1

Я стал апостолом бога, правящего мечом и войной.

[«Основателем нашего рода был Мастер Меча».]

Эту фразу отец Ракии повторял постоянно, словно мантру.

Он был человеком, преисполненным гордости за свой род. Действительно ли в их жилах текла кровь Мастера Меча — вершины рыцарского мастерства, — никто подтвердить не мог, но сам он верил в это истово.

Даже когда деревенские насмехались над ним, говоря, что теперь всё едино и он такой же, как все, — копается в грязи на поле, — он не обращал внимания. Посреди каторжного крестьянского труда он всегда старался сохранять достоинство и требовал того же от своего юного сына, Ракии.

Даже сейчас, закрыв глаза, Ракия мог вызвать в памяти голос отца.

[«Не забывай, в наших жилах течет благородная кровь. Пусть невзгоды и низвергли нас в это состояние, мы в корне отличаемся от этого мужичья».]

По иронии судьбы, этот гордый потомок рыцарей не смог передать сыну ни единого боевого приема. Все секретные техники давно канули в лету, так что единственным наследством стали правила этикета да то самое рыцарское самоуважение, которое надлежало беречь.

Если он чему и научил сына по-настоящему, так это тому, как хорошо возделывать землю.

Трагедия разыгралась, когда Ракии исполнилось десять.

Смертоносная чума, охватившая центрально-западную часть Империи, позже названная «Чернокровием», косила людей с ужасающей скоростью. Даже среди знати умирал каждый десятый, а простолюдины, не имевшие доступа к чудесам исцеления дорогих жрецов, гибли куда легче.

Промучившись неделю, отец покинул этот мир, оставив лишь краткое прощание.

[«Прости меня».]

Вскоре после этого деревенские старейшины смекнули: земля и имущество молодого фермера, которые тот когда-то с таким высокомерием отстаивал, теперь остались бесхозными. Родни, способной вступиться, не было.

Старейшины прибрали к рукам поля и скарб, которые по праву должны были достаться Ракии, поделили их между собой, а мальчишку решили продать проходящему мимо отряду наемников.

Они надеялись, что он сгинет где-нибудь в далеких краях и никогда не вернется.

Из-за того, что отец при жизни вел себя с соседями надменно, никто не заступился за сироту.

[«Один серебряный? Не маловато будет?»]

[«Бери, друг. Ты же не ради денег его продаешь, верно?»]

[«Ладно, по рукам. Эй, наемник! Сделка закрыта!»]

Причина, по которой наемники купили мальчика, кроилась в религии — или, скорее, в суеверии.

Наемники обычно поклонялись Богине Войны из пантеона Семерки, веря, что она отпускает грехи убийства на поле брани.

Но жизнь наемника такова, что убивать приходится не только в честном бою. Всегда хватало тех, кто узнал лишнее, или тех, кого нужно было убрать, даже если они не сопротивлялись.

К несчастью, смерть — сестра войны — не жалует тех, кто совершает односторонние убийства.

Решение, которое нашли наемники, было простым: палачата. Юные палачи.

Обезглавливать крепко связанных пленников — с этим мог легко справиться и ребенок. Ели они мало, а платить им жалованье нужды не было. К тому же, если их хорошо натаскать, они годились и для всякой черной работы.

Таких детей и называли «палачатами».

[«Ну же, просто ткни легонько, проведи вот так и выдерни. Проще пареной репы, верно?»]

[«Я... я не могу».]

[«Вот как? Эй, тащи клещи. В какой руке ты держишь нож?»]

[«П-простите... А-а-а-а!»]

После такого «обучения» Ракия покорно становился убийцей по первому приказу наемников.

Кара Бога Смерти в загробном мире казалась ничем по сравнению с болью от вырывания ногтей здесь и сейчас.

По приказу наемников к своим двенадцати годам Ракия убил уже несколько десятков человек.

[«Эй, что он делает?!»]

[«Он развязался!»]

[«Держи его!»]

В тот год, когда ему исполнилось двенадцать, случился инцидент. Предатель, пойманный на краже контрабанды, должен был быть казнен, но умудрился ослабить путы прямо перед исполнением приговора.

Была ли это оплошность или кто-то намеренно оставил веревки слабыми — неизвестно, но освободившийся предатель выхватил кинжал у стоявшего рядом ребенка-палача и бросился наутек.

В тот момент Ракия как раз оказался у него на пути. Вероятно, беглец решил, что стычка со взрослыми наемниками приведет к окружению, и задумал прорваться через беспомощного мальца.

Однако мальчик обманул ожидания и встретил его лицом к лицу. В миг, когда он увидел вооруженного мужчину, инстинкт подсказал: он может легко одолеть этого противника.

Ракия бросился на бегущего человека, они сшиблись, сцепились и несколько раз перекатились по земле.

На удивление, на этом бой и закончился.

[«Хаа...»]

Он не использовал никаких особых приемов. Просто увернулся от хватающих рук, скользнул внутрь защиты и вонзил кинжал. Повинуясь инстинкту, он двинул лезвием так, чтобы разорвать легкое. Мужчина издал нелепый булькающий звук, захлебнулся собственной кровью и затих.

К мальчику, покрытому темно-багровой кровью, кто-то подошел.

[«А ты хорош, малец».]

Это был капитан наемников. Он бросил Ракии короткий меч и объявил, что отныне мальчик становится учеником в их отряде.

Затем, словно делая одолжение, добавил:

[«Если и дальше будешь показывать результат, сделаю тебя полноправным наемником».]

Капитану не пришлось долго ждать, чтобы сдержать слово.

Хотя Ракия был небольшого роста и щуплого сложения, его тело отличалось легкостью и проворством, а талант к обращению с клинком был у него в крови. Иными словами, он был прирожденным убийцей.

Несколько месяцев, вооруженный лишь коротким мечом, он таился среди союзников и вырезал врагов, доказав свою полезность: десять убитых за четыре битвы.

Даже став полноправным наемником, Ракия не остановился. По мере взросления он осваивал все больше видов оружия и убивал врагов со все большей легкостью.

Спустя четыре года после повышения, в шестнадцать лет, Ракию считали «решающим аргументом» отряда наемников.

Темная ночь опустилась на лагерь, лишь теплые костры разгоняли мрак. Пока наемники суетились, разводили огонь и готовили еду, Ракия лежал в своем спальном мешке на лучшем месте — прямо у самого жаркого костра.

Никто в отряде не смел оспаривать привилегии юноши.

— Черт, место, куда мне в прошлый раз прилетело, никак не заживает.

— Это потому что ты старый, дед.

— Какой я тебе дед? Мне и сорока нет!

— В твоем возрасте уже внуков нянчить пора.

Немного погодя, когда все возбужденно болтали за ужином, он оставался в одиночестве.

Даже те, кто поначалу пытался с ухмылкой набиваться в друзья, в конце концов отступали, раздраженные холодностью юноши.

На самом деле Ракии это казалось смешным. Кто в здравом уме будет любить людей, которые тебя похитили и пытали?

Он оставался с этим отрядом не потому, что ему здесь нравилось. Он просто не знал, как выжить иначе, если уйдет.

Здесь, пока ты исправно убивал людей, тебе давали еду, деньги и место для ночлега.

Закончив есть и откинувшись на спальный мешок, он услышал, как кто-то его окликнул.

— Ракия.

Он резко вскинул голову и увидел наемника, имени которого даже не помнил.

— Чего тебе?

— Капитан вызывает.

— Капитан? Зачем?

— Сказал, сам узнаешь, когда придешь. Что-то насчет награды за последнюю битву...

Ракия потянулся, как ленивый кот, и поднялся со своего места.

Будь это кто угодно другой, он бы и ухом не повел, но на вызов капитана нужно отвечать. В конце концов, капитан был одной из причин, почему Ракия все еще оставался в этом отряде.

— Понял. Передай, что иду.

2

— Ты здесь, малец?

— Ага.

В центре лагеря, где собрались командиры, стоял Ашан — капитан отряда наемников.

Ракия никогда не питал симпатии к этому мужчине средних лет с хитрым лицом.

Хоть тот и помог Ракии перестать быть мальчишкой-палачом и стать полноправным наемником, сделал он это исключительно ради собственной выгоды.

— Слышал, зачем я тебя звал?

— Слышал.

— Держи.

Ракия поймал ожерелье, которое Ашан небрежно швырнул в его сторону.

На конце цепочки висел ромбовидный кусок металла. На первый взгляд он казался простым украшением, но если присмотреться, внутри то вспыхивал, то гас слабый, жутковатый огонек. Это доказывало, что вещица непростая.

Этот предмет Ракия добыл, отрубив голову вражескому командиру в прошлой битве. Тогда Ашан забрал трофей, заявив, что покажет его знакомому магу, чтобы узнать свойства, а потом вернет.

— Что это за магия?

— Без понятия. Сказали только, что проклятия на нем нет.

— Поэтому ты его и возвращаешь.

Тот Ашан, которого знал Ракия, ни за что не отдал бы ожерелье с полезной магией так легко. Он бы скорее припрятал его, а взамен подсунул какую-нибудь дешевку, придумав сотню отговорок.

Втайне Ракия на это и надеялся. Острый длинный меч был куда надежнее непонятной магии.

— Ты недоволен?

— Сойдет.

Тихо вздохнув от разочарования, Ракия сунул ожерелье в карман и перешел к главному вопросу.

— Когда ты начнешь меня учить?

— Не ной. Я же сказал: как только наберешь достаточно заслуг.

— Ты и в прошлый раз ушел от ответа. Сдержи обещание. Ты ясно сказал: если я убью вражеского командира, ты научишь меня пользоваться аурой.

Аура. Сила, о которой грезили все воины.

Особая энергия, овладеть которой необходимо, чтобы стать Мастером Меча — идеалом всех мечников.

Она усиливала физические способности и укрепляла оружие, поэтому те, кто владел аурой, обладали чудовищной мощью по сравнению с обычными людьми.

И капитан наемников Ашан был пользователем ауры, способным её применять.

Конечно, по сравнению с настоящими рыцарями его уровень был ничтожным, но одного факта владения аурой хватало, чтобы возвышаться над остальным сбродом.

Это была одна из причин, почему Ракия оставался в этом отряде.

Мало кто из наемников вообще знал об ауре, а те, кто знал, относились к ней как к тайной технике и скрывали методы тренировок — точно так же, как Ашан.

Даже если юный простолюдин, неплохо машущий мечом, приползет к рыцарям с мольбой научить его, ему повезет, если он не лишится головы за наглость. Заявлять о своем благородном происхождении без доказательств, просто козыряя фамилией, погребенной в памяти, было бесполезно.

Иными словами, у Ракии не было другого способа постичь ауру, кроме как через Ашана.

Причина, по которой он так страстно желал этому научиться, была проста.

Память о человеке, который прожил всю жизнь, кичась лишь тем, что его отец и предки были Мастерами Меча.

Ракия хотел овладеть аурой, стать Мастером Меча и исполнить последнюю волю покойного отца.

— Принеси голову вражеского командира в следующей битве. Тогда я, так и быть, покажу тебе, что такое аура.

— Ты обещал.

В конце концов, Ракия согласился на то же пустое обещание, которым его кормили уже не раз. Обещание, нарушение которого он все равно не смог бы оспорить.

Когда он развернулся, чтобы уйти, другой офицер, сидевший неподалеку, поднял кружку и спросил:

— Не выпьешь с нами?

