— Аянокоджи-кун, ты в порядке?

Оно явилось, снова. Инстинкты завопили о приближающейся опасности.

Я притворялся спящим, когда появилось оно – воплощение дьявола, заставив меня, дремлющего, вернуться к реальности.

И буквально сразу у меня в голове заиграла одиннадцатая симфония Шостаковича. Музыка безупречно описывала мое нынешнее положение – то самое чувство безысходности, когда людей преследует дьявол или стремительно приближающийся Конец Света.

Я мог почувствовать это, не открывая глаз – тревожное присутствие дьявола, ожидающего, когда его раб соизволит проснуться.

Существуют ли способы избежать этой ситуации?

Я использовал все вычислительные способности собственного мозга, чтобы найти ответ как можно быстрее, и в итоге решил притвориться, что ничего не слышу. Назвал это стратегией «притвориться спящим». Надеюсь, она поможет мне выбраться из сложившейся ситуации.

Если бы следующую фразу произнесла добрая девушка, она бы продолжила примерно так: «Что ж, ничего не поделать. Прошу прощения за беспокойство!».

Или может даже: «Я поцелую тебя, если проснешься, ладно? Чмок…» Такое тоже сойдет.

— Если не проснешься через три секунды, будешь наказан.

— В каком, блин, смысле «наказан»?

Менее чем через мгновение стратегия «притвориться спящим» провалилась, и я поддался на ее провокацию.

Тем не менее попытки сопротивляться я все еще не прекращал, потому не поднимал головы.

— Кажется, ты не спишь, как я и думала.

— Я уже знаю, какой страшной ты бываешь в гневе.

— Хорошо, так у тебя есть время?

— Что будет, если скажу, что у меня нет времени?

— Ну… заставить тебя силой я не могу, но этим ответом ты сильно меня разозлишь, — после она продолжила, — А если я разозлюсь, то это станет большим препятствием на твоем пути к тихой и размеренной школьной жизни. Хм, для примера: бесконечно появляющиеся кнопки на твоем стуле, выливающаяся на голову при каждом посещении туалета вода, а иногда уколы иглой циркуля. Что-то вроде того.

— Это же банальные издевательства! А уж последнее звучит подозрительно знакомо, будто нечто подобное уже имело место быть! — я с большой неохотой поднялся и ровно уселся за партой.

Девушка с длинными черными волосами и красивыми выразительными глазами смотрела на меня сверху вниз. Ее зовут Хорикита Сузуне. Старшая школа, класс 1-D – моя одноклассница.

— Не пугайся так, я же просто пошутила. Не собираюсь я обливать тебя водой в туалете.

— Кнопки и циркуль тут имеют куда более важное значение! Нет, ты вот сюда посмотри, посмотри! — я закатал рукав на правой руке и показал ей плечо, — Место укола до сих пор видно! Готова ответить, если шрам останется на всю жизнь?

— Где доказательства?

— Чего?

— Утверждаешь, что я виновата, не имея при этом никаких доказательств?

Конечно, у меня их нет. Хорикита единственная сидела достаточно близко, чтобы иметь возможность уколоть меня, и я даже видел циркуль у нее в руках, но прямых улик у меня все равно нет…

Кроме того, было кое-что важное, что стоило уточнить.

— Я точно должен помогать? Я подумал еще, но все же…

— Послушай, Аянокоджи-кун, раскаиваться в мучениях или в отчаянии – что тебе больше нравится? Ты отобрал у меня часть обязанностей и теперь должен нести ответственность. Я ведь права?

Хорикита предложила два чрезмерно нелепых варианта. По всей видимости, компромиссы не в ее стиле. Заключать договор с дьяволом было большой ошибкой. В итоге я решил сдаться и подчиниться.

— Так… что я должен делать? — спросил я, дрожа от страха.

Меня не удивит ее просьба. Не знаю, почему так вышло в итоге, но зато хорошо помню, как это все начиналось.

Впервые я встретил эту девушку два месяца назад. И то был день вступительной церемонии…

Часть 1

Апрель. День вступительной церемонии. Я направлялся в школу на автобусе, неприятно вздрагивающем на любой дорожной неровности. И пока любовался сменой пейзажа за стеклом, число пассажиров продолжало увеличиваться.

Большинство из них носили школьные формы. Еще был одинокий не особо успешный офисный работник. Может, он извращенец, пытающийся как бы невзначай к кому-нибудь прижаться в забитом автобусе?

А прямо передо мной стояла пожилая женщина, покачивающаяся на неустойчивых ногах, словно вот-вот упадет. Скорее всего, бедной старушке придется стоять так до самой остановки.

И все же, зря я поехал автобусом. Получилось занять хорошее место, но холодный ветер дул прямо мне в лицо, а еще автобус вконец переполнился.

Вид чистого ясного неба действует расслабляюще. Кажется, что я могу тут же заснуть. Вот только мое спокойствие и умиротворение внезапно разрушили…

— Не думаешь, что должен уступить свое место?

Я резко распахнул полусонные глаза.

«Что? Кто-то меня отчитывает?» — подумал было уже я, но, похоже, обращались к человеку, сидящему передо мной.

Молодой, хорошо сложенный блондин сидел на зарезервированном месте*. Судя по форме, это явно был ученик старшей школы. Пожилая женщина стояла как раз перед ним, а вот отчитывала его какая-то офисная работница.

— Эй, ты, разве не видишь, как ей тяжело стоять?

Похоже, девушка хотела, чтобы он уступил место пожилой женщине. Ее голос звучал довольно громко в притихшем автобусе, чем и привлек внимание остальных пассажиров.

— Какой странный вопрос вы задаёте, леди? — Парень мог сказать это со злостью, по-хамски оскорбить или заявить прямолинейно, но он просто улыбнулся и скрестил ноги, — Зачем мне уступать кому-либо свое место? Думаю, мне совершенно незачем вставать.

— Разве не естественно уступать зарезервированное место пожилому человеку?

— Не понимаю, зарезервированные места – это всего лишь зарезервированные места и нет никаких законов, обязывающих меня уступать. Вставать или не вставать, решаю я как сидящий на этом месте прямо сейчас. Вы бы уступили мне место, потому что я молодой мужчина? Ха-ха-ха, признайтесь, это же просто глупо.

Он говорил тоном, какого не ожидаешь от ученика старшей школы. Его волосы были осветлены, да и выглядел он совсем не как старшеклассник.

— Я молодой здоровый мужчина. Конечно, необходимость постоять не создаст мне большого дискомфорта. Но очевидно, что стоя на ногах, я потрачу больше энергии, чем если буду ехать сидя. Не хочу заниматься такой ерундой. Или, может, вы предлагаете мне быть более активным и энергичным?

— Что? С чего это ты решил, что лучше других?

— Лучше? Это очевидно, ведь и вы, и бабушка прожили дольше меня. Тут сомнений нет. К тому же «лучше» означает «превосходить», а это относится и к возрасту. Пусть вы и старше, но разве это не грубость и наглость?

— Чего? Ты же только в старшей школе учишься?! Слушай, блин, что старшие тебе говорят!

— Да ладно, ладно.

Женщина только больше распалялась. Бедная старушка не хотела усложнять ситуацию, пытаясь успокоить ее жестами, но та продолжала придираться к ученику и, судя по виду, вот-вот была готова сорваться.

— Похоже, у бабушки слух острее вашего. Что ж, японское общество еще не совсем прогнило. Желаю вам наслаждаться остатком жизни, как вашей душе угодно, — с очередной бессмысленной улыбкой он надел наушники и включил громкую музыку. Женщина буквально заскрипела зубами от бешенства.

{Тут должна быть иллюстрация}

Его эгоцентричный настрой выбесил ее настолько, что она попыталась наорать на него. Сам я не стал вмешиваться, потому что не чувствую ни какого сострадание, но я не жалею слушать их до конца поездки, поэтому готов пожертвовать своим местом.

— Простите… — женщина пыталась сдержать слезы, извиняясь перед старушкой.

Неприятный инцидент в автобусе. Кажется все закончилось. Я был рад, что не пришлось принимать участие в происходящем. Битва завершилась победой парня, проявившего во всей красе свое гигантское эго. По крайней мере, все решили, что схватка завершилась.

— Эм… я думаю, что женщина права.

Неожиданно из ниоткуда его противнику протянули руку помощи. Обладательница голоса стояла рядом с женщиной и храбро высказала парню свое мнение. На ней была такая же школьная форма, как и на мне. Черт, думаю из-за неё, этой ситуации придется познать другой конец.

— Теперь еще и милашка. Мне сегодня везет с женщинами.

— Ты поступаешь ужасно. Не мог бы уступить место? Возможно, для тебя это выглядит как лишняя морока, однако таким образом ты можешь внести свой вклад в развитие культуры нашего общества.

Парень щёлкнул пальцами.

— Вклад в общество? Интересная точка зрения. Уступать место старшим – как способ сделать вклад в общество. Но, к сожалению, я в этом не заинтересован. Мне важно только собственное удобство. И еще, в этом забитом до отказа автобусе ты обращаешься именно ко мне, сидящему на зарезервированном месте, с просьбой уступить. Не могла бы ты попросить об этом кого-нибудь из молча наблюдающих и оставить меня в покое? Если для кого-то важно заботиться о старших, он сам уступит, и плевать на каком месте сидит.

Слова девушки не достигли парня, и его наглость никуда не делась. А офисная работница и пожилая женщина молча стояли и печально улыбались.

Но вот ученицу это ничуть не сломило.

— Прошу прощения, выслушайте меня, пожалуйста! Кто-нибудь еще может уступить женщине место? Прошу, кто-нибудь!

Откуда в этих нескольких словах было столько сострадания, храбрости и решительности? Редко встретишь такую искренность. Ее воспринимали как раздражитель, тем не менее, она всерьез, без всякого страха обратилась к пассажирам.

Я не сидел на зарезервированном месте, но старушка стояла прямо рядом со мной. Подняв руку и сказав «прошу», я разрешил бы ситуацию и старшие тоже наверняка успокоились бы. Мне остаётся лишь надеяться на то, что кто-нибудь решится уступить свое место, иначе мне придется этим заниматься.

К сожалению в автобусе так никто и не пошевелился. Никто не считал себя должным подниматься. Слова и поведение парня зацепили пассажиров, они убедили себя, что он прав.

Конечно, старшие поколения в свое время внесли значимый вклад в развитие Японии. Но теперь мы – молодежь, представляем важный ресурс, которому в будущем придется поддерживать страну. Наша ценность возрастает и с учетом того, что японское население в целом постепенно стареет.

Итак, если сравнить себя со старшими, очевидно, что сейчас наша ценность для общества выше. Справедливый аргумент, не так ли?

Меня заинтересовало, что же сделают остальные. Я огляделся и увидел, что все сделали вид, будто ничего не замечают, или сидели в нерешительности.

Но… девушка моего возраста, расположившаяся по соседству, была другой. Во всем этом замешательстве ее лицо ничего не выражало. Я уставился на нее с удивлением, и наши взгляды на мгновение пересеклись. Казалось, мы думали об одном и том же, оба не собирались уступать бабушке места. Забавно...

— Ох, прошу! — поднялась вдруг одна женщина. Она сдалась, не сумев побороть чувство вины.

— Спасибо! — девушка, до сих пор призывавшая всех уступить место, с улыбкой кивнула, пробилась сквозь толпу и провела пожилую женщину к месту. Та бесконечно ее благодарила и села на освободившееся кресло. Насмотревшись на них, я скрестил руки и закрыл глаза.

Наконец-то это все закончилось и мне не пришлось терять свое место.

Вскоре автобус прибыл к месту назначения и остановился перед школой. Передо мной возвышалась арка ворот, сложенная из натурального камня. Все парни и девушки в форме выходили из автобуса и проходили через эту арку.

Старшая школа Кодо Икусей. Школа, созданная японским правительством, чтобы воспитать юное поколение, которое потом станет работать на будущее страны. Здесь я отныне и буду учиться.

Остановка, глубокий вдох. Что ж, вперед!

— Погоди-ка!

Я пытался сделать свой первый решительный шаг, но замер, когда кто-то окликнул меня. Это оказалась та самая девушка, сидевшая рядом в автобусе и, также как и я, не желавшая уступать места.

— Ты странно посмотрел на меня. В чем же дело? — с выражением решительности на лице спросила она.

— А? Эм... Прости, меня просто позабавил тот факт, что ты сохраняла свое каменное лицо, когда та девушка просила уступить свое место бабушке.

— Хм... Но ты ведь тоже, ни проявлял не какой надежды на то, что собираешься уступать бабушке.

— Да, я точно так же не собирался уступать. Предпочитаю избегать неприятностей, не хочу привлекать внимания.

— Избегать неприятностей? Не смей сравнивать меня с собой! Я не уступила место, потому что не вижу в этом смысла.

— Разве это не хуже, чем просто избегать неприятностей?

— Просто следую собственным принципам. Я не такая, как ты, любитель сбегать от проблем. И судя по всему, наш разговор – бессмысленная трата времени.

— Полностью согласен.

Я был рад поделиться мнением, но спорить настроения не нашлось. Мы оба вздохнули и двинулись следом за остальными.

Часть 2

Мне не нравится вступительные церемонии и думаю, что многие первогодки согласятся со мной. Приходится стоять на ногах, пока директор и учащиеся раздражающе долго рассыпаются в любезностях. В общем, чересчур много шума из ничего.

Но сейчас не об этом. Вступительная церемония в младшей, средней и старшей школах ознаменует начало самого важного периода жизни новичка. В течение первых нескольких дней ученики должны завести друзей, чтобы затем вместе с ними в полной мере насладиться школьной юностью. А уж если кто-то потерпел неудачу на этом поприще, то увы, его ожидают целых три года печального существования.

Исходя из практикуемого мной принципа избегания лишних неприятностей, я считаю, что лучше всего завести несколько друзей и постараться установить с ними приличные человеческие отношения.

Оглядывая классное помещение, я неспешно прошел к месту, за которым была закреплена табличка с моим именем. Располагалось оно у самой дальней стены, рядом с окном. В общем-то, неплохое место.

Класс был заполнен только наполовину. Ученики либо смиренно просматривали школьные материалы, либо неустанно болтали в попытке познакомиться друг с другом и подружиться.

А мне то, что теперь делать? Стоит ли мне познакомиться с остальными, пока еще есть время? Круглолицый парень, сидящий через несколько парт впереди меня, выглядел одиноким. Так говорило мое эгоистичное воображение. Вокруг него витала аура, будто бы кричащая: «Кто-нибудь, заговорите и подружитесь со мной!» Снова мое эгоистичное воображение… Однако… если внезапно подойти к человеку и начать разговор, он, скорее всего, почувствует себя неуютно.

В таком случае не следует ли сначала дождаться подходящего момента? Хотя нет, к тому времени его наверняка успеют окружить враги, и с наибольшей вероятностью друга завести у меня не выйдет.

Итак, мы вернулись к тому, что я первым должен завести разговор…

Погоди-погоди, не спеши-ка с выводами! Ведь может получиться так, что я выскочу как черт из табакерки, заговорю с незнакомым студентом, и тут меня кто-нибудь перебьет. Бесполезно, самый настоящий замкнутый круг!

В конечном итоге мне так и не удалось ни с кем заговорить, а если так дальше пойдет, я вообще рискую остаться в полном одиночестве.

«Он все еще один?»

Послышался смех? Нет, наверное, мне просто показалось.

Интересно, что означает само слово «дружить»? Откуда, черт побери, эти друзья появляются? Может, люди становятся друзьями за совместным обедом? Или после похода в онсэн? Чем больше я об этом думаю, тем меньше понимаю. Это что-то сложное? Необходимо еще подумать.

Попытка завести друзей напрягает и сильно утомляет. Для начала должен ли я пытаться с кем-нибудь подружиться? Более того, разве дружба не формируется сама собой с течением времени?

Мои мысли полностью смешались, словно толпа на безумном Летнем фестивале. Пока я соображал и смущался, класс быстро заполнился учениками. Ох, ладно. Остается только попробовать.

После продолжительной внутренней борьбы я начал подниматься со своего места. Однако… тут же увидел, как круглолицый парень в очках разговаривает с другим одноклассником. С горькой усмешкой я осознал, что шансы найти друзей устремились к нулю. Везет же тебе, очкарик-кун… завел своего первого друга…

— Эй, я тебя помню!

Ошеломленный, я застыл на месте. С губ невольно сорвался вздох. Перспективы на приятную школьную жизнь разом помрачнели. В тот же момент скрипнул стул по соседству.

— Какие удручающие вздохи, а ведь семестр еще даже не начался. Я бы тоже не прочь повздыхать из-за того, что приходится снова тебя видеть.

Рядом с соседней партой стояла девушка, с которой я спорил, выйдя из автобуса. Так значит мы в одном классе. Впрочем, ничего удивительного, так как классов всего четыре в параллели. Вероятность попадания в один и тот же не была нулевой.

― Я Аянокоджи Киётака. Приятно познакомиться!

― Неожиданно представился?

― Даже если для тебя это неожиданно, мы разговариваем уже не первый раз. исходя из этого, ты не думаешь что нужно знать имена друг друга?

У меня все равно нет возможности представиться кому-то еще, кроме этой нахалки. В качестве знакомства с классом стоило хотя бы узнать имя соседки по парте.

― Я так не думаю, меня и так все вполне устраивает.

Одарив меня полным безразличия взглядом, она положила сумку на парту. Кажется, и вправду не собирается говорить, как ее зовут. Девушка не проявляла ни капли интереса даже к остальным в классе и с элегантностью модели уселась на свое место.

― Твоя подруга попала в другой класс? Или ты одна сюда поступала?

― А ты любопытный. Но я не лучший собеседник.

― Тебе всё равно придется меня слушать.

Я уже было решил, что разговор на этом закончился, но она вдруг передумала, вздохнула и посмотрела на меня.

― Хорикита Сузуне.

Не ожидал получить ответ, но она… точнее Хорикита, решила представиться. Я вгляделся ей в лицо. Ого! Да она настоящая милашка, в смысле – красавица. Пускай мы одногодки, эта девушка могла бы зайти за ученицу второго или даже третьего года. Выглядела совсем как взрослая женщина.

― Позволь начать с краткого рассказа о себе. У меня нет каких-либо увлечений, но мне все интересно. Друзей не так много, но думаю, было бы неплохо их завести. Вот такой вот я человек.

― Похоже на ответ того, кто старательно бегает от проблем. Сомневаюсь, что мне когда-нибудь может понравится такой человек.

— Ты в один миг перечеркнула все мое существование…

— Надеюсь, это худшее, что могло со мной произойти.

— Не хотелось бы тебя огорчать, но видно придется, — я указал на дверь класса. Там стоял…

― А тут все неплохо устроено! Класс точно такой, как и рассказывали! ― это был тот самый парень, споривший с девушкой в автобусе.

― Ну да… не повезло, так не повезло. Похоже, не одни мы проблемные в классе D.

Не обратив на нас внимания, он устроился на место с табличкой «Коенджи». Интересно, знает ли он, что такое дружба? Попробую понаблюдать за ним.

Коенджи, положив ноги на парту, достал маникюрные ножницы и занялся своими ногтями. Он вел себя так, словно находился один в классе, и полностью игнорировал окружающих. Его слова в автобусе, судя по всему, были искренними.

Меньше чем за десять секунд больше половины класса отодвинулась от Коенджи. Даже тут его эгоцентризм выделялся.

Взглянув на соседнюю парту, я заметил, что Хорикита читает книгу. Черт, я же забыл ей ответить, а ведь непрерывно поддерживать разговор – самое главное в ведении диалога. Еще одна возможность подружиться с Хорикитой была мной упущена.

Взглянув на обложку, я увидел, что она читает «Преступление и наказание». Сюжет о том, можно ли оправдыв поать убийство теми или иными причинами. Забавно, что увлечения Хорикиты из этой области. Пускай мы и представились друг другу, вряд ли будем часто разговаривать.

Через несколько минут прозвенел звонок. Практически в то же мгновение в класс вошла женщина в строгом деловом костюме. На первый взгляд она казалась учителем, ратующим за дисциплину и строгость. Выглядела лет на тридцать. Длинные черные волосы затянуты в высокий хвост.

— Кхм, доброе утро, новички! Меня зовут Чабашира Сае. Преподаю историю Японии. Также я куратор класса D на последующие три года обучения, потому рассчитываю в процессе лучше узнать каждого из вас. Желаю удачи! Что же касается вступительной церемонии, то она начнется через час в спортивном зале. А сейчас я раздам список школьных правил и сборник инструкций для поступивших.

Ученики начали проворно передавать материалы друг другу, начиная с первых парт и дальше. Учитель продолжила объяснения:

— В этой школе существуют особые правила, не такие, как во всех остальных старших школах. Все учащиеся будут проживать в общежитии, однако при этом вам запрещено связываться с кем-либо за пределами школы. Даже контакты с семьей только с разрешения школьного руководства. Покидать территорию школы, очевидно, тоже нельзя.

— Однако чтобы вы не страдали от ограничений, у нас тут собрано много развлечений. Есть караоке, кинозалы, кафе и даже модные бутики. Можно сказать, вся школа с прилегающими к ней постройками и площадками – это небольшой город. Его территория занимает площадь более шестисот тысяч квадратных метров центральной части города.

— Имеется еще одна особенность – и это S-система, — добавила она тут же, — Сейчас я раздам вам удостоверения учащихся. Этими картами вы можете оплачивать любые покупки и развлечения на территории кампуса. Работают как обычные банковские карты. Не забывайте следить, сколько вы тратите. Все, что есть на территории школы, можно купить за баллы на карточке.

Со слов учителя Чабаширы, студенты-первогодки начинают с одинаковой стартовой суммы. При этом каждому придется тщательно следить за своими потребительскими привычками.

Схема действия выданных им карт точно такая же, как у проездных: удостоверения учеников необходимо прикладывать к терминалам оплаты. Терминалы очень просты в использовании, так что проблем возникнуть не должно. Баллы автоматически начисляются в первый день каждого нового месяца.

— Каждому из учеников перевели по сто тысяч баллов. Один балл равен одной йене. Думаю, больше ничего объяснять не надо.

В классе поднялся шум. Получается, просто за поступление сюда мы получили по сто тысяч йен стипендии. Как и ожидалось от школы, финансируемой правительством Японии.

сто тысяч йен – чересчур большая сумма для карманных денег.

— Похоже, вас удивило количество выданных баллов? Эта школа судит студентов по их способностям. Каждый, кто прошел вступительный экзамен, показал определенную ценность. Деньги – отражение ваших навыков. Используйте их, ни в чем себе не отказывая. После выпуска остаток на вашем счету будет обнулен. Так как баллы нельзя обменять на деньги, копить их нет смысла. Ваше дело, на что их тратить. Тратьте на то, что хочется или нужно. Еще их можно перевести кому-то другому, однако запугивать учеников и отбирать у них баллы запрещено. На этот счет школьные правила очень строгие, — Чабашира-сенсей обвела класс внимательным взглядом, — Вопросов ни у кого нет? В таком случае постарайтесь быть прилежными учениками.

Большинство моих одноклассников не могли скрыть удивления по поводу размера стипендии.

— Как щедро, я думал, тут все будет строже.

Я заговорил сам с собой, но Хорикита оглянулась на меня, словно эти слова были адресованы ей.

— Похоже, здесь не напрягаются на этот счет.

И хотя нас заставили жить в общежитиях, запретили покидать территорию и контактировать с кем-либо за пределами школы, зато перечислили довольно большую сумму, которую мы могли потратить на что угодно. Будто попали в рай с особым отношением.

Главное преимущество старшей школы Кодо Икусей – стопроцентное трудоустройство выпускников. Под надежным руководством правительства, используя все доступные ресурсы, школа обеспечивает страну кадрами, способными повести ее в лучшее будущее.

И действительно, многие из выпускников этого широко разрекламированного учебного заведения стали известными людьми. Обычно не важно, насколько знаменита и хороша школа, если она узкоспециализированная. Бывают специальные школы для спортсменов или музыкантов. Или для любителей всего, связанного с электроникой и программированием. Но школа Кодо Икусей исполняет пожелания каждого, вне зависимости от того, что человеку интересно. У нее своя система ценностей.

Поэтому я думал, что атмосфера в классе будет более напряженной и конкурентной, но большинство одноклассников казались самыми обычными ребятами, какие могут учиться где угодно. Конечно, мы все сдали вступительный экзамен, но сумеем ли спокойно и без происшествий выпуститься? Даже не знаю.

— Такая привилегированность немного пугает, — услышав это заявление из уст Хорикиты, я не мог не согласиться.

Думаю, лучше не строить иллюзий касательно этой школы. Раз уж они могут исполнить любое желание, должны быть и соответствующие риски.

— Эй-эй! Не хотите заглянуть в местные магазины? Бежим за покупками!

— Ага, с такой суммой денег мы можем купить все, что душе угодно. Как же все-таки здорово, что нам удалось попасть сюда…

Когда учитель ушел, в классе воцарилось всеобщее радостное возбуждение.

— Ребята, можно вас всех на минутку? – парень с аурой взрослого мужчины поднял руку и заговорил. Его волосы были натурального для японца цвета. Тихоней он не выглядел, хотя на хулигана тоже не был похож, — С сегодняшнего дня нам вместе с вами придется провести целых три года в одном классе. Так что было бы неплохо представиться друг другу и подружиться. У нас еще есть время до начала церемонии, ну так как?

Ох… он сказал нечто потрясающее. Большинство учеников не знали, что ответить.

— Согласен! Мы даже имен друг друга не знаем, не говоря уже об остальном.

Стоило одному поддержать озвученную идею, остальные тоже стали по очереди соглашаться.

— Меня зовут Хирата Йоске. В средней школе все звали меня просто Йоске, так что вы тоже можете. Мне нравятся все виды спорта, но больше всего футбол, потому мне хотелось бы играть в футбол и в старшей школе. Очень приятно! — парень, предложивший всем представиться, легко и безукоризненно рассказал о себе.

А он явно силен духом, даже об интересах не забыл. После такого вдохновенного рассказа о футболе его популярность возросла в два – нет, в четыре раза. Смотрите, все девушки крутятся вокруг Хираты с сердечками в глазах.

Таким образом, Хирата стал центральной фигурой в классе и будет привлекать всеобщее внимание до самого выпуска. Потом он начнет встречаться с самой красивой девушкой в классе… Наверняка так и случится.

— Ну, если никто не против… можете начать представляться по очереди? — с завидной тактичностью предложил Хирата.

И хотя первая девушка перепугалась и сильно нервничала, она решилась и быстро вскочила с места. Видимо, ее на это вдохновили слова Хираты.

— Меня зовут Иногашира К… ко… — она пыталась представиться, но слова застряли в горле.

Не могу сказать, от волнения это или из-за того, что ей не удавалось собраться с мыслями, но говорить членораздельно девушка явно не могла. Остановившись, она побледнела от стыда. Редко увидишь кого-то настолько сильно нервничающего.

«Давай, постарайся!» или « Можешь не торопиться!» — выкрикивали одноклассники. Но слова возымели, скорее, обратный эффект, и застрявшая в горле фраза оборвалась окончательно. Тишина тянулась пять секунд, потом десять. Повисшая в воздухе напряженность стала практически осязаемой.

Одноклассники захихикали, а Иногаширу парализовал страх. Но вдруг одна из девушек произнесла:

— Не торопись, все хорошо.

И хотя ее слова были похожи на «Давай, постарайся!» и «Можешь не торопиться!», заложенный в них смысл резко отличался. Наверное, громкие выкрики парней давили на выступавшую, когда как голос девушки, предложившей не торопиться, подействовал успокаивающе.

Собравшись с силами, она сделала глубокий вдох и выдох. И совсем скоро…

— Меня зовут Иногашира… Кокоро. Мне нравится шить, а еще я неплохо умею вязать. П-приятно познакомиться! — выпалила она все буквально на одном дыхании.

С выражением облегчения и смущения на лице, Иногашира уселась на место. Не без помощи, но приветствие девушки прошло спокойно. За ней подтянулись остальные.

— Я Ямаучи Харуки. В младшей школе играл в настольный теннис и выступал на национальном уровне. В средней считался лучшим игроком баскетбольного клуба – у меня был четвертый номер. Но из-за травмы во время кубка старших школ сейчас остаюсь на реабилитации. Приятно познакомиться!

Не представляю, какое значение в представлении имеет четвертый номер. К тому же Кубок Старших Школ только для старшеклассников. Насколько мне известно, ученики средних школ в нем участия не принимают. Или он так пошутить пытался? Или обмануть и сделать из себя крутого?

— Я следующая, да? — поднялась бойкая девушка. Та самая, что помогла Иногашире. К слову, она же выручила ту бабушку утром в автобусе.

— Меня зовут Кушида Кикё. Никого из моих друзей из средней школы здесь нет, поэтому мне очень хочется со всеми познакомиться и завести новых друзей! — Остальные говорили о себе быстро и коротко, однако Кушида решила продолжить, — Для начала я бы хотела подружиться со всеми вами. Когда закончите рассказывать о себе, пожалуйста, давайте обменяемся контактами!

Она заявила это не просто так. Я предполагаю, Кушида из числа тех, кто быстро открывается другим.

{Тут должна быть иллюстрация}

Слова, сказанные Иногашире, не являлись обычной поддержкой, соответствующей ситуации – они выражали искреннее участие. И вдобавок она создавала впечатление человека, способного подружится с кем угодно.

— …Во время каникул и после занятий я хотела бы создать как можно больше совместных воспоминаний, потому буду очень рада приглашениям провести свободное время со всеми вами. Я уже долго говорю, так что на этом закончу.

Если честно, меня кое-что беспокоит. А именно, что сказать, когда подойдет моя очередь… Может, попробовать пошутить? Или насмешить чересчур серьезным тоном?

Пожалуй, нет. Подчёркнутая серьезность при знакомстве испортит всем настроение. Да и вообще я не такой. Лучше рассказать, чем я хорош, переименовав это в то, чем я увлекаюсь.

— Так, следующий у нас… — Хирата посмотрел на ученика, а тот, в свою очередь, ответил ему недовольным взглядом.

Парень с рыжими волосами смахивал на преступника и говорил в полном соответствии с образом.

— Вы что, придурки? Я не собираюсь представляться, отвалите от меня! — не по-доброму зыркн

ул он на Хирату. Напряжение буквально повисло в воздухе.

— Заставлять никого мы, конечно же, не будем. Но, по-моему, нет ничего плохого в том, чтобы подружиться с одноклассниками. Если тебе это неприятно, приношу свои извинения.

Хирата склонил голову, искренне извиняясь. Девчонки начали пялиться на хулигана, перешептываясь между собой:

— Разве сложно просто рассказать о себе?

— Верно!

Как и ожидалось от красавчика-футболиста. Он уже успел привлечь внимание девушек. Однако с этого момента примерно половина парней класса стала поглядывать на Хирату с ревностью.

— Нет, у меня нет желания притворяться чьим-либо другом! — красноволосый поднялся и вышел. Еще несколько учеников последовали его примеру. Видимо, им тоже не нравилась идея знакомиться с одноклассниками. Хорикита тоже встала со своего места.

Она бросила короткий взгляд в мою сторону, но поняв, что уходить я не собираюсь, молча вышла из класса.

Хирата выглядел расстроенным. Его беспокоило, что часть учеников не поддержала идею.

— Они не плохие. Это полностью моя вина. Не стоило влезать со своим эгоистичным предложением.

— Ты не сделал ничего плохого. Давайте просто забудем о них.

И пускай часть учеников ушла, решив не представляться, остальные продолжили рассказывать о себе.

— Я Ике Канджи. Мне нравятся девушки, а всяких там красавчиков терпеть не могу. На данный момент я в активном поиске второй половинки, так что приятно познакомиться! Конечно, девушке лучше быть миленькой или красивой!

Трудно сказать, было это шуткой или его искренними чувствами, но негодование женской половины класса он пробудил.

— Ого, круто! Ике-кун, ты такой прямолинейный! — произнес женский голос без тени эмоций. Очевидно, что это был сарказм.

— Да, правда? Ну, я думал, что неплох, но… ха-ха! — по всей видимости, Ике принял ее слова за чистую монету и слегка смутился.

Девчонки дружно рассмеялись.

— Эй, да он милаха! И ему нужна девушка!

Да тебя просто дразнят! Но Ике радостно помахал, ничего не понимая. Не похоже, что он был плохим человеком.

После него говорил парень, споривший за место в автобусе. Подняв зеркало, он со всех сторон осмотрел челку, а затем достал гребень.

— Эм… можешь рассказать нам о себе?

— Хм… ладно, — его величественная улыбка скрывала за собой снисходительность.

Я думал, он встанет, но Коенджи как сидел с ногами на парте, так и остался.

— Меня зовут Коенджи Рокуске. Я единственный наследник семьи Коенджи, и в ближайшем будущем на мои плечи ляжет ответственность за будущее японского общества. Рад познакомиться с вами, дорогие леди!

Это приветствие явно предназначалось только для девушек, что большинству не очень-то понравилось. Некоторые одноклассницы, услышав о богатом происхождении, смотрели на Коенджи сияющими глазами, однако для всех остальных он выглядел нарциссом. Ну, это нормально.

— Отныне я буду неустанно противостоять всему, что будет причинять мне дискомфорт. Прошу вас быть осторожнее на этот счет!

— Эмм… Коенджи-кун, что значит «причинять дискомфорт»? — с беспокойством в голосе переспросил его Хирата.

— Как я и сказал, но если желаете, то могу привести пример… Мне противно все некрасивое. Если увижу что-то уродливое, сделаю все возможное, чтобы это устранить, — он элегантно убрал волосы назад.

— Что ж, спасибо. Я постараюсь быть осторожным.

— Следующий… можешь рассказать нам о себе?

«Моя очередь?»

Ну ладно, я ведь уже готов представиться. Хорошо! Поднимаюсь с места и начинаю.

— Ну… меня зовут Аянокоджи Киётака. Я отлично дружу с пианино. Ещё мне нравится шахматы... и это моё увеличение. Надеюсь я не кому не буду противен, так как в средней школе, людям не нравился мой характер. Приятно познакомиться! — закончив, я легко улыбнулся и поспешно сел на место.

— Приятно познакомиться, Аянокоджи-кун! Я тоже надеюсь всем твой характер не будет противен! — сказал мне Хирата с обеспечивающей улыбкой.

Часть 3

Хотя эта школа и особенная, вступительная церемония проходила так же, как и в любой другой. После долгой речи директора и кого-то из числа учителей она завершилась.

Время уже приближалось к обеду. После подробных разъяснений обо всех зданиях и постройках, имеющихся на территории школы, учеников распустили. Большая часть из них тут же разбрелась по общежитиям, а остальные, сбившись в небольшие группы, направились в кафе и караоке. Совсем скоро толпа рассеялась.

По пути к общежитию я решил заглянуть в продуктовый. Конечно, в гордом одиночестве, так как еще никого толком здесь не знал.

— Что за неприятное совпадение!

Зайдя в магазин, я в очередной раз наткнулся на Хорикиту.

— Не будь такой враждебной. Ты же тоже пришла что-то купить?

— Ну да, кое-что. В основном предметы первой необходимости, — Хорикита рассматривала шампуни, стоящие на полках.

«С сегодняшнего дня мы живем в общежитии, и тебе наверняка нужно больше чем «немного»… Девушкам обычно много всего необходимо».

Она быстро уложила шампунь и прочие средства гигиены в свою корзину. Я предполагал, что она возьмет что-нибудь качественное и дорогое, но Хорикита выбрала все самое дешевое.

— Думал, девушки скрупулезней относятся к выбору шампуня.

— Разве это не от человека зависит? Так поступают в основном те, кто просто не знает, на что деньги потратить, — она холодно посмотрела на меня, всем свои видом показывая: «Не мог бы ты не пялиться на чужие покупки?» — Честно говоря, не ожидала, что ты встанешь перед всем классом и представишься. Ты не похож любителя быть в центре внимания.

— Я стараюсь не отставать от других, чтобы возникало меньше проблем. А почему ты решила уйти? Это просто коротенькая речь. Могла бы наладить отношения с классом, может, и друзей бы завела.

Многие из ребят успели обменяться контактами. Если бы Хорикита приняла в этом участие, наверняка стала бы популярной. Жаль.

— Я могла бы перечислить кучу причин, но почему не начать с варианта попроще? Даже если бы представилась, то не факт, что я им понравлюсь. Наоборот, скорее, попаду в неловкое положение. Если ничего не говорить, то и проблем не возникнет, верно?

— Но существует вероятность подружиться со всеми…

— Откуда ты взял эту вероятность? Впрочем… ладно, мы можем час потратить на спор, если начнем это обсуждать, потому давай закончим на том, что вероятность есть. Ну, а ты подружился с кем-нибудь? — она посмотрела на меня.

— Эм… Нет, но я могу общаться так, как будто все мои друзья. — смотря в сторону, я начал махать рукой, положив одну из них на пояс.

— Вот видишь.

Удивительно, но она права. Если уж на то пошло, я вообще ни с кем не обменялся контактами.

Я остаюсь лучшим доказательством тому, что она не смогла бы с кем-нибудь подружиться, просто рассказав о себе. Наверное, поэтому я предпочел сейчас отвести взгляд.

— Получается, у тебя все же нет никаких доказательств, что представившись, легко найти друзей, — продолжила Хорикита, — Начнем с того, что я изначально не собиралась ни с кем дружить. Так что мне нет смысла представляться, равно как и остальным нет смысла выслушивать мою речь. Я тебя убедила?

Она оттолкнула меня, когда я предпринял попытку познакомиться. Чудо уже, что удалось узнать ее имя. И даже когда я спрашивал, должен ли рассказывать о себе, она лишь покачала головой.

Блуждая по магазину, мы не обращали внимания друг на друга. Даже несмотря на такое холодное отношение, я не ощущал дискомфорта, находясь рядом с ней.

— Ого, у них здесь есть куча разных видов заварной лапши. Эта школа и правда нечто… — перед прилавком с продуктами быстрого приготовления расшумелись двое парней. Забросив сразу несколько упаковок в корзину, почти доверху забитую закусками и газировкой, они направились к кассе. Похоже, ученики стараются потратить как можно больше баллов, раз уж их потом все равно спишут.

— Лапша… получается, у них и такой отдел есть, — узнать о подобных моментах и было первоначальной целью моего сегодняшнего похода в продуктовый.

— Парням такое нравится? Не думаю, что подобный образ питания можно назвать здоровым.

— Да? А я как раз подумывал, что стоит купить пачку.

— Если хочешь есть подобную пищу, то бери.

Проигнорировав Хорикиту и взяв упаковку, я взглянул на ценник. Там было указано, что лапша стоит 156 йен – не представляю, много ли это или мало. Пускай школа и использует балльную систему, все ценники подписаны в йенах.

— Эй, как считаешь, здесь дорого или дешево?

— Хм… даже не знаю. Тебе кажется, с ценами что-то не так?

— Да нет, ничего такого. Просто интересовался.

Цены на товары в магазине вроде такие же, как и везде. И, похоже, что один балл действительно стоит одну йену. Обычно ученикам старших классов дают по 5.000 йен карманных в месяц, а наша стипендия в двадцать раз больше.

Хорикита покосилась на меня с удивлением. Я взял пачку лапши, стараясь не встречаться с ней глазами.

— Ого, она огромная! Размер G!

Скорее всего, это обозначает «гигантскую порцию». Стоит только взглянуть, как уже чувствуешь себя сытым. Это, конечно же, не относится к теме, но груди Хорикиты не маленькие, но и не слишком большие. Можно сказать, идеального размера.

— Аянокоджи-кун, ты только что подумал о чем-то неприличном?

— Да, подумал о размере твоей груди. Они идеального размера.

— Ты ведешь себя странно… — по одному только выражению лица она догадалась, что я думал о пошлостях. Проницательности ей не занимать.

— На самом деле, я думал о том, что лучше купить. Какой тебе больше нравится?

— Ну, коли так, то ладно. И завязывал бы ты покупать нездоровую еду. Существует куча более полезных вариантов, не стоит привыкать к фаст-фуду.

В общем-то, я понимал что она говорила правильные вещи, не стоит зацикливаться на еде быстрого приготовления. Но очень хотелось попробовать, так что я взял упаковку среднего размера с надписью «FOO Якисоба» и положил в корзину.

Хорикита отвлеклась от полок с продуктами и направилась рассматривать отдел косметики. А я получил возможность потратить немного баллов, не выслушивая ее остроумные комментарии.

— Ого, бритвы с пятью лезвиями! Неплохо, думаю девушкам она будет полезна. Не хочешь ее взять?

— Ну и что мне ею брить?

— Ну... Ты хочешь услышать подробностей?

— Мне нечего сбривать ни на лице, ни в подмышках.

— А как же там?

— Знаешь, я даже немного завидую твоей решительности сказать подобное человеку, с которым столкнулся случайно.

— Ты тоже говорила гадости человеку, которого только встретила.

— Да? Это были факты. Совсем не то, что у тебя, — ответила она холодно. Эти слова заставили меня ухмыльнуться.

Она вернулась обратно к самому дешевому средству для умывания. Девушки должны лучше ухаживать за собой.

— Мне кажется, этот выглядит лучше, ты так не считаешь? — я поднял флакончик чуть-чуть дороже, внешне больше похожий на качественный товар.

— Не стоит, — тут же получил решительный отказ.

— Но...

— Я же уже сказала, что не нужно, верно?

— Кхм, как холодно — под ее тяжелым взглядом аккуратно поставил средство обратно на полку. Я наивно полагал, что смогу завести разговор, не разозлив ее, но видно не получилось.

— Знаешь, темы которые ты выбираешь, прямо скажем, неподходящие.

— Не думал что услышу это от тебя…

— ...

— ...

— обычно я даже не стала бы выслушивать дважды такого, как ты, но сделала над собой болезненное усилие.

Я зачем-то пытался подружиться с ней, хотя ожидания не оправдались ни на йоту. Наш диалог прервался. И тут две девушки зашли в магазин, начав закупаться. Глядя на них, я понял, что Хорикита действительно очень миленькая.

— Эй! А это что?

В попытке найти новую тему для разговора, я заметил кое-что необычное. В дальнем углу магазина были разложены порции еды и одноразовые упаковки косметики. На первый взгляд, они выглядели обычно, если бы не одно существенное различие…

«Бесплатно!»

Хорикита также заинтересовалась этим и взяла посмотреть один из наборов. В коробке с надписью «Бесплатно!» нашлись предметы первой необходимости вроде зубных щеток и бинтов. Надпись ниже гласила: «Три предмета в месяц!» Эти товары отличались более низким качеством, нежели те, что можно было купить за деньги.

— Наверное, они на экстренный случай для тех, кто потратил все баллы. Какая предусмотрительность с их стороны.

