Я Стал Тайным Кукловодом в Романтическом Фэнтези Unknown Я оказался в шкуре тайного кукловода, главного героя романтического фэнтези. Не какого-то второстепенного типа, а того самого, кому суждено остаться с девушкой, что одержима злодейкой. ==================== Пролог Абель Харденберг. Главный герой романтического фэнтези «Злодейка снова повернула время вспять» — и по совместительству тайный кукловод, дергающий за ниточки из-за кулис. Один из четырёх герцогов Арийской империи, монстр, достигший вершины магической мощи. Психопат, для которого человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша. Истинный злодей из злодеев, способный без колебаний уничтожить тысячи людей ради своих планов. Отброс общества, играющий жизнями людей, словно подбрасывая монетку. Конечно, главные герои в романтических фэнтези часто бывают такими, но Абель выделяется даже на их фоне — его личность можно описать парой слов, и все они будут нелестными. Насколько всё плохо? Комментарии к первой главе были завалены сообщениями вроде: «Этот главный герой — полный отморозок, не слишком ли?». Зачем я всё это рассказываю? Разве не очевидно? Потому что я, обычный читатель, любящий скоротать время за романтическим фэнтези, переродился в Абеля Харденберга. Да, в того самого главного героя-злодея, кукловода этой мрачной истории. ...Мне конец. ---------- Первая встреча (1) «Злодейка снова обращает время вспять». В народе эту книгу чаще называют «Злодейка перематывает время». Когда я впервые увидел эту новеллу, то подумал, что это очередное типичное романтическое фэнтези. Главная героиня из современного мира перерождается в злодейку и пытается изменить окружающих, чтобы избежать уготованной ей плохой концовки — один из заезженных шаблонов. Однако два момента выделяли эту историю на фоне остальных. Во-первых, героиня почти ничего не знала об оригинальном сюжете. В лучшем случае, от подруги, которая читала новеллу, она помнила, что злодейку, в которую она переродилась, казнили, и знала несколько деталей о мире. Во-вторых, у героини была читерская способность: бесконечный возврат. Она могла создавать случайные точки сохранения и, по желанию или после смерти, возвращаться к ним. На первый взгляд может показаться, что это история о всемогущей героине, которая просто забавляется, но… «Это мрачная новелла». Ещё до перерождения в книгу на неё уже повесили ярлык злодейки, и она изо всех сил пытается выжить. Смерть и пытки становятся для неё обыденностью. Оглядываясь назад, я задаюсь вопросом, какую же обиду затаил автор, чтобы заставить героиню так страдать. — Тук-тук. Погружённый в размышления, я услышал стук в дверь кабинета. — Войдите. Дверь медленно открылась, и в комнату вошёл пожилой мужчина в форме дворецкого. Седые волосы, морщинистое лицо… Он выглядел хрупким, но его взгляд оставался острым, как и прежде. Дворецкого звали Аллен. Он служил дому Харденбергов с моего детства. — Что случилось? — Ну… — Говорите прямо. Аллен на мгновение заколебался, прежде чем медленно открыть рот. — Юная леди графа Эсте желает видеть вас. — …Вот как? Значит, уже настал этот момент из оригинальной истории. Нет, прошло почти двадцать лет с тех пор, как я переродился в главного героя этой новеллы, так что, пожалуй, не так уж и скоро. Я снова задумался, и Аллен напомнил о себе: — Что прикажете? — Как только закончу с работой, проводите её. — Слушаюсь, герцог Харденберг. Аллен поклонился и, выйдя, закрыл за собой дверь. Я проводил его взглядом, а затем перевёл его на стопку документов на столе. «Сколько же их…» Раньше мне требовалась целая вечность, чтобы закончить хотя бы один документ. Тогда мне было всего семь лет, но отец использовал это как предлог, чтобы запереть меня в комнате без еды на два дня, просто чтобы преподать урок. Сейчас это воспоминание вызывает лишь отвращение. Как человек мог так обращаться со своим ребенком, даже если моя мать умерла, рожая меня? И это было не всё. Под видом тренировок он избивал меня до полусмерти. Это чувство приближающейся смерти… я до сих пор не могу его забыть. «Эх…» Без воспоминаний о прошлой жизни я бы, наверное, уже сошёл с ума. В конце концов, оригинальный герцог Харденберг был практически яндере со сломленной психикой. Честно говоря, я не совсем уверен, что сам не лишился рассудка. Ведь большинство сумасшедших не осознают своего безумия. «Может, я просто напрасно беспокоюсь?» Возможно, я чувствую себя излишне сентиментальным, потому что мы приближаемся к этому моменту из оригинальной истории. Я отбросил лишние мысли и сосредоточился на документах. Только закончив со всеми бумагами, я наконец откинулся на спинку кресла. Спинка оказалась жестковатой, и я тут же выпрямился. Кресло, которым я пользовался в прошлой жизни, было гораздо удобнее. Каким бы роскошным ни было это кресло, оно не соответствует моим стандартам. В этот момент я почувствовал чьё-то присутствие у двери. — Тук-тук. Как по заказу, раздался стук, и я невольно усмехнулся. Неужели они рассчитали точное время, когда я закончу работу? Поистине выдающий дворецкий. — Войдите. Аллен открыл дверь и вошёл. — Вы закончили работу, сэр? — Да. Что с юной леди из семьи графа Эсте? — Она ожидает в приёмной. — Проводите её. Аллен почтительно поклонился и вышел из кабинета. «Итак, это тот самый момент из истории». Это момент в новелле, когда главная героиня, пережив бесчисленные мрачные события, в отчаянии посещает герцога Харденберга — персонажа, известного как mastermind, стоящий за всем происходящим. В оригинальной истории герцог Харденберг, заинтригованный тем, что скандально известная злодейка высшего общества явилась в его поместье, соглашается встретиться с ней наедине. Героиня, используя знания, полученные в результате многочисленных возвратов, и особенности своей семьи, привлекает его внимание и в итоге заключает с ним брак по контракту. Классический троп романтического фэнтези: брак по контракту. С этого момента героиня начинает обретать уверенность, и в новелле разворачиваются приятные и романтические события. Но, конечно, это длилось недолго. Вскоре история вернулась к своим мрачным, полным страданий темам, к большому разочарованию читателей. Резкая смена тональности заставила читателей завалить комментарии жалобами, но автор продолжал гнуть свою линию, возвращая историю к мрачным сюжетным линиям. «…Безжалостно». Несмотря на то, что это была мрачная, депрессивная история, авторский слог был удивительно хорош, вероятно, поэтому я и дочитал её до конца. Оглядываясь назад, я думаю, что пережить всю эту трагедию, чтобы добраться до финала, было, пожалуй, лучшим решением в моей жизни. Иначе я мог бы закончить так же, как и оригинальный Абель Харденберг. — Тук-тук. — Юная леди графа Эсте прибыла. «…Вот и начинается всё по-настоящему». С этой мыслью я отдал приказ: — Впустите её. *** «…Сколько раз это уже было?» Я почти не помню. Сколько бы раз я ни возвращалась и ни пробовала разные подходы, моя судьба не менялась. Даже если я сближаюсь с главной героиней, то в итоге оказываюсь раздавленным либо её последователями, либо наследным принцем. А когда я пыталась сблизиться с другими главными мужскими персонажами из оригинальной истории, то получала лишь презрительные взгляды. Высшее общество оказалось куда более безжалостным, чем я предполагала. Злодейке, изгнанной из высшего света, никогда по-настоящему не давали второго шанса встать на ноги. Даже если эта злодейка — дочь графа. После бесчисленных возвратов у меня осталась лишь способность защищать себя с помощью магии. Покушения, отравления и даже похищения стали обычным делом. Мои растущие магические способности были лишь следствием попыток отразить эти опасности. Неважно, как часто я могу вернуться к предыдущей точке сохранения, если эта точка сохранена в неудобный момент, это может означать конец. — Юная леди графа Эсте, герцог просил вас подождать, пока он закончит работу. — Я понимаю. В обычных обстоятельствах такое обращение считалось бы грубым даже между дворянами. Но я была всего лишь дочерью графа, а он — герцогом. Кроме того, я даже не предупредила о своём визите заранее, так что у меня не было оснований требовать лучшего обращения. «Тем не менее, здесь довольно роскошно». Как и ожидалось от герцогского поместья. Серебряная люстра, замысловатые обои и плюшевое кресло — вероятно, улучшенное магией — были впечатляющими. Конечно, кресло всё ещё было менее удобным, чем любое современное кресло, но для меня этого было более чем достаточно. Мой взгляд упал на портреты глав дома Харденбергов, висевшие на стенах. Один портрет, крайний справа, привлёк моё внимание. Пепельно-серые волосы, серые глаза, шрам на лице и роскошная одежда. Без сомнения. Это был Абель Харденберг, персонаж, который спланировал падение главной героини, единственный, кому удалось зажать её в угол в оригинальной истории. «…И теперь я здесь, чтобы заключить с ним сделку». Ощущение, будто я сую ногу в пасть тигру. Как бы я ни полагалась на способность к возврату и информацию, которая ему нужна, его нельзя было недооценивать. Я с трудом сглотнула, чувствуя, как нарастает напряжение. Пожилой дворецкий обратился ко мне: — Пожалуйста, следуйте за мной. Герцог скоро закончит работу. Я глубоко вздохнула и медленно встала. Дворецкий шёл рядом, направляя меня к кабинету герцога. Передо мной раскинулся роскошный коридор, но я едва могла оценить его великолепие. Всё, о чём я могла думать, это о том, что он может быть единственным ключом к изменению моей плохой концовки. Эта мысль ещё больше усиливала мою нервозность. Как долго мы шли? Наконец дворецкий остановился перед изящной деревянной дверью и, подняв руку, тихонько постучал. — Тук-тук. — Юная леди графа Эсте здесь. С другой стороны двери воцарилось молчание. Неужели он вышел из кабинета, чтобы посмеяться надо мной? Учитывая, что я была злодейкой, нельзя было исключать, что он так играет со мной. Когда меня уже почти охватили эти зловещие мысли, тишину нарушил голос из кабинета. — Впустите её. Дверь открылась, и я медленно вошла в кабинет. Передо мной предстала комната, обставленная изящной деревянной мебелью, в центре которой за большим столом сидел мужчина. Пепельно-серые волосы, холодные серые глаза и пронзительный взгляд, казалось, способный разрезать всё насквозь. Он излучал ледяной холод, а его лицо — настолько прекрасное, что казалось почти нереальным — заставило меня на мгновение застыть. Я стояла, ошеломлённая, не отрывая от него взгляда. Он был гораздо красивее, чем на портрете. — …Что вы делаете? Раздражённый тон Абеля вывел меня из оцепенения, и я поспешно извинилась: — П-прошу прощения за мою грубость. Для меня большая честь впервые встретиться с вами, герцог Харденберг. — Ну, ничего страшного. Я не ругался. Не беспокойтесь об этом. — Благодарю за вашу доброту. — Итак, что привело вас ко мне? «Вот и началось». С этого момента я должна была сделать всё возможное, чтобы завоевать его расположение. Даже если для этого потребуется сотня возвратов, я была готова. ---------- Первая встреча (2) Шелковистые, прекрасные черные волосы и пронзительные красные глаза, словно в них вставили рубины. Черты лица острые, но все же достаточно поразительные, чтобы считаться красивыми. «…Я потерял дар речи». Может, потому что я в романтическом фэнтези? Как у женщины может быть такая внешность? Хотя мне ли говорить… Конечно, красота была не единственной ее чертой. Темные круги под глазами и полумертвый, безжизненный взгляд, как у замороженной рыбы, придавали ей характерный оттенок упадка. Можно было сказать, сколько она пережила, просто взглянув на нее. Впрочем, сейчас у меня не было причин беспокоиться об этом. Пока я размышлял, она все еще не произнесла ни слова. Что это? О чем она, черт возьми, думает, стоя перед герцогом и даже не поздоровавшись? Я начал немного раздражаться и наконец заговорил: — …Что вы делаете? — П-прошу прощения за мою грубость. Для меня большая честь впервые встретиться с вами, герцог Харденберг. Когда она почтительно поклонилась, раздражение во мне немного улеглось. Если подумать, неужели я действительно расстроился из-за того, что не получил приветствия от юной леди из графского рода? Похоже, жизнь в этом мире приучила меня к классовой системе. Почувствовав горечь, я вздохнул и сказал: — Ну, ничего страшного. Я не ругался. Не беспокойтесь об этом. — Благодарю за вашу доброту. — Итак, что привело вас ко мне? В этот момент ее багровые глаза сузились. Адель Эсте перевела дух, прежде чем посмотреть на меня. «…Она вернулась?» Это было в точности как описано в новелле. Легкая боль, которую она чувствовала, когда ее зрачки сужались. Я не мог знать, сколько раз она возвращалась, но, судя по усталости на ее лице, немало. — Я пришла предложить сделку. — …Сделку, говорите. Я постучал пальцами по креслу и медленно продолжил: — Понимает ли мисс Адель природу сделки? — …Да, понимаю. Она не могла не знать. С ее точки зрения, это не первый раз, когда она слышит эти слова от меня. — И что же это? — Это обмен вещами равной ценности. Точно те слова, которые я собирался сказать. Удивительно наблюдать ее способность к возврату воочию. — Похоже, мы мыслим одинаково. После небольшой паузы я продолжил: — Итак, чего же желает юная леди из семьи Эсте? — Брачный контракт на один год. — Хм? Все шло точно по оригинальному сюжету. Изначально она должна была использовать информацию, связанную с императорской семьей, чтобы привлечь герцога Харденберга на свою сторону. Однако для меня, прочитавшего оригинальную историю, эта информация практически бесполезна. Адель, вероятно, тоже знает это, пережив бесчисленные возвраты. — Понятно. Вы хотите вернуться в высшее общество? — Верно. Согласно оригинальной истории, Адель сейчас не в том положении, чтобы посещать светские мероприятия. В отличие от типичных романов в жанре фэнтези, высшее общество в этой мрачной истории — это место, куда нельзя попасть без приглашения. Это была новелла с изрядной долей ненужного реализма. — Итак, что мисс Адель готова предложить взамен? — Торговую компанию семьи Эсте. Она глубоко вздохнула, прежде чем продолжить: — Если быть точнее, эксклюзивные права на торговую компанию семьи Эсте. …Верно. Решающей причиной, по которой герцог Харденберг согласился на брачный контракт с юной леди из семьи Эсте в оригинальной истории, была торговая компания семьи Эсте. Торговая компания Эсте контролирует почти половину рынка империи. Конечно, если бы это было все, оригинальный Абель не стал бы заключать брачный контракт только ради монополии. Ведь даже со стороны было понятно, что он герцог, равный по статусу императорской семье. Причина, по которой Абель принял брачный контракт с ней, была проста. «Потому что граф Эсте — торговец оружием». Эту информацию знают только императорская семья и граф Эсте. Тот факт, что торговая компания семьи Эсте занимается поставками военной техники. Даже Адель, которая стоит передо мной, этого не знает, что говорит о крайней секретности этой информации. Оригинальный Абель знал это, поэтому и согласился на брак с ней по контракту. Конечно, даже в моем нынешнем положении, когда я презираю императорскую семью, это достаточно ценно, чтобы стоить затраченных усилий. — Интересно. Дитя, которое даже не знает, что держит в руках сокровище. — …Что вы имеете в виду? — Неважно. Я позвал Аллена, который ждал снаружи. — Аллен. — Да, ваша светлость. — Принеси. Я сказал ему это, когда он вошел в дверь. Аллен быстро понял, о чем я говорю, и, используя простую технику пространственной магии, достал из воздуха лист бумаги. Это был контракт. Встав из-за стола, я сел на диван напротив Адель. Аллен положил контракт на деревянный столик между диванами, повернув его так, чтобы она могла прочитать. — …Впечатляет. — Ну, это всего лишь небольшой трюк. — Вот как. Адель на мгновение закрыла глаза, словно от усталости, а затем начала внимательно читать контракт. — К вашему сведению, на этот контракт наложена печать. Если вы нарушите условия, это повлечет за собой последствия. — Тщательно продумано. — Приму это за комплимент. С этими словами Адель полностью сосредоточилась на чтении контракта. Мне стало немного скучно, и я невольно стал разглядывать ее лицо. Если бы упадок можно было выразить в лице, оно выглядело бы как у нее. Одна вещь, которую я понял, попав в этот мир романтического фэнтези, — здесь слишком много красивых людей. Забавно, что любой с нереально красивой внешностью всегда играет важную роль в оригинальной истории. Не только я, но и Адель, и даже оригинальный главный герой. Каждый раз, когда я сталкиваюсь с кем-то таким красивым, я чувствую себя не в своей тарелке. Вероятно, поэтому ее прекрасное лицо не вызывает во мне никаких чувств — это ощущение отстраненности. Погруженный в размышления, я не заметил, когда Адель обратилась ко мне. — Можно ли внести поправки в условия контракта? — Конечно. Но это потребует взаимного согласия. — …Понятно. После этого Адель вернулась к чтению контракта. Похоже, она не нашла ничего, что нужно было бы изменить. Конечно, не нашла. Подготовленный мной контракт содержит те же условия, что и тот, на который согласились Абель и Адель в оригинальной истории. Если подумать, наши имена очень похожи. Отличается только первая буква. Может, автор сделал это нарочно? — Я согласна с текущими условиями. — Прекрасно. Тогда вложите свою ману в контракт. — Хорошо. Вскоре из руки Адель поднялся красный туман, просачиваясь в контракт. Я тоже призвал свою ману и влил ее в документ. Контракт слегка задрожал от столкновения маны, а затем успокоился. Знак того, что контракт был заключен. — Если уж на то пошло, я давно не видел графа Эсте. — Вот как. — Не могли бы вы передать ему сообщение от меня? — Да. — Скажите ему, чтобы он не действовал опрометчиво. — …Хорошо. Адель тихо вздохнула, слегка опустив голову. — Церемония помолвки состоится через месяц. Так что, начиная с завтрашнего дня, приезжайте в герцогское поместье. — Что? Было ли мое заявление слишком неожиданным для нее? — Если вы собираетесь стать женой герцога, вам понадобится соответствующая подготовка, не так ли? — Что вы имеете в виду… — Я говорю об уроках для невесты. На мои слова Адель посмотрела на меня, смутившись. Ее невинное выражение лица, которое не очень-то подходило к ее острым чертам, чуть не рассмешило меня. Но я сдержался. Конечно, это была не единственная причина, по которой я это сказал. Моя истинная цель, по которой я привез ее в герцогское поместье, — использовать ее как рычаг давления на графа Эсте. Граф Эсте, который очень дорожит своей дочерью, не посмеет передавать информацию обо мне императорской семье, пока она у меня в заложниках. — Ну ладно, ступайте. Мне нужно отдохнуть. — …Хорошо. Она быстро взяла себя в руки и последовала за Алленом из кабинета. «Все идет по оригинальному сюжету». Заключив брачный контракт, я получил графа Эсте в качестве ключевой фигуры в этой игре. Кроме того, Адель Эсте — идеальный ключ к достижению моих целей. И то, на чем я должен сосредоточиться, — это моя цель. Моя цель — уничтожить императорскую семью, корень всех грядущих мрачных событий. У оригинального Абеля не было достаточной информации об императорской семье, и ему оставалось лишь страдать, но я другой. «Хотя это будет непросто, даже с учетом всего этого…» Какой у меня выбор? Если я не хочу страдать, мне придется постараться. *** «Он опасный человек». Он действительно опасен. Когда мой друг рассказывал мне оригинальную историю, он говорил, что Абель был настоящим закулисным стратегом. Теперь, когда я столкнулась с ним лично, я не могу не согласиться. «Проблема не в том, что я возвращаюсь». Я была готова к тому, что буду возвращаться. На самом деле, он уже несколько раз выгонял меня. По крайней мере, моя точка сохранения находится прямо перед разговором с герцогом. Если бы не это, я бы, наверное, уже сошла с ума. Изначально я планировала заключить брачный контракт, предложив ему информацию об императорской семье, которую он хочет уничтожить. Но он вообще не проявил интереса к этой информации. После пяти возвратов я пришла к выводу, что он уже знает все, что я собиралась ему рассказать. Вероятно, одно из моих предыдущих действий вызвало эффект бабочки, в результате чего Абель получил эту информацию. Конечно, если бы это была единственная проблема, я бы так не опасалась. «Этот человек… он уже знал, что я собираюсь предложить в обмен на брачный контракт…» Он даже предсказал мои карты. В контракте были прописаны все детали. Он изучил все обо мне, всего лишь злодейке, до такой степени. Учитывая, что он уже подготовил контракт, ясно, что он испытывал меня — предложу ли я сделку в точности так, как написано. Если бы я этого не сделала, он бы без колебаний отбросил меня. В конце концов, он уже делал это раньше. «…Кажется, я связалась не с тем человеком». Я плотно закрыла глаза и прислонилась к стенке кареты. До меня доносилась тряска, но она не беспокоила меня так, как обычно. Потому что меня занимало нечто гораздо более тревожное. ---------- Помолвка (1) Еще до восхода солнца, в тусклом свете зари… — Вжих! Я взмахнул деревянным мечом посреди тренировочной площадки. Меч двигался по моей воле, рассекая воздух с резким свистом. Это была моя ежедневная тренировка по фехтованию — ни дня без нее, всегда на рассвете. Конечно, бывали времена, когда я был так занят, что не мог даже выйти из кабинета, не говоря уже о тренировках. — Фух… Из моих губ вырвался белый пар. Все тело ломило от боли в мышцах. Я перестал размахивать деревянным мечом и опустил его на землю. — Скрип. С довольно громким скрипом петель Аллен вошел на тренировочную площадку. — Что происходит? — Леди Эсте из семьи графа Эсте прибывает этим утром. — Быстрее, чем я ожидал. Я думал, граф Эсте попытается задержать ее подольше. Видя, что она прибывает всего через три дня, похоже, он понял, что нет смысла ее удерживать. — Понятно. Я пойду, как только закончу купаться. — Как пожелаете. Аллен поклонился мне и покинул тренировочную площадку. «Неужели с этого момента оригинальная история начинается по-настоящему?» Я надел оставленную в стороне одежду и поставил деревянный меч на подставку. Когда я уже собирался уходить, дверь на тренировочную площадку снова открылась. Появилась группа крепких мужчин в кожаных доспехах. Это были рыцари из Черных Воронов Харденбергов, личного ордена семьи. Они болтали между собой, входя, но как только увидели меня, почтительно поклонились. — Доброе утро, герцог! — Ага. Похоже, они пришли на утреннюю тренировку. Поскольку я обычно тренируюсь на рассвете, мы редко встречаемся, но сегодня так получилось. — Ну тогда, продолжайте. — Слушаемся, сэр! Я слегка кивнул на их бодрый ответ и покинул тренировочную площадку. Все хорошо, но их голоса слишком громкие. Я ценю их преданность, но от их криков у меня звенит в ушах. «…Но будет неловко просить их потише». Я шел какое-то время, пока не увидел дверь, рядом с которой стояли горничные в форме. Среди них я заметил Лауру, мою личную горничную. — Доброе утро, герцог. — Ага. Вода готова? — Вся нагрета. — Хорошо. Я передал свою одежду Лауре. В комнате стояли семь горничных, готовых помочь мне с купанием. Когда я впервые переродился в этом мире, я думал, что никогда не привыкну к тому, что горничные помогают мне купаться, но теперь это стало совершенно нормальным. Они не голые, так что если немного перетерпеть смущение, купание проходит быстро. Закончив купаться, я оделся в одежду, которую мне подала Лаура, и направился в приемную. Меня встретил холодный, пустой коридор. Коридор в особняке предыдущего герцога был щедро украшен дорогими картинами и скульптурами, демонстрируя роскошную жизнь. Но как только я стал герцогом, некогда величественный коридор превратился в пустой, безлюдный проход. Каждый раз, проходя мимо этих картин или скульптур, я вспоминал предыдущего герцога — моего отца, — и не мог выносить их вида. Поэтому я все продал. Вот как сильно я его презирал. Конечно, это привело к тому, что какое-то время ходили нелепые слухи. Дерзкие глупцы шептались, что семья герцога испытывает финансовые трудности. «Даже сейчас я не понимаю, что давало им такую смелость…» Должно быть, это потому, что я был тогда молод. Они думали, что меня легко запугать. Вдобавок ко всему, подозрения в смерти бывшего герцога от отравления пошатнули мое положение. Естественно, позже они дорого за это заплатили. Погруженный в размышления, я вскоре оказался перед дверью приемной. Аллен стоял там, наблюдая, словно ждал меня. — Они прибыли? — Нет, но скоро должны быть здесь. — Хорошо. Я подожду внутри. Позовите меня, когда прибудет леди Адель. — Как пожелаете. Аллен открыл дверь, и я вошел внутрь. Я сел на диван в приемной. Я никогда не любил ждать, но она ведь станет моей невестой. Подождать ее — это меньшее, что я могу сделать. *** Дом Харденбергов. Дворянская семья, основанная давным-давно ответвлением императорской семьи. Благодаря этому они обладают влиянием, сравнимым с влиянием самой императорской семьи. Их личный рыцарский орден, Черные Вороны, почти так же силен, как и императорские Золотые Львы. Короче говоря, семья Харденбергов — истинная власть, стоящая за Арийской империей. И я должна стать невестой главы этого дома. — Вздох… На мой вздох Лили, горничная, сидящая напротив меня, сказала: — Не беспокойтесь слишком сильно, моя леди. Герцог Харденберг не обидит вас. — Это правда. Формально мы помолвлены, так что он, вероятно, позаботится обо мне. Проблема в том, поможет ли мне эта сделка, которую я с ним заключила, избежать моей плохой концовки. «…Но у меня не было другого выбора». — Все равно, не унывайте! Я уверена, что вы прекрасно поладите с герцогом Харденбергом, леди Адель! — Ты так думаешь? Я рада это слышать. Я посмотрела на горничную передо мной с горько-сладкой улыбкой. Ее манера держаться и лицо напоминали мне милого щенка — энергичного, с ласковыми, блестящими глазами. Это была Лили, личная горничная, которую граф Эсте назначил мне. Наряду с моим отцом, она была одним из немногих людей, кто действительно заботился обо мне теперь, когда я стала злодейкой, Адель Эсте, из новеллы. «…Когда я только начала сближаться с Лили, я думала, что все будет хорошо». В то время я была достаточно наивна, чтобы думать, что, как и в историях о злодейках, которые я читала в прошлой жизни, я смогу изменить свою репутацию злодейки, если просто достаточно постараюсь. Но все мои усилия принесли мне лишь более десяти покушений и пять попыток отравления. «Что за шутка». Смешно думать, что быть злодейкой — это то, что можно исправить одними лишь усилиями. Несмотря на все мои старания, я больше не могла даже ступить в высшее общество. — Прибыли! Услышав объявление кучера, я перестала подпирать подбородок рукой и выглянула в окно. Я увидела особняк, настолько большой, что даже большинство музеев по сравнению с ним казались маленькими. Как и ожидалось от дома герцога. Его нельзя было сравнить с домом, в котором я жила раньше. Пока я размышляла об этом, Лили открыла дверь, и в поле зрения появился мужчина. Пепельные волосы и серые глаза, со шрамом на лице. — …А? Абель Харденберг. Он слегка улыбнулся и протянул мне руку. Если я не ошибаюсь, он хотел проводить меня. Но почему? — Что вы делаете? И он обратился ко мне официально. Это был тот самый человек, который когда-то говорил со мной так снисходительно. Застигнутая врасплох, я колебалась, но в конце концов вложила свою руку в его. Его рука была грубой, покрытой мозолями — рука, сформированная годами тренировок. — Х-хуаа… Я услышала голос Лили рядом со мной. Когда я обернулась, ее лицо было ярко-красным, она явно неправильно поняла ситуацию между мной и Абелем, но я ничего не могла ей сказать. — Пойдемте? Абель слабо улыбнулся, провожая меня в особняк. Что он, черт возьми, задумал, почему вдруг стал таким добрым? Я не могла не чувствовать беспокойства, глядя на его лицо. Каждый раз, когда я сталкивалась с такой добротой в прошлом, это плохо кончалось для меня. — Что-то случилось? — Просто… Он заметил мое беспокойство? Он стер улыбку с лица и сказал мне: — Мы можем обсудить детали, когда будем в приемной. Я кивнула на его слова. Вдалеке я видела, как горничные шепчутся друг с другом, не сводя с нас глаз. Их лица казались странно радостными. — Гул… «…Что это за чувство?» Я попыталась использовать магию, чтобы подслушать разговор, но потерпела неудачу. — В особняке герцога нельзя использовать магию, так что будьте осторожны, — предупредил Абель. — Я-ясно… Ну конечно. В конце концов, это резиденция герцога. Логично, что здесь есть меры по предотвращению использования магии. Пока я размышляла об этом, мы подошли к приемной. Старый дворецкий, Аллен, заметил нас и открыл дверь. Войдя внутрь, мы сели друг напротив друга, разделенные столом. — Лили. — Да! — Не могла бы ты выйти на минутку? — Конечно! Лили бросила на меня взгляд, ее лицо сияло от счастья, и украдкой показала мне большой палец, когда Абель не смотрел. «…Такая невинная». Если бы она знала истинную природу моих отношений с Абелем, она бы так себя не вела. Я горько улыбнулась, а затем посмотрела на Абеля. — Аллен. — Да, мой лорд. — Оставь нас. — Как пожелаете. Не говоря ни слова, Аллен вышел из комнаты. Я на мгновение огляделась, а затем повернулась к Абелю. — Что все это значит? — Хм? — Ты не из тех, кто проявляет такую доброту. На мои слова Абель посмотрел на меня с усмешкой. — О? Ты уже теряешь бдительность, потому что мы помолвлены? На мгновение я затаила дыхание. Если подумать, разве Абель не считался одним из самых эксцентричных персонажей в оригинальной новелле? Должно быть, помолвка затуманила мой разум, и я говорила слишком неосторожно. Может, мне стоит отмотать время назад? Но я еще не выяснила, где находится точка сохранения… — Тц… Внезапно я услышала, как он засмеялся, и подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Ха-ха. Я просто пошутил. Вполне естественно задавать вопросы, когда ты помолвлен. — Слава богу… — Итак, ты спрашивала, почему я такой добрый, не так ли? — Да. — Нет никакой особой причины. Это просто обычная вежливость между женихом и невестой. …Вот как? Полагаю, проводить свою невесту считается хорошими манерами. Просто от Абеля — человека, известного как темный гений, — это воспринимается по-другому. — Кроме того, я не выношу любопытных взглядов со стороны. — Со стороны, говоришь… — Какие бы высокие позиции ни занимал герцог, слухи все равно распространяются. Он посмотрел прямо на меня и продолжил: — А я больше всего ненавижу слухи. Это отвечает на твой вопрос? — …Да. ---------- Помолвка (2) Спустя три дня лицо Адель выглядело менее измученным, чем в нашу первую встречу. Тогда она казалась готовой вот-вот рухнуть, сейчас же на ее лице читалась лишь легкая усталость. «Значит, в тот раз она много раз возвращалась». Каждый возврат сопровождается определенной болью, поэтому ее истощение должно было быть гораздо сильнее. Но это не значит, что мне ее жаль. В конце концов, это ее ноша. «…Должно быть, я тоже схожу с ума». Каждый раз, когда случается что-то подобное, я понимаю, как сильно изменился. Подумать только, я когда-то был обычным студентом колледжа, который в свободное время занимался волонтерством, а теперь… Остается только вздыхать. — У тебя есть еще вопросы? — …Нет. Ничего особенного. — Тогда давай обсудим контракт. — Щелк! Легким щелчком пальцев я материализовал из воздуха лист бумаги и положил его на стол. Адель взяла его и начала читать содержимое. — Контракт скреплен магической печатью, так что его нарушение повлечет за собой наказание. Для справки, наказание — это сокращение продолжительности жизни. Это очень суровое наказание, поэтому каждый такой контракт стоит примерно столько же, сколько и приличных размеров карета. Даже дворяне не покупают эти контракты легкомысленно. Они могут быть богаты, но их богатство не безгранично. Конечно, для меня, как для герцога, это не такая уж дорогая вещь. — Во-первых. Я стану женихом Адель на один год и окажу ей всестороннюю поддержку. Во-вторых. Взамен Дом Харденберг получит эксклюзивные права на торговлю графа Эсте на один год. В-третьих. При необходимости контракт может быть продлен или расторгнут по взаимному согласию. Однако обе стороны должны быть в здравом уме во время заключения соглашения. Я закончил перечислять условия контракта и посмотрел на нее. — Это тот контракт, на который мы договорились в прошлый раз. У тебя есть какие-либо поправки? — Нет. — Хорошо. Тогда можешь забрать контракт. — Почему…? — Ради взаимного доверия. Для достижения моих целей мне нужна способность Адель к возврату. И чтобы обеспечить это, я должен сначала завоевать ее доверие. Если передача ей контракта достаточна для того, чтобы завоевать ее доверие, это небольшая цена. — …Спасибо за внимание. Она ответила с озадаченным выражением лица, убирая контракт в пальто. — О, я кое-что забыл упомянуть. На мои слова Адель слегка наклонила голову. — Войди, Эван. — Тук. Дверь открылась, и в комнату вошел крепкий мужчина. Черные волосы, черные глаза и честное выражение лица. На первый взгляд его можно было принять за медведя, учитывая его крупные габариты. Этот человек, Эван, был заместителем командира Черных Воронов и был моим телохранителем до того, как