Многоликая Гадалка и Маска Лживого Бога Unknown В мире, где магия осталась лишь в преданиях, а её место заняли безраздельные технологии, девушка-сирота по имени Рене прячется за образом мадам Иллюминит. Под этой личиной она — прославленная гадалка, к которой выстраиваются очереди из простолюдинов и знати. Глаза у Рене необычные, как у древних божеств, и, возможно, именно они укажут путь к семье, которую она потеряла. Как-то раз на неё нападает незнакомец с жуткими кислотно-зелёными глазами, и лишь чудо спасает ей жизнь. А спустя несколько дней на пороге появляется Александре де Шарль Грамонд — обходительный аристократ с болезненной внешностью. Рене чует в его кротости и слабости ту самую угрозу, что едва не убила её ночью, но никто вокруг не воспринимает её страхи всерьёз. Теперь она заложница опасной игры, где ставка — её собственная жизнь. Что таят её загадочные глаза? Осмелится ли она докопаться до правды о том, кто она такая? И главный вопрос: кем на самом деле приходится ей Александре и чего он от неё хочет? ==================== Пролог Палящее солнце не щадило никого на своем пути. Дельфины старались не высовываться из морских глубин, птицы прятались в ненавистных им пещерах и подземельях, дабы лишь не видеть когда-то любимый солнечный свет. Деревья гибли, водоемы иссыхали, но род людской не исчезал, как бы сильно ни был зол Гелиос. Как бы сильно Бог Солнца ни старался истребить глупых по его мнению, слабых и не заслуживающих ничего людей, он не мог этого сделать. Посему свой сильный гнев он вымещал на мужчине, висевшем между двух острых скал на открытом море, где палящее солнце обжигало с еще большей интенсивностью. Туника преступника уже давно износилась и истлела. Почти вся его кожа обгорела, превратившись в камень, а затем выпадала в море со шипящими звуками, обнажая сухожилия и кровеносные сосуды. Каратель мужчины — древняя огромная змея с острыми желтыми чешуями — обвила иссушенное тело мученика, а пастью пожирала его руки и ноги. Но крови не было — она давно иссякла. Мученик не умирал, он был бессмертен, и потому его конечности вновь обрастали. Жалкое зрелище достойное преступника. Вот только действительно ли он был преступником? Его измученный взгляд время от времени стремился за горизонт, туда где находились людские города. Сухие и потресканные губы вытянулись в дрожащей улыбке. ---------- Пролог II Слухи о таинственной гадалке разлетались с головокружительной скоростью по всему Жарден Флотант — столице империи Элиос. Казалось, сам летний воздух с нотками морского бриза пропитался чарующей аурой мистики и магии, исходящей от мадам Иллюминит, как только та сошла с корабля на берег. Имя Иллюминит произносилось устами людей намного чаще, чем имя самого императора еще до её приезда. Каждый хотел к ней попасть — от нищего под мостом в квартале предпринимателей до молодого господина, приближенного к императорской семье. Одних интересовало их будущее, других — настоящий ли дар у мадам Иллюминит, а иных — кто же скрывается за сиреневой вуалью. Никто не знал ответа на этот вопрос. Даже те, кто откровенно следил за ней, вскоре бросали свои попытки разоблачить её личность. Людям оставалось лишь надеяться, что мадам Иллюминит сама раскроет свою тайну. И этот день настал быстрее, чем ожидала империя Элиос. Не прошло и месяца с её приезда, как слухи нахлынули новой волной и на этот раз дошли до ушей самой императрицы. — Вы слышали? Говорят, месье Николя смог узреть поллицо мадам Иллюминит! — прошептала молодая леди другой за чашкой чая, хотя трудно было назвать эти подавленные возгласы шепотом. — О да! Месье Николя самолично поведал мне об этом опыте! — похвасталась дочь герцога. — И что же он сказал?! Ответьте же, не томите! — спросила дочь графа и чуть ли не привстала от нетерпения. Наследница герцога гордо ухмыльнулась и медленно продолжила: — Он сказал, что Иллюминит поведала ему скорое будущее его дома с помощью своих магических карт Всеведения, а потом внезапно свет в её лиловом шатре погас. Николя немного занервничал, ведь это произошло именно в тот момент, когда Иллюминит хотела сказать самое важное о том, кто же унаследует дело его семьи. Но потом бам! — Дочь герцога увлеклась своим рассказом настолько, что перешла на громкий и интонационный тон. — Месье упал со стула на землю от того, что увидел! — И