Насколько я помню, примкнуть к зарождавшемуся восстанию меня побудили как собственные убеждения, так и внешние обстоятельства.

Наш легион тогда был переквартирован на новую базу. В то время как солдаты побежали разбирать незанятые корпуса, офицеры были вызваны на срочное собрание. На нём выступал представитель Ордена, премерзкий человек по имени Руа, Одетый в столичную одежду, он сильно контрастировал на фоне недавно побывавших в настоящем бою офицеров. Состроив важную мину, он заговорил:

- Как вам известно, недавняя битва отбросила войска Альянса восставших против нас государств прямиком к столице одного из них. Хотя вас и ваш легион направили далеко от линии фронта, на вас всё так же возложена одна из первоочередных, пусть и несколько иная, задач. Мы находимся в именитом промышленном посёлке Арктай; ваша теперешняя миссия - обеспечить войска нашей страны боеприпасами для генерального сражения с мятежниками. Сырьё и припасы скоро подвезут, вам остаётся лишь организовать для работы ваших солдат.

Я решил задать вопрос :

- Перемена места службы как-либо отразится на размере жалованья моих бойцов?

В тот момент надо было видеть глаза Руа. Он широко раскрыл их и уставился на меня, они будто на секунду-другую покраснели. Признаться, мне показалось, что я разучился дышать, а земля под ногами будто исчезла.

- Капитан, как вам известно, - заговорил Руа, не сводя с меня взгляда, - Орден сейчас находится в бедственном положении, финансов остро не хватает из-за восстания. Однако мы всё равно выплачиваем вам жалованье и снабжаем припасами, несмотря ни на что. Ваш требование о сохранении прежнего размера жалованья при увеличении численности войск, при необходимости повышения боеспособности страны для скорейшего мира в высшей степени эгоистично.

"Морда столичная, - думал я в этот момент, - так тебе легко говорить, ведь я-то знаю, как живут чинуши Ордена."

Я уже хотел сказать это ему, как заговорил, обращаясь к Руа, мой боевой товарищ, тоже капитан, по имени Грай :

- Не поймите неправильно, господин представитель, однако припасов нынче не хватает даже на два приёма пищи в день, а деньги в этой ситуации нужны для дополнительных закупок у ваших компаний.

Руа начал рыскать глазами по собравшимся - видимо, искал поддержки. И он нашёл её. С противоположной от меня стороны стола раздался хриплый голос :

- Как вам двоим, должно быть, известно, Орден действительно испывает бедственное финансовое положение, иначе он не стал бы недоснабжать собственную армию, от которой зависит его власть и стабильность в стране.

То был Дор, довольно молодой капитан, добившийся высот после поступления в столичную Воинскую Академию. Он и его часть были присоединены к нам недавно, он ещё не успел толком повоевать, и потому его мундир был лишь немного заляпан грязью и пылью, а сам он был чист.

- Дор… - начал было я.

- Капитан Дор, - довольно грубо отрезал он.

- Капитан Дор, - вновь заговорил я, - не все солдаты и офицеры здесь держатся на прямом финансировании из столицы и не все обладают родственными связями с чиновниками Ордена для выбивания скидок на дополнительные припасы, если не их бесплатных поставок от Ордена для вашей части!

Напряжение нарастало. Грай, Дор, Руа и я уставились друг на друга, не обращая внимания на остальных офицеров в комнате. Не знаю, что бы случилось, если бы не звонивший видеофон Руа, заставивший его выйти из зала совещаний; Дор же уставился в стену и замолк.

С минуту-другую стояла тишина. Вернувшийся Руа не был похож на ушедшего себя : была видна его нервозность, волнение. Он заговорил :

- В данный момент Совет Сильнейших Ордена требует моего присутствия в столице. Вам в скором времени будет прислан новый его представитель вместо меня. За сим откланяюсь.

И без лишних слов он покинул зал совещаний, оставив одних офицеров в лёгком недоумении, других - с улыбкой, а третьих - с недовольным выражением лица.

Совещание мы решили продолжить и для этого пригласили солдат из разных корпусов. На вопрос о состоянии оборудования в посёлке один из них выдал длинную речь, общий смысл которой можно уместить в фразу : “Всё - дерьмо!”

По словам солдата, половина оборудования для производства снарядов изношена, система отопления в корпусах не работает, система снабжения водой и электричеством - через раз, да и то - в половине корпусов. Кроме того, как он отметил, заказ на снаряды, который успел нам выдать уходящий Руа, невыполним, ибо он требует загрузки, как минимум, семидесяти пяти процентов производственных мощностей посёлка, в то время как мы и половину можем позволить себе с большим трудом.

- В общем, я не знаю, как мы будет справляться с этим, - заключил он.

Судя по лицам собравшихся, никто не знал, что делать.

- Ладно, - заговорил я. - В первую очередь, нужно дать бойцам отдохнуть после долгого пути, затем - максимально загрузим производственные мощности и введём 5-часовую смену, ибо так мы сможем достичь наибольшей эффективности. Возражения?

