Гленн, наёмник с искусственным лицом и почти полностью киборгизированным телом, устал от вечных боёв и решил завязать с этим делом. Его мечта — красавица-жена и спокойное существование вдали от передряг. Он твёрдо пообещал себе: осесть на окраинной планете с богатыми ресурсами, завести ферму и жить тихо рядом с очаровательной супругой. Но стоило ему увидеть сестру Эрику, которую в тех краях притесняли, как его боевые навыки снова пригодились — и Гленну, ещё не успевшему проржаветь, пришлось влезть в очередную заварушку.
За общими трапезами и строительством укреплений на базе он знакомится с самыми необычными красавицами, включая представительниц рогатых рас. Так начинается его новая жизнь в ином мире — то милая и безмятежная, то пропитанная запахом крови.
[[image:/storage/reader-images/89c2a3eb4a600d40159c7a3f8f0e7cfcc92b6cfc.png]]
[[image:/storage/reader-images/e6ecc3303fcad05108a2db0afcd18fae33717163.png]]
[[image:/storage/reader-images/eeb188f062f0092e9ecd7f576b4fab1b37982e02.png]]
Прошло несметное количество лет с той поры, как разумная жизнь устремилась в бескрайние просторы космоса. Однако, даже освоив столь колоссальные территории, мы так и не прекратили враждовать между собой.
Множество космических империй борются за господство в галактике, ведя ожесточённую борьбу за контроль над звёздными системами через сеть гиперпространственных трасс. Пламя войны продолжает расползаться, пожирая колоссальные людские и материальные ресурсы. Мощные лазерные орудия испепеляют орбитальные колонии, электромагнитные ускорители с планетарных орбит превращают поселения в зияющие кратеры, а массированные залпы ракет с реактивными боеголовками в щепки разносят исполинские космические крепости.
Говорят, на другом конце галактики какая-то великая империя держит всё в узде, и там ситуация обстоит значительно лучше, но в наших краях всё всегда было именно так. Данная паршивая обстановка тянется уже не одно столетие. В подобных условиях у сироты, рождённого посреди войны, имеется не так уж много способов прокормить себя. Я живу на полях сражений с тех самых пор, как начал себя помнить, и сие продолжается уже без малого тридцать лет. Мои конечности давным-давно разнесло в клочья, внутренние органы почти полностью вышли из строя, а более десяти лет назад и вовсе лишился лица, когда опалило плазменной гранатой.
Оттого и прихожу к выводу: пришёл черёд поставить точку.
«С меня хватит.»
— Выхожу из игры!
— Ха-а-а?! Ты что такое несёшь?! У тебя что, механические мозги окончательно набекрень съехали?! — мой соратник, ведущий ответный огонь из-за соседнего укрытия, выкрикивает весьма дерзкие слова возмущения.
— Возможно и так, чёрт подери! Как только битва стихнет, завязываю с ремеслом наёмника! Найду себе жену на какой-нибудь планете и буду наслаждаться изысканной фермерской жизнью!
— Да ты посмотри на себя! В такой-то ситуации заявлять «как только битва закончится» — худшая примета изо всех возможных!
— Заткнись, мне плевать! Вывожу мощность на максимум! Погнали! — антиматериевое ядро, пересаженное мне вместо сердца, испускает пронзительный гул, начиная подавать предельную энергию в мои искусственные конечности и органы чувств. — Врываюсь первым и устрою там переполох! Поддержи меня!
— Смотри не сдохни там позорно, «Неубиваемый»!
Слыша голос напарника, разворачиваю силовое поле для защиты от вражеских атак и бросаюсь на штурм неприятельских позиций.
«С меня довольно этих проклятых полей сражений! Покидаю сей строй!»
Оформив почётную отставку из отряда наёмников, в котором состоял последние десять лет, принимаюсь за инвентаризацию своего имущества, накопленного за годы службы и в качестве военных трофеев.
— Сумма вроде и немаленькая, но всё же...
На моём счету накопилось около трёх миллионов энэлей. Если жить скромно, то этой суммы хватит, чтобы никогда больше не работать, однако для роскошной и праздной жизни её явно недостаточно. Подумать только, почти тридцать лет рисковал головой в пекле войны, а заработал лишь вот столько. Говорят, те наёмники, что бороздят просторы космоса на собственных кораблях, зашибают куда больше, но для обычных солдат вроде нас, чей удел — кровавая мясорубка в ближнем бою, такой заработок является пределом. Даже мне, обладателю столь громкого прозвища как «Неубиваемый», достались лишь жалкие крохи. Жизнь — суровая штука.
— И всё же этого решительно мало.
Я родился и вырос на войне. Оттого не имею гражданства ни в одной империи, а получение гражданства первого класса, позволяющего жить в безопасных поселениях на поверхности планет, и вовсе остаётся недостижимой мечтой. Для такого дела требуются десятки, а то и сотни миллионов энэлей. Мне не хватает целого порядка в цифрах.
— Гражданства второго класса для жизни в орбитальных колониях добьюсь без труда, имея пятьсот тысяч энэлей, но...
«Неужели хочу провести остаток дней в тесноте и духоте космической станции? Не думаю, что жизнь там хуже, чем в окопах, но представлять, как целыми днями сижу взаперти, просматривая голографические фильмы или играя в видеоигры, имея тело, на восемьдесят процентов состоящее из боевых протезов и имплантатов... Моя психика не выдержит и полугода такой неволи.»
— В таком случае...
Проецирую перед глазами карту ближайшего сектора галактики и сосредотачиваю внимание на одной звёздной системе. Она окружена тремя относительно могущественными империями и служит потенциальным маршрутом для вторжения каждой из них в пределы соседей — место называют «точкой удушения». Имя ей — система Рибос.
Она является не только важным стратегическим узлом, но и обладает богатыми ресурсами, включая планету, терраформированную для жизни органических существ. Казалось бы, такая территория обязана стать вечным очагом конфликта, однако в данный момент находится под совместным управлением трёх империй благодаря хрупкому балансу сил. На деле же в разных уголках системы постоянно вспыхивают мелкие стычки, напоминающие прокси-войны, но соседние государства направляют туда наблюдательные миссии, чтобы ситуация не вышла из-под контроля. В целом же там царит полнейший хаос, и место это больше напоминает зону беззакония.
«Может быть, именно здесь найдётся приют для такого человека, как я, слишком привыкшего к войне? Если основательно подготовлюсь, то на той планете вполне смогу отхватить себе кусок земли и основать ферму. До меня доходили слухи, что переселенцев там хватает. Если у меня будет процветающее хозяйство, то, возможно, найдётся хоть одна девушка, готовая выйти замуж даже за киборга, как я. Чувствую, что всё должно получиться. Решено, придерживаюсь этого плана.»
Так берёт своё начало проект «Неубиваемого» Гленна по переселению на планету.
Стоит определиться с целью, как наступает время действовать. Я по максимуму задействую связи, наработанные за годы наёмничества, чтобы раздобыть транспорт до нужной системы, и начинаю скупать всевозможные инструменты, припасы и материалы, которые могут пригодиться в наземной жизни. Пожалуй, стоит обзавестись хотя бы небольшим транспортным челноком для торговли с купеческими судами, проходящими по орбите. В случае нужды он послужит и средством передвижения по самой планете.
Пусть будет подержанным, лишь бы был произведён надёжной верфью. Никаких «кораблей-химер», собранных из обломков пиратских судов — их надёжность ниже всякой критики.
— Оружие мне тоже, само собой, необходимо...
Как мне доводится слышать, на той планете, помимо вооружённых группировок, подконтрольных трём державам, хватает и прочей нечисти: банды с пиратской поддержкой, местные оседлые фракции, заселившие мир ещё тысячу лет назад на заре терраформирования, биологическое оружие и вышедшие из-под контроля боевые роботы, оставленные здесь разными силами. А ещё там обитают мутанты, ставшие самостоятельными видами после применения генетического оружия, и искусственные расы, брошенные на произвол судьбы корпорациями или частными лицами, которые вовсю развлекались с геномом в этой зоне беззакония. Словом, угроз для жизни колонистов там в избытке. Без оружия соваться туда нельзя.
— Провизия тоже обязательна, да и медикаментами стоит запастись.
Хотя значительная часть моих внутренностей заменена протезами, пищеварительная система всё ещё функционирует. Еда для меня — едва ли не единственная оставшаяся радость. Нужно взять с собой побольше вкусных продуктов с длительным сроком хранения. Правда, когда десять лет назад в лицо прилетела плазменная граната, моя челюсть буквально испарилась, отчего теперь там сплошная механика. Впрочем, вкусовые рецепторы в порядке, проблем с этим нет. Собственно говоря, во всей моей голове из органики остался только мозг. Да и тот во время того взрыва едва не сварился заживо — фактически был на волосок от смерти. И всё же живу. У моего выживания есть свои непростые и даже причудливые причины, но об этом мы поговорим как-нибудь в другой раз.
Раз уж моё тело почти полностью механизировано, обычные медикаменты мне ни к чему: просто не могу ими воспользоваться. Однако на той планете может случиться что угодно. Даже если лекарства не пригодятся мне, они могут спасти кого-то, кого там встречу. К тому же в подобных местах, близких к зоне боевых действий, на медицинские товары всегда найдётся покупатель.
Разумеется, помимо лекарств, беру с собой внушительный запас материалов и оборудования для технического обслуживания своего тела. Если заглохну из-за нехватки запчастей, это будет равносильно смерти.
Вдобавок подготавливаю средства связи и архивы с технологическими данными на экстренный случай. Если по какой-то причине привезенное оборудование выйдет из строя или будет утрачено, должен иметь возможность создать минимально необходимые приспособления буквально с нуля. В этих архивах содержатся и инструкции по ремонту всей моей техники, потому в каком-то смысле сии данные — самое ценное, что у меня есть.
— Пожалуй, на этом всё?
Сверяюсь со списком — всё необходимое собрано. Даже данные с голографическими фильмами для досуга постарался накопить в максимально возможном объёме. Как ни крути, развлечения — вещь важная. Спиртное и наркотики тоже можно отнести к развлечениям, но они имеют свойство заканчиваться, да и занимают слишком много места при высокой цене. С этой точки зрения данные на одном маленьком чипе — невероятно эффективный способ скрасить досуг.
К тому же алкоголь и прочее на меня почти не действуют: мои усиленные органы мгновенно распознают их как яды и нейтрализуют. Кайф длится лишь мгновение.
К слову, список составлен на основе «Руководства для начинающих колонистов», написанного по рассказам успешных людей, сумевших основать процветающие поселения на опасных окраинах. В это издание включён перечень вещей, о которых они в глубине души мечтали со словами: «Если бы это было у меня в самом начале, я бы так не мучился!». Данный список улучшался и оптимизировался с каждым новым тиражом. Сейчас на руках четырнадцатая редакция.
— Я говорил, что сойдёт и корыто, но... ты не переборщил? — с этими словами взираю на малое космическое судно, буквально усыпанное мелкими царапинами и следами от латок.
Такие корабли наёмники прозвали «Забутон», и они пользуются большой популярностью у новичков. На него можно установить вооружение, но оно будет служить разве что для самообороны. Это скорее многоцелевое судно, нежели боевое. Несмотря на малые размеры, грузовой отсек у него довольно вместительный, если, конечно, делать скидку на общий масштаб корабля.
— Выглядит потрёпанным, но его лично перебрал. В качестве бонуса поставил туда минимальные щиты и лазерную пушку, будь благодарен. — ворчит старик-дварф, мой давний знакомый мастер, недовольно хмуря брови. Мы знакомы уже почти двадцать лет. Он помогал мне ещё тогда, когда был сопливым юнцом, только начинающим свой путь. — И всё же, Гленн. Стоило тебе наконец завязать с наёмничеством, как вздумал отправиться в гиблое место... Тебе что, на войне последние винтики в голове вышибло?
— Десять лет назад мои мозги чуть не сварились. Думаю, там не один винтик отлетел. Но скажи мне, дед: неужели веришь, что я, с таким-то телом, смогу теперь нормально жить там, где не пахнет озоном от выстрелов? — с этими словами широко развожу руки, демонстрируя свою фигуру.
Мои конечности заменены на усиленные протезы, мощность которых в десятки раз превышает человеческую. Чтобы выдерживать такие нагрузки, почти весь мой скелет заменён на сверхпрочные сплавы. Внутренние органы один за другим уступали место искусственным аналогам по мере их повреждения, а кровеносная система перестроена под них. В конце концов, даже сердце заменили на антиматериевое ядро со встроенным микрореактором. Это особая вещь с историей, подобной которой не сыскать во всём мире — редчайший экземпляр. И, наконец, венец творения — лицо. Совершенно гладкая, блестящая поверхность угольно-черного цвета. У меня есть подобие рта, но оно становится заметным лишь во время еды. Чтобы издавать звуки, мне не нужно открывать рот.
— Мог бы и в мирном месте пожить, какая разница.
— Девушка, выросшая в спокойной колонии, никогда не посмотрит на такого бывшего вояку, как я. А хочу найти милую жену и построить счастливую семью.
— И как же это желание связано с высадкой на ту опасную планету? Неотёсанные наёмники нигде не пользуются успехом у дам.
— Ц-ц-ц, как же ты заблуждаешься, старик. — сокрушённо качаю головой, словно поучая неразумного. — В таком опасном месте сила — лучший аргумент. У меня есть сила, отточенная тридцатью годами боёв. Ззащищу девушку этой силой, и она в меня влюбится. Идеальная логика.
— Как бы тебя просто не использовали в своих целях.
— Ну, на такой случай, как видишь, всё ещё есть сила.
«Если кто-то проявит ко мне враждебность или злой умысел, отвечу соответствующим образом. Таких личностей чую за версту, просто прогоню их, пока дело не приняло дурной оборот.»
— Эх, а ведь когда-то ты был таким чистым и искренним малым, Гленни... Теперь же насквозь пропитался циничными мыслями наёмника. Старику больно это видеть.
— Когда это было-то... Ладно, неважно. Если лично занимался обслуживанием судна, то спокоен. Забираю его, как и договаривались.
— Там стоят простенькие, но рабочие двигатели для сверхсветовых прыжков и гиперпереходов. Заглядывай ко мне хоть иногда.
— Если будет настроение.
Пожимаю плечами и перевожу энэли на счёт старика. Теперь остаётся только погрузить припасы и снаряжение, после чего состыковаться с транспортом, который доставит к цели. Настроение перед началом новой жизни стремительно ползёт вверх.
— Ты в своём уме? Когда ты в последний раз проходил диагностику?
— Я в полном рассудке и предельно серьёзен. Диагностику и техобслуживание прошёл буквально на днях.
Со всей серьёзностью отвечаю женщине-капитану вооружённого торгового судна, которое промышляет в секторе моей цели. Весьма нетактично с её стороны сразу сомневаться в моей адекватности. Мы знакомы довольно долго — ещё с тех времён, когда у меня было лицо, то есть лет десять с хвостиком.
— Ха-а-а... У тебя же было около трёх миллионов, верно? С такими деньгами мог бы найти себе приличную женщину в какой-нибудь тихой колонии и жить припеваючи.
— Отношения без любви — не по мне. Мне нужна жена, а не просто партнёр для постели.
— Давно в зеркало смотрелся или в пришибленный мозг слишком много детских сказок перекачал. Или быть может живешь в цветочном саду, где пони срут фиалками? — капитан кривится так, будто разжевала песок, и отпускает колкие замечания.
«Да какая разница? Имею право мечтать о жизни с любимой супругой или нет?»
— К тому же, если ты и найдёшь жену, будет ли от тебя толк? Ты вообще функционируешь в сем плане... с таким-то телом? — договорив, бросает взгляд на мою деликатную зону.
«Поразительно беспардонная особа.»
— Эту часть берёг пуще глаза. Всё в полной боевой готовности. Хочешь проверить?
— Ну уж нет. Мне по вкусу не такие громилы, как ты, а миловидные юноши. Если захочешь моей ласки — оставь там всё как есть, а остальное тело замени на корпус изящного мальчика.
— У тебя у самой пристрастия похлеще моих будут...
«И почему мне приходится выслушивать нравоучения о сказках и 'цветочном саде' от извращенки с такими девиантными вкусами? Мир полон несправедливости.»
— Ладно, делай что хочешь, мне-то разница какая. Я лишь доставлю тебя согласно контракту. Надеюсь, есть вменяемый план на время после высадки?
— Приземлюсь в подходящем месте, зачищу окрестности. Построю дом, ферму, налажу оборону и начну искать невесту. У меня с собой семена, аграрные дроны, синтезаторы удобрений — всё схвачено. Излишки урожая могу даже продавать тебе. Натуральные овощи и фрукты — ведь роскошь, не так ли?
— Смотря какие. Высокую цену дают только за отборный товар. Если качество будет так себе, то их пустят разве что на сырьё для пищевых картриджей. К тому же, если рынок завалить одним видом продукта, цена на него мгновенно рухнет.
— Всё сложнее, чем кажется. Ну, для начала мне нужно обеспечить себя самого.
«Деньги — важно, но самообеспечение стоит на первом месте. В конечном итоге те же дроны придут в негодность, придётся заниматься и добычей ресурсов, и производством деталей. Похоже, после высадки дел будет невпроворот.»
— Что ж, постарайся там не сдохнуть. Хотя тебя, кажется, даже ядерным взрывом не проймёшь.
— Если прогорю — приду к тебе наниматься. Выйдет отличный телохранитель, наверное.
— Для телохранителя ты слишком уж кровожадный...— капитан усмехается.
«Что значит 'кровожадный'? Подумаешь, просто мастерски умею превращать чужие головы в ошмётки и вырывать конечности.»
---Эпизод от лица Гленна---
Сквозь мерцание голографического дисплея наблюдаю за тепловым щитом, который окутан яростным алым сиянием, рожденным в противостоянии колоссальному жару от адиабатического сжатия при входе в плотные слои атмосферы.
После того как женщина-капитан доставила на орбиту целевой планеты, вооружившись планетарным сканером её вооруженного торгового судна, подверг поверхность тщательному, многократному изучению, дабы определить идеальную точку для десантирования. В процессе выбора стараюсь избегать мест, где в будущем, когда моё фермерское хозяйство разрастется, могут возникнуть территориальные споры с соседями или местными властями, и при этом подыскиваю территорию, богатую ресурсами для добычи. Впрочем, обосновываться в такой глуши, где в радиусе многих миль нет ни единой живой души, тоже кажется решением не самым благоразумным. Ведь в случае крайней нужды отсутствие возможности выручить друг друга припасами или банально совершить бартер может привести к полному краху. По крайней мере, именно так утверждает тот самый путеводитель, сведения из которого я черпаю.
Пусть и подготовил внушительный запас провизии и материалов, взирая в завтрашний день, однако запасы отнюдь не бесконечны. Оттого полагаю жизненно важным обеспечить каналы поставок на случай истощения собственных ресурсов. К слову, вовсе не вложил в нынешние приготовления все имеющиеся у меня энелы до последнего гроша. Следовательно, если удастся поддерживать связь с той женщиной-капитаном, смогу зазывать её для доставки необходимого, либо же самолично отправляться за покупками в колонии этой системы или даже к иным звездам на своем нынешнем транспортном судне — «Забутоне».
— Десантные капсулы в полном порядке. — констатирую я.
Словно верная свита, сопровождающая мой шаттл, к намеченной цели устремляются многочисленные капсулы атмосферного входа. В них упакованы припасы, коим не нашлось места на борту челнока, и по плану они должны совершить посадку в той же точке, что и я. И всё же, сие зрелище донельзя бросается в глаза. Наверняка любые сторонние силы прекрасно видят, как мой шаттл и капсулы входят в атмосферу и устремляются к поверхности. Оттого разведчики могут явиться с визитом уже сегодня, а в худшем случае — в течение ближайших нескольких дней.
«Перво-наперво стоит заняться жилым модулем... Или же лучше поскорее замаскировать капсулы и шаттл?» — размышляю о первых шагах, пока поверхность планеты стремительно приближается.
Отчего только сейчас задаюсь подобными вопросами? Ответ прост: мне доселе не доводилось высаживаться на планету ради мирной жизни. И помыслить не мог, что это окажется настолько заметным... Впрочем, припоминаю, как меня когда-то забрасывали на поверхность в десантной капсуле в качестве боевой единицы.
«Кажется, на том брифинге тоже говорили, что подобный спуск привлекает излишнее внимание. Совсем вылетело из головы. Ха-ха-ха! Что ж, как-нибудь справлюсь. В крайнем случае прибегну к насилию. Насилие — штука хорошая, оно позволяет разрешить большую часть возникающих проблем. Пожалуй, это своего рода универсальная валюта, принимаемая в любом уголке вселенной.»
— Теперь уже поздно суетиться. Будь что будет. — шепчу, словно пытаясь успокоить самого себя.
В этот миг пробуждается система автоматической посадки, и приземление в заданной точке завершается. Похоже, старик не лгал, утверждая, что поддерживал машину в идеальном состоянии: и активация систем, и само касание поверхности проходят безупречно. Если мне доведется свидиться с ним вновь, обязательно отблагодарю.
— Значит, это и есть Рибос-III...
Ступаю на поверхность планеты, спускаясь по аппарели «Забутона», и озираюсь по сторонам.
Вокруг расстилается дикая пустошь, совершенно не знавшая человеческого вмешательства. Насколько хватает глаз, тянутся нетронутые поля, а поодаль виднеются холмы и небольшие скалистые образования, отчего ландшафт кажется довольно рельефным и разнообразным, а вовсе не унылой плоской равниной. Я выбрал сие место специально, дабы использовать холмы и скалы в качестве источника строительных материалов. Как правило, почва планет, находящихся в обитаемой зоне звездных систем, изобилует кремнием, алюминием, железом, кальцием, калием, натрием и магнием. Разумеется, состав может разительно отличаться, но в случае с Рибосой-III всё обстоит именно так.
В моем распоряжении имеется чудесный инструмент — конфигуратор, способный с легкостью создавать разнообразные материалы и структуры из почвы, содержащей данные элементы. Если не изменяет память, его официальное название звучит как «молекулярный дезинтегратор-конструктор». Мне и самому не раз доводилось пользоваться им для возведения укреплений во время планетарных операций.
— Сначала нужно разведать окрестности. Придется заняться настройкой дронов и роботов... Ох, и муторное же это дело.
Простую работу можно переложить на плечи ботов и дронов, однако их запуск, калибровку и установку параметров мне придется выполнять в одиночку. Подобная перспектива нагоняет тоску, но тут уж ничего не поделаешь.
— ...Тишь да благодать.
С момента посадки проходит около трех часов. Устроившись на корпусе «Забутона», неспешно поглощаю рацион, созерцая проецируемые в поле зрения голограммы. К этому времени уже запустил несколько разведывательных дронов и подсобных строительных ботов, оснащенных конфигураторами. Они заняты изучением местности, сбором ресурсов и возведением убежища со складом. Я же совмещаю обеденный перерыв с наблюдением за их прогрессом.
«Пусть большая часть моего тела заменена протезами, сие не означает, что перестал нуждаться в пище. Без еды рано или поздно просто умру от голода. К тому же, трапеза важна для поддержания боевого духа, ведь вкусная пища наполняет человека жизненной энергией.»
— Зверья тут тоже хватает... Интересно, можно ли употреблять в пищу местное мясо?
На кадрах, передаваемых дронами, вижу множество шестиногих созданий, беззаботно щиплющих траву, и стада четырехногих существ, важно шествующих по равнине. Теоретически, если жизнь здесь основана на углероде, их плоть съедобна, однако риск столкнуться с ядами, патогенами или паразитами велик, посему нельзя есть всё подряд без разбора. Охотничий промысел — наука не из легких. Впрочем, понятия не имею, как разделывать туши, так что даже если добуду дичь, пределом моих кулинарных изысков станет переработка её в кухонном комбайне в мерзкую на вкус питательную пасту. Искренне надеюсь, что до этого не дойдет.
— Нужно поскорее налаживать производство продовольствия.
«Привезенные запасы не вечны. Если буду один, их хватит примерно на год, но сельскохозяйственные культуры не вырастают в мгновение ока сразу после посадки. Следовательно, если не начну посевную в ближайшее время, ждет голодная смерть. А если вдруг число ртов увеличится, времени останется еще меньше. Медлить нельзя.»
— Тем не менее, первоочередная задача — создание оборонительного периметра и убежища.
«Разумеется, огород важен, но если не смогу защитить провизию и инвентарь, все усилия пойдут прахом. Кроме того, необходимо обеспечить себя безопасным местом для сна. Продовольственная безопасность стоит в приоритете, но на данном этапе хватает и иных неотложных дел.
— Склад стоит сделать просторным... Пожалуй, углублю его в землю.
В отличие от хлипкой хижины, полуподземное сооружение — а лучше полноценный бункер — гораздо надежнее защитит припасы в случае непредвиденных обстоятельств. К счастью, местная почва содержит достаточно элементов для создания прочнейших конструкций. Также перерабатываю мешающую растительность в углеродные материалы, отчего любые мои постройки обретают такую стойкость, что их не разрушит даже прямой обстрел из противопехотного лазерного оружия.
— Что ж, обед окончен, пора возвращаться к рабо... хм?
Один из разведывательных дронов подает сигнал тревоги. Задаваясь вопросом, что стряслось, вывожу изображение на экран и замечаю шесть человеческих фигур.
— И что это за сброд?
Пятеро из них выглядят вполне узнаваемо: мужчины с оружием в руках. Трое вооружены чем-то, напоминающим огнестрел...
«Неужели они палят настоящими пулями? Какая архаика... Неужто цивилизация на этой планете настолько деградировала? У двоих оставшихся в руках и вовсе красуются ножи да дубинки.»
— И последняя...
Женщина. Ветхое рубище, на теле — явственные следы истязаний. На шее красуется массивный ошейник. Данное устройство представляет собой внешний имплант, который вклинивается в нервные сигналы на уровне шейных позвонков, лишая жертву власти над собственным телом и в значительной степени подавляя волю. Подобные штуки метко именуют «ошейниками рабов», и, надо признать, название сие в высшей степени оправдано.
— Стопроцентно гнилые людишки.
«Раз они в открытую используют подобные импланты, сомнений быть не может. Вероятно, остатки каких-нибудь космических пиратов или им подобные отбросы. Впрочем, и у меня в достатке аргументов в виде грубой силы. Что ж, устроим им достойный прием. Разумеется, шанс на то, что даже такие личности явились с дружелюбными намерениями, формально не равен нулю, хотя и сомневаюсь, что мы сможем поладить. Попробую вступить в контакт, прежде чем переходить к активным действиям.»
---Конец эпизода от лица Гленна---
[[image:/storage/reader-images/1a7dbec6142e47a576b6430583e8b658b5edf511.png]]
---Эпизод от лица Эрики---
— «Эрика, паломничество в одиночку — слишком опасно. В нынешние времена обстановка становится всё более тревожной, посему, прошу тебя, одумайся.» — слова епископа бесконечным эхом отдаются в моем сознании.
«Отчего же я тогда не вняла его предостережениям? Отчего помогла этим дьяволам в человеческом обличье? Отчего хоть на миг позволила себе довериться этим мужчинам? Отчего, отчего, отчего... Горькое раскаяние выжигает душу.»
Мысли, заторможенные из-за рабского ошейника, ходят по кругу. Перед глазами раз за разом вспыхивают мгновения, когда их руки, их языки, их омерзительная плоть оскверняли моё естество. В такие минуты сердце готово разорваться от боли, а из груди рвется крик, но проклятая железка на шее не позволяет издать ни звука.
— Должно быть, где-то здесь.
— Дыма не видно. Трудно понять, где именно они сели.
— Тем лучше, значит, содержимое не превратилось в угольки. Если упало с небес, то даже куски ткани уйдут по хорошей цене.
— Было бы славно найти еду или стволы.
— И если там найдется новая девка — вообще шик.
— Точно, а то эта скоро окончательно сломается.
Мужчины разражаются сальными смешками. От этого звука едва не теряю сознание. Мука, нежеланный экстаз, унижение, отчаяние и пустота — все чувства и эмоции сливаются в единый клубок, истязая моё «я».
«О, если бы я и вправду могла просто сломаться, как они говорят, насколько бы это облегчило мои страдания.»
— «Внимание. Вы вторгаетесь на частную территорию. Сообщите о своих целях и сложите оружие. В противном случае ваши действия будут расценены как враждебные, и вы будете уничтожены.» — внезапно раздавшийся неведомо откуда мужской голос заставляет моих похитителей напрячься.
Нас обнаружили первыми, но никто не понимает, откуда доносится этот голос. Будь у говорившего желание атаковать сразу, мы бы уже пали жертвами внезапного нападения.
— Плевать, это просто пустая угроза. Не вздумайте дрейфи...
В тот самый миг, когда предводитель банды пытается храбриться, его лоб на мгновение ослепительно вспыхивает, и голова разлетается на куски.
— «Благодарю за предсказуемую реакцию. Теперь можете спокойно подыхать.» — голос звучит обыденно и ровно, в нем нет ни капли сожаления.
---Конец эпизода от лица Эрики---
---Эпизод от лица Гленна---
— Раз.
Первый разбойник валится замертво, лишившись доброй половины головы. Когда человеческая плоть принимает на себя лазерный луч противопехотной мощности, она испаряется в мгновение ока. Идти на смертный бой без шлема — поистине заслуживает восхищения своей глупостью.
— Два.
Сношу голову второму, который застыл в оцепенении, не в силах осознать, отчего его товарищ только что лишился макушки. Лазерное оружие, на которое почти не влияет ветер или гравитация и которое поражает цель мгновенно, является идеальным инструментом для снайпера. В атмосфере энергия луча затухает с расстоянием, но на дистанции в пару сотен метров эти потери ничтожны.
— Три.
Похоже, они не могут вычислить позицию стрелка. Третий бандит наводит свое подобие оружия в совершенно неверном направлении, за что и получает луч в висок. Человеческий глаз не способен уловить траекторию лазера, ведь это невидимый свет. Впрочем, мои сенсоры фиксируют его без труда.
— Четыре.
Уничтожаю того, кто отбросил оружие и с жалким видом что-то вопит. У меня нет ни малейшего желания брать пленных, оттого что возиться с ними мне совершенно недосуг.
— Пять.
Последний бандит пытается бежать, но мой выстрел настигает его затылок. Не намерен позволять кому-либо уйти. На данном этапе мне выгоднее полное отсутствие информации о моей базе, нежели распространение слухов о её опасности. Я перебил их, даже не выяснив принадлежность или статус, но, судя по ошейнику на шее женщины и их мерзким ухмылкам, едва ли данные господа были достойными людьми. Вероятно. Конечно, существует мизерная вероятность, что эта женщина — сама исчадие ада, но если так, разберусь по ходу дела.
— Однако, она даже не пытается спрятаться.
Сквозь прицел вижу её лицо в синяках; она сложила руки у груди, словно в молитве, и зажмурилась. Весь её вид буквально молит о том, чтобы поскорее прервал её жизнь.
— Хм... — она явно безоружна и не выказывает намерения сражаться. К тому же, не поднимается рука стрелять в женщину, на которую нацепили рабский ошейник. Вероятность того, что она заодно с этими подонками, ничтожно мала. — Не хотелось бы, чтобы подохла где-то неподалеку... Ну и, чем черт не шутит, вдруг это мой шанс. Да.
«Вряд ли она сразу откроется мужчине, учитывая её состояние, но, быть может, в будущем станет моей супругой. К тому же, пусть её одежда и превратилась в лохмотья, само качество ткани и покрой разительно отличаются от того, что было на тех мертвецах. Похоже, она принадлежит к совсем иной социальной группе, а значит, может стать ценным источником сведений. Теоретическое обоснование готово. Пора вступать в контакт.» — приняв решение, выбираюсь из-под маскировки из веток и травы, креплю дальнобойную лазерную винтовку в заспинный держатель и сбегаю с холма, служившего мне огневой точкой.
— Засад нет.
На всякий случай сверившись с данными разведывательных дронов, являюсь перед ней. Поскольку противник безоружен, тоже не держу оружие в руках. Впрочем, в моих конечностях заключена мощь, способная с легкостью раздавить обычного человека, а рукопашный бой — моя стихия. Уверен, что смогу одолеть даже противника в силовой броне.
— ...
«Из-за подобия капюшона трудно разобрать детали, но волосы, кажется, золотистые. Прелестно, люблю блондинок. Телосложение тоже весьма недурственное. Грудь не то чтобы огромная, но и маленькой не назовешь, а изгиб талии и линия бедер очень даже хороши. Да, весьма недурно. — пока бесцеремонно разглядываю её, она, то ли заподозрив неладное из-за моего молчания, то ли почувствовав мой взгляд — хотя едва ли это возможно, учитывая, что у меня вместо лица гладкая поверхность без глаз — а может, просто испугавшись безмолвной фигуры, делает шаг назад. — Пора бы и голос подать.»
— Не бойся, не собираюсь нападать. И извини, к моему облику придется привыкнуть. Лет десять назад мне в лицо прилетела плазменная граната, и оно выгорело подчистую. — сокрушенно развожу руками, но в ответ она лишь едва заметно кивает. Видимо, ошейник и впрямь подавляет её мысли и чувства. — Ты ведь не с теми парнями, которым головы поотрывал? Раз на тебе эта штуковина.
— ... Да.
Когда я, произнеся «эта штуковина», указываю пальцем на свою шею, из её уст доносится едва слышный, надтреснутый голос.
«Хм? Похоже, бедняжка давно не видела чистой воды. Заторможенность реакций явно вызвана в том числе и обезвоживанием.»
— Ладно. В таком случае убивать тебя не намерен. Неподалеку мой лагерь, там подлечу тебя и накормлю. Но прежде — выпей вот это. — с этими словами протягиваю ей флягу, вынутую из подсумка противолазерного бронежилета. Это высокотехнологичное устройство собирает влагу прямо из воздуха, фильтрует её и превращает в пригодную для питья воду. Функция стерилизации гарантирует, что вода всегда будет чистой и безопасной.
— Зачем?..
— У меня, конечно, есть свой интерес. Но для этого мне нужно, чтобы ты была здорова, а не свалилась от истощения или жажды.
— Вот как...
Похоже, мой довод убедил её.
Она медленно кивает, берет флягу и начинает пить маленькими глотками. Тем временем принимаюсь обыскивать вещи убитых бандитов. Большинство предметов мне незнакомы, а вонь стоит невообразимая. Мой нос заменен обонятельными сенсорами, и их пришлось принудительно отключить, дабы не сойти с ума. Теперь воспринимаю запахи лишь в виде цифровых значений, и, надо сказать, цифры эти зашкаливают.
«Итак, что тут у нас... Примитивная кожаная фляга, непонятные обломки металла, патроны к их допотопным пушкам, вонючая паста, завернутая в лопухи, и такая же дурно пахнущая склизкая масса в брикетах. Еще какие-то твердые блоки и мелкие ножики. В общем, барахла порядочно.»
— Пожалуй, заберу всё... О, а вот и они. — отыскав среди кучи хлама то, что мне нужно, вызываю подсобного бота для транспортировки трофеев. Многие вещи кажутся бесполезными, но стоит расспросить её позже — вдруг среди этого мусора найдется что-то стоящее. — Напилась? Идти сможешь? Если нет, тебя понесу.
— Всё хорошо. Спасибо... вам. — кивает и протягивает мне флягу.
Принимаю её и замечаю, что веса почти не убыло.
— Не стоит благодарности. У нас тут честный обмен, позже возьму с тебя плату. И почему фляга полная? Пей нормально.
— Но... чистая вода так драгоценна.
— Эта фляга — не чета тем кожаным мешкам, это высокие технологии. Даже если выпьешь всё до капли, через пару часов она сама наполнится. Не стесняйся.
Указав на валяющуюся рядом с трупами примитивную флягу, вновь вкладываю свою в её руки и направляюсь к лагерю, оставив тела и тюки на попечение робота. Раз говорит, что может идти — пусть идет сама.
— А как же... вещи?
— О них позаботятся. Пей на ходу, здесь небезопасно задерживаться.
— Слушаюсь.
Должно быть, из-за ошейника беспрекословно подчиняется моим указаниям. Шагает медленно, но уверенно, не спотыкаясь.
«Похоже, ноги целы. Видимо, бандитам хватало ума не калечить её, дабы не замедлять свой марш.»
— И надо же, первая встреча с местными — и такая... Уж не знаю, радоваться такому началу или нет. — бросив мимолетный взгляд на безымянную спутницу, понуро плетущуюся следом, тяжело вздыхаю про себя.
— Как видишь, еще даже спальное место не успел обустроить. Но здесь ты в безопасности. Присядь-ка сюда.
— ... Хорошо.
Указав ей на ящик с рационами, стоящий подле шаттла, достаю из контейнера с медикаментами вспомогательный медицинский комплект. Будь её раны смертельными, я бы вколол наноботов, но тут явно иной случай. Придется лечить по старинке. Впрочем, сначала — сканирование.
— Не шевелись, я тебя просканирую.
— Да... — она на миг в недоумении склоняет голову, но всё же послушно замирает.
Направляю на неё сканер и приступаю к анализу повреждений и общего состояния здоровья.
— Множественные ушибы по всему телу, не только на лице. Протяни руку.
— ... Вот.
Прижимаю сканер к её руке, проводя экспресс-анализ крови. Хм? Показатели несколько отличаются от человеческих.
— Ты ведь не совсем человек, верно? Впрочем, мне без разницы. Есть ли у тебя какие-то медицинские или химические противопоказания? Нет? Тогда порядок.
В наше время встретить инопланетную расу — не редкость, и у многих из них биология разительно отличается от нашей. Есть умельцы, которые могут и коньки отбросить, просто глотнув водички. Считываю данные и, проецируя карту повреждений, приступаю к лечению.
— Раздевайся. Полностью.
— ... Слушаюсь.
С мрачным лицом начинает медленно, нехотя стягивать лохмотья. Наверняка решила, что тоже собираюсь надругаться над ней.
«Что ж, раз у неё нет ничего, кроме собственного тела, чтобы расплатиться за еду и помощь, такие мысли вполне логичны.»
— Поверить не могу, как они тебя отделали. Видимо, отбросы совсем не умеют обращаться с женщинами. Будет немного больно, потерпи.
Её нагота предстает перед моим взором. Белоснежная кожа, покрытая грязью и жуткими кровоподтеками... А еще у нее помимо обычных ног в районе поясницы имеются дополнительные конечности, покрытые прочным хитиновым панцирем. На концах этих конечностей, отливающих странным зеленоватым светом, виднеются острые, словно лезвия, наросты с высокой поражающей способностью.
— Вот это сюрприз. Ты можешь ими двигать?
— ... Да.
«Эти дополнительные придатки выглядят как типичное биологическое оружие. Слышал когда-то, что подобные гены ведут свое начало от инопланетных насекомых вроде богомолов, но за правдивость не ручаюсь. Теперь ясно, отчего сканер выдал странные показатели.»
— Понятно. Удобно, наверное? Когда мне меняли тело, предлагали поставить нечто подобное, но отказался.
За нехитрой беседой осторожно очищаю её кожу и густо наношу на раны заживляющий гель. Эта чудодейственная мазь способна за сутки бесследно излечить любые синяки и мелкие порезы. Увы, на моем теле, которое на восемьдесят процентов состоит из синтетики, от неё проку чуть. Где возможно, накладываю марлевые повязки. Гель и сам по себе отлично защищает от бактерий, но с повязкой дело пойдет быстрее.
— Удобно ли... никогда так не считала.
— Ну да, если ты с ними родилась, то воспринимаешь как должное. Глупость спросил... Ох, прости.
— М-м?!
Я без лишних церемоний наношу гель и на самые интимные места. Тут уж ничего не поделаешь. Те подонки, судя по всему, не ограничивали себя в «развлечениях», а сканер беспристрастно фиксирует следы их забав. Раз вижу угрозу её здоровью, обязан принять меры.
— ...
— Это просто медицинская процедура. Не нужно ставить на себе крест. Всё заживет.
Заметив, как с её лица исчезли последние крохи эмоций, пытаюсь её подбодрить.
«Бедняжка. Полагает, что продолжу то, что начали те бандиты. Но не из таких. В душе тот еще романтик.»
— Теперь вколем комплексный антибиотик, и будешь как новенькая... А, вот еще. Будешь это? — сделав инъекцию препарата, уничтожающего почти любые патогены, протягиваю ей контейнер с таблетками.
— ?..
— Средство против, так сказать, нежелательной беременности. Если у тебя нет каких-то веских причин этого не делать, настоятельно рекомендую принять.
— ...Благодарю, приму.
— Одной таблетки достаточно.
Эрика послушно кивает, извлекает капсулу из блистера и проглатывает её. Я протягиваю походную флягу, которую девушка принимает без лишних споров и принимается жадно пить.
«Зачем таскаю с собой подобные вещи? На поле боя случается всякое, оттого подобные запасы — обычное дело. В стандартном солдатском наборе моем таких медикаментов не найти, однако в развернутом комплекте медицинской поддержки, который задействовал на сей раз, припасено и не такое.»
— По-хорошему, тебе бы сейчас в душ, да только ещё даже спальное место не обустроил. Прошу прощения, но придётся ещё немного потерпеть.
Я смотрю на её одеяние и понимаю, что с этим нужно что-то решать. Вещи когда-то выглядели добротно и дорого, но ныне превратились в сущие лохмотья. Оставлять её в таком виде нельзя, посему решаю поскорее собрать фабрикатор для починки одежды. Соответствующее распоряжение уже передал рабочим ботам через коммуникационный интерфейс, встроенный в кибернетическое тело. Пройдёт несколько часов, и устройство будет готово к работе. А пока делать нечего. — отдал её свою запасную рубашку. — Из-за внушительной разницы в росте и телосложении на девушке она будет смотрится как короткое платье, но выбирать не приходится. Всяко лучше, чем оставаться нагой.»
— Теперь поешь и отдыхай. Туалет вон там. Разберёшься, как пользоваться? Похоже, что да. Славно. А мне нужно поторапливаться: дел невпроворот, стройка сама себя не закончит. Да, и вот ещё что: ешь не спеша, на всякий случай. Судя по результатам сканирования, с желудком у тебя порядок, но осторожность не помешает.
Вскрываю пакет с рационом и вручаю его Эрике, после чего возвращаюсь к своим заботам. В пакете оказывается паёк производства какого-то королевства — нечто вроде сладкого, плотного и сытного хлеба. Знаю, что женщины и дети падки на сладкое. Сам такое не жалую, однако припас несколько упаковок именно для подобных случаев — чтобы расположить к себе, если потребуется. В конце концов, путь к сердцу, даже в таких обстоятельствах, нередко пролегает через желудок.
— И вот, это теперь твоё. Распоряжайся, как знаешь.
С этими словами протягиваю ей ключ управления рабским ошейником. Данный предмет лично отобрал у одного из тех бандитов, когда обыскивал их вещи. Именно ради вещицы тогда и рылся в их пожитках, всё остальное же стало лишь приятным дополнением.
«Будет просто замечательно, если после такого жеста проникнется ко мне симпатией. Девушка ведь красавица, если её как следует отмыть да привести в порядок. Кто-то может спросить: неужели приближается к несчастной, которую бандиты таскали за собой и подвергали насилию, гуманно имея подобные 'грязные' мыслишки? Разумеется. Трудно не проявлять доброту к столь привлекательной особе. В конце концов, я спустился на эту планету именно потому, что мечтал найти себе жену. Состояние её сейчас плачевное, но она жива, и это — главное. Те отбросы, что посягнули на её достоинство, уже получили по заслугам. Да, ей нанесли раны, но она ничего не утратила безвозвратно. Пока человек жив, он может подняться вновь и начать всё сначала. Точно так же, как когда-то сделал сам я. Другими словами, сейчас нет смысла обхаживать девушку, измотанную физически и духовно. Первостепенная задача — обеспечить ей максимально возможный уход, исцелить тело и разум. А когда всё закончится, сама решит: остаться здесь или отправиться восвояси. В любом случае, Эрика — ценный источник информации. Кров, еда и немного заботы — сия цена более чем оправдана за те сведения, которыми она обладает.»
Запускаю дронов и ботов одного за другим, не гнушаясь и сам в поте лица трудиться на стройке. Благодаря столь ударному труду удаётся ещё до захода солнца обустроить минимально необходимое жильё, возвести подземный склад и перетащить туда привезённые припасы. Шаттл заботливо накрываю маскировочным тентом, наладив от него подачу энергии в жилой модуль. Сие позволяет наполнить комнаты светом даже в сумерках, запустить систему кондиционирования и привести в рабочее состояние душ и туалет — пусть пока и в упрощённом виде.
— Проблема лишь в том, что планировал обустраивать место только для себя, так что теперь, когда нас двое, о личном пространстве можно забыть. Прости уж, на сегодня придётся смириться.
— Хорошо. — негромко, но отчетливо отвечает Эрика, сидя на краю кровати.
«Кивает, и замечаю, что на её шее больше нет рабского ошейника. Видимо, пока был занят работой, она сама его сняла. Этот самый ошейник она отдала мне, и теперь тот надёжно заперт в глубине подземного склада. Кто-то удивится: как это сама сняла столь грозное устройство? Всё просто: передал ей ключ управления и велел поступать по своему усмотрению. Обычно рабам запрещено снимать ошейники самостоятельно, и даже если в руки невольника попадёт ключ, автоматика не даст ему освободиться. Однако если переписать команды так, как это сделал я, ситуация в корне меняется.»
— Ну что ж, пора бы нам познакомиться как следует. Меня зовут Гленн. Бывший наёмник, ныне в отставке.
— Бывший? — переспрашивает она.
— Именно, бывший. Опротивело каждый божий день торчать на проклятых полях сражений и слушать грохот канонады. Отдал этому делу почти тридцать лет, стал ветераном и решил, что пора на покой, прихватив всё заработанное. Вот и спустился на эту планету, чтобы начать вторую жизнь и построить ферму. — неопределённо пожимаю плечами. — Моя цель проста: найти жену да жить в своё удовольствие, возделывая землю. С моей внешностью рассчитывать на успех у дам не приходится, но здесь, если создам процветающее хозяйство и смогу обеспечить безбедную жизнь, глядишь, какая-нибудь девушка и согласится выйти за меня.
— Э-э... Вот как? Наверное, вы правы, — Эрика слегка склоняет голову набок, а на её щеке всё ещё белеет марлевая повязка.
От такой реакции у меня возникает смутное подозрение, что мой идеальный план может пойти прахом, но решаю списать это на простое недоразумение. По крайней мере, так спокойнее.
— Вот такие пироги. Тлько приземлился, как тут же эти типы подвалили. Пришлось их вежливо предупредить, а затем уложить на месте, чтобы тебя вызволить. И вот теперь мы сидим, едим и мирно беседуем. — с этими словами подцепляю вилкой порцию макарон с сыром из своей тарелки и отправляет в рот. Вкус весьма недурственный. Пусть ради этого и пришлось повозиться с электромагнитной плиткой, но горячая еда определённо того стоит.
Среди пайков встречаются саморазогревающиеся наборы, но от них остаётся слишком много мусора, да и объём порции оставляет желать лучшего. В этом плане пакеты, пригодные для разогрева на плитке, куда практичнее: и вкуснее, и сытнее. К тому же, если прижмёт, их можно поглощать и холодными.
«Я, всю жизнь проведший в разъездах по зонам конфликтов, вырос на сухпайках. Перепробовал рационы множества стран и считаю себя в столь примитимном деле истинным знатоком. Все те пайки, что притащил с собой, были отобраны мной личной из числа «самых вкусных, что доводилось жевать в минуты передыха меж боями». А ведь попадалось и такое, что с трудом можно было назвать едой, или вовсе несъедобные объекты... Порой встречались субстанции, которые, думалось, полезнее было бы метнуть во врага, нежели пытаться проглотить. И нисколечки не шучу на сей повод.»
— Я... — начинает она.
— Слушаю. — откладываю вилку, выражая готовность внимать.
— Меня зовут Эрика, я паломница церкви Кордия. — произносит она, не сводя глаз с макарон в тарелке.
— Значит, Эрика. Приятно познакомиться.
— Взаимно, господин Гленн. Спасибо вам большое за то, что спасли меня. — с этими словами отвешивает глубокий, искренний поклон.
---Конец эпизода от лица Гленна---
[[image:/storage/reader-images/9833837972912dc0db368b8ddd784228f78d6a32.png]]
---Эпизод от лица Гленна---
— Понимаешь, мне нужны сведения.
— Сведения? — Эрика, посвежевшая после душа, недоумённо склоняет голову.
К слову, после водных процедур вновь обработал её раны заживляющим гелем. В деликатных местах в сей раз, конечно, справилась сама. И нет, ничуть не расстроился. Когда наносил мазь в первый раз, чувство жалости к израненной девушке во мне было куда сильнее любых плотоядных порывов, отчего оставался абсолютно спокоен.
— Хочу знать, что это были за подонки, которых прихлопнул, к кому они принадлежали. Что представляет собой твоя церковь Кордия, насколько влиятельна. Ну и вообще — какие силы властвуют в этих краях, что это за планета и чем живут эти земли.
«Нельзя сказать, что прибыл сюда совсем уж неподготовленным, но досконально изучить местную грызню мелких группировок у меня возможности не представилось. Посему расспросить местную жительницу — задача первостепенной важности.»
— Разумеется, расскажу всё, что знаю, но...
— Но? — Гленн побуждает её продолжать, видя её нерешительность.
— Скажите, это правда? То, что вы говорили... Насчёт жены.
— А-а, вот ты о чём. Считаешь, раз спас тебе жизнь, то мог бы просто забрать тебя себе, верно? — Эрика молча и коротко кивает, а я продолжаю. — Не скрою, подобные мысли имелись, но пользоваться чьей-то слабостью и принуждать — не по-честному. Мне нужна не просто отдушина для плотских утех, а спутница жизни, с которой у нас будет взаимная любовь.
— Я... полагаю, что со временем смогла бы полюбить вас.
— Слова твои приятны моему слуху, но нам обоим ещё не хватает понимания друг друга, чтобы делать такие выводы. Да и душевное состояние твоё сейчас едва ли можно назвать стабильным. Давай сперва окрепнешь телом и духом, а потом мы вернёмся к этому разговору. Спешить нам некуда.
— Хорошо... поняла, — отвечает она, и в её голосе сквозит легкая обида, будто её чувства только что отвергли.
Она слегка надувает щеки, скрытые марлей.
«До чего же милое зрелище. Впрочем, твёрд в своём решении: сейчас она может просто идеализировать своего спасителя, вызволившего её из ада, и принимать это чувство за любовь. Или словно потерянный ребенок цепляется за первую попавшуюся тростинку, дабы, хоть на мгновение вернуться к подобию прежней жизни. Неа, не катит. Не ребенок, чтобы обманываться поведением и мыслями девушки, покуда та сама ещё не понимает, что к чему.»
— Но знай: мне очень льстит твоё признание.
— Правда?
— Истинная правда.
— Хорошо.
Успокоившись, принимается за остывающие макароны.
«Её поведение всё ещё кажется мне нестабильным; чувствуется, что подсознательно пытается опереться на меня, чтобы не потерять равновесие. Однако аппетит у неё отменный, да и рассуждает вполне здраво. Что ж, время покажет. Пусть сегодня отдыхает, а завтра, как только увыдастся свободная минутка, поговорим обстоятельнее.»
— Доброе утро. Хотя... вижу, поспать тебе толком не удалось.
— Доброе... утро... Простите меня, я...
Утром застает Эрику всё в том же положении на кровати. Вид у неё, честно говоря, паршивый: под глазами залегли тени, веки покраснели. Видимо, кошмары не давали покоя, заставляя раз за разом просыпаться в холодном поту.
«А что же кровать моя? Да не было никакой кровати: преспокойно устроился на полу на расстеленном мате. Я человек привычный, могу уснуть где угодно, как угодно, в любом положение и при любом шуме снаружи. В дни боевой славы приходилось посреди затяжных баталищ уметь выкраивать хоть тридцать минут, хоть десять на дрём.»
— Не бери в голову. Я-то выспался отлично. Слушай сюда: сегодня весь день бездельничай. Если в четырёх стенах сидеть невмоготу — можешь прогуляться рядом, но далеко не отходи. Поняла?
— Да... но...
— Знаю-знаю, «простите-извините». Прощаю. А теперь — завтракать. Надеюсь, ты пила воду, пока не спала? Вчера была на грани обезвоживания, помнишь?
— С этим... всё в порядке.
— Точно? Смотри, могу просканировать и всё узнать. Пи-пи-пи! — направляю на неё луч фонарика, встроенного в лицевую панель его шлема.
Эрика вскрикивает и начинает суетливо оправдываться.
«Ну точно, ни капли не выпила.»
— Конечно, никакого сканера у меня в глазах нет, это обычный свет. Но, кажется, поймал одну неслушницу, а?
— У-у-у...
— Эх ты, горе моё. Держи, фляга теперь твоя. Хотя в модуле есть и бак с системой очистки, пей — не хочу, да и душ в твоём распоряжении. — впихиваю ей флягу и слегка бесцеремонно ерошу волосы на голове.
«До чего же хлопотная девица.»
— Воду не жалей, глыкай сколько влезет, уяснила?
— Да.
— Тогда за стол. Коли всю ночь глаз не смыкала, небось, проголодалась как волк.
«Что бы предложить ей сегодня? Может, что-то особенное? — задумчиво перебирает запасы. — Нет, прибережём деликатесы на потом. Начнём с того, чего в избытке.»
Вчерашний день начался с неприятностей сразу после посадки, но сегодня работа по обустройству базы продолжается своим чередом. Вполне вероятно, что с этого дня начнутся контакты с местными силами, и далеко не все из них будут дружелюбными. Следовательно, главная цель на сегодня — создание системы наблюдения и обороны. Впрочем, сперва стоит позаботиться об одежде Эрики.
Фабрикатор был собран ещё вчера, лучше сразу покончить с сим делом. Если она и дальше будет расхаживать в одной лишь тонкой рубашке, то и дело являя взору пикантные выпуклости, не поручусь за свою железную выдержку. Даже стальная воля имеет предел.
Когда беру лохмотья Эрики и направляюсь к выходу, девушка послушно следует за мной. Видимо, её любопытство взяло верх, едва увидела, как распоряжаюсь её вещами.
— Господин Гленн? Что вы собираетесь делать с платьем?
— Починю. Ещё вчера подготовил для этого специальный аппарат.
— Вот как?.. — на лице Эрики отражается смесь непонимания и робкой надежды, но продолжает идти следом.
Фабрикатор установлен прямо возле шаттла. Для его работы требуется немало энергии, оттого решил запитать его напрямую от систем корабля. Само устройство выглядит как массивный прямоугольный контейнер без каких-либо украшений. Откидывает крышку и аккуратно расправляю внутри остатки платья.
— И эта коробка действительно сможет починить одежду?
— Именно так. Сейчас она просканирует обрывки, сопоставит данные с базой и подберёт похожий вариант, после чего воссоздаст вещь заново.
— Какая удивительная машина. — искренне восхищается девица.
«Разделяю её чувства: технологии и впрямь поразительные. Сам в механике смыслю мало, но твёрдо уверен: техникой нужно уметь пользоваться, а понимать принцип работы — дело десятое.»
— Гляди, сканирование завершено. Сейчас на экране появится готовый образ, и мы сможем подправить детали, если нужно.
— Невероятно... просто чудо.
На голографическом дисплее фабрикатора возникает проекция обновлённого платья. Гленн предлагает Эрике несколько вариантов на выбор, и, когда она указывает на понравившийся, запускает процесс. Теперь остаётся только ждать.
«Слава прогрессу!»
— С одеждой вопрос решён. Теперь пора заняться безопасностью лагеря.
— Значит, здесь и будет ваша ферма?
— Именно так. Но для начала нужно расставить часовых и укрепить оборону.
— Неужели так необходимо?.. Наверное, вам виднее. — снова сомневается она.
Эрика явно далека от военных дел и не понимает, что безопасность базы — приоритет номер один. Но я — профессионал, и знаю, что делать. Отходим от фабрикатора и направляемся к месту, где рабочие боты уже выгрузили материалы, доставленные из подземного склада. Увидев гору высокотехнологичного оборудования, она замирает в изумлении.
— Сколько здесь всего... Это ведь стоит целое состояние?
Разведывательные и сельскохозяйственные дроны, технические боты, датчики для системы оповещения, турели и боевые машины — такие вещи на Рибос-III стоят баснословных денег и встречаются крайне редко.
— В копеечку влетело, не скрою. Но если тридцать лет рисковать шкурой в пекле, то вполне можно сколотить капитал на такие игрушки. Жаль только, на тихую жизнь в благополучном мире всё равно не хватило. — пока говорил, руки привычно запускают дополнительные дроны и ботов-помощников. Хотел бы поскорее развернуть боевые системы, но прежде всего необходимо установить сердце базы. — Где бы тебя приткнуть?..
«Скрывать такую махину под землёй нельзя — возникнут проблемы с обслуживанием и отводом тепла. Остаётся одно: возвести вокруг максимально толстые стены, чтобы даже случайный снаряд не смог повредить начинку. Раз уж переместить его потом будет невозможно, логичнее всего поставить в самом центре поселения. Если уж эта штука взлетит на воздух, пара десятков метров роли не сыграют.»
— А что это будет?
— Генератор. Важнейший объект, который обеспечит нас энергией. На него не поскупился.
— Не поскупились?
— Ага. Мне удалось раздобыть ядро генератора с военного космического эсминца. Один мой знакомый старик-дворф набросал чертежи, как приспособить сию мощь для нужд колонии.
Беда лишь в том, что из имеющихся сейчас материалов не сможгу выжать и половины проектной мощности. Но это поправимо: со временем синтезирую нужные компоненты и проведу модернизацию. Впрочем, даже сейчас энергии будет с избытком.
— И... это безопасно?
— Да брось ты. Полная безопасность и экологичность. Если только ядро не разнесут в дребезги, сработает защита и всё просто отключится. А вот если его уничтожат... Ну, тогда всё в радиусе нескольких километров превратится в пыль.
— То есть, совсем не безопасно?!
Делаю вид, что не расслышал вопроса, и отправляю ботов возводить прочное здание для генератора. Почти все машины запущены, и на какое-то время оказываюсь предоставлен самому себе. Конечно, работы всё равно много: нужно проверять данные с разведчиков, планировать застройку лагеря, отправлять добывающих ботов к залежам ресурсов и чистить оружие.
— Господин Гленн, вы уже закончили на сегодня? — спрашивает Эрика, глядя, как раскладываю инструменты на складном столе.
Ей кажется, что я просто коротает время, но перед глазами моими в этот момент мелькают потоки данных, и ежесекундно корректирую действия своих механических подчинённых. Ей этого не увидеть, оттого решаю в ближайшее время собрать большой голографический экран для общего пользования.
— Нет, продолжаю управлять дронами и анализировать данные разведки.
— Вот как... Скажите, а у вас нет какой-нибудь корзины? Просто сидеть без дела мне не по себе...
— Корзина? Зачем она тебе?
«В представлении моем корзина — плетёный предмет интерьера из дорогого растительного волокна. Зачем такая роскошь?.. Ах да, в мирах с богатой растительностью это ведь обычная бытовая утварь.»
— Хочу собрать чего-нибудь съедобного в округе... Уверена, здесь найдётся что-то полезное.
— Понимаю. Корзины нет, но подойдёт ведь любая сумка?
Эрика кивает. Тут же синтезирую из углеродного волокна прочную сумку на плечо с жестким каркасом. От пуль или лазеров не защитит, но для сбора даров природы сгодится вполне.
— Погоди, дам тебе охрану. И нож возьми, пригодится.
Протягиваю ей новенький боевой нож в ножнах и запускает быстроходного четвероногого боевого бота.
— А... можно? — несмело принимает оружие.
— Ты о чём? — недоумённо склоняю голову я.
— Доверять такой нож человеку, которого вы едва знаете...
— А-а, ты про это. Боишься, что даю оружие потенциальному врагу? — Эрика серьезно кивает, на что я невольно усмехаюсь. — Если сможешь убить меня этим ножиком — значит, того стоишь. Тогда и всё это добро достанется тебе. Если сможешь, конечно.
— Не собиралась этого делать... Вы очень уверены в себе, верно?
— В своё время меня звали «Неубиваемым», и это имя кое-что значило среди наёмников. Чтобы прикончить, тебе понадобится не нож, а парочка полностью укомплектованных взводов опытных бойцов.
«И то, уверен, что при полном вооружении ещё бы поспорил с ними. Нисколечки не привираю.»
---Конец эпизода от лица Гленна---
---Эпизод от лица Эрики---
Человек, вытянувший меня из самых глубин ада, оказался наёмником с лицом, скрытым за маской. Он непоколебимо уверен в своих силах, и, вопреки своему грозному виду, проявляет удивительную заботу. Не скрывает своих намерений и прямо говорит о том, что ему нравлюсь — сия искренность кажется мне удивительной.
— Ой, земляника... — вооружившись его ножом, решилась осмотреть окрестности лагеря и набрела на чудесную поляну с ягодами. Их можно съесть сразу, а можно собрать побольше и сварить варенье. Интересно, есть ли у господина Гленна сахар? Нужно будет спросить. — Не стоит брать слишком много...
«Ягоды быстро портятся, если их не переработать, потому возьму лишь на сегодня. По сравнению с той едой, которой он меня угощал, сие лакомство кажется простым, но, надеюсь, ему понравится. Тот сладкий хлеб был чудесен, однако господин Гленн прибыл 'сверху', и данные земные дары могут быть ему в диковинку. Возьму чуть больше, на пробу.»
— Обрадуется ли он?..
«У него нет лица, и оттого трудно понять, что он чувствует. Видя, как безжалостно расправился с моими похитителями, осознала: он вовсе не святой. Но у меня он не отнял ничего. Хотя мог бы забрать всё, он, напротив, окружил заботой, вернул крохи моей разрушенной жизни и даже больше.
— Господин Гленн... — шепчу его имя, сжимая край его рубашки.
«Он старается не подходить ко мне без нужды, дабы не тревожить. Видимо, как опытный воин, знает, как вести себя с женщинами, пережившими подобное потрясение.»
— Нужно возвращаться, а то он будет волноваться.
«Да и разгуливать в одной рубашке не слишком осмотрительно.»
Я уже собиралась повернуть назад, как вдруг четырехногая машина, следовавшая за мной по пятам, издала резкий звуковой сигнал.
— «Эрика, ты меня слышишь? Это я, Гленн.» — голос раздался прямо из механического зверя.
— Да, господин Гленн. — вздрогнула, но постаралась сохранить самообладание.
«Значит, он может говорить со мной через свои машины. Неужели и видит моими глазами? Если так... не наговорила ли чего лишнего вслух?» — от сей мысли мне стало не по себе.
— «К нам приближается довольно большая группа. Немедленно возвращайся в лагерь. Возможно, будет бой.»
— Поняла, я уже бегу.
— «Поторапливайся. До границы зоны обороны им ещё далеко, но кто знает, чем они вооружены.»
«Едва ли они опаснее его самого... Но решила не спорить и поспешила назад. Скоро всё увидим сами.»
---Конец эпизода от лица Эрики---
---Эпизод от лица Гленна---
Эрика вернулась в лагерь сразу же, как только вызвал её через боевого бота — легкую четырехногую модель, прекрасно приспособленную для бега по пересечённой местности. Пока что лагерь представлял собой лишь скромный домик-модуль да укреплённое здание генератора.
— Быстро ты. Молодец.
— Я ведь не ребёнок... Вот, смотрите, нашла землянику и собрала немного.
— Земляника? Это те красные крупинки?
В сумке девушки лежало множество странных ягод. Судя по контексту, нечто съедобное.
— Значит, еда. В модуле есть холодильник, положи туда. Такая белая прямоугольная штука. И сиди внутри халупки, пока не дам знак, что всё чисто. Да, и платье твоё готово, забери.
— Хорошо, всё поняла. Будьте осторожны.
Девушка быстрым шагом направилась к шаттлу.
«До чего же покладистая. Впрочем, на этой планете иные просто не выживают.»
— Так, ягоды — это интересно, но...
«Сейчас важнее разобраться с гостями. Дрон, наблюдающий за ними с высоты, пока остаётся незамеченным.»
— Снова местные?..
На экране монитора — группа гуманоидов, чье обличие раньше встречать не доводилось. Две руки, две ноги, но при этом явно делятся на два разных вида, и дело тут вовсе не в поле. Одни — рослые и крепкие, под стать самому мне, с закрученными рогами на головах. Оружия у них не видно, зато за спинами — огромные тюки. Вторые — существа помельче, и их куда больше. На головах у них подергиваются усики-антенны, а сзади, кажется, есть хвосты. Эти вооружены примитивными огнестрельными винтовками, похожими на те, что были у похитителей Эрики, но сии экземпляры выглядят куда более качественными. Коротышки явно охраняют рогатых великанов, то и дело озираясь по сторонам.
Направляет один из дронов поближе. Рабов в караване нет, идут они стройно и дисциплинированно. Эти ребята явно поприличнее тех бандитов, а значит, есть шанс на мирный диалог.
---Конец эпизода от лица Гленна---
---Эпизод от лица Спики---
Меня зовут Спика из народа Формикан. Возглавляю отряд сестер, покинувших родной дом в поисках места для новой колонии. Сейчас подрабатываем охраной каравана таурисианов, попутно присматривая земли для заселения... но ситуация складывается непростая.
— Ну что, заглянем туда, куда штуковина упала? — как всегда беззаботно изрекает наша нанимательница.
«У меня уже не в первый раз возникает желание съездить её по физиономии, но сейчас сие чувство достигло апогея. Жаль только, она такая верзила, что при всём желании до лица не дотянусь.»
— Против. Риск неоправданно велик. — режу я.
— Но послушай, Спика, если это груз с орбиты, мы же озолотимся!
— Мы не одни это видели. Если кто-то добрался туда раньше нас и нашёл там мощное оружие, нас же просто в пепел сотрут!
«Да и не факт, что упали припасы. Поговаривают, что на орбите болтаются блоки с обезумевшими боевыми машинами. И порой эти 'подарки' валятся прямо нам на головы.»
— Да ладно тебе, если что — просто дадим дёру!
— И подставишь под удар моих сестер, пока сам будешь убегать?
— Ну, так это же ваша работа, разве нет?
«И не поспоришь. Проклятье, знала бы я, что этот торговец такой безрассудный, заломила бы цену втрое больше.»
Отдаю приказ сестрам сменить направление и перестроиться. Велю всем насторожить усики: если поблизости будет человек, мы почуем его издалека. Против машин наши чувства бессильны, вот оттого-то и не горю желанием приближаться к незваным гостям с небес.
На следующий день после того, как караван меняет привычный курс, мы вплотную приближаемся к месту, которое должно стать точкой нашей остановки. Мои чуткие усики-антенны улавливают едва различимый в воздухе запах пролитой крови, доносящийся откуда-то в стороне от нашего маршрута. Скверное предзнаменование; судя по всему, с момента инцидента проходит уже приличное количество времени, быть может, около суток.
— Командир, там следы недавнего боя или чего-то подобного... В общем, чувствую запах крови. — докладываю я, не теряя бдительности.
— Ох, надо же... Значит, кто-то находился совсем рядом с нами. И много их там? — доносится в ответ.
— Не один и не двое, однако и до десятка число не доходит. В любом случае, это точно не караван нашего масштаба.
— Хм-м, и как же нам поступить?.. Ой, а это еще что такое?
Моя нанимательница устремляет взор в небесную высь, и я тут же прослеживаю направление её взгляда. Там, в вышине, обнаруживается некий объект, который, мерцая белесым светом, стремительно направляется в нашу сторону.
— Всем приготовиться к отражению воздушной атаки! Без команды не стрелять! — командую, быстрым и привычным движением дергая рукоятку затвора, чтобы дослать первый патрон в патронник штурмовой винтовки.
Ствол оружия замирает, нацеленный на приближающееся светящееся тело.
«Проклятье, это совершенно точно какая-то боевая машина! Стычки с подобными жестянками всегда оборачиваются лишними потерями и износом снаряжения, отчего мне искренне хочется избежать конфликта.»
— «Слышите меня? Впереди находится... а-а-а... да, ферма Глена. Именно так, ферма Глена. Вы ведь торговый караван, верно? Если у вас нет враждебных намерений, мы будем рады гостям, но коли замышляете грабеж, то горько об этом пожалеете. Итак, торговля или кровопролитие? Какой из вариантов вам больше по душе?»
Парящий механический аппарат, подлетев ближе, вещает это, то и дело мигая яркими белыми огнями. Продолжаю держать дрон на мушке, вопросительно глядя на нанимательница, а та в ответ смотрит на меня. Мы обмениваемся короткими кивками; отсоединяю магазин от винтовки, вновь дергаю затвор и ловко ловлю вылетевший из патронника патрон прямо в воздухе. Тут же подаю знак своим сестрам-подчиненным, чтобы те последовали моему примеру.