я стал герцогом. Несмотря на то, что он был простолюдином, он поднялся до должности заместителя командира, став образцом для подражания для других рыцарей простого происхождения. — Э-э… Адель выглядела озадаченной его внезапным появлением. — Вызывали, герцог! Его громовой голос эхом разнесся по комнате, и я на мгновение закрыл глаза. Если подумать, этот парень был самым громким сегодня утром. — …Говори тише. — Слушаюсь, сэр… Эван ответил более тихим тоном, хотя я знал, что это ненадолго. Его голос скоро снова станет громким. Я уже наполовину смирился с этим, но если я не сделаю ему замечание, он станет еще громче, поэтому мне пришлось что-то сказать. «Он талантлив и обладает хорошим характером — почему он должен быть таким громким?» Адель посмотрела на меня, затем повернулась к Эвану, прежде чем спросить меня: — …Кто это? — Отныне он будет твоим телохранителем. — Приятно познакомиться, мэм! — …Обращайся к ней «мисс». — Есть! Приятно познакомиться, мисс! — …Понятно. Невзрачная внешность Эвана, казалось, лишила ее голоса силы, давая понять, что она не очень-то уверена в нем. Справедливости ради, учитывая то, что она видела до сих пор, ее сомнения были не лишены оснований. — Не стоит беспокоиться. Он может так не выглядеть, но он заместитель командира Черных Воронов. — …Заместитель командира? Она повторила титул, словно не веря своим ушам, и мне пришлось подавить улыбку. Быстрый взгляд на Эвана показал, что ее недоверие задело его чувства. — Да. — …Благодарю за вашу чрезмерную щедрость. — Не стоит благодарности. В конце концов, безопасность моей невесты важна и для меня. — Эван… буду рада работать с тобой. — Да, мэм! Я сделаю все возможное! Чрезмерно восторженный ответ Эвана немного ошеломил Адель. Она повернулась ко мне, словно ища спасения от внезапного напора. — У тебя есть еще вопросы? — …Нет, никаких. — Тогда я пойду. Кстати, ты можешь спросить Аллена о своих уроках для невесты. — Поняла. С этими словами я вышел из приемной и направился в кабинет. Могу только представить, сколько документов будет ждать меня сегодня… От одной мысли об этом у меня разболелась голова, но пока я ношу титул герцога, этого не избежать. *** Кто знает, сколько времени прошло? Я наконец закончил проверку бюджета герцогства и рассмотрение подробных планов наших деловых предприятий. По крайней мере, на данный момент, казалось, что рабочая нагрузка в ближайшее время не увеличится. Пока я размышлял об этом, мне в голову пришла одна мысль. «…Ах, да. Торговая компания графа Эсте». Головная боль вернулась, когда я вздохнул и откинулся на спинку кресла. Обладание эксклюзивными правами на товары графа Эсте означало, что у меня будет монополия на все, что он продает. Конечно, чрезмерная монополизация может обернуться против меня, поэтому мне нужно будет проявлять сдержанность. Но это не то, чего я добивался. На самом деле меня интересовали военные поставки, которыми занимался граф Эсте. Учитывая его связи с цепочкой поставок имперской армии, я знал, что он сделает все возможное, чтобы скрыть этот факт. И я тоже не буду делать это приоритетом. Проблема была в другом. — Бряк! Я повернул голову и увидел трех убийц в черных масках. Их наняла гильдия убийц? Насколько я мог судить, их навыки не казались особенно впечатляющими. — Черт, провал! Они тут же бросились к окну. — Вам так просто не уйти. — Щелк! Щелканьем пальцев я заморозил убийц на месте. Это была пространственная магия, техника, передающаяся в семье Харденбергов. Эти глупцы, должно быть, не знали, что я владею пространственной магией, когда решили напасть. «Это может быть предупреждением…» Возможно, что один лишь факт установления связей с графом Эсте привлек внимание императорской семьи. Тем не менее, я не мог не задаться вопросом, чем занимались мои рыцари, пока эти люди пробирались в мой кабинет. — Бах! Дверь распахнулась, и в комнату ворвался мужчина в небесных доспехах. Стройный и собранный, он встал передо мной на колени. — Мои глубочайшие извинения, герцог. Это был Ильхо. Он был лидером Ворона, тайно созданного семьей Харденбергов отряда убийц, и одним из моих самых доверенных подчиненных. Конечно, в оригинальной истории Ворона никогда не существовало. Это была группа, которую я собрал, собрав сирот, известных своими выдающимися боевыми способностями. Будь то грязная или чистая работа, они выполняли ее для меня. Благодаря их существованию влияние семьи Харденбергов стало гораздо больше, чем в оригинальной истории. — Итак, как им удалось добраться до моего кабинета? — Мне нечего сказать в свое оправдание, сэр. — Я спрашиваю о причине, Ильхо. — Их было больше, чем ожидалось. — А леди Адель? — Она в безопасности, благодаря сэру Эвану. — Ну, это хоть какое-то утешение. — Бах! Я опустил руку, и убийцы, которые стояли неподвижно, рухнули на землю. — Уф… Они стонали от боли, отчаянно пытаясь отползти. Обычно я бы убил их, чтобы положить конец их страданиям, но… «Нет нужды проявлять милосердие к тем, кто покушается на мою жизнь». — Ильхо. — Да, сэр. — Забери их и выпытай всю информацию, которую сможешь. — Будет исполнено. — Щелк. С еще одним щелчком пальцев у убийц пошла пена изо рта, и они потеряли сознание. По сигналу Ильхо появились другие члены Ворона и утащили их. — О, еще кое-что. — Что такое? — Начни расследование Имперского Гнезда. — …Значит, пришло время? — Да. Это займет много времени, но нужно начинать сейчас. — Я выполню ваш приказ. С почтительным поклоном Ильхо растворился в воздухе. Наблюдая за его уходом, я вздохнул и перевел взгляд на карту мира, висевшую на стене. Карта во многом напоминала ту, что была в моей прошлой жизни. Ключевое отличие заключалось в том, что около 70% территорий мира были отмечены как часть Арийской империи. И если и был один человек, ответственный за завоевание 70% мира, то это мог быть только один человек. «Император». В оригинале, вернее, в восприятии Адель оригинальной истории, Император изображался как вальяжный старик. Он был комическим персонажем, постоянно вмешивающимся в попытки наследного принца признаться в любви главной героине. Но истинная природа Императора была далека от образа любящего дедушки. Он был финальным боссом и главным злодеем в «Злодейка перематывает время». Даже со всеми моими знаниями об оригинальном сюжете я не мог быть уверен, насколько эффективными они будут против него. В конце концов, даже в истории никому не удалось его убить. «…К этому я готовился долгое время». Надеясь, что мой план сработает, я закрыл глаза. ---------- Помолвка (3) День клонился к вечеру. Сад утопал в зелени пышных деревьев и благоухании цветов самых разных оттенков. В самом центре сада мы с Адель сидели друг напротив друга за чайным столиком. Именно Адель предложила устроить чаепитие, но сейчас она лишь молча потягивала чай, который ей подала горничная. Я долго ждал, ожидая, что Адель заговорит первой, но, не выдержав, нарушил молчание: — Зачем ты позвала меня? — Разве мне нужна причина, чтобы позвать своего жениха? — Хм… Пожалуй, нет. Ее тон был немного резким, возможно, из-за вчерашнего нападения. Действительно, вчерашняя атака была куда более опасной, чем предыдущие. Убийцы имели наглость ворваться в мой кабинет. Может быть, поэтому сейчас она чувствует себя рядом со мной более комфортно. В конце концов, в некотором смысле, я причина того, что она оказалась в такой опасности. С этой мыслью я сделал глоток чая. Адель взглянула на меня и медленно заговорила: — Ваша светлость, герцог Харденберг. — Хм? Что такое? — У меня есть вопрос по поводу нашего контракта. — Вопрос? — Кто знает о контракте между нами? — Только Эван, Аллен и я. Всего нас трое. — Ты уверен? — Это имеет значение? — Конечно, имеет. — Если это неопределенно, то я просто сделаю это определенным. — …Простите? — Этого ответа достаточно? На мои слова, подразумевающие, что я без колебаний заставлю замолчать любого, если потребуется, лицо Адель на мгновение застыло. Возможно, она не могла понять мой образ мышления. Что ж, неудивительно. Для такой, как она, кто все еще придерживается менталитета современного человека, мои взгляды должны казаться совершенно чуждыми. Между нами пропасть — я, кто без колебаний убьет, если потребуется, и она, кто испытывает глубокое отвращение к лишению жизни. Я слегка поморщился, почему-то чай показался мне горьким. Заметив это, она быстро смягчила застывшее выражение лица и перевела разговор в другое русло: — …Понятно. В таком случае, давайте проясним детали. — Детали? — Например, причину, по которой мы вообще обручились. Наверняка, Ваша Светлость знает о моей скандальной репутации, не так ли? — Конечно. Я хорошо ее знаю. — … Адель Эсте. Изначально она была любимой дочерью семьи герцога Эсте, но после того, как семья была понижена в статусе до графского рода, она стала дочерью графа Эсте. Когда причина внезапного падения герцогского дома до графского титула не была раскрыта, распространились слухи, что именно из-за ее действий семья Эсте потеряла свой титул. «Как будто это может быть правдой». Только дурак поверит таким слухам. Герцогский дом, и не какой-нибудь, а семья Эсте, известная своей обширной торговой империей, понижена до графского титула из-за одной юной леди? Нелепо. На самом деле, в слухах была перепутана последовательность событий. Адель не совершала никаких злых поступков до понижения в должности; ее проступки начались после того, как семья была понижена в статусе. «Конечно, это не самая важная часть». Важно то, что дурная слава Адель значительна — настолько, что такие слухи вообще могли существовать. Став графиней и разорвав помолвку с наследным принцем, Адель поверила, что причиной разорванной помолвки была героиня оригинальной истории, которая сблизилась с наследным принцем. Таким образом, она преследовала ее, неоднократно переходя границы дозволенного. Хотя ее проступки проистекали из небольшого недоразумения, совершенные ею поступки выходили далеко за рамки допустимого. Вот так Адель и заслужила свою скандальную репутацию. Конечно, Адель, о которой я говорю, это та, что была до того, как ею овладели воспоминания. — Итак, тебе нужна причина, которая объясняла бы все это? — Да. В противном случае это нанесет большой вред Дому Харденбергов. Ее слова заставили меня слегка нахмуриться. Неужели она действительно думает, что одна лишь помолвка с ней навредит семье Харденбергов? Неужели она так низко ценит Дом Харденбергов? Я нахмурился и открыл рот, чтобы заговорить: — Это неприятные слова. — …Что? — Почему ты думаешь, что помолвка с тобой навредит Дому Харденбергов? — Но… разве ты не говорил, что тебя волнует общественное мнение? Похоже, она помнила, что я говорил раньше. Учитывая черты человека, который вернулся в прошлое, неудивительно, что она чувствительна даже к незначительным фрагментам информации. Но Адель неправильно поняла мои слова. — Похоже, ты что-то не так поняла. Я продолжил, исправляя ее недоразумение: — Меня волнует общественное мнение, да, но я не позволяю ему связывать себя по рукам и ногам. Когда я только стал герцогом, меня действительно беспокоили беспочвенные слухи, поэтому я начал обращать на них внимание. Но это не значит, что я позволяю им ограничивать себя. Как бы то ни было в прошлом, сейчас я глава Дома Харденбергов, одного из всего лишь четырех герцогских домов в Арийской империи. Другими словами, время, когда меня могли поколебать слухи, давно прошло. — И все же, разве нам не следует хотя бы установить причину нашей помолвки? — Следует. — Ты права. В этом есть смысл. По крайней мере, создание какой-нибудь истории должно помочь предотвратить распространение странных слухов. Я не позволю себе увязнуть в слухах, но нет причин допускать и распространение ненужных. Проблема в том, что у меня пока нет никаких идей. Возможно, лучше предоставить это ей. С этой мыслью я посмотрел на Адель и сказал: — Как насчет того, чтобы мы придерживались той истории, которую ты придумаешь, мисс Адель? — …Правда? — Да. Я не говорю того, чего не имею в виду. Пока я наблюдал, как Адель задумалась, я поднес чай к губам. Слабый аромат роз, сопровождаемый легкой горчинкой, наполнил мой рот. Пожалуй, чай мне просто не подходит. — Тогда как насчет этого? — Что это? — Герцог случайно встречает меня во время путешествия и влюбляется в меня с первого взгляда. — Хм… Довольно очаровательный роман. На мой равнодушный ответ Адель слегка наклонила голову, выглядя немного озадаченной. Она ожидала, что я смущусь от этого? Если подумать, если она видит во мне персонажа из любовного романа, неудивительно, что она так думает. В конце концов, в любовных романах клише, когда главный герой теряется от таких смелых заявлений. Но для меня, кто с детства слышал бесчисленные любовные истории от своей личной горничной Лауры, это слишком предсказуемо. Даже если предметом истории окажусь я сам. — А как насчет этого варианта? Возможно, моя спокойная реакция пробудила в ней дух соперничества, поскольку она начала забрасывать меня новыми сценариями, вероятно, в попытке застать меня врасплох. Но, честно говоря, я не дрогнул. Если бы подобные истории выводили меня из равновесия, я бы давно заменил Лауру другой горничной. — А что, если— Я прервал ее, прежде чем она успела предложить другую идею: — Достаточно. Остановимся на этом. — Простите? — Мы остановимся на твоей первой истории. Она может быть немного клишированной, но, вероятно, это самая правдоподобная версия. — В таком случае… — Да. Мы случайно встретились во время путешествия и влюбились с первого взгляда. Этого должно быть достаточно, чтобы сделать нас приемлемыми в высшем обществе, ты так не думаешь? — …Вполне достаточно. Видя слегка разочарованное выражение ее лица, я улыбнулся. Полагаю, находясь в середине временной шкалы оригинальной истории, эта ее чистая сторона все еще остается. Во второй половине оригинальной истории Адель становится по-настоящему безжалостной женщиной, холодной и без капли милосердия. Ей суждено было превратиться в психопатку, заботящуюся только об Абеле. Поэтому всякий раз, когда она проявляет эти невинные стороны, я чувствую облегчение. Это убеждает меня в том, что я действительно меняю будущее этого мира. — Тогда нам следует определиться и с тем, как мы будем обращаться друг к другу, не так ли? — Как мы будем обращаться друг к другу? — Да. Ты же не можешь вечно называть меня «мисс Адель», верно? Если мы якобы влюблены с первого взгляда, людям это покажется странным. — Ты прав. Итак, как ты хотел бы, чтобы я к тебе обращалась? — Пожалуйста, просто называй меня Адель. На ее уверенный тон у меня вырвался тихий смешок. Неужели она действительно думала, что я смущусь? Казалось, она все еще не отказалась от идеи застать меня врасплох, заставив называть ее по имени. Должен ли я восхищаться ее упорством или назвать это глупой преданностью бессмысленному занятию? — Адель. — …Да? В тот момент, когда я без колебаний назвал ее по имени, она ошеломленно уставилась на меня. Неужели она не ожидала, что я скажу это так небрежно? Я не какой-то невинный ребенок, который смущается, просто произнося чье-то имя. Похоже, мне нужно было переломить ситуацию и заставить ее почувствовать давление, чтобы она отказалась от этого ненужного упорства. — Если подумать, это кажется несправедливым, что только я называю тебя «Адель». — Что…? Я продолжил, наблюдая, как ее лицо становится все более смущенным: — Так что, разве не было бы справедливо, если бы ты тоже называла меня Абель? Моя дорогая Адель. На это Адель на мгновение замолчала. Она явно не ожидала, что окажется на принимающей стороне своей же игры. Это была прекрасная возможность подтолкнуть ее еще немного. — Я уже назвал тебя Адель. Неужели ты не можешь назвать меня Абель? Она на мгновение закрыла глаза, а затем медленно начала говорить: — А… А… — Я тебя не слышу. Она открыла глаза и посмотрела на меня так, словно я поступаю несправедливо. Но что она могла поделать? Она сама начала это. — …Абель. — Твой голос слишком тихий, тебе не кажется? — Уф… Поколебавшись мгновение, Адель наконец повысила голос: — Абель! Практически выкрикнув мое имя, она тут же смущенно опустила голову. Если подумать, прошло, наверное, лет десять с тех пор, как кто-то в последний раз называл меня по имени. — Хорошо. Продолжай называть меня так отныне. Я улыбнулся ей, чувствуя глубокое удовлетворение, и наблюдал, как ее лицо слегка порозовело. Она подняла голову, но вместо того, чтобы продолжить разговор, просто молча отпила чай, явно смущенная. Похоже, перевернуть ситуацию с ног на голову было правильным решением. ---------- Помолвка (4) Адель уткнулась лицом в подушку и со злостью забарабанила кулаками по кровати. Как она докатилась до такого? Виной всему этот мужчина. За чаем Адель хотела смутить Абеля. Ей было любопытно, как изменится его вечно бесстрастное выражение лица, если застать его врасплох, поэтому она решила отплатить ему за все его колкости. Но в итоге покраснела сама. «Ну как можно говорить такие нелепые вещи?!» Более того, эти слова были адресованы ей, известной злодейке. Как он мог говорить такое кому-то вроде нее? «Разве не было бы справедливо, если бы ты тоже называла меня Абелем? Моя возлюбленная Адель». Его голос, словно эхо, звучал в ее ушах. Адель вздохнула и села. Как он мог произнести фразу, будто вырванную из любовного романа? «…Ах да. Это же мир романтического фэнтези». Тогда, пожалуй, это не так уж и странно. Такие нелепые фразы, должно быть, обычное дело в любовных романах. Нужно успокоиться. Как бы то ни было, если она будет и дальше краснеть из-за подобных мелочей, имя регрессора будет опозорено. Вспоминая прошлое, Адель почувствовала неприятный холодок. Медленная смерть от яда, мгновенная смерть от пронзенного сердца, мучительная смерть от удушья. «Хаа…» Только сейчас Адель пришла в себя. Она вздохнула и проверила уровень маны в своем теле. Количество защитных заклинаний, которые она могла использовать в экстренных случаях, было примерно в пять раз больше обычного. Этого должно хватить. Кроме того, у нее был Эван, рыцарь-телохранитель, назначенный Абелем, так что это даже могло быть излишним. Боевые навыки, которые Эван продемонстрировал в прошлый раз, были весьма впечатляющими. Пока она размышляла, в дверь постучали. — Тук-тук. «Войдите». Решив, что это Лили пришла слишком рано, Адель разрешила войти. Увидев вошедшего, она на мгновение оцепенела. Пепельно-серые волосы и серые глаза. Мужчина, стоявший в дверях, несомненно, был Абель Харденберг — тот самый виновник, из-за которого она не могла нормально спать прошлой ночью. «Вы хорошо спали?» «..Ваша светлость». Услышав ее обращение, он нахмурился и переспросил. «Хм? Моя дорогая Адель, почему ты обращаешься ко мне так официально?» «Ах, да…» Вспомнив вчерашний разговор, Адель поняла свою ошибку. Она сама сказала, что раз уж они полюбили друг друга с первого взгляда, то должны называть друг друга по имени. Что же на нее нашло? «Абель… ним». «Это обращение излишне. Повтори». «..Абель». «Хм… Что ж, на сегодня сойдет. Постепенно привыкнешь». Произнеся это и взглянув на нее, Абель продолжил: «Пора завтракать. Я разбудил горничную, так что собирайся и приходи». «Хорошо». «Ах да, и как бы ни было жарко, хотя бы застегнись как следует. Неприятно, когда кто-то, кроме меня, видит это». Адель тут же заметила, что пуговицы на ее рубашке расстегнуты почти до пояса, и поспешно прикрылась руками. Абель тихонько усмехнулся и сказал: «Ну, я пойду». — Щелк. Наблюдая, как он закрывает за собой дверь, Адель быстро застегнула пуговицы. Чувствуя, как ее лицо горит, она вздохнула. Какой непредсказуемый мужчина. Сначала она была напряжена, думая, что он тот самый гениальный злодей. Но та сторона Абеля, которую он показывал ей, была лишь досадливо игривой. Ей не нравилось, как он всегда оставлял ее смущенной, в то время как сам оставался спокойным и собранным. «Уф…» «Как я связалась с таким мужчиной?» Слово «сама виновата» всплыло в ее голове, и Адель раздраженно уткнулась лицом в подушку. *** «…Пронесло». Я чуть не потерял самообладание. Я пошел будить Адель, чтобы сыграть роль любящего жениха, но застал ее в ночной рубашке, совершенно беззащитной. К счастью, кажется, мое бесстрастное выражение лица, отточенное с детства, не дрогнуло. Судя по тому, как расстроилась Адель, когда я уходил. «Это плохо для моего сердца…» Вздохнув, я сел за обеденный стол. Вскоре появились горничные и дворецкие с подносами, накрывая на завтрак. Когда стол был полностью накрыт, я увидел приближающуюся Адель. Одетая в свежее платье, она села напротив меня. «Ты хорошо спала?» «…Благодаря тебе. Никаких покушений, так что я хорошо выспалась». «Я думал, ты могла проворочаться всю ночь после вчерашнего, но, похоже, я зря беспокоился». «Уф…» Рука Адель, державшая вилку, слегка дрогнула, словно ее застали врасплох. Неужели она действительно не спала всю ночь из-за этого? Не может быть. Трудно поверить, что она не могла заснуть только потому, что мы назвали друг друга по имени. К счастью, она опровергла мои мысли твердым тоном. «…Конечно, нет. А ты как, Абель?» «Я? Ах, не стоит беспокоиться. Я всегда хорошо сплю». «Это радует…» После этого мы сосредоточились на еде. Так как было утро, стол не был перегружен тяжелыми блюдами — только суп, хлеб и немного бекона. Я давно не ел без прислуги. Обычно мне приходилось уделять особое внимание этикету в их присутствии, что было утомительно. Стоило мне немного оступиться, как они тут же указывали на это, и я никогда не мог спокойно поесть. Этикет был единственной вещью, в которой Аллен был особенно строг, несмотря на то, что во всем остальном он был снисходителен. Но сейчас, когда были только мы с Адель, не было необходимости быть overly внимательным к каждой мелочи. В конце концов, она была современной девушкой, так что, вероятно, не слишком заботилась о таких строгих формальностях. Испытывая чувство удовлетворения от редкой мирной трапезы, я улыбнулся. «Абель?» «Хм?» «Можно спросить, почему ты улыбаешься?» «Я улыбался, потому что рад завтракать только с тобой. Что-то не так?» «…Понятно». Адель опустила голову и начала что-то бормотать себе под нос. Было ли что-то странное в моих словах? Наверняка я могу сказать что-то подобное своей невесте, верно? В конце концов, это была правда. «Как продвигаются твои свадебные приготовления?» «…Пожалуйста, просто назови это занятиями». «Хм? Ты смущаешься?» «Конечно, нет. Но разве не странно называть это свадебными приготовлениями, когда нас всего двое?» Ну, не совсем двое… но я не видел смысла указывать на это. Поэтому я ответил: «В этом нет ничего странного. Факт в том, что ты проходишь обучение, не так ли?» «…Ха. Ладно. Свадебные… занятия идут хорошо». Адель кивнула, словно признавая поражение, затем ответила на мой вопрос. «Я слышал, тебя очень хвалят». «Вроде того… да». «Похоже, ты относишься к своим свадебным занятиям серьезнее, чем я думала». «Не совсем так…» «Не нужно смущаться. Если это любовь с первого взгляда, ты должна быть способна на такое, разве нет?» «Ты, безусловно, права». Разговор затих, и мы оба сосредоточились на том, чтобы закончить завтрак. Время текло спокойно. Закончив трапезу, Адель обратилась ко мне: «Спасибо за завтрак». «Как тебе еда в герцогстве?» «Вполне устраивает». «Это хорошо. Я переживал, что буду делать, если еда не придется тебе по вкусу». «Спасибо за твою заботу». «Конечно. Жених должен заботиться о своей невесте, разве не согласна?» Слегка улыбнувшись, я произнес это, и Адель, вздохнув, кивнула. «Вот как? Тому, кто станет твоей женой в будущем, придется нелегко». «Это можешь быть ты». «Посмотрим». «Хм, как жаль». Честно говоря, я даже рассматриваю брак как способ удержать Адель рядом. Ее существование имеет решающее значение для моих планов. Ее способность бесконечно возвращаться назад во времени — невероятно мощный навык. Даже с учетом недостатка в виде случайных точек сохранения, я не удивлюсь, если она в одиночку сможет разрушить целое королевство. «…Использовать брак как инструмент». Это то, от чего мое прошлое «я» пришло бы в ярость. Тогда у меня были романтические представления о браке. Конечно, сейчас я не совсем потерял эти идеалы, но… После встречи с множеством женщин я отказался от идеи брака, основанного на любви. Наши ценности и характеры просто не совпадали. «Я пойду». «Хорошо. Береги себя, Адель». «И ты… Абель». Адель сказала это и ушла. Оставшись один, я подпер подбородок рукой, погрузившись в раздумья. Я закрыл глаза, чтобы еще раз обдумать свои планы. Доверие между мной и Адель еще не установилось полностью. Неразумно ожидать этого после меньше чем недели совместной жизни. Это проблема, которую решит время. Что касается императорской семьи, то пока никаких движений. Они, должно быть, знают, что я действую втайне. Тот факт, что они бездействуют, означает, что мои действия находятся в пределах их ожиданий. Пока что все идет по плану. ---------- Помолвка (5) Светские рауты… Это собрания, где сливки общества — члены королевской семьи и знать — встречаются и общаются. В реальном мире светские мероприятия часто кажутся эксклюзивным клубом для избранных. Хотя в каждой стране есть свои нюансы, для женщин светский раут — это не что иное, как брачный рынок. Классический сценарий: дебютантка выходит в свет, встречает мужчину равного положения и в конечном итоге выходит за него замуж. Однако в романтическом фэнтези, также известном как РФ, светские рауты сильно отличаются от реальности. Из-за ярко выраженной женской направленности РФ, описание светской жизни редко соответствует исторической действительности, как это было бы в реальном мире. Кто стал бы читать романтическое фэнтези, где светская жизнь изображается всего лишь как брачный рынок, особенно если главная героиня — женщина? В результате светские рауты в РФ играют гораздо более важную роль, чем в реальности. Это главная социальная платформа страны, где можно услышать обсуждение политики и даже государственных дел. Таковы светские рауты в романтическом фэнтези. — *Делает глоток.* Если вам интересно, почему я рассуждаю о такой скучной теме, то это потому, что я как раз нахожусь на одном из таких раутов. Адель немного задержалась, прихорашиваясь, поэтому я вошел в банкетный зал первым. «…Мне все еще некомфортно». По правде говоря, назвать это «светским раутом» — преувеличение; это скорее сборище хищников в масках, которые кусают друг друга или любуются собственным оперением. Даже после восьми лет посещения подобных мероприятий, эта особая атмосфера высшего света все еще вызывает у меня чувство неловкости. Размышляя об этом, я облокотился на перила балкона и посмотрел на ночное небо. Звезды мерцали, ярко сияя и создавая завораживающую картину. «Вы снова здесь сегодня вечером?» Я обернулся на звук голоса за спиной. Передо мной стояла женщина в белоснежном платье с золотистыми волосами. Ее глаза сияли, словно золото, кожа была бледной, как фарфор, а длинные ресницы дополняли образ. «…Приветствую Звездочку Империи». «Хм… Я же говорила, что ты, как никто другой, можешь не обращаться ко мне так официально». «Как преданный подданный Империи, я лишь выражаю вам должное почтение». На мои слова она ответила с легкой усмешкой: «Как забавно. Тот, кто ненавидит императорскую семью больше всех на свете, приветствует меня, принцессу, подобным образом». «…Зачем вы меня искали?» «Разве мне нужна причина, чтобы увидеть тебя?» «Разве нет?» Принцесса тихонько рассмеялась и ответила: «Ты прав. Мне нечего на это возразить». Ария фон Шуфенхайм. Она единственная принцесса Арийской Империи и один из немногих людей в этом светском обществе, которых я могу терпеть. И самое главное, она единственный член императорской семьи, который помогает мне в моих попытках разрушить империю. «О чем ты думал, когда обручился с ней?» «Вы имеете в виду леди Эсте?» «Да. Я полагаю, у тебя были на то причины, но… Неужели ты обручился только для того, чтобы добраться до Торговой компании Эсте?» «Конечно, нет». Она посмотрела на меня, слегка склонив голову в недоумении. «Сомневаюсь, что ты объявил о помолвке просто из любви…» «Она мне нужна». «Тебе нужна Адель? Адель фон Эсте, та самая злодейка?» Ария смотрела на меня с недоверием. Ее реакция вполне естественна, учитывая, как мало она знает об Адель. Внешне она известна лишь как отъявленная негодяйка. Но для меня она значит гораздо больше. «Да. Она ключ к осуществлению моего плана». Услышав мои слова, Ария покачала головой, явно не понимая, и сказала: «Каждый раз, когда я встречаю тебя, я понимаю, насколько невозможно постичь ход твоих мыслей». «Приму это за комплимент». Тяжело вздохнув, она произнесла с сарказмом: «Позволь мне спросить кое-что». «Что именно?» «Все ли идет по твоему плану?» «Пока что да». «…Хорошо. Тогда я должна тебе кое-что сказать. Какое-то время я не смогу предоставлять информацию об императорской семье». «…Это значит…» Была только одна причина, по которой принцесса не могла предоставлять информацию. Это могло означать лишь то, что императорская семья начала действовать, чтобы устранить кого-то. Словно прочитав мои мысли, она кивнула и сказала: «Да. Императорская семья официально начала действовать. Они собираются поймать Ворона». «…Благодарю за информацию». «Не за что. Людям с общей целью естественно сотрудничать». «Вот как». «Я пойду». «Да, прощайте». Когда принцесса скрылась из виду, я подпер подбородок рукой и задумался. Сегодня был день, когда мы с Адель Эсте должны были объявить о нашей помолвке. Тот факт, что императорская семья начала действовать именно в этот момент… Может быть, это предупреждение, адресованное мне? Я не собираюсь снова призывать Ворона. Ворон с самого начала был приманкой. Пока я был погружен в раздумья, к главному входу подъехала знакомая карета. «…Похоже, она приехала». Должно быть, приехала Адель. Я поправил белые перчатки и вышел из банкетного зала, поставив бокал с вином на пустующий столик. Я почувствовал на себе несколько взглядов, но они быстро исчезли. Все знали, что я не люблю подобные банкеты, поэтому никто не осмеливался подойти ко мне первым. Я направился к карете, которая только что подъехала ко входу. Как только дверь открылась, я протянул правую руку. «Пойдем, Адель?» «Да». Адель, уже привыкшая к моим жестам, естественно взяла меня за руку. Выйдя из кареты, держась за мою руку, Адель глубоко вздохнула, явно нервничая. Это было естественно. В конце концов, этот банкет вполне мог быть ее последним шансом. Несмотря на то, что она может бесконечно возвращаться назад во времени, случайные точки сохранения, должно быть, мешают ей расслабиться. Если точка сохранения создается после провала, пути назад может не быть. «Ты нервничаешь?» «…Да». Обычно она смело заявляла, что совсем не нервничает. Но на этот раз она, похоже, действительно была встревожена. Я не мог не усмехнуться, видя, как она дрожит, и задаваясь вопросом, действительно ли это та самая Адель, которая должна была стать бессердечной и безжалостной психопаткой из оригинальной истории. «Протяни руку». Неловкими движениями Адель протянула руку. Я достал из кармана небольшую конфету и положил ей на ладонь. «Что это?» «Мятная конфета». Белая конфета в красную полоску была магической мятной конфетой. Адель развернула ее и положила в рот. «Как на вкус?» «…Успокаивает. Как это возможно…» Она с любопытством посмотрела на меня и изумленно спросила. В конце концов, эта конфета в этом мире — аналог успокоительного. Конечно, поскольку она усилена магией, она довольно дорогая, но не настолько, чтобы мне было накладно ее покупать. «Она для того и предназначена». «…Спасибо». «Рад, что помогло». С этими словами я проводил Адель в банкетный зал. Зал, полный оживленных разговоров, затих, как только мы вошли, словно кто-то вылил на него ушат холодной воды. Тишина длилась какое-то мгновение, а затем послышался шепот. Судя по выражению лиц, ничего приятного они не говорили. Наверное, сплетничали об Адель. Пока я размышлял об этом, к нам начал приближаться мужчина. Золотые, словно сияющие, волосы и золотые глаза. Лицо настолько красивое, что добавить было нечего. Его густые золотистые брови были нахмурены, выражая явное недовольство. «Леди Эсте». Кронпринц Лео фон Шуфенхайм направлялся к Адель. Мы с Адель слегка склонили головы в знак приветствия. «Приветствуем Звезду Империи». «Как непрошеная гостья посмела явиться сюда?» Игнорируя наше приветствие, он продолжил, и на моем лице промелькнула тень раздражения. Даже будучи кронпринцем, вести себя так грубо передо мной, герцогом, было неразумно. Если бы здесь был император, он бы, наверное, цокнул языком, увидев эту сцену. Пока я думал об этом, Адель спокойно ответила: «Похоже, вы ошибаетесь. Я здесь сегодня как невеста Абеля». Тем не менее, она не смогла скрыть легкую дрожь в голосе. Она все еще боялась? Что ж, это понятно. В оригинальной истории большинство причин ее ранней смерти были связаны с кронпринцем. Естественно, что она чувствовала себя так. «Это правда?» — спросил он, обращаясь ко мне. Я ответил с легкой улыбкой: «Это правда». Возможно, моя улыбка раздражала его. Лицо Лео исказилось от гнева, когда он посмотрел на Адель и бросил еще одну колкость: «Я полагаю, ты забыла свой позор. Теперь, когда твоя помолвка со мной разорвана, ты уцепилась за герцога». «Кто