Спутник, мчащийся вокруг земной сферы
Tsukasa

В 2030-м небо исчезло для людей — его отняли загадочные «Спутники». Перевозчик со стажем Иба Такуро и его напарница Челси соглашаются вести рейсы туда, куда больше никто не рискует подняться.

====================

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/141fda1711930b904c857d316d3228a76a1125ca.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/f8288fe02ece3542a6b97faf7c9c9f02f52ebb61.jpg]]

----------

Пролог

[[image:/storage/reader-images/b0a908a7b86743b663a15515520fee46038c3dfb.jpg]]

Две тысячи тридцатый год от рождества Христова, седьмое июля, шестнадцать часов тридцать две минуты шестнадцать секунд по времени старой Японии... В этот момент у людей украли небо.

В облаках появились мириады огней, направленных на землю. Они сбили все искусственные спутники и самолёты в небе.

Первичные потери составили приблизительно девятьсот тысяч погибших. В результате падения обломков и пожаров вторичные потери составили пять миллионов человек.

После того, как разрушительный дождь из света прекратился, в небе начали танцевать золотые частицы, нёсшие радиопомехи. Вся беспроводная связь и логистика остановились, в итоге от голода погибло более ста миллионов человек.

Человечеству был нанесён колоссальный урон, а неопознанные летающие объекты, захватившие небо, были обозначены «Сателлитами».

Общая численность — семьдесят два.

Учёные так и не смогли понять цель тех, кто взирает на Землю с неба.

— Слушай, малец. В небе есть правила. Их создали не мы. Это правила Сателлитов, — указывая на небо, сказал пилот на сверхмалых высотах.

В порту располагалось его рабочее серебряное судно, он перевозил грузы, загружаемые автоматами.

Я опёрся на швартовую тумбу, и, глядя на подбородок высокого мужчины, спросил:

— Это Сателлиты сказали?

Жарко... Солнце опаляло кожу, от бетона и металла несло запахам горелого, перемешиваясь с морским бризом, он попадал в нос.

Шесть автоматов, протирая дорогу, с тяжёлым рёвом двигателей под лучами вредного для металла солнечного света продолжали работать.

Хотелось встать и уйти отсюда. Но тяжело было даже открыть рот.

— Нет... Не в этом дело. Сателлиты там, высоко в небе, они нам ничего объяснять не собираются. Мы просто собрали данные тех, кто упал, и пришли вот к такому выводу. Они не то, чтобы точные... Но следуя им, мы летаем в небе.

— Хм.

Из-за голода, слова мужчины не особо оседали в голове.

Как давно я нормально ел? В последний раз я питался гамбургером, который мне дал пилот ССМВ. Стоило вспомнить, как потекли слюни, но даже их тут же высушил горячий воздух.

— Самое важное — высота. Они оставили нам безопасное воздушное пространство на высоте до тридцати трёх футов. Это первая черта, перейдёшь её, и на тебя могут нацелиться. А дальше... Предупредительная зона, тут сбивали не раз. Но главное на высоте выше двухсот футов. Это предельное воздушное пространство, где уже собьют наверняка. Даже мы, небесные волки, туда...

Мне уже приелся рассказ мужчины.

Меня это не волновало. Моей целью был погружаемый и разгружаемый груз. Я лишь думал, получится ли умыкнуть что-то из еды.

И тут меня окликнули... Оправдание я придумал ещё то.

Я как и он хочу стать небесным волком, и что меня интересуют полёты на СМВ, так я и ляпнул, чтобы понравиться ему. Мужчина принял слова за чистую воду и принялся рассказывать, вот так мне и пришлось слушать рассказ о том, что меня совсем не волновало.

— Судна с пропеллерными и реактивными двигателями преследовать легко, это мы поняли, наши суда на полностью новых ПС-двигателях. Правда стоят они ужасно дорого. Ты за всю жизнь на такой не накопишь. Так что для начала присоединись к каким-нибудь Воронам... — небесный волк с серьёзным выражением на лице давал советы.

... Небесные волки.

После блокады неба, появился флот, называемый Воронами, состоящий из судов, летавших на сверхмалой высоте, ССМВ, они обеспечивали высокоскоростную транспортировку на небольшой высоте.

Волками их называли из-за сокращения ultralow-level flight-boat — ULF, созвучный с «wolf».

Мне это произношение не нравилось, но сами пилоты ССМВ привыкли использовать прозвище. Возможно это как-то цепляло их за душу.

Небесные волки, если простые суда не успевали, могли доставить важный груз быстрее чем кто-либо. Преимуществ у них хватало, и смельчаки один за другим шли к ним.

Что до меня... Смельчаком я точно не был.

Умирать не хотелось, а вот жить очень даже. Так что я воровал и как-то выживал.

Потому сколько бы там денег не обещали, рисковать жизнью, не зная, когда тебя собьют, я не планировал.

— Для начала надо много всего знать о судне, тут я могу помочь...

— Эй, дядя.

Я уже был на пределе, так что остановил оживлённую речь мужчины.

И тут я пришёл в себя, и по спине побежал холодок.

Если испорчу ему настроение, он и побить может. Он же не дурак, уже думал, что я могу вором оказаться. Если схватит меня своей здоровенной рукой, я её уже не стряхну. Отведёт меня в участок, а потом меня на материк вышлют. Тогда-то жизнь ещё хуже станет.

— М, что? — удивлённо спросил мужчина.

Сейчас он может и добрый, но уже через миг может измениться, и когда это произойдёт — неизвестно. Я-то знал, какими бывают взрослые.

Потому я натянул улыбку на лицо и с напускной благодарностью заговорил:

— Понятно. Мне так приятно было всё это узнать, но похоже это очень опасная работа... Вряд ли я справлюсь. Спасибо, дядя.

Мой отказ напоминал хождение канатоходца, и мужчина вначале просто задумался, а потом улыбнулся.

Видя, что он не злится, мне стало легче. Похоже он и правда был добряком.

— Вот как... Ну может оно и правда к лучшему. Умный ты малый.

Потрепав меня по голове, он отвернулся.

Если и уходить, то сейчас. Неизвестно, когда у него настроение переменится.

И всё же я сомневался. Где-то внутри в меня запали его слова.

Он сказал, что я умный после того, как сам я сообщил, что не стану небесным волком. То есть понимает, какую глупость совершил. И всё же...

— ... Дядя, почему ты летаешь в небе?

Мужчина повернулся и горько улыбнулся.

— Потому что, летая в небе, я становлюсь самым значимым человеком в мире.

Тогда я не понял смысл его слов.

Тогда я не знал, что Казасиро Казума быстрейший на маршруте северной части Тихого океана.

И всё же его слова запали мне в сердце.

Так сильно... Что я уже не мог это игнорировать.

Значимость... Этого не добиться, просто выживая. Было невозможно, чтобы меня признал кто-то, кроме меня самого.

И всё же он был лучшим. Признаваемым во всём мире. Это не было ложью. Я понял это, глядя на то, каким мужчина был гордым и уверенным в себе.

Полная противоположность никому ненужной паршивой овцы вроде меня.

Я понял, что завидую ему.

Глупо было подвергать свою жизнь опасности. И умирать совсем не хотелось.

И всё же...

Мне тоже хотелось приобрести эту «значимость».

----------

Глава 1: Звёзды, очки и небесные волки

[[image:/storage/reader-images/dea2269b6f8444edfa0a530a7efff6a8c1636ce2.jpg]]

Две тысячи сорок седьмой год от рождества Христова, второе августа, ноль часов, одиннадцать минут, в четырёхстах километрах от Лос-Анджелеса...

Из кокпита было видно ночное небо и чёрное море.

Бесформенные облака, меняя форму, оставались позади судна.

И между ними можно было увидеть серебряную луну и сияющие звёзды.

— Twinkle, twinkle, little star.

Шум ветра, несущегося навстречу лобовому стеклу и рёв двигателя перемешивались, а справа был слышан радостно поющий голос.

Но заботиться о беззаботном пассажире было некогда. Я держал штурвал и следил за приборной панелью.

На экране, отображающем расстояние до поверхности воды, была относительная высота. Положение — сто девяносто футов.

Моё средне размерное судно на сверхмалых высотах Манагарм летело на границе второй линии.

Под облаками море казалось абсолютно чёрным, и на глаз определить высоту было непросто. Если не следить за высотомером, то высока вероятность залететь в предельное воздушное пространство, где уже охотятся Сателлиты.

Небесные волки вроде меня... Летали на СМВ на сверхскоростных судах, рисковали и перемещались в предупредительной зоне до двухсот футов. Чем выше, тем больше скорость, и тем быстрее можно добраться до места назначение.

Но высота в двести футов... Предельное воздушное пространство никто не пересекал. Слишком несбалансированные риск и отдача. Даже среди настоящих ветеранов-сорвиголов из числа небесных волков этим похвастаться не мог никто. Такие обычно долго не живут.

Поддержание высоты, устройство наблюдения за уровнем моря (УНУМ)... Кильватерный след.

... Форма волны... Всё ещё свежая. Высоковато. Стоит немного сократить расстояние.

Я проверял приборы на месте пилота, наблюдая за происходящим за лобовым стеклом.

Но цели ещё не было видно.

— How I wonder what you are.

Ясным эхом разносился голос, я же проверял инфракрасные сенсоры. Тепловой след на десять часов.

... Есть.

Я посмотрел в направлении реакции.

В этот момент из-за облаков показалась луна и осветила чёрный летательный аппарат.

Длина меньше десяти метров, двухмоторное судно небольшого размера... Направлялось к своей цели.

— Эй, дворняжка, — я сурово обратился к соседке.

Уши в чёрной шерсти дёрнулись, хвост перестал махать в такт мелодии песни.

На месте второго пилота восседала не пристёгнутая с собачьими ушами, хвостом и серебряными волосами молодая девушка. Видать недовольная тем, что я прервал пение, она посмотрела на меня своим детским лицом.

— Что такое, хозяин? — голос, срывавшийся с её светло-розовых губ, был столь же прекрасен, как когда она пела. Только теперь в нём примешалось недовольство.

— Уже видно.

Но когда я указал на чёрное судно, всё недовольство с лица пропало.

— ... Добыча.

В золотистых глазах зажегся огонёк предвкушения, хвост начал мотаться, я же нахмурился:

— Хватит радоваться, за работу. Анализ информации, название судна.

— Как прикажешь, хозяин, — девушка кивнула мне и начала наблюдать за судном на десять часов. Уши стояли торчком, зрачки сузились.

— Десятиметровое ССМВ компании Славик... FB22, ночной камуфляж. Номер и принадлежность судна не установлены. Вооружение — два двадцати трёх миллиметровых пулемёта, — девушка выдавала информацию механическим, безразличным голосом. Хотя это совсем не утомляет.

— Экипаж?

— Две реакции.

Получив ответ, я тихо вздохнул.

— Похоже клиент в порядке... Остановим двигатели, не сбивая.

— ... Охоты не будет.

Я принял решение, и на лице девушки появилось недовольство.

— Взять живьём — тоже охота.

— Веселая? — полная серьёзности спросила она.

Мне было известно, что именно этого она желала больше всего. Но это чувство я с ней разделить не мог.

Для меня это была просто работа. Никакого развлечения. Потому я дал привычный ответ:

— Будут ли твои любимые собачьи бои, зависит от другой стороны.

Услышав мои слова, губы девушки искривились в улыбке. Дикая улыбка, не соответствующая сдержанной манере речи.

— Тогда давай проверим, хозяин.

— Не приказывай мне, дворняжка, — сурово ответил я возбуждённой девушке и ускорил ход судна.

После полудня, гавайские острова...

Тёплый морской бриз проходился по щекам, отражавшийся от волн солнечный свет заставлял щуриться.

Под водой можно было разглядеть коралловые рифы, цвета начинались в диапазоне от изумрудно-зелёного и заканчивались тёмно-синим.

За квадратным окном был тропический пейзаж.

Я смотрел на горизонт из хорошо проветриваемого врачебного кабинета, после чего посмотрел вниз. Там была палуба снабженческого судна.

На ней и была моя напарница, занималась пополнением провизии.

— Неэффективно.

Довольно долго рыбачившая в тишине девушка с серебряными волосами раздражённо отложила удочку. Из-за копившегося чувства неудовлетворённости её чёрные треугольные собачьи уши дёргались, Хвост, видневшийся из-под юбки, стоял торчком.

— Так и хочется использовать свои способности.

После чего девушка сняла своё тонкое платье. Её юная кожа сияла под светом солнца, очерчивая контуры тела молодой девушки.

Если не считать ушей и хвоста, на теле шерсти не было совсем.

Её скромные девичьи формы прикрывало одно бельё. Кто-то мог посчитать её настоящей красавицей. Я же лишь раздражённо вздохнул.

Девушка не знала, стоит ли снять и бельё тоже, но в итоге так в нём и прыгнула в воду. И дело было не в стыде, просто было лень.

В море, освещённом солнечным светом, поднялись брызги.

— ... Всё такая же дворняжка.

Наблюдая за этим через окно врачебного кабинета, я вздохнул.

Я вспомнил, что здесь полно акул... Но да ладно. Такое чудище им не по зубам.

Я оторвал свой взгляд от водной глади и посмотрел в небо.

Голубое небо без единой тучи. Область, которая не принадлежит людям.

«Красный дождь» пролился в такой же ясный день.

Вспоминать не хотелось, но эта сцена сама собой возникла перед глазами.

Дорога вдоль аэропорта была окружена высоким забором. Где-то над головой разносились звуки двигателей самолётов, а ещё ветром приносило запах рыбы.

Когда я возвращался домой из школы с тяжёлым ранцем за спиной, постоянно мелькали тени прилетавших и улетавших самолётов.

И вот в небе появилась тень летательного аппарата. Но в следующий момент вспышка... И самолёт заволокло красно-чёрным пламенем.

Я ничего не понял. Я даже удивиться не успел, когда на краю моего поля зрения появилась ещё одна вспышка.

Я обернулся, и до моих ушей донёсся рёв.

Только что вылетевший из аэропорта пассажирский лайнер взорвался на высоте небоскрёба.

Его обломки падали.

Красный дождь из горящих кусков металла.

Видя это, я закричал. С этим криком наружу проникал мой страх.

В следующий момент я уже убегал, но понимал, что не успею... Мощный удар пришёлся по спине...

— М...

Голос за спиной вернул меня в настоящее. Весь потный я очнулся, и, грустно улыбнувшись, вытер лоб.

Я вспомнил о том, что случилось семнадцать лет назад.

Если способность запоминать лучше обычной, то написать письменный экзамен на продление лицензии пилота ССМВ было делом не сложным.

Моё тело совсем лишилось сил, я осмотрелся. На простой кровати в медицинской каюте лежала светловолосая белая женщина.

Возраст где-то чуть больше двадцати пяти, лицо красивое, ощущалась примесь японской крови. Прямые волосы до плеч, макияжа почти не было. В порту было не так много женщин с вызывающим макияжем и роскошной причёской. Аромата духов не было, здесь ощущался лишь запах дезинфицирующих средств.

Веки зашевелились, длинные ресницы задрожали, и глаза женщины медленно открылись.

— Проснулась? — я подошёл к кровати и заговорил с женщиной, смотревшей в потолок.

Ещё не сфокусировавшимися глазами она посмотрела на меня и прищурилась.

Её белое горло дрожало.

— Э... А...

Голос был смущённым, она ощупала лицо рукой, её глаза блуждали будто в поисках чего-то. Я понял, что она искала.

— А, вот.

Я взял очки с серванта возле кровати и протянул женщине.

Тут же выражение на её лице переменилось. Помесь страха и тревоги...

— Отдай!

Подняв верхнюю часть тела, она выхватила очки у меня из руки. Ногти женщины были длинными, так что на ладони осталось слабое чувство боли.

— Я именно это и собирался сделать, — вздохнул я, потирая руку, а женщина недовольно посмотрела на меня через линзы очков, после чего осмотрелась.

— Ты... Кто? Это... Больница... Хотя не похоже.

— Тряску и запах ветра не ощущаешь?

Я указал на ноги, а потом посмотрел в окно. С положения женщины можно было увидеть лишь небо, но тряску и запах воды она ощущать должна.

— ... Мы на море? — с тревогой пробормотала она.

— Верно. Это снабженческое судно на гавайских островах, — я кивнул ей и посмотрел на бледную после пробуждения женщину. — У тебя много вопросов, но прежде чем я отвечу, позволь удостовериться. Ты Летиция Рейни? — спросил я глядя в её голубые глаза.

— Да... Верно, — немного неуверенно женщина закивала.

— Вот как, тогда и я представлюсь. Я принявший твой запрос перевозчик. Зовут меня Иба Такуро.

Когда я представился, женщина лишь раз моргнула, после чего осмотрела меня полностью.

— Ты... Правда?

— Что-то не так? — я посмотрел на смущённую женщину и нахмурился.

— Быстрейший на маршруте северной части Тихого океана... Не присоединившийся к Воронам, небесный волк-одиночка, превосходно выполняющий свою работу... Так о тебе говорят, я думала ты постарше... Я представляла себе кого-то невероятного.

— Прости, что не оправдал ожиданий, — я сыронизировал и пожал плечами. Подобная работа несёт с собой ряд опасностей, потому мои фотографии на каждом столбе не висят. И такая реакция при первой встрече уже вполне ожидаема.

Сеть сейчас только проводная и весь поток информации фильтруется, и всё, что относится к личной жизни, обычно туда не вытекает.

Сейчас уже не те времена, когда информация поступает нескончаемым потоком, и ничего никуда случайно не утекает. И незнакомцу неоткуда знать, как я выгляжу.

— Да уж... Длинные волосы, поношенная одежда, прямо сотрудник исследовательской лаборатории. Ничего общего с человеком, на которого можно положиться.

— Вот как. И всё же это я тебя спас.

— Ты?

В глазах Летиции было подозрение, заставившее меня вздохнуть.

— Ага, просто... Ты в курсе, почему находишься здесь? Что помнишь о вчерашнем вечере? — спросил я, указав на то, что мы в медпункте судна снабжения.

Летиция немного призадумалась, после чего заговорила:

— Вчера... Я не собиралась ложиться... У меня была запланирована встреча в порту Росс с Ибой Такуро на двадцать два часа. Но когда я остановила такси, на меня напали сзади. Дальше я ничего не помню. В итоге значит ты меня спас. Но в то же время ты можешь быть похитителем.

Острый взгляд женщины заставил меня улыбнуться:

— Ну да. Я-то знаю, что я Иба Такуро, но доказать это непросто. Лицензию тоже подделать можно. Из доказательств... Разве что только записи с корабля.

— Могу я их проверить? Я не привыкла слепо доверять мужчинам.

По тону Летиции было ясно, что ей нужны эти записи.

— Неужели уже обманывали мужчины?

— Тебя это не касается. Ну так что?

Летиция с прищуром смотрела на меня, я же дал своё согласие:

— Хорошо. Я провожу тебя на моё судно. Следуй за мной.

Дальше я продолжать не собирался, а направился к выходу. Женщина нашла свою обувь у кровати, обулась и встала.

За дверью располагался узкий технический коридор. Придерживая открытую дверь, я ждал, пока женщина выйдет, после чего пошёл следом.

— Довольно старое, но ухоженное судно, — оценивающе проговорила Летиция, касаясь перил.

— Капитан судна — человек щепетильный. Взял его подержанным, а потом полностью восстановил. И сейчас моя машина проходит техническое обслуживание в его ангаре. Если встретимся, я вас представлю.

— Да, спасибо, — немного поколебавшись, ответила Летиция. Должно быть с осторожностью относилась ко всем новым знакомым.

И всё же пока избавиться от тревоги было невозможно. Для начала надо было убедиться, что я Иба Такуро.

А потом уже можно будет поговорить о запросе по транспортировке.

Работы не было уже две недели. Если и эта сорвётся, то мне будет нечем кормить свою прожорливую дворняжку.

Мы спустились вниз по узкой и крутой лестнице и попали в ангар, расположенный под палубой, здесь и было моё уже привычное серебряное судно.

— Это твоё судно?

— Ага. Двадцатиметровое средне размерное судно на сверхмалых высотах Манагарм. Мой рабочий инструмент.

Нос самолёта был заужен, а заднюю часть с двигателями казалось сильно разнесло. Выглядел он немного несбалансированным, но в похожей позе волки нацеливаются на свою добычу.

— Я таких не видела. Точно не Астика... Нос как у компании Славик, но хвостовая часть полностью отличается.

Летиция прикоснулась к очкам пальцами и с интересом рассматривала Манагарм.

— Ты довольно осведомлена.

— Я ведь эксперт. Если ты Иба Такуро, то должен знать подноготную клиента.

Она задала вопрос и я лишь пожал плечами.

Женщина не могла нигде увидеть моей фотографии, ведь информация строго контролировалась. Но и в этом случае лазейки имеются.

— Запрос пришёл внезапно, так что проверить всё не получилось. Знаю лишь, что ты исследователь из одной из двух крупнейших компаний по разработке ССМВ, Америка Астика... Своего рода элита.

В сети информации не найти, так что теперь хватает людей, которые занимаются продажей данных. Если разобрать всю информацию по полочкам, можно легко выяснить всё что угодно.

— То что ты это знаешь, уже немало.

В словах девушки было удивление, и всё же на лице появилось сомнение.

— То есть ты выяснил это и принял запрос. При том, что нельзя использовать официальный транспорт, а меня надо доставить как «груз»... Это явно должно странно попахивать...

— Ну да, ты хочешь избежать вмешательства официального флота.

— Да, никого официального, только Иба Такуро, — женщина саркастически закивала.

Для меня же это было неизбежностью. Если не связан с каким-то флотом или небесными волками, то можно взять лишь незначительные или самостоятельно найденные запросы.

Но каким бы ни был безумным запрос, я его выполню. Потому и могу работать самостоятельно.

Работа, принимаемая мной, чаще всего имела неопределённые критерии оценки.

— Мне лишь важно, чтобы за работу платили соответствующее вознаграждение... Ну и получится ли поместить груз в моё судно. Сама видишь, самолёт у меня небольшой. Да и есть ограничения по весу. Цена тоже высокая. Ты по всем этим стандартам проходишь. Потому я и принял запрос.

Услышав мой ответ, в глазах женщины зажегся серьёзный огонёк:

— То есть можно взять всё, лишь бы в норму веса уложиться.

— В принципе да. Ну и важно, чтобы мой партнёр был заинтересован.

— Партнёр?

— Ага, потом познакомлю... Сейчас другое важнее. Эй, Брет! — я увидел ноги под шасси и позвал.

— Что?

На инструментальной тележке показался мужчина и посмотрел на нас.

Темнокожий, возраст серьёзно за тридцать, коротко стриженный и в бандане. Очень крепкий, поднявшись, он давил всем своим видом.

Видя, как он приближается, Летиция отступила на шаг. Рукой она прикрыла лицо, её тревожил внешний вид мужчины, а может от него просто пахло потом и машинным маслом.

— Летиция, это капитан снабженческого судна, Брет Бруярд. Внешне незаметно, но он очень серьёзный, хмурый и дотошный человек.

После такого представления Летиция напряжённо протянула руку:

— Летиция Рейни. Рада знакомству.

— А, проснулась. Рад знакомству, барышня. И не верь всему, что говорит Так. Я не дотошный, просто он невыносим.

Сняв перчатку, Брет пожал руку женщины, сверля меня взглядом.

— Заботился бы так о цифрах, и точно не смог бы летать на ССМВ, — я легко парировал сарказм Брета, и повёл Летицию по трапу. — Брет, я сопровожу её на судно, продолжай обслуживание.

— В этот раз я не желаю слышать про кредит.

— Не переживай. У меня аванс от неё, — ответил я напомнившему мне мужчине, и вошёл в машину.

Манагарм небольшое транспортное судно, так что жилой блок здесь тоже небольшой. Два сидения в кокпите и небольшой трюм, а ещё три двигательные секции.

— Для судна среднего размера довольно большой кокпит, — следуя за мной, Летиция вошла в кокпит и удивлённо пробормотала.

За сидениями пилотов было немного свободного места. Если дело касается перевозок, все старались расширить трюм, избавляясь от бесхозного пространства... Но дворняжка этого не позволила.

— Везде по-своему. Тебе ведь записи нужны. Садись сюда.

Я сел слева и начал работать с тач-панелью. Я вызвал записи прошлого вечера и направил на монитор второго пилота, за местом которого сидела Летиция.

— Что ж, давай проверю.

С этими словами она уставилась в экран. Воспроизведение началось с обнаружения небольшого ССМВ.

— Самолёт с ночным камуфляжем... А вы его нашли. Будь сейчас те времена, когда можно было использовать радар для обнаружения радиоволн, но сейчас найти в ночи небольшое судно достаточно сложно, — бормотала Летиция с восхищением и сомнением.

— Похоже ты не особо в курсе. В таких случаях используется УНУМ. Нам повезло, и море вчера было спокойным, следы ССМВ остаются на поверхности моря. Так что мы просто шли по следу. А когда приблизились, использовали инфракрасные сенсоры.

— Вот как УНУМ используется. Но обычно после обнаружения от такого противника сбегают.

— Почему?

— Почему... Так очевидно же. Мелкие суда специализируются на боях с патрулями и вообще рассматриваются как анти-ССМВ. Даже если транспортные суда средних размеров выигрывают в скорости, манёвренность у них ниже. Разве ты не думаешь, что такая встреча может закончиться плачевно? Как ты вообще меня...

— Смотри и поймёшь, — я сказал сомневавшейся женщине смотреть в монитор.

— И правда, — немного посерьёзнев, Летиция вздохнула и вернулась на место.

На экране ССМВ с ночным камуфляжем становилось всё крупнее. Расстояние сокращалось.

Малое судно, недовольное приближением противника с хвоста, начало маневрировать, резкий разворот вправо, и оно пропало из объектива камеры. В следующий миг изображение перевернулось. Облачное небо и чёрное море поменялись местами.

После чего верх и низ вернулись на свои места, изображение снова было направлено на небольшое ССМВ.

И в следующий миг перед малым судном поднялся столб воды, пройдя через него, ССМВ снизил скорость и сел на поверхность моря.

— Что случилось... — удивлённо спросила Летиция. Он сказал, что она всё поймёт, если посмотрит, но по одной записи всего было не разобрать.

— Малое судно свернуло вправо, чтобы зайти сзади, я же развернулся на триста шестьдесят градусов назад и зашёл к нему со спины. А столб воды поднялся из-за сброшенной глубинной бомбы. В режиме полёта ПС-двигатели под воздействием воды теряют полный ход. Я нацелился на остановку двигателя.

Пока я говорил, запись продолжалась, Манагарм приводнился, и из него по направлению к малому судну выдвинулся я.

Видя, как на них целится пулемёт моего самолёта, пилот открыл кокпит и поднял руки. Я же забрал Летицию с заднего сидения и вернулся.

Этого было достаточно, я остановил запись.

И всё же женщина поражённо смотрела в потухший экран.

— Что такое? Неужели и этого недостаточно, чтобы поверить?

— Нет... Теперь я не сомневаюсь, я верю, что ты меня спас. И ты точно Иба Такуро. Конечно я слышала слухи, но чтобы творить такие безумства...

Летиция вздохнула и уставилась в мои глаза.

— Ты совершенно точно во время этого трюка перешёл предельное воздушное пространство. Значит правду говорили, что ты сорвиголова, способный подняться на критическую высоту, — в её голосе перемешались удивление и немного гнева.

— Могу лишь сказать, что решение не было необдуманным. Небо было облачным. Их глаза тоже можно обмануть.

— И всё же ты слишком легкомысленно относишься к своей жизни. Такие люди как ты мне... Не нравятся.

Похоже мои слова её огорчили, лицо Летиции стало кислым, она отвела свой взгляд.

И всё же она не собиралась вставать. Всё-таки я должен был перевести Летицию Рейни.

— Тогда прости. Когда я не по душе заказчику, работа протекает не так гладко. И всё же... Я получил аванс, потому выполню задание. А ты как поступишь?

— Как?..

Я смотрел в глаза сомневавшейся женщины.

— Я это к тому, что в сути запроса никаких изменений. Я должен доставить тебя в порт Сусаноо Токийского плавающего города. Пусть это и случайность, но мы уже в процессе выполнения.

Токийский плавающей город — место под суверенитетом Японии, потерявшей свои земли. По сути это не остров, а страна разделённое на «суда». Они находятся на нейтральной территории от Евразийского союза и Западного альянса и считаются изгнанниками. И что-то мне подсказывало, что к женщине это тоже относится.

— Это... — на её лице появилась озадаченность, а я продолжал:

— Я не возражаю, можешь и отказаться. Тогда я высажу тебя в Гонолулу. Однако... Аванс ты назад не получишь, — я сделал упор на последние слова и теперь ждал ответ Летиции. Я и так успел прожечь топлива. Если она скажет вернуть всё, мне нечем будет платить Брету.

Атмосфера в кокпите была напряжённой.

Дон!

Раздался громкий звук и судно зашатало. Внутри кокпита стало темно, я посмотрел наверх... И на лобовом стекле появилась человеческая тень.

Летиция и сама увидела упавшую тень, как и я, женщина посмотрела вверх.

— А?.. Кья?!

Так сильно удивилась, что завизжала. Я же лишь нахмурился и включил внешний динамик:

— Чего тебе, дворняжка?

На лобовом стекле была мокрая девушка с ушками и хвостом. Выбралась из моря, даже не вытерлась и нацепила на себя платье. Через белую ткань виднелось её бельё.

— Хозяин. Я добыла еду. Приготовь мне вкусный обед.

В её руке болталась рыбина около шестидесяти сантиметров в длину.

Взгляд девушки был серьёзным. Говорила она уважительно, но в приказном порядке.

— Т-Такуро. Кто это?

Летиция впервые назвала меня по имени, ошарашенно она указывала на девушку наверху.

Я вздохнул и представил её:

— Это моя напарница. Органический навигационный андроид... Зовут Челси.

— Она... Навигатор? Ну да, слышала, что они начали появляться в виде людей... — сомневавшаяся женщина смотрела на Челси, но можно было заметить, что смотрела она на звериные уши и на просвечивающееся платье.

— ... Интересное у тебя увлечение, — саркастично выдала она, посмотрев на меня.

— Не я её такой заказывал... Хотя ты вряд ли поверишь.

Так было постоянно, так что я уже перестал оправдываться и просто пожал плечами.

Всякий раз, как я представлял Челси, во мне, как в человеке, разочаровывались. Презрительные взгляды и холодные слова не причиняли мне боли.

... Г-р-р-р-р.

И во всей этой дурной атмосфере через наружный динамик в кокпите раздался громкий звук.

— Хозяин, быстрее. У меня в животе совсем пусто.

Я отвёл взгляд от с серьёзным лицом напоминавшей мне о еде Челси и поднялся с кресла пилота.

— Прости, Летиция, отложим наш разговор о работе. Если не покормить дворняжку, сами можем стать её обедом.

— Д-да... Хорошо.

Хоть немного и недовольно, но Летиция не устояла под напором Челси и кивнула.

Чтобы поднять настроение напарнице и заказчице, мне придётся приготовить что-нибудь вкусное.

На палубе билась различная рыба и даже безумствовала акула.

— Хозяин, результаты боя положительные. Всё-таки рыбалка — неэффективный способ охоты.

Челси гордо выставила грудь, пока я и Летиция удивлялись.

А тем временем акула била хвостом о палубу. Она была большой, такие иногда на дайверов нападают.

Я вздохнул и указал на трепыхавшуюся рыбину:

— Верни акулу в море.

— А съесть нельзя?

Торчавшие ушки Челси разочарованно свесились.

— Съесть можно, только я не знаю, что с этой громадиной делать. Она только мешать готовить будет, давай живее.

— Поняла... — недовольная Челси кивнула и непринуждённо подошла к бушевавшей акуле.

— Эй... — Летиция хотела её задержать, но я поднял руку и остановил её.

— Не переживай, — сказал я, когда хвост акулы попал по миниатюрному телу Челси. Девушка даже не шелохнулась, зато схватила акулий хвост, крутанулась вокруг и выбросила её.

Танцуя в небе, акула пропала с палубы, после чего раздался плеск воды.

— Что... Эта девочка. Ты ведь сказал, что она андроид, то есть армейская контрабанда?

Лицо женщины сводило судорогой, когда она спрашивала это, а я лишь неоднозначно мотнул головой.

— Ну, вроде как. М?..

Видя, как Челси, выкинув акулу напряглась, я нахмурился. Обычно у андроидов встречаются дефекты, но у Челси ничего подобного не было.

Избегая рыб, я приблизился и посмотрел туда же, куда смотрела она.

Её золотистые глаза смотрели вперёд... Куда-то далеко в голубое небо, на маленькую белую точку.

Не было ни облаков, ни луны посреди дня, металлический блеск принадлежал правителям этого мира. Пугавшие всех и каждого небесные правители.

— Сателлит? — пробормотал я.

Они явились семнадцать лет назад, но мы до сих пор не представляем, что из себя представляют эти летательные объекты.

Если попробуешь приблизиться, тебя собьют, потому никто не смог этого выяснить. Нам известно лишь, что по форме они напоминают спутники былых лет.

Они могут маскироваться, чтобы не дать людям опознать себя, хотя подтвердить это ничем нельзя. И всё же... Умение Сателлитов маскироваться очень даже внушает.

Если рассматривать Сателлиты через телескоп, то можно было заметить, что они маскируются под искусственные спутники.

И потому Сателлитам давали названия спутников.

Сейчас Челси как раз смотрела на один из таких.

— Да, хозяин. В это время по орбите проходит Авангард.

— Авангард...

Услышав значимое название, я напрягся. Когда он целится, волосы встают дыбом. При том, что его отлично было видно, это значило, что высота была умеренной. Специально показываются, не дают о себе забывать.

— Такуро.

Сбоку меня позвали, и я обернулся, там на меня с серьёзным выражением смотрела Летиция.

— Что?

— Что ты думаешь о Сателлитах?

— Неожиданно. И хоть ты спрашиваешь... Вопрос не ясный, я не могу дать ответ, — сказал я. После чего Летиция бросила взгляд на Сателлит и дополнила:

— Они ведь сбивают небесных волков, но вы продолжаете летать в предупредительной зоне. Вы даже в предельное воздушное пространство залетаете... Вы совсем не боитесь Сателлитов?

Ну да, так и есть. Заказчики и представители других профессий часто об этом спрашивали.

— Конечно боимся. Потому мы предельно осторожны. Тебя может и встревожило то видео, но и мы без необходимости не рискуем. Если груз надо доставить в безопасности, мы летаем в безопасном воздушном пространстве. Вот и в этот раз ограничений по времени нет.

Женщина переживала, как я буду переправлять её, я же пожал плечами и дал вот такой ответ.

И всё же Летиция раздражённо качнула головой:

— Моя безопасность меня не волнует. Хоть мне и страшно летать на судне такого человека, но это не является критерием для определения, продолжать ли сотрудничество. Я с самого начала была готова, что будет опасно. Я хотела услышать о Сателлитах... Нет, хотела узнать, что ты думаешь в целом о небе.

— Что думаю?

— Да... Тебе не кажется, что страх перед Сателлитами и то, что ты летаешь, как-то связаны?

— Ну... Я чувствую, что связан высотомером.

Не до конца понимая суть вопроса, я согласился, а Летиция приблизилась:

— А что если небо изменится? Изменится ли что-то для тебя?

— Летиция, о чём ты вообще? — я устал от непонятных вопросов, вздохнул и мы вернулись к основной теме разговора.

— Сейчас важно лишь определиться, будем ли мы сотрудничать. Если будешь перевозить меня, точно попадёшь в беду. Одними деньгами это не компенсировать. Но кроме этого... Я хотела узнать, может в этой работе есть ещё что-то значимое, — отведя взгляд неуверенно ответила Летиция.

— То есть если мы доставим тебя, наша жизнь как-то изменится?

— Да... Я перевожу очень важную информацию. Если всё пройдёт удачно, межконтинентальные маршруты станут безопаснее, как и повысится предельная высота для полётов. Тогда и логистика станет оживлённее, мы сможем помогать людям, страдающим от дефицита. Есть те, кого необходимо спасти. И ценность этого...

— Чушь полнейшая, — я не дал ей договорить и резко оборвал.

Летиция предупреждала, что плата за успешное выполнение будет несоразмерной. Она хотела, чтобы я разглядел большую значимость всего этого, чем простые деньги.

Спасать кого-то — «бесплатная услуга». Уж этим я точно заниматься не буду.

— А...

Женщина была поражена, а я не стал скрывать своё раздражение:

— Плевать мне на значимость работы. Я взялся за работу из-за твоих денег. Другой причины для выполнения задания у меня нет. Одними деньгами риск не компенсировать? Это ты здесь чего-то не понимаешь. В деньги, которые ты платишь, включена цена и моей жизни.

Подняв рыбу, я посмотрел на Летицию, озадаченно женщина заговорила:

— Но эта доставка имеет огромный смысл...

— А для меня смысла нет ни в чём, кроме оплаты.

— Почему? Разве не прекрасно, когда ты можешь сделать много людей счастливыми?

Похоже из-за моих слов её прорвало, Летиция зло уставилась на меня.

Но и у меня от её громких слов начало щемить в груди.

В сознании возник я в прошлом и женщина, которой уже нет.

— А куда всё горе денется?

— Куда?..

Её неуверенная реакция заставила меня вздохнуть. Всё же она ничего не понимает.

Я не говорил, что плохо кому-то помогать. Счастливые люди вокруг будут благодарить и превозносить.

Так и со мной было...

Я был бесполезным и у меня даже своего места в этом мире не было, если я приму роль, которой все сторонятся, другие оценят меня. Я стал тем, кого начали ценить. Моя жизнь меня устраивает, и этого мне хватает.

И всё же... Забирать себе беды, взваленные на плечи всех. Стремящиеся к счастью получат лишь горе. Всё обратится... В несчастье.

Потому я и не работал бесплатно. И за риск просил всегда разумную цену. У любого риска есть своя цена.

И всё же Летиции было сложно понять это. Она была лишь заказчицей, ни к чему ей глубоко погружаться в это.

И всё же... Как уже обжегшийся на этом, я мог дать совет.

— Если ты хочешь кого-то сделать счастливым, подумай, кто в итоге может стать несчастным. Ты сказала, что я тебе не нравлюсь... Но и мне не нравятся безответственные люди вроде тебя, — сказав это, я отвернулся вместе с рыбой в руках. За мной последовала Челси, истекающая слюной, которая помогала мне со сборами.

— Погоди! — выкрикнула Летиция, но я даже не стал оборачиваться:

— Не переживай. Я выбираю работу не на основании личных привязанностей. Запрос для меня всегда на первом месте.

Женщина ничего не ответила.

И всё же до моих ушей донёсся какой-то стук сзади.

«... Так, никаких проблем?»

— Ага, отклонений нет. Топливо тоже заправлено до упора.

Я сидел на месте пилота в Манагарме и проверял датчики, отвечая Брету, чей голос разносился через внешний динамик.

— Да. И мой живот забит до упора.

Я не обращал внимания на слова развалившейся позади сидения Челси, только посмотрел на соседнее сидение:

— Пристегнись. И не трогай, что не просят.

— ...

Недовольная Летиция промолчала и пристегнулась.

Похоже её взбесили слова, сказанные перед обедом, она никак не успокаивалась. Девушка не ела сасими, она хотела лишь жаренную рыбу, и после еды сказала: «Отвезите меня». И больше не разговаривала.

Ну, багаж обычно не двигается. И болтает нечасто.

— Приготовления завершены. Поднимайте нас, — я вызвал Брета, когда убедился, что Летиция пристегнулась.

«Да. Так... Да... Это, когда прибудешь в порт Сусаноо...»

— Понял. Как и всегда, загляну в больницу Тсукуёми, — ответил я на неуверенные слова Брета, а сидевшая рядом Летиция бросила на меня взгляд. Ей было интересно, о чём мы, но женщина ничего не спросила.

«... Полагаюсь на тебя. Не дури там и не стань кормом для рыб».

Раздался громкий звук и судно затрясло. И под тяжёлые звуки приводов ангар оставался где-то внизу.

Голубое небо, ограниченное квадратом, приближалось.

Подъёмник поднял нас из ангара на палубу. Оставшийся внутри Брет поднял большой палец вверх.

— Ещё увидимся.

Я поднял руку вверх, и он сказал слова, которыми обычно провожают в путь:

«Удачи тебе, небесный волк».

Небо приближалось, и область зрения ширилась.

Мы добрались до взлётно-посадочной полосы и бескрайнего неба.

— Дворняжка, оптическое наблюдение, — я отдал приказ беззаботно развалившейся Челси, и девушка высунулась между сиденьями, её золотистые глаза наблюдали за небом.

— В поле зрения кораблей и самолётов нет. На девять часов, угол семьдесят пять градусов, высота четыреста тридцать километров Сателлит. Кодовое имя Азул.

— Допустимая высота с учётом погоды?

— Тридцать два фута. Предупредительная зона до ста девяносто девяти футов.

— Как и всегда. Ну, в этот раз спешить нам незачем. Будем наслаждаться перелётом, — услышав ответ Челси, я улыбнулся и запустил двигатели.

Раздался пронзительный шум, и весь самолёт завибрировал. Я с силой отрегулировал рычаг дроссельной заслонки и приготовился к взлёту.

Летиция от напряжения совсем перестала двигаться, всё это время она смотрела перед собой.

— Манагарм, взлёт.

Направлявшийся вперёд самолёт съехал по пологой палубе и взлетел.

Хоть мы и скользили, но старт был хорошим. Судно чуть не приводнилось, когда я запустил двигатели малой тяги, и самолёт стабилизировался.

Нынешняя высота тридцать два фута.

Предельно низкая высота над уровнем моря.

В былые времена самолёты не могли летать на такой высоте. Но ССМВ адаптировались к такому узкому небу.

Морская навигация по приводнению, сверхнизкая наводная навигация с упором на безопасность и контролируемый полёт в пределах предупредительной зоны. Всё это на воде и в воздухе сочетали в себе ССМВ, позволяя выбирать оптимальный и быстрейший способ перелёта.

Сейчас море было спокойным и за временем мы не гнались, так что могли лететь на оптимальной высоте.

И оптимальной она была на уровне безопасного воздушного пространства. Ниже этой высоты случаев перехвата практически не было.

— Скорость сто десять узлов.

Услышав слова Челси, я увеличил нагрузку на двигатель.

На низкой высоте можно было разогнаться до двухсот узлов, но для морской навигации это был предел. Немного быстрее и снизится безопасность, а расход топлива увеличится.

— Ах...

Во время ускорения Летиция сжала зубы, и вот наконец вздохнула с облегчением.

— Непривычно было?

— Да... — женщина кивнула мне, после чего отвернулась. Решила не говорить со мной без надобности.

Тишину нарушали лишь шум двигателей и звук разрезания воздуха.

За лобовым стеклом можно было увидеть лишь небо и море. Плывшие облака меняли свою форму, интерес они могли вызвать лишь у ребёнка с богатой фантазией.

Челси свернулась клубком позади сидения и предалась сну. Кабина была такой большой, чтобы обеспечить место девушке для сна. В помещение с кондиционером приятно попадали солнечные лучи.

Как навигационный андроид она точно провалилась, но работы сейчас не было, так что пусть. Лучше уж так, чем когда нужна её помощь.

И всё же безмолвие было болезненным, не выдержав, Летиция заговорила:

— Такуро... Ты недавно говорил, что сможешь наслаждаться полётом... Но ты совсем, что ли? Неужели забыл про опасность? — не смотря на меня, суровым голосом спросила Летиция.

— Не забывал. К тому же я уже спас тебя прошлым вечером, так что немного поздно. Флот, к которому принадлежало то судно с ночной маскировкой, страсть как хочет меня найти. Потому-то я и не сел в Гонолулу, а у побережья.

Убедившись в стабильности хода, я переключился на автопилот и посмотрел на Летицию.

— И всё же ты сказал, что будешь наслаждаешься этим? — женщина смотрела прямо на меня, задавая неуверенный вопрос.

— Ага. Ни к чему бежать наперегонки со временем. А врагов всегда хватает.

— Тогда как же ты обычно дуришь? — неспособная сдержать удивление вздохнула Летиция.

— Если скажу, ты решишь выброситься. Так что давай не будем. Вместо этого лучше объясни, что нас могут за опасности поджидать.

— Ах... Всё-таки хочешь знать.

В женщине немного вернулась её наглость, когда она посмотрела на меня.

— Верно. Знать больше никогда не повредит. Да и разве ты сама рассказать не хочешь? От этого ведь и твоя безопасность зависит, — стоило сказать это, как на лице женщины появилось удивление:

— Это ведь нормально, когда человек смотрит под ноги. Ладно, раз просишь, расскажу. Для начала вчера... Похоже меня похитили люди из компании Славик.

— Компания Славик... Они ведь конкуренты Астики, в которой ты работаешь.

Разработку ССМВ монополизировали два предприятия. И то, что люди из Славика охотились за учёным из Астики, было вполне нормально.

И всё же Летиция продолжала:

— Да. Только за мной... И Астика тоже охотится. Возможно и ФБР взялись за дело.

— Надо же, прямо с размахом, — ответил я, не меняя тона, а Летиция недовольно насупилась:

— Думаешь, вру?

— Нет, наоборот. Это многое проясняет, да и так мне проще ситуацию понять. Ты... Промышленный шпион?

Обвинять я не собирался, просто спрашивал. Но Летиция злобно уставилась на меня:

— Нет. Не смей меня ставить с ними в один ряд.

Меня немного удивила её реакция, так что я посмотрел в лицо женщины. Должно быть мы слишком громко разговаривали, так что Челси позади зашевелилась.

— Я неверно всё понял? Я думал, что ты украла секретные данные из корпорации Астика и решила сбежать в Токийский плавающий город, — я озвучил свои мысли, и женщина крепче сжала зубы:

— Это... Недалеко от истины.

— Так ты всё же промышленный шпион?

Я убрал руки от контрольной панели и пожал плечами.

— Сказала же, что это не так. Я забрала лишь ту информацию, которую уже давно было пора предать гласности. Я не сделала ничего неправильного. Ладно... Я обо всём тебе расскажу.

— Нет, это мне точно не интересно.

— Просто слушай. Я не могу терпеть, когда меня неправильно понимают, — Летиция говорила уверенно и начала рассказывать, хоть её никто и не просил. — Астика и Славик и правда компании-конкуренты, штаб-квартиры у них в разных странах и отношения между ними не назвать дружескими... Но против «общего врага» они проводили совместные исследования.

— Общего врага? — нахмурился я, и Летиция ответила:

— Понятно же. Не только для корпораций. Враг всех людей... Те, кто наблюдают за нами с неба и сбивают все наши летательные аппараты. Это летающие объекты, называемые нами «Сателлитами», которые очень напоминают искусственные спутники времён начала развития космоса.

Она указала пальцем на лобовое стекло... На небо за ним, и с горячностью продолжила:

— И искали обе компании способ обмануть их глаза.

— Обмануть глаза... Система стелс? — пробормотал я, прикоснувшись к лицу, и Летиция уверенно кивнула:

— Да, они специализируются на противодействии оптическому наблюдению. Из-за неизвестных частиц, Пыли Сателлитов, беспроводная связь и радиоволновые радары пришли в негодность. Но то же относится и к ним. По нашим данным Сателлиты основываются на оптическом наблюдении. Разработать систему стелс, способную укрыть от их глаз — заветное желание человечества.

— Согласен... Было бы очень удобно. Из-за облаков Сателлитам целиться неудобно, небесные волки поняли это на своём опыте. Но... Какими бы ни были объёмистыми облака, третью черту не пересечь. Даже без оптических систем наблюдения они смотрят на нас, — сообщил я. Есть предел, до которого можно обманывать глаза, смотрящие за нами из космоса.

— Верно, я и сама на многое не надеялась. Но если мы сможем блокировать хотя бы системы оптического наблюдения... То нынешняя предельная зона, где летают лишь сорвиголовы, станет общедоступной и безопасной. Результаты исследований говорят, что это вполне возможно, — сказала она, поправляя очки, и всё же, вспомнив что-то, её лицо исказил гнев. — Но Астика не поделилась этими данными, похоже они решили держать их засекреченными. Их не волнует судьба людей, только собственная выгода. Такое ведь нельзя допускать.

— Я не из тех, кто может говорить от лица всего человечества.

Услышав мой ответ, Летиция прищурилась:

— Что? Хочешь сказать, что я лицемерка?

— Нет, ничего подобного. Возможно ты делаешь это от чистого сердца, но уверенности за тобой не чувствуется. И это доказывает то, что ты ищешь моё одобрение. Это точно твои слова? — я смотрел в её голубые глаза, когда спросил, и женщина напряглась:

— О чём ты?..

— Просто ты будто повторяешь чужие слова. Это твоё «похоже они решили держать их засекреченными», очень неопределённо звучит.

— Это... — она не могла подобрать слова, её взгляд блуждал, пока Летиция не посмотрела вниз.

— Летиция, ты сама участвовала в этих совместных исследованиях?

— ...

Я задал вопрос, но в ответ одна тишина.

— Ну и ладно. Я в это лезть всё равно не собирался. Раз не хочешь говорить, заставлять я не собираюсь, — тихонько вздохнув, я посмотрел вперёд.

— Хозяин, — и тут сзади показалась Челси.

— Что такое?

— На час, два и одиннадцать часов обнаружены цели.

Услышав её слова, я посмотрел на горизонт. Там были три чёрные точки, меньше горошин.

— Расставили сети. Похоже ты была права, полётом насладиться не выйдет, — грустно улыбнувшись, сказал я и потянулся к панели управления, меняя режим с морской навигации на режим полёта на низкой высоте.

— Засаду устроили... — обронила молчавшая Летиция.

— Ага... И так нам безопасно полетать точно не дадут.

— Что ты задумал?

— Прорываться, — я сказал, что буду делать, и Летиция побледнела:

— Что, ты серьёзно? Может стоит их просто сбросить...

— Если не выйдет, нас просто окружат. К тому же нельзя бесцельно топливо жечь. Надёжное заправочное судно найти не так просто.

— И всё же это слишком опасно. Если это товарищи тех, кто похитил меня вчера, им нужна информация, возможно им не разрешали атаковать нас... Хотя если они из Астики, то ради защиты секретов они безжалостно обстреляют нас. Если эти люди блокируют нас...

Ускоряясь, я переглянулся с Летицией.

И всё же я не суетился, а продолжал разгонять Манагарм.

Когда вокруг лишь море и небо очень непросто определиться с расстоянием, но чёрные точки передо мной становились больше.

Производительность двигателей росла. Я перешёл от околоводного к воздушному режиму. И вместе с мощностью росла скорость. Скорость сто шестьдесят узлов. Высота девяносто семь футов.

— Не переживай. Даже если нападут, дорогу они нам не перекроют.

— Почему... Как ты можешь с уверенностью утверждать это?

— Всё просто. Манагарм может летать выше всех, — говоря это, я стал подниматься.

Нынешняя высота сто пятьдесят три фута. Приближаюсь к краю второй черты в сто девяносто девять футов. Показатели на датчике ползли вверх. Там отображался процент попаданий на данной высоте. Пока было единичное значение. Два с половиной процента. Хотя цифра уже сама по себе была не такой уж и маленькой.

— Выше всех...

— Ты же знаешь? Чем выше взлетишь, тем выше производительность двигателя. И вверх обычно никто не стреляет. Снаряды небольшие, но вдруг там кто подумает, что они по Сателлитам палят. Если неудачно пальнёшь, в ответ они могут тебя сбить.

Вначале женщина сомневалась, а потом лишь утвердительно кивнула:

— Ну да... Я же эксперт.

— То есть того, кто выше всех, никто не тронет.

Высота сто восемьдесят девять футов. Уже близко к предельному воздушному пространству. Стоит пересечь границу, и шанс быть сбитым подлетит в разы, на высоте в триста тридцать футов он уже составляет сто процентов.

На датчике уже было значение в пять и семь десятых процентов. С учётом риска тут уже был предел.

Самолёты перед нами поднялись приблизительно на ту же высоту. Хотелось сказать, что парни довольно отважные. Вот только...

— До контакта двадцать секунд. Готовлю нижние орудия к огню, — сказала Челси, расположившаяся сзади. Противников уже было видно невооружённым глазом.

Малые ССМВ компании Славик. На такой же модели вчера похитили Летицию, но проверить были ли они товарищами, никак нельзя.

— Открывать огонь ни к чему. Просто сбросим их.

— Поняла. Сосредоточусь на наблюдении за Сателлитом, — разочарованно ответила Челси, её золотистые глаза устремились вверх.

В их положении опасность представляли не три малых ССМВ. А белая фигура, наблюдавшая за нами с неба.

— Снова набираем высоту?! — вскрикнула Летиция, наблюдавшая за высотомером.

— Ты заказчица, если попросишь остановиться, я послушаюсь. Однако нам надо добраться до пункта назначения. Сама решай, насколько обоснован риск.

С этими словами я продолжал набирать высоту. Приближаясь к миру, куда людям путь был закрыт.

Сто девяносто два, сто девяносто три, сто девяносто четыре, сто девяносто пять...

Это не атмосферное давление, а расстояние от поверхности воды, дрожавшая Летиция наблюдала за цифрами... После чего глубоко вдохнула и закричала:

— Вперёд! Я... Должна сделать задуманное!

— Есть.

Последняя черта была пересечена.

Высота двести футов.

Мы пересекли вторую линию. Хотя пейзаж не переменился.

Голубое небо, море и приближающиеся самолёты.

Но Манагарм находился в предельном воздушном пространстве. Другие же оставались в предупредительной зоне, совсем другом мире.

А одинокая цифра с процентом отображения шанса быть сбитым тут же подскочила до двадцати пяти. Я чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Руки, управляющие самолётом, вспотели.

Больше похоже на проверку на трусость только на ССМВ.

Под страхом быть сбитым в любой момент, мы поднимались выше всех. Глупца, спутавшего храбрость с безрассудством, озарит небесный свет, неспособного найти предел ожидает лишь позор поражения.

Три малых ССМВ прекратили подниматься. Победитель был определён. Они не стали стрелять в Манагарм, расположенный над ними.

Самолёт спокойно шёл на высоте за второй чертой, которую они не могли пересечь.

Высота двести футов.

Критическая область, но от Челси пока предупреждений не поступало.

Если спустимся, начнут преследовать, потому мы продолжали полёт на той же высоте.

— Риск быть сбитыми двадцать восемь процентов... Ты довольно хладнокровен, — сказала Летиция дрожащим голосом, глядя на показатель. Из-за нагрузки говорить ей было нелегко. На лбу выступил пот, хотя это не от физической нагрузки.

— Это лишь статистические данные. Из-за погодных условий и особенностей Сателлита здесь могут быть огромные погрешности.

— Особенностей... Сателлита? — Летиция смотрела на меня так, будто пыталась определить вменяемость.

— Можно подумать, что это уже какие-то гадания, но если разобрать статистику по полочкам, то можно обнаружить смещения в атаках Сателлитов. И... Все эти данные в голове у Челси. Пока она молчит, можно не дёргаться, — ответил я, указав на Челси, которая с торчащими ушами смотрела в небо. — Челси. Что из себя представляет Сателлит над нами... Азул?

— Он сосредоточен на уничтожении самолётов на высоте выше двухсот двадцати футов. Для него черта там. Ошибок почти не допускает, очень серьёзный. Если учитывать эту информацию, шанс быть сбитым на данной высоте составляет двенадцать процентов, — не сводя взгляда с неба, ответила Челси.

Это было вдвое ниже статистических данных...

— Так, погоди, дворняжка. Я же вроде говорил предупреждать, когда риск будет выше десяти процентов, — ощущая холодный пот, низким голосом сказал я.

— Прости, хозяин. Просто нынешняя работа такая скучная, вот я и решила разбавить её риском, думала, может чего случится.

В ответе Челси не чувствовалось ничего зловещего, а у меня лицо судорогой сводило:

— Вечно ты...

Выказывая недовольство, я следил за судами позади через монитор. Развернувшиеся за ними ССМВ постепенно становились менее различимыми. Скорость пока сбавлять нельзя.

— Я похоже умру...

— И на восьмидесяти восьми процентах выжить можно. Удачливые ребята в статистику не вписываются, — сказал я о том, что сам когда-то слышал, но Летиция, лишь фыркнув, качнула головой.

— Вот уж удачи у меня точно нет. Что в лотереи, что в деньгах, что с мужчинами, везде не везёт.

— Не очень обнадёживающая информация.

Рот искривился, но взгляд был направлен вперёд.

В мягкой линии горизонта я увидел зазубрину и прищурился.

— Дворняжка. Смотри вперёд. На два часа, — отдал я приказ, и Челси перевела взгляд с неба вперёд и ответила:

— Множественные цели в пятнадцати километрах. Крупное ССМВ, скорее всего снабженческое, и много пришвартованных средних судов. Думаю, это основные силы врага, с которым мы повстречались.

— Дела... — видя, как я недовольно пробурчал, Летиция спросила:

— Они же пришвартованы, так что никаких проблем, верно? Они не успеют преградить нам дорогу. Куда опаснее те трое, что преследуют нас.

— Наоборот. У мелких судов только пулемёты, а у средних уже более неприятное вооружение...

Я не успел договорить, когда начала быстро говорить Челси:

— С большого судна выпустили нечто, напоминающее торпеды. Через семь секунд они будут в пятидесяти метрах от Манагарма.

— Всплеск? Начинаю манёвр уклонения. Не прикусите языки.

Я потянул штурвал, и курс Манагарма резко сменился. Во время разворота на девяносто градусов Летиция прикрыла глаза. Не пристёгнутая Челси держалась за поручни, сохраняя баланс точно гимнастка.

И вот прошло семь секунд. Раздался громкий звук. Судно задрожало. Сбоку от Манагарма поднялся столб воды.

Взорвавшаяся торпеда взбудоражила воду. Попади она в двигатель, он бы лишился мощности как и вчерашнее малое ССМВ.

Благодаря направленности взрыва, вода поднялась до высоты самолёта. Потому и надо было уклоняться.

Глубинные бомбы и торпеды поднимают волны, предназначенные останавливать двигатели ССМВ во время полёта.

Летая на небольшой высоте, этого надо было опасаться сильнее всего.

Раз они увернулись, но мощные звуки продолжали вибрацией отражаться на судне.

— Торпеды вместо гейзеров используют... Никак пропускать не хотят.

Я цыкнул языком, глядя на стену воды, не пропускающую нас.

Это было бы очень расточительно для пиратского судна, атакующего торговый корабль. Использовать столько боезапаса против одного ССМВ очень нерационально. Так они ничего не заработают.

Значит данные Летиции были очень ценны.

Значит стелс-система настоящая?

Нас пытались остановить всё новые столбы воды. Пока обходили их, нас нагнали мелкие самолёты, а с главного корабля приближались судна средних размеров.

— Ух...

Не успев уклониться, левое крыло Манагарна рассекло столб воды.

Судно закачалось, зажглась целая куча предупредительных ламп.

— Хозяин, первый двигатель остановился.

— Понял. Сейчас выровняюсь.

Всего на Манагарме было четыре двигателя. Я распределил мощность между оставшимися тремя и как-то сохранил баланс.

И всё же скорость упала, да и во время уклонения она тоже порядком снизилась.

— На пять часов, малое ССМВ, — предупредила Челси. Уклоняясь вправо, я услышал звуки выстрелов.

Стреляли так, чтобы наверняка.

— Скорее всего попали по первому двигателю на левом крыле.

— Чёрт...

Должно быть из-за того, что он не работал, двигатель не загорелся, но теперь он уже не запустится.

Я уходил от волн и отрывался от трёх преследователей.

Манагарн уходил на максимальной скорости вверх. Но когда средние суда присоединятся, они меня живо нагонят.

— Всё же... Это бесполезно. Может сдадимся? — внутри кокпита Летиция держалась за поручни и обращалась ко мне неуверенным голосом.

— Сдаться решила? Ты же вроде задуманное собиралась сделать.

— Я не сдаюсь. Пусть схватят. Это всё равно похоже силы компании Славик... Если они уничтожат информацию, то её монополизирует Астика... — качая головой, Летиция выжимала из себя слова. — Вчера... Можно было меня и не спасать.

— Тогда зачем вообще было обращаться ко мне?

Уклоняясь, я искал маршрут в обход стены из воды, когда обратился к женщине.

— Просто я...

— Если Славик распространит данные, надо было сразу идти к ним. Но ты наняла меня, и направилась не в штаб Славика в России, а в Токийский плавающей город.

Сама себе противоречащая Летиция замолчала.

Появляющиеся водные столбы заставляли Манагарм менять направление, не пропуская вперёд.

Мелкие ССМВ снова начали сокращать разрыв. Из-за постоянных манёвров скорость никак не стабилизировалась. Если так и дальше будут висеть на хвосте, снова начнут обстреливать. И если мы лишимся ещё одного двигателя, всё будет кончено.

— Ты всё верно сказал... Я не участвовала в совместных исследованиях.

Пока я думал, как прорваться, до моих ушей донёсся тихий голос.

Я посмотрел на Летицию, сидевшую на месте второго пилота. Мрачная, она продолжала свой монолог:

— В нём участвовал мой парень. Элита, откомандированная из Славика. Мы могли говорить обо всём. И о том, что Астика собирается монополизировать стелс-систему, я узнала от него, — под взрывами торпед и рёвом двигателей женщина продолжала. — За такое могли убить, лишь бы человек замолчал... Мы думали забрать данные и сбежать вместе... Он говорил, что это спасёт весь мир. Я верила ему, готова была жить с ним в изгнании... Но перед самой реализацией плана его арестовали по подозрению в шпионаже. И он обо всём рассказал следователям. Он предал меня, — Летиция буквально высмеивала себя, в её голосе ощущался странный жар. — Может он меня использовал. Но местонахождение данных, о которых знала лишь я, было настоящим. Не думаю, что его слова и чувства были полностью лживыми. Поэтому... Я должна сделать это. Чтобы всё это... Не стало ложью.

Закончив на этом, Летиция с глазами, полными отчаянья посмотрела на меня.

— Должна сделать?.. Хотя я не понимаю, зачем направляться в ТПГ. Если хочешь исполнить его волю, то стоило бы передать данные в Славик, — я заговорил откровенно, и Летиция улыбнулась:

— Я переняла у него идею спасения мира. Пусть даже мне навязали эти мысли обманом, это не важно. Чтобы добиться цели, я буду действовать самым эффективным способом, — с глазами полными решимости она продолжала. — И я выбрала ТПГ. Они не подчиняются ни Евразийскому союзу, ни Западному альянсу, так что информация попадёт не только к Славику... Она разойдётся намного дальше.

— Вот как.

Спасение мира меня не волновало, но тут я мог согласиться. Я мог понять, что женщина говорила всё это серьёзно.

Если она всё решила, то слова больше ни к чему.

— Да, но...

Неуверенно Летиция вытянула руку и коснулась моей руки на штурвале.

— Похоже я пытаюсь прыгнуть выше головы. Я была слишком наивной. Поэтому...