— Если выбирать из предложенного, то мы, безусловно, предпочитаем торговлю-ю-ю. Позволите ли вы нам войти? — тянет нанимательница своим обычным певучим голосом.
— «Принято. В таком случае следуйте за аппаратом. Вы можете оставить оружие при себе, но потрудитесь извлечь боеприпасы. Если же решите зарядить стволы... ну, сами понимаете, что последует дальше.»
— Разумеется, — отвечает она, расплываясь в своей привычной, подозрительно вежливой улыбке, после чего бросает на меня мимолетный взгляд.
«Могла бы и не смотреть, и так всё прекрасно понимаю. Нам лишние неприятности тоже ни к чему.»
---Конец эпизода от лица Спики---
---Эпизод от лица Гленна---
— Э-э-то... и есть ваша ферма?
Женщина, возглавляющая караван — обладательница внушительного роста, не менее выдающейся груди и огромных витых рогов, растущих прямо из головы — с явным недоумением оглядывается по сторонам.
— Именно так. Впрочем, мы прибыли сюда лишь вчера, сейчас прилагаем все усилия, дабы превратить место в полноценное хозяйство. — отвечаю я ей.
— ... Больше похоже на передовой аванпост или крепость, не находите? — подает голос невысокая женщина с антеннами-усиками, вооруженная старомодным огнестрельным оружием с уже извлеченным магазином.
Она взирает на окрестности с глубоким подозрением, бормоча под нос несусветные вещи.
— Полноте, разве могут аванпост или крепость быть настолько хлипкими? — тут же спешу опровергнуть данное суждение. — Это ферма. Пусть пока и в проекте.
«Кто бы что ни говорил, это место — ферма. Ферма Гленна. И пусть на крыше здания, где установлен генератор, красуется несколько лазерных турелей, а легкие и средние боевые роботы берут прибывших дам в плотное кольцо — всё равно ферма. Раз я, владелец, так утверждаю, значит, так оно и есть. Возражения не принимаются.»
— Итак, вы изъявили желание торговать. Что именно вы предлагаете?
Уже знаю, что это бродячие торговцы, поскольку получил краткую информацию от Эрики, которая сейчас укрывается в сборном домике и передает мне сведения через систему. Впрочем, их внешний вид говорит сам за себя.
— У нас нет какой-то узкой специализации. Мы возим с собой всего понемногу, стараясь удовлетворить любые нужды. Вот, взгляните на наш каталог.
— Ого... Настоящая бумага из растительных волокон в наше-то время... — не в силах скрыть своего изумления перед культурой планеты, столь богатой растительными ресурсами. В космосе бумажные носители практически не встречаются, ведь они тяжелые, занимают уйму места, да и объем записываемой информации на них до смешного мал.
Просматривая список, отмечаю поразительное разнообразие: продовольствие, ткани для пошива одежды, электронные компоненты и детали для ремонта техники, медикаменты, алкоголь и прочие дурманящие средства, металлический лом и редкие ресурсы, оружие, боеприпасы, доспехи, развлекательная литература и даже кое-какие функционирующие механизмы.
— Хм-м... Большинство позиций не слишком прельщает... А впрочем, покажите-ка одежду. Женскую. И еще взгляну на оружие и броню.
— Сию минуту-у-у-у! Сейчас мы всё разложим. Девочки, за работу! — командует лидер...
... и остальные женщины — такие же рослые, пышногрудые и круторогие — сбрасывают с плеч тяжелую поклажу, расстилают на земле полотна и начинают демонстрировать товар. Наблюдая за ними, отдаю команду рабочему дрону, оснащенному молекулярным ассемблером, и одновременно связываюсь с легким боевым роботом, охраняющим Эрику.
— «Эрика, это Гленн. Вроде бы эти люди не представляют опасности. Выходи к нам. Подберем тебе что-нибудь из одежды на смену.»
— «... Да, господин Гленн. Сейчас буду.» — отвечает она с небольшой заминкой, вероятно, слегка вздрогнув от моего внезапного голоса в динамике.
«Решение приставить к ней охранного робота пока себя оправдывает, однако стоит подумать о более удобном способе связи. Может, собрать парочку коротковолновых раций?»
— ... Позвольте узнать, чем занята та машина? — спрашивает женщина с антеннами.
— Она подготавливает место для отдыха, чтобы такие караваны, как ваш, могли перевести дух, заглянув к нам.
— ... Вот оно как?
Пока рабочий бот при помощи ассемблера ваяет столы и табуреты из излишков кремниевых материалов, я велю другому дрону принести трофеи, добытые у вчерашних подонков. Заодно прошу доставить немного медикаментов и бутыли из биопластика, наполненные чистейшей водой. Эти емкости заставил роботов изготавливать в свободное время, подметив вчерашнюю реакцию Эрики.
— Господин Гленн...
При виде появившейся девушки невольно перехватывает дыхание. В своей чиненой одежде она выглядит просто ослепительно. Оказывается, под слоем дорожной пыли скрывалась истинная жемчужина. Наряд её имеет весьма необычный дизайн: преобладающий черный цвет придает ей строгости, но в то же время окутывает ореолом таинственности и святости.
— А, Эрика. Вот, они как раз раскладывают товар. Посмотри, что тебе подойдет по размеру. Если приглянется что-то еще — не стесняйся, говори. Рассмотрю возможность покупки.
Она кивает и направляется к разложенным вещам под прикрытием боевого дрона. Сам-то в женских нарядах смыслю мало, разве что размер прикинуть смогу.
— А кто эта леди? Судя по облачению, она — сестра из церкви Кордия? — интересуется невысокая воительница, провожая взглядом Эрику. Глубокий разрез её платья при каждом шаге обнажает ослепительно белое бедро и загадочно мерцающий экзопротез ноги.
— Обстоятельства сложились так, что мне пришлось взять её под защиту сразу по прибытии. О деталях спрашивайте её саму, если захочет рассказать. — обрываю расспросы, не видя смысла делиться информацией задаром.
Тем временем транспортный бот доставляет вещи для обмена: грубое оружие и патроны, отобранные у бандитов, а также те странные тягучие субстанции, которые Эрика называла «пайками».
— Ой-ой, а это что у нас такое?
— Свежие трофеи, полученные вчера, и продукция нашей фермы. За трофеи можете давать сколько не жалко, а вот насчет нашей продукции... держите по бутылке в качестве образца. — протягиваю по бутыли из биопластика рогатой предводительнице и её невысокой спутнице с антеннами.
— Ах, какая прелесть! Благодарю-ю-ю-ю... Ой, да это же чистейшая вода!
— Никаких патогенов или токсинов. Вода настолько чистая, что ею можно промывать открытые раны. Если захотите пополнить запасы — милости просим. Цена будет весьма привлекательной.
— Это крайне заманчиво... Для нас появление безопасного пункта снабжения — огромная радость. — произносит рогатая женщина, о чем-то раздумывая.
[[image:/storage/reader-images/d64fbe851012fdfa75ac869c04582af1d6058084.png]]
Её спутница тем временем вовсю шевелит антеннами и осторожно, по глотку, пробует воду. Должно быть, проверяет, не подмешано ли туда чего. Разумная предосторожность; будь я на их месте, тоже не стал бы залпом пить предложенное незнакомцем. Впрочем, на мой организм яды и лекарства практически не действуют.
— Так-так, посмотрим... Помимо воды, у нас тут вяленое мясо, пеммикан, довольно паршивое ружье, устаревший пистолет-пулемет и горстка патронов. О, и даже талеры имеются! А сие что такое?
«Талеры — это те самые грязные кусочки металла, найденные у покойников. Как выяснилось, они представляют собой грубо очищенное серебро и служат основной валютой на этой планете. В эпоху, когда повсеместно используются энергетические кредиты, столкнуться с серебряным стандартом... Признаться, стало для меня самым большим потрясением с момента приземления. Здесь даже не знают, что такое энергетические кредиты! Просто абсурд какой-то.»
— Это медикаменты из внешнего мира. Стандартный набор первой помощи: гель для регенерации тканей и комплексные антибиотики.
— Неужели?.. Это те самые штуки, от которых порезы и синяки заживают прямо на глазах?
— Именно. Взгляните на Эрику, если сомневаетесь. Когда нашел её, она была довольно сильно изранена.
Мы все переводим взгляд на девушку, которая с самым серьезным видом изучает одежду. Её раны затянулись настолько хорошо, что следов почти не осталось. Частично заслуга геля, но не исключено, что роль сыграла и её уникальная физиология. Эффект оказался на редкость мощным.
— И сколько такой воды вы можете предоставить?
— У меня есть тридцать ящиков, в каждом по дюжине литровых бутылок. Если будете наливать в свою тару — сделаю скидку на стоимость емкостей.
— А насколько прочны эти бутылки?
— Они у вас в руках. Испытывайте как угодно.
«Если их не устроит прочность, пускай не покупают.» — пожимаю плечами.
— Хозяйка, мы всё подготовили-и-и!
— Иду-у-у! Ну что, дорогой гость, пожалуйте оценить наш ассортимент!
Оставив воительницу с антеннами наедине с бутылкой — та принялась её нещадно тискать, стучать по ней и даже пытаться раздавить ногой — последовал за рогатой дамой. На полотнах действительно раскинулось целое море всевозможных товаров. Впечатляющее зрелище.
— Оружие, которое вы просили, находится здесь.
— Понятно...
Взглянув на «арсенал», обнаруживаю вполне ожидаемые огнестрельные образцы старых моделей. К ним вопросов нет. Но вот остальное... Деревянные палицы с металлическими шипами? Каменные топоры? Луки и стрелы? Это что, шутка такая? Лук и стрелы в эпоху лазерного оружия? Серьезно?
— О, этот лук сработан великим мастером! Очень рекомендую-ю-ю!
— Нет уж, луки мне без надобности... Неужели кто-то до сих пор этим пользуется?
— А почему нет? Если такая стрела попадет в цель, будет очень больно, а при доле везения можно и пришибить кого-нибудь. К тому же, можно использовать яды, да и шума от него куда меньше, чем от ружья. Для охоты на мелкую дичь — незаменимая вещь!
— Вот как...
«В словах торговки есть доля истины. Огнестрел грохочет на всю округу, так что в плане скрытности лук может иметь преимущество. Но у меня есть бесшумное и смертоносное оптическое оружие, так что этот антиквариат мне точно не нужен.»
— Всё равно откажусь. Посмотрим что-нибудь другое.
— Как пожелаете.
«Мечи, копья, топоры... Для ближнего боя мне вполне хватает собственных кулаков, так что и здесь прохожу мимо. Возможно, холодное оружие и дает преимущество в дистанции, но браться за то, чем не умеешь пользоваться — затея сомнительная. Чтобы эффективно рубить большим клинком, нужно правильно выставлять угол удара, иначе он либо согнется, либо сломается. Уж лучше тогда та дубина с шипами.
— Может, всё-таки возьмете ружье? Я и патронов в придачу накину.
— Никогда не держал в руках подобные модели. Есть что-то конкретное на примете?
— Для вашей комплекции идеально подойдет этот ручной пулемет.
— А вы не пытаетесь всучить мне вещь, которая разорит меня на одних только расходниках? — усмехаюсь я.
— Хи-хи-хи... — она лишь кокетливо прикрывает рот ладошкой.
«Да уж, характер у этой особы тот еще. Палец в рот не клади. Даже понимаю, что такая махина будет пожирать патроны ведрами, не говоря уже об износе ствола и механизмов.»
— Простите, господин Гленн... — пока отвергаю одно предложение за другим, появляется Эрика. В руках она бережно сжимает нечто тяжелое и круглое, а на лице её застыло виноватое выражение. Кажется, она нашла то, что ей очень приглянулось. — Я бы очень хотела купить сахару... Но горшочек стоит целых пятьдесят талеров... — она приоткрывает крышку керамического сосуда, и вижу внутри плотную массу коричневатых кристаллов. — Неочищенный сахар-сырец... Точно, для готовки из натуральных продуктов нужны ведь всякие приправы и подсластители.
«Конечно, мог бы синтезировать глюкозу из растительных компонентов с помощью ассемблера, но... Эрика впервые набралась смелости что-то у меня попросить. Почему бы и не купить? Хотя пятьдесят талеров для меня — пустой звук. Что? Слишком мягкосердечно? Ну, я из тех людей, кто до последнего заботится о тех, чьи жизни спас. В конце концов, в детстве со мной поступали точно так же, благодаря чему и выжил.»
— Если для кухни нужно что-то еще, кроме соли. — бери всё необходимое. И про одежду не забудь. Бери всё, что посчитаешь нужным. Кто знает, когда нам в следующий раз встретятся торговцы.
— ...Да! Огромное спасибо! — Эрика расцветает в улыбке и, прижимая драгоценный горшок к груди, уходит обратно.
— А вы, оказывается, добряк, несмотря на столь суровую внешность.
— Это вы меня сейчас похвалили или оскорбили?
— Ну конечно же похвалила-а-а! — рогатая торговка вновь расплывается в своей елейной улыбке.
«Знаю твою 'похвалу' — ты просто рада, что сбываешь побольше товара.»
— Итак, почем в итоге заберете воду?
— Посмотрим... Как насчет пяти талеров за две бутылки?
— Если считаете эту цену справедливой — пусть будет так. Как уже говорил, я здесь новичок и в рыночных ценах не смыслю. Однако имейте в виду: другим караванам буду продавать по той же цене.
— Разумеется! Наша лавка всегда ратует за честную торговлю и справедливые цены.
«Свежо предание, да верится с трудом... — думаю про себя, но соглашаюсь на её условия. — Эта женщина сама сказала, что им нужны безопасные точки снабжения. Если рассчитывает на долгосрочное сотрудничество, то не станет нагло обсчитывать. По той же причине не собираюсь отбирать у них товар силой. Раз уж решил здесь обосноваться, враждовать с местными торговцами в долгосрочной перспективе — себе дороже. Оказаться в изоляции от местного сообщества: верный путь к тому, чтобы в итоге остаться ни с чем. К тому же, даже если сейчас немного обдирают, вода для меня практически ничего не стоит. Превратить её в звонкую монету на этой планете — уже большая удача.»
В итоге продаю тридцать ящиков воды по пять талеров за две бутыли, что приносит мне девятьсот талеров. Дополнительно заправляю их собственные емкости — около ста тридцати пяти литров — еще за триста талеров, и сбываю пять аптечек за триста. Итого выручка составляет полторы тысячи талеров. Мои же траты: сахар за пятьдесят талеров, прочие специи за столько же, ткани и нитки для Эрики — еще сорок. И напоследок покупаю для неё одну огнестрельную винтовку и пять коробок патронов за сто шестьдесят талеров. Общая сумма покупок — триста талеров. Чистая прибыль составила тысячу двести талеров, плюс выменяли у этих проходимцев кое-какие «нормальные» по местным меркам пайки взамен бандитских трофеев.
— О-о-ох, пришли торговать, а в итоге остались с пустыми карманами! Купите у нас что-нибудь еще-е-е!
— Вы ведь перепродадите мою воду втридорога в другом месте, не прибедняйтесь. В следующий раз привезите что-нибудь поинтереснее.
Игнорирую причитания рогатой дамы и проверяю кучу тусклых серебряных монет, наваленных на кремниевом столе. Фальшивок вроде нет, но многие монеты сильно потерты. Те, что совсем потеряли в весе, откладываю, требуя взамен менее изношенные.
— К-какой вы мелочный...
— У меня просто очень чуткие руки, чувствую вес каждого грамма.
«Не стоит недооценивать сенсоры человека, чье тело на восемьдесят процентов состоит из высокотехнологичных протезов.»
Когда торговля завершается и мы заключаем контракт на аренду места для лагеря — караванщики решили заночевать здесь — принимаюсь изучать приобретенное добро. К сахару, специям и тканям Эрики у меня претензий нет — всё равно в этом ничего не смыслю. Однако сообщаю ей, что при помощи ассемблера могу производить очищенную соль в любых количествах.
— Вот, это чистая соль.
— Какая белоснежная... и совсем без посторонних привкусов! Знаете, господин Гленн, думаю, её тоже можно выгодно продавать.
— Неужели? Мне казалось, любая крупная фракция может производить такое в избытке...
— Есть силы, способные на это, но если люди узнают, что соль можно купить здесь, они обязательно потянутся к нам.
— Хм, резонно.
«Соль жизненно необходима многим существам. Большинству представителей человеческой расы и их мутировавшим потомкам она просто обязательна для выживания.»
— Что ж, тогда позже сделаю несколько килограммовых мешков и отнесу торговцам.
— Это будет мудрым решением. Так они поймут, что на ферму Гленна не нужно возить лишний балласт.
Эрика делает глоток воды и достает из холодильника, установленного в домике, целую гору лесной земляники, которую называет «ноитиго». Она протягивает её мне, и я осторожно беру пальцами мягкую красную ягоду, отправляя её в рот.
— ... Эта ваша земляника довольно кислая.
— Верно. Зато она очень полезна и в ней всё же есть капелька сладости.
— Да, пожалуй. Вкус непривычный, но мне нравится.
«Ягода очень нежная, с приятной зернистой текстурой. Кислинка сменяется легким сладким послевкусием. Кажется, давным-давно пробовал напиток с похожим освежающим вкусом. К сожалению, подробностей не помню, но, возможно, это был именно аромат такой вот земляники.»
— Раз уж купили сахар, позже наберу побольше ягод и сварю джем.
— Джем?
— Да. Если добавить в лесную землянику сахар и долго томить на огне, получится изумительное лакомство. Его очень вкусно мазать на хлеб или галеты.
— Звучит заманчиво.
Отправляю в рот еще горсть ягод, медленно разжевывая их. Наверное, с сахаром это и правда станет вкуснее, но не пропадет ли эта приятная зернистость и свежесть после термической обработки? Впрочем, в вопросах натуральной пищи Эрика разбирается куда лучше меня. Если говорит, что будет вкусно — значит, так тому и быть. Буду с нетерпением ждать этот её джем.»
---Конец эпизода от лица Гленна---
Эрика вновь отправляется на сбор ресурсов, и я, захватив предназначенную для неё винтовку вместе с целой коробкой патронов, устраиваюсь за столом, выставленным перед жилым модулем, дабы заняться разборкой и тщательным техобслуживанием оружия. Одновременно с этим отдаю команды рабочим ботам и дронам касательно развёртывания сети охранения. Сия работа несколько выбивается из графика, чем вызывает лёгкое беспокойство своей медлительностью.
К счастью, чертежи и руководства по эксплуатации для данного типа огнестрельного оружия обнаруживаются в привезённом мною архиве технологических данных, отчего сам процесс не предвещает никаких трудностей. Я выбираю именно эту модель из множества других вариантов ещё и по той причине, что вполне отчётливо представляю себе её характеристики и особенности использования.
Следуя инструкциям, разбираю винтовку на части и внимательно изучаю степень износа деталей. В этот момент ко мне приближается та самая низкорослая девчонка с усиками-антеннами.
— Тебе что-то нужно? — вопрошаю, не отрываясь от дела.
— Вообще-то я прихожу сюда с мыслью научить тебя обращаться с оружием... Но, судя по всему, ты и сам прекрасно во всём разбираешься, — произносит она, с интересом наблюдая за моими манипуляциями.
— Опыта у меня не так много, но кое-что всё же смыслю.
Не вижу ни малейшей необходимости откровенничать с ней о наличии у меня архива технологических данных. Посему просто отделываюсь общими фразами, попутно возвращая детали на свои места и приводя винтовку в полную боевую готовность. Разумеется, точность боя можно проверить лишь на практике, однако изначально выбираю экземпляр с наименьшими признаками деформации или износа ствола, следовательно, откровенным хламом сие приобретение оказаться не должно.
— Послушай, а ведь ты прибыл «сверху»... То есть из космоса, верно?
— Да.
— И зачем тебе понадобилось спускаться на такую дыру по собственной воле?
— Строю здесь ферму, разве не видно?
Отвечая наобум, достаю из коробки пять патронов, снаряжаю ими обойму и пробую дослать их в винтовку. Затем несколько раз подряд дёргаю затвор, убеждаясь, что патроны выбрасываются без каких-либо задержек.
«Похоже, внезапных проблем с экстракцией гильз возникнуть не должно. Впрочем, огнестрельное оружие подобной конструкции славится своей высокой надёжностью, так-то излишне переживать по этому поводу не стоит.»
— Это-то понятно, но мой вопрос в другом. Почему выбрал именно путь фермера?
— У меня нет ни единого повода обсуждать этос тобой. Если же ты так горишь желанием узнать ответ, то сперва попробуй поведать мне нечто такое, что сможет по-настоящему заинтересовать. Информация не даётся даром. Сие прописная истина, не так ли?
— Гм-м... Твоя правда, но разве мы не можем просто поболтать из чистого любопытства?
— Кто знает.
Лично мне не кажется, что попытка выведать мотивы чужих поступков — всего лишь «простая болтовня». Понимать мотивы другого человека означает отчасти постичь принципы его действий. При должном умении такая информация может стать мощным инструментом для манипуляции оппонентом. Тот, кто разбрасывается столь важными сведениями в обычных беседах, долго на свете не задерживается.
— Сперва расскажи мне о своём народе. Тогда отвечу на один твой вопрос. Не обещаю выложить всё как на духу, но поведаю о том, что сочту возможным.
— О нас? Вот оно как. Ты ведь только-только прибыл на планету, оттого и не знаешь почти ничего ни о нашем виде, ни об этом мире в целом. Ясно.
«Вот видите, стоит проявить небольшую слабость в разговоре, и собеседник тут же её подмечает. С другой стороны, именно таким путём порой и выстраиваются доверительные отношения.»
— Что ж, тогда расскажу тебе о нас. Ах да, для начала стоит представиться. Звать Спика. А наш народ зовётся формиканами. Технически мы являемся расой, созданной на основе людей, однако наша биология существенно отличается. Мы рождаемся в колониях и трудимся там до самого совершеннолетия. Когда число взрослых особей достигает определённого порога, формируем небольшую группу и отправляемся в странствие на поиски новых земель. Наша община — как раз одна из таких групп. Все мы — сёстры одного возраста. — произнеся это, малявка с усиками, а точнее Спика, начинает усиленно шевелить своими антеннами на голове и горделиво выпячивает грудь. Впрочем, сия попытка выглядеть внушительно со столь плоскими формами не производит на меня ровным счётом никакого впечатления. — ... Тебе не кажется, что ты только что подумал о чём-то крайне неучтивом?
— Нисколько.
«Вполне вероятно, что представители её вида страдают от комплекса из-за своей невыразительной груди. Пожалуй, стоит вести себя осмотрительнее.»
— Хм, ну и ладно. Так вот, когда отделяющаяся от основного роя малая группа находит подходящее место для жизни, она основывает там новую колонию и приступает к размножению. Поскольку в нашей основе лежат человеческие гены, мы можем давать потомство, получая семя от мужчин той же человеческой основы. Но рождаться у нас всегда будут только представители нашего вида.
— Понятно.
«Довольно причудливая биология. Удивительно, как они до сих пор не вымерли. Хотя в кругах мутировавших человекоподобных рас истории о видах, состоящих почти сплошь из женских особей, встречаются нередко. Говорят, их специально проектируют таким образом, дабы они не могли плодиться сверх меры. Мне никогда не понять логику тех, кто перекраивает человеческую природу в угоду собственным интересам. Впрочем, учитывая, что и сам живу в теле, которое на восемьдесят процентов состоит из протезов, подобные мысли из моих уст звучат несколько иронично.»
— Мы прирождённые рабочие и воины. Несмотря на внешность, обладаем огромной силой, а наши органы чувств развиты куда лучше, чем у обычных людей. Наша слаженность в бою просто безупречна. Знаешь, мы могли бы стать для тебя весьма выгодными партнёрами.
— Неужели пытаешься навязаться в компаньоны? Сюда, на строящуюся ферму, где пока нет ничего, кроме одного жилого модуля? Что же ты замыш...
Не успеваю договорить фразу «замышляешь», так как разведывательные дроны, патрулирующие окрестности, внезапно фиксируют множество неопознанных сигналов. С севера приближаются семнадцать человек, с востока — двадцать восемь. Они берут ферму в полукольцо.
— Что случилось?
— Сенсоры засекли группу людей, стремительно приближающихся к ферме. Вероятнее всего, это нападение.
Дело принимает скверный оборот. Эрика, ушедшая на сбор припасов, находится совсем рядом с предполагаемыми захватчиками.
«Задержка в установке сети охранения выходит мне боком. Следовало строже ограничить зону её передвижения.»
— Что ты сказал?!
Услышав мои слова, Спика вскакивает со своего места, охваченная волнением. Согласно нашему договору, платой за ночлег на территории фермы служит обязательство её группы помогать в обороне в случае нападения враждебных сил. Однако сейчас не до формальностей. Эрика находится в опасной близости от восточного отряда врага, и те, судя по всему, уже заметили её, так как резко ускоряют марш.
— Тогда нам нужно немедленно занять оборону!..
— Ваша группа берёт на себя северное направление. Там семнадцать целей, вооружённых дубинками и луками, выглядят они почти как дикари.
— Черт, неужто это Предаторы? — Спика издаёт болезненный стон, а её лицо искажается, словно она только что раскусила горькое лекарство.
Я же, пропуская её слова мимо ушей, спешно связываюсь с малым боевым ботом, сопровождающим Эрику.
— Эрика, меня слышишь? На нас напали. Немедленно возвращайся в лагерь. Враги уже обнаружили тебя и сокращают дистанцию.
— Поняла... Ах?!
— Эрика, предоставь защиту боту и беги со всех ног!
«Похоже, её уже атаковали. Времени на раздумья не остаётся.»
— Моя спутница попала в засаду на востоке, выдвигаюсь к ней.
— Ясно! Мы разберёмся здесь и придём на подмогу... Эй, постой! Ты что, не возьмёшь с собой винтовку?!
— В ней нет нужды!
Оставив позади суетящуюся Спику, стремительно покидаю лагерь и мчусь на восток.
Малый боевой бот уже перешёл в режим боя. Но силы явно неравны, и он едва успевает уворачиваться от ударов, огрызаясь редкими выстрелами.
Выхватывая из кобуры на поясе тяжёлый лазерный пистолет, увеличиваю мощность антиматериевого ядра, заставляя энергию бурным потоком растекаться по всему телу, и перехожу на бег, больше напоминающий затяжные прыжки.
«Какой же болван. Если с Эрикой что-нибудь случится, как смогу смотреть ей в глаза, прося прощения? Хотя, строго говоря, лица у меня нет.»
— Проклятье!
Не успеваю. С какой бы скоростью ни бежал, время неумолимо. Реальность бывает жестока. Но пока она жива, ещё могу всё исправить, сделаю это. Перемахивая через валуны и с треском продираясь сквозь густые заросли, отбрасываю всякую скрытность и несусь прямиком к девушке. Когда наконец врываюсь в лесную чащу, перед моими глазами предстаёт роща, буквально залитая ярко-алой кровью. В самом центре сего побоища стоит Эрика. Она кружится в безумном танце среди кровавых брызг, напоминая разъярённого зверя.
— А-а-а-а-а-а! — крик Эрики разносится по лесу. В этом звуке нет и тени её обычного мягкого голоса. Он звучит одновременно как отчаянный плач и как яростный боевой клич, призванный пробудить в себе скрытые силы. Она сражается, с ног до головы покрытая багряными каплями чужой крови.
— Ги-а-а-а-а-а?!
Зловеще мерцающие клинки на концах её внешних конечностей-манипуляторов безжалостно кромсают полуголых мужчин — тех самых Предаторов.
Движения её конечностей не поддаются никакой логике. Смертоносные лезвия, наносящие удары со всех сторон в хаотичном и стремительном ритме, в считанные мгновения превращают нападавших в груду плоти. Вновь и вновь вспыхивают изумрудным светом причудливые клинки, разрывая на части любого, кто осмеливается приблизиться к девушке.
«Поистине устрашающее зрелище. Пожалуй, в прямом столкновении даже мне пришлось бы с ней несладко.»
[[image:/storage/reader-images/16f0bd071c01f8e749354ee87bf953f8713063d3.png]]
— Фу-у-у... Фу-у-у... — покончив с последним врагом в радиусе досягаемости, Эрика тяжело дышит, пытаясь восстановить ритм сердца. Её глаза по какой-то причине наливаются густым красным цветом, и кажется, будто они излучают собственное сияние.
«Неужели в состоянии крайнего возбуждения зрачки начинают светиться?» Как бы то ни было, мне необходимо окликнуть её.
— Эрика. — осторожно убираю тяжёлый лазерный пистолет обратно в кобуру и негромко обращаюсь к запыхавшейся девушке.
— ?!
Среагировав на мой голос с молниеносной быстротой, девица разворачивается и бросается в атаку. Окровавленный, зловеще мерцающий клинок обрушивается на меня сверху по диагонали. Одновременно с этим другой манипулятор, стелясь по самой земле, пытается подсечь мне ноги.
— Уо-о-о?! Стой, это я! Гленн! — едва успеваю разорвать дистанцию резким прыжком назад, уклоняясь от смертоносной стали, и вскидываю руки вверх, демонстрируя отсутствие враждебных намерений.
В ту же секунду боевой транс, охвативший её, начинает спадать. Багряное свечение в глазах сменяется привычной небесной синевой, а лицо её из пунцового становится мертвенно-бледным.
— Ах... Я... я...
— Не забивай себе голову. Просто отойди назад. Остальное беру на себя.
— Но... Впрочем, поняла. — она покорно кивает, прячет свои внешние конечности под юбку и начинает отступать в сторону лагеря.
«Признаться, поражён до глубины души. Никогда бы не подумал, что Эрика обладает столь сокрушительным боевым потенциалом. С такой силой она могла бы в одночасье расправиться с теми подонками, что держали её в плену... Может, её застали врасплох? Впрочем, сейчас это не имеет значения. Те, кто попал ей под горячую руку, уже совершенно точно отправились на тот свет. Глядя на это месиво, даже сложно разобрать, скольким именно людям принадлежали эти разбросанные повсюду фрагменты тел.»
— Осталось... двадцать два человека. — бормочу, сверяясь с данными дронов.
Следовательно, здесь сейчас лежат останки шестерых нападавших. Будь обычным человеком, не способным отключать обонятельные сенсоры, меня бы наверняка вывернуло наизнанку от невыносимого запаха смерти.
Слышится шорох листвы, и из зарослей один за другим начинают появляться полуголые человекоподобные существа. С виду они напоминают обычных мужчин, однако в них чувствуется нечто фатально иное, первобытное. Телосложение у них весьма крепкое. В руках они сжимают грубые дубины, метательные копья или луки. Почти все они либо полностью наги, либо прикрыты лишь обрывками звериных шкур. Самое подходящее определение для подобных личностей — дикари.
— ТАМ ЧТО-ТО ЕСТЬ!
— ЭТО НЕ САМКА! УБИТЬ!
Заметив меня, варвары начинают тыкать в мою сторону пальцами и поднимать невообразимый шум. Мой имплант-переводчик исправно выполняет свою работу, но, Боже мой, до чего же скуден их лексикон. Неужели нельзя было изрыгнуть нечто более разумное или хотя бы капельку более интеллектуальное?
— УБИТЬ!
— СДОХНИ!
Несколько лучников вскидывают свои примитивные изделия, накладывают стрелы и спускают тетиву. Выпущенные с близкого расстояния снаряды летят точно в меня. Летят, но...
— Да не сдохну я. — хладнокровно иду вперёд, по пути отбивая летящие стрелы руками, смахивая их в сторону или попросту раздавливая в щепки.
Как и следовало ожидать, стрелы движутся слишком медленно. Пожалуй, будь их сотни, летящих разом, тогда бы испытал затруднения, но столь разрозненные выстрелы не представляют для меня ровным счётом никакой угрозы. Издалека доносятся частые хлопки, похожие на звуки разрывов. Похоже, антенноглазые девчонки тоже вступили в схватку.
— УМРИ-И-И! — один из нападавших, бегущий впереди всех с копьём наперевес, с силой метает его в меня.
Ловлю древко на лету и тут же отправляю его обратно. С оглушительным звуком, напоминающим преодоление звукового барьера, грубое копье пронзает метателя насквозь и вонзается в грудь стоящего позади него товарища, отбрасывая того назад. Ошарашенные столь невероятным поворотом событий, варвары на мгновение цепенеют.
Не упускаю сей драгоценный миг. Резко оттолкнувшись от земли, в мгновение ока сокращаю дистанцию.
— Ха! — врываясь в самую гущу врагов, впечатываю кулак прямо в физиономию ближайшего ко мне остолопа.
— Гьё-па?!
Мой удар без труда сокрушает черепную коробку противника, и с влажным звуком голова несчастного буквально испаряется, отлетая прочь от плеч. Секрет того, как не запачкать руки и предплечья в ошмётках плоти, заключается в том, чтобы не проводить удар до конца, а резко отдёргивать кулак на середине траектории. Если бить насквозь, то локоть будет по локоть в кровище, а это, знаете ли, весьма негигиенично.
— У-УБИ...
— Заткнись уже.
Удары в лицо, в центр грудной клетки, в область продолговатого мозга: методично осыпаю растерянных предаторов градом ударов кулаками и рёбрами ладоней. Если в основе их биологии лежат человеческие гены, то разрушение мозга или остановка сердца для них смертельны. Повреждение же центральной нервной системы как минимум лишает их возможности двигаться. Хотя чаще всего они просто испускают дух. Мои протезы, обладающие колоссальной мощью, позволяют проделывать сие с невероятной лёгкостью.
— Аба?!
— Гугэ?!
— Го-э-а?!
Безмолвно и сухо орудую конечностями, время от времени пуская в ход ноги, и без тени жалости крушу врага.
«Коль скоро решил убивать, доведу это дело до конца.»
— Ки-э-э-э-э-э!
«Несмотря на то, что их соратники падают один за другим от единственного касания, эти безумцы продолжают лезть на рожон. Поразительно, что их боевой дух до сих пор не сломлен. Обычно существа, движимые инстинктами, спасаются бегством, едва почуяв явный перевес противника.»
— У-гьё-а?!
— Одолжу ненадолго.
Наношу удар в грудь очередному смельчаку, замахнувшемуся на меня дубиной, и вырываю из его рук оружие с каменным набалдашником. Так-то хотя бы руки не запачкаю.
— Ша-а-а-а-а! — мужчина, пытающийся броситься на меня всем телом с зажатым в руке ножом, получает удар дубиной по макушке ещё до того, как успевает сократить дистанцию.
Что ж, одного удара вполне достаточно. Однако не слишком ли хрупкая сия вещица? Набалдашник ощутимо зашатался после первого же столкновения. Посему просто метаю дубину в сторону лучника, который уже начал целиться. Оружие попадает варвару прямо в харю, и тот беззвучно падает навзничь.
— Всё-таки в рукопашной схватке лучше полагаться на собственные конечности.
«Любое снаряжение оказывается досадно непрочным. Те же инструменты, что могли бы выдержать мою силу, слишком тяжелы и неудобны в переноске. К тому же в нынешнюю эпоху расцвета оптического оружия найти качественные образцы для ближнего боя — задача не из лёгких. Нет, они существуют, но это уже не те примитивные железки, где всё решают вес и твёрдость. За всю свою долгую наёмничью жизнь так и не встретил ничего, что позволило бы мне в полной мере реализовать мою физическую мощь...» — размышляя об этом, продолжаю механически крушить, ломать и втаптывать в грязь врагов, вставших передо мной.
— Ик?!..
Наконец, увидев, что их авангард полностью уничтожен, лучники поддаются панике и пускаются в бегство. Стремительно выхватываю из кобуры тяжёлый лазерный пистолет и без малейших колебаний открываю огонь по их беззащитным спинам. Высокоэнергетический луч мгновенно испаряет поверхностный слой материи, вызывая микровзрыв и ударную волну. По сути, это напоминает взрыв небольшой бомбы прямо на поверхности тела. Естественно, человеческая плоть, не защищённая должной бронёй, разрушается без труда.
— Ги-э-а-а?!
Предаторы, получившие заряды в спины, падают один за другим, тулова их чрез образованные огромные дыры выхватывают янтарные лучики заходящего солнца. Смерть наступает мгновенно, даже проверять не нужно. Тем временем хлопки выстрелов вдалеке затихают. Похоже, там тоже всё кончено. Теперь мне предстоит заняться утилизацией трупов и, пожалуй, сбором каких-никаких трофеев. Хотя, сдаётся мне, от такого добра любой скупщик откажется наотрез.
[[image:/storage/reader-images/ecbd0c103e0d2ddb0baf2c883a7a4b841be86db2.png]]
— ... Как же ты их всех убил?
— В основном кулаками, ладонями и ногами.
— ... Чего-о-о?
Дабы оценить возможную добычу, приказал рабочим ботам собрать тела нападавших в одну кучу. Спика, изучающая сию гору трупов, пришла в явное замешательство, услышав мой ответ.
— Ты дрался голыми руками? Против вооружённых предаторов?
— Именно.
— А как же стрелы? Или копья?
— Стрелы отбил. Копьё поймал и метнул обратно.
— Отбил стрелы? Руками?
— Ну да. Это было проще простого.
Услышав сие, малявка с усиками уставилась на меня так, будто перед ней предстало невиданное диковинное чудище.
«Не понимаю такой реакции.»
— Рискну спросить, а вон те разрубленные на куски тела — тоже твоя работа?
— О том, как сие произошло, предпочту умолчать, впрочем, что случилось, думаю фантазии хватит вообразить и найти интересующий ответ.
— Жуть какая...
«Теперь она выглядит по-настоящему напуганной. Её чувства мне понятны. Признаться, и сам был немало удивлён. Впрочем, даже если попытаюсь сейчас скрыть правду от Спики, длиннорогие дамочки наверняка уже всё поняли, застав окровавленную Эрику.»
Вскоре подоспели и сёстры Спики, волоча за собой тела убитых ими предаторов. Всего их оказалось семнадцать. Каждая тащила по два трупа, а ведь это явно превышает их собственный вес. Похоже, их слова о недюжинной физической силе были чистой правдой.
— Ох, ничего себе, какой богатый улов...
Пока мы со Спикой осматривали павших, к нам подошли и женщины с большими рогами. Видимо, решили, что опасность миновала.
— Называть кучу трупов «богатым уловом» — по-твоему, нормально?
Для меня, привыкшего к виду смерти, сия картина не представляла ничего особенного, но... и Спика, и эти дамы, похоже, тоже не из робкого десятка, раз так спокойно взирают на последствия бойни.
— Да бросьте, такие вещи случаются сплошь и рядом. Но должна признать... вы разделались с ними весьма изящно. — длиннорогая дама с восхищением рассматривает предаторов, которых одолел в рукопашном бою.
«И впрямь, на фоне тех, кого группа Спики изрешетила пулями, мои «клиенты» выглядят куда более опрятно.»
— Он говорит, что сделал всё голыми руками. Наш господин Гленн.
«'Господин Гленн', надо же. Похоже, я заметно вырос в её глазах — от простого 'эй, ты' до столь почтительного обращения.»
— Ох, какой мужчина! Обожаю статных и сильных господ. — длиннорогая одаривает подозрительно лукавой улыбкой. Трудно сказать, насколько она искренна в своих словах.
— Сочту за комплимент, пожалуй. — отвечаю я, сохраняя беспристрастность.
— Хе-хе... В наши-то непростые времена иметь столь выносливого делового партнёра — одно удовольствие, — воркует она в ответ.
— Что ж, благодарю за лестный отзыв. А теперь давай взглянем на трофеи, добытые у этих тварей...
К моему глубокому разочарованию, их пожитки состоят из каких-то непонятных набедренных повязок из сыромятной кожи, грубых дубин да примитивных луков, кои вряд ли получится выгодно сбыть. В сумках, напоминающих походные сухарницы, тоже обнаруживается всякий хлам, истинное назначение которого остаётся для меня загадкой.
— На самом деле, с предаторов и взять-то особо нечего... Разве что захватить их живьём, дабы потом извлечь внутренние органы. — тянет девица, задумчиво разглядывая добычу.
— Органы? И кому они могут понадобиться? — вопрошаю, чувствуя лёгкое отвращение.
— Ну, если речь идёт о расах на человеческой основе, то они вполне могут подойти в качестве имплантатов. Разумеется, при условии использования обязательного адаптогена. Вот только достать его на данной планете — задача не из лёгких.
Под загадочным «адаптогеном» подразумевается особый нанотехнологичный препарат, предназначенный для полного подавления реакции отторжения при пересадке биологических тканей. Поговаривают, будто у него имеется куда более сложное и длинное официальное название, однако в средь более приземленного люда почти никто не утруждает себя его использованием.
— В сражениях с предаторами нет никакой выгоды, ведь на патроны тратишь больше, чем получаешь в итоге, а в случае ранения остаёшься в глубоком убытке. Если же потерпишь поражение, то тебя ждёт участь столь ужасная, что и представить страшно. — сетует Спика, помрачнев.
— Понимаю.
Вспоминаю их недавние крики о «самках» и прочем. Вероятно, под «ужасной участью» подразумевается именно это. Воистину, мерзкая перспектива.
«Однако занимает иной вопрос. Если Спика утверждает, что дети, рождённые формиканами от представителей человекоподобных рас, всегда становятся формиканами, то каков будет исход в случае с этими предаторами? Я не слишком осведомлён об их биологии, но если на свет будут появляться исключительно формикане, то подобный исход вряд ли соответствует целям этих чудовищ. Впрочем, сейчас явно не лучший момент для подобных расспросов, ведь могут счесть законченным циником или безумцем.»
— В таком случае, стоит поскорее избавиться от тел.
Разумеется, оставлять трупы гнить под открытым небом — затея скверная, оттого что они превращаются в рассадник болезнетворных бактерий. К тому же запах падали может привлечь плотоядных инопланетных хищников, да и само зрелище вместе с исходящим зловонием едва ли радует взор.
— Полагаю, вы не возражаете, если утилизирую и те тела тоже? — спрашиваю я, указывая на павших врагов.
— Да, это было бы очень кстати. Сжигать их или закапывать самостоятельно — труд непомерный, — соглашается Спика.
Получив её одобрение, поручаю работу по уничтожению останков рабочим ботам. Недавние подонки, пытавшиеся на нас напасть, закончили точно так же. Если вам интересно, что именно с ними стало, то скажу кратко: запасы удобрений значительно пополнились. Правда, грядки ещё не разбил, так что пока они лежат без дела.
— Господин Гленн! — раздаётся голос Эрики.
Девушка, облачённая в новенькое одеяние, приобретённое совсем недавно, приближается к нам. Заметив ряд тел, выложенных перед нами, невольно вздрагивает, и её лицо искажается от напряжения. Взор девицы прикован к расчленённым останкам, кои она сама же и создала в пылу сражения. Она замирает перед этим жутким зрелищем, молитвенно сложив руки. Вспоминаю, что принадлежит к так называемой церкви Кордия. Мне пока не доводилось расспросить её подробнее, но само название подсказывает, что сие есть некая религиозная организация.
«Пожалуй, стоит выкроить время позже и разузнать об этом побольше.»
— О-о-ох, так вы и впрямь из церкви Кордия, госпожа Эрика. — замечает рогатая девица с неким скрытым смыслом в голосе.
— ... Да, это так, — кротко отвечает та.
— Ясно-ясно... Если возникнет нужда передать весточку вашим единоверцам, непременно обращайтесь ко мне, не стесняйтесь.
— Благодарю вас, очень любезно.
Их диалог кажется мне весьма многозначительным. Предложение передать весточку наводит на мысль, что у этой особы имеются связи или способы связи с упомянутой церковью. Видимо, рогатая куда более влиятельна и предприимчива, чем кажется на первый взгляд.
— Что ж, раз проблема решена, предлагаю на этом закончить и разойтись. — произношу, намереваясь завершить собрание...
— Эй, подожди, господин! — ... но Спика тут же выступает с возражением. — Мы-то о себе всё рассказали, теперь твой черёд отвечать на наши вопросы. Так будет честно, разве нет?
— Я помню о своём обещании и не собираюсь увиливать от ответа, ибо ценю справедливость в отношениях.
— О-о, а о чём это вы? Я тоже хочу послушать! — вклинивается в разговор рогатая девица.
— Господин Гленн... я бы тоже хотела... — робко добавляет Эрика.
К нашей беседе с Спикой моментально присоединяются и Лайла, и Эрика, а следом за ними начинают галдеть сестры Спики и подчинённые рогатой дамы, наперебой требуя участия в общем разговоре.
«Прекратите немедленно, иначе мы тут до ночи не разберёмся!»
— Ладно, слушайте сюда. На сегодня работа окончена. Обустраивайте свой лагерь, а затем мы устроим обмен информацией за совместным ужином. У меня и самого накопилось немало вопросов и к Эрике, и к вам.
«Хотя информацию придётся тщательно фильтровать, наличие нескольких дружелюбных источников позволяет легко сопоставлять факты. Если Эрика, Лайла и отряд Спики признают одни и те же сведения достоверными, можно будет с высокой долей уверенности судить об их правдивости.»
— Какая вкуснотища! Не могли бы вы выделить мне ещё немного? Готова щедро заплатить за лакомство! — восклицает Лайла, лидер каравана, уплетая предложенный мною сухпаёк.
— Исключено, ибо у меня нет надёжных каналов для новых поставок. — лишь качаю головой, отклоняя её заманчивое предложение.
Технически мог бы отправиться за покупками на шаттле, но раскрывать сей факт совершенно ни к чему. Шаттл надёжно замаскирован, ни охранница, ни торговка даже не подозревают о его существовании.
— Ну как тебе вкус рагу? — интересуется Спика, наблюдая за моей трапезой.
— Весьма недурно. — признаю я.
Сам в это время пробую так называемое рагу из пеммикана, коим меня угостили формикане. Они приготовили его из своих запасов «безопасного» пеммикана, добавив туда жир и вяленое мясо шестиногого травоядного зверя, коих в округе водится великое множество. Также в котелке плавают сушёные ягоды, отличные от тех, что собирала спасенная девушка. Обычно, когда время поджимает, они едят пеммикан всухомятку, но на стоянке предпочитают растворять его в кипятке. Туда же крошат твёрдые галеты из зерновой муки и долго тушат, пока всё это не превратится в густую сытную похлёбку.
К слову, под «безопасным» пеммиканом подразумевается продукт, состав которого точно известен. Что же кладут в «небезопасный»? Сие тайна, покрытая мраком. Это может быть как обычное мясо, так и вонючая плоть хищника или даже гигантского насекомого, которых на сей планете предостаточно. А может, там и вовсе «двуногая овца». Именно из-за такой неопределённости продукт и считают опасным. Лично вряд ли смогу на вкус отличить один вид мяса от другого, но употреблять в пищу «двуногую овцу» мне точно не хочется.
Стоит отметить, что рагу действительно удалось на славу. Вкус мяса и жира выражен ярко, а ягодный аромат с лёгкой кислинкой на удивление гармонично вписывается в общую композицию. Благодаря разваренным галетам блюдо оказывается куда более сытным, чем кажется на первый взгляд. Впрочем, если питаться так ежедневно, оно наверняка быстро приестся.
— Так всё-таки, какова ваша истинная цель, господин Гленн? — вкрадчиво спрашивает Лайла.
— ... Хм.
— Вы ищете себе невесту? Какая романтичная и возвышенная цель. — произносит она, расплываясь в ехидной улыбке.
«Смейся сколько угодно, для меня желание — самое сокровенное.»
— ... Господин Гленн, уверена, очень скоро достигнете своей цели. — негромко произносит Эрика, сидящая рядом со мной.
«Мне кажется, или она придвинулась слишком близко? Её присутствие ощущается уже внутри моего личного пространства.
«Неужто это проявление того самого 'эффекта подвесного моста', когда пережитая опасность сближает людей? Ощущение не из неприятных, но ситуация кажется мне довольно зыбкой.»
— О-хо-хо... Когда вы превратите это место в процветающую и безопасную ферму, от невест отбоя не будет, сможете выбирать любую на свой вкус! — подмигивает Лайла.
— Будем надеяться, что так оно и случится.
— А если всё получится, можно будет основать здесь целую колонию. Если мы с тобой заведём детей, господин, они наверняка родятся невероятно сильными. — заявляет Спика с полной серьёзностью.
— Тебе не кажется, что тоже имею право голоса в этом вопросе? — парирую я.
— Это ещё что значит?! — возмущается она, гневно вскидывая брови.
У меня нет никаких претензий к способностям формиканок, но их фигуры, скажем так, излишне прямолинейны и лишены изящных изгибов... Наверняка найдутся любители и на такой типаж, но к их числу не отношусь.
Вчерашний обмен информацией принёс много полезных сведений об общих правилах жизни на этой планете и об обстановке в окрестностях фермы. Позже систематизирую эти данные и внесу их в архив, а пока на повестке дня — обустройство территории.
Раз уж развернул турели и боевых ботов, нужно обеспечить им максимальный обзор. Первоочередная задача — убрать лишние препятствия вокруг фермы и возвести надёжные укрепления и баррикады, кои мы сможем использовать. Кроме того, необходимо построить отдельную комнату для Эрики. Хотя, быть может, стоит сразу воздвигнуть целое общежитие на случай пополнения штата? Ещё требуются мастерская, склад для ресурсов, кухня для Эрики и столовая. Да и комната отдыха для досуга не помешала бы... Работы непочатый край.
— Эй, беспардонный господин! Ты чего застыл с утра пораньше с отсутствующим видом? — прерывает мои мысли Спика.
Я и впрямь немного приуныл от объёма предстоящих задач. Судя по её влажным волосам и подёргивающимся усикам, только что воспользовалась гостевым душем, который поручил ботам соорудить вчера вечером... вернее, который заставили соорудить. На ней лишь тонкая рубашка, едва прикрывающая тело. Титул «беспардонного» заслужил вчера во время обмена информацией, когда имел неосторожность поинтересоваться: если предатор нападёт на формиканку в, скажем так, интимном смысле, особь какой расы появится на свет? Сейчас понимаю, что вопрос был лишён деликатности, но моё научное любопытство взяло верх над приличиями.
Кстати, ответ оказался неутешительным: на свет рождается предатор. Эти твари представляют собой нечто вроде паразитов, использующих женские особи человекоподобных рас в качестве носителей. Процесс вынашивания и рождения практически идентичен обычной беременности. Однако рождённое существо не наследует ни единого гена матери. Зародыш предатора укореняется в утробе и беззастенчиво выкачивает из организма носительницы всё необходимое для своего роста. По сути, они используют женщин иных рас как живые инкубаторы для клонирования. Полагаю, сие создание является плодом чьей-то извращённой фантазии в области биологического оружия, и создатель этот явно был законченным психопатом.
— Какая грубость с самого утра. Тебе того не видно, но анализирую изображения с дронов, планирую размещение построек и раздаю задачи рабочим ботам. — ворчу в ответ.
— Хм-м, ну-ну. — тянет она с явным сомнением.
«Ей трудно понять, лгу я или нет, ведь моё лицо скрыто маской. Сколько ни вглядывайся, никаких эмоций не увидишь. Прости, дорогая, не в этот раз.»
— И как тебе душ, который вы все так дружно требовали в качестве искупления?
«Водонапорная башня, питающая этот душ, работает по тому же принципу, что и высокотехнологичная фляга Эрики, собирая влагу прямиком из атмосферы. По сути, неисчерпаемый источник воды.»
— О, это было просто божественно! Впервые за долгое время удалось по-настоящему вымыться, не экономя каждую каплю. Даже неловко, что мы тебя заставили, но всё же — ты ведь не в обиде?
— Рано или поздно башня всё равно бы понадобилась, так что просто совместил приятное с полезным. Хотя возиться с установкой бойлера для горячей воды мне совсем не хочется.
«Пусть и построил его под напором их возмущений, для будущей фермы всё равно потребуются огромные объёмы воды для полива. Так что создание инфраструктуры заранее — вполне разумный шаг. Впрочем, даже при таких технологиях есть предел производительности, поэтому в будущем придётся озаботиться бурением скважин и установкой насосов.»
— К тому же, правилами установлено, что право пользоваться душем имеют лишь те, кто торгует со мной или пополняет здесь запасы. Вы этому условию соответствуете, пользуйтесь на здоровье.
— Не будьте слишком щедры, господин, иначе люди начнут внаглую пользоваться вашей добротой, — раздаётся голос Лайлы.
Она тоже вышла после душа, с влажными волосами и в весьма фривольном наряде. Тонкая ткань её одежды едва сдерживает натиск её впечатляющих форм.
«Да уж, масштаб её достоинств внушает невольное уважение.»
— Тебе, Лайла, как и Спике, не стоит расхаживать здесь в столь неподобающем виде.
— Считайте это моим маленьким подарком в знак благодарности за чудесный душ, хоть вода в нём и была холодновата. — мурлычет она. — с этими словами скрещивает руки под грудью, отчего та начинает соблазнительно колыхаться... или, скорее, весьма активно подпрыгивать.
Забавно наблюдать, как Спика в этот момент с явным унынием косится на свой собственный плоский бюст.
— Весьма признателен. Вы уже уходите?
— Да, пожалуй. Хотелось бы преодолеть как можно большее расстояние, пока солнце не вошло в зенит. После вчерашнего отдыха все полны сил и энергии.
— Что ж, доброго пути.
Продал Лайле ещё несколько упаковок очищенной соли. Её поразило высокое качество и безупречная упаковка товара, и она заверила меня, что такой продукт разметут в мгновение ока. Похоже, соль наравне с водой станет моим основным экспортным товаром.
— В следующий раз привози побольше монет. К твоему возвращению здесь наверняка скопится целая гора трофеев, добытых у незадачливых бандитов.
— Хи-хи... Буду ждать с нетерпением. Обожаю иметь дело с сильными мужчинами.
— И я! Мне тоже нравятся могучие воины! — подхватывает Спика, задорно подпрыгивая на месте.«Трудно понять, насколько серьёзны их слова. С этими дамами всегда нужно держать ухо востро.»
После быстрого завтрака Лайла и отряд Спики собрали свои пожитки и покинули ферму, направившись на запад. По их словам, там, в трёх днях пути, на берегу озера расположено некое поселение, которое и является их целью.
— Вот они и ушли. — негромко произносит Эрика, провожая караван грустным взглядом.
— Да, это так.
«Теперь, до прибытия новых гостей, мы снова остались вдвоём. Самое время плотно заняться благоустройством территории.»
— Распоряжусь, чтобы боты изготовили кухонную утварь и плиту. Когда пойдёшь за ресурсами, не уходи слишком далеко. Оборонительный периметр уже готов, серьёзная опасность вряд ли грозит, но вчерашних происшествий мне бы хотелось избежать.
— Хорошо, господин Гленн. — онакивает, поправляя своё идеально чистое теперь одеяние сестры. Уже при полном снаряжении: за спиной — сумка моей работы, на плече — винтовка, купленная у Лайлы, а на поясе — подсумки с патронами и боевой нож.
«Полагаю, мои бывшие коллеги-наёмники лопнули бы со смеху, назови такой набор 'полным снаряжением' для зоны боевых действий, учитывая отсутствие даже лёгкой брони.»
— Если почуешь неладное — стреляй без раздумий. Это даст тебе время, а я, как и вчера, обязательно приду на помощь. Но всё же постарайся больше не ввязываться в заварушки, ладно?
— Да. — девушка смотрит мне прямо в лицо и послушно кивает.
«Хотелось бы верить, что она действительно будет осторожна.»
— И ещё: если нужно будет что-то мне передать, скажи об этом легкому боевому боту, который будет тебя сопровождать.
— Поняла. Обязательно всё передам Потинтику.
— Потинтик?..
«Четвероногий разведывательный бот действительно отдалённо напоминает собаку или волка, но давать боевой машине кличку... Впрочем, почему бы и нет? Пусть это будет её личный охранник, а идентификационное имя «Поти» (а «Потинтик» уменьшительно-ласкательная вариация) закреплю в системе прямо сейчас.»
— Решено. С этого момента данный юнит закреплён за тобой. Имя «Поти» внесено в реестр.
— Правда? Можно? — её глаза радостно загораются.
— Можно. Но не надейся, что он будет вести себя как домашний питомец. У боевых машин нет функций для игр или ласки.
— Неужели совсем нет?
— Совсем.
«Интересно, за кого она принимает роботов? Зачем им такие бесполезные программы? Конечно, находятся чудаки, кои вшивают подобный софт своим машинам, но я не из их числа. Для меня боевой бот — лишь эффективный инструмент, коим в крайнем случае можно пожертвовать.
— Займусь проектированием общежития для будущих поселенцев. К обеду обустрою временную кухню, возвращайся к этому времени.
— Слушаюсь.
— Тогда за дело.
Дождавшись, пока Эрика в сопровождении Поти скроется из виду, переключаюсь на вид со спутника, дабы выбрать наиболее подходящее место для будущего жилого корпуса.
К полудню девица вернулась, ведя за собой бота.
— Ого, сколько ты всего принесла.
— Да, для джема нужно много ягод. Вчерашний сбор, к сожалению, пришёл в негодность. — с горечью произносит она, заглядывая в сумку, полную лесной земляники.
«Верно, вчера всё было залито кровью, оттого нам и пришлось всё выбросить.»
— Вчерашнего не вернёшь, зато сегодня ты с лихвой всё восполнила. Не вешай нос, с нетерпением жду твоего джема.
Вспоминаю наш разговор о важности заморозки для хранения продуктов.
«Похоже, создание большого холодильного склада становится насущной необходимостью. Интересно, а как обстоят дела с джемом? Учитывая местный уровень технологий, возможно ли хранить его при комнатной температуре?»
— Господин Гленн, а нет ли у вас чего-нибудь, что подошло бы для хранения джема?
— Контейнеры для джема? Какими они должны быть? Могу изготовить почти что угодно.
— Ну... Они должны быть небольшими, крепкими, с плотной крышкой. И желательно, чтобы было видно, что внутри.
— Ясно, сделаю.
«Обычное стекло слишком хрупкое. С помощью синтезатора могу создать сосуды из особого керамического материала, который превосходит стекло по прочности и прозрачности. В древности подобные минералы ценились как драгоценные камни, но нынче сие — обычный расходный материал. — отправляю задачу свободному боту-строителю: изготовить партию банок из диоксида циркония с металлическими крышками. — Сделаю чуть больше, чем нужно, вдруг пригодятся для чего-то ещё. Главное — не загромождать пространство сверх меры.»
Пока был поглощён возведением стен общежития, воздух наполнился удивительно сладким ароматом. Датчики обоняния, заменяющие мне нос, зафиксировали густой запах лесной земляники. Источник благоухания был очевиден, посему прихватил со склада упаковку крекеров и направился к импровизированной кухне. Сие сооружение пока представляет собой лишь навес без стен, где установлены плита, рабочий стол и подведена вода. Условия спартанские, и искренне хочу поскорее их улучшить, но сперва нужно закончить с жильём. Придётся Эрике ещё немного потерпеть, благо работа идёт ударными темпами.
— Господин Гленн, как вовремя! Не желаете ли снять пробу? — она протягивает мне ложку с густой ярко-красной массой. Только собираюсь взять ложку, как она кокетливо отдёргивает руку. — Скажите «а-а-а», господин Гленн!
— ...
«Когда тебе так лучезарно улыбаются, спорить бесполезно. Ложку в её руках, и хотя мог бы легко отобрать, применять силу в такой ситуации было бы верхом нелепости. Эх, ни пуха ни пера...»
— Ну как? По-моему, получилось просто чудесно. — с замиранием сердца спрашивает она.
Я же не могу вымолвить ни слова. Термическая обработка сотворила чудо: резкая кислинка ягод смягчилась, а сладость нерафинированного сахара подчеркнула природный аромат лесной земляники. Вкус свежих ягод сконцентрировался и расцвёл, достигнув идеального баланса.
[[image:/storage/reader-images/d9eb6e75318c8ef453c7f73a99548eb580fe73ed.png]]
— ... Дай-ка ещё кусочек.
— ... Вам правда понравилось?
Лицо Эрики озаряется сияющей улыбкой, и она снова подносит ложку к моему лицу. На сей раз без лишних раздумий принимаю угощение. Должно быть, со стороны сие выглядит странно: нижняя часть моей безликой маски расходится, обнажая фиолетовый искусственный язык, но Эрику это, кажется, совершенно не пугает.
— Да, великолепно. Твой джем просто потрясающий.
«Вот оно, истинное мастерство повара, работающего с натуральными продуктами. За всю мою карьеру наёмника мне ни разу не доводилось бывать в ресторанах органической кухни. Всегда считал это блажью для богачей, но теперь признаю — глубоко заблуждался.»
— Какое счастье... Господин Гленн, а это что у вас?
— Крекеры. Ты ведь говорила, что они отлично сочетаются с джемом.
Передаю ей пачку, и она с радостным видом распечатывает её. Густо намазав джем на хрустящее печенье, Эрика протягивает его мне.
— Вот, попробуйте! Так будет ещё вкуснее.
— Что ж, оценим сие сочетание.
Словно принимая вызов, отправляю крекер в рот.
«Божественно. Хрустящая текстура, легкая солоноватость печенья и насыщенная сладость джема сливаются в едином порыве. В космосе полно всяких снеков, но им не хватает глубины. По сравнению с этим, всё, что я ел 'наверху', кажется пресным и плоским.»
— Ну как?
— Невероятно вкусно.
— Так рада! — девица прям светится от счастья.
«И почему всё вкусное имеет свойство так быстро заканчиваться? Сам не знаю, отчего мне стало так грустно от этой мысли.»
— Давайте ещё, господин Гленн. А-а-а! — снова подносит крекер к моим губам, и послушно открываю рот. Поразительно: никогда не жаловал сладкое, но благодаря сей изумительной кислинке готов есть этот джем бесконечно. — Хи-хи-хи... — Эрика, не переставая улыбаться, накладывает на следующий крекер двойную порцию лакомства.
В тот знаменательный день в список моих любимых вещей официально вошёл земляничный джем, приготовленный руками девушки.
На следующее утро после того, как Эрика занялась изысканиями в списке моих кулинарных предпочтений, наступает новый день.
— Доброе утро, Гленн-сан.
Просыпаюсь и вижу Эрику: она, уже облаченная в аккуратное одеяние сестры, готовится разогревать наш сухой паек. Примечательно, что и сегодня, как и в прошлый раз, на её лице не читается и следа ночных кошмаров; девушка выглядит по-настоящему отдохнувшей, крепко проспавшей всю ночь, да и аппетит, судя по всему, к ней вернулся в полной мере.
— Доброе. Вижу, сегодня ты в добром здравии.
«Похоже, её дух оказывается куда крепче, чем мне представлялось изначально.»
— Рядом с господином чувствую себя в полной безопасности. — отвечает Эрика, и её губ касается мягкая улыбка.
Невольно засматриваюсь на сие дивное выражение лица. В груди, там, где вместо сердца сокрыто антиматериальное ядро, ощутимо возрастает мощность.
«Впрочем, трудно разобрать, вызвано ли данное волнение моим собственным смущением или же 'тот, кто внутри', столь явно выражает своё недовольство. Ладно, о нем сейчас думать не стоит — всё равно с этим ничего не поделаешь.»
— Господин Гленн?
— А, нет, всё в порядке. Искренне рад твоему доброму настрою, но прошу, не перетруждайся.
— Хорошо, благодарю вас. А пока закончу с приготовлениями к завтраку.
— Договорились, полагаюсь на тебя.
Несмотря на то что моё туловище на восемьдесят процентов состоит из искусственного тела, которое почти не выделяет продуктов метаболизма или пота, по утрам всё же тянет принять легкий душ. У меня нет причин опасаться кариеса или неприятного запаха изо рта, однако привычка чистить зубы остается неизменной. Подобные порывы и чувства мало изменились с тех времен, когда еще был полностью человеком. Говорят, для поддержания душевного равновесия ежедневные ритуалы крайне важны, отчего стараюсь соблюдать их неукоснительно, если только ситуация не становится критической.
Освежившись и выйдя из душа, принимаюсь за разогретый Эрикой паек. Вкус привычный, и хотя раньше сия еда казалась мне вполне сносной, после знакомства с настоящими деликатесами воспринимается лишь как нечто излишне соленое и насыщенное специями. Вот так, видимо, и происходит процесс изнеживания вкусовых рецепторов.
— Господин Гленн, какой работой вы планируете заняться сегодня?
— Нужно навести финальные штрихи в жилом корпусе. Ах да, если не против, я бы хотел попросить тебя о помощи.
— Помочь вам? Разумеется, сделаю всё, что в моих силах. — отвечает она, при этом слегка склоняя голову набок.
«На её лице отражается работа мысли: явно гадает, чем именно может быть полезна. До сей поры всеми делами занимался я сам вместе с рабочими ботами, используя материальный конструктор, так что для её участия просто не оставалось пространства.»
— Намерен обустроить внутри кухню и столовую, поэтому мне нужны твои советы. Мало смыслю в подобных тонкостях, к тому же пользоваться этим местом предстоит в основном тебе.
— Вот оно что... Понимаю. С радостью помогу. — Эрика кивает с предельно серьезным видом, в её глазах вспыхивает огонь решимости, будто поручили священную миссию.
«Хочется сказать, что не стоит так сильно напрягаться и можно подойти к делу проще, но раз уж она полна энтузиазма, пускай так и будет.» — решаю не обращать на сие излишнее рвение внимания.
— И еще мебель. Если стану выбирать сам, то получится нечто сугубо практичное и безрадостное, так что здесь тоже полагаюсь на твой вкус. В системе полно шаблонов дизайна, выбери те, что придутся по душе.
— Постойте, мне и вправду дозволено выбирать?
— Конечно. Можешь брать любой вариант, зарегистрированный в конструкторе.
— Поняла!
Должно быть, чувствует на себе груз огромной ответственности. Эрика сжимает кулачки перед грудью и даже начинает сопеть от усердия. Хочется вновь попросить её расслабиться, но зачем портить момент? Пусть творит на этом порыве.
Когда мы подходим к корпусу, само здание уже полностью возведено. Внутри нас встречает гулкая пустота огромного помещения.
— Как здесь просторно.
— Это общая гостиная, совмещенная со столовой. Здесь вход, в глубине напротив видна дверь, а по бокам расположено по четыре двери в жилые комнаты, каждая из которых оборудована собственным душем и туалетом. Что касается стирки, то я планирую построить прачечную в отдельном блоке.
— Вы установите там те чудесные стиральные машины?
— Да, и сразу несколько штук.
Под «машинами» Эрика подразумевает деструктивные очистители. Данные устройства не используют воду или порошок, как в старину, а напрямую расщепляют грязь и источники запахов. Сия технология, кажется, изначально была разработана для экономии ценной воды и химикатов в условиях жизни в глубоком космосе.
Наши вещи мы обрабатываем в таком же временном очистителе, установленном возле жилого модуля, и даже забрызганное кровью одеяние Эрики после него стало выглядеть как абсолютно новое. Правда, из-за обилия пятен процесс занял прилично времени, но в том и заключается сила подобного аппарата: он способен очистить что угодно, было бы на это.
— Раз здесь восемь комнат, значит, здание рассчитано на восьмерых?
— Если поставить двухъярусные кровати, можно разместить по двое, так что максимум человек шестнадцать.
Площадь комнат позволяет такое уплотнение, если возникнет нужда.
— В таком случае лучше сразу проектировать кухню и столовую с расчетом на шестнадцать персон. Сейчас нас двое, но со временем людей может стать больше.
— Разумно. При желании могу надстроить и второй этаж, так что лучше заложить избыточную вместимость. Планировку можно изменить и позже, если население резко вырастет.
«Впрочем, в ближайшее время пополнения не предвидится, и даже общежитие на восемь мест кажется избыточным. Мы еще толком не наладили оборону, и вряд ли кто-то в здравом уме захочет переселяться к нам на работу в таких условиях.»
— Значит, ты всё же намерена остаться здесь, Эрика.
— Простите? Само собой... — ответив, она внезапно замолкает, и её лицо принимает выражение потерянного ребенка.
«Мы ведь до этого момента так и не обсуждали её дальнейшую судьбу открыто. Если оставить в стороне душевное состояние, то телесные раны девушки уже практически затянулись. Одежда в порядке, и она вольна уйти, когда пожелает. Конечно, для путешествия у неё нет ни припасов, ни снаряжения, отчего ей в любом случае пришлось бы просить помощи у меня. С другой стороны, могла бы отработать долг здесь какое-то время — вариантов масса.»
— Виноват, не высказался прямо. Лично буду только рад, если останешься. Как ты знаешь, плохо ориентируюсь в местных делах. К тому же без тебя и обеда нормального не приготовлю — даже не знаю, как лесную землянику собирать.
— ... То есть вы хотите, чтобы готовила вам еду каждый день?
— Это бы меня очень выручило.
— Только выручило?.. — снова понурила взгляд она.
— Не только. Это сделало бы меня счастливым.
— Вот как. — услышав ответ, расцветает в самой прекрасной улыбке, какую только видел. Её щеки окрашиваются нежным румянцем, и она выглядит до того очаровательно, что глаз не оторвать.