Возражений не нашлось, и мы завершили собрание.

Хоть я и намеревался поспать, но у судьбы были иные планы. Меня, только начавшего засыпать, растолкал Грай. Он позвал меня на главную площадь посёлка, после чего сам побежал туда. Накинув форму, я выбежал на улицу и замер. Передо мной, посреди посёлка стояли человек 100 в оборванной одежде, воняющие грязью и резиной, исхудавшие от, очевидно, недоедания. На вид, всем было не больше 20 лет.

- Они утверждают, что пришли с севера, так как их деревня была уничтожена, - произнёс подошедший Грай.

- Кто же её уничтожил? - с ухмылкой спросил Дор.

Я собирался ему что-то сказать, как вдруг нас окликнул солдат из части Дора :

- Разрешите доложить!

- Ну, - с уже безразличным лицом произнёс его командир.

- Прибыл новый посланник Ордена!

Мы с Граем удивлённо переглянулись, ибо ожидали посланника не раньше, чем через два-три дня, но никак не через несколько часов после отставки предыдущего.

Совсем бледный, в капюшоне, с полуприкрытыми глазами, словно Пандориан из легенд, к нам подошёл представившийся именем Эгро посланник. Я не мог не отметить, как вздрогнули при его появлении беженцы.

Он взглянул на беженцев и произнёс :

- Кто это?

- Беженцы с севера, - ответил я.

- Что же они делают в промышленном военном посёлке?

- Не могу знать, - вступил в разговор Грай. - Они прибыли недавно, мы ещё не успели их допросить.

У Эгро будто бы блеснули глаза, и он велел нам собрать всех офицеров на срочное собрание.

Далее в моей памяти - тьма. Я не помню ни собрания, ни своих слов или действий. Я спросил у Грая, но он тоже ничего не помнит. Я смутно помню, как мы с Граем добрались до нашей комнаты, после чего упали на кровати и погрузились в сон.

Нас разбудили крики и звуки выстрелов. Я поднялся и кое-как подошёл к окну. Меня ослепил яркий свет, и я грешным делом подумал, что уже наступило утро и солдаты начали запланированные ещё неделю назад учения. Спустя секунд двадцать я смог разглядеть всю картину. Никогда ещё я не был в таком шоке, как тогда. Один из корпусов, с заколоченными окнами и дверьми, был охвачен пламенем - его поливали из огнемётов мои солдаты! Возле корпуса разместились, стоя на коленях или лёжа на земле, половина беженцев, их глаза были завязаны.

Растолкав Грая, я схватил пистолет и буквально вылетел на улицу. Меня встретила очередь из автомата одного из солдат Дора. Я выстрелил в ответ и попал, в отличие от него. Быстро сообразив, что спасти беженцев одному с одним пистолетом мне не удастся, я кинулся обратно в корпус и привёл в чувства всё ещё сонного Грая. Мы схватили винтовки и, отстреливая нападавших на нас наших же солдат, вышли на улицу. События той ночи с того момента я помню смутно - должно быть, мой разум просто отказался запоминать убийство мною же моих товарищей.

Воняло сгоревшим мясом. Тут и там валялись трупы солдат, которых я, Грай и другие офицеры, за исключением Дора, застрелили этой ночью. Двести с лишним жизней… Ужасно…

Мы обследовали посёлок и обнаружили исчезновение Дора и Эгро. Кроме того, мы обнаружили, что часть солдат мирно спала в своих корпусах. Мы разбудили их и велели взять беженцев под стражу, после чего начали допрос одного из пленённых солдат. Но ничего толкового мы от него не добились : он всё время повторял что-то про наслаждение. С другими пленными - то же самое.

Следовало расспросить самих беженцев, что мы и сделали. Услышанное лишь подтвердило мои догадки, однако я искренне был поражён тем, насколько Орден жесток.

По словам главы деревни, из которой пришли беженцы, неделю назад к нему пришли Орденцы и потребовали отправит всех трудоспособных жителей деревни старше 20 лет на работу по возведению укреплений. Он им отказал, за что был заключён в подвал собственного дома, откуда его освободили жители, которых не увели. После этого они слонялись по лесам и в один момент наткнулись на военную базу, откуда их, посчитав за шпионов Северного Объединения, Орденцы объявили в розыск. Далее - история известна.

Я спросил :

- Тогда почему убили лишь часть из вас, а остальных пленили?

- Глупый вопрос, - сказал Грай. - Ордену сейчас нужны любые рабочие руки, но и наказать “шпионов” они тоже должны.

- Тогда как наши солдаты согласились на такое?

- Этого я не знаю.

Гнев раздирал меня изнутри. В голове не укладывались фактическая легализация рабства и попытки массовых убийств со стороны Ордена. Дальнейшее событие лишь утвердило мою уверенность в необходимости восстания, хотя я и тогда был готов убивать орденцев.

Оглушительный свист над головой, взрыв и вид орденского дрона, летящего прямо на меня, отвлекли меня от гнева. Грай успел что-то прокричать, а я осознал, что Орден уже сам напал на нас.