что же он увидел?! — Единственным источником света были два круга — человеческие глаза, светящиеся изумрудно-аметистовым цветом! Николя был очарован тем, что увидел, но в то же время напуган до гробовой доски! Однако после он признался: «Это был хоть и страшный, но обворожительный опыт в моей жизни! Те глаза стоили того, чтобы пережить тот ужас!» — закричала герцогская дочь за обеденным столом. — Юная леди! — нервно повысила тон на девушку старая женщина, сидящая рядом с молодой дамой в красивом бирюзовом наряде с диадемой в виде солнца. В императорском саду нависла давящая и неловкая тишина, лишь шелест больших и перистых листьев каштана нарушал её. Юные леди хотели расколоть белоснежный мрамор каблуками своих дорогих туфель и провалиться сквозь землю, чтобы не видеть разочарование или гнева в лице молодой дамы с рыжими волосами, обрамленными диадемой в виде солнца. По крайней мере до той поры, пока она не покинет чаепитие. — Вы сказали, её зовут мадам Иллюминит? — прозвучал вопрос для девушек с самого конца стола, где и сидела благородная дама в бирюзовом платье. Вопрос прозвучал от самой императрицы империи Элиос. ---------- Том 1 Глава 2 Запомни, Рене: деньги не самое главное в жизни, есть вещи поважнее них. Платиновые кудри Рене развевались под морским ветром, открывая её круглое лицо. Зелёные глаза с добрым, наивным взглядом смотрели на мужчину средних лет, прикуривающего трубку на портовой скамейке. – Так ты считаешь, пять тысяч даньер – это слишком дорого? – переспросил мужчина, выпуская ленивый дым в сторону Рене. Дым коснулся её вздёрнутого носа и растворился в волосах. Острый, горький запах проник в лёгкие девушки. Её брови дёрнулись от внезапного дискомфорта, но большие и чистые глаза продолжали смотреть на мужчину с надеждой. – Да, месье. Моя госпожа болеет, у неё почти нет клиентов. Даже три тысячи даньер для неё – непосильная сумма. Не могли бы вы сбавить цену? – спросила Рене, немного нагнувшись к мужчине и смущённо на него взглянув. Андреа перевёл свой надменный взгляд на глубокие зелёные глаза, обрамлённые длинными и густыми ресницами. Было что-то чарующее в её глазах, что-то притягательное, и даже Андреа стоило это признать. Он быстро отвёл взгляд в сторону, боясь околдоваться. Докурив трубку, он продолжил: – Милочка, как я и сказал, я не могу сбавить цену. Это бизнес. Если вам или вашей госпоже не нравится новая цена, можете найти другое место. Другие места обойдутся вам ещё дороже, особенно если учесть вашу ситуацию, – сказал Андреа, испуская последний дым в лицо Рене, подчёркивая последние слова. Рене съёжилась от очередного неприятного дыма и закашлялась. Андреа схватил свой бархатный красный цилиндр, встал со скамейки и направился в центр квартала предпринимателей, поправляя по пути блестящий фрак, который никак не сочетался с его головным убором, оставив Рене позади. Глаза девушки были опущены. Рене стояла неподвижно, лишь смотря на деревянную скамейку, на которой минуту назад сидел арендодатель. Казалось, девушка была опечалена. Вокруг неё витала атмосфера безысходности. Горожане, от благородных аристократов до мальчишек-хулиганов из нижнего квартала, проходили мимо, совершенно не замечая её. Дыхание Рене становилось резким и быстрым, гул толпы отошёл на второй план, слышались лишь её собственные вздохи и выдохи, казалось, само время остановилось. Всё для девушки казалось потерянным... – так подумали бы люди, не знающие Рене. Очередной выдох девушки резко перешёл в нервную ухмылку. Сделав последний громкий выдох, Рене запустила пальцы в волосы, подняла прядки, которые смогла схватить, вверх и опустила волосы с силой вниз, словно пытаясь взбодриться. – Вот же ж напыщенный индюк, чтоб ты сдох где-нибудь в канаве! – проклинала она Андреа, стараясь говорить тише. Но даже несмотря на её старания, кричала она довольно громко, и прохожие начали бросать на неё неодобрительные взгляды. – Не пристало юной барышне говорить таким тоном, – сделал замечание один из прохожих, остановившись. – Да? – повернулась Рене через плечо к незнакомцу. Оценивающе оглядела его с ног до головы и продолжила: – А может, пошёл ты?! – прозвучали её слова слишком зловеще. Оскорбленный незнакомец, прокашлявшись, быстро побежал прочь от сумасшедшей девчонки. ---------- Том 1 Глава 3 – И почему здесь столько индюков? – проговорила