть исключения... Уж ты-то сможешь это сделать, так? Она пронзила меня своим безмятежным, но в то же время заострившимся взглядом… Что ж, на самом деле это правда. Просто запечатать его для меня проще пареной репы, однако это равносильно убийству Сисселы… — Нет, это просто невозможно. Раз уж установленная «лазейка» для этого Проклятья Конца — это полярная ночь, то нам остаётся только ждать её. Разве не таково железное правило при работе с подобными благословениями и проклятиями? И, кроме того, мы до сих пор видели только его ослабленное ночное состояние. Если мы собираемся забрать его в академию, нам нужно проверить его дневное состояние и принять меры... — начал перечислять я правдоподобные причины, но Кудзуха тут же меня прервала. — Ладно, поняла я, поняла. Уже достаточно… Кстати, насчёт той девочки — бедняжка. Прямо-таки хочется ей посочувствовать. — …И-и что вы хотите этим сказать? Кудзуха на мгновение взглянула на меня с подозрением, но тут же пожала плечами. — Ну, если не можешь, то ничего не поделаешь, остаётся только послушно ждать. В любом случае, нужно ещё подготовиться. — Подготовиться?.. — Ага, немного "подготовить почву" после изъятия. Значит, не просто запечатать и передать Розе? — Эм, если что, я могу помочь. — А, нет, не нужно. Это коммерческая тайна... А, кстати, я запрусь в мастерской, так что охрана какое-то время тоже не понадобится. «Мастерская» — это, по сути, нечто вроде секретной базы, где затворничают, чтобы целиком посвятить себя оттачиванию магических формул. Обычно её обустраивают в специально созданном для этого альтернативном пространстве; хорошим примером может служить пространство контроля за большим барьером исполнительного комитета, которое мы с Хиной атаковали во время ВВУ. В моём случае Пантэсариум служит также и мастерской. Короче говоря, для мага мастерская — это место, равносильное сейфу и убежищу. Поэтому совершенно немыслимо, чтобы туда попал посторонний. — Понятно. Тогда я посвящу эту неделю улучшению формулы для запечатывания. — Ага, давай. К тому времени я тут тоже закончу... Что ж, расходимся. Едва Кудзуха произнесла эти слова, как щёлкнула пальцами и в тот же миг исчезла. Честно говоря, я благодарен ей за то, как быстро она всё понимает. — Итак… пора бы и мне начинать. Получив свободу, я немедленно призвал Пантэсариум. Мне тоже нужно начинать подготовку формулы. Просто запечатать Проклятье легко, но помимо этого есть кое-что, что я должен сделать. Я не знаю, успею ли всего за неделю, но попробую сделать всё, что в моих силах. Погрузившись на некоторое время в конструирование формулы, я вдруг взглянул на часы. Скоро рассветёт. — Кажется, уже пора. Прервав работу, я покинул Пантэсариум и направился к той башне Мирового Древа. Скоро восход, иными словами, время, когда «Фимбульвенем» покажет своё истинное обличье. Благодаря анализу я уже знаю его максимальные характеристики, но всё же лучше лишний раз убедиться в этом воочию… Но перед этим есть ещё одна вещь, которую нужно уладить. Я поднялся по винтовой лестнице, как и полдня назад, постучал в дверь в её конце и, услышав растерянный ответ, вошёл внутрь. Вздохнув с облегчением, Сиссела подбежала ко мне. — Ох, ты вовремя. Слушай, Кёя, на самом деле у меня есть одна проблемка… — Знаю. Комари с Лалой, верно? Я бросил взгляд вглубь комнаты, и, как и ожидалось, на кровати Сисселы, захватив её, храпели во сне Комари и Лала. Так и знал. — В-в общем после твоего ухода мы всё время тут болтали, но в процессе они обе заснули… Я их будила, но они совсем не просыпаются… Скоро уже рассвет, и я не знала, что делать… — Я знал, что так будет. Что скрывать, эти двое уже неоднократно захватывали мою кровать, и мне приходилось спать на полу. Полагая, что и на этот раз выйдет так же, я пришёл забрать их. Так что я взвалил их обеих на плечи. Сиссела тихо рассмеялась. — Хи-хи, похоже, ты привык этому. — Да, можно сказать и так… Прости, что они доставили тебе столько хлопот. — Нет, ничего подобного. В общем… мне было очень весело, — смутилась Сиссела. — Ты сказала, что вы всё время болтали? О чём вы говорили? — Ну, они расспрашивали обо мне, и я рассказала то же, что и тебе. И тогда Комари вдруг разозлилась: «Это же так несправедливо!», расплакалась, потом засуетилась, наткнулась на полку, затем мы вместе убирали разбросанные книги, потом Лалачка угостила меня бананом, затем мы почему-то начали играть в карты... а потом они обе заснули. Угу, этого я от Комари с Лалой и ожидал. Действительно творят что хотят. — Ну, они такие, поэтому дружить с ним непросто. — А? — мои слова на мгновение ввели Сисселу в ступор, но затем она покачала головой. — Д-дружить… Да откуда у меня взяться… Я ведь не разбираюсь в этом, и не умею заводить друзей, так что они просто никак не могут считать подругой затворницу, которую знают один день… — протараторила Сиссела, заранее всё отрицая. Эх, видимо, она всё ещё ничего не понимает. Что ж, придётся сказать ей всю правду. — Жаль, но уже поздно. Что бы ты ни думала, эти двое уже давно считают тебя своей подругой. Наверняка с завтрашнего дня они начнут навещать тебя без приглашения. Они такие. Просто считай, что тебя сглазили и смирись, — сказал я. Сиссела немного смутилась… Но потом радостно улыбнулась… Однако затем, кажется, вспомнила кое-что лишнее. — А, кстати, Кёя, ты же мне тогда соврал, да? — Чего? — Выходит, ты правда хорошо их знаешь. Они же ещё в первый раз тебя называли по имени. — Нет, это скорее роковая связь или дело прошлого… — Погоди, ты должен мне всё внятно рассказать! — напирала Сиссела… а затем вдруг остановилась. — …Ладно, пожалуй, лучше в другой раз. — Сиссела?.. — Забирай их и уходи… Скоро рассвет, — пробормотала Сиссела с самым хмурым выражением лица, которое я когда-либо видел. — И… уходи как можно дальше отсюда. Когда солнце взойдёт, яд заполнит всё даже внутри барьера. Никто, кроме меня, не сможет выжить. Поэтому ни в коем случае не приближайтесь к башне… Я не хочу, чтобы вы пострадали… Уверен, этого она боялась больше всего. Так что мне оставалось лишь кивнуть и сказать: «Хорошо». — Спокойной ночи, Сиссела. — …Угу. И я покинул башню, неся двух девушек. Едва я спустился по винтовой лестнице и вышел наружу… как вдруг меня окликнули: — Упс, похоже, меня опередили. Даже не оборачиваясь, я понял, что позади меня стояла новая напарница Комари — Рин Гиондзи. Явилась-таки. …Нет, скорее всего, не «пришла», а была здесь с самого начала. — Держи, твой багаж. — Спасибо-спасибо. Первым делом я передал спящую парочку… Но, разумеется, я не собирался на этом заканчивать. — …Ну и, что тебе… а точнее вам известно? — О чём именно речь? — Ты раннее говорила, мол, «скоро начнётся», и про «сдерживающие силы». Те многозначительные слова, что она тогда обронила, явно предполагали нынешнюю ситуацию. Гиондзи и те, кто стоит за ней, знали, что уничтожающие мир Проклятья Конца начнут появляться в большом количестве. — А-а, ты об этом-с? В таком случае я повторюсь: хотите знать — присоединяйтесь к нам. Разумеется, если вы нас предадите, это будет проблемой, так что я попрошу вас подписать контрактную магию. — Я ни за что не пойду на такой риск. — Э-э, серьёзно? На вашем месте я бы сразу бы согласилась, едва увидела это. И в тот самый момент, когда Гиондзи пробурчала эти слова, с восточного горизонта показался луч света. Ослепительное сияние зари помчалось по земле словно стрела, живописно разрывая безмолвную тьму. Наконец-то настал рассвет… И это также означало пробуждение «Фимбульвенема». В мгновение, когда свет зари проник внутрь, магическая сила в башне взрывоподобно возросла. Это был яд разложения, пожирающий свет и тепло и бесконечно саморазмножающийся. Катастрофическое проклятие, что, не остановится, даже поглотив всё сущее. Даже внутри барьера Мирового Древа это зло было настолько могущественно, что, будь оно выпущено на волю, Мировому Древу бы действительно пришёл конец. Это сила разрушения, воистину достойная носить имя Конца. — Да уж, Проклятья Конца, и в самом деле невероятны-с. Я сама, когда впервые услышала, думала: «Уничтожить мир? Вы слишком преувеличиваете». Но теперь, увидев одно из них собственными глазами… я не смогу даже спать по ночам, размышляя о том, что будет, если нехорошие люди используют их во зло. — Поэтому вы собираетесь этому помешать? — А если я скажу yes, вы поможете? — притворно спросила она. Я невольно фыркнул. — Не глупи. Вы же вроде как организация, противостоящая школе, верно? Академия — зло, а вы — борцы за справедливость. Предотвратите злоупотребление Проклятьями Конца, спасёте мир и всё такое, да? Ха-ха, как смешно. С чего вы взяли, что я это поверю? На мой взгляд, вы друг друга стоите. — Ой-ой, а вы, случаем… не злитесь? Злюсь ли я? Ещё бы. — Отвечай: зачем ты втянула в это Комари? Даже если использовать её как прикрытие для проникновения в школу, не было нужды тащить её именно в этот опасный мир. Пытаешься мне угрожать? — Да нет же-с. То, что вы оказались здесь, — случайность. У нас свои обстоятельства. И вообще, вы сейчас, что, пытаетесь строить из себя опекуна? А кто бросил Комари? — Да, ты права. У меня нет права осуждать других. Но даже ты уже должна была понять, что она… Комари — подлинный герой. Не подделки вроде меня, школы или вас — наделённых силой, но лишь сражающихся друг с другом. Она — настоящая героиня, всегда выкладывающаяся на всегда сто, чтобы помочь нуждающимся. Так что… если вы действительно за справедливость, вы не должны подвергать её опасности. — высказал я, поддавшись эмоциям, Но на самом деле я понимал, что такой, как она, этого не донести. Что в этих словах нет никакого смысла… Однако в ответ пробормотала то, чего я точно не ожидал: — …Я об этом знаю. Гораздо дольше, чем вы, — вырвалось у неё. В этом бормотании явственно чувствовалось раздражение. Это была первая эмоция, которую я увидел у этой девушки… Хотя направлена она была не на меня. Это была словно смесь негодования со смирением, направленная на что-то большее… — …Неужто ты знала Комари?.. — невольно спросил я, но, похоже, опоздал. — Что вы такое говорите? Конечно же, нет-с. Всё именно так, как вы сказали, Комари для нас всего лишь прикрытие. Эмоция, которую я увидел всего на мгновение, исчезла, и она вновь натянула на лицо свою обычную улыбку. Уверен, даже если продолжу её пытать, она больше не даст волю своим истинным чувствам. В этот самый момент Комари начала что-то бормотать и шевелиться, реагируя на утреннее солнце. Она просыпалась с восходом и засыпала с закатом. Такая вот невероятно здоровая привычка существа по имени Комари. — Упс, наше время на исходе-с. Что ж, тогда увидимся где-нибудь ещё, — бросила напоследок Гиондзи и, держа Комари с Лалой, куда-то телепортировалась. После того, как они втроём исчезли, я молча повернулся назад. На самом верху величественно возвышающейся под солнцем башни Мирового Древа, должно быть, спит жрица вместе со своим ужасающим проклятием. Похоже, девушек, несущих в себе нечто непомерно тяжёлое, можно встретить в любом мире. — …Что ж, и мне пора. ----… --… Через несколько дней. Дни ожидания полярной ночи текли монотонно. С тех пор Амано и его группа нам не мешали, Кудзуха так и не выходила из мастерской. Я же занимался исключительно подготовкой магической формулы. В каком-то смысле — скучные будни. Однако была одна ежедневная обязанность, которую нельзя было пропускать. — Ты снова пришёл, Кёя. — Да. В очередной раз на рассвете у башни меня вышла встретить босая девушка. Причина моего визита проста… забрать уснувших Комари с Лалой. «Девушка, в одиночестве дожидающаяся казни в башне». Комари, конечно же, не могла оставить Сисселу в такой ситуации и, похоже, наведывалась к ней каждый день с того самого раза. Но проблема в том, что попасть в башню можно только ночью. Комари и Лала с их строгим распорядком не могли запросто поменять день и ночь местами, поэтому, приходя поиграть, они неизменно засыпали ещё до рассвета. Так что и на третий день я пришёл за ними, вот как сейчас. — Тебе тоже каждый день несладко. — Я уже привык к такому. Даже обмен этими репликами стал уже привычной картиной. — Но если уж на то пошло, мог бы и присоединиться к ним. Они обе хотели тебя видеть. — Ну, знаешь, по ряду обстоятельств нам лучше не встречаться. — А, неужто… она твоя бывшая девушка?! — радостно ухватилась за эту тему Сиссела. Не знал, что даже в этом мире есть это слово. — Ничего подобного. — Но вы же близки, да? Поссорились, я так полагаю? — Ага… типа того… — начал было я, но тут же покачал головой. — Нет, всё не так. Виноват только я, так что ссорой это назвать нельзя… Да и вообще, я не собираюсь об этом говорить. — Э-э, а звучит занятно! Расскажи подробнее! Нельзя было позволять ей допрашивать меня дальше. Пора уносить ноги… Я уже собрался подхватить Комари с Лалой, как вдруг заметил нечто странное. — М-м? Что это?.. Неосознанно я поднял с пола толстую пачку бумаг. На первой странице крупными буквами было выведено: «Совершенно секретно: Грандиозно план побега!!». — …Нет, серьёзно, что это? — А, это. Мы вчера вместе с ними составляли. План побега отсюда. — П-побега?.. Ты это серьёзно?.. — спросил я. Сиссела захихикала. — Ну что ты, конечно нет. В детстве я много раз пыталась сбегать. Но бесполезно. Моё тело возвращается обратно, стоит мне попытаться выйти наружу. Так уж устроено… Но даже зная, что это невозможно, разве не весело просто помечтать? — улыбаясь, Сиссела стала листать страницы плана. — Шаг 1: подло атаковать палача сзади! Шаг 2: сбежать! Шаг 3: положиться на боевой дух! Сам план побега был простым и небрежным до крайности. Что и следовало ожидать от творения Комари. Зато на следующей странице огромными буквами красовалось: «Список дел после обретения свободы!». И более того, он занимал несколько страниц и был бесконечно длинным. Наверняка, начав его составлять, они увлеклись и не смогли остановиться. — Комари просто невероятна — она придумала столько потрясающих вещей! Она будто знает всё, что я хотела бы сделать. — В её случае, она просто пишет о том, чего хочет сама. Ведь у неё катастрофически не хватает способности «думать о чувствах других». — Ну что ты такое говоришь! Но если это так, то, возможно, у Комари тоже был похожий период… — прошептала Сиссела, нежно погладив по щеке крепко спящую Комари. Похоже, они стали очень близки… Глядя на её умиротворённое выражение лица, я не удержался и спросил: — …Ты правда не думаешь о побеге? — С чего вдруг? Я же говорила — это невозможно… — А если бы… если бы это было возможно? Я понимал, что навязываюсь, но слова сами вырвались у меня. Услышав их, Сиссела стала серьёзнее… но повторила тот же ответ. — Нет, конечно же. Вне башни я не могу сдерживать «Фимбульвенем». В таком случае я умру, и миру придёт конец. Если уж я в любом случае умру, то, по крайней мере, лучше, чтобы умерла лишь я одна, не так ли? Если результат одинаков в любом случае, выбрать следует тот путь, что принесёт меньше несчастий… Её слова были вне сомнений «правильными». Должно быть, она понимает, что судьба прожить жизнь в заточении, без имени, без права носить обувь, — это предначертанная с самого начала «роль», с которой ничего нельзя сделать. И именно поэтому она готова должным образом принести себя в жертву этой роли. Не по чьему-то приказу, а следуя единственной дозволенной ей собственной совести. Эта вера и решимость сами по себе «правильны» и заслуживают лишь восхвалений, а не осуждения… Но именно потому, что я это понимаю, я не могу не думать: почему же они всегда такие? — …Разве не люди снаружи спихнули всё на тебя? Заставив тебя нести и проклятие, и роль, они сами живут счастливо. В этом нет справедливости. Если уж тебе суждено умереть… то и они должны умереть. Это будет справедливо, разве нет? Сам понимаю, насколько детским звучит это рассуждение. Но раз уж оно сорвалось с языка, ничего не поделаешь. На мгновение Сиссела растерялась… Но затем она рассмеялась, словно ей это показалось забавным. — Ч-что?.. — Хи-хи-хи, прости-прости. Просто твоя реплика показалась мне «злодейской». Что это ещё за оценка такая? — Но я бы тебе такое не советовала. Такие реплики тебе совсем не к лицу. — Да ну тебя. Прости уж, что у меня заурядная внешность. Что Амано, что Сиссела… Чего они всё придираются к чужой внешности? — Ой, ты что, обиделся? Я не оскорбляла тебя. Но всё же, ты больше похож не на злодея или главного героя, а на «слугу». А, вот, например, Арнольд бы тебе подошёл! — Это ещё кто такой? — Ты не знаешь? Мальчик из моей любимой истории, спутник принца-героя Лумины. Он добрый парень, любит ухаживать за животными, но на самом деле питает запретную любовь к своему господину Лумине… — К-какой продвинутый сеттинг… — стоило мне озвучить свой бедный отзыв, как Сиссела оживлённо набросилась на меня. — Неужели эта история тебя заинтересовала?! Тяжело дыша она приблизилась ко мне, но ещё до того, как я успел ответить ей, Сиссела рванула к книжным полкам, после чего вытащила оттуда одну книгу. — «Принцесса Сиссела в башне»?.. — Да, верно, это самая моя любимая история! Это сказка о заточённой в башне принцессе Сисселе и герое принце Лумине, и он невероятно красив! Конечно, он прекрасен, когда сопровождает принцессу Сисселу, но лично я больше всего фанатею от его отношений с Арнольдом, выходящих за рамки слуги и господина, а, самая любимая часть на странице 236… И Сиссела стала говорить всё быстрее, набирая скорость. Я не понял, о чём я говорил, но стало ясно, насколько она любит эту историю, раз даже назвала себя её именем. Видимо, любовь к своему увлечению универсальна для всех стран. Так или иначе, нужно остановить её, пока она не разошлась ещё сильнее. — А-а, понятно, понятно. Это та, да? Где в конце герой принц Лумина придёт за ней, и стали жить-поживать да добра наживать, верно? Кажется, в зарубежных баснях есть что-то подобное. Концовки у таких историй обычно одинаковы… Но, похоже, в этот раз всё было иначе. — О, как жаль. Но нет. У этой истории нет счастливого конца, — немного успокоившись, начала рассказывать Сиссела: — Видишь ли, принцессу Сисселу из-за проклятия, полученного предками, заточили на вершине башни выше облаков. Чтобы спасти её, герой принц Лумина преодолевал различные препятствия и каждый день поднимался в башню. И герой, встречавшийся с ней через дверь и постепенно ею очарованный, наконец делает ей предложение. Единственный способ разрушить проклятие — выйти замуж за любимого! Типичная для басни внезапная хвалебная песнь браку… Однако на этом история не закончилась. — Но в неё влюбился не только герой. Подобно герою, приходившему днём, каждую ночь к ней стал являться демон. И демон тоже предлагает ей брак. Принц обещает жизнь в самом безопасном замке мира. Демон — наибольшую свободу в мире. Каждый даёт принцессе своё обещание. И принцесса выбирает… демона. Она решает, что если её будут просто лелеять в замке, то ничего не изменится по сравнению с прошлым Неожиданно сюжет омрачается. И рассказ Сисселы пошёл так, как я и предполагал. — И выбранный ею демон дарит принцессе волшебные туфли, сделанные изо льда. Затем он разрушает стену башни и освобождает принцессу. Обездоленная принцесса ступает в море облаков. Первый шаг — робко. Следующий шаг — осторожно, будто проверяя. А на третий шаг — смеясь. С каждым шагом в волшебных туфлях облака замерзают, образуя дорогу только для неё. Принцесса бежала. Всё дальше и дальше, — рассказывала Сиссела, а её глаза смотрели куда-то вдаль. Словно в этот самый момент она сама мчится по небу, подобно принцессе из сказки. Однако… — Но её туфельки были изо льда. Поэтому, когда взошло солнце, они растаяли от его тепла. На рассвете, потеряв туфли, принцесса падает с облаков вниз головой. И умирает — вот такая история. Понятно, это из разряда таких. Слышал, что в воспитательных целях для детей подобные басни часто имеют ужасные концовки. — История, которая учит не вестись на ложь плохих парней? — Наверное, — пожала плечами Сиссела, а затем прошептала: — …Но, знаешь, я думаю, что обещание демона не было ложью. Разве в те несколько секунд… прежде чем упасть с неба и умереть… она не была по-настоящему самой свободной в мире? Тихо сказав это, Сиссела нежно погладила корешок книги. И тут до меня наконец дошло. Та книга, что она держит, не просто старая, а ещё и сильно потрёпана. На самом деле все книги на полках были в таком же ветхом состоянии. Наверное, поколения жриц перечитывали их снова и снова. В этой башне, где нет даже окна, только истории были единственным окном, связывающим с внешним миром, дверью, ведущей куда-то, но не отсюда. Да, в этой башне, куда не ступала нога ни героя, ни демона, жрицы могли мечтать лишь о мире фантазий, а затем умирали… Как скоро предстоит и Сисселе. — Скоро рассветёт. Ну же, уходи уже. — …Ага. Спокойной ночи, Сиссела. ※※※※※ Следующие несколько дней прошли без особых изменений. Я забирал крепко спящую в башне Мирового Древа Комари, а затем… совсем недолго, до рассвета, общался с Сисселой. Тем не менее Сисселе хотелось лишь слушать истории из моей жизни. Поэтому роль говорящего в основном доставалась мне. О школе, о доме, о манге, которая мне нравилась. Надо ли говорить, что жизнь у меня была достаточно обыкновенной, и никаких великих приключений или заставляющих сердце биться романов в ней не было. Так что мои истории были настолько скучными, что даже мне они надоели. А уж шестнадцатилетней девочке, жаждавшей ярких впечатление, они и вовсе должны были казаться пустой тратой времени. Однако Сисселе очень хотелось слушать мои истории. И она всегда кивала с довольным видом. Мне это казалось немного странным, и однажды я спросил: — Разве в таких историях есть что-то особо интересное? Сиссела в ответ на это без раздумий кивнула. — Да, это так, в них нет ни кульминации, ни напряжения, да и, вообще, Кёя, ты не очень-то хороший рассказчик. — Угх, незачем было так прямо… — Но, знаешь, это и делает их весёлыми… Я всегда мечтала разговаривать с кем-то вот так, лицом к лицу. Общаться с кем-то… Для обычного человека это всего лишь «обыденность», но для неё это была далёкая «мечта». Связанная ролью жрицы, она была лишена даже такой простой вещи… Но именно потому, что я это понимал, я не мог понять другого. Как Сиссела может улыбаться? — …Разве тебе это не кажется несправедливым?.. Я тут же пожалел о вопросе, который невольно задал. Не может быть, чтобы она так не думала. Просто не показывала этого. Спрашивать так — всё равно что оскорблять её. Но Сиссела не разозлилась, а, напротив, мягко улыбнулась и… — Наверное, это действительно несправедливо… Но сейчас уже всё хорошо. Ведь Комари с Лалой каждый день приходят навестить меня. И… ты тоже, Кёя. Так что я уже довольна, — ответила она теми же словами и с той же улыбкой, что и кое-кто. И время текло своим чередом, пока наконец не наступил тот день. Седьмой день с нашей встречи и утро последнего для неё дня. Незадолго до рассвета мы, как всегда, стояли друг напротив друга. — Ну что ж… Скоро рассветёт. Та же комната, тот же момент прощания, что и всегда. — Сегодня с закатом начнётся полярная ночь. Тогда меня и казнят. Так что это наша последняя встреча, — бегло тараторила Сиссела, как и всегда… словно зачитывала заранее продуманные реплики. — Я получила огромное удовольствие от общения с тобой. Передай Комари с Лалой мою благодарность за то, что играли со мной. И да, помирись с Комари, ладно? Считай, что это моя последняя просьба. Когда я не ответил, Сиссела надула губки: «ну-у-у!». — Не делай больше такое выражение лица. Ты же знал с самого начала? Я родилась для этого дня и жила ради этого дня. Так что мне совсем не страшно. Ведь когда это закончится, я перерожусь и в следующий раз смогу вовсю играть в ярком дневном мире! Я даже скорее в предвкушении! Сиссела лучезарно улыбнулась… Но тут я заметил, что её улыбающиеся губы слегка дрожали. И она, должно быть, тоже поняла это по моему взгляду. Сиссела озорно высунула кончик языка. — Что, вышло не очень убедительно? «Как всегда» быть не могло. Невозможно спокойно принять день собственной казни. И всё же она притворялась безмятежной, потому что для неё это было пределом попыток выглядеть круто. Оглядываясь назад, понимаю, что и в тот день, когда мы впервые встретились, всё было так же. Неподходящие напыщенные фразы, неуверенная, подражающая взрослым игра. Наверняка это была её попытка скопировать самого крутого персонажа из прочитанных книг. И причина такого напряжения всего одна — даже не имея права ни на что, она всё равно пыталась сохранить своё достоинство. Хоть в том, как встретить смерть — единственном выборе, доступном ей в жизни, — остаться чистой. Таков был её последний протест против этой судьбы. В таком случае довольно очевидно, что требуется от меня. Позволить себя обмануть её хрупкой бравадой. Сделать вид, что не замечаю дрожь её губ, которую она не может сдержать. Запечатлеть в памяти тот образ последних мгновений, каким она его видела. Это лучшее, что может сделать посторонний человек вроде меня, и «правильный» выбор. Я это понимаю… Понимаю, но… Никак не могу с этим смириться. — «Метас», — невозмутимо пробормотал я и применил на Комари с Лалой на кровати пространственную телепортацию. Поскольку я уже выяснил, где находится их лагерь, это было легко. Возможно, это было слишком внезапно, потому что рядом Сиссела вскрикнула от удивления. — Э?.. Погоди, что это было? Магия? Ты даже на это способен, Кёя?.. — с восхищением пробормотала Сиссела. — Ась? Но тогда почему ты не использовал это рань… Она задумчиво наклонила голову… Но я перебил её, кое-что протянув. — Сиссела, не могла бы ты принять это?.. Это, типа, подарок на день рождения. С этими словами я вручил ей приготовленную деревянную шкатулку. Увидев её, Сиссела… застыла в ошеломлении. Чёрт, всё-таки это, наверное, слишком внезапно. Или в этом мире нет традиции праздновать дни рождения? Или, вообще, внезапный подарок от парня — это обычно жутковато… — беспокоился я, но, похоже, опасения были напрасны. Придя в себя спустя несколько секунд, Сиссела расплылась в сияющей улыбке. — Мне никогда раньше не дарили подарков! Слушай, можно открыть? Можно?! — спрашивала Сиссела, уже открывая крышку, видимо, будучи больше не в состоянии ждать. Внутри лежала пара туфелек небесно-голубого цвета. — Ва-а-а-а-у, какая прелесть…!!! — восторженно воскликнула Сиссела, в то время как её лицо сияло от радости. Будучи вручателем подарка, я вздохнул с облегчением… Но почему? Она только разглядывает их, вскликивая: «Вау!», но даже не пыталась надеть. Неужели они ей на самом деле не понравились? — Прости, видимо, цвет или фасон не очень? Я не силён в таком… — Нет, не в этом дело! Просто я… никогда не носила туфли… Сиссела смущённо отвела взгляд… А, вот в чём дело. — Сиссела, присядь сюда. — Э? Ладно… Сиссела послушно усевшись на стул, как ей и было сказано. Я опустился перед ней на колени, взял туфлю и аккуратно примерил её на её ногу. Туфля легко, будто прилипнув, облекла её ступню. Словно изначально была сделана специально для неё. Пока я надевал вторую туфлю, Сиссела вдруг тихо рассмеялась. — …? В чём дело? Щекотно? — Хе-хе-хе, вовсе нет… просто я опять подумала, что тебе действительно подходит роль слуги. — Да ну тебя… Вот, готово, ваше высочество. — У-угу, спасибо. Поднявшись со стула, Сиссела потопталась на месте, словно проверяя ощущения от первой в жизни обуви. Затем она сделала первый шаг. Первый шаг — робко. Следующий шаг — осторожно, будто проверяя. А на третий шаг — улыбаясь. Снова и снова опуская взгляд на ноги, она ходила взад-вперёд по тесной комнате. Веселясь и резвясь, она была похожа на девочку-подростка. Но… её улыбка внезапно померкла. — Но ты уж прости меня, что я не смогу поносить такие прекрасные туфли снаружи… — сказала она с виноватым выражением лица. И правда, небесно-голубые туфли казались немного неуместными в этой тёмной тесной комнате. Этот цвет по-настоящему сияет лишь под ярким солнцем. …Но это не проблема. Ведь решение до смешного просто. — Верно, туфли обычно носят на улице. Так что… пошли. — Э?.. Я собрал немного магической энергии и щёлкнул пальцами. В следующее мгновение половину её комнаты смело. — Кья-а-а-а-а-а-а! Через разрушенную стену ворвался ревущий ветер наступающего рассвета. Лучи прозрачного звёздного света обильно лились вниз. С башни, разрезанной пополам, словно свадебный торт, открылся поистине великолепный вид на ночной пейзаж… Ведь не зря же эта башня такая высокая — какой смысл, если из неё не видно, что снаружи? Пока я любовался видом, сбоку донёсся жалобный крик: — П-постой, ты что творишь?! Скоро же рассвет, проклятье…! В панике крича, Сиссела засуетилась и юркнула за книжную полку, отчаянно пытаясь спрятаться от солнца, которое должно было вот-вот появиться. Ну, оно и неудивительно. Однако… — Не переживай, в этом больше нет нужды. Присев рядом с девушкой, съёжившейся от страха, словно зверёк, я мягко возложил ладонь на её лоб. И, сказав лишь: «Всё в порядке»… начал конструировать формулу. Элемент льда — Ёрз. Скандинавская магическая система — Сейд. Для конструирующего языка — скрипта — я использовал сорок четыре «Изначальных руны». Копируя и сплетая священные письмена, каждое из которых вмещало силу уровня сотворения мира, образуется формула печати изо льда и дремоты, состоящая из 8128 строк. Это заклинание, которое я назвал «Ледяной кольцевой темницей», не просто запечатывающая формула… Это закрученное в бесконечный цикл кольцо… труба, связывающая меня и Сисселу. Да, проблема, преследующая её, проста. «Фимбульвенем» слишком глубоко связан с её душой. Независимо от того разрушим мы его или запечатаем, если функционирование проклятия остановится, это немедленно приведёт к смерти Сисселы. Но, с другой стороны, в этом и вся проблема. Тогда решение очевидно — нужно не уничтожать и не запечатывать «Фимбульвенем, а позволить ему буйствовать сколько угодно… Однако, лишь внутри моей основы, соединённой с Сисселой. «Я сам стану сосудом, который примет на себя весь яд, возникающий при выходе за пределы барьера» — так не пострадают ни Сиссела, ни мир, и она не ослабнет. Конечно, невозможно вечно сдерживать бесконечно размножающийся яд, да и созданная на скорую руку «труба» — «Ледяная кольцевая темница» — сама не выдержит. Но даже так, я продержусь хотя бы этот день. Ибо это всё, что я могу для неё сделать. — Готово, соединение завершено. И время как раз подходящее. Небо на востоке начало светлеть. На высокой башне рассвет наступает рано. Первые солнечные лучи мгновенно хлынули внутрь… Но сама Сиссела по-прежнему сидела съёжившись, и отказываясь выходить из тени. Оно и понятно. Видеть во сне и сделать шаг в реальности — это огромная разница. К тому же, здесь на кону не только её жизнь, но и судьба всего мира. Робеть в такой ситуации даже нормально. Если она скажет «нет», у меня нет права принуждать. Однако… — Эта магическая формула продержится лишь день. Я не могу освободить или спасти тебя. Но… я обещаю, что, хотя бы в этот день ты будешь свободнее, чем кто-либо в этом мире. Так что… выбирай сама. Сказав лишь это, я протянул руку к Сисселе. Это, несомненно, первый в её жизни предоставленный ей выбор. Наверняка ей страшно. Наверняка тревожно. Но даже так, девушка, собрав всю свою храбрость, потянулась к своей мечте. Дрожа, боясь, но всё же — к тому, о чём так сильно грезила. Я крепко взял её руку, протянутую, собрав в кулак всю имеющуюся у неё храбрость до последней капли. А затем тихонько повёл к солнечному свету. Боязливо ступившая под солнце Сиссела испуганно сжалась в момент, когда свет зари озарил её. Но лишь поначалу. Постепенно она сама повернула лицо к солнцу. Щурясь от яркого света, но уже не пытаясь убежать, она распахнула объятия, всем телом принимая тёплые лучи. Словно распускающийся бутон полевого цветка. Словно только что вылупившаяся бабочка, расправляющая крылья. Словно птенец, вылетающий из гнезда. Стоя под солнечным светом, купаясь в его ослепительном сиянии, она была похожа на иллюстрацию из её любимой сказки… И тогда девушка, смущённо улыбнувшись, произнесла всего одну фразу: — Солнышко такое тёплое!.. — Ага, верно. Впервые узнала? Но в мире есть ещё столько всего, чего ты не знаешь. Так что… сейчас ты это увидишь. С этими словами я мягко подхватил Сисселу на руки. Её тело было невероятно лёгким и хрупким — лучшее доказательство того, что она была птицей в клетке… Но сейчас этому пришёл конец. Держа Сисселу на руках, я изо всех сил прыгнул с края разрушенной башни. — Кья-а-а-а-а-а?! Мягкий воздух, окутавший всё тело. Приятный звук рассекаемого ветра. Чувство освобождения от давящих оков гравитации. Оставив позади даже крик Сисселы, мы помчались по утреннему небу… Но в следующее мгновение я ощутил мощный импульс, тянущий назад. Сила, пытавшаяся вернуть нас, вне всяких сомнений, исходила от той башни. Барьер Мирового Древа, даже будучи наполовину разрушенным, всё ещё пытался предотвратить побег проклятия. Но, и что с того? Всего один день на свободе для девушки, скованной жестокой ролью — какое право имеет даже Бог мешать этому? — Умолкни ненадолго. Силой сокрушив сопротивление барьера, я приземлился на травянистом поле далеко внизу. Затем я мягко опустил на землю Сисселу, глаза которой округлились — Я-я и правда снаружи… Некоторое время Сиссела просто стояла в оцепенении, уставившись на далёкую башню, но, похоже, наконец-то до неё стало доходить происходящее. Сначала она лишь робко озиралась, цепляясь за меня, но потом постепенно начала ходить по полю своими ногами. — Это земля… такая мягкая! Ощущение почвы и травы, отличное от твёрдого каменного пола башни. Даже это было для неё впервые. Девушка снова и снова топталась на месте, восторженно восклицая: «Вау-у-у!»… вдруг внезапно остановилась. — Хм, мне надоело. — Э? Не слишком ли быстро? Что ж, пожалуй, трудно ожидать, чтобы любопытная шестнадцатилетняя девушка удовлетворилась вознёй с землёй. — Мне больше хочется сходить в то место, которое называется «город»! Там же много людей, правда? — последовало вместо этого страстное требование. Разумеется, с этим не было проблем. Я снова подхватил Сисселу и вновь прыгнул. Спустя несколько минут мы стояли в самом процветающем городе этого мира — «Рабер». — Вау-у-у-у-у!.. Ряды кирпичных домов, люди, спешно снующие туда-сюда, живой гомон, исходящий ото всего этого… Город Рабер был полон праздничного оживления. Увидев городскую жизнь воочию, Сиссела просто стояла с открытым ртом и лишь моргала глазами. Почему-то она не делала ни шагу вперёд. — Что такое, ты не пойдёшь? — Э, нет, просто… м-морально не готова… или, может, ещё не время… Пробормотав что-то невнятное, она, словно щенок, спряталась за моей спиной. Похоже, городская активность полностью её подавила… Эх, к чему эти разговоры, когда ты уже пришла сюда? — Эй, чего ты робеешь, держись уверенно. Ведь этот город существует только благодаря тебе. — …? О чём ты говоришь? Сиссела наклонила голову с недоумённым видом. Неужели она в самом деле не понимает? — В смысле «о чём»?.. Слушай, ведь именно потому, что ты как жрица сдерживала «Фимбульвенем», люди здесь могут жить так мирно, верно? Посмотри внимательно. Ты защищала всех — людей, здания, животных. Так что можешь собой гордиться. Ведь ты — спасительница жизней всех здешних людей. Верно, своим процветанием этот город целиком обязан ей. С чего бы ей дрожать от страха? — Ясно… Я защитила их… Э-хе-хе, понятненько… Похоже, она наконец всё поняла, и лицо Сисселы расплылось в улыбке. Через пару секунды она заметила мой взгляд и прочистила горло. — Д-да вовсе я и не робею! Просто выжидала хороший момент! — Да-да, как скажешь. Несмотря на то, что только что она цеплялась за меня, а по-прежнему остаётся показушницой. Что ж, во всяком случае, теперь она наверняка расслабилась. Теперь начинается самое интересное… или должно было бы, но тут случилась небольшая заминка. — Ну же, Кёя, пойдём быстрее! — Ладно. Ну и, куда хочешь сходить? — Куда?.. Я не знаю. — Чего? Но у тебя же есть места, куда хочешь? — О чём ты? Я в городе впервые. Я не знаю, что здесь есть, какие тут места, так откуда мне знать, куда я хочу пойти? — Угх, и-и вправду… Чёрт, вот это проблема. Я был так занят разработкой и построением барьера, что не продумал план действий после побега… Хотя, даже если бы продумал заранее, результат был бы тот же. В конце концов, у меня совершенно нет опыта в таком — я понятия не имею, какие места в городе могут порадовать девушку. Итак, что же делать с этой внезапно свалившейся проблемой… — Что это за выражение лица? Неужели ты правда не подумал? Разве сопровождать — не обязанность мужчины? — Гх… прости… Здесь мне просто нечего ответить. Я уже приготовился действовать наугад, как вдруг Сиссела рассмеялась. — Хе-хе-хе, ничего не поделаешь. Я одарю своего ненадёжного слугу особым секретным оружием! С этими словами она с важным видом достала знакомую толстую пачку бумаг — тот самый «План побега», что составляли Комари с Лалой. Вспомнил. Хотя план побега оказался бесполезен, в нём было кое-что. Список «чего хочется сделать», который Комари и другие старательно составили для Сисселы… Что ж, это и впрямь секретное оружие. — Ладно, тогда давай пройдёмся по всему, что тут есть! — Угу! Так, обретя цель, мы начали бродить по городу, сверяясь со списком. Мы скупали модную одежду, пробовали дешёвые сладости, гонялись за бездомными котами, а затем играли с детьми на площади. Не нужно было думать о деньгах или чужих взглядах. В Пантэсариуме было полно золотых монет, и никто не знал Сисселу в лицо. Всё равно мы больше не вернёмся в этот город, так что какая разница, что о нас подумают. Предаваясь таким бессмысленным забавам, я вдруг задумался. Бесцельно бродить и веселиться, конечно, приятно, но разве это не слишком скромно для последнего дня? Мы могли бы потратить больше золота на роскошные развлечения, посетить знаменитые достопримечательности этого мира или предаться ещё каким-нибудь подобным ярким развлечениям… Когда я озвучил свои сомнения, Сиссела с сияющей улыбкой покачала головой. — Всё так, как надо. Нет, именно так и должно быть! Что ж, главное, что ей весело. Пока мы беззаботно развлекались, незаметно настало время обеда. Следуя списку, мы ели хот-доги в палатке на краю рынка. Сиссела, радостно уплетающая эту не особо вкусную или необычную еду… вдруг выдала нечто невообразимое: — Кстати… это что, «свидание»? — ЧТО?! — от неожиданности я чуть не поперхнулся. — Ч-чего это ты вдруг?.. — Разве не так проходят свидания? — Ну, не всякая совместная прогулка мужчины и женщины является свиданием… хотя я и сам не знаю… Конечно, если парень и девушка гуляют вместе, это может так выглядеть, но важно то, что они оба чувствуют, что у них в душе… Я запутался в собственных мыслях… Глядя на это, Сиссела тихонько рассмеялась. — Шучу я, шучу. Кёя, ты слишком разнервничался. — Ах ты… Похоже, она просто дразнит меня… В списке точно не было пункта «подшучивать над другими»? Немного посмеявшись, Сиссела… вдруг понизила голос и сказала: — Слушай, Кёя… у тебя же есть та, кто нравится, да? — Ч-чего это ты вдруг? — Отвечай: есть или нет?! Ну! — …Ну, вообще есть… — Хе-хе-хе, так и знала. Женская интуиция, — после чего Сиссела с самодовольным видом задала странный вопрос: — Тогда второй вопрос… Я очень на неё похожа? — Э? — Потому что твои глаза всегда смотрят не на меня. В тот момент, когда я услышал это, я почувствовал, будто меня пронзили в сердце. — …Я не хотел. Но… не могу отрицать. Прости… Девушка, получившая от мира роль, с которой ничего нельзя сделать, и несправедливо лишённая свободы. Не могу отрицать, что при нашей первой встрече я действительно подумал, что она в том же положении, что и Феррис. Даже понимая, что ужасно грубо не видеть самого человека перед собой, я не могу утверждать, что «это было не так». Однако… — Аха-ха-ха, не надо опускать голову. Я на тебя не обвиняю, — непринуждённо отшутилась Сиссела. — Вообще, я же уже говорила, что внешне ты не в моём вкусе. Если уж на свидание, то только с таким стройным красавчиком, типа принца Лумины. — Угх, н-незачем было так прямо… — Хе-хе-хе, так что это не свидание, а игра. Мы заменяем друг другу идеальных партнёров. Но раз уж играем, давай повеселимся? — …Давай. И мы снова продолжили прогулку по городу. Хотя занятия были теми же, что и утром: плескаться в фонтане, читать книги в магазине, дразнить спящих собак — снова одни пустяковые забавы. Но то, что это действительно была обыденная жизнь, о которой она мечтала, красноречивее всего говорила её улыбка… Я так благодарен Комари. Одному мне никогда бы не удалось вызвать на её лице такое выражение. Когда мы перешли к следующему пункту, я не поверил своим глазам. — …Это ещё что такое? В списке было написано: «Бежать изо всех сил!». И более того, это было выделено самым огромным цветочком. Видимо, это нужно было сделать обязательно, но… это даже не развлечение. Комари, что, перепутала это со своей программой тренировок? — Может, всё же пропустим это? Ты же не привыкла бегать… — предложил я, думая, что, если она получит травму, это сведёт на нет всё положительное, но… — Нет, я хочу попробовать! Глаза Сисселы засияли. Что ж, раз она сама так говорит, ничего не поделаешь. — Вот как? Тогда для начала нужно сменить место. Понятно, что такое задание не выполнить в городе, так что мы в мгновение ока вернулись на то самое травянистое поле, откуда мы начали. Оказавшись на безлюдном лугу, Сиссела с большим энтузиазмом начала делать разминку. Только вот… — В-всё точно будет в порядке?.. Она провела шестнадцать лет заточённой в башне. Само собой, она никогда раньше не бегала. Я наложил на туфли магию усиления выносливости, так что обычная прогулка не доставит ей проблем, но они не были рассчитаны на бег на полной скорости. Честно говоря, я очень волновался. Но… — Кёя, стой и смотри. И ни в коем случае не помогай! После этих слов я больше не мог её остановить. Потому что выражение лица Сисселы было предельно серьёзным. Словно она собиралась принять самый важный вызов в своей жизни. Пристально смотря только вперёд, она выглядела как герой, бросающий вызов могущественному владыке демонов. И Сиссела побежала. Сначала её шаги были неуклюжими, отчаянные взмахи рук — неуверенными, и, конечно, не было и намёка на скорость. Даже удержать равновесие было трудно, и она чуть не падала снова и снова… Я не мог на это смотреть и приготовился тайком помочь ей магией. …Но вскоре я заметил. Поначалу ногами она двигала неуверенно, но постепенно начала с силой отталкиваться от земли. Руки, которыми она размахивала без какого-либо толку, начали постепенно хватать воздух. С каждым шагом всё её тело приходило в движение, с каждым вдохом скорость возрастала. Словно вспоминая забытое, Сиссела действительно начала бежать. Разумеется, это не могло длиться вечно. Со лба бегущей девушки струился пот, её дыхание было сбившимся. Было очевидно, что она достигла физического предела. Но даже так она не останавливалась. Вперёд, вперёд, вперёд — словно она родилась лишь для того, чтобы бежать в этот миг, она сосредоточенно отмеряла шаг за шагом. Оставив позади судьбу, долг, проклятие, всё на свете, она просто мчалась к тому, что было впереди. И вот продолжавшая бежать Сиссела… вдруг плюхнулась на землю. — Эй, ты цела?! Придя в себя, я сразу же подбежал к ней. Всё-таки это было слишком. Нужно было остановить её сразу. Но девушка, лежавшая на спине и тяжело дышавшая… при этом смеялась с огромным наслаждением. — Х-ха… Х-ха… Ха-ха, а-ха-ха-ха-ха!!!.. Девушка, лежавшая на спине и смотревшая на темнеющее небо, смеялась, задыхаясь. — Т-ты точно в порядке? Тебе не тяжело? Где-нибудь болит?.. — с беспокойством спросил я у лежавшей на спине и смотрящей в темнеющее небо девушки, которая смеялась, тяжело дыша. — Слушай, а по мне не видно? — ответила она мне уставшим голосом. — Конечно, тяжело! Мне очень тяжело дышать! Да и в груди больно! Ужасно больно! Просто кошмар, мне кажется, что я сейчас умру! Ах, я так устала! — выкрикивала, тяжело дыша, Сиссела. Но что же делать? Я изучал только навыки дуэльного боя, так что если самовосстановление у меня было на уровне, то лечение других было не моей специализацией. …Однако похоже, в этом не было необходимости. — Но, но, знаешь… когда ты так делаешь, и боль, и тяжесть постепенно утихают… тук-тук, тук-тук… во мне столько разных звуков, и это щекотно, и тепло, и приятно... Ах, вот каково это — бежать… Хи-хи, хи-хи-хи… Сиссела закрыла глаза и спокойно, ровно дышала. Её сбившееся дыхание постепенно выравнивалось, сердцебиение успокаивалось. Спустя несколько минут Сиссела с удовлетворением прошептала: — Выходит, я и правда жила. — Само собой. Я разве с покойницей разговаривал? Мой неуклюжий ответ заставил Сисселу тихо рассмеяться. — Слушай, Кёя, вспоминай обо мне хотя бы иногда, ладно? — …Давай лучше перейдём к следующему пункту, как только ты отдышишься. — Угу. Кивнув, Сиссела поднялась, но почему-то не спешила переворачивать страницу. Вскоре я понял, почему. На медленно перевёрнутой странице была всего одна строчка. Другими словами, это было последнее задание. И его содержание… — «Вздремнуть на цветущем лугу!»?.. До этого она спала в душной тесной комнате, так что сон на свежем воздухе должен подарить чувство освобождения… Однако с этим заданием есть две большие проблемы. Первая — время года. Сейчас в этом мире почти зима. А вторая… уже наступили сумерки. Наше время уже на исходе. — М-м, кажется, это невозможно, — пожала плечами Сиссела. Я бы не удивился, если бы она начала капризничать, говоря, что хочет выполнить последнее задание любой ценой, но она была совершенно спокойна… Меня это почему-то безумно раздражало. — …Нет, пока рано сдаваться. Где-нибудь в этом мире должен быть цветущий луг. Я отнесу тебя куда угодно… Ведь я твой слуга. — Хе-хе, спасибо. Это был мой чистый каприз. Наверное, наши роли должны были поменяться местами. Но, похоже, она всё равно готова была меня поддержать. Я взял Сисселу за руку. …Но в этот самый момент… — Неа, боюсь, ничё у вас не выйдет, — раздался вдруг вялый голос. После чего сюда один за другим телепортировалась группа героев, окутанных колоссальной магической силой. Ну а возглавлял их знакомый мне пирсинговый парень. — Тебе не кажется, что пора бы уже закругляться, Кёя? ---------- Глава 3. Заполучившая свободу принцесса — И всё же, я смотрю, ты себе вообще ни в чём не отказывал. На закате посреди травяного поля Амано смотрел на двух человек, которых загнал в угол. От его холодного взгляда веяло раздражением от лишних хлопот и… каплей восхищения. — Но, если честно, я удивлён… Даже восхищён, наверное. Тебе реально удалось вытащить её оттуда, — честно похвалил его Амано. Речь шла не только о башне Мирового Древа. Само собой разумеется, вокруг той башни была развёрнута четырёхслойная сеть наблюдения. К Кудзухе и Кёе тоже были приставлены наблюдатели, постоянно следившие за любой необычной активностью. И за всю неделю не было ни одного подозрительного движения… Но, тем не менее, Кёя сейчас здесь. Несколько часов назад, когда Амано отправился в башню для «извлечения», он был по-настоящему шокирован. Ведь башня, видневшаяся издалека, оказалась иллюзией, а настоящая башня была наполовину разрушена. Жрица же была похищена. Именно тогда он понял, что формулы наблюдения были переписаны. Изменение формул без единого следа… Настолько искусной уловки он ещё не видел. Даже сейчас, узнав правду, он не мог понять, когда и как их переписали. Поэтому Амано честно признал мастерство Кёи. Только вот… — Но в то же время я вздохнул с облегчением. Всё-таки ты — идиот. Узнав, что жрица сбежала, Амано немедленно отправил на поиски тридцать подчинённых. Откровенно говоря, он не возлагал особых надежд. Какой бы маленький этот мир ни был, за полдня можно было легко спрятаться. Они будут просто скрывать своё присутствие до заката, а затем извлекут Проклятье, следуя ограничению с наступлением полярной ночи. Это бы означало поражение отряда Амано. И если честно, то он почти смирился с этим. …Но что в итоге? От подчинённых поступила информация о том, что они заметили подозрительных парня и девушку, которые самозабвенно развлекались в городе. Проверив их следы с долей скепсиса, Амано обнаружил, что это не никакие не обманки — они действительно были здесь. Похоже, им удалось обмануть их бдительность, и парень с девушкой расслабились. — Но, чёрт возьми, что ты творишь? Мог бы просто прятаться до назначенного времени. Ты с ума сошёл? Или… А-а, так дело, что ли, в этом? — спросил Амано, будто что-то вспомнив. — Думал, что мы всё равно не сможем тронуть тебя до срока? Ха-ха, идиот. Как бы не так. Сегодня день извлечения, врубаешься? Именно в такие важные дни и случаются «несчастные случаи». Верно? И не боись, мы ни за что не позволим тебе уйти, — произнёс он с обычным для него бесчувственным тоном. Но его подчинённые знали: если этот парень так говорит, он обязательно это исполнит. И ответ Кёи… не был ни мольбой о пощаде, ни сопротивлением: — Убегать? Ничего подобного. Вы как раз кстати. Вы мне тоже были нужны. — Чё? Неужели он намеренно не скрывался? — Не могли бы вы спасти жизнь Сисселы? — произнёс Кёя прямо в лицо нахмурившемуся Амано. Её душа неотделима от «Фимбульвенема». Следовательно, для неё нет пути к спасению — таков был вывод, к которому пришёл Кёя, и даже после недели размышлений ничего не изменилось. В конце концов, за тридцать тысяч лет Кёя изучал только искусство дуэльного боя; его не учили, снимать проклятья с чужих основ… Но это лишь означало, что «Кёя не может этого сделать». Возможно, оригинальные навыки героев, полностью отклоняющихся от законов мира, смогут как-то решить эту проблему. Он сделал ставку на эту последнюю надежду. И, услышав это, Амано… удовлетворённо кивнул. — А-а, понятненько. С этим подсоблю, — Амано улыбался с неожиданной готовностью помочь, но затем продолжил: — Но с одним условием… Вот. С этими словами Амано указал на свои ноги. Что он имел в виду было слишком очевидно. — Пади. Ниц. Прижмись головой к земле и умоляй меня. Тогда я поведаю. — Что?.. Погоди, что ты такое говоришь?! Это просто возму… Не в силах вынести столь чрезмерное оскорбление, Сиссела не удержалась и набросилась на него, но Кёя её остановил. — Не надо, Сиссела. — Н-но он же такой… — Да всё нормально, отойди немного. Успокоив Сисселу, Кёя… в душе даже вздохнул с облегчением. Он волновался, насчёт того, что у него потребуют в обмен на помощь, но… чтобы такую мелочь? Проще простого. Без тени сомнений Кёя опустился на колени и низко склонил голову. — Прошу вас, поведайте мне, как её спасти. — С-стой, Кёя, хватит!.. Отбросив стыд и честь, Кёя сделал как было велено, прижав лоб к земле. Сиссела отчаянно пыталась остановить его, но Кёя и не думал подниматься. Удовлетворённо усмехнувшись при виде этого жалкого зрелища, Амано… изо всех сил наступил на беззащитную голову Кёи. — Хе-хе-хе… Ну ты даёшь. Нда-а, удивительно. И такие дураки действительно существуют. Вот потому ты и провалившийся герой, — продолжая попирать ногой Кёю, Амано рассмеялся саркастичным смехом. — Слышь, Кёя, ответь-ка мне, с чего ты взял, что можешь получить желаемое, лишь продав свою дешёвую гордость? Если хочешь информацию, отбирай её своими силами. Раз не можешь — значит, ты слишком слаб. Не прикрывайся показными жестами. В глубине души ты же думаешь: «Как же я крут — могу отказаться от гордости», да? Мерзко до тошноты. А-а, так противно, что аж тошнит. Короче, ты бесишь меня, сдохни. С ненавистью выплюнув эти слова, Амано изо всех сил пнул его по лицу. Сильно отброшенный пинком Кёя, однако, тут же поднялся. Атака такого уровня не нанесёт Кёе никакого уровня, сколько бы таких ему не пришлось принять, однако… — …?! Гхо-о, гхо-о… — Кёя, у тебя кровь!.. Изо рта поднявшегося Кёи внезапно хлынула густая, тёмная кровь. Увидев это, даже сам нанёсший удар Амано скривился в недоумении. — Чего? Я вроде бы не вкладывал столько силы в… А-а, неужто дело в этом?.. — похоже, Амано что-то понял в процессе и ухмыльнулся. — Ты, значит, «платишь цену», да? Ха-ха, ну а как иначе — контролировать Проклятья Конца без последствий же нереально, верно? Ты, должно быть, просто запер его внутри, но не смог запечатать, я прав? Похоже, тебе несладко. Внутренности уже почти сгнили, да? То, что ты ещё жив, — просто невероятно, серьёзно. Каким бы прогнившим он ни был как личность, Амано — S-ранговый герой из высшей лиги школы. Его оценка была чрезвычайно точной. Прошло около полудня с тех пор, как он принял проклятие в своё тело. Эффект бесконечно размножающегося проклятия наконец начал проявляться на его плоти. — Кёя, это правда?!.. Если да, то сейчас же прекрати! Я не могу допустить, чтобы ты страдал из-за меня!.. — Успокойся… Всё в порядке, никаких проблем, — попытался Кёя успокоить побледневшую Сисселу, но тут раздался насмешливый голос. — Ого, «никаких проблем», говоришь? Звучит круто. Тогда давай проверим насколько именно у тебя нет «никаких проблем»? Развлеките его, ребятки, — отдал он приказ бесчувственным голосом. И в тот же миг все его подчинённые разом приблизились к Кёе. Мощные магические атаки полетели со всех сторон. Кёя мгновенно развернул защитный барьер и отбился от троих нападающих, полагаясь лишь на рукопашный бой. Затем он вырвал меч у врага и собрался тут же контратаковать… как вдруг его снова вырвало кровью. — …Гхе… Гх… «Фимбульвенем» — это проклятие, пожирающее свет и магическую силу. Чем больше он собирает магической силы для битвы, тем сильнее становится яд. Контратака, защита, лечение — всё это разъедало его тело, а и чем больше магической силы он собирал на поддержание вышеперечисленного, тем сильнее становилось проклятие. Наихудший возможный порочный круг. В таком состоянии невозможно было толком сражаться. Поражаемый Проклятьем Конца изнутри, он должен был защищать стоящую позади Сисселу, противостоя более тридцати высокоранговым героям. Будучи по сути связанным по рукам и ногам, Кёе оставалось лишь отчаянно выдерживать свирепые атаки от превосходящего по численности противника. Это была уже даже не битва, а то, что можно назвать линчеванием. Наблюдая за этой жалкой битвой издалека, Амано не спеша достал сигарету и зажёг её. — И всё же, Кёя, как-то ты малость переусердствовал. Слишком увлёкся этой жрицей. Попробуй успокоиться и подумать, — заговорил Амано, словно начав разговор не о чём, даже не собираясь помогать ему. — Видишь ли, на этом свете есть вещи, называемые «предопределёнными ролями». Роли, которые не изменить ни усилиями, ни силой воли. Тот, кто говорит, что такого нет — просто чёрствый ублюдок. Ведь есть множество детей, умирающих от жестокого обращения вскоре после рождения. И что им прикажешь делать? Считаешь дело в недостатке стараний? Или что они сами виноваты? Слишком уж это жестоко. В конечном счёте и великие люди, оставившие след в истории, и ленивые бездарные отбросы — все они просто родились с такими ролями. То же самое касается и этой жрицы. Все мы тянем жребий, а она просто невезучая девушка, вытащившая наихудший из возможных. Вот и всё. Поэтому остаётся лишь один выход, верно? Спокойно принять смерть. Ответа на этот затянутый, монотонный монолог не последовало … Вернее, у Кёи уже не было возможности его слушать. Из-за бесконечно усиливающегося яда он уже потерял слух в левом ухе, а у правой руки — осязание. Лёгкие разлагались, дышать было трудно, и едва его тело восстанавливалось, как яд вновь принимался изъедать его. Но Амано, не удостоив и взгляда Кёю в крайне бедственном положении, сухо продолжил: — Да и подумай об этом трезво: один человек умирает раз в шестнадцать лет… и этого достаточно, чтобы спасти всех людей в этом мире? Тебе не кажется, что это уж какое-то до смешного мягкое ограничение для Проклятья Конца? И всё же ты её увёл. По своей воле поставил под угрозу жизни всего мира. А что, если бы тебе не удалось его контролировать? Или ты считаешь, что те, кто взвалил эту роль на одного человека, заслуживают смерти? Слушай, избавь меня от этого. Да, роль жрицы жалка. Но вовлекать в это весь мир — не выход. Разве не одинаково жалко всех, кто умрёт? Именно так. Все жизни одинаково ценны. Именно поэтому мы выбираем наименьшие жертвы. Что здесь не так? Так что, в конечном счёте, исход лишь один. Заткнуться и сдохнуть, — бесстрастно произнёс Амано, играясь с клубами дыма. Его взгляд блуждал по вьющемуся белому дыму, не обращая внимания на ход битвы. — И вообще, у меня простой вопрос: если хочешь спасти бедного ребёнка, разве обязательно отправляться в другой мир? Займись, например, разоружением в зонах конфликтов. Раздай золотые монеты в бедных странах. Давай, в больницах полно пациентов, ждущих лечения. Для тебя же всё это легко, верно? Что случилось, Кёя? Не пойдёшь? Неужели станешь отмазываться какими-то законами или школьными правилами? Герои-спасители не станут прогибаться под них. Ну же, ну, что случилось? Скорее иди. Иди прямо сейчас. С каждой секундой бедные дети умирают. Или, может, дело в том, что ты интересуешься только теми девушками, что тебе по нраву? Нет, не может быть. Ведь тот, кто ставит свои желания выше всего и готов ради них уничтожить мир, — это не герой, а владыка демонов, верно? — продолжал без умолку болтать Амано и потянулся за второй сигаретой, как вдруг заметил: — Кстати, ты уже давно не отвечаешь… Ты вообще меня слушаешь? Наконец-то взглянув на поле боя, Амано разочарованно пробормотал: — Что ж, видимо, уже не может ответить. Его взгляд был направлен на измождённого Кёю, который беспомощно опустился на колени. У его ног — огромная лужа крови. Левая рука и правый глаз утратили свои функции, дыхание было тяжёлым, предсмертным. Сознание затуманилось. Он, по всей видимости, даже не слышал рыданий Сисселы, кричавшей: «Хватит, не двигайся!». Пока Амано нёс чушь, битва уже давно закончилась. — Неожиданно быстро. Что ж, теперь ты понял? Без правоты, без силы, не способный ни на что — ты должен умереть здесь. Неясно, слышал ли Кёя эти слова, но он всё же попытался подняться. И слабым голосом заговорил. Произнесённое едва слышным шёпотом больше походило на бред больного. С какого угла ни посмотри, но Кёя достиг предела. Уверенные в победе Амано и его люди смеялись над этим жалким зрелищем… Но, когда они услышали продолжение того бреда, их выражения мгновенно переменились. — …Выходит, вы… и вправду бесполезны… — Чё-ё-ё? С вызывающей бравадой Кёя вновь поднял меч единственной пока ещё функционирующей правой рукой… Но, конечно, закрыть глаза на такое они не могли. Могущественная наступательная магия была выпущена со всех сторон. Даже если он на грани смерти, но хочет сражаться — они ответят. Герои безжалостно двинулись добивать его. Однако ни одна атака из этого сфокусированного шквала атакующей магии… не достигла Кёи. — Ась?.. Лица всех героев исказились от изумления и недоумения. По двум причинам. Первая — изумление от того, что израненный с головы до ног парень смог защититься. А вторая… недоумение от того, как именно он защитился. До сих пор Кёя продемонстрировал множество различных умений, включая уклонение, защитную магию и изменение формул. Но на сей раз он не прибегнул ни к одному из них… Он просто окутал себя тонким слоем магической силы. Её количество было настолько ничтожным, что она была практически незаметна — такие объёмы естественным образом испускает даже ребёнок. И одного этого оказалось достаточно, чтобы полностью блокировать все оригинальные навыки героев. Это ж насколько высокого уровня чистоты магической силы нужно добиться, чтобы блокировать их столь ничтожным объёмом энергии, даже без конструирования формул. Подчинённые Амано были в откровенном замешательстве. И, к их сожалению, это изумление было ещё лишь половиной проблемы. — …Кто не хочет умереть, отступите… Сейчас я не могу сдерживаться в полной мере… — предупредил их Кёя и в тот же миг перешёл в контратаку. Хотя его действия были просты. Он лишь размахивал мечом в своей единственной функционирующей правой руке. Без усиления магией, без навыков, и даже не демонстрируя мастерского владения клинком. Всего лишь монотонные атаки — шаг вперёд и удар. Но несмотря на это, почему-то после каждого его взмаха во все стороны разбрызгивалась кровь, а заодно разламывались поднятые щиты и рассекались пополам развёрнутые барьеры. Эти представляющие из себя банальное махание мечом и даже грубые атаки было совершенно невозможно парировать. Поражаемый Проклятьем Конца изнутри, он должен был защищать стоящую позади Сисселу, противостоя более тридцати высокоранговым героям. Будучи по сути связанным по рукам и ногам, даже Кёя не мог толком сражаться. Однако… ему и не нужно было «толком сражаться». Наблюдая, как Кёя грубо растаптывает его подчинённых, Амано восхищённо произнёс: — Ну надо же. Понятно, не даром ты завалил Урато… Но я чёт не въезжаю, чё ты сразу не контратаковал? Издевался над нами? — …Я не… игрался с вами… Я не контратаковал для того, чтобы изучить ваши оригинальные навыки… Я думал, что, возможно, у вас есть сила, способная спасти Сисселу… — сухо ответил Кёя. — …Но надеяться на вас было глупо… Среди вас не оказалось полезного… Услышав его практически провокационный ответ, взгляды подчинённых Амано изменились. Они тоже были героями, отобранными лично верхней палатой. Закалённая в боях элита с соответствующим чувством собственного достоинства. И они не могли просто молча проигнорировать то, что на них смотрел свысока какой-то полумёртвый «бракованный». Но даже когда они начали биться всерьёз, результат ни капельки не изменился. Кёя разрубал их пополам вместе с руками, которыми они пытались защититься, всего одним ударом, нанесённым без всякого энтузиазма. Полносильные оригинальные навыки отбивались обычной магической силой, без каких-либо ухищрений. Кёя явно был при смерти, но даже так они были бессильны против него. Один за другим они падали, как букашки. В конечном счёте, это была простая арифметика. Даже если он мог использовать лишь 0.000001% своей силы, исходное число было настолько огромным, что это не имело значения. И больше всех разочарован был не кто иной, как сам Кёя. — Ну и в чём дело?.. Неужели мои слова вас не раздосадовали? Вы и вправду сражаетесь в полную силу?.. — спрашивал Кёя, небрежно взмахивая своим мечом. Но ни один из стоящих перед ним героев не отвечал. Осознав, насколько подавляющей была разница в силе, они уже не могли ни злиться, ни сохранять самообладание — лишь трепетали и отступали. Никто не решался выйти против него. Но Кёя всё равно продолжил задавать вопросы: — Эй, вы же герои. Такова ваша роль, верно? Вы — спасители, что защищают слабых и спасают миры, верно? В отличие от меня, вы настоящие!.. Спасти и мир, и принцессу — таковыми должны быть герои. Герой сказки, которым восхищалась Сиссела, не сломался бы от таких трудностей. — Тогда почему вы не способны победить хотя бы меня одного?.. Почему вы так легко сдаётесь?.. Почему… почему вы не способны спасти даже одну девушку?!.. Но сколько бы он ни спрашивал, никто ему не отвечал. Ученики, полностью утратившие волю к борьбе, спешно разбегались один за другим. Никто не смел противостоять Кёе. Кроме одного-единственного человека, наиболее далёкого от идеала героя. — Хе-хе-хе… Ну ты и дебил, Кёя, — раздался саркастичный смех Амано по охваченному ужасом полю. Несмотря на то, что он только что воочию убедился в силе Кёи, его поведение ничуть не изменилось. Словно он хотел сказать, что не стоит поднимать шум из-за такой мелочи. — Мы — самые что ни на есть герои. Поэтому мы следуем своей роли и уничтожаем проклятия. А эта девушка — жрица. Поэтому она следует своей роли и будет убита героями. Что здесь не так? Герой, помогающий проклятию, несущему гибель мира, — это же всё шиворот навыворот получается. Неужели ты даже этого не понимаешь? — …Раз ты так считаешь, то почему бы тебе не исполнить свою роль? Кёя бросил острый взгляд на Амано, который лишь болтал, но не собирался действовать. И Амано неожиданно, без всяких препирательств, кивнул — Ладно, как скажешь. После чего Амано выбросил сигарету и встал. При этом он по-прежнему не демонстрировал ни признаков боевого настроя, ни подготовки оружия, ни признаков накопления магической силы. До жути беззащитный Амано… тихо прошептал: — «Остаточная кристальная проекция — „Сенет Ке Ра[✱]Записано как: «Небесная безумная игра». Сене́т (егип. «zn.t», позже «sn.t» или «sni.t» — «прохождение», копт. Ⲥⲓⲛⲉ) — древнеегипетская настольная игра. Возможно, старейшая известная игра с передвижением фишек на доске.“». В этот миг за спиной Амано появился полупрозрачный гуманоидный дух. Едва он слился Амано, как окружающий пейзаж разом изменился. Вздымающиеся со всех сторон стены с узором игральных карт, появляющиеся повсюду яркие игровые автоматы, рядом с вращающимися рулетками, фонтанами выплёвывающие монеты. Обычное поле в мгновение ока превратилось в безвкусный гигантский игорный зал. — Эй, Кёя, ты любишь игры? Это аномальное явление, игнорирующее все физические и магические законы, несомненно, было оригинальным навыком. И, вероятно, способностью типа «навязывания правил», которых Кёя опасался больше всего. Ведь он всё это время пытался отсечь голову Амано, но его тело не слушалось, действуя вопреки его воле. Похоже, в этой области невозможно совершать действия, нарушающие установленные правила. Стоя в центре этого игорного зала, Амано лениво произнёс: — Полагаю, ты уже догадался и да — всё как ты и думаешь: сейчас ты будешь играть со мной в игры. Партий будет три, ставка — наши жизни, штраф для проигравшего… ну, ты понял, да? Так что слушай внимательно. Я объясню правила первой игры… Амано начал монотонно, но на удивление подробно объяснять их. Судя по всему, само объяснение правил было одним из ограничений, которые нёс в себе этот оригинальный навык. Поединок должен быть честным, нельзя убить противника сходу без объяснений. Впрочем, наличие ограничений также доказывало, насколько мощным был этот оригинальный навык… — Понятно… Всё-таки ты тоже бесполезен. — Чё? Кёя невозмутимо прервал важное объяснение правил, от понимания которых обычно зависело, выживешь ты или умрёшь… и молча испустил магическую силу. В следующий миг по пространству побежала трещина. Игорный зал заскрипел, раскололся и обрушился. Простой выброс магической силы в мгновение ока разрушил сами владения. — Вы что, угараете?.. — поражённо пробормотал Амано, наблюдая за разрушающимся пространством. Оригинальный навык — это способность, вписывающая в мир новые законы. Созданные им владения по сути были самим миром. Как можно поверить, что их возможно разрушить? Да ещё и грубой силой — невиданное дело… Но для Кёи в этом не было ничего удивительного. Учитывая также его недавний бой с Хиной, Кёя выявил две детали, присущие всем героям. Первая: даже их оригинальные навыки имеют пределы. Как и «смерть» Хины, оригинальные навыки отнюдь не абсолютны. Подобно законам физики или магии в реальности, при желании их можно сломать. И вторая — что было по-настоящему важным — все эти герои были пугающе слабы. Изначально эталоном силы для Кёи была Феррис. Атака, защита, магия, сопротивляемость — по всем параметрам Феррис была базой, и он сравнивал всё относительно неё. Что и неудивительно, ведь тридцать тысяч лет он сражался только с ней. Но это сыграло с ним злую шутку. Он самовольно предположил, что все остальные должны быть как Феррис, если выложатся на полную. Насколько бы слабыми они ни выглядели, это всего лишь обман, чтобы заставить противника расслабиться. Наверняка у них в запасе есть пару сотен всяких пробуждений или скрытых козырей, и они лишь ждут, пока враг ошибётся. Поэтому он не стал давить их грубой силой, а каждый раз тщательно подстраивался под противника. Но даже осторожный Кёя начал понимать: у них нет никаких скрытых козырей. То, что они демонстрируют сейчас, — это почти всё, на что они способны. Даже их козырь — так называемая Флорантия — увеличивал значение силы лишь с 10 до приблизительно 10000. А подобная мелочь абсолютно ничего не меняет. С точки зрения силы они были примерно на несколько десятков тысяч порядков слабее Феррис. Следовательно, существовал лишь один наиболее эффективный способ справиться с ними. Просто грубо раздавить сверху. Вместо того чтобы каждый раз настороженно «играть в битву», гораздо быстрее и экономичнее для запаса сил смести их грубой силой. Поэтому разнести область Амано на куски для Кёи было проще простого. — Как я и думал, это всё, на что ты способен… Настолько же бесполезен, как и остальные. Убирайся подобру-поздорову. Оригинальный навык, который он мог с лёгкостью разрушить, даже будучи заражённым «Фимбульвенемом»… Его уже даже убивать не было нужды. Куда важнее выполнить последнее задание из списка, чем возиться с таким слабаком. Кёя тут же развернулся, но… — Эй, а ну стоять. Мы так-то ещё не закончили. — …? О чём ты? Всё уже давно окончено. Неужели ты даже этого не понимаешь? — Ага, не понимаю, — почему-то задержал Кёю Амано. Он пускает пыль в глаза перед подчинёнными или действительно не осознаёт разницу в силе между ними? Так или иначе, раз он настаивает, то ничего не поделаешь. — «Фолл[✱]Fall (англ. Падение). Иероглифами записано как: «Падающее солнце».». Едва он произнёс заклинание всего из одного слова, как высоко в небе появилось невообразимо огромное псевдо-солнце. Если он сейчас убежит — пускай, если останется… что ж, это его выбор. Однако выпущенное разрушительное бушующее пламя… не достигло Амано. — «Воспроизводящая кристальная проекция — „Фолл“». Вновь появился полупрозрачный дух. В следующее мгновение после того, как он вселился в Амано, был развёрнут точь-в-точь такой же «Фолл», и два светила столкнулись лоб в лоб… бесследно уничтожив друг друга. (Копирование навыков? Если так, то…) Не дожидаясь, пока утихнут последствия столкновения, Кёя призвал из Пантэсариума драгоценный меч. Мгновенно зайдя Амано за спину, он нацелился на его шею. Однако… — Ну надо же, какой ты шустрый, падла. На совершенно ином уровне, — пробормотал Амано, словно его это вообще не касалось, и с лёгкостью блокировал удар Кёи. Хотя по меркам самого Кёи такая скорость бы вызвала желание зевнуть, она всё же должна была намного превосходить ту, которую эти герои способны воспринимать. Но поражало не только это. Меч, который неизвестно когда появился в руке Амано, был точь-в-точь таким же драгоценным мечом, как у Кёи. В этот миг Кёя чётко понял. Это не просто копирование навыков. Навык Амано копировал свою цель целиком — его магическую силу, магические формулы, физические параметры и даже экипировку. Прямо как… — «Зеркало», значит?.. — А ты догадливый. Да, верно, — улыбающийся Амано сегодня выглядел максимально довольным. — «Нарцисс Спекрам» — это мой оригинальный навык. Полагаю… мне нет нужды объяснять, на что он способен, так? Сила, копирующая все без исключения характеристики цели, подобно отражающему зеркалу. Таков был подлинный оригинальный навык Амано. Использованный ранее «Сенет Ке Ра» был всего лишь одним из скопированных им в прошлом оригинальных навыков. Именно поэтому, какую бы подавляющую силу ни демонстрировал Кёя, Амано сохранял спокойствие. Ведь для него, обладателя такого оригинального навыка, сила врага была его собственной силой. Насколько бы силён ни был противник, это не причиняло ему ни малейших неудобств. И стоило Кёе понять это… как он неторопливо вонзил меч в собственную левую руку. — Воу, как шустро ты соображаешь. Впрочем, когда слышишь слово «зеркало» именно эта мысль первой и приходит на ум, — притворно выразил понимание Амано, наблюдая за тем, как из левой руки Кёи текла кровь. — Но, увы и ах. Самоповреждения и урон не копируются. Иначе это был бы дефектный навык, от которого я бы умирал сам, когда убивал врага. Даже провалившийся герой должен был уже понять, что наши оригинальные навыки устроены очень удобно. Несмотря на шутливую манеру речи, это была чистая правда. Сверхскоростное перемещение без противодействия, телепортация, при использовании которой ты никогда не застрянешь в стенах или предметах, техника барьеров, не блокирующая лишь кислород — за время учёбы в школе он видел множество «удобных» оригинальных навыков. Конечно, обычная магия тоже смягчает подобные негативные последствия, но потому, что такие функции изначально встраиваются в сами формулы. Однако у учеников не так. Они используют свои оригинальные навыки, не задумываясь о побочных эффектах, и у них действительно получается. Негативные последствия, которые должны возникать, автоматически игнорируются… Словно сам мир оберегает их. Но в каком-то смысле это закономерно. Оригинальные навыки — это меч, защищающий мир. Следовательно, естественно, что владеющие ими герои получают от мира хорошее обращение. Олицетворения оппортунизма, которым покровительствует сам мир — именно поэтому люди и называют их читерскими способностями. — Подобные трюки не проканают. Да и, вообще, я же скопировал твои жизненную силу и выносливость, так что даже если бы сработало — смысла бы не было. Уж если что-то и предпринимать, то грубая сила, как в прошлый раз, была бы куда надёжнее… Хотя, пожалуй, и это не вариант, — пробормотал Амано, словно передумал. — В конце концов это зеркало. Король ли, раб ли, солнце ли, камень ли — зеркало просто отражает всё как есть. В нём нет ни различий, ни пределов. Поэтому неважно, сильна способность цели или слаба, — как обычно сухо сделал вывод Амано и слегка пожал плечами. — Хотя, конечно, полностью непобедимых способностей не бывает. Попробуй действовать грубой силой и, возможно, прорвёшься на удивление легко. Я и сам не знаю пределов этой способности, никто не знает. Так что, в общем, давай, старайся изо всех сил, — произнёс небрежно Амано, словно это его никак не касалось. Но дело было не в уверенности, что он непременно победит... На самом деле Амано действительно не знал пределов своей способности и не был на сто процентов уверен, что шанс проиграть равен нулю. Просто он понимал: дальше всё зависит от противника. Беспокоиться или нервничать из-за того, что невозможно понять, — удел дураков. И теперь поставленный перед выбором Кёя… застыл на месте. Текущая ситуация была предельна проста и сводилась к банальной азартной игре: что выше, предел Кёи или «Нарцисс Спекрама». Разумеется, будь он в идеальной форме, он, не задумываясь, выбрал бы грубую силу. Но сейчас всё иначе. Из-за «Фимбульвенема» он мог использовать менее одного процента своей обычной силы, и даже выложившись на полную, он рискует не превзойти верхний предел копирования «Нарцис Спекрама». В таком случае его сила будет полностью украдена, и ему придёт конец. Слишком невыгодная ставка для риска. И что ещё хуже… Амано вовсе не добрый старшеклассник, который будет ждать, пока Кёя соберётся с мыслями. — М-м? Что такое, не будешь? Тогда ладно. Просто покорно умри. С этими полными разочарования словами Амано начал беспорядочно выстреливать одним «Фоллом» за другим. Всё, что было скопировано однажды, можно воспроизводить в любое время без затрат — такова способность «Нарцисса Спекрама». Что же до Кёи, то ему оставалось лишь развёртывать барьеры и держаться. Ведь противник — зеркало. Любая контратака будет скопирована. Всё, что сейчас может сделать Кёя, — это защищаться, используя минимум силы, и пытаться не дать противнику никаких новых карт. Это было словно сражаться с собственным отражением в зеркале. Поскольку отражение — это ты сам, убить его невозможно, любая уловка или стратегия мгновенно копируется и теряет смысл. До смешного бесплодная битва. К тому же, к и без того постоянно ухудшающейся ситуации добавлялся «Фимбульвенем», подтачивающий Кёю изнутри. Положение становилось безнадёжным… Амано смотрел на Кёю, продолжавшего бессмысленное сопротивление, с насмешливым взглядом. — Молодец, Кёя. И я даже тебе не льщу, это правда впечатляет. Ты, должно быть, приложил немало усилий, чтобы стать настолько сильным?.. Но именно поэтому обидно, да? Не можешь ничего поделать против меня — того, кто ни разу не приложил и капли усилий. Но ничего не поделаешь. Так устроен мир. Ты — проигравший, а я — победитель. Так же, как то, что эта девушка умрёт сегодня, всё было предопределено с самого начала. Так что сдавайся уже. «Всё предрешено с самого начала. Поэтому делать что-либо нет смысла». Этот его небрежный фатализм был даже каким-то детским. Но это и неудивительно. В конце концов его оригинальный навык — это сила, крадущая лишь результаты любых усилий, и дарована она ему самим миром. Обладая таким оригинальным навыком, разве мог бы он с абсолютной уверенностью утверждать, что «сможет проложить себе путь собственными силами»? И Кёя, в свою очередь, тоже больше не мог отрицать этот фатализм. — …Да, возможно, ты прав… — бессильно признал это уже полностью истощённый Кёя. То, что его загнали в угол, — факт. То, что роли существуют, — факт. И то, что тридцать тысяч лет усилий были бессмысленны, — тоже факт… Если он не может спасти даже одну девушку, то такая сила ничего не стоит. Однако есть ещё один неоспоримый факт. То, что битва ещё не окончена… — …Но позволь сделать одну поправку: ты, возможно, и не проигравший. Однако… победителем тебе тоже не бывать, — пробормотал Кёя и в тот же миг перешёл в контратаку. — «Вайса Карна[✱]वैषकर्ण — Карна-истребитель (хинди.). Карна — один из центральных героев эпоса древней Индии «Махабхарата», сильнейший витязь сказания и воплощение доблести и чести. На знамени Карны золотая подпруга слона. Иероглифами записано как: «Истребляющее кармическое пламя».». На кончике пальца Кёи мгновенно зажглось крошечное пламя. Хотя по размеру оно было в тысячи раз меньше «Фолла», количество магической силы внутри было обратно пропорционально. И едва Кёя выпустил его из руки, как «Вайса Карна» в мгновение ока сожгло дотла бесчисленное количество «Фоллов» и обнажило клыки на самого Амано. Однако… — Ах, ну вот что ты наделал, — высмеял его Амано и развернул точно такой же «Вайса Карна»… Это действительно было мощное заклинание. Одного его не хватило, чтобы превзойти предел Амано… Другими словами, контратака Кёи лишь дала ему ещё более сильную карту. — Идиот, раз уж собрался давить грубой силой, то надо было делать это с самого начала. Бесполезно паниковать и выкладываться по полной, когда уже истощён. Хотя, уж такую-то мелочь я бы всё равно… — насмехающегося и уверенного в победе Амано… вдруг вырвало чёрной кровью. — Гхо… Ч-чего?.. Невыносимые мучения и острая боль, словно кто-то просунул руку прямо во внутренности и принялся их взбалтывать. Густая кровь, хлещущая из самой глубины живота, имела вкус гнилой жижи. Амано корчился в агонии, не понимая, что происходит с его телом. Молча наблюдавший за этим Кёя тихим голосом озвучил свой вывод: — Так я и думал… Если ограничения возникают одновременно с атакой, то они не считаются нанесением урона самому себе. Осознать эту возможность ему, в каком-то смысле, помог «Сенет Ке Ра». В самом начале битвы, когда была активирована «Сенет Ке Ра», Амано собирался подробно объяснить правила. Не из доброты душевной — у него была лишь одна причина делать это: таково было ограничение, присущее оригинальному навыку. Да, «Нарцисс Спекрам» могло воспроизводить всё бесчисленное количество раз без затрат, но, будучи зеркалом, оно так же точно копировало ограничения и цену, сопровождающие сами магические формулы. Стоило ему понять это, и дело оставалось за малым. Нужно было, обороняясь, на лету сконструировать магическую формулу, создав магию, в которой атака и расплата в виде урона от неё срабатывают одновременно. Это создавало для Амано дилемму: если копировать, ограничение обрушится на него самого, а если отказаться от копирования, заклинание поразит его напрямую. И в любом случае Амано не мог избежать урона — стратегия Кёи по преодолению «Нарцисс Спекрама» блестяще сработала. Однако… — …Эй, слышь, ты раньше времени-то самодовольную рожу не строй, ведь… ты тотально облажался. Стирая впервые пролитую кровь, Амано оставался спокоен. И, как он и говорил… В следующий миг кровью вырвало уже Кёю. — Кх… — Ха-ха, ну а как ты хотел? Тебя тоже накрывает!!! Это был закономерный исход, понятный при малейшем размышлении. Отдача от ограничения оборачивалась и против самого Кёи. Конечно, он мог бы создать сколько угодно магических формул для блокировки этой обратной связи. Но тогда бы его враг скопировал и защитную формулу, сделав всё бессмысленным. Поэтому, чтобы нанести урон Амано, ему пришлось принять расплату на себя. И если оба будут продолжать платить цену… первым умрёт, без сомнения, Кёя. Благодаря «Нарцисс Спекраму» Амано уже получил точно такую же сопротивляемость и способность к самоисцелению, как у Кёи. К этому добавляется его собственная выносливость. Уже одного этого достаточно, чтобы исход был предрешён, но Кёю ещё и продолжает подтачивать «Фимбульвенем». Продолжая получать одинаковый урон в таком состоянии, очевидно, что Кёя, как ни крути, истощит силы первым. Следовательно, выбранная Кёей стратегия была самоубийственным путём, ведущим к неминуемому поражению, и Амано точно это раскусил. — Полагаю, ты блефовал, пытаясь заставить меня отменить способность? Но не повезло, на эту удочку я не клюну. Первым сдохнешь ты. Вообще, хватит трусить. Если уж на это решаться, то цена должна быть мгновенной смертью. В итоге ты просто ссыкун, не способный пожертвовать даже собственной жизнью. Поэтому ты и «бракованный»! — упрекал его Амано, смотря свысока на истекающего кровью Кёю. И Кёя не стал этого отрицать. — Да, ты абсолютно прав… Моё тело не настолько хрупкое. От такой цены я не умру. Просто будет немного тяжко, — открыто признал эту истину Кёя. Верно, отдача, способная разложить его внутренние органы всё равно перекрывалась его способностью к регенерации. Следовательно, этот урон — лишь пустая видимость, мишура, не способная изменить положение вещей. Всё именно так, как сказал Амано. …Однако он упускает одну вещь. В этом мире существуют мучения, от которых нельзя умереть. Как когда-то страдала Феррис в вечном застое. — Так что не труси и не скули так. Не бойся, ты не умрёшь. Сколько бы десятков тысяч раз ты ни вкусил эту боль, даже если твой рассудок не выдержит, даже если мир покроется нашими сгнившими внутренностями… ты не умрёшь, — в миг, когда он прошептал это, над головой Кёи было развёрнуто «Вайса Карна». И ни одно или два. Сотни, тысячи, десятки тысяч... Бесчисленное множество развёрнутых сгустков абсолютно чёрного пламени, способных с лёгкостью испепелить весь мир. Вот насколько много сил оставалось у Кёи, несмотря на то, что он сдерживал Проклятье Конца. Но Амано был героем наивысшего ранга. Он мгновенно скопировал всё это. «Нарцисс Спекрам» тоже был далёк от своего предела, и в итоге ситуация вернулась к прежней. Однако, в отличие от прошлого раза на лице Амано не было и тени уверенности. Ибо благодаря своей проницательности он