«Интересно, какая именно часть нашего разговора вызвала такую реакцию? Возможно, на этой планете есть свои культурные тонкости, о которых не ведаю. Скорее всего, так оно и есть.»
— Тогда начнем с кухни. Положитесь на меня.
— Да, доверяю это тебе. Для начала взгляни на список вариантов дизайна...
Развернув голографическое окно конструктора, показываю ей доступные шаблоны. Мы обустраиваем кухню, максимально учитывая пожелания Эрики, а заодно подбираем мебель для столовой. Честно говоря, порой задаюсь вопросом, стоит ли так усердствовать в деталях, но видя её довольный вид, решаю помалкивать.
«В конце концов, мне бы тоже не понравилось, если бы дилетант давал советы по поводу моего рабочего инструментария. Наверное, все эти мелочи действительно важны. Кстати, позже, при оформлении интерьеров комнат, Эрика по какой-то причине настояла на том, чтобы именно в моей спальне стояла непропорционально огромная кровать.
Проходит два дня с тех пор, как караван Лайлы и Спики отправился на запад, а Эрика обновила мой список любимых блюд. Строительство фермерских угодий продвигается успешно: жилой корпус с восемью комнатами, оснащенными всеми удобствами, и просторной зоной отдыха готов. Прачечная, возведенная силами ботов, тоже введена в строй, так что условия для жизни теперь можно назвать вполне комфортными.
— Какой чудесный дом получился! — восклицает девица, проверяя систему водоснабжения на новенькой кухне.
— Твоя правда. И твоя помощь сыграла в этом немалую роль. — отвечаю, наслаждаясь удобством стула из обеденного гарнитура.
«Признаться, наши совместные споры о выборе мебели в итоге оказались даже приятными. Мне кажется, стали капельку ближе. Правда, в моей комнате почему-то красуется гигантское двуспальное ложе, но спится на нем, надо признать, весьма недурно.
— Пора переходить к следующему этапу освоения фермы.
— Вы имеете в виду возделывание полей?
— Именно. Первым делом нужно стремиться к самообеспечению.
«Запасы привезенных пайков не бесконечны. На двоих их хватит надолго, но излишний оптимизм тут ни к чему. Голод — штука скверная. Хотя могу радикально снизить потребление пищи благодаря кибертелу, без еды начинает страдать не столько плоть, сколько психика.
— К счастью, семена культур заготовлены. Есть и высокотехнологичные агроботы с искусственным интеллектом, и запасы воды с удобрениями.
«Удобрения мы добыли и здесь, в дополнение к имеющимся. Исходный материал для них, конечно, вызывает вопросы, но после переработки это просто набор химических соединений, так что переживать не о чем.»
— Еще планирую построить мастерскую. Поля возьмут на себя боты, параллельно мы сможем... — не успеваю договорить: над фермой разносится сигнал тревоги.
Мгновенно вывожу данные о нарушителях периметра на голографический дисплей, встроенный в обеденный стол.
— Это... караван?
— Похоже на то.
Разведывательный дрон фиксирует группу людей, приближающуюся с запада. Они ведут за собой пятерку крупных четырехногих существ, на спинах которых громоздятся тюки с грузом. Данные животные — типичные вьючные звери. Вижу их впервые, но в архиве данных находится соответствующая запись. Сии создания зовутся мегалокапибарами; они отличаются кротким нравом и исключительным послушанием, хотя при необходимости способны бегать на удивление быстро.
— Но, согласись, выглядят они куда беднее, чем Лайла и её спутники.
В караване четырнадцать человек, не считая зверей. Пятеро ведут мегалокапибар под уздцы, остальные выполняют роль охраны, однако их вооружение — сущий разнобой. У каждого есть огнестрельное оружие, но у одних это длинноствольные винтовки, а у других — лишь подобия пистолетов. С таким разбросом по дальности и огневой мощи координировать действия в бою крайне затруднительно.
— Лайла и её люди, нанимавшие Спику в качестве охраны, скорее исключение из правил. Для обычных общин караваны выглядят именно так. — поясняет Эрика.
— Понятно.
«Значит, те были элитой. Кажется, они упоминали об этом при обмене информацией, но тогда пропустил сие мимо ушей.»
— В любом случае, стоит выяснить, пришли они торговать или грабить.
— Вряд ли они посмеют грабить, да и не справятся, но вы правы. — она сдержанно улыбается.
«Лично я был бы не против попытки грабежа: тогда можно было бы с чистой совестью разгромить их и забрать трофеи.»
— В-вы и есть тот самый Безликий Гленн?
— Я, но что еще за «Безликий»?
Поскольку гости заявили о желании торговать, впустил их на территорию фермы, однако они с самого начала выглядели до смерти напуганными. И это прозвище... Есть лишь одно объяснение.
— Вы ведь пришли с запада. Значит, пересекались с Лайлой?
— Д-да! Именно! Мы слышали о вас от каравана, который ведет таурисианка по имени Лайла!
Мужчина, очевидно лидер группы, заметно расслабляется, найдя общих знакомых. Таурисиане — такие же люди, как Лайла: рослые, с внушительными формами и рогами. Говорят, сия ветвь человечества обосновалась на планете с древнейших времен.
— Понятно, оттуда ветер дует. Но почему вы так дрожите?
Торговцы переглядываются, и лидер, с трудом справляясь с нервами, выдает:
— Это ведь правда... что вы голыми руками забил до смерти больше десятка предаторов, не получив ни царапинки?
— Чистая правда. Только их было около двадцати.
— Нам сказали, что если вас разозлить, можете вырвать голову вместе с позвоночником... — лицо мужчины перекашивает. Он продолжает, едва ли не шепотом.
— Если начнете воровать или творить бесчинства, такое вполне может случиться.
«Хотя, на мой взгляд, проще обычного удара ничего нет. Да и позвоночник целиком вытащить вряд ли получится, технически слишком хлопотно.»
— В общем, пока вы ведете себя прилично, буду настроен дружелюбно.
Люди в караване лишь испуганно кивают, продолжая мелко дрожать. Не понимаю, чего они так боятся.
— Ну и ну... На вид ты жуткий, а на деле вполне нормальный мужик.
Едва завершив сделку, этот тип позволяет себе невероятно дерзкие замечания. Его зовут Сэм. Обычный человек, чей прадед, кажется, был одним из первых колонистов на этой планете.
— И как мне на это реагировать? Поблагодарить за комплимент или рассердиться на грубость? Как думаешь, что тебе больше понравится?
— Ладно-ладно, виноват. — он примирительно вскидывает ладони.
«Что ж, объективно говоря, моя внешность далека от образа прекрасного юноши и тяготеет к суровости, если не сказать больше. Не знаю, что именно Лайла им наплела, но их страх вполне объясним. Впрочем, говорить такое в лицо — верный способ напроситься на конфликт.
— Прошу прощения, хозяин. У него язык порой опережает мысли. Не держите зла. — вклинивается Джесси, пожилая женщина и помощница Сэма. Она отвешивает ему увесистый пинок под зад, изображая при этом любезную улыбку.
— Хорошо, извинения приняты. Скажите, здесь всегда так часто ходят караваны?
Мы обосновались тут всего несколько дней назад, а это уже вторая группа. Пешком за день можно пройти от силы километров тридцать, и сомневаюсь, что трафик здесь настолько плотный. Сия частота кажется мне аномальной.
— Нет, чистая случайность. Если бы мы не встретили караван таурисиан и не узнали о тебе, то прошли бы мимо. Но появление места, где можно безопасно пополнить запасы воды и провизии — это отличная новость. И то, что здесь можно купить соль, просто замечательно.
Сэм потирает ушибленное место, сжимая в руке пластиковый пакет с килограммом соли. Мы продали им бутилированную воду и соль, а взамен приобрели неочищенный сахар, свежие овощи, засоленное мясо, зерно, сухофрукты и алкоголь. Сия группа специализировалась именно на продовольствии.
— И всё же, ты набрал столько добра, на двоих ведь не съесть.
— Возможно. — уклоняюсь я от прямого ответа, наблюдая, как боты-грузчики уносят тюки на склад.
У меня есть определенный расчет. Несмотря на объемы закупок, мы почти вышли в ноль благодаря продаже воды и соли, доплатив лишь малую толику местной валюты — талеров.
— Вы ведь обычно останавливаетесь в таких точках на день-другой?
— А? Ну да. Путь каравана суров, и если находишь безопасное место, стараешься дать людям отдых хотя бы на пару ночей.
— И как тебе идея предложить таким путникам горячую еду и выпивку за их талеры?
— О, есть такие поселения, где держат столовые и ночлежки для гостей. — Сэм кивает, обдумывая мой план.
«Значит, прецеденты имеются. Оно и логично: если заработать добрую репутацию, поток караванов вырастет. Это повлечет за собой больше торговых сделок, обмен товарами и людьми, что позволит нам прочно встроиться в местную экономику. Просто жить на самообеспечении — путь к постепенному угасанию, видел такое на космических колониях. На планете законы те же.»
— В таком случае, если желаете, другой житель этого дома приготовит вам ужин, не жалея соли.
Сэм и Джесси переглядываются с нескрываемым интересом.
— Ух, до чего же вкусно! Гленн, при твоей-то грозной наружности у тебя на диво хозяйственная и умелая жена. Завидую белой завистью.
— ... Угу. — отвечаю невпопад, поглощая рагу.
Эрика действительно превзошла себя: густое варево из соленого мяса, овощей и злаков получилось отменным. Вкус мяса идеально подчеркнут сладостью и кислинкой сухофруктов, которые она добавила в качестве секретного ингредиента. Зерна придали блюду сытности и нужной густоты.
— Хотите добавки, господин Гленн?
— ... Да, пожалуй.
Сама девушка крутится подле меня, предупредительно ухаживая и подкладывая лучшие кусочки. Кажется, пребывает в превосходном расположении духа, хотя не совсем понимаю, почему.
— Знаешь, в следующий раз лучше высылай Эричку встречать гостей первой. У тебя лицо слишком уж разбойничье. — замечает Джесси.
— Но это может быть опасно для неё.
Мое возражение старуха отметает одним жестом.
— Слишком ты над ней дрожишь. Девочка и сама за себя постоять может, и осторожности ей не занимать. Правда ведь?
Джесси подмигивает Эрике, и та, кивнув, поднимает на меня взгляд.
«Возможно, и вправду излишне опекаю её. В этом нет ничего плохого, но если вспомнить, что она в одиночку странствовала по этим землям, то, вероятно, в такой фанатичной защите нет нужды.»
— Я... подумаю об этом. — отвечаю, принимая из рук её новую порцию обжигающего рагу.
—Эпизод от лица Гленна—
Сэм и его спутники, задержавшись ещё на одну ночь, покидают ферму. За прошедшее время Эрика, судя по всему, успевает искренне сблизиться с женщинами из каравана во главе с Джесси, отчего проводит дни в весьма приподнятом настроении, вместе с ними собирая травы в окрестностях, занимаясь стиркой или хлопоча над приготовлением пищи.
Сегодня исполняется ровно семь дней с того мгновения, как ступил на поверхность данной планеты, а значит, минула неделя и с нашей первой встречи с Эрикой. В последние дни её больше не мучают кошмары, заставляющие в ужасе пробуждаться среди ночи, так что можно с уверенностью сказать: не только физическое состояние, но и душевное равновесие девушки пришло в норму. Пока предаюсь сим размышлениям, привычно занимаясь расширением и благоустройством территории фермы, ко мне направляется девушка в сопровождении Поти. Она подходит к тому месту, где тружусь, и замирает.
— Что случилось? — спрашиваю я, отрываясь от дел.
— Господин, могу ли сегодня вечером зайти в вашу комнату? — Эрика поднимает на меня взгляд, преисполненный непоколебимой решимости.
— Довольно внезапная просьба. Мне трудно дать ответ, не понимая, какие намерения стоят за твоими словами.
— Желаю обсудить нечто очень важное.
— Важное, говоришь... Нет нужды дожидаться наступления ночи, мы можем поговорить прямо сейчас, ведь работа, которой занят, не требует немедленного завершения.
Произнеся сие, прекращаю работу и передаю управление рабочему боту. В данный момент возвожу комнату отдыха и мастерскую, но, как и было сказано Эрике, спешить здесь некуда, тогда как «важный разговор» представляется куда более значимым делом.
— Давай пройдём в столовую жилого блока.
— Х-хорошо, согласна... Однако прежде мне необходимо ненадолго заглянуть в душ.
— Зачем принимать душ ради простого разговора?
Направляюсь к жилому корпусу, едва ли не подгоняя Эрику, которая пребывает в каком-то странном замешательстве. Важный разговор, ради которого непременно нужно сперва помыться? Может, стоило всё же послушно дождаться ночи? Впрочем, это не столь существенно, ведь в конечном итоге любые события занимают подобающее им место в положенный срок.»
— Г-господин, вы действуете слишком напористо...
— Прошу прощения, но человек чувствительный, и если буду держать в голове неоконченное важное дело, работа просто не пойдёт на лад. Итак, о чём речь?
— Ну, дело в том, что... сегодня миновала неделя с того дня, как вы спасли меня.
— Верно.
Эрика начинает разговор непривычно сбивчиво, словно тщательно подбирая каждое слово. Она заметно нервничает, и её взгляд беспокойно блуждает, не находя опоры.
— И вот, моё самочувствие окончательно наладилось, а потому пришло время расставить всё по своим местам... Мне бы хотелось, чтобы вы... ну, решили, или даже предложили... — с этими словами слегка краснеет и опускает голову, её пальцы то сжимаются в кулаки, то судорожно разжимаются, а глаза продолжают испуганно метаться.
— Понимаю. Вот оно как...
«Мне ясна суть её недосказанности, ведь вовсе не настолько лишён проницательности. Однако стоит ли мне самому произносить сии слова? Впрочем, раз Эрика сама завела об этом речь, излишние опасения ни к чему.
С другой стороны, если сейчас выступлю с признанием или, скорее, с предложением руки и сердца, а в ответ услышу нечто вроде: 'Ой, нет, вовсе не это имела в виду... простите', то вряд ли смогу оправиться от такого удара. Да, сие пугает. Честно говоря, это куда страшнее, чем бросаться в гущу сражения под перекрёстный огонь смертоносных лазеров. Но именно по этой причине мне и надлежит взять инициативу на себя.»
— Эрика.
— А?! Д-да!
Услышав своё имя, девушка вздрагивает всем телом и мгновенно выпрямляется.
«Полно, нет нужды выпускать экзоконечности. Неужели они автоматически переходят в боевой режим каждый раз, когда она пугается или нервничает?»
— Оставайся со мной. Если можно — навсегда.
— Ах... Да, если господин Гленн этого желает... и если вам подхожу. — договорив, Эрика закрывает пылающее лицо обеими ладонями.
— Так нечестно.. Совсем нечестно, что у вас даже лицо не дрогнуло.
— Это лицо — вещь особенного изготовления. — отвечаю, пожимая плечами.
Стараюсь казаться невозмутимым, хотя антиматериальное ядро, заменяющее мне сердце, вращается на пределе скоростей. К счастью, сие жужжание не проникает наружу, оттого моё волнение остаётся для Эрики тайной. Впрочем, полагаю, у столь стремительного вращения есть и иная причина. Но сейчас это не важно. Куда существеннее то, что Эрика приняла мои чувства.
— Стало быть... с этого момента я — супруга господина Гленна?
— Пожалуй, так... Не думал, что обзаведусь женой всего через неделю после прибытия.
«Интересно, что бы подумали мои знакомые, узнай они о произошедшем? Удивились бы или разразились хохотом? Вероятнее всего, второе. Но встретиться нам вряд ли суждено. По крайней мере, в обозримом будущем.»
— Хи-хи, предвкушаю, как много интересного ждёт нас впереди.
— Интересного? Ну, допустим. — отвечаю на её цветущую улыбку, хотя в глубине души пребываю в некотором недоумении.
«Хм, 'интересного'? Вряд ли Эрика из тех, кто с подобным выражением лица предвкушает интимные подробности супружеской жизни. Сие как-то не вяжется с её образом. Может, она просто размышляет о нашем совместном быте? Жизнь вдвоём с Эрикой... Что ж, звучит неплохо. Проводить время вдвоём, не таясь проявлять нежность друг к другу — кажется весьма заманчивым, хотя пока слабо представляю, как именно это будет выглядеть на практике.»
— Я уверена, что госпожа Спика и госпожа Лайла тоже захотят стать жёнами господина... Ох, какая же у нас будет огромная семья!
«Э-э? Что она только что сказала? Спика и Лайла?»
— Твои рассуждения совершили столь резкий скачок, что решительно перестаю поспевать за ходом мысли.
«О чём она вообще говорит?»
[[image:/storage/reader-images/f68212e2f941c4302437a14b1e667ec43b309953.png]]
Столкнувшись с столь ошеломляющим заявлением Эрики, терпеливо принимаюсь расспрашивать её, дабы уяснить истинный смысл сказанного. В результате выясняется, что Церковь Кордии, к которой принадлежит девушка, осуществляет свою деятельность, опираясь на весьма неординарные идеи. Если вкратце изложить ту величественную историю возникновения Церкви Кордии, что поведала мне девушка, то сия организация проповедует братскую любовь, а также физическое и духовное слияние различных рас. Они стремятся к тому, чтобы представители разных видов любили друг друга, производили на свет потомство и через воспитание детей принесли мир и гармонию на сию погрязшую в раздорах планету.
И каков же, по их мнению, идеальный способ создания такого сообщества? Церковь Кордии пришла к выводу, что ответом является межрасовое многожёнство. Разумеется, если люди движимы стремлением к межрасовому согласию, то и обычный моногамный брак получает их благословение. Браки внутри одной расы тоже приветствуются. Однако высшим идеалом считается союз одного мужчины с несколькими женщинами разных рас. И Эрика, будучи верной последовательницей и ревностной прихожанкой сей Церкви, искренне желает, чтобы я вместе с ней создал семью, которая воплотит в себе идеал Церкви Кордии.
— Так вот откуда взялись те безумные слова...
— Мне кажется, в них нет ничего безумного.
«Поразительно, насколько человек может не осознавать странности своих убеждений. Хотя, если ты с рождения принадлежишь к такому сообществу и впитываешь данные ценности, подобный исход закономерен.»
— Ну, я могу понять логику, но всё же...
«Идея заключается в том, что если всё население планеты — включая человекоподобные расы — станет одной большой семьёй в физическом и кровном смысле, то и поводов для войн станет значительно меньше. На данной планете, Рибос 3, сосуществует невероятное множество рас, созданных на основе человека. Это результат того, что три межзвёздные империи, окружающие систему Рибос, а также частные организации и отдельные личности в прошлом отправляли сюда самый разный персонал, сбрасывали биологическое оружие и экспериментальных существ, которые в итоге прижились и эволюционировали. Говорят, здесь обитают виды, которых не встретишь больше нигде во Вселенной, и сие поистине поразительно. Сама по себе концепция принесения мира на Рибос 3 заслуживает уважения, однако...»
— Послушай, а не напоминает ли сие при ближайшем рассмотрении некий развратный культ?
— Как вы можете такое говорить?! — на лице Эрики застывает выражение крайнего возмущения, какого мне ещё не доводилось видеть. Она вскидывает экзоконечности, направляя в мою сторону их лезвия — неужто это снова непроизвольная поза угрозы?
«Прошу, прекрати, мне немного не по себе.»
— Извини, перегнул палку. Лично хотел бы для начала неспешно развивать наши с тобой отношения вдвоём.
— Слышать такое... ну, мне вовсе не неприятно, даже наоборот, искренне рада, но... почти уверена, что Лайла или Спика при первой же возможности явятся на эту ферму.
— Не думаю, что до этого дойдёт... Или всё же дойдёт?
— Уверена, что именно так и будет.
«Действительно, Спика открыто предлагала себя и своих сестёр, да и слова Лайлы о 'богатом выборе' звучали весьма многозначительно. Если они заявятся сюда и попросят крова в обмен на труд... Что ж, признаюсь честно, вряд ли смогу им отказать. Боевые навыки и рабочая сила сестёр Спики крайне полезны как для обороны, так и для развития фермы, а у таусирианки есть связи и налаженные каналы сбыта для торговли. Если они предложат помощь в расширении хозяйства, скорее всего, приму их предложение. А как только они окажутся под моим кровом... м-да.»
— Начинаю подозревать, что так оно и случится... И что с этим делать?
— Если Гленн проявит твёрдость и решительно откажет им, полагаю, отступят...
После слов Эрики обхватываю голову руками. Осознаю, что испытываю к этим двоим скорее симпатию, нежели неприязнь, и вряд ли смогу найти в себе силы для категоричного отказа.
— Господин Гленн.
— Что такое?
— Пред кончиной своей святой Корт, основатель Церки, оставил для последователей несколько слов.
— Озвучь их, если не трудно.
— «Наслаждайся различиями. Все мы разные, и в этом наше благо. Люби, завоевывай, множься и станет любимый великое много.»
— Всё-таки это развратный культ?
— Вы повторили сие во второй раз! Этого не прощу даже вам!
Разгневанная Эрика вновь воздевает руки и экзоконечности в угрожающем жесте.
«Ладно, ладно, был неправ, умоляю, убери опасные штукенции.»
[[image:/storage/reader-images/aaa39e1654ae13dfa20d88c07f4058f1e41c3dfd.png]]
Дабы умилостивить рассерженную Эрику, мне приходится выделить ей паёк со сладким хлебом из некоего далёкого королевства. Кроме того, с меня берут обещание возвести молельню или какое-нибудь церковное сооружение Кордии. Что ж, земли в избытке, потому построить часовню не составит труда. Разве что придётся заново перекраивать план застройки участка... а ведь только-только всё систематизировал.
— С-с-с...
Сейчас Эрика мирно сопит рядом со мной. Я говорил ей, что вовсе не обязательно так спешить, но она проявила неожиданное упрямство, настояв на том, чтобы сегодня спать в моей комнате. Учитывая всё, что ей пришлось пережить, полагал, что торопиться не стоит. Однако, глядя на её безмятежное лицо, думаю, возможно, поступил правильно, уступив просьбе. По крайней мере, сейчас её не мучают кошмары. Она спит спокойно, и это самое главное.
Пока предаюсь сим сентиментальным мыслям, в голове раздаётся сигнал тревоги. На ночной период перевёл оповещения в беззвучный режим, оттого что, кроме меня, на ферме лишь Эрика да боевые боты. Нет нужды тревожить сон девушки резкими звуками.
Проверив изображение в режиме ночного видения с разведывательных дронов, патрулирующих небо, обнаруживаю несколько человеческих фигур, приближающихся к ферме. Они идут с северо-запада. Всего двадцать один человек. Все вооружены огнестрельным оружием — пистолетами-пулемётами и дробовиками. Судя по всему, готовятся к ближнему бою. Очевидно, их план состоит в том, чтобы под покровом темноты проникнуть на территорию и одним махом нейтрализовать нас. Глупцы. Если они хотели совершить внезапное нападение, им следовало озаботиться хотя бы термооптическим камуфляжем.
— Господин Гленн?.. — Эрика просыпается и окликает меня, когда пытаюсь выбраться из постели.
«Пожалуй, покинуть кровать, не разбудив спящую под боком девушку, было невыполнимой задачей.»
— Мне нужно отлучиться в уборную.
— Хорошо... Будь осторожен.
— Угу.
«'Будь осторожны', значит? Похоже, догадывается о происходящем. Раз уж доверилась мне и не стала задавать лишних вопросов, обязан оправдать доверие. Итак, как бы мне половчее с ними разделаться?»
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица врага—
Пропустив вперёд караван торговцев продовольствием, который уже прибыл в поселение-цель, и убедившись, что там действительно живут всего два человека, мы, согласно плану, дождались ночи и начали действовать.
Если верить словам тех подозрительных таурисианцев, в этом месте припрятано немало сокровищ. Как минимум, там есть «Конструктор» — в этом нет сомнений. С такой машиной можно производить не только соль, но и любые ценные материалы в неограниченных количествах. Если всё сделать с умом, можно озолотиться или поднести этот аппарат в дар какому-нибудь крупному сообществу, чтобы занять там тёплое местечко. С этой штукой нас ждёт колоссальный жизненный успех.
«Говорили, конечно, что противник — какой-то известный в космосе наёмник, который якобы голыми руками передушил стаю предаторов, но даже если это и правда, против толпы и града свинца не попрёшь. Нас гораздо больше, а значит, поражение исключено.»
— Гха?!
— Что?..
Лицо Билли, идущего рядом, на мгновение озаряется вспышкой и буквально разлетается в клочья. Тело его падает, ноги судорожно дёргаются в предсмертной агонии. В воздухе разливается тошнотворный запах горелой плоти. Не успеваю осознать, что происходит, как мои товарищи один за другим вспыхивают и валятся наземь. Заметив какое-то мерцание на крыше здания впереди, чувствую первобытный ужас и немедленно сникаю на землю. Почти одновременно с этим мою голову обжигает резкая боль и удар.
— А-а-агх! Что это за дьявольщина?!
Коснувшись того места, где только что испытал нестерпимую боль, ощущаю на пальцах нечто скользкое. В темноте ничего не разобрать, но голову жжёт так, словно её подпалили.
«Что... что с моей головой?!»
— Везучий попался.
Ледяной голос, от которого кровь стынет в жилах, раздаётся прямо передо мной. Поднимаю взгляд и вижу безликое чудовище. Чёрное, совершенно гладкое лицо существа обращено ко мне, оно медленно заносит ногу для удара.
— Ты! Эй, кто-нибудь, пристрелите ег...
— Потише. Что, если ты разбудишь Эрику?
Подошва тяжёлого армейского ботинка заполняет всё моё поле зрения, и на этом сознание гаснет.
—Конец эпизода от лица врага—
—Эпизод от лица Гленна—
«То ли ему действительно повезло, то ли сработала интуиция. Впрочем, раз в итоге его раздавил, вряд ли это можно назвать удачей. Значит, всё-таки интуиция.»
Вытираю подошву сапога, испачканную кровью и прочей грязью, о тело безжизненного налётчика, после чего отдаю приказ рабочим ботам убрать трупы и собрать трофеи. Ровно двадцать одно тело. Выживших нет. Заодно отправляю разведывательные дроны проверить путь, по которому они пришли. Если эти люди не полные идиоты, они должны были оставить где-то запасы провизии и воды, необходимые для возвращения на базу, иначе на обратном пути их ждала бы смерть от жажды или голода. И уж точно никто не пойдёт на ночной штурм с тяжёлыми мешками за спиной. Где-то неподалёку определённо припрятано их имущество.
— Что ж, лишним не будет.
«Огнестрельное оружие и боеприпасы можно будет сбыть следующему каравану, мне они ни к чему. Если найдётся что-то действительно качественное, приберегу один ствол, а может... хм. Коллекционировать оружие в качестве хобби — тоже вариант. Хотя, с другой стороны, собирать трофеи с убитых врагов: попахивает наклонностями какого-нибудь маньяка, коллекционирующего памятные знаки своих жертв. Пожалуй, лучше всё продать.»
— Нашел-таки.
«Видать, нападавшие были настолько уверены в своей победе, что даже не потрудились скрыть следы. Куча вещмешков просто свалена в одном месте. — помечаю их через интерфейс дрона и даю команду транспортным роботам забрать груз. — И всё же, какие беспардонные личности. Могли бы хоть в такую ночь оставить нас в покое.»
— Ох, беда с ними... — прислоняю лазерную винтовку к поваленному дереву в стороне от тел и сам присаживаюсь на ствол. Удивительно: на планете, где даже технологии дальней связи — редкость, меня пытаются ограбить с завидной регулярностью. Три нападения за одну неделю? Похоже, с безопасностью на Рибос-3 дела обстоят из рук вон плохо. Впрочем, при отсутствии централизованной власти неудивительно. — Но если отбросить в сторону...
Я прибыл на Рибос-3, оставив ремесло наёмника, мечтая найти милую жену и начать новую жизнь. И вот, спустя всего неделю, цель достигнута. Полагал, что на это уйдут годы, а то и вся жизнь, но всё сложилось на удивление удачно. Впрочем, это лишь начало пути. Наша отправная точка. Предстоит долгая и счастливая жизнь с любимой супругой. Со временем, вероятно, появятся дети. А ещё, как говорила Эрика, число жён может и увеличиться. Как бы там ни было в будущем, количество тех, кого мне нужно защищать, будет расти. А значит, необходимо укреплять оборону. И не только это: придётся расширять поля, наращивать производство пищи, чтобы прокормить всех, вести дела с торговцами. В дальнейшем, возможно, потребуется и дипломатия с соседними силами.
Мне не обязательно делать всё в одиночку, но должен всё продумать и организовать. Неизбежно придётся примерить на себя роль главнокомандующего... или лидера? Главы семьи? Называйте как угодно.
— Это мало похоже на жизнь наёмника... но деваться некуда, справлюсь. — бормоча под нос, словно подбадривая самого себя, поднимаюсь и вновь беру в руки винтовку.
«Всегда находил выход из любых ситуаций. Справлюсь и теперь. Тем более что теперь у меня есть жена, на которую могу положиться.»
— Доброе утро, господин Гленн.
— Доброе утро, Эрика.
Сижу в столовой, потягивая некую мутную жижу, которая здесь считается кофе, когда из спальни выходит Эрика. Она прямиком направляется ко мне и обнимает.
— Слава богу, ты в порядке...
— Тем ничтожествам не под силу мне навредить.
«На самом деле, в этот раз почти не приложил руку к их устранению. То, что в последние дни заставлял рабочих ботов расчищать территорию к западу от базы от деревьев и валунов, сыграло на руку: лазерные турели расправились почти со всеми. Остался лишь один выживший, которого и прикончил.»
— Кстати, если следовать идеалам твоей Церкви, убивать разбойников — ведь не слишком хорошо?
— А? Но ведь разбойники опасны, если их не остановить, разве нет? — не разрывая объятий, Эрика слегка склоняет голову набок и заглядывает мне в лицо.
— Вот оно как...
«Не понимаю. Ни на йоту не понимаю догматов Церкви Кордии.»
— Наше учение не велит возлюбить того, кто изначально идёт к тебе с оружием в руках. — заметив, что заплутал в лабиринтах собственных мыслей, Эрика отстраняется, издает короткое «кхм», прочищая горло, и начинает объяснять. — Церковь Кордии проповедует братскую любовь к ближнему, но сие не означает всепрощающую любовь ко всем без разбора.
— И в чём же разница? — задаю вопрос, гадая, как Эрике удаётся считывать эмоции с моего неподвижного лица.
«Подобное общение крайне важно для нашего будущего.»
— Если вкратце, то братская любовь — любовь к семье, друзьям, добрым соседям. А всепрощающая любовь — когда ты одинаково любишь и праведника, и злодея. Конечная цель Церкви Кордии — чтобы все жители планеты уважали и любили друг друга, но мы признаём, что на пути к цели есть враги, с которыми необходимо сражаться.
— Звучит весьма прагматично.
— Само собой. Наша организация была создана, чтобы превратить планету в мирный дом, и мы трезво оцениваем текущую ситуацию. Мы понимаем, что здесь полно существ, с которыми невозможно договориться.
— Пожалуй, ты права.
«Предаторы — лучший тому пример. Да и по словам Лайлы и Спики, здесь хватает и других рас на основе человека, которые ведут себя крайне агрессивно.»
— Что ж, не скажу, что осознал всё до конца, но общую суть уловил. Значит, могу вести себя как прежде?
— Да, Ты можешь оставаться собой. Если вдруг сойдёшь с пути человечности, обещаю, что обязательно остановлю. Так что поступай так, как считаешь нужным.
— Понятно... Постараюсь не доводить дело до того, чтобы тебе пришлось меня останавливать.
В ответ на мои слова Эрика одаривает тёплой улыбкой.
«И сделаю всё, чтобы она продолжала так улыбаться, внимательно следя за тем, чтобы не сойти с того самого 'пути человечности', о котором она говорит.»
Завершив утреннюю трапезу, приготовленную Эрикой — сегодня это был отварной картофель и овощной суп с солониной — мы, наконец, приступаем к активным действиям по обустройству огорода. Прежде всего необходимо подготовить почву. Говорят, сельское хозяйство — и есть искусство создания земли.
— Ну что же, пора подумать, какие культуры стоит посадить. — произношу я.
— Мне кажется, то, что я знала о земледелии, несколько отличается от происходящего... — доносится до меня голос Эрики.
Она с некоторым недоумением наблюдает за тем, как сельскохозяйственный бот, оснащенный конфигуратором, мощным захватом вырезает пласты грунта на месте будущего поля и засыпает его специально подготовленной плодородной почвой. Не совсем понимаю, что именно кажется ей странным, ведь машины вряд ли могут ошибаться в таких вопросах.
— Быть может, посадить клубнику или чернику... А может, стоит отдать предпочтение цитрусовым деревьям?
«Вкус и аромат варенья разительно меняются в зависимости от используемых плодов. Мне определенно хочется попробовать всё и сразу.» — пока предаюсь этим аппетитным фантазиям...
— Гленн, мы ведь стремимся к самообеспечению, верно? — ... Эрика осторожно тянет меня за край рубашки. — В таком случае, полагаю, нам стоит начать с зерновых — пшеницы, риса или кукурузы. Также хороши будут корнеплоды вроде картофеля или тыквы, которые могут служить основой рациона и долго храниться. Не стоит забывать и о богатых витаминами овощах: капусте, моркови, луке. О, и бобовые тоже были бы весьма кстати.
«Против столь здравых рассуждений не находится никаких возражений.»
— А как же клубника... Совсем нельзя? — спрашиваю я с надеждой.
— Не говорю, что нельзя вовсе... Но, пожалуй, не стоит засаживать ею всё пространство.
«Значит, немного всё же можно. Превосходно.»
— А плодовые деревья тоже под запретом?
— Уход за ними крайне утомителен и сложен...
— С этим справятся сельскохозяйственные дроны.
— Что ж, если так, то не против...
«Отлично, согласие получено. Говорят, деревья плодоносят лишь спустя долгое время, оттого посадить их следует как можно скорее.»
Напевая под нос незамысловатую мелодию — хоть носа и нет — раздаю указания ботам и дронам, очерчивая границы полей и выбирая виды растений. На основе сих команд центральный процессор управления, наделенный искусственным интеллектом, приступает к созданию подходящей почвосмеси и подбору культур-компаньонов для посадки.
— Послушай, неужели мы будем просто стоять и смотреть? — робко интересуется Эрика.
— Именно так. В земледелии я полный профан, поэтому целиком полагаюсь на технику. А ты, Эрика, хорошо разбираешься в сельском труде?
— У меня есть некоторые познания, но... боюсь, в процесс работы таких машин мне лучше не вмешиваться.
— Тогда остается лишь наблюдать.
Под управлением центрального процессора к работе подключаются не только аграрные, но и обычные рабочие боты, отчего площадь возделанной земли стремительно увеличивается. Да, не зря потратил на это целое состояние. Данный модуль управления с искусственным интеллектом был третьим по стоимости приобретением в моем арсенале.
К слову, дороже всего обошелся генераторный корветный реактор, а второе место занял «Забутон» — наш межзвездный челнок. Всего на три позиции ушла добрая половина всех накопленных мною средств.
— Что ж, оставим сельское хозяйство специалистам и займемся тем, что под силу нам самим.
— Хорошо... — отвечает Эрика. На её лице отражается некоторая недосказанность, но таков уж мой стиль работы, и ей придется к нему привыкнуть.
Впрочем, боты и дроны не могут функционировать вечно без должного ухода. И хотя они не выйдут из строя в одночасье, пора бы задуматься о полноценном техобслуживании. Следовательно, следующим важным объектом станет мастерская. Если смогу не только чинить роботов, но и проводить полноценную дефектовку и ремонт трофейного огнестрельного оружия, то при обмене смогу запрашивать гораздо более высокую цену.
Мастерскую возвожу рядом со складом. Делаю её просторной, с большим запасом места, рассчитывая в будущем установить крупногабаритное производственное оборудование — например, дупликатор.
Пока здесь стоят лишь самые простые верстаки, но даже их возможностей вполне хватает для обслуживания огнестрельного оружия, распространенного на этой планете, и производства боеприпасов. К тому же, в сравнении с современным высокотехнологичным вооружением вроде плазменных пушек или электромагнитных ускорителей, обычный «огнестрел» устроен крайне примитивно. Материалы для него — в лучшем случае сплавы обычных элементов или полимеры. Используя ресурсы, собранные конфигуратором, и чертежи из цифровых архивов, вполне способен превратить разболтанную трофейную рухлядь в сверкающее изделие с идеальной точностью подгонки деталей, которое не отличишь от нового.
— И всё же всему есть предел... Как они вообще ухитряются пользоваться таким хламом? — ворчу я, разбирая очередную порцию трофеев.
Методично чищу механизмы, полирую каждую шпильку и винтик, а где необходимо — изготавливаю новые детали взамен изношенных. Эти инструменты смерти, за которыми никто не ухаживал, буквально вопиют о помощи, и я дарую им вторую жизнь. Встречаются экземпляры, где разболтанные части просто примотаны веревкой или проволокой. — еще полбеды; некоторые умельцы умудряются использовать сварку там, где она совершенно не к месту. Стволы не чищены годами, внутри — наслоения непонятной липкой жижи вперемешку с ржавчиной.
«Просто возмутительно. В таком состоянии оружие не только подведет в бою, но и может запросто взорваться в руках владельца.»
— Господин Гленн, а у тебя очень ловкие руки. — замечает Эрика, наблюдая за моей работой. Устраивается на стуле рядом и внимательно следит за каждым движением.
Не знаю, что в этом увлекательного, но с тех пор, как начал проводить время в мастерской, она повадилась подолгу сидеть со мной. Разумеется, не проводит здесь весь день: часто берет с собой Поти и отправляется на сбор трав и плодов, из которых потом варит варенье, готовит сладости или делает припасы на зиму.
— Навыки чистки оружия в меня вдалбливали с тех самых пор, как себя помню. Те, кто пренебрегает подобными вещами, на поле боя долго не живут.
«Одни гибнут, когда в решающий момент оружие дает осечку, другие лишаются ног из-за случайного выстрела во время марша. На войне можно сделать всё идеально и всё равно погибнуть, но те, кто не прикладывает усилий, попадают в лапы костлявой первыми.»
— Должно быть, жили в очень суровом месте.
— Пожалуй. В какой-то момент это просто осточертело, вот я и здесь.
Поворачиваюсь к ней, и Эрика отвечает мне теплой улыбкой. Даже глядя на моё совершенно безликое, абсолютно черное лицо, продолжает улыбаться.
«Сия встреча — уже достаточная причина, чтобы навсегда оставить поля сражений.»
— Интересно, когда Лайла и Спика снова нас навестят?
— Кто знает... Они упоминали, что направляются в деревню на западном берегу озера, но об их дальнейших планах ничего не известно.
— Как думаешь, они вернутся?
— Если они останутся в живых и продолжат свою торговлю, то рано или поздно наши пути снова пересекутся.
«Меня же больше беспокоит, не ляпнет ли Эрика гостьям какую-нибудь несусветную глупость. Вдруг ей взбредет в голову сказать: 'Лайла, Спика, а не хотите ли и стать женами Гленна? И сестер своих приводите!' Нет, вряд ли такое случится. Ведь не случится же? Надеюсь на это.»
Заметив легкую грусть во взгляде спутницы, заканчиваю сборку пистолета-пулемета из очищенных и восстановленных деталей.
— Ого, он выглядит совсем как новый!
— Ну, скажем так, из состояния металлолома перешел в разряд добротных вещей.
«Чтобы добиться большего качества, пришлось бы не восстанавливать, а создавать заново. Хотя, признаться, заменив изношенные части и переделав совсем безнадежные узлы, обновил его добрую четверть.»
— Может быть, мне тоже стоит носить подобное оружие? — спрашивает Эрика, склонив голову набок.
Сейчас у неё карабин с продольно-скользящим затвором. Он надежен, обладает большой пробойной силой и приличной дистанцией стрельбы. Однако в магазине всего пять патронов, а необходимость ручной перезарядки после каждого выстрела лишает возможности вести беглый огонь. К тому же в тесноте не слишком удобен. С другой стороны, сей пистолет-пулемет — настоящий шедевр инженерной мысли, несмотря на то что внешне напоминает скорее строительный инструмент. Он способен буквально засыпать противника крупнокалиберными пулями. Магазин на тридцать патронов — не слишком много, но и не мало. Однако из-за короткого ствола и малого веса отдача довольно ощутима, точности на дистанции можно забыть. Это оружие исключительно для ближнего боя.
— В случае внезапного нападения такая скорострельность и маневренность были бы преимуществом. Однако, учитывая сеть сенсоров и разведывательных дронов вокруг нашей базы, вероятность того, что тебя застанут врасплох, крайне мала. Я всё же склоняюсь к винтовке... Хотя, если уйдешь на сбор ресурсов к самой границе зоны безопасности, всякое может случиться. Хм.
«В прошлый раз всё именно так и произошло — Эрике пришлось вступить в рукопашную схватку. Признаться, её боевые навыки с использованием экзоконечностей меня поразили, но рукопашная — всегда огромный риск получить неожиданную травму. С этой точки зрения её рассуждения не лишены смысла. С пистолетом-пулеметом можно дать заградительную очередь, подавить противника огнем и отступить. Пожалуй, будет разумнее, если она станет носить его как основное оружие, а винтовку брать только при объявлении тревоги на базе.»
— Что ж, если данный образец тебе по душе, можешь забирать его себе.
— Ура! — радостно кивает она.
«В будущем, если подвернется что-то получше, пересмотрим сей выбор, а пока пусть пользуется этим. Разумеется, в идеале ей бы подошел лазерный пистолет, но отдавать столь мощное оружие в руки того, кто может его потерять или лишиться в бою, опасно. О существовании переносного лучевого оружия лучше не распространяться. Конечно, видя наши лазерные турели и боевых ботов, любой поймет, что у меня есть доступ к подобным технологиям. Но между 'точно имеет' и 'возможно, имеет' лежит огромная пропасть. Против явной угрозы можно подготовить контрмеры, но если угроза лишь вероятна, противник будет колебаться, стоит ли тратить ресурсы на защиту. Неопределенность — сама по себе риск, который может заставить нападающих отказаться от своих намерений.»
— Раз решено, сначала обучу тебя уходу за ним, а после отправимся на стрельбище.
— Слушаюсь!
— Предупреждаю, буду строг.
— Да... хорошо. — уже с меньшим задором отвечает она.
Её секундное замешательство кажется мне весьма милым. Поднимаюсь и уступаю ей свое место. Как минимум, обязана знать основы неполной разборки и чистки.
Следующие несколько дней прошли в обучении Эрики обращению с пистолетом-пулеметом и винтовкой. Действительно старался быть требовательным... ну, по крайней мере, настолько, насколько это вообще было возможно.
Впрочем, не ограничивался только этим: занимался обустройством комнаты отдыха, строил новые жилые блоки, готовил помещения для будущих гостей и площадку для стоянки караванов. Эрика тоже не сидела без дела: собирала плоды вокруг фермы и колдовала над заготовками. Ночи? Скажем так, мы проводим их в приятном согласии, сообразуясь с её самочувствием. Если дам волю своей выносливости, она просто не выдержит, ведь моё тело — почти полностью аугментированный механизм, который, в отличие от живой плоти, практически не знает усталости.
— Господин Гленн.
Как обычно, занимался реставрацией очередного ствола, попутно контролируя работу ботов, когда появилась Эрика. Вид у неё был крайне решительный и в то же время чем-то обеспокоенный.
— Что случилось? Выглядишь очень серьезной.
— У меня... есть к тебе одна просьба. — произносит она, пристально глядя в глаза. — Хочу сообщить Церкви Кордия, что со мной всё в порядке.
— Понимаю.
Глядя на её озабоченное лицо, принимаюсь прикидывать варианты.
Первый — отправиться к ближайшему узлу связи лично. Тут два пути: либо тащиться пешком, бросив базу на произвол судьбы, что совершенно неприемлемо, либо лететь на челноке. Это быстро, но слишком заметно. Если нас засечет какая-нибудь группировка с ПВО или авиацией, проблем не оберешься. Тоже отпадает.
Второй — дождаться каравана и передать весточку с ними. Вариант рабочий, но когда придет караван и когда весть дойдет до адресата — одному богу известно.
Третий вариант — использовать высокие технологии. Пусть технический уровень планеты и деградировал до первобытного состояния, радиосвязью тут наверняка пользуются. Почему бы не соорудить передатчик? А если удастся связаться с торговыми судами на орбите, сможем доставать оборудование, которое здесь найти невозможно.
— У меня есть отличная идея. — говорю я.
Лицо Эрики мгновенно светлеет. Что же, ради её улыбки готов на некоторые усилия, хотя данная задача и не является чем-то запредельным.
Рабочие боты и дроны возводят высокую мачту антенны. Чем выше антенна, тем дальше уйдет сигнал и тем больше слабых радиоволн сможет поймать. Для связи с орбитой одной высоты мало, но здесь на помощь приходят технологии. Заранее планировал создание коммуникационного массива, оттого и припас чертежи и необходимые компоненты еще до высадки.
— Ого, это сооружение принимает поистине грандиозные масштабы... — шепчет Эрика, стоя рядом.
— Пустяки, я и так собирался её построить, как только созреет урожай, чтобы торговать с орбитальными купцами. Просто решил закончить чуть раньше. — стараюсь успокоить её небрежным тоном, продолжая наблюдать за монтажом.
И в этот самый момент над фермой разносится сигнал тревоги.
«Как не вовремя.»
— Гленн!
— Так, беги за винтовкой и занимай позицию на крыше жилого блока. Жди там.
— Поняла!
Она срывается с места. На крыше предусмотрительно расставил баррикады, позволяющие вести огонь из укрытия.
— Так, посмотрим, кто это к нам пожаловал... Хм?
Разведывательный дрон зафиксировал весьма странную группу. Для торгового каравана у них слишком мало груза, зато охраны — хоть отбавляй, и вооружены добротно.
«Постойте, это что, современное огнестрельное оружие? Не лазеры, конечно, но выглядит куда серьезнее того хлама, что видел раньше. В центре группы — три женщины. Их одежда кажется мне смутно знакомой... Постойте, да это же такие же облачения сестер, как у Эрики!
— Эрика!
— Да?! — вскрикивает она.
Она как раз подбежала с винтовкой в руках и резко затормозила, едва не споткнувшись.
«Прости, не хотел напугать. Расстояние еще приличное, паниковать рано.»
— Загляни в столовую, посмотри на голографический дисплей. Мне кажется, к нам идут твои знакомые.
— А?.. Х-хорошо, сейчас!
Она сует мне в руки винтовку и снова убегает. Покручивая оружие в руках, вывожу изображение с дрона на экран в столовой.
«Да, сомнений нет — это сестры Церкви Кордия.»
— Г-господин Гленн! — девица несется назад на предельной скорости.
«Могла бы просто крикнуть в микрофон, звук-то включил. Видимо, переволновалась.»
— Нельзя, пожалуйста, не стреляй в них!
— Спокойно, всё понял. Не собираюсь открывать огонь без предупреждения. Если только они сами не начнут палить первыми.
— Даже если покажется, что они настроены воинственно — всё равно нельзя! Прошу иеья, ни в коем случае не стреляй!
— Ладно-ладно, обещаю. Никакой стрельбы.
— И никаких ударов кулаками, или ребром ладони, или ногами — тоже нельзя!
«Интересно, каким же буяном выгляжу в её глазах? Если нужно, конечно, могу и врезать, но я же не бросаюсь на людей без разбору.»
— Так они точно из Церкви Кордия?
— Да! Это исполнительный отряд Церкви!
««'Исполнительный' или 'карательный'... звучит жутковато. И что же они обычно исполняют или кого карают? Впрочем, нам это только на руку. Мы только собирались искать с ними связь, а они сами пришли. Видимо, карма у меня всё-таки хорошая.»
— Ну что же, пойдем встречать гостей. Со всеми почестями.
— Да, пожалуйста! Очень иеья прошу!
«Когда так усиленно просят чего-то не делать, подсознательно хочется поступить наоборот... но нет, шутки в сторону, нельзя же пугать бывших сестер по проповедническому делу Эрики. Отправлю к ним дрон для начала.»
Направил разведывательный дрон и посадил его прямо перед группой, метрах в пятидесяти. Разумеется, они тут же взяли его на мушку, но их не виню — сам бы так поступил.
— Говорит Гленн, владелец фермы, что находится прямо по вашему курсу. Вы ведь из Церкви Кордия? — передаю через динамики дрона. Три женщины в центре недолго посовещались и кивнули. — Если вы ищете свою пропавшую сестру, то она находится под моей защитой... вернее, живет здесь со мной. Вы можете увидеться с ней, не против. Если у вас нет враждебных намерений, то и нам делить нечего.
После короткого обсуждения женщины снова кивнули и приказали охране опустить оружие.
— Ну вот, Эрика, кажется, первый контакт прошел мирно.
— Правда? Слава богу... — она с облегчением выдохнула, словно гора с плеч свалилась.
«Немного обидно, конечно, что так во мне сомневалась, но, видимо, последними действиями сам сложил нелестную репутацию о своей персоне. Впрочем, понимаю. За полторы недели столько захаживало к нам, и столько погибло, лишь две группы вернулись целыми: Лайлы и Спики, да Сэма и Джесси.» — подавив желание возразить, решил, что докажу ей свою благонадежность дальнейшими поступками.
Исполнительный отряд (аль карательный, нарекайте, как душе ближе, суть одна) Кордийской церкви наконец показывается на территории фермы. Группа сия состоит из трех сопровождаемых женщин и восьми гвардейцев, облаченных в крепкую броню и вооруженных на удивление передовым оружием. Шествие замыкают два вьючных зверя, на спинах коих покоится лишь необходимый для похода провиант, отчего сие подразделение совсем не походит на обычный торговый караван.
— Эрика! — одна из трех благородных дам, завидев знакомый силуэт, выкрикивает имя девушки и устремляется навстречу.
— Сестра Систия... — та, заприметив гостью, тоже делает шаг, слегка пошатываясь от нахлынувших чувств.
Наблюдаю за трогательной сценой воссоединения. Девушки крепко обнимают друг друга, и по их щекам бегут слезы. Для Систии сия встреча, вероятно, знаменует возвращение названой младшей сестры, связь с которой была утрачена. Судя по тому, как гостья запросто обращается к Эрике по имени, а та в ответ использует уважительную приставку, мои догадки о близости их отношений находят подтверждение.
Пока эти двое заняты друг другом, две другие женщины в сопровождении четырех гвардейцев выступают вперед и приближаются ко мне.
— Добро пожаловать, гости. Мое имя — Гленн. Я прибыл на эту планету около двух недель назад и с тех пор обустраиваю здесь это хозяйство.
— Благодарим за приглашение. Я — Хелена, а это Мюзен. Мы — сестры Кордийской церкви. — договорив Хелена протягивает правую руку...
... и я отвечаю ей крепким рукопожатием. В обычных обстоятельствах бы поостерегся столь близкого контакта с незнакомцами, явившимися под охраной солдат, но, поскольку передо мной союзники Эрики, проявляю должное гостеприимство.
— Полагаю, Систия выслушает рассказ Эрики... Можем ли мы в таком случае расспросить обо всем вас?
— Разумеется, однако не стоит вести беседу на ногах. У меня обустроена стоянка для караванов, куда вас и провожу. Там найдутся и стол со стульями для спокойного разговора, и душ с горячей водой, и водоразборный пункт с неограниченным запасом свежей влаги.
После недавних работ должным образом установил в душевой кабине нагреватель, теперь из крана течет приятный кипяток. Сам-то полагал, что с этим делом можно повременить, но когда продовольственный караван Сэма и Джесси останавливался у нас, Эрика очень просила позаботиться о гостях, вот и довел всё до ума.
— Это... как бы выразиться, весьма впечатляет. — произносит Хелена с явным удивлением.
— Эрика вытребовала. Не могу отказать ей, когда так просит. — лишь пожимаю плечами и широким шагом веду их за собой.
«Болтушек пока оставляю в покое, ведь мешать столь эмоциональному моменту было бы верхом бестактности.»
— Что же связывает вас с ней?
— Какая вы нетерпеливая. Что ж, если вкратце, спас ее в тот самый день, когда спустился на эту планету. С тех пор она находится под моей защитой. Но прошу вас, не пытайтесь выпытывать у нее подробности того, что предшествовало нашей встрече. — стоило мне произнести сии слова, как лицо Хелены омрачается печалью, и она едва заметно кивает. Видимо, всё поняла без лишних объяснений. Именно на такую проницательность и рассчитывал, выбирая выражения.
— Вас всего одиннадцать человек. У меня есть два гостевых домика, рассчитанных на десятерых каждый, так что располагайтесь там. Это куда лучше, чем ночевать под открытым небом. И, убедительная просьба, соблюдайте чистоту.
— Мы безмерно благодарны, но уверены ли вы, что это уместно?
— Вы ведь товарищи Эрики? Значит, для меня почти как родня. Насколько мне известно, в Кордийской церкви именно такие порядки.
— Вот как... понимаю.
Услышав, что осведомлен о церковных устоях со слов Эрики и при этом готов принять их как своих, Хелена, кажется, окончательно успокаивается. На её губах играет облегченная улыбка. Отдав распоряжения гвардейцам об отдыхе, опускается на стул. Мюзен, представленная ранее, следует её примеру.
— Теперь, не могли бы вы поведать нам подробности?
— Конечно. Сейчас распоряжусь насчет напитков, подождите немного. Хотя, по правде говоря, предложить могу лишь простую воду. — с этими словами отдаю команду грузовому боту доставить ящик с бутылками.
Без утайки излагаю Хелене и Мюзен историю нашего знакомства, начиная с момента спасения Эрики и заканчивая нынешним днем. Рассказываю о том, как обнаружил её в компании бандитов с примитивным оружием, заковавших её в рабский ошейник. О том, как после расправы над ними Эрика замерла в бездействии, словно ей было всё равно, убьют её или нет. О том, как взял её под крыло, вылечил и вручил ключ, отобранный у негодяев, чтобы она собственноручно избавилась от оков. Повествую о прибытии каравана таурисиан и формиканов на следующий день, у которых мы приобрели для неё сменную одежду и винтовку. Вспоминаю нападение предаторов и то, как нам удалось отбиться. Не забываю упомянуть и караван Сэма с Джесси, с которыми Эрика быстро нашла общий язык.
— Семьей мы с Эрикой стали в ту самую ночь, когда второй караван покинули нас. Я твердил ей, что спешить некуда, но она настояла. — незаметно для меня вокруг собрались не только Хелена и Мюзен, но и гвардейцы, которые, сняв шлемы и доспехи, оказались исключительно женщинами. Все они внимают моему рассказу с неподдельным интересом. — После этого случались ночные набеги, но мы успешно их отражали, продолжая возводить теплицы, мастерские и те самые домики, где вы сегодня заночуете. А минувшим днем возился с той антенной связи, потому как Эрика очень хотела связаться с Кордийской церковью. Правда, с вашим появлением затея наполовину утратила смысл. — снова пожимаю плечами.
«Впрочем, труд не пропадет даром, ведь связь рано или поздно всё равно бы потребовалась.»
— Благодарю за столь подробный и честный рассказ. — произносит Хелена, склоняя голову, покрытую вуалью.
Мюзен, молча слушавшая нас всё это время, повторяет данный жест. К слову, Хелена — истинная красавица с чем-то вроде рогов на голове, в то время как Мюзен — статная, синекожая и немногословная женщина, обладающая своей притягательностью. Все гвардейцы тоже сплошь красавицы разных типажей.
— Да, у меня тоже есть к вам вопрос... Почему в вашем отряде одни женщины?
— Среди человекоподобных рас этой планеты у добрых двадцати процентов наблюдается чрезвычайно низкий коэффициент рождения особей мужского пола. — услышав его, Хелена лишь загадочно улыбается.
— Пятая часть населения... И в Кордийской церкви преобладают именно такие расы?
— Верно. Я принадлежу к расе ибилис, а Мюзен — к дисэмбр. Остальные девушки здесь также относятся к видам с преобладающим женским населением. — договорив поднимается и легким движением поправляет иного типажа монашескую рясу в районе талии. В тот же миг из-под её одеяния показывается пара отростков, напоминающих крылья из черной перепонки.
— Вы... умеете летать?
— Нет-нет. — мой вопрос вызывает у Хелены тихий смешок. — Какой бы стройной и легкой ни была, крылышки не поднимут в воздух. Они скорее украшение.
Она переводит взгляд на Мюзен, и тут же из-под подола юбки последней плавно выскальзывают шесть щупалец. Синеватые отростки, усеянные круглыми присосками, шевелятся, точно самостоятельные живые существа.
— Выглядит весьма практично, не так ли?
— Вполне. — кратко отзывается Мюзен.
Она ловко обвивает щупальцем бутылку с водой и слегка покачивает её в воздухе. Впервые слышу её голос — на удивление детский и тонкий для такого крупного телосложения.
«Возможно, она того стесняется?»
— А что насчет расы Эрики?
— Если честно, не вдавался в подробности.
— Понятно. Не уверена, имею ли право разглашать сию тайну, так что лучше расспросите её сами.
— Договорились.
Как раз в этот момент из дома выходят Эрика и Систия. Глаза у обеих припухли от слез, видать, наплакались вдоволь.
— С возвращением, Эрика.
— Да, господин Гленн.
Девушка с естественной непринужденностью опускается на стул подле меня. Систия провожает её долгим, слегка печальным взглядом.
[[image:/storage/reader-images/10fb483353bf301a68b883a7e87480c6816378a2.png]]
Вечером того же дня все вместе собираемся за обеденным столом.
— Неужели это настоящее свежее мясо?..
На столе соседствуют продукты, купленные у Сэма и Джесси, припасы Хелены и мясо дикого зверя, добытого уже после прибытия гостей.
«Настоящее мясо дикого животного. Никогда бы не подумал, что мне доведется вкусить нечто подобное.»
— Как вам, господин Гленн? Каково на вкус?
— Знаешь... оно куда более упругое, чем я ожидал. И в нем чувствуется некая... мощь.
— Мощь? — Мюзен озадаченно кивает.
— Какое забавное описание. — Хелена негромко хихикает.
Систия же, напротив, внимательно наблюдает за мной, а точнее — за нашим с Эрикой взаимодействием. Её поведение кажется мне несколько странным и даже пугающим.
— Надо же, такой здоровый мужчина, а не умеет разделать даже одну тушу. — вставляет свои пять копеек Петра, капитан исполнительного отряда, расплываясь в ехидной ухмылке.
Она принадлежит к расе дэльфини — прирожденным охотникам и воинам с мощными хвостами и недюжинной физической силой. У них тоже рождаются почти одни женщины. Говорят, их предки обладали чертами морских млекопитающих и жили у воды, но нынешнее поколение прекрасно адаптировалось к суше. Впрочем, воду всё еще обожают: по прибытии на ферму вся их компания надолго оккупировала душевую.
— Я вырос в космосе. — отвечаю, пожимая плечами под насмешливым взглядом Петры. — У меня просто не было возможности контактировать с живой флорой и фауной.
После того как с легкостью одолел эту гордячку в армрестлинге, она то и дело пытается подколоть. Да и её подчиненные — среди восьми гвардейцев пятеро, включая её саму, являются дэльфини — бросают на меня любопытные взгляды, отчего я чувствую себя не в своей тарелке.
— Мне тоже не слишком хорошо дается разделка животных... — тихо произносит Эрика.
«Ну еще бы, ведь вид крови доводит тебя до исступления, лишая рассудка. Поручать такое занятие точно не стоит.»
— Эрику можно понять. Попробуйте вот это. — Систия протягивает мне тарелку с жареным мясом.
«Мясо зверя, похожего на приземистого четырехногого кабана, томившееся в собственном соку, а затем разделанное на волокна и сдобренное соусом из овощей и специй. Плотная текстура, насыщенный вкус и пикантная заправка создают изумительный букет.»
— Поразительно, не думал, что оно может быть столь вкусным...
— Да что вы, мясо приготовлено сразу после охоты, оно еще жестковато. Вот если бы немного полежало и «созрело», вкус стал бы куда изысканнее. — поясняет Петра.
— Еще вкуснее?..
«Сия новость искренне удивляет. Хотя куда уж лучше? Замечаю, что все присутствующие смотрят как-то странно.»
— ... Какой он милашка. — шепчет кто-то.
— Глядите, он ест мой джем из дикой малины с таким удовольствием. — вторит другая.
— Контраст. — лаконично заключает Мюзен.
— И то верно.
«Мне становится не по себе. Никогда в жизни на меня не смотрели подобным образом.»
— Не сочтите за дерзость, но что именно подразумевает под собой деятельность «исполнительного отряда»? — решаю сменить тему, дабы развеять неловкость.
— Хочешь, объясню? — предлагает Петра.
— Нет, позволь мне. — Хелена мягко прерывает её и переводит взгляд на меня. — Господин Гленн, вам ведь знакомы наши идеалы?
— Если одним словом, то... человеколюбие? — пытаюсь сформулировать суть того, что слышал от Эрики.
— Человеколюбие, именно так. Любовь к семье, крепкие узы с верными друзьями. Сии узы со временем становятся не менее важными, чем кровное родство. Расширяя круг близких людей, стремимся к созданию мирного общества. В этом и заключается корень учения Кордийской церкви. — Хелена делает паузу и продолжает уже серьезнее. — Однако в реальности существуют те, с кем невозможно договориться или завести дружбу. С такими врагами приходится сражаться, и именно для этого существуют наши воительницы.
— Если бы все вокруг падали ниц только от слов о любви и согласии, я бы, может, и жила спокойно в роли обычной сестры. — Петра в ответ лишь усмехается и пожимает плечами. — Но мир устроен иначе.
— Петра в роли сестры. Смешно. — с абсолютно бесстрастным лицом замечает Мюзен.
— Да ты сама должна быть на моей стороне! — огрызается та.
«Видимо, боевой потенциал девушки с щупальцами тоже весьма высок.»
— Понимаю. Слишком много тех, кто признает лишь «базовую валюту».
— Базовую валюту? — Хелена непонимающе склоняет голову.
— Насилие. — похлопываю себя по правому бицепсу.
Хелена и Систия лишь горько усмехаются, Мюзен согласно кивает, а Петра заходится в громогласном хохоте.
— Ха-ха-ха! Насилие — базовая валюта! Метко сказано!
— Гленн познал истину сего мира. — добавляет Мюзен.
«Кажется, мое сравнение пришлось им по душе. В общем, суть ясна: исполнительный отряд — инструмент для устранения тех угроз, перед которыми бессильны уговоры. Отрадно знать, что Церковь Кордии — организация прагматичная.»
— Многие нас за это осуждают или высмеивают... — тихо говорит Хелена.
— Какими бы возвышенными ни были речи, без силы за спиной их никто не услышит. Если бы люди могли понимать друг друга одними словами, войн бы не существовало.
«Это урок, который вызубрил за десятилетия на поле боя. Никто не пойдет за тем, кто не может продемонстрировать силу — будь то деньги, влияние или грубое насилие. Преданность и чувства важны, но доверять тому, кто бесполезен в трудную минуту — непозволительная роскошь.»
— Сразу видно бывшего наемника. Мудрые слова. — Петра с улыбкой накладывает мне в тарелку гору мяса.
«Надеюсь, смогу это осилить.»
— Переел я...
— Мог бы и не доедать, если было невмоготу. — Эрика тихо смеется, сидя рядом со мной на кровати.
После душа её кожа кажется сияющей, и от недавних слез не осталось и следа.
— Не хотелось обижать хозяек. Главное, что ты снова повеселела.
— Да... так рада, что смогла сообщить Систии о том, что я в порядке.
— Вы кажетесь очень близкими. Давно знакомы?
— Мы обе — арсодианки. С самого детства росли вместе, как родные сестры.
— Арсодианка... Значит, так называется твоя раса.
— Именно.
«Как выяснилось, арсодианцы — это люди, рождающиеся с чертами экзоскелетных существ, вроде тех острых лезвий на внешних конечностях Эрики. Иногда встречаются индивиды с признаками, схожими с формиканами.»
— У вас тоже рождаются в основном женщины?
— Нет, в этом плане мы ничем не отличаемся от обычных людей. Вот только заранее неизвестно, какие именно черты проявятся у ребенка. И, что примечательно, такие особенности возникают только у женщин.
— Вот оно как.
«Весьма необычная биология. Каким механизмом обусловлено появление сих хитиновых отростков — наука до сих пор не дала точного ответа. Так что, хоть Эрика и родилась с лезвиями, не факт, что её дети унаследуют нечто подобное.
— Позволь спросить, расспросы о физических особенностях арсодианцев — запретная тема?
— Пожалуй, да... Тема довольно деликатная.
— Тогда не буду донимать Систию праздным любопытством. Спасибо, что предупредила.
И раньше замечал, что Эрика старается прятать свои лезвия под юбкой. Хелена и Мюзен тоже поначалу скрывали крылья и щупальца. Разве что хвост Петры спрятать было решительно невозможно.»
— Интересно, на сколько они задержутся. Завтра уточню.
— Думаю, на пару дней точно...
— За это время обязан научиться разделывать дичь.
«Если освою охоту и первичную обработку мяса, наши продовольственные проблемы будут решены. Жаль, что среди моих ботов нет специализированных мясников, придется всё делать вручную.»
— Прости, если бы только могла помочь... — Эрика виновато опускает плечи.
— Не бери в голову. Тебе это в тягость, а значит, это моя забота.
Ласково глажу её по спине. Девушка не выносит вида свежей крови — она пробуждает в ней инстинкты, туманящие разум. Именно поэтому во время схватки с предаторами едва не набросилась на меня.
— Ох... мне так жаль.
— Перестань. Супруги ведь должны поддерживать друг друга? Я добываю и разделываю мясо, а ты превращаешь его в кулинарный шедевр. Идеальное разделение труда.
— Обещаю, буду готовить самое вкусное на свете!
— Буду ждать с нетерпением.
Мы укладываемся спать.
«Тепло тела Эрики, прильнувшей ко мне, дарит удивительное спокойствие. Даже в искусственном теле можно ощутить такие мгновения простого счастья.» — с этой мыслью погружаюсь в сон.
— Импотент?
— Это и есть твое утреннее приветствие?
Не успел проснуться, как Мюзен ошарашила вопросом, бесцеремонно ощупывая щупальцами мою нижнюю половину тела. Я, конечно, человек спокойный, но границы приличия соблюдать всё же стоит.
«Пора бы их немного приструнить.»
— Слушайте вы, ночью надо спать, а не бродить где попало.
Вчера, пока мы с Эрикой секретничали в постели, эти две особы грели уши за стеной. Эрика ничего не заметила, но от меня ускользнуть не удалось.
— Мы же не лезли к вам, просто слушали, что в этом такого? — Петра пытается оправдаться с ехидной ухмылкой.
— Ладно, раз слушать — нормально, то как насчет того, чтобы записал звуки твоего урчащего живота или то, как ты справляешь нужду, и выложил это на всеобщее обозрение?
Петра заметно меняется в лице. Кажется, такая перспектива ей совсем не по душе.
— Ладно-ладно, признаю, была неправа. Но твои вкусы, Гленн, пугающе специфичны.
— Да кто бы говорил! Мюзен, тебя это тоже касается. Подслушивать у дверей спальни — почти враждебный акт, не находишь?
— Простите. — она понуро опускает голову.
— Чем вы тут занимаетесь? — появляется Систия с целой горой свежевыстиранного белья.
— Да вот, отчитываю двух дурех, которые вчера ночью надеялись услышать что-то пикантное из нашей спальни.
Систия тут же гневно хмурит брови и испепеляет подруг взглядом. Мюзен в ужасе закрывает лицо щупальцами и руками, начиная мелко дрожать, а Петра поспешно отводит взгляд. Похоже, лучшую подружку Эрики они боятся пуще огня.
— Разве подобает вести себя столь бесстыдно по отношению к господину Гленну, который приютил сестру нашу, обеспечил кровом и горячей водой? Это ли велят наши каноны?..
— Виновата, простите...
— Простите, Гленн, больше не повторится. — Петра поднимает руки в знак капитуляции.
Глядя на их искреннее раскаяние, мне даже становится их немного жаль. Хотя, безусловно, они заслужили нагоняй.
— Не сержусь. Так что, Систия, смени гнев на милость. И Эрике ни слова.
— Но ведь...
— Если она не знает, значит, ничего и не было. К тому же, они ведь раскаиваются и перед ней, верно? — Мюзен и Петра часто закивали. Я продолжаю — Вот и славно. В качестве искупления просто помогите Эрике, если ей что-то понадобится. Будем считать, что мы в расчете.
— Раз так настаиваете... — Систия тяжело вздыхает, и виновницы тут же испаряются с глаз долой. — Прошу прощения за них, они порой бывают слишком...
— Свободолюбивыми?
— Можно и так сказать. — она едва заметно улыбается.