Интересно, они только в таких мелочах внимательны?

— Эй, погоди! Я ищу! — мелодичную магазинную музыку затмил грубый голос, доносившийся с очереди у кассы.

— Давай живее! Все же ждут!

— Неужели? Скажи им, пусть приходят с претензиями прямо ко мне!

Вызывающий тон намекал на начинающиеся неприятности. Два парня смотрели друг на друга так, будто вот-вот подерутся. Один из них, с крайне раздраженным выражением лица, был очень похож на уже знакомого красноволосого задиру. В руках он сжимал лапшу быстрого приготовления.

— Что происходит? — я пытался говорить спокойно, но красноволосый принял меня за очередного врага и бросил полный неприязни взгляд.

— А? Ты кто?

— Я твой одноклассник. Подошёл, потому что подумал, что у тебя возникли неприятности... И решил посмотреть.

Красноволосый вроде принял меня за своего и начал говорить тише:

— Точно, кажется, припоминаю тебя… Я не взял с собой карточку. Забыл, что удостоверение – это теперь и есть деньги, — посмотрев на свои пустые руки, он решил вернуться в общежитие. По-видимому, документ остался там.

— Если не против, могу заплатить за тебя. Будет долго ходить туда-обратно. Ничего страшного не произойдет, если я потрачу немного баллов.

— Это да… Бесит. Хорошо, что ты тут, спасибо.

Расстояние до общежития – не проблема. Но к тому моменту, когда он вернется обратно, очередь наверняка вырастет, потому что близилось время обеда.

— Меня зовут Судо. Считай, я твой должник.

— Да, я уже давно записал тебя в свои должники.

— ...

— Приятно познакомиться, Судо! — взяв у него лапшу, я двинулся к раздатчику кипятка.

Хорикита была в шоке от увиденного.

— Ты что делаешь? Собираешься стать его послушным слугой? Или ты таким образом подружиться пытаешься?

— Всего лишь пытался помочь человеку.

— Как погляжу, тебя его внешность не напугала.

— Напугала? А должна была? Потому что он смахивает на хулигана?

— Нормальный человек держался бы от него подальше.

— Да ну, не похож он на отморозка. Если уж на то пошло, ты тоже не выглядишь испуганной.

— Подобных типов избегают лишь те, кто не способен за себя постоять. Прояви он по отношению ко мне агрессию, я бы сумела от него избавиться. Мне просто нечего бояться.

— Что ты имеешь ввиду под словом "избавиться"? У тебя есть спрей от хулиганов? Или хочешь заморозить своим взглядом?

— когда я говорила "избавиться" я имела ввиду избавиться.

— ...

— Давай уже заканчивать с покупками. Других учеников раздражает, когда рядом кто-то долго ошивается.

Мы направились к кассе. Оплата прошла быстро, стоило лишь приложить удостоверение к терминалу. А еще без сдачи. Сплошные удобства.

— Их и правда можно использовать в качестве денег…

На чеке были выбиты цены за каждый товар и суммарный остаток на счету. Все прошло без заминок. Ожидая Хорикиту, я залил лапшу кипятком. Так как это мой первый раз, я думал, что открыть крышку и залить воду будет непросто, но оказалось на удивление легко.

С какой стороны ни посмотри, эта школа необычная. Какой смысл ежемесячно выплачивать каждому студенту такую огромную сумму? Да ещё предъявлять бесплатные товары.

Первогодок примерно 160 человек, если прикинуть приблизительно, в школе должно учиться около 480 студентов – это, в свою очередь, 48 миллионов йен на месяц, а в год так вообще все 560 миллионов! Даже если все финансируется правительством, это какой-то перебор.

— Интересно, какой прок школе со всего этого? Раздавать по сто тысяч йен – звучит чересчур расточительно.

— Ну… здесь многовато и развлечений для такого количества учеников, потому не думаю, что целесообразно выдавать нам так много денег. Учащиеся станут пренебрегать учебой.

Не думаю, что это награда за успешно сданный тест. Мысли о деньгах должны мотивировать учеников лучше учиться. Но по сто тысяч йен выдали каждому безо всяких условий.

— Я не вправе раздавать советы, но нам стоит экономить. От дурных привычек избавиться нелегко. Когда приходится отказываться от комфорта, к которому привык, начинает накапливаться стресс.

— Приму к сведению.

Я и так не собирался тратить деньги направо и налево, но было она права.

Как оказалось, Судо ждал перед выходом из магазина. Увидев меня, он помахал рукой. Я махнул в ответ, но немного смутился.

— Ты что, собираешься обедать прямо здесь?

— Ну да. Где, по-вашему, мне еще обедать?

Я был удивлен таким ответом, а Хорикита раздраженно вздохнула.

— Я домой. Такое ощущение, что достоинство скоро покинет меня.

— О каком достоинстве речь? Ты же обычная ученица? Или вообразила себя принцессой?

Хорикита и бровью не повела на издевку Судо. Раздраженный этим обстоятельством, парень поставил на уличный столик миску и встал.

— Алло! Слушай, когда с тобой разговаривают!

— Что же с ним не так? Взбесился вдруг, — обратилась ко мне Хорикита, продолжая игнорировать Судо.

Тот, явно выведенный из себя, закричал со злостью:

— Ну-ка иди сюда! Я надеру тебе задницу.

Терпение Судо кончилось.

— Аянокоджи! Тебе разве не кажется, что для женщины ведёт себя слишком нахально?

— Для женщины? Какие устаревшие взгляды. Советую тебе не дружить с такими, как он, — Хорикита развернулась и пошла, так ни разу и не взглянув на Судо.

— Погоди! Чертова девчонка!

— Успокойся, твой противник покинул ринг. ты победил, молодец!— я перехватил и сдержал Судо, когда он бросился догонять Хорикиту. Девушка направилась в сторону общежития, не оборачиваясь.

— Да кто вообще себя так ведет? Блин!

— Ну… зато зрители довольны.

— Тьфу! — сплюнул он.

Он с недоверием покосился на меня, а потом сгреб миску с лапшой, снял крышку и начал есть. Совсем недавно он с кем-то ругался у кассы. Похоже, этого парня очень легко разозлить.

— Эй, ты первогодка? Это наше место!

Судо продолжал чавкать лапшой, когда компания парней вышла из магазина с такими же мисками.

— Вы кто вообще? Мы тут сидим. Обзор загораживаете, потому отвалите.

— Ты его не слышал? Катись! Что за дерзкий первогодка у нас тут! — они насмехались над Судо.

Тот поднялся, смахнув со стола посуду с лапшой. Бульон и вермишель разлетелись по земле.

— Первогодка хочет подраться, хех! Чего?

Ох, не стоило им этого делать. Судо быстро вспыхивает. И он из тех, кто сам любит запугивать соперника.

— Эти второгодки, похоже, совсем зарвались. Место уже занято, не видишь?

Те поставили свои миски на стол. И начали ржать.

— Мы всегда здесь сидим. Так что валите с нашего места.

— А вы охренели, ребятки.

Судо вряд ли тревожит разница в численности. Похоже, драка вот-вот начнется. И я, разумеется, не прочь сделать пустую ставку.

— Ого… как же страшно. Из какого вы класса? Ох, можете не говорить. Дайте угадаю… класс D, верно?

— И че?

Второгодки переглянулись между собой и снова расхохотались.

— Ты слышал? Он из D! Да это ясно по одному лишь его виду!

Разве плохо быть в классе D? Хотя если привести все классы в параллели, то класс D будет самым последним. Неужели здесь есть какая-та иерархия? Оставлю этот вопрос на потом.

— Да? Что вы хотите этим сказать, а? — Судо вконец разошелся, и парни отступили на шаг.

— Вы такие жалкие, можете остаться на этот раз. Идем, — они поспешили уйти.

— Сбежать решили?

— Тут кто-то лает? Ничего, впереди вас ожидает ад.

Ад? Неужели моя теория с иерархий верна?

Они выглядели слишком спокойными. Интересно, что значили их последние слова? Изначально я полагал, что эта школа – своего рода сцена для деток богатых родителей, но тут немало таких ребят, как Судо и те трое.

— Блин, ладно бы это были девчонки или второгодки повежливей, но эта компашка… — Судо сунул руки в карманы и ушел, даже не попытавшись прибрать за собой.

Бросив короткий взгляд на фасад здания, я заприметил сразу две камеры видеонаблюдения.

— Чувствую ожидаются проблемы, если не убраться. Эх…

Присев на корточки, я с большой неохотой начал убирать разбросанную вокруг лапшу, попутно размышляя о случившемся.

Как только второгодки узнали, что мы из класса D, их настрой моментально переменился. Это меня беспокоило, однако узнать, в чем тут дело, не было возможности.

Часть 4

Когда я добрался до общежития, которому предстоит стать моим домом на следующие три года, был уже час дня. После того как дежурный на первом этаже выдал ключ от 401-й комнаты и флаер с необходимой информацией, я направился к лифту. В буклете было указано время и дни вывоза мусора, а также предупреждение не шуметь. Еще в нем просили по возможности экономить воду и электричество.

Значит, строгих ограничений на использование электричества нет. Я думал, что баллы будут автоматически списываться, в том числе и за энергопотребление. Школа довольно далеко зашла в заботе об учениках.

Я был удивлен и тому, что у них общие общежития для парней и девушек. Это странно для места, где отношения между учениками, в смысле – отношения сексуального характера, запрещены. Довольно сложно поверить, что в такой расслабленной атмосфере из учеников получаются превосходные руководители, но тут нам лучше пользоваться тем, что дают.

Площадь выданной под мое пользование комнаты составляет около восьми татами. Теперь мне стоит называть его домом. Мне еще не приходилось жить совершенно одному. К тому же до самого выпуска придется обходиться без контактов с внешним миром.

Я позволил себе улыбнуться.

В этой школе наивысший процент труда устроившихся студентов, а также хваленые удобства, способные обставить лучшие школы Японии. Но для меня все это не имеет весомого значения. У меня есть другая причина выбрать именно это учебное заведение. В средней школе мне запретили общаться с друзьями, родными и другими учениками.

Поэтому я выбрал Кодо Икусей. Здесь я свободен. Свобода! «Freedom» по-английски и «Liberté» по-французски. Разве свобода не потрясающая? Я имею право есть, спать и развлекаться тогда, когда сам захочу. И никто не приказывает. Могу спокойно прожить до самого выпуска.

Если честно, изначально результаты вступительного экзамена ничего для меня не значили. Между «сдал» и «не сдал» разница невелика. Однако, когда пришел ответ, я почему-то был искренне рад, что поступил.

Никто более не станет осуждать меня и мои поступки. Могу изменить… нет, начать с нуля. Новое начало – новая жизнь! В общем, собираюсь сполна насладиться жизнью ученика старшей школы.

Не снимая формы, я рухнул на кровать. Нет, дело не в усталости, я всего лишь пытался унять возбуждение от мысли о светлом будущем своей школьной жизни.

[Сразу скажу, оригинал у меня как черновик, поэтому моя (versia b) будет такой же огромной как и оригинальная версия. Если будут ошибки или несостыковка к сюжету пишите, я исправлю]

[И ещё вопрос: Аянокоджи ведь умеет готовить? Вроде в ранобэ он бес проблем справляется]

На второй день, хотя технически, это все же был первый день учебы. большую часть времени нас знакомили со школьными правилами Кодо Икусей. Ученики оказались немного сбиты с толку тем, насколько равнодушно ведут себя преподаватели. Судо, уже успевшего навести здесь шороху, просто игнорировали, из-за чего он успешно проспал все уроки. Со стороны учителей не было ни малейшего намека на замечание.

В конце концов, слушать на уроке или нет – дело наше, так что их это не волновало. Похоже, именно так положено вести себя учителям с учениками, закончившими обязательное образование.

В этой чересчур расслабленной атмосфере время обеда наступило быстро. Ученики, повскакав с мест, разбрелись вместе с новыми товарищами по кафешкам и прочим заведениям местного общепита.

Начался урок и как ожидалось поведение учеников во время занятий повторилась, многие мои одноклассники сидели в телефоне или спали как Судо, некоторые сидели и слушали учителя как Хорикита, а некоторые просто бездельничали и смотрели в окно, как я.

Судя по вчерашнему отношению семпаев к нам, как к классу D. Я могу с уверенностью сказать "По любому сенсей сейчас думает: Такое поведение соответствует классу D".

Только прозвенел звонок, а класс уже полностью опустел. Были те, кто остался на местах, либо хотели бы пойти, но им просто не с кем, либо спят и им все равно, а может быть им по душе одиночество, как Хориките.

Я уже было хотел пойти к Судо, так как он был единственный с кем я мог сейчас говорить.

— Я думал пойти поесть. Кто-нибудь хочет со мной? — поинтересовался Хирата, поднимаясь из-за парты.

Такое заявление я услышал от Хираты.

— Я с тобой!

— И я! И я!

Хирату, буквально со всех сторон окруженного девчонками. Надо же а он довольно популярный.

Уловив шанс поднять тему иерархии с Хорикитой, я не медленно подошёл к ней и сказал.

— Слушай что ты относишься к Хирате? Я имею ввиду, он довольно популярный. тебе нравится такие как он?

— Я к нему равнодушно, в прочем лучше чем к тебе.

— Да ладно тебе, ты по-любому испытываешь к ниму хоть какую-то симпатию. Он тот кто стоит на вершине иерархии. — Сказав это я пошел в столовую.

— Аянокоджи-кун, верно?

По пути в столовую меня неожиданно остановила красивая девушка. Кушида – одноклассница.

Прямые каштановые волосы доходили ей до плеч. Я не пытаюсь ни на чем зацикливать внимание, однако в школе недавно разрешили юбки покороче. Очевидно, дизайн ее формы как раз из новой модели. А в руке она держала кошелек с кучей свисающих брелоков. Можно даже сказать, что это кошелек цеплялся за брелки, а не наоборот.

— Я Кушида из твоего класса. Помнишь меня?

— Да. Что тебе нужно?

— Вообще… я хотела бы тебя кое о чем попросить. Много времени не займу. Аянокоджи-кун, скажи, ты в хороших отношениях с Хорикитой-сан?

— Нет. Ее отношения ко мне, ниже равнодошия. Если она что-то натворила, я смогу ее наказать, представь это мне!

Похоже, ее целью было разузнать о Хориките.

— Я спрашивала номера телефонов и почту у всех, но Хорикита отказалась дать мне свои.

Ух ты! Какая настойчивая девушка, просила у Хорикиты контакты. Но мы ведь тоже одноклассники, могла бы и у меня попросить.

— И еще, мне показалось или в день вступительной церемонии вы с ней разговаривали перед входом в школу?

— Какой Хорикита человек? Она из тех, кто открывается только близким друзьям?

— Я не знаю. Сказал ведь, мы не с ней не друзья. Думаю, она не очень хороша в общении. Почему ты ею так интересуешься?

— Когда мы все представлялись, Хорикита-сан вышла из класса, верно? Похоже, она так ни с кем и не разговаривала, потому я беспокоилась.

Точно! Она ведь, когда представлялась, говорила, что хочет подружиться со всеми.

— Я понимаю, но я не смогу тебе, чем-то помочь.

— Забавно… то есть, вот оно как. Я полагала, вы дружили еще до поступления в старшую школу. Извини, что вот так напала со своими дурацкими вопросами!

Она продолжила:

— Что ж, давай будем друзьями, Аянокоджи-кун!

С такими словами, она протянула ко мне свою руку. Я пожал ее и сказал

— Приятно познакомиться…

Неплохо, познакомился ещё, с кем то помимо Судо и Хорикиты.

Часть 1

Заглянув мельком в столовую, я все же решил отправиться в продуктовый, купил там булочку и вернулся обратно в класс. Группа приятелей обедала за сдвинутыми вместе партами, но были и такие, кто ел в одиночестве. Наверное, единственное, что их объединяло – это наборы бенто из продуктового.

Я уже собирался сесть и приступить к еде, когда заметил, что Хорикита тоже вернулась. У нее на столе появился аппетитный сэндвич. Не обмолвившись с ней и словом, я уселся на свое место. Но стоило откусить от своей булочки кусочек, как из колонок над доской раздался милый женский голос, сделавший объявление:

«Сегодня в пять вечера в спортзале номер один состоится клубная выставка! Если вы собираетесь вступить в клуб, приглашаем в спортзал номер один! Повторяю, сегодня…»

Хм, школьные клубы, значит. Никогда раньше не бывал в них.

— Эй, Хорикита…

— Клубная деятельность меня не интересует.

— Я же еще даже не спросил!

— Ладно, так и в чем же дело?

— Собираешься вступить куда-нибудь?

— Аянокоджи-кун, у тебя плохо со слухом? Или ты просто идиот? Разве я не сказала сразу, что клубы меня не интересуют?

— «Не интересуют» и «не собираюсь вступать» – это разные вещи.

— Слабоватый аргумент. Хватит с меня твоих дурацких разговоров.

— Хорошо…

Хорикиту не интересуют ни клубы, ни друзья. О чем бы я не говорил, она выглядит раздраженной. Интересно, эта девушка пришла в школу Кодо Икусей только ради образования и высоких показателей успешного трудоустройства? Не удивлюсь, если так и есть, но по мне это как-то неестественно.

— Похоже, у тебя и правда нет друзей.

— Ничего подобного! Например сейчас я болтаю с тобой.

— Можешь думать как хочешь, но не рассчитывай, что я стану твоим другом.

— Что? не намерена? Так вот значит как!

— Да ты все правильно понял.

— Когда захочешь стать моим другом, ты будешь просить у меня это, стоя на коленях.

— Договорились

Она продолжила:

— Хочешь посмотреть на клубы? Ты намерен куда-то вступить?

— Нет, пока только думаю. Скорее всего, никуда не вступлю.

— Если не собираешься, зачем тогда идти на выставку? Странно. Или ты хочешь использовать поиски клуба как предлог, чтобы подружиться с кем-нибудь?

— Думаю я и сейчас неплохо общаюсь с некоторым, но было бы не плохо завести больше знакомства, поэтому клубы – ещё один шанс!

— Может, попросишь кого-нибудь другого составить тебе компанию?

— Может Судо, хотя его вряд ли интересует такое, поэтому ты самый лучший вариант!

— И правда. Хотя, не думаю, что твои слова и мысли совпадают. Если действительно хотел с кем-нибудь подружиться, вел бы себя более настойчиво.

— Думаю мой вариант тоже неплох.

— Смысл твоих слов мне не понять, — Хорикита спокойно продолжила жевать свой сэндвич.

Я правда хочу иметь друзей, но при этом отказываюсь от хороших попыток их получить. Кажется, Хорикита неспособна это себе представить.

— Ты когда-нибудь состояла в клубе?

— Нет, никогда.

— Тогда, быть может, занималась чем-то вне клуба? Или ты просто рассуждаешь обо всем этом, не имея никаких фактических обоснований?

— Что ты пытаешься сказать? В твоих словах ощущается скрытая злость.

— Злость? Через какое место Ты это услышала?

И сразу вслед за этим я получил молниеносный удар в бок. Даже рефлекторно закашлялся, настолько сильным он оказался.

— Эй, а это еще зачем?

— Аянокоджи-кун. Я уже предупреждала, однако ты, похоже, меня не слушал. Запомни, это я еще сдерживалась.

— Хватит уже насилия! Оно ничего не решает!

— Правда? Грубую силу применяли еще с доисторических времен, потому что это был наиболее эффективный способ решения проблем. Он же – самый быстрый способ или донести свое мнение, или проигнорировать желания оппонента. В конечном итоге даже правительства разных стран нанимают полицейских, использующих оружие и физическую силу, чтобы отлавливать нарушителей закона.

— Слишком много букв…

Хорикита произнесла эту великолепную речь с явным намерением доказать, что не совершила ничего плохого. Всякий раз, когда эта девчонка о чем-то много говорила, это выливалось в полнейший абсурд, используемый исключительно для оправдания ее порочных действий.

— Отныне я всегда буду обращаться к грубой силе, чтобы наставлять тебя на путь истинный, ну как?

— Тебе бы понравилось, если бы я сказал то же самое?

Поражаюсь, почему мужчин, поднимающих руку на женщин, называют слабыми и малодушными. И неожиданное понимание пришло ко мне – они, как и она, свято верят в безошибочность собственных суждений.

Несмотря на то, что выглядит и ведет себя вполне прилично, внутри Хорикита подлая.

— Понял я, понял. Отныне буду осторожен... Осторожней.

Окончательно отказавшись от идеи позвать с собой Хорикиту, я выглянул в окно. Ох, хорошая сегодня выдалась погодка.

— Клубы… ну да. Понятно… — бормотала где-то на заднем плане Хорикита, словно что-то усиленно обдумывая, — Но только ненадолго после занятий, ладно? Так уж и быть, я пойду с тобой.

— Чего это ты вдруг?

— Разве не ты хотел посетить клубную выставку?

— Ох, ну да. Я… и не собирался там надолго задерживаться. В конце концов, мне ведь просто нужен предлог. А ты правда согласна?

— Только ненадолго. Увидимся после занятий.

Мы оба вернулись к еде. Похоже, она все-таки решила присоединиться к моей попытке завести друзей. Раньше я говорил, что с ней неприятно иметь дело, но ее отношение ко мне, кажется, меняется.

— Может быть ты провалишься со своей идей — завести новые знакомства, тогда на это будет интересно посмотреть.

Забудьте! Она по-прежнему невыносима!

Часть 2

Ого! Зал гораздо больше, чем я себе представлял.

Уроки закончились. Мы с Хорикитой встретились в коридоре и, ничего друг другу не говоря, направились в спортзал. Большинство собравшихся там учащихся были первогодками. Около сотни человек застыли в ожидании открытия презентации.

Едва мы вошли в зал, к нам тут же бросились раздавать буклеты с описаниями клубов. В конце концов, мероприятие устраивалось школой в первую очередь для того, чтобы клубы могли набрать себе новых членов.

— Интересно, есть ли в этой школе какой-нибудь особо популярный клуб? Например… что-то вроде каратэ, — поделился я мыслями с Хорикитой.

— По-видимому, здешние клубы очень хороши. Слышала, их участники часто выбиваются на национальный уровень.

И пускай сама школа не славится своими спортивными достижениями, к примеру, в баскетболе или волейболе, клубная деятельность у них далеко не на любительском уровне.

— Обеспечение тоже по высшему разряду. Ты глянь, у них тут есть кислородные капсулы. Представленное здесь оборудование даже круче, чем в некоторых профессиональных залах. Кстати, клуба каратэ тут нет.

— Ну… ясно… Тебе правда нравится каратэ?

— Да не особо. Но знаешь, похоже, человеку без соответствующего опыта вступить в здешний спортивный клуб будет непросто. Если кто-то захочет сменить профиль в старшей школе, подготовка займет целую вечность. Не думаю, что это весело.

Все вокруг выглядело даже чересчур аккуратно, и с дисциплиной проблем не возникало.

— Разве результат не зависит от приложенных усилий? После пары лет тренировок каждый сможет прокачаться до приемлемого уровня, — уверенно заявила Хорикита.

Тренировки… нет, вряд ли такой как я стал бы усиленно на них выкладываться.

— Впрочем, уже догадываюсь, что для таких любителей избегать всяческих неприятностей, как ты, слова «тренировка» даже не существует, — с подчеркнутой уверенностью добавила эта девчонка.

— Какое отношение это имеет к бегству от проблем?

— Разве такие, как ты, не сторонятся всего, что связано с тяжким трудом и усилиями? Если решил, надо держаться собственных принципов до конца.

— Для меня это не настолько важно…

— Будешь постоянно уходить от ответа – друзей точно не заведешь.

— Твои слова разбивают мне сердце!

— Благодарим за ожидание, новички! Представители от каждого клуба подробно расскажут вам, чем конкретно они занимаются и что нужно сделать для вступления. Меня зовут Тачибана. Я секретарь студенческого совета и ответственная за проведение сегодняшней клубной выставки. Приятно познакомиться!

После дружелюбного и вежливого приветствия секретаря, представители клубов выстроились в очередь к трибуне спортзала. Можно сказать, каждый из них одним своим видом олицетворял клуб, в котором состоял. Среди них особо выделялись белоснежные дзюдоги и яркие традиционные кимоно.

— Эй, если хочешь измениться, попробуй вступить в какой-нибудь спортивный клуб. Не хочешь заняться дзюдо? Их семпай выглядит неплохим парнем, способным мотивировать даже такого ленивого человека, как ты.

— Это что же ты в нем такого неплохого и мотивирующего разглядела? Он смахивает на гориллу, которая готова в любой момент кого-нибудь убить.

— Ну, у него наверняка хорошо получается убедительно втирать другим о том, что дзюдо – достаточно простой вид боевых искусств.

— Да ну тебя!

Я-то наивно полагал, что наш диалог наконец-таки нащупал общую тему, но она снова начала грубить.

— Даже если так, спортивные клубы явно не заинтересованы новичками в спорте. Это заметно по одному их приветствию, — трезво рассудил я.

— А вот я так не считаю. Чем больше учеников у них будут состоять, тем больше денег выделят из школьного бюджета.

— Получается, они просто заманивают к себе новичков ради увеличения финансирования…

— Это достаточно эффективно, набрать много учеников, получить прибавку к бюджету клуба, а потом держать их в качестве «мертвых душ». Махинации правят миром.

— Какой-то испорченный мир получается… Ты мыслишь очень мрачно.

— Меня зовут Хашигаки – я глава клуба стрельбы из лука. Думаю, тут много кому мой клуб покажется слишком скучным и старомодным, но это действительно интересный вид спорта, способный приносить удовольствие. Мы рады всем новичкам и, если вы заинтересованы, вступайте к нам! — девушка в традиционном костюме лучницы начала представлять клуб на сцене.

— Смотри, а они, похоже, рады начинающим. Может, попробуешь вступить к ним? Увеличишь бюджет клуба.

— Вступать в клуб ради такой ерунды я точно не стану! К тому же в спортивные клубы обычно приходят популярные ребята. Ничего толком не знающие одиночки наверняка сразу отойдут на второй план.

— Твое мышление – следствие испорченной личности?

— Возможно, однако спортивный клуб – это точно не мое.

Я не из тех, кто берется за халтурную подработку. Более того, я вступил бы в клуб, только если там нет каких-то строгих правил и ограничений, а в самом коллективе царит атмосфера тишины и спокойствия.

Представители клубов выходили на сцену один за другим, и вдруг Хорикита напряглась. Слегка побледнев, она смотрела на сцену.

— Черт!

— Где?

— ...

— Ты чего?

— ...

Из-за возникшего напряжения она не услышала меня. Я тоже взглянул на сцену, но не заметил ничего особенного. Представитель бейсболистов вдохновенно описывал все прелести своего клуба. Может, она влюбилась в него с первого взгляда? Удивление? Отвращение? Может… радость? Выражение ее лица было слишком сложным, чтобы я мог его прочитать.

— Хорикита, в чем дело?

— …

Она действительно меня не слышит? Так и вцепилась взглядом в сцену. В итоге, не представляя, как мне быть, я замолчал и решил просто дождаться объяснений.

Бейсбольный клуб не выглядел особо интересным. Как бы они ни были рады новичкам, и как ни удобны были бы их график и место тренировок, презентация ничем примечательным не выделялась. И не только бейсбольный клуб – все клубы казались обычными. Если я и узнал из всего этого представления что-то интересное, так это о существовании маленьких клубов, посвященных чайной церемонии и каллиграфии, а также о том, что для создания нового клуба необходимо как минимум три человека.

Каждый раз, когда очередной клуб начинал выступление, первогодки начинали перешептываться и обсуждать друг с другом предыдущий.

Атмосфера в зале выглядела оживленной. Представители и курирующие учителя продолжали расписывать преимущества собственных клубов. Они отчаянно пытались заполучить как можно больше новых членов.

Когда семпаи заканчивали свои объяснения, они спускались со сцены и двигались к каким-то столам. Похоже, там устраивали зону подачи заявок, чтобы желающие могли задать свои вопросы и записаться.

В конечном итоге все ушли со сцены, пока не остался один человек. Взгляды всех учеников были направлены на него. И тут я понял, что Хорикита все это время смотрела именно на него.

Человек был ростом около метра семидесяти, не очень высокий. Стройный, с гладкими черными волосами. Образ завершал оценивающий взгляд сквозь линзы очков резко очерченной формы.

Студент-очкарик застыл перед микрофоном и спокойно смотрел на первогодок. Из какого он клуба и что будет рассказывать?

— Ты влюбилась? Тебе нравится очкарики?

— ...

Походу Хорикита шуганулась из-за него. Он действительно меня заинтересовал.

Однако интерес развеялся буквально в следующую же секунду. Он так и стоял в абсолютной тишине. Может, забыл слова или перенервничал, потому не мог выжать из себя ни звука.

— Давай, постарайся!

— Забыл прихватить карточки с текстом?

— Ха-ха-ха!

Первогодки выкрикивали эти слова стоящему на сцене. Однако семпай не пошевельнулся. Ни смех, ни подбадривание на него никак не действовали. И даже когда смех начал угасать, его безразличное выражение лица осталось неизменным.

Студенты продолжали перешептываться: «Что этот семпай творит?». В зале сразу стало шумно, но даже тогда парень не шелохнулся. Он просто стоял там спокойно, глядя вперед. Хорикита по-прежнему смотрела на него, не отводя взгляд.

Атмосфера расслабленности куда-то испарилась. В застывшем воздухе будто пробегали электрические разряды. Зал окутала аура напряженности и спокойствия. Никто не проронил и слова – воцарилась мертвая тишина.

Зрители будто разом потеряли дар речи. И, когда пауза достигла тридцати секунд… ученик на сцене заговорил:

— Меня зовут Хорикита Манабу. Президент студенческого совета!

— О... Ещё Хорикита.

— ... — Хорикита продолжала молча смотреть... видимо на своего, брата.

— Студенческий совет также ищет первогодок, которые могли бы заменить выпускающихся учеников. У нас нет строгих требований для подачи заявки на любую из должностей, однако заинтересованные не должны состоять в других клубах. Иными словами, членов других клубов мы не принимаем.

Тон его голоса был мягким, но напряженность все же ощущалась. Он в одиночку заставил весь зал заткнуться. Конечно, далеко не должность президента студсовета обеспечила ему внимание зрителей. Хорикита Манабу был буквально окружен аурой власти. Он словно доминировал над всем залом.

— И еще, мы – Студенческий Совет, не ищем простодушных людей. Не только потому, что им предстоит занять ответственные должности, но и из-за того, что они неизбежно станут пятном на репутации школы...

— Хорикита ты слушаешь? — прошептал я ей.

— ...

— Студсовет отвечает только за решение проблем с учащимися, потому школа требует от нас многого...

— Ну ладно, слушай. Не буду мешать.

— ...

— Те из вас, кто это понимает, могут стать возможными кандидатами.

После этой непоколебимой речи он сошел со сцены и вышел из зала.

Никто не рискнул подать голос первым, даже после ухода президента все студенты молчали. Ученики не знали, что произойдет, если попробовать заговорить.

— Всем спасибо! Объявляю клубную выставку закрытой! Мы открываем зону подачи заявок для всех желающих вступить. Она останется открытой только до конца апреля, так что все заинтересованные учащиеся позже могут приносить заявки прямо в клубы.

Благодаря секретарю напряжение понемногу сошло на нет. Как было объявлено, представители клубов открыли зону подачи заявок.

— … — Хорикита все еще не шевелилась.

— Хорикита можешь уже не слушать, все закончилось.

Она не ответила. У меня не получалось вывести ее из транса.

— О, Аянокоджи-кун, так ты тоже пришел? — позвал громкий голос из-за спины. Это был Судо. Одноклассники Ике и Ямаучи были с ним.

— Вы втроем? Не думал что вы пойдете на это мероприятие, — сказал я Судо.

— Тоже думаешь вступить в клуб?

— Нет, только смотрел. А вы уже решили куда?

— Ага, я играю в баскетбол с начальной школы. Думал и тут продолжить.

Я давно заметил, какая у этого парня развитая мускулатура. Без долгих тренировок такого не добиться. Похоже, все дело было в баскетболе.

— А вы двое? — поинтересовался я у Ике и Ямаучи.

— Мы пришли, так как думали, что здесь будет весело.

— А я надеялся на судьбоносную встречу! — заявил Ике.

— Что еще за «судьбоносная встреча» ? — пришлось мне уточнять его

сомнительную цель.

Он, гордо скрестив руки, ответил:

— Моя основная цель – найти девушку. Надеялся, что судьбоносная встреча произойдет здесь.

Так вот оно в чем дело. Наличие девушки оказалось ключевым моментом идеальной школьной жизни для Ике.

— Кстати, у президента студсовета железная воля. Он прямо-таки зажег это место!

— Да стоял молчал, и передал свою молчания всем, на мероприятие.

— Ну да, ну да. Кстати, между прочим, вчера я завел для нас чисто мужской групповой чат, — Ике достал свой телефон, — не хочешь присоединиться? Это удобно!

— А? Давай, я не против.

— Конечно, ты ведь тоже учишься в классе D.

Когда начал вынимать телефон для обмена контактами из кармана, я заметил, как Хорикита исчезает в толпе. Забеспокоившись за нее, я замер с рукой в кармане.

— Что-то не так?

— Да нет… ничего. Давайте обменяемся номерами.

Придя в себя, я поделился с одноклассниками контактами. Хорикита ушла не попрощавшись.

— Доброе утро, Ямаучи! — едва объявившись в классе, Ике с улыбкой окликнул Ямаучи.

— Доброе, Ике!

Для этой парочки довольно необычно приходить так рано. Прошла уже неделя со вступительной церемонии. И до сегодняшнего дня Ике с Ямаучи предпочитали прибегать перед самым звонком.

— Ого, на занятиях так интересно, что и не вздремнуть…

— Ага, эта школа лучшая, и скоро начинаются занятия по плаванию! Конечно, плавание – это хорошо, но главное же девушки! А когда речь идет о девушках, нельзя забывать и о купальниках!

Само собой, занятия по плаванию общие для парней и девушек. А значит, Хорикита, Кушида и все остальные наши одноклассницы будут в купальниках… Можно разглядеть те участки их фигур, которые обычно скрыты под одеждой. Вот только радость Ике и Ямаучи вызвала у всех присутствующих в классе девушек лишь отвращение. Лучше радоваться этому про себя, как я.

Я в одиночестве сидел на своем месте и кое-что понял, мне нужно быть активнее, чтобы прибиться к какой-нибудь компании. К счастью, в беседе Ике и Ямаучи случилась заминка, и я поднялся, чтобы подойти. Однако…

— Эй, Профессор, иди-ка сюда!

— Хи-хи, ты позвал его?

Круглолицый парень в очках, уже успевший обзавестись прозвищем «Профессор», подошел к ним. Кажется, его фамилия Сотомура.

— Профессор, можешь заснять видео с девушками в купальниках?

— Предоставьте это мне! Я притворюсь больным и пропущу занятие, чтобы пронаблюдать за ними.

— Видео? Зачем оно вам? — поинтересовался Судо.

— Профессор собирается сделать рейтинг по размеру груди. Если будет возможность, то постарается достать фото.

— Эй-эй! — по всей видимости, Судо тоже не понравился план Ике.

И правда, если их обнаружат, будет большой скандал. Странную они там тему подняли, но я им все равно, завидую.

— Печально.

— Ты давно тут, Хорикита?

— Пару минут. Я зашла, а ты смотрел на тех парней. Собираешься общаться с этими парнями? С этими извращенцами?

— Нет. Мне все равно трудно с ними заговорить.

— По-моему, никаких психических отклонений, влияющих на общение, у тебя нет.

— У меня особые обстоятельства. Не могу же просто взять и подойти. Ха… даже сейчас я могу разговаривать только с тобой.

Пускай переписка с Ике и остальными в общем чате кое-как продвигается, заговорить все так же сложно.

— Эй! Я же говорила не включать меня в список твоих друзей? — она с отвращением посмотрела на меня и отступила на шаг.

— Ну да, как бы низко я не пал, с тобой мы друзьями не станем.

— Ясно, какое облегчение.

Чем же ей так не угодили друзья?

— Эй, Аянокоджи! — неожиданно окликнул меня Ике. Оглянувшись, я увидел, как он с улыбкой на лице машет мне рукой.

— Что? Что там?

Поднимаясь с места, я слегка замешкался. К счастью, Хорикита уже переключилась на что-то другое, а значит, это мой шанс присоединиться к компании. Я подошел к Ике.

— Честно говоря, мы намерены сделать ставки на размеры груди у девушек.

— У нас тут есть даже табличка для ставок, — Профессор достал планшет и показал таблицу в Excel.

В списке были имена всех девушек нашего класса. Там же были записаны и суммы ставок. Тотализатор меня не интересовал, но я решил не отказываться от возможности подружиться.

— Эм… если я присоединюсь, то вместе с вами можно будет гадать, у кого какая грудь?

— Да! Давай-давай!

В настоящий момент самая большая грудь предполагалась у Хасебе. Ставки равнялись один к восьми. Эта фамилия мне незнакома. Забавно, Даже не удосужился запомнить имена одноклассниц.

— Тут все даже слишком подробно… Мне кажется вы перестарались.

— Мы же мужчины, у нас на уме только попки и груди!

Похоже, эти парни совсем не умеют сдерживаться.

Ближе к концу списка ставок числилась Хорикита. Примерно тридцатым номером. Ну, если речь заходит о размере груди, победители очевидны. Ее шансы невелики.

— Ну так как? Принять участие стоит тысячу баллов.

— Ясно…

В ставках рискованно участвовать, зная одноклассниц не по имени и лицам, а исключительно по размеру груди. К тому же я по именам знаю только Хорикиту и Кушиду. У Кушиды размер, конечно, весьма внушительный, но вероятно этого недостаточно, чтобы присудить ей первое место.

— Да все нормально, это же просто игра. Выбирать есть из кого.

— Я сделаю это!

— Я тоже, я тоже!

— Уже участвовал в разведке размеров!

Пока я думал, все парни столпились перед планшетом в возбуждении. Женская половина класса наблюдала за нами с неприкрытым отвращением.

— Участвую! Ставлю на Сакуру! — встрял Ямаучи.

Сакура – непримечательная девушка в очках. Я ни с кем не разговариваю, так что понятия не имею, какая она из себя.

Словно придумав что-то, Ямаучи, Ике и Профессор обнялись друг с другом за плечи и начали шептаться.

— Это вроде как секрет, но я признался Сакуре.

— Ха? Ты что, серьезно? — Ике выглядел удивленным и нетерпеливым. Кто-то достиг намеченной им самим цели раньше?

— Да-да. Но это только между нами, ладно? Поначалу я думал, она обычная. А потом увидел ее без школьной формы. Эти штуки просто огромные!

— Идиот, ты заговорил с ней из-за размера, а не потому, что она милая?

— Я не собираюсь встречаться с кем-то уровнем ниже, чем Кушида и Хасебе. Обычные девчонки меня не интересуют, — Ямаучи был самонадеян, так как рядом никого из девушек не было.

Интересно, правда ли он пытался предложить ей встречаться? В конце концов, я решил поставить на девушку с самыми высокими шансами на победу.

Часть 1

— Ого, вот это бассейн!

После обеда наконец-таки начались долгожданные занятия по плаванию, так взбудоражившие Ике и остальных парней из нашего класса.

Даже не пытаясь скрыть возбуждение, Ике готовился к тому, что должно произойти уже скоро. Компания парней отправилась осматривать крытый бассейн, и я незаметно увязался за ними.

Судо начал переодеваться. Всем открылось его крепкое после многих лет игры в баскетбол тело. Он выглядел мускулистым, особенно если сравнивать с другими одноклассниками. Остальные кутались в банные полотенца, явно чувствуя себя неуютно, но Судо стоял в одних трусах. Полуголый, он достал плавки из сумки. Глядя на него, я неосознанно задал вопрос:

— Судо, тебя это не смущает?

— Нет, я стараюсь переодеваться как можно быстрее. Если пытаешься скрываться, сразу попадаешь в центр внимания.

— Вот значит как. Над теми, кто пытается переодеваться незаметно, обычно посмеиваются.

— Ладно, идем, — Судо вышел из раздевалки.

Я тоже закончил и последовал за ним.

— Школа и правда лучшая! Тут даже круче, чем в городском бассейне! — заорал Ике, увидев пятидесятиметровый бассейн. На нем были обычные шорты для плавания.

Вода выглядела кристально прозрачной, гладь не колыхалась, потому что бассейн был крытым, а значит защищенным от ветра. Какое замечательное место.

— А где девушки? Их еще нет? — Ике озирался в поисках наших одноклассниц, принюхиваясь, как пес.

— Им все-таки нужно больше времени на переодевание.

— Интересно, что будет, если я внезапно ворвусь в женскую раздевалку?

— Тебя изобьют и потребуют моральной компенсации.

— Не рушь мои фантазии своими реалистичными ответами, — он вздрогнул от этих слов.

— Если будешь слишком много пялиться на их купальники, девчонки тебя возненавидят.

— Разве парни могут не пялиться? И что же мне делать, если попадусь…

Если такое случится, Ике будут ненавидеть до самого выпуска. Кстати говоря, наконец то я общаюсь с кем то помимо Хорикиты или Судо.

Хотя я и не собирался, да и не мог присоединиться к ним, меня буквально затянуло туда. Похоже, это тот самый момент, когда у меня появились первые друзья.

— Вау! Этот бассейн совсем не то, что было в моей средней школе, — через несколько минут после того, как парни вышли из раздевалки, раздался женский голос.

— Они… они наконец пришли? — Ике был начеку.

Будешь так откровенно демонстрировать свои желания и чувства – тебя точно возненавидят.

Но, если уж начистоту, мне тоже было интересно взглянуть на Хасебе, Кушиду, и немного на Хорикиту. Хасебе была главной целью. И ведь нет ничего плохого в том, чтобы просто посмотреть на кого-то. Но нашим ожиданиям не суждено было оправдаться...

— Хасебе нет! В чем дело?! Профессор!

Возбужденный Профессор озирался с трибуны на втором этаже. Ике и компания тоже метались глазами по сторонам, выискивая девушек, которые могли появиться любой момент.

И все же… их по-прежнему не было видно.

Профессор начал отчаиваться. Все еще переодеваются? Или…

— Профессор, сзади!

— Ч… что?

Ике с криком показал куда-то пальцем, он явно что-то заметил. Хасебе появилась на трибунах рядом с Профессором. Девочки по одной начали будто бы из ниоткуда возникать на втором этаже. Сакура тоже была среди них.

— Ч… что такое? В чем дело?

Ике закрыл лицо руками и упал на колени. Он явно не ожидал такого поворота событий.

А Хасебе показалась мне застенчивой. Более того, она очень чувствительна к вниманию парней. Не думаю, что ей понравились наши взгляды.