понял, чего на самом деле добивался Кёя. — Ты что, спятил? Решил устроить игру на выживание?!.. Будучи владельцем «Нарцисс Спекрама», он прекрасно знал. Единственное, что не может скопировать это зеркало, отражающее всё сущее, — это разум. Впрочем, это было очевидно. Скопировав разум противника, он полностью стал бы им. Получающий покровительство мира оригинальный навык не станет подвергать своего владельца такому риску. Следовательно, разум по-прежнему оставался разумом Амано… И именно на это и целился Кёя. Адская боль, сопровождающая отдачу, направлена не на тело, а на разум. Кёя начал битву на истощение духа. Раскусив его замысел, Амано всё же презрительно усмехнулся: — Ха-ха, а кишка у тебя не тонка. Но ты всё равно идиот. Кто станет сдаваться в игре на выживание, когда точно знаешь, что победишь?! Поединок на стойкость — вульгарная и грязная битва. Определённо не то, чего хотел бы Амано… Но он и не говорил, что не справится. Тем более, что тело у Кёи очевидно сломается раньше, как бы тот ни выкручивался. У него нет никаких причин отступать. Да, в конечном счёте, это тоже всего лишь блеф. Оставалось только принять вызов. Что же до Кёи… то он больше ничего не говорил. Вместо этого он лишь слегка шевельнул кончиками пальцев. Это был сигнал к началу. Сверху на их головы лились «Вайса Карны». Бесплодная битва сведения на нет атак друг друга, идущая за счёт идеального зеркального копирования, не имеющая конца, а лишь бесконечно повторяющуюся отдачу. Сжигаемые, разлагающиеся, искромсанные внутренности извергались вместе с кровавой рвотой. Хотя в обычной ситуации подобная цена бы привела к мгновенной смерти, натренированное до идеала тело Кёи не умирало… вернее, не могло умереть. Как только его внутренности разлагались, они регенерировали, а затем тут же разлагались. Вечно не прекращалась лишь боль, что была хуже даже смерти. Для Амано же это была невыносимая пытка. Ведь с тех пор, как он обрёл свой оригинальный навык, он ни разу не получал повреждений — он просто никак не мог привыкнуть к боли, терзающей его внутренности. Но даже посреди этих мучений, где каждая секунда ощущалась как год, в душе Амано смеялся. Он заметил роковую ошибку, которую совершил Кёя. А заключалась она в том, что… сам Кёя имел вариант прекратить игру на выживание. Возможность самому решить, когда остановиться, на первый взгляд кажется преимуществом, но на деле это не так. Причина проста — человеческая воля очень хрупка. Близких примеров, если поискать, — хоть отбавляй. Учёба, работа, диета… Наверняка у каждого, кто живёт обычной жизнью, бывало так, когда бросаешь начатое на полпути или работаешь, спустя рукава, из-за усталости. Если бы кто-то заявил, что всегда делал всё на 100% идеально, он был бы просто лжецом. Человек обязательно в чём-то халтурит. Обязательно в чём-то идёт на компромисс. Обязательно в чём-то ищет лёгкий путь. Об этом говорит сама история человечества как биологического вида. Ведь правда? Если бы отдельные личности могли завершать всё лишь собственной волей, зачем людям создавать законы? Зачем создавать религии? Зачем создавать общества? Закон, бог, государство… всё это сущности, стоящие выше отдельного человека. Но если немного подумать, разве это не странно? Зачем человечеству, ставшему властелином земли, создавать вышестоящие системы и подчиняться им? Добровольно сковывать себя — разве это не глупо? Но эти системы существуют по всему миру как нечто само собой разумеющееся. Почему? Ответ очевиден. Потому что без систем, принуждающих силой делать правильное... человек немедленно деградирует. Что, если исчезнут законы? Религии? Общества? Достаточно представить, чтобы понять. Преступность возрастёт, мораль придёт в упадок, мир погрузится в хаос. Человек отлично знает, насколько бедны его собственная воля и самоконтроль. Поэтому мир и заполнился такими системами. Хотя, чтобы доказать это, на самом деле не нужны все эти рассуждения. Ведь он видел всё своими глазами. Дрянь, бросающую собственных детей. Дрянь, предающая друзей. Дрянь, рассуждающая о благородстве, но в итоге не делающая ничего. Все они, видя слабого — причиняют боль, видя сильного — пресмыкаются. Сплошь одни такие. Поэтому Амано считает, что всё это неизбежно. Ведь человеческая воля ничтожна, как пушинка. Вся эта дрянь поступала так не потому, что хотела, а просто потому, что так родилась. Просто взяла на себя такую роль… Если считать иначе, то жить станет невозможно… Поэтому, Амано утверждает: Эта боль не продлится долго. Скоро Кёя Кудзё сдастся. Это неизбежный исход, пока он остаётся существом под названием человек. Выдерживать пытку, на которую повлиять не можешь, — это ещё куда ни шло, но продолжать пытать себя собственными руками и по собственной воле — изначально невозможное для человека деяние. Они просто на это не способны. Да, человеческая воля слаба. Люди всегда в чём-то колеблются. Всегда в чём-то робеют. Всегда от чего-то убегают. Ведь такими нас задумал мир. Наверняка и он сейчас там корчится от боли. Как раз подходящее время, чтобы подумать о столь неприглядных вещах как: когда остановиться, чтобы сохранить лицо, когда сломаться, чтобы это выглядело достойно… Может, сейчас как раз посмотреть на его лицо? Поддавшись этой мысли, испытывая адские муки, поднял взгляд. Увидев, как Кёя мучается, он должен был бы отвлечься от этой боли… но его ожидания не просто не оправдались, а провалились полностью. — …Чё?.. Как он и представлял, Кёя действительно истекал кровью. Более того, можно сказать, что из-за «Фимбульвенема» он платил куда более высокую цену, чем предполагал Амано. Но, в отличие от его ожиданий, Кёя не корчился в агонии. Погружённый в море собственной крови, он даже не шелохнулся. Даже терпя боль, превосходящую саму смерть, он не изменился в лице. Кёя просто невозмутимо продолжал ткать магическую формулу, которая подвергала его пытке. Ни тени колебаний или сомнений, лишь механическое исполнение. И всё же в его глазах горели подлинные эмоции, которые не может иметь машина. Непреклонная решимость, способная ниспровергнуть даже судьбу, предопределённую миром — это и была та самая человеческая воля, которую Амано так отрицал. Мда, плохо дело. В тот миг Амано понял, что этот парень добьётся своего. Он сделает это без чьего-либо принуждения, несмотря ни на какие препятствия, какую бы цены ни пришлось заплатить, какую бы боль ни пришлось терпеть. Следуя лишь собственной воле… — Тц, мне с тобой не тягаться!.. — выплюнул Амано, тут же прекратил копирование и активировал оригинальный навык телепортации. Связываться с этим ненормальным — пустая трата времени. В таких случаях лучше по-быстрому уйти и… — Куда это ты собрался? — …?! К тому моменту, как он услышал этот голос в своих ушах, Кёя уже схватил его за лицо. Реагировать и обострять бдительность было уже некогда. Да «кто-то другой» не сработает. Против Кёи Кудзё сражаться может лишь Кёя Кудзё. В тот миг, когда он отменил копирование, чтобы сбежать, судьба Амано была предрешена. — И это вся твоя решимость? Что ж, тогда всё кончено. Не дав даже шанса подумать о сопротивлении, Кёя вдавил лицо Амано в землю. От удара земля потрескалась, а сознание Амано помутнело. Затем Кёя усилил хватку на всё ещё сжатой голове. [[image:/storage/reader-images/2d7eacd65e3ea04ac141d377d996c804928bf1b5.jpg]] — Кстати, помнится ты говорил, что несчастные случаи неизбежны… Твоя способность оказалась хлопотнее, чем я думал. Будет лучше избавиться от неё. Кёя лишь слегка усилил хватку и череп Амано заскрипел. Даже если врагом был герой наивысшего ранга — перед силой Кёи это не имело никакого значения. Для него это было проще, чем разбить яйцо… — Постой! — окликнула его Сиссела за мгновение до того, как Кёя безжалостно раздавил череп Амано. — Хватит, этого достаточно… Пойдём, Кёя. — Но он же собирался тебя… Этот парень помешал её единственному дню на свободе и хладнокровно пытался оборвать её жизнь. Не было ни долга, ни причины проявлять к нему милосердие. Он сам навлёк это на себя. Но ответ Сисселы не изменился. — Неважно. И потом, я ведь уже говорила, что роль злодея тебе не подходит. — …Раз ты так говоришь, то ладно. Кёя послушно разжал руку. Сегодня её последний день. Нельзя осквернять его кровью… Если он снова нападёт, тогда я с ним и разберёмся. — переключился Кёя и улыбнулся. — Ну что ж, тогда нам нужно найти цветущий луг. — Угу! Скоро стемнеет. И тогда палачи этой страны начнут действовать. Нужно найти цветущий луг как можно скорее. Кёя взял Сисселу за руку… Но тут за их спинами раздался полный изумления голос. — Алё, цветущий луг? Что это за фигня? — саркастично усмехнувшись, только что побеждённый Амано встал на ноги. Его лицо побагровело от крови, и лишь глаза ярко сверкали. — Нет же, совсем не то! Это совсем не в твоём характере! Зачем ты притворяешься нормальным, а, Кёя Кудзё?! Человек, сохраняющий спокойствие, когда у него внутренности гниют заживо, не может быть нормальным! — …Сила не определяет «нормальность», — спокойно ответил Кёя. …Уж он-то всяко должен быть человечнее тех, кто спокойно оставляет умирать девушек. Но в ответ раздался лишь громкий вздох. — …А-а-ах, это никуда не годится. Ты просто худший. Абсолютно поехавший… — прошептал он так же спокойно, как и всегда, но… серьёзнее, чем когда-либо прежде. — Ты — опасен, Кёя Кудзё. Ты зашёл слишком далеко и пересёк линию того, что может существовать в этом мире. И самое неприятное… что ты даже сам этого не осознаёшь. Поэтому… я раздавлю тебя здесь и сейчас, — сухо зачитал он смертный приговор и впервые проявил подлинную враждебность. Это было вне всяких сомнений лицо того, кто принял роль «героя». В этот миг Кёя понял, что произойдёт дальше. — «Флорантия — „Мириады Благ и Мятежных Бед“». Полупрозрачный свет мгновенно пронёсся по миру. Кёя тут же прикрыл Сисселу, но… никакого особого урона они не получили, и вокруг тоже не было заметно никаких изменений. Неужели у него не получилось? В любом случае, лучше держать дистанцию, — в тот миг, когда он, прикрывая Сисселу, попытался отступить, Кёя наконец заметил неладное. Его нога, которая должна была отступить, вопреки его воле почему-то шагнула вперёд. Конечно, само по себе это была лишь крошечная аномалия. Но фактом было и то, что такое явление никогда не должно было произойти. И, как предчувствовал Кёя, это было лишь началом. Зрение левого глаза вдруг перекинулось на правое и наоборот. Ощущение верха и низа неожиданно исказилось. Ощущение холода и тепла поменялись между собой, способ дыхания перепутался. При попытке пошевелить ногой двигалась рука, при движении глаз двигался рот. Более того, почему-то его душа чувствовала облегчение от этого ненормального положения вещей. Все действия, все восприятия, и, наконец, даже все мысли перепутались. «Флорантия: Мириады Благ и Мятежных Бед» — это была сила, создающая искажённый зеркальный мир. В этой области, где всё сущее переворачивается беспорядочно и случайным образом, даже ты сам становишься искажённым мнимым изображением. Да, ни о каком провале и речи быть не может. Амано действительно пересоздал мир. Столкнувшись с этим зеркальным миром… Кёя невольно пробормотал: — Я удивлён… Кто бы мог подумать, что… есть настолько ничтожный навык… Кёя вздохнул, словно испытав полное разочарование. Даже в зеркальном мире, его движения ничуть не изменились. С момента создания области прошла всего секунда, а Кёя уже адаптировался к феномену инверсии. В конце концов, самое первое, что вбивали в него за те тридцать тысяч лет тренировок, — это самоконтроль. Поскольку Кёя в совершенстве овладел всем — управлением телом, генерацией магической силы и контролем над мыслями… всё, что ему нужно было делать, — это просто менять контроль в соответствии с каждой инверсией. А в подобном тонком контроле Кёя не знал себе равных. Таким образом секретное оружие Амано было с лёгкостью разбито… Однако на лице его не было видно и тени смятения. — Хе-хе-хе… Так и есть, да, так и должно было быть. Его лицо, искажённое усмешкой, словно говорило, что он знал это с самого начала. Бравада, блеф, или же… — Верно, я с самого начала знал, что такой пустяк тебя не проймёт. Да именно так, поэтому ничего не поделаешь, ничего не поделаешь, верно?.. — бормотал он, будто оправдывался перед самим собой за что-то. Его оригинальный навык сокрушён, подчинённые — бесполезны, даже его козырь в лице «Флорантии» был преодолён за секунду — сейчас у Амано не должно было остаться никаких вариантов… И всё же, почему-то Кёя почувствовал леденящий душу холодок. И, словно подтверждая, что этот холодок Кёя ощутил не просто так, лицо поднявшего голову Амано расплылось в победной улыбке. — Что ж, ты и вправду за гранью всяких норм, Кёя. Однако… Здесь есть ещё кое-что за гранью всяких норм. — …! Неужто?!.. Лишь эти слова позволили Кёе наконец понять истинный замысел Амано… Но он опоздал на шаг. — «Перевёрнутая обитель зла…». В этот миг и вновь извергся полупрозрачный свет. Однако на этот раз инвертировались не какие-то мелочи вроде ощущения или восприятие. Целью Амано была лишь одна «концепция»… — Э-эй, Кёя… Что происходит?.. — ошеломлённо пробормотала Сиссела, которая первой заметила аномалию. Её взгляд был устремлён на небо, где солнце как раз собиралось зайти. Наконец их время вышло… Но не в этом дело. Обычно закат — это буквально то, когда солнце садится и наступает ночь. Но сейчас, после того как солнце скрылось на западе, на небо взошла не тихая луна… а ослепительно сияющее палящее солнце. Солнце, которое только что зашло, вновь появилось на восточном небе. Да, Амано инвертировал саму концепцию дня и ночи. Козырь героя был способен исказить даже движение великих светил. И в данной ситуации смена дня и ночи местами имела особое значение… — …! В тот миг, когда первый солнечный луч упал на него, что-то зашевелилось глубоко внутри. Воплощение тьмы, пожирающее свет и магическую силу, материализация Конца, несущего гибель миру — «Фимбульвенем», дремавший на дне ледяной темницы, пробудился с приходом нового дня. Дальнейшее произошло в мгновение ока. Проклятие, жадно поглощающее обильно льющееся солнечное сияние, мгновенно разрасталось. Его скорость и чистота не шли ни в какое сравнение с прошлым. Но иначе и быть не могло. Амано инвертировал не просто ночь. Это была «полярная ночь, наступающая раз в шестнадцать лет, когда „Фимбульвенем“ становится слабее всего». Она несла в себе магические ограничения для печати проклятия. Следовательно, это утреннее солнце, будучи её инверсией, тоже не могло быть обычным. Бесконечная белая ночь… и к тому же солнце, наделённое полномочиями усиливать «Фимбульвенем». Изрыгая тёмную кровь, Кёя непроизвольно опустился на колени. Он умудрился кое-как нейтрализовать проклятие, способное мгновенно убить обычного человека, и изо всех сил пытался сдержать… Однако последствия вышедшего из-под контроля яда не ограничились лишь Кёей. — …Кё… я… — едва слышимо прошептала Сиссела… и в следующий миг рухнула, исторгая кровь. Кёя тут же подхватил её тело, но её бледное лицо было лишено жизни, и её конечности уже, казалось, не двигались. И что хуже всего — аномалия на этом не закончилась. Тень Сисселы, освещённая палящим солнцем… начала извиваться, и, внезапно потеряв очертания, стала растекаться, словно пролитые чернила. Она мгновенно перекрасила землю, загрязнила воздух. Прекрасный луг превратился в бесплодную пустошь, насекомые и птицы, порхавшие вокруг, начали гнить и падать. Мир в одно мгновение стал землёй смерти. И раздался посреди этого адского бедствия лишь смех Амано. — Хе-хе-хе… А-ха-ха-ха-ха-ха!!! Теперь ты понимаешь, Кёя? Всё это твоя вина! Ты тут недавно важничал насчёт «решимости», так вот — эти слова должны были быть моими! Будь у тебя настоящая решимость спасти девушку, почему ты не убил меня? Не надо быть трусом, которого может остановить женщина! Ради цели нужно убивать, будь противник беззащитен, будь то новорождённый младенец, и кого бы и как бы ни останавливали. Вот что называется настоящей решимостью! Глаза изрыгавшего эти слова Амано не видели ни ад перед ним, ни «Фимбульвенем». Они пристально смотрели на одного лишь Кёю. — Зачем ты увёл эту девушку, не имея такой решимости? Жалко, что может дать один день на свободе? Узнав внешний мир лишь наполовину, она будет лишь сильнее цепляться за него. Что ты вообще хотел этим добиться?.. А, всё просто. Ты хотел покрасоваться, да? Хотел, чтобы тебя считали хорошим парнем? Хотел сбежать от вины за то, что бросил несчастную девушку умирать?! Да, ты просто использовал её для своего самоудовлетворения! Останься она куклой, следующей своей роли, не было бы и страха! Не узнай она внешнего мира, смогла бы смириться! Показывать несбыточные мечты тому, кто ничего не может изменить — это жестоко, Кёя! Это слишком, Кёя! Ты прямо как демон! Знаешь, как называют таких? Поэтому ты лицемер!!! На яростные нападки Амано у Кёи, изо всех сил сдерживающего проклятие, не было сил возражать… Хотя, даже будь они, итог был бы тем же. Ибо возразить на выплюнутые Амано слова ему было абсолютно нечем. — Подумай хорошенько, что ты натворил! Осознай, кто ты такой! И если ты всё ещё хочешь притворяться добряком… то послушай моего совета и сдохни тут! Это единственное настоящее добро, которое ты можешь совершить! Выпалив это, Амано развернул пространственную магию и покинул этот мир вместе с подчинёнными. Но Кёе уже было не до него. Сейчас главное — спасти эту девушку. — Н-не переживай Сиссела… Я что-нибудь придумаю… — пытался подбодрить её Кёя, изо всех сил поддерживая барьер, чтобы сдержать расползающуюся тень разложения. Но, похоже, Сиссела уже не могла ответить и лишь исторгала чёрную, мутную кровь. А тем временем её тело быстро холодело. Вышедшее из-под контроля проклятие пожирало даже её, жрицу. Единственная теряющая тепло под ярким солнцем Сиссела… всё же с трудом пошевелила губами: — …Пожалуйста, Кёя… запечатай… его… Ты же способен на это, верно? — отчаянно умоляла она, напрягая свой едва слышимым голос. На самом деле, это было возможно. Противник — бесконечно размножающееся проклятие. Через несколько минут даже Кёя не сможет его сдерживать. Но, с другой стороны, сейчас его ещё можно уничтожить или запечатать. Однако за это, конечно, придётся заплатить цену. И Сиссела точно понимала, какой она будет. — Если ничего не предпринять, миру придёт конец… Так что не волнуйся за меня… До сих пор она могла жить лишь благодаря «Фимбульвенему». Если запечатать его полностью, то она, разумеется, умрёт. Независимо от того, оставит ли Кёя яд как есть или запечатает его — для неё результат будет одним и тем же. В любом случае её мир закончится. Именно поэтому Кёя понимал её последнее желание: защитить хотя бы мир… Понимает, но… не никак не мог согласиться с этим. — Прекрати… не говори так! Я же обещал, что сегодня ты будешь свободна! Сегодня ещё не кончилось!.. Верно, наверху башни он действительно обещал ей, что сегодня она будет самой свободной в мире. Это было единственное обещание, данное девушке, у которой остался всего один день. Нельзя допустить, чтобы оно было нарушено. Услышав это… Сиссела улыбнулась. — Спасибо, Кёя… Но, знаешь, этого достаточно. Я уже и так довольно. — Что?.. — Всю эту неделю с момента встречи с тобой… мне было по-настоящему весело… Каждый день приходили Комари с Лалой и играли со мной, потом приходил ты и мы немного болтали… а затем я засыпала. А знаешь… раньше, ложась спать, я всегда думала: «Неважно, проснусь я или нет»… ведь всё равно ничего не меняется, бодрствую я или сплю… Но с того дня, как появился ты… я стала ждать пробуждения. Заметил, что когда ты каждый день говорил мне: «Спокойной ночи»… это очень радовало меня?.. А сегодня мы даже вышли наружу и у нас было свидание. Все мои мечты сбылись. Поэтому… я довольна, — прошептала Сиссела с чистой, искренней улыбкой. Без всякой лжи или притворства, она от всего сердца чувствовала себя счастливой. …Но именно потому, что эти чувства доходили до него, Кёя не мог этого принять. — Не неси ерунды, как можно быть «удовлетворённой»?! Тебе навязали нежеланную роль, заточили в таком месте, и теперь ты снова собираешься стать жертвой ради мира… а цена за это — какая-то игра понарошку? Нет, ещё рано, это неравноценный обмен. Разве может такой малой радости быть достаточно?!.. Хотя он знал, что этот гнев не то, чего хотела девушка, Кёя не мог сдержать ярости. — Желай большего, будь более алчной, кричи громче о несправедливости! Это неправильно! Почему только ты должна умирать? Почему только на тебя взвалили эту роль? Почему ты… почему вы все… не хотите большего счастья?!.. Она провела всего один день, гуляя по городу с парнем, который ей не нравится. Разве может такая обыденность называться «спасением»? Разве может существовать такое несчастье, когда подобная мелочь считается счастьем? Верно, это неправильно. Такой конец — ненормален. Фундаментельно ошибочен… А значит, нужно его переписать на правильный. — Я обязательно что-нибудь придумаю! Даже если придётся пожертвовать своей жизнью, чтобы ты смогла выжить!!.. Она должна узнать, что такое настоящее счастье. Какую бы цену ни пришлось заплатить. На этот раз Кёя полон решимости. Но прервала его сама Сиссела. — Какой же ты добрый, Кёя… Но так нельзя. Ты не можешь ставить на кон свою жизнь в таком месте, — прошептала она, словно укоряя, Сиссела, а затем с ехидно спросила: — Ведь… действительно спасти ты хочешь вовсе не меня, не так ли? В этот миг Кёя потерял дар речи. Это был тот же вопрос, что и во время их игрового свидания. И снова он не мог его отрицать. Потому что знал, что солгать сейчас — значит причинить ей наибольшую боль. И это молчание стало для Сисселы самым лучшим ответом. Поэтому девушка нежно… и совсем чуть-чуть грустно улыбнулась. — Знаешь, Кёя… я рада, что последним пришёл ко мне именно ты… Увидев её улыбку, Кёя подумал: Ах, правда… почему же они всегда такие? Стоим им сказать это, и у тебя остаётся лишь один вариант. — …Не переживай, боли не будет. Ты просто немного уснёшь. А когда проснёшься в следующий раз, тебя обязательно… будет ждать свободный мир, где нет таких ролей. Поэтому… Он мягко протянул руку и закрыл девушке веки. По крайней мере, теперь она не увидит ничего страшного. — Спокойной ночи, Сиссела, — тихо прошептал Кёя. ※※※※※ Комари отчаянно бежала по пустоши. Прямо перед сумерками в окрестностях башни Мирового Древа вдруг произошёл катаклизм. Яростно мечущаяся магия, невозможная инверсия дня и ночи, и, наконец, распространяющееся зловещее присутствие проклятия. Комари, как раз закончившая подготовку к побегу, помчалась туда в тот же миг, как заметила неладное. Её охватило очень дурное предчувствие. И когда она наконец добралась до этого места… всё уже закончилось. На пустыре, что ещё несколько часов назад был цветущим лугом, теперь был лишь лёд, проклятия и шрамы битвы. Но всё уже закончилось. Вокруг не ощущалось никаких признаков жизни и было так тихо, словно всё погрузилось в сон. А в самом сердце этой пустоши Комари заметила одного юношу. — Кёя! В тот же миг, когда она увидела знакомую спину, её неспокойное от чувства тревоги сердце согрелось облегчением. Несомненно, здесь что-то произошло. Что-то очень и очень страшное… Но больше не о чем беспокоиться. Ведь он здесь. Да, Кёя Кудзё всегда обращал ниспровергал самые ужасные трагедии. Когда Юки Синдо предал их, когда их захватил Резистанс, когда бушевало ужасное Древо Скверны — он спасал их от всего своей подавляющей, но несколько мягкой силой. А потом с лёгкой смущённой улыбкой говорил: «Хорошо постаралась». Так что всё в порядке. Он здесь, и одного этого уже достаточно, чтобы не о чём не беспокоиться. Но на лице обернувшегося юноши не было улыбки. — …Привет, ты всё-таки пришла, Комари. Голос юноши был таким же, как всегда, настолько, что в нём невозможно было разглядеть никаких эмоций. Смутно чувствуя, что что-то здесь не так, Комари подбежала к Кёе. — Эм, что здесь случилось?.. — Да так, ничего особенного. Но тебе не стоит об этом беспокоиться, потому что всё уже закончилось. Услышав это, Комари снова ощутила облегчение. Как и ожидалось, он уже всё уладил. Комари не терпелось услышать рассказ о подвигах, какого же могущественного врага он на этот раз победил… как вдруг она заметила девушку, лежащую у ног юноши. — Сиссе… лочка?.. Её руки сложены на груди, а глаза безмятежно закрыты. Профиль её умиротворённо улыбающегося лица, производил впечатление, будто она видела чудеснейший сон. Наверное, Кёя вывел её из башни и исполнил её желание — уснуть на просторе снаружи. …Но почему, несмотря на то, что это должно было вызвать у неё радость, Комари с самого начала не покидало дурное предчувствие. — Эм, Кёя… С Сисселочкой же всё хорошо, правда?.. Она просто спит, да?.. — невольно спросила она. Но Кёя не стал на него отвечать, вместо этого задав странный встречный вопрос: — Слушай, Комари, что ты думаешь об этом мире? — Э?.. — Мир кажется мирным, но за кулисами есть те, кто становится жертвами. Мы можем даже не осознавать этого, но в Мировом Древе полно таких жертв, на которых взвалили подобные роли. Тебе не кажется, что это несправедливо? Тебе не кажется, что это неправильно? Если мир может существовать лишь ценой жертв… не лучше ли бы ему исчезнуть? — О-о чём ты, Кёя?.. — спросила его в ответ Комари дрожащим голосом. С самого начала он вёл себя странно. Он был не таким, как обычно. Но, казалось, он даже не слышал её, и невозмутимо продолжил: — Слушай, Комари, скажи, в этом мире есть герои, богини и воля Мирового Древа. Но никто не спасет единственную жертву. Раз так, то… может быть, все они нам больше не нужны? — задав этот вопрос, Кёя, не дождавшись ответа, развернулся. — П-постой! Интуитивно почувствовать, что отпускать его в таком состоянии нельзя, Комари тут же попыталась его остановить. Но её рука не успела дотянуться, и Кёя исчез в телепортационном магическом круге. Осталась лишь одинокая лежащая девушка. — Сисселочка… Хотя она переживала за Кёю, сейчас важнее была эта девушка. Комари подбежала к лежащей Сисселе и взяла её за руки. И… она всё ещё была тёплой. …Угу, всё будет хорошо. — Ох, как же ты меня напугала Сисселочка. Не ожидала найти тебя здесь — это Кёя тебя вывел? Здорово, жаль, что меня не позвали. Прикусив губу, чтобы её голос не дрожал, она села рядом с Сисселой. …Всё будет хорошо, всё будет хорошо. — Куда вы вдвоём ходили? Может, в город Рабер? А, тогда ты попробовала тамошний хот-дог? Вкусно, правда? Лалачка тоже их просто обожает! Подавляя всхлипывания, она лучезарно улыбнулась. …Всё будет хорошо, всё будет хорошо, всё будет хорошо. — Точно, давай в следующий раз позовём Лалачку с остальными и погуляем ещё разок! Я столько всего хочу сделать всей нашей дружной компанией! Столько всего, что не вошло в список… так много… правда, так много всего… так что, эй… Сисселочка… — умоляла Комари от всего сердца, сдерживая слёзы. — Пожалуйста… ответь мне… …Всё будет хорошо, всё будет хорошо, всё будет хорошо, всё будет хорошо… Должно быть, это какая-то ошибка. Мне это точно чудится. Ведь она всё ещё такая тёплая. Делая вид, что она не замечает неслышимого сердцебиения, неощущающегося дыхания, постепенно уходящего тепла… Комари снова и снова звала её, снова и снова трясла её тело. Снова, снова и снова. Мне это однозначно чудится. Ну а как иначе. Этого же просто не могло произойти. Ведь будет несправедливо, если та, что несла тяжёлую роль ради мира, не получит награды. После стольких страданий она просто была обречена встретить много счастья в будущем. Иначе не будет баланса. Иначе мир слишком жесток. Она всегда верила, что история принцессы, заточённой в одиночестве и несвободе, обязательно должна закончиться счастливо. И всё же… — Как же… так вышло?.. Её голос дрожал. Она всхлипывала. Слёзы, которая она сдерживала, хлынули ручьём. Как бы она ни пыталась обмануть себя, правда была лишь одна. …Она больше никогда не проснётся… «Всё будет хорошо» было неправдой. «Как-нибудь справимся» было ложью. Она ничего не смогла сделать. Спасения не произошло. Счастливого конца не наступило. На этой пустоши остались лишь невознаграждённая девушка и реальность, в которой она не была спасена… — …Нет, это неправильно… — невольно прошептала она, будучи не в силах сдерживаться. Точно, это неправильно. Эта концовка ненормальна. Фундаментально ошибочна. В тот миг, когда эти слова слетели с её губ, в её груди что-то зашевелилось. — Это… ещё не конец… Я не дам этому так закончиться… Повинуясь набирающему силу импульсу, Комари спокойно поднялась. Это не та развязка, которую она хотела. Мир, в котором она умирает, –неправилен. Где-то что-то пошло не так. А раз так… То мы должны переписать её на правильную желанную развязку желанной силой. Ведь мы знаем, как сделать это… — «Эль Вискам»… В ответ на зачитанное заклинание в воздухе расцвёл гигантский меч. Но его форма и магическая сила были фундаментально иными, нежели у того, который она обычно использовала. Даже сама Комари в затуманенном отчаянием сознании не понимала, что это такое и как она его развернула? Однако процесс и детали мне сейчас безразличны. Я знаю, как его использовать. И этого достаточно. — …«Альтер, „Дэа Экс Фейт“». Меч мгновенно активировался. Высвобождая аномальную магическую силу. А мир начал преображаться, словно откликаясь им. Земля, что должна была стать бесплодной пустошью, постепенно снова становилась зелёным лугом. Насекомые, что должны были умереть, начали стрекотать. Птицы, что должны были сгнить и упасть, вновь взмывали в небо. [[image:/storage/reader-images/365b978b76d0bba2117b1f81e86a70eaf7a722cb.jpg]] Словно кто-то поворачивал часовую пружину вспять. Мир возвращался в прошлое, которое должно было закончиться. Следы битвы исчезли, витающая в воздухе миазма была уничтожена, луг отмотался до весеннего цветущего сада. И ускоряющийся феномен обратного течения уже не ограничивается лишь миром. Пальцы лежащей в цветнике, в который превратилась земля, девушки слабо шевельнулись. — Пожалуйста, остановись. Сейчас ты на это не способна. Ничем хорошим это ни для тебя, ни для это девушки не закончится, — вдруг раздался голос из-за спины. Неизвестно когда там появилась Рин Гиондзи… Но что-то было не так. Её обычно беззаботное выражение исчезло, и она смотрела на Комари с крайним беспокойством. Благодаря её взгляду Комари наконец заметила лужу алой крови у своих ног. Кто же мог истекать кровью в этом новом полном жизни мире? — удивилась Комари, и спустся пару секунд получила ответ. Хлещущая из глаз, рта и ушей алая кровь… вся была её собственной. Похоже, цена за изменение мира — это её жизнь. Однако… — Ты слышишь меня, Комари?! Я же сказала, остановись! Игнорируя её предупреждение, Комари продолжала вливать силы в меч. Такими темпами она умрёт. В этом Рин точно была права. Но разве это причина останавливаться? Комари совершенно не понимала. Ведь если нельзя исправить эту трагедию… тогда в такой жизни нет никакой ценности… — …Прости, — тихо извинилась Рин и в то же время прикоснулась к спине Комари рукой. В этот миг «Эль Вискам» внезапно прервался. — А-ась?.. Неожиданно лишившись сил, Комари растерялась и была потрясена. Ещё мгновение назад всё получалось. Ещё чуть-чуть и ей бы удалось всё ниспровергнуть. И всё же… почему же она вдруг забыла, как использовать силу? Способ, который, казалось, понимала на подсознательном уровне, теперь невозможно было вспомнить, словно она страдала амнезией. — Почему?.. Это ещё не всё, ещё не… — Хватит. Всё уже закончилось. — Нет, нет! Так не должно быть! Ещё ничего не закончилось!.. Комари отчаянно развернула «Эль Вискам», однако появившийся меч был самым обыкновенным и, разумеется, не нёс в себе никакой силы. Почему-то она не могла вспомнить, как использовала тот клинок. Хотя на самом деле Комари понимала, что наличие или отсутствие той силы с самого начала не имело значения. Всё уже было кончено. Но даже так, она не могла закрыть глаза на эту трагедию… А тем временем, пока она пыталась бороться впустую… — Полное воскрешение… Нет, изменение прошлого? В любом случае, этой силы не должно существовать. Использовать её, поддаваясь сиюминутным эмоциям, — недопустимо. Определяю тебе как непригодную. — Э, правда? А я думаю, что лучше уж так, чем иметь возможность, но даже не пытаться что-то сделать. Сзади появились мужчина и женщина. Интересно, как давно они там стояли? Первым был мужчина в очках и костюме. Колкий тон речи и холодное выражение лица выдавали его нервный характер. Ну а второй была резко контрастирующая с ним легкомысленная женщина. Её яркая, тщательно подобранная мода и насыщенный макияж производили такое впечатление, словно она собиралась на вечеринку. Обоим на вид лет по тридцать с небольшим, а по одежде ясно, что они точно люди с Земли. Кто эти люди? Почему появились здесь сейчас? — была в растерянности Комари от неожиданных гостей. Но прежде чем её сомнения развеялись, появился третий. — …Похоже, мы оказались на шаг позади… Третий появившийся человек был мужчиной на вид лет пятидесяти с лишним. Его седоватые волосы и скромный дзимбэй[✱]Дзимбэй — неформальная традиционная японская одежда для жаркой погоды. Состоит из кимоно прямого кроя с завязками по бокам, и шорт. вполне соответствовала возрасту, и его вполне можно было назвать «пожилым»… Чего нельзя было сказать о его телосложении. Два метра… нет, наверное, метра два десять сантиметров? Не по годам мощное гигантское телосложение напоминало свирепого льва, а мускулистые конечности — разгневанного дракона. Его закалённое до идеала тело было подобно оружию. А его лицо лишь усугубляло впечатление. Лицо старца, усеянное бесчисленными шрамами и морщинами, даже мягко говоря, было подобно демону. Даже взрослый закричал бы и убежал, если бы столкнулся с ним на улице — вот насколько грозно он выглядел. Но именно поэтому Комари было непонятно. Обладая таким гигантским телосложением и грозной внешностью, этот старец почему-то не излучал и тени устрашения. Каждая часть по отдельности должна была бы пугать, но ей совсем не было страшно. Это можно сравнить с засохшим великим деревом, замшелым утёсом или спокойным озером. Несмотря на свои габариты, он, однако, стоял невозмутимо, никого не раня… Старик излучал ауру, схожую с такими природными объектами. Может, из-за его спокойного, глубокого голоса? Или из-за его сдержанных манер? Нет дело явно не в этом. Такие ощущения провоцировали что-то, исходящее из самой сущности его бытия, гораздо глубже, чем внешность или манеры. Обращаясь к этому загадочному старцу, пара разом повернулась. — Я против, Янаги. Она слишком юна. Следует рассмотреть немедленную ликвидацию. — А вот я считаю, что она — норм. К тому же, эта девочка не бойкая, и она мне понравилась. Будь она типа: «Я современная старшеклассница, сердечко», я бы точно была против! — сказала пара абсолютно полностью противоположные вещи. Старик, которого назвали «Янаги» спокойно ответил им: — Что ж, я понимаю твои опасения, Амо. Это тревожный знак, — казалось, согласился Янаги с мужчиной в очках. В тот же миг Рин шагнула вперёд, словно защищая Комари… Но старец не договорил: — …Однако это лишь потенциально. И дети по своей природе несут в себе все возможности. Для чего нужны мы, взрослые, как не для того, чтобы не допустить печального для них исхода? — укорительно спросил Янаги, а затем добавил: — Но что важнее всего… не стоит принимать решения, не поговорив с ней. В следующее мгновение после этих слов глаза старца, подобные спокойной поверхности озера, уставились прямо на Комари. — Позволь задать тебе вопрос, Комари Имари: что ты думаешь об этом мире? Эта юная девушка была обременена миром своей ролью и умерла ради мира. И, к сожалению, эта трагедия — не первая и не последняя. Мировое Древо существует ценой жертв. Что ты думаешь об этом факте? Не кажется ли это несправедливым? Не думаешь ли, что это неправильно? Не считаешь ли ты, что раз мир может существовать лишь ценой жертв… то ему лучше исчезнуть? — спросил старец по странному совпадению то же самое, что и Кёя. Эта формулировка, словно подталкивающая к разрушительному ответу, заставила Рин не выдержать и попытаться вмешаться. Но… — П-пожалуйста, не говорите так! Комари сейчас в смятении и… — Так, так, Риночка, помолчи немного. — Не выходи за рамки своих обязанностей, Рин Гиондзи, — мгновенно приструнила её парочка. Похоже, лишь по вопросу того, что этому диалогу никто не должен мешать, их мысли совпадали. Что же до самой Комари… она даже не замечала происходящего вокруг. Комари просто изо всех сил размышляла о Мировом Древе, о ролях, о немногих, становящихся жертвами и о многих, кого спасают. Думала, думала, думала… и наконец тихо произнесла ответ: — …Думаю, вы правы. Я считаю абсолютно неприемлемым то, что кого-то нужно приносить в жертву… Не важно, ради большинства или потому, что их меньше. Как можно списать трагедию невинной девушки, у которой отняли всё, на «неизбежное»? Разве можно допустить, чтобы у людей отнимали право на счастье, даже Богу это не должно быть позволено. Поэтому Комари согласилась. Что мир — несправедлив. Что это — неправильно. Если мир может существовать, лишь делая кого-то несчастным, тогда лучше… — считала она… но почему? — Но… даже так я не могу возненавидеть этот мир… потому что я верю, что мир, о котором мечтала Сисселочка, прекрасен!.. Потому что я хочу верить, что даже если сейчас всё несправедливо и неправильно, однажды наступит день, когда все будут улыбаться!.. Поэтому я хочу защитить и тех, кто становится жертвой, и этот мир!!.. Немногие, становящиеся жертвами, или мир, существующий на этих жертвах. Вывод, данный Комари, не отвечал на представленную ей дилемму из двух вариантов. — Спасти и жертв, и мир? Даже не обсуждается. Это просто пустые фантазии. — А почему бы и нет? Если дети не смогут даже фантазировать, тогда этому миру точно конец. Мнения парочки вновь разделились. Ну а старец… просто посмотрел на небо. — Мир — прекрасен, говоришь?.. — тихо пробормотал Янаги, а затем вдруг сделал странное выражение лица. Было ли это разочарованием, унынием или презрением... спустя несколько секунд колебаний Комари поняла. Это была очень неуклюжая улыбка. — Угу, я тоже так думаю. Похоже, эти слова всё решили. — …Раз так говорите вы, Янаги, то мне остаётся лишь подчиниться. — О-о-отлично, значит, решено! Давайте побыстрее продолжим уже! — согласно кивнула ждавшая вердикта пара. Но здесь оставалась ещё нерешённая проблема. — Нет, прежде чем продолжать… мы не можем просто вот так оставить ту девочку. Взгляд Янаги пал на… тело лежащей Сисселы. Осознав, что он имел в виду, Комари инстинктивно встала, преградив ему путь. …Да, на самом деле она уже всё понимала. Что уже слишком поздно. И что это эгоизм ради себя, а не ради неё. Но её детское поведение не рассердило и не поразило Янаги. Вместо этого он с очень виноватым видом покачал головой. — Души этой девочки здесь больше нет. Позволь ей хотя бы упокоиться с миром, чтобы её достоинство и свободу больше никто и никогда не попрал. В глазах старца, произносящего эти слова, была неподдельная печаль. Он просто скорбел. От всего сердца скорбел о смерти незнакомой девушки, с которой даже не говорил. Поняв это, Комари пришлось уступить дорогу. — Я воздаю должное твоей отваге… Мики, сделай доброе дело. — Ла-а-адушки, — ответила непринуждённо женщина, которую назвали «Мики», и взмахнула пальцами. В следующий миг тело Сисселы взлетело в воздух, а её запачканная кровью кожа и одежда были мгновенно очищены. Затем земля разверзлась, нежно приняв её тело, и откуда ни возьмись поднялся красивый мраморный надгробный камень. На чистейшем белом камне без единого изъяна были высечены даже пышные украшения. — М-м, на мой взгляд просто идеально! Ведь у девушки и могила должна быть красивой, — восхвалила она себя, словно этот указатель могилы стал прекраснейшим в мире. …Но, что отбрасывало тень, так это… — Однако же эта штука мешается. Мики с раздражением посмотрела на возвышающуюся вдали башню Мирового Древа. Наполовину разрушенная Кёей башня всё же отбрасывала на могилу Сисселы тёмную холодную тень. Словно не желая отпускать душу девушки даже после смерти. Увидев это, Янаги… пробормотал всего одну фразу: — …Лучше бы было посветлее. С этими словами Янаги спокойно протянул руку за спину. Тут-то Комари впервые заметила большой меч, покоящийся на спине старца — тот гигантский двуручный меч, длиной метра два-три, обладал сокрушительной мощью, скорее похожей на дубину, чем на клинок. Чем больше она смотрела на него, тем было удивительнее, что не заметила его раньше — настолько гармонировали между собой большой меч и старец. Словно меч тоже был частью его тела. Сколько же времени нужно провести вместе, чтобы достичь такого уровня? Обнажив этот грубый большой меч, Янаги твёрдо сжал рукоять своей большой мозолистой рукой. Затем, не спеша приняв стойку… он спокойно взмахнул им один раз. Мгновенно изверглась чудовищная вспышка меча. Но она не была вызвана навыком или магической силой. «Поднять, опустить» — старик показал базовую форму, которую можно назвать азами фехтования. Ничего особенного. Единственное отличие… эти базовые движения были слишком быстрыми и резкими. Комари поняла, что его умения были далеко за гранью того, что можно освоить за ночь. Лишь тот, кто шаг за шагом тренировался и закалялся, десятки тысяч раз падал и сотни миллионов поднимался, может достичь таких вершин мастерства. Тот простой и чистый взмах, должно быть, достигнутый после умопомрачительных тренировок, помчался по небу ослепительной вспышкой меча… и разнёс вдребезги башню, половину от которой оставил Кёя. Башня вдали обрушилась. В этот миг ранее заслонённые солнечные лучи хлынули туда, и яркий свет озарил белоснежную могилу. Уже ничто не осквернит её… Лишь здесь и сейчас проклятие башни полностью исчезло. Под льющимся солнечным светом старец мягко вложил меч в ножны. Без высокомерия, без гордыни, просто делая то, что должен. В этом проявлении силы Комари увидела образ истинно сильного. — Эм… Кто вы такие?.. — спросила Комари, словно опомнившись, после того, как воцарилась тишина. Янаги спокойно ответил ей: — Мы те, кого некогда призвала богиня, чтобы путешествовать по разным мирам, а также бывшие герои, исполнившие свою миссию. Такие же, как и вы… Хотя в нашем случае всё было ещё до основания школы. Поэтому, как я слышал, нынешние детки из школы называют нас — «Олд Мис». «Олд Мис[✱]Записано как: «Ушедшее поколение».». Это название явно несло в себе насмешку. Но Янаги, казалось, не был обижен и улыбнулся. — Это обращение достаточно точное. Мы лишь старики, уже завершившие своё путешествие и однажды вернувшиеся к обычной жизни. Слишком неуклюжие дряхлые старики, чтобы соваться в истории нового поколения, — легко признав это, Янаги с ясным взглядом добавил следующее: — Однако… мы всё же хотим защитить этот мир. От трагедий, что приносит та самая богиня. Не можешь ли ты помочь нам… — Янаги прямо протянул свою мозолистую руку Комари. — …в этом нелёгком деле, Комари Имари? Услышав этот вопрос, Комари на мгновение поколебавшись, оглянулась. Белоснежное надгробие, стоящее среди цветущего луга под прекрасным солнцем… Покоящаяся там девушка больше не будет скована никем и никогда. Поэтому, наверное, это запросто можно назвать «спасением» или «свободой». Но Комари не хотела, чтобы всё было так. Она не хотела, чтобы та умирала. Хотела, чтобы она жила и стала свободной. Что бы кто ни говорил, это не счастливый конец. Все должны улыбаться. Поэтому Комари поклялась на надгробии. Пусть эта жертва станет последней. Пусть эта трагедия никогда не повторится. Пока бьётся моё сердце, я буду продолжать идти вперёд,. — Да!! — прямо ответила Комари, силой смахнув катящиеся слёзы. ---------- Глава 4. Ложь …День спустя… — Вау, это и вправду оно! — эхом раздался напоминающий колокольчик радостный возглас в одной из комнат основного здания исполнительного комитета школы Играссия. Богине Розе в приподнятом настроении и улыбающейся во всё лицо… преподнесли запечатанный во льду чёрный драгоценный камень — Проклятье Конца «Фимбульвенем». Хотя она и знала, что это ужасающее проклятие, способное уничтожить мир, выражение лица богини всё равно сияло от радости. — Какое оно красивое — выглядит прямо как драгоценный камень! Может, брошь из него сделать?! Розе довольно разглядывала Проклятье… Но эта капризная богиня не могла заниматься этим вечно. Вдруг громко зевнув, Розе выбросила «Фимбульвенем», словно он ей наскучил. А там, куда было выброшено Проклятье, незаметно появился чемодан светло-коричневого цвета. Он сам открылся и непринуждённо проглотил ужасающее проклятие. — Угу, вот так-то! — закрыв застёжку, Розе кивнула, словно закончила выполнять тяжёлую работу, а затем… наконец обернулась. — Ну что, хорошо поработали, ребятки. А улыбалась она преклонившей ей колени… парочке, ставшей её новыми «Розенскими детками». — Ну что вы, самое главное, что вы остались довольны, мисс Розе. — Угу-угу, я очень довольна! Я с самого начала знала, что вы — сильные персонажи, — совершенно неискренне сказала Розе и тут же перешла к следующему вопросу: — Так, чем бы вам заняться дальше? А, точно! Может, мне отправить вас аж за самим «Мечом Древнего»? Уж вы-то наверняка сможете с лёгкостью его достать! — Ну-у-у, смилостивитесь. Вы что, говорите нам «умереть»? — Хе-хе, шучу я, шучу. Ладно, завтра я вам ещё что-нибудь поручу, договорились? — О, то есть сегодня мы вам больше не нужны? — Ну что вы, я не настолько жестока в обращении с подчинёнными… Вообще на самом деле у меня скоро собрание. Обычно я бы его прогуляла, но сегодня сказали, что оно обязательное. Так что на сегодня можете отдыхать. До скорого. С этими словами Розе исчезла вместе с чемоданом. После того, как она скрылась из виду, Кудзуха, громко ухнув, потянулась. — Вот теперь мы наконец-то можем сделать передышку. Спасибо за труды, Кёя. — …Да ничего. Юноша, всё это время хранивший молчание, покачал головой. На его лице, как и прежде, не было и тени эмоций. Не глядя на него, Кудзуха, словно что-то вспомнив, сказала: — Точно! Слушай, помнишь того парня по имени Амано, с которым мы тогда повздорили?.. Ну так вот, он умер, — сообщила она и украдкой взглянула на лицо Кёи. Но тот, как и ожидалось, не изменился в лице. — Ну, сказать «умер» будет не совсем точно. В общем, сегодня утром его нашли замороженным. Говорят, все огненные маги школы пытаются его разморозить, но, кажется, лёд ни на миллиметр не тает. По оценке службы безопасности, это работа фракции, противостоящей школе… Мда, страшновато. — Вот как? Тогда и нам стоит быть осторожнее, — дал Кёя совершенно заурядный ответ. Видимо, сдавшись, Кудзуха повернулась лицо к лицу к Кёе. — Прости меня… Кёя. — …За что? — Мне не следовало оставлять вас одних. Я должна была быть с вами. Это моя ошибка, прости, — Кудзуха искренне склонила голову. — Поэтому, наверное, тебе не хочется слышать мои слова. Но позволь мне сказать одно. На этом свете есть роли, с которыми ничего не поделаешь. Множество детей становились такими жертвами, и в будущем их будет ещё больше. Но, знаешь, даже среди всех этих трагедий, я думаю, та девочка встретила куда более лучший конец. Ведь ты был рядом с ней… Ладно, к чёрту эти бесполезные утешения постороннего. Забудь об этом. В словах Кудзухи, качающей головой, не было и следа её обычной легкомысленности. Хотя она должна была бы ругать Кёю за превышение полномочий, а не утешать, похоже, у неё и в мыслях этого не было. Увидев столь необычное для неё поведение, Кёя впервые за день посмотрел прямо на Кудзуху. — …Необычно. Вы прямо как заботливая старшая. — Ха-ха-ха, что ты такое говоришь? Я всегда была заботливой старшей сестричкой! — рассмеялась с облегчением Кудзуха, услышав ответ Кёи… но этот задор быстро улетучился, когда она самоуничижительно пробормотала: — …Хотя, нет, не заботливая. Ведь я всё ещё собираюсь использовать тебя в таком состоянии. — О чём вы? Не отвечая на его вопрос, Кудзуха, став серьёзной, спросила у него: — Слушай, Кёя, ты всё ещё хочешь продолжать быть охранником? Этот необычно прямой для неё вопрос был не чем иным, как предупреждением от Кудзухи. Если он продолжит, то столкнётся с множеством подобных трагедий в будущем. Сейчас — последний шанс уйти. Но ответ Кёи был давно решён. — Разумеется… Потому что образовалось кое-что, о чём мне нужно разузнать поподробнее. — Понятно, ладно. Раз уж ты настроен так серьёзно, то и мне пора ответить тебе тем же. Обещаю, тебе, что после следующего задания я окажу тебе всестороннюю поддержку. Я отдам тебе всю информацию, что у меня есть. Больше подобного общения Кёя и просить не мог… Но на его лице, напротив, было недоумение. — Это, конечно, очень приятно... но что с вами? Такая щедрость… Если честно, это даже пугает. — Ну, следующее задание будет довольно сложным. Без такого обещания оно того не стоит. Она не говорила такого даже во время извлечения Проклятья Конца. Задание, ради которого та самая Кудзуха специально готовит награду… От одной мысли, что ему предстоит сделать, Кёю бросило в дрожь. — И в чём заключается суть задания?.. — А-а, касательного этого… Хотя, давай пока не будем об этом. — Ну да, всё равно вы скажете: «узнаешь, когда придёшь», да? Или вообще: «прямо сейчас». — Ха-ха-ха, ну, да, так и есть, — рассмеявшись, Кудзуха вдруг всерьёз спросила: — Но… ты точно в порядке? Хватит ли у тебя магической силы и выносливости после такой битвы? — Да, никаких проблем. Скорее… мне даже хочется немного выпустить пар. — Вот как? Звучит многообещающе. Тогда пошли сразу. Наша цель… то самое место, которое мы только что видели. С этими словами Кудзуха непринуждённо щёлкнула пальцами. Перед ней появилась дверь пространственной магии. За этой дверью их ждали… — Что это такое?.. Корона, сияющая семью цветами радуги, драгоценный меч, окутанный священным светом, а рядом с бронёй, на которой были выгравированы сложные заклинания, лежал гримуар, испускающий зловещую ауру. Пол был завален сияющими золотыми монетами, и повсюду, словно галька, были разбросаны крупные алмазы. За дверью их ждали буквально горы золотых и серебряных сокровищ. («Пантэсариум»?.. Нет, это не он…) Сокровищница, где теснились несметные богатства… зрелище было вылитой копией Пантэсариума Кёи. Конечно, он понимал, что это невозможно, но сходство было настолько сильным, что даже владелец мог ошибиться. Но это дало ему примерное представление о том, где они были. — Неужели это… — Именно. Мы внутри Фул Эдды — одной из трёх великих сокровищниц мира. «Фул Эдда» — чемодан Розе, который представлял из себя одну из божественных сокровищниц, стоящих в одном ряду с Пантэсариумом. Неудивительно, что они похожи. — Отлично, сигнализация не сработала. Первый барьер пройден. И всё благодаря тебе, Кёя. Выразив свою благодарность не понятно, за что, Кудзуха подняла что-то, валявшееся у её ног. Похожий на чёрную драгоценный камень предмет был «Фимбульвенемом», который Розе только что забрала у них. Увидев его, Кёя наконец понял. — Так те «приготовления», о которых в говорили тогда, были телепортационными координатами?.. Всю неделю до извлечения Проклятья Конца Кудзуха, должно быть, занималась в своей мастерской… координатами для телепортационной формулы, встроенной в этот «Фимбульвенем». Им удалось обмануть даже божественную сокровищницу уровня сотворения мира. И, конечно, это проникновение — лишь очередной этап. Ведь это сокровищница. Проникновение сюда означало лишь одно… — Ну и что вы планируете украсть, пойдя на такое? Они проникли в эту сокровищницу, используя как трамплин абсолютное проклятие, способное уничтожить мир. Следовательно, её цель должна быть чем-то могущественнее Проклятья Конца. Да ещё и спрятанным самой Розе, которой боятся все богини. Что же это за ужасающее тайное сокровище такое? Но, конечно, прямого ответа ждать не приходилось. — М-м, интересно? Тогда придётся двигаться дальше. Это лишь средний уровень Фул Эдды. То, что нам нужно, — на самом дне, — как обычно уклонилась от ответа на вопрос Кудзуха, а затем её выражение лица вдруг стало серьёзным. — Так что соберись как следует, Кёя. Мы смогли проникнуть внутрь. Розенька, наверное, ещё этого не заметила, но… дальше будет не так просто. Сделав Кёе предупреждение, Кудзуха направился к выходу с этажа. За величественной дверью вместо сияющей сокровищницы тянулся тёмный и сырой горизонтальный туннель. С виду вылитое подземелье. — Все три великие сокровищницы имеют одно сходство: они обладают собственной волей. Поэтому, ощутив непрошенных гостей, они превращаются в подобные лабиринты, чтобы защитить сокровища. Это их инстинкт. Так что… начинаем прохождение подземелья. Теперь мы похожи на героев, — пошутила Кудзуха, а стоящий рядом Кёя угрюмо вздохнул. Похоже, путь предстоял долгий. ----… --… Вот так и началось прохождение Фул Эдды Всюду смертельные ловушки, бесчисленные разветвляющиеся пути, бродячие стаи свирепых магических зверей… Внутри лабиринт был классическим подземельем, но с одним отличием от обычных. …А именно… — …?! Опять?!.. Внезапно раздался подземный гул, и одновременно всё подземелье затряслось, а стены, потолок и даже пол начали извиваться, словно живые. И на глазах лабиринт изменил свою форму. Каждые несколько минут структура подземелья менялась.... Впрочем, в каком-то смысле это неудивительно. Ведь это не настоящая пещера, а сама Фул Эдда. Контролируемая область, где воля артефакта определяет всё. Даже «лабиринт с меняющейся формой», невозможный в реальности, появляется здесь как нечто само собой разумеющееся. Будучи владельцем Пантэсариума — другой одной из трёх великих сокровищниц, — Кёя отлично это понимал. Поэтому удивлён Кёя был не Фул Эддой… а скорее Кудзухой. — Ну же, Кёя, сюда. А, там ловушка, будь осторожен. Та тропа — ложная, так что обойдём её отсюда. Не дожидаясь, пока тряска утихнет, Кудзуха уже зашагала по новому лабиринту. Её походка не колебалась ни на йоту, и она, казалось, уже знала расположение всех созданных ловушек. Это было не просто знание или находчивость… Такого нельзя добиться без идеального понимания самого алгоритма генерации лабиринта. — Эм… Вы, случаем, были здесь раньше?.. — М-м, строго говоря, нет, но вроде того. Хотелось бы рассказать подробнее… — прервав саму себя, Кудзуха внезапно остановилась. — Жаль, но время вышло. В тот же миг, как она это произнесла, подземелье снова перестроилось. После уже ставшего привычным катаклизма перед ними, словно по плану, появилась… лестница, уходящая далеко вниз. — Отсюда начинаются нижние уровни. Помехи станут серьёзнее. Отложим рассказы о себе на потом. — Понял. И они двинулись на следующий уровень. Отсюда начинались глубины сокровищницы. Нужно сосредоточиться на этом подземелье, а не на прошлом Кудзухи… — подумал Кёя, но вид, ожидавший их внизу лестницы, невольно вызвал у него ошеломление. — Ась?.. Огромная безлюдная пустошь. Руины, застывшие словно призраки. Бесконечный опустошённый мир смерти. Внизу простиралась знакомая бескрайняя пустошь. Не просто похожая… Ветер, звуки, запахи — всё было точь-в-точь как в том мире. Однако… — …Иллюзия? — Ага, — спокойно кивнула Кудзуха. — У всех трёх великих сокровищниц свой уникальный характер. Передаваемый из поколения в поколение демонами «Пантэсариум» любит насилие, «Царская гробница Миния», передающаяся у торговцев, требует платы, а эта Фул Эдда, принадлежащая богине обмана, управляет миражами… Хотя дело не только в них, что всё осложняет. Как только Кудзуха пожала плечами, в безжизненной пустоши произошли изменения. Мусор собрался со всех сторон и превратился в свирепого чёрного дракона. Излишне говорить, что исходящая от него тёмная аура не шла ни в какое сравнение с побеждёнными ранее магическими зверями. Не имея жизни, он был бессмертен, а, будучи миражом, был непобедим. Иллюзии не всегда безобидны. Воля сокровищницы, стремящейся изгнать злоумышленников, воплотилась в хранителя. Понятно, — убедился Кёя. До сих пор он просто следовал за ней… но, похоже, наконец настал его черёд. — Подлянки на мне. Лобовые сражения — на тебе. Ну, как обычно. — Понял. Каждый на своём месте — с таким распределением ролей никто не стал бы спорить. Именно для этого его и наняли, и к тому же… это куда больше подходило его натуре, чем хитросплетения интриг. Разрубив напавшего злого дракона одним ударом, Кёя удовлетворённо кивнул. И их путь продолжился. Случайно генерируемый лабиринт, ловушки с иллюзиями и обманом, и преграждающие путь хранители уровня сверх-владык демонов. Столкнувшись с подземельем высокой сложности, которое бы не осилили даже S-ранговые герои школы, они ни разу не остановились. Невозмутимо, но неуклонно они преодолевали одно появляющееся препятствие за другим. Хотя Кёя и был не в восторге, продвигаясь вперёд, компенсируя слабости друг друга, они напоминали давних напарников, готовых доверить друг другу свои спины. Сколько же продолжался их путь? Их никогда прежде не останавливавшиеся ноги наконец остановились… Но не потому, что они столкнулись с трудностью, а скорее наоборот — они наконец достигли цели. — Это же… Перед ними гордо возвышались огромные врата. Их отвратительный кроваво-красный цвет словно предупреждал всякого, кто пытался войти внутрь, что за дверями — запечатанная запретная область — ларец, где дремлют «запреты», которые ни при каких условиях нельзя пробуждать. И Кёя прекрасно знал, что это такое. — «Архив»?.. — О, так ты знаешь?.. Всё так. Это врата в запретную даже внутри Фул Эдды область, называемую «Лайбрари[✱]Library — англ. (Библиотека). Записано как: «Фальшивая, иллюзорная, запутывающая деревня».». Это означало две вещи. Первая — что впереди находится их цель — самая глубокая часть Фул Эдды. И вторая… что впереди ждёт ещё большая опасность. — Ну что ж, сейчас начнётся главное представление. Справишься, Кёя? — Если я скажу: «нет», можно я пойду домой? — Хе-хе-хе, глупый вопрос. И затем запретные врата распахнулись. Но по ту сторону их встретило… совсем не то, что они ожидали. Стройные ряды странных механизмов. Бессчётные инкубаторы, заполненные жуткой жидкостью. Множество начертанных повсюду искажённых магических кругов. Лечебные столы с оковами, которые были тёмно-красными от ржавчины, а на полу — множество пятен, испускающих прогорклый зловонный запах. В месте, которое должно быть сокровищницей, не было ни единого сокровища — это определённо была лаборатория. И судя по всему, для чего-то весьма зловещего. — Алхимия, магия призыва… а здесь — некромантия… — Ха-ха-ха, комбинация, вызывающая лишь дурные предчувствия. К параду тревожных магических формул добавлялось плотное демоническое присутствие, наполнявшее округу. Более того, в крови, въевшейся в пол, была и человеческая… Уже одного этого достаточно, чтобы представить, что здесь создавали. Особенно Кёя, который уже видел результат… В любом случае, это точно не место, которое должно быть в сокровищнице богини. Неудивительно, что его так тщательно скрывали. Но… — Мда-а, жутковато. Быстрее бы выбраться отсюда. — Э? Несмотря на то, что они нашли явно подозрительную лабораторию, Кудзуха непринуждённо её проигнорировала. Напевая мантру, она собралась просто пройти дальше, мимо неё. — По-погодите, разве не это наша цель?.. — О чём ты? Неужели… ты думал, что я на самом деле — герой справедливости, который пришёл сюда обличить Розеньку? Ха-ха-ха, нет, нет и ещё раз нет! — рассмеявшись, Кудзуха покачала головой и добавила кое-что невероятное: — Вообще, ты, кажется, что-то неправильно понял. До настоящих глубин Фул Эдды мы ещё не добрались. — Ась?.. — Ну, знаешь, как часто говорят: «В зарубежных поездках носи с собой крупные купюры для защиты от грабителей». Мол, если отдать то, что они хотят, то хотя бы жизнь не отнимут. То же самое и здесь. Истину, которую действительно хотят скрыть, прячут за другой истиной. Эта лаборатория — всего лишь приманка, — уверенно заявила Кудзуха. Но Кёя отнёсся к этому с недоверием. Эта лаборатория была не миражом или иллюзией, а настоящей, используемой по назначению. Он не знал, как устроена система мира богинь, но было ясно, что обладание таким местом не останется безнаказанным, если раскроется. Для Розе это определённо должно быть смертельной тайной. По аналогии с грабителем, это эквивалентно самой «жизни». Могла ли существовать истина, которую стоило защищать даже ценой этого? Но эти сомнения вскоре рассеялись. В самом конце лаборатории Кудзуха возложила руку на ничем не примечательную каменную стену. В мгновение появился странный узор, который тут же превратился в узкий проход. Увидев это, никаких сомнений не осталось. Оно было впереди. То «нечто», что Розе хотела скрыть даже ценой использования жуткой лаборатории как прикрытия. И они ступили в проход. В самой глубине океана проклятий, за десятками тысяч слоёв защитных барьеров, за самой прочной дверью во всей Фул Эдде, простирался… широкий и прекрасный сад. Щебетали маленькие птички. Стаи кружащих, словно танцуя, бабочек. А за прекрасными цветами в полном расцвете стоял великолепный дом. Распахнув входную дверь, мы оказались в роскошной комнате, напоминающей королевский номер в лучшем отеле. Правда, вдоль стен стояли в основном детские вещи вроде манги, игр и телевизора. В этой несколько несуразной комнате нас ждала одна девушка. — Привет, ты всё-таки пришла. Короткие волосы бледного сине-зелёные цвета, миндалевидные кошачьи глаза, андрогинные черты лица с озорной улыбкой — с мужской точки зрения, это была сногсшибательная красавица, с женской — прекрасный юноша, словно сказочный принц. Она излучала странное очарование, притягивающее оба пола. Слишком безупречная внешность указывала на то, что, скорее всего, она богиня… но сказать наверняка было невозможно, поскольку от неё исходила аура, в которой смешались богиня, человек, демон, животное, растение и даже неживой предмет. Даже Кёя не мог понять, чем из этого перечня на самом деле она являлась. Единственная зацепка… прочные связывающие магические формулы, выгравированные на её запястьях. Одержимо наложенные многослойные оковы были лучшим доказательством того, что именно эта девушка и была тем, кого Розе хотела держать взаперти. Да, именно это и делало всё куда любопытнее. Кто же она такая? И ответ на этот вопрос пришёл из уст Кудзухи. — Наконец-то… наконец-то я нашла тебя… Розе, — проронила она её имя. Услышав это, девушка лукаво улыбнулась. — Давно не виделись, Риннэ. Сейчас тебя же зовут Кудзуха, так? Они назвали имена друг друга и встретились взглядами. Ни объятий, ни рукопожатий, без всякого пафоса. Но достаточно было взглянуть в их глаза, чтобы понять, насколько желанной для них была эта встреча. …Однако это касалось только их самих. Оставшийся в стороне Кёя моргал в замешательстве. — П-подождите, что это значит? Вы только что назвали её — «Розе»?.. — Ах да, точно, полагаю, нужно и тебе всё объяснить. Хотя я и сама ещё не знаю всех деталей. Но одно могу сказать… это настоящая «богиня обмана и мошенничества» Розе. — Настоящая?.. Тогда та Розе… — Подделка, изменившая облик с помощью артефакта обмана… «Богиня света и благоволения» Розалия. — Это, часом, не та, которую убила богиня Розе?.. Розе, якобы, первая в мире убийца богинь. Имя её жертвы — богиня Розалия. Он слышал об этом раньше от Кудзухи. Тогда почему же они поменялись местами? Продолжение этой истории взяла на себя сама настоящая Розе. — Понятно, вот какой всё-таки стала эта история, — Розе кивнула и тихо начала рассказывать правду: — Я действительно пыталась убить Розалию. Такова была моя роль… Но я потерпела неудачу. Она заполучила великую силу, неизвестную никому. В результате я оказалась в заточении. А Розалия, используя мои артефакты, выдала себя за меня и подняла восстание против мира богинь. Всё ради мести мне, пытавшейся её убить, и миру богинь. Создав с помощью меня как сосуда сильнейшее в мире Проклятье Конца, — поведала Розе о ужасающем плане мести богини. Услышав его, Кудзуха протяжно вздохнула. — Х-ха, так вот как оно было. Ну, я так и думала. Стоило тебе наконец появиться после столь долгого отстутствия, как оказалось, что внутри — совсем другая богиня. Пришлось попотеть, чтобы найти тебя. — Прости… Но я верила, что уж ты-то обязательно найдёшь меня. — Х-хорош уж говорить такие фразы с серьёзным лицом! – От ответа похожей на парня-красавчика Розе щёки Кудзухи слегка покраснели. Её смущённое, отводящее взгляд выражение было совсем как у обычной девушки. Увидев её такой впервые впервые, Кёя невольно остолбенел. Видимо, ощутив его взгляд, Кудзуха прокашлялась, чтобы скрыть смущение. — Кхм… В общем, вот как обстоят дела, Кёя. Прости, что не могла рассказать тебе раньше, но обстоятельства не позволяли. Я не могла рисковать потерей преимущества — знания о подмене. В любом случае, позже я объясню всё подробнее. Но сначала… нам нужно поскорее убраться отсюда. Говоря это, Кудзуха продолжала снимать связывающие магические формулы с Розе. Вместо того чтобы погружаться в радость воссоединения, она делала то, что нужно в первую очередь. Её решения, как всегда, были точны. Но что касается Кёи, он всё ещё был в замешательстве. Неудавшееся убийство. Подмена двух людей. План мести миру богинь… Учитывая предыдущие слова и действия Розалии и ту лабораторию, всё это было вполне правдоподобно. Глядя на то, как крепко сковали настоящую Розе, в этом можно было не сомневаться. Но… откуда тогда это лёгкое чувство дискомфорта? Казалось бы, это правда, в которой невозможно усомниться… и всё же что-то не давало Кёе покоя. Слова Розе и Кудзухи казались какими-то поверхностными. Он не мог избавиться от неприятного ощущения, будто мелкая кость застряла в горле. В поисках причины своих непонятных даже ему чувств, Кёя бегал глазами по округе… и вдруг осознал. Да, это место. Эта комната. Она смущала меня с самого начала. Эта комната была похожа. Слишком похожа. Если так, то она солгала об одном… Однако, когда он уж собирался всё озвучить… — Вот я вас и нашла!.. Внезапно в пустоте возникли телепортирующие Врата богинь. Оттуда друг за другом стали появляться юноши и девушки, несущие в себе ауру как людей, так и демонов. И затем, из-за их спин, появилась… знакомая Кёе богиня. — И что же вы тут делаете… мисс Сноэлла? «Богиня инновации и мышления» Сноэлла — последний раз Кёя видел её, когда та была утянута в Фул Эдду ложной Розе, то есть Розалией, но похоже, она выжила в том мире.… Хотя, судя по ошейнику с формулой подчинения на её шее, правильнее было бы сказать, что ей «позволили жить». — Однако, ситуация-то отнюдь не спокойная. Эти гомункулы — помесь людей и демонов, верно? Да ещё и с Реинкарнатором в придачу, в качестве вишенке на торте? Хе-хе-хе… Уж не перебор ли это? — Хым, а глаз у тебя намётан. Но это делает тебя ещё большей дурой. Это ж надо было додуматься взять и проникнуть в сокровищницу Розе! — Да уж, страшновато. Если поймают, превратят в дворовую собачонку. Прямо как одну богиню. — З-замолчи! — с открытой враждебностью закричала Сноэлла. — Ну-ну, не злитесь так, это же всего лишь шутка. А, как вам такой вариант: хоть это и не совсем извинение, но… давайте заключим сделку. Мы можем помочь вам сбежать отсюда. — Чего? Ты хоть понимаешь, в каком положении находишься, чтобы говорить такое? Это вы загнаны в угол. Вам стоит не сделку заключать, а молить о пощаде! Конечно, прислушиваться к этим мольбам я не собираюсь! — угрожающе заявила Сноэлла. Судя по всему, она полностью стала пешкой Розалии… Хотя, разозлилась она, видимо, не только из-за этого. — Ведь… вы бесите меня. Почему вы проигнорировали мою мастерскую?! Это слияние людей и демонов! Запретный и непростительный эксперимент! Должна же быть какая-то реакция! Вы должны трепещать перед моей мудростью! А вы все игнорируете меня, будто я — мелкая сошка!!.. — Ха-ха-ха, так вот что тебя волнует на самом деле? Кудзуха невозмутимо улыбнулась, однако Кёя понимал. Их положение было незавидным. Сейчас Кудзуха была занята полностью снятием связывающей формулы, что сковывала основу Розе. Хотя со стороны казалось, будто она с избытком уверенности дразнит Сноэллу, её целью было выиграть время до завершения рассеивания. Пока оно не закончится, бежать было некуда. И понимал это не только Кёя. — Хым, ну и ладно. Говори что влезет. Я слишком занята, чтобы участвовать в твоей жалкой попытке потянуть время. Какой бы прогнившей она ни была, Сноэлла всё ещё оставалась богиней мышления и понимала цель Кудзухи. А значит, она уже решила, что делать дальше. — Ну же, ваша очередь, мои детки!!! Едва она отдала свой приказ, как ожидавшие юноши и девушки разом выступили вперёд. Вероятно, это были те самые гомункулы, созданные в той лаборатории. Все они источали магическую силу уровня S-ранга, и почти наверняка обладали псевдо-оригинальными навыками благодаря Реинкарнатору. Эта армия была достаточно сильна, чтобы при желании развязать войну против всей школы. А раз так, то… видимо, пришёл мой черёд, — размышлял Кёя и вышел вперёд, словно отвечая на брошенный вызов. В этот миг лицо Сноэллы исказилось. — Опять ты, Кёя Кудзё!.. Глаза Сноэллы с ненавистью уставились на Кёю. Ведь именно он вместе с Хиной Кирасаки уничтожил Резистанс и стал причиной, по которой Сноэлла была поймана Розалией. Естественно, она затаила на него глубокую обиду. — Приношу вам извинения… за тот случай. — У-хе-хе-хе-хе, да ничего, ничего. Я не держу зла. Сов-сем не держу! Я скорее благодарна. Благодаря тебе я получила прекрасные данные! Правда-правда, я не в обиде! Он попытался извиниться, но в ответ получил улыбку, которая, как ни крути, не выглядела прощающей. И, само собой, будучи в ярости, она ни за что не упустит шанс отомстить. — Так что, в качестве благодарности… я продемонстрирую тебе их завершённую версию! «Ордер: Флорантия»! В мгновение ока из тел гомункулов хлынула чёрная, как смоль, магическая сила. Точно паразиты, разрывающие своих хозяев, одно за другим прорастали зловещие крупные деревья. Да, это было то самое искажённое великое древо, забыть которое невозможно. Неудавшееся Мировое Древо, нечто чуждое, подтачивающее этот мир — Древо Скверны. Но оно разительно отличалось от тех, что он видел ранее в убежище Резистенса. Те были ещё саженцами, а бушующие сейчас перед ним, изначально были практически взрослыми.… Видимо, исследования Сноэллы шли чрезвычайно успешно. И бесчисленные появившиеся Древа Скверны безжалостно атаковали их троих. — Гх!.. Волны искажённых ветвей накатывали подобно цунами. Кёя, как и в прошлый раз, развернул защитный барьер из заклинаний всех стихий, но… выходная мощность практически взрослых деревьев была буквально на ином уровне. К тому же, это была контролируемая область Фул Эдды. Даже Кёе было нелегко сдержать этот натиск. Его стиснутые зубы скрипели, а чрезмерная нагрузка, что на него обрушилась, заставляла лопаться кровеносные сосуды по всему телу один за другим. — Ещё чуть-чуть!.. Продержись ещё самую малость, Кёя!.. Хотя Кудзуха и понимала, насколько безрассудные вещи творит сейчас Кёя, будучи целиком поглощённой рассеиванием, она могла лишь подбадривать его словами. Сноэлла же с наслаждением глумилась над отчаянными усилиями троицы. — А-ха-ха-ха, бесполезно, бесполезно! Какой вообще смысл снимать эти оковы? Фул Эдда ни за что на даст сбежать ворам, проникнувшим в «Лайбрари»! Единожды закрывшись, этот чемодан уже не откроется! Вы все умрёте здесь!!! Да, даже если оковы будут сняты, а они как-то одолеют Древа Скверны, в конце концов сбежать из закрытой Фул Эдды — невозможно. Досконально знающая эту Сокровищницу Сноэлла была в этом уверена… Но Кудзуха тоже знала про Фул Эдду. — Да, об этом мне прекрасно известно. Всё-таки изначально Фул Эдда принадлежала Розе. А мы с ней тоже довольно давно знакомы, так что я кое-что приготовила для такого случая. Это был не её обычный блеф… Осознав, что у Кудзухи есть какой-то план, Сноэлла насторожилась. Но Кудзуха ещё не закончила. — Хотя, честно говоря… вы в общем-то правы, мисс Сноэлла, — способов выбраться отсюда не так уж много. Подготовить несколько вариантов я не успела. Так что… Эй, Кёя, – Кудзуха неожиданно окликнула она юношу, стоявшего к ней спиной, и в тот же миг Кёя всё понял: «Ах, вот как?.. Значит, этот момент настал». — От чистого сердца… прости меня. Именно в тот миг рассеивание наконец завершилось. Настоящая Розе, освобождённая от ярма, что приковывало её основу к этому месту, наконец-то обрела свободу. В тот же миг Кудзуха достала из-за пазухи два прекрасных сияющих пера. В мгновение, когда она взмахнула этими перьями, несущими в себе силу уровня сотворения мира, активировалась мощная пространственная телепортация… и Кудзуха с Розе внезапно исчезли. Они сумели сбежать из закрытой Фул Эдды… бросив позади Кёю, который отчаянно сдерживал для них Древа Скверны. — Это были «Крылья Либеры»?!.. И откуда только она их раздобыла?.. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, теперь Розе разозлится на меня!.. От раздражения Сноэлла впала в ярость… однако тут же, словно передумав, она улыбнулась. — …Но так тебе и надо, Кёя Кудзё. Похоже, тебя бросили. Хе-хе-хе, сам виноват, что доверился такой женщине, глупыш! — язвительно рассмеялась она. Однако сам Кёя не чувствовал ни злости, ни возмущения. Никаких обид, даже если один предаст другого — союзничество исключительно ради взаимной выгоды. Поэтому они не были ни друзьями, ни товарищами. Именно на таких условиях они изначально заключали этот союз. И на этот раз тот самый момент просто настал сначала для Кудзухи. Более того, предательство ради спасения кого-то куда более вменяемая причина, чем он предполагал, что сильно удивило его. Так что, ладно, ничего не поделаешь. Брошенный в одиночестве во вражеском логове, на грани того, чтобы быть раздавленным Древами Скверны, Кёя испустил покорный вздох. ----… --… В миг, когда яркий свет, окутавший всё её тело целиком развеялся, Кудзуха тут же осмотрелась вокруг. Пустая комната без чего бы то ни было, окружённая безликими стенами… Судя по витающей в воздухе магической силе, это, вероятно, была личная комната лже-Розе в каком-то из иных пространств. Самым лучшим доказательством тому был одиноко стоявший в углу комнаты квадратный чемодан — Фул Эдда. Другими словами, они вдвоём успешно сбежали из сокровищницы. — Отлично, похоже, мы выбрались… Ты цела, Розе? — Я в порядке, но что насчёт него?.. — …Я не могла спасти всех. Для меня ты — приоритет номер один. — … Розе ничего не ответила на эти слова. Но Кудзуха, не обращая на это внимания, продолжила говорить: — Ну и что нам делать дальше? Розалия может вернуться с минуты на минуту. Опусти подробности и просто дай указание.… Тот уговор «сейчас» сгодится? Или же… — Угу, кое-что я сделать смогла. Отведи меня к Хельзе. — …? Ладно, пойдём к ней сейчас же. Услышав имя «Хельза», на лице Кудзухи на мгновение мелькнуло лёгкое недоумение. Но даже так, она не стала переспрашивать и быстро активировала заклинание телепортации. Однако не всё пошло как по маслу. — Эй, а ну стоять, — раздался откуда-то девичий голос, и практически активировавшаяся телепортационная формула была раздавлена. А на её месте появилась сияюще прекрасная богиня Розе… нет, пожалуй, теперь её стоило называть Розалией. Эта прекрасная богиня благоволения… была в доселе невиданной ярости. И направлен её взгляд был не на кого иного, как на настоящую Розе… — Ты хоть понимаешь, что творишь? — произнесла Розалия полным гнева голосом и уставилась на Кудзуху. Она, должно быть, уже поняла, кто является корнем всех бед. Казалось, она даже забыла свою обычную притворно-милую манеру речи, и её взгляд источал намерение убийства. Однако сама Кудзуха по-прежнему безмятежно улыбалась. — Ну, как знать. Отпустите меня, если скажу, что не понимаю? — Хорош паясничать! Сколько тебе известно?!.. Хотя, это не имеет значения. Я порешу тебя без лишних разговоров! Вперёд, Нария! Стоило ей в гневе прокричать это имя, как из-за спины Розалии появилась девочка. Та самая ученица в школьной форме не имела никаких примечательных черт. Лицо, тело — всё было самым обычным. Как будто само понятие среднестатистического обрело человеческий облик — внешность, не оставляющая никакого впечатления. Но Кудзуха знала, что хоть эта девочка и выглядела как человек, внутри она им не являлась… — Понятно, значит, это и есть шедевр мисс Сноэллы? Однако эти технологии не из мира богинь, верно? Интересно, кто дал ей наводку? — Ха-ха, какой смысл тебе знать, если сейчас ты всё равно умрё-ё-ёшь!!! — в ответ на гневный крик Розалии, девочка, которую назвали Нарией, пришла в движение. С нечеловеческой скоростью она приблизилась к Кудзухе и, без меча или магии, просто взмахнула рукой. Одного этого было достаточно, чтобы само пространство было грубо рассечено. Если бы Кудзуха не успела уклониться в последнее мгновение, её бы сейчас располовинило. Девочка обладала подавляющей силой, от которой побледнели бы даже владыки демонов высшего ранга. Однако… (Настолько слабый приём, несмотря на подобные характеристики? Выходит… Розе нужна им живой.) Розалия определённо одержима Розе. Следовательно, у той полу-демонессы Нарии тоже есть приказ высшего приоритета: «Не убивай Розе». В конце концов, Розе — ценный сосуд для Проклятья Конца. Было бы абсурдно уничтожить его. Значит, грех не воспользоваться этим. — Розе, поможешь мне немного. Прошептав это, Кудзуха… словно прячась, зашла за спину Розе. Стоило ей сделать это, как преследовавшая её до этого самого момента Нария заметно замедлилась. — Ты разве не пришла спасти её?!.. — Ну да. Я просто делаю то, что необходимо для этой цели. Для достижения цели такие мелочи, как мораль, — ничто. Средства и процесс не имеют значения. Именно такой была Кудзуха Минахо. Толку от того, что прикрываться показной праведностью, если в таком случае они обе падут. Если это необходимо, она без колебаний использует Розе в качестве заложницы. И эффект был мгновенным. Гомункул превосходил её по физической и магической силе, но вот по части интеллекта всё обстояло иначе. Хотя Нария могла запросто уничтожить врага, возможность использовать силу с умом и сдерживаться у неё изначально не предполагалась. Это было подобно попытке поднять яйцо огромным бульдозером. Какими бы огромными ни были её характеристики, если она не может их использовать это то же самое, что и не иметь их вовсе. Насмехаясь над Нарией, которая не могла её атаковать, Кудзуха перешла в контратаку. Медленно, но верно. Без всяких пафосных заклинаний и впечатляющих мощных приёмов. Ловко используя Розе как щит, она атаковала Нарию, полагаясь на точность. Издеваться над скованным животным для Кудзухи было настолько легко, что она даже зевнула. В результате Нария, превосходящая Кудзуху по всем параметрам, была легко ей повержена. — П-почему ты не можешь победить даже одну слабачку?.. Вставай! Ты ведь всё ещё можешь сделать это! Немедленно убей её!!! Факт того, что её сильнейшая фигура проиграла какой-то Кудзухе, которая даже не являлась S-ранговым героем, привёл Розалию в ярость. Она кричала, не в силах принять неприемлемый для неё исход. Но как бы она ни билась, результат не менялся. — Что же это, почему всё так?.. Почему все вокруг такие бесполезные?.. Ломаются самовольно, предают самовольно, проигрывают самовольно… Один лишь бесполезный мусор!.. — жаловалась Розалия, столкнувшись с неоспоримым поражением. Проклиная всё, со стороны казалось, что она уже сдалась… Но тёмное пламя её одержимости ещё не угасло. — …Тогда ладно… Если все бесполезны… Я сделаю всё сама!!! — выплюнула она, и одновременно с этим появился меч. Взяв его, Розалия в порыве ярости бросилась рубить Кудзуху. Однако Кудзуха среагировала быстрее. Стоило ей щёлкнуть пальцами, как появилось пламя, которое мгновенно обратилось в стену бушующего пламени и обрушилось на Розалию. Богиня благоволения же… даже не пыталась защищаться или уклоняться. Вернее, стоит сказать, что не смогла. Причина предельно проста — «богини не обладают боевыми способностями». Этот известный всем факт не был исключением и для Розалии. Потому полыхающее пламя легко поглотило Розалию. …Однако, наблюдая за ним, Кудзуха с недовольной гримасой пробормотала: — Ну, так я и думала. Из-за стены адского огня донеслось хихиканье. Сразу после этого из пламени величественно вышла Розалия без единой царапины. Нейтрализация с помощью артефакта? Защита с помощью барьера? Блокирование за счёт навыка?.. Нет, здесь что-то иное. Розалия сама ничего не делала, она просто шла. И всё же она осталась невредимой, потому что пламя само сторонилось Розалии. Стоило ей сделать шаг, как яростно пылающий огонь расступался. Словно само пламя по собственной воле отказывалось причинять ей вред. Нет, Кудзуха хорошо знала, что это не метафора, а факт. — Впервые вижу их собственными глазами, но… Блин какие же удобные эти ваши «полномочия благоволения». — О, значит, тебе про них известно?.. Верно, я — богиня света и благоволения. Меня любит само Мировое Древо. Поэтому… ни оружие, ни магия, ни существа, ни артефакты — ничто в этом мире не может меня ранить! Ведь весь мир — мой союзник! Розалия — богиня любви, которой благоволит мир. Поэтому она защищена именем любви от всего сущего в мироздании, что пытается навредить ей. Абсолютная защита, использующая в качестве щита ласку Мирового Древа — это и есть полномочия богини, которыми она обладает. — Поэтому я могу делать и вот так! С этими словами она улыбнулась и в тот же миг меч в её руке вспыхнул. Меч, окутанный зловещим адским пламенем тёмно-пурпурного цвета, звался «Тюрфинг[✱]Тюрфинг (Tyrfing, Tirfing, Tervingi) — волшебный меч из «Саги о Хервёр», первым владельцем которого был конунг Гардарики Сирглами. Тюрфинг был самым острым из мечей. Его удар невозможно было отразить, нанесенная им рана всегда была смертельной. Если обнажить Тюрфинг, то обратно его уже нельзя было вложить в ножны, не обагрив кровью; Записано как: «Искореняющее бедствие».» — легендарный драгоценный меч, испепеляющий всё сущее. Впрочем, в число целей входил и сам владелец. Потому «Тюрфинга» страшились, называя проклятым демоническим мечом, и в прошлом у него ни разу не было владельца. Ведь всякий, кто пускал его в ход, неизменно обращался в пепел на месте. Но так было до появления Розалии. Бушующее тёмно-фиолетовое адское пламя мгновенно испепелило заклинание Кудзухи. И всё же, на самой Розалии, использующей его, не было ни царапинки. Полномочия благоволения, защищавшие её, с лёгкостью отразили даже адское пламя проклятого демонического клинка. И одним мечом всё не ограничилось. Доспехи, поножи, наручи… Одно за другим Розалия призывала снаряжение — всё это было обоюдоострое магическое снаряжение, обладающее такой мощью, что убивало того, кто их носил. Еретическое оружие, совладать с которым не смог никто на всём свете. Теперь же, обретя истинную владелицу в лице Розалии, оно живо извивалось. Да, конечно, богини не обладают боевыми способностями… но с таким снаряжением это совсем другой разговор. Гарантированная миром абсолютная защита и многочисленное магическое снаряжение с несравненными характеристиками. Розалия собственноручно разбила предначертанную богиням судьбу «быть бессильными наблюдателями». Как она вообще могла проиграть ученице, которая даже S-ранга не достигал? Раз все были бесполезны, она достигнет цели собственными силами. Вскинув демонический меч, Розалия без колебаний обрушила его на Кудзуху… и в следующий миг была отброшена мощным ударом молнии. — Ч…то?.. Боль, пронзающая всё тело. Онемение, не дающее подняться. И… сильнее всего её мучило — смятение. Я получила урон?.. Это была самая обычная атакующая магия молний, к тому же довольно слабая, уровня низшего среднего ранга. Не может быть, чтобы она пробила «Полномочия благоволения». Но факт в том, что сейчас она лежала на земле. Что же, чёрт возьми, произошло? Розалия не могла скрыть замешательство от неожиданного поворота. Кудзуха взирала на неё сверху-вниз с холодным выражением лица. — А-а, видать, я вас напугала, простите-извините. У меня свои особые обстоятельства… Эти ваши полномочия бесполезны против меня, — непринуждённо бросила Кудзуха. Но, разумеется, такое объяснение не могло её удовлетворить. Розалия уже не раз испытывала, на что способны её полномочия. Атаки заклинаниями всех стихий, проклятия всех магических систем, и даже оригинальные навыки всех типов, использовавшие Реинкарнатор. И результат был всегда один — против любой атаки, любой платы, любого проклятия полномочия благоволения надёжно защищали её. Да, её благоволение превосходило даже оригинальные навыки героев — это был неоспоримый факт, подтверждённый множеством экспериментов. В этом Мировом Древе не существовало ничего, что могло бы её ранить. И тем не менее, раз атака проняла её, выходит, эта женщина скрывает некую неизвестную силу, отличную от оригинальных навыков? Хотя, даже если и так… — …Ну и что с того?!.. Схватив демонический клинок, Розалия снова поднялась. Не знаю почему, но полномочия благоволения действительно не сработали. Я готова признать это.