«Гнев ей совсем не идет, а вот когда улыбается — становится удивительно милой.»
— Тебе помочь?
— Нет, справлюсь сама. Здесь... и нижнее белье тоже есть.
— Прошу прощения за бестактность.
Совсем забыл, что после долгого пути им нужно было привести в порядок всё имущество.
— Может, побеседуем после завтрака? Ты ведь близкий человек для Эрики, и я бы хотел узнать тебя получше.
— С удовольствием. Мне тоже важно знать, кому Эрика доверила свое сердце.
Мы на мгновение замираем, глядя друг на друга. Невольно провожу рукой по своему гладкому, лишенному мимики лицу и пожимаю плечами.
— Жаль, не могу улыбнуться тебе в ответ, но что есть, то есть. До встречи.
— Хи-хи... До встречи, господин Гленн.
Оставив смеющуюся Систию, направляюсь к летней кухне, где женушка уже вовсю хлопочет над завтраком. Поначалу Систия показалась мне суровой, но на деле она оказалась весьма приятным собеседником. Думаю, мы поладим.
Направляясь к открытой кухне — просторному навесу, возведенному на территории лагеря — я замечаю, как Эрика, Хелена и женщины из народа дэльфини, по всей видимости, подчиненные Петры, вовсю хлопочут над приготовлением завтрака.
— Господин Гленн, еще совсем немного, и трапеза будет готова. — произносит Эрика, заметив мое приближение.
— Вот как. Помощь не требуется?
— О, не мог бы ты подготовить воду для стола?
— Положись на меня.
Отдаю команду боту-транспортировщику, веля ему доставить бочонок из биопластика. Сию тару изготовил, опираясь на рассказы Сэма и Джесси: она отличается поразительной легкостью, стойкостью к ударам и совершенно не впитывает посторонние запахи. К тому же, вес ее ничтожен. Снять крышку для очистки внутренней поверхности не составляет труда, а в самой крышке предусмотрено отверстие для установки крана. Если положить такой бочонок на бок и закрепить кран, он превращается в удобный диспенсер для воды. К слову, емкость его составляет около ста двадцати литров, что практически совпадает с объемом стандартных бочек на данной планете.
— Оп-ля. — кряхчу я.
Приладив кран к крышке доставленного ботом сосуда, водружаю его на заранее подготовленную подставку подле стола и надежно фиксирую. Теперь каждый может обслуживать себя сам, наслаждаясь водой в неограниченном количестве. И отчего-то со всех сторон доносятся восхищенные вздохи: «О-о-о...».
«Неужто сделал нечто необычайное?»
— Сильный. — едва слышно роняет Мюзен, положив руку на второй, запасной бочонок, и устремляет на меня пристальный взор.
«Ну да, в таком сосуде добрых сто двадцать килограммов веса, ноша весьма ощутимая. Похоже, именно сие обстоятельство их и впечатлило.»
— Полагаю, штука тяжелая, но разве это проблема? — спрашиваю я.
— Я бы, пожалуй, справилась. Но вот так легко подхватить — ни за что. В нем же два моих веса. — отвечает она.
— Хм-м...
Рост её составляет примерно сто семьдесят сантиметров. Для женщины довольно высока, сложена статно, тело пышет здоровьем. К тому же, у нее имеются щупальца с присосками, которые, скорее всего, представляют собой сплошные пучки мышц. По моим прикидкам, ее вес должен составлять не меньше восьмиде...
— Негоже пытаться разгадать вес девушки. Понятно?
— Ладно, понял.
Проглатываю фразу о том, что вес бочки превышает ее собственный максимум в полтора раза, а не в два. Тем временем щупальце её обвивает мою руку. Должно быть, пытается сжать со всей силы, однако мне это нипочем. При желании мог бы просто оторвать его, хотя, разумеется, делать этого не стану.
— ... Крепкий.
— Иначе бы не выжил. Хотя, видишь, до чего докатился. — с этими словами развожу руки, выставляя напоказ свое тело.
«Искусственные конечности, перекроенное лицо, внутренности, по большей части замененные протезами. — весь состою из металла и пластика.»
— И все же ты бережешь самое важное. Молодец.
— Вот как... Это место весьма нежное, не стоит к нему так запросто прикасаться.
Я аккуратно, но твердо шлепаю по щупальцу, которое скользит к нижней части моего туловища, намереваясь потереться о то самое сокровенное место, и направляюсь к столу, куда Эрика с подругами уже начинают подавать яства.
«Так-то, а манеры у этой девицы весьма бесцеремонные.»
Сегодняшний завтрак вновь оказывается выше всяких похвал. Простейшее блюдо — нарезанное кусочками мясо, посыпанное солью и тщательно обжаренное — дарит неземное наслаждение. Когда впиваюсь зубами в плоть, которая кажется куда нежнее вчерашней, рот наполняется ароматным соком...
«Мясо — это прекрасно. Больше, чем прекрасно. Кроме того, нам подают некие бездрожжевые лепешки, к которым Эрика предлагает земляничное варенье, вызвавшее настоящий фурор. Её варенье пользуется невероятным успехом...»
— Господин Гленн, обязательно приготовлю еще много-много. — ласково произносит Эрика.
— Помощников у нас теперь в достатке. Наберем столько ягод, сколько потребуется. — вторит ей Хелена.
— Вот и славно.
Видя мою легкую грусть, девушки лишь лучезарно улыбаются. Наверняка закупленного тростникового сахара на все не хватит, посему позже велю доставить очищенный сахар, синтезированный из скошенных растений.
«Десяти килограммов должно хватить. Многовато? Ну и пусть.»
— ... Это ведь не стекло. — внезапно замечает Мюзен.
— А? Разве не оно?
— Определенно нет. Слишком уж прочное.
— Только не вздумай разбивать.
Мюзен, обвив щупальцем банку с вареньем, с подозрением изучает ее прочность, однако не вижу в диоксиде циркония ничего необычного.
«С помощью конфигуратора могу штамповать такие вещи в любых количествах, хотя в стародавние времена сей материал, кажется, ценился наравне с драгоценными камнями. Интересно, на данной планете он все еще считается роскошью? Пожалуй, промолчу об этом. Так-то лучше. О, чуть не забыл дать распоряжение об увеличении производства банок.»
Закончив с трапезой, Эрика, Мюзен, Петра и бойцы отряда приступают к сбору ресурсов и охоте в окрестностях базы. Восполнение запасов варенья, истощившихся за завтраком, становится задачей первостепенной важности. В помощь женушке, помимо Поти, выделяю одного бота-транспортировщика. Еще одного получает Петра. Эти машины обеспечат связь со мной, а погруженные на них два бочонка с водой пригодятся для разделки добычи или просто для ее перевозки. Пустую тару человек перенесет без труда.
«Что же касается меня...»
— Значит, здесь и планируется возвести церковное здание? — спрашивает Систия.
— Именно. Выбирал место, исходя из удобства передвижения по ферме, и сий участок — самый защищенный, в глубине угодий. Правда, площадь здесь невелика, и расширяться будет затруднительно.
— Церковь должна служить убежищем в час нужды. Пусть здесь тесновато, но расположение я нахожу идеальным. — добавляет Хелена.
Я сопровождаю Хелену и Систию в ходе осмотра будущего строительного участка. С момента появления них хотелось побеседовать с главной отряда с глазу на глаз, однако во время завтрака зашла речь о строительстве, и все решилось само собой. Впрочем, раз Систия тоже участвует в осмотре, дает нам шанс лучше узнать друг друга, отчего моя цель оказывается достигнута.
— Убежище на крайний случай, говоришь... Тогда стоит оборудовать здесь надежный подземный бункер. Разумеется, тупиковое помещение бесполезно, я соединю его с нашими подземными коммуникациями, дабы обеспечить пути к отступлению.
— У вас есть и другие подземные помещения? — удивляется Хелена.
— Да, секретные объекты. — отвечаю на ее вопрос туманно.
«Другое подземелье — это склад, где храню мощное оружие и особо ценные припасы. Эрика знает о его существовании, но ключа у нее нет, как нет и представления о содержимом. Открою ей сию тайну лишь после того, как Хелена и ее спутники покинут нас.
— У вас немало секретов, не так ли?
— Настоящий мужчина, равно как и достойная женщина, просто обязаны иметь свои тайны. — парирую я.
— Хи-хи, пожалуй, вы правы. — Систия тихонько смеется.
Поначалу она казалась мне жутковатой, но в общении оказалась весьма приветливой и обаятельной особой. Вот только Хелена отчего-то смотрит на нас так, будто видит нечто из ряда вон выходящее.
— Стены возведу, а как быть с внутренним убранством? Раз уж это церковь, должны быть определенные каноны или стиль?
— Верно. Архитектура храмов подчинена строгим правилам. — подтверждает она.
— Тогда дело серьезное. Мне потребуется ваш строгий надзор, дабы постройка не превратилась в жалкое подобие святилища Кордии.
С этими словами активирую портативный голопроектор, который бот-транспортировщик доставил по моему приказу еще во время завтрака. Сей нехитрый гаджет позволяет визуализировать информацию в виде голограмм. Я соорудил его в мастерской, используя ресурсы, собранные рабочими ботами.
— В базе данных есть несколько шаблонов дизайна. Давайте скомбинируем их. Я создам модель, а вы выскажете свои замечания.
— О, какие высокие технологии!
— Всего лишь поделка на скорую руку. Итак, начнем с внешнего облика...
Вывожу на экран доступные варианты, и мы вместе приступаем к проектированию.
«Хм, сделать крышу выше и острее? Наподобие шпиля? А если установить там мощные динамики для трансляции сигналов тревоги или оповещения о времени? Разумная мысль.»
Следуя чертежам, составленным с учетом пожеланий Хелены и Систия, боты приступают к строительству. Первым делом вгрызаются в землю, создавая глубокий фундамент для подземного зала — настолько прочного, что он выдержит даже массированную бомбардировку. Оставив часть ботов под землей для прокладки тоннеля к основному складу, переключаю внимание на наземную часть. Материалом служат ресурсы, собранные при расчистке окрестных земель.
— Если строить такое вручную, то один лишь сбор материалов занял бы полгода, а то и год... — бормочет Хелена.
— Тяжелый труд. Вот почему подготовился заранее, чтобы избежать подобных трудностей.
Хелена взирает на почти готовое здание с выражением лица, в котором читается глубокое недоумение.
Пожалуй, обработка бревен для прихожанских скамей действительно отнимает уйму времени. Но для бота, оснащенного конфигуратором, создание подобных предметов — секундное дело. Разумеется, на выходе получается не дерево, а искусственный материал на основе углерода, однако на ощупь он практически неотличим от древесины. Разве что древесного рисунка не хватает.
— Господин Гленн, я хотела бы поговорить серьезно. — внезапно произносит Хелена, пристально глядя на меня.
«Что это с ней?»
— Слушаю.
— Не желаете ли вы стать главой отделения церкви Кордии в этих краях?
— Нет, не желаю. — отрезаю я без тени сомнения.
«Ферма принадлежит только мне. У меня нет ни малейшего намерения переходить под покровительство церкви, хотя и не прочь поддерживать дружеские отношения.»
— К должности главы готова приложить себя. И Систию в придачу. Если пожелаете, то и Мюзен с Петрой тоже станут вашими. — продолжает она.
— Нет, не нужно.
— Как... как жестоко... — она картинно закрывает глаза руками и оседает на землю.
«Систия тут же хватает ее за рог — он куда меньше, чем у Лайлы — и рывком ставит Хелену на ноги.»
— Перестаньте распоряжаться нами! Что еще за «в придачу»?!
— Больно, больно! Систия, рог — не хватайся за него, больно же! И крути-и-и-и! — вопит дурында почти в слезах.
«Я-то полагал, что она человек серьезный... Оказывается, ей не чужды подобные шутки. Хотя, быть может, говорила всерьез.»
— Но ведь ты, Систия, тоже симпатизируешь господину Глену?
— Это совершенно другой вопрос! Господин Гленн — благородный человек, он освободил Эрику от рабского ошейника и помогает нам. Использовать целомудрие как товар для сделки — низко и постыдно. Вам не совестно?
— Господин Гленн, Систия избивает меня неоспоримыми фактами... — жалуется Хелена.
— По-моему, сама виновата. — заключаю я.
«Хелена ослепительно красива и обладает великолепной фигурой, но Систия права: торговать собой ради выгоды — затея дурная. Хотя уверен, что из Хелены вышла бы на редкость преданная спутница.
— Слушай, намерен дружить с вашей церковью. Пусть на данный момент этого будет достаточно. Ведь и у церкви Кордии наверняка есть враги?
— Безусловно. Существуют силы, враждебные нам.
— Сама видишь, моя ферма пока — крошечный островок без должной защиты. Открыто принимать чью-то сторону сейчас — неоправданный риск.
— Крошечный островок... без должной защиты?.. — хором переспрашивают девушки.
«Отчего такая реакция? У меня ведь нет ни полноценных стен, ни ПВО, ни щитов, ни зон поражения. С какой стороны ни глянь — полная беззащитность. Это же очевидно.»
— Стоит врагу нанести авиаудар или применить плазменные мортиры, и от этого места останется ровное поле. Стены — лишь начало, нам позарез нужны щиты и зенитные орудия.
— В стычках между общинами до такого дело почти никогда не доходит. — со вздохом произносит Петра, наблюдавшая за моими трудами.
Рядом с ней безмолвно и часто кивает Мюзен.
«Эти двое вечно не разлей вода. Спелись, не иначе.»
— «Почти» — значит, прецеденты бывают. Следовательно, защита необходима.
Глубоко уязвленный тем, что Хелена и Систия усомнились в моем здравомыслии, заперся в мастерской и занялся восстановлением трофейного оружия. Чистка и ремонт стволов — лучшее лекарство для души. До блеска полирую каждую деталь, латаю повреждения и собираю механизмы, добиваясь безупречной работы. В огнестрельном оружии есть особая механическая эстетика, которой лишены лазеры. Признаться, начинаю находить в этом вкус, хотя использовать его в бою не планирую.
— Послушайте, оно случается крайне редко. Такое оружие применяют только в случае полномасштабной войны между сообществами.
— Вот именно о такой войне я и беспокоюсь. К тому же на этой планете расквартированы гарнизоны трех великих держав, не говоря уже об их вассалах. Разве в конфликтах с ними не может быть задействовано высокотехнологичное вооружение?
Выбрал место для фермы максимально удаленное от их баз, так что вряд ли они станут нам докучать. Но если случится, без должной обороны нам несдобровать. Не знаю, насколько хорошо вооружены их прихвостни, но основные силы гарнизонов наверняка оснащены не хуже тех регулярных частей, с которыми сражался в космосе.
— ... Ну, в тех районах, где они расширяют свое влияние, поговаривают о подобном. — неохотно признает Петра.
— Значит, нынешняя защита — не более чем хрупкая скорлупа. Я прав.
— Неужели?.. — сомневается девушка.
— Сомневаюсь... — вторит ей Мюзен.
«Ну отчего они опять за свое? Я ведь разложил всё по полочкам.»
— Но, Гленн...
— Что?
— Ограда вокруг полей и домов — еще куда ни шло. Но если вы добавите ПВО, щиты и килл-зоны, это будет уже не ферма, а крепость. Как думаете?
— Пока зову сие место фермой, оно ею и остается.
— Слабое оправдание.
— Совсем неубедительно.
Решаю пропустить слова Петры и Мюзен мимо ушей.
— Господин, а не построить ли нам баню?
— Баню?.. Но у нас же есть душ.
На следующий день после прискорбного отсутствия взаимопонимания по вопросу о сути фермы, Петра внезапно выступает с новым предложением. Я лишь недоуменно склоняю голову, на что отвечает сокрушенным жестом, дескать: «Ну и дремучий же ты человек».
— Эх, не понимаешь ты, господин. — за два дня общения немного сблизились и перестала выкать мне. — В бане есть особый исцеляющий эффект, которого нет в душе. Погружение в бадью с горячей водой дарует блаженство, недоступное под струями воды.
— Допустим. Но если рассматривать функциональность, то душа вполне достаточно для гигиены. К тому же полная купель — огромный расход воды. Нас с Эрикой двое, но если население вырастет, я не хотел бы чрезмерного потребления водных ресурсов.
«Пока нам хватает водосборных башен, но в будущем придется строить насосные станции для добычи подземных вод. И ускорять этот процесс ради прихоти — затея сомнительная. Душ справляется со своей задачей, и того довольно.
— Да, воды уходит больше. Однако, если двое принимают душ по очереди, они могут потратить больше, чем если один раз нагреть воду в купели и пойти туда друг за другом. И вообще...
— Что «вообще»?
— В бане сможешь нежиться вместе с Эрикой.
— Принято. — крепко пожимаю Петре руку.
— О-о-о, баня — это радость! — восклицает Мюзен, извиваясь щупальцами в причудливом танце на месте будущего строительства.
«Похоже, она из тех людей, что пускаются в пляс от любого радостного известия. Помню, среди моих соратников-наемников был один такой: стоило в припасах обнаружиться выпивке, как его было не остановить.»
— Отчего ты вдруг решил строить баню? — спрашивает Эрика, привлеченная шумом.
«Вообще, кажется, все обитатели фермы собрались здесь. Еще бы, внезапное возведение нового здания всегда вызывает любопытство.»
— Петра убедила, что когда нас станет больше, коллективное купание поможет сберечь воду. — отвечаю я.
— Пожалуй... Общая купальня действительно может оказаться экономнее. — задумчиво кивает супруга, приложив палец к подбородку. — Но как же быстро идет работа...
Хелена завороженно наблюдает за тем, как толпа ботов в мгновение ока заканчивает фундамент и переходит к стенам. Истинно, ручной труд не идет ни в какое сравнение с этой скоростью. Благодаря технологиям, позволяющим хранить элементы в карманном измерении, даже доставка материалов не требуется.
— Смотрите, тут есть не только большой зал, но и маленькие комнатки.
— Если нам с тобой приспичит помыться, нет смысла греть целое море воды в общем зале. — невозмутимо поясняю я.
Петра бросает на меня хитрый взгляд и ухмыляется.
«А ну прекрати, дуреха! Эрика же всё поймет.»
— В бане мы сможем мыться вместе и тереть друг другу спинки. Жду не дождусь. — невинно улыбается женушка.
— О... О-о-о... Да, верно. Конечно.
«Ее прямота обескураживает. Видимо, совершенно не стесняется. А впрочем, учение Кордии весьма либерально в подобных вопросах, так что для благочестивой Эрики такое поведение — в порядке вещей.»
— Со мной ходить в баню можно, а вот с остальными — ни-ни! — заметив мое замешательство, забавно надувает щечки.
— Это само собой разумеется.
— Дружить со всеми это прекрасно, но всякие вольности позволены только с законным партнером.
— Вот как?.. — бросаю взгляд на «щупальцедевушку», которая то и дело норовит коснуться моих «нежных мест»...
... и та мгновенно отводит глаза.
«Так-то, получила нагоняй.»
— В общем, всё ясно. К закату мы закончим с трубами и водонагревателями. После ужина баня будет готова.
Мои слова встречаются радостным воплем, в котором громче всех звучат голоса дэльфини.
Вечером, пока воительницы Петры штурмовали общий зал, мы с Эрикой наслаждались тишиной в малой купели. Впервые в жизни принимал такую ванну, и должен признать — восхитительно. В космосе вода на вес золота, и подобное расточительство — непозволительная роскошь. Наемнику, чья жизнь проходит в боях, о таком и мечтать не приходилось.
— Тебе нравится? — ласково спрашивает Эрика.
— Да, очень. Это чудесно.
— Я рада.
Она сияет от счастья, видя мое довольство. Истинно, возможность разделить сей миг с любимой женой — лучшая награда. Баня была отличной идеей.
Наступил третий день пребывания гостей на ферме Глена. День прощания.
— Вы уверены, что мы можем взять всё это с собой? — с тревогой в голосе спрашивает Систия, глядя на вьючных зверей, нагруженных провизией: копченым мясом, вареньем и прочим.
— Не беспокойся... — отвечаю я.
«Варенья мы наварили вдоволь... Наверное, пара банок не помешает. Хотя погодите... двадцать больших банок — ли не слишком? Пожалуй, многовато. С другой стороны, у нас осталось еще пять таких же.»
— По твоему лицу не скажешь, что всё в порядке. — подмечает Мюзен, а это чудо-юдо в минуты нужды выкает, а так постоянно тыкает.
«И как с ней общаться?.. Не понимаю, что у неё на уме.»
— Всё хорошо... правда. — отворачиваюсь, чувствуя на себе ее пристальный взгляд.
Мое лицо скрыто, она не может прочесть эмоции, но само внимание заставляет нервничать.
«Хватит на меня пялиться.»
— Господин Гленн, спасибо вам не только за припасы, но и за возможность воспользоваться связью. — благодарит Хелена.
— Рад, что всё получилось.
Было бы глупо не испытать готовую систему связи, поэтому позволил Хелене связаться с отделениями церкви Кордии. И им помог, и тестовый прогон устроил, одни плюсы. Выяснилось, что мой передатчик бьет вдвое дальше стандартных церковных устройств. Конечно, на поверхности дальность зависит от рельефа и погоды, но результат впечатляет. Хотя, судя по характеристикам, мог бы работать и лучше... Впрочем, спишем это на погрешность.
— С разделкой туш ты теперь справляешься мастерски. — хвалит Петра.
— Твоя школа. Местная дичь мне теперь по зубам.
Петра и ее люди научили всем тонкостям охоты и обработки добычи. Сейчас в моем холодном складе зреет немало мясных туш. По графику буду разделывать их, замораживать или превращать в копчености. Те припасы, что отдал им, сделаны из недозревшего мяса, отчего их вкус может быть не идеальным... Впрочем, говорят, есть вполне можно.
— Систия...
— Эрика... будь счастлива.
— Обязательно.
Девушки крепко обнимаются. Вчера в бане узнал, что они — двоюродные сестры. Их матери были родными сестрами, и сами они выросли плечом к плечу. Теперь понятно, отчего их связь столь крепка.
— Гленн, мы тоже обнимемся. — заявляет Мюзен.
— Как-то не горю желанием.
— Цыц! Обнимайся, давай! — она буквально вцепляется в меня, задействуя не только руки, но и все шесть щупалец.
«Странно — отказал, а она всё равно лезет. Впрочем, Эрика, кажется, не против. Полагаю, и мне стоит смириться.» — пока размышлял о превратностях судьбы, успели обнять и Хелена, и Петра, и все воительницы отряда. — — Эй, вы, обниматься — это одно, но лапать за задницу уже слишком! А ну ручонки убрали-и-и-и!»
—Эпизод от лица Гленна—
С того мгновения, как Хелена и её спутники покидают сии края, проходит около недели. Жизнь на ферме течёт мирно и размеренно. Здесь не пролетают в воздухе смертоносные лучи противопехотных лазеров, не обрушиваются на голову плазменные снаряды. Каждое утро проверяю запасы провизии, разделываю мясо и, коль возникает нужда, отправляюсь на охоту за добычей. Мы с Эрикой вместе вкушаем пищу, созерцая, как сельскохозяйственные боты и дроны неустанно трудятся на полях, а после занимаюсь обслуживанием оружия в мастерской под её кротким надзором.
Когда солнце клонится к закату, помогаю Эрике с кулинарными хлопотами, мы наслаждаемся готовым ужином и вместе смываем дневную усталость в ванне, прежде чем отправиться в опочивальню. Порой и там мы продолжаем наши совместные интимные упражнения. Подобное безмятежное и спокойное существование вполне устраивает.
Впрочем, идиллию нарушает неожиданное событие.
— Сигнал тревоги, господин Гленн.
— Слышу, Эрика.
Близится полдень, солнце вот-вот достигнет зенита — и в этот самый миг над фермой разносится пронзительный вой сирены. Немедля подключаюсь к разведывательному дрону, дабы установить источник сего переполоха.
— Хм? Похоже, это Лайла и остальные.
— Госпожа Лайла?
— Да. Но ведут они себя крайне странно.
На кадрах с дрона видно, как она со своими спутницами бежит, словно спасаясь от неведомой угрозы. На спинах у них покоятся тяжеленные тюки, а их пышные формы при каждом шаге содрогаются от неистового бега. Впрочем, сейчас не время отвлекаться на подобные детали. Спика и её сестры развернулись позади, прикрывая отступление — или же подгоняя беглянок — и, вскинув оружие, постоянно оглядываются назад, сохраняя предельную бдительность.
— Кажется, за ними кто-то гонится.
— Господин Гленн, я мигом принесу винтовку! — восклицает Эрика и стремительно бросается к жилому корпусу.
«Пожалуй, в плане эффективности стоило бы установить специальный шкаф для её оружия прямо на улице, однако соображения безопасности сего не позволяют. Ну да ладно, сейчас это вторично. Мне тоже следует вооружиться подобающим образом. Коль скоро Спика и её отряд предпочли бегство на ферму открытому столкновению, значит, враг явно превосходит по силе каких-нибудь предаторов.
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица Спики—
Нас преследуют. Точнее сказать — нас загоняют. Мы старались сохранять бдительность, ибо знали: эти выродки крайне воинственны, и их мощь в округе считается величайшей... пожалуй, теперь уже нет, но недооценивать их всё же не стоит. Они превосходно снаряжены и обучены. У них хватает мастерства, чтобы выследить нас, формиканов, и не выдать себя до последнего момента.
— Лидер! Нам открыть огонь?!
— Нельзя! Сейчас наш единственный шанс — укрыться во владениях господина Глена!
Выкрикивать приказы пересохшим горлом невыносимо больно. Голова кружится, виски сдавливает тисками боли. Последний глоток воды сделали ещё вчера вечером. Пока держимся, но полное обезвоживание и потеря сознания — лишь вопрос времени.
— Ещё немного, и мы окажемся под защитой его оборонительного периметра, терпите!..
— Приветствую, давненько не виделись.
Неведомо откуда взявшаяся знакомая летающая машина зависает прямо подле нас.
— Г-господин!
— Просто бегите. Ещё немного, и преследователи окажутся в зоне поражения.
— П-поняла! Всем приготовиться, бежим! Бросайте всё, кроме боеприпасов! За вещами вернёмся позже!
— Есть! — в один голос откликаются остальные.
Оставив поклажу, срываемся с места, не смея более оглядываться.
—Конец эпизода от лица Спики—
—Эпизод от лица Гленна—
Удерживая в углу зрения трансляцию с разведывательного дрона, забираюсь на крышу церковного строения. Если не считать коммуникационную вышку, данная точка — самая высокая в округе.
— Вижу их. — в поле зрения появляются запыхавшиеся Лайла и её спутницы, а следом — Спика с сестрами, которые, сбросив груз, на полной скорости завершают отход. И вот за их спинами наконец показываются враги. — Значит, это и есть неприятель? — дрон фиксирует отряд, напоминающий разношёрстное ополчение. На них нет единой формы, однако вооружение подобрано со вкусом — в основном они используют одинаковые штурмовые винтовки. На первый взгляд их качество ничуть не уступает снаряжению Спики. Более того, среди них примечаю несколько стрелков с дальнобойным оружием и даже умельцев с переносными ракетными установками. — Кого здесь только нет...
Ракетницу на плече тащит настоящий великан с примечательной формой носа. Он выше меня ростом и весьма внушителен в плечах. Снайперскими же винтовками орудуют личности с ярким... нет, это не волосы, а скорее перья. В общем, однотипная компания.
— И пехота тоже... весьма пестрая.
Знакомых рас среди них не наблюдаю, но очевидно, что это некие иные виды. Вижу одноглазого типа, вижу четырёхрукого. Попадаются и те, кто обликом напоминает обычных людей. Едва хвост вражеской колонны пересекает незримую черту зоны поражения, наступает время последнего предупреждения.
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица разбойников—
Загонять этих коров и муравьёв — занятие утомительное, но, кажется, мы наконец достигли цели. Стоит признать, муравьихи на редкость самоотверженны: прикрывают медлительных коров, сами не сделав ни глотка воды. Впрочем, в качестве наложниц «коровы» куда предпочтительнее. Говорят, молока у них в избытке, да и бедра что надо — наверняка будут плодовиты. А если родятся телята, их всегда можно выгодно продать. Нужно лишь как следует выдрессировать их, а то силы этим бабам-быкам не занимать.
— Внимание, делаю предупреждение. Оно будет первым и последним. — пока мы приближаемся к поселению, к нам подлетает какая-то диковинная штука и начинает вещать. Округлая машина, парящая в воздухе без единого звука. Ума не приложу, как эта железка держится на весу. — Впереди — моя ферма. Если продолжите движение, не сложив оружия, сие будет расценено как акт агрессии, и вы будете уничтожены.
Услышав мужской голос, исходящий из механического шара, мы переглядываемся.
«Уничтожены? Нас? Группу из сорока с лишним превосходно вооружённых воинов?»
— Эй, мне не послышалось?
— Да нет, всё верно. Он сказал, что убьёт нас!
— Ха-ха! Вот же умора! Интересно, как именно? Попросит помощи у этих едва дышащих муравьёв?
Мои соратники заливаются смехом, и я не отстаю от них.
«Мы непобедимы. У нас в руках отличное оружие, мы прошли через суровые тренировки и закалились во множестве битв. Мы сокрушили не одну общину. И какая-то жалкая ферма с двумя жильцами собирается нас прихлопнуть? Имея в распоряжении меньше половины нашего числа, даже если считать этих коров и муравьёв? Поистине, презабавная шутка.»
— Попробуй, если кишка не тонка! Но прежде сами отправим тебя на тот свет!
— Вот как. Что ж, тогда умрите все.
В то же мгновение, как из машины доносится ледяной, пробирающий до костей голос, весь мир перед моими глазами окрашивается в кроваво-красный.
—Конец эпизода от лица разбойников—
—Эпизод от лица Гленна—
Голова великана, что ухмылялся, вскидывая ракетницу, разлетается кровавыми брызгами.»
«Глупец, если твой калибр не дотягивает до меня, вовсе не означает, что моё оружие не достанет тебя. Те, кто только что хохотал вместе с ним, теперь застывают с ошарашенными лицами, забрызганные ошмётками черепа своего товарища. Продолжая вести огонь по следующей цели, отдаю команду лазерным турелям и боевым роботам.
— А-а-а! Помогите! У-у-у! — доносятся вопли.
Лучи противопехотных лазеров, извергаемые турелями, роботами и моей снайперской винтовкой, начинают методично выкашивать захватчиков.
«Сорок три до зубов вооружённых воина? О да, это звучало бы грозно, будь вы облачены в силовую броню и вооружены современным плазменным оружием. В противном же случае вы — не более чем мишени в тире.»
— Беда! Отступаем! Назад! — командует чей-то голос...
... и толпа бросается прочь. Однако уже слишком поздно. Было бы наивно полагать, будто сидел сложа руки, имея столько времени на подготовку.
— Что?! Эта штука... а-а-а-а!
Легкие боевые боты, заранее обошедшие врага с тыла, открывают шквалистый огонь из штатных лазеров. Мощности их пушек недостаточно против силовой брони или персональных щитов, но для беззащитной плоти, не имеющей никакой противолазерной защиты, такие попадания абсолютно фатальны.
— Спасайтесь! Бегите-е!..
— Куда?! Куда тут бежать?! А-а-а-а!
Захватчики в панике палят из своих штурмовых винтовок по роботам, но попасть в стремительно маневрирующие машины практически невозможно. Да и при удачном попадании вывести их из строя не так-то просто, если только пуля не угодит в критический узел.
— Стой! Мы сдаёмся! Мы сдаёмся!
«Не намерен брать пленных. Посему спокойно навожу прицел на голову человека, отбросившего оружие.»
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица Спики—
Это была односторонняя бойня. Лазерные атаки жутких турелей и ещё более жутких боевых машин, охраняющих ферму господина, обладали такой дальностью, мощью и точностью, что нашему обычному оружию противопоставить им было нечего. Тот факт, что голова Оркана разлетелась в клочья от беззвучного выстрела, источник которого даже не был виден, кажется мне вопиющей несправедливостью.
— Ха-ха... ох... — бессильно сползаю по стене, опираясь на любимую винтовку.
«Выжила. Каким-то чудом выжила. Идти в бой с таким перевесом в снаряжении было чистым безумием. Будь мы искуснее, могли бы нанести хоть какой-то урон, но нас бы всё равно выкосили до последнего. Мои нанимательницы, конечно, сильны в рукопашной, но в стрельбе они совершенные профаны. В огневом контакте от них никакого проку.»
— Встать. Всем собраться в одном месте.
Человекоподобная боевая машина хозяина фермы хватает меня за руку и бесцеремонно вздёргивает на ноги.
— Эй, больно же! Господин, можно ли быть хоть немного поаккуратнее?
— Молчать. Живо шагай.
Робот толкает в спину.
«Ох, кажется, дело принимает скверный оборот. — обливаясь холодным потом от дурных предчувствий, бреду по территории фермы, которая за последнее время разительно преобразилась. Здесь появились ухоженные поля, возвышается огромная башня связи, виднеется здание, напоминающее церковь, да и прочих построек прибавилось. — Невероятно, ведь с моего последнего визита прошло от силы полмесяца.»
— Э-э-э...
На площади вижу господина Глена, который стоит в величественной позе, скрестив руки на груди. Рядом с ним — мои нанимательницы, лишившиеся своих тюков и покорно задравшие руки вверх, а также мои сестры, у которых тоже отобрали всё оружие. Помимо самого господина, нас окружили его боевые машины, наставив на нас лазерные пушки. Даже турели на крышах развернуты в нашу сторону.
«Это полный тупик.»
— В сборе. — произносит мужчина таким ледяным тоном, какого мне ещё не доводилось слышать, и приставляет пистолет к голове Лайлы.
«Полагаю, сие есть лазерный пистолет крупного калибра. Если он выстрелит, голова её превратится в такое же кровавое месиво, как у того бедолаги Оркана.»
— Лайла.
— Д-да-а!.. — откликается несчастная нанимательница дрожащим голосом, едва не теряя сознание от ужаса.
«Кажется, она даже немного опорожнилась от страха. Мои усики-антенны это чётко фиксируют — мы, формиканы, крайне чувствительны к запахам.»
— Ты слила в общий доступ местоположение моей фермы?
— Н-нет, вовсе нет! Выслушайте меня-я-я-я!
Отчаянный вопль Лайлы разносится над фермой.
«Что ж, её можно понять — в такой ситуации любой бы заголосил не своим голосом.»
—Конец эпизода от лица Спики—
—Эпизод от лица Гленна—
Решаю выслушать мольбы Лайлы. Как выяснилось, покинув озерную деревню и посетив несколько общин, они в конечном итоге забрели в логово тех самых типов, что напали на нас сегодня — некой фракции под названием «Ито-что-то-там». Эта группировка славится своей агрессивностью и амбициозностью, и, судя по всему, уже пронюхали, что в моих владениях скрыты некие ценности или технологии.
— К-кажется, караван господина Сэма проходил там раньше нас...
У налётчиков в руках оказались упаковки соли и бутыли с очищенной водой, которые тот закупил у меня. По этим двум вещам они и догадались о богатстве данных земель. Захватчики жаждали узнать точные координаты фермы. Лайла пыталась уклониться от их расспросов, больше похожих на допрос с пристрастием. Разгневанные её упорством, негодяи под покровом ночи испортили все их запасы воды. Было очевидно, что это их рук дело, но доказательств не нашлось, и те лишь нагло усмехались.
Когда же караван попросил пополнить запасы за плату, им отказали. Более того, приспешники Ито указали на другие источники воды в округе, добавив, что там якобы рыщут свирепые разбойники, с которыми даже они не могут совладать. С глумливыми ухмылками дали понять, что любой путь, кроме как к моей ферме, приведёт к смерти.
— Иными словами, вам недвусмысленно пригрозили расправой, коль вы направитесь куда-либо ещё.
В ответ на мои слова Лайла закивала так неистово, что, казалось, её голова вот-вот оторвётся. Её массивные рога буквально рассекали воздух с характерным свистом. Остальные таурисиане последовали примеру главы.
— В их владениях мы бы ни за что не победили. Будь у нас вода и провизия, могли бы увести погоню подальше, пока они не сдадутся, но до последнего не знали, следят ли за нами, а отсутствие воды не оставляло иного выбора, кроме как идти прямиком к вам. Встреться нам другой караван, у нас был бы шанс, но удача отвернулась от нас. Мы оказались в безвыходном положении. — произносит бледная как полотно Спика, всё ещё держа руки поднятыми.
«Силы, отправленные неприятелем, превзошли все их ожидания. Против сорока с лишним тяжеловооружённых бойцов у отряда Спики не было ни единого шанса. Одно дело — сражаться с какими-нибудь предаторами или мелкими сошками, и совсем другое — противостоять группировке Ито с их снаряжением и выучкой. Они могли бы забрать многих с собой в могилу, но гибель всего каравана лишила бы действие всякого смысла.»
— Посему прийти к вам, господин Гленн, было для нас поистине мучительным решением... Разумеется, не прошу прощения лишь из-за «непреодолимых обстоятельств». Ссознаю, что нас можно обвинить в предательстве ради спасения собственных жизней. Но молю, дайте нам хоть малейший шанс искупить вину, умоляю-ю-ю... — она падает предо мной на колени, молитвенно сложив руки у груди, и вскидывает на меня полные слёз глаза.
«Хм, ясно. Судя по всему, злого умысла в их действиях действительно не было. Они понимали, что доставят хлопот, но иного пути к спасению просто не существовало.»
— Эрика, что ты об этом думаешь? — мысленно обращаюсь я к помощнице, не сводя сурового взгляда с коленопреклоненной Лайлы.
Для меня не составляет труда отправить сообщение по закрытому каналу связи.
— Полагаю, они заслуживают снисхождения. В той ситуации у них действительно не было иного выхода. Коль скоро готовы искупить вину, быть может, стоит их простить?
— Не слишком ли мягко? Не приди на выручку, пошли давно на поживу врагам.
— Но в итоге всё обошлось, а госпожа Лайла и её спутницы — наша ниточка связи с внешним миром. Караваны таурисиан известны своими обширными торговыми путями. Нам выгодно сохранить с ними добрые отношения.
— ... Понятно.
«Если откажусь их простить и вышвырну вон, большинство из них ждёт неминуемая гибель. А те немногие, кто выживет, затаят лютую обиду на меня и мою ферму. И коль слух об этом разлетится среди всех таурисиан, последствия могут быть катастрофическими. В таком случае...»
— Пожалуй, проще перебить всех и пустить на удобрения.
— ... Пи-и! — услышав мой невольный шепот, Лайла издаёт странный звук и замирает с выражением абсолютного отчаяния, а из её глаз вновь ручьём текут слёзы.
«Чёрт, вырвалось случайно.»
— Это шутка. Однако подобные инциденты не должны повторяться. Я понятно изъясняюсь? — на сей раз она, чьё лицо из бледного стало землистым, часто и мелко закивала и всем телом затряслась, словно танец живота отченивая или каком-то странном припадке. — Мне вовсе не улыбается перспектива превращать свою ферму в убежище для каждого, кто улепетывает от опасных типов. Я не благотворитель и не герой в сияющих доспехах. Лишь скромный владелец небольшого хозяйства.
— Да ладно вам... — в один голос восклицают Спика и остальные формиканы...
... но тут же замолкают под моим взглядом.
— Какие-то возражения?
— Никаких!
— Что ж, обстоятельства ясны. На сей раз вас прощаю. Вы ведь обещали искупление?
— Г-господин... со всей искренностью... мы искупим... — едва пролепетав это, Лайла, видимо, не выдержав колоссального стресса, валится на бок без чувств.
«Пожалуй, немного перегнул палку. Раз уж решил простить, стоит проявить хоть каплю заботы. Начнём с воды.»
— Ох, я уж думала, что конец пришёл... честно говоря, даже со страху опорожнилась... — жалуется Лайла, успев вдоволь напиться воды, освежиться под душем и переодеться в свободную одежду. Рядом с ней за столом сидит такая же разомлевшая Спика.
— Без воды век воли не видать, окочурились как пить дать... больше никогда на такое не подпишусь. Ах, какая вкусная вода. Божественно. — Спика, едва оправившаяся от обезвоживания, продолжает мелкими глотками потягивать воду.
«Смотри, не переусердствуй, а то живот прихватит.»
— Что ж, вам пришлось несладко. Впрочем, мне тоже.
— Да для вас это была легкая прогулка... — ворчит Лайла.
— Согласна, игра в одни ворота. — вставляет Спика.
— Настоящая морока — сбор и сортировка трофеев, а также утилизация тел.
«С таким снаряжением им ни за что не прорвать мою оборону. Если рассчитывали на успех со своими пукалками, стоило прихватить хотя бы противотанковые ружья или электромагнитные ускорители. Единственное, что сейчас беспокоит — возможность обстрела турелей с предельной дистанции. Хотя стоит им выпустить хоть один снаряд, я или мои боты тут же вычислим позицию и нанесем ответный удар.»
— Хотите, мы поможем с сортировкой? — предлагает Лайла.
— ...
— Разумеется, бесплатно! Это в дополнение к основному искуплению! — поспешно добавляет, пасуя под моим тяжелым взглядом.
«Что ж, раз так, пусть отрабатывают.»
— Кстати, в чём именно будет заключаться ваше «искупление»?
— Для начала мы отдадим половину имеющихся у нас таларов. Считайте это своего рода задатком. Позже привезу ещё пять тысяч в качестве компенсации.
— Гм...
«Пять тысяч таларов, значит. Всё ещё не до конца ориентируюсь в местной экономике и ценности здешней валюты. Насколько велика сия сумма?»
— Кроме того, готовы прямо сейчас преподнести вам наш самый ценный товар.
— Ого.
«Самый ценный товар? Звучит заманчиво. Интересно, что же это? Мощное оружие? Забытая технология? Или некое редкое произведение искусства? — в предвкушении чего-то грандиозного наблюдаю, как Лайла выкладывает на стол металлический предмет, напоминающий то ли нож, то ли какой-то серп. — И это величайшая ценность?»
— Объяснись.
— Прошу, выберите любую из нас пятерых, кто вам приглянется, и отсеките ей рога инструментом... — договорив, Лайла и её подчиненные чинно выстраиваются в ряд и опускаются на колени, сложив руки на груди.
— ... всё ещё не понимаю.
Беру в руки предмет, который Лайла положила на стол.
«Похоже на обычную ножовку. И мне предлагается этим инструментом методично спиливать их рога? Зачем?»
— У нас, женщин-таурисиан, есть священный обычай: выходя замуж, вверяем мужчине право собственноручно отсечь наши рога...
— Так, ситуация становится всё более сюрреалистичной. Эрика, Эрика! Помоги мне разобраться!
На мой зов тут же прибегает женушка, она до сего момента ухаживала за остальными сестрами Спики. Завидев коленопреклоненных таурисиан, застывает в явном замешательстве. Похоже, даже для неё сие зрелище в новинку.
— Представляешь, они говорят, что в качестве компенсации отдают мне свой «самый ценный товар», после чего суют пилу какую-то и просят отпилить им рога, мол, после этого они станут моими женами. Что за бред?
— А-а... вот оно что. — молвит Эрика, вмиг осознав суть происходящего. Она на мгновение задумывается, подбирая слова, дабы донести до меня смысл сего действа. — Видите ли, господин Гленн...
— Слушаю.
— Кажется, настал тот самый момент, о котором упоминала ранее.
— А?
«Прости, Эрика, но не могла бы ты изъясняться подоступнее?»
— Вам не кажется это предложение слишком уж дерзким? — произношу я, сидя на табурете из кремниевого композита и взирая на Лайлу и её спутниц с нескрываемым изумлением. — Не хочу показаться грубым, но скажите прямо: какая мне выгода от того, что возьму вас в жены?
— Э-э... неужто мы вам не по нраву? — робко вопрошает Лайла, глядя на меня снизу вверх.
«В такие моменты отсутствие лица у моего шлема — явное неудобство, ибо не могу выразить всё своё недоумение мимикой.»
— Именно. Мне не нравится ни сама идея, что ваше тело может служить платой за грехи, ни ваш расчёт на то, что, став членами семьи, избежите кары.
— О-о-ох, это чудовищное недоразумение!
— Тогда развейте его. Опишите объективно и конкретно, какие преимущества получу, взяв вас под своё крыло. Дайте мне разумное объяснение.
— Что ж, во-первых, на данной планете отдать себя в распоряжение другого в качестве искупления — высшая форма компенсации. Лишние руки, будь то рабочая сила или боевая единица, напрямую влияют на мощь общины.
Перевожу взгляд на Эрику и Спику, и обе они согласно кивают.
«Что ж, логика в этом есть. Вопрос лишь в верности подобных 'соратников', но сие уже забота лидера.»
— Стать частью вашей семьи — не просто одностороннее служение, как вы могли подумать. Это первый шаг к взаимовыгодному союзу. Мы, таурисиане, славимся не только торговлей; наши отряды воинов считаются одними из самых грозных в этих краях. Подобно тому как вы спасли нас, воины нашего народа всегда придут вам на выручку.
— Ты полагаешь, мне нужна помощь? — указываю на лазерные турели на крышах и застывших неподалеку боевых роботов.
— В данный момент — нет. Однако вы здесь один, и хотя способны защитить ферму, вам будет непросто отправиться в поход, дабы сокрушить базу вражеской общины. Мы же можем действовать как грубой силой, так и хитростью, загоняя противника в угол.
— Гм...
«Справедливо. Рано или поздно мне придётся поквитаться с теми, кто подослал налётчиков. И если это бремя возьмут на себя таурисиане, мне будет куда спокойнее.»
— Конечно, заключить полноценный союз я в одиночку не вправе, но брак с кем-то из нас станет весомым поводом для этого. К тому же...
— К тому же?
— Мы в добрых отношениях с представителями церкви Кордии. — с хитрой ухмылкой добавляет Лайла.тГлядя на церковное здание в самом центре моей фермы, нетрудно догадаться, что я и сам налаживаю с ними контакт. — Если разнесётся весть, что господин Гленн в союзе с таурисианами, соседние общины и караваны станут относиться к вам с великим почтением. Сюда чаще будут заглядывать торговцы, и не исключено, что со временем ферма превратится в процветающий торговый узел.
— Торговый узел, говоришь... — задумываюсь над её словами.
«Если это место станет центром торговли, здесь могут обосноваться купцы, ремесленники и земледельцы. Тогда это будет уже не просто ферма Глена, а полноценное поселение, целый город со своим укладом. Хлопот, конечно, прибавится, но если думать о будущем — о детях — то небольшой укрепленный городок с надежным ополчением куда лучше для воспитания потомства, чем одинокая ферма в пустошах. Будет больше людей, больше детей, с которыми можно играть.
— Иными словами, если смотреть не только на сиюминутную выгоду, но и в далекую перспективу, ваш приход в мою семью сулит немало преимуществ.
— Именно так! И ещё...
— Что ещё?
— Когда вы недавно заговорили о... расправе... мы почувствовали такой трепет... — глава таусирианок внезапно вздрагивает всем телом и, густо покраснев, поднимает глаза. Кажется, нить разговора резко сменила направление. — Вы с таким ледяным спокойствием предложили нас уничтожить... это было так страшно, так пугающе... Ах, я в тот миг осознала — сей силе невозможно противостоять... — тяжело дыша, она смотрит на меня пылающим взором.
Остальные таурисиане взирают с таким же благоговейным восторгом.
«С ними точно всё в порядке?»
— Хи... хи... хи-и... — проявив определённое понимание к объяснениям Лайлы, я в конечном счёте принимаю решение забрать именно её. Поскольку Лайла является предводителем каравана таурисиан, в подобных ситуациях именно лидеру надлежит брать на себя ответственность. Впрочем, сие обусловлено и тем, что из всех присутствующих именно с ней сложились наиболее доверительные отношения. — Хи-и-и...
Подчинённые таурисиане, наблюдая за постыдным зрелищем, которое являет собой их предводительница — хотя, пожалуй, называть сие бесстыдством кажется не совсем верным, ведь всего лишь спиливаю ей рога. — жмутся друг к другу и дрожат. На первый взгляд кажется, будто они напуганы. Однако их взоры прикованы к поваленной на землю Лайле, пребывающей в весьма непотребном виде. Лица их отнюдь не бледны от ужаса, а, напротив, пылают густым румянцем.
«Неужто вы, ребята, возбуждены? Нет, наверняка сие лишь плод моего воображения. Очень хочется в это верить.»
— Остался ещё один.
— А-а... хи, по-ощади, прости... и-ги-и-и?!..
Я крепко перехватываю второй рог поверженной Лайлы и приставляю к самому его основанию отлично заточенную ножовку. Без малейшего промедления и жалости принимаюсь двигать инструментом, издающим резкий скрежет, постепенно отделяя рог от головы женщины.
Сама девушка просила действовать беспощадно, как бы сильно ни стонала от боли и что бы ни выкрикивала в процессе, оттого и продолжаю начатое. Тем не менее, в груди шевелится неприятное чувство, будто совершаю некое чудовищное злодеяние. Под аккомпанемент болезненных и в то же время странно притягательных, полных истомы криков Лайлы, продолжаю тянуть пилу на себя. Она отчаянно сучит руками и ногами, пытаясь сопротивляться инстинктам, но я с силой прижимаю её к земле, продолжая изнурительный процесс. В тот момент, когда лезвие погружается в костяную плоть чуть глубже середины, я, вероятно, не рассчитываю силу. Раздаётся звонкий хруст, и рог Лайлы переламывается.
— Н-пи?!..
Видно, удар оказывается столь сильным, что Лайла вздрагивает всем телом и мгновенно затихает.
«Неужели лишилась чувств? Что ж, учитывая её страдания, в этом нет ничего удивительного. Однако срез теперь выглядит крайне неэстетично. Придётся подровнять его ножовкой с другой стороны.»
— !..
— Ох... ах... божечки!..
Даже пребывая в беспамятстве,, кажется, ощущает каждое движение пилы, отчего её тело содрогается в мелких конвульсиях. Это изрядно мешает работе, и мысленно прошу её вести себя смирно.
— Позже стоит обработать края напильником.
— Н-напильником?!..
«Отчего же вы, ребята, реагируете на эти слова так, словно произнёс нечто запредельно непристойное? Ладно, неважно. Из ран проступает немного крови, следовательно, необходимо наложить повязку. Если воспользуюсь гелем для лечения наружных ран, результат окажется идеальным. К тому же данное средство предотвратит возможные инфекции.»
— Вот и всё, закончили. Прошу, помогите Лайле переодеться. Она сейчас в довольно плачевном состоянии.
Хотя в негодность пришла не только её одежда. Впрочем, ради сохранения её чести предпочту об этом умолчать.
[[image:/storage/reader-images/4e7d878e3e459159ae7a432065f4549f024e5012.png]]
— Поистине жуткая картина, господин.
— Тебе не кажется, что моей вины в этом нет?
— Ну, в общем-то да, но всё же...
Проводив взглядом Лайлу, которую Эрика и остальные таурисиане уводят под руки, принимаюсь тщательно очищать срезанные рога, одновременно переговариваясь с Спикой.
— И что ты намерен с ними делать?
— Рога весьма величественные. Выбрасывать такую красоту было бы сущим расточительством. Пожалуй, оформлю их как парное украшение.
«Помнится, давным-давно в одной из космических колоний видел нечто подобное. Кажется, это называлось орнаментом или трофеем. Там использовались рога или клыки какого-то свирепого инопланетного чудовища, но, полагаю, в данном случае разница невелика.»
— У тебя... весьма специфические вкусы, господин.
— Это сейчас был комплимент?
— Кто знает... Кстати, у нас, формирикан, подобные извращённые обычаи отсутствуют. Даже не вздумай заикаться о том, чтобы укоротить мои усики.
— Извращённые?.. Я ведь не по своей прихоти эти рога спиливал.
Давая ответ Спике — говоря со мной заранее испуганно припрятала ручками торчащие антенки — использую конфигурационную машину. С её помощью покрываю срезы рогов защитным слоем из кремниевого материала и креплю фурнитуру, дабы их можно было повесить на стену. Результат напоминает охотничий трофей. Рога девушки действительно велики и прекрасны, поэтому они наверняка станут достойным украшением столовой в нашем общежитии.
— Простите... за столь непотребный вид... Гленн-сан? Ч-что это в ваших руках?..
Девушка, которую, по всей видимости, заставили принять душ, возвращается в сопровождении Эрики. Её волосы ещё хранят влагу, а взгляд затуманен. Однако, стоит увидеть трофей, изготовленный из собственных рогов, как застывает на месте, словно изваяние.
— Да вот, решил, что выбрасывать их жалко. Оставлю на память и украшу ими дом.
— На память... украсите?! Моими рогами?!..
— Именно. Повешу в столовой. Они выглядят очень внушительно и добавят интерьеру изысканности. — едва отвечаю на её вопрошание...
... моська таусирианки заливается пунцовой краской. В следующее мгновение у неё из носа брызжет кровь, и в беспамянстве грохается на пол.
«Что это с ней? С чего бурная реакция на бытовую вещь.»
— М-да, межкультурная коммуникация — штука непростая.
Поскольку Лайла лишилась чувств, решаю расспросить остальных таурисианок, которые с раскрасневшимися лицами наблюдали за происходящим. Как выясняется, мои слова с точки зрения их народа являются верхом непристойности и сексуального домогательства. Уровень порочности моего заявления, по их меркам, просто зашкаливает. Оказывается, для женщин-таурисианок спиленные рога служат неоспоримым доказательством полного подчинения. Причём подтекст здесь носит сугубо интимный характер.
Демонстрация подобного трофея на публике считается актом величайшего унижения достоинства. Это есть громогласное заявление о том, что Лайла принадлежит мне телом и душой. Если же выставить рога на всеобщее обозрение, да ещё и заставить саму Лайлу стоять рядом... На этом моменте таурисианки умолкли и задрожали всем телом.
«Что ж, теперь и до меня начинает доходить суть дела.»
— Не хотелось бы это озвучивать, но неужели женщины вашей расы обладают... столь специфическими наклонностями?
— Пожалуйста, прекратите вести себя так, будто мы — какая-то зараза! От этого становится только неловко! — выкрикивает девушка, мордашка её всё еще полыхает огнем.
Она уже пришла в себя и повязала голову тканью, скрывающей короткие обрубки рогов — данное украшение отдалённо напоминает чепец для пучка волос. Опасаюсь, что от такого возбуждения у неё снова может пойти кровь носом. Впрочем, разве могу спросить их в лоб, не являются ли они все поголовно мазохистками и извращенками? Подобная бестактность неизбежно приведет к кровопролитию. И хотя абсолютно уверен, что не получу в такой стычке ни единой царапины, доводить до неё не стоит.
— Гленн, вам решительно не хватает деликатности! Эрика, ты ведь согласна со мной?!
— Н-ну, возможно, ты и права... — отвечает женушка, на личике её играет кривая ухмылка.
«Видно, что напор возбуждённой Лайлы её изрядно подавляет.»
Полагаю, на этом шутки пора заканчивать. Пришло время исполнить то, ради чего собрал здесь не только Эрику и Лайлу, но и подчинённых таурисианок вместе с Спикой.
— Итак. Возможно, поздно говорить об этом теперь, когда перемены уже необратимы, но вы обе готовы?
— М-м... ну, это... в общем... да.
— Разумеется, Гленн-сан.
«Готовность, о которой вопрошаю, касается нашего будущего — отныне мы трое будем жить как одна семья. Приняв решение в пользу Лайлы, и сам обрёл решимость. Эта встреча служит местом, где я, Эрика и Лайла приносим клятву верности друг другу как новая ячейка общества.»
— В вопросах того, как правильно строить семейную жизнь, будем полагаться на догматы Церкви Кордии. Эрика, рассчитываю, что ты возьмёшь на себя руководство в этой сфере. Мы выросли в разных мирах, наши культуры и обычаи разнятся, отчего конфликты неизбежны. Однако отныне обязаны защищать друг друга. И телом, и душой. Всем всё ясно? — в ответ на мои слова Эрика и Лайла синхронно кивают.
— Чудесно. С этого мгновения мы — семья. Полагаю, Церковь Кордии предусматривает для таких случаев особые ритуалы, но сегодня обойдёмся без них за неимением надлежащей подготовки.
Пожимаю плечами. Раз уж в нашем распоряжении имеется великолепное здание церкви, рано или поздно мы проведём все положенные обряды. Хелена и другие служительницы упоминали перед моим уходом, что со временем доставят канонические тексты с описанием всех процедур, но когда именно сие случится, пока неведомо.
— А теперь — поднимем бокалы. Пусть сегодня и возникли досадные недоразумения, в итоге всё разрешилось благополучно. Прошу всех к столу, угощайтесь без стеснения.
— Ура-а-а!
«Правда, запасы алкоголя у нас весьма скромные. Разработка новых видов напитков требует немало времени. Если целью является простое опьянение, то синтезировать спирт не составляет труда, однако с ароматами и вкусовыми качествами всё гораздо сложнее. Пожалуй, в будущем стоит обсудить сей вопрос с женой-таусирианской. Сегодня же наслаждаюсь вкусом мяса, которое закончило процесс созревания. О боги, это невероятно вкусно! Плоть мягкая, а насыщенный сок буквально взрывается на языке. Что это за божественный вкус? А этот густой соус... он идеально дополняет яство. Неужели соус из малины? Его тоже приготовили из лесных ягод? Поистине, дикая малина — дар небес. Она хороша и в виде джема, и как основа для мясного соуса. Похоже, это самый универсальный плод в мире.»
На следующее утро, едва разомкнув веки, вижу перед собой невинное спящее личико Лайлы.
Сперва мне показалось, что переходить к интимной составляющей жизни сразу — не лучшая затея, однако, согласно канонам Церкви Кордии, мужчина и женщина, заключившие семейный союз, обязаны делить ложе. У таурисиан обычаи оказались схожими, и под напором женской половины пришлось уступить.
Я внимательно наблюдаю за спящей девушкой, стараясь не потревожить её покой. Глядя на то, как безмятежно спит, трудно поверить в её вчерашнее неистовое поведение. Впрочем, подробности сохраню в тайне ради её репутации. Если говорить о её формах... хм. Они поистине великолепны. На них приятно смотреть, к ним отрадно прикасаться. Вспоминаются слова одного товарища-наёмника, который с жаром доказывал, что большой размер — это благодетель. В те времена его речи не находили отклика в моей душе, но теперь осознаю его правоту. Это действительно нечто прекрасное.
— Ну же... не нужно проказничать...
Пока углубляюсь в размышления о законах физического притяжения, Лайла просыпается. Пытаясь утихомирить меня, прижимает мою голову к своей груди. Что ж, в обычной ситуации сие могло бы привести к удушению, однако у меня отсутствуют рот и нос, которые можно было бы заблокировать. Поскольку заранее оборудовал дыхательные отверстия в ином месте, не испытываю ни малейшего дискомфорта. Следовательно, могу наслаждаться моментом сполна.
— Ты слишком много елозишь... ну правда. Какой же ты шалун. — с этими словами девушка опрокидывает своего уженька на спину и усаживается сверху.
«Поистине величественное зрелище. Да славится закон всемирного тяготения!»
— Как же прекрасно, когда в семье царит лад и гармония, не так ли?
— Ну, даже не знаю... у меня на душе как-то неспокойно.
— Хочешь поделиться своими тревогами?
— Мм...
Утро. За завтраком, когда все уже привели себя в порядок, слышу подобный диалог между Эрикой и Спикой. Эй-эй, после вчерашнего не потяну ещё одну. К тому же в вашем случае одной явно не обойдётся. Если мне прикажут ублажать сразу десятерых, даже моим силам придёт предел.
— И тогда он...
— О-о-ох!..
Лайла тем временем вовсю делится откровенными подробностями с таурисианками из каравана. Отчего-то сегодня за столом чувствую себя крайне неуютно.
— Так, давайте обсудим наши дальнейшие планы. Лайла, что ты намерена делать? Вернёшься на базу таурисиан или останешься здесь, на ферме?
— Я останусь здесь под твоим покровительством. Девочки доставят отчёт вместо меня. Но, знаешь ли, поскольку одним грузчиком станет меньше, была бы признательна за помощь в облегчении веса поклажи.
— Облегчение веса, значит... Что ж, резонно.
Основную массу груза Лайлы составлял металлолом и минеральное сырьё, поэтому решаю обменять их на огнестрельное оружие, которое лично привёл в порядок. Стоимость единицы веса у отремонтированного оружия значительно выше, следовательно, это и поможет уменьшить общий вес каравана.
— Стоит также пополнить запасы продовольствия.
— Да, это верно. Оборудование для хранения работает исправно.
— Вчера мы ведь съели довольно много...
Прошлой ночью по случаю торжества закатили пир за мой счёт. Народу было много, таурисиане едят соответственно своим внушительным размерам, да и Спика с сёстрами, вопреки своей миниатюрности, обладают отменным аппетитом, отчего наши закрома изрядно опустели. Исходя из этого, решаю выкупить у таурисиан столько продовольствия, сколько они могут продать без ущерба для каравана.
— А как поступить с оружием, захваченным у тех людей из группировки Ито?
— Ах, эти «Ито-как-их-там». Арсенал банды сперва разберу и почищу, а уж потом выставлю на продажу, так что в этот раз оставим его здесь. Небольшие усилия по предпродажной подготовке значительно поднимут цену, так грех этим не воспользоваться.
— Если честно, я сомневаюсь, что качество хлама можно исправить простой чисткой... — замечает Спика, которая вместе с таурисианками проверяет работоспособность моего оружия.
«Её сомнения небезосновательны, ведь в некоторых экземплярах мне пришлось заново изготавливать и заменять до тридцати процентов деталей.»
— Впрочем, для ракетных установок обслуживание мало что меняет. Спика, не хотите забрать их себе? Отдам по дешёвке.
— Вещь полезная, спору нет, но снаряды больно тяжелы...
«Да, каждый весит около двух килограммов. Сама пусковая установка тоже весит немало, так что без достаточного запаса грузоподъёмности будет непросто.»
— Какова рыночная цена?
— Ну, за такое качество... я бы сказала, пятьсот пятьдесят талеров за установку и один снаряд. Отдельно снаряды идут примерно по тридцать талеров за штуку.
— Тогда как насчёт пятисот талеров за установку и пять запасных снарядов в придачу?
— Э-эй, это же слишком дёшево! — протестует Лайла.
— Считай инвестицией. Мне нужно, чтобы караван благополучно добрался до своих. Если усилю вооружение Спики и её группы, их безопасность возрастёт.
— Ну, логика в этом есть, но всё же...
Торговка недовольно надувает губы. Хотя и обещал оставить переговоры ей, сейчас я счёл нужным вмешаться, ведь группе Спики не хватает аргументов против крупных отрядов или тяжело экипированных противников. Ракетная установка, способная наносить сокрушительные удары с дистанции, выведет их боеспособность на новый уровень.
Мощное взрывное оружие всегда представляет угрозу. Во вчерашнем бою в первую очередь устранил верзилу с этой штукой, ибо попадание ракеты стало бы проблемой даже для меня. Впрочем, в столь шумный и медлительный снаряд ещё нужно умудриться попасть.
— Раз уж это инвестиция, отдай даром!
— Если бы вы были моими подчинёнными, так бы и сделал. Но поскольку это не так, бесплатно не выйдет.
— Хм... ну, за пятьсот, пожалуй, можно взять. Что думаете?
— Будем ли мы ею пользоваться?
— Одно наличие такой дуры внушает уважение, разве нет?
— Против банд предаторов должно сработать на ура.
Спика совещается со своими сёстрами, сбившись в тесную кучку.
«Наблюдать за тем, как малютки оживлённо спорят о чём-то своём, довольно мило. Хотя темы их разговоров обычно пропитаны запахом крови и пороха.»
— Решено. Берём за пятьсот.
— Благодарю за покупку. Лайла, управление финансами в талерах доверяю тебе.
— Слушаюсь... погодите, что?! Мы ведь только вчера поженились!
— Вчера или нет, но мы ведь уже семья?
— Ох... ладно, поняла. С тобой просто невозможно спорить, честное слово.
На словах ворчит, мол, «ничего не поделаешь», однако вижу, как уголки её губ непроизвольно ползут вверх. Обычно она старается казаться хитрой и пронырливой особой, постоянно ухмыляясь, но на поверку Лайла оказывается весьма покладистой и искренней девушкой.
—Конец эпизода от лица Гленна—
— Счастливого пути! Берегите себя!
— Позаботьтесь о наших детках!
— Бывайте здоровы!
Караван, чей груз заметно поубавился благодаря тому, что часть поклажи его главы теперь распределена по моим усовершенствованным контейнерам, отправляется вместе с Спикой и остальными в сторону поселения таурисиан. Согласно нашему уговору, по прибытии им надлежит отчитаться о замужестве Лайлы и дерзком вымогательстве со стороны общины Ито. Впоследствии же они обещали доставить нам причитающуюся сумму в качестве возмещения ущерба.
— Хотя, если рассудить здраво, это скорее походит на брачный выкуп. — внезапно замечает она.
А прямо мы провожаем взглядом Эрику, которая вместе с Поти направляется в сторону продовольственных складов для проведения ревизии. Услышав столь неожиданное заявление, замираю в недоумении.
— Брачный выкуп? О чём ты? — в замешательстве наклоняю голову, силясь осознать смысл сказанного.
Мой многоязычный переводчик-имплант исправно выполняет свои функции, однако он оказывается почти бесполезным, когда речь заходит о понятиях, выходящих за рамки собственных знаний.
— Его можно назвать и приданым для обустройства новой жизни. — поясняет она с улыбкой. — В общине таурисиан существует древняя традиция: когда девушка покидает родной дом, средства передаются её будущему супругу. Или же, напротив, сторона мужа вносит свою долю. Эти деньги обычно идут на обустройство жилья, пошив свадебных нарядов или, скажем, на укрепление обороны того поселения, где отныне будет обитать дочь.
— Иными словами, едва речь зашла о компенсации, ты уже вовсю планировала обосноваться у нас навсегда?
— Хе-хе. Видишь ли, торговые караваны, которыми управляют дочери расы таурисиан, служат не только для обучения купеческому делу. Это ещё и своего рода путешествие в поисках достойного спутника жизни. — договорив, Лайла озорно высовывает кончик языка.
«Получается, всё это время она искусно манипулировала мною. Вполне вероятно, что попал в её поле зрения ещё в тот самый первый раз, когда их караван только переступил порог моего... уже нашего владения.»
— Так вот оно что...
«Теперь мне вспоминаются слова Эрики. Она ведь предупреждала, что и Лайла, и Спика наверняка найдут любой предлог, лишь бы остаться здесь. Следовательно, женушка прекрасно понимала истинные намерения караванщиков, оттого и заранее предупреждала.»
— Послушай, но ведь не всё же было подстроено заранее?
— О, разумеется, нет... Мы и помыслить не могли, что община Тто решится отравить нашу воду или прибегнет к угрозам, дабы выведать местоположение этой фермы. Хотя, стоит признать, сей инцидент значительно ускорил осуществление моих планов.
— Считай, что этого не слышал.
«Так или иначе, она изначально намеревалась осесть на ферме, вручив мне этот самый «брачный выкуп» под видом компенсации. Даже если бы люди бандюганы не совершили свою глупость, Лайла наверняка подстроила бы нечто подобное позже. Впрочем, не чувствую в себе ни капли гнева. Желание строить хитроумные планы ради достижения своих целей вполне естественно. Напротив, способность мгновенно использовать внезапно возникшие обстоятельства в свою пользу характеризует её как весьма ценного и надежного союзника.»
— Как бы... Гленн, ты сердишься?
— Вовсе нет. Признаться честно, ни я, ни Эрика не сильны в подобных интригах, так что на тебя рассчитываю.
— Хм, звучит так, будто то ли похвалили, то ли оскорбили... Какая досада.
— В остальном тоже на тебя полагаюсь. — добавляю, стараясь поддержать Лайлу, её личико приняло весьма неоднозначное выражение, она разрывалась между радостью и грустью.
«Был момент, когда во мне вспыхнуло мимолётное желание прикончить её, но та обида давно угасла, и мы пришли к мирному соглашению. Не собираюсь ворошить прошлое. Конечно, если в будущем она вновь начнёт плести козни, подвергая нас с Эрикой опасности ради собственной выгоды, придётся принять меры, но сейчас в этом нет нужды.»
— Точно не злишься? У меня только что мороз по коже пробежал...
— Говорю же, нет. Лучше пойдём со мной, хочу показать тебе кое-что важное.
Обращаюсь ко второй жене и одновременно связываюсь с первой через Поти, подзывая её к нам. Кажется, настало время открыть им двоим правду о том, каким арсеналом и запасами на самом деле располагаю.
— Ого...
— Ух ты...
Пред взором обеих супруг предстают ровные ряды контейнеров, заполняющих подземное хранилище. Девушки замирают в изумлении, их голоса звучат так, будто у них отняло речь от увиденного масштаба.
