Скромная и вечно смущающаяся ученица старшей школы Асахина Вакаба по воле одноклассниц оказывается участницей «Игры на наказание». Ей предстоит разыграть признание в любви перед парнем, которого все считают совершенно неподходящим для отношений, — Ируме Харуто, и притвориться, что они встречаются. С самого начала эти отношения тяготят её чувством вины и гнетущей подавленностью.
Но по мере того как Вакаба присматривается к Харуто, узнаёт, что он за человек и как относится к другим, её собственная унылая жизнь в школе начинает окрашиваться в новые краски, становясь чем-то куда более значительным, чем она смела думать.
[[image:/storage/reader-images/b128c75a0e4bfc3cb448f365cd21deb9cbff26c9.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/4fe33d413a4a3b31f8dbc7d4411f4cfdb643bb2b.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/29a7717db62a531126d112b81b5f2d87e2f6b619.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/1b2586e9daada6f7933268a67ecab69d1700a073.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/0f8b06e424736196be2f502cd5f265ffbc7bba71.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/4728b87664f0f64ccaedd6addf9eeb9c38ef5e6a.jpg]]
Глава 1.
«Мне страшно просыпаться утром.»
Нет, точнее, я боюсь самого наступления нового дня. Мне хочется проваляться в футоне целый день. И, если возможно, жить внутри счастливого сна. Но, конечно, реальность всегда жестока.
— М-м… Хм…?
Пронзительный звук будильника выдернул меня из объятий сна. Он возвестил, что начался новый день. Не хочу просыпаться. Но приходится. Снова. Потому что я не хочу тревожить родителей, младшую сестру… свою драгоценную семью.
Раз, два, три — отсчитала я про себя, лежа в футоне. Это что-то вроде самовнушения, но оно работает. Ладно, пора вставать. Давай же, нельзя оставаться в таком состоянии, открывай… глаза…
— Утро, значит… — я почувствовала, как на лице у меня возникает напряжённая улыбка. — Надо умыться…
Всё ещё чувствуя подавленность, я направилась в ванную.
Повернув кран, я набрала в ладони немного холодной воды и со всей силы плеснула себе в лицо. Хоть настроение с утра должно было улучшиться — но я даже не знала, есть ли от этого хоть какой-то толк.
— Аха-ха-ха. Какое ужасное выражение лица. Нельзя показывать такое другим.
В зеркале я видела своё — Асахины Вакабы — бледное лицо. Закусив губу, я плеснула в лицо ещё одну порцию воды, надеясь, что она смоет поднимающуюся изнутри тревогу.
Когда я зашла в столовую, до меня донеслись весёлые голоса. Похоже, все уже собрались за столом. Как всегда, я пришла последней, и от этого стало немного одиноко.
— Доброе утро всем!
Словно чтобы сдуть всю тоску, скопившуюся в груди, я громко поздоровалась. В ответ на это ко мне повернулись три знакомых лица.
— Доброе утро, Вакаба. Как всегда, полна энергии, я смотрю.
— Фуфу, но всё же ты соня. При такой-то прекрасной погоде не мешало бы вставать чуть пораньше.
Папа держал в руке газету и сиял бодрой улыбкой. Рядом с ним мама, раскладывая рис по тарелкам, мягко журила меня за привычку нежиться в постели. Кстати, на прошлой неделе шли дожди, и мы не могли как следует просушить бельё. Если мама довольна, то и этого достаточно. От этого я сама чувствую себя счастливой, словно со мной произошло что-то хорошее. И, кажется, то же самое испытывает моя младшая сестра, сидящая напротив родителей.
— Доброе утро, Одээ-тян! На прошлой неделе всё время лило, а сейчас прояснилось, и настроение сразу поднялось! — Футаба размахивала рукой, а её улыбка просто лучилась энергией.
Два хвостика, свисавшие по бокам, делали её милой и очаровательной. Одно только её присутствие заставляло мои щёки расслабиться и смягчиться. Почему, хоть у нас с ней одно лицо, если не считать причёски, улыбка моей младшей сестры кажется мне такой ослепительной? Проследив за взглядом Футабы, я посмотрела в окно. Солнечный свет отражался в стекле, сияя ярко. Это было освежающее утреннее солнце.
Да, понимаю. Этот пейзаж прекрасен. Я понимаю, отчего ей так весело. Я обернулась и ответила сестре тёплой улыбкой.
— Правда, от этого становится так хорошо.
— Точно, точно, именно. На прошлой неделе был полный бардак, верно? — отозвался на мои слова папа, несколько раз кивнув. — В последнее время стало холоднее, и дождь совсем не кстати. — Он обхватил плечи, изображая, что дрожит от холода.
Увидев это, мы обе рассмеялись.
— Ладно, хватит шутить. Поторопитесь с едой, а то опоздаете в школу.
— Школа… — Когда это слово прозвучало у меня над ухом, в груди стало тяжело.
— А… д-да! Будут проблемы, если мы опоздаем!
Нехорошо. Я запнулась. Они же не подумали, что моя реакция странная? Я бросила взгляд в сторону и увидела, что Футаба прищурилась. Наверняка она счела эту реакцию странной. У неё всегда была хорошая интуиция.
— К-кстати! Папа, ты опять что-то купил?
— Ещё как, я нашёл отличную скидку!
Я сменила тему, чтобы скрыть свою оплошность, и папа радостно закивал.
— И в твоём-то возрасте ты всё ещё ходишь и покупаешь пластиковые модели «Мандам»?
— Не «Мандам», а «Бандам»! «Бандам»! Сколько раз говорить, настоящее название звучит куда круче!
— Да это одно и то же, какая разница?
— Совсем не одно и то же! Сколько можно повторять! Ты совсем не понимаешь мужской романтики! Какое убогое время настало…!
— Ахахаха… я-я не очень понимаю, но эта штука «Бандам» и правда звучит круто. По названию кажется, что он… ну, очень мощный.
— Ты и правда хорошая девочка, Вакаба… Ладно, я подарю тебе своего драгоценного «Красного Джека».
Он, должно быть, был счастлив найти в моём лице союзника и продолжал тараторить о своём увлечении. Честно говоря, мне это не очень интересно. Пока я раздумывала, как вежливо отказаться, Футаба возвысила голос.
— Одээ-тян! Нам надо спешить!
Плохо, я слишком увлеклась разговором!
— Я пошла!
— И я!
Я быстро прибрала после завтрака, схватила в одну руку школьную сумку и выскочила из входной двери. На улице меня встретило голубое небо и ласковое утреннее солнце.
— Тогда, увидимся позже! — помахала мне рукой Футаба и побежала в противоположную сторону.
Мы учимся в разных школах. В отличие от меня, выбравшей школу поближе к дому, Футаба ходит в школу в трёх остановках отсюда. И всё же из-за её желания уходить вместе мне немного легче вставать по утрам.
Однако это блаженное чувство заканчивается здесь. Ведь то, что ждёт меня дальше, несомненно, —
— ад.
＊＊＊
2
— Эй, ты видела мой вчерашний месседж, так что ответь же.
— Извини, извини, я случайно уснула!
Даже в такой ранний час класс был полон энергии. Хотя до начала классного часа оставались считанные минуты, все о чём-то оживлённо болтали — кроме меня.
Я не могу просто влиться в уже сложившиеся в классе группы, да и не хочется. Потому что все уже знают, что от меня всё равно не дождёшься нормального ответа, даже если попытаться.
— Так вот… А, пфффт, вы только посмотрите на Асахину!
В ту же секунду, как я услышала этот голос, моё тело инстинктивно напряглось.
— Ахаха, что с ней такое? С самого утра ведёт себя как образцовая ученица!
— Может, её рабочие тетради — её единственные друзья? Хаха, бедняжка!
— Не будь такой. Она же как всегда. Ничего нового, правда?
Мне было больно слышать. Голоса троицы отдавались эхом в груди, пытаясь разорвать моё сердце.
— И вообще, я в шоке, что ты вообще приходишь в школу. Это же надо иметь железную волю. Я бы точно так не смогла.
— Кхе-хе-хе, уверена, в отличие от тебя, Нанасэ-сан, она на самом деле мазохистка. Не так ли, Торимаки-сан?
— Ха-ха, теперь, когда ты это сказала! Тогда, может, это мы хорошие? Вакаба-тян — извращенка, которая возбуждается, когда над ней издеваются! …Кстати, Риа, может, перестанешь так смеяться? Это отвратительно.
Я чувствовала, как три взгляда впиваются в моё тело со всех сторон. Даже не нужно было смотреть, чтобы понять, кто это. С тех пор как она перевелась сюда, всего за полгода, Нанасэ Икуми-сан с помощью двух других идеально захватила бразды правления в классовой иерархии. Невероятно сообразительная, как и можно ожидать от неё, Сёдзи Риа-сан стабильно держит второе место в рейтинге успеваемости. И ещё есть язвительная Торимаки Мии-сан.
Не знаю, что я такого сделала, чтобы они так зациклились на мне, но они посвящают большую часть своего внимания тому, чтобы травить меня при каждом удобном случае… Серьёзно, как всё дошло до этого? Если подумать, я всегда была плоха в общении с другими. Только с семьёй и близкими людьми я могла нормально разговаривать. Поэтому у меня почти не было друзей.
Я немного надеялась, когда поступила в старшую школу. Что что-то, возможно, изменится. Поэтому я старалась и пыталась общаться с одноклассницами… Но вот во что это вылилось. Каждый день последние полгода я терплю эту клевету, оскорбления и их визгливый смех. Моя идеальная школьная жизнь должна была быть куда светлее и приятнее. Это неправильно. Это не то, о чём я мечтала!
— Асахина!? Надеюсь, ты не игнорируешь нас!
— И-ик!?
Внезапно кто-то шлёпнул ладонью по парте передо мной. Я вскинула голову от неожиданности и увидела, что Нанасэ-сан смотрит на меня сверху вниз.
— А, Нанасэ…-сан… чем могу… помочь? — Я сама слышала, как дрожит мой голос.
Тело естественным образом сковало.
— Ты всегда такая депрессивная. Может, сделаешь с этим что-нибудь!?
— Ах, п-простите… — Не в силах выдержать устремлённый на меня взгляд, я была вынуждена отвести лицо.
— Что? Что это за взгляд? Тебе есть что сказать? Так выкладывай! Давай же, говори!
— Н-ничего…
— Вечно ты тихая, вечно унылая и просто отвратительная. Думаешь, ты лучше нас только потому, что у тебя ничего нет, кроме внешности, да?
Моя внешность, по-видимому, такая же, как у мамы в молодости, и окружающие часто хвалили меня, говоря, что я наверняка вырасту красавицей. Но вот я и не могу понять, хорошо это или нет. Не говоря уже о том, что у меня проблемы в общении с мальчиками. Конечно, это не значит, что я их ненавижу, но их жесты, их выбор слов… Наверное, это скорее чувство дискомфорта.
Не то чтобы у меня была на то причина, я просто цепенею, когда оказываюсь перед ними. К моему удивлению, в среде мальчиков это сочли милым и очаровательным, поэтому в средней школе мне несколько раз признавались в любви. Однако это чувство дискомфорта не только не прошло, но даже усилилось. И пока я думала, как ответить, поползли слухи, что я «высокомерная».
Эта внешность, доставшаяся мне от мамы, как я могу этим гордиться! Хочется выкрикнуть эти слова. Но, как всегда, я не могу выдавить из себя ни слова. Я боюсь их возражений, боюсь, что мне нечего будет сказать в ответ, и от этого тело и мозг замирают. В конце концов, лучшее, что я могу сделать, — это молчать и продолжать мотать головой из стороны в сторону.
＊＊＊
3
Четвёртый урок подошёл к концу, и звонок, возвестивший начало большой перемены, наполнил класс. Я схватила свой обед, дождалась, пока учитель выйдет из класса, и воспользовалась этим шансом, чтобы быстро улизнуть. Я направилась за школьное здание. Там было темно и тускло освещённо, место, куда не проникали солнечный свет и чьи-либо взгляды. Ни один ученик не приходил сюда поесть, особенно в такое холодное время года. Никто, кроме меня.
Раньше я ела и в классе. Но после того, как с моей едой снова и снова проделывали разные штуки, я сдалась. Меня постоянно травят, так что я хочу хоть во время обеда расслабиться.
— Ладно, здесь никого… надо побыстрее. — Ого! Выглядит вкусно!
Омлет с отварными овощами, кусочки курицы под кунжутным соусом… Когда я открыла коробку с обедом, меня встретила радуга цветов. Одно это зрелище заставило моё лицо немного расслабиться. Только в это время я действительно могу получать удовольствие в школе. Такое чувство, будто мама и все остальные рядом.
«…Мне правда не хочется больше ходить в школу».
Но если я расскажу им о своём желании, о своих проблемах, они наверняка начнут переживать. Больше всего я не хочу, чтобы они знали, через что я прохожу. Через четыре месяца мы перейдём в следующий класс, и состав классов изменится. Тогда, должно быть, станет немного легче. С этой мыслью мои пальцы, держащие палочки, задрожали чуть меньше, и я поднесла немного еды ко рту.
И это случилось в ту же секунду, как я начала наслаждаться маминым обедом.
— Бухяхяхя! Ты вообще не врубаешься! Рёити, и это всё, на что ты способен?! Бухахаха!
Моё тело дёрнулось. Что это был за громкий голос!? Я выглянула из тени, огляделась и увидела, что несколько учеников собрались в кучку и устроили переполох. Я чуть не вскрикнула. Я вспомнила их лица.
— Что ты сказал, Харуто!? Повтори ещё раз в лицо!
— Сколько угодно раз повторю. Ты не понимаешь истинной ценности гал-игр! Тебя ослепляет внешняя оболочка… Жалкий ты человек.
— Чёрт, за что мне такие оскорбления! Я всего лишь сказал: «Та девочка в очках, наверняка, выглядела бы куда лучше без них», с чего бы тебе так кипятиться!?
— Я объявляю тебе тотальную войну…!
— За что!?
…Плохо, их спор был настолько бессмысленным, что у меня на секунду отключилось сознание. Похоже, загорелый парень и слегка полноватый парень устроили словесную перепалку. Они, случайно, не о каком-то телешоу говорили?
В тот же момент третий парень из группы, молчавший всё это время, тяжело вздохнул. Качая головой, он встал между ними.
— Успокойтесь, вы двое. Рёити-кун, ты же знаешь, что нельзя поддаваться на его провокации. Харуто-кун, хватит, ладно? — На нём были очки, от него веяло бодростью.
Это Намикава Сюн-кун. Он гений, у него высшие баллы по всем предметам. Более того, он даже занимает высокие места на национальных пробных экзаменах, значительно поднимая общий рейтинг школы. Короче говоря, он потрясающий человек.
— Какой тут покой! Меня унижают! Давай, Харуто! Я исправлю твою эроге-натуру! — Длинноволосый парень побагровел от гнева.
Его зовут Бидзэн Рёити-кун. Он, по слухам, очень способен в спорте и, хотя он только первокурсник с полугодовым стажем в футбольном клубе, стал основным игроком. К тому же, с ним всегда горничная, или так говорят слухи, что делает его похожим на сына из богатой семьи. В другом смысле он тоже удивителен.
Проблема, однако, в последнем из троих.
— Странный? Это ты что говоришь, тупой качок! Удивляюсь, как у тебя хватает наглости такое говорить, маменькин сынок! Давай! Я покажу тебе, что этот живот не просто для красоты! — произнёс парень, продолжая похлопывать себя по животу.
У него была белоснежная кожа и короткая стрижка. К тому же — полные губы и опущенные глаза. Его внешность казалась на грани полноты. Его было бы трудно похвалить, даже пытаясь быть вежливым. Наверное, ни одна девушка не сможет принять такую внешность. По крайней мере, слухи о нём, кажется, правдивы в этом отношении.
— Ирума… Харуто-кун…
«Толстяк — отаку — отвратительный» — эти три слова часто использовали в его адрес, делая его самым нелюбимым человеком в школе. Ещё во время вступительной церемонии он заговорил о похабных играх, и его пришлось силой выдворить. Даже в долгой истории этой школы он довольно быстро стал легендой. Из-за этой нестандартной внешности ему дали прозвища «Белая мясная булка» или «Дайфукумоти из академии Рэнто».
Я в этом не участвую, но в девичьих кругах он на первом месте среди тех, кого не хотелось бы видеть своим парнем. Как и двое предыдущих, он весьма особенная личность. В том смысле, что я не хочу к нему приближаться.
— Ты сам-то понимаешь, что говоришь! Игры должны быть здоровыми! Например, файтинги, или файтинги! — завопил Бидзэн-кун.
— Полный идиот! Что за жизнь без эротики! Проклятый девственник-страйкер! В смысле, файтинги тоже могут быть похабными, так что я их с радостью принимаю!
— Когда же ты поймёшь, что именно такие разговоры делают тебя таким непопулярным!
— Я посвящаю себя миру 2D! Меня не интересует 3D!
Спор разгорался всё сильнее. Бидзэн-кун начал по-настоящему лягаться, но его удары принимал на себя живот Ирумы-куна. А Намикава-кун лишь пожимал плечами, наблюдая за ними. Эта троица довольно известна в нашей школе. Я впервые вижу их в таком действии, но впечатление они производят оглушительное. Их называют Особой Троицей, и теперь я наконец понимаю почему.
«…Хуже всего то, что они шумят».
[[image:/storage/reader-images/aa6514d63e400063f7632d1b547526393e5087bc.jpg]]
Они испортили мою единственную радость в школе… И почему этот Ирума-кун… выглядит таким счастливым, хотя знает, что его все ненавидят? Даже я ни разу не смеялась так с тех пор, как поступила в эту школу. Я знаю, что это. Это зависть, жестокое и эгоистичное чувство.
Я поспешно доела свой обед и ушла из-за школы. Однако это мутное, тяжёлое чувство в груди осталось...
＊＊＊
4
По дороге домой из школы мои ноги были куда легче, чем утром. Возможно, потому что я наконец освободилась ото всего. Просто хочу поскорее оказаться дома и расслабиться. Пойду короткой дорогой, сверну у нового магазинчика. Приняв это решение, я приблизилась к магазину, как вдруг из входа показалось знакомое лицо.
— Футаба…?
Столкнувшись с этой неожиданной удачей, я почувствовала, как расслабляются мои щёки. В отличие от меня, она на самом деле в клубе. И к тому же в клубе кэндо. Поскольку у неё часто тренировки до позднего вечера, нам редко удаётся идти домой вместе. И всё же мне повезло встретить её здесь. Всё тяжёлое, что накопилось за день, испарилось. Раз уж она здесь, мы могли бы пойти вместе.
«Так я подумала».
— В последнее время так похолодало, правда?
— Ты тоже так думаешь, Юкари? Наверное, скоро осень закончится. Надо доставать свитер.
— Кажется, лето пролетело в мгновение ока. Что это за место, время тут быстрее идёт? Или это я старею?
— Ахаха! Ты звучишь как старушка, Тина-тян! Ахахахахаха, кхе-кхе, уф!
— Ой, Футаба!? Это что, было так смешно? Не надо себя так заставлять…
Окружённая тремя другими девушками, по-видимому, её подругами, Футаба, казалось, улыбалась от всего сердца. Да, я часто забываю, но у Футабы на самом деле много друзей. Она на совершенно другом уровне, нежели я. Хотя мы близнецы… почему всё так вышло.
«Нехорошо. Нельзя так. Странно завидовать собственной младшей сестре».
Я покачала головой и развернулась. Мне даже не хватило духу позвать её. Вместо этого я сделала крюк и пошла домой. Когда я открыла входную дверь, меня не встретила обувь Футабы. Я пыталась не торопиться, но всё равно пришла домой раньше неё. Стирая слёзы, готовые брызнуть из глаз, я изо всех сил старалась изобразить улыбку.
— Я дома!
— О, с возвращением. Как всегда, полна сил, я смотрю. — Мама вышла встретить меня.
Одного только её бодрого лица было достаточно, чтобы моё сердце начало заживать. Оно напомнило мне, что я наконец-то добралась до дома, до своего безопасного места.
— Ага! Я всегда полна сил, знаешь ли!
Это не было ложью. Перед семьёй я всегда могу улыбаться. Именно поэтому я боюсь мысли, что этот день снова скоро закончится. Моё блаженное время всегда коротко. Оно напоминает мне о быстротечности времени.
— Я сегодня к чаю испекла торт. Помой руки и можешь взять кусочек.
— Уааа! Обожаю мамины торты!
Каждый раз, возвращаясь домой, каждый раз, слыша мамин голос, решение, принятое мной в школе, лишь укреплялось. Всего полгода… Но и этого ещё очень много.
— На ужин — вчерашние остатки. Но завтра я приготовлю твою любимую пасту, так что жди с нетерпением.
«Ахх…»
— Да! Я с-с нетерпением жду завтра!
«Если бы только завтра никогда не наступало».
Интерлюдия
— Знаешь, в последнее время стало очень скучно. Тишь да гладь.
Было раннее утро, и люди по левую и правую сторону обменивались приветствиями по дороге в школу. Хотя стало довольно холодно, сонливость не спешила исчезать. Потирая глаза, Нанасэ Икуми зевнула и пробормотала эти слова.
— Верно. Экзамены уже близко, так что я бы не прочь сейчас передохнуть~ — Послышались голоса согласия от Сёдзи Рии и Торимаки Мии, шагавших рядом с Нанасэ.
— Точно, точно. Ах, неужели ничего интересного не происходит? Ну, что-нибудь, чтобы просто —
— Все нормалы должны просто взорваться!
— Воу!? Что это было!?
Ревущий голос, достаточно громкий, чтобы лопнули барабанные перепонки, достиг группы девушек. Расслабленная утренняя атмосфера мигом развеялась. Даже другие ученики вокруг растерянно озирались.
— С-спокойно, это как всегда.
— Какой тут спокой! Они флиртуют тут каждое утро!
Нанасэ и две другие обменялись взглядами.
— Разве это не Ирума и Бидзэн у школьных ворот? Опять с утра переполох устраивают. — Торимаки вздохнула и пожала плечами.
Посмотрев в указанном ею направлении, они увидели, как несколько парней затеяли словесную перепалку, нимало не заботясь об окружающих.
— …Не заставляй меня повторять одно и то же. Просто привыкни уже.
— Верно, Харуто-сан. Не из-за чего так расстраиваться.
Рядом с Бидзэн Рёити стояла женщина в спокойном простом платье и фартуке.
— А теперь, Рёити-сама, вот ваш обед на сегодня. Я положила много ваших любимых жареных вещей.
— Ооо, вот это я ждал! Большая перемена будет отличной!
На женщине была западная одежда контрастных белого и тёмно-синего цветов. На голове у неё был головной убор горничной, делая её похожей на настоящую служанку. Кто-то говорил, что такая одежда плохо смотрится на японках, но на ней она сидела просто отлично. Она выглядела так, будто сошла со страниц манги или из фильма.
— Бесценный, наполненный любовью, домашний ланч…! Эта разница в положении мучительна! Что же японское правительство делает!
— Опять ты… Да перестань уже, Харуто-кун. — Намикава Сюн пытался утихомирить разъярённого Харуто.
— Но, но! Разве ты ему не завидуешь!? Каждый день прислуживает такая милая горничная! Нечестно!
— Право, ты сложный тип, Харуто. Она — важный член моей семьи. Она как старшая сестра, как мать. Верно, Юи?
— …Хмпф.
— Э, а теперь чего ты дуешься? Я что-то не так сделал?
— Кажется, я начинаю немного понимать чувства Харуто-куна. Рёити-кун иногда такой бесчувственный. — Сюн похлопал Харуто по плечу. — Не стоит его торопить. Пока мы должны быть мужчинами и просто наблюдать за любовью друга, ладно?
— О чём это ты, скрытый извращенец! Я знаю, о чём речь! Ты же с Мифую до поздней ночи по телефону болтал! — Ирума тыкал пальцем в Сюна.
— А, ты знал? Это совсем не так, сводный братец.
— Не называй меня так так естественно! Твоё лицо и слова не совпадают, паршивец!
Пока они препирались, Харуто, казалось, немного остыл и обмяк.
— Чёрт! У 3D нет ничего против 2D! У меня куча 2D-вайфу, и все они любят меня!
Или все так подумали, но он тут же снова впал в ярость. Тот момент, должно быть, был затишьем перед бурей.
— Никто из вас не может сказать, что я не прав!!! — Он выл, как не умеющий проигрывать, и на него было невыносимо смотреть.
— Уф, с утра пораньше смотреть на такое отвратительное зрелище… — Нанасэ брезгливо высунула язык, и её подруги присоединились.
— Ещё бы! Как такой отброс вообще попал в нашу школу! Невероятно!
— Верно! Разве в последнее время не развелось слишком много мерзких отаку? Думают, могут всё, что угодно, только потому что ходят с Бидзэном… Неужели нельзя ничего… — Нанасэ оборвала себя. — Погодите-ка? А нельзя ли этим воспользоваться?
— Э? Что ты имеешь в виду? — Чуя нечто интересное, Сёдзи подвинулась ближе с горящими глазами.
Увидев эту реакцию, Нанасэ почувствовала себя ещё увереннее. Она нашла способ разобраться с этой отвратительной свиньёй-отаку, а заодно и развеять собственную скуку, — «игру», которая убивала двух зайцев одним выстрелом.
— Это будет интересно. Кхе-хе-хе, дай-ка мне тоже в этом поучаствовать. — Сёдзи осклабилась, издав свой обычный маниакальный смешок.
Скоро всё станет очень интересно. Их мрачное чувство скуки рассеялось, сменившись жгучим возбуждением. Нанасэ почувствовала себя так, будто влюбилась, настолько сильной была эта страсть.
— Фуфу, похоже, нам пока удастся избежать смерти от скуки.
Глава 2: Асахина Вакаба и её парень в игре на наказание.
— Что-то сегодня странно…
Прозвенел звонок, и первый урок подошёл к концу. Обычно, как только учитель выходил из класса, одноклассницы вокруг начинали ко мне приставать. Если подумать, атмосфера в классе была странной с самого утра. Девчонки, которые любили дразнить меня приветствием, даже не подошли. Более того, та самая Нанасэ-сан обратилась ко мне с обычным, ничем не примечательным «Доброе утро»! Представьте!
Хотя от этого мне стало ещё неловче. Я думала, что буду невероятно счастлива, если такое когда-нибудь случится… Наверное, я и правда слишком перекручена, да.
— О, правда?
— Ваа, как красиво!
Чего-чего!? Класс наполнился восхищёнными возгласами, и я посмотрела в сторону их источника.
— Нанасэ-сан?
Нанасэ Икуми-сан была окружена большим количеством одноклассниц. В руке она держала красивый аксессуар со множеством украшений и показывала его всем. Я видела, как что-то ярко сверкало, словно солнечный свет в зеркале. Может, компактная пудреница?
Все внимательно разглядывали этот предмет, вздыхая в такт. Мне было не очень хорошо видно издалека, но, наверное, это что-то красивое. Мне на секунду стало интересно, но ко мне это не относится. Чтобы снова не получить оскорбительный комментарий, я решила просто отвести взгляд и проигнорировать.
Но это оказалось роковой ошибкой.
— Асахина, почему бы и тебе не подойти? Я и тебе покажу.
— …Э?
Нанасэ-сан обратилась ко мне странно добрым и бодрым голосом. Честно, я на секунду подумала, что ослышалась. В конце концов, услышать такие слова из её уст, таким тоном — я никогда бы такого не ожидала.
— Давай же, не стесняйся. — Она мягко улыбнулась, подзывая меня.
— Ах… Х-хорошо!
Если быть совершенно честной, мне было немного… нет, очень приятно. Я подумала, что, может быть, меня наконец-то допустили стать частью этого класса.
— Видишь, вот.
— О, как мило. Это пудреница?
Разглядев предмет поближе, я увидела на нём красивый узор. Основной цвет был нежно-розовым, повсюду цветочные орнаменты, и я почувствовала, что, наверное, это очень дорого.
— Правда? Хочешь подержать? Мне папа подарил, это довольно популярный бренд.
— Э, правда?
Раз уж она предлагает, я не могла не разглядывать её ещё секунду. Что, если я случайно сломаю?
— Не стесняйся. Вот, возьми.
Но я не могла отказать. Больше всего мне хотелось рассмотреть её поближе. Не устояв перед искушением, я приняла предмет из рук Нанасэ-сан.
— Держи.
— Ваа, какая прелест— Кия-а-а!?
В ту же секунду, как я взяла пудреницу, я почувствовала, как что-то ударило меня в спину.
— Ах.
Этот момент промелькнул в замедленной съёмке. Пудреница выскользнула из рук Нанасэ-сан, не долетела до моей ладони и с грохотом упала на пол. И, словно лепесток цветка, разлетелась на кусочки.
— Что ты делаешь!?
— Не могу поверить!
Одноклассницы вокруг подняли шум.
— Я-я не виновата, это…!
Меня точно кто-то толкнул только что…! Но, оглянувшись, я никого не увидела.
— Что ты натворила!? Идиотка!
— П-простите!
Но меня же толкнули! Поэтому она и выскользнула…! Я хотела это сказать. Но не смогла. Единственное, что я выдавила, — слова извинений.
— Это пудреница, которую мне подарили на день рождения! Она стоит несколько тысяч иен… как ты могла!?
— Н-неужели так дорого!?
Слёзы катились по лицу Нанасэ-сан. Ах, эх, что, что же мне делать…! Я растерялась, не зная, как реагировать, а окружение уже обрушило на меня суровые обвинения.
— Ух ты, до чего же неловкая!
— Мне так жалко Нанасэ-сан!
— Это что, так Асахина выпускает свою досаду? Просто отвратительно, вау.
Это уже была даже не ситуация, где я могла бы оправдываться. Я могла лишь стоять на месте перед лицом этого ужаса, когда Нанасэ-сан схватила меня за плечо. Её ногти впились в кожу, и я издала стон.
— Я расскажу твоим родителям! Пусть возместят ущерб!
— Ах, уф…
Вслед за этой инициативой злословие вокруг стало лишь хуже. Я уже и не знала, что делать. Всё, на что я была физически способна, — это стоять на месте и дрожать. Наконец, Нанасэ-сан, казалось, немного успокоилась, её плечи расслабились, а лицо стало бесстрастным.
— Что ж, думаю, ты сделала это не нарочно, так что я прощаю тебя.
— П-правда!?
— Да. Однако при одном условии.
Всё что угодно! Я сделаю всё, что нужно! Я лихорадочно закивала несколько раз.
— Понимаю, ты сама сказала. — Уголки её губ поползли вверх, обнажив зловещую улыбку. — Тогда… я заставлю тебя поучаствовать в игре, в качестве наказания!
— В в-игре?
— Именно. Это простая игра, так что можешь не волноваться.
— Ч-что мне делать?
— Ты знаешь того Ируму из первого класса?
Воспоминание о той сцене мелькнуло у меня в голове.
— Д-да, я слышала о нём… Первый год, класс 1, Ирума Харуто-кун, верно?
— Точно. Этот идиотский и похабный толстяк. Он всё время несёт какую-то тошнотворную чушь, даже не пытаясь скрыть, что он мерзкий отаку.
— Он нам реально мешает. Одно его присутствие портит мне настроение. — Из-за спины Нанасэ-сан появилось лицо Сёдзи-сан. — В последнее время он ведёт себя так, будто он здесь хозяин, не кажется тебе, что он заносится?
— Х-хорошо…?
— Вот и я хочу указать ему на его место. Если так продолжится, наше душевное здоровье точно пострадает.
О чём они говорят? Я совсем не могу уследить за разговором.
— Поэтому… Кхе-хе-хе… мы устроим игру! — Сёдзи-сан подняла указательный палец.
Пока я пребывала в недоумении, Нанасэ-сан положила руку мне на плечо.
— Ты пойдёшь и признаешься в любви тому Ируме. И вы будете встречаться.
— — Чего?
Она сказала это таким тоном, будто просила купить ей что-то в магазинчике.
— Э-это же не имеет смысла! Почему, зачем…!
— Серьёзно, до чего же ты тупая. Слушай, он настолько отвратительная свинья-отаку, что у него ни разу не было девушки. Как думаешь, что случится, если ему признается девушка с такой внешностью, как у тебя?
Ах, ты же не хочешь сказать…!
— Конечно, он клюнет на приманку, как обезьяна, которой и является. — Нанасэ-сан показала ледяную улыбку, от которой у меня по спине пробежали мурашки. — И когда вы действительно сойдётесь, станете близки и превратитесь в настоящую пару — мы скажем ему, что всё это время его обманывали.
Ч-что эти люди говорят?
— Даже будучи таким живучим и мерзким, как таракан, он наверняка сломается от шока. И после этого мы наконец-то сможем наслаждаться нашей спокойной и полноценной школьной жизнью. Мы просто укажем ему на его место, понимаешь. — Сёдзи-сан осклабилась.
Её лицо выглядело милым, как у ангела. Меня почти пугало, насколько собранным было её выражение… и я не могла перестать трястись перед этим.
— Э-это слишком жестоко, я считаю!
— А? Ты серьёзно думаешь, что у тебя есть выбор? Мне просто рассказать твоим родителям?
И ещё — Нанасэ-сан махнула рукой и продолжила.
— Разве ты не сказала, что сделаешь всё что угодно? Ты что, соврала? Серьёзно?
— Она меня подставила!
То, что только что было, — всё спектакль! Но осознать это только сейчас… до чего же я глупа…!
— Это…
По правде говоря, я хотела сказать «нет». Меня мучает вина за обман человека, к которому у меня нет претензий, но больше всего я хочу свободно выбирать себе парня. Я хочу признаться по собственным чувствам и желанию. А теперь она велит мне стать девушкой самого ненавистного парня во всей школе!
Но я не могла ничего сказать. Если я откажусь здесь, меня будут травить ещё сильнее, чем раньше, а родителей заставят заплатить за пудреницу. Для меня действительно оставался лишь один выбор.
— У-уф…
Поэтому я —
— Я… поняла…
— вынуждена была принять наихудшее из возможных решений.
＊＊＊
2
Время быстро пролетело, и настала большая перемена. Обычно я уже была бы на улице, но даже с обедом перед собой мои палочки не двигались. Меня заставили остаться в классе, и я не могла ничего делать, кроме как ждать наступления «того самого момента».
— Эм-м… это класс 4? Прошу прощения!
Моё тело дёрнулось. Ах, наконец-то, он пришёл, я вижу…
— Асахина? Твой любимый пришёл. Фуфу, разве не здорово. — Торимаки-сан усмехнулась и позвала меня, но я не смогла собрать сил, чтобы ответить.
Вскоре с грохотом открылась дверь класса.
— Вы звали, и я пришёл! Первый год, класс 1, Ирума Харуто к вашим услугам!
В комнату вошёл слегка полноватый парень, гордо объявив о себе. Без сомнений, это Ирума Харуто-кун.
— Можно поговорить с этой Асахиной-сан? Я слышал, у неё ко мне дело?
Возможно, из-за его внешности и манер в классе началось оживление, я слышала шёпот то тут, то там… Однако.
— Я планировал наконец-то решить нашу божественную битву, но этот момент просто ужасен. Давайте закончим с делами и уйдём.
Вместе с его появлением атмосфера в классе замерла.
— Серьёзно, ты умеешь мешать чужим планам, Рёити. Я просил тебя ждать в классе.
— Я не хотел рисковать, что меня поставят в дураки. Сегодня мы точно выясним, кто сильнее.
— До чего же ты не умеешь проигрывать. — Ирума-кун хихикнул, похлопав Бидзэн Рёити-куна по плечу.
Перед лицом этого неожиданного посетителя все одноклассники вокруг пришли в замешательство. И я тоже. Почему он тоже здесь? Их что, позвали вместе? Позади них стояла Сёдзи-сан, та, кому было поручено позвать Ируму-куна. Однако, что редкость, её лицо было ужасно бледным, и мне показалось, будто я вижу, как её тело слегка дрожит.
— Э-эй, Риа! Иди сюда, сейчас же!
Нанасэ-сан подбежала, схватила Сёдзи-сан за руку и оттащила её вглубь класса.
— Что это такое, почему этот парень здесь!? Слишком опасно, если он здесь, иначе нас могут раскусить! Я же сказала привести только этого идиота Ируму!
— Д-да…! Я пыталась, но он меня совсем не слушал, просто шёл следом!
— Я ожидала, что что-то пойдёт не так, но чтобы вот так…
Три девушки перешёптывались. Похоже, появление Бидзэна-куна было непредвиденным обстоятельством.
— В-в любом случае, давайте двигать историю дальше. Давай же, Асахина-сан!
— Фуэ?
Внезапно меня окликнули. Не зная, как реагировать, я почувствовала, как Сёдзи-сан толкает меня в спину.
— У тебя же есть что обсудить с Ирумой-куном, верно?
— Ах, д-да…
— Это вы — Асахина-сан? — спросил Ирума-кун.
— Д-да. Дело в том, эм-м…
Мы впервые встречались лицом к лицу, но, увидев его вблизи, я снова растерялась. Его живот был круглым, а лицо таким, будто его набили пастой из красной фасоли. Он был полной противоположностью тому, что можно назвать красивым.
У меня и так были проблемы с парнями, а теперь, когда меня заставили говорить с таким парнем, как он, я не могла перестать чувствовать неловкость. Что ещё хуже, я знала о нём только по слухам от других. И, как будто этого было мало, я должна ему признаться!
Нанасэ-сан, должно быть, заметила моё напряжение и встала передо мной, слегка раздражённая.
— Эй, Ирума. Ты и правда везунчик. Эта девочка, похоже, в тебя влюбилась.
— …Чего? — Ирума-кун моргнул в замешательстве и замолчал.
После короткой паузы он медленно открыл рот, наклонил голову набок с растерянным видом.
— Не могу сказать, что оцениваю эту шутку. Сорок баллов из ста, осмелюсь предположить.
— Э-это не шутка! Верно, Асахина-сан?
— Ах, эх… Д-да.
— Чегоо!? — Ирума-кун вскрикнул от шока, опустившись на одно колено.
Н-неужели это был для него такой удар…?
— Че… чего… С-серьёзно!?
— Кия! — Вскрик Ирумы-куна застал меня врасплох.
— П-правда!? Т-ты любишь меня!? Эх, что? Это не сон, правда?
— Что за развитие событий… Такую сёнэн-мангу бы сразу закрыли, говорю тебе. — прокомментировал Бидзэн-кун.
Видя, как Ирума-кун дрожит от радости, меня накрыла волна вины. Мне было ужасно плохо, и я пыталась подавить желание сбежать. Мне хочется сказать ему, что я лгала.
— Д-да. Эм, я на самом деле…
— Авававава!?
Мои слова застряли в горле. Я стояла на краю выбора. Действительно ли я должна признаться здесь? Сейчас я ещё могу всё забрать назад. Но даже этот последний шанс, что у меня был —
— Асахина-сан?
— был разрушен голосом Нанасэ-сан.
— Ирума…-кун…
— Д-да!
Тук-тук, моё сердце колотилось в груди. Я не могла заставить своё тело перестать дрожать. Мне уже действительно не сбежать.
— …Я… люблю тебя. Пожалуйста… давай… будем вместе… — Дрожащим голосом я выдавила эти слова из горла.
— …
…Ч-что случилось? Моя голова была опущена, поэтому я не видела его лица, могла лишь ждать его реакции.
— Кажется, он впал в ступор от шока. Асахина-сан, правильно? — заговорил Бидзэн-кун, и я лихорадочно подняла голову.
— Ах, да…!
— Прости, но, думаю, тебе лучше сдаться. Он не интересуется девушками из 3D. Он постоянно твердит, что посвятит свою жизнь своим 2D-жёнушкам и всё такое. И я восхищаюсь таким мужеством. Поэтому лучше бы тебе—
— Я с р-радостью принимаю твоё признание!
— Ооооооййй!?
— Когда он успел прийти в себя? С пунцовым лицом Ирума-кун снова встал.
— Е-если я тебя устраиваю, то пожалуйста! Прошу!
Глядя на него, я увидела, как его выражение лица сменилось на сияющую улыбку. Подавленная такой реакцией, я не смогла произнести ни слова.
— Наконец-то! Наконец-то наступила моя собственная весна молодости! Ах, как я рад, что никогда не сдавался! Папа, ты видишь!? У меня получилось!
— Погоди-ка чёрт побери! А как же обещание, которое мы дали под закатным солнцем!? Ты сказал, что отдашь свою душу Богу 2D!
— Ха-ха-ха, о чём это ты, Рёити-кун. Я не припоминаю такого Бога.
— Т-ты паршивец…! — Я увидела, как у Бидзэна-куна на лбу вздулась вена.
Его взгляд был страшен, очень страшен. И всё же Ирума-кун нисколько не смутился.
— Ну, оставим Рёити… Асахина-сан!
— Ч-что такое?
— Т-ты правда согласна на меня? С-стать парнем и девушкой, понимаешь. — Он нервно теребил сцепленные руки.
Этот жест заставлял меня чувствовать себя ещё неловче.
— Д-да… Пожалуйста.
— Уууу… Наконец-то! Наконец-то у меня получилось! У меня теперь есть девушка! — Возможно, не совладав с эмоциями, Ирума-кун расплакался. — Я-я неважно, сон это или нет, только не будите меня!
Неужели для него это было чем-то настолько невероятным? Он оттягивал себе щёки, отпускал и повторял это несколько раз.
— А-Асахина-сан! Спасибо тебе, большое спасибо!
— М-мне тоже…
«Прости».
Видя парня, разрыдавшегося от чистой радости, эти слова действительно подкатили к самому горлу. Казалось, стоит мне расслабиться на мгновение — и я всё выложу. Я схватилась за подол юбки, отчаянно пытаясь сглотнуть эти слова обратно.
[[image:/storage/reader-images/6de3b98f3b6572a7684d7d4e29369681fd48f127.jpg]]
— Поздравляю! — Нанасэ-сан и другие «поздравили» меня. — Вы выглядите прекрасной парой. Я искренне так думаю.
— Д-да… спасибо… большое…
— …Хм? — Ирума-кун прищурился, словно что-то привлекло его внимание. — Вы и правда друзья Асахины-сан?
— А? Конечно. Мы её дорогие одноклассницы, верно? — Нанасэ-сан толкнула меня локтем в бок.
— Д-да! Мы друзья! — Я запаниковала и закивала.
— Что ж, если Асахина-сан так говорит. Извини, что спросил что-то такое странное.
— Эй, Харуто! Теперь всё в порядке, да? Пошли назад. Моя правая нога сегодня почему-то чешется… И она просит меня пнуть твою задницу обратно в класс!
— Ладно, успокойся. Но ты прав, не стоит заставлять Сюна ждать слишком долго. Так что пойдём.
Ирума-кун всё ещё выглядел не вполне удовлетворённым, но, видимо, не мог противиться настояниям Бидзэна-куна. Он снова посмотрел на меня и опустил голову с виноватым выражением.
— Прости, что приходится уходить вот так… Если ты не против, мы могли бы, эм, пойти домой вместе? Я хочу познакомить тебя с остальными.
— Ах, д-да! С удовольствием!
Я изобразила самую лучшую улыбку, на какую была способна, и проводила его взглядом. Я чувствовала, как дёргаются уголки моих губ. Он заметил?
Пока я об этом думала, Ирума-кун и Бидзэн-кун покинули класс, наконец позволив мне перевести дух. Из моих ног ушли силы, и я опустилась на пол. На мгновение в комнате воцарилась тишина —
— Ахахахаха!
Вскоре раздался оглушительный хохот.
— Кяхахаха! Ты и правда призналась этому толстяку!
— Видели? Как он расплакался от счастья!
В ответ на это я почувствовала острую боль в груди.
— Неплохо! Это было здорово, Асахина!
— Ах, уф…
— Что ж, теперь начинается самое интересное, ладно? Бьюсь об заклад, он ещё девственник, так почему бы тебе не забрать это заодно? — Остальные в классе разразились хохотом на слова Нанасэ-сан.
— Это было великолепно!
— Унылая девчонка и мерзкий толстяк — разве не лучшая возможная комбинация? Ахахаха!
Сегодня я солгала человеку. И это была та ложь, которая в конце концов разобьёт ему сердце. Без сомнения, я буду сожалеть об этом решении ещё очень долго.
«А-Асахина-сан! Спасибо тебе, большое спасибо!»
Ирума Харуто-кун. Что он подумает в конце этой игры, узнав, что признание, которое так его обрадовало, было на самом деле ложью?
«…Мне страшно узнать это».
Глава 3.
Переполох вокруг признания наконец-то немного утих, и уроки на день закончились. Как и просил мой «парень» Ирума-кун, я пришла к школьным воротам. Он говорил о том, чтобы познакомить меня со своими друзьями или что-то в этом роде… Эта троица — так называемая Особая Троица нашей школы. Даже просто проходя мимо них, другие ученики явно чувствовали себя неловко, а некоторые — даже пугались.
— Асахина-сан, позволь представить. Во-первых, тот, кто в очках, — Намикава Сюн, мой друг детства.
— Приятно познакомиться, я Намикава. Буду рад общению.
Эти трое, по-видимому, привыкли к взглядам окружающих, и Намикава-кун представился мне со спокойным лицом и бодрой улыбкой.
— А этот парень уже был здесь раньше, но просто для порядка. Он мой плохой товарищ, Бидзэн Рёити.
— Я Бидзэн. Приятно познакомиться.
— П-приятно познакомиться… Меня зовут Асахина Вакаба.
— О, Вакаба-сан? Твоё имя такое же милое, как и ты.
— Погоди, ты не знал? — У Намикавы-куна широко раскрылись глаза после слов Ирумы-куна.
— Ну, я даже не знал, как она выглядит, пока не встретил сегодня. Виноват?
— Ага-ага, — кивнул Бидзэн-кун.
Судя по всему, Бидзэн-кун тоже ничего не подозревает о нашей «игре»… Мне немного полегчало.
— Понятно… Что ж, в любом случае я за тебя рад. Поздравляю, Харуто-кун.
— Хотя я всё ещё не совсем удовлетворён, я буду болеть за тебя, Харуто!
— В-вы двое! Спасибо огромное!
Ирума-кун был окружён ими двоими, получая слова поддержки и поздравлений. Я наблюдала за этой ослепительной сценой передо мной, отчаянно пытаясь игнорировать поднимающееся внутри чувство вины.
— Представления закончены, так что мы тут удалимся.
— Верно, лишние люди должны очистить поле.
Они оба положили по руке на плечи Ирумы-куна и ушли.
— А? Уже уходите? Могли бы и с нами пойти, — пожаловался он.
— У меня тренировка.
— А у меня другие дела. Тогда, Асахина-сан, до завтра.
— До завтра! — Ирума-кун помахал им рукой, пока их спины удалялись.
— Вы, кажется, очень близки.
— Ну, они прилипли ко мне, хотел я того или нет. Хотя я могу говорить с ними обо всём, так что для меня это здорово, — произнёс он, и его лицо почти выглядело так, словно он хвастается.
«…Честно говоря, мне было очень завидно».
— Т-тогда… может, нам тоже пойти домой?
— Ах, д-да.
Я опустила лицо, и мы уже собирались тронуться в путь, как почувствовала взгляд в спину. Я обернулась. С нашей позиции мне было чётко видно окна классов первого года. Поэтому я отчётливо разглядела «её» лицо, наблюдающее за нами из окна.
— Нанасэ-сан…
Её взгляд, впивающийся мне прямо в грудь, казался мне призывом сделать «то самое».
— Э-эм, что-то не так?
— Н-нет, ничего! — Моя голова лихорадочно повернулась обратно к Ируме-куну, который смотрел с озадаченным выражением.
По дороге домой Ирума-кун разговаривал со мной, хотя и очень сдержанно. Большинство тем были связаны со школой и в основном о двух только что встреченных людях. Он много жестикулировал руками, чтобы истории казались смешнее. Если предположить, он пытался немного разрядить обстановку. Но лучшее, на что я была способна, — это пустые кивки и короткие слова.
Я никак не могла рассказать ему, что меня травят в школе. Но и врать о своей школьной жизни тоже не вариант, ведь я не знала, сколько он на самом деле знает. Для него я, должно быть, казалась ужасно скучной девушкой. В конце концов тема перешла на любимые телешоу, музыку или район, где мы живём.
«Это должно быть нормально».
Хотя мне было немного неловко сообщать ему свой адрес, это было практически всё, что меня беспокоило. Поэтому я давала честные ответы на вопросы Ирумы-куна.
— Хм, понимаю. Значит, ваш дом где-то здесь, Асахина-сан.
— Д-да. Совсем недалеко.
В конце концов мы дошли до места, где нам нужно было расстаться. Его собственный дом был в двух станциях отсюда, так что я могла попрощаться сейчас. Это означало, что сегодняшняя «работа» окончена. После ещё одного «задания» я наконец-то буду свободна. Он предложил проводить меня до дома, но я вежливо отказалась.
— Тогда увидимся завтра в школе! — сказал на прощание Ирума-кун.
— Ах…
— М-м? Что-то случилось?
Я выдала ответ, лишённый всякого смысла, на что Ирума-кун наклонил голову в замешательстве. По правде говоря, я хочу попрощаться на сегодня. Но есть кое-что, что я должна ему сказать, «задание», которое я должна выполнить.
— Х-хорошо… Эм-м… Послезавтра, в субботу, у тебя есть время?
— В субботу? Э-э, думаю, должно быть. А что?
«Я надеялась, что он будет занят».
Но такая эгоистичная мечта, как и следовало ожидать, не сбылась. Раз уж дело дошло до этого, я должна была сделать это. Я глубоко вздохнула.
— Ах, ну… если ты не против…
— Э?
— — Не пойдёшь ли ты куда-нибудь со мной?
＊＊＊
2
— Суббота. В унылом настроении я шла к месту, где мы договорились встретиться. Я направлялась на своё первое в жизни свидание с парнем. Изначально я хотела создать драгоценные воспоминания с парнем, которого выбрала сама, но всё в этом свидании было поддельным. Ни за что я не буду лелеять воспоминания, которые получу сегодня.
Охваченная этими чувствами, я заметила, что скорость моей ходьбы резко упала. Всё моё тело стало тяжёлым, идти было трудно. Вздохнув, я посмотрела на небо.
— Ах…
Оно было пасмурным, словно отражая то, что творилось в моём сердце. «Не хочу. Не хочу этого». Мне хотелось плакать. Хотелось топать ногами и жаловаться. С ещё одним вздохом я запустила на телефоне приложение и проверила прогноз погоды. Сколько бы я ни смотрела, иконки с облаками на карте продолжали мигать, сообщая, что вероятность дождя невысока. «Если бы начался внезапный ливень, свидание бы отменилось». Такие жестокие мысли заполнили мою голову. Но…
«Нет… Н-н-не может быть! С-свидание!? Ура, моя жизнь лучшая!»
Я вспомнила реакцию Ирумы-куна на моё приглашение. Его весёлое и обрадованное поведение мелькнуло у меня в голове, посылая острую боль в грудь, словно от удара виной. Вскоре после этого я добралась до условленного места. Я достала смартфон и посмотрела время: 8:12 утра. До встречи оставалось больше 15 минут. Я, вышло, пришла довольно рано, но он…
— Ах…!
Мы договорились встретиться у фонтана в общественном парке. Прямо в центре этого парка я увидела знакомое круглое лицо. Я думала, что нервничаю я, но он, кажется, опережал меня, всё его тело дико тряслось. Он был похож на только что вылупившегося цыплёнка. Я невольно сдержала голос.
— А-Асахина-сан! Сюда! — Ирума-кун лихорадочно помахал мне рукой.
«Не могу его игнорировать».
Не в силах ничего поделать, я могла только пойти к нему.
«Я должна выглядеть счастливой. Чтобы он правда поверил, что он мне нравится… Улыбнись, Вакаба».
— Я не заставила ждать? — Я изобразила лучшую улыбку, на какую была способна, и окликнула его.
— К-конечно нет! Я сам только что пришёл!
И на этом разговор прекратился. Я не знала, что сказать дальше. И он, вероятно, тоже.
— Эм-м… Х-хорошо, у нас ещё есть время, но почему бы нам не отправиться туда уже сейчас? — Ирума-кун нарушил неловкое молчание и заговорил бодрым голосом.
— Д-да, я не против.
Я почувствовала облегчение и пошла следом за ним. Мне было жаль Ируму-куна, но взгляды вокруг начали действовать мне на нервы. От этого мне становилось ещё неловче. Настолько, что моя натянутая улыбка снова готова была рассыпаться. Конечно, Ирума-кун ничего об этом не знал. Так же, как и тогда, когда мы шли домой вместе, он нормально болтал о том о сём. Я была благодарна за это, но это не очищало мутное чувство в груди.
— О-очень жаль, что погода не играет нам на свидании! Н-но! Мы всё равно повеселимся!
— Нет, всё в порядке… Мне… не очень важно…
— Т-так ли! Я-я рад это слышать! Ахаха…!
Наконец мы добрались до места назначения. Это был киноцентр, расположенный внутри торгового центра. Это была сегодняшняя главная «изюминка».
— Хм, довольно многолюдно.
Поскольку сегодня был не рабочий день, торговый центр был заполнен семьями и парами. Очереди были повсюду — не только у билетных касс, но и у фуд-корта.
— Итак, какой фильм посмотрим? Ты говорила, что тебе подходит любой, но, может, романтику вместо боевика или ужасов?
— Ууууум…
Если говорить о популярных местах для свиданий, кинотеатр должен занимать довольно высокое место. Он позволяет скоротать время и не заставляет слишком долго ждать. Поэтому я и предложила его. Что касается жанра, я ответила, что мне подходит любой, но теперь, когда мы здесь, мне, наверное, стоило немного изменить выбор. Мне правда не хотелось смотреть с ним романтический фильм.
— Дай подумать… Почему бы не посмотреть тот популярный? — сказала я и указала на постер.
— Ах, «Белая лилия-робот», да. Я тоже хотел его посмотреть, так что давай! Интересно, остались ли ещё два места.
— Ах, я пойду куплю— — Мне было неловко всегда перекладывать всё на него, поэтому я планировала купить билеты.
— А, всё в порядке. Я куплю, а ты просто подожди здесь!
— Э, н-но…
— Не волнуйся, не волнуйся! Я сейчас вернусь.
Сказав это с улыбкой, он направился к билетной кассе. Наблюдая, как он уходит, меня охватило незнакомое ощущение. Кстати, когда в последний раз кто-то был так внимателен ко мне вне семьи? Я даже не могла вспомнить. Со смешанными чувствами я застыла в оцепенении, ожидая его возвращения.
Вскоре погас свет, окутав нас темнотой. Вместе с обычными короткими объявлениями в кинотеатре начали крутить рекламу предстоящих фильмов. Футаба всегда ненавидела такое «время», жалуясь, что мы пришли смотреть фильм, а нас заставляют смотреть на это. Она такая нетерпеливая девчонка, и довольно милая.
Только от этих воспоминаний я чуть не расплылась в улыбке, которую едва сдержала. На секунду я тут разволновалась. Так давно я не смотрела фильм. Я уже почти забыла, что на самом деле нахожусь на свидании. Впрочем, раз уж я здесь, можно и получить удовольствие.
С этими мыслями реклама закончилась, и вместе с появлением на экране лейбла киностудии начался основной фильм. Как я и слышала, фильм был довольно интересным. Молодая юки-онна, живущая на необитаемом острове в дальних морях, при неожиданных обстоятельствах встречает робота-мальчика, и они постепенно начинают сближаться.
Наконец мы подходим к кульминации истории, где главному герою и героине приходится прощаться из-за определённых обстоятельств. Столкнувшись с этим, я начала немного волноваться, как вдруг случилось…
— …Э?
Внезапно мою руку накрыло тёплое ощущение. Ч-что!?
— Кия-а-а! — Непроизвольно я вскрикнула и отдернула руку.
При этом сбоку раздался другой голос.
— Ава! Я-я-я так виноват!
— Уууу…
Из-за этой внезапности слёзы навернулись на мои глаза. Я чувствовала, как моё сердце бьётся быстрее, чем когда-либо. «Н-нет, мне страшно…!»
— Прости, я так виноват! Я просто… Ахх, я правда извиняюсь!
Когда я наконец привела дыхание в порядок, я увидела, что Ирума-кун, сам готовый расплакаться, извиняется. Тогда я наконец поняла, что только что произошло. Оказывается, Ирума-кун увлёкся атмосферой фильма и попытался взять меня за руку. Зная его, он, наверное, не придал этому особого значения. А почему бы и нет? Это естественно, раз мы встречаемся.
— Я-я в порядке. Извини, что так резко отдернула руку.
— Н-нет, тебе не за что извиняться! Ахх, я и правда всё испортил… Что я наделал…!
Мы бы стали мешать окружающим, поэтому я успокоилась и продолжила смотреть фильм до конца. Но я даже не могла вспомнить, чем он закончился. Всё, что я могла, — это снова и снова чувствовать в голове это только что пережитое ощущение, а моё тело дрожало от страха.
Наконец в зале снова зажёгся свет, и несколько человек вокруг нас поднялись. Были даже те, кто проронил слёзу в финале. Однако мы даже не смогли показать подобной реакции и поспешили покинуть кинотеатр. Эта неловкая атмосфера сохранилась даже когда мы ходили по торговому центру. Разговор не завязывался, и я волновалась, что день закончится на такой ноте.
— Асахина-сан! Я очень виноват за тот случай! Позволь ещё раз извиниться! — после долгого молчания заговорил Ирума-кун, опуская голову с серьёзным выражением лица. — Просто у меня совсем нет опыта. Я раньше никогда не ходил на свидания с девушкой, поэтому не знал, что можно, а что нельзя.