— Боишься, что принесёшь мне несчастье? — прежде чем женщина договорила, я прервал её.

Уклоняющийся Манагарм, преследуемый тремя малыми ССМВ направлялся к волне.

— М...

— По твоим словам всё понятно. Ты уже готова. Ты не сможешь вернуться к своей жизни. Потому и переживаешь за нас. И не понимая, что мы из себя представляем, ты не знаешь, как использовать меня и Челси в момент, когда нас прижали.

— Это...

Похоже я был прав, Летиция не могла подобрать слов.

— Тогда это бесполезный разговор. Лучше думай о себе.

— Но...

— Ты хоть сама решила отправиться в ТПГ? Просто дура, пляшущая под чужую дудку.

— Жестокие слова.

В голосе Летиции ощущался гнев, так что я улыбнулся.

— Слова «спасти мир» не предполагают сдерживаться. Вот и ты не сдерживайся. Если уж запрос принят, надо сделать всё возможное, — управляя Манагармом, я посмотрел женщине в глаза и серьёзно сказал ей.

— У тебя ещё остались козыри? Мне и правда... Не стоит сдаваться? — задыхаясь, спросила женщина, и я кивнул:

— Да.

— Тогда... Прошу. Что бы ни пришлось сделать, доставь меня до пункта назначения.

— Я изначально именно это и планировал, — я ответил, искривив рот в ухмылке, и обратился к находившейся сзади Челси. — Эй, дворняжка.

— Что такое, хозяин?

Челси протиснулась между сидениями и посмотрела на меня своими золотистыми глазами.

— Прорываемся.

Я смотрел на стену воды, и девушка улыбнулась. По спине прошла дрожь.

— Похоже... Будет очень весело.

Поняла ли она мои намерения точно или ждала моего подтверждения.

Точно не знаю, да и не важно. Но одно очевидно: именно этого момента это чудовище и ждало.

— Ищи лучшую возможность для прорыва.

Отрываясь от малых ССВМ, я ждал указаний Челси.

— Провожу симуляцию прогнозируемых торпедных всплесков на двадцать секунд. Хозяин, при появлении следующего столба воды прорывайся справа, — какое-то время помолчав, Челси выдала указания.

— Ты же не выбрала какой-нибудь безумный маршрут?

— Нет. Можешь не беспокоиться, хозяин.

Её пауза заставила меня сомневаться, но оставалось лишь довериться.

Бам... Громкий звук и перед Манагаром появился огромный столб воды.

Как девушка и сказала, я ушёл направо. Развернувшись на девяносто градусов, я прошёл впритык к воде. Но впереди был ещё один всплеск.

— Налево.

До моих ушей донеслась короткая инструкция, и я тут же отреагировал. Я прошёл через узкий зазор между столбами воды.

Дальше ждать инструкций было некогда.

Рефлекторно на одних инстинктах я уходил от новых столбов воды. Высокомобильное судно начало скрипеть, число сигнальных ламп на приборной панели продолжало расти. Не выдержав резких разворотов и нагрузки из-за ускорения, Летиция потеряла сознание.

Должно быть из-за капель воды, третий двигатель начал терять мощность. Я выровнял потерявший стабильность самолёт, целясь на обратную сторону волны.

В белом мире брызг я видел лишь узкие голубые зазоры. Я направил самолёт прямо на них.

И вот мир вернул свои просторы.

Яркая и глубокая голубизна. Облака, тянувшиеся до горизонта. Изумрудно-зелёное море.

Я прорвался через всплески воды.

Тормозившая вода теперь стала защитным покровом. И преследовавшие нас ССМВ, и главное судно на время упустили нас из виду.

— Не так захватывающе, как я предполагала, — недовольно пробормотала Челси, а у меня вся спина покрылась холодным потом.

— Отрываемся. Полная скорость.

Восстановив положение судна, я начал разгонять двигатели. Находившийся в дурном состоянии третий двигатель тоже как-то смог вернуться в сносную кондицию.

— М... — Летиция на соседнем сидении, простонав, открыла глаза. — Что... Случилось?

Женщина поправила очки и стала осматриваться по сторонам.

— Мы сбежали от тех судов. Если больше никто не помешает, дальше нам лететь прямо.

— И правда ты как-то справился. Всё как о тебе и говорят... Но зачем тебе это... — видать голова кружилась, женщина опёрлась щекой на руку и спросила.

— Если не выполню задание, не получу оплату.

— Аванс и так ведь был солидным. У тебя всё настолько плохо с деньгами? — непонимающе Летиция смотрела на меня.

И я указал ей назад. Кризис миновал и Челси снова свернулась клубком и спала.

— Ага, всё ей в желудок уходит, — серьёзно ответил я, но Летиция прыснула:

— Хи-хи... Такуро, шутка не очень смешная.

И всё же в противовес своим словам она ещё какое-то время продолжала улыбаться.

— Twinkle, twinkle, little star.

В кабине, освещаемой лишь звёздами и приборной панелью разносилась песня.

Продолжая управлять, я посмотрел назад: там пела Челси, в такт размахивая хвостом.

Её взгляд был направлен на ночное небо. Выражение на её лице говорило, что она прямо как в песне, где-то далеко... Я не мог понять, о чём она думает.

— HowIwonderyouare.

Глядя в ночное небо, она всегда пела эту песню.

Я уже успел от неё устать, но пела девушка хорошо, так что я не мешал. Но в этот раз у неё был ещё один слушатель.

— Что... Песня?

Сидевшая на соседнем сидении Летиция спала, но, услышав песню Челси, проснулась.

Ища, откуда доносится голос, её глаза блуждали, и вот она увидела певшую позади Челси.

— Это вместо фоновой музыки? Хотя немного детский выбор, — протирая глаза, Летиция заговорила со мной.

— Песню не я заказываю. Она сама поёт, — меня опять начали в чём-то упрекать, так что я начал поправлять.

— Но ты же её настраивал?

— Нет. Сам не в курсе, где она этого нахваталась.

— Странный навигатор.

— Ага, тут я согласен. Но что важнее... Уже видно.

Удивлённо вздохнув, Летиция посмотрела туда же, куда и я.

— А...

От вида у женщины перехватило дыхание.

Между тёмно-синими небесами и чёрным морем... Располагалась сияющая прослойка.

Количество огоньков было не счесть, они сияли ярче звёзд.

— Особый дальневосточный район... Это огни Токийского плавающего города.

Это место было конечной целью, на лице Летиции появилось спокойствие.

— Прибыли... Я всё проспала, ну и вот, — грустно улыбаясь, женщина смотрела на огни города.

— Опасностей нам хватило, но поспать ты горазда, — с удивлением проговорил я, глядя на беззаботную Летицию.

— Всё благодаря тебе. Сама я ничего не могла, так что проще было лечь спать.

— Большую часть этого недолгого времени.

В словах было чувство восхищения, и тут Челси внезапно прекратила петь.

— Хозяин. Судно по курсу... Источники тепла повсюду, — она протиснулась между сидениями и непривычно быстро заговорила.

Точно подтверждая её слова, тёмное море осветили бесчисленные огни.

— Ух!..

Я использовал левый двигатель малой тяги, чтобы уйти вправо.

— Кья?!

Судно повело, и Летиция закричала, но мне некогда было заботиться о ней.

— Бежать некуда! Готовьтесь к удару! — прокричал я, и в следующий миг возле лобового стекла появилось что-то металлическое и длинное.

Последовал громкий звук удара. Судно качнулось.

— Предмет выпущенный в нас пробил правое крыло. Режим полёта на малой высоте заблокирован, — Челси описывала повреждения.

А между тем всё новые копья из тьмы моря поднимались в небо.

Да быть не может!..

Меня одолел озноб, я покрылся гусиной кожей.

Нынешнее оружие не предназначалось, чтобы бить высоко, только на уровне ССМВ. Уходящие выше снаряды могли перейти предупредительную зону и стать целями для Сателлитов.

Неумелое использование зенитного орудия в итоге повлечёт ответный удар Сателлитов и станет актом самоубийства.

Однако... Появилось и оружие, лишённое человеческой гордости.

Я пытался выровнять Манагарм с пробитым крылом, наблюдая за небом.

Продолжали летать гарпуны... Их число росло, делая это место непроходимым.

Никаких сомнений, это...

— Система наведения Сателлитов.

— Что... Она ведь запрещена международным соглашением...

— Ага, мерзкое оружие, использующее Сателлитов, — я кивнул и представил грядущий ад.

Воздушные суда, атакованные Сателлитами... Хотя всё, что способно летать может быть ими сбито.

Это была самая мерзкая из идей, и всё же самый простой способ избавиться от тех, кто был тебе не нужен.

Поднимавшиеся вверх объекты считались Сателлитами атакой. Всё разрушал свет, лившийся с неба. Никакие бомбы не нужны, в это время это самый простой способ терроризма.

— Они хотят меня не схватить, а убить... Значит это не компания Славик, они из Астики... — голос Летиции дрожал, но Челси не дала ей договорить:

— Кодовое имя Сателлита Осуми, вокруг него зафиксированы отражающие огни. «Землечёт» — зеркальная массированная атака. Она поражает все летательные объекты, уклоняться некуда.

Все металлические объекты, выпущенные в небо, отслеживались и брались Сателлитом на прицел.

Бежать некуда, защищаться нечем.

Повелитель неба направил на землю не простые лазерные лучи. А сверхсжатые частицы, которые блокировали радиоволны, Пыль Саттелитов... Это и есть «Землечёт — ограниченный световой удар по земле».

Изначально землечётами назвали Саттелиты, в аналогичном значении «тех, кто наблюдает за землёй», но со временем оно закрепилось за оружием.

Ограниченный свет мог с лёгкостью пробить любую броню. Он был зеркальным, но не предполагал отражение.

Это был дождь из света, который нёс смерть. Он вмиг уничтожит Манагарм, упокоив нас на морском дне.

— Быть сбитым Сателлитом... Самый распространённый способ умереть и вполне подходящий для тебя, — с издёвкой сказал я Летиции, и та тяжело вздохнула:

— Мы ведь... Как-нибудь выпутаемся?

— Я даже управлять сейчас не могу, — честно признался я.

— Вот как...

Девушка отчаялась, а я продолжил:

— Но она ещё кое-что может. Да, Челси?

Я посмотрел на свою связь с этим местом... На штурвал.

— Да. Я рекомендую хозяину использовать высшие права в управлении и снять ограничения с оружия. Однако с учётом состояния судна и настройками ядра, это будет сопровождаться острой болью и ускорит процесс поглощения тела...

— Плевать, за работу, — я прервал Челси и приступил к делу.

Мощность двигателей упала. Я использовал реверс и малую тягу и начал поднимать нос вверх.

За лобовым стеклом было звёздное небо. Там была зловещая чернота СНС. А с неба лился свет сверхсжатых частиц Пыли Саттелитов «Землечёт».

— Приказ вышестоящего. Чернушка, спутник, зажигание двигателя.

Внутри стоявшего вертикально Манагарма девушка с серебряными волосами и золотистыми глазами стояла на двери кокпита и глядела в небо, пока я отдавал ей приказ.

Пятый двигатель Манагарма. Обычно он находился в состоянии покоя, но теперь мои слова пробудили его.

— Есть, хозяин. Зажигание... Двигатель спутника, полная мощность. Прямое подключение с правами руководящего и разблокировкой систем вооружения. Связь установлена.

Стоило Челси сказать это, как мир перед глазами переменился.

За стеклом было ночное небо, которое обволокло меня. Обзор на триста шестьдесят градусов без единого слепого пятна. Оптическая информация, недоступная простым человеческим глазам...

Звёзды сияли так ярко, как их не мог увидеть обычный глаз, а чёрное небо приобрело цвета.

Небо разделял млечный путь, его свет напоминал реку. Я видел в цветовом диапазоне находившиеся за пределом света электромагнитные волны.

Контуры объектов, взлетающих в небо, и зависшая высоко фигура Сателлита, я мог опознать всё.

Это то, что видит Манагарм. И с небольшим запозданием он позволяет «ощутить» это мне.

— Ух!..

Поток боли обжёг нервные окончания. Сломанный первый двигатель на правом крыле отдался во мне болью.

— Что с ним? Что вы собираетесь делать?

Я слышал озадаченный голос Летиции. Но не мог увидеть того, что происходило внутри кокпита. Внутри не было системы мониторинга.

И то, я слышал её с помощью установленного микрофона.

Сейчас... Все сенсоры Манагарма заменяли мои пять органов чувств, судно стало моим телом. Я есть Манагарм.

— Хозяин странный человек. Самый странный из всех, кого я знаю.

Дальше я услышал голос Челси. Летиция выдала лишь удивлённое «э», но девушка продолжала:

— И среди Сателлитов встречаются странные ребята. Среди собратьев, тебя считают дефективным...

Слушая голос Челси, я готовился к «перехвату».

Пока я привыкал к боли, находившаяся в задней части турель открылась. Двигатели малой тяги выравнивали судно, наводя на цель.

Это было проще, чем стрелять из пистолета. Ничто не могло выйти за пределы зрения спутника. Это абсолютная истина.

Развёртывание оружия завершено. Мощность двигателя — максимальная. Частицы ПС, заполнение началось.

Орудие начало заполняться энергией, и до моих ушей начал доноситься пронзительный звук.

Частицы света вокруг танцевали. Они напоминали падающие золотистые снежинки.

— И иногда такие странные типы встречаются... И ради одной общей цели вместе летают в небе. Летиция Рейни, именно это ты сейчас видишь.

Среди снежинок во тьме разносился голос Челси.

Она ответила на вопрос Летиции. Болтливая она, но после того, что будет, от объяснений не сбежать.

Выдвинувшееся с нижней части судна орудие было видно даже из кокпита.

Обычно Манагарм похож на пригнувшегося перед атакой волка, и сейчас он широко открыл свою пасть, чтобы сожрать добычу.

Приготовившийся к атаке Манагарм, его часть смотрела вверх и сияла множеством огней.

Сейчас!

Зарядка частицами ПС — сорок процентов. До полной зарядки ещё далеко.

И всё же противостоять «Землечёту», нацеленному на уничтожение направленных в небо объектов этого хватит...

Став единым с Манагармом, я выпустил накопленную энергию в небо.

«Звездочёт»... Огонь!

Из пушки Манарарма вырвался поток золотистого света и устремился в небеса.

И тут же свет достиг ночного неба. Точно в небе зажглась ещё целая куча звёзд. И всё же суть света — разрушительное пламя... «Око» Сателлитов, уничтожающее людей.

Свет, направленный к звёздам, и свет, упавший на землю.

Взгляд голодного волка, смотрящего на небо, и взгляд злого повелителя, взирающего на землю...

Их свет сошелся, и ночь залило белым.

После чего с неба посыпались бессчётные копья света... Они пронзали чёрное море.

— М...

Летиция вскрикнула, но по судну удара не было.

Лишь возле Манагарма не было разрушительного дождя, он точно находился под зонтом в пустой зоне.

После чего весь мир снова стал ограниченным. Поле зрения ужалось, а звёзды стали такими далёкими, мои глаза были направлены на панель управления.

Похоже прямое подключение к спутнику было разорвано. Сильная боль в сознании растворилась, вернулись ощущения собственного тела.

— Объекты в воздушном пространстве уничтожены, сжатые частицы ПС, направленные на Манагарм, были смещены. Однако наша атака тоже не достигла Осуми, — глядя на меня, докладывала Челси.

— Сойдёт. Когда мы войдём в воды ТПГ, они уже не смогут так нагло себя вести. Вопрос лишь в том, будет ли нас преследовать Сателлит...

Вернув судно в горизонтальное положение, я спустился впритык к воде. И сейчас сверху за нами с осторожностью должен был наблюдать Сателлит.

Если бы ему хотелось подраться, он бы не взирая на высоту попробовал бы нас сбить.

В напряжении я передвигался вдоль водной поверхности. Из-за повреждений я не мог набирать высоту. Сейчас судно находилось в режиме околоводной навигации.

— Следов спуска Осуми не замечено. Уровень частиц ПС низкий. Нет признаков, что он будет продолжать сражение.

— Вот как... Повезло, что он не из вспыльчивых, — я с облегчением вздохнул. В голосе Челси чувствовалось разочарование, но тыкать её в это сил уже не было.

Огни города приближались.

Хотелось думать, что худшее мы пережили. Но чтобы завершить работу, мне надо было разобраться ещё кое с чем.

Я медленно посмотрел на соседнее сиденье, бледная Летиция дрожала.

— То что... Она недавно сказала, правда? Ты и Сателлит... Нет, а кто она... — удивлённым голосом она задавала вопросы, а потом, точно испугавшись собственных слов, замолчала.

— Понимай слова Челси так, как тебе удобно.

— Не отрицаешь, — вздохнув, Летиция, будто обессилев, поникла.

— Сама подумай. Соглашусь я или буду всё отрицать... История всё равно ложью попахивает, верно? — спросил я, и женщина закивала:

— Ну да... Человек и Сателлит... Такое просто невозможно. Этого быть не может. Но этот выстрел...

С сомнением женщина смотрела через лобовое стекло. Огромная пушка, выстрелившая светом в небо, снова была в задней части судна.

Летиция прищурилась точно от яркого света и продолжила:

— Это был выброс сжатых частиц ПС... Нам давно известно, что такое оружие используют Сателлиты. Но люди до сих пор не могут воссоздать эту технологию. Так предполагается... Но всё же чтобы отбить атаку Сателлита, надо обладать таким же оружием.

Она была разработчиком ССМВ, так что у неё хватало информации по атакующим и защитным системам. Хоть женщина и продолжала свой монолог, её глаза были направлены на меня, в поисках разъяснений.

— Ну и что ты решила?

— Если судить реально, то это должна быть новейшая секретная разработка Славика... Разве что так. Но... Но ты сказал «спутник», — говоря, уверенным голосом, Летиция взглянула на Челси.

— ...

Я молчал и слушал её.

— Думаю, ты тоже знаешь, Сателлиты очень похожи на искусственные спутники былых времён. Потому мы используем для их обозначения названия реальных спутников. И один из них... Спутник 9. Этот Сателлит внезапно пропал с неба два года назад. Тогда это было большое событие, — взгляд Летиции становился резче, я же лишь ухмыльнулся:

— Ну да, было дело.

— Тогда мы исследовали и оригинал... Экипажем настоящего спутника были собака и манекен. Собаку звали Чернушка. Не думаю, что это случайность. Всё же вы...

Тут голос женщины ослаб. Она не знала, пересекать ли последнюю черту.

Потому-то я и дал нашей заказчице выбор:

— Если хочешь, я могу рассказать о себе и Челси.

— Правда? — удивленная Летиция уставилась на меня.

— Ага. Но тогда это бремя станет и твоим.

— М...

Я говорил это, глядя женщине в глаза, и она задержала дыхание.

Долгая пауза. Челси тоже не вмешивалась, ждала решения женщины.

Наше путешествие близилось к завершению, и женщина наконец открыла рот:

— Думаю... Не сейчас. Сейчас бы о себе подумать, — грустно улыбнувшись, она совсем поникла и облокотилась на спинку кресла. — Информация очень сильно влияет на человеческую жизнь... Я постоянно думаю, что смогу легко усвоить что-то новое... Но на деле ничему не учусь, — женщина осмеивала себя, и тут Челси успела заговорить раньше меня:

— Не переживай. Способности хозяина к обучению ещё хуже. Он вечно ошибается, когда готовит необходимое количество еды для меня.

— Я это специально делаю. Ты слишком много жрёшь, дворняжка, — с печалью отшутился я, а Летиция рассмеялась:

— Забавная вы пара... Похоже не стоит переживать из-за того, кто вы. Поэтому... Сейчас я не буду ни о чём спрашивать. А когда всё будет сделано... Я спрошу ещё раз. Ваше существование может положить конец доминированию Сателлитов... Возможно вы наш истинный козырь.

— Делай что хочешь. Но это будет рассматриваться как отдельный запрос, — я согласился, но женщина почему-то недовольно посмотрела на меня:

— Опять деньги?

— А как же. Я же говорил, что бесплатно не работаю.

— Вот ты дотошный... Что же такое случилось, что ты стал таким невыносимым? — саркастично сказала Летиция.

— Я беру работу, соответствующую оплате. Как по мне, всё вполне честно.

— Такуро, если не станешь чуть человечнее, к тебе даже никто на помощь не придёт, — удивлённо пробормотала Летиция, наблюдая, как огни города вытесняют свет звёзд.

— Мне это только больше бед принесёт.

— Я-то тебе совет дала... А ты им даже воспользоваться не хочешь.

Видя, как женщина пожала плечами, мне захотелось ей ответить:

— Совет, значит... Тогда, могу и я дать совет, Летиция?

— Что? — на лице женщины появилась тревога.

— Правильный ответ давать не обязательно... Твои секретные данные хранятся в очках?

— Что?! — Летиция вскрикнула и застыла. По реакции всё было понятно.

— Когда Брет присматривал за тобой, сказал. Линзы в очках не настоящие.

— Просто... Эти очки от ультрафиолетового излучения...

— А когда ты проснулась, начала первым делом их искать. Проблем со зрением у тебя нет, так что я сразу всё понял.

— ...

По возражению и молчанию всё было понятно, так что Летиция продолжала сидеть молча.

— А ещё ты их слишком часто поправляешь. Будь осторожна.

— Полезный совет, спасибо, — не смотря на меня, обронила женщина.

Я уже видел синие направляющие огни на причале для ССМВ.

Аккуратно приводнившись, я перешёл на морскую систему навигации.

Скоро работа будет закончена. Мы высадим женщину и станем посторонними.

Главный бой Летиции Рейни скорее всего только начинается, но там мы уже в него вмешаться никак не сможем.

И всё же кое-какой осадок оставался, потому я решил добавить:

— Ты настоящая красотка. Так что если надобности не будет, не носи очки.

— Так себе комплимент. Вкуса у тебя точно нет.

Выдержав паузу, Летиция показательно удивилась, но будто не способная сдержаться, прикрыла лицо рукой.

— Но почему-то от этого у меня лицо загорелось. И так меня снова какой-нибудь мужчина проведёт, — она будто предупреждала себя.

— Twinkle, twinkle, little star.

В кокпите стало слишком неуютно, и Челси снова принялась петь.

И сейчас за неумение прочувствовать атмосферу я был ей чуточку благодарен.

----------

1

[[image:/storage/reader-images/dea2269b6f8444edfa0a530a7efff6a8c1636ce2.jpg]]

Две тысячи сорок седьмой год от рождества Христова, второе августа, ноль часов, одиннадцать минут, в четырёхстах километрах от Лос-Анджелеса...

Из кокпита было видно ночное небо и чёрное море.

Бесформенные облака, меняя форму, оставались позади судна.

И между ними можно было увидеть серебряную луну и сияющие звёзды.

— Twinkle, twinkle, little star.

Шум ветра, несущегося навстречу лобовому стеклу и рёв двигателя перемешивались, а справа был слышан радостно поющий голос.

Но заботиться о беззаботном пассажире было некогда. Я держал штурвал и следил за приборной панелью.

На экране, отображающем расстояние до поверхности воды, была относительная высота. Положение — сто девяносто футов.

Моё средне размерное судно на сверхмалых высотах Манагарм летело на границе второй линии.

Под облаками море казалось абсолютно чёрным, и на глаз определить высоту было непросто. Если не следить за высотомером, то высока вероятность залететь в предельное воздушное пространство, где уже охотятся Сателлиты.

Небесные волки вроде меня... Летали на СМВ на сверхскоростных судах, рисковали и перемещались в предупредительной зоне до двухсот футов. Чем выше, тем больше скорость, и тем быстрее можно добраться до места назначение.

Но высота в двести футов... Предельное воздушное пространство никто не пересекал. Слишком несбалансированные риск и отдача. Даже среди настоящих ветеранов-сорвиголов из числа небесных волков этим похвастаться не мог никто. Такие обычно долго не живут.

Поддержание высоты, устройство наблюдения за уровнем моря (УНУМ)... Кильватерный след.

... Форма волны... Всё ещё свежая. Высоковато. Стоит немного сократить расстояние.

Я проверял приборы на месте пилота, наблюдая за происходящим за лобовым стеклом.

Но цели ещё не было видно.

— How I wonder what you are.

Ясным эхом разносился голос, я же проверял инфракрасные сенсоры. Тепловой след на десять часов.

... Есть.

Я посмотрел в направлении реакции.

В этот момент из-за облаков показалась луна и осветила чёрный летательный аппарат.

Длина меньше десяти метров, двухмоторное судно небольшого размера... Направлялось к своей цели.

— Эй, дворняжка, — я сурово обратился к соседке.

Уши в чёрной шерсти дёрнулись, хвост перестал махать в такт мелодии песни.

На месте второго пилота восседала не пристёгнутая с собачьими ушами, хвостом и серебряными волосами молодая девушка. Видать недовольная тем, что я прервал пение, она посмотрела на меня своим детским лицом.

— Что такое, хозяин? — голос, срывавшийся с её светло-розовых губ, был столь же прекрасен, как когда она пела. Только теперь в нём примешалось недовольство.

— Уже видно.

Но когда я указал на чёрное судно, всё недовольство с лица пропало.

— ... Добыча.

В золотистых глазах зажегся огонёк предвкушения, хвост начал мотаться, я же нахмурился:

— Хватит радоваться, за работу. Анализ информации, название судна.

— Как прикажешь, хозяин, — девушка кивнула мне и начала наблюдать за судном на десять часов. Уши стояли торчком, зрачки сузились.

— Десятиметровое ССМВ компании Славик... FB22, ночной камуфляж. Номер и принадлежность судна не установлены. Вооружение — два двадцати трёх миллиметровых пулемёта, — девушка выдавала информацию механическим, безразличным голосом. Хотя это совсем не утомляет.

— Экипаж?

— Две реакции.

Получив ответ, я тихо вздохнул.

— Похоже клиент в порядке... Остановим двигатели, не сбивая.

— ... Охоты не будет.

Я принял решение, и на лице девушки появилось недовольство.

— Взять живьём — тоже охота.

— Веселая? — полная серьёзности спросила она.

Мне было известно, что именно этого она желала больше всего. Но это чувство я с ней разделить не мог.

Для меня это была просто работа. Никакого развлечения. Потому я дал привычный ответ:

— Будут ли твои любимые собачьи бои, зависит от другой стороны.

Услышав мои слова, губы девушки искривились в улыбке. Дикая улыбка, не соответствующая сдержанной манере речи.

— Тогда давай проверим, хозяин.

— Не приказывай мне, дворняжка, — сурово ответил я возбуждённой девушке и ускорил ход судна.

----------

2

После полудня, гавайские острова...

Тёплый морской бриз проходился по щекам, отражавшийся от волн солнечный свет заставлял щуриться.

Под водой можно было разглядеть коралловые рифы, цвета начинались в диапазоне от изумрудно-зелёного и заканчивались тёмно-синим.

За квадратным окном был тропический пейзаж.

Я смотрел на горизонт из хорошо проветриваемого врачебного кабинета, после чего посмотрел вниз. Там была палуба снабженческого судна.

На ней и была моя напарница, занималась пополнением провизии.

— Неэффективно.

Довольно долго рыбачившая в тишине девушка с серебряными волосами раздражённо отложила удочку. Из-за копившегося чувства неудовлетворённости её чёрные треугольные собачьи уши дёргались, Хвост, видневшийся из-под юбки, стоял торчком.

— Так и хочется использовать свои способности.

После чего девушка сняла своё тонкое платье. Её юная кожа сияла под светом солнца, очерчивая контуры тела молодой девушки.

Если не считать ушей и хвоста, на теле шерсти не было совсем.

Её скромные девичьи формы прикрывало одно бельё. Кто-то мог посчитать её настоящей красавицей. Я же лишь раздражённо вздохнул.

Девушка не знала, стоит ли снять и бельё тоже, но в итоге так в нём и прыгнула в воду. И дело было не в стыде, просто было лень.

В море, освещённом солнечным светом, поднялись брызги.

— ... Всё такая же дворняжка.

Наблюдая за этим через окно врачебного кабинета, я вздохнул.

Я вспомнил, что здесь полно акул... Но да ладно. Такое чудище им не по зубам.

Я оторвал свой взгляд от водной глади и посмотрел в небо.

Голубое небо без единой тучи. Область, которая не принадлежит людям.

«Красный дождь» пролился в такой же ясный день.

Вспоминать не хотелось, но эта сцена сама собой возникла перед глазами.

Дорога вдоль аэропорта была окружена высоким забором. Где-то над головой разносились звуки двигателей самолётов, а ещё ветром приносило запах рыбы.

Когда я возвращался домой из школы с тяжёлым ранцем за спиной, постоянно мелькали тени прилетавших и улетавших самолётов.

И вот в небе появилась тень летательного аппарата. Но в следующий момент вспышка... И самолёт заволокло красно-чёрным пламенем.

Я ничего не понял. Я даже удивиться не успел, когда на краю моего поля зрения появилась ещё одна вспышка.

Я обернулся, и до моих ушей донёсся рёв.

Только что вылетевший из аэропорта пассажирский лайнер взорвался на высоте небоскрёба.

Его обломки падали.

Красный дождь из горящих кусков металла.

Видя это, я закричал. С этим криком наружу проникал мой страх.

В следующий момент я уже убегал, но понимал, что не успею... Мощный удар пришёлся по спине...

— М...

Голос за спиной вернул меня в настоящее. Весь потный я очнулся, и, грустно улыбнувшись, вытер лоб.

Я вспомнил о том, что случилось семнадцать лет назад.

Если способность запоминать лучше обычной, то написать письменный экзамен на продление лицензии пилота ССМВ было делом не сложным.

Моё тело совсем лишилось сил, я осмотрелся. На простой кровати в медицинской каюте лежала светловолосая белая женщина.

Возраст где-то чуть больше двадцати пяти, лицо красивое, ощущалась примесь японской крови. Прямые волосы до плеч, макияжа почти не было. В порту было не так много женщин с вызывающим макияжем и роскошной причёской. Аромата духов не было, здесь ощущался лишь запах дезинфицирующих средств.

Веки зашевелились, длинные ресницы задрожали, и глаза женщины медленно открылись.

— Проснулась? — я подошёл к кровати и заговорил с женщиной, смотревшей в потолок.

Ещё не сфокусировавшимися глазами она посмотрела на меня и прищурилась.

Её белое горло дрожало.

— Э... А...

Голос был смущённым, она ощупала лицо рукой, её глаза блуждали будто в поисках чего-то. Я понял, что она искала.

— А, вот.

Я взял очки с серванта возле кровати и протянул женщине.

Тут же выражение на её лице переменилось. Помесь страха и тревоги...

— Отдай!

Подняв верхнюю часть тела, она выхватила очки у меня из руки. Ногти женщины были длинными, так что на ладони осталось слабое чувство боли.

— Я именно это и собирался сделать, — вздохнул я, потирая руку, а женщина недовольно посмотрела на меня через линзы очков, после чего осмотрелась.

— Ты... Кто? Это... Больница... Хотя не похоже.

— Тряску и запах ветра не ощущаешь?

Я указал на ноги, а потом посмотрел в окно. С положения женщины можно было увидеть лишь небо, но тряску и запах воды она ощущать должна.

— ... Мы на море? — с тревогой пробормотала она.

— Верно. Это снабженческое судно на гавайских островах, — я кивнул ей и посмотрел на бледную после пробуждения женщину. — У тебя много вопросов, но прежде чем я отвечу, позволь удостовериться. Ты Летиция Рейни? — спросил я глядя в её голубые глаза.

— Да... Верно, — немного неуверенно женщина закивала.

— Вот как, тогда и я представлюсь. Я принявший твой запрос перевозчик. Зовут меня Иба Такуро.

Когда я представился, женщина лишь раз моргнула, после чего осмотрела меня полностью.

— Ты... Правда?

— Что-то не так? — я посмотрел на смущённую женщину и нахмурился.

— Быстрейший на маршруте северной части Тихого океана... Не присоединившийся к Воронам, небесный волк-одиночка, превосходно выполняющий свою работу... Так о тебе говорят, я думала ты постарше... Я представляла себе кого-то невероятного.

— Прости, что не оправдал ожиданий, — я сыронизировал и пожал плечами. Подобная работа несёт с собой ряд опасностей, потому мои фотографии на каждом столбе не висят. И такая реакция при первой встрече уже вполне ожидаема.

Сеть сейчас только проводная и весь поток информации фильтруется, и всё, что относится к личной жизни, обычно туда не вытекает.

Сейчас уже не те времена, когда информация поступает нескончаемым потоком, и ничего никуда случайно не утекает. И незнакомцу неоткуда знать, как я выгляжу.

— Да уж... Длинные волосы, поношенная одежда, прямо сотрудник исследовательской лаборатории. Ничего общего с человеком, на которого можно положиться.

— Вот как. И всё же это я тебя спас.

— Ты?

В глазах Летиции было подозрение, заставившее меня вздохнуть.

— Ага, просто... Ты в курсе, почему находишься здесь? Что помнишь о вчерашнем вечере? — спросил я, указав на то, что мы в медпункте судна снабжения.

Летиция немного призадумалась, после чего заговорила:

— Вчера... Я не собиралась ложиться... У меня была запланирована встреча в порту Росс с Ибой Такуро на двадцать два часа. Но когда я остановила такси, на меня напали сзади. Дальше я ничего не помню. В итоге значит ты меня спас. Но в то же время ты можешь быть похитителем.

Острый взгляд женщины заставил меня улыбнуться:

— Ну да. Я-то знаю, что я Иба Такуро, но доказать это непросто. Лицензию тоже подделать можно. Из доказательств... Разве что только записи с корабля.

— Могу я их проверить? Я не привыкла слепо доверять мужчинам.

По тону Летиции было ясно, что ей нужны эти записи.

— Неужели уже обманывали мужчины?

— Тебя это не касается. Ну так что?

Летиция с прищуром смотрела на меня, я же дал своё согласие:

— Хорошо. Я провожу тебя на моё судно. Следуй за мной.

Дальше я продолжать не собирался, а направился к выходу. Женщина нашла свою обувь у кровати, обулась и встала.

За дверью располагался узкий технический коридор. Придерживая открытую дверь, я ждал, пока женщина выйдет, после чего пошёл следом.

— Довольно старое, но ухоженное судно, — оценивающе проговорила Летиция, касаясь перил.

— Капитан судна — человек щепетильный. Взял его подержанным, а потом полностью восстановил. И сейчас моя машина проходит техническое обслуживание в его ангаре. Если встретимся, я вас представлю.

— Да, спасибо, — немного поколебавшись, ответила Летиция. Должно быть с осторожностью относилась ко всем новым знакомым.

И всё же пока избавиться от тревоги было невозможно. Для начала надо было убедиться, что я Иба Такуро.

А потом уже можно будет поговорить о запросе по транспортировке.

Работы не было уже две недели. Если и эта сорвётся, то мне будет нечем кормить свою прожорливую дворняжку.

Мы спустились вниз по узкой и крутой лестнице и попали в ангар, расположенный под палубой, здесь и было моё уже привычное серебряное судно.

— Это твоё судно?

— Ага. Двадцатиметровое средне размерное судно на сверхмалых высотах Манагарм. Мой рабочий инструмент.

Нос самолёта был заужен, а заднюю часть с двигателями казалось сильно разнесло. Выглядел он немного несбалансированным, но в похожей позе волки нацеливаются на свою добычу.

— Я таких не видела. Точно не Астика... Нос как у компании Славик, но хвостовая часть полностью отличается.

Летиция прикоснулась к очкам пальцами и с интересом рассматривала Манагарм.

— Ты довольно осведомлена.

— Я ведь эксперт. Если ты Иба Такуро, то должен знать подноготную клиента.

Она задала вопрос и я лишь пожал плечами.

Женщина не могла нигде увидеть моей фотографии, ведь информация строго контролировалась. Но и в этом случае лазейки имеются.

— Запрос пришёл внезапно, так что проверить всё не получилось. Знаю лишь, что ты исследователь из одной из двух крупнейших компаний по разработке ССМВ, Америка Астика... Своего рода элита.

В сети информации не найти, так что теперь хватает людей, которые занимаются продажей данных. Если разобрать всю информацию по полочкам, можно легко выяснить всё что угодно.

— То что ты это знаешь, уже немало.

В словах девушки было удивление, и всё же на лице появилось сомнение.

— То есть ты выяснил это и принял запрос. При том, что нельзя использовать официальный транспорт, а меня надо доставить как «груз»... Это явно должно странно попахивать...

— Ну да, ты хочешь избежать вмешательства официального флота.

— Да, никого официального, только Иба Такуро, — женщина саркастически закивала.

Для меня же это было неизбежностью. Если не связан с каким-то флотом или небесными волками, то можно взять лишь незначительные или самостоятельно найденные запросы.

Но каким бы ни был безумным запрос, я его выполню. Потому и могу работать самостоятельно.

Работа, принимаемая мной, чаще всего имела неопределённые критерии оценки.

— Мне лишь важно, чтобы за работу платили соответствующее вознаграждение... Ну и получится ли поместить груз в моё судно. Сама видишь, самолёт у меня небольшой. Да и есть ограничения по весу. Цена тоже высокая. Ты по всем этим стандартам проходишь. Потому я и принял запрос.

Услышав мой ответ, в глазах женщины зажегся серьёзный огонёк:

— То есть можно взять всё, лишь бы в норму веса уложиться.

— В принципе да. Ну и важно, чтобы мой партнёр был заинтересован.

— Партнёр?

— Ага, потом познакомлю... Сейчас другое важнее. Эй, Брет! — я увидел ноги под шасси и позвал.

— Что?

На инструментальной тележке показался мужчина и посмотрел на нас.

Темнокожий, возраст серьёзно за тридцать, коротко стриженный и в бандане. Очень крепкий, поднявшись, он давил всем своим видом.

Видя, как он приближается, Летиция отступила на шаг. Рукой она прикрыла лицо, её тревожил внешний вид мужчины, а может от него просто пахло потом и машинным маслом.

— Летиция, это капитан снабженческого судна, Брет Бруярд. Внешне незаметно, но он очень серьёзный, хмурый и дотошный человек.

После такого представления Летиция напряжённо протянула руку:

— Летиция Рейни. Рада знакомству.

— А, проснулась. Рад знакомству, барышня. И не верь всему, что говорит Так. Я не дотошный, просто он невыносим.

Сняв перчатку, Брет пожал руку женщины, сверля меня взглядом.

— Заботился бы так о цифрах, и точно не смог бы летать на ССМВ, — я легко парировал сарказм Брета, и повёл Летицию по трапу. — Брет, я сопровожу её на судно, продолжай обслуживание.

— В этот раз я не желаю слышать про кредит.

— Не переживай. У меня аванс от неё, — ответил я напомнившему мне мужчине, и вошёл в машину.

Манагарм небольшое транспортное судно, так что жилой блок здесь тоже небольшой. Два сидения в кокпите и небольшой трюм, а ещё три двигательные секции.

— Для судна среднего размера довольно большой кокпит, — следуя за мной, Летиция вошла в кокпит и удивлённо пробормотала.

За сидениями пилотов было немного свободного места. Если дело касается перевозок, все старались расширить трюм, избавляясь от бесхозного пространства... Но дворняжка этого не позволила.

— Везде по-своему. Тебе ведь записи нужны. Садись сюда.

Я сел слева и начал работать с тач-панелью. Я вызвал записи прошлого вечера и направил на монитор второго пилота, за местом которого сидела Летиция.

— Что ж, давай проверю.

С этими словами она уставилась в экран. Воспроизведение началось с обнаружения небольшого ССМВ.

— Самолёт с ночным камуфляжем... А вы его нашли. Будь сейчас те времена, когда можно было использовать радар для обнаружения радиоволн, но сейчас найти в ночи небольшое судно достаточно сложно, — бормотала Летиция с восхищением и сомнением.

— Похоже ты не особо в курсе. В таких случаях используется УНУМ. Нам повезло, и море вчера было спокойным, следы ССМВ остаются на поверхности моря. Так что мы просто шли по следу. А когда приблизились, использовали инфракрасные сенсоры.

— Вот как УНУМ используется. Но обычно после обнаружения от такого противника сбегают.

— Почему?

— Почему... Так очевидно же. Мелкие суда специализируются на боях с патрулями и вообще рассматриваются как анти-ССМВ. Даже если транспортные суда средних размеров выигрывают в скорости, манёвренность у них ниже. Разве ты не думаешь, что такая встреча может закончиться плачевно? Как ты вообще меня...

— Смотри и поймёшь, — я сказал сомневавшейся женщине смотреть в монитор.

— И правда, — немного посерьёзнев, Летиция вздохнула и вернулась на место.

На экране ССМВ с ночным камуфляжем становилось всё крупнее. Расстояние сокращалось.

Малое судно, недовольное приближением противника с хвоста, начало маневрировать, резкий разворот вправо, и оно пропало из объектива камеры. В следующий миг изображение перевернулось. Облачное небо и чёрное море поменялись местами.

После чего верх и низ вернулись на свои места, изображение снова было направлено на небольшое ССМВ.

И в следующий миг перед малым судном поднялся столб воды, пройдя через него, ССМВ снизил скорость и сел на поверхность моря.

— Что случилось... — удивлённо спросила Летиция. Он сказал, что она всё поймёт, если посмотрит, но по одной записи всего было не разобрать.

— Малое судно свернуло вправо, чтобы зайти сзади, я же развернулся на триста шестьдесят градусов назад и зашёл к нему со спины. А столб воды поднялся из-за сброшенной глубинной бомбы. В режиме полёта ПС-двигатели под воздействием воды теряют полный ход. Я нацелился на остановку двигателя.

Пока я говорил, запись продолжалась, Манагарм приводнился, и из него по направлению к малому судну выдвинулся я.

Видя, как на них целится пулемёт моего самолёта, пилот открыл кокпит и поднял руки. Я же забрал Летицию с заднего сидения и вернулся.

Этого было достаточно, я остановил запись.

И всё же женщина поражённо смотрела в потухший экран.

— Что такое? Неужели и этого недостаточно, чтобы поверить?

— Нет... Теперь я не сомневаюсь, я верю, что ты меня спас. И ты точно Иба Такуро. Конечно я слышала слухи, но чтобы творить такие безумства...

Летиция вздохнула и уставилась в мои глаза.

— Ты совершенно точно во время этого трюка перешёл предельное воздушное пространство. Значит правду говорили, что ты сорвиголова, способный подняться на критическую высоту, — в её голосе перемешались удивление и немного гнева.

— Могу лишь сказать, что решение не было необдуманным. Небо было облачным. Их глаза тоже можно обмануть.

— И всё же ты слишком легкомысленно относишься к своей жизни. Такие люди как ты мне... Не нравятся.

Похоже мои слова её огорчили, лицо Летиции стало кислым, она отвела свой взгляд.

И всё же она не собиралась вставать. Всё-таки я должен был перевести Летицию Рейни.

— Тогда прости. Когда я не по душе заказчику, работа протекает не так гладко. И всё же... Я получил аванс, потому выполню задание. А ты как поступишь?

— Как?..

Я смотрел в глаза сомневавшейся женщины.

— Я это к тому, что в сути запроса никаких изменений. Я должен доставить тебя в порт Сусаноо Токийского плавающего города. Пусть это и случайность, но мы уже в процессе выполнения.

Токийский плавающей город — место под суверенитетом Японии, потерявшей свои земли. По сути это не остров, а страна разделённое на «суда». Они находятся на нейтральной территории от Евразийского союза и Западного альянса и считаются изгнанниками. И что-то мне подсказывало, что к женщине это тоже относится.

— Это... — на её лице появилась озадаченность, а я продолжал:

— Я не возражаю, можешь и отказаться. Тогда я высажу тебя в Гонолулу. Однако... Аванс ты назад не получишь, — я сделал упор на последние слова и теперь ждал ответ Летиции. Я и так успел прожечь топлива. Если она скажет вернуть всё, мне нечем будет платить Брету.

Атмосфера в кокпите была напряжённой.

Дон!

Раздался громкий звук и судно зашатало. Внутри кокпита стало темно, я посмотрел наверх... И на лобовом стекле появилась человеческая тень.

Летиция и сама увидела упавшую тень, как и я, женщина посмотрела вверх.

— А?.. Кья?!

Так сильно удивилась, что завизжала. Я же лишь нахмурился и включил внешний динамик:

— Чего тебе, дворняжка?

На лобовом стекле была мокрая девушка с ушками и хвостом. Выбралась из моря, даже не вытерлась и нацепила на себя платье. Через белую ткань виднелось её бельё.

— Хозяин. Я добыла еду. Приготовь мне вкусный обед.

В её руке болталась рыбина около шестидесяти сантиметров в длину.

Взгляд девушки был серьёзным. Говорила она уважительно, но в приказном порядке.

— Т-Такуро. Кто это?

Летиция впервые назвала меня по имени, ошарашенно она указывала на девушку наверху.

Я вздохнул и представил её:

— Это моя напарница. Органический навигационный андроид... Зовут Челси.

— Она... Навигатор? Ну да, слышала, что они начали появляться в виде людей... — сомневавшаяся женщина смотрела на Челси, но можно было заметить, что смотрела она на звериные уши и на просвечивающееся платье.

— ... Интересное у тебя увлечение, — саркастично выдала она, посмотрев на меня.

— Не я её такой заказывал... Хотя ты вряд ли поверишь.

Так было постоянно, так что я уже перестал оправдываться и просто пожал плечами.

Всякий раз, как я представлял Челси, во мне, как в человеке, разочаровывались. Презрительные взгляды и холодные слова не причиняли мне боли.

... Г-р-р-р-р.

И во всей этой дурной атмосфере через наружный динамик в кокпите раздался громкий звук.

— Хозяин, быстрее. У меня в животе совсем пусто.

Я отвёл взгляд от с серьёзным лицом напоминавшей мне о еде Челси и поднялся с кресла пилота.

— Прости, Летиция, отложим наш разговор о работе. Если не покормить дворняжку, сами можем стать её обедом.

— Д-да... Хорошо.

Хоть немного и недовольно, но Летиция не устояла под напором Челси и кивнула.

Чтобы поднять настроение напарнице и заказчице, мне придётся приготовить что-нибудь вкусное.

----------

3

На палубе билась различная рыба и даже безумствовала акула.

— Хозяин, результаты боя положительные. Всё-таки рыбалка — неэффективный способ охоты.

Челси гордо выставила грудь, пока я и Летиция удивлялись.

А тем временем акула била хвостом о палубу. Она была большой, такие иногда на дайверов нападают.

Я вздохнул и указал на трепыхавшуюся рыбину:

— Верни акулу в море.

— А съесть нельзя?

Торчавшие ушки Челси разочарованно свесились.

— Съесть можно, только я не знаю, что с этой громадиной делать. Она только мешать готовить будет, давай живее.

— Поняла... — недовольная Челси кивнула и непринуждённо подошла к бушевавшей акуле.

— Эй... — Летиция хотела её задержать, но я поднял руку и остановил её.

— Не переживай, — сказал я, когда хвост акулы попал по миниатюрному телу Челси. Девушка даже не шелохнулась, зато схватила акулий хвост, крутанулась вокруг и выбросила её.

Танцуя в небе, акула пропала с палубы, после чего раздался плеск воды.

— Что... Эта девочка. Ты ведь сказал, что она андроид, то есть армейская контрабанда?

Лицо женщины сводило судорогой, когда она спрашивала это, а я лишь неоднозначно мотнул головой.

— Ну, вроде как. М?..

Видя, как Челси, выкинув акулу напряглась, я нахмурился. Обычно у андроидов встречаются дефекты, но у Челси ничего подобного не было.

Избегая рыб, я приблизился и посмотрел туда же, куда смотрела она.

Её золотистые глаза смотрели вперёд... Куда-то далеко в голубое небо, на маленькую белую точку.

Не было ни облаков, ни луны посреди дня, металлический блеск принадлежал правителям этого мира. Пугавшие всех и каждого небесные правители.

— Сателлит? — пробормотал я.

Они явились семнадцать лет назад, но мы до сих пор не представляем, что из себя представляют эти летательные объекты.

Если попробуешь приблизиться, тебя собьют, потому никто не смог этого выяснить. Нам известно лишь, что по форме они напоминают спутники былых лет.

Они могут маскироваться, чтобы не дать людям опознать себя, хотя подтвердить это ничем нельзя. И всё же... Умение Сателлитов маскироваться очень даже внушает.

Если рассматривать Сателлиты через телескоп, то можно было заметить, что они маскируются под искусственные спутники.

И потому Сателлитам давали названия спутников.

Сейчас Челси как раз смотрела на один из таких.

— Да, хозяин. В это время по орбите проходит Авангард.

— Авангард...

Услышав значимое название, я напрягся. Когда он целится, волосы встают дыбом. При том, что его отлично было видно, это значило, что высота была умеренной. Специально показываются, не дают о себе забывать.

— Такуро.

Сбоку меня позвали, и я обернулся, там на меня с серьёзным выражением смотрела Летиция.

— Что?

— Что ты думаешь о Сателлитах?

— Неожиданно. И хоть ты спрашиваешь... Вопрос не ясный, я не могу дать ответ, — сказал я. После чего Летиция бросила взгляд на Сателлит и дополнила:

— Они ведь сбивают небесных волков, но вы продолжаете летать в предупредительной зоне. Вы даже в предельное воздушное пространство залетаете... Вы совсем не боитесь Сателлитов?

Ну да, так и есть. Заказчики и представители других профессий часто об этом спрашивали.

— Конечно боимся. Потому мы предельно осторожны. Тебя может и встревожило то видео, но и мы без необходимости не рискуем. Если груз надо доставить в безопасности, мы летаем в безопасном воздушном пространстве. Вот и в этот раз ограничений по времени нет.

Женщина переживала, как я буду переправлять её, я же пожал плечами и дал вот такой ответ.

И всё же Летиция раздражённо качнула головой:

— Моя безопасность меня не волнует. Хоть мне и страшно летать на судне такого человека, но это не является критерием для определения, продолжать ли сотрудничество. Я с самого начала была готова, что будет опасно. Я хотела услышать о Сателлитах... Нет, хотела узнать, что ты думаешь в целом о небе.

— Что думаю?

— Да... Тебе не кажется, что страх перед Сателлитами и то, что ты летаешь, как-то связаны?

— Ну... Я чувствую, что связан высотомером.

Не до конца понимая суть вопроса, я согласился, а Летиция приблизилась:

— А что если небо изменится? Изменится ли что-то для тебя?

— Летиция, о чём ты вообще? — я устал от непонятных вопросов, вздохнул и мы вернулись к основной теме разговора.

— Сейчас важно лишь определиться, будем ли мы сотрудничать. Если будешь перевозить меня, точно попадёшь в беду. Одними деньгами это не компенсировать. Но кроме этого... Я хотела узнать, может в этой работе есть ещё что-то значимое, — отведя взгляд неуверенно ответила Летиция.

— То есть если мы доставим тебя, наша жизнь как-то изменится?

— Да... Я перевожу очень важную информацию. Если всё пройдёт удачно, межконтинентальные маршруты станут безопаснее, как и повысится предельная высота для полётов. Тогда и логистика станет оживлённее, мы сможем помогать людям, страдающим от дефицита. Есть те, кого необходимо спасти. И ценность этого...

— Чушь полнейшая, — я не дал ей договорить и резко оборвал.

Летиция предупреждала, что плата за успешное выполнение будет несоразмерной. Она хотела, чтобы я разглядел большую значимость всего этого, чем простые деньги.

Спасать кого-то — «бесплатная услуга». Уж этим я точно заниматься не буду.

— А...

Женщина была поражена, а я не стал скрывать своё раздражение:

— Плевать мне на значимость работы. Я взялся за работу из-за твоих денег. Другой причины для выполнения задания у меня нет. Одними деньгами риск не компенсировать? Это ты здесь чего-то не понимаешь. В деньги, которые ты платишь, включена цена и моей жизни.

Подняв рыбу, я посмотрел на Летицию, озадаченно женщина заговорила:

— Но эта доставка имеет огромный смысл...

— А для меня смысла нет ни в чём, кроме оплаты.

— Почему? Разве не прекрасно, когда ты можешь сделать много людей счастливыми?

Похоже из-за моих слов её прорвало, Летиция зло уставилась на меня.

Но и у меня от её громких слов начало щемить в груди.

В сознании возник я в прошлом и женщина, которой уже нет.

— А куда всё горе денется?

— Куда?..

Её неуверенная реакция заставила меня вздохнуть. Всё же она ничего не понимает.

Я не говорил, что плохо кому-то помогать. Счастливые люди вокруг будут благодарить и превозносить.

Так и со мной было...

Я был бесполезным и у меня даже своего места в этом мире не было, если я приму роль, которой все сторонятся, другие оценят меня. Я стал тем, кого начали ценить. Моя жизнь меня устраивает, и этого мне хватает.

И всё же... Забирать себе беды, взваленные на плечи всех. Стремящиеся к счастью получат лишь горе. Всё обратится... В несчастье.

Потому я и не работал бесплатно. И за риск просил всегда разумную цену. У любого риска есть своя цена.

И всё же Летиции было сложно понять это. Она была лишь заказчицей, ни к чему ей глубоко погружаться в это.

И всё же... Как уже обжегшийся на этом, я мог дать совет.

— Если ты хочешь кого-то сделать счастливым, подумай, кто в итоге может стать несчастным. Ты сказала, что я тебе не нравлюсь... Но и мне не нравятся безответственные люди вроде тебя, — сказав это, я отвернулся вместе с рыбой в руках. За мной последовала Челси, истекающая слюной, которая помогала мне со сборами.

— Погоди! — выкрикнула Летиция, но я даже не стал оборачиваться:

— Не переживай. Я выбираю работу не на основании личных привязанностей. Запрос для меня всегда на первом месте.

Женщина ничего не ответила.

И всё же до моих ушей донёсся какой-то стук сзади.

----------

4

«... Так, никаких проблем?»

— Ага, отклонений нет. Топливо тоже заправлено до упора.

Я сидел на месте пилота в Манагарме и проверял датчики, отвечая Брету, чей голос разносился через внешний динамик.

— Да. И мой живот забит до упора.

Я не обращал внимания на слова развалившейся позади сидения Челси, только посмотрел на соседнее сидение:

— Пристегнись. И не трогай, что не просят.

— ...

Недовольная Летиция промолчала и пристегнулась.

Похоже её взбесили слова, сказанные перед обедом, она никак не успокаивалась. Девушка не ела сасими, она хотела лишь жаренную рыбу, и после еды сказала: «Отвезите меня». И больше не разговаривала.

Ну, багаж обычно не двигается. И болтает нечасто.

— Приготовления завершены. Поднимайте нас, — я вызвал Брета, когда убедился, что Летиция пристегнулась.

«Да. Так... Да... Это, когда прибудешь в порт Сусаноо...»

— Понял. Как и всегда, загляну в больницу Тсукуёми, — ответил я на неуверенные слова Брета, а сидевшая рядом Летиция бросила на меня взгляд. Ей было интересно, о чём мы, но женщина ничего не спросила.

«... Полагаюсь на тебя. Не дури там и не стань кормом для рыб».

Раздался громкий звук и судно затрясло. И под тяжёлые звуки приводов ангар оставался где-то внизу.

Голубое небо, ограниченное квадратом, приближалось.

Подъёмник поднял нас из ангара на палубу. Оставшийся внутри Брет поднял большой палец вверх.

— Ещё увидимся.

Я поднял руку вверх, и он сказал слова, которыми обычно провожают в путь:

«Удачи тебе, небесный волк».

Небо приближалось, и область зрения ширилась.

Мы добрались до взлётно-посадочной полосы и бескрайнего неба.

— Дворняжка, оптическое наблюдение, — я отдал приказ беззаботно развалившейся Челси, и девушка высунулась между сиденьями, её золотистые глаза наблюдали за небом.

— В поле зрения кораблей и самолётов нет. На девять часов, угол семьдесят пять градусов, высота четыреста тридцать километров Сателлит. Кодовое имя Азул.

— Допустимая высота с учётом погоды?

— Тридцать два фута. Предупредительная зона до ста девяносто девяти футов.

— Как и всегда. Ну, в этот раз спешить нам незачем. Будем наслаждаться перелётом, — услышав ответ Челси, я улыбнулся и запустил двигатели.

Раздался пронзительный шум, и весь самолёт завибрировал. Я с силой отрегулировал рычаг дроссельной заслонки и приготовился к взлёту.

Летиция от напряжения совсем перестала двигаться, всё это время она смотрела перед собой.

— Манагарм, взлёт.

Направлявшийся вперёд самолёт съехал по пологой палубе и взлетел.

Хоть мы и скользили, но старт был хорошим. Судно чуть не приводнилось, когда я запустил двигатели малой тяги, и самолёт стабилизировался.

Нынешняя высота тридцать два фута.

Предельно низкая высота над уровнем моря.

В былые времена самолёты не могли летать на такой высоте. Но ССМВ адаптировались к такому узкому небу.

Морская навигация по приводнению, сверхнизкая наводная навигация с упором на безопасность и контролируемый полёт в пределах предупредительной зоны. Всё это на воде и в воздухе сочетали в себе ССМВ, позволяя выбирать оптимальный и быстрейший способ перелёта.

Сейчас море было спокойным и за временем мы не гнались, так что могли лететь на оптимальной высоте.

И оптимальной она была на уровне безопасного воздушного пространства. Ниже этой высоты случаев перехвата практически не было.

— Скорость сто десять узлов.

Услышав слова Челси, я увеличил нагрузку на двигатель.

На низкой высоте можно было разогнаться до двухсот узлов, но для морской навигации это был предел. Немного быстрее и снизится безопасность, а расход топлива увеличится.

— Ах...

Во время ускорения Летиция сжала зубы, и вот наконец вздохнула с облегчением.

— Непривычно было?

— Да... — женщина кивнула мне, после чего отвернулась. Решила не говорить со мной без надобности.

Тишину нарушали лишь шум двигателей и звук разрезания воздуха.

За лобовым стеклом можно было увидеть лишь небо и море. Плывшие облака меняли свою форму, интерес они могли вызвать лишь у ребёнка с богатой фантазией.

Челси свернулась клубком позади сидения и предалась сну. Кабина была такой большой, чтобы обеспечить место девушке для сна. В помещение с кондиционером приятно попадали солнечные лучи.

Как навигационный андроид она точно провалилась, но работы сейчас не было, так что пусть. Лучше уж так, чем когда нужна её помощь.

И всё же безмолвие было болезненным, не выдержав, Летиция заговорила:

— Такуро... Ты недавно говорил, что сможешь наслаждаться полётом... Но ты совсем, что ли? Неужели забыл про опасность? — не смотря на меня, суровым голосом спросила Летиция.

— Не забывал. К тому же я уже спас тебя прошлым вечером, так что немного поздно. Флот, к которому принадлежало то судно с ночной маскировкой, страсть как хочет меня найти. Потому-то я и не сел в Гонолулу, а у побережья.

Убедившись в стабильности хода, я переключился на автопилот и посмотрел на Летицию.

— И всё же ты сказал, что будешь наслаждаешься этим? — женщина смотрела прямо на меня, задавая неуверенный вопрос.

— Ага. Ни к чему бежать наперегонки со временем. А врагов всегда хватает.

— Тогда как же ты обычно дуришь? — неспособная сдержать удивление вздохнула Летиция.

— Если скажу, ты решишь выброситься. Так что давай не будем. Вместо этого лучше объясни, что нас могут за опасности поджидать.

— Ах... Всё-таки хочешь знать.

В женщине немного вернулась её наглость, когда она посмотрела на меня.

— Верно. Знать больше никогда не повредит. Да и разве ты сама рассказать не хочешь? От этого ведь и твоя безопасность зависит, — стоило сказать это, как на лице женщины появилось удивление:

— Это ведь нормально, когда человек смотрит под ноги. Ладно, раз просишь, расскажу. Для начала вчера... Похоже меня похитили люди из компании Славик.

— Компания Славик... Они ведь конкуренты Астики, в которой ты работаешь.

Разработку ССМВ монополизировали два предприятия. И то, что люди из Славика охотились за учёным из Астики, было вполне нормально.

И всё же Летиция продолжала:

— Да. Только за мной... И Астика тоже охотится. Возможно и ФБР взялись за дело.

— Надо же, прямо с размахом, — ответил я, не меняя тона, а Летиция недовольно насупилась:

— Думаешь, вру?

— Нет, наоборот. Это многое проясняет, да и так мне проще ситуацию понять. Ты... Промышленный шпион?

Обвинять я не собирался, просто спрашивал. Но Летиция злобно уставилась на меня:

— Нет. Не смей меня ставить с ними в один ряд.

Меня немного удивила её реакция, так что я посмотрел в лицо женщины. Должно быть мы слишком громко разговаривали, так что Челси позади зашевелилась.

— Я неверно всё понял? Я думал, что ты украла секретные данные из корпорации Астика и решила сбежать в Токийский плавающий город, — я озвучил свои мысли, и женщина крепче сжала зубы:

— Это... Недалеко от истины.

— Так ты всё же промышленный шпион?

Я убрал руки от контрольной панели и пожал плечами.

— Сказала же, что это не так. Я забрала лишь ту информацию, которую уже давно было пора предать гласности. Я не сделала ничего неправильного. Ладно... Я обо всём тебе расскажу.

— Нет, это мне точно не интересно.

— Просто слушай. Я не могу терпеть, когда меня неправильно понимают, — Летиция говорила уверенно и начала рассказывать, хоть её никто и не просил. — Астика и Славик и правда компании-конкуренты, штаб-квартиры у них в разных странах и отношения между ними не назвать дружескими... Но против «общего врага» они проводили совместные исследования.

— Общего врага? — нахмурился я, и Летиция ответила:

— Понятно же. Не только для корпораций. Враг всех людей... Те, кто наблюдают за нами с неба и сбивают все наши летательные аппараты. Это летающие объекты, называемые нами «Сателлитами», которые очень напоминают искусственные спутники времён начала развития космоса.

Она указала пальцем на лобовое стекло... На небо за ним, и с горячностью продолжила:

— И искали обе компании способ обмануть их глаза.

— Обмануть глаза... Система стелс? — пробормотал я, прикоснувшись к лицу, и Летиция уверенно кивнула:

— Да, они специализируются на противодействии оптическому наблюдению. Из-за неизвестных частиц, Пыли Сателлитов, беспроводная связь и радиоволновые радары пришли в негодность. Но то же относится и к ним. По нашим данным Сателлиты основываются на оптическом наблюдении. Разработать систему стелс, способную укрыть от их глаз — заветное желание человечества.

— Согласен... Было бы очень удобно. Из-за облаков Сателлитам целиться неудобно, небесные волки поняли это на своём опыте. Но... Какими бы ни были объёмистыми облака, третью черту не пересечь. Даже без оптических систем наблюдения они смотрят на нас, — сообщил я. Есть предел, до которого можно обманывать глаза, смотрящие за нами из космоса.

