Запрещенные слова для одержимых: Контракт, Неизлечимая болезнь, Побег Unknown В итоге я всё-таки заполучила тело злодея-проводника, которому суждено умереть на первых страницах романа. Способности: F-ранг. Денег: ноль. Сертификатов: ноль. Из имущества — только долг, и немаленький. Выход один: прибиться проводником к главному герою-эсперу, Пэк Чжуёлю. Затвердив три запретных для одержимых слова — «Контракт, смертельная болезнь, побег», — я нырнула в сюжет оригинала. Но с Пэк Чжуёлем что-то не так. «Я погашу твой долг. Взамен — ты мой единственный проводник». Он давит, требуя подписать эксклюзивный контракт, подводя под это свою витиеватую логику. «Я давал тебе шанс не раз. Ты продолжаешь их игнорировать». И прежде чем я опомнилась, меня окружила его липкая одержимость. Кажется, я вляпалась в минное поле. ==================== Глава 1. Пролог - Разве сегодня не безумно жарко? Даже было предупреждение о тепловой волне, надеюсь, нам разрешат работать из дома. Пять утра, метро кишит офисными клерками, которые едут на работу. Заслышав чьи-то жалобные причитания во время телефонного разговора с другом, все неосознанно кивали в знак согласия. Новостные порталы пестрят заголовками о «рекордной жаре», подчеркивая, насколько невыносимо знойным стало это лето. - И плюс ко всему, моя компания даже не включает кондиционер, чтобы сэкономить на электричестве. Я просто хочу остаться в метро, где есть хоть какая-то прохлада.... Когда люди уже собирались закивать в ответ на чужое недовольство, сопровождаемое слабыми смешками, неожиданное объявление прервало их настрой. [Следующая станция – станция Гунджа. Повторяю, станция Гунджа. Двери откроются на... ]. В такой жаркий день, когда люди зажаты плечом к плечу, мысль о новых волнах тепла, втискивающихся в ограниченное пространство, заставила всех скривиться. Потребовалось всего 10 секунд, чтобы легкий дискомфорт обернулся страхом. - ...Эй, вешаю трубку. Я должен связаться с боссом. Возможно, придется взять отгул на сегодня. Я перезвоню тебе, как только выйду. - Да, это я. Извините, но я, кажется, немного опоздаю. Да. Я не могу сейчас говорить. Я все объясню Вам позже. Да… Когда двери распахнулись, с платформы сошла женщина, и именно она стала причиной внезапной перемены в поведении всех присутствующих. В этот гнетущий влажный жаркий день, когда казалось, что человека можно готовить на медленном огне с соевым соусом, женщина была одета в водолазку с высоким горлом до подбородка, а на ее ногах красовались пушистые угги. С тех пор как появились эсперы – люди с особыми способностями, которые внезапно появляются по всему миру, чтобы победить монстров, – таких людей стали делить на два типа. И люди, относящиеся к самому невыносимому типу – те, кто обезумели до такой степени, что погода – последнее, что их может волновать. Такие эсперы на грани срыва, ничем не отличаются от бомбы замедленного действия. - Простите, простите. Мне нужно пройти. Извините. - ... - Мне тоже очень нужно позвонить. Мне очень жаль, но это срочно! - Да, проходите вперед..... Слишком спокойное и рассудительное поведение женщины, одетой не по погоде, наталкивало людей на мысль, что она наверняка относилась к категории обезумевших. Быстро просчитав ситуацию, люди один за другим начали подниматься со своих мест, торопясь покинуть поезд, роняя нелепые отмазки. - Быстрее, быстрее выходите, девушка. - А? Почему это вдруг...? Мне еще далеко до своей остановки. - Девушка, скоро прибудет следующий поезд, так что просто сойдите сейчас. Вагон метро внезапно затих. Лишь раздалось сухое монотонное объявление. [Двери закрываются]. Всего за пару минут переполненное пассажирами метро опустело. Женщина, в распоряжении которой теперь был целый вагон, забормотала на выдохе себе под нос. - ...Я села в метро в такую рань, я была уверена, что здесь никого не будет, но это просто катастрофа. Лучше бы просто пошла пешком, как всегда. Кто ездит на работу в 5 утра? Этот мир плох совершенно во всем. Таинственная женщина, которую все сбежавшие пассажиры приняли за эспера, на самом деле была Мен Содам, которая однажды захватила чужое тело и за одну ночь стала проводником уровня F. Поток воздуха от кондиционера пронизывал ее до костей, зубы стучали от холода, и таинственная женщина энергично растирала руки, чтобы хоть немного разогнать по телу кровь. - Эх, ну и холодрыга.... Теперь, когда толпа рассеялась, которая хоть немного согревала ее, она с трудом переносила холод, как будто ее оказалась голой на Аляску. Не в силах вымолвить ни слова, она прислонилась к окну с пустым выражением лица, едва открыв глаза. Вдруг она почувствовала, как в кармане завибрировал телефон. [Ублюдок]. «Считает, что звонить мне в рабочее время – это нормально. Серьезно?» Глубоко вздохнув, женщина раздраженно зажмурила глаза и ответила на звонок. - Да, Мен Содам слушает.... [- Содам, когда вы прибудете?] - Я только что села в метро. Я приеду вовремя, так что эсперу Пэк Чжуёлю тоже не стоит спешить, правда, не торопитесь. [- О, Боже. Как жаль. Но я уже в ассоциации.] - ... [- Вы ведь помните наш уговор? Если Вы задержитесь хотя бы на 10 минут...] - Я как раз собиралась сойти на следующей станции и взять такси. Правда, собиралась. [- Ах, но учитывая ваше финансовое положение, не будет ли такси для Вас слишком дорогим? Я мог бы просто заехать за вами.] - ...Я лучше возьму такси. До встречи. Содам поспешно закончила разговор и плотно прикрыла глаза. Нелегко вывести человека из себя таким коротким разговором, но для Пэк Чжуёля это было так же естественно, как дышать. «Пэк Чжуёль, не будь ты главным героем, клянусь, я бы это так не оставила. Я бы сбежала, не обращая внимания ни на какие последствия...» Она проглотила бранные слова, которые вертелись на языке, и похлопала свои плечи, как бы поощряя себя за то, что сдержала чуть было не вырвавшийся наружу поток ругательств. Да, Пэк Чжуёль, ее эспер и единственный в мире эспер ранга SSS, был также главным героем современного фэнтези-романа, которым она увлеклась до того, как переродилась в персонаже этого же романа. Сейчас Вам может показаться, что тело, в которое вселилась Содам, принадлежит главному женскому персонажу или, возможно, злодейке. Но в таком случае, Вы заблуждаетесь. Статистка «Мен Содам» была настолько незначительным элементом романа, что ее полное имя даже не упоминалось в оригинальном произведении! «Теперь, раз уж все второстепенные героини вышли на сцену, не пора бы и главной героине появиться? Почему все это постоянно происходит со мной?» Интуиция Содам, отточенная за три года жизни в мире этого романа, подсказывала, что даже появление хозяйки гаремника не изменит странного поведения Чжуёля. Но она старалась игнорировать эту мысль. И вовсе не потому, что придерживалась старомодной идеи, что оригинальная история не может измениться. Она боялась, что если все будет продолжаться в том же духе, то в один прекрасный день женщина не выдержит и может внезапно рухнуть и умереть. «...Наверное, это все потому, что я прибегла к двум запретным словам, которые установила для себя как для одержимого персонажа. Но честно ли это, если я сделала это, не потому что так хотела?» В первый же день пребывания в этом мире Содам мысленно закрепила в своем сердце маленькую скрижаль, с тщательно подобранными ключевыми словами, ставшими для нее табу. Запретные слова для одержимых: 1. Контракт – Никаких отношений по договору, никаких браков по договору: избегайте всего, что связано с договорами! 2. Смертельная болезнь – Никаких болезней из-за главного героя. Особенно не кашляйте кровью у него на глазах! 3. Побег – Никаких внезапных исчезновений. Ни в коем случае не оставляйте после себя только письмо и не исчезайте бесследно! Содам на самом деле старалась избегать этих трех ключевых слов, когда это позволяла ситуация. ...Единственная проблема заключалась в том, что она не могла избежать главного героя, который, словно танк, топтался на ее заветной плитке, подталкивая девушку нарушить собственные планы. Несмотря на безнадежную ситуацию, ей удавалось переносить все эти нелепости с удивительным самообладанием. И все ради сегодняшнего дня, последнего дня «контракта», о котором говорил Чжуёль! «Хе-хе-хе... Эти ублюдки из ассоциации, они принесли меня в жертву Пэк Чжуёлю, а потом умыли руки. К черту их всех...» Инстинкты, которые она игнорировала раньше, как одержимый персонаж, теперь кричали, что письмо об отставке в ее кармане было ни чем иным как актом пренебрежения третьего ключевого слова. Но к тому времени Содам была слишком рада, от того что её обман удался, чтобы обращать внимание на подобное. «Пусть все они горбатятся до последнего вздоха, задерживаясь допоздна, пока не найдут нового проводника на мою замену! Ха!» Если бы она только знала, что это будет ее последний миг счастья, наверняка была бы более осторожна в своих словах... - Проводник Мен Содам, повторите еще раз. Что вы только что сказали? - Я прошу об отставке? - Почему? - ...Потому что хочу уволиться? Пэк Чжуёль, услышав ошеломительный ответ Содам, разразился ехидным смехом. Лицо Чжуёля выглядело расстроенным, а Со-Дам продолжала смотреть на него с недоумением. «Мы больше не увидимся, так почему меня это должно волновать? Просто прикинусь дурочкой, притворюсь невеждой». Она пыталась мыслить решительно, но внезапный леденящий холод в воздухе стал слишком силен, чтобы его игнорировать. Растерянно озираясь по сторонам, она увидела, как прямо перед ней разворачивается невероятная сцена. Звук разрывания бумаги. - Что... что Вы делаете? - Проводник Мен Содам. - Почему Вы… - Довольно наивно, не так ли? Неужели Вы думали, что сможете сбежать от меня с помощью простого листка бумаги? Низкий голос мужчины сопроводил вальс разорванных бумажных клочков ранее бывших заявлением об увольнении, закружившихся по большому столу. Падающие, словно снежинки, обрывки вскоре были затоптаны ногами. Инстинктивно Содам попыталась отойти назад, но путь ей преградила сильная рука, обхватившая ее за талию. - Наш договор – пожизненный. Неважно, я умру или Вы, мы будем вместе до самого конца. - Нет... но разве это законно? - Как вы думаете, найдется ли кто-нибудь, кто посмеет обвинить меня в чем-то незаконном? - ... - Постарайтесь, чтобы мне не пришлось делать ничего «незаконного», проводник Мен Содам. Глаза женщины широко распахнулись от шока. Найдя такую реакцию удовлетворительной, Чжуёль томно улыбнулся и слегка прижался губами к ее шее, чуть выше воротника. Как только его губы оторвались от нежной кожи, тяжелое давление оставило на ее шее след, а в голове женщины пронеслась тревожная мысль. «Забудь о запретных словах – просто беги. Теперь я понимаю, почему героини историй об одержимости предпочитают побег». Его слова, полные наваждения, настораживали, но большее беспокойство вызывали грубые прикосновения. Это был не просто физический контакт между эспером и проводником; казалось, что мужчина действительно хочет чего-то более серьезного. В этот момент сердце Содам приняло тяжелое решение. «Я должна сбежать, несмотря ни на что». ------------------------------------------------------ *Фамилия «Мен» (맹) не очень распространена в Корее. Ханджа «孟» обычно означает «старший» или «первенец». А Содам (소담, 小淡 ) может вызывать чувство мягкости, спокойствия или яркости, в зависимости от используемого ханджи. Фамилия «Пэк» (백) в переводе с корейского означает «белый». Это относительно распространенная корейская фамилия. Иероглиф «白» может также символизировать чистоту, яркость или ясность. 柱 (Чжу): Означает «столб» или «опора», символизируя силу, стабильность или центральную фигуру. 