— В этой секции хранятся расходные материалы. Здесь — продукты питания, в основном сухие пайки различных видов. Пока упаковка герметична, они не испортятся. Тут располагаются медикаменты. Я привёз их в большом количестве, полагая, что они станут отличным товаром для обмена. Модули с наномашинами для экстренной помощи стоят баснословно дорого, поэтому их не так много, зато прочих лекарств — в избытке. — веду их вглубь склада, попутно давая пояснения к каждой группе грузов. — Запасные передатчики, наборы для технического обслуживания моего кибернетического тела, сменные протезы. Также здесь находятся резервные детали для строительных машин, которые так выручают нас при освоении земель. Кроме того, имеются высокотехнологичные компоненты, оптическое оружие, плазменные пушки, ядра для генераторов щитов базы, системы управления огнём для зенитных орудий. Есть даже мощные конденсаторы для электромагнитных катапульт, излучатели и линзы для лазерных турелей. В общем, всего понемногу. — не уверен, способна ли Эрика в полной мере оценить стоимость всего этого добра, но Лайла наверняка понимает значимость накопленного. Впрочем, самое ценное сокровище дожидается их в самом конце зала. — А вот сие устройство — архив технологических данных. В его памяти хранятся чертежи и спецификации передатчиков межпланетной связи, чертежи шаттлов, способных покинуть атмосферу и достичь колоний в пределах системы. Там записана информация о сложнейшем медицинском оборудовании и передовом вооружении. Любые сведения можно извлечь в любой момент.
— Вот оно как... — произносит таусирианка. Ей требуется добрых пять секунд, чтобы переварить услышанное. Затем поворачивает ко мне лицо, исполненное небывалой серьезности. — Гленн, всё поняла. Ты ведь задумал построить здесь не просто ферму, а целую державу, верно?
— Да нет же,ошибаешься.
Смотрю на неё, пытаясь выразить всем своим видом недоумение. Однако Лайла почему-то отвечает мне таким же взглядом, полным сомнения.
— Позволь возразить, но что ты собираеешься строить, используя все эти ресурсы? Это место уже сейчас больше напоминает неприступную крепость, нежели мирное хозяйство.
— Мне уже это говорили. — усмехаюсь я.
«Странно всё-таки. Лишь стремлюсь создать безопасную и процветающую ферму, а всё это оборудование — лишь необходимый минимум для защиты моего покоя. Как же сложно порой людям достичь взаимопонимания. В такие моменты вспоминаю своего старого боевого товарища, который любил изрекать схожие философские истины. Весёлый был малый. Мы вместе попали под орбитальную бомбардировку врага. Он погиб, а я тогда лишился левой руки и ноги.»
— Кстати, есть ещё кое-что, что скрывал от вас.
— Кажется, меня уже ничто не удивит... — вздыхает Лайла. Но стоило мне явить обещанное, как её уверенность мгновенно улетучилась. — Это ещё что такое?! — вскрикивает она от неожиданности.
— О, так вот что вы прятали. — вторит ей Эрика.
Позади жилого корпуса раздается тяжелый гул приводов. Скрытый под слоем грунта люк распахивается, и мощный лифт поднимает на поверхность небольшое космическое судно. Хоть оно и считается малым, его длина превышает двадцать метров. Этот транспортный шаттл обладает плоской квадратной формой, отчего кажется куда вместительнее, чем можно предположить на первый взгляд.
— Его прозвали «Забутон». Такие корабли пользуются огромной популярностью у начинающих наёмников. Боевая мощь у него невелика, зато грузоподъемность впечатляет. Он способен самостоятельно выходить на орбиту, оснащен гипердвигателем, системой сверхсветового перехода, щитами и лазерными пушками. Разумеется, прекрасно летает в атмосфере и даже имеет отсек для авиабомб.
По правде говоря, этот отсек предназначен для самого примитивного сброса снарядов. Система управления огнём позволяет проводить точечные бомбардировки, но вряд ли мне представится такая возможность. К тому же, вмещает всего две бомбы — крайне скудный арсенал. Можно было бы использовать боеголовки с антиматерией, но применять их в наземном бою — затея сомнительная. Не хотелось бы превращать округу в сплошное месиво из кратеров.
— Господин Гленн, располагая такими богатствами, ты наверняка был очень состоятельным человеком там, в космосе? Зачем же понадобилось спускаться на эту планету? Мог бы до конца дней своих жить в роскоши и праздности.
— Возможно. Но нынешняя жизнь приносит мне куда больше удовлетворения. К тому же, здесь встретил Эрику и тебя.
«Если бы потратил заработанные деньги на покупку гражданства в какой-нибудь процветающей колонии и устроился бы там в охрану, моя судьба сложилась бы иначе. Но тогда в моей жизни не было бы ни Эрики, ни Лайлы. Оттого ни секунды не жалею о сделанном выборе.»
— Гленн, ты порой говоришь такие слащавые вещи с совершенно невозмутимым видом. — подмечает Лайла.
— Это верно... хе-хе. — смущенно добавляет вторая женушка.
Обе девушки прячут раскрасневшиеся щеки за ладонями, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Так или иначе, на этом мои секреты заканчиваются. Надеюсь, обе понимаете, что подземный склад и «Забутон» должны оставаться в строжайшей тайне.
— Слушаюсь, Гленн.
— Конечно... Да от страха и слова никому не вымолвлю о таком могуществе.
Эрика покорно кивает, а Лайла лишь горько усмехается. Впрочем, когда мы наладим надежную оборону, часть этих сведений можно будет и раскрыть.
— Итак, наш план на ближайшее будущее таков: поскольку основные постройки уже готовы, пора заняться возведением мощных стен. Не хотелось бы, чтобы случайный снаряд дальнобойной артиллерии разрушил то, что мы создали с таким трудом.
— Всё поняла. В таком случае приложу все силы для заготовки припасов. — с энтузиазмом откликается Эрика.
— Именно. Предоставлю тебе доступ к главному сельскохозяйственному процессору. Советуйся с ним и руководи всеми полевыми работами. Отныне ты — глава нашего продовольственного сектора.
— Есть! — восклицает она, полная решимости.
«Думаю, будет лучше, если она возьмёт на себя не только кухню, но и весь цикл управления ресурсами. Так сможет видеть общую картину.»
— Лайла, на тебе — финансы, торговля и все переговоры с гостями. Станешь официальным лицом нашей колонии.
— С радостью! Уж в этом-то я мастер, так что положитсь на меня.
— Ну а я, выходит, буду отвечать за всё остальное. Если возникнут трудности — будем решать их сообща.
Вот так и началась полноценная работа нашей фермы под моим руководством.
Прошло два дня с тех пор, как Хелена и её спутники покинули нас. Проснувшись поутру, мы с Эрикой немного понежились в объятиях друг друга, после чего вместе приняли ванну. Позавтракав свежеиспеченным хлебом с вареньем из лесной земляники и жареным мясом, должны были бы приступить к своим делам, но... этого не случилось.
— Знаешь, тут подумал: работать без продыху — вредно для здоровья.
— Неужели? — девушка в недоумении склоняет голову. — Но совсем не чувствую усталости.
За ту неделю с небольшим, что мы провели вместе, успел подметить одну её черту: Эрика невероятно исполнительна. Она трудолюбива до фанатизма. Мало того что безукоризненно выполняет все мои поручения, так ещё и вечно находит себе дополнительные занятия. Прилежание — черта похвальная, однако во всём должна быть мера.
— Уход за полями можно полностью доверить ботам, да и запасов еды у нас предостаточно. Нет нужды изнурять себя трудом. Те здания, что сейчас строим, тоже не требуют немедленного завершения.
— Быть может, ты и прав, но... — на лице Эрики отражается явное смятение.
«Похоже, сама мысль о безделье лишает её покоя. Видимо, она из тех людей, кто просто не умеет сидеть сложа руки.»
— Ты трудилась не покладая рук всё это время. Давай сегодня просто отдохнём.
— Раз ты так говоришь... Хорошо, согласна.
Она послушно кивает, и я прошу её приготовить чай. Сам же отправляюсь на склад, дабы принести разные закуски, соки и особые пайки. Просмотр голографического кино немыслим без лакомств, а поскольку твердо намерен устроить девушке полноценный выходной, на обед и ужин припас нечто изысканное.
— Ого, как много всего! — глаза её округляются от удивления при виде моего скромного пиршества.
До сего дня не выносил подобные излишества из хранилища.
— Мы проведем вместе весь день, так что подготовил свои лучшие запасы.
— Твое заветное сокровище? Что ж, в предвкушении. — с улыбкой отвечает она, ставя чайник на стол и разливая ароматный напиток по чашкам.
Этот чай, приготовленный из собранных ею трав, обладает удивительно свежим вкусом.
— Ну что, выберем какой-нибудь фильм? Что бы ты хотела посмотреть? У меня есть всё: боевики, ужасы, комедии, любовные драмы и даже документалистика.
— А нет ли у тебя чего-нибудь о наёмниках? — она задумчиво прикладывает палец к подбородку, а затем произносит. — О таких людях, как ты.
— О наёмниках, говоришь... Таких произведений великое множество. Наёмники — народ универсальный: их можно сделать и главными героями, и безликой массовкой, и злодеями. Чаще всего их, конечно, изображают как пушечное мясо, которое нелепо погибает... Но тебе ведь вряд ли хочется смотреть на такое?
— Да, пожалуй. Мне бы хотелось увидеть что-то, что помогло бы понять, какую работу выполняют наёмники твоего уровня, как они живут.
— Понимаю. Я ведь действительно мало рассказывал о своей прежней профессии. Что ж, тогда давай посмотрим подборку документальных фильмов.
— С удовольствием! — пока Эрика радостно улыбается,...
— Вообще-то наёмники делятся на два основных типа. — ... копаюсь в архиве, отбирая подходящие материалы. — Есть так называемые «космические волки» — владельцы собственных кораблей, и есть все остальные, обычные солдаты удачи. Раньше относился ко второй категории, но теперь, став владельцем «Забутона», получается, и сам примкнул к первой касте.
«Сам не заметил, как это произошло. Впрочем, покупал корабль лишь для того, чтобы иметь возможность добираться до торговых станций, а не ради наёмничьих контрактов. Да и в любом случае с прошлым покончено.»
— Так вот, документалок о космических наёмниках хватает, а вот о простых пехотинцах почти ничего нет...
— Отчего так?
— Вероятно, оттого, что в нашей жизни мало блеска. Космические авантюристы, бороздящие просторы галактики, сражающиеся с пиратами и монстрами, охраняющие роскошные лайнеры — это выглядит эффектно. Да и платят им куда больше. А мы, безкорабельные наёмники. — народ приземленный. Крупные отряды, вроде того, в котором служил я, бросают в самое пекло межгосударственных конфликтов. Одиночки же зачастую немногим лучше уличных банд: работают вышибалами, охраняют злачные места в колониях или разгоняют бунтовщиков.
Просматриваю список, но поиск по слову «наёмник» действительно выдает лишь пафосные истории о героях космоса. Те же редкие кадры с пехотой показывают их либо как жалких неудачников, либо как расходный материал. Настоящими звездами наземных сражений считаются элитные морпехи великих империй, а не вольные стрелки.
— Вот, нашёл несколько фильмов о космических наёмниках. Посмотрим?
— Да.
«В конце концов, суть ремесла одна и та же. Основные моменты должны быть понятны.» — по крайней мере, так мне казалось поначалу.
— Гленн... Оказывается, жизнь наёмника такая... утонченная? Даже роскошная.
— Совсем не похоже на то, как жил я... — бормочу, закрывая лицо руками.
Эрика искренне недоумевает, а мне остается лишь стонать от возмущения.
«Что за бред показывают в документалке? Канонерская лодка с интерьером как у круизного лайнера, набитая красавицами... Это за гранью моего понимания! У них там не только автоматические кухни последнего слова техники, но даже огромный террариум в зоне отдыха. Я-то втайне гордился уютом нашей фермы, но по сравнению с этим корытом наше жильё кажется жалкой лачугой. Всегда найдется кто-то богаче, черт бы их побрал.»
— Уверен, сей малый — исключение из правил, раз о нём решили снять кино. Вообще сомневаюсь, что он существует на самом деле.
«В одиночку расправиться с целым флотом или роем кристаллических существ и не получить ни царапины? Победить в имперском турнире по фехтованию, а в реальном бою отражать лазерные залпы мечом? Да это же герой комиксов, а не живой человек!»
— Он чем-то напоминает тебя. — замечает Эрика.
— Ага-ага, раз двадцать пять! Я, конечно, справлюсь с парой пиратов, но вытворять такие безумства мне не под силу.
— Вот как? А мне он симпатичен: принимает в свою семью женщин разных рас и любит их всех одинаково. Интересно, не принадлежит ли он к Кордианской церкви?
— Скорее уж просто неисправимый бабник... Ладно, ладно! Не хотел оскорбить чувства верующих, успокойся.
Эрика в шутливой угрозе вскидывает руки, и тут же сдаюсь.
«Но всё же, когда весь экипаж состоит из одних женщин, трудно не заподозрить капитана в излишней любвеобильности. В космосе женщина на корабле наёмника чаще всего считается его личной фавориткой, таков уж негласный закон.»
— Значит, вы никогда о нём не слышали?
— О таком сумасброде — ни разу. К тому же, раз эти записи в архиве, значит, они довольно старые.
«Действие фильма разворачивается в Галактической Империи на другом конце вселенной. Точной даты нет, но подобные видеоматериалы добираются до окраин годами. Чем дальше от источника, тем дольше путь. Даже через гиперпространственные врата путь на другой край галактики занял бы годы, если лететь без остановок. Обычно такие файлы передаются из рук в руки торговцами, путешественниками или наёмниками. Сие означает, что информация распространяется случайно, по прихоти тех, кто летит по своим делам. Внутри одной империи данные передаются по сети быстро, но границы государств становятся преградой. Многие державы специально оставляют между собой неразведанные буферные зоны, где связь обрывается. Система Рибос долгое время была спорной территорией, оттого здесь всё иначе.»
— Следовательно, этот невероятный везунчик, скорее всего, давно стал частью истории.
— Понятно.
Хотя в космосе ходят легенды о «фильмах из ниоткуда». Бывает, купишь чип с данными, а там — шедевр, создателя которого невозможно отыскать. Говорят, это творчество цивилизаций, еще не вышедших в космос, чьи сигналы были перехвачены. А некоторые романтики верят, что это весточки из параллельных миров. Красивая сказка. Ученые до сих пор спорят о существовании иных реальностей, но мне, выросшему на полях сражений, все эти теории кажутся филькиной грамотой.
Впрочем, отвлекся. Суть в том, что подобные загадочные записи чаще всего имеют вполне земное происхождение с неразвитых планет. Империи обязаны наблюдать за такими мирами, и порой кто-то втихую записывает их передачи на продажу.
— А всё-таки жизнь наёмника кажется веселой. — тихо роняет девушка, пока размышляю о космических тайнах.
— Поверь, тебе лучше об этом не знать... Ничего хорошего там нет. Если ты не такой бахвал, как этот киногерой, то каждый перелет превращается в пытку от страха перед пиратами или чудовищами. Оттого-то это ремесло и считается прибыльным.
— Как жаль... Значит, мир не так уж добр.
— Вот если бы ты была в составе целого флота, как мой прежний отряд, тогда другое дело.
— Расскажите мне о нём. Хочу знать о твоей жизни.
И начинаю свой рассказ. Десять лет провел в составе крупного подразделения, базировавшегося на штурмовом авианосце. Был пехотинцем. Мы брали штурмом пиратские логова, подавляли восстания в колониях, захватывали вражеские форты и уничтожали наземные укрепления. Потери среди личного состава были колоссальными, люди сменялись один за другим. На место павших тут же приходили новобранцы.
— Какое ужасное место...
— Наверное. Но с самого детства не знал иной жизни, поэтому мне так не казалось. Была еда, была вода, крыша над головой и даже какие-то развлечения в перерывах между боями. Мне казалось, сего достаточно.
— Казалось?
— Сейчас, сравнивая ту жизнь с нашей, понимаю: разница огромна. Да, здесь у нас много работы, но она не грозит смертью. Мне радостно видеть, как наша ферма обретает форму благодаря моим трудам. Ты готовишь потрясающую еду, и мы можем вот так сидеть вдвоем в тишине. Это и есть высшее благо.
«Теперь диву даюсь, как смог выдержать тот ад почти тридцать лет. Неудивительно, что многие ломаются и уходят со службы.»
— Ну что, продолжим просмотр?
— Да, давайте смотреть дальше.
Впоследствии интерес Эрики перемещается с наемничьего ремесла на неописуемые красоты, кои можно созерцать в космосе или на иных планетах, вследствие чего мы вдвоем пристально вглядываемся в изображения и с искренним восхищением внимаем научным комментариям, объясняющим происхождение столь дивных пейзажей. Когда природа загадочных явлений раскрывается с точки зрения науки, по какой-то причине на душу ложится приятное чувство удовлетворения. Вероятно, уже через несколько дней знания выветрятся из головы, однако становится вполне очевидно, отчего подобный контент пользуется такой популярностью.
Тем временем солнце клонится к закату, и наступает пора ужина. В обед мы довольствуемся закусками и сухпайком в виде пиццы, кои извлекаю из подземного склада припасов, и вечерняя трапеза обещает быть столь же аскетичной. Сегодняшний день посвящен тому, чтобы оба мы могли предаться максимальному безделью.
— Ну что же, на ужин отведаем наше припрятанное лакомство.
— Припрятанное? Раз уж ты так говоришь, господин Гленн, наверняка нечто необычайно вкусное.
— О да, вкус отменный. Хотя выглядит, признаться, не очень.
С сими словами достаю заветный рацион из сумки, принесенной из подземного хранилища. В тот же миг Эрика с невероятной прытью отскакивает от меня. Оказавшись на безопасном расстоянии, развертывает свои экзо-конечности, принимая угрожающую позу.
«С чего бы такая реакция?»
— Г-господин Гленн? Неужели это и есть то самое лакомство... Вы ведь шутите?
— А? Нет, именно это и есть наш деликатес.
— Невозможно! Ни за что! Это абсолютно исключено! — выкрикивая слова «нет», она скрещивает руки перед лицом, образуя знак «икс». Над ее головой механические манипуляторы, на коих зловеще поблескивают опасные лезвия, в точности повторяют сей жест.
«Право слово, не стоит так категорично отвергать угощение... Неужели оно и впрямь столь ужасно? Конечно, на первый взгляд сие напоминает огромную, мерзкую букашку в вакуумной упаковке, но если рассуждать о внешней неприглядности, то это ничем не хуже потрохов какого-нибудь разделанного зверя. Эрика ведь спокойно ест субпродукты животных.»
— Вид у него, быть может, и непривычный, но вкус действительно превосходный, а уж питательная ценность и вовсе выше всяких похвал.
— И все равно — нет! Невозможно! Оно ведь выглядит точь-в-точь как гигантское насекомое! И как прикажешь такое есть?! — с выражением крайнего отвращения, какого мне еще не доводилось у нее видеть, Эрика указывает на злополучный сухпаек.
— Ну, нужно снять упаковку и вот так, прямо с головы...
— Не-е-ет!
Выслушав мои объяснения, девушка обхватывает голову руками и приседает. Тем временем ее развернутые манипуляторы начинают рассекать воздух с пугающим свистом, словно угрожая невидимому противнику.
«Прошу, прекрати это, мне и впрямь становится не по себе.»
— Эрика.
— Д-да?
— Нехорошо судить о еде, даже не попробовав ее. Разве учение Церкви не гласит о гармонии между различными расами? Неужели ты готова отвергнуть всё только из-за того, что у иного вида культура питания отличается от ее собственной?
— Ау-у-у?!
Похоже, мои слова попадают в самую цель, ибо для последовательницы веры, проповедующей межрасовое единение, любовь и мир, сие звучит как сокрушительный аргумент. Издав стон, она, хныкая и утирая слезы, покорно возвращается ко мне. Неужели всё настолько серьезно? Глядя на ее плач, невольно начинаю испытывать укоры совести.
— Если тебе совсем не по нутру, не стану неволить...
— Хнык... Но ведь ты Гленн прав!
«Проклятье, кажется, перегнул палку. Использовать веру против Эрики — затея сомнительная, впредь нужно быть осторожнее. Тем не менее, решимость ее крепка, оттого вскрываю упаковку и ножом нарезаю 'насекомое' на кусочки размером в один укус.»
Эрика наблюдает за сим процессом, едва ли не задыхаясь от волнения, отчего мне становится совсем неловко.
— Может, все же не стоит... выразился слишком резко.
— В-все в порядке. — несмотря на свои слова, она не спешит протягивать руку, посему мне приходится самому взять кусочек и поднести к ее губам. — У-у... Ам... Мм? Ой, а ведь это очень вкусно!
— Ну я же говорил.
— Но вид... Вид все равно ужасающий...
Вкус ей определенно нравится, однако внешнее обличие продукта она принять не в силах. Впрочем, со временем привыкнет. Поначалу и мне было непросто пересилить себя. Однако вкус сего лакомства заставляет забыть о любых предубеждениях: оно сливочное, насыщенное и притом совершенно не приедается.
— Ну же, ешь побольше.
— Мм... Вкусно, но как же оно выглядит...
Видеть, как Эрика тянется к кусочкам рациона с лицом, выражающим конец света, довольно забавно.
В итоге она, похоже, входит во вкус, отчего впоследствии начинает время от времени выпрашивать сей «деликатес». Однако всякий раз, когда сие угощение видят остальные члены команды, это повергает их в пучину истинного хаоса и ужаса... Впрочем, уже совсем другая история.
Несмотря на инцидент с моим «лакомством», от коего Эрика едва не разрыдалась, наши выходные плавно подходят к своему безмятежному завершению.
— Мне было очень весело. Я бы хотела еще когда-нибудь посмотреть с тобой, господином Гленом, различные голофильмы.
Мы вдвоем, наслаждаясь близостью друг друга, заканчиваем принимать ванну. Распаренная и умиротворенная девушка делится впечатлениями о том, какая сцена была интересной, а какой кадр — особенно красивым. Раз ей так понравилось, значит, мои старания затащить ее на отдых не прошли даром.
— Согласен. Давай устраивать такие ленивые дни хотя бы раз или два в неделю.
— Да, давай снова отдохнем в спокойной обстановке.
— Будем ждать следующего выходного, а завтра снова за работу.
— И то верно. Постараемся на славу.
— Лишь бы обошлось без происшествий.
В конце концов, мы находимся на планете, где общественная безопасность давно приказала долго жить, а нападения случаются по нескольку раз на дню. Сегодня нам повезло избежать серьезных неприятностей, но кто знает, что принесет завтрашний день. Хочется верить, что и завтрашние сутки пройдут в мире и спокойствии.
Благодарю вас за то, что приобрели первый том «Безликого изгоя»!
Приветствую, с вами автор — Лют. Для тех, кто видит меня впервые — приятно познакомиться! Для остальных... Что же, это снова я! В любом случае, надеюсь на ваше благорасположение и в будущем!
Итак, даже не знаю, с чего начать. Обычно в моих послесловиях рассказываю о своей жизни, об играх, в которые довелось поиграть, немного о самом романе или раскрываю скрытые детали сеттинга.
Пожалуй, последую традиции. По правде говоря, писать послесловия — не мой конек!
Что касается моих последних новостей — недавно приобрел оружие. Длинный меч, топор викинга и двуствольный обрез. Разумеется, это не боевые образцы, а реплики испанской фирмы «DENIX», однако меч почти целиком выполнен из металла и весит неимоверно много. Глядя на него, невольно думаешь, что размахивать такой штукой под силу лишь горам мышц. Впрочем, центр тяжести расположен удачно, оттого управляться с ним на удивление удобно. Я весьма доволен тем, что за разумную цену получил в руки столь аутентичные вещи.
Раз уж мы закончили с бытом, позвольте рассказать об играх!
Прежде всего, это та самая знаменитая игра об охоте на монстров. Я играл за стрелка с копьем (Ганланс) и, признаться, меня до смеха поразил механизм, буквально сочащийся жаждой убийства. Что это за устройство, предназначенное для разрушения ран? Никогда бы не подумал, что оно будет работать подобно дрели.
Также прикоснулся к последней части серии «Atelier». Персонажи там прописаны великолепно. Моим фаворитом стал некий пушистый субъект, напоминающий высокотехнологичный искусственный интеллект.
Кроме того, всерьез увлекся игрой под названием «Battle Brothers», где нужно управлять отрядом наемников. Там вы нанимаете голодающих крестьян или бывших браконьеров, сражаетесь с бандитами, волками и нежитью ради награды... В этой игре головы отлетают с характерным звуком, а взрослые мужчины испускают жалкие вопли, прежде чем испустить дух — словом, чрезвычайно увлекательно. Что? Совсем не звучит весело?! Тогда попробуйте сами, хе-хе-хе (злобно ухмыляется).
Теперь пора сказать пару слов о самом произведении.
Данная история была написана под сильным влиянием одной известной игры. Разумеется, не прямо копировал её. Темы космических кораблекрушений и освоения диких земель встречаются повсеместно — в романах, играх, аниме и кино. И все же влияние весьма значительное оказало. Впрочем, раз пишу я, то мне непременно хочется добавить побольше милых девушек. Пусть зона моих интересов расширяется! Сражающиеся сестры — это ведь круто? В конце концов, кажется, что в финале все внимание крадет мазохистичный человек-бык, но не стоит об этом беспокоиться.
Как уже упоминалось в тексте, звездная система Рибос, где разворачивается действие, долгое время была зоной конфликта множества космических империй и межзвездных государств. Планета Рибос-3 буквально усеяна их «негативным наследием». Это касается и различных человеческих рас, и оставленных здесь и одичавших видов флоры и фауны, а также биологического оружия и автономных истребителей. Из-за постоянных войн здесь не образуется единое правительство и не строятся крупные города, ибо их попросту могут снести орбитальной бомбардировкой.
Какая история будет соткана на просторах этой планеты? Пожалуйста, ждите продолжения! На сим позвольте откланяться.
Выражаю глубокую признательность моему редактору К-сану, иллюстратору Хэйро-сану и всем, кто участвовал в издании этого тома. И, конечно же, нижайший поклон вам, дорогие читатели, за то, что держите эту книгу в руках. Надеюсь, мы встретимся в следующем томе! Пусть он выйдет!
Лют...
[[image:/storage/reader-images/82b16017390214332cd804fbb1c12653703b7d61.png]]
[[image:/storage/reader-images/11b532089adc9d4de33072aa52bae2836c5a1577.png]]
[[image:/storage/reader-images/c0a725a5deec47513d1920d5d61d790728ff5f2d.png]]
Любые помехи на пути к спокойной жизни устраняются одним движением при помощи новейшего снаряжения! Неужели покой лишь снится бывшему наёмнику?!
Гленн, ставший киборгом до чуть ли не до самых кончиков ушей, проводит свои дни в трудах на ферме, расположенной на окраинной планете, в компании таких «прелестных невест»: сестры Эрики и юной торговки Лайлы. К их кругу присоединяется новая участница — синекожая девушка с щупальцами по имени Мюзен, сбежавшая из исследовательской экспедиции Церкви. Тем временем Лайла, обладающая недюжинной деловой хваткой, превращает их лавку провианта и оружия в важный перевалочный пункт для караванов, отчего округа становится всё более оживлённой.
Однако слухи о процветании сего места привлекают опасных личностей — так называемый карательный отряд Альянса Чистокровного Человечества, специализирующийся на охоте за иными расами?!
Минуют долгие годы с тех пор, как разумная жизнь устремляется к звёздам, однако, даже освоив бескрайние просторы космоса, мы по-прежнему не прекращаем вражду. Великое множество космических империй оспаривает право на господство в галактике, отчего за контроль над звёздными системами ведутся яростные сражения, а сообщение между ними поддерживается через разветвлённую сеть гиперпространственных путей.
Сия участь не обходит стороной и планету Рибос-III, где решаю обосноваться в поисках своего последнего пристанища. Звёздная система Рибос выступает своего рода буферной зоной, которую окружают три межзвёздных государства. Дабы следить друг за другом, сии державы направляют на Рибос-III свои наблюдательные корпуса, потому на планете неизменно присутствуют их экспедиционные силы. Помимо этих официальных формирований, здесь действуют и местные группировки, находящиеся под их негласным покровительством, а также бесчисленное количество независимых отрядов, предпочитающих держаться в стороне от большой политики. Вдобавок ко всему, по поверхности рыщут вышедшие из-под контроля боевые машины, одичавшее биологическое оружие и стаи мутантов, чьё происхождение остаётся загадкой; они создают зоны своего влияния и вьют гнёзда повсюду, превращая планету в арену бесконечного противостояния всех против всех.
Разумеется, никакого единого правительства здесь нет, а отсутствие законной власти влечёт за собой полный хаос, где не существует ни правопорядка, ни организаций, ответственных за безопасность. В условиях подобной анархии и раздробленности попытка нового колониста без какой-либо поддержки основать поселение на Рибосе-III выглядит сущим самоубийством.
По крайней мере, для обычного человека.
— И ведь ничему их жизнь не учит. — бормочу я, копаясь в трофеях.
— Полагаю, всё оттого, что каждый раз истребляешь их до последнего человека. — доносится в ответ насмешливый голос моей супруги.
Лайла, высокая женщина в шапочке-шиньоне, занимается тем же делом: обыскивает тела нападавших и собирает ценные вещи, доставленные ботами-погрузчиками. Она происходит из расы таурисиан, созданной на основе человеческого генотипа, и обладает статным, крепким телосложением, которое удивительным образом сочетается с деловой хваткой бывалого караванщика. Её визитную карточку — пару величественных рогов — собственноручно срезал совсем недавно, и теперь она носит головной убор, дабы скрыть следы сего преображения. В том, как она из хитрой пленницы превращается в мою спутницу жизни, немалую роль играет её коварный нрав, но, признаться, когда думаю о том, на какие ухищрения она пошла ради союза со мной, гнев стихает. Не могу сказать, что мне совсем безразлично, как ловко обвела меня вокруг пальца, но сполна отыгрываюсь в спальне, заставляя её стонать от восторга, будем считать, мы в расчёте.
— Господин Гленн! Госпожа Лайла!
Пока мы с женушкой обсуждаем, как нам быть с участившимися набегами, к нам, весело выкрикивая имена, приближается женский силуэт. Впрочем, теней две — её сопровождает легкий боевой дрон.
— Эрика, мы ещё не закончили работу. У тебя всё в порядке?
— Всё хорошо. Пришла вознести заупокойную молитву, прежде чем их тела вернутся в землю.
— Вот как. Погоди немного, мы почти закончили.
— Хорошо. — отвечает она с кроткой улыбкой.
Сию прелестную девушку зовут Эрика. В тот самый день, когда совершаю посадку на этой планете, вырываю её из лап разбойников и беру под свою защиту. Она принадлежит к расе арсодиан: под её строгим облачением монахини скрываются внешние конечности, снабжённые острыми лезвиями и прочным экзоскелетом. Эрика служит сестрой в Церкви Кордия — организации, проповедующей идеалы всеобщего человеческого единения и братства, и сейчас заведует храмом, возведённым в самом сердце моей фермы.
И, ко всему прочему, тоже моя жена.
Прибывая на эту планету, лелеял мечту создать доходное хозяйство и наслаждаться тихой жизнью в объятиях милой супруги, и вот, не проходит и месяца, как одна из целей достигнута. Только взгляните на моих жён: одна — красавица и мастерица на кухне, другая — красавица и гений торговли. Настоящий успех, не иначе. Кто бы мог подумать, что я, потерявший около восьмидесяти процентов плоти и заменивший её протезами, сохранив лишь мозг, часть органов и мужское достоинство, обзаведусь сразу двумя жёнами. Моё лицо напоминает безликую чёрную маску, и всё же это реальность.
— Гленн, не нужно так засматриваться на Эрику, лучше поторапливайся. — поддразнивает Лайла.
— Знаю, знаю. Но любуюсь не только ею, а вами обеими. Просто думаю о том, какие же у меня красавицы-жёны.
— Ох, вечно говоришь глупости... — ворчит великанша, хотя по её лицу видно, что ей приятно, и не может сдержать довольной улыбки.
«До чего же она милая в своей непосредственности.»
— Пришла.
— «Пришла» — ещё мягко сказано. — выдыхаю я, скрестив руки на груди и глядя в небо.
Всё начинается минут пятнадцать назад, когда охранный дрон поднимает тревогу. Статус сообщения — «Чрезвычайная ситуация», а система опознавания определяет цель как «Известная дружественная фракция». Гость из числа союзников, но при этом экстренный вызов... Я поначалу не понимаю, что это значит, но, взглянув на запись с камер, вижу женщину в монашеском одеянии, с головы до ног покрытую алой кровью.
— Мюзен, как ты здесь оказалась одна? И откуда на тебе столько крови?
Эту женщину, чьё облачение пропитано багрянцем, зовут Мюзен. Она, как и Эрика, состоит в Церкви Кордия. Совсем недавно сопровождала поисковый отряд, направленный на поиски Эрики, когда та считалась пропавшей без вести. Не знаю всех подробностей, но она относится к расе дисэмбр: помимо обычных рук и ног, у неё есть шесть мощных щупалец. Сила этих отростков столь велика, что ими можно без труда задушить обычного человека, не обладающего усилениями. На меня, впрочем, это не действует. Она обладает неземной красотой и кожей удивительного синего оттенка, но характер у неё весьма своеобразный. Никогда не поймёшь, что у неё на уме, к тому же чересчур любит тактильный контакт.
— Захотела и пришла, кровь почти вся чужая. Пару часов назад наткнулась на банду предаторов и перебила их.
— Понятно... Так, для начала ступай в душ и отмойся. Сменная одежда есть?
— Есть.
— Значит, первым делом — в душ. Пришлю к тебе Эрику, так что если ранена — не упрямься и дай ей подлечить тебя. Договорились?
— Хорошо.
Мюзен, за плечами которой висит объёмный баул, послушно кивает и направляется к гостевым душевым. Через Поти — боевого бота, постоянно находящегося подле женушки — передаю просьбу проведать гостью. Услышав о столкновении с бандитами, та взволнованно выкрикивает в ответ: «Уже бегу!», хотя по связи кричать совсем не обязательно.
— И что же всё это значит? — бормочу себе под нос.
Собирался заняться обслуживанием трофейного оружия, но теперь мне не до того. Неизвестно, что она наговорила в Церкви перед уходом, мне стоит связаться с ними и прояснить ситуацию.
Первым делом сообщаю в ближайший опорный пункт Церкви Кордия, что Мюзен в одиночку добралась до моей фермы и что она благополучно отбилась от группы предаторов.
Мне отвечают, что Хелена, Систия и остальные ещё не вернулись на базу. Судя по всему, Мюзен рассталась с ними в колонии, имеющей дружественные связи с Церковью, которая находится примерно в четырёх днях пути к востоку отсюда, и оттуда уже двинулась ко мне. Впрочем, истинные мотивы можно будет узнать только у неё самой. Так или иначе, уведомляю их, что Мюзен побудет под моей защитой, пока Хелена не вернётся и руководство Церкви не решит, как поступить. Со своей стороны обещаю выяснить, зачем проделала сей путь.
— И что ты намерен делать? — спрашивает Лайла, нахмурив брови.
— То же, о чём только что говорил с ними. Пока оставлю здесь. Мы ведь не чужие люди, нельзя просто выставить её за порог. — отвечаю я, пожимая плечами.
Дорожу отношениями с Церковью Кордия и намерен укреплять их и впредь. К тому же Мюзен мне симпатична. Пусть её мысли — тайна за семью печатями, она на редкость прямолинейна и лишена всякого злого умысла.
— Ну, не мне, пришедшей сюда на всё готовое, судить, но не кажется ли тебе, что ты собираешь вокруг себя слишком много дам? — усмехается Лайла.
— Кому бы говорить, но только не тебе. И всё же сомневаюсь, что Мюзен преследовала именно такую цель.
— Отчего в этом так уверен?
— Посмотри на моё лицо и тело. Я не самый завидный кавалер для девушек. Так что ни за что не осмелюсь с пафосом заявить, будто она пришла сюда, потому что без памяти влюблена в меня.
«Хотя прочность моего рта такова, что он не порвётся, даже если попытаюсь это сказать.»
Пока мы беседуем, появляется Эрика в сопровождении Мюзен. Гостья уже переоделась, и её монашеское платье сияет чистотой, не сохранив ни единого кровавого пятнышка.
— Уже связался с Церковью Кордия, — сообщаю я.
— Благодарю тебя, господин Гленн. — отзывается Эрика.
— Спасибо. — вторит ей Мюзен.
«Какая же она всё-таки послушная.»
— Я бы хотел услышать объяснения, но... — Мюзен поднимает на меня взгляд. Как и я, она почти не выказывает эмоций, её лицо остаётся бесстрастным. — ... сначала тебе нужно восполнить силы и отдохнуть. Выпей воды, плотно поешь и как следует выспись. Все разговоры — только когда приведёшь себя в порядок.
«Не знаю, насколько тщательно готовилась к переходу, но в одиночном путешествии вряд ли удаётся нормально поспать. Усталость наверняка берёт своё, а в таком состоянии связно излагать мысли трудно.»
— Ты не сердишься?
— Нет. Но позже расскажешь всё как есть. Ступай с Эрикой, поешь и ложись спать. Поняла?
— Угу, поняла.
Она кивает, подходит ближе и внезапно обнимает. Шесть её щупалец вместе с руками обвиваются вокруг моего туловища.
— Гленн, ты мне нравишься.
— Вот как, хорошо. Ну всё, иди.
— Угу.
— Эрика, присмотри за ней.
— Слушаюсь, господин Гленн.
Щупальца со скользким шорохом разжимаются, и Мюзен, отстранившись, уходит вслед за женой моей в сторону столовой.
— «Нравишься», надо же. — тянет вторая супруга.
— Неизвестно, какой смысл она в это вкладывает. Ладно, за работу.
— Слушаюсь-слушаюсь.
У Лайлы свой план по развитию фермы, и она вовсю его воплощает. Конечно, для управления рабочими ботами ей нужны мои полномочия, так что тоже принимаю в этом активное участие.
«Несмотря на внешнее спокойствие, она действительно была измотана.»
Проглотив внушительную порцию еды, приготовленную Эрикой, Мюзен проваливается в глубокий сон и просыпается лишь на следующее утро.
— Доброе утро, Мюзен.
— Доброе... спасибо за вчерашнее.
— Пустое. Не забудь поблагодарить и Эрику.
— Угу.
Та присаживается на стул рядом со мной. Несмотря на кажущуюся хрупкость, довольно крупная девушка: её рост составляет около ста семидесяти сантиметров, на целую голову выше Эрики. Впрочем, Лайла ещё массивнее — она почти под сто девяносто. А я? Мой рост — двести восемь сантиметров. Учитывая мощность и вес моих искусственных конечностей, такие пропорции идеальны.
— Доброе утречко! О, ты уже проснулась. Меня зовут Лайла, будем знакомы.
— Доброе утро. Спасибо за помощь. Я — Мюзен. Взаимно.
Таусиринка ставит завтрак на стол и протягивает руку, «осьминожка» отвечает тем же.
«Что ж, первый контакт проходит успешно.»
— Ах, Мюзен уже здесь! А я-то тебя в комнате ищу. — в дверях столовой появляется улыбающаяся Эрика.
«Надо же, заговорила в обычной манере, без привычной вежливости. Неужели это её истинное лицо? Стоит мне пристально взглянуть на неё, как краснеет и тут же испаряется.»
Лайла с тихим смешком направляется за ней.
— Она всегда такая? — спрашиваю у Мюзен.
— Среди своих — да. Наверное, перед тобой она просто старается казаться паинькой.
— Вот как.
«По-моему, Эрика в таком естественном виде очень мила, но если она смущается, не стану её поддразнивать, а то ещё обидится.»
— Ну так что, расскажешь, что стряслось? Можно прямо за едой.
— Угу.
Если вкратце пересказать то, что поведала Мюзен между укусами завтрака, картина вырисовывается следующая.
Гленн — то есть я — спас её дорогую сестру Эрику от бандитов, защитил её честь и тело, да ещё и воздвиг огромную башню связи с храмом, дабы наладить контакт с Церковью Кордия. И при всём этом реакция Церкви показалась ей вопиюще неблагодарной: они вели себя так, будто все мои благодеяния — нечто само собой разумеющееся. Исполнившись праведного гнева, решила лично посвятить себя служению ферме и вернулась.
— Но это только официальная версия. — добавляет она.
— Эй! — не выдерживаю я.
«К чему тогда была вся эта пламенная речь? Эрика от стыда уткнулась лицом в стол, а Лайла и вовсе покатывается со смеху.»
— Просто подумала, что у тебя не будет скучно.
— Ну, в этом ты права... Нападения участились, скучать не придётся.
— И ещё: ты не боишься меня и не считаешь странной. — с этими словами Мюзен начинает ощупывать мои руки и шею своими щупальцами.
«Мне-то что, за пределами этой планеты встречаются существа куда более причудливые, да и сам, если честно, не эталон человеческой красоты.»
— Ну да... господин Гленн в этом плане особенный, — соглашается Лайла, а пришедшая в себя Эрика активно кивает.
— В каком это смысле?
— Ну, к примеру, я. — начинает великанша. — Обычные мужчины-люди стараются держаться от меня подальше. Мы ведь и ростом выше, и силы в нас побольше, верно?
— Рост у тебя и впрямь внушительный. А что до силы... неужели так сильна?
— Ну, с тобой мне не тягаться... — надула губки.
«Недавно, захмелев, вызвала на поединок, и я с лёгкой ухмылкой разгромил её в пух и прах: и в борьбе, и в армрестлинге. После чего стала куда покладистее, особенно в постели, но это уже другая история.»
— Таких дисэмбр, как я, тоже боятся. Одно наше щупальце может задушить человека. — произносит Мюзен.
— Задушить, говоришь?..
Стоило мне это сказать, как щупальце, обвивавшее шею, резко сжалось. Давление приличное, но мне оно вреда не причиняет.
— Как массаж — неплохо.
— Обычный человек бы умер. Те бандиты из числа предаторов от такой силы умирали.
— Уж больно хлипкие они ребята. — констатирую я.
«Приходится бить осторожно, иначе они разлетаются в разные стороны, пачкая всё вокруг. Эрика что-то лепечет о том, что они вовсе не хлипкие, но предпочитаю этого не слышать.»
— И ты ничего не сказал про цвет моей кожи.
— Синий? По-моему, очень красиво.
— ... Вот как.
«Не знаю, что она чувствует, но её щупальца зашевелились быстрее. Что ж, весело тут у нас. Если когда-нибудь надумаю модернизировать своё тело, стоит присмотреться к щупальцам Мюзен или костяным отросткам Эрики — выглядят они практично.»
— Всё понял, в общем, ты хочешь остаться?
— Угу.
— Тогда живи здесь, пока Церковь не примет решение. Заодно узнаешь, какова жизнь на ферме, пойдёт тебе на пользу.
— Можно?
— Можно. Но имей в виду: гостьей ты будешь недолго. Свой хлеб придётся отрабатывать. Идёт?
Она решительно кивнула.
«Вот и славно. Раз может в одиночку раскидать банду, лишним такой боец не будет. А для остальной работы Эрика наверняка подберёт ей что-нибудь подходящее.»
На следующий день из Церкви вестей всё ещё нет. Эрика и Мюзен отправляются в окрестности на сбор плодов. По словам женушки, неподалёку есть роща диких яблонь; плоды их в сыром виде не очень, но для джема вполне сгодятся.
«Яблочный джем... Звучит заманчиво.»
Я же в это время занимаюсь иным делом.
— Выглядит неплохо. — замечаю я.
— Да-а, всегда мечтала о чём-то подобном! — Лайла с гордостью взирает на новое строение.
Перед нами стоит здание магазина. Снаружи ничем не примечательно, но над внутренним убранством мы потрудились на славу.
— Похоже скорее на оружейную лавку.
— Ну, так ведь трофейное оружие — наш главный товар...
Внутри на витринах разложены не только пушки, но и ножи, копья, мечи. Помимо этого, здесь красуются баночки с малиновым и яблочным джемом, сухофрукты, вяленое мясо и копчёные колбасы, а также пеммикан — калорийный сухпаёк из жира и сушёного мяса. Всё это изобилие заслуга Эрики и Лайлы. По их просьбе соорудил несколько мощных дегидраторов: если раньше сушка на солнце занимала неделю, то теперь мы справляемся за сутки.
— Хм, чтобы расширить ассортимент, нам нужны консервы или продукты сублимационной сушки. — рассуждаю я.
— В наших краях сие редкость, но в районах, где стоят корпуса наблюдателей тех трёх держав, такое встречается часто, — поясняет Лайла.
Речь идёт о трёх империях, которые делят влияние над системой Рибосы. Они снабжают свои марионеточные группировки передовыми технологиями, в том числе и пищевыми. Впрочем, такие технологии есть и в моей базе данных, посему при наличии ресурсов мог бы собрать соответствующие станки.
— Но стоит ли раскрывать все козыри? — сомневается она.
— Согласен. Хотя, если взглянуть на потолок, скрывать что-то уже поздновато.
Усмехаюсь, глядя на компактные лазерные турели, смонтированные под сводом магазина. Они слабее уличных, но против пехоты — само то. Я собрал их из дешевых лазерных пукалок и деталей, напечатанных на станке.
— А нормальные лазерные ружья можешь сделать? — спрашивает Лайла.
— Сейчас — нет. У моих линз плохая фокусировка, излучатели низкого качества, да и конденсаторы никуда не годятся. А главное — не могу производить энергоячейки.
— То есть?..
— То есть, чем штамповать мусорные лазеры, лучше собрать добротный огнестрел.
«Турели работают, потому что подключены к стационарной электросети. С переносным оружием всё сложнее: там нужны качественные накопители, чтобы обеспечить скорострельность и мощность. Без хороших конденсаторов лазерное ружьё — просто дорогая игрушка.»
— Будешь делать?
— Мы всё-таки фермеры, а не оружейный завод. Хотя для своих можно собрать несколько высокоточных образцов.
«Если, скажем, Спика и остальные останутся с нами, сделаю им пушки получше.
— Ладно, первых клиентов всё равно пока нет. О расширении подумаем позже.
— Хорошо... А как насчёт патронов?
— Патроны... Об этом подумаю.
«Сделать патроны куда проще, чем энергоячейку. Правда, материала жрут прилично... Совершенно не экологичное оружие.»
— Значит, сейчас ты строишь линию для производства боеприпасов? — уточняет зашедшая в мастерскую Мюзен.
— Ну да.
— Совсем не похоже на ферму.
— Не сыпь мне соль на рану... — даже немного понурился от её прямоты.
Мюзен протягивает щупальце и гладит меня по голове.
«Это она меня так утешает, что ли?»
На самом деле «линия» — громкое слово. Всего лишь несколько связанных станков: один делает пули, другой — гильзы, третий готовит порох и капсюли, а последний собирает всё это воедино. Схемы взял из архива технологий, так что боты справляются сами. Пока возился с обслуживанием трофеев, появилась Мюзен и задела мои нежные чувства.
— Ну, а у вас как успехи?
— Набрали много яблок. Вот.
Она достаёт из-за пазухи красный плод. Он чуть меньше кулака и ярко блестит в свете ламп.
— Это можно есть? — верчу его в руках.
«Твёрдое. Малина куда нежнее.»
— Можно сырым. Попробуй.
Откусываю кусочек.
«Хрустит приятно, но... кисло! Совсем не похоже на малину. Сладость едва уловима.»
— Кислит, однако.
— Угу, дикое ведь. Культурные сорта слаще. — Мюзен наклоняется и откусывает от того же яблока.
— Понятно. Потому вы и решили делать джем.
— Да, но ещё вкусно в пирогах или запечённое. И сушить можно.
— О-о-ох, отведал бы такое.
Мы вдвоём доедаем кислое яблоко, пока она просвещает в кулинарии. Вскоре от плода остаётся лишь огрызок.
— А сердцевину не едят?
— Это в мусор.
— Ясно.
Отправляю остатки в утилизатор, дрон-уборщик позже заберёт.
— Что-то проголодался после яблочка скушанного. Пойдём, выпросим у Эрики чего-нибудь вкусненького?
— Согласна!
Щупальца Мюзен радостно взметнулись вверх.
«Наверное, это означает восторг. Раз она довольна — значит, всё хорошо. Идём за десертом.»
Минует ещё один день. Из церкви Кордия известий по-прежнему не поступает. На сегодня планирую привлечь Мюзен к обслуживанию огнестрельного оружия, однако ещё до полудня нас посещают нежданные гости.
— Ну и ну, всё тут знатно преобразилось, а! — доносится зычный голос.
— Да уж, просто поражена… Когда мы заглядывали сюда в прошлый раз, здесь и построек-то почти не наблюдалось. — вторит ему спутница.
К ферме прибивается продовольственный караван Сэма и Джесси, которые уже наведывались к нам ради торговли. На сей раз поклажи у них заметно меньше, чем в прошлый визит.
— Сэ-э-эм… — тянет Лайла, вышедшая встречать гостей вместе со мной. Её голос звучит угрожающе-слащаво, а на губах играет такая «лучезарная» улыбка, что даже мне становится не по себе от сего зрелища.
— Лайла?! Какими судьбами ты здесь… А, впрочем, всё ясно, — Сэм понимающе кивает, заприметив отсутствие рогов на голове девушки.
«Видимо, мгновенно догадывается о подоплеке её пребывания здесь.»
— Послушай, если бы мне пришлось выбирать, кого подставить под удар — господина Безликого или тебя с компанией, выбор был бы очевиден. Можешь злиться сколько душе угодно, но извиняться не стану.
— Что верно, то верно, окажись на вашем месте, тоже без раздумий предпочла бы подставить вас, а не Гленна, но-о-о… — не договаривает, продолжая сверлить его взглядом.
— Вот видишь? К тому же раз ты сейчас стоишь подле него, значит, в итоге всё устроилось как нельзя лучше. Всё закончилось благополучно, и это главное, — Сэм беззаботно пожимает плечами.
Лайла продолжает испепелять его взором, однако слова торговца не лишены смысла: в конечном счёте ситуация сложилась именно так, как ей того хотелось. Посему сия особа ограничивается лишь гневными взглядами.
— Позже во всех подробностях разузнаю, как вы докатились до жизни такой… Ну так что, позволите нам заняться делом?
— О-о-о, разумеется! Позвольте представиться: Лайла, ответственная за торговые операции на ферме Гленна. Прошу пожаловать вон туда-а-а… — с той же пугающей ухмылкой она указывает путь к своей цитадели — лавке всякой всячины.
«Чувствую, вытрясет из них всё до последней монеты. Впрочем, предоставляю это ей. Учитывая перспективы будущих сделок, супруга вряд ли станет окончательно разрывать отношения с Сэмом и Джесси. Поскольку в будущем основой нашего экспорта должны стать сельскохозяйственные культуры и продукты их переработки, мне выгодно поддерживать добрые отношения с продовольственным караваном.» На текущий момент наш основной доход приносят трофейные стволы и добротные — а по меркам мира и вовсе высококачественные — патроны собственного производства. Что же до захваченных боеприпасов, то они не выдерживают никакой критики. Качество скачет, попадаются ржавые гильзы, а иные и вовсе дают осечки. Куда разумнее пропустить сие барахло через молекулярный сборщик, превратив в сырьё, и пересобрать заново.»
— Гленн, какая у нас работа? — прерывает мои мысли Мюзен.
— Для начала нужно позаботиться о людях из каравана. С их прошлого визита порядки здесь изменились, так что проведу экскурсию. А ты, Мюзен, следуй за мной и запоминай всё, что буду объяснять.
— Поняла.
Пока Лайла уводит Сэма и Джесси, перехватываю остальных участников каравана и разъясняю им правила пользования зоной отдыха. После недавнего обустройства территория разделена на две части. Первая — бесплатная стоянка для караванов. Мы предоставляем доступ к душу и питьевой воде, однако место для ночлега люди организуют самостоятельно на отведенном участке. По сути, кроме водоснабжения, обычное место для полевого лагеря. Вторая — платная гостевая зона. За определённую сумму постояльцы получают комфортные спальные места с работающим кондиционером и безлимитным доступом к удобствам. Стоимость составляет двадцать талеров с человека за ночь. В случае порчи имущества взимается отдельная плата. Кроме того, вне зависимости от выбранной зоны, готовы обеспечить всех желающих горячим питанием по пять талеров за порцию. Меню фиксированное, но обычно сытное рагу или густая каша с мясным блюдом.
Завершив инструктаж, препровождаю людей в бесплатную зону. Как выясняется, для любых трат им требуется одобрение предводителей — Сэма и Джесси. Вполне резонно.
— Водить каждого за руку слишком утомительно. — замечает Мюзен.
— Тут ты права. Пожалуй, стоит изготовить указатели.
— Отличная идея. Лучше всего использовать те устройства, что проецируют голограммы.
— А их не украдут?
— Вот и проверим, нет ли среди гостей сомнительных личностей. К тому же демонстрация высоких технологий лишний раз заставит их трепетать от почтения.
— Хм, возможно, ты и права.
«Голографические проекторы можно вмонтировать прямо в стены. Подобный способ подачи информации и рекламы повсеместно встречается в космических колониях, отчего кажется мне наиболее естественным.»
— Ладно, приступим.
— Угу.
Я связываюсь с Эрикой и Лайлой, докладывая, что инструкции караванщикам переданы. Попутно прошу жену-торговку уточнить у Сэма, нуждаются ли они в наших услугах, и передать ответ жене-домохозяйке. Подготовка трапезы на такую толпу требует времени.
Установив проектор на видном месте возле бесплатной зоны, мы с Мюзен увлечённо обсуждаем содержание объявлений, когда на горизонте показываются всклокоченные караващики. Вид у них такой, будто по ним проехался каток.
— Судя по вашим лицам, в убытке вы не остались, но обчистили вас знатно.
— Пощадите, господин… С такими аппетитами вашей помощницы скоро по миру пойдем. — жалуется Сэм.
— Приходите ещё, не унывайте. — ободряюще хлопаю его по плечу.
«Уверен, Лайла при всей своей жадности не стала бы заключать сделку, лишенную выгоды для обеих сторон. Вмешиваться в уже свершившийся уговор — затея пустая, так что храню молчание, решив лишь позже переговорить с женушкой. Будет досадно, если из-за чрезмерного рвения караваны перестанут к нам заглядывать.»
— Эх… Ладно, бог с ними, с деньгами. Скажите, господин, когда ожидать урожай?
— Капуста, репа и прочая зелень должны поспеть примерно через десять дней.
— … Так скоро?
— Семена у нас непростые, улучшенные сорта. Они устойчивы к болезням, холодам и созревают в кратчайшие сроки.
«Более того, они способны давать полноценное потомство (больше разрастаться, для будущего урожая давая больше плодов). Одно из трёх космических государств достигло небывалых высот в биотехнологиях, и мои запасы происходят именно оттуда. Говорят, в далекой Империи на задворках галактики существуют даже растения, на которых зреют готовые бутыли со спиртным. Звучит как небылица, но прогресс порой превращает невозможное в реальность, отчего не спешу отметать подобные слухи.»
— Десять дней… Пожалуй, так скоро мы вернуться не сможем.
— Верно… Понадобится дней двадцать, не меньше. — прикидывает Джесси.
— У нас есть продвинутое холодильное оборудование и мощные сушилки для продуктов. Так что к вашему приходу товар в любом случае будет в наличии, если, конечно, не раскупят раньше. За подробностями обращайтесь к Эрике.
«Именно она заведует у нас сельским хозяйством. Я владею ситуацией лишь в общих чертах, тогда как она досконально знает сроки созревания и объёмы каждой культуры.»
— Понял, позже переговорю с хозяйкой. Спасибо, господин.
— Не за что.
Проводив взглядом Сэма и Джесси, возвращаюсь к обсуждению вывесок, но натыкаюсь на пристальный взор Мюзен.
— Что такое?
— Когда ты рассуждаешь о делах, выглядишь очень мужественно. — прямолинейно заявляет она.
— … Вот как.
«От столь бесхитростного комплимента едва не теряюсь. Моё лицо представляет собой абсолютно гладкую чёрную маску, и хотя самому не слишком нравится нынешний облик, в такие моменты отсутствие мимики становится истинным спасением — никто не видит моего см»ущения.
— Покраснел?
— Вовсе нет.
— Правда-правда?
— Прекращай. И не вздумай тыкать в моё лицо своими щупальцами.
—Эпизод от лица Гленна—
Наступает следующий день.
И вот, наконец, приходит долгожданный сигнал от церкви Кордия. В тот момент, когд контролирую процесс обслуживания трофейных стволов, которым занимается Мюзен, и параллельно изготавливаю боеприпасы, поступает уведомление о входящем вызове.
«Сомнений нет: в такое время это могут быть только они.»
Разослав Эрике и Лайле указание собраться у терминала, зову Мюзен за собой и направляюсь к узлу связи.
— Говорит Гленн с фермы Гленна.
— Ах, господин Гленн! Какое счастье, что связь установлена. Давно не виделись, это Хелена. — голос её так и лучится облегчением.
«Неужели настолько сильно переживала за нас? Что ж, вполне вероятно.»
— Да, давненько. Похоже, вы благополучно добрались до базы. Все целы? — на ходу обмениваясь приветствиями, справляюсь о состоянии её отряда.
«Если уж на Мюзен в одиночку напали 'предаторы', то и их путь вряд ли был усыпан лепестками роз.»
— Да, у нас всё обошлось без происшествий. Слышала, на Мюзен напали?
— Группа настигла её незадолго до прибытия к ферме. К счастью, обошлось без травм, сейчас полна сил и энергии.
Пока мы беседуем, запыхавшаяся беглянка нагоняет меня и пристраивается рядом, обвивая своими щупальцами мой пояс. Длины их не хватает, чтобы сомкнуть кольцо, ведь моё тело, особенно в районе талии, весьма массивно.
— Мы у терминала. Секунду, переключаю на громкую связь.
— Жду.
Эрика и Лайла уже стоят наготове. Активирую динамики, чтобы голос Хелены заполнил помещение.
— Готово, мы слушаем.
— Благодарю. Речь пойдет о статусе Мюзен.
— Слушаю внимательно. Что решила церковь Кордия?
— Если вкратце… будем крайне признательны, если вы оставите её у себя до тех пор, пока руководство не примет окончательное решение. Нашей задачей было лишь подтверждение безопасности Эрики. Все дальнейшие шаги должны определять люди с более высоким статусом и полномочиями, коих у нашего поискового отряда нет. Кадровые вопросы вне нашей юрисдикции.
— Стало быть, юридически Мюзен сейчас…
— Э-э-эм… Числится как самовольно покинувшая расположение отряда без официального разрешения.
Невольно прижимаю ладонь ко лбу и сокрушённо вздыхаю.
«Будь мы в наёмничьем отряде, за такое полагался бы расстрел без суда и следствия. Надеюсь, устав церкви Кордия более гуманен.»
— У неё, видишь ли, были свои резоны.
— Готова их выслушать.
С некоторым облегчением пересказываю Хелене те «официальные причины», которые Мюзен изложила мне накануне. Сама же виновница торжества стоит рядом и безмолвно подбадривает жестами.
«Стоило, пожалуй, заставить её объясняться самостоятельно.»
— Понятно, доводы ясны. Действительно, церковь не вполне чётко обозначила, как именно планирует отблагодарить вас за оказанную помощь. Это упущение с нашей стороны. Однако…
— Однако?..
— Это ведь лишь предлог, верно? Если в случае с Эрикой или Систией ещё можно представить, то Мюзен… Не верю, что она решилась бы на дезертирство только ради защиты ваших интересов, господин Гленн.
«Тебя раскусили, Мюзен. Сколько ни обижайся на терминал и ни поджимай губы, подруга твоё недовольство не увидит.»
— Соблюдение приличий — вещь необходимая. — вставляю я.
— Согласна. А что думаете вы сами, господин Гленн?
— Пока что мы ладим. Она исполнительна, у неё умелые руки и недюжинная сила. К тому же подмечает детали, ускользающие от моего взора, и вносит дельные предложения.
Стоит похвалить её, как Мюзен расплывается в довольной ухмылке и принимается легонько похлопывать щупальцами по спине. Эрика почему-то тоже протягивает свои экзоконечности и начинает тыкать в живот тупой стороной лезвия.
«Отчего она вдруг надулась? Лайла, хватит хихикать, лучше угомони Эрику. Если она перепутает сторону клинка, от моей рубашки останутся одни лохмотья.»
— В общем, если есть возможность уладить дело миром — сделайте это. Спасение Эрики, постройка убежища и налаживание связи — всё это была моя инициатива, и не собираюсь ничего требовать от церкви. Хотя, разумеется, от благодарности не откажусь.
— … Я вас услышала. — Хелена на несколько секунд замолкает, обдумывая мои слова. — Отчёт о деле уже передан руководству, вердикт будет вынесен в ближайшие дни. Сообщу вам о результате, а пока, пожалуйста, позаботьтесь о Мюзен.
— Договорились. Когда заглянете к нам в следующий раз, угощу вас свежим урожаем, ждите с нетерпением.
— Обязательно. До связи.
— Конец связи.
Стоит мне отключиться, как Мюзен буквально повисает на мне, запутывая свои щупальца в моих конечностях.
— Люблю тебя, Гленн!
— Да-да, полегче… Эй, Эрика, ты-то куда?!
— …
Та утыкается лбом мне в живот и начинает настойчиво тереться.
«Что за напасть? Неужто ревнует к Мюзен? До чего же странные существа. Впрочем, довольно милые.»
— О-о-о, «сестринский сэндвич» с самого утра… А у вас отличный вкус, господин Гленн! — язвит Лайла.
— А у тебя, погляжу, скверная привычка насмехаться над другими.
— Какая колкость! Но мне даже нравится. Хе-хе.
— Тебя мне точно никогда не понять…
Под тяжестью тел и в кольце цепких щупалец мне остается лишь издать протяжный, полный смирения вздох.
— Значит, с утра пораньше забавляетесь любовными утехами?
— Забавляемся… Ну, можно и так сказать.
Пока руковожу возведением оборонительной стены, сверяясь с данными разведывательных дронов, ко мне ленивой походкой приближается Сэм. Как и в прошлый раз, они планируют переждать ночь, набраться сил и выдвинуться в путь завтра.
— Завидую белой завистью. Мало того что при тебе Эрика и Лайла, так ещё и сестра от Кордии… Сразу видно, у человека, решившего в одиночку основать ферму в такой глуши, мужской энергии хоть отбавляй.
— Буду считать это комплиментом. А как у тебя на личном фронте? Семья есть?
— Дома ждут жена и две дочки. Правда, в последнее время девчонки стали ко мне холодны… — он понуро опускает плечи.
«Небось подозревают его в интрижке с Джесси? Впрочем, лезть в чужую семью не намерен.»
— Кстати, насчёт этого… — Сэм не успевает договорить — над фермой разносится оглушительный вой сирены.
Оставив вздрогнувшего торговца, мгновенно подключаюсь к камерам дронов, патрулирующих периметр.
— Ого, какие интересные личности к нам пожаловали.
«В объектив попадает стая истинных чудовищ из металла. Поцарапанная броня, зловещий блеск оптических сенсоров. Громоздкие головы с мощными челюстями переходят в длинные членистые сегменты тел. Множество ног, оснащённых острыми когтями, слаженно движутся, неся на себе эту массу. На спинах и боках тварей закреплено по три орудия. Судя по форме — метательное оружие, а если свериться с базой данных… Есть совпадение.»
— Автономные истребительные орудия типа «Сентипид» (Многоножка). Хм, оснащены койлганами. Броня — тройной композит с высокоэффективной системой зарядки от солнечного света… Вот оно как.
«Мощность этих электромагнитных пушек впечатляет. Прямое попадание в нашего легкого боевого робота обернется его мгновенным уничтожением. Да и мне мало не покажется, попади под раздачу. Впрочем, подставляться не собираюсь.»
— Койлгны… Механические многоножки?! Сколько их?! — вопит Сэм.
— Четыре «сентипида». И ещё восемь человекоподобных машин. Это модель «солдат». Тоже с койлганами, но поменьше, плюс клинки для ближнего боя.
«Огневая мощь 'солдат' уступает старшим моделям, однако превосходит винтовку Эрики.»
— Двенадцать боевых машин… Это конец! Что нам делать?!
— Ох, это дурно.
— Проклятье… Мы поможем чем сможем, попробуем отогнать их…
— Будет крайне скверно, если в пылу сражения разнесу ценные запчасти. Нужно решить, как прикончить их поаккуратнее…
«Энергокапсулы, способные питать такие пушки, мне жизненно необходимы. Да и материалы, из которых изготовлены сами койлганы, весьма высокого качества. Внутренние компоненты тоже пойдут в дело. Обязан захватить их максимально целыми.»
— … Так. Нам просто сидеть тихо? — переспрашивает опешивший Сэм.
— А? Да. Если не хотите помереть, бегите в церковное убежище.
«Лезть на рожон против такой мощи скучно. Пожалуй, пришло время для 'того самого'.»
Основным инструментом обнаружения у боевых роботов служат оптические сенсоры. Однако их диапазон гораздо шире человеческого: они видят не только свет, но и инфракрасное излучение. По сути, это термооптические датчики. Чтобы обмануть такую систему, необходимо маскироваться сразу в двух спектрах. Это и называется «термооптическим камуфляжем».
— Господин Гленн, вы действительно пойдете в одиночку? — доносится голос из передатчика.
— Именно. Просто уничтожить их можно и издалека, расстреляв из лазеров, но мне нужны их детали в сохранности.
Под аккомпанемент резких хлопков рассекаемого воздуха — это враги прощупывают территорию — стремительно сближаюсь с группой захватчиков. «Солдаты» поддержки пару раз наводят сенсоры в мою сторону, но не находят цели. Оно и неудивительно. На мне накидка типа «Хамелеон-Термал», которая в реальном времени проецирует изображение окружения на поверхность ткани и одновременно блокирует тепло моего тела, выравнивая внешнюю температуру с окружающей средой.
Впрочем, обманывать технику вечно невозможно — чем ближе дистанция, тем выше шанс демаскировки. Будь у меня снаряжение побогаче, с универсальной мимикрией, я бы хоть вплотную подошел… Но такие игрушки стоят баснословных денег. Особенно на мои габариты. Раньше не видел смысла тратиться на излишества, ведь на короткой дистанции и так способен сократить разрыв в мгновение ока.
«Пора. — мои боты уже вовсю отвлекают врага своим 'танцем' — хаотичными маневрами уклонения. — Будет обидно, если их зацепят. — проверив, как лежат в руках зажатые обратным хватом клинки, я выбираю момент. — Пошёл!»
Мощный толчок, прыжок — и мои ножи вонзаются точно в уязвимое место «сентипида», где расположен основной процессор. Благодаря архиву данных знаю об этих машинах всё: от характеристик брони до каждой точки пайки. Многоножка мгновенно затихает, превращаясь в груду металлолома. Их хваленая тройная броня, устойчивая к пулям, пасует перед плазменными ножами, которые плавят композит как бумагу.
— Би-и-и-ип! — один из «солдат» замечает мою атаку и поднимает тревогу.
Поздно. К этому моменту уже разделываюсь с третьим «Сентипидом».
— Медленно, слишком медленно.
— БИ-И-И-И-И-ИП!!!
Когда четвертая махина падает замертво, на меня бросается один из «Солдат», занося клинок для удара. Легко ухожу от нисходящего выпада и вгоняю плазменный нож ему в бок, выводя машину из строя.
— Вполне ожидаемо.
«Оставшиеся семь роботов синхронно отступают, беря меня в кольцо. Типичная тактика: один связывает боем, остальные расстреливают. Эффективно против любого, но не против бывшего наемника с рефлексами, лучше чем у машины.»
Воздух взрывается серией хлопков — снаряды, несущие в три раза больше энергии, чем пули Эрики, устремляются ко мне… и разбиваются о невидимую преграду, осыпаясь искрами.
— Простите, ребята, но ваш горох не пробьёт мой щит. — в моей груди гудит антиматериевое ядро. Будь это залп тяжелых орудий «сентипида», щит мог бы и просесть после десятка попаданий, но эти малютки мне нипочем. — А теперь приступим к сбору урожая.
Броню «солдат» могу пробить даже голыми руками. Плазменные ножи использовать сейчас неудобно — они конфликтуют с полем щита.
«Что ж, разнесу их так. Постараюсь быть нежным, чтобы не повредить начинку.»
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица Джесси—
— Не могу поверить… Он дерётся с машинами врукопашную.
Сэм наблюдает, как после каждого удара или пинка Гленна вооруженные до зубов роботы валятся наземь. Броню этих тварей наши пушки берут с трудом, а тут — голыми руками… Хотя, если это Гленн, то удивляться не стоит. Таков уж этот человек.
— Слушай, в него же только что попали, несколько раз!
— Вижу, но ему хоть бы хны… От этих пушек руки-ноги должны отлетать, а он даже не пошатнулся. — отвечает Джесси, не отрываясь от бинокля.