— Т-тебе не нужно так извиняться…
— Если ты не против, позволь мне загладить вину? Для ужина ещё рановато, так почему бы нам не походить немного по магазинам?
Он, должно быть, снова проявил ко мне внимание. Было здорово, что он нарушил неловкость, и я искренне чувствовала благодарность.
— Д-да, я совсем не против. Если тебе, Ирума-кун, этого хочется, то можно.
— Большое спасибо! Тогда, для начала… — Он повернул свою большую голову, осматриваясь.
Я сделала то же самое, глядя на различные магазины вокруг, но в конце концов меня смутило количество людей, и я не нашла подходящего кандидата. К тому же, я впервые пришла в этот торговый центр. Я редко выхожу куда-либо, кроме школы, поэтому не знала бы, что выбрать.
— О? А почему бы не вон туда? — щёлкнул пальцами Ирума-кун. — Идеально, чтобы провести время с пользой, так что пойдём в тот игровой уголок, ладно?
— Ах, да, — равнодушно ответила я и последовала за ним.
Когда мы приблизились к заведению, мои уши достигла весёлая музыка. Чем ближе мы подходили, тем тяжелее становились ноги. Но в конце концов я позволила Ируме-куну увлечь себя и вошла в двери.
— Ого…
Как я и ожидала, внутри заведения было ненормально шумно. С каждого угла доносились радостные голоса. Казалось, вокруг было много детей, которые играли с родителями или друзьями.
— …Это довольно впечатляюще.
Внутри заведения я увидела несколько игровых автоматов (?), выстроенных в ряд. Там были краны-манипуляторы… что это, удочка? А там — скачки? Вау, я даже не могу представить, как в это играть. Я здесь впервые. Но помимо этого беспокойства я почувствовала и некоторое волнение.
— Хм, игр стало ещё больше. Асахина-сан, есть что-нибудь, во что ты хотела бы поиграть?
— Ах, эм-м… прости, я никогда не бывала в таких местах…
— Понятно! Тогда позволь мне показать тебе вокруг! — Он показал тёплую улыбку и пошёл впереди меня.
Основным видом игр здесь, казалось, были игры с использованием жетонов, которые можно купить за деньги. Я уже собиралась достать кошелёк, как Ирума-кун вставил купюру и получил взамен несколько серебряных монет.
— Эм, я заплачу! Ты же ещё и за билеты в кино платил.
— Но ты же купила напитки, верно? Мы просто квиты. Я был очень рад этому. Может, прозвучит странно, но ты и правда внимательная, Асахина-сан. — Ирума-кун почесал щёку и понёс тарелку со всеми жетонами.
«Если хочешь быть квитами, почему бы мне просто не заплатить свою долю…»
Но, похоже, Ирума-кун не отступит. Не знаю, это он такой особенный, или все парни такие на свидании…
— Тогда давай прямо сейчас потратим немного. Говоря об играх, которые интересны всем, может, «ловушка для НЛО»? Но краны здесь довольно слабые… и призы не самые лучшие… А, знаю! — Ирума-кун указал на определённый автомат и подозвал меня другой свободной рукой. — Асахина-сан, ты говорила, что любишь телевикторины, да?
— Ах, да, говорила. А что?
«Кстати, мы говорили о любимых телешоу в тот день, когда шли домой вместе».
— Тогда как насчёт этого?
Мы подошли к автомату, и я увидела на нём милую фею (?) с крыльями за спиной, которая размахивала руками и ногами.
— Простыми словами, это викторина. Тебе задают вопрос, и ты нажимаешь кнопку на экране, чтобы выбрать ответ, так что даже новички могут легко играть.
— Вау, сколько же разных игр бывает.
Присмотревшись, я увидела, что та фея держит в руках волшебную палочку в форме знака вопроса. Прочитав инструкцию сбоку, я поняла, что нужно касаться этой палочкой экрана, чтобы продвигаться в игре. Мне было не очень интересно, но раз уж он пригласил, можно и немного присоединиться. Чувствуя лёгкое волнение, я села на стул. Как только я это сделала, заиграла мелодия, означающая, что Ирума-кун вставил жетон.
— Добро пожаловать в Чудесную страну магии!
Экран загорелся, и я услышала голос. Игра началась.
— Чтобы победить Тетра-дракона, несущего человечеству отчаяние, решай викторину и получи легендарное оружие!
На экране появилось несколько милых персонажей, объясняющих сюжет. В это время Ирума-кун объяснял, как управлять игрой. Оказалось, мне нужно было использовать эту куклу-фею передо мной, чтобы касаться экрана, что вызывало вопросы, которые нужно решить в ограниченное время.
— Эм-м… Где находится префектуральное управление префектуры Яманаси? Разве это не…
Хотя я была немного озадачена тем, что в игре с фэнтезийной темой попадались такие реалистичные вопросы, ответ я уже знала. Из предложенных вариантов:
А: Кофу
Б: Южные Альпы
В: Косю
«Надо просто сейчас выбрать ответ, да?»
— Хм, сложный вопрос прямо с порога… Думаю, Южные Альпы кажутся довольно подозрительными…!
«Да, это Кофу, верно. Значит, надо выбрать А…»
— Правильно!!
— О-ого!?
После моего выбора с монитора раздалось громкое ликование, и музыка заиграла праздничную мелодию. Значит ли это…
— Я-я угадала?
— Ты угадала правильно! Потрясающе! — похлопал Ирума-кун. — Я и понятия не имел! Асахина-сан, ты такая умная!
— Э-это не было чем-то особенным… — Застигнутая врасплох такой внезапной похвалой, я смутилась и попыталась отрицать.
Но Ирума-кун, видимо, воспринял это как скромность. Он радовался за меня, как ребёнок. «О-он что, серьёзно?» Я не привыкла к таким похвалам, поэтому моё тело слегка подёргивалось.
— Э-эхехе…
«Но… это было не неприятно».
— А теперь давай продолжать! Будем стремиться к идеальному результату!
— Д-да!
Ободряющий голос подтал меня, и я снова повернулась к экрану. И началось странное время.
— Место происхождения кукурузы…? Это не только про Японию?
— …Эм, кажется, я видела это по телевизору. Если память не изменяет, это было в Центральной Америке.
Ирума-кун и я продолжали решать все задаваемые нам вопросы.
— Битва, где армия в миллион солдат проиграла всего трём тысячам…? Д-действительно ли такое было?
— Ах, я видел об этом в интернете. Что это было? Знаменитый эпизод с Лю Сю, и в названии был иероглиф со значением «солнце» или что-то вроде того.
— Хмм…? Значит, это Битва при Куньяне?
Иногда мы думали вместе, а иногда приходили к ответу одновременно.
— Вау, я и не знал. Оказывается, слово «марафон» происходит от названия древнегреческого города.
— Если говорить точнее, оно, кажется, связано с греческим гонцом, который бежал с Марафонской равнины в Афины, чтобы сообщить о победе греков. Ах, говоря об этом…
В зависимости от темы я даже слишком увлекалась и рассказывала больше, чем требовал вопрос.
— Отлично! Верно!
— Молодец! Продолжай в том же духе!
« — Без сомнения, мне было весело».
— П-пора на последний вопрос! — Я сама разволновалась больше, чем могла представить.
— Я впервые зашёл так далеко. Давай получим идеальный счёт!
— Да!
Футаба часто играла в игры на телефоне, но я была скорее не в ладах с ними, поэтому много не трогала. Вот и играла только в детстве. Но многие игры я просто бросала на полпути и ни одну не завершила. Тем не менее, раз уж мы зашли так далеко, я хотела пройти игру без ошибок. Итак, каким будет последний вопрос…
— О, это, кажется, на английском?
— Эээээххх!?
«Переведите значение фразы: По-моему, тебе стоит бросить курить».
— Так было написано на экране. О нет! Я совсем плоха в английском. По другим предметам я могу получать хорошие и отличные оценки, но английский — это всегда битва.
— Из всех вариантов — английский вопрос в качестве последнего…! — Но у меня даже не было времени жаловаться.
В конце концов, у нас было строгое ограничение по времени. Думай! Успокойся и тщательно обдумай! Давай посмотрим на возможные ответы…
А: В моей книге написано, что тебе следует бросить курить.
Б: На мой взгляд, думаю, тебе следует бросить курить.
В: В моей книге рассказывается о методе, как бросить курить.
Э-эм… Я знаю все основные слова в предложении! Значит, в той книге должно говориться о курении. Это означало бы, что вариант Б отпадает. Но в таких вопросах часто правильным оказывается тот, который наиболее отличается по смыслу. Но нет гарантии, что это так здесь…!
«Ахх, в голове каша».
Всё, что я видела перед глазами, — это таймер, медленно приближающийся к нулю. Теперь, когда я совершенно растеряна, мне больше ничего не оставалось. Это моя дурная привычка. Я не могу ничего выбрать, ничего решить. Поэтому я никогда ни с чем не справляюсь, никогда не завершаю игру. Счётчик достиг тридцати секунд. Уже слишком поздно —
— …У слова «book» много значений, верно?
— …Э?
— «Бронирование» или «реестр», много чего. С другим контекстом его значение меняется полностью.
Внезапно я услышала спокойный, обнадёживающий голос и повернулась к нему.
— Ирума…-кун…?
— Это один из тех каверзных вопросов. Поэтому нужно просто выбрать тот, который отличается от двух других. — Он закрыл глаза, тщательно подбирая слова. — Мне не нравится, когда что-то остаётся в стороне, и я не хочу, чтобы другие чувствовали себя так. Поэтому давайте включим этот ответ в вашу группу «правильных ответов»?
«Оставаться в стороне» — эти слова отозвались эхом в моей груди. Потому что я чувствовала то же самое. Я не хочу, чтобы ответ остался в стороне только потому, что он отличается. Поэтому здесь остаётся лишь один верный выбор.
Б: На мой взгляд, думаю, тебе следует бросить курить.
— Правильно!
Когда я коснулась палочкой экрана, заиграла ещё более громкая музыка, звучавшая как оркестр, поздравляющий нас.
— Получилось! Мы ответили на все вопросы!
Я была ошеломлена, когда Ирума-кун размахивал руками с сияющей улыбкой.
— Получилось…? А-Ахаха! Получилось! Да, получилось!
Секундой позже моё тело наполнилось чувством гордости и удовлетворения. Это была всего лишь игра, способ скоротать время, и всё же я не могла быть счастливее! Эта радость, которую я не чувствовала так давно, после того как наконец-то чего-то достигла. Она не прекращалась. Я невероятно счастлива!
— Но последний вопрос мы прошли благодаря тебе, Ирума-кун. Ты тоже хорош в викторинах!
— Э, я всего лишь чуть выше среднего в английском… Ха-ха, во всём остальном я ни на что не гожусь.
— Не надо скромничать! Я думаю, ты потрясающий!
«Интересно, почему. Я удивлена, с какой энергией я это сказала».
Ирума-кун на секунду опешил, но в конце концов показал смущённую реакцию.
— Асахина-сан, ты устала? Если ещё в порядке, почему бы не попробовать другие игры?
— Д-да… с удовольствием!
Обычно я, наверное, отвечала бы скромнее, но сейчас я просто согласилась, не задумываясь. И то, что последовало дальше, было не менее удивительным.
— Это так весело! Эта рыбалка кажется настоящей!
Ирума-кун показывал мне всевозможные игры, которые я никогда раньше не видела.
— Очень рекомендую эту! В неё можно играть вместе, так что давай партию?
Я даже не могу выразить словами, насколько удивительно приятно я провела время.
— О, уже так поздно.
Не успела я опомниться, как время уже показывало час дня. Мы вошли в этот игровой центр около 11 утра, так что пробыли здесь больше двух часов.
— Я уже начинаю проголодаться, так почему бы нам не пойти пообедать? Здесь поблизости есть вкусный ресторан. Если ты не против, мы могли бы—
«Обед… Ах, точно! Я забыла!»
— Э-эм, насчёт этого…
— О, ты, случайно, ещё не голодна? Если так, мы можем просто—
Я не стала ждать его ответа и вместо этого достала то из своей сумки. Две прямоугольные коробки освещались светом торгового центра. Нанасэ-сан заставила меня сделать этот обед, чтобы быстро продвинуться в этой «игре».
— …Э? Э-это что!?
— Д-да, обед с собой.
— Домашний обед от Асахины-сан?
— Да. Что-то не так?
Внезапно Ирума-кун начал говорить как робот, прямо как в том фильме, который мы смотрели раньше. Ч-что с ним случилось? И почему он так пристально смотрит на коробку с обедом!? Может, с ней что-то не так…
— — Ах, понятно! И-извини! Я не сказала, что приготовлю это!
«Он, наверное, искал ресторан специально на сегодня. Может, даже уже забронировал столик!»
Я представила, как Ирума-кун приходит в ярость из-за моей оплошности, и моё тело начало трястись.
— Ооооооооооооооооооооууухххх!
— Хия-а-а!?
«Так я думала, но он тут же начал вопить!»
— Че… чего-чего-чего!?
«Что только что произошло, что происходит!?»
Я была в замешательстве, а Ирума-кун продолжал кричать.
— Домашний обед от девушки…! Высший артефакт, превосходящий любое легендарное оружие, прямо перед моими глазами! Ваааах, как хорошо быть живым!
— Э-эм, успокойся, пожалуйста!
Судя по всему, он не казался злым, но такая реакция всё равно смущает!
— Быть живым — лучшее, что есть! — Он начал плакать, не обращая внимания на окружающих.
Он всегда носит свои эмоции на лице, меняясь за считанные секунды. Как бы это сказать, на него не устаёшь смотреть…
＊＊＊
3
— Как насчёт здесь? Здесь можно спокойно поесть.
— Да, отлично. Рада, что нашли это место.
Последовав рекомендации Ирумы-куна, мы пришли в общественный центр. Там проходило несколько других мероприятий, и для людей были подготовлены столы и стулья.
— Я часто прихожу сюда. Первый этаж почти всегда открыт, так что сюда приходит много семей.
Был уже ноябрь. Иногда солнца почти не было, на улице было довольно холодно, так что я рада, что мы нашли место поесть внутри.
— Всё же, Асахина-сан, твой домашний обед очень вкусный!
— С-спасибо большое.
— И это вкусно! И это! Ахх, я так счастлив…
Как и предполагала его внешность, он мог много есть, и от этого всё выглядело ещё вкуснее. Он ритмично двигал палочками, и содержимое коробки продолжало уменьшаться. Он выглядел по-настоящему счастливым, явно радостным, и, глядя на него, я сама начала чувствовать себя странно.
«Хотя я даже не делала этот обед с таким намерением».
Нанасэ-сан и другие велели мне приготовить обед на сегодняшнее свидание. Они, наверное, хотели быстро продвинуться в игре, чтобы мы с Ирумой-куном стали ещё ближе. Зная это, моё сердце было тяжёлым, как камень, пока я готовила. Но…
— Это так вкусно! Я бы наелся одним только тамагояки!
— …Фуфу.
Если он так этому рад, то, может, готовить его было не такой уж плохой идеей. И снова мои собственные мысли удивили меня.
Ирума Харуто — очень странный человек. Он открыто показывает любые возможные эмоции, никогда не жалуется, никого и ничего не ругает. Хотя с тех пор, как я начала с ним общаться, прошло не так много дней, он кажется довольно непохожим на то, о чём говорят слухи.
Я очень боялась, что он засыплет меня разговорами о похабных играх и всем этим отаку-бредом, но никаких признаков этого не было. Скорее, он вёл себя очень внимательно по отношению ко мне. Его отношение и поведение позволили мне, обычно плохо ладящей с новыми людьми, говорить свободно. Он тип парня, с которым я никогда раньше не встречалась.
— Ах, извини, я просто так увлёкся твоей едой!
— Ах, нет, всё в порядке!
— Всё же, ты и правда в этом искусна. Ты сильно отличаешься от моей мамы дома. Ты часто готовишь?
— Я часто помогаю маме. Моя младшая сестра, как ни странно, плохо готовит, поэтому я решила помогать вместо неё, и так у меня стало получаться лучше.
Оказывается, та девчонка плохо справляется с тонкой ручной работой. Странно. Хотя мы и сёстры, у нас разные таланты.
— А, у тебя тоже есть младшая сестра? Значит, вы живёте вчетвером?
— Да, верно. Мы довольно близки. — Мне нравится говорить о своей семье, это поднимает настроение. — Моя младшая сестра Футаба — моя гордость, знаешь ли? В отличие от меня, она яркая и жизнерадостная. Она также очень способная спортсменка и очень любит меня!
— М-да, мне довольно завидно. У нас дома всё по-другому.
— Мама бывает довольно страшной, если разозлится, но в остальном она всегда внимательна и добра.
Я всегда восхищалась мамой, которая была мягкой и элегантной. Когда я начала вежливо разговаривать, чтобы походить на неё?
— А мой папа имеет немного странное хобби, но, будучи единственным мужчиной, он довольно надёжный.
— Странное хобби?
— Ему нравится собирать эти пластиковые модели… «Бандам», кажется? Его комната забита ими под завязку.
Моя мама довольно непредвзята, поэтому в основном смотрит сквозь пальцы на его чрезмерное увлечение. Был один раз, когда его комната была завалена коробками с моделями, которые он даже не собрал, и на неё обрушилась лавина, когда она пошла позвать его поесть. Для меня они все выглядят довольно одинаково, но для него, наверное, это не так. Он всегда выглядит так, будто ему весело их собирать, и я сама в конце концов улыбаюсь.
— Я тоже люблю «Бандам»! М91 — это просто божественно… Ах, не надо.
— Что такое?
— Нет, ничего. Я просто подумал, что твой отец, должно быть, очень живой.
Да, он такой! Я подалась вперёд и начала рассказывать о папе, которым так гордилась.
— Мой папа очень добрый и с ним всегда весело!
— …Ты и правда очень любишь своего отца, не так ли, Асахина-сан.
— Да. Моя мама, мой папа и Футаба! Я всех люблю!
Моя семья для меня важнее, чем кто-либо другой. Я могла бы говорить о них часами. И Ирума-кун, казалось, был готов слушать меня всё это время.
— Эм, а как насчёт твоей семьи, Ирума-кун? — Не успела я опомниться, как задала этот вопрос.
«Мне стало интересно узнать о людях, которые воспитали такого жизнерадостного парня».
— Хм? Моя семья? — Он продолжал улыбаться, подняв один указательный палец. — Мой папа был учителем в средней школе. Он часто учил меня и делал замечания о манерах.
«Такого я не ожидала. Эти двое не могут быть более непохожими».
— У него жизнерадостный характер, поэтому он то и дело откалывал глупые шутки. Хотя в итоге становился плаксой, если выпивал лишнего. — Ирума-кун говорил, и его слова были полны энергии, словно ему было весело об этом рассказывать. — Ну, когда он злился, то был довольно строгим, но он всё равно мой важный старина.
— Понятно…
— А моя мама — полная противоположность! Она ненавидит проигрывать. Как-то раз в ближайшем супермаркете была распродажа, и мы стояли на холоде в 4 утра, ожидая открытия.
«В четыре утра!? Это какая-то безумная сила воли».
— Я хотел её остановить, но Мифую — моя младшая сестра — была только за, так что меня заставили пойти с ними…
— Ах, у тебя тоже есть младшая сестра, Ирума-кун?
«Я раньше об этом не слышала. Значит, его семья тоже состоит из четырёх человек?»
От этого я почувствовала себя немного ближе к нему.
— Ага, ей сейчас четырнадцать. Её зовут Мифую. В отличие от меня, у неё есть и внешность, и ум. Может, поэтому Сюн — Намикава — без ума от неё. Если у него есть свободную секунду, он сразу же пишет ей.
«У того Намикавы-куна чувства к младшей сестре Ирумы-куна? Даже не могу представить».
— Но она не такая уж милая сестра. На самом деле она закоренелая садистка. Скорее всего, она знает о чувствах Сюна, поэтому водит его за нос, получая удовольствие…
— Ахаха, з-звучит как оживлённая семья.
— Ещё как. Мне они никогда не надоедают! — Ирума-кун пожал плечами, но всё же выглядел так, будто ему весело.
Я представляла, что семья Ирумы-куна должна быть такой же оживлённой, как и он сам. Узнав о его семье, я поняла, что она довольно похожа на мои ожидания. Но, пока я об этом думала, Ирума-кун вдруг начал нервно ёрзать.
— К-кстати… Я хотел кое-что спросить.
— Что такое? — Я наклонила голову, и его глаза забегали по сторонам.
Он сделал два-три глубоких вдоха и заговорил —
— А-Асахина-сан, что тебе во мне нравится!?
— Э!?
Застигнутая врасплох таким внезапным вопросом, я издала ошеломлённый возглас.
— Ах, эм-м… ну…!
«Плохо! Я думала о нескольких вещах, чтобы ответить на этот вопрос, если он возникнет, но теперь, когда это происходит в реальности, слова не выходят изо рта!»
— Ах, и-извини! Я был бестактен, да!?
— Н-нет! Это, ну… — Я запаниковала, и мой язык словно прилип к нёбу.
«Я должна что-то сказать. Что угодно, иначе он заподозрит неладное».
— Ах, тебе не обязательно говорить, если неудобно, ладно? Мне просто стало немного интересно, поэтому—
— Папа! Посмотри туда!
— …Э?
До наших ушей донёсся пронзительный мальчишеский голос. В панике я оглянулась и увидела мальчика, казалось бы, дошкольного возраста. С невероятно возбуждённым выражением лица он указывал на нас… или, скорее, на Ируму-куна.
— Там гигантская свинья в одежде! Что это!? Костюм такой!?
Мальчик был чрезмерно честен, и даже слишком. Он использовал свои слова без всяких ограничений, отчего я растерялась ещё больше.
— С ума сойти! Я никогда не видел свинью так близко! Неужели они могут быть такими большими!? Сколько бы из неё можно было сделать свиных котлет?
— Э-эм, Ирума-кун…
Я попыталась вставить что-то вроде «Он всего лишь ребёнок, он не знает», но уже было слишком поздно. Мальчик понял, что мы смотрим на него, и подбежал к нам. Затем он пристально разглядывал Ируму-куна, обходя его вокруг.
— Рассмотрев поближе, она ещё больше! И она белая, как детёныш тюленя! Белая свинья!
— Белизна на уровне тюленя, хм. У тебя хороший глаз, юноша.
«Хотя мальчик, вероятно, не имел дурных намерений, Ируме-куну, должно быть, всё равно было больно — так я думала».
Напротив, он, казалось, нисколько не смутился.
— Эй, Тайти! — С расстояния донёсся рёв.
Я посмотрела в ту сторону и увидела довольно молодого мужчину. Он, должно быть, отец этого мальчика. Он подбежал к нам с бледным лицом, схватил мальчика за загривок.
— Немедленно извинись! Этот человек не свинья, а человек!
— Правда? Человеческое тело удивительно!
— Не восхищайся, а извиняйся уже! Простите, этот ребёнок просто постоянно грубит…! — Мужчина схватил мальчика за голову, заставляя его поклониться Ируме-куну.
— Я привык, что меня считают свиньёй, так что не беспокойтесь. Эм-м… Тайти-кун, кажется? — Ирума-кун опустился на одно колено, чтобы встретиться взглядом с мальчиком. — Тебе нравятся свиньи?
— Да! Обожаю! Их хрюканье милое, и они вкусные!
— Вижу, вижу. Свиные котлеты и правда вкусные. Мы с папой часто их едим вместе.
— Правда? Значит, Свин-сан… ах, нет, эм… — Мальчик, похоже, принял тот факт, что Ирума-кун — человек, но не знал, как его называть.
Столкнувшись с этим, Ирума-кун нежно потёр мальчика по голове, улыбаясь ему.
— Я? Я — Ирума Харуто. Сможешь сказать? Ха-Ру-То!
— Харуто, понял! Приятно познакомиться!
— Эй, прояви уважение! Ахх, этот ребёнок просто…!
— Он честный малыш, не так ли. Приятно познаметься и тебе, Тайти-кун.
Они пожали руки и улыбнулись.
«Как он может так быстро найти общий язык с незнакомым ребёнком, тем более сразу после того, как с ним обращались как со свиньёй?»
Ирума-кун и Тайти-кун быстро начали забывать о нас, болтая о всякой всячине.
— Извините, что потревожили. Полагаю, вы были на свидании? — Отец Тайти-куна бросил на меня извиняющийся взгляд и заговорил со мной.
Мне плохо даётся общение с незнакомыми людьми. Что бы я ни делала, я начинаю запинаться, не зная, что сказать.
— Ах, нет, это…
— Он и правда не знает деликатности. Интересно, от кого он это унаследовал, — вздохнул мужчина.
«Ему, наверное, нелегко».
И всё же взгляд, который он направил на Тайти-куна, был добрым и ободряющим. Они, должно быть, очень близки.
— Эй, Тайти, ты мешаешь этой паре. Фильм скоро начнётся, так что пойдём.
— Ах, точно! Мы же сегодня идём смотреть кино!
— О, кино, хм. Мы сегодня утром смотрели.
— Правда? Мы идём смотреть «Пингвина-сан»!
— Ах, тот аниме-сериал. У него довольно хорошие отзывы, я сам планировал посмотреть.
Я тоже слышала об этом аниме. Его показывали по телевизору. Разве оно не о…
— Там даже много цветочных магазинов появляется!
«…Чего? Я такого не помню».
— Ах, ты имеешь в виду восемь миллионов богов? Я же говорю, это не «цветочные магазины»¹.
«Ах, точно. Теперь вспомнила».
Боги теряют веру людей, которых защищают, и в результате вот-вот исчезнут, как вдруг пингвин отправляется их спасать.
— Это не «цветочные магазины»?
— Всё довольно просто. Мы говорим «восемь миллионов богов», потому что их так много, что не сосчитать! — Ирума-кун, казалось, довольно хорошо разбирался в этом, и развёл обе руки, чтобы объяснить. — Они правят огнём, водой, громом, и я уверен, что есть даже бог туалетов!
— Даже туалетов!? Боги удивительны! Теперь я жду с ещё большим нетерпением! Папа, пошли!
— Понял, понял. Но сначала попрощайся с этими двое, ладно?
Наконец эти двое ушли из общественного центра. Энергичный мальчик и добрый отец — такая ослепительная сцена. Интересно, чувствует ли то же самое Ирума-кун? Я бросила на него взгляд искоса. Он всё ещё смотрел им вслед. Мне показалось, или он выглядел немного опечаленным?
— …Может, продолжим наш обед?
— Ах, д-да!
Я всё ещё была немного сбита с толку тем, что только что произошло, но Ирума-кун, казалось, не хотел об этом говорить. Хотя всего несколько секунд назад он так естественно улыбался…
После этого мы закончили обед и снова вышли на улицу. Уже по другой причине, нежели утром, атмосфера между нами была неловкой. Я знала, что нужно о чём-то говорить, но слова просто не шли.
— Этот малыш, наверное, был очень энергичным, да.
— Ах — Д-да, и правда.
«Он, наверное, снова проявил ко мне внимание. Так всегда бывает, когда он так со мной разговаривает».
— Но ты и правда много знаешь, Ирума-кун. Не думала, что у тебя есть объяснение для всей этой идеи про восемь миллионов богов.
— Это просто мелочи. Мне нравятся такие истории.
— Хмм…?
Ирума-кун улыбался, говоря это. Я думаю, это довольно удивительно, что он смог дать маленькому ребёнку такое простое объяснение, хотя тема такая сложная. Я бы точно не справилась.
— Но аниме, о котором говорил Тайти-кун, звучит очень грустно. Быть забытым кем-то, просто исчезнуть — даже не хочу это представлять. — сказала я.
Я не могу не сравнить это со своей собственной ситуацией. Это заставляет меня думать, что никто, возможно, даже не заметит, если я уйду, и это вызывает у меня тревогу. Мои мысли прервал Ирума-кун, внезапно остановившийся и посмотревший на небо. Неужели я сказала что-то не то…?
— В этом мире могут быть вещи, которые мы даже не надеемся воспринять собственными глазами. — мягко сказал он.
— Э?
— Я думаю, что, даже если мы не можем видеть их самих, «они» должны быть там, чтобы защищать нас. Всегда.
Он внезапно завёл такую тему, оставив меня в замешательстве.
— Они? Боги или феи?
«Но не похоже, что он насмехается надо мной или кем-либо, поэтому я присоединилась к разговору».
Это напомнило мне сказку, которую мне когда-то рассказывала мама. Что они повсюду вокруг нас, помогая людям в их повседневной жизни.
— О, точка зрения фей довольно интересна! А ты знала? В некоторых западных традициях говорят, что люди, которые умирают, превращаются в фей. За исключением особых личностей, никто не может их воспринять, что делает их довольно похожими на японских призраков.
«Призрак… прямо как та героиня из фильма, который мы смотрели сегодня утром. Только робот мог её видеть, но её голос нельзя было услышать. Она, наверное, была очень одинока».
— — Я думаю, что они могут быть повсюду вокруг нас. Внутри огня, воды и даже этой земли, на которой мы стоим. — Ирума-кун поднял немного земли с земли. — И, конечно же — внутри ветра, проносящегося мимо нас. — Земля в его руке была унесена дуновением ветра, налетевшим на нас.
Это было странное, чудесное зрелище.
— Я уверен, что все в какой-то степени верят в них. Что они существуют и защищают нас. Сколько бы времени ни прошло, и даже если мы умрём, о них никогда не забудут полностью. Поэтому, как бы ни было больно, как бы ни было одиноко, они могут с этим жить. Потому что у них есть воспоминания.
Я забыла дышать, сосредоточив всё своё существо на его словах.
— Поверишь ли ты мне, если я скажу, что на самом деле могу разговаривать с феями?
— Э!?
— Я недавно встретил одну, и она рассказала мне кое-что очень интересное. Она сказала, что Асахина-сан — очень добрая и внимательная девушка.
— Э-ээээххх!?
Из-за его внезапных слов у меня закружилась голова. Что он только что сказал…?
— Да шучу я~
«Но вдруг он показал насмешливую ухмылку!»
— Ах, ты меня обманул! Значит, всё это было ложью!?
— Ахаха, ты слишком чиста, Асахина-сан!
«Он меня точно обманул! Хотя, почему я ему поверила!»
— Ты просто…
— Тебе сейчас лучше?
— — Э?
Я уже собиралась отчитать его, как он вдруг прервал меня, словно выжидал этот момент.
— Х-хм?
«Тут я сама это поняла. Эти меланхоличные, одинокие чувства, которые терзали меня, полностью исчезли».
— Ты казалась подавленной всё утро, и я волновался. Х-хотя, что случилось в кинотеатре, — моя вина… — сказал Ирума-кун, смущённо почесав щёку. — Кажется, мне больше не о чём беспокоиться. Слава богу. — Он облегчённо вздохнул.
— Ах…
«Что… это было? Прямо сейчас моё сердце… стало таким лёгким и спокойным… Думаю, я, возможно, рада, что пришла сегодня. Это было не плохое… свидание. Было правда весело. Я искренне так чувствую — Но».
— …!?
Мои мирные чувства развеялись из-за уведомления на телефоне. Я сохранила эту мелодию для определённого человека, чтобы сразу понимать, от кого сообщение, и, конечно же…
Нанасэ Икуми: Как твоё свидание проходит? Лол. Скинь уже фотку.
На секунду моё сердце сжалось. Меня грубо напомнили, что реальность такова.
— Ч-что случилось?
— Ничего. Извини, но у меня есть просьба. — Просто произнеся эти слова вслух, я почувствовала острую боль в груди.
— Е-если я могу что-то сделать, то с радостью!
— …Извини, и спасибо. Тогда— — Моя рука, держащая телефон, дрожала. — Мы могли бы сфотографироваться вместе?
＊＊＊
4
Немного спустя мы разговаривали по дороге домой. Хотя было ещё довольно рано, Ирума-кун, должно быть, решил, что я устала, и сам предложил на сегодня закончить. Вина продолжала вонзаться в мою грудь. И мне захотелось плакать от осознания, что я была рада, услышав его слова. На экране телефона я видела фотографию, которую мы сделали недавно. Поскольку я получила «приказ» сфотографироваться с ним, у меня не было другого выбора, кроме как подчиниться.
«Что касается Ирумы-куна, я определённо не испытываю к нему такой неприязни, как раньше. Скорее, я думаю, что он приятный парень. Но это и романтические чувства — разные вещи. Я не могла представить себя встречающейся с ним по-настоящему».
[[image:/storage/reader-images/cb2cd742cdf95ed94287f6c89d73907abfb1b6c7.jpg]]
«— И я действительно ненавидела себя за такие мысли».
— Асахина-сан, ты всё ещё выглядишь немного бледной. Как насчёт того, чтобы передохнуть на той скамейке? — сказал он и указал на скамейку перед магазином в торговом районе.
— Да… Спасибо большое…
У меня даже не осталось сил, чтобы по-настоящему ответить, я просто плюхнулась на скамейку.
— Я-я часто бываю в этом магазине, так что небольшой перерыв должен помочь. Я пойду поговорю с управляющим здесь! — сказал Ирума-кун, бросившись внутрь магазина, и сразу же вернулся с бутылкой. — Я только что получил разрешение, так что не волнуйся! А, вот, я принёс тебе чаю!
Я с благодарностью приняла бутылку и сделала несколько глотков. Тёплый чай немного успокоил меня, но от этого мне захотелось расплакаться ничуть не меньше.
«Сколько же я уже жду?»
Я довольно сильно успокоилась. Но не хочу слишком его задерживать… Я морально подготовилась сказать ему: «Теперь я в порядке, давай вернёмся», но…
— Ах!? — Ирума-кун внезапно громко вскрикнул.
— Ч-что случилось!?
В шоке я посмотрела на него и увидела, что его лицо прилипло к витрине магазина и он уставился внутрь. Интересно, что же в этом магазине? Я не проверяла раньше из-за обстоятельств. Слегка смущённая, я взглянула на вывеску.
— «Аой Модэл Сёп»…?
Модели… Может, здесь продают пластиковые модели? Папа часто говорит, что редко находит магазины для них, так что этот, должно быть, редкость.
— Ах, с-сорри! Тебе уже лучше? — Ирума-кун угадал мой взгляд и повернулся ко мне.
— Э? Ах, да. Извини, что заставила тебя волноваться. Что важнее, на что ты смотрел?
— Н-ни на что! Это ничего важного! — Ирума-кун лихорадочно пытался сменить тему.
«Там что-то есть, что его интересует?»
Я размышляла об этом, когда дверь открылась и вышел мужчина.
— Что случилось, Харуто?
— Иииик!?
Появился гигантский мужчина, выглядевший так, будто мог дотянуться до облаков в небе. У него была борода и взгляд медведя, только что проснувшегося от спячки. На шее у него было какое-то украшение, возможно, круглое ожерелье.
— Ах, управляющий. Спасибо, что разрешили воспользоваться скамейкой!
— Не за что. Что важнее, этой барышне уже лучше?
Уп-равляющий? Этот медведь — управляющий магазином? О да, на нём же фартук с логотипом…
— Да, благодаря вам. Ах, Асахина-сан, это управляющий этого модельного магазина, Аой Масахико-сан. Его лицо может выглядеть немного страшным, но он хороший парень.
Даже если он так говорит, первое впечатление от этого мужчины было шокирующим. Такое чувство, будто я в зоопарке и встретила медведя лично.
— М-меня зовут Асахина. Спасибо, что разрешили мне здесь отдохнуть…
— Не-не, не за что. Но ты — девушка Харуто? Никогда не ожидал, что у этого парня появится девушка! — Управляющий магазином рассмеялся от всего сердца.
Одно это заставило меня почувствовать себя немного спокойнее.
— Эхехе, немного смущает~
— Я рад, что есть девушки со странным вкусом, как у неё! Я мог бы стать верующим перед лицом этого чуда!
— Не твоё дело!
— Ладно-ладно. Что важнее, тебя интересовало вот это? — Управляющий магазином указал на что-то сквозь стекло. Там я увидела коробку, чуть больше остальных. Это же пластиковая модель?
— Эм-м, что это?
— Это? Я наконец-то смог заполучить в ассортимент такую версию этой модели. Было много хлопот, чтобы её достать.
Понятно, значит, это что-то редкое. Я и не знала, что у пластиковых моделей есть редкость.
— Не-не-не, я больше беспокоюсь о Асахине-сан! Я сделаю покупки в другой раз, так что сегодня мы пойдём домой.
— Да, так и думал. Но, возможно, в следующий раз, когда ты придёшь, её уже раскупят.
— Э, правда? — спросила я.
— Ага, есть другие ребята, которые очень её хотят, и я не могу просто отложить её для тебя. В этом случае принцип «кто первый, того и тапки».
— Уф…! — Выражение лица Ирумы-куна исказилось от сожаления. — М-мне всё равно. Я могу купить другие пластиковые модели в другой раз! И если её раскупят, я просто закажу в интернете!
«Он мог бы просто забыть обо мне и купить её».
Видя, как он себя пересиливает, я снова почувствовала боль в груди. Если подумать, сегодня я узнала лишь малую часть того, насколько он был внимателен ко мне. Поэтому я хотела дать ему хотя бы немного свободы в самом конце.
— Я не против? Мне уже намного лучше, так почему бы не купить её?
— Н-но…!
— Всё в порядке. Давай же, зайдём внутрь.
— У-уф… Моя девушка такая добрая, не могу поверить!
Я с кривой улыбкой посмотрела на прослезившегося Ируму-куна и вошла в магазин.
«Пластиковые модели — драгоценное хобби моего папы, так что я воспользуюсь этим шансом и узнаю о них больше».
Я осмотрелась и увидела бесчисленные коробки с моделями, расставленные, казалось, по категориям. Тут были роботы, армии, самолёты, даже модели меха-доспехов (?) и женские фигурки (?). Так вот как выглядит модельный магазин внутри. Просто осматриваться довольно весело.
Из интереса я взяла одну в руки. Это была коробка с белым роботом, и буквы алфавита, написанные ниже, вероятно, были его названием, но я не могла их прочесть. Кстати, у папы есть похожая модель… она выглядит довольно мило.
— Хмм~ Хм-хм~ — Я услышала чьё-то напевание и повернулась к источнику.
Он, должно быть, был очень счастлив, потому что Ирума-кун почти казался танцующим, расхаживая по магазину. Интересно, какую он собирается купить? Мне стало немного любопытно, и я последовала за ним.
— Какую ты собираешься купить?
— Ах, это SD-размерная модель робота «Воина АА». Её всегда довольно трудно достать! — Глаза Ирумы-куна загорелись, когда он показал мне коробку, которую держал. — Эта вот — часть формации «Золотого Драконьего Императора». С первого по четвёртое поколение модели императоров имеют специальные детали, которые подходят друг к другу в комплекте! Третий император особенно крут! Если бы только у него был прикреплён световой меч!
— Вау, тут много чего надо учитывать, как я вижу.
Я не очень понимаю, но раз он так разошёлся, я поняла, что это должно быть что-то редкое.
— Это всё хорошо, но ты уверен, что стоит говорить об этом перед своей дамой? Ты рискуешь быть брошенным.
— Гяяяяя! Я снова это сделал! — Ирума-кун внезапно вскрикнул и начал кататься по полу в агонии.
Он был похож на соломинку в западных пьесах, и я на секунду подумала, что он милый.
— Э-хотя я старался не говорить об отаку-штуках перед ней…! Я всё испортил!
— Ну, такова жизнь, не так ли? Я дам тебе вот это, так что воспрянь духом, парень.
— Разве это не… «Банпла»? И модель «Лайт Ганнера»? Выглядит очень старой…?
— Ага, я сделаю тебе скидку! Всего за сто иен она твоя! — Он положил на прилавок коробку с пластиковой моделью.
— Ты просто распродаёшь залежалый товар, да…
— Не будь таким. Почему бы не отдать её молодой барышне.
— Чего?
Разговор внезапно переключился на меня, оставив меня в недоумении. Я действительно сомневаюсь, будет ли это стоящим подарком для девушки на свидании. Похоже, Ирума-кун чувствовал то же самое, так как его лицо напряглось.
— Ты что, идиот!? Как я могу подарить ей ЭТО в качестве подарка!!
«Верно, даже если это из лучших побуждений, это просто…»
Чего?
— Ах, этот робот… — Я вспомнила, что видела такой дизайн.
«Кажется, папа собирал что-то подобное раньше».
Зная это, я не могла не смотреть на неё. Если это та же модель, что и у моего папы… тогда, может быть, я не буду против.
— Я пошутил, но… Барышня, тебя это заинтересовало?
Я, наверное, слишком пристально смотрела, потому что управляющий магазином обратился ко мне.
— Ах, д-да…
— Видишь, твоей девушке она нужна. Две тысячи иен, и они ваши.
— Э, что, как—
— Спасибо за покупку!
Управляющий магазином не слушал никаких возражений, так как уже всё упаковал. Ирума-кун просто в оцепенении смотрел на управляющего, пока тот передавал мне пластиковый пакет.
После того как мы расплатились и вышли из магазина, Ирума-кун тяжело вздохнул.
— Чёрт возьми, этот управляющий магазином действительно не знает, когда остановиться. Извини за это, Асахина-сан, он, наверное, был назойливым, да? — Видя его извиняющуюся позу, я не могла ничего сказать.
— Н-нет, совсем нет! Наоборот, я рада этому!
— П-правда? Тогда забирай домой.
Он предложил помочь мне её собрать, но я вежливо отказалась. Кажется, для этого нужны специальные инструменты, но я подумала, что могу просто одолжить их у папы. И после того, как мы закончили говорить о сборке, разговор прекратился.
Даже по дороге домой мы мало разговаривали. Я была довольно уставшей от всего, что произошло за день. Вскоре я увидела железнодорожную станцию. Поскольку мы жили в противоположных направлениях, пришло время попрощаться.
— Тогда я пойду отсюда. Мне сегодня было очень весело…
— Ты правда уверена, что мне не нужно провожать тебя до дома?
— Д-да. Я живу довольно близко, так что не беспокойся. — Я показала обеспокоенному Ируме-куну добрую улыбку.
— Т-тогда, увидимся на следующей неделе, Асахина-сан! — Он весело опустил голову.
До тех пор, пока я не села в поезд, он продолжал махать рукой с платформы. Почему-то вид его остался в моём сердце.
＊＊＊
5
— Я дома!
— С возвращением, Одээ-тян! Ты довольно рано вернулась. Ещё только 4 часа дня, знаешь ли?
Я вернулась домой, и Футаба выбежала ко мне из гостиной, прыгнув на меня.
— Ты же ходила с друзьями смотреть кино, да? Как прошло? Было весело?
— Д-да! Мы обсуждали фильм после просмотра, было здорово. — С моей обычной улыбкой я сказала свою обычную ложь.
Я привыкла к этой боли, атакующей мою грудь.
— А где мама и папа? За покупками?
— Они оба сегодня ушли ужинать. Сказали, что проведут время вместе, потому что прошло так много времени. Они точно не стареют!
— Понятно, значит, ты была хорошей девочкой и решила остаться дома, чтобы не мешать им.
— Верно-верно! Хвали меня ещё! — Футаба потёрлась щекой обо мне, ведя себя так же мило, как всегда.
Как она и хотела, я нежно потёрла её по голове, на что она радостно прищурилась.
— Ах, знаю! Я завтра тоже ухожу! У моей подруги день рождения!
— О-о… Понятно. — Чтобы моя ревность не переполнилась, я быстро отошла.
«Я не хочу, чтобы моя драгоценная младшая сестра узнала об этих чувствах».
Я сразу же бросилась в свою комнату и рухнула на кровать. Как будто она ждала этого, Нанасэ-сан прислала мне сообщение в LINE. Она, наверное, увидела фотографию, которую мы сделали.
«Бьюсь об заклад, она снова будет насмехаться надо мной, я годна лишь тогда, когда им нужно над чем-то посмеяться».
У меня даже не было ни смелости, ни энергии проверить её сообщение. У меня болел живот, и я зарылась лицом в подушку, чтобы скрыть слёзы. Тут моя рука ударилась обо что-то, лежащее на кровати. Это был пластиковый пакет с пластиковой моделью внутри.
«Ах, точно, это самый первый подарок, который я получила от Ирумы-куна…»
После недолгого колебания я развернула упаковку и достала содержимое. Когда я взяла коробку в руки, я поняла, что она довольно большая. На обложке упаковки был изображён сильный на вид робот, героически держащий ружьё.
Открыв коробку, я увидела множество деталей в маленьких виниловых пакетиках. Если память не изменяет, нужно просто собрать детали вместе…
— Ах, тут есть инструкция.
Я заглянула в короткую инструкцию, где объяснялось, как собрать эту модель, и некоторые детали об этом М-костюме. Эм-м… Союз использовал эту модель в своей армии, крупносерийный М-костюм типа «Лайт Ганнер», так его звали. В основном, эта модель была массового производства, и много пилотов использовали эту же машину.
Эти слова заставили моё сердце сжаться. Почему я не могу стать такой же, как все? Травля в школе, и даже мой самый первый возлюбленный — не более чем подделка. Мне не нужно быть кем-то особенным. Я просто хотела быть такой же, как все…! Почему моё желание не может исполниться?
— Уф… уууу… — Слёзы потекли по моему лицу. — Я больше не хочу этого делать… Я хочу быть такой же, как все…! Я не хочу быть единственной, кого оставили в стороне…!
Моё поле зрения потемнело. Сознание стало затуманенным, и я почувствовала, как погружаюсь в сон. «Больше не могу, я устала. Давай просто посплю». Но прямо перед тем, как сознание отключилось —
«Асахина-сан».
Почему-то мои щёки слегка расслабились, и добрая улыбка мальчика не выходила у меня из головы…
＊＊＊
¹ Примечание по тексту: Тайти говорит «Яоя» (цветочный магазин), но на самом деле это «Яёродзу но ками» — идея о том, что в японском синтоизме существует восемь миллионов богов.
Глава 4
Уроки закончились. Я прислонилась спиной к школьным воротам и посмотрела на небо. Прошла неделя с того первого свидания. С тех пор у меня с Ирумой-куном не было никакого развития. Мы ходим домой вместе, но в обед едим отдельно. В моей школьной жизни у Ирумы-куна почти нет точек соприкосновения. Даже пластиковая модель так и лежит у меня дома на столе, я к ней с тех пор не прикасалась.
«Мне просто искренне не хотелось её собирать, хотя мне и было неловко перед Ирумой-куном».
Но внутри меня всё же что-то изменилось.
— Я здесь!
— Ах…
— Прости, что опоздал, Асахина-сан!
— Фуфу, всё в порядке. Пойдём домой, хорошо?
Я чувствовала меньше сопротивления при мысли идти с ним вместе.
— Знаешь, этот Рёити. Он снова и снова тараторил о том соревновании.
— Бидзэн-кун, кажется, тот тип, который не отступает, если разошёлся… Кстати, ты же не подначивал его дальше, правда?
По дороге домой мы всегда говорили о том, что произошло за день. Ирума-кун умел хорошо говорить сам, но также был удобным слушателем. Он живо рассказывал истории, случившиеся сегодня, но с той же улыбкой слушал и мои собственные, комментируя то тут, то там. Это позволяло мне говорить свободно. Определённо, это было неплохое время. Это заставляло меня думать, что такие отношения для меня как раз подходят. Но, конечно, им этого было почти недостаточно.
— Так медленно!
Было утро, незадолго до начала классного часа. В шумном классе яростный рёв пронёсся по рядам учеников.
— Н-но…
— Ты же не первоклассница, ладно? У тебя нет намерений относиться к этому серьёзно, да, а? — Нанасэ-сан смотрела на меня сверху вниз, ударяя рукой по парте.
— Э-это не так…!
— Ты мне перечишь? Так игра никогда не закончится! Ты вообще понимаешь, ради чего всё это?
— Успокойся, Нанасэ-сан.
К моему удивлению, Сёдзи-сан протянула мне руку помощи. Она улыбнулась раздражённой Нанасэ-сан и добродушно похлопала меня по плечу.
— Она знает, что сделала, так что не волнуйся.
Но её глаза не улыбались. Вместо этого казалось, что она смотрит прямо в мою душу, когда шептала мне на ухо.
— Я не ошибаюсь, Асахина-сан~?
— Н-нет, вы правы…
Её выражение лица выглядело милым, но её слова заставили меня вздрогнуть.
— Что ж, ничего не поделаешь. Мы тебя немного подтолкнём, так что будь благодарна. — Рот Нанасэ-сан расслабился, когда она сказала это. — Ты же раньше не встречалась с парнями, верно? Значит, ты ни с кем никогда не целовалась, да.
— Э? Д-да, верно…
«О чём она говорит?»
Я не понимаю, почему Нанасэ-сан вдруг заговорила об этом. Но каждый раз, когда она показывала такую реакцию, я понимала, что для меня это плохо кончится.
— Отлично, решено! На следующем свидании ты поцелуешь эту белую свинью!
— Чего-о!?
На секунду я не смогла осознать, что мне только что сказали. Настолько сильным было воздействие этих слов.
— П-пожалуйста, только не это! Я… я не могу этого сделать!
— Дура! Ты думаешь, у тебя есть право отказываться? Просто делай, что тебе говорят, ясно!? — Снова раздался рёв Нанасэ-сан, привлёкший внимание всех учеников, которые в своих группах пришли в возбуждение.
Конечно, они не проявляли ни сочувствия, ни шока. Они наслаждались этим.
«Я хочу сказать "нет", но не могу… Я так жалка. Не могу постоять за себя».
— Уф…
Поэтому, как и прежде, единственный ответ, который я могла дать, был —
— Я… поняла…
— Перед моими дьявольскими одноклассницами я была вынуждена кивнуть.
＊＊＊
2
Наступило воскресенье, а моё настроение и душевное состояние не могли быть хуже. Сегодня моё второе свидание с Ирумой-куном, и я должна его поцеловать. Ещё больше, чем раньше, вина грызла моё сердце.
Подняв голову, я увидела чистейшее небо. Дующий на меня ветерок заставлял чувствовать лёгкий холод, но это намного лучше, чем вчерашний ливень. Небо такое уютное и бодрящее, а я всё думаю о своих проблемах — какая же это расточительность. Я не смогла сдержать вздох, заметив рядом лужу.
«Кажется, мои чувства погружаются всё глубже и глубже, в бесконечную лужу. Если я буду слишком неосторожна, могу просто пойти домой прямо сейчас, потому что больше не выдерживаю».
Я знала, что не должна об этом думать, и всё же… Вскоре я добралась до места, где мы договорились встретиться. Я решила, что по крайней мере буду наслаждаться собой, пока не придёт время поцелуя. Прямо как на том прошлом свидании.
Посмотрев на время, я поняла, что пришла на 20 минут раньше. Но, зная Ируму-куна, он, наверное, пришёл намного раньше меня. Я вспомнила его радостное лицо, когда я пригласила его на второе свидание. По какой-то причине это заставило меня почувствовать облегчение. Однако, словно предавая мои мысли… его там не было.
— Хм?
Я пришла к книжному магазину, но я же не ошиблась местом? Ах, может, он внутри, чтобы скоротать время. С этой мыслью я заглянула внутрь, но и там его не нашла. С его внешностью я бы никак не могла его пропустить.
«Что ж, до встречи ещё есть время».
В этот раз я решила подождать его, раз в прошлый раз заставила ждать его, так будет справедливо. Но поскольку мне больше нечего было делать, в голову лезли всякие мысли — о «игре» и… о нём.
«Честно говоря, я не ненавижу Ируму-кун. Скорее, мне нравится его личность. Но видеть в нём возлюбленного — это совершенно другое дело».
Даже сейчас я сомневаюсь, стоит ли держать парня за руку, поэтому даже не хочу представлять, что будет дальше. Не думаю, что смогу это сделать. Более того, целовать кого-то, к кому у меня даже нет чувств, разве это не просто неуважение к нему? Измученная всеми этими мыслями, я могла только ждать его появления.
«…Странно. Мы должны были встретиться 30 минут назад… что с ним случилось? Может, я всё же ждала не в том месте?»
Я вспомнила наш разговор и сверилась с окружением. Да, я не должна ошибаться.
«Тогда почему? Почему он ещё не пришёл?»
Я проверила телефон, но Ирума-кун не прислал мне никаких сообщений. Опоздать и даже не связаться со мной — это странно. Мы встречаемся не так уж долго, но он не кажется таким небрежным типом. Как раз когда я собиралась убрать смартфон, я осознала.
«— Точно! Я могу просто сама ему позвонить! Почему я никогда об этом не думала».
Я запустила приложение LINE и перешла к его аккаунту. Но тут мои пальцы остановились. Почему-то я колебалась.
«— Так наше свидание может быть сорвано».
Я услышала такой голос откуда-то изнутри себя. Да, я просто подожду ещё немного. Может, его поезд задерживается. Совсем… немного…
Но даже после того, как я подождала ещё тридцать минут, он не появился. Я начала волноваться. Может, с ним и правда что-то случилось. Пока что мне надо связаться с ним и позвонить ему напрямую — Но это случилось сразу после того, как я приняла решение.
— Э, входящий звонок!?
Заиграла знакомая мелодия, и на телефоне отобразилась информация о звонке. К моему удивлению, это был как раз тот человек, которому я собиралась позвонить.
— Да, алло? Ирума-кун, где ты—
— Я-я извиняюсь!
Прежде чем я успела что-то спросить, я услышала извиняющийся голос Ирумы-куна.
— Мне ужасно жаль, что заставил вас так ждать! Возникли неотложные дела, так что, думаю, я не смогу прийти!
— Ах, правда?
«Слава богу, с ним не случилось аварии или чего-то подобного».
— Я обязательно заглажу вину! Правда, обязательно! Прости! — Слыша, как он так отчаянно извиняется, меня снова охватила вина.
Я сказала ему не волноваться, что наконец позволило и ему немного успокоиться.
— Мне правда всё равно, ладно? Увидимся завтра в школе… — Я прервала звонок.
Из моих губ вырвался лёгкий вздох. «Без сомнений, я почувствовала облегчение. Но, на секундочку… на очень маленькую секундочку, мне показалось, что это досадно».
— Что ж, что мне делать дальше?
«Для обеда ещё слишком рано. Мои ноги застыли, поскольку я простояла на месте больше часа, поэтому я решила, что будет хорошо немного прогуляться».
— Давно не гуляла одна.
Мне стало намного лучше. Может, мне стоит отправиться в торговый центр, который я посещала с Ирумой-кун некоторое время назад. Я могла бы ещё поиграть в том игровом уголке.
— О, разве не эти двое…
Немного поодаль от меня я заметила знакомых отца и сына. Тайти-кун и его отец, кажется. Они снова куда-то идут сегодня, да. Должно быть, это сумасшедшее совпадение — сталкиваться с ними на каждом свидании… Хотя на этот раз оно сорвалось.
— Папа, его тут тоже нет?
— Куда же он делся… С его-то внешностью мы должны были бы заметить его сразу…
«Они кого-то ищут? Кажется, они немного нервничают».
Мне стало любопытно, но мы встречались лишь раз, так что я не хотела вмешиваться в их дела. Э-это будет странно, правда? Рассудив так, я снова хотела уйти, сказав себе, что всё в порядке.
— Нехорошо, я вообще не могу его найти. Куда он подевался!?
— Ещё раз, давай поищем ещё раз!
Я всё ещё могла слышать их разговор у себя за спиной.
«Может, у них какие-то проблемы?»
Я не могла не заинтересоваться этим. Я остановила ноги, и, оглядываясь назад, я действительно рада, что сделала это.
— Да, ты прав. Надеюсь, с ним всё в порядке.
— А будет? Харуто-ниичан же не умрёт, правда!?
— Чего-о!? Ч-что, что он только что сказал!?
Но прежде чем я смогла понять смысл этих слов…
— Ч-что происходит!? С-с ним что-то случилось — с Ирумой-кун!?
Рефлекторно я побежала обратно к ним двоим.
— Вы из прошлого раза…! Я так рад вас видеть!
— Нээ-тян! Потому что… из-за меня… Харуто-ниичан…
Лицо мальчика, обычно милое, было залито слезами и испачкано грязью.
«Что же случилось!?»
— Успокойся, Тайти! …Простите, вы же, наверное, сегодня были на свидании? А тут такое вышло… — Отец попытался успокоить рыдающего Тайти и повернулся ко мне. — Дело в том…
Согласно рассказу Тайти-куна и его отца, вот что произошло.
Эти двое хотели посетить недавно построенный тематический парк и отправились на прогулку. Я и сама слышала об этом месте. Там есть 3D-игры, что делает его популярным среди молодёжи, или что-то в этом роде. Помню, Ирума-кун говорил об этом и что мы могли бы зайти, если позволит время.
— …По дороге туда я случайно встретил хорошего друга со студенческих времён.
Отец Тайти-куна встретил друга, который продавал на углу улицы handmade-аксессуары и другие мелочи. Отцу давно не доводилось видеть этого человека, поэтому он позволил Тайти-куну немного погулять, пока разговаривал с тем. Он так увлёкся беседой, что даже не заметил исчезновения Тайти-куна. Тот Тайти-кун пошёл за кем-то в костюме, рекламирующем парк, и отстал от отца.
Он оказался совсем один в этом незнакомом городе, без знакомых людей вокруг. В конце концов человек, который прошёл мимо плачущего Тайти-куна, — был Ирума-кун. Выслушав обстоятельства, Ирума-кун подбодрил мальчика и предложил помочь найти его отца. «Это очень на него похоже».