знает», — ответила она сквозь стиснутые зубы, но он продолжал, быстро говоря, словно желая задеть ее еще сильнее. «Так зачем ты вернулась в свет, прикрываясь герцогом Харденбергом? Ты вернулась не для того, чтобы снова издеваться над Эстель?» «…Какое представление». Эстель фон Луи. Она главная героиня оригинальной истории с точки зрения Адель и та самая женщина, в которую влюбился кронпринц. Говорят, он был очарован ее чистым характером и красотой… но, честно говоря, меня это не волнует. Важно то, что кронпринц посмел упомянуть имя Эстель фон Луи в этой официальной обстановке и открыто оскорбил Адель, которая теперь является невестой герцога. Если бы у него была хоть капля здравого смысла, он бы знал, что это не то, что следует говорить публично. Но в этом и заключается проблема с главными мужскими персонажами в РФ. Они говорят все, что хотят, не думая о последствиях. Как только он двинулся к Адель, я поднял руку, чтобы остановить его. «Довольно, Ваше Высочество». «Что ты сказал?» «На нас смотрят. Я бы не советовал вам действовать опрометчиво». После моих слов Лео, наконец, заметил взгляды окружающих. Он издал странный звук — «Тц» — прежде чем обратиться к Адель: «…Запомни это. Это еще не конец». С этими словами он скрылся из виду. Как только Лео ушел, я вздохнул и пробормотал себе под нос: «Какой дурак». «…Простите?» «Ничего», — спокойно ответил я, как ни в чем не бывало. В конце концов, она была единственной, кто это слышал, так что это не имело значения. ---------- Помолвка (6) Я чувствовала на себе взгляды со всех сторон, словно они могли пронзить меня насквозь. Большинство из них были полны негативных эмоций. За завистью, отвращением и гневом скрывалось нечто большее. Пережив бесчисленное количество жизней и не раз столкнувшись с подобными взглядами, я легко могла понять их значение. Но одно не давало мне покоя: несмотря на все эти негативные эмоции, никто не осмеливался подойти к нам. Даже если я, злодейка, внезапно стала невестой герцога, было странно, что люди не облепили нас со всех сторон. «Абель». «Хм? Что-то случилось?» Я на мгновение замешкалась, сбитая с толку его вежливым тоном, который он редко использовал. Когда я подняла голову, Абель смотрел на меня с улыбкой на губах. Его улыбка казалась доброй, а то, как он вел меня, было исполнено элегантности. Он вел себя так, чтобы контролировать направленные на нас взгляды? Но даже с учетом этого его действия были слишком естественными. Как и ожидалось, герцог действительно отличается от остальных. «Почему к нам никто не подходит?» — прошептала я. После короткой паузы он задумался, опустив голову, затем тихо ответил: «Они знают, что я не люблю светские рауты». В его голосе слышалось что-то странное, что разжигало мое любопытство, но я сомневалась, что он объяснит подробнее, если я спрошу. Поэтому я оставила этот вопрос и повернулась к человеку, чей взгляд не давал мне покоя с самого начала. В отличие от других, в чьих глазах читались негативные эмоции, этот взгляд выражал лишь легкое любопытство. «…Этот человек». Повернув голову, я увидела женщину, которая смотрела на меня. Даже на расстоянии ее длинные золотистые волосы и сияющие золотые глаза были unmistakable. «Принцесса Ария…» В оригинальной истории она была скорее эпизодическим персонажем, появляющимся без особой надобности. Персонаж, который всегда излучал таинственную, темную ауру, без каких-либо ясных намерений. Моя подруга как-то объяснила, что все намеки на нее в истории оказались ложными. Другими словами, она была своеобразным персонажем, чья истинная личность так и не была полностью раскрыта. «…Если подумать, она действительно похожа на Абеля». Даже если отбросить в сторону таинственность, то, как она смотрела на меня, очень напоминало взгляд Абеля. «Кстати, разве они не были вместе?» Я была слишком нервной, чтобы заметить это раньше, но теперь вспомнила, что видела Абеля и Арию вместе на балконе. Какие отношения связывают этих двоих? Моя голова была полна мыслей, когда музыка, игравшая на заднем плане, внезапно прекратилась. Оркестр взял небольшой перерыв перед следующей песней, сигнализируя о начале следующего танца. «…Подождите секунду». Не успела я додумать мысль, как Абель улыбнулся и протянул руку. «Позволите пригласить вас на танец?» «…Конечно». По крайней мере, нам нужно было выглядеть так, будто мы без памяти влюблены друг в друга. Даже если это было просто для показухи, танцевать было лучше, чем ничего не делать. Я сделала шаг, как учил меня инструктор по танцам. Но как только я собралась взять его за руку и двинуться дальше, я слегка подвернула лодыжку. К счастью, Абель заметил это и мягко потянул меня на себя, не дав мне упасть. «Осторожнее, Адель». «…Спасибо». Как и ожидалось от главного героя романтического фэнтези. Не только его манеры, но и танцевальные навыки были впечатляющими. Меня интересовало, есть ли у Абеля вообще какие-либо недостатки. «…Даже у меня есть недостатки». «…Простите?» «Разве ты не об этом думала?» Он действительно темная лошадка. Подумать только, он так легко прочитал мои мысли. Почувствовав холодок, я вздрогнула, и он тихо вздохнул. «Все написано у тебя на лице. Тебе следует научиться контролировать свои эмоции». «…Спасибо за совет». Я думала, что у меня бесстрастное лицо, но… Похоже, темные лошадки действительно на другом уровне. *** «Как же это бесит…» Одно дело — видеть во мне очередного героя любовного романа, но этот взгляд, словно она наблюдает за представителем другого вида, действительно раздражает. Хотя я прожил в этом мире более 20 лет, я родом из того же современного мира, что и она. Я не ожидал, что она будет смотреть на меня с таким презрением. Раздраженный, я начал вести танец немного быстрее. Адель, которая не так хорошо танцевала, как я, была настолько сосредоточена на том, чтобы поспевать за моими шагами, что опустила голову и смотрела только на свои ноги. Каждый раз, когда она сбивалась с шага, я подстраивался, чтобы плавно продолжить танец. Аллен строго меня тренировал, так что это не составляло для меня труда. Музыка, которая возобновилась, теперь приближалась к своей кульминации. Адель была так занята, стараясь угнаться за мной, что даже не поднимала головы, чтобы встретиться со мной взглядом. Когда песня подходила к концу, я замедлил темп. Адель, наконец, подняла голову и посмотрела на меня. Она тихо прошептала, ее голос был полон frustration: «Это из-за того?» «Ну, кто же тебе велел смотреть на меня *таким* взглядом?» «Каким взглядом?» «Тем, которым смотрят на представителей другого вида». После моих слов она замолчала, словно ей нечего было ответить. Должно быть, она поняла, что действительно смотрела на меня так. «…Прости. Я не думала, что ты расстроишься». «Не нужно извиняться». «А?» Я прошептал ей на ухо и, в шутку мстя, незаметно подставил ей подножку. Адель, естественно, упала назад, но я поймал ее за талию, а другой рукой обхватил ее бедро. Это было сложное движение, одно из самых сложных танцевальных финалов в учебнике. Не говоря уже о том, что это была поза, которая больше всего смущала партнершу. «А?» «Я приму твои извинения вот так». Я сказал это с легкой улыбкой, и Адель ошеломленно уставилась на меня. Затем, придя в себя, ее лицо быстро покраснело, как спелая хурма. Видеть, как она краснеет и смущается, было на удивление мило, даже больше, чем я ожидал. Кто бы мог подумать, что она так растеряется из-за простой танцевальной позы? Если подумать, с тех пор, как она попала в это тело, это, наверное, первый раз, когда она как следует танцевала с мужчиной. С репутацией Адель фон Эсте никто бы не осмелился пригласить ее на танец. Так что, думаю, ее реакция вполне объяснима. В конце концов, я помню, как сам так же реагировал, когда только начинал. Побудь немного в моих объятиях, она быстро отстранилась и тихо прошептала: «…Я буду осторожнее. Довольно, хорошо?» «Рад, что ты поняла». В ответ Адель слегка повернула голову, обмахиваясь рукой. Сомневаюсь, что это поможет ей быстро избавиться от румянца… Пока я думал об этом, оркестр закончил играть. Когда музыка стихла, некоторые начали расходиться, а другие меняли партнеров. Однако молодые дворяне, которые с радостью приглашали других дам на танец, поспешно отводили взгляд, встречаясь глазами с Адель. Похоже, они все еще не освоились в высшем обществе. Так откровенно избегать зрительного контакта — грубейшее нарушение этикета. «Кажется, Адель не очень популярна у молодых джентльменов», — шутливо прошептал я. «…Замолчи», — раздраженно ответила Адель и направилась к выходу из бального зала. «Ты возвращаешься в особняк герцога?» «Да. О помолвке уже объявлено». «Это верно». Я не совсем уверен, как работали помолвки в реальном мире, но здесь, по крайней мере, не было никакой официальной церемонии. Поскольку помолвка не так обязывает, как брак, ее можно легко разорвать в зависимости от обстоятельств каждой стороны, поэтому церемонии помолвки были редкостью. Только в тех случаях, когда две семьи имели долгую историю взаимодействия, они проводили официальную церемонию помолвки. Несмотря на это, мы с Адель решили провести церемонию помолвки. Это было необходимо для виду, чтобы создать впечатление, будто мы влюбились друг в друга с первого взгляда. Герцог и дочь графа проводят церемонию помолвки, что обычно не делается, только для того, чтобы показать, что они полюбили друг друга с первого взгляда. Одержимые романтикой молодые дворянки будут сплетничать между собой, распространяя слухи о том, что история нашей любви с первого взгляда — правда. Если это произойдет, образ злодейки Адель может немного смягчиться. С другой стороны, это может усугубиться из-за зависти. Пока я размышлял об этом, Адель заговорила: «Тогда я пойду, Абель». «Нет, я провожу тебя». Услышав мои слова, Адель вопросительно посмотрела на меня. «Разве у тебя не было других дел?» «Не особо». Адель взглядом указала на угол бального зала. Там стояла принцесса Ария, ее длинные золотистые волосы развевались, и она смотрела прямо на меня. Когда наши взгляды встретились, Ария озорно улыбнулась и слегка помахала рукой. «…Опять начинается». Я посмотрел на нее, раздраженный ее беззаботностью. В ответ Ария быстро отвела взгляд и сделала вид, что не замечает меня. Ей действительно следует знать, когда шутить, а когда нет. Не похоже, чтобы она хотела раскрыть наши отношения, так что же она делает? Официально у нас с Арией были только деловые отношения, поэтому ее поддромки были опасны. Пока я был погружен в раздумья, Адель с подозрением спросила снова: «Какие у тебя отношения с принцессой Арией?» Я вздохнул и ответил: «Мы только знакомы». Конечно, я не мог сказать ей правду. Мы с Арией работали вместе, чтобы свергнуть королевскую семью. Я не мог поделиться этим с Адель, потому что недостаточно ей доверял. Конечно, я достаточно хорошо знал характер Адель из оригинальной истории. Я знал, что она из тех, кто держит рот на замке и не разбалтывает чужие секреты. Но доверить ей нечто столь серьезное, как мое сотрудничество с Арией, которое было связано с изменой королевской семье, — совсем другое дело. Пока я размышлял, Адель снова спросила недоверчиво: «…Правда?» «Конечно». «…Ладно. Поехали обратно в особняк герцога». Адель нахмурилась, словно ее что-то беспокоило, затем повернулась и пошла к карете. Ее горничная Лили, которая нервно наблюдала за нами неподалеку, быстро последовала за ней. …Что же пошло не так? Проведя последние пять лет без каких-либо отношений с женщинами, я действительно не мог этого понять. ---------- Внезапное нападение (1) В карете царила тишина. Адель сидела напротив меня, подперев подбородок рукой и глядя в окно. Единственной, кто ерзал, была ее горничная Лили, сидевшая рядом. Пытаться заговорить с ней в такой ситуации было бесполезно. Неужели Адель намеренно создает такую атмосферу? Может быть, она узнала, что я лгал? Даже если это так, я не могу понять, как она могла это обнаружить. «…Головная боль». Вздохнув, я повернул голову и посмотрел в окно, чувствуя легкую пульсацию в висках. За окном в ночном небе поднималась круглая луна, частично скрытая темными тучами. Это была сцена, словно вырванная из старой исторической драмы. Возможно, именно поэтому Адель была так заворожена видом за окном. Пока я размышлял об этом, меня начала одолевать легкая дремота, вероятно, из-за вина, которое я выпил ранее. Неужели я выпил больше, чем думал? Не могу поверить, что этот организм так плохо переносит алкоголь. Всего три бокала вина, и я уже чувствую себя нетрезвым. В прошлой жизни я мог выпить три бутылки соджу без малейшего труда. Я даже живо помню, как на первом курсе университета по глупости пытался осилить четыре бутылки и в итоге вывернулся наизнанку. Ностальгическое чувство нахлынуло на меня, за ним последовала волна сонливости, и как раз в тот момент, когда я собирался закрыть глаза, я услышал дыхание Адель. «Ху…» Ее болезненный вздох вырвал меня из дремоты, и я быстро рассеял ее с помощью маны. Зрачки Адель слегка сузились и дрожали. Это было очевидно. Она только что совершила регрессию. «Она вернулась… без каких-либо признаков?» Я чуть не заснул, убедившись, что рядом никого нет. Я был уверен, что замечу малейшее движение и немедленно проснусь. «…Возможно, это был кто-то опытный». Я силой пробудил магический круг внутри своего тела. — *Гудение…* Прохладное ощущение наполнило мое тело, заставляя его вибрировать от энергии. «Что происходит, Адель?» «…Мы в окружении». Ее ответ был почти инстинктивным, и на мгновение она посмотрела на меня взглядом, который говорил: «Упс». Неужели она думала, что я ей не поверю? Если бы я был настоящим Абелем, я бы, наверное, не поверил ее словам. Но сейчас я — Абель. «…Сколько их?» «Ты мне веришь?» «Нет. Я просто готовлюсь к худшему». Адель посмотрела на меня немного разочарованно, но вскоре заговорила: «Их шестеро. Они уровня Мастеров Меча». Мастера Меча. На одну ступень ниже Магистров Меча, и только 1% рыцарей достигают этого уровня. Если они настолько опытны, неудивительно, что мое будущее «я» не смогло справиться с ними должным образом. Подозреваю, что они связаны с королевской семьей… «…Нет, королевская семья не стала бы действовать так открыто». Тогда остается только одна возможность… «…Этот глупец». Я цокнул языком и встал. — *Грохот!* Крыша кареты была сорвана. В тот же момент появились шестеро мужчин, одетых в черное. Это были члены личной гвардии кронпринца, рыцари, которые подчинялись только его приказам. Они были рыцарями среднего уровня из Ордена Золотого Льва. «Карете… конец». Кучера нигде не было видно, осталось только залитое кровью сиденье. Из всех возможных моментов они решили напасть, когда Эвана не было рядом. Нет, скорее всего, они рассчитали время своего нападения именно потому, что знали о его отсутствии. Более того, они бы не напали, зная, что я, герцог, нахожусь внутри кареты… значит, они, вероятно, предполагали, что меня здесь нет. Неужели они думали, что герцог будет ездить в такой дешевой карете? Они были наивны или просто рациональны в своих суждениях? Обдумывая эти мысли, я повернулся к Лили: «Тебя зовут Лили, верно?» «Д-да! Да!» «Ты когда-нибудь работала кучером?» «Я… я работала… Мой отец был кучером…» — ответила Лили дрожащим голосом. Конечно, я знал это из оригинальной истории. То, что ее отец был кучером, было общеизвестным фактом. Но если я вдруг скажу ей править каретой, это может вызвать подозрения у Адель, поэтому я carefully выбирал слова. «Тогда ты должна уехать первой». «Но… как же вы, Ваша Светлость…?» «Нет, Абель! Они слишком сильны!» Насколько сильно должно было мое будущее «я» проиграть этим людям, чтобы Адель так отреагировала? Думаю, в будущем лучше воздержаться от алкоголя на банкетах. «Доверься мне, Адель». Я слегка улыбнулся ей, и хотя она колебалась какое-то мгновение, в конце концов кивнула. Возможно, она готовилась снова совершить регрессию, если что-то пойдет не так. Но, конечно, ничего не пойдет не так. Я не допущу этого. «…Хорошо. Будь осторожен, Абель. Поехали, Лили». «Слушаюсь, миледи!» Лили взяла поводья и схватила кнут рядом с собой, понукая лошадь вперед. Похоже, они убили только кучера, вероятно, намереваясь позже забрать лошадей. Может быть, эти рыцари придерживались политики «не убивать». Хотя, будучи рыцарями королевской семьи, это было маловероятно. Оставалось только одно возможное объяснение. Они были уверены, что смогут быстро схватить меня и догнать потом. Похоже, что теперь, когда настоящий Абель скрывает свою личность архимага, даже эти жалкие насекомые думают, что могут действовать безнаказанно. «Они думают, что я легкая добыча». Даже мысль о том, что Адель увидит, как я борюсь с этими жалкими рыцарями, наполняла меня отвращением. — *Тук.* Мое сердце забилось чаще, когда мана хлынула в мои руки. «Они думают, что смогут одолеть меня и еще успеют погнаться за ней? Какая наглость». Если бы я был настоящим Абелем, возможно, я бы проиграл. У него была склонность смотреть свысока на рыцарей, полагая, что щелчка пальцев достаточно, чтобы победить их, ведь он был архимагом. Но я другой. «Я сокрушу эту наглость». В воздухе начала собираться белая аура. Рыцари с оружием в руках бросились на меня. «Развертывание заклинания». В воздухе начали формироваться белые магические круги. Аура собралась вокруг них, быстро принимая форму массивного молота. Увидев это, рыцари замешкались, их движения изменились. «Удар». С моим заклинанием гигантский молот взмахнул. Это моя личная модификация пространственной магии. Использование пространственной магии для формирования оружия и использование его как тупого предмета — очень эффективный метод против рыцарей, которые превосходны в ближнем бою. — *Бум!* «Уф!» Один рыцарь, не успевший увернуться, получил прямой удар и отлетел вдаль. Даже если он не умер, он chắc chắn получил серьезные травмы. Как бы ни был силен Мастер Меча, его физическая выносливость не сильно отличается от выносливости обычного рыцаря. Разница лишь в силе ауры, которой они владеют. Даже после того, как один из их товарищей был повержен, остальные рыцари не нарушили строй. Они были настроены сражаться до смерти? «Развертывание заклинания». Белая аура снова собралась, формируя еще больший молот, чем прежде. Рыцари, которые бежали на меня, резко остановились. «От этого вам не увернуться». Использование пространства в качестве оружия принципиально отличается от использования обычного оружия. На взмах любого оружия, каким бы острым или быстрым оно ни было, требуется время. Даже Магистр Меча не может избежать этого закона. Но пространственная магия работает иначе. Если бы я пожелал, я мог бы ударить прежде, чем рыцари вообще поняли, что происходит. Предыдущий удар был предупреждением, его сила была намеренно контролируема. Но если они проигнорируют мое предупреждение, остается только один вариант действий. «Удар». Наказание. — *Треск!* Молот обрушился вниз, вбивая рыцарей в землю. Им удалось использовать свою ауру для защиты в этот короткий миг. Даже поверженный Мастер Меча — все еще Мастер Меча. Тем не менее, они не смогут двигаться какое-то время. Я использовал около половины маны, которая у меня оставалась, так что удар должен был быть достаточно сильным. Как бы мне ни хотелось убить их, это слишком усложнило бы дело. Эти рыцари, вероятно, действуют по личному приказу кронпринца, а это значит, что они попытаются замять все это дело. Они заявят, что получили травмы в результате несчастного случая во время выполнения задания, поэтому лучше оставить их в покое. «…Какая досада». Изнеможение, которое я сдерживал, нахлынуло на меня разом, вероятно, потому, что я давно не использовал столько маны. Не говоря уже об усталости от двух бессонных ночей, проведенных в подготовке к помолвке. Сонливость была непреодолимой. «…Пора возвращаться». Я начал чертить магический круг, циркулируя оставшуюся ману в своем теле. Это была самая простая форма пространственной магии — телепортация. — *Гудение…* В воздухе раздался гул, и надо мной появился белый магический круг. Когда оставшаяся половина моей маны иссякла, окружающий меня пейзаж мгновенно изменился. Я увидел белую кровать. «…Разве моя кровать не черная?» Если подумать, я установил координаты комнаты Адель, чтобы обеспечить ее безопасность. Должно быть, я был так измотан, что ошибся с координатами телепортации. «…Ладно. Посплю немного». Не в силах бороться с непреодолимой сонливостью, я рухнул на кровать. Прежде чем мои мысли успели закончиться, сознание покинуло меня. *** Как только я прибыла в резиденцию герцога, я сразу же отправилась на поиски главного дворецкого. Если кто-то и мог мобилизовать рыцарей для Абеля, то это был он. Поскольку я еще не была официально помолвлена с ним, у меня не было полномочий командовать рыцарями самой. Я собиралась уходить, как вдруг Лили подбежала к собравшимся горничным и закричала: «Где сэр Аллен? Где сэр Аллен?» Горничные, казалось, были напуганы ее криком и застыли, растерянно глядя на нее. Наконец, одна из самых хладнокровных горничных ответила: «Сэр Аллен должен быть в кабинете». «Спасибо». Лили кивнула мне, и я кивнула в ответ, прежде чем побежать в кабинет. Время было бесценно. Шесть Мастеров Меча. До регрессии меня похитили эти шестеро. И это еще до того, как Абель проснулся. Даже когда он проснулся, они полностью подавили его, не оставив ему ни единого шанса на сопротивление. Мысль о том, что могло бы произойти, если бы я не совершила регрессию, все еще вызывала у меня дрожь. Я распахнула дверь кабинета, и там был Аллен, который разбирал бумаги. Не раздумывая, я закричала: «Аллен! Абель в опасности!» «…Вы говорите о герцоге?» Он слегка склонил голову, словно ослышался, но затем, как будто что-то поняв, сказал: «Понятно. Похоже, вы еще не знаете». «…Что вы имеете в виду…?» «Леди Эсте». Лицо Аллена стало серьезным, и он продолжил: «Герцог — архимаг. Архимаг, чья сила соперничает с силой Магистра Меча». «…Архимаг?» Я слышала об этом раньше. Титул, присваиваемый магам, достигшим вершины своего могущества. Неужели Абель действительно был архимагом? Но… если это правда, то как он мог быть побежден рыцарями уровня Мастеров Меча? «…Может быть…» Это случилось из-за меня? ---------- Внезапное нападение (2) Сердце почему-то тревожно сжималось. Абель Харденберг… Он и правда оставался для меня загадкой. Всего несколько минут назад, когда нас схватили похитители, он не сопротивлялся. Потому что боялся, что мне причинят боль? Или это был хитрый ход, чтобы завоевать мое расположение? Второе исключено — у него не было для этого причин. «…Неужели он действительно переживал за меня?» Нет, это абсурд. Абель, тот самый человек, которого в оригинальной истории считали злодеем, никак не мог волноваться обо мне. Но с другой стороны, я не могла придумать другого объяснения, и это сводило меня с ума. «…Просто подожду, пока он вернется». Конечно, даже если он вернется, я не смогу спросить его об этом напрямую. Вопрос, адресованный Абелю, у которого нет тех же воспоминаний, что и у его книжного прототипа, навлек бы на меня лишь резкий упрек. С этой мыслью я открыла дверь спальни… и замерла. На кровати лежал мужчина. Пепельно-серые волосы и шрам, пересекающий лицо. Одетый в изысканную одежду, он крепко спал, положив голову на подушку. «…Абель?» Что он здесь делает? Мой и без того перегруженный мозг снова заработал на полную мощность. Потом я вспомнила: Абель — архимаг. Неужели он воспользовался магией телепортации, чтобы вернуться? «Должно быть, это удобно». Мне потребовался целый год, чтобы освоить элементарную магию щита, а он, архимаг, использует телепортацию как ни в чем не бывало. Я вздохнула и села на край кровати. Абель, не подозревая о моих мыслях, продолжал спать. В отличие от резкого впечатления, которое он производил, когда его глаза были открыты, спящее лицо было поистине ангельским. С такой внешностью в современном мире он бы без труда стал звездой первой величины. Пусть он и злодей, но все же главный герой любовного фэнтези. «Если бы только он был так же добр, как выглядит». Он постоянно поддразнивал людей, не понимая, как сильно их смущает. А что еще больше раздражало — так это его невероятная проницательность в самых неожиданных вещах. Чувствуя легкое озорство, я ткнула его пальцем в щеку. Он слегка нахмурился и повернул голову набок. «…Кажется, я стала чувствовать себя рядом с ним свободнее». Настолько свободно, что могу позволить себе такие мелкие шалости. За месяц, проведенный с ним, я ни разу не испытала тех мучений, что преследовали меня раньше. Изначально на мне было клеймо злодейки, меня все ненавидели, и моя жизнь постоянно находилась под угрозой. Большинство окружающих отвергали и обижали меня без колебаний только потому, что я была злодейкой. Но в доме Харденбергов все было иначе. Не только служанки, но и сам Абель относились ко мне как к личности, а не как к злодейке Адель. Это разительно отличалось от дома графа Эсте, где слуги никогда не скрывали своего презрения. Теперь это место стало для меня убежищем. «…Должно быть, я очень устала». Похоже, я измучилась, сталкиваясь с беспричинной злобой и постоянными угрозами. Дошло до того, что даже резиденция Абеля Харденберга, злодея из оригинальной истории, стала казаться мне безопасной гаванью. — Ммм… Внезапный звук заставил меня посмотреть на Абеля. Его лицо исказилось, он что-то пробормотал во сне. «Ему снится кошмар?» Я не могла разобрать, что он говорил, но, похоже, сон был не из приятных. Может, ему холодно? Поддавшись этому порыву, я достала из шкафа одеяло и накрыла его. Только тогда напряженное выражение его лица наконец смягчилось. «…Но где же спать мне?» Обычно я спала в этой комнате. Но теперь, когда рядом так мирно спал Абель, игнорировать его присутствие было сложно. Однако идти спать в другую комнату было исключено. Официально мы должны были быть любящей, помолвленной парой. Влюбленная невеста, которая оставляет своего спящего жениха в своей комнате и уходит спать в другую… это выглядело бы странно… «…Это создаст новые проблемы». Я оказалась в затруднительном положении. Спать здесь неудобно, потому что рядом Абель, но если я уйду, слуги могут усомниться в искренности наших отношений «счастливой пары». Как говорил Абель, о контракте знали только Аллен и Эван. «…Придется потерпеть…» Смирившись, я забралась под одеяло и легла рядом с ним. Его спящее лицо было так близко, он тихонько дышал. «…Он крупнее, чем я думала». Хотя мы много разговаривали, я никогда не была к нему так близко. Хотя нет, постойте, мы были так же близко на балу, не так ли? Должно быть, я была слишком увлечена танцем, чтобы заметить, но телосложение Абеля оказалось более внушительным, чем я представляла. Его широкие плечи и резко очерченная челюсть говорили о его настоящих размерах. «…Вылитый герой любовного романа». Его внешность была настолько совершенной, что казалась почти нереальной. Именно поэтому меня не особо привлекала его внешность. Даже когда я впервые попала в тело Адель, я не отреагировала на красоту кронпринца, которого Адель когда-то обожала. Это было то же самое чувство отстраненности. Если бы меня попросили описать это, я бы сказала, что это как смотреть на безупречную куклу. Конечно, люди могут говорить, что кукла красивая, но редко кто испытывает к ней чувства, верно? Именно такое чувство я и испытывала. «Разбаловалась я, не правда ли?» В этом мире мне, вероятно, даже не суждено сходить на свидание, не говоря уже о замужестве. Мои требования к обычному мужчине стали слишком высоки, а красивые мужчины оставляют меня равнодушной. «…Лучше просто заснуть». Слегка жалея себя, я закрыла глаза и погрузилась в мягкость постели. *** Ха… Наверное, это потому, что я спала без одеяла? Мне снились воспоминания из детства. Воспоминания о жестоком обращении моего биологического отца, герцога Эйна фон Харденберга, были все еще живы, словно это случилось вчера. Сейчас я могу проклинать эти воспоминания и отмахиваться от них, но тогда это было поистине невыносимо. Возможно, потому что я была еще ребенком. Будучи таким чувствительным в столь юном возрасте, я испытывала сильный стресс от этих издевательств. Если бы у меня не было воспоминаний из прошлой жизни, те моменты оставили бы на мне шрамы на всю жизнь. Вот насколько жестоким он был ко мне. Размышляя об этом, я открыл глаза и на мгновение опешил от незнакомого потолка надо мной. Обычно меня должен был встречать белый потолок. Почему же он розовый? Я повернул голову… и увидел ее. Адель, с ее длинными, волнистыми черными волосами и пронзительными глазами. Это была, несомненно, она. Но почему она лежит рядом со мной в своей ночной рубашке? Я вскочил в панике и попытался вспомнить события прошлой ночи. «…Неужели я идиот?» Как бы я ни устал, как я мог заснуть в постели своей невесты? К счастью, похоже, я не сделал ничего глупого. Я уже протрезвел, прежде чем заснуть, так что не был настолько пьян, чтобы натворить дел. И у меня нет вредных привычек во сне, так что я не должен был ей мешать. — Ммм… Услышав звук рядом с собой, я повернул голову… и наши взгляды встретились. — …Абель? Адель, сонная, моргнула и медленно села. Она посмотрела на свой смятый пеньюар, а затем уставилась на меня пустым взглядом. Почему она даже в такой ситуации выглядит так потрясающе? Вид ее взъерошенных черных волос и слегка съехавшего пеньюара излучал странно декадентское очарование. «Плохо для моего сердца…» Пока я думал об этом, лицо Адель слегка скривилось. — …Не может быть. Она поспешно натянула одеяло, чтобы прикрыть пеньюар. На первый взгляд она казалась искренне испуганной, но я видел ее насквозь. Мышцы ее лица явно выдавали ее, показывая, как она рада, что наконец-то нашла повод поддразнить меня. — Ах! Ой! — раздался шлепок. Я щелкнул ее по лбу, и она издала странный вскрик, прежде чем сердито посмотреть на меня. Потирая лоб правой рукой, она захныкала от боли. — Уф… — Нехорошо так дразнить своего жениха, Адель. — Тц. Ладно, поняла. Адель разочарованно вздохнула и застегнула пеньюар. Когда она начала поправлять постель, на ее лице вдруг появилась озорная улыбка. — Кстати, Абель. Почему ты пришел ко мне в комнату прошлой ночью? Неужели… не может быть? Она хитро посмотрела на меня, совершенно забыв о своем лбу. Она даже что-то напевала, ее голос был полон насмешливого подозрения. «Ха…» Зная ее характер, был только один способ справиться с этим. — Конечно, я пришел увидеть свою прекрасную невесту. — …А? Видя ее ошеломленное выражение, я продолжил: — Я так стремился увидеть тебя, что случайно заснул, затаив дыхание в предвкушении. Как бы нелепо ни звучали мои слова, ее лицо тут же залилось краской. Ее щеки стали цвета спелого хурмы. Я наклонился ближе, приближая свое лицо к ее лицу. — В этот раз я заснул первым, но… в следующий раз ты можешь ждать этого с нетерпением, Адель. Когда я закончил говорить, слегка улыбаясь, она быстро опустила голову, ее лицо пылало. — Поняла, поняла! Хватит уже… Сдаюсь… Услышав ее капитуляцию, я усмехнулся и отодвинулся от нее. Похоже, мои годы жизни в мире любовного фэнтези наконец окупились. Победа за мной. ---------- Аукционный дом (1) «Око Императора». Один из ключевых элементов, фигурирующих в «Злодейка снова и снова обращает время вспять». «Оком Императора» называют искусственно созданных существ, призванных следить за знатью. Обычно эти «Очи» становятся слугами или горничными в знатных домах, докладывая императору о деятельности дворян. В случае, если дворянин считается подозрительным в плане возможного мятежа, «Око» действует более радикально — убивает члена семьи и занимает его место. Когда «Око», притворяясь членом семьи, обнаруживает, что дворянин замышляет измену, оно передает информацию императорскому двору. Такова функция «Ока Императора». Хотя это мера для предотвращения восстаний, она, несомненно, жестока. Свидетельство крайней бдительности императорской семьи в отношении предательства. — Аллен, как ты себя чувствуешь? — Никаких серьезных проблем. Конечно, даже за мной, самым влиятельным дворянином в Империи Арие, наблюдает «Око Императора». Аллен, дворецкий, который долго служил семье Харденберг, и есть это «Око». Вернее, он был «Оком Императора». — Сядь. Мне нужно кое-что подправить. — Понял. Аллен послушно сел в кресло. Я собрал в себе ману, чувствуя, как освежающий поток наполняет мое тело, и заметил особый знак на задней части его шеи. Перевернутая эмблема императорского герба, выгравированная в виде надписи. В оригинальной истории Абель не заметил этой метки и был предан Алленом. Причина, по которой я вижу ее сейчас, заключается в том, что мое владение магией превосходит мастерство Абеля. «…Порча усилилась?» Эта надпись, вырезанная на шее Аллена и проникающая в его разум, — именно то, почему «Очи Императора» не способны сопротивляться императорским приказам. Магия обеспечивает повиновение, вытравливая команды прямо на теле. Таким образом, большинство «Очей Императора» живут с ограниченной свободой воли, будучи обязанными следовать приказам империи. Однако я использую надпись Аллена в своих интересах, превращая его в двойного агента. С помощью правильных заклинаний я могу подавлять действие надписи и даже использовать ее для сбора информации со стороны империи. Для