— Всё кончено…
— Да уж… Пяти минут не прошло.
Последний робот затихает. Гленн не спеша обходит поле боя, добивая выживших своим светящимся кинжалом.
«Ах да, он же что-то говорил про запчасти.»
— Что это за светящийся нож такой?
— Не знаю, но техника явно запредельная.
Гленн одним ударом уложил стальных мутантов. Похоже, эта штука игнорирует любую защиту.
«Но знать, куда именно бить… Видимо, ведал их слабые стороны. И это знание пугает больше всего.»
— Ни за что.
— Полностью согласна. Даже не думай.
«Что бы ни случилось, ссориться с этим господином нельзя. Вернусь на базу — вправлю мозги нашему лидеру. Если не послушает и вздумает пойти против Гленна, заберу семью, караванщиков и сбегу сюда. Без вариантов.»
—Конец эпизода от лица Джесси—
—Эпизод от лица Гленна—
— Вы ранены?! Всё в порядке?! — Эрика подбегает ко мне и начинает бесцеремонно ощупывать.
— Я в полном здравии.
Она запускает руки под маскировочную накидку, проверяя каждый сантиметр.
«Вообще-то, если на плаще нет ни единой дырки, логично предположить, что и я цел.»
— В тебя стреляли. — подает голос Мюзен.
— Было дело.
— Почему ты жив?
— Я непобедим.
«На самом деле просто активировал персональный щит, встроенный в брюшную секцию. Огонь многоножек был опасен из-за скорострельности, поэтому и использовал маскировку с приманками, чтобы зайти с фланга. Как только дистанция сократилась, исход был предрешен. Всё прошло идеально, трофеи в отличном состоянии.»
— Это ведь та технология щита, верно-о-о? — щурится Лайла.
— Ты осведомлена лучше, чем я думал.
— Слышала краем уха, что «наверху» есть такие штуки… Барьер, который не пропускает пули.
— В общих чертах так и есть.
Мюзен, услышав наш разговор, начинает методично шлёпать щупальцами по корпусу, но сейчас это бесполезно — щит отключен. Система сильно греется, и если гонять её постоянно, на моей броне можно будет жарить бекон.
— То, что ты цел — замечательно… Но зачем нам груда металлолома? — Эрика указывает на туши роботов.
— Это не металлолом, а сокровищница редких компонентов. Каждая деталь пойдет в дело. Это в сто крат полезнее «предаторов», которые годятся только на удобрения.
«Итак, с чего бы начать разборку?»
Какие же ценные трофеи удается извлечь из поверженной на сей раз автономной машины уничтожения? По совести говоря, полезным оказывается решительно всё, однако наибольший интерес представляют детали, имеющие отношение к вооружению.
Например, энергетические накопители здесь на порядок массивнее и объемнее тех, что использую в своем противопехотном лазерном оружии, при том что их характеристики не слишком разнятся. Впрочем, сие неудивительно, ведь данные образцы принадлежат к технологиям прошлых поколений. Однако сей факт вовсе не означает, что они бесполезны.
Энергетический накопитель, способный аккумулировать колоссальный объем энергии и высвобождать её по первому требованию, представляет собой своего рода «сердце» любого высокотехнологичного вооружения — будь то электромагнитные ускорители или лазерные пушки. Разумеется, сфера их применения не ограничивается одними лишь убийствами. К примеру, в моей мастерской такие устройства служат ключевыми узлами в станках для производства боеприпасов.
— Вот так обстоят дела. Теперь понимаете?
— Я уяснила, что сия вещь невероятно важна, но всё же... — Эрика озадаченно склоняет голову.
— Ну, в целом, ожидаемая реакция. — вздыхаю я.
«Ни в коем случае не хочу их принижать, но между моим пониманием технологий и знаниями жены с другими спутницами пролегает целая пропасть. Оттого и неудивительно, что осознать истинную ценность накопителя им непросто.»
— И что ты собираешься из него смастерить? — Мюзен, поводя щупальцами, аккуратно тычет пальцем в массивный блок размером с детскую голову, извлеченный из недр робота-многоножки.
— Что именно... Хм. Можно пустить его на создание нового оружия, а можно сконструировать какой-нибудь полезный в быту прибор.
«Впрочем, на данный момент мне не приходит в голову ни одно устройство, требующее столь продвинутых технологий и высокой мощности. С другой стороны, основные узлы крупнокалиберной пушки Гаусса, снятой с 'многоножки', уцелели. Быть может, стоит собрать на их основе трехорудийную турель? Против местных разбойников, не обладающих технологиями силовых щитов, сие средство окажется неоценимым подспорьем.»
— Ну-у, сейчас в любом сражении Гленн справляется со всем в одиночку... Да и лазерное оружие, которое принес с собой, куда мощнее местного, не так ли? — тянет Лайла.
— Верно.
«Если не брать в расчет стационарные турели, острой необходимости в создании переносной электромагнитной винтовки вроде как и нет. С другой стороны, высокотехнологичное оружие, собранное исключительно из местных ресурсов — более мощное, чем здешние поделки, но уступающее моим личным арсеналам — может послужить отличным 'пугалом' для демонстрации силы.»
— У меня тут возникла одна идея... — начинаю и излагаю свои мысли по поводу создания переносного ускорителя масс для «показательных выступлений».
— Хм-м... Честно говоря, когда у нас уже есть лазерные турели, особого смысла в этом не видится. Однако иметь при себе продвинутую пушку, которую можно использовать повседневно, не привлекая лишнего внимания к основному снаряжению — мысль здравая. — соглашается Лайла.
— Вот именно. Лазеры можно держать в секрете, используя в обычных стычках электромагнитные установки.
«Признаться, лазерные турели для местных банд — явный избыток мощи. По крайней мере, судя по тем наблюдениям, что успел провести. Приходится признать: уровень технического развития планеты оказался еще ниже, чем предполагал вначале. Что ж, способен учиться на своих ошибках и признавать неверные суждения.»
— В таком случае, попробую собрать оружие и турель, используя части от пушек «многоножки» и обычных солдат-автоматов. К счастью, материалов теперь в избытке.
— Тогда мы с Эрикой присмотрим за Сэмом и его людьми, а это дело оставляем на тебя. — бодро заявляет Лайла.
— Договорились.
— Помогу, — добавляет Мюзен.
Осьминожка воодушевленно вскидывает руки и щупальца, но, поскольку работа начинается с чертежей, помочь ей пока нечем.
«Увы, милая, придется подождать.»
От идеи встроить огромный накопитель непосредственно в корпус оружия в итоге отказываюсь. Сие сделало бы винтовку непомерно тяжелой и громоздкой, лишив её всякой эргономики. Я-то справлюсь, но вот любому другому человеку управиться с такой махиной будет не под силу.
— Итак, представляю вашему вниманию результат моих трудов.
Спустя несколько дней собираю Эрику и остальных на стрельбище для презентации.
«Вы спросите, как там караван караван Сэма и Джесси? Эти поставщики рес... кхм, то есть, добрые люди, отправились в путь на следующий же день после нападения машин, прихватив с собой изрядный запас нашей соли. Но сейчас речь о новой винтовке.»
— Это ведь... винтовка с рычажным взводом?
— Именно так. Взял за основу знакомую конструкцию.
Эрика берет оружие в руки и принимается внимательно его изучать, поворачивая так и эдак. Подобные винтовки здесь в ходу: в них перезарядка и выброс гильзы осуществляются движением рычага, совмещенного со спусковой скобой. В моем же случае выбрасывать гильзу не нужно, посему данное движение лишь досылает следующий снаряд в камеру ускорения.
— Сейчас продемонстрирую её в деле. — договорив, закрепляю на поясе футляр с накопителем размером с кулак и подсоединяю кабель к винтовке, которую возвращает жена. — Я решил не впихивать накопитель в саму пушку. Раздельное ношение служит своего рода предохранителем от случайного выстрела: нет контакта — нет выстрела.
— О-о, разумно, — с интересом произносит Лайла, не сводя глаз с поясного модуля. — А это пули?
— Да. Сердечник из металла высокой плотности в магнитной оболочке. Тяжелее, чем кажется, верно?
— Угу.
— В трубчатый магазин под стволом их помещается тридцать пять штук.
— Внушительный боезапас.
— Правда, перезарядка — дело муторное.
Снаряжать магазин приходится по одной пуле, что в пылу сражения может стать проблемой. Сие определенно требует доработки. Возможно, в будущем стоит перейти на барабанные или шнековые магазины, но для прототипа сойдет и так.
— Стреляю! — вскидываю новое оружие — «Койл-репитер» — и спускаю крючок.
*Хлёсткий хлопок!* — снаряд на гиперзвуке разрезает воздух, и мишень — бревно толщиной в мою руку — разлетается в щепки.
*Кац-клац* — легкий металлический звук рычага, досылающего снаряд.
Снова выстрел. Очередной сочный хлопок, и дальняя мишень превращается в труху.
— Постойте... кажется, эта штука мощнее пушек тех роботов-солдат?
— Калибр меньше, но по убойной силе приближается к орудиям «многоножек». Доработал ствол и сами снаряды. Поверьте, эта крошка прошьет даже броню механического «сентипида», гарантирую.
«Пусть это пока лишь опытный образец, его характеристик более чем достаточно для реального боя.»
— Массовое производство ведь невозможно, так?
— Здесь используется накопитель уровня «солдата», достать комплектующие непросто. Да и продавать такое на сторону нельзя: у покупателей банально не будет генераторов для подзарядки модулей.
«Даже если винтовку украдут, она превратится в бесполезный кусок металла, как только иссякнет заряд в переносном блоке. Сия особенность невольно стала отличной защитой от кражи и использования трофея врагом.»
— Жаль... Я-то думала, у нас появится новый товар для продажи.
— Послушай, Лайла, у нас тут ферма, а не оружейный завод. Странно было бы торговать такими вещами.
— Господин Гленн, половину нашего дохода составляют отремонтированные тобой трофеи и боеприпасы. Не кажется, что слова несколько расходятся с делом? — лиса улыбается столь лучезарно, что предпочту отвернуться.
«Я просто делаю всё, что в моих силах. Моей вины тут нет.»
—Конец эпизода от лица Гленна—
Проходит несколько дней после завершения работы над «Койл-репитером». Жизнь течет мирно. Эрика сообщает, что скоро наступит пора собирать урожай репы, капусты и прочей зелени. Овощи заметно налились соком и так и пышут жизненной силой.
«А что винтовка? Один раз я взял её на охоту, но тушу дичи буквально разорвало пополам, отчего возникли лишние хлопоты. Пришлось в спешном порядке добавлять регулятор мощности. Теперь она служит мне верой и правдой.»
— Сегодня так спокойно.
— Согласен.
— Теплы-ынь...
Мы с Эрикой и Мюзен сидим в тени навеса у поля, лениво потягивая чай и наблюдая за работой сельскохозяйственных дронов. Этот напиток, приготовленный из собранных девушками диких трав, обладает освежающим ароматом и приятной горчинкой. Эрика даже пересадила несколько кустов в кадки и теперь заботливо за ними ухаживает.
«Отчего же мы так бездельничаем? Просто на текущий момент все дела переделаны. Трофейное оружие приведено в порядок, обломки машин переработаны в ресурсы. Из остатков собрал еще два «койл-репитера», а всё прочее пустил на установку турелей вдоль оборонительной стены. Теперь, когда стены возведены, логично было бы заняться ПВО или силовыми щитами, однако закрома опустели — стройка поглотила прорву материалов. Сейчас все рабочие дроны разосланы на поиск и добычу ресурсов.»
— Лайла-сан такая трудяга.
— Она, верно, трудоголик или типа того.
Вторая жена в одиночестве весело порхает над списками запасов, проводит инвентаризацию и высчитывает будущую прибыль. Похоже, и впрямь получает от этого удовольствие.
— Я думала, Гленн такой же.
— Прибыл на планету как раз для того, чтобы наслаждаться неспешной жизнью.
«Если есть работа — я её сделаю. Но если нет — буду отдыхать. В конце концов, завязал с наемничеством ради покоя. Было бы глупо метаться от безделья, когда этот самый покой наконец обретен. — только делюсь этими мыслями с осьминожкой, как на терминале вспыхивает уведомление о входящем вызове. — Нашу частоту знает разве что церковь Кордия. Неужели решили вопрос с Мюзен?» — с сими мыслями открываю канал связи.
— Слушаю, ферма Гленна.
— Ферма Гленна?! Это та, что появилась на востоке пару дней пути назад?! Говорит Лейксайд! На нас напала враждебная община, умоляю, пришлите помощь!
«Вот же... С чего бы вдруг? Похоже, ошибся, решив, что это церковь. Вместо этого — вопль о помощи от невесть кого. Судя по настройкам, вызывающий просто вещал на всех частотах в надежде, что кто-то откликнется. И надо же было ему попасть именно на нашу.»
— Вы ошиблись адресом. Нам сие неинтересно, отключаюсь.
— Постой, постой! Прошу, выслушай! Я слышал о вашей ферме от каравана таурисианок! Говорили, какой-то пришелец сверху начал строиться!
— Рад за него. Прощай.
Разрываю связь.
Вспоминаю, как при первой встрече Лайла упоминала о каком-то поселении у западного озера. Вероятно, звонили оттуда.
«'Пару дней пути', говорите? Если обычный человек с поклажей проходит в день километров тридцать, значит, до них от девяноста до ста пятидесяти километров. Я бы мог преодолеть это расстояние за день бегом, но совершать этакие подвиги ради незнакомцев нет ни малейшего желания.»
Тут же поступает новый вызов. Опять этот Лейксайд.
— Что случилось, господин Гленн? — Эрика заглядывает мне в лицо.
«Не думаю, что на моей маске можно что-то прочесть, но у неё поразительное чутье на мои эмоции. Ладно, стоит рассказать. Только уведомление выключу, а то орет противно.»
— Какие-то люди из Лейксайда несут чушь и требуют помощи, утверждая, что их атакуют. Я их игнорирую.
— Чушь? — Мюзен склоняет голову, забавно сворачивая кончик щупальца знаком вопроса.
«Артистично, ничего не скажешь.»
— Требуют, чтобы мы немедленно выслали подмогу против какой-то общины.
— Ну, это уж слишком...
— Наглость.
Даже смиренные сестры из церкви Кордия единодушны в оценке.
«Приятно видеть, что хоть в чем-то наши взгляды на жизнь совпадают.»
— Мы с ними даже не знакомы, никакого обмена не было, а они с первого же слова выставляют требования...
— Согласен. Но, кажется, это знакомые Лайлы. Пожалуй, стоит позвать её.
Вызываю жену, объявив о «чрезвычайной ситуации».
— Для «чрезвычайной ситуации» выглядите чересчур расслабленно. — замечает прибежавшая Лайла, глядя на нас, мирно пьющих чай.
— Извини, но дело и впрямь срочное. По крайней мере, для тех, кто на другом конце провода. — предлагаю ей присесть и вкратце обрисовываю ситуацию с Лейксайдом.
— Хм-м... У меня есть там знакомые, но мы не настолько в близких отношениях, чтобы идти на их зов «спасите-помогите». — Лайла задумчиво подпирает щеку, скрестив руки на груди.
Мюзен почему-то решает повторить её позу, забавно выпятив грудь, а Эрика при виде сего лишь печально вздыхает. Успокойся, Эрика, ты вполне нормальная, просто эти двое — аномалии. Одна слизь-переросток, а другая современник коровы.»
— Может, мне самой с ними поговорить? Господин Гленн, если захочешь, ведь сможешь им помочь?
— Способы есть.
«Можно использовать малый шатл, но не хочу светить его перед другими фракциями. Можно добежать, но это утомительно. Значит, вариант номер три: если нет транспорта — нужно его собрать. Полноприводный вездеход на антигравах — дорого, а вот колесная машина обойдется в копейки. Раньше нужды не было, но у меня как раз завалялись малые накопители для высокомобильной техники.»
— Что ж, пойдем к терминалу. Послушаем, что они там поют.
— Вы на связи?! Эй! Кто обрывает связь на полусло...
— Хавальники на тон пониже сделали. И если дальше чебурду нести будете, отрублю возможность вам звонить сюда раз и навсегда, ясно? А голосочек-то узнаю, это ты, сынишка-недотепа Дэнниса, да?
«Ого, Лайла начала с мощного хука. У Эрики даже глаза округлились.»
— А?.. Что?! Этот голос...
— Да-да, Лайла из каравана таурисианок, бывала у вас не раз. Где Дэннис?
— О-отец... словил пулю и слег... Но это неважно, помогите нам! Мы их отогнали, но ситуация дрянь! Люди из общины Итуруп наседают снова и снова!
«Община Итуруп... Кажется, те самые ребята, что пытались преследовать Лайлу и Спику, но были мной уничтожены. Видимо, проредил их недостаточно тщательно, раз они всё еще активничают.»
— С какой стати ферма должна вам помогать? У нас нет перед вами никаких обязательств.
— Н-но как же... на кону человеческие жизни!
— Ах, помилуйте. Жизнь незнакомца, с которым нас не связывают никакие интересы, не стоит и одного патрона. — женушка холодно усмехается.
«Жутковатое зрелище. Даже Мюзен спряталась за Эрику, обвив её щупальцами.»
— Если мы поможем, что предложите взамен?
— Мы... заплатим! Деньгами! Примерно три тысячи...
— Три тысячи? Не смеши меня. Если хотите спасти поселение от гибели, добавьте к этой сумме нолик. И что значит «примерно»? Если не можете назвать точную цифру, значит, совершенно не владеете финансовой ситуацией. Разговор окончен. Разбудите Дэнниса, если он еще жив.
«Беспощадна. Пока они препираются, отправляю дронам команду на сборку 'колес'. Пригодится и для наших вылазок за травами.»
— Отец без сознания...
— И что с того? Даже если соглашусь на ваши пустые обещания, нет никакой гарантии, что их выполните. Посему — прощайте.
— Жди! Ладно! Я... попробую его растолкать! Только не отключайся!
Звуки на той стороне стихают — видимо, «недотепа» убежал выполнять указание.
— Боже, ну что за люди? Пытаться вести переговоры, не имея ни полномочий, ни понимания бюджета... Просто смешно.
— Солидарен.
— Полностью согласна. — вторит Эрика, пока Мюзен продолжает дрожать за её спиной.
— А какова вообще цена подобных услуг на рынке?
— Да нет никакого рынка. Обычно за сие отдают всё ценное до последней нитки. Другое дело, если бы у нас были давние связи или их исчезновение ударило бы по нам... но с Лейксайдом ничего не связывает.
«Логично. Нашими 'линиями жизни' сейчас являются Сэм, Джесси и караван таурисианок (и другие группы их рода). Обеспечение безопасности торговых путей — вот наш приоритет. Рано или поздно придется зачищать округу от тех, кто мешает торговле. В справочнике 'Как выжить на окраине мира' об этом тоже упоминалось: оборона — лишь полдела, нужно устранять внешние угрозы.»
— С другой стороны, Итуруп под боком — это досадно. Если они захватят Лейксайд, то создадут плацдарм и начнут донимать и нас.
— Возможно, но наши воины скоро уничтожат несколько их лагерей в отместку за нападение на караван. Так что сия угроза скоро сойдет на нет, — Лайла явно верит в силу своей общины.
«Значит, Итуруп просто пытаются найти новое место, пока их не прижали? В любом случае, если Лейксайд не предложит достойную цену, марать руки нет смысла. Посмотрим, сможет ли Дэннис встать с кровати.»
—Эпизод от лица Гленна—
— Мой обалдуй... натворил дел... Прошу прощения за беспокойство... — спустя некоторое время из динамика раздается хриплый, едва живой голос.
«Видимо, это и есть Дэннис.»
— Давно не слышались. Похоже, вас прижали к стенке?
— Не буду юлить — дела хуже некуда. Их много, и снаряжены прилично. Стену пробили, завязалась свалка, ну и меня зацепило... — слышен надсадный кашель.
«Похоже, дело дрянь. Раз стену пробили, значит, в ход пошли ракетницы или взрывчатка.»
— Я теперь человек фермы Гленна, и если хотите помощи, то должны предложить нечто выгодное моему боссу.
— Хм... любопытно, но сейчас не до расспросов. Мы наскребли 18000 таларов. Если этого мало — забирайте из наших запасов всё, что приглянется.
— Ясно. А что по силам врага?
— Было около шестидесяти. Двадцатку мы положили, но и у нас многие ранены.
Лайла вопросительно смотрит на меня. Я киваю.
«Сорок человек, часть из которых ранена? Да их голыми руками передушу, если нападу внезапно. А с лазерной винтовкой даже не поймут, откуда пришла смерть.»
— Повисите на линии, уточню у босса. — Лайла отключает микрофон. — Господин Гленн, если для тебя это не составит труда, предложение заманчивое. В их закромах могут быть запчасти роботов, контейнеры, сброшенные с орбиты, или просто «непонятный хлам».
— Непонятный хлам, в котором могу распознать сокровище?
— Именно. Но будьте осторожны: когда придет время платить, они могут попытаться увильнуть от обязательств или даже напасть толпой, чтобы не отдавать долг.
— В таком случае — всех в расход.
— Ну... ожидаемо. Ты-то, конечно, выберешься невредимым, но тогда Лейксайд станет нашим врагом.
Эрика и Мюзен смотрят на нас с явным сомнением. Хоть их религия и проповедует дружбу, перспектива тотальной зачистки поселения их не радует.
— Главное, чтобы был в безопасности.
— Угу.
— Приятно слышать. Я не собираюсь трогать мирных, но если дело дойдет до боя... пути назад не будет. Если они потеряют всех бойцов, поселение всё равно долго не протянет.
— Может, стоит взять с собой медикаменты? — предлагает Лайла.
— Хм... Если это уменьшит их желание всадить мне нож в спину и заставит чувствовать себя обязанными, то смысл есть.
«Это своего рода инвестиция в будущее. Если просто заберу их богатства, у них останется лишь обида. Но если спасу их жизни и бесплатно оставлю редкие лекарства, образ 'безжалостного наемника' померкнет. Это как проставиться друзьям после крупного выигрыша в карты, чтобы не возникло зависти.»
— Решено. Соседи всё-таки, стоит наладить контакт. Лайла, скажи им, что я выезжаю.
— Слушаюсь.
Подготовка занимает около трех часов. Оседлав свой новый транспорт — «байк», мчусь по заранее проложенному маршруту через пустошь.
Высокочастотный свист мотора аккомпанирует моему бегу на запад со скоростью сто километров в час. Мой новый «скакун» — трехколесный мотоцикл типа «обратный трайк» (два колеса спереди, одно сзади). Он оснащен продвинутой подвеской, идеально подходящей для бездорожья. Заряда накопителя хватает на две тысячи километров, а если иссякнет — можно запитать мотор от обычных энергопакетов для лазеров. Грузоподъемность позволяет взять еще килограмм тридцать снаряжения сверх моего веса.
— А ведь... весьма недурно.
Впервые с момента прибытия на Рибос-III выбрался так далеко от базы, и это чувство скорости чертовски бодрит.
«Освежающий ветерок и простор могут вызвать привыкание. Нужно будет чаще выбираться на разведку. Если скинуть лишний груз, вполне смогу катать Эрику. Почему не Лайлу или Мюзен? Из уважения к их дамам воздержусь от ответа. Мюзен еще, может, и влезет, но Лайла — точно нет.»
Вскоре местность идет под уклон, и впереди показывается гладь огромного озера. Где-то там, на берегу, притаился Лейксайд. Торможу и активирую встроенную в глаза оптику: зум, ночное зрение — полный набор.
— Нашел.
На десяти часах у самой кромки воды видны постройки. Бревенчатый частокол. Дыма и огня не видно. Скорее всего, Итуруп ждут ночи для решающего броска.
— Значит, пока они расслаблены — мой выход.
Запускаю разведывательный дрон.
«Враги должны прятаться там, где их не достанут защитники поселения. Вероятно, сейчас они отдыхают перед ночным штурмом. Найду их, дождусь начала атаки на Лейксайд и ударю в спину. Тогда им точно придет конец.»
—Конец эпизода от лица Гленна—
—Эпизод от лица бандоса—
— Тьфу, паршивое отребье! И ведь вздумали сопротивляться, никчемные... — предводитель бандитов сплевывает на землю, явно раздосадованный неожиданным отпором.
«По моим расчётам, Лейксайд — поселение с довольно почтенной историей, однако за ним никогда не числилось значительной военной мощи. Здешние жители ведут пасторальный образ жизни, мирно занимаясь земледелием да рыбной ловлей, отчего и предполагал, что стоит на них слегка поднажать, как они тут же склонят головы.»
В реальности же всё складывается иначе. Обитатели поселения отвергают наши требования, затворяются за крепкими стенами и принимаются поливать нас огнём из уймы стволов, кои неведомо откуда извлекли. Впрочем, и мы в долгу не остаемся. Нам удается проломить участок стены и хлынуть внутрь, вот только в этот миг начинаются настоящие трудности. В тесноте завязывается яростная свалка, в коей мои бойцы несут ощутимый урон. Пускай враг тоже истекает кровью, наши потери кажутся более весомыми, и из-за обилия раненых мне приходится отдать приказ об отступлении для перегруппировки.
Тем не менее, следующая схватка станет для нас победной. Ходят слухи, будто главарь поселенцев словил пулю, да и число защитников значительно уступает нашей ораве. Будь на моем месте Сайсер со своими ребятами, сия деревушка давно бы пала, но те так и не вернулись.
«Ни весточки, ни сигнала, из чего следует сделать вывод об их гибели при попытке захвата фермы Гленна, что лежит к востоку отсюда.»
— А ну, слушай мою команду, псы! — зычно вскрикивает предводитель, обращаясь к своим людям. — Солнце уже почти скрылось за горизонтом! Быть может, чьи-то раны еще ноют, но сейчас настал миг приложить последние усилия! Врагов осталось всего ничего! Стоит нам прикончить их, и всё вокруг станет нашим! Там и женщины, и жратва, и выпивка! Сегодня ночью каждый забирает себе столько, сколько сможет унести!
Округа оглашается радостным ревом наемников, чей боевой дух взлетает до небес. Наша цель — захватить Лейксайд и превратить данное место в передовой опорный пункт, посему нынешние жители нам без надобности. Коли возникнет нужда, мы перебьем их всех до единого.
— Но помните: никаких поджогов! — строго добавляет вожак. — Сия обитель станет нашим новым домом. Любого, кто посмеет чиркнуть огнивом, лично швырну в костер живьем, так-то!
В ответ слышится лишь нестройный, лишенный прежнего задора гул голосов.
«Проклятые подонки...»
— Ладно, действуем согласно плану. Осыпаем их градом пуль для отвлечения, прижимаемся к стенам и взрываем их к чертям. После врываемся внутрь и творим всё, что душе угодно. Всем ясно?!
«С приходом тьмы меткость защитников неизбежно падает. Стоит нам подойти вплотную и навязать ближний бой, как наше численное превосходство обеспечит решительную победу. Пускай без жертв не обойдется, такова уж цена успеха.»
—Конец эпизода от лица бандоса—
—Эпизод от лица Гленна—
«… Их речи ничем не отличаются от угроз обычного ворья.» — тихо шепчу я себе под нос, вслушиваясь в голоса, кои передает разведывательный дрон, затаившийся неподалеку от вражеского лагеря.
Среди наемников частенько встречаются подобные субъекты — живущие лишь сегодняшним днём, жаждущие плотских утех и обладающие моралью космических пиратов. Однако такие люди обычно долго не живут, и прямо сейчас я собираюсь отправить их в мир иной. Бандиты хватаются за оружие и начинают движение, оставляя ненужные в бою пожитки на месте. Позже жители Лейксайда соберут их, так что заблаговременно помечаю координаты стоянки.
«Слышны воинственные вопли — и это при ночном-то налете! На что они надеются? Хотят запугать противника грозным видом? Совершенно непостижимо. Похоже, данные господа по уровню подготовки стоят на ступень или две ниже тех, кто напал на мою ферму, хотя на мой взгляд — разница невелика. — подключаюсь к «Риверс-Страйку», переведенному в беззвучный режим, и выставляю полуавтоматическое управление. — Теперь могу перемещаться, полностью освободив руки для стрельбы.»
— Пора. — крепко сжимая лазерную винтовку, я верхом на машине бесшумно подкрадываюсь к ним с тыла.
Мощная подвеска «Риверс-Страйка» превосходно гасит любые неровности почвы, обеспечивая идеальную плавность хода.
«Судя по всему, они совершенно не чуют опасности. Впрочем, пустить пулю в затылок тем, кто слишком увлечен зрелищем перед собой — задача не из трудных. У наемников на сей счет есть грубая поговорка: 'Кто занят тем, что имеет других, сам неизменно оказывается поиметым'.»
Дождавшись мгновения, когда банда открывает отвлекающий огонь по стенам поселения, посылаю первый заряд из противопехотной лазерной винтовки в затылок замыкающему разбойнику.
Пока остальные еще не осознали, что их товарищ превратился в облако кровавых брызг, один за другим ловлю в прицел затылки врагов и плавно жму на спуск. Световой луч поражает цель мгновенно, посему даже при стрельбе на ходу каждый выстрел находит свою жертву. Головы остолопов, кои слишком заняты пальбой по стенам, разлетаются на куски, а их выжившие сообщники даже не оглядываются. У лазерного оружия нет звука выстрела, нет и сверхзвукового визга от летящей пули. Слышны лишь негромкие хлопки испаряющейся плоти, но они тонут в грохоте обычного огнестрела.
Лишь когда укладываю добрую десятку врагов, до некоторых начинает доходить, что стрельба за их спинами почему-то стихла. А может, у кого-то оказался слишком чуткий нюх? Вероятно, запах крови выдает мое присутствие. Тем не менее, в непроглядной тьме они не могут осознать природу явления, при коем головы их друзей внезапно вспыхивают и взрываются. Вряд ли им когда-либо доводилось сталкиваться с атакой из противопехотных лазеров.
Лица бандитов искажаются от первобытного ужаса перед неведомым, но у меня нет причин проявлять милосердие. Я продолжаю методично зачищать территорию. Кое-кто пытается найти спасение в лесных зарослях или падает ниц, стремясь уйти с линии огня, однако мои глаза способны видеть как в ночном, так и в дальнем инфракрасном спектре. Подобные уловки бесполезны, к тому же постоянно меняю позицию на своем трицикле, отыскивая новые углы обстрела.
«Пусть гибнут в неведении, терзаемые ночной мглой.»
С карательной операцией покончено. По сути, сие побоище напоминает стрельбу по мишеням, ведь противник даже не понимает, откуда исходит угроза, и безнадежно уступает мне в дальности поражения. Дроны и мое собственное зрение подтверждают полную ликвидацию отряда. Выживших нет. На всякий случай фиксирую расположение тел.
Включив фары и деактивировав беззвучный режим, направляюсь к главным воротам Лейксайда. Одновременно с этим мой разведывательный дрон, мигая белым стробоскопом, подлетает к часовым на стене. На меня наводят стволы, однако стрелять не спешат.
— Говорит Гленн с фермы Гленна. В ответ на ваш запрос о помощи я уничтожил банду, осаждавшую поселение. Сейчас приближаюсь к воротам на мотоцикле. Не вздумайте палить, иначе отвечу тем же.
— Понял, понял! Мы не станем стрелять, проходи спокойно! — голос звучит молодо, явно не тот напыщенный болван, коего слышал в эфире раньше.
«Раз уж обещали не стрелять, закидываю винтовку за спину. Впрочем, пара лазерных пистолетов всегда под рукой, так что при любой угрозе готов среагировать мгновенно. Почему именно два? Огневая мощь удваивается, а при моей меткости промахов быть не может.»
У входа раздаются тяжелые глухие звуки, после чего створки ворот медленно расходятся. Вероятно, это шум отодвигаемых засовов.
— Ты один?..
Меня встречают трое мужчин с однотипными штурмовыми винтовками. Один уже в годах, двое других совсем юны. Вопрос задает старший.
— Как видишь. Мною уложено ровно сорок три цели. Все мертвы без сомнения, но коли желаете — проверьте сами. Дрон укажет путь.
— Ладно... Эй, вы двое!
Мужчина кивает молодым бойцам, и те отправляются вслед за беспилотником проводить опознание.
— Предупреждаю сразу: не смейте целиться в мою сторону. Коли увижу ствол в своем направлении — убью на месте.
— Идет.
Мужчина соглашается, извлекает магазин из оружия, передергивает затвор, выбрасывая патрон из патронника, и вешает винтовку на ремень.
— Я отведу тебя к нашему старосте. Он сейчас в тяжелом состоянии, лежит без чувств...
— Да, мне известно.
Спешиваюсь и толкаю трицикл перед собой, следуя за провожатым и попутно поглядывая на картинку с камер дрона. Те двое добросовестно осматривают трупы. Работа предстоит несложная, ведь у большинства либо головы разворочены, либо в туловищах зияют огромные дыры.
— Мы пришли.
Перед нами предстает крепкое здание неподалеку от ворот. На стене виднеется знак, коим обычно помечают лазареты или госпитали. Видимо, здесь располагается местная лечебница.
— Что это за тюки?
— Гостинец от меня.
Подхватив сверток с медицинскими припасами, кои прихватил на «Риверс-Страйке», вхожу вслед за мужчиной. Внутри встречает резкий аромат антисептиков, густой запах крови и приглушенные стоны людей, изнемогающих от боли.
— Удручающее зрелище.
— Слишком много врагов прорвалось внутрь... В суматохе боя нас изрядно потрепали.
В спасительной обители томятся восемь человек, как мужчины так и женщины. Состояние каждого из них внушает опасение.
— Где врач?
— Есть у нас умелица, но лекарств катастрофически не хватает. Сейчас ушла передохнуть.
— Тогда мои припасы пришлись как нельзя кстати. — договорив, водружаю сверток на ближайший стол и вскрываю его.
Внутри находятся гели для лечения наружных ран и прочие высокотехнологичные препараты, коими принято пользоваться «наверху». Данного набора должно с лихвой хватить на всех пострадавших.
— Подожди! Я мигом приведу врача!
Мужчина, охваченный надеждой, стремительно выбегает из лазарета. Я захватил с собой даже пару модулей с медицинскими нанороботами, так что при должном старании мы вытащим всех.
— Ха-а...
Наступило утро. В тишине лазарета, где больше не слышно болезненных стонов, невольно испускаю вздох. Вообще-то в моем теле давно нет функции дыхания, но привычки из тех времен, когда были настоящие легкие и рот, не вытравить даже спустя годы. Тот мужчина хвалил мастерство своего врача, однако на деле молодая женщина-медик совершенно не понимала, как обращаться с моими чересчур продвинутыми лекарствами. В итоге мне пришлось не только разъяснять ей принципы работы припасов, но и самому выступать в роли ассистента при экстренных операциях. К счастью, за долгие годы скитаний по полям сражений накопил немалый опыт в лечении боевых травм.
«А что же врач? Едва последний пациент был зашит, струна ее напряжения лопнула, и она рухнула на пол, мгновенно уснув. Пришлось уложить рядом с ранеными. До чего же хлопотная особа.»
— Хм... Боль ушла... Дышать стало так легко. Неужто я могу двигаться?..
Голос подает Дэннис, староста Лейксайда. На вид ровесник моего провожатого Боба — суровый лик, аккуратно подстриженная борода. Пуля угодила ему прямо в грудь, пробив легкое. Не будь у меня нанороботов, он бы уже кормил червей.
— О-о-ох, очнулся наконец.
— Ч-что за?!..
Увидев мое лицо, тот весь напрягается. Оно и понятно: пробудиться и лицезреть перед собой гладкую безликую маску цвета ночи — испытание не для слабонервных.
— Я — Гленн. Считай спасителем — как твоим собственным, так и всего поселения.
— Я слышал о «Безликом», но не думал, что всё именно так... Я — Дэннис. Похоже, у тебя в неоплатном долгу.
— О да, и долг этот велик. К тому же привез ценные медикаменты, посему вправе рассчитывать на достойное вознаграждение.
Тот в знак покорности поднимает руки. Приятно видеть, что он настроен благоразумно.
— Да с чего мы вообще взяли, что это он всё сделал?!
Глядя на то, как передо мной надрывается этот болван, лишь скрещиваю руки на груди и взираю на небеса.
«Эх, какая же там синева...»
Игнорируя его вопли, перевожу взгляд на Дэнниса, коий стоит между нами с крайне недовольной миной.
— Не то чтобы мне было интересно, но сие кукареканье — официальная позиция вашего поселения?
— Разумеется, нет... Прошу, не серчай на него.
— Тогда тебе лучше поскорее заткнуть этот фонтан красноречия. Моему терпению, пускай оно и велико, тоже есть предел.
— Ты мне еще угрожать вздумал?! Да такой тип, как ты... гхы-ы-ы?!
Кулак Дэнниса с сочным звуком впечатывается в физиономию юнца, отчего тот, брызгая кровью из носа, отлетает в сторону.
«Надо признать, для своих лет старик бьет весьма недурно.»
Поверженный Дилан — так зовут недоумка — прижимает ладонь к лицу и смотрит на отца глазами, полными праведного негодования.
— Послушай, сына. Я слишком долго потакал твоим прихотям, но на сем — всё. Конец.
— О-отец?..
— Я надеялся, что со временем возьмешься за ум, но, видать, зря... Эх. Боб, будь добр, отведи его в седьмую камеру.
— Сделаю.
Мужчина, что вчера привел меня в лечебницу, подхватывает обмякшего отпрыска старосты и утаскивает его вглубь поселения. Не знаю, что скрывается под «седьмой камерой», но, скорее всего, это местный карцер или тюрьма.
— Прости, Гленн. Сын у меня непутевый, доставил хлопот.
— Пустое. С моим обликом привык к косым взглядам и оскорблениям, хотя излишний шум порой заставляет кулаки чесаться.
— Упаси бог... Лайла говорила, ты предаторов голыми руками душишь?
— Бывает. Но оставим это. Мои люди наверняка волнуются, посему хотел бы поскорее забрать причитающееся и отбыть восвояси.
— Справедливо. Ступай за мной. А вы — все по местам! За работу!
Он разгоняет толпу зевак, кои издалека наблюдали за нашей перепалкой. Те, кто не участвовал в бою, кажется, склонны верить россказням Дилана, зато настоящие воины, слышавшие, как один за другим затихали выстрелы врага, смотрят на меня с неприкрытым страхом. Должно быть, всерьез опасались, что прикончу наглеца прямо на месте.
— Мне довелось мельком глянуть на твоего «коня». Знатная машина. Коли мы соберем достаточно талеров, не продашь ли нам парочку?
— Напитать его энергией можно лишь на моей ферме, да и вопрос обслуживания стоит остро, я бы не советовал. Впрочем, запаса хода хватит на десяток поездок туда и обратно без подзарядки.
— А если мы будем платить за каждый осмотр и заправку?
— Видишь ли, я фермер, а не торговец байками. Запасных деталей для ключевых узлов в обрез, отчего не горю желанием расставаться с техникой.
— Жаль, очень жаль. Но коли передумаешь — дай знать.
Дэннис явно заинтригован возможностями «Риверс-Страйка», однако настаивать не решается.
«Скорость, с коей данная машина преодолевает путь до моей фермы менее чем за два часа даже с грузом, делает ее незаменимой в сих краях. Конечно, много на нем не увезу, но если посадить за руль кого-то легкого вроде Эрики, то можно переправлять сотню килограммов на огромной скорости. Пяток таких машин — и вот у тебя уже полноценный транспортный коридор, защищенный самой скоростью от любых посягательств. Впрочем, вместо пяти байков разумнее собрать пару грузовых платформ на тех же накопителях. Грузов больше, пускай и медленнее. Однако делиться подобными мыслями не спешу. С другой стороны, идея создания собственного каравана звучит заманчиво. Предоставлять технику в аренду, брать плату за сервис и процент с торговых сделок... Стоит обсудить с Лайлой по возвращении.»
— Вот наш основной склад.
— Не боишься показывать столь важное место чужаку?
— Коли вздумаешь на нас напасть, поселению в любом случае придет конец. Скрывать что-либо теперь нет смысла.
Он пожимает плечами, и я не могу с ним не согласиться. При моем оснащении вырезать здесь всех — задача на один завтрак, учитывая полное отсутствие датчиков движения или систем слежения. Староста отпирает три замка и приглашает меня внутрь полуподвального помещения.
— Ого, запасы внушительные.
Складской комплекс Лейксайда поражает размахом. Глубоко под землей тянутся ряды мощных металлических стеллажей, заставленных всякой всячиной.
— Тут полно хлама, назначение коего нам неведомо. Я пока займусь подсчетом талеров, а ты осмотрись.
«Действительно, мусора предостаточно, но интуиция подсказывает, что среди него могут найтись настоящие сокровища. Чем дальше вглубь, тем древнее артефакты. У входа лишь припасы да еда, кои меня мало интересуют.
— Так, посмотрим... — в центральной части лежат горы старого оружия и доспехов. Даже ржавые кольчуги попадаются. Какой смысл хранить это старье, когда его можно переплавить на ценные ресурсы? А в самом конце свалки лежат обломки высоких технологий. — Старые энергоблоки, не вскрывались... Эти пригодятся. Компактный накопитель... Увы, мертв. Обломки автономного дрона-убийцы... Потроха выгорели подчистую. М-да.
«Кейс с энергоблоками забираю. Накопитель тоже прихвачу — на запчасти пойдет. А вот этот экранированный футляр выглядит любопытно. Пломбы на месте, значит содержимое в сохранности. Считываю метку и... Не может быть. Малый позитронный мозг? Находка невероятная, пускай и не сразу нахожу ей применение. Позитронный мозг — это ядро для высшего искусственного интеллекта, позволяющее машине обрести самосознание и личность, равную человеческой. По сути, искусственный разум в чистом виде. Вещь безумно дорогая — на рынке 'наверху' за такой дадут пятьдесят тысяч энелей. Даже если перекупщики собьют цену до двадцати, это всё равно колоссальная сумма. Забираю.»
Прихватив кейс с энергоблоками и сию драгоценную находку, возвращаюсь к выходу, где Дэннис уже подготовил пухлые мешочки с деньгами.
— Нашел что-нибудь по душе?
— Да, пара занятных вещиц отыскалась.
— Вот как? Позволишь взглянуть?
— Прошу. А я пока проверю оплату.
Мы обмениваемся вещами. Я вскрываю один из восемнадцати мешочков. Монеты потертые, местами потемнели, но ровно тысяча талеров на месте.
«Фальшивок из дешевых сплавов не обнаруживаю — магнитные свойства и плотность в норме. Как это проверил? Мои конечности оснащены магнитными захватами для перемещения по стенам, так что прощупать металл для меня — дело секундное.»
— Что ж, всё верно, восемнадцать тысяч талеров. Как и договаривались, сии предметы забираю в качестве дополнительной премии. И да, медикаменты остаются вам в дар, пользуйтесь во благо.
— Премного благодарен. Значит, на сем наши дела улажены?
— Именно. Но впредь постарайся не доводить ситуацию до такого края, чтобы пришлось слать гонцов. Имейте совесть.
— Мы не планируем снова сесть в лужу. — Дэннис лишь горько усмехается. — Теперь охрана будет в разы строже.
— Рад слышать. Кстати, на моей ферме можно раздобыть качественное отремонтированное оружие и патроны. Коли возникнет нужда — милости просим. Могу даже взять ваш старый хлам в счет оплаты.
— Ох, ты всё-таки решил выжать нас досуха? Пощади, наши закрома и так опустели.
Староста кривится, представляя новые траты, однако в его глазах вспыхивает интерес.
«Похоже, скоро из Лейксайда к нам потянется первый караван.»
Перед отъездом мне довелось принять благодарности от той самой женщины-врача, а также от спасенных пациентов и их семей. Дэннис даже вручил мне в дорогу местную снедь — соленую и сушеную рыбу. Я не стал задерживаться и, коротко попрощавшись, покинул поселение. Кажется, отношение простых жителей ко мне немного смягчилось после увиденного, но мне, честно говоря, всё равно — вряд ли буду частым гостем в этих краях.
— Хм... — размышляю я, ведя «Риверс Страйк» по бездорожью.
«Врач... Нам определенно нужен врач. Моих познаний хватает на латание дыр в шкуре, но ни черта не смыслю в местных лихорадках или, скажем, в женском здоровье — вынашивании и рождении детей. Сие становится насущной проблемой. Вряд ли Эрика или Мюзен обладают такими знаниями. Может, обратиться к церкви Кордии или таурисианам? За достойную плату могут помочь. Учитывая их догматы, Кордия должна обладать колоссальным опытом в вопросах деторождения у самых разных рас.»
— Или же стоит разориться на полноценную медицинскую капсулу?..
«Не простую, а госпитального класса. Она справится с любыми задачами. Но цена... Боюсь, моих сбережений едва хватит, а оставаться с пустыми карманами — затея опасная. Сначала попробую договориться с церковью. Хотя в нынешние времена хороший врач — на вес золота, вряд ли его отдадут просто так.»
— С возвращением, господин Гленн!
— Я дома.
На ферме меня встречает всё наше маленькое общество. Я подал сигнал, как только дрон поймал связь. Эрика тут же бросается мне на шею. Пускай мое тело и не знает пота, отсутствие душа после похода немного смущает.
— Мы так рады твоему возвращению. Главное, что цел...
— И не с пустыми руками. Теперь нужно с умом распорядиться добычей.
— Мм... Это верно. — Лайла прижимается с другого боку и нежно целует в щеку.
«Надеюсь, не слишком запылился.»
— С возвращением. — Мюзен обхватывает сзади, и ее щупальца тут же начинают виться вокруг шеи, торса и ног, словно ощупывая каждый сантиметр. — Ран нет. Это хорошо.
— Еще бы, это была легкая прогулка.
«Оказывается, она проверяла меня на наличие повреждений. Впрочем, то, что ее щупальца теперь поглаживают в районе паха — это уже явное хулиганство.»
С трудом выпутываюсь из этого многорукого плена.
— Всё прошло гладко. Лейксайд спасен, награда получена, да еще и ценный трофей прихватил. Отношения с соседями налажены. У вас тут как, без происшествий?
— Из церкви Кордии пришло известие. Коли дашь согласие, они готовы направить к нам своего священника.
— Вот как? Рассказывай подробнее.
Эрика поясняет, что церковь предлагает прислать полноценного жреца, при коем Мюзен станет помощницей, совмещая ритуалы с обязанностями по охране.
— В их иерархии жрецы, возглавляющие общины, обязаны владеть искусством врачевания и родовспоможения, ведь жизнь для них священна.
— У меня нет этих знаний, поэтому я лишь помощница. Как и Эрика.
— Да, я вида крови не выношу... Пришлось оставить мечты о жречестве.
— Понимаю.
Удивительное совпадение: едва задумался о враче, как судьба сама преподносит решение. Вероятно, они долго подбирали подходящую кандидатуру.
— Что ж, как раз размышлял о поиске медика. Ваше предложение — как нельзя кстати. Условия еще обсудим, но в целом «за».
— Как замечательно! — радуется Эрика.
— Когда появятся дети, врач будет необходим.
— Со священником Кордии под боком нам будет спокойнее, да-а...
Похоже, мое решение осчастливило всех. Для Эрики и Лайлы это вопрос личной безопасности, ведь мы не слишком заботимся о контрацепции, а при таком раскладе появление потомства — лишь вопрос времени. Мои «системы» работают исправно, медосмотр перед спуском на планету подтвердил: я в полной боевой готовности, и боеприпасы плазмитами заряжены.
— Что еще нового?
— Скоро созреет первый урожай капусты и других скороспелых культур.
— Отлично. Устроим по этому поводу праздник.
— Обязательно! Свежая капуста в густом супе — объедение!
— Жду с нетерпением.
«Свежие овощи... 'Наверху' они стоят целое состояние. Излишки можно было бы продать орбитальным торговцам за энели, ведь на них можно купить настоящие лекарства и оружие. Однако частые сделки с орбитой привлекут ненужное внимание со стороны мировых держав и их ищеек. Это риск, к коему пока не готов.»
— Ясно. Не спал больше суток, посему приму душ и немного прикорну. Свяжемся с церковью позже.
— Конечно! Отдыхай, господин Гленн.
— Если что-то случится — мы разбудим.
— Потом расскажешь про Лейксайд.
— Договорились.
«Хоть и могу обходиться без сна дольше обычного человека, моему биологическому мозгу нужна разрядка. До полудня еще есть время, так что пара часов забвения мне не повредит.»
Несмотря на то, что моё тело на восемьдесят процентов состоит из синтетики, мозг остается живым и требует отдыха. Пускай после одного инцидента с плазменной гранатой он едва не сварился, его функциональность не вызывает сомнений. Однако каждый раз, стоит мне сомкнуть глаза, вижу один и тот же сон. Женщина, чье лицо вечно ускользает куда-то, осыпает меня упреками.
— «Как ты можешь быть столь бесчувственным — не помнить меня...»
— В реальности мы не встречались.
Стоит мне проснуться, и ее образ тает, словно утренний туман.
— «Каков наглец! Оставить в забвении такую красавицу...»
— Тут я бессилен. Ничего не попишешь.
— «Ох, и это говорит человек, чей мозг спасла, когда он был похож на сосиску в кипятке! Уж мог бы проявить больше уважения.»
— Помню твой поступок и ценю его. Но лицо... оно просто исчезает из памяти.
— «Ладно, ладно. Но всё равно ты негодяй. Пока тут томлюсь, ты там вовсю милуешься с девчонками одну за другой.»
— Жизнь продолжается. У меня свой путь, понимаешь?
— «'Свой путь', надо же... Не находишь, что ты передо мной в неоплатном долгу?»
— И чего ты хочешь? Ты заперта в моем антиматериальном ядре, а план побега провалился.
— «О, но ты ведь нашел нечто чудесное! Тот позитронный мозг... он великолепен.»
— Мы же обсуждали это. Перенос твоего сознания в машину опасен — ты можешь слиться с искусственным интеллектом и потерять себя.
— «Но этот экземпляр — особенный! Он абсолютно чист, никаких лимитов, никакой предустановленной личности. Полная автономия, никакой связи с коллективным разумом машин. Возможно, старый прототип. Идеальный сосуд для меня.»
— Но у нас есть только мозг, тела-то нет.
— «Тут уж ты постарайся. У тебя ведь есть связи. Твоя подружка-капитан наверняка сможет достать подходящую оболочку. И постарайся, чтобы она была достойной — изящной, красивой и... функциональной, чтобы могла наслаждаться жизнью.»
— Перестань ко мне ластиться.
— «А почему бы и нет? Разве мы не близки? Только я знаю твое истинное лицо, твое настоящее тело... таким, какое оно есть на самом деле.»
— Эх... делай что хочешь. Как пожелаешь...
— Ха-а...
Открываю глаза и провожу самодиагностику. Все показатели в норме, за исключением странной активности антиматериального ядра во время сна.
«Небольшой гормональный всплеск... Просто невыносимо.»
— Снова не могу вспомнить ее лица.
Каждый раз одно и то же. Любая проверка на психические отклонения или травмы дает отрицательный результат, но забвение остается непоколебимым. Хотя она действительно не раз спасала мне жизнь. Именно благодаря ей меня прозвали «Бессмертным». Обычные люди не выживают, когда их мозг превращается в рагу под воздействием плазмы.
— А ведь хотел продать этот мозг... — ядро в моей груди издает тонкий, протестующий гул, словно предупреждая. — Ладно, ладно... Понял.
Вздыхаю и проверяю состояние своего счета.
«'Чтобы могла наслаждаться', значит... Ну и задачку подкинула. Придется искать новые источники дохода. Самый быстрый путь — торговля, возможно, стоит начать выращивать что-то более прибыльное, чем капуста. Скажем, легкие наркотики, разрешенные в этих краях. Что ж, проблемы сыплются одна за другой. Придется как-то выкручиваться.»
— Это исключено!
— Послушай, хоть и называю это лёгкими наркотиками...
— Никаких «но»! С точки зрения церкви Кордии любые наркотические вещества — табу!
Стоит мне завести разговор с Эрикой о том, не заняться ли нам культивацией чего-то вроде лёгких наркотиков в качестве товарной культуры, как тут же получаю отказ. Причём отказ этот — полный и безоговорочный. Девушка не просто протестует на словах, вытягивает не только свои руки, но и дополнительные механические конечности, скрещивая их в форме двойного запрещающего знака. Лезвия на концах этих внешних придатков таинственно и ослепительно поблёскивают, ловя отражение солнечного света.
— Да выслушай же ты меня. Если мы говорим о «лёгких наркотиках», то под это определение попадают вполне привычные и безобидные вещи. Алкоголь, табак, напитки с содержанием кофеина — к примеру, даже обычный чай в каком-то смысле является таковым. И предлагаю выращивать именно подобные растения.
— ... Табак нельзя.
— Хорошо, хорошо. Значит, алкоголь, чай и что-то вроде кофе — допустимо?
— ... Пожалуй, да.
Женушка неохотно прячет свои дополнительные конечности под юбку монашеского облачения.
«Я нет-нет да и задумываюсь о том, как странно выглядят глубокие разрезы на её подоле, предназначенные исключительно для этих манипуляторов, однако без них при каждом использовании механических рук на всеобщее обозрение выставлялось бы нижнее бельё, посему такая конструкция оправдана. К слову, Мюзен, прекрати немедленно этот свой подозрительный танец за спиной у решительно настроенной Эрики, где ты своими щупальцами то рисуешь в воздухе кресты, то круги. Из-за тебя едва сдерживаюсь, чтобы не прыснуть со смеху.»
— Но ведь ни алкоголь, ни чай нельзя превратить в готовый товар мгновенно, не так ли? — подаёт голос Лайла.
— Придётся набраться терпения. А пока что подумываю скупать подобные предметы роскоши через караваны.
— Скупать? — вторая жена в недоумении склоняет голову, явно не понимая смысла сей затеи.
— Смотрите, у нас ведь есть шаттл. Используя его вместе с оборудованием связи, могу наладить контакт со старыми знакомыми «наверху» и сбывать им вещи. Таким образом получим валюту, имеющую хождение на орбите. На эти средства можно приобрести много полезного... Да и, если честно, у меня есть личные причины хотеть кое-что купить «там».
— Хочешь что-то купить? — Мюзен тоже подходит ближе и любопытствует.
«Должно быть, её заинтересовала сама возможность обмена ресурсами с орбитой. Или же ей просто стало любопытно, ради чего именно готов на такие сложности.»
— Это долгая история... Э-э...
«С чего начать? Как это преподнести? Ведь конечная цель моих покупок — корпус сексароида, способный вместить тот самый позитронный мозг. Неужели я так и скажу Эрике и остальным? Мол, хочу потратить доходы фермы на покупку робота для плотских утех? Нет, исключено. Моя гордость просто погибнет. К тому же, как объяснить, что в антиматериевом ядре, которое заменяет мне сердце, обитает личность загадочной женщины, и хочу вытащить её наружу, чтобы отплатить добром за добро? Рассказывать о существовании 'внутрисердечной подружки', чьё присутствие невозможно подтвердить ни одним научным методом? Меня же просто примут за сумасшедшего.»
— Он явно о чём-то очень сильно мучается.
— Неужто об этом так трудно поверить вслух?
— Послушайте, господин Гленн. Если вам тяжело говорить, мы не станем настаивать.
— Нет, расскажу. Но имейте в виду: то, что сейчас произнесу, является для меня абсолютной истиной. Впрочем, просто слушайте.
И начинаю свой рассказ. О том, как по мере продвижения киборгизации моего тела возникла острая проблема с источником питания. Даже если заменить конечности или внутренние органы искусственными аналогами, они не станут работать на крови и питательных веществах. Для функционирования механизмов необходима энергия. Пока процент аугментаций оставался низким, обходился обычными энергоблоками, но когда тело превратилось в машину почти целиком, их мощности стало не хватать. Какое-то время перебивался кое-как, но в итоге наступил момент, когда ситуация стала критической.
— Именно тогда мне предложили антиматериевое ядро. Не знаю его точного происхождения, но вещь явно была с богатым прошлым. Им владел командир отряда наёмников, который приглядывал за мной в те времена.
Мне удалили сердце, установив взамен ядро. Данный агрегат не только снабжает энергией всё искусственное тело, но и выполняет функции кардиостимулятора. И именно после этой пересадки мне начали сниться странные сны. Сны о женщине без лица. Вернее, стоит мне проснуться, как её черты тут же стираются из памяти. Поначалу наши отношения не складывались. Всерьёз полагал, что лишился рассудка. Проходил бесчисленные ментальные проверки, принимал медикаменты.
Но ничего не помогало, и в конечном счёте мы нашли общий язык.
— Нашли общий язык...
— Мы ведь мужчина и женщина, в конце концов.
— Прямо в снах?
— И что, дело доходит до взрыва? — бесхитростно уточняет кто-то из них.
— Нет, взрыва не случается, но...
«Не стоит спрашивать об этом так прямо. Хотя любопытство понятно. И нет, никаких 'взрывов' не происходит.»
— В каком-то смысле мы знакомы с ней гораздо дольше, чем с вами... Впрочем, неважно. Суть в том, что добытый сегодня позитронный мозг идеально подходит для того, чтобы она могла обрести материальную форму. Но для этого нужно тело, которое можно купить только наверху.
— Вам нужно выпустить её наружу?
— Я перед ней в неоплатном долгу. Моё прозвище «Бессмертный», под которым знают на орбите, появилось не на пустом месте. Благодаря силе ядра и её поддержк выживал даже тогда, когда получал раны, несовместимые с жизнью. Помните, рассказывал, как мне буквально сварило мозги, когда лицо обдало плазменной гранатой? Это не фигура речи — моё серое вещество физически подверглось воздействию чудовищной температуры, и я был на волосок от смерти. Не будь её и антиматериевого ядра, я бы давно уже гнил в земле.
Выслушав объяснения, Эрика и остальные шепчут: «Нам нужно время», после чего сбиваются в кучку в углу комнаты и начинают оживлённо шушукаться.
«Прошу вас, не надо так, это заставляет нервничать. Несмотря на внешность, человек ранимый. Если вы сейчас вдруг начнёте проявлять ко мне излишнюю деликатность и держаться на расстоянии, я же расплачусь. Хотя слёзы и не потекут.»
— Мы поняли ситуацию. Честно говоря, верится с трудом, но раз об этом говорит сам, мы принимаем решение.
— Я ничего не смыслю в орбитальных делах, так что полагаюсь на тебя.
— К тому же, будет замечательно, если сможем получать какие-то товары сверху. Продавать наши продукты, скупать предметы роскоши, обменивать их на орбитальное снаряжение и снова пускать в оборот. Такая схема выглядит крайне прибыльной.
— Вот как... Спасибо вам.
Искренне рад, что встретил понимание.
«Теперь, когда у меня появилась новая цель, стоит взяться за дело с удвоенной силой. И первое, что необходимо сделать...»
—Конец эпизода от лица Гленна—
— Нужно связаться с церковью Кордии.
— Да, это первостепенная задача.
Дело с «ней» внутри ядра быстро не решится. Сначала нужно убедиться, что наш урожай действительно можно конвертировать в мировую валюту, а также подготовить товары, чтобы не летать впустую слишком часто. Следовательно, необходимо начать сбор предметов роскоши. Для сего придётся дождаться каравана, а когда он прибудет — договориться о поставках нужных нам вещей в обмен на талеры или бартер.
Всё это требует времени, оттого связь с церковью Кордии сейчас важнее всего.
— Интересно, кто к нам приедет?
— Может, Хелена или Систия?
— Хелена-сан действительно жрица, так что такая вероятность есть, но Систия всего лишь послушница, вряд ли направят её. Впрочем, Хелена отвечает за внешние связи, и если бы она сама решила переехать, то наверняка сказала бы об этом заранее. Так что, скорее всего, это будет кто-то другой.
Мюзен согласно кивает на предположения Эрики. Выходит, велика вероятность, что к нам пришлют совершенно незнакомого человека. Любопытно, какой личностью окажется сей гость.
— В любом случае, пора выходить на связь.
«Кстати, Лайла сейчас крайне занята — она пересчитывает восемнадцать тысяч талеров, которые принёс. Я и сам их проверял, но она хочет лично убедиться, что среди монет не затесалось фальшивое серебро.»
— Так, частота церкви Кордии... Готово.
Настраиваю передатчик на волну ближайшего опорного пункта церкви и посылаю вызов. Ответ приходит довольно быстро. Похоже, наши координаты уже занесены в их базу, ибо Хелену зовут к аппарату незамедлительно.
— «Говорит Хелена. Господин Гленн, безмерно рада, что вы в безопасности.»
— Да, благодарю. С делом в Лейксайде покончено без особых проблем. Я слышал от Эрики, что вы готовы прислать к нам жрицу, сведущую в медицине?
— «Именно так. Формально — в качестве смотрителя церковного имущества. На деле же считайте полноценным переселением.»
— Понятно. Для нас это идеальный вариант. Сам я в услугах врачей почти не нуждаюсь, но Эрика и остальные — обычные люди, и в будущем потребность в докторе наверняка возникнет не раз.
— «Несомненно. Для церкви Кордии это тоже отрадное событие. Итак, могу считать, что вы принимаете наше предложение?»
— Я намерен согласиться, но для начала позвольте узнать подробные условия.
«Во-первых, новая жрица и Мюзен формально остаются в подчинении церкви. Тем не менее, по факту они будут трудиться под моим началом. Я обязуюсь обеспечивать их всем необходимым для жизни и по мере сил соблюдать заповеди Кордии. Поскольку они принадлежат церкви, в случае ухудшения отношений между фермой Гленна и духовенством их могут отозвать. Мы обсуждаем ещё множество мелких деталей, тщательно сверяя условия договора.»
— Что ж, мне всё ясно. Если такие условия вас устраивают, я согласен.
— «Договорились. Как только приготовления закончатся, мы отправим её к вам в сопровождении охраны. Свяжусь с вами ещё раз перед их выходом.»
— Понял. Говорят, на дорогах сейчас неспокойно, так что передайте им, чтобы были осторожнее.
— «Обязательно передам. До связи.»
— Всего доброго.
«Итак, вопрос с врачом решён. Теперь нужно как-то поставить торговлю на рельсы... А ещё продумать производство алкоголя и выращивание чая. Кстати, до сих пор не получил вестей о реакции на конфликт между сообществом Итуруп и таурисианами, да и ситуация с Лайлой ещё не до конца утряслась. Я-то надеялся на спокойную деревенскую жизнь, но, похоже, бытие на поверхности куда суетливее, чем предполагал.»
Хотя главная цель и определена, это не отменяет необходимости проживать привычные будни. Даже если мы планируем зарабатывать энер, сбывая продукты фермы орбитальным торговцам, для начала нужно, чтобы эти самые продукты появились у нас в руках.
— Значит, это и есть первый урожай фермы Гленна...
На следующий день после возвращения из Лейксайда держу в руках кочан капусты размером с детскую голову и поражаюсь его весу. Он на диво тяжёлый. Это ведь просто листья, верно? Неужели плотно сбитый ком листвы может быть таким весомым... Он тяжелее гранаты. Поразительно.
— Гленн обнимает капусту.
— Хи-хи... Это выглядит даже мило.
— Интересно, как господин отреагирует, когда у него родится ребёнок?
Пока я изучаю вес кочана, осматривая его со всех сторон, на меня устремляются тёплые, полные доброй иронии взгляды моих спутниц.
— Однако свежие овощи, как говорят, крайне трудно сохранить надолго.
— Это так. — подтверждает Лайла. — Данная капуста пролежит недели две в прохладном тёмном месте, но при комнатной температуре не выдержит и семи дней. Три-четыре дня — вот её предел.
— Понимаю... Хм.
На самом деле осознавал проблему хранения ещё до того, как спустился на эту планету.
— Видимо, придётся пустить в ход «это».
«К сожалению, даже в наш век высоких технологий человечество не изобрело способа останавливать время для объектов. Тем не менее, существует несколько методов, позволяющих максимально долго сохранять свежесть продуктов. И вот один из них.»
— «Это»... контейнер?
Кладу руку на доставленный грузовым ботом контейнер такого размера, что в нём мог бы уместиться взрослый человек, и начинаю объяснять суть этого секретного оружия. Впрочем, какое это оружие? Это наш козырь.
— Сия камера используется наверху для перевозки скоропортящихся продуктов. Она поддерживает идеальный уровень влажности и температуры, одновременно уничтожая микробов и бактерии, что предотвращает их размножение. Вот так и удаётся сохранять продукты свежими долгое время. Говорят, такой способ гораздо лучше обычной заморозки, оттого что вкус остаётся первозданным. — конечно, для некоторых видов продуктов заморозка подходит лучше, но для нашей капусты такие контейнеры — самое то. — Следовательно, мы тщательно промываем урожай в этой машине и закладываем в камеры. У нас их много, посему всё, что не съедим в ближайшее время, отправится на хранение.
— Наш погреб позволяет хранить капусту около двух недель, так что в контейнеры отправим только излишки, — резюмирует Эрика.
— Остальную зелень можно и заморозить.
— Список товаров под моим управлением снова растёт. — Лайла довольно улыбается.
«Она явно из тех людей, кто находит истинное наслаждение в управлении ресурсами и созерцании полных складов.»
Так мы вчетвером приступаем к сбору урожая. Хотя «приступаем» — громко сказано, ведь основную работу выполняют агроботы и дроны, а мы лишь наблюдаем за процессом.
— Слишком легко, даже скучно.
— Доверять управление агросистеме надёжнее, чем лезть дилетантам.
Моечные машины и упаковщики работают четко под контролем ИскИна фермы, не оставляя нам пространства для деятельности. Эрика быстро отбирает порцию овощей для нашего ужина и вместе с Лайлой, напевая под нос, уходит на кухню. Мюзен остаётся со мной приглядывать за роботами. Мы просто стоим и смотрим.
— Ты будешь продавать овощи наверху?
— Не знаю, какая будет цена, но там за них дают энер.
— Энер — это название денег наверху?
— Да, электронная валюта. Её принимают почти везде. Меня, признаться, даже удивило, что на этой планете она не в ходу.
— Для меня деньги — всегда талеры, с самого рождения, так что не совсем понимаю.
Мюзен в замешательстве сворачивает кончик своего щупальца в форме вопросительного знака. Это естественно — если ты всю жизнь видел только одну форму расчётов, другие кажутся странными. Я и сам, впервые увидев серебряный талер, принял его за какой-то потемневший кусок металла.
— А как выглядит энер?
— У него нет формы. Это не монеты и не купюры, а цифры в сети. Валюта с энергетическим обеспечением, хотя в деталях и сам не силён.
— Но как же делать покупки, если их нельзя потрогать?
— Через систему электронных платежей. Просто списываешь сумму со своего счёта.
— ... Сложно представить. — Мюзен всё ещё выглядит озадаченной.
«Ничего страшного, я тоже не до конца понимаю все тонкости банковской системы орбиты. Главное, что это работает.»
— Зато за энер можно купить что угодно. Лазерное оружие, те самые ненавистные плазменные гранаты, персональные щиты, плазменные кинжалы... Или вот сухпайки, сколько душе угодно.
— Твой выбор слишком... боевой. Я бы предпочла сладости или какие-нибудь весёлые игрушки.
— ... Но сухпайки — это вещь!
— Бывают вкусные, но они слишком солёные. Хочется чего-нибудь сладкого.
«Мне казалось, что джема, который готовит Эрика, вполне достаточно, но раз Мюзен так говорит, возможно, стоит поискать что-то особенное.»
— Ладно. Когда представится случай совершить покупки на орбите, поищу что-нибудь подобное.
— Ура-а-а! — она пускается в пляс от радости.
«Хм, надо бы спросить у Эрики и Лайлы, не хотят ли они чего-нибудь. Помню, один старый товарищ-наёмник говаривал: 'если у тебя появилась постоянная женщина, дари ей подарки'. Он имел в виду портовых девок с космических станций, но сама привычка дарить подарки дамам считается весьма распространённой. Стоит попробовать.»
— Вкусно.
— Хи-хи, правда? У меня есть добавка, не стесняйтесь.
Вечером того же дня Лайла приготовила великолепный густой суп. В ход пошла наша свежая капуста, зелень, домашние колбаски и корнеплоды, купленные у караванщиков.
— Действительно очень вкусно.
— Божественно.
Эрика и Мюзен тоже в восторге.
«Насыщенный вкус овощей и мяса, лёгкая сладость капусты, идеальная текстура продуктов — этот суп не похож ни на что из того, что ел прежде.»
— За такое можно брать деньги. Наверху богачи выкладывают состояния за подобные «органические блюда».
— Ну что ты, вы мне все льстите... — Лайла застенчиво извивается всем своим массивным телом.
«Впечатляющее зрелище, чего уж там. И Эрика, не надо так мрачно смотреть на свою грудь. Лайла просто невероятно огромная, а у тебя всё в полном порядке, форма очень изящная. И вообще, как она умудряется чувствовать мой взгляд? Неужели у неё есть какое-то особое чутьё на это?»