… Но даже так, это не значит, что мои собственные атаки не проймут её. Верно, какие бы секреты ни таила эта женщина, стоит отрубить ей голову — и всё кончено. Значит, ничего с самого начала не меняется. Вновь распалившись от ярости, Розалия гневно взмахнула демоническим мечом… Но снова её встретил яростный удар молнии. — Агх-х… Словно повторилась запись прошлого момента — Розалия была с лёгкостью отброшена. Доспехи спасли её от мгновенной смерти, но у магических доспехов, убивающих даже своего владельца, не может быть такой милой функции, как смягчение боли. Чудовищная, острая боль пронзила всё её тело. Для той, кто благодаря своим полномочиям с рождения не получила ни единой царапины, эта боль была поистине невообразимой. Но даже так Розалия, стиснув зубы, поднялась… и снова была поражена молнией, покатившись по земле. Да, в конечном счёте, это была уязвимость её природы как таковой. Без защиты полномочий благоволения она не могла даже использовать магическое снаряжение должным образом. Особенно сейчас, когда она имела дело с Кудзухой Минахо. Та превосходила Розалию на несколько порядков во всех боевых навыках и не позволяла себе терять бдительность по небрежности или самонадеянности. Более того, надеяться на снисхождение из-за сочувствия было просто глупо. Холодно, точно, не позволяя даже «суицидальной контратаки». Бой был слишком односторонним. Словно отмахиваясь от надоедливого комара, Кудзуха лишь монотонно снова и снова наносила ответные удары. Она могла бы продолжать это вечно до того самого мгновения, когда дух Розалии будет сломлен, и та в слезах не закричит: «хватит». …Однако «это мгновение» не наступало. Сколь бы раз её ни отбрасывало, сколь бы раз она ни прокатывалась по земле, сколь бы раз ни корчилась от мучительной боли, Розалия упрямо поднималась на ноги. На её лице, залитом слезами, кровью и липким потом, не осталось и следа обычного прекрасного таинственного сияния. Выставляя напоказ уродство, словно у живучей, грязной дворняги, она всё равно не желала сдаваться. Наблюдая со стороны за этим жалким зрелищем, Розе не выдержала и наконец заговорила: — Умоляю тебя, Розалия… Пожалуйста, хватит, — шёпотом молила Розе измотанную Розалию. — Я понимаю, что ты не можешь меня простить. Но такова моя роль. Так что хватит. Я больше не могу наблюдать за тем, как ты страдаешь… Но эти подобные молитве предостережения не достигли Розалии. — Закрой рот и молчи, Розе!.. — резко отказалась Розалия, даже не посмотрев в сторону Розе. И в порыве той же ярости снова замахнулась демоническим мечом… Но в этом не было никакого смысла. Всё повторится, как и прежде. …Я вас не отпущу… Ни за что… Уже который по счёту раз? Цепляясь за демонический меч, Розалия поднималась. Все козыри были разыграны, путей к спасению не осталось, союзников не было ни единого. Её изувеченное тело давно перешагнуло предел, и было чудом, что она вообще оставалась в сознании. Ей двигала всего одна вещь — невероятная одержимость. Увидев это ненормальное зрелище, Кудзуха впервые остановила руку и тихо пробормотала Розе: — …Розе, дальше так нельзя. Именно такие как она — самые опасные. — …! Подожди, Кудзуха, пока ещё… — Мой наивысший приоритет — ты.… Прости, но я прикончу её здесь. Проигнорировав попытку Розе остановить её, Кудзуха наполнила магический круг убийственным намерением. Реагируя на это, была развернута самая масштабная магическая формула атаки молнией высокого ранга из использованных до сих пор. Даже будучи защищённой зачарованными доспехами, получив такой удар, хрупкая богиня бы, несомненно, скончалась. И смертоносная молния нацелилась на Розалию, что по-прежнему прямолинейно рвалась вперёд… но в самый миг её выпуска неожиданно раздался странный треск. Одновременно с этим застёжка на чемодане Фул Эдды в углу комнаты слетела. Из него появился… юноша. — Ты же… Кёя Кудзё?!.. Как ты выбрался из Лайбрари?!.. — не могла скрыть шок Розалия при виде появившегося Кёи. Что было вполне естественно, ведь в этой уже и без того безнадёжной ситуации вернулся враг, которого, казалось бы, обезвредили. С другой стороны, Кёя просто спокойно ответил: — Да ничего особенного, обычным способом. Верно, не так уж важно то, «как он сбежал». Конечно, он оказался брошен в самой гуще Древ Скверны, но для него это было даже кстати. Если не за кого прикрывать, одного взмаха Лаванквина было достаточно. А чтобы выбраться из запечатанных владений, он использовал Пантэсариум. Оба — одни из трёх великих сокровищниц, обладающие равной силой. Перевернув территорию Пантэсариума вовне, он силой нейтрализовал зону влияния Фул Эдды. И для Кёи этот способ побега был лишь одним из многих. Поэтому это действительно не имело значения. Впрочем, похоже, не только Розалия не ожидала его возвращения живым. — Не ожидала, что ты сможешь выбраться оттуда… Ну, в любом случае, рада, что ты в порядке… но из моих уст подобные слова, вероятно, звучат как издёвка? Кудзуха улыбнулась, испытав облегчение с изумлением. Но за этой улыбкой скрывалась настороженность по отношению к Кёе. Ведь это именно Кудзуха предала его и использовала как пешку. Хотя её и вынудила ситуация, она не стала бы жаловаться, даже если бы он затаил на неё обиду. В зависимости от обстоятельств, он мог бы даже отомстить ей прямо здесь и сейчас… Но похоже, её опасения были напрасны. — А, вы про то, что было ранее? Я не в обиде. Я понимаю, что это было ради спасения мисс Розе. Да и сам я остался невредим… Скорее, я даже вздохнул с облегчением. Вы оказались куда лучше, чем я думал. — …А ты тот ещё добряк, а? Тем не менее, Кёя был абсолютно искренен, поэтому она ничего не могла с этим поделать. Но именно поэтому он хотел кое-что прояснить. — Однако, вместо извинений, я хотел бы кое-что спросить. У вас, Кудзуха…а точнее, у мисс Розе. — У меня? И о чём же? — Почему вы тогда нам солгали? Едва он задал этот вопрос, как зрачки Розе едва заметно дрогнули. Но прежде чем она ответила, в разговор вмешалась Кудзуха: — Погоди-ка, Кёя, я не совсем понимаю, о чём ты… Ты ещё много чего не знаешь и не можешь судить, что правда, а что нет. Сейчас достоверно лишь то, что та Розалия выдавала себя за Розе… и то, что она невероятно опасна. Разве нет? Сейчас я избавлюсь от неё, а потом мы поговорим… — Простите, Кудзуха, но я сейчас обращаюсь к мисс Розе, — прервав возражения Кудзухи, Кёя продолжал смотреть прямо на Розе. — Конечно, вы правы, Кудзуха, я ничего не знаю о вас… Но одно я понимаю совершенно чётко: то, что «её заперли, чтобы использовать как сосуд» — это ложь, не так ли? — Ты что несёшь, Кёя?! Ты же сам всё видел! Если Розалия не хотела её использовать, то зачем она так отчаянно её прятала? И вообще, на каком основании ты… — Основание есть… Та комната. — Чего?.. Тот отдельный дом, что стоял в глубинах Лайбрари, в самой дальней части Фул Эдды. Сначала внимание Кёи привлекала лишь настоящая Розе, но успокоившись, он заметил множество манги, выстроенной вдоль стен, игры, собранные со всего света, большой телевизор и груды Blu-ray… Всё в той комнате было предназначено для чьего-то удовольствия. И всё же, ни на одной вещи не было следов использования. Словно в знак протеста тому, кто их приготовил. Кёя знал о ещё одной такой же грустной комнате. Потому-то, даже не зная подробностей и обстоятельств, насчёт одного он был уверен железно: та комната не была темницей для неё. Скорее наоборот… Розалия пыталась защитить Розе. От всего мира, что ей угрожал. Точно так же, как сейчас поступал сам Кёя. — Розалия пыталась защитить мисс Розе… не так ли? — Эй-эй, Кёя, что за глупости ты говоришь!.. С точки зрения Кудзухи слова Кёи были не более чем безосновательным бредом.… Но, взглянув на молчаливую Розе позади, она, должно быть, что-то почувствовала. Выражение лица Кудзухи омрачилось. — …Погоди-ка. Розе… Неужели это правда?.. В тот самый момент, когда она собиралась вытянуть из Розе правду… — Эй, а ты не офигел ли часом? Лезешь не в своё дело без спросу… — прервала разговор троицы Розалия едва слышным голосом, который тем не менее был полон пылающей ярости. Эта необычайная злость… была направлена прямо на одного лишь Кёю. — Слушаешь украдкой, а потом заявляешь, будто всё понял… Да что ты можешь знать обо мне?!.. «Я пыталась защитить Розе»? Ха-ха, ещё и говоришь это с самоуверенной рожей… Ну и что? Разве это оправдывает всё? Думаешь, меня простят, если я уничтожу мир? Как бы не так!! — всё ещё пошатываясь, прорычала Розалия. — Да, всё как ты и сказал! Я хочу защитить Розе! От этой дурацкой роли и от мира, что её одобряет! Ради этого я готова уничтожить Мировое Древо!!.. Но какое тебе до этого дело? «Никакая причина не оправдает уничтожения мира», верно? Так что в итоге всё одинаково. Всё равно ты попытаешься остановишь меня, жалея, с словами «бедняжка» или будешь мешать, читая нотации, что «Розе этого не хочет»?! Будешь твердить «мир всё равно прекрасен», а в конце убьёшь и меня, и Розе?! Ведь в этом суть героев! Ваша роль — защищать мир! Так не смей меня жалеть! Это противнее всего!! — излила Розалия свой обнажённый гнев. Своевольно решают, что всё поняли, своевольно сочувствующие, своевольно жалеющие… В конце концов, они — просто лицемеры, которые ничего не сделают. И этот наверняка такой же. А как иначе? Какой дурак, одобрит принесение в жертву всего ради одного единственного дорогого человека? Никто в этом мире не признает такую эгоистичную прихоть. Я и сама это понимаю. Так что мне всё равно. Я не нуждаюсь в сочувствии, помощи или чьего-либо понимания. С того самого дня, как я решила спасти Розе, я была готова к этому. Даже если весь мир обернётся против меня, даже если та, кого я хочу спасти отвергнет меня — я всё равно спасу Розе. Да, я разрушу всё: этот мир, полный ролей, судьбу бытия наблюдателем, трагедию, обрушившуюся девушку, которую я люблю. Даже если я останусь одна — я во что бы то ни стало исполню свою эгоистичную прихоть! — Вот как?.. Ты всё это время столько трудилась, не покладая рук, в одиночку, верно? — неожиданно ответил ей Кёя нежным голосом. — Э?.. Когда он успел? — Оказавшийся прямо перед Розалией Кёя медленно протянул ей руку. Та шустро попыталась отпрянуть, но была уже в зоне его досягаемости. Будучи богиней, она не могла увернуться, и всё, что оставалось — лишь инстинктивно съёжиться. Но того, чего она опасалась, не произошло. Рука юноши лишь нежно коснулась головы Розалии. — Ч-что ты…? Розалия растерялась от неожиданности. Ведь такого просто не могло быть. Никто, питающий к ней вражду, не мог прикоснуться к обладательнице полномочий благоволения. Мир не позволил бы. И всё же Кёя гладил её по голове, словно это было нечто само собой разумеющееся. Немного неумело, несколько неловко, но вложив всю возможную нежность. И в его прикосновении не было и капли вражды. — Все это время ты сражалась в одиночку… пытаясь спасти дорогого тебе человека от её роли. Прости, что заметил это так поздно, — пробормотал Кёя с искренним раскаянием. — Но теперь всё будет хорошо. Тебе больше не нужно нести эту ношу в одиночку. Ты действительно приложила немало усилий. Так что… остальное предоставь мне. Нежные слова и застенчивая, неуклюжая улыбка.… Но они, конечно, не могли тронуть Розалию. Что значит «остальное предоставь мне»? Кто поверит таким словам? В конце концов, он подручный Кудзухи, герой, чья роль — спасать мир. он наверняка скоро забудет эти фразы, рождённые мимолётной жалостью. Да, я знаю.… Должна знать, и всё же… почему-то я никак не могу стряхнуть его руку. Возможно, дело было не в словах Кёи, а в тепле, исходящем от его ладони. Одно лишь ощущение нежного тепла тела юноши наполнило грудь Розалии чем-то очень тёплым. Облегчение, спокойствие, умиротворение… все те чувства, что она должна была оставить позади в тот день, когда решила уничтожить мир, теперь неумолимо оживали через прикосновение его кожи. Возможно, поэтому, Розалия сама не заметила, как, дрожащим голосом спросила: — Ты… правда поможешь мне?.. Этот вопрос был до смешного детским и слабым, словно от девочки, боящейся призраков. Глядя прямо в глаза девушки, Кёя ответил: — Да. Ты мне тоже нужна. Прости, что я провалившийся герой, на которого нельзя положиться, но… отныне я буду твоим мечом. Эта клятва, произнесённая как-то неуверенно, но искренне, заставила демонический меч выскользнуть из рук Розалии в тот же миг, когда она услышала её. Словно маска, что она носила всё это время, наконец спала. Наблюдавшая за ними двумя Розе… пробормотала с бледным лицом: — Эй, Кудзуха не могла бы ты… выполнить то обещание прямо сейчас? — …Погоди, ты имеешь в виду… — Сейчас же убей меня. Пока ещё не поздно. — … Эта просьба была настолько невероятной, что в неё едва верилось. Но Кудзуха скривила лицо лишь на мгновение, не став переспрашивать или требовать объяснений. — Значит, вот как всё кончится?!.. С выражением досады, но без колебаний Кудзуха взмахнула мечом, появившимся из пустоты, в сторону девушки рядом.… Но, похоже, она опоздала на шаг. — Такие дела, простите. Видимо, теперь моя очередь. Клинок Кудзухи был с лёгкостью остановлен за мгновение до того, как она обезглавила Розе. Между ними уже стоял Кёя. Меньше, чем мгновение колебаний перед убийством старой подруги… для Кёи было более чем достаточно. — Тц… Ну, так я и думала. Ладно, неважно. Всё равно это я предала первой, — пошутила Кудзуха, быстро отдалившись и мысленно пробормотала про себя. Вот те на, какая странная ситуация получилась. Та, что пришла освободить Розе, теперь сама должна её убить, а предавший её Кёя защищает. Всё перевернулось с ног на голову. Даже Розалия, судя по всему, не могла понять происходящего и застыла в оцепенении. Но что ж, ладно. Задача проста. Победить Кёю, разобраться с Розалией. И… как и обещала, убить Розе. О последствиях подумаю, когда всё закончится. Мгновенно переключившись, Кудзуха перехватила меч, чтобы выполнить свою цель.… Но тут она наконец заметила, что её правая рука, которая должна была быть на месте, исчезла. — Что?.. Хлынувшая, словно прорвавшая плотину, алая кровь и мучительная боль. Он успел поразить её уже тогда… в то мгновение, когда их клинки скрестили. — Ха-ха, понятно… Мы явно в разных весовых категориях, — усмехнулась Кудзуха, однако её щёки побледнели от боли и потери крови. Кёя же смотрел на неё холодным взглядом. — Я не стану убивать вас. Мне ещё многое нужно у вас узнать. В спокойном голосе юноши не было и тени милосердия. Сколь бы силён ни был Кёя, пока пока в глубине души он мягок, я бы смогла с ним совладать, даже если бы он предал меня, — думала она, держа его рядом, но похоже, она больше не могла рассчитывать на его мягкость… И, скорее всего, причиной тому послужила та битва за захват Проклятья Конца. Кудзуха от всей души пожалела, что не была там. Но теперь уже поздно об этом сожалеть. Юноша уже перерос стадию, когда им можно было манипулировать красивыми словами или сочувствием. Разница в боевой силе слишком велика, что она даже сбежать не могла. Разумеется, открытое противостояние с ним было бы слишком и до смешного безрассудным. Да, выхода больше не было. Кудзуха была в безвыходном положении… Хотя это означало «при текущих обстоятельствах». — Значит, ты отбросил свою мягкость?.. Ясно-ясно. В таком случае мне тоже стоит закончить с разглагольствованиями… — пробормотала Кудзуха и неожиданно сказала: — Розе, прошу тебя. — …Ты уверена? — Ага, вернёмся ненадолго в прошлое, — коротко перебросились они парой фраз. Сразу после этого Розе, совсем как это обычно делает Кудзуха, щёлкнула пальцами. Кроме этого, богиня не сделала ничего, но похоже, этого было достаточно. — Фу-у-ух, давненько… я не сражалась в полную силу. Видимо, я теперь опять буду в розыске, — слегка раздражённо проворчала Кудзуха, но в остальном она ничуть не изменилась. Нет, изменилось лишь две вещи. Первая — её отрубленная рука каким-то образом уже восстановилась. А второе изменение… выражение лица Кёи. — …Розалия, подойди ко мне. Держись позади меня вместе с мисс Розе. — Э?.. — Быстрее… Прости, но времени у нас нет. В голосе Кёи вне всяких сомнений чувствовалась настороженности и напряжение. Да, в поведении Кудзухи не было изменений. На самом деле даже Кёя ничего не чувствовал.… И всё же он понимал. Просто знал, что нечто отличное от материальных вещей вроде боевой силы или магии, — «уровень», просачивающийся из самой сути бытия… теперь сильно отличался от прежнего. В тот миг Розе раскрыла то, что Кудзуха Минахо тщательно скрывала в самых глубинах своей души. Словно выпустив зверя из клетки. Ах, как давно враг вызывал у меня мурашки по всему телу? И этот холодок вскоре стал реальностью. — Так, как же ж оно там делалось? А то я уже всё позабыла… А, кажется, как-то так, да? — пробормотав что-то себе под нос, Кудзуха как обычно непринуждённо щёлкнула пальцами. Окружающий их пейзаж мгновенно изменился. Медно-красная, будто пропитанная кровью, земля и пурпурно-тёмное небо, затянутое тяжёлыми тучами. Ни растений, ни животных, ни малейших признаков жизни — это место было чуждым подпространством, воистину достойным называться «адом». Давящее ощущение, будто всё тело сковано множеством цепей, не оставляло сомнений: эти владения были под контролем Кудзухи. И их плотность была сравнима с уникальным пространством во время использования Флорантии. Но больше всего поражал именно способ создания этих владений. Обычно Кудзуха перемещала других с помощью телепортации. И Кёя мог бы легко этому воспрепятствовать. Но на этот раз всё было иначе. Она не перенесла их в подпространство, а призвала само измерение целикмо прямо сюда. Только Кёя понимал, сколько магической силы и мастерства для этого требовалось. И очевидно, что эти владения, вызванные ценой таких усилий, были не простой перестановкой с целью смены обстановки. — Э-это ещё что такое?.. — пробормотала Розалия потрясённым голосом. Причиной были пространственные дыры, внезапно открывшиеся повсюду в этой области. И из них, словно приветствуя почётных гостей, высовывались стаи гротескных существ, окутанных колоссальной магической силой. С первого взгляда было ясно — каждый из них был владыкой демонов сверхвысокого уровня, превосходящим даже Стадию IX. Но больше всего Розалию пугало то, что все они были абсолютно неизвестными существами. Разумеется, монстры уровня великого владыки демонов, превосходящие Стадию IX, рождаются крайне редко. Даже за всю долгую историю богинь они были невероятно редки. Потому такие владыки демонов обязательно становились легендами и даже заносились в исторические хроники мира богинь… Но находящиеся здесь монстры были иными. Они явно были уровня великих владык демонов, однако ни один из них не был запечатлён в преданиях или исторических хрониках. Была лишь одна возможная причина — все эти владыки демонов были существами из эпохи, предшествующей тем временам, когда начали вести исторические хроники. И этих ужасающих дьяволов из древних времён здесь появилась целая орда из нескольких сотен существ. — Это не призыв… и не созидание. Некромантия? — Да, я в ней довольно хороша. Хотя, впрочем… в итоге это всё одно и то же, верно? — Ваша правда, — спокойно кивнул Кёя перед лицом этой аномальной ситуации, которая пугала даже богинь. …Однако этот миг ослабления бдительности стал его ошибкой. Внезапно позади Кёи возникла дыра. В то же время из неё выполз огромный змеевидный владыка демонов. Появившись без единого намёка или признака, он с лёгкостью проглотил юношу целиком своими гигантскими челюстями. — К-кёя… — вскрикнула Розалия от произошедшего за считанное мгновение. …Но через несколько секунд из глубин живота змеи раздался тихий голос: — «Хексеннахт». Брюхо змеи мгновенно вздулось. Оно продолжало расширяться с каждой секундой… и наконец лопнуло, словно воздушный шарик. Оттуда, разбрасывая кровавые ошмётки, появились десятки тысяч, нет, сотни миллионов магических зверей и… невредимый Кёя, командующий ими. И вот, двое героев, нарушивших немыслимый запрет — подчинение демонов, — одновременно скомандовали: — Ну же, господа владыки демонов, пришло время вашей долгожданной охоты. Развлекайтесь. — Сбейтесь в стаи и пожрите их. Если вы умрёте… Я создам вас вновь. В миг, когда раздались их приказы, оба войска, рыча, столкнулись. С одной стороны — древнейшие владыки демонов, восставшие из мёртвых. На другой — огромная армия магических зверей, рождающихся без конца. Разнося повсюду кровавые брызги и предсмертные крики, владыки демонов и магические звери пожирали друг друга… Это зрелище было подобно концу света. Но для двух героев это был лишь сигнал к началу битвы. — «Вспышка». — «Керавн[✱]Керавн (κεραυνός: молния, гром) — многозначное слово: молния Зевса, его главное оружие и основной атрибут; (Κεραύνιος: поражающий громом) — эпитет Зевса. По иероглифам записано как: «Рёв императорской молнии».». За их спинами было развёрнуто бесчисленное множество магических кругов. Кёя управлял той самой формулой тепловых лучей, которая вынудила Хину применить Флорантию. Кудзуха же использовала заклинание молний ранга, превосходящий наивысший, и называющийся «Мифом», Принципом Невозможности. По странному совпадению, обе формулы были многоствольного и скорострельного типа. Однако, конечно, никто не позволил бы выстрелить ими просто так. Кёя немедленно начал чинить препятствия через изменение магических формул.… Но в миг вмешательства в магический круг, он ощутил острая боль, будто всё его тело пронзили множество раз. — …Реакционные скрытые магические знаки… Реакционные скрытые магические знаки — прозванные «минами-ловушками», они были продвинутой техникой вложения одних магических формул в другие. Один из приёмов магического боя, мешающий противнику изменять формулы. Однако… — Не называй это подлостью… Мы в одинаковом положении Тоже пытавшаяся изменить формулы Кудзуха слегка нахмурилась. Да, ловушки устанавливала не только Кудзуха. — Единообразная активация через самоподобие и самовосстановление через абсолютные ссылки… Хе-хе-хе, очень серьёзные формулы. Прямо как ты. — Ваши же формулы отвратительны. Их даже просто читать тошнотворно. В то время как формулы Кёи были подобны неприступной крепости, жёстко отражающей врага, формулы Кудзухи изначально были построены с расчётом на вторжение. Ядро формулы скрыто за счёт намеренно оставленных пустот и избыточности, а бесчисленные муляжи содержат ловушки, вызывающие ментальное загрязнение. Более того, способ записи различен для каждой формулы, манера написания ужасно беспорядочна, а смешение разнообразных ментальных языков делает формулы чрезвычайно сложными для расшифровки другими. Неумелое вторжение может мгновенно разрушить разум. Это защитные формулы, в точности отражающие характер этой девушки, привыкшей издеваться над другими. Да, их подходы к проектированию были противоположны. Но в конечном счёте они делали одно и то же — уничтожить больше вражеских формул, защитить больше своих — вот и всё. …Союзная батарея 78: остановлена… …Вражеская батарея 1066: уничтожена… …Союзная батарея 129: восстановлена… …Вражеская батарея 4: незначительные повреждения… …Союзная батарея 288: оставлена… …Вражеская батарея 7169: перезапуск подтверждён… Активация формул занимала всего секунду. За этот миг происходил обмен многих тысяч изменений формул. Это была воздушная битва, которая могла развернуться лишь между магами наивысшего уровня. В результате этой невидимой для невооружённого глаза яростной схватки процент повреждений формул у обоих почти одновременно превысил семьдесят. В тот миг оба отменили активацию своих формул… Если атаки на подавление по площади невозможны, то многоствольные заклинания — лишь пустая трата магической силы. И раз от магии толку не было, то было очевидно, какой за ней последует уход… — Приди, «Дайнслейф[✱]Дайнслейф (др.-сканд. Dainsleif) — легендарный меч конунга Хегни в битве Хьядингов, о которой рассказывается в «Младшей Эдде» Снорри Стурлусона и «Деяниях Датчан» Саксона Грамматика. По преданию меч был создан гномом Дайном и был заколдован: будучи вытащен из ножен, он не мог вернуться в них, пока не прольёт чью-либо кровь. Этот меч также никогда не промахивался, а нанесённые им раны никогда не заживали. По иероглифам записано как: «Белоснежный меч, разделяющий клятвы».». — За работу, «Короткий меч Гаруды[✱]Гару́да (санскр. गरुड, IAST: Garuḍa, тиб. Khyung, Mkha` lding) — мифический царь птиц в индуистской и в буддийской традиции, получеловек и полуптица. В индуизме — ездовая птица солнечной природы (вахана) бога Вишну. В буддизме Ваджраяны Гаруда — идам, один из символов просветлённого ума.». Магическая битва резко перешла к прямому столкновению с использованием сверкнувшего магического снаряжения, которое призвали они оба. Но тут-то равновесие наконец и нарушилось. Один, два, три… Всего три скрещения клинков было достаточно, чтобы оба поняли: в чистой физической силе Кёя был на целую лигу выше. И, разумеется, Кёя не упустил этот шанс. Тринадцатый удар… и он достигнет шеи. Уверенность в верной смерти, мгновенно ставящей точку в битве. Самый быстрый режущий удар, следующий этому плану. Один, три, восемь, двенадцать…Сверхскоростная комбинация, молниеносно обрушивающаяся со скоростью света, не оставляющая ни времени на дыхание, ни на мысли, в мгновение достигшая обещанного тринадцатого удара. Но в момент, когда финальный молниеносный удар должен был отсечь голову Кудзухи, её силуэт внезапно исчез… и она резко оказалась позади. Клинок Кёи рассек лишь пустоту. Уклонение с помощью магии телепортации… На первый взгляд кажется простым, но на деле это не так. Ведь та комбинация была проведена со скоростью, недостижимой для существующих в мире заклинаний телепортации. Даже оригинальные навыки героев высоких рангов школы не должны позволять активировать телепортацию без заклинания на такой скорости.… И всё же, если существует техника телепортации, превосходящая даже высшие оригинальные навыки, то это… — Телепортационное заклинание богинь?.. Где вы его выучили? — Ох, раскусил с первого раза? А ведь это был козырь. Телепортация высшего уровня, дарованная для управления бесчисленными мирами… явно присущая лишь богиням. Однако, она дозволена им, ибо богини не обладают боевыми способностями. Если же изначально обладающая запредельной силой Кудзуха сможет её использовать, то компенсировать разницу в физической силе будет легко. Другими словами, на этот раз им тоже не удалось поставить точку… Несмотря на идущий бой, Кудзуха рассмеялась из-за их очередного противостояния. — Что смешного? — Да так, я просто подумала, что по части боёв мы с тобой довольно близки по духу. Вообще, я давно заметила, что мы довольно похожи. Мне кажется, из нас действительно могла выйти неплохая команда. — Опять вы говорите ерунду… Кёя поражённо вздохнул. Верно, дело не в том, что они близки по духу. Просто они оба эгоистично выбирают наилучший ход. И поскольку их решения чрезвычайно близки, в результате они действуют одинаково. Так что это не вопрос духовной близости, а логическая неизбежность. …Впрочем, Кёя понимал, что «наилучший ход» не совсем корректное определение. — Лучше скажите, почему вы не используете его? — М-м? О чём речь? — Вы же всё-таки герой. У вас наверняка есть… оригинальный навык. Автоматическая регенерация, аномальный призыв, некромантия, телепортация богинь… Кудзуха показала множество козырей, но с другой стороны, один, который у неё, по идее, должен был быть, отсутствовал. И это оригинальный навык — сильнейший меч героя, который она до сих пор не обнажила. Однако Кудзуха лишь беззаботно высмеяла его замечание: — Что ты несёшь? Если такой персонаж, как я, покажет всё, на что он способен, то для него тут же всё и кончится. Использование полной силы — знак того, что я вот-вот умру. Так что хоть и хочется использовать его, но не могу, — прикинулась дурочкой Кудзуха. Конечно, Кёя не был настолько глуп, чтобы принять это за чистую монету. То ли она просто не воспринимает его всерьёз, то ли есть какая-то причина не показывать свой навык… В любом случае, если она не собирается его использовать, то пусть. — Ладно, неважно… Всё равно это лишь вопрос времени. Над головой Кёи, высоко в небе, разверзлись врата Пантэсариума. Однако их размер был несравним с обычным. Из гигантских врат, покрывающих всё небо, появились сотни, тысячи, десятки тысяч артефактов легендарного уровня. Если она не желала показывать свой козырь, он просто заставит её оказаться в ситуации, в которой ей это сделать придется. А Кудзуха же лишь усмехнулась, словно это её не касалось. — Ого, вот оно что? Звучит довольно занятно. У ног усмехающейся Кудзухи, в ответ, развернулся огромный магический круг. Из гексаграммы[✱]Шестиконечная звезда., достаточно большой, чтобы покрыть землю, вылезла огромная армия из десятков тысяч артефактов, по качеству и количеству не уступающих Пантэсариуму. — Ну что… Давай уже поскорее начнём второй акт, что ли? Бесчисленные артефакты, были выпущены одновременно с неба и земли. Сталкиваясь в воздухе, их осколки, взаимно уничтожаясь, сыпались вниз, словно метеоры… И битва снова началась. Кудзуха, используя телепортацию и иллюзии, сбивала с толку Кёю, превосходящего её в физической силе. Кёя, используя подавляющую магическую силу, сдерживал Кудзуху, демонстрирующую бездонный арсенал приёмов. Битва двух еретических героев шла в странном равновесии. Магическая сила, сила воли, сокровища, и даже жизнь. Они бросали в бой всё, что имели, стачивая друг друга. Смертельная схватка за выживание расширялась без предела, подобно бедствию. В разгар этой яростной битвы… Кудзуха мысленно вздохнула. (Чёрт, как же это удручает… Неужели он вообще не дрогнет!..) Кудзухе уже множество раз приходилось встречать тех, кого называли «ошеломляюще сильными». Поэтому она знала о слабости, которая есть у каждого из них без исключения… А именно то, что они, будучи слишком сильными, не знали, как проигрывать. Ведь экстраординарно сильные личности часто обладают огромной силой с самого рождения. И они восходят на трон на череде одних лишь исключительно побед. Поэтому они умеют сражаться только с теми, кто слабее. Дело не в охоте на слабаков — просто раз уж они рождены сильнейшими, избранными небом, вокруг них попросту нет никого сильнее, так что это неизбежно. По этой причине они хрупки, когда приходится сражаться с кем-то на лигу выше их самих. Впервые начав биться с позиции слабого… их терзают беспокойство, смятение, страх — все те негативные эмоции, которые прежде были им неведомы. И, не научившись справляться с этим, они легко уничтожают сами себя. Потому она думала, что и на этот раз будет так. Кёя Кудзё, несомненно, силён.… Но именно потому он хрупок. Она сводила на нет и парировала атаки Кёи одну за другой. Ей не нужно было в лобовую превосходить его по всем способностям. Кудзухе было достаточно заставить хоть на мгновение задуматься: «Возможно, эта женщина сильнее меня». Имея столько карт на руке, разыграть выигрышную карту в нужный момент ей было несложно. Стоит лишь разок внушить тревогу, и дело за малым — оставалось лишь раздувать, подпитывать и раскалять эту искру страха, загоревшуюся в сердце, и противник начнёт колебаться и паниковать… и в итоге оказывался уничтожен. Таков был излюбленный, наиболее эффективный и надёжный метод охоты, которым пользовалась Кудзуха. Но Кёя Кудзё оказался иным. Несмотря на то, что она уже отражала его натиск бесчисленное множество раз, ни малейших признаков смятения не было. Хотя она скрывала свой оригинальный навык, он ни капли не паниковал. Если атака не работала, он спокойно прекращал её; если понимал, что превзойдён в чём-то, легко переключался. Он совершенно не испытывал ни паники, ни растерянности от того, что его безразмерная сила не срабатывала… Нет, более того… казалось, с каждым провалом он испытывал скорее облегчение… Догадка Кудзухи была верна. (Ах… Давно я не испытывал этого ощущения) Скрещивая клинки с Кудзухой Кёя чувствовал… чистейшее облегчение. Конечно, это не значит, что он ослабил бдительность или недооценивал Кудзуху. На самом деле, она без сомнений самый сильный противник среди героев, с которыми он сталкивался. Ведь он в кой-то веки получил достойный отпор, и в некоторых аспектах она даже превосходила его. Разве не это зовётся грозным врагом?.. Но именно это и было причиной облегчения. Искусное изменение магических формул, заклятья, присущие исключительно богиням, утерянные древние заклинания, духовные искусства уровня божественных духов, и даже магия, уникальная для демонов. Множество приёмов пугающего мастерства, которые демонстрировала Кудзуха, действительно представляли угрозу… Но Кёя прекрасно был знаком с сущностью, которая была одновременно намного сильнее и имела куда больше способностей. Да, если говорить прямо — Кёя Кудзё привык проигрывать больше, чем кто-либо в этом мире. На протяжении тридцати тысяч лет его непрерывно… сбивали с толку многообразием способностей, сокрушали силой и вдавливали мордой в землю подавляющей магической силой. Поэтому, даже увидев мощь Кудзухи воочию, он не паниковал и не нервничал. Бегая или будучи сбитым с ног, он учился, запоминал, понимал… и превосходил. Таков был изначальный боевой стиль Кёи, и именно так он победил даже злейшего в мире великого владыку демонов. Другими словами, для юноши, раскрывающего свой истинный потенциал перед сильным противником, Кудзуха, которая должна была быть для него самым хлопотным противником, в каком-то смысле была и самым удобным противником. Поэтому по мере накала битвы Кёя лишь набирал силу. Каждый раз, когда Кудзуха применяла мощный приём, он с радостью его преодолевал. Чем сильнее враг — тем сильнее он становился. Чем быстрее враг — тем быстрее он становился. Чем твёрже враг — тем твёрже он становился — его путь слабейшего никогда не прерывался. До того момента, пока он не превзойдёт врага перед собой. Увидев его истинную мощь воочию, Кудзуха… улыбнулась. — Блин, ты и вправду силён. Мне с тобой не справиться, — неожиданно произнесла она посреди боя слова, звучавшие почти как капитуляция. И, к её сожалению, на этот раз это не была её обычная ложь. Да, Кудзуха понимала. Может, сейчас они и были на равных, но это лишь вопрос времени. Равновесие долго не продержится. Если продолжать эту битву на истощение, победа определённо достанется Кёе. Кудзуха уже видела этот исход. Вернее… если бы Кёя не был полностью истощён чередой непрерывных битв с недавних пор, её бы уже давно не было в живых. Кудзуха не была настолько глупа, чтобы не признать, что между юношей и ею существовала явная разница в боевой силе. Особенно в его случае, причина его силы была до смешного очевидна. — Что ж, это неудивительно. Всё-таки… ты приспешник отвергнутого владыки демонов, верно? В тот же миг раздался странный, раздирающий уши звук, и само пространство покрылось трещинами. Это не была магия или что-либо ещё — лишь истинное убийственное намерение, направленное Кёей на Кудзуху. Одного этого было достаточно, чтобы это подпространство вскричало в агонии. — Ох, как страшно. Похоже, я попала в точку, да? — …И как давно вам это известно? — С самого начала… Хотя, это прозвучало бы слишком пафосно. Я давно рассматривала такую возможность, но уверена стала лишь сейчас. Честно говоря, ты слишком силён. Само твоё существование невозможно. Объяснить это можно лишь связью с отвергнутым владыкой демонов. Так что это простая дедукция, ничего особенного. Настоящий вопрос в другом… В чём заключается твоя цель? — Кудзуха смерила его изучающим взглядом. — Месть миру. Отвергнутый владыка демонов в отместку за своё запечатывание, обучил и отправил тебя — примерно такой сценарий первым приходит на ум… но нет? Для авангарда владыки демонов твои прошлые действия были уж слишком добродетельны. В таком случае вероятен следующий вариант… уставший от вечной темницы владыка демонов призвал тебя как палача для собственного самоубийства, верно? — заключила Кудзуха, а затем продолжила: — Однако… Что-то тут не сходится. Я повидала немало вернувшихся героев. Потому я знаю, что чувствуют герои, достигшие цели и спасшие мир, — не удовлетворение, а «ощущение потери». Им не хочется отпускать великие цели, особые миссии, силу, превосходящую чью-либо… Потому все они радуются поступлению в школу… Но ты был иным. С самого дня поступления ты не испытывал ни чувства потери, ни радости. Скорее наоборот… ты был насторожен и напуган. Словно боялся чего-то, что вот-вот потеряешь. Взгляд Кудзухи пристально впился в Кёю, словно пронзая его насквозь. — Значит, вот оно что. Ты не убил владыку демонов, верно? Не забрал жизнь, а лишь нейтрализовал её основу, а затем… вытащил из того отвергнутого мира, да? Значит, сейчас владыка демонов находится… ах, вот оно что. Кошечка, которую ты всегда берёшь с собой? Кстати говоря, во время инцидента с Резистансом ты сильно отчаялся… М-м? Тогда, если судить по той ситуации, причина, по которой ты вытащил её, — не просто сострадание, верно? Ты… влюбился в отвергнутую владычицу демонов? Хе-хе-хе, ясно-ясно, значит, твой ответ малышке Розалии был искренним! Кудзуха собирала воедино фрагменты информации, полученные за это время, следя за каждой реакцией Кёи. Только Кёя понимал, насколько пугающе точными были её догадки. И она уже зашла даже дальше этого. — Значит, вот оно что… Наконец-то проступает и твоя цель… Чтобы по-настоящему спасти владыку демонов, необходимо освободить её от самой роли. И единственный способ — уничтожить источник, определяющий роли… то есть Мировое Древо. Вот, что ты сейчас пытаешься сделать, — уверенно заявила Кудзуха. А Кёя… даже не попытался отрицать. Ведь то, что она сказала, было чистой правдой. — …Вашему дедуктивному мышлению можно только позавидовать. И?.. Что вы намерены делать, если вдруг это окажется правдой? — Что я буду делать? Ха-ха, а разве это не очевидно? Ни-че-го. Вернее, я ничего и не смогу сделать. Потому что я слабее тебя. Сложно сказать, правда это или ложь, но Кудзуха лишь развела руками. Однако она на этом не закончила: — Но… что ж, если у тебя такая цель, есть кое-что, что я хочу сказать… Эй, может, уже хватит? — бросила она крайне запоздало. — Судя по дате исчезновения, ты, скорее всего, провёл в тренировках в отвергнутом мире почти тридцать тысяч лет. После столь долгой жизни, полной сражений, обычно человек утрачивает личность. Ты стал бы просто оружием, думающим лишь об убийствах. Более того, с точки зрения отвергнутой владычицы демонов, ей следовало бы сделать из тебя оружие, чтобы ты мог гарантированно убить её… Но ты таким не стал, а остался до удивления обычным парнем. Есть лишь одна возможная причина — взрастившая тебя отвергнутая владычица демонов высоко ценила личность «Кёя Кудзё» и желала, чтобы ты оставался собой. И тот факт, что она могла этого желать… означает, что нынешняя отвергнутая владычица демонов обладает эго, в отличие от того, какой она была прежде — орудием массового уничтожения. Причём, она стала вполне здравомыслящей и хорошей женщиной. То, что ты настолько в неё влюблён, — лучшее тому доказательство, верно? Ехидно улыбнувшись, Кудзуха вдруг чётко заявила: — И потому я знаю, что отвергнутая владычица демонов не одобрила бы твои действия. Ты действуешь по собственному решению, верно? Скрываешь от неё… или, нет, заточил её где-то? Кстати, в последнее время я не видела той кошки. В ответ на этот трюк, чтобы заставить его проболтаться, Кёя снова промолчал. Но, похоже, Кудзуха восприняла это как подтверждение. — А-а, так я и думала. Что ж, логично. Нельзя же просто сидеть сложа руки и смотреть, как трагедия обрушивается на любимую женщину… Но всё же, позволь мне сказать. Оставь это, Кёя. Что бы ты почувствовал, окажись на её месте? Хотел бы, чтобы ради тебя любимая женщина пошла по окровавленному пути? Разве ты смог бы это вынести? Обрадовался бы этому? Конечно, нет. «Если уж судьбу не изменить, то я хочу провести остаток своих дней вдвоём, в тишине». Разве не в этом её последнее желание? Именно потому, что она способна на такое желание, ты и полюбил её, верно? Ты и сам это прекрасно понимаешь!.. Голос Кудзухи внезапно наполнился страстью. Эта несвойственная ей страсть наконец заставила Кёю заговорить. — Ничего себе — вы меня прям насквозь видите. Прямо как будто вы говорите о себе самой. Неужели… вам с мисс Розе довелось пройти через нечто подобное? — спросил Кёя, склонив голову, словно желая узнать, а затем тихо задал следующий вопрос: — Тогда скажите мне, если это неизбежная трагедия, и правильно молча подчиниться… то как долго это будет продолжаться? Сколько ещё людей должны «правильно» принять своё несчастье, сколько должны «правильно» стать жертвами, чтобы эта трагедия закончилась? — Ответ прост, Кёя — ровно столько сколько потребуется. Роли существуют не ради забавы. Это ответ, данный этим Мировым Древом для максимизации счастья мира. Для его поддержания существует необходимый минимум несчастий. С этим ничего не поделать. Если роли исчезнут, тогда несчастьям и вовсе не будет предела. Останется лишь ад, где будут страдать все. Ответ Кудзухи был до безжалостности уверенным. Словно она слишком хорошо знала этот мир. Но эта холодность неожиданно смягчилась. — Впрочем… ты прав — это логика большинства. Тебя, того, кого сейчас заставляют нести это бремя, это не касается. Потому я не стану говорить «смирись» или «прими это». Но, умоляю, не мог бы ты остановиться всего на мгновение? Не ради мира. И не ради себя. Ради той, что дорога тебе… всего раз, на один вздох, остановись и подумай. Что осчастливит её сильнее всего? Всё в порядке, ты ещё не перешёл последнюю черту. Ты ещё можешь повернуть назад!.. Это увещевание, искреннее, убедительное, обращённое прямо к нему, шло от всего сердца. Именно эти несвойственные ей слова достигли сердца Кёи. И… именно поэтому Кёя с улыбкой ответил: — На один вздох, говорите?.. Спасибо за совет. Но, простите, боюсь, это невозможно. Ведь в мире, где нет Феррис… я даже дышать не смогу… В тот миг, когда она увидела его испуганную улыбку, Кудзуха поняла. Он уже давно перешёл ту черту. — Ясно, значит, сам ты уже остановиться не можешь… Закрыв глаза, словно сдавшись, и печально вздохнув, Кудзуха вновь открыла веки… и в следующий миг уже была позади Кёи. — В таком случае мой долг как старшей — остановить тебя. Внезапная атака с использованием телепортационного заклинания богинь и обрушившимся без промедления клинком. Эта атака, быстрее мгновения, была, однако, предсказуема для Кёи. Он тут же развернулся и попытался парировать надвигающийся удар. Но в последний момент внутри Кудзухи возникло нечто чужеродное. (Оригинальный навык?) Она наконец решила использовать его? — насторожился Кёя, уверенный в этом. Но оказался не прав. То, что Кудзуха использовала следом было не оригинальным навыком. …Более того «это» было Нечто, отличное от любой известной Кёе магии или навыка. — Ëó÷øèé òàéòë? Êîíå÷íî, æå ýòî Íåïðèãîäíûé!! Из уст Кудзухи вырвался жуткий шум, подобный машинному звуку. Гамма, совершенно невоспроизводимая человеческим голосом. Одновременно с этим странный туман окутал клинок Кудзухи. Расплывчатый, искажённый, прерывистый, он мерцал, словно мозаика, покрывающая сломанный монитор. Нет, это уже не было метафорой — сам мир не мог корректно обработать это «Нечто», что она применила. И последовал удар. Он с лёгкостью пронзил драгоценный меч, которым Кёя шустро попытался защититься, и так же легко отсек его правую руку. — …?! Он был ранен, но почему-то не было ни боли, ни единой капли крови. Вместо этого по поверхности среза расползалась, словно зараза, та самая мозаика. Плохо дело! — приняв решение за доли секунды, Кёя левой рукой силой оторвал правую. Отброшенная рука мгновенно была поглощена мозаикой… и растворилась, став её частью. Опоздай он хоть на мгновение — и всё его тело было бы поглощено этим. — Ч-что это ещё такое?.. Столкнувшись с чрезмерно аномальным явлением, у Розалии невольно задрожал голос. Даже будучи богиней, ей было ничего неизвестно об этом этом Нечто, что можно было описать лишь как багом мира. Скорее всего, именно оно было связано с нейтрализацией полномочий благоволений. Но, разумеется, Кудзуха не собиралась ничего объяснять. —  êîíöå èñòîðèè Êîìàðè ñNàçèòñÿ? íàñìåðòüΛÊå¸é. — прочитала она в полголоса код ошибки — аномальное заклинание — продолжая давление. Чужеродная мозаика, разъедающая всё сущее, на этот раз была выпущена в форме, напоминающей молнию. Ни защититься, ни свести на нет, — заключил Кёя, уклонившись, но на его пути поджидала невидимая минная формула. В момент её активации разразился чудовищный взрыв. Разумеется, этого было недостаточно, чтобы убить Кёю… но его едва восстановившаяся правая рука вновь была оторвана. Подавляющее разнообразие приёмов, показанное ранее, плюс эта сила, которой невозможно противостоять. Превосходство, начавшее склоняться к Кёе, мгновенно перевернулось. Ещё более проблемным было то, что выпущенные «баги» оставались навечно. Два активированных «бага» продолжали разъедать пространство и расширяться. Достаточно приблизиться к ним, и будешь заражён аномалией, а обычная магия начнёт сбоить. Это было нечто, очень похожее на Древо Скверны, загрязняющее сам фундамент мира. Тут-то Кёя наконец и понял. С того момента, как она показала свою истинную силу, его не оставлял вопрос: почему, обладая такой мощью, она не только в школе, но даже при штурме Фул Эдды поручала битву ему? А правда была вот в чём: дело не в скупости или какой-то ерунде. Она не могла показать свою силу, даже если бы хотела. Потому что, используя её, она рисковала разрушить весь мир до основания. Да, она тоже была одним из инородных тел, которых не должно существовать в этом мире. Если бы богини обнаружили эту силу, то весь мир бы ополчился на её уничтожение. Понятно… да, мы и вправду немного похожи, — впервые согласился с ней Кёя. И сейчас эта скрытая сила была высвобождена. Чуждая сила, что разъедает любую магию, любую материю, любой оригинальный навык… и даже сам мир. Свободно управляя ею, Кудзуха непрерывно атаковала юношу, подобно бушующий волнам. На её лице не было обычной ухмылки, она не бросила ни единой шутки. Она лишь с точностью механизма вычерчивала кратчайший путь к убийству юноши. Но даже так Кёя продолжал кое-как защищаться. Всё было так же, как и в битве с Хиной. Атаки, которые невозможно блокировать и которые убивают с одного касания, были обычным делом в сражениях с Феррис. Схватки на острие ножа были для него привычны. Поэтому он и мог буквально на волоске отражать даже странные заклинания, с которыми не мог справиться мир. Что касается Кудзухи, то она нисколько из-за этого не нервничала. В конце концов, она уже знала о силе Кёи Кудзё. Она понимала, что даже с этим козырем одолеть его будет непросто… Да, именно потому, что понимала… она и приберегла по-настоящему скрытую карту. После уже, казалось, нескольких десятков обменов ударами Кудзуха вдруг повернулась спиной к Кёе. Её палец был направлен на Розе и Розалию, которые отступили подальше. Да, условием её победы в этой битве была не ликвидация Кёи Кудзё, а убийство двух богинь. До сих пор она намеренно не целилась в Розе и сражалась с Кёей в лоб, чтобы отвлечь его внимание от них. Всё было подготовкой для этого самого мгновения. И вот, она высвободила эту чужеродную силу. Искажая мир, та устремилась прямо к беззащитным богиням. Уклониться, конечно, они бы ни за что не успели… Но в тот самый миг Кёя выпрыгнул вперёд, словно становясь щитом для них. И этот поступок… для Кудзухи был настоящим подарком судьбы. (Что ж, наверное, и так сойдёт) Кудзуха высвободила то аномальное заклинание, которое невозможно блокировать. Другими словами, даже если Кёя попытается защитить их, в итоге они погибнут все втроём. В этом не было никакого смысла. И он всяко должен был это понимать. Но несмотря на это, он защитил их… Потому что действовал под влиянием момента. Какой же ты всё-таки хороший парень, — подумала она, слегка терзаемая угрызениями давно забытой совести. Но было уже поздно. Выпущенное заклинание поглотило всех троих… — Êîìàðè ïîáåäèò Ôåððèñ ïðèìåò ÷óâñòâà ʸè è îíè óéäóò âìåñòå, — раздался в пустоте голос Кёи. И одновременно с этим в ответ вырвалось другое чужеродное заклятье. Столкнувшись, две аномалии пожрали… и моментально свели друг друга на нет. — Едва успел… Как только яростное столкновение стихло, Кёя вздохнул с облегчением. Что он, чёрт побери, сделал, стоя так невозмутимо?.. — у Кудзухи уже ничто не вызывало смятения. Она уже знала, что именно сделал Кёя. Ведь этого… она боялась больше всего. — Анализ завершён. Как я и думал, это магическая система из другого Мирового Древа, верно? — Как-то ты рано всё проспойлерил, Кёя!.. Кёя был абсолютно прав. Истинная сущность аномалии, которую использовала Кудзуха, это ни что иное, как магия, происходящая от иного Мирового Древа. Будучи изначально чужеродным элементом, не существующим в этом мире, сам мир не мог её обработать, вызывая ошибку… Однако, разглядеть это и фактически применить — две огромные разницы. Это и была та самая невозможная «аномалия». И всё же она не могла назвать это «невозможным»… потому что Кудзуха понимала самую опасную способность юноши по имени Кудзё Кёя. Сопротивляемость любым атакам. Исключительное боевое мастерство. Физические данные, позволяющие поспевать даже за светом. Бездонный запас магической силы. Бесчисленные артефакты уровня сотворения мира и несгибаемый дух — перечислять сильные стороны Кёи можно бесконечно… Но, по мнению Кудзухи, ничто из вышеперечисленного не было существенным. Да, способность Кёи, которой действительно стоит опасаться… это сам процесс, через который он проходил за тридцать тысяч лет тренировок. В конце концов он фундаментально отличался от всех существующих героев. Богини не высвобождали его способности, и Кёя учился всему сам с абсолютного нуля. Наблюдение, анализ, предположение, практика, понимание, адаптация, улучшение… Он тщательно проходил через каждый этап процесса обучения, не пропуская ни одного, и взрастил не только магическую и физическую силы, а само умение учиться. Поэтому, не имеет особого значения, магическая ли система это иного мира, находится ли он посреди боя, в которой малейшая ошибка означает мгновенную смерть — для Кёи процесс обучения был всего лишь привычной рутиной, отточенной за тридцать тысячелетий. Ведь когда-то он самостоятельно освоил и магию этого мира без помощи семени героя. Короче говоря, Кёя сделал простую вещь — он, прямо посреди боя, освоил магическую систему другого мира, которую даже Мировое Древо не должно было суметь расшифровать, в одиночку, с нуля. — Знаешь, честно говоря, я знала, что уж ты-то справишься с этим… Но ты всё равно сделал это уж слишком быстро… Она предвидела, что если использует силу другого Мирового Древа, то Кёя может, используя её как подсказку, овладеть ей. Вот почему Кудзуха так торопилась. Она скрывала свой козырь до последнего, чтобы Кёя не проанализировал её, и после первого применения спешила закончить бой минимальным количеством приёмов. В этом решении и действиях не было ошибки. Она и сейчас в этом уверена. Но ещё один ход… всего один ход она не успела. Было бы ложью сказать, что она не сожалеет о столь малом разрыве. Однако Кудзуха мгновенно смирилась с этим. Раз уж провал — ничего не поделаешь. Что ж, тогда остаётся лишь сделать следующий ход. Холодно улыбнувшись, Кудзуха… резко подняла обе руки вверх. — …Эм-м… что вы задумали?» — М-м? Разве не видно? Сдаюсь». Пожимая плечами, Кудзуха плюхнулась на пол со словами «Ах, устала». — Чёрт, ну и силища у тебя. Это уже за гранью читерства. Было бы глупо даже думать, что я способна победить такое? Ну, делай со мной что хочешь. На вопросы отвечу, всё расскажу. Вернее, ты ведь и ту технику кражи воспоминаний, что я показывала ранее, уже стырил, да? Даже нет желания пытаться хранить молчание. Но взамен, пожалуйста, только не убивай, ладно? Дай отделаться заточением где-нибудь… А, и насчёт еды — три раза в день, точно по расписанию? С десертом, конечно. И массаж раз в три дня хотелось бы. А, и ещё — интернет только высокоскоростной, окей? Для жизни в заточении интернет — вопрос выживания. О, и ещё насчёт ванны… — продолжала выдвигать требования Кудзуха, несмотря на то, что сдалась. Её поразительная способность внезапно посуроветь оставила Кёю с открытым ртом. — А вы как всегда, быстро переключаетесь… — А как иначе? Я ничего не могу с этим сделать. Заявить: «Но есть мир, который я всё равно хочу защитить!» и совершить грандиозный переворот силой любви и дружбы — не в моём стиле, верно? Что ж, значит, невозможное — останется невозможным. Кудзуха Минахо не была ни упрямой фанаткой «силы духа», ни мечтательной девочкой. Она хорошо знала, что в мире есть стены, которые не преодолеть, как ни старайся. И Кёя перед ней был именно такой стеной. Исход боя был решён. Перевернуть ситуацию невозможно. Значит, сопротивлением из последних сил лишь выставит себя в неприглядном свете. Кудзуха не была настолько глупа, чтобы отчаянно пытаться добиться чего-то, заведомо зная, что это ни к чему не приведёт, и опозориться. …Да, она не глупа. Но всё же… — Ну… хоть я и понимаю это, бывают моменты, когда всё равно надо действовать, — пробормотала зевавшая Кудзуха так, что никто её не услышал, и в то же время вдруг исчезла. В следующий миг она появилась позади Кёи. В её руке была припрятанная отравленная игла для убийств. Она притворилась, что полностью потеряла волю к борьбе и телепортировалась в разы быстрее, чем до этого. Это был козырь, который она сохранила для этого момента. Раз она не может победить его в лобовую, нужно просто убить в крысу. Если истинная сила Кёи — это адаптация через обучение, то истинная сила Кудзухи — убийство неожиданной атакой. Пусть называют это предательство, хитрость, удар под дых… подлостью. В конце концов, в этом мире прав тот, кто победил. И эта внезапная атака застала юношу полностью врасплох… — Повезло. Я знал, что вы именно такая. На землю начала капать кровь. Но это была не кровь Кёи. Игла остановилась в сантиметре от его шеи… а вот демонический клинок в его руке глубоко пронзил грудь Кудзухи. [[image:/storage/reader-images/839015447bf1253383b8ab42e377a2db1bd8f8fb.jpg]] Кудзуха была не единственной, кто скрывала свою максимальную скорость. — Гха… Как только Кёя выдернул клинок, Кудзуху сильно вырвало кровью. Отравленная игла выскользнула из её руки, а сама она не могла даже стоять и рухнула на землю. Кёя аккуратно подхватил её. — …Честно говоря, вы были самой проблемной персоной в школе. Только вы с самого начала обратили на меня внимание. Каждый раз вы приставали ко мне, и каждый раз заставляли меня нервничать… Но я вас не ненавидел… Простите. — Ха-ха… Даже если это просто лесть… я всё равно рада… Кудзуха попыталась улыбнуться, как обычно, но жизненные силы быстро покидали её щёки. Обладая изначально регенерацией уровня Кёи, сейчас, из-за проклятия, заключённого в демоническом мече, она не работала. Неумолимо приближаясь к смерти, её тело устойчиво теряло тепло. Но даже так Кудзуха изо всех сил шевелила побледневшими губами. — В благодарность… как последнее напутствие, дам тебе один совет… Эй, Кёя… знаешь, почему владыки демонов в играх не могут победить героя?.. — …Хотите сказать, что причина в том, что такова их роль? — Ха-ха, ну, типа того. В том числе и поэтому… Но нет. Ответ куда проще… — после чего Кудзуха озвучила ему правильный ответ: — Поскольку существует «кнопка сброса»… насколько бы ни был силён владыка демонов… и сколько бы героев он ни убил… одно нажатие этой кнопки и всё будет стёрто… И можно начинать заново снова и снова, пока герой не победит… Поэтому концовки, где побеждает владыка демонов, не существует… Так что… постарайся сделать всё с умом… Чтобы кому-то там не захотелось нажать кнопку сброса… Действуй… в меру… с умом… Кёя не имел ни малейшего понятия, что она пыталась сказать. Но он точно знал — это была не абстрактная метафора, а указание на что-то конкретное. — Что вам известно?.. — …Слушай внимательно… В этом мире… есть ещё… первое место в… ле… Кудзуха пыталась что-то сказать, но её голос становился слабым и хриплым. Кёя, не в силах разобрать слова, невольно наклонился ближе.… И тут он наконец понял, что говорила Кудзуха. — …Ах, спасибо… Теперь ты слышишь меня?.. «Неосторожность — главный враг». — …?! Руки Кудзухи мгновенно скользнули за его шею. Подобно объятию любимого, но также и колодкам на эшафоте — они никогда не отпустят. И на расстоянии, близком к поцелую, Кудзуха с удовольствием в голосе прошептала: — Знаешь, я давно хотела сказать одну фразу перед смертью. Не мог бы ты выслушать её вместо завещания? Эй, Кёя… умри вместе со мной, — прошептала она, и в то же время внутри Кудзухи разрослась аномальная магическая сила. Мгновенно разобрав, что это за формула, Кёя тут же нанёс удар ребром ладони. Разумеется, умирающая Кудзуха не могла защититься. Её голова была легко отсечена. …Но голова Кудзухи, которая наверняка должна была быть мертва, ухмыльнулась в воздухе. — Хе-хе-хе… Я ведь в самом начале поведала тебе, что весьма хороша в некромантии!.. Заклинание марионетки из трупа, запрограммированного двигаться даже после собственной смерти. Для Кудзухи даже поражение было одним из предусмотренных ею сценариев… Кажется, её любовь к манипуляциям не излечилась даже после смерти. Однако это уже не имело значение. В таком случае дальше нужно лишь сжечь дотла её основу. Кёя немедленно развернул формулу… но на сей раз Кудзуха оказалась на шаг впереди. …Прости, что всё закончится вот так, Розе… В этот миг разразился чудовищный взрыв. Свечение конца света, схожее с гравитационным коллапсом умирающей звезды. Разумеется, не нужно и говорить, где был эпицентр. Да, в свои последние мгновения Кудзуха применила магию самоподрыва, которая преобразовывала в магическую силу даже её собственную душу. Мощь этой магии поистине не поддавалась описанию. Но это и неудивительно. Герой, способный загнать Кёю в угол, активировал великую магию последних мгновений своей жизни в обмен на собственное бытие, и она никак не могла быть слабой. Колоссальный взрыв, в котором без разбора смешались магия всех стихий, все виды проклятий, все благословения всех эпох, все существующие в этом мире силы. Перед этой подавляющей дикой мощью боги, демоны, живые существа, неорганическая материя, даже сами концепции — всё мгновенно обращалось в пыль. Это было само бедствие, равное концу света. …И затем… — А-ась?.. Я… жива?.. После взрыва, показавшегося и мгновением, и вечностью, Розалия робко открыла глаза. В панике проверив себя, она убедилась, что все конечности на месте. Похоже, это не загробный мир. Но Розалию больше удивило то, что она осталась цела. В том взрыве должна была быть заключена магическая сила иного Мирового Древа, против которой её полномочия были бессильны… И вот, когда она подняла голову с всё ещё сомневающимся выражением лица, Розалия поняла причину. — Похоже, ты в порядке, Розалия. Не переживай, с мисс Розе тоже всё хорошо. Из-за всё ещё клубящегося дыма взрыва донёсся голос Кёи. Похоже, он защитил их собой. Даже последний козырь Кудзухи Минахо в итоге не сразил его. …Однако, когда дым рассеялся, оказалось, что стоявший там юноша был далеко не «невредим». — Э-эй, Кёя?.. Облегчение было мимолётным — в тот миг, когда она увидела приближающегося к ней юношу, Розалия вскрикнула. Ведь правая половина тела Кёи в значительной степени отстутствовала, будто её вырвали, а левая нога почти не двигалась. Кровь остановилась, но регенерация продвигалась крайне медленно, а отвратительные проклятия обвились вокруг всех частей его раненного тела.… Цена за защиту обеих была слишком велика. — Т-такие раны!.. Ты в порядке?! — Да, никаких проблем. Остановив подбежавшую Розалию, Кёя протянул свою единственную более-менее рабочую левую руку со словами: «Куда важнее…». И что же он сделал? Начал лечить крошечную царапину на её щеке. — Ч-что ты…? — Просто постой смирно. С этими словами Кёя, выжимая из себя последние остатки магической силы, сосредоточился на магии исцеления. Убедившись, что рана зажила, он с облегчением вздохнул. — Фух, вот так-то… Прости, что я такой неумелый. Я не очень силён в лечении других… — извинился Кёя, но Розалии, конечно же, было не до этого. — Сейчас не время для извинений! Тебе досталось куда больше моего!.. — А, ты про эти раны? Не переживай, я от них не умру. Правда я впервые встречаю настолько сложное проклятье. Заживут они не скоро… Неужели и в самом конце она не могла просто всё оставить? Самоподрывное заклинание ценой жизни… это была не скромная попытка «хотя бы отомстить». Это был жадный ход, чтобы не оставить информации, втянуть Розе и Розалию и, если повезёт, утащить на тот свет даже Кёю. Её высокомерный конец, заставивший бы даже владыку демонов скривиться, был настолько характерен для Кудзухи, что это даже поражало. Но теперь всё кончилось. Кёя облегчённо вздохнул… И тогда Розалия робко спросила его: — С-слушай… Знаю, что сейчас уже поздно спрашивать… Но ты и вправду станешь на мою сторону? Правда-правда?.. — Да. Ты же слышала мой разговор с Кудзухой? У меня тоже есть та, что для меня важнее целого мира. Я ничего не знаю, о том, что случилось между вами с мисс Розе, но… уверен, что в этом мы схожи. Потому я помогу тебе, и хочу, чтобы ты помогла мне. Чтобы покончить с этим ошибочным Мировым Древом. В момент его ответа лицо Розалии просияло. И тогда невинно обрадованная Розалия повернулась к другой богине, стоявшей позади. — Эй, Розе, ты слышала это? Кёя станет на нашу сторону! Так что, можешь не переживать! Всё обязательно получится! Всё обязательно наладится! Так что… давай снова поиграем вместе, когда всё закончится, — умоляюще прошептала Розалия, словно дитя, которое хочет помириться с подругой. Этот явленный ей впервые облик, должно быть, и был её истинным лицом, с которого слетели все притворство и бравада. Стоящий позади Розалии Кёя кивнул в знак согласия. — Мы с Розалией обязательно защитим вас. И для этого… пожалуйста, расскажите нам всё, что вам известно На первый взгляд, эти слова были добрыми, но скрытый в них истинный смысл был слишком очевиден. Она больше никогда не будет свободна. Потому Розе обернулась. Её взгляд упал на следы разрушений, оставленные её героем. Запечатлев это как последнее, что она увидит в этом мире, Розе… тихо улыбнулась. — Видишь, Риннэ. Всё вышло именно так, как я и говорила. Мир… не особо следует сценарию. После чего Розе, видимо, сдавшись, направилась к ним. ---------- Эпилог. Глубокой ночью Дом в глубочайшей части «Пантэсариума». В комнате, заваленной нетронутыми предметами для развлечений, на кровати лежала женщина по имени Феррис. Спокойно закрыв глаза, она, свернувшись калачиком, словно кошка, просто ждала, пока пройдёт время. Прямо как когда-то в одной пустоши… — У-хе-хе-хе, твоя поза во сне совсем не изменилась с давних пор, — раздался, разрывая вечную тишину, чей-то голос. — …?! Раскрыв глаза, Феррис увидела у окна женщину. Зачаровывающе соблазнительная смуглая кожа, обворожительно сложенное тело, до непристойности прекрасные черты лица… Эта пугающе обольстительная женщина была окутана опасной дьявольской аурой, словно сама тёмная ночь приняла человеческую форму. За её развратной красотой скрывался соблазнительный аромат, манящий в тёмную бездну… Феррис хорошо знала эту опасную женщину. — Ты ещё жива, Имир? — Ох, я рада, что ты помнишь меня. Но ещё больше меня радует то, что ты хорошо поживаешь, Феарриолес… Нет, я полагаю, сейчас тебя лучше называть Феррис? Столкнувшись с вторженкой, которую она совсем не ожидала здесь увидеть, Феррис не могла скрыть потрясения. Но вскоре её выражение сменилось на полное непримиримой вражды. — Не приближайся ко мне!!! Схватив нож из-под подушки, Феррис направила на неё его острый кончик… Но женщина по имени Имир лишь улыбнулась, не выказывая ни капли страха. — Эх, как же так можно, Феррис? Нельзя наставлять нож на свою мать. Да и ты знаешь, что это бесполезно. Сейчас даже я смогу победить тебя… Хе-хе, и всё же, ты стала такой милой. Та, что когда-то внушала ужас как отвергнутая владычица демонов, стала словно котёнок. Похоже, тот мальчик в полной мере научил тебя любви. Да, сейчас Феррис была далеко не в зените своего могущества, как когда-то. Сколько ни храбрись, это неоспоримый факт… Именно поэтому её цель изначально была иной. В тот миг, когда Имир приблизилась к ней на шаг, Феррис направила остриё ножа на саму себя и без колебаний вонзила его в свою шею… Точнее, попыталась, но… — Кх… — Хе-хе-хе, как же тебя любят. За мгновение до того, как лезвие пронзило её горло, внезапно развернулось барьерное заклинание. Оно обратилось незримый прочный барьер, который заблокировал остриё ножа… Это было защитное проклятье, установленное Кёей для защиты Феррис от любого «вреда». Включая попытку самоубийства. — Даже умереть самой не дозволено… Знакомое чувство, не так ли? — …Заткнись. Зачем ты пришла? Как ты сюда попала?! — Ой, неужели ты забыла? «Пантэсариум» изначально принадлежал мне. Вполне естественно, что я оставила в нём парочку бэкдоров. Хотя, надо сказать, что до сих пор тот мальчик слишком бдительно за тобой следил, и я не могла войти… Но, кажется, сейчас снаружи что-то происходит. Благодаря этому я и смогла встретиться с тобой. Может, и это воля Мирового Древа? Имир безмятежно улыбнулась. Но Феррис резко прервала её. — Избавь меня уже от своей скучной болтовни!.. Спрашиваю в последний раз. Зачем ты пришла? Я больше не намерена быть твоей игрушкой! — «Игрушкой»? Мне грустно, что ты называешь моё отношение к тебе этим словом. У меня и в мыслях такого не было. Отнюдь, скорее наоборот… Я пришла тебя спасти. — Что?.. — Ты же хочешь выйти отсюда, не так ли? Тогда я выпущу тебя. С этими словами Имир непринуждённо взмахнула пальцами, и в следующее мгновение за окном открылись Врата, ведущие в другое измерение. Но, разумеется, Феррис не могла так просто последовать за ней. — …Что тебе от меня нужно? — Да ничего особенного. Ты — моё величайшее творение. Разве не естественно для матери желать счастья своей любимой дочери? Потому я ничего не прошу взамен. Феррис не могла понять её истинных намерений — говорит она правду или лжёт — и не ослабляла бдительность. Видя это, Имир слегка пожала плечами. — Ну и ладно, я не буду торопить тебя. Так или иначе, мир движется к предначертанной развязке. И ты, и я, в конечном счёте, исполним свои роли. Потому и нет нужды спешить, — уверенно заявила Имир, однако потом добавила: — Однако… Если тот мальчик тебе дорог, возможно, стоит поторопиться. — …Что ты хочешь этим сказать? — невольно спросила Феррис в ответ, из-за неожиданного упоминания Кёи. После чего Имир прошептала: — Всё просто. Для грядущего финала миру потребуется «владыка демонов». И этот мальчик тоже прекрасно это понимает. Так что… ты не сможешь вечно оставаться «главной героиней», не так ли? — бросив напоследок лишь эти слова, которые было трудно назвать пророчеством или предупреждением, Имир исчезла за окном так же внезапно, как и появилась. После неё осталось лишь одно кольцо с инкрустированным в него абсолютно чёрным драгоценным камнем, забытое, будто ненароком. — …Кёя… — тихо пробормотала имя юноши Феррис, подобрав кольцо. [[image:/storage/reader-images/b0082a9ea2cf6fa4ed8b5dd1cac1b0923d9bcc24.jpg]] И, думая о нём, находящимся где-то далеко, вновь свернулась калачиком на кровати. Прямо как когда-то в одной пустоши… Конец. ---------- Послесловие Здрасьте, это Тиаки Конно. От всей души благодарю вас за то, что выбрали 3 том «Герой, натренированный злейшим владыкой демонов, не имеет себе равных в школе для вернувшихся из других миров». Выражаю самую искреннюю признательность всем причастным и читателям! Это уже третье послесловие к данной серии, и, наконец, темы для того, о чём тут написать, уже иссякли. Заглянул в послесловие к первому тому, чтобы вспомнить, о чём же я писал раньше, и оказалось, что ещё на моменте первого тома я едва не плакал из-за отсутствия тем. Уже сентябрь, так что этот год можно списать, но в следующем году я непременно постараюсь сделать его настолько насыщенным событиями, что их не удастся уместить в послесловии… Хотя, чувствую, в следующем году напишу то же самое. Что ж, если где-нибудь снова встретимся, буду искренне благодарен вашей дальнейшей поддержке. Тиаки Конно. ---------- Послесловие переводчика Доброго времени суток всем, с вами на связи ваш бессменный переводчик Vergil Lucifer. Вот мы с вами и закончили кульминационную часть данного произведения. Она была очень насыщенной на события и в ней было аж две крупных битвы. Хотя во второй раз главному герою попался воистину достойный соперник, в этом томе автор постарался уравнять шансы, тотально ослабив героя одним из Проклятий Конца. Так же в этом томе было море лорной информации, в том числе о происхождении самой Феррис, и наконец погружение в закулисные интриги богинь. В этом томе почти не было трёх основных главных героинь, которые не отлипали от главного героя прошлые два тома, и почти всё «экранное время» на себя перетянула таинственная, хитрая, а также по-своему харизматичная девушка Кудзуха Минахо. Её раскрытие напрашивалось давно, но лично я не ожидал, что она окажется настолько крупной фигурой для сюжета. Следующий том будет последний и о его основной тематике вам должна подсказать обложка тома. Могу лишь сказать, что четвёртый том будет в немалой степени посвящён раскрытию Комари. Если в моей жизни не случится никакого форс-мажора, то работа над ним начнётся где-то через неделю. Мне нужно немного отдохнуть и сделать некоторые очень важные вещи по учёбе и работе, которые из-за перевода я откладывал на потом. Это даст мне больше возможностей по работе над переводом. А теперь к благодарностям: Хотелось поблагодарить isaak2 за оперативную вычитку данного тома, несмотря на всё жизненные трудности, которые стояли перед тобой особенно последний месяц. Также, я благодарю каждого из своих читателей, а в особенности поддерживающих перевод материально. Этот перевод выходит и существует благодаря финансовой поддержке подписчиков с Бусти, за что всем подписавшимся огромная благодарность. Отдельно хотел бы выделить и поблагодарить тех, кто взял подписку за 300р: olexeyi1, Александр Заключенков, Даниил Краух, Ilya Yurkin, Feudd, awershio, Ватрушка, Серый, Исаак Мустопуло и Артёма Хохлов. На этом я с вами прощаюсь и надеюсь увидеть всех и каждого в последнем томе. Vergil Lucifer, 02.11.2025 Поддержать перевод: Сбер — 2202 2067 2104 6709 Тинькофф — 5536 9139 9974 0356 Для тех, кто не живёт в России — 5364 8901 0248 1176 Страничка на бусти — https://boosty.to/vergil_lucifer Наша группа ВКонтакте — https://vk.com/maougakuinnofutekigosha ---------- Начальные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/4c239b7f09dc082557181f3ac03cabf42f99957a.jpg]] — «Катас: Флорантрос — Диануар Эндрол». В этот миг все живые существа во всём мире встали на колени. – Не могу пошевелиться... На тела героев обрушилось настолько чудовищное давление, что казалось, будто их сейчас раздавит. [[image:/storage/reader-images/5c1e5589e622e2282d0a7a35127e54300455fc65.jpg]] — Что ж, раз уж это конец... Закончим всё с размахом, — пробормотал Кёя и легонько взмахнул указательным пальцем. Мгновенно разразилась вибрация, напоминающая мощный подземный гул. Дождь из бесчисленного множества гигантских метеоритов вот-вот должен был пролиться на Землю, словно притягиваемый. Да, законы космоса уже давно были под полным контролем Кёи. Всего одним пальцем он мог запросто управлять движением небесных тел. …Однако тут раздался, казалось, поющий голос. – «Бутон Небесной Мысли, седьмая формация — Хранящие Небо Цветки Любви». В этот миг в небесах пышно расцвели бесчисленные цветы. Один за другим они обволакивали падающие метеоры своими лепестками... и те исчезали, превращаясь в яркий свет. Комари улыбнулась посреди рассеивающихся остатков света. – Не говори, что это конец. Ведь... и завтра, и послезавтра мир обязательно будет существовать! [[image:/storage/reader-images/a43648997dff48ddcfedf4017b20f619609d37a8.jpg]] — Кёя! – ...