меня Аллен — жизненно важный актив. Его надпись — это прямой канал, через который я могу получать доступ к имперской информации. Аллен тоже рад освободиться от десятилетий бездумного подчинения, без колебаний присягая мне на верность. Можно сказать, что это взаимовыгодные отношения. — Ввуум… Я начал концентрироваться на надписи, подавляя ее эффекты маной и одновременно считывая заключенную в ней информацию. Обрывки слов сложились в четкие термины в моем сознании. Императорская семья… движение… правда. — Треск! Синяя искра вспыхнула из надписи, и я тут же отдернул магию. Дальнейшее подавление рисковало быть обнаруженным императорской стороной. — Коррекция завершена. Похоже, это предел для получения информации. — Благодарю вас. — Можешь идти. — Есть. О, и относительно императорского аукционного дома, каковы ваши планы? — Я намерен посетить его сегодня днем. Сообщи Адель об этом. — Есть. Аллен ответил и вышел из кабинета. «…Итак, императорская семья наконец-то начала действовать». Информация от принцессы была точной. Императорская семья, которая обычно и пальцем не пошевелит по пустякам, теперь начала шевелиться. Пока нет конкретных доказательств, чтобы преследовать меня, но я не могу терять бдительность. Императорская семья может быть настолько же безжалостной, насколько и осторожной. И если императорская семья двигается, значит, и «они» тоже должны. Меч Императора. В оригинальной истории они были злодеями. «Меч Императора», сильнее, чем «Око Императора», имеет еще более мощную надпись, вырезанную на их телах, служа палачами, которые устраняют любого, кто пытается восстать. Такова роль «Меча Императора». «Отныне все станет критично». История не сильно отклонилась от своего первоначального курса. За исключением того глупого кронпринца, который приказал напасть на Адель. Я могу только надеяться, что и это пойдет по моему плану. *** — Адель! Адель! Прямо передо мной Лили смотрела на меня с любопытством в глазах. — Когда ты уходила с герцогом сегодня утром, почему твое лицо было таким красным? — Уф… Я уткнулась лицом в одеяло от ее невинного вопроса. Я никогда не смогла бы рассказать Лили. Я никак не могла сказать, что пыталась поддразнить Абеля, но в итоге сама смутилась. Я думала, что выработала иммунитет к неловким фразам, услышав бесчисленные нелепые реплики кронпринца, но, видимо, нет. По какой-то причине слова Абеля, обращенные ко мне, смутили меня гораздо больше, чем если бы их произнес любой другой мужчина. Я до сих пор не понимаю почему. — Подожди… неужели… уже?! — Нет! Я инстинктивно отрицала это громким голосом, услышав шокированное предположение Лили. Это всего лишь брак по контракту, но я никак не могла сказать ей об этом. Дело не в том, что я против того, чтобы рассказать ей все остальное; просто Лили, которая не может соврать, чтобы спасти свою жизнь, может проболтаться о контракте, а я не хочу рисковать. — Тогда что это? — Ну… мы просто спали вместе, вот и все. — Разве это не одно и то же? — Нет, Лили. Я имею в виду буквально. — Э? Герцог слишком… Как он мог не прикоснуться к такой красавице, как ты, Адель! Румянец, который мне только что удалось унять, вернулся с новой силой от ее слов. Лили не умеет лгать. Это значит, что она всегда говорит то, что думает. Я спасла ее от изгнания другими горничными, поэтому она так меня обожает. Но даже при этом ее искренность иногда может смущать. — Довольно… — Но я серьезно. — От этого еще сложнее слушать… — Хм… понимаю. Ой, кстати, ты не голодна? Я принесла немного сладостей от мисс Лауры. Хочешь? Лили протянула мне поднос со сладостями из прикроватного ящика. На нем лежал ассортимент разноцветных макарун, которые она поставила на чайный столик рядом. Она также поставила на столик чашку горячего шоколада, лучезарно улыбаясь мне. — Давай поедим вместе! — Спасибо. Я усмехнулась, чувствуя, что смотрю на большого золотистого ретривера, и села на стул рядом с чайным столиком, отправляя макарун в рот. — …Вкусно. — Хе-хе, правда? На самом деле, я сделала эти макаруны с помощью мисс Лауры. — Впечатляет. Это лучшие макаруны, которые я когда-либо пробовала. — Спасибо за комплимент… Когда Лили радостно улыбнулась, я не удержалась и погладила ее по голове. Она довольно закрыла глаза, наслаждаясь этим жестом. Она действительно одна из немногих радостей в моей жизни. Время, проведенное с Лили, успокаивает меня, и с тех пор, как я попала в этот мир, она была важной частью того, что помогало мне держаться. Конечно, в последнее время еще и Абель… «Конечно, я пришел увидеть свою прекрасную невесту». …Или, может быть, нет. Как я могу найти утешение в женихе, который только и делает, что дразнит меня? Пока я размышляла над этим, Лили допила свой горячий шоколад и удобно откинулась на спинку стула, с капелькой коричневой жидкости в уголке рта. — Что ты делаешь, такая неряха? Я вытерла ей рот платком, и она удивленно посмотрела на меня, прежде чем сказать: — Спасибо… О, и пожалуйста, отдайте мне платок. Я постираю его до конца дня! — Правда? — Конечно! ---------- Аукционный дом (2) В карете царила тяжелая тишина. Единственным звуком, нарушающим безмолвие, было царапанье пера. Опершись подбородком о руку у окна, я закатила глаза и посмотрела на него. Абель был занят, просматривая документы и делая какие-то пометки. И кому придет в голову заниматься бумажной работой в карете? При обычной тряске это было бы невозможно, но Абель явно был не обычным человеком. Карета находилась под каким-то магическим заклятием; не было ни малейшего намека на дрожь. Возможно, Абель сам позаботился об этом. — Что такое, Адель? Я вздрогнула, когда Абель поднял взгляд от документов и посмотрел на меня. — Нет… Я просто подумала, каким будет Императорский аукционный дом. — Не возлагай больших надежд. Насколько я слышал, там в основном продают магические катализаторы и рабов. «…Рабов». Теперь, когда я задумалась об этом, рабство было законным в Империи Арие. Горькая улыбка тронула мои губы. Будучи человеком из современного мира, я не могла принять идею рабства. — Так зачем ты идешь на аукцион, Абель? — Я слышал, что там будет выставлен на торги довольно полезный катализатор. А раз уж ты здесь… Я подумал, что стоит заглянуть. — Понятно. После этих слов в карете снова воцарилась тишина. Рядом со мной Лили, которая казалась усталой, откинулась на спинку сиденья и задремала. Я не заметила, как прошло время. — Приехали! Услышав голос кучера, я разбудила Лили. Она сонно моргнула, а затем потрясла головой, чтобы прогнать дремоту. — Мы уже приехали? — Да. Приготовься выходить. — Хорошо! Лили поправила свою одежду и посмотрела на мою. Абель создал в воздухе хранилище для документов и обратился ко мне: — Закончишь — выходи. Я буду ждать снаружи. — Хорошо. Как только он закрыл дверь, Лили начала поправлять мою одежду. Приведя в порядок каждую мелочь, она удовлетворенно вздохнула. — Хм. Прекрасно! — Спасибо, Лили. — Это мой долг! С веселой улыбкой она вышла из кареты. Когда Лили вышла, Абель протянул мне руку. Я взяла ее и осторожно спустилась. — Вот ваши маски. Они зачарованы магией искажения восприятия, так что не о чем беспокоиться. Абель достал из воздуха две маски кролика и протянул одну Лили, а другую мне. Затем он достал из пальто маску волка и надел ее на себя. Как ни странно, его внешность теперь была скрыта, словно лицо окутано туманом. «…Удивительно». Будучи всего лишь магом третьего разряда, магия искажения восприятия была за пределами моих возможностей. Я замерла с маской в руке. — …Абель? — Хм? — Почему моя маска — маска кролика? — Разве она тебе не подходит? — Не знаю. Он озорно улыбнулся и шагнул ближе. Хотя на нем была маска, мне казалось, что я вижу его лицо прямо перед собой, и я инстинктивно отшатнулась. Возможно, это было из-за того, что произошло прошлой ночью, или, может быть, из-за унижения, которое я испытала этим утром, но я чувствовала себя неловко, находясь так близко к нему. Видя мою реакцию, Абель сказал: — Твой робкий вид идеально подходит кролику, особенно перед волком. — …Когда я вела себя робко? — Конечно, это был не страх, а смущение… Но разве в итоге это не одно и то же? — Уф… Пойдем уже. Я быстро предложила это, не зная, что еще он может сказать, если я останусь. Абель тихонько рассмеялся над моей реакцией. — Пойдем. Как только мы с Лили надели маски, Абель повел нас вперед. Мы отошли от скопления карет и оказались перед массивным зданием, высотой не менее десяти этажей. «…Магия?» В таком средневековом мире, как этот, построить здание такой высоты без магии было бы невозможно. Пока я размышляла над этим, Абель открыл двери здания и вошел. Внутри было удивительно чисто. Мраморные полы были безупречны, а простые белые стены казались ухоженными. В этом был смысл; Императорский аукционный дом, безусловно, требовал ухода. — Кстати, отныне не называйте друг друга по имени. Анонимность — это стандарт в Императорском аукционном доме. — Поняла. Лили кивнула рядом со мной, и мы последовали за Абелем по коридору. После непродолжительной прогулки мы подошли к большой деревянной двери. Перед ней стоял рыцарь в доспехах. — Предъявите ваш пропуск. Абель достал пропуск из пальто и передал его рыцарю. Рыцарь коротко осмотрел его, затем вернул вместе с небольшой номерной табличкой. — Приятного аукциона. Когда рыцарь открыл дверь, мы с Абелем и Лили вошли внутрь. Планировка была похожа на современный кинотеатр, за исключением того, что сиденья были парными с большим пространством между каждым комплектом. — Ух ты… Лили не могла сдержать своего изумления от размеров аукционного зала. Абель осмотрелся, затем направился к пустому месту. — Сядьте сюда. Горничная может сесть на стул рядом с нами. — Стул? Где стул…? Лили растерянно огляделась, и Абель указал на стул, который появился словно из ниоткуда между нами. Должно быть, он создал его с помощью магии. Но зачем ему это делать? Чувствуя мой недоуменный взгляд, он объяснил: — Потому что она тебе дорога. Есть возражения? — Нет… Просто… Спасибо. — Не за что. Абель равнодушно ответил и повернулся к сцене, где должен был начаться аукцион. «…Непредсказуемый». Он был человеком, который мог быть неожиданно внимательным в странные моменты. «…Ну, думаю, все в порядке». Сейчас мне следует сосредоточиться на аукционе. Абель сказал, что я могу купить все, что захочу, если найду что-то привлекательное. Но честно говоря, будет ли в Императорском аукционном доме что-то, что мне нужно? Пока я размышляла над этим, на сцену вышел мужчина. На нем была маска шута. — Итак, дамы и господа, прошу занять свои места. Аукцион скоро начнется. Мужчина говорил через магию усиления, оглядывая сидящую публику, прежде чем продолжить: — Отлично. Давайте начнем аукцион. С его слов несколько мужчин вынесли что-то на сцену. — Наш первый лот — чешуя глубоководного монстра. Эта чешуя — единственный неповрежденный фрагмент монстра, жившего на глубине 400 метров под уровнем моря. Магическая Башня подтвердила, что это магический катализатор, так что имейте это в виду. Когда ткань, покрывавшую предмет, откинули, показалась чешуя бронзового цвета. Я слышала, что редкие материалы монстров, подобные этому, часто продаются как магические катализаторы. Как только лот был выставлен, около шести человек подняли свои номерные таблички. — Стартовая цена — 10 золотых. Поскольку 1 золотой равен примерно 1 миллиону вон… Это означает, что торги начинаются примерно с 10 миллионов вон. Довольно дорогой предмет. — Двенадцать золотых! — У нас двенадцать золотых. — Пятнадцать золотых. — Пятнадцать золотых, кто больше? — Двадцать золотых! В ходе напряженных торгов цена чешуи глубоководного монстра уже приближалась к 100 золотым. — Сто два золота. Есть еще ставки? Что может стоить так дорого в этом предмете? Словно читая мои мысли, Абель наклонился и ответил на мой невысказанный вопрос: — Большинство магических катализаторов стоят примерно столько. Для мага катализаторы необходимы для развития способностей. — …Понятно. Так вот почему мои магические навыки не улучшались быстро. Если бы я знала это раньше… Я вздохнула, чувствуя, что боролась напрасно. Тем временем чешуя глубоководного монстра была продана за 120 золотых, и был внесен следующий лот. — Наш второй лот — древняя перчатка. Когда черную ткань подняли, показалась темная, потускневшая перчатка. Она выглядела довольно старой, с местами обветшавшей, но в целом была в удивительно хорошем состоянии. — Стартовая цена — 50 золотых. — Пятьдесят пять золотых! — У нас пятьдесят пять золотых. — Шестьдесят пять золотых. — Шестьдесят пять золотых, кто больше? — Восемьдесят золотых! — Восемьдесят золотых. — Двести золотых. Я на мгновение остолбенела, когда Абель поднял свою номерную табличку. Неужели он действительно планировал потратить 200 золотых — около двух миллиардов вон — на эту перчатку? Конечно, я знала, что эта сумма была для герцогского дома сущими копейками. Но все же, неужели эта перчатка действительно имела такую ценность? Несмотря на мой вопросительный взгляд, он не дал никаких объяснений. — Есть еще ставки? Другие, кто поднимал свои номерные таблички, колебались перед круглой суммой в 200 золотых. Только один человек из них поднял свою табличку. — Двести десять золотых! — Двести десять. Кто больше? — Триста золотых. — …Уф. Претендент быстро опустил свою табличку. «Я не понимаю». Зачем кому-то тратить три миллиарда вон на этот предмет? Я не могла этого понять. У Абеля должны быть свои причины. Аукционист, казалось, был слегка взволнован, когда неуверенным голосом объявил: — Триста золотых… Кто больше? Отсчитав пять секунд, аукционист кивнул. — Древняя перчатка продана за триста золотых. ---------- Аукционный дом (3) Древние Перчатки. В оригинальной истории это было снаряжение Люка, одного из мечников Императора. При вливании маны они высвобождают ударные волны, пропорциональные количеству вложенной маны — оружие невероятной мощи. Конечно, существует небольшой риск, так как пользователь должен выдерживать отдачу от каждого взрыва. В оригинальной истории Люк многократно мучил главную героиню, используя эти перчатки. Причина, по которой я готов переплатить за них, — предотвратить это. «Можно будет отдать их и Эвану», — мимоходом подумал я, пока аукцион продолжался. Прежде чем я успел опомниться, все предметы, такие как магические катализаторы и произведения искусства, были проданы, оставив в списке только один лот. «Раб, значит». В Империи Арие, где рабство законно, к рабам относятся почти как к скоту. Конечно, некоторые хозяева могут обращаться с ними как с людьми, если пожелают, но такие случаи редки. Я слегка повернул голову и увидел, что лицо Адель искажено легким отвращением. Я предполагал, что она так отреагирует на рабство. Будучи родом из современного мира, ее реакция была естественной. На самом деле, странным было мое безразличие. — Следующий лот — эта рабыня, — объявил аукционист. На сцену вытащили рабыню с металлической цепью на шее. Это была женщина, одетая в рваную одежду, с иссиня-черными волосами и безжизненными черными глазами. Я предположил, что ее продали сюда после того, как она не смогла выплатить свои долги. Пока я размышлял об этом, аукционист начал громко описывать рабыню. — Она потомок принцессы из королевства Прилетча, которое было давно разрушено Империей. Она унаследовала регенеративную способность, передававшуюся в королевской семье Прилетча. Она не только вынослива, но и всегда находится в отличной форме — очень ценная рабыня. Минимальная ставка — 50 золотых. По мере того как аукционист продолжал, выражение лица Адель становилось все более кислым. Ее лицо выглядело так, словно она вот-вот перевернет весь аукционный зал, но она сделала глубокий вдох и сдержалась. «Значит, она… несокрушима». Небольшое размышление раскрывает смысл слов аукциониста. Ведь рабы бывают разных типов. — Вздох. Адель закрыла глаза, словно ей стало дурно. — 60 золотых! — 80 золотых! — 160 золотых! Аукционный зал эхом отзывался криками жадных покупателей. Их привлекала ее королевская кровь или ее регенеративная способность? Это было то, чего я не мог понять. Да и не хотел. — Первый лот продан за 400 золотых! Какой абсурд. Они не могли предложить больше 300 золотых за пару перчаток, но потратили 400 золотых на ценную рабыню. Аукционный зал все еще кипел необъяснимым жаром, когда перешли к следующему рабу. Большинство рабов, выведенных на сцену, обладали редкими чертами или были красивыми женщинами. И большинство из них были проданы по довольно высокой цене. Самая низкая выигрышная ставка составила 300 золотых, что говорит само за себя. — А теперь гвоздь программы! Как только раздался взволнованный голос аукциониста, со всех сторон раздались приветственные возгласы. Аукционист усмехнулся в ответ на эту реакцию и продолжил свое вступление. — Эта рабыня — принцесса Арна из королевства Британия, побежденного Империей Арие в прошлом году. Ее ценность не поддается описанию. Минимальная ставка — 400 золотых. Перед лицом этого шокирующего зрелища Адель крепко зажмурилась и прошептала мне: — Здесь всегда так? — Кажется, ты забыла, что я здесь впервые. — О… точно. Она вздохнула, откинувшись на спинку стула, и снова начала глубоко дышать. Тем временем ставки за золото быстро перевалили за 700. В разгар торгов свет, освещавший аукционную сцену, внезапно погас. В зале воцарилась тревожная тишина. — П-пожалуйста, потерпите немного. Похоже, возникли какие-то проблемы… — Бах! Прежде чем аукционист успел закончить свое тревожное объявление, сверху раздался громкий грохот. Люди начали перешептываться, aparentemente уверенные в прочности защитного барьера, окружающего Императорский аукционный дом. «…Пора». — БУМ! На этот раз звук был гораздо громче, он потряс толпу и вызвал настоящее беспокойство среди присутствующих. Одновременно с этим с потолка раздался зловещий скрип. — Треск… — Грохот! Когда потолок обрушился, появился мужчина, одетый в черные доспехи. Он осмотрелся и ударил мечом о землю. — БА-БАХ! Удар, наполненный аурой, оставил глубокие трещины на полу, заставив его дрожать. Наконец, паника охватила людей, они разбежались, крича и пытаясь спастись. Мужчина, невозмутимый, начал безжалостно рубить их. — Хлюп! — …Что за… Кровь брызнула прямо передо мной, окрасив потолок в багровый цвет. Аукционный дом погрузился в хаос, на моих глазах разворачивалась неожиданная резня. Я сжала кулаки, пробуждая ману внутри себя, и пристально посмотрела на него. — Вжих! — Удар. Я знала мужчину в черном шлеме. В оригинальной истории он дебютировал именно так, пытаясь убить Адель. Его звали Люк фон Шпенхайм. Когда-то второй принц, теперь один из мечей Императора. Ему также суждено было получить те древние перчатки, о которых я говорил. *** — …Что за… Люди кричали и стучали в двери, но по какой-то причине двери не поддавались, а человек в черном шлеме продолжал без колебаний убивать их. Почему…? Лили, которая сидела рядом со мной, стояла в шоке, тупо уставившись в одну точку. Я покачала головой, очнулась от оцепенения и встала на ноги. В этот момент его глаза — холодные и пустые под шлемом — встретились с моими. Пустота в этих глазах в сочетании с чистой жаждой крови заставила меня содрогнуться. Я никогда не видела таких тревожных глаз. Не останавливаясь, он бросился на меня, размахивая мечом. Прежде чем я успела среагировать или даже наложить защитное заклинание, он уже был рядом. — Удар. — …Что…? В этот момент Лили бросилась передо мной, приняв удар меча вместо меня. Без единого слова она умерла у меня на руках, прижимая меня к себе. Ее лицо с закрытыми глазами выглядело странно умиротворенным. Было ли это просто моей фантазией? — Тик-так, тик-так. Звук часов эхом отдавался в моих ушах. Это была знакомая галлюцинация, которую я слышала всякий раз, когда мое желание вернуться в прошлое достигало пика. — …Снова. Я повернула время вспять. Я должна была каким-то образом предотвратить смерть Лили. — Уф… Пронзительная боль охватила мое тело, заставив меня поморщиться. Затем раздался звук громкого грохота где-то поблизости. — Бах! Этот звук. Это был шум того человека, который пытался ворваться в Императорский аукционный дом. Я быстро встала и побежала к дверям аукционного зала. Я игнорировала взгляды других, пока бежала. — Щелк-щелк. Двери были заперты. Почему они все еще заперты в этот момент? Прежде чем я смогла найти ответ, до меня донесся еще один громкий шум. — БУМ! Толпа снова загудела от этого звука. — Треск… Когда барьер разрушился, зал наполнился криками. — Грохот! Потолок обрушился, и мужчина снова упал вниз. Он высоко поднял свой меч. — Вжих! Он начал буйствовать в толпе, размахивая мечом без какой-либо явной цели, убивая без разбора. В конце концов, его взгляд встретился с моим. С ударом, наполненным аурой, он целился прямо в меня. И снова Лили вмешалась, приняв удар, предназначенный мне, и умерла вместо меня. — …Снова. Время перемоталось назад. Точка сохранения была как раз перед тем, как мужчина ворвался в аукционный зал, как и прежде. — Ха… Знакомая мучительная боль распространилась по моему телу. Чем больше я повторяла это, тем сильнее становилась боль. И по мере того, как боль усиливалась, возрастала и сложность ситуации. Эта агония каждый раз притупляла мои мысли. Я должна была закончить это как можно скорее. «Я должна спасти Лили». Я не могла позволить ей снова умереть вместо меня. Я должна была придумать выход. Почему Абель, архимаг, не смог предотвратить смерть Лили? Несмотря на жгучую боль, затуманивающую мой разум, я заставила себя все обдумать. Спустя долгое время я собрала воедино возможный ответ. Абель пытался защитить меня от нападения мужчины. Он не ожидал, что Лили шагнет вперед, чтобы заблокировать атаку, предназначенную для меня. — Бах! Мужчина в черных доспехах с оглушительным грохотом упал с потолка, убивая людей, как и прежде. Его глаза, теперь дикие, наконец нашли мои. — Дрожь. С леденящим душу намерением убить он бросился на меня. В то же время Лили начала двигаться ко мне. Если мои выводы верны, из этого был только один выход. — Вжих! Я схватила Лили за руку и оттащила ее назад, закрывая своим телом, и шагнула вперед. Я собралась с духом против убийственного намерения, которое покалывало мою кожу, и пристально посмотрела на клинок мужчины. — ЗВОН! ---------- Аукционный дом (4) Грохот расколол тишину. — Чуть-чуть не успел. Если бы Адель не оттолкнула Лили и не шагнула вперед, даже малейшая задержка с установкой барьера стоила бы ей жизни. Но, несмотря на мое явное намерение защитить Адель от Люка магией, она все равно вернулась. Зачем она пошла на такой риск и так безрассудно бросилась вперед? Ответ пришел мгновенно. «Лили погибла?» Похоже, в предыдущей временной линии Лили по какой-то причине заслонила Адель и умерла. Неужели она не верила, что я смогу защитить ее? Раздражение кольнуло меня, и я слегка нахмурился, готовясь применить магию. Воздух загудел. — Назад! По моему приказу Адель взяла Лили за руку и отступила. Люк, невозмутимый, крепче сжал меч и попытался пробить барьер. Его взгляд был совершенно пустым. «Он под влиянием метки?» Если это так, то император, должно быть, и эту резню подстроил. Оглядевшись, я заметил, что большинство погибших в какой-то момент были вовлечены в тайные дела со мной. Он пытался таким образом избавиться от мятежников? Я ожидал, что королевская семья примет крайние меры, но не предполагал, что до такой степени. Даже в оригинальной истории Люк никогда не устраивал подобной бойни. — Ррр… Давление ауры на барьер неуклонно росло, на нем стали появляться трещины. Несмотря на то, что он использовал технику, основанную на пространственной магии, он пытался разрушить барьер грубой силой. Неужели это сила императорского меча, даже в таком искаженном состоянии? Если говорить только об ауре, он превосходит мастера меча. Но, лишившись разума, он просто бездумно размахивает своей силой. «Я могу усмирить его». — Собраться, начать. В воздухе начала собираться белая энергия, передо мной образовались белые магические круги. Почувствовав угрозу, Люк бросился на меня. Он планировал одолеть меня до того, как я закончу заклинание? Но это была ошибка. — Удар! Главная причина, по которой я предпочитаю это заклинание, — его невероятно высокая скорость применения. В битве магов скорость произнесения заклинаний имеет первостепенное значение. В воздухе материализовалось белое копье и полетело вперед. Люк уклонился в сторону, но траектория копья изогнулась в воздухе. — Уф! Копье попало точно между пластинами его доспехов и глубоко вонзилось в стену. — Ааа! Люк с грохотом врезался в стену, задыхаясь от боли. Одновременно сила метки, выгравированной на его руке, начала возрастать. — Хаа… — Адель. — Да? — Уходите. Я оставлю дверь открытой. — Поняла. Адель взяла Лили за руку и вышла из аукционного зала. Убедившись, что они ушли, я достал из воздуха стеклянный флакон. — Хрясь! Я уронил флакон на землю, разбив его. Из него повалил белый дым, который начал распространяться во всех направлениях. Белый дым был ароматом забвения, экстрактом из китов памяти, обитающих в Туманном Лесу. Любой, кто вдохнет этот дым, потеряет воспоминания как минимум за час, а то и за целый день. Другими словами, это идеальное средство для зачистки. — Эван. По моему зову Эван появился из воздуха. Это было заклинание, которое я разработал лично — пространственная магия, позволяющая мне призывать других на свою сторону. — Вызывали? — Почему все всегда идет не так, когда тебя нет рядом? Он вздохнул, оглядываясь по сторонам. — Ха… Сам задаюсь этим вопросом, — ответил он. Почесав голову в отчаянии, Эван сказал: — Тогда я сначала пойду к мадам. — Называй ее «мисс». — Ах, да. Я пойду к мисс. С этими словами Эван бросился к дверям аукционного зала. Неприятности, кажется, случаются только тогда, когда его нет рядом. Возможно, это просто совпадение… но кто знает? Пока что мне придется внимательно следить за тем, что происходит в поместье герцога. Где-то может скрываться лишний глаз императора. Как раз когда я об этом думал, из стены раздался голос. — Ррр… Я увидел светящуюся красную метку, выжженную на его шее. Сложность метки была на порядок выше, чем у той, что была на шее Аллена, ее было видно в просветах между доспехами. — …Этого было недостаточно, чтобы остановить его. Пробормотав себе под нос, я поднял руку. Нет способа подавить метку на его шее. В отличие от метки Аллена, эта была создана самим императором. Мой единственный вариант — усмирить его, используя все, что у меня есть. Воздух снова загудел. — Собраться, начать. В воздухе собралась белая энергия, быстро сформировавшись в три копья. — Удар! — Пан! Копья пронзили воздух со свистом, разорвавшим тишину. Люк, окутав свой меч аурой, нанес мощный удар, чтобы отразить их. Столкновение его удара и копий нейтрализовало друг друга, но он использовал образовавшуюся брешь, чтобы броситься на меня. — Я был к этому готов. — Щелк! Щелканьем пальцев я создал из белой энергии цепи, сковавшие тело Люка. Хотя цепи почти сразу начали рваться, это не имело значения. — Собраться, начать. Я выиграл достаточно времени. Вокруг него образовались бесчисленные белые дорожки, и перед моими глазами возникло головокружительное множество белых магических кругов. Это было заклинание, которое я создал специально для сражения с мастером меча. — Вуунг… По мере того как мана быстро истощалась, стало формироваться ослепительно белое копье, излучающее силу, намного превосходящую ту, что была у созданного мной ранее оружия. Схватив его за древко, я направил острие копья прямо на него. — Удар! С коротким заклинанием я изо всех сил метнул копье. — Тук. Копье пробило наплечник Люка и исчезло в одной из дорожек. — Гах! Даже с копьем, пронзившим его противоположное плечо, Люк, не дрогнув, бросился на меня. Цепи, которые я подготовил заранее, снова появились, туго обвивая его конечности. Хоть они и не были особо прочными, их использование таким образом было достаточно, чтобы сдержать его. — Тук! — Гах… Копье перемещалось между порталами, многократно пронзая тело Люка. Искривляя пространство для создания своего рода петли портала, я теоретически мог атаковать его бесконечно, бросая копье в эти врата. Хоть это и грубая техника, она очень эффективна для истощения выносливости противника, даже если этот противник — мастер меча. …Если бы Люк не потерял рассудок, это было бы невозможно. — Звяк! Люк отбил копье мечом, с трудом дыша и свирепо глядя на меня. Метка между его шлемом и доспехами постепенно ослабевала. — Вуунг… Когда я снял заклинание, он стоял передо мной избитый, с горящими глазами. Из его тела начала исходить ярко-красная аура. …Даже в таком состоянии он все еще мастер меча. — Собраться, начать. Вокруг меня появились четыре белых меча. Одновременно его раны и травмы начали заживать под воздействием его ауры — подвиг, достижимый только для кого-то его уровня. — Удар! — Ррр… Люк нанес мощный удар аурой, отбросивший мечи, прежде чем снова броситься на меня. В мгновение ока его клинок оказался прямо перед моим лицом. — Вуунг. В этот момент все вокруг изменилось. Теперь я стоял позади него, лицом к его открытой спине. Один из мечей, которые я отложил ранее, был направлен прямо на него. — Удар! С коротким заклинанием меч вонзился ему прямо в спину. — Ааа! Люк закашлялся кровью, упав на колени. Потеря рассудка, казалось, притупила его способность чувствовать даже простейшие ловушки. Схватив клинок левой рукой, он надавил на него. — Треск… Белый меч треснул и разлетелся на осколки, рана на его спине тут же начала заживать под действием красной ауры. Жестокий метод… Но, несомненно, эффективный. — Ррр… Люк свирепо посмотрел на меня, пытаясь подняться на ноги. Вернее, попытался. — Аргх?! Едва удерживаясь на ногах с помощью меча, он пошатнулся и рухнул. Похоже, он полагался на восстановительную силу ауры. Независимо от того, насколько быстро восстанавливается его аура, она не может восполнить уже потерянную кровь. Хоть он и не умрет, учитывая силу мастера меча, он больше не сможет двигаться. Я вздохнул и оттянул потраченную ману. Хорошо, что он потерял рассудок; если бы не это… кто знает, чем бы все закончилось. Обычно Императорский Меч так легко не падает. Особенно не кто-то вроде Люка, который считается обладателем наибольшего потенциала среди Императорских Мечей. Но с затуманенным разумом и ослабленным контролем над аурой ему суждено было пасть. — Спокойной ночи. Щелчком пальцев я заставил Люка погрузиться в землю. Издавая болезненные стоны, словно на него давило что-то тяжелое, он в конце концов затих. — Фух… нелегко. Эта стычка отняла у меня значительную часть маны. В мире, где не существует понятия зелий маны, оценка оставшегося уровня маны таким способом является важным навыком. Меня поражает, почему здесь существуют зелья здоровья, но нет эквивалента для маны. Не то чтобы они пытались преследовать магов. — Мне нужно заняться уборкой… Аукционист был уже мертв, по-видимому, его убило обломками, когда Люк упал с потолка. Зрелище ужасное, но я к такому привык, поэтому меня не тошнит. Хотя я не могу отрицать, что чувствую себя грязным. — Огонь. С заклинанием в моей руке вспыхнуло пламя. Я поджег край аукционного зала. Сейчас пламя небольшое, но оно быстро разгорится, учитывая деревянный потолок. Причина поджога была проста. Я хотел, чтобы люди, вдохнувшие аромат забвения, поверили, что дым от пожара вызвал потерю памяти. Бывают случаи, когда подобные вещества используются при настоящих поджогах. Вскоре в новостях Империи, вероятно, сообщат, что какая-то группа, а не я, устроила здесь пожар, чтобы убить дворян. — Вшух. Конечно, есть вероятность, что кто-то сгорит заживо в этом процессе… Но меня это не волнует. Я никогда не считал их такими же людьми, как я. Используя магию, я поднял тело Люка в воздух и спокойно вышел из аукционного зала. ---------- Аукционный дом (5) Цокот копыт разносился по обшарпанному экипажу. Мужчина медленно открыл глаза, словно приходя в себя. Напротив него сидел другой мужчина с пепельно-серыми волосами, погруженный в кипу бумаг. Седовласый мужчина повернул голову, почувствовав движение. — Проснулись? Мужчина замер, услышав вопрос. Он быстро понял, что его тело связано, и поднял голову. Он начал внимательно рассматривать мужчину перед собой. Серые глаза и пепельные волосы. Шрамы на лице и одежда, которую мог носить только знатный человек. Его черты были настолько совершенны, что можно было подумать, будто он — дар богов. Вскоре он узнал этого мужчину. Абель Харденберг. Глава семьи Харденберг и один из четырех герцогов Империи, Абель был самым влиятельным среди них. Известный как Железнокровный Герцог, он был опасной фигурой, настолько, что даже императорская семья не спускала с него глаз. — Вы… — Не говорите, что не знаете, кто я. На слова Абеля мужчина медленно кивнул. — Почему я… в таком месте? — Если вы думаете, что можете прикинуться дурачком, советую вам отказаться от этой затеи, Меч Императора. — …Как…? Мужчина шокировано посмотрел на него. Личность Меча Императора была строго охраняемым секретом императорской семьи. Эта роль, которая заключалась не только в борьбе со знатными предателями, но и в выполнении всевозможной грязной работы по приказу Императора, была известна как Меч