— Нет, я спать.

— И то верно. Мелочи надо спать пораньше, чтобы вырасти большим и сильным.

Оставив позади их гогот, Ракия вернулся к своему спальному мешку.

День выдался дерьмовым.

Они находились в восточной части Империи, на небольшом полуострове, пестрящем городами-государствами.

Хотя Лига городов-государств, известная как Ширен, формально управляла этими землями, власть эта была настолько слабой, что регион постоянно переживал циклы раздробленности и объединения, погрязая в бесконечных стычках.

Отряд Ашана тоже вносил свою лепту в эти конфликты. Их нанимателем был город-государство Берет.

— Слушайте сюда, псы шелудивые!

Под ярким солнцем голос Ашана прогремел подобно рыку. В ответ наемники разом вскинули оружие и заорали.

Подняв руку, чтобы утихомирить их и заодно продемонстрировать свою власть, Ашан начал раздавать приказы.

— Вы, наверное, уже слышали, но для особо тупых повторю! Мы — отдельный отряд. Обойдем лес слева и ударим в тыл вражеским основным силам, которые сейчас связаны боем. Вопросы есть?

— Никаких!

— Нет!

— Вот и отлично. Вперед, ублюдки! Убьем их всех!

— Ура-а-а!

Как и в большинстве войн, здесь не было сложной тактики.

Основные силы сталкивались в лобовую, а наемники и прочие нерегулярные части, не обученные сражаться строем, ввязывались в хаотичные стычки.

Они носили повязки с определенными эмблемами, чтобы отличать своих от чужих, но нередки были случаи, когда кто-то убивал союзника, срывал повязку и выдавал труп за врага ради награды.

После десятиминутного марша вдоль кромки леса, когда поле боя стало ближе, шедший впереди разведчик громко крикнул:

— Враги под холмом! Наемники, около сорока человек!

— Вероятно, их поставили прикрывать обходной путь.

— Отлично, в атаку!

Отряд Ашана считался сильнейшим в этом регионе. Большинство бойцов были ветеранами имперского происхождения, хорошо вооруженными, а их капитан к тому же владел аурой.

Для них равный по численности отряд наемников не представлял угрозы. Это были просто жертвы для увеличения счета убийств.

— В атаку!

Услышав крик и заметив противника, враги внизу засуетились, пытаясь построиться. Будучи в первых рядах, Ракия видел это во всех деталях.

— Враги! Стреляй!

— Сдохните, твари!

Он заметил нескольких лучников, целящихся в их сторону.

В состоянии предельной концентрации Ракия резко упал и перекатился ровно в тот момент, когда противники отпустили тетиву.

Мгновением позже там, где только что были его голова и тело, просвистело несколько стрел.

— Аргх!

— Попали! Блять!

Среди криков и воплей товарищей, бегущих рядом и позади, Ракия несколько раз перекатился вниз по склону и пружинисто вскочил на ноги.

Когда он сделал вдох, сердце, почуявшее дыхание смерти, заколотилось как бешеное.

— Иди сюда-а!

Прямо перед ним возник враг, с ревом опускающий топор со всей силы. Это был здоровый детина, на голову выше Ракии, но его движения были размашистыми, а доспехи — дрянными. С такими справляться было легко.

Ракия слегка довернул корпус, уклоняясь, и сделал выпад мечом.

Клинок идеально вошел между ребер, пронзив сердце, и хлещущая кровь оросила траву.

— Кха...

— Робар! Ах ты гаденыш!

Из-за спины врага, рухнувшего даже без крика, выскочил еще один, жаждущий мести.

Этот противник был посложнее. Его кожаная броня была достаточно прочной, чтобы затруднить рубящие или колющие удары, а в свободной руке он держал большой щит.

Ракия мог бы победить, если бы вступил в бой, но тратить время на "жирного" противника не хотелось, поэтому он быстро отступил в гущу своих товарищей.

— Выходи, трус! Я отомщу за Робара!

Игнорируя вопли противника, Ракия использовал свой маленький рост, чтобы шнырять внутри строя союзников, выбирая цели.

Убить, спрятаться, снова убить. Повторив это несколько раз, он успел прикончить восьмерых, прежде чем враги признали поражение и начали отступать.

Добив бронированного наемника, который в ярости топал ногами, требуя возмездия, Ракия увидел, что остальные уже бегут, не оглядываясь.

Глядя на это, наемники ударили оружием о щиты и разразились радостными криками.

— Мы победили!

— Эти ничтожества только на вид крутые!

— Уху-у!

В этот момент кто-то окатил их ликование ушатом ледяной воды, перекричав толпу.

Капитан наемников Ашан, убедившись, что эйфория немного спала, махнул рукой, отдавая приказ.

— Не время для игр. Продолжаем движение, бьем по основным силам. Шевелись!

Вскоре, полностью миновав лес, они вышли к месту ожесточенной битвы, где сшиблись тысячи солдат. К счастью, основные силы врага и союзников столкнулись как раз в этот момент, так что прямое наступление позволяло ударить в правый тыл противника.

Ракия быстро вскарабкался на плечи крупного наемника, стоявшего рядом, и осмотрел поле боя.

«Что-то здесь не так».

Судя по чутью, отточенному жизнью наемника, ситуация складывалась явно не в пользу союзников, кто бы ни смотрел.

Численный перевес был невелик, но их боевой дух был полностью сломлен, а оба фланга — разорваны.

В такой безнадежной ситуации вмешательство каких-то пятидесяти наемников не могло переломить ход битвы.

— Капитан, наших слишком сильно теснят...

— Может, отступим?..

Остальные наемники тоже почуяли неладное и замедлили шаг, на их лицах читалась тревога.

Помолчав мгновение, Ашан тихо скомандовал:

— Не делайте резких движений, отходим медленно. Выждем момент и уйдем в лес.

За исключением единиц, верность среди наемников была редкостью. Так же как наниматели часто задерживали плату, наемники легко предавали или сбегали.

У отряда Ашана была неплохая репутация в этом плане, но после сегодняшнего дня она, скорее всего, пошатнется.

Но это лучше, чем полное уничтожение.

— Кавалерия преследует! Трое!

Они не успели далеко уйти, сохраняя строй, как чей-то крик заставил обернуться — и правда, трое всадников неслись за ними.

Облаченные в кольчуги, усиленные стальными пластинами, они были экипированы куда лучше обычных наемников.

Но поскольку их было мало, наемники не особо испугались.

— Трое? Они спятили?

— Стреляйте из луков, отгоните их!

Из-за разницы в скорости уйти от конницы пешком было трудно. Но и вступать в серьезный бой они вряд ли станут. Какими бы сильными ни были всадники, трое против полусотни наемников — это безрассудство.

Только наемники успели об этом подумать, как трое всадников обнажили мечи, и от лезвий поднялось марево.

— Это... да ну нахрен.

— Б-быстро, стреляй!

Лучники выпустили стрелы, но кавалеристы, словно насмехаясь, взмахнули мечами, окутанными дымкой, и сбили снаряды. Затем они ускорились еще больше, врезаясь в ряды наемников.

Увидев это, кто-то истошно закричал:

— Блять, они все трое владеют аурой!

С этим криком три всадника врубились в толпу наемников.

— А-а-а-а!

Строй рассыпался в мгновение ока.

Кавалеристы пронеслись сквозь ряды, используя инерцию, чтобы срубить троих, затем спешились и начали крошить окружающих с такой скоростью, что глаз не успевал следить.

Как будто в муравейник плеснули кипятком — наемники в панике бросились врассыпную.

— Идиоты! Не бежать! Мы победим, если навалимся на них скопом!

Ашан кричал от бессилия, но даже его приказ не мог обуздать уже развалившийся отряд.

Наоборот, этот крик лишь превратил его в мишень.

Самый старший из трех мастеров ауры крикнул:

— Капитана я беру на себя!

Глядя на приближающихся пользователей ауры, Ракия лихорадочно соображал, не в силах подавить тревогу.

Мальчик находился на самом краю строя, поэтому оказался на расстоянии от врагов, даже не прикладывая усилий к бегству.

«Что делать?»

Драться? Каковы шансы на победу? Если сбежать, где еще он найдет возможность научиться ауре, если не у Ашана?

К счастью или к несчастью, его дилемма длилась недолго. Лидер врагов, мужчина средних лет со шрамом на лице, обезглавил Ашана всего за два удара.

Учитывая, что навыки Ашана были равны или чуть выше навыков Ракии, противник явно был мастером, способным в одиночку перебить весь отряд.

Вывод был ясен. Сражаться с ними — самоубийство.

Один из ветеранов, обычно выполнявший роль заместителя капитана, развернулся и побежал, крича на ходу:

— Блять, врассыпную! Встречаемся в Макнаке!

Слившись с разбегающимися наемниками, Ракия помчался со всех ног к ближайшему лесу.

К счастью, благодаря природной быстроте, ему удалось убежать довольно далеко за короткое время.

Если враги не станут утруждать себя охотой на таких никчемных букашек, как наемники, по одиночке, сбежать будет не так уж сложно.

Только он успел почувствовать облегчение от этой мысли, как вдруг луч света откуда-то осветил фигуру Ракии.

В тот же миг сзади раздался молодой голос:

— Вот он! Я сам его поймаю, Наставник!

Повернув голову, Ракия увидел пользователя ауры, несущегося на него с ужасающей скоростью.

3

— Ха... Ха...

В густой чаще, куда с трудом пробивался даже солнечный свет, Ракия отчаянно перебирал ногами, то и дело оглядываясь через плечо.

За ним, облаченный в латные доспехи, гнался молодой пользователь ауры.

— Стоять, наемничье отродье!

У Ракии не было сил даже огрызнуться, что останавливаться он не собирается, поэтому он лишь плотно сжал рот и скатился по крутому склону.

Пружинисто вскочив на ноги, он оглянулся и увидел, как преследователь кубарем катится вниз вместе с осыпью земли.

«Отлично, я немного оторвался!»

Побег через лес давал Ракии относительное преимущество.

Хотя его противник, как пользователь ауры, был выносливее и быстрее, его крупное телосложение и тяжелая броня играли злую шутку.

Массивность и вес оказались куда большей помехой на пересеченной местности, чем можно было ожидать. Осыпающийся грунт сбивал равновесие, а ветки и корни так и норовили зацепиться за доспехи.

Более того, даже убегая, Ракия использовал рельеф против врага: поднимал клубы пыли или скатывал с возвышенностей камни подходящего размера.

Если бы погоня шла по равнине, Ракию поймали бы меньше чем за минуту.

«Да как он, черт возьми, не отстает?»

Он не бежал сломя голову. Всякий раз, скрываясь из виду, Ракия оставлял ложные следы, путал отпечатки или использовал ручьи, чтобы скрыть запах и направление. Он пустил в ход все уловки, какие знал.

И все же пользователь ауры каждый раз безошибочно вычислял его местоположение. Словно мог видеть его сквозь деревья.

Поскольку способы сбить погоню были не бесконечны, противник постепенно приспосабливался к лесному бегу.

Такими темпами поимка была неминуема.

«Должно быть, дело в этом...»

Даже в суматошном беге Ракия пытался понять, почему этот человек вцепился именно в него. Вокруг было полно наемников, и не было никакой причины выделять именно его.

Поразмыслив, он нашел единственное правдоподобное объяснение.

«Ту».