烈 (Ёль): Означает «яростный» или «интенсивный», часто ассоциируется со страстью, накалом или сильной волей. Пэк Чжу Ёль (백주열) как полное имя может быть интерпретировано как «светлый или чистый человек, который является сильной опорой и обладает яростными или свирепыми качествами». ---------- Не логичнее было бы завладеть телом S-ранга? Три года назад. Еще задолго до того как Содам выбрала "побег" как одно из ключевых запретных слов. Полуподвальное помещение, разившее затхлым запахом. Единственным источником света в комнате служили слабые солнечные лучи, пробивающиеся сквозь маленькое окно. На кровати, видневшейся внизу, что-то шевельнулось. - У-у-у! В попытках сесть Содам застонала, схватившись за лоб. - Ух, я умираю... Если я буду и дальше так пить, я буду совсем как собака, ну серьезно. Бормоча голосом, напоминавший предсмертный, она оперлась на кровать. Ее зрение помутнело. От незначительного движения потрепанный матрас издал страдальческий скрип. Вздрогнув от резкого, скрежещущего звука, пронзившего ее уши, она оглядела темную комнату, широко распахнув глаза. "Где это я? Я что, вчера так напилась, что усадилась на самолет или что-то в этом роде?" Вчера вечером Содам возродила давно забытую дружбу со старым приятелем-алкоголиком. Это случилось после того, как проект, на подготовку которого она потратила годы, был полностью отменен вследствие манипуляций СМИ со стороны конкурента. Она долго разливала напитки, попеременно плача и подвывая, как собака. И вот шестая перевернутая зеленая бутылка под углом 180 градусов заставила все вокруг потемнеть. Сколько бы ни старалась, у нее лишь разболелась голова, а утраченные воспоминания не возвращались. "На первый взгляд это напоминает чей-то дом... Но это точно не мой дом". Скрестив руки и нахмурив брови в раздумье, Содам вскоре озадаченно наклонила голову. "Я слишком в порядке, чтобы это было похищением, так ведь? Комната невелика, но что-то я не вижу здесь решеток или чего-то подобного". Более того, не было никаких следов веревок или тросов - незаменимых атрибутов, которые первым делом приходят на ум, когда думаешь о похищении. Поэтому девушка предпочитала думать, что не стала жертвой преступления. Вместо этого она почувствовала теплоту от того, что кто-то предусмотрительно одел ее в толстую флисовую толстовку, принимая во внимание пониженную температуру помещения. "В смысле, если уж они и собирались что-то сделать со мной, то могли хотя бы чуть сильнее прогреть комнату. Хотя я должна быть благодарна уже за то, что они великодушно спасли пьяного человека, даже если эта помощь довольно сомнительна". Когда она уже собиралась неторопливо встать с кровати, ее нога зацепилась за выступающую раму, и девушка с грохотом рухнула на пол. У нее и без того болели голова и некоторые части тела, а теперь, когда к этому добавилась новая боль, на глазах выступили слезы затуманившие ее видение. "Ссс... Не уверена насчет всего остального, но к завтрашнему дню я точно буду вся в синяках. Как же больно!" Потирая пульсирующее колено, Содам осторожно встала. Двигаясь по тускло освещенной комнате и размахивая руками перед собой, она наступила на что-то плоское под ногой. Замерев на знакомой и в то же время незнакомой текстуре, она заколебалась, прежде чем взять ее в руки. При слабом свете, проникающем через узкое окно, рассмотрев предмет, стало ясно, что это удостоверение личности. [Регистрационная карта способности пользователя] Имя: Мен Содам (孟昭炎) Категория: Проводник Ранг: F Выпуск: 3245.4.4. Ассоциация эсперов и проводников, Корейское отделение "Удостоверение проводника? Что это такое? Что еще за проводник? Когда это я успела получить что-то подобное...?" Она лишь на мгновение нахмурилась, глядя на этот незнакомое «удостоверение проводника», а затем с досадой вздохнула, продолжая медленно изучать карточку. "Подождите-ка, 3245? Что это за ерунда? Кто-то решил так пошутить?" Она с ехидным смешком отбросила пластиковую карточку и уставилась на нее. "Не смешно ни капли! Какие, к черту, эсперы?" По мере того как Содам начинала осознавать ситуацию, выражение ее лица становилось все более напряженным. "Минуточку. Если есть эсперы, пррводники и даже ранги....". "Может ли быть так, что я на самом деле завладела телом персонажа из книги? По-настоящему? Да быть такого не может!" Пошатываясь от шока, Содам вцепилась в стол перед собой. Старый, шаткий стол шумно шатался, но от волнения она не обратила на это внимания. "Неужели это реально?" *Шлепок!* "Ого, все взаправду! И больно взаправду..." Еще за секунду до того, как она ударила себя по щеке, Содам могла сомневаться, но сейчас она маниакально шептала , словно не могла быть более уверенной. В ту же секунду ножка стола, едва выдерживавшая ее вес, с резким хрустом треснула! Наваленные на стол предметы повалились вниз. - Уух! К счастью, Содам вовремя отдернула руку, когда стол издал зловещий скрип, и осталась невредимой. Однако вид рухнувшей мебели навеял на нее ползучее чувство ужаса, словно предрекая ее дальнейшую судьбу. Разбросанные по полу вещи только усугубляли растущее беспокойство Содам. "*Если ты это знаешь, то тоже можешь стать проводником S-класса*, *Все о проводниках*, *100 дней, чтобы догнать Пэк Чжуёля*... Пэк Чжуёль? Тот самый Пэк Чжуёль из «Нэспера»?" Имя Пэк Чжуёль было не самым распространенным, и со стороны можно было подумать, что перед нами просто еще один успешный человек с таким же именем. Однако в мире, где существуют «эсперы» и «проводники», при упоминании имени Пэк Чжуёль напрашивается только один ответ. Это значило, что Содам перенеслась в мир веб-романа, тома которого она собрала в полной коллекции, включая побочные истории - «Я единственный эспер класса SSS», также известный как «Нэспер»! "Это безумие, мир окончательно сошел с ума". Схватившись обеими руками за закружившуюся голову, она застонала, а затем посмотрела на удостоверение проводника, которое все еще валялось на полу. "Если бы существовал персонаж с таким же именем, как у меня, я бы точно такое не забыла. Особенно если она - проводник F-ранга, связанная с Пэк Чжуёлем - таких вообще за историю романа упоминалось не больше двух или трех..." На самом деле у Содам было более чем достаточно информации, чтобы определить «владельца тела». Проводник F-ранга. Редкая фамилия. Тело, которое слишком сильно болело для обычного похмелья. И... таблетки, рассыпанные по кровати. По мере того как она собирала улики одну за другой, кровь оттекала от лица Содам. "Может ли быть так, что я и есть та самая проводник Мен? ... Это и правда я?" Проводник Мен. Это была настолько необычная фамилия, что она могла встретить ее лишь раз в жизни. Как будто автор специально выбрал эту фамилию, чтобы не дать забыть об этом важном обстоятельстве. Теперь Содам начала припоминать «проводника Мен» не только опираясь на замысел автора, но и потому, что фамилия была такой же, как у нее. Но она и подумать не могла, что у нее будет такое же имя, как у этого дополнительного персонажа. "Впрочем, я все еще жива. И я пока не планирую умирать". Ее руки судорожно поглаживали лицо и тело. И не зря - ведь в оригинале «Нэспера» важность этого дополнительного «проводника Мен» раскрылась уже после ее смерти. Ее смерть повлекла за собой череду трагических событий, которые стали основной сюжетной линией истории «Нэспер» и жизни главного героя, Пэк Чжуёля. Другими словами, пока Мен Содам жива, сюжет стоит на месте. "Выходит, что, оставаясь в живых, я уже нарушаю первоначальную историю... Но разве одержимые должны так поступать?" Когда женщина беспрестанно растирала пересохшие соленые щеки, в голове Содам внезапно вспыхнуло озарение. "Нет, оригинальная история меня не волнует. Самая большая проблема в историях об одержимости - это то, что одержимый держится рядом с главным героем, верно? Значит, все, что мне нужно сделать, это... не крутиться вокруг него!" Даже если Содам мешала развитию первоначального сюжета, сейчас, когда этот мир стал ее реальностью, важнее всего была ее собственная безопасность. Если бы она оставалась рядом с главным героем, который постоянно оказывался в самой гуще событий, раз за разом едва избегая смерти, ее собственная жизнь наверняка постоянно подвергалась бы опасности. Лицо Содам прояснилось и она облегченно кивнула, забормотав самой себе. - С этого момента моя цель - как можно дальше и как можно быстрее убраться от Пэк Чжуёля. ... Хмм. Это не так уж трудно. В оригинальной истории Пэк Чжуёль относился к проводникам крайне пренебрижительно, особенно к представителям F-ранга:словно они не более чем одноразовые батарейки, пока, наконец, не появился подходящий ему проводник класса S. Если бы ассоциация, которая так заботилась о Чжуёле, не заставила проводников угрозами подписать договор о неразглашении, поступки главного героя давно бы вызвали общественное недовольство. А самая главная трудность заключалась в том, что Мен Содам была одной из таких одноразовых батареек. Несмотря на все договоренности, она собиралась отомстить, инсценировав попытку самоубийства и раздув скандал с помощью СМИ. Она лишь хотела притвориться, что глотает смертельную дозу медикоментов, так что бы это выглядело убедительно. Однако, ее обессиленное тело проводника не смогло справиться даже с небольшим количеством таблеток, и, в итоге, жещина падает замертво. В каком-то смысле это можно было расценивать как идеальную месть: сбежать туда, где тебя не достанет пресловутое возмездие Ассоциации. Но... "Ну и какой смысл в мести, если человек, который должен был ею насладиться, умирает? Лучше уж просто забыла бы обо всём и жила бы себе дальше, Мен Содам, а не грезила о славе". Задаваясь этими вопросами к оригинальной Содам, которая уже исчезла, девушка оставалась без ответов, в удушающем молчании. Несмотря на то, что она была укутана в толстую толстовку и несколько слоев термобелья, ее так сильно знобило, что она то и дело потирала руки. Чтобы разобраться с внезапно пришедшим в голову вопросом, она снова вцепилась в телефон. "... Сколько бы я ни всматривалась в окно, сейчас август. Так почему же так холодно? В этом мире погода Кореи похожа на Аляску или что-то вроде того?" Клацая зубами, она судорожно проверила свой телефон. Первое, что она увидела - температуру в погодном приложении... 32 градуса по Цельсию. В таком тесном помещении, как это и без отопления и без кондиционера должно быть жарко. Но холод, такой резкий, что кожу неприятно покалывало, не поддавался разумному объяснению. - Ах, это сводит меня с ума. Надо было хотя бы плед захватить! Содам вздохнула, заворачиваясь в одеяло, которое она скинула с себя ранее. Дыхание, вырывавшееся сквозь стиснутые зубы, было неуютно ледяным. Так холодно, что на губах, которые только что были теплыми, образовались крошечные капельки. "Может, все это из-за того, что я оказываю поддержку Пэк Чжуёлю? Это потому, что он использует ледяные способности?" ---------- Глава 3: Не логичнее было бы завладеть телом S-ранга? (2 ) "Да ладно, как бы ни было плохо, это не может быть настолько тяжело!" В тот момент, когда она, наконец, увидела реальное положение дел, ее охватила сильная ненависть к Пэк Чжуёлю, хотя она даже никогда его не видела. Содам, и без того восприимчивая к холоду, теперь вынуждена терпеть сильный озноб даже в свое любимое время года - летом. Если она действительно стала проводником F-ранга, которого использовали и выбросили как одноразовый инструмент, еще и с такими побочными эффектами, то неприязнь к Пэк Чжуёлю вполне оправданна. "...Но все же, ему тоже можно посочувствовать". Как-никак, Пэк Чжуёль был главным героем и ее любимым персонажем истории, за которой она трепетно наблюдала, и не испытывать к нему симпатии она просто не могла. В это самое мгновение, словно отвечая на ее раздумия, резко зазвонил телефон. ♪♬♩♪─. [Хан Сиён - куратор (B-ранг)]. Появление человека, который, судя по всему, знал Мен Содам этого мира, полностью обескуражило ее. Поборов нерешительность, сковавшую горло, женщина осторожно ответила на звонок. - ..