Однако, поскольку парк был ещё новым, а погода была прекрасной, людей повсюду было много, что затрудняло поиски.
— В полицейском участке не было офицера. Я ещё и забыл взять с собой записку с номером папы… поэтому не мог связаться… — сказал Тайти-кун, опустив лицо.
Мне стало его жаль. Конечно, он бы волновался в такой ситуации. И всё же Ирума-кун не сдавался, продолжал подбадривать Тайти-куна, бегал повсюду и наконец сумел заметить мужчину.
— Он просто увидел меня на другой стороне пешеходного перехода и бросился бежать. Светофор был красным, но он не заметил, и тогда…
«Он, наверное, был счастлив увидеть отца».
Но, поскольку он просто побежал к нему, не проверив светофор, он оказался прямо перед грузовиком, ехавшим по улице.
— Харуто-кун внезапно прыгнул вперёд и оттолкнул Тайти. Благодаря этому он не получил серьёзных травм, но что касается Харуто-куна… он врезался телом прямо в лужу…
— Н-не может быть…!
— Весь он был в грязи, и я даже не мог сказать, ранен он или нет. Я бросился туда проверить его состояние, но он только спрашивал, который час.
— И-и что же?
— Он закричал, что опаздывает, и запаниковал, а потом вдруг убежал с криком «Асахина-сан, простиииии». Ошеломлённый ситуацией, я даже не видел, куда он побежал… так что мы могли только искать его.
«…У меня не было слов. Подумать только, такое произошло!»
— Если вы его найдёте, не могли бы вы связаться со мной? Он спас моего сына, и я хочу поблагодарить его… и, больше всего, я хочу убедиться, что с ним всё в порядке! Если он ударился головой, у него могут быть долгосрочные последствия, если не провериться!
Отец Тайти-куна дал мне свою визитку. Всё, что я помню, это то, что я приняла карточку и пообещала связаться с ним — потому что сразу после этого я уже бежала к железнодорожной станции. Ирума-кун должен пользоваться этой станцией. Хотя прошло не так много времени, если мне повезёт —
— …Ах!
«Я нашла его! Этот знакомый облик, никаких сомнений!»
— Ирума-ку—
Я уже собиралась подбежать к нему, как лишилась дара речи. Его вид был достаточно уродлив, чтобы оставить меня в недоумении. Как и упоминал отец Тайти-куна, он был грязным с головы до ног, и грязная вода и грязь капали на землю, куда бы он ни ступил. Его одежда, которая выглядела довольно дорогой, была дырявой повсюду, а в некоторых местах даже отсутствовали куски ткани.
На первый взгляд не казалось, что у него где-то течёт кровь, но его внешний вид был достаточно болезненным, чтобы я чуть не отвела глаза.
— Что это за жирная свинья? Фу, какая грязная! Какой-то бомж, что ли?
— Ого, отвратительно… Не смотри ему в глаза!
Со всех сторон доносились голоса презрения и отвращения. Находясь под полным воздействием этих голосов, Ирума-кун безжизненно шёл вперёд. Он даже не пытался стереть грязь с одежды или высушить её, оставляя следы повсюду, куда ступал. В то же время голоса зевак становились лишь более агрессивными, они даже доставали свои смартфоны, фотографируя его.
— —!
Увидев это, моя грудь запылала, переполненная гневом. Они даже не знают, через что он прошёл, и всё же обращаются с ним так…! Возможно, это был первый раз в моей жизни, когда я чувствовала такую ярость. Я уже собиралась открыть рот, чтобы прочитать им нотацию, как появился кто-то другой.
— Что случилось, Харуто-кун!?
— Эй, что вы делаете!?
Я рефлекторно спряталась в тени, услышав два громких голоса.
— Это же… Бидзэн-кун и Намикава-кун?
Двое из Особой Троицы бросились к Ируме-куну.
— Сюн… и Рёити…? Что вы здесь делаете?
— Это мой вопрос! Разве ты не должен быть на свидании с Асахиной!?
— Поддерживаю! И как ты оказался в таком виде?
— Э-это… ну…
— Ах, погоди секунду. — Бидзэн-кун огляделся, бросив взгляд на зевак. Его глаза покраснели, и даже мне захотелось убежать, не став мишенью. — На что вылупились…? Отвалите!
Получив рёв Бидзэна-куна, люди вокруг быстро начали рассеиваться, как мелкие паучки. У меня волосы встали дыбом.
— Что ж, раз надоедливые люди ушли, можно поговорить. Если посмеют сделать ещё фотки, я разнесу их телефоны вместе с лицами.
— Не будь таким. Но он прав, Харуто-кун. Что случилось?
— Эм, ну… — Ирума-кун огляделся смущённо, почесав щёку. — Я-я просто споткнулся! Я такой неуклюжий, ха-ха!
«Эх, что он говорит…!»
— Не смейся надо мной! Как можно так выглядеть, просто споткнувшись!?
— Верно.
— Нет, я не вру. Так и было.
— Харуто-кун…
— Ты паршивец, опять ведёшь себя так…!
«Действительно, в эту ложь было трудно поверить, даже если очень хотелось. Даже я не могла».
Но по какой-то причине Намикава-кун остановил Бидзэна-куна, схватившего Ируму-куна за плечо.
— Понятно. Что ж, ты всегда был неуклюжим.
— Сюн!?
— Рёити-кун, он сам так говорит. Разве не нормально?
Их взгляды встретились, посылая невидимые искры, накаляя воздух. Но это длилось лишь мгновение, когда Бидзэн-кун первым отвёл взгляд.
— …Тьфу, ладно, понял.
— Извини. И спасибо вам обоим. — Ирума-кун сказал это и отвернулся, на что Бидзэн-кун скрестил руки с обиженным видом.
— Но, глядя на тебя, сегодняшнее свидание…
— …Я сказал ей, что возникли неотложные дела.
— Ты…
— …Я бы просто опозорил Асахину-сан, если бы заговорил с ней в таком виде, верно?
…Э?
— Со мной всё в порядке, правда. Сколько бы они ни смеялись надо мной, ни оскорбляли, я привык. Ничего нового. Но… но если это та самая девушка, которая сказала, что любит меня, я не вынесу, если над ней будут смеяться из-за меня…
Кап-кап, другая жидкость, отличная от грязи и грязной воды, упала на землю, вытекая из глаз парня. Мои ноги задрожали. Моё поле зрения закачалось, я не могла даже удержаться на ногах и просто опустилась на землю — настолько сильно его слова повлияли на меня.
[[image:/storage/reader-images/012203c419d8f5be2fba62e79fb06b4f5a7ae00c.jpg]]
— Прости! Вы даже поддерживали меня, а я всё испортил! Я ещё и заставил Асахину-сан ждать на этом холоде больше часа… Ахх, я и правда худший.
— …Боже мой, это так на тебя похоже, Харуто-кун. Тебе не нужно о нас беспокоиться.
— Но Асахина-сан…
— Что ж, заставлять её ждать так долго, не связавшись, — это нехорошо, с этим я согласен. Но ты же просто должен загладить вину снова, верно? Не то чтобы это вас разлучит.
— Верно, нечего так волноваться. Просто извинись перед ней завтра.
— …Да, сделаю. Спасибо вам обоим. — Ирума-кун вытер лицо платком, полученным от Намикавы-куна, и показал смущённый смешок.
— Давай сначала что-то сделаем с этой одеждой! Если ты пойдёшь домой в таком виде, эта паршивая женщина, и что важнее, твои родители будут беспокоиться.
— Верно. Я приготовлю тебе сменную одежду, так что сначала помойся. И давай проверимся в больнице. Надо убедиться, что ты нигде не ударился головой.
— Уф, от этой дружбы у меня глаза на мокром месте. Наверное, пот.
— Отвратительно.
— Ага, так и есть.
И тут двое ушли. Я в то же время чувствовала себя такой жалкой, что моё тело даже не двигалось. Всё, что я могла, — это смотреть, как они удаляются вдаль.
«Если это та самая девушка, которая сказала, что любит меня, я не вынесу, если над ней будут смеяться из-за меня…»
Его слова никак не хотели покинуть мои уши. Я прижала руку к сердцу, пытаясь подавить эти бурные чувства — и сама ушла.
Я шла домой, бредя по дороге в прострации. Несколько минут назад я связалась с отцом Тайти-куна и сказала ему, что Ирума-кун поехал в больницу и что ему не о чем беспокоиться. Но не более того. Объяснять всё было для меня слишком утомительно.
Холодный ветерок коснулся моих пылающих щёк. Почему-то моё тело было горячим. «Я что, простудилась? Сегодня весь день я чувствовала себя странно». Я потрогала свои щёки, пытаясь унять исходящий от них жар —
— Ваааах! Не могу найти!
— …Э?
Я внезапно услышала детский плачущий голос. Это… парк? Что-то случилось? Я вспомнила инцидент с Тайти-куном и пошла на голос.
— Может, это она?
Как только я вошла, я сразу же нашла источник плачущего голоса. Девочка, вероятно, третьего или четвёртого класса, оглядывалась по сторонам. Обычно я бы проигнорировала это. Но сегодня я вела себя странно.
— Что случилось? Почему ты плачешь?
— Ик… ик… М-мамино поручение… из-за Кэйго-куна и остальных…
Девочка едва могла выдавить слова, ей было трудно дать мне внятное объяснение. Прямо как Ирума-кун, я присела на корточки, нежно погладила её по голове. Я вытерла слёзы платком и разговаривала с ней, пока она немного не успокоилась. Наконец, выслушав её, я поняла следующее.
У этой девочки — Харуки-тян — есть одноклассник по имени Кэйго-кун, который немного хулиган. Она случайно столкнулась с ним, у неё украли сумку, которую дала мама, и спрятали в этом парке. Если она не найдёт её скоро, мама её отругает.
«Правда, везде есть дети-задиры».
Я невольно увидела в девочке себя.
— Ладно! Однэ-сан поможет тебе!
— Э, правда!?
— Конечно. Давай поскорее найдём её.
— Хорошо! Спасибо, Однэ-сан!
После этого мы искали сумку повсюду, но так и не нашли. Парк был не слишком большим, так что найти предмет должно быть не так уж сложно, и всё же…
— Ах, неужто!
Мне в голову пришла идея, и я посмотрела на дерево, стоящее в центре парка. Мы закончили поиски во всех других местах поблизости. Тот факт, что мы всё ещё не можем её найти, означает, что её могли спрятать в месте, до которого Харука-тян даже не может дотянуться, то есть высоко или в мёртвой зоне. С этими мыслями я протянула руку в заросли дерева над собой и нащупала что-то с ощущением ткани. Бинго!
— Нашла! Она здесь, Харука-тян.
— Правда? Спасибо!
Я стряхнула грязь с сумки и передала её Харуке-тян. Содержимое, по-видимому, всё ещё было внутри, поэтому Харука-тян могла с облегчением вздохнуть. После этого она показала мне сияющую улыбку. «Я очень рада, что мы её нашли. Почему-то даже я сама стала счастлива от этого!»
Я уже собиралась отправиться домой, но Харука-тян схватила меня за руку. Посмотрев на неё, я увидела, что она держит меня за руку и ухмыляется.
«Что ж, у меня нет срочных дел, так что немного поболтать с ней не помешает».
Я села на ближайшую скамейку с Харукой-тян и немного поболтала с ней. Она рассказывала мне о всяком. О своей семье, друзьях и мальчике, который ей нравится. Даже о пудренице, которую она купила в уличной лавке и которую носит с собой каждый день. Больше всего меня заинтересовала её слегка другая тема — «друзья».
— Рэн-тян, значит? Ты держишь собаку, да.
— Ага, она мой самый драгоценный друг! Она скорее старшая сестра, чем я!
Харука-тян, судя по всему, очень любила Рэн-тян. Она рассказала мне о своей повседневной жизни, полной неуклюжести и любви.
— Так вот, так вот, Рэн съела любимую мясную закуску папы, и её так отругали, что она убежала! Было много хлопот, чтобы её успокоить и вернуть.
— Ох ты. Вы и правда близки с Рэн-тян, не так ли.
— Ага! Мы иногда и ссоримся. Но в конце концов она просто трётся головой о мой животик, и мы миримся. Она слушает всё, что я скажу, и ставит меня даже выше мамы и папы!
Тот, кто всегда вступался за неё, когда её травили или у неё были проблемы, — всегда была Рэн-тян. Причина, по которой она так громко плакала раньше, возможно, заключалась просто в надежде, что Рэн-тян придёт сюда. Когда ей грустно, она может просто прижаться к Рэн-тян. Одного этого ей хватает, чтобы набраться смелости продолжать жить завтра. Но вдруг лицо Харуки-тян омрачилось.
«Что случилось, интересно?»
Я забеспокоилась и спросила её, когда она пробормотала что-то себе под нос.
— Дело в том, что я думаю, что так продолжаться не может. Мама и папа всегда говорят, что Рэн не может быть с нами вечно. И что я не должна слишком на неё полагаться.
— Харука-тян…
— Говорят, продолжительность жизни Рэн короче, чем у обычного человека. В пересчёте на собачьи годы она уже в хорошем возрасте, так что однажды мне придётся с ней попрощаться.
«Когда наступит то время, Харуке-тян, наверное, будет очень тяжело».
Но я сама удивилась, что девочка так серьёзно размышляет о жизни и смерти и готова принять это.
— Но когда наступит то время… Нет! Даже после этого ничего не изменится! Рэн всегда будет моим драгоценным другом!
— …Мне очень завидно.
«Просто думать об этом, должно быть, больно этой маленькой девочке, и всё же она сказала это, полная уверенности».
— А у тебя нет кого-то такого, Однэ-сан?
— …Э? Кого-то вроде Рэн-тян?
— Ага! Не обязательно кошку или собаку, кого-то вроде Рэн для тебя. Кто-то, кто всегда с тобой, с кем ты хочешь быть вместе!
— Кто-то вроде Рэн-тян для меня…
«Асахина-сан».
— —!
Почему-то в моём сознании мелькнуло его лицо, отчего мои щёки запылали.
— Ах, извини! Не стоило так спрашивать…
Харука-тян, по-видимому, поняла мою реакцию как её бестактность и извинилась.
— Н-нет, всё в порядке.
Но даже когда я ответила это, эти только что сказанные слова не выходили у меня из ушей, как вдруг —
— Гав, гав!
— Ах, Рэн!
Чёрная тень подбежала к нам со входа в парк. Я даже не успела приготовиться, как эта тень прыгнула на Харуку-тян, облизывая её лицо. Это была большая собака с чёрной шерстью. Я не знаю породы, но её мужественное лицо выглядело довольно сильным. Это, должно быть, легендарная Рэн-тян.
— Ты снова сбежала на улицу? Так нельзя, мама снова будет ругаться. — сказала Харука-тян, но она улыбалась.
От неё исходила радостная аура.
— Однэ-сан, это Рэн. Рэн, поздоровайся, ладно? Она помогала мне раньше.
— Гав! — Рэн-тян повернулась ко мне, вежливо села и продолжала вилять хвостом за спиной.
«Словно она поняла слова Харуки-тян. Какая же она воспитанная собака».
— Привет, Рэн-тян. — Я осторожно коснулась её морды, но она не показала никаких признаков отторжения.
— Вау, вау!
После того как я немного потёрла ей голову, Рэн-тян перевернулась и схватила зубами подол юбки Харуки-тян, словно торопя её.
— Что такое, Рэн? …Ах, точно! Мне ещё нужно закончить поручение! — Должно быть, она слишком увлеклась нашим разговором. — Извини, Однэ-сан, мне пора идти. — Она спрыгнула со скамейки.
— Всё в порядке. Извини, что так долго тебя задерживала.
По просьбе Харуки-тян мы обменялись контактами. Она упомянула, что хотела бы снова встретиться и поговорить. Я была довольно удивлена, увидев, что у нынешних школьников даже есть свои смартфоны, но я не возражала. «Я очень рада, что у меня появились два таких новых друга».
— Я обязательно отблагодарю тебя за это, Однэ-сан! Пока-пока! — Харука-тян помахала рукой и выбежала из парка вместе с Рэн-тян.
«Какая здоровая ребёнок. Ей не о чем было беспокоиться».
Наблюдая, как они убегают, я и сама поднялась и вышла из парка. Как ни странно, я почувствовала, что моё сердце согрелось.
＊＊＊
3
Ранним утром, потирая глаза, я шла в школу. Слишком много произошло вчера, и я не могла выспаться. После того как я рассталась с Харукой-тян, я сказала Нанасэ-сан, что наше свидание сорвалось. Она сомневалась во мне и даже звонила, чтобы пожаловаться, но я ничего не могла с этим поделать.
Несмотря на это, я волновалась, что они скажут, когда я приду в класс. Одно это заставляло мою голову болеть. В конце концов показались школьные ворота, и я была вынуждена морально подготовиться к ещё одному тяжёлому дню. Размышляя об этом, я уже собиралась пройти через ворота, как вдруг —
— А-Асахина-сан!
— Д-дась!?
«Нехорошо, меня окликнули, и я выдала странный ответ!»
Я в шоке обернулась и увидела знакомое круглое лицо.
— Ах, И-Ирума-кун. Доброе утро…
«Интересно, почему? Разговаривать с ним было так смущающе. Что со мной происходит?»
Я опустила лицо, нервно ёрзая.
«— Погоди, я забыла! Мне нужно кое-что сказать ему! Я должна сообщить ему, что отец Тайти-куна беспокоился».
— Эм, насчёт вчерашнего…
— А-а насчёт этого я хотел поговорить с тобой секундочку, Асахина-сан! — Он прервал мои слова, к моему удивлению.
…Интересно, о чём? Моя голова всё ещё мутная, я не могу нормально думать. До классного часа ещё есть время, и всё оно уйдёт на то, что Нанасэ-сан и другие снова будут травить меня, так что поговорить с ним в это время было куда выгоднее.
— Да, конечно. Что такое?
— О-об этом трудно говорить здесь, так что мы могли бы перейти в другое место?
— …Конечно?
Мы оказались за школьным зданием. Это то самое место, где я всегда одна ела обед. «О чём же он собирается поговорить?»
— А-Асахина-сан! Я ужасно виноват за вчерашнее!
— Ф-фуэ!?
Он вдруг извинился передо мной!? И даже стоя на коленях!?
— Я заставил вас ждать на холоде больше часа, не связавшись… У меня нет оправданий!
— Н-нет! Не беспокойся об этом! Подними голову, пожалуйста!
Он терся лицом о землю, и у меня возникло чувство, что это мне следует извиняться. У него была веская причина, так что я не понимаю, зачем ему нужно было быть таким отчаянным.
— Я-я совершенно в порядке. Что важнее—
«Что важнее, с тобой всё в порядке? По крайней мере, не похоже, что он получил травмы… но я всё ещё волнуюсь».
Я сунула руку в карман и убедилась, что у меня с собой кошелёк с визиткой отца Тайти-куна внутри. Пока что мне лучше её передать. Но прежде чем я могла это сделать, мне нужно было прояснить ещё один момент.
— Эм, насчёт вчерашнего… У тебя и правда были неотложные дела?
— Э?! Х-хорошо, это…
«Если быть совершенно честной, я была немного зла. Спасти Тайти-кун было прекрасным поступком, но из-за одной маленькой ошибки Ирума-кун мог получить серьёзные травмы! Так что, конечно, мой тон прозвучал немного взволнованно».
— У-увааах! И-извини, это была ложь!
«Наконец-то он готов сознаться».
Я почувствовала облегчение и ждала его слов. Однако —
— Я-я-я просто проспал! Я подумал, что это звучит слишком уж жалко, поэтому солгал!
— …Чего?
— Хотя я удобно валялся в своей кровати, ты ждала на холоде… Мне стало так ужасно, что я просто соврал в запале…
…Это ложь. Зачем ты это говоришь? Спасение ребёнка — более чем достаточная причина, чтобы не успеть. Если говорить о холоде, разве тебе не было намного хуже? Ты был вымазан грязью и грязной водой с головы до ног, даже не вытираясь, когда ходил.
— Я-я худший! Я просто хочу исчезнуть…
И всё же он —
«Я-я просто споткнулся! Я такой неуклюжий, ха-ха!»
…Точно. Он говорил что-то подобное вчера. В тот момент мне показалось, что я поняла человека по имени Ирума Харуто. Он не хотел использовать инцидент с Тайти-кун как оправдание за то, что сорвал наше свидание… По какой-то причине где-то в глубине сердца я почувствовала острую боль.
— Это не потому что тебе было плохо, правда?
— Д-да…
— Ты нигде не ранен!? Если посмеешь снова солгать, я никогда не прощу тебя!
— Даааа! К-клянусь богом! Я совершенно здоров!
— — И ещё. — я продолжила с усмешкой. — Кондитерская, куда ты водил меня некоторое время назад, была очень вкусной.
— — Э?
— В благодарность за первое свидание ты тогда угостил меня тортом, верно? Давай сходим туда сегодня после школы. И тогда мы квиты.
— Э!? Тебя устраивает только это!?
Мои слова, должно быть, были для него неожиданными. Он поднял голову, его глаза широко раскрылись, словно он не мог поверить. Почему-то его вид выглядел странно милым, настолько, что я чуть не расхохоталась. И, конечно, меня устраивает только это. Ты же сам сказал это вчера.
— — Ты же собираешься загладить вину, верно?
— Ах… Д-да! С удовольствием!
— Фуфу…
«Наконец-то Ирума-кун снова улыбается! Хотя его лицо выглядело странно красным. Он что, не простудился?»
Он смотрел на меня в оцепенении. Не знаю почему, но мне стало легче. Продолжая улыбаться, я засунула кошелёк обратно в карман поглубже.
＊＊＊
4
— Да. Да. Верно. С ним теперь всё в порядке. Да, вам не о чем беспокоиться. Конечно, я сразу же свяжусь с вами, если с ним что-то случится. Да. Тогда… — Я повесила трубку и вздохнула.
К счастью, отец Тайти-куна был довольно понимающим и оставил всё как есть. «Я думаю, он замечательный человек».
Я села на кровать и вспомнила, что произошло сегодня. После того как Ирума-кун наконец перестал извиняться, он начал вести себя странно. Даже после того как мы вышли из кондитерской, он постоянно бросал на меня взгляды. Однако, когда я встречала его взгляд, он тут же краснел. Может, ему и правда было нехорошо?
Я погрузилась в воспоминания и уже собиралась положить смартфон на стол — но передумала. Я открыла папку с фотографиями и нажала на экран, чтобы показать снимок, сделанный на нашем первом свидании.
— Хмм…? Глядя снова, какое же ужасное лицо.
Конечно, я говорила о себе, а не об Ируме-куне. Я действительно выглядела так, будто мне противно было фотографироваться, готовая расплакаться. Никто не мог назвать меня там милой. «Я очень рада, что никогда не показывала это ему». Он несколько раз просил меня прислать её, но, слава богу, я отказала.
Сегодня я заставила его загладить вину. Так почему бы мне не сделать что-нибудь для него в ответ за эту фотографию? Что сделает Ируму-куна счастливым? Подумав об этом —
— …Ах, знаю!
Одна вещь пришла мне в голову. Я подумала, что это будет просто идеально, чтобы отплатить ему. Похлопав себя по плечу за эту отличную идею, я выскочила из своей комнаты.
— Мама, мама! Можно тебя кое о чём спросить?
Я нашла маму, пьющую чай в гостиной, и бросилась к ней.
— О, что случилось?
— Дело в том…
Следующим утром, в то время, когда даже моя семья ещё не проснулась, я стояла одна на кухне и готовила.
— Хмм~ Хм-хм-хммм~
Почему-то мне было весело. Это совершенно не похоже на то время, когда Нанасэ-сан заставляла меня готовить для него. «Неужели моя мотивация может измениться до такой степени просто в зависимости от моих чувств?»
— Ладно, осталось только разложить, и… готово!
Взглянув на три свёртка перед собой, я удовлетворённо кивнула. Ага, должно быть, идеально. Я уверена, он будет этому рад.
— Теперь осталось убрать долю Ирумы-куна так, чтобы никто не заметил—
— Доброе утро~!
— Хяу!?
Дверь внезапно широко распахнулась, и показалось лицо Футабы. «Что за ужасное совпадение…!»
— О, это даже не мама, а Одээ-тян! Что ты делаешь так рано?
— Авава… Ф-Футаба!
«Что делать, мне нужно придумать оправдание!»
Но пока я паниковала, Футаба уже заметила три свёртка на столе.
— Ах, ты сделала обеды с собой? Как мило! — Конечно, моя проницательная младшая сестра сразу всё поняла.
— Т-точно! Я хотела потренироваться в готовке, поэтому—
— Ваах, я так счастлива! Обожаю стряпню Одээ-тян! Сегодня будет отличный— Хммм? — Глаза Футабы сузились, словно она что-то заподозрила.
«О-о нет…!»
— Три обеда? Странно… Папа сказал, что сегодня ест в компании, а для мамы тебе не нужно было бы заворачивать, верно?
«О-она слишком проницательна! Что с ней? Она что, детектив!?»
— Ага~
— Ииик!?
Футаба усмехнулась, казалось, докопавшись до истины. Мне уже не сбежать. Мне нужно подготовиться…
— Хммм? Я уж думала, почему ты в последнее время ведёшь себя странно… Понятно, понятно, могу я тебя просто поздравить?
— Т-т-ты не права! Он и я не такие—
— …Он? Хе-хе-хе, теперь ты сказала, Одээ-тян. Я об этом ещё не слышала, знаешь ли.
— Т-ты меня подставила, Футаба!
— Хихихи, с тобой так легко, Одээ-тян! Эй, кто это? Кто завоевал мою Одээ-тян? Хотя бы имя скажи! — Футаба допрашивала меня с ухмылкой.
[[image:/storage/reader-images/5a149ece036f868d01ea3f47e3f116a3673aeecc.jpg]]
Я и понятия не имела, что за этим зрелищем наблюдает не только Футаба. Из-за чрезмерного расследования Футабы я не заметила двоих людей за пределами кухни. Или, проще говоря, я полностью забыла о своих родителях.
— …Не могу не захотеть узнать больше, но эта атмосфера не позволяет мне войти… Чёрт! Футаба, продолжай! Сломи её защиту и заставь выложить всё!
— Ну же, подслушивать невежливо, дорогой. Но, я бы сказала, давай сегодня приготовим красный рис¹.
＊＊＊
5
И наконец наступила долгожданная большая перемена. Я быстро встала со своего места и вышла из класса, пока подозрительные взгляды одноклассников впивались мне в спину. Однако я проигнорировала их и пошла по коридору.
— С-так нервничаю…
«На самом деле это мой первый раз, когда я иду в класс Ирумы-куна. Если память не изменяет, он в классе 1, значит, он должен быть после класса 1».
Каждый раз, проходя мимо очередного класса, моё сердце начинало биться ещё быстрее, и я пыталась подавить желание снова уйти. Наконец я миновала комнату класса 2 и остановилась перед классом 1.
«Н-ну, заходи! Просто медленно, осторожно прикоснись к той двери».
— Хаа… Фууу… Хааа… Фууу…
«Не могу».
Я положила руку на дверь, но это было всё, что я могла сделать. «Х-хорошо, ещё один глубокий вдох, и потом—»
— …Хм? Что ты здесь делаешь?
— Ф-фуэ!?
Сзади донёсся голос.
— О, что случилось, старший брат?
— Ну, перед нашим классом стоит девочка — у тебя здесь какие-то дела?
— Э-эм! Ну…!
Обернувшись, я увидела двух учеников. Они оба выглядели почти одинаково, их чёлки закрывали правый и левый глаз соответственно. «Они близнецы?» В руках они держали прямоугольные предметы… Планшеты?
Судя по разговору, они должны быть учениками этого класса. Но меня окликнули ещё до того, как я успела войти, я не ожидала такого развития…!
— Не надо так бояться. Мы же не съедим тебя, хе-хе. — Один из учеников сказал так, издав потрескивающий смешок.
Он, наверное, пытался быть милым, но мне и правда трудно иметь дело с такими парнями.
— Эй, Рюдзи, такие ледоколы, говорят, имеют обратный эффект. Смотри, она дрожит.
— Ах, похоже на то. Давно не разговаривал с такой робкой девочкой. Все девчонки в нашем классе имеют сильные привычки, хорошие или плохие, и эта Риа тоже становится хуже. Серьёзно, её дебют в старшей школе — полный бардак.
Они оставили меня в покое, разговаривая между собой. Извините, но я всё ещё здесь?
— Её реакции всё ещё интересно наблюдать, но в последнее время она слишком важничает. Если уж она взяла курс на «новый год — новая я», почему бы не пойти в сторону чего-то вроде Харуто.
«О? Он только что упомянул Ируму-куна…?»
— Э-эм…?
— О, извините. Я Датэ Рюити. Этот человек-клон — мой младший брат Датэ Рюдзи. Приятно познакомиться, барышня.
Братья Датэ… Я слышала о них раньше. Они ходят и собирают разную информацию о любом ученике в школе, не ограничиваясь первым годом, хотя я в этом очень сомневаюсь. В любом случае, есть вещи поважнее. Они должны быть в одном классе с Ирумой-кун…
— Плавное представление от моего старшего брата, хорошо.
— Не упускай шанс познакомиться с кем-то. Так меня учил мой старина.
К-как-то они оба идут в своём собственном темпе.
— Я-я Асахина Вакаба из класса 4. Эм, я только что услышала имя Ирумы-кун…?
— О, у тебя дела к Харуто? Он должен быть внутри класса — Погоди, хм? Асахина?
— Йо, старший брат. Я помню, что слышал о ней. Разве не она?
Братья быстро обменялись взглядами и кивнули. Почему эти двое знают моё имя? Я была на секунду сбита с толку, когда они оба усмехнулись.
— Вижу, вижу! Много слышал о тебе от Харуто. Он упоминал, что у него появилась милая и добрая девушка, видишь!
— Действительно. Это была отличная информация.
Они оба показали улыбку, словно радуясь за друга.
— Э-эм… какой Ирума-кун в классе…?
Почему-то мне захотелось узнать о нём больше. Это желание подтолкнуло меня, и я спросила.
— Харуто? Что ж, он супер интересный тип! Он придурок, но ему нечего скрывать. Если бы он только перестал всё время болтать об эро-играх, было бы ещё лучше!
— Согласен. Редко встретишь сейчас такого честного человека. Он жизнерадостный и добрый. Было бы куда лучше, если бы он не посвящал всего себя 2D. Хотя нам самим не стоит говорить.
Братья кивнули в унисон.
— Вот почему мы на тебя возлагаем большие надежды, барышня. По возможности, научи его великолепию 3D.
— Х-хорошо.
— Но разве он иногда не выглядит как взрослый? Например, когда остановил драку двоих парней?
— Хм? Ах, точно.
«Драка в школе…? Разве такое бывает? Я думала, это только клише в манге или аниме».
— Если подумать сейчас, причина остановить драку была до ужаса дурацкой. Даже двое в самой гуще событий не знали, что сказать. Как думаешь, что он сказал?
— Я-я не знаю?
— Можешь посмотреть видео здесь. Хотя кадры могут быть немного отталкивающими, так что просто послушать будет нормально. Вот, наушники.
«Ой, что вы двое делаете? Впустите меня».
«Ах, это голос Ирумы-куна».
— После этого он получил двойной удар справа и слева. Вот этот звук.
— Ииик!? Мне не нужно было это слышать!
— Ну да, он на секунду пошатнулся. Но вот что он сказал тем двоим.
Датэ-кун (старший брат) снова нажал кнопку воспроизведения.
Чувствуете себя лучше? Тогда драка окончена. Почему бы вам не послушать мой список «100 игр, от которых я плакал», и не поплакать со мной!
Как бы не так, придурок! Твой эро-игровой мозг, фанатик эро-игр!
Верно, проклятый кандидат в маги! Не сомневаюсь, что ты останешься девственником до тридцати!
Что… вы сказали? У вас вообще есть сердца, чтобы чувствовать эмоции!? Хладнокровные монстры! Слушайте, причина, по которой эта игра заставила меня плакать, в том, что—
С этого момента его осыпали градом неодобрения и жалоб. Неважно, парень или девушка, каждый одноклассник жестоко оскорблял Ируму-куна. По-настоящему душевная сцена… как думаете?
— И вот как всё прошло. Те двое, которые дрались, даже присоединились к веселью. Прежде чем они успели это осознать, все уже забыли о причине их ссоры.
— Он удивительный парень. Не могу надеяться победить его.
Почему-то моё сердце становилось тёплым и уютным каждый раз, когда я слушала их рассказы об Ируме-куне. Я вспомнила инцидент с Тайти-куном. «Бьюсь об заклад, он никогда не хвастался, что остановил драку, так же как и когда спас Тайти-куна. Что касается метода, то это очень на него похоже».
— Что ж, это затянулось дольше, чем я планировал, но всё, что я хочу сказать, — это то, что надеюсь, ты хорошо о нём позаботишься!
— Д-да…
«Они не знают обстоятельств. Об игре, настоящей причине, по которой мы встречаемся».
— Хм, давай на этом остановимся. Ты пришла встретиться с Харуто, верно? Тогда пойдём.
— Д-да…!
Тут я осознала. Моё напряжение и тревога с прошлого раза исчезли. Может, потому что я слушала истории об Ируме-куне. Моя грудь была тёплой. И я узнала о нём ещё кое-что, так что я должна была поблагодарить братьев Датэ-кун.
— …Большое спасибо.
— Ха-ха, мы не сделали ничего, что заслуживало бы благодарности. Что важнее, проходи.
Дверь медленно открылась. Пока моё сердце продолжало громко стучать, я ступила внутрь комнаты —
— Сколько раз я должен тебе говорить! Я хочу изучить ситуации в эро-играх и галактических играх! Пройти пять игр за одну ночь и открыть всю CG… И я говорю это не просто так!
Ч-что!? Как только я вошла в комнату, до моих ушей донесся знакомый громкий голос. От неожиданности я посмотрела туда.
— Ах…
Знакомое круглое лицо стояло перед одноклассниками, засунув руку в воздух.
— Слушайте внимательно, староста! Если я использую все знания, полученные через эро-игры, она точно будет счастлива!
— Разве ты не уверен? Даже если дойдёшь до этой части, ты просто замрёшь и не сможешь даже нормально поцеловать её. Канами, ты тоже так думаешь, да? — Ученица показала насмешливый смешок и похлопала по плечу другую девушку с хвостиком.
— Ирума — это всё слова. Полагаю, ты превратишься в ни на что не годного, когда придёт время. — Девушка по имени Канами присоединилась к разговору, и её окружение поддержало её.
Среди них один из них хлопнул Ируму-куна по плечу.
— Что ж, просто старайся изо всех сил. Я буду ожидать отличных результатов.
— Мне плевать, что вы все говорите! К тому же, Кадзума! Ты и правда можешь так говорить о других!?
— Хех, не принимай меня слишком легкомысленно. Вот, смотри на мои сообщения в LINE. Я поддерживаю связь с девушкой! С этого момента мы будем постепенно сближаться, пока не станем парой! Идеальный план! — Ученик по имени Кадзума с гордостью рассказал о своём «проекте».
— Ч-честно говоря, это довольно мерзко. Ты в порядке? Тебя не обманывают, правда?
— Хех, говори что хочешь! Даже этот парень смог завести девушку! Ты только посмотри, я заставлю тебя пожалеть, что ты это сказал, староста, и Ирума!
— Рычи сколько влезет! Если всё получится, почему бы нам не сходить на двойное свидание?
— Хм, ты и правда в хорошем настроении, Ирума. — Канами-сан (?) показала одобрительный кивок.
Услышав это, Ирума-кун начал волноваться всё больше и больше.
— Конечно же! Эта милая, исключительно очаровательная девочка — моя девушка! Как я могу чувствовать себя плохо из-за этого! Я обязательно сделаю её счастливой!
Моё лицо готово было запылать. Такое чувство, будто он обращается со мной как со святой.
— Даже мои симуляции идеальны! Ночь влюблённых… Под деревом, пока медленно падает снег, Асахина-сан и я разделим чудесный поцелуй…
— Ого, о-твра-ти-тель-но!
— И-и потом… как только мы поцелуемся, наши чувства усилятся… хахаха…
Реплика старосты-сан была красиво проигнорирована. Нынешний Ирума-кун был непобедим. «Интересно, не лучше ли его скоро остановить? Ради его же собственной чести».
Я медленно подошла к спине Ирумы-куна, но он не заметил. Более того, он начал говорить всё больше и больше, не показывая никаких признаков остановки.
— Ф-наконец, окружённые снегом, наши тела и сердца станут одним целым!
«Эх, х-он хочет, чтобы его первый раз был на улице? В снегу? Больше чем романтично, это просто звучит так, будто он замёрзнет насмерть…»
— Хяхаха! Чистая любовь — это лучшее! Принуждение или NTR прочь! — Ирума-кун показал победную позу, крича.
«Что же делать?»
Я посмотрела на братьев Датэ за помощью, но они были в растерянности так же. Они просто опустили плечи, положив руки на лба. Совершенно не зная, что делать, я вдруг услышала знакомый голос.
— Харуто-кун как всегда в ударе.
— Ещё бы. Вчера он был в депрессии, а теперь вот это.
«Это Бидзэн-кун и Намикава-кун! Т-точно! Я должна связаться с ними и попросить передать о моём присутствии!»
Я размахивала обеими руками, подпрыгивая. При этом Бидзэн-кун посмотрел в мою сторону. Наконец-то он меня заметил!
— Эй, Сюн? Та девочка позади Харуто, разве не?
— Что— Ааахх!? — Лицо Намикавы-куна побледнело с рекордной скоростью.
— Ахх, надеюсь, школа скоро закончится. Хочу встретиться с Асахиной-сан. Хотя я не могу болтать об эро-играх перед ней вот так!
«Скорее, Намикава-кун! Скорее, пока не поздно!»
Я отчаивалась, но моё желание не было исполнено, так как одноклассники Ирумы-куна заметили моё присутствие раньше, чем он сам.
— Ах…
— Э-эх…?
Одноклассники вокруг Ирумы-куна все замолчали.
— Э, чего это вы все притихли? Хм? Позади меня? Ах, у меня сейчас очень плохое предчувствие!
Медленно Ирума-кун обернулся, чтобы встретиться лицом к лицу со мной, Асахиной Вакабой. Наши взгляды встретились, и в комнате повисло напряжение.
— Ах… эм… П-привет?
— Гяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!? А-Асахина-сан!? Почему ты здесь!?
— Н-ну, у меня были к тебе дела, поэтому я пришла…
Перед лицом ужасающего визга Ирумы-куна класс наполнился голосами.
— — Эй, это та девушка — девушка Ирумы?
— Придурок, почему не сказал мне раньше!
— П-потому что… я никогда не думал, что такая милая девушка будет твоей девушкой!?
— Она, наверное, всё это слышала, да…
— Я бы, наверное, повесился, если бы со мной такое случилось. Хотя он сам этого заслужил, мне его жаль…
Как ни странно, большинство голосов были полны сочувствия. Даже братья Датэ, стоявшие в дверях класса, испускали вздохи.
— Как раз когда мы немного подготовили почву… этот придурок.
— Как бы это сказать, это должно разочаровать её. Пока что давайте немного подбодрим его.
Толпа двинулась ближе к Ируме-куну, окружив его, а та ученика… староста-сан (?) попыталась последовать за ним.
— Н-ну… Ирума, старайся!
— Да… знаешь ли… Я сегодня после школы возьму на себя твою обязанность по уборке!
— Я покажу тебе ответы на завтрашнее домашнее задание, так что живи, юноша.
Соответствуя их выражениям лиц, их голоса были добрыми и тёплыми.
— Хочешь выпить Я*улт²?
— У меня тоже есть шоколад.
Братья Датэ присоединились к этому, предлагая напитки и сладости. Ирума-кун принял это чрезмерное благожелательство и снова начал кричать.
— Хватит этой доброты! Это убивает меня! Моё сердце не выдержит этого! — Он протестовал со слезами на глазах.
Я сама не знала, что делать, когда…
— Извини за это, Асахина-сан. Наш класс довольно оживлённый, не так ли. — Намикава-кун не мог больше смотреть на это и подошёл ко мне.
— Ах, ну. Я была немного удивлена, но я не жалуюсь на то, что он говорил.
«Точно. Я бы хотела, чтобы он воздержался от всех этих похабных разговоров, но не этому я удивлена. Что ставит меня в тупик, так это его положение в этом классе. Не только парни, но и девушки нормально разговаривали с ним. Нет, скорее, они вели себя довольно дружелюбно…»
— Ах, понимаю. Ты имеешь в виду это. — Намикава-кун улыбнулся и начал говорить. — Довольно отличается от того, как думают о нём в других классах, верно? Конечно, некоторые люди здесь плохо с ним ладят, даже не любят его. С этим действительно ничего не поделать. — Намикава-кун прищурился, рассказывая мне о слухах. — Даже здесь, в этом классе, некоторые ученики хотят, чтобы его не было. Хотя, конечно, невозможно нравиться всем.
Я понимала это до боли хорошо. Со мной было то же самое. Но, скорее чем не нравиться всем, никто в моём классе не испытывал ко мне положительных чувств.
— Но по сравнению с этим многие понимают хорошие стороны Харуто-куна. Как видишь, он жизнерадостный и внимательный к другим. Если ты рядом с ним, ты и сам в конце концов улыбаешься. Нравится он тебе или нет — это факт.
Я могла только согласиться с этим. Быть с ним вместе всегда весело. Мне не нужно быть странно внимательной, и я могу всё время быть собой.
— Эй, сколько времени ты собираешься тратить? Пора снова загружаться.
— — Ах! Точно, точно! — Получив упрёк Бидзэна-куна, Ирума-кун наконец пришёл в себя. — Асахина-сан, извини, что тебе пришлось увидеть такую мою смущающую сторону! Итак, чем могу служить?
— Ах, да! Дело в том…
«Не могу отступать сейчас! Если я отступлю, обед, который я для него приготовила, пропадёт!»
— — Я-я приготовила тебе обед с собой. — Я вспомнила свою решимость со вчерашнего дня и собрала всё мужество, какое могла. — Так что, можем мы… вместе пообедать…?
— — Э? — Слёзы потекли из глаз Ирумы-куна.
«Эх, что случилось?»
— Увааааах! Какая же она хорошая девочка! Мне так повезло!
— Т-тогда, ты не против?
— Конечно! Даже если бы мой живот был полон до краёв, я всегда мог бы найти место для еды от Асахины-сан! — Ирума-кун начал танцевать от радости.
— Серьёзно, этот наглый паршивец. От плаксы до счастливчика. — Бидзэн-кун показал усталую кривую улыбку.
— Что ж, мы должны радоваться, что она не была шокирована его поведением. Вы — Асахина-сан, верно? — Староста-сан подошла ко мне.
— Д-да!
— У тебя и правда есть смелость стать девушкой Ирумы-куна. Быть друзьями — это одно, но я бы ни за что не согласилась стать его девушкой.
— Э-эм…? — Я не знала, как правильно на это ответить, когда к нам присоединился Ирума-кун.
— Эй, не нужно так говорить! Давай, Асахина-сан, пойдём!
— Ах, да!
— Какой же он раздражающий тип. Я — Иидзука Юко, исполняющая обязанности старосты этого класса. — Иидзука-сан протянула мне руку, пока класс смеялся. — По сути, я должна держать этих диких псов под контролем и немного их дрессировать.
— Ах, да… Я Асахина Вакаба…
«Эх, что, рукопожатие? Она не против пожать мне руку?»
Но мне не дали много времени подумать, так как Иидзука-сан взяла мои руки, обернув их обеими своими.
— Асахина-сан, если ты не против, заходи ещё. Я бы с удовольствием послушала о твоих приключениях с этим неудачником.
Остальные ученики вокруг нас также показали мне тёплые улыбки.
— Точно, не стесняйся! Мы всегда рады человеку, которого выбрал Ирума.
— Верно, верно! Если этот чудак сделает тебе что-нибудь, дай мне знать, ладно? Я ему хорошенько всыплю.
«Это был первый раз, когда кто-то сказал мне такое. Я не знала, как на это реагировать».
— …Все они лезут не в своё дело. — пробормотал Ирума-кун.
Но его выражение лица выглядело так, будто он счастлив.
— В любом случае, тогда пойдём поедим! Все, я буду хвастаться, когда вернусь, так что готовьтесь! — Он направил холодные взгляды по всему классу и получил аплодисменты.
Под улыбками одноклассников, провожающих нас, мы покинули класс. По дороге я повернулась к братьям Датэ. Мне всё ещё нужно было поблагодарить их.
— Эм, спасибо за всё!
— Не за что. В конце концов, он сам всё испортил. Но я был бы рад, если бы ты зашла ещё.
— Верно. Как сказал старший брат, мы на самом деле не помогали.
— Это не так! Позвольте ещё раз поблагодарить. — сказала я и слегка поклонилась.
Я была переполнена эмоциональным подъёмом, как никогда раньше.
＊＊＊
6
Ирума-кун предложил пообедать где-нибудь в тепле, но я вежливо отказалась и повела его за школьное здание. У этого места на самом деле много места. Но сюда почти не попадает свет, и сюда не приходят люди. Поэтому это моё любимое место… Но больше всего я не хочу, чтобы люди из моего класса увидели нас и испортили эту атмосферу.
— Извини, что пришлось подчиниться моему эгоизму.
— Я совсем не против! Если тебе не холодно, то это просто отлично.
— …Спасибо… большое.
Я открыла коробки с обедом и показала их содержимое. Я вложила в него намного больше усилий, чем раньше. Раз ему понравился прошлый обед, думаю, так будет нормально. Но я не могу не нервничать… Хотя, судя по его реакции, в этом не было нужды.
— Вкусно! И это тоже! Лучшее! — Видя, как Ирума-кун безудержно уплетает обед, я почувствовала облегчение. — Я, великий знаток еды Ирума Харуто, ставлю своё одобрение!
Наблюдая за ним, моё сердце стало тёплым и уютным. Я чувствовала себя и виноватой, и счастливой одновременно… что-то очень сложное. Я вспомнила сцену, которую наблюдала в его классе. У Ирумы-куна было больше друзей, чем я представляла… «Так это то, что я чувствую… зависть? Да, наверное». Я всегда думала о нас как о союзниках. Я чувствовала, как этот эмоциональный подъём во мне начал медленно остывать. Это заставило меня понять, каким же я была презренным человеком —
— Асахина-сан!
— Эх… вах!?
Мне в рот что-то сунули. В панике я прикусила это и поняла, что это моя собственная еда. Да, вкусно. С приправами тоже всё в порядке — Погодите-ка!
— Ч-что ты делаешь!?
— Как тебе твоя собственная готовка? Вкусно, правда?
— Ах…
— Если ты всё ещё переживаешь из-за того, что случилось только что, позволь ещё раз извиниться. Я просто распоясался… — Ирума-кун смотрел на меня, и его лицо было пунцовым. — Я так сильно люблю Асахину-сан… что не мог сдержаться.
— Э-эх…!?
«Это просто — нечестно. Так легко говорить "я тебя люблю"… это слишком внезапная атака».
Но, не зная о моих собственных чувствах, Ирума-кун продолжил.
— Если из-за этого стало неловко, то прости меня. Я просто не выношу, когда ты делаешь такое лицо. — Ирума-кун снова взял немного еды палочками и сунул её в рот. — Ты приготовила такой вкусный обед, так что ты должна есть его с радостью! — Ирума-кун развёл обе руки в стороны и усмехнулся. — Давай же, с радостью, с весельем, верно!
Наблюдая за ним, моё холодное сердце начало светлеть… «Правда, я так жалка. Я получаю так много положительных эмоций, и всё же виню себя».
— Со мной всё в порядке, ладно. Меня это больше не беспокоит.
— Правда!? Я думал, что на меня обрушился ад! Ахх, я так рад…! — Он показал своё облегчение преувеличенно, и мне захотелось немного его подразнить.
— Ничего, я с самого начала знала, что ты такой похабный.
— Эхх, я не такой! Я джентльмен!
— Хотя ты пытался воспользоваться темнотой, чтобы взять девушку за руку?
— Это произошло из-за моей неопытности… это была моя ошибка…!
— Хмм, не уверена.
Мне становилось весело до такой степени, что я усмехнулась.
— Ах… я так и думал.
— М-м?
— Я думал вчера, но Асахина-сан, когда ты улыбаешься, ты выглядишь очень мило.
— Ч-че… откуда это взялось!?
«Я-я улыбаюсь…? Правда?»
— Мне очень нравится такая Асахина-сан! Ахх, я уже безнадёжен…!
Тут я это поняла. Я улыбалась. Это не была фальшивая улыбка, чтобы успокоить семью, чтобы казаться сильной. Я улыбалась от всего сердца. Я никогда бы не подумала, что буду так улыбаться в школе. И, и всё это —
— Что такое, Асахина-сан?
…Моя грудь была горячей. Прямо как в тот день, мои щёки горели. Может, из-за этого?
— — Вакаба.
Прежде чем я осознала —
— Да?
— Моё имя… Отныне, пожалуйста, называй меня так.
— Э-эх?
— …Хорошо, Харуто-кун?
— Я уже произнесла эти слова.
— —! Д-дожить до такого дня!? Это реальность или просто сон?! Я переродился в какую-то игру!?
— …Тебе… не нравится?
— К-конечно нет! Я так счастлив! Я смог исполнить одно из своих желаний! Спасибо, Аса— В-Вакаба-сан. — Ирума — Нет, Харуто-кун смущённо поправился, заставляя и меня почувствовать смущение.
Чтобы скрыть это, я повысила голос.
— Ой-ой~? У тебя есть ещё мечты? Почему бы мне не помочь тебе их осуществить?
— Н-нет-нет-нет, я не могу такого сказать!
«Секреты от своей девушки? Это не очень хорошая привычка».
— Не очень по-мужски хранить секреты. Давай, выкладывай, и я помогу~
— П-пожалуйста, отпусти меня!
— Хмм, что же мне делать, интересно~?
«— В тот день я полностью забыла об "игре" и просто наслаждалась разговором с кем-то, кроме своей семьи».
＊＊＊
7
— Хмм…? Значит, эта деталь идёт сюда.
Настала ночь, в день, когда я начала называть Харуто-куна по имени. Я сидела за своим столом, вкладывая душу в сборку той пластиковой модели.
— Ах, её руки соединились! Может, это не так сложно, как я думала.
Я отделяла детали и соединяла их согласно инструкции. Да, это на самом деле довольно весело. Я никогда не осознавала, но мне нравится эта тонкая ручная работа. Она возвращает меня к урокам рисования и ручного труда в начальной школе. Что касается инструментов, необходимых для сборки этой модели, я одолжила их у папы. Когда я сказала ему зачем, он предложил помочь, но я отказалась.
Я знала, что такая любительница, как я, не сможет создать шедевр модели, но мне очень хотелось сначала собрать одну самой. По крайней мере, эту модель, которую я получила от Харуто-куна. Почему-то папа сделал сложное выражение лица, когда передавал мне инструменты.
«Это мальчик? Говорят, что девушки начинают интересоваться хобби своего парня…»
Он продолжал что-то бормотать и пошёл к маме. Он выглядел очень потрясённым, но я понятия не имела, с чем это было связано. Я вспомнила об этом, когда уже почти закончила собирать пластиковую модель. Наконец, большинство деталей были соединены. Теперь мне просто нужно наклеить наклейки и дать ей держать оружие и щит…!
— Ладно, я сделала это!
«Сколько времени прошло с тех пор, как я что-то сделала сама? Я так горжусь собой».
— Тот Джа… что-то там в комнате папы был довольно крутым, но я предпочитаю этот!
«О да, мне нужно сфотографировать и отправить Харуто-куну! Я уверена, он будет рад. Он всё ещё переживал из-за всего этого дела с подарком, так что это немного развеет его чувства! Загрузить в LINE — отличная идея, но я хочу показать ему фотографию лично. Так я смогу насладиться его лицом и реакцией в реальном времени».
— Эхехе, не могу дождаться.
«Что мне приготовить на завтрашний обед? Он сказал, что всё вкусно, но готовить одно и то же всё время — это то, чего мне хотелось бы избежать. Я хочу, чтобы он думал обо мне как о девушке, которая хорошо готовит».
— Хмм… это довольно затруднительно.
«О да, который сейчас час?» Я посмотрела на часы… 9 вечера. Обычно я бы не ложилась ещё немного, но… да, на сегодня я пойду спать! Пожалуй, я просто приму ванну завтра рано утром. Так я буду чувствовать себя намного чище, и я хочу, чтобы он видел меня красивой.
…Если подумать, с тех пор как я с ним познакомилась, мой график разболтался. Но не казалось, что это плохо.
Я выключила свет и забралась в кровать. Почему-то я чувствовала странное возбуждение. Я знала, что нужно спать, и всё же мои глаза совсем не устали.
— Ахх, не могу дождаться—
— Наступления завтра.
＊＊＊
¹ Красный рис часто готовят по праздникам.
² Yakult, японский подслащённый молочный напиток.
Глава 5: Асахина Вакаба и её замечательный парень.
— М-м-м, какая сегодня хорошая погода! Идеально для дороги в школу!
Одно только взглянуть на голубое небо — и настроение поднимается. Вот каким должно быть утро. Солнечный свет, проникающий в окно, давал мне заряд энергии, так необходимый так рано.
— Футаба, я пошла, ладно? Поторопись.
— Вавава, подожди секунду, Одээ-тян! — Футаба чуть не упала, догоняя меня.
— Мама, я пошла!
— Я т-тоже!
«Надо спешить! Даже обуваться — такая трата времени!»
— Ладно тогда, увидимся позже. Осторожней по дороге! — крикнула я сестре — но, что странно, ответа не последовало.
«Может, я оставила её в прихожей?»
Я обернулась и увидела, что Футаба разглядывает меня подозрительным взглядом.
— Ты в последнее время изменилась, Одээ-тян.
— Д-да, думаешь?
— Ага. То, как ты говоришь, твой тон — стал немного мягче.
— Э…?
— И мне такая Одээ-тян нравится куда больше! — Футаба усмехнулась, говоря это.
Она почему-то выглядела очень счастливой. Но что именно она имеет в виду? Мне казалось, что я веду себя как всегда.
— В общем, увидимся позже, Одээ-тян!
Я посмотрела, как Футаба уходит в противоположную сторону, и тоже двинулась в путь. Проверив время на телефоне: 7:15 утра. Недавно в это время я бы ещё валялась в постели. «Если подумать, я, наверное, и правда веду себя странно».
«В любом случае, в таком темпе я точно приду в школу раньше Харуто-куна!»
Я заметила место, где мы обычно расходимся. Цель уже почти достигнута. Мои ноги двигались всё быстрее и быстрее —
— Ах…? — я издала озадаченный возглас.
Я чувствовала себя бегуном на предельной скорости, а победитель уже ждал; мой круглолицый парень, Ирума Харуто-кун… Он снова опередил меня сегодня!? От досады мне захотелось затопать ногами, как маленькому ребёнку.
— А, Вакаба-сан! Доброе утро!
Харуто-кун заметил меня и помахал рукой. Что это за самодовольная ухмылка? Я надулась и пожаловалась.
— Я правда думала, что сегодня у меня получится! С каких пор ты тут ждёшь!?
— Хе-хе-хе, твоей тренировки всё ещё недостаточно! Не недооценивай великого Харуто!
«Уф, как досадно! Хотя я была так уверена!»
— Запомни мои слова, завтра я тебя точно обгоню!
— Хе-хе-хе… Посмотрим! Наверное, завтра я услышу то же самое! — Он явно хвастался, но мне это не было неприятно.
— …Хватит уже! Я всё равно копуша.
— О-мой, о-мой, кто-то надулся?
Хотя его жест, брошенный на меня искоса, был довольно раздражающим, я всё равно улыбалась.
— Я совсем не надулась! Я не ребёнок! И ещё!
— И ещё?
Мне нужно было ему кое-что сказать. Я глубоко вздохнула.
— …Я забыла тебе сказать. Доброе утро, Харуто-кун. — Я подарила ему самую лучшую улыбку, на какую была способна.
— У-Уф…! Эта внезапная атака нечестна!
— Попался~
Прошла уже неделя с тех пор, как мы начали называть друг друга по именам. Сначала это было ужасно смущающе, но теперь мы привыкли. «Наверное, люди ко всему могут привыкнуть». Когда я показала ему самодовольную усмешку, он был вынужден отвести глаза. Сколько бы раз я ни видела, покрасневший и смущённый Харуто-кун всегда милый.
— Фуфу, так тебе и надо. В общем, пойдём в школу!
— Серьёзно, я не могу с тобой соперничать.
Я пошла рядом с ним. То неохотное чувство, что было у меня раньше, теперь исчезло. И всё же, не знаю почему, иногда я чувствую странную неловкость. Грудь согревается, а щёки начинают гореть. Что это за эмоция, эти чувства… я сама не понимала.
— Сегодня утром было тяжело. Папу снова отругала мама…
— Непринуждённые разговоры.
— Ты правда любишь свою семью, Вакаба-сан. Не могу не восхищаться этим каждое утро.
— «Я счастлива, когда вижу его улыбку».
Поэтому я могу сказать это с полной уверенностью. Дни, что я провожу с Харуто-куном, — моё сокровище, и они заставляют моё сердце биться от волнения.
＊＊＊
Большая перемена. Мы закончили наши обеды и направлялись обратно в класс 1-1.
— Ты снова всё съел сегодня~
— Ну, я никогда не устану от твоей готовки, Вакаба-сан.