Ракия пошарил в поясной сумке, достал ожерелье, снятое с убитого вражеского командира, и изо всех сил швырнул его в сторону приближающегося преследователя.

Тот прервал бег на полушаге, выхватывая ожерелье из воздуха, словно пес — брошенное мясо.

«Как я и думал, ему нужна была эта побрякушка. Забирай и вали!»

Увидев это, Ракия мысленно выдохнул. Его догадка подтвердилась.

Мгновение спустя пользователь ауры посмотрел на ожерелье, а затем поднял голову.

— А...

В тот миг, когда Ракия увидел выражение его лица, он развернулся и припустил что было духу без тени сомнения.

Лицо преследователя исказила демоническая гримаса, а от его тела пошло жаркое марево, словно от раскаленного металла в летний зной.

По какой-то неведомой причине поступок Ракии привел его в бешенство.

— Я убью тебя-я-я!

Гебель Прага родился вторым сыном в клане Прага, влиятельной семье города Марам.

С юных лет в нем признали талант к фехтованию, что позволило ему в семнадцать лет стать учеником Раша, прославленного мечника из соседнего города.

Конечно, дело было не только в таланте; его старший брат, глава рода, стал спонсором Раша.

[«Старайся, Гебель. Я всегда поддержу тебя».]

[«Спасибо, брат!»]

Поскольку додзё Раша находилось в другом городе, Гебелю пришлось покинуть родной Марам.

Спустя несколько лет упорных тренировок, в двадцать один год, Гебель пробудил ауру.

Наставник, празднуя это достижение, предложил навестить родной город ученика.

[«Твой старший брат по оружию и я поедем с тобой. Мы слишком давно не показывались нашему покровителю, нужно засвидетельствовать почтение».]

[«Понял!»]

Но по возвращении Гебеля ждали шокирующие вести.

[«Повтори... что случилось с братом?»]

[«Господин Мирк... погиб. Теперь вы, молодой господин Гебель, должны возглавить дом».]

Город Марам недавно вступил в войну с соседним городом-государством Берет, и его брат, Мирк Прага, как один из влиятельных лидеров клана, повел войска в бой.

Трагедия случилась, когда обоз под командованием Мирка попал в засаду и был уничтожен врагом. Всего за день до возвращения Гебеля.

«Брат...»

Братьев Прага связывали исключительно теплые узы. Мирк был старше на девять лет, и для Гебеля, рано потерявшего отца, он стал почти что вторым отцом.

Проливая слезы над телом брата, Гебель поклялся отомстить.

«Кем бы ты ни был, я тебя найду и убью!»

К счастью, способ найти убийцу существовал. В детстве заезжий маг создал для братьев парные ожерелья. Они были зачарованы так, что одно могло отследить другое.

Кроме того, выживший солдат из отряда Мирка описал внешность убийцы: темно-синие растрепанные волосы и невысокий рост.

Вступить в войну было просто. Разгневанный смертью своего покровителя, наставник Гебеля тоже заявил о желании участвовать, а город Марам, обрадованный перспективой получить сразу трех пользователей ауры, пообещал щедрую награду.

Через несколько дней в крупном сражении войска Марама наголову разбили армию Берета.

Во многом благодаря наставнику Рашу, который одного за другим сразил вражеских одаренных.

Даже преследуя разбитого врага, Гебель непрерывно активировал магию ожерелья, ища отклик от его пары. И вскоре сигнал появился.

[«Наставник, убийца моего брата рядом!»]

[«Хорошо, веди».]

Гебель, его наставник и старший ученик покинули поле боя, следуя за зовом магии верхом.

Неподалеку от линии фронта они заметили небольшой отряд наемников, человек пятьдесят. Очевидно, владелец ожерелья был среди них.

Поскольку это были враги, троица атаковала без колебаний, учинив одностороннюю резню. Даже владеющий аурой командир наемников быстро пал от клинка Раша.

Оглядев полностью уничтоженный отряд, Гебель снова активировал ожерелье.

Оно указывало на юного наемника, убегающего вдаль.

Его внешность идеально совпадала с описанием выжившего.

— Я выпотрошу тебя, свиное отродье!

Брызгая слюной от ярости, Гебель Прага мчался вперед, и его скорость возросла многократно.

Он сам не осознавал, что его аура взбесилась от экстремального перепада эмоций, временно усилив физические способности сверх меры.

Чувство смертельной опасности стало почти осязаемым.

«Какого черта он так себя ведет?»

Значит, дело все-таки не в ожерелье?

Ракия рассчитывал, что, получив его, преследователь уйдет удовлетворенным, но вместо этого тот погнал с удвоенной жаждой убийства. Это сбило Ракию с толку.

Так или иначе, одно было ясно: нужно либо бежать быстрее, либо разворачиваться и драться.

«К черту, лучше драка, чем смерть!»

Пользователи ауры не были бессмертными.

Даже Ашан, капитан их отряда, был грозным противником, но не непобедимым. Хотя Ракия никогда не дрался с ним насмерть, он был уверен, что смог бы выиграть три или четыре схватки из десяти.

До сих пор он убегал, опасаясь, что на помощь придет тот, средних лет, убивший Ашана. Но продолжать бег значило просто подставить спину под удар.

— Ху-у.

Быстро оценив местность, Ракия развернулся, выхватил меч и вперил взгляд во врага. Его глаза, казалось, налились кровью, а мышцы напряглись, как у кота перед прыжком.

Отчаянная решимость в его позе заставила даже обезумевшего от ярости Гебеля на миг замешкаться.

Меч Ракии ударил точно в этот просвет.

— Ха!

Первой атакой стал быстрый, резкий рубящий удар сверху. Гебель поспешно вскинул меч горизонтально для блока, и клинки с лязгом высекли искры.

Будучи новичком в обращении с аурой, Гебелю требовались концентрация и время, чтобы высвободить силу, поэтому его поспешно выставленный меч не был усилен.

В этот скрежещущий момент металла о металл Ракия поддел ногой камень подходящего размера, который приметил заранее. Булыжник ударил Гебеля прямо в левую щеку.

— Гха!

Получив удар по лицу, Гебель инстинктивно зажмурил левый глаз. Воспользовавшись этим, Ракия метнулся в слепую зону и сделал выпад, целясь в горло.

К удивлению, удар не прошел. Гебель среагировал с неестественной скоростью, отбив клинок Ракии. Это были инстинктивные рефлексы, присущие только носителям ауры.

— Ах ты крыса-а-а!

Наконец, от меча Гебеля начало подниматься марево — аура. Прямое столкновение сейчас просто согнуло бы или сломало клинок Ракии.

Ракия расслабил ноги, принимая яростный горизонтальный удар на блок, но одновременно с этим оттолкнулся и полетел назад.

— Гх!

Удар ощущался так, словно в него врезалась повозка. Ракия с коротким выдохом отлетел и врезался спиной в выступающее дерево.

И все же, даже в этот момент, на губах Ракии играла слабая улыбка.

Напротив, лицо Гебеля, смотревшего на мальчика сверху вниз, выражало не триумф, а гнев и досаду.

— Ты...!

В боку Гебеля, в районе поясницы, торчал маленький нож. Отбивая удар и отпрыгивая назад, Ракия метнул его свободной рукой — и попал точно в цель.

Если бы нож ударил в латы, он бы отскочил, но лезвие скользнуло в зазор между нагрудником и нижней частью доспеха.

Он целился примерно туда, но точное попадание было наполовину удачей.

«Долго я не продержусь».

Он нанес урон, но положение Ракии оставалось отчаянным.

Даже после блока с отскоком его меч слегка погнулся. Еще один такой удар — и клинок, скорее всего, лопнет.

Его запасным оружием был лишь кинжал длиной с предплечье для нарезки вяленого мяса — идти с таким против пользователя ауры было самоубийством.

Ракия постарался скрыть тревогу в голосе, обращаясь к противнику.

— Собираешься драться дальше?

— Что?

— Не знаю, чего ты так жаждешь меня убить, но если не займешься раной, то сдохнешь. Нож отравлен.

Конечно, это была ложь.

Содержать отравленное оружие куда сложнее, чем кажется. Яд выдыхается со временем, а при неумелом обращении можно самому отравиться, порезавшись.

Нет смысла таскать такую вещь, если не планируешь метнуть ее в бою и убегать, пока враг не упадет.

Он надеялся, что блеф заставит парня отступить, но лицо Гебеля, услышав это, лишь окаменело от ярости и решимости.

— Вот как. Значит, и моего брата ты убил такими же подлыми трюками?

— Чего?

Гебель стиснул зубы и рывком выдернул нож из бока. Естественно, из раны хлынула кровь.

Если бы на лезвии действительно был яд, быстрое извлечение помогло бы предотвратить его распространение — так он рассуждал.

— Угх...

Вместе с кровью вытекала и истерика. Глаза Гебеля, устремленные на Ракию, обрели ледяное спокойствие, совсем не такое, как прежде.

Теперь его ярость была не бушующим пожаром, а острым, холодным льдом.

— Я не представился как следует. Гебель Прага, брат Мирка Праги, которого ты убил.

Глядя на приближающегося врага, Ракия выровнял дыхание.

Очевидно, блеф был воспринят как провокация; отступать этот человек не собирался.

В таком случае, шанс был только один. С мечом, готовым вот-вот сломаться, он должен был как-то убить этого противника.

— Ра-а-а-а!

Словно желая заглушить боль от раны, Гебель издал громоподобный рев и обрушил меч вниз. В отличие от предыдущих беспорядочных взмахов, это был удар превосходно обученного мечника.

Того уровня, с которым Ракия еще никогда не сталкивался.

«Твою мать!»

Он с трудом различил траекторию клинка и уклонился на волосок от смерти, но это был не конец. В отличие от наемников, которые всегда открывались после замаха, Гебель восстановил стойку с пугающей плавностью, словно время отмотали назад, и обрушил каскад ударов.

«Что за...?!»

Полностью уйдя в глухую оборону, Ракия отчаянно уворачивался, швыряя тело из стороны в сторону. Кровь сочилась из неглубоких порезов на плече, предплечье и бедре.

Не имея возможности блокировать усиленный аурой меч в лоб, он не мог ни остановить натиск, ни контратаковать.

«Я так сдохну!»

Ракию никогда толком не учил фехтованию. Он хватался за основы — как держать меч, как бить — просто наблюдая за другими.

До сих пор этого хватало. Его врожденные инстинкты были настолько исключительны, что даже поверхностные навыки позволяли ему убивать врагов и выживать.

Но теперь все изменилось. Чтобы выжить, он должен был учиться у врага. У мечника, который строил свое мастерство методично, с самых основ, используя более эффективные и мощные техники.

«Угх...»

Его глаза бешено вращались, анализируя движения противника, запоминая и копируя их. Он впитывал работу ног и повороты корпуса, угол наклона руки при ударе, даже ритм дыхания.

Казалось, глаза сейчас вылезут из орбит, а голова перегреется и взорвется. От непривычных движений мышцы и суставы вопили от боли.

Но через эту жертву Ракия постепенно постигал фехтование противника, усваивал его и адаптировал к своей ситуации. Нет, не просто имитация — истинное понимание и применение.

То, что большинство назвало бы озарением и мгновенным освоением.

Дзынь—!

Мечи встретились, издав звук, похожий на звон разбитого стекла.

4

Едва их мечи скрестились, Гебель уверился в своей победе.