А-алло? [Проводник, Мен Содам. Разве Вы не обещали во время нашего вчерашнего разговора, что придете сегодня на работу? Рабочее время давно началось, а вы чем занимаетесь? Эспер Пэк Чжуёль уже заждался Вас!] Опять же, Содам совершенно не хотелось ввязываться в оригинальную историю, только если это напрямую не касалось ее безопасности. [Я знаю, это тяжело. С тех пор как мы стали работать с Пэк Чжуёлем, ни один проводник не задерживался у нас надолго, не пытался поработать с другими эсперами и просто сбегал. Поэтому я и предложил удвоить вашу ставку. И Вы даже приняли мое предложение с благодарностью.] - Д-да, Так и было, но... [Как бы трудно ни было, Вам все равно нужно погасить долги. Я предложил Вам эту возможность, только потому что очень ценю Вас, проводник Мен. Если бы на моем месте был другой куратор.... ээх] - человек на другом конце провода глубоко вздохнул. Прямое давление натолкнуло девушку на мысль, почему же оригинальная Мен Содам решилась на такой шаг. Услышав о тяжелых обстоятельствах, четкая картина того, что ждет ее в будущем, если она откажется от столь навязчивого предложения нарисовалась сама собой. Она скорее умрет, чем проведет всю жизнь, убегая от коллекторов снова. Содам крепко зажмурила глаза и, погодя три секунды, вновь открыла их, понимая, что может дать лишь один ответ. - Я буду на работе. Выхожу прямо сейчас. [Пожалуйста, приезжайте как можно скорее. Вы же знаете, что эспер Пэк Чжуёль не из тех, у кого много лишнего времени, верно? Возможность отличиться для проводника F-ранга выпадает крайне редко]. - Да, знаю. Я все понимаю. Так... мне прийти в Ассоциацию? В Ассоциацию эсперов и проводников? [...Я когда-нибудь просил Вас приходить куда-то еще?] - Нет. Просто мне вдруг стало любопытно, и я решила уточнить. [Неужели у Вас и с такими простыми вещами возникают проблемы? Как только закончите работу, я дам Вам пару выходных. В любом случае, без эспера Пэк Чжуёля у Вас нет никакой работы, так ведь? Обычно у проводников F-рангов есть эсперы или эксклюзивные контракты, а вот Вам выбирать не приходится ...] - Ах, да, все верно. У меня нет ни эспера, ни эксклюзивного контракта... До встречи. Брошеное между делом этикетное прощание было проигнорировано. Содам молча смотрела на свой телефон. Потухший экран просигнализировал законченность вызова, и девушка выпустила наружу накопившееся внутри раздражение. - Ну и придурок... F-ранг - то, F-ранг - сё... Постоянно так обращаться к ней - насколько же противным может быть человек? А учитывая, что адресат этих слов действительно относился к F-рангу, то говоривший должен быть не просто грубым, а начисто лишенным элементарных приличий. Тот факт, что первым персонажем, с которым она заговорила, после того как завладела чужим телом, был именно такой человек, вызывал у нее желание отключиться и очнуться снова, расценив произошедшее как примитивный кошмар. Единственным плюсом было то, что благодаря этому грубому и болтливому индивиду ей удалось собрать хоть какую-то информацию о персонаже, в чье тело она вселилась. "Если я не связана с эспером и у меня нет эксклюзивного контракта... значит, здесь нет никого, кто мог бы заметить, что я не настоящая Содам. И, похоже, друзей у меня тоже нет". Опустив взгляд на пустой экран телефона, без уведомлений и прочего, Содам раздраженно прищелкнула языком. В телефоне не было даже самых распространенных приложений социальных сетей, его владелица явно жила в полном одиночестве. Хмурясь и копаясь в телефоне в попытках найти хоть немного информации, Содам, в конце концов, тяжело вздохнула. "... И все же я должна идти на работу. Мен Содам, зачем ты влезла в долги? А? Так хотела усложнить жизнь тому, кто завладеет твоим телом?" Содам была слишком простодушной, чтобы бессовестно пользоваться положением одержимой с первого же дня. Тем более что речь о деньгах - тема, которая заставляла ее чувствовать себя еще ничтожнее. Хотя она не знала наверняка размер долга, однако, было ясно, что сумма настолько велика, что девушке приходилось браться за опасную работу, не смотря на открытое пренебрежительное отношение в ее сторону. "Надеюсь, это не что-то вроде 1 миллиарда вон или около того... "Наспер" рассказывал о жизни эсперов, так что я понятия не имею, как обстоят дела с финансами у проводников". В оригинальной истории автор иногда сравнивал обычных эсперов с главным героем Пэк Чжуёлем, эспером уровня SSS, чтобы подчеркнуть его превосходство. Например, упоминалось, что годовая зарплата Чжуёля в тысячу раз превышала зарплату эспера А-ранга. Подарки, на которые он тратился для обитательниц своего гарема, то есть главных героинь, были настолько дорогими, что обычные эсперы не могли даже допустить мысль об их покупке. Однако, хотя в романе было предостаточно деталей об эсперах, в нем ничего не сообщалось о проводниках столь низкого ранга, несомненно, о счастливом билете на "борт" гарема они и мечтать не смели. Иными словами, если нужна информация о жизни "проводников F-ранга" - будь добра вступи в Ассоциацию. "Надеюсь, я найду адрес с помощью интернет-поиска. В конечном счете, это ведь государственное учреждение... По идее, это не должно сильно отличаться от реальности". Хотя это лишь поверхностное предположение, к счастью для Содам, оно оказалось верным. Пока она запоминала местоположение и маршрут, указанный на сайте главного портала, кто-то вдруг начал колотить в ее входную дверь. - Минуточку! Содам быстро оценила свой внешний вид, пробежалась пальцами по растрепанным волосам и поспешила к двери. Распахнув дверь, она увидела, что на пороге стоит женщина и выжидающе смотрит на нее. Она с усилием подавила желание спросить "Кто Вы?", вертевшееся на языке, и сумела придумать более нейтральный, но все же подходящий вопрос. -...Что привело Вас сюда? - А? Ну, ты же сама со мной, так? Cказала, что это что-то, что нельзя обсуждать по телефону, и попросила меня приехать рано утром. - А? Я звонила? - Да, еще вчера около 10 вечера ты прислала сообщение. Оно выглядело... ну, опасно, поэтому я пришела проверить, как ты... но, кажется, все в порядке. Во взгляде женщины, быстро окинувшей Содам с ног до головы, читалось слабое, но очевидное беспокойство. По этому короткому разговору Содам смогла догадаться о личности женщины. - Ах, да, репортер... Должно быть, я доставила Вам хлопот. - О, Господи. Разве я не просила не называть меня «репортером»? Зови меня Хёнчжу-онни! - Ах, да. Хёнчжу-онни. Вообще-то, я немного выпила вчера вечером и отключилась. Мне очень жаль, что тебе пришлось приехать сюда просто так... - Если это просто алкогольная привычка, то это радует, но ты не представляешь, как я волновалась, когда только увидела то смс. Лучше выбрасывай телефон, когда пьешь, либо вообще бросай пить. - Я и не подозревала, что у меня есть такая плохая привычка, ведь раньше мне некому было позвонить, но, видимо, я слишком быстро привязалась к тебе, Хёнчжу-онни. Прости... Несмотря на то, что этот поступок не принадлежал нынешней Содам, она чувствовала себя виноватой, думая о том, каково было Хёнчжу, когда она примчалась сюда в такую рань. Это больше походило на жалость к доброму человеку, чем на чувство вины, но Хёнчжу просто отмахнулась рукой, не приняв случившееся близко к сердцу. - Нет, нет. Я лишь заглянула к тебе по пути на работу. Пэк Чжуёль должен был улететь из страны сегодня, но появилось новое существо S-класса, поэтому поездку отложили. - Ох... Это всё объясняет. - Что значит „это все объясняет“? Тебе что-то известно? - Вчера я оказывала поддержку эсперу Пэк Чжуёлю. А сегодня меня снова попросили приехать, и я решила, что что-то случилось... Оказалось, что так оно и есть. - О, Боже. Разве у Пэк Чжуёля нет принципа "не работать с одним и тем же проводником дважды"? Наверное, ты по-настоящему особенная. - Нет никакого принципа, Хёнчжу-онни... Просто еще ни одному проводнику не удавалось выдержать его больше двух раз подряд... Чжуёль никогда не давал интервью после начала своей эсперской карьеры, поэтому большая часть информации о нем была чисто домыслами. Даже Ассоциация эсперов и проводников отмалчивалась, когда речь шла о внутренних делах. Конечно, как человек, знающий роман досконально, Содам это не касалось. Сочувствуя Хёнчжу, мысли которой направились совсем в не то русло, Содам быстро сменила выражение лица и улыбнулась. - Дело не в этом. Они просто были вынуждены связаться со мной, потому что сейчас нет свободных проводников. - Что ж, это печально. - Да ладно, он же не просто S-ранг, он эспер SSS-уровня. С чего бы ему проявлять интерес к проводнику вроде меня? Это не имеет смысла. Ты же знаешь, как относятся к F-рангу. Хёнчжу поджала губы, замолчав от самобичевания Содам. ---------- Глава 4: Процедура поддержки - что это и как проводится? (1) - Ну... Погоди-ка. Почему ты вдруг стала такой разговорчивой? Может, это тоже часть твоих пьяных выходок? - Кто знает. Так ты дальше куда собираешься, онни? Меня вызвали на работу. - Я еду в Ассоциацию, чтобы нарыть информацию о Пэк Чжуёле. Тебя подвезти? На самом деле Содам ощущала некоторую безысходность, потому что, сколько ни искала, нигде в доме не могла найти кошелек. Чтобы добраться до Ассоциации, ей нужно было воспользоваться общественным транспортом, но она не могла найти ни проездного, ни наличных. Конечно, она могла бы пойти пешком... но ей казалось, что она замерзнет до смерти, мысль о том, чтобы идти почти два часа под палящим летним солнцем в зимней одежде... девушка хотела избежать этого любой ценой. Помимо физического истощения, прогулка в зимней одежде посреди лета наверняка породит не одно заявление в полицию на девушку, как на полоумную. В такой ситуации она никак не могла отказаться от предложения Хёнчжу, которое напоминало спасительный круг. От радости Содам схватила Хёнчжу за руку и, чуть не разрыдавшись, заверещала: - Онни, ты богиня! С этого дня я буду прислуживать тебе всю оставшуюся мне жизнь. - Боже, опять этот твой бестыдный язычок. Собирайся быстрее. У тебя тоже будут неприятности, если опоздаешь, верно? - Да, Онии! Я мигом, так что подожди еще чуточку! - С ума сойти, можно подумать, ты пытаешься сбежать, а? Не торопись, я никуда не ухожу. - Да, да! Содам, бодро закивав в ответ, торопливо зашагала в ванную. Девушка даже не заметила, насколько опрятно выглядела ванная комната, в отличие от остальной части дома, где царил беспорядок. Она наспех плеснула на лицо холодной воды и почистила зубы. Уже собираясь уходить, она увидела свое отражение в зеркале и на секунду задумалась. Содам надела толстовку с капюшоном и спортивные штаны. В конце концов, она не работала в офисе, поэтому не было необходимости одеваться формально. Ей просто нужно было пойти, оказать поддержку и спокойно вернуться домой. Не желая заставлять Хёнчжу ждать, девушка старалась привести себя в порядок как можно быстрее. Она поработала над общей общей картиной, но конкретные детали игнорировались: выбрать серую толстовку или же черную - гораздо важнее, чем надеть бюстгалтер. Эта небольшая неосторожность приведет к таким последствиям, которые Содам представить себе не могла. Быстро закончив приготовления, она напоследок попыталась найти кошелек, как вдруг нечто зацепило ее зоркий глаз. А не смогла она найти бумажник раньше потому, что он оказался погребенным под книгами, когда стол рухнул. "Предсмертная записка?" Тонкий кошелек, лежащий на скомканной бумаге, больше не интересовал девушку. Теперь ее взгляд был обращен к черным буквам, заполнявшим страницу. Текст был слабо разборчивым. Возможно, у владелицы этого тела был ужасный почерк. Слова были нацарапаны на половине листа формата А4, и хотя предложения были разрозненными и нечеткими, суть можно было свести к следующему: «Пэк Чжуёль использует правила процедуры оказания поддержки как предлог для убийства проводников, одного за другим». "Что за чушь. Он просто слишком силен для проводников F-ранга. Как это можно назвать преднамеренным убийством?" Более того, согласно оригинальной истории, единственным человеком, который действительно умер после того, как оказал поддержку Чжуёлю, была проводник Мен - персонаж, в которого превратилась Содам. Да и она умерла не из-за чрезмерного использования сил, так что утверждение о том, что Чжуёль самомтоятельно убил кого-то, было необоснованным. Конечно, для проводника категории F, кто едва сводил концы с концами, работая с эсперами не самого высокого ранга, напряженное сотрудничество с таким человеком, как Чжуёль, могло оказаться непосильным. Но это не может служить оправданием для того, чтобы довести чью-то жизнь до краха. "Вероятно, в оригинальной истории Хёнчжу-онни нашла первой труп Содам и обнародовала это . Да, верно. Об этом вскользь упоминалось в рассказе - «Репортер, прикоснувшийся к священной земле» или что-то в этом роде". Если репортером была Хёнчжу, то «Священная земля», естественно, относилась к Пэк Чжуёлю. Какой бы манящей ни была ее цель, влияние и власть Чжуёля могли внушить страх. Иными словами, Хёнчжу была достаточно