— Верно, я и сама на многое не надеялась. Но если мы сможем блокировать хотя бы системы оптического наблюдения... То нынешняя предельная зона, где летают лишь сорвиголовы, станет общедоступной и безопасной. Результаты исследований говорят, что это вполне возможно, — сказала она, поправляя очки, и всё же, вспомнив что-то, её лицо исказил гнев. — Но Астика не поделилась этими данными, похоже они решили держать их засекреченными. Их не волнует судьба людей, только собственная выгода. Такое ведь нельзя допускать.

— Я не из тех, кто может говорить от лица всего человечества.

Услышав мой ответ, Летиция прищурилась:

— Что? Хочешь сказать, что я лицемерка?

— Нет, ничего подобного. Возможно ты делаешь это от чистого сердца, но уверенности за тобой не чувствуется. И это доказывает то, что ты ищешь моё одобрение. Это точно твои слова? — я смотрел в её голубые глаза, когда спросил, и женщина напряглась:

— О чём ты?..

— Просто ты будто повторяешь чужие слова. Это твоё «похоже они решили держать их засекреченными», очень неопределённо звучит.

— Это... — она не могла подобрать слова, её взгляд блуждал, пока Летиция не посмотрела вниз.

— Летиция, ты сама участвовала в этих совместных исследованиях?

— ...

Я задал вопрос, но в ответ одна тишина.

— Ну и ладно. Я в это лезть всё равно не собирался. Раз не хочешь говорить, заставлять я не собираюсь, — тихонько вздохнув, я посмотрел вперёд.

— Хозяин, — и тут сзади показалась Челси.

— Что такое?

— На час, два и одиннадцать часов обнаружены цели.

Услышав её слова, я посмотрел на горизонт. Там были три чёрные точки, меньше горошин.

— Расставили сети. Похоже ты была права, полётом насладиться не выйдет, — грустно улыбнувшись, сказал я и потянулся к панели управления, меняя режим с морской навигации на режим полёта на низкой высоте.

— Засаду устроили... — обронила молчавшая Летиция.

— Ага... И так нам безопасно полетать точно не дадут.

— Что ты задумал?

— Прорываться, — я сказал, что буду делать, и Летиция побледнела:

— Что, ты серьёзно? Может стоит их просто сбросить...

— Если не выйдет, нас просто окружат. К тому же нельзя бесцельно топливо жечь. Надёжное заправочное судно найти не так просто.

— И всё же это слишком опасно. Если это товарищи тех, кто похитил меня вчера, им нужна информация, возможно им не разрешали атаковать нас... Хотя если они из Астики, то ради защиты секретов они безжалостно обстреляют нас. Если эти люди блокируют нас...

Ускоряясь, я переглянулся с Летицией.

И всё же я не суетился, а продолжал разгонять Манагарм.

Когда вокруг лишь море и небо очень непросто определиться с расстоянием, но чёрные точки передо мной становились больше.

Производительность двигателей росла. Я перешёл от околоводного к воздушному режиму. И вместе с мощностью росла скорость. Скорость сто шестьдесят узлов. Высота девяносто семь футов.

— Не переживай. Даже если нападут, дорогу они нам не перекроют.

— Почему... Как ты можешь с уверенностью утверждать это?

— Всё просто. Манагарм может летать выше всех, — говоря это, я стал подниматься.

Нынешняя высота сто пятьдесят три фута. Приближаюсь к краю второй черты в сто девяносто девять футов. Показатели на датчике ползли вверх. Там отображался процент попаданий на данной высоте. Пока было единичное значение. Два с половиной процента. Хотя цифра уже сама по себе была не такой уж и маленькой.

— Выше всех...

— Ты же знаешь? Чем выше взлетишь, тем выше производительность двигателя. И вверх обычно никто не стреляет. Снаряды небольшие, но вдруг там кто подумает, что они по Сателлитам палят. Если неудачно пальнёшь, в ответ они могут тебя сбить.

Вначале женщина сомневалась, а потом лишь утвердительно кивнула:

— Ну да... Я же эксперт.

— То есть того, кто выше всех, никто не тронет.

Высота сто восемьдесят девять футов. Уже близко к предельному воздушному пространству. Стоит пересечь границу, и шанс быть сбитым подлетит в разы, на высоте в триста тридцать футов он уже составляет сто процентов.

На датчике уже было значение в пять и семь десятых процентов. С учётом риска тут уже был предел.

Самолёты перед нами поднялись приблизительно на ту же высоту. Хотелось сказать, что парни довольно отважные. Вот только...

— До контакта двадцать секунд. Готовлю нижние орудия к огню, — сказала Челси, расположившаяся сзади. Противников уже было видно невооружённым глазом.

Малые ССМВ компании Славик. На такой же модели вчера похитили Летицию, но проверить были ли они товарищами, никак нельзя.

— Открывать огонь ни к чему. Просто сбросим их.

— Поняла. Сосредоточусь на наблюдении за Сателлитом, — разочарованно ответила Челси, её золотистые глаза устремились вверх.

В их положении опасность представляли не три малых ССМВ. А белая фигура, наблюдавшая за нами с неба.

— Снова набираем высоту?! — вскрикнула Летиция, наблюдавшая за высотомером.

— Ты заказчица, если попросишь остановиться, я послушаюсь. Однако нам надо добраться до пункта назначения. Сама решай, насколько обоснован риск.

С этими словами я продолжал набирать высоту. Приближаясь к миру, куда людям путь был закрыт.

Сто девяносто два, сто девяносто три, сто девяносто четыре, сто девяносто пять...

Это не атмосферное давление, а расстояние от поверхности воды, дрожавшая Летиция наблюдала за цифрами... После чего глубоко вдохнула и закричала:

— Вперёд! Я... Должна сделать задуманное!

— Есть.

Последняя черта была пересечена.

Высота двести футов.

Мы пересекли вторую линию. Хотя пейзаж не переменился.

Голубое небо, море и приближающиеся самолёты.

Но Манагарм находился в предельном воздушном пространстве. Другие же оставались в предупредительной зоне, совсем другом мире.

А одинокая цифра с процентом отображения шанса быть сбитым тут же подскочила до двадцати пяти. Я чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Руки, управляющие самолётом, вспотели.

Больше похоже на проверку на трусость только на ССМВ.

Под страхом быть сбитым в любой момент, мы поднимались выше всех. Глупца, спутавшего храбрость с безрассудством, озарит небесный свет, неспособного найти предел ожидает лишь позор поражения.

Три малых ССМВ прекратили подниматься. Победитель был определён. Они не стали стрелять в Манагарм, расположенный над ними.

Самолёт спокойно шёл на высоте за второй чертой, которую они не могли пересечь.

Высота двести футов.

Критическая область, но от Челси пока предупреждений не поступало.

Если спустимся, начнут преследовать, потому мы продолжали полёт на той же высоте.

— Риск быть сбитыми двадцать восемь процентов... Ты довольно хладнокровен, — сказала Летиция дрожащим голосом, глядя на показатель. Из-за нагрузки говорить ей было нелегко. На лбу выступил пот, хотя это не от физической нагрузки.

— Это лишь статистические данные. Из-за погодных условий и особенностей Сателлита здесь могут быть огромные погрешности.

— Особенностей... Сателлита? — Летиция смотрела на меня так, будто пыталась определить вменяемость.

— Можно подумать, что это уже какие-то гадания, но если разобрать статистику по полочкам, то можно обнаружить смещения в атаках Сателлитов. И... Все эти данные в голове у Челси. Пока она молчит, можно не дёргаться, — ответил я, указав на Челси, которая с торчащими ушами смотрела в небо. — Челси. Что из себя представляет Сателлит над нами... Азул?

— Он сосредоточен на уничтожении самолётов на высоте выше двухсот двадцати футов. Для него черта там. Ошибок почти не допускает, очень серьёзный. Если учитывать эту информацию, шанс быть сбитым на данной высоте составляет двенадцать процентов, — не сводя взгляда с неба, ответила Челси.

Это было вдвое ниже статистических данных...

— Так, погоди, дворняжка. Я же вроде говорил предупреждать, когда риск будет выше десяти процентов, — ощущая холодный пот, низким голосом сказал я.

— Прости, хозяин. Просто нынешняя работа такая скучная, вот я и решила разбавить её риском, думала, может чего случится.

В ответе Челси не чувствовалось ничего зловещего, а у меня лицо судорогой сводило:

— Вечно ты...

Выказывая недовольство, я следил за судами позади через монитор. Развернувшиеся за ними ССМВ постепенно становились менее различимыми. Скорость пока сбавлять нельзя.

— Я похоже умру...

— И на восьмидесяти восьми процентах выжить можно. Удачливые ребята в статистику не вписываются, — сказал я о том, что сам когда-то слышал, но Летиция, лишь фыркнув, качнула головой.

— Вот уж удачи у меня точно нет. Что в лотереи, что в деньгах, что с мужчинами, везде не везёт.

— Не очень обнадёживающая информация.

Рот искривился, но взгляд был направлен вперёд.

В мягкой линии горизонта я увидел зазубрину и прищурился.

— Дворняжка. Смотри вперёд. На два часа, — отдал я приказ, и Челси перевела взгляд с неба вперёд и ответила:

— Множественные цели в пятнадцати километрах. Крупное ССМВ, скорее всего снабженческое, и много пришвартованных средних судов. Думаю, это основные силы врага, с которым мы повстречались.

— Дела... — видя, как я недовольно пробурчал, Летиция спросила:

— Они же пришвартованы, так что никаких проблем, верно? Они не успеют преградить нам дорогу. Куда опаснее те трое, что преследуют нас.

— Наоборот. У мелких судов только пулемёты, а у средних уже более неприятное вооружение...

Я не успел договорить, когда начала быстро говорить Челси:

— С большого судна выпустили нечто, напоминающее торпеды. Через семь секунд они будут в пятидесяти метрах от Манагарма.

— Всплеск? Начинаю манёвр уклонения. Не прикусите языки.

Я потянул штурвал, и курс Манагарма резко сменился. Во время разворота на девяносто градусов Летиция прикрыла глаза. Не пристёгнутая Челси держалась за поручни, сохраняя баланс точно гимнастка.

И вот прошло семь секунд. Раздался громкий звук. Судно задрожало. Сбоку от Манагарма поднялся столб воды.

Взорвавшаяся торпеда взбудоражила воду. Попади она в двигатель, он бы лишился мощности как и вчерашнее малое ССМВ.

Благодаря направленности взрыва, вода поднялась до высоты самолёта. Потому и надо было уклоняться.

Глубинные бомбы и торпеды поднимают волны, предназначенные останавливать двигатели ССМВ во время полёта.

Летая на небольшой высоте, этого надо было опасаться сильнее всего.

Раз они увернулись, но мощные звуки продолжали вибрацией отражаться на судне.

— Торпеды вместо гейзеров используют... Никак пропускать не хотят.

Я цыкнул языком, глядя на стену воды, не пропускающую нас.

Это было бы очень расточительно для пиратского судна, атакующего торговый корабль. Использовать столько боезапаса против одного ССМВ очень нерационально. Так они ничего не заработают.

Значит данные Летиции были очень ценны.

Значит стелс-система настоящая?

Нас пытались остановить всё новые столбы воды. Пока обходили их, нас нагнали мелкие самолёты, а с главного корабля приближались судна средних размеров.

— Ух...

Не успев уклониться, левое крыло Манагарна рассекло столб воды.

Судно закачалось, зажглась целая куча предупредительных ламп.

— Хозяин, первый двигатель остановился.

— Понял. Сейчас выровняюсь.

Всего на Манагарме было четыре двигателя. Я распределил мощность между оставшимися тремя и как-то сохранил баланс.

И всё же скорость упала, да и во время уклонения она тоже порядком снизилась.

— На пять часов, малое ССМВ, — предупредила Челси. Уклоняясь вправо, я услышал звуки выстрелов.

Стреляли так, чтобы наверняка.

— Скорее всего попали по первому двигателю на левом крыле.

— Чёрт...

Должно быть из-за того, что он не работал, двигатель не загорелся, но теперь он уже не запустится.

Я уходил от волн и отрывался от трёх преследователей.

Манагарн уходил на максимальной скорости вверх. Но когда средние суда присоединятся, они меня живо нагонят.

— Всё же... Это бесполезно. Может сдадимся? — внутри кокпита Летиция держалась за поручни и обращалась ко мне неуверенным голосом.

— Сдаться решила? Ты же вроде задуманное собиралась сделать.

— Я не сдаюсь. Пусть схватят. Это всё равно похоже силы компании Славик... Если они уничтожат информацию, то её монополизирует Астика... — качая головой, Летиция выжимала из себя слова. — Вчера... Можно было меня и не спасать.

— Тогда зачем вообще было обращаться ко мне?

Уклоняясь, я искал маршрут в обход стены из воды, когда обратился к женщине.

— Просто я...

— Если Славик распространит данные, надо было сразу идти к ним. Но ты наняла меня, и направилась не в штаб Славика в России, а в Токийский плавающей город.

Сама себе противоречащая Летиция замолчала.

Появляющиеся водные столбы заставляли Манагарм менять направление, не пропуская вперёд.

Мелкие ССМВ снова начали сокращать разрыв. Из-за постоянных манёвров скорость никак не стабилизировалась. Если так и дальше будут висеть на хвосте, снова начнут обстреливать. И если мы лишимся ещё одного двигателя, всё будет кончено.

— Ты всё верно сказал... Я не участвовала в совместных исследованиях.

Пока я думал, как прорваться, до моих ушей донёсся тихий голос.

Я посмотрел на Летицию, сидевшую на месте второго пилота. Мрачная, она продолжала свой монолог:

— В нём участвовал мой парень. Элита, откомандированная из Славика. Мы могли говорить обо всём. И о том, что Астика собирается монополизировать стелс-систему, я узнала от него, — под взрывами торпед и рёвом двигателей женщина продолжала. — За такое могли убить, лишь бы человек замолчал... Мы думали забрать данные и сбежать вместе... Он говорил, что это спасёт весь мир. Я верила ему, готова была жить с ним в изгнании... Но перед самой реализацией плана его арестовали по подозрению в шпионаже. И он обо всём рассказал следователям. Он предал меня, — Летиция буквально высмеивала себя, в её голосе ощущался странный жар. — Может он меня использовал. Но местонахождение данных, о которых знала лишь я, было настоящим. Не думаю, что его слова и чувства были полностью лживыми. Поэтому... Я должна сделать это. Чтобы всё это... Не стало ложью.

Закончив на этом, Летиция с глазами, полными отчаянья посмотрела на меня.

— Должна сделать?.. Хотя я не понимаю, зачем направляться в ТПГ. Если хочешь исполнить его волю, то стоило бы передать данные в Славик, — я заговорил откровенно, и Летиция улыбнулась:

— Я переняла у него идею спасения мира. Пусть даже мне навязали эти мысли обманом, это не важно. Чтобы добиться цели, я буду действовать самым эффективным способом, — с глазами полными решимости она продолжала. — И я выбрала ТПГ. Они не подчиняются ни Евразийскому союзу, ни Западному альянсу, так что информация попадёт не только к Славику... Она разойдётся намного дальше.

— Вот как.

Спасение мира меня не волновало, но тут я мог согласиться. Я мог понять, что женщина говорила всё это серьёзно.

Если она всё решила, то слова больше ни к чему.

— Да, но...

Неуверенно Летиция вытянула руку и коснулась моей руки на штурвале.

— Похоже я пытаюсь прыгнуть выше головы. Я была слишком наивной. Поэтому...

— Боишься, что принесёшь мне несчастье? — прежде чем женщина договорила, я прервал её.

Уклоняющийся Манагарм, преследуемый тремя малыми ССМВ направлялся к волне.

— М...

— По твоим словам всё понятно. Ты уже готова. Ты не сможешь вернуться к своей жизни. Потому и переживаешь за нас. И не понимая, что мы из себя представляем, ты не знаешь, как использовать меня и Челси в момент, когда нас прижали.

— Это...

Похоже я был прав, Летиция не могла подобрать слов.

— Тогда это бесполезный разговор. Лучше думай о себе.

— Но...

— Ты хоть сама решила отправиться в ТПГ? Просто дура, пляшущая под чужую дудку.

— Жестокие слова.

В голосе Летиции ощущался гнев, так что я улыбнулся.

— Слова «спасти мир» не предполагают сдерживаться. Вот и ты не сдерживайся. Если уж запрос принят, надо сделать всё возможное, — управляя Манагармом, я посмотрел женщине в глаза и серьёзно сказал ей.

— У тебя ещё остались козыри? Мне и правда... Не стоит сдаваться? — задыхаясь, спросила женщина, и я кивнул:

— Да.

— Тогда... Прошу. Что бы ни пришлось сделать, доставь меня до пункта назначения.

— Я изначально именно это и планировал, — я ответил, искривив рот в ухмылке, и обратился к находившейся сзади Челси. — Эй, дворняжка.

— Что такое, хозяин?

Челси протиснулась между сидениями и посмотрела на меня своими золотистыми глазами.

— Прорываемся.

Я смотрел на стену воды, и девушка улыбнулась. По спине прошла дрожь.

— Похоже... Будет очень весело.

Поняла ли она мои намерения точно или ждала моего подтверждения.

Точно не знаю, да и не важно. Но одно очевидно: именно этого момента это чудовище и ждало.

— Ищи лучшую возможность для прорыва.

Отрываясь от малых ССВМ, я ждал указаний Челси.

— Провожу симуляцию прогнозируемых торпедных всплесков на двадцать секунд. Хозяин, при появлении следующего столба воды прорывайся справа, — какое-то время помолчав, Челси выдала указания.

— Ты же не выбрала какой-нибудь безумный маршрут?

— Нет. Можешь не беспокоиться, хозяин.

Её пауза заставила меня сомневаться, но оставалось лишь довериться.

Бам... Громкий звук и перед Манагаром появился огромный столб воды.

Как девушка и сказала, я ушёл направо. Развернувшись на девяносто градусов, я прошёл впритык к воде. Но впереди был ещё один всплеск.

— Налево.

До моих ушей донеслась короткая инструкция, и я тут же отреагировал. Я прошёл через узкий зазор между столбами воды.

Дальше ждать инструкций было некогда.

Рефлекторно на одних инстинктах я уходил от новых столбов воды. Высокомобильное судно начало скрипеть, число сигнальных ламп на приборной панели продолжало расти. Не выдержав резких разворотов и нагрузки из-за ускорения, Летиция потеряла сознание.

Должно быть из-за капель воды, третий двигатель начал терять мощность. Я выровнял потерявший стабильность самолёт, целясь на обратную сторону волны.

В белом мире брызг я видел лишь узкие голубые зазоры. Я направил самолёт прямо на них.

И вот мир вернул свои просторы.

Яркая и глубокая голубизна. Облака, тянувшиеся до горизонта. Изумрудно-зелёное море.

Я прорвался через всплески воды.

Тормозившая вода теперь стала защитным покровом. И преследовавшие нас ССМВ, и главное судно на время упустили нас из виду.

— Не так захватывающе, как я предполагала, — недовольно пробормотала Челси, а у меня вся спина покрылась холодным потом.

— Отрываемся. Полная скорость.

Восстановив положение судна, я начал разгонять двигатели. Находившийся в дурном состоянии третий двигатель тоже как-то смог вернуться в сносную кондицию.

— М... — Летиция на соседнем сидении, простонав, открыла глаза. — Что... Случилось?

Женщина поправила очки и стала осматриваться по сторонам.

— Мы сбежали от тех судов. Если больше никто не помешает, дальше нам лететь прямо.

— И правда ты как-то справился. Всё как о тебе и говорят... Но зачем тебе это... — видать голова кружилась, женщина опёрлась щекой на руку и спросила.

— Если не выполню задание, не получу оплату.

— Аванс и так ведь был солидным. У тебя всё настолько плохо с деньгами? — непонимающе Летиция смотрела на меня.

И я указал ей назад. Кризис миновал и Челси снова свернулась клубком и спала.

— Ага, всё ей в желудок уходит, — серьёзно ответил я, но Летиция прыснула:

— Хи-хи... Такуро, шутка не очень смешная.

И всё же в противовес своим словам она ещё какое-то время продолжала улыбаться.

----------

5

— Twinkle, twinkle, little star.

В кабине, освещаемой лишь звёздами и приборной панелью разносилась песня.

Продолжая управлять, я посмотрел назад: там пела Челси, в такт размахивая хвостом.

Её взгляд был направлен на ночное небо. Выражение на её лице говорило, что она прямо как в песне, где-то далеко... Я не мог понять, о чём она думает.

— HowIwonderyouare.

Глядя в ночное небо, она всегда пела эту песню.

Я уже успел от неё устать, но пела девушка хорошо, так что я не мешал. Но в этот раз у неё был ещё один слушатель.

— Что... Песня?

Сидевшая на соседнем сидении Летиция спала, но, услышав песню Челси, проснулась.

Ища, откуда доносится голос, её глаза блуждали, и вот она увидела певшую позади Челси.

— Это вместо фоновой музыки? Хотя немного детский выбор, — протирая глаза, Летиция заговорила со мной.

— Песню не я заказываю. Она сама поёт, — меня опять начали в чём-то упрекать, так что я начал поправлять.

— Но ты же её настраивал?

— Нет. Сам не в курсе, где она этого нахваталась.

— Странный навигатор.

— Ага, тут я согласен. Но что важнее... Уже видно.

Удивлённо вздохнув, Летиция посмотрела туда же, куда и я.

— А...

От вида у женщины перехватило дыхание.

Между тёмно-синими небесами и чёрным морем... Располагалась сияющая прослойка.

Количество огоньков было не счесть, они сияли ярче звёзд.

— Особый дальневосточный район... Это огни Токийского плавающего города.

Это место было конечной целью, на лице Летиции появилось спокойствие.

— Прибыли... Я всё проспала, ну и вот, — грустно улыбаясь, женщина смотрела на огни города.

— Опасностей нам хватило, но поспать ты горазда, — с удивлением проговорил я, глядя на беззаботную Летицию.

— Всё благодаря тебе. Сама я ничего не могла, так что проще было лечь спать.

— Большую часть этого недолгого времени.

В словах было чувство восхищения, и тут Челси внезапно прекратила петь.

— Хозяин. Судно по курсу... Источники тепла повсюду, — она протиснулась между сидениями и непривычно быстро заговорила.

Точно подтверждая её слова, тёмное море осветили бесчисленные огни.

— Ух!..

Я использовал левый двигатель малой тяги, чтобы уйти вправо.

— Кья?!

Судно повело, и Летиция закричала, но мне некогда было заботиться о ней.

— Бежать некуда! Готовьтесь к удару! — прокричал я, и в следующий миг возле лобового стекла появилось что-то металлическое и длинное.

Последовал громкий звук удара. Судно качнулось.

— Предмет выпущенный в нас пробил правое крыло. Режим полёта на малой высоте заблокирован, — Челси описывала повреждения.

А между тем всё новые копья из тьмы моря поднимались в небо.

Да быть не может!..

Меня одолел озноб, я покрылся гусиной кожей.

Нынешнее оружие не предназначалось, чтобы бить высоко, только на уровне ССМВ. Уходящие выше снаряды могли перейти предупредительную зону и стать целями для Сателлитов.

Неумелое использование зенитного орудия в итоге повлечёт ответный удар Сателлитов и станет актом самоубийства.

Однако... Появилось и оружие, лишённое человеческой гордости.

Я пытался выровнять Манагарм с пробитым крылом, наблюдая за небом.

Продолжали летать гарпуны... Их число росло, делая это место непроходимым.

Никаких сомнений, это...

— Система наведения Сателлитов.

— Что... Она ведь запрещена международным соглашением...

— Ага, мерзкое оружие, использующее Сателлитов, — я кивнул и представил грядущий ад.

Воздушные суда, атакованные Сателлитами... Хотя всё, что способно летать может быть ими сбито.

Это была самая мерзкая из идей, и всё же самый простой способ избавиться от тех, кто был тебе не нужен.

Поднимавшиеся вверх объекты считались Сателлитами атакой. Всё разрушал свет, лившийся с неба. Никакие бомбы не нужны, в это время это самый простой способ терроризма.

— Они хотят меня не схватить, а убить... Значит это не компания Славик, они из Астики... — голос Летиции дрожал, но Челси не дала ей договорить:

— Кодовое имя Сателлита Осуми, вокруг него зафиксированы отражающие огни. «Землечёт» — зеркальная массированная атака. Она поражает все летательные объекты, уклоняться некуда.

Все металлические объекты, выпущенные в небо, отслеживались и брались Сателлитом на прицел.

Бежать некуда, защищаться нечем.

Повелитель неба направил на землю не простые лазерные лучи. А сверхсжатые частицы, которые блокировали радиоволны, Пыль Саттелитов... Это и есть «Землечёт — ограниченный световой удар по земле».

Изначально землечётами назвали Саттелиты, в аналогичном значении «тех, кто наблюдает за землёй», но со временем оно закрепилось за оружием.

Ограниченный свет мог с лёгкостью пробить любую броню. Он был зеркальным, но не предполагал отражение.

Это был дождь из света, который нёс смерть. Он вмиг уничтожит Манагарм, упокоив нас на морском дне.

— Быть сбитым Сателлитом... Самый распространённый способ умереть и вполне подходящий для тебя, — с издёвкой сказал я Летиции, и та тяжело вздохнула:

— Мы ведь... Как-нибудь выпутаемся?

— Я даже управлять сейчас не могу, — честно признался я.

— Вот как...

Девушка отчаялась, а я продолжил:

— Но она ещё кое-что может. Да, Челси?

Я посмотрел на свою связь с этим местом... На штурвал.

— Да. Я рекомендую хозяину использовать высшие права в управлении и снять ограничения с оружия. Однако с учётом состояния судна и настройками ядра, это будет сопровождаться острой болью и ускорит процесс поглощения тела...

— Плевать, за работу, — я прервал Челси и приступил к делу.

Мощность двигателей упала. Я использовал реверс и малую тягу и начал поднимать нос вверх.

За лобовым стеклом было звёздное небо. Там была зловещая чернота СНС. А с неба лился свет сверхсжатых частиц Пыли Саттелитов «Землечёт».

— Приказ вышестоящего. Чернушка, спутник, зажигание двигателя.

Внутри стоявшего вертикально Манагарма девушка с серебряными волосами и золотистыми глазами стояла на двери кокпита и глядела в небо, пока я отдавал ей приказ.

Пятый двигатель Манагарма. Обычно он находился в состоянии покоя, но теперь мои слова пробудили его.

— Есть, хозяин. Зажигание... Двигатель спутника, полная мощность. Прямое подключение с правами руководящего и разблокировкой систем вооружения. Связь установлена.

Стоило Челси сказать это, как мир перед глазами переменился.

За стеклом было ночное небо, которое обволокло меня. Обзор на триста шестьдесят градусов без единого слепого пятна. Оптическая информация, недоступная простым человеческим глазам...

Звёзды сияли так ярко, как их не мог увидеть обычный глаз, а чёрное небо приобрело цвета.

Небо разделял млечный путь, его свет напоминал реку. Я видел в цветовом диапазоне находившиеся за пределом света электромагнитные волны.

Контуры объектов, взлетающих в небо, и зависшая высоко фигура Сателлита, я мог опознать всё.

Это то, что видит Манагарм. И с небольшим запозданием он позволяет «ощутить» это мне.

— Ух!..

Поток боли обжёг нервные окончания. Сломанный первый двигатель на правом крыле отдался во мне болью.

— Что с ним? Что вы собираетесь делать?

Я слышал озадаченный голос Летиции. Но не мог увидеть того, что происходило внутри кокпита. Внутри не было системы мониторинга.

И то, я слышал её с помощью установленного микрофона.

Сейчас... Все сенсоры Манагарма заменяли мои пять органов чувств, судно стало моим телом. Я есть Манагарм.

— Хозяин странный человек. Самый странный из всех, кого я знаю.

Дальше я услышал голос Челси. Летиция выдала лишь удивлённое «э», но девушка продолжала:

— И среди Сателлитов встречаются странные ребята. Среди собратьев, тебя считают дефективным...

Слушая голос Челси, я готовился к «перехвату».

Пока я привыкал к боли, находившаяся в задней части турель открылась. Двигатели малой тяги выравнивали судно, наводя на цель.

Это было проще, чем стрелять из пистолета. Ничто не могло выйти за пределы зрения спутника. Это абсолютная истина.

Развёртывание оружия завершено. Мощность двигателя — максимальная. Частицы ПС, заполнение началось.

Орудие начало заполняться энергией, и до моих ушей начал доноситься пронзительный звук.

Частицы света вокруг танцевали. Они напоминали падающие золотистые снежинки.

— И иногда такие странные типы встречаются... И ради одной общей цели вместе летают в небе. Летиция Рейни, именно это ты сейчас видишь.

Среди снежинок во тьме разносился голос Челси.

Она ответила на вопрос Летиции. Болтливая она, но после того, что будет, от объяснений не сбежать.

Выдвинувшееся с нижней части судна орудие было видно даже из кокпита.

Обычно Манагарм похож на пригнувшегося перед атакой волка, и сейчас он широко открыл свою пасть, чтобы сожрать добычу.

Приготовившийся к атаке Манагарм, его часть смотрела вверх и сияла множеством огней.

Сейчас!

Зарядка частицами ПС — сорок процентов. До полной зарядки ещё далеко.

И всё же противостоять «Землечёту», нацеленному на уничтожение направленных в небо объектов этого хватит...

Став единым с Манагармом, я выпустил накопленную энергию в небо.

«Звездочёт»... Огонь!

Из пушки Манарарма вырвался поток золотистого света и устремился в небеса.

И тут же свет достиг ночного неба. Точно в небе зажглась ещё целая куча звёзд. И всё же суть света — разрушительное пламя... «Око» Сателлитов, уничтожающее людей.

Свет, направленный к звёздам, и свет, упавший на землю.

Взгляд голодного волка, смотрящего на небо, и взгляд злого повелителя, взирающего на землю...

Их свет сошелся, и ночь залило белым.

После чего с неба посыпались бессчётные копья света... Они пронзали чёрное море.

— М...

Летиция вскрикнула, но по судну удара не было.

Лишь возле Манагарма не было разрушительного дождя, он точно находился под зонтом в пустой зоне.

После чего весь мир снова стал ограниченным. Поле зрения ужалось, а звёзды стали такими далёкими, мои глаза были направлены на панель управления.

Похоже прямое подключение к спутнику было разорвано. Сильная боль в сознании растворилась, вернулись ощущения собственного тела.

— Объекты в воздушном пространстве уничтожены, сжатые частицы ПС, направленные на Манагарм, были смещены. Однако наша атака тоже не достигла Осуми, — глядя на меня, докладывала Челси.

— Сойдёт. Когда мы войдём в воды ТПГ, они уже не смогут так нагло себя вести. Вопрос лишь в том, будет ли нас преследовать Сателлит...

Вернув судно в горизонтальное положение, я спустился впритык к воде. И сейчас сверху за нами с осторожностью должен был наблюдать Сателлит.

Если бы ему хотелось подраться, он бы не взирая на высоту попробовал бы нас сбить.

В напряжении я передвигался вдоль водной поверхности. Из-за повреждений я не мог набирать высоту. Сейчас судно находилось в режиме околоводной навигации.

— Следов спуска Осуми не замечено. Уровень частиц ПС низкий. Нет признаков, что он будет продолжать сражение.

— Вот как... Повезло, что он не из вспыльчивых, — я с облегчением вздохнул. В голосе Челси чувствовалось разочарование, но тыкать её в это сил уже не было.

Огни города приближались.

Хотелось думать, что худшее мы пережили. Но чтобы завершить работу, мне надо было разобраться ещё кое с чем.

Я медленно посмотрел на соседнее сиденье, бледная Летиция дрожала.

— То что... Она недавно сказала, правда? Ты и Сателлит... Нет, а кто она... — удивлённым голосом она задавала вопросы, а потом, точно испугавшись собственных слов, замолчала.

— Понимай слова Челси так, как тебе удобно.

— Не отрицаешь, — вздохнув, Летиция, будто обессилев, поникла.

— Сама подумай. Соглашусь я или буду всё отрицать... История всё равно ложью попахивает, верно? — спросил я, и женщина закивала:

— Ну да... Человек и Сателлит... Такое просто невозможно. Этого быть не может. Но этот выстрел...

С сомнением женщина смотрела через лобовое стекло. Огромная пушка, выстрелившая светом в небо, снова была в задней части судна.

Летиция прищурилась точно от яркого света и продолжила:

— Это был выброс сжатых частиц ПС... Нам давно известно, что такое оружие используют Сателлиты. Но люди до сих пор не могут воссоздать эту технологию. Так предполагается... Но всё же чтобы отбить атаку Сателлита, надо обладать таким же оружием.

Она была разработчиком ССМВ, так что у неё хватало информации по атакующим и защитным системам. Хоть женщина и продолжала свой монолог, её глаза были направлены на меня, в поисках разъяснений.

— Ну и что ты решила?

— Если судить реально, то это должна быть новейшая секретная разработка Славика... Разве что так. Но... Но ты сказал «спутник», — говоря, уверенным голосом, Летиция взглянула на Челси.

— ...

Я молчал и слушал её.

— Думаю, ты тоже знаешь, Сателлиты очень похожи на искусственные спутники былых времён. Потому мы используем для их обозначения названия реальных спутников. И один из них... Спутник 9. Этот Сателлит внезапно пропал с неба два года назад. Тогда это было большое событие, — взгляд Летиции становился резче, я же лишь ухмыльнулся:

— Ну да, было дело.

— Тогда мы исследовали и оригинал... Экипажем настоящего спутника были собака и манекен. Собаку звали Чернушка. Не думаю, что это случайность. Всё же вы...

Тут голос женщины ослаб. Она не знала, пересекать ли последнюю черту.

Потому-то я и дал нашей заказчице выбор:

— Если хочешь, я могу рассказать о себе и Челси.

— Правда? — удивленная Летиция уставилась на меня.

— Ага. Но тогда это бремя станет и твоим.

— М...

Я говорил это, глядя женщине в глаза, и она задержала дыхание.

Долгая пауза. Челси тоже не вмешивалась, ждала решения женщины.

Наше путешествие близилось к завершению, и женщина наконец открыла рот:

— Думаю... Не сейчас. Сейчас бы о себе подумать, — грустно улыбнувшись, она совсем поникла и облокотилась на спинку кресла. — Информация очень сильно влияет на человеческую жизнь... Я постоянно думаю, что смогу легко усвоить что-то новое... Но на деле ничему не учусь, — женщина осмеивала себя, и тут Челси успела заговорить раньше меня:

— Не переживай. Способности хозяина к обучению ещё хуже. Он вечно ошибается, когда готовит необходимое количество еды для меня.

— Я это специально делаю. Ты слишком много жрёшь, дворняжка, — с печалью отшутился я, а Летиция рассмеялась:

— Забавная вы пара... Похоже не стоит переживать из-за того, кто вы. Поэтому... Сейчас я не буду ни о чём спрашивать. А когда всё будет сделано... Я спрошу ещё раз. Ваше существование может положить конец доминированию Сателлитов... Возможно вы наш истинный козырь.

— Делай что хочешь. Но это будет рассматриваться как отдельный запрос, — я согласился, но женщина почему-то недовольно посмотрела на меня:

— Опять деньги?

— А как же. Я же говорил, что бесплатно не работаю.

— Вот ты дотошный... Что же такое случилось, что ты стал таким невыносимым? — саркастично сказала Летиция.

— Я беру работу, соответствующую оплате. Как по мне, всё вполне честно.

— Такуро, если не станешь чуть человечнее, к тебе даже никто на помощь не придёт, — удивлённо пробормотала Летиция, наблюдая, как огни города вытесняют свет звёзд.

— Мне это только больше бед принесёт.

— Я-то тебе совет дала... А ты им даже воспользоваться не хочешь.

Видя, как женщина пожала плечами, мне захотелось ей ответить:

— Совет, значит... Тогда, могу и я дать совет, Летиция?

— Что? — на лице женщины появилась тревога.

— Правильный ответ давать не обязательно... Твои секретные данные хранятся в очках?

— Что?! — Летиция вскрикнула и застыла. По реакции всё было понятно.

— Когда Брет присматривал за тобой, сказал. Линзы в очках не настоящие.

— Просто... Эти очки от ультрафиолетового излучения...

— А когда ты проснулась, начала первым делом их искать. Проблем со зрением у тебя нет, так что я сразу всё понял.

— ...

По возражению и молчанию всё было понятно, так что Летиция продолжала сидеть молча.

— А ещё ты их слишком часто поправляешь. Будь осторожна.

— Полезный совет, спасибо, — не смотря на меня, обронила женщина.

Я уже видел синие направляющие огни на причале для ССМВ.

Аккуратно приводнившись, я перешёл на морскую систему навигации.

Скоро работа будет закончена. Мы высадим женщину и станем посторонними.

Главный бой Летиции Рейни скорее всего только начинается, но там мы уже в него вмешаться никак не сможем.

И всё же кое-какой осадок оставался, потому я решил добавить:

— Ты настоящая красотка. Так что если надобности не будет, не носи очки.

— Так себе комплимент. Вкуса у тебя точно нет.

Выдержав паузу, Летиция показательно удивилась, но будто не способная сдержаться, прикрыла лицо рукой.

— Но почему-то от этого у меня лицо загорелось. И так меня снова какой-нибудь мужчина проведёт, — она будто предупреждала себя.

— Twinkle, twinkle, little star.

В кокпите стало слишком неуютно, и Челси снова принялась петь.

И сейчас за неумение прочувствовать атмосферу я был ей чуточку благодарен.

----------

Антракт 1: Обычная жизнь волков

У небесных волков нет семей.

Доставив груз, они обычно начинают искать следующую работу в городе.

И всё же неудобно, когда негде держать личные вещи, потому мы обычно арендуем недорогой склад в порту.

Конечно же место предназначено лишь для хранения вещей, а не для проживания. В дальневосточном районе есть один такой склад.

Можно всё и в ССМВ оставить, а тут створки постоянно открыты, но ветра нет. Помещение в двадцать квадратных метров, где летом всё тепло собирается.

А причина проста. На складе нет окон, так что он не проветривается. И системы кондиционирования конечно же тоже нет, когда настаёт день, то и температура внутри растёт.

— А... Чёрт...

Я поднялся в подвешенном гамаке, не способный выдержать жару. Всё же человек здесь жить не может.

Соседний гамак был пуст, напарница сбежала из этого пекла.

Створки со вчерашнего дня открытые, так что сюда ещё и свет попадает.

Спрыгнув с раскачивающегося гамака, я вытер пот с шеи и вышел на улицу. Солнечный свет отражался на глади воды, влажный ветер обдувал щёки.

Солнце палило, и не было ни намёка на прохладу, обдаваемый жаром, я всё же вздохнул с облегчением.

— Хозяин, опаздываешь.

Принимая солнечную ванну, я услышал как меня зовут. От набережной вдоль фарватера по лестнице спускалась девушка с чёрными ушами и серебряными волосами.

— Если бы спала до обеда, могла бы пропустить завтрак.

Я взглянул на высоко поднимавшееся солнце, когда обратился к Челси. Но она была сурова, её хвост поднялся, а золотистые глаза уставились прямо на меня:

— Мой желудок так не обмануть. Так что с тебя роскошный обед с завтраком.

Она похлопала себя по пустому животу, и я тяжело вздохнул:

— Покормить — покормлю, но на «роскошную» еду не рассчитывай. Ты же понимаешь, что надо экономить, — устало проговорил я и посмотрел на обжитый мной заброшенный склад.

Чтобы ночевать здесь, деньги не нужны. Я мог остановиться в гостинице, неподалёку от порта, но с новой работой пока было глухо, так что тратиться на проживание я не мог... Мне оставалось лишь вести экономную жизнь.

— Сам виноват, что работы нет. Меня это никак не касается. Даже если сам ссохнешься с голода, меня ты должен кормить как следует. Это ли не выражение любви к своей собаке? — серьёзно спросила Челси, а у меня разболелась голова, ход её мыслей неприемлем. Только возражать было бесполезно.

— Так сильно я тебя не люблю. Пошли уже в порт, — закончив разговор, я пошёл.

— Да, еда.

— Вначале запросы проверим, — я поправил Челси и пошёл вдоль потока воды.

Здесь располагались одни склады, так что людей почти не было. Но когда показалось море, начало расти число лавок, торгующих рыбой и закусочных, место становилось оживлённым.

Заведения были в простых одноэтажных зданиях, большая часть была сборной. Перед входами располагались зазывалы, Челси тянуло заглянуть в каждый из магазинов, так что пришлось тянуть её за собой.

Магазин с дешёвыми сладостями тоже был, возле него слонялась целая толпа детишек. Всюду ходили совершенно разные люди, так что мы не выделялись.

Место казалось мне более хаотичным, чем Япония из моих воспоминаний. Так и должно быть. Эта земля не относилась ни к Евразийскому союзу, ни к Западному альянсу, это больше была никакая не Япония.

Суверенитет остался, и то только здесь...

Канал закончился... И мы добрались до порта, где стояли суда, и я посмотрел на туманные тени острова.

Токийский плавающей город. Лишившись земли, Япония стала огромным «судном».

Сейчас я находился здесь. И если спросить, почему я арендовал склад на земле, то просто цены здесь бешеные.

За те же деньги, на суше можно было снять склад в разы дешевле.

Население этого огромного мира сократилось. А логистика базировалась ближе к портам, внутри же страны превратилась в руины, города были заброшены. Потому и границы районов были переделаны.

Хоть это место и называется Токио, но на деле это была прибрежная зона бывшей префектуры Канагава. Государственное и правительственное деление было уничтожено как таковое, так что Токио теперь назывался весь регион Канто.

Г-р...

— Хозяин, есть хочу. Что насчёт морепродуктов?

— ...

Пока Челси тянула меня за рукав, я шёл вперёд и игнорировал её. В порту было много ларьков с едой.

— Жаренная птица так вкусно пахнет. Продавец говорит, что и соус у них отличный. Надо ведь выяснить, правда ли это.

— ...

— Хо-зя-ин.

— Тихо, хватит егозить.

Находившаяся позади Челси, услышав это, поникла.

— Поняла, выбирай быстрее морепродукты или птицу.

Недовольная Челси приблизилась. Я вздохнул и тыкнул ей пальцем в лоб.

— Ничего я не выбираю. Сказал же, вначале проверим запросы. Если будем избегать работу, ничем хорошим нам это не грозит, — сказав это, я направился в союз Воронов.

ТПГ был достаточно небольшим. Место не предназначалось для одних только ССМВ и большой флот сюда тоже войти не мог.

Маленькая комнатка была пропитана табачным дымом, жаловавшаяся позади Челси помрачнела и замолчала.

В грязном офисе бородатый мужчина с газетой в руках курил.

— Воспользуюсь терминалом, — сказал я, и мужчина раздражённо поднял голову и кивнул. Мы были знакомы, так что разговор был простым и коротким.

Я показал лицензию, чтобы подтвердить свою личность, после чего получил доступ к странице Воронов.

Беспроводной связи не было, осталась только проводная.

Чтобы узнать о заданиях, приходилось просматривать страницу союза Воронов. Потому и приходилась идти сюда и проверять.

Вначале я проверил публичные запросы на доске объявлений. Для одиночки было много чего недоступного мне, хотя я проверял задания и со специфичными условиями.

Но как и ожидалось, всё публичное разобрали. Дальше я стал проверять, нет ли запросов лично для Ибы Такуро.

Тут я тоже ни на что особо не надеялся. Меня ведь месяц видно не было. Надежда была призрачной. Однако...

— М?

Рука непроизвольно остановилась.

— Хозяин, что такое?

Челси, не выносившая сигаретного дыма, осталась ждать у входа, но теперь заткнула нос и подошла.

— Радуйся, дворняжка. У нас работа. Однако...

Видя имя отправителя запроса, я нахмурился.

Это имя мне было известно. Для неё я выполнил свою последнюю работу месяц назад... Это была женщина-разработчик ССМВ.

Первой мыслью было то, что она выжила.

Но учитывая её положение, было даже удивительно, что её не убили. Хотя похоже в итоге она добилась своего.

И всё же раз она решила связаться...

Я вспомнил последнее обещание и тяжело вздохнул.

— Недовольное у тебя лицо, хозяин. Может отказаться?..

— Нет, мы не в том положении, чтобы выбирать работу. К тому же платят хорошо. И всё же... Не нравится мне это.

Да, попахивает проблемами... А ещё болью.

Рассказать женщине нашу историю...

— Хозяин, не ленись. Не будешь работать и станешь ленивым, тогда и у меня будут сложности. Продолжай, пожалуйста, обеспечивать меня достаточными порциями морепродуктов, — я положил руку на голову Челси, которая говорила всё это с серьёзным лицом, после чего погладил.

— Я никогда не был настолько добросердечным... Хотя поработать придётся, — с этими словами я принял решение.

Но откуда начать рассказ?

Чтобы рассказать про мои отношения с дворняжкой постороннему человеку так, чтобы он понял, потребуется много слов и времени.

[[image:/storage/reader-images/2469b649e98ca8462aa020c47ddea94839203294.jpg]]

Манагарм

Двадцатиметровое судно, летающее на сверхмалых высотах, которым управляет Такуро. Название берёт начало из мифа о «Волке, поглотившем луну». Является сплавом десятиметрового ССМВ компании Славик «Гарм» и «Спутника 9». По два обычных ПС-двигателя расположены на обоих крыльях. Главный двигатель Сателлита, двигатель спутника, располагается в задней части. При использовании происходит открытие сопел. Вооружение: одно двадцатимиллиметровое орудие, шесть глубинных бомб, одно орудие сжатых частиц Пыли Сателлитов.

----------

Глава 2: Спутниковое Рондо

Две тысячи тридцатый год от рождества Христова, седьмое июля.

В этот день у человечества похитили небо... А я не смог сбежать от дождя из огня и металла.

Сильный удар и боль лишили меня сознания, а когда я очнулся, перед глазами был белый потолок. До моих ушей доносились плачи, крики и гнев...

Я весь был перебинтован, я попробовал сдвинуться, как всё тело пронзила ужасная боль, и я снова замер.

Я вдохнул поглубже, и почувствовал запах дезинфицирующего средства.

Двигая одними глазами, я осмотрелся. Я лежал на кровати, а вокруг были розовые занавески. И всё же я смог понять, что за ними кто-то был.

Вскоре пришла молодая медсестра и проверила, как я.

Похоже я попал под взрыв упавшего лайнера. Острый кусок вонзился в меня сзади, спас только рюкзак на спине.

Неуверенно медсестра сказала, что не смогла связаться с моими родителями. Виновато, она сообщила, что похоже телефоны нигде не работают, как и телевизор с радио, волновые сигналы не проходят, все были в замешательстве.

Но какого-то необъяснимого груза это с моей груди не сняло.

За занавесками я слышал лишь мрачные разговоры.

Кто-то умер. Спасательные работы не продвигаются. Еды не хватает. В городе вспышки насилия, нигде не безопасно. Что в других странах и городах, а также чем занимается правительство, неизвестно, вот, что я услышал от встревоженных голосов.

Еды день ото дня становилось меньше, приходившая проверить меня медсестра становилась всё измождённее.

И вот однажды пришла другая медсестра, сказала, что той стало плохо, она была постарше, и голос у неё был какой-то надменный.

Говорила, что раны у меня не серьёзные, а кровать я получил только потому что ребёнок. Что были те, кого даже в больницу не приняли, так что мне очень повезло. А ещё что я должен быть благодарен многим людям...

Слушая её, мою грудь заполняло нечто необъятное и тяжёлое.

Когда я смог двигаться, то следующим же вечером... Ускользнул из больницы.

Куда идти, я не знал. Просто не мог оставаться на одном месте.

Снаружи была темнота, ни один фонарь не горел. Источником света была лишь больница.

На миг тьма парализовала меня, но я побрёл, полагаясь на далёкий свет звёзд.

Я и сам не заметил, как ноги привели меня к дому.

В прошлом году в той больнице умерла моя бабушка, так что путь домой я помнил. Раньше я добирался на велосипеде, а сейчас этот путь показался очень длинным.

Хотя я не знал, сколько прошло времени.

Ноги задеревенели, спину пронзила боль, я добрался до места, где прожил девять лет.

Но дома там не было. И не только моего дома. От всех домов в округе осталось лишь чёрное пепелище.

Мы жили недалеко от аэропорта, всюду были обломки разбившихся самолётов.

Людей не было. Что случилось с родителями, узнать было не у кого.

Слёз не было. Даже грусти, только шок.

Так я и побрёл назад... Когда солнце взошло, я добрался до больницы.

Но на моей кровати уже спал незнакомый старик.

Понимая, что я сам упустил своё маленькое счастье, я ещё секунд тридцать простоял как вкопанный... После чего молча развернулся.

Я остался совсем один и понял, что лишился места, в которое мог бы вернуться.

— Покинув больницу, я присоединился к банде малолеток. Мы крали, прятались и сбегали... Мы как могли добывали еду.

С тех пор прошло пятнадцать лет... То был две тысячи сорок пятый год, двадцать первое июня.

Я лежал на кушетке, и мне было двадцать четыре года, глядя на вентиляционную вытяжку на потолке, я вспоминал.

— Хм... Неплохая история. Я ожидала услышать более увлекательную историю жизни, но да ладно, — без намёка на сочувствие, женщина перевязывала мне руку, я же был хмур.

Яркие серебряные волосы и золотистые глаза. На ней был белый халат, не способный скрыть очертаний её женственного тела, она обладала симметричной красотой.

Запах духов был сладок, а нежный голос достигал сердца. Только слова были холодными.

— Эй... Джессика. Сама просила рассказать, за что боролась, уж прости, — я зло посмотрел на неё, и женщина, Джессика, приложила руку к лицу и рассмеялась:

— Хи-хи, прости. Но я правда хотела узнать о твоём прошлом. Хотела узнать, почему ты «особенный».

— М...

Она поглаживала рану через бинты, боль отступила. Я снова протестующе посмотрел на неё, а лицо Джессики сделалось довольным:

— Если так не хотел, чтобы я лезла со своим любопытством, не стоило влезать в драку. Что будет, если капитан узнает, ты ведь приступаешь к дежурству на ГС? — женщина улыбалась, и всё же в голосе был оттенок тревоги.

ГС среди ССМВ летали выше всех. То есть при атаке Сателлитов, их сбивали первыми. Они располагались на линии, разграничивающей жизнь и смерть флота... Граничные суда... Или просто ГС.

— Для управления ССМВ никаких препятствий нет.

Лечение подошло к концу, я забрал свою руку и поднялся с кушетки.

Я надел лётную куртку с вышитым стервятником.

Сейчас я относился к флоту «Стервятников», мы отвечали за массовый транзит промышленных товаров. В Южной Америке резко возрос спрос на них, так что они хотели, чтобы всё необходимое доставили хотя бы на секунду быстрее.

Погода была хорошей, работа располагающей. Рана же несерьёзной. Если трогать, то больно, и всё же бинтов было слишком уж много.

— Такуро...

Я проверял состояние раны через одежду, когда сзади меня обняла Джессика.

Ощущая спиной тепло её тела, я сказал:

— Мне пора.

— Ты ведь сегодня вернёшься? — в ответ она задала вопрос. Голос был серьёзным, но лица её я не видел.

— Конечно.

— Правда?

— Ага. Ты же сама говорила. Я «особенный».

Я обернулся. И увидел её влажные глаза.

— Да... Верно. Ты особенный. Что на флоте, что для меня...

Она меня поцеловала.

— Когда вернусь, продолжу рассказ.

— Буду ждать. В этот раз хочу услышать, как ты стал пилотом ССМВ.

Я дал обещание и покинул комнату.

У входа в кабинет судового врача был мужчина, с которым я подрался, и парень, который помогал ему.

Увидев меня, парень недовольно посмотрел на меня сквозь длинные серебряные волосы. Похоже ему пришлось волочить вырубленного мной мужчину аж сюда.

Парень был ещё совсем новичком, звали его Руфус Спенсер. Мы особо не разговаривали... Но хороших чувств он не вызывал.

— Я всё, прости, что занял много времени, веди его к Джессике.

Я мог промолчать, и всё же чувствовал свою вину в том, что прибавил работу Джессике.

— Если тебе правда жаль... То не приближайся к госпоже Джессике, — в голосе парня была враждебность, я нахмурился.

Похоже слова были лишними. Что чувствовал парень, я понимал. По красавице-доктору сохла большая часть экипажа.

Только слушаться его причин у меня не было.

— Не могу. Я уже дал обещание, — пожав плечами, ответил я и ушёл.

Руфус больше ничего не сказал, но я своей спиной чувствовал его взгляд.

Я миновал узкий коридор, заполненный трубами, и вышел в широкий ангар, наполненный человеческими голосами и шумами механизмов.

Здесь располагалось шесть малых ССМВ, разделённые, они были зафиксированы. В промежутках должны расположиться ССМВ, которые сейчас на вылете. Мой сейчас в процессе обслуживания... Я подошёл к своему десятиметровому судну, специализированному как ГС, «Гарму».

— Воняет, — из-под судна раздался недовольный голос. После чего появился крупный мужчина со смуглой кожей.

Это был механик Брет Бруярд. Он присоединился на год раньше меня, и был настоящим мастером, доросшим до начальника. Говорят, раньше он работал в компании Славик, но сам он о своём прошлом не распространялся.

— Грубый ты. От самого-то ещё сильнее несёт.

От него пахло потом и машинным маслом, так что я прикрыл нос, а Брет тыкнул в меня гаечным ключом.

— Здесь этот запах нормальным считается. А вот от тебя сладким ароматом несёт. Опять к Джессике ходил?

— А нельзя? — осматривая Гарм спросил я, и услышал раздражённый голос:

— Я тебе уже столько раз говорил. Не приближайся к этой женщине. Не знаю, как она тебя обольстила, но ты особенный только потому что управляешь ГС.

— Сам знаю.

Я и сам не думал, что Джессика влюбилась в меня. Для неё я скорее объект исследования.

Она хотела знать. Почему я никак не умру.

Поцелуй перед уходом был скорее проклятием.

Она ждала, что я вернусь, но в сердце считала, что в этот раз я должен умереть. Именно эти чувства можно было разглядеть в её взгляде.

Она хотела успокоиться. Шансы моего возвращения смещались.

— Раз понимаешь, то приди уже в себя. Это повод сделать тебя пилотом ГС на полную ставку. Она стелилась и перед тем, кто был до тебя, и перед его предшественником... Они сами не поняли, как отправились на тот свет.

— А я ещё жив.

Я слышал этот совет уже много раз, потому дал короткий ответ.

Я не питал иллюзий в отношении этой женщины, так что и глаза мне ни на что открывать было не надо.

Какой бы ни была причина, она меня ценит. Для неё я важен.

И это меня устраивало. Я... Мог быть удовлетворён.

Потому я больше не хотел говорить и лишь злобно уставился на Брета.

Обычно на этом бы всё закончилось. Бормоча, он отступал. Но почему-то в этот раз мужчина был настойчив:

— Да, пока. Так... Ты в курсе? На других судах пилоты ГС сменные. Постоянно эту обязанность ни за кем не закрепляют. Просто никто не знает, когда Сателлит будет не в духе. И в этот момент удача оставляет пилота ГС. Но когда занимаешься этим постоянно — совсем другая история. Рано или поздно ты умрёшь. Ты будешь летать, пока удача не отвернётся.

— Эй, я ещё здесь... И хватит жаловаться на правила. Положение себе подпортишь, — я проверял только отремонтированное шасси и упрекнул горячившегося Брета.

— Хм, знаю. И больше не могу терпеть правила этого судна. А потому перед уходом скажу всё, что думаю.

— Уходом?

Его слова заставили меня удивиться, я уставился в лицо мужчины.

— Да, это моя последняя работа. И всё же ты отреагировал лучше, чем я ожидал. Что, скучать будешь? — спросил Брет ухмыляясь.

— Будет куча хлопот, когда придётся Гарма кому-то передавать... Да и только. Выпить будет не с кем, так что буду вести правильную жизнь, — пожав плечами, спокойно ответил я, а он насупился:

— Хм, ничего в тебе милого. А по поводу выпивки, похоже и мне тут слова благодарности говорить надо? Всё же это ты никогда не отказывался, когда я поддатый выпить предлагал, — и всё же в глазах говорившего Брета была серьёзность. — Так... Ты слишком привык убегать от плохой жизни. Я просто хочу сказать, чтобы ты немного подумал о себе.

— Я думаю. Ради себя и берусь за работу, — я качнул головой, а Брет саркастично усмехнулся:

— Ха... Ради себя, значит? Ты неплохо зарабатываешь, и лезешь во все тяжкие ради симпатичной врачихи и вкусной еды... Вроде твоя жизнь полна. Но поэтому ты и не замечаешь. Не думаешь. Вот она, цена твоей жизни. Ты живым себя в гроб загоняешь. Понимаешь? Выхлопа ноль. Ты ничего не получил.

Манера речи Брета стала грубой, он с близкого расстояния сверлил меня взглядом.

Ничего не получил.

Эти слова всколыхнули моё сердце.

— Как ты хочешь жить? Чего ты хочешь? Вспомни, и тогда поймёшь, что здесь у тебя будущего нет.

Его тёмно-карие глаза сияли искренностью, а голос был полон эмоций, чем мужчина подавлял меня.

Атмосфера была не такой лёгкой, как обычно.

Ву-у-у!..

И тут в ангаре раздался шум сирены.

— Брет, время вылета.

Я отвернулся и прикоснулся к Гарму.

— Эй, Так.

— Я понял, что ты хотел сказать. И постараюсь не спустить твой совет в унитаз, — не оборачиваясь, сказал я. На этом судне лишь его я мог назвать другом... Так говорило мне сердце. Как мог, я принял его слова, это было моим прощальным подарком для него.

— Вот как. Тогда для начала вернись живым. И за судно не переживай. Я его как следует подготовил. Дальше всё от твоих навыков и удачи зависит.

— Ага.

В ответ на прощальные слова я махнул рукой и залез в одноместный кокпит.

Судно, несущее меня ближе всего к смерти безмолвно встретило меня.

Сев в Гарм, я взлетел с авианосца «Стервятников», после чего начал набирать высоту и перешёл с надводной навигации в режим полёта на малой высоте.

Выше тридцати трёх футов предупредительная зона, обязательная высота для пилотов ГС. Вероятность была малой, и всё же даже на этой высоте, неизвестно, что может взбрести Сателлитам.

На этом корабле пилотом ГС был только я. То есть, если я не взлечу, не взлетит никто, и не успеет к назначенному времени.

Всё зависит от меня. Потому в основном отношение ко мне было тёплым, а люди вроде капитана и Джессики меня ценили.

Я... Стал тем, кого ценят.

Моя детская мечта должна была сбыться.

Но слова Брета засели в моей голове.

Я где-то ошибся? Меня всё устраивало, но в руках у меня не было ничего.

И тут краем глаза я заметил мигающий световой сигнал и прервал поток мыслей. Похоже я поднялся слишком высоко.

Высота сто пятьдесят футов.

Посматривая на высотомер, я огляделся. Мой Гарм был выше всех, и я мог видеть, как из большого ССМВ, игравшего роль авианосца, показались четыре малых судна.

Кроме моих товарищей там больше никого не было.

Но если посмотреть вверх, то на высоте, недостижимой для людей, была белая фигура.

Тех, кто приближался к небесам, сбивали загадочные создания, своим светом, названным «Землечёт»... Сателлиты.

Даже если не выходишь за вторую линию, это не значит, что на тебя не начнётся охота.

От такого волосы на затылке дыбом вставали.

Возможно это лишь моё воображение, но когда я был в небе, всегда ощущал взгляд.

Мне казалось, что Сателлит смотрит на меня. И чем выше я был, тем резче был взгляд, кожа покрылась мурашками.

Этот взгляд проникнет в моё сердце, и свет поразит судно.

Основания не было, но эта тревога была всегда.

Брет говорил, я и сам понимал, что когда-нибудь удача покинет меня.

Такова судьба пилота ГС.

Мы до сих пор не знали, почему Сателлиты сбивают до пересечения второй черты, но обычно первыми попадали те, кто были выше всех. Остальные же не поднимались и говорили о том, что иногда у Сателлита просто дурное настроение.

Ниже всех летал авианосец, вероятность, что собьют его была самой низкой. Если груз будет утерян, без еды останутся все.

Жертвой станет лишь поднявшийся выше всех.

Тут ничего не поделаешь. «Ценность моего существования» несёт определённые риски. Если сел в ССМВ, будь готов вертеться рядом со смертью.

Слова Брета заставили меня немного колебаться, но я по своей воле рисковал жизнью ради того, что хотел.

Это мой путь, и не думаю, что я ошибся.

Просто...

Это была цена приобретения моей жизни.

Чувствуя взгляд с неба, я осмеивал самого себя.

Осмотревшись вокруг, я проверил высотомер, УНУМ и датчик температуры масла.

Привычная работа делалась на автомате, мой разум был зациклен на себе.

В детстве я лишился семьи и остался один... Возможно я даже жить не хотел. Но и смерти себе не желал.

И не понимал, для чего живу.

Не было тех, кто бы радовался тому, что я жив. И возможно моя жизнь мешала кому-то другому.

Я понимал, что воровал и отбирал предназначенную кому-то еду, увеличивая ненависть.

Моё желание выжить некому было похвалить. Моё существование не несло ничего хорошего, в нём не было ничего значимого, я перестал обращать внимание на опасность.

В этой жизни ничего хорошего.

Я продавал себя по дешёвке и мотался туда-сюда. Умирать не хотелось, но я сам лез на рожон.

И в этот момент мне вспомнились слова одного пилота.

«Потому что, летая в небе, я становлюсь самым значимым человеком в мире».

Его слова стали ударом для меня. Хоть я уже давно и смирился с тем, что ничего не стою. Но может в этот раз у меня получится заполучить это. Я хотел обрести ценность... Сильно желал этого.

И в итоге... Вот где я.

Пилот ГС Иба Такуро.

Если оглянуться назад, то всё верно.

Я шёл по пути, по которому хотел. Я чувствовал вину перед Бретом, но другую жизнь я просто не мог вести.

Просто не мог достичь этого.

Я не мог стать таким же «особенным», как и он.

Для капитана и возможно для Джессики я был свежим постоянным пилотом ГС.

Но когда умру, меня тут же заменят. Обо мне все забудут. Никто особо не думает становиться пилотом ГС...

И лишь этого смог добиться я. Грустно. Грустно, и всё же... Оставалось лишь принять это и смириться.

Я долго думал, и пришёл лишь к одному выводу, когда краем зрения заметил нечто неприятное.

На десять часов... Я следил за белым горизонтом.

Мне на глаза попалась маленькая чёрная точка, после чего я подал световой сигнал.

«Три неопознанных ССМВ. Десять часов».

Из-за Пыли Сателлитов беспроводная связь и радио не работали. Беспилотных ССМВ не было, потому что удалённое управление было невозможно. Передача сообщений происходила посредством передачи сигналов.

С авианосца тут же пришёл ответ.

«Приготовиться к бою. Атакуй после подачи сигнала».

Правильное решение. Приближающиеся вполне могу оказаться преступниками, нацеленными на груз.

Я передал сигнал неизвестным судам: «Если приблизитесь, атакуем». Но ответа не последовало, они продолжали приближаться.