— Я надеялся, что сегодня смогу увидеть женские груди!

— Ике, ты когда-нибудь слышал фразу " можно, если осторожно"?

Ике орал так, что Хасебе точно его услышала. Настоящий самоубийца.

Девушки начали перешептываться. Как я и говорил, они возненавидят его за такую честность…

— Ике, не время грустить. Тут много других девчонок!

— Ага… кто угодно сойдет. Не время вешать нос!

— Точно! — Ямаучи и Ике в знак дружбы обменялись крепким рукопожатием.

— Ребят, что вы делаете? Выглядит забавно, — Кушида встала между ними.

— К… К-кушида-сан?

Купальник повторял все изгибы ее тела. И парни моментально начали пялиться на Кушиду. Ее грудь размера D или E – не уверен, но где-то около того. Значительно больше, чем я думал. И попка тоже гораздо больше ожидаемого…

В общем, я быстро отвел взгляд. Ох, а погода сегодня отличная. И мир во всем мире тоже ничего. Вот только плохо, когда некоторая часть моего тела начала реагировать на увиденное.

— Почему у тебя такое странное выражение лица? — Хорикита с неприкрытым подозрением посмотрела на меня.

— Во мне сейчас идет внутреннее сражение.

И тут мой взгляд упал на фигуру Хорикиты. Неплохо, да, совсем неплохо… Упс, кажется, я чересчур засмотрелся на нее. Нужно изо всех сил постараться успокоиться и вернуть над собой контроль.

— … — Хорикита, тем временем оглядела меня с головы до ног. — Аянокоджи-кун, ты тренируешься?

— А? Нет, не то чтобы. Хвастаться нечем, ведь я состоял в клубе «возвращения домой».

— Может и так, но… по мышцам рук и спины видно, что ты держишь себя в форме.

— Хорошая наследственность?

— Боюсь, не в твоем случае.

— Так у тебя фетиш на накаченные рельефные мышцы? Правда? Или будешь спорить со мной?

— Ну, раз ты так сильно отрицаешь, что даже перевел разговор на другую тему, я поверю… — она выглядела недовольной. В который раз убеждаюсь, что эта девушка крайне проницательна.

— Хорикита-сан, ты хорошо плаваешь? — спросила у нее Кушида.

Выражение лица Хорикиты изменилось, но на вопрос она ответила спокойно:

— Не то чтобы хорошо, но и не так чтобы плохо.

— В средней школе я совсем не умела плавать. Но очень много тренировалась, и теперь у меня получается гораздо лучше!

— Понятно, — ответила та безо всякого интереса и отвернулась от Кушиды. Закончила беседу, не оставив и шанса на продолжение.

Кх.. — не мог я засмеяться от попытки Кушида заговорить с Хорикитой.

После этого кушида посмотрела на меня сердитым взглядом, Милым сердитым взглядом.

— Ладно, все построились! — учитель собрал всех и начал занятие. Пускай он и учитель физкультуры, но похоже из числа тех, на кого часто западают девушки, — Ясно, шестнадцать парней. Я рассчитывал на большее, но и так сойдет.

Кто-то явно решил прогулять урок, но его это вроде бы не волновало.

— Вас, наверное, не предупреждали, но я намерен проверить способности каждого ученика после того, как закончим с разминкой. Будете плавать.

— Эм, учитель, я не умею плавать… — извиняющимся тоном доложил один парень, подняв руку.

— Как твой учитель, я смогу помочь тебе научиться плавать за лето, потому можешь не переживать на этот счет.

— А смысл учиться плавать? Мы же все равно не сможем поехать на пляж.

— Ну-ну, неважно, как вы плаваете сейчас, никогда не поздно научиться. А навыки плавания обязательно пригодятся. Это я вам гарантирую.

Умение плавать нам пригодится? Что ж, надеюсь, так или иначе... Но все же, когда учитель так говорит, это немного напрягает. Эх, наверное, он считает своим долгом работать даже с самыми безнадежными из нас.

Все приступили к разминке. Правда, Ике продолжал засматриваться на девушек. После нам приказали начать заплыв на пятьдесят метров. Тем, кто не умел плавать, разрешали отталкиваться ногами от дна бассейна.

Войдя в бассейн, я достаточно быстро привык к температуре подогретой воды. А затем с легкостью поплыл.

Преодолев пятьдесят метров, я подождал, когда доплывут остальные.

— Хе-хе-хе, безоговорочная победа! Ты видел? Мое супер-плавание! — проплыв так же, как и все, Ике вылез из бассейна с самодовольным видом.

— Что ж, похоже, практически все умеют плавать.

— Простите, сенсей, но в средней школе меня звали Летучей рыбой!

— Понятно. В таком случае можете посоревноваться между собой, на пятьдесят метров вольным стилем. Для начала разделитесь на команды парней и девушек

— П-посоревноваться? Серьезно?

— Победителю присуждается награда – пять тысяч баллов. С другой стороны, последнему придется ходить на дополнительные занятия, так что приготовьтесь!

Те, кто плавали получше, радовались, в отличие от тех, кто явно был похуже.

— Девушек у нас немного, поэтому я разделю вас на две группы по пять человек. Победит самая быстрая. А из парней выберу пятерку с лучшим временем и потом проведем финальный заплыв.

Не ожидал, что школа будет раздавать призы баллами. Наверное, чтобы прогульщики жалели о своем выборе. Какой хорошо продуманный план.

Было шестнадцать парней и десять девушек, за исключением тех, кто вовсе не умел плавать. Когда девчонки поплыли, парни устроились на бортиках и стали поддерживать… нет, скорее уж, оценивать девушек.

— Кушида-тян! Кушида-тян! Кушида-тян! Кушида-тян! Кушида-тян! Ха-ха-ха-ха! — все внимание Ике захватила Кушида.

— Ике, мне кажется Кушида не нуждается от тебя в такой поддержки, я думаю это странно, успокойся.

— Но Кушида-тян нереально милая. И грудь у нее прямо-таки огромная.

Кушида уже стала самой популярной девушкой в классе. Интересно, Ике или Ямаучи уже фапали на нее?

Хотя если говорить только о внешности, Хорикита точно лучше, но ее вредный характер не дал бы ей стать популярной.

— Народ, постарайтесь запечатлеть это зрелище! Фап-контент на сегодня обеспечен!

— Да!

Каким-то образом плавание сблизило парней. Единственным исключением был Хирата, отводящий взгляд от девушек. Какой негрешная душа.

Раздался свисток, после которого пять девушек прыгнули в воду. Хорикита была на второй дорожке. Получив преимущество на старте, она сохранила его и на дистанции. У нее оказалось уверенное первое место.

— Ого, Хорикита сделала это!

Ее время было около двадцати восьми секунд. Довольно быстро. Даже не запыхавшись, Хорикита вылезла из бассейна. Парни буквально уставились на ее упругую задницу, когда она поднималась. Я тоже смотрел на нее.

Потом пришла очередь второго заплыва. Кушида была на четвертой дорожке. Парни с улыбками махали руками и скандировали ее имя.

— У-у-у-у-у!

Некоторые вели себя резковато. Кое-кто даже пытался заглядывать девушкам между ног.

Когда мы представлялись, Кушида на весь класс заявила, что хочет подружиться с каждым. И, похоже, ее желание исполнилось. Она постоянно заводила дружеские беседы с окружающими ее парнями. Аура Кушиды словно притягивает к ней людей.

Начался второй заплыв. И силы снова оказались неравными. Девушка по фамилии Онодера победила с огромным отрывом. Ее время в двадцать шесть секунд было однозначно лучшим. Кушида проплыла за тридцать одну секунду, неплохо, но этого хватило только на четвертое место.

Я подошёл к уже вылезшей из воды Хориките.

— Второе место. Члены клуба по плаванию безжалостны.

— Ничего. Мне все равно, выиграю ли я или нет. А ты в себе-то уверен?

— Само собой. Для меня достаточно не оказаться на последнем месте.

— Нечем тут гордиться. Я думала, для парней победа важнее.

— Не люблю соревноваться. В конце концов, я тот, кто предпочитает избегать неприятностей.

Я сразу отказался от попыток занять первое место. Моей целью было всего-навсего избежать дополнительных занятий.

Меня поставили на вторую дорожку, а Судо был на первой. Я намеревался оставаться в середине, чтобы не приплыть последним. С этой мыслью я вошёл в воду.

Проплыв пятьдесят метров с невероятной скоростью, Судо поднял голову над водой. Парни и девушки кричали в восхищении.

— Такое вообще возможно, Судо? Твое время – 25 секунд.

А вот время моего заплыва – всего лишь 36 секунд. Примерно десятое место. Дополнительных занятий у меня не будет.

— Судо, может, ты присоединишься к клубу плавания? Если потренируешься, будешь неплох.

— У меня в планах только баскетбол. Плаванье – только для развлечения, — от такого короткого заплыва Судо даже не запыхался. Он спокойно выбрался из бассейна.

— Ого, у Судо отличные навыки, — Ике не без зависти ткнул его локтем.

— Кья! — разнеслись отовсюду женские голоса и крики радости.

Хирата стоял на стартовом пьедестале. Пока Судо выслушивал слова восхищения от парней, тело Хираты собирало восхищенные женские взгляды. Он был слегка худощавым, но хорошо сложенным. Услышав восторженные крики в честь Хираты, Ике сделал вид, будто его тошнит. Судо тоже смотрел на него недовольно.

— Если выиграешь, я тебя порву. Тогда-то ты увидишь всю мою силу! Это тебе не плавание для развлечения.

Когда учитель дал свисток, Хирата провел идеальный вход с прыжка в воду. Парень начал грести руками, а девушки стали выкрикивать его имя. И то, как он плыл, выглядело по-настоящему круто.

— А он очень быстрый, — спокойно прокомментировал Судо.

И правда, Хирата был хорошим пловцом. Остальные четверо парней сильно от него отстали. Его лидерство побуждало девочек болеть еще громче.

Как я и предполагал, Хирата приплыл первым. Громкие крики болельщиц разносились под сводами бассейна.

— Учитель, какое у него время? — нетерпеливо поинтересовался Ике.

— Время Хираты… 26,13 секунд.

— Что ж, вперед, Судо! Ты сможешь победить! Стань же нашим орудием справедливости!

— Предоставьте это мне! Я сделаю так, что от его популярности и следа не останется! — слова Ике распаляли Судо, но поражение вряд ли повлияет на популярность Хираты.

— Хирата-кун, ты был крут! Хорош не только в футболе, но и в плавании тоже!

— Правда? Спасибо.

— Эй, что это ты смотришь на Хирату такими влюбленными глазами?

— Ха? А что, он только тебе принадлежит?

…И так далее. Популярность Хираты достигла печальных масштабов, и для других парней смотреть на это было непросто.

— Прекращайте вы! Не надо из-за меня драться. Я принадлежу всем и хочу подружиться со всеми. То, что я хорошо плаваю, совсем не означает, что за меня нужно драться!

Не знаю, что там услышал Коенджи, но этот парень явно принял слова девушек на свой счет. С расслабленной улыбкой он встал на стартовую линию.

— Эй, почему на Коенджи плавки-слипы?

— Ч-что?

Носить слипы школьными правилами разрешено, но никто больше их не надел. Девочки старались не смотреть на зону промежности Коенджи.

И все-таки в третьем заплыве он был в центре внимания. Его стартовая стойка походила на позы профессиональных атлетов. Не только стойка, но и фигура Коенджи смотрелась лучше, чем у Судо. Парни, гордящиеся своими телами, в том числе и Судо, сглотнули при виде этого зрелища.

— Плевать, выиграю я или проиграю, но проигрывать ненавижу! — пробормотал Судо сам себе.

Под звук свистка Коенджи красиво ушел под воду.

— Ого! — невольно вырвалось даже у Судо, когда он увидел агрессивный стиль Коенджи. Хирата тоже смотрел в восхищении. Его скорость и правда впечатляла, хотя Судо во время своего заплыва тоже был быстрым. Учителю пришлось посмотреть на секундомер дважды, прежде чем отметить:

— Время… 23,22 секунды.

— Как и ожидалось, мои абдоминальные, спинные и поясничные мышцы в отличной форме! Совсем неплохо! — выбравшись из бассейна, Коенджи ослепительно улыбнулся и расчесал волосы. Он дышал спокойно словно и не участвовал в заплыве.

— Я просто в бешенстве! — Судо разозлился тому, что его время только что побили. Я не мог не ухмыльнуться, но пришлось отвернуться от Судо, чтобы он не разозлился ещё и на меня.

Пожалуй, только у него был реальный шанс справиться с Коенджи. Это будет не финальный заплыв, а битва один на один между Судо и Коенджи.

— Судо и Коенджи оба очень быстрые. Интересно, кто победит в итоге? — в ожидании финального зрелища, Кушида заговорила со мной.

— Думаю Коенджи одержит победу.

— Ты так думаешь? Интересно, почему у нас плаванье в апреле?

— Наверное, потому что тут есть отличный крытый бассейн. Кстати, ты тоже очень быстрая, Кушида. Невозможно представить, что в средней школе ты плохо плавала.

— Ты тоже ничего, Аянокоджи.

— Да нет, это обычная скорость. Я не фанат спорта.

— Серьезно? Телосложение у тебя неплохое. Несмотря на худощавость, выглядишь хорошо сложенным, прямо как Судо, — Кушида удивленно посмотрела на меня. Я немножко занервничал. Странно, когда меня оценивала Хорикита такого не было. Теперь мне ясно почему Кушида популярнее Хорикиты.

— Просто родился, с таким телом.

Диалог зашел на тему моего физического состояния. В этот раз получилось совсем недолго, но мне захотелось бы еще больше поговорить с Кушидой наедине.

— Ого, а Коенджи силен. Я думал, тут победит Судо, но… гляди, Аянокоджи!

Коенджи обошел Судо в пяти метрах от победы, а комментировавший это Ике злобно взглянул на меня.

— Что? Что такое? Я ничего не сделал.

— Не в том дело! — зашептал он, возложив руку мне на плечо, — Я нацелился на Кушиду-тян, так что с дороги!

— Кх... — произнес я этот странный звук, удерживаясь от смеха.

— Чего смешного

— Я не собирался забирать у кого-то Кушиду, — не думаю что Кушиде понравится такой как он, но будет забавно посмотреть на его признание если оно будет. А когда он признается, то будет смешно посмотреть на его страдания, после ее отказа.

Все уроки прошли нудно и скучно. Сегодня был обычный, не чем не запоминающий школьный день.

— Кикё-тян, не хочешь заглянуть в кафе по пути домой?

— Ага, идем. Ой, подожди минуточку. Хочу еще кое-кого позвать, — сказав это одной из своих подруг, Кушида подошла к Хориките, которая в тот момент укладывала книги в сумку, — Хорикита-сан, я собираюсь с подругами в кафе. Может, присоединишься к нам?

— Не заинтересована, — моментально отклонила она приглашение.

Ух ты, а я думал день будет самым скучным. Хорикита как всегда холодна. Не понимаю, она что, не могла соврать, что собираешься за покупками или должна встретиться с кем-нибудь, или еще что-то в таком духе? Хорикита отказала уж чересчур прямолинейно. И все же Кушида продолжала ей улыбаться.

Со вступительной церемонии Кушида периодически пыталась пригласить куда-нибудь Хорикиту. Мне кажется, было бы неплохо, если бы она разок согласилась, но это точка зрения стороннего наблюдателя. В конечном итоге еще никому не удавалось заставить ее присоединиться к компании.

— Тогда как-нибудь в другой раз.

— Постой, Кушида-сан! — Хорикита зачем-то окликнула ее. Неужели собралась принять приглашение? — Пожалуйста, не зови меня больше, это раздражает, — заявила она холодно, вопреки моим ожиданиям.

— Кикё-тян, прошу, хватит звать Хорикиту. Я ее не переношу, — голос был едва различим за закрывшейся следом дверью.

Хорикита наверняка все расслышала, однако виду не подала.

— Ты же не станешь предлагать что-то столь же бессмысленное, я права?

Я хитро улыбнулся.

— Конечно нет Хорикита. как ты могла такое подумать?

— Буду надеяться до последнего, что мне показалось, что это сарказм, — закончив собираться, Хорикита вышла из класса.

Я еще какое-то время просидел за партой, но вскоре мне это наскучило, и я поднялся. Пора бы уже в общагу.

— Аянокоджи-кун, есть время?

Я наткнулся на Хирату, все еще остававшегося в школе.

— Хотел спросить насчет Хорикиты. С ней все хорошо? Слышал, девушки ее обсуждали. К тому же она всегда одна.

Отклоняя приглашения Кушиды, эта девушка продолжала оставаться в одиночестве.

— Можешь попросить ее больше общаться со своими одноклассниками?

— Разве это не ее дело? Вроде она никому не мешает.

— Конечно, понимаю. Меня не одна только Хорикита беспокоит. Не хочу, чтобы у нас в классе над кем-то издевались.

Издевались? Он начал издалека, но теперь его слова похожи на дурное предзнаменование. Пытаешься меня таким образом предупредить? Намерения Хираты показались мне довольно-таки искренними.

— Думаю, лучше сказать это ей самой, чем передавать через меня.

— Да, наверно, ты прав. Прости, что пришел к тебе с такой странной просьбой.

Хорикита каждый день проводит в одиночестве. Если так пойдет и дальше, через месяц эта девчонка, безусловно, станет изгоем. Но это ее личные проблемы, и я не имею права вмешиваться.

Часть 1

Покинув здание школы, я направился к общежитиям. Кушида, которая, вроде как, должна была уйти с подругой, кого-то поджидала, прислонившись к стене. Заметив меня, она почему-то тут же улыбнулась.

— Отлично! Я ждала тебя, Аянокоджи-кун. Свободен сейчас? У меня к тебе есть разговор.

— Да, делать все равно особо нечего…

— Спрошу прямо, Аянокоджи-кун, ты хотя бы раз видел, как Хорикита улыбается?

— А? Нет… что-то не припоминаю такого.

Выходит, Кушида ждала меня, чтобы поговорить о Хориките. И если подумать, я никогда не видел эту девушку улыбающейся.

И тут, совершенно неожиданно, схватившись за руку, Кушида вплотную приблизилась ко мне. В нос ударил приятный цветочный аромат.

— Знаешь… я очень хочу подружиться с Хорикитой-сан.

— Мне кажется, это бесполезно. Может лучше оставить ее в покое, пока она тебя со всем не возненавидела.

— Мне кажется, что всё-таки можно с ней подружиться, ты ведь ее хорошо знаешь.

— Я ее знаю настолько, насколько можно знать человека, сидящего по соседству с тобой каждый день.

Девушки есть девушки, им действительно не терпится сбиться в группы в первый же день учебы. Они даже более организованы в своих действиях, нежели парни, а группа из четырех девушек преспокойно удержит под каблуками двадцать человек. При этом они продолжают утверждать, что всего лишь намерены расширить круг своего общения.

Однако Кушида – исключение из всех правил. Большинство компаний уже сформировалось, но она и среди них продолжает набирать огромную популярность. Эта девушка все еще стремится подружиться с Хорикитой. Обычный ученик давно бросил бы это занятие. Сдается мне, потому Кушида и популярна.

А еще она симпатичная. В конце концов, популярность напрямую связана с внешностью.

— Разве Хорикита не отказалась с тобой общаться? Что бы ты ей не говорила, вряд ли это поможет вам достичь понимания.

Да, я знаю, Кушида не из тех, кто подбирает слова. И если ее задеть, она наверняка найдет, чем ответить. Мне, правда, не хотелось бы задевать ее.

— Ты… мне поможешь?

— ...Ну… Понимаю твои чувства, но…

— Нет?

— Ладно, думаю, это будет интересным зрелищем.

— Правда? Аянокоджи-кун, спасибо!

Кушида довольно улыбнулась, стоило мне согласиться ей помочь. Миленько!

Хотя я и сказал, что помогу, однако в таких делах не стоит торопиться, чтобы не натворить глупостей.

— Так что же мне сделать? Знаю, ты хочешь с ней подружиться, но это не так-то просто.

Для такого одиночки, как я, это практически невыполнимая задача.

— Хм… Для начала нужно заставить Хорикиту улыбнуться.

— Заставить улыбнуться, значит.

Задача заставить кого-то улыбнуться изначально предполагает умение создать хорошее настроение и подходящую атмосферу. Отношения, когда это становится возможным, впору назвать «дружескими».

К счастью, дружелюбная Кушида, должна знать, как справиться с такой задачей.

— Есть идеи, как это сделать?

— Эм… я думала, мы что-нибудь вместе придумаем, — извиняясь, хихикнула она и слегка наигранно стукнула себя по голове, копируя какого-нибудь аниме персонажа.

Честно, была бы она уродиной, я бы тут же ее ударил, но это же Кушида, так что все нормально.

— Улыбнуться...

Моя цель заключалась в том, чтобы вытянуть из Хорикиты улыбку. А это вообще возможно? Очень сомневаюсь, если честно.

— Ладно, я сам попробую пригласить Хорикиту после занятий, хотя не ручаюсь, что она мне все руки и ноги не повыдирает. Так куда же я должен ее привести?

— Хм, как насчет «Паллет»? Я часто туда хожу, она наверняка слышала, как мы обсуждали это место.

«Паллет» – одно из самых популярных кафе на территории школы. Конечно, я часто слышал о заведении, куда Кушида уходила с подругами после занятий. И если уж даже я наслышан об этом кафе, Хорикита наверняка давно о нем знает.

— Как думаешь, если вы придете в «Паллет», сделаете заказ, а потом «неожиданно» наткнетесь на меня, сработает?

— Нет… думаю, это чересчур банально. Но что если твои подруги тоже нам помогут?

Как только Хорикита заметит Кушиду, она, скорее всего, тут же смоется оттуда. Если это возможно, хотелось бы создать ситуацию, из которой ей выпутаться будет сложнее. Я обрисовал Кушиде идею, пришедшую мне в голову.

— Ох… звучит так, словно все непременно должно получится! Аянокоджи-кун, ты такой умный! — Кушида выслушивала меня с сияющими глазами, кивая и поддакивая.

— Не думаю, что это как-то связано с интеллектом. В общем, план такой.

— Окей, я на тебя рассчитываю, Аянокоджи-кун!

Нет, твои ожидания меня напрягают.

— Если ты сама позовешь Хорикиту, она, наверняка, снова откажет. Так что позволь мне взять эту роль на себя?

— Отлично! В конце концов, Хорикита-сан тебе доверяет.

— С чего ты так решила?

— Хм, ну, со стороны так кажется, разве нет? Важно то, что тебе она доверяет больше, чем кому-либо другому в классе.

— Это вовсе не значит, что я лучше всех подхожу для такой задачи. Мы вообще познакомились с ней случайно.

Столкнулись в автобусе и по чистому совпадению оказались соседями по партам. Если бы что-то из перечисленного не произошло, вряд ли бы я вообще заговорил с Хорикитой.

— Разве не все новые знакомства случайны? Позже знакомые становятся твоими друзьями, лучшими друзьями… иногда даже возлюбленными и семьей.

— Ну... Не в моем случае, — пробормотал последнию часть, к счастью она не услышала.

Похоже, и такая точка зрения имеет место быть. Разговор с Кушидой тоже был случайностью. А это значит, вполне возможно, мы с ней когда-нибудь подружимся.

Часть 2

Уроки закончились. Ученики начали расходиться по своим внешкольным делам, обсуждая места, где намерены сегодня повеселиться. Я посмотрел на Кушиду и дал сигнал, что начинаю реализовывать текущий план.

Наша цель – Хорикита, по своему обыкновению, начала собираться домой.

— Хорикита, ты сейчас свободна?

— У меня нет времени. Нужно вернуться в общежитие и подготовиться к завтрашним занятиям.

Подготовиться к занятиям? Уверен, только ей тут есть к чему готовиться…

— Мне бы хотелось попросить тебя сходить со мной кое-куда.

— Ты что задумал?

— Считаешь, у меня есть какие-то скрытые мотивы?

— Зовешь куда-то ни с того ни с сего, конечно, у меня будут сомнения. Но, если у тебя есть что-то, о чем нужно поговорить, я не против выслушать и здесь.

Конечно, ничего подобного у меня и в мыслях не было.

— Ты знаешь, что на территории школы есть кафе? Там слишком много девчонок, потому мне трудно пойти туда в одиночку. Возникает такое ощущение, будто парни там лишние.

— Само собой девушек большинство, но я не слышала о местах, куда парням вход закрыт.

— Да, но парни не ходят туда сами по себе. Только вместе с девушками.

Хорикита напряженно задумалась, пытаясь вспомнить что-нибудь о Паллет.

— Похоже на правду. Необычно для тебя приводить настолько рациональные доводы.

— И все-таки я хочу туда. Подумал, что мог бы пригласить тебя.

— Ну да, если учесть, что… тебе просто больше некого позвать, верно?

— Прозвучало грубовато, но да.

— А если я откажусь?

— Ничего не поделаешь, мне придется сдаться. Не могу же я заставить тебя изменить свое мнение.

— Понятно. Видимо, ты говоришь правду. Но надолго задерживаться там я не собираюсь, устраивает?

— Ага, не станем задерживаться надолго.

Мысленно я добавил «наверное». Если бы Хорикита узнала, что в дело вовлечена Кушида, она бы меня тут же и линчевала.

Благодаря просьбе Кушиды, получив возможность пригласить Хорикиту, я подумал, что это неплохой шанс подружиться с последней.

Все-таки Хорикита пошла со мной без особых возражений, что на клубную выставку, что в кафе. Учитывая то, как трудно мне с кем-то подружиться, это просто чудо.

Выйдя вместе, мы вскоре добрались до кафе Паллет, что располагалось на первом этаже школьного здания. Девушки как раз начали собираться, чтобы повеселиться там после занятий.

— А тут довольно людно.

— Ты здесь впервые в такое время? А, точно, ты же всегда одна.

— Это был сарказм? Детский сад какой-то.

Вообще, я пытался пошутить, но Хорикита, как всегда, сыпала оскорблениями.

Сделав заказ, мы получили свои напитки. Я заказал блинчики.

— Тебе нравится сладкое?

— Просто захотелось блинчиков.

На самом деле я не фанат блинов, но использовал их как предлог.

— Свободных мест нет…

— Думаю, придется немного подождать. О, все хорошо, вон там есть места! — я заметил девушек, собирающихся уходить, и быстро занял их столик. Позволив Хориките пройти к своему месту, положил рюкзак на пол, а после чего сел сам и огляделся по сторонам.

— Знаешь, я только сейчас заметил, что, если кто-нибудь увидит нас здесь вместе, решит, что мы парочка… или нет.

Хорикита выглядела, как всегда, отстраненной. Я нервничал из-за толпы вокруг, а тут еще живот, как назло, разболелся.

Внезапно я услышал, как две девушки по соседству с напитками в руках сказали: «Пойдем». В тот же момент к нам подсел новый человек. Это была Кушида.

— О, Хорикита-сан! Какое совпадение! Аянокоджи-кун тоже тут!

— Да, здравствуй.

Кушида поприветствовала, делая вид, что мы встретились случайно. Хорикита окинула ее подозрительным взглядом, а потом повернулась ко мне.

Конечно, мы это все продумали заранее. Четыре подруги Кушиды заняли два столика, и, когда мы с Хорикитой пришли в Паллет, я дал им сигнал, чтобы они освободили место для нас. Через какое-то время еще двое ушли, чтобы к нам могла подойти Кушида.

В результате наша встреча выглядела совпадением.

— Вы пришли вместе? — спросил нас Кушида

— Да. А ты одна? — ответил я ей

— Да, сегодня я…

— Я ухожу. — резко заявила Хорикита.

— Эй, мы же только что пришли?

— Я тебе больше не нужна, так как здесь уже есть Кушида-сан.

— Нет, ты нам не помешаешь. Мы с Кушидой просто одноклассники, в конце концов!

— Мы с тобой тоже только одноклассники. К тому же… — она смерила нас холодным взглядом, — мне это не нравится. Что вы двое задумали?

Похоже, она разгадала наш план с первого раза.

— Да ничего, это просто совпадение! — выпалила совсем не к месту Кушида.

Кушида, тут надо было сказать: «Ты о чем?».

— Это место поначалу занимали девушки из класса D. И потом, те двое рядом тоже были из нашего класса. Всего-то совпадение?

— Ого, ты обратила на это внимание… а я как-то даже не заметил.

— И еще, мы пришли сюда сразу после занятий. Как бы быстро они сюда не прибежали, пробыть тут успели пару минут максимум. Рановато, чтобы уходить, или я не права?

Хорикита куда наблюдательнее, чем я предполагал. Она не только запомнила лица одноклассников, но еще и практически мгновенно поняла, что здесь происходит.

— Эм… — сбитая с толку, Кушида умоляюще посмотрела на меня. Хорикита перехватила этот взгляд. Для нас все уже кончено.

— ...Мы все подстроили.

— Я так и подумала. Ситуация с самого начала вызывала подозрение.

— Хорикита-сан, будь моим другом, пожалуйста! — уже ничего не скрывая, Кушида обратилась к ней напрямую.

— Сколько раз уже говорила, чтобы ты оставила меня в покое! Не беспокойся, не собираюсь я становиться занозой для всего класса. Или это запрещено?

— Постоянное одиночество сделает твою школьную жизнь унылой. Я хочу подружиться со всеми в классе…

— Я не могу запретить тебе этого хотеть, однако нехорошо втягивать в это других, если они этого не желают. Меня вполне устраивает одиночество.

— Н-но…

— И еще один аргумент. Думаешь, мне понравится быть твоим другом, не имея к этому никакого желания? Считаешь, такие чувства, как дружба и доверие, могут появиться из принуждения?

Хорикита права. Ведь проблема не в том, что она не может с кем-то подружиться, а в том, что она просто считает это ненужным. Кушида мыслит в одном направлении, Хорикита – в другом.

— В этот раз я сама виновата, что не высказала все напрямую, поэтому не могу тебя винить. Но, если будешь пытаться снова, я тебе этого не прощу! — она взяла стаканчик нетронутого латте и поднялась.

— А ведь я и правда хочу подружиться. Когда впервые тебя увидела, то сразу почувствовала, будто мы встречаемся уже не в первый раз. Решила, что ты почувствовала то же самое…

— Бессмысленная трата времени. Я чувствую себя неуютно, — Хорикита прервала ее, повысив тон.

Кушида сглотнула. И хотя я вроде как согласился помочь ей, вмешиваться не хотелось. Однако…

— Не то чтобы я не понимал тебя, Хорикита. Я также часто задаюсь вопросом, нужны ли вообще людям друзья?

— И это говоришь ты – тот, кто хотел подружиться с кем-нибудь с самого первого дня учебы?

— Не отрицаю этого, однако мы с тобой похожи. По крайней мере, я был таким, пока не выпустился из средней школы. Не мог ни с кем подружиться, пока не поступил сюда. И я никогда прежде не обменивался адресами электронной почты, не развлекался в компании после занятий, всегда оставался в полном одиночестве.

Услышав мои слова, Кушида удивилась.

— Думаю, поэтому я так много с тобой разговариваю.

— Твои слова для меня не в новинку. Однако, если в одиночестве мы с тобой похожи, во всем остальном совершенно разные. Ты не дружил ни с кем, даже если хотел, а я же не дружу ни с кем, потому что мне это не нужно. Говорить, что мы похожи, в корне неправильно. Или я ошибаюсь?

— Возможно, но говорить Кушиде, что ты чувствуешь себя неуютно в ее присутствии – это слишком. Тебя это действительно устраивает? Ты говоришь, что не будешь ни с кем общаться, а значит, останешься одна на следующие три года. Множество дней в компании самой себя.

— Ничего страшного, я же как-то прожила в одиночестве все эти девять лет. Правда, если считать детский сад, то даже больше.

Вот так вот просто заявила о своих проблемах? Эта девчонка ни с кем не общается, потому что одинока столько, сколько себя помнит?

— Теперь-то я могу идти? — Хорикита вздохнула и посмотрела Кушиде прямо в глаза, — Кушида-сан, даже если мои слова тебя не убедили, больше я ничего говорить не собираюсь. Пообещай мне. Ты ведь далеко не глупая и понимаешь, о чем я?

Хорикита вышла со словами «Ну ладно», оставив меня с Кушидой в забитом до отказа помещении кафе.

— Полный провал! Я хотел помочь, но не сработало. Похоже, она свыклась со своими проблемами.

Кушида устало плюхнулась на стул. Но тут же вернула на лицо свою привычную улыбку.

— Да нет, спасибо, Аянокоджи-кун. Я не смогла с ней подружиться, но… сегодняшняя ситуация помогла мне научиться кое-чему важному. Этого достаточно. Прости, Хорикита-сан наверняка возненавидит тебя за помощь мне.

— Об этом можешь не волноваться. Она ведь и так меня не до любливает.

Мы занимали четыре места на двоих, так что я пересел за столик к Кушиде.

— Но я все-таки удивлена. Ты сказал, у тебя не было друзей. Это правда? Совсем на тебя не похоже. И почему же ты был один?

— М? Ну, это правда. Судо, Ике и остальные ребята из нашего класса – первые, с кем я подружился. Не знаю, виноват ли в этом я сам или среда, в которой меня растили.

— Тебя радует, что ты подружился с ними? Весело?

— Ага. Иногда они раздражают, но в то же время бывает весело, — глаза Кушиды засияли, и она кивала, приговаривая «Да! Да!». Я продолжил, — Но должен сказать, Хорикита тоже в чем-то права. Мы ничего не можем с этим поделать.

— Разве? Считаешь, она неспособна на дружбу?

— Почему ты так упорна в своем стремлении? Разве у тебя не куча друзей? Нет смысла гоняться за одной Хорикитой.

Даже если эта девушка смогла подружиться абсолютно со всеми в классе, это не значит, что она обязана из кожи вон лезть ради Хорикиты.

— Я хотела бы подружиться со всеми… не только с классом D, но и с учениками из других параллелей тоже. Но раз уж не могу поладить с одной из своих одноклассниц, это уже провал…

— Мне кажется лучше будет подождать подходящего момента, когда с ней можно будет подружиться.

Не искусственно подстроенного, а настоящего совпадения. Если это произойдет, зарождение дружеских отношений вполне возможно.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ты слишком забавный, придурок! — на втором уроке, которым у нас была математика, Ике громко болтал с Ямаучи.

Прошло три недели со вступительной церемонии, и за это время упомянутые двое и вместе с ними еще Судо успели получить прозвище «Трио Идиотов».

— Слушай, слушай, не хочешь после уроков сходить в караоке?

— Да, почему бы и нет.

Несколько девушек по соседству строили планы на свободное время. Несмотря на возникающие порой напряженные моменты, похоже, все понемногу начинали раскрываться друг другу.

— Аянокоджи-кун, ты еще не завел новых друзей? — поинтересовалась Хорикита, пока я занимался тем, что копировал написанное на доске в свою тетрадь.

— Ну, не то чтобы. Меня и мое нынешнее положение устраивает.

Поначалу я думал что не смогу завести дружеские отношения, но потом в магазине познакомился с Судо, а после случая в бассейне смог поладить с Ике и Ямаучи. Теперь мы иногда даже обедаем вместе. И хотя до «близкой дружбы» еще далеко, я был доволен достигнутому прогрессу.

— Йоу! — ворвался в класс Судо, громко хлопнув дверью. Не обращая внимания на то, что уже давно полным ходом идет урок, он сонно зевнул и плюхнулся на свое место.

— Эй, Судо, не хочешь потом пойти пообедать с нами? — громко и через весь класс крикнул Ике. Класс D показывает свое соответствующие поведение.

Даже не собираясь делать Судо замечание, учитель продолжил объяснять урок. В обычной школе за такое в ученика полетел бы кусок мела, но здешним учителям, походу надо было сохранять безразличие. Сами же ученики поначалу вели себя куда спокойнее и сдержаннее, но в последнее время совсем расслабились.

Конечно, были и ребята вроде Хорикиты, старательно занимающиеся и внимательно слушающие.

Мой карман завибрировал, информируя о новом входящем сообщении. Групповой чат. Похоже, мои новые товарищи решили пойти в столовую обедать.

— Эй, Хорикита, не хочешь поесть вместе с нами?

— Нет, спасибо. Парни довольно неотесанные.

— Не могу отрицать.

В конце концов, когда парни одни, они постоянно обсуждают девушек и отпускают грубые шуточки. Кто миленькая, кто с кем встречается и все такое. Наверное, не стоит вовлекать в такой разговор девушку.

— Ого… они с ней уже делали это? Потрясающе!

Из разговора я понял, что Хирата встречается с Каруизавой. Если взглянуть на нее со стороны, было заметно, какие томные взгляды она ему время от времени посылает.

Внешне Каруизава довольно милая, и вокруг нее ощущается аура женственности, показывающая, что в отношениях она уже далеко не новичок.

В средней школе она, скорее всего, встречалась с красавчиком по типу Хираты. Смелое предположение, но я почти уверен, что оно недалеко от правды.

— Ненавижу это твое выражение лица, — Хорикита холодно смотрела на меня. Кажется, она видит людей насквозь.

Что нужно сделать, чтобы начать встречаться сразу после поступления? Мне все еще трудно даже с дружбой. А если бы я подошел к Хориките и сказал: «Ты будешь со мной встречаться?», – она бы мне тут же врезала.

Но, если мне и получится завести девушку, я бы предпочел кого-нибудь более утонченного и нежного.

Часть 1

Третий урок – история. Занятие ведет Чабашира-сенсей. Она вошла в класс, как только прозвенел звонок. Настрой учеников так и не изменился.

— Ребята, пожалуйста, ведите себя потише. Сегодня у нас необычный урок.

— В смысле, Сае-тян-сенсей?

Ей уже прозвище успели придумать.

— Месяц заканчивается, так что будет небольшой тест. Передайте это назад, — она раздала ученикам на первых партах стопки бумаг.

Вскоре тест добрался и до меня. В нем было по несколько вопросов по каждой из основных пяти пройденных за месяц тем.

— Эх, а я ничего не слушала. Не хочу его писать.

— Успокойтесь, этот тест только для промежуточной проверки. Результаты не отразятся в табеле. Рисковать нечем, так что расслабьтесь. Но списывать, само собой, запрещено.

Тестирование началось, и я просмотрел вопросы. Всего их было двадцать, по четыре на каждый предмет, и за каждый правильный ответ ученику присуждалось пять баллов. То есть, правильно ответив на все, можно набрать сто баллов. Но вопросы были уж слишком простыми, это даже слегка разочаровало.

Они выглядели на порядок легче, чем те, что были на вступительных экзаменах. Даже чересчур легко.

Я так думал, пока не заметил, что три из двадцати заданий на уровень выше остальных. Последнюю математическую задачку было и вовсе не решить без использования достаточно сложных уравнений.

— Ох… почему эти задания такие трудные?

Они предназначались явно не для старшеклассников-первогодок. Разница между ними и остальными заданиями была настолько большой, что мне показалось, они попали в тест по ошибке. Таким способом учителя решили оценить наши способности?

Ну, я решил задачи так же, как и на вступительном экзамене.

Чабашира-сенсей ходила по классу, наблюдая за учениками. Я взглянул на Хорикиту и заметил, с какой непринужденностью она заполняет бланк ответов. Похоже, у нее будут отличные оценки.

Я же провозился со своим тестом до самого звонка.

Часть 2

— Слушай, если честно скажешь, я тебя прощу, ладно?

— Что значит «честно скажешь»?

Разделавшись со своим обедом, я болтал с Судо и остальными парнями рядом с торговым автоматом. Ике приблизился вплотную и заговорил:

— Мы же друзья, да? Приятели, так что будем вместе на следующие три года?

— Эм… ну да. Так, только…

— Тогда… ты же расскажешь нам, когда у тебя появится девушка, да?

— Что? Девушка? Ну, если это когда-нибудь произойдет.

Ике положил руку мне на плечо.

— Ты же встречаешься с Хорикитой, разве нет? Мы не простим тебя, если ты окажешься первым из нас, кто завел девушку.

— Чего? — и тут я заметил, как Судо и Ямаучи поглядывают на меня с подозрением, — Придурок, мы не встречаемся! От слова вообще!

— В таком случае о чем вы тайком перешептываетесь на уроках? О чем-то, о чем нам слышать не положено, да? О свидании или о свиданиях, или вы договаривались пойти на свидание, я ведь прав? А-а-а, как же я тебе завидую!

— Да не, Хорикита не такая.

— Я не могу этого знать. У меня не было возможности с ней заговорить. Если бы не Кушида, мы бы даже имени ее не знали. Ее словно нет, и она совсем ни с кем не разговаривает.

Да ладно? Ну, я не видел, чтобы она говорила с кем-то, кроме нас с Кушидой.

— Не знать даже ее имени – это немного жестоко.

— А ты что, знаешь имена всех своих одноклассников?

Я попытался вспомнить, но получилось только с половиной класса. Намек понят.

— Но у нее миленькое лицо. Поэтому мы ее запомнили, — дружно закивали они почему-то.

— У нее сложный характер. Мне такие девушки не по душе, — высказался Судо, допив свой кофе.

— Угу, она, так сказать, резковата и придирчива? Я бы предпочел встречаться с кем-то, с кем смогу нормально поговорить. Конечно, желательно чтобы она была красоткой, как, например, Кушида-тян.

Ну конечно, кто бы сомневался. Ике до сих пор больше всех симпатизирует Кушиде.

— Ох… встречаться с Кушидой-тян, а потом делать с ней всякое! — воскликнул Ямаучи.

— Идиот, считаешь, ты сможешь встречаться с Кушидой-тян? Фантазии тоже под запретом!

— Да ты сам мечтаешь стать ее парнем! В моих мечтах мы уже спим вместе!

— Ничего себе! В моих мечтах она в косплейном костюме встает в сексуальную позу!

Эти двое погрузились в несбыточные грезы. Интересно, как бы отреагировала сама Кушида, на их фантазии?

— А ты на кого нацелился, Судо? Слышно что-нибудь о милашках из баскетбольного клуба?

— А? Нет, там никого такого. Девчонкам в клубе места нет.

— Серьезно? Не вздумай скрывать, если встречаешься с кем-то!

— Ага-ага, — Судо только небрежно кивнул в ответ на все это безобразие. — Кстати, если у кого и есть подружка, на ум сразу приходит Хирата.

— Эй, Хирата с Каруизавой же начал встречаться?

— Да, точно. Недавно Хондо видел их держащимися за руки.

— Блин, эти двое реально встречаются. Их плечи соприкасаются при ходьбе.

— Ну, они такие. Интересно, занимались ли они уже чем-нибудь неприличным?

— Ну конечно, занимались. Ох, как же все-таки завидно!