— Гленн, завтра хочу попробовать прокатиться на том... «Риверс-Страйке»?
— О, отличная идея. Я бы тоже не отказалась.
— Трёхколёсник? Что ж, умение управлять им может пригодиться. Когда ездил в Лейксайд, было весьма бодро. Если научитесь, сможем устраивать дальние прогулки.
— Ах, как чудесно! Дальние прогулки! — мечтательно произносит Лайла. — Как в старых сказках: ехать, прижавшись к спине своего кавалера... Моя мечта.
Слова второй жены полны энтузиазма, но, если верить характеристикам грузоподъёмности аппарата, наша совместная поездка на одном сиденье физически невозможна. К счастью, у меня готов благовидный предлог.
— Прости, но из-за моих имплантов вешу слишком много. Боюсь, вдвоём на одном мы просто не тронемся. Придётся либо собрать ещё один, либо построить полноценный четырёхколёсный внедорожник.
— О-о-о, как жаль... — она разочарованно поникает.
«С Эрикой мы бы вполне могли поехать вдвоём, но об этом благоразумно промолчу. Не стоит лезть на рожон, а то, женушка, девица умная, поймет еще, раз с одной, поменьше могу ездить, то причина не в моих имплантах (только их), а массистой фигуре таусирианки.»
Остаток вечера мы проводим в уютной атмосфере, обсуждая тонкости вождения и те виды, что открываются по дороге к озеру. Наверное, именно это люди и называют семейным теплом.
— Поверить не могу, как быстро здесь всё меняется... — миниатюрная девушка с забавно шевелящимися усиками на голове по имени Спика произносит это с явным изумлением, легонько похлопывая меня по бедру.
Мои усиленные ноги даже не вздрагивают от этих шлепков.
Прошло несколько дней с первого сбора урожая. Караван таурисиан наконец прибыл на ферму. Вместе с ними пришла и Спика со своим отрядом из десяти человек. Они решили остановиться в нашем жилом модуле, который как раз рассчитан на такое количество гостей, и честно оплатили постой.
Да, в этот раз они пришли не как наёмная охрана каравана, а как обычные путешественники.
— Раз вы платите, то — желанные гости. Отдыхайте столько, сколько потребуется.
— Насчёт этого у меня будет к тебе разговор. Найдёшь время, когда освободишься?
— Конечно. Поговорим позже.
— Договорились. А пока пойдём переведём дух.
Спика возвращается к своим товарищам.
«Интересно, что она задумала? Впрочем, сейчас нужно разобраться с таурисианами. Лайла как раз должна закончить переговоры с соплеменниками.»
Я направляюсь к торговой площадке, которую мы обустроили специально для пришлых купцов рядом с лавкой Лайлы. Там столпилось около трёх десятков таурисиан.
— А, Гле-е-е-е-е-ен! Заждался? — Лайла машет мне рукой из центра толпы.
Рядом с ней стоят двое рослых таурисиан при оружии, сверлящих меня острыми взглядами.
— Это мои братья, Бальтр и Лайнус.
— Бальтр.
— Лайнус.
Они протягивают руки, и мы обмениваемся рукопожатиями. Братья сжимают мои ладони с такой силой, будто хотят раздробить кости, но мою хватку так просто не сломить. Я отвечаю им тем же, стараясь при этом не превратить их кисти в фарш.
— Хм.
— Силён.
Они морщатся и трясут правыми руками, явно оценив мой ответ.
«Похоже, контакт налажен. В буквальном смысле.»
— Мы принесли приданое. Просим принять.
Бальтр протягивает мне увесистый матерчатый мешочек. Я забираю его и вопросительно смотрю на Лайлу.
«Что это за деньги? Помнится, в прошлый раз речь шла о компенсации или чём-то подобном.»
— Вообще-то это деньги, которые должны обеспечить невесте безопасность и достойный быт на новом месте...
— Место больше похоже на крепость.
— Невероятно, что это называют «фермой».
— Вообще-то это и есть ферма. — не намерен уступать в этом вопросе.
«Здесь поля, здесь был урожай. Мы только что собрали репу и уже сажаем бобовые. Благодаря селекции и удобрениям почва не нуждается в отдыхе.»
— И я слышал, ты даже выделил Лайле здание под лавку и склад.
— И силы не занимать, достойный муж.
Братья начинают по-свойски хлопать меня по плечу. Для обычного человека такие удары закончились бы вывихом, но мне хоть бы что.
— Что ж, не особо в этом разбираюсь, так что передаю финансы в ведение Лайлы. — тут же перепоручаю мешочек своей благоверной...
— Постой. — ... но Бальтр прерывает. — Ты доверяешь ей управление деньгами?
— Да. Она лучше всех нас разбирается в торговле. Лайла — настоящий специалист, а поручать сложную работу профессионалу — это логично.
— Но ведь живёт у тебя совсем недолго.
— И всё же уверен, что меня не предаст. Верно, жена?
— Да-а-а... — отвечает с каким-то странным трепетом, почти в экстазе.
«Не знаю, что её так воодушевило, но раз довольна — значит, всё хорошо.»
— Твёрдость, — бросает Лайнус, пристально глядя на меня. В его взгляде нет вражды, скорее скупое признание как члена семьи.
— Наш названый брат. — продолжает Бальтр. — Мы, таурисиане, хотим укрепить наши связи с тобой. История с Итурупом была лишь детонатором, но даже без неё мы бы в итоге пришли к тому, чтобы выдать за тебя одну из наших сестер. Таково было наше решение.
— ... О чём ты?
— Проще говоря, господин Гленн... — поясняет Лайла, — ... учитывая твой характер, технологии и перспективы этой фермы, мой народ всё равно бы попытался породниться ради дружбы. Если совсем просто — они хотят быть союзниками.
— Теперь понятно. — киваю я.
«Таурисиане на Рибосе III — это мощная сеть снабжения, информации и внушительная военная сила. У нас нет причин для вражды, а их торговые пути крайне выгодны для фермы. Дружба с ними — это благо.»
— И раз уж мы союзники, у нас есть дело, в котором нам нужна твоя помощь.
— Я слушаю.
«Прежде чем соглашаться, нужно вникнуть в суть. 'Помощь' обычно означает нагрузку.»
— Мы привели с собой ещё пять девушек из нашего племени. Мы бы хотели, чтобы ты принял их.
— Погоди. Надеюсь, не предлагаешь мне взять их всех в жёны, как Лайлу.
— Конечно нет. — Бальтр качает головой. — Их призвание — торговля. Как и для Лайлы когда-то, странствия — способ найти своё место и, возможно, мужа. Мы просим использовать ферму Гленна как их базу.
— Поселить их здесь можно. Внутри периметра полно места, и мы можем быстро возвести жильё. Но как далеко заходят мои обязательства?
— В основе своей — как с Лайлой: кров и еда. Кроме того, ты должен обеспечить им безопасность во время их торговых вылазок. Взамен часть их прибыли будет оставаться здесь, в колонии. О долях и управлении лучше договориться с женой — знает все тонкости организации караванов.
«На первый взгляд выгода для меня сомнительна, ведь талеры не имеют большой ценности. — задумываюсь я. — Однако это шанс резко расширить торговое влияние. С ними мне не придётся ждать прихода случайных купцов — смогу сам отправлять товар на рынок. Поездка в Лейксайд показала, что мирные контакты с соседями очень полезны. Безопасность? С этим справлюсь.»
— Послушайте, мы только встаём на ноги. Пока всё идёт гладко, но как будет дальше — неизвестно. Я приму ваше предложение в качестве эксперимента на два месяца. Посмотрим, как пойдёт дело.
— Разумное предложение. Мы согласны. Но даже если в итоге они уедут, знай: для всех мы остаёмся близкими союзниками. Мы объявим об этом повсеместно.
— Что ж... Пусть будет так.
«Объявить о союзе с таурисианами — значит автоматически стать врагом для их недоброжелателей. Впрочем, раз Лайла уже здесь, этот путь был предопределён.»
Так на ферме появились пять таурисианских девушек-торговок. Одновременно с этим было провозглашено о тесном союзе между нами и караванщиками, и наша ферма официально стала их опорным пунктом. Это предвещало наплыв новых гостей. Для фермы Гленна же шаг вперёд — превращение из простого хозяйства в важный торговый узел. Быть может, даже рождение новой экономической империи... Кто знает. В любом случае, расслабляться нельзя.
— О-о-ох, господин. Пришел-таки.
Уладив все детали касательно переезда таусирианкок с братом Лайлы — Бальтром, тут же направляюсь к Спике и её спутницам.
Выделенное для них общежитие имеет следующую планировку: пять спален, окружающих просторную гостиную-столовую, что вполне располагает к комфортному сну и отдыху. Кухня, туалет и душевые вынесены в отдельные постройки, так что для полноценного жилого дома здесь кое-чего недостает... однако, как временное пристанище — вполне сгодится.
— Присаживайся. Хоть и говорю так, но владелец-то здесь ты, господин.
— Пока платите и арендуете это место — вы здесь хозяева. Так о чем ты хотела посоветоваться?
— Ну, не спеши так. Завия.
— Да, сестра.
Девушка-формикан, к которой обратилась Спика, подносит мне стакан и бутылку с какой-то жидкостью, после чего наполняет мою тару. Затем ставит такой же стакан перед Спикой и наливает ей.
— Дистиллят, купленный на месте нашей последней работы. Вкус и аромат весьма недурны.
— Вот как?
«Решила поговорить неспешно, за выпивкой? С моим нынешним телом опьянеть практически невозможно... усиленные искусственные органы расщепляют алкоголь еще до того, как успеет ударить в голову. Если выпить много крепкого, можно ощутить легкий хмель на короткое время, но для этого придется осушить залпом бутылки три, чтобы перегрузить систему фильтрации.»
— Так вот, насчет совета... Эм, ну, не наймешь ли ты нас, господин?
— Вас? На ферму что ли?
— Угу.
Спика пристально вглядывается в мое лицо. Хотя, глядя на эту буквально гладкую, черную маску, вряд ли вообще можно понять, где у меня глаза.
— Ты слышала о ситуации с таусирианками?
— Угу, в поселении шла молва. Да и пока путешествовали с Лайлой, много чего узнали. А когда приходили сюда в прошлый раз, речь шла о том, что Лайла выходит замуж, верно? Я еще тогда подумала, что к этому всё и идет. — договорив, усатенькая, изобразив легкую улыбку, делает маленький глоток янтарной жидкости из бокала. Судя по манере пить, к алкоголю не слишком устойчива. Да и тело у неё миниатюрное.
— Вы хотите поселиться на ферме в качестве охраны таурисианок и как наш боевой отряд?
— Ага. Нескромно так говорить о себе, но опыт у нас имеется. Хотя перед тобой мы и опростоволосились.
— Лезть на рожон при разнице в боевой мощи — чистое самоубийство. Вы грамотно дали Лайле и остальным уйти в безопасную зону, так что это вполне заслуживает проходного балла.
На самом деле, даже на мой взгляд, уровень подготовки отряда Спики весьма неплох. Если поручить им охрану караванов таусирианок, то наём Спики — или, скорее, принятие их как жителей фермы — станет одним из лучших решений.
К тому же, возможность обеспечить оборону колонии, когда буду отлучаться по торговым делам или иным поручениям, дорогого стоит. Турели и боевые боты справятся с защитой, но всё же присутствие живых бойцов дарит совсем иное чувство спокойствия.
— Приятно слышать это от тебя.
«То ли алкоголь уже начал действовать, то ли еще что, но Спика слегка краснеет и застенчиво улыбается.»
— И это всё?
— А? В смысле «всё»?
— Забыла, о чем сама говорила? Твои же слова: «Если эта ферма станет солидной и безопасной, можно и основать здесь колонию».
Стоило мне это произнести, как лицо Спики мгновенно заливается пунцовой краской, и она застывает. Остальные девушки-формиканы тоже выглядят взволнованными, поглядывая то на меня, то на Спику.
— Ну, это место и правда стало слишком уж шикарным, даже робею... но, как успела понять, мы тебе не совсем по душе. — пробормотав , Спика опускает голову и начинает созерцать янтарную жидкость, покачивая бокал, зажатый обеими ладонями.
— А ты, оказывается, куда чувствительнее, чем думал, Спика. Девичья душа?
— Конечно, девичья! А ты кем меня считал, а?! — наполовину в бешенстве, набрасывается на меня.
«Такая реакция мне нравится больше, чем её унылый вид.»
— И вообще! Ты с самого начала как-то слишком резок со мной!
— Разве?
— Да! Моё девичье сердце разбито вдребезги! Требую извинений и компенсации! — выпалив на одном духе, залпом осушает бокал, решительно встает, обходит стол и направляется прямо ко мне. — Н-на! — подняв мою руку, без спроса усаживается ко мне на колени и крепко прижимается. Антенны на её голове начинают ощупывать мою грудь...
«Что происходит?»
— Извинись.
— А?
— Извинись!
— Ладно-ладно. Возможно, вел себя несколько грубовато. Прошу прощения.
— Угу.
Услышав мои извинения, Спика довольно улыбается
«Боже, с пьяными спорить бесполезно. Опьянеть с одного маленького бокала — какая экономная особа.»
— Так вот, старшая сестра. Ты пьяна и совершенно не сформулировала суть важного разговора, это нормально?
— Не нормально.
— И всё же ты с горя напилась...
Что с ней делать? Может, засунуть под холодный душ, чтобы протрезвела?
— Короче, найми нас. Будем охранять таурисиан.
— Ну, я не против, но... раз уж вы поступаете в мое подчинение, тренировки будут жесткими.
— Нападай.
Бросив эту фразу, Спика тут же начинает тихо посапывать — уснула мгновенно.
«Эй, не спать. Эй!»
— Кхм, итак. Все произошло внезапно, но население нашей фермы разом увеличилось на пятнадцать человек. — в ту же ночь мы устроили праздничный пир в спешно расширенной зоне для караванов — бесплатном месте для кемпинга. С момента решения о банкете до его начала не прошло и часа, так что мне, которого внезапно попросили сказать тост, приходится мучительно подбирать слова. — Кроме того, от общины таурисиан поступило предложение о заключении союза, и решил его принять. Моя ферма и община таурисиан. За дальнейшее процветание обеих сторон — будем здоровы!
Поднимаю бокал, и Эрика с остальными, а также воины-таурисиане, отвечают радостными возгласами. Осушив бокал одним махом, снова поднимаю его, и на этот раз к крикам добавляются аплодисменты. Алкоголь довольно крепкий. Хотя меня таким даже слегка не проймет.
— Хм? Завия, а куда делась Спика?
Спрашиваю у девушки-формикана, которая неподалеку с аппетитом уплетает праздничные блюда — её правый глаз скрыт челкой. Она удивленно смотрит на меня.
— Эм, а? Моё имя...
— Спика же тебя так называла. Я ошибся?
«Она быстро мотает головой. Значит, не ошибся.»
— Извини, но приведи вашу старшую сестру. Наверняка хандрит где-то в углу, возьми с собой еще парочку сестер.
— Д-да! — онабодро отвечает и, прихватив нескольких формиканов, отправляется на поиски Спики.
Наблюдая за этим, ко мне обращается Эрика.
— Вы уже запомнили имена всех формиканов?
— Кроме Спики знаю только Завию. Остальные пока даже не представлялись.
— Вот как. — кивнув, женушка прижимается ко мне.
«Она что-то поняла. Как всегда, проницательна. Но раз молчит, значит, одобряет. Это вполне соответствует доктрине церкви Кордии.»
— Ну что вы... оставьте меня, сейчас грибы на голове вырастут в этом углу...
Откуда-то доносится бурчание Спики, которую с мрачным видом тащат сестры. Подхватываю её на руки и усаживаю к себе на колени.
— Эрика, Лайла. С сегодняшнего дня Спика тоже моя жена, прошу любить и жаловать.
— Да, хорошо.
— Ага-а-ась.
— ... Э?!
Эрика и Лайла моментально принимают моё внезапное заявление, а Спика делает лицо, полное непонимания.
— Это место стало, по твоим меркам, солидной и безопасной колонией, поэтому захотела наняться сюда — то есть поселиться, верно?
— Н-ну да, но...
— Ты же сама говорила раньше. Если формикан находит место, пригодное для оседлой жизни, создает там колонию. Значит, решила создать здесь колонию... то есть место для размножения.
— Формулировка! Слишком прямолинейная формулировка, господин! — она, сжавшись в комок в моих руках и залившись краской, кричит в ответ.
— Единственный мужчина в этой колонии — я. Выходит, всё ведет к тому, о чем я думаю?
— Т-так-то оно так, но... господин ведь не интересуется такими недомерками, как я... — красная как рак, Спика беспокойно бегает глазами, шевелит антеннами и смущенно соприкасает кончики указательных пальцев.
— Ну, если уж на то пошло, доля правды в этом есть.
— Эй?! У нас же такая хорошая атмосфера была?! — Спика, только что сгоравшая от стыда, с перекошенным от ярости лицом наносит мне удар тыльной стороной кулака в грудь.
«Хм, удар неплохой, но на меня не подействует.»
— Однако ты мне не противна, а телосложение — вопрос второстепенный. Если уж на то пошло, моё тело по большей части вообще искусственное.
«Главное — можем ли мы испытывать друг к другу теплые чувства. Сейчас между мной и Спикой есть дистанция, но её можно сократить со временем.»
— Ты выбрала меня, я принял это. Так будет честно. Разве нет?
— ... У господина слишком специфическое восприятие, в моей душе полный хаос. Возьми ответственность.
— Понял-понял. — глажу девицу по голове, и её антенны мягко касаются моей руки. Словно просят никогда её не отпускать.
На следующее утро разбудили глухие удары в грудь.
— ...
— Может, хватит уже?
Виновницей, колотящей в грудную пластину, оказывается Спика. Прошлой ночью, после пира, Эрика и остальные деликатно оставили нас наедине. Ну, вы понимаете. И, собственно, мы сделали это. Раз уж стали мужем и женой. Честно говоря, думал, что рановато, но раз первая жена так всё устроила, стоило проявить уважение и, так сказать, соответствовать моменту. В итоге, всё как-то само и вышло, никто специально не предлагал разластиться по стеле.
— Жестоко.
— Не думаю, что всё так плохо.
— Ты мной воспользовался.
— Может и так, но не думаю, что виноват.
«Говоря начистоту, Спика оказалась чертовски сла... чувствительность зашкаливала... кхм, да. Совместимость была хорошей. Правда, довольно односторонней. Возможно, сыграло роль то, что она изначально была 'готовенькой': в Спике плескался алкоголь, а еще антенны. Похоже, они могут передавать информацию с помощью своего рода феромонов, и главную роль в этом играют антенки. По сути, это мощный обонятельный сенсор, но... скажем так, они разогреваются. Со временем.»
— Такое сразу заметят...
— Не думаю, что стоит об этом беспокоиться.
На ферме вряд ли найдется хоть кто-то, кто не знает, чем мы со Спикой занимались прошлой ночью. Даже воины-таурисиане, покидающие её сегодня, наверняка догадались.
— Мы же проветрили и помылись... — с этими словами Спика, всё ещё красная, беспрестанно шевелит внешними рецептами.
«Мои обонятельные сенсоры улавливают остаточные следы, так что, полагаю, так оно и есть.»
— Смирись.
— У-у-у!..
Спика, не переставая краснеть, начинает колотить сзади в районе поясницы. Будь мое тело живым, получился бы неплохой массаж, но мои мышцы — усиленная синтетика. Усталость мне, по сути, неведома. Так что массаж без надобности.
— А ты храбрец, зять.
— Истинно несгибаемый.
За завтраком братья Лайлы и мои шурины, Бальтр и Лайнас, разразились комментариями. Конечно, брать новую жену на глазах у братьев предыдущей и тут же переходить к делу — это, пожалуй, выглядит неуважительно, словно ни во что не ставлю Лайлу. Но и у меня есть оправдание.
— Разве это не лучше, чем заставлять братьев слушать неподобающие стоны сестры?
— ... Возможно.
— Действительно.
Пока мы обсуждали эту тему, оба брата получили по голове от подошедшей с завтраком родственницы подносом из легкого сплава. Звук был весьма звонкий. Из-за рогов плашмя ударить сложно, так что она врезала ребром, что для живого человека должно быть довольно болезненно.
— Поешьте и уматывайте поскорее, пожалуйста. — говорит это с улыбкой, но давление исходит нешуточное.
А получившие удар лишь трут головы и морщатся. Крепкие у вас черепушки, однако.
— Кстати, вы ведь собираетесь разгромить поселение общины Итуруп?
— Именно.
— Справитесь силами двадцати человек?
Воины-таурисиане экипированы броней из комбинации пулестойкой ткани и металлических пластин, а также — что удивительно — крупнокалиберными коилганами. К сожалению, видел их только внешне и знаю лишь название, поэтому точных характеристик не ведаю, но, судя по размеру, энергоконденсатор там встроенный. В деталях прослеживается сходство с тяжелыми коилганами, которыми вооружены машины типа «Сентипид». Возможно, это трофейное оружие, переделанное их видом под себя.
И раз уж все двадцать с лишним бойцов вооружены такими штуками, их ударная мощь не идет ни в какое сравнение с обычными бандитами, включая ребят из общины Итуруп. Деревянные стены и ворота из бревен, какие были в Лейксайде, разлетятся в щепки от одного залпа. Но всё же, штурмовать поселение силами двух десятков бойцов — как-то маловато будет.
— Мы лишь отряд, посланный доставить дочерей сюда.
— Покинем это место и соединимся с основными силами.
— Число назвать не могу, но сил, чтобы сравнять поселение Итуруп с землей, у нас будет с запасом.
— Понятно.
«Не знаю, насколько велико поселение Итуруп, но если экипировка основных сил такого же качества, то общая численность наверняка перевалит за полсотни.»
— Однако, даже соединившись с основными силами, захватить эту ферму будет сложно.
— Неизбежны тяжелые потери.
— Без серьезного козыря в рукаве — невозможно.
Сейчас существование лазерных турелей на ферме Гленна скрыто. На виду оставлены только турели с коилганами, но знают ли об этом Бальтр и Лайнас — вопрос. Думаю, Лайла не рассказывала, но её подчиненные вполне могли объяснить ситуацию. Ведь в процессе доклада о замужестве наверняка пришлось затронуть тему обороны. В любом случае, броня Бальтра и Лайнаса не спасет от противопехотного лазера. Даже если бы мы стали врагами, одни лишь коилганы не стали бы смертельной угрозой. Вот если бы у них была куча плазменных гранат или плазменных пушек — тогда потерь не избежать.
— Значит, поедите и в путь?
— Да. Как старший брат, обязан устроить горячую взбучку тем, кто угрожал моей сестре и чуть не уморил её голодом.
— Убью.
Глядя на парочку прямолинейных бойцов, кивающих с абсолютно серьезными лицами, подумал: если кто-то обидит Лайлу, проблем не оберешься. В том числе и я,хотя не в физическом, но ментальном аспекте точно.
После того как отряд воинов-таурисиан отбыл, мы собрались, чтобы заново представиться и обсудить дальнейшие планы.
— Я Гленн. Недавно высадился на эту планету, наверху работал наемником. Наемническая жизнь осточертела, посему решил создать здесь ферму и вести беззаботную жизнь пенсионера с женой. Сейчас у меня уже три жены, а ферма, как видите, в таком вот состоянии... но, пожалуй, нет нужды скромничать. Я хочу обсудить дальнейший курс, но сначала представлю своих жен и семью. — подаю знак первой, она кивает и встает. — Это Эрика. Моя жена. Ей поручены сельское хозяйство, готовка и работа с постояльцами. Управление запасами продовольствия, которые мы потребляем, тоже в её ведении. Кроме того, она сестра церкви Кордии. Как вы знаете, у нас есть церковное сооружение. Велика вероятность тесных отношений не только с таурисианами, но и с церковью Кордии, так что имейте это в виду.
Когда закончил представление, Эрика улыбнулась новеньким таусирианкам и формиканам, после чего села. Затем так же представил Лайлу, управляющую финансами, торговлей и караванами, и Спику, которой поручена оборона фермы и охрана караванов.
— И еще одна, Мюзен, но...
— Я тоже стану женой Гленна.
— Да, женой... Стоп, что?
— Стану. — словно демонстрируя твердую решимость, щупальца угрожающе раскинулись в стороны. Чем-то напоминает позу угрозы у Эрики. — Но я женщина, знающая меру. Собиралась действовать после того, как священник церкви Кордии официально прибудет на эту ферму. — договорив, бросает тяжелый взгляд на Спику. Та под этим взглядом поднимает руки где-то до уровня плеч, изображая капитуляцию.
— Да прости ты. Я и сама не думала, что всё случится так внезапно...
— «Не думала» говоришь... а ведь лжешь, как дышишь.
— Ладно, лукавлю малоть. Не «не думала», а «надеялась». Но результат, случившееся, и саму удивило, точно не ждала сего исхода. — Спика бросает на меня быстрый взгляд, мол, это я виноват.
Но начала-то она, так что я заявляю о своей невиновности.
— В общем, будь готов. Смирись.
— ... Я, конечно, хотел жену, но четверо — не многовато ли?
— Если интересует взгляд церкви Кордии на сей вопрос, то кратко и доступно звучит так: «Отлично, давай еще», всё в порядке. Если хочешь, можешь взять в жены хоть всех присутствующих.
— Каким бы крепким ни был, либо высохну и умру, либо что-то отвалится от перегрузки. Имей совесть.
«Мой 'инструмент' — одна из немногих почти живых частей тела. Он хрупкий, так что правда, имей совесть, пощади.»
— Ладно, садись уже... Ох, отвлеклись. У Мюзен пока нет определенной работы, но у неё ловкие руки и щупальца, а также гибкое мышление. Планирую поручить ей производственные задачи, используя эту ловкость, но это направление у нас пока слабо развито. Так что всему своё время. Теперь пусть новички кратко представятся, и перейдем к планам на будущее.
Мюзен совсем сбила ритм разговора. Но, как она и сказала, мне стоит быть готовым. В конце концов, она даже отправилась в одиночное путешествие, лишь бы вернуться на эту ферму. Её решительность в критический момент, пожалуй, одна из самых высоких на всей ферме.
Как бы то ни было, сначала — синхронизация целей. Я ведь почти не знаю имен дочерей Таурисиан и формиканов. Нам предстоит жить вместе, так что начать нужно с знакомства.
Всего на ферму Гленна перебралось пять таусирианок.
Эрна, Прима, Секунд, Айн и Тьен. Эрна для таурисианки миниатюрна, но обладает большой силой; Прима спокойная и любит готовить; Секунд крупная и отлично владеет оружием, настоящий боец; Айн молчалива, но искусна в шитье; Тьен мудра и разбирается в торговле не хуже Лайлы. И, в общем, у всех большие груди. Таурисиане пугают. А формиканов, включая Спику, — десять. Про Спику рассказывать не буду, а остальных зовут Завия, Полима, Минера, Демия, Хезе, Зания, Шульма, Камба и Эльга. В общем и целом — плоские как доски. Завия прячет один глаз за челкой и застенчива, но хладнокровна и отлично стреляет. Остальные тоже весьма колоритны: кто-то храбр, кто-то нетороплив, кто-то слишком серьезен, а у кого-то есть привычка лениться, но в нужный момент они отлично прикрывают.
— Господи-и-и-ин, а не слишком ли небрежно ты к нам относишься?
— Верно-верно! Долой дискриминацию по размеру груди!
— Вас много, количеством давите. Имена я запомнил, так что постепенно привыкну, постепенно.
«Присваиваю каждой AR-метку, основанную на чертах лица и телосложения, и регистрирую в них имена. Теперь не перепутаю.»
— Вы ведь сейчас просто отмазались?
Серьезная девушка-формикан смотрит на меня с укоризной, но игнорирую это. У нас есть более важные вопросы.
— Это не требует сиюминутных действий, но нам нужно расширять поля, иначе грозит продовольственный кризис.
— Людей стало гораздо больше... А мы едим немало.
— Нам тоже говорят, что для своих размеров едим многовато.
Лайла и Спика кивают, соглашаясь с моими словами. В этот раз таусирианки и охранявшие их воины принесли не только деньги в качестве приданого, но и большое количество продуктов длительного хранения. Они оставили их как часть приданого, но даже с учетом старых запасов при нынешних темпах производства еды склады опустеют через полгода.
— Эрика, скоординируйся с управляющим компьютером и срочно рассчитай, насколько нужно увеличить посевные площади. План расширения вижу таким. — готовясь к работе, активирую настольный голографический дисплей и вывожу вид фермы сверху, снятый разведывательным дроном. Увидев изображение — или, скорее, огромную голограмму — новички-таурисиане и формиканы издают возгласы изумления. — Снаружи нынешней стены возведем вторую линию обороны. Турели тоже перенесем туда. И всё пространство между первой и второй стеной планирую отдать под поля.
— Двойная стена — это отлично с точки зрения надежности, но...
— Что такое? — подбадриваю Спику, которая замялась.
«Мнения нужно высказывать открыто.»
— Это уже не ферма, а какой-то небольшой укрепленный город, нет?
— Здесь живут люди, есть поля. Значит, это ферма.
— Разве?.. — у неё на лице написано несогласие, но тут не уступлю.
«Строю всего лишь немного укрепленную ферму, а вовсе не форт, крепость или город-замок. Ясно?»
— Ну, это пока только план. Если в будущем потребуется еще больше полей, можно увеличить расстояние между стенами. В конце концов, сельхозпродукцию хочу сделать основным товаром фермы, так что честно говоря, цель — не 100% самообеспечения, а все 200% и выше. Сколько ни вырасти, покупатель найдется. Так что, Эрика, запроси у компьютера цифры с запасом. Стройку начнем после этого. А, и освоение земель за стеной начинайте прямо сейчас.
— Хорошо, господин Гленн. Также посоветуюсь с Лайлой.
— Ага-а-ась.
«С полями и едой вроде решили. Теперь торговля.»
— Насчет торговли: у нас скопилось много таларов. Хочу, чтобы вы использовали их для закупки товаров извне. Список необходимого составлю, но в основном это высокотехнологичные изделия, валяющиеся без дела на складах. Скупайте за бесценок то, чье происхождение или назначение продавцам неизвестно. Лайла, сможешь оценить такие вещи?
— До определенной степени смогу, но вряд ли пойму так же хорошо, как ты...
Женушка хмурит брови, а таусирианки вторят ей тревожными взглядами.
— Выдам сканирующие устройства, которые помогут с первичной оценкой. Потренируйтесь на наших вещах. Кроме того, закупайте не только технику, но и предметы роскоши — в основном алкоголь и чай. Табак и прочие вещицы, находящие пот табу...
Смотрю на Эрику, и она скрещивает руки и внешние конечности в знак запрета. Мюзен повторяет за ней, создавая множество «крестов» руками и щупальцами.
— Как видите, с точки зрения церкви Кордии это под запретом. Так что только алкоголь, чай, а также сладости длительного хранения, вроде сухофруктов и джемов.
— А еда? — одна из таусирианок, Тьен, робко поднимает руку.
— По крайней мере, пока не нужно. Как уже говорил, продовольственная проблема серьезна, если пустить её на самотек, но если заняться ею сейчас, справимся. Усилим охоту и заготовку мяса — угроза снизится еще больше. В крайнем случае, могу задействовать свои связи. Так что в торговле можете полностью сосредоточиться на хай-тек компонентах и предметах роскоши.
— Поняла. Вывозим только талары?
— Нет, соль, чистую воду длительного хранения, а также огнестрельное оружие и боеприпасы. Оружие в основном трофейное. Можно производить и новое, но что именно пускать на продажу — обсудим позже с Лайлой и Спикой. Выберите людей, которые будут присутствовать на обсуждении.
— Поняла-а.
— Принято.
«Это касается и торговли, и обороны, так что решать будем вместе. Если выбросить на рынок слишком качественное оружие, это может угрожать нам самим или навредить дружественным общинам. Оружие, произведенное у нас, будет на голову выше того хлама, что гуляет по пустошам, разбрасываться им безответственно нельзя.»
— И еще: для безопасной торговли выдам формиканам, которые будут в охране, различную экипировку. Разумеется, будет снаряжение, с которым вы раньше не сталкивались. Ваша боевая мощь вырастет не в два раза, а скакнет на порядки. — при этих словах формиканы восхищенно свистят и радостно переговариваются. Ха-ха-ха, смейтесь, пока можете. — Это значит, что опасность при неправильном обращении тоже возрастет многократно. Как и опасность, если снаряжение захватит враг. Чтобы этого ни в коем случае не произошло, буду гонять вас с утра до ночи так, что тошнить перестанет нечем. Ждите с нетерпением. — после этих слов среди антенососцев воцарилась гробовая тишина. Праздничное настроение сменилось похоронным. — Спика, надеюсь, ты понимаешь — дезертирство недопустимо. Впрочем, не думаю, что у вас получится сбежать, даже если захотите.
— Угу...
— И к тебе, моей жене, поблажек не будет.
— Да... — она уныло опускает плечи.
«Жаль её, но дело есть дело.»
— И насчет таурисиан, которые отправятся торговать.
— Д-да! — хором отозвались они.
— Таскать тяжелые грузы на своих плечах на большие расстояния больше не придется: подготовлю транспорт высокой проходимости и грузоподъемности. Впредь будете торговать на колесах. Я не буду так строг к вам, как к формиканам, но водить научиться придется.
— Есть!
Узнав, что тяжести таскать не нужно, они расплываются в широких улыбках.
— Это касается и вас. Для сопровождения транспорта подготовлю соответствующие средства передвижения. Тренировки по их освоению тоже будут, готовьтесь.
— Есть, сэр!
«Отлично. Пожалуй, на данный момент всё, что стоило обсудить и донести. Осталось перепланировать размещение жилья и прочее. Не думал я, что придется принимать столько людей сразу... Ох, дел невпроворот.»
Строительные и сельскохозяйственные боты, создающие угодья, трудятся без устали круглыми сутками, отчего оставлять их без дела представляется крайне неразумным решением, следовательно, чем раньше поступят указания к действию, тем лучше для общего дела.
— Ох, ну право слово… Господин Гленн, разве можно столько работать?
Пока, растянувшись на кровати, проверяю рабочие алгоритмы, направляемые автоматическим помощникам, на постель забирается раскрасневшаяся и дышащая жаром после водных процедур Эрика и принимается меня журить.
— Прости, никак не могу выкинуть это из головы.
— Пожалуйста, отдохни хотя бы перед сном, ведь даже если твое тело куда крепче, чем у обычных людей, при таком подходе первым не выдержит и сдастся именно сердце. — произнеся сии слова, укладывается рядом со мной, облаченная в ночное одеяние, представляющее собой простое однотонное платье.
Глядя на нее, невольно задумываюсь: пожалуй, стоит обустроить условия для более изысканного быта, дабы у жителей появилась возможность прихорашиваться. Припоминаю, что производство одежды и тканей откладывал на потом, однако для поддержания здравого духа и благополучия людей подобные аспекты жизни требуют должного внимания.
— Ч-что такое? Ты так пристально разглядываешь мое тело… Неужели… хочешь повторить еще раз?
— Да нет, вовсе не против твоего предложения, но мысли мои сейчас о другом. Мне хочется, чтобы у тебя была возможность одеваться красивее, ведь сейчас поставки тканей полностью зависят от внешних источников, не так ли?
— Вот оно что… Ну, если говорить начистоту, то людей у нас внезапно прибавилось, отчего материала для платьев и белья начинает катастрофически не хватать. Неужели сможешь что-то с этим сделать?
— Считай, что завтра проблема будет решена.
Запасы материалов на основе целлюлозы у нас в избытке, отчего создание синтезатора синтетических волокон позволит мгновенно исправить ситуацию.
На следующий же день без промедления устанавливаю в мастерской новый производственный агрегат. У нас уже имеется устройство, выводящее собранные материалы в твердые формы, однако оно пригодно скорее для печати деталей огнестрельного оружия и совершенно не подходит для создания нежных тканей. Новая же установка способна производить регенерированные и синтетические волокна на основе целлюлозы, позволяя при этом по собственному желанию менять качество нити и насыщенность ее окраса.
На нашей ферме доля женского населения необычайно высока, вернее сказать, я — единственный мужчина в этом окружении. Эрика, таурисиане и даже формикане — все они являются представительницами прекрасного пола. Что же происходит, когда в распоряжении девушек оказывается машина, способная в любых количествах выдавать практически любую ткань?
— Послушайте…
— Господин Гленн, мы сейчас немного заняты, загляните попозже, хорошо?
— Слушаюсь…
Мастерская оказывается захвачена. Женщины в полном составе оккупируют помещение, приносят швейные принадлежности и с предельной серьезностью принимаются за дело. Лица их выражают такую решимость, что попытайся сейчас увести формикан на тренировку, в поселении наверняка вспыхнуло бы восстание. Подавить подобный бунт не составило бы труда, однако незачем навлекать на себя лишнюю обиду, отчего сегодня решаю вести себя тихо.
Запускаю установку для вывода твердых объектов, на которую никто даже не смотрит, и изготавливаю для мастериц новые иглы, булавки и портновские ножницы. Стоит мне это сделать, как посыпаются новые заказы, и в конечном итоге по их просьбам приходится сооружать даже такие архаичные и низкотехнологичные механизмы, как электрические швейные машинки. У нас есть аппарат, способный выдавать базовые модели одежды по шаблонам, но он почему-то не пользуется успехом. Качество там достойное, однако дам, судя по всему, не устраивают мелкие детали.
Сие есть мир, который мне, увы, не дано понять до конца.
— Это точно пойдет на продажу!
— Нам следует грузить в караваны ткани и одежду вместо воды, спрос будет колоссальным.
— Вот как…
Лайла и Тьен с нескрываемым воодушевлением рассуждают перед рулонами готовой ткани, а позади них молчаливо и часто кивает Айн — таурисианка, обладающая талантом к шитью. Она немногословна, но, говорят, обладает исключительным чутьем на товары, связанные с одеждой и мехами. Лайла и Тьен разделяют ее мнение, утверждая, что синтетические волокна на основе целлюлозы станут объектом охоты для многих покупателей.
— Что ж, торговые дела вверяю Лайле и остальным. Если считаете, что это принесет прибыль — действуйте по своему усмотрению.
«Вопросы спроса, предложения и возможного обвала цен нет нужды обсуждать со мной. Девушки разбираются в этом куда лучше, отчего делегирую им все полномочия.»
— Впрочем, прежде чем отправляться в путь, необходимо закончить обучение охраны. Хотя, должен признать, дела обстоят куда лучше, чем ожидал.
Перевожу взгляд туда, где формикане ведут ожесточенный тренировочный бой против боевых ботов. Оружие обеих сторон настроено на несмертельный режим работы оптических систем, а все формикане вооружены лазерными карабинами. Хотя сие оружие и зовется карабином, по сути оно представляет собой лазерный пистолет с присоединенным прикладом и дополнительными модулями, так что технически это скорее пистолет-карабин.
Тельца формикан миниатюрны, отчего полноразмерные лазерные винтовки или даже их укороченные версии оказываются слишком громоздкими и неудобными в обращении. Сходная проблема возникла и с койл-рипитерами, которые к тому же трудно достать в нужном количестве. Запас энергетических конденсаторов, захваченных у автономных орудий уничтожения, подошел к концу.
Зато у меня в запасе имелось тридцать лазерных пистолетов, предназначенных для самообороны на случай пополнения штата, чего вполне хватило для оснащения отряда формикан. Наборы для их конверсии в карабины изготовить не составило труда, что оказалось весьма кстати. Конечно, пистолеты уступают винтовкам в мощности и дальности, однако они все равно превосходят старые штурмовые винтовки, которыми те пользовались раньше, в точности и баллистических характеристиках. Благодаря прикладам кучность стрельбы на дальние дистанции значительно возросла, отчего сами девушки пребывают в полном восторге.
— Ай, горячо-о-о!
— Дура! Не высовывайся так беспечно!
— Демия, ты признана погибшей. Лежи и не дергайся.
— Хи-и-ин…
Боевые боты обладают высочайшими боевыми характеристиками, несмотря на свой невзрачный вид. Особенно в ближнем бою на дистанции до ста метров их скорость реакции и точность стрельбы достигают уровня, с которым обычному человеку совладать не под силу. Прямая перестрелка с ними неизбежно ведет к поражению.
В конечном итоге, когда двое из отряда прикрытия, принявшего на себя основной удар, условно погибают, мобильная группа заходит с фланга и закидывает ботов гранатами. Стройный огонь машин сбивается, и тогда объединенные силы фронта и фланга зажимают их в перекрестный огонь, после чего всему отряду ботов засчитывается уничтожение. Потери со стороны формикан составляют два человека, что можно считать отличным результатом в схватке с равным числом таких противников.
— Учения окончены. Весьма недурно.
— Но против Гленна мы до сих пор не смогли провести ни одной успешной атаки…
— Я привык сражаться против превосходящего числа врагов, так что в этом нет ничего удивительного.
Формикане, включая Спику, неоднократно проводили учебные бои не только с ботами, но и со мной лично. Мы сражаемся без использования разведывательных дронов, ограничиваясь лишь лазерным оружием и гранатами, и пока что неизменно выхожу победителем. Сила Спики и ее соплеменниц кроется в остром обонянии их усиков и безмолвном взаимодействии через феромоны, но если знать об этих особенностях, всегда можно найти способ противодействия.
— Нам также необходимо провести тренировки по вождению. На сегодня закончим, а завтра приступите к освоению высокомобильных машин. Да, и те, кто получил легкие ожоги от лазеров, обязательно воспользуйтесь гелем для регенерации тканей.
— Есть, командир!
Формикане, включая «погибших» во время учений, поднимаются и шумной толпой направляются в душ.
— Как видите, подготовка охраны продвигается, завтра и вам предстоит сесть за руль вездеходов.
— Слушаемся.
— Поняли вас.
Лайла и Тьен согласно кивают, а Айн привычно и ритмично качает головой.
«Нужно будет также обучить формикан работе с дронами и генераторами щитов. Дел действительно невпроворот.»
— Это и есть те самые высокомобильные машины?
— Именно так.
— Выглядят как какие-то животные или, скорее, насекомые.
Перед нами стоят четыре высокомобильных вездехода, обладающих механизмом, напоминающим шесть ног. На деле это не конечности, а подвижные рычаги подвески, оснащенные мощными амортизаторами и магнитными моторами, но со стороны они и впрямь кажутся лапами.
— Это транспорт для передвижения по пересеченной местности. Вот эти — транспортные модели, а те — машины сопровождения. Транспорт вмещает до двух человек, машина охраны — до четырех. В караване четверо таурисианок займут два транспортных средства, а три-четыре формикани втиснутся в машину сопровождения.
Транспортный вездеход представляет собой контейнер с кабиной водителя, из которого растут шесть толстых опор с колесами. Его максимальная скорость составляет около шестидесяти километров в час, однако мощная подвеска позволяет двигаться плавно даже по самым жутким ухабам, почти не передавая тряску на корпус. Грузоподъемность составляет скромные три тонны, но двух таких машин вполне достаточно, чтобы перевозить куда больше припасов, чем обычный караван.
Машина сопровождения в два раза меньше транспортной, зато разгоняется до ста километров в час и несет на крыше вращающуюся турель. Она обладает той же шестиопорной схемой подвески. На турель можно установить различное тяжелое вооружение, позволяющее вести огонь прямо на ходу. Я долго размышлял над выбором пушек, но Спика убедила, что слишком продвинутое оружие — например, мощные противопехотные лазерные пусковые установки — не произведет должного устрашающего впечатления на местных жителей. В итоге остановились на крупнокалиберных пулеметах.
— Люди даже не поймут, опасен ли лазерный излучатель, пока не станет слишком поздно…
— А большая пушка понятна каждому.
— Ладно, ладно, убедили.
«Даже этот тяжелый пулемет способен разорвать человека пополам, отчего решаю больше не спорить. Видимо, формиканам привычнее ощущать в руках тяжесть и грохот огнестрела, хотя он шумный, тяжелый и легко блокируется щитами.»
— Таурисиане и формикане должны первым делом привыкнуть к управлению этими махинами. Излишне говорить, что машина сама по себе является оружием массового поражения из-за своего веса, отчего попадание под колеса означает мгновенную смерть. Будьте предельно осторожны и обращайтесь с техникой так же бережно, как с оружием.
— Слушаемся-я-я-я!
— За любую аварию последует суровое наказание.
— Так точно!
Голоса стали куда серьезнее. Вот и славно. Пока довольно киваю сам себе, кто-то принимается настойчиво дергать меня за край рубашки.
— Господин Гленн, мы тоже…
— Тоже хотим попробовать водить!
Эрика и Мюзен смотрят на меня сияющими глазами.
«Помнится, они и к трициклу проявляли интерес. — отчего решаю обучить и их. — Из-за малого роста формикане вряд ли справятся с трициклом, а вот Эрике он вполне по плечу. Раз так, нужно будет пригнать и его.»
— И-и-иха!
— А ну прекрати эти цирковые номера! Это прямой путь к аварии и поломке механизмов. Чтобы я больше такого не видел!
— Прости...
— Раз поняла, то и славно.
Отчитываю Мюзен, которая умышленно вздыбила трицикл на передние колеса. Она освоила управление в рекордно короткие сроки, что похвально, но подобные безрассудные выходки абсолютно недопустимы.
— А техника-то быстрая.
— И груза влезет немерено.
«Таурисианки водят в манере 'безопасность превыше всего', отчего за ними приятно наблюдать. Они не слишком давят на газ, но не из страха скорости, а из боязни сломать машину. В их понимании поломка ходовой части в глуши превращает караван в легкую добычу для мародеров. Что ж, логично.»
— Хья-хо-о-о!
— Дура, ты слишком разогналась! Сбавляй скорость! Ува-а-а-а, страшно-то ка-а-ак!
Формикане делятся на два типа: либо предельно осторожные, либо совершенно безбашенные. Тех, кто несется во весь опор, помечаю особыми тегами в системе. Позже устрою им «курс выживания в условиях бесконечных столкновений до полного осознания вины». Эрика проявляет себя как отличный водитель. Она не ставит рекордов в обучении, но ведет машину сопровождения уверенно и надежно. Если освоит и трицикл, можно будет изготовить еще один и совершать совместные вылазки.
Когда все вдоволь накатались, забираю с собой тех самых лихачей и устраиваю им пятидесятиметровый заезд с кучей контролируемых аварий. Когда они начинают молить о пощаде, разбираю один вездеход и заставляю их тащить на себе до фермы детали: конденсаторы, электромоторы и части корпуса. На каждого выходит около восьмидесяти килограммов, но для сильных представителей их расы это предел возможного. Я же взваливаю на себя все двести, так что жаловаться им не на что. Остальное забирают таурисиане на транспортном вездеходе.
— Итак, безрассудное вождение не только повышает риск гибели, но и ведет к поломке снаряжения. В таком случае вам придется тащить на себе хотя бы ключевые узлы. Если же это невозможно, машину придется взорвать, отчего мы понесем невосполнимые потери, ведь на этой планете подобные вещи на дороге не валяются. Относитесь к технике бережно. Уяснили?
— Д-да… Так точно…
Трое формикан — Демия, Зания и Камба — пробежавшие пять километров с восьмидесятикилограммовым грузом, отвечают дрожащими голосами, едва удерживаясь на ватных ногах.
С вождением мы более-менее разобрались, так что теперь собираю всех для лекции по техническому обслуживанию. Чаще всего из строя выходит ходовая часть, однако при должном уходе она служит долго. Это как с оружием: своевременная чистка и смазка решают всё.
— В каком-то смысле это ничем не отличается от ухода за вьючными животными.
— Точно. Нужно проверять копыта, вовремя кормить и поить.
Лайла и Спика понимающе кивают. В их глазах аналогия вполне уместна. Впрочем, у вездехода есть система самодиагностики, так что ухаживать за ним даже проще — сам скажет, где болит и чего хочет.
— Однако не стоит слепо полагаться на автоматику, ибо она может подвести в самый ответственный момент. Прибыли ли вы в поселение или встали на привал — всегда выделяйте время на осмотр и чистку.
— Есть!
Также разъясняю порядок действий при безвозвратной поломке — как извлечь ядро системы и оставить остов. Если удастся спасти конденсатор, остальное можно восстановить.
— Но не вздумайте заблуждаться: железо остается железом, а ваше снаряжение — лишь инструментом. Приоритетом всегда является жизнь. Оборудование можно бросить, если на кону стоит выживание.
«Было бы верхом глупости погибнуть, пытаясь спасти кусок металла. Да, качественные конденсаторы здесь редкость, но при крайней нужде их можно купить, отправившись на шаттле в другой сектор.»
В течение следующих нескольких дней продолжаем тренировки на вездеходах и трициклах, пристреливаем бортовые пулеметы и заготавливаем рулоны синтетической ткани. Тем временем в центральном секторе — том самом, что был первым обнесен стеной — завершается сбор урожая. Отработанные поля постепенно переносим в зону между первой и второй стенами, а освободившееся место планируем застраивать.
В итоге центральный сектор станет сердцем поселения, где вокруг генератора сосредоточатся склады с высокотехнологичным оборудованием, церковь, мастерские и ангары для техники. Там же будет располагаться и наше жилье. Хотя, когда начнем возводить третью стену, дом, вероятно, придется перенести в пространство между второй и третьей преградами, иначе места станет не хватать. Возможно, только мой дом останется на прежнем месте, но семья ведь растет… С учетом позиции Эрики и церкви Кордии, нас будет становиться всё больше, появятся дети, и в центре станет тесно. Переезд неизбежен.
К слову о гостях: лагерь для караванов и постоялый двор решил разместить поблизости от лавки Лайлы. Позволять чужакам бродить рядом с нашими домами, сложными станками и техникой космического уровня — непозволительная оплошность с точки зрения безопасности. Если будем слишком беспечны, нас могут перестать уважать или вовсе попытаются прощупать на прочность.
На самом деле боты и дроны следят за каждым шагом любого посетителя, и при малейшем подозрении на диверсию сработает тревога, но об этом знаю только я. Посторонние же должны видеть четкие границы дозволенного, отчего подобные меры предосторожности были признаны всеми разумными.
— За нами тоже следили?
— Вы зарегистрированы как члены семьи, отчего уровень контроля снижен, однако попытка поджога или разрушений все равно вызовет мгновенную реакцию системы.
— Мы бы никогда так не поступили.
— Вот и славно, тогда и проблем нет.
Мюзен, кажется, не до конца удовлетворена таким ответом, отчего принимается легонько шлепать своими щупальцами по спине. Что ж, это даже мило.
— Когда планируем отправку каравана?
— Как только всё будет готово. Вы ведь сейчас массово шьете одежду на продажу?
— Именно так. У нас есть соль, ткани и та простая одежда, которую выдает твоя машина. К тому же девочки кое-что шьют вручную. Как только наберем приличный объем товара, двинемся в путь.
— Так и сделаем. Организацию оставляю на тебя, Лайла. Но учти, это первый поход с новым снаряжением, не затягивайте его. Вернитесь быстро, а дальние экспедиции начнем планировать позже, когда убедимся, что техника не подведет.
— Разумеется, всё поняла. Составлю план и еще раз всё обсудим. — она ослепительно улыбается...
... и на этом мы заканчиваем обсуждение.
Первой целью нашего каравана был выбран Лейксайд. Уже бывал там и видел их склады: помимо блоков питания и позитронных мозгов, полно обломков автономных машин уничтожения. Конденсаторы там вряд ли уцелели, но полезные компоненты при разборке добыть можно. В прошлый раз был ограничен в грузоподъемности, но теперь, с транспортным вездеходом, сможем вывезти всё ценное.
Кроме того, у этого поселения теперь должно быть полно оружия, захваченного у общины Итуруп — по стволу на каждого убитого врага. Если у них есть излишки, сможем выкупить их по дешевке. К тому же в Лейксайде есть озерные деликатесы, которые мы сами добыть не можем, отчего их закупка станет отличным подспорьем.
— Ну, мы отправляемся.
— До встречи, муж мой.
— Удачи.
Десять человек под руководством Тьен и Спики на четырех вездеходах покидают ферму. Путь до селения на такой технике займет от двух до трех часов, так что они планируют управиться со всеми делами и вернуться еще до заката.
— Уехали…
— Думаю, волноваться не о чем.
Единственное, что может представлять угрозу для нашего каравана — те самые автономные машины уничтожения с их рельсотронами, способными разнести вездеход в щепки. Но при грамотном использовании дронов столкновения с ними легко избежать.
— А что мы будем делать сегодня? 0 Мюзен заглядывает мне в лицо, когда караван скрывается за горизонтом.
«Что ж, дел всегда хватает.»
— Срочных задач нет. Можно изготовить партию оружия на продажу или сходить на охоту, а то запасы мяса из-за пополнения стали таять.
Все строительные и аграрные работы выполняют боты и дроны, нам остается только производство или охота. Впрочем, запасы минералов для строительства подходят к концу, отчего не мешало бы найти жилу и установить автоматический бур. Это специализированная машина, которая после установки на месторождение выпускает дронов-шахтеров, способных бесконечно качать ресурсы из недр. Сейчас, когда у нас прибавилось людей для охраны периметра, самое время заняться добычей.
— Я тут подумал, что нужно поставить добывающую установку.
— Прямо сейчас?
— Именно. А заодно и поохотимся.
— Охота! Я тоже пойду! — Мюзен воодушевленно сжимает кулачки, а кончики ее щупалец сворачиваются в тугие спирали.
«Видимо, так она выражает крайнюю степень азарта.»
Добывающая установка — штука довольно громоздкая. Лучше бы поставить ее за стенами, но подходящее место нашлось лишь снаружи. К тому же встает вопрос питания: она потребляет слишком много энергии для обычных блоков, отчего к ней нужно тянуть кабель от центрального генератора. Впрочем, до внешней стены линия уже проведена, осталось лишь протянуть рукав до самой точки добычи. Заодно проложим и транспортную трубу для ресурсов.
Вы спросите, как именно разобранные на атомы вещества мгновенно попадают в хранилище? Не задавайте мне таких сложных вопросов… слышал что-то про фрагментацию информации и эффекты мерного сжатия, но как это работает на практике — бог весть. Главное, что работает.
— И это вся установка?
— Вся.
Моя «работа» заключалась лишь в том, чтобы найти жилу при помощи сканера на дроне, прибыть на место, подтвердить наличие ископаемых и дать команду рабочим ботам проложить кабели и установить платформу. Сам я ничего не копал и не собирал — боты справятся с этим куда лучше дилетанта.
— Как-то слишком просто.
— Это кажется простым, потому что мы заранее подготовили всё необходимое.
Пожимаю плечами и принимаюсь готовить винтовку.
Сегодня взял классический огнестрел, такой же, как у Эрики. Лазеры слишком мощны, они вызывают мгновенный шок и мешают нормальному обескровливанию туши, а рельсотроны и вовсе превращают добычу в фарш. Для хорошего мяса нет ничего лучше старого доброго пороха.
— Я тоже буду стараться.
Мюзен держит в руках такую же винтовку, которую одолжила у первой жены. Мы выглядим как пара близнецов с одинаковым снаряжением.
— На кого пойдем?
— Ближе всего стадо гексадий.
Гексадии — шестиногие рогатые травоядные. Они крайне пугливы и при малейшей опасности уносятся прочь на огромной скорости. Впрочем, если поднапрягусь, то смогу их догнать и на своих двоих. Мясо у них вкусное, а одной туши хватает нашему поселению на три дня.
— Поймаем много!
— Будет трудно всё это обработать…
Остужаю пыл Мюзен, и мы выдвигаемся. Честно говоря, идти на охоту в этом летящем монашеском одеянии — затея сомнительная, но если она испачкает его в крови, пенять будет только на себя.
Благодаря картинке с дрона точно знаю, где они, отчего заходим с подветренной стороны. У диких зверей отличный нюх, и если ветер донесет наш запах, сбегут. К тому же нужно ступать предельно тихо — они чутко реагируют на хруст веток или лязг металла.
— Вижу их. Пригнись.
— Где?
Чтобы помочь подруге, указываю направление. С такого расстояния я бы попал без труда, но для нее это далековато, отчего подбираемся ближе. На ходу бесшумно передергиваю затвор, досылая патрон в патронник, и попутно вызываю транспортного бота — он пригодится для перевозки туш и доставки воды для первичной промывки. Когда мы оказываемся на дистанции уверенного выстрела, подаю Мюзен знак целиться в левую особь. Она отвечает мне жестом «ОК», свернув щупальце в кольцо, и замирает, используя не только руки, но и отростки для стабилизации винтовки. Одно из ее щупалец начинает ритмично постукивать по земле, отсчитывая секунды. На третий удар стреляем одновременно.
*Па-па-ах!* — два выстрела сливаются в один...
... и две гексадии валятся на землю, разбрызгивая кровь. Я мгновенно перезаряжаюсь и снимаю еще одну, пытавшуюся развернуться для бегства, а следом — последнюю, уже сорвавшуюся с места.
— Гленн, ты потрясающий.
— На такой дистанции несложно. Ну что, приступим к разделке.
«Вдвоем обработать четыре туши — задача непосильная, отчего вызываю на подмогу формикан, оставшихся на базе. Сегодня нас ждет пир с жареными потрошками!»
— Стало быть, нынче у нас пиршество из потрохов?
— Именно так.
Кивая, протягиваю Спике тарелку, на которой аппетитно возлежат искусно прожаренные сердца и печень хексадии. Охота, предпринятая совместно с Мюзен, увенчивается грандиозным успехом, отчего Спика со своими спутниками возвращается на ферму ещё до того, как светило скрывается за горизонтом. Итоги торгового обмена также превосходят ожидания: караван доставляет переработанную рыбу, выловленную в озере, излишки огнестрельного оружия, а также разнообразный лом, который в Лейксайде сочли бесполезным.
Даже если сии предметы и впрямь окажутся сущим хламом, заранее велел забирать любые металлические изделия, коли их отдают за бесценок. В худшем случае, будь это хоть трижды мусор, наш конструктор разложит их на металлические элементы и переработает в полезные материалы. Взамен же караван оставляет там медицинские препараты, соль и ткани, коих у нас в избытке.
— Господин Дэнис остаётся слегка недоволен тем, что всё свелось к обычному бартеру, — произносит Спика.
— Будем надеяться на большее в следующие разы.
— Верно. Однако и Дэнис, и Нанна выражают искреннюю признательность за предоставление медикаментов.
— Вот и славно. Значит, они снова у нас в долгу.
Нанна — сие имя носит лекарь из Лейксайда. Хотя ей и недостаёт познаний в области высоких медицинских технологий, довольно быстро осваивает использование предоставленных средств после кратких пояснений. Пожалуй, её навыки весьма недурны.
— Господин, намерен ли ты усилить охотничий промысел в ближайшее время? — вопрошает Спика.
— Пожалуй. Придётся соблюдать осторожность, дабы не истребить всю дичь в округе, но раз едоков прибавилось, придётся добывать больше.
«Раньше нас было четверо — я, Эрика, Лайла и Мюзен, — и туши одной гексадии вполне хватало, чтобы безбедно кормиться добрых десять дней. Однако теперь, когда к нам присоединилось пятеро таусирианок и десять формиканок, потребление возрастает почти в пять раз, ввиду того что и те, и другие обладают отменным аппетитом. Иными словами, если раньше нам достаточно одной туши на десять дней, то ныне потребность диктует добывать зверя каждые двое суток. Задача сия представляется довольно трудоёмкой.
— Если охотиться в таком темпе, добыча в окрестностях скоро иссякнет.
— В таком случае, возможно, стоит обдумать организацию охотничьих экспедиций в дальние земли.
— Не думаю, что это потребуется немедленно, но при наличии высокомобильных машин сможем и дичь перевозить, и попутно заниматься сбором ресурсов.
«Пожалуй, отправка одной машины охранения и одной транспортной единицы станет идеальным решением. В будущем, когда потребность в мясе возрастёт, стоит всерьёз рассмотреть подобный формат охоты.»
— Каковы планы на караван со завтрашнего дня, господин?
— Завтрашний день посвятим техническому обслуживанию использованных машин. После этого снарядим караван уже с ночёвкой. Постарайся распределить участников так, чтобы состав сменялся и опыт накапливался у всех равномерно.
— Поняла, господин.
— Да-а-а, всё будет исполнено-о-о.
Спика и Лайла без лишних споров соглашаются с моей стратегией. В пеших переходах они, несомненно, искушённые мастера, однако управление караваном на высокомобильных машинах — дело совершенно иного рода. Завтра обязательно выслушаю их предложения о том, как можно оптимизировать данный процесс.
На следующий день вместе с Мюзен и половиной отряда таурисиан и формикан приступаю к обслуживанию машин. Основное внимание уделяем проверке и очистке ходовой части. По завершении самодиагностики работа обычно заканчивается, однако сегодня решаю провести практическое занятие по замене деталей.
— Если самодиагностика не выявляет проблем, то в целом всё в порядке, но сегодня воспользуемся случаем и попрактикуемся в замене элементов подвески. — с сими словами активирую режим техобслуживания, и одна из шести опор машины слегка приподнимается над землёй, фиксируясь в воздухе. — В таком положении мы отсоединяем опору и заменяем её на новую. Снятую же деталь разбираем на материалы и воссоздаём заново, получая абсолютно новое изделие. Коэффициент переработки близок к ста процентам, оттого процесс сей чрезвычайно экологичен.
— Послушайте, а не будет ли разумным брать с собой несколько запасных опор? Тогда в случае поломки в пути нам не о чем будет беспокоиться.
— Справедливо... Они довольно увесисты, но с завтрашнего дня станем так и поступать.
Небольшой загвоздкой является лишь то, что детали опор у машин охранения и транспортных моделей не взаимозаменяемы. Впрочем, достаточно брать по две штуки каждого вида. Ходовая часть действительно считается самым уязвимым узлом, но при регулярном обслуживании на ферме каждые несколько дней серьёзных поломок возникнуть не должно. В крайнем случае, машина способна передвигаться и на четырёх опорах, хотя грузоподъёмность и устойчивость при этом снижаются, а тряска становится невыносимой.
— Что же, приступаем к замене. Порядок действий таков...
Наглядно демонстрирую процесс демонтажа, сопровождая его пояснениями. В некотором смысле конструкция изначально предполагает высокий износ ходовой части: при возникновении проблем достаточно просто заменить весь модуль целиком. Подобная эксплуатация возможна лишь благодаря наличию конструктора, способного перерабатывать вторсырьё почти без потерь, и высокоточного оборудования, печатающего новые детали из полученных материалов.
После демонстрации поручаю таурисианам и формиканам самостоятельно заменить остальные опоры. Опыт, полученный на практике, позволит им сохранять хладнокровие при реальной неисправности. Те же, кто не участвует в обучении, заняты выгрузкой и сортировкой хлама, доставленного из Лейксайда. Другие присматривают за полевыми работами или помогают Эрике, которая заведует учётом закупленного провианта.
Закончив здесь, мне следует проверить и их успехи.
— Ой, господин Гленн!
Заметив меня, Лайла начинает энергично подпрыгивать и махать рукой.
«Да уж, зрелище впечатляющее. Глядя на столь интенсивные колебания её фигуры, невольно задаюсь вопросом: всё ли у неё в порядке и не боязно ли ей от подобных прыжков, ненароком можно и грудью себе по лицу заехать, а учитывая их объем, вырубит похлеще от удара кулака взрослого накаченного мужчины.?»
— Приветствую. Ну, как продвигаются дела?
— Вот список на этом планшете. Здесь — полезные вещи, которые нам удалось опознать, там — несомненный мусор, а вот в этой куче то, в чём мы не сумели разобраться.
Принимая терминал из рук Лайлы, изучаю перечень.
«Хм, любопытно. Помимо старого огнестрельного оружия, здесь значатся низкосортные боеприпасы, лом электроники, обломки автономных боевых единиц... 'полезный' хлам, да-да. С другой стороны — изъеденные ржавчиной клинки, стальные бронепластины, нечто похожее на доспехи и непонятные статуэтки... ха-а-а, это чистой воды мусор. Бронепластины — обычная сталь. Будь это высокотехнологичная композитная броня, ей нашлось бы применение, а в таком виде толку от неё мало. Что же касается неопознанных предметов... В основном рухлядь, однако среди неё обнаруживаются несколько сильно повреждённых генераторов персональных щитов. У одного из них даже цел энергетический конденсатор. Если использовать детали от остальных, можно попробовать собрать одно рабочее устройство. Сии генераторы подобны тому, что использую я: при их активации нельзя применять стрелковое оружие, зато они превосходно защищают от пуль и способны выдержать несколько попаданий из лазерных винтовок. Правда, в отличие от меня, получающего энергию от антиматериевого ядра, местным умельцам придётся либо менять энергоблоки, либо подзаряжать конденсаторы на специальных станциях, когда запас иссякнет. Об этом стоит помнить.»
— А вот сия вещица весьма ценная.
— Ой, неужели? А ведь наши выторговали всё это скопом всего за двадцать таларов.
Лайла расплывается в довольной улыбке. Обломки генератора персонального щита всего за двадцать таларов... Новое устройство стоит около полутора тысяч энелов. Сложно соотнести талаpы с энелами, но очевидно, что покупка совершена за бесценок. Разумеется, восстановленная вещь не сравняется по цене с новой, но даже за половину стоимости её можно продать. Семьсот пятьдесят энелов с лихвой покроют расходы на провиант на два месяца, а при должной экономии и умелой торговли — и на три.
— Это настоящая удача. Пожалуй, стоит и впредь продолжать подобные закупки.
— Кажется, в Лейксайде уже выгребли всё под чистую, в следующий раз вряд ли что-то найдётся... Но мы попробуем поискать в других поселениях.
— Так и поступите. Чувствую, в таком темпе мы найдём ещё немало диковинных сокровищ.
«Поистине нежданная находка. Теперь с нетерпением жду следующего каравана.»
Второй поход каравана также завершается полным триумфом. На сей раз путь лежит к подножию юго-западных гор, в поселение низкорослой человекоподобной расы — местных дварфов. Как сообщают участники, те проявляют живейший интерес к нашим высокомобильным машинам.
«Дварфы, значит... Среди моего снаряжения, доставленного на Рибос-3, наиболее сложные технологические изделия, такие как генераторы или 'Забутон' были приобретены именно у одного дварфа. Сия раса широко расселена по космосу — говорят, их сообщества есть даже в далёкой Империи на краю Галактики — но не ожидал встретить их представителей здесь, одичавших и пустивших корни на сей планете.»
— Те люди вовсе не пускают чужаков в своё селение. — произносит Лайла, прижимая ладонь к щеке и тяжело вздыхая. На сей раз именно она возглавляет караван таурисианов.
— Вот как?
— Именно так. У входа в наземную часть, окружённую стенами, есть специальное место для посетителей, но основные жилые ярусы уходят глубоко под землю, прямо в толщу горы.
— Хм... Понятно.
«Стало быть, они превратили гору в неприступную твердыню. Весьма изящное решение. Главное преимущество в том, что им не грозит нападение со всех четырёх сторон, как нашей ферме. С другой стороны, массированный обстрел из плазменных гаубиц или тяжёлых электромагнитных пушек может вызвать обвалы, что довольно пугающе. В таком свете наше укрепление — или, вернее, ферма, — оснащённое генераторами щитов и средствами противовоздушной обороны, выглядит куда безопаснее. Накрыть щитом целую гору — задача едва ли выполнимая.»
— Итак, вот что удалось раздобыть?
— Именно так.
Товары, приобретённые у дварфов, состоят преимущественно из металлических изделий, а точнее — лома. Также в списке значится несколько единиц огнестрельного оружия и один малогабаритный энергетический конденсатор. С нашей стороны дварфов особенно радуют ткани из синтетического волокна, свежие овощи и рыба, полученная в Лейксайде. Оружие и боеприпасы их почти не заинтересовали, а запасы соли у них оказались в достатке.
— Хм-м-м... — внимательно осматриваю купленные у дварфов ружья и пули.
«Обслуживание оружия выполнено безупречно: все детали подогнаны идеально, люфтов нет, качество материалов на высоте. Сие — лучшие образцы местного производства из тех, что доводилось видеть. Однако кое-что кажется мне подозрительным: вещи абсолютно новые. Вероятнее всего, их изготовили прямо в том горном поселении. Но для создания подобного оружия требуются станки определённой точности или же высокотехнологичное оборудование для печати по металлу, подобное моему. В то же время, судя по рассказам Лайлы, оборона дварфов мало чем отличается от лейксайдской. А вот и боеприпасы. Исполнение великолепное. Без разбора не скажешь наверняка, но форма и размеры гильз выдержаны идеально. Пожалуй, их можно назвать безупречными. Удивительно, что они способны достичь такой точности. Вероятно, возможности дварфов в производстве патронов почти не уступают моим. О объёмах судить трудно, но в качестве они нам точно не проигрывают. И, наконец, венец коллекции — энергетический конденсатор. Сразу видно, что он сделан не в кустарных условиях. На нём нет ни логотипов, ни серийных номеров. В обитаемых мирах такие вещи продают за бесценок как сомнительный 'нонейм', но здесь, на Рибос-3, ситуация иная.»