смелой, чтобы проигнорировать все это давление и раскрыть важную историю. Сделала ли она это из заботы о Содам или из-за собственных амбиций, неважно - в любом случае, Содам это не нанесет вреда. "Ого, да она действительно хорошая онни. Определенно надо держаться к ней поближе. Заделаюсь-ка ее лучшей подругой". Что касается Чжуёля, то это было еще мелочью, но когда пришло время, Содам решила преподать урок этому грубому проводнику В-ранга и убедиться, что они вкусили гнев прессы. Размышляя о светлом будущем, Содам сложила записку и засунула ее в книжную полку, затем быстро завязала взъерошенные волосы в хвост и выскочила на улицу. На этот раз ее лицо озарилось искренней лучезарной улыбкой. - Хёнчжу-онни, пойдём! Я уже готова! С кошельком в руках и с поддерживающей ее онни под боком, Содам чувствовала себя так, словно могла без тени страха встретиться даже с самой сварливой версией Чжуёля из оригинальной истории. "Я знаю будущее этого мира лучше кого-либо, так что какой-то там главный герой для меня - сущий пустяк!" От раздутотого самомнения ее грудь выпятилась вперед. Уверенно войдя в величественное здание Ассоциации, Содам все еще была полна уверенности в себе. Даже когда проводник В-ранга бубнил, перечисляя меры предосторожности, между тем, пуская колкие замечания в ее сторону, пока вел ее к Чжуёлю, девушка не обращала внимания, пропуская его слова мимо ушей. Но когда она, наконец, вошла в кабинет, где ее ждал Чжуёль... - Благодаря одному выдающемуся проводнику у меня осталось мало времени, так что давайте побыстрее закончим с поддержкой. - Простите? Ах, да... "Вау, его личность просто убивает. Я и представить себе не могла, что он окажется настолько грубым, ведь в романе не было ни одной сцены, где бы он вел себя с проводниками подобным образом до того, как закончится процедура". Всего пятью минутами ранее Содам была готова смело высказать все, что у нее на душе, в лицо главному герою. Но было два важных момента, которые она, несмотря на то, что знала историю до мельчайших подробностей, не учла. Во-первых, при чтении книги манера Чжуёля представлялась ей милым мяуканьем русской голубой кошки, однако в реальности этот ледяной тон скорее напоминал сибирский холод. Во-вторых, она недооценила влияние его внешности. "Ладно, его стиль речи - это одно. Но я думала, что его лицо не вызовет у меня никаких эмоций, ведь оно было изображено на обложке романа, и я уже раз сто видела его на иллюстрациях..." Когда Содам приблизилась к Чжуёлю, сердце вдруг защемило. Каким бы резким ни было отношение мужчины, ее шаги оставались уверенными. Как же так вышло? Чтобы причина стала понятна, отмотаем время на пять минут назад. * * * - Кхм. Простите? Это проводник, Мен Содам. Содам, слегка сгорбившись, подошла к двери, находящеейся в глубине здания. Первым делом она постучала. Несмотря на осторожность, ее рука, отворяющая дверь, была полна решимости. Ее встретил мужчина, сидящий на огромной двуспальной кровати в весьма просторной комнате. У него был уникальный цвет волос - белоснежный, переходящий в голубой, как будто с Северного полюса завезли кусок ледника. Его глаза были яркого небесно-голубого цвета, с длинными, лениво развевающимися ресницами. Гладкий прямой нос и губы, не слишком толстые и не слишком тонкие, завершали его облик. В общем, базовая установка о его способностях и внешности SSS-ранга полностью подтвердилась, как только его лицо появилось в поле зрения девушки. В этот момент Содам по-настоящему почувствовала, что значит, когда при виде красивого мужчины у тебя подкашиваются ноги. Она едва не рухнула, но ее гордость запустила аварийный режим и достоинство девушки удалось спасти в присутствии Чжуёля, сидящего прямо перед ней. - Что Вы делаете? Поторопитесь и подойдите. - Ах, да! Я уже иду. Даже во время этого короткого, ничем не примечательного обмена репликами Содам не потеряла уверенности в себе. Хотя она и чувствовала необъяснимую враждебность во взгляде мужчины, ее безосновательная самонадеянность была слишком сильна, чтобы пошатнуть ее из-за какой-то незначительной неприязни. "Ну... в конце концов, именно эсперу грозит опасность, если он не получит поддержки". Учитывая, что эсперы нуждались в регулярной процедуре «поддержки», которую могли обеспечить только проводники, разве это не делало последних главенствующими в этих отношениях? Иными словами, с точки зрения Содам, не было причин опасаться Чжуёля. Однако, как только Чжуёль заговорил серьезно, уверенность, которую она сохранила даже перед давлением его внешности, начала стремительно стираться в пыль. - Говорите, Вас зовут Мен Сода? - Нет, проводник Мен СО-ДА-АМ. «Дам» - как первый слог в слове «дамба». - В общем, неважно. Вы вериие, что F-ранг может за ночь превратиться в S? - Что? Это что еще за глупости? - Я сам не видел, но думаю, что это возможно. Как уже говорилось ранее, Содам выучила оригинальную обстановку вдоль и поперек, поэтому она не могла не удивляться нелепому вопросу Чжуёля. ---------- Процедура поддержки - что это и как проводится? (2) Глава 5: Процедура поддержки - что это и как проводится? (2) "Н-не может быть. Не может быть, чтобы кто-то настолько могущественный, как эспер с SSS рангом, верил в такие байки... К тому же это совсем не соответствует его личности... Хаа, серьезно. Если уж и вселяться в кого-то, то только после того, как выйдет предыстория!" Несмотря на то, что в романе автор уделил большое внимание «ненависти Чжуёля к проводникам F-ранга», конкретных деталей этой черты никогда не приводил. Из некоторых мимолетных упоминаний было похоже, что это как-то связано с его родителями, но... точное событие, вызвавшее его неприязнь, оставалось загадкой. И вот как раз, когда вышел анонс побочной истории, раскрывающей прошлое главного героя, наша преданная поклонница, ныне известная как Мен Содам, вдруг поняла, что овладела этим телом, так и не успев прочесть хоть слово из новой книги. "Ого... Значит, чтобы узнать причину, мне надо бы вернуться в свой мир? Ха-ха, такими темпами стоит начать готовиться к реинкарнации." Содам тихонько усмехнулась, пока ее мысли витали где-то отстраненно от реального положения дел. Но когда она осторожно присела рядом с Чжуёлем, его плотно сжатые губы исказились в ухмылке. - Вам смешно? Речь сейчас шла о вас, проводник Мен Сода. - Нет, не Сода, я Содам... Постойте, обо мне? - Есть ли еще какой-нибудь проводник с фамилией Мен, имеющий F-ранг и задолжавший ассоциации кругленькую сумму? Саркастические речи Чжуёля заставили Содам оцепенеть. Ее мозг, побелевший, словно тофу, медленно начал выстраивать воедино его слова. Поняв, что говорит мужчина, девушка лишилась дара речи. Да что в этом мире за законы такие, что любой посторонний спокойно может узнать ее персональные данные, пока сама она ни сном, ни духом? "Погодите, что еще важнее, Содам должна деньги ассоциации? Как такое вообще могло случиться?" Смущенная тем, что ее плачевное положение известно всем, кроме нее самой, она опустила голову. Ее взгляд упал на предмет, который она приметила еще до того, как вошла в эту душную комнату, - то, что ей насильно всунул проводник B-ранга. Увидев буквы «Э&П», жирно выведенные на обертке презерватива, она поняла, что тот человек, отнесся слишком легкомысленно к ее ситуации. Независимо от того, скрипела ли Содам зубами от досады, глядя на уже подрасплывшееся в ее памяти лицо того проводника, Чжуёль продолжал говорить спокойным тоном. - Я прождал вас более 30 минут, так что у меня было время подумать.Мне стало интересно: что за удивительный проводник заставил меня ждать так долго? За 10 минут я легко разберусь с пятнадцатью тварями, так неужели вы - проводник, который может превзойти своей важностью сорок пять тварей? - ... - Я обдумал несколько причин, по которым проводник Мен Сода была такого высокого мнения о себе, и решил, что если вы, например, пробудились до S-ранга или SS, то это действительно может иметь смысл. На моем веку не было ни одного S проводника или выше, который бы не был закреплен узами с эспером. Вы должны быть как минимум такого же уровня что и я, чтобы покушаться на моё время, не так ли? Чжуёль постучал указательным пальцем по своему предплечью, и на его лице появилась кривая улыбка. Когда его взгляд, устремленный куда-то в сторону, словно подавляя гнев, упал на Содам, по ее позвоночнику пробежала дрожь. - Ну и каков ответ? Вы пробудились? S-ранг? Или, может быть, даже SSS? На протяжении всего этого потока слов, от начала до конца пронизанного сарказмом и высокомерием, Содам хранила молчание. Уверенность в себе, с которой она прибыла сюда, заряженная на все 100 %, давно испарилась, не оставив после себя ни капли. Один тот факт, что ей удалось сдержать нарастающее неповиновение и оправдания во время его выступления, был достаточным для того, чтобы похвалить ее навыки делового общения. Сухо сглотнув, она наконец ответила тоненьким, дрожащим голосом. - Нет... ничего такого. - Тогда не могли бы вы объяснить, почему я должен тратить свое время в этой тесной комнате? -...Во-первых, я искренне прошу прощения за то, что вам пришлось потерять ваше драгоценное время из-за меня, господин Пэк Чжуёль. Я считаю, что оправдываться было бы неуважительно по отношению к вам, поэтому... я могу только сказать, что мне действительно жаль. - Хаа... - Мне правда, очень, очень жаль. Прежде чем Чжуёль успел что-то сказать, Содам быстро извинилась, встала со своего места и отвесила глубокий поклон. Ее талия сгибалась под идеальным углом в 90 градусов - этот навык она освоила еще в школьные годы, работая на полставки в техподдержке. Она уже давно научилась сохранять тон голоса, передающий подавленное настроение, даже если это не отражало ее истинных чувств. "Думаешь, я специально опоздала? Как вообще можно ждать, что кто-то придет на работу в 4 утра? Даже самые плохие компании так бы не поступили со своими подчиненными. И кстати, это тело должно было быть уже мертвым, понимаешь? Благодаря мне толпа сейчас не закидывает тебя яйцами, и вот как ты мне отплатил? Ух, только потому, что ты молод..." Пока она молча считала пятна на кафельном полу, мысленно ворча, голос Чжуёля, лишенный прежней резкости, разрешил ей сесть. Поспешно присев рядом с ним, девушка незаметно для него убрала в карман презерватив, который до этого все время сжимала в руке. "Я положу его в бумажник и больше никогда в жизни туда не залезу. Говорят, что хранение такого "оберега"в кошельке приносит деньги - быть может, в лотерею выиграю..." Не обращая внимания на ощущение пластиковой обертки в ладони и пот, выступивший на спине, Содам продолжала сохранять на лице выражение «мне очень жаль», протягивая руку. В этот момент большая рука грубо схватила ее неуклюже протянутую руку. - Давайте покончим с этим. Это будет одинаково неприятно для нас обоих. - Да, да. Давайте закончим побыстрее. - ...Тцц. Чжуёль говорил ровным безучастным голосом, не пытаясь скрыть своего недоверия к Содам, а точнее, к проводнику F-ранга. Его недовольство стало еще очевиднее очевиднее, когда он крепко переплел их пальцы. Все его десять пальцев сцепились c её, не оставив между собой ни малейшего промежутка, и в то же время от соприкосновения кожи с кожей по телу девушки пронесся ледяной холод. От этого морозного ощущения Содам, изо всех сил старавшаяся сохранять спокойствие, невольно вздрогнула. - Вам следовало надеть одежду потолще. Вчера вы уже прошли через это, так почему же сегодня явились в подобном виде? - А? У меня нет одежды теплее, чем эта... - Хаа. Невероятно. Для человека, в жизни которого никогда не было даже намека на бедность, было просто абсурдно так над ней насмехаться . Но секундой позже Содам столкнулась с гораздо более серьезной проблемой, чем раздражающее буржуазное отношение Чжуёля. "Неужели во время оказания поддержки должно быть так холодно? Да нет, это бессмыслица какая-то. Кажется, будто мои вены набиваются инеем, и эритроциты леденеют!" Конечно, Содам прекрасно понимала, что с Чжуёлем шутки плохи - в романе об этом говорилось не раз. К тому же она на собственном опыте ощутила его лютый холод, тот самый, который мучил ее с тех пор, как она впервые завладела этим телом. "Я знала что так будет, но всё же..." Ее зубы теперь звонко стучали, и даже ноги бессильно дрожали. Стремительное ухудшение ситуации ошеломило Содам настолько, что она не могла открыть рот, чтобы заговорить. Когда проводник застыла на месте, выражение лица Чжуёля ожесточилось, и он заговорил суровым, холодным голосом. - Вы... похоже, вы сейчас не в состоянии оказывать поддержку. Было редкостью, когда проводник не мог стабилизировать эспера, держа его за руку. Для среднестатистического эспера такая ситуация была сродни катастрофе одной на миллион: в него ударила молния, он стукнулся головой о мостовую и умер. Однако для Чжуёля, обладавшего огромной силой эспера SSS-ранга с момента пробуждения, это стало практически обыденностью. Было немало проводников, которые уже через 5-10 минут после того, как держались за его руку, чувствовали, что их проводничество заблокировано и заморожено. Чжуёль издал холодный смешок, его лицо по-прежнему оставалось суровым, а затем он резко заговорил, его голос был низким и ровным. - Несмотря на то, что вы проводите стабилизацию второй день подряд... вы же понимаете, что не прошло и пяти минут с тех пор, как мы начали? - ... - Если вам так сложно просто держаться за руки, почему вы вчера так смело вызвались работать? ...