про себя Рене, глубоко вздохнув. – В любом случае, не время раскисать, – потянулась она, разминая спину. Горожане, замедлив шаги, бросали косые взгляды на её странные действия и вульгарное поведение. Хоть Империя Элиос и преуспела во многом, начиная от запуска первых дирижаблей до равенства между мужчинами и женщинами, такие открытые особы, как Рене, всё ещё были редкостью. И каково же было удивление господ и дам, когда девчушка, вороша подол коричневой многослойной юбки, заправила её край в корсет, выставляя напоказ свои чулки с рюшами. Господа ахали и охали, что за непристойное поведение! Но никто не смел что-либо сказать девушке со скверным характером. После того как она послала прохожего, всякий раз подумает, стоит ли к ней соваться. Вместо этого горожане предпочли обсуждение её неподобающего вида. Рене это никак не тронуло. Находясь уже больше месяца в Жардан Флотане, она привыкла к сплетням и странным стандартам общества империи Элиос. Казалось, у образованных аристократишек мозгов было меньше, чем у среднестатистического попрошайки из нижнего квартала, как думала Рене. – Раз напыщенный фрак отказался сбавлять арендную плату, придётся госпоже удвоить цену своих услуг, – проговорила себе под нос Рене. Она любила думать вслух. Ей казалось, если проговорить мысли ветру, то он обязательно подскажет, как поступить правильно, а если нет, то хотя бы прояснит ум – так её учили порфиры. Солнце клонилось к горизонту, и часовая башня неподалеку от Рене пробила семь часов вечера. Сделав очередной вдох соленого и приятного морского воздуха Белокурая девчушка побежала к своей госпоже, пробираясь через толпу аристократ, которые с тем же возмущением смотрели на нее. Ловко и быстро преодолев несколько скучных и однотонных улиц на которых располагались канцелярии и бюро. Рене оказалось в центре квартала предпринимателей. Центр несмотря на то что он является точкой откуда часто проходили деловые люди, совсем не выглядел скучным, особенно в ночное время. Как ей казалось да и не ей только это и было сердцем столицы. Повсюды одна за другой начали зажигаться уличные электрические фонари рисуя контуры солнца в виде которого и был спроектирован центр. В одном углу расположились закусочные и рестораны, в другом палатки с товарами ручной работы от картин до всевозможных часовых подвесок, модных в нынешнее время. Третий уголок занимал высокое белокаменный здание, где на фасаде были вырезаны изображения новых богов. В этом здании проходили различные развлечения и представления — от классической оперы до кабаре-спектаклей, которые чаще посещали мужчины, а женщины заходили тайком. В центре всего этого были люди, рассказывающие истории или демонстрирующие причудливые фокусы. Но ничто не привлекало такого внимания, как лиловый шатер в дальнем углу, где фонарей почти не было. Круглый шатер обвитый всевозможными тканями лиловых оттенков, стоял в самом конце сердца Жардан – Флотант. Фиолетовый Полог его был обрамлен нежно розовой оргазной, которая лениво и плавно колыхалась под легким дуновением ветра со стороны порта. Шатер по своему виду был прост, но тем не менее он выбивался из рядов других палаток благодаря своему цвету, цвет которого исторически считался цветом кочевников - порфиров. Но особенность шатра заключалась не только в его внешнем виде, но и в том, кто там находился. — Мне не терпиться попасть к ней! — возбужденно воскликнула мадемуазель, стоявшая в конце очереди к лиловому шатру. Очередь змеилась до самого белоснежного театра, который находился в пятидесяти метрах от шатра. – Говорят, мадам Юлюминит собирается сегодня принять всех! – крикнул мужчина в черном фраке. Рене резко остановилась от заявления мужчины недалеко от очереди. “И когда она такое говорила?!” – пронеслось у нее в мыслях. Она сжала незаправленный подол своей многослойной юбки от раздражения — ее все больше и больше ее раздражали аристократы империи Элиос, которые могли напридумывать себе невесть что и говорить об этом всем и вся. – Уже скоро часы пробьют восемь вечера, и мадам Иллюминит, наконец, начнет принимать посетителей! — воскликнула мадемуазель. Шум людей, что толпились в очереди к мадам Иллюминит нарастал с каждой минутой что приближалась к восьми часам. Казалось они готовились к встрече не с гадалкой а с самой Богиней Судьбы. И мужчины, и