Болтая о том о сём, он открыл дверь класса.
— О, Асахина-сан. Хорошо потрудились. Наверное, было тяжело…
— Кричите о помощи, если больше не можете терпеть, ладно?
Иидзука-сан, стоявшая у входа, вместе с девушкой с хвостиком — Кудзё Канами-сан — поздоровалась со мной, обе улыбаясь.
— Вы, паршивцы… можете не обсуждать кого-то прямо рядом?
— Просто прими зависть. Вместе обедать с девушкой — этому стоит позавидовать. Верно, Братик?
— Согласен. Посмотри на эту диаграмму. Вот здесь — классовая иерархия. Помни, что всегда найдутся те, кто возмущается, когда другой парень флиртует с девушкой.
— Ага. Короче, такие люди, как мы. — Братья Датэ осклабились.
— Ахаха, это именно то, чего я ожидал услышать. В общем, Харуто-кун, увидимся после школы… Всем спасибо, что приняли участие!
— Понял~ — Харуто-кун помахал рукой с улыбкой, а другие ученики проводили меня тёплыми взглядами.
Я чувствовала себя прекрасно, даже начала напевать про себя. Но это длилось лишь до тех пор, пока я не добралась до своего класса. Придя на своё место, моё приподнятое настроение мгновенно испарилось. «Наверное, на сегодня большая перемена закончилась. Отныне мне придётся сидеть здесь в муках, ожидая конца уроков». Только я подумала об этом, как Нанасэ-сан заговорила со мной.
— Ты и правда стараешься теперь, да? Рада видеть, что ты настроилась серьёзно.
— …Чего?
На секунду я не поняла, о чём она говорит.
— Каждый день готовишь ему обед, не скажешь, что не стараешься. Хотя это ради игры, я бы не выдержала и секунды рядом с этой жирной свиньёй—
— Что… она только что сказала?
— Жирная свинья…?
Восприняв её слова как оскорбление в адрес Харуто-куна, я непроизвольно бросила на Нанасэ-сан сердитый взгляд.
[[image:/storage/reader-images/d35891726ff1755a86ffd4b794690aab87bc2bfc.jpg]]
— А? Ч-Что? Что это за лицо… Ах, тебе так не понравилось? — Нанасэ-сан, видимо, неправильно истолковала мои действия и согласно кивнула. — В последнее время мне было не очень весело, но такое твоё лицо — свежо, так что продолжай в том же духе. Мне не надоедает пара «унылая девчонка и мерзкий отаку». — Она наговорила, что хотела, и вернулась на своё место.
Я продолжала смотреть на неё с неодобрением и сжала кулаки под партой… «Иначе, возможно, не смогла бы сдержаться». Подумать только, что я, которая раньше так же не любила Харуто-куна, в конце концов буду чувствовать себя так. Я знала, что не имею на это права — но не могла не наполниться гневом. Ярость бушевала внутри моего тела, когда —
— Э-эм… Асахина-сан.
— Иик!
«Ч-что за неожиданность! Кто!? Откуда!?»
Я повернула лицо к источнику голоса. Не заметив, рядом со мной стояла ученица. Она была на целую голову ниже меня. Она дрожала с ног до головы, похожая на маленького щенка. Она мила в другом смысле, нежели, например, Сёдзи-сан.
— Эм, вы… Ядзима-сан?
— Д-да, верно.
Из глубин памяти я извлекла это имя. Эм-м… Кажется, её зовут Ядзима Рури-сан. Мы почти не общались, хоть и были одноклассницами, так что я почти забыла. Она, кажется, держится на расстоянии от Нанасэ-сан, поэтому раньше меня не трогала… Интересно, что ей сейчас нужно.
— Так у вас есть ко мне дело?
«Может, Нанасэ-сан и другие заставили её что-то сделать?»
Предположив это, я посмотрела в их сторону — Ах, их там нет. Может, они пошли в туалет? Группа Нанасэ-сан исчезла. Тогда почему Ядзима-сан говорит со мной?
— Эм, вам же тяжело, Асахина-сан? Вас заставляют встречаться с тем Ирумой-куном…
— !
Мой прежний гнев готов был вернуться со словами Ядзимы-сан. Но прежде чем я успела что-то сказать, глаза девушки наполнились слезами. Крупные капли упали на пол — Постой, почему!?
— Я-я… извините…!
— Ч-чего, эх, что случилось!? — В панике я протянула ей свой носовой платок.
Ядзима-сан с недоумением посмотрела на него, но с благодарностью приняла и вытерла глаза.
— Я не знаю, что происходит, но давай успокоимся, ладно? — Я потёрла ей спину, как делала это с Футабой, когда та была младше.
Ядзима-сан ещё какое-то время всхлипывала и наконец заговорила со мной, когда успокоилась. Хотя пришлось её много подбадривать и разбирать слова, я наконец уловила основную суть того, что она говорила. Похоже, она сама не хотела участвовать в этой «игре». Но она не смогла набраться смелости остановить эту атмосферу и с тех пор мучилась чувством вины.
— А-Асахина-сан только что было такое страшное лицо…! Я-я боялась, что вы можете покончить с собой, и мне было ужасно от того, что я ничего не могу сделать…!
Оказывается, она не могла больше смотреть на такое обращение изо дня в день. И поэтому обратилась ко мне.
— Понятно…
«Неужели у меня и правда было такое страшное лицо…?»
То есть даже девушка, с которой я почти не общалась, могла это заметить. Я сама этого не осознавала? Я действительно делала это всё это время? Э-эх?
«…Плохо, надо быть осторожнее и не показывать такое перед Харуто-куном!»
— У меня совсем нет силы воли… В тот момент я правда хотела закричать: «Нельзя так делать!» и остановить их. Мне так жаль…!
— Эх, то есть, эмм…? — Даже если ты так говоришь, что я должна тут ответить?
Невольно я отвела глаза от Ядзимы-сан и увидела реакцию других одноклассниц. Им, наверное, любопытно, о чём мы говорим, потому что все периодически поглядывали сюда. Там много учениц, которые обычно следуют за Нанасэ-сан. Но, встретившись со моим взглядом, они все снова отводили глаза. Это была сюрреалистичная картина… и в то же время для меня понятная.
Никто из них не хочет встречаться со мной взглядом. Если они сделают один неверный шаг, их будут травить так же, как меня, и навяжут эту игру. Поэтому они присоединились. Ядзима-сан, должно быть, одна из них. Но в ней было чуть больше доброты. Поэтому она набралась смелости и заговорила со мной.
Будь я прежней, я могла бы отнестись к ней враждебно. Ничего не говоря, когда дело дошло до дела, она вела себя как жертва. Я наверняка отнеслась бы к ней так. Но сейчас мне не хочется этого делать. Скорее, мне было её жаль.
— Ядзима-сан, пожалуйста, поднимите голову.
— …Э?
— Со мной всё в порядке. Хотя всё немного сложно, вам не стоит беспокоиться обо мне, ладно?
— Н-но… но…
Я приблизилась к уху Ядзимы-сан и прошептала.
— Ирума-кун на самом деле очень добрый человек. Слухи абсолютно ложны.
— Э?
— Если вам действительно жаль того, что вы сделали… тогда не думайте о нём плохо. Это всё, о чём я прошу.
— А-Асахина-сан, вы на самом деле любите—!?
«Хм? Почему она так шокирована?»
Она прикрыла рот рукой, что-то бормоча себе под нос. Но когда я спросила, о чём она говорит, я услышала знакомые голоса из коридора. Это группа Нанасэ-сан.
— А теперь возвращайтесь на место. Если нас увидят вместе, будет сложно.
— Асахина-сан, я правда виновата… — Девушка ушла, вытирая слёзы.
В то же время я почувствовала, что успокоилась. Настолько, что у меня даже появилось время беспокоиться о Ядзиме-сан. «Когда и как я так изменилась?» Я попыталась найти причину, и тогда его лицо всплыло у меня в голове.
Сердце забилось чаще, а лицо загорелось. «Серьёзно, что со мной происходит? Как я… к нему отношусь…?»
＊＊＊
2
Как всегда, мы вдвоём шли домой. Разговаривая с Харуто-куном, даже долгая дорога из школы кажется мгновенной. Ах, я уже вижу её конец. Значит, сегодняшнее приятное время закончилось. Обычно мы проводили бы какое-то время у станции, но поскольку у Харуто-куна были срочные дела, сегодня нам пришлось расстаться здесь.
Конечно, Харуто-куну было неловко, и он извинился, но я тепло улыбнулась и сказала не беспокоиться. Помахав друг другу руками, мы разошлись. По дороге домой одной, не прошло и десяти минут после расставания, как я получила сообщение от мамы.
— Она хочет, чтобы я купила ингредиенты для сегодняшнего набэ, пока ещё не дома, да. Я посмотрела на присланный список и прикинула цену за всё это. Это не много, и я смогу унести в обычном пакете. Денег при мне тоже должно хватить.
— Но придётся вернуться.
Поблизости нет ни круглосуточного магазина, ни супермаркета. Мне нужно вернуться к вокзалу. В супермаркете там должны быть хорошие скидки.
Немного пройдя, я добралась до торгового района. Приближался конец года, было по-прежнему оживлённо, как и люди, проходящие мимо. Кстати, скоро Рождество. Иллюминации украшали дома вокруг, действительно прекрасное зрелище.
«Рождество, хм. В этом году у меня есть Харуто-кун, так что, может, это будет только мы вдвоём… У него дома я могу показать свои кулинарные навыки. Когда он наестся, я подарю ему подарок. Когда я буду вручать, наши пальцы соприкоснутся. Он потянет меня за руку, и наши тела сблизятся—»
— …Стой, нет-нет-нет! Мы же не такие! — Я тряхнула головой.
«Какие фантазии у меня в голове? Ахх, сердце так сильно бьётся. Покупки, вот что мне нужно делать! Эм, супермаркет это…»
— Т-Там он — Эх?
«Это же Харуто-кун — с кем-то?»
По привычке я спряталась в тени. Что касается причины, то рядом с Харуто-куном была красивая девушка. У неё были длинные белые волосы, тонкие щёки и миндалевидные глаза, что создавало спокойный и прохладный образ. Однако, вопреки этой атмосфере, она весело улыбалась, что полностью меня очаровало.
«Интересно, сколько ей лет. Если предположить, она не так уж далеко от моего возраста».
Двое не знали, что я наблюдаю издалека, и продолжали разговор. Они что, в середине покупок? Харуто-кун нёс в руках два больших пластиковых пакета.
— Мы собираемся купить ещё больше? Я столько не унесу…
— О чём ты! Настоящее дело только начинается! Ты же обещал пойти со мной, да? Если руки замёрзнут, используй рот в следующий раз.
— Я не говорил, что буду работать до смерти. Серьёзно, рабовладелец. — Харуто-кун говорил так, будто жаловался, но лицо говорило об обратном.
«О-он никогда не показывал мне такое выражение лица раньше! Это его Онээ-сан? Нет, он никогда о ней не упоминал. Может, тогда младшая сестра? Но она для этого слишком высокомерна. Если она действительно его младшая сестра, мне придётся усомниться в её выборе слов в адрес старшего брата. Может, тогда они друзья? Но не слишком ли они близки…?»
— В общем, пошли! Далее — магазин алкоголя!
— Гэ! Н-не надо удушающих приёмов, пожалуйста! Я умру!
«Аххх!? Ч-что это такое!? О-она обхватывает руками шею Харуто-куна! И так естественно! И он не выглядит так, будто ему это не нравится. Даже я ещё этого не делала! Нечестно, нечестнооо!»
Моё тело затряслось от гнева и паники. У него что, был кто-то ещё, с кем он близок? Он что, согласился на моё признание только из жалости…? Д-да, это имеет смысл! Он такой замечательный человек, нет сомнений, что у него две или три девушки! Ахх, что делать, что делать.
Пока я металась, двое снова пошли — Постой, постой! Рефлекторно я бросилась за ними… и споткнулась.
— Аба!?
— Эх?
«Проклятая моя неуклюжесть! Почему всегда так получается?»
— Ой… Я-я прикусила язычок…
— Вах, ты в порядке — Стой, Вакаба-сан!?
Он, должно быть, услышал звук моего падения, потому что Харуто-кун подбежал ко мне.
— Ах…!?
«Ч-что мне делать!? Он узнал!?»
— Ты в порядке? Это был довольно громкий звук…
— Я-я совершенно в порядке! Совершенно в порядке! — Я панически встала, изображая стойкость.
Язык ещё немного болел, но я проигнорировала это.
— Т-Так ли… Рад это слышать. — Харуто-кун протянул руку к моей голове, смахивая листья или грязь, свисающие с волос.
Когда его пальцы коснулись моей щеки, он замер и лихорадочно отдернул руку.
— Ах, извини! Я просто, ну…
— Н-нет, всё в порядке! С-спасибо…
Почему-то мне стало странно неловко, и я потёрла свою руку по щеке, которую он только что коснулся. Я случайно подняла взгляд, а он как раз смотрел на меня сверху вниз. Наши взгляды встретились, мы оба яростно покраснели и отвели глаза.
— Ах, эм… К-кстати!
— Д-да!
— П-почему ты здесь, Вакаба-сан? Разве твой дом не в другом направлении?
— Э-это! Я пришла сюда за покупками — — Я попыталась объяснить, но тут…
— Что случилось, Харуто? …О, а это кто такая?
Она, должно быть, пришла проверить, что происходит, и та девушка приблизилась к нам. Я ещё не подготовилась морально! К-как мне это объяснить?
— Ах, э-эта девушка… моя… девушка.
«Он бьёт напрямую!? Даже не пытаясь скрыть!?»
— Ч-что ты сказал!?
— Ну, эм…!
«П-поле битвы…!»
Я приготовилась к худшему. Но, словно предавая мои ожидания, девушка вспыхнула сияющей улыбкой. Она указала на меня и радостно воскликнула.
— У-у тебя получилось!? Ты заполучил такую красавицу!?
— Э?
— Вах!? Что ты выбалтываешь! И не указывай на неё!
— Не будь таким! Знаешь, я очень волновалась, раз у тебя совсем не было популярности у девушек. Знаешь, сколько подушек я промочила слезами по ночам от жалости? Ахх, я так рада!
«Эх, что? Это не то, что я представляла».
К тому же, эта реакция, почти как…
— Ахх, хватит уже! Ты так смущаешь! Это самоуничтожение до сих пор меня беспокоит, так что хотя бы не мучай меня перед моей девушкой, мама!
— …Хм?
— Хммммммм!? Ч-что?! Э-этот человек… ваша мать, Харуто-кун!?
— Д-да… так оно и есть…
«Не может быть!? Она выглядит на двадцать с небольшим… Даже моложе, если не видеть вблизи! Мои родители рано завели меня и Футабу, но не на таком уровне! Это что, антивозрастное или что!?»
— О-о? Я что, перестаралась? Извини, я разволновалась…
— Н-нет, я в порядке! Скорее, я извиняюсь за свою грубость!
«Я не хочу, чтобы у его матери сложилось странное впечатление обо мне!»
Я запаниковала и опустила голову.
— М-меня зовут Асахина Вакаба! Извините, вы выглядите так молодо и прекрасно, я совсем не поняла…!
— О-мой, я ценю это, даже если это просто любезность. Ты мне нравишься всё больше и больше!
«Т-слава богу… Похоже, наш первый контакт прошёл успешно… вроде как».
— Меня зовут Бидзэн… Ах, нет. Ирума Нацуки, пожалуйста, присмотри за моим мальчиком.
— Ах, да! Приятно познакомиться!
«Погоди, она только что сказала Бидзэн…? Может, мне показалось».
Всё же она живая и достойная восхищения женщина. Как человеку, стесняющемуся других людей, мне не могло не быть впечатлённой этим. В то же время я могла видеть, что она мать Харуто-куна, с похожим на него характером.
— Вы тоже возвращаетесь домой, Асахина-сан?
— Нет, мама попросила меня кое-что купить, поэтому я здесь…
— Понятно, понятно, прекрасная леди! Харуто! Почему бы тебе не помочь ей!
— …Э? То есть, я не против, но как насчёт тебя, мама? — спросил Харуто-кун, слегка обеспокоенный.
Но Нацуки-сан лишь вздохнула, словно не могла в это поверить.
— Какой же ты идиот. Какая разница. Дай мне эти пакеты! Было бы обременительно, если бы тебе пришлось это нести, верно!
— Нельзя, они тяжёлые!
— Не недооценивай меня! Это ерунда. — сказала она, насильно вырывая пакеты из рук Харуто-куна.
— Ты никогда не берёшь свои слова назад, как я вижу! По крайней мере, дай мне нести половину. Мне нужна только одна свободная рука.
— Тьфу, ладно, придётся. Я возьму это.
— Эм, это не выглядит слишком тяжёлым, так что я тоже могу помочь!
«Я не хочу быть слишком навязчивой».
Но у Нацуки-сан уже были другие планы.
— Всё в порядке, всё в порядке! Пусть этот тупой сын делает тяжёлую работу. Он целый год играет в эти эрогэ, у него достаточно сил в руках.
— Гяяяяя! Хватит! Пожалуйста, умоляю! Дорогая мама, хватит!
«Ах, я должна согласиться с Харуто-куном здесь, говорить о вкусах своих детей — табу…»
Но разве у таких игр нет возрастных ограничений? Хотя, она не выглядит матерью, которую бы это слишком беспокоило.
— Давай же, иди с ней уже! Можешь вернуться утром, не спеши.
— Да заткнись уже, мама! Д-давай, Вакаба-сан, просто проигнорируем её!
— Д-да…
Его лицо выглядело так, словно у него случится сердечный приступ, если мы останемся с ней ещё дольше.
— В твоём возрасте я уже носила тебя в своём животе. Нынешняя молодёжь точно медлительна.
— Я не хочу об этом слышать! — Харуто-кун запаниковал от этой оживлённой истории.
«Ч-что мне вообще сказать на это?»
Пока что я могла сказать, что она очень живая мать.
— Ну, неважно. Вы идите в своём темпе и хорошо проводите время. — Нацуки-сан проводила нас взглядом, и мы ушли.
«Меня просто понесло по течению ситуации… это действительно нормально?»
Мне было неловко, что я просто влезла между ними.
— Эм… это было действительно нормально? Чувствую, что просто побеспокоила вас…
— Ах, всё в порядке, совершенно в порядке! Всё бы только обострилось, если бы мы оставались рядом слишком долго.
«Ты так говоришь, но я ничего не могла поделать».
Разговаривая с Харуто-куном, я на мгновение обернулась —
— Ах.
Почему-то Нацуки-сан плакала, улыбаясь нам. Я запаниковала и снова посмотрела вперёд. По щеке пробежала холодная испарина, а сердце начало бешено колотиться. Такое чувство, будто я увидела то, чего не должна была, и тревога охватила мою грудь.
— …Вакаба-сан, что случилось?
— Ах, нет, ничего. Д-давайте поспешим! Там ограниченная по времени распродажа!
Я пошла быстрее. По крайней мере, я хотела, чтобы мы выглядели как подобающие парень с девушкой, пока она смотрела.
— Тебе не нужно себя заставлять. Выглядит тяжело.
— Всё в порядке, всё в порядке! Просто оставь это мне.
Мы закончили покупки и вышли из магазина. Я рада, что смогли купить весь соевый соус, овощи и так далее. Но когда я предложила нести это в одной руке, Харуто-кун настаивал, чтобы он нёс это сам.
— Если она узнает, что я заставляю Вакабу-сан нести это, мама не оставит меня в покое. Просто считай, что помогаешь мне, и позволь мне это нести.
— Нечестно. Если он так сформулирует, я не могу отказать. Я бросила на него суровый взгляд, но он просто проигнорировал его с улыбкой. Не имея другого выбора, мне пришлось оставить эту тему и позволить себя баловать его добротой.
— Итак, раз мы закончили со всеми покупками, почему бы нам не передохнуть и не выпить чаю? Мама уже прислала мне письмо, что она пошла домой, так что никто не ждёт. — сказал Харуто-кун.
Я проверила время. Нам нужно только нарезать и сварить овощи, так что вернуться домой чуть позже не помешает. Ингредиенты тоже не испортятся… «Да, должно быть нормально!»
— Ах, тогда… Может, пойдём в обычную кондитерскую? Я слышала, у них в меню что-то новое.
— О, звучит здорово! Давай так и сделаем!
— Ладно!
Я тоже послала маме письмо, что немного задержусь, так что теперь можно не беспокоиться. Кондитерская довольно близко к нам, так что нам не потребовалось много времени, чтобы оказаться перед ней. Я видела множество клиентов, входящих внутрь, что снова напомнило мне, насколько популярен этот магазин на самом деле.
— А теперь поспешим внутрь. Нам нужно занять места, это самое важное.
— Ты и правда любишь эту кондитерскую, Вакаба-сан. Ладно, тогда пойдём прямо—
— …О? Одээ-тян?
«Хммм? Что это за знакомый голос?»
— Так и есть! Как редко тебя здесь видеть!
— Ф-Футаба!?
«А-опять по такому сценарию? Почему она всегда сталкивается со мной в самый неподходящий момент?»
— Это имя… она…
— Уф… да. Это моя младшая сестра, Футаба.
— Ах, у меня было предчувствие! — Харуто-кун захлопал в ладоши, повернулся к Футабе и опустил голову. — Приятно познакомиться, меня зовут Ирума Харуто!
Хотя это его первая встреча с девушкой, он делал это так легко. Его коммуникативные навыки с другого мира. Но моя младшая сестра не уступит в этом. Она усмехнулась и поклонилась.
— Привет, обращайся хорошо! Я Асахина Футаба! — Как обычно, она излучала энергию.
Дома ли, на улице ли — она всегда одинакова.
— Ты друг Одээ-тян? Редко видеть её с парнем… Ах, это то, о чём я думаю? — В улыбке Футабы появился оттенок лукавства, и она хихикнула про себя. — Он тот, о ком ты думала, Одээ-тян?
— Уф! Это… ну…!
— Не нужно скрывать! Я чую! Ирума-сан, кажется? Спасибо, что присматриваешь за моей Одээ-тян! — Футаба не показала негативной реакции, увидев внешность Харуто-куна.
«Это прекрасная черта моей младшей сестры — не судить людей по внешности».
Честно говоря, мне полегчало. Я знаю, что она хорошая девушка, но иногда она не чувствует настроения, поэтому я боялась, что она может вести себя грубо по отношению к нему.
— Нет-нет, вовсе нет. Твоя Одээ-тян всегда очень добра ко мне. — Харуто-кун посмотрел на меня, усмехаясь.
«Мне не нравится такое развитие».
— Я всегда слышу о тебе от твоей старшей сестры. Что ты энергичная и добрая младшая сестра, та, кем она очень гордится!
— Чего! Х-Харуто-кун!? С чего это вдруг!
— Ооо…? «Харуто-кун», я вижу. — Футаба подхватила мои слова и показала мне усмешку.
В то же время Харуто-кун разразился громким смехом, словно его план удался!
— Ха-ха-ха, ты и правда так легко смущаешься, Вакаба-сан.
— Ах, ты уверен, что должен так говорить? Людям, которые любят дразнить других, завтра на обед достанется только маринованная умэбоси!
— Вах, пожалуйста, нет! Не лишай меня причины с нетерпением ждать завтрашней большой перемены!
— Хммм, интересно, что же мне сделать~?
— Прости, что воспользовался случаем, чтобы подразнить тебя! Пожалуйста, найди в своём сердце доброту, чтобы простить меня!
«Как и думала, разговаривать с ним всегда весело, от этого на душе становится уютно».
— …Не может быть. Я никогда не видела, чтобы Одээ-тян так разговаривала дома. Какую же магию ты использовал? Гррр, ты более удивительный, чем я думала, Ирума-сан.
«Ах, плохо, я совсем забыла о Футабе».
— Извини, я просто слишком увлеклась.
— Нет-нет, я не против. Я рада видеть, что вы так близки. Чувствую зависть, хе-хе-хе.
— Опять ты… — пожаловалась я.
«…Ну, в конце концов, мне придётся представить Харуто-куна семье, так что, может, встреча с одной Футабой здесь была удачей».
К счастью, Харуто-кун и Футаба, кажется, ладят.
— Эй, Футаба? Мы планировали съесть тут пирожное, так почему бы тебе не присоединиться?
— Ах, понимаю! Какое совпадение! Мы как раз сами сюда пришли. Если вы не против, что мы помешаем, мы с радостью составим вам компанию!
— Ты пришла с друзьями?
— Да… Ах, плохо! — Футаба побледнела. — Я побежала к Одээ-тян, потому что случайно увидела тебя, и забыла об остальных! Оставим Тина-тян, Кадзутти, наверное, злится.
«А-как всегда, она слишком прямолинейна».
— Эй, Футаба! Куда ты делась, бросила нас!
— Ваах, извини!
Вместе с разгневанным голосом к нам подошли три девушки.
— …Ну и ну, с тобой всегда одно и то же! — Девушка с косичками, по-видимому, лидер группы, встала перед нами.
Она, должно быть, привыкла к личности Футабы, вот такой. Извините, что моя младшая сестра всегда доставляет вам хлопот…
— Извини, Харуто-кун, Футаба всегда так опрометчиво себя ведёт…
…Хм? Что такое? Харуто-кун просто смотрел на девушку с косичками. Он что, очарован ею…? «Не может быть, правда?»
— Ахаха, ты как всегда быстра на ногах, Фута-тян…
— Успокойся, Кадзухо. Твои морщины только увеличатся.
Пока я пыталась расшифровать реакцию Харуто-куна, появились две другие девушки позади девушки с косичками, присоединившись к разговору. Они пытаются её успокоить… или подлить масла в огонь? На одной были очки, у другой была короткая стрижка. Эти трое, по-видимому, были подругами Футабы — «Постой, я же видела их раньше?»
…Ах, точно! Недавно, когда я видела Футабу перед круглосуточным магазином, с ней были эти трое. Раз они снова с Футабой, они, должно быть, довольно близки. Пока я их разглядывала, я случайно встретилась взглядом с девушкой с короткой стрижкой.
— Хмм? А это кто такая? — Она наклонила голову в недоумении.
Поскольку мы с Футабой почти идентичны, она может быть сбита с толку, что объясняет, почему она несколько раз моргнула, глядя то на меня, то на Футабу.
— Ах, я вас представлю! Это моя Одээ-тян, Асахина Вакаба! — Футаба подняла обе руки, представляя меня.
Позади меня Харуто-кун захлопал в ладоши, аплодируя появлению моей младшей сестры. Эти двое, что ли, на одной волне?
— Вы и правда похожи. Приятно познакомиться, я Тооно Юкари. — Девушка в очках вежливо поклонилась.
— Я Аримори Кадзухо. Юкари — моя давняя, хотя и невольная, подруга. — сказала она, похлопывая Тооно-сан по голове.
— Меня зовут Нитта Тинацу, буду рада общению. Должна сказать, у неё есть эта милость маленького животного, в отличие от Футабы~ — Девушка с короткой стрижкой — Нитта-сан — показала тревожащую усмешку и протянула мне руку.
«…Я её немного боюсь».
— Что ты ей говоришь при первой встрече? Извини за это, Вакаба-сан. — Аримори-сан, должно быть, заметила мою испуганную реакцию и шлёпнула Нитту-сан по голове. — …Погоди, этот парень, что с тобой. — Аримори-сан оборвала себя на полуслове.
Похоже, они наконец переключили внимание на Харуто-куна.
— Ах, этот человек сейчас встречается с Одээ-тян. Его зовут Ирума Хару—
— Не может быть…! Ты правда Ирума!? — Аримори-сан внезапно уставилась на Харуто-куна, выскочив перед ним.
— Т-Точно! Это правда Ирума-кун! Почему ты здесь!? — Даже Тооно-сан показала озадаченную реакцию.
«Я-я что, воображение, или я вижу слёзы в уголках её глаз…?»
— Я так и думал. Аримори-сан и Тооно-сан, хм. Давно не виделись. Рад видеть, что у вас всё в порядке, да.
— Х-Хм? Харуто-кун, вы их знаете…?
Они вели себя так, будто наткнулись на умершего человека, так они паниковали. В ответ Харуто-кун выглядел немного напряжённым. Скорее, он, казалось, чувствовал себя неловко…?
— Давно не виделись~~~, мой зад, придурок!
— Мы правда за тебя волновались, Ирума-кун…!
Казалось, облегчённо, они оба вздохнули.
— Ты же сменил номер телефона и адрес почты, верно? У нас не было возможности связаться с тобой, так что мы не знали, чем ты занимаешься!
— Ч-что случилось, вы двое? Оставим Кадзухо, редко видеть Юкари такой возбуждённой…
— Т-Точно. Кадзутти, что случилось?
Футаба и Нитта-сан остались в недоумении от реакции своих подруг. Они, по-видимому, тоже не знали обстоятельств. «Это что, внезапно разгорающееся поле битвы?» Я посмотрела на Харуто-куна в надежде на помощь.
— …Нет, ничего. Я учился с ними в одной средней школе, но перевёлся посередине. — Харуто-кун, должно быть, осознал назревающую бурю, и начал объяснять. — Аримори-сан, Тооно-сан, извините, что ушёл вот так, хотя вы меня опекали! Много всего случилось, понимаете. Я хотел хотя бы показаться на выпускном, но не успел! — Харуто-кун сложил ладони вместе, извиняясь перед ними.
Но они оба молчали, не показывая никакой реакции на Харуто-куна. Они что, всё ещё злятся? Я так подумала, но их глаза были широко раскрыты, словно они были ошеломлены чем-то. Интересно… они выглядят очень удивлёнными…?
— Это просто… понимаешь?
— Ах, д-да.
Харуто-кун подмигнул им обоим, на что они посмотрели друг на друга и кивнули. Что это был за многозначительный взгляд? Что между ними произошло? Почему я чувствую, что меня тут оставляют в стороне? …Хмпф.
— Ах, извини. — Харуто-кун уловил мой взгляд и ободряюще улыбнулся. — Не стоит волноваться, я пойду за тобой всю оставшуюся жизнь, Вакаба-сан! Потому что я без ума от тебя!
— Чего!?
«И-идот! Почему он просто так это говорит!?»
— Серьёзно, моя девушка бывает такая ревнивая, как мило! — Харуто-кун произнёс это с интонацией «Быть популярным — проклятие».
— Ч-что с тобой не так! Т-ты же играешь в те похабные игры, которые от меня скрываешь! Не думаю, что у тебя есть право вести себя тут как мистер Красавчик!
— Вавава! Т-ты же обещала никому не говорить, да!? — Маска популярного парня мгновенно спала с лица Харуто-куна.
Действительно, это тот парень, которого я знаю.
— Ах, Онии-сан, ты играешь в эроге?
— Ах, ну… Как джентльмен…
Глаза Нитты-сан загорелись, и она подошла к Харуто-куну.
— В какие жанры играешь? Мне очень нравятся тренировочные и дисциплинарные типы!
— Нет, я специалист по чисто романтическим играм! Я отвергаю любые дьявольские жанры!
— Ты просто сдерживаешься, потому что перед своей девушкой, да? — Нитта-сан издала смешок старика.
Наблюдая за этим, Футаба вздохнула.
— Тина-тян всегда сходит с ума, когда тема переходит на это. Кстати, разве это не игры 18+…?
Вопрос Футабы был ловко проигнорирован, и Нитта-сан продолжила разговор с Харуто-куном. Насколько я поняла, ей нравились игры и аниме. Даже несмотря на то, что это была их первая встреча, она и Харуто-кун очень хорошо поладили.
Хотя, старшеклассник и старшеклассница, обсуждающие игры 18+ перед кондитерской, — это действительно довольно сюрреалистичная сцена. Клиенты, проходившие мимо, бросали на двоих недоумевающие взгляды и заходили в магазин… Это ведь не считается, что они мешают бизнесу кондитерской?
Я немного волновалась, но Футаба тоже присоединилась к разговору, не обращая внимания на окружающих. Неожиданно, Футаба иногда играет в игры (не похабные!), так что у неё не было проблем следить за беседой. У неё действительно нет проблем ни с кем поладить. «Мне может быть немного завидно».
«…Может, мне стоит побольше узнать об аниме и играх?»
Я подумала, что делать, и когда перевела взгляд на Аримори-сан и Тооно-сан —
— О-он изменился, да…
— Он… как другой человек.
Они наблюдали за Харуто-куном. «Ахх, я больше не могу! Мне нужно знать!»
— Э-Эм! Вы двое были… одноклассниками Харуто-куна… да?
— Э? Ах, да.
— Каким он был в средней школе?
— В средней школе? Хмм… — У Аримори-сан появился отстранённый взгляд. — Как бы это сказать, он сейчас совершенно другой. Тогда он вёл себя куда более робко и был скорее интровертом.
— Да, он был очень взрослым. И когда что-то случалось, Намикава-кун его прикрывал… — Вслед за Аримори-сан Тооно-сан улыбнулась.
«Эх, Харуто-кун был таким тогда? Это почти как—»
— Но он работал над собой, этот Ирума-кун.
— Верно. Когда мы перешли во второй класс, он стал более расслабленным и с ним было легче общаться… хотя временами всё ещё был довольно робким. Я всегда думала, что ему стоит поработать над своей постоянной нерешительностью.
— Кстати, вы же с Намикавой-куном часто помогали ему с учёбой и домашкой, да.
— Он был совершенно безнадёжен, так что мне пришлось. В благодарность он помогал мне с английским. У людей есть сильные и слабые стороны, наверное.
Они посмотрели друг на друга с ностальгической улыбкой.
— Ему всегда было неловко, но его отец — учитель английского, так что, наверное, он был хорош в этом. Раз у него не было матери, ему приходилось вести всё домашнее хозяйство, что не оставляло много времени на учёбу.
— Э?
«У него… нет матери? Эх? Но, только что…»
— Э-Эм! Можно спросить о семье Харуто-куна…?
— Он, по-видимому, жил вместе с отцом. Когда этот робкий Мандзю говорил о своём старике, у него было такое довольное лицо.
— Да, я действительно чувствовала его любовь к отцу, и всё же случилось такое…
Тут двое замолчали. Они отвели лица, стиснув зубы.
— Ч-Что!? Что случилось!?
— В-вы не знаете!? Ах, уф, это плохо…
«Я, видимо, услышала то, чего не должна была, но я не могла остановиться, раз зашла так далеко».
— Пожалуйста, расскажите мне! Что именно случилось…!
«Это может быть что-то, что меня не касается. Потому что, если Харуто-кун мне не рассказал, мне, наверное, не нужно знать. Но я всё равно…!»
— Когда он был на втором году в средней школе, его травили. Он упал с лестницы и повредил ногу. К счастью, ничего не сломал, но ударился головой, так что его отправили на проверку в больницу. — Аримори-сан, должно быть, увидела, как я отчаянна, и начала объяснять. — Туда его отец поспешил домой с работы от беспокойства. Но, поскольку он паниковал, не заметил грузовик, едущий на перекрёстке… и погиб в аварии.
— !
«Ч-что… Я никогда об этом не слышала… Он никогда—»
«Ну, когда он злился, то был довольно строгим, но он всё равно мой важный старина».
— Ах…
«Верно, почему я никогда не замечала? Когда он говорил об отце, Харуто-кун всегда использовал прошедшее время…»
— Ирума-кун винил себя в смерти отца. Он даже не слушал Намикаву-кун. А мы могли только наблюдать.
— После похорон он просто перевёлся, никому не сказав. Похоже, у родителей Намикавы-куна был перевод по работе, и он уехал с ними… но, даже если они друзья детства, мне было трудно в это поверить.
У меня не было слов. Подумать только, что такое случилось в его прошлом.
— Но, кажется, сейчас у него всё хорошо, так что я облегчена! Это, случайно, не благодаря тебе?
— Да, согласна! Большое спасибо, Асахина-сан!
«Нет. Я ничего… не сделала. Напротив, я просто…»
«Да, верно. Мы довольно близки».
— Ах…
«Мой папа очень добрый и с ним всегда весело!»
— Ааах…
«А как насчёт твоей семьи, Ирума-кун?»
— Аххххххххххххххххх!
«Сегодня утром было тяжело. Папу снова отругала мама…»
«Ты правда любишь свою семью, Вакаба-сан».
— …!
«Я не знала…! Но я всё равно…!»
«Не могу не восхищаться этим каждое утро».
— Эй! Ты в порядке!? Ты вдруг такая бледная! — спросила Тооно-сан, растерянная.
— Н-Нет, я в порядке, ничего…
— Эх, Одээ-тян!? Что случилось! Кадзутти сказала тебе что-то странное?
— Я-я ничего не делала! Я просто немного поговорила об Ируме…
К Футабе подошла Аримори-сан, лихорадочно качая головой. «Верно, она не сделала ничего плохого».
— Я в порядке… Правда… — Я опустила лицо, и сказать эти слова было лучшим, на что я была способна.
Моё сердце колотилось так быстро, что стало больно. Ноги дрожали, я чувствовала, как воздух в горле застревает —
— Э? — Моё поле зрения внезапно потемнело.
Белая ткань закрыла мне глаза и уши.
— Почему бы нам не отложить чаепитие на сегодня и не пойти домой? Вот, вытри пот.
Я подняла голову на звук голоса и увидела рядом с собой Харуто-кун. В руке он держал белый носовой платок. Встретившись с его обеспокоенным взглядом, я могла только кивнуть.
＊＊＊
3
Мы с Харуто-куном шли по вечернему городу после того, как расстались с Футабой и её подругами. Футаба настаивала на том, чтобы пойти с нами, вероятно, из беспокойства, но я не могла на это согласиться. Я не хотела нарушать их веселье из-за своих эгоистичных чувств. Мне очень хотелось, чтобы Харуто-кун тоже пошёл домой, но он почему-то упорно не оставлял меня одну.
И, без какого-либо разговора, между нами воцарилась неловкая атмосфера — когда Харуто-кун остановился.
— …Извини. Я не специально это скрывал.
— Э?
— Я просто не хотел, чтобы ты волновалась.
— Ты слышал…?
Ошеломлённая, моё сердце почти перестало биться. Если так, как мне вообще надеяться извиниться? Я узнала чужой секрет без его согласия. У него есть полное право злиться.
— У меня на самом деле хороший слух. Хотя, вы говорили довольно громко. Ах, твоя младшая сестра и подруга, наверное, не слышали, так что не беспокой—
— Я, наверное, была бестактна… всё это время, да? Прости! — Я почувствовала, как вот-вот хлынут слёзы.
Я глубоко ненавидела себя и ту, кем я была.
— Харуто-кун, тебе пришлось пройти через так много, а я просто…!
— Вакаба-сан…
— Ты, наверное, ненавидишь такую унылую, бестактную девушку, как я… да?
Кто мог полюбить такую девушку, как я. Я заслуживаю травли. Даже сейчас я продолжаю причинять ему боль, не в силах ничего сделать, чтобы облегчить его страдания. Я не могла даже смотреть на Харуто-куна.
— Я-я просто—
— Вакаба-сан!
— Э…? — Я вскинула голову от неожиданности и увидела, как Харуто-кун смеётся.
— Что это за унылое лицо? Ты снова планируешь меня подразнить, да? — Он отвел лицо, словно надулся.
— К-Конечно нет! Я пытаюсь быть серьёзной—
— Серьёзной? Это слишком смешно, я умираю от смеха!
— Ч-что в этом такого смешного?
— Та история закончилась два года назад. Даже если ты сейчас её поднимешь, я воспринимаю это просто как воспоминание, не более. — Харуто-кун покачал головой.
— Т-Так не может быть…!
— Ты сама расстраиваешься и впадаешь в депрессию из-за этого? Ха, что дальше? Я должен теперь тебя ненавидеть? В каком мире!? — Харуто-кун пытался сдержать смех, держась за живот. — К тому же, никакой такой тупица, как я, не стал бы зацикливаться на подобном. Не бывать! Если бы я был таким парнем, я бы не болтал об эроге на вступительной церемонии и меня бы в результате не выгнали. Не недооценивай легенду, которую я создал. — Харуто-кун поднял большой палец. — Я скрыл это от тебя, а ты случайно услышала, так разве мы не квиты? Если тебе всё ещё неловко, тогда приготовь мне роскошный обед!
«…Его ложь была слишком легко читаема».
Просто что-то из прошлого? Эти раны тебя не беспокоят? Тогда почему у тебя был такой одинокий взгляд, когда ты смотрел на спины Тайти-куна и его отца? Я снова была ошеломлена его добротой, когда лицо Харуто-куна стало серьёзнее.
— Мне нравится Вакаба-сан, которая рассказывает о своей семье.
— Э…?
— Улыбка, которую ты мне показываешь, когда рассказываешь о своём отце, матери и младшей сестре… я люблю её.
«Чего—!»
— П-Поэтому тебе не нужно об этом беспокоиться! Наоборот, я хочу слышать ещё больше! Потому что я хочу продолжать наблюдать за такой Вакаба-сан!
— Харуто…-кун…?
Его доброта прокралась прямо мне в грудь. От этого стало тепло внутри, а сердце забилось чаще.
— Спасибо… тебе…
— Я давно уже думаю, не слишком ли часто ты извиняешься? Ты можешь жить свободнее, Вакаба-сан.
— Хм… Д-Думаешь?
— Скорее, тон, которым ты говоришь со мной, до сих пор не ощущается как у пары. Я задавался вопросом, не заставляешь ли ты себя. То есть, в последнее время стало лучше, но…
«Теперь, когда он это упомянул, это имело смысл».
Если что-то случалось, я сразу же извинялась. Я не знаю, когда это произошло, но, видимо, это вошло у меня в привычку. То же с моей вежливой речью. Я восхищалась мамой и переняла это у неё, но, наверное, именно отсюда моя неуверенность.
«Да. То, как ты говоришь, твой тон — стал немного мягче».
Да, точно. Футаба говорила мне что-то подобное. Я поняла, что стала говорить менее вежливо даже в семье.
— Ты видела мою маму, да? Я не говорю, что тебе нужно стать такой, как она, но ты могла бы у неё поучиться. Хотя, ты могла бы стать как Мифую… Да, не бери её в пример! Если бы ты стала такой, я, наверное, откусил бы себе язык и покончил с собой.
«Ч-что это за младшая сестра такая?»
Мне стало даже немного интересно.
— Верно, говоря о твоей маме — Ах! — Я запаниковала и прервала себя, но он уже догадался, что я хотела сказать.
— Всё ещё переживаешь? Не беспокойся. Мама, которую ты встретила раньше, — моя настоящая мать. Она просто живёт отдельно от меня.
— Ах, так ли! У меня было странное недоразумение…
— Ну, я не могу тебя винить. Дело в том, что до того, как я встретил Мифую два года назад, я думал, что мама мертва. Потому что мой чёртов старина ничего мне не рассказывал.
— Согласно Харуто-куну, вот что произошло.
Его мать… Нацуки-сан изначально не была членом семьи Ирума. Её настоящая фамилия была Бидзэн. Она и Бидзэн Рёити-кун на самом деле кровные родственники. Она родилась в известной семье, но не могла вынести такой образ жизни, поэтому сбежала из дома и там встретила отца Харуто-куна. Из этих отношений родился Харуто-кун.
Однако счастье длилось недолго, так как отец Харуто-куна был обманут доверенным другом и обременён огромным долгом. Чтобы взять на себя этот долг, Нацуки-сан развелась и вернулась в свою основную семью. Там она в конце концов вышла замуж за жениха и родила младшую сестру Харуто-куна. Затем, когда его отец умер два года назад, мать Харуто-куна снова появилась.
— И вот, после многих перипетий я познакомился с Рёити и Юи-сан, и теперь живу вместе с ними, а также с Мифую и мамой. И жили они все долго и счастливо.
В таком случае его младшая сестра действительно оказалась гением, поэтому она часто возвращается в основную семью, чтобы помогать с делами. Честно говоря, это звучало как драма из манги. Можно ли назвать такой конец счастливым? Уверена, ему пришлось пережить нечто, выходящее за пределы моего воображения.
— Ну, знаешь. Всё хорошо, что хорошо кончается. Папы больше нет со мной, но то, чему он меня научил, остаётся. Как заботиться о себе, как готовить мисо-суп. И, больше всего, его навыки английского. Это точно где-нибудь пригодится.
— Кстати, твой отец был учителем английского, да. Одна из твоих мечтаний — пойти по его стопам?
Я вспомнила, как Харуто-кун рассказывал мне о своих мечтах во время нашего первого свидания.
— Н-Нет, не совсем. Мечта, которая у меня есть, не так легко достижима только усилиями…
— О, правда? Тогда какая у тебя мечта?
Судя по его смущённому выражению, это должно быть очень характерное для Харуто-куна желание. Поцелуй… или что-то ещё более похабное!?
— Т-Ты не будешь смеяться?
— Конечно нет.
«В зависимости от содержания, мне, возможно, придётся отстраниться».
— Я говорил, что моя мама вернулась в свою семью сразу после того, как родила меня. Поэтому у неё никогда не было реальной возможности подержать меня, понимаешь. Кажется, она до сих пор переживает из-за этого, и я иногда могу слышать, как она извиняется передо мной во сне. — Харуто-кун посмотрел на небо. — Поэтому я хочу жениться на человеке, которого люблю, создать собственную семью… и затем, когда у меня будет ребёнок, я хочу, чтобы мама нянчила его сколько захочет. Благодаря маме и всем я могу быть таким счастливым, поэтому я хочу показать ей это и поблагодарить.
Мимо нас пронёсся ветерок.
— Это… твоя мечта?
— Д-Да. Она настолько обычная, насколько это возможно, но мне было слишком стыдно, чтобы меня назвали маменькиным сынком, поэтому я никому не рассказывал. — Харуто-кун спрятал лицо. — Т-Ты не будешь смеяться?! Это довольно смущает, я знаю!
— К-Как я могла! Я думаю, это замечательная мечта, так что я буду поддерживать… тебя… Хм?
«Кстати, тогда разве я не—»
«У тебя есть другие мечты? Почему бы мне не помочь тебе их осуществить?»
— Гяяяяяях!?
— Эх, ч-что случилось?!
— Н-Ничего! Совсем ничего! Я просто кое-что вспомнила, да!
«Вааах, заткнись, я! Смотри на Харуто-куна, он становится подозрительным!»
— О, кстати, недавно ты же — Ах. — Он помнит! — Ну… эм.
— Да… эмм…
Нам обоим больше нечего было сказать, и мы просто замолчали. Его лицо уже перешагнуло за красное и горело ярким багрянцем. Естественно, я, наверное, была такой же. Я-я никогда не могла представить, что молчание может быть настолько неловким. Мне было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю!
— Ах, ну…
— Ууу…
…Может, нам… пойти домой?
— …Д-Да! Стало холодно!
Мы встали рядом друг с другом и пошли.
— ………
Наконец, оба, в одно и то же время —
— ………
— мы взялись за руки.
[[image:/storage/reader-images/2876b2b8ef30906642a1af8820b7bfbdec54f7c7.jpg]]
＊＊＊
По дороге домой мы не произносили ни слова. Не было в этом нужды. Мы оба просто наслаждались комфортной и расслабляющей атмосферой между нами. Через его руку я чувствовала его тепло. Моё сердце начало биться с такой силой, что я беспокоилась, не услышит ли он.
Солнце уже начало садиться, и оранжевый свет создавал тени за нашими спинами. Сегодня, всё время — Нет, не только сегодня. Я по-настоящему благословлена тем, что встретила Харуто-куна и узнала о нём больше. Он всегда вмешивается, довольно похотлив, и его не назовёшь красивым мужчиной, даже если очень захотеть.
Но, каким бы трудным ни было, он всегда будет улыбаться, всегда заботясь о том, чтобы все вокруг были счастливы. Он как солнце. В тот момент, когда я увидела эту доброту, что-то в моём сердце изменилось. Я не знаю, как или когда это произошло, но ответ у меня уже был внутри.
…Наконец-то я поняла. Я на самом деле — люблю его.
Тот факт, что мне плохо давалось общение с парнями, и мой страх перед ними — всё исчезло. То, что заполнило эту пустоту, — сильное, почти подавляющее желание больше никогда его не отпускать. Оно ярко горит у меня в груди, и это первая — любовь, которую я испытала. Я поддалась этим чувствам в своём сердце и крепко сжала его руку.
В то же время, словно уловив мои мысли, Харуто-кун сделал то же самое. Это ощущение было таким тёплым, таким уютным, что я просто опустила своё пунцовое лицо вниз и шла рядом с ним.
Наконец мы добрались до моего дома. После всех размышлений время пролетело мгновенно. Но я всё ещё хочу побыть с ним ещё немного… Может, пригласить его внутрь? Нет, я ничего не прибирала! Я хочу, чтобы у него сложилось хорошее первое впечатление.
— Т-Так тогда, Вакаба-сан… я бы с радостью остался, но…
— Д-Да… Эм, спасибо за всё сегодня.
«Я не знаю, как мне его благодарить».
Я попыталась использовать слова, но поскольку язык заплетался, это было лучшее, на что я была способна.
— Тебе не нужно меня благодарить, я ничего не сделал. Скорее, мне стоит быть тем, кто благодарит.
«Поэтому… я хотя бы хотела что-то дать взамен своему любимому».
— Но я не могу это принять. Я всё это время была помехой, так что не мог бы ты отвернуться? — Я вложила всё своё сердце в эти слова и собрала всё своё мужество.
— Хм, вот так?
— Я потянулась кончиками пальцев к его щеке — и прижала к ней свои губы.
— Э… — Из уст Харуто-куна вырвался ошеломлённый возглас, когда он обернулся.
Его глаза были широко раскрыты, словно он увидел призрака.
— …Это моя благодарность. Извини, что только в щёку.
— Ах, эх? — Его тело наклонилось в сторону, и он лишь чудом удержался от падения.
Он положил одну руку на щёку и просто пошёл прочь на шатких ногах.
— В щёку… мягкий поцелуй… небо… воэ? — Он что-то бормотал, и его фигура скрылась за горизонтом.
«…П-Переборщила я?»
Смотря на то место, куда он ушёл, я нежно облизнула губы.
＊＊＊
4
После этого — всё в моём мире засияло ярко. «До чего же я была бесчувственной? Я осознала это слишком поздно!» Я и понятия не имела, что каждый день может быть таким приятным.
— Куда бы нам пойти на следующее свидание?
— К-Куда ты захочешь, Вакаба? Я пойду за тобой!
Он довольно скоро начал звать меня без обращений.
— …Да брось… я же тоже…
— Мы и правда хорошо подходим друг другу, да? Лучшая пара, я бы сказал!
В то же время я перестала говорить с ним чрезмерно вежливо.
— Давай в следующий раз сыграем в ту игру!
Время, проведённое с Харуто-куном, было для меня важнее всего остального.
— Понял. Я выиграю этот аксессуар и подарю тебе его сегодня!
«Я хочу быть с ним всегда».
— Может, купить сегодня эту пластиковую модель?
— То есть, почему мы всегда в итоге оказываемся здесь во время свидания?
— Не стоит беспокоиться о мелочах.
— То есть, если тебе весело, я совершенно не против, Вакаба…
Он даже слушал мои эгоистичные просьбы.
— Какая разница, главное, что вы ладите? Вот, твой «Gem II»!
Эти дни казались мне сном.
— Ваах, такой мягкий и губчатый!
— Ы-Ы, щекочет мой живот…! Очень странное ощущение, словно во мне что-то пробудится…
Что бы мы ни делали, всё было весело, и одно только общение с ним заставляло меня чувствовать себя на седьмом небе. Я полностью увлеклась им. Сколько бы я ни капризничала, он не злится. Насколько бы я ни была откровенна в своих чувствах, он не отталкивает меня. Он слушает всё, что я говорю. Он согревает моё сердце своей доброй улыбкой. Как можно в него не влюбиться? Мне было плевать на лицо или телосложение.
Это то, что называется комфортными отношениями, без сомнений. Когда я с ним, мне спокойно. Это заставляет меня хотеть быть с ним всегда. Я уже не могу представить школьную жизнь без Харуто-куна.
— Вот, твой особый обед в стиле Вакабы!
— Оо, как всегда выглядит вкусно!
Мы сидели за школьным зданием во время большой перемены, наслаждаясь нашим обычным временем.
— А теперь ешь. Я приготовила и твою долю, Намикава-кун, Бидзэн-кун.
— Спасибо, Асахина-сан. Ты и правда везунчик, Харуто-кун.
— Ещё бы, какая у тебя девушка. У меня есть обед от Юи, но и этого должно хватить, чтобы наесться.
Сегодня нас было не двое. Конечно, это означало, что мне пришлось готовить больше и вкладывать больше сил.
— Да, ешьте много, ладно?
— Ах, это лучшее… я так счастлив… мне уже всё равно, что со мной будет…! — Харуто-кун проронил слёзы радости и счастья.
— Серьёзно, не могу на это смотреть. Что это за лицо. — Бидзэн-кун с отвращением покачал головой.
— Ахаха, полностью согласен. — Намикава-кун хихикнул.
— Ха-ха-ха, всё в порядке. Уверен, у тебя получится с Юи-сан и Мифую!
— С чего ты вдруг вспомнил Юи?
— Спасибо, Харуто-кун, я постараюсь! Также, я воздержусь от комментариев насчёт Рёити-куна.
Я встречала эту горничную Юи-сан раньше. Она явно излучала привязанность к Бидзэну-куну, но он этого совершенно не осознавал, вот бесчувственный.
— Недавно вы двое подарили мне подарок на день рождения, да? У вас хороший вкус, говорю я.
— Я рад, что тебе понравилось, Харуто-кун.
— Хе, иди и поблагодари Юи тогда. Она выбрала, хотя я сказал ей сделать покороче.
«Ах, точно, я почти забыла!»
— Почему ты мне не сказал? Я бы сама приготовила подарок, но уже прошло больше двух недель!
— С-Сорри! Я подумал, что это прозвучит как попрошайничество, поэтому не стал. И ещё…
— И ещё… что?
— Я уже получил замечательный подарок в этом году… это ты, Вакаба. — Харуто-кун явно смущался от своих слов, но всё равно смотрел на меня серьёзно. — Ты стала моей девушкой! Нет подарка лучше!
«Н-Нечестно…! Эта внезапная атака нечестна!»
— Ты только погоди, я обязательно превзойду даже это! …И тогда я наслажусь твоей реакцией!
— Нет-нет-нет, нет сюрприза больше этого, понимаешь? Хотя, я с радостью приму всё, что от тебя исходит! — Харуто-кун гордо объявил, бросая на меня взгляд. — …Но если ты так настаиваешь, то у меня осталось одно маленькое неисполненное желание.
— Ты и правда внезапно стал жадным. Что ещё ты можешь хотеть от Асахины?
— Редкость для Харуто-куна желать чего-то, кроме всего, что связано с 2D.
Бидзэн-кун и Намикава-кун были правы. Чего же ещё он мог хотеть? Если возможно, я бы хотела помочь осуществить это желание.
— М-Можешь… эм… называть меня теперь по имени? Без обращений? Я же тоже так делаю, верно?
— А-Ауу… это…
«Я-я не ожидала этого. Мне уже стыдно называть его так».
— Давай же, давай, я слушаю~?
— Э-Эмм… Хару…то… Бормотание-бормотание—
— О, я не слышу?
«Он наслаждается этим!»
— Не… веди себя так, будто тебе всё позволено! Мне плевать на такого жестокого человека, как ты!
— О-Ох… ты сейчас злишься?
Когда я отвела лицо, Харуто-кун обеспокоенно спросил.
— Хмпф, этот «Харуто» может просто уйти! Я ненавижу людей, которые играют с чувствами девушки.
— …И поэтому я люблю тебя, Вакаба.
— Чего!? Т-Ты меня слушаешь? Идиот!
Похоже, наш обмен был невозможен для восприятия другими. Бидзэн-кун и Намикава-кун оба уставились с пустым презрением.
— Ахх, не могу этого вынести. Эй, Сюн! Если закончил есть, давай оставим этих двух любовников одних!
— Верно. Я уже сыт, просто наблюдая за ними.
— Ах…
— Уф…
«Я не могу с этим поспорить. Мы так много флиртовали, что совсем забыли о том, что они с нами, да!? Да… это было неприемлемо…»
Я почувствовала, как лицо загорается жаром.
— Не обращайте на нас внимания, мы больше не будем вам мешать.
— Хех, только не начинайте как дикие кролики, когда никто не видит!
— М-Мы ничего такого не сделаем!
Намикава-кун и Бидзэн-кун оба показали похабные усмешки и ушли. Оставшись наедине, мы посмотрели друг на друга, застенчиво улыбаясь.
— …Они действительно хорошие люди.
— Да, я с ними давно. Не может быть более надёжных друзей.
Видя, как Харуто-кун рассказывает о своих друзьях с радостным выражением, я сама почувствовала себя счастливой. Мы с благодарностью использовали это время наедине до самого звонка и болтали всю большую перемену.
＊＊＊
5
Во время ужина мы с семьёй сидели за столом.
— Хмм, хмм~
Неся в рот немного маминой готовки, я думала о сегодняшнем обеде и о нём. Ему понравился сегодняшний обед, да? Я правда рада этому.
— Ой-ой. У кого-то сегодня хорошее настроение. Случилось что-то хорошее?
— Не очень? Твоя еда просто вкусная, вот и всё!
— П-Правда? Рада это слышать.
«Честно говоря, её еда казалась в несколько раз вкуснее, чем обычно».
Может, потому что в целом я чувствовала себя лучше?
— Х-Хорошо, что ты такая энергичная, но не слишком ли ты возбуждена в последнее время? — сказал папа, и его лицо напряглось.