— Эй, лучше послушай, что я скажу. У меня в таких вещах больше опыта, — начал Ямаучи, лениво растянувшись на земле.

— Может, лучше у Хираты спросим?

— Считаешь, Хирата нам честно ответит? Какого размера ее грудь, девственница ли она и все такое? Он все это нам расскажет?

— Нифига себе, что за подробности тебе приспичило узнать… — удивился я.

— Узнать. Много ли мы потеряли?

Я подошел к торговому автомату, купить что-нибудь для того, чтобы промочить горло. Ямаучи окликнул меня:

— Купи мне какао…

— Нечего у меня просить. Сам покупай.

— Не, у меня баллы практически закончились. Осталось около двух тысяч.

— Как ты потратил больше девяноста тысяч баллов за три недели?

— Я покупал то, что хотел. Вот, смотри. Разве не клевая? — Ямаучи вытащил из кармана портативную приставку, — Мы вместе с Ике ходили ее покупать. Это PS Viva! PS Viva! Круто, что в школе даже такое продают.

— И сколько же они стоят?

— Около двадцати тысяч йен. С учетом дополнений обойдется примерно в двадцать пять тысяч.

— Я обычно не играю в игры, но теперь мы живем в общежитиях, потому можно будет поиграть с остальными. Знаешь Миямото из нашего класса? Он реально крутой игрок, — Миямото – это полноватый парень. Я с ним никогда не разговаривал, но кажется, он постоянно рассказывает об играх и аниме. Тем временем, Ямаучи продолжил, — Тебе тоже стоит купить приставку и присоединиться к нам. Судо сказал, что купит себе, когда получит стипендию за следующий месяц.

Они вместе начали убеждать меня. Ямаучи дал свою приставку, чтобы я смог рассмотреть ее. Она была легкой. На экране изображен солдат с большой катаной, гладивший свинью. Что за странный мир?

— Эм, честно говоря, меня такое не особо интересует. Это какой-то… файтинг?

— Да ладно, ты не слышал про Hunter Watch? Ее продали тиражом более четырех миллионов восьмисот тысяч копий по всему миру! С детства у меня был отличный вкус на игры, меня даже хотели пригласить за границу. Хотя я отказался ото всех предложений.

Не знаю, много ли это, четыре с лишним миллионов. В мире примерно семь миллиардов человек, так что получается, аккаунт в этой игре купило 0.1% населения планеты.

— Кстати, почему на этой хрупкой девушке столько тяжелого снаряжения? Оно все пластиковое? Если бы оно было металлическим, даже Судо едва ли справился бы с такой тяжестью.

— Аянокоджи, тебе, похоже, не хватает реализма в играх. Ты что, иностранец? В таком случае тебя устраивает автоматическое восстановление здоровья? Предпочитаешь западные игры, где ты стреляешь в кого-то, где-то прячешься, и твоя выносливость возвращается? Такие игры даже еще менее реалистичны.

Я не понял ничего из слов Ямаучи.

— Говорят, увидеть – значит поверить, так? Купи ее и сыграй с нами. Ладно? Ладно? Когда начнешь, поможем тебе нафармить лута. Собирать мед тоже непросто, знаешь ли. Так что можешь для начала купить мне какао.

— Боже праведный… — мне не нужен был мед, или что бы то ни было, но я просто купил какао, чтобы успокоить его.

— Вот для чего нужны друзья! Спасибо!

Не такой дружбы мне хотелось. Я бросил бутылку, а Ямаучи поймал ее животом. Ладно, что бы мне самому выпить? Пока мучился в нерешительности, заметил кнопку для бесплатной минеральной воды.

— О, тут и такое есть!

— Что-то не так?

— Нет-нет. Кстати, в столовой есть какие-нибудь бесплатные обеды?

— Ты об овощном меню? Оно бесплатное. Ох, не хочу провести школьные годы, питаясь овощами и запивая их водой, — потягивая какао из банки, Ямаучи рассмеялся.

Потратив все свои баллы, он не оставил себе выбора, кроме как есть овощи и пить воду каждый день. Но такой ситуации можно легко избежать, если быть осторожным. И не тратить все деньги, как Ямаучи.

— Знаете, а ведь там многие едят бесплатные обеды, — я часто ходил в столовую и помню немало учеников, обедающих одними овощами.

— Наверное, потому что уже конец месяца.

— Ну, ладно, если так.

Я решил выбрать молоко. Нажал на соответствующую кнопку, дождался характерного стука, а потом забрал банку.

— Пусть скорее начнется следующий месяц, хочу свою школьную жизнь мечты обратно! — воскликнули все трое с надеждой.

Часть 3

«Мы идем гулять с Кушидой-тян и ее подругами, ты с нами?» — такое сообщение я получил на последних занятиях, когда бездумно переписывал с доски.

Ох… значит это именно то, что принято называть юностью? Меня впервые зовут друзья куда-нибудь после школы. Я не стал отказываться, позволив себе поинтересоваться, кто именно там будет. Если много незнакомых мне людей, пожалуй, не пойду.

Ответ пришел быстро. Конечно, Ике, Ямаучи и Кушида идут. И еще пятеро, если считать меня. Четверых я не знал. Ну, раз их всего четверо, думаю, не страшно. В ответном сообщении написал, что иду, и тут же получил ответ:

Ике-сама: «Кушида-чан моя, так что не мешаться!»

Ямаучи: «Ну нет, она моя цель, сам отвали!»

Ике-сама: «Че? Говоришь, ты тоже нацелился на нее? Нарываешься?»

Я надеялся, что парни наконец-то спелись, но, похоже, теперь они ругаются из-за Кушиды. Прогуляться после школы – это весело, но если дела примут такой оборот, то перспективы вырисовываются сомнительные.

Как только урок закончился, я вышел из здания школы с Ике и Ямаучи. Территория кампуса настолько огромная, что я еще много где не успел побывать.

— Мы учимся в одном классе, но и сегодня не получилось пойти вместе с Кушидой.

— Сказала, что ей надо поговорить с подругой из другого класса. Все-таки она популярная.

— Возможно ли… что она сейчас встречается с парнем?

— Успокойся, Ике, я точно знаю. Она общается с девушкой.

— Хорошо, хорошо.

— Вы всерьез нацелились на Кушиду?

— Конечно! Она – моя любовь.

Ямаучи, похоже, думал так же, потому что кивал в такт его словам.

— А тебе нравится Хорикита, да? Она красивая, говорю тебе.

— Не, тут без шансов. Серьезно.

— Что, правда? Разве вы не смотрели друг на друга, не держались за руки во время занятий? Все эти душещипательные и очень раздражающие сцены?

Ике ждал ответов на которые я уже отвечал, но тут я заметил подбежавшую к нам Кушиду.

— Простите за опоздание. Спасибо что подождали!

— Ну, мы же ждали тебя, Кушида-тян! Что? А почему тут Хирата?

Подпрыгивавший от возбуждения Ике вдруг отшатнулся и наигранно упал. Он ведёт себя очень странно.

— А, я встретила его по пути. Он спросил, может ли присоединиться. Что-то не так?

С Кушидой пришел Хирата, его девушка (вроде как) и еще пара девчонок. Последние двое были Мацушита и Мори, всегда болтающиеся в одной компании с Каруизавой.

— Эй, разве нет способа отказать Хирате и отправить его домой? — зашептал Ике, обхватив меня за плечи.

— Не думаю, что у нас найдется для этого повод.

— Раз красавчик тут, мы станем неприметными. Что будем делать, если Кушида-тян влюбится в Хирату? Получится ли этого избежать, если мы разведем их в разные стороны?

— Мне-то откуда знать. Кстати, разве Хирата не встречается с Каруизавой? Ты можешь расслабиться. И вообще, хватит меня в это втягивать!

— Наличие девушки еще ничего не гарантирует. Если выбирать между потасканной, грязной и истеричной Каруизавой и милым ангелом Кушидой-тян, любой выберет Кушиду! — Сказал Ике, проигнорировав мою просьбу.

Пока он разгоряченно это говорил, в мое ухо попала его слюна – ощущение отвратительное. Его слова тоже были не менее отвратительными.

Конечно, Каруизава немного высокомерная, но все равно миленькая.

— Но Ике… знаешь, никаких гарантий, что милашка Кушида-тян еще девственница, — встревоженным тоном присоединился к нашему шепоту Ямаучи.

— Ох, это… может быть… Н-нет, Кушида-тян точно должна быть девственницей!

Парни продолжали обсуждать то, что рисовали в своих фантазиях. Если возможно, я бы не хотел участвовать в этом разговоре.

— Эм, если мы мешаем, можем пойти отдельной компанией, — сдержанно сказал Хирата Ике и остальным. Он все-таки заметил наши перешептывания.

— Д-да нет, все нормально! Нормально же, Ямаучи?

— Ага. Идемте вместе. Чем больше компания, тем веселее, верно?

Вы двое бесите! Они не смогли ничего сделать, ведь если бы попытались турнуть Хирату из компании, Кушиде бы это не понравилось.

— Ого, довольно вежливый ответ. Так чего же вы украдкой перешептываетесь? — Каруизава была права, однако меня шокировало то, что она будто бы мои мысли прочла.

— Ну ладно, скажу как есть. Я думал, если исключим Хирату и Каруизаву, количество парней и девушек будет равным, а значит – получается тройное свидание. Аянокоджи, это твой шанс, знаешь ли?

— Я отказываюсь от такого шанса.

— Ямаучи, тебя устроит Мацушита, не так ли? Беру на себя Кушиду-тян.

— Шутишь? Это мне она нравится! Мы поженимся и принесем клятвы верности под огромной сакурой! Судьба ждет нас!

— Неправда! Я думал о том же, но твои слова – просто чушь!

— Ха? Это все правда!

Если верить всему, что говорил Ямаучи Харуки, то он крутой геймер, которого хотели нанять работать из-за границы, а в младшей школе он играл в настольный теннис и добрался до национального уровня, в средней же был асом баскетбольной команды и, несомненно, потенциальный профессионал в будущем. Какой одаренный парень. С другой стороны, его хвастовство ничем не подкреплено.

Ике и Ямаучи слишком увлеклись своими фантазиями, а Хирату девушки облепили со всех сторон.

— Позволь спросить, Хирата. Ты встречаешься с Каруизавой? — задал вопрос Ике ни с того ни с сего, наверняка желая уточнить, не является ли Хирата его соперником.

— Что? Где ты это услышал? — Хирата выглядел удивленным и в то же время смущенным, — Ну, похоже, слухи уже разлетелись. Да, мы встречаемся.

Еще до того, как Хирата ответил, Каруизава подошла и прижалась к его руке. Тот смущенно почесал щеку, признавая, что их отношения – правда.

— Серьезно? Завидую, тебе досталась такая милашка, как Каруизава! — произнес Ямаучи с явно поддельной завистью. Врать без уверенности непросто.

— Вы знали друг друга до этого? — Решил спросить я, считая хорошим шансом поймать верёвку беседы.

— Нет, мы познакомились в этой школе.

— Ооо... Ясно...— интересно, даже месяц не прошел, а им уже встречаться захотелось. Ну может быть они из тех, кто считает, что влюбиться во время того, когда они встречаются — хорошая идея. Может быть так.

— Кушида-тян, а у тебя есть парень? — как бы продолжая тему, Ике перевел разговор на Кушиду. Хитро придумал.

— Я? Нет, ни с кем я не встречаюсь.

Ике и Ямаучи так обрадовались, что их лица засветились от счастья. Ваши чувства видны всем…

Она могла и скрывать отношения, но большинство считало, что у Кушиды никого нет.

— О нет, я плачу!

— Не плачь, Ямаучи! Наша надежда сияет перед нами! Уже не неприступная гора, но тропка все еще крутая…

Хирата, Каруизава, Ике, я и Ямаучи шли вместе, окружив Кушиду. Мацушита и Мори шли позади.

— Эй, Ике, ты куда? — сзади донесся голос.

Ике оглянулся и резковато ответил:

— Мы только поступили, поэтому просто смотрим, что тут есть.

— Слушайте, Мацушита-сан, Мори-сан, куда вы хотели бы пойти?

Пока Ике и Ямаучи радостно болтали, Кушида отбилась от нашей компании и заговорила с девушками:

— А? Ну, я давно собиралась сходить в кино.

— Ага, занятия закончились, я тоже хочу.

— О, отлично! Я слышала о кинозале, но до сих пор там не была. Каруизава-сан, парни? Хотите куда-нибудь?

Кушида начала распределять всех на три группы. Похоже на нее. У нее хороший социальный опыт. Она отлично имеет читать атмосферу.

Есть люди, которые настаивают: «Разве ты не чувствуешь настроения?» – после того, как ты отказываешься спеть в караоке, хотя ты изначально не собирался петь. Есть и такие, которые считают, что петь весело, а все те, кто не любят петь – просто зануды. Они не понимают, что некоторым петь просто может не нравиться.

Пока я путался в своем полном горечи внутреннем монологе, остальные расшумелись. Каким-то образом нас принесло к магазину одежды. Судя по виду, какой-то модный бутик.

Создавалось впечатление, что все там уже были раз-другой, поэтому я вошел без колебаний. Я выходил только по будням на занятия и оставался в общежитии на выходные, так что повседневной одежды не имел.

Там было много учеников, но всего несколько человек из старших классов, все остальные – первогодки. Я чувствовал себя немного не в своей тарелке, потому что оказался там впервые.

Подобрав и купив наряды, компания переместилась в кафе по соседству.

Хирата нес покупки Каруизавы. Их было приблизительно на тридцать тысяч баллов.

— Уже привыкли к школе, ребята?

— Поначалу было трудно, но теперь я привык. Это школа моей мечты, не хочу отсюда выпускаться!

— Ха-ха-ха! Похоже, Ике, как следует, наслаждается школьной жизнью.

— Вот бы нам давали больше баллов. Двести… или даже триста тысяч! После покупки одежды и косметики они быстро закончились.

— Разве не странно ученице старшей школы получать триста тысяч йен стипендии?

— Ну, если так подумать, сто тысяч вполне нормально. Мне немного страшно. Если школьная жизнь так и пойдет, боюсь, мне будет трудно после выпуска.

— Ты имеешь в виду, что потеряешь контроль над расходами? Звучит и правда страшно.

Видимо, у всех тут разные мнения по поводу стипендии в сто тысяч баллов. Каруизава и Ике хотят больше. А Хирату и Кушиду пугает то, как они будут жить, когда дни школьной роскоши подойдут к концу.

— А что насчет тебя, Аянокоджи-кун? Считаешь, сто тысяч – слишком много? Или слишком мало?

Все это время я только и делал, что слушал, но Кушида вопросом вовлекла меня в разговор.

— Хм… не думаю, что у меня есть возможность сравнить.

— Что ж, незачем задумываться об этом. Хорошо, что я поступил именно сюда и могу купить что захочу. Вот вчера, например, я просто взял и купил немного новой одежды.

Ике живет с позитивом, не оглядываясь назад.

Я не хочу не кому рассказывать о своей теории о иерархии, думаю когда она будет оправдана, то привлеку к себе внимание.

— Кстати, Кушида-тян, Хирата, Ике и Каруизава ясное дело смогли сюда поступить. Как же у остальных получилось? Разве вы не отборные глупцы?

— Ямаучи, ты сам умным не выглядишь. — Объяснил ему я.

— Ха? У меня было 900 баллов по тесту APEC.

— Что еще за APEC? — спросили кто-то из девочек.

— Ты даже не слышал о нем? Это реально трудный экзамен по английскому.

— Разве APEC? Не TOEIC? — вставила Кушида.

— Э… это из той же оперы.

— Кх... Ямаучи, APEC – это аббревиатура для «Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества». — сказал я.

— Ну там... Ээ... Расшифровка просто другая.

— Угу... Ну да.

— Ну, цель этой школы – развивать молодежь с потенциалом, так что они, скорее всего, ориентируются не только на результаты тестов. Честно говоря, если бы они смотрели только на баллы, я бы даже не пытался поступить.

— Вот-вот. Часть про «молодежь с потенциалом» – это точно про нас, — Ике скрестил руки на груди и закивал.

Школа знаменита выдающимися результатами по трудоустройству, но при поступлении смотрят не только на оценки.

Неожиданно у меня голове возник вопрос: «Каким же тогда образом они узнали о потенциале этих ребят?»

Первый день месяца мая. Прозвенел утренний звонок. Следом за ним в класс вошла Чабашира-сенсей, со свернутым плакатом в руках. Ее лицо всегда выглядело мрачным и серьезным. Скорей всего, правду о классе D. Жду не дождусь увидеть лицо Хорикиты, ведь ее высокое мнение о себе, не соответствует этому классу.

— Учитель, у вас месячные? — Как и ожидалось, Ике имел глупость произнести подобное в полный голос.

— Итак, начинаем утренний классный час! — Чабашира-сенсей проигнорировала Ике и продолжила, — У кого-то из вас есть ко мне вопросы? Если что-то беспокоит, не стесняйтесь спрашивать.

Она сказала это с такой интонацией, будто была уверена, что вопросы обязательно появятся. И буквально в тот же миг несколько человек подняли руки.

— Эм, я проверил счет утром, и на нем ноль баллов. Разве нам их не должны были перечислить сегодня? Меня это беспокоит, потому что я не смог купить себе сок.

— Хондо, я же объясняла, баллы поступают на счета учеников ежемесячно первого числа. Все заработанные вами баллы уже были выплачены.

Вот оно, заработанными нашими баллами. Значит иерархия классов, будет распределяться по количеству заработанных баллов.

— Эм, но… я не получил ни одного балла.

Хондо и Ямаучи переглянулись между собой. Ике был слишком удивлен, чтобы обратить внимание на их перемигивание.

— Вы… правда такие тупые?

Наверно, работа учителем в этой школе, рай для садистов.

— Тупые? В смысле?

Когда Хондо как идиот переспросил, в глазах Чабаширы-сенсей промелькнуло откровенное презрение.

— Сядь, Хондо. Позволь, объясню еще раз.

— С-Сае-тян-сенсей? — Хондо рухнул на стул, шокированный ее строгостью.

— Баллы были зачислены на счета учеников. Ошибок или сбоев быть не может. Вероятность того, что какой-то из классов не учли при расчетах, крайне низка. Понимаете?

— Нет, я не понимаю, мы не получили своих баллов… — с недовольным видом пробурчал Хондо.

Забавно смотреть на это. Прям как в спектакле

— Ха-ха-ха, понятно, вот оно что, учитель! Я все понял! — воскликнул Коэнджи сквозь смех. Закидывая ноги на стол, он самодовольно посмотрел на Хондо, — Мы не получили баллов, потому что из класса D.

Так Коендзи уже все понял. Значит я не один смотрю как за кулисами.

— Что? Что это значит? Нам говорили, будем получать по сто тысяч баллов каждый месяц.

— Что-то не припомню ничего такого, а? — Коэнджи с ухмылкой повернулся к Чабашире-сенсей.

— Ты близок к истине, хоть и не до конца, Коэнджи. Мало кто услышал меня правильно, и это печально.

Класс загомонил в смятении.

— Учитель, можно вопрос? Я все еще не понимаю, — поднял руку Хирата. По виду он беспокоился не столько о своих баллах, сколько об остальных учениках. Как и ожидалось от лидера класса. Снова взял инициативу в свои руки, — Пожалуйста, объясните, почему нам их не начислили? Как мы можем что-либо понять, если вы ничего не объясняете?

И действительно, она еще не назвала причину.

— Девяносто восемь прогулов и опозданий за месяц, триста девяносто один случай болтовни и использования телефонов во время урока. Я подсчитывала все ваши нарушения с самого первого дня. В этой школе ваше поведение и оценки отражаются на количестве получаемых баллов. В результате сто тысяч баллов, которые вы могли бы получить, просто растворились. Вот что произошло! Я вас предупреждала в день вступительной церемонии, что эта школа оценивает учеников по их способностям. А это значит, что за прошедший месяц ваша ценность в глазах школы упала до нуля.

Чабашира-сенсей говорила как робот, безо всяких эмоций.

До меня донесся звук карандаша, царапающего по бумаге. Хорикита пыталась хладнокровно разобраться в ситуации и записала число прогулов, опозданий и случаев болтовни на занятиях. Что она делает? Мне нужны эмоции.

— Чабашира-сенсей, не припоминаю, чтобы вы раньше это нам объясняли…

— Что? А вы разве не способны понять такие вещи без объяснений?

— Само собой. Но никто не упоминал, что количество баллов, что мы можем получить, уменьшается. Если бы нам это объяснили, мы бы старались не опаздывать и не разговаривать на занятиях.

— Интересный аргумент, Хирата. Я тоже не припомню, чтобы говорила, сколько именно баллов вам будут начислять каждый месяц. Разве вас не учили ходить на занятия и не болтать на уроках в младшей школе?

— Это…

— Я абсолютно уверена, что учили. Все девять лет обязательного обучения вам твердили, что за такие дела по головке не погладят, что разговаривать во время уроков и опаздывать нехорошо. Говоришь, вы не поняли, потому что я не объяснила? Такое оправдание здесь не прокатит. Если бы вы вели себя так, как должны вести себя студенты, ваша ценность не упала бы. Ответственность лежит только на вас! — ее рассуждения были абсолютно правильными. В конце концов все знают, что такое «хорошо» и что такое «плохо», — Неужели вы думали, что поступив в старшую школу, вдруг станете получать по сто тысяч баллов в месяц безо всяких условий? В этой школе, созданной правительством Японии для воспитания идеальных граждан? Советую прислушаться к здравому смыслу. Думали, все для вас будут делать за просто так?

Пускай Хирата и выглядел растерянным, но пришел в себя очень быстро и посмотрел учителю в глаза.

— В таком случае не могли бы вы объяснить, как начисляются и отнимаются баллы? Мы будем стараться изо всех сил, чтобы соблюдать правила.

— Это невозможно! Нам запрещено разглашать подробности методики оценки качеств учеников. Точно как в реальном мире. В современном обществе, при трудоустройстве, вам вряд ли сообщат о том, как вас оценивают. Хотя это зависит от компании. Однако… я не пытаюсь отстраниться от вас, не испытываю ненависти. Мне вас даже жаль немного, потому скажу кое-что, — впервые я увидел на лице Чабаширы-сенсей тень улыбки, — Если вы перестанете опаздывать и начнете прилично вести себя в классе, вычеты прекратятся. Но это не значит, что вы получите больше баллов. Значит, в следующем месяце стипендия будет тоже ноль баллов. Отсутствие опозданий и разговоров не поможет вам вырваться с последнего места. Помните об этом и работайте над собой.

— Ох… — лицо Хираты помрачнело. Часть класса так ничего и не поняла. Объяснение, скорее, возымело обратный эффект. Ученики, собиравшиеся исправиться за счет хорошего поведения, были в смятении. Такова цель этой школы.

Прозвенел звонок, обозначая конец классного часа.

— Что-то мы заболтались. Надеюсь, вы меня поняли. В общем, давайте перейдем к главному, — она расправила скрученный плакат и закрепила его на доске магнитом.

Ученики взирали на плакат с той же неуверенностью, мало что понимая.

— Это… результаты каждого из классов? — Хорикита пыталась разобраться, хотя и не была до конца уверена.

Наверное, она права. На плакате числились классы от A до D, а напротив каждого из классов виднелись числа.

У нашего класса D был ноль. У класса C – 490, класс B – 650. И лучший результат у класса А – 940. Каждое очко это 100 баллов. Каждый класс потерял разное количество очков.

— Эй, вам это не кажется странным?

— Да… рейтинг классов соответствует положению букв в алфавите, — Хорикита заметила этот факт.

— В этом месяце вы делали, что хотели. Теперь школа ничего не запрещает. Ваши действия, а именно опоздания и разговоры, просто влияют на количество баллов у вас. Вы вольны распоряжаться баллами, как захотите. Мы за этим не следим.

— Так нечестно! Мы не можем жить нормально с такими правилами! — выкрикнул молчавший все это время Ике. Ямаучи также бился в истерике. Он уже потратил все свои баллы.

— Смотрите внимательно, глупцы, все остальные классы получили свои баллы! Того количества, что осталось у вас, должно хватить, чтобы протянуть еще месяц.

— Н-но как остальные классы смогли их сохранить? Это странно…

— Я скажу вам, но в этом нет никаких уловок. За весь прошедший месяц классы оценивали по одним и тем же критериям. Тем не менее они не потеряли столько же баллов, сколько вы. Это факт.

— В таком случае… откуда такая разница в баллах у разных классов? — Хирата тоже заметил нелогичность. Разница между цифрами была слишком заметной.

— Догадались наконец, почему вы попали в класс D?

— Почему попали в класс D? Разве не потому, что мы соответствуем уровню этой школы?

— Что? Так бывает и в обычной школе, знаете ли? — все начали переглядываться, — В этой школе все ученики распределяются по классам, в зависимости от их ценности. Лучшие попадают в класс A, самые худшие – в класс D. Такая система используется и в большинстве обычных школ. А значит класс D – самый настоящий цветник отбросов. Это значит, что вы худшие ученики, забракованные нашей школой. Заслуженный результат для ущербных учеников.

Хорикита окаменела. Похоже, что метод распределения учеников ее сильно шокировал. Наконец-то, эмоции.

Конечно, лучше собрать умных с умными, а ограниченных с ограниченными. Если положить заплесневелые мандарины к хорошим, те испортятся значительно быстрее. Неудивительно, что склонная ощущать собственное превосходство над другими, Хорикита оказалась застигнута врасплох.

И все же, думаю, хорошо, что я попал именно сюда. Теперь у меня есть только одно направление – двигаться вверх. Хотя... Лучше уж не выделяться и быть где-то на середине по успеваемости в классе.

— Однако класс D первый, сумевший потерять все баллы за первый же месяц. С другой стороны, могу только восторгаться тому, как роскошно вы жили до сих пор. Достойно восхищения, — отнюдь не искренние аплодисменты Чабаширы-сенсей разнеслись по притихшему классу.

— Опустившись до нуля, мы так и будем вечно получать по ноль баллов?

— Скорее всего, ваш уровень останется нулевым до самого выпускного. Но не волнуйтесь, комнаты в общежитиях все еще ваши, а в столовой есть бесплатные обеды. С голоду не умрете.

Жить в жесткой экономии вполне возможно, но большинству это вряд ли понравится. Все-таки мы прожили месяц, предаваясь всевозможным излишествам. Внезапно начать себя ограничивать будет для многих из нас непростым испытанием.

— Теперь остальные классы будут над нами издеваться? — с грохотом пнул парту Судо.

Осознав, что классы распределены по ценности, все наверняка будут смеяться над классом D как над кучкой придурков. Подобное наверняка лишний раз усилит наше отчаяние.

— Ты еще держишься за свою гордость, Судо? Тогда постарайся и сделай худший класс лучшим.

— Что?

— Эти очки не просто связаны с вашей ежемесячной стипендией, они также отображают уровень класса.

Соответственно, если класс D наберет 500 баллов, он станет классом C.

— Ладно, у меня для вас еще плохие новости, — с этими словами она прикрепила к доске второй лист. На нем значились имена всех учеников нашего класса. Рядом с каждым было число, — Глядя на это, я понимаю, сколько же идиотов в классе D, — она оглянулась на учеников и пристукнула каблуками, — Перед вами результаты теста, написанного вами несколько дней назад. Я была просто в восторге от ваших потрясающих способностей. Серьезно, чем вы, черт возьми, занимались в средней школе? — за исключением нескольких учеников, практически у всех меньше 60 баллов. Если опустить невероятную оценку Судо в 14 баллов, следующим будет Ике с 24. Средний проходной балл был порядка 65, — Если бы этот тест учитывался, семеро из вас уже были бы исключены. Хорошо, что его результаты не отразятся на итоговых оценках, не так ли?

— Исключены? В смысле?

— Что непонятного я сказала? Если вы провалитесь на экзамене в конце семестра или года хотя бы по одному предмету, вас исключат. На данный момент, это относится ко всем, у кого меньше 32 баллов. Вы самые настоящие отбросы.

— Что? — удивленно отреагировали семеро провалившихся, то есть Ике с компанией.

На листе со списком была красная линия, отделявшая семерых учеников от остальных. Лучшим из них был Кикучи с 31 баллом. Те, кто расположились в списке ниже него, однозначно провалились.

— Не несите чушь, Сае-тян-сенсей! Не надо шутить про исключение!

— У меня тоже слов нет. Но таковы школьные правила, так что готовьтесь к худшему.

— Как учитель и сказала, тут полно идиотов, — сказал Коенджи с самодовольной улыбкой, подпиливая ногти.

— Что это ты, Коенджи? Твои оценки небось тоже красные!

— Хех, ты хорошо посмотрел, мальчик? Взгляни-ка еще раз.

— Что? Хм, Коенджи… а? — просматривая от самого низа, он дошел до вершины. И наконец увидел имя Коенджи Рокуске. Трудно поверить, но Коенджи был на вершине рейтинга – 90 баллов. А значит, он справился с одними из самых сложных задач.

— Никогда бы не подумал, что Судо такой же тупой, как и я, — саркастично произнес Ике на весь класс.

— О, и еще кое-что. Эта школа под управлением государства, и многие выпускники действительно получают высшее образование и легко трудоустраиваются. Это всем известный факт. Скорее всего, большинство из вас поступят в институт или найдут работу.

Как она и сказала, в этой школе высочайший процент поступлений и успешного трудоустройства. Ходят слухи, что выпустившись из этой школы, трудности поступления и поиска работы станут плевым делом. По другим слухам, завершение этой школы – практически рекомендация в Токийский университет.

— Но все не так просто в нашем мире. Такие, как вы – низкоуровневые отбросы наверняка столкнетесь с большими проблемами, — слова Чабаширы-сенсей эхом отразились от стен класса.

— Значит, если мы мечтаем о работе и поступлении в университет, нужно как минимум стать классом С?

— Это не совсем так, Хирата. Исполнить все свои мечты можно, только пройдя путь до класса А. Остальным ученикам школа ничего не гарантирует.

— Это… я никогда об этом не слышал! Полнейший абсурд! — подскочил очкарик Юкимура. У него был такой же высокий балл, как и у Коенджи.

— Стыдоба! Нет ничего более жалкого, чем трясущиеся и паникующие мальчики, — вздохнул Коенджи, словно что-то из слов Юкимуры его задело.

— Коенджи, разве тебе не обидно состоять в классе D?

— Обидно? С чего бы? Не понимаю.

— Потому что нам сказали, что наш класс – кучка отбросов и что наши шансы получить высшие образование и работу ничтожны.

— Ха! Это все бессмыслица! Мне незачем отвечать на такие глупые рассуждения, — ответил тот, продолжая пилить ногти. Он даже не смотрел на Юкимуру, пока говорил:

— Эта школа просто не разглядела еще всего моего потенциала. Я ценю, уважаю и отношусь к себе лучше, чем к кому-либо другому. Даже если школа распределила меня в класс D, это ровным счетом ничего не значит. Если, к примеру, меня исключат, тоже ничего страшного. В конце концов потом они будут умолять меня вернуться.

Очень похоже на Коенджи. Это мужественность или самоуверенность? Конечно, если тебе плевать на школьную систему оценки, в ней нет смысла. Если учитывать его интеллект и физические способности, трудно представить, что ученики из класса А чем-то лучше Коенджи. Хотя, возможно, его отправили в класс D из-за характера.

Интересно, что же тут забыла Кушида... или Хирата. Они конечно не на самом вершине рейтинга, но думаю будут лучше чем кто-либо из A или B класса.

— Раз уж на то пошло, я не собираюсь идти в университет или искать где-то работу после выпуска. Давным-давно решено, что я возглавлю в будущем конгломерат Коенджи. И неважно, в классе А я или в D.

Тому, чье будущее определено, и впрямь незачем волноваться об уровне класса. Не посмев и слова возразить в ответ, Юкимура сел.

— Похоже, ваша радость улетучилась. Если бы вы поняли с самого начала, в какую суровую среду попали, нам бы не понадобилось проводить этот классный час. Экзамены будут через три недели, в середине семестра, так что постарайтесь не вылететь из школы. Уверена, вы все сможете сдать тесты, не переступив за красную линию. Постарайтесь справиться с ситуацией и вести себя подобающим образом.

Чабашира-сенсей покинула класс, захлопнув за собой дверь. Ребята с оценками ниже красной линии сидели удрученные. Даже обычно горделивый Судо сейчас пристыженно опустил голову.

Часть 1

— Что же теперь нам делать, если баллов больше не будет?

— Я потратил остаток вчера…

Как только Чабашира-сенсей покинула класс, он наполнился шумом.

— Да черт с ними, с этими баллами. Проблема в этом классе… Почему я попал в класс D? — нервничал разочарованный Юкимура. На его лбу даже выступили капельки пота.

— Погодите, выходит, мы не попадем в те университеты, в которые захотим? Зачем я тогда вообще сюда поступил? Похоже, Сае-тян-сенсей меня ненавидит…

Никто из учеников не мог скрыть замешательства.

— Понимаю, что вы в панике, но прошу, успокойтесь! — Хирата пытался взять контроль над ситуацией и успокоить всех.

— Как мы можем быть спокойны в такой ситуации? Разве тебя не расстраивает, что наш класс – это кучка неудачников?

— Даже если так, не лучше ли нам всем объединить усилия для того, чтобы выкарабкаться из сложившегося положения?

— Выкарабкаться? Я даже не согласен с подобной иерархией классов!

— Я отлично понимаю, что ты чувствуешь. Однако нет смысла сидеть на месте и возмущаться.

— Чего? — Юкимура подошел к Хирате и схватил его за воротник.

— Вы оба должны успокоиться, ладно? Уверена, учитель объяснила ситуацию с позиции жесткости, специально чтобы подстегнуть нас, — добавила Кушида. Она разняла этих двоих и мягко взяла в руки сжатый кулак Юкимуры. Тот, как и ожидалось, боялся навредить ей, потому неосознанно отступил назад. Кушида продолжила, — С начала занятий прошел только месяц. Как и сказал Хирата-кун, думаю, лучше всего нам постараться преодолеть эту ситуацию общими силами. Считаешь, что я не права?

— Н-нет, это… конечно, я не думаю, что ты ошибаешься, только… — гнев Юкимуры уже отступил. Кушида искренне посмотрела на каждого в классе D, будто бы рассчитывая на их помощь.

— В-верно, мы не должны спешить. И незачем Юкимуре драться с Хиратой.

— Простите, я на мгновение потерял самообладание.

— Все хорошо, сам должен был аккуратнее подбирать слова.

Благодаря помощи Кушиды Кикё, проблема разрешилась мирно. Я достал телефон и сделал снимок таблицы классов с набранными ими баллами. Заметив это, Хорикита удивленно посмотрела на меня.

— Чем ты занят?

— Какая тебе разница?. Разве ты сама не делала записи? Ну... Если мне удастся определить точное количество вычитаемых баллов за опоздания и разговоры на уроке, наверняка получится разработать кое-какие контрмеры.

— Возможно ли сделать расчеты со столь малым объемом информации? И даже если у тебя получится что-то определить, не думаю, что это разрешит нашу проблему. У нас просто все опаздывают и слишком много болтают на уроках.

— Ты тоже поступила сюда, чтобы попасть в хороший университет?

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто когда учитель говорила о разнице между классами А и D, ты выглядела шокированной.

— Практически все в классе так выглядели, нет? Нам не объяснили ситуацию в первый же день, и я не понимаю, почему они так поступили.

Что ж, резонно. Ученики из классов B и C наверняка тоже недовольно ворчат. В этой школе ущербные все классы, кроме А. Стараться изо всех сил ради повышения уровня класса наиболее верный подход в данной ситуации.

— Думаю, вместо того чтобы задумываться о том, класс А у нас или класс D, нужно для начала набрать хоть какое-то количество баллов.

— Баллы – последствия наших усилий на занятиях. Отсутствие баллов не мешает учебе. В конце концов в некоторой мере эта школа предоставляет все бесплатно. Даже потратившие все свои баллы не останутся голодными.

— Не мешает учебе… Проблема не в банальном выживании и получаемых знаниях. Есть многое, что можно получить только за баллы. Например, досуг и развлечения. Жизнь совсем без развлечений создаст проблемы в будущем.

— Сколько ты потратил в прошлом месяце, Аянокоджи-кун?

— Хм? Ну, потратил… приблизительно тридцать тысяч баллов.

Те, кто потратили все баллы, безусловно, серьезно влипли. Тот же Ямаучи уже паникует. Ике же потратил абсолютно все. Пускай это и некстати будет сказано, но они сейчас расплачиваются за собственные ошибки. Потратить сто тысяч баллов за месяц – задача несложная.

— Нам вскружила голову первоначальная сумма. Сто тысяч баллов в месяц – было понятно, что это все слишком хорошо, чтобы быть правдой, но все так обрадовались.

— Ребята, когда занятия начнутся, прошу всех быть внимательнее. Особенно тебя, Судо-кун, — Хирата привлек внимание класса, встав у доски.

— Блин, ну да.

— В этом месяце мы ничего не получили. Эта проблема сильно повлияет на нашу дальнейшую жизнь в школе. Мы же не хотим продолжить в таком же духе до самого выпуска?

— Конечно нет! — крикнула одна девушка в ответ.

Хирата кивнул ей, продолжив:

— Конечно нет! Тогда у нас нет выбора, кроме как постараться получить их в следующем месяце. Поэтому мы должны работать все вместе. Не должны опаздывать и разговаривать на уроках. Конечно же, использовать телефоны на занятиях тоже запрещено.

— Ха? С чего бы нам тебя слушать? Если баллы так и останутся на том же уровне, нам незачем прекращать.

— Однако, если мы так и будем опаздывать и разговаривать на уроках, ничего и никогда не изменится. Ноль останется нулем, даже если в минус не опуститься.

— Не понимаю. Если мы будем выкладываться на занятиях, не похоже, что бы это помогло повысить наши оценки, — Судо недовольно фыркнул и скрестил руки на груди.

Заметив это, Кушида вмешалась:

— Разве нам не сказали, что не опаздывать и не разговаривать на занятиях – это очевидная норма для любой школы?

— Ага, я согласен с Кушидой, таким и должно быть нормальное поведение.

— Ты так это объясняешь, потому что тебе так удобно. Если баллов больше не станет, все бессмысленно. Говори подобные вещи, когда выяснишь, как повысить наши баллы.

— Не думаю, что Судо-кун не прав во всем. Прости, что смутил тебя, — Хирата кивнул раздраженному Судо, — но, Судо-кун, если мы не будем работать вместе, баллов нам не видать – это факт.

— Мне плевать, что ты делаешь. Просто не втягивай в это меня. Ты понял? — Судо вышел, словно ему некомфортно было оставаться в классе.

Интересно, он ушел только до начала занятий или вообще не вернется?

— Судо-кун и правда ничего не понимает. И он опаздывает чаще всех. Сможем ли мы получить баллы без его помощи?

— Да… отстой, почему он в нашем классе?..

Да вы все отрывались по полной до сегодняшнего утра. И никто ни разу не подумал сделать замечание Судо.

Спустившись с возвышения, Хирата приблизился к нам.

— Хорикита, Аянокоджи-кун, у вас будет время чуть позже? После занятий я хотел бы обсудить наши дальнейшие действия по возвращению баллов классу. Нужно чтобы вы оба пришли. Это возможно?

— Почему мы?

— Хочу услышать мнение каждого. Однако, даже если я попрошу всех высказаться, боюсь, больше половины не воспримет мои слова всерьез.

А есть те кому наплевать на эти школьные правила. Например мне.

— Прости, не мог бы ты попросить кого-нибудь другого? Я не очень хороша в обсуждениях.

— Ты не должна заставлять себя говорить что-то конкретное. Достаточно прийти.

— Прости, но я не собираюсь никуда идти без необходимости.

— Думаю, это наше первое испытание как класса, так что…

— Я ведь уже отказалась, — спокойно, но твердо отказала она, не обращая внимания на его точку зрения.

— Вот как, прости… но если передумаешь, то приходи.

Хорикита уже не обращала внимания на отчаявшегося Хирату.

— Ну а ты, Аянокоджи-кун?

Не хочу убивать свое репутацию в глазах Хираты поэтому, надо придумать менее обидной причину.

— Прости но, если Хорикита будет единственной отказавшейся, к ней будет относиться также как и к Судо.

— Думаю ты прав. Тебе лучше отказаться.

Разговор на этом завершился. Хорикита начала готовиться к уроку.

— Ого, а Хирата ничего себе! Он сумел задействовать всех. В такой ситуации было бы нормально чувствовать подавленность.

— Это одна из точек зрения. Если ты умеешь решать проблемы разговором, проблем не будет. Но, если в обсуждении захочет поучаствовать кто-то не очень умный, дискуссия скатится в бессмыслицу. И я не могу заставить себя принять ситуацию вот так сразу.

— Заставить себя принять ситуацию? Ты это сейчас о чем?

Хорикита не сказала больше и слова. Мой вопрос повис в воздухе.

Часть 2

Дело было уже после занятий. Хирата поднялся и начал готовить классную доску для обсуждений. Благодаря его обаянию собрались все, за исключением Хорикиты и Судо. Эти двое уже ушли. Я также собирался уйти до начала обсуждения.

— Аянокоджи! — прямо передо мной появилась голова Ямаучи, он все еще не отошел от потрясения.

— Что такое?

— Купи ее за двадцать тысяч! — Ямаучи положил на мою парту приставку, на которой сам раньше играл, — Я ничего купить не могу, у меня баллы кончились.

— Не скидывай свои проблемы на меня! Если ты продашь ее мне, то с кем я буду играть?

— Мне откуда знать? И так же неплохо, а? Отличная сделка.

— Я куплю, если снизишь цену до тысячи.

— Аянокоджи! Мне больше не на кого положиться…

— Почему на меня? Я не могу дать того, чего у меня нет.

— Хасебе, у меня к тебе просьба как к моему лучшему другу! Купи эту консоль за двадцать две тысячи!

Теперь он пытается всучить приставку Хасебе. Более того, он беззастенчиво поднял цену.

— Потратившим все свои баллы сейчас непросто… — прокомментировала Кушида, наблюдая за обменом между Ямаучи и Хасебе.

— Кушида, у тебя они еще остались? Девчонкам обычно много чего нужно.

— Хм, пока достаточно, осталась примерно половина. В этом месяце я много тратила, потому будет трудно контролировать себя в дальнейшем. А как ты, Аянокоджи-кун?

— У меня осталось меньше половины.

— Вот как, понятно.

— Эм, Кушида?

— Каруизава? В чем дело?

— Если честно, я потратила все баллы. Мне уже немного помогли остальные девушки, но я подумала попросить еще и у тебя. Мы же друзья, да? Мне нужно примерно две тысячи, — с фальшивой улыбкой на лице попросила Каруизава. Думаю, тут должен последовать однозначный отказ…

— Ах, да без проблем.