Клинок противника был заметно погнут. При таком столкновении он наверняка сломается. А стоит оружию разлететься — и бой окончен.

Всё, что останется у мальчишки, — это кинжал на поясе да, возможно, пара ножей, спрятанных где-то в одежде.

Но вопреки уверенности Гебеля, меч не сломался. Раздался лишь оглушительный лязг, предвещающий гибель стали, но мальчишка умудрился аккуратно парировать удар.

Глаза Гебеля расширились от шока.

— Какого черта?!

Он нанес еще несколько ударов, но результат остался прежним. Сколько бы они ни сходились в схватке, меч Ракии держался.

Этому было две причины.

Во-первых, Ракия, полностью раскусивший стиль врага, начал отбивать удары так, чтобы максимально гасить импульс.

Он либо чуть оттягивал свой меч назад перед столкновением, поглощая удар, словно подушкой, либо менял угол клинка, распределяя силу по всей поверхности — от лезвия до обуха. Одно это значительно снижало нагрузку на сталь.

Во-вторых, аура, окутывавшая меч Гебеля, начала тускнеть.

Еще мгновение назад она полыхала как марево в летний полдень, а теперь истончилась настолько, что стала едва различимой, если не смотреть в упор.

Наконец осознав это, Гебель в сердцах выругался:

— Проклятье, я что, слишком много потратил?!

Гебель был новичком, лишь недавно ступившим на путь постижения ауры. Ее запас у него был ничтожен, а тратил он ее бездарно. К тому же совсем недавно он выплеснул слишком много силы в приступе ярости, так что истощение было неизбежно.

— Угх!

Вместе с аурой на мече замедлились и движения Гебеля. Даже энергия, укреплявшая тело, начала иссякать.

— Чудовище!

Ведь в самом начале это был противник, которого он мог одолеть без труда.

Да, мальчишка раздражал своими прятками и мелкими пакостями, но в открытом бою Гебель мог бы снести ему голову за пару выпадов.

Но теперь все изменилось. За считанные минуты этот юнец полностью скопировал его фехтование. Более того, скопировав, он начал предугадывать ходы.

Нехватка ауры — не оправдание. При таком разрыве в мастерстве, даже с аурой у Гебеля было бы лишь преимущество в силе, но нанести решающий удар стало бы чертовски сложно.

«Опасно... Я должен убить его прямо сейчас, любой ценой!»

Его разум, заполненный лишь ненавистью и презрением, в какой-то момент затопили страх и зависть.

Он даже представить боялся, в какого монстра превратится этот юнец с таким потенциалом, если продолжит тренироваться и овладеет аурой.

Убить. Сейчас же.

— Ах ты, тва-а-арь!

С ревом меч Гебеля вновь полыхнул аурой. Удар, в который он вложил последние остатки сил, устремился к Ракии.

Но теперь клинок Гебеля не был ни быстрым, ни сокрушительным. Из-за того, что он перелил всю энергию из тела в меч, его выпад стал ударом простого, пусть и хорошо обученного, мечника.

А таких мечников Ракия резал пачками еще до того, как толком научился держать оружие.

— Ха!

Когда мечи встретились, раздался звон, и клинок Ракии наконец разлетелся вдребезги. Осколки стали полетели прямо в лицо противнику — ровно так, как и планировал Ракия.

Гебель, получивший глубокий порез на лице, схватился за щеку и взвыл от боли.

— А-а-агх!

Не упуская момента, Ракия выхватил кинжал с пояса и нанес быстрый, скользящий удар. Слегка изогнутое лезвие мягко перерезало открытую шею.

Ощущение разрезаемой плоти, умелое скольжение мимо костей — то, к чему он так привык в бытность палачом, — передалось через рукоять в его ладонь.

Между пальцев Гебеля, зажимавшего горло, фонтаном брызнула кровь.

— Кха... хх...

Гебель потянулся к Ракии, словно хотел что-то сказать, его рот открывался и закрывался, но воздух из легких со свистом выходил наружу, минуя связки. Еще мгновение он сипел, а затем его тело обмякло и рухнуло.

Убедившись, что враг мертв, Ракия прислонился к ближайшему дереву и сполз на землю.

— Я выиграл...

Сам он тоже был плох. Уворачиваясь от ударов Гебеля, он получил несколько порезов, потерял немало крови, а непривычные движения заставили каждую мышцу тела вопить от боли.

Если бы мог, он бы лег прямо здесь, но нельзя.

— Надо бежать.

То чудовище все еще где-то там. Пользователь ауры, одним ударом срубивший капитана наемников, Ашана.

Даже будучи в полной силе, он не имел шансов против такого монстра. Встретиться с ним сейчас означало верную смерть.

— У-ух...

То ли от потери крови, то ли от остывающего пота, тело начало бить мелкой дрожью.

Ракия с трудом поднялся на ноги и сделал шаг прочь от места схватки.

После этого Ракия продолжал бежать до самой ночи.

Он не просто несся сломя голову. Он заходил в ручьи, чтобы скрыть запах, или перебирался с дерева на дерево, обрывая след. Он стирал свое присутствие всеми возможными способами.

Проделав неизвестно какой путь, Ракия, переводя дух и держась за ствол дерева, заметил нечто странное.

В скале была небольшая пещера, вход в которую перекрывала явно рукотворная деревянная дверь.

— Дом или времянка?

Он слегка толкнул створку — незаперто. Точнее, замка там не было вовсе.

Войдя, он понял почему.

— Это...

Первым, что он увидел, была божественная статуя. Скульптура Богини Войны, женщины, высоко поднявшей меч к небу. У подножия лежали увядшие цветы и красивые камни — подношения.

Это было святилище. Место служения богу.

— Жители ближайшей деревни построили?

В крупных городах возводили храмы Семерке, но у маленьких деревень средств не хватало, поэтому они довольствовались такими вот часовнями.

Похоже, это место было одним из таких.

— Давно я не видел статуй богов.

Его отец был человеком весьма светским, поэтому Ракия и в детстве редко посещал храмы. А после того как его продали в наемники, и подавно.

Закрыв за собой дверь, Ракия обессиленно опустился перед статуей.

— Боги...

Внезапно на него накатило желание помолиться.

Отряд, к которому он принадлежал, вырезали, а единственная ниточка, ведущая к обучению ауре, оборвалась. В ситуации, когда он не знал, что делать дальше, помощь свыше казалась как нельзя кстати.

Хотя в бытность палачом он молил о помощи бессчетное количество раз и не получал ответа, сейчас Ракия закрыл глаза и прошептал молитву:

[«О Война, благослови своего верного слугу».]

В тот же миг сознание покинуло Ракию.

«...А?»

В то краткое мгновение между потерей сознания и пробуждением Ракия оказался в странном месте.

Все вокруг было окутано туманом. Но не обычной влажной дымкой, а чем-то едким, похожим на дым от пожарища.

«Что это?»

Не успел он даже подумать о случившемся, как сквозь мглу проступил силуэт. Ракия метнулся рукой к кинжалу, но ножен на поясе не оказалось.

— Наконец-то ты пришел. Долго же пришлось ждать. Подумать только, шестнадцать лет, чтобы хоть раз помолиться в храме... Неужто вера людей пала так низко?

Появившийся силуэт оказался молодой женщиной.

На вид ей было около двадцати пяти. Она носила шлем в старинном стиле, из-под которого струились бронзовые волосы.

Ее утонченные черты лица не выражали никаких эмоций, словно перед ним была ожившая статуя.

Женщина окинула мальчика оценивающим взглядом и спросила:

— Я почти уверена, что это ты, но осторожность не повредит. Ты Ракия Диркус?

Диркус. Это была фамилия Ракии. Сейчас ее вряд ли помнил кто-то, кроме жителей его родной деревни.

Подавив желание засыпать ее вопросами, Ракия ответил голосом настолько вежливым, что сам удивился:

— ...Да. То есть, так и есть. А вы кто?

Инстинкты шептали ему: женщина перед ним не человек, а нечто высшее, божественное.

В ответ на вопрос Ракии женщина невозмутимо кивнула. Ее голос был низким и с хрипотцой, напоминая звучание старинного духового инструмента.

— Я Ишила. Архангел Войны и доверенное лицо великой Владычицы, я пришла за тобой, исполняя ее волю.

Ангел, как следует из названия, — слуга бога.

Говорили, что обычно ангелами становятся самые добродетельные жрецы после смерти. Смутное воспоминание всплыло из уроков богословия, которые он слушал в детстве и почти забыл.

В тот момент, когда он собирался спросить, зачем такое существо явилось за ним, Ишила заговорила первой, словно читая его мысли:

— Да, я ждала тебя. Ракия Диркус. Тот, кому предначертано стать Апостолом Войны.

5

Существовали такие люди — жрецы.

Они были избранниками великой Семерки Богов, оберегавших человечество.

Принося обеты богам и получая сан, они обретали право творить чудеса.

Жрецов, которые владели различными божественными силами во благо людей — будь то призыв молнии, плавление металла, исцеление больных или увеличение урожая, — считали доказательством любви богов и глубоко почитали.

И среди таких жрецов были совсем особые создания: Апостолы.

«Апостол Войны... говоришь?»

Апостол — это человек, получивший стигмату, знак прямого благословения бога. Для жрецов, служивших этому богу, он был кем-то вроде верховного лидера.

Поэтому его власть ничуть не уступала влиянию монархов союзных королевств.

Но чтобы простого наемника, который за всю жизнь и порог храма не переступал, избрали на столь высокий пост...

Ангел, похоже, не заботясь о смятении мальчика, сохранила бесстрастное выражение лица и резко развернулась.

— Следуй за мной. По дороге объясню детали.

Спустя некоторое время, шагая за ангелом сквозь туман, Ракия осознал, что многочисленные раны на его теле исчезли.

От едва различимой земли под ногами до всего, что окружало, этот мир был совершенно чужим. Если верить ангелу, это Священное Царство богов. Исцеление таких ран здесь, вероятно, было пустяковым делом.

Потирая руки, чтобы унять мурашки, он слушал спокойный рассказ Ишилы.

— Пятнадцать лет назад Знание изрекло пророчество.

Под «Знанием», должно быть, имелся в виду Бог Знания из пантеона Семерки. Все, что мальчик помнил об этом боге: оракулы из его храма обычно были настолько туманными, что проку от них никакого.

Ходили даже байки о том, что попытки избежать предсказанного в итоге приводили к его исполнению.

«Пророчество?»

— Врата Адской Бездны распахнутся, и могучий демон сойдет на землю. Лишь острейший меч сможет сразить его.

«Острейший меч...»

— Естественно, это моя великая Госпожа, сама Война. Но из-за Великого Завета она не может спуститься в мир смертных, поэтому её роль должен взять на себя Апостол — как её доверенное лицо.

Согласно пророчеству, чтобы создать «Острейший Меч», Богиня Войны избрала новорожденного младенца. Дитя с самым выдающимся талантом среди людей, того, кто сможет стать более могущественным Апостолом Войны, чем кто-либо до него.

Клятва была впечатана в душу избранного. Стоило ему лишь раз помолиться Богине Войны, как его душу призвали бы в Священное Царство богов.

Поясняя это, Ишила добавила со вздохом:

— Но, похоже, даже моя великая Госпожа не предвидела, что это дитя до шестнадцати лет не вознесет ни одной достойной молитвы.