«Правда? Хотя я не специально».
— Хм? — Я почувствовала взгляд сбоку. — Футаба, что случилось?
— Н-Нет, ничего? — Моя младшая сестра усмехнулась мне.
Казалось, её глаза излучали счастье… Мне стало странно стыдно, и я запихала в рот побольше еды.
Я закончила вечернее купание и вспоминала день и то, что произошло. Хотя были и неудачи, я не могла быть счастливее. Все выражения и слова Харуто повторялись у меня в голове. Одно это заставляло меня ухмыляться.
— Одээ-тян, у тебя есть минутка?
Вместе с тихим стуком в дверь я услышала голос сестры. Конечно, у меня не было причин отказывать, и я пригласила её войти.
— Извини, что пришла так поздно.
— Всё в порядке. Что-то нужно?
— Мама и папа всё твердили: «Вакаба ведёт себя странно в последнее время…». Папа особенно звучал обеспокоенно, так что я пришла проверить тебя! — Она ответила с весёлым лицом.
«Я догадывалась, что она уже знает причину, по которой я веду себя странно».
Поэтому у неё может быть только один мотив, почему она здесь.
— Ну? Ну? Как дела в последнее время? Ладите вы с тем Ирумой-саном?
— Ах, ну… И-Идёт довольно хорошо, наверное?
«Ничего не поделать. Она же встречала Харуто раньше, так что нет нужды это скрывать, да?»
— Харуто сегодня говорил всякие нелепые вещи и дразнил меня. Но на самом деле он всегда внимателен и добр, и замечательный парень.
— Ооо, правда? «Харуто», хм? — Она усмехнулась, но в конце концов наклонила голову в замешательстве. — Но я немного удивлена. Не хочу быть грубой, но с его внешностью и лицом он не казался типом человека, в которого могла бы влюбиться Одээ-тян.
Она, как всегда, честна и прямолинейна. Я не могла не улыбнуться. «Я чувствовала то же самое, но теперь…»
— Правда, что он не совсем красавчик. Но я думаю, он милый. Его привлекательные стороны не во внешности.
Одно только нахождение рядом с ним успокаивает моё сердце. Я замечаю, что улыбаюсь естественно. Именно так, как сказал мне Намикава-кун. Теперь я поняла его слова.
— Он может изо всех сил стараться ради кого-то другого. Он добрее, чем кто-либо другой.
Поэтому я люблю Харуто.
— Хааа… — Футаба вздохнула, её щёки покраснели. — Одээ-тян, ты правда его любишь, да! Просто слушать тебя — уже смущает! — Она прикрыла обе щёки. — Ахх, мне так завидно! Я сама хочу парня! Эй, эй, скажи, как ты начала встречаться с таким замечательным человеком?
— Начало нашей любви? Фуфу, это—
— «А что это было?»
…Хм?
Почему я начала с ним встречаться —
«Это вы — Асахина-сан? Я слышал, у вас ко мне дело?»
«Д-Да. Эм, дело в том…»
Хм? Только что я увидела что-то странное в воспоминаниях? Голова… болит…?
— Одээ-тян? Что-то не так?
— Ах, нет, ничего?
«Ну, неважно. Если не помню, значит, ничего важного».
— Эм, я не очень хорошо помню. Просто случилось, наверное? В один день я поняла, что люблю его.
— Хмм? Не очень понимаю, но, наверное, это то, что делает любовь такой сложной.
— Д-Да, наверное.
«Интересно почему, голова не перестаёт болеть».
Мало спала? Плохо, не хочу мешков под глазами, когда встречу его. Я сказала Футабе, что хочу спать, на что она всё ещё выглядела не совсем удовлетворённой, но в конце концов вышла из моей комнаты. Я села на кровать и положила руку на грудь. Что… это за мрачное чувство?
«Я не знаю почему. О чём мне беспокоиться?»
Ах да, Нанасэ-сан и другие перестали приставать ко мне в последнее время… Эх? Приставать? Звучит так, будто меня травили. Какая глупость, как будто это так. Ведь между мной и Харуто всё в порядке. Меня не заставляли признаваться, нет. Между нами нет лжи.
[[image:/storage/reader-images/377c3cb7d1aac2879242886fdfd0dd2acee578c5.jpg]]
«Если я не заставлю себя так думать — моё счастье разобьётся.»
…Наверное, стоит поспать. Мне приснится сон о Харуто. А затем я проснусь к новому, прекрасному дню —
……
…………
«Че… чего-чего!? С-Серьёзно!?»
«Кия!»
«Р-Риалли!? Т-ты любишь меня!? Эх, что? Это не сон, правда?»
Картинки и обрывки голосов пронеслись перед моим внутренним взором, как обрывки плохого фильма. От них сводило виски.
«Что… что это было?»
Я попыталась поймать убегающие образы, но они таяли, как дым, оставляя лишь неприятный осадок и растущую пустоту в груди.
«Стоп. Не надо об этом».
Я встряхнула головой, как будто могла физически отмахнуться от этих мыслей. Неважно. Совершенно неважно, что это было. Сейчас у меня есть Харуто. И это единственное, что имеет значение.
Я легла и потянулась за телефоном, чтобы посмотреть на наш с ним чат. Последнее сообщение было от него, отправленное полчаса назад: «Спокойной ночи, Вакаба! Завтра тоже буду ждать тебя утром! (´｡• ᵕ •｡`) ♡»
Увидев смайлик и его слова, я почувствовала, как мрачное напряжение покидает мои плечи. Я улыбнулась и быстро набрала ответ.
«Спокойной ночи, Харуто! Обязательно обгонишь тебя завтра! (ˊᵕˋ)✩°｡»
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Ого, ещё не спишь! Мечтать обо мне? (￣ω￣;)»
«Может быть! А ты? (￢‿￢ )»
«Конечно! Вижу тебя даже с закрытыми глазами! ヽ(；▽；)ノ»
Я рассмеялась в тишине комнаты. Какой же он дурачок. И какой милый.
«Ладно ладно, правда иди спать! Завтра рано вставать!」
«Есть! Спокойной ночи, моя прекрасная Вакаба! (´ε｀ )♡»
«Спокойной ночи ♡»
Я выключила экран и прижала телефон к груди. Да, вот оно. Вот что реально. Эти тёплые, смешные, глупые разговоры. Его забота. Его улыбка. Всё остальное — просто шум. Шум, который я отказывалась слышать.
Я закрыла глаза, решительно прогоняя последние тени сомнений. Когда я уснула, мне действительно приснился он. Мы гуляли по какому-то незнакомому, но удивительно яркому парку, и он держал меня за руку, и смеялся своим громким, открытым смехом, от которого становилось светло и на душе.
＊＊＊
6
Третий урок наконец подошёл к концу. Как только я продержусь на следующем, английском, наступит долгожданная большая перемена. Благодаря тому, что Харуто много занимался со мной в последнее время, мой английский стал намного лучше, и я даже стала получать хорошие оценки, за что он меня хвалил. В знак благодарности, а также просто потому, что мне этого хотелось, я вложила много сил в сегодняшний обед. Каждый раз, представляя его улыбку с набитыми щеками, я сама начинала улыбаться.
— Ты в последнее время довольно хорошо себя чувствуешь, да?
Пока я пребывала в своих мыслях, ко мне подошли Нанасэ-сан и остальные. У них что, дело есть?
— Чему ты ухмыляешься, противно. Ах да, как там с поцелуем? Ты говорила, что он не смог прийти на свидание, да? С тех пор ничего не было. Ты же не говоришь мне, что ещё не сделала этого, правда?
— П-Поцелуй!? Н-Нет, для нас это ещё слишком рано! Ах, но… если бы он был чуть более настойчивым, я бы не возражала… Кия~ — Одно только представление заставило моё сердце биться чаще.
«Т-Точно, он всегда во всём сдерживается. Я знаю, что он проявляет внимание, но иногда я хочу, чтобы он был более напористым».
— Эх, Асахина-сан, о чём ты говоришь? — Сёдзи-сан смущённо моргнула.
— Т-Ты что, с ума сошла? Не понимаю, о чём ты. — Даже всегда спокойная Торимаки-сан выглядела озадаченной.
Что с ними случилось?
— Ты что, шутишь!? С чего бы это?
Почему они относятся ко мне, как к странной? Я просто говорю о своём парне.
— Этим утром я встала пораньше, чтобы сделать ему обед. Он будет счастлив? Как думаешь?
Я просто спросила их мнение. И всё же все краски сбежали с их лиц. Может, они плохо себя чувствуют? Проводить их в лазарет?
— Х-Хватит заставлять нас слушать такую мерзость! Ты что, пытаешься нас утащить за собой!?
— Н-Нанасэ-сан, успокойся!
— В-Верно. Просто оставь Асахину-сан в покое. Если поговоришь с ней ещё, дальше сойдём с ума мы.
Я никогда раньше не видела Нанасэ-сан и остальных такими растерянными. Может, они и правда не в порядке?
— Л-Ладно… делай, что хочешь. Главное, развлекай нас до самого конца!
— …Хм?
До самого конца? Не понимаю. Развлекать их? Как?
— ! Пошли, все!
В тот момент, когда я подумала, что Нанасэ-сан вот-вот впадёт в ярость, она просто открыла дверь и вышла из класса, остальные последовали за ней. Скоро начнётся урок, куда они пошли?
— А-Асахина-сан? Что случилось?
— Ядзима-сан?
Робкая Ядзима-сан окликнула меня. Даже она, что происходит?
— Ничего. Нанасэ-сан и остальные говорили что-то странное, что меня смутило. Они говорили так, будто в отношениях между мной и Харуто есть какая-то ошибка… Бессмыслица, не правда ли?
— Э? Асахина…-сан? — Она замерла.
«Все странно себя ведут».
Она тоже побледнела. Я хотела переговорить с ней, но она лишь дрожала от страха, не слушая меня.
— Эй, Рури! Дай мне свои конспекты! Я забыл домашку по английскому переводу! Использовал переводчик, но одно место не понимаю — Ну, пожалуйста!
— Эх… Х-Хорошо… — Ядзима-сан, казалось, не хотела уходить, словно желая что-то сказать, но в конце концов сдалась.
Я дала ей спокойную улыбку, чтобы подбодрить, но её маленькие глаза широко раскрылись. Всё ещё нерешительно, она вернулась на своё место. «Ну, в любом случае, сейчас важнее мой парень Харуто». Я достала смартфон и открыла приложение LINE. От скуки я проверила наши с ним переписки.
…Я почувствовала, как волна радости и удовлетворения наполняет моё сердце. Одно только взглянуть на присланные им слова — и становилось спокойно. Это был обмен без особого смысла, и всё же я была так счастлива, так блаженна. Я никогда не могла представить, что испытаю такую любовь. Недавно я ненавидела ходить в школу, и теперь всё это кажется ложью.
«…Хм? Почему это я раньше ненавидела ходить в школу? Я ведь могла встречаться с тем, кто мне нравится, верно? Бессмыслица. Почему… я скрывала свои чувства от семьи?»
— …Ой!
Голова снова заболела. «Неважно, думать о такой бессмыслице — пустая трата времени». Пока я думаю о Харуто и счастлива с ним — больше ничего не имеет значения. Я хочу поскорее встретиться с Харуто.
С такими чувствами я кое-как продержалась до четвёртого урока, и прозвенел звонок. Для меня это был звук благословения. Одновременно с уходом учителя из комнаты я встала с места. Я хочу поскорее встретиться с Харуто. Я хочу быть с ним вместе. Эти чувства переполняли и не останавливались. Немедленно я направилась в его класс, когда —
— Погоди секунду.
Вставший внизу коридора, куда я пришла, был —
— Бидзэн-кун? Ты один? Где Харуто и остальные? — Я огляделась, но никого больше не нашла.
Редкость для Бидзэна-куна приходить сюда одному.
— Ах, не волнуйся. Я сказал Харуто, что сегодня ты не придёшь.
— Э!? П-Почему?
— Ничего такого. Я просто хочу кое о чём поговорить.
«Поговорить? Что важнее, зачем ему врать об этом?»
— Здесь, что ли, не очень хочу говорить. Как насчёт подняться на крышу и поговорить там? Не хотелось бы, чтобы кто-то услышал. — Бидзэн-кун не слушал меня, просто шёл вперёд, показывая мне спину.
— Погоди секунду! Я не понимаю! О чём ты хочешь поговорить—
— Закончим быстро. Просто кое-что хочу подтвердить.
— П-Подтвердить?
— Ага, это. Я просто… — Он не повернулся ко мне и говорил так, будто заказывал обед в столовой. — Хочу узнать об игре, которую вы все затеяли.
[[image:/storage/reader-images/7ae11777be65c449b1626968049227c52aedce0a.jpg]]
Послесловие автора:
Всем привет. Меня зовут Хасама Такаси.
Перед вами первая книга из серии «Ранобэ с 4chan» — «Асахина Вакаба и её округлый парень». Огромное спасибо, что взяли её в руки!
Возможно, вы спросите: «А что это за "Ранобэ с 4chan"?». Публиковались ли эти романы в сети? Их возродили? На случай, если кто-то ещё не знает, в интернете существует так называемое ASCII-арт (АА), которое позволяет выражать слова или изображения с помощью символов. С 2000-х годов это стало одним из способов рассказывать истории. «Ранобэ с 4chan» — это четыре произведения, рождённые из этого формата и переработанные в форму ранобэ.
На этой волне и появилась «Асахина Вакаба и её округлый парень». Как вы уже, наверное, поняли, это школьная романтическая комедия. Из-за определённых обстоятельств происходит ложное признание в любви, и начинается мучительная игра. Главная героиня этой истории, Асахина Вакаба, вынуждена в ней участвовать.
Даже внутри она всегда подавлена и полна ран. Ей удаётся скрывать это перед семьёй, но как только она выходит из дома, всё рушится. Ей даже сложно высказать собственное мнение. Поэтому её постоянно носит по воле других людей, туда-сюда. Внешне она может быть и красавицей, но это только усугубляет ситуацию, что в итоге приводит к травле.
С точки зрения развития сюжета и написания, это персонаж, излучающий исключительно негатив. И вот эта девушка встречает Ируму Харуто и начинает меняться. Надеюсь, вам понравилось то, что вы прочитали, и я очень хочу, чтобы вы остались с ней и продолжили наблюдать за её ростом. К слову, следующий том станет кульминацией этой истории, так что надеюсь, вы останетесь до самого конца!
И, наконец, слова благодарности. Во-первых, моему редактору, который невероятно помог мне в этой работе, к которой я, определённо, не был привычен. Затем — Момомоти-сан за прекрасные иллюстрации. Далее — моей семье и друзьям, которые всегда меня поддерживали. Естественно, то же самое касается всех читателей, поддерживавших меня с моего дебюта в сети. И, наконец, нельзя забыть всех людей, которые помогали в распространении этого романа, донеся его до каждого из вас.
В качестве последних слов на данный момент, надеюсь, мы скоро увидимся снова…
Глава 5.5
В этой главе нет новой иллюстрации, так что держите Вакабу в образе горничной.
Художник в Твиттере: https://twitter.com/_mainon
＊＊＊
Закулисье
— Серьёзно, что не так с этой девочкой!
В глубине школьного здания, куда не доставали солнечные лучи, прозвучал разгневанный девичий голос. Его хозяйкой была Нанасэ Икуми, пинавшая стену перед собой. Кровь ударила ей в голову, глаза застилала ярость. Поведение Асахины Вакабы только что полностью застало её врасплох. В этом нельзя её винить, подумала Сёдзи Риа. Отношение Вакабы было не таким, каким они могли его себе представить.
Вся эта «игра» родилась из её желания наконец избавиться от этого парня-свиньи, Ирумы Харуто. В качестве исполнительницы Сёдзи выбрала взрослую, робкую девушку, которая, как нельзя кстати, не могла высказать собственное мнение — Асахину Вакабу. Она не хотела признавать, но внешность Асахины трудно было переиграть, даже если это была её единственная сильная сторона.
Если бы такая девушка призналась в чувствах обычному парню, он наверняка не отказал бы. Тем более, если этого парня зовут Ирума Харуто и у него совершенно нет опыта общения с женщинами.
Держа эти мысли в голове, когда она задумывала план, всё сработало идеально: Харуто пролил слёзы радости, услышав то признание. Право, сдержать смех в тот момент было нелегко.
— И, как и ожидалось, «игра» отлично продвигалась. Харуто, казалось, был абсолютно поглощён своей самой первой в жизни девушкой, а Вакаба тайно питала к нему полнейшее отвращение. Они обсуждали новости со смехом в своём секретном чате LINE, что скрашивало их бесконечную скуку. Оставалось лишь дождаться идеального момента, чтобы всё раскрыть.
Какое лицо скорчит этот уродливый мандзю? Сёдзи обязательно нужно было это сфотографировать и распространить в соцсетях. Таков был план, и Сёдзи с остальными с нетерпением ждали этого…
Однако в последнее время Вакаба вела себя странно. Она ужасно боялась этой игры, но теперь от того страха не осталось и следа. Скорее, она казалась счастливой! Почти как будто она и правда влюбилась…
«…Она была как совершенно другой человек. Не то чтобы она немного изменилась».
— Я не для того придумала эту игру, чтобы она теперь наслаждалась своей школьной жизнью!
— Она что, серьёзно к нему привязалась? — Торимаки Мии сделала странно испуганное выражение лица.
— Н-Не может быть! Если говорить о той девчонке, такое невозможно! Не может девушка по-настоящему влюбиться в такого парня!
— Тогда в чём дело? Она что, нас недооценивает? Если так, то мне это только на руку. Мы просто должны показать ей, с кем она имеет дело. — Нанасэ осклабилась в дьявольской улыбке.
Сёдзи сразу всё поняла. Пришло время завершить эту игру.
— Значит, решено? Хи-хи.
— Именно. Мы покажем той белой свинье, что ему с нами не справиться. Мы закончим эту игру сейчас же.
«Ах, я не могу дождаться. Ожидание того стоило», — Сёдзи усмехнулась про себя.
— Как насчёт того, чтобы устроить это в канун Рождества? Ещё лучше — во время церемонии окончания семестра. Перед всеми остальными учениками мы заставим её признаться во лжи!
— Разумеется, в той версии, что всё с самого начала было спланировано Асахиной Вакабой.
— Ты как всегда хороша в интригах, аж противно. — пожаловалась Торимаки, но Сёдзи это ничуть не задело.
Она едва сдерживала своё возбуждение. Заставлять людей двигаться согласно созданному ею сценарию — для неё нет большего удовольствия.
«Смотрите же, я это проверну. Даже в этой скучной школьной жизни я буду жить свободно, вот увидите. Именно так, я умна. Что плохого в том, что я не поступила в желаемую школу? У меня есть ещё один шанс, и я его не упущу…»
«Да перестанешь ли ты уже дуться, смотреть тошно».
Сёдзи закусила губу. Почему она сейчас вспомнила эти слова? В глубине сознания всплыл образ её старого друга, пришедшего читать ей нотации.
— Заткнись, заткнись. Что ты обо мне знаешь? Почему ты, информационный брокер и фанатка «Якулта», имеешь право говорить мне такое?
— Я приму это как наивысшую похвалу. Ну, как звучит, Нанасэ-сан?
— Неплохо. Риа, работу оставляю тебе, покажи мне шедевр.
Сёдзи вежливо поклонилась, давая понять своё согласие.
— Я подарю вам представление, достойное этого святого вечера. Кхе… Кхе-хе-хе… Ахахахаха! — С оглушительным смехом Сёдзи отошла. — Тогда я пойду вперёд. Ах, голова полна идей! Надо всё записать! — Её сердце бешено колотилось от волнения.
«…Ну, здорово, что на неё можно положиться, но вот с характером бы ей что-то сделать».
Сёдзи услышала этот голос, но проигнорировала его. Потому что такова уж она есть.
«Ну так, на какую постановку мне следует нацелиться? Ах, не терпится увидеть реакцию этого жирного ублюдка! И, если всё пройдёт идеально, я заставлю страдать и того друга Ирумы Харуто тоже~»
Намикава Сюн. Он — бельмо на глазу у Сёдзи. Из-за него она никогда не могла занять первое место в рейтинге успеваемости. Сколько бы она ни училась, ей не догнать его. Сколько бы усилий она ни прилагала, он снова и снова ускользал.
Она даже не могла этим похвастаться. Она не принадлежала к школе с таким низким средним баллом. И всё же она — вечная вторая. Она не может стать номером один.
«На этот раз я выиграю у этого парня. И докажу себе и своему образу мыслей…»
— Ай!?
Внезапно перед Сёдзи возник кто-то. Она не успела остановиться и налетела прямо на него, отлетев на пятую точку.
— Эй, смотри куда… —
Тут её слова застряли в горле. Сёдзи увидела, кто стоит перед ней, и холодный взгляд, устремлённый на неё сверху вниз.
— Ик!? Э-это ты…!
— Ты говорила о чём-то интересном, да?
Это был низкий, ледяной голос.
— Эй, можешь и меня посвятить в эту забаву?
Сёдзи попыталась отползти назад, желая сбежать, но её воротник схватили и против воли приподняли.
«Почему он здесь!?»
Пока Сёдзи впадала в панику, фирменные длинные волосы парня качнулись, и он одарил её непобедимой улыбкой.
— Давай-ка немного поболтаем? Ты разговаривала с той… Нанасэ, кажется? Так вот, мне интересно…
— И-ик!
— …что за игра такая, о которой вы говорили?
[[image:/storage/reader-images/da45bc2623ffbd5838135cdbbf300b5667823fdd.jpg]]
Глава 6
Примечание: Как вы могли догадаться, нумерация глав начинается не с 1, а продолжается по всем томам, так что это глава первая второго тома, но шестая по общему счёту.
＊＊＊
В ушах прозвучал резкий шум. В голове закружилось, тело зашаталось. Сознание помутнело. Руки, пальцы — ничто не слушалось. Я застыла на месте. В тот миг, когда я услышала от него эти слова, всё тело словно обратилось в камень.
«…В ушах стоит странный шум. Ха, ха, ха. Похоже на тяжёлое дыхание собаки. Напоминает подругу Харуки-тян, Рэн-тян. Заткнись, надоело. Нет на это времени. Но чем больше я жалуюсь, тем он становится назойливее. Он продолжался, пока всё моё тело не начало пульсировать, словно огромное сердце. Не могу дышать».
— Что он только что сказал?
Передо мной стоит Бидзэн Рёити-кун. Он — хороший друг моего любимого парня, Ирумы Харуто. Он может иногда казаться вспыльчивым, но он хороший человек и довольно близок с Харуто. Он даже относился ко мне хорошо — так почему же…?
— Замолчала? Не расслышала? Буду спрашивать, пока не отвечешь. Пока не признаешься, не остановлюсь.
Взгляд Бидзэн-куна был острым, как у дикого зверя.
Я знаю этот цвет его глаз. Когда толпа смеялась над Харуто, он зарычал на них и прогнал всех. Его глаза тогда были полны готовности убить, и тот же самый взгляд он сейчас направил на меня.
— Эй, Асахина. Ничего страшного. Ты же любишь викторины, верно? Так что давай ответ. Если ответишь быстро, я буду краток. Всё, чего я хочу…
— А, э…? Э…?
— …это узнать об этой игре, которую вы затеяли.
В тот миг, когда я услышала эти слова, кровь во всём теле застыла. «Прекрати. Не говори этого. Не произноси это слово!»
— Как… почему… откуда вы…
— О? Значит, ты хотя бы слышала об этом. Это упрощает дело. Я поднимусь на крышу и буду ждать тебя там, так что… — Бидзэн-кун похлопал меня по плечу.
Это был небрежный жест, как между друзьями. Но он заставил содрогнуться самые глубины моего сердца. Ведь улыбка на лице Бидзэн-куна была страшнее всего, что я когда-либо видела.
— …Только попробуй сбежать, ясно?
Я могла только кивнуть и смотреть, как Бидзэн-кун уходит. В ту же секунду, как он скрылся из виду, мои колени подкосились, и я рухнула на пол. Холодное ощущение от пола атаковало меня, и я обхватила себя, пытаясь согреться.
Сейчас большая перемена. По коридору ходят несколько человек, бросая на меня подозрительные взгляды. Кажется, кто-то даже предложил проводить меня в медпункт, но… я просто в полуобморочном состоянии убежала. Мне нет до них дела! Мне ничего не важно! Есть только одна вещь, которая имеет значение сейчас!
Зубы стучали, издавая дребезжащий звук, из горла вырвался стон. Слова Бидзэн-куна повторялись у меня в голове снова и снова. «Меня тошнит, сейчас вырвет…»
«— Как я могла забыть что-то настолько важное?»
Я всё помню. Помню причину, по которой начала встречаться с Харуто, и почему призналась ему. Нет, это не так. Я знала всё это время, просто решила не смотреть. В глубине души я обманывала саму себя. Но я не хотела, чтобы эта ложная реальность развалилась. Эти дни, что я провела, я жила в блаженстве. Я не хотела терять ничего из того, что у меня было.
Поле зрения потемнело. Мои счастливые дни, моё будущее — я услышала звук того, как всё, что мне дорого, разбивается вдребезги. Я идиотка. С чего я взяла, что заслуживаю этого? Я вела себя как настоящая девушка. Почему я так наслаждалась? Я этого не заслуживаю. Я солгала ему.
«— Я обманула моего любимого Харуто!»
＊＊＊
2
Один шаг, и ещё шаг… я медленно поднималась по лестнице. С каждым шагом сердце сжималось. Не хочу идти туда. Но должна. Почему всё так вышло? Я знаю, я сама виновата. Всё из-за меня. Но просто сожалеть уже ничего не изменит.
«— Потому что всё уже слишком поздно».
Отчаянно стараясь не дать сердцу разорваться, я поднималась выше и наконец увидела вершину лестницы и снежно-белую дверь, ведущую на крышу. Тело задрожало. Казалось, будто я иду на собственную казнь. Бежать больше некуда. Я получу наказание за свои грехи прямо здесь и сейчас.
Я положила руку на ручку, медленно повернула её. Скрип — дверь открылась, и холодный ветер ударил в лицо, заставив тело содрогнуться ещё сильнее. Эта крыша, пожалуй, самое холодное место во всей школе. Даже во время большой перемены, в такое время года, здесь не было никого, кроме меня — и его.
[[image:/storage/reader-images/2eb2ded3eb092ece0996c9a685e11aae892cace6.jpg]]
— Бидзэн…-кун…
Он стоял ко мне спиной, на самом краю крыши. Только ограждение отделяло его от пустоты внизу, а он смотрел вдаль… Что делать, не могу окликнуть его. Но пока я металась в нерешительности, Бидзэн-кун сделал первый шаг и повернулся ко мне.
— Значит, пришла.
«— Страшно». Одно только его голоса наполнило моё тело страхом. Что Бидзэн-кун собирается сейчас сделать? Не знаю. Но ещё больше меня пугала одна возможностью. А именно, что Бидзэн-кун уже всё знает об игре — и рассказал об этом Харуто! О том, что наши отношения — всего лишь фальшивка и ложь. Одна только эта мысль заставляла меня так бояться, что хотелось убежать и никогда не возвращаться.
— Извини, что вызвал в такое холодное время. Подумал, что здесь нас никто не подслушает.
— М-м, эм…
Что мне сейчас сказать? Я планировала обдумать это по дороге, но голова всё это время была пуста и остаётся такой же.
— У нас не так много времени на перемене, верно? Так что буду краток. Я хочу узнать только об одном. Короче говоря, об этой игре в вашем классе.
Он говорил равнодушным тоном, без выражения на лице. От этого было ещё страшнее.
— Я слышал, что эта игра заключается в том, чтобы заманить жертву ложным признанием, а затем всё раскрыть и уничтожить её самолюбие. Это правда?
«О-откуда он это слышал? Как он знает так много…» Но, конечно, мне не дали времени спросить.
— А-ау…
Больше не могу скрывать. Я чувствовала себя скованной и неловкой, как робот, и кивнула.
— …Понятно. Тогда перейдём к самому важному. Если я ошибаюсь, не прочь прямо сейчас распластаться на полу.
Бидзэн-кун объявил это и глубоко вздохнул.
— …Ты участвуешь в этой игре?
«— Он задал вопрос, который я никогда не хотела слышать».
— !
Мне хотелось сказать, что он ошибается. Но я всё помню. Я продолжала обманывать его, обманывать Харуто, обманывать моего любимого. Поэтому я…
— Да… — Не могу отвертеться.
— Ох… нет… — Глаза Бидзэн-куна расширились, он схватился за голову в отчаянии. — Ответь мне. Зачем ты это сделала!
Скрывать больше нет смысла. Голос дрожал, но я изо всех сил постаралась рассказать ему всё: о том, как меня травили с тех пор, как я поступила в эту школу, как я разбила пудреницу одноклассницы и как меня втянули в эту игру. Из-за этого мне пришлось обманывать всех — обманывать его.
Бидзэн-кун слушал меня. Его выражение смягчилось немного, он издал стон. Однако его губы ничуть не расслабились. Когда я закончила свой рассказ, он тяжело вздохнул.
— Понятно. Поэтому ты стала встречаться с Харуто.
— Да…
На мгновение он казался застывшим во времени. Но затем беззвучно сжал кулак.
— …Не смей издеваться. — Его лицо стало лицом демона. — Не смей, чёрт возьми, впутывать Харуто в свою тупую игру!
Он прав. Мне нечего на это возразить. Всё, что я могла, — это молча слушать. Но он и сам замолчал после этого. Сколько длилось это молчание? В конце концов Бидзэн-кун нарушил его, снова вздохнув. На этот раз он казался просто истощённым. Гнев тоже исчез с его лица.
— Прости, что накричал. Я понимаю твои обстоятельства.
«— Ах. Что? Я не ожидала такого услышать». Но даже если так, Бидзэн-кун просто так меня не простит. Я это отлично знала. Его злость на меня не исчезла, он просто проглотил её. Это было ясно по его словам.
— Я узнал об этой игре от той странной девчонки, Сёдзи. После небольшой угрозы она мне всё рассказала.
«Э, от Сёдзи-сан!? Он встречался с ней!?»
— Сначала я не хотел верить. Думал, она просто несёт чушь. Если бы не слух от Датэ, я бы и ухом не повёл.
— Слух… от Датэ-куна?
— Ага, у тех братьев, особенно у старшего, какая-то странная информационная сеть, даже за пределами их года. От них я много чего узнал.
Я знаю об этом. Братья Датэ-кун целыми днями носят с собой планшеты и ноутбуки, собирая информацию и всё такое. У них даже есть несколько аккаунтов в соцсетях, они составляют графики и файлы. От них я тоже больше узнала о Харуто.
— От них я и услышал, что в вашем классе идёт такая игра, где целью выбран определённый ученик. Когда я разузнал, план был — высмеять самого нелюбимого человека в этой школе.
«Ах, понятно. Теперь, когда он это упомянул, всё встало на свои места. Школа не такая уж большая, а девчонки из моего класса обожают сплетни и обсуждения. Дошло до того, что я уже не могу отличить правду от лжи, когда дело касается их. Естественно, такие разговоры будут расползаться, и братья Датэ подхватили этот слух. Почему я никогда не замечала такого очевидного?»
— Единственная причина, по которой Датэ вообще заинтересовался этим, — просьба Кудзё. Ты её знаешь, да? Кудзё Канами.
Конечно, я её знала. Она одна из учениц класса 1-1, которая тепло меня приняла, всегда носит хвостик.
— Похоже, у неё есть подруги в вашем классе. Она обратилась к братьям Датэ, потому что та девушка странно себя вела. Друг детства этих братьев и подруга Кудзё учатся в одном классе. Вот Датэ и забеспокоился, стал думать. Тут он и вспомнил слух об игре.
— Пон… ятно…
Значит, друг детства Датэ-куна учится в моём классе. Не знаю, кто это, но, видимо, это и проложило путь всему. На мгновение мне стало действительно всё равно.
— Когда я услышал об этом, никогда бы не подумал, что ты замешана. Но только что, на перемене, я случайно проходил мимо задней части школы и услышал голос той… Нанасэ, как её там.
Бидзэн-кун упомянул, что у него хороший слух.
— Подслушав их, я загнал ту Сёдзи в угол, когда она была одна, и заставил её выложить детали игры.
«…Так вот как было». Но болтать обо всём вот так — не в их стиле. Зачем им говорить об этом в месте, где кто-то может услышать?
— Она сказала мне, что ты — главный зачинщик этого плана. В качестве доказательства мне, видите ли, стоило посмотреть на твоё отношение к Харуто. А именно — потому что ты так уж наслаждалась.
— Нет, это не так! Умоляю, поверь мне…
— Ну, я бы всё равно не стал слепо верить словам незнакомой девчонки. В смысле, Харуто, наверное, в нижней части рейтинга популярности, так что ты, явно хорошая девочка, признающаяся ему, — это было слишком внезапно. Если подумать, тогда всё поведение класса 4 в целом было странным.
Пока он говорил, он, должно быть, вспомнил ту сцену. Я заметила, что его тон голоса и выражение лица снова стали взволнованными.
— Тьфу! Если бы рядом был Сюн, он бы раньше раскусил! — Бидзэн-кун пнул ногой металлическое ограждение.
Раздался глухой звук, и моё тело содрогнулось от страха. Каждое его слово вонзалось мне прямо в грудь. Казалось, будто я сижу на иголках. Но всё, что я могла, — это сдерживать дрожь.
— Ну, думаю, ты, наверное, говоришь правду. Должен бы понять. В конце концов, твоё отношение к Харуто напоминало моё, когда я с ним познакомился.
— …Э?
Что он имеет в виду? Я была рада, что он мне поверил, но моё смятение было ещё сильнее. И даже если он поверит моим словам, что это изменит?
— Тот факт, что ты его обманула, не меняется.
«Верно. Я обманула Харуто, человека, которого люблю больше всех. Этот факт никуда не денется. Он добрый, надёжный и всегда меня выслушивает, какой бы эгоистичной я ни была. Если этот Харуто узнает об игре от Бидзэн-куна… Я даже думать об этом не хочу».
— М-Мм! Насчёт этого…
Не успела опомниться, как уже заговорила.
— Как будто я ему скажу!
— Иик!
— Он правда тебя любит, понимаешь!? — Гнев, видимо, взял верх, и Бидзэн-кун зарычал. — Каждый раз после свидания с тобой, каждый раз после обеда он тараторил без умолку о том, какая ты замечательная! Меня это задолбало! Он даже сказал, что ты, может быть, поможешь ему осуществить его одно желание, каким бы оно ни было! Ты же никогда не видела его таким, правда!?
«Это самая обычная мечта, но мне было стыдно, что меня назовут маменькиной дочкой, так что я никому не рассказывала».
— Ах… аххх…!
В глубине сознания всплыла застенчивая улыбка Харуто, когда он говорил мне эти слова.
— …Извини. Просто не могу оставаться спокойным. Хотя ты и сама жертва.
— Н-Нет, не говори так…!
«Неправда, я часть этого. Я слышала прекрасную мечту Харуто и всё равно продолжала его обманывать, я хуже всех. Не могу сказать, что я отличаюсь от Нанасэ-сан и остальных».
— Так или иначе, теперь, когда я знаю правду, надо положить конец этой гнилой игре.
Эти слова пробежали холодом по спине.
— Ч-Что ты собираешься делать…?
— Ты правда спрашиваешь? Разве не очевидно? — Бидзэн-кун усмехнулся. — Всем этим ублюдкам, которые за этим стоят, я покажу ад. И тогда, может быть, они раскаются в своём отвратительном образе мыслей!
— Иик!
Он серьёзен. Ради Харуто он пойдёт на любые методы, какими бы жестокими они ни были.
— Ну, Юй, может, и расплачется, но мне плевать, если меня выгонят из школы. Жаль беспокоить ребят из футбольного клуба, но я уйду оттуда до этого. К счастью, я всего лишь первокурсник, так что они найдут замену. — Бидзэн-кун положил руку на ограждение и смотрел вдаль. — Думаю, пришло время заплатить за свою вину. Из-за моего отца, деда и дяди судьба семьи того парня пошла под откос. Когда всё это закончится, я вернусь в главную семью и продолжу семейный бизнес. Если она захочет, то Мифую — его младшая сестра — тоже освободится. Мои родственники больше никогда не будут их беспокоить. Мне никогда и не было места рядом с ним, в отличие от Сюна.
Раздался металлический звук, ограждение задрожало.
— Я успел насладиться школьной жизнью с ним, хоть и недолго, так что я доволен.
— Н-Нет, нельзя! Если ты сделаешь что-то подобное…!
Инстинкт подсказывал остановить Бидзэн-куна любой ценой.
— Хм? А, не волнуйся. Я больше тебя беспокоить не буду. И ничего говорить не буду. Всё, чего я хочу, — чтобы ты оставалась с ним.
— Это не то… Э?
— Всё просто, верно? Если ты будешь продолжать прикидываться тупой парочкой и общаться с ним, я ничего не сделаю.
«Э, э? Что он имеет в виду…»
— Однако… это только при условии, что ты будешь молчать об этой лжи и останешься с ним, как и раньше.
— !
«Я… я не смогу! Невозможно! С чувством вины перед Харуто и ненавистью к себе — как я смогу улыбаться перед ним! Это только будет сильнее тревожить Харуто. Но я не могу рассказать и причину. Поэтому я продолжала лгать ему. Меня за это не простят. Это моё наказание, и самое действенное…»
— Не смотри так только потому, что я пошутил. У тебя не получится, верно? Конечно, не получится.
— А-Ах, ух…
— Поэтому… даже не приближайся к нам и к нему. Это и для твоего же блага. Разумеется, только после окончания игры. Потому что это моя собственная наказательная игра для тебя.
«Я снова ошиблась. Всё как тогда, во время признания. Ничего не изменилось. Всё, что я могу, — это жить со своим выбором и сожалеть о нём. Для меня уже слишком поздно. Я могу только приносить Харуто неприятности».
— Это всё от меня. Просто чтобы ты знала, даже не думай меня останавливать. Я их не убью и не отправлю в больницу. Я просто позабочусь, чтобы они больше не вернулись в школу. — Бидзэн-кун убрал руку с ограждения и направился ко мне. — Только попробуй кому-нибудь рассказать. Я не пощажу, даже тебя, и никогда больше не позволю тебе встретиться с Харуто. Просто чтобы ты знала, я ненавижу лжецов.
Он говорил без тени сомнения, словно уже всё решил.
«— Кто это? Я не знаю этого человека. Он не похож на того Бидзэн-куна, который всегда был с Харуто. Неужели Харуто настолько для него важен? Наверное, да. Я ошиблась, как всегда».
— Я пойду, но ты не забудь, ясно? Ты должна нести вину за совершённые преступления.
Он оставил только эти слова и сошёл с крыши. У меня не нашлось слов, чтобы остановить его. Всё, что я могла, — это смотреть ему вслед.
— Ах…
«Что же… что я наделала!? Я обманула Харуто и лишила его мечты. Так ещё и Бидзэн-кун, драгоценный друг Харуто, тоже оставит его из-за меня! Но я даже не могу ему сказать! Не могу открыть правду. Если скажу — всё кончено. Бидзэн-кун никогда не простит».
«Пусть со мной что угодно будет. Это карма за мои преступления. Но я не вынесу, если Харуто пострадает из-за меня».
— …Неправда.
«Это не так. Вернее, чем причинять боль другим, я боюсь боли самой. Ведь я не хочу, чтобы Харуто меня ненавидел. Одна только мысль, что я больше никогда не увижу его улыбку, уже готова была сломать меня. Хотелось закричать. Если бы я могла быть с Харуто, я… я…»
— Аха, ахахахахаха! Какая же я неприглядная женщина!
В отличие от него, сияющего, как солнце в небе, я — всего лишь дождевая туча! Ахаха, ахаха… хахаха…
— …Ахаха… хаха… теперь всё кончено. Всему конец.
Мне пришлось принять эту реальность, которой я так отчаянно пыталась избежать. По крайней мере, я хотела закончить всё с ним на позитивной ноте, но…
— Прости, Харуто… прости…! Я никогда не думала, что всё так выйдет…!
Я продолжала рыдать, глядя на пепельно-серую стену, и никто не слышал моих слёз. Мне даже не позволялось грустить, и всё же я не могла сдержать слёзы. Я действительно была эгоисткой. И всё же не могла остановить эти слова. Лицо было перемазано слезами и соплями, когда я потянулась к ручке. Не могу же я оставаться здесь вечно.
— Прости, Харуто…
С этими последними словами я оставила крышу позади. В тот же миг я услышала звук того, как разбиваются моя мечта и моё собственное счастье.
— …Неправда. — пробормотал ошеломлённый парень.
Ему пришлось наблюдать разворачивающуюся перед ним картину, услышанные слова и её реакцию.
«Меня травили с тех пор, как я поступила в эту школу».
Побуждаемый внезапным любопытством, он последовал за своим другом на крышу, гадая, что тот делает на улице в такую погоду. Он спрятался в тени и молча наблюдал.
«Я разбила их пудреницу, и меня заставили участвовать в этой игре в качестве наказания».
Вскоре после этого появилась она… Асахина Вакаба, и затем —
«Они велели мне встречаться с самым нелюбимым человеком в этой школе — Ирумой Харуто-куном».
— Неправда! — Он даже не вытер слёзы.
Вместо этого парень — Ирума Харуто — ударил кулаком о стену.
＊＊＊
3
Голова тяжёлая. Впереди ничего не вижу. Кончики пальцев онемели, и просто сделать шаг стоило невероятных усилий. Если расслаблюсь хоть на секунду — тут же упаду. И всё же тело чувствовалось лёгким. Я ещё иду? Кажется, будто нахожусь во сне.
В полузабытьи я спустилась по лестнице. Только и ждала, когда тело сдастся и я упаду. Слова Бидзэн-куна повторялись у меня в голове снова и снова, и снова, и снова. «Я обманула Харуто… предала его добрые чувства». Бидзэн-кун велел мне оставаться с Харуто, пока игра не закончится, но смогу ли я теперь на это? Уверенности нет.
— Ты в последнее время не в духе. Скажи, что случилось?
— М-Мм… ничего.
Я услышала два знакомых голоса, доносящиеся из коридора. Сердце забилось чаще. «Словно в голове не хватает свежего воздуха». Заглянув на этаж, я увидела двух учениц, разговаривающих друг с другом… Кажется… это Кудзё Канами-сан… и Ядзима Рури-сан?
— Не уверена. Ты странно себя ведёшь уже какое-то время. — Фирменный хвостик Кудзё-сан качался из стороны в сторону, пока она склоняла голову в недоумении.
— Т-Ты слишком беспокоишься, Канами-тян! Я совершенно в порядке, вот, вот! — Ядзима-сан размахивала руками, но даже я видела, что она себя заставляет.
Что с ней случилось?
— Ну, если ты так говоришь! Кстати, как насчёт поездки на следующих каникулах? Папа купил цифровой фотоаппарат, очень дорогой! Давай сделаем кучу снимков!
«Кудзё-сан всегда была такой энергичной? Когда я видела её в классе Харуто, она была куда спокойнее и рассудительнее, нет? Может, они давние подруги?»
— Х-Хорошо, звучит круто — А, э?
«О нет, я, наверное, слишком наклонилась вперёд». Ядзима-сан меня заметила.
— П-Привет…
Не видя другого выхода, я подошла к них. В ответ Кудзё-сан помахала мне рукой.
— О, Асахина! Что привело тебя сюда?
— К-Канами-тян!? Ты её знаешь? — На лице Ядзима-сан отразилось замешательство.
— Ага, она девушка Ирумы. Мы часто видимся на большой перемене, так что уже как подружки! Ты не любишь о нём говорить, так что я тебе не рассказывала, правда? — Кудзё-сан подняла большой палец.
«— Девушка Ирумы…» Эти слова, которые раньше привели бы меня в восторг, теперь вонзились прямо в сердце.
— Асахина-сан, что случилось?
— Н-Нет, ничего…
— Вы что, поссорились с тем болваном? Ты же не приходила сегодня в наш класс.
«— Плохо, она заподозрила неладное».
В панике я отвела глаза. Конечно, этот жест показался странным, и я заметила, как Кудзё-сан прищурилась.
— Ах да, я ещё видела, как Бидзэн спускался по лестнице. И он почему-то казался странным…
«Ух…» Одно только это имя заставило спину напрячься. Он, должно быть, был так зол, что даже Кудзё-сан заметила его ненормальность… «Ах, что же мне делать? С кем поговорить?»
— Бидзэн-кун довольно близок с Ирума-куном, да…? — спросила Ядзима-сан с лёгким подозрением.
— Ага-ага, он один из Особой Троицы. Только что, кажется, я слышала, как он бормотал что-то про кого-то… Нана… Нанасэсисусэсо, что-то вроде того.
— Нана… Погоди, Нанасэ-сан!?
Почему-то слова Кудзё-сан вызвали у Ядзима-сан ошеломлённую реакцию. Её глаза широко раскрылись, а тело, казалось, дрожало от страха. Но, конечно, не она одна, потому что я чувствовала то же самое.
«— Я покажу им ад!»
В памяти всплыл разговор с Бидзэн-куном на крыше. Он серьёзен. Он собирается что-то сделать с Нанасэ-сан.
— О, точно! Она! …Погоди, Риа, ты её знаешь?
— Значит, Бидзэн-кун спустился с лестницы и пробормотал что-то о Нанасэ-сан? А вскоре после этого спускается и Асахина-сан… Погоди, неужели!?
Я больше не хотела это слышать.
— Извините… мне нужно по делу!
Больше не могу здесь оставаться! Не вынесу! Едва подумав об этом, ноги сами понесли меня, и я выбрала побег.
— Ах, эй!
Я проигнорировала голос Кудзё-сан, звавшей меня, и направилась в свой класс.
＊＊＊
4
Уроки в тот день вообще не лезли мне в голову. Учителя несколько раз просили меня решить задачу, но я помню только, что отвечала, а не что именно. Кружилась голова, и ничто по-настоящему не имело значения. Время шло, и мне становилось всё хуже. Я чувствовала себя загнанной в маленькую комнату, медленно сходя с ума.
«— Может, всё, что произошло на большой перемене, было моим воображением? Может, ничего не было, и я просто, как всегда, пообедала с Харуто?»
У меня было странное ощущение, будто так и было. Казалось, вкус мясного соуса из гамбургера наполняет рот. Какой он был… Хммм…
— Что будем делать сегодня? Караоке? Говорят, новые песни появились.
— У меня в этом месяце немного с деньгами туго, так что, может, нет? Ах, но так хочется попеть сейчас!
«Э, они о караоке на уроке говорят? Учитель рассердится…»
— …О?
За учительским столом никого не было. Когда я огляделась, все собирались домой. Время приближалось к трём часам. Уроки, оказывается, закончились, а я и не заметила.
— Уроки… кончились? Все… домой…?
«Ах, точно. Мне тоже нужно. Раз школа кончилась, мне надо встретиться с ним…»
— Харуто…
Я и сама стала собираться, встав с места на неустойчивых ногах. «На них нельзя положиться. Кажется, будто иду по облаку». Скорее, надо скорее выйти из класса, пойти туда, где Харуто…
— А-Асахина-сан!
Я медленно обернулась. «А? Опять Ядзима-сан». Её маленькое тело яростно дрожало, а рот открывался и закрывался, будто она хотела что-то сказать. Интересно, что? У меня, по правде, нет на неё времени.
— М-Мм, Асахина-сан, ты…
— Эй, ты!
Этот второй голос принадлежал Нанасэ-сан. «Почему все сейчас ко мне пристают?» Меня это немного раздражало.
— Насчёт игры…
— !
«Игра… игра… Ах, точно. Мне пришлось лгать Харуто, чтобы обмануть его».
— Эй, ты чего зависла! Мы сейчас всё раскроем!
«Раскрыть? Что? Игру… ему…?»
— Прекрати, Нанасэ-сан! Давай больше не будем так делать с Асахиной-сан!
— Чего? Заткнись. Что, святошей прикидываешься? У тебя вообще есть право что-то говорить? Ты всё это время молчала, знаешь ли.
— Ах…
— Если поняла, то проваливай! — Нанасэ-сан грубо оттолкнула Ядзима-сан.
Она махнула на неё рукой, словно отгоняя животное, и раздражённо цыкнула. Я наблюдала за этим в оцепенении, когда Нанасэ-сан подошла ко мне.
— Эй, Асахина? Разве тебе не радостно? Скоро тебя освободят от роли, так будь благодарна. Играть в парочку с той белой свиньёй было ужасно, правда?
«— Да, верно. Нанасэ-сан была спусковым крючком. Если бы она никогда этого не придумала. Ей было мало просто травить меня! Если бы она на этом и остановилась, Харуто и его окружение не пришлось бы страдать. Если бы я не связалась с ним, он мог бы оставаться счастливым. Он мог бы наслаждаться обычной школьной жизнью!»
— Хватит издеваться! — я взревела от ярости.
— …Чего-о-о!?
— Ты… ты! Потому что ты такое сказала…! Он… Харуто…!
Нанасэ-сан была ошеломлена моей реакцией, её глаза широко раскрылись. Но это лишь подлило масла в огонь моего гнева.
— Зачем ты это сделала!? Что ты мне теперь будешь делать!? Теперь я даже не могу сказать ему о своих чувствах! Я люблю его, и всё же ничего не могу сделать!
— О чём ты… говоришь…!?
Я приблизилась к Нанасэ-сан, схватив её. Чувства переполняли меня, и я не могла остановиться. Из-за тебя… я сделала это с Харуто!
— Что ты теперь будешь делать!? Отвечай! Отвечай мне! Быстрее!
— А-Асахина-сан, успокойся!
Как только я собралась дёрнуть Нанасэ-сан за волосы, Ядзима-сан меня удержала. «Отпусти! Отпусти! Это всё её вина! Она должна заплатить!»
— Он… Харуто будет меня ненавидеть… Я… я не хочу этого…!
— О чём ты вообще? Т-Ты же тоже ему лгала, верно! Ты соучастница!
«— Ах. Ахаха, верно, верно. О чём это я вообще?» Вся сила покинула моё тело, а раскалённая голова мгновенно остыла. Я же ему лгала. Бидзэн-кун то же самое говорил… Я идиотка. Невероятно.
— А-Асахина-сан…
— Я в порядке. Пожалуйста, можешь меня отпустить.
Ядзима-сан на секунду заколебалась, но наконец поверила моим словам и убрала руку.
— А-Асахина… Ты…
Кто-то обратился ко мне. Нанасэ-сан? Или Торимаки-сан? «Какая разница». Я просто проигнорировала всех и вышла из класса.
— !
— !
Я слышала голоса, зовущие меня, но «это не моя проблема». Я просто шла вперёд, к его классу… Почему-то… хотя я хочу его увидеть, сердце твердит мне не идти туда. Я уже сама себя не понимаю. Я просто двигала ногами, которые несли меня к нему. «Доберусь туда — и либо тело, либо сердце умрёт, уверена».
— Ах…
Наконец я оказалась перед классом 1-1… Почему я вижу две двери? Мне кажется, всё вокруг трясётся. «Землетрясение? Как страшно. Надеюсь, с Футабой всё в порядке».
Так или иначе, мне нужно сейчас встретиться с Харуто. Как только увижу его, всё будет хорошо. Харуто… Харуто… Харуто… Я наконец смогу тебя увидеть.
— Опа! Напугала!
Как только я собралась открыть дверь, из неё вышел ученик. Я как-то сумела увернуться, но было близко.
— Простите, вы в порядке…?
Это… Датэ-кун? Старший брат, кажется? Или младший?
— А, Асахина-сан! Вы пришли!
«Хм? Он кажется довольно удивлённым, что случилось? …Хотя, правда, мне всё равно. Где Харуто? Он должен быть внутри».
— Мм, где Харуто…?
— Он… ну…
…? Что это за лицо? Харуто вышел?
— У него семейные дела, так что ему пришлось уйти пораньше. Он просил передать вам, если вы зайдёте. А, ничего плохого не случилось, не волнуйтесь.
«Ах, понятно». Тогда могу связаться через LINE — «Да, вот оно». У меня сообщение от него. Как и сказал Датэ-кун, Харуто написал, что не сможем пойти домой вместе, и добавил стикер с плачущим лицом.
Я даже не заметила, что со мной творится? Пропустила его сообщение — такого раньше никогда не было. Но, понятно. Харуто больше нет в школе. Услышав это, я почувствовала разочарование — и на долю секунды — облегчение. Я прокляла себя за это.
— Понятно… Тогда ничего не поделаешь.
Если Харуто нет здесь, мне незачем оставаться. Не хочу натыкаться и на Бидзэн-куна с Намикавой-куном… «Пожалуй, просто пойду домой».
— В общем, я тогда пойду…
— …Мм, насчёт Харуто!
Я уже собралась уходить, когда Датэ-кун окликнул меня.
— Что насчёт него?
— Он… болван и извращенец… вообще безнадёжен, когда дело доходит до девушек, но он классный парень.
— А…?
«О чём он? Я лучше кого-либо знаю, какой он добрый и замечательный».
— П-Поэтому… он с этого момента может нести какую-то чушь, но не будьте к нему слишком строги, ладно? Он… правда вас любит, понимаете.
— !
«— Он любит меня».
Эти слова превратились в острый нож, вонзившийся прямо в сердце. Если бы я услышала это несколько дней назад, я бы летала на седьмом небе от счастья. Но сейчас это было лишь доказательством моей вины. Тело задрожало… «Прекрати, не говори этого!»
— П-Простите, что говорю такие странные вещи. В общем, я просто прошу — пожалуйста, позаботьтесь о Харуто, хорошо?
«— Его слова нанесли последний удар».
— Ах — Ахххххххххх!!!!!
«Больше не могу, не вынесу! Почему, почему это должно было случиться!» Едва вскрикнув, я бросилась бежать. Я хотела покинуть это место, эту проклятую школу, как можно быстрее.
— Эй, подождите! Пожалуйста, секундочку! Я ещё не всё сказал! Аххх, чёрт! Аники, старший брат! Помоги, я всё испортил!
Голос Датэ-куна звучал у меня за спиной. Но мне уже всё равно.
— Хаа… Хфф…! — я продолжала бежать. — Хфф… Ух… — я расталкивала учеников на пути. — Хаа… Хфф…! — я выхватила обувь из ящика. — …! Хаа…
Я выбежала за школьные ворота и не останавливалась. Ничего не видела, ничего не слышала. Хотела убежать от своего страха и вины. Ненавижу места, где все пытаются причинить мне боль. Даже Харуто нет рядом, чтобы утешить! Тогда остаётся только одно место. Моё единственное безопасное убежище. Там моя семья, мои союзники! Они всегда за меня. Как только доберусь домой, всё будет хорошо.
Верила в этот факт и бежала домой. Задыхалась, сердце билось всё быстрее и быстрее. Каждая мышца в теле кричала от боли. Наконец я увидела знакомый район, мой любимый дом был уже виден.
— Мама, папа, Футаба…!
Я влетела в дверь, рухнув внутрь. Не могу дышать. Потребовалась секунда, чтобы взять под контроль бешено колотящееся сердце. Наконец я услышала приближающиеся голоса. Слава богу, это моя семья, идёт меня спасать.
— Ч-Что случилось? — Мама смотрела на меня с беспокойством.
— Почему ты так запыхалась? Успокойся немного, всё в порядке. — Папа произнёс несколько ободряющих слов.
— Одээ-тян, принести тебе воды? — Футаба направилась на кухню.
«Все… Погоди, все? У Футабы в школе был день основания, так что логично, что она дома, но почему папа тоже здесь? Разве ему не надо на работу? Ну, не важно. Просто разговор с ними заставляет чувствовать себя в безопасности. Наконец-то могу успокоиться».
— Фуу… фуу…
«Ладно, дыхание пришло в норму. Нельзя всех беспокоить». Неловко, но я изо всех сил попыталась выжать улыбку и подняла взгляд —
— Ах да, я слышала! Поздравляю, Вакаба! Ты нашла себе замечательного парня, правда?
— Э?
«— Слова мамы нанесли последний удар».
— Нечего скрывать. Я-я не буду жаловаться. — Брови папы дёрнулись, когда он это говорил.
— П-Погоди! Почему вы… — я была в замешательстве, когда Футаба показала язык.
— Прости, но… я случайно проболталась!
…Что?
— Фуфу, твой отец так потрясён, что с работы ушёл из-за этого. Хотя я отправила ему письмо ещё во время обеда.
— Эй! Я взял полдня отгула, ясно? Завтра у нас нет работы, так что подумал, самое время… Хотя я так потрясся, что чаем поперхнулся.
«Э, что? Что происходит?»
— Разве можно мчаться домой только из-за этого? Хотя, это же так на тебя похоже, папа!
— Неправда, говорю же…!
«Это сон… сон, правда?»
— Ну, так или иначе, я очень рада. Неужели у Вакабы появился парень! Сегодня вечером приготовлю твою любимую еду. — Мама улыбалась.
«Прекрати… хватит…!»
— Поэтому расскажи мне побольше об этом Ирума-сане. Да, о том, как всё началось…
— !
— Верно! Я тоже хочу послушать… — сказал папа.
— Заткнитесь!!
— О-Одээ-тян…?
— Хаа… Хфф…
«Почему… Почему…!?»
— Вы тоже!? Отстаньте уже!
Все трое были ошеломлены моей внезапной вспышкой.
— В-Вакаба? Что случилось?
— Прости, я сказала что-то не то…? Мне просто было интересно, какой он парень…
— Одээ-тян…? Извини, я думала, можно им рассказать…
— Заткнитесь! Мне всё равно!