Ответь мне. Проводник, Мен Содам! - ... Уф. Когда мужчина закусил губу и резко разжал руку, Содам, лишившись опоры, обмякла, как марионетка, чьи ниточки были перерезаны. Она застонала от боли, ее глаза были плотно зажмурены, а губы приобрели бледно-голубой оттенок. Состояние Содам, которая, казалось, не способна даже слышать его резкие слова, не говоря уже об ответе, стало беспокоить Чжуёля. Он видел, как многие проводники страдали и даже слабели, стабилизируя его, но впервые кто-то терял сознание настолько, что не мог даже говорить, как Содам. Несколько раз сжимая и разжимая кулаки, чтобы ослабить напряжение, эспер осторожно и как можно мягче потряс ее за тонкие плечи. - Возьмите себя в руки, проводник, Мен Содам! Где, по-вашему, вы сейчас находитесь? ---------- Процедура поддержки - что это и как проводится? (3) - К...комната...для...оказания...поддерж... Впервые с тех пор, как Пэк Чжуёль начал направлять свою энергию в руку Мен Содам, с ее губ сорвалось связная фраза. На мгновение ему показалось, что сердце, которое, словно вот-вот опустится, наконец-то встало на место, и на его лице непроизвольно появилась легкая улыбка. Его голос, теперь уже немного взволнованный, обратился к ней: - Правильно. А я кто такой? - Пэк... Чжуёль... ублюдок... -...Похоже, вы пришли в себя. Не обращая внимание на последнее слово, мужчина не смог скрыть неловкость на лице, пока вставал. Спокойствие, пошатнувшееся из-за непредвиденной ситуации, вернулось к нему спустя пару секунд. Когда Чжуёль наклонился к Содам и облегченно вздохнул, проводник, медленно помаргивая затуманенными глазами, приподнялась и обвила его шею руками. - Что за... эй! - Мне так холодно... Кажется, я сейчас умру... Словно краткий миг связного разговора был фальшивкой, ее слова снова стали невнятными, и теперь девушка бормотала просьбы, крепко притягивая его к себе. С каждым разом контакт становился все более тесным, и ранее заблокированное проводничество понемногу размыкалось. Даже в полусне она, казалось, ярко чувствовала это: ее руки смело блуждали по телу Чжуёля. - Согрей... согрей меня, хорошо? - Что ты предлагаешь мне делать с человеком, который едва ли в сознании...? Хотя Чжуёль слыл негодяем, который никогда не возвращался к одному и тому же проводнику после одного сеанса, у него были свои правила. В конце концов, он заслужил такую репутацию исключительно по собственной вине, зная, что после процедуры проводники боятся его, эспер намеренно прекращал с ними работать, чтобы избавить их от последующих страданий. Из-за этого он чувствовал себя несправедливо непонятым. То ли Содам притворялась, зная его репутацию, то ли действительно была не в себе, но для Чжуёля существовал только один вариант - отказ. ...Не говоря уже о том, что она точно была не в своем уме. Как только он прищелкнул языком и попытался отцепить прилипшую к нему Содам, она пошла на опережение. Чмок. - Ах, а это приятно... - Приятно? Что такого приятно-мхм. - Давайте продолжим. Еще. Чмок. Чмок. Чмок Легкие поцелуи повторились еще несколько раз, прежде чем их языки неизбежно переплелись. Закрыв глаза, Содам игриво подразнила неподвижный, застывший язык Чжуёля, проведя своим маленьким язычком по его ровным зубам и шершавому нёбу. Пока язык проводника деловито исследовал рот мужчины, ее руки были заняты не меньше. - Ммф... ах... Одна рука без колебаний скользнула вниз, поглаживая его необычайно плотное левое бедро. По мере того как ее рука надавливала и двигалась вверх-вниз, его бедро постепенно напрягалось от ее прикосновений. Чжуёль, стиснув зубы в борьбе с интенсивным проводничеством и откровенными ласками, собрался с силами и оттолкнул Содам. Та, слегка нахмурив брови, заскулила, потянувшись, чтобы притянуть его к себе. Тяжело дыша после короткого поцелуя, эспер вытер мокрые губы тыльной стороной ладони, нахмурил брови и покраснел. Все проводники, с которыми ему доводилось работать, либо почитали его словно Бога, либо воспринимали как монстра. Столь явный физический контакт заставлял его чувствовать себя крайне неловко. Более того, его отвращал тот факт, что всего двенадцать часов назад она казалась ему мерзкой, а теперь он жаждал ее прикосновений. Проблема заключалась в том, что, несмотря на неприязнь, тело предавало его, инстинктивно реагируя на ее приставания. Впервые за всю свою жизнь эспера он почувствовал себя загнанным в угол. Скудные остатки разума кричали ему: "Оттолкни ее! Отвергни ее." Но бушующие инстинкты в сочетании с чувством вины и ответственности за то, что девушка стала такой из-за него, удерживали его руки в бездействии. К сожалению, его воля, которая и так была близка к сломлению, совсем ослабла, когда Содам со слезами на глазах взобралась на его бедро. - Пожалуйста, не останавливайся... Как только он столкнулся с ее заплаканными глазами, все разумные мысли покинули чат. Активной поддержки, выходящей далеко за рамки простого касания рук, оказалось достаточно, чтобы вытравить из его сознания последние остатки «минимальной порядочности». Охваченный желанием, Чжуёль обхватил ее за плечи и прошептал что-то с нотками покорности в голосе. - ...Ладно, все равно мы больше не увидимся. Мен Содам, когда придешь в себя, я позволю тебе влепить мне одну пощечину. - Не останавливайся, скорее... Что бы ни говорил Чжуёль, раскрасневшаяся от жара Содам была слишком занята тем, что терлась лицом о его шею. И вместо того чтобы безропотно терпеть, он изменил свое положение. Как и хотела Содам, мужчина снова прильнул к ее губам, а его руки скользнули под толстовку и крепко сжали ее талию. - Ха. Я знал, что здесь что-то не так. Сколько слоев одежды на тебе под этим балахоном? Единственное, что было удачей - то, что худи настолько растянут, что просунуть руки внутрь довольно не составляло труда. Девушка захныкала, когда их губы ненадолго разлучились, а Чжуёль, облизнув языком ее губы, покрытые слюной, и издал слабый смешок. Вслед за этим его холодная рука осторожно обхватила ее грудь, отчего по ее позвоночнику побежали мурашки. - Ты даже не удосужилась надеть бюстгальтер... Должно быть, ты давно все спланировала... Что ж, полагаю, позволить себе соблазниться хотя бы раз будет не так уж плохо. Слова Чжуёля казались ему правдой, и руки мужчины стали двигаться еще смелее. Его большая рука крепко обхватила мягкую плоть, которая идеально подходила к его ладони, а другая рука потянулась к ее штанам. Зная, сколько на ней слоев одежды сверху, он предполагал, что под штанами скрываются леггинсы, но его опасения оказались напрасными, едва обнажилась ее бледная нежная кожа. Завороженный тем, насколько ее тело отличается от его собственного, эспер нежно провел пальцами по границе между ее кожей и облегающим бельем, отчего талия Содам слегка напряглась. - Ах, так... щекотно. - Щекотно? -Мм-гмм. Может быть, потому, что их губы все еще были сцеплены, но каждое слово, которое она произносила, было похоже на теплое дыхание, врывавшееся в его рот. Стянув с нее нижнее белье, он глубоко вдохнул ее влажный воздух еще одним поцелуем. Понимая, что полностью раздеть ее в сидячем положении будет сложно, он повалил ее на кровать, прежде чем продолжить. Однако как только между ними появилось небольшое расстояние, на Чжуёля обрушилась внезапная волна осознания реальности. Если он продолжит раздевать ее, обратного пути уже не будет. Он никогда не питал наивных иллюзий о том, что его первый раз будет с кем-то, кого он действительно любит, но он точно не ожидал, что его первый раз случится совершенно случайно, в такой ситуации, как эта. Когда Чжуёль замешкался, погрузившись в свои мысли, Содам подтолкнула его вперед. Возможно, ее беспокоило то, что одежда скомкалась вокруг бедер, потому что, пока он погрузился в размышления, она заерзала и полностью сняла штаны. Даже в полусознательном состоянии она, казалось, испытывала некоторое смущение, инстинктивно сжимая ноги. Это пробудило в Чжуёле странное чувство соперничества, заставив его забыть о своей нерешительности. - Мен Содам, если ты решила раздеться, то и ноги раздвинь. - Мм-мм... - Раздвинь их. Если не сделаешь, я больше не буду тебя целовать. По команде Чжуёля, которая прозвучала не совсем обычно, Содам, раскрасневшись, медленно раздвинула ноги и провела ладонями по лицу. Казалось, она не совсем понимала его слова, а скорее двигалась рефлекторно, движимая проводничей жаждой, которая была спровоцирована их поцелуями. Рука эспера естественно скользила между ее раздвинутыми бедрами, касаясь их внутренней поверхности, пока не достигла ее глубинной части. Когда он понял, что девушка совсем не намокла, он разочарованно щелкнул языком. Даже без опыта инстинкты подсказывали ему, что о попытке проникнуть в сухое пространство не может быть и речи. Нахмурившись, Чжуёль наклонился, расположив свое лицо прямо над губами Содам, и прорычал низким голосом: - Мен Содам. - Ммм... - Проводник должен быть готов... всегда и везде, не так ли? - Ммм, мм-мм... Несмотря на дразнящие слова мужчины, Содам, похоже, ничего не понимала. Она только мотала головой туда-сюда, пытаясь дотянуться до его губ. Потеряв интерес, Чжуёль открыл ящик рядом с кроватью и достал гель. Он выдавил немного содержимого тюбика на ее лоно и начал растирать скользкую субстанцию по коже большим пальцем, как будто проводил какое-то обследование. Когда он осторожно раздвинул плотно сомкнутую кожу, обнажилась ее пунцовая внутренняя плоть. Гель медленно стекал по коже и проникал в ее складки, эспер старался покрыть каждый сантиметр, даже слегка выступающие части и окружающую плоть. Пока он трудился, бедра Содам сжимались вокруг него. - Ты сжимаешься даже от такого. - ... - Ты действительно нечто. С этого момента прикосновения Чжуёля, которые при нанесении геля были чисто механическими, стали приобретать иной смысл. Его пальцы легонько провели по ее внутренней поверхности, а затем скользнули внутрь и ущипнули за маленький кусочек плоти, который выпирал наружу. - ... Ах! С ее губ сорвался короткий стон, отчего глаза Чжуёля слегка расширились. Гадая, не причинил ли он ей боль, он резко отдернул руку. Но, вопреки его мыслям, ее бедра сжались, словно прося о большем. Заметив это, он лукаво улыбнулся. Он начал всерьез двигать рукой, искусно дразня запрятанный чувствительный клитор. Когда он нежно массировал его, женские бедра извивались и выгибались под ним, подтверждая его прежние наблюдения. Чжуёль, внимательно следя за ней, наклонился и прижался губами к ее уху. - Мне продолжать дразнить тебя так или пососать его? Решай сама. - Хаа... - Ты должна хотя бы попробовать ответить. Ммм? ---------- Процедура поддержки - что это и как проводится? (4) Тёплое дыхание и откровенный вопрос, произнесенный прямо в чувствительное ухо Содам, заставили ее заметно покраснеть. По мере того как подавляющая энергия Чжуёля, затуманившая ее разум, постепенно рассеивалась в процессе оказания поддержки, сознание Содам начало проясняться. Если бы она полностью пришла в себя, то самым правильным решением