Хотя говорила она таким же ровным тоном, как и ее каменное лицо, в словах промелькнуло чувство. Что-то похожее на разочарование или жалость.

Ракия тут же возразил:

— Я молился, и много раз! Сотни, если не тысячи.

В детстве мальчик молился без конца.

Всякий раз, убивая, он со слезами просил прощения у Бога Смерти; когда его били и унижали, он молил Богиню Войны послать защитника с мечом. Когда голод скручивал живот, он взывал к Богине Земли о хлебе насущном.

Но ни одна молитва не была услышана, и в конце концов мальчик сам взял в руки меч, чтобы спасти свою жизнь.

— Нужно идти в храм или хотя бы поставить небольшую статуэтку и молиться там. Для первой связи с божественным необходим посредник; одни лишь слова до богов не доходят.

Ракия мысленно выругался. Если даже искренние мольбы остаются без ответа, какой тогда толк от богов?

Чувствуя, что спор лишь разозлит его сильнее, мальчик сменил тему.

— ...Что за Адская Бездна? То есть, что это вообще такое?

Чтобы скрыть раздражение, Ракия старался говорить максимально вежливо. Прошло немало времени с тех пор, как он проявлял учтивость, но ума хватало, чтобы не разговаривать с ангелом как с наемниками. Впрочем, волновал ли ангела этикет — неизвестно.

— Это граница, разделяющая мир смертных и запределье. Что ты знаешь о демонах?

— Немного. Только то, что это страшные твари из другого мира, и они даруют людям магию...

В ином мире — том, что люди обычно называют адом, — обитали существа, именуемые демонами. Они были настолько могущественны, что угрожали даже богам, и порой заключали с людьми контракты, наделяя их магической властью.

Тех, кто получал силу демонов, называли магами.

— Граница, отделяющая этот демонический мир, ад, от мира смертных, называется Адской Бездной. Большинство демонов жаждут человеческих душ и обладают огромной силой. Если врата откроются и они хлынут в мир, человечество получит смертельный удар. Война призвала тебя, чтобы это предотвратить.

«Как запечатать Врата Адской Бездны?»

— Давным-давно Семерка Богов даровала земле Божественные Реликвии. Собери их и проведи ритуал у входа в Бездну.

Услышав это деловитое объяснение, Ракия невольно вздохнул.

«Она хочет, чтобы я спас мир...»

Поскольку ауру называли благословением Богини Войны, статус Апостола Войны облегчил бы Ракии путь к мечте — стать Мастером Меча.

Но быть доверенным лицом Богини Войны — задача не из легких.

Как и героев старых легенд, его наверняка ждут бесчисленные испытания.

Стоило ли подвергать себя такой опасности лишь ради силы? Придется ли ему принять судьбу других героев — ярко вспыхнуть и быстро сгореть?

Долг и выгода — нельзя выбрать только второе.

Либо и то и другое, либо ничего.

После долгих раздумий Ракия тихо спросил:

— ...Что мне делать дальше?

Поняв, что это означает согласие, Ишила впервые улыбнулась.

Улыбка была слабой, едва заметной, но это точно была она.

— Конечно, одной милостью достойным Апостолом Войны не станешь. Каким бы исключительным ни был талант, без обучения он угаснет, как свет в тени. Именно поэтому богиня и призвала тебя сюда.

В этот момент туман рассеялся, открыв взору огромный замок.

За входом, обрамленным мраморными колоннами, рядами стояли идеально ровные металлические строения, словно выкованные из цельных кусков стали. В наружные стены каждого здания было вмуровано оружие: мечи, копья, топоры, булавы и многое другое.

Вид всех мыслимых орудий убийства, выстроенных в ряд, был гротескным и подавляющим.

И среди этих строений были люди.

Облаченные в латы, струящиеся мантии, звериные шкуры — одеяния разных эпох и культур, — все они смотрели на Ишилу и Ракию.

Встретившись с ними взглядом, Ракия почувствовал леденящий душу страх.

«Эти люди... они все сильны».

Инстинкты кричали: среди присутствующих нет никого, кому бы он мог противостоять. Даже без ауры схватка с ними привела бы лишь к жалкой смерти.

Тот пользователь ауры, которого Ракия убил сегодня, был бы для них не более чем соломенным чучелом.

Ишила простерла руку, указывая вперед:

— Это место, где богиня собрала своих ангелов, храбрейших рыцарей среди рыцарей.

Добавив, что все они — могучие воины, чья слава гремела в мире людей, Ишила произнесла с гордостью:

— Добро пожаловать в Рыцарский Клуб, Обитель Рыцарей.

Встреча с самой богиней была под запретом.

Ишила предупредила, что человеческая душа слишком хрупка; стоит лишь взглянуть на божество или услышать его голос, как она разлетится на осколки.

Поэтому роль проводника и наставника тоже лежала на ней.

«Эти люди будут меня учить?»

— Верно. Я уже подготовила твоего первого инструктора, следуй за мной.

Она привела Ракию на небольшую тренировочную площадку в стороне от основного комплекса. Там, прислонившись к колонне со скрещенными руками, стоял рыцарь, который удивленно выпрямился, увидев Ишилу.

— Вот, этот рыцарь будет твоим первым учителем.

Рыцарь выглядел довольно молодо. Может, лет тридцать; аккуратные усы, черные волосы, зачесанные назад с маслом. На нем был латунный нагрудник — стиль, незнакомый Ракии.

Представив его, Ишила попрощалась своим обычным ровным тоном:

— На этом я откланяюсь. У меня есть дела. Ты вернешься в мир смертных, когда придет время.

Сказав это, она посмотрела на Ракию серьезным взглядом и добавила:

— Предупреждаю заранее: никогда не впадай в гордыню. Ты действительно наделен талантом, равного которому нет среди людей, но сражаться тебе придется не только с людьми. Драконы, демоны и бесчисленные другие расы могут стать твоими врагами. Богиня никогда не дарует победу воину, погрязшему в высокомерии. Помни это.

Оставив это леденящее предупреждение, Ишила исчезла, словно её и не было.

На площадке повисла тишина.

«А...»

Какое-то время Ракия молча смотрел на инструктора, не зная, как начать разговор. Будучи не особо общительным, он не имел понятия, как обращаться к своему первому учителю.

К счастью, тот заговорил первым.

— Ну что ж... начнем с простого знакомства. Я Элтейн. Граф Кисен, Первый Рыцарь Эйре, также известный как Воплощение Черного Дракона. Прошло около трехсот лет с тех пор, как я умер. Слышал обо мне?

— Я Ракия... Диркус. Я наемник. Плохо знаю исторических личностей.

Он не понимал значения титулов, но раз Богиня Войны выбрала этого человека, тот явно был знаменитостью в свое время.

Однако, учитывая скудные знания Ракии, имя ему ни о чем не говорило. Судя по слегка огорченному лицу Элтейна, тот был этим разочарован.

— Ну, ничего не поделаешь. В конце концов, даже великая слава угасает, как цивилизация под ветрами времени... Но ты сказал, Диркус?

— Да.

Услышав ответ Ракии, Элтейн усмехнулся.

— Реван Диркус должно быть твой предок. Этот парень будет на седьмом небе от счастья, когда узнает.

— Он здесь?

— Конечно! Если рыцаря, убившего дракона смерти Каракию, не пригласили сюда, то восьми из десяти местных обитателей пришлось бы паковать вещи и возвращаться в преисподнюю.

Если подумать, это было очевидно. Мастера Меча — редкость, едва ли десяток на эпоху наберется. И богиня не стала бы оставлять без внимания героя, совершившего подвиг убийства дракона.

Новость о том, что предок здесь, вызвала у Ракии смешанные чувства. Ему хотелось встретиться, но не хотелось предстать перед легендарным предком потомком-наемником.

В этот момент Элтейн хлопнул в ладоши, вырывая Ракию из раздумий.

— Ладно, о Реване поговорим позже! Скоро сам увидишься. А пока начнем урок, хорошо?

— Понял.

— Тогда сперва... дай осмотреть твое тело.

— Простите?

— Одежду снимай.

Вскоре Ракия стоял в центре площадки по пояс голым, с поднятыми руками.

Элтейн с серьезным видом кружил вокруг него, то и дело тыкая в разные части тела — иногда легко, иногда больно.

Ракия терпел, не морщась. Сдерживаться он умел отлично.

Примерно через минуту Элтейн удовлетворенно кивнул.

— Действительно, я вижу, почему Война выбрала тебя своим Апостолом.

Не зная, как реагировать на эти слова, Ракия стоял с неопределенным выражением лица и внимательно слушал.

Элтейн, продолжая кивать, задал вопрос:

— Вижу, ауры совсем нет. Похоже, духовного наставления ты не получал?

Хотя Ракия не знал термина «духовное наставление», догадаться по контексту было нетрудно.

Он кивнул в ответ.

— Да. Я никогда ничему такому не учился.

— Поэтому я здесь, чтобы научить. Садись. Сейчас я передам тебе Ауру.

6

— Во-первых, сочти за честь, что ты будешь учиться ауре именно у меня.

Перед началом урока Элтейн внезапно ударился в самовосхваление.

— Знаешь, почему меня называли Воплощением Черного Дракона? Потому что я мог раздавить любого своей чудовищной аурой. Даже среди других Мастеров Меча встречались такие, чей общий запас не дотягивал и до половины моего! Впрочем, максимальный объем ауры — это на девять десятых вопрос таланта.

— Впечатляет.

Ракия лишь механически кивнул, но Элтейн раздулся от гордости, словно ему только что воздали величайшую хвалу.

В тот момент, когда Ракия подумал, что вопреки первому впечатлению этот парень, возможно, просто пустоголовый хвастун, Элтейн вдруг задал вопрос совершенно серьезным тоном:

— Как ты думаешь, что такое аура?

В отличие от легкомыслия секунду назад, его вид стал настолько торжественным, что у Ракии пробежал холодок по спине. Немного подумав, он ответил в том же тоне:

— Это сила, которая позволяет бить мощнее и делает меч тверже.

— Поверхностное суждение.

Критика была жесткой, но в лице наставника не было ни капли укора. Тон тоже оставался спокойным.

— Я не виню тебя. Без должного обучения другого ответа и быть не могло. Не знаю, как сейчас, но в мое время секреты ауры не раскрывали просто так даже родне.

— Сейчас то же самое.

Элтейн кивнул, словно говоря «я так и думал», и начал объяснение.

— Человек состоит из трех частей: тело, разум и душа. Тело — это физическая оболочка из плоти и крови, разум — твое сознание и воля, а душа — сосуд, в котором хранится мана.

Сидя на месте, Элтейн вытянул указательный палец и начал концентрировать ауру на его кончике.

Эта аура была несравнима с той, что Ракия видел у Гебеля, — настолько плотная, что пространство вокруг нее, казалось, искажалось.

Этим пальцем, налитым силой, Элтейн начал вычерчивать рисунок на твердом каменном полу.

Кукла в форме человека, нити, управляющие ею, и точно такой же сосуд, опутанный этими нитями.

— Большинство людей не умеют шевелить ушами, но есть те, кто рождается с этим даром или тренируется ради него. Двигать душой — то же самое. Разум способен управлять душой так же, как он управляет телом. Люди просто не знают этого ощущения.

«Управлять душой, как телом...»

— Да. Двигай душой, чтобы извлечь из нее ману. Подними сосуд, коим является твоя душа, и выплесни содержимое в тело. Тогда мана очистится, станет аурой и останется в тебе.