«Без проблем?» — мысленно переспросил я. Впрочем, наверно каждый сам решает, кто ему друг. Кушида без колебаний решила помочь Каруизаве.

— Спасибо! Друзья и правда полезная штука. А вот мой номер. Что ж, увидимся. Эй, Иногашира-сан, если честно, то я потратила все свои баллы!.. — переключившись на новую цель, Каруизава покинула нас.

— Тебя это устраивает? Сомневаюсь, что потом она тебе их вернет.

— Я не могу отказать, когда другу нужна помощь. У Каруизавы-сан тоже много друзей, так что ей трудно будет обойтись без денег.

— Мне кажется, тот факт, что она потратила все сто тысяч – это только ее проблема.

— Слушай, а как тут переводить баллы?

— Каруизава же дала тебе бумажку с номером? Можешь переслать их с помощью телефона.

— Ого, эта школа и правда все продумала. Они даже придумали систему, чтобы можно было помочь тем, кто потерял все свои баллы.

Несомненно, для Каруизавы эта система переводов очень даже кстати. Однако так ли нужно пересылать таким, как ей деньги? Это скорее прибавляет проблем.

«Аянокоджи из класса D. Тебя вызывает Чабашира-сенсей. Пожалуйста, приходи в учительскую!» — раздался голос из громкоговорителя.

— Тебя вызывает учительница.

— Ага… извини, Кушида. Я пойду.

С самого начала обучения в этой школе не припоминаю, чтобы делал что-то, из-за чего меня могли бы вызвать в учительскую. С этой мыслью, ощущая на себе тяжелые взгляды, я вышел из класса.

Дойдя до кабинета учителей, я неуверенно постучался и открыл дверь. Оглядев просторное помещение, так и не нашел Чабаширу-сенсей, потому решил обратиться к одной из учительниц, рассматривавшей себя в зеркале.

— Эм, а Чабашира-сенсей здесь?

— Что? Сае-тян? Только что была тут, — у оглянувшейся на меня учительницы были волнистые волосы до плеч, придававшие ей взрослый вид. Судя по тому, как она назвала Чабаширу-сенсей, они довольно близки. И возраст у них примерно одинаковый.

— Похоже, она вышла. Если хочешь, можешь подождать тут.

— Нет, лучше побуду пока в коридоре.

Я решил остаться в коридоре. Но учительница почему-то вышла следом за мной.

— Я Хошиномия Чие – куратор класса B. Мы с Сае-тян лучшие подруги со старшей школы. И даже достаточно близки, чтобы звать друг друга Сае-тян и Чие-тян.

Никогда раньше о ней не слышал, потому эта информация для меня абсолютно бесполезна. Но она не отступила:

— Слушай, так зачем тебя позвала Сае-тян? Ну, ну, так зачем?

— К сожалению я не знаю.

— Не понимаю, тебя позвали, не сказав зачем? Серьезно? Как тебя зовут?

Сколько вопросов. Она словно изучала меня со всех сторон.

— Аянокоджи, — ответил я максимально коротко.

— Аянокоджи-кун? Какое крутое имя… Ты популярен, да? Слушай, а у тебя уже есть девушка?

Да что с этой излишне дружелюбной учительницей? Она больше похожа на ученика, чем на учителя, в отличие от той же Чабаширы-сенсей. Если бы это была школа только для мальчиков, вне всякого сомнения, все ученики были бы в нее влюблены.

— Нет… эм, я не популярен, — пытался я сделать вид раздраженного человека, однако Хошиномия-сенсей пододвинулась ближе и изящным движением схватила меня за плечи своими тонкими красивыми ручками.

— Серьезно? Странно, я бы точно влюбилась, если бы мы были одноклассниками. Это потому что ты слишком невинный? Или ты цун-цун*? — она потыкала пальцем мне в щеку.

Да что мне нужно сделать, чтобы она прекратила?. Если внезапно укусить ее за палец, она наверняка остановится, но когда об этом узнают, меня тут же исключат.

— Что ты делаешь, Хошиномия? — Чабашира-сенсей неожиданно стукнула Хошиномию-сенсей папкой для бумаг по голове. Учительница опустилась на корточки, схватившись за голову.

— Больно! Зачем ты это сделала?

— Потому что ты занималась странными вещами с учеником.

— Я просто разговаривала с ним, пока он ждал твоего возвращения!

— Оставь его в покое. Прости, что заставила ждать, Аянокоджи. Что ж, идем в отдельный кабинет.

— В отдельный кабинет… Скажите, я что-то натворил? Я думал, у меня получается не выделяться.

— Идем со мной.

Я шел за ней и по пути размышлял: «В чем же дело?»

Неожиданно Хошиномия-сенсей, улыбаясь, пристроилась рядом со мной. Заметив это, Чабашира-сенсей развернулась и гневно посмотрела на нее.

— Нет, ты остаешься.

— Не будь такой холодной… ничего же страшного, если я тоже послушаю, а? Кстати, Сае-тян, тебе ведь несвойственно давать частные уроки. А тут вдруг зовешь Аянокоджи-куна на личный разговор… Что это ты задумала? — ухмыляясь Чабашире-сенсей, она подошла ко мне сзади и возложила руки мне на плечи. Я не видел ее лица, но ощутил напряжение, повисшее в воздухе. — Так может быть, Сае-тян ищет парня помладше?

Парня помладше? Да что у нее с характером. Интересно, как они сдружились?

— Не говори глупостей. Это невозможно.

— Ха-ха, ну да. Для Сае-тян такое невозможно, — Хошиномия-сенсей почему-то продолжала идти за нами.

— Долго будешь преследовать? Эта проблема касается только класса D.

— А? Мне нельзя? Будет плохо, если я пойду? Знаешь, я ведь могу что-нибудь посоветовать… — Хошиномия-сенсей так и продолжала тащиться следом, но вдруг к нам подошла ученица и перегородила ей путь. Это была привлекательная девушка со светло-розовыми волосами, которую я раньше никогда не встречал.

Она на мгновение взглянула на нас, но потом снова перевела взгляд на учительницу:

— Хошиномия-сенсей, у вас есть время? Студсовет желает кое-что обсудить с вами.

— Тебя ищут, так что давай, иди уже! — Чабашира-сенсей шлепнула ее по заднице папкой для бумаг.

— Блин… боюсь, она озвереет, если я останусь, так что увидимся, Аянокоджи-кун! Что ж, идем в учительскую, Ичиносе-сан, — с этими словами она развернулась на каблуках и они с ученицей ушли.

Когда Хошиномия-сенсей покинула нас, Чабашира-сенсей поскребла голову и двинулась дальше в сторону кабинета. Он располагался сразу за учительской.

— Так… зачем вы меня позвали?

— Ох, насчет этого… до того как я начну, иди-ка сюда, — взглянув на настенные часы, она открыла дверь в смежное помещение и там поставила чайник на конфорку офисной плиты, — Я приготовлю зеленый чай. Ходзича подойдет? — она достала банку с Ходзича в порошке, а потом вдруг приказала:

— Заходи в эту комнату! Не делай лишних движений и не шуми. Пока я не разрешу тебе выйти, смирно стой тут. Ослушаешься – и тебя тут же исключат!

— Чего? Исключат? Этокак понимать?

Безо всяких объяснений она закрыла дверь в смежную с другой стороны. Что она, черт побери, собирается делать? Я стоял тихо, как мне и было велено, и совсем скоро дверь в кабинет открылась.

— Вот, заходи. Так что ты хотела мне сказать, Хорикита?

Похоже, Хорикиту пригласили в кабинет, где я только что был.

— Спрошу прямо, почему меня зачислили в класс D?

— Серьезно, вот так в лоб?

— Сегодня утром вы сказали, что классы были распределены по потенциалу. И что класс D – это кучка отбросов.

— Именно так я и сказала. Создается впечатление, будто ты относишь себя к высшей касте.

Интересно, как Хорикита на это ответит? Уверен, она найдет что сказать.

— Я верю, что решила практически все задачи на вступительных экзаменах и не допустила серьезных ошибок на собеседовании. Потому не думаю, что должна быть в классе D.

Посмотрите-ка, я так и знал. Хорикита из тех, кто считают себя выше других. Она никогда не скромничает, и всерьез думает, что лучше остальных. По результатам прошедшего теста она делила первое место.

— Решила все задачи, значит? Обычно мы не показываем результаты вступительных экзаменов, но я сделаю для тебя исключение. У меня случайно оказался твой лист с ответами.

— А вы хорошо подготовились. Похоже, заранее знали, что я приду сюда, чтобы опротестовать свое распределение.

— Я учитель, и в мои обязанности входит знать своих учеников, по крайней мере, до определенной степени. Хорикита Сузуне, как я и думала, ты была третьей среди поступивших учеников. Разрыв с первым и вторым местом минимальный. Справилась на отлично. С собеседованием тоже никаких проблем. Тебя оценили очень высоко.

— Благодарю. Но тогда почему?

— Для начала ответь, недовольна ли ты попаданием в класс D?

— Никто не обрадуется, если его способности остались недооцененными. К тому же есть разница между классами, значительно влияющая на перспективы в будущем. Естественно я недовольна.

— Недооцененными? Эй-эй, твоя самооценка чересчур завышена! — хихикнула… нет, в открытую рассмеялась Чабашира-сенсей, — Твои академические способности высоки. Ты умная. Но кто сказал, что в лучшие классы попадают самые умные? Я такого не говорила.

— Это было бы логично.

— Логично? Разве не логика создала ту ущербную Японию, в которой мы сейчас живем? В обычных школах и правда классы распределяют по баллам на тестах. В результате неумелые в отчаянии пытаются справиться с по-настоящему превосходящими их. Это в конечном счете привело к наследственной системе.

— Конечно, я не спорю, ты способная ученица. Однако цель школы – воспитывать идеальных граждан. Это первое, что мы объяснили, еще на вступительной церемонии. Обдумай это спокойно. Полагаешь, поступил бы сюда кто-то вроде Судо, если бы мы принимали учеников только по их умственным способностям?

— Блин…

Это лучшая школа в Японии, и в нее принимают даже тех, чьи сильные стороны сконцентрированы не на учебе.

— Однако говорить, что никто не обрадуется, если его недооценивают, немного самонадеянно. К примеру, класс A находится под постоянным давлением школы и зависти учеников из низших классов. Бороться под таким давлением труднее, чем ты думаешь. Есть ученики, которые только рады оказаться недооцененными.

— Это шутка какая-то? Не понимаю я таких.

— Да? А мне вот кажется, что в классе D есть сразу несколько таких. Чудаков, с удовольствием готовых остаться в низкоуровневом классе.

Такое ощущение, что она говорила это именно мне, прячущемуся в соседнем с кабинетом помещении.

— Вы все еще не объяснили, меня действительно определили в класс D, и это не ошибка? Прошу, перепроверьте!

— Прости, но ты в классе D не из-за какой-то там ошибки. Ты определенно там, где и должна быть. Это определенно твой уровень.

— Вот как, в таком случае попробую спросить у высшего руководства.

Похоже, она решила, что ее классный руководитель – не тот, у кого нужно было спрашивать, и не сдалась.

— Тебе кто угодно ответит то же самое. Незачем разочаровываться лишний раз. Как я уже сказала утром, классы могут обгонять и превосходить друг друга. Помни, что возможность подняться до класса A до выпуска еще существует.

— Не похоже, чтобы это было просто. Как последнему в списке классу D заработать больше баллов, чем у класса A? С какой стороны не посмотри, это невозможно!

Таково искреннее мнение Хорикиты. Сейчас у нас слишком большой разрыв в баллах.

— Уж не знаю. Идти по этому безумному пути или нет – решать лишь тебе. Быть может, у тебя есть личные причины состоять в классе А?

— Дело в том… простите за сегодня. Но помните, пожалуйста, что я так и не приняла такого распределения.

— Хорошо, я это запомню.

Я услышал звук отодвигаемого стула. Похоже, разговор завершен.

— А, и еще, я позвала сюда кое-кого. Того, кто вполне уместен и для тебя.

— Уместен для меня? Нет… брат…

— Выходи, Аянокоджи.

Не зови меня в такой неподходящий момент. Ладно, просто не выйду и все.

— Если не выйдешь, тебя исключат.

Жестокая. Нельзя использовать исключение как рычаг давления.

— Долго мне тебя ждать?

Вздохнув, я вышел из кухоньки в кабинет. Хорикита была удивлена.

— Ты… подслушивал нас?

— Подслушивал? Знаю, что вы о чем-то говорили, но я ничего не слышал. Стены тут толстые. — сказал я, стучав кулаком по стене.

— Неправда. Оттуда я обычно слышу все, что происходит здесь, — Чабашира-сенсей зачем-то решила вытряхнуть из меня душу.

— Зачем вы сделали это, учитель? — Хорикита сразу же поняла, что все было подстроено. На ее лице отразилась настоящая злость.

— Потому что решила, что это необходимо, — ответила Чабашира-сенсей Хориките и переключилась на меня:

— Теперь, Аянокоджи, я скажу, для чего вызвала тебя.

— В таком случае я пойду…

— Подожди, Хорикита. Тебе стоит дослушать до конца. Будет подсказка, как можно достичь класса А.

Хорикита резко развернулась и села обратно на стул.

— Только покороче.

Взглянув на папку бумаг перед собой, Чабашира-сенсей рассмеялась.

— А ты интересный, Аянокоджи.

— Я совсем не интересный, не то, что сенсей с фамилией Чабашира.

— Хочешь принести извинения всем Чабаширам в этом мире? Ммм?

— Боюсь, даже если буду их искать, никого кроме вас не найду…

— Взглянув на результаты вступительных экзаменов, я подумала, тебе потребуются дополнительные индивидуальные занятия, но результат прошедшего теста потряс меня до глубины души, — На папке лежал знакомый бланк с ответами на вступительные экзамены, — Ровно пятьдесят баллов за японский, пятьдесят по математике, пятьдесят за английский, пятьдесят по истории и столько же по естественным наукам… Результат последнего теста тоже пятьдесят баллов. Ты понимаешь, о чем я?

Удивленная Хорикита просмотрела мой тест, а потом перевела взгляд на меня.

— ...Какое пугающее совпадение.

— Ха? Будешь утверждать, что эти результаты – совпадение? Очевидно, что так сделано намеренно.

— Простое совпадение. У вас нет доказательств. К тому же какой мне смысл подгонять собственные результаты? Если бы я был способен зарабатывать высокие оценки, постарался бы собрать сотню баллов по каждому из предметов.

Глядя на мою тщательно разыгрываемую невинность, она вздохнула.

— Если честно, ты какой-то странный. Уверен? Задачу номер пять по математике в этом году решили только три процента поступающих. К тому же ты добавил сложную формулу и без проблем ее решил. С другой стороны, семьдесят шесть процентов учеников ответили правильно на десятый вопрос. Ты ошибся специально? Или это считается «нормальным»?

— Я понятия не имею, что значит «нормально». Это... Просто совпадение.

— Отлично притворяешься. Я восхищаюсь твоим отношением, но оно доставит тебе проблемы в будущем.

— Вспомню об этом, когда потребуется.

Чабашира-сенсей посмотрела на Хорикиту, будто бы спрашивая у нее: «Ну как?»

— Зачем ты… делаешь вид, что не понимаешь?

— Да нет же, я же сказал, это совпадение. Я не скрытый гений или что-то типа того.

— Ну и как тебе? Этот парень может оказаться умнее тебя, Хорикита.

Хорикита заметно вздрогнула.

— Я не люблю учиться и даже не особо стараюсь. С чего бы мне получать такие баллы?

— Речь не об учениках, выбравших эту школу. Кроме тебя и Коенджи, есть и другие, кому плевать, быть в классе A или D.

Тут не только школа, учителя тоже необычные. Когда Чабашира говорила с Хорикитой, она словно видела все ее слабые стороны. Такое впечатление, что они знают все секреты своих учеников.

— В чем же дело? Какие еще причины могут быть?

— Хочешь услышать обо всем в подробностях?

Я заметил дьявольскую искорку во взгляде Чабаширы-сенсей. Такое впечатление, что она пытается спровоцировать Хорикиту.

— Нет, на этом хватит. Если продолжу это слушать, взбешусь и разнесу тут всю мебель.

— Если сделаешь это, Аянокоджи переведут в класс E.

— Есть и такой класс?

— Именно, класс E обозначает «expelled» – то есть исключенный. Ладно, пора заканчивать. Радуйтесь своим школьным денькам, — сделала она саркастичное замечание, — Мне уже пора, вот-вот начнутся занятия. Я закрываю кабинет, так что выходите отсюда.

Сказав это, она вытолкнула нас в коридор. Зачем Чабашира-сенсей подстроила эту встречу? Ей не свойственно делать бессмысленные вещи.

— Так… не пора ли и нам возвращаться? — я двинулся, не дожидаясь ее согласия.

— Подожди, — Хорикита окликнула меня в надежде, что я остановлюсь, но я шел дальше. Если удастся оторваться до того, как дойду до общежития, моя цель достигнута.

— Твои оценки… действительно ли это совпадение?

— Я уже говорил. Или у тебя есть доказательства того, что я делаю это специально?

— У меня нет доказательств, но… Аянокоджи-кун, я не понимаю. Ты избегаешь неприятностей и совсем не заинтересован попасть в класс А.

— Зато тебя этот вопрос на удивление беспокоит.

— А не должен?

— Нет.

— Я работаю над тем, чтобы иметь любое преимущество в будущем. Такова моя цель с момента поступления сюда. Но вообще дело не в этом, ведь я еще даже не начала.

Заметил, что Хорикита ускорила шаг, и теперь уже идет рядом со мной.

— Так почему ты хочешь попасть в класс А?

— Во-первых, хочу понять истинные намерения этой школы. Почему я попала в класс D? Чабашира-сенсей сказала, что меня оценили только на класс D, так что… А когда выясню это, попробую добраться до класса А. Нет, я обязательно достигну его!

— Будет непросто, но я верю в тебя!

— Считаешь, я должна взять управление классом в собственные руки?

— Да.

— Быстрый ответ, — мне в бок ткнулась твердая ладонь.

— Ай…

Выражение боли на моем лице Хорикита проигнорировала.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но эта проблема не из тех, с которыми можно справиться в одиночку. Особенно когда дело касается таких, как Судо. Даже если улучшишь свои результаты, толку нет, если остальные в классе дадут минус.

— Нет, я не совсем об этом. Конечно, люди мало что могут поодиночке, но, если все не приложат усилия, задача станет исключительно сложной. Если все не постараются, можно даже не пытаться сражаться с другими классами.

— Так что ты собираешься делать? На данный момент ты лишь согласилась, что это большая проблема.

— Есть три ключевых аспекта, над которыми нам нужно поработать. Опоздания, болтовня на уроках, а также нужно убедиться, что все сдадут экзамены в середине семестра.

— Первые два будут проработаны. Но что касается экзаменов…

На недавних проверочных работах были и трудные задачи, но большинство заданий выглядели простыми. Прискорбно то, что многие ученики заваливаются и на таком уровне. Учитывая все это, будущие тесты вырисовываются мне в достаточно мрачном свете.

— Еще… я хочу попросить тебя о помощи, Аянокоджи-кун.

— Помощи?

Хорикита посмотрела на меня с очень недовольным выражением лица.

— Ты отказала Хирате утром, так что получается, я тоже имею право тебе отказать, верно?

— И ты хочешь мне отказать?

— А если я скажу, что с удовольствием помогу?

— Никогда бы не подумала, что ты способен на такие смелые заявления, однако уверена, что ты не откажешься. Если совсем не хочешь помогать, конечно же, я не стану настаивать. Если откажешь, так же как это сделала я, ничего не поделать. Так могу я на тебя рассчитывать?

— Хотелось бы мне вспомнить слова, которыми ты отказала Хирате.

— Я верила, что ты согласишься, Аянокоджи-кун. Прими мою благодарность!

— Я отказался.

— Нет, я хорошо расслышала твой внутренний голос. Ты сказал, что поможешь.

— Думаешь, что такими словами ты дождешься от меня помощи?

— Не волнуйся. Мне без надобности твои интеллектуальные способности. Оставь планирование мне, а ты будешь олицетворением грубой силы.

— Ха? С чего бы мне быть грубой силой?

— А разве тебя не беспокоят баллы класса? Если последуешь моим инструкциям, могу гарантировать повышение наших баллов.

— Уверен, у тебя есть какой-то план, но ты могла бы положиться на кого-нибудь другого. Если заведешь друзей, сможешь попросить их помочь.

— Это какой-то кошмар, но в классе D нет никого подходящего, кроме тебя.

— Да нет же, там полно таких людей! Тот же Хирата. У него есть влияние на класс, и к тому же он умный – отлично подходит. Более того, он обеспокоен, что у тебя нет друзей.

Если достучишься до него, он станет хорошим другом.

— Не подходит. Даже если у этого парня есть талант и способности, я не готова его принять. Если сравнивать, мне нужна шахматная фигура. Не золотой или серебряный генерал, а именно пешка.

Ты назвала меня пешкой? Поэтому ты выбрала меня?

— Пешку можно использовать и для получения денег.

— Интересная мысль, но ты не тот, кто будет стараться ради них. Разве ты только что не подумал: «Меня устраивает роль пешки, но я не хочу этого признавать»?

— Ты все ещё думаешь что я тебе помогу.

— Что ж, можешь связаться со мной, когда решишься. Буду ждать.

Мои слова так и не достигли разума Хорикиты.

бравших эту школу. Кроме тебя и Коенджи, есть и другие, кому плевать, быть в классе A или D.

Тут не только школа, учителя тоже необычные. Когда Чабашира говорила с Хорикитой, она словно видела все ее слабые стороны. Такое впечатление, что они знают все секреты своих учеников.

— В чем же дело? Какие еще причины могут быть?

— Хочешь услышать обо всем в подробностях?

Я заметил дьявольскую искорку во взгляде Чабаширы-сенсей. Такое впечатление, что она пытается спровоцировать Хорикиту.

— Нет, на этом хватит. Если продолжу это слушать, взбешусь и разнесу тут всю мебель.

— Если сделаешь это, Аянокоджи переведут в класс E.

— Есть и такой класс?

— Именно, класс E обозначает «expelled» – то есть исключенный. Ладно, пора заканчивать. Радуйтесь своим школьным денькам, — сделала она саркастичное замечание, — Мне уже пора, вот-вот начнутся занятия. Я закрываю кабинет, так что выходите отсюда.

Сказав это, она вытолкнула нас в коридор. Зачем Чабашира-сенсей подстроила эту встречу? Ей не свойственно делать бессмысленные вещи.

— Так… не пора ли и нам возвращаться? — я двинулся, не дожидаясь ее согласия.

— Подожди, — Хорикита окликнула меня в надежде, что я остановлюсь, но я шел дальше. Если удастся оторваться до того, как дойду до общежития, моя цель достигнута.

— Твои оценки… действительно ли это совпадение?

— Я уже говорил. Или у тебя есть доказательства того, что я делаю это специально?

— У меня нет доказательств, но… Аянокоджи-кун, я не понимаю. Ты избегаешь неприятностей и совсем не заинтересован попасть в класс А.

— Зато тебя этот вопрос на удивление беспокоит.

— А не должен?

— Нет.

— Я работаю над тем, чтобы иметь любое преимущество в будущем. Такова моя цель с момента поступления сюда. Но вообще дело не в этом, ведь я еще даже не начала.

Заметил, что Хорикита ускорила шаг, и теперь уже идет рядом со мной.

— Так почему ты хочешь попасть в класс А?

— Во-первых, хочу понять истинные намерения этой школы. Почему я попала в класс D? Чабашира-сенсей сказала, что меня оценили только на класс D, так что… А когда выясню это, попробую добраться до класса А. Нет, я обязательно достигну его!

— Будет непросто, но я верю в тебя!

— Считаешь, я должна взять управление классом в собственные руки?

— Да.

— Быстрый ответ, — мне в бок ткнулась твердая ладонь.

— Ай…

Выражение боли на моем лице Хорикита проигнорировала.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но эта проблема не из тех, с которыми можно справиться в одиночку. Особенно когда дело касается таких, как Судо. Даже если улучшишь свои результаты, толку нет, если остальные в классе дадут минус.

— Нет, я не совсем об этом. Конечно, люди мало что могут поодиночке, но, если все не приложат усилия, задача станет исключительно сложной. Если все не постараются, можно даже не пытаться сражаться с другими классами.

— Так что ты собираешься делать? На данный момент ты лишь согласилась, что это большая проблема.

— Есть три ключевых аспекта, над которыми нам нужно поработать. Опоздания, болтовня на уроках, а также нужно убедиться, что все сдадут экзамены в середине семестра.

— Первые два будут проработаны. Но что касается экзаменов…

На недавних проверочных работах были и трудные задачи, но большинство заданий выглядели простыми. Прискорбно то, что многие ученики заваливаются и на таком уровне. Учитывая все это, будущие тесты вырисовываются мне в достаточно мрачном свете.

— Еще… я хочу попросить тебя о помощи, Аянокоджи-кун.

— Помощи?

Хорикита посмотрела на меня с очень недовольным выражением лица.

— Ты отказала Хирате утром, так что получается, я тоже имею право тебе отказать, верно?

— И ты хочешь мне отказать?

— А если я скажу, что с удовольствием помогу?

— Никогда бы не подумала, что ты способен на такие смелые заявления, однако уверена, что ты не откажешься. Если совсем не хочешь помогать, конечно же, я не стану настаивать. Если откажешь, так же как это сделала я, ничего не поделать. Так могу я на тебя рассчитывать?

— Хотелось бы мне вспомнить слова, которыми ты отказала Хирате.

— Я верила, что ты согласишься, Аянокоджи-кун. Прими мою благодарность!

— Я отказался.

— Нет, я хорошо расслышала твой внутренний голос. Ты сказал, что поможешь.

— Думаешь, что такими словами ты дождешься от меня помощи?

— Не волнуйся. Мне без надобности твои интеллектуальные способности. Оставь планирование мне, а ты будешь олицетворением грубой силы.

— Ха? С чего бы мне быть грубой силой?

— А разве тебя не беспокоят баллы класса? Если последуешь моим инструкциям, могу гарантировать повышение наших баллов.

— Уверен, у тебя есть какой-то план, но ты могла бы положиться на кого-нибудь другого. Если заведешь друзей, сможешь попросить их помочь.

— Это какой-то кошмар, но в классе D нет никого подходящего, кроме тебя.

— Да нет же, там полно таких людей! Тот же Хирата. У него есть влияние на класс, и к тому же он умный – отлично подходит. Более того, он обеспокоен, что у тебя нет друзей.

Если достучишься до него, он станет хорошим другом.

— Не подходит. Даже если у этого парня есть талант и способности, я не готова его принять. Если сравнивать, мне нужна шахматная фигура. Не золотой или серебряный генерал, а именно пешка.

Ты назвала меня пешкой? Поэтому ты выбрала меня?

— Пешку можно использовать и для получения денег.

— Интересная мысль, но ты не тот, кто будет стараться ради них. Разве ты только что не подумал: «Меня устраивает роль пешки, но я не хочу этого признавать»?

— Ты все ещё думаешь что я тебе помогу.

— Что ж, можешь связаться со мной, когда решишься. Буду ждать.

Мои слова так и не достигли разума Хорикиты.

Наступили первые выходные мая. Ике с товарищами научились молча слушать учителя на уроках. Только Судо продолжал спать на занятиях, но никто не пытался ему помешать. Так как мы все еще не смогли найти надежный способ повысить баллы класса, на привычки Судо пока не обращали внимания.

И все же на него пал гнев одноклассников.

Тоже хочу спать. Вот-вот будет обед, тут трудно не уснуть. Ко всему прочему вчера я засиделся допоздна за просмотром аниме. Было бы чудесно сейчас вздремнуть.

Я уже начинал клевать носом, как вдруг ощутил острую боль в правой руке.

— Чего?

— Что такое, Аянокоджи? Ты вскрикнул. Переходный возраст беспокоит?

— Н-нет, простите, Чабашира-сенсей. Просто соринка в глаз попала.

Обычно ученики начали бы перешептываться, однако сейчас они молчали и зыркали на меня, очевидно беспокоясь за наши баллы. Почесывая больное место, я посмотрел на соседку Хорикиту и увидел ее с циркулем в руке.

Это ненормально. Зачем ей вообще понадобился циркуль? На занятиях истории он нам без надобности. Когда прозвенел звонок, я подошел к ней.

— Ты хоть знаешь, насколько ты противна?

— Злишься?

— Ты проделала дырку в моей руке! Дырку!

— О чем ты? Когда это я тыкала в тебя циркулем?

— Очевидно же, в твоих руках орудие преступления.

— Считаешь, это я уколола тебя, просто потому что увидел у меня в руке циркуль?

— Меня разбудил не шум урока, а боль.

— Будь осторожен. Если бы тебя увидели спящим, у нас бы вычли баллы.

Хорикита так хотела вырваться из класса D, что стала беспокоиться и о таком. Протест против правил распределения закончился для нее ничем.

— Блин, больно. Черт побери, Хорикита, если ты сама когда-нибудь задремлешь, я разбужу тебя таким же способом.

Когда все уже начали собираться на обед, заговорил Хирата:

— Тест, о котором говорила Чабашира-сенсей, уже совсем скоро. Мы все понимаем, что, если не наберем проходной балл, нас исключат. Так что, думаю, было бы неплохо создать учебные группы, если будете пренебрегать учебой, провалитесь на тестах и вас исключат. Я хочу этого избежать. Но это не единственная цель, ведь высокие баллы наверняка отразятся и на количестве наших баллов. Я попросил помощи некоторых ребят, у которых на прошлом тесте были хорошие оценки. Так что если вы не уверены в том, что наберете достаточно баллов, пожалуйста, присоединитесь к учебной группе. Конечно, остальные также могут это сделать, — сказав это, Хирата посмотрел на Судо.

— Блин… — тот отвел взгляд, скрестил руки и закрыл глаза. С тех пор как Судо отверг предложение Хираты представиться, их отношения совсем не улучшались.

— С пяти часов, сегодня и до дня тестов, я планирую регулярно заниматься по два часа здесь, в классе. Если хотите присоединиться, приходите. Конечно, вы можете уйти из группы, когда сами захотите. На этом все!

Когда Хирата закончил, сразу несколько ребят с наихудшими оценками встали и подошли к нему.

Только Судо, Ике и Ямаучи не приняли от него помощь. Последние двое немного колебались, но все-таки отказались.

Часть 1

— Ты свободен в обед? Может быть, поедим вместе? — спросила меня Хорикита во время перемены.

Меня пригласила Хорикита и это настолько удивительно, что я не знаю как ответить.

— Необычно это, получить от тебя приглашение. Я боюсь.

— Нечего бояться. Я могу купить тебе набор с овощами, если не против.

— Бесплатный обед?

— Просто шучу. Я куплю тебе все, что ты сам выберешь.

— Ну, точно страшно. В чем подвох? — приглашение Хорикиты было подозрительным. Трудно не занервничать, если тебя приглашают ни с того ни с сего. Помню, Хорикита сама о чем-то таком говорила.

— Если все всегда будут сомневаться друг в друге, общество не будет процветать, верно?

— Да, но это не оправдание!

У меня не было других планов, поэтому я просто пошел с Хорикитой в столовую. Выбрал один из самых дорогих обедов, нашел свободное место, и мы с Хорикитой устроились там.

— Что ж, итадакимас? — Хорикита смотрела на меня, словно хотела, чтобы я начал есть.

— Что такое, Аянокоджи-кун? Почему ты не ешь?

— Вот, всегда бы так — опять мне как-то страшно стало. Тут точно скрыт какой-то подвох. Обед не может быть бесплатным. Но я не могу мешкать. Если еда остынет, легче не станет.

Ну ладно, посмотрим, что она для меня приготовила.

Я решительно начал есть.

— Прости за неожиданность, но можешь меня выслушать.

— Если часть после "но" вопросительная, то я отказываюсь.

— Аянокоджи-кун, прошу еще раз. Выслушаешь меня?

— Неа — Я продолжил есть со своей постоянной улыбкой.

— С тех пор как Чабашира-сенсей дала нам советы, количество нарушений на уроках существенно уменьшилось. Можно даже сказать, количество поводов снизить баллы сократилось вдвое.

Я глубоко вздохнул.

— И это было не так уж и трудно. Не факт, что так и дальше пойдет, но по крайней мере несколько последних дней прошли намного лучше, чем предыдущий месяц.

— Теперь, следующее, над чем нам нужно поработать – это повысить баллы на промежуточных экзаменах. Хирата-кун уже начал действовать.

— Учебные группы, Ну… думаю, они помогут. Вот только…

— Вот только что? Ты что-то хочешь сказать? Что-то не так с учебными группами?

— Нет, не с ними. Вообще странно, что тебя беспокоят окружающие.

— Я раньше и представить не могла, что можно и не сдать экзамен. Но оказалось, что для некоторых учеников это нормально.

— Ты о Судо с товарищами? Как всегда безжалостно.

— Я констатирую факт.

Ученики не могут покидать территорию школы, общаться с людьми за ее пределами и ходить на дополнительные занятия, а значит, остается только учить друг друга.

— Я почувствовала облегчение, когда Хирата-кун организовал учебную группу. Но Судо, Ике и Ямаучи в нее не вс...

— О вот! Вот это очень вкусное. Пробуй Хорикита, тебе понравится. — я искренне был удивлен вкусу этого мясо, оно было очень вкусным. Что же подумает о нем Хорикита?

Я преподнёс палочки к рту Хорикиты, но она не открыла рот.

— Ты что делаешь? Пожалуйста послушай меня внимательней! — отодвинула еду Хорикита, сказав эти жестокие слова.

— Да я уже понял что ты собираешься мне сказать. Хочешь сделать учебную группу с Ике, Судо и Ямаучи?

—Да, и будет проще, если с ними поговоришь ты. Вы же друзья? Так что просто приведи их в библиотеку. Я помогу им с учебой.

— Да с чего мне тебе помогать? Ты думаешь я смогу их собрать?

— Вопрос не в том, сможешь ты или нет. Просто сделай.

— Да ты ошалела что ли? Я тебе что, собачка? Ты можешь хотеть в класс А сколько угодно, но меня в это не втягивай. — я встал из-за стола.

— Ты уже съел? Угощение. Обед. Этот замечательный вкусный обед.

— Да, было очень вкусно, Хорикита. Спасибо тебя за угощение.

— Нет, это была не просто угощение.

— Думаешь, я собираюсь как-нибудь отплатить тебе добром?

— Конечно, если не сделаешь я устрою тебе спокойную жизнь.

— Я впервые начинаю на тебя злиться.

— Так что? Поможешь мне? Или хочешь стать врагами?

— И что будешь делать? Хочешь оставить кнопки на моем стуле? Собираешься проткнуть мою руку циркулем? А может облить водой? Ты будто нашла серьёзную угрозу.

— Ничего не «будто», у меня действительно есть серьезная угроза.

Даже если все, мною причисленные произойдет, будет не приятно.

Ладно… если на мне только общий сбор, думаю, можно помочь.

К тому же Судо, Ике и Ямаучи мои единственные друзья. Я не могу позволить им так быстро покинуть школу.

Пока я сомневался, Хорикита решила усилить давление.

— Тебе не кажется, что ты должен извиниться за то, что сговорился с Кушидой-сан, для того, чтобы затащить меня в ту кафешку?

— По моему ты сказала, что не винишь нас?

— Я это говорила Кушиде-сан, не припоминаю, чтобы это относилось к тебе.

— Хм, вот как. и что дальше?

— Если хочешь заслужить прощение, помоги мне.

— Я не пойду на компромиссы, помогу с правой коленке левой ноги.

— Уверена, ты сможешь их собрать. Вот мой номер телефона. Если что-то случится, позвони.

Таким необычным способом я получил номер телефона девушки. Впервые в старшей школе.

Правда, он принадлежит Хориките… Мда, не особо я этому рад.

Часть 2

Я осмотрел весь наш класс. Так, и что же я здесь пытаюсь найти?

Придет ли хоть кто-нибудь, если просто попрошу: «Не хочешь вместе позаниматься после уроков?» Мы с Судо и Ике были друзьями, всего лишь время от времени обедающими вместе. И сейчас их интересы чересчур далеки от учебы.

Терять нечего. Просто попробую спросить.

— Судо, ты сейчас свободен? — поинтересовался я, когда он вернулся в класс после обеденного перерыва. Он был потный и тяжело дышал. Наверное, играл на перемене в баскетбол, — Что собираешься делать с экзаменами?

— А, это… да без понятия. В учебе я никогда особо силен не был.

— О, правда? У меня есть вариант специально для тебя. Думал с сегодняшнего дня начать обучаться после занятий. Не хочешь присоединиться?

Судо на какое-то время задумался.

— Ты серьезно? Меня бесят даже обычные уроки, сомневаюсь, что мог бы заниматься еще и после них. К тому же у меня есть клуб. Нет, это просто невозможно. А обучать нас кто возьмется? Твои оценки так себе, знаешь ли.

— Учить будет Хорикита.

— Хорикита? Я о ней практически ничего не знаю. Звучит подозрительно, так что отказываюсь. Попробую вызубрить все перед самым началом теста. Можешь идти.

— Но тесты будут по всем предметам!

Как и предполагал, Судо отказался. Он ничего не понял.

Черт, нехорошо это. Если бы я настоял, он мог бы и врезать. Ничего не поделать. Начнем с кого-то, с кем попроще иметь дело. Подумав так, я окликнул Ике, играющего в телефон.

— Эй, Ике!

— Отказываюсь!

— Нечего не поделаешь. Можешь сказать мне, как бы ответил на это Ямаучи?

— Отказываюсь!

Понурив плечи, я вернулся на место. И попытался доказать Хориките, что ей лучше сдаться.

— Без шансов.

— Я не расслышал, ты что-то сказала?

— Без шансов, говорю. — я лег на парту, закрыв глаза.

— Ты же не думаешь, что так легко сорвался с крючка?

Черт! Какая наглость! Как же она бесит.

— Да. Видимо придется держать меня в обиде до окончания учебных дней.

Хоть я и отказался, но не сдался.

Я еще раз обвел класс взглядом. Все выглядело спокойно, атмосфера расслабленная. Нужен способ заставить учиться тех, кто ненавидит это делать. И заставить их потратить на это не учебное время, а их свободные часы. Я бы отказался от этого дела, но они находятся под угрозой исключения…

Думаю, Судо не стал бы соглашаться на первое же совместное обучение.

Мне нужно найти какой-то стимул. Заставить его поверить, что за занятиями последует награда. И желательно выбрать что-то такое, что их обязательно зацепит, тогда план наверняка сработает.

— Точно! — с радостной улыбкой, словно достигнув божественного откровения, я повернулся к Хориките, — Твоя задача в том, чтобы помочь им с учебой, но собрать их всех непросто. Мне нужны твои особые качества. Можешь помочь?

— Особые качества? Я могу выслушать… но что конкретно требуется сделать?

— Как насчет такого варианта: ты станешь девушкой того, кто получит хороший балл на тесте. Они на это точно поведутся. Девушка – лучшая мотивация для парней.

— Умереть хочешь?

— Нет, мне бы лучше остаться в живых! — сказал я не изменяя интонации и улыбки. Что не так? Что тебя не устраивает?

— Я думала, ты действительно что-то придумал. Глупо было в это поверить.

— Ну нет же, я правда верю, что это сработает! Это бы стало лучшей мотивацией для них.

— ...

— Ладно, тогда поцелуй. Ты поцелуешь того, у кого будет лучшая оценка. — снова я заиграл весёлым тоном.

— Да ты реально умереть хочешь?

— Я бы еще пожил! — опять сказал я, не изменяя интонации и улыбки.

Мне прилетел мгновенный подзатыльник. Блин, Хорикита вообще ни с чем не собирается соглашаться. А было бы очень эффективно.Сказал же на компромиссы не пойду. В итоге я вернулся к началу пути.

Подумав об этом, я обратил внимание на одну весьма заметную личность, сидящую в средних рядах. Нет, не Хирата, а еще кое-кто очень популярный – Кушида Кикё.

Выглядит радостной и активной, как всегда. Общительная девушка, с которой могут спокойно разговаривать и парни, и девушки. В самом деле, Ике сошел с ума от одержимости Кушидой, а Судо и остальным она тоже нравится. И ее оценки относительно высокие. Подойдёт для моего плана!

Надо подождать когда Хорикита оставит меня с ней.

Часть 3

Итак, занятия подошли к концу. Хорикита быстро собралась и двинулась в общежитие, как делала всегда. Время начать исполнение плана. И первым делом я должен уговорить Кушиду.

— Ты не занята? — спросил я у нее, когда она уже собиралась домой. Она обернулась на мой внезапный оклик.

— Необычно, что ты сам захотел со мной поговорить. Что-то от меня нужно?

— Да. Если не против, хотел бы поговорить об этом снаружи.

— Я собиралась пойти погулять с друзьями, так что времени у меня немного, но… идем, — улыбнулась она и последовала за мной.

В коридоре, завернув за угол, Кушида остановилась в ожидании.

— Могу поздравить, Кушида, тебя выбрали на роль посла. Прошу, посодействуй помощи классу!

— Ч…что? Прости, что это значит?

Я рассказал про учебную группу, которую мы хотели собрать, чтобы помочь Судо. Конечно, не забыл упомянуть и то, что учить их будет Хорикита.

— Подумал, ты могла бы использовать учебную группу, чтобы подружиться с Хорикитой.

— Я хочу с ней подружиться… но меня это не сильно беспокоит, знаешь ли. В конце концов помогать друзьям естественно. Так что я в любом случае тебе помогу.

Она добрая, складывается впечатление, что ей хочется защитить Ике, Судо и остальных от исключения.

— Тебя это точно устраивает? Если не хочешь, я не буду настаивать. Ох, прости, я это говорю не потому, что не хочу, чтобы ты нам помогала. Просто… я очень рад.

Кушида прислонилась к стене и шаркнула ногой.

— Исключать людей только из-за плохих оценок жестоко. Мы с таким трудом подружились, будет грустно, если придется расстаться. Когда Хирата-кун решил собрать учебную группу, я была восхищена его идеей. Но Хорикита-сан внимательнее к окружающим, в отличие от меня. Это она обратила внимание на Судо-куна и его друзей. Кажется, она начинает видеть друзей в своих одноклассниках. И я на все готова ради того, чтобы ей помочь! — улыбнулась Кушида и почему-то взяла меня за руку. На самом деле это мило.

— В таком случае я рассчитываю на тебя. Ты мне этим очень поможешь.

— Можно и я тебя попрошу об услуге? Хочу присоединиться к учебной группе.

— А? Серьезно?

— Ага, чтобы учиться вместе со всеми.