было бы оттолкнуть эспера и покончить с этой ситуацией. Вот только полусонная Содам не хотела этого. Напротив — она желала удовольствия. Ее язык, онемевший от вторжения языка Чжуёля, медленно зашевелился. — П-пожалуйста, пососите там.... Хотя её сознание было затуманено, она не могла поверить словам, которые только что сорвались с её губ. Её лицо пылало так сильно, что даже в глазах будто помутнело от красноты. Она поспешно подняла руки, чтобы прикрыть лицо, и в этот момент край её топа сместился, отчего грудь слегка колыхнулась. "Ты совсем рехнулась, Мэн Содам! Даже если ты была не в себе как можно было забыть надеть лифчик?!" Теперь, слишком поздно осознав свою беззащитность, она почувствовала злость на себя, смешанную с шоком от странно напористого поведения Чжуёля. Но больше всего её переполняло чувство унижения. В первый же день после попадания в это тело она уже оказалась в переплетении с главным героем оригинала. И что хуже всего — она не могла выкинуть из головы мысль, что сама же всё и начала. Не говоря уже о том, что её ноги всё ещё были раздвинуты… «Надо было принять душ с утра… Да что вообще за принципы у этого главного героя? Я думала, он из тех бесчувственных типов, которые до самого финала максимум за ручку героиню держат.» Содам, конечно, не осознавала, что сама сыграла немалую роль в том, чтобы пошатнуть его так называемые принципы. Тем временем Чжуёль усмехнулся, заметив, что формальная речь вернулась — значит, девушка понемногу приходила в себя. Она кусала губы, погружённая в свои мысли, но у него было больше чем достаточно способов вернуть её внимание на себя. — Ты сегодня куда лучше соблазняешь, Мен Содам. — Уф… Не говорите такие вещи… — Хватит кусать губы. Я не хочу чувствовать вкус крови во время поддержки. — Л-Ладно! Просто сделайте уже что-нибудь! Вы же сказали… что сделаете, если я попрошу, разве нет? Было куда интереснее, когда она в полном сознании. На мгновение ему даже показалось, что вчерашняя Мен Содам была всего лишь сном. Её резкие реакции на каждое слово были для него в новинку, и это пробудило внезапное желание продолжать. Девушка ведь была права — он действительно обещал. А обещание есть обещание. С лёгкой ухмылкой Чжуёль начал опускаться ниже. Он приподнял худи, прикрывавшее её грудь, обнажая бледную кожу. Пристально глядя на ее слегка затвердевшие розовые соски, Чжуёль лизнул один из них. Вкус ее кожи оказался довольно пресным, лишь с легким оттенком мыла. Немного наклонив голову, он переместился чуть вбок и аккуратно вонзил зубы в округлый край груди. — Ах! Когда голова Чжуёля опустилась ниже, Содам наморщила брови от странного ощущения его зубов, слегка сжимающих ее плоть. Ее грудь, прежде скрытая тенью, теперь была освещена, и слабые следы от укусов поблескивали от слюны. Она никогда не думала, что ее собственное тело может выглядеть настолько непристойно. Чтобы отвлечься от смущения, она стиснула зубы. Но вскоре ее рот снова приоткрылся. — Я же п-просила т-только пососать! — Тебе не нравится, когда лижут? — М-м, нет… Просто это о-ощущение… странное, очень странное! Она просила его пососать клитор, не ожидая ничего большего. Но Чжуёль, словно исследуя каждый сантиметр её тела, начал дразнить её самыми разными способами. Он высунул язык и размашисто провёл им по всей её промежности одним движением. Его руки раздвинули плотные складки кожи, а пальцы прошлись от основания половых губ до самого узкого входа. Хотя движения его языка были не слишком умелыми, это не имело значения. Для Содам, которая до этого знала лишь неловкие и примитивные ласки, такая стимуляция была сокрушительной. А тот факт, что это действия Чжуёля — её любимого персонажа, — делал происходящее ещё невыносимее. Чудо, что она до сих пор не потеряла сознание. Но хуже всего было странное ощущение, будто что-то внутри неё медленно вытягивают наружу. — Мммгх… это та-ак странно… Когда губы Чжуёля скользнули от низа к самому верху её промежности, волна удовольствия заставила пальцы её ног судорожно растопыриться. Её сдавленные стоны застряли в горле, но эхо от них гудело в голове. Не дав ей и секунды перевести дух, Чжуёль охватил губами её клитор. Эспер крепко втянул нежную плоть в рот, а язык прижал к чувствительному бугорку, заставив Содам вскрикнуть — её голос звучал на грани рыданий. — Слишком... это слишком! — ... — Ах, аах... ммм. Содам сама испугалась своего голоса — такого грубого и похабного. Она закусила губу, краснея от громких стонов, которые сама же и издавала. Но Чжуёль и не думал останавливаться. Он даже использовал большой палец, чтобы слегка надавить на её вход. Двойная стимуляция — внутри и снаружи — заставила тело проводника судорожно дёрнуться, а её пальцы ног болезненно сжались. Напряжённые ноги плотно прижались к плечам эспера. — Хватит… хватит губами…! Даже эта отчаянная мольба не остановила Чжуёля — его губы продолжали свою безжалостную работу. Острое удовольствие, скопившееся внизу живота, вскоре разлилось волной до самого затылка, и рот девушки снова предательски раскрылся в немом стоне. — Аах, мхмм.... В тот же миг, как из её рта вырвался неконтролируемый стон, изнутри хлынула горячая волна. Только тогда Чжуёль, наконец, поднял голову, размазывая пальцами её соки по внутренностям бёдер и бормоча себе под нос: — Хм. В следующий раз, пожалуй, возьму с собой игрушки — чтобы ты быстрее раскачалась. — Совсем с ума сошли?! Хватит нести бред! — Тебе всего лишь нужно научиться возбуждаться быстрее. Мужчина, который изначально и не планировал их дальнейших встреч, теперь запросто рассуждал о "следующем разе", даже не замечая, насколько это противоречит его собственным словам. Эспера слишком забавляло смущение Содам — особенно сейчас, когда её полностью обнажённая нижняя часть тела была вся влажной и беспомощной. С лёгкой ухмылкой он вытащил большой палец, блестящий от её выделений, и тут же ввёл внутрь указательный и средний. — АХ! — Всё ещё не готова. Какая же ты привереда. — Обычно всё не так... — Вот как. Значит, с твоим "обычным парнем" тебе не нужно было столько возни? — ... Слова вылетели раньше, чем Содам успела подумать, и она тут же пожалела об этом. Не то чтобы между ней и Чжуёлем были какие-то чувства, но упоминать другого человека в такой ситуации было не очень уместно. Пока Содам молча кусала губы, ухмылка эспера становилась всё шире. Мысль о том, что кто-то уже видел и трогал это тело до него, вызывала у него странное раздражение. Он тихо фыркнул, его голос стал низким и вызывающим: — Если ты так зажата, вряд ли я войду так же легко, как тот парень. — .... — Если хочешь, могу вставить прямо сейчас. Мысль прекратить эти изматывающие ласки казалась не такой уж плохой. Да и вообще — чем быстрее закончится этот неловкий кошмар, тем лучше. "Пару движений — и он кончит, да? После этого мы больше никогда не увидимся..." Пока Содам размышляла, внезапно раздался звук расстегивающейся молнии. Её верх уже был полностью обнажен, кофта скомкана, а джинсы с трусами валялись на полу. В то время как Чжуёль оставался полностью одетым. Зачем он так затягивает? Мелькнула мысль — может, он не уверен в себе? Но эти сомнения мгновенно испарились, когда он стянул брюки. Это была не просто болтающаяся штука — а настоящий монумент, который буквально выпрыгнул наружу. Все её предыдущие расчеты оказались бесполезными в один миг. Один только вид его освобождающегося от брюк заставил Содам напрячься, как солдата перед атакой. "Если это войдёт в меня — я умру..." Что пугало ещё больше — когда Чжуёль медленно провёл рукой по пульсирующему, покрытому венами стволу, и тот словно стал ещё больше. Её ноги, прежде широко раздвинутые, инстинктивно начали смыкаться, а сама она попыталась отползти назад. Но он схватил её за бёдра прежде, чем она успела сбежать. — Ты куда это собралась? — Ну... я прикинула, и кажется, такая штука не должна заходить внутрь... в принципе. — Я такое часто слышу. — Да? Значит, поддержка оказана успешно, так что я просто — Не дав договорить, Чжуёль резко притянул её к себе, пресекая побег. Вся её промежность, мокрая от его слюны, геля и её собственных соков, прижалась к нему. Его кожа, губы и руки были холодными — и его член не стал исключением. Ледяное прикосновение заставило её содрогнуться в тот же миг. — Но обычно, после того как я внутри, всем всё нравится. ---------- Процедура поддержки — что это и как проводится? (5) Чжуёль, бормоча что-то непристойное, начал водить своим толстым членом по плотно сомкнутому входу Содам. Уже этого было достаточно, чтобы вновь разжечь утихший на мгновение огонь наслаждения. Его ствол неумолимо давил на её распухший клитор, заставляя её сочиться смазкой. — Кажется, я был прав в том, что сказал раньше, да? Или ошибался? Осознав предательство собственного тела, Содам сдалась, закрыв лицо руками. Однако её ярко-красные уши, скрыть которые она не могла, выдавали её смущение. Вся её кожа была бледной, за исключением этих пылающих краснотой ушей. Поскольку на ней почти не осталось одежды, член мужчины, и без того большой, стал ещё твёрже при виде такой картины. Когда его взгляд упал на оставленные им следы укусов на её груди, его охватило желание войти внутрь немедленно. Но эспер понимал, что если сделает это сейчас, её узкий вход, с трудом принимавший даже его пальцы, наверняка порвётся. И хотя ему не нравилось причинять боль, но отрицать не мог: если бы она сама позволила… всё могло бы быть иначе. — Так что? Вставить сейчас? — Ах… н-нет, нет, нет! — Тогда как? — Просто… продолжайте делать то, что делали… Слова вырвались у неё, лишь чтобы отскочить от её же ладоней. Воздух между ними был настолько горячим, что становилось душно. Даже эти слова заставляли её умирать от стыда, но Чжуёль лишь слегка подвигал бёдрами, будто ожидая большего. Девушка так и не поняла, что «предложение» эспера отчасти было проверкой, хотя он и не мог отрицать, что часть его жаждала большего. Его едва заметные движения были способом утолить собственное желание — ровно настолько, чтобы удовлетворить любопытство, не переходя границ. Не в силах до конца понять намерения Чжуёля, Содам наконец прошептала дрожащим голосом то, чего действительно хотела: — Ва-ваши пальцы… пожалуйста, растяните меня… — Ты так откровенна. Куда веселее, когда ты в сознании. Хотя Содам догадывалась, что эсперу нравятся её реакции, возражать больше она не решалась. Хуже всего было бы повторять одно и то же вновь и вновь. Вместо этого проводник подавила едкие слова, клубящиеся внутри, чувствуя, как её пронизывает досада. Тихий стон сорвался с её губ, когда пальцы Чжуёля вновь плавно вошли в её влажное лоно. Он водил ими по рельефным стенкам, иногда слегка задевая их короткими ногтями, а затем начал раздвигать и растягивать пальцы — явно стараясь сделать отверстие шире. Его движения были размеренными, почти механическими – явно рассчитанными на то, чтобы подготовить её к чему-то гораздо большему. Несмотря на миловидное лицо, толстые пальцы мужчины безжалостно растягивали её вход, с силой вдавливаясь в узкие внутренние стенки. Когда он раздвигал пальцы, нежные складки её отверстия послушно расходились в стороны. — Как же здесь горячо. Если мои пальцы расплавятся, это будет на твоей совести. — П-прекратите нести чушь… То, как он тер и растягивал её чувствительную плоть, было невыносимым, вызывая глубоко внутри тошнотворное волнение. Это было слишком для неё, но и молча терпеть его безумные речи она тоже не могла. Её причитания лишь растягивали ухмылку Чжуёля – хотя видеть это она не могла: по-прежнему лицо было прикрыто руками. Когда к натиску присоединилось больше пальцев, а методичные движения продолжились, чувствительность Содам возросла до предела. Будь то обильно выделяющаяся смазка или безжалостное «растягивание» Чжуёля – щекотливое ощущение, выкручивающее всё её тело изнутри, ничуть не ослабевало. Бёдра Содам непрерывно терлись о поясницу Чжуёля, когда она опустила одну руку с лица и схватила его запястье, всё ещё усердно двигавшееся. — Может... просто вставите его сейчас? — Хмм. Здесь всё ещё тесновато, не находишь? — Н-нет, кажется, войдёт... Правда, так что просто... — Хочешь, чтобы я его втолкнул? — Нет, я сказала вставить его! — Одно и то же. "Уф, лучше бы я ничего не говорила..." Тот Чжуёль, о котором она читала в романе, не был таким вульгарным. Но глядя на характерное лицо человека перед ней, нельзя было отрицать — это был тот же мужчина. Да и роман был "для всех возрастов", поэтому подобные сцены либо смягчались, либо и вовсе отсутствовали. "Совсем не соответствует своему образу. Как он может быть тем же персонажем...?" — Ах! — Просишь войти? Тогда не отвлекайся и смотри, чтобы я всё делал как надо. — Пожалуйста, следите за языком... Её мысли прервал внезапный удар боли — он ущипнул её клитор. Смесь боли и удовольствия была ошеломительной и отнюдь не желанной. Содам нахмурилась и потянулась другой рукой вниз, готовая дать отпор, но то, что она увидела, заставило её замереть. — ...