Закончив рисунок, Элтейн начал манипулировать сгустком энергии в руке.

В одно мгновение аура извивалась, как марево над костром, в следующее — сплеталась в косу или превращалась в сеть.

Играя с аурой, придавая ей любые формы, Элтейн уверенно продолжал:

— С аурой, живущей в теле, ты сможешь делать многое — куда больше, чем можешь себе представить. Усиление тела и оружия — это лишь азы для новичков. Искусный пользователь ауры может летать по небу, проходить сквозь землю, становиться невидимым или даже разрезать само пространство. И многое другое. Конечно, для этого нужно накопить колоссальный объем силы.

Звучало как россказни магов. Подумать только, аура, которую он считал лишь способом стать сильнее в драке, способна на такое.

Посреди своего восхищения Ракия задал внезапно пришедший в голову вопрос:

— Но ведь аура тратится при использовании. Разве копить её помногу не бессмысленно, если она исчезает? Чем больше используешь, тем слабее становишься.

Услышав вопрос, Элтейн задумчиво почесал за ухом, а потом хлопнул в ладоши.

— Говорят «тратится» для простоты, но, строго говоря, аура не расходуется. Вернее будет сказать, она деактивируется при использовании. Если перенапрячь мышцы, они устанут и перестанут работать, но разве сами мышцы от этого исчезнут?

— А...

— Уловил?

— Более-менее.

Видя кивок Ракии, Элтейн протянул руку.

— Хорошо. Тогда начнем. Хватайся.

Когда ладонь, наполненная аурой, приблизилась, Ракия инстинктивно дернулся назад. Но Элтейн уже перехватил его запястье.

Движение было настолько молниеносным, что Ракия и помыслить не мог об уклонении.

— Сейчас я волью ауру в твое тело, чтобы расшевелить твою ману. Как только мана придет в движение, сосуд души тоже дрогнет. Привыкай к этому ощущению, и со временем начнешь воспринимать его как часть собственного тела.

Вместе с объяснением по руке потекло давящее чувство.

Хоть он и готовился, Ракии с трудом удалось подавить крик.

— Угх...!

Казалось, по венам потекли лезвия. Неведомая субстанция — та самая аура — скользнула в правое запястье, словно змея, а затем начала терзать плоть, сжигая и разрывая каждое волокно вдоль вен. Невозможно было поверить, что это «просто немного больно».

Когда аура распространилась от локтя к плечу, торсу и ниже, к ногам, Ракия закусил губу до крови. Будь у него силы, он бы ударил Элтейна в лицо и сбежал сию же секунду.

— Ну как? Чувствуешь что-нибудь...?

Увидев, что Ракию колотит, а с губ капает кровь, Элтейн быстро втянул ауру обратно и отпустил руку.

— Эй? Чего такая реакция? Я же влил совсем немного.

Аура исчезла, но отдача осталась, сотрясая тело Ракии. Мальчик рухнул на пол, корчась как червяк.

Мгновение спустя, когда Ракия наконец переборол боль и сел, Элтейн спросил:

— Ты в порядке?

— ...Да, вроде того. Это всегда так мучительно?

— Ну, если ты не полный слабак, то нет.

— Говорю по опыту: даже когда меня проткнули мечом, было не так больно.

— Вот как? Дай-ка еще раз гляну.

Ракия невольно отшатнулся, и Элтейн со вздохом произнес:

— Давай руку. В этот раз точно больно не будет.

Секунду спустя аура снова потекла из тела Элтейна. На этот раз её поток был, может быть, в десятую или даже сотую часть от прежнего. Было все еще больно, но уже терпимо.

— А сейчас?

— Терпимо. Словно иголкой колют...

— Хм, как я и думал.

Элтейн втянул ауру обратно и начал спокойно объяснять:

— Похоже, дело в том, что твое нынешнее тело — не настоящая плоть, а своего рода сосуд, сформированный душой. Поскольку душа по природе куда ближе к ауре, чем тело, твоя чувствительность усилена в сотни раз. А, прости. Моя оплошность. Впервые учу душу, а не человека.

Элтейн, с виноватым видом поглаживая усы, хлопнул в ладоши и издал нарочито бодрый смешок.

— Ну, в любом случае, это даже к лучшему. Если привыкнешь чувствовать ауру на таком уровне, сможешь освоить почти любую технику. Есть много приемов, требующих тонкого восприятия. Сможешь пропустить весь этап тренировки чувствительности.

— Так мы сейчас повторим это?

— Ага, еще пару раз... А, черт. Похоже, уже пора прощаться.

— А?

— Твое тело исчезает.

Услышав Элтейна, Ракия посмотрел вниз и увидел, что его тело стало полупрозрачным, как призрак.

Сквозь раскрытую ладонь просвечивал каменный пол.

— Я не нарочно, но раз уж я тебя хорошенько тряханул в первый раз, часть ощущения останется с тобой. Попробуй уловить это чувство — как тянуть душу туда-сюда. Черт, хотел объяснить подробнее, но время... В общем, пробудить ауру за пару дней будет сложно, так что в следующий раз я научу тебя за—

Голос Элтейна начал звучать глухо, словно он говорил откуда-то издалека.

И в тот момент, когда слова стали неразличимы, сознание Ракии померкло. Точно так же, как после первой молитвы.

Ракия обнаружил, что лежит лицом в земляном полу.

Сквозь приоткрытую дверь пробивался солнечный свет, освещая алтарь.

Пока он был в ином мире, наступил рассвет.

— ...Ах.

Подняв голову, он понял, что все лицо и верхняя часть одежды перепачканы землей. Похоже, он рухнул прямо в позе молящегося.

Хорошо еще, что молился сидя, иначе мог бы нос разбить.

Из-за ночи, проведенной в такой неудобной позе, все тело ужасно ломило.

«Впредь буду молиться лежа».

Ракия от природы спал чутко. Наемникам часто недоставало верности даже среди своих, так что обокрасть спящего товарища или пырнуть его ради мести было обычным делом.

Но тот факт, что он провалялся лицом в грязи до самого утра и не проснулся, говорил о том, что во время пребывания в Рыцарском Клубе на бдительность рассчитывать не стоит.

Иными словами, его мог бы прирезать даже ребенок с ножиком, будь он неосторожен.

— Дерьмо.

Это означало, что входить в Рыцарский Клуб можно только в безопасном месте — например, в хорошей гостинице большого поселка или в городе. Да и там полной гарантии нет: у хозяина всегда есть запасной ключ, а взломщиков хватает везде.

«Найти надежного напарника?»

Он не был уверен, что слова «напарник» и «надежный» вообще совместимы, но ему нужен был кто-то, кто присмотрит за его телом, пока он без сознания. Где найти такого человека — об этом стоит подумать позже.

Толкнув деревянную дверь, скрывавшую алтарь, Ракия вышел навстречу яркому солнцу.

Как и ожидалось, вокруг алтаря располагалась небольшая деревушка.

Жители не нашли в Ракии ничего подозрительного. Благодаря маленькому росту и моложавому лицу он выглядел лет на тринадцать-четырнадцать, а когда добавил историю о том, что «бежал после того, как бандиты убили родителей», некоторые даже прослезились.

Ракия не был выдающимся актером, но селяне решили, что мальчик просто забыл, как выражать эмоции из-за шока потери.

— Ты точно в порядке? Тут кругом так опасно... может, хоть письмо родственникам напишешь?

— Я в порядке.

Отклонив предложение старушки остаться, пока он не придет в себя, Ракия покинул деревню.

Остаться в глуши, чтобы тренировать ауру, было бы неплохим вариантом, но проблема крылась в местоположении.

— К западу от города Марам...

По словам жителей, эта деревенька находилась в полудне пути от Марама. Иными словами, как наемник, воевавший на стороне Берета, Ракия был для этих людей захватчиком.

Если поползут слухи, что он убил пользователя ауры, за его голову назначат награду. И какими бы добрыми ни были эти люди, от денег за укрывательство они не откажутся.

«Лучше сначала вернуться в Берет».

Если повезет, он сможет забрать остаток жалования у нанимателя. А даже если кинут, Берет — большой город, там всегда найдется работа для наемного клинка.

Сейчас ему нужны деньги, чтобы купить новое оружие и доспехи или хотя бы поесть и попить.

«Тот мечник, его звали Гебель, да? Хорошо бы было забрать его меч».

Как оружие пользователя ауры, это наверняка был отличный клинок, но, опасаясь магического отслеживания, Ракия не посмел его тронуть.

Ракия добавил еще один пункт в свой список целей: найти способ блокировать магию слежения или хотя бы обнаруживать её наличие.

«Ладно, идем».

Поправив кинжал на поясе, мальчик двинулся на юг.

7

Спустя пять дней Ракия наконец добрался до города Берет.

Первым, что его встретило, были городские стены. Грандиозная преграда: настолько высокая, что даже пятеро, встав друг другу на плечи, не дотянулись бы до верха, и настолько длинная, что тянулась на многие километры.

Такое не строили людские руки; эта стена была чудом жрецов Богини Земли, сотворенным в далеком прошлом.

Подобными сооружениями могли похвастать многие древние, овеянные легендами города.

Встав в очередь на вход в город, Ракия вдохнул городской воздух и смачно зевнул.

— Я без сил.

Путь обратно выдался совсем не легким.

Поскольку путешествие было спонтанным, из еды у него была лишь горсть сухарей в мешочке. Ему пришлось тащиться из последних сил, питаясь раз в день.

Как и следовало ожидать, добыть дичь, чтобы пополнить припасы, не вышло. Если бы диких животных мог так легко ловить полный новичок без лука, ловушек и опыта охоты, кто бы вообще занимался земледелием? Все бы ушли в леса.

К тому же, ночевать приходилось на деревьях или в тесных пещерах, прячась от зверей. И это было самым трудным. Пропустить обед или ужин не так страшно, но вот без нормального сна его состояние стремительно ухудшалось.

Единственным утешением было то, что по пути он прикончил четверых или пятерых вооруженных бандитов, разжившись небольшими деньгами и едой.

Сражения принесли не только материальную выгоду, но и духовную. Разрубая бандитов, Ракия впервые ощутил существование своей души.

Видимо, бои в состоянии, когда душа была простимулирована помощью Элтейна, вызвали какой-то резонирующий эффект.

«Значит, это и есть душа, а внутри — мана».

Осознание души было поистине странным чувством. Казалось, внутри тела находится чаша, полная воды, и её можно потрогать невидимой рукой. Текстура была шершавой, но гладкой, а от содержимого поднимался пар — одновременно горячий и леденящий.

К сожалению, управлять ею он пока не мог. Душа ощущалась как котел весом в несколько тонн; как бы он ни пытался мысленно раскачать его, чтобы расплескать содержимое, тот не сдвинулся ни на дюйм.

— Проходи, следующий!

Наконец подошла его очередь, и Ракия протянул заранее приготовленные монеты.

Берет был одним из крупнейших городов в Лиге городов-государств, и торговля здесь кипела. Поэтому одиноких путников не досматривали слишком строго — если только это не был вооруженный отряд размером с армию.

— Держи.

Стражник проворно смахнул монеты и, пряча их в карман, буркнул:

— Если устроишь проблемы в городе и попадешься, пожалеешь.

— Понял.

Обычная присказка стражника. Ракия пропустил её мимо ушей, махнув рукой, как от назойливой мухи.