Впервые в жизни я так повысила голос перед семьёй. Футаба даже расплакалась. Но я не могла остановиться. Сознание отключилось, в глазах потемнело. Не смогу себя сдержать. Всё это время я сдерживалась, а теперь перешла черту.
— Оставьте меня! Просто не лезьте ко мне больше!
— Успокойся! Что с тобой случилось? — Папа схватил меня за плечо.
«Нет, отпусти! Не трогай меня!»
— Ненавижу… я вас всех ненавижу! Не разговаривайте со мной! Оставьте меня в покое!
— Вакаба!? Подожди!
— Одээ-тян!
Я оттолкнула их всех и побежала. Я сошла с ума. «Это ложь! Моя семья тоже не безопасное место!?» Я взбежала по лестнице, влетела в свою комнату и заперла дверь.
— Хаа… Хфф… — Я прислонилась к двери и сползла на пол.
Пот стекал со всего тела. Я вытерла лоб рукой, когда услышала громкие звуки с другой стороны двери.
— Вакаба, открой дверь!
— Что случилось!? Давай обсудим! Пожалуйста, открой дверь, а?
Мама и папа пытались уговорить меня. «Прекратите, просто прекратите уже! Отстаньте! Как всё дошло до этого? Сегодня утром я чувствовала себя лучше некуда, так почему же! Не хочу здесь оставаться! Хочу убежать! Но куда…? Я убежала от друзей Харуто, от одноклассников, и наконец…»
«— Я убежала от своей драгоценной семьи».
— Ух…!
«Зачем я сказала такую жестокость? Они ничего не знают. Они знали только, что у меня появился парень. Они просто были за меня рады. Но даже если я сейчас пожалею, ничего не изменится. Я не могу им рассказать. Если у меня не хватит смелости признаться во лжи, всё останется по-прежнему. И даже если я скрою правду, нет гарантии, что они не узнают другим путём».
«Что мне делать? Что я могу сделать!?» Я думала, и думала, и думала, но не знала, что правильно, а что нет. Голова кружилась, мысли превратились в водоворот. «Нет, нет… Если это сон, пожалуйста, разбуди меня! Я больше не хочу этого…»
— Спаси меня… Харуто… пожалуйста, спаси меня…
[[image:/storage/reader-images/bc219bc1835cc86c5a7abf35aa2fac39768c968d.jpg]]
Отчаянно я искала спасения в нём. Я прекрасно знала, насколько это жалко. Но переполняющие меня эмоции не позволяли ничего изменить. Должно быть, я выбилась из сил, потому что почувствовала, как сознание уплывает, а зрение застилает темнота.
…
……
………А?
Придя в себя, я оказалась в открытом пустом пространстве, совсем одна.
«— Где это?»
Я огляделась, но всё вокруг было окутано туманом. Понятия не имею, где нахожусь. Мм, что я делала в последний раз? И как это привело меня сюда? Везде выглядело одинаково, не позволяя даже понять, иду ли я куда-то или нет. Наконец я заметила вдалеке чью-то спину. Это было полное тело с круглой головой, определённо принадлежащее —
«Вот что мне в тебе нравится, Вакаба».
Я бросилась бежать. Не может быть ошибки, это он. Моя первая любовь, мой любимый парень, это может быть только он.
— Харуто!
«Больше ничего не имело значения. Пока он со мной, больше ничего не важно!»
— Хаа… Хаа… Хфф…!
Я погналась за ним. Совсем немного — и догоню. Его широкая спина заполнила поле зрения. Весь страх и тревогу сдуло, когда я протянула к нему руку —
— …Э?
— …Но эта самая рука была отброшена.
Медленно он повернулся. Выражение его лица было таким, какое я никогда раньше не видела. Инстинктивно я почувствовала страх при виде этого. Его глаза были налиты кровью. Он стиснул зубы, словно сдерживая гнев, и я слышала, как они скрипят. Доброго, всегда улыбающегося Харуто нигде не было видно.
— Хару…то?
— Не подходи!
…Его слова заставили меня замереть на месте. Его голос отвергал меня.
— Не смей подходить ближе.
— Э? О чём ты? А, ты, наверное, шутишь… да? Это одна из твоих обычных шуток… я знаю.
Однако его реакция излучала ненависть и отвращение, каких я никогда от него не видела. Впервые он так пристально и зло смотрел на кого-то. Тело застыло, изо рта не выходило ни слова.
— Ты всё это время лгала, верно? Не смей трогать меня своими грязными руками…!
— !?
— Тебе же было весело, да? Играть с чувствами непопулярного парня, который впервые почувствовал себя хорошо!
— Н-Нет, я никогда! — Я отчаянно пыталась опровергнуть его предположения, но он не подавал виду, что верит.
— Я не хочу иметь ничего общего с такой отвратительной женщиной, как ты.
«Н-Нет, не говори так. Ты не прав!»
— Никогда больше не приближайся ко мне, ты…
Его обычно добрый взгляд был багрово-красным, а его рот, которым он говорил, как сильно любит меня, искривился.
— …Отброс!
Харуто. Сказал. Это.
— Иик.
«Кажется, сердце остановилось». Горло пересохло, голова опустела. В тот же миг он повернулся ко мне спиной и пошёл прочь. Он даже не удостоит взглядом оглянуться на меня. Он оставит меня и уйдёт туда, где я не смогу его достать —
— Нееет!
Я вцепилась в его ногу, отчаянно пытаясь остановить.
— Не уходи! Не оставляй меня! Я исправлюсь! Извинюсь, поклонюсь в ноги! — Всякий стыд покинул тело, и я просто закричала. — Я сделаю что угодно! Поцелуй, похабщину, сколько захочешь! Можешь делать с моим телом что угодно!
Поэтому, поэтому…!
— Пожалуйста… не… ненавидь меня…!
Однако он не слушал моих слов и просто ушёл от меня.
— Нет! Нет, нет, нет, нет! Харуто! Харутоооооо!
Моя рука не могла достать до него, и туман окутал моё тело, пока всё вокруг не стало белым.
…
……
………А!?
— Э, это… моя комната?
Осмотревшись, я увидела ту же обстановку, что и до потери сознания. Значит, всё, что только что произошло, было сном? Утреннее солнце светило в окно моей комнаты. «Всё это время я спала, да». Я попыталась встать, но…
— А?
Тело было тяжёлым. Голова кружилась, взгляд всё ещё был мутным.
— Утро… уже утро? Тогда мне надо идти… В школу…
«— И встретиться с ним».
«Отброс!»
— Агья…!?
«Словно что-то ударило меня по голове». Нет, нет, нет, нет! Это был сон, всего лишь сон…! Я твердила себе, но осознала, что реакция Харуто не так уж нереалистична. То, что я сделала, непростительно, и у него есть полное право оттолкнуть меня.
Да, именно так. Поэтому я должна пойти. К тому же пешеходному переходу, где он ждёт меня. Я отперла дверь своей комнаты и открыла её. Никого снаружи не было. «Как раз то, что нужно». Очень не хотелось с ними сталкиваться. На неустойчивых ногах я направилась к выходу. Мышцы кричали от боли, но я просто игнорировала это.
Я была слишком напугана встречей с семьёй и насильно двигала тяжёлыми ногами. Спустя время, показавшееся часами, я наконец добралась. Я положила руку на дверь и уже собиралась выйти, как вдруг —
— Одээ-тян!?
«Этот голос…?» Я медленно обернулась и увидела, что Футаба смотрит на меня с пустым выражением. Её обычно милое лицо было бледным, а глаза смотрели так, будто она вглядывалась в меня. Хотя мы живём вместе столько лет, я никогда не видела у неё такого выражения. Не знаю почему, но это показалось мне забавным, и я фыркнула.
— Что случилось!? Ты странно себя ведёшь с самого вчера!
— Не ори так, родителей разбудишь. Ничего, правда.
— Как будто я в это поверю! Это из-за того, что я рассказала им о тебе и Ирума-сане? Ты злишься из-за этого?
Одно только его имя заставило тело содрогнуться. Я отвернулась от младшей сестры и покачала головой.
— Он тут ни при чём.
— Не может быть! Не верю! Ты странно себя ведёшь с вчерашнего дня… — Тут она запнулась, приложила руку ко рту, словно что-то поняла. — Неужели он что-то сделал? — Она покачала головой, не желая верить.
— Вот оно, правда!? Он сделал с тобой что-то ужасное!
— Нет, это не так!
«Тебе же было весело, да? Играть с чувствами непопулярного парня, который впервые почувствовал себя хорошо!»
— Он… Харуто не виноват! Всё из-за меня! — я закричала, вспоминая слова Харуто из приснившегося сна. — Конечно, он так отреагирует после того, что случилось!
В тот миг, как я произнесла эти слова, лицо Футабы снова побелело.
— После того, что случилось… Так и знала! Как жестоко, а я думала, он добрый… Он худший.
— Замолчи! Я не прощу, если посмеешь говорить о Харуто плохо!
— Э, н-но…!
Моя младшая сестра собиралась повысить голос, но лишь стиснула зубы. «Ты даже не знаешь обстоятельств, так что не умничай…!» Тёмное, жгучее чувство начало подниматься из глубин груди. Даже если я хотела его остановить, не могла. Рот открылся, и я выпалила всё, как отвратительный человек, которым и была.
— Т-Тебе не понять, Футаба!! Ты весёлая, у тебя много друзей! Я совсем другая, просто смотрю, как ты одна веселишься!
— О-Одээ…тян…?
«Нет, я не хочу этого говорить! Футаба — моя драгоценная младшая сестра, я не хочу причинять ей боль!» И всё же я не могла остановить свои слова.
— Оставь меня в покое! Что ты обо мне знаешь!?
Наконец я выпалила слова, которые должна была держать запертыми в груди.
— Одээ…тян… так ты… — Слёзы потекли из глаз Футабы. — Так ты обо мне думала?
«— Ах…»
— Вакаба!? Ты проснулась!? Вакаба!
— Подожди, мы сейчас придём!
Должно быть, они услышали шум. Я слышала, как приближаются шаги родителей. Я могла только оставить позади свою плачущую младшую сестру и выбежать из дома. «Не хочу этого, не вынесу этого, хочу уйти, хочу исчезнуть!»
…Я бежала и бежала. Однако тело достигло предела. Ноги остановились, я задыхалась. И когда я прислонилась к стене, из телефона донёсся знакомый мотив.
— LINE? Сообщение? Неужели этот звук…!
Вся усталость только что исчезла, я лихорадочно достала смартфон. Посмотрев, увидела несколько пропущенных звонков и сообщений. Я вообще не заметила. Половина — от семьи. А другая половина —
— Хару…то…?
«Не может быть, чтобы я ошибалась». Это было сообщение от моего парня, Ирумы Харуто. Дрожащими пальцами я открыла сообщение и прочитала.
«Извини, что беспокою так рано. Сегодня сможешь прийти в школу? Если можно, я хочу кое о чём поговорить. На обычном месте, за школой. Я подожду там в любое время».
Интересно, о чём он хочет поговорить? Ну, знаю, что он добрый, наверное, просто волновался. Я устала. Хочу забыть обо всём и просто думать о Харуто. Даже если это результат очередного обмана с моей стороны.
＊＊＊
5
Позже обычного я добралась до школьных ворот. Заметила нескольких учеников, уже идущих в школу, наверное, из-за утренних занятий в клубах. Они бросали на меня недоумённые взгляды, но я их игнорировала. Я просто хочу его увидеть. И потом… что я собиралась делать? Ах да, поговорить с ним. Ахаха, ахаха, интересно, о чём мы сегодня будем болтать? Уверена, это заставит меня улыбнуться, как всегда.
«— Ты всё это время лгала… верно?»
— Ух!?
«Аха, ахахаха… не могу больше думать». Где Харуто? Где… где… вот же он! Я заметила его глазами, его знакомую спину. Я бросилась бежать и протянула к нему руку. Точно как после того сна.
— !
Я вспомнила голос Харуто из сна и застыла на месте. И тогда Харуто повернулся, медленно, точно как во сне. На его лице было выражение, которого я никогда раньше не видела. Он медленно открыл рот.
— Значит, пришла.
— Хару…то…
И затем…
— Вакаба.
Он…
— Я всё узнал.
Он произнёс те слова, которые я никогда не хотела от него слышать.
Глава 7
Асахина Вакаба и её парень
＊＊＊
1
— Вакаба… я всё услышал.
Слова Харуто прозвучали у меня в ушах. Что он только что сказал?
— Н-Не может быть… ты шутишь, правда? Ты не мог узнать об этом…
Верно. Это правда, которую от него следовало скрывать. Бидзэн-кун, да и я тоже, мы никогда не хотели, чтобы он узнал. Пожалуй, в этом мы были единодушны. Так почему!? Кто ему рассказал!? Столкнувшись с таким внезапным поворотом, я растерялась, и мысли встали как вкопанные. Не могу дышать. Я чувствовала, как кровь отливает от лица.
— Я не шучу. Я знаю обо всём. — Харуто не закончил.
Его низкий, рычащий голос всё выдал. Он знал о моём положении в классе, о том, как меня загнали в эту ситуацию, и о словах, которыми я обменивалась с Бидзэном-куном. И, что важнее всего, он знал об игре. Он и вправду знал обо всём.
— …Вот как всё обстоит, да? Тебе больше не нужно это скрывать, я знаю. Тот факт, что признание было ложью, и почему ты встречалась со мной…
— Ах, уф…
Мне хотелось всё отрицать, сказать, что он ошибается. Но отрицать здесь нечего. Какие оправдания помогут мне здесь? Пот выступил из каждой поры, и голова раскалывалась от боли. Неужели это происходит наяву? Ах, поняла! Это ведь тоже сон, да? Я на самом деле всё ещё лежу в постели, и меня заставляют смотреть кошмар. Именно, это всего лишь сон…
«Ты всё это время лгала, так? Не трогай меня своими грязными руками…!»
— Уф…!?
Нет, нет! Неужели тот сон был реальностью!? Тогда, отсюда и дальше, он…
— Х-Харуто… — я бросила на него взгляд, и он медленно открыл рот.
— Если так, то мне остаётся сказать лишь одно.
— А-Ахх…!
Всё кончено. Что бы я ни сказала, всё слишком поздно. Хочется сбежать, но дрожащие ноги приковали меня к земле.
— Вакаба…
И наконец прозвучали слова. Слова его приговора, прямо как в том сне, которые полностью уничтожат меня. Он смотрел на меня страшным лицом, которого я никогда не видела, с улыбкой — Улыбкой?
— …Э?
Картина моего ночного кошмара разлетелась на куски. Харуто улыбался. Это была та же добрая улыбка, которую он всегда мне дарил.
— …Давай продолжим игру!
— Вот что он сказал
[[image:/storage/reader-images/459012f41f8d1e10e98bef4065cf5a73cef09bf8.jpg]]
— Ч-Что!? О чём ты говоришь!? Т-ты вообще понимаешь, что говоришь!?
— Слуга природы! Я не настолько глуп, знаешь ли. — Харуто размахивал рукой, уверенно кивая.
— Т-Тогда ты же понимаешь, что значит продолжать игру, да!? — я совсем не могла за ним угнаться.
Харуто просто поднял обе руки и смеялся от души. Совсем не понимаю, что у него в голове. Продолжить игру!? Я не вижу для этого ни причин, ни выгоды для Харуто.
— Мне нужно извиниться. Я на самом деле был там, на крыше… — заговорил Харуто спокойным тоном, раскрывая всё. — Рёити сказал мне, что у тебя срочные дела, и не дал ничего спросить, а Сюн позвал братьев Датэ поесть в школьной столовой. Я сам не знал, что делать.
Поэтому он бродил вокруг и заметил, как Бидзэн-кун поднимается на крышу.
— Я думал, что он там делает в такой холод, и решил, что он, наверное, что-то задумал. Поэтому я последовал за ним. Давненько я туда не поднимался, но потом…
Потом после него появилась я. Должно быть, он услышал нас, и как же простой оказалась причина. Он, так сказать, поймал меня с поличным. Но это всё ещё не объясняет его решения.
— И вот как всё вышло. Я не хотел подслушивать, прости! — Он покачал головой, словно ребёнок, пойманный на шалости.
Почему, как ты можешь так реагировать. Как… ты можешь так улыбаться? Если он серьёзно слышал всё это, он не должен прощать меня. Прямо как в том сне, он должен отвергнуть меня.
— Рёити… ну, он вырос в более сложной обстановке. Ты же знаешь, что он из знатной семьи, да? Когда он был маленьким, в него вбивали всякие науки о государственном управлении. У него не было будущего, которое он мог бы выбрать сам. Это словно превратили его сердце в машину, до сих пор не верится. — Он продолжил, игнорируя моё ошеломление. — Бьюсь об заклад, он даже не осознаёт, через что тебе пришлось бы пройти, если бы он заставил Нанасэ-сан и остальных перестать ходить в школу. — Он вздохнул. — Тебя травили, да? Что подумают твои одноклассники, если те, кто тебя травил, перестанут ходить в школу? В худшем случае, они решат, что ты послала своего парня и его друзей разобраться с ними, и будут относиться к тебе как к изгою до самого выпуска.
Тут Харуто наконец прекратил свой монолог и склонил голову в мою сторону.
— Пожалуйста, не думай о нём плохо. Я знаю, что то, что он пытается сделать, — плохо, но всё это ради меня. Он о многом думает, даже если выглядит иначе. В результате он попытался решить всё сам…
— Я-я бы не стала ненавидеть его за это…
Виновата я. Как я могу его винить.
— Правда? Спасибо! Это облегчение. — Харуто показал облегчение при моих словах и продолжил. — И, хотя я сказал продолжить игру, я не хочу идти по плану тех других, так что не волнуйся. У меня есть свои замыслы, люди, на кого можно положиться, так что тебя больше никак не обидят.
Не нужно волноваться? И всё? Неужели действительно можно… чтобы всё так уладилось? Честно говоря, я чувствовала себя глупо. Может, стоило поговорить с ним до этого худшего сценария. Странно. Одно только наблюдение за улыбкой Харуто заставляло всю мою тревогу исчезать. Я чувствовала себя глупо из-за того, что так переживала. Хотя я втянула в это свою семью… теперь я чувствую себя так глупо. Позже придётся извиниться.
— …Хм? — Я потупила взгляд от стыда, когда заметила влажное пятно на полу под ногами Харуто.
Вчера и сегодня утром дождя не было. Может, кто-то пролил там воду? Но площадь слишком мала для этого… Как?
— …!
Меня охватило ужасное предчувствие. В панике я подняла взгляд и встретилась глазами с Харуто. До сих пор я боялась, что он меня возненавидит, и не могла смотреть ему в глаза. Поэтому я не видела. Не могла уловить. Потому что — он на самом деле не улыбался.
Края его глаз были красными, опухшими. Его тело слегка дрожало, и, наверное, ему должно было быть неловко. Тут я осознала причину своего дурного предчувствия, которое преследовало меня какое-то время. Каждое слово Харуто звучало так, будто он через силу, пытаясь что-то сдержать.
«…Во время того разговора он лгал».
— Ах… Ахх…!
В тот миг, как я это осознала, моё сердце содрогнулось. Меня заставили понять, как я была глупа. Я отводила глаза от реальности. Почему я не заметила этого? Харуто, должно быть, догадался о моих мыслях и показал мне ободряющую улыбку.
— Ах, т-тебе не нужно волноваться, я не злюсь! Для кого-то вроде меня с железным сердцем что-то такого уровня — ерунда! — тут он выдавил улыбку. — Я с самого начала думал, что это странно. Поэтому, пожалуйста, не переживай об этом, Ва… — Он запнулся. — …Асахина-сан!
Вот как он меня назвал.
— Ик…
— И-и ещё, у меня было предчувствие. Вака — Асахина-сан такая милая и добрая девочка, так что не может быть, чтобы у тебя были ко мне чувства! Мне теперь даже немного стыдно! Наверное, я был невыносим, да! — Харуто весело улыбался, плотно закрыв глаза. — Наверное, тебе было тяжело встречаться с таким отвратительным толстым отаку, как я? Извини, что я никогда не замечал…
— Н-Нет…
— Н-но всё в порядке! Мы просто будем всё имитировать! К-когда никого не будет рядом, нам не нужно быть вместе!
«Перестань».
— Нам просто нужно показывать им немного тут и там. П-поэтому, пожалуйста, воспрянь духом. Я хочу, чтобы ты улыбалась, ладно? Я не хочу, чтобы ты переживала, Асахина-сан.
«Перестань! Перестань!»
Я услышала глухой звук, и поле зрения задрожало. Нельзя, чтобы он называл меня по имени. Я никогда не знала, как это может быть больно. Но не в этом причина, по которой у меня сжимается грудь! Почему я никогда не осознавала…
Харуто добрее любого другого, ставит других выше себя. Я думала, что знаю его, но совсем нет! Не может быть сомнений, что Харуто, наверное, грустно. Он, должно быть, плакал всё это время, пока я не пришла. Но не потому, что его обманули. Всё ради меня.
Хотя мы были лишь ненастоящей парой, Харуто не хотел причинять мне боль и вместо этого держал всё в себе. Точно так же, как с Тайти-куном, когда он его спас.
«Я в порядке, правда. Сколько бы они ни смеялись надо мной, ни оскорбляли, я привыкла. Это не ново. Но… эх, если это та единственная девушка, которая сказала, что любит меня, я не вынесу, если над ней будут смеяться из-за меня…»
Вымазанный грязью, он шёл один, не желая причинять мне боль. И сейчас он снова прячет свои чувства. Он изображает лучшую улыбку, какую может, чтобы я не волновалась. Это то, чего он боялся больше всего. Что девушка, которую он любил, станет посмешищем из-за него!
— …Почему…
— …Э?
— Почему ты готов зайти так далеко ради меня!?
— А-Асахина-сан?
— Я всё это время тебя обманывала, понимаешь! Я даже ненавидела тебя вначале! А теперь ты идёшь на такое ради меня…
«…тебя любит».
…Ах. До моих ушей донёсся едва слышный голос. Я смутно увидела в поле зрения Бидзэн-кун и Датэ-кун. Они заговорили одновременно.
«Он и правда тебя любит».
— …Ах.
«Мне нравится Асахина-сан, которая рассказывает о своей семье».
Все его поступки, его слова хлынули в мою голову. Это были все драгоценные, но в равной степени невыносимые воспоминания с Харуто. Он краснел, потому что так сильно меня любил. Он прощал мне, что я день за днём говорила о своей семье, хотя сам потерял свою. И потом, и потом, и потом…
«Конечно! Эта милая, невероятно очаровательная девочка — моя девушка! С чего бы мне из-за этого расстраиваться! Я обязательно… сделаю её счастливой!»
— Н-Неееееет!?
— Ч-Что случилось!? — Харуто попытался утешить меня, протянув руку, но я отстранилась.
— Перестань! Хватит! Я не хочу, чтобы ты делал для меня что-то ещё!
— Э, что, что ты имеешь в виду…?
Ах, аххх! Я наконец поняла. Я обнаружила, чего боюсь больше всего. Не того, что слишком к нему привяжусь, или того, что он меня возненавидит! Чего я боюсь больше, чем того, что произошло в этом ночном кошмаре… это обречь самого любимого в мире человека на будущее, лишённое какого-либо счастья. Где-то в глубине души я, наверное, уже догадывалась. Догадывалась и предполагала, какие действия он может предпринять, если узнает об игре.
Несомненно, он проглотил бы всё это с улыбкой. Даже если бы его сердце разрывалось, даже если бы ему было больно и он чувствовал себя преданным, как никогда, со слезами на глазах… он всё равно не позволил бы мне волноваться о нём. Из-за меня его сияющая улыбка исчезла. Улыбка, в которую я влюбилась, я больше никогда не смогу её увидеть.
— Нет! Нет…!
— А-Асахина-сан!? Успокойся!
— Что… я наделала!? — Моё тело двигалось само, отдаляясь от него.
Наконец мои измождённые ноги подкосились…
— А!?
Спиной я ударилась о стену школьного здания. Я упала, и в процессе увидела то. Моё лицо отразилось в грязном зеркале. Оно было измождённым, явно уставшим, под глазами — мешки. Я была бледна как мумия, сама походила на труп. Не такой внешностью мне стоит показываться ему.
— …Ик.
Я посмотрела на себя и услышала голос, заставивший меня принять эту реальность передо мной.
«Ты. Не. Достойна. Быть. С. Ним.»
— …Уф…
«Ты. Не. Имеешь. Права»
[Любить Его]
— Аааааааааа!!!??
— Асахина-сан!?
— …рри.
— Э…?
— Прости прости прости прости прости прости прости…
— Уа! Э, что!?
— Изв— Уф! — Острая боль пронзила голову, заставив поле зрения затрястись.
Меня охватила тошнота, и я извергла всё на землю передо мной.
— Блех! Уф… Кхе, кхе!
— Что… Вакаба!?
— Я так… Кхе! Кхе! Изв… Извини… Кхе!
Аххх, всё кончено. Я даже не могу как следует извиниться. Почему я не могу пользоваться словами? Голова стало невероятно тяжёлой, а грудь сжалась до ощущения, что задохнусь. Чувство вины перед ним медленно убивало меня —
— Хару… то… Извини…
— Х-Хватит говорить! Успокойся, пожалуйста!
Что-то тёплое коснулось моей спины. Когда я медленно подняла голову, я увидела паникующего Харуто. Он потирал мне спину. Терзаемая виной, я снова опустила взгляд. Большую часть из того, что я извергла, составлял желудочный сок. Я же ничего не ела со вчерашнего дня. Хорошо, что это не так отвратительно выглядит.
Я попыталась приподнять тело, но в конечностях не было сил. Перед глазами потемнело. Моё тело медленно наклонилось вперёд —
— Изв… ни…
— И я рухнула на землю без чувств.
— Вакаба!? Эй, Вакаба! Н-нет, не делай этого! Возьми себя в руки! Пожалуйста, открой глаза…!
Издалека доносился его голос.
— Я сразу же отведу тебя в медпункт! А-Ахх… Нет, я не этого хотел…! Я просто… Я просто хотел, чтобы ты продолжала улыбаться…!
Наконец моё тело сдвинулось с места. Оно стало лёгким. Что-то мягкое и тёплое… Меня окутало приятное ощущение. Почему? Сердце стало гораздо легче. Я давно не чувствовала такого расслабления. Я поддалась этому, и сознание отключилось.
＊＊＊
2
…Веки были тяжёлыми. Тело вялым, не желающим двигаться. Эм… где я сейчас нахожусь? Как я сюда попала? Собрав все силы, я открыла глаза. Меня встретил — белый потолок. Сознание было ещё туманным, я не могла полагаться на чувства. Казалось, будто я всё ещё во сне. Всё тело изнуряла усталость. Я просто посплю ещё. Если я всё забуду и посплю ещё, мне станет гораздо лучше, я точно знаю —
— Сэнсэй! Вакаба… с ней всё в порядке!?
— Внезапно я проснулась окончательно. Я услышала знакомый голос, полный паники и смятения. Конечно, даже не нужно было гадать. Это человек, которого я любила, и который любил меня. Мой бывший парень — его голос. Я вспомнила. Я потеряла сознание перед ним. Когда я слабо повернула голову, сквозь просвет занавески я могла видеть его — Харуто.
Он, кажется, с кем-то разговаривает. Его лицо было пунцовым, на щеках оставались следы слёз.
— Ч-Что с ней случилось?! Она не больна, да…!? Может, вызвать скорую!?
— Успокойся, Ирума-кун. Насколько я могу судить, здесь нет экстренной ситуации. Вероятно, она просто потеряла сознание из-за приступа истощения и напряжения. Скоро проснётся. — Это был спокойный, надёжный мужской голос.
Я видела, как белый халат колыхался от лёгкого ветерка.
— П-Правда!? Слава богу…!
Тот, кто разговаривал с Харуто, должно быть, учитель, отвечающий за медпункт. Он помогал мне раньше, когда я поранила колено. Значит, я…
— Сэнсэй, большое вам спасибо!
— Не за что, это моя работа. Но, похоже, она получила какой-то психический шок. И не только это. Мышцы всего её тела в последнее время были перегружены. Что же случилось, чтобы она дошла до такого?
— Это… потому что… потому что я… — Харуто стиснул зубы.
В его словах я услышала смутное сожаление. Почему он должен так чувствовать?
— …Прошу прощения. Я не должен был об этом спрашивать. — Учитель положил руку на плечо Харуто. — Так или иначе, ты должен сохранять спокойствие. Я её осмотрю, и в зависимости от этого, возможно, стоит показать её в больнице. Пока что тебе нужно вернуться в класс, скоро начнутся занятия.
— Сэнсэй, я хочу побыть с ней, пока она не проснётся… Я уйду сразу же, только, пожалуйста… до тех пор…!
— Ирума… кун… — в голосе учителя слышалось сомнение. — …Я понимаю. Я предупрежу вашего классного руководителя. — сказал он спокойным, собранным тоном.
Его слова не могли быть более добрыми.
— Спасибо… огромное…!
— Вот это молодость. Когда я был в вашем возрасте, я отдавал всё любви, как… Хм? — Звук звонка телефона наполнил комнату. — Да, это медпункт. А? Да, да, звучит сложно. Да, у меня есть время, я приду прямо сейчас. Просто удерживайте их, да.
— …Сэнсэй?
— Извини, в клубе кэндо ребёнок травмировался, так что мне придётся отлучиться ненадолго. Если что-то случится, позвони мне по экстренному телефону. Номер знаешь, да?
— Д-Да! Я присмотрю за Вакабой!
Я услышала дребезжащий звук чего-то, может, учитель доставал что-то из аптечки. Наконец шаги направились к двери —
— …Ирума-кун. Я не стану спрашивать, что произошло. Но позволь мне хотя бы сказать вот что. Сердца людей порой бывают исключительно слабыми и хрупкими, особенно у таких молодых, как вы. Даже если с вашей точки зрения это может быть неважно, другому человеку может быть больно. Я знаю, что ты крепкий парень, но есть и те, кто не таковы.
Почему-то голос сэнсэя оставался у меня в ушах.
— Лучшее, что мы, учителя, можем сделать, — это помогать нашим ученикам. Я не буду говорить вам, как прожить следующие три года, не говоря уж о жизни. Это вам решать, равно как и вашим друзьям вокруг. Травля случается, и мы ничего не можем с этим поделать. Поэтому учитесь на этом и защищайте себя. Если есть девушка, важная для тебя, это ещё важнее. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать, да?
— Да… да…!
— Очень хорошо. Постарайся ни о чём не жалеть, Ирума-кун.
Я не видела лица учителя, но чувствовала, что он, наверное, улыбался. Тишина наполнила комнату, оставив наедине только меня и Харуто. Я медленно приподнялась и положила руку на занавеску. Там я увидела Харуто, державшегося за голову. Похоже, Харуто винил себя. Снова я причинила ему беспокойство…
Из-за этого моя решимость окрепла. Давай просто сдамся и положим всему конец. Не могу выносить вид его таким. Я должна попрощаться с ним. А потом сообщить Нанасэ-сан и остальным о своём решении. Я больше не могу участвовать в этой игре. Я оплачу пудреницу, устроившись на подработку. Не против бросить школу и сразу начать работать. Если я смогу хоть немного искупить свои грехи, тогда…
— Харуто…
— В-Вакаба!? Ты очнулась!?
Мой голос почти не имел силы. Но Харуто отчётливо его услышал и бросился ко мне.
— Да… Прости, что так тебя напугала…
— Т-Тебе ещё рано вставать! Ты же устала, да? Давай, отдохни ещё немного…
…Отдохнуть?
— Аха, ахахаха… в этом нет нужды. Мне всё равно, что случится с этим телом.
— Вакаба…? О ч-чём ты говоришь?
— Аха, ты всё ещё проявляешь ко мне участие? Ты и правда добр, Харуто.
Он совсем не для меня.
— Аха… ха-ха… Теперь всё в порядке. Просто оставь меня.
Верно, у меня нет права держать его рядом. Я должна сказать ему здесь. И… и потом… я должна попрощаться.
— Давай больше не встречаться. Сам факт нашей встречи был ошибкой. Если бы я не участвовала в этой дурацкой игре, ничего бы этого не случилось. — Неосознанно мой тон изменился.
Я говорила с ним так, как в начале нашего знакомства. Я вернулась к прежней себе, до того как влюбилась в него. Я сделаю так, будто ничего этого никогда не было. Никогда не существовало меня, заслуживающей чувства Харуто. Поэтому я приняла это. Я должна сказать ему.
— П-Подожди… нет! Послушай меня! — Харуто выглядел так, будто вот-вот расплачется, протягивая ко мне руку. Видеть его таким было слишком для меня, я была вынуждена отвернуться.
«Прости, это, должно быть, шок. Он, наверное, никогда не представлял, что я скажу нечто подобное. Асахина Вакаба в представлении Харуто, наверное, добрая, милая и участливая девушка. Та, что не причиняет боли другим… Но она полностью отличается от меня».
— Я никогда не любила тебя с самого начала. Я просто продолжала быть твоей девушкой, потому что мне угрожали. Никакой романтической привязанности не было.
Я не могу смотреть на его лицо. Он, наверное, подавлен. Поэтому я лгала как могла. Я делала это много раз раньше, уверена, смогу и сейчас.
— Просто разговаривать с тобой для меня слишком тяжело. П-поэтому… — Мой голос дрожал, а кончики пальцев впивались в плоть. — Прощай… Ирума… кун…
Тишина окутала наше окружение. Ни он, ни я не могли вымолвить больше ни слова. Так правильно. Это был верный выбор. Я почувствовала, как в груди образуется огромная дыра, медленно заполняющаяся едкой болью. Я поднялась с кровати и —
— …
— прошла мимо него. Я потянулась к двери комнаты. Мне нужно вернуться в класс. Тогда всему придёт конец. Этой нелепой игре — и моей любви.
— Кхе-кхе-кхе…
— Э?
Мои пальцы замерли.
— Ха… ха-ха-ха-ха…
Сзади раздался зловещий смех. Неосознанно я обернулась на него.
— Пффф… Бугяхахаха! Вот это забавный промах!
— Х-Харуто…?
Он держался за живот, продолжая смеяться. Что случилось? Не самое место для смеха. Я не ожидала такой реакции.
— — Эй!
— Хия!?
Оглушительным голосом Харуто шлёпнул ладонью по столу. На его лице не осталось и следа улыбки. Его глаза сузились, выражение застыло.
— Ты просто говоришь что хочешь, а потом бросаешь меня? Какая же ты эгоистка!
— Э? Х-Харуто…?
— Да что с тобой такое! Ты меня даже не слушаешь!? Ты что, надо мной издеваешься!?
— Н-Нет, конечно нет —
— «Прощай, Ирума-кун», блин! — Его выражение сменилось с гнева, и он снова разразился смехом.
Он снова и снова называл меня идиоткой, шлёпая обеими руками по столу. Э, что!? Я совсем не понимаю!?
— И потом, даже если ты сейчас попрощаешьь, что насчёт всего, что будет после? Нет, я могу сказать. Всё-таки это же Вакаба. Ты об этом даже не думала, верно? Чёрт, как же это надоедает! Бухахаха!
— Что-о!
Как жестоко! Ты знаешь, через что я прошла!? Не обязательно так выражаться!
— Я-я тоже не хочу этого! Но что ещё мне говорить!? Дурак! Дурак Харуто!
Вся моя вежливая речь и тон мигом развеялись. Я просто выпалила всё, что пришло в голову.
— И Харуто, и Бидзэн-кун, я втянула вас во всё это! Я даже говорила жестокие вещи своей семье, понимаешь!? Мне больше ничего не остаётся! Поэтому —
— А? Ты и это сделала? — Харуто пожал плечами, с недоверием качая головой. — Какая же ты беспомощная барышня. Ведёшь себя жестоко, куда ни пойди, вот и результат. Ты даже героине трагедии не уступишь!
— …Хмпф!
— Что, теперь злишься? Но я сам зол! — Харуто проглотил усмешку и вместо этого уставился на меня. — Я серьёзно, понял? Как я могу не злиться после того, как меня так обманули! Я думал, мы сможем это сделать, и это… и это… скоро тоже, но ты меня подвела!
— Э-Эээээ!?
Харуто делал руками неприличные жесты и ревел. Ч-Что!? Что это за «это» и «это»… и «это»!? Прекрати эти свои руки!
— И ещё, твоя защита слишком сильна, Вакаба! Я знаю, ты делала это только из-за игры, но хоть ты и прижималась ко мне, ты даже не дала мне поцеловать тебя!
— Э, что, уэ?
— Не недооценивай желания такого молодого человека, как я! Я всё время мучился из-за этого! Давай, дай мне немного потискать эту грудь!
Я была шокирована. Он всё время об этом думал!? На наших свиданиях, во время обеда, всегда, когда был со мной!? Не могу поверить!
— Ч-Что ты такое несёшь просто так!? Ты, перекормленный извращенец! Похотливый мандзю!
— Я-я не перекормленный! Просто рёбра немного покрылись!
— Это одно и то же!
Ахх, аххх! Да что с ним не так! Я сама об этом думала! И ещё, ты жалуешься на поцелуй, но сам никогда не пытался быть более напористым! Даже когда у нас была хорошая атмосфера, ты просто отстранялся, полностью смущённый! Я тогда немного расстроилась, подумав, что во мне нет женской привлекательности!
Откуда мне знать, что ты так думал! Да и ты сам не невинен!
— Т-ты же в моё отсутствие играл в похабные игры, да! Придурок! Супер-идиот! Вечно ухмылялся себе!
У меня есть что сказать, если ты начинаешь войну сейчас!
— Даже я могу разозлиться, ладно! Особенно на последнем свидании, когда ты —
— ……
Тогда.
— Хааа… — Харуто вздохнул, и его лицо расслабилось. — …Ты наконец вернулась к обычной себе, Вакаба.
— — Э?
В отличие от его прежнего тона, Харуто теперь говорил спокойным, почти бодрым голосом. И тут я осознала. На его лице была его обычная добрая улыбка. Ничего похожего на то, как он упрекал меня раньше. Я была ошеломлена.
— Ах…
Н-Неужели… всё только что было игрой? Просто чтобы я почувствовала облегчение?
— Вакаба, ты пытаешься всё держать в себе. Если ты не выпустишь скопившийся газ где-нибудь, ты сломаешься. Так же было и раньше, да? Право, ты совсем не учишься.
— Хару… то…
— Не нужно волноваться, я просто пошутил… Ну, примерно наполовину.
…Только наполовину?
— Нехорошо не давать другим договорить, знаешь ли. Не бросай меня, когда я ещё не дошёл до главного.
Главного…? Но…
— Больше не о чем говорить —
— Конечно есть. Вакаба, дай мне свою руку.
— — Э? Что ты… Хм? Что… это?
— Ха-ха, это ранний рождественский подарок. — сказал Харуто с уверенной улыбкой.
Он вложил мне в руку одну пудреницу. Она была тонкого розового цвета в основе, с цветочными украшениями по всей поверхности и ярко блестела на свету. Верно, это та самая пудреница из того раза —
— Н-Не может быть… это та пудреница, которую я случайно разбила.
Я открыла её, и даже внутри она была полностью отремонтирована, как совершенно новая. Но как он…? Нанасэ-сан упоминала, что это зарубежный бренд.
— Ах, кстати, это не из какого-то дорогого бренда или типа того. Я просто купил её у одного старика за тысячу иен.
— — Эээээээ!?
— И ещё, тот старик на самом деле управляющий магазином, знаешь! Из того магазина пластиковых моделей. Он, оказывается, на стороне продаёт handmade-аксессуары. Серьёзно, следовало сказать с самого начала. Из-за этого пришлось беспокоить других…!
— О ч-чём ты говоришь!? Это handmade-пудреница от управляющего магазином!? И так дёшево…!
Теперь, когда я подумала, управляющий в первый раз, когда мы встретились, носил украшение на шее… Но не может же быть!
— Та раздражающая женщина использовала такую дешёвую пудреницу, чтобы обмануть Вакабу! Я им этого не прощу!
— П-Правда!?
— Супер-правда! Ты ни разу в них не усомнилась? Ты правда думаешь, они позволили бы тебе уничтожить что-то действительно дорогое? Это было бы такой расточительностью.
…Уф, теперь, когда он упомянул, я никогда об этом не думала…
— Поэтому я за тебя переживаю. Тебя слишком легко обмануть… Хотя, мне это в тебе тоже нравится. — Харуто в конце вставил комплимент и пожал плечами.
— Н-Но как ты —
— Причина довольно проста. Потому что у меня есть надёжные и полезные ребята. — Он усмехнулся. — Наша переполняющая сила дружбы сотворила чудо! …Хотя я почти ничего не делал.
— Ах, т-тогда…?
— Ага. С этим ты освободишься от любого чувства вины!
Ах —
— С плеч долой, да? Так что теперь давай немного поговорим о будущем.
Ах-Ах…
— Даже если мы закончим игру сейчас, тебя всё равно будут травить после, верно? Поэтому этот Харуто-кун кое-что придумал!
Он рассказал о своём плане. Насколько же далеко он продумал —
— Пока что мы будем тянуть эту игру как можно дольше. Мы можем просто назначить свидание и отменить его в тот же день, вот так. В большую перемену мы можем встречаться у меня в классе. Может, будет трудно всем рассказывать, но ребята у меня в классе понимающие. Как только мы всё загладим, они будут не против. А потом мы просто подождём, пока этим девчонкам не надоест тебя травить! Такие люди на самом деле довольно быстро скучают, так что поверь мне!
«Ради меня».
— И ещё, мы расскажем учителям — может, руководителю параллели Ивасаки-сэнсэю — об этом и позаботимся, чтобы ты не оказалась с ними в одном классе снова. Учителя ненавидят травлю больше всего на свете. Так что нам просто нужно быть честными.
Поэтому можешь быть спокойна, — сказал он.
— Что бы ни случилось — я твой союзник, Вакаба.
— —!
Он лжец. Выдавливающий ложь, но внутри ему больно. Он всё проглотил, ради меня…! Я не могу сдаться. Что бы я ни делала, я действительно люблю его. Не могу жить без него. Но у меня нет права любить его. Что мне делать? Он делает всё это ради меня. Он старается изо всех сил… что я вообще могу дать ему взамен? И он даже помогает мне освободиться от обидчиков… неужели это действительно нормально?
«Я думаю, что так продолжаться не может. Мама и папа всегда говорят, что Рэн не может быть здесь вечно. И что мне не стоит слишком на неё полагаться».
— Ах…
В глубине сознания всплыл мой разговор с Харукой-тян. Та девочка была намного младше меня, но обладала такой решимостью.
«Разве у тебя нет кого-то вроде Рэн-тян, Одээ-сан?»
Я закрыла глаза. Мне нужна лишь частичка её силы. Совсем немного, чтобы я могла последовать своей собственной решимости. Мне нужно это, чтобы подтолкнуть себя за пределы своих возможностей. Прямо сейчас, в этот один миг — пожалуйста, дай мне немного твоей смелости.
— И потом —
— Харуто.
— …Э?
— Спасибо, что зашёл так далеко ради меня. Но этого недостаточно. Я тебя обманывала, лгала тебе, поэтому мы не можем продолжать эту игру.
— Н-Но тогда ты же…!
Вид его обеспокоенного выражения ранил моё сердце… Но я не могу отступить. Я должна исправить свои ошибки.
— Я придумала другой метод. Если нам удастся это провернуть, со мной всё будет в порядке. Но мне нужна твоя помощь для этого, Харуто…
— Д-Другой метод? Если он действительно существует, то я не против, но…
— …Спасибо. Тогда я сразу начну объяснять. Можешь подойти сюда?
— Есть, к вашим услугам.
Он последовал моим инструкциям и подошёл ближе. Теперь самое время. Использовать всю свою смелость…!
— Что же это за другой метод ты —
Я соединила руки за спиной.
— Всё просто —
Я прижала губы к его щеке.
— — Если лжи недостаточно, нам просто нужно сделать её правдой.
Глаза Харуто широко распахнулись, а рот остался открытым, как у рыбы, ждущей корма. Его большое тело застыло. Наконец его щёки залились ярким румянцем. Я коснулась губ и облизнула их. Это была точь-в-точь та же сцена, что и раньше. Единственными различиями были мои чувства и место, куда я приложила губы.
— Штозаэфакую…? — Харуто произнёс слова, незнакомые мне.
Растерянный Харуто и правда самый милый.
— Это расплата за прошлый раз! Ты использовал что-то похожее, да!
— Н-Н-Но! Уф…!
Неужели это был такой шок? Харуто всё ещё выглядел не в себе, далёким от того, чтобы прийти в себя. Я положила руку ему на щёку, глядя ему в глаза.
— Я совершила по отношению к тебе нечто непростительное. Это моя вина, которая никогда не исчезнет.
— В-Вакаба…
— Ты можешь мне не верить. Можешь думать, что это просто ещё одна моя ложь.
Но…
— Если ты готов поверить мне, я хочу, чтобы ты выслушал мои слова.
Я чувствовала, как слёзы текут из глаз, и голос дрожал. Но я не могу убежать от этого. Я больше не хочу сожалеть.
— Ирума Харуто-кун…
— Я люблю тебя. Пожалуйста… встречайся со мной… ещё раз…
— Вака… — В уголках его глаз скопилась прозрачная жидкость.
— Это… не годится…?
[[image:/storage/reader-images/1776cd972c9edfedfd9b520cd249e22b4c920295.jpg]]
— Нет, нет, это не так! — Рука Харуто нежно сжала моё плечо. — Я тоже люблю тебя, Вакаба…! Пожалуйста, всегда оставайся со мной…!
— …Да.
Затем мы приблизились друг к другу, закрыли глаза — и наши губы соприкоснулись.
— Пуха…! Ах, это не сон…! Это… это самое лучшее…! Не могу описать! Ощущение всё ещё остаётся на губах!
— Уф, не говори так…! Так стыдно… — Мои щёки пылали.
Только сейчас я осознала, что только что произошло. Конечно, я ни о чём не жалею.
— Вакаба… с этим мы теперь полноценная, настоящая пара, да?
— Д-Да…
— Отлично! Тогда последнее, что нужно сделать!
— Э, что сделать?
Харуто повернулся ко мне, раскинув руки.
— На!
— Хияа!?
Вместе с моим визгом Харуто крепко обнял моё тело. Из-за этого внезапного физического контакта я вообще не могла среагировать.
— Ч-Что… Э, ах!?
Н-Неужели, мы сделаем это здесь!? Я сейчас поднимусь по ступеням взросления!?
— Э-Это не слишком быстро…!? Это же медпункт… и для такого нужно создавать подходящую атмосферу…
— Ушишиши… Вакабааа~
— Д-Даш!
Раз уж на то пошло, мне просто нужно довести дело до конца, да!? Ладно, я готова… думаю!? Харуто снова потянулся ко мне рукой —
— …Э?
— и положил её мне на голову.
— Тебе больше не нужно сдерживаться.
— — Ах.
— Ты всё это время держала в себе, да? Сколько бы тебе ни было одиноко, как бы ни было тяжело, ты всё это проглотила, верно? Но больше не нужно. — Харуто улыбнулся. — Тебе больше не о чем беспокоиться. Если что-то случится, что-то, что принесёт тебе несчастье, просто скажи нам. Больше не раздумывай об этом в одиночку!
— Ах… ах…
— Поэтому ты можешь плакать сейчас. Выпусти всё наружу.
— Ах — Аааааа!!!
Моё зрение помутнело. Харуто… Харуто… Харуто! Совершенно в ступоре я прильнула к нему, прижимаясь лицом к его груди.
— Я больше не могла этого выносить! Я думала, моё сердце разорвётся на куски! Было так больно, что я сходила с ума!
Все чувства, что я держала взаперти в груди, хлынули наружу, и я не могла себя остановить. Мне больше не нужно сдерживаться. Мне не нужно нести всё на себе. Так он сказал. Он произнёс слова, которые я всегда хотела услышать…
— Ик… Я-я даже говорила плохие вещи своей семье! Что у меня больше нет места, где я могу быть… Ик, уааааах! Прости! Простииии!
— Ты и правда хорошо держалась, Вакаба… Такая хорошая девочка.
— Харуто… Харутоооо! — Мои слёзы не прекращались.
Не знаю, где я хранила всю эту жидкость. Я чувствовала его добрую руку, растирающую мне спину. Наверное, впервые с тех пор, как я поступила в эту школу — Нет, с тех пор как родилась, я так рыдала.
…Сколько же времени прошло, пока я продолжала плакать? Я начала волноваться, что использовала всю воду в теле, столько её вышло. Наконец я успокоилась. Конечно, за этим последовали сильнейшие стыд и смущение. Я так досаждала Харуто и даже ревела как ребёнок у него на глазах. Он даже всё это время обнимал меня…
Может, ему уже надоела я? Он же не считает меня надоедливой девчонкой, да!? Ах, кстати! Я же не вытерла рот после рвоты! Учитель как следует мне рот вытер!? Или мы целовались вот так!? Э-Это был мой первый поцелуй… Ч-Что если он потом скажет «Мой первый поцелуй был ужасен на вкус»!? Ахх, о нет…! Одно только воображение этого заставило моё тело задрожать уже по другой причине.
— Вакаба, ты в порядке? Если тебе тяжело, можешь прилечь, если плохо себя чувствуешь.
Что для меня тяжело, так это твоя доброта.
— Я… в порядке… Я просто… немного расстроена своими поступками… М-Мне очень жаль. Теперь я в порядке, так что можешь отпустить —
Ах, но… тело Харуто такое мягкое и пружинистое. Я бы не против, чтобы он ещё немного поносил меня, как раньше… Я взглянула на Харуто. Он смотрел на меня с беспокойным взглядом, но его щёки всё ещё были немного красными. Я не отрываясь смотрела на него и потёрлась щекой о его грудь.
— Ва… Вакаба?
Его тело застыло. Может, неосознанно его дыхание начало сбиваться. Вся моя внутренняя борьба развеялась вот так. Вместо того чтобы стыд взял верх, во мне загорелось желание, чтобы он меня обнял.
[[image:/storage/reader-images/91c0d011aadd3044840e964a584a22584ab42141.jpg]]
— Харуто… — Я закрыла глаза, словно умоляя.
Теперь всё в порядке. Мы же уже целовались, так что я не против перейти на следующую ступень. Я почувствовала дыхание Харуто на своём лбу. Он, наверное, возбуждён. Мне было немного страшно, но больше всего я была счастлива. Я медленно подняла лицо к его губам —
— Иииииииик!?
Хия!? Ч-Что это было!? Я внезапно услышала визг чуть поодаль. Харуто и я встретились взглядами и в недоумении наклонили головы. Не знаю почему, но тот голос только что звучал странно знакомо. Я, опираясь на руку Харуто, сползла с кровати и медленно приблизилась к двери. Там, когда я открыла её —
— …Э?
Две ученицы бежали по коридору, не обращая внимания на зевак.
— Нанасэ-сан… и Торимаки-сан?
Я видела только их спины, но была почти уверена. Однако настоящее доказательство сейчас ползло мимо меня.
— Н-Нееет… не оставляйте меня…!
— С-Сёдзи-сан!? Почему ты в таком виде?
Её обычно милое лицо было залито слезами и соплями. Я никогда не видела кого-либо в таком состоянии. Она отчаянно двигала руками, подтягиваясь вперёд… по-видимому, пытаясь догнать Нанасэ-сан, но… Э? Что происходит?
— Э-Эм? Что происходит…?
Из-за этой внезапной ситуации я растерялась. Но я не могла это игнорировать. Даже если это Сёдзи-сан, я не могу позволить такой девушке ползать по школе в таком виде. Её юбка, например, выглядела весьма опасной, как и грудь. Я знаю, что у меня нет причин помогать ей после всего, что она сделала, но… я хотела помочь. Однако как раз когда я собиралась что-то сказать, кто-то схватил её за шиворот.
— Э, Датэ-кун?
— Прости за это, Асахина. Похоже, эта дура доставила тебе много хлопот.
Когда он появился? Датэ-кун силой приподнял тело Сёдзи-сан, заставив её склонить голову в нашу сторону.
— Пошли. Для начала ты начнёшь с извинений.
— Неееет! Я ничего плохого не сделала!
— Мне лучше начать с того, чтобы выбить эту гнилую дурь из твоей головы. Серьёзно, какая же ты безнадёжная.
Сёдзи-сан отчаянно пыталась вырваться, крича, плача и лягаясь, но силой ей не победить. Датэ-кун утащил её, и я в недоумении наблюдала, насколько естественно это у него получалось. Эм, что опять происходит? Эти двое были знакомы?
— Ах да, Датэ упоминал, что у него есть друг детства в твоём классе, Вакаба. Так это та девочка? Наверное, ему несладко. Благословенна картина, которую я видел.
Сёдзи-сан и Датэ-кун исчезли в конце коридора, и Харуто прокомментировал это, наблюдая за ними. Ах да, Бидзэн-кун упоминал что-то об этом. Это само по себе было довольно удивительно, но что ещё больше —
— Нанасэ-сан и Торимаки-сан только что убежали как сумасшедшие… это из-за Датэ-куна…?
— Не, думаю, это те двое других, вмешивающихся товарищей.
Я последовала за взглядом Харуто обратно в медпункт, когда из тени появились двое учеников.
— Намикава-кун и… Бидзэн-кун!?
В ответ на мой голос они кивнули. Намикава-кун улыбался, а Бидзэн-кун выглядел озадаченным.
— Я хотел покончить с этим как герой. А теперь пришлось ждать и смотреть.
— Мы мало что сделали~ Мы просто случайно наткнулись на этих девочек по пути навестить тебя, вот и подумали поговорить с ними немного. Верно, Рёити-кун?
— Ага, точно. Учитывая, что они бегают и травят других, их психика довольно слаба. Они даже не были готовы заплатить за причинённые хлопоты.
О ч-чём они говорят? Совсем не понимаю. Бидзэн-кун и Намикава-кун что-то с ними сделали…? Я в замешательстве посмотрела на Харуто, и он предложил помочь.
— Это, знаешь ли. Они, наверное, шли сюда вмешаться после того, как ты потеряла сознание, Вакаба.
— Скорее, они, вероятно, волновались. — продолжил Намикава-кун.
— Хм? Разве они были из таких? — Бидзэн-кун выразил недоумение.
— Снаружи они ведут себя как образцовые ученицы. Учителя их очень любят. С их точки зрения, они, наверное, даже не осознают, что травили тебя. Это была по большей части просто игра. Поэтому они никогда не думали доводить всё до конца. Но ты, наверное, вела себя странно в классе, вот они и запаниковали.
— Э-Эм… теперь, когда ты говоришь, вроде бы так и было?
Вчера после уроков Нанасэ-сан вела себя странно, и я чуть не впала в ярость. Со мной тогда тоже что-то было не так. Смесь паники и отчаяния заставила меня буйствовать… Но почему Намикава-кун знает об этом?
— Причину можно было выяснить сразу же. Ведь есть свидетели. Если бы Асахина-сан покончила с собой, в худшем случае, что бы тогда случилось? Хотя, они, наверное, никогда не считали это чем-то серьёзным. Они, вероятно, пришли сюда с намерением заставить тебя замолчать. — Намикава-кун дал мне объяснение.
— И тут Рёити и Сюн отвадили их. Это, должно быть, был шок для них. Вы, ребята, совсем не сдерживаетесь. Хоть немного посочувствуйте им. — сказал Харуто, протягивая руку.
Его кончики пальцев коснулись чего-то свисающего с правой руки Намикавы-куна — какие-то файлы? Он, видимо, с самого начала планировал их показать, так как Намикава-кун не оказал сопротивления, передав их Харуто.
— Что это такое? Столько имён… Это ученики нашей школы?
— Ах, это… люди из моего класса. Хотя я не могу найти Нанасэ-сан или Сёдзи-сан… — Я взглянула на это сбоку и изучила.
За исключением Нанасэ-сан и её группы, были написаны имена всех остальных 22 учеников. И это было не написано на ПК. Нет, они были написаны от руки ручкой. Как ни странно, все они были написаны по-разному, словно разными людьми.
— Ах, это? Это подписи твоих одноклассников. Они утверждают, что «Асахину Вакабу втянули в эту игру как средство травли по наущению Нанасэ Икуми и её двух подруг», понимаешь.
— — Э?
Что… он только что сказал? Мой мозг не мог осмыслить только что услышанные слова.
— Сначала никто не хотел об этом говорить. Только после того, как показали сообщения LINE и активности в соцсетях о всей этой травле, они тут же сдали Нанасэ-сан и остальных. Благодаря братьям Датэ у нас более чем достаточно доказательств, так что им некуда было деться.
— Э-Э…?
— Мы сказали им, что было бы довольно интересной идеей отправить эту информацию учителям, их семьям и всем другим университетам вокруг. Тут они запаниковали. Чтобы их успокоить, мы даже включили запись голоса, которую подслушали. Это, кажется, сработало на ура. — Намикава-кун достал свой смартфон. — Я почти уверен, что братья Датэ сняли всё это дело, так что можешь посмотреть позже. Думаю, было довольно интересно смотреть. Эти девочки делали то же самое, так что они этого заслуживают. Поэтому я не буду им сочувствовать, потому что я не так добр, как Харуто-кун. — Намикава-кун хихикнул.