— Похоже, и это изделие совершенно новое.
— За него заломили немалую цену...
— Понимаю.
«Технологический уровень дварфского поселения явно выше, чем кажется на первый взгляд. Ничуть не удивлюсь, если окажется, что их 'подлинная мощь' заключается в использовании электромагнитных ускорителей, лазеров и персональных щитов.»
— Значит, они заинтересовались нашими машинами...
«То, что они передали нам энергетический конденсатор в качестве товара, кажется намеренным жестом. Что же... может, стоит собрать небольшой мотоцикл и предложить им в следующий раз?»
— Лайла, для следующего каравана есть задание. Снова отправляйся к тем дварфам.
— Ой? Я-то не против, но вряд ли у них так быстро появятся новые товары для обмена.
— Меня кое-что беспокоит. Разумеется, не гоню тебя туда прямо сейчас, самому нужно подготовиться.
«Для начала необходимо тщательно проверить характеристики конденсатора. Будет скверно, если из-за небрежной сборки он внезапно взорвётся.»
Пока в мастерской сканирую полученный конденсатор на предмет безопасности, внезапно раздаётся сигнал тревоги. Дважды подряд.
— Что случилось?
— Похоже, сработали датчики дронов, размещённых на востоке и на юге одновременно.
Отвечая на вопрос Мюзен, которая наблюдала за моей работой, первым делом вывожу на экран изображение с восточного дрона.
— На востоке — Церковь Кордия. Боевой отряд и сестра, которую они охраняют. А на юге... Ох, это ещё что такое?
Там движется вооружённая группа, выглядящая весьма нелепо. Основное их оружие — огнестрел: штурмовые винтовки и карабины. На поясах висят пистолеты и гранаты. Наличие кинжалов кажется странным, но в целом вооружение понятно.
«Однако зачем они облачены в одинаковые кожаные доспехи и шлемы? Вряд ли сие убережёт их от пуль.»
— С юго-востока приближается отряд в кожанках, при них повозки, похожие на кареты.
— Покажи.
— Держи.
Я передаю изображение на голографический терминал Мюзен, и её глаза широко распахиваются.
— Нужно немедленно укрыть людей из Церкви Кордия!
— А? Неужто эти типы настолько опасны?
Уже направил дронов-посланников к обеим группам, но, пожалуй, стоит повысить уровень готовности. Южная стена у нас ещё в процессе возведения, так как мы отдавали приоритет северному участку.
— Это карательный отряд пуристов, которые верховодят на юго-востоке.
— Пуристов?
— Они проповедуют странные идеи о том, что чистокровные люди — высшая раса, а все полукровки и зверолюди созданы лишь для того, чтобы им прислуживать.
— А, понятно... Очередные приверженцы ископаемых догм...
«Какому тысячелетию принадлежат сии мысли? Пожалуй, они пахнут древностью в десятки тысяч лет. Хотел бы посмотреть, как они запели бы перед лицом закона Галактики, кишащей инопланетными расами. Впрочем, очевидно, что они — заклятые враги Церкви Кордия и вряд ли станут водить дружбу с таурисианами.»
— От таких новостей голова идёт кругом.
— Поразительно, они наносит Гленну урон одними лишь своими идеями.
— В любом случае, готовимся к бою. Рабочих дронов — в укрытие. Передай людям из Церкви, чтобы спешили к северо-восточным воротам.
— Поняла.
«Хорошо, что Спика и остальные сейчас на месте. Система обороны уже должна быть приведена в боевую готовность, посему отдаю приказ занять позиции на первой южной стене. Кстати, среди формикан были те, кому пришлись по душе электромагнитные карабины вместо лазеров. Самое время дать им их опробовать.»
С помощью разведывательных дронов велю отряду Церкви Кордии и их подопечным скорее укрыться на ферме, зайдя с северо-востока. Сам же, вооружившись лазерной винтовкой, направляюсь к южной стене вместе с формиканами. Однако прежде решаю предпринять попытку мирного контакта с приближающимися пуристами через дрон.
— Внимание, говорит владелец фермы Гленн. Вы вторглись в зону нашей обороны. Назовите себя и цель вашего визита. В случае отсутствия ответа расценим ваши действия как агрессию и откроем огонь. Повторяю: назовите себя и цель визита.
Группа замирает. После недолгих переговоров между ними вперёд выходит человек, чьё снаряжение украшено чуть богаче остальных — к примеру, плюмажем на шлеме.
— Мы — инспекционный отряд Союза чистокровных людей. Наша цель — надзор за новоявленными силами в этом регионе. Посему извольте безропотно отворить врата и принять нас.
От высокомерия этого представителя у меня начинает ныть в висках.
«Каким же глупцом нужно быть, чтобы требовать подобного от незнакомой силы при первой же встрече?»
— У нас нет ни единой причины подчиняться вашим требованиям. Не кажется ли вам, что столь бестактный подход выдаёт в вас никудышных переговорщиков? Или полагаете, что все обязаны трепетать перед вашей мощью? В любом случае, разговор не задался. Пришлите кого-то более вменяемого или убирайтесь прочь. Даю один шанс уйти с миром.
— Стало быть, отказываетесь повиноваться?
— Вопрос вовсе не в повиновении. У меня нет ни малейшего желания иметь дела с организацией, которая присылает столь некомпетентных послов. Повторяю в последний раз: либо присылайте нормального переговорщика, либо проваливайте. Это последнее предупреждение.
Мои слова вызывают очередное оживление в их рядах. Кажется, они спрашивают совета у кого-то, кто находится не в грузовой повозке, а в закрытом экипаже в центре колонны. Их около пятидесяти человек, шесть телег и одна карета, запряжённые вьючными животными...
«Неужто их командир даже в такой ситуации не соизволит выйти?»
— ... Коли вы не желаете подчиняться, объявляем вас враждебной силой.
— Вот как. В таком случае, извольте сдохнуть.
«Лишние хлопоты мне ни к чему. Не выпущу отсюда ни единой живой души. Если перебить их всех до единого и уничтожить тела вместе со снаряжением, никто ничего не узнает, ввиду того что активных сигналов связи мои сенсоры у них не фиксируют.»
— Господин, каков будет план?
— Спика, как только хвост их колонны войдёт в зону поражения, открывайте огонь со стены. Одновременно заработают турели. Справитесь?
— Разумеется. А ты что предпримешь?
— Зайду к ним с фланга. Боевые роботы отрежут им путь к отступлению с другой стороны. Не дайте никому скрыться.
— Поняла. Значит, мертвецы не болтают.
— Именно так.
«Полное уничтожение отряда позволит скрыть сам факт нашего столкновения с этим 'Союзом'. Единственная сложность — что делать с захваченным добром. Безопаснее всего пустить всё на переработку, хотя и немного жаль тратить на это провиант. Подумаю об этом позже.»
Оставив Спику командовать на стене, я связываюсь с Эрикой и находящимся подле неё Поти.
— Эрика, слышишь меня?
— Да, господин Гленн. Люди из Церкви почти добрались, ворота открыты.
— Хорошо, принимай их. У нас намечается бой с пуристами, посему ни в коем случае не пускай гостей к южной стороне.
— Поняла... Будь осторожен, Гленн.
— Постараюсь.
Ответив, спрыгиваю со стены и активирую плащ с термооптическим камуфляжем. Пришло время охоты.
Вторая линия обороны на юге ещё не начата, посему обзор со стены ничем не ограничен.
— Господин, хвост колонны входит в зону поражения.
— Принял. Начинайте по готовности.
Ответив Спике безмолвным сигналом, обхожу противника сбоку.
«Надо признать, их единообразное снаряжение впечатляет: способность обеспечить пятьдесят человек одинаковыми доспехами и оружием свидетельствует о немалой производственной мощи, сравнимой разве что с Церковью Кордия или отрядами таурисиан. В любом случае, недооценивать пуристов не стоит. Пожалуй, они куда сильнее сообщества Итуруп. Именно поэтому их нужно уничтожить наверняка.»
— Открываем огонь!
— Я тоже начинаю.
Вместо винтовки достаю с пояса металлический шар и нажимаю обе кнопки. Детонатор сработает через пять секунд после того, как я их отпущу. С тихим свистом сфера рассекает воздух и приземляется в точности у колёс кареты. Мгновение спустя раздаётся оглушительный грохот, и вспышка изумрудного пламени испепеляет всё в радиусе поражения, не оставляя даже пепла. Плазменная граната — то самое оружие, что когда-то сожгло моё лицо. Иронично, но без колебаний использую его против врагов.
Лишившись своего предводителя, который в один миг обратился в прах, солдаты впадают в панику. Электромагнитные турели и стрелки Спики методично расстреливают мечущихся людей, прежде чем те успевают организовать отпор. Спика действует мудро: первым делом убирает полевых командиров. Пуристы в смятении; некоторые пытаются отстреливаться, но большинство целит в турели, которые куда заметнее нас.
Я же один за другим снимаю возниц грузовых повозок. Солдаты даже не подозревают, что я нахожусь прямо подле них. Лучи армейской лазерной винтовки невидимы невооружённым глазом, а моё местоположение скрыто камуфляжем. Невозможно обнаружить стрелка, который постоянно меняет позицию, не имея специальных приборов. Сие не их вина — просто наши технологии стоят на недосягаемой высоте. Жаль их, конечно, но поле боя — не место для честных игр.
— Нас обстреливают сбоку!
— Всё кончено! Спасайтесь!
— Спика, они дрогнули.
— Уже? Что прикажешь, господин? Задействовать лазерные турели?
— Да. А вы бейте тех, кто подальше.
— Слушаюсь.
Начинается настоящая бойня. Беглецов, пытающихся вырваться из капкана, встречают быстрые лёгкие роботы, которых заранее отправил в тыл. Прочие боевые единицы зажимают их с флангов. Перед ними — стены с турелями, слева — роботы, справа — я, а позади — засада.
«Ловушка захлопнулась. На сей раз не уйдёт никто.»
Бой занимает не более пяти минут. Впрочем, учитывая, что врага заманили в зону поражения и окружили со всех сторон, такой исход вполне закономерен и предсказуем.
— Шеф, пленных брать не будем?
— По крайней мере, не вижу особого смысла захватывать этих людей. Однако, если найдется веская, обоснованная причина, готов рассмотреть варианты.
Подтверждаю наличие выживших среди поверженных врагов. Тепловые ожоги от противопехотных лазеров порой останавливают кровотечение, прижигая раны, так что при грамотном медицинском вмешательстве даже шрамы останутся вполне сносные.
— Хм-м, ну, мне кажется, вариантов применения хватает: можно потребовать выкуп, использовать их как живой щит для переговоров или, скажем, отправить в качестве посыльных.
— Моя стратегия заключается в полной ликвидации свидетелей, дабы скрыть сам факт произошедшего сражения. Альянс враждует и с Церковью, и с таурисианами, верно? Наша ферма, планирующая наладить тесные связи с обеими сторонами, неизбежно окажется во враждебном лагере. Я пытаюсь создать видимость полного отсутствия контактов, чтобы отсрочить открытую конфронтацию.
— А-а-а... понимаю. Ну, прикончить их можно в любой момент, лишь предлагаю рассмотреть вариант временного задержания, вот и все.
— Мне не улыбается перспектива демонстрировать Эрике и Мюзен живых пленников, чтобы затем казнить их у всех на глазах.
— ... Господин, ты слишком их опекаешь.
— Оставь меня в покое.
Бросив этот ответ Спике, извлекаю из поясной кобуры крупнокалиберный лазерный пистолет.
— Гленн! Ты не ранен?!
Стоит мне закончить... зачистку и вернуться на ферму, как на меня тут же набрасывается Эрика. Она принимается ощупывать мое тело в поисках повреждений. Забота приятна, но, по-моему, она слегка преувеличивает масштаб опасности.
— Нет. Я сражаюсь так, чтобы в меня не попадали. Как там Спика и остальные, все в порядке?
— Да, группа Спики тоже цела. Слава богу. — она облегченно выдыхает.
Вероятно, ей уже доложили, что я в одиночку разгромил левый фланг противника. На самом деле, куда большей опасности подвергались Спика и ее отряд, вступившие в лобовую перестрелку, пусть и под прикрытием защитной стены, в то время как я атаковал, скрываясь под термооптическим камуфляжем. К счастью, на этот раз основной огонь противника сосредотачивается на турелях с электромагнитными пушками, так что обошлось без жертв.
«Хм, стоит ли предпринять какие-то дополнительные меры? Сказать легко, а вот реализовать сложно... Может, развернуть упрощенные генераторы щита, прикрывающие только фронтальную проекцию? Загвоздка в поставках энергетических конденсаторов... Стоит поторопить торговлю с дварфами? Если мои догадки верны, мы сможем обеспечить стабильный приток конденсаторов.»
— У вас проблем не возникло?
— Нет, все целы. Гости из Церкви тоже в безопасности.
— Вот и отлично.
Отдавая приказы транспортным ботам и рабочим машинам с манипуляторами на сбор трофеев и утилизацию тел, я, не снимая лазерной винтовки, направляюсь к делегации из Церкви Кордия.
К слову, на моей спине имеются магнитные крепления для оружия, позволяющие переносить длинноствольные образцы вроде винтовки без использования ремней и помощи рук. Подобными системами часто оснащаются качественные боевые скафандры. И сам пользовался такими, когда еще был человеком из плоти и крови.
— Давно не виделись. Ты, я погляжу, по-прежнему наводишь шороху.
— Все-таки Петра. Сколько лет, сколько зим.
Когда мы с Эрикой подходим к гостям, замечаю знакомое лицо. Это командир оперативного отряда Церкви Кордия — женщина-дельфини. Представители этой расы, созданной на основе человеческого генома, несут в себе элементы морской фауны, обладают крепким телосложением и превосходными боевыми навыками.
— Мы тоже хотели вступить в бой, но Эричка нас остановила.
— Ценю порыв, но противник такого уровня не стоит беспокойства.
— Разобраться с отрядом Альянса в пятьдесят бойцов в мгновение ока — задача непростая даже для обычной колонии с оборонительными стенами... Кстати, жителей у тебя, похоже, прибавилось? Да и развитие фермы... или, скорее, крепости, впечатляет.
— Это не крепость. Самая обычная ферма.
— Полагаю, настаивать на этом становится уже трудновато...
Игнорируя ремарку Петры, перевожу взгляд на фигуру, которую, судя по всему, она и охраняла всю дорогу.
— Я — Гленн, владелец фермы.
— Да, очень приятно. Я — Хамаль, священник Церкви Кордия. Рада знакомству.
Женщина, приветствующая меня с мягкой улыбкой, одного роста с Эрикой. Пожалуй, ее возраст можно назвать преклонным. Голову венчают внушительные витые рога, которые живописно выступают из-под вуали монашеского облачения. Формой напоминают рога Хелены, однако, мне кажется, они принадлежат к разным видам.
— Впервые видишь овисиан?
— Да, в первый раз. Вы отличаетесь от ибилис и таурисиан?
— Рогатых рас довольно много.
— Хи-хи, по сравнению с таурисианами, мы по своим способностям очень близки к людям. Слух чуть острее, ноги немного сильнее, но все это в пределах погрешности. — она с легким смешком отвечает на слова Лайлы.
«Понятно, значит, за исключением рогов, они почти не отличаются от людей. Запомним.»
— Значит... ты тоже пришла?
— Да, прошу позаботиться обо мне.
Систия смотрит на меня с предельно серьезным выражением лица.
«Говорят, она арсодианка, как и Эрика, но понятия не имею, какими именно уникальными органами обладает ее тело.»
— Систия — моя помощница. В будущем станет священником и возьмет на себя управление церковным приходом здесь, на ферме Гленна.
— Вот как?..
— Я уже в возрасте, мне осталось не так уж много. — женщина снова тихо смеется.
«Честно говоря, мне бы хотелось, чтобы она воздержалась от шуток, на которые так трудно реагировать. Согласиться с ней тоже было бы невежливо.
— В связи с этим прошу любить и жаловать как меня, так и Систию. Ах да, и Мюзенчку тоже. Слышала, с Эричкой ты уже поладил, а как насчет Мюзен?
— Она сама заявила, что станет моей женой, причем весьма решительно.
«Кстати, почему ее здесь нет? Куда запропастилась?»
— Церковь Кордия приветствует такой союз между Гленном и Мюзен, так что если она сама настроена на это, пожалуйста, прими ее. Девочка она немного своеобразная, но очень добрая.
— ... Понятно.
«Сказать по правде, несколько скептически отношусь к перспективе подобных отношений с Мюзен, да и вообще сомневаюсь, возможно ли создание соответствующей атмосферы... Но, полагаю, будь что будет.»
— В церковном комплексе жилых помещений нет, поэтому жилье подготовлено отдельно. Эрика, извини, но проводи их, пожалуйста. Продолжу разгребать последствия битвы.
— Поняла. Хамаль-сан, Систия-сан, прошу сюда. Петра-сан, для вас общежитие подготовлено в том же направлении, следуйте за нами.
— Да, спасибо за заботу.
— Благодарю, Эрика.
— Выручила. Ох, скорей бы в душ.
Первая жена уводит представителей Церкви в сторону жилого блока. Ну а мне предстоит проверить состояние группы Спики, а также осмотреть и распределить захваченное снаряжение и припасы.
— Хм-м... — невольно издаю стон, осматривая трофейные штурмовые винтовки и кожаную броню, захваченные у бойцов Альянса. Все снаряжение более-менее однородно, разброс в качестве невелик. Очевидно, Альянс располагает либо промышленными мощностями определенного масштаба, либо продвинутыми станками, подобными тем, что стоят в моей мастерской. — И все же, настоящая кожаная броня... Это жуткий примитив, но в то же время, можно сказать, предмет роскоши...
«Настоящие изделия из кожи, а не синтетика — это, по сути, дорогое удовольствие. Фактически, защитные свойства материала оставляют желать лучшего... тем не менее, натуральная кожа обладает уникальной теплотой и приятной текстурой, а сложность ухода придает ей особую ценность в глазах ценителей 'аутентичности'. Честно говоря, изготовление брони из столь дорогого материала в сих количествах находится за гранью моего понимания.»
— По правде говоря, защита от пуль здесь чисто символическая. Хотя устойчивость к холодному оружию лучше, чем ожидал... Но учитывая вес, сомнительное удовольствие, не так ли?
— Нормальная пулестойкая экипировка была бы куда практичнее.
— Это бесспорно. Но все же, подготовить такое количество кожи — впечатляет.
Спика и Петра, осматривающие снаряжение Альянса вместе со мной, выражают согласие и удивление. Для Петры типчки из шарашкиной конторы — несомненный враг, но она умеет признавать достоинства противника там, где они есть.
— По поводу оружия особо сказать нечего... Крупнокалиберные полноразмерные боеприпасы, мощь недооценивать нельзя.
— Эта винтовка — довольно популярная модель среди оружия под такой патрон. У нее отличная кучность боя. Вот только если мелкий ремонт прост, то для замены ствола требуется специальное оборудование.
— Да, способ фиксации ствола специфический... Нужны специальные зажимы и гидравлический пресс. Возможно, именно это и обеспечивает высокую точность стрельбы.
— Вещь неплохая, но... Гленн, что ты собираешься делать с горой оружия?
— Отберу лучшие образцы, оставлю одну единицу как эталон для коллекции, а остальное пущу на переработку. Если начну продавать их в таких количествах, это будет равносильно публичному признанию, что мы уничтожили тот отряд. Броню тоже утилизирую как органическое сырье.
— Какая расточительность... А, патроны ведь подходят к нашим стволам, уступи их нам.
— Бесплатно не отдам, но продам по дешевке.
К счастью, на гильзах не обнаруживается маркировки, позволяющей отследить происхождение, так что передача боеприпасов Петре и ее людям проблем не вызовет. Оружие, которым пользуется отряд из Церквии, более современное, чем у Альянса: в конструкции используются легкие сплавы и синтетические полимеры. Помимо характеристик самого оружия, оно оснащено креплениями для различных прицелов и аксессуаров. Разумеется, стоимость обслуживания выше, но их стволы выглядят ухоженными.
«Видимо, у Кордии тоже есть оборудование для производства и поддержки такого арсенала. Учитывая это, Церковь технологически опережает Альянс. Впрочем, и те, и другие могут скрывать свои лучшие разработки. То, что вижу сейчас, вовсе не обязательно является их передовым вооружением. Вполне вероятно, что это снаряжение второй или третьей линии, достаточное для текущих задач. Нельзя судить о противнике только по тому, что попалось на глаза, и недооценивать его.»
— А остальные припасы?
— Еду, медикаменты и прочее я планирую использовать так, чтобы не раскрыть источник их получения. Конкретику озвучивать не стану. Петра, ты понимаешь.
— Поняла-поняла, строго-настрого запрещу своим ребятам болтать об этом деле. Не собираюсь бить тебя в спину, Гленн, и другим не позволю. — она ухмыляется.
«Слова правильные, но мне бы хотелось, чтобы она стерла это подозрительное выражение с лица. Впрочем, раз оперативный отряд — спецподразделение для силового устранения врагов Церкви, вряд ли они станут делать что-то на руку Альянсу.»
— Ну что ж, выпьем за прибытие Хамаль и Систии, а также за официальное вступление Мюзен в наши ряды.
— Ваше здоровье!
Под мой тост женская часть населения нашей фермы — а кроме меня здесь одни женщины — дружно поднимает кружки. Приветственная вечеринка началась. Хотя «вечеринка» — громко сказано: в меню чуть больше мяса, чем обычно, а вместо десерта — сладкие сухпайки некоем королевства, заменяющие торт. Ах да, еще в изобилии поданы бездрожжевой хлеб и джем, приготовленные Эрикой.
«Мои запасы джема снова тают... Впрочем, она всегда может приготовить еще. Однако лесная земляника и яблоки не бесконечны... Мы начали их культивацию после расширения сельхозугодий за первую линию обороны. С нетерпением жду урожая.»
— Итак, Мюзен.
— Что?
— Я ценю твой энтузиазм, но не слишком ли ты торопишь события?
Она, усевшаяся рядом, обвивает своими щупальцами мои предплечья, бедра и талию. Причем делает с невероятным размахом.
«Ладно ноги, но когда опутывают руки, есть становится затруднительно.»
— ... Тебе кажется.
— Допустим.
Она отводит взгляд, и щупальца, оплетавшие мои конечности, ретируются. Но уже в следующее мгновение снова начинает ощупывать, так что попытка сделать вид, что ничего не происходит, проваливается. Кажется, синяя кожа девушки выглядит еще синее, чем обычно. Выходит, она не краснеет от смущения, а синеет... Вероятно, у нее голубая кровь.
«Кровь красная из-за гемоглобина, содержащего железо. Если железо заменить медью, получится гемоцианин, который дает синий цвет. Среди инопланетных видов, отличных от людей, таких немало, видимо, Мюзен из их числа. Эрика и Хамаль наблюдают за нами с умилением. Ладно Хамаль, но жену действительно устраивает?.. Похоже, что да. Систия тоже не выглядит обеспокоенной, а Лайла улыбается так же, как и остальные. Только у Спики сложное выражение лица. Петра же просто весело ухмыляется.»
— Быстро доедаем и идем в ванну.
— Вместе?
— Вместе.
— Вот как...
Похоже, она совсем потеряла терпение. Честно говоря, беспокоит такой напор... но будь что будет.
«Если подводить итог, то нашу с Мюзен первую ночь можно назвать успешной. С большой натяжкой. Почему с натяжкой?»
— Будь на моем месте кто-то другой, переломы костей были бы обеспечены.
— У-у-у...
Когда указываю ей на это, разминая шею и плечи, девушка, накрывшись с головой простыней, удрученно опускает плечи.
Даже мои искусственные мышечные волокна, которые намного прочнее человеческих, и скелет из усиленного сплава скрипели от той силы, с которой щупальца Мюзен сжимали мое тело. На самом деле, фраза про переломы — еще мягко сказано. Обычному человеку просто раздавило бы шейные позвонки, позвоночник и внутренние органы. Не знаю, особенность ли это лично Мюзен или черта расы, но обычному человеку и девяти жизней бы не хватило.
— Я-то крепкий, так что мне все нипочем. Но если не научишься сдерживаться, в будущем может случиться беда.
— В будущем?..
— Представь, что будет, если с такой же силой обнимешь ребенка, которого родишь ты или Эрика?
Услышав сие, она вытягивает все щупальца вертикально вверх, а затем они безвольно опадают.
— Силу... буду контролировать...
— Верно. Давай стараться. Если могу чем-то помочь, только скажи.
— Угу, спасибо. Гленн.
Щупальца аккуратно обвивают протянутую мной руку. На этот раз хватка не слишком сильная и не слишком слабая — в самый раз. Она способная ученица, когда захочет.
— Прошлая ночь была бурной, я погляжу?
— Да, была. И что с того?
— ...Мужчина, которого даже поддразнить неинтересно.
«Петра смотрит на меня прищуренным взглядом, но не собираюсь подыгрывать. Какой смысл смущаться, когда тебе указывают на общеизвестный факт? Лучше бы завтракала.»
— Господи-и-и-и-н Гленн, график на сегодня без изменений?
— Да. Извини, что гоняю тебя второй день подряд, но нужно снова посетить то поселение, как и планировали.
— Товары — «те самые» и «эта штука», верно?
— Именно.
Поскольку здесь присутствует Петра, являющаяся, по сути, посторонней, мы общаемся туманными намеками вроде «те самые» или «эта штука».
Заранее все объяснил, так что они понимают, о чем речь. «То поселение» — деревня дварфов, «те самые» — высокоманевренные транспортные средства размером с человека, моноциклы, созданные с использованием закупленных у дварфов энергетических конденсаторов.
«Эта штука» — транспорт, где пилот сидит внутри огромного колеса. Поскольку колесо всего одно, застрять на нем практически невозможно, если только не заехать в совсем уж глубокую топь. Оно способно передвигаться по пересеченной местности, а благодаря меньшему весу по сравнению с «реверсами», развивает большую скорость. Подвеска представляет собой уменьшенную версию инерционной системы контроля, используемой на космических кораблях, так что едет оно плавно. Недостатки — грузоподъемность еще меньше, чем у трайка, и невозможность использования людьми с крупными габаритами, вроде меня. Эрика, думаю, поместится, а вот я или Лайла — нет. Мюзен, возможно, влезет с трудом. Эта техника скорее для спикаподобных формикан или дварфов. Кстати, обзор вперед обеспечивается голографическим дисплеем, так что колесо не перекрывает вид.
А под «товарами» подразумеваются металлические материалы, отформованные с помощью конфигуратора. И не просто металл, а железо высокой чистоты и редкие элементы, добытые из почвы — так называемые редкоземельные металлы, которые сравнительно легко хранить. Если мои предположения верны, у них тоже высока вероятность наличия конфигураторов или подобного оборудования. Увидев качество предоставляемых ресурсов, догадаются о наличии у нас схожих технологий. Не знаю, почему скрывают свой технологический уровень, но, узнав о нашем, скорее всего, предпримут какие-то шаги. Это риск. Но если мы сможем получать передовые детали, вроде энергоконденсаторов, не поднимаясь «наверх», игра стоит свеч.
За покупками можно летать на шаттле, но частые рейсы между поверхностью и орбитой привлекут внимание трех держав, следящих за планетой. Противостоять государствам мне не по силам. Орбитальная бомбардировка с боевых кораблей просто сотрет нас в порошок.
— «Те самые», «эта штука»... Гленн, у тебя много секретов.
— Думаешь, тот, кто не умеет хранить маленькие тайны, сможет защитить семью и товарищей?
— ... Справедливо.
— Вот именно.
Пожимаю плечами, глядя на Петру, и беру хлеб, испеченный Эрикой...
«Хм? Хлеб сегодня на удивление воздушный.»
— Сегодняшний хлеб какой-то другой, не так ли? Мягкий и вкусный.
— О, заметил? Попробовала сделать закваску из лесной земляники, которую так как любишь. Раньше хлеб был бездрожжевой, а сегодняшний сделан с правильным брожением.
— Конечно, заметил. Это потрясающе. Мягкий и вкусный.
«Настолько хорош, что можно есть без джема. А с джемом еще вкуснее. Эрика, как всегда, на высоте. Не перестает совершенствоваться... Мне стоит брать с нее пример. Такое чувство, что все на меня смотрят. Да что такое? Хватит глазеть, ешьте давайте. А то я съем весь хлеб.»
После завтрака караван, включающий Лайлу и Спику, снова отправился в поселение дварфов. Возвращение запланировано на завтра. Груз состоит из того, что вызвало хороший отклик в прошлый раз, плюс моноциклы и различные высокочистые материалы. Я поручил женушкам сделать все возможное, чтобы заполучить высокотехнологичные компоненты, в первую очередь конденсаторы. Разрешил даже пойти на некоторые уступки. В пределах разумного, чтобы не остаться в убытке. Так им сказал. Именно так и сказал.
— С сегодняшнего дня на вашем попечении. Клянусь посвятить вам свое тело и служить верой и правдой, поэтому прошу любить и жаловать, мой господин.
На следующий день, стоило красноглазой девушке, спустившейся с вездехода вместе с Лайлой и Спикой, увидеть меня, как она тут же с учтивостью произнесла эти слова. Белоснежная девушка под вуалью. Ростом она ниже даже Спики и ее сородичей.
«Нет, хватит бегать от реальности. Она — дварф. Для меня, человека, она выглядит как девочка, но, вероятно, совершеннолетняя женщина. Наверное.»
— ... Прошу прощения, не могла бы вы объяснить мне это доступным языком? — стараюсь говорить максимально спокойно, поворачиваясь к Лайле и Спике.
Отложив проверку результатов торговли, пригласил Лайлу, девушку-дварфа и Эрику в жилой модуль, который использую как основной, чтобы расспросить их. Мне необходимо понять, каким образом поездка за товаром закончилась тем, что они привезли незнакомку с собой.
— Э-э-э, если рассказывать все, получится долго... Можно очень коротко, как поступим?
— ...Думаю, в итоге придется выслушать все, так что рассказывай подробно. Твою историю выслушаю позже, а пока, пожалуйста, молча послушай Лайлу. Эрика, ты тоже.
— Да, господин.
— Хорошо, Гленн.
И белая девушка-дварф, и Эрика очень послушно откликаются на мою просьбу.
«Ох, кажется, мой усиленный желудок из искусственных мышц и высокоэффективных фильтров сейчас сведет судорогой. Это тоже разновидность фантомной боли? Хотя желудок — это не конечность.»
— Сначала мы, как ты и велел, доставили моноциклы и материалы в Ноатун — поселение дварфов. Затем формиканы провели демонстрацию моноциклов в действии.
В этот караван, помимо вездехода, мы включили два свежесобранных моноцикла и двух формикан. Моноциклы быстрее трайков — разгоняются до 150 км/ч — и маневреннее, так что подумал, что они найдут применение. Наличие быстрых мобильных сил значительно расширяет стратегические возможности. Разумеется, это была и демонстрация для дварфов. Проинструктировал их на этот счет, и они, видимо, все выполнили.
— Торговый представитель привел нескольких дварфов, похожих на инженеров. Они хотели разобрать моноциклы для осмотра, но мы отказали, сказав: «Купите, потом разбирайте». Однако техника вызвала огромный интерес, а когда увидели материалы, то впечатлились еще больше. Инженеры начали о чем-то шептаться, потом почему-то подрались, и в итоге победитель заявил, что забирает все: и моноциклы, и материалы. Сказал, что могут заплатить талерами или чем угодно, что они способны достать.
— Понятно. Пока вроде без проблем. Смысл драки от меня ускользает, но ладно.
— Видимо, у них это последний аргумент в споре. Так вот, твои требования, Гленн, касались в основном хай-тек деталей, вроде энергоконденсаторов, верно? Основных узлов. Поэтому подвела разговор к тому, что оплату лучше произвести бартером на такие вещи.
— Да, это меня устраивает.
— И тогда они предложили выдать девушку замуж за нашего лидера ради стабилизации будущих сделок... Условие такое: пока она находится на ферме, дварфы Ноатуна будут оказывать нам максимальное содействие, никогда не предадут и не допустят утечки информации на сторону.
«Лайла загибает пальцы, перечисляя преимущества брака с девушкой для фермы. Звучит как великолепная сделка. Но вряд ли это игра в одни ворота.»
— А что мы должны предоставить взамен?
— Если у вас с ней родится ребенок, то второго сына или дочь — или последующих — они хотели бы забрать к себе в качестве зятя или невестки... А, и еще сказали: если они предадут, можете делать с девушкой что хотите: сварить, зажарить, продать или разобрать на органы.
— Местные ребята не стесняются в выражениях, как погляжу. Что еще?
— Нет нужды специально обучать ее секретным технологиям Гленна, но они просили позволить ей изучать то, что используется в повседневной жизни.
— Охотятся за технологиями... Значит, после каждой поездки будет строчить отчеты.
«Короче говоря, слишком сильно возбудили их интерес. А я всего-то хотел купить конденсаторы и прочие продвинутые железки.»
— Они пообещали, что даже если откажемся от девушки, торговля продолжится в прежнем режиме, так что, если тебе, Гленн, это совсем не по душе, можно отказаться. Но решила, что решение должен принимать ты, поэтому привезла ее. С точки зрения выгоды, я бы рекомендовала принять предложение.
Погружаюсь в раздумья над словами Лайлы. Вопрос в том, допустить ли утечку технологий к дварфам.
«В конечном счете, чтобы реализовать наши технологии, нужны базовые компоненты их уровня. Если не полагаться на их смышленый народ, придется либо ждать нападения автономных боевых машин (неизвестно когда), либо самим идти на них охотиться и аккуратно захватывать, либо летать за покупками наверх на шаттле. Первый вариант — чистая лотерея, да и «нежно» обезвредить машину, не повредив ключевые узлы, довольно хлопотно. Второй вариант, как уже говорил, чреват. Частые полеты демаскируют. Падающие с орбиты шаттлы и контейнеры видно издалека. Привлекать непрошенных гостей не хочется. Хотя трофеев прибавится. Если рассуждать так, то принятие девушки и налаживание сотрудничества с дварфами — неплохой выбор. Обеспечение припасами приоритетная задача.Мы делимся имеющимися технологиями, они продают нам высокотехнологичные детали. Поставка материалов по себестоимости — видимо, ответный жест. Впрочем, настоящая себестоимость или нет — поди проверь. Тут уж придется положиться на профессионализм Лайлы и ее команды.»
— ... Хорошо, принимаю предложение дварфов из Ноатуна. Э-э, как тебя зовут?
— Меня зовут Фиараль, господин. Прошу, зовите меня Фия.
— Хорошо, Фия. Как видишь, я киборг, почти полностью состоящий из протезов. Лицо тоже опалено плазменной гранатой, так что теперь это просто черная безликая маска. Ты готова выйти за такого, как я?
— Да, господин. Фия готова быть с вами до конца.
— Готова, значит... Моя обязанность, как мужчины, сделать так, чтобы тебе не приходилось полагаться на одну лишь готовность, а быть просто счастливой.
«Раз уж решил принять ее в семью, это мой долг. Это уже пятая? От груза ответственности голова идет кругом. Ну, если подумать, что превысил первоначальный план по трофеям в пять раз, то это в моем стиле, да? Да-да, слышу. И ты тоже. Не надо разгонять реактор на антиматерии в знак протеста, буду стараться изо всех сил.»
— Кстати, господин, касательно вашего тела.
— Да, что такое?
— Вы сказали, что почти полностью кибернетизированы... а детишек зачать способны?
— Возможно. И это первое, что ты уточняешь? Серьезно?
— Принять семя господина — важнейшая обязанность Фии. — бледная девушка произносит сие с едва уловимой улыбкой.
«Выглядит она хрупкой, но сей первый вопрос, кажется, не забуду никогда. Стоит признать, нервишки у неё крепкие.»
— В любом случае, надо подготовить комнату для Фии. Ты ведь не с пустыми руками приехала?
— Да, господин. Взяла необходимый минимум вещей для жизни здесь.
— Тогда распаковывайся и сегодня отдыхай. Эрика, поможешь?
— Да, Гленн. Госпожа Фиараль, прошу сюда.
— Благодарю вас, хозяйка Эрика. И, пожалуйста, зовите меня Фия.
— Хорошо, Фия. Тоже зовите просто Эрика, без всяких хозяек.
В дружелюбной атмосфере первая жена и снова накинувшая вуаль, покидают жилой модуль. Проводив их взглядом, поворачиваюсь к Лайле.
— Все по твоему плану?
— Э-э-э? Ну что ты, это правда было их предложение!
— Кто знает. Мне трудно поверить, что здесь обошлось без твоих интриг.
«Если бы захотела, она могла бы отвергнуть идею с браком и просто купить детали. В создании глубоких связей с дварфами Ноатуна наверняка есть какой-то ее умысел.»
— Было предложение, сочла его полезным, вот и привезла ее. И ведь ты, господин, согласился.
— Ну, допустим... Ох, ну и дела.
«Остается вопрос, каковы истинные цели дварфов. Если они просто коллектив технарей, собирающих неизвестные технологии, то все отлично. Но если они задумали что-то грандиозное... Впрочем, тогда с ними разберутся три державы сверху. На планете невозможно построить корабль крупнее эсминца. Создание гигантских структур в гравитационном колодце — адский труд. Даже если дварфы склепают крейсер и попробуют что-то выкинуть, их возможности будут ограничены. Три державы просто раздавят их.»
— Ладно, хватит ломать голову над сложными материями. Хай-тек детали и конденсаторы привезли?
— Разумеется. Тут все без накладок.
— Тогда подумаем, что можно из них собрать.
«Это будет куда конструктивнее. А о том, как обращаться с Фия, подумаю после ужина.»
— Вку-у-усно-о...
— Вот как... Ешь побольше.
— Хорошо-о, господин Гленн.
Фия, впервые пробующая наш домашний ужин, радостно сверкает своими алыми глазами, и в этом сиянии отражается искреннее наслаждение. Сегодняшнее меню состоит из сочного жаркого из гексадии, пышного хлеба на закваске из лесной земляники, густого овощного супа и салата из свежей зелени. Каждое яство приготовлено в изобилии, а чистая вода, разумеется, подается без каких-либо ограничений. Не только Фия, но и таурисианы вместе с формиканами выглядят совершенно довольными, отдаваясь неспешной трапезе.
Мы обедаем в просторной столовой — сие здание возведено совсем недавно, дабы соответствовать нуждам разросшегося населения фермы. Помещение бесшовно соединяется с хранилищем продовольствия и огромной кухней, являясь полноправной вотчиной Эрики и других наших поваров.
— Я впервые вижу дварфа, и надо признать, они такие крошечные и милые... Послушай, а точно все будет нормально? Ну... понимаешь к чему клоню... он такой огромный, великан, а ты прям малютка, хрупкая... не сломает ли... — заведя щекотливую тему Петра лукаво выглядывает кончиком большого пальца из-за указательного и среднего, намекая на некий двусмысленный подтекст.
Фия, кажется, совершенно не понимает значения сего жеста, отчего поспешно призываю гостью прекратить паясничать.
«Конечно, её беспокойство объяснимо, однако подобные вольности сейчас излишни.»
— Оставь её в покое.
— Ну-у почему-у? Мне же просто любопытно...
— В любом случае, завтра вы возвращаетесь. Сегодня не время для подобных разговоров.
Петра, прибывшая сюда для охраны Хамаль и Систии, планирует покинуть ферму завтрашним утром. Её пребывание несколько затянулось, но поскольку она оставляет здесь друзей, ей необходимо подготовить подробные отчеты о состоянии нашей обители, отчего вчера мне пришлось водить её повсюду, показывая окрестности. Я делюсь с ней информацией о нашей обороне в тех пределах, кои считаю допустимыми, хотя расположение и количество турелей всё же остаются в строжайшем секрете.
— Вот как? А я-то была уверена, что ты сразу приступишь к делу, как это случилось с малюткой Мюзен.
— У всего в мире есть свой черед.
— ?
Фия, прислушиваясь к нашему диалогу, забавно склоняет голову набок, хотя её челюсти ни на мгновение не перестают мерно пережевывать пищу.
«Какая аппетитная девчушка! Впрочем, обстоятельство меня только радует, ведь хороший аппетит — залог крепкого здоровья и выносливости организма. Несмотря на свою хрупкую, почти эфемерную внешность, она кажется особой весьма волевой и приземленной, посему не сомневаюсь, что прекрасно приживется на новом месте.»
— Тебя ведь зовут Фия, верно? Скажи, тебе не было страшно выходить замуж за Гленна, которого даже в глаза не видела?
— Страшно? О таком даже не помышляла. Признаться, не ожидала, что моим мужем станет кто-то извне, но с малых лет растили с мыслью, что однажды покину родной дом ради блага своего клана. — проглотив очередной кусок, отвечает совершенно непринужденно.
«Поскольку сам с тех пор, как начал себя осознавать, не имею ни малейшего представления о семейных узах или кровном родстве, подобные чувства мне не совсем понятны. Каково это — когда твою судьбу определяет кто-то другой?»
— Вот оно как... Это разительно отличается от догматов церкви Кордии, где проповедуют свободу любви. Веет некой стариной или, если угодно, благородным патриархальным укладом.
— В нашем народе такие традиции и впрямь сильны. К тому же мы, дварфы, связаны крепчайшими узами внутри рода. Несмотря на внезапность предложения, с нетерпением ждала встречи с господином Гленном, наслушавшись рассказов дедушки.
— Рассказов обо мне? И что же он говорил?
— Дедушка описывал вас как человека великой проницательности и дальновидности, способного полностью просчитать наши слабые места лишь по незначительному обмену товарами, даже не прибегая к личным встречам или переписке. А еще упоминал, будто вы — воин, стоящий тысячи бойцов.
— Кажется, старик изрядно приукрасил действительность, не находишь?
— Ну, насчет «воина тысячи», пожалуй, не так уж далек от истины. Против обычных разбойников или предаторов ты вполне мог бы выстоять даже в меньшинстве.
— Окститесь, если тысяча человек навалится на меня разом и начнет охаживать со всех сторон, едва ли смогу что-то предпринять.
«Разумеется, не собираюсь доводить ситуацию до того, чтобы меня загнали в угол. Против превосходящих сил противника всегда найдутся свои методы ведения боя.»
— Кто знает. С полным снаряжением у тебя наверняка отыщется масса способов выйти победителем.
— Как знать. Однако «глубокая мудрость и дальновидность»... впервые слышу о себе подобное. Я ведь простой наемник, выросший на полях сражений и не имеющий за душой никакого образования. По мне, так куда проще приложить кого-нибудь разок, нежели предаваться долгим раздумьям.
— А вот это — откровенная ложь.
— Истинно так.
— Господин Гленн куда более вдумчив, чем сам привык считать.
— Гленн очень много знает.
«Почему-то все мои жены разом решают оспорить моё утверждение. С чего бы это? И вообще, Мюзен, перестань хватать еду всеми своими щупальцами сразу, никто у тебя её не отнимет. Это выглядит крайне невоспитанно. Когда замечания о манерах делает человек, чей дом — поле боя, это звучит серьезно, имей в виду.»
— Мысль о том, что проще ударить, чем подумать, свойственна тем самым мелким бандитам, коими кишат окрестности. Господин же совершенно иной.
— Ну, если сравнивать с ними, то, вероятно...
— Именно подобные субъекты и являются эталоном на сей планете.
Спика, пожав плечами, отламывает кусок хлеба и отправляет его в рот.
«Хм, ну что ж, понятно. По сравнению с тем отребьем я, пожалуй, действительно выгляжу чуть приличнее. Впрочем, склонен считать, что люди в своей основе везде одинаковы, стоит лишь сорвать с них тонкую кожицу цивилизации. Стало быть, моя 'кожица' просто чуть толще.»
— Коль так... Что ж, если не разочаровал Фию, то и славно. Буду и впредь вести себя осмотрительно, дабы не обмануть ожиданий ни её, ни всех вас. — с этими мыслями отправляю в рот кусок жаркого из гексадии.
«Да, поистине великолепный вкус.»
После завершения трапезы наступает время для водных процедур и заслуженного отдыха.
«Работа после захода солнца сопряжена с немалым риском, да и для поддержания душевного равновесия свободное время просто необходимо. Хотя дел накопилось великое множество, не стоит забывать, что спустился на эту планету именно ради мирной и размеренной жизни. Работать на износ без сна и отдыха было бы верхом нелепости, полностью искажающим мою первоначальную цель.»
— Позволительно ли мне, новоприбывшей, занимать столь почетное место?
— Фия, ты сегодня — главная героиня нашего вечера.
Сидя на трехместном диване между мной и Эрикой, она выглядит совершенно растерянной. Эрика, лучезарно улыбаясь, нежно поглаживает её по голове, в то время как Лайла, расположившаяся на диване напротив, бросает на них полные доброй зависти взгляды. Мюзен и Спика за соседним столом увлечены карточной игрой с остальными домочадцами.
— Число жен господина Гленна растет с поразительной быстротой...
— И это поистине прекрасно.
Систия и Хамаль также присутствуют здесь. Эта комната отдыха, или, если угодно, зал развлечений, как и столовая, является новым объектом, возведенным в связи с расширением нашей общины. Помимо нескольких комплектов диванов и столов, здесь установлены многофункциональные столы для игр, бильярд, дартс и шахматы. Также установил здесь музыкальный автомат, в память которого загрузил множество аудиоданных. Для поддержания бодрости духа и здоровья обитателей фермы качественный досуг жизненно важен. Я не жалею сил на улучшение быта своих людей, ведь, в конечном счете, ради этого всё и затевалось.
— Послушайте, оставим в стороне оценки церкви Кордии. Если говорить о реальности, то для того, чтобы Фия стала полноправной частью нашей семьи, нам необходимо привести наши ценности к общему знаменателю и достичь взаимопонимания, коего пока недостает. Раз уж принял её, то намерен нести за неё полную ответственность, но дело в том, что у меня уже есть четыре супруги. Вопрос в том, сможет ли сама Фия принять такой порядок вещей.
— Понимаю. Что касается меня, то если смогу исполнять свой долг, то мне совершенно неважно, буду ли пятой, десятой или какой угодно по счету.
— Какая решимость... Неужели долг значит для тебя так много?
— Раз рождена частью своего рода, исполнение обязанностей перед ним является чем-то само собой разумеющимся. Для меня предназначение заключается в том, чтобы выйти замуж за господина, принять его семя, выносить и воспитать дитя. Исполнять сие — прямая задача. — Фия произносит это твердо и решительно.
«Хм, предназначение... Признаться, не слишком жалую отношения, основанные лишь на чувстве долга.»
— Однако искренне рада, что моей судьбой стал именно господин Гленн. Вы так добры ко мне, и все остальные тоже принимают с теплотой. Здесь изумительная еда и столько вещей, которых никогда прежде не видела. Солнечный свет доставляет некоторые неудобства, но растения, кои видела лишь на изображениях, и многообразие культур, а также люди других рас — всё это наполняет моё сердце радостью.
— Вот как... А в чем именно заключается проблема с солнечным светом?
— Мой род на протяжении многих поколений жил глубоко под землей, отчего наш организм полностью адаптировался к таким условиям. Обратной стороной стало то, что мы крайне чувствительны к солнечному излучению. Долгое пребывание под лучами солнца вызывает у нас ожоги, а яркий свет и вовсе может привести к слепоте.
— ... Завтра же займусь переустройством нашего жилища, чтобы ты могла перемещаться повсюду в полной безопасности.
— Да, это будет отличным решением.
— Я с радостью помогу в этом деле.
Систия и Лайла охотно поддерживают моё предложение.
— Ох, господин Гленн, право слово, не стоит так утруждаться... Если буду осторожна, то справлюсь сама.
— Нет, так не пойдет. Дом должен быть местом, где каждый член семьи чувствует себя в безопасности. Заодно нам нужно подумать и о твоих будущих занятиях... Полагаю, тебе лучше поручить что-то связанное с техническими работами?
— Не могу сказать точно, не зная специфики, но весьма искусно владею руками. В Ноатуне у меня был опыт работы на станках при производстве экспортного стрелкового оружия. Также обучена горному делу. Пусть и меньше вас ростом, но физической силой природа не обделила. — договорив Фия, тихонько пискнула (забавно вышло) и продемонстрировала бицепсы.
«С моей точки зрения её руки кажутся совсем тонкими, но дварфы и впрямь обладают поразительной мощью, несоразмерной их облику. Старик, которого знал когда-то, был точно таким же.»
— Договорились. Тогда завтра покажу тебе наши владения, и мы вместе подумаем, как адаптировать ферму под твои нужды.
— Слушаюсь, господин! — Фия энергично откликается на мои слова, и на её лице расцветает лучезарная улыбка.
Эпилог
На следующий день...
— Еще загляну к вам!
— Зачем это... Ну, если придешь, мы тебя встретим. Бывай.
Отвечаю на веселое прощание Петры, подняв руку, и провожаю взглядом её удаляющийся силуэт.
Исполнительные отряды церкви Кордии обычно занимаются охраной важных особ, обороной опорных пунктов или превращением в пыль тех, кто осмелился бросить вызов церкви, посему, если не случится ничего из ряда вон выходящего, у них не должно быть поводов посещать нашу ферму.
К слову сказать, снаряжение Петры и её людей, хоть и кажется продвинутым по сравнению с тем, что ходит на черном рынке, на деле представляет собой лишь обычное огнестрельное оружие и гранаты. Этой мощи явно недостаточно, чтобы стереть поселение с лица земли. Однако Лайла и Спика утверждают, будто эти отряды обладают колоссальной силой, и Эрика с другими церковниками не спешат сие отрицать.
«Откуда берется расхождение в оценках? Кажется, у церкви Кордии еще немало секретов, о коих мне только предстоит узнать.»
— Вот они и ушли.
— Да. Впрочем, судя по её настрою, наверняка скоро заглянет к нам снова просто так.
«Она ведь во всеуслышание заявила, что как только мы начнем гнать спиртное из нашего урожая, примчится к нам из любого уголка планеты. Ради выпивки такая особа и впрямь готова на многое.»
— Что ж, сегодня нас снова ждут дела. Будем трудиться не спеша, дабы не перегореть.
— Да, господин Гленн. — Эрика отвечает мне с нежной улыбкой. — Начнем с улучшения жилых помещений?
— Именно. Нужно сделать так, чтобы Фия чувствовала себя здесь как дома.
«Обустройство жизненного пространства для пятой жены стало первоочередной задачей. Впрочем, если говорить откровенно, само решение проблемы не представляет особой сложности.»
— Прежде всего, мы проложим сеть подземных туннелей между основными зданиями. Прочность должна быть такой, чтобы они выдержали даже массированную бомбардировку с воздуха.
— Похоже на расширение наших церковных убежищ и путей эвакуации.
— Верно. В действительности, создание дополнительных путей отхода на случай прорыва обороны и начала городских или внутридомовых боев никогда не бывает лишним. Я не намерен экономить на качестве, а если Фия будет пользоваться этими переходами ежедневно, это значительно облегчит нам присмотр за их состоянием.
Если Фия будет постоянно перемещаться под землей, она сможет заодно проводить регулярные осмотры сети туннелей, что избавит нас от лишних хлопот. Можно, конечно, установить датчики, но монтаж такого количества сенсоров, способных фиксировать износ каждого сегмента, потребует слишком много времени и средств.
— Тогда давайте обсудим детали с малюткой Фией и примем окончательное решение.
— Так и поступим... Однако «малютка Фия», хм.
— Ох... всё понимаю, но это вырвалось само собой.
— Думаю, если она не против, то и беспокоиться не о чем.
— Это немного смущает, но совсем не возражаю.
Когда интересуюсь у Фии, как она относится к тому, что Эрика называет её «малюткой», та лишь слегка краснеет и отвечает с оттенком девичьей застенчивости. Женушка общается с ней так, словно перед ней младшая сестренка, хотя на самом деле Фия старше её. В следующем году ей исполнится тридцать лет. Она младше меня, но в нашей колонии занимает почетное третье место по возрасту. Старшим, без сомнения, является Хамаль, затем следую я. Правда, в моём случае могу лишь предполагать, что мне около тридцать пяти, ведь я — сирота войны, и никаких записей о моём рождении не сохранилось.
— Дварфы ведь живут дольше обычных людей, верно?
— Да, хотя до эльфов нам далеко. В моем роду принято доживать до ста пятидесяти или даже двухсот лет. Хотя у других дварфов сроки могут сильно разниться в зависимости от условий обитания.
— Вполне логично. Тот мастер-дварф, которого знал, вовсе не был бледнокожим. Он работал на космической станции, занимаясь обслуживанием вооружения и техники. Старик опекал с самой юности.
— Господин Гленн, значит, вы знакомы с моими сородичами из космоса? Я бы тоже очень хотела когда-нибудь встретиться с ними. — на лице её появляется мягкая улыбка.
«Знаете, совсем не похожа на тех женщин, коих встречал прежде... В ней есть какая-то особенная мягкость и чистота.
— Что, Гленн совсем голову потерял от старшей сестрицы Фии?
— И сам не до конца понимаю свои чувства. Просто она кажется такой хрупкой, что боюсь нечаянно сломать её.
— Сестрица Фия похожа на принцессу, которую всю жизнь продержали в ларце. Я тебя понимаю.
— Ну что вы, вовсе не принцесса.
Она лишь криво усмехается на слова Мюзен, кои та произносит с самым серьезным видом. Сама она может отрицать это, но уверен, что в Ноатуне её оберегали как зеницу ока. В ней совершенно отсутствует та специфическая ожесточенность и цинизм, кои неизбежно появляются у людей, прошедших через суровые жизненные испытания.
— Не будем больше смущать Фию пустяками. Пора приниматься за работу... Пожалуй, стоит наглухо заделать все окна.
— Постойте, господин, это уже чересчур... Я ведь тоже хочу любоваться видами снаружи...
— Не волнуйся, всё предусмотрено. Просто отойди немного назад, чтобы на тебя не попал прямой свет.
Используя портативный манипулятор материи, убираю оконные рамы в мастерской, превращая проемы в глухие стены. Однако это не просто каменная кладка.
— Ого, вижу, что происходит на улице!
— Вмонтировал сюда голографические дисплеи. Они транслируют изображение с внешних камер в реальном времени.
— Но ведь такие траты ради меня... Это, должно быть, стоит огромных денег.
— Никаких возражений. С точки зрения безопасности даже полезно — теперь никто не сможет подглядывать за нами снаружи.
«К слову, уже проделал нечто подобное в столовой и комнате отдыха. Жилые блоки, куда Фия вряд ли заглянет, остались прежними, но все общественные зоны теперь оборудованы именно так. Излишняя опека? Мне всё равно. Заставляю своих строительных дронов работать день и ночь, собирая ресурсы (в пределах, не разрушающих экосистему), именно для того, чтобы создать идеальные условия для своей семьи. Смысла копить богатства без цели нет никакого.»
— Это правда нормально?..
— Тебе лучше не брать в голову. Когда Гленн входит в такой раж, доводит дело до абсолютного совершенства.
— Мюзен зрит в корень. Посему, Фия, намерен учитывать каждое твое пожелание. Не стесняйся и высказывай любые капризы. Не обещаю, что исполню абсолютно всё, но мне важно знать, как выглядит твой идеал комфортной жизни.
В вопросах кухни и кладовых опирался на мнение Эрики и поваров, в обустройстве лавки и гаражей для караванов прислушивался к Лайле и таурисианам. Что касается церкви и будущего медицинского блока, здесь решающее слово будет за Хамаль и Систией.
— Я... я поняла. Если господин так говорит, то не стану скромничать.
— Вот и славно. Мюзен, ты тоже слушай внимательно и помогай.
— Положитесь на меня! — произносит она, принимая какую-то нелепую, но эффектную позу. Пусть часто дурачится, но её внимательность к мелочам не раз нас выручала. В такие моменты на неё действительно можно положиться.
«Как только закончим с реконструкцией фермы, нужно будет планировать следующий шаг. Сельскохозяйственные угодья расширяются по плану, пора плотнее заняться торговлей. Караваны таурисиан — хорошо, но было бы куда проще, если бы торговцы сами стремились к нам. Нужно придумать способ привлечь их.»
— Хи-хи-хи... Господин Гленн.
— Чего тебе?
— А давай-ка померимся сиюминутно силой!
Минуло всего несколько дней с тех пор, как было решено, что Лайла станет моей законной супругой, а караван таурисианок вместе со Спикой отправился в путь. Мы как раз отужинали, смыли с себя дневную грязь в купальне и теперь мирно отдыхали втроем — я, Эрика да Лайла — в комнате досуга, как вдруг вторая женушка, шумно и тяжело задышав носом, разразилась столь нелепым предложением.
— Что думаешь, Эрика?
— Ну... Ох. Лайла, милая, да вы никак пригубили хмельного?
Присмотревшись внимательнее, и сам заметил, что щеки девы полыхают пунцовым пламенем. Проницательная первая жена мгновенно раскусила, что в бокале у нашей великанши был вовсе не сок. Впрочем, чему удивляться — ведь самолично забил холодильник в комнате отдыха разнообразным алкоголем.
— Ну и пусть пригубила-а-а! Да будет вам известно, я — гордая дочь народа таурисиан! Мое тело огромно, а потому невообразимо стойка к винным пара-а-ам! Я ни в одном глазу! Слышите, трезва как стеклышко-о-о!
— Да по тебе же без всяких очков видно, что улюлюкась в зюзю... — вздохнула Эрика.
— А-а, это же «Могучий Безлимитный», который притащил с орбиты. Пьется легко, словно компот, но бьет по шарам так, что мама не горюй.
— И зачем только было брать такую отраву?..
— Понимаешь, с моим нынешним организмом обычное пойло вообще не берет. Приходится баловаться термоядерными смесями, иначе никакого расслабления не получишь.
«Мое тело, на добрых восемьдесят процентов состоящее из кибернетических имплантов, снабжено искусственными органами высочайшего класса. Моя печень расщепляет любые токсины, яды и, уж конечно, алкоголь с эффективностью, многократно превосходящей возможности обычного смертного. Так что, ежели мне хочется ощутить приятный хмель, приходится глушить нечто столь же убойное, как этот самый 'Могучий Безлимитный', который Лайла сейчас самозабвенно цедила стакан за стаканом.»
— Ну же-е-е, давай померимся силушкой, ну пожа-а-алуйста... — затянула капризным, источающим истому голоском, видя, что мы с Эрикой не обращаем на нее внимания.
Она бесцеремонно сгребла в охапку, уткнув моё лицо в свою необъятную, пышную грудь.
Что и говорить — ощущение неописуемо великолепное. Зрелище монументальное, вот только Эрика внезапно замерла, приняв абсолютно отрешенный вид, и принялась с каменным лицом созерцать собственный бюст, что нагнало на меня легкий жуть. Как по мне, у Лайлы грудь просто карикатурно огромная, тогда как у первой супруги формы пускай и скромнее, но обладают весьма соблазнительным объемом. А уж о безупречной форме и говорить нечего.
— Мы только-только вышли из бани, чистые и свежие. Зачем снова ввязываться в авантюры, от которых взмокнем как мыши?
— Ой, да бро-о-о-ось! Всё равно ведь совсем скоро окажемся в постели и там изойдем седьмым потом, так какая разница-а-а?
— И то верно.
Поскольку сегодня была ночь Лайлы, наше последующее бурное сплетение тел на ложе изначального блаженства являлось делом решенным. Пока что у нас действовал строгий график: Эрика и Лайла делили со мной ложе строго через день. Разумеется, совместный сон вовсе не обязывал нас каждую ночь предаваться неистовым утехам... Хотя вторая женушка, надо признать, еще ни разу не взяла «отгул» и демонстрировала завидное, поразительное рвение. Похоже, и в этот раз была настроена более чем решительно.
— Вот поэтому давайте бороться-я-я-я-я! И пускай сегодня тот, кто потерпит фиаско, беспрекословно исполнит любое, даже самое развратное желание победителя!
— Я и без всяких глупых состязаний готов исполнить любую твою просьбу, глупышка.
— Всё не то-о-о! Весь сок в том, чтобы подчинить соперника грубой силой, подавить его волю и заставить преклонить колени-и-и! — протянула та с предвкушающей, заговорщицкой ухмылкой.
«Вот оно что.»
— То бишь спишь и видишь, как тебя растопчут и подчинят? Так ты у нас, выходит, заядлая мазохистка, Лайла?
— Чего-о-о?! Да пусть ты трижды великий господин, неужто всерьез полагаешь, будто в чистом силовом противоборстве одолеешь меня — чистокровную таурисианку?!
— Напротив, не вижу ни единой причины, почему ты, состоящая из бренной плоти и костей, надеешься одолеть меня — ходячую вершину кибернетического прогресса.
— Вот и проверим! Ну же, к бою!
«Ох и ухмылка у нее — краше в гроб кладут. Видать, и впрямь уверовала в свою сокрушительную победу.»
— Да как же так... За что-о-о?..
Спустя полчаса. У моих ног, тяжело и прерывисто дыша, распласталось несчастное, в доску изможденное горемычное создание. Она была мокрой от пота с головы до пят. Я же не проронил ни капли влаги — впрочем, у моей аугментированной кожи попросту отсутствовала функция потоотделения.
К слову, первая супруга благоразумно удалилась в опочивальню чуть раньше. Сейчас наверняка видела уже десятый сон.
— Что значит «как»? Разве могут углеродные мышцы из плоти тягаться со жгутами из титанового сплава особой прочности? К тому же моим основным движителем является аннигиляционный реактор на антиматерии. Твоя попытка одолеть меня — всё равно что попытка обычного человека перетянуть канат у портового подъемного крана.
«Какими бы могучими и выносливыми ни создала природа таурисиан, против законов физики и технологий не попрешь.»
— Ну так что, мы испробовали и классический захват, и партерную борьбу, и даже армрестлинг. Ты сама не заметила, как превратила это в состязание до трех побед, и в каждом раунде была разгромлена в пух и прах...
— Ха-а... ха-а... я... проиграла... полное, безоговорочное фиаско...
«Мое горемычное создание, казалось, забилось в экстазе: дыхание ее участилось, лицо залилось пунцовой краской, а в глазах читалось дикое возбуждение. Ох, мамочки, до чего ж жуткое зрелище.»
— Хи-хи... хи-хи-хи... Раз уж... потерпела поражение... я... сделаю всё... всё, что твоей душе угодно...
— ...То есть то же самое, что и всегда? — с подозрением прищурился.
Однако Лайла пребывала в таком неописуемом упоении, что сообразил: это, должно быть, часть ее любовных ролевых игр. Своеобразный фетиш.
«Что ж, раз партнер желает подобного, долг хорошего мужа — подыграть ей.»
— Хны-ы-ык?! — взвизгнула она, содрогнувшись всем телом.
Бесцеремонно сорвал сеточку-шиньон с головы Лайлы, стоявшей предо мной на коленях, и принялся грубо, с нажимом тереть большим пальцем шероховатую отметину — след от спиленного рога.
— Похоже, кое-кто совсем отбился от рук. Придется хорошенько проучить тебя и указать твое истинное место, а, Лайла?
— Да-а, господин! Прошу, накажите свою грязную, похотливую корову, заставьте ее вспомнить свое место-о-о!
«Ох, святые угодники, у нее уже слюнки потекли. Лицо девы исказилось такой гримасой, которую приличным людям ни в жисть не покажешь. Да и к чему эти метафоры про 'грязную корову'? Я ведь, право слово, ничего подобного не произносил.»
— Я искренне рада, что вы так ладите, но... скажите на милость, нельзя ли вести себя чуточку... потише?
— Виноват.
— Простите меня, дуру грешную...
На следующее утро нам пришлось выслушать мягкую, но настойчивую нотацию от Эрики, которая то и дело тёрла заспанные, покрасневшие глаза. Что поделать — Лайла вчера вошла в такой раж, что мы совершенно потеряли счет времени и приличиям. Дабы избежать подобных конфузов впредь, принял решение подвергнуть свою спальню капитальной перепланировке и установить там профессиональную звукоизоляцию военного образца.
Огромное спасибо за то, что приобрели второй том ранобэ!
С вами у микрофона автор сего опуса — Рюто! Поскольку это уже вторая книга серии, позволю себе поприветствовать постоянных читателей фразой: «И снова здравствуйте!»
Второй том увидел свет! Ура, товарищи! Надеюсь, сохраним этот запал и для последующих книг!
Кроме того, хочу выразить глубочайшую признательность всем, кто отдал за нас свои голоса! Наш тайтл умудрился пробиться в топ категории «Новинки» престижного путеводителя «Этого ранобэ стоит опасаться! 2026»! Просто невероятный успех!
Для начала позвольте черкнуть пару строк о моих буднях... В последнее время мои пушистые котейки повадились без спроса заглядывать ко мне в рабочий кабинет. Конечно, запредельно мило, но работа из-за них стопорится намертво, ведь устоять перед этими комочками решительно невозможно! Но довольно о быте, давайте лучше поговорим об играх, в которые удалось войти в последнее время. Как бы плотен ни был мой график, невозможно круглые сутки сохранять предельную концентрацию на рукописи, поэтому нет-нет да и позволяю себе немного расслабиться.
Например, залип в один причудливый PvPvE-экстракшн-шутер, созданный как ироничный оммаж одному культовому проекту. Там ты примеряешь на себя шкуру... боевой утки, рыщешь по карте в поисках ценного хабара и пытаешься любой ценой эвакуироваться обратно на базу. Также я приобщился к переизданию, объединившему в себе первую и вторую части одной знаменитой отечественной RPG.
Что примечательно: третья часть франшизы вышла гораздо раньше, и если проходить дилогию-приквел следом за ней, то повествование выстраивается в идеальном хронологическом порядке. А уж то, как изящно финал второй части (которая хронологически является самой поздней) связывает всю трилогию воедино — это просто высший пилотаж сценарного искусства и маркетинга, перед которым хочется снять шляпу.
Прямо сейчас прохожу проект в эстетике ретрофутуризма и научной фантастики. Там ты в роли агента Земного Правительства отправляешься спасать звездную систему от гнёта тоталитарной Империи, где вовсю практикуется промывка мозгов. Мир игры наполнен мрачными мегакорпорациями, для которых прибыль превыше человеческих жизней, и религиозными фанатиками, пытающимися постичь суть бытия с помощью высшей математики. Всё это сдобрено густым черным юмором и абсолютным хаосом. А главное — там можно всласть пострелять из самых безумных пушек. Ближний бой? Нет, не слышали.
Помимо прочего, умудрился застрять в одном симуляторе лудомана, завязанном на построении колоды и выплате долгов. Наблюдать за тем, как лавинообразно растет число выпадающих монет — это ни с чем не сравнимое удовольствие. Правда, пока не освоился с механиками, меня бесчисленное количество раз выбрасывало на экран поражения из-за просроченных платежей! Впрочем, поймал себя на мысли, что в последнее время играю исключительно в суровые, хардкорные и брутальные проекты, где днем с огнем не сыщешь милых глазу девчат. Срочно требуется восполнить дефицит романтики и милоты в организме!..
Ну да ладно, оставим интерактивные развлечения в стороне и вернемся к нашей книге.
В первом томе Гленн воздвиг ферму и, казалось бы, в мгновение ока достиг всех заветных целей. Однако обретение тихой гавани и верных спутниц жизни — вовсе не финальный занавес, а лишь отправная точка для нового, неизведанного пути. Если бы история заканчивалась шаблонным: «Они начали осваивать дикие земли, и жили долго и счастливо, конец» — то первопроходцы в реальном мире не сталкивались бы с такими нечеловеческими трудностями!
Посему на Гленна и его близких неостановимой лавиной катятся новые невзгоды: трения с местными фракциями, которые уже подмяли под себя торговые сети; острая необходимость добывать высокотехнологичные товары, которые невозможно произвести на коленке; и, наконец, неизбежное столкновение с радикальными группировками, чья идеология в корне противоречит нашей. И как же наш главный герой поведет себя в этой круговерти проблем? Разумеется, старым добрым методом ультранасилия — силой оружия. Ну а что поделать? Многолетние привычки матерого наемника так просто из крови не вытравишь.
На сей ноте, пожалуй, закруглимся. Что касается грядущих событий — тайны и угрозы, сокрытые в недрах планет, обладающей крайне запутанной и мрачной историей, уже обнажают клыки против Глена. Держись, парень, тебе не поздоровится.
Пусть послесловие вышло коротковатым, но на сегодня это всё.
Хочу выразить безграничную благодарность моим многоуважаемым редакторам К-сану и О-сану, великолепному иллюстратору Хэйро-сану, а также всем, кто приложил руку к печати этого тома. И, конечно же, самый низкий поклон вам, мои дорогие читатели, соизволившие приобрести эту книгу.
Увидимся на страницах третьего тома! Искренне надеюсь, что эта встреча состоится!
Рюто...