Прости, Феррис... Я проиграл... Недаром я — натренированный тобой герой... – Хватит уже об этом. Помолчи!.. ---------- Пролог. Герой, натренированный злейшим владыкой демонов, не имеет себе равных в школе для вернувшихся из других миров Государственная школа Игграсия — учебное заведение, основанное совместно правительством Японии и богинями, где собираются сильнейшие герои, и главный штаб самых надёжных воинов мира. И по символике, и по сути — это настоящая крепость, охраняющая гармонию Мирового Древа. И сейчас эта самая школа Игграсия… была охвачена пламенем войны. Бесчисленные монстры, заполонившие небо и землю. Бушующее пламя, пылающее повсюду. Крики учеников, эхом разносящиеся по округе. Появившиеся совершенно неожиданно войска демонов обнажили клыки против школы на рассвете. Даже самые закалённые в битвах герои уязвимы, если застать их врасплох во сне. Ученики, никогда и в мыслях не державшие, что школу могут атаковать, метались в панике, не в силах даже осознать ситуацию. Школа превратилась в горнило хаоса. В углу территории школы располагалось общежитие для провалившихся героев — «Нарцисс». В его полуразрушенном интерьере повсюду вспыхивало пламя, а ученики уже давно разбежались. В здании, которое теперь ждало лишь разрушение от пожара, оставался… один маленький силуэт. — Ну где же она?.. Куда она подевалась?.. — тревожным голоском произнесла озирающаяся по сторонам девочка — богиня Лала. Похоже, она искала что-то в руинах общежития… Однако кое-кто нашёл её раньше, чем она нашла то, что искала. Из-за угла тлеющего коридора медленно появилась тень. Это был огромный монстр волчьего типа с тремя головами — Цербер. Тёмная аура, исходящая от всего его тела, без сомнения, была сравнима с владыками демонов высших Стадий. — …А… а… — уж слишком неожиданно натолкнулась на магического зверя девочка. Что могла поделать девочка против монстра, от которого с криком сбежал бы даже среднестатистический герой? Лала, дрожа, рухнула на пол. Как и следовало ожидать, магический зверь безжалостно раскрыл пасть на бессильную богиню. — Эх, я же приказал им «не убивать»… У слуг Имир начисто отсутствует дисциплина, — поражённо произнёс юноша. И в то же время цербер мгновенно обратился в разорванные клочья плоти. Магический зверь, для победы над которым потребовалось бы несколько отрядов высокоранговых героев школы, был уничтожен ударом на столь невероятной скорости, что она находилась за гранью восприятия. И затем из-за сильных кровавых брызг невозмутимо вышел… — Кёя?!.. Появившийся юноша без одной руки по имени Кёя Кудзё остановился перед Лалой. После чего, не отвечая, молча протянул руку к сидящей на полу девочке… — Что ты здесь делаешь? Нужно же эвакуироваться. Кёя нежно стряхнул пепел с её волос. Хотя он и лишился правой руки, его немного неуклюжие движения ничуть не изменились… Видимо, это успокоило её. Со слезами на глазах Лала вцепилась в Кёю. — Но, но… появилось много монстров, вы с Комари не возвращались, мне стало очень страшно, поэтому… я должна была защитить кошечку!.. — Так ты из-за этого сюда пришла? Лала кивнула. Видимо, она решила, что Феррис осталась здесь, и пришла сюда искать её. Совсем одна на поле боя, где бродят монстры… Сколько же смелости потребовалось этой бессильной девочке. — Спасибо, что беспокоилась за неё, Лала, но не переживай. Феррис со мной и я защищу её любой ценой. Так что всё в порядке. Тебе тоже стоит поскорее эвакуироваться. — Правда?! Лицо девочки расплылось в сияющей улыбке. Должно быть, она очень обрадовалась тому, что Феррис была в безопасности. Сильно обрадованная Лала, улыбаясь, взяла Кёю за руку. — Тогда пойдём вместе, Кёя! Феррис в порядке, а Кёя вернулся. Значит, больше нечего бояться. Лала без тени сомнения верила, что теперь всё разрешилось. Мир девочки всегда был прост. …Однако Кёя мягко отмахнулся от её невинной ручки. — Прости, но я не могу пойти с тобой. — …? Почему? — Всё просто… Потому что я — враг. [[image:/storage/reader-images/de7ae163439c66ecb2dda00a1ebfecf969683314.jpg]] — Э?.. Что ты такое говоришь? Это неправда! Никакой ты не враг! — Нет, я — враг, — твёрдо повторил он. И в глазах Лалы вновь появились слёзы. — П-почему ты такой злой?.. Это из-за того, что я тайком съела твой полдник? Из-за того, что я пролила молоко? — Нет, ты ни в чём не виновата. — Значит, это ложь! Ты врёшь, Кёя!! — вцепилась, закатив истерику, и не собиралась его отпускать Лала. Кёя почесал щёку со словами: «Приехали…», а затем, словно что-то вспомнив, заявил: — Точно, тогда… хочешь, я покажу тебе доказательство? — Доказательство?.. Но в этот самый момент объявилась одна особа… — Вот я тебя и нашла, Кёя Кудзё. Из дальнего конца коридора приближалась человеческая фигура. От всего её тела исходила такая густая убийственная аура, что она вызывала мурашки по коже. Однако Кёя с радостью вышел к ней навстречу. — Вы пришли как раз вовремя, Рэй. Не ответив на обращённую к ней улыбку, девушка по имени Рэй молча пошла к ним и, когда между ними осталось несколько метров, внезапно спросила: — Я выслушаю твои оправдания всего один раз… Зачем ты убил Кудзуху? — Ч-что ты такое говоришь?! Кёя никогда бы не сделал ничего плохого! Это клевета (?) ! Ложный слух! Я требую, чтобы ты немедленно забрала назад свои слова! — возмутилась Лала её неожиданному вопросу… Но Кёя спокойным голосом ответил: — Всё просто — она встала на моём пути. Это было не оставляющее места оправданиям признание. В тот же миг Рэй приняла решение. — Я зарублю тебя! В переговорах больше не было нужды. Положив руку на висящий на поясе меч, Рэй высвободила всю скрытую в ней силу. — «Зепт[✱]Записано как: «Наивысшая точка».: Флорантия — Яркая молния»!!! Тайный приём, являющийся величайшей силой героев, — Флорантия. Разумеется, Рэй ещё не достигла уровня, нужного, чтобы овладеть ей… но она изначально и не собиралась осваивать её. Ведь её боевой стиль — это искусство обнажение меча… то есть боевые приёмы, разящие насмерть с одного удара и решающие всё одним взмахом. Раз исход решается в мгновение ока, нет нужды изящно управляться с силой. Флорантия не заняла даже одного мгновения — 0,00001 секунды. Она вложила огромную, рождённую Флорантией силу лишь в один миг; в один этот удар. Скорость её искусства обнажения клинка была такова, что даже обращала вспять причину и следствие. Результат в виде «удара» возник раньше самого действия. Да, она может нанести лишь один удар. Но этим единственным ударом она превосходит любого героя. …Любого «за исключением Кёи Кудзё». — Вы по-прежнему чрезмерно прямолинейны, — беззаботно прошептал он, и в то же время в воздух взлетел сломанный клинок. Придя в себя, она обнаружила, что уже лежала на земле. — ??? Она не имела ни малейшего понятия, что произошло. Но если попытка провалилась, нужно попытаться снова. Рэй попыталась подпрыгнуть, вновь целясь в шею Кёи… Однако на её конечностях уже были магические оковы. Всё, что могла сделать обездвиженная Рэй, — это лишь смотреть на Кёю, беспомощно распластавшись на земле. — Не сопротивляйтесь. Всё равно с вашим уровнем силы вам меня не одолеть. — Тогда убей меня!! Убей, как убил Кудзуху! — Вынужден отказать. — Кх, что, теперь строишь из себя праведника?! — Вовсе нет. Мне нужно, чтобы вы отвели Лалу в безопасное место. К тому же, у меня тоже есть свои планы, и я не могу просто так сокращать число зрителей. Более того… В конце концов, я всё равно всех вас перебью, так какой смысл делать это сейчас? — заявил Кёя, никак не изменившись в лице. — Ты — дьявол… Не отвергая то, что Рэй прошептала с ненавистью, Кёя повернулся к растерянной Лале. — Ну что, теперь поняла? Я — враг героев. Так что забудь обо мне и будь хорошей девочкой. Пока не настанет миг уничтожения мира… Вот поэтому я оставляю Лалу на вас, Рэй. После чего Кёя, не оборачиваясь, ушёл. Игнорируя беспрецедентный хаос, он продвигался вперёд и достиг главного здания, возвышавшегося в центре школы. Телепортировавшись в зал заседаний нижней палаты, расположенный в глубине здания, Кёя вдруг остановился. Всего неделю назад он участвовал в Собрании Ста. И тем не менее эти события казались историей далёкого прошлого. Настолько изменилась с тех пор ситуация… Но самоуничижительно высмеяв эту сентиментальность, Кёя развернул код секретных пространственных координат, полученный от Розалии. В тот же миг внезапно появились огромные врата. Дверь в тщательно скрытое изолированное пространство. — Что ж, пока всё идёт по плану… — пробормотал он и открыл дверь. За ней его ждали ещё более массивные врата. К тому же, на них были наложены несравненно более мощные печати. Это и было целью Кёи. Однако. Как и следовало ожидать, перед вратами его поджидала не цель, а очередная проблема. — Стоять! На защите врат боевым строем стояли ученики школы. Причём элитный отряд, включавший нескольких высших S-рангов. — Ах да… точно, были же ещё эти… так называемые четыре крупные фракции… — пробормотал Кёя, вспомнив про них. Кёя лучше чем кто-либо понимал, почему заправляющие школой четыре крупные фракции проигнорировали атаку демонов и собрались здесь. — Хватило мозгов осознать, что это лишь отвлекающий манёвр?.. Очень жаль. В таком случае… хотелось бы, чтобы вы поняли, что такие предупреждения бессмысленны. Разумеется, все герои понимали, что Кёя хотел сказать этими насмешливыми словами. Поэтому все ученики обнажили своё оружие. Они были героями, обретшими силу для битв, а значит… для устранения нарушителя слова были не нужны. И битва началась. Однако… назвать произошедшее битвой было никак нельзя. Ибо она была слишком односторонней. Играясь, разнося в пух и прах и попирая, Кёя сокрушал элиту, что должна была быть сильнейшей, словно каких-то насекомых. Лишь словом «несравненная» можно было описать его подавляющую силу. Юноша, натренированный злейшим владыкой демонов, не имел себе равных, даже в схватке с вернувшимися из других миров. Больше никто не мог его остановить. И… не прошло и минуты, как вновь воцарилась тишина. — Что ж, пожалуй, на этом всё. Кёя отряхнул руку, словно выполнил небольшое домашнее задание. Несмотря на то, что он скрестил клинки с группой сильнейших героев школы, его дыхание нисколько не сбилось. И вот, Кёя снова направился к вратам… но тут появилась ещё одна аномалия. — У-хе-хе-хе, наконец-то. Как давно она здесь стоит? Позади Кёи находилась пугающе обольстительная женщина с зачаровывающе соблазнительной смуглой кожей, обворожительно сложенным телом, до непристойности прекрасными чертами лица… Она была окутана опасной дьявольской аурой, словно сама тёмная ночь приняла человеческую форму. — А, это ты, Имир?.. Что с Розалией? — Опять болтает с Розенькой. Сказала потом догонит, — непринуждённо ответила эта подозрительная красотка по имени Имир. — Ну, так я и думал. Ты лучше вот что скажи… Почему, когда я приказал твоим прихвостням не убивать, они чуть не сожрали Лалу? — Ой, ну прости меня. Я сказала им не убивать учеников, но… про богинь забыла, — женщина пожала плечами без тени смущения, а её алые губы искривились в вульгарной улыбке. — Но какая разница? В конце мы всё равно убьём всех. Или же… только не говори, что всё ещё колеблешься? Вопреки шутливому тону, глаза Имир испытующе впились в юношу… Но, похоже, в этом не было необходимости. — Как бы не так. Просто для продвижения часовой стрелки всё ещё нужны зрители. Не волнуйся, я доведу дело до конца. Ради мира, в котором она будет жить, — решительно заявил Кёя и вдруг прикоснулся к двери. В следующее мгновение прочно запечатанные врата разлетелись на куски, обнажив кромешную тьму. Но Кёя, ни капли не испугавшись, шагнул вглубь этой тьмы. Последовав за юношей, Имир соблазнительно рассмеялась: — Хе-хе-хе, тогда давай начнём конец света. ---------- Глава 1. Олд Мис Четыре дня назад. Чувство перевёрнутых верха и низа, шок, будто тело выворачивает наизнанку, залитое белым поле зрения и… внезапное, но чёткое ощущение гравитации. Когда эти ощущения, характерные для телепортационного заклинания, утихли, Комари открыла глаза, и первое, что она произнесла в мире, в котором оказалась, было: — Вау-у! Значит, это и есть ваша тайная база?!.. Перед стоявшей с открытым от изумления ртом Комари возвышался величественный старый замок, стоявший посреди луга. Судя по обветшалому внешнему виду, он давно пустовал, но всё же излучал величие, подавляющее любого, кто видел его. После инцидента с «Фимбульвенемом» — одним из «Мистлтенасов», бедствий, способных уничтожить мир, — Комари встретила группу бывших героев, называемых «Олд Мис»… И только что её привели к их базе. — Как бы сказать… он выглядит так, будто в нём может появиться приведение! — Комари, я понимаю, что ты хотела сделать комплимент, но вышло совсем наоборот, — шепнула стоящая сбоку Рин Гиондзи. Эта девушка была переведённой ученицей, вступившей в «Отряд Лалачки (временное название)» после того, как его покинул Кёя, а также членом «Олд Мис». А позади них телепортировались также… — Хым, как грубо. Видно твоим воспитанием никто не занимался. — Да чего ты придираешься? Какая же старшеклассница станет радостно восклицать «Как чудесно!» при виде такого затхлого замка? Пока мужчина в костюме по имени Амо и женщина с толстым слоем макияжа на лице, которую звали Мики, как обычно, совершенно противоположно реагировали на происходящее, их прервал глубокий и спокойный голос одного пожилого мужчины: — Мы перед гостьей, прекратите. У этого старика было крепкое телосложение, рост более двух метров и лицо настолько грозное, что даже чёрт бы расплакался и убежал. Несмотря на это, он почему-то излучал ауру, подобную умиротворяющему большому дереву. Этого старого воина с гигантским мечом за спиной звали Янаги. Он был лидером «Олд Мис». Состроив на своём суровом лице неуклюжую улыбку, Янаги сказал: — Что ж, чего говорить стоя, почему бы тебе сперва не зайти внутрь, Комари Имари? — Х-хорошо! Тогда, с вашего позволения, я зайду! Приняв приглашение старика, Комари переступила порог старого замка. И в следующий миг… — Вау-у!!! Стоило ей зайти внутрь, как всё вокруг мгновенно преобразилось. Каменный вход, старинный порог, деревянный коридор, ведущий вглубь… Прямо как вестибюль гостиницы в японском стиле. Похоже, старый замок снаружи был всего лишь муляжом, созданным магией сокрытия. — Добро пожаловать, это наша база. Чувствуй себя как дома… хотел бы я это сказать, но сперва нужно представить тебя всем. Амо, свяжись, пожалуйста, с Усуи. Я приведу Амамию. — Вас понял. Янаги и Амо ушли вглубь, чтобы позвать других членов «Олд Мис». Казалось бы, оставшиеся двое должны были провести ей экскурсию, но… — В таком случае я вернусь в тот мир и отведу Лалу обратно в школу-с. Всё-таки школа считает нас террористами, так что мы не можем впутывать в это её-с. — Ты права. Рассчитываю на тебя! Сначала ушла Рин… — А я пойду смою косметику. В уходе за кожей каждая минута и секунда на счету. — Э, а, да, вы правы… Мики тоже, как ни в чём не бывала, удалилась. Таким образом, оставшись одна, Комари продолжала стоять, моргая глазами… — Ох-ох, друзья, ну разве можно бросать такую милую девушку? — раздался вдруг спокойный голос. Появилась с виду взрослая женщина с ниспадающими чёрными волосами. В её размеренном, спокойном голосе и материнской улыбке чувствовалась льющаяся через край доброта. Однако больше её утончённой красоты внимание привлекала нижняя часть тела — женщина сидела в инвалидном кресле. — Э-эм… с вами всё в порядке? — невольно обратилась к ней Комари, увидев её в инвалидном кресле. Наверняка многим бы не понравилось подобное чрезмерное проявление сочувствия… но эта женщина улыбнулась и, похоже, нисколько не была этим озабочена. — А-а, тебя, верно, шокировало инвалидное кресло? Не переживай. Я просто не могу двигать обеими ногами — я ничем не больна. Благодарю за беспокойство, — по-взрослому отреагировала женщина, а затем продолжила: — Давай лучше сперва познакомимся. Меня зовут Аманэ Амамия. Приятно познакомиться. — А-а, я — К-комари Имари! Мне тоже очень приятно! — Хе-хе-хе, какая ты энергичная, это радует. Как только они закончили представляться, Комари вдруг вспомнила: — А, кстати, мистер Янаги как раз пошёл звать вас… — Да, похоже, мы разминулись. Вечно он плохо подгадывает момент. Аманэ улыбнулась, не особо беспокоясь по этому поводу. Судя по тому, как она невзначай подтрунивала над Янаги, он был более простой в общении, чем кажется с виду. — Давай я проведу тебе экскурсию. Можешь везти кресло? — К-конечно! Итак, они вместе с Аманэ отправились осматривать базу. Внутри, как и у входа, всё было в стиле японской гостиницы, со всем необходимым для совместной жизни оборудованием. Структура чем-то напоминала базу Резистанса, но по масштабам была куда скромнее. Похоже, «Олд Мис» были не такой уж большой организацией. И вот, в тот момент, пока Комари думала обо всём этом, идя с Аманэ… — Вижу, ты уже в этом довольно опытная. — Э? В чём? — Ты ведь не в первый раз толкаешь инвалидную коляску? У тебя очень хорошо получается. Аманэ сказала это без всякой лести. По плавности торможения, проверке наличия ступенек, поворотам за угол и так далее, тому, кто сидит в кресле, сразу видно, привык человек к уходу или нет. — Может быть… у тебя был кто-то близкий с больными ногами? — спросила она у Комари. …Она покачала головой. — Вовсе нет… Просто раньше я была той, кого «толкали». — …Вот как? Прости, если затронула болезненную для тебя тему. — Н-ни чего страшного! Я и не скрываю этого… А, кстати, а что это за комната?! — Интересно? Хе-хе-хе, тогда давай посмотрим. И они вдвоём продолжили осмотр базы. Впрочем, как уже упоминалось, обитель была скромной, так что экскурсия закончилась меньше чем за десять минут. И в конце Комари привели… в самую большую комнату для совещаний. — О, с возвращением Имари, Амамия. Всё-таки мы разминулись. — Я же говорила. Ты слишком сильно беспокоишься, Янаги. — Комари, я отправила Лалу обратно, — к ним навстречу вышли Янаги, Мики и Рин. В глубине комнаты Амо возился с компьютером. Похоже, теперь все в сборе… или так можно было бы подумать, но это было не так. — Спасибо, что показала ей тут всё, Амамия. Мы здесь как раз закончили с подготовкой, — сказал Янаги и посмотрел на компьютер, с которым возился Амо. После чего… — О, проверка-проверка, связь есть? — раздался из монитора мужской голос. Комари с возгласом «Вау!» с любопытством подбежала поближе. — Я знаю, что это! Называется онлайн-конференцией, так? — Да, ты права-с. Усуи у нас корпоративный воин… Прошу, садись сюда. Комари усадили перед монитором, и она оказалась лицом к лицу с мужчиной средних лет в костюме, с мягким выражением лица. Судя по всему, он был в разгаре работы, за его спиной суетливо сновали какие-то офисные работники. — Ох, прошу прощения. Извините, что в удалённом формате, у нас в компании сейчас аврал… Но давайте начнём с приветствия. Рад нашему знакомству, меня зовут Усуи. — Э? Д-да, я тоже рада знакомству, я — Комари Имари! — Ух, какое энергичное приветствие, замечательно! Не зря тебя выбрали «Ключом»! — Э-хе-хе, кроме энергии мне особо похвастать нечем! — Ха-ха-ха, в общественной жизни это очень важно. Да-а, моя дочь тоже раньше, как и ты, Имари, каждое утро энергично приветствовала меня: «Доброе утро, папочка!», но в последнее время у неё, что называется, переходный возраст, и позавчера, едва увидев меня, она сказала: «Ты кто?». Ох, это так удручает. Но, с другой стороны, если думать об этом как о взрослении, то это трогательно, или, скорее, всё-таки грустно… — Д-да… ​И как раз когда он начал сильно отклоняться от темы, с той стороны монитора послышался голос: «Э-эй, Усуи, подойди на минутку!». — Упс, простите, мне уже пора идти. Если меня сейчас уволят, я окончательно потеряю отцовский авторитет. Что ж, прошу меня извинить. Изображение прервалось. Похоже, взрослые — ужасно занятые люди. Но оставив эти мысли, Комари кое-что обеспокоило. — Эм, мне кажется, вы все меня знаете… И что ещё за «Ключ»?.. И Усуи только что, и Аманэ до этого — у неё было явное ощущение, что они её ждали. Да и вообще, на это указывало уже то, что они пришли за ней в тот другой мир. Была какая-то другая причина, помимо того, что она была в одном отряде с Рин… — Дело в том, что ты, Комарушка, — герой из пророчества! — ответила Аманэ, а затем назвала имя богини, которую она хорошо знала: — Госпожа Хельза предрекла, что ты придёшь. Поэтому мы все так долго ждали встречи с тобой. — Госпожа Хельза?! Неужели она здесь?! Богиня Хельза — та самая богиня, что призвала Комари и Канон… Однако ответ на её вопрос оказался далеко не радужным. — …Да, это госпожа Хельза собрала нас. Но сейчас её здесь больше нет. Она пропала без вести около года назад… Скорее всего, она уже мертва. — Н-не может быть!.. Но как?.. На вопрос шокированной Комари ответил Янаги: — Этого мы не знаем. Однако не имеющие продолжительности жизни богини встречают смерть только в трёх случаях. Если их кто-то убьёт, если они полностью выполнят свою роль, или же… если они нарушат некое «табу» для богинь… В любом случае, госпожи Хельзы больше нет, — сказав это, Янаги с сожалением покачал головой. — Но всё же, госпожа Хельза оставила для нас несколько пророчеств. Одно из них — вот. С этими словами Аманэ протянула ей листок бумаги. Это была… какая-то очень кричащая листовка из супермаркета. «Весенняя Мега-выгодная распродажа! Благодарственная распродажа в честь основания „Супер Харудай“!! Сейчас у вас есть шанс выиграть 1 кг отечественной говядины вагю!!» — …Понятно! То есть госпожа Хельза была голодна??? — Ой, прости, это оборотная сторона, оборотная. Аманэ перевернула протянутую листовку перед сбитой с толку Комари. На обратной стороне была короткая записка. «Пророчество Хельзочки №12: Ищите Комари». Мало того, что это было записано на обратной стороне рекламной листовки, так ещё и почерк с содержанием были слишком небрежными, чтобы называть это «пророчеством». — Ну, глядя только на это, трудно поверить, да? Но это действительно то, что оставила госпожа Хельза… Аманэ пыталась как-то оправдать вопиющее отсутствие правдоподобия, но, похоже, в этом не было нужды. — Вау, это так похоже на госпожу Хельзу! Оно точно настоящее! — Хе-хе, действительно. Значит, ты тоже знала госпожу Хельзу. — Но я не понимаю, что всё это в итоге значит? Зачем я вам? — На самом деле, есть ещё несколько пророчеств. Правда, они вот так же небрежно разбросаны где попало, поэтому мы нашли не все, но если соединить то, что найдено, получается примерно следующее: «Комарушка, ты и есть тот „Ключ“ к спасению мира от опасности». — Я — ключ к спасению мира?!.. — услышав эту шокирующую правду, Комари сглотнула слюну и… — …Кстати, а мир сейчас в опасности?! Споткнулась на первой же ступеньке. — Хм… Верно, пожалуй, стоит начать с этого. Прежде всего, мир, в котором мы живём, — это всего лишь один из более крупных миров, называемых «Мировым Древом». Каждый из иных миров, включая Землю, считается чем-то вроде плода, выросшего на этом Мировом Древе. Разумеется, это вы должны были проходить в школе… — …Д-да, мы проходили! Наверное! — …Продолжим. Это Мировое Древо — не просто метафизическая концепция, а нечто близкое к конкретной форме жизни. Говорят, оно обладает буквально схожим с деревом образом жизни. Начинается с семени, растёт со временем и в конце, оставив семена, умирает. То есть, у самого Мирового Древа тоже бывают периоды смены поколений. ​Выслушав это объяснение, Комари вдруг кое-что поняла. — Ась? Но тогда «гибель мира»… это же скорее нормально, разве нет? — Да, именно так. Как и все люди, Мировое Древо также неизбежно встречает свой конец. Это можно назвать законом природы, — охотно согласился Янаги, но затем продолжил: — Однако, у «гибели» тоже есть разновидности. Если проводить аналогии с людьми, то для старика вроде меня умереть от старости — это вполне естественно. Хотя это и может быть грустно, ничего претящего в этом нет… Но в этом мире существуют и другие смерти. Комари и без слов поняла, на что он намекает. — Смерть в результате несчастного случая, смерть от болезни, самоубийство, убийство — всякая смерть, не позволившая прожить отпущенный срок, без исключения печальна и её следует избегать. Действительно, люди в конце концов умирают, но именно поэтому я считаю, что очень важно, когда и как они умирают. И то же самое касается и Мирового Древа… Мировое Древо, на котором мы живём, ещё молодо. Изначально, конец света должен был быть делом далёкого будущего. Но сейчас, есть та, кто пытается исказить этот закон природы и насильно приблизить «гибельный» финал. Имя её — богиня Розе… Нет, если быть точным, богиня Розалия, которая выдаёт себя за богиню Розе. — В-вы имеете в виду… ту из школы?.. Даже Комари знала про богиню, которая называла себя Розе. Одна из основательниц школы, та самая богиня с ослепительной красотой. — Верно. Розалия, выдающая себя за Розе, пытается насильно привести это Мировое Древо к погибели путем сбора Проклятий Конца, «Мистлтенасов», разбросанных по всему миру. В момент, когда прозвучало это слово, Комари ахнула. — Это же как у Сисселочки!.. Пожалуйста, расскажите мне, что такое Проклятья Конца? Почему нечто подобное вообще существует? Кто их создал?! Девушка, с рождения изолированная, будучи ядом, способным уничтожить мир, и погубленная самой своей ролью — что же это за ноша, что была на неё возложена? Почему подобная трагедия вообще должна существовать? Кто и где возложил её? Комари просто не могла не спросить об этом. И ответ на её вопрос был… — Проклятья Конца определяются как «проклятья и артефакты, способные уничтожить Мировое Древо»… Однако тут немного нарушен порядок. Если говорить точнее, Проклятья Конца являются воплощениями «погибели мира», и… создаёт их не что иное, как само Мировое Древо. — Э-это что-то вроде… с-самоубийства?.. — с трепетом спросила она, а Янаги дал ей странный ответ. — Нет, это не так. Может прозвучать противоречиво… но Проклятья Конца в своей основе не уничтожают мир. — …?! Это типа «загадка»? Я не понимаю!! — Прости, я неудачно выразился… Проклятья Конца действительно являются воплощениями разрушения, но, когда возникает угроза уничтожения от Проклятья Конца, обязательно появляется «сила спасения», чтобы предотвратить исходящую от них угрозу. Они обе, так сказать, подобны свету и тени. Чем могущественнее Проклятье Конца, тем сильнее становится и сдерживающая сила, что ему противостоит. Сила разрушения и сила спасения… у Комари тоже нашлось, с чем это связать. — Это… типа как герой и владыка демонов?.. — Да, ты абсолютно права. Если владыка демонов нарушает покой мира, обязательно рождается герой и приносит гармонию. Мир устроен так, чтобы поддерживать определённое равновесие. Баланс мира… Ну, в общих чертах образ был понятен… Но, конечно, не обошлось без вопросов. — Но разве это не странно, что и конец, и спасение создаёт Мировое Древо? Кажется, это называется… «Сам срежиссировал, сам сыграл»? — «Сам срежиссировал, сам сыграл», говоришь… Хе-хе, пожалуй, ты права. Но для Мирового Древа это необходимая жизненная деятельность. Подобно тому, как мы, живые существа, живём за счёт энергии, производимой клетками, Мировое Древо тоже живёт, питаясь «историями», что ткутся в каждом малом мире. Если трудно понять, можно заменить на «волю» или «эмоции». Человеческие чувства — это сгустки энергии. Особенно это заметно у героев… Твой оригинальный навык когда-нибудь усиливался из-за эмоций? Едва ей задали этот вопрос, как она вспомнила о том разе, когда она победила Древа Скверны во время инцидента с Резистансом, её меч обрёл новую силу из-за искреннего желания спасти тех учеников. — По твоему лицу видно, что ты о чём-то догадалась… Верно, усиление способностей из-за эмоций — это не чудо и не совпадение. Дело в том, что оригинальные навыки — это… — Семена Мирового Древа… — Угу, совершенно верно. Феррис говорила нечто похожее, когда их пленила богиня Сноэлла. Теперь Комари поняла, что она имела в виду. — Как семя питается эмоциями, так и взрослое Мировое Древо питается эмоциями. А человеческие эмоции по-настоящему усиливаются именно во взаимодействии с другими людьми. Гнев, ненависть, печаль, радость — в одиночку они остаются малы. Сильно колеблются они лишь тогда, когда есть кто-то другой. Вот почему «истории», сотканные из переплетения эмоций нескольких людей, являются жизненно важной пищей для поддержания и роста Мирового Древа. В частности, чем напряжённее история, тем больше порождаемая ею энергия, и самая сильные из них — это истории битв не на жизнь, а на смерть, — после чего Янаги подытожил: — Поэтому, Мировое Древо не желает простого спокойствия. Оно растёт, поддерживая баланс между умеренной угрозой гибели и умеренным спасением. И вот, когда оно достаточно вырастает, оно передаёт всё новому семени Мирового Древа, что остаётся последним… и тогда старое Мировое Древо наконец встречает свою истинную гибель. Выслушав эту лекцию, Комари наконец поняла. Подобно тому, как многие живые существа растут через ежедневный метаболизм «смерти и регенерации клеток», этот мир также растёт, повторяя циклы конца и спасения. В этом и заключалась суть равновесия, похожего на «сам поджёг, сам потушил», и в каком-то смысле это была совершенно нормальная жизнедеятельность. Но проблема в том, что была та, кто пыталась нарушить это равновесие… — Это и есть цель Розалии. Собирая только «Концы» из… Конца и Спасения, что должны уравновешивать друг друга, она нарушает баланс и пытается подтолкнуть Мировое Древо к слишком ранней гибели. Убить мир… это, на первый взгляд, абсурдное стремление, по-видимому, было вполне осуществимой амбицией. Понятно, это действительно «мировая опасность». — Поэтому госпожа Хельза собрала нас как сдерживающую силу, противостоящую Розалии. Но противостоять Розалии, управляющей «Проклятьями Конца», непросто. Нам нужно оружие, которые станет нашим козырем, — сказав это, Янаги озвучил имя одного меча: — И это оружие — «Меч Древнего». Сильнейший меч в Мировом Древе, которым, как говорят, владел самый первый герой. Из-за своего могущества, «Меч Древнего» считается одним из «Проклятий Конца», и которое по рангу сравнимо с «Лост Кором», которое некогда едва не уничтожило Мировое Древо. Госпожа Хельза говорила, что его необходимо заполучить для того, чтобы сокрушить амбиции богини Розалии. И в то же время она предсказала, что «Ключом» к получению меча… являешься ты. — Я — ключ к сильнейшему мечу?.. Но я никогда раньше об этом не слышала… — Да, давай я объясню по порядку. Прежде всего, твой оригинальный навык «Эль Вискам» — это не просто атакующий навык, материализующий меч. Разумеется, ты и сама, должно быть, уже это заметила… — О-о-о, вот оно как?! — … — Впервые слышу! — удивлённо воскликнула Комари. Собравшись с мыслями, Янаги начал всё ей объяснять: — …Кхм, тогда начнём с этого. По словам госпожи Хельзы, официальное название твоего оригинального навыка — «Холлоу[✱]Hollow — англ. Пустота. Иероглифами записано как: «Пустые ножны, грезящие о рассвете».». Это навык одних только ножен без меча. — Одних только ножен… то есть пустых? — Да, но это не значит, что они бесполезны. Твой навык — это пустота… Именно потому, что у него нет формы, он скрывает в себе бесконечные возможности. Он позволяет проецировать в эти ножны любые существующие в этом мире мечи и свободно их использовать… Ну как, у тебя есть какие-нибудь догадки на этот счёт? Кстати, — вспомнила Комари. Тот очищающий меч, которым она сразила Древа Скверны, — «Левантейн», что был создан с помощью силы, одолженной у Кёи, и… тот неизвестный драгоценный меч, которым она пыталась стереть трагедию Сисселы. Все эти мечи кардинально отличались от её обычного «Эль Вискама». То есть, «Эль-Вискам» был лишь частью её истинной способности. — «Холлоу»… Мой настоящий оригинальный навык… — Верно. И эта сила намного могущественнее, чем ты себе представляешь. В этом мы только что убедились воочию. Комари поняла, о чём говорит Янаги. Та сила, которой она попыталась отменить всё, не желая признавать смерть Сисселы… хотя Рин и остановила её, ей вне всяких сомнений было под силу переписать миропорядок. — Имя того меча, который ты создала — «Дэа Экс Фейт». Это духовный меч высшей концептуальной сущности, причисляемый к «Проклятьям Конца». Хотя радиус действия и был ограничен по сравнению с оригиналом, сама сила, без сомнений, была равна настоящей… То есть, твой навык может проецировать даже «Проклятья Конца». Навык, позволяющий свободно управлять даже уничтожающими мир силами… Уже от одного этого факта у Комари закружилась голова, но Янаги ещё не закончил. — Однако истинная ценность твоего оригинального навыка не в проецировании мечей. — Что вы имеете в виду?.. — Раз это ножны, то, естественно, есть и меч, который должен в них хранится. И этот меч — тот самый «Меч Древнего», о котором я говорил ранее… Клинок конца, что стоит на вершине всех «Проклятий Конца»… Госпожа Хельза говорила, что единственная способность, которая может контролировать «Меч Древнего, это «Холлоу», что таится в тебе. Слушая слова Янаги, Комари чувствовала, как сильно бьётся её сердце. Образ жизни Мирового Древа, правда о Проклятьях Конца, угроза богини Розалии… Ей объяснили так много всего и сразу, что, честно говоря, Комари не усвоила и половины. Но одно она поняла. Она… и есть спасительница, которая спасёт мир. Да, совсем как главная героиня истории, о которой она всегда мечтала. — Н-невероятно… Невероятно, невероятно, невероятно!.. Открывшаяся дверь судьбы. Великая миссия, возложенная на неё. Не в силах скрыть воодушевления от этой изменившей её жизни истины, Комари невольно спросила: — Я-я — ключ, что спасёт мир, верно?! Я — владелица того невероятного меча, верно?! — Угу, именно так. — Тогда у меня вопрос: если это так, если это так, то почему… я такая слабая? Таким был простой вопрос без какого-либо подвоха, возникший в её голове до воодушевления. Когда она бросила вызов Юки, разрешил всё по итогу Кёя. Когда она сразила Древа Скверны, все бы умерли, если бы Кёя не одолжил ей свою силу. Ну а когда она не смогла спасти Сисселу… её даже рядом не было. Если я — избранная и истинный герой, что спасёт мир от бедствия… то почему же я даже не обладаю силой ниспровергнуть случившуюся на моих глазах трагедию? От её абсолютно невинного и полного грусти вопроса Янаги на мгновение потерял дар речи. И вместо него заговорил слушавший рядом Амо. — Эй, что ты этим хотела сказать? — спросил в ответ Амо, в тоне которого сквозил сильный гнев. — Хочешь сказать, что не достойна быть ключём? Что не уверена, что сможешь исполнить свою роль? Что ты не можешь нести такую тяжёлую ответственность? — Эй, Амо, это очень грубо! — попыталась приструнить его Мики, но гнев Амо не утихал. — Молчать. Я сейчас говорю с Комари Имари. Ну, в чём дело? Не станешь отрицать? — Ну… — запнулась Комари. На вопрос: «Не уверена ли она в себе?», ответ был лишь один — именно так и есть. Конечно, она восхищалась героями. Но как могла она, будучи бессильной и оказавшейся не в состоянии спасти даже одну развернувшуюся на её глазах трагедию прямо у неё на глазах, поверить, что сможет спасти мир? Расценив это выражение лица как согласие, Амо стал яростно донимать Комари. — Ты что, издеваешься над нами?! Говоришь, у тебя нет уверенности, и это сейчас? Янаги, всё-таки я против! Мы не можем позволить этому навыку оставаться у той, у кого нет ни решимости взвалить на себя мир, ни желания что-то делать, обладая силой! Если бы она была просто бесполезна — это одно, но этой слабостью непременно воспользуется Розалия! Мы должны избавиться от неё здесь и сейчас, прежде чем её используют во зло! — П-подождите-с! Комари просто ещё не всё осознала… — Вот именно, к тому же, зачем тогда госпожа Хельза оставила те пророчества? Это значит, что без неё ничего не получится, верно? — попытались вмешаться Рин с Мики, однако Амо даже не думал идти на уступки. — Пророчества, говорите?.. Хым, какой бред. Я не верю в Хельзу слепо, как все вы. Сколько из небрежных пророчеств той женщины вообще сбылось? Сколько наших действий было сорвано из-за них. Да и вообще, вы все должны понимать. Богиня Хельза — богиня пепельных крыльев, единственная в мире, не имеющая ни роли, ни полномочий… Скорее всего, она — нечто иное, а не чистокровная богиня. Даже неизвестно, враг она или друг. И я не стану верить в её ложь о каком-то ключе! — Блин, ты с самого начала всё только отрицаешь! Факт в том, что Розалия опасна, и «Меч Древнего» действительно существует! В этом-то пророчества госпожи Хельзы оказались верными! Если так пойдёт и дальше, этот меч заберёт школа! И вообще, раз уж на то пошло, то что ты вообще здесь делаешь, если ты не веришь госпоже Хельзе? — Глупый вопрос, — чётко отрезал Амо в ответ на её вопрос. — В мире я верю лишь двоим — Янаги и Аманэ. Если мы сможем направить этих двоих в цитадель врага, на этом всё и закончится. Мы лишь руки и ноги, служащие этой цели, а меч с самого начала не был нужен. Или… хоть кто-то из присутствующих здесь может представить себе, чтобы эти двое проиграли? Слова Амо, который отрицал даже богинь, были не чем иным, как чистой слепой верой. «Всё будет в порядке, потому что есть Янаги и Аманэ» звучало как нелогичное желание, не свойственное рассудительному Амо… Однако никто не отрицал эту абсурдную слепую веру. Да, не только Амо. Каждый присутствующий здесь знал без всяких доводов. Что Янаги и Аманэ — старый солдат, лучшие годы которого были уже позади, и женщина в инвалидном кресле — и есть сильнейшие существа в этом мире. — Я повторю: у нас есть эти двое. Больше никакой боевой силы не требуется. Нет нужды намеренно принимать на себя непонятный риск. Это моё мнение… Так что, я ухожу. Я не могу проводить военный совет перед той, у кого нет решимости спасти мир, и кто, к тому же, может стать нашим врагом, — бросил Амо напоследок и поспешно покинул комнату. В комнате снова воцарилась тишина. Мики со вздохом пожала плечами. — А-а, ну и ребёнок же он. Я пойду, немного его успокою… А, Янаги, пойдёмте со мной. Кроме вас, он никого слушать не станет. — У-угу… Силой уводимый Янаги в самый последний момент повернулся к Комари. — Прости, что так вышло, хоть это мы сами пригласили тебя сюда, Комари. Но, пожалуйста, не спеши с выводами. Я, наоборот, рад, что ты робеешь перед такой миссией. Ведь прежде всего это значит, что ты полностью осознаёшь тяжесть возложенной на тебя роли. Поэтому я считаю, что именно твоя неуверенность и есть лучшее доказательство твоей праведности. С этими словами Янаги ушёл. Раз уж лидер ушёл, ни о каком совете не могло быть и речи. — Э-эм, не переживай насчёт этого, Комари-с! Амо всегда такой! — тут же подбежала поддержать её Рин. Но даже так… — Боюсь, невозможно просить у неё «не переживать», — словно озвучила мысли Комари Аманэ, пожав плечами. — Что ж, совет, похоже, окончен, так что я, пожалуй, тоже вернусь в свою комнату. Комарушка, поможешь мне? — побудила её Аманэ повезти кресло. — А? Д-да! — А, тогда я могу… — Нетушки. Я хочу, чтобы это сделала Комарушка! — В-вот как-с?.. И вот, оставив удручённую Рин, они направились в личную комнату Аманэ. Прибыв в комнату, оказавшуюся более «серой», чем можно было представить, Комари подняла Аманэ с кресла и усадила её на кровать. Затем Аманэ выдохнула и… — Ты не думай, что он ненавидит тебя, — вдруг продолжила она прошлый разговор. Наверное, она, как и Рин, пытается меня утешить… — подумала Комари, но тут Аманэ произнесла неожиданные слова: — На мой взгляд это… да, что-то вроде ревности. — А? Ревность?.. Услышав это слово, которое никак не вязалось с её образом Амо, Комари захлопала глазами. Но Аманэ спокойно кивнула, сказав: «Да», и объяснила причину: — Оригинальный навык Амо — молитва, исцеляющая других. Вероятно, это самый могущественный навык исцеляющего типа во всём Мировом Древе. Поэтому он мог бы, если бы захотел, искоренить болезни и раны во всём мире. И притом, очень легко… Но он этого не сделает. Ибо знает, что, если все люди в мире начнут доживать до ста лет, этот мир мгновенно лопнет. В общем… он и в этот самый момент продолжает смотреть, как люди умирают от ран и болезней, и ничего не делает. По крайней мере, он так думает. Он очень серьёзный мальчик. Услышав об этом, она поняла, что та насмешка: «что-то делать, обладая силой», скорее всего, была направлена на него самого. Да, Амо не был злым человеком. Напротив, он единственный из «Олд Мис», кто не обращался с Комари как с ребёнком, а говорил с ней как с равным. Наверное, он всегда добровольно берёт на себя роль того, кто говорит то, что другие говорить не хотят. Именно потому, что она это понимала, выражение лица Комари оставалось мрачным. Ведь Амо, несомненно, был прав. Что же делать ей, будучи избранной, но не достойной?.. Гляда на опустившую голову Комари, Аманэ хихикнула. Она знала, что иногда сомневаться тоже необходимо. Поэтому… — Слушай, может, лучше сходим в ванну? Здесь есть большая ванна под открытым небом! Точнее, я хочу сходить туда, так что прошу тебя отвести меня! Сказав это, Аманэ насильно потащила Комари за собой. А затем сказала те безответственные слова, свойственные взрослым: — Давай отложим сложные мысли на завтра. Ведь это — привилегия, доступная только детям, у которых есть будущее. ----… --… …На следующий день, ранним утром… На лугу, раскинувшемся за старым замком, Комари махала мечом. Поднять, опустить. Поднять, опустить. Повторяя эти движения, которые она совершала бесчисленное множество раз, сердцем девочка была не здесь. Было столько вещей, которые её тревожили и которых она не понимала: Мировое Древо, Розалия, её настоящий оригинальный навык и… миссия, что была ей поручена. Но больше всего она не понимала собственное сердце. Миссия, о которой она всегда мечтала. Сила, которую она всегда искала. Она ведь должна была желать быть полезной кому-то. Она ведь поклялась, что трагедия, подобная той, что случилась с Сисселой, больше не повторится. И всё же, сейчас она так сильно робела. Трусиха. Малодушная. Сколько бы она себя ни корила, дрожь в сердце не прекращалась. Она никак не могла отделаться от мысли: «Действительно ли я заслуживаю того, чтобы быть избранной?». Это сомнение не отпускало её, как бы усердно она ни думала. Поэтому… словно пытаясь отмахнуться от этой смуты, Комари просто продолжала махать мечом. Поднять, опустить. Поднять, опустить. Стучащее биение сердца, ощущение твёрдой рукояти, вспотевшая кожа, тяжесть стали, воздух утренней зари, звук клинка… постепенно сливались воедино в этом движении. Словно разрозненные линии, разбросанные по холсту, постепенно складывались в прекрасный пейзаж. Разобщённые сердце Комари, её тело, меч, мир — всё сплеталось в единой траектории взмаха меча. И так, в какой-то момент Комари забыла и сомнения, и нерешительность, и даже собственное имя, став чистой концепцией, что просто машет мечом… — Хм, воистину прекрасно, — внезапно раздался голос за её спиной. Она невольно пришла в себя и увидела, что позади неё неуклюже улыбается Янаги. — О, мистер Янаги! Давно вы тут стоите?.. — Совсем недолго. Я наблюдал, думая дать какой-нибудь совет как старший… но вот досада. Мне тебе больше нечего сказать. Твой меч уже давно идёт по верному пути. Не зря госпожа Хельза выбрала тебя, — похвалил он Комари… Однако она отрицательно покачала головой. — Это не так… Я всё такая же слабая… И я всё равно не понимаю, почему именно я? Избранным судьбой героем должен быть кто-то вроде вас, мистер Янаги. Комари мало знала о стоявшем перед ней старом воине. Но всё же, вчера она своими глазами видела. Тот удар, что одним махом стёр в порошок башню Мирового Древа... был, абсолютно точно, вершиной боевых искусств. Уровень, которого могут достичь лишь те, кто в результате умопомрачительно долгих и непрерывных тренировок слил воедино с клинком саму свою жизнь. Если в этом мире и был человек, достойный быть спасителем… то это должен был быть именно такой человек, как он. Но Янаги, усмехнувшись, покачал головой. — Если я кажусь тебе настолько великим человеком, то лишь из-за того, что я прожил немногим дольше тебя и обрёл достоинство… Ведь я не посвящал себя мечу так усердно, как ты. — Что?.. Правда?.. От его неожиданного признания Комари задумчиво склонила голову набок. И по манерам, и по силе — Янаги со всех сторон выглядел как воин, усердно тренировавшийся днём и ночью. Разве мог он быть «не усердным»? — Сомневаешься? Это приятно, но… к стыду своему, это правда. Кажется, целых три года. У меня был период, когда я бездельничал, даже не прикасаясь к мечу, не говоря уже о тренировочных взмахах, — самуничижительно пожав плечами, Янаги начал рассказ о прошлом. — Меня призвали в другой мир, когда я был примерно твоего возраста. Вот только мир, в который меня призвали, находился в несколько особой ситуации… Демоны там уже давно были уничтожены. За исключением одного-единственного дракона. Янаги молча закрыл глаза, словно рисуя его образ в своём воображении. — Чёрная, тускло поблёскивающая чешуя, отточенные клыки, могучие и сильные лапы, хвост, извивающийся, словно великая река, и ещё… глубокие красные глаза, похожие на закат за мгновение до того, как он истлеет… Ах, я и сейчас всё это отчётливо помню. Он стоял в одиночестве в глуши на краю света, о котором никто не знал, куда меня привела богиня. Его сородичи давно исчезли, люди туда не заходили, и в том мире не было никого, кто знал бы о его существовании. Единственный древний владыка демонов, не оставшийся даже в преданиях. Поэтому я даже не знаю его имени… Но тем не менее, он определённо был там. Старик, который вроде как был косноязычным, становился удивительно разговорчивым, лишь когда речь заходила о том драконе. Это лучше всяких слов говорило о величии дракона. — Моим долгом было сразить того дракона. Услышав это от богини, я взял меч. У меня не было особых вопросов. Я был рад, что меня избрала богиня, и, к тому же, я, естественно, думал, что смогу победить, потому что такова была судьба… Но результат был иным. Он был ужасающе силён. Я ему был совсем не ровня. Было такое чувство, будто я машу мечом на саму землю. Мой клинок мгновенно разлетелся вдребезги, и я едва унёс ноги. И это было началом долгой, долгой битвы, — вспоминал старый воин с ностальгией. — На следующий день и во все последующие я бросал ему вызов. Я понимал, что не смогу вернуться, не победив того дракона. Поэтому я бросал вызов много раз… и каждый раз получал жестокий отпор. Сражаться каждый день я мог лишь благодаря своему оригинальному навыку. Хм, как же он назывался… Я давно забыл правильное название, но… он был из тех, что «восстанавливает силы за одну ночь сна»… — Э?.. В-вы имеете в виду… Услышав об этой способности, Комари невольно запнулась. Но похоже, он догадался о её мыслях, и Янаги горько усмехнулся: — Да. Я узнал об этом позже, но, оказывается, мой оригинальный навык был довольно слабым. В прямом бою он бесполезен. Впрочем, с моими тогдашними навыками любой оригинальный навык вряд ли что-то изменил бы. И вот, после примерно полугода таких вызовов и поражений, вызовов и поражений… мне всё это совершенно надоело. Неожиданно услышать от этого человека такие детские слова, как «надоело». Увидев удивлённое лицо Комари, Янаги с лёгким смущением пожал плечами. — Что поделать, я был тогда ещё молод. К моему стыду, характер у меня был не из терпеливых. Да и вообще… я не видел смысла в этой битве. Если бы я сражался ради защиты людей, я бы ещё мог держаться. Но мой противник был просто драконом, стоявшим на краю мира. Он не причинял вреда людям, не осквернял землю. Он был безвредным живущим там созданием. Так что, даже если бы я проиграл, мир не погиб бы. Даже если бы я победил, мир не был бы спасён. Более того, местные жители изначально даже не знали об этой битве. Я не мог вынести того, что продолжал рисковать жизнью в битве без смысла и похвалы, чем бы она в итоге не закончилась. Потому… я сбежал, — спокойно признался Янаги. — Конечно, я не мог вернуться на Землю, не победив владыку демонов. Но тот иной мир был мирным и процветающим местом, и все жители были очень добрыми. Они тепло приняли меня, незнакомца без родных и близких. Хотя я и не мог использовать свой оригинальный навык, у меня была недюжинная сила, и я мог прожить, занимаясь физическим трудом, например, таская грузы. Ах, оглядываясь назад, та жизнь была прекрасной. Я забыл и о владыке демонов, и о богине, тоска по дому ослабла, и вскоре я уже думал, что неплохо бы остаться здесь навсегда. Янаги невольно улыбнулся от ностальгии. Глядя на его выражение лица, легко понять, насколько счастлив он был в те дни. — И вот, однажды, после трёх лет жизни без меча в руке, мне вдруг приснился сон об одиноком драконе, стоявшем в глуши. Конечно, это был всего лишь сон… но мне стало немного любопытно, и я отправился в те заброшенные земли ещё раз.… Он был там. Совершенно неизменный с того дня, когда я впервые увидел его, тихо чего-то ожидая. Меня охватил безотчётный ужас, и я убежал. Он не последовал за мной. Естественно. Тот дракон лишь нападал в ответ на тех, кто бросал ему вызов. Он никогда не преследовал их сам. Поэтому сбежать от него было легко.… Нет, должно было быть легко… но, видимо, от владыки демонов не сбежишь. Вернувшись в деревню, я снова вернулся к прежней жизни. Однако в душе я уже не был прежним. Он ждёт. Ждёт меня. Эта мысль не выходила у меня из головы. Я не мог забыть его красные глаза, въевшиеся в мою память. Так что я отчаянно бежал. Менял города, менял земли, лишь бы подальше от той глуши, где был дракон. Я бежал от воспоминаний, бежал от богини, бежал от своего долга, бежал, бежал, бежал, и всё же не мог сбежать… и в конце концов решил сбежать даже от самого побега. С этих слов началась подлинная история о старике и драконе. — Я вернулся к нему в третий раз. Хотя, как и прежде, у меня не было шансов. Нет, скорее, после трёх лет безделья он отметелил меня ещё жёстче, чем в первый раз. Меня, конечно, чуть не убили, и я кое-как сбежал в старую хижину на краю глуши, где жил раньше и где богиня по-прежнему ждала меня. И снова началось всё то же самое. С восходом солнца я шёл на битву, а на закате, избитый, отступал. Затем спал как убитый всю ночь… и с восходом снова бросал ему вызов. Ах, чёрт возьми, это были поистине мучительные дни. Одни лишь воспоминания об этом заставляли Янаги тоскливо вздыхать. Он совсем не был таким, когда рассказывал о днях в бегах. Поэтому Комари невольно спросила: — Эм… А вы не думали снова сбежать?.. — Да, конечно, думал. Очень много раз. Но я решил не делать этого, потому что уж лучше так, чем испытывать муки, как в те годы в бегах… и, наверное, потому, что со мной была богиня. — Э? Вы хотите сказать, ч-ч-что… у вас с богиней была запретная любовь?! Недавно она видела драму с подобным сюжетом по телевизору. Но растерявшийся Янаги рассмеялся. — Ха-ха-ха, та богиня действительно была прекрасной дамой с большим белоснежными крыльями, но в романтических отношениях мы не состояли. Вернее, мы почти не разговаривали. Я и сам был весьма неразговорчив, но богиня и вовсе была молчаливой особой. Она произносила лишь две фразы: каждое утро — «Береги себя» и каждую ночь — «С возвращением». Больше она ничего не говорила. Сначала я думал, что она меня просто ненавидит, и это меня угнетало, — Янаги горько улыбнулся. — Однако это было ужасное заблуждение… Мне давно было интересно: в каждой битве мой меч разбивался о того дракона. И всё же на следующее утро богиня давала мне новый меч. Откуда она их брала? И однажды ночью я узнал ответ… В тот день я случайно проснулся среди ночи. И что же? Богиня вышла из хижины и куда-то направилась. Заинтересовавшись, я тайком последовал за ней. Её целью было поле боя, где стоял дракон. И знаешь, что она делала? Она начала собирать осколки разбитого меча один за другим. И, собрав все, она вырвала одно из своих перьев и начала ковать меч в пламени, что разожгла от него. Каждую ночь, пока я спал, она чинила мой меч… Я всегда думал, что сражаюсь в одиночку, но оказался неправ. Хотя она и не говорила ничего, богиня всё это время сражалась вместе со мной. Комари тоже осознала, насколько этот скромный факт стал мощной опорой для тогдашнего Янаги. — Дальше всё повторялось. С рассветом я брал меч, сражался с чёрным драконом насмерть, мой клинок разбивался, и я возвращался домой. С каждым разом на моём теле прибавлялось шрамов, и с каждым разом меч становился на одно перо богини больше. И это продолжалось без конца. Много раз сменялись лето и зима, много раз проходили весна и осень. И вот, когда мои волосы начали седеть… наступил последний день. После долгих-долгих лет те огромные и прекрасные крылья богини сократились до одного-единственного пера. И вот, как обычно, починив мой разбитый в бою меч пламенем от пера, как обычно, сказав мне: «Береги себя»… она умерла. Видимо, такова была её роль. Умершая богиня не оставляет после себя даже тела. Она исчезла, словно растворившись в ветре. Я даже не смог поблагодарить её за всё, что она для меня сделала. В спокойном голосе Янаги сквозила неугасшая до сих пор печаль. — Поэтому я сделал, как она просила, и отправился к нему. А тот дракон, как всегда, был там. Так же, как когда я впервые пришёл, он просто невозмутимо и спокойно ждал меня в глуши… На этот раз меч не сломался. Мы с ним сражались семь дней и семь ночей. Окрашивали друг друга своей кровью, погребали друг друга своей плотью до такой степени, что уже нельзя было разобрать, кто есть кто. И дело было не в ненависти. И не во вражде. Мы оба уже по горло были сыты этой битвой, и такие чувства давно иссякли. Для нас та смертельная схватка была совершенно естественным действием. Как восход солнца. Как течение воды. Мы сражались насмерть. Такова была наша природа. И на рассвете седьмого дня… последним стоящим на ногах был я. Дракон был мёртв. Не сказав ничего, не оставив ничего. Так же, как и богиня, он растворился в ветре и исчез. Комари было подумала, что так завершилась история старика и дракона… Но похоже, это было лишь началом. — Но даже после того, как всё закончилось, я так и не понял, зачем там был тот дракон? О чём он думал, сражаясь? И кого на самом деле ждал? Не зная ровным счётом ничего, мне остались лишь это старое тело и меч. Я не мог отделаться от мысли… Я был действительно избран и сражался с ним. Но было ли это правильно? Возможно, дракон ждал кого-то другого. Возможно, был кто-то более достойный. Если бы не я, возможно, исход был бы иным. Действительно ли я заслуживаю того, чтобы быть избранным? Те сомнения, что терзали когда-то старика, странным образом совпали с терзающими Комари сомнениями. Поэтому она, словно уповая на него, спросила: — Как вы нашли ответ на этот вопрос, мистер Янаги?.. — Понимаешь, в чём дело… — озвучил Янаги самую суть: — Я всё ещё размышляю об этом. Старик неуклюже улыбнулся. — Амо и остальные верят в меня и говорят, что «этот старик обладает силой спасти мир». Но, как я уже тебе рассказал, я — слабый человек. Я до сих пор не уверен, заслужил ли я этого. Но даже так я намерен сделать всё, что в силах своих старых косточек. Жить мне осталось недолго, и я смутно понимаю, что даже в конце этой битвы я вряд ли найду искомый ответ. Но даже так… я решил сражаться. Чтобы тот дракон хоть чуть-чуть был доволен тем, что выбрал меня. Чтобы не опозорить его как избранник. Чтобы, встретившись с ним где-нибудь после смерти, я мог с гордостью посмотреть ему в глаза. Я просто иду своим путём, в который верю. В глубине спокойных глаз тихо говорившего старика… Комари почудился образ дракона. — Упс, похоже, время завтрака. Ну и ну, что-то я совсем заговорился. Прости, что заставил тебя слушать старческие россказни. Что же я хотел сказать?.. Чёрт, вот почему не стоит браться за непривычные дела, — самоуничижительно улыбнувшись, Янаги встал со словами: — Ладно, пойдём завтракать. Последовав за ним обратно на базу, Комари обнаружила, что Рин и Аманэ уже завтракали в гостиной. — О, с добрым утром, Комари-с. Присоединяйся! — позвала её Рин. Но Комари, не обращая на её оклик внимания, решительно направилась прямо вперёд. Её целью был Амо, пивший кофе за столиком в углу. — Простите! — с энтузиазмом начала она, но… — Подожди. Я не люблю, когда нарушают мой утренний распорядок. Если дело есть, подожди, пока я допью… — холодно остановил её Амо. Однако Комари стала наседать, проигнорировать его просьбу: — Я сделаю это!!! — произнесла она, тяжело дыша. Видя, что она настолько рвалась вперёд, что даже забыла о предисловии, Амо, смирившись, поставил чашку. — Вот как? Значит… сомнений больше нет? — резко спросил Амо. Разумеется, раз она сама к нему обратилась, значит, решилась. Это он понимал. Но грядущая битва не простит полумер. Если решимость Комари — пустые слова, он был намерен разбить их здесь и сейчас. …Однако ответ оказался неожиданным. — Нет, я всё ещё сомневаюсь! — …Что? — Бремя избранности всё ещё слишком тяжело для меня. У меня нет уверенности, мне ужасно, ужасно страшно! Я совсем не знаю, достойна ли я того, чтобы быть избранной! — …Понятно, признаю, честно. Но тогда ты всё же не подходишь. Советую тебе для твоего же блага — немедленно возвращайся домой и… — собирался оттолкнуть её Амо. Однако Комари прервала его громким голосом: — Но я всё равно сделаю это!!.. Когда-то один человек научил меня, что, если ноги дрожат от страха, нужно научиться двигаться вперёд, даже боясь. Потому я сделаю это!! С того момента, как Комари узнала о своей роли, она ничуть не изменилась. Она сомневается и боится. Будучи провалившейся героиней, у неё нет ни смелости, ни силы, чтобы побороть этот страх. Но и это нормально. Если она боится, тревожится, а её ноги дрожат — значит, нужно идти на этих задеревеневших ногах. В ответ… раздался раздражённый вздох. — В итоге, простое упрямство? — с презрением сказал Амо… но он на этом не закончил. — …Что ж, ладно, на проходной балл потянет. Да, рационалист Амо терпеть не мог тех, кто так упрямо настаивает на своём… Но стоит взглянуть в её глаза, и становится ясно, насколько велика решимость, вложенная в это упрямство. Ведь он тоже герой. Итак, Комари, хоть и с оговорками, но получила признание. А значит, пора двигаться вперёд. — Тогда что мне теперь делать? Я готова пойти куда угодно, хоть на край света, хоть в подземные глубины!!! — вернулась Комари ко вчерашнему разговору. Она напористо пристала к Амо с вопросами о том, что ей делать как козырю против Розалии? На что Амо спокойно ответил: — Ты отправишься с нами за «Мечом Древнего»… Однако, идти ни на край света, ни в подземные глубины не нужно. Ведь меч находится в хорошо тебе хорошо знакомом месте — в школе Игграсия. — Что?! Почему меч в школе?! Она провела в школе больше полугода, но не знала, что там скрывался такой могущественный меч. Комари была потрясена… но её реакция, наоборот, вызвала у Амо раздражение. — Что ты говоришь? Всё наоборот. Богини школьной фракции построили школу поверх барьера, запечатавшего меч… Понимаешь, почему? — ??? Комари совсем ничего не понимала, и Рин бросила ей спасительный круг: — Вообще-то, меч запечатала глава мира богинь. То есть, школьная фракция, восставшая против мира богинь, должна была обезопасить его, чтобы его не использовали как оружие против школы. Конечно, у них тоже был расчёт, что, возможно, им удастся сломать печать и использовать меч самим. Никто не сможет проигнорировать меч, являющийся сильнейшим оружием в мире. Видимо, они решили «накрыть» его своей главной цитаделью — школой. Действительно, нет цитадели крепче, чем школа, в которой собраны все герои. — Правда, все попытки сломать печать, кажется, провалились… Судя по неофициальным записям, школа пыталась сломать печать четыре раза с момента основания. Но все попытки провалились. Говорят, меч скрыт в глубине особого подземелья, где ждут «Тринадцать Испытаний». Все отправленные отряды S-рангов были уничтожены. Что ж, благодаря этому меч до сих пор не попал в руки Розалии, но, с другой стороны, и нам придётся пройти эти испытания, и, конечно, сначала нужно проникнуть в школу… — предупредила Рин… Но Комари не была способна выслушать такое долгое объяснение… — Я поняла! Тогда пойдём туда прямо сейчас!! Переполненная энтузиазмом Комари уже переминалась с ноги на ногу. Её неугомонность, словно у кабана, заставила Амо раздражённо вздохнуть. — Какая же ты неугомонная… Дослушай до конца. Мы проникнем в школу через три дня. — Э-э-э, почему?! Я всегда готова!!! — Твоя готовность тут ничего не значит. Через три дня в школе будет наименьшее количество высокоранговых отрядов, представляющих основную силу школы. Мы планируем скрытное проникновение, и хотим свести риски к минимуму. Или ты собираешься начать войну со школой в лоб? Против ни в чём не повинных детей? — Угх… Его аргументы были неоспоримы. В школе находилась Лала, поэтому поднимать волнения было никак нельзя. — Так что пока жди, ясно? — Ла-а-адно… — Хорошо. Тогда иди поешь. Отдых — тоже часть битвы… Но не успел он договорить, как Комари уже снова выбежала на улицу. — Я ещё немного поупражняюсь с мечом!! Решив действовать, она двигалась только вперёд. Стремясь стать хоть чуть сильнее к началу операции, Комари сжала меч. Амо поражённо проводил взглядом эту излишне простодушную девушку… Однако уголки его губ слегка приподнялись в улыбке. ----… --… И вот, спустя долгожданные три дня. На луге перед рассветом в ряд выстроились воины. Все члены «Олд Мис», за исключением Рин, сейчас собрались здесь в полном составе и экипированные. — Ну что, все готовы? — обратился Амо к выстроившимся. Впрочем, это лишь формальность. Очевидно, что неготовых здесь физически быть не могло. — Сейчас мы совершим ночную атаку на школу. Единственная цель операции — завладеть «Мечом Древнего». Избегайте лишних сражений. Да, их цель — завладеть мечом. Заполучить сокрытый школой сильнейший в мире драгоценный меч и разрушить амбиции богини Розалии — не будет преувеличением сказать, что в ходе сегодняшней операции решится судьба мира. Перед лицом этой чрезвычайно важной решающей битвы Комари тяжело дышала. — Ла-а-адно, выложимся на все сто!!! — Хе-хе-хе, вижу ты вся в нетерпении, Комарушка. — Ага! Предстояло великое сражение, от которого зависела судьба мира, как же тут не воодушевиться?.. Однако тут Комари вдруг остыла. — Эм, кстати… Получается, вы тоже идёте с нами, мисс Аманэ?.. — робко поинтересовалась Комари у стоявшей рядом с ней Аманэ. В отличие от остальных героев, Аманэ с виду не было место в битвах. Однако та самая Аманэ лишь улыбнулась со словами: — Конечно. Или ты думала, что я всего лишь домработница? Я, в конце концов, тоже бывшая героиня. Что ж, в моём нынешнем состоянии я не сильна в прямых столкновениях, но… Говоря это, Аманэ неспешно выдернула один волосок. И, обратившись к чему-то невидимому, произнесла: «Подай ноги». В следующее мгновение волосок внезапно раздулся и превратился в гротескное чудовище-паука. — Обузой я, наверное, не буду. Не переживай, — произнесла Аманэ с безразличным видом пересаживаясь с инвалидной коляски на паука. Изящная красавица и ужасный монстр… Сочетание более чем дисгармоничное, но, по крайней мере, мысль Комари о том, что «ей не место в битвах» — судя по всему, была в корне неверна. Как бы то ни было, подготовка завершена. Осталось лишь ждать выхода… Однако сигнал к началу операции всё не поступал. — …Хм, опаздывает, — нахмурился Амо, проверяя наручные часы. По плану Рин должна была открыть Врата изнутри школы и провести их. Прошло уже около десяти минут сверх назначенного времени. Конечно, в обычных условиях такая задержка не вызвала бы особого недовольства, но… это важная миссия, от которой зависит судьба мира. Было бы логичнее предположить, что возникли какие-то проблемы. Выражения лиц членов отряда становились всё суровее. …И вот, в тот самый момент… Неожиданно появились Врата. Наконец-то, — было подумали все, но Рин, которая должна была из них появиться, так и не показалась из Врат. Всё-таки что-то случилось. Но, даже зная это, они не колебались. — Похоже, возникли проблемы. В таком случае… поторопимся. Решать проблемы — это долг героев. Верно, закалённые в битвах герои «Олд Мис» не скрываются. Не забывая о максимальной бдительности, они всегда устремляются только вперёд. Такова была гордость героев, стоящих во главе людей. Присутствие этих взрослых вселяло в Комари искреннюю уверенность. — Тогда, вперёд. По этому одному слову все шагнули в Врата. После характерного для телепортационной формулы ослепляющего белого света все одновременно прибыли именно туда, куда собирались — в школу Игграсия… Однако её облик совершенно не походил на тот, что знала Комари. — Ч-что происходит?.. Бесчисленные монстры, заполонившие небо и землю. Бушующее пламя, пылающее повсюду. Крики учеников, эхом разносящиеся по округе. Школа, которая должна была быть крепостью, охраняющей гармонию Мирового Древа, была охвачена ужасающим пламенем войны. Комари застыла в оцепенении перед этим невероятным зрелищем, и в тот момент… — Хорошо, похоже, вы пришли-с! К ним подбежала Рин. Судя по всему, она уже вступала в бой с монстрами, дыхание её было слегка учащённым. — Ты цела, Рин Гиондзи? Тогда доложи обстановку. — Только что внезапно напали монстры! Школа замешкалась с контратакой, вот и получилось вот это… — П-погоди, выходит, Лалачка… — невольно перебила её Комари, представив худшее. Но Рин успокоила её: — Не переживай-с. Атака демонов была с восточных ворот, а общежитие богинь находится на западе на противоположной стороне-с. Пока она сама не пойдёт куда не надо, у неё вполне хватит времени эвакуироваться-с. — Вот как? Хорошо, если так… Стоящие рядом с облегчённо вздыхающей Комари взрослые уже определились с дальнейшими действиями. — Ясно-ясно, похоже, кто-то мыслил один в один, как мы. — К тому же демоны? Значит, кто-то их сюда привёл. — Скорее всего… это богиня Розалия. — В таком случае мы должны поторопиться. Аманэ с остальными пришли в движение… Но Янаги их остановил. — Нет, погодите, перед этим… — хотел было он что-то сказать, но Амо перебил его. — Я понял, «спасение учеников — основной приоритет», верно? Предоставьте это нам, а вы с мисс Аманэ, а также Рин Гиондзи и Комари Имари отправляйтесь за мечом. Мы догоним вас, как только закончим зачистку. Договорились? — …Прости, что всегда обременяю тебя. Сколь бы возвышенной ни была его миссия, он не мог пройти мимо трагедии, развернувшейся у него на глазах. Похоже, Амо хорошо знал характер Янаги, которого можно было бы назвать даже мягкотелым. Амо, опередив его, отдал чёткие указания. После таких слов колебаться было уже некогда. — Тогда и нам нужно поторопиться. Гиондзи, прошу, веди нас. — Сюда-с! И вот, группа по захвату меча направилась к главному зданию, возвышавшемуся в центре школы. Добежав до расположенного в его глубине зала заседаний нижней палаты, Рин развернула заранее раздобытый код секретных пространственных координат. В тот же миг внезапно возникла огромная дверь. Это были Врата в тщательно скрытое изолированное пространство. А за ними… лежали множество потерявших сознание учеников. — В-вы в порядке, ребята?! –не в силах сдержаться Комари подбежала к ним… Все были ранены, но, похоже, ещё дышали. Комари вздохнула с облегчением. Однако радоваться было ещё рано. — Эта печать… была разрушена с одного удара. — Угу, похоже, дело рук настоящего мастера. Взгляды Янаги и Аманэ были устремлены на огромную дверь, которую, по-видимому, защищали ученики. Та дверь, что должна была при попытке снять заклятье вызвать затруднения даже у богини высшего ранга, теперь лежала в виде жалких обломков. Разгромивший учеников нападающий уже продвинулся вперёд. — В-выходит, меч уже… — Нет, всё в нормально-с. Дальше проходить будет не так просто-с. Если мы погонимся сейчас, то успеем. Именно, проблема в том, что впереди. Их поджидают «Тринадцать Испытаний», пройти которые не смог никто из школьной элиты, сколько бы раз их туда ни посылали. С момента нападения демонов прошло всего около пятнадцати минут. Учитывая прошедшее время, они вполне могут догнать нападавшего. Значит, остаётся одно. — Вперёд! И вот, вчетвером они прошли сквозь первые врата. Пространство по ту сторону оказалось иным измерением кипящей лавы. Но стоящий на его страже гигантский дракон адского пламени… был мёртв, обратившись в пепел. Затем они двинулись ко вторым вратам. Впереди их ждал уровень обмёрзших ледников. Но властвующий здесь снежный великан… не мог двигаться, будучи промороженным до самой души. Третьи, четвёртые, пятые врата — с каждым пройденным порогом иное пространство менялось. В каждом из них находился сильнейший хранитель, защищающий свой уровень. Все они были божественными зверьми эпохи сотворения мира, превосходящие даже владык демонов Стадии X… Однако все они уже были повержены. Причём каждый был уничтожен с одного удара подавляющей силой. Насколько же запредельной мощью обладал тот, кто шёл впереди? И так, продвигаясь без остановки одиннадцать раз. За двенадцатыми вратами их ждало иное зрелище, отличное от прежнего. — Э? Что это?.. Гомон и шум толпы. Шумящая, копошащаяся толпа людей. Совершенно незнакомые городские улицы и люди. Комари, должна была пройти сквозь врата, но опомниться не успела, как оказалась на незнакомой городской улице. — А-ась? Я думала, что мы под землёй… Комари застыла в оцепенении, будучи заброшенной в самое сердце потока людей. И тогда… — Похоже, на этот раз другая схема-с, — подошла к ней сзади Рин. — Риночка! П-повезло, а я уж думала, мы потеряли друг друга!.. — Не расслабляйся. Никогда не знаешь, что может произойти. К тому же… Я не ощущаю нигде присутствия мистера Янаги с мисс Аманэ. И правда, с ней встретилась только Рин. Янаги и Аманэ, которые должны были пройти через дверь вместе с ней, нигде не было видно. Рин, похоже, уже активировала магию обнаружения, но безрезультатно. Вероятно, они либо очень далеко, либо, возможно, их забросило на совершенно другой уровень. — Где мы вообще находимся?.. — Кто знает, пока неясно. Но одно можно сказать точно… похоже, это другое Мировое Древо. Вот, прислушайся. Последовав её предложению, Комари прислушалась к шуму толпы. И тут же поняла, о чём говорила Рин. — Íàñêîëüêî ñèë^¸í ßíàãè? Ìî?ùíåå Ôåððèñ. — ʸ'ÿ ïîëó÷'èò? äèêèé ïàóý? ●'ðàïï âî âòî%ðîé ãëàâå. — Ìå÷' Äðåâ?íåãî? Ê↓¸ÿ ñ âñ»åìîãóùå♀'ñòâîì?h. Все разговоры прохожих… велись на совершенно неизвестном ей языке. По идее, земляне, будучи защитниками Мирового Древа, должны быть способны общаться с любыми жителями других миров. Она сама убедилась в этом, когда впервые попала в Арсганд и в малый мир, где была Сиссела… Но здешний язык она совсем не понимала. Это можно было объяснить лишь тем, что это Мировое Древо было не тем, где должны жить Комари и остальные… — Впрочем, жители города, похоже, нас не замечают, и мы тоже не можем с ними взаимодействовать. Так что, скорее всего, это видеозапись другого Мирового Древа, существовавшего в прошлом… Но всё равно, ни в коем случае не расслабляйтесь. Это определённо часть испытания… а значит, обязательно должен быть хранитель-с. Он может напасть в любой момент, где угодно-с. Рин усилила бдительность, готовясь ко всему. Раз уж Янаги и Аманэ здесь нет, она должна защитить Комари. Однако сама Комари, разинув рот, не могла оторвать глаз от иного мира, раскинувшегося перед ней. И тихо пробормотала: — Эти люди… выглядят очень счастливыми… Хоть она и не понимала, что говорят эти… люди неведомого Мирового Древа, идущие мимо неё, но по выражениям лиц всё было ясно. Все были полны энергии и надежды, наслаждаясь мирной жизнью. Это был мир, до краёв наполненный свободой и счастьем. Может быть, тот, кто создал это испытание, хотел показать нам именно это, — почему-то подумала Комари. И она была права… но лишь наполовину. Внезапно мир затянули тёмные тучи, из которых появилось множество ворон с чёрными крыльями, которые стали раздавать людям по одному семени. Эти семена даровали сверхъестественную силу, превосходящую человеческие возможности. Когда отдельные личности получают нечто подобное, это неизбежно приводит к раздору. Семена вскоре породили конфликты, конфликты переросли в войну, а война стала концом света, заставив цветы смерти и хаоса расцвести по всему миру. Колесо судьбы, пришедшее в движение, уже нельзя было остановить, и люди просто продолжали убивать друг друга. Сражались, сражались и сражались… пока не погиб последний человек. — Это… отвратительно-с… Бесчисленные трагедии, разворачивающиеся, словно в ускоренной перемотке. Даже зная, что это лишь видения прошлого, испытывать радость от просмотра такого было невозможно. И в то же время Комари вспомнила то, что слышала от Янаги. «Мировое Древо не желает покоя». То, что происходило перед её глазами, определённо было тем, что живой организм, зовущийся Мировым Древом, устроил в каком-то другом поколении. Ужаснее всего было то то, что семенами конфликта становились обычные люди, каждый в отдельности. Это отличалось от настоящего, где только избранные герои сражались с нечеловеческими противниками — монстрами. Система сбора «историй», в которой всё человечество просто убивает друг друга, — более эффективная, а процесс отбора «следующего семени» — более жестокий… И вот, когда всё стихло, в опустевшем мире появилась последняя дверь. — …Пойдём отсюда быстрее, чтобы не допустить такой трагедии в этом мире. Рин без колебаний направилась к двери. Комари чувствовала то же самое. …Но в тот момент, когда она собиралась последовать за Рин и пройти через дверь, её сердце внезапно гулко забилось. Одновременно она почувствовала на себе взгляд сзади. Резко обернувшись, она увидела стоящую там девушку… Струящиеся чёрные волосы, строгие и точёные черты лица. И узкие, глубокие тёмно-синие глаза… Девушка была примерно одного возраста с Комари, и она её не помнила. Но, почему? …Я знаю эту девушку. Конечно, Комари не помнила её… но её колотящееся, ноющее сердце говорило ей об этом. — Кто ты?.. В тот момент, когда она спросила. — Комари? Ты в порядке-с? — Э, а, да…! Уже иду! Рин обернулась с озадаченным выражением лица. В то же время видение девушки исчезло, и странное сердцебиение прекратилось. Позади осталась лишь иллюзия пустоши. Кем она была, Комари сейчас не знала. Но она была уверена в одном. Глаза той девушки о чём-то молили. И путь к этому «чему-то» лежал впереди. Поэтому, Комари распахнула последнюю дверь. Неприступная печать, врата к спрятанному мечу, тринадцатое испытание, до которого прежде не добирался никто… Там стоял гигантский ангел, излучающий божественное величие. Его облик с двадцатью четырьмя распростёртыми крыльями и тремя ликами был полон величия и воистину достоин называться «богом». Это было высшее существо, превосходящее всё живое, что дышало в этом Мировом Древе. Являющийся последним хранителем ангел пристально посмотрел на Комари и остальных… и медленно рухнул замертво. — Э?.. Внезапно умерший ангел исчез, превратившись в частицы света. Посреди его последнего сияния невозмутимо стоял однорукий юноша. Он спокойно обернулся и как ни в чём не бывало произнёс: — А, это ты, Комари. Ты тоже пришла? До того обыденная реакция, будто он случайно столкнулся с одноклассницей. Но это был не ближайший магазинчик или школьная столовая. Это была глубочайшая часть «Тринадцати Испытаний», где покоился сильнейший меч. Совсем не то место, где можно вот так случайно «столкнуться». — К-Кёя, что ты здесь делаешь?! И, что с твоей рукой?!.. — невольно спросила Комари юношу, которого здесь не должно было быть. На это юноша — Кёя Кудзё — как ни в чём не бывало пожал плечами. — А, это? Поранился чутка, когда убил Кудзуху. Не переживай. — У-убил?!.. Н-но почему?.. — снова спросила Комари дрожащим голосом. …Но ответил ей не Кёя. — Ах, я не могу: «зачем?», «почему?», — надоели уже. Всё же очевидно. Он убил её, потому что она мешалась, а здесь мы с той же целью, что и вы. За «Мечом Древнего»!! Раздался пронзительный смех, и в пространстве пошла трещина. Из неё вышли две женщины. Одна — основательница школы, ослепительно прекрасная богиня Розалия. А вторая, стоявшая позади Розалии, была пугающе соблазнительной красавицей. Хотя казалось, что она решила просто наблюдать, но интуиция подсказывала, что это очень опасное существо. Именно поэтому Комари отчаянно воззвала к нему: — Кёя, послушай, Розалечка замышляет нечто ужасное — она хочет уничтожить Мировое Древо!.. — пыталась Комари рассказать о злых намерениях Розалии. Она не знала всех обстоятельств, но была уверена, что Кёю обманули и используют. Значит, она должна была рассказать ему правду. …Но получила совершенно неожиданный ответ. — Да, я знаю. Более того… у меня та же цель. — Э?.. Ч-что ты такое говоришь?! Кёя, которого я знала, никогда бы не стал уничтожать мир!.. — Ах, ну какая же ты надоедливая. Ещё не поняла? Кёя уже давным-давно мой!!! — хвастаясь победой, Розалия обвила руками шею юноши, совсем как возлюбленная. И Кёя не пытался её оттолкнуть. — Н-не может быть… но… но… Комари всё ещё пыталась отрицать это, не желая верить в то, что видела. — Какая же ты настырная… — сказал ей Кёя усталым тоном. — Слов совсем не понимаешь? Тогда… может, так до тебя дойдёт? В тот же миг её пронзило всепоглощающее давление. Колкое, как молния, это вне всяких сомнений было концентрированное намерение убийства… Одного этого было достаточно, чтобы понять. Юноша перед ней был уже не тем добрым парнем, которого знала Комари… — Комари, отойди-с!!! — тут же крикнула Рин, ощутив враждебность Кёи. В её голосе не было ни капли сомнения. Она с самого начала рассматривала такую возможность. Именно поэтому она знала, что против Кёи Кудзё нельзя «прощупывать почву». А значит, нужно с самого начала использовать сильнейший козырь. — «Флорантия — Потустороннее сокрытие». В тот момент, когда Рин Гиондзи освободила семя внутри себя… она исчезла из этого мира. Это было нечто, на порядок превосходящее навык «Сокрытие», который она использовала до сих пор. Оно стирало даже сам факт её существования в этом мире. Ни живые существа, ни вещи, ни даже Мировое Древо — никто не помнил, что она здесь была, и никто не мог её распознать. Рин Гиондзи скрыла себя, став «несуществующей». Достигнув совершенной невидимости, Рин сжимала магический меч, созданный её оригинальным навыком — «Клинок затмения». Физически, это был тупой кинжал, не способный убить и муху, но стоит ему лишь коснуться чего-то, и он скроет что угодно из этого мира, изолировав навечно в загробном мире — меч таинственного исчезновения, способный скрыть даже бога. Нераспознаваемое сокрытие и «Клинок затмения», скрывающий всё сущее… верное убийство извне бытия, делающие невозможным даже мысли в духе: «нужно остерегаться». В этом была её истинная сила. С этим не имело значение то, что противником был Кёя Кудзё. В конце концов, в этом мире не должно было существовать никого, кто мог бы защититься от атаки, которую не может распознать даже Мировое Древо. (Его нужно устранить здесь и сейчас!) Ставшая несуществующей Рин быстро зашла Кёе за спину, а затем вонзила смертоносный клинок в его беззащитную шею… — …?! Клинок, что должен был наверняка поразить шею, остановился в последний момент. Причиной был тончайший барьер, развёрнутый в нескольких миллиметрах от кожи. «Клинок затмения», который должен был проходить сквозь любую физическую и магическую защиту, почему-то был заблокирован тонким, как ткань, барьером. И Рин тут же поняла, что это было. (Это… Изначальная Руна?!) Древнейшие заклятья, существующие в мире лишь в 49 экземплярах — Изначальные Руны. Барьер был развёрнут из бесчисленных наслоений Руны: Эмес, которая, как говорят, улавливает всякую истину. Да, даже решив уничтожить мир, Кёя не перестал быть осторожным. Он с самого начала ожидал атаки извне восприятия. Даже если обмануть Мировое Древо, обмануть Кёю Кудзё было невозможно. — Так и думал, что у тебя окажется навык такого типа. Хорошо, что я был начеку. Магические глаза Кёи уловили Рин, чья внезапная атака провалилась. В тот же миг барьер из рун превратился в бесчисленные цепи и сковал Рин. Упустивший свой шанс убийца уже ничего не мог сделать. Поваленная на землю, Рин, беспомощно выкрикнула: — Кх… Комари, беги! Но Комари не двигалась. Было кое-что, о чём она непременно должна была его спросить. — Почему, Кёя?! Зачем тебе уничтожать мир?!.. Зная, каким Кёя был раньше, Комари не могла не выяснить, почему вроде бы добрый юноша пытался уничтожить мир, насколько бы опасно это ни было. …В ответ на это, Кёя сам задал ей вопрос: — «Почему», спрашиваешь… Скажи, Комари, раз уж ты пришла сюда, то ты наверняка тоже знаешь, что такое это Мировое Древо? — Ну… да… Мировое Древо — это сверхпространственная псевдо-жизнь, питающаяся мыслями людей. Оно пожирает «истории», которые само же и создаёт методом «сам срежиссировал, сам сыграл», отбирает «семена следующего Мирового Древа» под названием «оригинальные навыки», и, в конце концов, сменяет поколение через гибель. Такова была правда о мире, в котором они жили. — Понятно, значит, знаешь. Тогда всё просто… Скажи, Комари, что ты думаешь об этом факте? — Ч-что ты имеешь в виду?.. — Для Мирового Древа мы словно марионетки. Нас заставляют плясать в его инсценировках, чтобы поставлять ему истории, вечно повторяя трагедии, и в конце концов нас всех ждёт конец… И я спрашиваю, устраивает ли это тебя? Он сказал это очень холодно… но в сознании собиравшейся возразить Комари всплыла та сцена, которую она видела ранее. Ад, где люди убивают друг друга, чтобы собрать истории и выбрать семя, достойное стать следующим Мировым Древом. То, о чём говорил Кёя вне всяких сомнений было одной из сторон правды. — Скажи, тебя это устраивает? Ты видишь эту трагедию… видишь, как кого-то убивают просто потому, что такова его роль, как Сисселу… и ты ничего не чувствуешь? — К-конечно, нет! Именно поэтому мы, герои… — Ха-ха, да. Такой уж ты человек. Всегда выкладываешься на полную ради тех, кто в беде прямо перед тобой… Ты, наверное, и правда смогла бы когда-нибудь спасти всех… Но ведь это не сейчас, — сухо констатировал факт Кёя без какого-либо презрения и насмешки. — Трагедии случаются даже сейчас, в этот самый миг. Есть те, кого Мировое Древо ранит и убивает. Ты… нет, мы сейчас недостаточно сильны, чтобы защитить их всех. Разве не поэтому мы с тобой смогли лишь смотреть, как Сиссела умирает? — Н-ну.… — С меня хватит. Я больше такого не допущу. Поэтому я решил, что мне не нужно ни «когда-нибудь», ни «кто-нибудь». Я защищу Феррис своими руками здесь и сейчас, и неважно, каких жертв это потребует. — Феррис?.. Что ты имеешь в виду?! Она знала, что это имя, которое он произнёс с такой решимостью… носила кошка Кёи. Но какое она имеет отношение к трагедии Мирового Древа?.. — Она… одна из Мистелтенасов, как и Сиссела… Более того, она –злейшая «отвергнутая владычица демонов». — Э?.. Хочешь сказать, что… «Отвергнутая владычица демонов»… Комари много раз слышала это имя в школе. Так величали самого злого великого владыку демонов в истории, который однажды поставил мир на грань погибели. — Но, «отвергнутый владыка демонов» ведь был запечатан… Всё же должно было закончиться?.. — Да, я тоже так думал. Но я ошибался. Её история не закончилась, и не закончится никогда. Она… финальная владычица демонов, избранная Мировым Древом. Сам Конец, что уничтожит Мировое Древо… Такова роль, которую на неё взвалили. Поэтому мирной обычной жизни ей не видать. Пока живёт это Мировое Древо, она до самого конца останется ужасающей, злой великой владычицей демонов. Поэтому я уничтожу это Мировое Древо. И воссоздам новое Мировое Древо таким, какое пожелаю. Это будет мир, где она сможет жить спокойно, не будучи скованной никакой ролью. И я никому не позволю мне помешать. Всё ради любимой женщины. Ничто не отражало вес его чистой решимости лучше, чем его прямой взгляд. Назвать это злом Комари никак не могла… — Не слушай его, Комари! Какие бы причины он ни привёл, он собирается устроить массовое убийство невинных людей! Крик Рин привёл Комари в чувства. Верно, это недопустимо. Я не могу этого допустить. — Т-точно, в мире есть ни в чём не повинные люди… Её слабый протест прервал вздох Кёи. — Только что было нечего сказать в ответ, а теперь, когда другой человек тебе что-то сказал, ты передумала. Думаешь, с таким мышлением ты сможешь меня остановить? Нет, ты и сама уже должна понимать, что в этих препирательствах нет смысла. Если хочешь меня остановить… есть только один способ, верно? В этот момент Кёя высвободил намерение убийства. Это было явное намерение убийство, направленное на неё Кёей, впервые с момента их встречи. Подвергнувшись ей прямо в лоб… Комари безвольно рухнула на месте. — …А, а, а... Озноб, пронзивший всё тело. Непрекращающаяся дрожь в конечностях. Сжавшиеся лёгкие отказывались вдыхать кислород, а голова онемела, и не могла о чём-либо думать. …Всего лишь на мгновение оказавшись под воздействием этого намерения убийства, Комари оцепенела до такой степени, что не могла издать ни звука. Впрочем, это было неудивительно. Даже герой S-ранга Урато из школы потерял волю к борьбе, лишь мельком увидев истинную силу Кёи. Разве могла его выдержать провалившаяся героиня? В таком состоянии она не то что не могла остановить Кёю, но и какое-то время не смогла бы даже говорить. Смерив её взглядом, Кёя быстро развернулся. Он направился к последней двери, появившейся после убийства тринадцатого хранителя. За ней находился меч, за которым они пришли. У него не было времени возиться с провалившейся героиней, способной лишь на чесать языком. …Но тут Кёя остановился. — …Эй, я же сказал, хватит… — устало пробормотал Кёя. Обернувшись… он увидел стоящую Комари. — Нет, Кёя, я не пущу тебя!.. — Х-ха… слушай, сколько раз мне повторять? Если хочешь меня остановить, сделай это оружием, а не словами. Если не можешь, отойди в сторону. Ты ведь всё равно не сможешь даже вытащить меч дрожащими руками. Никто тебя не осудит. Мы с тобой слишком на разных уровнях. Кёя выбрал этот путь именно потому, что знал, что некоторые вещи нельзя решить словами. Что могла сделать девушка, у которой не хватало смелости даже обнажить меч? Но… — И-и всё равно, я… должна защитить всех!.. Комари, силой волоча онемевшие ноги, всё равно пыталась остановить Кёю. Он так сильно на неё надавил, что обычный человек мог бы только дрожать со слезами на глазах, но она всё ещё пыталась ему противостоять. При виде её поведения, которое можно было назвать уже не просто честным до глупости, а ненормальным, Кёя невольно нахмурился. — …Почему именно ты, Комари? Почему ты так рвёшься биться за других? Скажу прямо, ты странная. Дело ведь не только в том, что ты не смогла быть полезной в другом мире, не так ли? Кёя вспомнил тот случай, когда они победили Древа Скверны. Тогда Комари тоже пыталась спасти всех, не обращая внимания на смертельную опасность. Легко было списать это на одно слово «храбрость». Но сейчас, глядя на Комари, которая бросала ему вызов в лицо, он понял, что дело было не в красивых вещах, вроде отваги или восхищения. За этой ненормальной одержимостью скрывалось что-то тёмное, похожее на «проклятие», полностью противоположное этой светлой девушке… Но прежде чем он услышал ответ, ситуация сдвинулась с мёртвой точки. — Молодец, что встала. Ты проявила поразительную отвагу, Комари. Но… твой черёд ещё не пришёл, — раздался откуда-то голос старика. В то же время, за спиной Комари медленно открылась дверь. Оттуда появились… — Хмф, безрассудство следует соизмерять с собственными силами. — Комарушка-а-а, ты цела? — Ох, прошу прощения, мы задержались… Один за другим стали появляться Амо и остальные члены «Олд Мис». Похоже, они закончили зачистку в школе и догнали их. — А теперь вы решили притащиться всей толпой… Кёя лишь холодно взглянул на прибывших членов «Олд Мис». Он предполагал, то раз здесь была Рин, то будут и другие её соратники. В этом не было ничего удивительного… Но в тот момент, когда появились двое последних, Кёя рефлекторно отступил подальше и с трепетом спросил: — …! Эй, Комари, ты что… дракона с собой притащила? Там, куда был направлен его настороженный взгляд, сначала из двери появилась Аманэ. А за её спиной тихо шёл старый воин… — Похоже, на этот раз мы успели. — Мистер Янаги!.. — Прости, что запоздали, Комари. Ты хорошо постаралась. С этими словами Янаги неловко улыбнулся… И этого было достаточно, чтобы та дрожь в теле, с которой она ничего не могла поделать, прекратилась. Одним лишь своим излучающим силу присутствием этот старик, напоминающий исполинскую скалу, отгонял любые тревоги. Затем Янаги повернулся к юноше, который настороженно на него смотрел. — Приятно познакомиться… Кёя Кудзё. — …В приветствиях нет нужды. Лучше скажите мне вот что… вы ведь человек, верно? — Да, само собой. Какой бы силой мы ни обладали, мы… и ты тоже –всего лишь ничтожные люди, — спокойно ответил Янаги. Уж он-то точно должен был понимать, что стоящий перед ним юноша обладал силой, уже превзошедшей человеческие рамки… Но Янаги всё равно говорил с ним, как с обычным ребёнком. Глядя на то, каким спокойным и в то же время величественным он был, Кёя очень тяжело вздохнул. — Понятно, элитный отряд бывших героев… Значит, вы и есть те самые «Олд Мис»… Эй, Розалия, ты же говорила, что это просто сборище бесполезных стариков? Они совершенно не подходят под это описание… — бормоча, пожаловался Кёя и, смирившись, покачал головой. — Чёрт, я думал, что мне больше не придётся сражаться с кем-то уровня Кудзухи… Не ожидал, что столкнусь с таким врагом так скоро. Ну да ладно, ничего не поделаешь. — Нет, Кёя Кудзё. Мирный путь есть всегда. Считать, что уже слишком поздно — это заблуждение, порождённое юностью. Мы всегда можем протянуть друг другу руки, — говорил спокойно Янаги даже в такой ситуации. Он искренне верил, что сможет взять этого юношу за руку и пойти вместе с ним по верному пути… Однако Кёя лишь усмехнулся в ответ. — А я вот думаю, что вера в то, что всё можно решить разговорами… это заблуждение, порождённое старостью. В тот миг, когда он холодно улыбнулся, его враждебность резко возросла. Её концентрация была настолько велика, что всё пространство вокруг затрещало. Кёя ясно дал понять, что кроме битвы, другого пути нет. И они несомненно уловили его посыл. — Ух, вот это жесть. — Похоже, мы правильно сделали, что пришли все вместе!.. — Ох, вот это мы попали. Не ожидала, что он будет настолько силён. Перед лицом этой бьющей ключом подавляющей злобы, даже закалённые в боях герои «Олд Мис» нахмурились. Именно потому, что они были опытными бойцами, они все понимали, насколько силён Кёя… Но, даже понимая это, никто из них не собирался бежать. Причина этого крылась в тех двоих, что стояли позади. — Ну что, Янаги, сможешь его победить? — Что ж, не узнаю, пока не попробую. Янаги и Аманэ стояли неподвижно, не обращая внимания на давление Кёи. Кёя, в свою очередь, тоже спокойно оценивал силы противника. Не считая Комари и Рин, их было пятеро. Само собой, все они были опытными бойцами, намного превосходящими героев S-ранга из школы. И сильнейшим среди них, без сомнения, был старый воин по имени Янаги. По силе он, вероятно, не уступал серьёзной Кудзухе… или даже превосходил её. Однако самым приоритетным в плане того, кого следовало опасаться, был не Янаги. Женщина с больными ногами, находящаяся позади… которую звали Аманэ, была окутана тёмной аурой, отличной от других героев. Явных доказательств у него пока не было, но Кёя интуитивно чувствовал, что если Янаги был «тузом», способным в лоб сокрушить любую карту, то «джокером» была скорее эта женщина. В любом случае, они оба вне всяких сомнений были серьёзными противниками. К тому же, Кёя ещё не восстановил правую руку, потерянную в битве с Кудзухой… Честно говоря, ситуация была не из приятных. Может, временно отступить? — промелькнула у него в голове привычная мысль. Но Кёя усмехнулся и отбросил её. Он давно отбросил какой-либо путь к отступлению. Для него осталась лишь одна дорога. — Приди, Квин. Время кормёжки. Повинуясь зову хозяина, разрывая пространство, появился демонический меч… «Лаванквин». В тот момент, когда жестокий меч, убивающий даже богов, был извлечён из ножен, из него вырвалась ужасающая тёмная аура. Перед лицом этого зловещего до безумия присутствия, Янаги спокойно произнёс: — Всем назад. Доверяю защиту и поддержку Аманэ вам. С этими словами Янаги вышел вперёд один, отказываясь от численного преимущества. Но не из-за какой-то ерунды вроде «честного поединка». Он понимал, что в битве с Кёей все, кроме него, будут лишь обузой. Амо и остальные тоже это знали. Как и было приказано, они сформировали построение для защиты Аманэ, после чего каждый из них сосредоточился на поддержке Янаги, используя магию поддержки по максимуму. Точечное усиление сильнейшей боевой единицы в лице Янаги… похоже, таков был их сильнейший боевой стиль. Впрочем, только Аманэ не занималась поддержкой, а концентрировала свою магическую силу для чего-то другого… Но, как бы то ни было, для Кёи это не имело значения. Старый воин, стоящий перед ним, был не настолько слаб, чтобы позволить ему сокрушить арьергард. Пока он не победит Янаги, ему никак не добраться до тех, кто находится сзади. И, наоборот, если он победит Янаги, то сокрушить остальных будет легко. То есть, ситуация была предельно простой — поединок один на один между Янаги и Кёей. Именно он и определит исход битвы. — В таком случае, уловки не нужны — сожри их всех подчистую! Кёя тут же влил магическую силу в клинок и молниеносно взмахнул им в полную силу с первой же атаки. Несерьёзный удар не позволит даже измерить силу Янаги. Поэтому было логично с самого начала атаковать сильнейшим ударом. Злейший клинок, способный расколоть даже звезду, обрушился на старика. Янаги же спокойно обнажил свой двуручный меч… и блокировал убивающий богов клинок прямо в лоб. — …?! Тяжёлый… — такова была простая мысль, первой пришедшая в голову Кёи. Горизонтальный рубящий удар, рассекающий туловище надвое… В момент столкновения с двуручным мечом лезвие, выпущенное со скоростью, значительно превосходящей даже свет, замерло на месте. Как Кёя ни пытался силой его протолкнуть, клинок не сдвигался ни на миллиметр. Словно тот пустил корни в землю… нет, скорее, создавалось впечатление, будто он врезался в саму землю. Более того, Кёя заметил, что старый воин держал двуручный меч лишь правой рукой. Другая, свободная рука, была крепко сжата в кулак. Когда он понял, к какому движению это было подготовкой, было уже поздно. Кулак обрушился сверху-вниз, словно железный молот. Это был самый что ни на есть простой — «удар кулаком». — Мх-х! Кулак старого воина врезался точно в голову Кёи. В тот же миг возникшая ударная волна породила чудовищный грохот. По земле, словно молнии, побежали трещины, и всё вокруг, будто от взрыва, было сметено. Когда густое клубящееся облако пыли улеглось, на том месте остался кратер, подобный месту падения метеорита, и след разлома, глубоко вгрызшегося в землю. Вероятно, он уходил до самых глубин земли. Одним лишь ударом кулака этот старый воин создал гигантское ущелье. Что же до юноши… его фигуры уже нигде не было. Он принял в железный кулак, способный сокрушить саму землю, прямо в лоб — не было бы ничего удивительного, если бы он не просто превратился в фарш, а был стёрт с лица земли вместе со своим существованием. …Исход боя решился одним ударом. — Не может быть… Кёя?.. — ошеломлённо пробормотала Комари посреди затихшего поля боя. Подумать только, что тот зловещий юноша встретил такой бесславный конец… Однако, к счастью или несчастью, битва, похоже, ещё не закончилась. — Не расслабляйся… Это ещё не конец, — тихо прошептала находящаяся рядом Аманэ. И в тот же миг из глубин разлома изверглась раскалённая магма. Тот удар достиг земной коры. Но поднималась не только магма. Из извергающейся обжигающей лавы медленно всплыл человеческий силуэт — Кёя Кудзё. С его головы текла алая кровь, всё тело было обожжено магмой, но глаза были холодны, словно лёд. — Понятно… В голой силе вы превосходите Феррис на пике её могущества, да? В таком случае… как насчёт магии? Паря в воздухе, Кёя взмахнул указательным пальцем, словно дирижёрской палочкой. В тот же миг бурлящая магма, казалось, замерла, а затем начала стремительно стягиваться к кончику пальца юноши. Сфера бушующего пламени, сжатая до одной стомиллионной от изначальных размеров, была поистине самой жизнью звезды. Вдобавок ко всему юноша влил туда свою магическую силу. — «sin spellzher». Сотканная всего за два такта магия относилась к «Безымянному», не классифицируемому рангу, превосходящему даже ранг «Мифа», принципа невозможности. Порождённый ей пылающий чёрный огненный шар, окутанный абсолютно чёрным пламенем вселенского пожара. Это было пламя конца, таящее в себе абсолютный жар и способное с лёгкостью испепелить даже солнце. И юноша… непринуждённо запустил его во врага. Ну, как ты с этим справишься? Покажи, какие карты есть у тебя в рукаве. В обычной ситуации это заклинание было бы буквально смертельным. Но для Кёи это была лишь разминка. Да, он прекрасно понимал, что его противник не настолько прост, чтобы умереть от такого. Но всё же, какая-то реакция должна последовать. Именно это Кёя и хотел увидеть. Каким атрибутом, какой формулой, каким методом начертания, каким образом мыслей он будет защищаться? Кёя раскроет всё одним ходом, что он может и чего не может. И отталкиваясь от этого, шаг за шагом, одолеет его. Таков был излюбленный стиль боя Кёи. …Однако ожидания юноши были обмануты. Столкнувшись с невероятным заклинанием, старый воин не сделал ничего. Не пытался убежать, не пытался защититься, даже не было намёка на построение магической формулы — старый воин просто стоял, как в ступоре. Неужели… он сдался? — невольно нахмурился юноша, но тут же понял. Ему и не нужно было ничего предпринимать. …Прямо перед тем, как бушующее пламя должно было поразить старого воина, он мягко вытянул руку и, поймав огненную сферу в свою огромную ладонь… просто её раздавил. Словно потушил пламя маленькой свечи, просто сжав его пальцами. — Прошу прощения, если ты ожидал магического поединка… но к несчастью я довольно неуклюжий и магией совершенно не владею. Но зато… подобные вещи на меня почти не действуют. С раскрытой ладони, кружа, осыпался пепел. На толстой коже старого воина не осталось даже следа ожога, она лишь слегка покраснела. Это уже выходило за рамки понятий «сильный» или «слабый». Как ни крути, Янаги явно превосходил человеческие возможности. Да, он был… словно сам дракон, славящийся своей абсолютной защитой… — А-а, ясно… Так вот в чём дело… Чрезмерно аномальное сопротивление к магии и та плотная аура дракона, которую он почувствовал вначале… Сложив эти два факта, Кёе на ум пришла лишь одна возможная догадка. — …Мне как-то доводилось слышать о трёх тысячах миров, уничтоженных Феррис. В то время она нападала на миры по порядку, начиная с тех, где было сосредоточено больше всего силы. Ей было всё равно, кто там был — владыка демонов или местный герой. Таков был инстинкт владыки демонов. Но… был один мир, всего один, который даже она не смогла уничтожить, будучи на пике своих сил. Она рассказывала мне, что тот мир защищал безымянный владыка демонов, забытый даже местными жителями. Феррис назвала его «Древним драконом»… Ты съел его, не так ли? — Ну, не припомню, чтобы я его ел… Но мы бесконечно долго бились друг с другом насмерть. А вот «кровью» друг друга мы залили с лихвой. Кровь дракона, в которой он купался, пока она не впиталась во всё его тело, — вот в чём была суть абсолютной защиты, оберегающей этого старика. И самое пугающе было то, что он без всякой магии убил древнего дракона, одолеть которого не смогла даже Феррис на пике сил. Несравненная физическая сила и несокрушимое сопротивление. Понятно, он действительно на ином уровне, в сравнении со всеми героями, которые мне встречались прежде, — Кёя твёрдо убедился, что на данный момент этот старик был сильнейшим героем во всём Мировом Древе. И этот «сильнейший» пришёл в движение. — Что ж, Кёя, теперь позволь свой ход сделать мне. В тот миг, когда показалось, что старый воин сделал всего шаг… двуручный меч оказался уже перед самым носом Кёи. Невероятная скорость шага, не соответствующая его гигантскому телу, и блестящее искусство владение мечом. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять. Он был не просто хвастающимся силой здоровяком, полагающимся на мускулы, а воином высочайшего уровня, достигшим вершин боевых искусств. Впрочем, то же самое касалось и Кёи. Он уже понял, что не может тягаться с ним в физической силе. Отразив первую атаку, он рубанул по ногам ответным ударом меча. Заблокировав его с минимумом действий, Янаги плавно нанёс второй и третий удары. Уклонившись от них лишь за счёт работы ног, Кёя готовил следующую контратаку… Любой из этих ударов приведёт к мгновенной смерти, если достигнет цели. Воспользовавшись техниками меча, каждая из которых буквально несла смерть с одного удара, они, тем не менее, оба предвидели бой на тысячи ходов вперёд. Да, что Кёя, что Янаги оба были теми, кто продолжал бросать вызов абсолютно сильным сущностям. В них не было ни капли высокомерия вроде: «Этот удар должен его прикончить». Напротив, чем сильнее был противник, тем больше раскрывалась их истинная сила. Их поединок, словно по экспоненте, с каждой секундой становился всё более ожесточённым и мгновенно вышел за пределы того, за чем могли уследить глаза других присутствующих. Не только Комари, но и другие члены «Олд Мис» были едва-едва способны защищаться даже от отзвуков их битвы. Но всё же постепенно все начали замечать, в чью сторону сейчас склоняется чаша весов… злейшего или сильнейшего. — Кёю… теснят?.. Медленно… но верно отступал именно Кёя. И в самом деле, Кёя с трудом сражался против старого воина, у которого, по идее, не было ни оригинального навыка, ни магии. Его драконье тело отражало всё — человеческую магию, демоническую и даже магию другого Мирового Древа, которой он научился у Кудзухи. Даже с учётом форы в виде отсутствия одной руки, подавляющая физическая сила Янаги была настолько велика, что разница была как между взрослым и ребёнком. И ещё одной проблемой был… тот двуручный меч. Насколько бы ни был силён владелец, оружие — совсем другое дело. Особенно в случае Янаги, который, не имея особо магической силы, не мог применять трюки вроде усиления собственного меча. В таком случае, нужно было сломать не его, а меч. В конце концов у него был «Лаванквин» — самый злобный демонический меч в этом мире. Несравненный злейший клинок, сокрушивший даже духовное ядро отвергнутой владычицы демонов. Поэтому сломать его оружие было проще, чем сорвать полевой цветок… Должно было быть проще. Но он не ломался. Сколько бы Кёя ни бил, сколько бы они ни скрещивали мечи, двуручный меч Янаги не получил ни единого скола. Простой кусок стали, не обладающий ни особыми полномочиями, ни специальным благословением… противостоял в лоб злейшему демоническому мечу. Однако в каком-то смысле это было естественно. Омытый в крови и плоти дракона, впитавший в себя жизнь богини и пробывший вместе с Янаги столь долгое время двуручный меч был наполнен тремя душами: богини, героя и владыки демонов. Разве мог такой меч быть хрупким? «Никогда не сломается» — единственная особая способность, которой обладал этот меч. Но для Янаги этого было достаточно. Да, герою на самом деле не так уж много и нужно. Оригинальный навык бесполезен, предрасположенность к магии — нулевая. Но это не имело значения. Если у тебя есть натренированное тело и отточенный меч, чего ещё желать? «Прокачайся, бей физухой» — самый примитивный и самый чистый силовой стиль. Этот старый воин, стоящий у истоков героев, сейчас, без сомнения, загонял Кёю в угол. И вот, этот момент наконец настал. Сокрушительный и молниеносный удар, нанесённый с высокого замаха поразил Кёю прямо в лоб. Ему удалось в последний момент его блокировать, но он не смог полностью погасить импульс. Отброшенный Кёя, словно камешек-блинчик, несколько раз ударился о землю и — наконец обессиленно рухнул. Победу в этой яростной схватке одержал Янаги. Исход битвы был решён… Нет, так лишь казалось… — …Да знаю я, не шуми ты так… Что поделать, у меня всего одна рука… Нет, это не оправдание… Это всё потому, что ты не сражаешься всерьёз… Чё? Нет, ты уже так говорил и предал меня в прошлый раз… М-м? Правда? А-а, да понял я, понял, понял… — бормотал, будто ссорясь с кем-то. Шатаясь, Кёя поднялся на ноги, обмениваясь словами с невидимым Нечто. Со стороны это выглядело так, будто его разум помутился от тяжёлых повреждений. Но как бы то ни было… они, похоже, успешно договорились. — Хорошо. Давай заключим тот контракт прямо сейчас. Стоило ему это пробормотать, как воздух пронзил странный звук. Скрежет ногтей по стеклу, хруст пилы, режущей кости, предсмертный крик самого мира — источником этого жуткого звука, словно смешавшего все неприятные шумы и усилившего их в тысячи раз… был демонический меч в руке юноши. И тут Янаги с остальными поняли. Это был «смех» демонического меча. — …Это особая клятва. Вероятно, того же типа, что и мой навык, –предостерегающе прошептала Аманэ. Но знать принцип не имело никакого смысла. Вместе с оглушительным, ликующим хохотом, взрывообразно росла тёмная аура. И не только от меча. Из самой основы юноши, сжимавшего его, тоже струилась зловещая магическая сила. Это было похоже на резонанс двух камертонов. Юноша и демонический меч резонировали, бесконечно усиливая тёмную ауру и намерение убийства друг друга. Попавшие под воздействие этой неописуемой злобы, замерли, словно лягушки под взглядом змеи, не в силах даже пошевелиться. Да, до этого момента он не то чтобы сдерживался. Но… он и не сражался в полную силу. Настоящая битва юноши начиналась только сейчас. Настоящая резня на всю катушку Кёи Кудзё, который стал единым с демоническим мечом и превратился в зло, способное исказить мир. …Перед лицом этой могущественной тёмной ауры Янаги спокойно произнёс: — …Всем, готовиться к отступлению. — Э?.. — Быстрее. Я больше не… могу гарантировать, что смогу защитить всех. Услышав эти слова, Комари не поверила своим ушам. Именно потому, что Янаги был сильнейшим героем, сравнимым с Кёей, он мог лучше, чем кто-либо другой, оценить разницу в их силах. И тот факт, что он выбрал отступление… означал, что старый воин предвидел собственное поражение. Вот настолько опасен сейчас был Кёя. Однако, позволят ли им сбежать — это уже другой вопрос. — Эй-эй, о чём ты говоришь, старик? Всё ведь только начинается!.. Ставший единым с кровожадным демоническим мечом Кёя не мог так просто опустить свой клинок. Есть лишь один способ утолить его намерение убийства, подобное голоду, — жестоко убить всех, кто здесь находится. Ни меч, ни юноша не остановятся, пока не выпьют до дна кровь героев и не пожрут их плоть. — Ну же, давай продолжим!.. Отдавшийся позывам к резне, Кёя замахнулся демоническим мечом, источая тёмную ауру, и… — Эй, Кёя, что это выражения? Я ведь учила тебя уважительно относиться к старшим. В тот же миг, как раздался этот голос, Кёя застыл. Переполнявшая его жажда убийства мгновенно иссякла, и вся собранная магическая сила рассеялась. В мире была лишь одна персона, способная его так шокировать… — Почему… ты?!.. Там, куда был устремлён его ошеломлённый взгляд, стояла женщина, красивая настолько, что дух захватывало, — Феррис. Она же была заключена в Пантэсариум — так как она сейчас оказалась здесь? — был в смятении Кёя от этой невозможной ситуации. Аманэ не упустила это мимолётной возможности. — «Пре Релоад[✱]Pre-Reload — англ. Предзагрузка. По иероглифам записано как: «Глупый путь к отступлению».». Мгновенно развернулась формула телепортации. Аманэ, единственная, кроме Янаги, кто не был парализован намерением убийства Кёи, использовала всю собранную магическую силу, чтобы окутать всех. Придя в себя, Кёя попытался помешать, но, будучи застанным врасплох, не успел. Так образом «Олд Мис» покинули этот мир… Вместе с Феррис, бросившей на него печальный взгляд. — Чёрт!.. Сжав руку, схватившую пустоту, Кёя тут же попытался отследить телепортацию… Но Аманэ всё предусмотрела. В пространстве не осталось и следа от формулы, ни малейшего остатка магической силы. В такой ситуации даже Кёя не мог их отследить. Он полностью потерял их след. Кёя прикусил губу, и тут его сзади робко окликнули. — К-Кёя… это ведь была отвергнутая владычица демонов, да? Почему она внешнем мире?.. — Ох, ну надо же, ей удалось сбежать. Интересно, почему? Почувствовав конец битвы, появились Розалия и Имир. — …Кольцо, что было на ней… Скорее всего, это артефакт уровня Проклятий Конца, — ответил Кёя, даже не оборачиваясь к ним, — Должно быть, она использовала его как внешний источник и сломала печать. Но важнее… его происхождение. Я никогда не видел ничего подобного. — Вот как? Но ведь Пантэсариум изначально принадлежал ей, верно? В таком случае, нет ничего странного в том, что у неё был потайной сейф, о котором она тебе не рассказала, не так ли? — слишком уж спокойно высказала своё мнение Имир и, сказав: «Но отложим пока это в сторону», сменила тему: — Сейчас самое важное найти малышку Феррис. Разумеется, я тоже помогу. — побудила его Имир. Феррис увела группа сильнейших героев, так что нужно было как можно скорее её вернуть. Это был неоспоримый факт… Однако. — …Нет, сначала выполним нашу цель. Кёя направился к последней двери, возвышающейся в глубине пространства. Это был путь к мечу, открывающийся лишь тем, кто преодолел все тринадцать испытаний. Но, увидев это, Имир удивлённо склонила голову. — Ох, а ты на удивление спокоен. Несмотря на то, что у него отняли Феррис, он потерял самообладание лишь в самом начале. То, что он предпочёл заполучить «Меч Древнего» спасению Феррис, вероятно, показалось ей неестественным, исходя из его прежних принципов поведения. — Я вовсе не спокоен. Но у меня её отнимают не в первый раз. Поэтому я знаю, что паникой её не вернуть. И самое главное… Олд Мис не дураки. Они не убьют Феррис сразу, ведь она может стать их козырем против меня. А значит… когда они явятся с предложением обмена, я просто убью их всех и заберу её. Вот и всё, — сухо ответил Кёя, подавив эмоции… а затем внезапно пристально посмотрел на Юмир. — …Или же есть причины, по которым ты хочешь, чтобы я спешил? — Нет, что ты, конечно же нет, — уклончиво улыбнулась Имир. По её фальшивой улыбке по-прежнему нельзя было прочесть ни капли её истинных намерений. Разговаривать с этой женщиной — пустая трата времени. Важнее было то, что нужно сделать сейчас. Кёя развернулся и на этот раз прошёл сквозь дверь. За ней его ждал… великий собор, наполненный священной атмосферой. А в центре стоял один большой ящик. «Меч Древнего» — сильнейший в мире меч — был там, внутри. Кёя уверенно подошёл к ящику. Теперь, когда он избавился от надоедливых стражей и мешающих героев, никто не мог преградить ему путь. — Наконец-то! Сильнейшее в мире Проклятье Конца попадёт в руки сильнейшего в мире Кёи!.. Хи-хи, да это просто читерство! Теперь миру точно конец! Давай, Кёя, скорее бери меч! — Да. Больше не имея причин колебаться, Кёя прикоснулся к запечатанному ящику, и в тот же миг с треском активировался барьер. Вероятно, барьер понял, что этот юноша — зло, недостойное меча. Но подобное сопротивление теперь было бесполезно. Не обращая внимания на отвергающий барьер, Кёя силой открыл крышку. В этот миг хлынул ослепительный свет. Кёя, не испугавшись, протянул руку внутрь и наконец схватил то, что в нём лежало… — …Розалия, как это понимать? Из ящика он достал вовсе не легендарный меч… а простой клочок бумаги. На нём ужасно небрежным почерком было написано: «Сокровище я забрала. Шучу-шучу» Всего одна строчка крайне небрежно записанного наспех текста. Но, видимо, этого было достаточно, чтобы понять, чьих это рук дело. Лицо Розалии исказилось от ярости. — ХЕЛЬЗА-А-А-А-А-А!!! — прокричала Розалия это имя со всей ненавистью, на какую была способна, и разорвала бумажку в клочья. Стоявший рядом Кёя в общих чертах понял ситуацию. — «Хочешь обмануть врага — начни с союзника»… Значит, меча здесь и не было с самого начала. Похоже, эта богиня Хельза провела всех — и нас, и «Олд Мис». — Чёрт, чёрт, чёрт!.. Когда она успела?! Но куда она его спрятала?! «Меч Древнего» ведь не спрячешь где попало! Так где же, и как она… В припадке ярости Розалия топала ногами. Кёя погладил её по голове, чтобы успокоить. — Ладно тебе, успокойся. Чего нет, того нет, ничего не поделаешь. — Н-но, если бы мы заполучили меч, мы бы смогли уничтожить мир сразу… — Ничего страшного. Мы просто лишились короткого пути, но и без меча нашему изначальному плану ничего не мешает… Верно, Имир? — Да, конечно. Я непременно создам последнее Проклятье Конца, которое уничтожит мир. Верно, «Меч Древнего» с самого начала был лишь необязательной опцией, выходящей за рамки плана. — Видишь? Так что не о чем беспокоиться. Всё равно в конце победим мы. Или… ты думаешь, что я могу проиграть? Кёя излучал абсолютную уверенность. И Розалия прекрасно знала, что это правда. Мир непременно будет уничтожен руками этого юноши. Это было решённым фактом, воспрепятствовать которому не мог даже бог. А раз так, то спешить действительно не было нужды. — Эхе-хе, и правда, ты не можешь проиграть! Ведь мой Кёя — сильнейший! — тут же поднялось настроение у Розалии, и она ласково прильнула к Кёе. Кёя в ответ мягко похлопал её по плечу. — Ладно, тогда быстро возвращаемся. Подготовка к финалу близится к завершению, да и мне пора всерьёз заняться лечением руки. — Ага! — Тогда открываю Врата. Я хочу поскорее вернуться и принять душ. Так были созданы телепортационные Врата. Сначала в них шагнула Имир, за ней пошла Розалия. Кёя уже было последовал за ними… но вдруг остановился. — …? Что случилось, Кёя? Розалия обернулась, интересуясь, в чём дело. Но Кёя с улыбкой покачал головой. — Да так, просто вспомнил, что забыл кое-что в школе. Заодно схожу и заберу. Я вас скоро догоню, так что возвращайтесь. — Хм-м, ладно. Приходи скорее! Розалия исчезла за вратами. Оставшись в одиночестве… Кёя внезапно заговорил: — …Ну и, тоже хочешь сразиться? — вдруг задал он вопрос в пустоту. …И тут позади него едва заметно проявился бледный силуэт девушки. Он был смутным, как мираж, так что лица было не разглядеть. Но Кёя знал, кто это. — Так это ты — «Древний», самый первый герой? Существо, находящееся в этом запечатанном пространстве и при этом окутанное аурой, поразительно схожей с барьером Мирового Древа… Им мог быть только сам владелец меча. Иными словами, она и была древнейшим в мире героем, существовавшим в этих подземельях ещё до основания школы. …Понятно, я думал, что это чушь на уровне семи чудес школы, но слух о первом месте в школе, о котором говорила Кудзуха, оказался не так уж далёк от истины. В таком случае… Кёя снова потянулся к демоническому мечу. Если она — прародительница героев, то естественно, что она попытается остановить владыку демонов, стремящегося уничтожить Мировое Древо. Тогда ему останется лишь сокрушить её. …Однако он ошибся. С её туманный губ сорвался… беззвучный голос: …«Прости меня»… На мгновение лицо юноши закипело от пылающей ярости… но она тут же угасла. — Ясно, так я и знал. Теперь я уверен. Быть «самой первой» в нынешнем мире означает быть «последней» в старом мире… То есть, ты — избранное семя, победившее в старом Мировом Древе, и прародительница, создавшая это Мировое Древо, полное ролей. И правда, для меня ты — корень всех бед. Поняв, за что она извинилась, Кёя… тем не менее, покачал головой, а в его взгляде была скорее жалость. — Но тебе не нужно извиняться. Я действительно ненавидел эти роли. Но сейчас… всё немного иначе… По пути сюда ты мне многое показала, верно? Тот город, тех людей… Это ведь твоя родина? Люди, счастливо живущие в свободном мире… Это было и правда прекрасное место. Кёя вспоминал иллюзорный город, увиденный в двенадцатом испытании. Жившие там люди наслаждались безграничной свободой и счастьем. Кёя искренне считал, что это было прекрасно. Но… — Но всё изменилось, да? Нет, вернее сказать, было изменено. Никем иным, как Мировым Древом… Сбор «Историй» и отбор «следующего семени» ради того, чтобы Мировое Древо сменило поколение, твоя родина превратилась в мир, где все свободно убивают друг друга. Поэтому ты и пожелала мир, где людям не придётся сражаться друг с другом, не так ли? Жертвы ради выживания Мирового Древа неизбежны… но ты хотела, чтобы хотя бы трагедий было как можно меньше. И ради этого ты создала «роли» и начала всё сначала, верно? Девушка перед ним не отрицала и не подтверждала этого. Но Кёя был уверен, что это так. — Поэтому я не держу на тебя зла. То есть, вернее… это я должен извиняться. Ведь я сотру без следа мир, который ты так старалась защитить. Можешь ругать меня, сколько влезет. Давай, покажи хотя бы лицо, — призвал её Кёя, но девушка оставалась окутана дымкой. Её лица по-прежнему было не разобрать. Кёя скучающе пожал плечами. — Ты стеснительная? Нет… у тебя есть причины не показывать лицо? Может, в этом Мировом Древе мы с тобой знакомы? Почему-то от тебя веет чем-то ностальгическим… Впрочем, наверное, мне это просто кажется. Кёя продолжал говорить с молчаливым призраком, словно общаясь сам с собой. Он и сам не знал почему, но ему было на удивление легко с ней говорить. Но это длилось недолго. Вскоре Кёя развернулся. — Ладно, хватит этой бесполезной болтовни. Я хочу сказать лишь одно: ты славно потрудилась. Ты большая молодец. Поэтому… теперь просто молча смотри отсюда, на миг, когда я уничтожу мир. После чего юноша ушёл, не оборачиваясь. В его шагах не было ни капли сомнения. Остаток старого Мирового Древа печально смотрел ему вслед. ----… --… Притяжение, ощущаемое со всех сторон. Перед глазами всё мерцает. Нестабильное, расплывчатое чувство полёта. После грубого пространственного перемещения посредством экстренной телепортации члены «Олд Мис» кое-как вернулись на свою базу. — Все в порядке?! — немедленно проверил Амо состояние всех присутствующих, как только телепортация завершилась. …К счастью, все были на месте. Спастись невредимыми от Кёи Кудзё в том его состоянии — это уже само по себе чудо. Однако нельзя сказать, что все проблемы решены. Здесь находился один незваный гость. — В таком случае… следующая проблема — это вы, — взгляд Амо обратился к Феррис, которая переместилась вместе с ними. — Кто вы, чёрт возьми, такая? Кажется, вы довольно в близких отношениях с Кёей Кудзё? — резко спросил Амо. Благодаря ей у них действительно появилась возможность для телепортации, но Амо не был настолько наивен, чтобы доверять ей лишь из-за этого. Видя его настрой, Феррис рассудила, что ложь бессмысленна, и… ответила как есть: — Моё имя Феррис… Я та, кого вы зовёте «отвергнутая владычица демонов». В этот миг атмосфера мгновенно накалилась. Все присутствующие здесь — бывшие герои. Они не могли не знать имени великого зла, что едва не привело мир к гибели. И, разумеется, значение её присутствия тоже было очевидно. — Понятно… Значит, именно вы взрастили этого юношу. Злейшая владычица демонов, которая должна была быть запечатана, и зловещий юноша, превосходящий даже владычицу демонов. Раз эти двое объявились одновременно, даже дурак догадается об истине. И Феррис не стала этого отрицать. — …Действительно. Именно я взрастила Кёю, — тихо подтвердила она. Услышав об этом, глаза Амо стали ледяными. — Раз так, разговор будет коротким. Умри здесь, отвергнутая владычица демонов. Плавно обнажив меч, Амо без колебаний взмахнул клинком в сторону неподвижно стоящей Феррис. Ведь столкнувшись с владыкой демонов должен сделать лишь одно. …Но в самый последний момент Комари бросилась наперерез и встала на пути клинка. [[image:/storage/reader-images/3bb2d6bba1088476c56d04e5c384b710de0bda80.jpg]] — П-пожалуйста, подождите! — Отойди, Комари Имари. Эта тварь, вероятно, пыталась использовать того юношу, чтобы отомстить миру. От опасных врагов нужно избавляться, пока есть возможность. — Не отойду! Феррис вовсе не такая! Пожалуйста, выслушайте её! Комари ни на шаг не отступала перед вооруженным Амо… Стоящая у неё за спиной Феррис снова заговорила: — В общем… я взрастила этого мальчика не ради мести. А ради того, чтобы он меня убил… Однако в итоге ничего не изменилось. Он слишком сильно меня полюбил. Сейчас Кёя пытается уничтожить это Мировое Древо ради меня. Чтобы я могла жить обычной жизнью, а не как владыка демонов… Услышав это, Амо всё равно холодно фыркнул. — Хым, я всё гадал, какое же оправдание ты придумаешь, но это просто смехотворно. Даже если это правда, в любом случае бедственное положение этого мира — твоя вина! — Да, так и есть. Во всём виновата я. — Тогда изволь понести соответствующую ответственность. Прикончи того юношу. В ответ на этот жестокий приказ… Феррис, однако, покачала головой. — …Это невозможно. — Избавь нас от этой неумелой лжи. Тот юноша ведь любит тебя? Значит, ты сможешь запросто убить его, усыпив бдительность… — Я не об этом. Так же, как Кёя любит меня, я слишком сильно полюбила его. …Даже если бы это было возможно, я не смогу убить его, — твёрдо заявила Феррис. Услышав это, Амо кивнул, словно убедившись в своём мнении. — Вот как. Ты породила его, а теперь ещё и отказываешься устранять. …Тогда, все выводы сделаны. Всё-таки ты наш враг! Оттолкнув Комари, Амо снова занёс меч… Но на этот раз его остановил Янаги. — Прекрати, Амо. — Но она же!.. — Успокойся, Амо. Она спасла нас — это факт. Если бы мы продолжили сражаться, вряд ли все остались бы целы, — поддержала Янаги Аманэ. …Впрочем, не из простой доброты. — И вообще, какая нам выгода убивать её сейчас? Надо сделать всё по уму… Не считаешь ли ты, что использовать в качестве предмета торга будет полезнее? — хладнокровно… или, скорее, жестоко сказала она. Но Феррис напротив энергично кивнула. — Да, именно так. Для Кёи я стану предметом торга. Поэтому прошу, используйте меня и остановите его. Я не могу позволить Кёе совершить ту же ошибку, что и я!.. Именно потому, что сама она уже не могла его остановить, она спасла «Олд Мис», которым, похоже, могла бы это доверить. Быть использованной в качестве заложника — это то, чего она сама желала. Но всё было не так просто. — Впрочем, это при условии, что для переговоров будет возможность. …Ведь теперь он заполучил «Меч Древнего». А с такой силой не будет ничего удивительного, если он сможет контролировать меч и без силы Комарушки. В худшем случае нас могут уничтожить в тот же момент, как мы предложим переговоры. Бесстрастные слова Аманэ, к сожалению, точно описывали текущее положение. Кёя получил в руки сильнейший в мире меч. Если он сумеет подчинить его, трудно даже представить, какую силу он обретёт. С большой долей вероятности… при встрече их ждёт мгновенное и полное уничтожение, без шанса на переговоры. Да, хоть они и каким-то чудом выжили, ситуация была слишком безнадёжной… Но в этот момент… — Ой, видно я не вовремя. У вас у всех лица, словно на похоронах. Внезапно, без какого-либо предупреждения, появилась незнакомая девушка в больничной одежде. Возможно, из-за хрупкого телосложения, белой кожи и больничной одежды, она и выглядела очень красивой, но не слишком здоровой… Однако сейчас её внешность не имела значения. Проблема была в том, что они находились на базе «Олд Мис», защищённой множеством слоёв маскировки и барьеров. А эта девушка совершенно спокойно проникла в убежище, добраться до которого было бы нелегко даже Кёе. Кто она — неизвестно, но явно не просто заблудившийся ребёнок. Все мгновенно приготовились к бою. Но посреди этой напряжённой атмосферы… Комари тихо пробормотала: — Неужели… это вы… Кудзуха?.. Комари и сама толком не понимала, с чего она так решила. Но почему-то ей так казалось. Тогда девушка в больничной одежде удивлённо округлила глаза, а затем… — …Ого, а чуйка у тебя знатная, Комарушка. Выросла, пока мы не виделись? Куда делся вежливый тон, который она использовала при появлении испарился, и наружу вырвался подозрительный фальшивый кансайский диалект. Услышав его, любой, кто с ней встречался, сразу всё понял. Это была манера речи, свойственная только Кудзухе Минахо. Однако… — Н-нет-нет-нет, тут что-то не так-с! Вас же убил Кёя Кудзё… — Ага, убил. Отметелил меня по полной программе. Я даже попробовала самоподрыв, что совсем не в моём духе, но всё, чего добилась — оторвала ему одну руку. Эх, провал так провал. — Тогда почему вы сейчас здесь-с?! И этот облик… превращение, что ли какое-то-с? — А, тут всё просто. Способность моего оригинального навыка: «Вечный Сказитель» — это, что называется, «реинкарнация», — невозмутимо ответила Кудзуха. Настолько буднично, так что не поймёшь, правда это или ложь. — Обычно я использую как сосуд младенца, у которого ещё не возникло сознание, но раз уж мне поручили «послание», в этот раз медлить было нельзя. Поэтому я уже пустое тело этой девочки. Повезло, что она красотка, — рассмеялась Кудзуха, словно это её не касалось. Способа проверить истинность её слов не было… но, судя по этой болтливости, похоже, это действительно она. Однако ситуация не позволяла вечно идти у неё на поводу. — Кудзуха Минахо… Она ведь одна из Исполнительного комитета школы, верно? — Д-да, верно-с. Вроде как не враг… — Хым, в любом случае, это неважно. Главный приоритет на данный момент — разработать контрмеры против «Меча Древнего», — заявил Амо с предельно серьёзным видом. Вслед за отвергнутой владычицей демонов остатки Исполнительного комитета школы — незваные гости усложняли ситуацию, но главной угрозой для них был «Меч Древнего», попавший в руки Кёи Кудзё. Сейчас было не до Феррис или Кудзухи, однако… — А, вы об этом, — легкомысленно пожала плечами Кудзуха… и выдала ошеломляющую фразу. — На этот счёт можете быть спокойны. Всё равно «Меча Древнего» там нет. — Что? Что это значит?! — Я же сказала, у меня есть послание. Прямо перед моим самоподрывом Розе вверила мне координаты базы и ещё послание: «Меч находится в ножнах». В этот момент у всех перехватило дыхание. — Из контекста я поняла, что «Меч» означает «Меч Древнего», но что такое «ножны», я не понятия не имею. Поэтому я и собиралась спросить об этом… но, судя по реакции, у вас есть идеи? Если «Меч» — это «Меч Древнего», то «ножны» могут означать лишь одно. — Меч внутри «Холлоу»?.. Получается, он с самого начала был у Комари Имари?.. — Э, н-но я ничего об этом не знала! Сколько бы она ни рылась в памяти, она не помнила, чтобы у неё был такой легендарный меч. Может, это какая-то ошибка? — была в смятении Комари. Но Кудзуха тут же дополнила: — Ладно тебе, успокойся. Наверняка он запечатан где-нибудь в глубине основы. Если меч действительно такой, как я предполагаю, то иначе и быть не может. Быстренько нырни в основу и освободи его. Кудзуха говорила так, словно посылала ребёнка в магазин, но члены «Олд Мис» переглянулись с озадаченными лицами. — …Чего вы так реагируете? Неужели среди вас нет никого, кто может нырять в чужие основы? — произнесла она поражённым тоном, хотя люди, способные на это, были редкостью. После чего Кудзуха начала недовольно ворчать: — А, ясно… Чёрт, значит, и это было частью их плана. Мисс Хельза с Розе… Какие же вы противные, блин. Кто в здравом уме будет действовать, рассчитывая на мой самоподрыв? Это уже перебор в эксплуатации героев… — Э-эм… что вы имеете в виду?.. — А, прости-прости, это я о своём. Короче говоря… это сделаю я. Я же говорила, что мой оригинальный навык — «реинкарнация». Нырять в чужие основы — это мой конёк. Я сниму печать. Видимо, поэтому меня и заставили быть посыльной. Раз так, то хорошо, — с облегчением подумала наивная Комари, но всё было не так просто. — Эй, погоди. Как мы можем быть уверены, что ты не шпион Розалии? — тут же вмешался Амо. Даже если меч действительно внутри Комари, это не доказывает, что Кудзуха — союзник. В ответ на его подозрения… Кудзуха уверенно кивнула. — Ну да, куда же без подобных подозрений. Угу-угу, вполне естественно. Ну, раз так, я пас. Дальше делайте, что хотите. Сказав это, Кудзуха собралась уходить… Её любовь подшучивать над людьми, видимо, не лечится даже реинкарнацией. Амо раздражённо цокнул языком. — Постой… Хорошо. Будь так добра сделать это. — Хе-хе-хе… Ладно, раз уж так просишь, ничего не поделаешь. Да, как бы это ни было подозрительно, другого выхода не было. …Впрочем, Амо не собирался уступать просто так. — Однако мы приставим к тебе наблюдателя. Я не позволю проникать в основу в одиночку. — Какой же ты надоедливый, право слово. Ладно, если тебе так будет спокойнее, я не против. Но пусть это будет человек, который хорошо знает Комарушку. У всех людей есть стены в сердце. Если туда в грязной обуви зайдёт незнакомец, защита, естественно, станет твёрже, что усложнит мне работу. Есть кто подходящий на эту роль? Это требование оказалось неожиданно сложным. Комари встретила «Олд Мис» всего неделю назад. Феррис провела с ней полгода, но ставить ещё более опасную отвергнутую владычицу демонов надзирателем над Кудзухой — это просто абсурд и невозможный вариант. Что же делать… — повисла неловкая тишина, и тут руку подняла Рин. — Я пойду. — О, переведённая ученица? Но ты точно справишься? Не думаю, что вы были так уж близки. Кудзуха окинула её оценивающим взглядом. Действительно, Рин, будучи переведённой ученицей, провела с Комари всего несколько недель. К тому же она скрывала, что является шпионом «Олд Мис», так что вряд ли можно сказать, что они установили эмоциональную связь друг с другом. Но Рин, посмотрев Кудзухе прямо в глаза, сказала лишь одно: — Моя способность — «Сокрытие». — …А, понятно, вот в чём дело. Хе-хе-хе… Тебе тоже досталось от Хельзочки. Мда, сочувствую. — видимо, что-то поняв, Кудзуха тут же согласилась на то, чтобы её сопровождала Рин. — Ну, все актёры в сборе, начнём. Несмотря на имеющиеся сомнения, это был последний шанс получить «Меч Древнего». Ни у кого не могло быть возражений. …За исключением одного человека. — Перед этим я хочу уточнить одну вещь, — вмешалась Феррис. И обратилась она не к Кудзухе… а к самой Комари. — Комари, ты действительно этого хочешь? — Э?.. К-конечно! Если я могу быть полезна, то… — «Меч Древнего» — сильнейший в мире клинок спасения. Вероятно… с ним будет нелегко. Они собирались снять печать… с сильнейшего Проклятья Конца, способного спасти весь мир. Вряд ли всё закончится простым «сходила и вернулась». Возможно, в процессе на девушку будет возложено непосильное бремя… Комари приняла предостережение Феррис и именно поэтому бодро кивнула. — Я знаю. Но я пойду! Я обязана сделать это! Это не было безрассудством по глупости. Она прекрасно понимала тяжесть возложенной миссии. Об этом свидетельствовали её едва заметно дрожащие руки и ноги. И всё же девушка сама собиралась ступить на этот страшный путь. При виде этого противоречия Феррис невольно нахмурилась. — Не понимаю… Почему? Почему ты так стремишься взвалить это на себя? Дело ведь не просто в восхищении героями, верно? Мне кажется… будто ты проклята. По странному совпадению, это был тот же вопрос, что задал ей юноша совсем недавно. Поэтому Комари хихикнула. — Всё-таки вы и вправду похожи. Кёя спросил у меня то же самое. Но ответ прост… Я просто хочу быть полезной кому-то настолько, сколь щедро одарили меня. Я должна сделать это. Вот и всё. Ответив так, Комари повернулась к Кузунохе. — Ну что ж, Кудзуха, прошу вас! — Ага, тогда сразу и начнём. В словаре Кудзухи не было слова «потом». Повернувшись спиной к всё ещё тревожащейся Феррис, Кудзуха щёлкнула пальцами. В следующее мгновение сознание Комари и остальных провалилось во тьму. ---------- Интерлюдия. Мир Комари Сколько она себя помнила, она была там. На потолке ни единого пятнышка. Безжизненные белые шторы. Простыни, пропитанные запахом дезинфекции. Частная больница Сэйдзю, Северный корпус 3, палата 107. Для неё это место было «домом». Названия болезни она не помнила. Длинный ряд иероглифов был слишком сложен для пятилетней девочки. Однако по ночам у неё часто поднимался жар, а в груди иногда становилось очень больно. Врач говорил, что у неё слабое сердце. Наверное, так и есть, — смутно думала она. Не то чтобы она ненавидела жизнь в больнице. Собственно, для неё это и было нормой: с момента вступления в осознанный возраст она не знала другой жизни. Единственное, что она ненавидела — это уколы, но ей нравились конфеты, которые давали, если она терпела, да и окружающие люди относились к ней очень хорошо. Врачи и медсёстры — все были добры. Пациенты той же больницы тоже любили её. И, конечно же, родители. Несмотря на то, что её отец и мать работали и должны были быть заняты, они всё равно приходили навещать её каждый день. Если её состояние резко ухудшалось, они тут же мчались к ней, будь то глубокая ночь или раннее утро. Жизнь, сведённая к череде поездок между работой и больницей, неизбежно отражалась на их внешнем виде — они всегда казались измождёнными. Девочка прекрасно знала, что это ради оплаты её лечения. Поэтому однажды, когда она сказала: «Не обременяйте себя визитами ко мне», отец впервые в жизни повысил на неё голос: «Не волнуйся об этом!». А мама просто заплакала, сказав: «Прости нас». Поэтому девочка решила, что больше никогда не произнесет этих слов. Так бесцельно проходили дни в больнице. Радостное событие случилось, когда ей исполнилось семь лет. В то время родители стали иногда покупать ей журналы с мангой. Это была манга для девочек младшего школьного возраста. Однако Комари не особо понимала суть историй. Она не ходила ни в школу, ни в детский сад, да и знакомых девочек её возраста у неё не было, поэтому она не понимала любовные истории, разворачивающиеся в манге. Тем не менее, она не могла пренебречь тем, что для купили специально для неё. В тот день Комари тоже как-то бездумно листала журнал… и вдруг её взгляд приковала одна страница. На ней были изображены мальчик и девочка, бегущие по бескрайним просторам, занимавшим весь разворот. Если так подумать, наверное, родители по ошибке купили мангу для мальчиков. Это была история о мечах и магии, которые нравятся мальчишкам, — фэнтези с мальчиком-«героем» в главной роли. Конечно, из-за того, что она начала читать с середины, сюжет был непонятен. «Магия», «монстры», «навыки» для неё были какой-то бессмысленной тарабарщиной. Но она увлеченно переворачивала страницы. «Герой» изо всех сил мчался по миру, размахивал мечом, сражался с чудовищами, спасал людей и был всем нужен. В полную противоположность ей самой — той, кто никому не приносит пользы и кого лишь в одностороннем порядке спасали другие. Фигура, полная жизни в черно-белых кадрах, отпечаталась в глазах девочки невероятно ярко. Поэтому она попыталась подражать «Герою» и помахала метлой в больничной палате. Взмахнув раза три, она почувствовала, что сердцебиение не унимается, и у неё поднялся жар. Тогда она осознала, что не может стать «Героем». Но всё же… лежа в кровати в бреду от высокой температуры, девочка видела сон о «Герое». С того дня «Герой» стал её кумиром. …Наблюдая с ностальгией за этой девочкой, ×× вдруг подумала. Ась? А кто такая ××?.. — Прекращай думать об этом. Иначе заблудишься. Слышишь… Комарушка. Услышав шепот позади, ×× — Комари — внезапно пришла в себя. Она обнаружила, что находится в знакомой больничной палате. А позади неё стояли Кудзуха и Рин. — Ты в порядке, Комари-с?! Твоё сознание прояснилось?! — А, э, да… Я сейчас… — Да не парься. Основа и воспоминания почти как комплект. Ну, некоторым вернуться не удаётся… но я здесь, чтобы этого не случилось. Ну, в любом случае… внедрение прошло успешно, — ухмыльнулась Кудзуха, глядя на одну-единственную казенную кровать. Там лежала та самая девочка, которую они только что видели — Комари в детстве. — Я-я здесь?! — Ну конечно. Это же воспоминания… мы внутри твоей памяти Комарушка, — как ни в чем не бывало усмехнулась Кудзуха, а затем её лицо стало немного серьёзным. — Но всё же... у тебя было слабое сердце, да? — Да. Так обстояли дела на протяжении всего времени, примерно до третьего класса средней школы. Вот почему я до сих пор не отличаюсь успехами в спорте и учёбе… — смущенно ответила Комари, а Кудзуха тем временем смотрела на девочку в кровати. …Её магические глаза видели, что это не просто болезнь. Сама её основа изначально была чрезвычайно слаба. Плоть и дух вместе образовывали жизнь. Каким бы здоровым ни было тело, с исчезающей душой жить нельзя. Недуг маленькой Комари определенно кроется в её основе. Впрочем, сама Комари, похоже, этого даже не замечает. — Но все были очень добры и помогали мне, так что мне было совсем не тяжело! — Ага, я смотрела вместе с тобой, так что понимаю. Они действительно все были хорошими людьми. — Да! — радостно кивнула Комари. …Однако Кудзуха пробормотала себе под нос: — Тяжко же тебе, наверное, было… в окружении таких людей. И у нынешней Комари, и у Комари из детства… кое-чего не хватало. Чувств вроде «зависти» или «ревности». Почему только со мной такое происходит? Почему только я несчастна? У неё[✱]В оригинале тут стояло «у них» во множественном числе. Подозреваю, что это опечатка. попросту не было этих эмоций, казалось бы, естественных эмоций. У помещённой в стерильную оранжерею больничной палаты Комари, которую растили с огромной заботой, попросту не зародились подобные низменные чувства. Она испытывала гораздо более чистые и простые чувства. Она тоже хотела сделать что-то для любимых людей, которые были так добры к ней. Вот и всё чего она желала… Но как бы она ни хотела, больная девочка ничего не может сделать. У неё не было сил отплатить любимым людям, но и очерстветь душой она тоже не могла. В её невинной душе росло единственное желание: «хочу быть полезной». А, понятно — так вот в чем причина. Кудзуха наконец поняла истинную природу свойственной Комари анормальности, которая недавно вызвала у Феррис тревогу. Чувство справедливости, похожее на навязчивую идею: «Я обязана быть кому-то полезной». Вот откуда, по всей видимости, росли ноги. Доброта и любовь в таких количествах, что её маленькое тело просто никак не могло их принять. Насколько же тяжело было маленькой девочке, на которую всё это изливалось в стерильной комнате, где не было нейтрализующей злобы. — Чрезмерная любовь сводит с ума, значит… Кажется, недавно я уже видела одно такое дитё, — пробормотала Кудзуха так, чтобы её никто не услышал. Между тем, время в воспоминаниях начало двигаться. Вернее, это было не обычное течение времени, сцены сменялись словно в ускоренной перемотке. Похоже, это было синхронизировано с ощущением времени Комари. Пустые дни пролетали мгновенно, и Комари постепенно росла. И вот… когда ей исполнилось десять лет, кое-кто вышел на сцену. В тот день Комари чувствовала себя хорошо с самого утра. Поэтому, во время прогулки по больнице, она заметила, что в соседнюю отдельную палату поступил новый пациент. Ей стало любопытно, она тихонько заглянула в щель двери… и увидела внутри девочку своего возраста. Причем весьма красивую девочку с андрогинной внешностью. Судя по гипсу на ноге, причиной госпитализации был перелом или вывих. Пока она пристально на неё смотрела, девочка, видимо, заметила взгляд и внезапно повернулась в её сторону и произнесла первую фразу: — Чего вылупилась? Вали отсюда, — грубо выпалила она. Комари в панике убежала, как испуганный мелкий зверек… Но уже через минуту вернулась и возобновила наблюдение через щель в двери. — …Ха-а… Ты кто такая? Чего тебе от меня надо? — вынужденно спросила девочка, ибо не заметить столь откровенный взгляд было невозможно. Тогда Комари мелкими шажками зашла в палату и внезапно спросила: — Эм… Ты Юи? — …Чего? Кто? — Юи! — повторила Комари и открыла мангу, которую держала в руках, чтобы показать. Там был нарисован красивый мальчик с андрогинными чертами лица… Если так подумать, атмосферой он напоминал эту девочку. — Это очень добрый мальчик-убийца! — Добрый убийца — это же противоречие. Глупость какая-то, — фыркнула девочка, но Комари заинтересовало другое. — А что такое «противоречие»? — А? Идиома из китайской истории… — А что такое «идиома»? — …А-а, проехали. Девочка отвернулась. Видимо, решила, что разговаривать с Комари — пустая трата времени. …Но тем не менее. — … — … — …… — …… — ……… — ………А-а, блин, да что такое?! Тебе еще чего-то надо?! Несмотря на то, что её игнорировали, Комари не сдавалась и оставалась на месте. Более того, она пристально смотрела в профиль своими круглыми глазами. Не выдержав, девочка повернулась, и тут Комари озвучила странную просьбу: — Послушай, скажи «-с»! — Чего? — Поговори как Юи! На странице манги, которую она снова развернула, был кадр, где говорил персонаж по имени Юи. Само содержание не имело значения… беспокоила концовка фраз. В конце каждой реплики он добавлял «-с». Можно сказать, это была детская, нарочито неестественная фишка персонажа. Разумеется, в реальности говорить так постыдно было невозможно. — Мне это совсем не нравится. И вообще, я «Рин», а не «Юи». Если поняла, быстро уходи! Кыш-кыш, — на этот раз девочка — Рин — действительно прогнала её. Видимо, Комари очень надеялась услышать манеру речи Юи в реальности, потому что уходила она, удручённо понурившись… Но, уходя, она обернулась и немного застенчиво улыбнулась. — Знаешь, а меня зовут Комари Имари. Я ещё приду, Риночка! С этими словами Комари помахала рукой и ушла. Рин ничего не ответила, лишь фыркнула носом и зарылась в постель. На следующий день. Рин шла по больничному коридору с костылями. Возвращаясь в свою палату, она вдруг заметила табличку с именем на соседней двери. На ней было написано имя: «Комари Имари». — …Выходит, она лежит в соседней палате… Ей было в общем-то всё равно… но она немного заинтересовалась и заглянула внутрь. И там действительно была Комари… Но не одна. Видимо, как раз было время посещений, и рядом с Комари сидели её родители с добрыми лицами. Оба с искренней любовью гладили дочь по голове. Комари тоже счастливо улыбалась в окружении любимых папы и мамы. Увидев это, Рин… недовольно фыркнула и вернулась в свою палату. Спустя примерно час… — Риночка. В палату к Рин пришла Комари. — Вот, угощайся! — сказала она, с трудом неся тарелку с фруктами. Но Рин резко отвернулась. — Хым, хвастаешься? — …? Чем? — К тебе приходят посетители, а ко мне никто не приходит! Наверное, думаешь: «Одиноко ей», да?! Слова, сказанные с обидой, были не чем иным, как глупой ревностью, свойственной её возрасту. Но для неё самой это, видимо, было важно. Она надула губы и полностью ушла в обиду. Впрочем, такой же ребенок, как она, вряд ли мог разгадать эти эмоции. Комари удивленно склонила голову. — А тебе одиноко, Риночка? — Чего? Н-нет, я не об этом… — Значит, не одиноко? — Д-да, вовсе мне не одиноко!.. Отец и мать всегда думают только о работе. Я для них на втором месте. Я кости сломала, а они даже навестить не приходят. Но мне всё равно, я к такому уже привыкла! Мне и одной нормально! — явно просто храбрилась Рин. Неизвестно, поняла ли её Комари… но похоже, она кое-что придумала. — Вот как… Ну тогда, отныне тебя буду навещать я! — Чего? Что ты несешь?.. — До встречи, пока-пока! — приняла решение самостоятельно Комари и, помахав рукой, ушла. Оставшаяся в одиночестве Рин ошеломленно пробормотала: — …Д-да что с ней вообще не так?.. С тех пор Комари действительно стала приходить каждый день. Сжимая в руках гостинцы, о которых её никто не просил — будь то конфеты, манга или плюшевые игрушки — она пристально выглядывала из щели приоткрытой двери. Разумеется, Рин каждый раз прогоняла её… но на самом деле ей было чуточку, самую малость приятно. Однако в один из дней Комари не пришла. Наступил полдень, затем вечер, потом ночь, а Комари всё не появлялась с визитом. — …Лгунья. Зарывшись в одеяло, Рин надула губы. Она всё понимала. Комари наверняка просто надоела игра в «посещение больного». Она с самого начала лишь тешила своё чувство превосходства, сочувствуя одинокому ребенку. Рин знала это с самого начала. Она ни на что не надеялась. Поэтому ей было всё равно. Она вовсе не ждала её и совсем не была задета. Окончательно рассердившись, Рин так и уснула. Глубокой ночью того же дня. Проснувшись в неурочный час из-за того, что легла спать в дурном настроении, Рин, протирая глаза, направилась в туалет. На обратном пути её взгляд мельком упал на палату Комари. — …Хым, ну её! Она уже собиралась пройти мимо, как вдруг услышала кое-что. Тяжелое, мучительное дыхание, доносящееся через щель в двери. Конечно, ей было плевать на эту лгунью. Плевать-то плевать, но… беспокойство всё же взяло верх, и она мельком заглянула внутрь. В дверной щели она увидела тяжело дышащую Комари. Даже при лунном свете было видно, как она бледна и как сильно обливается потом. Её состояние было явно ненормальным. — Э, эй, ты в порядке?.. Невольно Рин открыла дверь и подбежала к ней. Тогда Комари, слегка приоткрыв веки… задыхаясь, с трудом произнесла: — Прости меня… Риночка… — Э? — Сегодня… я не смогла… навестить тебя… — искреннее сожалея, извинилась Комари, хотя даже дышать ей удавалось с трудом. Увидев её в таком состоянии, Рин сразу поняла, что Комари слегла из-за плохого самочувствия. И всё же она даже не пыталась оправдываться, а лишь без конца повторяла «прости». — Ч-что ты несешь, сейчас не до этого! Н-надо кого-то позвать… Рин схватилась за кнопку вызова медсестры у изголовья. Но её остановила сама Комари. — Н-не надо… — Но у тебя же сильнейший жар! Тебя срочно должен осмотреть врач… — Уже… поздно, ночь… я доставлю им… неудобства… — Тц!.. Ты дура, что ли?! Отмахнувшись от слабой руки, Рин нажала кнопку вызова. После чего в палату в спешке примчались дежурные медсёстры. Рин сразу же отправили в её палату, поэтому она не знала, что случилось дальше. Однако, после примерно тридцати минут мучительного ожидания к ней зашла одна из медсестёр. — Спасибо, что позвала нас, Риночка. Благодаря тебе Комарушке стало лучше. — Н-нет, я вовсе… Несмотря на похвалу, Рин отвела взгляд… Медсестра прекрасно понимала причину. — Комарушка сказала тебе не звать нас? — …Ну, типа того… — Да уж, вечно она такая. Всё время боится кому-то доставить неудобства… Хотя это наша работа, так что можно звать нас сколько угодно, — пожав плечами, медсестра вдруг сказала: — Риночка, не могла бы ты, если не против, пожалуйста, и дальше дружить с Комарушкой… Она лежит в больнице с самого раннего детства. Она не может ходить в школу, братьев и сестёр у неё нет, так что у неё почти не бывает возможности встретить сверстников. Поэтому она выглядит такой счастливой каждый день с тех пор, как ты появилась. Говорит, что у неё впервые появилась подруга… Конечно, нам, взрослым, не стоит в это вмешиваться. — … Сказав это, медсестра ушла. Рин снова забралась в кровать и стала внимательно прислушиваться. Не раздастся ли из соседней палаты снова болезненный стон? Так Рин и провела время до самого утра. ----… --… На следующий день, около полудня. — Риночка. — …М-м, мням… — Просыпайся, Риночка, — раздавался прямо над ухом милый голосок. Комари мягко растолкала её, и, когда Рин открыла глаза, в поле её зрения попал лик неописуемо милой девочки. Прямо как ангелочек, — рассеянно подумала Рин, но тут же резко пришла в себя. — А-а-а, ты?!.. — У-хе-хе, а ты, оказывается, соня, — невинно улыбнулась Комари. И кто, интересно, в этом виноват? — подумала она и, приглаживая вставшие дыбом волосы и надув губы, Рин решительно заявила: — Можешь больше не приходить меня навещать. Звучало так, словно она отталкивала её… Однако на этом Рин не закончила и с покрасневшими щеками произнесла: — …Вместо этого, теперь я буду ходить к тебе… В этот миг лицо Комари расплылось в улыбке, словно распустившийся цветок. Казалось, она сейчас резко сорвётся с места, но… — Я так рада! Она изо всех сил обняла Рин. — А-а-а-а-а, э-эй?! — Слушай, тогда у меня есть еще одна просьба! Поговори как Юи! — Что? Я же говорила, что не хочу… — …Значит, нет? — молила Комари, смотря на Рин очаровательными и влажными от слёз глазами. — Угх. Сделай так обычная женщина — это выглядело бы просто расчетливо, но в исполнении невинной малышки Комари эффект удваивался. Против такого коронного приема устоять было невозможно. — Л-ладно… то есть, ладно-с… — Ура! Обожаю тебя, Риночка! — А, эй, не надо обнимать меня-с… хе-хе-хе. Комари прижалась к ней, словно избалованный ребёнок, а Рин расплылась в довольной улыбке, не особо возражая. Воистину согревающее душу зрелище. Однако, не стоит забывать… что сейчас в палате были зрители. — …Что еще за «хе-хе-хе». Ты что, мальчик средней школы? — невозмутимо вставила Кудзуха из настоящего времени свой отрезвляюще-здравый комментарий. До этого момента она молча наблюдала за воспоминаниями, но, видимо, не смогла удержаться от того, чтобы едко, но здраво прокомментировать, насколько жалко выглядела тут маленькая Рин. Однако сама виновница тоже не собиралась молчать. — А-а что я могла поделать-с?! Вы только посмотрите на ту Комари! Она же как куколка! Слишком милая!!! — указала на маленькую Комари, покрасневшая Рин (из настоящего). Выращенная в стерильном саду и осыпанная лишь любовью Комари обладала внешностью настолько невинной и прелестной, что сравнение «как куколка» подходило идеально. Вдобавок розовая мягонькая пижама и крепко прижатый плюшевый котик делали её сущим ангелом. И тут эта девочка напрямую выражает вам свою симпатию всем своим существом… — …Понятно, разрушительная сила и правда велика. — Говорю же! — М-мне как-то стыдно… — покраснела попавшая под раздачу Комари. Тем не менее... — Но даже так, не слишком ли быстро ты сдалась? Тебе, наверное, часто говорят, что ты — легкая добыча. — Заткнитесь-с! И вообще, почему тут мои воспоминания?! Мы же в основе Комари, разве нет-с?! — Ну так мы же с вами сейчас в форме душ. Как вода смешивается с водой, так и основы неизбежно смешиваются друг с другом. Тем более у тебя общие с ней воспоминания, — пожала плечами Кудзуха, словно это было само собой разумеющимся. Однако Комари заметила странность, хотя и слишком поздно. — Ой, странно… Я этого не помню… Она смотрела на происходящее на экране как на что-то чужое… но, естественно, это были воспоминания Комари. И всё же сама Комари не помнила Рин. Обычная забывчивость — это одно, но забыть подругу… — А, насчет этого можешь не беспокоиться… Ты сама «скрыла» это, верно, Рин? — Да, всё так, — Рин с виноватым видом кивнула. — Мой оригинальный навык — «Скрывающий короткий меч» обладает силой «скрывать» цель-с. После завершения приключений с переносом нашего класса, когда госпожа Хельза попросила о помощи, я скрыла своё существование от всего мира. Следы, записи и даже воспоминания. Так было проще собрать членов «Олд Мис», не дав Розалии узнать об этом… Прости, что молчала-с. Рин склонила голову. Но реакция Комари была прямо противоположной. — Значит… ты всё это время присматривала за мной? — Н-ну… вроде того… — Ура, спасибо тебе, Риночка! — А-а, эй… н-не надо обнимать меня-с… Хе-хе-хе-хе. — Мда, вы совсем не выросли… Как бы то ни было, в этот момент у Комари впервые в жизни появилась подруга. А вскоре появилась и вторая. Ей стала Канон Ханабиси. Пришедшая на осмотр из-за простуды Канон испугалась укола, сбежала и случайно укрылась в палате Комари. — Вау, тебе тоже нравится «Брейв Квест»?! Войдя без спросу, Канон без спросу забралась на кровать Комари. Затем, без спросу начав читать мангу, она стала без спросу рассказывать, насколько эта манга интересная… Но вскоре персонал больницы нашёл её и увёл. С того дня Канон стала часто приходить играть. Они играли в игры, которые приносила Канон, играли в ролевые игры, вместе читали мангу. Почему-то Канон и Рин были как кошка с собакой, но, несмотря на это, дружба троицы крепла. Они даже дали обещание: «Когда Комари поправится, пойдем в школу втроем». Комари была очень счастлива. От одной мысли об этом дне её сердце радостно билось. Однако обещание всё никак не исполнялось. Шло время, и болезнь Комари усугублялась день ото дня. Время, когда она чувствовала себя хорошо, сократилось до трех дней в неделю, потом до двух, до одного, и в конце концов она оказалась прикованной к постели на постоянной основе. Посещения для всех, кроме родственников, были запрещены, время, проводимое под аппаратом искусственного дыхания, увеличилось. Возможностей увидеться с Канон и Рин становилось всё меньше, а лица родителей, приходивших навестить её, заметно мрачнели. Однажды ночью, в затуманенном жаром сознании, Комари услышала голоса родителей у изголовья. Они говорили о пересадке сердца. Что единственный шанс на выздоровление Комари — это трансплантация. Но детей, ожидающих донорские органы, было очень много. Шанс, что Комари, у которой нет ни денег, ни связей, сможет получить операцию, был равен нулю. Поэтому родители плакали. «Прости, что у нас нет денег. Прости, что у нас нет связей. Прости, что мы не смогли родить тебя здоровой», — говорили они. Прильнув к Комари, подключенной к аппарату искусственного дыхания, родители плакали до самого рассвета. Комари было грустно от этого. Почему она приносит родителям, которых так любит, одни только слёзы? Ей было просто невыносимо обидно. Она хотела хотя бы вытереть им слёзы, но её ослабевшие руки не двигались ни на миллиметр. Комари уже понимала, что её «конец» близок. И наконец, это случилось. В тот день Комари чувствовала себя ужасно с самого утра. Сердце билось беспорядочно, словно в изнеможении, дыхание было прерывистым, сигнализируя о пределе. Маленькое тело девочки больше не могло выносить бремя жизни. Несмотря на отчаянные меры врачей, позволившие кое-как пережить кризис, глубокой ночью волна боли снова накрыла Комари. Изнывая от невиданных прежде мучений, Комари потянулась к кнопке вызова медсестры у изголовья… Но она так на неё и не нажала. Потому что Комари знала, что сегодня всё закончится. Поэтому пусть будет так. Если она чего-то и желала… то лишь чтобы родители не слишком сильно плакали. Поэтому Комари закрыла глаза и стала просто смирно ждать, пока жизнь в ней угаснет… как вдруг… — Приветики, вижу, тебе тяжко. Услышав этот голос у изголовья, Комари слегка приоткрыла веки. И увидела её. Девушку с крыльями тускло пепельного цвета — богиню Хельзу. Пепельнокрылая богиня, призвавшая Комари и Рин. Разумеется, Комари не помнила, чтобы встречала её в таком месте… но это скорее указывало на то, что всё, что произойдет дальше, напрямую связано с тем, что запечатала богиня. — Кто… вы?.. Богиня?.. — слабым голосом спросила лежащая на больничной койке Комари. Даже не зная о существовании богинь, Комари, похоже, понимала, что Хельза была чем-то за гранью человеческого понимания. …Однако в ответ Хельза не подтвердила, не опровергла предположение Комари. — Ну, как сказать. В этом Мировом Древе я отношусь к этой категории, но в предыдущем Мировом Древе меня называли «дьяволом». М-м-м, ну, давай возьмём что-то среднее — зови меня просто Хельзочка, — ответила Хельза в своей своеобразной легкомысленной манере. После чего дьяволица, похожая на богиню, озвучила цель своего визита: — Сегодня у меня есть подарок для хорошей девочки Комарушки. И это — та-да-а-ам — я исполню одно твоё желание! Ну же, проси что угодно. Хочешь здоровое сердце? Хочешь стать героем из манги? Или… можешь отомстить этому миру, который сделал тебя несчастной. Видишь ли, я и богиня, и дьявол. Я могу даровать и проклятие, и благословение. Эти мягко сказанные слова звучали нежно, словно божественное откровение, и в то же время были пугающим шёпотом дьявола. Понятно, значит, здесь, — подумала стоявшая рядом Кудзуха, услышав это. Причина, по которой Комари владеет сильнейшим мечом — «Мечом Древнего» наверняка кроется в желании, загаданном в этот миг… Но всё оказалось немного иначе. Девочка, получившая уникальный шанс исполнить желание, с трудом подняла ослабевший палец и указала в одну точку. Там был… аппарат искусственного дыхания. Система жизнеобеспечения, поддерживающая жизнь девочки вместо тела, которое уже достигло своего предела. — …Нельзя. Если остановить его, ты умрешь, — мягко объяснила Хельза. Но Комари продолжала неподвижно указывать на аппарат. Увидев это слабое, но твердое волеизъявление, Хельза спросила: — …Неужели ты хочешь умереть? Жить стала слишком тяжкой? Не хочешь больше мучиться? За десять с лишним лет с момента рождения она никогда не была здорова. Если бы страдания в жизни можно было измерить, то она уже испытала боль, в сотни раз превышающую норму для среднестатистического человека. Поэтому, никто не имел бы права винить её за подобное желание. Но Комари покачала головой даже в ответ на этот вопрос. А затем… озвучила причину, по которой жаждала смерти: — От меня… никакой пользы… Но… если я умру, маме и папе станет легче… им больше не придется плакать… Тогда я наконец… смогу быть хоть чуточку полезной… Она желала смерти не для того, чтобы сбежать от страданий. Девочке, выросшей в любви и доброте, даже в голову не приходило эгоистичное самоубийство. Другими словами, она хотела умереть ради тех, кого любила до самого конца. Единственное, что девочка, изолированная от мира и запертая в тесной палате, знала лучше всех… так это то, что она бессильна. Поэтому она не просила здоровья. Ведь даже если она поправится, то никому не принесет пользы. Поэтому она не просила стать героем. Ведь она с самого начала знала, что это нереалистичная пустая мечта. Да, всё просто — девочка даже не знала, как молиться о чуде. Глядя сверху вниз на эту несчастную девочку, пепельнокрылая богиня улыбнулась улыбкой, в которой смешались радость и печаль. А затем… бесстрастно, словно машина, произнесла: — …Через пять минут совсем рядом с этой больницей произойдет авария. В неё попадет семья из четырех человек, путешествующая из другой префектуры, трое погибнут мгновенно. Печально, правда? Но не обошлось и без чуда. Сердце мгновенно погибшей девочки почему-то осталось невредимым. И когда её доставят в эту больницу, один врач заметит это. Нет, сердце окажется не просто невредимым. Группа крови, размер, возраст, антитела… все параметры идеально совпадают с параметрами одной его пациентки. Словно по воле богини. И врач примет решение. Можно сказать, «бес попутал». Он пересадит извлеченное сердце одной девочке. Конечно, это недопустимо ни этически, ни юридически. Врача арестуют, но… впрочем, сейчас это неважно. Хельза говорила о ещё не наступившем будущем как об уже свершившемся факте. — Так или иначе, теперь ты поправишься. По крайней мере, телом… Но этого мало. Даже если у тебя будет сердце, всё равно потребуется душа. Поэтому вот тебе подарок от меня. Чтобы ты могла жить, я дам тебе исключительную надежду и… проклятое семя. Бережно расти его до нашей следующей встречи, хорошо? На ладони шепчущей Хельзы появилось одно сияющее семя. Стоило поднести его к девочке, как оно втянулось в глубину её груди, словно так было предрешено с самого начала. — А теперь спи, Комарушка. И пусть тебе приснится спасение мира. Хельза осторожно закрыла веки девочки. Девочка, чью память запечатали вместе с глазами, спокойно уснула. — …Т-так вот, что случилось… — пробормотала нынешняя Комари в палате, в которой вновь воцарилась тишина. Она не до конца поняла весь диалог. Непонятного было больше. Но одно было ясно: пересадка сердца, которую она перенесла в прошлом, произошла благодаря вмешательству богини Хельзы. …Но потрясение Комари было лишь началом. — …Что ж, — внезапно раздался беззаботный голос. Произнёсшая эти слова богиня из воспоминаний… обернулась к ним. — Продолжим разговор? — с улыбкой Хельза посмотрела на Комари и остальных. Просто совпадение? Нет, отнюдь. В глазах Хельзы, которая должна быть лишь «воспоминанием», несомненно, отражались фигуры «нынешних» Комари и её спутниц. — Ч-что происходит? — Разве мы не внутри моей памяти?.. — опешили Рин с Комари от невозможного феномена. Но Хельза невозмутимо им кивнула. — Ага, всё верно. Это память Комарушки. Но вы же сейчас нырнули сюда, верно? Это то же самое. Впрочем, в моем случае это часть души, так что считайте меня чем-то вроде призрака. Саму логику понять было сложно, но одно можно было сказать с уверенностью: беседующая с ними сейчас Хельза — не призрак прошлого. Это, несомненно, она сама. А раз так, напрашивалась гора вопросов. — Что это за семя такое? Зачем вы спасли меня? Почему вы умерли?! — Ну-ну, успокойся, я не могу ответить на всё сразу, — успокоила Хельза наседающую на неё, подобно бушующим волнам, Комари. — Начнем с первого вопроса. То семя и есть то, что вы ищете — «Меч Древнего», — непринуждённо сказала она. — …Э? Э-э-э?! — нелепо воскликнула Комари. Раз он называется «Мечом Древнего», она была уверена, что это какой-то крутой меч. Но, похоже, это не так. — Понятно, значит, «Меч Древнего» — это название семени… или, скорее, оригинального навыка? — Ага, верно. Оригинальный навык: «Роа лё Вувуар[✱]Записано как: «Росток, расцветающий в начале».»… его способность проста — «Всемогущество». Сила безоговорочно исполнять любые желания, — непринуждённо поведала она им об этой способности. Всемогущество — сила бога, буквально исполняющая всё. Это действительно соответствует названию сильнейшего меча, но… — П-подождите минутку, «Всемогущество» … В это сложно поверить... — …Нет, это правда. Я сама видела это своими глазами, — ответила Кудзуха. — Риночка, наверное, смутно догадывалась… но я тоже выжившая из предыдущего Мирового Древа. Нет, скорее не «выжившая», а «не сумевшая умереть». Мой оригинальный навык реинкарнации слишком сильно пробудился, и я переродилась даже сквозь смену Мировых Древ, хотя должна была умереть. Способности такого рода страшно негибкие и проблемные… — чуть не занесло Кудзуху не в ту степь, но она тут же вернулась к теме: — Ну, это неважно. Важно то, что владелец навыка Всемогущества действительно существовал. Это я гарантирую. Вряд ли в такой момент она стала бы лгать, как обычно. Но всё же оставались сомнения. — Но ведь это семя предыдущего Мирового Древа, так? Почему оно сейчас здесь? Если оно осталось до конца, разве оно не должно было стать Мировым Древом?.. — Верно, ты такая умная, Комарушка. Но ответ прост — предыдущее Мировое Древо не встретило свой конец как должно было. Как раз из-за этой силы Всемогущества. — Что вы… имеете в виду?.. В ответ Хельза начала рассказывать об одной девочке. — Девочку, у которой раньше было это семя, звали Асука. Она была моей подопечной, примерно вашего возраста… Она выжила в «отборе», используя эту силу. Вы ведь видели, да? Как старое Мировое Древо собирало «истории» и отбирало последнее «семя». В памяти Комари всплыла сцена из двенадцатого испытания. Кошмарная трагедия, где всему человечеству дали оригинальные навыки, и они принялись убивать друг друга. — В той битве «Всемогущество» было величайшим оружием, превосходящим любое другое. Поэтому она, естественно, победила. Риночка верно сказала — это невероятная способность. Проиграть было невозможно. Так что последней оставшейся стала Асука. Сила Всемогущества, пробудившаяся в боях, должна была прорасти в величайшее Мировое Древо… Но она отказалась от этого. Используя ту самую силу Всемогущества, она загадала напоследок желание начать заново этот мир, который закончился трагедией убийств. Похоже, «Всемогущество», пробудившееся, поглотив все остальные семена и истории, превзошло даже систему Мирового Древа. — Поэтому нынешнее Мировое Древо — это вторая форма старого Мирового Древа. И не всё осталось прежним. Асука попыталась свести к минимуму сбор историй, необходимый для существования Мирового Древа, создав «Роли». Трагедии нужны для поддержания мира, но Асука хотела, чтобы жертв было как можно меньше и воспротивилась этому насколько смогла. Переписав всё таким образом… она умерла. Оставив только семя. Комари снова прижала руку к груди. Семя, оставленное девочкой по имени Асука, сейчас находится здесь. И это и есть истинная сущность «Меча Древнего» — сильнейшего оригинального навыка, перезагрузившего Мировое Древо… — Простите. Я держала меч в тайне даже от вас. Но это слишком могущественная сила, которой, по сути, не должно существовать. Чем меньше людей о ней знает, тем лучше… Чтобы ни в коем случае не отдать его тем ребяткам. Чтобы обмануть врага, сперва обмани союзников… в этом мире есть та, от кого нужно скрывать это любой ценой. Имя этому врагу… — Богиня Розалия, верно? — Ага, верно, — подтвердила Хельза, однако на этом не закончила: — Но, знаете, настоящая проблема не она. — Что вы имеете в виду? — За спиной Розалиечки есть одна особа, которая дёргает за ниточки. Её зовут Имир. Уверена, вам уже приходилось с ней встречаться. При этих словах вспомнилась женщина с соблазнительной внешностью, которая была вместе с Кёей и Розалией в подземелье школы. — Имир, значит… И кто она? Хотя, впрочем, можно и не спрашивать. — Ага. Она из таких же, как мы… тех, кто был в старом Мировом Древе. Я сама не знаю, кто она на самом деле, но цель её ясна. Имир собирается уничтожить мир. Для этого она дает знания Розалиечке и косвенно управляет Кёей Кудзё. Короче говоря, она — настоящий кукловод. Как и Хельза, Имир знает истину о Мировом Древе. Теперь всё встало на свои места. Наверняка такую силу и знания Розалия, бывшая всего лишь одной из богинь, получила благодаря содействию Имир. За спиной врага, Розалии, стоял еще более серьёзный кукловод. Лицо Комари омрачилось от этой неприятной информации… Однако она забыла, что они пришли сюда именно потому, что у них есть секретный план, способный перевернуть эту тяжелую ситуацию. — Призрак старого Мирового Древа, значит?.. Ну, тогда «Мечу» тем более пора выйти на сцену. — …! Т-точно! Мы хотим получить «Меч Древнего»! Да, они специально нырнули в основу не для того, чтобы предаваться воспоминаниям, а для того, чтобы получить «Меч Древнего» и спасти мир. И теперь они узнали, что меч действительно находится внутри Комари. А значит, если им объяснят, как им пользоваться, то ни Розалия, ни Имир им не противники. Ведь меч — это «Всемогущество», сильнейшая читерская способность, которой, скорее всего, по силам одолеть даже самого Кёю Кудзё. Наверняка именно в этом и заключается миссия, возложенная на Комари — владелицу ножен под названием «Холлоу». Хельза тоже кивнула, соглашаясь. — Верно, сейчас самое время для выхода «Меча Древнего» на сцену. По сути, его не должно быть в этом Мировом Древе, но если речь идет об изгнании призрака старого Мирового Древа — Имир, — то это совсем другой разговор. И главное… Кёя слишком силен. Честно говоря, без меча тут ничего не поделаешь. — Тогда, нужно немедленно… — не могла сдержать нетерпения Комари. …Но Хельза слегка покачала головой. — Но... прости. Это невозможно. — Э? — Ты не можешь использовать меч. Потому что… способность «Холлоу» — это ложь. В этот миг Комари озадаченно склонила голову. Ложь?.. Что именно? — совершенно не понимала Комари, о чём говорит Хельза. — Ч-что вы такое говорите?.. Ведь я в прошлом использовала материализацию мечей… — Это был лишь результат того, что крошечная часть «Всемогущества» внутри тебя просочилась наружу в форме меча, который для тебя является символом героя. Так что это не твоя собственная способность. Точнее говоря… твоё семя мертво с рождения. «Душа и плоть — единое целое»… Поэтому ты со своей недостаточностью основы, всё время и находилась здесь. Тем более что в этом мире не существует такой удобной способности, как «оригинальный навык, способный контролировать Всемогущество», — беззаботно озвучила Хельза эту жестокую истину. — Не может быть… Н-но тогда, зачем вы дали меч мне?.. — Не пойми неправильно. «Холлоу» — это ложь, но то, что ты ножны — это правда… Слушай, Комарушка, ты знаешь, какая функция требуется от ножен? Быть крутым украшением? Иметь читерскую спецспособность? Собственный интеллект? Нет, ничто из этого. Ножны — это всего лишь сосуд. Вещь, предназначенная для того, чтобы скрывать клинок до тех пор, пока владелец меча не обнажит его в должный момент. Но если эти ножны самовольно обнажат меч и начнут буйствовать, то быть беде, верно? — спросила Хельза, а затем продолжила: — Другими словами, качества, необходимые ножнам для «Меча Древнего» — это не умение владеть мечом. Скорее наоборот — неумение им пользоваться. Ведь «Меч Древнего» — это «Всемогущество»… он исполняет любые желания, и хорошие, и плохие. Это буквально обнаженный клинок. И что самое неприятное… этот меч может использовать не только избранный. «Меч Древнего» может с легкостью использовать кто угодно. Нетрудно представить насколько опасен навык, исполняющий любые желания, которой может управлять кто угодно. Если владелец, даже в шутку, пожелает гибели мира… наступит конец света. Поэтому Комари поняла. Нет, её заставили понять вопреки желанию, почему именно она была выбрана местом, где спрятан меч. — Похоже, ты уже поняла… Да, всё именно так, как ты думаешь. Я выбрала тебя ножнами не потому, что ты герой, которому доверена судьба, и не потому, что ты мастер меча. А потому, что ты была наименее подходящим для меча героем во всём этом Мировом Древе. У неё были желания и молитвы. Хочу быть здоровой. Хочу ходить в школу. Хочу быть кому-то полезной… Но в глубине души она не верила, что хоть что-то из этого сбудется. Именно поэтому, даже получив шанс от богини, она смогла лишь пожелать собственной смерти. Ничего не желающая, ничего не ждущая, даже не знающая смысла молитвы… истинная пустота. Вряд ли найдется кто-то более неподходящий для меча, исполняющего любые желания. Поэтому она была избрана. Девочка, которая больше всех в мире восхищалась героями, обладала самым добрым сердцем в мире, и… меньше всех в мире верила в собственные возможности. Единственная в мире, неспособная использовать меч героя, который должен быть доступен каждому. Подлинная провалившаяся героиня, даже не имеющая права взять меч в руки… Это и была Имари Комари. — Значит… я не могу использовать «Меч Древнего»?.. Я… недостойна его… — ошеломлённо пробормотала Комари, узнав правду. «Меч Древнего», последняя надежда на защиту мира… находится внутри неё, единственной в мире, кто не подходит на роль его владельца. Это означает, что всё равно, что меча и нет вовсе… — Успокойся, Комарушка. Подумай сама, если бы меч действительно нельзя было использовать, не было бы смысла специально сообщать нам о его существовании. Это лишь повысило бы вероятность раскрытия тайника. А это значит… должен быть какой-то способ использовать меч, верно? — хладнокровно спросила Кудзуха. И, похоже, её предположение было верным. — Ага, конечно. Нужно просто пересадить меч другому человеку. Как с тем Реинкарнатором. А ведь точно, — вспомнила Комари. Комари уже доводилось воочию видеть тайное искусство пересадки оригинального навыка после рождения, вынося за скобку вопрос его этичности. — Ну, конечно, с «Мечом Древнего» провернуть это будет непросто. Я уже потеряла силу, так что осталась лишь одна богиня, способная провести пересадку. Но тем не менее, это определенно возможно. — Вот как… Это радует… Если меч можно пересадить, значит, Янаги или Аманэ смогут его использовать. Тогда никаких проблем не будет. Комари с облегчением выдохнула. …Однако реакция Кудзухи была прямо противоположной. — А, понятно, всё-таки к этому идёт. Это… худший вариант. Хотя озвученный Хельзой факт должен быть обрадовать их, лицо Кудзухи почему-то омрачилось.. И вскоре стало ясно, почему. — Ах да, имей в виду, Комарушка, что если его пересадить… то ты умрёшь. — Э?.. — Я же говорила: душа и плоть — единое целое. Поэтому, если умирает тело, исчезает и семя, являющееся основой, и наоборот. Иными словами… если извлечь из тебя меч, ты умрёшь. Сто процентов, абсолютно точно. Способа избежать этого не существует, — с жестокой прямотой заявила Хельза. Её необычайно холодные глаза лучше всего говорили о том, что это непреложный факт. Но у Комари лишь округлились глаза. Несмотря на то, что ей сообщили о том, что она «гарантированно умрёт», всё это было сказано так внезапно, что ей даже не показалось это реальным. Она просто не понимала, какое лицо нужно делать в такие моменты? …Вместо остолбеневшей Комари на это бурно отреагировал кое-кто другой: — …Эм, что-то я ничего не поняла. О чем вы говорили всё это время? — вмешалась Рин. В её выражении лица виднелись нотки гнева, который она была не в состоянии сдержать… — Комари — просто ножны, а использовать меч сама она не может. Но если меч пересадить, она умрёт? Это звучит так, словно… вы с самого начала собирались использовать Комари как расходный материал? Конечно же, мне это просто кажется, да-с? — спросила Рин, изо всех сил пытаясь сохранить спокойствие. …Но получила короткий ответ: — Угу, всё так. В следующее мгновение тело Хельзы впечаталось в стену. — …Да вы издеваетесь!!! Вы ни черта мне про это не говорили! Я помогала вам, чтобы защитить Комари! А вы… Позабыв даже про свою обычную манеру речи, Рин в ярости набросилась на богиню. Казалось, она вот-вот задушит её насмерть. Но прежде, чем это случилось, Рин остановила Комари. — Нельзя, Риночка. Не причиняй боль госпоже Хельзе. Ведь… решение госпожи Хельзы было правильным, верно? Да, если бы меч не пересадили из печати в подземелье школы в Комари, сильнейший оригинальный навык попал бы в руки Розалии. То есть, к этому времени мир уже был бы уничтожен. То, что этого удалось избежать — целиком и полностью заслуга Хельзы, которая предвидела такой исход и сменила тайник на Комари. Да и вообще… страдающая от недостаточности основы с рождения Комари умерла бы в больнице без пересадки семени. Только благодаря Хельзе она смогла прожить так долго. Раз так, за что её ненавидеть? — Большое вам спасибо, госпожа Хельза. Насчет пересадки — я всё отлично поняла! Поэтому скажите, пожалуйста, кто та богиня, что может провести пересадку меча? — Богиня Фрейя… самая первая богиня и мать всех богинь. А также та, кто ведает всё в этом мире. Глава мира богинь, носящая имя «всезнающей и указывающей путь». Она должна суметь провести пересадку. На самом деле я хотела бы сделать это сама, но в нынешнем состоянии мне не хватит сил. — Я поняла, большое спасибо! Тогда нужно немедленно идти к госпоже Фрейе! — с энтузиазмом пыталась продолжать диалог Комари. Но, разумеется, кое-кто ещё не смирился. — Ч-что ты такое говоришь, Комари?! Это же полное безумие! — М-м-м, но другого выхода нет. — Ну, это справедливо. Без меча мир всё равно погибнет. Естественно, включая и саму Комарушку. Если так и так придётся умирать, рациональнее ограничиться одной жертвой, — согласилась с Хельзой даже Кудзуха, но… — Заткнитесь! Да что понимаете вы — дьявол из прошлого Мирового Древа и обладательница способности реинкарнации? Хватит уже издеваться над нами! Мы не такие, как вы, для нас ценность жизни — не пустой звук! Если мы… Комари, умрёт один раз, то это конец!!! Рин и без всякой логики с рациональностью понимала, что раз смерть неизбежна в любом случае, то у них просто нет других вариантов. Рин не была настолько глупа, чтобы не понимать этого. Но всё же, она не хотела соглашаться с этой абсурдностью… — Спасибо тебе, что всё это время защищала меня, Риночка. — К-Комари… — …Но, прости. Ты так старалась защитить меня, но… похоже, я всё-таки не гожусь на роль героя, которому суждено спасти мир! Э-хе-хе, — рассмеялась Комари, а затем прямо заявила: — Но знаешь… нет, именно поэтому… я хочу, по крайней мере, умереть, будучи полезной всем. Наверняка именно в этом смысл того, что мне дали дожить до сегодняшнего дня. Я хочу исполнить свою роль до конца. Рин знала, насколько безнадёжно ошибочна решимость доказать смысл своего рождения. Да, на самом деле для жизни не нужны ни смысл, ни причина. Ведь так? Никто не рождается по собственному желанию. Родители просто родили вас и всё. Так что странного в том, чтобы просто жить как хочешь? Большинство людей в мире живут бесцельно, без всякой причины, и это нормально. Если бы для жизни требовалась причина, мир давно был бы полон мертвецов. Но Комари не такая. Для неё жизнь была не данностью, а тем, что ей даровал кто-то другой, и она нуждалась и в смысле, и в причине. Если она потеряет их… то просто не сможет больше жить. Зная это… Рин могла лишь проглотить слова, которыми хотела её удержать. — …Ладно, похоже, мы договорились. Тогда ступайте. С этими словами Хельза слегка махнула пальцем, и в углу палаты появились Врата, которые, по всей видимости, предназначались для возвращения в реальный мир. Комари решительно бросилась к ним, но в последний момент, словно вспомнив что-то, обернулась и… протянула руку к Хельзе. — Госпожа Хельза, давайте вернемся вместе! Услышав это предложение, Хельза удивленно округлила глаза… а затем, улыбнувшись, покачала головой. — Это невозможно. Я же сразу сказала, что сейчас я — что-то вроде призрака. Всего лишь осколок души, заложенный вместе с мечом. Моё настоящее тело давно мертво. — Не может быть… почему?.. — М-м-м, была одна принцесса, заточенная в вечной пустоши, и ради неё я проделала дыру в барьере, но это нарушение правил богинь. А так как в этом Мировом Древе я наполовину считаюсь богиней, наказания было не избежать. В тот момент моя смерть уже была предрешена. Ну, я сама виновата, и я прожила достаточно, так что тебе не стоит об этом беспокоиться… Улыбающаяся в своей обычной манере Хельза внезапно замолчала. Она заметила, что глаза стоящей перед ней девочки наполнились слезами. — Да ладно, не делай такое лицо. Всё так и должно быть. Ведь я — существо, которое вообще не должно находиться в этом Мировом Древе. — Это неправда! Такого просто никак не может быть! Глядя на девочку, проливающую искренние слёзы по обманувшему её дьяволу, Хельза хотела было что-то сказать… но тут же проглотила эти слова и подбодрила Комари. — …Ты добрая девочка. Но подари эту доброту другим ребяткам, а не мне… Ну же, ступай. Комари, то и дело оглядываясь, скрылась во Вратах. Следом за ней с недовольным видом прошла Рин, а последней — Кудзуха. …Однако перед тем, как шагнуть во Врата, Кудзуха обернулась. — …И всё же ты очень жестокая. Сказала «дарую проклятие и благословение», а на деле тут проклятия на девяносто процентов. Хотя, дьяволы такими и должны быть, не так ли? «Проклятие», о котором говорила Кудзуха — это не семя Всемогущества… Скорее, речь шла о пересадке сердца. Девочка, которая не верила в собственные возможности и жаждала лишь смерти, получила жизнь от другого человека. Причем от мертвеца, которому уже никогда не сможет вернуть долг. К чему это приведет — понять нетрудно. Чувство вины за полученную жизнь. Жгучее чувство, что она обязана отплатить за это. Это сковало её ненормальным чувством справедливости, заставляющим не гнушаться самопожертвованием. Она была проклята с того самого момента, как она приняла жизнь и была слишком добра, чтобы сбежать от этих оков. И именно это было защитной мерой, которую применила Хельза, чтобы мечом не злоупотребили. Чтобы даже став здоровой, девочка не могла ничего пожелать для себя самой. Чтобы она продолжала оставаться пустыми ножнами, непригодными для меча. И чтобы, когда придет нужный час… она добровольно отдала свою жизнь. Это было в высшей степени рациональное и до крайности подлое проклятие. И, по факту, это проклятие сработало просто идеально. Как бы её ни переполняли эмоции, из Комари просачивалась лишь крошечная часть «Всемогущества», не идущая ни в какое сравнение с его истинной мощью, способной мгновенно уничтожить мир. Более того, она с радостью согласилась пожертвовать своей жизнью. Да, если рассматривать её не как героя, а как ножны, Комари выросла действительно превосходной. Именно так, как и планировала Хельза… От этого хладнокровного и точного метода даже у Кудзухи пробежал мороз по коже. А сама Хельза… не стала отрицать этот упрек. — И не говори. С такой-то хорошей девочкой… Это прозвучало так, словно она решила не оправдываться… Но именно потому что Кудзуха много лет была знакома с богиней лжи, она заметила её просочившиеся истинные чувства. Это вне всяким сомнений были отвращение к собственной жестокости и раскаяние... Кудзуха тяжело вздохнула. — Ха-а… Понятно, так вот почему Сноэлла тебя недолюбливала. Для дьявола у тебя слишком правильные моральные принципы… Но в таком случае, можно же было подобрать слова получше, согласись? Хотя бы… хотя бы одну фразу, которую эта девочка хотела услышать «Я рада, что выбрала именно тебя». Ты ведь это хотела сказать сейчас? Если бы сказала, и ей… и тебе стало бы хоть немного легче. — Да, наверное, так и есть. Но… эти слова герою может сказать только одна персона в мире. И это не я. — До чего же серьёзная ты личность… Ладно, в любом случае ты постаралась на славу. Теперь можешь просто сидеть здесь и наблюдать за тем, что ждёт её в будущем. С этими словами Кудзуха наконец ушла. Проводив её взглядом с бесстрастным лицом, Хельза… закрыла глаза, словно в молитве. Разумеется, она дьявол. Она знала, что молитвы такого порочного существа, как она, бесполезны, и знала, что в этом Мировом Древе с самого начала не было того, кому стоило бы молиться. Она понимала, что в этом действии нет никакого смысла. Но всё же Хельза не могла не молиться. Если где-то есть существует бог судьбы — настоящий бог, а не фальшивка вроде них, — то пусть он, пожалуйста, принесет свет в их будущее. ----… --… …Её сознание всплыло наверх, словно пузырьки воздуха, поднимающиеся к поверхности озера. Комари резко открыла глаза, и увидела обеспокоенное лицо склонившейся над ней Феррис. — О-о, ты вернулась, Комари! Ты в порядке?! Услышав её голос, остальные члены «Олд Мис» поняли, что она вернулась, и тут же подошли. — О, с возвращением. Ну что там? — Вы нашли меч? — Да, — уверенно кивнула Комари в ответ на посыпавшиеся на неё вопросы. — «Меч Древнего» — это оригинальный навык Всемогущества. И он находится во мне. Только вот… я не способна его применять. Поэтому, чтобы извлечь меч из меня, нужно встретиться с верховной богиней госпожой Фрейей, — без запинок и точно пересказала Комари то, что ей поведали… Утаив лишь информацию о том, что «в обмен на это она умрет». Янаги улыбнулся с облегчением. — Вот как, спасибо, Комари. Теперь у нас есть надежда. Ты действительно отлично справилась. Тогда нужно немедленно начинать подготовку к отправлению в мир богинь… Амо, Мики, займетесь? — Вас по-о-оняла. — Предоставьте это нам. Мы сейчас же приступим к развертыванию Врат. Они вдвоём начали в спешке готовиться. Тем временем Комари сообщила ещё одну новость. — Госпожа Хельза также поведала нам о том, кто стоит за Розалиечкой и Кёей. — Хм, рассказывай. Комари рассказала об Имир — источнике всех бед. С дополнениями от Кудзухи и Рин, она передала всю информацию, доверенную Хельзой. И когда она закончила… первой отреагировала Феррис. — Понятно, значит, она существо из старого Мирового Древа… — Неужели ты тоже знаешь её? — Угу. Имир тот самый демон, что создала меня. Скорее всего, именно она дала силу этой вашей Розалии и рассказала Кёе всё о Мировом Древе. Выходит, она и есть главный кукловод. — Вот как… Значит, сейчас остерегаться в первую очередь нам нужно эту самую Имир. Все кивнули с суровыми лицами. И лишь одна Комари улыбалась с облегчением. — Ты чего, Комарушка, у нас тут еще один опасный босс нарисовался. Чему радуешься-то? — Э, нет, просто… я подумала, что если настоящий злодей — это Имир, то, может быть, нам не придется сражаться с Кёей и Розалиечкой. Если удастся победить кукловода, дергающего за нитки из тени, возможно, не придется биться насмерть с Кёей и Розалией. Конечно, это были лишь оптимистичные надежды. Но… вероятность не была нулевой. — Угу, действительно. То, что она позволила мне сбежать от Кёи, вероятно, было сделано для того, чтобы дать Кёе причину сражаться. Иными словами, это означает, что она сама еще не полностью подчинила Кёю. Если победить Имир, возможно, всё разрешится. Хорошая информация, Комари! — с улыбкой полной надежды произнесла Феррис. Да, ситуация уже не была столь безнадежной, как раньше. И путь к этой надежде был успешно проложен. — Мистер Янаги-и-и, подготовка завершена. — Угу, благодарю за труды. Тогда отправляемся немедленно. Мики с Амо вернулись, закончив развертывание Врат в мир богинь. А значит, причин колебаться не было. Они все направились к Вратам, чтобы встретиться с верховной богиней и пересадить меч. …Но перед этим Комари окликнули сзади. — …Может тебя на минутку, Комари Имари? — …? Что случилось, мистер Амо? Обернувшись, она увидела Амо. И выражение его лица было еще более суровым, чем обычно. Опять за что-то ругать будет? — невольно напряглась Комари… Но дело оказалось не в этом. — …У пересадки меча ведь есть цена, верно? — Э… с-с чего вы… — невольно выдала своё волнение Комари в ответ на внезапный вопрос. Увидев её реакцию, Амо убедился в правильности ответа и тихо фыркнул. — Хым, так я и знал. Достаточно посмотреть на выражение лица Рин Гиондзи, чтобы всё понять. Взгляд Амо был направлен на Рин, которая стояла, надув губы. На её лице читалась внутренняя борьба: «Я совершенно не согласна с тем, что Комари станет жертвой, но хочу уважать её волю»… Такое лицо у неё было всё время с тех пор, как ей открыли правду. — Судя по выражению лица… платой будет твой жизнь, Комари Имари. А скрыла ты это… потому что подумала, что Янаги будет против, верно? — Д-да… всё верно… Всё-таки этот человек очень проницателен. Почти насквозь всех видит. Зная характер Янаги, который в любой ситуации ставит человеческую жизнь превыше всего, она решила, что лучше промолчать… но, видимо, молчать было ошибкой. Комари сжалась, ожидая, что её сейчас отругают. Однако слова, которые она услышала, были полной противоположностью её ожиданиям. — Вот как… Хм, «не годишься для того, чтобы быть владельцем меча», значит… Похоже, «Меч Древнего» тоже совсем не разбирается в людях… Нет, я и сам ничем его не лучше. — Э?.. — …Я выражаю искреннее уважение твоей храбрости, Комари Имари. Сказав лишь это, Амо, больше не проронив ни слова, резко развернулся и ушел. Ошеломленная на мгновение, Комари вдруг поняла. Хоть он и был резок, но вне всяких сомнений признал её. Конечно, это ничего не меняло. И всё же… Комари почувствовала, что ей стало чуточку легче. — ...