Это точно были враги. Хоть ситуация и была напряжённой, но напряжение почему-то немного поубавилось.

Куда проще иметь дело с людьми, чем ждать, когда выстрелит «Землечёт» Сателлита.

Это было обычным делом. Если будет продемонстрирована разница в силе, всё тут же закончится.

Я столько времени был пилотом ГС не только из-за своей удачи.

Я ни разу не проиграл в бою против ССМВ.

Высота сто сорок футов. Проверил уровень топлива. На сражение хватит.

Из кокпита было видно изумрудно-зеленое море и лазурное небо. И постепенно увеличивающиеся три чёрные точки. На их самолётах отражались яркие солнечные лучи.

Расстояние два-три километра. Между нами около десяти секунд.

Ту-дум, ту-дум...

Я ощутил биение своего сердца.

Меня охватило волнение, тело горело... А разум оставался холодным.

Оторвавшись от сверлящего меня своим взглядом Сателлита, я смотрел лишь на приближающиеся цели.

Позади раздавался шум, прямо под Гармом... На море оставались белые следы. Это были торпеды, выпущенные с авианосца.

Они постепенно снижались и вот уже оказались под водой. Находясь в прозрачной воде, они прекрасно видели чёрные тени вражеских машин. Словно следуя за ними, Гарм ускорился.

Пока мощность двигателей нарастала, я поместил палец на гашетку орудия.

Торпеды не достанут летающие ССМВ. Надо было подрывать их вовремя.

На маршруте Гарма... Прямо перед вражеским судном поднялся столб воды.

Всплеск для ССМВ в режиме полёта несёт серьёзную угрозу.

Я видел, как один из самолётов, не успев уклониться, врезался в стену из воды, он тут же потерял скорость и начал снижаться. Попадая под воду, в ПС-двигателе происходит падение мощности. Дальше с ним могут расправиться мои товарищи.

На таком расстоянии противника можно было опознать.

Округлый нос и объёмистые крылья. Полная противоположность острому как бритва Гарму.

Это... Малые ССМВ Астики, Нанаватор II. Дешёвая и используемая для пиратства машина.

Одно судно ушло влево, ещё одно пошло прямо. Два вражеских ствола под основными крыльями смотрели прямо на меня.

Я ощутил на себе «взгляд» вражеского пилота. В нём перемешались желание атаковать, желание убить.

Кто-то посчитал бы, что это уже из категории мистики, но я верил своим предчувствиям. Когда воровал, когда убегал, когда сражался, с детских лет я уклонялся от этого «взгляда». Так и смог выжить.

Я ушёл направо. За лобовым стеклом был враг и кучевые облака.

Краем глаза я заметил, как из орудий врага вырывается огонь. Непрерывно грохотал звук выстрелов.

Бессчётные пули летели в соответствии со «взглядом».

Только на их пути меня уже не было. И это тоже входило в прогноз.

Разворачивая машину на девяносто градусов, я вернулся на старый маршрут.

Вертикальный мир рассекал горизонт, облака точно падали. И в этом пейзаже я захватил вражеское судно.

Смотря на него через прицел, я нажал на гашетку.

Та-та-та-та-та... Тяжёлый звук раздался в барабанных перепонках.

Вырывавшиеся из орудия патроны вырисовывали свою траекторию в небе, напоминая кнут.

Попадание в основное крыло.

Видя, как тот падает, покрытый дымом и огнём, я потерял к нему интерес и сосредоточился на последнем.

После очередного всплеска я резко развернулся. Приблизившись в упор к воде, я снова начал подниматься. И следил за действиями противника.

Враг проделал тот же манёвр. Понимая, что атаковать авианосец бесполезно, он решил оставить это воздушное пространство.

Но на его пути был я. Если схватить пирата и передать в штаб Воронов, можно получить неплохую награду. Так что упускать его я не собирался.

Перед Гармом был округлый Нанаватор II.

Я чувствовал, как наши «взгляды» встретились.

Я пошёл вверх, к границе предупредительной зоны.

Море стало чуточку дальше. Позади врага был авианосец и другие суда.

Высота сто девяносто четыре фута. Враг тоже набирал высоту. Похоже он принял решение.

Ту-дум, ту-дум...

Ритм оставался неизменным.

Всё будет хорошо. Я оставался спокоен. Проигрывать я не намерен.

Сознание было на пределе, я ждал, когда мы пересечёмся.

Но когда я уже был готов нажать на гашетку... Мир накрыла тень.

Озноб прошиб всё моё тело.

Я ощутил «взгляд» с неба, за которым не наблюдал. С невероятной остротой он взирал на меня.

Я задержал дыхание. Похоже невезение добралось и до меня, я остановил поток мыслей.

И всё же... Тело продолжало двигаться само по себе.

Я вжал штурвал, запустил малую тягу и, наплевав на баланс судна, резко сменил траекторию.

В следующий момент всё перед глазами залил обжигающий свет.

За лобовым стеклом всё окрасилось белым, в кокпите всё заполнилось плотными тенями.

Жарко...

Кожей я ощущал жар огня, всё тело покрылось потом.

«Землечёт»... Свет, сбивший немало судов, и сейчас он... Был прямо передо мной.

И всё же меня он не коснулся. Пройдя рядом, свет попал в море.

Мне самому не доводилось слышать, чтобы кто-то смог вот так уйти от атаки Сателлита. Случайность это или чудо, у меня получилось.

Я покрылся гусиной кожей. Сейчас было не до радостей от того, что я смог избежать смерти, я чувствовал как «взгляд» ещё пристальнее смотрел на меня, отчего начал дрожать.

Я посмотрел в небо и забыл, как дышать.

Там я увидел чёрный силуэт в солнечных лучах.

Странные контуры, объединяющие в себе сферу и цилиндр. Из него торчало что-то вроде антенны.

Невероятно. Никто ещё не мог вот так разглядеть Сателлит.

То есть... Чтобы это стало возможным... Сателлит спустился?

Понимая это, я снова вернул себе управление почти вышедшей из под контроля машины и, чуть ли не падая, стал снижаться.

Я был около воды. Мой противник тоже спустился и начал манёвр уклонения.

Уж в безопасной зоне он меня преследовать не будет. Именно этим я руководствовался... Но «взгляд» стал смотреть на меня лишь упорнее.

Я посмотрел вверх ещё раз, Сателлит становился лишь больше. Ситуация никак не вписывалась в реальные рамки.

Его контуры стали искажаться.

Раньше он напоминал старый искусственный спутник, а теперь принимал форму ССМВ...

Появился острый нос, справа и слева начали разворачиваться большие крылья. Антенна тоже растягивалась, видоизменяясь в орудие большого калибра.

— Да что происходит?!

Я начал паниковать. Таких случаев ещё не было. И что будет дальше, я не представлял.

Но одно было ясно, на меня до сих пор смотрят.

Сателлит пришёл в движение.

Солнечный свет вновь ударил по сетчатке, и я упустил из поля зрения Сателлит.

Расположившись около воды, я искал. И нашёл. За врагом... Прямо позади Нанаватора II.

Он почти ничем не отличатся от ССМВ. Только размер был немного другой. Двадцатиметровый, как средние суда. А так не отличался от малых судов, но был очень манёвренным.

Пилот Нанаватора II тоже паниковал. Как мог пытался стряхнуть с себя Сателлит. Но тот никак не отставал.

Будто издевался над Нанаватором II... Играл с ним.

После чего Сателлиту будто надоело, на его нижней части выдвинулось орудие и стало целиться в Нанаватор II.

Вспышка света.

Обычно свет, спускавшийся с неба на землю, по горизонтали пробил правое крыло Нанаватора II.

Не замедляясь, малое ССМВ врезалось в морскую гладь и пошло ко дну.

Я смотрел на Сателлит, напоминавший ССМВ, и понимал. Теперь моя очередь.

Я присмотрелся. И увидел спины товарищей.

Поняв всю странность ситуации, мой флот решил сбежать. Авианосец тоже отдалялся от меня.

Помощи ждать не приходилось, да и толку от них.

Я должен стать жертвой ради спасения товарищей. Именно это обязанность пилота ГС.

Я не собирался винить капитана или остальных. Всё же этот путь я выбрал сам.

Будет ли плакать Джессика? Или же успокоится, поняв, что я не особенный? Ну, в любом случае скоро она меня забудет. Может и грустно, но никто никому не должен.

Сожалел я только о том, что в итоге профукал совет Брета.

Благодаря ему я начал думать, чего на самом деле хочу. Пусть я не думаю, что стал бы менять образ жизни, но хоть поблагодарить его хотелось.

В итоге только для него я был не пилотом ГС, а просто другом, «Ибой Такуро», и только за это он меня ценил.

Эй, Брет... Я хотел стать каким-то «особенным».

В душе я обращался к другу.

Эти слова не дойдут до него. Они бессмысленны.

Слишком уж неопределённо? Ну да. Я ведь и сам не понимаю этого.

Не понимаю, чего хочу, и мне нечего заполучить. Не хотелось быть просто шестернёй, хотелось быть незаменимым для мира или хотя бы для кого-то, именно об этом я думал, когда был мальчишкой.

Но всё же, Брет... Только в такие моменты я могу достичь этого.

Держась за штурвал, я смотрел на подходящий сзади Сателлит.

Да, я выискивал тот самый последний шанс.

Я стану тем самым первый человеком, который не сбежит от Сателлита, а даст бой. Доказательство моей жизни будет высечено здесь.

Ничего не стоящая жизнь, в которой ничего нет, и всё же... Если всё это вело к одному лишь этому моменту, то это не так уж и плохо.

Приняв решение, я понял, что вспотел.

Я отбросил ненужные эмоции, все мои чувства были направлены на «взгляд» Сателлита. Вижу. А он меня.

Уклоняясь, я зашёл ему за спину, но Сателлит был подавляюще быстр. Я пытался его сбросить, но он не отставал.

Приближается.

Я резко подался вверх. И видел как там, где я был, прошёлся свет, сам же поднимался вверх.

Из ССМВ видно два цвета: моря и небес. И оба голубые.

Но сейчас передо мной был голубой цвет неба.

Сейчас этим небом никто не управлял. Всесильный Сателлит снизошёл до людей и теперь следовал за мной. Так что больше было незачем переживать из-за высоты.

Я прошёл через предупредительную зону. Это предельное воздушное пространство, мир, где ждала лишь смерть.

Но свет, желающий обратить меня в ничто лился не с небес, он поднимался снизу.

— М...

Вертикальный подъём сменился на полёт на спине. После чего я описал дугу и зашёл преследующему меня Сателлиту сзади.

Поймав врага в прицеле, я нажал на гашетку.

Но когда из орудия вырвалось пламя, он уже ушёл с линии обстрела.

Он просто игнорировал всякую инерцию. Пусть у него была форма ССМВ, и всё же это было непостижимое для меня существо.

Он исчез из поля моего зрения.

Хотя враг не уходил в мёртвую зону. Горящий взгляд был направлен на меня.

Его полный огня взгляд пронизывал в меня. Признак атаки.

Я ушёл влево. Свет появился после, осветил пустое небо.

Проследив за потоком света, я увидел Сателлит. Для такого мощного обстрела нужен был точный контроль над машиной. Враг не мог продолжать действовать также безумно...

То же относилось и ко мне, и всё же я зажал гашетку.

Пули из ствола были направлены в море, но несколько моих выстрелов угодили в броню Сателлита.

Были маленькие всполохи огня, но пробить я его не смог. Всё же безумием было идти против него с одной пушкой.

Но я оставил свой след.

Я первый человек, который смог попасть в Сателлита.

Да, только я. Я один.

Сердце трепетало. Лицо успело искривиться в улыбке. Я сам удивился, какой моя улыбка была звериной.

Вот с такой улыбкой я летаю? Были ли у меня до этого такие же потрясающие моменты?

Не было. Потому я и не был удовлетворён. Потому скучал. Потому мне всё приелось.

— Р-а-а-а-а-а! — я ревел и жал на гашетку.

Не заботясь о высоте, я летал в небе и избегал вспышек света.

Чувство удовлетворения. Сердце ликовало. Весело, весело, весело...

И это были не только мои эмоции.

Я ощущал «взгляд» Сателлита. Сейчас неизвестное судно смотрело на меня иначе.

Взгляд был острым и пылающим, и всё же жажды убийства не было.

Он тоже наслаждался.

Я уверился в этом, заглянув в кокпит Сателлита. Выглядел он как ССМВ, но внутри никого не было. И всё же я ощущал его волю. Он позволял мне ощутить свой огонь.

— Я и тебя... Покрошу, — пробормотал я, испытывая суровые перегрузки.

С чудовищем вроде тебя из людей поиграть могу лишь я. Такого момента больше не будет.

Поняв это, Сателлит испытал разочарование? Печаль?

Хотя это и не важно. Главное, он понял, что я особенный.

Я проверил уровень топлива. Всего ничего осталось.

Хотелось продолжать это вечно, но всё было почти кончено.

Пока мы тут устроили собачьи бои, флот уже скрылся. Только вдалеке можно было увидеть маленький остров.

Голубое море и синее небо, и где-то между ними я танцевал с Сателлитом... И тут мне стало любопытно.

Я посмотрел на монитор навигатора. В него должна была попасть информация по траектории движения Сателлита. Там же должно быть и его название.

Хотелось проверить напоследок.

Узнать имя того, кто повеселил... И в итоге убил меня.

— Спутник 9... — прочитал я название.

И одновременно я понял, что топлива не осталось.

Двигатель терял мощность, я терял скорость. От следующей атаки мне не уйти.

Цель была на три часа. Сателлит шёл на меня, под ним было выставлено огромное орудие, нацеленное на меня.

— Спасибо, — с губ у меня сорвались слова благодарности.

Брет, в итоге меня настигла не неудача, а везение.

Я не собирался закрывать глаза до самого конца и смотреть на поток света, который уничтожит меня.

Но в этот момент сверху на меня был направлен взгляд.

Холодный и беспощадный.

Я посмотрел вверх, и свет пронзил находившийся рядом Сателлит... Спутник 9.

Ошарашенный я посмотрел на экран, название сменилось.

За текущие координаты отвечал ещё один Сателлит. Кодовое имя Авангард.

Я проверил название Сателлита, следившего за этим воздушным пространством. Оно изменилось, в эту область пришёл другой Сателлит.

И всё же почему один Сателлит атаковал другой?

Я не мог понять ситуации, а между чем число пронизывающий меня взглядов становилось больше.

— Я всё равно собирался тебе проиграть, — пробормотал я, направляя ГС к горящему Спутнику 9, а сам прикрывал глаза от бликов света, сыпавшихся с небес.

В-ш-ш-ш-ш.

Я слышал шум волн.

Это был не звук бьющихся о набережную волн, а прибывающих к песчаному пляжу.

Во рту был солёный привкус.

Я вдохнул, и горло обожгло.

Щекой я чувствовал песок. Я приоткрыл глаза и увидел небо, окрашенное в алый.

Похоже я лежал на спине на каком-то пляже. Руки-ноги на месте, так что стало легче, но стоило вспомнить, что произошло перед тем, как я потерял сознание, меня окутало неприятно чувство.

— Спасся?..

От морской воды горло обжигало, голос был хриплым.

Поверить не могу. Свет попал в меня, а я всё ещё жив.

Ещё и каким-то чудом меня вынесло на остров? Что это за чудо такое?

Причина, по которой я был жив... Мне нужны были доказательства того, что я жив, так что я начал вертеть головой.

Справа продолжался песчаный пляж. На пляже находились металлические обломки. Скорее всего обломки судна, упавшие со мной.

Дальше я развернулся влево... И начал осматриваться.

Здоровенный обломок... Часть Гарма, один лишь кокпит обмывался белыми волнами. А ещё серебряная сфера, отражавшаяся в лучах заходящегося солнца.

Видя, во что превратилась моя любимая машина, я был шокирован, но продолжал смотреть на сферу.

И тут до меня дошло.

На сфере было несколько выступов, напоминающих антенны. Это был Спутник 9, спустившийся с неба, и принявший форму ССМВ.

— Обломок... Сателлита?

Не веря в это, я опёрся на песок и поднялся.

Сместив точку зрения, я заметил ещё кое-что. Сфера и кокпит переплавились вместе и теперь были неразделимы. Я заглянул: в кокпите Гарма осталось сидение, значит система аварийного катапультирования не сработала.

Должно быть я вывалился из него, так и оказался там, где был. Ремень безопасности чем-то перерезало, я видел как он свисал.

Я не мог себе представить, что же произошло.

Но если сфера и правда часть Сателлита, то это величайшее открытие в истории. И я теперь точно самый особенный из людей.

Ну, это если кто-то сюда придёт...

Мне самому стало смешно, и я осмотрелся.

Возле пляжа были тропические джунгли.

Возвышенностей не было, остров был небольшим. Должно быть его я видел, когда сражался с Сателлитом.

Уже наступил закат, так что после сражения прошло два-три часа. Если меня ищут, то флот может быть неподалёку... Но в море не было следов ни флота, ни ССМВ.

— Ну да, — понимая, я ухмыльнулся. Когда Гарм стал целью Сателлита, я для них умер.

Граничные суда... Пилотов ГС просто выбрасывают. Повторному использованию мы не подлежим.

Никто не думал, что я мог выжить. И Брет с Джессикой наверняка думали так же. Даже я сам всё ещё сомневался.

Я сам не до конца верил, в том ли ещё мире.

Я вдохнул поглубже и посмотрел на ноги. На песке была длинная тень.

— М?..

Я проследил за ней и понял. Эта была тень из-за серебряной сферы... Из-за Сателлита.

От него одни обломки остались, или может...

— Есть... Кто?

Стоило позвать, и тень пропала.

— М...

Дыхание перехватило, а тело напряглось. Там точно что-то есть. Хотя похоже тень была не такой уж и большой. Может местная живность?

Не спеша я приближался к сфере и заглянул за неё. Она была на голову выше меня. Если учитывать то, что она была погружена в песок, то в ней было около двух с половиной метров. Поверхность зеркальная, я видел в ней своё искривлённое отражение.

Песок хрустел под ногами, так что осталось смириться, что тихо подойти не выйдет.

Задержав дыхание, я посмотрел. За сферой ничего не было. Но с другой стороны была огромная дыра. Внутри было темно, так что ничего разглядеть не вышло.

Я отступил, а потом направился к дыре.

И почувствовал «взгляд». Во тьме дыры что-то смотрело на меня.

И это ощущение.

Горячее с жаждой убийства. Очень сильное, не похоже на волю человека.

Неужели там кто-то из Сателлита...

Тьма зашевелилась. И из дыры что-то выбралось.

Думая, стоит ли вообще встречаться с этим существом, я задрожал. Я готов был податься вперёд, весь в нетерпении.

Даже если я думал о побеге, отвести глаза я не мог, я смотрел прямо на «это».

Из тьмы показалось что-то чёрное и длинное. Оно наступило на влажный песок и взвизгнуло. После чего тьма точно растворилась, и чёрная масса обрела форму...

— А?.. — я не смог сдержать удивлённый голос. Всё же из дыры показалась собака.

Чёрная собака с немного даже милыми большими глазами. С виду, как ни посмотри, и правда самая обычная собака.

И всё же она смотрела прямо на меня. Ничего не поменялось... Это был «взгляд» Сателлита.

Я испытал разочарование, хотя избавиться от напряжения не смог.

Мы смотрели друг на друга, а время шло. Солнце садилось, придавая теням причудливые формы.

Я расположился в двух метрах, и собака тоже не приближалась.

На шее собаки был ошейник, так что она не была обитателем острова.

— Эй, — понимая, что это глупо, я обратился к собаке.

Её правое ухо дёрнулось.

Я почувствовал, что «взгляд» изменился. Изменения были слабыми, так чувства собаки я понять не мог.

И всё же чувства враждебности и желания убить стало меньше.

Чтобы выбраться из этого тупика, я сжал волю в кулак и спросил:

— Неужели ты... Была внутри Сателлита.

Собака склонила голову.

Ответить ей явно было сложно, а ещё я не знал, понимает ли она меня. Всё же кем бы она ни была, собаки людям не отвечают.

Хотя, если подумать, то какая разница.

— Если ты Сателлит, то я без Гарма всё равно ничего не могу. Ни сбежать, ни повеселиться с тобой в небе. Так что делай что хочешь, — вздохнув, обессиленно проговорил я. — А если ты просто собака... Сочувствую. Мы двое неудачников, оказавшихся на необитаемом острове.

Пожав плечами, я уселся на песок.

У меня даже сражаться сил не осталось. Я ничего не смогу изменить в нынешнем положении, потому просто ждал реакции собаки.

Точно подражая мне, она села. Похоже сражаться она не намерена.

Я видел, как вилял её хвост, настроение явно не плохое.

По взгляду было видно, что она точно чего-то ожидает, так что мне стало неуютно. Будто проще было бы, если бы она хотела напасть.

Мне было сложно не обращать внимания на чужие ожидания. Я ждал, когда будет то, «что могу только я», потому ощущал, когда кто-то что-то хотел.

Если отвечу, то стану особенным? Ведь только я могу ей помочь?..

Мечтая, я снова совершал старую ошибку. Хотелось прекратить, но вырабатываемые долгие годы привычки быстро не исчезают.

Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Я обратился в душе к животному, не способному разговаривать, когда у меня в животе заурчало, и на этот звук отреагировала собака, её уши дёрнулись.

Еда?

Я понял, что проголодался, залез в карман куртки и достал рацион. Невкусный, даже прикасаться к нему не хотелось. Будь я со своим флотом, даже не прикоснулся бы.

— ...

Чувствуя взгляд собаки, я разорвал упаковку и отломил кусок батончика.

— Есть будешь?

Я протянул небольшой кусок, собака поднялась и подошла ко мне. Она обнюхала еду, но есть не стала.

Подумав, что она не голодна, я сам съел этот кусочек. Всё же вкус ужасный, но хотя бы это еда. Если подумать, ни к чему ей с собакой делиться.

Видя, как я ем, собака поднялась и схватила рацион.

— Эй?!

Не желая отдавать всё, я потянулся к собаке... Но рацион был уже у неё в пасти.

Покусанный и в слюнях, возвращать его уже не хотелось.

Всё же она проголодалась, теперь собака слизывала куски рациона, упавшие на песок, после того, как еда была перекушена, постукивая передней лапой, она ела.

Это больше напоминало не столько приём пищи, сколько какую-то игру. И доказывало это то, что хвост собаки ходил, как помело.

Вот так съев всё, собака слизала крошки с передней лапы и снова уставилась на меня.

Теперь в её «взгляде» я чувствовал ещё более глубокое ожидание.

Пусть это был простой рацион, отдавать его полностью я не собирался. Мне ещё выжить надо...

М? Выжить?

Я и сам не заметил, как осознал себя живым.

Было не «не хочу умирать»... А «хочу жить». Может у других это вполне привычное желание, но я уже давно позабыл о нём.

Я вспомнил, как в детстве ждал дня, когда отправлюсь с семьёй в парк аттракционов. И я тогда буквально молился, что до этого дня я ни в коем случае не умру.

Но этот мир сгорел в дожде из огня и железа... Я остался один и совершенно перестал уповать на будущее.

Это и стало одной из причин, почему я стал пилотом ГС. Я не хотел умирать, но при этом ничего не ожидал от будущего.

Но сейчас всё было иначе.

Что именно, думал я.

Дело было в том, что когда я вернусь, все будут превозносить меня за то, что я первым сразился с Сателлитом?

Если я привезу обломки Сателлита, мне достанется не только слава, но и большие деньги.

Но... Сколько бы я ни думал об этом, сердце оставалось спокойным.

Бой со Спутником 9 так взволновал меня, но не из-за того, что я смогу оставить своё имя в истории. Я выкинул эти мысли из головы.

Я посмотрел на серебряную сферу позади чёрной собаки.

Сателлит тоже наслаждался нашим сражением.

В тот момент я точно был особенным. Для Спутника 9 моё существование было доказательством жизни. Так что...

— Прости, всё я тебе скормить не могу, — я грустно улыбнулся желавшей еды собаке и поднялся.

Солнце скрывалось за горизонтом, небо из алого перекрашивалось в цвет индиго, начали появляться звёзды.

— Хотя я и говорю тебе это, ты всё равно не понимаешь... Я хотел сражаться с ним до конца.

Я приблизился к дыре в сфере и прикоснулся к поверхности.

Я ожидал холод металла, но он был слегка тёплым. Точно живой.

От места, к которому я прикоснулся, расходилась пульсация, передаваемая всему телу.

Находившаяся рядом собака смотрела на меня. Вначале я думал, не была ли она в Сателлите, но похоже это просто животное.

Потому вряд ли она понимает мои слова, но чтобы собраться, мне надо было озвучить свои мысли.

— Я оставил в нём свой след... Думал, что так и умереть не жалко. Но я выжил, а от него остались одни обломки.

Спустился с неба, принял форму ССМВ и устроил потасовку.

Мне такого ещё никогда слышать не доводилось. Наверняка второго такого Сателлита больше нет. Да... Он был особенным. Потому я и хотел изо всех сил показать ему, что и сам такой же.

— Ну, значит победа за мной. Не завидую я ему, всё же товарищи сбили. И всё же у меня от этого несварение. Просто бесит.

Прищурившись, я посмотрел в небо.

— Вмешавшийся в «наше» сражение Сателлит... Авангард. Если хоть раз в него не пальну, не успокоюсь, — я бесстрашно улыбался, когда говорил это, тогда всё и решил для себя.

Это было не желание отомстить. Я снова хотел испытать возбуждение от сражение с Сателлитом.

Я не думал умереть здесь... Я должен выжить.

В груди было желание действовать. Хотя я мог лишь барахтаться на земле. Спасут меня или нет — дело удачи.

— Гав!

Собака точно согласилась со мной. Я посмотрел на неё, и понял, что глядит она не на меня, а на джунгли.

Когда я посмотрел в ту же сторону, то услышал сухой звук, и песок под ногами разлетелся.

Я отпрыгнул и укрылся за обломками Гарма. Заодно и собаку притянул. На броне появлялись искры и разносился высокий режущий звук.

— Выстрелы?

Удивлённый, я смотрел на джунгли.

Когда доносился выстрел, я мог разглядеть там вспышку.

Скорее всего враг один. Я думал кто это, когда мой взгляд зацепился за мелкие осколки.

Я считал, что по пляжу разбросаны обломки Гарма, но присмотрелся, и меня охватило неприятное предчувствие.

Разве броня была такой тонкой?

Она отражалась слабым зелёным светом. На ССМВ использовалась люминесцентная краска, чтобы избежать столкновение в ночное время суток.

Только мой флот её не использовал.

А значит...

— Нанаватор II?.. — пробормотал я и цыкнул.

На мой флот напали три малых ССМВ. Один сел из-за остановки двигателя, второй сбил я, а третий был сбит Сателлитом.

Ничего странного в том, что кого-то из них принесло течением на тот же остров.

И что делать?

Собака всё также смотрела на меня.

О чём она думает?.. Сейчас этого по «взгляду» я понять не мог.

— Если не хочешь пострадать, сиди тихо.

Чтобы она не сглупила, я погладил её по чёрной шерсти. Уж не знаю, поняла ли она меня, собака уселась на месте и дважды махнула хвостом.

А у меня оружия нет. Но что-то же я могу...

Между мной и джунглями укрытий не было, но хотя бы день подошёл к концу. Солнце село, и всё окутала тьма. Значит и враг нормально прицелиться не может.

Если действовать, то сейчас. Если он узнает, что я не вооружён, я попаду в невыгодное положение.

Так я убеждал себя, после чего решил... Я выскочил из-за обломков.

Между деревьями мелькал свет. До ушей доносился звук, пронзавший небеса. Ощущая дрожь по спине, я бежал по песку.

Правое плечо обожгло. Дальше пришла сильная боль. Но рука двигалась. Должно быть лишь оцарапало.

Молясь, чтобы меня не задело серьёзно, я ворвался в джунгли, где находился враг. Я ощутил запах растений. Воздух был тёплым и влажным, я вдохнул и осмотрелся.

Слабый свет звёзд проникал между деревьями, на удивление молодой парень оказался рядом со мной.

Ошарашенный он наставил на меня ствол. Но я уже летел в его грудь.

Всем телом я навалился на него.

— Гха?! — он вскрикнул, а я его повалил, схватившись за правую руку, в которой был пистолет, я ударил её о землю.

Выпустив пистолет, он упал в чащу, так что я его не видел. Но расслабляться было рано, мужчина ударил меня с левой.

Щекой я ощутил боль. На миг сознание заволокло дымкой, а тело отлетело.

Поднявшийся мужчина осматривался по сторонам. Искал пистолет, но в тёмном лесу это не было простой задачей.

Утерев кровь с лица, я поднялся, мужчина начал отходить назад, увеличив отрыв, он развернулся и побежал.

Его фигура растворилась во тьме леса, звук шелестящей травы был уже далеко.

Я думал преследовать его, но не стал. Для начала стоило найти его оружие. С оружием в следующий раз у меня будет преимущество.

Терпя боль в оцарапанной правой руке и нывшей щеке, я шарил в траве.

В темноте ничего не было видно, я искал на ощупь. Но я упорно продолжал искать и нащупал пальцами что-то твёрдое.

Осторожно я поднял предмет и проверил. Это точно был оброненный мужчиной пистолет.

Вместе с оружием я вышел из джунглей и пошёл проверить, как там собака за обломками.

— Гав!

Слыша приветственный лай, я улыбнулся, и... Посмотрел на чёрное море и замер.

На тёмно-синей линии горизонта между звёздным небом и морем. Там блестел огонёк.

Свет был искусственным. Скорее всего с корабля.

Я тут же поспешил на пряж. Но положение у меня было безвыходным.

У меня не было способа сообщить, что я здесь. Докричаться я не смогу.

И тут я вспомнил, что у меня в руке был пистолет.

Если подумать, я не мог просто так стрелять. И всё же...

Я проверил обойму. Четыре патрона.

Приняв решение, я направил пистолет в небо и нажал на спуск.

Даже если не услышат, то по крайней мере могут заметить вспышку.

Других источников света на острове не было, так что вспышка от выстрела могла быть очень кстати.

Первый выстрел, второй, третий...

Я не знал, заметили ли меня. Понимая, что надежда слабая, я всё же затаил дыхание.

Рядом со мной собака тоже вглядывалась во тьму моря.

Всё же... Нельзя было гарантировать, что это не враги. Это вполне могли оказаться искавшие товарищей пираты.

Для этого я и оставил последний патрон, но против пиратов он большой роли не сыграет.

Свою судьбу я мог лишь позволить разрешить небесам.

Мигающий огонёк так и шёл вдоль горизонта. Я уже думал, что всё тщетно, но огонь сменил направление.

Он шёл сюда... Приближался.

— Гав, гав!

Видя, что свет приближается, собака залаяла.

Похоже они заметили вспышки выстрелов. Уже это большая удача, и всё же неизвестно, чьё это судно.

Если пиратов, то хуже не придумаешь. Если других Воронов, то можно договориться. Если это грузовое судно, то по морскому закону они должны меня спасти.

И вот под светом звёзд я наконец смог опознать судно... Я во всём оказался не прав.

Это было не неизвестное судно. А очень даже знакомое. Я видел его каждый день.

ССМВ компании Славик с символом стервятника... Это было судно из моего флота.

— Не может быть... — не веря пробормотал я.

Они прервали доставку груза и отправились искать сбитого Сателлитом пилота... Такими добросердечными они не были.

ССМВ остановилось в десяти метрах от берега, кокпит открылся.

Я увидел показавшегося оттуда человека, и от удивления... У меня перехватило дыхание.

Длинные серебристые волосы трепал ветер. Золотистые глаза смотрели на меня.

— Такуро... Я за тобой.

Губы женщины искривились в улыбке... Ко мне обращалась Джессика.

— Почему... — мой голос поглотил шум волн, но похоже она всё поняла по выражению.

— Думала, что ты выжил... Вот и решила поискать. Капитан разрешения не давал, так что я одолжила одно ССМВ. Брет мне очень в этом помог.

— Одолжила... Ты можешь управлять ССМВ? — удивлённо спросил я.

— Не могу. У меня лишь лицензия на управление кораблём есть. Потому и управляла в режиме морской навигации. Солнце успело сесть, и тут я увидела свет... Подошла поближе, а тут ты, — Джессика пожала плечами, и я наконец осознал происходящее.

Мне ничего не мерещилось.

Она пошла спасать меня, наплевав на правила.

Верить в то, что я жив, не приходилось. Скорее уж вернее было считать, что я мёртв.

Наверное Брет и Джессика просто хотели, чтобы я выжил.

Глаза начали гореть, а зубы скрипели.

Если разревусь, потом все об этом узнают.

— Вот как... Выручила. Спасибо.

Я и сам понимал, что ответ не очень, но сейчас мог выдать лишь его.

Когда она сказала Брету, что пойдёт искать меня, он наверняка очень удивился и смог взглянуть на неё по-новому. Я и сам в это не верил.

Мне самому стало стыдно за то, как я смотрел на неё до этого.

Быть может то, что мне надо у меня уже есть...

— Гав!

Пока я думал об этом, рядом со мной залаяла собака.

— Такуро, что за собака.

— А, это...

Я собирался ответить, но не закончил.

Начало доноситься низкое рычание.

Я осмотрелся по сторонам и увидел, как собака смотрит по направлению к горизонту.

Не ожидая ничего хорошего, я прищурился и увидел там чёрную тень.

Она становилась больше и пролетела над нами.

Округлая форма... Нанаватор II.

Всё тело охватил озноб. Дурные мысли обрели жизнь.

Для Воронов на первом месте был бизнес, а пираты больше ценили братство. Если кто-то пропал без вести, его искали.

Должно быть они пришли за тем мужчиной, с которым я повстречался. Но сейчас важнее было...

— Джессика! Уходи! — крикнул я Джессике, которая из кокпита смотрела в небо.

Эмблема стервятников сильно выделялась. Они сразу поняли, что перед ними враг.

Нанаватор II сделал круг и стал возвращаться.

— М?!

Джессика тоже всё поняла и собралась спрыгнуть. Я же спешил к ней.

Но уже понимал. Когда я заходил в воду, всё было ясно.

Я не успею.

Но я не сдавался. Мои ноги работали изо всех сил.

Вспышка света. Послышались звуки выстрелов.

В ССМВ женщины появились отверстия... Он загорелся. До моих ушей донёсся крик.

Алые всполохи огня поглотили стройное тело Джессики, одетой в белое.

Меня самого отнесло взрывом, спиной я приложился о песок. Обожжённая кожа ныла.

— Ух... Джессика...

Я заставлял своё скрипящее тело двигаться, я поднял верхнюю часть тела... И увидел горящие на воде обломки ССМВ.

Джессики нигде не было. Её уже не найти.

В этом пламени судно уже было не разобрать.

— Чёрт... Чёрт! Да как же так!

Я и сам не знал, кого проклинал.

Может Нанаватор II, или себя, за то, что не спас Джессику, а может её саму из-за того, что наплевала на опасность и отправилась ко мне на выручку...

Моему гневу не было конца, мысли ходили по кругу.

— Гав, гав!

Рядом со мной, не способным двигаться, залаяла собака.

Замолчи. Чего разоралась?

Я не отвечал, и собака потянула меня за одежду к останкам Гарма.

А где-то приближался шум двигателя.

Да, точно. Надо бежать... Надо прятаться... Или в этот раз убьют меня.

Пока собака тянула меня, я направился к Гарму и Сателлиту.

Сейчас ночь, так что если спрячусь в обломках, меня не увидят.

Но есть ли у меня смысл продолжать жить? Что делать, если я переживу это?

Не знаю. У меня что-то было, но я не мог вспомнить, что.

— Гав!

В ушах раздался лай собаки.

Я пришёл в себя и посмотрел на неё, прямо в чёрные глаза.

Точно, я ведь довольно громкие слова говорил. Вроде как отыграюсь на Авангарде... Вот только...

Я поднял болевшую руку и погладил собаку по голове. Я и сам не заметил, но из тыльной стороны руки торчал огромный кусок металла.

— Громкие я слова тогда говорил... Но похоже это только слова. Я... Умру здесь.

Моя усмешка помогала осознать реальность.

Пока я мог спрятаться, но это ненадолго. Где-то на острове товарищ пиратов, и он знает обо мне. А сам остров маленький, бежать здесь некуда.

Ну и ладно. Джессика умерла из-за меня, так что это самая подходящая судьба для меня.

Сейчас я могу лишь...

Я вспомнил, что крепко сжимал пистолет. Истрачен был не весь боезапас.

Осталась одна пуля. Отомстить ли за Джессику или покончить со всем?..

Я думал, но оба варианта меня не устраивали. Если так, то никакого толку от жизни не было. В этом не было никакого смысла.

Нанаватор II покружил ещё немного, после чего снизился и сел на воду. Враг собирался высадиться. А значит должен подойти и их товарищ с острова.

Ещё и она ко мне привязалась...

Я посмотрел на чёрную собаку, вилявшую хвостом, и решил, что делать с пулей.

— Будешь рядом со мной, и тебя достанут. Так что уходи.

Я махнул рукой, прогоняя её, но собака не сдвинулась.

— Ну и ладно.

Всё же слов она не понимает, так что я стал прицеливаться.

Я собирался напугать её выстрелом и заставить понять, что не друг.

А она не понимала всей опасности и просто смотрела на меня.

Я опустил дуло и отвёл в сторону, после чего нажал на спуск.

Раздался выстрел, и пуля прошла возле шерсти собаки.

— М...

Я был удивлён. Животное не собиралось сбегать.

Она подошла и принялась лизать рану на руке.

Из-за этого я вспомнил о боли, после чего случилось то, во что я не мог поверить.

Тело собаки засветилось, и чёрная шерсть стала серебристого цвета. Она стала напоминать металл, очертания тоже начали меняться.

— Что... — ошарашенно пробормотал я.

Происходящее не укладывалось в голове. И всё же один раз... Мне доводилось видеть подобные изменения.

Я вспомнил, как спустившийся с неба спутник принял форму ССМВ.

Очертания собаки исчезли, и она начала обращаться во что-то другое.

Когда я смог разглядеть человеческий силуэт, свет усилился, и мне пришлось закрыть глаза.

И вот несколько секунд спустя. Свет потух, и я открыл глаза... Передо мной стояла девушка.

Длинные серебряные волосы трепал ночной ветер, золотистые глаза смотрели прямо на меня.

Возвышенности под её белым платьем были небольшими. С виду чуть больше пятнадцати. Цвет волос и глаз она будто взяла у Джессики.

И всё же... Я сомневался, что это «человеческая девушка».

Она изменилась, но у неё были черты, неприсущие людям. На голове были собачьи уши, а за спиной болтался чёрный хвост.

— Ты... Что? — как-то выдавил я вопрос.

А девушка принялась неуклюже отвечать:

— Что?.. Вид, принадлежность, личное обозначение?

Её голос был неживым, она задала мне вопрос.

— Всё.

— Всё... Принято. Этот объект... Мой вид, категорию... Вы... Люди, обозначаете Сателлитами. Принадлежность... Кольцо Сателлитов. Но сейчас связь разорвана. Кодовое имя, Спутник 9. Самоопределяемая личность — Чернушка.

Вначале голос был несформированным, но постепенно сглаживался.

— Спутник 9...

Услышав название, я посмотрел на сферу, слившуюся с Гармом.

— Так ты была внутри этой штуки.

Понимая, что с самого начала был прав, я вздохнул.

И всё же не верилось, что она Сателлит.

— Определение «внутри» некорректно. Различий между внутри и снаружи нет. Я и есть он.

— Не очень понимаю... Но да ладно. Ну так... Зачем ты приняла этот вид? Хочешь от меня что-то?

Я уже был готов к смерти, так что хоть и был удивлён, но не испугался.

Разницы немного, если убьют меня пираты или она. Может там у меня будет возможность извиниться перед Джессикой.

В мир после смерти я не верил, но сейчас... Хотелось бы, чтобы он был. Должно быть всё дело в том, что в этом существе было что-то от Джессики.

Девушка молчала, подыскивая слова, после чего дала короткий ответ:

— Переговоры.

— Переговоры?..

Необычное слово заставило меня нахмуриться.

— Подтверждаю. Основываясь на твоих предположительно дружеских отношениях с существом противоположного пола, я создала оболочку.

Существом противоположного пола... Это она о Джессике? Потому такой внешний вид.

Думая об этом, я рассматривал девушку.

Объективно она была красавицей. Симпатичное лицо, симметричная фигура, будто работа скульптора, только кроме глаз и волос ничего общего с Джессикой не было.

Грудь маленькая, фигура слишком детская.

— Схожесть с Джессикой... Оставляет желать лучше. Ещё и лишние части есть, — я с сомнением указал на уши и хвост, и девушка ответила:

— Черты зрелого женского тела могут стать причиной сексуального влечение, потому я их устранила. Собачьи черты — часть моей личности, они необходимы для поддержания моей самоидентичности. Если возражений нет, я хочу провести переговоры. У нас мало времени.

Девушка указала на приводнившийся Нанаватор II и посмотрела на сидящего меня.

Вообще я не был согласен с ней во многих смыслах... Но понимал, что прежде чем развею все сомнения, меня убьют, так что продолжал:

— Ну... Вроде я понимаю. Продолжай.

Девушка кивнула и заговорила ещё лучше, чем раньше:

— Увидев во мне, Спутнике 9, фатальную ошибку, Сателлит Авангард сбил меня. Я потеряла шестьдесят два процента от своего объёма, в ядре тоже имеются повреждения. Информационная сеть Сателлитов... Меня исключили из Кольца Сателлитов, я в режиме автономной работы, — девушка прикоснулась к своей груди. — Сейчас я не могу подтвердить причину, почему меня сбили, а также активно действовать. Чтобы улучшить своё положение, мне надо заменить контуры, а также требуется кто-то вышестоящего положения. Это ты. Я хочу, чтобы ты отдавал мне приказы.

— Приказы?.. Ты будешь слушать, что я говорю? — с сомнением на лице спросил я у девушки.

— Подтверждаю. Мне нанесены серьёзные повреждения, многие функции Сателлита во мне приостановлены, и всё же если мне будут отдаваться приказы, я смогу устранить противников или вытащить нас из этой области.

Моё сердце снова забилось быстрее.

Сбить Нанаватор II? Отомстить за Джессику?

Первыми появились не мысли о выживании, а именно эти. Я хотел сделать это, когда выстрелил в последний раз, но, понимая, что похоже это может стать реальностью, на меня снова накатили эмоции.

Будто за меня решения принимал не я сам, а мой гнев. Мысли о Джессике.

Не потому, что она пришла сюда спасти меня. Должно быть я уже давно её...

Я сдался и старался не замечать... И всё же похоже я её действительно любил. Однако...

— И какая твоя выгода? Ведь тебе нужны приказы не обязательно от меня, — меня захлестнули эмоции, когда я спросил у неё.

Раз это переговоры, значит девушке Сателлиту тоже что-то надо.

И она посмотрела на меня. Я заметил огонь в её взгляде.

— Я такая же как ты.

— Такая же? — переспросил я, и в голосе девушки впервые появились эмоции:

— Я желаю продолжать сражаться. Ненавижу, когда мешают.

На миг я ничего не понял.

А потом вспомнил.

Это причина, почему я хотел жить. То о чём я сказал ей, когда она была ещё собакой.

Я сражался со Спутником 9 до конца. И меня взбесил Авангард, помешавший нас.

В этом смысле мы одинаковые.

— Почему?

— Причина неизвестна. Возможно дело в критической ошибке. Однако сама я не считаю это неисправностью, это необходимый фактор собственной воли. Получение удовольствия.

Слова были сложными, но суть их очень простой.

Она говорила, что ей понравилось сражаться со мной. Как и мне...

— Я хочу сражаться с тобой. Для этого необходимо ликвидировать источник автономной работы, Авангарда. Реализовать я могу это только с тобой. Наши цели совпадают.

Услышав о желании Сателлита, я рассмеялся:

— Ха, ха-ха... Чтобы сразиться со мной, ты хочешь вместе сбить Авангард?

— Подтверждаю, — девушка серьёзно кивнула, а я вздохнул.

Я не знал, есть ли загробный мир, но уже принял смерть... Мне хотелось поскорее извиниться перед Джессикой. Хотелось показать чувства, которые я никогда не показывал.

Но сейчас передо мной та, кому я нужен. Только я мог ей помочь.

Я хотел ответить ей. Я тоже хотел сразиться с ней. Если и умирать, то в безумном танце в небесах...

Прости, Джессика. Можешь подождать ещё немного?

Я обратился к женщине, которой не существовало в этом мире, после чего поднялся.

— И правда наши интересы не противоречат друг другу...

Мы желали одного и того же.

А тем временем к пляжу приближался Нанаватор II в режиме морской навигации. Похоже он заметил меня, когда она светилась, превращаясь в человека. На колебания времени не было.

Полагаясь на интуицию и поддаваясь моменту, я закивал:

— Хорошо... Я принимаю твоё предложение. Но у меня есть одно условие.

— Какое? — спросила девушка, услышав мой ответ, она невыразительно склонила голову.

— Пусть и временно, но приказы отдаю я. Так что не тыкай мне.

— Согласна. Пересмотрю.

Разок взмахнув хвостом, девушка протянула руку. Рукопожатие, означающее подтверждение договора.

Я пожал её худую руку и ощутил онемение.

— Информация о руководстве успешно замещена. Отдавай приказы... Хозяин.

Это был результат её пересмотра, но теперь, как и хочет Сателлит в форме девушки, я буду отдавать ему приказы.

Она предложила мне два варианта. Уничтожить Нанаватор II или покинуть это место.

— Найди способ покинуть этот остров.

Таким был мой выбор.

Патронов больше не было. Потратил последний ради собаки... Точнее девушки.

— Есть.

Девушка кивнула, после чего начал распространяться свет.

Кокпит Гарма и обломок Сателлита излучали белое сияние.

Очертания сферы менялись, после чего расплавившийся Сателлит накрыл Гарм... Как и нас, потому что мы располагались рядом.

— Ты что собралась делать?

Я не испугался, скорее спросил, чтобы прояснить ситуацию.

— Сливаюсь с судном хозяина и трансформируюсь в транспорт, способный летать. Если лететь быстрее всех, то можно выйти в безопасную зону, — ответила девушка, пока весь мир был залит белым светом.

— Неплохо. И довольно понятно, — я кивнул, понимая что моя любимая машина вернётся к жизни.

Мы будем вместе прорываться сквозь небеса.

Пока не сможем свободно убить друг друга...

Две тысячи сорок шестой год, двадцать первое июня.

Год спустя я вернулся на остров.

Белый песок и нетронутые джунгли... Они совсем не изменились.

— Хозяин, зачем мы сюда вернулись? — непонимающе спросила Челси, прячась в моей тени от солнца.

— Ты что... Забыла, что здесь случилось? — удивлённо переспросил я.

На песке валялись ржавые обломки. Остатки ССМВ, на котором прилетела Джессика.

То есть здесь год назад она умерла, а я заключил договор с Челси.

— Нет, я помню. Я просто хотела узнать, зачем мы прибыли на этот остров.

Видя чистое любопытство в глазах девушки, я вздохнул:

— Сегодня годовщина смерти Джессики. Мы обычно ходим на могилы к усопшим.

С букетом цветов в руках я подошёл к обломкам ССМВ.

От белых и красивых цветов пахло как от духов Джессики.

— Это могила? Я слышала, что после обнаружения тела Джессики Андерсон, она была захоронена в родном городе.

— Но для меня именно здесь могила Джессики, — ответил я, понимая, что не человеку этих чувств не понять.

— Вот как...

Не похоже, что она поняла, и всё же Челси на какое-то время замолчала.

В этой тишине я усмехнулся и возложил цветы на обломки. Рядом с ними были другие такие же цветы. Остров не был совсем уж заброшен.

Значит кто-то был здесь передо мной.

Члены семьи ходили на могилу в родном городе, так что скорее всего кто-то из старой команды.

Я представил себе плачущего и проклинающего меня молодого парня.

Руфус Спенсер. Новичок в моём флоте. По нему сильнее всех ударила смерть Джессики.

Я не знал, кем она была для него. Но наверняка он и сейчас ненавидит меня.

Ощущая вес загубленных жизней, я прикрыл глаза.

У меня не было её фотографии или видеозаписи, так что лицо женщины в воспоминаниях было слегка размытым.

Я так и не взял ответственность за её смерть. Так что у меня не было права молиться за её упокоение.

Потому я прекратил свою безмолвную молитву и коротко обронил:

— Прости, что так долго не был. Я приду ещё.

Сказав лишь это, я развернулся.

— Уже всё, хозяин?

— Ага, — я кивнул следовавшей за мной короткими шагами Челси.

Нас ждал на мелководье Манагарм.

Как и год назад во тьме ночи я поднялся в небо вместе с одним монстром...

----------

1

Две тысячи тридцатый год от рождества Христова, седьмое июля.

В этот день у человечества похитили небо... А я не смог сбежать от дождя из огня и металла.

Сильный удар и боль лишили меня сознания, а когда я очнулся, перед глазами был белый потолок. До моих ушей доносились плачи, крики и гнев...

Я весь был перебинтован, я попробовал сдвинуться, как всё тело пронзила ужасная боль, и я снова замер.

Я вдохнул поглубже, и почувствовал запах дезинфицирующего средства.

Двигая одними глазами, я осмотрелся. Я лежал на кровати, а вокруг были розовые занавески. И всё же я смог понять, что за ними кто-то был.

Вскоре пришла молодая медсестра и проверила, как я.

Похоже я попал под взрыв упавшего лайнера. Острый кусок вонзился в меня сзади, спас только рюкзак на спине.

Неуверенно медсестра сказала, что не смогла связаться с моими родителями. Виновато, она сообщила, что похоже телефоны нигде не работают, как и телевизор с радио, волновые сигналы не проходят, все были в замешательстве.

Но какого-то необъяснимого груза это с моей груди не сняло.

За занавесками я слышал лишь мрачные разговоры.

Кто-то умер. Спасательные работы не продвигаются. Еды не хватает. В городе вспышки насилия, нигде не безопасно. Что в других странах и городах, а также чем занимается правительство, неизвестно, вот, что я услышал от встревоженных голосов.

Еды день ото дня становилось меньше, приходившая проверить меня медсестра становилась всё измождённее.

И вот однажды пришла другая медсестра, сказала, что той стало плохо, она была постарше, и голос у неё был какой-то надменный.

Говорила, что раны у меня не серьёзные, а кровать я получил только потому что ребёнок. Что были те, кого даже в больницу не приняли, так что мне очень повезло. А ещё что я должен быть благодарен многим людям...

Слушая её, мою грудь заполняло нечто необъятное и тяжёлое.

Когда я смог двигаться, то следующим же вечером... Ускользнул из больницы.

Куда идти, я не знал. Просто не мог оставаться на одном месте.

Снаружи была темнота, ни один фонарь не горел. Источником света была лишь больница.

На миг тьма парализовала меня, но я побрёл, полагаясь на далёкий свет звёзд.

Я и сам не заметил, как ноги привели меня к дому.

В прошлом году в той больнице умерла моя бабушка, так что путь домой я помнил. Раньше я добирался на велосипеде, а сейчас этот путь показался очень длинным.

Хотя я не знал, сколько прошло времени.

Ноги задеревенели, спину пронзила боль, я добрался до места, где прожил девять лет.

Но дома там не было. И не только моего дома. От всех домов в округе осталось лишь чёрное пепелище.

Мы жили недалеко от аэропорта, всюду были обломки разбившихся самолётов.

Людей не было. Что случилось с родителями, узнать было не у кого.

Слёз не было. Даже грусти, только шок.

Так я и побрёл назад... Когда солнце взошло, я добрался до больницы.

Но на моей кровати уже спал незнакомый старик.

Понимая, что я сам упустил своё маленькое счастье, я ещё секунд тридцать простоял как вкопанный... После чего молча развернулся.

Я остался совсем один и понял, что лишился места, в которое мог бы вернуться.

----------

2

— Покинув больницу, я присоединился к банде малолеток. Мы крали, прятались и сбегали... Мы как могли добывали еду.

С тех пор прошло пятнадцать лет... То был две тысячи сорок пятый год, двадцать первое июня.

Я лежал на кушетке, и мне было двадцать четыре года, глядя на вентиляционную вытяжку на потолке, я вспоминал.

— Хм... Неплохая история. Я ожидала услышать более увлекательную историю жизни, но да ладно, — без намёка на сочувствие, женщина перевязывала мне руку, я же был хмур.

Яркие серебряные волосы и золотистые глаза. На ней был белый халат, не способный скрыть очертаний её женственного тела, она обладала симметричной красотой.

Запах духов был сладок, а нежный голос достигал сердца. Только слова были холодными.

— Эй... Джессика. Сама просила рассказать, за что боролась, уж прости, — я зло посмотрел на неё, и женщина, Джессика, приложила руку к лицу и рассмеялась:

— Хи-хи, прости. Но я правда хотела узнать о твоём прошлом. Хотела узнать, почему ты «особенный».

— М...

Она поглаживала рану через бинты, боль отступила. Я снова протестующе посмотрел на неё, а лицо Джессики сделалось довольным:

— Если так не хотел, чтобы я лезла со своим любопытством, не стоило влезать в драку. Что будет, если капитан узнает, ты ведь приступаешь к дежурству на ГС? — женщина улыбалась, и всё же в голосе был оттенок тревоги.

ГС среди ССМВ летали выше всех. То есть при атаке Сателлитов, их сбивали первыми. Они располагались на линии, разграничивающей жизнь и смерть флота... Граничные суда... Или просто ГС.

— Для управления ССМВ никаких препятствий нет.

Лечение подошло к концу, я забрал свою руку и поднялся с кушетки.

Я надел лётную куртку с вышитым стервятником.

Сейчас я относился к флоту «Стервятников», мы отвечали за массовый транзит промышленных товаров. В Южной Америке резко возрос спрос на них, так что они хотели, чтобы всё необходимое доставили хотя бы на секунду быстрее.

Погода была хорошей, работа располагающей. Рана же несерьёзной. Если трогать, то больно, и всё же бинтов было слишком уж много.

— Такуро...

Я проверял состояние раны через одежду, когда сзади меня обняла Джессика.

Ощущая спиной тепло её тела, я сказал:

— Мне пора.

— Ты ведь сегодня вернёшься? — в ответ она задала вопрос. Голос был серьёзным, но лица её я не видел.

— Конечно.

— Правда?

— Ага. Ты же сама говорила. Я «особенный».

Я обернулся. И увидел её влажные глаза.

— Да... Верно. Ты особенный. Что на флоте, что для меня...

Она меня поцеловала.

— Когда вернусь, продолжу рассказ.

— Буду ждать. В этот раз хочу услышать, как ты стал пилотом ССМВ.

Я дал обещание и покинул комнату.

У входа в кабинет судового врача был мужчина, с которым я подрался, и парень, который помогал ему.

Увидев меня, парень недовольно посмотрел на меня сквозь длинные серебряные волосы. Похоже ему пришлось волочить вырубленного мной мужчину аж сюда.

Парень был ещё совсем новичком, звали его Руфус Спенсер. Мы особо не разговаривали... Но хороших чувств он не вызывал.

— Я всё, прости, что занял много времени, веди его к Джессике.

Я мог промолчать, и всё же чувствовал свою вину в том, что прибавил работу Джессике.

— Если тебе правда жаль... То не приближайся к госпоже Джессике, — в голосе парня была враждебность, я нахмурился.

Похоже слова были лишними. Что чувствовал парень, я понимал. По красавице-доктору сохла большая часть экипажа.

Только слушаться его причин у меня не было.

— Не могу. Я уже дал обещание, — пожав плечами, ответил я и ушёл.

Руфус больше ничего не сказал, но я своей спиной чувствовал его взгляд.

Я миновал узкий коридор, заполненный трубами, и вышел в широкий ангар, наполненный человеческими голосами и шумами механизмов.

Здесь располагалось шесть малых ССМВ, разделённые, они были зафиксированы. В промежутках должны расположиться ССМВ, которые сейчас на вылете. Мой сейчас в процессе обслуживания... Я подошёл к своему десятиметровому судну, специализированному как ГС, «Гарму».

— Воняет, — из-под судна раздался недовольный голос. После чего появился крупный мужчина со смуглой кожей.

Это был механик Брет Бруярд. Он присоединился на год раньше меня, и был настоящим мастером, доросшим до начальника. Говорят, раньше он работал в компании Славик, но сам он о своём прошлом не распространялся.

— Грубый ты. От самого-то ещё сильнее несёт.

От него пахло потом и машинным маслом, так что я прикрыл нос, а Брет тыкнул в меня гаечным ключом.

— Здесь этот запах нормальным считается. А вот от тебя сладким ароматом несёт. Опять к Джессике ходил?

— А нельзя? — осматривая Гарм спросил я, и услышал раздражённый голос:

— Я тебе уже столько раз говорил. Не приближайся к этой женщине. Не знаю, как она тебя обольстила, но ты особенный только потому что управляешь ГС.

— Сам знаю.

Я и сам не думал, что Джессика влюбилась в меня. Для неё я скорее объект исследования.

Она хотела знать. Почему я никак не умру.

Поцелуй перед уходом был скорее проклятием.

Она ждала, что я вернусь, но в сердце считала, что в этот раз я должен умереть. Именно эти чувства можно было разглядеть в её взгляде.

Она хотела успокоиться. Шансы моего возвращения смещались.

— Раз понимаешь, то приди уже в себя. Это повод сделать тебя пилотом ГС на полную ставку. Она стелилась и перед тем, кто был до тебя, и перед его предшественником... Они сами не поняли, как отправились на тот свет.

— А я ещё жив.

Я слышал этот совет уже много раз, потому дал короткий ответ.

Я не питал иллюзий в отношении этой женщины, так что и глаза мне ни на что открывать было не надо.

Какой бы ни была причина, она меня ценит. Для неё я важен.

И это меня устраивало. Я... Мог быть удовлетворён.

Потому я больше не хотел говорить и лишь злобно уставился на Брета.

Обычно на этом бы всё закончилось. Бормоча, он отступал. Но почему-то в этот раз мужчина был настойчив:

— Да, пока. Так... Ты в курсе? На других судах пилоты ГС сменные. Постоянно эту обязанность ни за кем не закрепляют. Просто никто не знает, когда Сателлит будет не в духе. И в этот момент удача оставляет пилота ГС. Но когда занимаешься этим постоянно — совсем другая история. Рано или поздно ты умрёшь. Ты будешь летать, пока удача не отвернётся.

— Эй, я ещё здесь... И хватит жаловаться на правила. Положение себе подпортишь, — я проверял только отремонтированное шасси и упрекнул горячившегося Брета.

— Хм, знаю. И больше не могу терпеть правила этого судна. А потому перед уходом скажу всё, что думаю.

— Уходом?

Его слова заставили меня удивиться, я уставился в лицо мужчины.

— Да, это моя последняя работа. И всё же ты отреагировал лучше, чем я ожидал. Что, скучать будешь? — спросил Брет ухмыляясь.

— Будет куча хлопот, когда придётся Гарма кому-то передавать... Да и только. Выпить будет не с кем, так что буду вести правильную жизнь, — пожав плечами, спокойно ответил я, а он насупился:

— Хм, ничего в тебе милого. А по поводу выпивки, похоже и мне тут слова благодарности говорить надо? Всё же это ты никогда не отказывался, когда я поддатый выпить предлагал, — и всё же в глазах говорившего Брета была серьёзность. — Так... Ты слишком привык убегать от плохой жизни. Я просто хочу сказать, чтобы ты немного подумал о себе.

— Я думаю. Ради себя и берусь за работу, — я качнул головой, а Брет саркастично усмехнулся:

— Ха... Ради себя, значит? Ты неплохо зарабатываешь, и лезешь во все тяжкие ради симпатичной врачихи и вкусной еды... Вроде твоя жизнь полна. Но поэтому ты и не замечаешь. Не думаешь. Вот она, цена твоей жизни. Ты живым себя в гроб загоняешь. Понимаешь? Выхлопа ноль. Ты ничего не получил.

Манера речи Брета стала грубой, он с близкого расстояния сверлил меня взглядом.

Ничего не получил.

Эти слова всколыхнули моё сердце.

— Как ты хочешь жить? Чего ты хочешь? Вспомни, и тогда поймёшь, что здесь у тебя будущего нет.

Его тёмно-карие глаза сияли искренностью, а голос был полон эмоций, чем мужчина подавлял меня.

Атмосфера была не такой лёгкой, как обычно.

Ву-у-у!..

И тут в ангаре раздался шум сирены.

— Брет, время вылета.

Я отвернулся и прикоснулся к Гарму.

— Эй, Так.

— Я понял, что ты хотел сказать. И постараюсь не спустить твой совет в унитаз, — не оборачиваясь, сказал я. На этом судне лишь его я мог назвать другом... Так говорило мне сердце. Как мог, я принял его слова, это было моим прощальным подарком для него.

— Вот как. Тогда для начала вернись живым. И за судно не переживай. Я его как следует подготовил. Дальше всё от твоих навыков и удачи зависит.

— Ага.

В ответ на прощальные слова я махнул рукой и залез в одноместный кокпит.

Судно, несущее меня ближе всего к смерти безмолвно встретило меня.

----------

3

Сев в Гарм, я взлетел с авианосца «Стервятников», после чего начал набирать высоту и перешёл с надводной навигации в режим полёта на малой высоте.

Выше тридцати трёх футов предупредительная зона, обязательная высота для пилотов ГС. Вероятность была малой, и всё же даже на этой высоте, неизвестно, что может взбрести Сателлитам.

На этом корабле пилотом ГС был только я. То есть, если я не взлечу, не взлетит никто, и не успеет к назначенному времени.

Всё зависит от меня. Потому в основном отношение ко мне было тёплым, а люди вроде капитана и Джессики меня ценили.

Я... Стал тем, кого ценят.

Моя детская мечта должна была сбыться.

Но слова Брета засели в моей голове.

Я где-то ошибся? Меня всё устраивало, но в руках у меня не было ничего.

И тут краем глаза я заметил мигающий световой сигнал и прервал поток мыслей. Похоже я поднялся слишком высоко.

Высота сто пятьдесят футов.

Посматривая на высотомер, я огляделся. Мой Гарм был выше всех, и я мог видеть, как из большого ССМВ, игравшего роль авианосца, показались четыре малых судна.

Кроме моих товарищей там больше никого не было.

Но если посмотреть вверх, то на высоте, недостижимой для людей, была белая фигура.

Тех, кто приближался к небесам, сбивали загадочные создания, своим светом, названным «Землечёт»... Сателлиты.

Даже если не выходишь за вторую линию, это не значит, что на тебя не начнётся охота.

От такого волосы на затылке дыбом вставали.

Возможно это лишь моё воображение, но когда я был в небе, всегда ощущал взгляд.

Мне казалось, что Сателлит смотрит на меня. И чем выше я был, тем резче был взгляд, кожа покрылась мурашками.

Этот взгляд проникнет в моё сердце, и свет поразит судно.