Это должно туда входить? — Ты должна знать, раз сама его принесла. — Ничего я не приносила! — Я нашёл это в кармане твоих штанов. — ... Презерватив, который она подумывала положить в кошелёк на удачу, теперь плотно обтягивал эрекцию Чжуёля. Когда он провёл рукой по члену, свёрнутый презерватив полностью проскользил вверх вслед за ладонью, покрывая его ствол... Ну, почти полностью. Содам решила стереть эту мелкую деталь из памяти, посчитав, что нет смысла позволять своему страху расти ещё больше. В конце концов, эта штука вот-вот окажется внутри неё. "Я ничего не видела. Совсем ничего не видела." Ошеломлённая сюрреалистичной картиной перед глазами, Содам снова опустилась на спину, забыв, зачем вообще приподнималась. Чжуёль, расположившись между её ног, приподнял её бёдра и раздвинул их ещё шире. Схватив головку своего члена, он провёл ею по её влажному входу, и пустота, оставленная его пальцами, заставила её дырочку судорожно сжаться в предвкушении. — Не торопи меня. Кажется, я кончу, даже не успев войти. — Ч-что? Я же не... Ах! Не дав проводнику подобрать слова для возражений, толстая головка члена Чжуёля упёрлась в её вход, настойчиво пробивая себе путь внутрь. Несмотря на всю подготовку, растяжку, гель и её собственные выделения, всё равно казалось, будто её вход чем-то заблокирован. Пока Содам впадала в панику, Чжуёль молча продолжал, неуклонно продвигая бёдра вперёд. К счастью, после небольшого дополнительного давления широкая головка наконец проскользнула внутрь. Эспер, сумев ввести только начало своего члена, с облегчением выдохнул. — Хаа… Разве я не говорил, что ещё туговато? — …М-мм… — Не задерживай дыхание. Выдыхай медленно. Он слегка нахмурился, нежно поглаживая её плоский живот, пока ждал, когда её дыхание выровняется. Девушка крепко зажмурилась, наконец заставив себя дышать через рот. Хвала небесам, её нежная плоть не порвалась — но было ощущение, что этого едва удалось избежать. Даже при такой небольшой глубине проникновения её внутренности будто растянулись до предела. Мысль о том, чтобы принять его полностью, наполняла её диким страхом — словно она вот-вот лопнет. "Боже, в свой первый раз я не была так напугана…" Может, для этого тела все действительно было впервые. Было ли это психологическим эффектом или просто подавляющим ощущением заполненности — Содам не могла понять. Всё, что она осознавала — это единственная слеза, выкатившаяся из её глаза. В тот момент её единственной мыслью было стереть её, пока Чжуёль не заметил. Но думать — это единственное, что она сейчас могла. Силы покинули её вместе с дыханием, оставив руки беспомощно лежать по бокам. Когда мужчина откинул её волосы с лица, он сразу заметил слезу, повисшую на ресницах. — Почему ты плачешь? Тебе больно? — Нет… просто… это слишком… — Скажешь, когда станет легче. Тогда и продолжу. К удивлению, Чжуёль разобрал её бормотание и прикусил внутреннюю сторону щеки. Он понимал, что ей сейчас тяжелее всего, и что ему нужно сдерживаться. Но чувство, когда его член уже внутри, но двигаться нельзя, было для него некой формой пытки. Слегка нахмурившись, он цокнул языком и начал осыпать её ресницы, веки и переносицу лёгкими поцелуями. Отчасти — чтобы успокоить, но и чтобы хоть немного утолить нарастающее желание. Даже через презерватив контакт кожи с кожей позволял между ними струиться слабому, но опьяняющему потоку направляющей энергии. На миг эспер задумался, сможет ли он когда-нибудь снова довольствоваться лёгкими формами наведения, но наслаждение быстро затопило эту мысль, вытеснив её из головы. В душной, наполненной влажным теплом комнате, и только тихие, жадные звуки поцелуев Чжуёля нарушали тишину, пока он осыпал лицо Содам легкими прикосновениями губ. Лишь когда его губы дотронулись до каждого уголка её лица, проводник слабо кивнула. — Я... Думаю, теперь можно двигаться... — Ха... Я ждал этих слов. — Хнг! Она разрешила ему двигаться, но не ожидала, что он войдёт полностью одним резким толчком. Его член проник внутрь с гораздо большей силой, чем она предполагала, заставив её бёдра судорожно сжаться вокруг его талии. Мужчина, прождавший достаточно долго, в итоге вошёл до конца. С довольной ухмылкой погрузился в неё до самого основания. — Видишь? Я же говорил, что войдёт. — Э-эта штука и правда поместилась целиком?! — Ты уверена, что стоит так говорить при том, кто сейчас держит в тебе «эту штуку»? — Как вообще «это» могло туда поместиться... Может, и казалось, будто она намеренно подчёркивала слово «это», но реакция Содам была искренней на все сто процентов. Она не могла поверить, что это действительно вошло. Шок пересиливал даже боль. Потирая свой плоский живот, она тихо пробормотала себе под нос: — Оно... где-то здесь...? ---------- Процедура поддержки— что это и как проводится? (6) Глава 9: Процедура поддержки — что это и как проводится? (6) — ... Хаа. — П-Подожди! Ммм! Н-нет! Я же… ах! пытаюсь разговаривать! — Это ты начала. Чжуёль, который, казалось, был готов терпеливо ждать, внезапно начал двигать бёдрами, превращая рассудок Содам в хаос. Она совсем потеряла дар речи, и из её губ вырывались лишь прерывистые вздохи и стоны. С каждым толчком раздавался громкий шлепок. Когда он глубоко входил в проводника, ей казалось, будто головка достигает самой шейки матки, хоть и понимала, что такое невозможно. Ощущение того, что ей безраздельно обладают, пробегало дрожью по всему телу. Когда его член, заполнивший её целиком, уперся в самые чувствительные места и задвигался быстрее, её ноги снова напряглись. Пальцы на ногах непроизвольно сжались, а бёдра непроизвольно поддавались в перед. Всё тело девушки, больше не повинуясь ей, беспомощно трепетало, пока её руки не нашли единственное, за что можно было ухватиться — Чжуёля. Она обвила его руками, вцепившись так сильно, словно держалась за жизнь. Даже этого было недостаточно, чтобы вернуть ей почву под ногами, и она впилась пальцами в его одежду, будто была готова разорвать её в клочья. Их лица приблизились к друг другу, и вскоре губы встретились. — Ммм! Ахх! Хммм! Даже кусая его губы и захватывая его язык, её стоны прорывались сквозь них. Содам была уверена, что место, где они соединялись, уже воспалилось от непрерывного трения. Хлюпающий звук, с которым её бёдра встречались с его, рассказал ей всё, что нужно было знать о происходящем внизу. Подавляющее наслаждение продолжало изливаться из неё, заставляя больше жидкости вытекать и смешиваться со смазкой на его презервативе, капая вниз. У неё не оставалось мыслей, чтобы беспокоиться о промокшем белье. Наслаждение так сильно потряхивало её, она не могла его больше сдерживать. Даже Чжуёль, до этого сохранявший подобие контроля, казалось, совсем себя не помнил, когда входил в неё. Оставались лишь мокрые шлепки и тяжёлое дыхание двоих людей. К тому времени, когда проводническая энергия, протекавшая через Содам, полностью перешла в эспера, он входил в неё так глубоко, как только мог, его тело дрожало, а зубы были стиснуты. Он двигался с такой силой, что его бёдра и ягодицы начинали неметь. Когда он наконец остановился, полностью погружённый в неё, девушка судорожно глотнула воздух, пытаясь отдышаться. — Хааа... дерьмо. — ... Что ты только что сказала? — Это чертовски утомительно… Пэк Чжуёль, ты… гребаный ублюдок... — Подожди, ты серьезно собираешься... отключиться сейчас? Мен Содам! Мен Содам! По мере того, как силы покидали ее худое тело, голова Содам запрокинулась, и все ее тело обмякло в мужских руках. Чжуёль, который теперь держал обнаженную женщину без сознания, недоверчиво пробормотала. — Невероятно... серьёзно... * * * — Хаа... Первое, что сделала Содам, с трудом открыв глаза, — огляделась. Она всё ещё надеялась, игнорируя всякую логику, что, возможно... — Ты была без сознания довольно долго. Как она и ожидала, он был здесь. — Я не то чтобы «хотела» отключиться, знаете ли... — Ты помнишь, что сказала перед тем, как потерять сознание? — Ч-Что? Разве... я что-то сказала? Чжуёль вздохнул с раздражением в ответ на ничего не понимающую реакцию Содам. Ещё несколько мгновений назад он надеялся услышать из этих губ что угодно, но сейчас они лишь раздражали его. Когда он был моложе и только начал свою деятельность как эспер, все относились к нему как к сыну или младшему брату, балуя его. С годами, по мере того как он становился сильнее, люди стали слишком запуганными, чтобы разговаривать с ним непринужденно. Так что тот факт, что эта женщина несколько раз его обругала, по-странному освежал. — ... Абсурд. До сегодняшнего дня эспер не испытывал к ней ничего кроме раздражения. И всё же это чувство теперь полностью исчезло, словно он имел дело с совершенно другим человеком. "Не то чтобы это потому, что мы переспали…" Дело не только в его эмоциях. Еще в момент, когда она назвала своё имя, в глубине его сознания возникло странное чувство чего-то знакомого. Это ощущение было неприятным, и Чжуёль принялся изучать её тело, пытаясь во всём разобраться. Её фигура, теперь облаченная в одежду, которую он почистил и надел на неё, выглядела необычайно хрупкой. Вспомнив об отметинах, которые эспер оставил на её коже под этой одеждой, он задумчиво склонил голову. Заметив его взгляд, смущённая Содам отвела глаза и пробормотала что-то, чтобы заполнить тишину. — Я не специально отключалась. Я не то чтобы обычно… падаю в обморок посреди… этого. Это ведь невежливо, понимаете… — Да, насчёт этого. Не стоит перенапрягаться сверх своих сил. Я не хочу слышать о том, что проводник умер из-за меня. — …Боже, даже то, как вы говорите… — То, как я говорю? — … Очаровательно. Правда, просто идеальный совет. Содам нервно рассмеялась, пытаясь сесть. Но что-то было не так, и она смущённо нахмурилась. Пронизывающий холод, который она ощущала до близости, почти полностью исчез. Дрожь, заставлявшая её зубы бесконтрольно стучать, пропала, и теперь три слоя одежды на ней казались удушающими. Хотя её конечности всё ещё слабы и дрожали, она поняла, что дело было уже не в холоде. Её тело было истощёно, но она списала это на только что выполненную поддержку. Почувствовав себя немного легче, она попыталась встать, но лишь рухнула обратно на кровать. В состоянии полного недоумения она спросила: — Ч-Что со мной не так? — Ты перестаралась с наведением. Как проводник может не знать своих пределов? — Ну... может, это просто потому, что великий эспер SSS-ранга Пэк Чжуёль нас-толь-ко могущественный? — ...Не полностью неправда. — Кстати... это нормально — чувствовать себя лучше после того, как немного пробыла без сознания? То есть, раньше даже держать вас за руку было похоже на смерть от переохлаждения. Чжуёль откинулся назад, скрестив руки на груди, размышляя над её вопросом. Проводник, с опущенной головой и длинными распущенными волосами похожими на водопад, с трудом откинула их назад и посмотрела на Чжуёля. Её лицо было изнеможденным. Улучшившийся цвет лица был явным доказательством, что её предыдущие слова были не пустой бравадой. Однако мужчина не ответил сразу, а погрузился в недолгие размышления. Его беспокоило то, что Содам, которая проводила процедуру наведения всего день назад, в том же самом месте, теперь вела себя так, словно не знает азов работы проводника. Потерев нахмуренный лоб, он тихо вздохнул и наконец ответил. — Это ненормально. Поскольку ты не завершила наведение и потеряла сознание, энергия в твоём теле искала выход. — А, правда? Тогда почему мне было так плохо, когда я просто держала вас за руку? Мне нужно больше концентрироваться во время проводничества или что-то в этом роде? — ...