Э, что, Намикава-кун всегда был таким страшным?! Куда подевался обычно добрый Намикава-кун?! Его тон и улыбка заставили меня содрогнуться. Бидзэн-кун был пугающим раньше, но Намикава-кун был не менее страшен, но по-другому. Я уже была сбита с толку от всего происходящего, поэтому такая внезапная перемена в нём была для меня слишком. Чувствуя тревогу, я прильнула к руке Харуто.
— Если дело доходит до этого, он может быть самым жестоким из всех. И он всё ещё добр здесь. Если он говорит, что сделает, он не остановится, пока не будет удовлетворён. — Харуто обнял мою голову, шепча на ухо.
Он может быть даже более агрессивным, чем это!? Это всё ещё добро…!? Харуто увидел мою реакцию, а именно, как всё моё тело дрожит от страха, и нежно погладил меня по голове. Прости за то, что я такая никчёмная девушка…!
— Может, подберёшь слова повнимательнее? Асахина в ужасе.
— Прости, прости. Я, наверное, был слишком агрессивен. Но тебе ли говорить, Рёити-кун? Ты заставил их бежать в слезах. Даже я был ошеломлён.
— О чём ты? Я же не применял насилие, да?
Тут наконец заговорил сам Бидзэн-кун. Звучало так, будто он жаловался, и в конце концов отвел взгляд.
— Они просто получили по заслугам, никаких жалоб. — Он фыркнул и почесал щёку.
Почему он выглядел таким смущённым? Тут Намикава-кун пожал плечами.
— Против твоего удара никто не выиграет. Так что, конечно, все разбегутся, если ты скажешь такое, не говоря уже о том, что ноги подкосятся. Я просто удивлён, что никто не отключился.
Тут Намикава-кун приблизился к Харуто и что-то прошептал ему на ухо. Я не могла разобрать, что именно они говорили, но судя по реакции Харуто, это не могло быть ничего разумного.
— Т-Ты… один неверный шаг, и всё могло полететь к чертям, понимаешь!? И зачем тебе нужно было заканчивать таким насильственным заявлением!?
— А? Это вообще не было физическим! Я просто, знаешь, сдерживал гнев, поэтому мои выражения и выбор слов были очень ограничены — Ахх, какая жесть! Какая разница! Ты же понимаешь, что я имею в виду, да!?
— Я отчётливо не понимаю, болван! У тебя катастрофически не хватает словарного запаса! Поэтому люди всегда неправильно тебя понимают! Разве Юи-сан не твердит тебе постоянно!?
— Заткнись! Юи тут ни при чём, верно! И потом, это всё происходит, потому что ты всегда веришь в тупую ложь! Если подумать рационально, не может же какая-то девушка признаться в любви такому отвратительному отаку, как ты!
— Извини!? На самом деле, мне только что признались! Я теперь норми! Ты что, завидуешь, одинокий болван идиот бака!
Я чувствовала, как мой IQ падает, просто слушая их. Куда подевалась его элегантная манера парня? Он больше похож на ребёнка. Хотя в этом-то и прелесть Харуто. Я наблюдала за ссорой троих, когда кто-то похлопал меня по плечу.
— Асахина-тян, Асахина-тян, у тебя есть минутка?
— Датэ-кун…? Разве ты не ушёл только что с Сёдзи-сан… А, ты младший брат?
В последнее время мне как-то удавалось различать, с кем говорю.
— Взгляни-ка на это. Будет плохо, если Харуто увидит, так что вставь наушники. Одного уха достаточно.
— Это твой планшет, Датэ-кун? Что ты мне показываешь, видео?
Я заметила на экране что-то похожее на несколько миниатюр. Датэ-кун щёлкнул по одной из них, и появилась кнопка воспроизведения. Сразу после этого я услышала голос, с знакомой сценой. Похоже, это был класс.
— Я вчера сказал что-то лишнее, да? Кажется, всё уладилось, но если бы случился худший сценарий, я подумал, это могло бы иметь эффект. — сказал Датэ-кун и нажал кнопку воспроизведения.
…Так вот что произошло.
Это был голос Намикавы-куна. Но интересно почему, его голос звучал немного подавленно, а лицо было напряжённым, словно от боли. Он отличался от обычного доброго и спокойного него. Присмотревшись, я увидела группу учеников вокруг него… Эм, Бидзэн-кун, Иидзука-сан, Кудзё-сан и… Ядзима-сан тоже?
Я протёрла глаза и присмотрелась снова. Нет сомнений. Моя одноклассница Ядзима Рури-сан стояла рядом с Кудзё-сан… Но почему?
— Это случилось вчера во время большой перемены. Та девочка Ядзима чуть не упала в коридоре, но её спас Намикава-кун… И тогда она внезапно сказала «Мне нужно поговорить со всеми вами об Асахине-сан» и последовала за ним в наш класс. Я подумал, что это странно, и записал это, планируя спросить тебя позже…
Э, Ядзима-сан? Вчерашняя большая перемена… значит, после того, как я убежала? Тогда она пошла в класс Харуто? Но все мои сомнения и вопросы развеялись в мгновение ока.
— Д-Да…! Простите! Я на самом деле купила ту пудреницу перед вокзалом в Ситаразу, и она была очень дешёвой…!
…Э? Неосознанно я схватила планшет в замешательстве. Что? Что она только что сказала? Это её пудреница? Но видео продолжалось. Со слезящимися глазами и дрожащим голосом Ядзима-сан объяснила обстоятельства. Она купила её, потому что она была дешёвой, и дизайн выглядел отлично. Но когда она случайно уронила её, на ней появилась трещина, и она стала непригодной. Она рассказала об этом одноклассникам, и что, к счастью, это было недорого.
Потом, однажды, Нанасэ-сан… сказала, что купит её у меня за 500 иен, раз она мне больше не нужна…
И ты продала ей её, да?
Продолжил Намикава-кун, на что Ядзима-сан закрыла лицо обеими руками. Обе они дрожали.
— Я-Я не знала! Я даже представить не могла, что они используют её для этого!
— Серьёзно, ты просто…! Ты всегда была неосторожна.
Кудзё-сан мягко обняла Ядзиму-сан за плечи, с недоверием вздохнув. Эти двое, должно быть, действительно были близки, возможно, даже друзьями детства.
— Поэтому Асахина-сан не виновата! Это я отдала пудреницу —
…Так вот как оно было. Чёрт.
Бидзэн-кун пихнул свой стул, поднимаясь. Я услышала, как Намикава-кун цыкнул языком. Он собирался остановить Бидзэна-куна. Но ещё быстрее классный президент Иидзука-сан встала перед Бидзэном-куном.
— Бидзэн! Куда ты собрался!? Я понимаю, о чём ты думаешь, но успокойся!
— Заткнись! Эй, Ядзима… Тебя не простят только потому, что ты «не знала», а?
— Иик!
— Бидзэн!
Кудзё-сан шагнула перед Ядзимой-сан, чтобы защитить её, но ничто из этого не достигло его ушей. Скорее, Бидзэн-кун выглядел только более взволнованным.
— И даже если всё началось с тебя, это не меняет того факта, что Асахина обманула Харуто!
Кулак Бидзэна-куна дрожал под партой. Он приложил достаточно силы, чтобы оставить трещины в металлической перекладине, что мгновенно заставило моё тело застыть. Это меня собирались ударить. Его гнев был направлен на меня, и только на меня —
— Эй, хватит уже!
— Верно! Не горячись сейчас! Эту девушку тоже обманули. Мы должны дать ей презумпцию невиновности…
Разные другие ученики пытались успокоить Бидзэна-куна, но это привело к обратному эффекту.
— Заткнитесь! Почему вы все сейчас такие добрые! Вас всех обманули, понимаете!? Она вела себя близко и дружелюбно… но продолжала ту игру у вас за спиной! Как будто я её за это прощу!
Слушая слова Бидзэна-куна, все вокруг выражали озадаченную реакцию. Верно. Они все относились ко мне дружелюбно, даже приняли меня в свой класс. Я предала их чувства. Даже рациональный Намикава-кун, наверное, чувствовал то же самое. Снова я осознала, как тяжки мои грехи. Атмосфера в классе приближалась к наихудшему состоянию. Несколько учеников, казалось, уже перестали интересоваться. Во всём моя вина…
Слёзы навернулись на лица учеников, которые всегда обращались ко мне с улыбкой. Я знаю, Датэ-кун, наверное, тоже на меня зол. Поэтому он показывает мне это —
— Скажи уже что-нибудь! Эта женщина —
— Ладно, хватит.
Голос прозвучал в классе. Каждый человек в комнате немедленно направил головы к источнику. Даже экран дрогнул там, открывая личность говорящего. Там стоял один парень. Он ничуть не смущался таким вниманием и просто помахал рукой. Конечно, стоял там —
— Т-Ты…!
Он прислонился к двери.
Ты подслушивал…?
С лёгкой улыбкой.
— Харуто-кун!
— Это был мой парень, Ирума Харуто.
— На крыше, да.
— …!
…Я всё слышал.
Рот Харуто медленно открылся. Его голос звучал болезненно. Я знала, что он был на крыше, но — моя грудь всё равно содрогнулась от этого. Почему он может сказать такое таким спокойным и добрым голосом? На его месте я была бы опустошена. Только посмотри на реакцию всех прямо сейчас.
— Э-Эй, Ирума! Успокойся, ладно?
— Дурак! Не подстрекай дальше! В такие моменты нужно делать вид, что ничего не знаешь!
— Какая разница! Говоришь, мы должны это проигнорировать? Я говорю, пойдём за Бидзэн-куном и как следует поколотим этих ребят из 4-го класса!
Большинство класса сохраняли спокойствие, но несколько избранных учеников не скрывали своего недовольства, начиная жаловаться. Иидзука-сан пыталась их успокоить, но это почти не имело эффекта. Скорее, все становились более возбуждёнными.
— Эй, Сюн.
Харуто проигнорировал всё это и просто встал перед Намикавой-куном.
Скажи мне, что мне делать —
Хотя в его глазах отражалась хрупкая грусть, в них не было гнева. Скорее, его взгляд наполняла ясная решимость.
— чтобы спасти Вакабу?
— Хару… то… — в ступоре я пробормотала его имя.
Я знала, насколько он добр и снисходителен. Тот инцидент ранее в медпункте показал мне достаточно. Поэтому я думала, что понимаю — Но я была не близко.
Экран в моих руках начал дрожать. Нет, дрожали кончики моих пальцев. У меня не было слов для этой сцены, которую я наблюдала, настолько она была впечатляющей. Лучшее, что я могла сделать, — это опустить взгляд с планшета. Когда я это сделала, Намикава-кун ответил на просьбу Харуто и объяснил свою идею. После того, как всё закончилось, Харуто кивнул. Тут все собрались вместе и решили свои собственные роли и то, что им нужно было сделать. Они делились необходимой информацией и обсуждали всё с одноклассниками.
— Для начала нам нужна такая же пудреница, какую купила Ядзима-сан. Давайте поищем её сегодня после школы.
— Э-Это…! Я сама это делала, но не могла найти того дядю! Я искала везде, в магазинах аксессуаров или в интернете, но не могла найти ту же пудреницу…!
— Наверное, это был уличный торговец. Наверное, они куда-то переехали.
В конце концов все успокоились и работали вместе под руководством Харуто.
— Н-Но если я дам свои показания, разве этого будет недостаточно!?
— Не думаю. Подобное можно легко подделать, и они могут просто сказать, что купили другую, а не твою. Тот факт, что Асахина-сан разбила её, — большее доказательство, чем всё, что у нас есть сейчас.
— Что если тот старик-уличный торговец просто оказался там в тот день? Она сказала, что не могла найти его нигде больше! Ахх, какая же это головная боль! — Кудзё-сан провела пальцами по волосам.
Она, наверное, хотела помочь хоть немного очистить грех своей подруги. Это было очень на неё похоже.
— Ничего не поделаешь. Нет сомнений, что он был там в тот день. Даже если это всё ещё окутано тайной, мы должны сами пойти туда и проверить —
— Я нашёл больше информации о том старике.
— Из какого-то места вне экрана раздался знакомый голос. Это были братья Датэ-кун.
— Г-Где!?
— Хм… Как и сказал Сюн, он, возможно, менял местоположение в зависимости от дня. В соцсетях есть ежедневные сообщения о нём, как о какой-то городской легенде. Сегодня… он должен быть где-то здесь.
— Но это же в совершенно противоположном направлении отсюда!?
— Ну, в обычных условиях нам понадобился бы целый день, чтобы всё как следует изучить. Это лучшее, что мы могли сделать за такое короткое время.
— На этот раз замешана наша подруга детства, так что мы не можем просто сидеть сложа руки.
— Чёртов дурак…! Надо поскорее всё выяснить, пока её родители не прознали.
В классе прошло совещание. Ученики-парни все хлопали братьям по плечу, благодаря их, хваля. Все были счастливы, рады мысли, что теперь всё может разрешиться — возможности, что меня могут спасти.
— Датэ…
— Ну как, Харуто? Мы наконец пригодились? Мы же не можем всегда пить Мируми*ру, верно.
— Да, сегодня это будет Дж*а, Старший Брат.
— Спасибо огромное! Я обязательно заглажу! Пошли, Рёити!
— Мне нужно идти с тобой?
— Конечно, паршивец. После всего, что ты сделал с Вакабой!
— Но это же… Ахх, ладно, ладно, понял!
Бидзэн-кун всё ещё казался не слишком удовлетворённым, но неохотно поднялся после того, как Харуто хлопнул его по спине.
— Идём со мной, мы пропустим занятия, пока ты не впадёшь в депрессию слишком сильно. И потом, если твои оценки упадут слишком сильно, получишь взбучку от Юи-сан и женишься. Конец.
— Мы правда идём сейчас?
— Конечно, идём. Я уйду из школы пораньше. Просто придумай любую причину. — Харуто смеялся, говоря, так же, как всегда.
Он скрывал своё раненое сердце, не показывая его никому. Потому что не хочет волновать других.
— Если ты заходишь так далеко, тогда ничего не поделаешь! Давай покончим с этим. Лучше получи результаты, или ты от меня не отделаешься.
— Да, оставь это мне! Сюн, ты займёшься остальным!
— Не то чтобы мои попытки остановить тебя что-то дали, верно? Да, понял.
Бидзэн-кун зашагал прочь на сердитых ногах, а на лице Намикавы-куна было какое-то печальное выражение. Они, должно быть, осознают это, осознают чувства Харуто. Потому что знают его гораздо дольше меня.
— Неужели есть причина так спешить?
Спросила классный президент, подходя к Харуто. Он кивнул.
— …Скоро может быть слишком поздно. Она из тех, кто всё держит в себе. Она, наверное, прямо сейчас винит себя, до такой степени, что её сердце не выдержит. И может быть уже слишком поздно, прежде чем мы что-либо сможем сделать.
— Как ты это знаешь…
— Потому что я пережил нечто подобное.
«…Потому что его травили в средней школе». Голос Айромори-сан всплыл в глубине моего сознания.
— Поэтому я хочу хотя бы убрать одну причину для её беспокойства. И… я не хочу ни о чём сожалеть. Завтра уже может быть слишком поздно. Я не хочу снова проходить через то же самое.
— Но тогда ты и Асахина-сан —
Классный президент отчаялась, но Харуто сохранял свою весёлую улыбку.
— Ха-ха-ха, всё в порядке! Я какое-то время наслаждался, так что у меня нет сожалений! Я доволен.
С этими словами Харуто окинул взглядом класс. Все взгляды его одноклассников собрались на нём.
— Поэтому — не простите ли вы её?
Я могла сказать, как все они затаили дыхание. Крупные капли воды падали из моих глаз прямо на планшет, образуя большие круги. Из моего рта всё больше вырывались рыдающие звуки, пока я не могла больше их сдерживать.
— Ладно, разговор окончен! Нам нужно спешить! И я пропущу занятия, так что одним выстрелом двух зайцев. Разве я не гений?
— Э-Эм, Ирума-кун!
— Хм?
— Извини…! Из-за меня это случилось…
— Ирума, у неё не было дурных намерений в этом. Поэтому…
Ядзима-сан отчаянно извинялась, а Кудзё-сан поддерживала её. Но Харуто всё ещё улыбался. Он потряс своим упитанным животом, усмехаясь.
— …Ядзима-сан, так?
— Д-Да!
— Спасибо, что рассказала! Если хочешь извиниться, сделай это перед Вакабой. Я совершенно в порядке. Скорее, присмотри за ней, когда вернёшься в класс. Вакаба наверняка винит себя, так что помоги ей.
Харуто усмехнулся, подняв большой палец. Ядзима-сан была абсолютно ошеломлена этим. Я очень хорошо понимала её чувства. Я, наверное, сделала бы такое же лицо.
— …Не слишком ли это, как думаешь?
— Н-Нет, я поняла! Обещаю!
— Большое спасибо! В любом случае, мне правда нужно идти сейчас, так что все, обнюхаю вас позже!
Харуто быстро вышел из класса. Бидзэн-кун, похоже, был чем-то недоволен, но отпустил его. Я знала, как больно должно быть было Харуто. Он не будет плакать перед другими вот так.
— Он… и правда болван.
— Ворчание Кудзё-сан было поддержано другими одноклассниками, кивавшими. В классе царила сложная атмосфера.
— Эй.
Кто-то пробормотал эти слова.
— Сегодня после занятий я хотел провести предварительную разведку места в торговом районе, чтобы случайно встретить там одну девушку. Кто-нибудь составит компанию?
После этих первых слов несколько других учеников присоединились… Почему?
— Охо? Я как раз хотел там что-нибудь съесть. Как насчёт тебя, Старший Брат? Я угощаю.
— Хм… Неплохо. У меня сегодня было немного свободного времени.
— …Зачем бы вам…
— Вот почему с добрыми людьми так трудно иметь дело. Не хочу притворяться ради ребёнка, который всё время лжёт.
Сказала классный президент, но видео сделало крупный план того, что было у неё в руке. Там она запускала какое-то приложение —
— Говоришь так, но ты же проверяешь своё расписание, да?
— Пффф, цундэрэ-дева!
— У-Уф! Заткнись! Я просто убеждаюсь, что не потрачу слишком много времени! И я уверена, что у той девчонки достаточно, что сказать, так что я просто выслушаю её извинения!
Я всегда думала, что школа — это ад. Мои одноклассники игнорировали меня, даже травили, и никто никогда меня не поддерживал.
— Ну что за дела. Бидзэн! Я и Рури займёмся соседним городом! Поэтому ты догони Ируму и иди в Ситаразу!
— …Серьёзно, вы все такие вмешивающиеся.
«…Я решила, что люди из 1-го класса были добры ко мне сейчас лишь потому, что готовы были вышвырнуть меня, как только узнают правду. Я так себе говорила и просто пришла к такому выводу».
— Рёити-кун, я прекрасно знаю, что ты на самом деле не так зол на Асахину-сан, да? Ты просто злился за нас, верно?
— …Кто знает.
Если бы я только попросила о небольшой помощи, они ответили бы вот так. Хотя они помогли изменить мою школьную жизнь к лучшему, я им вообще не доверяла!
— Я оставлю Харуто-куна тебе. Это лучшее, что я могу сделать. Так что ты займёшься остальным.
Какие же… глупые вещи я натворила… Я не могла смотреть дальше. Мои дрожащие пальцы остановили видео, и я потёрлась щекой об экран.
— Я обманула… всех… и всё же…
И всё же — они готовы зайти так далеко ради меня.
— Ты слишком много об этом думаешь, Асахина-тян. Посмотри-ка сюда.
— Э?
Я подняла лицо при словах Датэ-куна, и передо мной появилось изображение. Датэ-кун, видимо, показывал мне экран своего телефона.
— Это как раз середина, когда мы искали того старика. Мы совсем не могли его найти, и прошло много времени, так что мы запаниковали. Тут мы случайно проболтались об имени Харуто и о том, какой он странный тип, когда какой-то мальчик, наверное, из детсада, подошёл к нам. Он спросил: «Эй, Нии-тян, ты сейчас сказал Харуто? Того, у кого круглое лицо и белая кожа?», видишь.
Уверена, мой рот был широко открыт, с ошеломлённым выражением на лице. Ведь того мальчика на фото не должно было быть на телефоне Датэ-куна.
— — Тайти-кун?
Во время наших свиданий мы несколько раз натыкались на того весёлого мальчика и его отца.
— Судя по всему, ты сама не проверяла свой телефон, да? Он упомянул, что пытался связаться с тобой несколько раз.
Растерявшись, я достала свой смартфон. Я была шокирована, увидев пропущенные сообщения и звонки от Харуто, моей семьи и даже от них.
— От папы Тайти-куна…! И даже Харука-тян!?
Я познакомилась с этой девочкой на нашем втором свидании и быстро подружилась. Мы обменялись контактами и поддерживали связь после этого. Но почему бы она…
— Это настоящая случайность, но пока мы искали ту пудреницу, другая группа наткнулась на эту девочку. — объяснил Датэ-кун. — Было же то одно фото, которое вы с Харуто сделали вместе, да? Тот, где ты выглядела немного напряжённой. Харуто с радостью загрузил его в LINE, поделившись с нами.
Я помню. Это было давно. Классный президент, кажется, не верил, что мы ходили на свидание, поэтому он его загрузил. Но в то время это была просто я, вынужденная Нанасэ-сан сделать это фото…
— Та Канами, кажется, очень понравилось это, и она следила за ним, пока искала того продавца. Она очень волновалась за вас двоих.
Кудзё-сан была…?
— Она случайно уронила телефон. Как раз когда хотела поднять его, пробежала собака и схватила его. Тут владелец той собаки увидел вас двоих на экране и сказал следующее.
— …Э?
— «Э-Эм! Вы друзья Вакабы-онээтян!?», верно.
— Харука-тян…!
После того случая в парке мы иногда встречались и болтали о том о сём. Я даже представила Харуто как своего парня. Тут Рэн-тян приняла его за мяч и погналась за ним. Это заставило всех нас рассмеяться. После этого она прошептала мне на ухо, что тоже признается мальчику, который ей нравится, и надеется на мою поддержку.
— В общем, её подруга из другой школы на самом деле купила такую же пудреницу, так что она могла спросить дополнительную информацию. На следующей неделе они будут продаваться в определённом месте, так что она пойдёт купить одну, сказала она.
— Э…
— Она была очень отчаянна, знаешь ли. «Я не хочу, чтобы Вакаба-онээтян и Харуто-ониитян расставались! Никогда!», сказала она, плача.
«Мы станем парнем и девушкой, которые так же близки, как вы двое!»
Да, помню. Она так сказала в парке.
— И ещё, есть та девочка Аримори и её друзья, которые знают Сюна и Харуто ещё со средней школы. Они знали и тебя, так что помогли.
Я никогда не ожидала, что эти имена появятся сейчас. Я встретила этих девушек в тот день, когда осознала свои чувства к Харуто. Они подруги Футабы и бывшие одноклассницы Харуто —
— Сюн закончил свои стратегии против дураков из 4-го класса и бросился за Харуто. Потом он встретил их на вокзале. Выслушав его полностью, одна из группы, эта девочка Нитта, имела похожую пудреницу и знала, где её взяла. Родственник её сделал её и подарил ей…
«Твоя старшая сестра и парень очень близки, мне почти завидно. Думать, что Ирума так гордится своей девушкой. Я счастлива, но в то же время одиноко…»
Я помню, как видела то сообщение на телефоне Футабы, когда она показывала мне. Они, казалось, действительно волновались за Харуто, что заставляло меня чувствовать себя немного ревнивой.
— После этого мы сверили информацию, и ты не поверишь. Папа того ребёнка Тайти на самом деле друг того старика, который сделал пудреницу! Мы узнали, где он находится, и очень обрадовались. В смысле, что это за совпадение?
— …Уф.
— Семья Рёити какая-то старая, знатная, поэтому у него довольно глубокая вера в Бога и всё такое. Что он сказал тогда… Ах, точно. Что связи между людьми будут продолжаться вечно, независимо от того, хорошие они или плохие, поэтому это было не совпадение, а естественный ход событий. Это как чудо. Потому что вы двое собрали столько доброты, вот что и произошло, или что-то вроде того… — Голос Датэ-куна звучал странно отдалённо.
Я была на пределе. Мой вид был полон слёз, блокируя всё. Лучшее, что я могла сделать, — это крепко сжать телефон в руках.
— Почему… вы все…
Я пробормотала в ступоре. Для меня это не имело смысла. Но Датэ-кун вздохнул, словно разочарованный во мне.
— …смотреть на вас.
— Э?
Датэ-кун почесал щёку от стыда, отводя лицо.
— Мы любим смотреть на вас, таких счастливых и влюблённых. Это единственная причина, которая нам была нужна!
Я почувствовала, будто меня ударили по голове. Я даже никогда об этом не думала. Сначала я боялась, что думают окружающие, когда я была с Харуто. В начале это были просто насмешки и слова сочувствия. Все смеялись над нами, относились к нам как к посмешищу. Поэтому я даже не удосужилась подумать об этом. Я защищала своё сердце, не глядя на то, что вокруг. Из-за этого я вела себя отстранённо даже за пределами своего класса. Я говорила себе, что мне всё равно, что обо мне думают другие.
Но все они наслаждались видом меня и Харуто вместе. Они просто с радостью наблюдали за нами, без какого-либо намерения травить или использовать это как материал для насмешек.
— Не болтай просто так. Извинись, стань норми и живи своей жизнью в счастье! Я завидую и буду жаловаться, если вы будете слишком явно этим заниматься передо мной! Но… — тут Датэ-кун остановился, сердито почесав голову. — Ахх, чёрт! Старший брат смог бы подобрать правильные слова! Харуто, пас! Ты займёшься остальным!
Не прошло и секунды — как кто-то мягко обнял меня за плечи.
— Хару… то…
Харуто появился рядом со мной, притягивая меня ближе.
— Каждый из вас заставляет Вакабу плакать. Это моё особое право, понимаете. И ещё, что это за видео? Это же нелегальная съёмка, знаете ли? — Харуто показал кривую улыбку. — Хотя, я должен вас поблагодарить. Мы же доставили вам много хлопот, да?
— Д-Да…!
— Мы можем немного подождать, пока ты успокоишься, ладно? — Он посмотрел на меня.
— Н-Нет! Я хочу извиниться… прямо сейчас!
Я хочу сказать им, что мне жаль. Теперь, когда я знаю, через что они прошли из-за меня и как далеко они зашли ради меня, я не могу сидеть сложа руки.
— Я… скажу им. Я скажу им всё и потом извинюсь. Мы, может, не сможем вернуться к тому, как было, но…!
Есть кое-что, что мне нужно им сказать.
— Датэ упоминал об этом раньше, но тебе не нужно слишком глубоко об этом думать. Тебе просто нужно помириться с ними. И как только это будет сделано, давай свяжемся с Тайти-куном и остальными — — тут Харуто опустил взгляд, встретившись с моим. — После того, как всё закончится, давай пойдём извинимся перед твоей семьёй тоже. Они, наверное, волновались, да?
[[image:/storage/reader-images/a586432044f06c638dba5a069c3a1cb9be0920a9.jpg]]
Моя грудь сжалась при этих словах. Из моего рта вырывались только рыдания и всхлипы. Я уткнулась лицом в его плечо и рыдала, непрерывно кивая.
＊＊＊
Примечание: Далее следует (не такая уж короткая) дополнительная глава, рассказывающая часть истории с точки зрения Харуто, так что мы ещё не совсем закончили.
Эпилог
— Эй, что это такое!?
Было ещё раннее утро, до классного часа. Класс был наполнен беззаботной атмосферой, когда визг разорвал тишину.
— М-Моя парта… Моя парта…! Почему она выглядит так!?
«Правда, как она шумит с самого утра. У неё что, есть претензии к моей прекрасной работе?»
— Ой-ой, что случилось, Нанасэ-сан?
— А-Асахинаааа! Это опять ты сделала!? — Нанасэ-сан шлёпнула ладонью по своей парте.
— Не будьте такой. Вы же хотели увидеть фотографию нашего поцелуя, верно?
Поэтому я попросила Харуто помочь и сделала всё, что могла.
— В качестве специального предложения я украсила вашу парту~ Не стесняйтесь, я знаю, что моя доброта доведёт вас до слёз!
— Кто же будет благодарен за это!?
«Какая жалость, я очень старалась». Я перевела взгляд на парту и рассмотрела все фотографии, на которых мы с Харуто целуемся. Хм-м… может, немного больше вот так? Наверное, стоит подумать о дополнительной настройке освещения.
— Почему ты просто любуешься тем, как хорошо получились фотографии!? А-ах, что с тобой не так!? Ты так сильно изменилась вдруг!
— Д-К тому же ты снова и снова говоришь о том парне каждый день. Это не то, чего я ожидала! — Рядом с Нанасэ-сан появилась Сёдзи-сан. — Как будто того, что Датэ навязал мне эту игру наказания, было мало! Мне приходится слушать его сомнительные лекции и бегать по поручениям! Я больше не могу!
— Д-Да… Может, отстранение от занятий было бы лучше. — Торимаки-сан схватилась за голову.
«Боже, теперь я чувствую себя немного виноватой. Кажется, я слишком им докучала».
— Если так случится, мы с Харуто навестим вас, вместе!
— И-иик!?
— Если вы будете притворяться, что вас нет дома, мы просто позвоним. С раннего утра до позднего вечера мы очень хорошо о вас позаботимся — так что не волнуйтесь~
— Нееееет!? Простите меня, пожалуйста!
— Фуфу~
«Может, я переборщила?» Я сняла обёртку с того, что держала в руке, и сунула это в рот Нанасэ-сан.
— Мгху!?
— …Я пошутила.
Честно говоря, я не могу простить Нанасэ-сан. Но я и не была полностью жертвой в этом, потому что не могла собрать никакого мужества. И, благодаря тому, что она сделала, я смогла встретить самого важного для меня человека в этом мире. Поэтому…
— Спасибо вам, Нанасэ-сан.
— Чего…!?
— Этот эклер — моя благодарность вам. Я купила их сегодня рано утром, так что они ещё свежие. Вкусно, правда? Сёдзи-сан, Торимаки-сан, вам тоже есть. Вот, ешьте.
— А, хорошо…
— С-Спасибо…?
Наблюдая, как Сёдзи-сан и Торимаки-сан в замешательстве принимают эклеры, я фыркнула.
— В любом случае, я вернусь на своё место сейчас! …Ах, Ядзима-сан, хотите съесть эклеры вместе? — Я повернулась спиной к Нанасэ-сан и остальным.
— Уф, это вкусно, но я не могу это принять! К-Как она смеет так смущать меня! Ням-ням!
— Ты жалуешься и всё равно всё съедаешь, да… Сдавайся уже. Если продолжишь, это мы окажемся изолированными в классе. Нанасэ, согласна, да?
— …Верно. Я не хочу подвергаться её влиянию больше этого. Просто оставь её в покое! Что это за благодарность вообще…!
— Нанасэ…
— …То, что этот эклер такой вкусный, совсем не помогает…
＊＊＊
2
Прошла неделя с тех пор, как мы с Харуто начали встречаться по-настоящему. Вряд ли я когда-нибудь забуду то, что произошло в тот день. После того инцидента в медицинском кабинете я извинилась перед всеми, кого побеспокоила, склонила голову, простёршись ниц, раскрыла всё и объявила, что Харуто и я теперь настоящая пара.
Конечно, я получила множество голосов — от поздравлений до замешательства. Естественно, не все простили меня за то, что я сделала. В обычной ситуации меня должны были оскорблять и выгонять из их рядов. Но даже так я хотела ещё раз поладить с ними, со всеми из класса 1, и как следует помириться со своей драгоценной семьёй.
Поэтому я объясняла всё, сколько потребуется раз, и кланялась вместе со всеми. Мне всегда приходилось на кого-то полагаться. Меня только толкала ситуация. Но мне нужно было выпуститься из этого детского себя. Потому что я хочу ценить людей, которые рядом, людей, с которыми я столкнулась. И все приняли мои чувства. Они плакали и злились. Я не могла быть более благодарной. Это заставило меня понять, что мне и правда повезло.
«Просто чтобы ты знала, если посмеешь сдерживаться рядом с нами или вообще избегать нас, я тебя не прощу, ясно! С какой стати мы, по-твоему, так старались? Завтра тоже приходи к нам. С ланчбоксом! Мы будем ждать!»
Иидзука-сан щёлкнула меня по лбу со словами, и я до сих пор не могу забыть улыбку, которую она мне показала.
«Я принимаю то, что ты с ним… и извини… за многое».
Бидзэн-кун выдавил несколько неловких слова, извиняясь сам.
«Не взваливай всё на себя, а поговори с нами! Тем более если думаешь, что сделала что-то плохое! У тебя что, нет веры в нас, в своих родителей!? Ты даже побеспокоила других людей из-за этого… Дурочка!»
Когда я пришла домой, мои родители и Футаба уже ждали меня. Впервые в жизни мама дала мне пощёчину. Папа потрепал меня по голове, извиняясь за то, что не заметил раньше. Футаба прильнула ко мне, рыдая в голос. Даже слов «прости» было недостаточно. Я, должно быть, заставила их волноваться больше, чем могу представить.
Все злились, ругали меня и в конце улыбались вместе со мной. Порой в это было трудно поверить. Уверена, я никогда не смогла бы достичь такого результата только своими силами. Потому что Харуто всегда был со мной, всегда присматривал за мной, я могла стоять крепко здесь. Поэтому я должна измениться. Ради него, ради всех и, больше всего, ради себя самой.
Нанасэ-сан и остальные теперь не были особенно добры ко мне, но я не проиграю им. Я гордо подняла голову и встретила их лицом к лицу. Нанасэ-сан — всего лишь ещё одна девушка моего возраста, она не какой-то сверхчеловек или инопланетянка. Она паникует из-за самых странных вещей и убегает, если парень ей угрожает — прямо как я, она девушка, которую можно найти где угодно.
В тот миг, когда я это осознала, моё сердце стало лёгким, спокойнее. Вместе с переменой внутри моего сердца моё окружение тоже начало выглядеть иначе. Раньше мой класс был окутан мрачной, угнетающей атмосферой, а одноклассники бродили по нему, словно тени. Теперь всё было иным до уровня, когда мне приходилось протирать глаза. Словно туман рассеялся, страшный образ исчез. Теперь он выглядел для меня обычным классом, готовящимся к первому уроку.
Сидя на подоконнике, Като-сан и другие обсуждали свои рождественские планы. Поскольку у неё появился парень, ей пришлось отменить встречу. Перед учительским столом Идэ-кун и Навагути-кун делились ответами на домашнее задание.
«— Ничего не изменилось».
Ученики класса 1 те же самые, все — просто обычные ученики. В тот первый день, когда Ядзима-сан заговорила со мной, все остальные отводили взгляды. Почему я никогда этого не понимала? До сих пор я подсознательно продолжала убегать. Я надела доспехи в форме вежливой речи и избегала людей вне семьи. Я говорила себе, что мне и одной хорошо.
Но это работает лишь короткое время. В конце концов наступит твой предел. Для меня это, вероятно, будет, когда я покину семью, чтобы жить самостоятельно. Конечно, не всё будет получаться сразу. Но пока я медленно, но верно смотрю вперёд, у меня получится. Пока я вместе с важными для меня людьми.
＊＊＊
3
— О, вы хотите сфотографировать нас?
После уроков Кудзё-сан позвала меня и Харуто за школьное здание.
— Верно! Я хотела использовать эту новую камеру, которую купила, и отправить снимок на конкурс! — сказала она, представляя свою гордость — цифровую камеру.
— Фотография, хм…? Ах да, та Юи говорила, что тоже хочет сфотографироваться со мной… — Бидзэн-кун показал озадаченную реакцию.
— Ага, я понимаю чувства Юи-сан. Я тоже хочу сделать селфи с Мифую-тян, но она просто не позволяет. Она, кажется, в плохом настроении в последнее время… что же случилось?
— Оставь попытки понять мышление этой хитрой женщины. Просто порви с ней и живи лучше…
Бидзэн-кун и Намикава-кун говорили о младшей сестре Харуто. Я как раз договорилась с Харуто навестить его семью в следующее воскресенье, так что наконец смогу встретиться с той самой персоной. Я немного волнуюсь, но раз это семья Харуто, я хочу как следует с ней поздороваться.
— Я подумала, что вы двое будете идеальными моделями для моей фотографии — и заткнитесь уже! — Кудзё-сан показала напряжённое выражение лица.
Вокруг нас собрались те же самые обычные участники. Начиная с Иидзуки-сан, были братья Датэ-кун и все из класса 1, кто был не прочь повеселиться. Более того, Ядзима-сан тоже последовала за мной. Все они сами хотели сфотографироваться.
— Фуфу, все из класса 1 такие энергичные. — Сказала так Ядзима-сан и улыбнулась.
Она привыкла к этой сцене и теперь наблюдала за ней с радостью. Раз она хорошая подруга Кудзё-сан, она, возможно, привыкла к таким оживлённым сборищам.
— Право, мне никогда не надоедает за ними наблюдать. — Староста Иидзука-сан пожала плечами.
«Да, это и правда весело. Возможность говорить и смеяться со всеми — это то, что я действительно ценю». Чувствуя странное возбуждение, я взглянула на Харуто, который как раз посмотрел на меня.
— Ладно, ладно, все вы получите свой черёд! Но начнём мы с этих двух влюблённых голубков! Только посмотрите друг на друга, в каком веке мы живём!? Приз — 100 000 иен, знаете ли! Я поделюсь, если выиграем, так что не могли бы вы выступить моими моделями? — Кудзё-сан хлопнула в ладоши, собирая внимание.
«Понятно, в этом была её цель. Это очень похоже на Кудзё-сан».
— Хм… Я не против, но как на счёт тебя, Вакаба?
— Думаю, мы можем?
Если получится хорошая, я смогу снова показать её Нанасэ-сан и остальным, ага.
— Отлично! Я, кстати, уже придумала название.
— У тебя бывает сумасшедшая мотивация в самые странные моменты, да. И что это?
— Это очень захватывающе. И нам же нужно решить с позой, верно?
«Это возвращает меня к нашему первому свиданию. Мне до отвращения не хотелось фотографироваться с ним, и это было написано у меня на лице. А теперь — полная противоположность. Чувствуется очень странно».
— Убедитесь, что ваши колени не подкосятся, когда услышите это потрясающее название, ладно? Я назову её —
[[image:/storage/reader-images/824e961165276e96172896ecabbca3d14334d357.jpg]]
[[image:/storage/reader-images/f6205e7cffc0d4c6c9692e1a06a7a36ea30ea9e0.jpg]]
И тут это случилось.
— О, главное действо начинается? Эй, Сюн! Черёд Харуто и Асахины!
— О? Но разве они не слишком скованы? Там не хватает какой-то энергичной юношеской живости.
— Эй, не мешай сейчас! Я даже не вижу!
Люди из класса 1 столпились вокруг нас, толкая меня взад и вперёд — Ах, э!? Прежде чем я осознала это, меня прижали к Харуто.
— Что за хаос. Но, возможно, мне удастся сделать хороший кадр вот так. Интересно, это будет счастливый победитель?
«Не надо просто спокойно наводить на нас камеру! Это же чрезвычайная ситуация, понимаешь!?» Я попыталась проскользнуть сквозь толпу, но меня втиснули ещё дальше.
— Вах, кья!?
— Вакаба, осторожно!
Я услышала панический голос Харуто позади меня. Он обнял меня сзади, отчего его щека прижалась к моей —
— Получилось! Это идеальный шанс!
— Щёлк, я услышала звук спуска затвора.
…
…..
……
……….
＊＊＊
4
— …..Фух, я совсем забыла о времени. Фуфу, как ностальгично. — Из моего рта вырвался сдавленный смешок.
В моих руках была большая фоторамка. Внутри неё — фотография меня и Харуто в школьной форме. Сколько лет прошло? Я огляделась вокруг. На мгновение мне представился ностальгический вид из-за школьного здания.
Но он мгновенно исчез. Потому что сейчас я была в своём собственном доме. Моё сознание, должно быть, отвлеклось, пока я погружалась в воспоминания о школьных днях. Я только хотела прибраться в шкафу, но слишком увлеклась. Нехорошо, надо сосредоточиться. Я положила фотографию в ящик. Я совсем не продвинулась вперёд. Я устремила взгляд на картонные коробки, почесав щёку.
«Хм-м… Думала, выбрала только самое необходимое. После двух лет совместной жизни, полагаю, много чего скопилось».
— О, уже 3 часа дня? Пора идти за покупками на ужин.
Мне нужно правильно питаться. Он снова и снова говорил мне об этом.
— Твоя мама будет много кушать, так что родись сильным и энергичным, ладно?
Я нежно погладила собственный животик, разговаривая со своим любимым ребёнком. «Что ж, надо приготовить вкусную еду для моего мужа, который изо всех сил трудится ради нас обоих».
— Ладно, за дело! — Я взяла сумку и стала искать кошелёк.
Очень легко забыть все различные накопительные карты, так что приходится проверять каждый раз, чтобы убедиться. Проверив карточку с надпистью «Ирума Вакаба», я встала — когда дверь входной двери открылась.
— Я дома!
— Э?
Под звуки топота мой муж — Ирума Харуто вбежал в дом.
— Вакаба! Я вернулся!
«Эх, он пришёл довольно рано».
— Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?
— О чём ты? Я же говорил, что вернусь пораньше, верно? Ты всё ещё в полусне?
— Ах, теперь, когда ты это упомянул! Нехорошо, я засмотрелась на старые фотографии.
＊＊＊
5
— Фотографии? А-ах! — Харуто внезапно вскрикнул, отбросил свою сумку и бросился к картонным коробкам.
— Я-Я же говорила не двигать эти тяжёлые вещи!
— Всё в порядке, знаешь ли.
— Я-Я сама позабочусь об остальном! Не делай ничего опасного вроде этого!
— Ладно ладно… Какая ты шумная~ — Я хотела пожаловаться, но он тут же принялся запихивать картонные коробки в шкаф.
Не в пример своему телосложению, он довольно ловкий и сообразительный муж.
— Так всегда… Стоит мне оставить тебя одну, как ты пытаешься всё взвалить на себя… Я же волнуюсь, ясно? Это важное время, понимаешь?
«Мне нечего ответить на это. Но мне не хотелось оставаться в положении принимающей стороны».
— …И кто в этом виноват? Кто это оплодотворил девицу до свадьбы?
— Гх!? Э-Это, эм…!
«Хотя, я сама этого желала, и мы уже не были несовершеннолетними. Мы оба — полноценные члены общества, так что абсолютно не было проблем. Хотя я не ожидала, что забеременею сразу же».
Тогда мы с Харуто встречались, имея в виду брак. Как только мы поженимся, мы будем вместе всё время, так что мы найдём слабости и отрицательные черты характера друг друга, которые обычно игнорируем как влюблённые. С этими мыслями мы убедили наших родителей и устроили эту «пробную» жизнь. Другими словами, мы начали жить вместе.
Через различные ссоры и разногласия мы укрепляли наши узы и проводили ночи вместе — что привело к этому. В результате нам пришлось поторопиться со свадьбой, чтобы мой живот не стал заметен на церемонии. Как ни странно, организовать всё было не так уж сложно. Когда мы объявили о нашей свадьбе, мы получили несколько сложных выражений лиц. Я до сих пор отчётливо помню, как больше всего праздновали Футаба и моя свекровь.
— Х-Хорошо! Оставляя это в стороне, ты же собиралась за покупками? Почему бы мне не сделать это за тебя?
— О, ты уверен?
— Естественно! Просто скажи, что нужно купить.
«Эм… раз я планировала сегодня приготовить его любимое карри, мне нужно…»
— Морковь, картошку и лук. Далее свинину и —
— Ага-ага.
— Если возможно, пластиковую модель «Предельного класса Персей II»!
— Мы это есть собираемся!?
«Я же собиралась дать ему на это денег… какая мелочность».
— А-ах, не могу поверить! Ты стала рабыней серийных роботов…! Я думал, мои колени подкосятся, когда ты дала послушать тому ребёнку внутри тебя «100-летнюю историю серийных М-костюмов», знаешь ли!
— Это дородовая подготовка~
— Это что, какое-то образование для одарённых!? — Мой дорогой муж бессильно опустил плечи.
«Он что, случайно зол?»
— Право… это так на тебя похоже, Вакаба.
Вопреки моим ожиданиям, Харуто улыбнулся. Более того, он нежно потрепал меня по голове.
— …Эй, Харуто?
— Хм?
— Я наконец могу помочь исполнить твоё желание, верно?
— …Э?
В глубине сознания снова проигралась сцена того спокойного вечера. Такое чувство, будто это случилось только вчера.
— Знаешь, это была моя собственная мечта — помочь тебе достичь всего, чего ты хочешь, после того как ты дал мне всё, о чём я могла только мечтать… — «Верно, без сомнения —» — Видишь ли, я сейчас действительно счастлива…
— Вакаба…
— — Ах.
Он взял мою руку и поцеловал меня. Мы смотрели друг на друга, не двигаясь с места, мы не могли пошевелиться. Любовь переполняла нас обоих.
— Ах… погоди.
— Хм? Что случилось?
Я была той, кто нарушила тишину.
— Ребёнок только что пошевелился.
＊＊＊
6
— Э!? П-Правда! Дай посмотреть!
— Вах, эй!
— Ты меня слышишь? Это папа!
— Боже, как же неловко… Эй! Куда это ты уткнулся головой!
— Ах, нет, это было недоразумени — Гхэ!
Я остановила Харуто на полуслове, нежно ткнув его по голове.
— Право… извращённый мандзю… Как всегда беспомощный.
— Да ладно, не будь такой! — Харуто потер голову и встал. — В любом случае, я пойду сейчас… Но не хочешь присоединиться? Свежий воздух тебе не повредит, Вакаба.
— Ага, звучит здорово! Давно мы вдвоём не выходили куда-то.
— Тогда пойдём в супермаркет… и по дороге назад заглянем к заведующему магазином.
— Э?
— Ты же хочешь купить новую пластиковую модель, верно?
«Ах…! Кья! Харуто и правда меня понимает! Я люблю его!»
Мы вышли на улицу, и я заметила цветок, распустившийся у обочины. Я странно застыла на нём, когда кое-что осознала. Холодная погода последних нескольких дней исчезла. Ветерок, щекочущий щёки, был приятно тёплым, позволяя окружающим нас цветам красиво распускаться. Времена года начинают меняться.
— …Ах, верно. Зима скоро закончится. — Пробормотал Харуто.
Его профиль излучал мягкую ауру, и я могла смотреть на него вечно.
— Полагаю, скоро наступит весна? Это и правда случилось в мгновение ока.
— Фуфу, ты прав. До конца ещё не дошло. — Я выпрямила спину и прильнула к груди Харуто.
Мягкое ощущение от его тела расслабило меня.
— Потому что моя «Весна» всегда рядом со мной.
С тех пор так и было. Я взглянула на своего мужа, который смотрел на меня с пустым выражением. Я нежно положила пальцы на его щёку и мягко потёрла её.
— Потому что ты со мной, я могу быть такой счастливой, как сейчас.
— Вакаба…
На его лице появилось нежное выражение, что заставило и меня улыбнуться. И затем, прямо как в тот вечер, мы взялись за руки и пошли. Как только этот ребёнок родится, я буду растить его со всей своей любовью и благодарить за то, что он родился. И, когда он вырастет, я дам ему знать.
— О хрупкой одинокой девочке, у которой не было никого, кроме семьи, чтобы её поддержать, и о добром мальчике с улыбкой сияющего солнца, который поддерживал её и давал ей причину с нетерпением ждать завтра.
— О нашей истории любви.
Дополнительная глава.
[[image:/storage/reader-images/294791989b1e69c767cd77b7fd90af518948c29d.jpg]]
— Добавки!
Запить белый рис супом мисо — и вот одна чашка окончена. Таков девиз Ирумы Харуто.
— Сейчас! — С улыбкой его мать приняла чашку.
Ловким движением она снова наполнила её дымящимся рисом и вернула в руку Харуто.
— Ты и правда много ешь по утрам. Ты хоть жуёшь? Я не одобряю такой торопливый завтрак, Нии-сан.
Как будто в противовес горячему пару от риса, в уши Харуто донёсся холодный голос с ледяными словами.
— В чём дело, Мифую? Называешь меня свиньёй?
— О боже… — Она с неверием покачала головой. — Это оскорбление для всех свиней на свете, Нии-сан. Немедленно извинись, ценой своей жизни.
— Значит, в твоих глазах я стою меньше, чем скот…
Девушка не проявляла никакого сдерживания, но её лицо — лицо Мифую — оставалось спокойным. У неё были правильные черты, миндалевидные глаза. Её тонкие, белоснежные волосы освещались солнечным светом, проникавшим в комнату. Она была красавицей, способной очаровать кого угодно… пока не откроет рот.
— Я рада, что ты такой обжора. Парень в твоём возрасте должен есть сколько влезет. То же и для тебя, Мифую. Ты и так уже такая стройная, нужно нарастить немного мяса на груди и ягодицах. Тебе же не хочется, чтобы Сюн-куна увела другая девушка, правда?
— При чём тут Сюн-сан? Не думаю, что его это волнует. Он из тех, кому я нравлюсь, какой бы я ни была. — Она пыталась сохранять спокойствие, но её щёки покраснели.
Было более чем очевидно, что младшая сестра Харуто неравнодушна к его старому другу — Намикаве Сюну.
«Чёрт… все эти ублюдки наслаждаются своей юностью…!»
Хотя Харуто улыбался в ответ на реакцию сестры, в душе он её проклинал. Словно чтобы заглушить эти чувства, Харуто сглотнул белый рис из чашки.
— Папа, я пошёл!
Харуто сложил ладони перед семейным алтарём отца. Он повторяет это действие каждое утро без исключений. Без этого его день даже не начнётся.
— Ладно, Сюн уже, наверное, ждёт, так что пора настраиваться на хороший лад! — Напевая, Харуто направился ко входу, но у самой двери его встретила Мифую.
Она уже была в обуви, с сумкой в руках, готовая к выходу.
— А, заставил ждать? Извини.
— Ничего. Я уже привыкла к твоим утренним опозданиям.
Она и правда не церемонилась в выражениях. Единственный, кто рад слушать этот ядовитый язык, — это, должно быть, Сюн. Каждое утро он заходил за ней, как рыцарь, служащий принцессе. После выхода из дома Сюн провожал её до станции. Это позволяло Харуто немного вздохнуть свободнее, не выслушивая постоянных оскорблений.
Однако почему-то его младшая сестра Мифую всегда ждала старшего брата у входа.
— Тогда я пошла, Нии-сан. — Мифую слегка склонила голову и… не сдвинулась с места.
Харуто усмехнулся и положил руку ей на голову.
— Ага, осторожней.
Он нежно потрепал её по голове, и губы Мифую чуть приоткрылись в лёгкой улыбке. Она — его сестра по отцу. Похоже, её воспитывали в большой строгости в основной семье, и она очень скучала по такому простому физическому контакту. Хотя вслух она бы этого никогда не признала.
Кажется, её удовлетворило это «прощание» старшего брата, и Мифую развернулась на каблуке, вышла за дверь, развевая своими длинными волосами. Сразу после этого Харуто услышал знакомый голос.
— Доброе утро, Мифую-тян! Ты прекрасна, как всегда. Ах, этот аромат, ты сменила шампунь?
— Отвратительно… можешь не вести себя как сталкер?
— Нет, я не то чтобы! Просто хотел показать, что знаю о тебе всё…
— Как насчёт того, чтобы не докучать мне этим? Пошли, ладно.
— П-Подожди, не убегай! Не оставляй меня!?
Этот привычный обмен репликами был для Харуто сигналом начала нового дня.
— Хм, хмм~ Хм, хм, хмм~
— Ты, похоже, сегодня в хорошем настроении, Харуто-кун. Случилось что-то хорошее?
Сюн, проводив Мифую, присоединился к Харуто, и они вместе пошли в школу. Так происходило каждое утро.
— А, заметил? Ну, сегодня мне выдают зарплату с подработки! С ней я наконец-то смогу купить ту эроге «Мой муж», которую так хотел! Ухаха, я ждал этого больше полугода! Там есть девочка-скрипачка, которая внезапно узнаёт, что у неё есть жених, и начинает жить вместе с полицейским-хулиганом.
— Опять игра для взрослых? Я знаю, что ты любишь такие игры, но в последнее время это не становится ли чересчур? Мифую-тян жаловалась.
Харуто лишь насвистывал себе под нос, игнорируя горькие слова своего старого друга. Когда над ним издевались в средней школе, он использовал эти игры как средство сбежать от реальности, но теперь они стали его хобби. Так или иначе, могло быть и хуже.
Девушки в этих играх милые, и многие сюжеты, которые он видел, тоже интересные. Если Харуто не суждено испытать любовь в реальной жизни, он хотя бы хотел наблюдать её за другими персонажами в играх.
— Йо, вы двое! В последнее время стало чертовски холодно, правда?
— Рёити-сама быстро мёрзнет, да? Доброе утро, Харуто-сан, Сюн-сан.
[[image:/storage/reader-images/60672ab442b7c7666f3a97183f00eb5efee4bb3f.jpg]]
Хороший, а иногда и ненавистный друг Харуто, Бидзэн Рёити приблизился к ним, а за ним по пятам следовала его горничная, Морикава Юи. Каждое утро Юи сопровождала своего господина повсюду, даже в школу в такой ранний час.
— Доброе утро, вам двоим! Вы как всегда неразлучны, смотреть больно.
— О, Харуто-сан, вы хорошо подбираете слова. Пожалуйста, продолжайте. — Горничная Юи усмехнулась, даже не пытаясь скрыть свои искренние чувства.
Не в пример её строгой и опрятной внешности, она могла быть довольно напористой девушкой.
— Надоел, как всегда, Харуто. Юи просто провожает меня в школу, как каждое утро, не более того. Не правда ли, Сюн?
— …Лично я думаю, Харуто стоит быть ещё немного надоедливее, чтобы ты наконец понял.
— Э, почему?
Быть горничной — тяжёлый труд для Юи. Хотя она пыталась сохранять улыбку, Харуто не пропустил тот факт, что она слегка прослезилась от слов Бидзэна. Однако он изо всех сил старался этого не замечать.
— Хмпф, вот почему нормалы такие заразные. Они даже не понимают величия того, что их окружает. Тошнит.
— Хм?? Я не очень понимаю, но ладно.
«Пожалуйста, продолжай спрашивать, пока не поймёшь», — подумал Харуто. Уровень бесчувственности Рёити, как всегда, зашкаливал. Поскольку он был довольно симпатичным, с отличными спортивными данными, которые сделали его асом футбольного клуба, несмотря на то что он всего лишь первокурсник, Бидзэн был невероятно популярен. И всё же он полностью игнорировал все страстные взгляды учениц. Зная это слишком хорошо, Харуто даже не пытался что-либо объяснять.
Вчетвером они продолжили путь к школе. Это был тот же пейзаж, что и всегда, и, вероятно, эти дни будут продолжаться, пока Харуто не выпустится. Но его это устраивало. Общаться с друзьями было вполне достаточно весело. Так он думал в то время.
---
2
— Угххххх…!
Наступила большая перемена. Харуто вцепился зубами в парту, скрипя ими.
— Что, чёрт возьми, ты делаешь? У тебя отвратительное лицо. — Одноклассник Харуто, Мики Кадзума, с искажённым лицом приблизился к нему.
— Послушай, Кадзума! Меня снова заставили наблюдать разницу в социальном положении! Чёрт, иметь возможность есть домашний ланч, приготовленный милой девушкой…! Я так завидую! — Поскольку Харуто говорил громко, к нему собрались несколько одноклассников.
— А, ты о ланче Бидзэна, наполненном любовью Юи-сан? Это же как всегда, разве нет? Согласен, Старшой.
— Ну, это событие, которому любой другой парень позавидует. Это идеальный флаг, осталось только довести дело до конца.
Братья Датэ согласно кивнули, разделяя чувства Харуто.
— А я даже не могу поднять такие флаги! — Харуто взорвался от злости. — Нормалы должны просто взорваться! Вдобавок ко всему, сам он даже не осознаёт чувств Юи-сан, вложенных в этот ланч! — Харуто указал на одного парня, уплетающего упомянутый ланч.
Тот вообще не слушал, что лишь сильнее разозлило Харуто.
— Вот почему с непопулярными людьми так трудно иметь дело.
— Датэ прав, это как всегда. Просто игнорируй уже, Ирума.
Староста Иидзука и Кудзё оба пожали плечами. Но логика не работала с Харуто, и он лишь стиснул зуба от бессилия. Наконец вмешался Сюн.
— Ну, это особый способ общения Харуто-куна, я думаю. И, не то чтобы я не понимал, откуда он исходит, так что просто прими это с улыбкой. — Последующие слова старого друга согрели сердце Харуто, и он готов был расплакаться.
— Чёрт, тогда я просто вылью всё своё либидо в двухмерных девушек! Я куплю эту новую игру и пройду галге и эроге комбинацией из двух! Покорю всех девушек! — Харуто сжал кулак, провозглашая это со своего места. — Только не влюбляйтесь в мою мужественность, ладно? — Он закончил подмигиванием в сторону, и в ответ раздался смех.
— Бахаха, это лицо нечестно! Не подходи сюда, кяхаха!
— Ну, не перетруждайся. И не выпускай слишком много, а то страдать будешь от истощения.
Староста и другие ученики держались за животы от смеха, и Харуто кивнул.
«Ладно, это был успех. Отличный успех. Атмосфера почти стала странной. Заставлять других смеяться — это и правда сложно».
Все смеялись сейчас, и Харуто присоединился. Это была та же картина, что и всегда. Но в глубине сознания ему вспомнилась сцена у школьных ворот сегодня утром.