Императора. Как, черт возьми, Абель узнал об этом? Видя его ошеломленное выражение лица, Абель вздохнул и заговорил. — Люк фон Шуфенхайм. При упоминании своего имени мужчина — Люк — вздрогнул, а затем напрягся, пытаясь разорвать цепи, которые связывали его. Чем больше он сопротивлялся, тем туже становились цепи. Казалось, они были зачарованы, подавляя даже ауру, исходящую от его тела. Абель продолжал наблюдать за ним. — Сын Люка фон Асриха, второй принц. После того, как вы стали Мастером Меча, вас публично объявили мертвым, чтобы сделать Мечом Императора. Абель произнес эту информацию с небрежным выражением лица, словно насмехаясь над сопротивлением Люка. — Император заклеймил вас и превратил в собаку императорской семьи, используя вашу семью в качестве заложников. — Вы…! Люк яростно выплюнул слова, свирепо глядя на него. Абель, казалось, не обращая внимания на пристальный взгляд, ответил спокойным голосом: — Я сказал что-то не так? — Ррр… Не в силах вырваться из цепей, Люк подавил кипящий внутри гнев. Абель, наблюдая за ним, усмехнулся и заговорил. — Я дам тебе один шанс. — …Что? Люк нахмурился, услышав предложение Абеля, и вопросительно посмотрел на него. — Как долго ты будешь продолжать быть собакой императорской семьи? — То есть… вы предлагаете мне бросить свою семью? — Это была бы неплохая идея. Ответ Абеля, произнесенный без малейших колебаний, заставил Люка горько рассмеяться. Кто мог так запросто предложить бросить семью? Титул Железнокровного Герцога, безусловно, был не просто для показухи. — Какая абсурдная чушь… — Лучше дослушайте до конца, второй принц. Протянув к нему руку, Абель спросил: — Насколько сильно прогрессировала эрозия метки? — Откуда вы…? — Думаете, я бы знал о Мече Императора и не знал бы о такой элементарной вещи? Отвечайте. — …Примерно наполовину. — Вы хорошо держались до сих пор. Абель говорил с восхищением в голосе. Метка Меча Императора была настолько сильна, что обычный разум не мог выдержать ее и месяца. Выдерживать эрозию метки годами — это было бы невозможно без несгибаемой воли. — Люк фон Шуфенхайм. — …Что? — Я планирую свергнуть императорскую семью. — …Что? Люк нахмурился, ошеломленный внезапным заявлением Абеля. Открыто говорить такое самому Мечу Императора — о чем он думал? — По сравнению с началом восстания, спасти знатную женщину из императорской семьи не должно быть слишком сложной задачей. — …Вы серьезно? — Если вы откажетесь сотрудничать, ваша жизнь здесь закончится. И мы оба знаем, что после этого случится с вашей матерью. В голосе Абеля не было ни капли лжи. — …Тц. — Выбирайте. Будете ли вы работать со мной, чтобы свергнуть императорскую семью, или умрете здесь ни за что? Выбора особо не было. Варианты, предложенные Абелем, были ничем иным, как принуждением. Люк стиснул зубы и свирепо посмотрел на него. — …Значит, это был ваш план с самого начала. — Кто знает? Вам решать. — …Хорошо. Я принимаю ваше предложение. — Отлично. Теперь здесь не будет никакого кровопролития. С этими словами Абель словно из воздуха достал документ. Это был контракт, по-видимому, подготовленный заранее. Он поднял его, позволяя Люку прочитать содержимое. Люк пробежал глазами контракт, и чем дальше он читал, тем сильнее начинали дрожать его руки. — Разве это недостаточно разумно? — …Вы… вы все спланировали с самого начала. Люк посмотрел на Абеля с ужасом на лице. Абель лишь ухмыльнулся и ответил на его невысказанный вопрос. — Это зависит от того, как на это посмотреть. Люк замолчал, погрузившись в раздумья. Императорская семья никогда не отпустит его мать. Они будут держать ее в заложниках и использовать его как Меч Императора до конца его жизни. В таком случае помощь восстанию Абеля казалась лучшим вариантом. Небольшой шанс на свободу был лучше, чем жизнь в рабстве у Империи. — …Хорошо. Я рискну с вами. — Мудрый выбор. Мана Люка потекла в контракт, а затем и мана Абеля. Контракт на мгновение задрожал от энергии маны, а затем успокоился. Соглашение было заключено. Абель бегло просмотрел документ, прежде чем обратиться к Люку. — Теперь вернитесь к императорской семье, чтобы избежать подозрений. Покажите эту эмблему информационной гильдии в любой день каждого месяца, чтобы обмениваться информацией. — Шлеп. Эмблема упала с воздуха. Это был ржавый коричневый медальон в форме замка. — Цепи сняты. Идите. — …Что? Прежде чем Люк успел полностью осознать внезапные слова Абеля, тот открыл дверь экипажа. Экипаж начал замедляться. Поняв, что цепи, связывающие его, действительно ослабли, Люк встал. — …Лучше бы вам соблюдать условия контракта. — Конечно. Для этого мы его и подписали, не так ли? Люк вздохнул и вышел из экипажа. Перед ним была остановка для отдыха, заполненная другими экипажами. Неужели Абель привез его сюда для быстрого возвращения в императорский дворец? Обернувшись, он увидел, как обшарпанный экипаж уже исчезает вдали. *** Колонны, украшенные золотом, и люстры. Потолки с уникальной резьбой, роскошный золотой ковер, простирающийся по всему полу. У стены стояла статуя мужчины, а перед статуей — огромный трон. На этом троне сидел мужчина с золотыми волосами. Он оперся подбородком на подлокотник, глядя вниз с властным и высокомерным видом, создавая атмосферу, к которой, казалось, никто не мог прикоснуться. Его звали Юдэ фон Шуфенхайм. 16-й император Арийской империи, также известный как Император-Завоеватель. — Итак… это дело было лишь наполовину успешным, верно? На слова Императора Люк сглотнул и склонил голову. — Это была моя ошибка, Ваше Величество. — Вот как… С нечитаемой улыбкой он протянул руку к Люку. В тот же миг метка на шее Люка начала гореть. Жгучая боль вырвала из него стон. — Аргх… — За обман всегда приходится платить. Пробормотал Император, а затем отдал Люку приказ. — Отрежь безымянный палец на левой руке. Тело Люка двигалось помимо его воли. Его рука выхватила меч, и, не колеблясь, он опустил его на свой левый безымянный палец. — Вжик. — Гах… Кровь хлынула из отрубленного пальца, а Император наблюдал с довольной улыбкой. — Уйди. — …Да. Люк поклонился и вышел из тронного зала. Наблюдая за его удаляющейся фигурой, главный помощник обратился к Императору. — Ваше Величество, позвольте спросить? — Говори. — Почему вы не стали дальше выяснять правду? — Хм… кто знает. Император тихонько рассмеялся и ответил: — Разве небольшой мятеж какой-то крысы не интригует тебя хоть немного? На его лице появилась зловещая улыбка, когда он говорил. ---------- Церемония помолвки (1) День помолвки. С самого раннего утра я не спала, сидя, пока Лили и Лаура наносили мне макияж. Это было гораздо раньше, чем я обычно просыпалась, и было трудно подавить зевоту. — Какие серьги подойдут ей лучше всего? — Возьмите красные. О, а ты подготовила ожерелья? — Да, вот они! Одетая в белое платье, я тихо сидела, пока Лили и Лаура суетились вокруг меня, болтая и деловито передвигаясь. Была ли вся эта суета необходима всего лишь для простой церемонии помолвки? Или это было потому, что женихом был «тот самый» Абель? Кто же такой Абель? Герцог с прозвищем «Железнокровный». С его холодным нравом и поразительно красивой внешностью он был настолько популярен, что, по слухам, любая знатная дама неизбежно влюблялась в него хотя бы раз. Это правда — его внешность была необыкновенной. Если бы бог когда-либо создал статую, посвященную исключительно красоте, она выглядела бы как он. Но холодный нрав? «…Это как-то не вяжется». Мужчина, который постоянно дразнил и подшучивал надо мной, описывался как холодный? Конечно, он мог производить такое впечатление, когда я впервые встретила его, но сейчас? Не совсем. Пока я размышляла над этими мыслями, Лили обратилась ко мне: — Мисс Адель, какое из этих двух ожерелий вам больше нравится? Застигнутая врасплох, я взглянула на ожерелья, которые они держали. Слева было рубиновое ожерелье — ярко-красный драгоценный камень, который, казалось, мог бы подойти мне по цвету… но камень был огромным. Ожерелье справа было с более мелким рубином и простым дизайном. — Хм… Думаю, то, что справа, будет лучше. Лицо Лили немного омрачилось в ответ на мои слова. Заметив это, Лаура тихонько рассмеялась и прошептала мне: — Просто чтобы ты знала, то, что слева, — выбор Лили, а то, что справа, — мой. — …Вот как? — Не беспокойся о Лили. Я с ней разберусь, — заверила меня Лаура с улыбкой. — …Хорошо. Лаура взяла Лили за руку и что-то прошептала ей на ухо. Что бы она ни сказала, уныние Лили сменилось решимостью. «…Что она ей сказала?» — Может, теперь закончим? — Да! По предложению Лауры Лили начала выбирать броши и завершать последние штрихи моего наряда. «…Я так устала». Подавляя очередную зевоту, я сдержала накатывающую на меня волну усталости. — Мисс Адель, готово! На радостное объявление Лили я повернула голову к зеркалу. «…Вот это да». В зеркале сидела потрясающая женщина. Ее фарфоровая кожа и рубиновые глаза ярко сияли. Рубиновые украшения красиво контрастировали с ее белым платьем, завершая образ. Мои обычно острые глаза были смягчены нежным взглядом, а темные круги под глазами полностью исчезли. Впечатление было уже не злодейки, а чистой и изящной женщины. — Как и ожидалось от мисс Адель! Макияж выглядит потрясающе! — Вы довольны, мисс Адель? — …Да, я вполне довольна. — Какое облегчение. Сказала Лаура с облегченным выражением лица. — Тогда пойдем к лорду Абелю? Лили, выглядящая взволнованной, с энтузиазмом открыла дверь. Хотя я немного устала, казалось необходимым увидеть его хотя бы раз перед церемонией помолвки. С этой мыслью я последовала за ней. Пройдя по несколько экстравагантному коридору, Лили остановилась перед его кабинетом и постучала в дверь. Тук-тук. — Войдите, — раздался изнутри голос Абеля. Не колеблясь, Лили открыла дверь. Абель, погруженный в документы перед собой, заговорил, не поднимая глаз. — Что привело вас сюда? — Я привела мисс Адель повидаться с вами! На эти слова он наконец поднял взгляд, и его глаза остановились на мне. Абель смотрел на меня, словно застыв, будто забыв, что держит в руке документ. Его реакция была… не такой, как обычно. Но я не могла точно сказать, что именно было не так. Может быть, я просто слишком устала, чтобы мои мысли функционировали должным образом. — Ну и? Каково ваше впечатление от того, как я выгляжу? — …Лучше, чем я ожидал, — ответил он сдержанно. Необычайно скудная похвала заставила меня в замешательстве склонить голову. После всех усилий, потраченных на то, чтобы надеть платье и украшения, такая прохладная реакция была немного обескураживающей. Я думала, что выгляжу неплохо, но, похоже, это не соответствовало его стандартам. Закралось легкое разочарование, и я сглотнула подступивший к горлу вздох. Я не была уверена, почему я вообще так себя чувствую. Мы с ним были помолвлены только по контракту — не более того. Я расстроилась, потому что надеялась хотя бы на небольшую лесть, пусть даже неискреннюю? Я подавила это чувство и заставила себя ответить спокойно. — Тогда я пойду вперед. — …Хорошо. Иди первая. Я скоро присоединюсь. Когда мы с Лили вышли из кабинета, она весело напевала, почти подпрыгивая по коридору. Заинтригованная, я повернулась к ней. — Почему ты такая счастливая? — Потому что герцогу, кажется, понравилось, как вы выглядите, мисс Адель! — …Не думаю. Обычно Абель осыпал меня цветистыми, почти до тошноты, комплиментами. Отсутствие подобных прикрас сегодня заставило меня задуматься, не настолько ли ему не понравилось, как я выгляжу. Лили яростно замотала головой. — Ни за что! Герцогу явно понравилось, я уверена! — Хорошо… если ты так говоришь. Принять ее оптимизм было легче, чем зацикливаться на своих сомнениях. С этими словами Лили взяла меня за руку и повела вперед. Церемония приближалась. Я почувствовала, как закрадывается легкая нервозность. Насколько я смогу изменить свой плохой конец с помощью этой помолвки? С точкой сохранения, установленной на это утро, пути назад уже не было. «Мне остается лишь надеяться, что на этот раз все получится». *** В огромном зале, украшенном белым мрамором и устланном красными коврами, царило оживление. На стенах висели серебряные канделябры, а бальный зал был украшен гораздо роскошнее, чем обычно. В воздухе висел гул разговоров многочисленных дворян. Причиной этого шумного скопления людей было одно событие: церемония помолвки. Помолвка герцога Абеля фон Харденберга и графини Адель фон Эсте была самой горячей сплетней в Арийской империи. От рассказов об их судьбоносной первой встрече во время путешествия до шепотков о церемонии помолвки, которая даже не должна была состояться, слухи были бесконечны. Знатные дамы без конца сплетничали, передавая историю из уст в уста, пока список гостей на церемонию помолвки легко не превысил сотню. Конечно, большинство из этих гостей были региональными дворянами, которые не знали о прошлых проступках Адель. — Поистине… Я не могу понять, как такое могло произойти. Среди тех, кто хорошо знал о проступках Адель, мисс Луна из семьи графа Айта сочла сложившуюся ситуацию крайне неприятной. Она не могла понять, каким шармом обладала эта злая женщина, чтобы Железнокровный герцог захотел жениться на ней. Рядом с Луной Эстель фон Луи лишь почесала щеку, на ее лице играла слабая улыбка. Хотя Эстель была прямой жертвой так называемых «злых деяний» Адель, она знала, что большинство из них были результатом недоразумений. Поэтому она не питала к Адель столько ненависти, сколько другие. Были времена, когда Эстель хотела прояснить эти недоразумения, но Адель всегда успевала исчезнуть прежде, чем она могла это сделать. Поэтому она решила использовать эту церемонию помолвки как возможность наконец-то все прояснить. — Уф… что он вообще нашел в такой женщине, как она? — Луна. Луна замерла, услышав холодный голос Эстель. Повернув голову, она встретилась с острой улыбкой Эстель. — Следи за своими словами. — …Поняла. Луна, выглядя немного испуганной, едва заметно кивнула. Эстель с облегчением вздохнула. У мисс Луны из семьи Айт были свои достоинства, но ее язык был слишком острым, а нрав — слишком вспыльчивым. Если Эстель не будет держать ее в узде, Луна может в конце концов натворить бед. К счастью, Луна, похоже, поняла серьезность своих неосторожных слов и молча опустила голову. — Здесь так много людей… Знатная дама, сидящая рядом с Луной, сделала замечание, и Эстель кивнула в знак согласия. Бальный зал был огромным, но даже при этом он казался почти переполненным из-за огромного количества присутствующих. Сколько времени прошло? Начало церемонии помолвки приближалось. — Герцог Абель фон Харденберг и мисс Адель фон Эсте входят! Солдат у парадного входа крикнул, открывая двери. Мужчина и женщина вошли рука об руку, их появление тут же привлекло внимание всех присутствующих. Слева стоял герцог Абель, чья поразительная внешность оправдывала все слухи. Хотя шрам портил его лицо, он был незначителен по сравнению с его безупречной внешностью. Справа стояла Адель. Трудно было поверить, что это та самая так называемая «злодейка». Ее слегка смягченный взгляд и рубиново-красные глаза производили совершенно иное впечатление, чем раньше. Пока Эстель наблюдала за парой, она услышала рядом с собой тихий, резкий звук — щелк, щелк. Это Луна нервно грызла ногти. Эстель хотела остановить ее, но в конце концов решила не вмешиваться. Конечно, Луна не посмеет устроить неприятности в такой обстановке. Когда все взгляды в бальном зале были прикованы к паре, началась церемония помолвки. ---------- Церемония помолвки (2) Церемония помолвки не была чем-то экстраординарным. В лучшем случае, это был всего лишь еще один банкет, сосредоточенный вокруг главных героев. Почти церемониальный ритуал, за которым следовал простой обмен кольцами. — Пожалуйста, обменяйтесь кольцами, — сказал мужчина, который, по-видимому, был священником. Я взглянул на Адель. Она выглядела как киборг, ее лицо было напряжено от волнения. Мне хотелось схватить ее за щеки и встряхнуть, чтобы привести в чувство, но я сдержался. Вместо этого я нежно взял ее за руку. «Холодная». Ее рука, бледная до почти белого цвета, была ледяной. Что ж, учитывая, что этот банкет по случаю помолвки был переполнен дворянами со всей страны, было бы страннее, если бы она не нервничала. Я медленно надел кольцо на безымянный палец ее левой руки. Ее дрожащая рука делала ее похожей на человека с нервным расстройством, и я едва сдержал смешок. Затем я пододвинулся ближе к Адель. Нежно взяв ее правую руку, я переплел свои пальцы с ее. Где-то вдалеке раздался слабый визг — вероятно, от молодых дам, которые, казалось, слишком увлечены концепцией романтики. — Что ты делаешь…? — Тсс. Я озорно улыбнулся ей, и она неловко рассмеялась, напряжение на ее лице немного спало. — Твоя очередь, Адель. — …Я понимаю. Ее рука слегка дрожала, но ей удалось надеть кольцо на безымянный палец моей левой руки. Я не мог не подумать: «Почему она так нервничает из-за чего-то столь простого, как обмен кольцами?» Но, опять же, это было не совсем неразумно. Затем священник продолжил: — Да пребудет благословение богов на вашем будущем пути. Как только он закончил говорить, сверху снизошел святой свет. Мне едва удалось удержаться от гримасы при ощущении божественной энергии, проникающей в меня. Так называемое благословение богов имело неприятное сходство с силой императора. — Еще раз поздравляю вас с помолвкой, — сказал священник. После завершения церемонии начался традиционный бал. Как и ожидалось, мы с Адель стояли в центре всего этого, держась за руки и глядя друг на друга. Возможно, из-за бесчисленных взглядов, устремленных на нас, она все еще двигалась скованно, как неисправный автомат. Она все еще не пришла в себя? Похоже, ей нужно более сильное лекарство. Улыбнувшись ей, я поймал ее озадаченное выражение. — Позволите пригласить вас на танец, Адель? С этими словами я опустился на одно колено и легонько поцеловал тыльную сторону ее ладони. На мгновение она застыла, а затем ее лицо стало красным, как спелый помидор. — Ч-что ты…? Взяв ее за руки, я повел ее в танце. В отличие от прошлого раза, когда я почти тащил ее за собой, я подстраивал свои шаги под ее, двигаясь в унисон. На мгновение на ее лице промелькнула смесь раздражения и недоверия. Было трудно не рассмеяться, глядя на ее выражение. — Не нужно нервничать. В конце концов, ты невеста Абеля, — тихо прошептал я ей на ухо. Она немного помедлила, прежде чем слегка кивнуть, наконец, согласовав свои шаги с моими. К моему удивлению, ее танец значительно улучшился с прошлого раза. Неуклюжие промахи, которые раньше смущали ее, исчезли. Алан упоминал, что она тренировалась, чтобы загладить тот постыдный инцидент, и, похоже, ее усилия окупились. — Ты сильно улучшила свои навыки, — сказал я. — Ну, кто-то — исключительный танцор. Как твоя невеста, я должна соответствовать, не так ли? — Молодец. Мой краткий комплимент вызвал легкий румянец на ее щеках. Если так пойдет и дальше, я могу начать называть ее «Застенчивой юной леди». Эта мысль заставила меня тихонько усмехнуться. — У тебя тоже есть милая сторона, Адель. Кто знал, что ты так падкая на комплименты? — …Замолчи. Сосредоточься на танце. Музыка достигла своего крещендо. Музыканты играли без устали, их инструменты создавали чарующую атмосферу. В центре всего этого мы с Адель исполняли вальс, приковывая к себе внимание всех присутствующих. Я не особо любил быть в центре внимания, но если мы хотим превратить слухи в реальность, это было необходимо. Посмотрите на этих молодых дам, которые прячут свой смех за веерами. Их воображение, казалось, безгранично, их лица светились от волнения. Сколько времени прошло? Наконец бал подошел к концу, и начался банкет. Это ознаменовало начало утомительного цикла поздравлений и «подарков» от дворян — по сути, взяток. На таких грандиозных собраниях не принести подарок считалось большим оскорблением, чем предложить его под видом взятки. Механически улыбаясь, я повторял одни и те же фразы снова и снова. Спасибо, что пришли, очень признателен, я буду дорожить вашим подарком. Именно поэтому я ненавидел банкеты, балы и церемонии помолвки. «Изнурительно». Даже в прошлой жизни я был интровертом, который чувствовал себя не в своей тарелке на таких собраниях. Теперь, несмотря на то, что я переродился с красивым лицом и могущественной магией, похоже, моя сущность не изменилась. Пока я предавался праздным размышлениям, в поле зрения появилось знакомое лицо. Ее загадочные серебристые волосы и светящиеся золотые глаза — ее невозможно было спутать. Это была Эстель фон Луи, единственная дочь маркиза Луи и главная героиня оригинального романа «Злодейка снова возвращается в прошлое». Рядом с ней стояла другая знатная дама… лицо, которое я не узнал. Но почему-то меня охватило зловещее предчувствие. — Давно не виделись. Я Эстель фон Луи, — поприветствовала она. — …Луна фон Айт, — добавила другая дворянка. Обе дамы грациозно присели в реверансе, придерживая края своих платьев. Я почувствовал, как рука Адель слегка дрожит в моей. Если мне не изменяет память, в оригинальной истории у Адель были проблемы, когда она пыталась слишком тесно общаться с Эстель. Испытывая к ней легкую жалость, я крепче сжал ее дрожащую руку. — Давно не виделись. Я Адель фон Эсте, — сказала она, слегка склонив голову, ее голос теперь был тверже благодаря ободряющему прикосновению моей руки. — Поздравляю вас с помолвкой, леди Эсте, — тепло сказала Эстель. — Спасибо, — вежливо ответила Адель. Луна, однако, слабо нахмурилась, ее хватка на бокале с вином усилилась. Конечно, она не будет настолько глупа, чтобы действовать в соответствии со своими мыслями — не при мне, герцоге империи, стоящем прямо здесь. По крайней мере, я надеялся на это. Но нет, вино полетело в нашу сторону. Адель, поглощенная легкой беседой с Эстель, даже не заметила выражения лица дворянки или ее движений. «Именно поэтому я не люблю тропы романтического фэнтези». Я вовремя поднял руку, чтобы защитить Адель. Вино не попало ей в лицо, а вместо этого брызнуло на мою белоснежную униформу, окрасив ее в красный цвет. Глаза Адель расширились от шока от внезапного поворота событий. Музыка продолжалась, но болтовня прекратилась. В комнате повисла удушающая тишина. Лицо леди Айт стало белым, как полотно. Какими бы ни были ее намерения, этот инцидент я не мог просто проигнорировать. — Леди Айт, — сказал я спокойным, но холодным тоном. — Ик! — ахнула она, икнув от страха. Даже Эстель, казалось, была поражена безрассудным поведением своей спутницы, ее губы слегка приоткрылись. Зная оригинальную историю, Эстель не была злодейкой, поэтому я сомневался, что она это подстроила. — Вы знаете, что должны сделать, — сказал я. — Я-я искренне извиняюсь! — пробормотала леди Айт, низко кланяясь. На ее лбу выступил пот, и она заметно дрожала. Рядом со мной Адель закусила губу, явно не зная, как реагировать. Если бы она была «злодейкой», какой ее все считали, она бы уже без колебаний запугала леди Айт — словесно или физически. Но это была Адель, главная героиня истории. — …Я прощаю вас. Но не позволяйте этому повториться, — наконец сказала Адель спокойным, но твердым голосом. Глаза Эстель слегка расширились, словно она была удивлена неожиданной реакцией Адель. Казалось, она была готова что-то сказать, но быстро закрыла рот. Большинство присутствующих провинциальных дворян, похоже, не были слишком удивлены, вероятно, потому, что они изначально не ожидали, что Адель будет вести себя как стереотипная злодейка. — С-спасибо! Спасибо, леди Эсте! — воскликнула леди Айт, снова поклонившись, прежде чем поспешно ретироваться. Наблюдая за тем, как она убегает, я не мог не подумать: «Основные сюжетные повороты действительно неизбежны, не так ли?» В оригинальной истории это сделала не леди Айт, а другая дворянка. Я не помнил ее имени, но это точно была не та, которая только что убежала. События будут происходить так, как им предначертано, независимо от того, насколько сильно меняются детали. — Ты в порядке? — спросил я Адель. — …Да, — тихо ответила она. Нет, не в порядке. Она еще не привыкла сталкиваться со злобой людей так непосредственно. Возможно, это и к лучшему. В оригинальной истории Адель, измученная бесконечной враждебностью, стала пугающе холодной и тревожно безжалостной. По крайней мере, эта Адель все еще сохраняет свою теплоту. ---------- Церемония помолвки (3) В какой-то момент я начала чувствовать, будто от меня отрывают кусок за куском. Бесконечно повторяющиеся регрессии и необъяснимая злоба, направленная на меня, подтачивали мой рассудок. Только когда я перестала считать регрессии, я наконец очерствела к этой злобе. По крайней мере, мне так казалось. «...Ха». Я ошибалась. Я думала, что научилась смеяться над злобой, притворяясь, что она меня не трогает. Но только сейчас я поняла, что все это было игрой, фасадом. Возможно, спокойствие, дарованное мне герцогом Харденбергом, притупило мои чувства. Я повернула голову и увидела, что он отдыхает с закрытыми глазами. Его лицо, по-прежнему нереально красивое, притягивало мой взгляд. Единственный шрам, который портил его совершенный облик, лишь добавлял ему характера, делая внешность Абеля еще более поразительной. И все же это чувствовалось чуждым. Как будто сам этот мир был доказательством того, что я здесь лишняя, оставляя легкую боль в груди. Это чувство отчужденности, которое я так живо ощущала во время бесчисленных пыток и смертей, снова нахлынуло на меня. «...Возьми себя в руки, Адель». То, что дела с герцогом шли гладко, не означало, что я могла терять бдительность. Несчастье всегда случалось, когда я осмеливалась надеяться, что все будет хорошо. Не было никакой гарантии, что на этот раз будет иначе. «Ты выглядишь задумчивой». «Простите? О...» Абель в какой-то момент открыл глаза и теперь наблюдал за моим глубоким дыханием. Его слова были верны — как я могла не задуматься? В конце концов, эта помолвка была не более чем первым шагом в моем плане выживания. Я не могла догадаться, о чем он думает, но его взгляд на вещи, вероятно, был диаметрально противоположен моему. В конце концов, Абель все еще был одним из элиты этого мира — человеком высшего эшелона. «Я...» «Ты беспокоишься о судьбе той молодой леди?» Молодая леди… Он, должно быть, имеет в виду Луну, женщину, которая пыталась облить меня вином. У меня не было причин заботиться о такой, как она, когда на кону стояло мое собственное выживание. И все же, услышав слово «судьба», я не могла не думать об этом. «Ее, вероятно, ждет социальное падение, как и тебя в прошлом». «...Что?» «Неважно, насколько ты печально известна, это была церемония помолвки герцога Харденберга. Большинство присутствующих дворян, казалось, не знали о твоих предполагаемых проступках». «Ты говоришь...» «Ее могут даже изгнать из семьи. Дом графа Айта не славится снисходительностью». Абель закончил свои слова с сардонической улыбкой, которая послала холодок по моему позвоночнику. Зловещий оскал идеально подходил его прозвищу «Железный герцог». Видеть, как он так спокойно говорит о чьей-то гибели, было тревожно. Или, возможно, маска, которую он показал мне как жених, была настоящим обманом с самого начала. Герцог империи не мог позволить себе быть мягким. Он, возможно, видел гораздо худшее, чем даже я, регрессор, пережила. «Разве это не удобно?» «Простите? Что ты имеешь в виду...» «Обычно мне пришлось бы разбираться с этим самому, но семья графа Айта — совсем другое дело». Дом графа Айта имел давние связи с герцогом Харденбергом. Политические браки между двумя семьями были не редкостью. На самом деле, Луна, которая представилась ранее, могла бы быть невестой Абеля при других обстоятельствах. Конечно, эти связи закончились к тому времени, как Абель стал герцогом. Я слышала об этом слухи от Лили, но не ожидала, что они окажутся правдой. «Так вот почему...» Может быть, поэтому она бросила в меня вино? Потому что считала, что это место должно было принадлежать ей? Когда я взглянула на Абеля, он кивнул, словно подтверждая мои мысли. «Не правда ли, смешно? Связи с домом графа Айта были разорваны давным-давно». Он тихонько усмехнулся, говоря это. «Тем не менее, благодаря ей наш брак по контракту пройдет более гладко. Так что, в конце концов, все получилось». Его поведение казалось незнакомым. Как регрессор, переживший бесчисленные испытания, я думала, что ко всему привыкла. Но никакое количество времени не подготовило меня к тому, как дворяне относятся к людям, как к инструментам или пешкам. Я всегда знала, что наше мышление разное. Но только сейчас я по-настоящему поняла, насколько огромна пропасть между мной, современной душой, и Абелем, человеком, прочно укоренившимся в этом средневековом мире. «Вот как». После этого в карете воцарилась тишина. Я закрыла глаза, позволяя усталости дня омыть меня. Это была долгая, утомительная ночь. **** Под полуночным небом, где высоко висела луна, я смотрела в окно. Слабый серебристый свет лился сквозь стекло, освещая пространство вокруг меня. Звезды мерцали в незнакомых созвездиях, сияя в местах, отличных от тех, что я когда-то знала. Под светом звезд, излучающих резкий, почти ослепительно белый свет, мой взгляд был прикован к ним, сама того не осознавая. В этом мире существует своеобразное суеверие: у каждого человека есть свое созвездие на ночном небе, одна звезда среди бесчисленных других, представляющая его судьбу. Конечно, прочитав оригинальную историю, я знала, что это не просто суеверие. Но для большинства людей это оставалось простым мифом. «Созвездия, да?» Среди множества звезд некоторые сияли с исключительным блеском. Я прекрасно знала, что они представляют судьбы людей — и что когда кто-то умирает, его звезда гаснет. Если это так, то что символизировало мое созвездие, бесконечно мигающее, как сломанный фонарь? Было ли это предупреждением о том, что я нахожусь на грани смерти? «О чем вы задумались, граф Айте?» «Я… я не уверен», — ответил он дрожащим голосом. Его бегающие глаза выдавали отсутствие интереса к моим разговорам о созвездиях. Как будто я слышала, как в его голове вращаются шестеренки, лихорадочно ища выход. Это зрелище позабавило меня, и тихий смешок сорвался с моих губ. «Конечно, вы не знаете. Вы человек, который не может даже контролировать собственную дочь». «Прошу прощения». Граф Айте упал на колени с поразительной легкостью. Даже среди дворян редко можно увидеть, как кто-то его ранга так легко преклоняет колени перед другим. В конце концов, хотя герцоги и графы различаются по статусу, основной этикет между дворянами обычно соблюдается. Но этот человек когда-то сговорился с моим отцом, чтобы организовать мое убийство. Его нынешняя угодливость, вероятно, была вызвана чувством вины — или страхом. Возможно, его наивная дочь Луна верила, что отец дорожит ею, но она просто недооценила своего противника. Она выбрала не ту цель. К несчастью для нее, граф Айте все еще был дворянином. Он никогда не рискнул бы собственной жизнью, чтобы защитить своего ребенка. Более того, тот факт, что его голова все еще на плечах, был целиком и полностью моей милостью. Словно почувствовав мои мысли, я услышала, как он сглотнул. «Ваша жизнь или репутация вашей дочери. Это простой расчет, не так ли?» «Да, госпожа». Его руки заметно дрожали, тремор был настолько сильным, что я чувствовала его оттуда, где стояла. Тем не менее, даже когда я открыто угрожала ему, граф Айте не осмелился произнести ни слова протеста. Он лишь крепко зажмурился, смирившись. Для него это, должно быть, похоже на пытку — слишком поздно осознать, что плохое воспитание может стоить не только репутации его ребенка, но и его собственной жизни. «Вы можете идти». «Да, госпожа». С этими словами граф поспешно поклонился и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. В тот момент, когда его удаляющаяся фигура исчезла, из-за двери вышла тень. Фигура, одетая в черное, спрятала кинжал и встала передо мной на колено. «Мне позаботиться о нем?» «Нет. Похоже, у него нет связей с имперскими пдохами». Этот человек был проницателен, когда дело касалось политики, его инстинкты были остры, как всегда. Если бы я нашла доказательства его сношений с Имперским двором, я бы заставила его замолчать на месте. Опять же, учитывая взрывной ошейник на его шее, это решение не было бы трудным. Тем не менее, в мире, где многим не хватает даже самых основных навыков выживания, граф Айте был полезной пешкой. Кроме того, он обладал знаниями об истинной природе Имперского двора, что делало его менее склонным к предательству. «Имперские гнезда?» «Я обнаружил пять в провинциях. Мы уничтожили три, но, похоже, оставшиеся два сбежали до нашего прибытия». «А в столице?» «...