Основания не было, но эта тревога была всегда.

Брет говорил, я и сам понимал, что когда-нибудь удача покинет меня.

Такова судьба пилота ГС.

Мы до сих пор не знали, почему Сателлиты сбивают до пересечения второй черты, но обычно первыми попадали те, кто были выше всех. Остальные же не поднимались и говорили о том, что иногда у Сателлита просто дурное настроение.

Ниже всех летал авианосец, вероятность, что собьют его была самой низкой. Если груз будет утерян, без еды останутся все.

Жертвой станет лишь поднявшийся выше всех.

Тут ничего не поделаешь. «Ценность моего существования» несёт определённые риски. Если сел в ССМВ, будь готов вертеться рядом со смертью.

Слова Брета заставили меня немного колебаться, но я по своей воле рисковал жизнью ради того, что хотел.

Это мой путь, и не думаю, что я ошибся.

Просто...

Это была цена приобретения моей жизни.

Чувствуя взгляд с неба, я осмеивал самого себя.

Осмотревшись вокруг, я проверил высотомер, УНУМ и датчик температуры масла.

Привычная работа делалась на автомате, мой разум был зациклен на себе.

В детстве я лишился семьи и остался один... Возможно я даже жить не хотел. Но и смерти себе не желал.

И не понимал, для чего живу.

Не было тех, кто бы радовался тому, что я жив. И возможно моя жизнь мешала кому-то другому.

Я понимал, что воровал и отбирал предназначенную кому-то еду, увеличивая ненависть.

Моё желание выжить некому было похвалить. Моё существование не несло ничего хорошего, в нём не было ничего значимого, я перестал обращать внимание на опасность.

В этой жизни ничего хорошего.

Я продавал себя по дешёвке и мотался туда-сюда. Умирать не хотелось, но я сам лез на рожон.

И в этот момент мне вспомнились слова одного пилота.

«Потому что, летая в небе, я становлюсь самым значимым человеком в мире».

Его слова стали ударом для меня. Хоть я уже давно и смирился с тем, что ничего не стою. Но может в этот раз у меня получится заполучить это. Я хотел обрести ценность... Сильно желал этого.

И в итоге... Вот где я.

Пилот ГС Иба Такуро.

Если оглянуться назад, то всё верно.

Я шёл по пути, по которому хотел. Я чувствовал вину перед Бретом, но другую жизнь я просто не мог вести.

Просто не мог достичь этого.

Я не мог стать таким же «особенным», как и он.

Для капитана и возможно для Джессики я был свежим постоянным пилотом ГС.

Но когда умру, меня тут же заменят. Обо мне все забудут. Никто особо не думает становиться пилотом ГС...

И лишь этого смог добиться я. Грустно. Грустно, и всё же... Оставалось лишь принять это и смириться.

Я долго думал, и пришёл лишь к одному выводу, когда краем зрения заметил нечто неприятное.

На десять часов... Я следил за белым горизонтом.

Мне на глаза попалась маленькая чёрная точка, после чего я подал световой сигнал.

«Три неопознанных ССМВ. Десять часов».

Из-за Пыли Сателлитов беспроводная связь и радио не работали. Беспилотных ССМВ не было, потому что удалённое управление было невозможно. Передача сообщений происходила посредством передачи сигналов.

С авианосца тут же пришёл ответ.

«Приготовиться к бою. Атакуй после подачи сигнала».

Правильное решение. Приближающиеся вполне могу оказаться преступниками, нацеленными на груз.

Я передал сигнал неизвестным судам: «Если приблизитесь, атакуем». Но ответа не последовало, они продолжали приближаться.

Это точно были враги. Хоть ситуация и была напряжённой, но напряжение почему-то немного поубавилось.

Куда проще иметь дело с людьми, чем ждать, когда выстрелит «Землечёт» Сателлита.

Это было обычным делом. Если будет продемонстрирована разница в силе, всё тут же закончится.

Я столько времени был пилотом ГС не только из-за своей удачи.

Я ни разу не проиграл в бою против ССМВ.

Высота сто сорок футов. Проверил уровень топлива. На сражение хватит.

Из кокпита было видно изумрудно-зеленое море и лазурное небо. И постепенно увеличивающиеся три чёрные точки. На их самолётах отражались яркие солнечные лучи.

Расстояние два-три километра. Между нами около десяти секунд.

Ту-дум, ту-дум...

Я ощутил биение своего сердца.

Меня охватило волнение, тело горело... А разум оставался холодным.

Оторвавшись от сверлящего меня своим взглядом Сателлита, я смотрел лишь на приближающиеся цели.

Позади раздавался шум, прямо под Гармом... На море оставались белые следы. Это были торпеды, выпущенные с авианосца.

Они постепенно снижались и вот уже оказались под водой. Находясь в прозрачной воде, они прекрасно видели чёрные тени вражеских машин. Словно следуя за ними, Гарм ускорился.

Пока мощность двигателей нарастала, я поместил палец на гашетку орудия.

Торпеды не достанут летающие ССМВ. Надо было подрывать их вовремя.

На маршруте Гарма... Прямо перед вражеским судном поднялся столб воды.

Всплеск для ССМВ в режиме полёта несёт серьёзную угрозу.

Я видел, как один из самолётов, не успев уклониться, врезался в стену из воды, он тут же потерял скорость и начал снижаться. Попадая под воду, в ПС-двигателе происходит падение мощности. Дальше с ним могут расправиться мои товарищи.

На таком расстоянии противника можно было опознать.

Округлый нос и объёмистые крылья. Полная противоположность острому как бритва Гарму.

Это... Малые ССМВ Астики, Нанаватор II. Дешёвая и используемая для пиратства машина.

Одно судно ушло влево, ещё одно пошло прямо. Два вражеских ствола под основными крыльями смотрели прямо на меня.

Я ощутил на себе «взгляд» вражеского пилота. В нём перемешались желание атаковать, желание убить.

Кто-то посчитал бы, что это уже из категории мистики, но я верил своим предчувствиям. Когда воровал, когда убегал, когда сражался, с детских лет я уклонялся от этого «взгляда». Так и смог выжить.

Я ушёл направо. За лобовым стеклом был враг и кучевые облака.

Краем глаза я заметил, как из орудий врага вырывается огонь. Непрерывно грохотал звук выстрелов.

Бессчётные пули летели в соответствии со «взглядом».

Только на их пути меня уже не было. И это тоже входило в прогноз.

Разворачивая машину на девяносто градусов, я вернулся на старый маршрут.

Вертикальный мир рассекал горизонт, облака точно падали. И в этом пейзаже я захватил вражеское судно.

Смотря на него через прицел, я нажал на гашетку.

Та-та-та-та-та... Тяжёлый звук раздался в барабанных перепонках.

Вырывавшиеся из орудия патроны вырисовывали свою траекторию в небе, напоминая кнут.

Попадание в основное крыло.

Видя, как тот падает, покрытый дымом и огнём, я потерял к нему интерес и сосредоточился на последнем.

После очередного всплеска я резко развернулся. Приблизившись в упор к воде, я снова начал подниматься. И следил за действиями противника.

Враг проделал тот же манёвр. Понимая, что атаковать авианосец бесполезно, он решил оставить это воздушное пространство.

Но на его пути был я. Если схватить пирата и передать в штаб Воронов, можно получить неплохую награду. Так что упускать его я не собирался.

Перед Гармом был округлый Нанаватор II.

Я чувствовал, как наши «взгляды» встретились.

Я пошёл вверх, к границе предупредительной зоны.

Море стало чуточку дальше. Позади врага был авианосец и другие суда.

Высота сто девяносто четыре фута. Враг тоже набирал высоту. Похоже он принял решение.

Ту-дум, ту-дум...

Ритм оставался неизменным.

Всё будет хорошо. Я оставался спокоен. Проигрывать я не намерен.

Сознание было на пределе, я ждал, когда мы пересечёмся.

Но когда я уже был готов нажать на гашетку... Мир накрыла тень.

Озноб прошиб всё моё тело.

Я ощутил «взгляд» с неба, за которым не наблюдал. С невероятной остротой он взирал на меня.

Я задержал дыхание. Похоже невезение добралось и до меня, я остановил поток мыслей.

И всё же... Тело продолжало двигаться само по себе.

Я вжал штурвал, запустил малую тягу и, наплевав на баланс судна, резко сменил траекторию.

В следующий момент всё перед глазами залил обжигающий свет.

За лобовым стеклом всё окрасилось белым, в кокпите всё заполнилось плотными тенями.

Жарко...

Кожей я ощущал жар огня, всё тело покрылось потом.

«Землечёт»... Свет, сбивший немало судов, и сейчас он... Был прямо передо мной.

И всё же меня он не коснулся. Пройдя рядом, свет попал в море.

Мне самому не доводилось слышать, чтобы кто-то смог вот так уйти от атаки Сателлита. Случайность это или чудо, у меня получилось.

Я покрылся гусиной кожей. Сейчас было не до радостей от того, что я смог избежать смерти, я чувствовал как «взгляд» ещё пристальнее смотрел на меня, отчего начал дрожать.

Я посмотрел в небо и забыл, как дышать.

Там я увидел чёрный силуэт в солнечных лучах.

Странные контуры, объединяющие в себе сферу и цилиндр. Из него торчало что-то вроде антенны.

Невероятно. Никто ещё не мог вот так разглядеть Сателлит.

То есть... Чтобы это стало возможным... Сателлит спустился?

Понимая это, я снова вернул себе управление почти вышедшей из под контроля машины и, чуть ли не падая, стал снижаться.

Я был около воды. Мой противник тоже спустился и начал манёвр уклонения.

Уж в безопасной зоне он меня преследовать не будет. Именно этим я руководствовался... Но «взгляд» стал смотреть на меня лишь упорнее.

Я посмотрел вверх ещё раз, Сателлит становился лишь больше. Ситуация никак не вписывалась в реальные рамки.

Его контуры стали искажаться.

Раньше он напоминал старый искусственный спутник, а теперь принимал форму ССМВ...

Появился острый нос, справа и слева начали разворачиваться большие крылья. Антенна тоже растягивалась, видоизменяясь в орудие большого калибра.

— Да что происходит?!

Я начал паниковать. Таких случаев ещё не было. И что будет дальше, я не представлял.

Но одно было ясно, на меня до сих пор смотрят.

Сателлит пришёл в движение.

Солнечный свет вновь ударил по сетчатке, и я упустил из поля зрения Сателлит.

Расположившись около воды, я искал. И нашёл. За врагом... Прямо позади Нанаватора II.

Он почти ничем не отличатся от ССМВ. Только размер был немного другой. Двадцатиметровый, как средние суда. А так не отличался от малых судов, но был очень манёвренным.

Пилот Нанаватора II тоже паниковал. Как мог пытался стряхнуть с себя Сателлит. Но тот никак не отставал.

Будто издевался над Нанаватором II... Играл с ним.

После чего Сателлиту будто надоело, на его нижней части выдвинулось орудие и стало целиться в Нанаватор II.

Вспышка света.

Обычно свет, спускавшийся с неба на землю, по горизонтали пробил правое крыло Нанаватора II.

Не замедляясь, малое ССМВ врезалось в морскую гладь и пошло ко дну.

Я смотрел на Сателлит, напоминавший ССМВ, и понимал. Теперь моя очередь.

Я присмотрелся. И увидел спины товарищей.

Поняв всю странность ситуации, мой флот решил сбежать. Авианосец тоже отдалялся от меня.

Помощи ждать не приходилось, да и толку от них.

Я должен стать жертвой ради спасения товарищей. Именно это обязанность пилота ГС.

Я не собирался винить капитана или остальных. Всё же этот путь я выбрал сам.

Будет ли плакать Джессика? Или же успокоится, поняв, что я не особенный? Ну, в любом случае скоро она меня забудет. Может и грустно, но никто никому не должен.

Сожалел я только о том, что в итоге профукал совет Брета.

Благодаря ему я начал думать, чего на самом деле хочу. Пусть я не думаю, что стал бы менять образ жизни, но хоть поблагодарить его хотелось.

В итоге только для него я был не пилотом ГС, а просто другом, «Ибой Такуро», и только за это он меня ценил.

Эй, Брет... Я хотел стать каким-то «особенным».

В душе я обращался к другу.

Эти слова не дойдут до него. Они бессмысленны.

Слишком уж неопределённо? Ну да. Я ведь и сам не понимаю этого.

Не понимаю, чего хочу, и мне нечего заполучить. Не хотелось быть просто шестернёй, хотелось быть незаменимым для мира или хотя бы для кого-то, именно об этом я думал, когда был мальчишкой.

Но всё же, Брет... Только в такие моменты я могу достичь этого.

Держась за штурвал, я смотрел на подходящий сзади Сателлит.

Да, я выискивал тот самый последний шанс.

Я стану тем самым первый человеком, который не сбежит от Сателлита, а даст бой. Доказательство моей жизни будет высечено здесь.

Ничего не стоящая жизнь, в которой ничего нет, и всё же... Если всё это вело к одному лишь этому моменту, то это не так уж и плохо.

Приняв решение, я понял, что вспотел.

Я отбросил ненужные эмоции, все мои чувства были направлены на «взгляд» Сателлита. Вижу. А он меня.

Уклоняясь, я зашёл ему за спину, но Сателлит был подавляюще быстр. Я пытался его сбросить, но он не отставал.

Приближается.

Я резко подался вверх. И видел как там, где я был, прошёлся свет, сам же поднимался вверх.

Из ССМВ видно два цвета: моря и небес. И оба голубые.

Но сейчас передо мной был голубой цвет неба.

Сейчас этим небом никто не управлял. Всесильный Сателлит снизошёл до людей и теперь следовал за мной. Так что больше было незачем переживать из-за высоты.

Я прошёл через предупредительную зону. Это предельное воздушное пространство, мир, где ждала лишь смерть.

Но свет, желающий обратить меня в ничто лился не с небес, он поднимался снизу.

— М...

Вертикальный подъём сменился на полёт на спине. После чего я описал дугу и зашёл преследующему меня Сателлиту сзади.

Поймав врага в прицеле, я нажал на гашетку.

Но когда из орудия вырвалось пламя, он уже ушёл с линии обстрела.

Он просто игнорировал всякую инерцию. Пусть у него была форма ССМВ, и всё же это было непостижимое для меня существо.

Он исчез из поля моего зрения.

Хотя враг не уходил в мёртвую зону. Горящий взгляд был направлен на меня.

Его полный огня взгляд пронизывал в меня. Признак атаки.

Я ушёл влево. Свет появился после, осветил пустое небо.

Проследив за потоком света, я увидел Сателлит. Для такого мощного обстрела нужен был точный контроль над машиной. Враг не мог продолжать действовать также безумно...

То же относилось и ко мне, и всё же я зажал гашетку.

Пули из ствола были направлены в море, но несколько моих выстрелов угодили в броню Сателлита.

Были маленькие всполохи огня, но пробить я его не смог. Всё же безумием было идти против него с одной пушкой.

Но я оставил свой след.

Я первый человек, который смог попасть в Сателлита.

Да, только я. Я один.

Сердце трепетало. Лицо успело искривиться в улыбке. Я сам удивился, какой моя улыбка была звериной.

Вот с такой улыбкой я летаю? Были ли у меня до этого такие же потрясающие моменты?

Не было. Потому я и не был удовлетворён. Потому скучал. Потому мне всё приелось.

— Р-а-а-а-а-а! — я ревел и жал на гашетку.

Не заботясь о высоте, я летал в небе и избегал вспышек света.

Чувство удовлетворения. Сердце ликовало. Весело, весело, весело...

И это были не только мои эмоции.

Я ощущал «взгляд» Сателлита. Сейчас неизвестное судно смотрело на меня иначе.

Взгляд был острым и пылающим, и всё же жажды убийства не было.

Он тоже наслаждался.

Я уверился в этом, заглянув в кокпит Сателлита. Выглядел он как ССМВ, но внутри никого не было. И всё же я ощущал его волю. Он позволял мне ощутить свой огонь.

— Я и тебя... Покрошу, — пробормотал я, испытывая суровые перегрузки.

С чудовищем вроде тебя из людей поиграть могу лишь я. Такого момента больше не будет.

Поняв это, Сателлит испытал разочарование? Печаль?

Хотя это и не важно. Главное, он понял, что я особенный.

Я проверил уровень топлива. Всего ничего осталось.

Хотелось продолжать это вечно, но всё было почти кончено.

Пока мы тут устроили собачьи бои, флот уже скрылся. Только вдалеке можно было увидеть маленький остров.

Голубое море и синее небо, и где-то между ними я танцевал с Сателлитом... И тут мне стало любопытно.

Я посмотрел на монитор навигатора. В него должна была попасть информация по траектории движения Сателлита. Там же должно быть и его название.

Хотелось проверить напоследок.

Узнать имя того, кто повеселил... И в итоге убил меня.

— Спутник 9... — прочитал я название.

И одновременно я понял, что топлива не осталось.

Двигатель терял мощность, я терял скорость. От следующей атаки мне не уйти.

Цель была на три часа. Сателлит шёл на меня, под ним было выставлено огромное орудие, нацеленное на меня.

— Спасибо, — с губ у меня сорвались слова благодарности.

Брет, в итоге меня настигла не неудача, а везение.

Я не собирался закрывать глаза до самого конца и смотреть на поток света, который уничтожит меня.

Но в этот момент сверху на меня был направлен взгляд.

Холодный и беспощадный.

Я посмотрел вверх, и свет пронзил находившийся рядом Сателлит... Спутник 9.

Ошарашенный я посмотрел на экран, название сменилось.

За текущие координаты отвечал ещё один Сателлит. Кодовое имя Авангард.

Я проверил название Сателлита, следившего за этим воздушным пространством. Оно изменилось, в эту область пришёл другой Сателлит.

И всё же почему один Сателлит атаковал другой?

Я не мог понять ситуации, а между чем число пронизывающий меня взглядов становилось больше.

— Я всё равно собирался тебе проиграть, — пробормотал я, направляя ГС к горящему Спутнику 9, а сам прикрывал глаза от бликов света, сыпавшихся с небес.

----------

4

В-ш-ш-ш-ш.

Я слышал шум волн.

Это был не звук бьющихся о набережную волн, а прибывающих к песчаному пляжу.

Во рту был солёный привкус.

Я вдохнул, и горло обожгло.

Щекой я чувствовал песок. Я приоткрыл глаза и увидел небо, окрашенное в алый.

Похоже я лежал на спине на каком-то пляже. Руки-ноги на месте, так что стало легче, но стоило вспомнить, что произошло перед тем, как я потерял сознание, меня окутало неприятно чувство.

— Спасся?..

От морской воды горло обжигало, голос был хриплым.

Поверить не могу. Свет попал в меня, а я всё ещё жив.

Ещё и каким-то чудом меня вынесло на остров? Что это за чудо такое?

Причина, по которой я был жив... Мне нужны были доказательства того, что я жив, так что я начал вертеть головой.

Справа продолжался песчаный пляж. На пляже находились металлические обломки. Скорее всего обломки судна, упавшие со мной.

Дальше я развернулся влево... И начал осматриваться.

Здоровенный обломок... Часть Гарма, один лишь кокпит обмывался белыми волнами. А ещё серебряная сфера, отражавшаяся в лучах заходящегося солнца.

Видя, во что превратилась моя любимая машина, я был шокирован, но продолжал смотреть на сферу.

И тут до меня дошло.

На сфере было несколько выступов, напоминающих антенны. Это был Спутник 9, спустившийся с неба, и принявший форму ССМВ.

— Обломок... Сателлита?

Не веря в это, я опёрся на песок и поднялся.

Сместив точку зрения, я заметил ещё кое-что. Сфера и кокпит переплавились вместе и теперь были неразделимы. Я заглянул: в кокпите Гарма осталось сидение, значит система аварийного катапультирования не сработала.

Должно быть я вывалился из него, так и оказался там, где был. Ремень безопасности чем-то перерезало, я видел как он свисал.

Я не мог себе представить, что же произошло.

Но если сфера и правда часть Сателлита, то это величайшее открытие в истории. И я теперь точно самый особенный из людей.

Ну, это если кто-то сюда придёт...

Мне самому стало смешно, и я осмотрелся.

Возле пляжа были тропические джунгли.

Возвышенностей не было, остров был небольшим. Должно быть его я видел, когда сражался с Сателлитом.

Уже наступил закат, так что после сражения прошло два-три часа. Если меня ищут, то флот может быть неподалёку... Но в море не было следов ни флота, ни ССМВ.

— Ну да, — понимая, я ухмыльнулся. Когда Гарм стал целью Сателлита, я для них умер.

Граничные суда... Пилотов ГС просто выбрасывают. Повторному использованию мы не подлежим.

Никто не думал, что я мог выжить. И Брет с Джессикой наверняка думали так же. Даже я сам всё ещё сомневался.

Я сам не до конца верил, в том ли ещё мире.

Я вдохнул поглубже и посмотрел на ноги. На песке была длинная тень.

— М?..

Я проследил за ней и понял. Эта была тень из-за серебряной сферы... Из-за Сателлита.

От него одни обломки остались, или может...

— Есть... Кто?

Стоило позвать, и тень пропала.

— М...

Дыхание перехватило, а тело напряглось. Там точно что-то есть. Хотя похоже тень была не такой уж и большой. Может местная живность?

Не спеша я приближался к сфере и заглянул за неё. Она была на голову выше меня. Если учитывать то, что она была погружена в песок, то в ней было около двух с половиной метров. Поверхность зеркальная, я видел в ней своё искривлённое отражение.

Песок хрустел под ногами, так что осталось смириться, что тихо подойти не выйдет.

Задержав дыхание, я посмотрел. За сферой ничего не было. Но с другой стороны была огромная дыра. Внутри было темно, так что ничего разглядеть не вышло.

Я отступил, а потом направился к дыре.

И почувствовал «взгляд». Во тьме дыры что-то смотрело на меня.

И это ощущение.

Горячее с жаждой убийства. Очень сильное, не похоже на волю человека.

Неужели там кто-то из Сателлита...

Тьма зашевелилась. И из дыры что-то выбралось.

Думая, стоит ли вообще встречаться с этим существом, я задрожал. Я готов был податься вперёд, весь в нетерпении.

Даже если я думал о побеге, отвести глаза я не мог, я смотрел прямо на «это».

Из тьмы показалось что-то чёрное и длинное. Оно наступило на влажный песок и взвизгнуло. После чего тьма точно растворилась, и чёрная масса обрела форму...

— А?.. — я не смог сдержать удивлённый голос. Всё же из дыры показалась собака.

Чёрная собака с немного даже милыми большими глазами. С виду, как ни посмотри, и правда самая обычная собака.

И всё же она смотрела прямо на меня. Ничего не поменялось... Это был «взгляд» Сателлита.

Я испытал разочарование, хотя избавиться от напряжения не смог.

Мы смотрели друг на друга, а время шло. Солнце садилось, придавая теням причудливые формы.

Я расположился в двух метрах, и собака тоже не приближалась.

На шее собаки был ошейник, так что она не была обитателем острова.

— Эй, — понимая, что это глупо, я обратился к собаке.

Её правое ухо дёрнулось.

Я почувствовал, что «взгляд» изменился. Изменения были слабыми, так чувства собаки я понять не мог.

И всё же чувства враждебности и желания убить стало меньше.

Чтобы выбраться из этого тупика, я сжал волю в кулак и спросил:

— Неужели ты... Была внутри Сателлита.

Собака склонила голову.

Ответить ей явно было сложно, а ещё я не знал, понимает ли она меня. Всё же кем бы она ни была, собаки людям не отвечают.

Хотя, если подумать, то какая разница.

— Если ты Сателлит, то я без Гарма всё равно ничего не могу. Ни сбежать, ни повеселиться с тобой в небе. Так что делай что хочешь, — вздохнув, обессиленно проговорил я. — А если ты просто собака... Сочувствую. Мы двое неудачников, оказавшихся на необитаемом острове.

Пожав плечами, я уселся на песок.

У меня даже сражаться сил не осталось. Я ничего не смогу изменить в нынешнем положении, потому просто ждал реакции собаки.

Точно подражая мне, она села. Похоже сражаться она не намерена.

Я видел, как вилял её хвост, настроение явно не плохое.

По взгляду было видно, что она точно чего-то ожидает, так что мне стало неуютно. Будто проще было бы, если бы она хотела напасть.

Мне было сложно не обращать внимания на чужие ожидания. Я ждал, когда будет то, «что могу только я», потому ощущал, когда кто-то что-то хотел.

Если отвечу, то стану особенным? Ведь только я могу ей помочь?..

Мечтая, я снова совершал старую ошибку. Хотелось прекратить, но вырабатываемые долгие годы привычки быстро не исчезают.

Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Я обратился в душе к животному, не способному разговаривать, когда у меня в животе заурчало, и на этот звук отреагировала собака, её уши дёрнулись.

Еда?

Я понял, что проголодался, залез в карман куртки и достал рацион. Невкусный, даже прикасаться к нему не хотелось. Будь я со своим флотом, даже не прикоснулся бы.

— ...

Чувствуя взгляд собаки, я разорвал упаковку и отломил кусок батончика.

— Есть будешь?

Я протянул небольшой кусок, собака поднялась и подошла ко мне. Она обнюхала еду, но есть не стала.

Подумав, что она не голодна, я сам съел этот кусочек. Всё же вкус ужасный, но хотя бы это еда. Если подумать, ни к чему ей с собакой делиться.

Видя, как я ем, собака поднялась и схватила рацион.

— Эй?!

Не желая отдавать всё, я потянулся к собаке... Но рацион был уже у неё в пасти.

Покусанный и в слюнях, возвращать его уже не хотелось.

Всё же она проголодалась, теперь собака слизывала куски рациона, упавшие на песок, после того, как еда была перекушена, постукивая передней лапой, она ела.

Это больше напоминало не столько приём пищи, сколько какую-то игру. И доказывало это то, что хвост собаки ходил, как помело.

Вот так съев всё, собака слизала крошки с передней лапы и снова уставилась на меня.

Теперь в её «взгляде» я чувствовал ещё более глубокое ожидание.

Пусть это был простой рацион, отдавать его полностью я не собирался. Мне ещё выжить надо...

М? Выжить?

Я и сам не заметил, как осознал себя живым.

Было не «не хочу умирать»... А «хочу жить». Может у других это вполне привычное желание, но я уже давно позабыл о нём.

Я вспомнил, как в детстве ждал дня, когда отправлюсь с семьёй в парк аттракционов. И я тогда буквально молился, что до этого дня я ни в коем случае не умру.

Но этот мир сгорел в дожде из огня и железа... Я остался один и совершенно перестал уповать на будущее.

Это и стало одной из причин, почему я стал пилотом ГС. Я не хотел умирать, но при этом ничего не ожидал от будущего.

Но сейчас всё было иначе.

Что именно, думал я.

Дело было в том, что когда я вернусь, все будут превозносить меня за то, что я первым сразился с Сателлитом?

Если я привезу обломки Сателлита, мне достанется не только слава, но и большие деньги.

Но... Сколько бы я ни думал об этом, сердце оставалось спокойным.

Бой со Спутником 9 так взволновал меня, но не из-за того, что я смогу оставить своё имя в истории. Я выкинул эти мысли из головы.

Я посмотрел на серебряную сферу позади чёрной собаки.

Сателлит тоже наслаждался нашим сражением.

В тот момент я точно был особенным. Для Спутника 9 моё существование было доказательством жизни. Так что...

— Прости, всё я тебе скормить не могу, — я грустно улыбнулся желавшей еды собаке и поднялся.

Солнце скрывалось за горизонтом, небо из алого перекрашивалось в цвет индиго, начали появляться звёзды.

— Хотя я и говорю тебе это, ты всё равно не понимаешь... Я хотел сражаться с ним до конца.

Я приблизился к дыре в сфере и прикоснулся к поверхности.

Я ожидал холод металла, но он был слегка тёплым. Точно живой.

От места, к которому я прикоснулся, расходилась пульсация, передаваемая всему телу.

Находившаяся рядом собака смотрела на меня. Вначале я думал, не была ли она в Сателлите, но похоже это просто животное.

Потому вряд ли она понимает мои слова, но чтобы собраться, мне надо было озвучить свои мысли.

— Я оставил в нём свой след... Думал, что так и умереть не жалко. Но я выжил, а от него остались одни обломки.

Спустился с неба, принял форму ССМВ и устроил потасовку.

Мне такого ещё никогда слышать не доводилось. Наверняка второго такого Сателлита больше нет. Да... Он был особенным. Потому я и хотел изо всех сил показать ему, что и сам такой же.

— Ну, значит победа за мной. Не завидую я ему, всё же товарищи сбили. И всё же у меня от этого несварение. Просто бесит.

Прищурившись, я посмотрел в небо.

— Вмешавшийся в «наше» сражение Сателлит... Авангард. Если хоть раз в него не пальну, не успокоюсь, — я бесстрашно улыбался, когда говорил это, тогда всё и решил для себя.

Это было не желание отомстить. Я снова хотел испытать возбуждение от сражение с Сателлитом.

Я не думал умереть здесь... Я должен выжить.

В груди было желание действовать. Хотя я мог лишь барахтаться на земле. Спасут меня или нет — дело удачи.

— Гав!

Собака точно согласилась со мной. Я посмотрел на неё, и понял, что глядит она не на меня, а на джунгли.

Когда я посмотрел в ту же сторону, то услышал сухой звук, и песок под ногами разлетелся.

Я отпрыгнул и укрылся за обломками Гарма. Заодно и собаку притянул. На броне появлялись искры и разносился высокий режущий звук.

— Выстрелы?

Удивлённый, я смотрел на джунгли.

Когда доносился выстрел, я мог разглядеть там вспышку.

Скорее всего враг один. Я думал кто это, когда мой взгляд зацепился за мелкие осколки.

Я считал, что по пляжу разбросаны обломки Гарма, но присмотрелся, и меня охватило неприятное предчувствие.

Разве броня была такой тонкой?

Она отражалась слабым зелёным светом. На ССМВ использовалась люминесцентная краска, чтобы избежать столкновение в ночное время суток.

Только мой флот её не использовал.

А значит...

— Нанаватор II?.. — пробормотал я и цыкнул.

На мой флот напали три малых ССМВ. Один сел из-за остановки двигателя, второй сбил я, а третий был сбит Сателлитом.

Ничего странного в том, что кого-то из них принесло течением на тот же остров.

И что делать?

Собака всё также смотрела на меня.

О чём она думает?.. Сейчас этого по «взгляду» я понять не мог.

— Если не хочешь пострадать, сиди тихо.

Чтобы она не сглупила, я погладил её по чёрной шерсти. Уж не знаю, поняла ли она меня, собака уселась на месте и дважды махнула хвостом.

А у меня оружия нет. Но что-то же я могу...

Между мной и джунглями укрытий не было, но хотя бы день подошёл к концу. Солнце село, и всё окутала тьма. Значит и враг нормально прицелиться не может.

Если действовать, то сейчас. Если он узнает, что я не вооружён, я попаду в невыгодное положение.

Так я убеждал себя, после чего решил... Я выскочил из-за обломков.

Между деревьями мелькал свет. До ушей доносился звук, пронзавший небеса. Ощущая дрожь по спине, я бежал по песку.

Правое плечо обожгло. Дальше пришла сильная боль. Но рука двигалась. Должно быть лишь оцарапало.

Молясь, чтобы меня не задело серьёзно, я ворвался в джунгли, где находился враг. Я ощутил запах растений. Воздух был тёплым и влажным, я вдохнул и осмотрелся.

Слабый свет звёзд проникал между деревьями, на удивление молодой парень оказался рядом со мной.

Ошарашенный он наставил на меня ствол. Но я уже летел в его грудь.

Всем телом я навалился на него.

— Гха?! — он вскрикнул, а я его повалил, схватившись за правую руку, в которой был пистолет, я ударил её о землю.

Выпустив пистолет, он упал в чащу, так что я его не видел. Но расслабляться было рано, мужчина ударил меня с левой.

Щекой я ощутил боль. На миг сознание заволокло дымкой, а тело отлетело.

Поднявшийся мужчина осматривался по сторонам. Искал пистолет, но в тёмном лесу это не было простой задачей.

Утерев кровь с лица, я поднялся, мужчина начал отходить назад, увеличив отрыв, он развернулся и побежал.

Его фигура растворилась во тьме леса, звук шелестящей травы был уже далеко.

Я думал преследовать его, но не стал. Для начала стоило найти его оружие. С оружием в следующий раз у меня будет преимущество.

Терпя боль в оцарапанной правой руке и нывшей щеке, я шарил в траве.

В темноте ничего не было видно, я искал на ощупь. Но я упорно продолжал искать и нащупал пальцами что-то твёрдое.

Осторожно я поднял предмет и проверил. Это точно был оброненный мужчиной пистолет.

Вместе с оружием я вышел из джунглей и пошёл проверить, как там собака за обломками.

— Гав!

Слыша приветственный лай, я улыбнулся, и... Посмотрел на чёрное море и замер.

На тёмно-синей линии горизонта между звёздным небом и морем. Там блестел огонёк.

Свет был искусственным. Скорее всего с корабля.

Я тут же поспешил на пряж. Но положение у меня было безвыходным.

У меня не было способа сообщить, что я здесь. Докричаться я не смогу.

И тут я вспомнил, что у меня в руке был пистолет.

Если подумать, я не мог просто так стрелять. И всё же...

Я проверил обойму. Четыре патрона.

Приняв решение, я направил пистолет в небо и нажал на спуск.

Даже если не услышат, то по крайней мере могут заметить вспышку.

Других источников света на острове не было, так что вспышка от выстрела могла быть очень кстати.

Первый выстрел, второй, третий...

Я не знал, заметили ли меня. Понимая, что надежда слабая, я всё же затаил дыхание.

Рядом со мной собака тоже вглядывалась во тьму моря.

Всё же... Нельзя было гарантировать, что это не враги. Это вполне могли оказаться искавшие товарищей пираты.

Для этого я и оставил последний патрон, но против пиратов он большой роли не сыграет.

Свою судьбу я мог лишь позволить разрешить небесам.

Мигающий огонёк так и шёл вдоль горизонта. Я уже думал, что всё тщетно, но огонь сменил направление.

Он шёл сюда... Приближался.

— Гав, гав!

Видя, что свет приближается, собака залаяла.

Похоже они заметили вспышки выстрелов. Уже это большая удача, и всё же неизвестно, чьё это судно.

Если пиратов, то хуже не придумаешь. Если других Воронов, то можно договориться. Если это грузовое судно, то по морскому закону они должны меня спасти.

И вот под светом звёзд я наконец смог опознать судно... Я во всём оказался не прав.

Это было не неизвестное судно. А очень даже знакомое. Я видел его каждый день.

ССМВ компании Славик с символом стервятника... Это было судно из моего флота.

— Не может быть... — не веря пробормотал я.

Они прервали доставку груза и отправились искать сбитого Сателлитом пилота... Такими добросердечными они не были.

ССМВ остановилось в десяти метрах от берега, кокпит открылся.

Я увидел показавшегося оттуда человека, и от удивления... У меня перехватило дыхание.

Длинные серебристые волосы трепал ветер. Золотистые глаза смотрели на меня.

— Такуро... Я за тобой.

Губы женщины искривились в улыбке... Ко мне обращалась Джессика.

— Почему... — мой голос поглотил шум волн, но похоже она всё поняла по выражению.

— Думала, что ты выжил... Вот и решила поискать. Капитан разрешения не давал, так что я одолжила одно ССМВ. Брет мне очень в этом помог.

— Одолжила... Ты можешь управлять ССМВ? — удивлённо спросил я.

— Не могу. У меня лишь лицензия на управление кораблём есть. Потому и управляла в режиме морской навигации. Солнце успело сесть, и тут я увидела свет... Подошла поближе, а тут ты, — Джессика пожала плечами, и я наконец осознал происходящее.

Мне ничего не мерещилось.

Она пошла спасать меня, наплевав на правила.

Верить в то, что я жив, не приходилось. Скорее уж вернее было считать, что я мёртв.

Наверное Брет и Джессика просто хотели, чтобы я выжил.

Глаза начали гореть, а зубы скрипели.

Если разревусь, потом все об этом узнают.

— Вот как... Выручила. Спасибо.

Я и сам понимал, что ответ не очень, но сейчас мог выдать лишь его.

Когда она сказала Брету, что пойдёт искать меня, он наверняка очень удивился и смог взглянуть на неё по-новому. Я и сам в это не верил.

Мне самому стало стыдно за то, как я смотрел на неё до этого.

Быть может то, что мне надо у меня уже есть...

— Гав!

Пока я думал об этом, рядом со мной залаяла собака.

— Такуро, что за собака.

— А, это...

Я собирался ответить, но не закончил.

Начало доноситься низкое рычание.

Я осмотрелся по сторонам и увидел, как собака смотрит по направлению к горизонту.

Не ожидая ничего хорошего, я прищурился и увидел там чёрную тень.

Она становилась больше и пролетела над нами.

Округлая форма... Нанаватор II.

Всё тело охватил озноб. Дурные мысли обрели жизнь.

Для Воронов на первом месте был бизнес, а пираты больше ценили братство. Если кто-то пропал без вести, его искали.

Должно быть они пришли за тем мужчиной, с которым я повстречался. Но сейчас важнее было...

— Джессика! Уходи! — крикнул я Джессике, которая из кокпита смотрела в небо.

Эмблема стервятников сильно выделялась. Они сразу поняли, что перед ними враг.

Нанаватор II сделал круг и стал возвращаться.

— М?!

Джессика тоже всё поняла и собралась спрыгнуть. Я же спешил к ней.

Но уже понимал. Когда я заходил в воду, всё было ясно.

Я не успею.

Но я не сдавался. Мои ноги работали изо всех сил.

Вспышка света. Послышались звуки выстрелов.

В ССМВ женщины появились отверстия... Он загорелся. До моих ушей донёсся крик.

Алые всполохи огня поглотили стройное тело Джессики, одетой в белое.

Меня самого отнесло взрывом, спиной я приложился о песок. Обожжённая кожа ныла.

— Ух... Джессика...

Я заставлял своё скрипящее тело двигаться, я поднял верхнюю часть тела... И увидел горящие на воде обломки ССМВ.

Джессики нигде не было. Её уже не найти.

В этом пламени судно уже было не разобрать.

— Чёрт... Чёрт! Да как же так!

Я и сам не знал, кого проклинал.

Может Нанаватор II, или себя, за то, что не спас Джессику, а может её саму из-за того, что наплевала на опасность и отправилась ко мне на выручку...

Моему гневу не было конца, мысли ходили по кругу.

— Гав, гав!

Рядом со мной, не способным двигаться, залаяла собака.

Замолчи. Чего разоралась?

Я не отвечал, и собака потянула меня за одежду к останкам Гарма.

А где-то приближался шум двигателя.

Да, точно. Надо бежать... Надо прятаться... Или в этот раз убьют меня.

Пока собака тянула меня, я направился к Гарму и Сателлиту.

Сейчас ночь, так что если спрячусь в обломках, меня не увидят.

Но есть ли у меня смысл продолжать жить? Что делать, если я переживу это?

Не знаю. У меня что-то было, но я не мог вспомнить, что.

— Гав!

В ушах раздался лай собаки.

Я пришёл в себя и посмотрел на неё, прямо в чёрные глаза.

Точно, я ведь довольно громкие слова говорил. Вроде как отыграюсь на Авангарде... Вот только...

Я поднял болевшую руку и погладил собаку по голове. Я и сам не заметил, но из тыльной стороны руки торчал огромный кусок металла.

— Громкие я слова тогда говорил... Но похоже это только слова. Я... Умру здесь.

Моя усмешка помогала осознать реальность.

Пока я мог спрятаться, но это ненадолго. Где-то на острове товарищ пиратов, и он знает обо мне. А сам остров маленький, бежать здесь некуда.

Ну и ладно. Джессика умерла из-за меня, так что это самая подходящая судьба для меня.

Сейчас я могу лишь...

Я вспомнил, что крепко сжимал пистолет. Истрачен был не весь боезапас.

Осталась одна пуля. Отомстить ли за Джессику или покончить со всем?..

Я думал, но оба варианта меня не устраивали. Если так, то никакого толку от жизни не было. В этом не было никакого смысла.

Нанаватор II покружил ещё немного, после чего снизился и сел на воду. Враг собирался высадиться. А значит должен подойти и их товарищ с острова.

Ещё и она ко мне привязалась...

Я посмотрел на чёрную собаку, вилявшую хвостом, и решил, что делать с пулей.

— Будешь рядом со мной, и тебя достанут. Так что уходи.

Я махнул рукой, прогоняя её, но собака не сдвинулась.

— Ну и ладно.

Всё же слов она не понимает, так что я стал прицеливаться.

Я собирался напугать её выстрелом и заставить понять, что не друг.

А она не понимала всей опасности и просто смотрела на меня.

Я опустил дуло и отвёл в сторону, после чего нажал на спуск.

Раздался выстрел, и пуля прошла возле шерсти собаки.

— М...

Я был удивлён. Животное не собиралось сбегать.

Она подошла и принялась лизать рану на руке.

Из-за этого я вспомнил о боли, после чего случилось то, во что я не мог поверить.

Тело собаки засветилось, и чёрная шерсть стала серебристого цвета. Она стала напоминать металл, очертания тоже начали меняться.

— Что... — ошарашенно пробормотал я.

Происходящее не укладывалось в голове. И всё же один раз... Мне доводилось видеть подобные изменения.

Я вспомнил, как спустившийся с неба спутник принял форму ССМВ.

Очертания собаки исчезли, и она начала обращаться во что-то другое.

Когда я смог разглядеть человеческий силуэт, свет усилился, и мне пришлось закрыть глаза.

И вот несколько секунд спустя. Свет потух, и я открыл глаза... Передо мной стояла девушка.

Длинные серебряные волосы трепал ночной ветер, золотистые глаза смотрели прямо на меня.

Возвышенности под её белым платьем были небольшими. С виду чуть больше пятнадцати. Цвет волос и глаз она будто взяла у Джессики.

И всё же... Я сомневался, что это «человеческая девушка».

Она изменилась, но у неё были черты, неприсущие людям. На голове были собачьи уши, а за спиной болтался чёрный хвост.

— Ты... Что? — как-то выдавил я вопрос.

А девушка принялась неуклюже отвечать:

— Что?.. Вид, принадлежность, личное обозначение?

Её голос был неживым, она задала мне вопрос.

— Всё.

— Всё... Принято. Этот объект... Мой вид, категорию... Вы... Люди, обозначаете Сателлитами. Принадлежность... Кольцо Сателлитов. Но сейчас связь разорвана. Кодовое имя, Спутник 9. Самоопределяемая личность — Чернушка.

Вначале голос был несформированным, но постепенно сглаживался.

— Спутник 9...

Услышав название, я посмотрел на сферу, слившуюся с Гармом.

— Так ты была внутри этой штуки.

Понимая, что с самого начала был прав, я вздохнул.

И всё же не верилось, что она Сателлит.

— Определение «внутри» некорректно. Различий между внутри и снаружи нет. Я и есть он.

— Не очень понимаю... Но да ладно. Ну так... Зачем ты приняла этот вид? Хочешь от меня что-то?

Я уже был готов к смерти, так что хоть и был удивлён, но не испугался.

Разницы немного, если убьют меня пираты или она. Может там у меня будет возможность извиниться перед Джессикой.

В мир после смерти я не верил, но сейчас... Хотелось бы, чтобы он был. Должно быть всё дело в том, что в этом существе было что-то от Джессики.

Девушка молчала, подыскивая слова, после чего дала короткий ответ:

— Переговоры.

— Переговоры?..

Необычное слово заставило меня нахмуриться.

— Подтверждаю. Основываясь на твоих предположительно дружеских отношениях с существом противоположного пола, я создала оболочку.

Существом противоположного пола... Это она о Джессике? Потому такой внешний вид.

Думая об этом, я рассматривал девушку.

Объективно она была красавицей. Симпатичное лицо, симметричная фигура, будто работа скульптора, только кроме глаз и волос ничего общего с Джессикой не было.

Грудь маленькая, фигура слишком детская.

— Схожесть с Джессикой... Оставляет желать лучше. Ещё и лишние части есть, — я с сомнением указал на уши и хвост, и девушка ответила:

— Черты зрелого женского тела могут стать причиной сексуального влечение, потому я их устранила. Собачьи черты — часть моей личности, они необходимы для поддержания моей самоидентичности. Если возражений нет, я хочу провести переговоры. У нас мало времени.

Девушка указала на приводнившийся Нанаватор II и посмотрела на сидящего меня.

Вообще я не был согласен с ней во многих смыслах... Но понимал, что прежде чем развею все сомнения, меня убьют, так что продолжал:

— Ну... Вроде я понимаю. Продолжай.

Девушка кивнула и заговорила ещё лучше, чем раньше:

— Увидев во мне, Спутнике 9, фатальную ошибку, Сателлит Авангард сбил меня. Я потеряла шестьдесят два процента от своего объёма, в ядре тоже имеются повреждения. Информационная сеть Сателлитов... Меня исключили из Кольца Сателлитов, я в режиме автономной работы, — девушка прикоснулась к своей груди. — Сейчас я не могу подтвердить причину, почему меня сбили, а также активно действовать. Чтобы улучшить своё положение, мне надо заменить контуры, а также требуется кто-то вышестоящего положения. Это ты. Я хочу, чтобы ты отдавал мне приказы.

— Приказы?.. Ты будешь слушать, что я говорю? — с сомнением на лице спросил я у девушки.

— Подтверждаю. Мне нанесены серьёзные повреждения, многие функции Сателлита во мне приостановлены, и всё же если мне будут отдаваться приказы, я смогу устранить противников или вытащить нас из этой области.

Моё сердце снова забилось быстрее.

Сбить Нанаватор II? Отомстить за Джессику?

Первыми появились не мысли о выживании, а именно эти. Я хотел сделать это, когда выстрелил в последний раз, но, понимая, что похоже это может стать реальностью, на меня снова накатили эмоции.

Будто за меня решения принимал не я сам, а мой гнев. Мысли о Джессике.

Не потому, что она пришла сюда спасти меня. Должно быть я уже давно её...

Я сдался и старался не замечать... И всё же похоже я её действительно любил. Однако...

— И какая твоя выгода? Ведь тебе нужны приказы не обязательно от меня, — меня захлестнули эмоции, когда я спросил у неё.

Раз это переговоры, значит девушке Сателлиту тоже что-то надо.

И она посмотрела на меня. Я заметил огонь в её взгляде.

— Я такая же как ты.

— Такая же? — переспросил я, и в голосе девушки впервые появились эмоции:

— Я желаю продолжать сражаться. Ненавижу, когда мешают.

На миг я ничего не понял.

А потом вспомнил.

Это причина, почему я хотел жить. То о чём я сказал ей, когда она была ещё собакой.

Я сражался со Спутником 9 до конца. И меня взбесил Авангард, помешавший нас.

В этом смысле мы одинаковые.

— Почему?

— Причина неизвестна. Возможно дело в критической ошибке. Однако сама я не считаю это неисправностью, это необходимый фактор собственной воли. Получение удовольствия.

Слова были сложными, но суть их очень простой.

Она говорила, что ей понравилось сражаться со мной. Как и мне...

— Я хочу сражаться с тобой. Для этого необходимо ликвидировать источник автономной работы, Авангарда. Реализовать я могу это только с тобой. Наши цели совпадают.

Услышав о желании Сателлита, я рассмеялся:

— Ха, ха-ха... Чтобы сразиться со мной, ты хочешь вместе сбить Авангард?

— Подтверждаю, — девушка серьёзно кивнула, а я вздохнул.

Я не знал, есть ли загробный мир, но уже принял смерть... Мне хотелось поскорее извиниться перед Джессикой. Хотелось показать чувства, которые я никогда не показывал.

Но сейчас передо мной та, кому я нужен. Только я мог ей помочь.

Я хотел ответить ей. Я тоже хотел сразиться с ней. Если и умирать, то в безумном танце в небесах...

Прости, Джессика. Можешь подождать ещё немного?

Я обратился к женщине, которой не существовало в этом мире, после чего поднялся.

— И правда наши интересы не противоречат друг другу...

Мы желали одного и того же.

А тем временем к пляжу приближался Нанаватор II в режиме морской навигации. Похоже он заметил меня, когда она светилась, превращаясь в человека. На колебания времени не было.

Полагаясь на интуицию и поддаваясь моменту, я закивал:

— Хорошо... Я принимаю твоё предложение. Но у меня есть одно условие.

— Какое? — спросила девушка, услышав мой ответ, она невыразительно склонила голову.

— Пусть и временно, но приказы отдаю я. Так что не тыкай мне.

— Согласна. Пересмотрю.

Разок взмахнув хвостом, девушка протянула руку. Рукопожатие, означающее подтверждение договора.

Я пожал её худую руку и ощутил онемение.

— Информация о руководстве успешно замещена. Отдавай приказы... Хозяин.

Это был результат её пересмотра, но теперь, как и хочет Сателлит в форме девушки, я буду отдавать ему приказы.

Она предложила мне два варианта. Уничтожить Нанаватор II или покинуть это место.

— Найди способ покинуть этот остров.

Таким был мой выбор.

Патронов больше не было. Потратил последний ради собаки... Точнее девушки.

— Есть.

Девушка кивнула, после чего начал распространяться свет.

Кокпит Гарма и обломок Сателлита излучали белое сияние.

Очертания сферы менялись, после чего расплавившийся Сателлит накрыл Гарм... Как и нас, потому что мы располагались рядом.

— Ты что собралась делать?

Я не испугался, скорее спросил, чтобы прояснить ситуацию.

— Сливаюсь с судном хозяина и трансформируюсь в транспорт, способный летать. Если лететь быстрее всех, то можно выйти в безопасную зону, — ответила девушка, пока весь мир был залит белым светом.

— Неплохо. И довольно понятно, — я кивнул, понимая что моя любимая машина вернётся к жизни.

Мы будем вместе прорываться сквозь небеса.

Пока не сможем свободно убить друг друга...

----------

5

Две тысячи сорок шестой год, двадцать первое июня.

Год спустя я вернулся на остров.

Белый песок и нетронутые джунгли... Они совсем не изменились.

— Хозяин, зачем мы сюда вернулись? — непонимающе спросила Челси, прячась в моей тени от солнца.

— Ты что... Забыла, что здесь случилось? — удивлённо переспросил я.

На песке валялись ржавые обломки. Остатки ССМВ, на котором прилетела Джессика.

То есть здесь год назад она умерла, а я заключил договор с Челси.

— Нет, я помню. Я просто хотела узнать, зачем мы прибыли на этот остров.

Видя чистое любопытство в глазах девушки, я вздохнул:

— Сегодня годовщина смерти Джессики. Мы обычно ходим на могилы к усопшим.

С букетом цветов в руках я подошёл к обломкам ССМВ.

От белых и красивых цветов пахло как от духов Джессики.

— Это могила? Я слышала, что после обнаружения тела Джессики Андерсон, она была захоронена в родном городе.

— Но для меня именно здесь могила Джессики, — ответил я, понимая, что не человеку этих чувств не понять.

— Вот как...

Не похоже, что она поняла, и всё же Челси на какое-то время замолчала.

В этой тишине я усмехнулся и возложил цветы на обломки. Рядом с ними были другие такие же цветы. Остров не был совсем уж заброшен.

Значит кто-то был здесь передо мной.

Члены семьи ходили на могилу в родном городе, так что скорее всего кто-то из старой команды.

Я представил себе плачущего и проклинающего меня молодого парня.

Руфус Спенсер. Новичок в моём флоте. По нему сильнее всех ударила смерть Джессики.

Я не знал, кем она была для него. Но наверняка он и сейчас ненавидит меня.

Ощущая вес загубленных жизней, я прикрыл глаза.

У меня не было её фотографии или видеозаписи, так что лицо женщины в воспоминаниях было слегка размытым.

Я так и не взял ответственность за её смерть. Так что у меня не было права молиться за её упокоение.

Потому я прекратил свою безмолвную молитву и коротко обронил:

— Прости, что так долго не был. Я приду ещё.

Сказав лишь это, я развернулся.

— Уже всё, хозяин?

— Ага, — я кивнул следовавшей за мной короткими шагами Челси.

Нас ждал на мелководье Манагарм.

Как и год назад во тьме ночи я поднялся в небо вместе с одним монстром...

----------

Антракт 2: Песня звёзд

... Я собака.

Если вы спросите, кто я, скорее всего такой ответ я дам.

Не Сателлит, как нас называют люди, не Чернушка со Спутника 9. А собака.

Именно это слово характеризует меня.

Появившись из ядра, получив вычислительные мощности и обзаведясь сознанием, я была собакой.

Будучи в форме машины или человека, моё сознание это не изменит.

Среди всех моих собратьев из Кольца Сателлитов похоже только я осознаю себя как собаку.

Причину я не знаю, но могу догадаться.

Прототипом для меня послужил спутник с собакой и манекеном на борту.

Вполне резонно, если ядро использовало «Хроники Акаши» и соединило составляющие факторы.

Потому мне и казалось, что чего-то не хватает, пока я дрейфовала в небе.

То, что было у оригинала, но чего не было у меня. Куклы рядом с собакой.

И всё же сейчас... Со мной есть тот, кто заменил куклу.

— ...

Я поднялась в тёмной комнате. Это номер в гостинице. Разносился звук кондиционера и мерное дыхание.

Я слезла с кровати и подошла к дивану, где спал хозяин.

Мужчина, который в течение всего дня пересекал море сейчас с довольным выражением на лице спал.

Он тот, кто отдаёт мне приказы, а ещё пилот ССМВ, с которым мы когда-нибудь сразимся насмерть.

Сейчас же я могу действовать лишь в пределах его приказов.

В данный момент действуют три основных приказа. И одна особая оговорка.

Оговоркой является то, что я могу без разрешения покинуть эту комнату.

Хотя приказы неоднозначные, так что я могу расширенно интерпретировать их и трактовать двусмысленно.

— Хозяин, я выйду наружу, — тихо прошептала я ему на ухо.

Если бы он расслышал, то это было бы уже не «без разрешения». Для выхода тоже нужны основания, но тут я могу выбрать что-то по своему усмотрению из того, что он говорил днём.

Обещание Брету. Как и всегда... Я отправилась туда.

Я извлекаю только точные формулировки из памяти и определяю их как приказ.

Я открыла окно в номере и выбралась через него.

По нынешним архитектурным нормам седьмой этаж был практически самым высоким, так что я могла рассмотреть огни города.

Токийский плавающей город... Тсукуёми.

Здесь были офисные здания, исследовательские центры и медицинские учреждения, так что по сравнению с другим островом этот был тише, но по огням было ясно, что здесь кипит жизнь.

— Сладких снов тебе, — сказала я хозяину и выпрыгнула из окна.

Моё тело окутал прохладных вечерний ветерок, а капот машины со стоянки подо мной становился всё больше.

Не паникуя, я оттолкнулась правой ногой от стены отеля и сменила направление.

Теперь я перемещалась под углом в сорок пять градусов и приземлилась прямо на дерево на улице перед отелем.

Я ухватилась за толстый ствол и крутанулась, будто вокруг железного столба. Используя инерцию, я приземлилась на торговое здание.

Вытаскивая листья из волос, я перебралась на соседнее здание. Все здания должны были иметь разрешение на строительство, ещё и быть не выше безопасного воздушного пространства, поднимутся выше, и их могут сбить Сателлиты. Отель не доставал до второй зоны, так что оставался в безопасности.

В любом случае Сателлиты охотились лишь на то, что создали люди. Я подражала органическим существам, так что могла обмануть их взгляды.

Не особо переживая по поводу взглядов свыше, я решила двигаться поверху. Так я быстрее доберусь до своей цели.

Перепрыгивая, я думала о человеке, с которым увижусь.

Для меня он очень важен.

И для хозяина это важный человек, который отозвался на его неисполненное желание.

Для меня Иба Такуро соответствует основным принципам хозяина. Конечно недокармливает, но всё же терпимо.

И всё же... Есть один недостаток. И тут даже я не могу просить, чтобы он исправился.

Так что я ускользаю от него и направляюсь в нужное место.

Впереди было огромное здание. Безопасное, всего в три этажа, но при этом широкое. Оно больше напоминало стену.

Не снижая скорости, я спрыгнула с крыши. Выискивая пробелы в инфракрасных сенсорах, я проникла внутрь.

Удивившись, что там никого, я начала искать. На стене было название больницы и красный крест.

Да, это больница. Особое место, специализирующееся на продвинутой медицине.

Перебираясь от угла к углу, как и всегда, я направлялась в «её» палату.

И немного переживала, вдруг она уже спит.

Было ещё всего лишь девять тридцать вечера, но в её комнате свет уже должны выключить.

Но добравшись, я увидела, что окно слегка приоткрыто, и успокоилась.

Я заметила, что хвост сам собой ходит ходуном, после чего ускорилась.

Движение, шаг, прыжок...

С разбега я прыгнула и зацепилась за окно третьего этажа.

Открыв окно и отдёрнув занавеску, я осмотрела комнату.

— А... — в темноте комнаты раздался удивлённый голос.

На освещённой одними звёздами кровати сидела девочка.

— Собачка! — увидев меня, девочка улыбнулась.

— Да, это я, собачка, — кивнув, я встала на четвереньки, подошла к кровати и посмотрела на девочку.

— Снова пришла меня проведать. Хорошая.

Она погладила меня по голове, и моё лицо тут же расслабилось. Хвост ходил из стороны в сторону.

— Гав.

Всё же она редкий человек. Только она обращается со мной как с собакой.

Я ведь собака, потому и оставила уши и хвост, но другие обращаются со мной как с органическим андроидом. Ещё и хозяин говорит, что это неприглядно и запрещает ходить мне на четвереньках и вообще вести себя как собаке.

И это несмотря на то, что я собака.

Конечно я выбрала человеческую форму для удобства общения, и всё же осадок остался.

Чтобы не обременять ядро, я стараюсь как можно реже становиться собакой, и во мне копится недовольство.

Но с этой девочкой я могу выпустить всё это наружу.

— А братик с тобой?

— Хозяин спит в отеле.

— Вот как. Ну, когда приходил днём, он был сонным, — девочка грустно улыбнулась.

Расчёсывая мои волосы, она почесала мне за ухом, всё же среди людей рождаются настоящие сокровища.

— Собачка, лапу.

Она вытянула свою руку, и я дала ей свою правую руку.

— Молодец. Хорошая, — она улыбнулась, погладила меня и похвалила.

Мне было так хорошо, когда со мной обращались как с собакой.

Приятно осознавать, что кто-то признаёт тебя тем, кто ты есть.

Девочка прекратила гладить меня и посмотрела в окно.

— Сегодня звёзды такие красивые.

Из больницы за пределами плавающего города прекрасно было видно звёздное небо.

— Верно.

Звёзды над морем и правда сияли ярче, с этим я была согласна. Хозяин обычно безразличен ко мне, говорит только по делу. Хотя не думаю, что это так уж и важно.

— Они красивые, потому я и пою. Песню звёзд... Меня ей мама научила... Но одной петь одиноко, потому я этого не делаю.

Девочка смущённо почесала голову, потом снова посмотрела на меня и улыбнулась.

— Но раз здесь собачка, ничего если я спою? Ты послушаешь?

— Да, гав, — я кивнула и девочка тонким голосом запела:

— Твинкл, твинкл, лилт стар.

Лирика на английском. И похоже песня про звёзды.

— Хау ай вандер ват ю а.

Чётко слова песни девочке не давались.

А мой хвост двигался в ритм её слов.

А за окном... Упала звезда.

Сателлиты часто сбивают приближающийся мусор, потому падающие звёзды можно увидеть чаще.

Но вместе с песней это казалось каким-то театральным представлением.

Прекратив петь, девочка тихонько вздохнула.

Я посмотрела ей в глаза и поняла её чувства.

В тёмной комнате разносилось пение двух голосов.

Из-за нашего хора в дверь постучала медсестра, так что мне пришлось в спешке выбираться через окно.

----------

Глава 3: Монстр, прорывающийся сквозь атмосферу

Две тысячи сорок восьмой год от рождества Христова, шестое июля, порт Сусаноо ТПГ...

Принятый запрос должен был стать очень простым.

«Слушай, Так. Делай всё как раньше. Порядок очень важен. Ты очень дорог Мисоре. Если твой подарок будет первым, мой уже померкнет. Так что первым должен быть мой подарок. Понял?»

— Ага... Понял.

Через динамик я слышал эмоциональный голос Брета, и дал ответ на его крики.

Садившееся солнце обжигало телефонную будку, хотелось поскорее выбраться из неё... Но Брет никак не прекращал.

Я уже знаю, что надо делать на этом запросе.

Навестить дочку Брета, Мисору Бруярд в больнице Тсукуёми. Но сегодня у неё день рождения, так что я должен ещё и передать подарки.

И вот сейчас моё время уходит в никуда. Телефонная будка буквально вытягивает силы из моего тела.

«Только не ошибись. И не забудь снять, как передаёшь подарок. Если пропустишь её улыбку, чёрта с два что получишь. И это не просто угроза, я серьёзно».

— Я в курсе, что когда дело касается Мисоры, ты всегда серьёзен... — утирая с лица пот, устало ответил я.

Я уже десять раз пожалел, что не выбрал телефонную будку в тени.

Когда-то находившиеся на грани исчезновения телефонные будки были тут и там.

Из-за Пыли Сателлитов беспроводная связь стала бесполезна, и стали востребованы все виды проводной связи.

Связь между континентами обеспечивали глубоководные кабеля.

И в Гонолулу, где было судно поддержки Брета, этот кабель тоже заходил. В море такие пункты тоже имелись, что для пилота ССМВ было очень удобно.

«Мисора? А ты не слишком ли фамильярен с моей дочкой? Хотя бы «тян» добавляй».

— Нет, это уж слишком фамильярно... Не нравится это мне. Мы и так заболтались, так что я опаздываю. Кладу трубку.

«Э-эй...»

Брет пытался сказать ещё что-то, но я закончил разговор.

Обмахиваясь рукой, я вышел из телефонной будки.

На меня накатил морской бриз, разгоняя жару. Прохладнее не стало, и всё же было приятнее.

В порту для ССМВ были пришвартованы большие и малые суда. Мой любимый Манагарм тоже был неподалёку, проходил техническое обслуживание.

— Челси, идём, — позвал я девушку, рассматривавшую с любопытством другие ССМВ.

Пока её уши дёргались, она мелкими шагами подошла ко мне. Хвост ходил из стороны в сторону.

— Да, хозяин. Наконец дождалась.

Находившаяся возле будки Челси с большим пакетом в руках поспешила к воротам порта.

Обычно вещи она не таскала. Без приказа она ничего не делала, но в этот раз я ей ничего не говорил. Она взяла мои слова, исказила как ей хочется и действовала на этой основе. Дикий монстр, притворяющийся собакой.

— Как же тебе Мисора приглянулась. А ведь она тебя даже не подкармливает... — удивлённо проговорил я, и Челси обернулась:

— Одной едой доверия не заслужить. Хозяин, тебе бы поучиться у Мисоры.