План сработал. Если Кушида будет в группе, ее присутствие благотворно повлияет на атмосферу. Однако у Кушиды хорошие оценки, и ей вроде бы незачем ходить туда.

— Когда у нас начнутся занятия?

— Я думал завтра или около того.

«По крайней мере, так решила Хорикита», — уже мысленно закончил я.

— Да? Тогда необходимо поговорить со всеми сегодня. Я позвоню тебе позже, ладно?

— Кстати, тебе дать контакты Судо и остальных?

— Все хорошо, у меня они есть. Нет только твоего и Хорикиты-сан.

Не знал я о второй части.

— Вы уже встречаетесь?

— Откуда такие вопросы? Мы с ней друзья… нет, точнее сказать просто соседи по парте.

— Среди девушек ходят слухи о вас, знаешь ли? Хорикита же всегда одна. И только ты с ней общаешься. Вы даже обедаете вместе в конце концов.

Ага, значит, девушки увидели нас вместе и начали сплетничать, понятно. Но они не увидели того момента с тем вкусным мясом.

— Увы, сладкой парочки из слухов не существует.

— Это же не проблема? Дай мне свой номер, пожалуйста.

— Конечно.

Так у меня появился номер еще одной девушки.

Около полуночи, когда я бесцельно коротал время в своей комнате, пришло сообщение от Кушиды:

[Ямаути-кун и Ике-кун согласились~ (^・ω・^)]

Как быстро это они!

А когда я его спрашивал, Ике лишь отмахнулся… Присутствие девушки – это важный аргумент для убеждения парней. Будто у нее особая суперспособность.

[Я только что написала Судо-куну, думаю, он согласится (＾ω＾)] — прилетело еще одно письмо.

Такими темпами нам удастся собрать всех уже завтра.

Обрадованный молниеносным развитием событий, я написал Хориките. Отправил ей письмо о том, что договорился с Кушидой, что Ике и Ямаучи согласились присоединиться. А еще о том, что сама Кушида тоже будет состоять в учебной группе.

Что ж, время сходить в душ. Но как только я поднялся с кровати, раздался звонок телефона. Это была Хорикита.

— Алло?

— Не поняла твоего письма.

— В смысле не поняла? Там все коротко и ясно. Скорее всего, завтра придут все трое.

— Не это. Ты написал, что Кушида-сан помогла. Впервые об этом слышу.

— Я попросил ее. Кушида очень старается помочь всем в классе, она захотела бы присоединиться, пригласил бы я ее или нет. Короче, Судо, Ике и Ямаучи будут. Все хорошо?

— Не припомню, чтобы разрешала подобное. У нее и оценки неплохие.

— Если включить в план Кушиду, шансы на успех повышаются. Я просто принял элементарную меру предосторожности для повышения вероятности удачного исхода.

— Мне это все равно не нравится. Разве ты не должен был сначала меня спросить?

— Я знаю, ты не переносишь таких общительных людей, как Кушида. В общем, это все ради того, чтобы никто не завалил тест. Или хочешь заняться сбором двоечников сама?

— Ну… — кажется, Хорикита начала понимать, что Кушида в команде нам пригодится. Но ее гордость не позволяла просто так с этим смириться.

— У нас не так много времени до теста. Все еще чем-то недовольна?

Кстати, Хорикита почти не оставила в своем плане пространство для маневра. Но я ее подловил, и она молчала. Молчание затянулось.

— Ладно, без жертв не обойтись. Но Кушида-сан поможет нам только собрать ребят. Я не согласна, чтобы она состояла в группе.

— Но почему? Она помогает лишь на таком условии. Это иррационально.

— Я не приму ее в группу. И не передумаю.

— Даже так... хочешь отомстить нам за тот обман?

— Это другое. Она прошла на пробном тесте. Лишние люди потребуют лишних усилий и будут мешать.

Ее объяснения имели свой резон, но я все равно не понимаю, почему она отказывает Кушиде.

— Ты просто ненавидишь Кушиду?

— Если чувствуешь себя рядом с кем-то некомфортно, это ненависть?

— Что?

Не понял, о чем она? Кушида старается понять Хорикиту больше кого бы то ни было, пытается стать ее другом. Никогда не думал, что Хорикита на самом деле может ненавидеть Кушиду.

— А если они решат не ходить на занятия без Кушиды?

— Прости, изучение материала к тесту займет больше времени, чем я думала. Отключаюсь, мы заболтались. Доброй ночи!

Она бросила трубку. Она не согласилась на участие с Кушидой. Но чтобы подняться до класса А, нужно научиться идти на компромиссы.

Я воткнул телефон в зарядку, положил его на стол и растянулся на кровати.

«Бракованные, хех!» В первый день обучения второгодки так отозвались о нас. «Defective product» – по-английски. Они привыкли насмехаться над учениками класса D. У безупречной на первый взгляд Хорикиты наверняка тоже имеются проблемы. В какой-то мере я даже понимаю ее.

Что же делать? Должен ли я надавить на нее? В худшем случае эта девчонка просто возьмет и откажется. Но, если Хорикита не будет учить, время пройдет впустую.

С тяжелым чувством на душе я набрал номер Кушиды.

— Алло? — вместе с голосом в трубке раздался сильный шум ветра. Звук вскоре ослаб, а потом и вовсе пропал

— Ты там что делаешь?

— Ты слышал? Уже закончила, я сушила волосы, все хорошо.

— Эм, я позвонил чтобы сказать тебе. В общем, Хорикита против того, что ты будешь в группе.

— Вот как… я и правда не нравлюсь Хориките-сан. Ничего, можешь не скрывать. Я вовсе не злюсь. Честно говоря, догадывалась, что она откажет. Я ей не нравлюсь. Случилось лишь то, что должно было произойти.

— Да, но… не думаю, что Хориките-сан удастся собрать Судо и остальных самой.

— Так что Хорикита-сан сказала? Она была против того, чтобы я собрала ребят? Или не хотела видеть меня в учебной группе?

Кушида попала в точку, словно слышала наш разговор.

— Последнее. Похоже, я испортил тебе настроение.

— Ха-ха-ха, ну точно. Да не извиняйся. Ее аура говорит: «Не подходи ко мне». Было ожидаемо услышать от нее отказ, но ребята согласились из-за того, что я обещала состоять в группе вместе с ними… Ты не соврешь, если скажешь, что я не смогу прийти. Только если напишешь им прямо сейчас, они возненавидят Хорикиту.

— Да, ты права.

— Можно я все сама сделаю?

— Что сделаешь?

— Завтра приведу ребят к Хориките-сан. Конечно, я тоже там буду.

— Хочешь научить Хорикиту идти на компромиссы?

— Да!

План сработал. Я изначально хотел так и поступить, но теперь вопросы по поводу участия Кушиды, будут к ней самой.

— Понял. Действуй так, как считаешь нужным. Но я не знаю, что из этого выйдет.

— Не страшно, при любом исходе ты ни в чем не виноват. Тогда до завтра!

Хорикита начнет измываться над каждым, кто ее не послушается. Такая сомнительная ситуация просто обязана обернуться катастрофой. Обеспокоенный, я направился в ванную.

Хватит думать о завтрашнем дне, это навевает тоску. Завтра наступит и закончится, вне зависимости от моих волнений по этому поводу. Что-нибудь да выйдет.

Часть 5

На утро Хорикита пришла угрюмая. Было бы здорово, если бы она миленько хлопнула себя по щекам и, надув губки, ударила парня в грудь. Но она не выражала ничего и сидела тихо. И даже не обратила внимания на мое присутствие. Правда, если я повернусь к ней спиной, она точно потянется за циркулем…

Занятия закончились, и наступило свободное время.

— Все придут в библиотеку? — первые ее слова за день оказались про учебную группу. Она говорила так, словно я должен был что-то прочитать между строк.

— Кушида их приведет. Не знаю, будут ли они учиться.

— Приведет, значит? Ты же сказал ей, что я не приму ее в группу?

С этими словами Хорикита направилась в библиотеку. Когда я выходил из кабинета, Кушида мило подмигнула мне.

Заняв угол длинного стола в библиотеке, мы ждали учеников.

— Я их привела! — подошла к нам Кушида. За ней были…

— Кушида-тян рассказала нам об учебной группе. Не хочу, чтобы меня так быстро исключили. Позаботься о нас, пожалуйста!

Ике, Ямаучи и Судо. И еще один неожиданный гость. Парень по фамилии Окитани.

— Окитани, ты тоже набрал меньше проходного балла?

— А, нет-нет. Но волнуюсь, так как оставался на грани. Я… мне нельзя присоединиться к вам? Ходить в группу Хираты для меня трудно… — посмотрел Окитани на меня, и почему-то на его лице появился легкий румянец.

Стройная фигура, синие волосы, стриженные под короткий боб. Парни, зацикленные на девушках, наверняка сказали бы: «Я влюбился!». Если бы он не был парнем, конечно. Это очень опасная ситуация.

— Ничего страшного, если Окитани-кун будет в группе? — спросила Кушида. У него тридцать девять баллов, вот он и беспокоится.

— Если ты боишься не набрать проходной балл, можешь приходить. Но ты должен стараться так же, как и все остальные.

— Л… ладно, — радостно уселся Окитани. Кушида попыталась сесть рядом с ним, но Хорикита заметила это и предупредила ее.

— Кушида-сан, разве Аянокоджи-кун тебе не говорил? Ты…

— Если честно, я тоже беспокоюсь о своих оценках.

— Ты… у тебя же были неплохие результаты на прошлом тесте?

— В тот раз мне просто повезло. Многие вопросы были на выбор ответа. Примерно в половине случаев, думаю, я просто угадала. Если честно, едва прошла, — Кушида мило почесала щеку и смущенно улыбнулась, — Наверное, я на одном уровне с Окитани-куном, если не хуже. Поэтому хочу вступить в группу, чтобы не получить плохой оценки. Так ведь можно?

Она разыграла партию после того, как Окитани разрешили присоединиться. Хорикита не может отказать.

— ... Ладно.

— Спасибо, — вновь улыбнулась ей Кушида. Привести Окитани наверняка было частью ее плана. Она использовала его для оправдания собственных намерений.

— Проходной балл до 32. С 32 баллами – это не сдал?

— Если «до», то 32 балла – это сдал. Судо, справишься ли ты?

Даже Ике волнуется за Судо. Конечно, им важно знать, «до» или «до, включительно».

— Это не имеет значения. Моя цель состоит в том, чтобы все вы получили минимум по 50 баллов.

— Эй, не слишком ли это для нас?

— Ориентироваться на минимум небезопасно. Вы, не набравшие даже проходного балла, можете провалиться, — Аргумент Хорикиты был логичен, и все неохотно с ним согласились, — Я собрала большинство тем, которые будут в тесте. За следующие две недели, следуя моему плану, мы должны пройти их все. Если что-то не понимаете, сразу же спрашивайте.

— Эй, я не понимаю первой задачи, — Судо сердито посмотрел на Хорикиту и прочитал вопрос:

«У товарищей А, В и С на троих 2150 йен. У А на 120 йен больше, чем у В. Когда С отдал В 2/5 своих денег, у В стало на 220 йен больше, чем у А. Сколько денег было у А изначально?»

Задача, требующая составить систему уравнений. Для ученика старшей школы – элементарно.

— Используй свои мозги. Если сдашься в самом начале – ничего не выйдет.

— Ты так говоришь… но я даже не знаю, с чего начинать.

— Все остальные в школе могут с этим справиться.

Школа принимает учеников на основании не только оценок. Судо наверняка взяли за его спортивные таланты. Если так подумать, разве его не должны были тут же исключить за плохие оценки?

— Ох, я тоже не знаю… — Ике в явном замешательстве почесал голову, — Окитани-кун, может быть, ты знаешь способ решить?

— Эм… А+В+С равно 2150 йен, а А равно В+120… — Окитани, которому удалось не провалиться на последнем тесте, начал составлять уравнения. Кушида смотрела из-за его плеча.

— Да, да, правильно, правильно. А теперь?

Кушида храбрая. Хотя и сказала, что сомневается в своих оценках, она сразу же начала учить Окитани.

— Честно говоря, это задача, которую решают первогодки и второгодки в младшей школе. Если не можете научиться даже этому, вы не сможете ничего.

— Мы что, в младшей школе?

— Как Хорикита и сказала, плохо, если вы не можете этого решить. Первые несколько задач по математике в тесте были примерно такого уровня, но я понятия не имела, что делать с последней.

— Я могу научить тебя составлять системы уравнений, если хочешь, — Хорикита не задумываясь взяла свою ручку. Ужасно, но только Кушида и Окитани знали, как решать эту задачу.

— Для начала, что такое «система уравнений»?

— Ты серьезно?

Да, эти парни вообще никогда не учились! Судо бросил карандаш на парту.

— Нет, хорош. Это не сработает, — он сдался, толком даже не начав.

Хорикита посмотрела на парня, раздражённая его ничтожным видом.

— Погодите, ребята. Давайте все вместе постараемся! Если разберётесь с этими задачами, сможете использовать эти знания на тесте, хорошо?

— Что ж, раз Кушида-тян так говорит, мы постараемся, только… если нас будет учить она, я буду стараться даже сильнее.

— Эм...

Хорикита промолчала, когда Кушида спросила ее разрешения. И ее молчание было проблемой. Если она так и будет себя вести, остальные забьют на учебу. Кушида решилась и взялась за карандаш.

— Это, как и сказала Хорикита-сан, задача на составление системы уравнений. Я запишу сказанное в математическом виде, — с этими словами она записала три уравнения.

Кажется, что они стараются, но, даже если она запишет уравнения и покажет им, эти балбесы ничего не усвоят. У нас получается не учебная группа, а просто место траты времени. Они просто не понимают ее объяснений.

— Итак, ответ 710 йен, понимаете? — удовлетворённая, Кушида улыбнулась Судо, — Теперь можешь ответить на вопрос? Почему?

— Эм...

Она наконец-таки осознала, что все объяснения ушли впустую.

— Не хочу вас обижать, но вы ребята чересчур недалекие и не знаете самых банальных вещей, — заявила молчавшая все это время Хорикита, — Меня пугает ваше будущее, если вы не в состоянии справиться даже с этой задачей.

— Вот как. Значит, ничего не поделать! — взбешенный ее словами, Судо ударил кулаком по столу, — Ты неисправима!

— Меня и не нужно исправлять. Твое мнение меня не волнует. Мне просто тебя жалко. А я всю жизнь старалась избегать вещей, вызывающих у меня жалость.

— Можешь говорить что хочешь. Учеба все равно никак не повлияет на мое будущее.

— Учеба не влияет на будущее? Интересное заявление. С чего это ты так решил?

— Ничего страшного, если я не могу решить эту задачу. В этом просто нет смысла. Чем корпеть над учебниками, я лучше буду стараться стать профессиональным баскетболистом.

— Глупости! Если научишься решать эту задачу, вся твоя жизнь изменится. Начнешь учиться, будет меньше неприятностей. Точно так же и в баскетболе. Ты же не играешь в него по своим собственным правилам? Или так же бежишь от каждой трудности, как поступаешь с учебой? Создается впечатление, что ты и к тренировкам относишься несерьезно. Такой ты есть! Будь я куратором клуба, не позволила бы тебе попасть в основной состав.

— Тьфу… — Судо поднялся и схватил Хорикиту за воротник.

— Судо-кун!

Кушида подскочила и схватила Судо за руку еще до того, как я успел что-либо сообразить. Однако Хорикита лишь приподняла брови и оставалась спокойной.

— Ты мне неинтересен, но я понимаю, какой ты человек. Хочешь стать профессиональным баскетболистом? Думаешь, такое детское желание можно просто исполнить в существующем обществе? Такой безответственный человек, как ты, профессионалом не станет. А если и станет, то не думаю, что ты будешь зарабатывать достаточно. Ты идиот, если надеешься получить работу своей мечты.

— Ты!.. — было видно, что Судо вот-вот потеряет контроль. Если поднимет руку, мне придется вмешаться и удержать его.

— Вот так просто бросишь учебу, да и вообще школу? Тогда точно можешь забыть о своей мечте стать профессиональным игроком и продолжишь жить своей жалкой жизнью, перебиваясь подработками.

— Ха… ну и отлично! Я сдаюсь! Не из-за того, что слишком трудно. Я пропустил тренировку, и это какая-та бессмысленная трата времени. Всем покеда!

— Ты говоришь странные вещи. Учиться чему-то всегда трудно! — добила его Хорикита.

Если бы не Кушида, он бы точно ударил ее. Не скрывая раздражения, Судо запихнул учебник в сумку.

— Эй, тебя такое устраивает?

— Да плевать! Ему неинтересно… и нам незачем стараться ради такого человека, даже если на кону исключение. У него нет желания задерживаться в этой школе.

— Я сразу почувствовал неладное, когда ты – девушка без друзей – вдруг создала учебную группу. Позвала нас сюда и обзываешь нас идиотами. Если б не была девчонкой, я бы тебе точно врезал.

— Да тебе просто не хватает смелости, чтобы ударить меня? Не используй мой пол как причину собственной трусости.

Только что созданная учебная группа уже разваливалась.

— Я тоже ухожу. И не столько потому, что я не хочу учиться… в основном потому, что ты бесишь. Хорикита-сан, ты можешь быть умной, но это не значит, что ты лучше нас! — отказался Ике, потеряв терпение.

— Мне плевать, вылетите вы из школы или нет. Поступайте, как хотите.

— Что ж, я делаю ставку на ночную зубрежку.

— Интересно, а сюда ты пришел не потому ли, что не способен учиться самостоятельно?

— Тьфу…

Жестокие слова Хорикиты задели даже обычно жизнерадостного Ике. Ямаучи также стал собираться. Взволнованный Окитани поднялся, не способный противиться воле остальных.

— Ребят… вы уверены?

— Пойдем, Окитани.

В итоге они вдвоем вышли из библиотеки.

Остались только мы с Кушидой. И даже она, наверное, скоро уйдет.

— Хорикита-сан, почему ты их не остановила?

— Я ошиблась. Если сегодня они и прошли каким-то чудесным образом, ситуация повторилась бы в будущем. И они бы снова все бросили. Я просто осознала, что это лишняя трата времени и сил.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Хочу сказать, нам нужно избавляться от балласта.

Не будь здесь учеников с плохими оценками, не было бы и необходимости их учить, а средний балл бы вырос. Она пришла к такому выводу.

— Так вот в чем дело… Слушай, Аянокоджи-кун, ты с ней согласен?

— Если так решила Хорикита, наверное, пусть так и будет?

— Аянокоджи-кун, ты правда так думаешь?

— Ну, мне бы не хотелось, чтобы их исключили. Но так как учу их не я, ничего не могу поделать. Выходит, что я согласен с Хорикитой.

— Понятно, — разом помрачневшая Кушида взяла сумку и поднялась. — Я попробую что-нибудь сделать. Не хочу, чтобы все так быстро рассорились.

— Кушида-сан, ты правда этого хочешь?

— А что не так? Я не могу просто взять и бросить Судо-куна, Ике-куна и Ямаучи-куна.

— Можешь не притворяться. Не думаю, что ты действительно хочешь им помочь.

— Ты о чем? Не понимаю. Почему ты так упорно наживаешь врагов своими холодными словами? Это… очень грустно, — Кушида опустила голову, — До завтра!

Таким образом, ушла и она. Мы вдруг остались только вдвоем. В библиотеке воцарилась абсолютная тишина

— Итак, учебная группа закрыта.

— Похоже на то.

Тишина в библиотеке казалась зловещей.

— Только ты меня понял. Думаю, ты немного лучше этих бесполезных придурков. Коли хочешь, чтобы я тебе что-то объяснила, можем начать прямо сейчас.

— Мне не нужно дополнительная подготовка.

— Пойдешь в общежитие?

— Судо с остальными идут туда. Поговорю с ними еще раз.

— Нет смысла разговаривать с людьми, которые так легко сдаются.

— Я просто хочу поговорить со своими друзьями.

— Как это эгоистично. Называть их друзьями и смотреть, как их исключают. С моей точки зрения, это самое жестокое, что ты можешь сделать.

Что ж, не отрицаю. Все ее слова попали в точку. В конце концов в учебе важна и правильная мотивация.

— Не буду говорить, что ты ошибаешься. И понимаю, почему ты назвала Судо тупицей. Но, Хорикита, разве не нужно учитывать обстоятельства Судо? Если он хочет стать профессиональным баскетболистом, ему от этой школы практически никакого проку. Не хочешь понять, почему он выбрал именно ее?

— Мне плевать.

Отмахнувшись от моих слов, Хорикита уткнулась в учебник.

Выйдя из библиотеки, я решил

встретиться с Кушидой. Хотел поблагодарить ее и извиниться за произошедшее. К тому же, я не прочь подружиться с миленькими девушками.

Радостно схватившись за мобильник, нашел имя Кушиды в контактах. Я немного нервничал, так как это будет наш второй разговор по телефону. Раздался гудок, второй, третий… Она не собиралась брать трубку. Не заметила? Или игнорирует меня?

Ее не было видно, так что я пробежался по окрестностям. В здании школы увидел кого-то, со спины похожего на Кушиду. Было около шести часов, в школе оставались только члены клубов. Может быть Кушида встречается с кем-то из друзей, состоящих в клубе?

Я направился за ней. Коли у нее там с кем-то встреча, можно будет пообщаться позже. Стоит сначала догнать ее.

Выудив из ящика сменную обувь, я обулся и двинулся по коридору. Однако Кушиды нигде не было видно. Я потерял ее из виду? И прямо в этот момент раздался едва слышный звук чьих-то шагов.

Они доносились с лестницы, ведущей на второй этаж. Похоже, это все-таки она. Шаги поднимались выше, уже на третий этаж. Дальше только выход на крышу? Он открыт в обед, но мне казалось, что его закрывают после уроков.

Я, немного заинтригованный, поднялся по ступеням. Стараясь не шуметь, ведь у нее может быть там с кем-то встреча. А потом, добравшись практически до самого верха, заметил чей-то силуэт и замедлил шаги.

Подтянувшись, я заглянул в щель слегка приоткрытой двери. За нею стояла Кушида. И больше никого. Она здесь кого-то ждет?

Если она ждет его в таком пустынном месте… может, Кушида встречается с парнем? В таком случае меня может обнаружить тот, кто поднимется следом. Пока я колебался, раздумывая, уходить или остаться, Кушида бросила сумку и…

— Как же бесит! — голос звучал так низко, что казалось, говорит вовсе не Кушида, — Бесит! Бесит! Чтоб она сдохла!.. — шептала она, словно произносила заклинание или проклятие, — Ненавижу таких выскочек, думающих, что они милые! Почему же она такая сучка? Эта коза вообще не способна кого-либо учить!

Кушида лицемерка — это объясняет тот факт, что она в D классе. Хотя откуда школе знать про её настоящую личность?

— Блииин! Она невыносима! Невыносима! Невыносима! Хорикита бесит! Бесит! Как же она меня бесит!

Кажется, образ самой популярной девушки в классе только что рассыпался на осколки. Этот облик она не хотела никому показывать. Она скрывает свои истинные чувства, и я их увидел, ей по любому это не понравится.

Но появился вопрос: «Допустим, что она скрывает свои истинные чувства, тогда зачем согласилась помочь мне, невзирая даже на то, как сильно сама не выносит Хорикиту?». Я думал, что ей известно достаточно о характере Хорикиты. Она могла отказаться помогать, оставив ее самой разбираться с проблемами, или придумать бесчисленное число отмазок.

Так почему заставила себя присоединиться к учебной группе? Хотела ли она подружиться с Хорикитой? Или хотела сблизиться с кем-то из группы?

Все это не имеет смысла. Если её это так нервирует, но при этом есть какая-то причина прибиться к учебной группе, то я ее просто не понимаю.

Нет… она подавала странные сигналы своими действиями с самого начала.

Я никогда об этом не задумывался, но взглянув на ее нынешнее положение… может ли быть, что Кушида и Хорикита…

Неважно. То что сейчас нужно сделать, так это попробывать записать разговор. Если она в будущем захочет, что-то против меня предпринять, то этой информации будет легко ею шантажировать.

"Звук нового сообщения"

Звук от нового сообщения был очень громкий чтобы его не заметили. Услышав его, Кушида напряглась и задержала дыхание. Потом резко развернулась на месте, словно кто-то ее окликнул, и сразу же заметила меня.

— Что ты… тут делаешь? — холодно поинтересовалась Кушида после непродолжительной паузы.

Я успел включить диктофон на телефоне.

— Заблудился. Прости, уже ухожу.

Кушида посмотрела на меня и явно раскусила ложь. Ее взгляд казался напряженным как никогда.

— Ты слышал?

— Ты про твоё лицемерие? Разве не очевидно?

— Понятно…

Кушида быстро приблизилась ко мне. Прижала предплечье к моей шее и вдавила меня в стену. Но я не изменил свою широкую улыбку. Новерно, это причина по которой она сейчас удивлена посмотрела мне на оскал.

— Насчет того, что ты услышал… если сболтнешь кому, я тебе этого не прощу! — ее слова прозвучали как угроза.

— А что если…

— Тогда я пущу слух, что ты меня изнасиловал прямо здесь.

— Разве это не клевета?

— Не беспокойся, обвинение будет не ложным.

Ее слова имели какую-то странную подоплеку.

И вдруг Кушида схватила меня за левое запястье и медленно раскрыла ладонь. Придерживая руку, она положила ее себе на грудь. Моя ладонь тут же почувствовала мягкость и податливость ее форм.

— Что ты делаешь? — я попытался убрать руку, но она удержала ее на месте.

— Твои отпечатки остались на моей одежде. Это прямое доказательство. Я надеюсь, ты понимаешь, что это не шутка?

Она мне угрожает, но наличие записи, делают эту угрозу, не серьезной. И стоит ли рассказывать ей о диктофоне? Если расскажу, то она наверняка накопит на меня обиду. Хотя с помощью шантажа, наверняка поставить ее под каблук.

Я сжал ее грудь, в моей руки сильнее. И посмотрел ей в глаза стараясь сделать жуткую улыбку.

— Уверена, что это сможет заставить мне замолчать?

— Что ты делаешь? Если что нибудь со мной сделаешь, он попадет прямиком в полицию.

Я отпустил её

— Успокойся, я не собираюсь лишать тебя невинности, и шантажировать тобой тоже.

— Шантажировать? Ты что записывал этот разговор?

— Верно, но как я уже и сказал, я пока не собираюсь это делать...

Кушида занервничала и сказала:

— ...Ладно, я надеюсь на твою честность.

— ...Слушай, Кушида. Какая «ты» настоящая?

— Зачем тебе?

— Ну... Я кое-чего не понял. Ты ненавидишь Хорикиту, но в таком случае зачем вообще пытаться с ней подружиться?

Мне было любопытно узнать, ради чего она зашла так далеко.

— Разве плохо пытаться понравиться всем? Ты понимаешь, как это трудно? Хотя нет, не понимаешь.

— У меня пока не так много друзей, но кажется я понимаю как это трудно.

С самого первого дня Кушида старалась поговорить, обменяться контактами и позвать куда-нибудь негативно настроенную по отношению к ней одноклассницу. Кто угодно поймет, насколько это трудно и затратно по времени.

— Что до Хорикиты… я хотела создать хотя бы видимость того, что мы с ней неплохо ладим.

— Но это было невозможно.

— Ага, но я этим живу. Так я хотя бы смогу ощутить свою значимость, — без колебаний ответила она. У Кушиды есть чувства и принципы, о которых знает только она. Это она хотела сказать. Следуя своим собственным принципам, она отчаянно пыталась поладить с Хорикитой, — Я говорю это тебе под влиянием момента, но парни вроде тебя меня обычно раздражают.

Образ миленькой Кушиды рассеялся, но я не был сильно удивлен. В конце концов у всех могут быть яркий внешний образ и темный внутренний мир.

Но ответ Кушиды содержал в себе как правду, так и ложь.

— Это только моя интуиция, но ты случайно не знала Хорикиту еще до школы?

Когда я это сказал, плечи Кушиды на мгновение дрогнули.

— Что за… понятия не имею, о чем ты. Хорикита-сан что-то обо мне рассказывала?

— Нет, выглядело так, будто вы встретились впервые. Но кое-что показалось мне странным.

— Странным?

Тут же вспомнился наш первый разговор с Кушидой.

— Когда я представился, ты моментально запомнила, как меня зовут.

— И что?

— Откуда ты узнала имя Хорикиты? В тот раз она никому его не говорила. Знал ее только Судо, но сомневаюсь, что он тебе сказал.

То есть у нее не было возможности узнать ее имя.

— К тому же и со мной ты подружилась, чтобы добраться до нее, я же прав?

— Заткнись! Твои слова выводят меня из себя. От тебя мне нужно одно: клянешься ли ты, что никому не скажешь ни слова о том, что узнал сегодня?

— Обещаю. Вроде я где-то уже это говорил.

— Хорошо, я принимаю твое обещание, — выражение ее лица не изменилось, Кушида закрыла глаза и глубоко вдохнула.

— Хорикита-сан не обычный человек.

— ...Ну да, я бы сказал, она очень необычная.

— Ее не волнуют люди, и она не позволяет им к себе подступиться. Полная моя противоположность.

Хорикита с Кушидой и правда на разных полюсах.

— Ты ведь понимаешь, что она открывается только тебе.

— Погоди! Дай-ка уточню, она мне не открывается! Вообще никак!

— Может быть. Но тебе она доверяет больше, чем остальным. Из всех, кого я знаю, она наиболее уверенна в себе и осторожна по отношению к окружающим. Она не доверится бесполезному глупцу.

— Говоришь, у нее хорошая интуиция на людей?

— Поэтому я и верю твоему обещанию. Все остальные тебе совершенно безразличны.

Не припоминаю, чтобы демонстрировал такое поведение Кушиде, но она выглядела уверенной в своих словах.

— Нечему удивляться. Ты и не собирался уступить место той старушке, верно?

Вот она о чем. Заметила нас в автобусе. И поняла, что мы даже не подумали уступить свои места кому-либо еще.

— Раз веришь мне, незачем распространять слухи.

— Была бы так уверена вначале, я бы не дала тебе лапать мою грудь. Это… я была смущена. И запаниковала.

— Хм... Я кстати до сих пор записываю.

В этот же момент мне прилетел удар под ребра. В испуге я схватился за поручень.

— Опасно! Я мог пострадать!

— Это потому что ты такой отвратительный! — покраснев от злости, а не смущения, рявкнула на меня Кушида.

— Это кто тут ещё отвратительный?

— Всё, Хватит!

Поднявшись снова наверх, Кушида забрала сумку и вернулась. На ее лице сияла ухмылка.

— Пойдём домой вместе?

— Конечно.

Часть 7

Интересно, как будут разворачиваться события в классе D завтра? Такое впечатление, что я сторонний зритель, смотрящий разные телепередачи безо всяких эмоций.

Пришло сообщение в групповом чате. В нем говорилось:

[Сато присоединилась к группе].

Если правильно помню, она одна из самых активных девушек в классе.

[Яхуу~ Мы поболтали с Ике-куном и он предложил присоединиться к вашему чату].

Мне нечего было ответить, так что я просто читал их переписку.

[Я слышала о сегодняшнем~ Хорикита такая стерва!].

[Она меня выбесила].

Судо тоже сильно разозлился. Думал, он ей врежет.

[Если увижу ее завтра, точно врежу. Она меня капец как выбесила].

[Ха-ха-ха, ударишь – будут проблемы XD. И это как-то слишком].

[Эй, мы отошли от темы. Будем игнорировать ее с завтрашнего дня?]

[Хах, да я всегда ее игнорировал XD].

[Мне необходимо как-то ей отомстить. Можем довести ее до слез. Например, спрятав сменку].

[Это было бы смешно, если бы мы были детьми. Хочу, чтобы она реально страдала].

Итак, Хорикита стала в чате темой номер один.

[Аянокоджи, ты в деле? Я про издевательства].

[Не, он у нее под каблуком].

[Слушай, ты на чьей стороне вообще?]

Конечно, Хорикита вывела их всех из себя. У них не было никаких положительных впечатлений, связанных с ней. Но я не готов согласиться бить или издеваться над ней. Ни в одном из этих подходов нет ничего хорошего.

[Ты же читаешь? Я спросил тебя: на чьей ты стороне?]

[Я не собираюсь над ней издеваться, и не собираюсь вас останавливать], — напечатал я.

[Нейтралитет. Самый хитрый из возможных ответов XD].

[Если школа узнает, у вас будут проблемы. Помните об этом].

[Пытаешься ее защитить? Ха-ха].

Я не мог видеть их лиц, потому они вели себя агрессивнее обычного. Если бы Ике стоял передо мной, он бы побоялся такое говорить.

[Если бы Кушида это прочитала, ей бы вряд ли понравилось.].

Отправив это сообщение, я захлопнул телефон. Он зазвонил, но я не ответил. Вряд ли они рискнут натворить глупостей. А Сато не решится без поддержки остальных.

Пройдя в другой конец комнаты, я открыл окно. Было слышно жужжание насекомых, прячущихся среди деревьев. Может, это кубикиригису так шумит? Ночной ветер раскачивал оконную створку.

Мы с Хорикитой познакомились в первый день школы, попали в одну школу и оказались соседями по парте. Я подружился с Судо и Ике. К тому же всем нам угораздило оказаться в западне, в классе, определенном школой как самый худший. Хорикита пыталась исправить положение, но обратила на себя всеобщий гнев из-за своего же характера.

Я нахожусь ближе всех к центру сложившийся ситуации, но лишь продолжаю плыть по течению

Нет, это неправильное определение. И неприятное ощущение. Такое впечатление, что я сторонний наблюдатель. Я не чувствовал той же ярости, что Судо и остальные, поэтому решил, что ситуация меня не касается, что можно остаться в стороне.

«Только идиот не воспользуется силой, которой обладает». Я не хотел запоминать эти слова, но они почему-то застряли в моей памяти.

Идиот… наверное, я и есть идиот, — захлопнув окно, я услышал резкий смех, доносящийся из телевизора.

Часть 8

Заснуть не получалось, поэтому я поднялся с постели и вышел из комнаты. На первом этаже купил сок и соломенные палачки из автомата и двинулся обратно к лифту.

— Хм?

Лифт находился на седьмом этаже. Заинтересовавшись, я посмотрел на экран, передающий изображение непосредственно с камеры, установленной в кабинке лифта. Там находилась Хорикита в школьной форме.

Мне незачем скрываться, но… сейчас встречаться с ней не хотелось бы, поэтому я проворно спрятался за автоматом. Лифт приехал на первый этаж.

Озираясь, Хорикита вышла из здания общежития. Когда она растворилась в темноте, я зачем-то пошел следом.

Мне пришлось снова спрятаться, едва завернув за угол. Хорикита остановилась. Там был еще чей-то силуэт.

— Сузуне. Не думал, что ты последуешь за мной сюда.

Она вышла так поздно для того, чтобы встретиться с парнем.

— Хватит, я уже не та бесполезная девчонка, какую ты помнишь, брат. Я поступила так, чтобы догнать тебя.

— Хех, догнать меня…

Брат? Мне не было видно лица ее собеседника, но, похоже, что это старший брат Хорикиты. Может это президент студсовета?

— Я слышал, ты в классе D. Ровным счетом ничего не изменилось за последние три года. Постоянно преследуя меня, ты совершенно неспособна разглядеть собственные недостатки. Выбор поступить в эту школу – еще одна твоя ошибка.

— Это… неправда! Я поднимусь до класса А, и тогда…

— Невозможно, ты никогда не сможешь его достичь. Твой класс разваливается. Эта школа не так проста.

— Я определенно… определенно попаду в класс А…

— Сказал же, это невозможно, какая же ты глупая, сестра, — брат Хорикиты шагнул вперед, что позволило мне лучше разглядеть его из своего укрытия.

Это действительно оказался президент студсовета. Его лицо ничего не выражало, словно он смотрел на что-то совершенно неинтересное.

Внезапно, схватив сестру за запястье, он прижал ее к стене.

— Как бы я не пытался тебя избегать, ты – моя младшая сестра. Если люди о тебе узнают, я опозорюсь. Поэтому отчислись немедленно!

— Нет… я точно поднимусь до класса А!

— Идиотизм! Хочешь снова пережить болезненные моменты прошлого?

— Брат… я…

— У тебя нет ни силы, ни подготовки, чтобы попасть в класс А, пойми уже наконец!

Хорикита рванулась вперед, словно хотела перехватить инициативу в борьбе. Ситуация накалилась.

Ощутив намерения президента, я выскочил из своего укрытия и перехватил его руку.

— Что? Ты кто? — глаза брата Хорикиты засверкали недобрым огнем. Он посмотрел на собственную руку, захваченную моей рукой. В другой руке я держал палочки, держа одну во рту

— А… Аянокоджи-кун?

— Ты собирался применить к ней бросок? Она твоя сестра. Ты что, тиран?

— Подслушивать нехорошо.

— Просто отстань от нее.

— Это мои слова.

В тишине мы уставились друг на друга.

— Хватит, Аянокоджи-кун, — напряженным голосом попросила она.

Никогда не видел ее такой. Я неохотно отпустил его руку. Наконец я взялся за палочки. В то же мгновение он замахнулся, целясь мне в лицо.

Ощутив опасность, я инстинктивно уклонился. Мощная атака для такого щуплого парня. Потом он попытался точным ударом попасть мне в живот.

— Ха!

Я почувствовал, что ему хватит сил, чтобы отправить меня в нокаут с первого же удара. Удивленный, он выдохнул и потянулся ко мне правой рукой.

Если бы я схватил ее, он наверняка бы провел свой бросок. Вместо этого я отбил ее своей левой.

— Хорошие рефлексы, но не думаю, что тебе удастся уклоняться бесконечно. Хотя твоё отношение к битве говорит о обратном. Ты отлично понял, что я собираюсь сделать. Ты чем-то увлекаешься? — спросил он, прекратив атаки.

— Нет, просто у очкариков меньше преимуществ.

Хорикита нахмурился.

— Тоже из класса D? Какой интересный парень, Сузуне! — выпустив ее руку, он медленно повернулся ко мне, — Сузуне, у тебя появился друг? Я искренне удивлен.

— Он… не друг. Просто одноклассник, — отрицательно качнув головой, она смотрела на брата.

— Ты, как всегда, путаешь уединение с одиночеством. Аянокоджи, с тобой ситуация может стать интереснее, — сказал он, а после прошел мимо и растворился в темноте.

Президент студсовета выглядел достаточно уверенным в себе человеком. Похоже, Хорикита вела себя странно из-за встречи с братом.

— Я обязана подняться до класса А, даже если это будет стоить мне жизни. Путь только один!

Как только брат Хорикиты ушел, ночь погрузилась во тьму. Хорикита сползла по стене, опустив голову. Я собрался идти к общежитиям, когда она вдруг решила окликнуть меня.

— Ты все слышал? Или скажешь, что это просто совпадение?

— Нет, совпадения тут только 50%. Я увидел тебя, когда спустился купить сока в автомате. Пошел следом из любопытства. Вообще не собирался вмешиваться.

Хорикита снова притихла.

— Твой старший брат силен. И не постеснялся атаковать первым.

— У него… пятый дан по каратэ и четвертый по айкидо.

Ого, да он нечто. Если бы я не уклонился, дело приняло бы неприятный оборот.

— Аянокоджи-кун, ты ведь тоже каким-то боевым искусством занимался? У тебя тоже есть дан?

— Да я по твоему уже и гений, и мастер боевых искусств.

— ... — Хорикита ждёт ответа.

Я вздохнул.

— Поверишь, если скажу что смогу избить твоего брата, до потери пульса?

— Это правда?

— Кто знает?

Настала тишина.

— ...Я позволила тебе разглядеть мою странную сторону.

— Никогда и не думал, что ты обычная девушка.

Она нахмурилась.

— Давай вернемся в общежитие. Если нас кто-то здесь увидит, подумает еще всякое.

Конечно. Пойдут странные слухи о парне и девушке, в полном одиночестве посреди ночи. Не говоря уже о том, что наши отношения не очень-то надежные.

Медленно поднявшись, Хорикита пошла ко входу в общежитие.

— Слушай… тебя действительно устраивает то, как вышло с учебной группой? — зная, что другой возможности у меня не будет, я решился спросить ее.

— Почему это так тебя интересует? Ведь именно я хотела собрать группу. Было непохоже, что ты в ней хоть немного заинтересован. Или я ошибаюсь?

— У меня плохое предчувствие. Или я должен сказать, что ребята что-то замышляют?

— Неважно, я уже привыкла. Кстати, большинство из заваливших в группе Хираты-куна. Он хорошо учится, легко сходится с людьми и, в отличие от меня, умеет объяснять. В этот раз у них должно получиться. Я решила, что пытаться помочь им самой – трата времени. Им придется бороться за оценки до самого выпуска. Глупо вытаскивать таких каждый раз.

— Судо с товарищами не очень-то ладят с Хиратой. Не думаю, что они пойдут к нему.

— Это их решение, не мое дело. Если они не обратятся к Хирате, их исключат. Конечно, моя цель попасть в класс А. Я стараюсь только для себя, а не для других. Мне плевать, что делают остальные. Если их исключат на тестах, останутся только лучшие ученики. Будет проще. Ситуация, где любой исход ведет к победе.

Думаю, она права. Во-первых, в этой ситуации плохо тем, у кого оценки ниже намеченной границы. Но я не успел закончить беседу с неожиданно разговорившейся Хорикитой.

— Хорикита, тебе не кажется, что мы допускаем ошибку?

— Ошибку? Где именно? Хочешь сказать, тем, кто бросает одноклассников, ничего не светит?

— Расслабься. Я слишком хорошо тебя знаю.

— Тогда в чем дело? Нет смысла спасать неудачников.

— Смысла и правда особого нет. Но это может помочь избежать вероятных вычетов.

— Вычетов?

— Считаешь, школа такого не предусмотрела? Ученики получают вычеты за разговоры на уроке и опоздания. А тут их исключают, потому что никто им не помог. Как думаешь, какой вычет нам за это грозит?

— Ну…

— Само собой, у нас нет точной информации. Но тебе не кажется, что вероятность есть и она довольно большая? Сотня? Тысяча? Возможно, у нас заберут десять или даже сто тысяч баллов. В таком случае прорваться в класс А станет еще сложнее.

— Наши вычеты за опоздания и разговоры не могут опуститься ниже нуля. Пока у нас ноль, лучше избавиться от тех, кто не учится. Разве так нельзя?

— В данной ситуации никакой гарантии. Наверняка есть какой-то фактор, о котором мы пока не знаем. Неужели тебе кажется, что нормально игнорировать такой риск? Наверное, ты и сама уже до этого додумалась. Иначе не стала бы собирать учебную группу. Ты бы сразу отказалась от них.