Мы не смогли их найти. Похоже, задействовано какое-то когнитивное искажение». Конечно. Даже уничтожение трех гнезд было впечатляющим. Хватка Имперского двора на провинциях была явно слабее, чем я предполагала. Опять же, учитывая обширную территорию Арийской империи, охватывающую 70% мира, это неудивительно. Во всяком случае, тот факт, что два гнезда сбежали, сам по себе примечателен. «Император…» Карты, которые были у меня на руках: Адель, Ворон и рыцари Черного Ворона. Против Императора этого казалось недостаточно. Но со способностью Адель к регрессии этого может быть достаточно. Для этого мне нужно было выстроить прочный фундамент доверия с ней. ---------- Фестиваль Охоты (1) Бескрайний сад, наполненный смешанными ароматами красных и белых роз, простирался вдаль, настолько огромный, что трудно было увидеть, где он заканчивается. Устроившись на скамейке под теплыми лучами солнца, я довольно вздохнула. Как бы мне ни было неприятно это признавать, это было на порядок лучше, чем маленький садик в поместье графа Эсте. То место едва поддерживалось в порядке, и только старый Ганс, вечно пьяный и валяющийся где попало, называл себя садовником. — Красиво, правда? — О, это вы… Передо мной стояла женщина с каштановыми волосами и темными глазами, на первый взгляд ничем не примечательная. Но мозоли на ее руках и грубые шрамы говорили о многом — она была не обычным человеком. Если бы мне пришлось описать ее, я бы сказала, что у нее была аура стойкой материнской фигуры. Лаура. Если мне не изменяет память, она была главной горничной в доме Харденбергов. Разве не за ней всегда следовала Лили, называя ее наставницей? Судя по тому, как улучшились навыки Лили с тех пор, как она приехала сюда, Лаура, похоже, прекрасно справлялась со своей ролью. — Я Лаура Эспельт. Можете просто называть меня Лаурой, — сказала она с веселой улыбкой. — О… Лаура. Давно не виделись. Я не видела ее с тех пор, как она помогла мне подготовиться к церемонии помолвки. Честно говоря, я почти забыла о ней. В конце концов, Лили занималась большей частью обязанностей горничной, поэтому у меня почти не было причин общаться с Лаурой. Кроме того, во время подготовки к помолвке я была слишком занята, чтобы вести нормальный разговор с кем-либо. — Похоже, вам понравился сад, — заметила она. — Да, розы действительно прекрасны, — ответила я. — Раньше этот сад был под присмотром бывшей герцогини, — пояснила Лаура. Бывшая герцогиня… Мать Абеля, я полагаю. Я попыталась представить ее, но в голове не возникло никакого образа. Могла ли я вообще представить, чтобы Абель называл кого-то «матерью»? И вообще, была ли у него когда-нибудь в жизни материнская фигура? Возможно, это было из-за безжалостного поведения, которое я наблюдала во время нашей первой встречи, или из-за холодного, расчетливого образа, который он представлял как дворянин. — Герцогиня скончалась до того, как молодому господину исполнилось четыре года. Очень жаль, — сказала Лаура с глубоким вздохом, ее лицо омрачилось печалью. На мгновение я напряглась, задаваясь вопросом, не может ли она каким-то образом прочитать невежливые мысли, которые только что промелькнули у меня в голове. Конечно, такой магии не существовало в этом мире… или я так себя успокаивала. — А вы знали? В этом саду изначально были только белые розы, — добавила она. — А эти красные розы? — Их посадил сам молодой господин… нет, сам герцог. Розы казались такими тесными и переплетенными, растущими хаотично, что теперь это имело смысл. Но зачем сажать красные розы в саду белых роз? Была ли это его странная причуда? Или я просто предвзято относилась к нему, видя в нем злодея, которым я его окрестила? — Герцогиня любила красный цвет. Даже когда она ухаживала за этим садом белых роз, она всегда мечтала о красных розах, — тихо сказала Лаура. Учитывая размер этого сада, бывшая герцогиня, вероятно, не сажала все сама. Это, должно быть, было наследие, передававшееся из поколения в поколение. Может быть, Абель посадил красные розы из уважения к своей матери? Эта мысль удивила меня — это казалось так непохоже на того человека, которого я знала. — Пожалуйста, не ненавидьте герцога слишком сильно, — вдруг сказала Лаура. — …Что? Я резко повернула голову и увидела, что лицо Лауры омрачено печалью. Решительная аура, которую она излучала при нашей первой встрече, давно смягчилась. — Он может казаться холодным, но он просто по-своему неуклюж, — добавила она. Это застало меня врасплох. Он всегда казался равнодушным к своим вассалам, но, возможно, это было не так. Теперь, когда я подумала об этом, ни один слуга, которого я встречала в этом особняке, не отзывался плохо об Абеле. Наоборот, они говорили о нем только хорошее, хотя бесконечные хвалы Эвана в адрес герцога могли быть немного чрезмерными. — Я слишком много вмешиваюсь? — нерешительно спросила Лаура. — …Нет, все в порядке, — ответила я. Правда была в том, что я все еще не понимала. Абель Харденберг. Кем он был на самом деле? До встречи с ним он был для меня не более чем зловещим злодеем. Во время нашей первой встречи он был безжалостен, руководствуясь исключительно логикой и выгодой. Затем, во время нашего брака по контракту, он показал свою игривую сторону. Какая из них была его маской? Какое его истинное лицо? «Я действительно не знаю». Впервые я почувствовала неподдельный интерес к человеку по имени Абель Харденберг. *** Дворянский этикет, гордость и манеры… Дни того, что они называли «уроками невесты» — но по сути это было дворянское образование — не показывали никаких признаков окончания. Я думала, что обучения танцам будет достаточно для невесты, но вместо этого меня учили всему на свете. Вышивка была только началом. Добавьте математику уровня средней школы по современным меркам и бесконечный набор протоколов, требуемых для герцогини. Единственным спасением было то, что у меня был некоторый опыт шитья из прошлой жизни. «…Это изнурительно». Я знала, что мне не хватает дворянского лоска, но это строгое обучение заставило меня осознать, насколько я была груба. Конечно, я не была настолько оскорбительна, чтобы оправдать покушения на убийство, но… я не раз создавала ненужные проблемы. — Ты выглядишь так, будто тебе тяжело. — Ге—э, Абель. Я повернула голову и увидела Абеля со слабой ухмылкой на лице. Что-то в этом выражении так раздражало, что я вздохнула. — Ты все еще не можешь к этому привыкнуть. Когда ты наконец начнешь называть меня по имени properly? — …Ты пришел сюда только для того, чтобы поддразнить меня? — Конечно, — ответил он без колебаний. Я снова вздохнула. Он отсутствовал несколько дней, и теперь, когда он наконец появился, это все, что он хотел сказать? — Разве герцогу пристало так бездельничать? Слегка насмехаясь над ним, я подняла бровь. Абель усмехнулся, прежде чем ответить. — На этот раз я оставил дела Аллену, так что все в порядке. Аллен? Ах, пожилой дворецкий с седыми волосами. Если Аллен занимался делами, то не о чем было беспокоиться. Насколько я слышала, он служил семье Харденбергов почти пятьдесят лет. В таком случае, разве он не был настоящей властью за кулисами? Редко дворецкий — да и вообще любой слуга — работал в одном доме так долго. — Я слышал, что дворянский этикет доставляет тебе проблемы, — заметил Абель. — Ну… да, — неохотно призналась я. Несколько месяцев назад — или, может быть, год, если считать мою регрессию — я жила как Адель фон Эсте. Тем не менее, я никогда не обращала особого внимания на этикет. Тогда я была слишком занята попытками выжить, чтобы беспокоиться об изучении таких вещей. Теперь, как будущая герцогиня, я изучала тонкости дворянских манер, но… возможно, из-за моих двадцати с лишним лет современных воспоминаний, многие правила казались бессмысленными. Запоминать их было очень трудно. — Если хочешь, я могу помочь, — предложил Абель. — …Зачем? Слова вырвались резко, почти непреднамеренно. Тем не менее, Абель лишь усмехнулся, отвечая на удивление добрым тоном. — Потому что я предпочел бы не видеть, как леди Адель позорится. — Уф… все не так плохо! — О? Хочешь, я перечислю все правила этикета, которые ты пропустила во время церемонии помолвки? Я бы не отказался вспомнить их одно за другим. — Уф… это… Он был прав. После церемонии я выдержала двухчасовую лекцию от Аллена, произнесенную его обычным мягким, но твердым тоном. Даже Лили, которая обычно защищала меня любой ценой, отвернулась от меня во время этого испытания. — Что ж, не торопись. Пока что ты не будешь часто появляться на публике. — Но разве охотничий фестиваль не скоро? — спросила я, озадаченная. Абель покачал головой. — Фестиваль перенесен на месяц. Снег на горе Вечного Снега еще не растаял. Охотничий фестиваль. Это был своего рода праздник, который проводился на коварной горе Вечного Снега, расположенной к северу от имперской столицы Ири. Известный своей пересеченной местностью и опасными монстрами, это был опасный регион. Истоки фестиваля восходят к первому императору Империи, Юку фон Шуфенхайму, который более тысячи лет назад покорил монстров горы и достиг ее вершины. Для молодых дворян это был шанс проявить свою силу и возможность преподнести охотничий трофей даме, которой они восхищались. Дамы, в свою очередь, использовали подарки, чтобы оценить свою собственную ценность. Человек, который приносил самый большой или самый ценный улов, получал титул «Короля», а дама, получившая самый престижный подарок, получала титул «Королевы». Это была возможность сделать себе имя. Естественно, из-за опасностей в нем участвовало много королевских рыцарей, что сохраняло количество жертв относительно низким — обычно не более одной или двух смертей в год. — С нетерпением ждешь охотничьего фестиваля, Адель? — поддразнил Абель. — Что? — Тебе любопытно, какой приз я принесу? — сказал он с невыносимо самодовольной ухмылкой. Я бы солгала, если бы сказала, что мне не любопытно, но его уверенность раздражала меня. — Не очень, — коротко ответила я. — Я позабочусь о том, чтобы принести что-то, превосходящее твои ожидания, — сказал он. Почему-то это прозвучало зловеще. Он что, планировал одновременно претендовать на титулы Короля и Королевы? Даже если это было для поддержания видимости нашего брака по контракту, это казалось чрезмерным… …Наверняка нет, правда? ---------- Фестиваль Охоты (2) Месяц пролетел как одно мгновение. За это время ежедневные занятия по этикету, замаскированные под обучение невесты, определенно изменили меня. Я чувствовала это в своей осанке, в своих движениях. От элементарных правил поведения за столом до правильной позы во время разговоров — все это имело значение. — Пожалуйста, следите за своими шагами. С такой размашистой походкой вы можете подвернуть лодыжку. ...Конечно, мне еще предстоит пройти долгий путь. Но, по крайней мере, теперь я могу комфортно ходить на каблуках такой высоты, что само по себе является немалым прогрессом. Осмотрев мою осанку несколько раз, Аллен наконец улыбнулся, aparentemente удовлетворенный. — Вы значительно улучшились. Я с трудом вспоминаю, какой вы были при нашей первой встрече. — Ахаха. Спасибо. Когда он говорит «наша первая встреча», имеет ли он в виду тот раз, когда я впервые предложила Абелю брак по контракту? Это имеет смысл. Тогда у меня не было возможности беспокоиться о дворянском этикете или чем-то подобном. Неудивительно, что он помнит это именно так. — Этого должно... хватить. — Неожиданно. Никогда не думал, что даже Аллен признает тебя. Абель, который в какой-то момент вышел из своего кабинета, сказал это с оттенком удивления на лице. Видимо, он не ожидал, что я заслужила одобрение Аллена всего за месяц. Что ж, по крайней мере, я быстро схватываю. — Хмф. Прочистив горло и слегка скрестив руки, я увидела, как Абель ухмыльнулся. — Можешь гордиться сколько угодно, но не пора ли тебе начать собираться? — О, точно. Я совсем забыла, наверное, потому что была так взволнована. Сегодня был день охотничьего фестиваля. Хотя вечные снежные поля находились недалеко от поместья Харденбергов, если мы не начнем готовиться сейчас, то можем опоздать. — Леди Адель! Издалека Лили окликнула меня громким голосом, спеша навстречу. После того, как она споткнулась во время бега в прошлый раз и получила выговор от Лауры, она теперь сознательно старалась идти быстрым шагом. — Пора собираться! — Я понимаю, Лили. Следуя за Лили, я вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд и повернула голову. Абель стоял там со многозначительной улыбкой, указывая на себя. В его взгляде было что-то озорное, что сразу же наполнило меня тревогой. Это было предчувствие, которое я всегда испытывала перед тем, как должно было произойти что-то важное. Несмотря на мое легкое нахмуривание, он продолжал смотреть на меня с той же необъяснимой улыбкой. «...Почему я чувствую беспокойство?» Я надеялась, что это было всего лишь потому, что я подозревала, что Абель может доставить какие-то неприятности. Тем не менее, не мешало бы быть готовой. Как говорится, береженого Бог бережет. С этой мыслью я повернулась и снова последовала за Лили. **** — Ху… Как и ожидалось от места под названием Снежные горы, название идеально подходит. Несмотря на то, что я укутана в несколько слоев одежды, мои зубы невольно стучат. Несмотря на то, что я нахожусь внутри кареты, мое дыхание превращается в белые клубы, заставляя меня остро осознавать, насколько здесь холодно. Абель, сидевший напротив меня, взглянул на меня и щелкнул пальцами. — Ты выглядишь очень замерзшей. — Очень даже. Как ты можешь быть одет так, Абель? Он был одет ненамного иначе, чем в свою обычную униформу. Хотя она, безусловно, излучала дисциплину и формальность, это была не та одежда, которая подходила для этих снежных гор. Даже я, которая обычно никогда не беспокоилась о нем, почувствовала, что он может простудиться. — Магия. Ах, да. Должно быть, здорово родиться с врожденными магическими способностями. Услышав это, я почувствовала себя глупо из-за своего беспокойства. Для такой, как я, которая истощается после применения даже незначительных заклинаний, таких как отслеживание или защитная магия, пару раз из-за истощения маны, я не могла не завидовать до такой степени, что это перерастало в ревность. — Все еще холодно? — Конечно... А? Если подумать, мне больше не было холодно. На самом деле, мне стало даже немного тепло. Озадаченная тем, что происходит, я подняла глаза и увидела, что Абель улыбается своей маскообразной улыбкой. Он использовал магию для меня? Я не собиралась спрашивать его об этом, но теперь, когда он так легко это сделал, это показалось мне немного непривычным. Что ж, с точки зрения Абеля, было бы проблематично, если бы его невеста простудилась во время мероприятия. Тем не менее, факт остается фактом: он помог мне… — ...Спасибо. — Хм? Я не слышу тебя. Этот парень снова притворяется, что не слышит меня. Один взгляд на его озорное выражение лица, и я сразу все поняла. Не то чтобы я скупилась на благодарность, поэтому повторить это более громким голосом не составило труда. — Спасибо, Абель. — Пожалуйста. С этим ответом Абель тут же снова уставился в свои документы, как будто потерял интерес. Меня это немного раздражало, но я вздохнула и отвернулась. Поистине, он был человеком, который во многом действовал мне на нервы. За окном кареты простирались горные хребты, покрытые белым снегом. Даже для меня, которая до того, как завладела этим телом, была в какой-то мере любительницей пеших прогулок, размеры этих снежных гор были огромны. Я не могла не думать, что они могли быть выше горы Сораксан. «Подумать только, что мы можем достичь таких высот всего лишь на карете». Магическая инженерия этого средневекового мира была поистине fascinante. Даже с существованием магии способность подниматься на такую головокружительную высоту в карете была замечательной. У меня даже мелькнула шальная мысль, что быть кучером — это экстремальная профессия. Цокот, цокот. Конечно, даже со всей этой впечатляющей магической инженерией они, похоже, ничего не могли поделать с тряской; я все еще не привыкла к ней. Честно говоря, то, что Абель мог спокойно читать документы посреди всей этой тряски, было еще более странным. Если бы я спросила его, он бы, наверное, снова сказал, что это благодаря магии. Погрузившись в раздумья, я вдруг поняла, что цоканье прекратилось, и это сопровождалось ржанием лошадей. — Мы приехали, — сказал Абель, отложив документы и встав. Выйдя первым из кареты, он протянул мне руку, чтобы помочь мне спуститься. Выйдя наружу, я увидела снежную равнину, которая казалась покрытой белым. В центре, возможно, из-за какого-то барьера, была голая равнина, где снег растаял. Были видны молодые дамы и господа в различных нарядах, дворяне и даже члены императорской семьи. Среди них были лица, настолько знакомые, что я почувствовала дрожь. «Кронпринц, Мастер Башни, Командующий Имперскими рыцарями и даже Герцог...» Это место было заполнено людьми, одних имен которых было достаточно, чтобы лишить кого угодно дара речи. Как будто все типы главных героев из любовных фэнтезийных романов собрались здесь. Несмотря на то, что охотничий фестиваль является одним из самых значительных событий империи, так высокопоставленные лица редко появляются все вместе. Может быть, причина в ней, в главной героине? Повернув голову, я увидела Эстель неподалеку. Ее серебристые волосы мерцали на солнце, а ее золотистые глаза придавали ей ауру таинственности. Ее красота была такой, что любой сразу бы подумал, что она настоящая красавица среди красавиц. Эстель фон Луис. Оригинальная главная героиня, которая пленяет всевозможных очаровательных главных героев — роковая женщина. Независимо от того, насколько этот мир является любовным фэнтези, видеть, как к ней стекается столько мужчин, кажется почти нереальным. Какими бы реалистичными ни были вещи, наблюдение за такими чрезмерными сценариями вызывает у меня чувство отчуждения, напоминая мне, что этот мир, в конце концов, находится внутри любовного фэнтезийного романа. «Ах, мы встретились взглядами». Она выглядела слегка удивленной, ее глаза на мгновение расширились, затем она слабо улыбнулась и помахала рукой. Я тоже была поражена, но постаралась выглядеть спокойной и неловко помахала в ответ. Видя, как она так искренне реагирует, я чувствую себя неловко без причины… «На самом деле она была довольно хорошим человеком». Насколько я слышала, Адель, до того как я завладела этим телом, доставляла ей всяческие неприятности. Тем не менее, она искренне поздравила меня и даже дала мне приглашение, когда уходила с церемонии помолвки, сказав, что хочет поговорить со мной подробнее. Я начала вспоминать слухи о проступках, которые Адель совершила против Эстель. Притворяясь, что споткнулась, и проливая вино на ее платье, тонко насмехаясь над прошлым семьи графа Льюиса, которые раньше были баронами, и даже тонко подстрекая к остракизму против нее на вечеринках, которые она устраивала. «Адель действительно была не в себе?» Чем больше я думала об этом, тем меньше понимала, почему Эстель проявила ко мне доброту. Если она пригласила меня даже после всего этого, может ли она быть живой святой? Пережить такие нарушения дворянского этикета и даже оскорбительные действия, и все равно дать мне приглашение… Более разумным казалось думать, что у нее есть какой-то скрытый мотив. — Ты выглядишь задумчивой. Я наконец заметила Абеля, который протянул мне руку. Неужели я была настолько погружена в свои мысли, что не поняла, что он ждет, чтобы взять меня за руку? — Ах, прости. — Не нужно извиняться. Но трудно переживать из-за проблем, которые сейчас нельзя решить. Его тон был намного мягче, чем обычно. Возможно, это было потому, что вокруг были другие люди. Даже если он тонко намекал, он был прав. Нет смысла зацикливаться на намерениях Эстель, когда я не могу понять их сейчас. Лучше сосредоточиться на том, что передо мной. Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы распутать свои сложные мысли. Это немного успокоило меня. — Спасибо за совет. — Пожалуйста. Абель ответил с легкой улыбкой. Его улыбка, необычно неискренняя, вызвала у меня легкую дрожь, но я постаралась не показывать этого. Честно говоря, его обычная игривая ухмылка была гораздо приятнее для глаз. ---------- Том 1 Глава 21 — Немало народу собралось. Неудивительно было видеть кронпринца, который следовал за Эстель, как щенок, на любом банкете, который она посещала. Но даже Мастер Магической Башни, чье лицо редко можно было увидеть, и капитан Имперских рыцарей, которого фактически считали стратегическим оружием, были здесь. Кто угодно мог бы подумать, что в империю вторглись войска из другого королевства. Тот факт, что единственной целью их присутствия здесь было завоевать расположение одной дворянки, был, по меньшей мере, забавным. «Охотничий фестиваль, да…» Если бы это был настоящий Абель, он бы даже не взглянул на такое событие. На самом деле, в оригинальной книге охотничий фестиваль лишь упоминался вскользь и опускался. Тем не менее, Абель намеренно решил принять участие из-за артефакта, который сам император предложил в качестве приза. «Цена Весов». Артефакт, способный достичь чего угодно равной ценности в обмен на жертву — совершенно сломанный артефакт. Если мне не изменяет память об оригинале, Мастер Магической Башни выиграл оба титула Короля и Королевы Охоты вместе с Эстель, тем самым завладев артефактом. Позже выяснилось, что Мастер Магической Башни был одним из мечей Императора, что делало «Цену Весов» почти мошенническим предметом по своей полезности. Мягкое, но отстраненное поведение, которое он демонстрировал Эстель, полностью исчезало, когда он механически казнил предателей. Это леденящее душу изображение Мастера Башни в оригинальной истории было просто ужасающим. Я не считала, сколько раз Адель умирала в этой части истории, но это должно быть было трехзначное число. Вероятно, именно финальная схватка с Мастером Башни привела к психическому срыву Адель во второй половине романа. Ее превращение в машину для убийств, готовую без колебаний отдать свою жизнь ради единственной цели — уничтожить своего противника, было… Поистине гротескным. «Но... что-то не так?» Я заметила Адель рядом со мной, ее глаза тревожно бегали. Она продолжала вздыхать и нервно кусать губу, как будто ее что-то беспокоило. Следуя за ее взглядом, я увидела Эстель. Ах, конечно. Она, должно быть, беспокоится о героине оригинального романа. Что ж, для нее этот мир был всего лишь любовным фэнтезийным романом, поэтому было логично, что она была озабочена главной героиней. Я слегка протянул руку, чтобы снять ее напряжение, но она даже не заметила. — Ты выглядишь задумчивой, — сказал я. Вздрогнув от моего голоса, Адель быстро повернула голову. — Ах, прости.. — Не за что извиняться. Было понятно, что она чувствовала себя неловко. В начале истории Адель пыталась подружиться с Эстель, но столкнулась со всевозможными унижениями. Ее настороженность была не без оснований. — Но беспокойство о неразрешимой проблеме сейчас только измотает тебя, — добавил я. Она кивнула на мои слова, положив руку на грудь и сделав несколько глубоких вдохов. После нескольких повторений ее дрожащие руки и тревожный взгляд, казалось, успокоились. — Спасибо за совет. — Не за что, — ответил я с улыбкой. Я снова обратил внимание на толпу, где несколько рыцарей двигались с какой-то целью. Издалека приближалась золотая карета, ее роскошные украшения привлекали внимание толпы. — Имперская карета? Ее присутствие было подавляющим. Достигнув уровня Архимага, я мог чувствовать мощную ману, исходящую от пассажира кареты. Это было почти удушающе. В отличие от меня, остальные, казалось, ничего не замечали, лишь перешептываясь между собой. Даже Адель, казалось, ничего не замечала, с любопытством склонив голову. Карета остановилась, и из нее медленно вышел златовласый мужчина. В отличие от слабого, смехотворного присутствия кронпринца, этот человек излучал ауру настолько сильную, что ее можно было описать только как властную. Покрытый шрамами, видневшимися даже сквозь его мундир, с длинной раной от меча, пересекающей его левый глаз, он одним своим присутствием внушал страх. Его спокойный взгляд и подавляемое им убийственное намерение были достаточны, чтобы заставить толпу замолчать. — Император... Узнав мужчину, дворяне поспешно поклонились. Следуя их примеру, я слегка склонил голову. Адель, на мгновение испугавшись, быстро последовала правилам дворянского этикета и поприветствовала Императора. — Приветствуем Солнце Империи. Все без исключения низко поклонились. Император Юдэ фон Шуфенхайм стоял перед ними со спокойной улыбкой на лице и говорил спокойным голосом. — В такой радостный день нет необходимости в подобных формальностях. Я пришел только для того, чтобы развлечься. «Ты говоришь это так, как будто это неправда. Если бы кто-то осмелился поднять голову, ты бы выхватил свой меч и сразил его наповал». Резкая, тихо отточенная кровожадность Императора была достаточным тому доказательством. Поднявшись на приготовленную платформу, Император ударил посохом о землю, требуя тишины, прежде чем начать свою речь. — Охотничий фестиваль изначально был учрежден в память о первом Императоре, Юке фон Шуфенхайме, который истребил всех монстров со снежных гор. За последние тысячу лет бесчисленные звезды империи доказали свою ценность на этом фестивале. Он тепло улыбнулся, как будто был доброжелателен. — В этом году для нескольких особых гостей, которые почтили нас своим присутствием, я приготовил превосходный подарок, — объявил он. По его знаку появился слуга, несущий железный ящик. Хотя он выглядел грубым, мощная мана, исходящая изнутри, намекала на необычайную природу его содержимого. — Артефакт, передаваемый из поколения в поколение в императорской семье, — один из них будет вручен Королю и Королеве Охотничьего фестиваля этого года. Толпа взорвалась болтовней. Хотя Охотничий фестиваль был заветной традицией, было беспрецедентно, чтобы Император принимал в нем такое непосредственное участие, не говоря уже о том, чтобы предлагать артефакт такой ценности. — Это... Цена Весов? Чтобы получить его, мне нужно было победить Мастера Магической Башни. Для настоящего Абеля это могло быть сложной задачей, но для меня это вполне достижимо. Единственная проблема заключалась в том, что мне нужно было бы раскрыть силу, которую я до сих пор скрывал. «Опять же, императорская семья уже в какой-то мере знает о моих способностях». Если моя рука почти раскрыта, то, возможно, лучше выложить ее открыто. Победа над Мастером Башни и завоевание титула Короля послали бы четкий сигнал о моей силе. — Тогда постарайся изо всех сил, — сказал Император, садясь на приготовленный трон. Бу-бу! Рог возвестил о начале фестиваля. Некоторые участники в изумлении заметались, в то время как другие без колебаний бросились прямо в снежные горы. — ...Абель. Ты уверен в этом? — нерешительно спросила Адель, в ее голосе слышалось беспокойство. Столкнувшись с бескрайними снежными горами, было естественно испытывать опасения. В конце концов, даже опытные рыцари редко выдерживали больше трех дней в этих коварных условиях. — Конечно, — уверенно ответил я. Для такого, как я, подобные опасения были неуместны. Адель понятия не имела, насколько бессмысленно беспокоиться о ком-то уровня Архимага. Опять же, она никогда не видела моей полной силы. Пока я размышлял об этом, она залезла в пальто и вытащила что-то — платок, вышитый смелым орлом. Качество вышивки было впечатляющим, достаточным, чтобы я на мгновение восхитился ее неожиданным талантом. — Ты сама это сделала, Адель? — спросил я. — ...Да. Я сделала это, думая о тебе, — застенчиво ответила она, наполовину скрыв лицо, явно смущенная. Ее растерянное выражение лица позабавило меня, и я не мог не усмехнуться. Что ж, даже если это все игра, исполнение роли любящего партнера требует некоторых усилий. Встав на одно колено, я нежно взял ее руку и поцеловал. Ее лицо стало свекольно-красным, и она застыла от удивления. Я с трудом сдерживал смех от ее реакции и тихо сказал: — Я вернусь целым и невредимым, так что, пожалуйста, не беспокойся, Адель. Как и ожидалось, окружающие нас дамы разразились радостными возгласами. В этот момент это было почти как фоновая музыка — куда бы я ни шел, следовали подобные реакции. Не то чтобы я возражал, поскольку это не оставляло места для сомнений в моей и Адель предполагаемой любви. — ...Хорошо. Пожалуйста, будь осторожен, — сказала она, полностью закрыв лицо руками. Почувствовав озорство, я наклонился ближе и прошептал ей на ухо: — Ты красная, как морковка. Если так пойдет и дальше, ты можешь просто взорваться. — Ты...! Слишком смущенная, чтобы дать связный ответ, Адель сердито посмотрела на меня, когда я засмеялся и зашагал в снежные горы. ---------- Том 1 Глава 22 Резкий металлический запах крови висел в воздухе — тошнотворный смрад, который когда-то казался невыносимым, к которому, как я думал, никогда не привыкну. Теперь он стал моим ежедневным спутником, безжалостно атакующим мои чувства. Повернув голову, я заметил мужчину, с ног до головы покрытого кровью, отчаянно пытающегося бежать. В тот момент, когда наши взгляды встретились, он упал на колени. — П-пожалуйста, поща… Прежде чем он успел закончить мольбу, мой меч рассёк ему горло. Перерезанные голосовые связки заставили его невнятно хрипеть, неспособного произнести ни слова. Зрелище было не из приятных, отнюдь, но отвращения я тоже не чувствовал. В конце концов, дни, когда меня тошнило от подобного, давно прошли, учитывая, сколько крови уже запятнало мои руки. Мужчина упал, глаза закатились. Вокруг него, сваленные в кучу, лежали еще около дюжины — мужчины и женщины, — с такими же перерезанными горлами. На шее каждого красовалась одна и та же зловещая татуировка. Всё было очевидно. Это были Глаза Императора, созданные, чтобы заменить знать, убитую на прошлом аукционе. «У меня были подозрения, но это подтверждает их. Даже дворяне не застрахованы от этого». Главная причина, по которой я участвовал в Охотничьем Фестивале, помимо обещанной награды, заключалась в том, чтобы определить, кто был превращен в Глаза Императора, и собрать информацию по их меткам. — П-почему ты это делаешь с нами? Дрожащий дворянин сжимал свой защитный меч, неуверенно отступая. Разве он не был молодым наследником графской семьи Гриффов? Когда я сделал шаг вперед, мужчина отшатнулся на два назад, споткнулся о камень и упал навзничь. «Как жалко». Глаза Императора не знают своей истинной природы. Их тела, воспоминания, личности — даже образ мышления — являются идеальными копиями, поэтому они не подозревают, что были заменены. Метки на их шеях может увидеть только тот, кто достиг уровня великого мага или выше, что делает их невежество еще более абсолютным. Невольные шпионы, которые есть повсюду, не осознавая своей роли. Вот почему их называют Глазами Императора. — П-пожалуйста, поща… Прежде чем он успел закончить, мой меч пронзил его горло. Неприятный булькающий звук ненадолго эхом разнесся по округе, прежде чем он рухнул. Я выдернул меч и небрежно бросил его в подпространственное хранилище. Хотя я был весь в крови, меня это не беспокоило. Магия легко очистит её, и пока тела будут утилизированы, никто не узнает, принадлежала ли кровь людям или монстрам. — …Что, чёрт возьми, ты только что сделал? Я повернулся на голос, знакомые золотые волосы и пронзительные золотые глаза встретились с моим взглядом. Это был наследный принц, Лео фон Шуфенхайм. Несмотря на то, что он отважился углубиться в лес, куда большинство не осмелилось бы сунуться, он стоял передо мной. Я даже спровоцировал оползень ранее в качестве предупреждения, но он всё равно здесь, как всегда беспечный. Все эти хлопоты только для того, чтобы выследить Адель и защитить Эстель. Это романтично? Или просто глупо? «И без сопровождения». Это была смелость или глупость? Неужели он действительно думал, что сможет справиться со мной в одиночку только потому, что он едва попал в ряды мастеров меча? Такое упрощенное мышление было именно тем, почему он в итоге стал всего лишь пешкой в оригинальной истории. — Я задал тебе вопрос. Что, чёрт возьми, ты делаешь? — Что я делаю? Как видишь. Наследный принц, явно разъяренный этой бойней, стиснул зубы и свирепо посмотрел на меня. Вокруг него начала подниматься золотая энергия — его аура. Тем не менее, для того, кто едва удерживал титул мастера меча, качество его ауры было посредственным. Без постоянных тренировок аура застаивается. Его зависимость от королевской крови до сих пор помогала ему лишь отчасти, оставляя его в лучшем случае «полуфабрикатом». — Я убью тебя! Он потерял самообладание, выхватил меч и бросился на меня. Я не мог не издать сухой смешок. Глаза Императора могут возродиться, независимо от того, как они умрут. Официально, любой Глаз, чья личность раскрыта, уничтожается, но если бы он знал это, он бы так не злился. «Иронично, что принцесса без права на престол знает об Империи больше, чем он». Как забавно. Щелчком пальцев я материализовал в воздухе светящийся белый магический круг, образовав перед собой щит. Лязг! Клинок наследного принца, наполненный золотой аурой, столкнулся с магическим щитом, но не смог пробить его. Его «идеальный удар» был остановлен в холодную, и удивление в его глазах было ощутимым. Неужели он думал, что я просто буду стоять и принимать такую очевидную атаку? Его недостаток боевого опыта был вопиюще очевиден, гораздо больше, чем уровень его ауры или навыков. — Начать вычисления. Со всех сторон в воздухе начали материализовываться бесчисленные магические круги, отчего глаза наследного принца, Лео фон Шуфенхайма, задрожали. И всё же он не отступил и не принял оборонительную стойку. Очевидно, его способность оценивать ситуацию и быстро реагировать была сильно ограничена. «Ну, а чего еще ожидать от бездельника?» До встречи с Эстель его дни