женщины, и даже старики, упорно выстоявшие в очереди, бурно обсуждали гадалку Иллюминит. Им хотелось увидеть ее, лицезреть ее карты Всеведения, услышать ее голос и, конечно же, взглянуть на ее глаза! – Правду говорят, что у Иллюминит изумрудно - лиловые глаза? Которые вдобавок еще и горят как два фонаря? – спросил один джентльмен другого. – Говорят, сын маркиза видел их собственными глазами, а он известен своей честностью, – ответил другой. Гул в очереди поднялся новой волной. Они обсуждали Иллюминит и ее глаза все, кто мог, даже те, кто, как представлялось Рене, приходил к гадалке уже двадцать раз за последние два месяца. – Безмозглые! Такими темпами нам сново сделают замечание жандармы и оштрафуют! – прожужжала себе под нос Рене и решительно направилась в шатер. На этот раз она решила зайти через главный вход. Рене ловко обходила господ, они даже не замечали ее, возможно из-за низкого роста, а возможно из-за талантов которые девчушка переняла у порфиров. Но все же были те кто возмутился и чуть ли не схватил ее за руку и оттащил в конец очереди, но Рене не дала им такой шанс. Дойдя до входа в лиловый шатер, где начиналась очередь, она взобралась на одну из толстых веревок, на которых держался шатер. Очередь зашевелилась теперь уже возмущенными возгласами. – Мадам Иллюминит не примет вас если не подавите этот пчелиный рой! – прокричала во весь голос Рене, так чтобы ее услышал все. – Кто ты такая девчонка? Как смеешь говоришь от лица Мадам?! – прозвучал нервный вопрос от женщины средних лет в самом начале очереди. Рене ухмыльнулась, убирая прилипшие к лицу кудри, от ее резких действий. – Я одна из помощниц госпожи! Как я и сказала, если жандармы сделают еще одно замечание моей госпоже, то вы больше не увидете ни ее ни этот шатер! – ее слова звучали угрожающе, и, к удивлению, очередь замолчала. Казалось, люди боялись даже дышать, настолько им была важна встреча с Иллюминит. – Вот так-то лучше, – прошептала себе довольная Рене. Спустившись с веревки, она осторожно проследовала внутрь шатра, куда собственно и направлялась. Плотно закрыв за собой полог шатра, Рене наконец успокоилась. Внутри царила атмосфера загадочности и таинственности. Фиолетовые ткани подобно тем что были снаружи обвитые по всему пространству задрожали в разные стороны от ветра пришедшего со входа. Рядом разместились мягкие большие подушки темных оттенков из сатина, около них стояли маленькие шкафчики с минеральными камнями и разнообразными картами для гадания. Амулеты висели повсюду, особенно выделялись круглые амулеты с различными изображениями — от четырехлистных клеверов для удачи до разрезанных гранатов для плодородия. Рене направилась к черному столу, за которым сидела женщина, лицо которой укрывала лиловая вуаль. Воздух наполнился запахами нагармота и сандалового дерева, которые мадам Иллюминит зажигала за столом. – Ты сегодня поздно, – проговорила женщина хриплым голосом, лаская пальцами рук в черных перчатках дым от палочек. – Ага задержалась, из – за напыщенного фрака, – проговорила второпях Рене роясь в своей кожанной сумке. – Отказался снижать цену, даже не смотря на то что я предстала перед ним своим настоящим видом! – Должно быть он слеп, раз не поддался твоим чарам, – сделала вывод женщина обратно присев. — И я о том же! Людей империи сложнее обмануть красивым личиком, — тяжело вздохнула Рене и наконец вытащила из сумки то, что искала — склянку с розовым порошком. На склянке не было надписей, но Рене прекрасно знала, для чего она. Ухмыльнувшись уголком губ, она открыла склянку и посыпала все содержимое на себя. Ее белокурые волосы окрасились в черный, молодое юное лицо сделалось более зрелым, скулы заострились, нос немного сгорбился, и даже грудь стала пышнее. — Сегодня выбрала такой вид? — спросила мадам. — Выглядишь... провокационно, — сказала она, не зная, как лучше описать новый облик Рене. Рене несколько раз чихнула из-за того что пыльца попала ей в нос. Дан-дан-дан. Часы пробили ровно восемь часов. Еще недавно замолкшая очередь за шатром начала с новой силой шуметь в нетерпении, когда Иллюминит наконец примет их. — Быстрее раздевайся! — сдерживаясь от криков, приказала Рене, приблизившись к мадам и чуть ли не силой раздевая гадалку. — Хорошо – хорошо, мадам Иллюминит, — согласилась женщина за столом, обращаясь к Рене. ----------