— Даже если есть неизвестные нам вычеты, классу лучше избавиться от неудачников. Если начнем набирать баллы, будет не очень приятно получать новые вычеты уже из-за них. В данной ситуации это оправданный риск.

— Ты правда так считаешь?

— Да, и меня, скорее, беспокоишь ты, отчаянно пытающийся их спасти.

Когда мы вошли в лифт, я схватил Хорикиту за руку.

— Что? Ты можешь опровергнуть мои слова? Эту проблему мы с тобой решить не можем. Ответ известен только школе, а нам остается спорить до посинения. Я интерпретирую ситуацию, как мне нравится, так же, как и ты. На этом все и закончится.

— Ты сегодня что-то разговорилась. Я бы и не подумал, что такая, как ты способна столько болтать.

— Это потому… что ты настаиваешь.

Обычно Хорикита не стала бы меня слушать, а еще могла бы ударить за такой способ остановить ее. Но воздержавшись, она показала, что тоже думала в этом направлении. Поэтому и не стряхнула мою руку. Она, скорее, даже не обратила на нее внимания.

— В тот день, когда мы встретились… Помнишь, что случилось в автобусе?

— Ты про тот раз, когда мы отказались уступать место старушке?

— Ага. Тогда я подумал о значении слова уступать место. Вставать или не вставать. Какой ответ верный?

— У меня уже есть. Я не уступила, потому что решила, что в этом нет смысла. Нам нет с этого никакой выгоды, только трата времени и сил.

— Выгоды? Вечно ты думаешь о выгоде и тратах.

— А это плохо? Люди любят подсчитывать. Торгуя или оказывая кому-то услугу, получаешь отдачу. Сделав определенный вклад в общество, уступив место, я должна была получить от этого удовольствие. Разве нет?

— Нет, я не считаю твою позицию плохой. Так думать вполне естественно.

— Тогда…

— С таким мышлением ты должна научиться видеть реальную картину жизни. Сейчас ты так ослеплена злобой и печалью, что ничего не видишь.

— А ты какой-то особенный, да? Обладаешь суперспособностью, позволяющей тебе разглядеть чужие ошибки?

— Не знаю как там с суперспособностями, но я вижу одну деталь, которую ты не замечаешь. Единственный недостаток в совершенстве по имени Хорикита Сузуне.

Она фыркнула, словно пыталась сказать: «Давай уже, выкладывай свои претензии».

— Позволь мне указать на твою ошибку. Ты воспринимаешь людей как помеху и никого к себе не подпускаешь. Не думаешь, что ты попала в класс D именно оттого что ставишь себя выше остальных?

— Такое впечатление, будто ты пытаешься сказать, что я с Судо-куном и остальными равны.

— А ты считаешь себя лучше их?

— Очевидно, достаточно взглянуть на оценки. Они для класса просто балласт.

— Конечно, если мерить по оценкам, то понятно, что они в два-три раза по уровню ниже тебя. Даже если очень постараются, им тебя не обойти. Но это правда только отчасти. Школа смотрит не только на интеллект. Если бы школа принимала по физическим данным, результаты были бы другими. Или я не прав?

— Как тебе…

— Твоя физическая форма тоже очень ничего. Я видел, как ты плаваешь – одна из лучших среди девушек. Но мы с тобой знаем, что физические способности Судо превосходят твои. Что Ике умеет общаться с людьми так, как у тебя не выходит. Если бы мы сдавали экзамен на способности к общению, Ике бы очень пригодился. И тогда ты была бы в числе худших в классе. Получается, ты бездарна? Нет, вовсе нет. У всех свои сильные и слабые стороны. У каждого человека.

Хорикита хотела возразить, но не смогла сказать ни слова.

— У тебя нет оснований так говорить. Это только догадки.

— К этому можно прийти без оснований, если обдумать имеющуюся информацию. Вспомни слова Чабаширы-сенсей. В кабинете она сказала: «Кто сказал, что в лучшие классы попадают самые умные?» Следовательно, есть еще какие-то факторы, влияющие на оценку потенциала ученика.

Я резко отрезал Хориките путь к отступлению, пока она искала, чем бы ответить на мой аргумент. Если бы я этого не сделал, в моих усилиях не было бы смысла

— Говоришь, тебя устраивает просто оставить заваливших на произвол судьбы, но это же не более чем ложь. Даже ты будешь сожалеть.

Я заглянул в глаза Хориките. Она не просто поняла ситуацию, но и уже начала анализировать ее. Эта девушка впечатляет.

— И ты сегодня разговорился. Это не отвечает твоему принципу избегать проблем.

— Ага, похоже на то.

— Меня это огорчает, но ты прав. Твоего дара убеждения хватило, чтобы заставить меня принять это. Но я все еще кое-что не понимаю. А именно – твои цели. Что для тебя эта школа? Почему ты так отчаянно пытаешься меня уговорить?

— Вот о чем ты думаешь. Понимаю.

— Если у человека нет дара убеждения, его предположениям не поверят.

Хорикита пытается понять, почему я так стараюсь убедить ее в том, что дать Судо и ребятам вылететь – плохо.

— Я хочу узнать настоящую причину, без отговорок. Ради баллов? Чтобы подняться до класса А? Или чтобы помочь друзьям?

— Просто потому что хочу узнать, в чем заключается ценность человека? Что такое равенство?

— Ценность? Равенство?

— Я поступил в эту школу, чтобы получить ответы на эти вопросы.

В моей голове это понимание еще не приняло формы, но слова сформулировали мысль верно.

— Может, уже отпустишь мою руку?

— Ой.

Освободившись, Хорикита обернулась и посмотрела на меня.

— Ты ведь не думаешь, что я куплюсь на твои речи? — с этими словами она протянула мне ладонь, — Так что позабочусь о Судо-куне и ребятах ради себя самой. Просто чтобы убедиться, что их не исключат и не увеличат наш вычет. Тебя это устроит?

— Все хорошо. Даже не надеялся, что ты изменишь собственным принципам. Такой уж ты человек.

— Тогда договорились.

Я уверенно пожал ей руку. И позже узнал, что это был договор с дьяволом.

— Алло, как слышно? С головой все в порядке? — она дала мне подзатыльник, и я недовольно потер ушибленное место, — Температуры, значит, нет?

— Конечно нет! Я просто задумался.

Вспомнилось, как мы пришли к нынешнему положению, и я тяжело вздохнул. Не следовало соглашаться ей помогать.

Ладно, поздно лить слезы над пролитым молоком. Сейчас я решил поддержать ее, но, если подумать, соглашаться на такое было не в моем стиле.

— Итак, господин Стратег. Что мне теперь делать?

— Ну… в первую очередь нам нужно убедить Судо-куна и ребят вернуться в учебную группу. Чтобы получилось, тебе наверняка придется ползать на коленях, умоляя их.

— Почему я должна этим заниматься? В конце концов из-за тебя мы оказались в такой ситуации.

— Не из-за меня, а потому что они не захотели учиться.

Эта девчонка… она вообще собирается им помогать?

— Без помощи Кушиды их не собрать. И ты это тоже понимаешь.

— Знаю, похоже, без жертв не обойтись.

Хорикита изо всех сил старается избежать участия Кушиды. И хотя ей это совсем не по душе, в критической ситуации она готова согласиться.

— Ладно, тогда иди и скорее попроси её.

— Я?

— Ну да, мы же договорились, что ты будешь моей рабочей лошадкой до тех пор, пока не станем классом А. Так что подчиняйся!

Не припоминаю таких договоров.

— Вот, взгляни на контракт.

Ого! Там стоит мое имя и даже личная печать!

— Знаешь, тебя накажут за подделку документов.

Хорикита убрала с парты все свои письменные принадлежности и обратилась к Кушиде:

— Кушида-сан, я хочу с тобой поговорить. Можем ли мы пообедать вместе?

— Пообедать? Странно, что ты пригласила меня, Хорикита-сан. Конечно же, можно!

Я находился рядом, но Кушиду это ни капли не смутило. Она тут же согласилась. Ведомые ею, мы вышли из здания школы и направилась к самому популярному кафе Паллет. К месту, где Хорикита разозлилась на нас за то, что мы придумали план, чтобы вытащить ее.

Хорикита оплатила напиток Кушиды. Я, конечно, заплатил за себя сам. С улыбкой приняв напиток, Кушида устроилась на стуле. Мы сели напротив.

— Спасибо! Так о чем ты хотела поговорить?

— Я собираю учебную группу, чтобы помочь Судо-куну. Можешь еще раз нам помочь?

— Ради кого ты это делаешь? Ради Судо-куна? — Кушида тоже достаточно быстро поняла, что просьба была не из альтруистических побуждений.

— Нет, ради себя.

— Вот как. Хорикита-сан, ты, как и всегда, все делаешь ради себя.

— А ты не помогаешь тем, кто старается не ради друзей?

— Можешь думать, как тебе удобно. Но я хотела убедиться, что ты не соврешь, и рада получить честный ответ. Хорошо, я помогу. Мы же одноклассники. Да, Аянокоджи-кун?

— Да. Помогай нам.

— Я хочу спросить именно у тебя. Не ради друзей, не ради баллов – ты хочешь, чтобы я помогла вам достичь класса А, верно?

— Да.

— Это… немного необычно, и звучит невероятно. Ох, я не пытаюсь сказать, что ты идиот. Как же выразиться… больше половины учеников уже сдались, ты ведь знаешь?

— Потому что разрыв между нами и классом А слишком велик?

— Ага… если честно, я не знаю, получится ли у нас. Я даже не знаю, получим ли мы вообще баллы в следующем месяце. У меня нет воли к борьбе.

Хорикита с грохотом опустила кулаки на стол.

— Я смогу это сделать.

— Аянокоджи-кун, ты тоже хочешь сделать из нас класс А?

— Да, он мой помощник в этом деле.

Сделала меня помощником без разрешения.

— Хм… ну ладно. В таком случае позвольте и мне помочь.

— Конечно, мы же сами об этом просим.

— Не в том смысле, я хочу присоединиться к вашей команде по прохождению в класс А. Я хочу помочь не только с учебной группой, но и со всем остальным.

— Что? Но…

— Так вы хотите, чтобы я помогла? — Кушида прямо смотрела на Хорикиту.

— Хорошо, я официально попрошу тебя о помощи снова, если с учебной группой все получится! — таков был ее ответ.

И хотя Кушида наверняка что-то задумала, Хорикита решила не обращать на это внимание и позволить ей присоединиться.

— Правда? Юху! — получив согласие от обычно упрямой одноклассницы, Кушида подпрыгнула на стуле. Она выглядела по-настоящему счастливой и светилась от радости. Это выглядело очень даже мило.

— Тогда постараемся, Хорикита-сан, Аянокоджи-кун!

Она протянула нам руку. Мы с Хорикитой по очереди ее пожали.

— И все-таки я не знаю, согласятся ли Судо-кун с ребятами вернуться.

— Ага, в нынешней ситуации, это будет нелегко.

— Прошу положиться на меня еще раз! Раз уж я с вами, могу попробовать помочь хотя бы с этим!

Я был ошеломлен тем темпом, с каким Хорикита и Кушида продвигались дальше. Словно готовая приступить к активным действиям немедленно, Кушида достала телефон. Вскоре Ике и Ямаучи с радостным видом подошли к нам. Увидев меня с Хорикитой, они посмотрели, словно хотели спросить: «Ты что, рассказал ей о чате?» – Удобная вышла ситуация, так что мне лучше стоит промолчать. Чувство вины поможет заставить их согласиться.

— Простите, что позвала вас. Мне, хотя скорее Хориките, есть о чем вас спросить.

— Ч-ч-ч-что, что это значит? Зачем мы вам?

Какая реакция… Они нервно отшатнулись от нас.

— Вы не собираетесь присоединиться к учебной группе Хираты-куна? лет

— А? К учебной группе? Нет, мы не собирались, он слишком популярный. Мы думали вызубрить все за ночь до теста. В средней школе такое работало.

Ямаучи трижды кивнул, пока Ике говорил это. Похоже, у них как-то получалось вызубрить предмет все последние годы.

— Такое мышление очень похоже на вас. Но вероятность того, что вас исключат, сейчас достаточно высокая.

— Ты точно такая же, как и всегда, что бы это ни значило, — сказал только что заявившийся хмурый Судо. Похоже, он снова угодил в ловушку Кушиды.

— Тебе стоило бы волноваться сильнее остальных, Судо-кун. Такое впечатление, что перспектива исключения тебя совсем не беспокоит.

— Знаешь, если не будешь следить за языком, я тебе врежу. Сейчас я занят баскетболом, зубрежки в ночь перед тестом хватит.

— Успокойся, Судо, — попытался урезонить его Ике, словно уже и не помнил, что тот писал в чате.

— Послушай, Судо-кун. Может, попробуешь позаниматься еще разок? У тебя есть шанс кое-как пройти на ночной зубрежке. Но, если это не сработает, ты не сможешь больше играть тут в баскетбол, ты это учитывал?

— Это… я не собираюсь принимать подачек от этой девчонки. Я еще помню, что ты мне наговорила. Если хочешь попросить, для начала искренне извинись! — Судо объявил это с явной враждебностью. Думаю, даже он понимает, что забивать на подготовку к тесту опасно, и слова о баскетболе его зацепили. Но Хорикита, конечно, так просто не извинится. Мало кто способен открыто признать собственную ошибку.

— Я думаю, ты ошибаешься, Судо-кун.

— Чего?!

Вместо извинений Хорикита подлила керосину.

— Однако наша неприязнь друг к другу в данной ситуации не имеет значения. Я буду учить тебя ради себя самой. Ты будешь учиться для себя. Разве это плохо?

— Ты серьезно хочешь сделать из нашего класса класс А? Даже рискнула позвать меня.

— Да, иначе я бы не стала о тебе беспокоиться.

Дерзкие слова Хорикиты еще сильнее взбесили Судо.

— Я занят баскетболом! Остальные не делают перерыва в тренировках даже перед тестами. Я не могу сдать позиции из-за учебы.

Словно заранее предсказав такой ответ, Хорикита вытащила и показала Судо лист бумаги. На нем было подробное расписание до самого дня теста.

— На последней нашей встрече я поняла, что обычные способы обучения вам не подходят. Вы не знаете даже основ. Это как рассказывать лягушке об океане. Лягушка не знает, откуда начать. И я понимаю, что, если отниму время ваших тренировок, это лишний раз повысит градус напряжения. Поэтому я продумала план для решения этой проблемы.

— И что же там за колдовство? Если такой план существует, я хочу знать.

— Учебу и клубную деятельность можно совмещать.

Но Судо тут же прыснул от смеха, ему казалось подобное невозможным.

— У нас осталось две недели. Будете учиться на уроках каждый день так, словно этот день для вас последний.

Я сначала не понял, о чем она. Все застыли в замешательстве.

— Вы трое обычно не особо стараетесь на уроках.

— Не говори за нас! — возразил Ике.

— Так вы усердны на занятиях?

— Нет, я просто жду, пока они не закончатся.

— Понимаете? А значит, вы проводите по шесть часов в день без дела. Даже если не учитывать пару часов свободного времени после уроков, у вас куча времени уходит псу под хвост. Мы должны воспользоваться этими часами.

— Конечно, в теории это может сработать… но разве это все равно не бессмысленно? — забеспокоилась Кушида.

В конечном счете их время на уроках тратится зря именно потому, что они неспособны учиться. Эти товарищи не могут даже воздержаться от болтовни на уроках. Не верится, что они способны разобраться с задачами самостоятельно.

— Я не могу воспринимать то, что нам объясняют на уроках.

— Мне это известно. Поэтому мы воспользуемся свободным временем и проведем небольшое занятие.

Хорикита перешла на следующую страницу. Там оказалось описание того, что мы будет делать. Если коротко, вот что там было: после первого урока мы встречаемся и обсуждаем, что кто не понял. За десять минут перерыва Хорикита будет объяснять то, что ребята не знали.

На следующем уроке процесс повторится. Конечно, на деле все будет не так просто, как на бумаге. И раз уж нам нельзя общаться во время урока, им может оказаться трудно со всем разобраться с такими короткими объяснениями.

— Погоди, что-то не сходится. Такое вообще возможно? — Ике тоже понял, что задача предстоит не из легких.

— Ага, неужели ты думаешь, что сможешь объяснить все за десять минут?

— Не волнуйтесь, во время урока я подготовлю ответы на каждый из вопросов. А потом вместе с Аянокоджи-куном и Кушидой-сан мы объясним все каждому по отдельности.

Если так, может и получится уложиться в отведенные десять минут.

— Вы двое, если нужно будет объяснить, вы же справитесь?

— Но… я все еще сомневаюсь, хватит ли нам времени. Учиться трудно, я даже не знаю…

— Объем, предусмотренный на время одного урока, будет небольшим. Только страничка записей, максимум две. И материал, относящийся к тесту, займет всего полстраницы. Я не говорю, что хочу, чтобы вы понимали материал. Просто хочу, чтобы он был в ваших головах. Важно, чтобы вы слушали голос учителя и смотрели на то, что написано на доске. О конспектах можете забыть.

— Ты говоришь нам не вести записи?

— Пытаться запомнить ответы с вопросами на удивление непросто, если пытаться еще и записывать.

Конечно, она права. Если они будут вести конспекты, то потеряют драгоценное время. Похоже, что Хорикита и правда не собирается использовать время после занятий.

— Просто попробуйте. Если что, потом сможете отказаться.

— Мне это все равно не нравится. Я не хочу заниматься круглосуточно и без выходных. И не уверен, что на мне такой дурацкий способ сработает.

Хорикита продумывала план, рассчитывая на всех троих, но Судо никак не соглашался.

— Ты, кажется, не понимаешь основ обучения. Использовать простые ухищрения? Такого не бывает. Есть только один способ – уделять внимание и старательно учиться. Это касается не только учебы, но и всего остального. Или у тебя есть ухищрения и упрощалки для баскетбола?

— Конечно нет, только с помощью тренировок можно стать лучше.

Осознав, что только что сказал, Судо резко выдохнул от удивления.

— Все это невозможно для тех, кто не умеет фокусироваться. Но ты прикладываешь все усилия, чтобы стать лучше в баскетболе. Даже если остается только капля энергии, используй ее для учебы. Чтобы продолжить играть в баскетбол в этой школе. Чтобы тебя не исключили!

Шанс был невысок, но Хорикита безошибочно предложила Судо относительно простой вариант компромисса. Но тот все еще колебался. Ему мешала гордость. Видимо, он ни за что не согласится.

— Все равно не хочу. Спасибо за более вежливое отношение, но я против!

Судо попытался уйти, но Хорикита его остановила. Если её не н, скорее всего, уже не будет. Обычно я бы не стал вмешиваться, но решил попробовать помочь в этот раз.

— Послушай, Кушида, у тебя уже есть парень?

— Э? Чего? Нету, но чего ты ни с того ни с сего об этом спросил?

— А если я наберу пятьдесят баллов на тесте, будешь со мной встречаться? — я протянул ей руку.

— Ха? Ты о чем, Аянокоджи? Встречайся со мной, Кушида-тян! Я наберу пятьдесят один балл!

— Нет-нет, со мной! Встречайся со мной! Я наберу пятьдесят два!ее

Ике быстро вмешался в наш разговор. За ним и Ямаучи. Кушида быстро догадалась, что я хотел сделать.

— Это смущает… я не оцениваю людей по их баллам, знаете ли.

— Но им нужна награда за старания. Посмотри на их энтузиазм. Если бы была награда, они бы старались еще лучше.

— Что ж, как насчет такого: пойду на свидание с тем, кто наберет больше всего баллов? Мне нравятся люди, которые прикладывают усилия, даже если им это не слишком нравится.

— Оу! Я сделаю это! Сделаю!

Они тяжело дышали от возбуждения. Я окликнул Судо:

— Эй, а как насчет тебя? Это такой шанс!

Немного не то же самое, что сказать: «Ты хочешь встречаться с Кушидой?» Я понимаю, что в нынешней ситуации уговорить его сдаться непросто, поэтому должен найти мотивацию, чтобы он согласился.

Судо обернулся и едва слышно ответил:

— Свидание, хм… мне нравится. Ничего не поделать… я с вами.

Кушида вздохнула с облегчением.

— Помни, парни куда проще, чем тебе может показаться, — сказал я Хориките, после чего направился к Судо, поздравлять его со вступлением в группу.

Часть 1

Объединившись, учебная группа возобновила занятия, и дело пошло неплохо.

Конечно, ребята не считали учебу веселым занятием и не получали от нее особого удовольствия, но они старались, чтобы не вылететь из школы.

Трио идиотов, вопреки обычному своему поведению, с усердием записывали решения с доски, выкручивая шеи в попытках понять записанное.

Судо был на грани, но ради того, чтобы стать профессиональным баскетболистом, он хотя бы пытался не спать на занятиях. Он упорно гнался за едва достижимой мечтой, над которой многие бы посмеялись.

Многие из нас, только недавно закончившие среднюю школу, еще не определились со своими желаниями. Большинство лишь иногда задавались вопросом: «Кем я буду, когда вырасту?», но не более того. В сравнении с ними, трудящийся над достижением своей мечты Судо достоин восхищения.

И все же как эта школа определяет и оценивает потенциал? Результаты не зависят от академических способностей. Это очевидно, если взглянуть на поступивших меня и Судо.

Если оценка давалась исходя из чего-то иного, необходимо хотя бы получить проходной балл. По крайней мере, так было для меня. И если такая система действительно имеет место быть, то руководствоваться должна простыми и понятными принципами.

Или они добавляют сложные задачи специально для таких, как Ике и Судо, чтобы именно они научились справляться с ними? Этот вопрос невольно всплыл у меня в голове.

Нет, возможно, простого ответа и нет. И уроки, и тесты слишком сложны, чтобы с ними мог справиться такой, как Судо.

Когда утренние занятия окончились, Хорикита с едва заметным кивком взглянула на записи. Похоже, ее устраивали результаты проведенной работы.

Даже в таком занятии, как обучение трио идиотов, Хорикита будет стараться изо всех сил, чтобы достичь наилучших результатов. Это естественно, потому что ей нужно увеличить баллы класса и повысить потенциал учеников. И все-таки на высший балл мы пока не рассчитываем. Главное – получить проходные баллы.

Когда прозвенел звонок большой перемены, Ике с ребятами заторопились изо всех сил. Перерыв длится сорок пять минут. После обеда мы договорились встретиться в библиотеке ради двадцатиминутного занятия.

Сначала мы хотели позаниматься в классе, но там шумно, поэтому пришлось перенести урок в библиотеку, чтобы ребята могли лучше сконцентрироваться.

Но все же мне кажется, на самом деле Хорикита просто не хотела пересекаться с Хиратой. Учебная группа Хираты обычно во время обеда обсуждает планы на будущие собрания. Если бы мы находились рядом, пришлось бы слушать то, о чем они говорят. Ей этого вряд ли хочется.

— Хорикита, что ты делаешь в обед?

— Ну…

— Аянокоджи-кун, хочешь пообедать вместе? У меня нет других планов на сегодня! — Кушида неожиданно оказалась возле меня.

— Ладно. Хорикита, может, ты тоже присоединишься к нам с Кушидой?

— Прошу прощения, но у меня уже есть планы, так что увидимся позже. — быстро поднявшись, она вышла из класса.

— Прости, Аянокоджи-кун, я… помешала?

— Да, не.

Кушида посмотрела вслед Хориките и помахала рукой.

Это было спланировано? После того как я узнал секрет Кушиды, она стала настороженно следить за мной. Она сказала, что верит мне, но ее явно беспокоила вероятность того, что я кому-нибудь проболтаюсь?

В итоге мы отправились на обед в кафе. Количество девушек там буквально ошеломляло.

— Сколько девушек...

— Парни тут обычно не обедают.

В меню было куча блюд вроде пасты и блинчиков, которые могли бы понравиться девушкам, но атлетам вроде Судо такие порции показались бы чересчур маленькими. Из парней были только риадзю и плейбои. Они сидели со своими девушками или в целых компаниях девушек.

— Думаю, лучше вернуться в столовую. Мне некомфортно.

— Ты привыкнешь. Знаешь, Коенджи-кун приходит сюда каждый день. Смотри, он вон там! — показала Кушида на длинный стол. Я увидел Коенджи, со всех сторон окруженного девушками. Он вел себя самоуверенно, как и всегда.

Кажется, я никогда не видел его во время обеда. Так вот где он был?

— А он популярный. Те девушки все третьего года обучения.

Кушида тоже выглядела удивленной. Мне удалось расслышать некоторые фразы разговора Коенджи с семпаями.

— Коенджи-кун, скажи «А-а-а».

— Ха-ха! Девушки постарше и правда лучшие! — он не робел перед ними и был просто облеплен девушками.

— Ничего себе что он вытворяет…

— Его обсуждает вся школа.

Понятно. Интересно, девушек так притягивают его деньги?

— В каком печальном мире мы живем.

— Девушки просто руководствуются принципами практичности. Еду за мечты не купишь.

— Ты бы хотела к ним присоединиться?

— Мне больше нравятся мечты. Знаешь, кто-то вроде принца в сияющих доспехах.

— Принца в сияющих доспехах, хех…

Мы выбрали места как можно дальше от Коенджи.

— А тебе, Аянокоджи-кун, нравятся девушки вроде Хорикиты-сан?

— Почему Хорикита?

— Ты постоянно рядом с ней. Разве она не милая.

Ну, я согласен, что она красива, но это только внешне.

— А ты знаешь, что уже давно привлекаешь внимание девушек? Ты даже был в рейтинге, который составляли девушки первогодки.

— Внимание? Я? Что за рейтинг? — похоже, меня обсуждали за моей спиной. Это что-то типа рейтинга грудей, который составляли парни? Я поторопился и спросил:

— По каким параметрам вы оценивали? По внешности? По богатству? По грубости? Или…

— Можешь остановиться? Я больше не хочу это слушать… Ладно, ладно, ты занял пятое место в списке красавчиков. Поздравляю! Кстати, на первом был Сатонака-кун из класса А. Вторым выбрали Хирату, а третье и четвертое место заняли парни тоже из класса А. Думаю, Хирата-кун набрал столько очков благодаря внешности и характеру.

Как и ожидалось от звезды класса D. На него обращают внимание девушки и из других классов.

— Я должен радоваться?

— Конечно. Ох, впрочем, ты в топе рейтинга по мрачности.

— Дай-ка глянуть…

Я уставился на экран телефона. Там числилось несколько бесконечных списков с именами парней. Среди них даже нашелся идиотский рейтинг под заголовком «Рейтинг парней, которым лучше сдохнуть». Сделаю вид, что не видел его.

— Тебя это не радует? Ты пятый.

— Может и порадовало бы, если бы я жаждал популярности, а так – никаких эмоций.

Вообще, не припоминаю, чтобы получал письма с печатью в виде сердечка от девушек.

— Там много девушек голосуют?

— Ага, очень много, но я не знаю общего числа голосов. Комментарии тоже анонимные.

В общем, результаты не особо надежные.

— И все-таки, я думаю, ты в невыгодном положении. Ты заслуживаешь считаться красавчиком, но не выделяешься, как Хирата-кун. Не особо умен, спортивен, а если точнее – тебе чего-то не хватает.

— Кх... Ладно.

— Думаю, лучше забыть об этом... Эм, а в средней школе у тебя была девушка?

Для начала, мне бы хотелось иметь среднюю школу.

— Нет. Разве это плохо

— Ха-ха! Не сказала бы, что это плохо.

— Рейтинги, хех. Если бы парни занимались подобным, что бы подумали о них девушки?

— Что они отвратительные?

Ее губы светились улыбкой, но глаза не улыбались. Что ж, я этого и ожидал. Если бы парни оценивали девушек по внешности, девушкам это определенно не понравилось бы. Такой вот двойной стандарт по отношению к другому полу. С другой стороны, Кушида вела себя нормально. Я думал, она изменится после сцены на крыше.

— Зачем ты заставляешь себя, со мной общаться?

— Нет-нет, я и не заставляю. Мне нравится с тобой болтать.

— Эм, разве ты не говорила, что не выносишь таких, как я?

— Ха-ха-ха, насчет этого… прости, что я тогда наговорила, но это были мои насто...

— Ладно, давай есть еду! — сказал я громко, перебивая Кушиду.

Хочу попытаться разозлить её так, что она покажет это внешне.

— Аянокоджи ты... Эх ладно... Раз уж на то пошло, я пригласила тебя пообедать, чтобы иметь возможность присматривать за тобой. Кстати, спрашиваю просто так, но, если бы ты выбирал между мной и Хорикитой-сан в качестве союзника, кого бы ты выбрал? Выбрал бы меня?

— Мне не нужны союзники. Распедалю — Начал я есть, из-за этого бормоча продолжил: — кого угодно.

Доев я сказал:

— Ну если без шуток, мне не нужно не с кем бороться. Я нейтралитет

— Думаю, есть проблемы, которых не избежать, спрятавшись под маской нейтралитета. Ты можешь быть против войны, но в какой-то момент тебя затянет в нее. Если мы с Хорикитой-сан начнем воевать, было бы неплохо заручиться твоей поддержкой.

— Ты так говоришь…

— Просто помни, что я рассчитываю на твою помощь.

— Рассчитываешь... если собираешься просить о помощи, я предполагаю, сначала ты должна будешь объяснить свои мотивы.

Улыбаясь, Кушида качнула волосами.

— Нет, для начала мы должны убедиться, что доверяем друг другу.

— Ага. Как скажешь.

Мы с Кушидой не очень хорошо понимаем друг друга. Может быть, потом, когда мы будем больше доверять друг другу, я смогу лучше понять ее.

Часть 2

Мы собрались в библиотеке всего на минуту позже оговоренного.

Все были готовы записывать и ждали начала. Здесь было немало и других учеников, корпевших над учебниками. Все, от первогодок до учеников третьего года обучения, прилагали усилия, готовясь к занятиям. Это было заметно сразу.

— Ты опоздал.

— В кафе была куча народу.

— Вы обедали вместе?! — спросил Ике, обеспокоенный тем, что мы пришли в одно и то же время.

— Да, мы обедали вместе, — прямо заявила Кушида.

Ике недовольно уставился на меня, словно увидел во мне соперника. Даже не взглянув в мою сторону, Хорикита продолжила:

— Давайте устраивайтесь поскорее.

— Ладно… — я уселся и вытащил свои записи.

— Думал, мне понадобится больше времени и усилий, но география на удивление несложная наука. Химия тоже проще, чем я предполагал, — заговорили Ике и Ямаучи.

— Это потому что там много вопросов на запоминание. На математике и английском много вопросов, на которые не ответить без знания основ.

— Не теряйте бдительности. На тесте могут быть вопросы по событиям современности.

— Событиям… современности?

— Именно. События в политике и экономике, произошедшие в последние несколько лет. А значит, будут вопросы, которых нет в учебниках.

— Блин, это нечестно! Разве тогда подготовка не становится бесполезной?

— Именно поэтому вы должны выучить все.

— Я вдруг возненавидел географию…

Конечно, вопросы по современным событиям вполне могут оказаться в тесте, но думаю, сейчас лучше забыть о них. Если зациклиться на вопросах, которых в тесте все равно не будет, пропустим более важные моменты.

— Разве мы не торопимся?

Разговор отошел от темы, и драгоценные минуты пролетали зря.

— Угу, мы задержались, потому что кое-кто опоздал.

— Продолжим сейчас это обсуждать?

— Это проблема для нас всех. Ну, так кто разобрался с доказательствами по индукции?

— Эм… мы вроде это проходили на прошлом уроке? Ох… — размышляя, Ике крутил в пальцах ручку.

— А, тот парень. Я проголодался, когда услышал его фамилию, поэтому запомнил.

— Френсис Ксавье! Ну, или как-то так?

Судо не удалось дать правильный ответ.

— Вспомнил! Френсис Бэкон!

— Верно.

— Ура! Я наберу высший балл!

— Да нет, это вряд ли…

Если мы продолжим в таком темпе всю следующую неделю и будем усиленно заниматься, скорее всего, сможем получить проходной балл.

— Ребята, не забывайте о здоровье. У нас не так много времени на учебу.

Кушида тоже понимала, что у нас нет права пропускать занятия с такими сроками.

— Да ничего страшного, с этой троицей все будет в порядке.

— Как и ожидалось от Хорикиты-сан. Чувствуется твоя вера в нас!

Боюсь, она хотела сказать, что «Идиоты не ростужаются», но это неважно.

— Эй, тише там! Разверещались тут! — ученик, сидевший неподалеку, поднял голову из учебника и посмотрел на нас.

— Прости-прости, виноват! Обрадовался, потому что правильно ответил на вопрос. Ты знаешь, что индуктивный метод придумал Френсис Бекон? Я теперь никогда не забуду, — сказал Ике, светясь от радости.

— Э? Вы что, из класса D?

Несколько парней поблизости подняли на нас взгляды. Судо ощетинился от раздражения.

— И что? Что с того, если мы из класса D? Какие-то проблемы?

— Нет-нет, никаких проблем! Я Ямаваки из класса C. Приятно познакомиться! — Ямаваки посмеивался, — Ну, как бы сказать… думаю, это хорошо, что классы делят по способностям. И я не должен учиться с кем-то вроде вас.

— Чего? — Судо, конечно же, едва сдерживал злобу.

— Ты обижаешься на правду. Интересно, если мы подеремся в школе, из какого класса вычтут баллы? Или погоди, у тебя же нет баллов, чтобы из них вычитать. Если так, знаешь, тебя, скорее всего, исключат.

— Хочешь подраться? Ну давай!

В тишине библиотечного помещения вспыливший Судо привлек всеобщее внимание. Если так дальше пойдет, учителя наверняка узнают.

— Судо, ты все понял? Яма... Иди отсюда короче. — сказал я

— Кх... Знаете, классы от А до С – результат погрешности в расчетах. Но вы все совсем на другом уровне.

— Как мило с твоей стороны это заметить. А мне кажется, что все классы, кроме А – просто несколько сортов одного и того же.

Улыбка сползла с лица Ямаваки, и он уставился на Хорикиту.

— Для низшего существа без единого балла ты говоришь слишком дерзко. Думаешь, можешь болтать, что вздумается из-за своего миленького личика?

— Спасибо за этот не имеющий отношения к теме комплимент. Я никогда раньше не гордилась своей внешностью, но чувствую себя некомфортно, получив похвалу от тебя.

— Блин! — Ямаваки встал, ударив по столу.

— Эй! Тут слишком много свидетелей, даже не начинай, — еще один ученик из класса C попытался сдержать Ямаваки, уцепившись ему в рукав.

— Вы знаете, что вылетите из школы, если завалите следующий тест? Жду не дождусь узнать, скольких из вашей компании исключат.

— Мне очень жаль, но из класса D не исключат никого. Чем беспокоиться о нас, займись лучше собой. Знаешь же, что если расслабишься, то точно завалишь.

— Хи-хи-ха, я завалю? Довольно шуток. Мы учимся не просто, чтобы не завалить тест, а чтобы получить оценки повыше. Не сравнивайте нас с собой. И да, радоваться знанию, кто такой Фрэнсис Бэкон? Вы в своем уме? Зачем вы учите то, чего даже не будет на тесте?

— Что?

— Вы вообще знаете, что войдет в тест? Вот поэтому вы и отстающие.

— С меня хватит! — Судо потерял самообладание и схватил Ямаваки за воротник.

— Эй, ты собираешься применить силу? С вас вычтут баллы. Тебя это устраивает?

— У нас уже не осталось баллов, чтобы из них вычитать!

Судо отвел назад руку. Он реально собирается ему врезать? Это обернется проблемой. Я должен его остановить. Оттолкнув стул, я собирался подняться…

— Ладно, прекращайте! — сказала девушка.

Судо остановился, заметив появление нового персонажа.

— Эй, ты тут ни при чем, так что не вмешивайся!

— Ни при чем? Я пытаюсь заниматься, и просто не могу спокойно наблюдать происходящее. Если хочешь ему врезать, не мог бы ты сделать это снаружи?

Судо отпустил Ямаваки, выслушав аргумент блондинки.

— А вы, класс C, не слишком увлеклись провокациями? Думаете, школа проигнорирует такие высказывания, если узнает о них?

— П-прости, Ичиносе, я ничего такого не хотел.

Ичиносе? Где-то я уже слышал эту фамилию. А, это та девушка их класса В, с которой разговаривала Хошиномия-сенсей.

— Ладно, пойдем. Если будем тут заниматься, тоже станем идиотами.

— Ага.

Ямаваки и компания его товарищей ушли.

— Если собираетесь тут учиться, не шумите.

Я кивнул головой.

— В отличие от Хорикиты, она приносит порядок в хаос.

— Я не хотела ничего нарушать, а просто сказала правду.

И все же правда спровоцировала нарушение…

— Эй… он сказал, что этого не будет в тесте… так?

— Что это значит?

Мы обменялись взглядами. Материал, который Чабашира-сенсей обещала дать в тесте, начинался с эпохи Великих Географических Открытий. Мы все записали.

— Может, у всех классов разные тесты?

— Вряд ли… тест должен быть один для всех в параллели.

Как сказала Хорикита, задачи на тесте должны быть одинаковые и по пяти основным предметам. Иначе эффект от оценки по баллам нивелируется.

Может, класс С узнал об изменениях в тесте раньше остальных? Или только классу D ничего не сказали…

Меня смутила эта неожиданная информация. Что если содержимое тестов по истории действительно различается? Нет… было бы странно, если изменились только задания по истории…

В таком случае, получается, тест изменился полностью? Тогда вся прошлая неделя была потрачена нами зря.

Часть 3

Это было за десять минут до конца обеденного перерыва. Учебная группа собралась и направилась в сторону учительской. Мы все равно не можем продолжать заниматься, пока не узнаем, что будет на тестах.

— Сенсей, нам нужно кое-что уточнить.

— Вот это появление! На вас смотрит вся учительская.

— Простите за вторжение.

— Да все нормально, просто мы тут были заняты. Давайте коротко, — она писала что-то в тетради, не отвлекаясь от работы.

— На прошлой неделе, когда сообщали о том, что будет на тесте, вы точно не ошиблись? Только что ученики из класса С сказали нам, что у них будут другие задания.

Чабашира-сенсей слушала Хорикиту безо всяких эмоций. И вдруг ручка остановилась.

— Темы, которые будут на тесте, изменились в прошлую пятницу. Простите, забыла вам сказать.

— Что?!

Записав кучу всего на листе, она вырвала лист и отдала Хориките. Там был весь пройденный материал из учебника, только Судо и ребята его не проходили.

— Спасибо, Хорикита, что указала на промашку. И остальным тоже спасибо. Ну… увидимся!

— П-погодите, Сае-тян-сенсей? Разве уже не слишком поздно?

— Нет, я так не думаю. Они успеют все выучить, да?

Без задней мысли, Чабашира-сенсей попыталась выпроводить нас из учительской. Но никто не пошевелился.

— Даже если вы так и останетесь тут стоять, ничего не изменится. Вы же понимаете?

— Идемте.

— Но Хорикита-сан! Я не могу этого принять!

— Как сказала учитель, мозолить ей глаза будет напрасной тратой времени. Мы просто должны начать с начала и пройти нужный материал.

— Но ведь!..

Развернувшись на каблуках, Хорикита вышла из комнаты. Судо, Ике и Ямаучи неохотно двинулись за ней. Чабашира-сенсей даже не посмотрела на нас. Ей не было стыдно за допущенную ошибку. Более того, я думал, остальные учителя хоть что-нибудь скажут по этому поводу.

Но, несмотря на то, что это было серьезное нарушение для классного руководителя, учителя молчали. Я на мгновение встретился взглядом с Хошиномией-сенсей. Она помахала мне с улыбкой. Похоже, это ответ. Не думаю, что она просто «забыла» сказать нам про тест.

Звонок прозвенел, когда мы уже были на пути к классной двери.

— Кушида-сан, можно тебя попросить?

— М? О чем?

— Можешь рассказать классу об изменениях в тесте? — с этими словами Хорикита протянула Кушиде тот самый исписанный учителем лист.

— Ладно, но… это точно нормально?

— Лучше всего, если это будешь ты. Да и тест не сдать, не зная, что в нем будет.

— Хорошо, я передам всем.

— А я пересмотрю план наших занятий до завтрашнего дня.

Пускай Хорикита и притворялась спокойной, я знал, что она нервничает. Наши безумные занятия в последние несколько дней были бесполезными. И до теста всего неделя.

Но главная проблема – это мотивация Судо, Ике и Ямаучи.

— Хорикита, я знаю, будет трудно, но полагаюсь на тебя! — неожиданно поклонился Судо, — С завтрашнего дня я возьму перерыв в клубе. Это поможет?

— Ну…

С учетом того, что осталась всего неделя, разумное решение. И хотя это было то, о чем она могла только мечтать, Хорикита не могла принять это вот так сразу.

— Точно? Ты же понимаешь, что будет непросто?

— Учиться всегда непросто, верно? — Судо с широкой ухмылкой похлопал ее по плечу.

— Судо, ты серьезно?

— Происходящее меня реально бесит. И наш классный руководитель, и эти придурки из класса С.

Думаю, это можно назвать неприятностью, обернувшейся во благо. Из-за сложившегося положения Судо решил дать учебе шанс. Он наверняка почувствовал, что не сдаст этот тест, если не постарается. Новая мотивация Судо что-то изменила и в Ике с Ямаучи.

— Ничего не поделать. Похоже, нам тоже нужно постараться.

— Ладно. Если вы готовы, можете рассчитывать на мою помощь. Только, Судо-кун… — Хорикита сбросила руку Судо со своего плеча, — не прикасайся ко мне. Еще раз так сделаешь — можешь не рассчитывать на снисхождение.

— Ты вообще не милая.

— Мы должны справиться!

— И я! — преисполненная мотивации, Кушида подняла кулак вверх, — Аянокоджи-кун, ты тоже!

— Что? Нет, я…

— Ты что… сдался?

— Подумываю об этом…

— Ты же пообещал помочь мне. Или забыл? — Хорикита резко обернулась, заслышав мои слова.

— Я не очень хорошо объясняю. Люди бывают лучше или хуже в разных вещах, верно?

Честно, в деле объяснения другим, Хорикита и Кушида справляются лучше меня. Я не создан для подобного.

— Но твои оценки на тестах не так уж и хороши?

— Времени мало, будет лучше, если Хорикита и Кушида начнут работать вместе, а не каждая по отдельности. И меня беспокоит еще кое-что…

— Беспокоит?

То, что только произошло в учительской, слишком значительно, чтобы не обратить на это внимание.

Часть 4

Стояло обеденное время. Покинув класс, я направился в столовую.

Кушида заметила меня и двинулась следом.

— Ты куда?

— Сейчас обед, так что я решил пойти в столовую.

Остановившись передо мной, она слегка наклонилась и посмотрела снизу вверх.