проходили в алкогольном опьянении и хихиканье с женщинами. Несмотря на свою непревзойденную силу как мастера меча, он без колебаний использовал её, чтобы терроризировать других — настоящее позорище. Таким был Лео фон Шуфенхайм. Человек без мозгов, но с чрезмерной силой, он стал всеобщей боксерской грушей в этой истории. Его поступки заслужили безжалостные насмешки читателей — настолько, что в разделах комментариев к оригинальному роману он уступал в критике только автору. — Огонь. Из магических кругов вылетели белые снаряды. Лео отчаянно размахивал своим мечом, наполненным аурой, чтобы заблокировать их, но пули без труда пронзали его ауру. Независимо от того, сколько у него было ауры, её плохое качество означало, что она не могла как следует отразить даже одну пулю. — Уф! Раздался звук сминающейся брони, когда Лео отбросило назад. Он врезался в заснеженное дерево, тяжело дыша. Полузасыпанный снегом, упавшим с веток, и выплевывая кровь, Лео представлял собой жалкое зрелище. Как ни странно, эта картина принесла мне странное чувство удовлетворения. Возможно, это было потому, что я когда-то был среди читателей, которые с радостью присоединялись к хору оскорблений в его адрес. — Ты… ублюдок… — Золотые рыцари-львы. При моих словах Лео замер. Нападение, которое было направлено на Адель и меня во время банкета — любой, кто знаком с имперским фехтованием, быстро бы понял, кто за этим стоит. Золотые рыцари-львы. Рыцарский орден, созданный для защиты членов императорской семьи, они были по сути оружием императора, которым владели только император и наследники престола. Но что произойдет, если станет известно, что эти рыцари напали на герцога и его невесту, двух самых значительных фигур империи? Ответ был очевиден. Действия Лео были равносильны объявлению войны дворянству. Было бы чудом, если бы не вспыхнуло восстание. Как будто осознав последствия, его лицо стало смертельно бледным. — Ты не думал, что я догадаюсь, да? — К-как… — Представь, как будет убит горем Его Величество, если узнает об этом. Не то чтобы император со своим безумным темпераментом что-то подобное почувствовал бы. — Чего… ты хочешь? По крайней мере, он понимал серьезность своего положения. Но его высокомерие осталось, о чем свидетельствовало то, как он даже сейчас держал голову высоко поднятой. Типично для имперского принца, которому никогда не приходилось считаться с чужим мнением. Тук! — Аргх! Удар ногой по его броне отправил его в другое дерево. Лео застонал от боли, его золотые глаза дрожали от страха. — Всё еще не можешь понять ситуацию, не так ли? Было ясно, кто имеет преимущество. Я был в выигрыше. Он был в проигрыше. — Твоя жизнь в моих руках. Защитит ли император Лео, узнав о его безрассудстве? Вряд ли. Это был человек, который без колебаний убил бы собственного брата. Сострадание не было в его характере. Вместо этого он разорвет связи с Лео, чтобы защитить свое положение. Для императора его дети были не более чем инструментами управления. Лео, как никто другой, должен был понимать это лучше всех. — …Чего ты хочешь? Хотя его тон был всё еще вызывающим, это было, пожалуй, лучшее, на что он был способен. Давить на него дальше было бы бесполезно. Лучше сразу перейти к делу. — Меч Императора, Люк фон Шуфенхайм. — …Откуда ты знаешь об этом? Его реакция на титул подтвердила, что он не был полностью невежественен в имперских делах. Он даже знал, что Второй Принц, Люк фон Шуфенхайм, стал Мечом Императора. Учитывая, что восхождение Лео на пост наследного принца произошло после официальной смерти Люка, было бы страннее, если бы он не знал. Несмотря на то, что он не был первенцем, Люк когда-то был самым сильным претендентом на трон, во всём затмевая Лео. — Мать этого человека, Луки фон Асрих. Где она? ---------- Том 1 Глава 23 — Давно не виделись, Адель. Я на мгновение замерла, когда Эстель подошла ко мне с лучезарной улыбкой. С тех пор, как я овладела телом Адель, это был первый раз, когда кто-то подошел так близко без колебаний, настолько, что это заставило меня насторожиться. Подавив эти чувства, я неловко ответила: — Прошел месяц, Эстель. — Похоже, ты хорошо ладишь с герцогом. — …Простите? О чем она вдруг заговорила? Пока я смотрела на неё с этой мыслью, Эстель загадочно улыбнулась и продолжила: — Он ведь известен своей холодностью, герцог Харденберг. «В самом деле?» То, как вёл себя Абель после нашего брака по контракту, не совсем соответствовало этой репутации. Его игривое поведение казалось искренним, далёким от холодности или суровости. Конечно, можно было списать это на моё воображение. — Но тот факт, что он тёпл только со своей невестой, удивил многих. — У Абеля действительно есть такая сторона. Теплота, да? Ну, со стороны может показаться, что это так. Герцог, который никогда ни с кем не разговаривал неформально, вежливо обращался только к своей невесте. Он даже вернулся в светские круги, которые так презирал, только ради неё. Для тех, кто не знал о нашем браке по контракту, Абель, вероятно, казался преданным мужчиной, безумно влюбленным в свою невесту. — Ты называешь герцога по имени, не так ли? Эстель посмотрела на меня с любопытством. «Ах, это вошло в привычку?» К этому моменту это стало моей второй натурой. Каждый раз, когда я обращалась к нему «Ваша Светлость», он поправлял меня, говоря: «Зови меня Абель». Со временем я просто привыкла к этому. Но называть его по имени? Разве это не нормально для помолвленной пары обращаться друг к другу по имени? Сам Абель настаивал, чтобы я называла его так, поэтому её вопрос только ещё больше озадачил меня. — Что ты имеешь в виду…? Эстель слегка наклонила голову, услышав мой растерянный тон, прежде чем что-то осознала и открыла рот. — О, ты не знаешь? Она добавила как само собой разумеющееся: — Герцог не любит, когда его называют по имени. Её слова заставили меня замолчать. Если ему это не нравилось, то почему он настаивал, чтобы я называла его Абель? Почему он не поправлял меня, как всех остальных? Чувствуя моё любопытство, Эстель пояснила: — Я не знаю причину, но это хорошо известно в светских кругах. «Никогда не обращайтесь к Железнокровному герцогу по имени». — Но почему… Она тихонько усмехнулась моему вопросу и ответила: — Разве это не то, что Адель должна знать лучше всех? Его глаза буквально источают мёд, когда он смотрит на тебя. Если бы это было так, было бы легче понять. Я могла быть недалёкой, но не настолько, чтобы не видеть сквозь фасад контрактной невесты. Как бы ни была ошеломляюща внешность Адель, этого было недостаточно, чтобы так очаровать Абеля. — Кстати, раз уж мы так столкнулись, почему бы нам не подружиться? Эстель лучезарно улыбнулась и протянула мне руку. Это было предложение настолько тёплое, что оно казалось почти обременительным, но отклонить его было бы equally неловко под взглядами окружающих. Неохотно я протянула руку, и она тут же сжала её. После короткого рукопожатия повисла неловкая тишина. — Конечно… Давай. — Ха-ха! Тебе не нужно так напрягаться. В конце концов, мы одного возраста. Мы даже дебютировали в одном светском сезоне. Когда она добавила это, я не смогла признаться, что не помню того времени. Возможно, Эстель тогда получила какую-то помощь от Адель, предположила я. «Это кажется правдоподобным». Если это правда, то это объяснило бы её, казалось бы, безусловную доброжелательность по отношению ко мне. — Какие у тебя увлечения, Адель? — Хм… шитьё, наверное. Без интернета и смартфонов в этом мире больше нечем было заняться. После того, как я овладела Адель, я была по сути вынуждена пройти детоксикацию от дофамина, и шитьё было единственным оставшимся развлечением. Это было одно из немногих увлечений, которым научила меня моя покойная мать, и когда я занималась им, это помогало снять обычный стресс и тревогу. — Это потрясающе! Мне это так сложно даётся. Говоря это, Эстель вытащила из кармана платок. Судя по грубой вышивке, её слова не были ложью. Это должен был быть зелёный червяк? Или змея? — Это дракон. — …Ты проделала замечательную работу. — Ха-ха… Не очень хорошо получилось, правда? Эстель почесала голову и неловко рассмеялась. Её поведение разительно отличалось от безупречного образа, который у неё был в оригинальной истории. Теперь, когда я подумала об этом, разве не упоминалось в эпизоде охотничьего фестиваля в оригинальном романе, что Эстель была единственной женщиной, которая не раздавала свой платок мужчинам? Моя подруга, которая рассказала мне об оригинальной истории, была особенно раздражена этим эпизодом. В то время я предполагала, что автор намеренно оставил Эстель в стороне, чтобы избежать создания ненужного романтического напряжения в обратном гареме. Кто бы мог подумать, что за этим кроется нечто большее? — Шитьё — это немного сложно, не так ли? — Да… Вдеть нитку в иголку — самая сложная часть. — Для этого есть простой трюк — просто смочи нитку губами. Пока мы болтали о шитье, я почувствовала, что кто-то приближается. Повернув голову, я увидела мужчину в доспехах, идущего к нам. У него были чёрные волосы и глаза, на наплечнике красовалась эмблема льва, а на груди — имперский герб. Это был Карл, единственный главный герой в оригинальной истории, который был рыцарем. Он служил командиром Рыцарей Синего Льва, имперского рыцарского ордена. — Леди Эстель, у вас есть минутка? — Да, конечно. — Я хотел бы попросить вас об одолжении. — Ах, одну минуту. Она медленно встала и слегка помахала мне рукой. — Увидимся в следующий раз, Адель. — Да, увидимся в следующий раз, Эстель. Я неловко помахала в ответ, когда она улыбнулась и последовала за Карлом. Я всё ещё не могла понять, почему Эстель была так добра ко мне. Возможно, Адель, первоначальная владелица этого тела, когда-то оказала ей услугу. Но что бы это ни было, я никак не могла узнать это сейчас. — Фух… «Это нелегко». Пока я была погружена в размышления, я почувствовала, как подо мной задрожала земля. Думая, что это просто моё воображение, я огляделась, но заметила, что другие люди обеспокоенно перешёптываются. Хотя это была территория охотничьего фестиваля, это место по сути было логовом монстров. Слышать шаги проходящих монстров было нередкостью, учитывая, что барьер здесь не убивал монстров, а просто скрывал эту область от их глаз. Бум! Толчки усилились, сотрясая землю с гораздо большей силой, чем прежде. Тревога и страх отразились на лицах людей, когда рыцари обнажили оружие. — Моя леди, держитесь поближе. Эван, мой рыцарь-эскорт, выхватил меч, защищая меня. Хотя его болтливость часто была его слабостью, его навыки были безупречны. И всё же зловещее предчувствие не покидало меня. Грохот! Из-за горного хребта появился огромный монстр. Его рога были размером с двух взрослых мужчин, а тело соперничало по размеру со стеной крепости. Один вид его заставил всех замереть от страха. Ррррр! «Он пробил барьер?» Рёв монстра вызвал панику среди людей, в то время как рыцари стояли твёрдо, их ауры вспыхивали, когда они столкнулись со зверем. Засунув руку в карман, я вытащила несколько спрятанных свитков. Я была рада, что на всякий случай взяла их с собой. Монстр свирепо посмотрел на имперских рыцарей, но быстро потерял к ним интерес, обратив своё внимание на меня. Его взгляд остановился на моём, а затем… «Подождите… что?» Грохот… Прежде чем я успела полностью осознать, что происходит, монстр бросился на меня. Эван спокойно выдохнул и заблокировал его атаку перчаткой, покрытой синей аурой. — Уф! Одной рукой Эван сдерживал огромную силу монстра, а другой размахивал мечом. Синяя аура, которой был пропитан его клинок, врезалась в толстую шкуру монстра, проливая его кровь. Однако зверь не дрогнул. — Ха! Эван глубоко вздохнул и начал отталкивать монстра одной лишь силой. Наблюдать за тем, как он отбивается от огромного существа своими перчатками, покрытыми аурой, было впечатляюще, но напряжение на его лице было очевидным. Не раздумывая, я активировала свиток. Шшшк. В воздухе появился синий магический круг и растворился в Эване, даруя ему усиление. — Спасибо, моя леди! Воодушевлённый, Эван взревел, ударив монстра по ноге. Тук! Монстр упал на одно колено, но быстро начал подниматься снова. — Эта тварь просто так не сдастся?! Эван стиснул зубы и снова призвал свою ауру. Однако глаза монстра были сосредоточены не на нём — они были прикованы ко мне. «Почему он так неотступно преследует меня?» Ррррр! Я поспешно схватила несколько свитков и активировала их. Монстр бросился прямо на меня, игнорируя удары Эвана. Лязг! Даже с тремя слоями защитной магии рога монстра без труда пробили два из них. Последний щит едва держался, и я отшатнулась назад, только чтобы осознать… «Подождите… что?» В этот ужасающий момент я наконец поняла — я стояла на краю обрыва. Земля подо мной исчезла, когда моё зрение перевернулось. «Ах, падение насмерть будет болезненным, не так ли?» Мысль о том, что мои кости будут раздроблены, а органы пронзены камнями, заставила меня поморщиться. Я крепко зажмурилась, готовясь к неизбежной боли. Но она так и не пришла. Осторожно открыв глаза, я увидела лицо Абеля, спокойное, но холодное. — Адель, ты в порядке? ---------- Том 1 Глава 24 Лицо было совершенно лишено эмоций, настолько неподвижное, что не было видно даже малейшей дрожи. Я вздрогнула от этого непривычного выражения, но быстро поняла, что Абель спас меня от падения с обрыва. Меня охватило облегчение от мысли, что на этот раз мне не придётся терпеть мучительную смерть. Моё тело слегка ослабло от спавшего напряжения, и сердце наполнилось благодарностью к Абелю, который меня спас. Дрожащим голосом я заставила себя поблагодарить его. — …Спасибо. Руки, державшиеся за него, неконтролируемо дрожали. Когда он спросил, всё ли со мной в порядке, я не смогла даже соврать, что всё хорошо. Возможно, я и привыкла к мысли о смерти, но к боли смерти я никогда не смогу привыкнуть. Особенно к этому ощущению прямо перед смертью — когда что-то, казалось, вытекало из меня, оставляя моё тело постепенно холодеть… Это было действительно неописуемо больно. — Пожалуйста. Абель ответил без своей обычной тени улыбки, медленно опустившись на землю. Все взгляды были прикованы к нам — ко мне и Абелю. Большинство из этих взглядов были полны удивления, но в некоторых сквозила зависть. Даже в такой ужасной ситуации люди могли испытывать ревность; должна ли я считать это впечатляющим? РРРРРРРР! Рёв монстра разорвал воздух, посылая дрожь по моему телу. Когда я повернула голову и встретилась взглядом с существом, я почувствовала, как моё тело застыло. Я невольно ахнула. Абель прижал меня к себе крепче, словно говоря, чтобы я успокоилась. Тепло его тела помогло унять мою дрожь. Медленно он опустил меня на снег, а затем перевёл взгляд на монстра. Монстр, явно раздражённый тем, что его охоту прервали, свирепо посмотрел на Абеля, издавая жуткие рычания. РРРРРРРР! Зверь бросился вперёд со всей силы. В мгновение ока он преодолел расстояние, остановившись менее чем на расстоянии вытянутой руки. Но выражение лица Абеля ничуть не изменилось. Прежде чем я успела закричать, раздался оглушительный грохот, и повсюду поднялись облака пыли. КВАНГ! От мощного удара тело монстра взлетело в воздух. От внезапного поворота событий мой разум изо всех сил пытался уследить за происходящим. Абель, небрежно стряхивая пыль со своего запястья, вышел из облака пыли, неторопливо шагая. — Ты мешаешь мне. Раздалось слабое гудение. Когда он тихо заговорил, казалось, будто мана в воздухе резонирует с ним, вибрируя в ответ. Монстр, которого отбросило в близлежащий горный хребет, быстро поднял голову, словно удар его не потревожил. Его ужасающий вид заставил людей разбегаться во все стороны. Последовавший за этим хаос был не чем иным, как адом. Некоторые спотыкались о собственные ноги; другие без колебаний топтали упавшие тела. Некоторые даже намеренно ставили подножки другим, чтобы использовать их в качестве приманки. В разгар этого столпотворения королевские рыцари бросились на монстра, их клинки светились золотой аурой. Абель, который молча наблюдал, поднял руку. — Не думайте, что это так просто закончится. В воздухе появились бесчисленные магические круги. Само количество маны, образующей эти круги, было несравнимо с теми немногими защитными заклинаниями, которые я могла собрать. Если моя мана была подобна воде в грубом глиняном кувшине, то его мана была бескрайним океаном — обширным и подавляющим. Даже рыцари остановились, ошеломлённые этим зрелищем. — Развернуть вычислительные массивы. Развернувшееся магическое явление было похоже на строительство грандиозного дворца прямо в воздухе. Несмотря на огромное потребление маны каждым магическим кругом, лицо Абеля оставалось бесстрастным. Даже Император, наблюдавший издалека, смотрел с интересом. — Удар. По его тихой команде из магических кругов вылетели ослепительно белые копья. Десятки, затем сотни копий пролетели мимо рыцарей, глубоко вонзаясь в тело монстра. КРРРААА! Зверь, пронзённый насквозь, издал безумный рёв, обезумевший от боли. Но Абель не проявлял никаких эмоций, продолжая свою безжалостную атаку. Рой копий превратил монстра в нечто, напоминающее подушечку для иголок. Игривое выражение, которое обычно носил Абель, исчезло; его бесстрастное лицо было поразительно незнакомым. «Он зол…?» К тому времени, как сотрясающий землю шум раздался десятки раз, монстр больше не мог подняться. Он лежал там, жалкий, окровавленный, едва цепляясь за жизнь. И всё же атаки Абеля не прекращались. КРРРУ… Перед самым последним вздохом зверя Абель прекратил атаку. Щелчком пальцев раздался влажный, отвратительный звук, когда тело монстра взорвалось, разбрасывая кровь и плоть во все стороны. Люди застыли, ошеломлённые, глядя на Абеля и останки монстра. — …Абель? Когда я позвала его по имени, он повернулся ко мне. Тихим голосом он спросил: — Ты где-нибудь ушиблась? — Нет. Я не ранена. — Это облегчение. Он слабо улыбнулся, говоря это, но холодная ярость в его взгляде противоречила этой улыбке. Это было то, что мог заметить только тот, кто так же хорошо разбирается в чужих эмоциях, как я. — Эван. — Прошу прощения, Ваша Светлость. Эван опустился на колени, его обычный диалект исчез, когда он низко поклонился. Несмотря на его покорность, Абель вздохнул, его гнев, казалось, не утих. Медленно он начал говорить. — Я не собираюсь винить тебя. Это было за пределами твоих ожиданий, не так ли? Его тон был достаточно холодным, чтобы кровь стыла в жилах. Эван ещё ниже опустил голову, не в силах встретиться с ним взглядом. Он открыл рот, чтобы защищаться, но увидев, как он качает головой, снова закрыл его. — Мы обсудим, что делать… позже. Абель бросил мимолетный взгляд на Императора, прежде чем повернуться ко мне. — А сейчас я должен отлучиться, Адель. — …Поняла. — На этот раз охраняй её как следует, Эван. При этих словах Эван тут же встал и низко поклонился. Абель, его голос был пропитан тихим предупреждением, продолжил: — Если это повторится, я могу быть разочарован. — Я буду иметь это в виду. С этим последним ответом Абель исчез, не оглядываясь. Труп монстра, лежащий посреди толпы, был единственным доказательством того, что он был здесь несколько мгновений назад. Как только Абель исчез, люди, которые до этого боялись дышать, начали перешёптываться. — Зачем ему это делать для такой, как она? — Конечно, она не посмеет устроить сцену на моём собрании, не так ли? — Я не понимаю. Почему герцог так заботится о ней? Некоторые шептали свою зависть и негодование по поводу того, что Абель спас меня. Было забавно, как они торопливо отворачивались и делали вид, что не разговаривают, всякий раз, когда наши взгляды встречались. Их трусливые попытки дать мне подслушать их ехидные замечания, не вступая со мной в прямую конфронтацию, были мне слишком хорошо знакомы. В конце концов, разве это не типично для благородных дам? К этому моменту я давно перестала ожидать от них чего-то другого. — Кто знал, что герцог Харденберг настолько могущественен… — Разве он не превосходит по уровню большинство рыцарей? — Пожалуйста, будьте благоразумны. На его уровне он ближе к командиру рыцарей! Вокруг витали обрывки разговоров, оценивающих силу Абеля. То, что люди сравнивали его с командирами рыцарей, показывало, насколько впечатляющей была его демонстрация силы. Действительно, думая о подавляющей силе, которую он только что продемонстрировал, я не могла не удивляться. Даже я, знавшая, что Абель — Архимаг, была ошеломлена. Несмотря на всю зависть, которую я испытывала к его огромному магическому таланту, увидеть это воочию… Это было не чем иным, как внушающим благоговение. — Адель, ты в порядке? Погруженная в размышления, я вздрогнула, когда Эстель протянула ко мне руку. Её чрезмерно дружелюбное поведение инстинктивно насторожило меня, но, по крайней мере, она не была похожа на тех женщин, которые сплетничали за моей спиной, делая вид, что меня не существует. Выдавив слабую улыбку, я ответила на её беспокойство. — Спасибо, что спросили. Я в порядке. Взяв её за руку, я медленно встала. Хоть мои слова и были ложью, я не видела смысла признаваться, насколько сильно я была потрясена. В конце концов, хотя я и не была из Средневековья, я не была настолько наивна, чтобы изливать душу тому, кому не доверяла. **** Возможно, я слишком увлеклась. Я планировала продемонстрировать свою силу на охотничьем фестивале, но это, возможно, было чрезмерно. Размышляя об этом, не было необходимости так усердствовать. Адель — регрессор, который может повернуть время вспять без ограничений. Даже если бы она умерла, она могла бы избежать этой ситуации, вернувшись назад. Учитывая силу Эвана как её эскорта, она не попала бы в бесконечную петлю смерти от монстра и потери рассудка. И всё же, почему я так бурно отреагировал? Я не знал. Пока нет. ---------- Том 1 Глава 25 — Не пора ли тебе показаться? Повернув голову, я уставилась на дерево, необычно отягощенное снегом. После мгновения молчания из-за него вышел мужчина. Его платиновые волосы, теперь побелевшие, и малиновые глаза казались разъеденными меткой Императора. Это был Люк фон Шуфенхайм, когда-то второй принц, а ныне Меч Императора, с которым я заключила контракт в аукционном доме. — Каков уровень эрозии? — 55%. Я едва сдерживаю вмешательство в мою память. Пятьдесят пять процентов. Она прогрессировала на 5% за такое короткое время? И всё же тот факт, что он выдержал до такой степени, был впечатляющим. Подавление эрозии с помощью магии было вариантом, но это была крайняя мера. В отличие от метки Глаза Императора, метка Меча Императора была вырезана непосредственно самим Императором. Если бы я вмешалась, моё существование было бы немедленно раскрыто. — Согласно контракту, с бароном Левга покончено. То, чем он занимался, было отвратительно. Люк произнес это с горьким смехом. Для того, кто жил как второй принц, поступки этого человека, должно быть, казались отвратительно мерзкими. Барон Левга. Внешне он казался нуворишем, купившим дворянский титул за внезапное богатство, но правда была иной. Он управлял невольничьим рынком империи, был замешан в коррупции знати и мог быть описан как главарь преступного мира. Вот почему я решила одним махом покончить с ним — не из-за какого-то наивного желания искоренить преступность, а чтобы получить его книгу сделок. С помощью этой книги я могла бы эффективно держать на поводке почти всю знать. Большинство аукционов, находящихся под контролем барона Левги, были незаконными, и дворяне, оберегающие свою репутацию, высоко ценили такой документ. — Книга сделок? — Она в гильдии информации. Люк ответил, а затем, словно что-то подозревая, спросил снова: — Ты могла бы сама разобраться с бароном Левгой. Зачем впутывать меня? — Я просто не хочу привлекать внимание Императора. Причина, по которой барон Левга мог процветать в преступном мире, заключалась, конечно же, в молчаливом одобрении Императора. Влияние императорской семьи простиралось дальше, чем люди думали, и Меч Императора всегда был рядом. Даже в оригинальной работе о нём упоминалось. Сразу после того, как Адель была порабощена под предлогом измены императорской семье, она попала в руки барона Левги. Барон Левга, так сказать, выполнял функции гробовщика императорской семьи. Естественно, это продолжалось недолго, прежде чем он был обезглавлен Люком, второстепенным главным героем. Моё решение попросить Люка убить барона Левгу проистекало прежде всего из этой причины. Чтобы сюжетная линия развивалась так же, как в оригинале, мне нужно было, чтобы события разворачивались по моему замыслу. — Как вы и поручили, я разобрался со всеми необходимыми целями. Пронзительный взгляд Люка остановился на мне. Он ожидал достойной награды? Что ж, наши отношения были чисто деловыми. — Я нашёл Луку фон Асрих. — …Что? Это правда? Реакция Люка была мгновенной и бурной, как будто он мог наброситься. Я слегка нахмурилась. — Она находится в самой глубокой части Башни заточения. Башня заточения. Подводная тюрьма, в которой содержались только самые отъявленные преступники империи. В её глубинах томились осужденные, ожидающие смерти, от падших королевских особ свергнутых королевств до лидеров повстанцев, стремившихся свергнуть Императора. Поняв, что его невинная мать заключена там, Люк стиснул зубы от ярости. — Чёрт возьми. — Только Император может получить доступ к Башне заточения. Ты знаешь, что это значит, не так ли? — …Значит, ты с самого начала ожидала, что я тайно найду свою мать. Только Император определял судьбу заключенных. Члены королевских семей продавались в рабство и выставлялись на аукционах на имперских мероприятиях, в то время как лидеры повстанцев казнилились на месте. Башня была не столько тюрьмой, сколько личной игровой площадкой Императора. — Такое чувство, что я марионетка на ниточках. — Потому что ты и есть марионетка. Треск. Метка на шее Люка засветилась красным. Поняв, что это вызов Императора, Люк цокнул языком. — Я уйду сейчас. Если у тебя есть ещё просьбы, оставь их в гильдии информации. — Люк фон Шуфенхайм. Когда я обратилась к нему по полному имени, он обернулся с недовольным выражением лица. Возможно, это было естественно — никто, кроме Императора, никогда не называл его полным именем. — Не перегибай палку. Императора не следует недооценивать. Треск. Люк, казалось, был готов возразить, но боль от метки заставила его поморщиться. Вероятно, это была функция кляпа, встроенная в метку Императора. Он собирался раскрыть секрет об Императоре? Казалось, Люк знал некоторые из тёмных тайн императорской семьи. — …Больше, чем кто-либо, я знаю это. Он враг моих родителей. С этими прощальными словами Люк быстро удалился. «Лучше сосредоточусь на том, чтобы сначала закончить Охотничий Фестиваль». У меня уже были планы, и мне не терпелось увидеть реакцию Адель, когда всё это сложится воедино. **** Следующий день Охотничьего Фестиваля. Участники начали возвращаться со своей добычей, начиная от существ размером с кролика с рогами и заканчивая оленями размером с карету — и даже львом, который, казалось, сожрал несколько человек. Некоторые были окровавлены после охоты, другие беспечно насвистывали, прогуливаясь. Фестиваль был для мужчин шансом преподнести свою дичь дамам, которыми они восхищались, доказывая свою ценность. Благородные дамы, в свою очередь, оценивали свою собственную ценность по размеру и редкости подарков, довольно улыбаясь. Адель спокойно сидела в карете посреди царившего снаружи оживленного хаоса. — Как вы думаете, какую добычу принесёт герцог? Лили взволнованно спросила, её голос был полон предвкушения, когда она посмотрела на меня. — Ну, пока это не слишком бросается в глаза, всё будет хорошо. Честно говоря, то, как он отбился от того монстра ранее, уже привлекло много внимания. Я не хотела, чтобы на меня обращали ещё больше взглядов. Интроверты не любят быть в центре внимания. — О, но я думаю, у герцога другие идеи, — поддразнила Лили. «Именно поэтому я и волнуюсь». Я проглотила слова, прежде чем они сорвались с моих губ. Я была уже достаточно благодарна за то, что он спас меня от того монстра. Если бы он принёс что-то ещё, это было бы только обременительно. — …Эван, ты в порядке? — Ах, я в полном порядке, моя леди, — ответил Эван со своей обычной жизнерадостной улыбкой. Хоть он и был немного рассеянным, Эван, несомненно, был сильным рыцарем. В конце концов, я видела, как он в одиночку отбился от монстра размером с крепость. — Давно я не видел герцога таким злым. Ха-ха, этого достаточно, чтобы у меня задрожали колени. — Это уже случалось раньше? — Ну, это было довольно давно… Эван на мгновение замялся, словно раздумывая, говорить ли дальше, затем вздохнул и продолжил: — Был случай, когда один из детей, которых взял под свою опеку герцог, пострадал. Вот тогда я видел его таким. — …Понятно. Взял под опеку детей, да? Чем больше я узнавала об Абеле, тем больше граней его характера открывалось. Я не могла не чувствовать себя немного растерянной. Был ли титул Железнокровного герцога или его роль теневого антагониста в оригинальной работе вообще точными? В конце концов, я слышала только несколько зарисовок и сюжетных моментов от подруги — я сама не читала оригинальный роман. — Ну, я был одним из этих детей. Даже сейчас я всё ещё отчётливо помню это. — Если подумать, Эван, у тебя вроде нет акцента. — О, это потому, что он появляется только тогда, когда я нервничаю или пытаюсь подбодрить себя. Эван застенчиво почесал щеку, объясняя это. — Ах, понятно… Разговор затих в неловком молчании, которое нарушал только шум суматохи снаружи. Когда я открыла окно, то увидела мужчину, парящего в воздухе, effortlessly держащего одной рукой огромное существо, похожее на слона. С его серебристыми волосами, малиновыми глазами и острым взглядом, который, казалось, резал как лезвие, это был не кто иной, как Рев, один из главных героев и Повелитель Магической Башни. Хотя у него не было фамилии из-за его простонародного происхождения, он считался одним из главных претендентов с точки зрения чистой силы. Пока я всё ещё обдумывала свои мысли, Рев подошёл к Эстель и нежно положил свою добычу рядом с ней. — Как и обещал, я принёс самого большого для тебя, моя леди. — Спасибо, Рев. — Не за что. Обещание есть обещание. — Ха-ха, говорить об обещаниях, не упоминая меня? Появился наследный принц, таща за собой не менее массивного монстра. Между ними, казалось, вспыхнуло соперничество, когда Эстель почесала щеку и неловко улыбнулась. Наблюдая издалека, Лили захлопала в ладоши от чистого восхищения. — Вау… Повелитель Магической Башни и наследный принц действительно на другом уровне. — Похоже на то, — небрежно ответила я. Когда Охотничий Фестиваль приблизился к своей кульминации, я вышла из кареты. Эван протянул мне руку, чтобы помочь спуститься. Мои глаза блуждали в сторону продолжающегося противостояния между наследным принцем и Повелителем Магической Башни из-за их чудовищной добычи. — Завидуешь? — Ай?! Внезапный голос прошептал мне на ухо, отчего по спине пробежали мурашки. Я тут же обернулась и увидела Абеля, стоящего с озорной улыбкой, его прежняя серьёзность полностью исчезла. — …Если ты здесь, ты должен хотя бы предупредить о своём появлении. — Хм. Я несколько раз похлопал тебя по плечу, но ты не заметила. — Правда? Правда? Не может быть, чтобы я не заметила чего-то подобного. Абель на мгновение задумался, прежде чем ухмыльнуться и щёлкнуть пальцами. В воздухе появился большой светящийся магический круг, и монстр с глухим стуком упал на землю. У него было тело льва, голова и крылья орла — грифон. Осматривая его, я почувствовала, как мои руки начали дрожать. — Это… Не говори мне, что это грифон. — Казалось, ты хотела одного, поэтому я поймал его для тебя сам. На мгновение я не смогла понять, что он говорит. Затем я вспомнила платок, который дала ему, с вышитым свирепым орлом. Я выбрала этот дизайн просто потому, что он казался мне крутым. Наблюдая, как я смеюсь от недоверия, Абель добавил дразнящим тоном: — Так что, это не больше, чем ты ожидала? Он был прав. Во всех смыслах этого слова это превзошло все ожидания. ---------- Приглашение (1) — Благодарю вас за то, что оставались на Фестивале Охоты до самого конца. Слова Императора, произнесенные с трибуны, вызвали у присутствующих разную реакцию. Кто-то притворялся совершенно безучастным, другие же ловили каждое слово, стараясь запечатлеть в памяти каждый его жест. Не обращая внимания на эти взгляды, Император медленно продолжал: — В этот раз подарки для Фестиваля стоило подготовить заранее. Надеюсь, вы все хорошо провели время. Рядом с Императором возвышались груды поверженных монстров. Таблички указывали как имена охотников, так и имена дам, которым эти трофеи были преподнесены. Он скользнул взглядом по горе добычи. — На этот раз нам представили особенно редкие экземпляры. Император произнес это, остановившись перед тремя кучами с именными знаками. Даже он, казалось, был впечатлен, издав восхищенный возглас при виде этих трофеев, которые по размерам значительно превосходили остальные. Здесь были грифоны, ганеши, белые львы и другие монстры класса «бедствие» — некоторые из них размером с дом. Люди восхищенно перешептывались, глядя на туши, сваленные так высоко, что приходилось задирать голову, чтобы увидеть верхушку. — Я хотел определить победителя, но эти три кучи просто невозможно ранжировать. На табличках значились имена: Реве, Лео фон Шпенхайм и Авель фон Харденберг. Особенный шепот в толпе вызывало имя Авель. Это было неудивительно, учитывая, что герцог никогда прежде не демонстрировал свою воинскую доблесть до этого Фестиваля. — Однако зрелище того, как герцог Харденберг расправляется с монстрами класса «бедствие» ради своей дамы, произвело на меня неизгладимое впечатление. Он указал на полуразорванную тушу монстра, которую притащили и положили рядом с грудой Авель. Существо, некогда обладавшее мощными рогами и размерами с небольшую крепость, теперь жалко покоилось на земле — от него осталась лишь нижняя часть. — Это также можно считать подношением для дамы. Император сделал короткую паузу и продолжил: — Таким образом, главными героями этого Фестиваля Охоты становятся Авель фон Харденберг и Адель фон Эсте. Когда он закончил, не последовало ни аплодисментов, ни радостных криков. Пожалуй, это было ожидаемо, учитывая дурную славу, которую оставила после себя Адель до того, как я в нее вселилась. Хлоп, хлоп, хлоп. Как раз в тот момент, когда я уже смирилась с тишиной, из толпы донесся звук одиночных хлопков. Повернув голову, я увидела Эстель — она лучезарно улыбалась и аплодировала. Следуя ее примеру, люди вокруг тоже начали хлопать. То, что началось с робкого звука, вскоре переросло в громкие овации, от которых заложило уши. В центре этого шума Авель осторожно взял меня за руку и едва заметно улыбнулся. Успокоив слегка трепещущее сердце, я последовала за ним на платформу. Император подошел к нам со своей характерной дружелюбной улыбкой. — Вот обещанный дар. В руках слуги была шкатулка. Я почувствовала исходящую от нее странную ману. Значит, это тот самый артефакт, передающийся в императорской семье из поколения в поколение. Авель склонил голову и принял коробку. Я также присела в реверансе, следуя его примеру. — Прекрасная работа. Я был впечатлен вашим выступлением. — Ваши слова — большая честь для меня. — Ха-ха-ха! Рад это слышать. Хотя это была лишь пустая вежливость, Император искренне рассмеялся. Под этот смех мы с Авелем сошли с платформы. Несмотря на то, что я получила титул «Королевы Фестиваля», это всё еще казалось нереальным. Будто я видела сон. Я никогда не думала, что подобное случится со мной — с той, кто встречал лишь смерть, как бы сильно я ни старалась ее избежать. — Я действительно не думала, что так выйдет. — С этого момента вы будете очень заняты. Титул Королевы — это ключ, который ставит вас в самый центр светского общества. Королева Фестиваля Охоты. Авель говорил, что одного этого титула достаточно, чтобы перекрыть мою дурную репутацию, но мне верилось с трудом. После всех мучений, через которые я прошла, пытаясь избежать позора, стать центром общества благодаря лишь одному титулу казалось чем-то призрачным. Но вскоре возник вопрос. Почему Авель вообще участвовал в Фестивале? Насколько я знала, он ни разу не делал этого раньше. Эту деталь я узнала из случайного упоминания Эстель. Так почему же он решил выступить в этот раз? — ...