Ладно, выложусь на полную! Снова подбодрив себя, Комари побежала к Вратам. Она не была избранным героем. Но у неё была данная ей роль, а, значит, она просто выполнит её. Комари направилась вперёд, чтобы встретить богиню Фрейю и пересадить меч. Навстречу собственной смерти. ---------- Глава 2. В конце мифа Пройдя через врата, они увидели возвышающуюся перед ними... длинную-предлинную лестницу. — Вау-у-у-у!.. И докуда же она тянется?! — разинув рот, Комари смотрела вверх на лестницу. Белоснежные ступени уходили так высоко в небо, что их конца практически не было видно. …Судя по всему, это и есть настоящий вход в мир богинь. Поскольку это их священная обитель, грубости вроде «доберёмся мигом с помощью магии телепортации» здесь не дозволялись. — Эх, какая невинная у тебя реакция, Комарушка. Нам ведь теперь придется топать по ней пешком, понимаешь? Это просто жесть… Худшее проявление авторитаризма мира богинь… — Ох, в мои годы подъемы и спуски даются тяжело… В полную противоположность взволнованной Комари, взрослые рядом с ней выглядели удрученными. Но другого пути не было. Вся группа усердно начала подъем по лестнице. Однако на полпути… — …Эм, кстати говоря… а почему вы тоже идете с нами? — обернулась Рин, будто вспомнив что-то. После чего… — Ну, а что такого? Раз уж мы здесь, то все в одной лодке. Я должна вернуть Розе. — Угу, а я хочу остановить Кёю. К тому же я хочу кое-что выяснить у верховной богини, — невозмутимо ответила, казалось бы, посторонняя парочка… в лице Кудзухи и Феррис. Ну и они, несомненно, обладали силой, с которой нельзя было не считаться, и Янаги с остальными дали добро. Так что с этим можно было смириться, но… — Тогда, может, вы хотя бы сами наложите на себя сокрытие-c? Я ещё могу понять зачем скрываться владычице демонов, но вам-то, Кудзуха, это зачем? Перед проходом через Врата они попросили Рин наложить на них сокрытие её оригинального навыка. Оказалось, на это была причина. — А, как бы сказать… Видишь ли, у меня же способность реинкарнации, так? Но она не ограничивается только людьми… Честно говоря, однажды я переродилась в богиню. — Что? Вы что вообще творите? — Ну, оно как-то под влиянием момента получилось, можно сказать. В общем, меня, конечно же, раскрыли и выгнали. С тех пор мне, можно сказать, вход воспрещен, или даже в розыске… Да и вообще, само присутствие существа из старого Мирового Древа — это уже проблема. Так что, спрячь меня пока что. — …Нет уж, вы сами виноваты-с. Может, мне вас сдать-с? — Да ладно тебе, зачем так жестить? И вообще, ты уверена? Если сейчас снять сокрытие, мгновенно сработает «система охраны» мира богинь. И тогда аудиенция с верховной богиней накроется медным тазом. Ну, мне-то, в принципе, всё равно. — Кх, как подло!.. Кудзуха, наоборот, перешла к угрозам: — Так что, полагаюсь на тебя, Юи, — поддразнивала Кудзуха. — А, да забудьте вы уже об этом! Точнее, я сама заставлю вас забыть! — завелась Рин. Комари с улыбкой наблюдала за ними… Как вдруг: — …Прости меня, Комари, — внезапно извинились перед ней. Невольно обернувшись, она увидела стоящую рядом Феррис. — «Прости»? Чего это ты вдруг? — Ну, мы были вместе всё это время, а я молчала… о том, что я — злая великая владычица демонов. Ранее она уже показывала ей свой человеческий облик. Но тот факт, что она — Лост Нуар, она не сообщала. А это равносильно тому, что она всё время её обманывала. Но Комари тут же возразила: — Не нужно извиняться! Ведь ты не злая владычица демонов! Я прекрасно помню, как ты много раз спасала меня. И когда мы сражались с Юки, и тогда у Резистенса. Поэтому ты абсолютно точно не плохая! — Мне приятно это слышать, Комари… Однако я оборвала множество жизней. Это неоспоримый факт. — Н-но ведь ты делала это не потому, что хотела, верно же?! — прямо заявила Комари. Хоть она и не должна была знать ничего про основу владыки демонов, в её словах не было ни капли сомнения. Видя, насколько она ей доверяет, Феррис улыбнулась с искренней радостью. И именно поэтому спросила: — Да, верно, может быть и так… Но разве это значит, что за мной нет греха? Сможешь ли ты сказать то же самое перед теми, кого я убила? — Н-ну… Не найдя, что сказать, Комари прикусила губу и опустила голову. Честная реакция, продиктованная искренностью и неумением лгать. Увидев это выражение лица, которое вызвало у неё нотки ностальгии, Ферис тихонько рассмеялась. — Хе-хе-хе, реагируешь один в один, как Кёя. Но это хорошо. Мне не по душе те, кто может отбросить чувства мертвых, словно они ничего не значат, — заявила Феррис, а затем тихо добавила: — Именно поэтому я хочу остановить его. Пока он не совершил ту же непоправимую ошибку, что и я. Ферис произнесла это спокойно, но с твердой решимостью. Глядя в её глаза, всё становилось понятно. Она действительно, от всего сердца любила юношу по имени Кёя Кудзё… Отчего-то Комари почувствовала легкую зависть. К кому именно была эта зависть, она сама пока не понимала. Спустя примерно час… группа наконец поднялась по лестнице. — Вау-у-у, это и есть мир богинь!.. Величественный дворец, возведенный на белоснежных пушистых облаках. Прекрасный сад, где порхали семицветные бабочки. Повсюду щебетали птицы, а в небе безмятежно плавали стаи рыб. А… в центре возвышалось дерево до того огромное, что на него приходилось смотреть, задрав голову. За лестницей их ждал самый что ни на есть небесный рай, достойный называться обителью богинь. Однако… — Как-то тут… суетливо, что ли… В противоположность умиротворённому пейзажу, множество богинь носились туда-сюда. Даже со стороны было видно, что творится переполох. Разумеется, причина была ясна. — Ну, это наверняка из-за нападения на школу. Недавнее нападение на школу. Хоть эти богини и принадлежали другой фракции, это не отменяло факта атаки демонов на главный оплот героев, защитников Мирового Древа. Естественно, мир богинь тоже пришел в движение, чтобы разрешить ситуацию. — Похоже, дело и правда серьезное. — Тогда нужно скорее встретиться с госпожой Фрейей!.. Так стоп, а где, собственно, находится верховная богиня? Хоть они и были героями, о богинях они толком ничего не знали. Указателей здесь не было, и группа лишь озиралась по сторонам, словно потерявшиеся дети. Впрочем, среди них была одна осведомленная особа, некогда бывшая богиней. — А, насчет этого не беспокойтесь. Она — богиня, которая ведает всё. Обычно она сидит взаперти у себя, но о том, что мы пришли, она точно должна знать. Так что, если она намерена встретиться, нужно просто немного подождать, и… Не успела она договорить, как внезапно спустилась одна богиня и коротко сообщила: — Прошу сюда. Госпожа Фрейя ждет вас. — Видите? — усмехнулась Кудзуха, следуя за проводницей. Остальные пошли следом. Похоже, её не просто так прозвали «всеведущей». Их привели к огромному дереву в центре мира богинь. — Ого… какое большое дерево!.. — Ага, это сердце, управляющее миром богинь, воплощение Мирового Древа… по сути, само Мировое Древо в миниатюре, — объясняла всё Кудзуха, словно туристический гид. Они слышали, что «нынешнее Мировое Древо еще не на стадии гибели», но глядя на это молодое и тянущееся вверх дерево, это становилось очевидным. Этот мир всё еще находится в стадии здорового роста, и эта мысль немного грела им душу. В стволе этого миниатюрного Мирового Древа зияло множество дупел, и, похоже, каждое из них использовалось как комната богини или склад. Богиня-проводница вошла в одно из таких дупел. Внутри была лестница, ведущая вглубь дерева. Спустя десять с лишним минут спуска Комари и остальные наконец добрались до места. — Подождите здесь, пожалуйста. Комната, в которую их привели, напоминала просторный зал для совещаний. Однако верховной богини еще не было, как и других богинь. Богиня-проводница тоже быстро удалилась. Они стали ждать, как им и сказали, но с течением времени напряжение нарастало. Они чувствовали себя, как ученики, вызванные в кабинет директора. Словно видя душу Комари насквозь, Феррис тихонько хихикнула. — Что такое, Комари, нервничаешь? — Д-да, ну… А какая она из себя эта верховная богиня? Я понимаю, что она самая главная, но… — с тревогой спросила Комари. Феррис ответила: — Хм, верховная богиня Фрейя… «Изначальная богиня», «Всеведущая», «Та, что умрет в конце» — её называют по-разному, но в любом случае говорят, что она знает обо всём сущем в мироздании. Включая конец света… Впрочем, сама она ничего не делает. Она всё знает, но лишь наблюдает. Так что верховная богиня — это лишь титул, особых прав командования у неё нет, этим заправляет совет старейшин, состоящий из высокоранговых богинь. Ну, она словно воплощение наблюдателя в истинном смысле этого слова. Каково это — знать всё о мире? Завидно, но в то же время страшно… — размышляла Комари, а тем временем… — Прошу прощения за ожидание. Неизвестно, когда она там появилась, но в центре комнаты стояла богиня, скрывающая лицо белоснежной маской. Единственное, что можно было разглядеть — плотно сжатые губы, по которым было невозможно прочесть никаких эмоций. Однако Комари что-то в её облике показалось Комари странным. Она несомненно была богиней высокого ранга. Тем не менее окружавшая её атмосфера разительно отличалась от той, что исходила от высокоранговых богинь в школе. В отличие от обычных богинь, излучавших величие, заставляющее пасть ниц, эта богиня была, как бы сказать… очень тихой. Её аура напоминала ту безымянную призрачную девочку, которую она видела в подземелье школы… — Добро пожаловать, уважаемые герои. И владычица демонов, — тихим голосом поприветствовала Богиня на мгновение ошеломленную группу. Придя в себя от этого приветствия, Комари невольно спросила: — Эм... Вы — госпожа Фрейя?.. — Да, это я. — Вы действительно «Всеведущая»? — Меня так называют. — Т-тогда… когда у меня день рождения? — Третьего марта. — А что любит Лалачка? — Кажется, бананы. — Ответ на третий вопрос в домашнем задании по математике, которое нам задали недавно? — Вероятно, 14. — Вау, ничего себе! Вы и правда знаете всё! — Эй-эй, нельзя играть с верховной богиней… — Круто, круто, — невинно восхищалась ею Комари. Однако сама Фрейя покачала головой. — Не «всё». Я знаю лишь сценарий мира. — Сценарий?.. — Вы уже знаете, что в этом мире существуют «Роли». А если есть роли, которые нужно исполнять, значит, существует и сценарий, служащий первоисточником. В этом мире есть сценарий от рождения и роста Мирового Древа до его гибели. — То есть… это вроде жизненного плана?! — Нет, ну это вряд ли… — Да, можете понимать это в таком ключе. — В-вот как… Неожиданно легко согласившись, верховная богиня добавила: — Однако… это касается лишь того времени, пока изначальный сценарий не был искажен. История, по которой должно было следовать это Мировое Древо, уже сильно искажена. Руками той особы — Имир. — назвала имя этой женщины уже верховная богиня. — Вы уже знаете, кто она такая. Инородное тело, пришедшее из старого Мирового Древа… Она исказила начальную историю; историю, начинающуюся со смерти Розе. На эти слова тут же отреагировала Кудзуха. — М-м? Погодите, а разве не наоборот? Это Розе пыталась убить Розалию… — договаривая, Кудзуха, похоже, сама всё поняла. — …Тц, опять ложь, значит. Вот коза… — Да, именно так, дитя реинкарнации. Умереть — было изначально ролью Розе. Через смерть Розе Розалия познает печаль и отправится в путешествие по миру с истинным героем. Такова была их история… Однако этого не случилось. Имир сблизилась с Розалией, поведала ей сценарий Мирового Древа и дала мудрость и силу, чтобы ниспровергнуть его. Она использовала Розалию, полную любви и невинности. В результате Розе, которая должна была умереть, была спасена. С этого момента всё начало идти наперекосяк. Сейчас Мировое Древо стремительно движется к финалу, который должен был наступить лишь в далеком будущем. Слова Верховной богини подтвердили, что источником всех бед действительно была Имир. Без победы над ней мир во всем мире невозможен. — Тогда мы должны остановить её! И для этого, я прошу вас, госпожа Фрейя, извлеките «Меч Древнего», что находится внутри… — Да, разумеется. С моими полномочиями это займет всего один день. Видимо, она уже знала желание Комари. Фрейя кивнула еще до того, как та договорила. Она тоже желала спасти Мировое Древо. Причин для отказа быть не могло. Однако… — Но перед этим я должна ответить на твой вопрос… Феарриолес. Сказав это, Верховная богиня повернулась к Феррис. Она, видимо, с самого начала знала, что та — отвергнутая владычица демонов. И знала, о чем та хочет спросить. Именно поэтому Феррис спросила без прикрас: — Скажи мне, глава богинь… Являюсь ли я всё ещё владыкой демонов? Фрейя спокойно ответила на этот вопрос: — Твоя роль сейчас колеблется. Роль, что была возложена на тебя изначально — быть самим Концом, уничтожающим мир. В конце времён ты должна была быть освобождена из той пустоши и сжечь всё дотла. В точности так, как записано в тринадцатой «Эдде Погибели». — Эдда Погибели… это тоже сценарий Мирового Древа? — Да, верно. «В час роковой, когда богинь главу смерть заберёт в свои объятья, и тьма отчаянья закроет людям глаза навсегда, освободится из пустоши владычица демонов в блеске огня, и мир, что мы знали, сгорит дотла без следа» — это финальный сценарий, оканчивающий… тринадцать связанных историй погибели, начинающихся с истории Розе и Розалии… Этим завершением должна была произойти смена поколений Мирового Древа. Поэтому изначально данное пророчество должно было неизбежно претворено в реальность… Но сейчас твоя роль стремительно угасает. Сам финал Мирового Древа переписывается. И ты ведь уже знаешь имя того, кто пытается взять на себя… роль владыки демонов вместо тебя, не так ли? — …Так я и думала… Глубоко вздохнув, Феррис закрыла глаза, словно погрузившись в раздумья. Никто не знал, какие мысли были у неё на уме. Но так или иначе, они узнали всё, что хотели. А это значило, что наконец-то настал «тот самый момент»… — Прошу прощения за ожидание. Итак… начнем, Комари Имари? Фрейя тихо обернулась. В этот миг сердце Комари болезненно сжалось. Наконец-то пришло время. Сейчас из неё извлекут «Меч Древнего» и… и она умрет. Без сомнений, наверняка. Стоило ей вновь осознать это, как она перестала чувствовать свои ноги. Онемевшие ноги бесконтрольно дрожали, она перестала понимать, вдыхает она или выдыхает. Холод расползался из самой глубины тела, и казалось, стоит хоть немного расслабиться, как она рухнет на пол. Но Комари стиснула зубы и терпела. Ещё рано, пока стоит делать вид, что всё идёт как надо. Нельзя вызывать подозрений. Иначе Янаги наверняка не примет меч. И последний козырь для спасения мира будет упущен. Да, может, она и не была избранным героем. Но всё же… если она может быть принести кому-то пользу, то она должна доиграть свою роль до конца. — Прошу сюда. — Д-да!.. Кое-как передвигая дрожащие ноги, Комари направилась к богине, которая манила её рукой. Единственное, что её немного беспокоило — её почему-то вели вглубь комнаты, прочь от остальных. Это необходимая процедура для ритуала пересадки? — подумала она, испытывая дискомфорт. — Эм… Комари Имари, могу я задать тебе один вопрос? — спросила её Фрейя Комари настолько тихо, что услышать её могла лишь она. — Э?.. Вы? Мне? — невольно растерялась Комари. Что всеведущая верховная богиня может спрашивать у неё?.. И вопрос оказался совершенно неожиданным. — Как ты подавляешь дрожь, когда тебе страшно? — Э?.. — Ты знаешь, что сейчас умрешь. Так почему ты продолжаешь идти вперёд? Как ты подавляешь дрожь? — тихо повторила Фрейя. Смысл вопроса был ей совершенно непонятен. Но… смутно она чувствовала, что Фрейя спрашивала её об этом всерьёз. Поэтому Комари ответила прямо: — Вы ошибаетесь, госпожа Фрейя. Ведь… Комари медленно протянула руку и сжала руку Фрейи. В тот момент Фрейя тихо ахнула. Рука Комари, сжавшая её ладонь, дрожала так, что скрыть это было невозможно. — Видите? Я никак не могу подавить дрожь. Мне и сейчас страшно, невыносимо страшно. Видимо, я всё-таки не гожусь в герои… Но однажды меня научили тому, что можно бояться, можно дрожать — главное продолжать идти вперёд на задеревеневших ногах. Поэтому я собираюсь придерживаться этого принципа до самого конца! — Вот как… Значит, можно бояться… Спасибо тебе, Комари Имари. Под белоснежной маской выражение лица богини было не разглядеть. Но всё же Комари показалось, что Фрейя улыбнулась с некоторым облегчением. — Но почему вы спросили об этом?.. Она ответила, потому что её спросили, но ей всё же было любопытно, зачем всезнающей богине задавать такой вопрос? Но ещё до того, как Комари услышала ответ, она кое-что заметила. Её руки дрожали не переставая… но сейчас дрожь руки, соединенной с богиней, казалась не только её собственной… — Госпожа… Фрейя?.. Но не успела она озвучить свои сомнения, как её прервали неожиданные извинения: — Прости меня, Комари Имари. — …Что? О чем вы? — Я только что впервые в жизни солгала. Я сказала, что пересадку меча можно сделать за один день, но это неправда… У меня больше нет этого «одного дня». — Что это знач… В тот миг, когда она хотела переспросить, всё началось. Снаружи раздался пронзительный крик. Поняв, что происходит нечто неладное, все немедленно бросились наружу. И тогда… перед их глазами предстало невероятное зрелище. Бесчисленные монстры, заполнившие небо и землю. Адское пламя, бушующее повсюду. Крики богинь, эхом разносящиеся по округе. Это была трагедия, точь-в-точь как та, которую они наблюдали в школе. Огромная армия демонов вторглась в мир богинь. — Демоны?! Это же мир богинь-с! Как они вообще смогли проникнуть?! — Ни барьера, ни даже тревоги?!.. Почему система охраны не срабатывает?! Орды монстров летали с хозяйским видом, растаптывая миниатюрный сад богинь. Бессильным богиням оставалось лишь разбегаться в панике. «Система охраны», о которой говорила Кудзуха, похоже, даже не активировалась. Но сейчас было важнее действовать, чем искать причины. — Амо, Мики, Усуи, срочно займитесь защитой богинь. — Но это без сомнения отвлекающий маневр. Вероятно, их цель… — Знаю. И всё же спасите как можно больше жизней, — без колебаний принял решение Янаги, как и тогда в школе. Даже зная, что это ловушка, долг героя — преодолеть её и спасти жизни. Амо и двое других не стали спорить, тут же рассредоточились и бросились уничтожать монстров. Проводив их взглядом, Янаги сразу же обернулся. — Госпожа Фрейя, прошу сюда. Цель врага, несомненно, вы. Не отходите от меня и Аманэ. Как именно армия прошла сквозь барьеры и охранные сети — неизвестно, но цель очевидна: поняв, что «Меч Древнего» находится в Комари, они нацелились на Фрейю, единственную богиню, способную его пересадить. Учитывая, что против них Имир, такая ситуация вполне возможна. Только один вопрос мучил Комари. Фрейя — всеведущая богиня… если так, то даже про это нападение она знала с самого… — Будущее изменчиво, Комари Имари, — мягко прошептала Фрейя, словно зная о её сомнениях. И… в именно в этот момент явилась она. — Ой, а вам, ребятки, разве не нужно убегать? Женщина, окутанная опасной дьявольской аурой, словно сама тёмная ночь приняла человеческий облик — это была не кто иная, как главный кукловод Имир. Виновница всех бед, желающая уничтожить мир, появилась в сопровождении множества солдат-гомункулов. — Зачем ты явилась сюда… Имир?! — «Зачем?» — вы же и сами понимаете, не так ли?.. Ну же, отдайте мне эту женщину, — она указала на Фрейю. Как и ожидалось, целью была она. Но, разумеется, отдавать её просто так никто не собирался. Герои выстроились вокруг Фрейи, чтобы защитить её. Увидев это, Имир захихикала: — Хе-хе-хе, да, конечно, так и должно быть. Но всё же… если посмотреть, у вас собралась интересная компания. Ножны для меча, отвергнутая владычица демонов, бывший герой-охотник на древнего дракона, заключившая сделку с дьяволом, а там, кажется, обладатель способности реинкарнации? Хе-хе-хе, потрясающе. Вне всяких сомнений сильнейший отряд нынешнего Мирового Древа. Как страшно. Имир уверенно улыбнулась. …Однако Янаги и остальные почти не слушали её. Все относились к Имир по-разному, но перед боем все обратили внимание на одно и то же. А именно… — …Где юноша Кёя? Присутствия сильнейшего юноши, которым она управляла, нигде не ощущалось. — А, он залечивает раны. Да и последние приготовления нужно сделать. Владыка демонов очень занят, знаете ли, — безразлично ответила Имир. …Но, заметила ли она? Что в тот же миг взгляд героев изменился. — Ну надо же, значит, ты пришла без Кёи. Вот как, вот как, а не слишком ли это… опрометчиво? В одно мгновение воздух задрожал от пронзительной жажды убийства. Её нападение, конечно, было неожиданным… но в некотором смысле крайне удобным. Ведь главный кукловод, подлежащий первоочередному устранению, сама вышла на свет. Причем вдали от своей сильнейшей охраны в лице Кёи. Лучшего шанса для Кудзухи и остальных и вообразить нельзя было. Но улыбка Имир ни на йоту не дрогнула. — Возможно. Наверное, против вас эти игрушки всё равно что пустое место. Но всё в порядке. Ведь здесь… — начала она раскрывать причину своей уверенности… Но Кудзуха уже начала действовать еще до того, как Имир договорила. Да, очевидно, что раз она явилась без Кёи, у неё есть какой-то план. Значит, логично уничтожить её до того, как она его реализует. Кудзуха не настолько добра, чтобы ждать пока та начнёт хвастать. Убить со скоростью за гранью восприятия, не давая ей времени на применение тайных козырей — внезапное убийство было специальностью Кудзухи. Воспользовавшись брешью в восприятии, она в мгновение ока переместилась за спину Имир. Она использовала сверхскоростную телепортацию, которая доставила проблем даже Кёе. Отвлекшаяся на болтовню Имир никак не могла на неё среагировать, и клинок Кудзухи легко настиг её шею… Точнее, так должно было быть, но... — …Ой? Какое невоспитанное дитя. Клинок, который должен был снести голову, остановился в миллиметре от шеи. Причина была ясна — невидимый барьер, развернувшийся, чтобы защитить Имир. Но это было странно. Магическими глазами Кудзуха заранее убедилась, что на Имир нет защитных заклинаний, и это не была защита постфактум, так как она даже не успела осознать атаку. Эта стена возникла внезапно, причем независимо от воли Имир. На мгновение Кудзуха растерялась… но тут же догадалась об истинной природе барьера. — Неужели это… защитная система мира богинь?! — Хе-хе-хе, какая догадливая. Именно так, пока она есть, тот мальчик мне не нужен. Я хотела вам рассказать, но… мир богинь — это мой сад! — после чего Имир громко провозгласила: — «Ордер: Гардиан Протокол: Экзэкьют[✱]Order: Guardian Protocol: Execute — англ. Приказ: Защитный Протокол: Запуск. По иероглифам записано как: «Запуск прав администратора: протокол удаления угроз: полное удаление».»! В тот же миг в воздухе появилось бесчисленное множество геометрических узоров. И одновременно из каждого магического круга вырвались бесчисленные лозы. Это вне всяких сомнений была сама защитная система мира богинь. Неизвестно как, но одно было ясно наверняка: Имир полностью захватила систему мира богинь. — «Экзэкьют»… ха-ха, это же высший уровень доступа!.. Неудивительно, что даже тревога не сработала. ...Эти полномочия должны быть только у главы богинь. Как ты их получила? — Хе-хе-хе, с чего бы мне тебе рассказывать? Насмехаясь, Имир взмахнула кончиком пальца, словно дирижерской палочкой. В ответ на это лозы зашевелились. Янаги и остальные приготовились к отбиваться… но это было совершенно бессмысленно. — А теперь, схватите их! Бесчисленные лозы рванулись вперед, рассекая воздух. Янаги молниеносно взмахнул огромным мечом, чтобы перерубить их. Удар был невероятно точен… однако он не смог отсечь ни одной лозы. — …М-м? Он не промахнулся… вовсе нет. Клинок Янаги с безупречной точностью попал по лозам. Но лезвие прошло сквозь них, словно через мираж. После чего лозы, обвив Янаги, стали материальны и крепко сковали всё тело старого воина. Это было одностороннее воздействие, при котором эффективны только атаки противника. К тому же, стоило им коснуться героя, как его сила мгновенно была похищена. Накопленное мастерство, магическая сила — всё было бесполезно перед этой абсурдной силой. Это напоминало сюжетное событие в игре с принудительным проигрышем. Но это было закономерно. Поскольку это была защитная система, установленная Мировым Древом для охраны богинь, живущие в этом Мировом Древе, ничего не могли с ней поделать. Как и в случае с «полномочиями благоволения» Розалии, это была концепция высшего порядка, превосходящая даже оригинальные навыки. И еще большей проблемой было то, что Имир была существом из старого Мирового Древа. Естественно, в систему была встроена устойчивость к магическим формулам из другого Мирового Древа. Ни Комари, ни Феррис, ни даже Кудзуха ничего не могли противопоставить этой защитной системе. В результате — сильнейшая группа героев была с легкостью схвачена. — Хе-хе-хе, какой преслестный вид. Подавлять врагов, владея читерскими способностями… интересно, герои всегда испытывают нечто подобное? Герои, пленённые защитной системой, не могли пошевелиться. Имир с удовлетворением наблюдала за этим. Единственной, на кого не распространялась атака системы, была богиня Фрейя, но и она уже была схвачена солдатами-гомункулами. Иными словами, герои потерпели сокрушительное поражение. И тут, пусть и с запозданием, кое-кто понял причину. — Понятно… вот оно, значит, как… — Хе-хе, поняла наконец? Здесь я сильнее вас. — А? Нет, я не об этом. Я говорю о том, что я поняла… кто ты такая на самом деле, — Кудзуха пристально посмотрела на Имир. — Ну, всё просто. Полномочиями уровня «Экзэкьют» обладает только верховная богиня. Другими словами… ты — верховная богиня… только предыдущего Мирового Древа. Имир ничего не ответила на утверждение Кудзухи. Вместо этого она слегка улыбнулась, внезапно развернулась и направилась к плененной Фрейе. Она положила руку на маску, скрывавшую лицо богини и грубо её сорвала. В этот момент… — Н-не может быть!.. От изумления Комари широко раскрыла глаза. Из-под маски показалось лицо, точь-в-точь такое же, как у Имир. — Хе-хе-хе… ты совершенно права, перерожденочка. Я — наместница старого Мирового Древа. Названия «Богиня» и «Дьявол» отличаются, но роль одна — та, кто следует воле Мирового Древа и исполняет его сценарий. Наместница — та, кто, раздавая оригинальные навыки, вызывает волнения в мире, и собирает рожденные в них «истории»… И древний дьявол, и новая богиня делают одно и то же, поэтому Имир и Фрейя по сути являются одним и тем же существом. Именно поэтому Имир, как и Фрейя, обладала всезнанием, и ей было легко узурпировать права администратора. Но когда правда раскрылась, стало еще непонятнее. — Н-но тогда почему?! Зачем вы пытаетесь уничтожить Мировое Древо, если вы с госпожой Фрейя одинаковы?.. — невольно спросила Комари. Лицо Имир выразило легкое недовольство. — «Почему», спрашиваешь? Хе-хе-хе, какое счастливое дитя. Аж тошнит от тебя… Слушай, уж ты-то наверняка поймёшь, каково мне, не так ли, Феррис? — …Ты тоже была заперта в вечной тюрьме… — пробормотала в ответ Феррис с мучительным видом. В этот миг лицо Имир просияло искренней радостью. — Ах, как и ожидалось от моей дочурки! Да, именно так. Когда-то я была наместницей Мирового Древа. Я усердно исполняла свою роль. Распространяла оригинальные навыки, погружала мир в пучину конфликта, собирала множество историй-трагедий. И семя, оставшееся в конце, было готово прорасти!.. Я отыграла свою роль до конца! — сильно повысила голос Имир, словно восхваляя свой великий подвиг…но её лицо тут же исказилось от ненависти. — И всё же… эта девчонка, Асука, всё угробила!.. Силой Всемогущества Мировое Древо было перезапущено с самого начала. Я, не сумевшая завершить свою роль в самый последний момент, была выброшена снова в начавшийся с нуля мир. Более того, там уже была другая я — Фрейя. Понимаешь? У меня отняли роль, не дав её закончить. Мне, ставшей никем, остались лишь бессмысленно длящаяся вечная жизнь и сжигающее чувство долга: «Я должна исполнить роль»… Хе-хе-хе, смешно, не правда ли? Роли, которую нужно исполнить, уже нет, а моя душа принуждает к этому. Это было настолько нелепо, что я даже попробовала вот это. Но как видишь… С самоуничижительной улыбкой Имир достала из-за пазухи нож. К всеобщему удивлению она вдруг вонзила лезвие в собственную шею… Однако барьер остановил острие в миллиметре от кожи. Это была сила Мирового Древа, такая же, как и у защитной системы. — Видишь? Вот так. Мне не позволено совершить самоубийство. У Наместника, являющегося руками и ногами Мирового Древа, нет такого права. Тебе не кажется, что это жестоко? Ты даже представить себе не можешь, какой это ад — быть скованной ограничениями Наместника, быть поглощённой проклятьем чувства долга, исполнить который невозможно, и продолжать скитаться, пока это Мировое Древо снова не погибнет!.. В результате того, что на Имир взвалили ошибку, возникшую из-за перезагрузки мира… она оказалась в ловушке. В ужасающей вечной тюрьме, в которой ей не позволено даже умереть. Ах, вот оно что, — несмотря на то, что она знала, что это зло, Комари невольно подумала, что это действительно могло стать мотивом для уничтожения мира. — Хе-хе-хе… теперь ты поняла, почему Мировое Древо должно погибнуть. Раз конец недоступен мне, то пусть конец настанет мир. У меня должно быть на это полное право, разве нет? — шёпотом озвучила Имир свою эгоистичную логику и рассмеялась еще более воодушевлённым голосом. — Поэтому, знаешь, я сейчас так счастлива! Ведь… я снова могу продвигать сценарий к погибели!.. В руке Имир, чьи губы искривились от восторга, был тот самый нож, который она только что использовала для попытки самоубийства. Но теперь она направила его не на себя… а на шею Фрейи, имеющей то же лицо, что и она. И тут Комари вспомнила пророчество о конце света, которое она узнала от неё… предзнаменования, случающиеся до рождения последнего владыки демонов. Одно из них — смерть верховной богини. Да, целью этого нападения было не только предотвращение пересадки меча. — Хе-хе… не держи на меня зла, Фрейя. Мы с тобой одинаковы, моя радость — это твоя радость. Да и вообще… будь благодарна. Ведь я дарую тебе конец. Имир приставила нож к её незащищенной груди. И Фрейя даже не попыталась сопротивляться, а наоборот, кивнула, как будто это было само собой разумеющимся. — Да, конечно. Я уже исполнила возложенную на меня роль. Как всеведущая богиня я оставила пророчества, как наблюдатель следила за миром, и родила последнюю богиню, которой доверено пророчество прощения… «богиню спасения и реинкарнации» Лалу. У меня осталась лишь одна роль — умереть здесь. Поэтому мне не о чем жалеть, — сухо и абсолютно хладнокровно произнесла она, словно знала об этом с самого начала. Но… здесь была девушка, которая не могла с этим смириться. — Не надо… Пожалуйста, остановитесь! — закричала Комари полным горя голосом, отчаянно пытаясь сопротивляться. Разумеется, она тоже понимала, что это неизбежный финал, предначертанный для Фрейи. Верховная богиня знала об этом с самого начала, и сама это приняла. Но как можно говорить, что тебе не страшно, только потому, что ты знаешь, о том, что случится? Кто решил, что у наместницы нет чувств? Разумеется, ей было страшно. Ведь… руки той, кто готовилась встретить свой конец, дрожали, как у испуганного ребенка. Зная это, Комари отчаянно сопротивлялась. Она должна что-то сделать даже если это невозможно, даже если это безумие. Героя, которым она восхищалось определяло то… что он протягивал руку тем, кому было страшно. Увидев бессмысленную борьбу девочки… Фрейя мягко улыбнулась. — Ты действительно добрая девочка, Комари Имари… Слушай внимательно, проклятые пустые ножны и дитя, которое меньше, чем кто-либо подходит на роль героя. Судьба в этом мире действительно существует. Никто не может пойти против возложенной роли. Но… она не абсолютна. Асука, создавшая нынешнее Мировое Древо, тоже верила в это. Поэтому — сопротивляйся. Изо всех сил, как тебе велит сердце, покуда не достигнешь финала, которого желаешь сама. Это были последние оставленные ею слова. Зловещий клинок тускло сверкнул. Он погрузился в грудь богини плавно, словно входя в предназначенные для него ножны. И… Фрейя просто рухнула. Ни божественной защиты, ни чуда не произошло. Упавшее тело верховной богини рассеялось, словно слившись с ветром. После неё не осталось ничего. — …Хым, я удивлена. Отрицать судьбу… не слишком ли сильно на неё повлияла Асука? Имир на мгновение посмотрела на место, где исчезла Фрейя, словно о чем-то задумавшись. Но тут же с насмешкой отбросила эту сентиментальность. — Пф, ладно, неважно. Теперь стрелка часов сдвинулась еще на одно деление! Осталось только сделать Кёю Кудзё владыкой демонов и посеять в мире отчаяние! Этот глупый фарс почти закончен…Я наконец-то дошла до этого момента!.. Имир рассмеялась в экстазе. Позволив убить верховную богиню у себя на глазах, герои могли лишь в бессилии кусать губы. — У-хе-хе-хе, ну что? Каково это — быть способными только смотреть? Хочется умереть, да? Теперь-то вы хоть немного поняли, каково это — быть наблюдателем?.. Ну, я могла бы убить и вас, но это роль владыки демонов, а не моя. Вы корм для Кёи Кудзё. Жертвы, необходимые чтобы он стал владыкой демонов. Поэтому я пока оставлю вас в живых. Имир с наслаждением смотрела на поверженных героев. Всё шло по её плану. Исход был предрешен в тот момент, когда Янаги и остальные пришли сюда. Однако… — Упс, чуть не забыла. Конкретно тебя я должна убить прямо здесь и сейчас! Имир резко обернулась. Её взгляд был направлен на… всё еще ошеломленную Комари. — Хоть ты и всё равно не можешь использовать оригинальный навык Всемогущества, но я должна избавиться даже от малейшей вероятности того, что это случиться. Я похороню эту проклятую силу здесь и сейчас! Навык, ставший причиной того, что Имир оказалась в ловушке вечного застоя… Теперь, когда Фрейя мертва, пересадка невозможна, а Комари, как неподходящий носитель, использовать его не может. Беспокоиться больше не о чем, но всякое может быть. Убив Комари, она похоронит семя вместе с душой окончательно — только тогда можно будет сказать, что опасаться больше нечего. Имир не настолько глупа, чтобы проявлять самонадеянность в такой момент. — Ты должна быть мне благодарна, знаешь ли? Ты ведь всё равно получила от Хельзы такое же проклятие, как у меня? Сейчас я избавлю тебя от мук, — прошептала Имир пугающе мягким голосом и вскинула тот самый нож, которым только что убила Фрейю. Комари оставалось лишь беспомощно закрыть глаза. …Однако именно в этот момент. — Ох-ох, как же ты своевольничаешь, — раздался внезапно голос третьей стороны. Невольно обернувшись, они увидели стоящую там богиню… — О, здравствуй, Сноэлла. Что ты здесь делаешь? — Да так, пришла посмотреть, как идут дела. Подумала, не творит ли тётка, возомнившая себя кукловодом, что вздумается, — усмехнулась, неприятно провоцируя, появившаяся богиня — Сноэлла. Видимо, почувствовав в её словах скрытую враждебность, недовольно фыркнула. — Ой, а не слишком ли много ты на себя берешь? Я присматривала за тобой, потому что ты похожа на меня… но, похоже, я слишком избаловала тебя. Собачке Розалии здесь не место. Эй вы, заткните её! — отдала Имир приказ своим подчинённым, солдатам-гомункулам, ведь помешать ей устранить ненавистный «Меча Древнего» в наилучший возможный для этого момент — тяжкий грех. …Но тем не менее… — …? Что вы делаете?! Живо схватить Сноэллу! Гомункулы почему-то не двигались. Имир раздраженно повторила приказ, но они по-прежнему игнорировали её. Они не выказывали ни малейшего намерения подчиняться. Они должны были быть запрограммированы беспрекословно выполнять приказы. Так почему же они так себя ведут? Глядя на растерянную Имир, Сноэлла громко рассмеялась: — А-ха-ха-ха, как нелепо! Почему ты теперь-то растерялась? Сама ведь только что сделала то же самое. Право командовать ими уже перешло мне! — Н-не может быть! Ведь эту технологию дала тебе я… — Да, верно. Но неужели ты думала, что я буду вечно просто копипастить твой код? «Богиня инноваций и мышления»? Очевидно же, что я давно всё проанализировала и переписала! Например, вот так — а ну, схватить эту тётку! В тот момент, когда Сноэлла отдала приказ, гомункулы послушно пришли в движение. Не способная противостоять физическим способностям уровня S-ранга, Имир была беспомощно прижата к земле… Для вторжения в мир богинь гомункулы были исключены из целей защитной системы. Даже если бы она попыталась изменить настройки, ей бы свернули шею при первом же движении. Иными словами, это был полный мат. — Гх… собралась предать меня?!.. Столкнувшись с непредвиденным развитием событий, Имир смотрела на Сноэллу с нетипичной для неё паникой. Но та лишь невозмутимо пожала плечами. — Предать? Не припоминаю, чтобы клялась тебе в верности… И вообще, ты забыла, что сама только что сказала? Ну же, вспомни, чьей собачкой я была? — Неужто?!.. Именно в этот момент она и объявилась. — Ну тебя, Сноэллочка, ты слишком быстро раскрываешь карты. По миру богинь раздался смех, напоминающий звон колокольчика, и в то же время спустилась богиня, славящаяся своей ослепительной красотой… — Розалия?.. — Приветики, как делишки? Хотя чего спрашивать, конечно, всё отлично, раз ты так вволю резвишься. — оглядев с улыбкой ужасное состояние мира богинь… Розалия вдруг холодным голосом спросила: — Слушай, а ведь ты с самого начала знала про меч, да? И специально молчала, и не говорила нам, не так ли? Чтобы Кёя не использовал Всемогущество для перезагрузки мира. И то, что ты упустила «отвергнутую владычицу демонов», тоже было для того, чтобы стравить Кёю с героями? — П-понятия не имею о чём ты… — Ложь на меня не действует. Под её пронзительным взглядом Имир на мгновение дрогнула, но тут же вернула свою привычную презрительную ухмылку. — Не смеши меня, жалкая самозванка! Ты всего лишь заняла это место благодаря заклятью, которое я тебе дала! — Верно. Но… это ведь ты научила меня тому, что если продолжать играть роль, можно обмануть даже Мировое Древо, разве нет? Розалия безмятежно улыбалась. В её глазах светился свет, видящий насквозь любую ложь. Словно она была настоящей богиней обмана… Имир бессознательно отвела взгляд. — Д-да и вообще, ну и что с того? Отсутствие меча не помешает плану! Раз в конце мир всё равно будет уничтожен, подобная мелочь не играет никакой роли! К тому же, последнее проклятье могу создать только я! — А, ты об этом?.. С этим мы уже разобрались. — Что?.. — Ты слишком недооцениваешь Кёю. Он всё это время наблюдал за тобой и учился. И говорит, что уже всё запомнил. Кёя может создать конец света и в одиночку. — П-погоди… — Знаешь, оглядываясь назад, ты очень многим мне помогла. Я в самом деле благодарна тебе за то, что ты рассказала мне о сценарии Мирового Древа, дала силу подменить Розе. — Эй, послушай… — Но знаешь… — Послушай меня, говорю тебе! Чувствуя, что всё идёт паршиво, Имир отчаянно пыталась прервать её… Но всё было тщетно. — Ты нам больше не нужна. — с лёгкостью произнесла Розалия. Богиня любви Розалия… Имир сблизилась с ней лишь потому, что её было проще всего использовать. И действительно, управлять юной и невинной богиней было очень легко. Ради спасения Розе она делала всё, что ей говорили. Она была по-настоящему глупой и удобной марионеткой… Нет, должна была быть ей. Но похоже, что пока она носила маску дьявола, она незаметно стала настоящим дьяволом. — …Ч-что, что вы собираетесь со мной делать?.. — Даже и не знаю, чего бы с тобой такого сделать? Имир уже была во власти Розалии. Та могла подвергнуть её любому наказанию, какое бы только пожелала. Лицо Имир побледнело от ужасного предчувствия того, что ждёт её в дальнейшем. …Но в этот момент. — Эй, не будь такой злюкой, Розалия, — одёргивая богиню, появился юноша, выглядевший до неуместности невзрачно — Кудзё Кёя. Похоже, его раны уже исцелились, и обе руки были на месте. — Имир пока нельзя покидать сцену, это создаст проблемы. Она создала Феррис, так что она ей как биологический родитель. Для меня она благодетель… Кстати, я ведь ни разу толком не говорил этого, но спасибо тебе, Имир, — подошедший юноша мягко и благодарно ей улыбнулся и… продолжая улыбаться, добавил: — К тому же, есть еще одна причина, почему ей нельзя уходить со сцены… Потому что убью её я. — …Э?.. В момент, когда Имир охватили сомнения, её сердце уже было пронзено Лаванквином. — …П-поче… му?.. У нас же общие интересы… Хотя изо рта Имир хлынула кровь, на лице читалось недоумение. Да, она молчала насчет «Меча Древнего». Но конечная цель — уничтожение Мирового Древа — у них совпадала. Даже если она стала не нужна, в её убийстве не должно было быть никакой выгоды… Но Имир тут же осознала, насколько её сомнения были далеки от истины. — Интересы? Да мне совершенно плевать на это. Причина лишь одна — я ни за что не прощу тебя за то, что ты навязала Феррис эту роль. В шепоте юноши звучала нескрываемая, глубочайшая ненависть. Да, вопрос «зачем убивать» был в корне неверен. Кёя сдерживался всё это время, с того самого момента, как он узнал, что это она возложила на Феррис роль владыки демонов и сдерживал разгорающийся позыв отрубить ей голову прямо сейчас. И теперь её ценность наконец была исчерпана. А значит, этот финал неизбежен. — Успокойся, я не просто убью тебя. В желудке Лаванквина — вечный ад. Твоя душа продолжит жить там, не имея возможности завершить свою роль, корчась от боли, пока сгорает всё твоё тело. Всё, что ты сможешь делать в этом бесконечном застое — это молиться о конце света. Познай, каково было Феррис, на собственной шкуре. — А, а-а… Нет, НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!! Всё тело плачущей и кричащей Имир охватило иссиня-черное пламя. Оно сожгло Имир вместе с её криком, после чего втянулось внутрь клинка. Осталось лишь эхо пустого предсмертного крика. Наместник старого Мирового Древа, та, кто дёргала за ниточки за кулисами истории. Женщина, которая должна была быть кукловодом всех беспорядков, встретила до крайности жалкий конец. Когда исчезло даже эхо, защитная система, потерявшая администратора, рассеялась туманом. Вместе с этим Комари и остальные наконец вновь обрели свободу движений… но радоваться этому совсем не хотелось. Да, существование кукловода было в некотором смысле ещё и надеждой. Надеждой на то, что, победив Имир, можно будет всё решить, не сражаясь с Кёей Кудзё… Но теперь эта надежда была разбита. Больше не осталось ни обходных путей, ни лазеек. Теперь им предстоит столкнуться лицом к лицу с этим юношей, который собирается стать злейшим владыкой демонов. — Ну-у-с, теперь мозолившая глаза тётка исчезла, а верховная богиня мертва. Стрелка часов снова сдвинулась! Так… что там осталось? — Эй-эй, это последнее и самое важное, не забывай. «Отчаяние людей», так? «Эдда Погибели», о которой говорила Фрейя… Остался последний пункт. Розалия рассмеялась, словно вспомнив: «А, точно-точно», и резко повернулась к Комари и остальным. — Эй-эй, вопрос к героям! В какие моменты вы отчаиваетесь? Когда любимые сладости раскуплены? Когда потеряли важный брелок? Когда не записалось аниме, которое ждали? — задавая такие пустяковые вопросы, Розалия в конце нарочито хлопнула в ладоши. — А, точно! Как насчет: «Когда героев, в которых вы верили, жалко убивают прямо на ваших глазах»? Глаза богини злобно сверкнули. Стоящий рядом Кёя даже не пытался её одернуть. …Да, они планировали это с самого начала. — Как раз все актеры в сборе, поэтому причин откладывать всё нет, верно? Так что… начнем последний фарс? Мило склонив голову, Розалия щелкнула пальцами. В воздухе мгновенно появился огромный монитор. Это был экран, созданный пространственной магией богинь, такой же, какой она использовала во время ВВУ… Однако в этот раз он был не один. Бесчисленные мониторы один за другим появлялись в небе мира богинь. С той стороны на них смотрели глаза множества людей, которые ничего не знали... Комари и остальные сразу поняли, что происходящее здесь сейчас транслируется во все иные миры, существующие в Мировом Древе. И Розалия начала разыгрывать последнюю клоунаду перед людьми всего мира: — Приветики всем в мире, доброе утро, добрый день, добрый вечер! Это всем известная богиня Розенька! Сейчас мы ведем прямую трансляцию из мира богинь. Кстати, в мире богинь сейчас вот такая обстановка! Держа в руке микрофон, который она незаметно откуда-то достала, Розалия указала назад. Там были видны бушующие магические звери. — Ситуация хуже некуда!!! В мир богинь вторглись! Скажу честно, прямо сейчас злой великий владыка демонов Кёя напал на нас, чтобы уничтожить мир! Хнык, какой кошмар!!! — нарочито нагнетая обстановку и указывая на Кёю, Розалия затем повернулась к Комари и остальным. — Но всё в порядке, не тревожьтесь! Ведь здесь сильнейшие герои! Они пришли, чтобы победить Кёю и спасти мир! Да, прямо сейчас вот-вот начнётся последняя битва злого великого владыки демонов и героев!!! Ну что, все приготовили сок и попкорн? В туалет сходили? С семьей попрощались? Смотрите дружно, не переключая канал, финальную битву, которая решит судьбу мира! Выдав речь, которая казалась лишь злой шуткой, Розалия прошептала так, чтобы слышали только герои: — Вот такие дела… вы же не сбежите, правда? Ответ на этот притворный вопрос был предрешен. Сбежать перед лицом Кёи, который заявил, что «уничтожит мир», — очевидно, породит разочарование людей. Их уже затащили на арену битвы. …Однако сами они были предельно спокойны. — Ну, значит, придётся биться. — Для нас это тоже неплохая сцена. — Угу. — Кёя, на этот раз я остановлю тебя. В одном дурачащаяся Розалия не соврала: Кудзуха, Аманэ, Янаги, Феррис находящиеся сейчас здесь и в самом деле представляли из себя сильнейший отряд в нынешнем Иггдрасиле. Поодиночке каждый из них, безусловно, уже терпел поражение. Но когда они вчетвером, это уже совсем другой разговор. Но что важнее всего… они просто не могли ничего не заготовить после поражения. — Янаги, в этот раз я использую его, — тихо прошептала Аманэ. — …Но… — Ещё по прошлом бою ты должен был понять, этот юноша — не тот, кого можно победить красивыми словами… Марать руки ради защиты будущего детей тоже входит в обязанности взрослых. — …Понял. Мы выиграем тебе время. Янаги кивнул, хоть и с неохотой. И вот четверо против одного встали друг напротив друга. — Я поражён. Вам стоило просто сбежать. — Ну, после всего сказанного это было бы уж слишком… А, кстати, забыла сказать. Хоть у меня и такое лицо, но я… — Кудзуха, верно? Скорее всего, оригинальный навык типа реинкарнации, я угадал? — Что за тухлая реакция такая? Неужели ты раскусил это с самого начала? — Ну, раз вы не использовали оригинальный навык даже на пороге смерти, можно догадаться, что это оригинальный навык, срабатывающий в случае смерти. Но главное даже не это… Просто вы не настолько милы, чтобы просто так умереть, если вас убить. — Ха-ха-ха, приму это как комплимент, — рассмеялась Кудзаха в своей обычной шутливой манере. Это её отстранённое поведение, даже перед решающей битвой, где на кону стоит мир, заставляло чувствовать, что у него по прежнему нет шансов выиграть у неё в словесной перепалке. Связываться с ней — только зря уставать. Поэтому Кёя повернулся к Феррис. — Привет, Феррис. Ты в порядке? Они не причинили тебе вреда? — Они не из тех, кто стал бы так поступать. Ты и сам это понимаешь, верно? — Ага, полагаю, ты права. Просто я всё равно волнуюсь. Поэтому… не могла бы ты отойти назад? Честно говоря, тебе сейчас нет смысла тут мельтешить, так ведь? — предложил Кёя с искренним беспокойством. Однако, даже признавая это, воля Феррис осталась неизменной: — Да, это так. Сейчас я не смогу нанести тебе ни царапины… Однако, это относится и к тебе. Ты ведь влюблён в меня по уши. А раз так, то хотя бы щитом я послужу. — Собираешься до такой степени давить на мою влюблённость? Злодейка, как и всегда… Ну, раз так, делай что хочешь. Даже с такой форой я не проиграю. Ради тебя я полностью уничтожу это Мировое Древо. Кёя нежно улыбнулся. Своей невинной, обычной смущённой улыбкой. Зная, что она этого не желает, но он всё равно собирался сделать это ради неё. Да, путь остался лишь один. — Ну что ж, начнём… последнюю битву в этом мире, — спокойно возвестил Кёя о начале битвы. Одновременно с этими словами из тени Кёи появился меч — кровожадный демонический меч Лаванквин. А сжимал его — Кёя в своём идеальном состоянии, с обеими восстановленными руками. Злейший демонический меч и злейший владыка демонов. Две чёрные души резонировали, сплетая тёмную ауру, искажающую само пространство. Смех меча, похожий на предсмертные крики агонии, сотрясал весь мир. Это был тот самый резонанс, который герои видели в подземелье школы. Феррис, бывшая когда-то владельцем демонического меча, нахмурилась от этой аномальности. — Так и знала... Эта сила… Ты заключил контракт?.. Какова цена? — Тебе не стоит об этом беспокоиться… Всё равно это скоро закончится, — уклонился от ответа Кёя. Но это также было и фактом. Резонанс уже достиг критической точки. Тёмная аура усилилась ещё больше, чем тогда в подземелье школы, когда «Олд Мис» решили отступить. А раз так, результат очевиден. Зачем тем, кого сейчас похоронят, узнавать что-то новое? …Однако, «отличались от прошлого раза», и герои тоже. — Ух, ну и жуть, честное слово. Что это с ним такое, леди владыка демонов? — В таком состоянии его не видела даже я. Не смейте касаться его бездумно. Если попадёте под удар, он сожрёт вместе с душой. — Ой, страшно-то как. Тогда авангард оставим дяденьке… Эта внушительная физуха ведь не бутафория, я надеюсь? — ...Угу, постараюсь сделать всё, что смогу. Трое вышли вперёд, за исключением Аманэ, которая, как и в прошлый раз, отошла назад. Да, в этот раз противником Кёи был не только Янаги. Они бросили ему вызов в составе сильнейшего отряда. А значит, не факт, что всё закончится так же, как тогда. Но Кёя лишь насмешливо фыркнул на это. — Ха-ха, планируете победить с помощью наспех слепленной командной работы? Смешно. Сколько бы сильных бойцов ни собралось, они встретились совсем недавно. А уж сражаются вместе и вовсе впервые. Пытаться бросить вызов владыке демонов импровизированным отрядом — просто курам на смех. Покончим с этим быстро… Слияние человека и клинка, ставший одним целым с демоническим мечом Кёя пришёл в движение. Без каких-либо уловок, прямиком в центр вражеского строя. Там ему преградил путь Янаги. Обладая прочным телом, сравнимым с самой землёй, он блокировал удар Кёи в состоянии резонанса прямо в лоб… Но в следующий миг кожа Янаги лопнула, и брызнула свежая кровь. Сам рубящий удар он, несомненно, заблокировал, но остаточная волна рассекла старого солдата. Подавляющая тёмная аура нанесла повреждения даже плоти, защищённой кровью дракона, одной лишь ударной волной. Даже в простой разрушительной силе Кёя уже намного превзошёл отвергнутую владычицу демонов на пике её сил. Следовательно, исход начавшейся ожесточённой битвы на мечах был очевиден — Янаги, который в подземелье школы должен был иметь преимущество, теперь оказался подавлен в одностороннем порядке. …Но, в отличие от того раза, сейчас бой шёл не один на один. — Простите, но позволю себе остудить твой пыл. Воспользовавшись мгновенной брешью, когда Кёя сосредоточился на обмене ударами, Кудзуха активировала семь заклинаний одновременно. Все они представляли из себя магию рассеивания самовоспроизводящегося типа, которая создавалась автоматически и бесконечно. Более того, их содержимое хаотично переписывалось с помощью формул преломления — призм, расставленных повсюду в пространстве. Явная уловка, чтобы помешать Кёе изменять формулы заклинаний. Раздражает до крайности, но… для нынешнего Кёи это не проблема. — Простите, но… я уже на другом уровне, Кудзуха. Внутри Кёи забурлила чужеродная магическая сила. Ужасающе чёрная и мутная, она уже несла в себе атрибуты безумия и разрушения ещё до сплетения формулы. Само её существование искажало мир, подобно тому Древу Скверны. Да, резонанс с Лаванквином резко повысил не только физические способности. Магическая сила тоже резко эволюционировала. А раз так, зачем ввязываться в утомительную магическую дуэль? Пользуясь подавляющей мощностью, Кёя силой выжег враждебные формулы. И беспорядочно выпущенная магия устремилась прямо к самой Кудзухе… и внезапно исчезла в воздухе. — Это я научила тебя побеждать сотню в одиночку, Кёя. Именно Феррис обучила его, как в бою с сильным врагом победить его малой силой… Это был способ сражения слабых против абсолютного, сильнейшего врага. А значит, теперь, когда они поменялись местами, нет ничего удивительного в том, что она может делать то же самое. И, что важнее всего, Феррис знает Кёю досконально. Она понимает его лучше, чем она сам: направление мыслей, критерии принятия решений, вплоть до мельчайших привычек в магических формулах. А это лучшее преимущество, когда дело касается изменения формул. С любым из противников поодиночке было бы легко. Но когда они вот так наваливаются скопом — это неожиданно хлопотно. И… это было только начало. — Та-а-ак, с разминкой закончили. Ну что ж, пора повышать обороты, — пошутила Кудзуха. Но это не было простым блефом. Трое, что поначалу были лишь сборищем одиночек, начали постепенно координировать свои действия. Причём дело было не в столь мягких вещах, как «узы» или «дружба». Нет, никто из троих и не думал подстраиваться под других. Ведь все они достигли вершин в своих областях. И вершины эти были до того «острыми», что попросту фундаментально не могли подстраиваться друг под друга. И всё же причина, по которой они достигли высокой степени координации, была проста — поскольку каждый из них был опытным бойцом, их видение лучшего сходилось в одной точке. Они видели один и тот же наилучший ход без малейших отклонений и выполняли его без малейших ошибок. Парадоксальная конвергенция в одной точке благодаря выдающимся навыкам каждого. Это бессознательно порождало идеальное взаимное дополнение. Физическая мощь Янаги. Большой арсенал способностей Кудзухи. Изменение формул Феррис. Используя сильные стороны каждого и устраняя слабости, троица, ускоряя свою координацию, стала единой огромной силой, обрушившейся на Кёю. Это уже был не тот уровень командной работы, который можно было бы пренебрежительно называть «наспех слепленным». …Однако, даже несмотря на это, Кёя смеялся. — Вы все — старые. Яростную атаку триединства сильнейшего отряда Кёя, однако, парировал с лёгкостью. Скоординированные атаки, которые, казалось, однажды позволили им нагнать его, вскоре перестали работать… Да, в одном единственном аспекте — в «скорости роста» — даже все трое вместе взятые и в подмётки не годились юноше. Но в этом не было ничего удивительного. В этой последней битве Кёя рискует жизнью ради идеального будущего. У него есть непоколебимая воля создать будущее своими руками. А что же они? Выжившая из старого Мирового Древа, старый солдат, чья история уже закончилась, женщина, бывшая когда-то владыкой демонов — все они уже стали «прошедшим временем». И причина, по которой они сражаются — лишь попытка защитить «настоящее» от Кёи. Их взгляды направлены совсем не туда, куда у Кёи, стремящегося в «будущее». Как могут увядшие старики догнать юношу, изо всех сил бегущего к будущему? Как нельзя остановить стрелки часов. Как нельзя помешать росту младенца. Как нельзя вернуть уходящие времена года. Старики не могут угнаться за юношей. Угнаться за Кёей, который проносится сквозь настоящее к будущему, подобно времени, не может уже никто. Именно для этого он тренировался на протяжении тридцати тысяч лет. Юноша, словно ветер, превзошёл физическую мощь Янаги, огромный арсенал способностей Кудзухи и изменение формулы Феррис. И в тот момент, когда трое наконец пали на колени, весь мир понял. Чаша весов склонилась. В этой битве, где на кону стояла судьба мира, победит этот юноша… Но здесь был ещё один человек. Джокер, способный перевернуть этот расклад. — Подготовка завершена, — внезапно раздался тихий голос посреди этой проигрышной ситуации. Эти слова произнесла женщина в инвалидном кресле — Аманэ. Та, кого Кёя опасался больше всего после Янаги. Пока сильнейшие воины терпели поражение, она, единственная в мире, не меняясь в лице, концентрировала магическую силу. И теперь эта женщина начала действовать. — Мне не хочется этого делать… но я рассчитываю на тебя, Аманэ. — Принято. Она кивнула, но это была лишь формальность. Независимо от того, получила бы она это разрешение или нет, она с самого начала решила, что замарает руки именно она. — «Иру: Флорантия — «Руид Ив Мегалит[✱]В этом случае «иру» записано иероглифами, как «Бездна». Руид Ив Мегалит записывается как «Реквием, посвящённый тому, что когда-то было молитвой»». Стоило её голосу раздаться в пустоте, как на теле Аманэ проступили странные печати. И не одна — они плотно покрывали её, словно пытаясь заполнить всё тело… Кёя сразу понял, что это были знаки жертвоприношения. И жертвой была она сама. — Забирай столько, сколько сможешь унести. Взамен… даруй мне небытие. В одно мгновение от печатей по всему телу начали расползаться абсолютно чёрные пятна. Глаза, руки, внутренние органы и большая часть души, являющейся источником магии, пожирались в качестве подношения. Больше она не сможет ни видеть этот мир, ни использовать магию. Но награда, оплаченная такой ценой, действительно появилась. — Вот как… Значит, это и есть ваш козырь?.. В тот момент, когда Аманэ закончила приносить себя в жертву, в небе развернулся гигантский магический круг. Увидев его своими глазами, Кёя невольно широко раскрыл глаза. С первого взгляда было понятно, что это оригинальный навык типа самопожертвования. Но он самонадеянно полагал, что жертва всего лишь одного Героя его не проймёт… Нет, фактически это понимание было верным. Даже если Аманэ — одна из сильнейших героев — отдаст свою жизнь, нынешнему Кёе это нанесёт лишь урон уровня царапины. Верно, настоящая проблема заключалась в том, что… Аманэ тоже это понимала. Поэтому она не собиралась совершать атаку, подобную самоуничтожению. Магическая формула, созданная ценой пожертвования большей части себя, предназначалась не для атаки, а для «контроля». Это был, так сказать, всего лишь «ствол». Иными словами, она с самого начала приготовила нечто иное. «Пулю», чтобы пронзить Кёю — бомбу настолько огромную, что даже триллионы крошечных людей не смогли бы с ней сравниться; бомбу, способную покончить с целым миром… — …Ну вы и даёте. Это же… Мистлтенас!... Да, из магического круга просачивалась подавляющая тёмная аура, способная уничтожить мир — Проклятье Конца «Ванити Хэвен». Ужасающий источник безумия, передающийся от мира к миру и превращающий землю целиком в ад; худшее из проклятий, получившее ранг запечатывания: «Особый S», уступающее лишь «Лост Кору» и «Мечу Древнего». Аманэ использовала это проклятие, являющееся сильнейшим среди тех Проклятий Конца, что собрали «Олд Мис», не по назначению, в качестве оружия против Кёи. Более того, она не просто высвободила проклятие. Сила, которая изначально предназначалась для неизбирательного уничтожения сверхширокого радиуса, то есть против мира, была настроена против человека — только для того, чтобы убить одного Кёю Кудзё. — А ничего, что вы показываете это на весь мир? Это ведь не то оружие, которое можно использовать героям, не так ли? — Ничего. Если это спасёт мир, мне всё равно, назовут меня героем или дьяволом, — спокойно заявила Аманэ. Хотя с виду она кажется доброй, в душе, скорее всего, всё наоборот. Среди сплошь добродетельных членов «Олд Мис» она единственная, кто ради цели без колебаний убьёт даже младенца. В каком-то смысле она человек нашей породы, — усмехнулся Кёя. — Как же я рад… Было бы скучно, не будь среди вас хотя бы одного такого. Кёя встал прямо перед уже начавшим активацию магическим кругом. Не потому, что ему всё равно, если в него попадут… Скорее, Кёя понимал: прямое попадание, мгновенно убьёт даже его в нынешнем состоянии. Ведь это сила, предназначенная для уничтожения мира, сжатая в одну точку. Его мощь вне всяких сомнений — непомерна. Но даже понимая это, он не пытался сбежать. Эта битва предназначена для завершения истории гибели Мирового Древа. Для этого он должен сразить сильнейших героев и повергнуть весь мир в отчаяние. Если владыка демонов сбежит, поджав хвост, эффект будет прямо противоположным. Как и у «Олд Мис», у Кёи с самого начала не было пути к отступлению. В конечном счете, у Кёи был лишь один путь. — Ну же, Квин, я даю тебе разрешение, нажрись досыта… Кёя уверенно поднял Лаванквин против чудовищнейшего орудия-проклятья. Безусловно, это запретное заклятье, убивающее с одного удара, но лишь при условии, что оно попадёт. А значит, метод противодействия прост — сразить наповал в лобовой атаке. И Кёя знал, что сейчас им это под силу. Кёя собирался встретить активирующуюся формулу величайшей силой… Но в тот момент, когда он вложил в меч всю свою магическую силу… — …?! Тень Лаванквина зловеще извернулась, и из неё вырвались бесчисленные шипы. И набросились они — кто бы мог подумать — на Кёю, который должен был быть его хозяином. Застигнутый врасплох юноша был безжалостно пронзён, и демонический меч радостно начал высасывать его жизненную силу. Да, на самом деле Лаванквин хотел пожрать… не какое-то искусственное оружие-проклятье. Не было для демонического меча более изысканного угощения, чем единственный в этом мире юноша, способный владеть им. Он не мог упустить шанс сожрать его. — Тц, вот же строптивая лошадка!.. Стоило дать немного силы, и сразу это!.. Как бы глубоко они ни резонировали, всё лишь из-за совпадения интересов. В конце концов его партнёром был — проклятый демонический меч. Ожидать от него доверия или покорности — верх глупости. Естественно, стоит показать слабость, и он тебя укусит. Проклиная свою неосмотрительность, Кёя кое-как разрывал шипы… Но в данной ситуации это была слишком фатальная брешь. — «Катаклизмическое проклятье — Фоллинг Сфир[✱]Falling Sphere — англ. Падающая Сфера. По иероглифам записано как: «Падающий апокалипсис мира».» Формула активировалась. Проклятье апокалипсиса было высвобождено. Это была величайшая магия уничтожения, столь стремительная, что превосходила саму скорость света и границы восприятия, мгновенно возвращающая любое бытие в небытие. Всё, что было объято её свечением, — будь то время, пространство и даже концепции — без исключения исчезало из этого Мирового Древа. А сейчас, когда он подставился, перехватывать или уклоняться от него было поздно. В этот миг судьба Кёи была предрешена. Беспомощный юноша был напрямую охвачен светом конца света, и…. — Ах, я уж думал, и правда помру. Чёртов Квин, потом накажу его… — раздался голос после того как магия апокалипсиса утихла, из глубины остаточного свечения. «Этого не может быть» — каждый усомнился в собственном слухе. Тот свет конца определённо настиг его. Времени на уловки не должно было быть. Но, к сожалению, это не было галлюцинацией. — В отличие от него, ты всё-таки добрая. Благодаря тебе я спасся, спасибо тебе… Сиссела. Когда свечение конца угасло и дым рассеялся… показался невредимый юноша. Герои широко раскрыли глаза от изумления, но тут заметили. …В глубине тени юноши кто-то есть. В этот миг контуры тени исказились. Это бесформенное, шевелящееся «нечто», словно живое существо, поползло по ногам юноши, обвивая всё его тело. Рассеивая яд разложения и источая леденящую злобу, его истинной сущностью было… — Проклятие Конца… «Фимбулвенем»?!.. «Фимбулвенем» — трагическое проклятие, которое когда-то несла на себе девушка по имени Сиссела. Этот сгусток зловещего проклятия радостно льнул к Кёе, словно ластясь к любимому хозяину. Да, как все реки в итоге впадают в море, так и путь тех, кто ищет величайшую силу, неизбежно ведёт в одно и то же место. Кёя тоже пришёл к тому же ответу, что и Аманэ: оружию Проклятья Конца. …Нет, а к «тому же» ли? — Сколько же… там намешано этих проклятий?.. На поверхности действительно проявлялся «Фимбульвенем». Но внутри Кёи извивались бесчисленные «Концы». Те, что были у Розалии, и те, что были украдены во время нападения на школу. Взяв за основу «Фимбулвенем», множество Проклятий Конца было насильно слиты воедино. И Кёя уже достиг «ещё более высокого» уровня. — Да, я знаю, Сиссела. Давай поскорее покончим с этим дерьмовым миром. Ты и я. Откликаясь на мягкий шёпот хозяина, «Фимбулвенем» пополз, распространяясь по всему телу юноши. Проклятие яда разложения, способное заставить увянуть даже мир, в мгновение ока покрыло юношу целиком. Словно чума, оно поразило плоть, словно клеймо, осквернило конечности, словно солнечное затмение, окрасило душу в угольно-чёрный цвет… и, наконец, «Фимбульвенем» полностью слился с юношей. — Розалия назвала это «Ётун Альтер[✱]Jötunn Alter — англ. Форма Ётуна. Иероглифами записано как: «Проклятое облачение бедственной стужи».», но… Ха-ха, самому произносить это стыдно. Юноша, ставший «тенью», пожирающей даже свет, как и прежде, холодно улыбался. Это уже выходило за рамки «контроля» или «подчинения». Это была полная ассимиляция проклятия и человека. Кёя перестроил самого себя в Проклятье Конца. Сила разложения и безумия, исходящая от него, не шла ни в какое сравнение с той, что была раньше. В этот момент люди всего мира впервые узнали, как физически выглядит «отчаяние». У него было… лицо Кёи Кудзё. [[image:/storage/reader-images/6e2b372b87f7acfc3ef00263ad88435d0ebc8f66.jpg]] И теперь воплощение финала пришло в движение. — Что ж, тогда… перейдём к основному представлению. Усмехнувшись, Кёя просто неторопливо сделал шаг вперёд — и в следующий миг из всего тела Кудзухи хлынула кровь, и она рухнула. — …! Одна из членов сильнейшего отряда и самая быстрая из троих Кудзуха, пала, не успев даже среагировать. Посторонние уже даже не могли понять, было ли это техникой меча или магией. Ясно было лишь одно — он стал чем-то иным по сравнению с тем, кем был мгновение назад. — Кёя, прекрати! В конце концов эта сила… и тебя самого… — закричала Феррис, думая о Кёе — ведь у каждой колоссальной силы должна быть соответствующая цена. …Но всё было тщетно. В тот миг, когда юноша снова двинулся с незримой скоростью, Феррис уже оказалась заперта внутри запечатывающего барьера. Из клетки, отвергающей всё сущее, голос Феррис больше ни до кого не доносился. Разрушив сильнейший отряд всего двумя движениями, Кёя повернулся к последнему оставшемуся члену этого отряда. — Хм… Ужасающая сила, — тихо восхитился Янаги, укладывая позади себя Аманэ, потерявшую боеспособность после использования оружия Проклятья Конца. В этом не было ни сарказма, ни скрытого смысла, просто его честные впечатления… На самом деле, даже Янаги не смог уследить взглядом за движениями Кёи. Настолько нынешний Кёя был вне всяких стандартов. Вероятно, никому больше не дозволено стоять перед ним. Поэтому старый солдат закрыл глаза. — …Что, уже всё? Старый солдат даже не ответил, лишь глубоко вдохнул, оставаясь с закрытыми глазами. От его прежнего боевого духа не чувствовалось ни крупицы. Сдался, что ли? — подумал не только Кёя, но и весь мир так подумал. Но ни у кого не было права винить его. По факту, он даже не видел противника, так что может сделать Янаги, специализирующийся на ближнем бое, против такого врага? Если шансов на победу всё равно нет, лучше принять достойный конец, чем неказисто сопротивляться. Кто мог бы возразить против такого выбора? Поэтому Кёя тоже не стал его осуждать. Лишь с лёгким сожалением вздохнул и… взмахнул клинком, целясь в шею старого солдата. Смертельный удар легко настиг беззащитную шею и… за мгновение до её отсечения вдруг сверкнул двуручный меч. Он среагировал на невероятной скорости в то самое мгновение, когда демонический меч уже впился в кожу. Позволив разрезать лишь верхний слой кожи, он отбил клинок и тут же нанёс молниеносный ответный удар по Кёе. Даже Кёя предпочёл отступить перед лицом этого поразительного удара. Да, Янаги не сдался. Он просто перестал полагаться на зрение. Если не видишь — жди, пока коснётся. Если не можешь защититься — прими удар. Он с самого начала и не думал победить Кёю без ран. Использовать свою плоть как глаза, а кости как щит — это и есть абсолютная тактика нанесения контрударов, при использовании которой ты по сути отбрасываешь собственную жизнь. Но тем не менее Янаги нисколько не колебался применить этот способ сражения, сродни самоубийству. Да, его старое тело и так ждало лишь увядания. Что с того, если его изрубят? Он не пожалеет ни капли пролитой крови, если на кону будущее молодых. Он был готов отдать всё, что угодно: кожу, плоть, кости и даже душу. Разве можно желать иного счастья… если гибель старого воина дарует будущее новому поколению? — По-вашему это нормально заходить так далеко? Вы, по большому счёту, тоже ненормальный. — Нет, вовсе нет. Ты тоже поймёшь, когда постареешь. Необычайное упорство старца, пытающегося защитить мир. Его незыблемая стойка, достигшая совершенства, действительно работала даже против Кёи, облачённого в «Ётун Альтер»… Нет, если быть точным, это не так. Сила Кёи по-прежнему была подавляющей. Даже полностью сосредоточившись на контратаках, эту разницу в силе было не перекрыть. По-хорошему, всё должно было закончиться одним ударом. Но, несмотря на это, старый солдат не падал. Сколько бы его ни мучили — он не ломался, сколько бы его ни рубили — он не колебался. По логике, он давно должен был проиграть. В теории, он давно должен был умереть. Но такие сложности старого солдата не волновали. Есть те, кого нужно защитить — для логики этого достаточно. Есть противник, которого нужно сразить — для теории этого достаточно. Словно огромное дерево, укрывающее маленьких зверей, пока его треплет шторм. Янаги твёрдо стоял на пути бури злобы по имени Кёя. Пока за его спиной есть мир, который нужно защитить, старый солдат ни за что не упадёт. В этой широкой спине люди увидели образ гордого дракона. И одновременно они начали осознавать. Что самопожертвование старого солдата, который просто терпел и превозмогал, отнюдь не было бессмысленным выигрыванием времени. — …Гхо… Кровь закапала на поле боя. Но конкретно в этот раз она принадлежала не Янаги. Тем, кто выплюнул совершенно чёрную, мутную кровь… был Кёя, который должен был быть невредим. — …Довольно, Кёя. Вложи меч в ножны. Я не могу смотреть, как проливает кровь молодой парень!.. Эти слова были не мольбой о пощаде, а искренним беспокойством за юношу. Он знает, какую цену Кёя продолжает платить прямо сейчас, в этот самый миг. «Ётун Альтер» — соответствуя внешнему облику, представляет из себя слияние с Проклятьями Конца. Но как бы они ни привязались, Проклятья Конца по самому своему бытию являются искажёнными проклятиями. Это смертельный яд, суть которого лишь в разрушении. Невозможно слиться с таким и остаться невредимым. С каждым вдохом его плоть разъедало, с каждым ударом сердца его основа осквернялась. С каждым движением, с каждым жестом тело и разум юноши необратимо запятнывались тьмой. Прямо сейчас юноша продолжал испытывать муки, от которых обычный человек сошёл бы с ума. Пусть он и был их врагом, игнорировать такие адские страдания было невозможно. Янаги искренне желал перемирия ради Кёи. Однако… Кёя лишь усмехнулся. — Беспокоитесь о враге даже в такой момент? Всё-таки вы действительно сильны. Доброта, с попыткой проявить милосердие даже к дьяволу, источающему намерение убийства и