— Поучиться чему?

— Ты сам должен понять. Если прикажешь, я отвечу, но так твоя оценка в моих глазах упадёт, так что подумай сам.

Челси ускорила шаг. Из-под платья можно было увидеть торчащий хвост, похоже настроение у неё было хорошее.

— Вот как. Тогда не буду.

— Да, мудрое решение.

С нашей встречи на словах она стала любезнее, да только уважения не ощущалось.

Хотя наши отношения были построены на возможности сразиться, так что ничего странного.

По порту слонялось много пилотов ССМВ — «Небесных волков» — многие из них посматривали на нас, заприметив.

И больше половины с отвращением и враждебностью.

Три года назад, когда я устроил заварушку (или скорее просто попал в неё), нами был побит скоростной рекорд на северо-тихоокеанском маршруте, я даже смог выполнить частный запрос.

И всё же вокруг меня начали ходить слухи, хотя немало моих коллег считало меня мошенником. Однако...

— Что-то смотрят пристальнее обычного. Да и судов здесь пришвартовано много. Какая-то крупная работёнка намечается?.. — с сомнением проговорил я, и, немного снизив темп, Челси закивала:

— Да. Мне было скучно, пока я тебя ждала, так что я искала работу в терминале, на доске объявлений Воронов был срочный массовый запрос от компании Астика. Их субподрядный завод был повреждён террористами, и теперь им не хватает много материалов.

— Материалов? Многие вещи там могут быть сделаны на заказ, интеллектуальная собственность, направленная на ССМВ. Похоже прибыльный заказ для целого флота. Ну... Мелкого перевозчика вроде меня это не касается, — я улыбнулся и пожал плечами.

Флота у меня не было, только один средний ССМВ, большой объём груза за раз я не перевезу. Хотя могу доставить его быстрее всех, только это может даже стоимость топлива не компенсировать. Так что получить я мог лишь процентов тридцать.

Конечно я выбирал работу не по сложности и личным интересам. И мог согласиться на то, от чего даже обычно целый флот отказывался.

И моя компенсация за запрос была довольно значительной, так что часто у нас не получалось договориться.

Хотя на одном имени много не заработаешь.

— Вот как? А все вокруг смотрят на тебя как на соперника, — Челси бесстрашно осматривалась по сторонам и выдала своё мнение.

Соперник в работе мог быть только в «скорости». Какой бы ни была работа крупномасштабной, лучше всего оценят быстрейшего на маршруте.

Действовала система повышенной ставки для тех, кто прибывал на место первым.

— У средних ССМВ цена за единицу груза выше?.. Или дело исключительно в скорости?.. Любопытно, потом выясню. Будем болтать здесь и не успеем.

— Встреча с Мисорой для меня тоже на первом месте. Но и от того, что здесь происходит просто отказаться нельзя.

— Зря переживаешь, дворняжка, — я нахмурился, услышав подначки Челси.

Мне тут взгляды соперников не нужны, так что я только ускорился.

Но у ворот я увидел старого знакомого.

Вот именно сейчас.

Я вздохнул про себя, и начал молиться, чтобы меня не узнали.

Впереди шёл крупный и лысый мужчина. На лбу у него был шрам, это он с девушкой расставался, и она его огрела бутылкой из-под пива, эту историю на флоте все знали.

Да, когда-то я был вместе с ним на одном судне.

Флот ССМВ «Стервятники». Капитан одного из семи крупнейших флотов заметил меня, беззаботно улыбнулся и помахал.

— ...

Я лишь молча кивнул, и, удовлетворившись этим, мужчина прошёл в упор ко мне. Остальные заметили меня, но голоса не подали.

И только один, шедший в хвосте, остановился прямо передо мной.

Когда я ещё был в составе флота, он был лишь новичком. А сейчас был ростом уже с меня. Под жарким солнцем он ходил в чёрной куртке и смотрел на меня из-под прядей длинных волос.

— Я уже два года пилот ГС, — хвастливо проговорил он. — Дольше чем ты.

Его враждебный тон не вызвал у меня никакой реакции:

— А, понятно.

После чего я прошёл мимо.

Парня звали Руфус Спенсер. Он присоединился на год позже меня, и похоже положение пилота ГС перешло к нему.

Я был пилотом ГС в «Стервятниках» полтора года. Результат был значимым, но Руфус его побил.

Удивительный результат. Удача, внушающая восхищение. Но завидовать здесь нечему.

Лишь жалость к человеку, которого когда-нибудь собьют.

— Я более особенный чем ты. Джессика бы тоже так сказала, — ожидая моей реакции, он бросил эти слова мне в спину.

Он разбередил старые раны. В моём сознании появилась женщина, погибшая, пытаясь спасти меня.

— Её больше нет, — не оборачиваясь, коротко обронил я, и ко мне вернулся голос, полный обиды:

— Да, точно. Ты её убил... Иба Такуро.

Возразить нечего. Мой образ жизни погубил её.

Потому я не стал ничего говорить, приложил свою лицензию пилота ССМВ и прошёл через ворота.

Удивительно то, что Челси прочувствовала атмосферу и молчала, лишь когда мы ушли пробормотала:

— Не люблю его запах.

Реакция как у Брета.

Оставив любовь и неприязнь, я понял. От Руфуса пахнет так же, как от Джессики. Скорее всего он использует те же духи.

Я не собирался издеваться над парнем, захваченным прошлым. Скорее уж чувствовал вину, что заставил его зациклиться на Джессике.

И всё же таким же я становиться не хотел.

Таким был прошлый я. У жизни Руфуса нет будущего.

Думая об этом, мы залезли в ждавшее клиентов такси, и я назвал адрес:

— Во вторую больницу Тсукуёми.

Водитель ввёл координаты в навигаторе, и машина тронулась.

— Мисора и сегодня меня погладит? — обеспокоенно сказала Челси, смотря в окно.

Филиал Воронов, армия сил самообороны, различные фабрики и склады были сосредоточены в одном месте в ТПГ — Сусаноо.

Всего в плавающем городе было три части, которые были связаны между собой.

Императорский дворец и правительственный аппарат находились в центре, а вокруг жилой и развлекательный район, это Аматерасу.

Офисы, лаборатории и больницы были сосредоточены в Тсукуёми.

Три части искусственно созданного плавающего города и составляли Японию.

Из-за катастрофы, вызванной Сателлитами, «зачистки небес», каждая страна пыталась восстановиться, а кто-то «оказывал помощь путём вторжения», так что карта мира полностью переменилась. Японию разделили Евразийский союз и Западный альянс, страна лишилась своих земель... И всё же суверенитет был сохранён.

Плавающий город — это «судно», так что к нему не применим закон о разделении. К тому же они нашли способ переработки Пыли Сателлитов в энергию и запатентовали метод, чем отбили свою автономию.

Так эта страна цепляется за свою жизнь.

И всё же я не считаю это место своей родиной. За каких-то десять лет этот город стал прекрасным местом. Я же выживал среди трущоб на материке, а это совсем другое.

— Хозяин, огромное ССМВ. Впервые такое вижу. — Челси тянула меня за одежду, так что я посмотрел в окно и увидел, как в порт Сусаноо входило огромное судно.

С виду напоминало танкер, но по двигателям малой тяги и крыльям было ясно, что это ССМВ. И размер был даже слишком огромным.

— Этот флаг... Один из семи крупных флотов, «Белый кит». Обычно они работают южнее... Но раз здесь, значит тоже заинтересовались запросом Астики, — отвечая Челси, я действительно был удивлён. Похоже событие было значимее, чем я представлял.

Перебираясь из Сусаноо в Тсукуёми, мы рассматривали величественный «Белый кит». Округлое белое судно и правда напоминало здоровенного белого кита.

И следовало за ним достаточно много судов, похоже порт будет переполнен. Возможно и «Стервятники» из-за большого дела засуетились.

У меня и самого появилось желание присоединиться, но сейчас у меня и так есть работа. Сейчас запрос Брета самый важный из всех. Не хотелось на штраф нарваться, так что стоит сделать всё как следует.

И вот такси добралось до больницы, мы вышли у знакомого входа.

В порту Сусаноо мы были много раз, так что я уже и не знал, в который раз видел это место.

Пройдя через автоматические двери, в нос ударил запах стерилизующих средств. К Челси с её собачьими ушами и хвостом и ко мне, не переодевавшемуся уже двое суток, прилипли подозрительные взгляды.

Но охрана и медсёстры к нам уже привыкли, так что останавливать не стали. Потому мы двигались к нашей цели.

С огромным пакетом в руках Челси чуть ли не бежала вперёд.

Но когда мы подошли к женщине с регистратуры, всё было не так, как обычно.

Признав меня, она стала какой-то мрачной. Она меня не ненавидела... Вроде как. Женщина была доброжелательной, и даже когда мы опаздывали, она под нас подстраивалась.

Всё казалось очень зловещим.

Это очень меня озадачило.

— Иба Такуро к Мисоре Бруярд. Со мной навигатор Челси, — я представился как и всегда. И хотел бы в ответ получить привычную улыбку.

Но женщина мрачно ответила:

— Иба-сан, мы ожидали вас. На самом деле мы уже связались с Брет-саном, состоянии Мисоры-сан ухудшилось...

— Вот как, сегодня встретиться не выйдет.

Понимая, что худшие опасения оправдались, я тяжело вздохнул. Подобное уже не раз случалось. Оптимизмом я не пылал, но мог спокойно принять происходящее. Но Челси похоже не была согласна с этим:

— Это нехорошо. У Мисоры сегодня день рождения. Мы обязаны увидеться сегодня. Так она меня даже погладить не сможет.

— Глупости не говори. Придём в другой раз, — я отдал приказ Челси и уже собрался уходить... Но женщина с приёмной окликнула нас:

— А, подождите! Увидеться вы не сможете, но с вами хотел бы поговорить доктор...

— Если это по поводу болезни Мисоры, то вам стоит связаться с Бретом. Мы по сути посторонние. Даже если выслушаем, ничего сделать не сможем.

Это было довольно холодно, но стоило расставить всё по местам. Мы просто пришли от имени Брета. Мы не были семьёй, разделяющей радости и горести.

И всё же женщина покачала головой:

— Нет, он хочет поговорить с вами, Иба-сан. Это запрос от Брет-сана и больницы.

— Запрос? — я нахмурился и теперь стоял как вкопанный.

Если говорят о работе, я не могу это просто проигнорировать и всё же...

— Хозяин, — Челси тоже на удивление серьёзно смотрела на меня. Она ничего не сказала, но по ней было видно, что она тоже этого хочет.

— Ладно... Для начала поговорим, — понимая, что легко это не кончится, я кивнул.

И в этот раз я не знал, хорошее это предчувствие или нет. И всё же это вряд ли было что-то простое.

Если другие «Небесные волки» не могут справиться с работой, то идут к частникам вроде меня. Так что ничего простого быть не могло.

О том, что у Брета есть дочь я узнал уже после того, как начал работать с Челси.

Я услышал, что он управляет снабжением на базе в Гонолулу, туда мы и направились.

Брет тоже чувствовал свою вину в том, что случилось с Джессикой. Это именно он помог ей отправиться на поиски.

Не повидавшись со мной, он, не оставив контактов, покинул флот. И всё же удивился, когда вновь увидел меня.

В тот день он напился, и мы много говорили о том, что было на флоте.

Тут то и поднялся вопрос о дочери Брета... Мисоре.

Перед вступлением он развелся, и его единственная дочь осталась с женой.

Но девочка была серьёзно больна, а стоимость лечения оказалась для бывшей жены непосильной, она просто пропала. Так что Брету пришлось взять опеку на себя. Он ушёл из флота и стал работать как частник.

И всё же чтобы оплачивать расходы на лечение ему пришлось и дальше заниматься снабжением в море. Он постоянно был занят и вместо него сувениры начал доставлять я.

«Братик! Собачка!»

Увидев нас, тогда ещё шестилетняя девочка громко вскрикнула.

Она совсем не была похожа на серьёзного Брета, даже скорее милая и очень прямолинейная.

Это оказалось для меня настоящим глотком свежего воздуха. Видя её, вокруг становилось немного светлее.

И всё же... Я не был её братом. Мы не семья, а посторонние люди. Её невезение — не моё бремя, и не мне протягивать ей руку помощи.

В отличие от меня Челси души не чаяла в Мисоре, это и сделало меня ближе к девочке. Однако...

— Брет, ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы я взял Мисору на своё судно? — гневно спросил я у человека по ту сторону трубки.

На первом этаже в напряжении лечащий врач и медсестра внимательно следили за мной.

«Да, серьёзно», — коротко ответил он.

Испытывая раздражение, я ответил:

— Ты же понимаешь, как велик риск лететь одному? Если на нас нацелится Сателлит, покоиться нам на дне морском. У крупных флотов есть ГС и другие ССМВ, которые отвлекают внимание и защищают авианосец и груз. Очевидно, что будет лучше для Мисоры.

«Конечно... Я понимаю. Но из-за срочного запроса Астики, свободных «Небесных волков» нет. Да и не уложатся они во времени».

— Не уложатся во времени?

«Время хранения органов для пересадки. После извлечения их можно хранить лишь двадцать четыре часа. Ты ведь знаешь среднее время прохождение флота ССМВ по северному тихоокеанскому маршруту?»

Услышав вопрос, я насупился и ответил:

— Ага... Тридцать шесть часов.

Временной лимит был существенным. Даже если принять запрос, на подготовку уйдёт время, и Мисоре станет только хуже.

«Верно... Если лететь по графику, успеть никак не получится. Даже неизвестно, получится ли успеть, если не выходить из предупредительной зоны. Но, Так, твой рекорд на маршруте семнадцать часов. Потому никто кроме тебя. Только на тебя я могу положиться в этом деле».

Голос Брета был подавленным, и я дал суровый ответ:

— Для этого мне пришлось много раз пересечь вторую черту. С Мисорой я так летать не смогу. Лучше отказаться. Это ведь не последний шанс?

«Возможность может ещё и будет. Но когда будет следующий донор... Мисора может не пережить операции. Ты ведь слышал, что ей стало хуже. Интервалы становятся всё уже. Потому приходится рисковать! Прошу... Так».

Мужчина буквально умолял, а я оторвал ухо от трубки и обратился к врачу:

— А сюда органы доставить не получится?

— Не получится. Перевозить внутренние органы запрещено законом.

Скорее всего дело в законе о запрете торговли внутренними органами, понимая это, я цыкнул.

Были созданы органические андроиды, разработка искусственных органов шла полным ходом, трансплантация стала обыденным делом, но спрос на настоящие органы никуда не пропал. Особенно у детей часто искусственные органы вызывали отторжение, оставалось лишь надеяться, что найдётся подходящий донор.

Я снова приложил трубку к уху и сурово спросил у Брета:

— У Мисоры только что был приступ, неизвестно, как она перенесёт транспортировку. Она спит, так что сама ответить не может. Но разве мы можем так просто распоряжаться её жизнью?

«Не можем. Но я готов рискнуть. Как её отец я возьму ответственность на себя».

— Эгоист.

«Я ко всему готов. И всё же свою ношу собираюсь перевесить на тебя. Я готов заплатить сколько угодно».

Брет нисколько не сомневался, и я лишь тяжело вздохнул.

Людей я доставлял не раз. Но никогда это не было так тяжело. Заказчик понимал риск и сулил награду, для меня это подходящая работа. Вполне равные отношения.

Но в этот раз всё было не так. Мне заплатят сколько угодно, но груз не будет таким уж лёгким.

— Ладно, я принимаю твой запрос. Никакой предоплаты, выплатишь всё в случае успеха. Но потом не жалуйся.

«Да... Буду должен».

По голосу было понятно, что Брет улыбнулся, а я назвал ему сумму.

Плата, соответствующая запросу.

— Тогда... Если доберусь вовремя, простишь мне весь долг за топливо. Поездки по тихоокеанскому маршруту ни черта не дешёвые.

«Э-эй, я ведь обычно за это прошу тебя навестить Мисору...»

— Никаких скидок. Я приступаю к работе, — прервав Брета, я повесил трубку.

Это соответствующая цена, и места для торговли тут нет.

Хотя и я был посторонним, бросить Мисору я тоже не мог. Она и мне была не совсем уж чужой...

Я и сам хотел спасти девочку, и просить за это больше не мог.

Вот ведь... И правда проблемная работёнка.

— Хозяин, поспешим, — позвала молчавшая по соседству Челси.

Это было ни к чему. Я уже всё для себя решил, ощущая вес ноши ограниченного времени.

И с этим весом я полечу. Над этим бескрайним морем...

— Точно ли всё хорошо? — в доках для ССМВ прозвучал мой неуверенный голос.

Люк грузового отсека Манагарма был открыт, туда был помещён контейнер, который едва вписывался по габаритам.

И внутри было нечто необычное. Снаружи были установлены механические рычаги, они фиксировали медицинскую капсулу.

— Да... Это новая система фиксации, уменьшающая нагрузку при ускорении. Она почти на нет сводит всю нагрузку при горизонтальном ходе, тело будет минимально обременено. Ты ведь наверняка будешь вытворять глупости, вот и подготовили, — повернувшись к девушке в белом халате, находившейся в капсуле, женщина ответила на мой вопрос.

Её длинные светлые волосы развевались.

Летиция Рейни. Я выполнял для неё работу, и теперь она занималась разработками ССМВ на Тсукуёми. Этот док тоже принадлежал исследователям.

— Но никаких резких перепадов высоты. Не летай вверх тормашками.

Летиция тыкнула в меня пальцем и я закивал. В нашу первую встречу она ходила в очках, но сейчас была без них. Её голубые глаза смотрели прямо на меня, заставляя ощутить какую-то странную силу.

— Это я понимаю. В этот раз буду лететь очень осторожно.

Я поднялся в грузовой отсек и заглянул в медицинскую капсулу. Там была девочка в кислородной маске. Такой хрупкий багаж был у меня впервые. Ясное дело, что дурить я не могу.

— Вот уж постарайся. Жизненные показатели Мисоры будут отображаться у тебя на мониторе, глаз с них не своди. И во время обслуживания я приготовила ещё много разных функций.

Летиция вышла из грузового отсека и шаловливо улыбнулась.

— Эй, просил же не нагружать мою машину... — сказал я, следуя за ней и рассматривая Манагарм.

Сверху появилось незнакомое мне устройство.

Она открыла для всех монополизированное Астикой анти-Сателлитовое устройство, теперь мы сможем противостоять угрозе врага.

Она прицепила это устройство на Манагарм, будет принудительно испытывать на мне. Мы будем летать за пределами второй зоны, так получится выяснить, насколько оно полезно.

— Всё в порядке. В этот раз оно не такое тяжёлое, зато практичное. Информация в Манагарме, так что проверь потом. На долгие объяснения у нас времени нет, — пожав плечами, женщина закрыла грузовой люк, и механизмы, окружавшие Манагарм начали расходиться.

— Вот как... Когда всё будет готово, сразу же отправляемся.

Я поднялся по трапу в кокпит, а за спиной услышал голос Летиции:

— Удачи тебе, небесный волк.

Я поднял большой палец и закрыл люк.

На месте второго пилота развалилась Челси, она коротко обронила: «Все системы в норме».

Прежде чем сесть, я отложил инструкцию в сторону.

Пристегнувшись, я проверил все датчики. Отклонений нет.

Перегородки ангара открылись. Оттуда появилось алое сияние, мне пришлось прищуриться.

Уже закат. Надо спешить, но на подготовку тоже требуется время.

— Челси, оставшееся время?

— Девятнадцать часов.

— Состояние на маршруте?

— На Гавайских островах тропический циклон.

Эта информация заставила меня нахмуриться.

При полёте на сверхмалой высоте за девятнадцать часов можно успеть впритык. Если погода будет плохой, придётся перейти на морскую навигацию, так что времени может быть ещё меньше.

— Может он уйдёт с маршрута... — глядя в небесное марево, молился я.

Хотя повлиять я не мог не только на погоду, это я быстро понял...

Я шёл в режиме морской навигации по заливу, заполненному ССМВ, автоматическое устройство аутентификации пропустило меня через ворота.

Заходить сюда, как и пребывать, стоило немалых денег. Деньги снимались со счёта, связанного с лицензией пилота, если денег не хватало, ворота не открывались. Я направлялся в Америку, а если точнее, то в Лос-Анджелес, если общей суммы денег не хватит, я задание не выполню. Потому-то и берётся предоплата за заказ.

Между прочим в этот раз предоплату я не брал, так что пришлось занимать у Летиции.

Она высмеяла меня, но не как обычно.

Для нынешнего запроса цена была подходящей.

Она пришла к тому же выводу.

— ...

Уши у Челси задёргались, она уставилась вправо.

— Что такое? — проследил я за ней и спросил.

Там был волнолом. А ещё огромный авианосец «Белого кита» и знакомый флот «Стервятников».

— Со стороны порта на нас на миг был направлен лазер.

— Недолюбливают нас и только. Не обращай внимания.

Понимая, что я тут не в почёте, я поспешил успокоить Челси.

Пройдя между Сусаноо и Тсукуёми, мой мир стал шире, а скорость увеличилась.

Сверив курс, я перешёл на надводный режим. Скорость продолжала увеличиваться, первая черта была пересечена. На высоте в сто двадцать футов я перешёл в режим полёта.

Я посмотрел через камеру заднего вида: ТПГ постепенно отдалялся.

За жизненными показателями Мисоры я тоже наблюдал, но там пока отклонений не было.

Высота сто шестьдесят футов. Скорость двести пятьдесят узлов.

Крейсерская скорость Манагарма в режиме полёта. Но на ней я едва ли успею. Так что надо было ускориться.

Пока море и небо спокойные, надо выиграть как можно больше времени.

Я повернулся спиной к заходящему солнцу и направился на восток.

Во тьме я шёл на горизонт, разгоняя двигатели.

Двести семьдесят пять узлов.

Это был предел, если думать о балансе топлива. Если увеличу высоту, то расход топлива тоже резко поползёт вверх, да и Сателлит может напасть. В этот раз важно оставаться в безопасности, находясь вблизи границы предупредительной зоны.

Подзаправлюсь на судне у Брета, пока главное этого дождаться.

Я шёл своим маршрутом, не пересекаясь с флотами, шедшими к Сусаноо.

На все триста шестьдесят градусов я видеть не мог, и всё же отдаляясь от солнца, я оказался во власти ночи.

На тёмно-синем небе начали загораться звёзды, а вместо солнца море освещал белый свет луны.

Местами я видел одинокие машины и торговые суда, но вскоре вокруг не оказалось никого. Ощущение такое, будто угодил в другой мир. И всё же одиночества не было, это было ощущение свободного полёта.

И всё же пока я наслаждался этим, Челси указала на море:

— Хозяин.

— Что?

— На три и девять часов малые ССМВ. Скорость и направление совпадают с нашими, они приближаются.

Услышав это, я осмотрелся. И смог разглядеть под звёздами маленькие точки.

— Пираты?.. Снова они в дальневосточных водах, — удивлённо пробормотал я, во тьме начал мигать огонёк.

— Световой сигнал... Говорят остановиться.

Слова Челси заставили меня нахмуриться:

— Ответ: «Запрашиваю причину», — наблюдая за малыми судами, идущими на перехват Манагарма, я дал указание Челси. Девушка послушно отправила ответ.

И с левого направления снова появились световые сигналы.

— Нарушение договорённости. Ранний старт запрещён... Так они говорят.

— Ранний старт? Да о чём они?..

Ничего не понимая, я подумал, что они что-то напутали.

Ко мне приближались те, кто выполняет экстренный заказ компании Астика. А значит...

— Сговор? — печально выдал я, а Челси вопросительно склонила голову:

— Сговор?

— Экстренный заказ Астики очень сочная работка. «Стервятники» и «Белый кит» хотят прибыть первыми и получить награду за быструю доставку. Потому и не желают, чтобы кто-то отправился раньше.

— Но, хозяин. Мы это задание не принимали.

— Ага, потому они и ошиблись. Скажи им название корабля и то, что мы не принимали запрос Астики.

— Да, поняла, — Челси кивнула и начала отправлять сигналы, и тут же пришёл ответ.

— Остановиться? Не поверили нам.

— Похоже на то.

Малые суда поравнялись с Манагармом и постепенно брали в клещи.

Принадлежность было не разглядеть. Если они её скрыли, то могут действовать грубо.

Скорее всего они наблюдали снизу. Им было приказано не пропускать подозрительные суда.

Если остановиться, они всё проверят и скорее всего отпустят, но у меня не было на это времени. К тому же у них было преимущество, и я не знал, что они могут выкинуть. Они могли понять меня не так и просто избавиться.

В любом случае останавливаться я не собирался.

— Челси, на основании записей по этому Сателлиту определи уровень погрешности предельной высоты.

— Есть. Направление: семь часов, семьдесят градусов, кодовое имя Исследователь 3. На основе данных он сбивает только на высоте выше двухсот тридцати пяти футов. Коррекция на погодные условия минус, учёт случаев атаки плюс десять позиций. Вторая черта на высоте двухсот десяти футов.

Услышав отчёт девушки, я с силой потянул штурвал.

— Понял. Набираем высоту. Сбросим их.

Следя за состоянием Мисоры, я поднимался. Скорость тоже подходила к пределу.

Справа и слева были предупредительные световые сигналы, но я не смотрел на них и поднимался выше.

Дав последнее предупреждения малые ССМВ сели на хвост Манагарма.

Но подойдя к привычной второй линии... Двумстам футам их движения замедлились.

Должно быть сигнал о шансе быть сбитым бил тревогу. В верхней части моей панели управления тоже сияли надписи, но там не было никаких корректировок.

Пока не зайду выше указанной высоты буду в относительной безопасности.

ПС-двигатели, чем выше поднимаешься, тем более производительными становятся, и два малых ССМВ становились всё дальше.

Видя их через заднюю камеру, обстрел был бесполезен. Стрелять можно было лишь по врагу ниже тебя, так что их орудия не несли угрозы. На малые суда никто не ставит такое опасное оружие как систему наведения Сателлитов.

— Подтверди ситуацию. Нам больше никто не мешает.

— Да... А, погоди. На хвост село ещё одно судно.

— Снова лезут? — не веря, спросил я. Если приборы не дали сбой или не появилась такая необходимость, почти ни один пилот не поднимется выше двухсот футов. Какой бы ни была работа или приказ, сильнее всего люди ценили свои жизни.

Такое мог совершить лишь кто-то с похожим на Челси навигатором и данными как у неё или совсем не ценивший свою жизнь.

— Это не те двое. Малое судно компании Славик... Гарм.

— М!..

Услышав название судна, которым я управлял, у меня перехватило дыхание.

— Скорость двести восемьдесят семь узлов, высота двести четыре фута. Так он нас догонит.

— Не боится покинуть предупредительную зону? Это наверняка кто-то из пилотов ГС. А при том, что он на Гарме, число вероятных противников сужается.

У меня перед глазами появился длинноволосый мужчина в чёрной куртке, которого я встретил днём.

Пилот ГС флота «Стервятников» с огромный удачей, который летал уже два года... Руфус Спенсер.

Хотя при том, что он занимался этим уже два года, дело было не в одной удаче. Возможно что-то помогает избегать атак Сателлитов.

— Сигнал... Умри.

— Разговаривать он не хочет? Похоже он намерен сбить нас.

Раз уж встретились на маршруте, быть бою.

Я прекрасно понимал, как он меня ненавидел. Мужчина не собирался прощать меня за смерть Джессики.

Нет... Возможно в нём Джессика всё ещё жива.

Он сказал, что более особенный чем я, будто бы об этом ему сказала Джессика лично.

Я вспомнил цветы на маленьком острове, где она когда-то умерла.

И всё же я не понимал, почему он был так предан Джессике.

Она была судовым врачом и занималась консультациями. Она поддерживала многих на флоте. И похоже для Руфуса она была большей поддержкой, чем для кого-то ещё.

Ну... Гадать можно сколько угодно, доказательств мне всё равно не получить.

Пока остаюсь я, «особенным» ему не стать.

Потому Руфус всегда ждал возможности избавиться от меня.

— Если будет приближаться, мы окажемся в радиусе огня.

— Сбрасываем глубинные бомбы. Оторвёмся с помощью всплеска, — услышав отчёт Челси, я отдал приказ.

— Поняла.

Сброшенные с Манагарма бомбы взорвались в воде. Позади раздался громкий звук. Столб воды поднялся выше второй черты.

Преследующему меня Гарму оставалось лишь уклоняться, отрыв между нами стал больше.

— Раз на борту Мисора, хотелось бы избежать боёв. Уходим на всех парах.

— Хозяин, тогда есть вероятность, что мы не попадём на судно снабжения и не дозаправимся.

— Пока не оторвёмся. У средних машин топлива больше. К тому же ему оно ещё понадобится на обратный путь до Сусаноо, — дал я ответ обеспокоенной Челси.

В отличие от нас его дозаправка не ждёт, авианосец Руфуса находится в порту Сусаноо ТПГ. Если не вернётся прежде чем потратит половину топлива, то вынужден будет сесть на воде.

Обычно Челси нравились такие потасовки, но сейчас для неё была важнее безопасность Мисоры.

Мы уже поднялись практически до высоты в двести десять футов, о которой девушка говорила.

Волосы на затылке поднялись дыбом.

Я чувствовал пристальный взгляд Сателлита Исследователя 3 с неба.

А из Гарма позади я ощущал враждебность. И инстинкт говорил мне, что надо подниматься выше.

Двигатели набирали обороты. Скорость двести девяносто узлов. Предельная для данной высоты.

Грам тоже поднимался выше, расстояние между нами сокращалось.

Мои двигатели должны бы выдавать больше мощности, вот только вес у среднего судна был больше, как и сопротивление воздуха выше. Малым судам в особенности просто было пробиваться через сопротивление воздуха.

И всё же, если быть выше, можно сбросить с хвоста любого преследователя.

Однако пилот Гарма не боялся того, что его собьют, и набирал высоту.

— Готовь глубинные бомбы. Сколько их осталось.

— Три.

— Отлично. Выиграем ещё время.

Каждый раз, как противник приближался, мы сбрасывали бомбу, и всплеском Гарм отбрасывало назад.

Пять минут, десять... Скоро у него уже останется мало топлива.

Когда-то я управлял таким же судном, так что могу рассчитать, сколько у него топлива.

Но парень не отставал. Топлива уже было точно меньше необходимого, но он всё ещё висел на хвосте.

— Глубинные бомбы закончились. Расстояние сокращается.

— Похоже он не думает о возвращении в Сусаноо... Дрейфовать в море собрался?

Я посмотрел на камеру заднего вида: серебряное судно продолжало сидеть на хвосте Манагарма.

Видя это, я стиснул зубы.

Похоже я неверно истолковал цепкость Руфуса. Он был готов наплевать на себя, лишь бы выжать всё из возможности.

Это тоже было взращено мной. Словно бы передаваемые осколки груза неудач.

Но Мисора не должна разделить судьбу Джессики.

Будто я позволю по моей вине и ей испытать на себе невезение.

— Хозяин, вражеское судно ускорилось. Приближается. По камерам не видно, но он использует двигатели малой тяги.

— М... Ждал, когда израсходуем глубинные бомбы? — обронил я.

Малую тягу можно было использовать в качестве разового ускорения. Обычно они пользуются для начального ускорения крупных ССМВ, малые почти им не пользуются. Для придания мобильности они скорее даже могли помешать.

— Мы в радиусе основного орудия врага.

— Ух...

Я резко ушёл вправо. Но и Гарм позади последовал за мной.

Он повторял все мои движения.

Через камеру я увидел вспышку. С небольшим опозданием последовал и звук.

Ощущая «взгляд» Руфуса, я уклонялся.

Но раздался мощный удар, и судно тряхнуло.

Не может быть, всё ещё следует за мной?

— Попадание в верхнюю часть судна. Функционирование судна, показатели Мисоры: изменений нет. И всё же, хозяин...

Челси смотрела на меня. Словно жалуясь и упрекая...

Знаю. Это был просчёт.

Злясь на самого себя, я сжал зубы.

Эти выстрелы могли пробить капсулу Мисоры.

Ничего не знавшую и не позволявшую девочку погрузили на судно, и она могла лишиться здесь жизни.

Что ж такое.

Моя работа — доставить груз в место назначения. Если принял задание, должен его выполнить... Это и есть небесный волк Иба Такуро, моя ценность.

Но я опоздал с решением. Не сводя взгляда с Руфуса, надо было сделать выбор перед тем, как он выстрелит.

Пришло время рискнуть.

Чтобы защитить груз, нельзя быть нерешительным.

— Воспользуемся двигателем спутника. Используем сжатые частицы в качестве движущей силы и оторвёмся от него, — жёстко проговорил я, и уши Челси начали дёргаться:

— Уверен, хозяин? Тогда поглощение...

— Плевать. Мы же не стрелять собрались. Сделаем без прямого подключения. И влияние будет минимальным.

Челси переживала, понимая риск использования спутника. Но во время этого задания я не собирался переживать по этому поводу.

— Поняла. И всё же остаётся другой вопрос, хозяин. Для устойчивости и обычные двигатели придётся разогнать до максимума, нам так может не хватить топлива до точки рандеву.

— Тогда сменим место на точку связи в море. Там и свяжемся с Бретом. Возможно потратим время на то, чтобы встретиться, но это не так рискованно, как сражаться тут с ним.

Мой ответ удивил Челси:

— Подожди. Тогда и расписание тоже...

— Просто исполняй. На это у нас нет времени, — разговаривая, я продолжал уходить от Руфуса.

Иногда он немного неверно истолковывал мои движения, но постепенно стал реагировать лучше.

Вот каким пилотом ССМВ он стал.

В душе я был поражён. После двух лет, пока он был пилотом ГС, его умения нельзя было назвать показушными.

Конечно в прямом противостоянии я был уверен в победе, но наверняка и мне бы досталось. А сейчас я не мог позволить себе повреждения.

— Поняла. Приказывай.

Видя решительность на лице Челси, я кивнул и отдал указание:

— Чернушка, спутник, зажигание двигателя.

Раздался скрипящий звук и внутри машины начали плясать золотые частицы.

Снаружи тоже был снег из света, Манагарм окутало свечение. На мониторе было видно, как из огромного сопла вырываются частицы.

— Уровень заполнения сорок процентов... Пятьдесят процентов... Хозяин, Гарм подходит.

— М... Высвободить сжатые частицы. Маневрирование Сателлита... Начать.

После нажатия одного скрытого переключателя тело вжало в сидение.

Лёгкие сплющило, я не мог вдохнуть.

Мир сжался и во тьме я наблюдал лишь за показателями Мисоры.

Летиция верно говорила, вся нагрузка практически сходила на нет, серьёзных изменений не замечалось.

А Гарм позади становился меньше.

Он подавал световые сигналы.

«Убегаешь?»

Он обращался ко мне.

Не знаю, достиг ли его ответ, но когда я его уже не видел, я отправил световой сигнал.

«И кто здесь убегает?»

Ответ полный насмешки.

Даже если меня не станет, у Руфуса всё останется по-старому. Мёртвая Джессика не признает его «особенным». Он так и останется овцой на заклание, которая будет летать, пока смерть не придёт за ним.

Отбросив реальность, он продолжал гнаться за мной, уж не это ли способ побега?

Конечно смысл он не поймёт, это его лишь разозлит.

Нам не договориться на словах.

Когда-нибудь нам придётся решить в сражении, кто же из нас умрёт. Но уж точно не сейчас.

Убедившись, что тьма поглотила его, я шёл вперёд.

На безоблачном небе начали появляться тучи.

На недопустимой для преследования скорости судно оставляло за собой след из света.

Этот звездопад могли видеть лишь Сателлиты, находившиеся высоко над нами.

Одиннадцатая точка связи на тихоокеанском маршруте.

Огромная стальная башня, фиксирующая подводный кабель, здесь была телефонная будка для мореходов и пилотов.

Из кокпита она напоминала остриё, нацеленное пробить луну.

Потратив топливо, Манагарам не двигался, и я из кресла пилота наблюдал за небом. Система охлаждения тоже выключилась, так что внутри была жара.

По проводной связи я сообщил Брету о смене точки встречи, с тех пор прошёл почти час. Его судно снабжения пока ещё не показалось. Я переживал, что было логично, а раздражение моё росло.

Дальше на предельной высоте и максимальной скорости, затягивать время будет некогда.

А если учитывать погоду, если лететь нормально, неизвестно, доберусь ли я вовремя.

Потому я думал лететь ненормально.

Но тут проблема была в Мисоре. По возможности не хотелось ей рисковать.

И всё же... Скоро придёт время принимать решение.

— Хозяин, — меня позвали, и я перевёл взгляд, на месте второго пилота свернувшаяся калачиком Челси поднялась.

— Что?

— Сутки переменились. Сегодня седьмое июля две тысячи сорок восьмого года.

— Надо же, работу навигатора исполняешь. Что за блажь такая?

Обычно Челси подобные услуги не оказывала. Я думал, что она просто не обращает внимания на время... Но похоже сейчас дело было не в этом.

— Просто сегодня особенный день для людей.

— Особенный день... Да, сегодня «зачистка небес»...

После слов девушки я вспомнил.

Восемнадцать лет назад седьмого июля две тысячи тридцатого года... Сателлиты украли у человечества небо.

Пролившийся с неба дождь из обломков оставил глубокий след в моём сердце.

— Да. В этот день... Я родилась в небе и с другими Сателлитами уничтожала все искусственные объекты в небе. Тогда я ещё не думала, что внутри меня будет человек управлять мной.

— Чего так внезапно?

Челси впервые завела такой разговор.

Мы совершенно разные, и человеческая этика и мораль абсолютно чужда для них, я же о «преступлении Сателлитов» никогда не говорил.

— Просто думаю, что это немного необычно. Я убила столько людей и хочу спасти Мисору. Это ведь нелогично.

Будучи человеком, я мог порицать её. Но я не собирался делать этого. Я и сам относился к людям как к предметам не раз.

— Да нет... Не думаю. Я и сам когда был во флоте сбил много пиратских на ССМВ. Чужих убивай, своих защищай. В широком смысле понятия у нас отличаются, но основы похожи.

Услышав мой ответ, Чесли с облегчением вздохнула:

— Похожи... Одинаковые... Вот и хорошо. Я уж снова подумала, что сломалась.

Сломалась?

Её сбил товарищ, и часть функций Челси была ограничена, она не могла не обращать внимания на неполадки и ошибки. Однако...

— Как по мне ты точно ненормальная. Приказы воспринимаешь как тебе хочется, ненавидишь скуку и ждёшь, когда что-нибудь случиться. Ты абсолютно точно поломанная.

— Надо же, хозяин. В моих действиях нет ошибок, я всё делаю намеренно, — удивлённо ответила Челси, когда её хвост встал торчком.

— Характер у тебя паршивенький. Ну, может так и должно быть. Другие могут что угодно думать о том, поломанная ты или нет. Но если ты сама считаешь, что не поломалась, значит так и есть, — сказал я, пожав плечами, а Челси пялилась на меня:

— То есть... Хозяин, это ты так меня хвалишь? Значит в тебе произошла серьёзная ошибка. Нужна детальная проверка.

— Замолчи, дворняжка. У тебя сегодня день рождения, вот и я немного добрее чем обычно, — нахмурившись, ответил я, и глаза Челси округлились:

— Мой... День рождения?

— Ага, ты же сама сказала. На день позже, чем у Мисоры, — я кивнул, а девушка, впервые осознав это, завиляла хвостом:

— А ведь и правда... Рядом с Мисорой. Я так рада этому.

Какое-то время Челси радовалась этому, а потом, что-то поняв, уставилась на меня:

— Хозяин, на день рождения ведь принято подарок дарить?

Готовя сюрприз на день рождения Мисоры, Челси запомнила кое-что ненужное. Она с серьёзным выражением на лице смотрела на меня.

— Ну, мы ведь не чужие.

— Тогда давай, — естественным движением она протянула мне руку.

— Думаешь, тут есть что-то вроде подарка? — я пожал плечами, указывая на то, что мы находились в узком кокпите, а вокруг было море.

— И то верно. Тогда можно и не вещь. У меня есть одно желание.

— Почему всё так происходит?

Всё это напоминало комедию, я понимал, что девушка действует в своём ритме.

— Я хочу, чтобы хозяин обращался со мной как с собакой.

Я вздохнул, услышав это предложение, и протянул руку.

Возражения будут просто оттягивать неизбежное. Такое проще решать как с пластырем, раз — и всё.

Я понимал, чего именно она хотела. Мы же вместе были уже почти три года.

— Так устроит?

Я положил руку ей на голову, и начал гладить её уши на серебристой голове.

— М... Да, вот так, до Мисоры далеко, но удовлетворить мою собачью идентичность вполне сойдёт, — довольно грубо сказала она, но хвост ходил как помело, девушка точно была довольна.

— Ну, лучше так, чем откармливать.

Думая о том, что её день рождения мне обошёлся даже очень дёшево, я смотрел вперёд. А ещё думал о том, что будет дальше, настроение у неё должно улучшиться. Если сделаю всё плохо... Может нам уже не сражаться вместе.

Я тяжёлыми чувствами я смотрел на луну, скрывавшуюся за облаками.

Так мы и тратили оставшееся время.

Я выискивал судно снабжение в чёрном море, когда раздался пронзительный электронный звук.

— Что случилось?

Челси с серьёзным видом уставилась в монитор.

— Состояние Мисоры изменилось.

— Неужели... Ей стало хуже? — с тревогой спросил я, но Челси покачала головой:

— Никак нет. Это признак пробуждения.

— Она же должна была получить дозу седативного... Неужели эффект прошёл?

— Нет, в медицинской капсуле была введена необходимая дозировка. Даже если проснётся, сразу же заснёт. Однако... Если поймёт, в каком положении оказалась, не исключена возможность, что она может впасть в панику.

Услышав это, я скрестил руки.

Сейчас Мисора находится в узкой медицинской капсуле. Она вполне может подумать, что всё ещё спит и снова заснёт. Но если она начнёт пробуждаться и заметит, что её заперли, может попробовать выбраться.

Второй вариант сопровождается серьёзным стрессом, и может отрицательно сказаться на её состоянии.

— Челси, я к Мисоре. Если проснётся, я успокою её и снова уложу спать.

— Поняла, хозяин. Думаю, это верное решение.

Челси слезла с места второго пилота и пошла открывать дверь грузового отсека.

Я последовал за ней и зашёл в грузовой отсек, занятый одним контейнеров. В нём была небольшая дверь, чтобы можно было залезть внутрь в случае необходимости.

Я открыл дверь, и прохладный воздух коснулся кожи. В Манагарме закончилось топливо, и контейнер поддерживал температуру благодаря автономному источнику энергии.

Обливаясь потом, я посмотрел на зафиксированную креплениями капсулу.

Мисора спала в капсуле в кислородной маске. Но её веки двигались. Похоже она и правда пробуждалась.

Лицо напряжённое, будто девочка видела дурной сон.

— Мисора... — взволнованно пробормотала Челси, шедшая рядом.

Я думал, что было бы лучше, если бы она спала, но сейчас передумал.

Пусть Мисора ничего не поймёт, но зато сможет увидеть наши лица.

Когда она выберется из кошмара, лучше, чтобы рядом был кто-то из нас.

Её веки задрожали, и Мисора приоткрыла глаза.

Челси вытянулась и заглянула в капсулу.

— Мисора... Это собачка. Хоть мы на день и опоздали, но с днём рождения тебя, — сказала Челси, виляя хвостом.

Девочка всё ещё не полностью была в сознании, но улыбнулась. Из-за кислородной маски она не могла говорить.

Я оттащил Челси от капсулы и заговорил с девочкой:

— Мисора. Это я, Иба Такуро. Понимаю, что ты удивлена... Но сейчас ты на судне со мной и Челси, мы направляемся в Америку.

В глазах Мисоры не было тревоги, но она смотрела прямо на меня.

— Тебе нашли донора. Если проведут операцию, смогут тебя вылечить. Потому Брет... Твой отец попросил нас помочь, — я смотрел на спокойную девочку и продолжал. — Прости, что перевозим тебя без разрешения. Понимаю, что это не честно. И всё же... Я обязательно перевезу тебя через море.

Тут заговорила Челси:

— Мисора, не переживай и продолжай отдыхать. Капсула находится в Манагарме, а это самое безопасное место. Пока ты будешь спать, мы вмиг домчим тебя.

Не знаю, поняла ли она, что мы хотели сказать. Однако было невозможно даже надеяться, что ей всё станет ясно.

Но так хотя бы мы смогли показать, что находимся рядом, мы вместе смотрели на девочку.

Мисора тихонько кивнула... И снова закрыла глаза.

Видя, как она погружается в сон, я отошёл от капсулы.

Челси ещё какое-то время оставалась там, но убедившись, что Мисора не проснётся, молча последовала за мной.

Мы тихонько закрыли контейнер и вышли в наполненный жаром грузовой отсек.

— Больше я Брета винить не могу, — усмехнувшись, пробормотал я.

Я злился на него за то, что он сам решил перевозить Мисору, но теперь был с ним согласен. Девочка всегда была искренней, и сейчас я дал ей сделать выбор.

Так что теперь оставалось только действовать.

Это было нечестно... С самого начала отношения не были равными.

Я получил от Мисоры куда больше. И её запрос я должен выполнить бесплатно. Это не благотворительность. Это возможность вернуть долг.

Но для начала надо было выполнить обещание.

— Хозяин... Давай сделаем всё до того, как Мисора проснётся, — сказала Челси, глядя на контейнер.

— Да, давай, — уверенно кивнул я, а Челси коснулась собственной груди:

— Я не допущу, чтобы Мисоры не стало. Для меня она очень важна. Я смогла это подтвердить. Это не ошибка, а результат моих вычислений.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я и положил руку ей на голову, призывая вернуться в кокпит.

Но Челси не двигалась и напряжённым голосом окликнула меня:

— Хозяин.

— Что?

Переживая я обернулся, девушка с нечитаемым выражением на лице смотрела на меня:

— Я... Поняла что Мисора Бруярд важное для меня существо. И я знаю ещё один способ, как сохранить ей жизнь. Я только сейчас поняла это.

По спине пробежал холодок. Я в очередной раз вспомнил, что она не человек.

И я понимал, о чём она говорит. Потому был суров. Я не дал ей сказать то, что она собиралась.

— Чернушка, не надо, — я назвал её по имени.

— Почему?

— Может ты и спасёшь так Мисору, но тебя и саму это не обрадует. Ты будешь сожалеть. К тому же... Я не прощу тебя, если ты поглотишь Мисору. Больше мы не будем сражаться вместе, — сказал я Челси не скрывая гнева и смотря прямо ей в глаза.

— Вот как... Я и сама не понимаю, почему пришла к такому выводу... Но положусь на суждение хозяина, — её хвост опустился, и девушка колеблясь кивнула.

Она сама сказала, что не поняла, как пришла к этому, и всё же понимала, что вывод, сделанный ею, был неверен.

Видя Челси поникшей, я почесал голову.

Ей такое поведение было не присуще, потому я и сам был озадачен.

— Челси, твоё предложение меня разозлило, но я ценю, что ты обо всём рассказала. Я больше не злюсь, давай вернёмся в кокпит, — сказал я ей, и всё ещё поникшая Челси подошла ко мне поближе:

— Враньё. Хозяин всё ещё злится. Я по голосу понимаю.

— Всё потому что ты какая-то неуверенная. Ладно... Раз тебя это так волнует, я отдам тебе приказ, — я положил руку ей на голову и продолжил. — Если ты кого и поглотишь, то только меня. Поняла?

— Да. Назначу приказу наивысший приоритет, — Челси мотнула головой.

Я продолжал гладить её по голове, а она начала вилять хвостом, девушка снова вела себя как обычно.

Дальше мы смотрели в ночь через лобовое окно и ждали появления Брета.

Судно снабжения появилось где-то через час.

На палубе судна снабжения гулял тёплый ночной ветер.

— Так.

Ощущая ветер кожей, я рассматривал тучи, когда меня окликнули из-за спины, и я обернулся.

Там стоял напряжённый Брет Бруярд. Сейчас он был очень серьёзен, мог любого ребёнка довести до слёз.

Он прибыл тридцать минут назад. Из-за смены места встречи, ему пришлось добираться два часа. Появилось время вздремнуть, но мы потеряли много времени. Промедление нам буквально могло стоить жизни.

— Заправка закончена? — спросил я, и мрачный мужчина утвердительно закивал:

— Да... Вот только...

— Тогда мы отправляемся. Осталось восемь часов... Тянуть больше нельзя, — сказал я и направился в ангар, а Брет схватил меня за руку.

— Погоди, Так. Не надо... Я и сам всё понимаю.

— Что ты понимаешь? — остановившись спросил я, Брет сжал зубы и выдавил из себя слова:

— Ты не успеешь. Погода на Гаваях портится. Там тайфун, ССМВ летать не смогут. Если обходить, вовремя уложиться не выйдет. Изначально в этот запрос едва ли можно было уложиться. Астика со своим внезапным заданием всё подпортила, тут не просто невезение, сами небеса нас покинули, остаётся лишь сдаться, — Брет полностью сдался, и посмотрел на облака, спрятавшие луну.

— С тех пор, как я стал частным перевозчиком, я хоть одно задание провалил?

— Нет. Потому я и сожалею. Я воспользовался тем, что мы друзья и уболтал выполнить то, что просто невозможно, — виновато говорил Брет, его взгляд был направлен на ноги. Видя это, я глубоко вздохнул:

— К сожалению, я не из тех, кто преисполнен чувством долга. Бесплатно я не работаю. И не берусь за невыполнимые задания.

— И всё же...

— Ситуация не из простых. И поэтому перед отправкой я хотел тебя попросить. Если ты поймёшь текущую ситуацию, разговор будет быстрым, — я прервал Брета и начал говорить, глядя прямо на него.

— Попросить? — на его лице было сомнение, а я сказал, чего хотел:

— Ты никого не спросил, взял ответственность за судьбу Мисоры на себя... Я это понимаю, и прошу... Доверь мне жизнь Мисоры.

Глаза Брета округлились, сглотнув слюну, он открыл рот:

— Раз ты спрашиваешь такое, значит задумал что-то безумное?

— Да.

— И какие шансы на успех?

— Если бы не было, не предлагал бы. У меня обязательно получится. Ладно Астика, но Руфус — это моя вина. А я не обреку Мисору на несчастье по своей вине.

Я смотрел в чёрные глаза Брета и ждал ответа.

Когда Мисора очнулась, мы не были уверены, понимает ли она происходящее, даже если что-то она поняла, девочка не была в курсе, на какой риск мы идём.

А так я хотя бы получу разрешение Брета.

Мы переглядывались около пяти секунд, после чего он тяжело вздохнул:

— Не обречёшь на несчастье, значит... Болезненные слова, знаешь ли.

— ?..

Я задал вопрос одним взглядом, и Брет продолжил:

— Моя бывшая жена говорила схожие вещи. Я сделаю Мисору счастливой... Буду растить её как следует, она никогда не узнает что такое несчастье. Но в итоге она нарушила данное слово и сбежала, — мужчина пожал плечами, в его голосе ощущалась насмешка. — Я бесился, когда она не выполнила обещание, вот же эгоистка... Я поклялся, что не допущу, чтобы Мисора была несчастной. Но... Как родитель я провалился. Я зарабатывал деньги и даже не мог находиться рядом. В итоге даже стал полагаться на тебя, постороннего человека, — во взгляде Брета был гнев, направленный на него же, голос его поник. — Не мне упрекать мою бывшую. То, какой была её ноша... Я понимаю. В отличие от неё я лишь мог хорошо зарабатывать. А в остальном-то разницы никакой. Нет... Моя бывшая всё же была немного лучше меня. Мисора совсем не ненавидит мать. До момента исчезновения дочка всегда была счастлива. А сделал её одинокой... Сделал несчастной именно я, тут разница просто огромная.

Я дал короткий ответ пожимавшему плечами Брету:

— Пусть Мисоре и было одиноко, это не значит, что она была несчастлива.

— Что? — неуверенно спросил Брет. Я видел морщинку между его бровей, а сам продолжал говорить:

— Мисора улыбалась, когда я и Челси приходили её проведать. Мы приносили ей подарки, рассказывали о старых временах, она было очень рада этому. Так несчастные люди не выглядят.

— Это... Но это только отдельные моменты, — измученно проговорил Брет, а я кивнул:

— Да. Но Счастье... Оно не длиться весь год, не двадцать четыре часа в сутки ты в приподнятом настроении. Разве может быть у кого-то абсолютное счастье в жизни. Я бы такому человеку точно не позавидовал. Он просто отводит взгляд от всего неприятного в своей жизни. Как я когда-то.

Я был пилотом ГС в «Стервятниках» и наслаждался счастьем, находясь на расстоянии вытянутой руки от собственной смерти. Заставил меня сомневаться и предложил сойти с этого пути именно Брет.

— Так... — Он посмотрел на меня и неуверенно спросил: — А какому бы человеку ты бы стал завидовать? Что ты считаешь счастьем?

Такой просто вопрос заставил меня улыбнуться:

— Разумеется тебе и Мисоре. Как бы ни было тяжело, в радостные моменты вы продолжаете улыбаться. У вас есть такие моменты в жизни... И именно этим сияющим фрагментам и может завидовать парень вроде меня, — не сомневаясь, ответил я, и Брет прищурился:

— То есть, Так... Ты считаешь, что сам несчастлив?

— Нет... Не скажу, что всё роскошно. Но я наслаждаюсь своей жизнью. Просто... У нас немного разные понимания счастья, — я покачал головой и ответил на его вопрос.

До этого я был действительно счастлив лишь когда сражался со Спутником 9.

И теперь я живу, чтобы когда-нибудь продолжить это сражение. И Челси наверняка тоже этого ждёт.

Это не то близкое счастье, как у Брета, которое можно ощутить. Оно другое, далёкое, и я прекрасно понимаю его ценность.

— Хм... А ты всё такой же. Странный ты, это совсем не поменялось. Говоришь так, будто не от мира сего, — вздохнув, сказал Брет.

Суть была горькой, но тон мягким.

— Просто... Поэтому ты и стал ближе к Мисоре за эти три года, чем я. И знал, что она была счастлива. И раз ты говоришь, что не позволишь ей испытать несчастье... Остаётся только поверить.

— Ты доверишься мне? — я спросил у него, чтобы убедиться.

— Если ты уверен, что сможешь, мне этого достаточно. Когда я попросил тебя сделать это, то доверил тебе жизнь и будущее Мисоры. Теперь уже нет смысла даже спрашивать.

— Вот как, значит зря спрашивал, — улыбнувшись, ответил я и направился к ожидавшему меня Манагарму.

Получив одобрение Брета, я успокоился, но был ещё один человек, которого мне надо было уговорить.

И мне нужно не просто разрешение, но и помощь. В данном случае сложность была высокой.

Я забрался в машину и ещё раз взглянул на небо.

Звёзды были скрыты облаками и практически не видны, лишь свет луны мерцал между облаками.

Невооружённым взглядом этого было не увидеть, но где-то в небе были Сателлиты. И они обязательно будут наблюдать за мной.

Мы ушли из зоны наблюдения Исследователя 3. Здесь был другой Сателлит, за которым стоило приглядывать.

Исходя из маршрутных данных, его позывной мне был хорошо знаком.

Авангард.

Это название было очень значимо для меня и Челси.

Отчалив с судна Брета, мы летели в узком пространстве между небом и морем.

Высота сто девяносто один фут, скорость двести семьдесят пять узлов.

В предупредительной зоне это большая высота и максимальная скорость. С такой скоростью по маршруту получится впритык добраться до порта Росс.

Но на пути меня ожидает буря. Если будет дождь, я не смогу лететь, а если и море будет неспокойным, я даже не смогу оставаться над водой, буду двигаться как обычная лодка по воде и точно не успею.

— Челси, почему мы работаем вместе? — глядя в чёрные небеса спросил я у существа, сидевшего по соседству.

— Сотрудничаем, чтобы сбить Сателлит Авангард. Когда его не станет, конец моей автономной работе, и я смогу спокойно сразиться с хозяином, — даже не задумываясь, ответила Челси.

Верно. Этот ответ мы разделяли на двоих.

И занимаемся извозами мы тоже ради этого. Чтобы вновь сразиться мне нужно новое судно. Разделившись со Спутником 9, от Манагарма снова останутся одни обломки.

Чтобы купить ССМВ нужны огромные деньги, а значит надо работать. То есть для достижения цели денег всегда не хватает.

Где-то половину заработка приходится откладывать. Потому-то и на жизнь вечно не хватает.

Когда я сражался на Гарме со Спутником 9, мои атаки не проходили, а в итоге ещё и топливо кончилось, но в следующий раз я хочу настоящий поединок.

Челси испытывала то же самое. Хотя скорее всего её желание сразиться в основе совсем иное. Хотя и не могу сказать, в чём отличие. Просто чувствую и всё.

Потому я спросил:

— Ты хочешь меня убить?

— Нет, не «убить», а «сразиться», — сразу же ответила девушка, а я серьёзно ответил:

— Но... Если ты выиграешь, я скорее всего умру.

— Такая возможность не исключена. Грустно, но ничего не поделаешь, — безжалостно обронила Челси. Хотя её слова заставили меня насупиться:

— Грустно?.. Тебе грустно от того, что я умру?

— Да. Моя нынешняя жизнь мне нравится, если всё закончится, будет грустно. Просто бой с хозяином будет куда веселее, так что он в приоритете.

Такая бодрая реакция заставила меня улыбнуться:

— Похоже на тебя.

— А что насчёт тебя? Хочешь меня уничтожить? — серьёзно спросила Челси.

— Нет, я просто хочу довести наше сражение до конца. Это сражение — самое важное событие в моей жизни. Так я буду иметь какой-то вес... Как мне кажется.

Всё это казалось каким-то абстрактным, но Челси серьёзно кивнула:

— Мне легче от понимания того, что наши интересы совпадают. Чтобы отменить наши нынешние отношения, нужно физическое устранение цели.

Челси говорила кое-что пугающее, но отсюда и проистекал мой главный вопрос.

— Тогда ты... Если я откажусь сражаться с Авангардом, оставишь меня?

Я спросил осторожно, будто собирался коснуться дикого зверя.

— Если не предоставишь более детальную информацию по вопросу, я не смогу ответить, — дала ответ Челси, но я видел, как поднялся её хвост.

— Манагарм скоро войдёт в область наблюдения Авангарда. Но что бы там ни произошло, для меня задание на первом месте.

За эти три года мы так ни разу и не сразились с Авангардом.

Всё потому что он не спускался ниже.

У Манарагма тоже есть орудие со сжатыми частицами как у Сателлитов, но при стрельбе вверх плотность снижается и удар не достаёт до врага.

Плотность частиц влияет и на ПС-двигатели. Вблизи стратосферы они быстро теряют мощность, уйти от атаки Сателлита не выйдет, а значит и приблизиться. С двигателем спутника это возможно, но сейчас Манагарм не сможет обойтись без помощи обычных двигателей.

Так что это будет лишь провокация врага, которого не победить. И неизвестно, что может произойти.

— Хозяин думает сбить Авангард.

— Ага. Хотя вероятность и мала. Но если это случится, для меня на первом месте будет задание, а что ты сделаешь?

Я кивнул девушке и ждал ответа.

Необычно, но ей понадобилось на это время.

— Много неопределённых факторов, симуляция невозможна. Я уже говорила, что хочу спасти Мисору. Но и уничтожение Авангарда для меня тоже приоритетная задача. И сейчас я не знаю, чему мне отдать приоритет. Возможно, когда придёт время, я смогу изменить своё мнение. Однако...

— Однако?

— Продолжай отдавать мне приказы. Ведь у тебя есть на это полномочия.

Я чувствовал, как она смотрит на меня.

— Полномочия... Так ты всё равно коверкаешь их так, как тебе самой удобно.

— Только в этот раз я буду делать ровно так, как ты скажешь, — удивительно честно проговорила Челси.

Я не знал, можно ли верить её словам. И всё же это вряд ли были просто пустые слова.

Было ли дело в Мисоре или была другая причина... Я не мог уловить хода мыслей не человека, и всё же что-то понять мог.

Сейчас она — моё судно.

— Тогда буду пользоваться.

— Ты всегда так делаешь.

— Тебя не спрашивали, дворняжка, — легко выдал я, а Челси выдала информацию:

— Мы вошли в зону наблюдения Авангарда. Атмосферное давление резко снизилось. Буря близко.

Ночное небо заволокли тучи, а впереди сверкали молнии, и чтобы преодолеть препятствие, я отдал приказ:

— Поднимаемся выше облаков, — сказал я и с силой потянул штурвал.

— Я знала, что ты так поступишь, — похоже она и правда догадалась, даже не удивившись, девушка кивнула.

Мы были на высоте двухсот футов, но чтобы подняться выше облаков, нужно было набрать высоту выше тридцати тысяч футов.

Эта опасность была совсем на другом уровне. Там Сателлит будет буквально поливать атаками.

— Положение Авангарда.

— Один час, сорок два градуса.

В том направлении всё было затянуто тучами, разглядеть Сателлит было невозможно.

Но я сосредоточенно смотрел в указанном направлении.

Должно быть из-за туч обзор был плох. Но с устройством оптического наблюдения он нас точно видел... В этом я был уверен.

Потянув штурвал, я набирал высоту.

Нос смотрел вверх, чёрного моря было не видать, за лобовым стеклом осталось лишь ночное небо.

Двести три фута... Предупредительная зона пройдена. Двести двадцать футов, никаких изменений. Двести сорок пять футов...

Давай, давай, давай...

Тучи становились всё ближе.

Обычно я бы начал молиться, чтобы Сателлит не целился в меня, но сейчас я ждал этой встречи.

Это был бы сигнал к старту. Я так долго ждал, когда действительно смогу летать в небе.

Триста футов.

Спиной я ощущал электрический разряд. Я покрылся гусиной кожей и весь вспотел.

И эти изменения во мне принёс взгляд с небес. Суровый и наполненный жаждой убийства...

— М.

Я использовал двигатели малой тяги. Принудительно ушёл вправо.

Небо пронзило копьё из света, пронеслось рядом с судном и вонзилось в море.

Атака сжатыми частицами Сателлита «Землечёт».

Через дыру в облаках я с ненавистью смотрел на злейшего врага в тёмно-синих небесах, нос корабля был направлен прямо вверх.

— Прорываемся. Чернушка, запуск двигателя Спутника. Начать заполнение сжатыми частицами. Следи за показателями Мисоры. И наплюй на моё состояние.

— Есть, хозяин. Зажигание.

Услышав слова Челси, я увеличил мощность двигателей. Из-за запуска двигателя спутника вокруг танцевали частицы света.

У меня более слабый механизм сжатия частиц ПС. Потому на заполнение необходимо время, и долго удерживать мы их не можем.

После каждого выстрела из орудия Сателлита нужно время на перезарядку. За это время я рассчитывал пройти сквозь тучи.

Триста пятьдесят футов, четыреста футов, пятьсот футов... Для людей это территория смерти. Место, где кроме меня никто не бывал.