Только не говорите мне, что причина, по которой вы участвовали в Фестивале, тоже... — Разумеется, ради контракта. — ...Понятно. Авель фон Харденберг становится женихом Адель фон Эсте сроком на один год и оказывает ей максимально возможную поддержку. Вспомнив об этом, я почувствовала, как настроение немного упало. Это было сложное, едва уловимое чувство — что-то вроде разочарования или обиды. Я запуталась в этих внезапных эмоциях. Чего именно я ожидала от этих отношений, которые были не более чем фиктивным браком, чтобы чувствовать себя разочарованной? Неужели я хотела, чтобы он сделал это исключительно ради меня? Этого не могло быть — я никогда не испытывала к нему трепета. Он был для меня словно красивая кукла. Так откуда же это странное чувство? Возможно, прочитав эти эмоции на моем лице, Авель слегка улыбнулся и спросил: — Что такое? Вы разочарованы? — Что? С чего бы мне расстраиваться? Разочарование. Причин для него изначально не было. Наоборот, я должна быть ему благодарна. Когда я тут же начала отрицать его предположение, Авель многозначительно улыбнулся. — Хм... если вы так говорите, значит, так оно и есть. После этих слов по дороге обратно в герцогство мы больше не разговаривали. Хотя непривычное молчание спустя столько времени было немного неловким, я не подала виду. В конце концов, он отлично справился с ролью жениха. Как и предсказывал Авель, следующие несколько дней я была по уши в делах. Бесконечный поток приглашений нужно было разобрать: решить, какие отклонить, а какие принять. Это звучало просто, но за каждым письмом стояли сложные интересы семей, и я не могла позволить себе неосторожность. Если бы не советы Алана, я бы наломала дров, сама того не ведая. Опыт дворецкого помог даже мне, человеку далекому от политики, разобраться в хитросплетениях связей между аристократическими домами. Я достала и развернула очередное письмо. Прежде чем я успела восхититься изысканным дизайном и качеством бумаги, мне в глаза бросилось имя отправителя. — ...Эстель? Кстати, она ведь упоминала, что пришлет приглашение. Должно быть, это оно. Я внимательно вчиталась в текст. «Моей дорогой Адель, Как твои дела? Поздравляю с завоеванием титула Королевы на Фестивале Охоты. Пишу, чтобы отправить приглашение, которое ты ранее согласилась принять. Прошу прощения — я была очень занята, поэтому приглашаю тебя так поздно. Пожалуйста, посети моё чаепитие и укрась этот вечер своим присутствием. Так как это всего лишь чаепитие, не чувствуй себя обязанной и приходи в чем тебе удобно. — Твоя подруга, Эстель фон Льюис». Письмо, в котором просто излагалась суть и цель приглашения. Оно разительно отличалось от других, полных цветистых фраз и ослепительных слов. Каковы были намерения Эстель на самом деле? — ...Я всё еще не понимаю. Несмотря на подозрения, у меня не было ни причин, ни оправданий для отказа. Неосторожный отказ человеку с самыми широкими связями в обществе мог привести к непредсказуемым последствиям. К тому же, находясь рядом с Эстель, я могла бы раздобыть полезную информацию. С ее помощью я могла бы узнать, что люди на самом деле думают об Авеле. Какое у него прошлое и что он за человек. А также о детях, которых он приютил, о чем упоминал Эван. — Алан? Будет ли уместно принять это приглашение? — Леди Адель. По низкому, наставительному тону Алана я сразу поняла свою ошибку. — Это хорошо, что вы прислушиваетесь к моим советам, но решения, которые касаются вас, вы должны принимать самостоятельно. — ...Я понимаю. Он указывал мне на это уже в сотый раз. И хотя я знала это, привычку было не так-то просто исправить. Сколько страданий и смертей я перенесла из-за своей репутации злодейки? Воспоминания, глубоко въевшиеся в память, всё еще мешали мне принимать решения свободно. — Кстати, принцесса Ария тоже прислала приглашение. Словно в подтверждение того, что слова Алана не были пустой формальностью, на столе лежало приглашение с четким оттиском императорской печати. Золотой герб Империи подтверждал подлинность письма. Ария фон Шпенхайм. Единственная принцесса Империи и единственный член королевской семьи, отказавшийся от права на престол. Знаменитая тем, что ни с кем не заговаривала даже на светских раутах, в народе она была известна как «Неразрушимый Цветок». — ...Зачем такой особе приглашать меня? ---------- Приглашение (2) В день приглашения принцессы. Поскольку до чаепития Эстель еще оставалось время, я решила принять приглашение принцессы. Разумеется, я не смогла бы отказать ей, даже если бы даты совпали. К счастью, встречи были назначены на разные дни. — Я слышала, принцесса невероятно красива... Хотела бы и я увидеть ее своими глазами... — тоскливо вздохнула Лили. Я тоже хотела взять ее с собой, но это было невозможно. — Это неофициальный визит. Тут ничего не поделаешь. Это действительно было личное приглашение, а не торжественный банкет или нечто подобное. Учитывая, что они даже прислали неприметную карету без опознавательных знаков, чтобы избежать сплетен, дело предстояло серьезное. Но зачем принцессе присылать такое важное приглашение именно мне? Единственная связь, которая приходила на ум — её знакомство с Авелем. Когда я только вернулась в светское общество, я случайно увидела, как они ведут приватную беседу. Я заметила это мельком, но так ни разу и не упомянула. К тому же, Авель, казалось, не питал к ней особой симпатии. — Готово! Закончила! — Лили с гордостью показала мне зеркало, явно довольная своей работой. В отражении замерла прекрасная дворянка. Даже без макияжа моя внешность была почти неземной, но благодаря мастерству Лили она стала по-настоящему захватывающей дух. Я знала, что Лили талантлива, но результат ее трудов каждый раз поражал меня. — Ты красавица. Спасибо, Лили. — Хе-хе. Не за что. Я просто подчеркнула вашу природную красоту, госпожа Адель, — она застенчиво почесала затылок в ответ на мою благодарность. — Ой, мы опоздаем! Карета уже прибыла. Лили проводила меня. Возможно, из-за того, что была глубокая ночь, улица, где ждал экипаж, была совершенно безмолвна. Я не могла понять, зачем принцессе приглашать меня в такой час, но... полагаю, я всё узнаю на месте. С этой мыслью я села в карету. — Ваше Высочество, госпожа Эсте прибыла, — произнесла горничная с поклоном. — Хм, вот как? Мне пора подготовиться. Я не смогла сдержать улыбку, глядя на ее слегка неловкий кивок. Даже с одного взгляда на ее лице было столько недовольства, что мне не нужно было читать ее мысли, чтобы понять, о чем она думает. «Почему именно такая, как она...» Как и всегда, ее мысли сами лились мне в уши. Единственная сила, дарованная ей как члену императорской семьи. Желанная или нет, способность слышать чужие мысли была скорее проклятием, чем даром. Именно эта способность стала причиной, по которой она выбрала одиночество в высшем свете, несмотря на статус принцессы. Она отчетливо видела, как лица людей противоречат их помыслам, как они терзают друг друга. Зрелище людей с человеческими лицами, но со звериными мыслями, которые проклинают и кусают изнутри, стало ей отвратительно. Вот почему она фактически прекратила все социальные взаимодействия. В результате поползли нелепые слухи о том, что она «Неразрушимый Цветок» и всё в таком духе. Слова, исходящие из уст существ с человеческими лицами, но сердцами зверей, были до крайности грязными. Поэтому она предпочитала людей, чьи мысли ясно отражались в их поступках. Да, таких как горничная, стоявшая перед ней. — Не волнуйся. Всё будет хорошо. — Ах... Прошу прощения. Кажется, я снова не смогла совладать с выражением лица, — горничная поспешно склонила голову, словно совершила тяжкий проступок. Принцесса покачала головой. Несмотря на нелюбовь к императорским слугам, она не была настолько жестокой, чтобы наказывать за такую мелочь. — Всё в порядке. Можешь идти. Из всех горничных, что служили ей, только эта никогда не озвучивала свои мысли напрямую. Принцессе нравилось, что горничная всегда старалась соблюдать границы. «Может, мне стоит потренироваться в мимике...» — принцесса невольно улыбнулась, глядя, как служанка выходит из комнаты, погруженная в свои ошибочные размышления. В конце концов, контроль над мимикой всё равно не помешал бы ей прочитать мысли горничной. Теперь о невесте Авеля. Один из немногих людей, чьи мысли она не могла прочитать, и герцог, который замышляет государственную измену против императорской семьи. Ее не волновали слухи о том, что его невеста — злодейка, совершающая лишь дурные поступки. В конце концов, какую ценность имели сплетни, циркулирующие среди зверья из высшего общества? Ложных слухов о ней самой было не перечесть на пальцах обеих рук. Скорее, ей было любопытно, почему Авель назвал эту женщину ключом к своим планам. — Интересно, какая она. Прихлебывая кофе из чашки, она сидела у окна, созерцая пейзаж снаружи. Был виден сад, где различные белые цветы были расставлены, словно армия в ровных рядах — абсолютно скучное зрелище. Вскоре она повернула голову: в дверь вошла горничная. Глаза той расширились от удивления — вероятно, из-за того, что принцесса всё еще была в домашнем платье. — Ваше Высочество, вы должны переодеться из ночной сорочки! — Это не имеет значения. Просто впусти леди и можешь быть свободна. — Но... — Ирина фон Сарте. Услышав свое полное имя, Ирина застыла на месте. После легкого кивка принцессы, она поспешно поклонилась и вышла. Вскоре она вернулась с дрожащими руками, сопровождая гостью. Черные волосы, рубиново-красные глаза, подобные драгоценным камням, вправленным в лицо, красота, не уступающая ее собственной. Перед ней предстала женщина с довольно острым, пронзительным взглядом. «Значит, это Адель фон Эсте.» — Ваше Высочество, я привела госпожу Эсте. — Спасибо, можешь идти. — ...Да. Ирина поклонилась под прямым углом и тут же покинула комнату. Адель, казалось, всё еще была сбита с толку ситуацией, ошеломленно глядя на принцессу. Глядя на нее в ответ, принцесса заметила кое-что странное. «Я не слышу её мыслей?» Действительно, возможно, была причина, по которой Авель выделил именно её. Она тоже казалась особенным человеком. — Для меня честь встретиться с Маленькой Звездой Империи, — произнесла Адель, стараясь скрыть волнение и приветствуя ее спокойно. Реакция у нее, может, и была замедленной, но суждения — здравыми. Однако, если стоять так и дальше, на ногах могут появиться мозоли. — Вам, должно быть, неудобно. Почему бы вам не присесть на кровать? — О, нет. Я не смею так стеснять Ваше Высочество... — Я первая стеснила вас, пригласив в такой час, так что всё в порядке. Пока принцесса, говоря это, нервно поправляла свое неглиже, Адель неохотно присела. Устроившись на кровати в углу огромной комнаты, Адель огляделась по сторонам, словно изучая обстановку. — Комната довольно просторная, не так ли? — Да, безусловно... Комната размером с небольшой банкетный зал. Это были покои, дарованные ей Императором и подобающие статусу королевской особы. Ей они не особенно нравились, но тут уж ничего не поделаешь. — И как продвигается ваш контрактный брак? — Неплохо... Стоп, что? Адель начала отвечать рефлекторно, прежде чем осеклась. Принцесса усмехнулась, глядя на ее ошарашенное выражение лица. — Так это и правда контрактный брак? Она казалась удивленной тем, что Адель так легко ответила на столь каверзный вопрос. Адель теперь заметно занервничала. — Это... — Ха-ха-ха. Я просто шучу. Авель мне уже рассказал. На самом деле это была не совсем шутка. В каком-то смысле это была проверка Адель — сможет ли она действительно стать «ключом» к плану, как утверждал Авель. — Понятно. — Как вы думаете, почему я позвала вас сюда? — Я не уверена. Адель покачала головой. В отличие от расслабленной атмосферы, царившей мгновение назад, теперь она была явно настороже. — Вы ведь не так много знаете об Авеле, верно? — Нет, я уже достаточно слышала от него самого. «Она не собирается раскрывать ничего лишнего?» Это еще не был успех, но и провалом не назовешь. Конечно, все эти тесты были второстепенными. Было кое-что еще, что она действительно хотела проверить. — Хм... что вы думаете об Авеле? — Разве я обязана говорить вам об этом? — О боже. Неужели я вызвала вашу неприязнь? Несмотря на то, что принцесса произнесла это с улыбкой, Адель оставалась настороженной. — Тогда, может, я расскажу вам кое-что об Авеле? Когда она произнесла это с посерьезневшим лицом, Адель непроизвольно потерла руку. Хотя она пыталась это скрыть, вопрос явно выбил ее из колеи. Как и ожидалось, Авель ничего ей не рассказал. — Авель намерен свергнуть императорскую семью. — ...Что? О чем вы? — спросила Адель, словно сомневаясь в том, что только что услышала. Что ж, если она видела только его публичную деятельность, она бы и во сне такого не увидела. В конце концов, измена, которую готовил Авель, была тщательной и тихой. — Это правда. И я тоже на стороне Авеля. Вероятно, из-за шокирующей информации Адель нахмурилась. Она выглядела растерянной, не в силах сразу принять мои слова. Конечно, ее реакция была не так важна. Важен был ее ответ на вопрос, который я собиралась задать. — Позвольте спросить одну вещь. Вы действительно на стороне Авеля? ---------- Приглашение (3) В голове был полный беспорядок. Что значит «свергнуть императорскую семью»? И почему принцесса содействует такому акту государственной измены? Я никак не ожидала от Авеля подобных планов, и от этих мыслей голова разболелась еще сильнее. Адель на мгновение плотно зажмурилась. «Сейчас нужно сосредоточиться на ее вопросе.» — Вы действительно на стороне Авеля? Смысл вопроса был прост. Она спрашивала, готова ли я участвовать в заговоре против правящей династии. Я могла бы солгать, чтобы спастись, но сомневалась, что пустые слова её удовлетворят. Прежде всего, эта встреча была тайной. Свидание посреди ночи, карета без гербов для полной конфиденциальности... Она явно затеяла всё это и пригласила меня лишь ради этого одного вопроса. «Ложь не сработает.» Интуиция человека, пережившего множество регрессий, так и кричала об этом. Если я совру сейчас, я могу погибнуть. Кто бы мог подумать, что, направляясь сюда с легким сердцем, я попаду в такое тигриное логово. Должно быть, я слишком расслабилась из-за того, что давно не умирала. — Мое терпение не безгранично, — с улыбкой произнесла принцесса. Но за этой улыбкой скрывался леденящий холод. Сейчас не время предаваться сожалениям. Нужно ответить искренне. «Что я чувствую на самом деле?» Доверяю ли я Авелю достаточно, чтобы быть на его стороне? Я знала о нем не так много. Беспощадный человек, который видит в людях лишь средства для достижения целей. И в то же время — весельчак, не упускающий случая меня подразнить. Человек, который спас меня, когда я была при смерти, и рассердился из-за этого. Человек, который, будучи лишь женихом по контракту, преданно исполнял свою роль и помогал мне. У такого мужчины должна быть веская причина желать падения Империи. Если я смогу по-настоящему понять эту причину, я с радостью поддержу его. Это не было слепое доверие. Его и не могло быть, да и не должно. Но на данный момент мне казалось, что этого достаточно. — Всё зависит от причины, — сказала я. — ...Причины? — Принцесса вопросительно склонила голову. Адель продолжила, стараясь унять дрожь в руках: — Да. Если я пойму, почему он хочет уничтожить императорскую семью... Она решительно кивнула. — Тогда я буду на стороне Авеля. Принцесса пристально вглядывалась в лицо Адель. Под этим взглядом, который, казалось, прошивал душу насквозь, было неуютно. Но Адель не отвела глаз. Видя это, принцесса слегка улыбнулась. — Не высший балл... но вы прошли. — Прошла? — Если бы вы солгали... Воздух стал пугающе холодным. Вокруг принцессы материализовалась зловещая жажда крови. Черные клинки — физическое воплощение её воли — зависли в пространстве. Эта сила была больше похожа на проклятие, чем на магию. Если бы я соврала, эти лезвия могли пронзить мне горло. От этой мысли у Адель по спине пробежал холодок, и она неосознанно потерла плечи. — Что ж, к счастью, вы не стали лгать. — Лгать? — Да. Я больше всего на свете ненавижу ложь. С этими словами она махнула рукой, и черные клинки исчезли. Адель внутренне вздохнула с облегчением: ее чутье не подвело. Принцесса подперла голову рукой, наблюдая за ней. — Вам любопытно, почему Авель хочет свергнуть Императора? — Да. От этой причины зависит моя готовность помогать. Принцесса с интересом смотрела на Адель, которая продолжала говорить, несмотря на дрожь. Пытается сохранить независимость даже в такой ситуации? Ответ Адель показал, что она во многом весьма смела. — Это хорошо. Вам не о чем беспокоиться. Она испытала облегчение от того, что Адель, скорее всего, станет союзницей. Когда та увидит все зверства императорской семьи, историю, написанную кровью вместо чернил... она поймет, что есть бесчисленное множество причин, по которым императорская семья должна пасть. — Что вы имеете в виду? — Ну... — принцесса многозначительно улыбнулась. — Я вам не скажу. В конце концов, я могла бы солгать, чтобы заманить вас на нашу сторону. Адель была озадачена этим предупреждением — по сути, принцесса советовала ей не доверять себе. Она не могла понять, зачем та говорит подобные вещи. Но принцесса, не обращая внимания на её замешательство, медленно продолжила: — Узнайте об истинной природе императорской семьи сами. Считайте это своим следующим испытанием. — ...Я поняла. Адель поднялась на ноги. — Уже уходите? — спросила принцесса, казалось бы, с разочарованием. — Да. Как вы и сказали, мне нужно выяснить всё самой. — Жаль. А я-то хотела поболтать подольше после столь долгой разлуки. Принцесса на мгновение задумалась. — Скажите, а вы не хотите узнать побольше об Авеле? — Не особо... Когда Адель отрицательно покачала головой, принцесса ухмыльнулась и выдала: — Например, его предпочтения в нижнем белье... — Было приятно пообщаться. Всего доброго! ХЛОП! — О надо же. Убежала. Принцесса рассмеялась, глядя на закрытую дверь, за которую только что выскочила Адель. Она не ожидала, что та так легко смутится от простой шутки. В отличие от Авеля, она казалась искренним человеком, над которым весело подшучивать. «Она определенно к нему что-то чувствует.» Иначе не отреагировала бы так остро. Отвечает ли Авель взаимностью — неизвестно. Трудно представить, чтобы кто-то вроде него влюбился. «...Становится всё интереснее.» Ночь, залитая мягким лунным светом. В центре розария, где белый и красный свет таинственно смешивались, создавая чарующую атмосферу. Она поставила чашку на стол и откинулась на спинку кресла. Хотя в воздухе чувствовалась прохлада, меховая накидка согревала её. Это было её привычное время для одинокого чаепития. — Эх... Она попыталась унять сумбурные мысли глотком теплого чая. Приоткрыв глаза, она заметила Лили, которая неловко переминалась с ноги на ногу рядом. К слову, Лили была здесь всё это время? Адель так глубоко ушла в себя, что почти не заметила её. — Эм, госпожа Адель. Возможно... — Что такое, Лили? Поколебавшись мгновение, горничная заговорила: — Если вас что-то тревожит... даже если я не смогу ничем помочь, я просто буду рядом. Пожалуйста, позвольте себе хотя бы немного передохнуть. — ...Спасибо. Адель слабо улыбнулась и погладила Лили по волосам. Шелковистая текстура, ничуть не уступающая её собственным волосам, казалось, немного распутала клубок её сложных мыслей. Когда к ней вернулось душевное спокойствие, она почувствовала, что кто-то приближается со стороны входа в сад. «...Авель?» — Я пойду, — Лили поспешно отступила, затем снова подошла, чтобы прошептать «Хорошего вам времени» прямо ей на ухо, и удалилась. Она поклонилась Авелю и быстро покинула сад. — Кажется, у вас хорошие отношения со служанкой. — Да. Она очень заботится обо мне. — ...Понятно. Он тяжело опустился в кресло напротив неё, выглядя довольно уставшим. Скрестив руки на груди и закрыв глаза, словно собираясь уснуть, Авель заговорил: — Похоже, у вас много мыслей. — Да. Я много о чем размышляла. «Благодаря тебе.» Измена против короны, секреты императорской семьи, причины восстания Авеля... всевозможная информация плавала в её голове, как буйки, вызывая головокружение. Знал он о её мыслях или нет, он просто сидел с закрытыми глазами. Ей хотелось спросить Авеля напрямую, но она передумала. Даже не будучи знатоком средневековых обычаев, она понимала, как опасно неосторожно болтать о заговоре против императорской семьи. Более того, он сам не раскрывал ей свои планы. Вероятно, это значило, что его доверие к ней еще не так глубоко. Поэтому она решила не поднимать эту тему, пока он не заговорит первым. — Если вам нужно, вы всегда можете довериться... Она вздрогнула, заметив, что он уснул, не договорив фразу. Он спал, нахмурившись и привалившись к спинке кресла. Только сейчас она заметила темные круги под его глазами. «...Он выглядит изможденным.» Что ж, последние несколько дней он до изнеможения заваливал себя бумажной работой, и вот результат. Должно быть, он так устал, что уснул, едва присев. И всё же он пришел в сад посреди ночи, чтобы утешить её. Поистине, этот человек проявлял порой совершенно сбивающую с толку доброту. Она вздохнула и сняла свою верхнюю накидку, чтобы укрыть его. Это была почти шуба, так что он не замерзнет до утра. Его слегка нахмуренное лицо немного разгладилось. «Вот так ты выглядишь получше.» Он действительно был тем, кто приковывал её взгляд по самым разным причинам. ---------- Информационная Гильдия (1) Солнечный свет, падающий на лицо, заставил меня проснуться. Одновременно с этим с моих губ сорвался стон — голову пронзила острая боль. Полагаю, это вполне естественно после того, как я всю ночь напролет разбирался с бумагами. — Ха-а... После моего выступления на фестивале охоты накопилась целая гора самых разных документов. От банальных рекомендаций товаров от купцов до приглашений на банкеты в честь помолвки. Несмотря на то что я сортировал их по степени важности и обрабатывал максимально быстро, гора бумаг казалась бесконечной. — Где я... Розовый сад. Я не заходил сюда годами из-за невероятной занятости — так почему же я уснул в таком месте? Я пустил ману по телу, чтобы прояснить затуманенный разум. Когда усталость немного отступила, воспоминания начали постепенно возвращаться. Повернув голову, я заметил на столе записку. «Не переутомляйся и постарайся отдохнуть. Сон, в конце концов, очень важен. P.S. Пальто возвращать не нужно». Пальто? Только сейчас я заметил меховое пальто, которым был укрыт. Теперь я вспомнил — прошлым вечером я пришел в сад, чтобы выслушать тревоги Адель. Я беспокоился, потому что в последнее время она казалась чем-то подавленной. И надо же было мне уснуть прямо здесь, приняв такую доброту. «Нужно взять себя в руки...» Корень проблемы крылся в моей недавней одержимости работой: я сосредоточился исключительно на документах. Дела были слишком двусмысленными, чтобы поручать их Алану, поэтому я настоял на том, что разберусь со всем сам. Было вполне ожидаемо, что тело и разум начнут сдавать от такого перенапряжения. В конечном итоге, я сам виноват в том, что не следил за своим состоянием. Как она и сказала, сон — это важно. Тем не менее, благодаря пальто, согревавшему меня всю ночь, большая часть усталости испарилась. «Надо будет поблагодарить её, когда увидимся». Если бы она не укрыла меня, я бы точно подхватил простуду. Несмотря на то что я одновременно и Архимаг, и Эксперт Меча, мое тело из-за переутомления ломается точно так же, как у любого обычного человека. С этой мыслью я поднялся. Пройдя через сад, я снова вошел в герцогскую резиденцию. Меня встретил уже привычный пустой холл. Должно быть, всё потому, что все предметы роскоши были распроданы. Впрочем, было бы нелепо снова предаваться излишествам на данном этапе. — Вы проснулись, сэр. — ...Да. Кажется, я встал поздновато, Алан. — Всё в порядке. Я рад видеть, что вы наконец-то выспались. Алан сердечно рассмеялся, словно у него гора с плеч свалилась. Я слегка улыбнулся на его слова, которые почему-то напомнили мне о добром дедушке. И правда, он был тем, кто всё это время заботился обо мне как о члене семьи. Если бы не такие слуги, как он и Лаура, я бы в этом особняке давно сошел с ума. Пока я размышлял об этом, Алан заговорил снова, будто что-то вспомнив: — Кстати говоря, пришло сообщение из гильдии. — Сообщение? — Да. Говорят, они нашли зацепку касательно Наследства. Наследство... Так вот что он имел в виду. Я думал, это займет больше времени, но они нашли её быстрее, чем ожидалось. — Я понял. Отправлюсь немедленно. — А как же завтрак?.. — Прости, но я немного занят. — Леди Адель ждет вас. На словах Алана я невольно замер. Неужели она ждала моего пробуждения, прежде чем сесть за завтрак? Хотя информация о Наследстве, безусловно, была важна, и я хотел услышать её как можно скорее... я также не решался проигнорировать её. — Ха-а... Разве ты не говорил ей поесть первой? — Разумеется, говорил. Очередной вздох сорвался с моих губ, пока Алан отвечал мне с улыбкой. — ...Ладно. Я хотя бы позавтракаю перед уходом. Алан проводил меня в столовую, словно только этого и ждал. Когда я вошел, то увидел знакомое лицо. Черные волосы и рубиново-красные глаза. Это была Адель, моя невеста и главная героиня этого мира. — Хорошо ли ты спал? — Конечно. Я отлично выспался благодаря пальто, которым ты меня укрыла. — Я рада. Я почувствовал себя немного неловко, видя её облегченное выражение лица. «Она что, правда беспокоится обо мне?» Если на враждебность легко отвечать враждебностью, то принимать столь чистую доброжелательность было как-то не по себе. Особенно учитывая, что наши отношения начались как контрактный брак без каких-либо личных чувств — доброта Адель казалась странной. Сначала мы были лишь в договорных отношениях, но каким-то образом стали людьми, которые волнуются друг за друга. Фестиваль охоты мог стать поворотным моментом, но... я не был в этом уверен. Пока я был погружен в мысли, подали завтрак. Трапеза состояла лишь из сосисок, яичницы и бекона, но для завтрака она была довольно плотной. Адель аккуратно взяла вилку и нож и начала есть, соблюдая все правила этикета. Учитывая, как раньше она заталкивала еду в рот без всякой осторожности, это был поистине впечатляющий прогресс. — ...У меня что-то на лице? — Нет. Я просто... рад видеть, что ты должным образом освоила этикет. — Вот как? Это хорошо, — ответила Адель, возвращаясь к еде. Сколько же места может быть в этом хрупком теле, чтобы вмещать такое бесконечное количество пищи? Как человек, который всегда ел мало — и в прошлой жизни, и в нынешней — я находил удивительным то, как много она может съесть. — Адель, ты так аппетитно ешь. — ...Алан сказал, что это не комплимент. Она сердито посмотрела на меня, надувшись. Её сходство с хомяком заставило меня улыбнуться. — Я сказал это как комплимент, так что это не имеет значения. — Не слишком ли мало ест Авель? — Я всегда был малоежкой, так что не стоит беспокоиться. Пока за завтраком продолжался наш светский разговор, Алан подошел ко мне, когда трапеза уже подходила к концу. — Прошу прощения. — Что такое? — Мне сообщили, что наследный принц прибыл в Информационную Гильдию. Ранее я просил уведомить меня, если наследный принц появится в Информационной Гильдии. Какая удача, что он прибыл именно тогда, когда у меня там появились дела. Везение с самого утра. — У меня возникло срочное дело, так что я пойду. — Да. Пожалуйста, береги себя. — И ты тоже, Адель. С этими словами я немедленно применил магию телепортации. Сложных вычислений не требовалось. Самый удобный аспект моей магии пространства — возможность телепортироваться без ограничений в любое место, где я уже бывал. Когда я повернул голову, передо мной предстало ветхое деревянное здание. «Это место ничуть не изменилось». Вывеска на столбе здания треснула почти до основания, а под крышей свисала паутина, создавая жуткую атмосферу. Любому встречному это здание показалось бы заброшенным, но именно это делало его идеальным пристанищем для Информационной Гильдии. Я достал маску из подпространства и надел её. Эта маска была гораздо мощнее обычных — она была зачарована сильной магией подавления восприятия. Её приобретение влетело мне в копеечку, но она стоила каждого гроша. Тук, тук, тук, тук. После четырех ударов из-за двери раздался мужской голос: — Ястреб, пересекающий луну... — Сможет ли он пересечь даже солнце? Пароль периодически менялся, и запоминать его каждый раз было утомительно. Насколько я знал, они создавали его, комбинируя случайные слова, но этот вариант складывался в довольно правдоподобное предложение. — Входи. Дверь отворилась. В отличие от сурового внешнего вида, внутри было довольно уютно. Теплая жаровня согревала пространство; вокруг неё сидели люди, попивая алкоголь, в то время как другие коротали время за азартными играми. Информационная Гильдия не только обрабатывала все виды сведений, циркулирующих по Империи, но и служила посредником, связывающим клиентов с теми, кто решает их проблемы. В результате здесь постоянно отиралось немало наемников. В отличие от обычных информационных гильдий, эта отличалась тем, что войти сюда было невозможно, не накопив значительных достижений. Пока я предавался праздным мыслям, мужчина вел меня куда-то вглубь. — Давно не виделись, Каин. — Да, давненько. Твой шрам всё такой же? Каин. Давно я не слышал этого имени. Это была личность и имя, которые я создал, чтобы ориентироваться в преступном мире. После того как я основал «Воронов» и начал собирать информацию независимо, меня перестали так называть. — Да, ну... Говорят, даже зелья не могут это исправить. Мужчина почесал шрам, пересекающий его правый глаз. Я не знал его имени, но работал с ним несколько раз, так что мы были немного знакомы. — Как там новый приятель, который недавно пришел? На мой вопрос о Люке мужчина ненадолго задумался. Затем кивнул, словно понял, о ком речь. — А... тот резкий парень? Он немного зажат, но работу выполняет чисто. — Звучит неплохо. — Ну да. Как и ожидалось от того, кого ты рекомендовал, — его навыки определенно впечатляют. Конечно. Ведь именно это и значит — быть «Мечом Императора». ----------