безумие во все стороны; доброта, подкреплённая солидным опытом и закалённым телом. Он достиг вершины во всём — духе, технике и теле — вершина пути героя. Этот старый солдат, который никогда не пошатнётся и никогда не преклонится, словно огромное дерево, был воплощением «идеального сильнейшего», которого представлял себе Кёя. Поэтому Кёя был убеждён, что именно он был той сдерживающей силой, что изначально была подготовлена для победы над ним. Тот, кто станет противоположностью Кёи и принесёт свет миру. Да, он это понимал. И именно поэтому… — Я убью тебя и двинусь дальше. — …Зачем, Кёя? Зачем ты заходишь так далеко?.. — Известно почему. Просто чтобы защитить её. Извергая кровавую рвоту, Кёя ещё больше усилил слияние с Проклятьями. Если свет сияет во тьме, то и тьма, залитая светом, становится гуще. Стоящий перед ним старый солдат — это жертва, которую он обязан загрызть, чтобы окончательно стать Концом. Поэтому Кёя не колебался. С каждой секундой стачивая свою жизнь, с каждым взмахом пожирая будущее, он всё же неумолимо ускорял обмен ударами. Сильнее. Глубже. Темнее. Юноша, одним скачком мчащийся по пути к погибели. Со стороны он напоминал мученика, спешащего к смерти, и… (Ах, до чего же) Сдерживая этот яростный натиск, Янаги глубоко вздохнул. Не от его искажённости. Не от его глупости. Не от его ужасности. Лишь от его чрезмерной простодушности. Юноша облачён в зловещую силу Проклятий Конца. Если так, то лучше бы он тоже был искажённым. Тогда бы проклятия не ранили парня. Но он знал. Через кончик скрещённого меча он волей-неволей чувствовал его печальную до боли честность. Да, каждый удар, наносимый с несокрушимой силой, по-прежнему верно следует основам фехтования. Он не отклонился ни на миллиметр от самых азов, которым его наверняка научил дорогой ему человек. Он ничуть не изменился с того самого момента, как впервые взял в руки меч, чтобы защитить кого-то… с того чистого и невинного мгновения… Даже запятнанный скверной, даже подтачиваемый проклятьями, даже сойдя с человеческого пути и пав до бытия отвратительным Концом — лишь его самое первое желание защитить кого-то осталось неизменным. Даже на дне тёмной скверны юноша продолжает хранить до жалости ослепительную чистоту чувств. Поэтому Янаги искренне извинился: Ах, прости, паренёк. Пожалуйста, прости этого старика, который не в силах тебя остановить… — …Прости… Кёя… Изрубленный с головы до ног Янаги медленно пал ниц. Словно истлевшее гигантское дерево… Яростный натиск Кёи, поставившего на кон свою жизнь, наконец одолел сильнейшего героя — и последнюю надежду мира. — Извинения ни к чему. Я всё равно с самого начала ни на что не рассчитывал, — разнёсся голос Кёи по затихшему полю боя. Но отвечать было уже некому. Мельком взглянув на поверженных Героев, Кёя… затем со скучающим видом поднял голову. — Что ж… приступим к уборке. Аманэ уже исчерпала силы, Феррис — недееспособна. Кудзуха с Янаги тоже пали. Иначе говоря, в этом мире не осталось ни одного человека, способного помешать юноше. Верно, исход боя был определён. Осталось лишь дать всему миру познать отчаяние. Впрочем, это дело нехитрое. Поиздеваться над обессилевшими героями, отрезать им конечности по одной, и дать их предсмертным крикам разнестись по всему миру. Тогда любой глупец поймёт, что этому миру пришёл конец. Кёя направился к павшим Янаги с Кудзухой, что претворить отчаяние в жизнь. Протянул руку и… — …Решила зайти настолько далеко? Честно говоря, я поражён… Рука юноши, собравшегося прикончить Янаги, внезапно остановилась. Путь ему приградила… широко раскинувшая руки Комари. — Слушай, я ведь уже говорил: хочешь остановить меня — обнажи меч. — Не хочу! — Тогда исчезни. — Этого я тоже не хочу! Защищая раненых героев, Комари упрямо покачала головой. Кёя раздражённо вздохнул от её поведения, напоминающего капризного ребёнка. — Я не понимаю, Комари. Меч не достаёшь, но и не убегаешь. Тогда чего ты хочешь? — Я хочу остановить тебя, Кёя! Услышав её ответ… Кёя презрительно усмехнулся над ней. — Ты? Остановишь? Меня? Ха-ха-ха, это невозможно. Ведь ты же… вон как дрожишь. Сколько бы она ни прикрывалась словами, глаза Кёи не обмануть. Комари дрожала. Она была до ужаса напугана. Перед лицом воплощения конца света её инстинкты отчаянно предупреждали: «брось всё и беги прямо сейчас». Однако… — Да, мне сейчас очень страшно. Я дрожу. Но… ведь именно ты, Кёя, научил меня, что дрожать — это нормально!.. Поэтому я остановлю тебя! Сжав дрожащие губы, Комари встала прямо напротив владыки демонов. Поняв по её взгляду, что настроена она всерьёз, Кёя… холодно ответил: — Вот как… Тогда умри здесь. До сих пор он щадил Комари не из милосердия. Просто она была мелкой сошкой, на которую даже время было жалко тратить. Но раз она собиралась и дальше вставать у него на пути… вполне естественно, что он поступит соответствующе. Кёя безжалостно направил клинок на бессильно дрожащую девушку. После чего широко замахнулся им и… — Ты точно уверен в этом, а, Кёя Кудзё-ё-ё? — внезапно раздался насмехающийся над ним голос. Обернувшись, чтобы выяснить, кто это был на этот раз, он увидел стоящего там молодого человека. Длинная чёлка, неприметная одежда… ничем не примечательная, заурядная внешность, но она определённо была ему знакома. — Юки… Синдо… — О? Неужели ты помнишь меня? А-ха-ха, мне приятно. Юки Синдо — тот самый парень, который встал на пути Кёи с Комари во время их первой экспедиции в иной мир. И он провоцирующе спросил: — Значит, ты помнишь и то, о чём меня тогда спросил? «Ради чего ты взял в руки меч?». Могу я сказать, что ты взял в руки меч, чтобы убить одну слабачку, которая даже сопротивляться не может, окей? — спросил он с тем же насмешливым выражением лица, что и тогда. Но Кёя не собирался на него отвечать. — Что ты здесь делаешь? — Ха-ха, игнор, да? Жестоко. Но так и быть, скажу. Я смог прийти сюда благодаря вам, ребята. Проскочил через те Врата для трансляции прямо из тюрьмы! — болтал без умолку Юки. Но, разумеется, спрашивали его не об этом. Кёя раздражённо перебил его: — Не понимаешь смысла вопроса? Я спросил, зачем кто-то твоего уровня припёрся сюда сейчас? Должны же быть пределы неуместности. Да, он действительно скрещивал клинки с Юки. Но Кёя не сражался с ним всерьёз. Ничего не зная о героях, он чрезмерно перестраховывался и в результате случилась битва. На самом деле сила Юки по сравнению с Янаги или Кудзухой — просто курам на смех. Зачем он вообще беспечно явился сюда? Неужели он думает, что «сможет остановить владыку демонов»? Если так, то это чрезмерно глупое заблуждение. Его глупость и незнание своего места, вместо изумления вызвала у Кёи гнев. Поэтому… Кёя, поддавшись раздражению, произнёс лишь одно слово. — Исчезни. В этот миг Юки с силой отбросило прочь. Это не было ни проклятым словом, ни зачитыванием заклинания, а «просто слово», без какой-либо вложенной в него магической силы. Этого было более чем достаточно, чтобы героя уровня Юки просто смело. Вот насколько безумной была разница в уровнях их бытия. Теперь он, должно быть, хоть немного понял своё положение. Кёя снова повернулся к Комари… Но за его спиной снова раздался смех. — Хе-хе-хе… да не злись ты так… я знаю, что мне здесь не место. Хотя с его головы текла кровь, Юки всё же встал на ноги. Несмотря на то, что ему продемонстрировали абсолютную разницу в силе, на его лице всё ещё играла дерзкая ухмылка. Словно он уже давно принял решение. — Да, я и не думаю, что смогу победить тебя. Честно говоря, я бы хотел прямо сейчас свалить домой. Но… а что мне ещё остаётся? Ведь я взял в руки меч… чтобы стать героем. А раз так, нельзя же всё время трусить? И вообще… это ведь ты мне об этом напомнил, разве нет? — заявив это твёрдо и без колебаний, всё так же ухмыляясь, Юки… добавил лишь одну фразу: — К тому же… что если, я не один такой идиот? — …? Что ты имеешь в виду?.. Юки улыбался так, словно чего-то ожидая. Неужели этот парень видит что-то, чего не может предвидеть даже Кёя? …И ответ на это сомнение появился немедленно. — Эх, я смотрю, вы по-прежнему любите безрассудствовать, мисс Комари Имари, — раздался мерзкий и неприятный голос. Это был Ицуки Кокуфудзи — юноша с огромным количеством способностями, который когда-то возглавлял Резистанс. — Обижать слабых — нельзя, — произнёс кто-то сбивчиво, но твёрдо. Это была Хина Кирасаки — сильнейшая девушка в школе, повелевающая абсолютной «смертью». И более того… — Хе-хе, что у вас тут за ссора между влюблёнными?! — А вот и я, Комари! Как же без меня! — Кудзуха! Если ты жива, иди ко мне! Анри, Канон, Рэй — и даже герои, чьих лиц и имён он не знал, один за другим появлялись, проходя через врата. Это были не только ученики школы. Местные герои из разных иных миров во главе с Анри, и те, кто был героем в прошлом, как «Олд Мис». Воины из всех миров, словно бурный поток, спешили на помощь. — Р-ребята… Но почему? — Очевидно же! Потому что ты выкладываешься на все сто, Комари!! Увидев, как девушка противостояла могущественному владыке демонов, зная, что ей не победить, они примчались сюда. Сопротивление Комари, собравшей последние крупицы храбрости, не было бессмысленным. Весь мир сейчас поднялся, чтобы сражаться вместе с Комари. Однако… — Нет, серьёзно, хватит с меня этого. Кёя холодно взглянул на собравшихся героев. В этот миг всех их разом сдуло прочь. Сколько бы массовки ни собралось, они остаются массовкой. Даже если их соберётся в десять миллиардов раз больше, они не будут представлять для Кёи никакой угрозы. — На что вы способны? Сейчас же преклоните колени и падите в пучины отчаяния. Такова ваша роль как массовки. То, что они сейчас дышат, нужно лишь для того, чтобы исполнить роль отчаявшихся. При желании Кёя сможет перебить их всех миллион раз, не пошевелив и пальцем. Если они даже этого не понимают… придётся дать им прочувствовать это на собственной шкуре, пока они не поймут. И вот началось растаптывание. Стоило им подняться, как он сбивал их с ног, стоило им сжать мечи, как их сметало прочь. Издевательства, пинки, удары о землю — он врезал в их тела и души то, насколько они бессильны. Перед лицом неистового владыки демонов собравшиеся герои могли лишь беспомощно сносить побои. Исход битвы был уже давно предрешен, но Кёя продолжал безжалостно топтать их. Он основательно демонстрировал им, что такое настоящее «отчаяние», чтобы они даже не думали о том, чтобы ему противостоять. …Нет, так должно было быть. — …Тц, да что с вами такое?.. — неосознанно выразил Кёя своё раздражение. В какой раз это уже происходит? Герои, которых он сметал, словно букашек, снова вставали. Подставляя друг другу плечи, волоча израненные тела, они всё равно, не желая сдаваться, вновь сжимали мечи. Неужели после всех этих мучений они так и не поняли своего места? Нет, дело не в этом. Все собравшиеся здесь — ничтожные слабаки по сравнению с Кёей. Их можно назвать даже «фоновыми персонажами». Среди них есть и те, кто опьянел от силы и сбился с пути. Если сравнивать их с «настоящими», вроде Янаги, их и героями-то назвать язык не повернется. Но лучше всего это понимали они сами. Если герой — это воплощённый предел силы, праведности и отваги, то это явно не про них. Они где-то оступились, где-то пошли на компромисс. Где-то достигли потолка, где-то опустили руки. В некотором смысле это естественно. Если есть подлинник, должна быть и подделка, — это логично. Если есть герои, должны быть и фоновые персонажи. И в истории этого Мирового Древа роль массовки досталась им. Поэтому они знают, что им не стать главными героями, которые победят владыку демонов. И всё же они пришли сюда. Зная, что это глупо, понимая, что это бессмысленно, они явились на это последнее поле брани. Потому что… хоть сейчас они и не герои, пусть они сбились с пути… они тоже когда-то были теми, кто взял в руки меч, восхитившись звучанием слова «герой». Поэтому они бились. Дрожа, страшась, но всё же пробуждая в себе всю ту крохотную отвагу, на какую были способны, чтобы хотя бы раз вернуть ту надежду, которую когда-то отбросили, тот идеал, от которого отказались, тот меч в сердце, который был сломан. Глядя на них, Комари сильно прикусила губу. Хватит, прекратите. Несмотря на то, как отчаянно они сопротивлялись, Комари не могла искренне подбадривать их. Противником был владыка демонов, которому проиграли даже Янаги и его спутники — очевидно, что, как ни старайся, у них не было шансов на победу. Если это Комари подтолкнула их к этой безрассудной битве, то она не имеет права безответственно «желать им удачи». Страх и раскаяние за то, что она снова заставляет кого-то жертвовать жизнью, отдавались болью в груди. …Но почему? Словно заглушая эту боль, в грудь вливается нечто очень теплое. Это были осколки крохотной отваги, которую они из себя выжали. И каждый из них собирался внутри Комари. Да, Комари не избранный герой. Она даже не может вытащить меч героя, находящийся внутри неё. Ведь ей не хватает всего — храбрости, силы и воли. Но… сейчас здесь присутствовало всё это. Крошечные чувства каждого из собравшихся здесь сближались, переплетались, поддерживали друг друга и превращались в единую великую силу. Настолько великую, что она заставила трепетать даже меч героя. Поэтому Комари взмолилась. Пусть она недостойна, пусть не имеет права, но лишь раз — лишь в это мгновение она криком озвучила своё желание всемогущему мечу. Не для меня. Поэтому, прошу, даруй им — бессильным, незрелым, но всё же устремлённым к грядущему юным героям — силу, чтобы обрести будущее. — «Эль Вискам — Лангбэлл аз Фрейя[✱]Langbell as Freya — англ. Протяжный звон Фрейи. По иероглифам записано как: «Путеводная звезда для стремящихся в будущее».»! В то же мгновение из груди Комари хлынул свет зари. Это сияние, собравшее, сплетшее и усилившее отвагу каждого в десятки тысяч раз, окутало всех присутствующих героев и воплотилось в их руках в форме мечей. Мечей для искупления ошибок. Мечей для принятия слабости. Мечей для обретения будущего. Дарованные им мечи отнюдь не «сильнейшие в мире». Но это, несомненно единственные в мире молитвенные мечи, созданные только для них. Это крылья, созданные, чтобы они смогли стать идеальными героями, которым когда-то восхищались, но не смогли стать… В тот миг, когда каждый сжал рукоять, они начали резонировать с мечами. Это была та же высшая точка, которую продемонстрировали Кёя и Лаванквин. Но имелось небольшое отличие… Звук, рожденный их резонансом и сплетением, начал резонировать с людьми во всём мире. Выжатые последние остатки отваги и молитва о завтрашнем дне… Сила, рожденная чувствами всего мира, хлынула мощным потоком сияния. Каждый раз, когда их отбрасывали, каждый раз, когда они падали, каждый раз, когда они оказывались сломлены — они становились сильнее. С каждым взмахом мечей героев свет безгранично разрастался. Оттесняемый этим непреклонным сиянием Кёя мало-помалу отступал. Юноша, казалось, ставший величайшим злом, сейчас подавлялся светом, который излучают безымянные герои. — Черт… Хватит, я убью вас всех, Квин!! Игры кончились. Силой подчинив беснующийся демонический меч. он влил в него максимум магической силы. Это был полносильный и серьёзный удар Кёи в форме «Ётун Альтер». …Но в тот момент, когда он уже готов был его нанести… — …Эта фраза — знак поражения, Кёя, — встала на ноги окутанная сиянием Кудзуха. — …Кёя, хватит уже! — закричала Феррис, прорываясь через барьер. С мечами Комари в руках они вдвоём нейтрализовали зловещую магическую силу Кёи. И, воспользовавшись этим, поднялся старый солдат, которого юноша признал сильнейшим в мире… — Спасибо, Комари Имари. Я принял твою отвагу. Он вскинул огромный меч, объятый священным очищающим светом, высоко вверх. Словно в ответ на это, герои тоже подняли свои мечи. Неся в себе чувства всего мира, наблюдающего за этой битвой прямо сейчас. — Покончим с этим, Кёя. И вот мечи героев опустились вниз. Выпущенные вспышки мечей обратились в сверкающую радугу, рассекая небо и сметая тёмную ауру владыки демонов. Словно радуга, придающая цвета пасмурному небу. Словно свет зари, разгоняющий ночную тьму. Словно отвага, вдохновляющая тех, кто сжался от страха. Свет, сплетенный из чувств людей, пронзил самого злейшего юношу насквозь — и разнёс вдребезги его злобную тень. [[image:/storage/reader-images/7e4fcbb90d2674a9955e56f85014d9503400a1b8.jpg]] — …Кё… я?.. Когда ослепительный свет угас, Розалия подбежала к упавшему юноше. Кёя, чей «Ётун Альтер», являющийся его абсолютной техникой, был разбит, не шевелился. Верно, владыка демонов был повержен. Сила отваги и надежды всего мира наконец-то разрушила злобное проклятие конца света. Но, увидев этот исход, Розалия… внезапно рассмеялась. — Хе-хе-хе… А-ха-ха-ха-ха! Эй, что это за чушь? Что за чушь, что за чушь, что за чушь? Как же это ту-у-упо!!! Слили чувства мира воедино? Объединили силы и сразили Владыку демонов? Хэппи-энд, игра пройдена, поздравляем?! А-ха-ха-ха-ха-ха! Скукотища, скукотища! Так банально, что смешно! Я этот удобный фарс видела миллион раз!! — вопя, смеялась она, возможно, отчаявшись из-за поражения. Но сколько бы она ни кричала, отказываясь признать проигрыш, финал не изменится. Кёя уже небоеспособен, да и у Розалии тоже не было сил сражаться. Амбиции владыки демонов разбиты… это непреложный факт. Что бы она теперь ни вопила, это даже не бессмысленно, а просто жалко. …Но Розалии были известен ещё один факт. Особенный настолько, что мог потрясти весь мир. — …Но вы ничего не забыли? Или правда все как один не заметили такую элементарную деталь? Внезапно успокоившись, Розалия захихикала, словно издеваясь над ними. Она вела себя совсем иначе, нежели только что, когда кричала, отказываясь признать поражение. После чего богиня, которая вроде как должна была проиграть, задала странный вопрос: — Ну что ж, тогда — вот вам задачка! Не волнуйтесь, я упрощу всё до простейшей викторины с вариантами ответа: да или нет, чтобы даже вы, дураки, поняли! Кстати, приз — этот мир! Поехали, файнал куэсчен! — «Кёя Кудзё — герой. Да или нет?». Это был удивительно простой вопрос. Тот, кто планировал уничтожить мир, владел зловещим демоническим мечом и слился с проклятиями конца света… просто не мог быть героем. Поэтому ответ — «нет». И, конечно, это правильный ответ… Но лишь Феррис, единственная во всём мире поняла, что речь не о метафоре или прозвище, а о буквальном смысле. — Не может быть!.. — поражённо пробормотала она. Да, Феррис знала, что Кёя Кудзё — не герой. Ведь призвала его не кто иная, как она сама. И именно в этом была проблема. Кёя Кудзё — юноша, призванный владыкой демонов. Из чего следует, что он ни разу не получал благословения богини. Это означает лишь одно. Кёя Кудзё не герой… и даже не владыка демонов, а на самом деле просто-напросто обычный человек, который достаточно силен, чтобы потягаться немного-немало с целым миром. А раз так, то… — Эй, народ, вам не интересно? Если он, будучи простым обывателем, так же силен, как весь мир… то что же случится, если этот мальчик пробудится как герой? В тот миг, когда присутствующие поняли смысл сказанного, все осознали, что именно сейчас произойдет. Но позволить этому случиться они не могли. — …Ну уж нет, этому точно не бывать!.. Кудзуха, Янаги и Феррис уже пришли в движение. Сильнейшие герои мира приняли решение без колебаний, и богиня никак не могла среагировать на их скорость. Клинки троицы уже настигли шею Розалии, ещё до того, как она успела что-либо сделать. …Но в тот миг, когда её голова должна была слететь с плеч, путь героям преградили сияющие золотые врата — Пантэсариум. Сокровищница, передающаяся только владыкам демонов, закрыла свои прочные двери, чтобы защитить своего хозяина. И из-за дверей раздался голос: — Именем богини Розе дарую тебе благословение и проклятие. Пусть честь и позор, храбрость и безумие, друзья и враги украсят твою историю… Ну же, восстань — мой любимый герой. Под ударами Кудзухи и остальных врата разлетелись на куски, и сокровищница встретила окончательную смерть. Но даже так, её сияние в момент разрушения оставалось бесконечно гордым. Ведь Пантэсариум сумел защитить своё самое важное сокровище в мире — своего единственного хозяина, Кёю Кудзё. — …Спасибо тебе за всё, Пантэсариум… Я никогда не забуду твоей преданности, — тихо раздался голос юноши, посреди разлетающихся золотых искр. Он стоял под льющимся свечением, всё еще закрыв глаза, словно спал. Словно отрезанный от всего мира. Увидев его, герои почувствовали, как по спине пробежал холодок. И не из-за пробудившейся подавляющей силы… Наоборот, теперь они не чувствовали от юноши ничего. Ни жуткой тёмной ауры, как раньше, ни магической силы, искажающей мир, — вообще ничего. Но именно поэтому они попятились назад. Это можно было сравнить с дном глубокой морской впадины, которое никто не может разглядеть. С краем бескрайней вселенной, который никто не может увидеть. Даже они, сильнейшие, не могли уловить ни крупицы силы юноши. Это означало одно — юноша буквально стал существом совершенно иного порядка. И сейчас этот «Конец» открыл свои глаза. — Ясно, так вот, значит, каково это — быть героем… Первые слова пробудившегося Кёи звучали как отстранённое впечатление. Он сам был в замешательстве от той силы, полученной благодаря расцвету семени, которая была до того безумно огромной, что она уже не казалась ему своей. …Но столкнувшись с этим лицом к лицу, Кудзуха снова сжала меч. — Не время бояться! Нужно сделать это ещё раз, сейчас! Пока он не вспомнил о том самом!.. — прокричала Кудзуха с нетипичной для неё паникой в голосе. И причина была проста. Раз Кёя пробудился как герой, неизбежно, что он получил и ту самую секретную технику. Кудзуха не знала, что это за способность, но была уверена: это нечто беспрецедентно могущественное. Да, как свет, что усиливает своё сияние во тьме, так и тьма сгущается именно при свете. Если Комари Имари пробудила силу, чтобы преодолеть отчаяние, то чем же станет семя тьмы, проросшее под лучами этой надежды? Об ответе даже думать не хотелось. Именно поэтому нужно действовать сейчас. Сделать это здесь и сейчас, пока юноша не научился использовать эту силу. Даже в этой критической ситуации суждение Кудзухи было абсолютно верным… Но, к несчастью, было уже слишком поздно. — «Том самом»?.. А, вы имеете в виду… вот это? — легкомысленно пробормотал Кёя и произнёс те самые слова, которых они боялись больше всего: — «Катас: Флорантрос[✱]Катас, по видимому, сокращение от «Катастрофа», иероглифами записано как: Конец/Финал; В отличие от Флорантии, которая по кандзи написана как: «высвобождение изначального семени», Флорантрос по кандзи записан как: «Селекция изначального семени». — Диануар Эндролл[✱]Dianoir Endroll — англ/древнегреческий. Абсолютная Тьма Финальные Титры. По иероглифам записано как: «Последний цветок, преподнесённый к заключению».». В этот миг все живые существа во всём мире встали на колени. — Гх!.. — Не могу пошевелиться!.. На тела героев обрушилось настолько чудовищное давление, что казалось, будто их сейчас раздавит. Тело совершенно не слушалось, они не могли пошевелить и пальцем. Им было позволено лишь стоять на коленях и склонить головы. И это касалось не только героев, находящихся здесь. Люди во всём мире, как бы далеко они ни были — нет, все формы жизни во всём мире — преклонили колени перед Кёей Кудзё. — Это и есть твоя способность?!.. Абсолютное, полное господство, заставившее весь мир пасть ниц. Это поистине аномальная сила, достойная владыки демонов… Однако юноша, как ни странно, это опроверг: — Э? О чём вы говорите? Вовсе нет. Это я просто слегка высвободил свою силу. — Чего?.. Да, это было лишь лёгкое устрашение. С точки зрения Кёи это было что-то вроде приветствия. Это давление, заставившее весь мир встать на колени, даже не было его оригинальным навыком. — В таком случае, каков же твой оригинальный навык?.. — А-а, как бы это сказать… Что-то вроде «силы управлять всем сущим». Хм, но это звучит как-то абстрактно… Как бы сказать, чтобы было понятнее… Размышляя, как описать свою способность, Кёя совсем немного сконцентрировал магическую силу. В этот миг герои не поверили своим глазам. В ладони юноши появилась мутная чёрная магическая сила «Смерти»… Это вне всяких сомнений был оригинальный навык Хины Кирасаки. Нет, не только он. Нити Кайри Урато, магическое зеркало Яхико Амано, духи Канон Ханабиси… Оригинальные навыки, которыми по определению могли владеть только их хозяева, появлялись и исчезали один за другим. Словно скучающий на занятии студент, бессознательно крутящий ручку. От этого невозможного зрелища герои потеряли дар речи. А Кёя, глядя на них, наконец нашел подходящее слово. — А, точно, можно сказать так. По сути, это — «Всемогущество». Это слово, произнесённое с такой непринуждённостью, по странному совпадению являлось той же способностью, которой обладал «Меч Древнего» внутри Комари. Но в случае юноши это была не сила, при использовании которой достаточно лишь чего-то пожелать и положиться на других. Кёя управлял всем сущим, постигал его законы и мог сотворить любой результат. В принципе, это то же самое, что изменение формул, в котором он был особенно силен — вмешиваться в структурные элементы мира и изменять их по своему усмотрению. Просто из-за того, что эта сила слишком могущественная, в итоге он стал «способен на всё»… В силу этого положение, при котором он свысока взирает на весь мир, в некотором смысле неизбежно. Семя, проросшее от света надежды, распустилось цветком абсолютного отчаяния, превосходящего этот свет. — …Всемогущество, значит… Ха, ну это жёстко… Уничтожить целый мир в одиночку для тебя теперь, наверное, проще простого… — лишь сухо усмехнулась Кудзуха в столько безнадёжной ситуации. В её тоне сквозила безысходная, небрежная покорность судьбе… Но это лишь поначалу. — …Но знаешь, имей совесть. Разрушить мир ради любимой женщины? Думаешь, чувство любви к кому-то есть только у тебя? Думаешь, твои чувства больше, чем чувства всего мира? Не высокомерие ли это?! Все живут, неся в себе свои чувства! Хочешь сказать, что имеешь право всё это разрушить?! Взрываясь эмоциями, Кудзуха упрекала его в высокомерии и ставила под сомнение его право. Однако за этой необычайно яростной тирадой... скрывался холодный расчет. Имея больше опыта в битвах оригинальных навыков чем у кого-либо, она отлично знала, что единственная слабость сильнейшей способности «Всемогущество»… это существенность воли её владельца. То, что любое желание может сбыться, означает также, что, если ничего не пожелать, то ничего и не сбудется. А значит, целью должна стать его воля. Да, если Кёя Кудзё хоть немного... хоть самую малость поколеблется в своём намерении уничтожить мир, это создаст брешь, которой можно воспользоваться. Однако ответ парня оказался до ужаса простым. — Да, именно так, — без колебаний и сомнений просто решительно заявил Кёя. Он любит Феррис — в этом у него не было сомнений. Когда зародилось это чувство, почему оно стало таким огромным — не имело никакого значения. Страсть к её исключительной красоте. Жалость к её печальной судьбе. Восхищение её гордой отчуждённостью, подобной одиночеству… Поиски истоков этих чувств оказались бы бесконечными и лишёнными смысла, ибо в конечном счёте — это всё вместе взятое. Те тридцать тысяч лет, что он потратил, чтобы убить её. Так же, как каждый взмах меча, сделанный вместе с ней, сплетался в силу. Каждое слово, которым они обменивались, усиливалось и превращалось в чувства. Каждая ночь, когда они говорили до рассвета, каждый шаг, который они прошли рядом, каждое мгновение, прожитое вместе с ней — всё это было самым что ни на есть счастьем. Да, я был с ней тридцать тысяч лет. Поэтому… хочу быть с ней и в первый день после тридцати тысяч лет, — подумал он. Вот и всё. Действительно, вот и всё. Но… разве нужна ещё какая-то причина, чтобы уничтожить мир? Услышав этот ответ, в котором не было ни капли сомнения, весь мир наконец понял. Больше нет ни добра, ни зла. Зло и святость не имеют значения. Этот мир проиграл просто до ужаса простым и чистым чувствам парня, который вышел за пределы всей этой мелочной ерунды. В этот миг весь мир познал истинное «отчаяние». И стрелки часов пришли в движение. Великое древо, составляющее ядро мира богини… воплощение Мирового Древа начало стремительно увядать. Отчаяние, принесенное Кёей, наконец охватило весь мир. Увидев это, Розалия радостно воскликнула: — А-ха-ха, смотри, Кёя! Наконец-то стрелка сдвинулась! «Смерть верховной богини» и «Отчаяние мира»… подготовка к финалу завершена! — Розалия невинно рассмеялась и добавила еще кое-что: — Осталось только… завершить начало, которое осталось незаконченным! Находясь в шаге от исполнения плана, Розалия радостно улыбалась. …Но Кёя, который должен был разделять ту же цель, почему-то был мрачен. — …Да. — Ну вот, Кёя, не делай такое лицо! Знаешь, я сейчас так счастлива! Ведь теперь мое желание наконец исполнится! Подойдя к понурившемуся юноше, Розалия мягко коснулась его щеки. Она нежно погладила его, словно утешая обиженного ребенка. — Спасибо тебе, Кёя. Я правда благодарна. Я смогла достичь этого, благодаря тому, что ты стал моим союзником. Я так рада, что ты был рядом. Поэтому… давай начнем, — снова поблагодарила его насквозь пропитанная ложью богиня, раскрыв свои подлинные чувства. И в то же время Розалия накрыла руку юноши своей. А затем, подняв его руку, всё ещё сжимавшую Лаванквин, — пронзила демоническим мечом свою грудь. — …История… начинается со смерти богини Розе… Теперь же… правильный конец наконец начнется… — прерывисто шептала Розалия, сплёвывая кровь. Да, она заняла место Розе не для того, чтобы скрывать свою личность и действовать из тени. Истинная цель была в этом — украсть роль Розе и умереть как Розе. Всё лишь для того, чтобы её единственная лучшая подруга могла жить. Фальшивая «Богиня обмана и мошенничества» в итоге обманула даже роль Мирового Древа. — Кёя, прошу… Создай мир, где Розе сможет жить свободно… Настоящий мир, где нет нелепых ролей и сценариев!.. — Да, я обязательно это исполню. Загадав последнее желание, богиня Розалия тут же умерла. Доиграв фальшивую роль до конца ради мира, где сможет жить её подруга. Она никогда не увидит осуществления этой мечты… Но в свой смертный час она была уверена в том, что Кёя Кудзё обязательно претворит её в реальность. Тело богини начало исчезать, словно растворяясь. «Смерть богини Розе»… Тот неисполненный сценарий теперь был завершён. А раз так, остался только «Конец». — Ну что, начнём. Это конец света, — тихо произнёс юноша, оставшийся совсем один после смерти богини-соучастницы. В его голосе больше не было ни гнева, ни печали, лишь безэмоциональность, подобная бескрайней пустоши. Видя это пустое выражение лица, стоящие на коленях люди поняли. Этим действительно всё закончится. Однако… — Н-нельзя… Кёя!.. Отчаянно сопротивляясь давлению Кёи, Комари попыталась дотянуться до меча на поясе. Юноша посмотрел на её тщетные попытки взглядом, видящим всё насквозь. — Теперь я вижу причину, почему ты заходишь так далеко. Проклятие подаренной жизни… Ты всегда была чьей-то заменой. Поэтому чувствовала необходимость спасать других… Так вот почему, в самом конце ты пожелала: «Не для меня», верно?.. Она должна быть полезной в обмен на подаренную жизнь. Это было источником её чувства справедливости, и иногда это давало ей силы. Но… — Так не пойдёт. Не смей стоять передо мной, жалкая замена, у которой нет даже собственной причины сражаться, — холодно бросил Кёя. Ставший всемогущим юноша заметил. В тот момент, когда Комари даровала мечи света всем героям… меч не появился только у неё одной. Тот, кто не является героем, не имеет права бросать вызов владыке демонов. Это вполне естественно. Комари опустила голову, будучи не в силах возразить ему. Кёя, окончательно подавив ростки сопротивления, объявил всему миру: — Я начинаю подготовку к завершению мира. Но я не хочу мучить и убивать вас без нужды. Поэтому вы увидите сон. Мирный сон до того момента, пока мир не будет уничтожен. Считайте это наградой за то, что храбро сражались. Сказав это, Кёя легко щелкнул пальцами. В следующее мгновение весь мир начал искажаться. Началось изменение мира посредством Всемогущества. Люди, вещи, разум, концепции — всё превращалось в туман и смешивалось… Посреди всего этого Феррис тихо позвала юношу по имени: — Кёя… — Прости, Феррис. Но теперь я наконец смогу создать новый мир. И тогда… будем возделывать поля и жить в тишине вдвоём, — прошептал Кёя с той же застенчивой улыбкой, что и всегда. Феррис больше нечего было сказать юноше, который собирался разрушить мир только ради неё. …После чего всё исчезло, обратившись в туман. ---------- Интерлюдия. Мир Кёи Прямо сейчас я находилась перед огромной школой, состоящей из величественных школьных ворот, новёхонького парадного входа, общежития, напоминающего роскошный отель и сияющего школьного здания. Сбоку от ворот была вмонтирована табличка с надписью: «Частная школа Игграсия». К слову, вокруг меня повсюду стояли такие же новенькие, как и я. Глядя на своих одноклассников, я рефлекторно поправила униформу. — …Я-я же нормально одета, так?.. И в этот момент из-за спины раздался знакомый голос. — Доброе утро-с, Комари! — Здравствуй, Комари! — Ах, Риночка, Канонушка, доброе утро! Эти девушки были моими одноклассницами — Рин Гиондзи и Канон Ханабиси. Я дружу с ними с самого детства. — Что случилось, чего грустим? — Что-то произошло? — Нет, просто… мои волосы… Упрямый вихор, торчащий вверх, никак не хотел укладываться с самого утра. Тут откуда-то послышалось хихиканье. — Хе-хе-хе… А что, неплохо, это даже мило. С нежной улыбкой подошла к нам Феррис. Безупречная внешность, отличная фигура — первая красавица школы, на которую невольно заглядываюсь даже я, девушка. Мальчики часто признаются ей в любви, но поскольку она каждый раз отшивает их одной фразой: «Ты вообще кто?», парни боятся её и зовут «владычицей демонов». Но я знаю, что на самом деле она очень добрая. А ещё одной девочкой, пришедшей в школу вместе с Феррис, была… — Угу, по-моему, весьма в твоём духе Комари. Такой мягкий и пушистый стиль! — сказала Сисселочка, ярко улыбнувшись. Она обожала сладости, модно одеваться и была самой «современной» старшеклассницей среди нас. Она всегда сияла и была очень милой. А еще она была лучшей в клубе лёгкой атлетики, из-за чего я, у которой плохо со спортом, ей немного завидую. Кстати, как понятно по именам, они обе ученицы-иностранки. Они приехали к нам из… ой, не могу вспомнить. Но в этой школе, где много иностранцев, это не редкость. Риночка, Канонушка, Феррис, Сисселочка… Четыре мои драгоценные лучшие подруги, с которыми мы не разлей вода. Благодаря им школьные годы стали для меня счастливым временем! …Но тут… — Эй! Звонок уже прозвенел! Начнём урок! — сердито прокричала учительница Лалачка из школьного здания. — Чёрт, мисс Лала пришла-с! — Поторопимся, Комари! С виду она была маленьким ребёнком, но, говорят, она сверхгениальная девочка, которая перепрыгнула через множество классов и стала учителем. Вроде бы она мировой авторитет в бананологии. Я в этом не очень разбираюсь… но, в общем, злить учительницу Лалачку — себе дороже. В конце концов она надуется и обидится. — Ну же, идём, Комари! — Бегом, бегом! — Д-да! Подгоняемые звуком звонка, мы все вместе побежали. Так сегодня и началась наша, такая же, как и всегда, мирная и обыденная школьная жизнь. ※※※ Обеденный перерыв. — Эй-эй, вы в курсе про тот слух?! — начался как-то сам собой этот разговор, пока Комари ела сэндвичи в компании четверых подруг. Тему эту вдруг ни с того ни с сего подняла Сиссела… Правда, реакция остальных была вялой. — Опять это вступление-с? Как же ты любишь всякие сплетни, Сиссела. О чём это было в прошлый раз? — «Склад, ведущий в иной мир», вроде бы? Мол, на крыше есть запертый склад, а на самом деле он ведет в другой мир… если не ошибаюсь? — Боже, нельзя же говорить всякую ерунду. Комари ведь поверит. Услышав это, Комари захлопала глазами. — Э-э-э, а что, это неправда?! — Вот видишь! — Ну во-о-от, Комари верит всему подряд. Не надо ей всякие небылицы рассказывать. — Э-э, я же просто пересказываю слухи, которые слышала! — Ох-ох, Комари тоже слишком наивна даже по собственным меркам. Что вообще такое этот «иной мир»? Другого мира, кроме этого, существовать не может! Все рассмеялись. Если подумать, так и есть. Мир — это только то место, где мы сейчас находимся. Иных миров не бывает. И почему она поверила в такое? — Так, проехали, на этот раз всё серьёзно! Говорят, в школе поселилась бродячая кошка! И она вроде как супер-милая! На этот раз ответная реакция была куда лучше прежней. — Кошка, говоришь! Это интересно! — В нашем общежитии ведь нельзя держать питомцев. — Но правда ли это? Может, кому-то просто показалось? — засомневалась Канон. Но тут ответ пришел с неожиданной стороны. — А, этот слух — чистая правда. — Точно-точно, мы её недавно видели! В окно со стороны коридора просунули головы две старшеклассницы. — О, Кудзуха и Розалия! Кудзуха и Розалия — они также были членами ученического совета и знаменитостями с одними из самых широких связей в школе. — Вот видите, всё-таки правда! Ну и, где вы её видели? — А, Рэюшка говорила, что недавно видела её за северным корпусом. — Угу-угу, я тоже видела её где-то там! Пушистый черный котенок, ну про-о-осто милашка! Но она, похоже, людей боится, хотела было её погладить — сразу убежала. — Ого, вот он как, я бы тоже хотела её увидеть, — честно озвучила свои мысли Комари. Парочка ухмыльнулась. — Ого-о-о, правда? Ну, тогда пошли искать её прямо сейчас! — Э, но скоро урок… — Да всё норм! Ничего страшного, если немного прогуляем! Ну, пошли, Комарушка-а-а-а! — с хитрыми лицами искушали её Кудзуха и Розалия. …Да, эти двое знамениты именно как «главные проблемные дети школы». Комари была в полном замешательстве, но тут… — Ох, опять пристаете к младшеклассникам? С вами одни проблемы. Словно спасительница, появилась прекрасная девушка с андрогинной красотой — Розе. Благодаря своей редкой внешности и поведению, напоминающему привлекательного парня, она была главой ученического совета и пользовалась огромной поддержкой скорее среди девушек, чем среди парней. — Хватит глупостями заниматься, идём. Скоро звонок. — Ну ещё чуть-чуть же можно. — Вот-вот, Розе — жадина! — Хватит, быстро за мной. Будет жаль заставлять мистера Янаги ждать, не так ли? У него, несмотря на комплекцию, слабая психика… Что ж, прошу прощения, младшие. Напыщенно напоследок подмигнув, Розе утащила двоих старшеклассниц с собой. В целой школе только она была способна контролировать Розалию и её подругу. Они проводили взглядами эту клоунаду, и как раз в этот момент прозвенел звонок. Пока все в спешке возвращались на места, Комари тихо пробормотала: — Котёнок, значит… Хотела бы я на неё взглянуть. ※※※ После уроков. Как только прозвенел звонок с последнего урока, ученики тут же пришли в движение. Возвращение домой, клубы, прогулки — время после школы у учеников расписано плотно. И эти девушки не были исключением. — Ну же, Канон, поторопись-с! У нас сегодня собрание! — Я знаю! Но вот этот вертикальный локон нужно ещё немного, вот так, подкрутить… — Ой, я же дежурная по инвентарю! Ну, я побежала! — Хм, пожалуй, и мне пора идти. Четверка отправилась по своим клубам. Рин и Канон — в театральный, Сиссела — в лёгкую атлетику, Феррис хоть и не состояла в конкретном клубе, но из-за того, что была безупречна в спорте, искусстве и учёбе, её каждый день звали помочь разные клубы. Покидая в спешке класс, Феррис вдруг обернулась. — Комари, я сегодня планирую закончить пораньше. Так что позже зайду к тебе в комнату! — Хорошо, буду ждать! — улыбнулась Комари в ответ беспокоящейся о ней Феррис. В их дружной компании из пяти человек только Комари не состояла ни в одном клубе. Конечно, поначалу она думала чем-то заняться. На самом деле, она даже пробовала посещать разные клубы… Но ничего ей не подошло. Не этим я должна заниматься, — не могла избавиться она от странного чувства неправильности происходящего, какие бы клубы она ни пробовала — спортивные, творческие, научные кружки, и в итоге никуда не вступила. Впрочем, эта школа славилась свободными нравами. Клубная деятельность была не обязательна, и на самом деле тридцать процентов учеников сразу шли домой. Никто не смеялся над теми, кто не посещал клубы. А поскольку это был интернат, с друзьями можно увидеться сразу же после. Так что проблем не было. Просто… это не назвать громким словом «отчужденность», но пока Феррис и остальные не вернутся, ей всё-таки немножко одиноко. (Да ну, скажешь тоже). Я же не в начальной школе, стыдно говорить, что одной одиноко. Вернусь и займусь домашним заданием, — с этими мыслями Комари встала с места. …И в этот момент. Краем глаза, глядя из окна на задний двор школы, она заметила, как шевельнулась маленькая тень. — Неужели… кошка? Вспомнив слухи, которые они недавно обсуждали, Комари… решилась: «Ладно!» (Всё равно делать нечего!) И направилась за северный корпус. Здесь не было важных сооружений, сюда почти не падал солнечный свет, поэтому учителя и ученики редко заглядывали в это место. В каком-то смысле, это самое изолированное место в школы. И там, за северным корпусом, в тени густых деревьев… действительно была та самая черная кошка, которую она искала. Однако проблема была в том, что там была не только кошка. — О, здравствуй, Комари-сан. Рядом с чёрной кошкой, опустившись на колени и нежно гладя её по голове, была таинственная девушка со струящимися чёрными волосами, правильными, изящными чертами лица и миндалевидными глаза глубокого нефритового цвета. Комари знала имя этой девушки. — А, здравствуйте… Асука Кудзё… Асука Кудзё — младшая сестра одного парня из класса Комари. Впрочем, это всё, что она о ней знала. Не то чтобы она её избегала, но у них обычно нет точек соприкосновения, и они почти не разговаривали. Может, из-за этого, когда она стоит перед ней, её сердце почему-то бьется быстрее… — Не подойдешь? — А? — Разве ты не эту малышку искала? — спросила Асука, поглаживая кошку. Стоявшая как вкопанная Комари только тогда вспомнила, зачем пришла. — А, д-да… Приняла приглашение Комари и робко приблизилась к кошке. Она тут же поднял хвост трубой, настороженно принюхалась… а затем замурлыкала и стала тереться о Комари. — А-а-а-ах! Какая миленькая! — Хе-хе-хе, похоже, ты ей понравилась. А ведь она редко подходит к людям. Комари увлеченно гладила котенка рядом с нежно улыбающейся Асукой. Вдоволь насладившись пушистостью… у неё вдруг возник вопрос. — Кстати, откуда эта кошечка пришла? Потерялась, наверное? — Кто знает, откуда. Может быть… из иного мира. Озорно улыбнулась Асука. Услышав эти неожиданные слова, Комари вспомнила недавние слухи. — Ты тоже любишь слухи, Асука? — Да. Особенно истории про иные миры. Разве это не захватывающе? Где-то, не здесь, существует мир, и там живут люди, которых нет здесь. Я думаю, это чудесно… Согласна, Комари? В ответ на этот внезапный вопрос Комари… — Наверное… мне всё-таки было бы немного страшно, — честно ответила она. Асука весело улыбнулась. — Хе-хе-хе, брат говорил что-то похожее. Недаром они брат и сестра — эта её немного смущённая улыбка чем-то напоминает таковую у её брата, — подумала она и тут же осознала: «Я почти никогда не разговаривала с братом Асуки. Так почему же… я знаю, как он выглядит, когда улыбается?». Мало того… — Кстати, Асука, ты ведь на год младше нас, верно? Тогда почему… мы учимся в одном классе? — озвучила она внезапно возникший у неё вопрос. Но Асука лишь приложила указательный палец к губам. Но только она было собиралась спросить, что это значит, как вдруг… — Мяу! — Ува-а-а?! Котёнок, который только что вел себя смирно, внезапно сорвался с места и убежал. Может, она его чем-то обидела? — О нет, я что, разозлила его?! — запаниковала Комари, но, похоже, дело было не в этом. — Хе-хе-хе, нет же. Вот, посмотри. Приглядевшись, как ей и сказали, она увидела, что чёрная кошка остановилась поодаль, то и дело поглядывая в их сторону. — Она ждёт, чтобы ты побежала за ней. На самом деле эта малышка не любит одиночество. Поэтому… давай, постарайся поймать её. — Х-хорошо! Комари бросилась бежать, как ей и было велено, но вдруг передумала, остановилась и обернулась. — Точно, тогда пойдём вместе, Асука! Комари протянула руку… Однако Асука не стала её брать. — Нет, я не смогу. Так что… давай, поторопись. — Вот как… Может, у неё какие-то дела? Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. Комари снова бросилась в погоню за чёрной кошкой. В спину ей донесся тихий шёпот: — Прошу, позаботься о моём брате. — А? Она невольно оглянулась. Но Асуки уже нигде не было. Может, ей просто послышалось? Комари замерла в оцепенении на несколько секунд. Но тут снова раздалось мяуканье котёнка, и она вспомнила, что должна делать. — Ладно, уже иду! И началась погоня. Убегающая кошка свободно носилась по всей школе. Спряталась за книжными полками в библиотеке, поскакала по кабинету директора, пересекла спортзал, а затем даже искупалась в бассейне. И после всех этих долгих блужданий… в конце концов кошечка сбежала к лестнице, ведущую на четвертый этаж северного корпуса. Дальше была только запертая дверь на крышу. — Хе-хе-хе, теперь не уйдёшь! Дай мне тебя потискать! Шевеля пальцами в предвкушении, Комари загнала её в угол. Но кошечка пулей взлетела по лестнице. Конечно, впереди была лишь закрытая дверь. Тупик. Комари, хихикая про себя «попалась», поднялась по ступеням… Но там никого не было. Котёнка нигде не было видно. И Комари сразу поняла, почему. — Ой… дверь открыта?.. Дверь на крышу, которая обычно должна быть заперта, была слегка приоткрыта. Вероятно, она сбежала через неё на крышу. Раз так, — Комари тоже толкнула дверь. И, как и ожидалось, кошечка была там… Правда, вместе с тем, кто пришёл раньше. Слегка вьющиеся чёрные волосы, глаза глубокого изумрудного цвета, простое лицо без единой запоминающейся черты… Этот неприметный юноша, словно олицетворяющий собой «обычного старшеклассника, каких полно везде», привычным движением подхватил трущегося у его ног котёнка. И стал нежно поглаживать его по голове, смотря с края крыши куда-то вдаль. Ничего не делая, ничего не говоря, просто в тишине. Возможно, потому что со спины он выглядел очень одиноким, Комари, сама того не замечая, прошептала его имя: — Кудзё… — Привет, Комари. Получив ответ, она вздрогнула и пришла в себя. Кёя Кудзё… Неприметный парень из её класса и родной брат Асуки Кудзё. Почему-то она назвала его по фамилии, хотя они почти никогда не разговаривали. Честно говоря, было довольно неловко. Тем не менее было бы невежливо развернуться и уйти, раз уж она сама его окликнула… Пока Комари мялась в нерешительности… — Не подойдешь? Теперь, когда её позвали, было уже не до колебаний. Не придумав отговорки, чтобы отказаться, Комари смущённо подошла к Кёе. После чего он сказал: «Держи», и передал ей котёнка. — Ты ведь за ней бежала? — А, да… Брошенная кошечка, довольно заурчала в руках Комари. Видимо, она была рада, что её всё-таки поймали. Теперь цель Комари была благополучно достигнута. Только вот… — Эм… А что ты здесь делаешь, Кудзё?.. Юноша был на этой крыше с самого начала. Что же он делал в таком пустынном месте? На это Кёя с бесстрастным лицом ответил: — Да ничего особенного, — а затем тихо добавил: — Ну… я бы сказал «смотрел». Услышав эти слова, Комари неосознанно проследила за взглядом юноши… и только тогда заметила красоту пейзажа, открывающегося с крыши. Парк, где играют дети. Неспешно текущая речушка. Торговая улица, где весело снуют люди. С крыши можно было окинуть взглядом этот бесконечно мирный свет. Нет, не только его… — Эй, Хина. Прости, я тебя сильно заставила ждать? — М-м-м. Всё в порядке. — Тогда пойдем домой вместе. Я сегодня испеку печенье! — М-м-м! Сладости от Канан! Жду с нетерпением! — О! Наконец-то я нашел тебя, Урато! Ну что, давай сразимся! — Э-э, не хочу, лень. Ты хоть и слабый, а сразу заводишься, братик Сисио. — Я во всём выкладываюсь на полную! Ха-ха-ха!!! — Что ты несешь, это же всего лишь файтинг… — О, Ицуки, слыхал? В местный аркадный зал завезли тот самый новый шутер. Давай перебьем все рекорды мелких пацанов! — Эх, Юки Синдо, тебе, как я погляжу, по-прежнему нравятся глупые игры. — А? Нарываешься? Ну, тогда я один пойду, мне без разницы. — Ох-ох, у тебя не только с головой, но и с ушами плохо стало? Я не говорил, что не пойду. Только смотри, не будь мне обузой, хорошо? — Фу-а-а, подожди, Имир, ты идешь слишком быстро... — Боже, Хельза, соберись. Что ты собираешься делать в будущем с таким отношением? — Э-э, ну, как-нибудь само образуется. — Блин, ты как маленькая… Ладно уж, я побуду с тобой. ----… --… — Вау, как хорошо отсюда слышно чужие голоса!.. Из-за конструкции школы ветер, вероятно, доносил голоса до самой крыши. Было слышно не только тех, кто в школе, но и учеников во внутреннем дворе, на школьном дворе и у входа. И все эти голоса были полны радости наслаждения «настоящим»… Комари чётко поняла, почему юноша был здесь. Наверняка он смаковал эту мирную повседневность. И пока она некоторое время была очарована видом с крыши... он внезапно спросил: — Эй, Комари, как тебе этот мир? Весело? — А?.. Да, конечно, весело! — несмотря на замешательство, уверенно кивнула Комари. Комари искренне любила свои будни, ведь у неё были любимые друзья и драгоценная повседневная жизнь, и ничто не внушало ей страха. В этом не было ни капли лжи. Однако… — …Но иногда мне кажется, что на самом деле я должна быть не здесь. Словно где-то в другом месте есть что-то, что я должна сделать… — сама того не заметив, озвучила она то небольшое беспокойство, что таилось в её душе. Конечно, она никогда и никому об этом не говорила. Но она постоянно испытывала внезапно возникающее ноющее чувство неправильности происходящего в закоулке мирных дней. Я должна быть не здесь. Я должна делать не это. Слабая боль, похожая на маленькую занозу в пальце… — Ой, что это я говорю, а-ха-ха… — придя в себя, засмеялась Комари, пытаясь сгладить неловкость. Если сказать такое парню, с которым впервые нормально разговариваешь, он наверняка шарахаться от тебя будет. Однако юноша не засмеялся… Впрочем, и соглашаться тоже не стал. — Тебе это просто кажется. Нет никакого «того, что ты должна сделать». Миссия, роль — всё это лишь самовнушение. Людям достаточно просто жить свободно, и всё, — почему-то безапелляционно заявил юноша. Это звучало так, словно он внушал это кому-то. Быть может, он что-то знает? Что-то очень важное об этом мире, — подумала она, но в этот момент снизу раздался голос. — М? Эй, Комари, так вот где ты была! Пойдем домой вместе! Поиграем в новую игру! Глянув в сторону, откуда раздался голос, она увидела Феррис, машущую рукой у школьных ворот. И в тот же миг чёрная кошка, которую она держала, выпрыгнула и вернулась на руки к юноше. — Ну же, тебя зовут. Иди быстрее. Будет плохо, если она обидится. — Д-да… Хотелось бы поговорить с ним еще немного, — подумала она где-то в глубине души, но Феррис уже начала притопывать ногой, торопя её. Нельзя заставлять её ждать дольше. После недолгой борьбы с собой Комари поспешно развернулась. — …Больше не приходи сюда, — бросил ей на прощание юноша. ※※※ Утром она проснулась с восходом солнца. В голове, ещё не отошедшей от сна, пульсировало сильное чувство тревоги. Она должна была что-то сделать. Она паниковала, не понимая причины. Сердце бешено колотилось. Поэтому Комари схватила меч, стоявший в углу комнаты. Замахнуться, опустить. Замахнуться, опустить. Замахнуться — Дзынь. Раздался резкий звук разбивающейся лампочки. От него она резко пришла в себя. То, что она сжимала, думая, что это меч, оказалось простой метлой. Под ногами валялись осколки стекла. …Ах, что же я наделала, — сокрушалась она, а тем временем из соседней комнаты, ожидаемо, влетела Сиссела. — Ты в порядке, Комари?! Что случилось?! — Э-хе-хе, прости… Я спросонья… — Спросонья… Боже, не пугай меня так. Ну ладно, давай быстро уберем. Сказав это, Сиссела начала собирать разбросанные осколки стекла голыми руками. — А, опасно же, ты можешь пораниться!.. — невольно попыталась остановить её Комари, но Сиссела лишь удивленно нахмурила брови. — Ась? Ты о чём, Комари? Как я могу пораниться? Ты что, всё ещё не проснулась? Ах да, точно, — вспомнила Комари. В этом мире люди не могут пораниться. Они не болеют и не попадают в аварии. Разумеется, войны и происшествия тоже не случаются. Мирный и спокойный мир, защищённый чем-то великим — вот каким было это место. Это же само собой разумеющаяся истина, почему она об этом забыла? …Но она подумала и о другом: Если войн и болезней не существует… тогда почему я знаю слова «война» и «болезнь», которых не должно существовать? Снова это ноющее чувство неправильности происходящего… Всё-таки что-то здесь не так. — Комари? Ты точно в порядке? — У-угу… — Правда? Ну ладно, тогда пошли в школу! И так снова начинаются мирные будни. Класс перед началом занятий. Собрались всё те же друзья. Когда они увлечённо болтали о всякой ерунде, разговор внезапно коснулся вчерашнего. — Кстати, Комари, а что ты вчера там забыла? Снизу было плохо видно, но… там ведь был кто-то ещё, да? — Эм… я гналась за кошкой, а там оказался Кудзё… Стоило ей невзначай упомянуть имя юноши, как все вдруг бурно отреагировали. — М! — Кудзё?.. А, брат Асуки? — Вы были наедине?! — Он тебе ничего не сделал-с?! — В-всё в порядке, мы просто немного поговорили!.. — поспешно объяснила она, и Рин с остальными выдохнули с облегчением. — А что вы думаете о Кудзё?.. — Ну, он выглядит безобидным-с. — Однако я не одобряю то, что вы остались наедине! Комари, тебе ещё рано!.. Ах, неужели тебе нравятся такие мужчины?! — Н-нет же! — Верно-о, Кудзё, честно говоря, какой-то неприметный. Мне больше нравятся подтянутые красавчики, — безапелляционно отрезала Сиссела. Девичьи разговоры — вещь беспощадная. …Однако кое-кто возразил оценке Сисселы. — …Н-ну, я думаю… выглядит Кёя не так уж и плохо… — пробормотала Феррис, и её щеки слегка окрасились румянцем. В тот же миг глаза всех присутствующих округлились от шока. — …М-м? Ч-что это у вас всех за взгляды?! — Нет, ну просто я впервые слышу, чтобы Феррис называла парня по имени… — К тому же такая высокая оценка! От той самой Феррис, которую боятся как «владыку демонов»! Это же стихийное бедствие! Она совсем поплыла! — В-вовсе я не поплыла! — Да нет же, ты реально смущаешься! Так значит, Феррис нравятся такие парни? Это правда неожиданно! Слушай, это редкость, можно я сниму? — Так, ну-ка! Не снимай видео! Девичьи разговоры о мальчиках становились всё оживленнее. Посреди этой суматохи Комари тихо пробормотала: — Вот как… Значит, Феррис нравится Кудзё… Подумав об этом, она невольно перевела взгляд на виновника обсуждения — Кёю Кудзё, сидевшего за партой в самом углу. Но именно в этот момент юноша вдруг встал и вышел из класса. Комари тут же хотела было броситься за ним, но тут в дверях появилась Лала. — Та-ак, начинаем уро-ок! Все по места-а-ам! — Э, но Кудзё … — …? О чём вы говорите? Отставить разговорчики! По этой реакции Комари поняла, что не только Лала, но и никто не придал значения тому, что юноша исчез. Словно он один находился где-то в другом мире. Она совсем не могла сосредоточиться на уроке. И снова наступило время после школы. (Я-я ищу кошку, так что ничего такого, верно?..) Оправдываясь в мыслях перед неизвестно кем, она направилась к лестнице, ведущей на крышу. «Больше не приходи сюда» — она, конечно, слышала сказанные ей на прощание слова. Но любопытство оказалось сильнее, и она пришла снова. Придумав предлог с поиском кошки, Комари попыталась дверь, но… — …Ась? Дверь не открывалась. Похоже, она была заперта. Тут уж ничего не поделаешь. Только она, понурив плечи, собралась уходить, как вдруг её окликнули. — О, что вы здесь делаете? Внизу лестницы она столкнулась с невероятно красивой взрослой женщиной. — Мисс Фрейя… А, эм, я ищу кошку… — Хм, вот как… А действительно ли ты ищешь именно кошку? — ответила Фрейя озорным вопросом на её импровизированную ложь. — Ау… ну… Под её взглядом, казалось, видящим всё насквозь, Комари невольно призналась: — …И-извините, на самом деле там есть человек, который мне немного интересен… А, ну, то есть, «интересен» не в том смысле!.. — начала в панике оправдываться Комари. Фрейя весело рассмеялась, со словами: «Понимаю», а затем добавила шёпотом: — Всё хорошо. Не жалей сил и следуй зову сердца, пока не придёшь к финалу, которого ты желаешь. Где-то она уже слышала эти слова. Но прежде чем она успела вспомнить где, Фрейя мягко сжала её руку. — Возьми. Тебе это понадобится. Ей вручили маленький серебряный ключ. — Это же… Почему вы даёте его мне?.. — Ну… скажем так, это благодарность за то, что ты придала мне храбрости. — …? О чём вы? Но Фрейя не стала отвечать и просто ушла. Ошеломленно проводив её взглядом, Комари вспомнила о ключе… Не нужно было долго думать, от какой он двери. Как и ожидалось, дверь на крышу открылась легко. Однако… — …Было заперто, значит, его здесь быть не может… Юноши, которого она искала, нигде не было. Зато её взгляд зацепился за кое-что в углу крыши. Там одиноко стоял маленький склад… Тот самый, который любящая слухи Сиссела называла «запертым складом». Комари, словно завороженная, подошла к нему. «Запертый склад, ведущий в иной мир». Судорожно сглотнув, Комари боязливо взялась за ручку… но дверь не поддалась. Видимо, здесь тоже было заперто — дверь склада не двигалась ни на миллиметр. — Ну, так и должно быть… Она почувствовала облегчение, но в то же время и легкое разочарование… В любом случае, оставив эту затею, Комари заметила метлу, прислоненную к стене склада. Может уборщик забыл? От нечего делать Комари машинально взяла метлу в руки. И… сама не заметила, как замахнулась ей. Замахнуться, опустить. Замахнуться, опустить. Она повторяла движения, имитирующие удары мечом, думая о том, как глупо это должно быть выглядит со стороны. Но с каждым взмахом метлы тяжесть на душе, казалось, рассеивалась… И всё же, что-то было не так. Сжимать она должна была вовсе не метлу. Ей казалось, это должно быть что-то другое… — Что ты делаешь? — внезапно раздался голос из-за её спины. — Хья-а-а-а-а?! Испуганно обернувшись, она увидела юношу, на лице которого читалось недоумение. — Я же говорил, не приходи сюда. — Ау-у… Прости… — честно извинилась она. Юноша слегка пожал плечами. — …Ну, это свободный мир. Никого нельзя принуждать. Делай что хочешь. Сказав это, юноша снова подошел к ограждению, как и вчера. Комари робко последовала за ним. В мире, на который он смотрел с края крыши, и сегодня царила мирная повседневность. Только… взглянув на него, она заметила, что в этот раз юноша не просто безучастно смотрел вдаль, а пристально глядел в одну точку. Проследив за его взглядом… она увидела Феррис. Похоже, сегодня она помогала теннисному клубу и задорно размахивала ракеткой. Кёя не отрываясь смотрел на неё. С очень нежным выражением лица, которого Комари никогда раньше у него не видела. Стоило увидеть его профиль, и всё сразу становилось ясно. — Н-неужели… тебе … н-н-нравится Феррис?.. — невольно спросив это, Комари тут же закрыла рот рукой. Она задала до ужаса бестактный вопрос. О таких вещах обычно говорят, когда уже достаточно сблизились… Пока Комари раскаивалась, она получила неожиданный ответ: — Да, я люблю её больше всех на свете, — заявил он куда прямолинейнее, чем она ожидала, с абсолютно серьёзным выражением лица. — Л-л-л-люблю?! От такой прямоты лицо Комари залилось румянцем, но… — …Шучу. Та, кого я люблю, — другой человек с тем же именем. Не эта Феррис. — Фух, напугал… Комари с облегчением выдохнула. Если бы её подруга, с которой она всегда вместе, оказалась героиней страстной любовной истории, Комари не знала бы, как теперь смотреть ей в глаза. — Но это чудесно. Ты с такой уверенностью говоришь о том, как любишь ту Феррис… А, эм, как вы встретились? Это было что-то судьбоносное? Что стало причиной такой страстной любви?! — Да так, ничего особенного… — Расскажи пожалуйста! Я хочу узнать! — начала донимать его Комари, внезапно заинтересовавшись этим. Разве я такая напористая? — подумала она, но не могла остановиться. Словно заразилась любовью к сплетням от Сисселы. Под таким напором юноша смущённо почесал щеку. — …Правда, ничего особенного. Ни судьбоносной встречи, ни чудесных событий. Я просто случайно встретил её, и мы просто были вместе. Это были скучные дни, о которых особо нечего рассказывать. И юноша начал неторопливо рассказывать о днях, проведенных с Феррис. Это действительно были самые обычные будни. День, когда случилось что-то радостное. День, когда случилось что-то грустное. Обычный день, когда не произошло ни того, ни другого… В буднях, о которых он рассказывал, не было взлетов и падений, и история действительно могла показаться скучной и неинтересной. Но… в сердце слушавшей её Комари их будни вливались яркими образами. Незнакомая пустошь, незнакомый Кёя и незнакомая Феррис. Тридцать тысяч лет, которые они провели вместе, — и чувства, сплетённые там, скромная повседневность, безгранично глубокое и тихое счастье передавались через этот мир, словно в калейдоскопе. — Мы были вместе каждый день, это было само собой разумеющимся, и так продолжалось тридцать тысяч лет… Поэтому я сам не заметил, как начал желать быть с ней и завтра. Их скучные будни длились тридцать тысяч лет. Поэтому он хотел быть вместе с ней и в первый день после тридцати тысяч лет. Это всё, чего он желал. Желал раньше, однако… — Но этому не суждено было сбыться. На неё была взвалена судьба, с которой никто ничего не смог бы сделать, да и она сама приняла её, — говорил он, в то время как на его щёки легла тень. — Но я не такой храбрый, как она. У меня не было мужества принять это. Как бы это ни было правильно, как бы ни было неизбежно, даже если она сама этого хотела… Я не мог оставить её одну в пустоши. Я всё равно хочу, чтобы она мирно улыбалась. Хочу, чтобы она наслаждалась свободой под солнцем. Поэтому… я не могу не протянуть ей руку. Даже если цена этому — весь мир. С каждым словом тень юноши сгущалась. Казалось, она вот-вот поглотит сам мир… Но лишь показалось. Выражение лица юноши вдруг смягчилось, и он улыбнулся. — …Хотя это всё просто оправдания. Да, он прекрасно знает, что то, что он собирается сделать, — ошибка. Что такая эгоистичная причина никем не будет понята, да и не должна быть. Но… Комари отвергла его самоиронию. — Я понимаю твои чувства. Хоть и не в полной мере. Потому что это очень в твоём духе, Кудзё… нет, Кёя. В глазах Комари отражался не безжалостный, злейший великий владыка демонов. А обычный, напуганный мальчишка, отрезанный от мира и оставленный в одинокой пустоши. — …Комари, неужели ты… Заметив перемену в девушке, Кёя в замешательстве отступил назад. Комари задала ему тот же вопрос, что и он ей: — Скажи, Кёя, тебе нравится этот мир? Кёя на мгновение запнулся с ответом… но затем кивнул с выражением смирения на лице. — …Да, нравится. В этом мире она может свободно улыбаться и жить. Поэтому я иногда думаю, что, может быть, лучше оставить всё как есть… Но всё-таки это не то. Здешняя Феррис — не та, кого я хочу спасти. Если сделать этот мир конечной точкой, исчезнет сам факт того, что она существовала. Поэтому я должен это сделать. Какой бы ни была цена. Юноша снова выдал тот же ответ, что и когда-то. Его непоколебимая воля, вложенная в эти слова, заставила атмосферу дрожать от жуткой злобы… Но теперь Комари понимала его испуганную душу, скрытую за этой угольно-чёрной решимостью; его полную одиночества истинную сущность, которая трепещет перед злодеянием, которое он собирается совершить, но всё же не может побороть страх потери дорогого человека и вынужден двигаться только вперёд. Поэтому Комари улыбнулась. Словно подбадривая испуганного мальчика. — Всё хорошо, не бойся. Я… обязательно тебя остановлю! — …Прекрати, Комари, — резко предупредил её Кёя, осознав, что она собирается сделать. Но Комари не остановилась. Развернувшись, она направилась к запертому складу, одиноко стоящему в углу крыши. В тот миг, когда она слегка прикоснулась к двери, замок, который должен был быть закрыт, с лёгкостью открылся. Словно он с самого начала ждал этого момента. И в центре распахнутого склада находился он. Прямой, идеально выкованный, ужасно невзрачный меч без каких-либо украшений на рукояти или гарде, который просто тихо ждал кого-то. — …Если ты вытащишь его, пути назад уже не будет, — бросил он ей в спину своё последнее предупреждение. Несомненно, оно было продиктовано заботой о Комари. Но именно поэтому… Комари положила руку на меч. Не потому, что кто-то заставил. Не из-за проклятия подаренной жизни. И не ради мира, что существует бесцельно. Сейчас она сжимает меч только ради того, чтобы спасти этого юношу. Невзирая на миссию, проклятие или роль, лишь повинуясь собственной воле. Не кто иная, как Комари Имари… …Чтобы спасти от этого вечного одиночества… Не кого иного, как Кёю Кудзё… — Кёя, пожалуйста, подожди немного. Я обязательно спасу тебя. И она извлекла меч из ножен. Прекрасное семицветное сияние, исходившее от клинка, наполнило небо светом, и затем… ярко рассекло мир Кёи Кудзё. ----… --… Хлынувшее сияние зари постепенно угасало. Когда ослепительный свет померк… все, кто находился в мире богинь, ошеломленно заморгали. — Ч-что это было?.. — Изменение мира?.. Присутствующие здесь понимали, что… спокойный мир, в котором они были только что… был не просто сном наяву. Да, это определённо была реальность. Часть Всемогущества, которое обрёл Кёя Кудзё — другой мир, созданный путём изменения мира. Поэтому непонятно было другое… как они смогли вернуться? Ведь юноша, пробудившийся как злейший владыка демонов в мире, обладал силой, которой никто уже не мог противостоять. И только сам Кёя понимал причину. — …Так вот оно, твоё Всемогущество… Там, куда смотрел Кёя, стояла девушка — Комари, которая сжимала в своих руках меч, которого ещё недавно у неё не было. «Меч Древнего»… Воплощение сильнейшего оригинального навыка — тот самый меч, который во всем мире не могла использовать только Комари. Теперь она уверенно сжимала его. Да, не из чувства вины за то, что получила чужую жизнь. Не из чувства долга, что должна что-то сделать. А лишь ради того, чтобы спасти этого юношу, она по собственной воле обнажила меч, и тот наконец признал Комари Имари своей хозяйкой. Однако Кёя уже заметил изъян. — Получила сильнейший меч, значит?.. Но этого всё еще недостаточно. Ты не можешь использовать и десятой доли его силы. Так тебе ни за что меня не победить. Действительно, силой меча она разрушила изменённый мир… Но до всемогущества ей было ещё далеко. Пусть она и взяла меч в руки, она лишь только что вынула его из ножен. Собственных сил Комари слишком мало, чтобы овладеть им. Каким бы острым ни был меч, в руках новобранца он бесполезен. Их безнадёжная ситуация нисколько не изменилась. Поэтому Кёя вынес приговор: — Изменение мира было проявлением моей заботы, чтобы всё закончилось мирно… Но что поделаешь, вы сами выбрали это. Объявляю всему человечеству: я приступаю к последним приготовлениям для уничтожения мира. Займёт это, пожалуй… «три года». Этого хватит, чтобы завершить последний Мистлтенас. Отсрочка до конца света, которую объявил Кёя, была слишком короткой. — До тех пор запрещаю вам сражаться. Проведите по-человечески, разумно хотя бы свои последние три года до того дня, когда мир сгинет, — заявил Кёя, словно это был свершившийся факт. …Нет, это не метафора. Теперь, когда он получил оригинальный навык и стал злейшим владыкой демонов, не осталось никого, кто мог бы ему оказать ему сопротивление. Если Кёя говорит так, то это обязательно случится. …Однако здесь был один человек, который не принял это. — Я не позволю этому случиться, — прямо возразила Комари Кёе, который стал абсолютным существом. Кёя вздохнул, словно пораженный её поведением, которое было слишком безрассудным, чтобы считать его проявлением отваги. — Х-ха… Я же только что сказал. Тебе это не под силу. Ты понимаешь, почему я до сих пор тебя не убил? Потому что ты самая слабая в мире. Ты была признана владельцем «Меча Древнего»? И что с того? Просто владеть им бессмысленно. А с твоими способностями ты, как ни старайся, не сможешь им овладеть. Раз Фрейя мертва, передать его тоже нельзя. Значит, чем убивать тебя и заставлять меч исчезнуть, лучше оставить его придавленным таким грузом в твоём лице. Так не придётся беспокоиться, что родится новая сдерживающая сила. Сейчас Кёе стоило опасаться лишь того, что за три года родится сила света, способная противостоять владыке демонов Кёе. Но пока существует сильнейший меч — «Меч Древнего», другая сила для поддержания баланса не родится. Таковы правила Мирового Древа. — Ты в самом деле оказываешь мне услугу тем, что последняя надежда — это ты, Комари, — холодно бросил Кёя. В этих словах, полных презрения и насмешки, казалось, было намерение сломить её дух. В ответ на это… Комари честно кивнула. — Да, ты прав. Я слаба. Мне не победить тебя, Кёя, — прямо подтвердила Комари насмешки Кёи, однако в её глазах не было покорности. — Но… это сейчас. В этот миг Кёя глубоко вздохнул. Только он понял истинный смысл этих слов. — А, вот как… Ну да, понятно, о чём ты думаешь. Но скажу прямо — ты потерпишь неудачу. Я уже видел триста миллиардов вариантов будущего, и во всех них ты умирала. Так что брось эти глупости и проживи свои последние мгновения в спокойствии. — Вот как? Тогда посмотри триста миллиардов и ещё один раз! Наверняка там есть будущее, где все смогут улыбаться друг другу! — заявила Комари без тени сомнений, несмотря на то, что всё озвученное управляющим причинностью Кёей должно быть неизбежным будущим. И всё же Комари заявила это без тени сомнения. Кёя пожал плечами, всем видом показывая, как это глупо. — …Ясно. Что ж, делай что хочешь. Он хорошо знал характер девушки по имени Комари. Сколько её ни предупреждай, если она сказала, что сделает, значит сделает. Тогда ему всё равно. Пусть мучается зря и умрёт как хочет. Кёя больше не оборачивался. Он быстро развернулся и исчез в ином пространстве. Он вошёл в свой изолированный мир, чтобы подготовиться к уничтожению мира. Никто уже не мог последовать за Кёей. Когда присутствие великого владыки демонов исчезло… люди, которых силой поставили на колени, наконец обрели свободу. Однако радости на их лицах не было. — Дело дрянь… честно говоря, с этим ничего не поделаешь. — Три года, значит… Слишком мало… — мрачно пробормотали Кудзуха и Янаги, двое сильнейших в мире. …Именно они понимали, что сила нынешнего Кёи была на ином уровне. За какие-то жалкие три года ничего нельзя было сделать. И всё же, здесь был лучик надежды. — Комари… что ты собираешься делать? — спросила Феррис. Зная Кёю лучше всех, она понимала, что Кёя, ставший поистине величайшим в мире злом, всё еще чего-то опасался. Он увидел в девушке по имени Комари возможность представлять ему угрозу. Именно поэтому он пытался сломить её дух. И Комари озвучила суть этой возможности. — Я видела тот мир, где вы были вместе с Кёей… ту пустошь, где остановилось время. — …! Неужели ты?.. Этих слов было достаточно, чтобы понять, что собирается сделать Комари. Да, за три года противостоять Кёе невозможно. Но что, если это не «три года», а «тридцать тысяч лет»? Вывод Комари был предельно прост. Если она не может овладеть «Мечом Древнего», нужно тренироваться, пока не сможет. Если у него сила иного уровня, нужно самой подняться на эту высоту в той самой пустоши, где застыло время, — так же, как когда-то Кёя сделал это, чтобы спасти Феррис. Поняв её намерение, Феррис… однако, покачала головой. — Забудь об этом, Комари! Конечно, в той пустоши три года станут тридцатью тысячами лет. Но это слишком безрассудно! Когда я тренировала Кёю, у меня была сила владыки демонов. Я могла легко восстанавливать и тело, и дух. Именно благодаря этому условию Кёя стал таким сильным… Но сейчас я на это не способна. Если ты умрешь в процессе тренировки, начать сначала будет нельзя. Чтобы догнать Кёю, нужно пройти тренировку, рассчитанную на десятки миллионов смертей, ни разу не умерев. Это невозможно!.. Сказать «тренироваться тридцать тысяч лет» легко. Но на деле всё не так. Это невероятно суровая прокачка, подразумевающая десятки миллионов смертей… Только преодолев её, Кёя получил свою нынешнюю силу. Следовательно, чтобы попытаться догнать его, ей нужно пройти точно такую же адскую тренировку, не умерев ни разу. Если сдерживаться, чтобы не дать ей умереть, — она не обретёт силу, а если ошибиться — ей конец. С какой стороны ни посмотри, это абсурдно непроходимая игра. Как и предсказывал Кёя, она несомненно просто умрёт где-то в процессе. Но даже понимая это, решимость Комари не пошатнулась. — Даже если так, я не хочу сдаваться! Не потому, что должна. А потому что я, по своей воле, хочу спасти Кёю!! — решительно заявила Комари, в прямом взгляде которой больше не было никаких сомнений. …Но именно поэтому Феррис колебалась. Когда-то она устроила тренировку юноше, который смотрел на неё таким же прямым взглядом, как Комари. И в результате любимый ею юноша стал злейшим владыкой демонов. То же самое может случиться снова. Больше всего она боялась, что может снова своими руками сделать дорогого человека несчастным. Однако… — Как же всё-таки ослепительны юнцы, пытающиеся ухватить будущее. Раз так… этот старик поможет тебе всем, чем сможет. — Ха, ну, «мирный конец» — это не в моём стиле. А что, неплохо — последняя великая азартная игра мира. Злейший владыка демонов против провалившейся героини… Коэффициенты будут бешеные! Я ставлю всё на Комарушку! Янаги и Кудзуха снова поднялись. В их глазах зажёгся огонёк, казалось, раздавленной надежды. И не только они. — Я тоже помогу-с! — И я буду рядом до самого конца, подруга! — М-м-м, я помогу с тренировкой! — Ладно уж, я в деле! — Хм, ну, это лучше, чем ничего не делать. Герои, которые должны были склониться перед подавляющей силой, вставали один за другим. Да, возможно, у нынешней Феррис нет былой силы. Но зато теперь у неё так много товарищей. Есть люди, которых объединяет общая надежда на будущее, и есть мир, который они хотят защитить. А раз так, то надежда точно есть. — Феррис, пришёл наш черёд спасти Кёю! Улыбнувшись, Комари протянула ей руку. Всё еще напуганная Феррис… дрожащими пальцами всё же сжала её. Как тогда, когда она вместе с юношей выбралась из пустоши. — …Пожалуй, ты права. Возможно, теперь пришла моя очередь. Зарядившись храбростью от Комари, Феррис поднялась на ноги. Да, сдаваться ещё рано. Ведь эта история ещё не закончилась. — Жди нас, Кёя! Так Комари и остальные двинулись в путь. В тот опустошённый мир, где всё началось. ----… --… -… И вот обещанные три года прошли. ---------- Глава 3. Финальные титры Глубины Мирового Древа, куда не достигает свет. Самое тёмное, закрытое иное пространство внутри изнаночной сферы явлений. В этом месте, о котором никто не знал, парила угольно-чёрная сфера. Изолированная от мира, она была гробом, коконом и яйцом. Грезя о конце света, она лишь тихо пульсировала. …И вот, момент настал. Сфера, отметившая девяносто четыре миллиона шестьсот восемь тысяч биений, внезапно зашевелилась. Едва по поверхности, словно рябь, пробежали волны, как от вершины вниз пролегла трещина, и… изнутри показалась фигура юноши — Кёи Кудзё. Юноша, вышедший из отвергающего свет кокона, два-три раза сжал и разжал ладони, проверяя ощущения. Словно он давно не ощущал наличия плоти. …И кое-кто встречал этого юношу. — Вы проснулись, мой владыка? — …Что, ты всё еще здесь, Сноэлла? Почтительно преклонив колено, богиня мышления Сноэлла поднесла ему одежду. Похоже, она всё это время ждала его пробуждения. …Однако эта её манера поведения, подобная покорной слуге, тут же испарилась. — Пф, всё такой же грубый мальчишка. Что значит «ты всё еще здесь»? Мне ведь некуда возвращаться. Я же на твоей стороне, — как всегда огрызнулась Сноэлла, и след её былой покорности простыл. Хотя Розалия сняла с неё оковы ещё три года назад, она всё равно осталась на стороне Кёи. Она совершила немало гнусных поступков, так что места в этом мире для неё быть не могло. — Вот как. Ну… извини, — искренне извинился Кёя, продевая руки в рукава принесенной одежды. — Вот то-то же! К тому же ты даже одежду не подготовил. Что бы ты без меня делал?! — продолжала ворчать Сноэлла, но… затем добавила одну фразу: — Кроме того, ты ведь владыка демонов, так? А значит… тебе не мешало бы иметь хоть одного подчиненного для солидности. — И то верно. Спасибо. — Д-да ты чего, не надо меня благодарить! — Сноэлла, чьи щёки слегка порозовели, затем посмотрела Кёе прямо в глаза. — Взамен… разнеси всё до основания. Весь этот мир, переполненный дурацкими ролями. Своей силой. — Да, я с самого начала так и планировал. Кёя спокойно, но уверенно кивнул и направился к выходу из пространства. Сноэлла склонила голову ему в спину. Глубоко, почтительно, вкладывая в этот жест всё своё уважение. Как его единственный в этом мире вассал. — Берегите себя, владыка демонов. За пределами изолированного пространства оказался роскошный большой зал. В дальней его части возвышался величественный трон. Вероятно, Сноэлла соорудила его от нечего делать за эти три года. С горькой усмешкой от такой «аутентичности» Кёя сел на трон. А затем… просто тихо закрыл глаза. Он ничего не предпринимал. Юноша просто ждал. Ведь именно так и должен вести себя владыка демонов. …И первый посетитель не заставил себя долго ждать. — …Как я и думал, первой окажетесь вы. Всё так же быстры на подъём, Кудзуха? — Ха-ха, ну а как иначе-то? Такая уж у меня роль, — выражаясь в своей навевающей воспоминания шутливой манере, телепортировалась Кудзуха Минахо всё с той же надменной ухмылкой на лице. — Ну и, что вам нужно? Неужели… решили проверить мои силы, выступив в роли авангарда? — Эй-эй, ты что, не проснулся ещё? Я свой выход уже прошляпила. Я не из тех девушек, которые, будучи статистками, лезут на главную сцену, не умея читать атмосферу… Я сюда так, немного развлечься пришла. Тебе ведь нужен кто-то, чтобы скоротать время до появления главного героя? — притворившись равнодушной, Кудзуха вальяжно уселась и спросила: — Ну как? Хорошо спалось? Какие сны видит владыка демонов? — Да ничего необычного. Сны о Феррис. — Ха-ха-ха! С определенной точки зрения ты звучишь как опасный сталкер. Хотя, пожалуй, я как-то поздновато уже это подметила! Ха-ха-ха-ха! — задорно рассмеялась Кудзуха. Похоже, она действительно пришла просто поболтать. Поэтому Кёя решил поддержать беседу: — А как дела у вас? Что происходило в мире эти три года? — А, это… Как ни странно, всё было не так уж плохо. Конечно, поначалу было много споров. Всё-таки было объявлено о конце света, так что обычной жизни пришёл конец. В нормальных условиях начались бы бунты или войны. Но всё это было подавлено твоим Всемогуществом. И знаешь, что в итоге случилось? Люди стали разговаривать друг с другом, — Кудзуха пожала плечами. — Впрочем, это единственное, что им оставалось. Насколько мелкой бы ни была проблема, всё решалось долгими обсуждениями и поисками компромисса. Иногда получалось, иногда нет. Но люди осознали одну вещь: если сесть и поговорить, то к всеобщему удивлению со всем можно как-то разобраться… Так что я считаю, этот мир стал лучше, чем был раньше, –серьёзным тоном пробормотала Кудзуха и задала вопрос: — Слушай, может, прекратишь сражаться и попробуешь пожить в этом мире? В нынешнем мире даже мисс Лост Нуар нашлось бы место, — предложила Кудзуха с серьёзным выражением лица. …Но Кёя лишь усмехнулся. — Снова пытаетесь заговорить мне зубы. С вами, как всегда, нельзя расслабляться… Эта гармония поддерживается только благодаря моей силе. В этом нет смысла. К тому же… время на исходе. — …А, ну да, точно… Видимо, поняв смысл этих слов, Кудзуха посмотрела на него с легким сочувствием. Но Кёя, не обращая внимания, продолжил: — Поэтому я уничтожу мир до того, как это случится, — выразил он свою решимость с такой же лёгкостью, как и три года назад. Услышав эти слова, лишённые всяких сомнений, Кудзуха лишь пожала плечами. — Ну что ж, тогда старайся изо всех сил. Я за тебя болею… Эй, что это за взгляд? — Да нет, просто «болею»… — На этот раз я на полном серьёзе. В конце концов, благодаря тебе Розе не пришлось умирать. Лично я тебе очень благодарна. К тому же… «спасти что-то важное, даже ценой мира»… Я бы такой выбор сделать не смогла. И не только я. Наверняка есть и другие такие ребятки. Так что — удачи. Как обычно было непонятно, врала она или говорила правду. В любом случае, её время вышло. — Что ж, давай на этом закончим нашу болтовню. Кажется, там уже очередь собралась. Кудзуха встала и отступила назад. Её место занял пожилой мужчина внушительного телосложения. — Доброе утро, Кёя Кудзё. Хорошо ли ты спал? — Здравствуйте, Янаги. У вас прибавилось седины? — Ха-ха-ха, в моём возрасте время летит незаметно. Старый воин… Янаги добродушно улыбнулся. — Но это не всегда плохо… На самом деле, недавно я решил на старости лет заняться резьбой. Сначала это было просто хобби для себя, но Мики посоветовала мне выложить работы в так называемую «соцсеть»… И представляешь, они «хайпанули». Молодёжь стала приходить посмотреть на мои работы. Вот, посмотри на фото. Своими огромными руками он выудил из-за пазухи совсем не подходящий ему современный смартфон. На заставке красовалось фото огромного дракона, явно вырезанного двуручным мечом, а вокруг толпилась молодёжь, делая селфи. В центре компании Янаги неловко показывал знак «V». …Похоже, он и его скульптуры стали популярным местом для соцсетей. — Никогда бы не подумал, что такой мир существует. Прогресс — удивительная штука. Так что я даже подумываю стать «ютубером». Думаю, назвать первое видео «Как бывший герой-старик вырезал дракона двуручным мечом». Ха-ха, не забудь подписаться и поставить лайк, Кёя. Лицо Янаги так и светилось радостью. Прирожденный воин, так восторженно говорящий о интернете и соцсетях… Кёя не знал, радоваться этой перемене или печалиться. Но двуручный меч, покоящийся за спиной старого воина, казалось, тоже довольно улыбался. Должно быть, он был рад, что старик, которому оставалось лишь доживать свой век, нашёл для себя новый путь. И для Кёи это стало ответом на его сомнения. Из разговоров с Кудзухой и Янаги следовало одно: они оба искренне верят, что завтрашний день наступит. Да, сегодня тот самый день, который злейший великий владыка демонов объявил концом света. По идее, все должны были бояться, дрожать и отчаяться. Но тем не менее, они были совершенно спокойны. Словно были абсолютно уверены, что мир не погибнет. — Судя по всему… у неё всё получилось? Этот вопрос был самым важным не только для Кёи, но и для всего человечества… Но оба лишь буднично пожали плечами. — Если честно, то я не знаю. Всё-таки тридцать тысяч лет — это слишком долго. Моего духа хватило лишь на то, чтобы сопровождать её первые пять тысяч лет. Так что я понятия не имею, что произошло в оставшиеся двадцать пять тысяч. — У меня то же самое. Хотя я обладаю способностью к перерождению, пока я жива, я нахожусь в нормальном течении времени. Душа просто не выдержит тридцать тысяч лет одних лишь тренировок. Так что я не знаю, как там наша девочка. Может быть… она просто потерпела неудачу и умерла, — ответили они почти в унисон, словно их это не касалось. …Но Кёе показалось, что это, напротив, было проявлением абсолютного доверия. — Хе-хе-хе, что, так любопытно? Но, увы, ответ узнаешь позже. Потерпи ещё немного. Кажется, пришли другие гости. Как и предсказала Кудзуха с ехидной усмешкой, появились новые посетители. — Привет, ты проснулся. Внезапно появилась богиня с андрогинной внешностью… — О, Розе. Выглядишь хорошо. Как ты провела эти три года? — Путешествовала. Посещала места, которые любила Розалия… Хотя одной было немного скучно. Услышав это, Кёя внезапно спросил: — …Ненавидишь? — Тебя? Или Розалию? — …Обоих. — Ха-ха, странный вопрос. Ты и так знаешь ответ, да и спросить это хочешь не у меня. А главное… даже если и так, твой выбор ведь не изменился бы? — Это точно, — честно подтвердил он. Розе рассмеялась от всей души: — А-ха-ха, эта твоя по-детски упрямая натура так похожа на Розалию. Я бы хотела поговорить с тобой побольше… Но, кажется, кое-кто уже не может ждать, так что оставим это на другой раз. Едва Розе щелкнула пальцами, как позади открылись телепортационные Врата. И оттуда появилась… — Кё-ё-ё-я-я!!! Словно пуля вылетела Лала, богиня-малышка… Но стоило ему увидеть её, как глаза Кёи округлились. — Ты… так ты выросла… С момента их последней встречи три года назад она вытянулась сантиметров на десять. Лала превратилась из маленькой девочки в подростка. Конечно, она всё еще была ребенком, учитывая её изначальный рост, но перемены были поразительными. Как же быстро растут дети. Увидев реакцию Кёи, Лала гордо выпятила грудь. — Да, я стала настоящей леди! Мне даже дали «титул»! Хочешь узнать какой? Хочешь же, да?! Ха-ха-ха, слушай и трепещи! Мой титул… это… э-э… богиня спасибо и… переполоха? — «Богиня спасения и реинкарнации», — подсказала Розе. — Д-да! Именно такой! Короче, я теперь очень важная особа!!! — продолжила обращать внимание на свою взрослость Лала, в то время как Розе помогала ей со стороны. …Но долго это не продлилось. — В-в общем поэтому... я даю тебе право похвалить себя! Т-тебе ведь тоже наверняка было одиноко, так что я, т-так и быть, разрешаю тебе погладить себя! С этими словами Лала, застенчиво переминаясь с ноги на ногу, подошла ближе… Раз уж она сама того желает, ничего не поделаешь. Просьбы маленьких девочек всегда имеют высший приоритет. Кёя осторожно погладил Лалу по голове. — Ты молодец, Лала. Хорошо постаралась. — Э-хе, э-хе-хе-хе... Впервые за три года её погладили, и Лала пришла в полный восторг. Её расплывшееся в улыбке лицо ни капли не изменилось с тех пор, когда она была совсем малышкой. После того как Лала была удовлетворена поглаживаниями… — Хм, значит, все уже в сборе. Появилась не кто иная, как та самая женщина, которую он все эти три года продолжал видеть во снах. — Привет, Феррис. Рад видеть, что с тобой всё хорошо. Раз уж ты здесь, значит, и она… — Да, скоро должна прибыть, — Феррис кивнула, поняв, что хотел сказать Кёя, однако… — И всё же… Мы так долго не виделись, а ты первым делом заговорил о другой девушке? Феррис слегка надула губы, словно обидевшись. Будь это свиданием, он бы точно получил максимальный «неуд». Кёя поспешно оправдался: — Виноват, виноват. Просто я постоянно видел тебя во снах, поэтому нет ощущения, что мы долго не виделись… Прости, что заставил тебя страдать от одиночества целых тридцать тысяч лет. — Хе-хе, раз так, то я тебя прощаю. К тому же… я тоже каждую ночь видела тебя во сне. Поэтому мне ни капельки не было одиноко. Да, даже спустя тридцать тысяч лет чувства Феррис не изменились. Как и у Кёи. — Я одержу победу ради тебя. И тогда мы будем вместе навсегда. — Да… Я буду ждать. Больше ничего они друг другу не сказали. Но этого было достаточно. Ведь впереди у них будет уйма времени для разговоров… Сразу после того, как мир будет уничтожен. И, похоже, «этот момент» наконец настал. — …О, похоже, прибыла, — тихо пробормотала Феррис, почувствовав что-то. То же самое ощутили и все остальные присутствующие. Кудзуха, Янаги, Розе, Лала и даже Феррис отступили в сторону. Все понимали, что сейчас появится главная героиня… что поставит точку в затянувшейся истории Героя и Владыки демонов. И больше всех этого ждал именно Кёя. Он слышит топот её бегущих ног. Он чувствует её учащённое сердцебиение. Он видит свет, который она излучает. В этот миг, когда секунда казалась вечностью, Кёя вдруг подумал: А-а, так вот что это за чувство. В детстве, играя в ролевые игры, он всегда задавался вопросом: почему великий владыка демонов, будучи сильнейшим с самого начала, покорно дожидается героя? Ведь если бы он напал сам, то легко бы победил. Будучи ребёнком, он так не по-детски язвил над сюжетом… Но теперь он понимает чувства владыки демонов, который просто сидит и ждёт прибытия героя, что должен его сразить. Что ж… не так уж это плохо. Затем двери распахнулись. — Я… я опоздала?! Её первая фраза была донельзя жалкой. — Я так увлеклась взмахами меча… А ещё причёска никак не укладывалась!.. А ещё, а ещё по пути встретился заблудившийся котёнок… — паниковала и суетилась девушка… прямо перед решающей битвой, от которой зависит судьба мира. Её появление было настолько в её духе, что Кёя невольно рассмеялся. — Ха-ха-ха, ты совсем не изменилась, Комари. — Э-хе-хе, доброе утро, Кёя! — девушка расплылась в энергичной улыбке. Это была повзрослевшая на три года… но оставшаяся такой же, как прежде Комари Имари. — Тридцать тысяч лет, значит? Долгий срок, согласись? — Вовсе нет, они пролетели как одно мгновение! Она улыбалась так, что казалось, будто она действительно совсем не изменилась. Однако Кёя понимал… Или, точнее, правильнее сказать «даже Кёя не понимал». Он совершенно не видел, что сейчас творится у неё в душе. Это было подобно тому, как никто не может смотреть прямо на ослепительное солнце. Подобно тому, как ты слепнешь от взрывающихся искр. Обладая Всемогуществом, Кёя тем не менее не мог разглядеть даже крупицы силы этой девушки. Но Кёя ничуть не возражал. Ведь скоро всё и так станет ясно. — Что ж, я бы хотел о многом с тобой поговорить, но… давай сделаем это не словами. Давай… начнём, пожалуй. Эти небрежно брошенные слова стали гонгом, возвестившим о начале решающего сражения. — …Но перед этим… давай сменим место. Здесь немного тесновато. С этими словами Кёя щелкнул пальцами. В следующее мгновение пейзаж полностью преобразился. Они телепортировались… в руины государственной школы Игграсия. Исходная точка, где начались все истории, и конечная точка, где они закончатся… — Хе-хе-хе, отличная сцена. Актёры в сборе. Теперь не хватает только… «зрителей»… Наверное, так бы сказала Розалия. Поэтому… сделаем так. На этот раз щёлкнула пальцами Розе. В воздухе один за другим начали разворачиваться бесчисленные экраны. С той стороны на нас смотрели люди со всего мира. Будучи жителями этого мира, они имели на это право и обязанность увидеть собственную гибель. Да, теперь сцена полностью готова. — Ну что, начнём? — Да! Два героя, натренированных злейшей владычицей демонов, противостоят друг другу в школе для вернувшихся из иных миров. Оба обладают несравненной силой. Впереди — последняя битва, на кону которой стоит завтрашний день. Исход не ведом даже Кёе, захватившему контроль над законами причинности. Это естественно. Причинность связывает начало и конец. А сейчас — момент самого «конца». Того, что будет за ним, видеть невозможно. Впрочем, это было неважно. Ведь результат скоро станет ясен. И вот — на глазах у всего мира битва началось. — Что ж, раз уж это конец... Закончим всё с размахом, — пробормотал Кёя и легонько взмахнул указательным пальцем. Мгновенно разразилась вибрация, напоминающая мощный подземный гул. Но исходила она не из земли. Содрогалась сама атмосфера. И причина была… высоко над головой. Одна, две, три — то, что поначалу казалось крошечными точками, увеличивалось в размерах с пугающей скоростью. Из точек в кулак, из кулака в футбольный мяч, и наконец — в тени настолько гигантские, что они были способны раздавить мир. Это были бесчисленные метеориты. Дождь из бесчисленного множества гигантских метеоритов вот-вот должен был пролиться на Землю, словно притягиваемый. Да, законы космоса уже давно были под полным контролем Кёи. Всего одним пальцем он мог запросто управлять движением небесных тел. Падение скопления огромного количества комет, оставляющих за собой след… было бесконечно прекрасным и абсолютным. Величественная гибель, за пределами понимания разума смертных. Зрелище, достойное конца света, в чём-то даже эстетичное. Пред лицом этого божественного «конца» людям оставалось лишь с экстазом смотреть в небо. И вместо страха они чувствовали благодарность. За то, что в момент финала им довелось увидеть столь прекрасный мифический пейзаж. …Однако тут раздался, казалось, поющий голос. — «Бутон Небесной Мысли, седьмая формация — Хранящие Небо Цветки Любви». В этот миг в небесах пышно расцвели бесчисленные цветы. Один за другим они обволакивали падающие метеоры своими лепестками... и те исчезали, превращаясь в яркий свет. Остался лишь аромат цветов. Словно ничего и не было. Атака сверхмасштабной массы, сопоставимая с самой галактикой — целиком и бесследно исчезла, оставив после себя лишь стойкий аромат цветов. Комари улыбнулась посреди рассеивающихся остатков света. — Не говори, что это конец. Ведь... и завтра, и послезавтра мир обязательно будет существовать! — просто и твёрдо заявила Комари, с невозмутимым видом, даже не сбив дыхания. А-а, понятно. Вот, значит, как… — Тогда я раздавлю это будущее вместе с тобой, — холодно бросил Кёя и щелкнул пальцами. — «Тёмное Зеркало Падшего Неба». В тот же миг мир погрузился во тьму. В смятении подняв глаза, люди тут же всё поняли. Солнце, символ сияющей жизни, было изъедено иссиня-чёрной тенью, словно при полном затмении. Мрак, распространяющийся подобно очагу болезни, в мгновение ока поглотил солнце, и мир лишился света. Да, гибнущему миру не нужен свет. Солнце, превращённое магической силой Кёи в жуткую тень, начало вместо тёплого солнечного света источать холодную тьму. Это был чёрный свет проклятий и тяжких недугов, подтачивающий всё, на что он падал. Осквернённое отчаяние безжалостно и в то же время беспристрастно пролилось на мир. Посмотрев на это почерневшее солнце с возгласом «Вау!», Комари внезапно протянула правую ладонь, мягко прикрыла ей солнце и произнесла: — «Бутон Небесной Мысли, четвёртая формация — Тенеед» Комари легонько сжала правую руку, будто пытаясь схватить солнце. Конечно, рука не могла достичь небесного тела, находящегося в сотне миллионов километров… Точнее не должна была… Но когда она снова раскрыла ладонь, чёрное солнце, что должно было быть высоко в небе, необъяснимым образом оказалось у неё в руке в миниатюрном размере. А в вышине снова сияло обычное солнце. Более того, Комари, подцепив пальцами всё ещё источающую скверну сферу взяла и — кто бы мог подумать — закинула её себе в рот. — «Бутон Небесной Мысли, десятая формация — Пандора Итер[✱]Pandora Eater — англ.