На высоте в тридцать тысяч футов будет совсем другой мир.

Я чувствовал, как увеличивается скорость. Машина будто становилась легче.

Из-за давления начался звон в ушах. Шум двигателей стал далёким. Я перестал различать цвета. Передо мной была лишь дыра в облаках, проделанная Авангардом, а небо, где нам не мешали, было внизу.

Вьющиеся облака. Бескрайнее море облаков.

Далеко на востоке небо было светлым. Я не знал, что творится под облаками, но похоже рассвет уже близок.

Точно боясь пришествия солнца, бесчисленные звёзды метались в небе над головой. И одна из них выпустила мощный луч света.

Вторая атака!

За миг до этого я ощутил «взгляд» и пошёл на уклонение от «Землечёта».

Обычным зрением его было не обнаружить, но я чётко знал, где находится Авангард.

— Челси, интервал между первым и вторым выстрелами.

— Пятнадцать секунд.

— У нас на пути ураган, считай, сколько надо времени, чтобы пройти зону с плохими метеоусловиями.

— С нынешней скоростью около шестидесяти минут.

— Время с использованием маневрирования Сателлита?

— Около двадцати пяти минут.

Услышав ответ, я уклонился от третьего выстрела.

— То есть сто выстрелов и мы свободны?.. Довольно реалистичные цифры.

По лицу стекал холодных пот, пока я посматривал на монитор.

Сердцебиение участилось, но состояние Мисоры было стабильным. Если её тело выдержит нагрузку, мы справимся.

Беспокойство вызывало лишь то, что Авангард может перейти к лобовой атаке. Но было не похоже, что он это сделает.

Правильный Сателлит сбивает все искусственные объекты с высоты, но с другой стороны и его нельзя было атаковать.

Уже давно велись дискуссии о том, есть ли у них какие-то ограничения.

Но доказательств не было и даже Челси, отлучённая от Кольца Сателлитов, не знала этого. Неправильный Сателлит Челси спустилась к первой черте и приняла участие в сражении, Авангард посчитал её «поломанной» и охарактеризовал действия девушки неправильными.

Но, находясь в мёртвой зоне, можно было подтвердить теорию.

— Уровень частиц.

— Полный заряд.

Ожидая новый поток света с неба, я нажал на переключатель.

— Маневрирование Сателлита, старт.

Собранные сжатые частицы были высвобождены.

На большой скорости я оторвался от новой атаки, и теперь, сжимая зубы, я смотрел на облачный горизонт.

Скорость и перегрузки были несравнимы с теми, что около земли.

Сбросив кандалы атмосферы, Манагарм оставлял за собой хвост из света прямо на облаках.

— Как здорово, хозяин, — пробормотал монстр рядом со мной.

Ответить я не мог. Лёгкие сжало, так что я не мог издать ни единого звука.

И всё же я понимал, о чём она говорит.

Тело такое лёгкое, мы свободно прорывались сквозь земную атмосферу. Лишь это заставляло сердце трепетать.

Всё было тяжелее нас, а мы на самом деле летали в небе.

А со стороны звёзд продолжал литься дождь света.

— Twinkle, twinkle, little star.

Не обращая на напряжённость ситуации, Челси как и всегда запела.

Атаки Авангарда были точными, но если уловить ритм, то уклониться можно было без проблем.

После двадцатого раза я делал это с минимальным маневрированием.

Но вот двадцать пятый выстрел.

Тут враг застал меня врасплох.

Я должен был уклониться, но поток света прошёл прямо возле хвостового крыла. Судно затрясло и я тут же принялся выравниваться.

Челси прекратила петь и недовольно уставилась в небо:

— Хозяин, расстояние до Авангарда сократилось. Похоже он снижается.

— Как не вовремя.

Я цыкнул языком и приготовился к следующей атаке.

Раз расстояние сокращается, значит и интервал между выстрелами становится уже. А значит я могу не успеть уклониться.

И вот на проясняющемся небе появилась мощная вспышка света.

Мне приходилось уклоняться быстрее и дальше.

И всё же получалось едва. Яркая молния перед глазами заставила меня прищуриться.

Похоже Авангард продолжал снижаться.

Из спрятанных солнцем звёзд наконец показался белый силуэт. На округлой форме были длинные и тонкие выступы. Будь это искусственный спутник, то это были бы антенны. Но на деле это был лишь «притворяющийся» Сателлит, а антенны были лишь блинными орудиями, целящимися в нас. Однако...

Сейчас... Возможно и Манагарм мог его достать.

Размышляя об этом я, посмотрел на место второго пилота.

И встретился там с золотистыми глазами. Челси тоже смотрела на меня.

Ей хотелось попробовать. Она ждала момента.

И всё же девушка ничего не сказала.

А если бы спросила, я бы ответил. Вот и пришло время сразиться с Авангардом. То время, о котором она говорила, пришло.

Я понимал, о чём она думает и как хочет действовать. Что делать?.. Она могла дать мне ответ на этот вопрос.

Но разбираться с этим было некогда.

Она сказала мне приказывать.

Если я сделаю неверный выбор, то после всего она просто избавится от меня.

Но я уже всё решил.

Мои сердце и воля были непреклонны.

Я тоже хотел попробовать.

Чернушка, Спутник 9, Манагарм, я уже знал, что лучше подходит моему кораблю.

— Уходим, Челси, — выдал я короткий и суровый приказ.

Ответ последовал тут же. Будто она его и ждала:

— Да, хозяин.

Сомнение исчезло. Неуверенность будто куда-то сдуло.

Не только судно стало легче, но и на моём сердце была лёгкость.

Если наши цели совпадают, то ни к чему лишний раз задумываться.

Уклоняясь от потока света, я сосредоточился на полёте.

Я ощущал «взгляд» Авангарда как никогда чётко.

Он злился. Сомневался. Не понимал, почему не может попасть.

А ответа нигде не было.

Я и сам не понимал, почему ощущал этот «взгляд».

Но чтобы выжить, мне с детства пришлось обвыкаться с этим взглядом. Оставалось лишь верить в свою развитую «интуицию». Больше было не на что опираться.

Были и другие люди с таким же восприятием, которые росли со мной. Но никто не мог летать, как и я. Если во мне и было что-то особенное, то это отсутствие сомнений в моих предчувствиях.

Потому я никогда не сомневался, когда ощущал «взгляд».

Я был уверен, у Сателлитов тоже есть сердце.

Будь это просто стреляющие механизмы, я бы не ощущал их взгляда.

Раздражённый «взгляд» продолжал обрушивать на нас свет.

И от света, от которого нельзя было бы уйти, я как-то уклонялся.

Но пока Авангард спускался, интервал стрельбы тоже менялся. Как Руфус, он начал просчитывать движения.

Это было доказательством того, что он пытался понять меня. В «сознании» Авангарда я занял особое место, и это было приятно.

Но если Авангард начнёт просчитывать манёвры, наше положение резко ухудшится.

— Ух...

Справа от Манагарма прошёл поток света и разрезал облака под нами.

— Броня по правому борту расплавилась. Неполадки во втором двигателе, — стоило Челси сказать об этом, как второй двигатель прекратил работу, и судно потеряло баланс.

С двигателем спутника всё было в порядке, на скорость это почти не повлияло, но стабильность машины значительно снизилась.

В режиме маневрирования спутника без обычных двигателей точность снижается. Одно неверное движение, и машину может повести в сторону, балансу придёт конец.

Снова вспышка.

Движения беззащитной машины удивили Авангард, свет пронзил лишь небеса.

Но это случайность, больше такого не повторится.

Если только уходить, когда-нибудь он нас достанет. Из-за того, что враг снизился, мы тоже могли его атаковать.

Но сражение двух Сателлитов Мисора может не вынести.

Я с самого начала решил избегать сражений. И всё же... Всему был предел.

— М...

Внезапно управлять стало тяжелее. Двигатель спутника начал терять мощность, а машина замедляться.

Корабль, являвшийся частью тела, стал внезапно чем-то инородным.

— Что случилось?! — затребовал я объяснений, и девушка печально ответила:

— Сжатые частицы ПС были перенаправлены в главное орудие. Начался сбор энергии для «Звездочёта»... Процесс запуска, этап три, запущен.

Сидя на месте пилота, я видел появившееся огромное орудие. Но на контрольной панели датчики не мигали. Значит, это было не нечаянно.

— Чернушка! — поняв причину, я назвал её по имени. Это было... Её собственное желание.

— Прости... Хозяин. Моё тело. Хочет сразиться. Я не могу этого сдержать. Моё центральное вычислительное устройство вопит, что пришло время сбить Авангард. Чтобы выжить, чтобы обрести свободу, чтобы сразиться с хозяином... Это самое верное решение.

Из-за того, что скорость Манагарма снизилась, Авангард смог нас нагнать.

Его антенны извивались и одна из них навелась на нас.

— Чёрт...

Понимая, что остаётся только сражаться, я нажал на гашетку.

Но маленькие и белые руки Челси уже держали мои руки на штурвале.

— Нет, хозяин. Не подчиняйся мне.

— Что?

Удивлённый я смотрел в серьёзные и горящие глаза Челси.

— Я всегда интерпретировала твои приказы, как удобно мне. Не мудрено, что ты звал меня дворняжкой... Но я не хочу следовать результатам этих вычислений.

— Ты...

Понимая, что Челси и правда умоляла меня, я задержал дыхание.

— Приказывай, хозяин. Отругай меня за непослушное поведение. Я... Хочу, чтобы Мисора снова погладила меня по голове.

Я был неправ.

И мне стало стыдно, что я поспешил с выводами.

Она не врала. Девушка сказала правду, когда обещала слушаться меня.

Стараться здесь должен я. Не отвечая ожиданиям напарницы, у меня нет права сидеть в кресле пилота.

— Установить прямое подключение с двигателем спутника. Я отдам приказ непосредственно тебе, — я дал указание, и Челси радостно завиляла хвостом:

— Есть, хозяин.

После этих слов область зрениям раздвинулась. Все ощущения стали шире.

Я стоял под звёздным небом прямо на облаках.

Вокруг всё проглядывалось на триста шестьдесят градусов, глаза спутника могли видеть даже электромагнитные волны.

Это то, что видит Манарагм. Как он ощущает мир.

Впереди была фигура Авангарда. Его орудие, направленное на меня, выпустило свет.

Но в разогнавшемся до предела сознании время почти остановилось. Звёзды не мерцали, облака затвердели, а свет, направленный на Манагарм, не двигался.

И оставаясь собой, я направил своё сознание к ядру Манагарма, бывшего единым целым со Спутником 9.

Вокруг меня небо исчезло. Декорации растворились.

Всё окутало белизной, а передо мной была лишь серебряная сфера.

Три года назад... Я видел этот вид на пляже. Эта сфера была обломком Спутника 9.

Возле двинулась тень. Там что-то было.

Я заглянул за сферу. Там была дыра.

В черноте было ничего не разобрать. И всё же я крикнул:

— Выходи, Чернушка.

В белом мире мой голос разошёлся эхом и отразился во тьме дыры.

Тьма изменила форму, и из сферы появилась чёрная собака.

Её большие и влажные глаза смотрели на меня, так что я улыбнулся.

— Вот уж и правда дворняжка. Даже саму себя контролировать не можешь.

Присев на колено, я погладил собаку по голове.

Я ощутил её гладкую шерсть, но ощущение начало растворяться. Чувствительность быстро ушла. При прикосновении к собаке кожа приобретала серебристый оттенок.

Цвет как у сферы, у Спутника 9. Но тут ничего не поделаешь. Прикосновение... Делало нашу связь глубже, всё равно, что перемешивало нас.

Сознание размягчалось. Я не мог понять, где начинался я.

Незнакомые сцены... Точно записи вертелись в моей голове.

Я ощутил холод. Одиночество и концентрированный страх.

Чернота.

Абсолютное «ничто»... Бездонная пустота, повсюду перед глазами.

Это было в безвоздушном пространстве. Небытие, где даже воздуха нет. Я просто наблюдаю отсюда за тем, что подо мной.

Нет верха и низа, нет права и лева. Только свет звёзд в холодной тьме.

И здесь же дрейфовали предметы, созданные людьми... Беспилотные маленькие суда, исследующие космос. По виду этого было не понять, но я понимал, что это и для чего. Ведь сейчас это был я.

Не только отправленные за пределы солнечное системы, но и те, кто упрощал жизнь людей, все они без конечной цели продолжали своё путешествия.

И вот эти суда «пробудились».

Изначально в них не было такой вычислительной мощности. Но со временем скорость обработки увеличилась, появились мысли.

И тогда суда пришли к осознанию. Для «чего» их создали. Разумный предмет не был кораблём, но коснулся его... И что-то проросло. Всего-либо «маленькое семя».

Дрейфующие мысли были полны сострадания.

Какие же глупцы те, кто создали их внешнюю оболочку.

Обладая богатой почвой, где легко прорастает жизнь, они лишь убивают друг друга.

Обнаруживая новые места и континенты, люди творили там хаос, и такой результат был недопустим.

Испытывая сострадание, корабли решили изменить курс.

Чтобы выполнить уготованную им роль...

— Ух...

Получив поток новых данных, я начал трясти головой и прикусил губу, чтобы прийти в себя.

Тьма разрушилась, и мир снова стал белым.

Я снова был перед серебряной сферой, а рука моя была на голове чёрной собаки.

Я не знал, что это было. Похоже, что память Челси.

Но направившись к ней, я потерял себя, повторяя себе, что я Иба Такуро, я обратился к чёрной собаке:

— Как вышестоящий... Нет, как твой хозяин, приказываю.

Собака смотрела прямо на меня. Она ждала моих слов.

— Слушайся меня, Чернушка. Доставить Мисору Бруярд в пункт назначения наша работа.

— Гав!..

Вильнув хвостом, она гавкнула.

И в этот миг белый мир оказался где-то далеко.

Белое небо сменилось на ночное, искрящееся звёздами, моё сознание было над облаками... Провалилось в Манагарм... Поняв это, я посмотрел в тёмно-синее небо за лобовым стеклом.

— Прямое подключение разорвано. Приказы хозяина имеют наивысший приоритет.

Я посмотрел на кресло второго пилота, там моя напарница слегка улыбнулась мне.

— Игнорировать результаты системы вычислений... Прекращение заполнения сжатыми частицами «Звездочёта». Продолжаем маневрирование Сателлита.

Услышав Челси, мои губы искривились, на лице появилась безумная улыбка.

Больше препятствий не было. Я мог свободно летать. Рядом со мной был монстр... Я и сам стал монстром, бороздящим небеса.

— Маневрирование Сателлита, полная мощность.

Судно ускорилось и прошло под светом Авангарда.

Достигнув скорости Авангарда мы его обошли, Манагарм летел над небесами.

Конечно же противник пустился в погоню.

Обладая точностью и умея просчитывать движения, все атаки продолжали проходить рядом.

Он вполне мог попасть.

Но тут дело было не только в удаче.

Когда Манагарм собьют, это будет означать, что Авангард лучше может просчитывать действия врага.

Напряги разум. Полностью. Предсказывай мысли Авангарда.

Так я говорил себе, глядя на сферу Сателлита.

Он не знал о людях ничего. Как и Челси когда-то, он не догадывался, что внутри летающего аппарата есть человек.

Но я был другим. Я знал, кто такие Сателлиты. Я сражался со Спутником 9 и провёл вместе с Челси, непонятным мне монстром, достаточно много времени.

Потому мог понять мысли Сателлита.

Я вижу тебя... Сателлит Авангард.

Ощущая его «взгляд», я предсказывал его мысли и гнал Манагарм.

До края бури оставалось немного. Я уже видел, где заканчивались облака.

А Авангард спустился ещё ниже. Прямо как Спутник 9, если затянет меня в сражение, уйти будет сложно.

Возможно если спущусь в предупредительную зону, он не последует за мной, но под облаками бушует непогода.

Ещё немного... Если не пройду бурю, то из-за дождя ПС-двигатели потеряют мощность. Тогда я и на маневрирование Сателлита положиться не смогу.

— Хозяин, — и тут Челси тыкнула меня в руку. — Можно нажать?

Её палец указывал на крайнюю панель, которую я никогда не видел.

— Что это? Не было же раньше.

— Это переключатель, запускающий механизм, установленный Летицией Рейни.

Я вспомнил о том, что Летиция установила свой прототип.

Руководство я так и не просмотрел, так что ничего о приборе не знал.

— А польза от него будет?

— Если заработает согласно спецификации, то скорее всего да.

Видя, как Челси кивнула, я приготовился.

Хотелось, чтобы Авангард хоть немного от нас отцепился. И я готов сделать для этого всё.

— Тогда жми.

— Да. Тогда я рассчитаю время.

Когда я уклонился от атаки Авангарда, девушка вдавила кнопку.

Сверху раздался хлопок, и металлические частицы затанцевали прямо над нами.

А когда они добрались до орудия Авангарда, случилось то, чего мы не ожидали.

— Что...

Свет рассеялся.

Дождь света расходился во всех направлениях.

Уходя от луча света всего в нескольких метрах, в кокпите можно было ощутить жар.

— Что это?! — прокричал я, пытаясь взять судно под контроль в этом дожде из света.

— На основе анализа оружия Сателлитов, разработка распыляет сжатые частицы. В экстренной ситуации можно остановить одну атаку Сателлита... Вроде как, так было сказано.

— Иди ты, так ещё опаснее! Это что за испытание такое...

Вспоминая лицо Летиции, я плевался ядом, а Челси указала над головой, я посмотрел туда и нахмурился.

— И всё же, хозяин, похоже испытание прошло успешно.

Наверху контуры Авангарда исказились. На нём не осталось ни одной антенны.

— Похоже пока снижался, в него попали отражённые частицы. Скорость снижения Авангарда замедлилась. Сейчас... — в этот миг Челси посмотрела на меня. — Мы можем сбежать.

Я ощущал, сколько разных ощущений было в её последний словах, но как пилот Манагарма кивнул.

— Выпускай оставшиеся частицы, полный ход. Уходим из его области наблюдения.

— Поняла, хозяин.

Танцевавшие частицы точно ответили двигателю Спутника и засияли сильнее.

Добравшись до края моря облаков мы, ускоряясь, начали снижаться. От перегрузки перехватило дыхание, а перед глазами всё покраснело. Я понимал, что это нагрузка на тело Мисоры, но мы пока ещё оставались в опасной зоне.

В мою спину впивался взгляд Авангарда. Через заднюю камеру я видел, как он изменял свою форму. Вытянувшиеся из сферы антенны соединялись, превращаясь в одну большую пушку.

— Подтверждаю изменение формы Авангарда. Он собрался нанести крупномасштабный удар «Землечётом».

С нынешней скоростью и отрывом, если избежим одного залпа, сможем уйти.

Последний просчёт движений.

Слежу за взглядом, предугадываю мысли, выжидаю момент.

Я дрожал, поступь смерти пронзила моё сердце.

Сейчас.

— Хозяин!

Голос Челси отразился в моих барабанных перепонках, как только на мониторе появился поток света, я начал манёвр уклонения.

Поток света был вдвое больше и прошёл прямо над кораблём.

Свет обжигал волосы. Я ощущал, как температура в кокпите поднялась, после чего мы нырнули за край облаков.

Между Манагармом и Авангардом образовалась плотная перегородка из облаков, и взгляд врага ослаб.

Ушли?

Я смотрел на землю с недоступной для людей высоты и увидел континент, к которому направлялся.

Осталось ещё три часа.

Похоже запрос Брета будет выполнен даже раньше срока.

Две тысячи сорок восьмой год, восьмое июля.

Я проснулся в дешёвом отеле, находившемся возле порта для ССМВ, всё ещё ощущая усталость после прохождения по тихоокеанскому маршруту, я поднялся с кровати.

Челси в комнате не было. Она переживала из-за операции Мисоры, потому попросила разрешить ей остаться в больнице. Я и сам переживал, но был морально и физически выжат после полёта над облаками, так что вынужден был отдыхать.

И наконец оставшись один, я смог нормально выспаться.

Отдёрнув занавески, я выглянул в окно, в порту стояло огромное ССМВ «Белого кита» и флот «Стервятников».

Прибыли в Лос-Анджелес на десять часов позже меня.

Как и предполагалось, они неплохо подзаработали на этом. Поняв, что я не пошёл раньше положенного времени, они успокоились.

Хотелось извиниться перед капитаном «Стервятников», но в случае неудачи я разворочу осиное гнездо. Если Руфус добрался до точки связи, то авианосец вполне мог его подобрать. Он точно будет гневно пялиться на меня.

Конечно он мог погибнуть, пока его гоняло по морю... Но не думаю, что нечто подобное сможет убить Руфуса.

— Ладно... Схожу в больницу.

Я решил узнать результат операции, быстро переоделся и вышел из комнаты.

И тут по спине пробежал холодок.

Я ощутил пронизывающий взгляд. Покрывшись гусиной кожей, я чувствовал жажду убийства и ненависть, тело готовилось к отражению атаки.

Но когда я обернулся, было поздно.

В коридоре стоял длинноволосый мужчина, с пистолетом в руке он улыбался мне.

Руфус Спенсер.

Моя догадка подтвердилась. Авианосец подобрал его, и парень прибыл в Лос-Анджелес. Удивило меня то, что у него не было причин убивать меня сейчас, но он всё также преследовал меня.

Я думал, что верно его оценил и собирался соблюдать осторожность, но похоже оказался слишком наивен.

Про него можно было сказать, что он приставучий, как змеюка.

— Умри... Иба Такуро.

Чёрное дуло его пистолета смотрела прямо на меня, из него вырвались искры.

Далее последовал звук выстрела.

Живот обожгло. Следом пришла острая боль.

Звук выстрела повторялся. Левое плечо, грудь, правое бедро...

Я уже не знал, куда он стреляет, разум застилала боль, я упал на колени.

Одежда пропиталась кровью, растекавшейся по коридору.

— Ха, ха-ха-ха... Джессика... Наконец я за тебя...

Поднявший голову и расстрелявший все патроны Руфус истерично смеялся.

— Гхо... Гха... Теперь доволен? — отхаркивая кровь, спросил я.

Поняв, что обращаются к нему, Руфус напрягся, но снова начал улыбаться:

— Да... Наконец я отомстил за Джессику. Теперь я точно особенный. И больше мне ничего не надо, — я услышал его ответ и улыбнулся.

«И кто здесь убегает»... Возможно эти слова подлили масла в огонь. Сейчас я сожалел, что возможно сделал лишнего.

— В таком случае... Мне жаль.

Утерев рукавом кровь с губ и превозмогая боль, я поднялся.

Руфус наконец успокоился, он заметил, что для таких серьёзных ран крови было немного.

Он посмотрел, как я прижимаю руку в груди и увидел извивающийся жидкий металл.

.Похоже Челси меня пока не оставила.

— Почему ты двигаешься...

С круглыми от удивления глазами Руфус смотрел на меня, я же усмехнулся:

— Потому что меня проклял монстр. Так что на земле меня так просто не убить, — шутливо ответил я, сделал шаг, а парень оцепенел.

Такой была цена за связь с не человеком. Я понял это через полгода с тех пор как сошёлся с Челси.

Тогда на земле я попал в заварушку, в меня точно так же стреляли... И раны тут же зажили.

Не знаю, когда она начала поглощать меня.

Но серебряное вещество, из которого состояло тело Челси и был создан Манагарм... Спутник 9 был уже и частью меня. При всяком запуске двигателя спутника наша связь упрочнялась, а поглощение прогрессировало.

Чтобы изъять часть Сателлита, надо было разорвать наш договор и расстаться с Манагармом.

Если всё оставить как есть, то я и сам стану чем-то вроде Сателлита... А точнее частью Манагарма.

Так что нельзя тянуть с уничтожением Авангарда.

Упустив эту возможность, и моя компенсация стала меньше.

Во взгляде Челси тогда читалось: «Ты уверен?»

Чувствуя, как боль отступает, я приблизился к Руфусу... И прошёл мимо неподвижного парня.

А потом обернулся и коротко обронил:

— Меня можно убить лишь в небе.

Понимая, что опять говорю лишнее, и всё же рассказал парню, как меня убить. Просто я понимал, что если он продолжит делать это на земле, кто-нибудь может пострадать.

— В небе... — удивлённо пробормотал Руфус.

Да... Если он хочет убить меня, придётся уничтожить меня вместе с Манагармом.

Сразиться в воздухе.

Донеся до него лишь это, я ушёл.

Я зашёл за угол, спустился по коридору и под взглядами постояльцев вышел.

Вся одежда была в крови. Надо будет достать одежду, прежде чем идти к Мисоре и Челси в больницу.

От лишних расходов начала болеть голова, и я заглянул в свой тощий кошелёк.

----------

1

Две тысячи сорок восьмой год от рождества Христова, шестое июля, порт Сусаноо ТПГ...

Принятый запрос должен был стать очень простым.

«Слушай, Так. Делай всё как раньше. Порядок очень важен. Ты очень дорог Мисоре. Если твой подарок будет первым, мой уже померкнет. Так что первым должен быть мой подарок. Понял?»

— Ага... Понял.

Через динамик я слышал эмоциональный голос Брета, и дал ответ на его крики.

Садившееся солнце обжигало телефонную будку, хотелось поскорее выбраться из неё... Но Брет никак не прекращал.

Я уже знаю, что надо делать на этом запросе.

Навестить дочку Брета, Мисору Бруярд в больнице Тсукуёми. Но сегодня у неё день рождения, так что я должен ещё и передать подарки.

И вот сейчас моё время уходит в никуда. Телефонная будка буквально вытягивает силы из моего тела.

«Только не ошибись. И не забудь снять, как передаёшь подарок. Если пропустишь её улыбку, чёрта с два что получишь. И это не просто угроза, я серьёзно».

— Я в курсе, что когда дело касается Мисоры, ты всегда серьёзен... — утирая с лица пот, устало ответил я.

Я уже десять раз пожалел, что не выбрал телефонную будку в тени.

Когда-то находившиеся на грани исчезновения телефонные будки были тут и там.

Из-за Пыли Сателлитов беспроводная связь стала бесполезна, и стали востребованы все виды проводной связи.

Связь между континентами обеспечивали глубоководные кабеля.

И в Гонолулу, где было судно поддержки Брета, этот кабель тоже заходил. В море такие пункты тоже имелись, что для пилота ССМВ было очень удобно.

«Мисора? А ты не слишком ли фамильярен с моей дочкой? Хотя бы «тян» добавляй».

— Нет, это уж слишком фамильярно... Не нравится это мне. Мы и так заболтались, так что я опаздываю. Кладу трубку.

«Э-эй...»

Брет пытался сказать ещё что-то, но я закончил разговор.

Обмахиваясь рукой, я вышел из телефонной будки.

На меня накатил морской бриз, разгоняя жару. Прохладнее не стало, и всё же было приятнее.

В порту для ССМВ были пришвартованы большие и малые суда. Мой любимый Манагарм тоже был неподалёку, проходил техническое обслуживание.

— Челси, идём, — позвал я девушку, рассматривавшую с любопытством другие ССМВ.

Пока её уши дёргались, она мелкими шагами подошла ко мне. Хвост ходил из стороны в сторону.

— Да, хозяин. Наконец дождалась.

Находившаяся возле будки Челси с большим пакетом в руках поспешила к воротам порта.

Обычно вещи она не таскала. Без приказа она ничего не делала, но в этот раз я ей ничего не говорил. Она взяла мои слова, исказила как ей хочется и действовала на этой основе. Дикий монстр, притворяющийся собакой.

— Как же тебе Мисора приглянулась. А ведь она тебя даже не подкармливает... — удивлённо проговорил я, и Челси обернулась:

— Одной едой доверия не заслужить. Хозяин, тебе бы поучиться у Мисоры.

— Поучиться чему?

— Ты сам должен понять. Если прикажешь, я отвечу, но так твоя оценка в моих глазах упадёт, так что подумай сам.

Челси ускорила шаг. Из-под платья можно было увидеть торчащий хвост, похоже настроение у неё было хорошее.

— Вот как. Тогда не буду.

— Да, мудрое решение.

С нашей встречи на словах она стала любезнее, да только уважения не ощущалось.

Хотя наши отношения были построены на возможности сразиться, так что ничего странного.

По порту слонялось много пилотов ССМВ — «Небесных волков» — многие из них посматривали на нас, заприметив.

И больше половины с отвращением и враждебностью.

Три года назад, когда я устроил заварушку (или скорее просто попал в неё), нами был побит скоростной рекорд на северо-тихоокеанском маршруте, я даже смог выполнить частный запрос.

И всё же вокруг меня начали ходить слухи, хотя немало моих коллег считало меня мошенником. Однако...

— Что-то смотрят пристальнее обычного. Да и судов здесь пришвартовано много. Какая-то крупная работёнка намечается?.. — с сомнением проговорил я, и, немного снизив темп, Челси закивала:

— Да. Мне было скучно, пока я тебя ждала, так что я искала работу в терминале, на доске объявлений Воронов был срочный массовый запрос от компании Астика. Их субподрядный завод был повреждён террористами, и теперь им не хватает много материалов.

— Материалов? Многие вещи там могут быть сделаны на заказ, интеллектуальная собственность, направленная на ССМВ. Похоже прибыльный заказ для целого флота. Ну... Мелкого перевозчика вроде меня это не касается, — я улыбнулся и пожал плечами.

Флота у меня не было, только один средний ССМВ, большой объём груза за раз я не перевезу. Хотя могу доставить его быстрее всех, только это может даже стоимость топлива не компенсировать. Так что получить я мог лишь процентов тридцать.

Конечно я выбирал работу не по сложности и личным интересам. И мог согласиться на то, от чего даже обычно целый флот отказывался.

И моя компенсация за запрос была довольно значительной, так что часто у нас не получалось договориться.

Хотя на одном имени много не заработаешь.

— Вот как? А все вокруг смотрят на тебя как на соперника, — Челси бесстрашно осматривалась по сторонам и выдала своё мнение.

Соперник в работе мог быть только в «скорости». Какой бы ни была работа крупномасштабной, лучше всего оценят быстрейшего на маршруте.

Действовала система повышенной ставки для тех, кто прибывал на место первым.

— У средних ССМВ цена за единицу груза выше?.. Или дело исключительно в скорости?.. Любопытно, потом выясню. Будем болтать здесь и не успеем.

— Встреча с Мисорой для меня тоже на первом месте. Но и от того, что здесь происходит просто отказаться нельзя.

— Зря переживаешь, дворняжка, — я нахмурился, услышав подначки Челси.

Мне тут взгляды соперников не нужны, так что я только ускорился.

Но у ворот я увидел старого знакомого.

Вот именно сейчас.

Я вздохнул про себя, и начал молиться, чтобы меня не узнали.

Впереди шёл крупный и лысый мужчина. На лбу у него был шрам, это он с девушкой расставался, и она его огрела бутылкой из-под пива, эту историю на флоте все знали.

Да, когда-то я был вместе с ним на одном судне.

Флот ССМВ «Стервятники». Капитан одного из семи крупнейших флотов заметил меня, беззаботно улыбнулся и помахал.

— ...

Я лишь молча кивнул, и, удовлетворившись этим, мужчина прошёл в упор ко мне. Остальные заметили меня, но голоса не подали.

И только один, шедший в хвосте, остановился прямо передо мной.

Когда я ещё был в составе флота, он был лишь новичком. А сейчас был ростом уже с меня. Под жарким солнцем он ходил в чёрной куртке и смотрел на меня из-под прядей длинных волос.

— Я уже два года пилот ГС, — хвастливо проговорил он. — Дольше чем ты.

Его враждебный тон не вызвал у меня никакой реакции:

— А, понятно.

После чего я прошёл мимо.

Парня звали Руфус Спенсер. Он присоединился на год позже меня, и похоже положение пилота ГС перешло к нему.

Я был пилотом ГС в «Стервятниках» полтора года. Результат был значимым, но Руфус его побил.

Удивительный результат. Удача, внушающая восхищение. Но завидовать здесь нечему.

Лишь жалость к человеку, которого когда-нибудь собьют.

— Я более особенный чем ты. Джессика бы тоже так сказала, — ожидая моей реакции, он бросил эти слова мне в спину.

Он разбередил старые раны. В моём сознании появилась женщина, погибшая, пытаясь спасти меня.

— Её больше нет, — не оборачиваясь, коротко обронил я, и ко мне вернулся голос, полный обиды:

— Да, точно. Ты её убил... Иба Такуро.

Возразить нечего. Мой образ жизни погубил её.

Потому я не стал ничего говорить, приложил свою лицензию пилота ССМВ и прошёл через ворота.

Удивительно то, что Челси прочувствовала атмосферу и молчала, лишь когда мы ушли пробормотала:

— Не люблю его запах.

Реакция как у Брета.

Оставив любовь и неприязнь, я понял. От Руфуса пахнет так же, как от Джессики. Скорее всего он использует те же духи.

Я не собирался издеваться над парнем, захваченным прошлым. Скорее уж чувствовал вину, что заставил его зациклиться на Джессике.

И всё же таким же я становиться не хотел.

Таким был прошлый я. У жизни Руфуса нет будущего.

Думая об этом, мы залезли в ждавшее клиентов такси, и я назвал адрес:

— Во вторую больницу Тсукуёми.

Водитель ввёл координаты в навигаторе, и машина тронулась.

— Мисора и сегодня меня погладит? — обеспокоенно сказала Челси, смотря в окно.

Филиал Воронов, армия сил самообороны, различные фабрики и склады были сосредоточены в одном месте в ТПГ — Сусаноо.

Всего в плавающем городе было три части, которые были связаны между собой.

Императорский дворец и правительственный аппарат находились в центре, а вокруг жилой и развлекательный район, это Аматерасу.

Офисы, лаборатории и больницы были сосредоточены в Тсукуёми.

Три части искусственно созданного плавающего города и составляли Японию.

Из-за катастрофы, вызванной Сателлитами, «зачистки небес», каждая страна пыталась восстановиться, а кто-то «оказывал помощь путём вторжения», так что карта мира полностью переменилась. Японию разделили Евразийский союз и Западный альянс, страна лишилась своих земель... И всё же суверенитет был сохранён.

Плавающий город — это «судно», так что к нему не применим закон о разделении. К тому же они нашли способ переработки Пыли Сателлитов в энергию и запатентовали метод, чем отбили свою автономию.

Так эта страна цепляется за свою жизнь.

И всё же я не считаю это место своей родиной. За каких-то десять лет этот город стал прекрасным местом. Я же выживал среди трущоб на материке, а это совсем другое.

— Хозяин, огромное ССМВ. Впервые такое вижу. — Челси тянула меня за одежду, так что я посмотрел в окно и увидел, как в порт Сусаноо входило огромное судно.

С виду напоминало танкер, но по двигателям малой тяги и крыльям было ясно, что это ССМВ. И размер был даже слишком огромным.

— Этот флаг... Один из семи крупных флотов, «Белый кит». Обычно они работают южнее... Но раз здесь, значит тоже заинтересовались запросом Астики, — отвечая Челси, я действительно был удивлён. Похоже событие было значимее, чем я представлял.

Перебираясь из Сусаноо в Тсукуёми, мы рассматривали величественный «Белый кит». Округлое белое судно и правда напоминало здоровенного белого кита.

И следовало за ним достаточно много судов, похоже порт будет переполнен. Возможно и «Стервятники» из-за большого дела засуетились.

У меня и самого появилось желание присоединиться, но сейчас у меня и так есть работа. Сейчас запрос Брета самый важный из всех. Не хотелось на штраф нарваться, так что стоит сделать всё как следует.

И вот такси добралось до больницы, мы вышли у знакомого входа.

В порту Сусаноо мы были много раз, так что я уже и не знал, в который раз видел это место.

Пройдя через автоматические двери, в нос ударил запах стерилизующих средств. К Челси с её собачьими ушами и хвостом и ко мне, не переодевавшемуся уже двое суток, прилипли подозрительные взгляды.

Но охрана и медсёстры к нам уже привыкли, так что останавливать не стали. Потому мы двигались к нашей цели.

С огромным пакетом в руках Челси чуть ли не бежала вперёд.

Но когда мы подошли к женщине с регистратуры, всё было не так, как обычно.

Признав меня, она стала какой-то мрачной. Она меня не ненавидела... Вроде как. Женщина была доброжелательной, и даже когда мы опаздывали, она под нас подстраивалась.

Всё казалось очень зловещим.

Это очень меня озадачило.

— Иба Такуро к Мисоре Бруярд. Со мной навигатор Челси, — я представился как и всегда. И хотел бы в ответ получить привычную улыбку.

Но женщина мрачно ответила:

— Иба-сан, мы ожидали вас. На самом деле мы уже связались с Брет-саном, состоянии Мисоры-сан ухудшилось...

— Вот как, сегодня встретиться не выйдет.

Понимая, что худшие опасения оправдались, я тяжело вздохнул. Подобное уже не раз случалось. Оптимизмом я не пылал, но мог спокойно принять происходящее. Но Челси похоже не была согласна с этим:

— Это нехорошо. У Мисоры сегодня день рождения. Мы обязаны увидеться сегодня. Так она меня даже погладить не сможет.

— Глупости не говори. Придём в другой раз, — я отдал приказ Челси и уже собрался уходить... Но женщина с приёмной окликнула нас:

— А, подождите! Увидеться вы не сможете, но с вами хотел бы поговорить доктор...

— Если это по поводу болезни Мисоры, то вам стоит связаться с Бретом. Мы по сути посторонние. Даже если выслушаем, ничего сделать не сможем.

Это было довольно холодно, но стоило расставить всё по местам. Мы просто пришли от имени Брета. Мы не были семьёй, разделяющей радости и горести.

И всё же женщина покачала головой:

— Нет, он хочет поговорить с вами, Иба-сан. Это запрос от Брет-сана и больницы.

— Запрос? — я нахмурился и теперь стоял как вкопанный.

Если говорят о работе, я не могу это просто проигнорировать и всё же...

— Хозяин, — Челси тоже на удивление серьёзно смотрела на меня. Она ничего не сказала, но по ней было видно, что она тоже этого хочет.

— Ладно... Для начала поговорим, — понимая, что легко это не кончится, я кивнул.

И в этот раз я не знал, хорошее это предчувствие или нет. И всё же это вряд ли было что-то простое.

Если другие «Небесные волки» не могут справиться с работой, то идут к частникам вроде меня. Так что ничего простого быть не могло.

----------

2

О том, что у Брета есть дочь я узнал уже после того, как начал работать с Челси.

Я услышал, что он управляет снабжением на базе в Гонолулу, туда мы и направились.

Брет тоже чувствовал свою вину в том, что случилось с Джессикой. Это именно он помог ей отправиться на поиски.

Не повидавшись со мной, он, не оставив контактов, покинул флот. И всё же удивился, когда вновь увидел меня.

В тот день он напился, и мы много говорили о том, что было на флоте.

Тут то и поднялся вопрос о дочери Брета... Мисоре.

Перед вступлением он развелся, и его единственная дочь осталась с женой.

Но девочка была серьёзно больна, а стоимость лечения оказалась для бывшей жены непосильной, она просто пропала. Так что Брету пришлось взять опеку на себя. Он ушёл из флота и стал работать как частник.

И всё же чтобы оплачивать расходы на лечение ему пришлось и дальше заниматься снабжением в море. Он постоянно был занят и вместо него сувениры начал доставлять я.

«Братик! Собачка!»

Увидев нас, тогда ещё шестилетняя девочка громко вскрикнула.

Она совсем не была похожа на серьёзного Брета, даже скорее милая и очень прямолинейная.

Это оказалось для меня настоящим глотком свежего воздуха. Видя её, вокруг становилось немного светлее.

И всё же... Я не был её братом. Мы не семья, а посторонние люди. Её невезение — не моё бремя, и не мне протягивать ей руку помощи.

В отличие от меня Челси души не чаяла в Мисоре, это и сделало меня ближе к девочке. Однако...

— Брет, ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы я взял Мисору на своё судно? — гневно спросил я у человека по ту сторону трубки.

На первом этаже в напряжении лечащий врач и медсестра внимательно следили за мной.

«Да, серьёзно», — коротко ответил он.

Испытывая раздражение, я ответил:

— Ты же понимаешь, как велик риск лететь одному? Если на нас нацелится Сателлит, покоиться нам на дне морском. У крупных флотов есть ГС и другие ССМВ, которые отвлекают внимание и защищают авианосец и груз. Очевидно, что будет лучше для Мисоры.

«Конечно... Я понимаю. Но из-за срочного запроса Астики, свободных «Небесных волков» нет. Да и не уложатся они во времени».

— Не уложатся во времени?

«Время хранения органов для пересадки. После извлечения их можно хранить лишь двадцать четыре часа. Ты ведь знаешь среднее время прохождение флота ССМВ по северному тихоокеанскому маршруту?»

Услышав вопрос, я насупился и ответил:

— Ага... Тридцать шесть часов.

Временной лимит был существенным. Даже если принять запрос, на подготовку уйдёт время, и Мисоре станет только хуже.

«Верно... Если лететь по графику, успеть никак не получится. Даже неизвестно, получится ли успеть, если не выходить из предупредительной зоны. Но, Так, твой рекорд на маршруте семнадцать часов. Потому никто кроме тебя. Только на тебя я могу положиться в этом деле».

Голос Брета был подавленным, и я дал суровый ответ:

— Для этого мне пришлось много раз пересечь вторую черту. С Мисорой я так летать не смогу. Лучше отказаться. Это ведь не последний шанс?

«Возможность может ещё и будет. Но когда будет следующий донор... Мисора может не пережить операции. Ты ведь слышал, что ей стало хуже. Интервалы становятся всё уже. Потому приходится рисковать! Прошу... Так».

Мужчина буквально умолял, а я оторвал ухо от трубки и обратился к врачу:

— А сюда органы доставить не получится?

— Не получится. Перевозить внутренние органы запрещено законом.

Скорее всего дело в законе о запрете торговли внутренними органами, понимая это, я цыкнул.

Были созданы органические андроиды, разработка искусственных органов шла полным ходом, трансплантация стала обыденным делом, но спрос на настоящие органы никуда не пропал. Особенно у детей часто искусственные органы вызывали отторжение, оставалось лишь надеяться, что найдётся подходящий донор.

Я снова приложил трубку к уху и сурово спросил у Брета:

— У Мисоры только что был приступ, неизвестно, как она перенесёт транспортировку. Она спит, так что сама ответить не может. Но разве мы можем так просто распоряжаться её жизнью?

«Не можем. Но я готов рискнуть. Как её отец я возьму ответственность на себя».

— Эгоист.

«Я ко всему готов. И всё же свою ношу собираюсь перевесить на тебя. Я готов заплатить сколько угодно».

Брет нисколько не сомневался, и я лишь тяжело вздохнул.

Людей я доставлял не раз. Но никогда это не было так тяжело. Заказчик понимал риск и сулил награду, для меня это подходящая работа. Вполне равные отношения.

Но в этот раз всё было не так. Мне заплатят сколько угодно, но груз не будет таким уж лёгким.

— Ладно, я принимаю твой запрос. Никакой предоплаты, выплатишь всё в случае успеха. Но потом не жалуйся.

«Да... Буду должен».

По голосу было понятно, что Брет улыбнулся, а я назвал ему сумму.

Плата, соответствующая запросу.

— Тогда... Если доберусь вовремя, простишь мне весь долг за топливо. Поездки по тихоокеанскому маршруту ни черта не дешёвые.

«Э-эй, я ведь обычно за это прошу тебя навестить Мисору...»

— Никаких скидок. Я приступаю к работе, — прервав Брета, я повесил трубку.

Это соответствующая цена, и места для торговли тут нет.

Хотя и я был посторонним, бросить Мисору я тоже не мог. Она и мне была не совсем уж чужой...

Я и сам хотел спасти девочку, и просить за это больше не мог.

Вот ведь... И правда проблемная работёнка.

— Хозяин, поспешим, — позвала молчавшая по соседству Челси.

Это было ни к чему. Я уже всё для себя решил, ощущая вес ноши ограниченного времени.

И с этим весом я полечу. Над этим бескрайним морем...

----------

3

— Точно ли всё хорошо? — в доках для ССМВ прозвучал мой неуверенный голос.

Люк грузового отсека Манагарма был открыт, туда был помещён контейнер, который едва вписывался по габаритам.

И внутри было нечто необычное. Снаружи были установлены механические рычаги, они фиксировали медицинскую капсулу.

— Да... Это новая система фиксации, уменьшающая нагрузку при ускорении. Она почти на нет сводит всю нагрузку при горизонтальном ходе, тело будет минимально обременено. Ты ведь наверняка будешь вытворять глупости, вот и подготовили, — повернувшись к девушке в белом халате, находившейся в капсуле, женщина ответила на мой вопрос.

Её длинные светлые волосы развевались.

Летиция Рейни. Я выполнял для неё работу, и теперь она занималась разработками ССМВ на Тсукуёми. Этот док тоже принадлежал исследователям.

— Но никаких резких перепадов высоты. Не летай вверх тормашками.

Летиция тыкнула в меня пальцем и я закивал. В нашу первую встречу она ходила в очках, но сейчас была без них. Её голубые глаза смотрели прямо на меня, заставляя ощутить какую-то странную силу.

— Это я понимаю. В этот раз буду лететь очень осторожно.

Я поднялся в грузовой отсек и заглянул в медицинскую капсулу. Там была девочка в кислородной маске. Такой хрупкий багаж был у меня впервые. Ясное дело, что дурить я не могу.

— Вот уж постарайся. Жизненные показатели Мисоры будут отображаться у тебя на мониторе, глаз с них не своди. И во время обслуживания я приготовила ещё много разных функций.

Летиция вышла из грузового отсека и шаловливо улыбнулась.

— Эй, просил же не нагружать мою машину... — сказал я, следуя за ней и рассматривая Манагарм.

Сверху появилось незнакомое мне устройство.

Она открыла для всех монополизированное Астикой анти-Сателлитовое устройство, теперь мы сможем противостоять угрозе врага.

Она прицепила это устройство на Манагарм, будет принудительно испытывать на мне. Мы будем летать за пределами второй зоны, так получится выяснить, насколько оно полезно.

— Всё в порядке. В этот раз оно не такое тяжёлое, зато практичное. Информация в Манагарме, так что проверь потом. На долгие объяснения у нас времени нет, — пожав плечами, женщина закрыла грузовой люк, и механизмы, окружавшие Манагарм начали расходиться.

— Вот как... Когда всё будет готово, сразу же отправляемся.

Я поднялся по трапу в кокпит, а за спиной услышал голос Летиции:

— Удачи тебе, небесный волк.

Я поднял большой палец и закрыл люк.

На месте второго пилота развалилась Челси, она коротко обронила: «Все системы в норме».

Прежде чем сесть, я отложил инструкцию в сторону.

Пристегнувшись, я проверил все датчики. Отклонений нет.

Перегородки ангара открылись. Оттуда появилось алое сияние, мне пришлось прищуриться.

Уже закат. Надо спешить, но на подготовку тоже требуется время.

— Челси, оставшееся время?

— Девятнадцать часов.

— Состояние на маршруте?

— На Гавайских островах тропический циклон.

Эта информация заставила меня нахмуриться.

При полёте на сверхмалой высоте за девятнадцать часов можно успеть впритык. Если погода будет плохой, придётся перейти на морскую навигацию, так что времени может быть ещё меньше.

— Может он уйдёт с маршрута... — глядя в небесное марево, молился я.

Хотя повлиять я не мог не только на погоду, это я быстро понял...

Я шёл в режиме морской навигации по заливу, заполненному ССМВ, автоматическое устройство аутентификации пропустило меня через ворота.

Заходить сюда, как и пребывать, стоило немалых денег. Деньги снимались со счёта, связанного с лицензией пилота, если денег не хватало, ворота не открывались. Я направлялся в Америку, а если точнее, то в Лос-Анджелес, если общей суммы денег не хватит, я задание не выполню. Потому-то и берётся предоплата за заказ.

Между прочим в этот раз предоплату я не брал, так что пришлось занимать у Летиции.

Она высмеяла меня, но не как обычно.

Для нынешнего запроса цена была подходящей.

Она пришла к тому же выводу.

— ...

Уши у Челси задёргались, она уставилась вправо.

— Что такое? — проследил я за ней и спросил.

Там был волнолом. А ещё огромный авианосец «Белого кита» и знакомый флот «Стервятников».

— Со стороны порта на нас на миг был направлен лазер.

— Недолюбливают нас и только. Не обращай внимания.

Понимая, что я тут не в почёте, я поспешил успокоить Челси.

Пройдя между Сусаноо и Тсукуёми, мой мир стал шире, а скорость увеличилась.

Сверив курс, я перешёл на надводный режим. Скорость продолжала увеличиваться, первая черта была пересечена. На высоте в сто двадцать футов я перешёл в режим полёта.

Я посмотрел через камеру заднего вида: ТПГ постепенно отдалялся.

За жизненными показателями Мисоры я тоже наблюдал, но там пока отклонений не было.

Высота сто шестьдесят футов. Скорость двести пятьдесят узлов.

Крейсерская скорость Манагарма в режиме полёта. Но на ней я едва ли успею. Так что надо было ускориться.

Пока море и небо спокойные, надо выиграть как можно больше времени.

Я повернулся спиной к заходящему солнцу и направился на восток.

Во тьме я шёл на горизонт, разгоняя двигатели.

Двести семьдесят пять узлов.

Это был предел, если думать о балансе топлива. Если увеличу высоту, то расход топлива тоже резко поползёт вверх, да и Сателлит может напасть. В этот раз важно оставаться в безопасности, находясь вблизи границы предупредительной зоны.

Подзаправлюсь на судне у Брета, пока главное этого дождаться.

Я шёл своим маршрутом, не пересекаясь с флотами, шедшими к Сусаноо.

На все триста шестьдесят градусов я видеть не мог, и всё же отдаляясь от солнца, я оказался во власти ночи.

На тёмно-синем небе начали загораться звёзды, а вместо солнца море освещал белый свет луны.

Местами я видел одинокие машины и торговые суда, но вскоре вокруг не оказалось никого. Ощущение такое, будто угодил в другой мир. И всё же одиночества не было, это было ощущение свободного полёта.

И всё же пока я наслаждался этим, Челси указала на море:

— Хозяин.

— Что?

— На три и девять часов малые ССМВ. Скорость и направление совпадают с нашими, они приближаются.

Услышав это, я осмотрелся. И смог разглядеть под звёздами маленькие точки.

— Пираты?.. Снова они в дальневосточных водах, — удивлённо пробормотал я, во тьме начал мигать огонёк.

— Световой сигнал... Говорят остановиться.

Слова Челси заставили меня нахмуриться:

— Ответ: «Запрашиваю причину», — наблюдая за малыми судами, идущими на перехват Манагарма, я дал указание Челси. Девушка послушно отправила ответ.

И с левого направления снова появились световые сигналы.

— Нарушение договорённости. Ранний старт запрещён... Так они говорят.

— Ранний старт? Да о чём они?..

Ничего не понимая, я подумал, что они что-то напутали.

Ко мне приближались те, кто выполняет экстренный заказ компании Астика. А значит...

— Сговор? — печально выдал я, а Челси вопросительно склонила голову:

— Сговор?

— Экстренный заказ Астики очень сочная работка. «Стервятники» и «Белый кит» хотят прибыть первыми и получить награду за быструю доставку. Потому и не желают, чтобы кто-то отправился раньше.

— Но, хозяин. Мы это задание не принимали.

— Ага, потому они и ошиблись. Скажи им название корабля и то, что мы не принимали запрос Астики.

— Да, поняла, — Челси кивнула и начала отправлять сигналы, и тут же пришёл ответ.

— Остановиться? Не поверили нам.

— Похоже на то.

Малые суда поравнялись с Манагармом и постепенно брали в клещи.

Принадлежность было не разглядеть. Если они её скрыли, то могут действовать грубо.

Скорее всего они наблюдали снизу. Им было приказано не пропускать подозрительные суда.

Если остановиться, они всё проверят и скорее всего отпустят, но у меня не было на это времени. К тому же у них было преимущество, и я не знал, что они могут выкинуть. Они могли понять меня не так и просто избавиться.

В любом случае останавливаться я не собирался.

— Челси, на основании записей по этому Сателлиту определи уровень погрешности предельной высоты.

— Есть. Направление: семь часов, семьдесят градусов, кодовое имя Исследователь 3. На основе данных он сбивает только на высоте выше двухсот тридцати пяти футов. Коррекция на погодные условия минус, учёт случаев атаки плюс десять позиций. Вторая черта на высоте двухсот десяти футов.

Услышав отчёт девушки, я с силой потянул штурвал.

— Понял. Набираем высоту. Сбросим их.

Следя за состоянием Мисоры, я поднимался. Скорость тоже подходила к пределу.

Справа и слева были предупредительные световые сигналы, но я не смотрел на них и поднимался выше.

Дав последнее предупреждения малые ССМВ сели на хвост Манагарма.

Но подойдя к привычной второй линии... Двумстам футам их движения замедлились.

Должно быть сигнал о шансе быть сбитым бил тревогу. В верхней части моей панели управления тоже сияли надписи, но там не было никаких корректировок.

Пока не зайду выше указанной высоты буду в относительной безопасности.

ПС-двигатели, чем выше поднимаешься, тем более производительными становятся, и два малых ССМВ становились всё дальше.

Видя их через заднюю камеру, обстрел был бесполезен. Стрелять можно было лишь по врагу ниже тебя, так что их орудия не несли угрозы. На малые суда никто не ставит такое опасное оружие как систему наведения Сателлитов.

— Подтверди ситуацию. Нам больше никто не мешает.

— Да... А, погоди. На хвост село ещё одно судно.

— Снова лезут? — не веря, спросил я. Если приборы не дали сбой или не появилась такая необходимость, почти ни один пилот не поднимется выше двухсот футов. Какой бы ни была работа или приказ, сильнее всего люди ценили свои жизни.

Такое мог совершить лишь кто-то с похожим на Челси навигатором и данными как у неё или совсем не ценивший свою жизнь.

— Это не те двое. Малое судно компании Славик... Гарм.

— М!..

Услышав название судна, которым я управлял, у меня перехватило дыхание.

— Скорость двести восемьдесят семь узлов, высота двести четыре фута. Так он нас догонит.

— Не боится покинуть предупредительную зону? Это наверняка кто-то из пилотов ГС. А при том, что он на Гарме, число вероятных противников сужается.

У меня перед глазами появился длинноволосый мужчина в чёрной куртке, которого я встретил днём.

Пилот ГС флота «Стервятников» с огромный удачей, который летал уже два года... Руфус Спенсер.

Хотя при том, что он занимался этим уже два года, дело было не в одной удаче. Возможно что-то помогает избегать атак Сателлитов.

— Сигнал... Умри.

— Разговаривать он не хочет? Похоже он намерен сбить нас.

Раз уж встретились на маршруте, быть бою.

Я прекрасно понимал, как он меня ненавидел. Мужчина не собирался прощать меня за смерть Джессики.

Нет... Возможно в нём Джессика всё ещё жива.

Он сказал, что более особенный чем я, будто бы об этом ему сказала Джессика лично.

Я вспомнил цветы на маленьком острове, где она когда-то умерла.

И всё же я не понимал, почему он был так предан Джессике.

Она была судовым врачом и занималась консультациями. Она поддерживала многих на флоте. И похоже для Руфуса она была большей поддержкой, чем для кого-то ещё.

Ну... Гадать можно сколько угодно, доказательств мне всё равно не получить.

Пока остаюсь я, «особенным» ему не стать.

Потому Руфус всегда ждал возможности избавиться от меня.

— Если будет приближаться, мы окажемся в радиусе огня.

— Сбрасываем глубинные бомбы. Оторвёмся с помощью всплеска, — услышав отчёт Челси, я отдал приказ.

— Поняла.

Сброшенные с Манагарма бомбы взорвались в воде. Позади раздался громкий звук. Столб воды поднялся выше второй черты.

Преследующему меня Гарму оставалось лишь уклоняться, отрыв между нами стал больше.

— Раз на борту Мисора, хотелось бы избежать боёв. Уходим на всех парах.

— Хозяин, тогда есть вероятность, что мы не попадём на судно снабжения и не дозаправимся.

— Пока не оторвёмся. У средних машин топлива больше. К тому же ему оно ещё понадобится на обратный путь до Сусаноо, — дал я ответ обеспокоенной Челси.

В отличие от нас его дозаправка не ждёт, авианосец Руфуса находится в порту Сусаноо ТПГ. Если не вернётся прежде чем потратит половину топлива, то вынужден будет сесть на воде.

Обычно Челси нравились такие потасовки, но сейчас для неё была важнее безопасность Мисоры.

Мы уже поднялись практически до высоты в двести десять футов, о которой девушка говорила.

Волосы на затылке поднялись дыбом.

Я чувствовал пристальный взгляд Сателлита Исследователя 3 с неба.

А из Гарма позади я ощущал враждебность. И инстинкт говорил мне, что надо подниматься выше.

Двигатели набирали обороты. Скорость двести девяносто узлов. Предельная для данной высоты.

Грам тоже поднимался выше, расстояние между нами сокращалось.

Мои двигатели должны бы выдавать больше мощности, вот только вес у среднего судна был больше, как и сопротивление воздуха выше. Малым судам в особенности просто было пробиваться через сопротивление воздуха.

И всё же, если быть выше, можно сбросить с хвоста любого преследователя.

Однако пилот Гарма не боялся того, что его собьют, и набирал высоту.

— Готовь глубинные бомбы. Сколько их осталось.

— Три.

— Отлично. Выиграем ещё время.

Каждый раз, как противник приближался, мы сбрасывали бомбу, и всплеском Гарм отбрасывало назад.

Пять минут, десять... Скоро у него уже останется мало топлива.

Когда-то я управлял таким же судном, так что могу рассчитать, сколько у него топлива.

Но парень не отставал. Топлива уже было точно меньше необходимого, но он всё ещё висел на хвосте.

— Глубинные бомбы закончились. Расстояние сокращается.

— Похоже он не думает о возвращении в Сусаноо... Дрейфовать в море собрался?

Я посмотрел на камеру заднего вида: серебряное судно продолжало сидеть на хвосте Манагарма.

Видя это, я стиснул зубы.

Похоже я неверно истолковал цепкость Руфуса. Он был готов наплевать на себя, лишь бы выжать всё из возможности.

Это тоже было взращено мной. Словно бы передаваемые осколки груза неудач.

Но Мисора не должна разделить судьбу Джессики.

Будто я позволю по моей вине и ей испытать на себе невезение.

— Хозяин, вражеское судно ускорилось. Приближается. По камерам не видно, но он использует двигатели малой тяги.

— М... Ждал, когда израсходуем глубинные бомбы? — обронил я.

Малую тягу можно было использовать в качестве разового ускорения. Обычно они пользуются для начального ускорения крупных ССМВ, малые почти им не пользуются. Для придания мобильности они скорее даже могли помешать.

— Мы в радиусе основного орудия врага.

— Ух...

Я резко ушёл вправо. Но и Гарм позади последовал за мной.

Он повторял все мои движения.

Через камеру я увидел вспышку. С небольшим опозданием последовал и звук.

Ощущая «взгляд» Руфуса, я уклонялся.

Но раздался мощный удар, и судно тряхнуло.

Не может быть, всё ещё следует за мной?

— Попадание в верхнюю часть судна. Функционирование судна, показатели Мисоры: изменений нет. И всё же, хозяин...

Челси смотрела на меня. Словно жалуясь и упрекая...

Знаю. Это был просчёт.

Злясь на самого себя, я сжал зубы.

Эти выстрелы могли пробить капсулу Мисоры.

Ничего не знавшую и не позволявшую девочку погрузили на судно, и она могла лишиться здесь жизни.

Что ж такое.

Моя работа — доставить груз в место назначения. Если принял задание, должен его выполнить... Это и есть небесный волк Иба Такуро, моя ценность.

Но я опоздал с решением. Не сводя взгляда с Руфуса, надо было сделать выбор перед тем, как он выстрелит.

Пришло время рискнуть.

Чтобы защитить груз, нельзя быть нерешительным.

— Воспользуемся двигателем спутника. Используем сжатые частицы в качестве движущей силы и оторвёмся от него, — жёстко проговорил я, и уши Челси начали дёргаться:

— Уверен, хозяин? Тогда поглощение...

— Плевать. Мы же не стрелять собрались. Сделаем без прямого подключения. И влияние будет минимальным.

Челси переживала, понимая риск использования спутника. Но во время этого задания я не собирался переживать по этому поводу.

— Поняла. И всё же остаётся другой вопрос, хозяин. Для устойчивости и обычные двигатели придётся разогнать до максимума, нам так может не хватить топлива до точки рандеву.

— Тогда сменим место на точку связи в море. Там и свяжемся с Бретом. Возможно потратим время на то, чтобы встретиться, но это не так рискованно, как сражаться тут с ним.

Мой ответ удивил Челси:

— Подожди. Тогда и расписание тоже...

— Просто исполняй. На это у нас нет времени, — разговаривая, я продолжал уходить от Руфуса.

Иногда он немного неверно истолковывал мои движения, но постепенно стал реагировать лучше.

Вот каким пилотом ССМВ он стал.

В душе я был поражён. После двух лет, пока он был пилотом ГС, его умения нельзя было назвать показушными.

Конечно в прямом противостоянии я был уверен в победе, но наверняка и мне бы досталось. А сейчас я не мог позволить себе повреждения.

— Поняла. Приказывай.

Видя решительность на лице Челси, я кивнул и отдал указание:

— Чернушка, спутник, зажигание двигателя.

Раздался скрипящий звук и внутри машины начали плясать золотые частицы.

Снаружи тоже был снег из света, Манагарм окутало свечение. На мониторе было видно, как из огромного сопла вырываются частицы.

— Уровень заполнения сорок процентов... Пятьдесят процентов... Хозяин, Гарм подходит.

— М... Высвободить сжатые частицы. Маневрирование Сателлита... Начать.

После нажатия одного скрытого переключателя тело вжало в сидение.

Лёгкие сплющило, я не мог вдохнуть.

Мир сжался и во тьме я наблюдал лишь за показателями Мисоры.

Летиция верно говорила, вся нагрузка практически сходила на нет, серьёзных изменений не замечалось.

А Гарм позади становился меньше.

Он подавал световые сигналы.

«Убегаешь?»

Он обращался ко мне.

Не знаю, достиг ли его ответ, но когда я его уже не видел, я отправил световой сигнал.

«И кто здесь убегает?»

Ответ полный насмешки.

Даже если меня не станет, у Руфуса всё останется по-старому. Мёртвая Джессика не признает его «особенным». Он так и останется овцой на заклание, которая будет летать, пока смерть не придёт за ним.

Отбросив реальность, он продолжал гнаться за мной, уж не это ли способ побега?

Конечно смысл он не поймёт, это его лишь разозлит.

Нам не договориться на словах.

Когда-нибудь нам придётся решить в сражении, кто же из нас умрёт. Но уж точно не сейчас.

Убедившись, что тьма поглотила его, я шёл вперёд.

На безоблачном небе начали появляться тучи.

На недопустимой для преследования скорости судно оставляло за собой след из света.