Стражник нахмурился, но промолчал.

— Проходи, следующий!

Стоило пройти через главные ворота, как перед ним открылась картина бурлящего города.

В соответствии со своей древней историей, здесь теснились кирпичные здания, помнящие былые эпохи, а поскольку близился полдень, тут и там поднимался дым пекарен, разносящий аромат свежего хлеба.

На мгновение погрузившись в этот вкусный запах, Ракия обернулся, услышав, как кто-то его окликнул.

— Эй, это ты, Ракия?

— М?

Звал его наемник. Лицо показалось знакомым — вероятно, из того же отряда.

Подойдя ближе, наемник тут же спросил:

— Как ты выжил? Я думал, тебе конец — за тобой же пользователь ауры погнал.

— Как-то так. Как война?

— Как-как, закончилась, естественно. Уже мирный договор подписали. Черт, мы ведь побеждали, давили их, а потом один крупный проигрыш и...

— Спасибо за инфу. Бывай.

Не желая слушать нытье, Ракия сухо попрощался и отвернулся.

С гибелью Ашана причин держаться за этот отряд не осталось. Да и не было там лиц, по которым он бы скучал.

Удивленный такой реакцией, наемник поспешил за ним и крикнул:

— Стой, постой! Куда собрался? Мы должны хотя бы держаться вместе с выжившими товарищами. Вон там еще несколько наших... Гхп.

Он потянулся к плечу Ракии, но тут же осекся, почувствовав кинжал, упертый в солнечное сплетение.

Незаметно достав оружие и прижавшись вплотную, чтобы прохожие ничего не увидели, мальчик прошептал:

— Привяжешься еще раз — всажу по рукоять. Усек?

— А, да. Понял я. Убери железку, а?

Спрятав кинжал, Ракия отвернулся, как ни в чем не бывало.

— Дальше я сам по себе. Чтобы я тебя больше не видел. Меня от ваших рож блевать тянет.

Среди ветеранов отряда все еще оставались те, кто издевался над Ракией. Отбросы, которые ради забавы били и унижали беспомощного десятилетнего ребенка, заставляя его совершать убийства.

Даже если бы он путешествовал с ними до конца жизни, он бы никогда не доверился им.

И этот парень был таким же.

Ракия помнил, как этот наемник плевал в его еду и заставлял есть. Он оставил его в живых только потому, что не хотел вылететь из города в первый же день, но встреться они за стенами или в темном переулке — убил бы не задумываясь.

— Мелкий ублюдок... возомнил о себе невесть что, раз научился железкой махать... Сдохнет где-нибудь в канаве один...

Услышав бурчание, Ракия бросил взгляд через плечо, и наемник, взвизгнув, пустился наутек.

В центре Берета Ракия со вздохом вышел из массивного здания ратуши.

Как и ожидалось, вербовщик не собирался платить. Обычная уловка — придумывать любые отговорки, лишь бы задержать жалование или вовсе отказать.

Мальчик долго спорил с мрачным чиновником, пока тот не пригрозил позвать стражу. Пришлось уйти ни с чем.

«Я так и чувствовал... что ж, придется искать другую работу».

Далее Ракия направился в дешевую гостиницу, которая заодно служила таверной и закусочной. Это место под названием «Пылающая Кобыла» облюбовали наемники, поэтому те, кто искал бойцов, тоже часто заглядывали сюда.

Лучшего места для поиска выгодной работенки не найти.

Открыв дверь, он шагнул внутрь, и в нос ударил спертый запах пота. Несколько наемников — источник амбре — зыркнули на вход, но, увидев мальчишку-клиента, потеряли интерес и отвернулись.

Направляясь к стойке, за которой стоял хозяин, Ракия покачал головой, чувствуя легкое беспокойство.

«Я еще никогда не брал заказы в одиночку».

Во времена службы у Ашана он просто выполнял приказы капитана.

Заказы брал либо весь отряд, либо Ашан сам распределял задачи между бойцами.

Теперь же, впервые в жизни, Ракия оказался в ситуации, где нужно было все решать самому. Быть головой, а не руками или хвостом, оказалось довольно обременительно.

И почему люди так рвутся в командиры?

Он уселся на табурет у стойки. Хозяин трактира, старик с проницательным взглядом, спросил с интересом:

— Ты ведь тот малец, что приходил с отрядом Ашана, да? Звать Ракия, верно?

— Есть работа? Не далеко, что-то, с чем можно разобраться здесь и сейчас.

— Планируешь работать один?

— Ага.

Трактирщик не стал расспрашивать о судьбе его товарищей. Как опытный посредник, он просто промолчал и пробежался глазами по записям под стойкой.

Затем осторожно начал:

— Для одиночки работы немного. Я слышал, ты ловок с мечом, но сам не видел, так что...

— С одним кинжалом я могу уложить десяток вооруженных бандитов. Имей в виду.

— Хм. Истребление монстров потребует далекого похода, давай глянем, что еще есть...

Покопавшись немного, хозяин вытащил листок бумаги и протянул его.

— Вот. Читать умеешь, случаем?

— ...Нет.

Благодаря отцу он мог читать и писать на имперском, своем родном языке, но здесь использовали восточное наречие.

Восточный язык он волей-неволей выучил на слух за эти годы, но вот учить грамоту возможности — да и желания — не было.

Трактирщик усмехнулся:

— Тогда я прочту. Заказ на поиск потерянной вещи. Клиент — имперец, говорит, карманник утащил что-то важное.

— Что именно?

— Носовой платок. Вроде как вышитый синими цветами. Видимо, памятная вещь. Награда — четыре имперских серебряных монеты.

Он попросил листок, чтобы проверить, и действительно, награда не была ложью.

Цифры в имперском и восточном языках были одинаковыми, и «4» было написано четко. Это точно не золотые.

— Мутное дело.

— Да, весьма.

В отряде Ашана ему уже приходилось заниматься подобным, так что он знал, как искать краденое.

Способ простой: прижать какую-нибудь местную банду и заставить их найти пропажу. Если не считать варианта поднять на уши всю городскую стражу или использовать поисковую магию, это был самый быстрый и верный путь.

Обитатели подворотен на удивление сговорчивы, когда дело пахнет взаимной выгодой (или угрозой).

Нетрудно догадаться, почему заказ все еще висел.

Чтобы запугать банду, нужно собрать человек пять-шесть наемников, и даже так успех не гарантирован.

К тому же, учитывая риск получить нож в бок на улице, если поссоришься с бандами, четыре серебряных монеты не стоили такой возни и риска.

Если только ты не мечник, который стоит пятерых и которому позарез нужны быстрые деньги.

— Ладно, я берусь. Кто-нибудь еще интересовался?

— Этого я сказать не могу.

Ракия молча кивнул, вытряхнул из мешочка все монеты и протянул их хозяину.

— Мм? Это на что?

— Собери мне простую еду и дай комнату. Я вымотался с дороги.

Трактирщик издал сухой смешок, качая головой от такой бесцеремонности.

Ближе к вечеру, после скромной трапезы, Ракия немного вздремнул в комнате на втором этаже, чтобы восстановить силы.

В Рыцарский Клуб он заходить не стал.

«Пылающая Кобыла» была дешевой ночлежкой, и замок на двери был хлипким. Он не мог позволить себе лежать беззащитным там, где любой желающий мог войти в любой момент.

Взяв с собой только кинжал, он вышел из таверны. На город опускались густые сумерки.

Из-за комендантского часа улицы почти опустели. Лишь редкие патрули стражников с незажженными факелами нарушали тишину.

Избегая взглядов патрульных, Ракия юркнул в темный переулок.

Мрак поглотил маленькую фигурку мальчика.

8

Среди мелкой шантрапы Берета нельзя было встретить действительно крупную и опасную организацию.

В отличие от огромных имперских мегаполисов по соседству, этот город-государство был слишком тесным, чтобы приютить большую банду.

Местные группировки напоминали скорее кружки по интересам — от нескольких человек до десятка с небольшим. Даже самые «авторитетные» насчитывали едва ли сорок бойцов.

Рембет, главарь банды «Железный Кулак», сейчас прохлаждался на ступеньках в глухом переулке с сигаретой в зубах. Он как раз возглавлял одну из таких «карманных армий».

Его распорядок дня был незамысловат. Вместе со своими девятью подручными он обходил лавки, тряся деньги за «крышу», и собирал добычу, которую наворовали прибившиеся сироты-карманники.

Вечерами, когда наступал комендантский час и делать было нечего, он либо бил баклуши в таких вот подворотнях, либо искал продажных девиц.

Скучная, однообразная рутина. Пока один из подчиненных не окликнул его:

— Босс, тут какой-то пацан, которого я раньше не видел. Чешет прямо сюда.

Рембет лениво скосил глаза и заметил приближающегося паренька с утонченными чертами лица. Темно-синие вьющиеся волосы и золотистые глаза — явно не местный. Скорее всего, иностранец.

На нем была кожаная броня наемнического образца, но вся потертая и в царапинах. Обычно это признак ветерана, но, судя по возрасту, он ее где-то подобрал или стянул.

Большого оружия, которое трудно спрятать, при нем не наблюдалось, что только укрепляло эту мысль.

— Пусть топает мимо?

— Хм...

Поразмыслив, Рембет велел своим стрясти с мальца немного мелочи.

Из-за войны обстановка стала нервной, поборы и карманные кражи приносили копейки, так что каждая монета была на счету. На сынка знатной семьи парень не походил, так что какие могут быть проблемы с одним сопляком?

Так думал Рембет — ровно до того момента, пока двое громил, подошедших к мальчику, не рухнули на землю.

— Угх... кха!

— Гх...

Каждый получил по одному удару в живот и теперь валялся на коленях, выворачивая свой завтрак.

Рембет не понял, что это результат точного удара в уязвимую точку, а не грубой силы.

Он просто взбесился, что его люди позорятся перед каким-то шкетом.

— Какого хрена?

— Да ну, идиоты... от мальчишки...

Остальные подручные, сидевшие слева и справа, вскочили на ноги.

В этот момент мальчик, неторопливо подошедший к Рембету, заявил тоном человека, пришедшего забрать свою вещь:

— Мне нужна помощь в одном деле.

От такой наглости Рембет и его банда даже огляделись. Подумали, что у парня где-то прикрытие, раз он так борзо себя ведет в одиночку.

Рембет усмехнулся с недоверием:

— С какой стати?

— Если откажешься, будешь валяться как они.

От такого спокойного заявления Рембет выпалил первое, что пришло в голову — сработал рефлекс уличной шпаны:

— Пизди...

Раздался сухой хруст — это сломался нос Рембета.

— Я всех собрал.

С расквашенным лицом Рембет согнал всех подконтрольных сирот.

Большинству было за двенадцать. Младше не брали — слишком трудно воровать и убегать, не попадаясь.

Сироты с любопытством смотрели, как Ракия, выглядевший их ровесником или на год-два старше, помыкает Рембетом словно своим подчиненным.

— Кто-нибудь из вас недавно украл носовой платок? Вышитый синими цветами.

В ответ тишина. Ракия легонько пнул Рембета. Тот покраснел от унижения и заорал:

— Отвечайте, щенки! Спрашивают, у кого платок!

— Не ори.

— Д-да. Извиняюсь.

Прошла минута, но никто так и не заговорил.