«Вот, Рёити-сама, ваш обед на сегодня. Я положила много ваших любимых жареных вещей».
Юи передала ланч, наполненный любовью, и Рёити принял его со своим обычным выражением лица. В то же время Сюн пытался успокоить Харуто, рассказывая, как он разговаривал с Мифую по телефону до поздней ночи. В итоге он даже назвал Харуто своим сводным братом. Харуто топал ногой от зависти, но всё же смотрел на других тёплым взглядом.
Та же, обычная картина, те же разговоры. Поэтому ему никогда ничего не недоставало. Но в последнее время он чувствовал в этом странную тоску.
«Оба они нравятся кому-то, или сами кому-то нравятся».
Харуто завидовал этому.
«Ха-ха, вероятно, из-за таких мыслей я и непопулярен, верно?» — подумал Харуто про себя. При таком раскладе его мечте не суждено сбыться. Осознавая это, Харуто вздохнул, наблюдая, как его одноклассники покатываются со смеху.
---
3
Закончив свой домашний ланч, Харуто поднялся на крышу. Это была прогулка для пищеварения. Обычно он ходил с Рёити и Сюном, болтал о том о сём, но сегодня у двоих были другие дела, и Харуто пришлось идти одному. Ему очень нравилось быть окружённым людьми, шуметь и смеяться весь день, но иногда побыть одному тоже было неплохо. К тому же в этот ужасно холодный сезон на крышу почти никто не поднимался.
Конечно, Харуто не был полностью невосприимчив к холоду, но страдал от него меньше, чем другие люди. Его телосложение также сильно помогало в этом. Харуто потянулся и сел перед металлическим ограждением. С полным желудком он подумал, что можно скоротать время за мобильной игрой, и достал смартфон, как вдруг —
«А, эта девушка… она опять там обедает».
Прямо внизу, в его поле зрения, была задняя часть школьного здания. Там, в одном углу, сидела одна девушка, наслаждаясь своим ланчем. Пять чувств Харуто развиты куда больше, чем у среднего человека. Его глаза, уши и нос улавливали всё гораздо острее. Похоже, у людей, рождённых под покровительством семьи Бидзэн, есть такой навык. Хотя он и не часто пригождается.
Так или иначе, с такими характеристиками Харуто мог разглядеть внешность девушки очень чётко. У неё была стройная фигура и длинные волосы. Из-за её почти печального выражения она произвела на него сильное впечатление. Когда Харуто впервые заметил её существование? Прошло уже слишком много времени.
Она всегда ела там одна, при этом странно настороженно оглядываясь по сторонам. Конечно, это оставалось в памяти Харуто. Всякий раз, когда Харуто сам оказывался там или смотрел вниз с крыши, девушка всегда была на месте. Но Харуто так и не решался с ней заговорить. В конце концов, от девушки исходила атмосфера, что она отвергнет любого, кто попытается с ней заговорить.
В итоге лучшее, что мог сделать Харуто, — это наблюдать, как она подносит ко рту один кусочек за другим. Он даже не знал её имени и класс, но она была красивой девушкой. Ничего между ними произойти не могло. Если что, Харуто сочли бы сталкером, если бы девушка узнала.
Харуто уже много раз в жизни был ненавидим и отвергнут девушками, но её… он не хотел, чтобы она его ненавидела, не хотел быть оттолкнутым ею. Так или иначе, Харуто был удовлетворён просто наблюдением за ней вот так. Он не смел пытаться зайти дальше этого.
«…Конечно, он не мог знать, что вскоре между ними возникнет особая связь».
---
4
На следующий день, во время очередной большой перемены, Харуто в сопровождении Рёити отправился в определённый класс.
— Серьёзно, почему мы должны идти сюда, если дело касается тебя? И то, что зовёт не сам заинтересованный человек, а кто-то другой, мне не нравится. — Рёити повернул взгляд за спину, прямо на девушку по имени Сёдзи.
Она попросила Харуто прийти в класс 4, так как одна ученица хочет с ним кое о чём поговорить. Хотя она просила только Харуто, взгляд Рёити был слишком тяжёлым, чтобы с ним справиться, и ей пришлось согласиться на его сопровождение.
— Не будь таким. Всё равно нам нечем больше заняться. Но интересно, что они хотят от меня?
— Тьфу, ты, как всегда, наивен. Я уже всё понял.
Неважно, кто был на другом конце, неважно, где он находился, Рёити никогда не менял своего тона. Харуто усмехнулся в ответ на это королевское отношение и положил руку на дверь класса.
— Вы звали, и я явился! Первый класс, первый год, Ирума Харуто к вашим услугам! …Хм?
Только он вошёл в комнату, как Харуто почувствовал неловкость. Хотя была середина большой перемены, внутри комнаты было странно тихо. Почти как будто все затаили дыхание. Более того, как только Харуто вошёл, каждый ученик устремил на них своё внимание. Но его сомнения развеялись почти сразу.
«Кажется, это как всегда».
Харуто был известен тем, что всегда говорил об эроге, несмотря на место и время, поэтому, конечно, многие в этой школе плохо о нём отзывались. Особенно девушки, которые не решались к нему приближаться. С ним обращались как с чем-то ниже таракана. Но сам Харуто не слишком этим обеспокоился. Это то, чего он сам добился, и сейчас было уже поздно притворяться. Поэтому он решил жить свободно. Просто думая так, он мог выдержать такую тяжёлую атмосферу.
— Могу я поговорить с этой Асахиной-сан? Я слышал, ей нужно что-то обсудить со мной?
— Я планировал наконец устроить нашу божественную битву, но это время просто ужасно. Давай закончим с этим делом и уйдём. — Рёити пожаловался сбоку.
«Что ж, я и правда не хочу заставлять его ждать, так что давайте просто покончим с этим. Надеюсь, я смогу быть полезен».
— Т-Тогда давайте продвинем эту историю вперёд. Давай же, Асахина-сан! Тебе же нужно поговорить с Ирумой-куном, верно?
— А, д-да…
Подтолкнутая Сёдзи со спины, одна девушка вышла перед Харуто.
«…А».
— Он вспомнил, что видел эту девушку раньше. Это та самая девушка, которая всегда обедает в одиночестве. У неё были длинные волосы и розовые губы. Опустив глаза, она излучала строгую и опрятную атмосферу, не подходящую для старшеклассницы её возраста. Теперь, когда Харуто рассмотрел её поближе, он снова осознал, какая это милая девушка.
— Вы — Асахина-сан?
Какое дело может быть у такой милой девушки с Харуто? Он не имел ни малейшего понятия. Может, она узнала, что он подглядывал, и собирается обвинить его в этом?
— Д-Да. Дело в том, что…
Однако девушка вела себя странно нервно, полностью предавая ожидания Харуто. Она открывала и закрывала рот в нерешительности, казалось, не могла успокоиться. Возможно, не в силах больше смотреть, другая девушка появилась и обратилась к Харуто.
— Эй, Ирума. Тебе и правда повезло. Эта девушка, кажется, тебе нравится.
— А?..
Харуто был озадачен. Он слышал плохие шутки и раньше, но это было на другом уровне. Может, это просто должно было немного разрядить обстановку? Харуто хотел вернуться к основной теме, но последующие слова Асахины Вакабы были —
— Ирума…-кун…
— тем, чего он никогда не мог себе представить.
— …Я… нравлюсь вам. Пожалуйста… встречайтесь… со мной…
— Так жизнь Харуто резко изменилась.
---
5
— Хе-хе, молодость наконец-то догнала меня~ Наконец-то~ — Харуто радостно подпрыгивал в коридоре.
После 16 лет жизни молодость Ирумы Харуто наконец наступила. Рёити был вынужден наблюдать за этим всю обратную дорогу, цокая языком каждые несколько секунд. Однако Харуто не мог на это обращать внимания. Он всё ещё был потрясён тем, что только что произошло.
«Неужели я завёл себе девушку! И такую милую и добрую в придачу! О-она сказала, что я ей нравлюсь!»
— Ахх, я так рад, что родился…!
— С чего это ты вдруг расплакался?.. Насколько неустойчивыми могут быть твои эмоции.
— Да ладно! Я просто выпускаю всё разочарование, которое копил все эти годы!
Харуто всегда приходилось наблюдать романтические комедии своих друзей со стороны. Конечно, теперь, когда пришло его время, он не сможет успокоиться.
— Ну, если ты так говоришь. Но я удивлён, что ты просто принял это признание.
— …Э?
— Что ты на меня так смотришь? Это ты всё кричал, что трёхмерный мир бесполезен, и что посвятишь свою жизнь двухмерному миру.
Харуто кивнул на слова Рёити. Ещё несколько минут назад это была бы реакция Харуто. Впрочем, он тогда просто храбрился.
— Ты что, влюбился в ту женщину с первого взгляда? Ну, у неё хорошая внешность, но всё же.
— Ахх… Ну, это…
Потому что она сказала, что он ей…
— Хм? Что это?
— Н-Нет, ничего! Н-Ну, наверное, да? В любом случае, пошли, Сюн, наверное, ждёт.
Поверит ли Рёити этому оправданию? Он подумал об этом секунду, но в итоге перестал допрашивать Харуто.
— Ну, ладно. Вернёмся в класс.
— Ага!
Рёити пошёл впереди, и Харуто, наблюдая за его спиной, прошептал в своём сердце слова, которые не смог сказать раньше.
«Это был первый раз в его жизни».
Конечно, Харуто интересовался Вакабой и до этого события, но больше всего —
«Это был первый раз, когда девушка сказала, что он ей нравится».
---
6
Уроки закончились. Харуто представил Вакабу Сюну и Рёити и вместе с ней пошёл домой. Двое, должно быть, проявили такт, уйдя довольно рано, чтобы не мешать Харуто и Вакабе. Наверное, они хотели, чтобы у него всё прошло гладко. Харуто бросил взгляд в сторону, наблюдая за девушкой, отчего всё его тело напряглось.
«Неужели в этой жизни меня благословила такая чудесная ситуация!»
Харуто никогда не испытывал ничего подобного. Он и раньше возвращался домой с девушкой в средней школе, но тогда был Сюн, да и у неё были с собой подруги. Идти только с девушкой было невероятно важным событием для такого непопулярного парня, как Харуто. Его сердце колотилось, как никогда прежде, и ему приходилось концентрироваться на ногах, чтобы не споткнуться.
«Что же делать? Что сделать, чтобы растопить лёд!»
Прошло минут пять с начала прогулки. И всё же никто из них ничего не сказал. Прежде чем попытаться поддерживать разговор, кто-то должен был заговорить первым. Харуто попытался выдавить хихиканье, но в лучшем случае получился стон.
Харуто продолжал поглядывать на Вакабу, и его мысли крутились всё быстрее и быстрее. Харуто хотел стать такой влюблённой парочкой, какую он был вынужден наблюдать во всех сыгранных им играх. Но спешка могла дать обратный эффект — даже такой новичок в любви, как Харуто, мог это понять. К тому же его внешность была даже ниже среднего.
«Для начала мне нужно завязать разговор, поговорить с ней. Уверен, она тоже нервничает!»
Молчание Вакабы должно было быть тому доказательством. Поэтому Харуто собрался с духом и решил растопить лёд.
— Идти рядом с такой милой девушкой, как Асахина-сан, я не могу не нервничать!
— Да… неужели?
— Конечно! Я имею в виду, посмотри на меня. Есть так много людей, которые не захотели бы идти домой вместе с таким «зефиркой», как я, потому что это было бы слишком «неловко», понимаешь.
Харуто пытался поднимать разные темы, но реакция почти всегда была одинаковой… Плохо, может, я просто скучный собеседник? Эта атмосфера ужасна!
«Н-Надо просто продолжать пытаться! Мы многого не знаем друг о друге, так что если мы сможем хотя бы немного сократить дистанцию между нами, пока этого будет достаточно!»
— О-Ой, точно! Я же только что представил тебя Рёити, верно, и сегодня утром он со своей горничной…
— О-о…?
На этот раз Харуто попытался рассказать более комичную историю. Это, по-видимому, возымело некоторый эффект, и девушка начала отвечать больше, чем просто обычным «Понятно». Медленно, но верно Вакаба включалась в разговор.
— Фильмы или телешоу, которые я часто смотрю? Я не очень смотрю видео в интернете, так что, наверное, викторины.
— Вау! Звучит интересно. Я и сам иногда их смотрю. Не могу не волноваться, правда? Я всегда пытаюсь угадать вместе со всеми, но постоянно ошибаюсь! Эти вопросы с подвохом просто мука…
Когда Харуто смотрел такие телешоу, Мифую всегда угадывала правильный ответ и смеялась над ним, так что он держал это в секрете.
— А, теперь, когда вы это сказали. Я плох в таких вопросах, потому что всегда слишком глубоко в них вдумываюсь.
Вакаба согласилась со словами Харуто, и он немного успокоился.
«С-Слава богу…! У нас наконец-то нормальный разговор!»
Девушка излучала довольно покорную атмосферу, поэтому, возможно, она не привыкла разговаривать с парнем наедине. Но в глазах Харуто это делало её только милее. Наконец они добрались до места, где им нужно было расстаться. По словам Вакабы, её дом находился в противоположном от Харуто направлении.
«М-Может, мне всё же проводить её домой?»
Харуто не хотел быть слишком настойчивым. Он замешкался на секунду, но в конце концов собрался с духом.
— А-Асахина-сан! Если вы не против, я могу проводить вас домой!
— Э, н-нет…! Я рада, но я не хочу, чтобы вы делали крюк только ради меня…!
…Она пыталась выразить это вежливо, но Харуто слышал явный отказ в её словах.
«Н-Ну, думаю, это всё же было бы слишком рано!? Ахх, не хочу, чтобы она считала меня навязчивым!»
— Т-Тогда я пойду отсюда! Увидимся завтра в школе… — Он попытался попрощаться бодро.
Конечно, он хотел поговорить с ней ещё, остаться с ней. Но это был только первый день, так что нельзя было торопиться… Так он говорил себе. Однако —
— Эм… послезавтра, в субботу, у вас будет время?
— Суббота? М-м, думаю, у меня будет время, а что?
Почему-то лицо Вакабы напряглось. Прямо как во время признания ранее, её лицо открывалось и закрывалось, словно она паниковала. Может, ей нехорошо? Харуто хотел спросить, но прежде…
— Ах, ну… если вы не против…
— Э?
— …Не хотите ли выйти со мной куда-нибудь?
На секунду Харуто не смог осознать, что только что сказала девушка.
«Выйти куда-нибудь? Кто? С кем? Нас двоих? Со мной?»
Его реакция немного запоздала, и он попытался выдавить слова.
— Э-это значит… вы хотите пойти на свидание!?
— Д-Да… Как вы думаете?
Естественно, у Харуто не было причин отказываться.
— К-Конечно, я согласен! С-Свидание… с девушкой…!
— …Спасибо… большое…
Почему-то в её словах недоставало энергии. Харуто почувствовал лёгкое беспокойство по этому поводу, но предположил, что она, должно быть, нервничала.
— Эм, с вами всё в порядке?
— …Всё хорошо. Я просто почувствовала облегчение, что вы согласились.
Это было именно так, как и предполагал Харуто. И в этом был смысл. Пригласить парня на свидание должно требовало много смелости. Это заставило Харуто задуматься, насколько он ей на самом деле нравится.
— Т-Только подумать, я сам смогу пойти на свидание…! Где же я установил этот флаг!? Йаху! Я так счастлив!
От радости и счастья сознание Харуто было полностью сосредоточено на предстоящем свидании, и он не заметил.
«…»
Рядом с Харуто девушка закусила губу с выражением лица, будто она вот-вот заплачет.
---
7
И вот наступил день свидания, небо было покрыто облаками там и сям. В лучшей одежде, какая только была у Харуто, он дрожал от волнения. Они договорились встретиться в 8:30 утра. Однако сейчас было 6:30 утра.
«Я пришёл сюда на два часа раньше, потому что так нервничал…»
Это был первый раз, когда Харуто собирался на свидание с девушкой. Поэтому он чувствовал больше тревоги, чем волнения.
— Одежда… проверено. С волосами всё в порядке, и лицо, и пальцы все… проверено, хорошо.
Харуто в очередной раз проверил свой внешний вид и вздохнул. Он повторял этот процесс бесчисленное количество раз с тех пор, как прибыл на место, и всё же ему снова и снова хотелось переделать всё заново. Сегодня на нём была совершенно новая одежда, которую он ещё не носил.
Он потратил все деньги, которые предназначались на его эроге, на новую одежду и купил её с помощью Сюна и горничной Рёити, Юи. Они оба одобрили его выбор, так что он успокоился… но лишь немного, потому что Харуто почти не был уверен в своей внешности.
Из-за этой самой внешности он никогда не был популярен, поэтому у него не было ни малейшего опыта в том, чтобы нравиться девушкам. После этого прошло два года, и он решил жить свободно ради себя. Хотя сам он не испытал любви, ему удавалось хотя бы смешить окружающих девушек. Поэтому он был удовлетворён.
«Неужели существовала девушка, которая призналась бы такому парню-свинке, как я!»
Он не мог рассказать Рёити о своих смущающих чувствах, но именно поэтому Харуто без тени сомнения принял признание. Потому что она сказала, что у неё есть чувства к такому парню, как он.
Именно поэтому он не хотел предавать её чувства. Честно говоря, Харуто был заинтересован в Асахине Вакабе. Но если бы спросили о его чувствах к Вакабе, он не смог бы найти немедленного ответа. Может, девушка увидела сквозь нечистые чувства Харуто и начала чувствовать неловкость из-за этого.
«Е-Если так, то я должен отплатить ей! Пока ей весело, меня более чем устраивает!»
Но что, если он потерпит неудачу. Что, если Харуто окажется ненавистным ей. Просто представив это, он почувствовал, как сжимается грудь.
— Ахх, хочу, чтобы она скорее пришла! Но в то же время очень не хочу! Не могу вынести этого! Я сойду с ума! — Харуто издал крик в сторону небес.
Окружающие его офисные работники отреагировали с недоумением, но Харуто не обратил на это особого внимания. Небо было усеяно облаками тут и там, словно отражая внутреннее состояние Харуто.
Он достал смартфон и подтвердил сегодняшнее расписание. Первым в списке был фильм. После этого они должны были обсудить свои мнения о фильме в спокойном месте. И, как только у них завяжется хороший разговор, они пообедают. Торговый центр с кинотеатром также вмещает стильный итальянский ресторан, и Харуто уже разузнал о нём. Это место, где даже такие старшеклассники, как Харуто и Вакаба, могли бы поесть без проблем.
Поскольку у Вакабы мог быть другой план или идея, Харуто ещё не бронировал столик, но если они доберутся туда достаточно быстро, всё будет в порядке. Всё, что оставалось Харуто, — это ждать прибытия Вакабы. Поскольку он знал её вкусы, сегодня всё должно было пройти хорошо.
«Слушай внимательно, Харуто-сан. У вас всегда должен быть общий план на свидание, но не стоит планировать всё до мельчайших деталей. Вместо следования строгому плану следует уделить приоритет удовольствию от свидания. Вы же не хотите торопить другую сторону, иначе она вряд ли получит столько же удовольствия».
Совет Юи звучал в голове Харуто. Оказывается, лучше не решать, в какое конкретное время куда-то идти на X часов и уходить в Y, а больше импровизировать. Хотя он и вбил это себе в голову, Харуто не мог не чувствовать тревоги теперь, когда настал момент истины. Более того, у этой горничной и самой не было опыта в любви, так можно ли ей действительно доверять? Харуто снова проклял своего бесчувственного друга — когда настало время.
— …Ах!
Харуто услышал удивлённый голос, который вернул его к реальности. Перед ним была широкая открытая площадь, примыкавшая прямо к вокзалу. У входа на эту площадь стояла одна девушка, его подруга, Асахина Вакаба.
В панике Харуто взглянул на часы, и время продвинулось до точки, когда до встречи оставалось пятнадцать минут.
— А-Асахина-сан! Я здесь! — Харуто помахал рукой, как щенок, виляющий хвостом.
Он растерялся, отчего его голос пару раз срывался.
«Нехорошо, надо было сообщить ей об этом поумнее…!» — Харуто пожалел о своём решении, но было уже слишком поздно. Девушка медленно приблизилась к нему, хотя выглядела так, будто колеблется. Холодная дрожь пробежала по спине Харуто. «Надо что-то сказать в ответ…!» Но прежде чем он успел что-либо сделать, девушка показала ему обнадёживающую улыбку.
— Я не заставила вас ждать, случайно?
— К-Конечно нет! Я сам только что пришёл!
Как только Харуто дал ответ, ему пришлось сглотнуть воздух. Тревога, напряжение — всё это было мгновенно сметено. И кто мог его винить — перед ним стояла красавица беспрецедентного уровня.
«Такая… Т-Такая милая…!»
На ней была блузка кремового цвета, слегка расстёгнутая на шее. Внизу — длинная юбка, лишь слегка открывающая ступни. Цвета её одежды идеально сочетались, создавая строгую и опрятную атмосферу. Её длинные волосы ниспадали с заколки, и вид её ресниц, колышущихся, когда она улыбалась, был… неописуем. Казалось, сердце Харуто пронзили. Ему казалось, что она пришла из сказочного мира.
Короче говоря, одежда Вакабы была почти чересчур. Харуто едва мог смотреть на неё, настолько всё казалось ослепительным. Естественно, сердце Харуто билось с тревожной скоростью.
«Успокойся, успокойся!»
Он отчаянно говорил себе. Он не хотел выглядеть ещё более жалким перед девушкой. Когда он взглянул на неё, она действительно улыбалась, но уголки её рта, казалось, вот-вот снова опустятся, создавая впечатление, будто ей не хватает энергии. Может, она нервничает? Харуто скрыл холодный пот и окликнул её.
— Эм… Х-Хорошо, у нас ещё есть время, но почему бы нам не отправиться туда уже сейчас?
«Верно, в такие моменты мужчина должен брать инициативу. Я должен устроить ей лучшее свидание из всех возможных! Отаку внутри меня будет запечатан!» — С этой решимостью в сердце Харуто шагнул вперёд.
---
8
Свет в кинотеатре погас, возвещая начало фильма. Внутри собралось довольно много посетителей, и то тут, то там слышался тихий шёпот. Более того, можно было услышать даже самое тихое дыхание вокруг.
«Я сижу рядом с девушкой в кино…! Ахх, я так рад быть живым…!»
Харуто глубоко ценил ситуацию, пока шли рекламные ролики и предупреждения, и начался фильм. Но содержание фильма совсем не откладывалось в голове у Харуто. Его сознание было сосредоточено не на фильме перед ним, а на Вакабе, сидящей рядом.
Должно быть, ей нравилось смотреть фильмы, так как её взгляд был прикован к экрану, ещё больше очаровывая Харуто. Её профиль, освещённый слабым светом внутри кинотеатра, был таким красивым и милым…
«Эта красавица — моя девушка? Серьёзно, я всё ещё не могу поверить!»
Тихий вздох вырвался из её зачаровывающих, красноватых губ. Харуто был рад, что в кинотеатре было так темно. Иначе он не смог бы так пристально наблюдать за ней, не показавшись подозрительным. Со стороны это, должно быть, выглядело довольно отвратительно.
«Наступит ли когда-нибудь день, когда я смогу поцеловать эти губы?»
Думая так далеко, Харуто охватила волна странных чувств. Это, должно быть, была печаль парня, абсолютно не имеющего опыта в любви. Ближе всего к поцелую Харуто оказывался внутри своих различных эроге, но он сомневался, что эти игры могут быть хорошим ориентиром. Реальность всегда сложнее игры.
Харуто думал об этом, когда фильм достиг своей кульминации. Вакаба пристально смотрела на экран, её глаза стали влажными, а пальцы впились в подлокотник кресла. Одного этого зрелища было достаточно, чтобы сознание Харуто улетело. Держаться за руки должно быть нормально, правда? Фильм накалялся, и как влюблённым в этом не должно быть ничего странного. Верно? Верно!
«Я сделаю это… я возьму её за руку…!»
Харуто почувствовал, как в его руке выступил пот. Он поспешно вытер его и протянул руку к руке Вакабы. Медленно, о, как медленно, и очень осторожно — говорил он себе, приближаясь к руке Вакабы. Ещё несколько сантиметров.
— Шлёп, Харуто почувствовал тёплое и мягкое ощущение кожи, коснувшейся его собственной.
«Получилось! Ахх, какая тёплая и мягкая…! Так вот какая у девушек…»
— Кья!?
Вместе с визгом рука Харуто была отброшена. Это был голос, звучавший испуганно.
— Э…?
Он никогда не ожидал такой реакции. В спешке он взглянул на Вакабу — и полностью замер. Её лицо, едва освещённое светом внутри кинотеатра, было искажено паникой и отчаянием. Оно было бледным, лишённым какого-либо цвета, и её глаза были широко раскрыты, словно она увидела призрака.
«И тут Харуто осознал роковую ошибку, которую совершил».
---
9
Этого не должно было случиться, это был не тот поворот событий, на который надеялся Харуто. Они стояли у входа в кинотеатр, вокруг них было много семей и пар. Все весело обсуждали фильм. Обычно Харуто планировал, что так и будет. Но девушка рядом с ним всё ещё дрожала от страха.
Он хотел, чтобы она в полной мере насладилась этим свиданием, и всё же это начинало выглядеть как худшее свидание из возможных. Сначала всё шло хорошо. Харуто купил билеты, а Вакаба — напитки. Харуто даже был рад, что она такая внимательная девушка, и всё же — Харуто пришлось поторопиться.
Выражение лица девушки всё ещё горело в его глазах. В её зрачках отражался явный страх, и она намеренно дистанцировалась от него.
«Ахх, я такой болван! Я отброс! Даже хотя я хотел, чтобы она наслаждалась свиданием, я просто следовал своим собственным желаниям!»
Простое извинение было бы недостаточным. Она всегда выглядела странно невинной, так что, конечно, у неё раньше не было никаких контактов с парнями. Харуто знал, что должен что-то предпринять, но, вспоминая выражение лица девушки в кинотеатре, его язык не двигался.
«При таком раскладе это драгоценное свидание, их первое свидание, будет испорчено».
— Харуто, ты всё ещё в депрессии из-за этого?
«— Ах».
— Слушай внимательно. Есть вещи, которые не получаются с первого раза. Все через это проходят. Важно то, что ты делаешь после… и думаешь о том, что можешь улучшить. Те, кто полностью перестаёт действовать, ни на что не годны.
Слова его отца возникли в глубине сознания. Когда Харуто был моложе, он терпел неудачу во всём, за что брался, и сразу же начинал плакать. Когда это случалось, тот, кто успокаивал его, был его отец. Он добро треплет сына по голове и говорил ему слова поддержки. Всякий раз, когда Харуто слышал голос отца, он чувствовал прилив мужества.
«…Его отца больше нет в этом мире. Однако слова и воспоминания, которые он подарил Харуто на пути, были выгравированы в его сердце».
«Верно, сейчас не время впадать в депрессию. Я должен что-то сделать, прежде чем у меня появится право грустить». Ему нужно было извиниться и всё переделать.
— Асахина-сан! Мне очень жаль из-за того, что только что произошло! Позвольте мне снова извиниться! — Харуто склонил голову.
— В-Вам не нужно так извиняться…
Харуто знал, что девушка ведёт себя внимательно, но он не мог на это полагаться.
— Если вы не против, позвольте мне загладить свою вину? Ещё рано для обеда, так что почему бы нам не прогуляться по магазинам?
Тут Харуто увидел, как плечи Вакабы расслабились. Ему хотелось верить, что она действительно выглядела облегчённой.
— Д-Да, я совершенно не против. Если вы, Ирума-кун, хотите, то мы можем.
«Отлично!» — Харуто тайно сжал кулак. Это было самое решающее время для восстановления. На этот раз он должен был убедиться, что девушка получит удовольствие. Харуто поблагодарил Вакабу за то, что она дала ему ещё один шанс, и осмотрелся.
«Хм? А это разве не… игровой уголок?»
В голове Харуто возникла идея. Девушке могут не нравиться шумные места, такие как игровые центры, но в то же время это могло стать для неё новым, свежим опытом. Там достаточно жанров, в которых Харуто был искусен, так что он мог бы и покрасоваться. В отличие от прежних времён, когда такие места были переполнены маленькими детьми и хулиганами, теперь они позаботились о том, чтобы основными посетителями были студенты. Что касается того, чтобы скоротать время между делами, это должно было быть идеально.
— Почему бы нам не отправиться в тот игровой уголок? — Харуто указал на упомянутое место, и Вакаба кивнула.
Её выражение лица явно показывало, что она не ожидала, что он выберет это место. Когда Харуто двинулся в путь, она медленно последовала за ним. В его глазах она выглядела как очаровательный маленький щенок, что доставляло Харуто ещё больше удовольствия. Он не знал великих подробностей о том, что делать на свидании, но нужно хотя бы получать удовольствие. Если ты сам не наслаждаешься, другой человек тоже не будет.
«Если говорить о результатах, идея Харуто оказалась большим успехом».
Игровой уголок, который он выбрал, чтобы загладить свою ошибку, оказался лучшим из возможных выборов. Сначала Вакаба немного колебалась, но после её первого успеха в викторине она была готова практически ко всему. С блестящими глазами она всё время улыбалась, она комментировала «Вау! Удивительно! Круто!» на каждую игру, в которую они играли. Благодаря этому Харуто тоже почувствовал себя счастливым.
С того дня, как они встретились, и до этого свидания, всегда казалось, что девушка сдерживается. Она просто выдавливала улыбку, опускала лицо, просто слушала, что говорит Харуто. Почти как будто она говорила себе, что это правильный выбор. Для Харуто это было похоже на наблюдение за его прошлой версией. Говорить за себя, играть и смеяться в конце — вот что важно.
«И тут Харуто осознал».
«Понимаю, я хотел видеть её улыбку вот такой».
Вакаба, несомненно, красавица. Её спокойный и сдержанный характер лишь добавлял этому, стимулируя мужское сердце. Однако у Харуто было желание выпустить девушку по имени «Асахина Вакаба», которую она запрятала глубоко внутри себя. Какую же девушку он тогда встретит? Чтобы сорвать её маску, этот игровой уголок был необходим. Это было так просто, но в равной степени эффективно. Осознав это, Харуто решил, что делать.
— Эта игра здесь самая лучшая! Качество этой рыбалки почти сюрреалистично!
Ему хотелось видеть улыбку девушки всё больше и больше. Он хотел вытянуть из неё всевозможные выражения. Харуто удивился сам себе, впервые испытав такое желание. Даже когда он пережил свою неудачную первую любовь, он никогда не чувствовал такого рвения. И этот первый опыт не остановился только на этом.
---
10
— …Э? Э-Это что!?
— Д-Да. Ланчбокс.
Поскольку Харуто так увлёкся, он потерял счёт времени. Поскольку наступил полдень, Харуто планировал отправиться в тот вкусный итальянский ресторан. Однако, как только он хотел предложить это, девушка достала прямоугольную коробку, завёрнутую в милую ткань. Действительно, это был ланчбокс. И да, он был домашним, сделанным самой девушкой!
Это был обед, приготовленный специально для Харуто. Какая заманчивая фраза. На секунду Харуто не был уверен, снится ли он или видит галлюцинацию. Они сели на скамейке в общественном месте, лицом друг к другу, и начали есть свой обед. Опять же, есть вместе с девушкой вот так было для Харуто впервые. Более того, вкус был почти потусторонним. Харуто чувствовал, будто жуёт счастье.
— Всё равно, Асахина-сан, ваш домашний обед действительно вкусный!
— С-Спасибо большое.
Его разговор с Вакабой тоже шёл более гладко, позволяя расслабиться. Игровой уголок, должно быть, творил чудеса.
— Ах, у вас тоже есть младшая сестра? Значит, вы живёте вчетвером?
— Да, именно так. Мы довольно близки.
Наконец тема перешла к их семьям. Они говорили о своих родителях, младшей сестре, и Вакаба, казалось, действительно получала удовольствие. Харуто подумал, что она действительно должна дорожить своей семьёй. Когда она говорила о своём отце, собирающем пластиковые модели, она казалась совершенно другим человеком, нежели в школе.
«Возможно, это её подлинная личность?»
Видя её такой, Харуто нашёл подтверждение. Он чувствовал от неё подлинную доброту. Это осознание заставило Харуто нравиться ей всё больше и больше.
«Сначала он сомневался в признании и в том, не могло ли это быть игрой наказания. Харуто испытал достаточно таких розыгрышей в свои школьные дни. Обманутый добротой девушки и её признанием, Харуто не остановился даже на словах Сюна, отдавая ей всё, что у него было, только чтобы быть осмеянным. Более того, над ним смеялись в групповом чате».
Даже сейчас у него была травма от этого. Было время, когда он не ходил в школу целую неделю.
«Если бы Сюн и Аримори-сан не затащили меня силой в школу, я, возможно, до сих пор был бы хикикомори».
Однако это и то — разные вещи. Харуто сожалел, что сомневался в Вакабе. Она была не только мила внешне, у неё была прекрасная сущность внутри. Хотя ничего не произошло, он всегда сомневался в привязанности других к нему.
«Вместо того чтобы бояться быть преданным, тебе следует больше бояться предать других».
«Верно, его отец всегда так говорил. Ты всегда должен верить другим». Харуто почти ничего не знал о девушке перед ним. Не обязательно было прямо сейчас, но он хотел понять её больше. Потому что она была той девушкой, у которой хватило смелости признаться самому ненавистному человеку в школе.
— Вы точно уверены, что вам не нужно, чтобы я провожал вас домой?
Солнце всё ещё стояло высоко, и перед вокзалом всё ещё проходило много людей. Харуто и Вакаба закончили свидание немного раньше, чем планировалось, и продолжили разговаривать рядом с турникетами.
— Д-Да. Мне уже лучше, так что я пойду отсюда.
Даже когда она так говорила, Харуто не мог не волноваться. В его глазах девушка всё ещё выглядела ужасно бледной. Но в то же время он не хотел слишком вмешиваться. Поэтому он был вынужден проводить её с противоречивыми чувствами. Хотя ему было немного неловко, он продолжал махать поезду, в котором она сидела, пока тот не уехал.
— С Асахиной-сан всё будет в порядке, интересно…?
Возможно, она устала от всех прогулок. Когда она уехала, Харуто вспомнил прошедший день и быстро осознал свои недостатки в течение дня. Если подсчитывать, как на экзамене, он бы определённо провалился. Если бы можно было, он хотел вырыть яму и спрятаться в ней до конца жизни. Всё получилось во время обеда. Но потом всё пошло под откос.
«Думаю, спрашивать, что ей во мне нравится, было слишком рано…»
Благодаря появлению парня по имени Тайти ситуация улучшилась после его промаха. Вакаба даже хотела сфотографироваться с ним. Но почему-то она странно настойчиво не хотела показывать ему снимок, так что в итоге Харуто так и не смог его увидеть.
Само по себе это было нормально, но позже стало хуже. Они пошли отдохнуть, потому что Вакабе стало плохо, и всё же Харуто косвенно заставил её присоединиться к его походу за пластиковыми моделями в магазине, где они отдыхали. И, как будто этого было мало…
— Подарить своей девушке пластиковую модель в качестве первого подарка, до чего же я жалок…!
Вакаба, казалось, снова вела себя внимательно, так как не выражала недовольства по этому поводу. Но это лишь ухудшило чувство вины Харуто.
«И всё же она не возненавидела это, а скорее купила свою собственную модель… Она и правда милая, эта Асахина-сан».
Харуто вспоминал каждое её действие. Сначала она была немного нервной и неловкой, но это тоже было мило. Более того, она приготовила свой собственный обед, так что им не пришлось беспокоиться о дорогом обеде.
«Она точно слишком хороша для меня, не так ли?»
Снова Харуто решил ценить Вакабу.
---
11
— В любом случае, я должен загладить сегодняшнюю вину. Чёрт, подумать только, что всё вышло именно так, как и говорила Мифую…
Харуто вспомнил высокомерную усмешку своей младшей сестры, надеявшейся именно на такой исход. Он чувствовал, что его гордость как старшего брата втоптана в грязь.
— Придётся поговорить с Сюном и Рёити и придумать способы улучшиться в будущем.
Как только он произнёс эти слова, на платформу, где он стоял, прибыл поезд. Тяжело ступая, он вошёл в вагон и сел в изнеможении.
«Интересно, смогу ли я делать лучше в будущем… У меня нет никакой уверенности…»
И всё же он хотел ответить на чувства девушки, сказавшей, что он ей нравится. И, более того —
«Ахаха, у нас получилось, получилось!»
Он вспомнил её улыбку в игровом уголке. Он до сих пор не мог забыть то выражение лица, которое она показала, когда они прошли викторину. Наступит ли когда-нибудь день, когда она направит это лицо на Харуто? Пока поезд качался из стороны в сторону, он просто безучастно смотрел в окно, наблюдая за меняющимся пейзажем снаружи.
---
12
Прошло несколько дней. Харуто пригласил Вакабу в недавно открывшуюся кондитерскую. Она была удобно расположена недалеко от их обычной дороги из школы домой и имела доступную цену. Более того, её высоко оценивали.
«Сегодня ты ел ланчбокс Асахины-сан, верно? Тогда почему бы не пригласить её куда-нибудь? Это может быть кондитерская или что-то не слишком дорогое».
После размышлений о первом свидании это был совет, который дал Харуто Сюн. Следуя ему, горничная Юи порекомендовала это кафе. Прибыв на место, они заказали торт и сразу поняли, что эта высокая оценка была не просто так. Он был действительно вкусным. Целью сегодняшнего дня было отплатить Вакабе за ланчбокс, который она приготовила. И в результате этого —
— Этот торт и правда вкусный. — Вакаба прищурилась, запихивая торт в рот.
Похоже, прийти сюда было правильным выбором. При виде этого Харуто расслабился.
— Верно, верно! Мой друг рассказал мне об этом месте!
— П-Правда… Большое спасибо. — Она поблагодарила, но её тон не звучал так, будто она действительно счастлива.
Скорее, она выглядела чем-то обеспокоенной.
«Она всё ещё устала от прошлого свидания? Может, я был слишком настойчив…»
Зная, как добра его девушка, Харуто предположил, что она, возможно, приняла его приглашение из вежливости. Наверное, ему следовало быть более осторожным в отношении её состояния.
— Эм… Простите, что нам пришлось прервать прошлое свидание на полпути…
— Н-Нет, нет, нет, не надо! Мне жаль, что дело зашло так далеко! — Харуто чувствовал, что он источник неудачи. — Каждый иногда может чувствовать себя нехорошо! Поэтому вам не нужно извиняться!
— М-м… Нужно извиняться, ну…
— Хм?
— Н-Нет, ничего! Вместо этого, эм… — Вакаба запнулась. — Я-Я на самом деле хотела спросить… не могли бы вы… эм, сходить со мной на ещё одно свидание?
— Ээээ!? В-Вы уверены!? Я-Я имею в виду, я был бы более чем счастлив! Но я не хочу, чтобы вы заставляли себя…
Она и правда была добра, почти слишком добра для собственного блага. Но, больше чем своё почти несуществующее достоинство, Харуто ценил её здоровье превыше всего.
— Нет, я в порядке… так что… пожалуйста…
Что-то всё же было не так. Харуто мог видеть только то, как она слишком сильно заставляет себя. Но если Вакаба так настаивала на этом, то ничего не поделаешь.
«Ладно, я просто использую это свидание, чтобы наверстать упущенное в прошлый раз!»
— Понял! Тогда давайте повеселимся ещё больше, чем раньше!
— …Спасибо… большое…
В то время Харуто не мог понять, что лицо Вакабы не могло быть более бледным, её выражение переполняло отчаяние, пока его голова была полна планами на следующее свидание.
---
13
И дни пролетели в мгновение ока. Сегодня настало время второго свидания Харуто.
— Идеальная погода! Это благословение! — Харуто подбодрил себя.
Он уже придумал надёжный план, так что всё должно было быть в порядке — так он говорил себе.
— Я не провалюсь, как в прошлый раз! Я позабочусь о том, чтобы Асахина-сан получила максимальное удовольствие!
И тогда он увидит её улыбку всё больше и больше. Радостно, счастливо, рядом с ним — таково было его желание. Поскольку в прошлый раз он пришёл рано, напряжение заставляло его действовать странно. Поэтому он решил прийти всего на час раньше. Это было не намного, но с честной стороны Харуто это было обучением.
«Да, я чувствую себя спокойнее по сравнению с прошлым разом. После того первого свидания я стал более расслабленным, когда разговаривал с Асахиной-сан».
Однако ослабление бдительности могло оказаться роковым. Поэтому он должен был думать в первую очередь о её благополучии.
«Асахина-сан, неожиданно, любит игры. Сегодня мы можем посетить тематический парк, так что я уверен, ей будет весело — Хм, что?»
Тут ноги Харуто остановились. Где-то он услышал детский плач. Сосредоточив слух, он позволил голосу вести себя. Похоже, голос доносился с другой стороны улицы. Подсознательно Харуто направился туда. У него ещё было время до прибытия Вакабы, так что он мог заодно проверить, что там происходит.
— А, нашёл. Этот ребёнок плачет? Может, он потерялся.
— Па-а-ап! Где ты-ы-ы!
Харуто вспомнил мальчика. Он столкнулся с этим мальчиком во время прошлого свидания с Вакабой. Его звали…
— …Тайти-кун? Почему ты здесь плачешь?
— А, это свиное лицо… Харуто-ниичан?
— Да! Величайший лузер человечества, ходячая трагедия Ирума Харуто прибыл!
— Нии-чан… Папа… Папа пропал!
— Ну, успокойся. Вот, платок. Вытри сопли.
Харуто отстранил рыдающего Тайти от своей одежды. По словам Тайти, он с отцом планировали посетить этот новый тематический парк где-то здесь и потеряли друг друга в процессе.
— Понятно, понятно, ясно. Тебе, наверное, было страшно одному. Теперь всё в порядке, давай попросим помощи у полицейского.
— У полицейского?
— Верно. Он может помочь нам найти твоего папу.
— Правда!? Тогда пошли! — Мальчик снова улыбнулся.
Его глаза, переполненные слезами, сияли, и он поднял обе руки. Он и правда был честным ребёнком. Видя мальчика таким, Харуто вспомнил прошлое. Однажды он сам потерялся и заставил отца волноваться. Но в конце концов его отец крепко обнял его, плача от облегчения. Чтобы мальчик оставался спокойным, Харуто нежно потрепал его по голове — прямо как делал его отец.
---
14
— …И правда, их никогда нет, когда они нужны.
«Сейчас на патруле», — говорила табличка на двери. Харуто знал, что ничего не поделаешь, но время не могло быть хуже. Из-за специального мероприятия в тематическом парке в этом районе собралось много людей. Полицейский, должно быть, патрулирует из-за этого. Тем не менее, осознание этого не помогало их ситуации.
— Полицейского нет?
— Хм… похоже, что так.
— Значит, я никогда больше не встречу папу?
— Ах, нет, конечно, встретишь!
Харуто растерялся. Он не мог оставить этого ребёнка одного, но ему также приходилось беспокоиться о своём свидании с Вакабой. У него ещё было немного времени, но…
— …Папа…
Харуто услышал голос и посмотрел в сторону. Тайти взглянул вверх, прямо в глаза Харуто. Должно быть, он понял, что у Харуто сложное выражение лица, потому что на его глазах навернулись слёзы.
— Где… ты…?
— Ах…
— Не… оставляй меня одного…
Паника мальчика, переходящая в полное отчаяние, пронзила Харуто. Перед его внутренним взором внезапно всплыл образ: он сам, маленький, стоит на перекрёстке в кромешной темноте, не в силах сдвинуться с места от страха, а вокруг — чужие, незнакомые голоса и тени. Он помнил этот леденящий душу ужас, эту всепоглощающую мысль: «Я один. Меня бросили».
«— Все будут грустить, когда их разлучают с родителями». Харуто глубоко вздохнул и посмотрел на Тайти. Его собственные планы, его нервное ожидание свидания — всё это вдруг показалось мелочью, пузырями на поверхности огромного, важного чувства.
— Он не оставит тебя одного. Я же сказал, верно? Нии-чан поможет тебе найти его, так что больше не плачь, ладно?
— Правда? Ты найдёшь папу?
— Конечно! Просто положись на меня! — Харуто похлопал себя по животу, пытаясь успокоить Тайти. Внутри же он лихорадочно соображал. «— У меня ещё есть время до прибытия Асахины-сан, так что я быстро найду его папу, а потом встречусь с ней! Всё будет хорошо».
— Давай, пойдём. Кто первым найдёт твоего папу, тот победитель!
— …Ладно! — Тайти с трудом, но всё же улыбнулся, вытирая кулачками лицо.
Они взялись за руки и отправились обратно в гущу праздничной толпы. Харуто пытался сохранять бодрый настрой, громко спрашивая у прохожих, не видели ли они мужчину в синей куртке с маленьким мальчиком, но внутри его грызла тревога. Отец Тайти нигде не находился. Они ходили туда, проверяли здесь и повторяли свой маршрут несколько раз, но усилия не приносили плодов. Время неумолимо текло. Постепенно ноги Тайти тоже стали тяжёлыми, он начал спотыкаться и всё чаще с надеждой смотреть на Харуто. Если они не найдут его отца в ближайшее время, Тайти тоже станет обузой, а свидание с Вакабой окончательно превратится в несбыточную мечту.
Харуто уже собирался было в отчаянии позвонить Сюну или даже в полицию, когда его взгляд упал на знакомый силуэт на другой стороне оживлённой улицы. Мужчина в синей куртке стоял, вцепившись в фонарный столб, и безумно оглядывал толпу, его лицо было искажено паникой.
— …Хм? Там, разве не…
— Э, где!?
— Смотри, там! На другой стороне улицы! Разве не твой папа?
Тайти вскинул голову, и его лицо мгновенно озарилось.
— Ты прав! Это папа!
«— Ахх, слава богу. Мы нашли его…» Волна облегчения накатила на Харуто, заставив его ноги на мгновение подкоситься. Он устал, но был счастлив. Это была роковая ошибка — расслабиться. Ему следовало знать, как мальчик отреагирует теперь, когда увидел своего отца.
— Па-а-па! — закричал Тайти, и его тонкий голосок перекрыл шум улицы.
— А!?
— Ура, папа!
Мальчик, забыв обо всём на свете, рванул вперёд, вырвав свою руку из ладони Харуто. Сердце Харуто упало. Он лихорадочно посмотрел на светофор — и его лицо побледнело, когда он увидел, как мигает тревожный красный сигнал пешехода. На дороге, разделяющей их, поток машин только-только начал набирать скорость после остановки.
— Тайти-кун, подожди! Светофор всё ещё красный! — закричал Харуто, но его голос потонул в общем гуле.
— Тайти! Стой! Не двигайся! — заорал отец, наконец заметив сына и бросаясь вперёд.
Но ноги мальчика уже не слушались. Он бежал, глядя только на отца, не замечая ничего вокруг. Из-за поворота, скрытого толпой, вывернул длинный грузовой фургон. Водитель, вероятно, не видел низкорослого ребёнка из-за припаркованных машин. Раздался протяжный, визгливый гудок.
Харуто увидел, как Тайти, испугавшись внезапного рева, оступился, поскользнулся на мокром после недавнего дождя асфальте и упал. Небольшое тело покатилось прямо на проезжую часть. Тень огромного фургона уже накрывала его.
В голове Харуто что-то щёлкнуло. Мыслей не было. Была только картина из прошлого, которую он нёс в себе все эти годы: скрежет тормозов, крики, чьё-то тело, отброшенное на обочину. И тишина после. Всепоглощающая, страшная тишина.
«Нет. Только не снова. Я не допущу».
Его тело взмыло вперёд раньше, чем сознание успело отдать приказ. Страх, усталость, мысли о Вакабе — всё это сгорело в одно мгновение. Остался только инстинкт, яростное, животное желание спасти. Он не думал о скорости машин, о собственном здоровье. Он видел только маленькую фигурку на асфальте и огромные колёса, приближающиеся к ней.
Харуто рванулся с места, двигаясь с неожиданной для его комплекции скоростью. Он не бежал — он летел, низко пригнувшись. В последний момент, когда между Тайти и шинами оставались сантиметры, он бросился вперёд, обхватив мальчика своими руками и прижав к груди, превратив своё тело в живой щит. Инерция понесла их вперёд. Харуто почувствовал, как горячий воздух от проносящегося мимо бампера обжёг ему спину, как гравий впивается в кожу сквозь одежду. Он кубарем перекатился через обочину, ударился плечом о бордюр и замер, всё ещё сжимая в объятиях трясущегося Тайти.
Тишина. А потом — шум вернувшегося мира: крики, сигналы машин, голос отца, зовущий сына.
— Ха… Хыфф… Ха-а-ахх…! — Из его рта вырвались прерывистые, хриплые вздохи. Всё тело горело и ныло, особенно плечо и спина. Но он проигнорировал боль, заставив себя подняться на колени.
— Тайти-кун, ты в порядке!? Ты нигде не ранен!?
— Н-Нет, я в порядке… — мальчик всхлипнул, его глаза были полны слёз, но на этот раз — от испуга, а не горя.
— Слава богу…! Похоже, ты невредим… — Харуто быстро, дрожащими руками ощупал голову и конечности мальчика. Ссадины на коленках, испачканная одежда, но ничего серьёзного.
— Тайти! — Отец, бледный как полотно, рухнул рядом на колени, выхватывая сына из объятий Харуто и прижимая к себе так крепко, словно боялся, что тот растворится. — Прости, прости меня, сынок! Я был так невнимателен!
— Папа… — Тайти разрыдался, уткнувшись лицом в отцовскую куртку.
Харуто, тяжело дыша, поднялся на ноги. Мир вокруг него слегка плыл.
— Ах, не волнуйтесь. Тайти-кун, кажется, в порядке, — его голос звучал хрипло. — Но вам, наверное, стоит отвезти его в больницу на всякий случай. Возможно, он ударился головой где-нибудь, шок.
— Но как же ты!? — мужчина уставился на Харуто, и его глаза расширились. — Ты же свалился как сумасшедший! Тебя машина не задела!? Посмотри на себя!
Только сейчас Харуто оглядел себя. Его новая, тщательно подобранная для свидания рубашка была разорвана на плече и испачкана в грязи и машинной жидкости. Брюки порваны на коленях. По рукам стекали капли крови от ссадин. Со спины доносилось жгучее, мокрое ощущение — вероятно, он приземлился в какую-то лужу смеси воды, масла и грязи. Он представлял собой жалкое, грязное зрелище.
— Ах, я совершенно в порядке. Я довольно крепкий, даже если не выгляжу так. Видите, вот так…?
Он попытался улыбнуться и развести руками, но резкая боль в плече заставила его вздрогнуть. И тут его взгляд упал на огромные электронные часы на фасаде здания напротив. Цифры горели ярко и неумолимо. Время, когда он должен был встретить Вакабу, прошло уже больше сорока минут назад.
Ледяная волна прокатилась по его спине, затмив даже физическую боль.
— А-а-ахххх! Нехорошо, не-е-ет хорошо! Я опоздал! Асахина-са-а-ан!
Он развернулся и, прихрамывая, бросился бежать обратно к месту встречи, не обращая внимания на крики благодарности отца Тайти, на удивлённые взгляды прохожих.
«Это плохо, это плохо, это плохо!»
Каждый шаг отдавался болью в теле, но ещё сильнее болело сердце. Он винил себя, проклинал себя за эту задержку, но это не вернуло бы потерянное время. Мысль о том, что Вакаба стоит там, одна, на холоде, уже почти час, терзала его больше любых ран.
«Скоро я доберусь туда. Мне просто нужно извиниться, объяснить… — А, вот же оно».
Площадь перед станцией. Людей стало меньше. И там, у условленного места — фонтана, он увидел её. Вакаба. Она стояла, обхватив себя руками, слегка раскачиваясь на месте, чтобы согреться. Даже издали он видел, как она напрасно вглядывается в толпу, как её плечи слегка опущены.
Харуто замер на краю площади. Его охватил внезапный, животный стыд. Посмотреть на него! Грязный, оборванный, окровавленный, воняющий бензином и болотом. Он выглядел как бродяга, как отброс. Идти к ней в таком виде? После того как заставил ждать? Слова застревали в горле.
«— Хех, посмотрите на того жирдяя».
«— Уф, он такой грязный. Что это, какая-то фотосессия?»
Он услышал насмешливые голоса проходящих мимо подростков. Но его это ничуть не задело сейчас. Первое, что ему нужно было сделать, — это позвонить. Бегучи, он достал смартфон, но тот выскользнул из его потной, дрожащей руки. Он наклонился, чтобы поднять его с земли, когда вокруг него начала капать вода с его же одежды.
Его отражение в луже было ещё более беспощадным, чем он представлял. Бледное, перекошенное от боли и отчаяния лицо. Полный провал.
[[image:/storage/reader-images/cc8bf27aacc60bf142dc66b9095cbf7b9145ffa7.jpg]]
«У меня нет времени купить новую одежду или помыться. И делать что-либо из этого означало бы, что ей придётся ждать ещё дольше —»
«— Дрожащими пальцами Харуто поднял свой смартфон».
«Интересно, в какой одежде сегодня Асахина-сан? Она, должно быть, красива, как всегда. И мила… А я… я даже подойти к ней не могу. Я разрушил всё. Опять».
Словно чтобы стряхнуть свой страх и тревогу, Харуто набрал её номер и нажал кнопку вызова. Не прошло и двух гудков, как встревоженный голос ответил.
— Алло? Ирума-кун? Где вы? С вами всё в порядке?
— Я-Я прошу прощения! — его голос сорвался на визгливую ноту. — Мне ужасно жаль, что заставил вас так ждать! Возникли срочные, ну, очень срочные дела, так что, думаю, я не смогу прийти!
Он видел, как на другом конце площади Вакаба приложила телефон к уху, её лицо выражало замешательство и растущую тревогу. Она смотрела по сторонам, всё ещё надеясь его увидеть.
«— Мне очень, очень жаль».
Харуто изо всех сил старался сдержать слёзы, прячась за углом здания, и продолжал извиняться снова и снова, выдумывая на ходу нелепые оправдания про внезапную болезнь родственника, не глядя в ту сторону, где стояла девушка, которую он так хотел видеть счастливой. Он чувствовал себя самым последним трусом и подлецом на свете.
Он не видел, как выражение на лице Вакабы сменилось с тревоги на глубокую, леденящую печаль, а затем — на пустоту. Она просто тихо сказала «Я понимаю», положила трубку и, постояв ещё несколько минут, медленно пошла прочь, так и не обернувшись. Свидание было отменено. И с ним, казалось, испарилась и последняя надежда.
Харуто опустился на корточки, прислонившись спиной к холодной стене, и закрыл лицо грязными руками. Всё было кончено.
Послесловие автора:
Здравствуйте, с вами Хадзама Такаси. Огромное спасибо за то, что взяли в руки второй том «Асахины Вакабы и её кругленького парня».
К тому времени, когда эта книга попадёт на полки, уже будет Рождество. Девять лет назад была загружена последняя глава оригинальной версии этой серии, и это также произошло 25 декабря, в рождественскую ночь. Это странное совпадение, но я уверен, что это должна быть судьба.
Кстати, о 25-м — в этот же день начинается и комическая адаптация «Хиге-сама». Там вы сможете увидеть различные сцены, не представленные в романе, так что, пожалуйста, загляните, если будет время!
Итак, как вам понравился «Асахина Вакаба и её кругленький парень» в виде романа? Большая часть этого тома содержала много развития, которое было тяжёлым для нашей главной героини. Хотя её и вынудили, она заплатила цену за свою ложь и почувствовала, как всё её везение и счастье рушатся на неё.
Даже мне было трудно писать все эти сцены, где страдала Вакаба… и я закончил всё в мгновение ока. Я сделал большой прогресс, правда. Но, оставив в стороне мою собственную личность и вкусы, давайте поговорим об Асахине Вакабе как о главной героине.
Если быть честным, с ней очень хлопотно иметь дело. Она может быть доброй временами и собранной, но в душе она очень похожа на Футабу. Она жизнерадостна и совсем не бесчувственна. Её могли дразнить мальчики, и она испытывала глубокую ревность. Мой редактор даже с кривой улыбкой небрежно заметил: «Её точно возненавидят подруги!». Но именно поэтому Вакаба здесь — главная героиня.
Она не может оставаться ребёнком вечно. В основной истории она встречает Харуто и начинает расти благодаря его доброте, наконец осмысливая свои поступки. Естественно, Харуто тоже не идеален, но ему удаётся исправиться благодаря Вакабе. Они оба влияют друг на друга, взрослея и становясь взрослыми. Это вторая половина этого романа. Я надеюсь, это станет понятнее с точки зрения участия Харуто в дополнительной главе. Так или иначе, я очень счастлив, что смог рассказать их историю до самого конца, и надеюсь, вам она понравилась.
Теперь позвольте выразить благодарность. Многие люди помогали мне в этом, особенно в моей писательской деятельности, например, мой редактор Н-сама и С-сама. Я действительно был у вас на попечении. Именно благодаря вам двоим мне удалось закончить эту книгу.
Далее я хочу выразить глубочайшую благодарность Момомоти-сама, который нарисовал всех этих прекрасных персонажей. Две обложные иллюстрации с Вакабой особенно замечательны… я часто застывал, глядя на них.
Что ж, надеюсь, что, может быть, мы увидимся снова.