Ты спрашиваешь о таких очевидных вещах? Ты что, забыла, как оказывать поддержку, всего за один день? — Н-нет! Всё не так...! Просто... вчера было так, понимаете, изматывающе, и я подумала, что, возможно, есть какой-то особый метод, когда дело касается наведения для эспера SSS-ранга... ха-ха... Даже для нее самой это звучало нелепо, но рефлексы взяли верх, прежде чем она успела всё обдумать. Она уже не могла забрать слова обратно, не сделав ситуацию ещё более подозрительной, поэтому она выдавила неловкую улыбку в надежде сгладить углы. "Есть такая поговорка: "не плюй в улыбающееся лицо"... Хотя, зная Пэк Чжуёля, я не удивлюсь, если он все же плюнет." Её круглые глаза нервно подрагивали, а сухие губы растянулись в напряжённой улыбке. Тревожная тишина висела в воздухе целую минуту. Чжуёль, сохранявший преимущество в их противостоянии, наконец открыл рот. — ...Ты серьёзно спрашиваешь МЕНЯ, как проводить наведение? У эспера? — Ну, я слышала, что по-настоящему исключительные эсперы изучают всякое разное. Я подумала, что Пэк Чжуёль, будучи таким выдающимся, мог бы знать некоторые советы, как сделать проводничество более эффективным. "Разве в романе не говорилось о том, что Чжуёль с юных лет изучал проводников? Или я всё путаю, потому что чуть не умерла? Я думала, что знаю историю вдоль и поперёк, но теперь ни в чём не уверена." С момента вселения в это тело девушка гордилась своим детальным знанием оригинального сюжета. Но теперь, когда всё так перепуталось, даже её понимание исходного персонажа «Мен Содам» казалось сомнительным. Мэн Содам в романе выбрала смерть из чистой мести Чжуёлю, и её гневной предсмертной записке это подтверждалось. Но теперь, когда уже наша Содам встретила главного героя лично, ей показалось, что в этой истории может скрываться что-то еще. Решив, что лучше помолчать, чем продолжать копать себе яму, Содам предпочла бросить на него умоляющий взгляд. С её широкими, блестящими глазами она выглядела в точности как кот из "Шрека". — .... — .... Даже её безмолвная, отчаянная мольба не вызвала никакой реакции у Чжуёля. Его взгляд, задержавшийся на её бледных губах, возможно, и был ответом. Противоречивые эмоции в глазах мужчины заставили Содам задуматься, не раскусил ли он её наигранную улыбку. Она неловко подняла руку, чтобы прикрыть дёргающиеся губы, стараясь выглядеть как можно естественнее. И вот, наконец, он заговорил. —...Да, я знаю, как это делается. Ну и что с того? Ты серьезно хочешь, чтобы я прочитал тебе лекцию о наведении? ---------- Процедура поддержки— Что это и как проводится? (7) — А? А, да… Пожалуй, об этом я и прошу. Конечно, обычно такое не достается бесплатно, но, как вы знаете, у меня не особо много средств… Ха-ха… — Даже если бы я и взял с тебя плату, какая мне польза с мелочи? Но сначала… Как ты себя сейчас чувствуешь? — Я совершенно в порядке! Честно, я, наверное, могла бы отсюда добежать до дома за тридцать минут, без проблем! — Ты говорила, что от твоего дома полтора часа пешком. Думаешь, сможешь пробежать это расстояние? —…Ладно, я слегка приукрасила. Не ожидала, что вы знаете мой адрес, господин Пэк Чжуёль… Содам, смущенно признав свою ложь, украдкой взглянула на Чжуёля, чье выражение лица вновь стало как прежде, непроницаемым. Он проигнорировал ее неловкость, явно погруженный в раздумья о том, с чего начать объяснения. Его губы несколько раз дрогнули, прежде чем он наконец задал прямой вопрос. — Проводник Мен СО-ДА… Ты знаешь, какие способности обретает человек когда становится проводником? — Не „Сода“, а „Содам“. И, эм… разве это не очищение? Проводник поглощает энергию эспера, пораженную скверной, очищает ее внутри своего тела и затем возвращает обратно. — По крайней мере, основы ты еще помнишь. Я уж переживал, что придется начинать с нуля. — ... "Если бы он не был главным героем, я бы уже давно ему врезала…" Содам крепко сжала кулаки за спиной. Будь она хоть на каплю способнее, а Чжуёль хоть на каплю менее могущественным, этот удар уже бы давно прилетел по назначению. Но, конечно, это фантазия, которой не суждено сбыться. Поэтому она заставила себя улыбнуться, разрешив внутренний конфликт ухмылкой. Тем временем её настоящие мысли кричали совершенно о другом. "Клянусь, после сегодняшнего дня я даже близко не подойду к Пэк Чжуёлю. Что это за отношение к человеку, с которым ты пару минут назад занимался любовью? Ха! Лучше уж я буду всю жизнь влачить жалкое существование на нищенскую зарплату и тонуть в долгах!" Каким бы почитаемым SSS-ранга эспер не был, и как бы люди не восхваляли сей талант тысячелетия, читать мысли Чжёуль не мог. Так Содам могла молча выплескивать негодование, пока мужчина спокойно продолжал свою лекцию. — Так или иначе… причина, по которой ты потеряла сознание до того, как мы, эм, вступили в интимную связь, в том, что ты пропустила один из трех шагов наведения. Не нужно уточнять, какой именно, так ведь? — Этап очищения, когда я избавляюсь от грязной энергии… — Именно. Поскольку эта часть была не выполнена, энергия осталась запертой в твоем теле, вместо того чтобы вернуться ко мне. И после двух последовательных дней оказания поддержки твое тело не выдержало перегрузки. Моя ледяная сила только усугубила эффект. — О! Так если я верну поглощенную энергию, мое тело придет в норму? — Без шансов. — ... Прямой и холодный ответ эспера заставил Содам почувствовать себя крайне нелепо, и она прикусила губу, чтобы не сказать ничего лишнего. "Что он так смотрит, как на идиотку? Ну спросила и спросила. Он точно умеет создать неловкую атмосферу". Однако Чжуёль никак не отреагировал на её молчание и без паузы продолжил говорить. — Причина твоего состояния не в том, что ты удерживаешь мою энергию. А в том, что остатки скверны всё ещё в твоём теле. — И как мне от этого избавиться? Просто, типа, вывести её как-нибудь? — ... — Ладно, ладно! Молчу. Только перестаньте так смотреть. До того как они начали сеанс наведения, Чжуёль только и твердил о том, как дорого его время, и косо смотрел на нее из-за опоздания. Она думала, что просто немного оживляет беседу, чтобы не было слишком скучно, но, видимо, её комментарии пришлись ему не по вкусу. Теперь вместо язвительных ответов он просто холодно на нее таращился. Этого было достаточно, чтобы вывести проводника из равновесия. Эта смесь из двадцати процентов шутки и восьмидесяти процентов искреннего раздражения, наконец, смягчила холод в его голубых, как топаз, глазах. — Первый раз слышу, что проводнику требуется отдельно выводить скверну из своего тела. Услышь тебя еще кто, и в академических кругах начнется такой переполох. — ... — Так или иначе, процесс очищения прост. Просто представь, что энергия, которую ты принимаешь, становится чистой, и ты освоишь это. По крайней мере, мне так говорили. Так кая я эспер, я не знаю этого на личном опыте. Тебе придётся самой прочувствовать это «ощущение». — ... — И, будучи проводником F-ранга, ты скорее всего достигнешь своего предела, просто держа меня за руку пять минут. Вчера ты продержалась именно столько. Если проводить процедуру наведения через прямой контакт, как мы делали ранее, ты можешь продержаться дольше, но учитывая, что ты потеряла сознание, это не особо помогает. На этом объяснение закончено. Вопросы? "Серьёзно? Сначала говорит заткнуться, а через минуту спрашивает про вопросы? Ну и нахал…" Сама того не осознавая, Содам надула губу, внутренне ворча. Она думала, что можно просто сделать вид, что вопросов больше нет, и тихо закончить разговор. Однако она на секунду забыла о перфекционизме Чжуёля — черте, неоднократно подчеркивавшейся в романе. — Если у тебя больше нет вопросов, нам стоит немного потренироваться. Если это будет короткая процедура, то ты выдержишь. У нас осталось около 10 минут, так что времени достаточно. — … У-у меня есть вопрос! Вопрос! Губы эспера едва заметно дрогнули в улыбке, когда он увидел, как быстро среагировала Содам, словно женщина, которая пять минут назад едва ли могла сидеть, стала другим человеком. Но девушка, занятая тем, что лихорадочно искала в голове уместный вопрос, не уловила изменения в его выражении лица. Схватившись за голову в притворном отчаянии, она вдруг воспрянула и с непривычной для Чжуёля живостью выпалила свой вопрос. — Я слышала, вы завтра идете на задание по уничтожению монстра! Что это за монстр? Наверное, что-то очень сильное, раз на него собирают всех эсперов и проводников из Ассоциации, да? — …И какое это имеет отношение к тому, что я только что объяснил? — Ну… э-э-э… Мне просто интересно, насколько хорошо эспер, которому я оказывала поддержку, сможет использовать свою энергию? — А теперь положи руку на сердце и скажи, что ты и сама считаешь этот вопрос хоть немного уместным. Содам, не отводя глаз от лица Чжуёля, искажённого раздражением, смело приложила руку к груди и ответила без тени сомнения. — А то! Моё колотящееся сердце не обманывает. Чем больше я знаю, тем больше у меня будет мотивации стараться лучше в проводничестве. — ... С того момента, как девушка задала свой нелепый вопрос, казалось, она обзавелась непробиваемым щитом бесстыдства. Не меняя выражения лица, она сыпала одной неправдоподобной отмазкой за другой, за что и удостоилась короткого, усталого взгляда Чжуёля. Он подпер рукой подбородок и бросил небрежно: — Я и сам ещё не в курсе всех деталей. Уровень угрозы в той зоне аномально высокий, судя по последним рапортам, так что мы едем на разведку. — О, вот как. То есть вы точно не знаете, что там происходит, но на всякий случай отправляете туда самое мощное "оружие" на разведку. — Если бы произошло что-то серьёзное, я бы не стал тратить здесь столько времени на тебя. — Ну… это да, справедливо. — Любое место с монстрами опасно, но побережье особенно непредсказуемо. Даже если доступ ограничен, никогда не знаешь, когда какая-нибудь тварь со дна морского заплывёт в населённый район. — Логично. Даже если монстр огромен, он может нырнуть в глубину, и мы не узнаем, что он движется… Погодите, вы направляетесь на побережье? — А с чего бы я ещё заговорил о побережье? — Твою мать… Из-за внезапного возгласа Содам брови Чжуёля вновь поползли к переносице, но на этот раз ей было не до того, чтобы это заметить. "Как я могла забыть! Это же тот самый инцидент, где Пэк Чжуёль почти полностью теряет контроль!" Ее как водой облили. Конечно, у главного героя романа впереди было ещё много миссий по уничтожению монстров. Но была всего ОДНА , что происходила на побережье летом — охота на Левиафана, событие, которое и закрепило в Чжуёле глубокую ненависть к проводникам F-ранга. "Технически, это была не совсем его вина. Всё испортила та идиотка, проводник Мен-со, верно? Помимо боя с опасным монстром, журналисты окружили район, создавая ещё больше давления на него. Но я вела себя иначе, и я всё ещё жива, значит, меня это не касается?" Напряжение спало с лица девушки. "Именно. Что бы ни случилось, это не мои проблемы. Роман останется романом, но я выжила, и это самое главное". Успокоив себя такими оправданиями, проводник почувствовала облегчение, будто за раз выпила весь пузырек валерьянки. С блаженной, почти буддистской улыбкой на лице она повернула голову и увидела нечто, что в корне поколебало её недолгое умиротворение. "...Что за..? Это что, рай? И это ангел?" Если бы Чжуёль не схватил её за руку в тот момент, когда она уже занесла ладонь, чтобы дать себе пощёчину, её щека точно бы распухла, и появился бы синяк. Но, честно говоря, Содам была не в силах сдержаться. То, как на неё смотрел Чжуёль — его расслабленная поза, его мягко лежащая рука и выражение лица, смягчённое тем, что казалось искренней заботой, — было почти невыносимым. Конечно, это, вероятно, была всего лишь обычная человеческая реакция на кого-то, кто внезапно впал в ступор, но всё же... "С таким лицом любой бы принял это за нечто большее. Чжуёль, ты действительно не понимаешь, насколько опасен?" Вернуть Содам на землю из её вихря мыслей смог только голос эспера, прозвучавший слегка раздраженно. — Мэн Содам, что с тобой не так? Обсуждение монстров свело тебя с ума? Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. ----------