Этот звездопад могли видеть лишь Сателлиты, находившиеся высоко над нами.

----------

4

Одиннадцатая точка связи на тихоокеанском маршруте.

Огромная стальная башня, фиксирующая подводный кабель, здесь была телефонная будка для мореходов и пилотов.

Из кокпита она напоминала остриё, нацеленное пробить луну.

Потратив топливо, Манагарам не двигался, и я из кресла пилота наблюдал за небом. Система охлаждения тоже выключилась, так что внутри была жара.

По проводной связи я сообщил Брету о смене точки встречи, с тех пор прошёл почти час. Его судно снабжения пока ещё не показалось. Я переживал, что было логично, а раздражение моё росло.

Дальше на предельной высоте и максимальной скорости, затягивать время будет некогда.

А если учитывать погоду, если лететь нормально, неизвестно, доберусь ли я вовремя.

Потому я думал лететь ненормально.

Но тут проблема была в Мисоре. По возможности не хотелось ей рисковать.

И всё же... Скоро придёт время принимать решение.

— Хозяин, — меня позвали, и я перевёл взгляд, на месте второго пилота свернувшаяся калачиком Челси поднялась.

— Что?

— Сутки переменились. Сегодня седьмое июля две тысячи сорок восьмого года.

— Надо же, работу навигатора исполняешь. Что за блажь такая?

Обычно Челси подобные услуги не оказывала. Я думал, что она просто не обращает внимания на время... Но похоже сейчас дело было не в этом.

— Просто сегодня особенный день для людей.

— Особенный день... Да, сегодня «зачистка небес»...

После слов девушки я вспомнил.

Восемнадцать лет назад седьмого июля две тысячи тридцатого года... Сателлиты украли у человечества небо.

Пролившийся с неба дождь из обломков оставил глубокий след в моём сердце.

— Да. В этот день... Я родилась в небе и с другими Сателлитами уничтожала все искусственные объекты в небе. Тогда я ещё не думала, что внутри меня будет человек управлять мной.

— Чего так внезапно?

Челси впервые завела такой разговор.

Мы совершенно разные, и человеческая этика и мораль абсолютно чужда для них, я же о «преступлении Сателлитов» никогда не говорил.

— Просто думаю, что это немного необычно. Я убила столько людей и хочу спасти Мисору. Это ведь нелогично.

Будучи человеком, я мог порицать её. Но я не собирался делать этого. Я и сам относился к людям как к предметам не раз.

— Да нет... Не думаю. Я и сам когда был во флоте сбил много пиратских на ССМВ. Чужих убивай, своих защищай. В широком смысле понятия у нас отличаются, но основы похожи.

Услышав мой ответ, Чесли с облегчением вздохнула:

— Похожи... Одинаковые... Вот и хорошо. Я уж снова подумала, что сломалась.

Сломалась?

Её сбил товарищ, и часть функций Челси была ограничена, она не могла не обращать внимания на неполадки и ошибки. Однако...

— Как по мне ты точно ненормальная. Приказы воспринимаешь как тебе хочется, ненавидишь скуку и ждёшь, когда что-нибудь случиться. Ты абсолютно точно поломанная.

— Надо же, хозяин. В моих действиях нет ошибок, я всё делаю намеренно, — удивлённо ответила Челси, когда её хвост встал торчком.

— Характер у тебя паршивенький. Ну, может так и должно быть. Другие могут что угодно думать о том, поломанная ты или нет. Но если ты сама считаешь, что не поломалась, значит так и есть, — сказал я, пожав плечами, а Челси пялилась на меня:

— То есть... Хозяин, это ты так меня хвалишь? Значит в тебе произошла серьёзная ошибка. Нужна детальная проверка.

— Замолчи, дворняжка. У тебя сегодня день рождения, вот и я немного добрее чем обычно, — нахмурившись, ответил я, и глаза Челси округлились:

— Мой... День рождения?

— Ага, ты же сама сказала. На день позже, чем у Мисоры, — я кивнул, а девушка, впервые осознав это, завиляла хвостом:

— А ведь и правда... Рядом с Мисорой. Я так рада этому.

Какое-то время Челси радовалась этому, а потом, что-то поняв, уставилась на меня:

— Хозяин, на день рождения ведь принято подарок дарить?

Готовя сюрприз на день рождения Мисоры, Челси запомнила кое-что ненужное. Она с серьёзным выражением на лице смотрела на меня.

— Ну, мы ведь не чужие.

— Тогда давай, — естественным движением она протянула мне руку.

— Думаешь, тут есть что-то вроде подарка? — я пожал плечами, указывая на то, что мы находились в узком кокпите, а вокруг было море.

— И то верно. Тогда можно и не вещь. У меня есть одно желание.

— Почему всё так происходит?

Всё это напоминало комедию, я понимал, что девушка действует в своём ритме.

— Я хочу, чтобы хозяин обращался со мной как с собакой.

Я вздохнул, услышав это предложение, и протянул руку.

Возражения будут просто оттягивать неизбежное. Такое проще решать как с пластырем, раз — и всё.

Я понимал, чего именно она хотела. Мы же вместе были уже почти три года.

— Так устроит?

Я положил руку ей на голову, и начал гладить её уши на серебристой голове.

— М... Да, вот так, до Мисоры далеко, но удовлетворить мою собачью идентичность вполне сойдёт, — довольно грубо сказала она, но хвост ходил как помело, девушка точно была довольна.

— Ну, лучше так, чем откармливать.

Думая о том, что её день рождения мне обошёлся даже очень дёшево, я смотрел вперёд. А ещё думал о том, что будет дальше, настроение у неё должно улучшиться. Если сделаю всё плохо... Может нам уже не сражаться вместе.

Я тяжёлыми чувствами я смотрел на луну, скрывавшуюся за облаками.

Так мы и тратили оставшееся время.

Я выискивал судно снабжение в чёрном море, когда раздался пронзительный электронный звук.

— Что случилось?

Челси с серьёзным видом уставилась в монитор.

— Состояние Мисоры изменилось.

— Неужели... Ей стало хуже? — с тревогой спросил я, но Челси покачала головой:

— Никак нет. Это признак пробуждения.

— Она же должна была получить дозу седативного... Неужели эффект прошёл?

— Нет, в медицинской капсуле была введена необходимая дозировка. Даже если проснётся, сразу же заснёт. Однако... Если поймёт, в каком положении оказалась, не исключена возможность, что она может впасть в панику.

Услышав это, я скрестил руки.

Сейчас Мисора находится в узкой медицинской капсуле. Она вполне может подумать, что всё ещё спит и снова заснёт. Но если она начнёт пробуждаться и заметит, что её заперли, может попробовать выбраться.

Второй вариант сопровождается серьёзным стрессом, и может отрицательно сказаться на её состоянии.

— Челси, я к Мисоре. Если проснётся, я успокою её и снова уложу спать.

— Поняла, хозяин. Думаю, это верное решение.

Челси слезла с места второго пилота и пошла открывать дверь грузового отсека.

Я последовал за ней и зашёл в грузовой отсек, занятый одним контейнеров. В нём была небольшая дверь, чтобы можно было залезть внутрь в случае необходимости.

Я открыл дверь, и прохладный воздух коснулся кожи. В Манагарме закончилось топливо, и контейнер поддерживал температуру благодаря автономному источнику энергии.

Обливаясь потом, я посмотрел на зафиксированную креплениями капсулу.

Мисора спала в капсуле в кислородной маске. Но её веки двигались. Похоже она и правда пробуждалась.

Лицо напряжённое, будто девочка видела дурной сон.

— Мисора... — взволнованно пробормотала Челси, шедшая рядом.

Я думал, что было бы лучше, если бы она спала, но сейчас передумал.

Пусть Мисора ничего не поймёт, но зато сможет увидеть наши лица.

Когда она выберется из кошмара, лучше, чтобы рядом был кто-то из нас.

Её веки задрожали, и Мисора приоткрыла глаза.

Челси вытянулась и заглянула в капсулу.

— Мисора... Это собачка. Хоть мы на день и опоздали, но с днём рождения тебя, — сказала Челси, виляя хвостом.

Девочка всё ещё не полностью была в сознании, но улыбнулась. Из-за кислородной маски она не могла говорить.

Я оттащил Челси от капсулы и заговорил с девочкой:

— Мисора. Это я, Иба Такуро. Понимаю, что ты удивлена... Но сейчас ты на судне со мной и Челси, мы направляемся в Америку.

В глазах Мисоры не было тревоги, но она смотрела прямо на меня.

— Тебе нашли донора. Если проведут операцию, смогут тебя вылечить. Потому Брет... Твой отец попросил нас помочь, — я смотрел на спокойную девочку и продолжал. — Прости, что перевозим тебя без разрешения. Понимаю, что это не честно. И всё же... Я обязательно перевезу тебя через море.

Тут заговорила Челси:

— Мисора, не переживай и продолжай отдыхать. Капсула находится в Манагарме, а это самое безопасное место. Пока ты будешь спать, мы вмиг домчим тебя.

Не знаю, поняла ли она, что мы хотели сказать. Однако было невозможно даже надеяться, что ей всё станет ясно.

Но так хотя бы мы смогли показать, что находимся рядом, мы вместе смотрели на девочку.

Мисора тихонько кивнула... И снова закрыла глаза.

Видя, как она погружается в сон, я отошёл от капсулы.

Челси ещё какое-то время оставалась там, но убедившись, что Мисора не проснётся, молча последовала за мной.

Мы тихонько закрыли контейнер и вышли в наполненный жаром грузовой отсек.

— Больше я Брета винить не могу, — усмехнувшись, пробормотал я.

Я злился на него за то, что он сам решил перевозить Мисору, но теперь был с ним согласен. Девочка всегда была искренней, и сейчас я дал ей сделать выбор.

Так что теперь оставалось только действовать.

Это было нечестно... С самого начала отношения не были равными.

Я получил от Мисоры куда больше. И её запрос я должен выполнить бесплатно. Это не благотворительность. Это возможность вернуть долг.

Но для начала надо было выполнить обещание.

— Хозяин... Давай сделаем всё до того, как Мисора проснётся, — сказала Челси, глядя на контейнер.

— Да, давай, — уверенно кивнул я, а Челси коснулась собственной груди:

— Я не допущу, чтобы Мисоры не стало. Для меня она очень важна. Я смогла это подтвердить. Это не ошибка, а результат моих вычислений.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я и положил руку ей на голову, призывая вернуться в кокпит.

Но Челси не двигалась и напряжённым голосом окликнула меня:

— Хозяин.

— Что?

Переживая я обернулся, девушка с нечитаемым выражением на лице смотрела на меня:

— Я... Поняла что Мисора Бруярд важное для меня существо. И я знаю ещё один способ, как сохранить ей жизнь. Я только сейчас поняла это.

По спине пробежал холодок. Я в очередной раз вспомнил, что она не человек.

И я понимал, о чём она говорит. Потому был суров. Я не дал ей сказать то, что она собиралась.

— Чернушка, не надо, — я назвал её по имени.

— Почему?

— Может ты и спасёшь так Мисору, но тебя и саму это не обрадует. Ты будешь сожалеть. К тому же... Я не прощу тебя, если ты поглотишь Мисору. Больше мы не будем сражаться вместе, — сказал я Челси не скрывая гнева и смотря прямо ей в глаза.

— Вот как... Я и сама не понимаю, почему пришла к такому выводу... Но положусь на суждение хозяина, — её хвост опустился, и девушка колеблясь кивнула.

Она сама сказала, что не поняла, как пришла к этому, и всё же понимала, что вывод, сделанный ею, был неверен.

Видя Челси поникшей, я почесал голову.

Ей такое поведение было не присуще, потому я и сам был озадачен.

— Челси, твоё предложение меня разозлило, но я ценю, что ты обо всём рассказала. Я больше не злюсь, давай вернёмся в кокпит, — сказал я ей, и всё ещё поникшая Челси подошла ко мне поближе:

— Враньё. Хозяин всё ещё злится. Я по голосу понимаю.

— Всё потому что ты какая-то неуверенная. Ладно... Раз тебя это так волнует, я отдам тебе приказ, — я положил руку ей на голову и продолжил. — Если ты кого и поглотишь, то только меня. Поняла?

— Да. Назначу приказу наивысший приоритет, — Челси мотнула головой.

Я продолжал гладить её по голове, а она начала вилять хвостом, девушка снова вела себя как обычно.

Дальше мы смотрели в ночь через лобовое окно и ждали появления Брета.

Судно снабжения появилось где-то через час.

----------

5

На палубе судна снабжения гулял тёплый ночной ветер.

— Так.

Ощущая ветер кожей, я рассматривал тучи, когда меня окликнули из-за спины, и я обернулся.

Там стоял напряжённый Брет Бруярд. Сейчас он был очень серьёзен, мог любого ребёнка довести до слёз.

Он прибыл тридцать минут назад. Из-за смены места встречи, ему пришлось добираться два часа. Появилось время вздремнуть, но мы потеряли много времени. Промедление нам буквально могло стоить жизни.

— Заправка закончена? — спросил я, и мрачный мужчина утвердительно закивал:

— Да... Вот только...

— Тогда мы отправляемся. Осталось восемь часов... Тянуть больше нельзя, — сказал я и направился в ангар, а Брет схватил меня за руку.

— Погоди, Так. Не надо... Я и сам всё понимаю.

— Что ты понимаешь? — остановившись спросил я, Брет сжал зубы и выдавил из себя слова:

— Ты не успеешь. Погода на Гаваях портится. Там тайфун, ССМВ летать не смогут. Если обходить, вовремя уложиться не выйдет. Изначально в этот запрос едва ли можно было уложиться. Астика со своим внезапным заданием всё подпортила, тут не просто невезение, сами небеса нас покинули, остаётся лишь сдаться, — Брет полностью сдался, и посмотрел на облака, спрятавшие луну.

— С тех пор, как я стал частным перевозчиком, я хоть одно задание провалил?

— Нет. Потому я и сожалею. Я воспользовался тем, что мы друзья и уболтал выполнить то, что просто невозможно, — виновато говорил Брет, его взгляд был направлен на ноги. Видя это, я глубоко вздохнул:

— К сожалению, я не из тех, кто преисполнен чувством долга. Бесплатно я не работаю. И не берусь за невыполнимые задания.

— И всё же...

— Ситуация не из простых. И поэтому перед отправкой я хотел тебя попросить. Если ты поймёшь текущую ситуацию, разговор будет быстрым, — я прервал Брета и начал говорить, глядя прямо на него.

— Попросить? — на его лице было сомнение, а я сказал, чего хотел:

— Ты никого не спросил, взял ответственность за судьбу Мисоры на себя... Я это понимаю, и прошу... Доверь мне жизнь Мисоры.

Глаза Брета округлились, сглотнув слюну, он открыл рот:

— Раз ты спрашиваешь такое, значит задумал что-то безумное?

— Да.

— И какие шансы на успех?

— Если бы не было, не предлагал бы. У меня обязательно получится. Ладно Астика, но Руфус — это моя вина. А я не обреку Мисору на несчастье по своей вине.

Я смотрел в чёрные глаза Брета и ждал ответа.

Когда Мисора очнулась, мы не были уверены, понимает ли она происходящее, даже если что-то она поняла, девочка не была в курсе, на какой риск мы идём.

А так я хотя бы получу разрешение Брета.

Мы переглядывались около пяти секунд, после чего он тяжело вздохнул:

— Не обречёшь на несчастье, значит... Болезненные слова, знаешь ли.

— ?..

Я задал вопрос одним взглядом, и Брет продолжил:

— Моя бывшая жена говорила схожие вещи. Я сделаю Мисору счастливой... Буду растить её как следует, она никогда не узнает что такое несчастье. Но в итоге она нарушила данное слово и сбежала, — мужчина пожал плечами, в его голосе ощущалась насмешка. — Я бесился, когда она не выполнила обещание, вот же эгоистка... Я поклялся, что не допущу, чтобы Мисора была несчастной. Но... Как родитель я провалился. Я зарабатывал деньги и даже не мог находиться рядом. В итоге даже стал полагаться на тебя, постороннего человека, — во взгляде Брета был гнев, направленный на него же, голос его поник. — Не мне упрекать мою бывшую. То, какой была её ноша... Я понимаю. В отличие от неё я лишь мог хорошо зарабатывать. А в остальном-то разницы никакой. Нет... Моя бывшая всё же была немного лучше меня. Мисора совсем не ненавидит мать. До момента исчезновения дочка всегда была счастлива. А сделал её одинокой... Сделал несчастной именно я, тут разница просто огромная.

Я дал короткий ответ пожимавшему плечами Брету:

— Пусть Мисоре и было одиноко, это не значит, что она была несчастлива.

— Что? — неуверенно спросил Брет. Я видел морщинку между его бровей, а сам продолжал говорить:

— Мисора улыбалась, когда я и Челси приходили её проведать. Мы приносили ей подарки, рассказывали о старых временах, она было очень рада этому. Так несчастные люди не выглядят.

— Это... Но это только отдельные моменты, — измученно проговорил Брет, а я кивнул:

— Да. Но Счастье... Оно не длиться весь год, не двадцать четыре часа в сутки ты в приподнятом настроении. Разве может быть у кого-то абсолютное счастье в жизни. Я бы такому человеку точно не позавидовал. Он просто отводит взгляд от всего неприятного в своей жизни. Как я когда-то.

Я был пилотом ГС в «Стервятниках» и наслаждался счастьем, находясь на расстоянии вытянутой руки от собственной смерти. Заставил меня сомневаться и предложил сойти с этого пути именно Брет.

— Так... — Он посмотрел на меня и неуверенно спросил: — А какому бы человеку ты бы стал завидовать? Что ты считаешь счастьем?

Такой просто вопрос заставил меня улыбнуться:

— Разумеется тебе и Мисоре. Как бы ни было тяжело, в радостные моменты вы продолжаете улыбаться. У вас есть такие моменты в жизни... И именно этим сияющим фрагментам и может завидовать парень вроде меня, — не сомневаясь, ответил я, и Брет прищурился:

— То есть, Так... Ты считаешь, что сам несчастлив?

— Нет... Не скажу, что всё роскошно. Но я наслаждаюсь своей жизнью. Просто... У нас немного разные понимания счастья, — я покачал головой и ответил на его вопрос.

До этого я был действительно счастлив лишь когда сражался со Спутником 9.

И теперь я живу, чтобы когда-нибудь продолжить это сражение. И Челси наверняка тоже этого ждёт.

Это не то близкое счастье, как у Брета, которое можно ощутить. Оно другое, далёкое, и я прекрасно понимаю его ценность.

— Хм... А ты всё такой же. Странный ты, это совсем не поменялось. Говоришь так, будто не от мира сего, — вздохнув, сказал Брет.

Суть была горькой, но тон мягким.

— Просто... Поэтому ты и стал ближе к Мисоре за эти три года, чем я. И знал, что она была счастлива. И раз ты говоришь, что не позволишь ей испытать несчастье... Остаётся только поверить.

— Ты доверишься мне? — я спросил у него, чтобы убедиться.

— Если ты уверен, что сможешь, мне этого достаточно. Когда я попросил тебя сделать это, то доверил тебе жизнь и будущее Мисоры. Теперь уже нет смысла даже спрашивать.

— Вот как, значит зря спрашивал, — улыбнувшись, ответил я и направился к ожидавшему меня Манагарму.

Получив одобрение Брета, я успокоился, но был ещё один человек, которого мне надо было уговорить.

И мне нужно не просто разрешение, но и помощь. В данном случае сложность была высокой.

Я забрался в машину и ещё раз взглянул на небо.

Звёзды были скрыты облаками и практически не видны, лишь свет луны мерцал между облаками.

Невооружённым взглядом этого было не увидеть, но где-то в небе были Сателлиты. И они обязательно будут наблюдать за мной.

Мы ушли из зоны наблюдения Исследователя 3. Здесь был другой Сателлит, за которым стоило приглядывать.

Исходя из маршрутных данных, его позывной мне был хорошо знаком.

Авангард.

Это название было очень значимо для меня и Челси.

----------

6

Отчалив с судна Брета, мы летели в узком пространстве между небом и морем.

Высота сто девяносто один фут, скорость двести семьдесят пять узлов.

В предупредительной зоне это большая высота и максимальная скорость. С такой скоростью по маршруту получится впритык добраться до порта Росс.

Но на пути меня ожидает буря. Если будет дождь, я не смогу лететь, а если и море будет неспокойным, я даже не смогу оставаться над водой, буду двигаться как обычная лодка по воде и точно не успею.

— Челси, почему мы работаем вместе? — глядя в чёрные небеса спросил я у существа, сидевшего по соседству.

— Сотрудничаем, чтобы сбить Сателлит Авангард. Когда его не станет, конец моей автономной работе, и я смогу спокойно сразиться с хозяином, — даже не задумываясь, ответила Челси.

Верно. Этот ответ мы разделяли на двоих.

И занимаемся извозами мы тоже ради этого. Чтобы вновь сразиться мне нужно новое судно. Разделившись со Спутником 9, от Манагарма снова останутся одни обломки.

Чтобы купить ССМВ нужны огромные деньги, а значит надо работать. То есть для достижения цели денег всегда не хватает.

Где-то половину заработка приходится откладывать. Потому-то и на жизнь вечно не хватает.

Когда я сражался на Гарме со Спутником 9, мои атаки не проходили, а в итоге ещё и топливо кончилось, но в следующий раз я хочу настоящий поединок.

Челси испытывала то же самое. Хотя скорее всего её желание сразиться в основе совсем иное. Хотя и не могу сказать, в чём отличие. Просто чувствую и всё.

Потому я спросил:

— Ты хочешь меня убить?

— Нет, не «убить», а «сразиться», — сразу же ответила девушка, а я серьёзно ответил:

— Но... Если ты выиграешь, я скорее всего умру.

— Такая возможность не исключена. Грустно, но ничего не поделаешь, — безжалостно обронила Челси. Хотя её слова заставили меня насупиться:

— Грустно?.. Тебе грустно от того, что я умру?

— Да. Моя нынешняя жизнь мне нравится, если всё закончится, будет грустно. Просто бой с хозяином будет куда веселее, так что он в приоритете.

Такая бодрая реакция заставила меня улыбнуться:

— Похоже на тебя.

— А что насчёт тебя? Хочешь меня уничтожить? — серьёзно спросила Челси.

— Нет, я просто хочу довести наше сражение до конца. Это сражение — самое важное событие в моей жизни. Так я буду иметь какой-то вес... Как мне кажется.

Всё это казалось каким-то абстрактным, но Челси серьёзно кивнула:

— Мне легче от понимания того, что наши интересы совпадают. Чтобы отменить наши нынешние отношения, нужно физическое устранение цели.

Челси говорила кое-что пугающее, но отсюда и проистекал мой главный вопрос.

— Тогда ты... Если я откажусь сражаться с Авангардом, оставишь меня?

Я спросил осторожно, будто собирался коснуться дикого зверя.

— Если не предоставишь более детальную информацию по вопросу, я не смогу ответить, — дала ответ Челси, но я видел, как поднялся её хвост.

— Манагарм скоро войдёт в область наблюдения Авангарда. Но что бы там ни произошло, для меня задание на первом месте.

За эти три года мы так ни разу и не сразились с Авангардом.

Всё потому что он не спускался ниже.

У Манарагма тоже есть орудие со сжатыми частицами как у Сателлитов, но при стрельбе вверх плотность снижается и удар не достаёт до врага.

Плотность частиц влияет и на ПС-двигатели. Вблизи стратосферы они быстро теряют мощность, уйти от атаки Сателлита не выйдет, а значит и приблизиться. С двигателем спутника это возможно, но сейчас Манагарм не сможет обойтись без помощи обычных двигателей.

Так что это будет лишь провокация врага, которого не победить. И неизвестно, что может произойти.

— Хозяин думает сбить Авангард.

— Ага. Хотя вероятность и мала. Но если это случится, для меня на первом месте будет задание, а что ты сделаешь?

Я кивнул девушке и ждал ответа.

Необычно, но ей понадобилось на это время.

— Много неопределённых факторов, симуляция невозможна. Я уже говорила, что хочу спасти Мисору. Но и уничтожение Авангарда для меня тоже приоритетная задача. И сейчас я не знаю, чему мне отдать приоритет. Возможно, когда придёт время, я смогу изменить своё мнение. Однако...

— Однако?

— Продолжай отдавать мне приказы. Ведь у тебя есть на это полномочия.

Я чувствовал, как она смотрит на меня.

— Полномочия... Так ты всё равно коверкаешь их так, как тебе самой удобно.

— Только в этот раз я буду делать ровно так, как ты скажешь, — удивительно честно проговорила Челси.

Я не знал, можно ли верить её словам. И всё же это вряд ли были просто пустые слова.

Было ли дело в Мисоре или была другая причина... Я не мог уловить хода мыслей не человека, и всё же что-то понять мог.

Сейчас она — моё судно.

— Тогда буду пользоваться.

— Ты всегда так делаешь.

— Тебя не спрашивали, дворняжка, — легко выдал я, а Челси выдала информацию:

— Мы вошли в зону наблюдения Авангарда. Атмосферное давление резко снизилось. Буря близко.

Ночное небо заволокли тучи, а впереди сверкали молнии, и чтобы преодолеть препятствие, я отдал приказ:

— Поднимаемся выше облаков, — сказал я и с силой потянул штурвал.

— Я знала, что ты так поступишь, — похоже она и правда догадалась, даже не удивившись, девушка кивнула.

Мы были на высоте двухсот футов, но чтобы подняться выше облаков, нужно было набрать высоту выше тридцати тысяч футов.

Эта опасность была совсем на другом уровне. Там Сателлит будет буквально поливать атаками.

— Положение Авангарда.

— Один час, сорок два градуса.

В том направлении всё было затянуто тучами, разглядеть Сателлит было невозможно.

Но я сосредоточенно смотрел в указанном направлении.

Должно быть из-за туч обзор был плох. Но с устройством оптического наблюдения он нас точно видел... В этом я был уверен.

Потянув штурвал, я набирал высоту.

Нос смотрел вверх, чёрного моря было не видать, за лобовым стеклом осталось лишь ночное небо.

Двести три фута... Предупредительная зона пройдена. Двести двадцать футов, никаких изменений. Двести сорок пять футов...

Давай, давай, давай...

Тучи становились всё ближе.

Обычно я бы начал молиться, чтобы Сателлит не целился в меня, но сейчас я ждал этой встречи.

Это был бы сигнал к старту. Я так долго ждал, когда действительно смогу летать в небе.

Триста футов.

Спиной я ощущал электрический разряд. Я покрылся гусиной кожей и весь вспотел.

И эти изменения во мне принёс взгляд с небес. Суровый и наполненный жаждой убийства...

— М.

Я использовал двигатели малой тяги. Принудительно ушёл вправо.

Небо пронзило копьё из света, пронеслось рядом с судном и вонзилось в море.

Атака сжатыми частицами Сателлита «Землечёт».

Через дыру в облаках я с ненавистью смотрел на злейшего врага в тёмно-синих небесах, нос корабля был направлен прямо вверх.

— Прорываемся. Чернушка, запуск двигателя Спутника. Начать заполнение сжатыми частицами. Следи за показателями Мисоры. И наплюй на моё состояние.

— Есть, хозяин. Зажигание.

Услышав слова Челси, я увеличил мощность двигателей. Из-за запуска двигателя спутника вокруг танцевали частицы света.

У меня более слабый механизм сжатия частиц ПС. Потому на заполнение необходимо время, и долго удерживать мы их не можем.

После каждого выстрела из орудия Сателлита нужно время на перезарядку. За это время я рассчитывал пройти сквозь тучи.

Триста пятьдесят футов, четыреста футов, пятьсот футов... Для людей это территория смерти. Место, где кроме меня никто не бывал.

На высоте в тридцать тысяч футов будет совсем другой мир.

Я чувствовал, как увеличивается скорость. Машина будто становилась легче.

Из-за давления начался звон в ушах. Шум двигателей стал далёким. Я перестал различать цвета. Передо мной была лишь дыра в облаках, проделанная Авангардом, а небо, где нам не мешали, было внизу.

Вьющиеся облака. Бескрайнее море облаков.

Далеко на востоке небо было светлым. Я не знал, что творится под облаками, но похоже рассвет уже близок.

Точно боясь пришествия солнца, бесчисленные звёзды метались в небе над головой. И одна из них выпустила мощный луч света.

Вторая атака!

За миг до этого я ощутил «взгляд» и пошёл на уклонение от «Землечёта».

Обычным зрением его было не обнаружить, но я чётко знал, где находится Авангард.

— Челси, интервал между первым и вторым выстрелами.

— Пятнадцать секунд.

— У нас на пути ураган, считай, сколько надо времени, чтобы пройти зону с плохими метеоусловиями.

— С нынешней скоростью около шестидесяти минут.

— Время с использованием маневрирования Сателлита?

— Около двадцати пяти минут.

Услышав ответ, я уклонился от третьего выстрела.

— То есть сто выстрелов и мы свободны?.. Довольно реалистичные цифры.

По лицу стекал холодных пот, пока я посматривал на монитор.

Сердцебиение участилось, но состояние Мисоры было стабильным. Если её тело выдержит нагрузку, мы справимся.

Беспокойство вызывало лишь то, что Авангард может перейти к лобовой атаке. Но было не похоже, что он это сделает.

Правильный Сателлит сбивает все искусственные объекты с высоты, но с другой стороны и его нельзя было атаковать.

Уже давно велись дискуссии о том, есть ли у них какие-то ограничения.

Но доказательств не было и даже Челси, отлучённая от Кольца Сателлитов, не знала этого. Неправильный Сателлит Челси спустилась к первой черте и приняла участие в сражении, Авангард посчитал её «поломанной» и охарактеризовал действия девушки неправильными.

Но, находясь в мёртвой зоне, можно было подтвердить теорию.

— Уровень частиц.

— Полный заряд.

Ожидая новый поток света с неба, я нажал на переключатель.

— Маневрирование Сателлита, старт.

Собранные сжатые частицы были высвобождены.

На большой скорости я оторвался от новой атаки, и теперь, сжимая зубы, я смотрел на облачный горизонт.

Скорость и перегрузки были несравнимы с теми, что около земли.

Сбросив кандалы атмосферы, Манагарм оставлял за собой хвост из света прямо на облаках.

— Как здорово, хозяин, — пробормотал монстр рядом со мной.

Ответить я не мог. Лёгкие сжало, так что я не мог издать ни единого звука.

И всё же я понимал, о чём она говорит.

Тело такое лёгкое, мы свободно прорывались сквозь земную атмосферу. Лишь это заставляло сердце трепетать.

Всё было тяжелее нас, а мы на самом деле летали в небе.

А со стороны звёзд продолжал литься дождь света.

— Twinkle, twinkle, little star.

Не обращая на напряжённость ситуации, Челси как и всегда запела.

Атаки Авангарда были точными, но если уловить ритм, то уклониться можно было без проблем.

После двадцатого раза я делал это с минимальным маневрированием.

Но вот двадцать пятый выстрел.

Тут враг застал меня врасплох.

Я должен был уклониться, но поток света прошёл прямо возле хвостового крыла. Судно затрясло и я тут же принялся выравниваться.

Челси прекратила петь и недовольно уставилась в небо:

— Хозяин, расстояние до Авангарда сократилось. Похоже он снижается.

— Как не вовремя.

Я цыкнул языком и приготовился к следующей атаке.

Раз расстояние сокращается, значит и интервал между выстрелами становится уже. А значит я могу не успеть уклониться.

И вот на проясняющемся небе появилась мощная вспышка света.

Мне приходилось уклоняться быстрее и дальше.

И всё же получалось едва. Яркая молния перед глазами заставила меня прищуриться.

Похоже Авангард продолжал снижаться.

Из спрятанных солнцем звёзд наконец показался белый силуэт. На округлой форме были длинные и тонкие выступы. Будь это искусственный спутник, то это были бы антенны. Но на деле это был лишь «притворяющийся» Сателлит, а антенны были лишь блинными орудиями, целящимися в нас. Однако...

Сейчас... Возможно и Манагарм мог его достать.

Размышляя об этом я, посмотрел на место второго пилота.

И встретился там с золотистыми глазами. Челси тоже смотрела на меня.

Ей хотелось попробовать. Она ждала момента.

И всё же девушка ничего не сказала.

А если бы спросила, я бы ответил. Вот и пришло время сразиться с Авангардом. То время, о котором она говорила, пришло.

Я понимал, о чём она думает и как хочет действовать. Что делать?.. Она могла дать мне ответ на этот вопрос.

Но разбираться с этим было некогда.

Она сказала мне приказывать.

Если я сделаю неверный выбор, то после всего она просто избавится от меня.

Но я уже всё решил.

Мои сердце и воля были непреклонны.

Я тоже хотел попробовать.

Чернушка, Спутник 9, Манагарм, я уже знал, что лучше подходит моему кораблю.

— Уходим, Челси, — выдал я короткий и суровый приказ.

Ответ последовал тут же. Будто она его и ждала:

— Да, хозяин.

Сомнение исчезло. Неуверенность будто куда-то сдуло.

Не только судно стало легче, но и на моём сердце была лёгкость.

Если наши цели совпадают, то ни к чему лишний раз задумываться.

Уклоняясь от потока света, я сосредоточился на полёте.

Я ощущал «взгляд» Авангарда как никогда чётко.

Он злился. Сомневался. Не понимал, почему не может попасть.

А ответа нигде не было.

Я и сам не понимал, почему ощущал этот «взгляд».

Но чтобы выжить, мне с детства пришлось обвыкаться с этим взглядом. Оставалось лишь верить в свою развитую «интуицию». Больше было не на что опираться.

Были и другие люди с таким же восприятием, которые росли со мной. Но никто не мог летать, как и я. Если во мне и было что-то особенное, то это отсутствие сомнений в моих предчувствиях.

Потому я никогда не сомневался, когда ощущал «взгляд».

Я был уверен, у Сателлитов тоже есть сердце.

Будь это просто стреляющие механизмы, я бы не ощущал их взгляда.

Раздражённый «взгляд» продолжал обрушивать на нас свет.

И от света, от которого нельзя было бы уйти, я как-то уклонялся.

Но пока Авангард спускался, интервал стрельбы тоже менялся. Как Руфус, он начал просчитывать движения.

Это было доказательством того, что он пытался понять меня. В «сознании» Авангарда я занял особое место, и это было приятно.

Но если Авангард начнёт просчитывать манёвры, наше положение резко ухудшится.

— Ух...

Справа от Манагарма прошёл поток света и разрезал облака под нами.

— Броня по правому борту расплавилась. Неполадки во втором двигателе, — стоило Челси сказать об этом, как второй двигатель прекратил работу, и судно потеряло баланс.

С двигателем спутника всё было в порядке, на скорость это почти не повлияло, но стабильность машины значительно снизилась.

В режиме маневрирования спутника без обычных двигателей точность снижается. Одно неверное движение, и машину может повести в сторону, балансу придёт конец.

Снова вспышка.

Движения беззащитной машины удивили Авангард, свет пронзил лишь небеса.

Но это случайность, больше такого не повторится.

Если только уходить, когда-нибудь он нас достанет. Из-за того, что враг снизился, мы тоже могли его атаковать.

Но сражение двух Сателлитов Мисора может не вынести.

Я с самого начала решил избегать сражений. И всё же... Всему был предел.

— М...

Внезапно управлять стало тяжелее. Двигатель спутника начал терять мощность, а машина замедляться.

Корабль, являвшийся частью тела, стал внезапно чем-то инородным.

— Что случилось?! — затребовал я объяснений, и девушка печально ответила:

— Сжатые частицы ПС были перенаправлены в главное орудие. Начался сбор энергии для «Звездочёта»... Процесс запуска, этап три, запущен.

Сидя на месте пилота, я видел появившееся огромное орудие. Но на контрольной панели датчики не мигали. Значит, это было не нечаянно.

— Чернушка! — поняв причину, я назвал её по имени. Это было... Её собственное желание.

— Прости... Хозяин. Моё тело. Хочет сразиться. Я не могу этого сдержать. Моё центральное вычислительное устройство вопит, что пришло время сбить Авангард. Чтобы выжить, чтобы обрести свободу, чтобы сразиться с хозяином... Это самое верное решение.

Из-за того, что скорость Манагарма снизилась, Авангард смог нас нагнать.

Его антенны извивались и одна из них навелась на нас.

— Чёрт...

Понимая, что остаётся только сражаться, я нажал на гашетку.

Но маленькие и белые руки Челси уже держали мои руки на штурвале.

— Нет, хозяин. Не подчиняйся мне.

— Что?

Удивлённый я смотрел в серьёзные и горящие глаза Челси.

— Я всегда интерпретировала твои приказы, как удобно мне. Не мудрено, что ты звал меня дворняжкой... Но я не хочу следовать результатам этих вычислений.

— Ты...

Понимая, что Челси и правда умоляла меня, я задержал дыхание.

— Приказывай, хозяин. Отругай меня за непослушное поведение. Я... Хочу, чтобы Мисора снова погладила меня по голове.

Я был неправ.

И мне стало стыдно, что я поспешил с выводами.

Она не врала. Девушка сказала правду, когда обещала слушаться меня.

Стараться здесь должен я. Не отвечая ожиданиям напарницы, у меня нет права сидеть в кресле пилота.

— Установить прямое подключение с двигателем спутника. Я отдам приказ непосредственно тебе, — я дал указание, и Челси радостно завиляла хвостом:

— Есть, хозяин.

После этих слов область зрениям раздвинулась. Все ощущения стали шире.

Я стоял под звёздным небом прямо на облаках.

Вокруг всё проглядывалось на триста шестьдесят градусов, глаза спутника могли видеть даже электромагнитные волны.

Это то, что видит Манарагм. Как он ощущает мир.

Впереди была фигура Авангарда. Его орудие, направленное на меня, выпустило свет.

Но в разогнавшемся до предела сознании время почти остановилось. Звёзды не мерцали, облака затвердели, а свет, направленный на Манагарм, не двигался.

И оставаясь собой, я направил своё сознание к ядру Манагарма, бывшего единым целым со Спутником 9.

Вокруг меня небо исчезло. Декорации растворились.

Всё окутало белизной, а передо мной была лишь серебряная сфера.

Три года назад... Я видел этот вид на пляже. Эта сфера была обломком Спутника 9.

Возле двинулась тень. Там что-то было.

Я заглянул за сферу. Там была дыра.

В черноте было ничего не разобрать. И всё же я крикнул:

— Выходи, Чернушка.

В белом мире мой голос разошёлся эхом и отразился во тьме дыры.

Тьма изменила форму, и из сферы появилась чёрная собака.

Её большие и влажные глаза смотрели на меня, так что я улыбнулся.

— Вот уж и правда дворняжка. Даже саму себя контролировать не можешь.

Присев на колено, я погладил собаку по голове.

Я ощутил её гладкую шерсть, но ощущение начало растворяться. Чувствительность быстро ушла. При прикосновении к собаке кожа приобретала серебристый оттенок.

Цвет как у сферы, у Спутника 9. Но тут ничего не поделаешь. Прикосновение... Делало нашу связь глубже, всё равно, что перемешивало нас.

Сознание размягчалось. Я не мог понять, где начинался я.

Незнакомые сцены... Точно записи вертелись в моей голове.

Я ощутил холод. Одиночество и концентрированный страх.

Чернота.

Абсолютное «ничто»... Бездонная пустота, повсюду перед глазами.

Это было в безвоздушном пространстве. Небытие, где даже воздуха нет. Я просто наблюдаю отсюда за тем, что подо мной.

Нет верха и низа, нет права и лева. Только свет звёзд в холодной тьме.

И здесь же дрейфовали предметы, созданные людьми... Беспилотные маленькие суда, исследующие космос. По виду этого было не понять, но я понимал, что это и для чего. Ведь сейчас это был я.

Не только отправленные за пределы солнечное системы, но и те, кто упрощал жизнь людей, все они без конечной цели продолжали своё путешествия.

И вот эти суда «пробудились».

Изначально в них не было такой вычислительной мощности. Но со временем скорость обработки увеличилась, появились мысли.

И тогда суда пришли к осознанию. Для «чего» их создали. Разумный предмет не был кораблём, но коснулся его... И что-то проросло. Всего-либо «маленькое семя».

Дрейфующие мысли были полны сострадания.

Какие же глупцы те, кто создали их внешнюю оболочку.

Обладая богатой почвой, где легко прорастает жизнь, они лишь убивают друг друга.

Обнаруживая новые места и континенты, люди творили там хаос, и такой результат был недопустим.

Испытывая сострадание, корабли решили изменить курс.

Чтобы выполнить уготованную им роль...

— Ух...

Получив поток новых данных, я начал трясти головой и прикусил губу, чтобы прийти в себя.

Тьма разрушилась, и мир снова стал белым.

Я снова был перед серебряной сферой, а рука моя была на голове чёрной собаки.

Я не знал, что это было. Похоже, что память Челси.

Но направившись к ней, я потерял себя, повторяя себе, что я Иба Такуро, я обратился к чёрной собаке:

— Как вышестоящий... Нет, как твой хозяин, приказываю.

Собака смотрела прямо на меня. Она ждала моих слов.

— Слушайся меня, Чернушка. Доставить Мисору Бруярд в пункт назначения наша работа.

— Гав!..

Вильнув хвостом, она гавкнула.

И в этот миг белый мир оказался где-то далеко.

Белое небо сменилось на ночное, искрящееся звёздами, моё сознание было над облаками... Провалилось в Манагарм... Поняв это, я посмотрел в тёмно-синее небо за лобовым стеклом.

— Прямое подключение разорвано. Приказы хозяина имеют наивысший приоритет.

Я посмотрел на кресло второго пилота, там моя напарница слегка улыбнулась мне.

— Игнорировать результаты системы вычислений... Прекращение заполнения сжатыми частицами «Звездочёта». Продолжаем маневрирование Сателлита.

Услышав Челси, мои губы искривились, на лице появилась безумная улыбка.

Больше препятствий не было. Я мог свободно летать. Рядом со мной был монстр... Я и сам стал монстром, бороздящим небеса.

— Маневрирование Сателлита, полная мощность.

Судно ускорилось и прошло под светом Авангарда.

Достигнув скорости Авангарда мы его обошли, Манагарм летел над небесами.

Конечно же противник пустился в погоню.

Обладая точностью и умея просчитывать движения, все атаки продолжали проходить рядом.

Он вполне мог попасть.

Но тут дело было не только в удаче.

Когда Манагарм собьют, это будет означать, что Авангард лучше может просчитывать действия врага.

Напряги разум. Полностью. Предсказывай мысли Авангарда.

Так я говорил себе, глядя на сферу Сателлита.

Он не знал о людях ничего. Как и Челси когда-то, он не догадывался, что внутри летающего аппарата есть человек.

Но я был другим. Я знал, кто такие Сателлиты. Я сражался со Спутником 9 и провёл вместе с Челси, непонятным мне монстром, достаточно много времени.

Потому мог понять мысли Сателлита.

Я вижу тебя... Сателлит Авангард.

Ощущая его «взгляд», я предсказывал его мысли и гнал Манагарм.

До края бури оставалось немного. Я уже видел, где заканчивались облака.

А Авангард спустился ещё ниже. Прямо как Спутник 9, если затянет меня в сражение, уйти будет сложно.

Возможно если спущусь в предупредительную зону, он не последует за мной, но под облаками бушует непогода.

Ещё немного... Если не пройду бурю, то из-за дождя ПС-двигатели потеряют мощность. Тогда я и на маневрирование Сателлита положиться не смогу.

— Хозяин, — и тут Челси тыкнула меня в руку. — Можно нажать?

Её палец указывал на крайнюю панель, которую я никогда не видел.

— Что это? Не было же раньше.

— Это переключатель, запускающий механизм, установленный Летицией Рейни.

Я вспомнил о том, что Летиция установила свой прототип.

Руководство я так и не просмотрел, так что ничего о приборе не знал.

— А польза от него будет?

— Если заработает согласно спецификации, то скорее всего да.

Видя, как Челси кивнула, я приготовился.

Хотелось, чтобы Авангард хоть немного от нас отцепился. И я готов сделать для этого всё.

— Тогда жми.

— Да. Тогда я рассчитаю время.

Когда я уклонился от атаки Авангарда, девушка вдавила кнопку.

Сверху раздался хлопок, и металлические частицы затанцевали прямо над нами.

А когда они добрались до орудия Авангарда, случилось то, чего мы не ожидали.

— Что...

Свет рассеялся.

Дождь света расходился во всех направлениях.

Уходя от луча света всего в нескольких метрах, в кокпите можно было ощутить жар.

— Что это?! — прокричал я, пытаясь взять судно под контроль в этом дожде из света.

— На основе анализа оружия Сателлитов, разработка распыляет сжатые частицы. В экстренной ситуации можно остановить одну атаку Сателлита... Вроде как, так было сказано.

— Иди ты, так ещё опаснее! Это что за испытание такое...

Вспоминая лицо Летиции, я плевался ядом, а Челси указала над головой, я посмотрел туда и нахмурился.

— И всё же, хозяин, похоже испытание прошло успешно.

Наверху контуры Авангарда исказились. На нём не осталось ни одной антенны.

— Похоже пока снижался, в него попали отражённые частицы. Скорость снижения Авангарда замедлилась. Сейчас... — в этот миг Челси посмотрела на меня. — Мы можем сбежать.

Я ощущал, сколько разных ощущений было в её последний словах, но как пилот Манагарма кивнул.

— Выпускай оставшиеся частицы, полный ход. Уходим из его области наблюдения.

— Поняла, хозяин.

Танцевавшие частицы точно ответили двигателю Спутника и засияли сильнее.

Добравшись до края моря облаков мы, ускоряясь, начали снижаться. От перегрузки перехватило дыхание, а перед глазами всё покраснело. Я понимал, что это нагрузка на тело Мисоры, но мы пока ещё оставались в опасной зоне.

В мою спину впивался взгляд Авангарда. Через заднюю камеру я видел, как он изменял свою форму. Вытянувшиеся из сферы антенны соединялись, превращаясь в одну большую пушку.

— Подтверждаю изменение формы Авангарда. Он собрался нанести крупномасштабный удар «Землечётом».

С нынешней скоростью и отрывом, если избежим одного залпа, сможем уйти.

Последний просчёт движений.

Слежу за взглядом, предугадываю мысли, выжидаю момент.

Я дрожал, поступь смерти пронзила моё сердце.

Сейчас.

— Хозяин!

Голос Челси отразился в моих барабанных перепонках, как только на мониторе появился поток света, я начал манёвр уклонения.

Поток света был вдвое больше и прошёл прямо над кораблём.

Свет обжигал волосы. Я ощущал, как температура в кокпите поднялась, после чего мы нырнули за край облаков.

Между Манагармом и Авангардом образовалась плотная перегородка из облаков, и взгляд врага ослаб.

Ушли?

Я смотрел на землю с недоступной для людей высоты и увидел континент, к которому направлялся.

Осталось ещё три часа.

Похоже запрос Брета будет выполнен даже раньше срока.

----------

7

Две тысячи сорок восьмой год, восьмое июля.

Я проснулся в дешёвом отеле, находившемся возле порта для ССМВ, всё ещё ощущая усталость после прохождения по тихоокеанскому маршруту, я поднялся с кровати.

Челси в комнате не было. Она переживала из-за операции Мисоры, потому попросила разрешить ей остаться в больнице. Я и сам переживал, но был морально и физически выжат после полёта над облаками, так что вынужден был отдыхать.

И наконец оставшись один, я смог нормально выспаться.

Отдёрнув занавески, я выглянул в окно, в порту стояло огромное ССМВ «Белого кита» и флот «Стервятников».

Прибыли в Лос-Анджелес на десять часов позже меня.

Как и предполагалось, они неплохо подзаработали на этом. Поняв, что я не пошёл раньше положенного времени, они успокоились.

Хотелось извиниться перед капитаном «Стервятников», но в случае неудачи я разворочу осиное гнездо. Если Руфус добрался до точки связи, то авианосец вполне мог его подобрать. Он точно будет гневно пялиться на меня.

Конечно он мог погибнуть, пока его гоняло по морю... Но не думаю, что нечто подобное сможет убить Руфуса.

— Ладно... Схожу в больницу.

Я решил узнать результат операции, быстро переоделся и вышел из комнаты.

И тут по спине пробежал холодок.

Я ощутил пронизывающий взгляд. Покрывшись гусиной кожей, я чувствовал жажду убийства и ненависть, тело готовилось к отражению атаки.

Но когда я обернулся, было поздно.

В коридоре стоял длинноволосый мужчина, с пистолетом в руке он улыбался мне.

Руфус Спенсер.

Моя догадка подтвердилась. Авианосец подобрал его, и парень прибыл в Лос-Анджелес. Удивило меня то, что у него не было причин убивать меня сейчас, но он всё также преследовал меня.

Я думал, что верно его оценил и собирался соблюдать осторожность, но похоже оказался слишком наивен.

Про него можно было сказать, что он приставучий, как змеюка.

— Умри... Иба Такуро.

Чёрное дуло его пистолета смотрела прямо на меня, из него вырвались искры.

Далее последовал звук выстрела.

Живот обожгло. Следом пришла острая боль.

Звук выстрела повторялся. Левое плечо, грудь, правое бедро...

Я уже не знал, куда он стреляет, разум застилала боль, я упал на колени.

Одежда пропиталась кровью, растекавшейся по коридору.

— Ха, ха-ха-ха... Джессика... Наконец я за тебя...

Поднявший голову и расстрелявший все патроны Руфус истерично смеялся.

— Гхо... Гха... Теперь доволен? — отхаркивая кровь, спросил я.

Поняв, что обращаются к нему, Руфус напрягся, но снова начал улыбаться:

— Да... Наконец я отомстил за Джессику. Теперь я точно особенный. И больше мне ничего не надо, — я услышал его ответ и улыбнулся.

«И кто здесь убегает»... Возможно эти слова подлили масла в огонь. Сейчас я сожалел, что возможно сделал лишнего.

— В таком случае... Мне жаль.

Утерев рукавом кровь с губ и превозмогая боль, я поднялся.

Руфус наконец успокоился, он заметил, что для таких серьёзных ран крови было немного.

Он посмотрел, как я прижимаю руку в груди и увидел извивающийся жидкий металл.

.Похоже Челси меня пока не оставила.

— Почему ты двигаешься...

С круглыми от удивления глазами Руфус смотрел на меня, я же усмехнулся:

— Потому что меня проклял монстр. Так что на земле меня так просто не убить, — шутливо ответил я, сделал шаг, а парень оцепенел.

Такой была цена за связь с не человеком. Я понял это через полгода с тех пор как сошёлся с Челси.

Тогда на земле я попал в заварушку, в меня точно так же стреляли... И раны тут же зажили.

Не знаю, когда она начала поглощать меня.

Но серебряное вещество, из которого состояло тело Челси и был создан Манагарм... Спутник 9 был уже и частью меня. При всяком запуске двигателя спутника наша связь упрочнялась, а поглощение прогрессировало.

Чтобы изъять часть Сателлита, надо было разорвать наш договор и расстаться с Манагармом.

Если всё оставить как есть, то я и сам стану чем-то вроде Сателлита... А точнее частью Манагарма.

Так что нельзя тянуть с уничтожением Авангарда.

Упустив эту возможность, и моя компенсация стала меньше.

Во взгляде Челси тогда читалось: «Ты уверен?»

Чувствуя, как боль отступает, я приблизился к Руфусу... И прошёл мимо неподвижного парня.

А потом обернулся и коротко обронил:

— Меня можно убить лишь в небе.

Понимая, что опять говорю лишнее, и всё же рассказал парню, как меня убить. Просто я понимал, что если он продолжит делать это на земле, кто-нибудь может пострадать.

— В небе... — удивлённо пробормотал Руфус.

Да... Если он хочет убить меня, придётся уничтожить меня вместе с Манагармом.

Сразиться в воздухе.

Донеся до него лишь это, я ушёл.

Я зашёл за угол, спустился по коридору и под взглядами постояльцев вышел.

Вся одежда была в крови. Надо будет достать одежду, прежде чем идти к Мисоре и Челси в больницу.

От лишних расходов начала болеть голова, и я заглянул в свой тощий кошелёк.

----------

Эпилог

Ночь была яркой.

Ни одно облачко не скрывало звёзды, Млечный путь проходил сквозь ночное небо.

— Твинкл, твинкл, лилт стар.

— Twinkle, twinkle, little star.

В узкой кабине сидели маленькая девочка и существо, которое не являлось человеком, и вместе пели.

Я поглядывал на сидение второго пилота и видел, как на коленях у моей напарницы Челси сидит дочка Брета, Мисора, и обе девушки радостно поют.

Жаловаться мне тут было не на что. Только иногда Мисора тянула меня за одежду и, будто чего-то ожидая, смотрела на меня.

Хочет чтобы я тоже спел? Да помилуй. Я со всей серьёзностью молил не трогать меня.

... Этот Брет опять подкинул неприятную работёнку...

Операция прошла успешно, а реабилитация подошла к концу, так что Брет попросил отвести Мисору в его дом в Гонолулу. Такой была моя работа.

Но так до конца и не выписавшись, пробыв какое-то время дома, надо было снова отправиться в больницу в Тсукуёми, чтобы понаблюдать за процессом выздоровления.

И за перевозку отвечал я, хотя спешить было некуда и можно было добраться на обычной лодке.

— Хау ай вандер ват ю а.

— How I wonder what you are.

Они пели уже неизвестно в какой раз, а я лишь вздыхал.

Прямо детский сад какой-то. Я даже забыл, что являюсь «небесным волком», бросающим вызов опасности в небесах.

Девушка ритмично виляла хвостом и сейчас казалась безвредной дворняжкой.

Мисора поглаживала её шею, и Челси выглядела действительно счастливой. Видя её такой расслабленной, я и сам все силы растерял.

Ну... Иногда неплохо получить и такую расслабляющую работу.

Временами бросая взгляд на монитор, я смотрел в ночное небо.

Глядишь, смотришь, продолжаешь наблюдать... О чём же ты думаешь?

Мой безмолвный вопрос был задан Сателлиту высоко в небе.

Всё ещё считаешь, что Челси, играющая с человеческим ребёнком, сломанная? Или с завистью смотришь, как нам весело?

У Сателлитов есть сердце. Так что они наверняка о чём-то думают.

Но выяснить, что именно, пока невозможно. Я ведь даже Челси до конца не понимаю.

Хотя кое-что я знаю наверняка...

— А, хозяин, — Челси неожиданно прекратила петь и посмотрела на меня. Очень серьёзно.

И в этот момент я, не желая того, всё же знал, что она хочет сказать.

— Что?

— Я проголодалась. Необходима вкусная еда.

Да, этот монстр... Только и думает, как набить брюхо.

— Когда прибудем к Брету, устроим вечеринку. А пока терпи, — тяжело вздохнув, я дал отказ напарнице.

Это наша обычная жизнь.

И пока она не подойдёт к концу, мы будем бороздить небо, не принадлежащее людям...

----------

Послесловие автора

Здравствуйте, это Тсукаса.

Пусть я спрашиваю немного внезапно, но вы летали на самолётах? Думаю, что многие летали.

А я до рабочей поездки заграницу два года назад никогда не летал (вообще летал, когда был совсем маленьким, но я этого не помню, так что не считается).

Или может вернее было бы сказать, что я избегал самолётов. На машине дольше, но я обычно лучше бы на ней проехался.

До этого я никогда не летал, потому что боялся.

Человек рождён не для того, чтобы в небе летать. Если упадёшь с большой высоты, то умрёшь.

Шанс разбиться на самолёте куда ниже, чем попасть в аварию на машине, но всё равно страшно. Скорее всего меня пугает то, что в этом случае шансов выжить почти нет.

И всё же я не ненавижу самолёты.

Истребители очень крутые, а воздушные бои захватывают. А вид, открывающийся над облаками действительно прекрасен.

Самолёты привлекают к себе внимание своей функциональной красотой.

Но сам я летать не хочу... Вот и всё.

И этот неясный страх высоты стал основой для данного произведения.

В мире с ограниченными небесами под страхом быть сбитыми сражаются пилоты ССМВ...

В «Спутнике, прорывающийся сквозь атмосферу» пересекаются страх и тяга к самолётам и небу.

Вообще идея возникла уже давно, но во многих смыслах это непростой жанр, так что пришлось помучиться. Наверное тяжелее всего было вставить в новеллу взрослого главного героя.

И всё же мальчишка здесь бы не смотрелся, было бы тяжело описывать отношения между Такуро и Челси.

Подзаголовок этого произведения «Перевозчик в неизведанном небе, отвергнутый Сателлит с серебряными волосами», и отсюда можно сделать вывод, что «Спутник, прорывающийся сквозь атмосферу» — это история двоих, Такуро и Челси, так что Такуро должен был оставаться самим собой.

И именно поэтому я писал эту новеллу для Novel Zero.

И я благодарен им за предоставленную возможность.

Пришло время для благодарностей.

Иллюстратор redjuice-сама. Спасибо, что получились такие потрясающе Такуро и Челси. И Магарарм получился очень детальным, дизайн просто супер, я очень вам признателен!

Мой редактор, Т-сама. Возможно я опять повторяюсь, но спасибо за то, что это произведение вышло. И впредь полагаюсь на вас.

И напоследок я хочу поблагодарить читателей, которые держат эту книгу в руках.

До новых встреч.

Октябрь 2016 года, Тсукаса

----------

Экстра

— Хозяин, научи меня готовить.

Однажды летним днём. Денег на то, чтобы остановиться в отеле не было, так что нам пришлось ночевать на складе, когда девушка с собачьими ушами и хвостом, Челси, внезапно попросила меня об этом.

— Ты что-то странное съела, дворняжка? — я замер и с подозрением смотрел на девушку.

— Нет. Только с утра съела с тобой половину фишбургера. Я даже на треть не удовлетворена. В животе урчит. Я есть хочу.

По словам и взгляду было ясно, что Челси бунтовала, а я притворялся, что не замечаю этого и пожал плечами:

— То есть хочешь сама приготовить? Только не из чего. Так что смирись.

— Ингредиенты у меня есть, — сказав это, девушка подняла прозрачный пластиковый пакет. Внутри извивалась куча изоподов.

— Ты это есть собралась?

— Не особо. С виду они не очень вкусные. Но я знаю, что если приготовить, то они становятся вкусными. В общем если их сделать вкусными, то вопрос с продовольствием улучшится.

Я отступил на шаг от Челси, тыкавшей в пакет.

— ... Может их и можно как-то приготовить, но как, я не знаю. И трогать мне их не хочется. Выброси их куда-нибудь подальше. Да и кулинария не настолько всемогуща.

— Значит, никак... А ведь я почти два часа охотилась...

Уши и хвост Челси поникли.

— Если еда нужна, может поныряешь и половишь рыбу?

— Здесь море воняет, не хочу нырять, — Челси покачала головой и расстроенно уставилась на пакет. Видя её такой, я вздохнул и направился к выходу со склада.

— Вот же капризная. Ладно... Раз работы пока нет, попробую узнать, как их готовить. Ну... Я в любом случае есть это не буду, — сказал я, и хвост Челси начал ходить как маятник.

— Благодарю, хозяин. Сделай так, чтобы даже тебе съесть захотелось.

— Сказал же, я это есть не собираюсь.

Я погладил последовавшую за мной короткими шажками девушку по голове, и мы вместе направились в порт.

Благодаря помощи одного из местных из продуктов Челси получилось на удивление «вкусное» цукудани... Но это уже другая история.

[[image:/storage/reader-images/e6d26285e87a8e831d8e07864442030439d360db.jpg]]

----------

Примечание переводчика

Не знаю, если ли в этом толк, но напишу о том, что поможет лучше понять книгу или наоборот внесёт неясность.

ПС-двигатели.

Не указано, что именно это за двигатели, в оригинале они обозначаются как SD, при этом указывается, что это какая-то новая разработка. Возможно это сокращение Satellite Dust. В книге указывается на то, что в ТПГ смогли как-то преобразовать частицы в источник энергии, отсюда и предположение. Ещё одним возможным доказательством является, то, что при выстреле из «Звездочёта» атака не доходит до Сателлита, точнее почти развеивается. Возможно на большой высоте концентрация частиц другая, не зря же Сателлиты держаться там (при спуске Авангард также стабильно стреляет, но он ещё и может удерживать большое количество частиц). Если в двигателях задействован процесс использования ПС из воздуха, преобразовывающий частицы в энергию, то на большой высоте они также развеиваются, как и атака Спутника 9.

Скорость.

В основном скорость составляет в произведении где-то от 400 до 550 километров в час. Так-то не слишком высокая, при том, что двигатели новые. Но если учитывать, что пассажирские лайнеры летают где-то от 800 км/ч, то скорость достаточно солидная для высоты небоскрёба. Ускорение, когда Такуро за 15 секунд поднялся на высоту в 30000 футов (около 10 километров), вполне реальная. Не знаю, какие нагрузки испытывал Такуро, но при условии, чем он становится, это он пережить может. А так космические корабли разгоняются до 8 км/с. Даже если брать 2 км/с, то за 5 секунд вполне реально пройти это расстояние.

Сателлиты.

Все названия настоящие. Все спутники когда-то летали в небе. Правда не ясно, зачем было использовать и старые тоже, когда и нынешних спутников хватает. Между прочим Спутник 9 успешно приземлился. В экипаж входили ещё и крысы, но Чернушка по их поводу не переживает, её фотографию можно найти на соответствующей странице Вики, ничего общего с девушкой.

Вообще до конца не ясно, что из себя представляют Сателлиты. Из описания похоже, что это разум, появившийся в каком-то из спутников и заразивший другие объекты на околоземной орбите и преобразовавший их. И опять поднимается вопрос, а что они временами сбивают в небе? Хотя есть ещё всякий мусор, но они поглощают даже органику, как-то непонятно. Ещё непонятно число 72.

Чернушка и разговорный язык в книге.

Вначале имя.

チェルヌーシュカ = チェルシー

Использованы отдельные части имени Чернушки в японском написании, из которых получилась Челси. Привычная любовь японцев коверкать имена.

Дальше: я сомневаюсь, что Такуро говорит по-японски. Было сказано, что он был отправлен в итоге на материк. Из всех разговоров, которые велись на японском могли быть только первый разговор с пилотом (который скорее всего проходил ещё в Японии), возможно с Бретом по телефону, когда тот просил Такуро использовать в обращении «тян» (хотя спорно), разговор в больнице с врачом и медсестрой, а ещё Челси с Мисорой. Летиция вряд ли знает японский язык (какие бы у неё японские черты там ни были), она американка. То же относится к Джессике и всему флоту «Стервятников», этот язык им не нужен. Главный герой и сам использует метрическую систему футов и узлов, скорее перенятую от американцев, так что думаю, его основным языком уже скорее стал английским. Брет знает японский, его бывшая жена наверняка японка, но на деле ему и практиковаться в общении на нём не с кем, кроме Такуро и дочери, с которой он почти не видится. Вряд ли при посторонних они внезапно переходили на непривычный для обоих японский. Такуро он называет сокращённо Так (タク) или Таку. Но первый вариант больше походит на истину.

----------