Пожиратель Пандоры. По кандзям записано как: Развеиватель небесного проклятья.»… Ой, фу-у-у! Это совсем не вкусно! Комари с недовольным видом высунула язык. Похоже, она просто съела, как леденец, сгусток скверны, способный осквернить всю вселенную… Впрочем, Кёя не особо удивился. Для него сейчас существовала уйма способов уничтожить мир. — «Алкяст: Форфквадрант Нирмагнумопус — Эльдэннахт[✱]Нирмагнумопус по кандзям записывается как: «Создание неорганики», а Эльдэннахт: «Похороны бесчисленных демонов».», — задействовал Кёя алхимию четвёртой истины, создающей жизнь. Хотя он не принёс никакой эквивалентной жертвы, которая должна была потребоваться. Кёя самим своим существованием уже превзошёл ценность Мирового Древа. Напротив, само повиновение его воле было наградой, и никакой иной платы не требовалось. Подобная трансмутация, игнорирующая принципы алхимии, начала без конца извергать орды магических зверей. Каждый из них был беспрецедентно могущественным владыкой демонов, обладающим несколькими оригинальными навыками, полученными с помощью технологий гомункулов. Их характеристики превосходили Феррис на пике её могущества. Армия злейших и худших владык демонов, каждого из которых в одиночку хватило бы для уничтожения Мирового Древа, начала свой марш. Их шаги сотрясали землю, а их рёв шатал небеса. По сравнению с этим надвигающимся воплощением отчаяния, Комари была подобна жалкой лодчонке в бушующем океане. Казалось, её мгновенно разорвут в клочья. Однако, судя по всему, она была не одна. — Ну что, ребята, ваш выход! «Бутон Небесной Мысли, третья формация — Ри Канабула[✱]Cunabula — латынь. Колыбельная. По кандзям вместе с частью «Ри» записано как: «Круговое возвращение колыбели».» Комари неспешно хлопнула в ладоши. И тогда у неё под ногами разверзлась дыра, из которой гурьбой начало появляться подкрепление… Но это были существа, ни капли не похожие на владык демонов, которыми повелевал Кёя. Сначала кролик, связанный из пушистой шерсти, затем гигантский кот, сияющий всеми цветами радуги, следом собака, целиком состоящая из сладостей, а за ней — пухлый плюшевый медведь. Одно за другим появлялись существа самого причудливого вида. Их облик, столь далёкий от кровавого поля боя, казался даже жутким. Но саму Комари, похоже, это ни капли не волновало. — Э-хе-хе, мы это всё вместе с Лалачкой придумали! Мило, правда? Пока она беззаботно смеялась, армия владык демонов обрушилась на них подобно цунами. Казалось, их жестокие когти и клыки без труда растерзают этих нелепых зверушек… Однако столкнувшиеся армии показали неожиданное равенство. Нет, скорее даже сказочные существа начали теснить врага. Пушистый мех отражал адское пламя, мягкие лапы сокрушали жестокие когти, и под комичные звуковые эффекты они начали методично избивать владык демонов. Дети по всему миру, что только что дрожали от страха, глядя на это, начали радостно кричать. Перед лицом этой сюрреалистичной картины Кёя лишь ошеломлённо вздохнул. — Жалкое зрелище... Я так старался, наделяя их запредельными характеристиками, а они выставляют себя на посмешище перед какими-то нелепыми зверушками. От досады хотелось лишь вздохнуть… Впрочем, неважно. Я с самого начала на них не рассчитывал. — «Muspel-IlSurtr»… — сорвалось с губ юноши короткое заклинание. В тот же миг на кончике его указательного пальца вспыхнул крошечный огонёк — и в следующее мгновение армия владык демонов вместе со сказочными существами обратилась в пепел. Перед лицом столь безжалостной и абсолютной резни все потеряли дар речи. Да, наконец Кёя Кудзё — юноша, ставший злейшим владыкой демонов — вступил в бой лично. И бедствия, что он принёс, превосходили всякое воображение. — «Tré-IlJörmun»… «Jörð-IlÞrymr»… «Iárn-IIKýlops»… «Nifl-IlFenrir»… Вслед за пламенем на его пальцах зажглись заклинания величайшей магии других атрибутов. Каждое из них само по себе было способно разрушить Мировое Древо, но для него они были лишь подготовкой. — Метод познания пяти стихий — «Круговорот небесной синевы». Стоило ему сжать кулак, как пять заклятий сжались в одну точку. В высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается бесконечный циклический круг. Это была то самая формула построения псевдо-всеатрибутной магии через заклинание пяти стихий, которую он когда-то использовал в штабе Резистанса. Разница была лишь в одном: на этот раз созданное им больше не было «псевдо». — «Нова[✱]Nova — латынь. Новая (звезда). По кандзям записано как: «Брахма» — бог творения в индуизме. Наряду с Вишну и Шивой является одним из богов Тримурти.»… На раскрытой ладони юноши зажёгся крошечный свет. Размером с рисовое зёрнышко, он казался хрупким огоньком свечи, который может погаснуть от любого дуновения. Однако любой, кто хоть немного смыслил в магии, волей-неволей понимал истинную суть этого тусклого сияния. Это был огонь. Это была вода. Это было дерево. Это была земля. Это был металл. Святость и скверна. Исцеление и яд. Покой и движение. Смерть и жизнь. Молитва и проклятие. Белое и чёрное. Будущее и прошлое — это была единая и всеобщая совершенная магия — Альтэма. Вершина магии, которая должна была существовать лишь метафизически. Завершённая форма абсолютной магии, вобравшая в себя все таинства прошлого и… все чудеса, что могут возникнуть в будущем. Защититься от этого заклятья по самой его природе не смог бы никто… — «Бутон Небесной Мысли, шестая формация — Персик, Цветущий в Царстве Мёртвых», — тихо прошептала Комари, развернув формулу в правой руке. Это была величайшая магия загробного мира, завлекающая всё сущее в объятия смерти, способная мгновенно оборвать жизнь пары миров… Но Кёя лишь насмешливо фыркнул. Скорее всего, эту формулу она переняла у Хины Кирасаки, но… Что она надеялась сделать обычной магией мгновенной смерти? Единая и Всеобщая «Нова», разумеется, уже включала в себя магию мгновенной смерти. Более того, любое заклятье, которое она могла бы использовать — из прошлого, настоящего или будущего — уже было частью этой Альтэмы. Как бы она ни старалась, это было лишь бесполезным сопротивлением. …Однако для Комари это тоже было лишь подготовкой. — «Бутон Небесной Мысли, восьмая формация — Вечный Ткач». Вслед за магией мгновенной смерти в её левой руке воплотилась магия созидания жизни. Комари сложила руки перед грудью в молитве. Жизнь и смерть соединились в её ладонях. Эти противоположные явления начали пожирать друг друга, но они не просто отрицали друг друга. Жизнь превращалась в смерть, а смерть давала начало жизни, пока границы между ними не стёрлись окончательно. Словно великое дерево, что расцветает, увядает и рождается вновь. В высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается бесконечный циклический круг. В самой глубине этой двойной спирали они достигли конечной точки… — «Нова»… В ладони Комари зажёгся крошечный свет — абсолютно та же Альтэма, что и у Кёи. Да, насколько бы величественной ни была священная гора, все пути в конце концов сходятся на её вершине. Если Альтэма — апогей всей магии, то это значит, что вся магия ведёт к Альтэме. Комари пришла к той же конечной точке, что и Кёя, пусть и иным способом. Две абсолютные магии были высвобождены. Как и следовало ожидать, они нейтрализовали друг друга и исчезли. Посреди раздающегося эхо на лице Кёи промелькнуло мимолётное удивление… но оно тут же исчезло. То, что она достигла Альтэмы, было неожиданно, но, если взглянуть на общую картину, это оставалось лишь погрешностью. Ведь у Кёи был он. — Довольно, закончим эти игры. Кёя активировал свой всемогущий оригинальный навык. Он отдал этому семени-величайшему злу лишь один приказ: «Убей Комари Имари». Всемогущество — это сила, исполняющая любое желание. Не нужно сплетать всякие магические формулы, достаточно просто напрямую пожелать исчезновения врага. Всё, что было до этого — лишь прелюдия. Так что пора положить конец этому фарсу. …Или так должно было быть… — Это ещё не конец! Сила, которая должна была быть всемогущей, была с лёгкостью развеяна сиянием Комари. Это был тот самый блеск, что когда-то рассёк «мир» Кёи… Нет, теперь он сиял куда прекраснее. За тридцать тысяч лет тренировок она тоже достигла истинного всемогущества. Метеоритный дождь, чёрное солнце, призыв владык демонов, Альтэма и даже всемогущий оригинальный навык — каждое из бедствий, обрушенных Кёей, превосходило даже Мистелтенасы. Это должно было стать самим концом света. Но Комари отразила всё это и не чьей-то чужой, а своей собственной силой. Свет надежды, противостоящий могущественному владыке демонов и защищающий мир… Сейчас Комари выглядела как самый настоящий… — Хым, как нелепо! Словно отгоняя всплывшее в голове слово, Кёя высоко поднял правую руку. Их слуги были равны, их магия была одинакова, и даже их всемогущество находилось в полном паритете. А значит, оставался лишь один способ определить победителя… — Явись — «Лаванквин»! Разорвав само пространство, он призвал свой худший демонический меч. Злейшего напарника, которого он боялся больше всех на свете и которому доверял больше всех. В ответ Комари тоже прошептала: — Приди — «Левантейн»! Откликаясь на молитву девушки, явился сияющий святой меч надежды. Тот самый, что она когда-то создала с помощью Кёи, теперь она могла воплотить сама. И сиял он куда ярче, чем в тот раз. Оба сжимали клинки, которые, по их убеждению, были сильнейшими. Оба шли путём, который считали наилучшим. Словно отражения друг друга… они одновременно оттолкнулись от земли. Уловки больше не нужны. Не нужны ни магия, ни мастерство. Если у каждого есть будущее, которое он не может уступить, остаётся лишь добыть его своим мечом. Взмах, удар — два росчерка скрестились. Удары, в которые была вложена вся душа, столкнулись в лоб, и… на мгновение время замерло. [[image:/storage/reader-images/596d396a110040e63b036c0356b0e00826abc24a.jpg]] В этот краткий, подобный вспышке, миг абсолютного равновесия, за её отточенным ударом Кёя ясно увидел пройденный ею путь длиной в тридцать тысяч лет. Увидел дни невообразимых тренировок и бесконечную решимость, вложенную в них. …А-а, ну конечно… Кёя просто осознал: она наконец достигла того состояния, к которому стремилась. — Вот как. Значит, ты всё-таки стала им… — тихо пробормотав это, Кёя внезапно спросил: — Слушай, Комари, ты помнишь день нашей первой встречи? — Разумеется! Это было незабываемый первый день в школе Игграсия. Когда они неловко стояли перед воротами, Феррис самовольно высунулась из сумки, и Комари это заметила… Так начались их странные узы. — Если подумать, это была чистая случайность. С тех пор ты вечно помыкала мной, втягивала в неприятности… Юноша вспоминал об этом с видом человека, которому доставили немало хлопот… но затем продолжил: — Но сейчас я искренне считаю, что рад, что в тот день встретил именно тебя… и что именно ты сейчас стоишь здесь, — прямо высказал юноша со своей обычной застенчивой улыбкой. Это была искренняя похвала и благословение для девушки, которая после бесконечных страданий и тренировок наконец стала героем, которым всегда восхищалась. Но… именно поэтому владыка демонов произнёс следующие слова: — Добро пожаловать, герой. Ну же, убей меня!! Тьма, поднимающаяся из бездонной тени. Свет, расцветающий ей в ответ. Противостоящие друг другу владыка демонов и герой одновременно высвободили всю свою мощь. — «Син: Рагнаретисия — Фин Розен Диануар Эндролл[✱]Записано как: «Бедствие: Похороны изначального семени — Песнь сумерек в морозной пустоши.». — «Ино: Флоранфесия — Эль Дэйлайт Роа Вискам[✱]Записано как: «Истина: Расцвет изначального семени — Молитва о рассвете на цветующей земле.»!! [[image:/storage/reader-images/b4a964107d118e0171de1d4eeb52a6d0bb6671b3.jpg]] Из тени Кёи густо поползла масса тьмы, несущая в себе колоссальную злую ауру. Она мгновенно слилась с телом юноши. Принцип был тем же, что и у формы «Ётун Альтер», которую он показал три года назад… но она была на порядки более жуткой. И это естественно. Кёя облачился в злейшее и наихудшее Проклятье Конца, созданное путём сбора всех подобных проклятий со всего мира и их непрерывного усиления в течение трёх лет. Самое дно мрака, предел отчаяния — само воплощение финала, что положит конец истории. Но был свет, способный развеять даже эту тьму. Всё тело Комари излучало ослепительное семицветное сияние. Оно окутывало весь мир. Этот радужный свет, сияющий даже внутри отчаяния и мягко растворяющий злобу, был светом мужества, который девушка, изначально бесконечно далекая от роли героя, взрастила за тридцать тысяч лет тренировок. Это было будущее, которое та, что не была «избранной», вырвала своими руками. Само воплощение маяка на пути к завтрашнему дню, что откроет новую главу истории. Свет и тьма, добро и зло, герой и владыка демонов… Достигнув противоположных полюсов, они столкнулись. Каждым взмахом руки Кёя раздирал небеса, а каждым шагом — раскалывал землю. Брошенные им проклятия иссушали океаны, а пронзительный взгляд крушил даже звёзды. Подавляющая грубая сила, повелевающая временем, пространством, прошлым, будущим, всей материей и любыми явлениями. Превратить всё Мировое Древо в пепелище для него было проще простого. Путешествия во времени, изменение истории, контроль над явлениями… Ставший «Концом» Кёя высвободил множество абсолютно непобедимых катаклизмов. Каждое из бедствий могло уничтожить мир, а каждое из его действий было сравнимо с разрушительным штормом, описываемым в мифах. Но Комари отражала их одно за другим. Она не могла рассечь небо, но могла уйти от клинка, который рассекал небо. Она не могла расколоть землю, но могла остановить раздирающее землю заклинание. Предвидение будущего, управление временем, контроль над пространством, изменение явлений… Комари сокрушила всё множество секретных техник владыки демонов, которые можно было бы назвать абсолютными. И в этом не было ничего странного, ведь ради этого и были прожиты те тридцать тысяч лет. Поэтому… снова, снова и снова. Их странно равное противостояние постепенно начало описывать прекрасный круг. Словно они говорили друг с другом в бессонную ночь. Словно исполняли одну мелодию. Словно танцевали, взявшись за руки. Сердце к сердцу. Сила к силе. Чувство к чувству. Столкновение двух историй, сплетённых воедино. Эта смертельная битва превратилась в мелодию, сотрясающую небеса и разносящуюся по всему миру. Люди по всему миру, затаив дыхание, наблюдали за этой битвой. Большинство из них до хрипоты болели за Комари, надеясь, что их чувства достигнут девушки, сражающейся за этот мир. Но была среди них и горстка тех, кто втайне желал конца света. Те, кто когда-то столкнулся с несправедливостью. Те, кто был оттеснён в тень на задворках чужой комедии. И те, кто не стал никем, вне зависимости от того, была жизнь трагедией или комедией… В самой глубине души они кричали: «Пусть этому миру настанет конец». Но на самом деле все они где-то в глубине души уже знали исход этой битвы. И это не имело отношения к сценарию Мирового Древа. Это была очень простая история. Герой и Владыка демонов. Добро и зло. Hero и Villain — разве не очевидно, кто должен победить? И Кёя понимал это лучше всех. Он знал, к чему придёт эта история, но всё равно продолжал взмахивать клинком. Чтобы доказать, что предопределённых финалов не существует. Что бывают истории, где побеждает владыка демонов. Что судьбу можно выковать собственными руками. Он словно впечатывал это в само Мировое Древо. И делал это не для кого-то другого, а ради единственной женщины, которую любил. Казалось, это сражение будет длиться вечно. Но, подобно тому, как каждая история всегда подходит к своему концу… Неизбежный конец наступил и в их битве. ----… --… — …Молодец, ты постаралась на славу… С момента начала битвы прошло семь дней и семь ночей. После окончания ожесточённой битвы на их телах не было живого места. Они оба израсходовали все силы и были изранены с головы до ног… Но тем не менее последним стоявшим на ногах был Кёя. — …Всё-таки ты очень силён… Кёя… Растянувшаяся на земле в форме звезды Комари, тяжело дыша, посмотрела на запыхающегося Кёю снизу-вверх. Похоже, у неё не осталось сил даже на то, чтобы сжимать меч. Кёя мягко протянул руку израненной девушке. — Это ты действительно стала сильной… Вот только твоя неуклюжесть никуда не делась. Надо же было споткнуться в самый последний момент. — Э-хе-хе… прости… Кёя помог подняться этой неуклюжей девушке, заботливо отряхнул пыль с её одежды — точно так же, как он часто делал это в школе. И это… стало последним поступком, который ему был дозволен. — Ну, выше нос. А то… всё своё величие победителя растеряешь… Так что… Стоило Комари подняться, как Кёя медленно рухнул на землю. Глядя в небо и лежа на спине, он больше не находил в себе сил даже подняться на ноги. Да, по итогам этой смертельной битвы, превзошедшей даже мифы, последней осталась стоять Комари. Таков был их финал. — Давай… добей меня… исполни… роль героя… — прошептав это слабеющим голосом, Кёя тихо добавил: — Прости… что втянул тебя во всё это… — принёс Кёя свои извинения. В ответ на это Комари разомкнула губы и… — Вот именно, Кёя! Ты хоть представляешь, как тяжело было тренироваться и всё прочее?! — возмутилась она, надувшись. А затем… мягко протянула к нему руку. — Поэтому ступай и извинись перед всеми! Не переживай, тебя обязательно простят! И я буду рядом! — заявила она так, будто отчитывала ребёнка за шалость. Поразительно, но она искренне верила, что так можно всё уладить. Однако Кёя с самого начала знал, что Комари скажет именно это. Ведь она — истинный герой; свет, который всегда сопереживает слабому. — Ха-ха… Всё-таки я тебе не ровня… Спасибо, Комари… На лице Кёи появилась искренняя улыбка… Но он ещё не договорил: — Но прости… Это невозможно. В тот же миг с губ Кёи потекла струя иссиня-чёрной, мутной крови. — Кёя?! — Гхо… Я пошёл на множество безумств… Не стоит ждать, что я буду полон сил… Он принял в себя Проклятья Конца всего мира и сражался, став самим воплощением апокалипсиса. Его основа и плоть уже были разрушены. Скорее, было чудом то, что он до сих пор оставался жив. — В-всё будет хорошо! Сейчас я исцелю тебя! Комари в панике активировала всемогущество… Но раны не затягивались. Кровь продолжала течь, а тело и душа юноши угасали с каждой секундой. Так же, как Комари могла нейтрализовать Всемогущество Кёи, её сила не действовала на него, обладавшего равным Всемогуществом. Сколько бы она ни желала, её свет не мог достичь Кёи, ставшего воплощением отчаяния. — Почему?.. Я ведь… Я ведь не для этого становилась сильнее!.. Даже зная, что это бесполезно, Комари отчаянно продолжала попытки исцеления, выжимая последние остатки своих сил. Глядя на неё, Кёя лишь мягко покачал головой. — Хватит уже… всё хорошо… Я с самого начала знал, что так будет… — Но!.. — Эй-эй… Я же сказал, что всё в порядке… Пытаться переломить чью-то волю силой… это удел владыки демонов, а не героя… Тебе нельзя так поступать… — прерывисто прошептал юноша, несколько удовлетворённо улыбнувшись. Он был готов принять свою кончину. Глядя на его лицо, невозможно было не понять: всё кончено, и никто не в силах это изменить. И Комари поняла ещё кое-что. В этот последний миг рядом с парнем должна быть не она. — Кёя! Закусив губу, Комари отступила на шаг. Ей на смену прибежала не кто иная, как Феррис. — …Прости, Феррис… я проиграл… А как иначе, ведь этот герой был натренирован тобой… — Хватит уже об этом. Помолчи!.. — попыталась прервать Кёю полным скорби голосом Феррис, прижав к себе павшего юношу. Однако он всё равно продолжал говорить хриплым голосом: — …Но… так ведь даже лучше… Теперь ты — наставница героя… спасительница, сокрушившая великого владыку демонов и спасшая мир… Теперь никто и никогда не назовет тебя владыкой демонов… Став «Последним великим владыкой демонов», превзошедшим даже отвергнутую владычицу демонов, Кёя навсегда избавил Феррис от этой роли. А поскольку её ученица Комари победила его, Феррис спасла гораздо больше жизней, чем когда-то отняла. Теперь никто не посмеет называть её врагом. Феррис продолжит жить в полном гармонии мире, где больше нет владык демонов. Под ярким солнцем, никого не боясь. Проиграв, Кёя исполнил своё истинное заветное желание. — Неужели ты планировал этого с самого начала?.. — Нет… я действительно собирался уничтожить мир… Просто… я подумал, что… такой финал тоже имеет право на жизнь… Поэтому… прошу, будь счастлива… Феррис… — улыбнувшись, Кёя спокойно произнёс: — …Что ж, кажется, мне пора… Отойди подальше… Юношу захлестнул особенно сильный приступ кровавого кашля. Огонь его жизни вот-вот окончательно угаснет. И почувствовала это не только Феррис с остальными. Словно ощутив смерть хозяина, тень Лаванквина внезапно пришла в движение. На глазах она превратилась в бесчисленные щупальца — ту самую форму, в которой меч когда-то пытался предать и поглотить Кёю. Смотря на это, Кёя лишь понимающе кивнул, не выказав удивления: — Да, верно… пришло время исполнить контракт… Я отдаю тебе всего себя… Мы ведь так договаривались… Основой их аномального резонанса был контракт: «отдать свою душу после смерти». Это означало, что Кёя не упокоится даже после смерти. Единственное будущее, которое ждало его — быть поглощенным худшим в истории демоническим мечом и вечно гореть в глубинах преисподней. Но Кёя с радостью принял это. Он пытался уничтожить мир, и такая кара была справедливой. Более того, иначе и быть не могло. Поэтому он не сопротивлялся. Закрыв глаза, он с улыбкой ждал приближения тени демонического меча. Комари невольно отвернулась перед лицом этого надвигающегося жестокого момента… Но всё пошло иначе. Щупальца тени, коснувшись юноши, не пронзили его, а нежно погладили. А затем… демонический меч внезапно вспыхнул пламенем. — Кёя?! Пламя, вырвавшееся из самого меча, распространилось, охватив Кёю. Комари бросилась тушить его, но огонь угрожающе взметнулся, словно защищая хозяина. Словно меч пытался уберечь израненного господина. Да, будучи воплощением разрушения, демонический меч не мог спасти хозяина. Но он мог хотя бы сделать так, чтобы никто не осквернил достоинство умирающего господина. Чтобы его израненное и выбившееся из сил тело больше не страдало. Чтобы право убить хозяина не досталось больше никому… Демонический меч, который должен был лишь пожирать и свет и тьму, в первый и последний раз загорелся верностью ради единственного юноши в этом мире, которого он признал. Окутанный этим теплым пламенем, Кёя слабо улыбнулся: — Надо же… в самый последний момент ты всё-таки решил показать свою привязанность… Юноша мирно закрыл глаза. Перед его внутренним взором предстал образ счастливо живущей Феррис. Но в этот миг… — …?! Феррис, ты что творишь?.. Феррис бросилась к Кёе, переступив огонь. Пламя вселенского пожара, отгонявшее даже Комари, обжигало её, но она всё равно опустилась на колени подле юноши. — Прекрати… Я хочу, чтобы ты… жила… свободно!.. — прерывисто взмолился Кёя. Но Феррис властно прервала его: — Это неважно. Лучше скажи, Кёя, неужели ты забыл свои слова, которыми когда-то меня обольстил? — Чего?.. Обольстил?.. — Да, именно. Если забыл, я напомню. Тогда ты спросил меня: «Могу я… быть твоей причиной жить дальше?». Это были слова, которые Кёя произнёс, когда пытался увести Феррис с собой. Его неуклюжее признание в любви. И теперь Феррис дала на него ответ: — Теперь я отвечу на твой вопрос. Моя причина жить — это ты. Знаешь, Кёя… в мире без тебя я не смогу даже дышать. Всё было донельзя просто и очевидно. Юноша любил её, и она любила его в ответ. Их чувства были взаимны. А раз так… будущее у неё могло быть лишь одно. — Благодаря тебе я стала свободной. И потому я выбираю сама, по велению своего сердца. Не по своей роли владыки демонов, а как обычная свободная женщина… я выбираю быть с любимым мужчиной до самого конца. Спасибо, Кёя. Я счастлива, что полюбила именно тебя. Феррис нежно обняла юношу с улыбкой бесконечного счастья на лице. Увидев это выражение лица, Кёя больше не мог ничего сказать. Против капризов владыки демонов он всегда был бессилен. Ему хотелось посетовать на то, что все его труды пошли прахом… но это могло подождать. Ведь отныне они всегда будут вместе. Нежное пламя окутало их. На краткий миг оно вспыхнуло прекрасным светом… а затем они рассыпались пеплом, не оставив после себя ничего. Воцарилась тишина. Их история, начавшаяся тридцать тысяч лет назад, подошла к концу. Возможно, это был не тот финал, на который надеялась Комари. Но ничего не поделаешь. Ведь это — от начала и до конца — была история Кёи и Феррис. Комари вытерла слезы на притихшем поле боя. Нельзя стоять на месте. Приключение героя не заканчивается на победе над владыкой демонов. Оно длится до тех пор, пока он не вернётся домой. Поэтому Комари развернулась. К людям, которые ждут героя — в сторону светлого будущего. ---------- Эпилог. После финальных титров — Х-ха, х-ха, х-ха!.. Сердце гулко колотилось в груди. Дыхание сбилось и стало тяжелым. Утомлённое тело кричаще ныло от боли, а по лбу стекал холодный пот, вызванный тревогой и напряжением. Перед лицом надвигающегося могучего врага Комари была загнана в угол. Выносливость и магическая энергия — на нуле. Подкрепления нет, пути к отступлению отрезаны. Ситуация, которую иначе как «абсолютно безвыходной» не назовешь. Но даже так Комари собрала последние крохи сил. И… замахнулась зажатой в руке деревянной палкой. — Хья-а-а-а-а-а-а!.. — изо всех сил издала она воинственный клич, вложив в него пугающий боевой дух. Видимо, почувствовав исходящую от неё силы духа недюжинную угрозу, противник в лице огромного дикого кабана испуганно съёжился. Фыркнув, будто сказав: «да что с ней такое, она что, серьезно?»… он сбежал, поджав хвост. — Фух… Ещё бы чуть-чуть и мне конец!.. Кое-как преодолев кризис одной лишь силой духа, Комари плюхнулась прямо на овощные грядки, ставшие полем боя. Мирно наблюдавшая за схваткой неподалёку пожилая пара за чашкой чая, захлопала в ладоши. Пока она махала им в ответ… — Отлично потрудилась в очередной раз. Перед ней внезапно появилась прекрасная женщина с андрогинными чертами лица — богиня Розе. Спустившись к Комари, Розе благодарно улыбнулась: — На этом сегодняшнее поручение — «усмирение кабана, разоряющего огород» — выполнено. Ну что, пойдем обратно? — Ага! И они вдвоём отправились в обратный путь. Навстречу им дул бесконечно спокойный ветерок. Прошел уже год с той битвы, на кону которой стояло само существование мира. В Мировом Древе воцарился абсолютный покой. И дело не только в том, что «исчез великий владыка демонов Кёя Кудзё». Во всех Эддасиях перестали появляться владыки демонов и монстры, а новые Мистлтенасы больше не находились. «Это результат того, что смертельная схватка Кёи и Комари по объёму «истории» значительно превысила то количество, которое изначально требовалось Мировому Древу до самого его финала», — проанализировала ситуацию Кудзуха. У Комари не было способа проверить, правда это или ложь, но она по крайней мере она смутно понимала, что тех, кто обречён нести бремя трагической судьбы по воле Мирового Древа, больше не появится. Свободный мир без ролей. Они полностью выполнили обещание, данное Сисселе. Однако вместе с «ролями» исчезло и кое-что ещё. А именно — сила героев. Раз из Мирового Древа исчезли роли и пропала тьма в лице демонов, то и светлым силам было естественно исчезнуть. Многие из бывших учеников школы сожалели об этом, но сама Комари не чувствовала никакой привязанности к былой силе. Единственное, что не давало ей покоя… это вопрос, действительно ли тот финал был единственно возможным? Это была история Кёи и Феррис. А значит, у неё не было права вмешиваться. Разумом она это понимала. Но она всё равно не могла избавиться от мысли: неужели не существовало счастливого финала, где улыбаться могли бы абсолютно все? Это сомнение терзало Комари с самого момента окончания битвы. Но простая девушка, лишившаяся навыка Всемогущества, ничего не могла поделать с прошлым. И вот, когда она мучилась в этом мире, где совсем недавно воцарилась гармония… перед ней явилась Розе. «По правде говоря, мне в последнее время стало скучновато. Не знаю, чем занять себя без роли. Поэтому я решила для начала отправиться в путешествие по миру. Давным-давно я обещала это Розалии. Так что… если хочешь, не желаешь ли составить компанию?», — спонтанно предложила ей богиня. Комари совершенно не понимала, почему выбрали именно её. Но в любом случае, она решила принять её предложение. Это случилось год назад. С тех пор и началось их скитание вдвоем без определенной цели. Вместе с Розе они посещали разные малые миры, попутно решая местные проблемы. Даже без монстров мелкие неурядицы случались всегда: разнять драку, найти пропажу или прогнать кабана из огорода. Никто её об этом не просил, но это было больше в характере Комари, чем просто бесцельное бродяжничество. Однако ответа на её изначальные сомнения так и не находилось. Поэтому иногда она задумывалась. Может быть, она просто до сих пор в плену утраченной силы героя? И цепляясь за эту недо-геройскую благотворительность, она просто преследует иллюзию уже окончившегося прошлого?.. Или же она гоняется не за силой, а за призраками тех двоих, которых потеряла? В любом случае, это жалкое зрелище. Герой, на чьих плечах лежит будущее, всё ещё не может отпустить своё прошлое, — постыдилась она и тут же вспомнила: «Ах да, я ведь больше не герой». Пока она пребывала в раздумьях, вокруг внезапно стало шумно. — О, с возвращением, барышня! — Рады, что ты в порядке! — Ну же, иди скорее сюда! Вокруг с шумом собрались жители городка, в котором они остановились. Похоже, они сами не заметили, как вернулись в город. — Спасибо, что прогнала кабана! — Ты нас очень выручила! Слыша слова благодарности со всех сторон, Комари смущенно махала рукой. Она делала это не ради похвал, но… это всё равно грело ей душу. И тут поступило неожиданное предложение: — Слушай, барышня, раз такое дело — оставайся на фестиваль! — На… фестиваль? — Ага, мы проводим его каждый год в это время. Ничего особенного, конечно… Или вы уже собираетесь уезжать? — спросили её. На мгновение Комари заколебалась, не зная, что ответить. Но тут… — Почему бы и нет? Звучит весело. Давай задержимся, — подтолкнула её Розе. И Комари кивнула. Всё равно они никуда не спешили. — Тогда мы с радостью воспользуемся вашим приглашением. ----… --… Когда солнце начало садиться, они, смыв пот в ванной, направились на городскую площадь. Фестиваль был уже начался. Но, как и говорили жители, это было очень скромное торжество. Каждый приносил с собой ту еду и выпивку, которые им нравились, и все делились друг с другом. Никаких особых представлений — просто ели, пили и беседовали. Но везде сияли улыбки, и этого было более чем достаточно. Ах, вот оно как, — подумала Комари. Никакие особые силы или великие битвы, охватывающие весь мир не нужны. Именно так и должны ткаться истории между людьми. …Кстати, Розе тем временем устроилась в самом центре площади и начала играть на арфе, которую достала неизвестно откуда. При виде её фигуры, точно сошедшей с картины, деревенские девушки подняли невероятный шум. «Она — прирождённая ловеласка. Тебе тоже стоит остерегаться её, Комарушка», — предупреждала её Кудзуха перед отъездом, и теперь ей было понятно, зачем. Пока она посмеивалась про себя… — Эй, барышня, ты там не голодаешь?! — раздались из-за спины голоса вдрызг пьяных мужичков. Видимо, привычка пьяных приставать к прохожим была общей для всех миров. — Вовсе нет, ем с удовольствием. Замечательный у вас праздник! — Хе-хе, правда? Ну, тогда не стесняйся! — Ну же, ешь больше, ещё больше! Вдохновленные её словами, мужчины начали один за другим подкладывать ей еду: сочные сосиски, ароматную жареную кукурузу, свежий яблочный сок. Хотя она немного беспокоилась, получится ли у неё осилить всё это, Комари просто не могла проигнорировать их любезность и съедала всё, что ей предлагали. Но тут её рука вдруг остановилась в процессе. Но не потому, что поданное ей блюдо было плохим… а, скорее, наоборот. — Ах… очень вкусно… — невольно пробормотала она от того, насколько вкусным оказался простой овощной суп. Никаких особых ингредиентов в нём не было, но почему-то этот суп был ей очень по вкусу. И больше всего удивляло то, что этот вкус вызывал у неё странное чувство ностальгии… Насыщенный, но при этом мягкий вкус. Тепло, разливающееся по всему телу. Этот вкус она знала. Помнила так хорошо, что это до боли сжимало сердце. — О, понравилось? Да, супчик просто объеденье! Я уж три тарелки умял! Но кто его принёс? — Э-эм… А, точно! Ну, те самые молодожёны. Комари склонила голову, не понимая, о чём они говорят, и мужчины сразу принялись ей всё объяснять: — Недавно у нас на окраине поселилась молодая парочка. Говорят: «Не сможем прийти, надо за грядками ухаживать, но угощайтесь на здоровье». Вот специально принесли. Звали их… э-э… как же их? Вылетело из головы. Чудаковатые какие-то имена — сложно выговорить… — И всё-таки странные они. Зачем селиться на отшибе, да ещё на такой пустоши? — Да ладно, и на том спасибо. У каждого свои обстоятельства. Они прекрасно ладят друг с другом и очень трудолюбивы. Чего ещё надо? Я только рад, что молодёжь к нам едет! — Ха-ха-ха! Ну, значит, это была правильная рекомендация! Кстати, эта пара — странные ребята. Парень вечно ворчит и выглядит нелюдимым, а девушка — настоящая красавица, но при этом жуткая эгоистка. Но при всём этом они прекрасно ладят, и работают оба на совесть. Я рад, что такие молодые люди переехали к нам! Перестав изображать из себя взрослых, мужчины тут же вернулись к изначальной теме: — Ты лучше ешь больше, барышня! Этот сыр с хлебом — объедение! А вот запеканка, которую моя жена испекла, это вообще что-то… — А-а-ха-ха… пожалуйста, в меру… Так праздник продолжался до глубокой ночи, пока не опустели все бутылки. Горожане закончили уборку и разошлись по домам. Каким бы веселым ни был фестиваль, у него всегда есть конец. Чтобы завтра снова вернулись будни, все должны разойтись по домам. Комари и Розе тоже вернулись в городскую гостиницу. — Фу-ух, объелась!.. Едва добравшись до комнаты, Комари рухнула на кровать. Фестиваль был замечательным, но она всё же немного устала. К тому же сказалась усталость от изгнания кабана, и веки стали тяжелеть. …И в этот момент… Тр-р-р-р-р-р! — раздался внезапно рингтон. Комари подскочила и поспешно вытащила из кармана смартфон. Хотя это был другой мир и связи тут не было, этот аппарат соединял её лишь с одним местом. — Алё, Комари, это ты? Это Лала! На экране отобразилась прекрасная юная девушка — Лала. С тех пор прошёл год, и некогда маленькая девочка-богиня ещё подросла. Превратившись в настоящую красавицу, Лала теперь проходила обучение в мире богинь как богиня-ученица. И росла не только внешне, но и в умениях (по её словам). Правда, перемещаться между мирами через Врата она ещё не могла, но уже научилась использовать смартфон как вспомогательный проводник, чтобы создавать подобные псевдоврата для связи. Дети действительно растут не по дням, а по часам. Однако рост физический и способностей далеко не всегда означает взросление внутреннее… — Добрый вечер, Лалачка. У тебя, наверное, ещё день? — ответила Комари… но кое-что сильно обеспокоило её, и она не сразу перешла к разговору. — Слушай, а… что ты там делаешь? На фоне за Лалой явно виднелся угол какого-то склада. Да и сама она сидела, сгорбившись, словно прячась от кого-то. Это определённо была не обычная ситуация. — Я… я сейчас немного сачку… кхм, отдыхаю! Так что т-с-с-с-с! — шёпотом ответила ей Лала. Лала продолжала озираться по сторонам… Понятно, похоже, её любовь к забавам никуда не делась. Комари невольно горько улыбнулась. — Лучше скажи, почему ты так редко мне звонишь?! Мне одино… В смысле я переживаю за тебя! — Э-хе-хе, прости-прости. Последний раз я звонила… три дня назад, кажется? — Неправильно! Две недели назад! У нас время по-разному течёт! — надула щёки Лала. Видимо, ей действительно стало очень одиноко, и теперь она сильно дулась. Поэтому, чтобы её задобрить, Комари спросила: — Правда? Тогда расскажи, как прошли эти две недели? — …! Ну, ладно уж! Раз так просишь, я расскажу! — ответила Лала так, словно ждала этого вопроса. — На самом деле, я недавно выполнила своё первое задание как богиня! Кхе-кхе, — с самодовольным видом она выпятила грудь. Похоже, позвонила она именно для того, чтобы похвастать этим. — О-о, вот как! Ты потрясающая, Лалачка! — Именно! Я — потрясающая! Я сделала первый большой шаг как богиня спасения и перерождения! — Кстати, скольких примерно ты переродила? — Хе-хе-хе, слушай и трепещи! Целых… двоих! — …А, п-понятно… отличная работа… Цифра оказалась куда скромнее, чем она ожидала, но Комари решила об этом промолчать. В любом случае, Лала выглядела довольной тем, что смогла похвастаться — а ей этого ужасно хотелось. Однако она не замечала, что к ней подкрадывается великая беда. — Хе-хе, я знала, что ты всё поймёшь! А вот учительница Сноэлла — бука. Она совсем не гладит меня по головке, а если я хоть чуточку ошибусь — сразу злится! У неё точно этот, климакс(?) истерика(?) я умная, я всё знаю! — втихую оскорбляла Лала свою начальницу. Вот только за её спиной жутко шевельнулась тень. — …! Э-эм, Лалачка… — Тс-с-с! Сейчас хороший момент! Я расскажу «Десять причин, почему учительница Сноэлла — бука»! Внимай! — П-погоди… у тебя сзади… — попыталась она предупредить её, но было уже поздно. — Ого-о-о, я бы с удовольствием послушала этот «Топ-10». — Ой! С вздувшейся на лбу веной появилась именно эта самая богиня Сноэлла. — Я-то думаю, куда ты делась, а ты опять здесь бездельничаешь! — А-а-а-а, э-это… это награда самой себе за хорошо выполненную работу… — Да что ты такое несёшь?! Ты переродила всего двоих! И это было целых две недели назад! — сердито гаркнула Сноэлла. И уж если она начала читать нотации, так просто они не закончатся. — И не надейся, что я забуду! Ты же совершила грубейшую ошибку, переродив их с нетронутыми душами! В таких случаях память нужно стирать и отправлять в тела младенцев! Это же основы основ! Если мир наводнят типы в духе «Сохранив память из прошлой жизни, я стал нагибать всех в другом мире (лол)», в мире разразится хаос! я тебя вымуштрую как следует, чтобы ты больше не допускала таких грубых ошибок, живо возвращайся в тренировочный зал! — У-у-у, вы — демон! Дьявол! Климакс ходячий! — Молчать! Будешь копаться — лишу бананов на полдник!! — Хны-ы-ы-ы-ы-ы-ык!! — издавая жалобный плач, Лала со всех ног бросилась обратно. — Ха-ха… Удачи, Лалачка. Только она проводила Лалачку взглядом, как… — …Давно не виделись, Комари Имари. Как поживаешь? — спросила у неё Сноэлла через экран, резко обернувшись. Внезапно обернувшись, Сноэлла обратилась ко мне через экран. Я-то думала, что искра нравоучений перекинется и на меня, но, похоже, обошлось. — Вроде хорошо, ну, держусь как-то. — Вот как. Тяжело, наверное, всюду за Розе таскаться. — Вовсе нет, мне очень весело! — А, ну, ясно. Тогда ладно… Кстати, где это вы сейчас шляетесь? На этот будничный вопрос Комари честно ответила: — Мы сейчас в мире под названием «Ариан»… — честно ответила Комари на её будничный вопрос. — Хм, Ариан, говоришь… М-м, стоп, ты сказала «Ариан»?! Ты шутишь?.. На свете же столько Эддасий… Как так совпасть могло?!.. Было очевидно, что это название Сноэлле о чём-то говорит — она была заметно потрясена… Однако вскоре она издала обречённый вздох и пробормотала лишь одну фразу: — Похоже, судьба всё-таки существует. — …? О чём вы?.. — Кто знает. Ты мне не нравишься, так что не скажу… Приятного отдыха, — бросила она напоследок и оборвала связь. Сноэлла всё также вела себя совсем не так, как положено богине. Но Комари знала — именно она сейчас исполняет обязанности верховной богини вместо погибшей Фрейи. Поскольку в той битве Сноэлла была на стороне Кёи, её должны были заточить в тюрьму. Но заранее оставленное завещание Фрейи изменило всё. В нём говорилось: «Пусть Сноэлла станет во главе новой эпохи». Когда роли исчезли из Мирового Древа, многие богини тоже потеряли смысл жизни. Им нужен был ориентир — «новая богиня» для «новой эпохи». И лучшим кандидатом на эту роль была именно Сноэлла, которая всегда думала своей головой и стремилась к инновациям. Фрейя, вероятно, знала об этом с самого начала. Сама Сноэлла не горела желанием. Говорят, она даже сама просилась под стражу… Однако она была мудрой богиней. Она понимала, что лучшим наказанием и способом искупления для неё будет показать остальным богиням новый путь. Поэтому, хоть и неохотно, она теперь даже занимается преподаванием. И всё же… — Слушай, Розе, чего это она так среагировала? В Ариане ведь нет ничего особенного, правда? — По идее, да… Но честно говоря, я и сама не понимаю её истинных намерений. Комари и Розе озадаченно склонили головы. Понять ход мыслей богини мудрости обычному человеку не под силу. — Как бы то ни было, Лале тоже приходится несладко. Сноэлла строгая. — Это точно… Но зато Лалачка так выросла. Она правда молодец. Комари искренне радовалась росту юной богини… Но в глубине души не могла не подумать: — …Не то что я… Эти слова вырвались у неё не только из-за Лалы. Янаги стал начинающим инфлюенсером, Кудзуха — мостом между богинями и людьми, Канон и Рин стали обычными студентками… Все начали искать новые пути и идти на собственных ногах. А что же я? Я до сих пор тащу за собой историю, которая давно закончилась, ищу призраков прошлого и притворяюсь героем. Люди называли меня «истинным героем» за спасение мира, но мне это звание совсем не подходит. Ведь у меня нет даже смелости закрыть прочитанную книгу. Похоже, даже спустя тридцать тысяч лет тренировок, провалившийся герой так и остается провалившимся героем. Словно видя девушку насквозь, Розе нежно улыбнулась. — Как не бывает незаходящего солнца, так и у любой истории наступает конец. Даже если ты этого совсем не хочешь. И мы должны принять это. — Да… ты права… — Но знаешь, это не обязательно делать прямо сейчас. Не нужно спешить. Жалеть о чем-то и раскаиваться — это естественно. Наверное, все герои после завершения их историй чувствуют то же самое… Не переживай. Когда-нибудь ты сможешь принять даже свои сожаления, — утешала её Розе, увещевая. Комари была искренне благодарна за эту доброту, но всё же думала: Интересно, когда же наступит это «когда-нибудь»? Пока она размышляла об этом, веки стали тяжелеть. Усталость от битвы с кабаном, плотный ужин на фестивале и затянувшаяся беседа — даже бывшая героиня, одолевшая великого владыку демонов, была в невыгодном положении в борьбе против сонливости. — Хе-хе-хе, вымоталась, не так ли? Ложись уже спать. О сложных вещах подумаешь завтра. У нас ведь теперь полно времени для этого. — …Угу… Комари начала мирно посапывать. Нежно поглаживая её по волосам, Розе прошептал: — Всё будет хорошо. Как нет незаходящего солнца, так нет и бесконечной ночи. И рассвет уже совсем близко. Так что… спокойной ночи, наш любимый герой. На следующее утро, до рассвета. В предрассветных сумерках, пока солнце ещё не взошло, Комари тренировалась с мечом. Взмах, удар. Взмах, удар. Теперь, когда цель «остановить Кёю» исчезла, в тренировках больше не было нужды… но это уже вошло в привычку. В спящем городке раздавался лишь свист рассекаемого воздуха. …И тут. Краем глаза Комари уловила мимолётное движение тени. Силуэт напоминал маленькую чёрную кошку… — Феррис?!.. — невольно выкрикнула она это имя. …Но просто ошиблась. Тень вздрогнула и обернулась — это действительно была чёрная кошка, но лишь котёнок, размером раза в два меньше той кошки, которую она знала. Похоже, она обозналась. — Да, ну конечно… — самоуничижительно пробормотала Комари, провожая взглядом убегающего котёнка. О чём она только думала? Феррис никак не могла быть здесь. Она сама от себя была в шоке — насколько же сильно Комари за них цеплялась. Смеясь над собой, она вдруг кое-что заметила. — …М-м? Ты чего? Котёнок, который должен был убежать, остановился чуть поодаль и поглядывал в мою сторону… Словно чего-то ждал. «Она ждёт, чтобы ты побежала за ней. На самом деле эта малышка не любит одиночество. Поэтому… давай, постарайся поймать её». Вспомнив сон, который она когда-то видела, Комари хихикнула и… — Ладно, уже иду! Так началась их игра в догонялки. Котёнок резво бежал вперед, свободно несясь по миру. Он прятался за вывесками таверн, проскакивал через конюшни, пересекал площади и даже успел окунуться в фонтане. Сделав нехилый такой крюк… котёнок начал стремительно двигаться к окраине города. Куда же он направляется? Комари изо всех сил бежала следом за постепенно ускоряющимся котёнком, который манил её. Теперь у неё не было силы героя, так что даже просто поспевать за котёнком было непросто. Но её это нисколько не беспокоило. Она бежала, глядя только на кошачий хвост. Забыв о сложных вещах вроде окончившегося прошлого и нового будущего. Просто размахивая руками и поднимая ноги, только вперед. Казалось, что с каждым шагом тяжесть в груди рассеивается. Тело становилось легче, а сердце билось чаще. Конечно, всё тело болело, а дыхание сбивалось. Но Комари продолжала бежать. Не жалея сил, следуя зову своего сердца. Потому что она сама этого хотела. Интересно, сколько они так бежали? В конце этой погони они оказались на северной окраине города. Там Комари ждала… лишь пустошь, где не было абсолютно ничего. Бесцветная земля, где не было ни намёка на жизнь. Эта заброшенная и бессмысленно раскинувшаяся пустошь походила на закулисье закончившейся комедии. Пустоту заполняло лишь абсолютно бессмысленное безмолвие. Увидев это, Комари замерла в оцепенении. Ах, так вот оно что… В конце истории меня ждала лишь бессмысленная и заброшенная пустошь. В конце концов, именно такой финал мне и подходит... Но тут она вдруг заметила. Где-то раздалось мяуканье котёнка. Проследив за звуком… она увидела его. На самом краю пустоши одиноко стоял маленький домик. На фоне бескрайней земли он казался совсем крошечным и скромным. Но рядом с ним был маленький огород, где уже прорастали посевы. Пусть слабые, но жизненная активность в них точно присутствовала. Однажды они наверняка заполнят эту пустую землю яркой зеленью, — была убеждена в этом Комари… как вдруг всё вокруг залило ослепительным сиянием. Это было бесконечно мягкое свечение утренней зари. Сумерки отступили, и в мир пришло утро. Под лучами новорожденного солнца дверь домика медленно открылась. Ждавший у порога котёнок, мяукнув, вместе с первыми лучами солнца вбежал внутрь. И навстречу ему вышли две фигуры… Комари знала их лица. Комари знала их голоса. Комари знала их имена. [[image:/storage/reader-images/eb5464aa1a7668307af2b882aaffde94c9f633c9.jpg]] Перед глазами всё поплыло. В груди всё сдавило, а слова застряли в горле. Но это было уже неважно. Поддавшись чувствам, Комари бросилась вперед. Снова и снова спотыкаясь, забывая вытирать слезы, она бежала, выкрикивая их имена, надрывая лёгкие… навстречу тем двоим, стоящим в сиянии яркого утреннего солнца. Да, история героя и владыки демонов и в самом деле подошла к концу. Но сейчас началась новая история. Лишь их собственная история, свободная от каких-либо ролей. Конец. ---------- Эксклюзивная короткая история для цифрового издания. «Янаги умирает (?)» Это известие стало поистине громом среди ясного неба. — Ах да, кстати, помнишь Янаги? Похоже, он переродился… Услышав эти небрежно брошенные слова Кудзухи, Комари Имари не поверила собственным ушам. «Перерождение»… Это слово могло означать только одно: того храброго старика больше нет в этом мире… — К-как же так?.. Мистер Янаги... — Да-да, это шок, я понимаю. Кто бы мог подумать, что с ним такое случится… — сочувствующе закивала Кудзуха. Но никакие утешения не достигали сердца убитой горем Комари. Конечно, «перерождение» означает начало новой жизни, и, возможно, этому стоило бы радоваться… но тот факт, что она больше никогда не встретит доброго и отважного Янаги, был для девушки настоящей трагедией. — У-у-у… Этот день должен был стать таким радостным, но кто бы мог подумать, что всё закончится получением известия о смерти? С трудом сдерживая готовые политься слезы, Комари мысленно вернулась к тому, с чего всё началось. Тридцать минут назад… — М-м-м-м… — раздался стон в личной комнате девушки. Его обладательница — Комари Имари — в данный момент сражалась со своим злейшим врагом — сборником задач по математике. Концентрация, концентрация, концентрация... — отчаянно размышляла Комари, нахмурив брови, и итогом стал ответ… — Н-не получается!.. Подняв белый флаг, Комари повалилась на стол. Последние полчаса она билась над одной задачей, но так и не нашла ни малейшей зацепки… Впрочем, её расстроенное лицо тут же расплылось в улыбке — ведь сегодня у неё были замечательные планы. — Хе-хе… когда же все придут? Она бездумно перевела взгляд на календарь, где сегодняшняя дата была обведена кружком и подписана: «Групповое обучение с Канонушкой и остальными!!». Да, скоро. Уже скоро они встретятся. Прошло две недели с тех пор, как она вернулась в Японию после своего годичного странствия. Из-за суеты с оформлением документов и прочими делами возможности встретиться не было, но наконец-то она увидится со своими подругами детства. И именно в этот момент раздался звонок в дверь: «Динь-дон!». Вскочив, Комари бросилась в прихожую. Распахнув дверь, она увидела… — Мы пришли, Комари! — Давно не виделись, Комари-с! Канон и Рин вбежали в дом, словно больше не могли ждать. Подруги детства радовались встрече с теми же улыбками, что и год назад… но была одна деталь, которая отличала их от прежних. На них была не форма школы Игграсия, а форма местной старшей школы для девочек. Перестав быть героями, они превратились в обычных старшеклассниц. И именно эта форма была нынешней целью самой Комари. — Экзамен по переводу уже скоро, верно? — Как успехи-с? — Э-хе-хе… вот сейчас с трудом бьюсь над этим, — ответила Комари с улыбкой. Но она не шутила. «Втроём ходить в школу» — это обещание она когда-то дала им обеим. Она вернулась, чтобы исполнить его. Но для этого нужно было сдать вступительные экзамены в старшую школу, и сегодняшняя встреча была посвящена подготовке к ним. С помощью Канон и Рин, которые уже учились в школе, её силы невообразимо возрастут. Более того, похоже, помощницами были не только они. — Да, кстати, Комари… мне нужно кое за что извиниться… — …? За что? — На самом деле… когда мы рассказали о сегодняшнем дне, все захотели прийти… — пробормотала она. Тем временем, не дожидаясь приглашения, в дверях показались те самые «все». — Привет, выглядишь бодрячком! — Ну, это единственное твоё достоинство, — добавил другой. — Помощь прибыла! Из-за спин Канон и Рин вышли Юки, Кокуфудзи и Хина. Исходя из того, что слышала раньше от Розе, Юки и Кокуфудзи теперь студенты-первокурсники. Случайно оказавшись в одном университете, они постоянно держатся вместе… У них противоположные характеры, но, видимо, они на удивление хорошо ладят. Что касается Хины, она учится в техникуме, чтобы стать шеф-поваром. Вначале ходили пугающие слухи, что «бывшие члены "Розенских деток", ответственные за дегустацию, попали в больницу», но, похоже, сейчас она во многом преуспела. Из свертка, который она вручила со словами «Гостинец!», доносился очень аппетитный запах. И более того… — Учёба — это похвально. Именно такими и должны быть студенты. — Ух, совместная учёба, навевает воспоминания! Я тоже часто так делала! Хотя уже ничего не помню! — Моя дочь тоже раньше просила: «Папа, помоги с уроками»… — Прости, что мы так нагрянули. Но мы так хотели тебя увидеть, что не смогли удержаться. Показались Амо с Мики, Усуи и даже Аманэ. Группа взрослых из «Олд Мис». Конечно, компания собралась куда больше запланированной… но повода отказывать не было. — Добро пожаловать! Проходите, пожалуйста! — пригласила Комари всех в дом. Ей было немного неловко от того, что её родители здоровались с каждым по отдельности, но они выглядели такими счастливыми, что она решила промолчать и принялась готовить напитки на всех. Пока она это делала, она узнала, что Усуи сейчас ищет новую работу, решив проводить больше времени с семьей. Он хвастался, что «рассказы о подвигах времён героев очень нравятся работодателям на собеседованиях». Похоже, его отношения с дочерью, видевшей его геройские сражения, стали куда лучше. Странная парочка Амо и Мики всё так же не сходились во мнениях, и сегодня они спорили о вкусе сока, но на их безымянных пальцах блестели одинаковые кольца, что явно не было галлюцинацией. Что до Аманэ, то вместе с утратой силы героя к ней вернулось всё то, что она отдала в качестве платы. К удивлению Комари, теперь она стала президентом нескольких компаний. «С титулом "герой, спасший мир" можно проворачивать много безумных вещей. Да, самые разные», — шутливо поделилась она секретом успеха, но взгляд её при этом был пугающе серьезным, вызвав у Комари мурашки по коже. В любом случае, взрослые тоже нашли себе новые пути. Но один вопрос не давал Комари покоя… — Скажите, а где мистер Янаги? — М-м, я звала его, но он не был уверен, что получится. Сказал, что скоро будет какое-то важное объявление и он очень занят. Комари знала, что Янаги усердно работает стримером. Было немного жаль, что он не пришёл, но навязываться было нельзя. Казалось, теперь все в сборе. — Семь, восемь, девять… Да, стаканов хватает-с, — подтвердила Рин, помогавшая с угощением. Но Комари остановила её. — А можно ещё три? — Поняла-с… Но кто-то ещё что ли должен прийти? — Пока не могу сказать наверняка… Но мне бы очень хотелось, чтобы они пришли, — неуверенно пробормотала Комари. И как раз в этот момент в дверь снова позвонили. Неужели они действительно пришли?! — с надеждой в сердце Комари побежала открывать, но гость оказался не тем, кого она ждала. — Приветик, как поживаешь? — М-мисс Кудзуха?! — Давно не виделись, Комарушка. Я знала, что ты вернулась, но дел по горло, никак не могла зайти. Вот, держи гостинец — знаменитые «Мандзю Мирового Древа» прямиком из мира богинь! — тараторила Кудзуха, ввалившись в дом без разрешения. Её бойкий язык и бесцеремонность ничуть не изменились. Однако ностальгия длилась недолго. Из её уст прозвучало то самое ошеломляющее известие. — Ах да, кстати, помнишь Янаги? Похоже, он переродился… Услышав эти небрежно брошенные слова Кудзухи, Комари Имари не поверила собственным ушам. «Перерождение»… Это слово могло означать только одно: того храброго старика больше нет в этом мире… — К-как же так?.. Мистер Янаги... — Да-да, это шок, я понимаю. Кто бы мог подумать, что с ним такое случится… — Хнык… Я и не знала… что он скончался... — М-м? Ой, нет, «перерождение» — это… — начала было поправлять её Кудзуха, но внезапно передумала и хитро ухмыльнулась. — Ах, ну да, это так печально. Понимаю, понимаю. Всё в мире бренно, ничто не вечно под луной. Но слезы — это проявление человечности. Да-да, не стесняйся, поплачь у меня на груди! Всё нормально, всё нормально, — приговаривала Кудзуха, почему-то довольно кивая. И тут в её кармане зазвонил телефон. Ворча: «Ну что такое, на самом интересном месте», она вытащила смартфон, из которого донесся визгливый голос богини Сноэллы. Похоже, та была в ярости. — Да-да, это Кудзуха… А-а? Да нет же, я не бездельничаю! Я зашла за нужными документами! Честно-честно!.. Э? Что? Лалачка пропала? Понятия не имею. Наверняка опять где-нибудь сачкует, — небрежно отвечая Сноэлле, Кудзуха прошептала Комари: — Прости, Комарушка. Опять нотации, это надолго… Возвращайся пока в комнату. — Д-да… Делать было нечего. С тяжелым сердцем Комари побрела обратно в гостиную. — О, Комари. Кто там был? — А… э-эм... Это мисс Кудзуха… — Угх, мы её вроде не звали. И как только унюхала? — сказал Рин, поражённо улыбнувшись… но тут её выражение лица резко стало встревоженным. — …? Эй, Комари? Что-то случилось? Заметив неладное, Рин обеспокоенно заглянула ей в лицо. Нельзя было волновать всех, когда они наконец собрались, и Комари попыталась улыбнуться… но вместо улыбки из её глаз полились слезы. — К-к-комари?! Тут же поднялся переполох. Все бросились успокаивать внезапно разрыдавшуюся Комари, а когда стали спрашивать, что случилось, они узнали о смерти Янаги. — Как же так?! — Не может быть… Похоже, все слышали об этом впервые, и потеряли дар речи от шокирующей правды. Глядя на лицо Комари, никто не сомневался, что это не шутка. Атмосфера праздника воссоединения резко сменилась на мрачную. Но тут Аманэ пробормотала: — …Но, может, это даже к лучшему? — О-о чём вы?.. — Ведь он был уже в преклонном возрасте, верно? Рано или поздно это бы случилось, и… я думаю сейчас, когда он только начал свой путь стримера, он был гораздо счастливее, чем если бы покинул нас, потеряв цель. — …Если подумать, он всегда говорил: ценность в том, чтобы неуклонно двигаться вперед. Он бы рассердился, если бы мы повернули назад и впали в уныние. — Верно! Если мы будем хныкать, мистеру Янаги не сможет упокоиться с миром! Таким уж он был человеком! После этих слов один за другим начали всплывать истории о покойном. Счастливые воспоминания о Янаги, смешные случаи, эпизоды, которые знал только кто-то один. За этими рассказами мрачная атмосфера начала рассеиваться. На лицах стали появляться улыбки, даже те, кто молчал, начали говорить. Появилось вино для поминального тоста, захмелевший Амо начал рыдать в три ручья, а на большом экране запустили старые игровые стримы Янаги. В конце концов, кто-то предложил хором спеть «В день отбытия». Со стороны это выглядело довольно сюрреалистично, но никого это не волновало. Да, разделяя (?) горе таким образом, люди снова могут смотреть вперед. — Всё будет хорошо, он и после перерождения со всем справится! — Верно, я этого старика, честно говоря, толком не знал, но наверняка так и есть! — Угу, не знаю, чьё это несчастье, но и я от всего сердца помолюсь за его душу. Пока все согласно кивали, они вдруг заметили кое-что странное. Кажется, их стало на одного больше?.. Оглядевшись, они неизбежно наткнулись взглядом на крупного мужчину с внушительным телосложением. Его мощную фигуру, напоминающую демона-они, невозможно было с чем-то спутать… — Я-янаги?! — А, прошу прощения за опоздание. Я только что прибыл, но вы все так увлеченно пели, что я решил тихонько к вам присоединиться… Кстати, по чьему поводу траур? — спросил старик с невозмутимым видом И это вне всяких сомнений был Янаги. — Но… вы же умерли… и переродились?!.. Все застыли с открытыми ртами, будто буквально увидели привидение. Тут Янаги почему-то довольно улыбнулся. — М-м-м, вот как, вы уже знаете? На самом деле, я недавно сделал объявление: в этот раз я решил попробовать «переродиться». Вот, взгляните. С этими словами он достал смартфон и показал видео со своего канала. Но на видео был не привычный старик, а 3D-модель богини с огромными крыльями. — «Всем приветик! Это виртуальная богиня-красавица Цубасонька… во-о-от! Мне стало скучно, и я решила заглянуть в мир людей… во-о-от! Рассчитываю на вашу поддержку… то есть, прошу любить и жаловать!!» Милая красавица-богиня говорила уж слишком сильно сиплым голосом Янаги. Да ещё и добавляла невероятно деревянные окончания. Это было зрелище, от которого мозг мог запросто взорваться. — Хе-хе-хе, удивлены? Когда я двигаюсь, эта кукла тоже двигается. Автоматически! Ух ты, ну и прогресс шагает вперёд. Оказывается, такой способ обрести виртуальное тело в народе называют «перерождением», и вот я тоже, по совету зрителей, стал «дядюшкой, переродившимся в виртуальную красотку»! — радостно объяснил Янаги с широкой улыбкой на лице. Само собой, все присутствующие были шокированы — совсем по другой причине. Получается, перерождение-то перерождение, но перерождение именно в виртуальную красотку. — Ой-ой-ой, как же я могла всё так перепутать!.. Пока Комари металась в поисках щели, куда бы провалиться, остальные, придя в себя, облегчённо вздохнули. Оставляя в стороне вопрос о том, хорошо это или плохо, что закалённый в боях герой решил стать девочкой-витюбершей, главное, что Янаги был жив. Вот этому сейчас стоит просто порадоваться. …Впрочем, когда облегчение улеглось, закономерно возник вопрос о причине всей этой суматохи. — Комари-и-и, вылезай уже из-под дивана, пожалуйста. — Да и вообще, как ты умудрилась так ошибиться? То, что Комари — разиня, — факт общеизвестный… но не настолько же, чтобы внезапно решить, будто Янаги умер. Значит, у этого недопонимания должна быть причина. — Н-ну… — начала было Комари, но как раз в этот момент показалась «виновница», которая заварила всю эту кашу. — Фу-у-ух, наконец-то свобода. Чёрт, Сноэлла просто невыносимо дотошная. О, а тут вкусная пицца! Это Хиначка сама приготовила? Возьму кусочек!.. Чего это у вас такие страшные лица? Может, обрадовались моему внезапному появлению? А-ха-ха-ха-ха!! — шутя, рассмеялась Кудзуха, но тут же спохватилась, ощутив явную враждебность во взглядах окружающих. — …А, я тут одно срочное дело вспомнила. Так что, пожалуй, я пойду… Увидимся!! Почувствовав угрозу, она молниеносно приняла решение об отступлении. Похоже, инстинкты у неё по-прежнему остры… Впрочем, от группы бывших героев ей было не уйти. Кудзухе пришлось несладко, и она была «взята под арест». — Ну и? Зачем ты внушила Комари эту ложь? — О-обижаете, ничего я не лгала. «Перерождение» — это устоявшийся профессиональный термин… — Не увиливай-с! Ты сыграла на чувствах невинной Комари!.. Даже в шутках есть грань, которую нельзя переходить! — Н-ну, Риночка, пойми и ты мои чувства! Меня каждый день гоняет эта суровая Сноэлла, мне же хочется иногда просто пообщаться с чистой и невинной Комарушкой! К тому же, разве сам Янаги не говорил при жизни, что «Ценность в том, чтобы неуклонно двигаться вперед!». Разве могла я, великая Кудзуха, отступить на полпути?! — попыталась она пойти ва-банк и оправдаться, но в ответ получила лишь ледяные взгляды. Похоже, на этот раз блеф не сработал. — …Мда, не прокатило? — Именно, не прокатило-с. В итоге было решено: наказанию быть. После доклада Сноэлле явилась Розе в роли ловца. Кудзуха со слезами на глазах пыталась сопротивляться, но пощады не было. Под свой жалкий конец она всё ещё тянулась к пицце, пока её волокли прочь… Наверняка на той стороне её ждет суровая кара. Так, с устранением виновницы, инцидент наконец был исчерпан. Вечеринка возобновилась уже вместе с Янаги. Наслаждаясь домашней едой Хины, они слушали рассказы друг друга и лениво играли в карты. По сравнению с великими приключениями времен героев, это время можно было назвать слишком скучным. Но даже так Комари чувствовала себя абсолютно счастливой. Хотя из-за всей этой суматохи сама идея «групповых занятий» куда-то улетучилась. — Прости, Комарушка. С таким шумом тут не до учебы, — извинилась Аманэ, будучи не в силах больше молча это игнорировать, но затем продолжила: — Но уж прости нас. Мы просто не можем не радоваться. — Конечно! Я так рада, что мистер Янаги жив! — согласно кивнула Комари, но похоже, Аманэ не это имела в виду. — Что ты, вовсе не в этом дело. Ты вернулась к нам, снова стала прежней, весёлой… вот что для нас — самое большое счастье! Все прекрасно заметили, как Комари мучилась от ощущения пустоты. Но прекрасно понимая, что сами они не смогут ей помочь, они целый год просто молча ждали, надеясь, что наступит день, когда Комари снова встанет на ноги. Ах, вот оно что… — только сейчас до Комари дошло, что всё это время она была не одна. — Кстати, можно спросить? Что помогло тебе преодолеть свою проблему? Случилось что-то хорошее? — Ну… Э-хе-хе, пока что это секрет! Праздничная ночь становилась всё более и более оживлённой… Впрочем, теперь, когда они перестали быть героями, у них не осталось и капли той бездонной выносливости, что была в годы активности. К тому времени, как стрелки часов перевалили за двенадцать, рухнули и взрослые, и дети. Наверное, очень устали от веселья. Все дружно посапывали. Глядя на эту картину, Комари мягко улыбнулась и стала потихоньку накрывать всех одеялами. Прибравшись после вечеринки, она в одиночку села за стол. Впереди ещё оставалась та самая трудная задача. Хорошо бы успеть справиться до рассвета. Собравшись с духом, она взялась за дело и… — …Ась? Решила… То уравнение, с которым она так долго билась, решилось в одно мгновение. Может, помогла смена деятельности? Двигаться вперёд — очень важно. Но, может быть, иногда ненадолго остановиться — тоже неплохо… — подумала она, как вдруг… — Быстрее! Бегом!! Уже же всё начинается! — донёсся с улицы голос девочки-подростка. Вслед за ним последовало, будто соглашающееся с ней, мяуканье котёнка. А следом неспешные шаги двух людей… Закрыв задачник, Комари встала из-за стола с мягкой улыбкой на лице. Теперь пришёл её черёд встретить их. ---------- Послесловие Здрасьте, это Тиаки Конно. От всей души благодарю вас за то, что выбрали «Герой, натренированный злейшим владыкой демонов…»! Это была последняя книга данной серии. Лично я люблю истории о школьных битвах, поэтому писать это произведение, в которое я смог вложить много любимых мной сюжетных поворотов, было очень весело. Хотя мне немного жаль, что финал получился несколько поспешным (я очень хотел написать «тюремную арку», где Комари сражается бок о бок с Хиной и Юки против группировки скрытых S-ранкеров!..), я безмерно рад, что история Кёи и Комари смогла дойти до своего финала, и это стало возможным только благодаря огромной поддержке. Огромное спасибо художнику fame за его выразительные иллюстрации, моему редактору и всему редакторскому отделу за неизменную поддержку, господину Ивабэ, который отвечает за прекрасную манга-адаптацию, и, прежде всего, вам, дорогие читатели, за то, что поддерживали меня до самого конца! Большое, по-настоящему искреннее вам спасибо!! В силу ограниченного объёма книги на этом я закончу, но надеюсь, что смог передать вам свою искреннюю благодарность. Что ж, буду рад новой встрече с вами где-нибудь ещё! ---------- Послесловие переводчика Доброго времени суток всем, с вами на связи ваш бессменный переводчик Vergil Lucifer. Вот мы с вами и закончили вторую, пусть и весьма короткую серию с «владыкой демонов» в названии. Как я уже неоднократно говорил, изначально я не ждал от этой серии вообще ничего, но она неожиданно зашла мне, и очень жаль, что она настолько короткая. Сеттинг тайтла крайне масштабен и по крайней мере томов на десять уже всяко можно было растянуть, но по всей видимости, продажи оказались очень плохими и серию решили прикрыть. У данного автора есть ещё несколько тайтлов, последний том одного из которых вышел, кажется, в конце мая 2025-го, так что, возможно, дело было и не в продажах, раз издательство Хобби Джапан продолжает с ним сотрудничать. Возвращаясь к самому тайтлу, я бы разделил его условно на две части — лайтовую и захватывающую. Первая: с начала и до 7-ой главы 2-го тома, а вторая с 7-ой главы второго тома и вплоть до конца. Именно там новелла резко сменила тон в куда большую серьёзность и даже немного драматичность. Говоря о героях, то мне, естественно, зашёл сам главный герой — то, как он менялся на протяжении тайтла, но при этом остался верен себе до самого конца. Рад, что автор таки дал возможность Комари реабилитироваться и показать себя во всей красе в 4 томе. Скажу честно, что по комментариям у нас, что у англоязычного перевода манга-адаптации, она чуть ли не главный объект хейта у читателей. Поначалу мне очень нравилась Феррис — пожалуй, ярче всего она сияла именно в первом томе, а дальше она уже перешла в роль принцессы в беде, что, конечно, не отменяет того, что она лично пыталась бороться с этой ролью. Моим любимым персонажем, вероятно, стала Кудзуха, а конкретнее её сочетание непринуждённой харизматичности с вековой мудростью, которую она накопила за всю свою долгую жизнь. Для меня лично это тоже уже вторая переведённая от и до серия ранобэ. Что удивительно лично для меня, так это то, что я смог перевести её целиком в рамках одного года и это при том, что я начал переводить её только в апреле, перевод первых двух томов выпали на месяца сдачи диплома, поэтому времени на перевод было критически мало, а потом я ещё и поставил перевод на паузу после окончания перевода 2-го тома, чтобы перевести финальный том «Непригодного» с августа по начало сентября. Причём мне удалось закончить серию до Нового Года, хотя изначально я планировал, что буду заниматься ей аж до февраля. И хотя это мой новый личный рекорд — 5 книг за год и этому стоило бы порадоваться, есть обстоятельства, из-за которые омрачают этот успех. Я планирую по крайней мере на полгода уйти в неактив от постоянных переводов. Последние два месяца я чувствовал, что начинаю выгорать. Дело не вовсе не в том, что я устал от переводов — просто опять же изменились жизненные обстоятельства. С сентября у меня сильно уменьшилось количество свободного времени (работа на полторы ставки и очная магистратура) и начались проблемы со сном (поздно ложусь, а вставать на работу надо уже в 7 утра. Из-за этого на выходных я стал спать почти до обеда, из-за чего у меня последние две недели сильно сбился режим сна. Уже два раз за две недели я просто не мог уснуть ночью из-за того, что в воскресенье спал аж до 15:00. В итоге ближе к обеду, как раз, когда у меня начинались пары магистратуры, я становился овощем. Сама по себе магистратура оказалась штукой куда более трудной, чем я ожидал изначально, а мне её нужно совмещать с двумя по сути работами. Всё то незначительное свободное время, что у меня оставалось, сжирал перевод. Впрочем, я тут подписался на платный перевод манги «Луна плачет над последним желанием» под руководством небзызвестной командой Japit Comics. Это новая манга от автора «Грабителя» и «Утраченное небесами» — Минадзуки Суу. Главы выходят раз в месяц, поэтому переводить это мне не в напряг. Также, есть некоторая, пока крайне малая вероятность, но я также, возможно, буду переводить для них один ромком, но пока не буду говорить, какой, поскольку я ещё не решил. Всё зависит от финансовой обстановки. Если прямо сильно плохо с деньгами будет, то придётся соглашаться. А теперь к благодарностям: От всей души благодарю isaak2 за оперативную вычитку данного тома, в котором были две особенно огромные главы. Также, я благодарю каждого из своих читателей, а в особенности поддерживающих перевод материально. Этот перевод выходит и существует благодаря финансовой поддержке подписчиков с Бусти, за что всем подписавшимся огромная благодарность. Отдельно хотел бы выделить и поблагодарить тех, кто взял подписку за 300р: olexeyi1, Даниил Краух, Ilya Yurkin, awershio, Ватрушка, Исаак Мустопуло и Артём Хохлов. Что касается будущего, то, если в жизни всё сложится удачно, то летом мы, возможно, начнём новую серию и я дам вам право выбрать её. Разумеется, это должна быть серия, которая зайдёт и мне, поэтому выбирайте, предлагайте мне любым способом, после чего я выставлю все понравившиеся серии на голосование. Пока что моя душа как будто тяготеет к «Yasei no Last Boss ga Arawareta!», но не уверен. Заранее предупреждаю, что я больше не буду брать на перевод серии, длиннее десяти томов, если только серия мне вдруг резко дико не понравится на уровне «Непригодного». На этом я с вами прощаюсь и надеюсь увидеть всех и каждого в будущем. Vergil Lucifer, 26.12.2025 Поддержать перевод: Сбер — 2202 2067 2104 6709 Тинькофф — 5536 9139 9974 0356 Страничка на бусти — https://boosty.to/vergil_lucifer Наша группа ВКонтакте — https://vk.com/maougakuinnofutekigosha ----------