— Интере-е-е-сно. А можно и мне с тобой?

— Можно, но ты же могла бы пообедать с кем угодно.

— У меня много друзей, с которыми можно было бы пойти поесть, но вот у тебя никого нет. К тому же ты обычно сначала общаешься с Хорикитой-сан, но сегодня вы даже не разговаривали. Кажется, тебя беспокоят действия учителей? Что конкретно?

Кушида, как всегда, внимательно присматривается к происходящему – точнее, наблюдает за действиями остальных. Честно говоря, меня бы очень раздражало, если бы подобным занимался кто-то другой, но Кушиде прощается, потому что совершенно случайно мне удалось узнать ее секрет. Разумеется, шантажировать ее этой информацией я пока не планирую.

— Я могу тебе рассказать, но можешь пообещать, что никому не проболтаешься?

— Умение хранить секреты – моя сильная сторона.

Вскоре мы добрались до столовой и прошли к автомату, выдающему талоны на обед. Купив талоны на две порции, я перебрался в очередь на раздачу. Оттуда я внимательно разглядывал учеников, покупающих обеды.

— Что такое? — с любопытством посмотрела на меня Кушида.

— Есть шанс получить ответы на наши вопросы.

Я продолжал наблюдать за покупающими еду учениками. Двадцатым на очереди стоял парень, которого я отметил как свою цель. Он взял набор блюд и тяжелой походкой прошествовал к столам.

— Отлично, идем!

— Что? Ну ладно.

Быстро обменяв талоны на еду, я подошел к ученику и уселся рядом.

— Эм, прости… ты же… из старшего класса, верно?

— А? Ты кто? — он окинул меня холодным взглядом.

— ты на втором году? Или на третьем?

— На третьем. А ты, должно быть, первогодка.

— Я Аянокоджи из класса D. Семпай, ты тоже оттуда?

— И что тебе от меня надо?

Кушида с удивлением посмотрела на меня и шепотом спросила, как мне удалось это понять?

— Потому что он ограничился бесплатным обедом. А на вкус он не очень.

Семпай ел бесплатный овощной сет.

— Что за черт? Ты меня уже бесишь! — он попытался подняться и уйти вместе с подносом, но я его остановил.

— У меня к тебе просьба. Если выслушаешь, могу отблагодарить.

— Отблагодарить?

Мой тихий голос заглушил шум столовой. Ученики по соседству были поглощены дружеской беседой.

— У тебя сохранились задачи с промежуточного теста за первый семестр? Или, может, знаешь кого-то, у кого они остались, и поделишься информацией о нем.

— Эй, вы вообще понимаете, о чем тут говорите?

— Ничего особенного. Не думаю, что правила школы запрещают использовать тесты прошлых лет для подготовки.

— Почему ты спросил о них меня?

— Это просто. Я подумал, что будет проще договориться с кем-то, у кого нет баллов. Ну серьезно, бесплатный овощной сет на вкус так себе. Конечно, возможно, тебе он все-таки нравится. Ну, так как?

— Сколько?

— Десять тысяч.

— У меня нет задач, но… я знаю, у кого они есть. Если хочешь, чтобы я у него спросил, надо хотя бы тридцать тысяч.

— Тридцать – это много. У меня столько нет.

— А сколько есть?

— Двенадцать тысяч…

— Двенадцать… нет, не меньше пятнадцати.

— Пятнадцать тысяч, хе-е-ех…

— Если просишь вопросы к тестам у совершенно незнакомого человека, ты должен быть в отчаянии. Все-таки школа исключает любого, кто не сдаст. Я потерял уже практически всех своих друзей.

— Понятно… хорошо, я готов заплатить пятнадцать тысяч.

— Значит, договорились. Конечно же, баллы вперед.

— Ладно, но если не сдержишь слово – пожалеешь. Сделаю так, что тебя самого исключат.

— Я не имею желания портить себе личное дело. Если пойдет слух о том, что я обманул первогодку, меня не простят.

— В таком случае, семпай, если уж я плачу пятнадцать тысяч, можно мне небольшой бонус? Хочу получить и ответы к пробному тесту.

— Хорошо, достану и их без проблем. Хотя мне и кажется, что твои попытки тщетны.

Кажется, семпай понял, о чем я подумал.

— Спасибо.

Он быстро освободил место. Думаю, он не хотел, чтобы его заметили за разговором с первогодками.

— Слушай, Аянокоджи-кун… а так правда можно?

— Никаких проблем. Перевод баллов разрешен правилами школы, ничего незаконного мы не делаем.

— Это да, но разве правильно покупать вопросы за прошлый год?

— Если бы это было запрещено, в правилах так бы и написали. Кстати, я еще кое-что уточнил для себя в разговоре с семпаем. Похоже, такие транзакции тут норма.

— Да?

— Он не особо удивился и быстро согласился выслушать мое предложение. Думаю, в переговорах он участвует впервые. И у него есть ответы не только на тест, но и на пробный вариант. Это определенно.

Кушида выглядела всерьез удивленной.

— Аянокоджи-кун, а ты явно не тот, за кого себя выдаёшь. На самом деле и не скажешь, что ты такой умный и решительный.

— Да нет, просто подстраховываюсь, чтобы нашу троицу не исключили.

— Но это может не дать результата. Старые вопросы – это старые вопросы, верно? В нынешнем году тесты могут оказаться совсем другими.

— Задачи могут и различаться, но сходство точно останется. Пробный тест навел меня на одну мысль.

— Мысль?

— Ты заметила, что рядом с очень простыми вопросами стояли и очень сложные?

— Ну да, финальные вопросы в каждом из разделов. Я их вообще не поняла.

— Потому я выяснил, что это задачи для второго и третьего года обучения. Получается, они и не рассчитывают, что первогодки с ними справятся. Но зачем давать нам нерешаемые задачи? Они наверняка не имеют никакого отношения к промежуточным тестам. А коли задачи в прошлом пробном тесте точно такие же, как и в предыдущем, что должно произойти?

— Если бы я их видела, наверняка смогла бы написать весь тест.

То же самое применимо и к промежуточным экзаменам.

Вскоре получил сообщения от семпая-третьегодки с приложением. В нем был старый тест. Сначала я проверил пробный тест. Главный вопрос, совпадают ли три последних вопроса?

Кушида тоже пыталась заглянуть в мой телефон.

— И что? Они такие же?

— Совершенно идентичны. Суть, структура предложения, даже слова совпадают.

— Потрясающе! Если покажем их всем, у нас получится! Покажи их не только Судо, но и всем остальным.

— Нет, мы пока что не будем показывать их Судо, Ике и Ямаучи.

— П-почему? Ты же столько баллов на это потратил?

— Если узнают, что есть вопросы теста, потеряют мотивацию и концентрацию. Более того, избыток уверенности – сама по себе проблема. Промежуточные тесты могут оказаться не такими же, как пробные. Существует шанс, что задачи в них специально меняют.

Критически важно помнить, что старые тесты – это подстраховка.

— Для чего ты их думаешь использовать?

— Мы расскажем о них всем за день до экзамена. Потом скажем, что эти задачи примерно такие же, как будут в этом году. Что тогда все будут делать?

— Постараются за ночь вызубрить вопросы!

— Именно.

Ученики, не знающие основ, скорее всего, не смогут вызубрить все за один день. Но ничего сложного в том, чтобы разобраться с задачами заранее. Мы не пытаемся получить высоких оценок на будущем тесте. Мы хотим избежать исключения. Если замахнемся слишком высоко, план может провалиться.

А так есть шанс, что все из класса D сдадут.

— Эй… когда тебе пришло в голову достать эти старые вопросы к тестам?

— Тогда же, когда мы узнали, что вопросы изменились. У меня уже была догадка, что тесты могут быть похожими на старые, когда объявили о промежуточных экзаменах.

— Что? Так давно?

— Когда Чабашира-сенсей впервые упомянула промежуточные тесты, она говорила не как всегда. Хотя ей изначально было известно об оценках и настрое Судо-куна и остальных, она говорила с абсолютной уверенностью. А значит, она понимала, что есть надежный способ их выручить.

— И этот способ… старые варианты?

То, что Судо, Ике и Ямаучи поступили, несмотря на свои знания, наверняка как-то с этим связано. Если они не могут получить хорошие оценки за счет учебы, должен быть какой-то обходной путь для них. А значит, есть вероятность, что любой может получить практически отличные оценки, просто раздобыв старые тесты. Вот как я это понимаю.

— Аянокоджи-кун, ты очень наблюдателен, не так ли?

— Я просто схитрил. Не предполагал, что можно сдать промежуточный экзамен без посторонней помощи, потому искал более надежный способ.

— Забавно… — судя по озорной улыбке Кушиды, она что-то задумала.

— У меня есть просьба. Можешь сказать, что это ты нашла старые варианты? Скажи, что получила их от старшеклассника, с которым подружилась.

— Могу, только… тебя такое правда устраивает?

— Я же пытаюсь избегать неприятностей и не хочу выделяться. К тому же одноклассники тебе больше доверяют. Будет намного лучше, если ты всем расскажешь.

— Ну ладно, раз ты так считаешь…

— Спасибо! Не буду выделяться без нужды.

— В таком случае пускай это останется между нами.

— Да, звучит неплохо.

— Тебе не кажется, что с появлением подобного секрета между нами появилось и некое доверие?

— Буду надеяться, что все так.

— Спасибо! — радостно поклонилась Кушида. Понятия не имею, за что именно она меня благодарит.

Уже вторник. Уроки закончились. Экзамен назначен на завтра.

Когда Чабашира-сенсей закончила классный час и вышла из класса, в дело вступила Кушида. Она взяла распечатки со старым тестом, который я недавно отксерокопировал в магазине, и вышла с ними к доске.

— Прошу прощения, можете выслушать меня перед тем, как разбежаться по общежитиям?

Даже Судо замер и внимательно прислушался. Эту роль не смог бы сыграть никто, кроме самой Кушиды.

— Надеюсь, вы все старательно готовились к завтрашнему тесту. У меня есть кое-что, что поможет с последней ночью зубрежки. Сейчас всем раздам.

Она передала листы с вопросами и ответами сидящим в первом ряду.

— Вопросы… теста? Ты их придумала, Кушида-сан? — Хорикита тоже выглядела удивленной.

— Вообще-то это вопросы прошлогоднего теста. Вчера ночью мне их прислал знакомый семпай.

— Старые вопросы к тесту? А? Что? Это настоящие вопросы?

— Ага, два года назад на промежуточных тестах были примерно такие же вопросы, как в этой распечатке. Так что, если попрактикуетесь, думаю, у нас получится сдать с лучшими результатами.

— Ого! Серьезно? Кушида-тян, спасибо! — от избытка чувств Ике прижал к груди свои листовки. Остальные ученики тоже не смогли сдержать эмоций.

— Да что за ерунда! Получается, наши труды пропали впустую, если сейчас у нас есть эти вопросы? — Ямаучи радовался и возмущался одновременно. Мое предположение попало в точку.

— Судо-кун, ты тоже постарайся сегодня!

— Ага, спасибо! — Судо с благодарностью принял задачи.

— Держите это в секрете от остальных классов! Давайте все постараемся и сдадим! — Ике уверенно прокричал во весь голос.

Я был вынужден согласиться. Незачем помогать остальным классам. Все отправились по домам в приподнятом настроении.

— Кушида-сан, отличная работа! — Хорикита подошла к Кушиде и неожиданно похвалила ее.

— Ха-ха-ха, правда?

— Мне бы и в голову не пришло воспользоваться старыми вариантами. И спасибо, что убедилась в актуальности вопросов.

Похоже, Хорикита, у которой нет друзей, даже помыслить о таком варианте не могла.

— Ничего особенного. Я ведь делаю это для своих друзей.

— И еще, мне кажется, очень правильно, что ты объявила о них именно сегодня после занятий. Если бы о вариантах узнали раньше, ребята утратили бы мотивацию к учебе.

— Все потому, что я получила вопросы довольно поздно. Если на завтрашнем тесте будут такие же задачи, все наверняка получат хорошие оценки.

— Да и последние две недели занятий прошли не зря.

Эти две недели показались целым годом ученикам с плохими оценками, но, думаю, они все немного привыкли к учебе.

— Было трудно, но и весело.

— Не думаю, что трио идиотов ощутило хотя бы немного радости от занятий.

В любом случае мы сделали все, что смогли. Вопрос только в том, сколько усилий приложили эти трое.

— Надеюсь, я не забуду все на тесте.

С ним уже ничего не поделать. Как бы он не старался выучить, важно лишь то, как он справится с настоящим тестом. Только тренировка над старыми задачами способна хоть как-то помочь.

— Что ж, я пошла в общежитие, — Хорикита молча посмотрела на Кушиду, складывающую учебник и тетради в сумку.

— Кушида-сан.

— Хм?

— Спасибо тебе за проделанную работу. Без тебя у учебной группы ничего бы не вышло.

— Не стоит… я же просто хочу вместе со всеми бороться за то, чтобы стать лучшим классом. Поэтому и согласилась помочь. И помогу в любое время! — Кушида с улыбкой поднялась с места и подобрала сумку.

— Погоди! Я хочу кое-что уточнить.

— Уточнить?

— Мне нужно кое-что уточнить, потому что ты говоришь, что хочешь и дальше мне помогать. — Хорикита посмотрела улыбающейся Кушиде прямо в глаза и спросила:

— Ты меня ненавидишь, не так ли?

— Эй, эй!

Честно говоря, мне было очень интересно, о чем она спросит, но это оказалось неожиданно.

— С чего ты взяла?

— Ты не ответила, потому что так и есть, я же права?

— Ха-ха-ха, подловила! — она набросила рюкзак на плечо и медленно опустила руку, как будто признавая поражение. А потом с той же улыбкой посмотрела на Хорикиту и ответила прямо, не таясь:

— Да, я тебя и правда на дух не переношу. Хочешь узнать причину?

— Нет необходимости. Достаточно просто знать. Это значит, отныне я могу обращаться к тебе без колебаний, — спокойно ответила Хорикита.

Часть 1

— Отсутствующих нет? Похоже, все на месте, — с улыбкой вошла в класс Чабашира-сенсей, — Сегодняшний тест – первое препятствие для тех, кто хочет продолжить обучение в этой школе. У кого-нибудь остались вопросы?

— Мы упорно занимались несколько недель, потому не думаю, что у нас кого-то исключат.

— Ты полон уверенности, Хирата.

Остальные ученики тоже выглядели уверенными в себе. Подровняв стопку с тестами, Чабашира-сенсей раздала их. Первым занятием была социология. Говорят, самый простой предмет из всех. И если кто-то завалится на нем, последующие тесты будут тяжелой борьбой.

— Если не завалите промежуточные и триместровые экзамены в июле, поедете в путешествие на летние каникулы.

— В путешествие?

— Да, именно… каникулы мечты на острове, окруженном синими морскими водами.

Лето и пляж, значит… мы сможем увидеть девушек в купальниках…

— Что за атмосфера? — Чабашира-сенсей слегка понизила градус напряженности, повисшей среди учеников, в основном среди парней.

— Ребята… мы должны это сделать!

— Да-а-а-а-а-а! — во весь голос выкрикнул Ике в знак полного согласия. Я произнес то же самое, но тише в несколько раз.

— Извращенец, — стрельнула взглядом Хорикита. И из меня больше не вырвалось ни звука.

После всем раздали бланки и, по сигналу учителя, мы начали.

Просмотрев имеющиеся вопросы, я быстро их проанализировал, чтобы понять, сможет ли трио идиотов сдать? Оказалось, что вопросы очень похожи на те, что были в тесте прошлых лет.

Все вопросы казались знакомыми. Я просмотрел их поверхностно, но все же не заметил никаких различий.

Осмотрев класс, я не заметил никого, кто выглядел бы напряженным или поставленным в замешательство. Похоже, большинство что-то выучили за последнюю ночь.

Успокоившись, я не спеша начал разбираться с задачами.

На втором и третьем уроке тест продолжился. Они были по японскому языку и химии. Решая задачи, я осознал еще кое-что. Темы, что объясняла Хорикита, во многом покрывали содержимое тестов. Исходя из занятий в классе, она смогла точно предсказать типы заданий, которые нам дадут. Тихая девушка, продолжавшая вписывать ответы за соседней партой, была намного более впечатляющей, чем я поначалу думал.

А потом подошло время и четвертого урока – математики. Все сложные задачи, что встречались в пробном тесте, присутствовали и в этом. Большинство вряд ли понимают, в чем смысл этих усложненных заданий, но должны справиться, если запомнили ответы.

И наконец долгожданный обеденный перерыв! Ике, Ямаучи, Кушида и Хорикита собрались вместе.

— Хорошо прошло!

— Такое чувство, что на этот раз я получу 120! — Ике выглядел расслабленным. Судя по улыбке на лице Ямаучи, тот тоже чувствовал значительное облегчение.

Они держали в руках старые вопросы, чтобы просмотреть их в последний раз.

— Судо-кун, как у тебя дела? — обратилась Кушида к изучающему вопросы за своей партой Судо.

Тот казался мрачным и упорно пялился в список задач.

— Судо-кун?

— А? Ох, прости, я немного занят.

Он бегал взглядом по тесту английского языка и медленно обливался потом.

— Судо, неужели… ты не выучил вопросы?

— Я выучил все, кроме английского. Отрубился на середине, — начал злиться Судо. Получается, он видит эти вопросы впервые.

— Что?!

Судо оставалось около десяти минут до конца перерыва, чтобы изучить задания.

— Черт, они никак не запоминаются.

Английский не такой, как остальные тесты, его не так просто вызубрить. Да и вообще, пытаться запомнить все ответы за десять минут практически невозможно.

Поднявшись со своего места, Хорикита подошла к Судо.

— Судо-кун, выучи те ответы, что покороче и за которые дают больше баллов.

— Л-ладно, — он переключился на запоминание того, что проще вызубрить и больше стоит, как и посоветовала Хорикита.

— Т-ты в порядке? — пытаясь не мешать, спросила Кушида с обеспокоенным видом.

— В отличие от японского, тут я не знаю основ, поэтому все похоже на заклинания. Зубрежка требует времени.

— Т-точно. У меня тоже не очень с английским…

Десять минут быстро пролетели, раздался беспощадный звонок.

— Я сделал все что мог. Пока не забуду, попробую ответить на те задания, ответы на которые успел впихнуть себе в голову.

— Ага…

И тест начался. Пока остальные ученики писали ответы, Судо мучился. Время от времени он постукивал ручкой по голове и останавливался только когда писал. Но теперь никто не мог ему помочь. Единственный для Судо способ сдать тест – это корпеть над бланком в полном одиночестве.

Часть 2

После окончания последнего теста мы вновь собрались все вместе.

— Ну как прошло? — спросил взволнованно Ике.

Судо выглядел обеспокоенным.

— Я не знаю… сделал все что смог, но понятия не имею, что в итоге получилось…

— Все будет хорошо. Ты так старался, что все должно быть хорошо!

— Черт побери, ну почему я заснул?! — стучал он по столу кулаком в раздражении.

Хорикита подошла к нему.

— Судо-кун.

— Что такое? Собираешься снова отчитать меня?

— Ты действительно виноват, что не вызубрил вопросы по английскому. Но, как и сказал, ты очень старался во время работы учебной группы. И не сдавался, даже когда было тяжело. После стольких приложенных усилий, я думаю, ты можешь гордиться собой.

— Ты пытаешься меня успокоить?

— Успокоить? Просто говорю, как есть. Когда я смотрю на тебя, понимаю, насколько трудно тебе учиться.

Хорикита хвалит Судо. Мы не могли в это поверить.

— Давайте дождемся результатов.

— Ага…

— Тогда… еще кое-что. Я должна кое-что исправить.

— Исправить?

— Ранее я говорила, что твои надежды стать профессиональным баскетболистом – глупость.

— Зачем ты мне об этом напоминаешь?

— Я разузнала о том, как стать профессиональным баскетболистом. И поняла, что попасть в профессионалы действительно трудно.

— Ты же потому и сказала мне сдаться? Потому что эта мечта такая безнадежная.

— Не совсем. Я знаю, что ты влюблен в баскетбол, а также знаю, что ты и сам хорошо понимаешь, как трудно стать профессионалом.

Хорикита неисправима, но это явно было неловкой попыткой извиниться.

— В стране немало тех, кто надеется стать профи. Среди них есть те, кто мечтают о международной известности. Ты из их числа?

— Ага, пытаться стать профессиональным баскетболистом – чересчур опрометчиво с моей стороны. Пускай есть вероятность, что я буду перебиваться подработками до конца своей жизни, это не заставит меня сдаться!

— Всегда считала, что нет смысла понимать кого-либо, кроме себя. Но когда ты сказал, что хочешь стать профи, я тут же оскорбила тебя. Оглядываясь назад, я сожалею. Тот, кто не понимает, насколько труднодостижимая у тебя мечта, не имеет права называть тебя глупцом. Судо-кун, не забывай о том, как ты старался учиться, и приложи этот опыт к баскетболу. С таким подходом ты сможешь стать профессионалом. По крайней мере, мне так кажется, — выражение лица Хорикиты осталось неизменным, но она склонила голову перед ним, — Прости за все сказанное ранее…

Оставив слова извинений позади, Хорикита покинула помещение.

— Эй, ты это видел? Хорикита извинилась?! Да еще так любезно?!

— Поверить не могу!

Ике и Ямаучи были в шоке. Я тоже несколько удивился, равно как и Кушида.

Хорикита признала, что Судо постарался изо всех сил. Тот, изумленный, смотрел вслед покидающей класс девушке. После недолгой паузы он положил правую руку на сердце и перевел взгляд на нас.

— Плохо дело… Я… я кажется… влюбился.

Зайдя в класс, Чабашира-сенсей удивленно обвела взглядом учеников. Все с беспокойством ждали результатов промежуточных экзаменов.

— Учитель, я слышал, что сегодня появятся результаты тестов. Когда их нам сообщат?

— Тебе незачем так волноваться, Хирата. Ты наверняка сдал.

— Так и когда они будут?

— Что ж, сейчас самый подходящий момент. Если отложим объявление результатов на потом, может не хватить времени на некоторые дополнительные процедуры.

Некоторые тут же проявили интерес к словам учителя.

— Что… что вы имеете в виду?

— Не волнуйся, сейчас все объясню.

Все-таки школа любит разъяснять подробности пачками.

Она прикрепила на доску лист с фамилиями и баллами.

— Говорю честно, вы молодцы. Не думала, что ваш класс так хорошо справится. По математике, японскому и социологии сразу десять человек получили оценки «отлично».

Ученики ликовали, глядя на ровные ряды стобальных оценок. И все же улыбались и радовались не все.

Возникла большая проблема – оценка Судо по английскому. За первые четыре теста Судо получил по 60 баллов, а вот по английскому у него всего лишь 39. Но все же…

— Яху! — воскликнул Судо, вскочив из-за парты. Ике и Ямаучи поднялись, чтобы порадоваться вместе с ним.

На листе с оценками не было красной разделительной полосы. Мы с Кушидой переглянулись и испустили вздохи облегчения. Хорикита же… не улыбалась и не радовалась, но выглядела довольной.

— Вы же видели это, учитель? Когда мы стараемся, у нас получается! — триумфально произнес Ике.

— Да, я вижу, и это отличная работа. Однако… — у Чабаширы-сенсей в руке появилась красная ручка.

— Что? — невольно вырвалось у Судо.

Она прочертила красную черту над именем Судо.

— Что за черт? Как это понимать?

— Ты провалился, Судо.

— Что? Вы же шутите, да? Не дурите меня, почему это я провалился?! — он сразу же начал возмущаться.

Настроение в классе из ликующего менее чем за секунду вдруг превратилось в возмущенное.

— Судо, ты не сдал тест по английскому.

— Но проходной балл 32!

— А кто тебе сказал, что проходной балл – 32?

— Так вы же, учитель, и сказали?! Правда, ребята? — выкрикнул Ике, поддерживая Судо.

— Что бы вы ни говорили, это не поможет. Тут никакой ошибки нет. На промежуточных экзаменах проходной балл был 40. А значит, тебе не хватает одного балла. Близко, но недостаточно.

— С-сорок? Я об этом даже не слышал, потому не согласен!

— Можете объяснить, как определяется проходной балл?

Чабашира-сенсей написала на доске формулу.

Там было: «79.6/2=39.8».

— На прошлом тесте, как и на этом, у каждого класса был определен проходной балл. И составляет он половину от среднего по классу.

Получается, все, что ниже 39.8 баллов – неудовлетворительно.

— Как видишь, Судо, у тебя оценка ниже.

— Невозможно… получается… это значит, что я исключен?

— Мы были вместе недолго, но ты отлично постарался. После занятий тебя попросят заполнить бланк об исключении, но тебе потребуется присутствие родителей или опекунов. Я свяжусь с ними позже.

Все происходило слишком быстро, но ученики начинали понимать всю тяжесть момента.

— Все остальные просто молодцы! В конце семестра, пожалуйста, постарайтесь сделать то же самое и успешно сдать экзамены.

— Учитель, Судо-куна действительно исключат? Есть ли способ ему помочь? — вызвался первым Хирата, несмотря на то, что Судо ненавидел его, и даже оскорблял.

— Если ученик получил неудовлетворительную оценку, то его исключают.

— Можем ли мы посмотреть бланк ответов Судо-куна?

— Намереваешься выяснить, не допустила ли я ошибок при оценке? Что ж, я знала, что вы будете интересоваться этим.

Вытащив бланк ответов Судо по английскому, она передала его Хирате. Тот с мрачным видом просмотрел вопросы.

— Тут… ошибок быть не может.

— Что ж, если на этом все, то классный час закончен.

Без жалости, не давая шанса оправдаться, Чабашира-сенсей беспощадно сообщила о его исключении. Зная, что попытки успокоить принесут обратный эффект, Ике и Ямаучи молчали. Хирата тоже. К сожалению, часть класса почувствовала облегчение. Рады ли они, что помеху для класса наконец-то исключили?

— Судо, зайди в учительскую после уроков.

— Чабашира-сенсей, у вас есть свободная минутка? — Хорикита, молчавшая до сих пор, подняла руку.

За все время обучения эта девчонка ни разу добровольно не высказывалась на занятиях. Это немного удивило Чабаширу-сенсей и одноклассников.

— Как необычно, Хорикита. Ты подняла руку. В чем вопрос?

— Раньше, на прошлом тесте, вы говорили, что проходной балл 32, и рассчитывался он по формуле, что вы написали раньше. В расчет проходного балла за нынешний тест не закралась какая-то ошибка?

— Нет, никаких ошибок.

— Тогда у меня еще один вопрос. Я посчитала, что средний балл за прошлый пробный тест был 64.4. Разделив на два, получите 32.2. А значит, оценки должны были быть как минимум 33. Однако вы отсекли дробную часть и получили балл 32. Почему сейчас все иначе?

— Ага, проходной балл должен был быть 39!

Судо, с большой натяжкой, но прошел бы с 39 баллами.

— Видимо, ты прекрасно осознавала, что Судо по английскому получит низкий балл. У тебя тоже оценка по этому предмету подозрительно низкая.

— Хорикита, ты… — Судо кое-что заметил. Остальные, удивленные, еще раз посмотрели на таблицу. Четыре из пяти ее оценок были идеальны, но за английский она получила 51, — Ты действительно… — он понял, что она сделала.

И, конечно, не по ошибке. Чтобы снизить средний балл, она намеренно понизила свою оценку.

— Если считаете, что я ошибаюсь, пожалуйста, объясните разницу в расчетах между предыдущим тестом и этим.

Последний лучик света. Последняя капля надежды.

— Понимаю. Что ж, позвольте мне указать вам еще на одну вещь. К сожалению, в твоей формуле есть одна ошибка. Мы не отсекали дробную часть, а просто округлили. В прошлый раз в меньшую сторону до 32, в этот – в большую сторону до 40.

— Черт…

— Ты наверняка заметила, что проходной балл был округлен. Но рассчитывать на такую возможность… эх… это ты зря. Первый урок скоро начнется, так что я пойду.

Хориките было больше нечего возразить, и она промолчала. Последняя надежда рухнула. Когда учитель вышла, дверь за ней захлопнулась, и весь класс замер в тишине.

Пытаясь осознать факт исключения, Судо посмотрел на Хорикиту, которая пыталась помочь ему, снизив собственные баллы.

— Прости, похоже, я должна была получить еще меньше, — медленно опустила голову Хорикита.

Даже 51 балл – это опасно мало. Если бы она получила 40, сама бы рисковала вылететь из школы.

— Ты же сказала, что ненавидишь меня?

— Не заблуждайся, я делаю это ради себя самой. Но даже так, все оказалось зря.

Я медленно поднялся со своего места.

— Ты куда, Аянокоджи?

— Щя все будет.

Я вышел из класса и направился в сторону учительской. Размышляя, не добралась ли уже Чабашира-сенсей до кабинета, я вдруг увидел ее стоящей у окна в коридоре. Похоже, она кого-то ждала.

— Аянокоджи, скоро начнутся занятия.

— Учитель, могу я задать один вопрос?

— Вопрос? За этим ты бежал за мной?

— Мне необходимо это узнать.

— Сначала Хорикита, а теперь и ты. Тебе тоже есть о чем спросить? Так в чем дело?

— Как вы думаете, есть ли равенство в современном японском обществе?

— Какая неожиданная перемена темы. Какой тебе толк с моего ответа?

— Это очень важно.

— Если тебя интересует мое личное мнение, то нет – равенства нет.

— Да, я тоже так считаю. Справедливость и равенство – всего лишь иллюзия и обман.

— Ты именно это хотел узнать? Если это все, то я пошла.

— Неделю назад, когда вы говорили, что список тем для теста изменился, вы сказали что-то вроде: «Я забыла сказать вам». Из-за этого мы узнали обо всем на неделю позже остальных классов.

— В учительской я так и сказала. Что же дальше?

— И хотя ответы, расчет баллов и опасность исключения одинаковы для всех классов, только с классом D поступили несправедливо.

— Хочешь сказать, ты не согласен? Но это хороший пример. Думаю, ты можешь назвать его примером несправедливости современного общества в масштабе одной школы.

— Конечно, как бы позитивно вы на это ни смотрели, этот мир – несправедливое место. Однако мы люди, а значит, можем думать и действовать.

— Что ты пытаешься сказать?

— Пытаюсь сказать, что мы должны хотя бы выглядеть равными.

— Понятно…

— Неважно, намеренно ли вы «забыли» нам сообщить, но факт в том, что одного человека вынуждают покинуть школу из-за неравных условий борьбы.

— Так чего ты от меня хочешь?

— То, за чем пришел. Я хочу встретиться с управляющим школой, пропагандирующим неравенство.

— Чтобы высказать свое несогласие?

— Я просто хочу обсудить решение школы с нужными людьми.

— Увы, пускай ты и прав, я не могу этого позволить. Судо будет исключен. В данном случае будет очень трудно все переиграть. Лучше бы тебе просто отступить.

Она проигнорировала мой аргумент. Но это не значит, что в сказанном нет смысла. Как я и думал, в ее словах всегда есть скрытый подтекст.

— Трудно все переиграть в данном случае? Значит, есть возможность изменить решение?

— Аянокоджи, я высокого мнения о тебе. Конечно, получить старые вопросы было верным решением. Более того, одна лишь мысль об этом выходит за рамки обычного мышления. Но ты раздал ответы всему классу и поднял средний балл. Это о многом говорит.

— Кушида помогла мне заполучить вопросы, так что ничего особенного я не сделал.

— Я знаю, ты не признаешься, но ведь есть и старшеклассники. Мне хорошо известно, что ты получил вопросы от ученика третьего года.

— Похоже, меня раскрыли.

— Ты отлично начал, добыв вопросы, но допустил незначительный промах под конец. Поэтому твой план не сработал. Если бы Судо запоминал ответы более осмысленно, он не завалил бы английский. Почему бы тебе не расслабиться и не позволить исключить его? Разве ему самому так не будет легче?

— Честно говоря… так и есть. Но я решил помочь в этот раз. Точнее сказать, я еще не сдался, потому как у меня осталась последняя попытка, — я полез в карман и вытащил ученическую карту.

— Что ты имеешь в виду?

— Продайте мне один балл для теста Судо по английскому.

— ... — она изумленно смотрела на меня, а потом громко рассмеялась:

— Ха-ха-ха-ха! Какое интересное предложение. Как я и предполагала, ты не такой, как остальные. Никогда бы не подумала, что ты попытаешься купить баллы.

— Учитель, вы сами говорили в первый день. В этой школе за баллы можно купить и продать все. Думаю, промежуточные тесты также входят в этот список.

— Понятно, ты смог до этого додуматься. И у тебя есть достаточная сумма?

— А сколько стоит один балл теста?

— Это непростой вопрос. Меня раньше никто не просил продать балл. Посмотрим… я продам его тебе за сто тысяч баллов.

— Учитель, а вы жестокая.

В школе не найдется людей, вообще не тративших баллы. А значит, нет никого, у кого бы осталось сто тысяч баллов.

— Я тоже заплачу, — раздался голос из-за моей спины. Обернувшись, я увидел Хорикиту.

— Хорикита…

— Хе-хе, как я и думала, вы двое – это нечто, — Чабашира-сенсей взяла обе наши карты, — Отлично, я согласна продать балл. И заберу у вас сто тысяч. Однако сообщить остальным, что исключение Судо отменяется, возлагаю на вас.

— Так можно?

— Вы же обещали заплатить сто тысяч, так что ничего не поделать, — Чабашира-сенсей выглядела довольной и одновременно удивленной.

— Хорикита, ты же осознала способности Аянокоджи?

— Лично я вижу только неприятного ученика.

— В смысле неприятного?

— Ты специально получил низкие баллы на тесте, даже если у тебя на руках были старые вопросы. Более того, ты отдал все лавры Кушиде-сан и пришел к мысли о покупке баллов за тест. Не думаю что ты какой-то особенный, ты просто неприятный.

Похоже, она тоже знает о вопросах к тесту.

— С вами, ребята, у класса есть шанс подняться в рейтингах.

— Не знаю, как поступит этот парень, но лично я сделаю все возможное.

— Раньше классу D никогда не удавалось продвинуться выше. Все потому что школа сразу вешала на него ярлык слабого и выталкивала с арены. Как вы собираетесь с этим справляться?

— Учитель, — Хорикита без колебаний заглянула Чабашире-сенсей в глаза, — если честно, многие ученики в классе D действительно слабы. Однако это не значит, что они бесполезны.

— А какая разница между слабостью и бесполезностью?

— Очень тонкая, будто лист бумаги. Но шанс возвести слабых людей до великих есть всегда.

— Понятно. Из твоих уст это звучит необычайно убедительно.

Я тоже был вынужден согласиться. Ее слова имеют значение…

До настоящего времени взиравшая на других учеников класса D, как на помехи, Хорикита немного изменилась. Разумеется, все не так просто. Но даже слабый проблеск перемены в ней значителен.

Чабашира-сенсей улыбнулась, также обратив на это внимание.

— Что ж, жду с нетерпением. Как твой классный руководитель, я буду внимательно наблюдать за всем, что будет происходить.

Сенсей двинулась по направлению к учительской, а мы остались стоять в коридоре.

— Не пора ли и нам возвращаться? Скоро начнется урок.

— Аянокоджи-кун?

— М? Ай! — она заехала кулаком мне в бок.

— Эй, за что?!

— Просто захотелось.

Она ушла, оставив меня стоять в одиночестве. Я смотрел ей вслед, но потом решил догнать.

— Кампай! — радостно кричал Ике с банкой сока в руке.

Вечером, после объявления результатов промежуточных экзаменов, все члены учебной группы собрались вместе. Все, кроме Хорикиты, улыбались, потому что сегодня никого не исключили.

Вместе с друзьями мы прошли через многие трудности. Это ли называют юностью? Думаю, вышло неплохо.

— Что за мрачное выражение лица? Судо не исключили, все же закончилось?

— Я не против вечеринки, но почему в моей комнате?

— В моей комнате бардак, у Судо и Ямаучи так же. В комнаты девушек мы пойти не можем. Хотя, конечно, я бы с удовольствием заглянул к Кушиде-тян. Вот почему твоя чудесная и абсолютно пустая комната лучше всего, Аянокоджи.

У меня в комнате было немного вещей.

На следующие степендии я хочу купить себе теливизор.

— Прошло всего два месяца с момента поступления. Было бы странно, будь у нас много вещей.

— А ты как думаешь, Кушида-тян?

— Думаю, комната отличная. Чистая, опрятная и без излишеств.

— Ну? Должно быть, приятно получить похвалу от Кушиды-тян. Ха-ха-ха-ха! — Ике легонько ударил меня, словно у него ко мне были какие-то личные счеты.

— Все улеглось, но эти экзамены были опасными. Если бы не учебная группа, Ике и Судо гарантированно исключили бы.

— Хах? Ты и сам был на грани, знаешь ли?

— Нет-нет, я бы смог получить сто баллов, если бы захотел. Серьезно.

— Все благодаря усилиям Хорикиты-сан. Ведь это она учила Ике-куна, Судо-куна и Ямаучи-куна.

Хорикита сидела особняком и в одиночестве читала свою книгу. Когда мы произнесли ее имя, она подняла голову и вложила на страницу закладку.

— Я просто действую так, как сама хочу. Если бы кого-то из вас исключили, баллы класса D могли бы снизить.

— Можешь соврать, но лучше уж говори, что сделала это ради нас. Тогда мы будем думать о тебе лучше.

— Можете не думать обо мне лучше.

Что ж, ее настрой, как всегда, но то, что она сейчас здесь – это уже прогресс. Прежняя Хорикита просто бы не пришла.

— Ладно, но… Хорикита на удивление милая, — тихо ответил Судо на ее замечание.

С тех пор как Хорикита извинилась, Судо перестал быть с ней таким враждебным. Раньше он ничего хорошего о ней не думал, но, похоже, люди меняются.

— И все же почему учитель решила отменить исключение Судо?

— Мне тоже интересно, какую магию ты применила, Хорикита-тян?

— Эм, не помню.

— Ого, это секрет?! — Ике наигранно упал.

— Рано праздновать, мы прошли только промежуточные экзамены. Следующее препятствие – триместровый тест. Само собой, задачи там будут сложнее. И, конечно, нам придется искать возможность получить больше баллов.

— Снова возвращаться к адской учебе? Отстой! — уткнулся в ладони Ике.

— Быть может, стоит начать сейчас, пока не стало поздно?

— Нет!

— Для меня многое в нашей школе остается непонятным, особенно распределение классов и система баллов…

— Ох, мои баллы… хочу больше денег!.. Нет ничего хуже бедности…

Ике и Ямаучи, потратившие все свои баллы, жили на одних бесплатных наборах.

— Послушай, Хорикита-сан, получить баллы очень трудно?

— Мы хорошо постарались на тесте, так что наверняка получим немного денег, да?

— Вы видели наш средний балл? Он гораздо ниже, нежели у остальных классов. Если считаешь, что мы таким способом что-то заработаем, тебе лучше подумать еще раз, — как обычно, Хорикита оставалась безжалостной.

— Мы и в этом месяце не получим ничего? Только не это…

— Просто живи скромно, откажись от роскоши.

— Все нормально, Ике-кун. Мы можем не получить баллы прямо сейчас, но скоро их обязательно заработаем. Да, Хорикита-сан?

— Самой интересно.

— Можно я кое-что скажу? Мы все-таки друзья. Хорикита-сан, Аянокоджи-кун и я стараемся вместе, чтобы стать классом А. Если вы не против, я хочу попросить вас помочь.

— Стать… классом А? Вы что, серьезно?

— Ага. Пытаться повысить баллы, конечно, тоже важная часть нашей работы.

— Но не слишком ли высоко мы целимся? Они ведь тоже умные. Если они умнее, это же практически невозможно?

Если задуматься об оценках, все люди подобные Хориките пугают.

— Учеба и знания – не единственное, что учитывалось при распределении классов…

Трое присвистнули и дружно отвели взгляды.

— Мы все еще далеки от нашей цели, но, если будем трудиться вместе, у нас определенно получится!

— Какие гарантии?

— Гарантии… Ну, у троих гораздо больше шансов на успех, чем у одного человека.

— Не думаю, что это применимо конкретно к данной троице.

— Э-эм… О, точно! Три головы лучше одной! Как-то так.

— Что ж, если сложить их баллы за тест, получится как раз на одного человека.

Кушида пыталась убедить, что тройка будет полезна, но Хорикита разнесла в пыль ее попытки.

— Если рассоримся, ничего хорошего не выйдет. Лучше бы нам ладить между собой.

— Наверное, это правильно, если ты так считаешь.

— Правильно?

Хорикита не собиралась отказываться от своих слов.

— В любом случае, если мы собираемся продвинуться вперед, лучше всего подружиться с как можно большим числом одноклассников. А коли разругаемся сейчас, усилия будут напрасны. Поэтому я хочу попросить вас троих снова нам помочь.

— С радостью! — мгновенно отреагировали Ике и Ямаучи.

— Что ж, если Хорикита просит, то… — Судо пытался скрыть смущение.

— Я никогда и не думала на тебя рассчитывать, Судо-кун. И помощи от тебя не жду. Да от тебя вообще пользы особой не будет.

— Арр… я, знаешь ли, пытаюсь быть вежливым!

— Пытаешься быть вежливым? Удивлена.

Закономерно, Судо вспыхнул от злости, но не поднял руку. Видимо, он тоже в чем-то прогрессирует.

— Ты бесишь.

— Спасибо за твои добрые слова.

— И совсем не милая.

— Ты так говоришь, но что это значит на самом деле? — потешался над ним Ике. Судо гневно обернулся и схватил рукой его за шею.

— Ай! П-прекрати!

— Если сболтнешь что-то лишнее, придушу.

— Ты уже меня душишь! Я сдаюсь!

Наблюдая сцену «мужской дружбы», Хорикита вздохнула.

— Эта школа оценивает учеников по их способностям. Нас ожидает тяжелое сражение. Не из тех, к которым можно подходить спустя рукава. Если сначала согласитесь, а потом вдруг начнете отнекиваться от своих слов, будете только мешать.

— На мне любые силовые задачи. Я уверен в своих баскетбольных и боевых навыках.

— Я все равно ничего от тебя не жду.

Оценивают по нашим способностям… Хех, чувствую, как в груди все сжалось.

Важно то, что сейчас мы отделены от остального мира. Я, сам того не желая, приложил много усилий к нашей командной работе. Что ж, думаю, эту ситуацию можно назвать проклятием сортировки.

Хорикита нацелена на класс А. Она буквально зациклена на нем. Но будет очень трудно избавиться от клейма класса D. С нынешними результатами непросто прорваться даже до класса C. И если все так, что мне теперь делать?