Ракия немного подумал и произнес:

— Кто-нибудь знает хоть что-то, что может помочь? Если информация полезная — награжу.

С этими словами он достал из кармана кусок хлеба. Тусклый, черствый и безвкусный дешевый хлеб.

Он берег его как НЗ, но при виде еды глаза мальчишек-карманников загорелись.

Один из них быстро поднял руку.

— Я... у меня самого его нет, но я слышал.

— Что слышал?

— На днях парни Демиона сорвали большой куш. Говорят, стащили целую сумку у слуги какого-то богатея.

— Хм.

Трактирщик говорил, что клиент — имперец. Если он издалека, наличие слуги неудивительно. А предложение в четыре серебряных за платок намекало на состоятельность хозяина.

Ракия кивнул и бросил хлеб мальчишке.

— Ешь.

— Спасибо!

Боясь, что отнимут, паренек жадно вгрызся в сухарь. Остальные, тощие и голодные, сглотнули слюну, но отобрать не посмели. Боялись Ракию.

Ракия нахмурился, чувствуя неприятный осадок на душе, и приказал Рембету:

— Веди к месту, где ошивается этот Демион.

— Э-э, с ними лучше не связываться...

— Почему?

— У него больше двадцати бойцов...

К тому же Демион слыл среди бандитов полным отморозком. Он не чурался мокрухи, а обидчикам мстил с особой жестокостью, пока не насытится. Настоящий псих.

Вдобавок ходили слухи, что карманники, работавшие на него, иногда бесследно исчезали. Поговаривали о работорговле.

Связываться с Демионом? Да от одной мысли мороз по коже.

Услышав слова Рембета, Ракия задумался.

Больше двадцати рыл — значит, у них есть гордость. Если достанут ножи, без крови не обойдется. Может и стража вмешаться. Стоит ли овчинка выделки?

Колебания длились недолго.

«У меня даже на завтрашний кусок хлеба нет, какая к черту роскошь выбирать?»

— Для таких, как ты, и тридцать не проблема, так что веди.

— Но, сэр, если я вас приведу, это подмочит мою репутацию...

Видя упирающегося Рембета, Ракия выхватил кинжал и приставил лезвие к его горлу. Почувствовав холод стали, Рембет испуганно заскулил.

— Хватит трепаться. Я что, грабить вас пришел? Я ищу украденное. К тому же, это вы на меня напали. Выбирай: ведешь или остаешься без руки.

— В-веду. Конечно, веду.

Рембет мысленно вздохнул. И где он только перешел дорогу этому типу?

На вид пацан, но повадки — как у битого жизнью наемника-ветерана. Каждая угроза, каждое движение отточены и пропитаны убийственным намерением.

Нутро подсказывало: вздумай он сопротивляться, руки и впрямь лишится.

— Вот здесь. Это заведение Демиона.

Местом, куда привел его Рембет, оказался бордель.

Не сказать чтобы шикарный. Обычный притон в подворотне: хмурые мордовороты под тусклыми фонарями охраняют размалеванных девиц.

Велев Рембету валить на все четыре стороны, Ракия подошел к громилам на входе.

— Мне нужно видеть вашего босса.

— ...Нашего босса? Тебе? Назначено?

— Нет.

Снисходительно-издевательский тон охранника. Ракия молча ждал продолжения. Как и ожидалось, громила замахнулся, чтобы дать оплеуху и прогнать наглеца. Мальчик перехватил руку, вывернул её до хруста и ударил коленом в пах.

Громила рухнул с диким воплем.

— А-а-а-а!

— Псих долбаный!

— Кончайте его!

В отличие от относительно травоядной банды Рембета, эти ребята при малейшей угрозе тут же повыхватывали ножи и дубинки.

Ракию это вполне устраивало.

В отличие от кулачного боя, в поединке на мечах (или с оружием) габариты играют меньшую роль. Уложить тридцать вооруженных мужиков голыми руками было бы непросто — на одного могло уйти два-три удара, а это лишние секунды и уязвимость.

— Гх!

— Агх! Бля! Рука!

Бой шел в одни ворота.

Удар, еще удар, редкий выпад кинжалом. Свободной рукой, обмотанной плотным плащом, он блокировал или отводил в сторону назойливые атаки.

Это было возможно, потому что у бандитов не было длинных мечей или копий. Даже продажная стража не закрыла бы глаза на боевое оружие в городе.

— Оох...

Уложив с десяток самых ретивых, остальные попятились с перекошенными от страха лицами, больше не рискуя нападать.

Только тогда Ракия хрустнул шеей и перевел дух.

— Ху-у...

«Кажется, я стал куда лучше, чем думал».

Раньше бой в одиночку против толпы вооруженных противников означал неизбежные ранения. Даже против мелочи. Каким бы чутьем он ни обладал, с двумя руками и ногами есть предел.

Но схватки с пользователями ауры вывели фехтование Ракии на новый уровень.

Тончайшая работа ног, углы атак, стойки — его и без того проворные движения стали настолько совершенными, что враги просто не поспевали за ним.

Благодаря этому он устроил одностороннюю резню и не получил ни царапины. С регулярной армией было бы иначе, но с этой шпаной — пусть их хоть тридцать, хоть сорок — он справится.

«С такими навыками, дерись я с тем мечником... нет, пожалуй, рановато».

Тряхнув головой, чтобы отогнать мысли, мальчик вытер кровь с лица рукавом и двинулся вперед.

— П-постой!

— Эй, не отступать!

— Сам иди первым!

Они лишь размахивали железками; боевой дух испарился. Стоило Ракии шагнуть к входу, как охрана в панике разбежалась.

Когда он вошел в бордель, проститутки и клиенты бросились врассыпную. Снаружи вопли, внутрь врывается окровавленный вооруженный пацан — паника вполне естественна.

— Ик!

— Что за хрень?!

«Извиняйте».

Он не хотел портить им веселье. Бормоча под нос извинения, Ракия направился на второй этаж. В таких заведениях комната управляющего обычно на самом видном месте.

Так и есть. Пинок распахнул относительно чистую дверь, за которой обнаружился здоровяк с бритой головой. Гигант вперил в Ракию убийственный взгляд, сжимая в руке утыканную гвоздями дубину.

— Кто прислал?

— Никто. Я за вещью. Кровь внизу — это твои парни перегнули с клиентом. Я провел воспитательную беседу, в следующий раз будут вежливее.

— ...За какой вещью?

— Носовой платок. Вышитый синими цветами. Слышал, твои щипачи на днях его увели. Должен быть в сумке слуги одного богатея.

Уверенности не было, но Ракия говорил твердо. Иначе этот тип просто отмахнется.

Словно вспомнив что-то, главарь бандитов Демион скривился и открыл ящик стола.

— Видал я такую тряпку. И ты из-за одного платка такой погром устроил?

— Отдали бы по-хорошему — обошлось бы без крови. Так он у тебя?

— Конечно...

На полуслове глаза Ракии сузились. Чутье подсказало: просто так он ничего не отдаст.

Но того, что случилось дальше, он не ожидал. Демион выхватил из ящика короткий жезл, направил его на Ракию и выкрикнул:

— » Беспокойный Дух Болот, твой слуга взывает к тебе!

Голос прозвучал с пугающим резонансом. Такое Ракия слышал на поле боя лишь пару раз.

Увидев магический сгусток, летящий ему в лицо, Ракия резко бросился в сторону.

9

Существовала сила, именуемая магией.

В отличие от чудес, заимствующих мощь Семерки Богов, это был способ получать власть от их противников — демонов.

В отличие от богов, число демонов было огромно. Десятки, сотни, а может, и тысячи — даже демонологи, посвятившие жизнь изучению этих сущностей, не знали точного счета.

Не все маги, использующие демоническую силу, были изгоями.

Тем, кто заключил контракт с демонами, безразличными или даже благосклонными к человечеству, дозволялось владеть этой силой. Лицензированные маги, зарегистрированные в Имперской Академии Магии, не преследовались Инквизицией и своими таинственными способностями способствовали прогрессу человечества.

Напротив, незарегистрированные маги были крайне опасными существами. Они безрассудно заключали контракты с любыми демонами, продавая душу, и не гнушались богохульством или человеческими жертвоприношениями.

Заключить сделку с демоном само по себе было не так уж сложно, поэтому незарегистрированные маги могли скрываться где угодно. Это мог быть знатный аристократ, доблестный рыцарь, простой крестьянин или даже главарь банды из подворотни.

«Твою мать!»

Чудовищный сгусток энергии пронесся в волоске от головы Ракии и врезался в дверь за его спиной, разнеся ее в щепки с громоподобным грохотом.

Попади эта атака в него — тело расплющило бы на месте. Он отлично знал, что происходит с людьми, попавшими под такой удар, — насмотрелся.

Магическое заклинание «Волшебная стрела».

Против магов или пользователей ауры оно работало слабо, но для простых воинов было настоящим кошмаром.

Демион, чье лицо исказилось от досады, снова навел свой посох.

— Юркий, как крыса!

Со злобным рыком кончик посоха вновь замерцал светом. Ракия молнией выскочил из комнаты. За спиной прогремел взрыв.

«Этот ублюдок — незарегистрированный маг!»

Обычному человеку почти невозможно противостоять магу. Конечно, силы магов разнились, но даже самый слабый мог без проблем выпустить пару-тройку «Волшебных стрел».

Любой, в кого попадет атака, способная разнести деревянную дверь с одного удара, будет выведен из строя мгновенно, если только на нем нет латных доспехов.

— Стоять, щенок!

В крике сквозила неприкрытая жажда убийства. Нетрудно догадаться: раскрыв свою магию, Демион не собирался оставлять свидетеля в живых.

Если весть о том, что он незарегистрированный маг, дойдет до соседней империи, фанатики из Инквизиции, помешанные на таких еретиках, придут сжечь его на костре.

Как только Ракия бросился по коридору к лестнице на первый этаж, с потолка над ступенями начала сочиться липкая субстанция.

Вещество, похожее на воск, быстро запечатало проход.

«Дерьмо».

Демион оказался весьма сильным магом. Времени гадать, почему такой колдун прозябает главарем банды, не было.

Он уже был здесь, его лицо выражало звериную ярость.

Ракия бросил кинжал и поднял руки.

— Сдаюсь. Я сдаюсь.

— Теперь, значит?

Демион хищно оскалился. Его и без того устрашающее бритое лицо теперь напоминало лик самого демона.

Глядя в эту пугающую маску, Ракия спросил спокойным голосом:

— Впечатляющая магия. Зачем тратить такую силу, будучи главарем бандитов?

— Не твое собачье дело. А теперь плати за то, что вломился сюда. Я буду сдирать с твоих костей мясо по кусочку...

— Постой, погоди. Если б я знал, что ты маг, я бы сюда не сунулся. Мы не враги. Мы товарищи.

— Товарищи? Уж не хочешь ли ты сказать...

Пока лицо Демиона наполнялось подозрением, с ноги Ракии взметнулся кинжал. Он положил его на подъем стопы, когда якобы бросал оружие, приготовившись к такому удару.

Клинок, запущенный пинком, просвистел мимо, лишь оцарапав лицо Демиона.

— Угх!

Демион от неожиданности схватился за щеку. Не теряя момента, Ракия метнул припрятанный нож.

Оба метили в горло, но, к несчастью, вонзились в поднятое предплечье мага.

Разъяренный колдун взревел, взмахнув посохом.

— Грязный опарыш!

Решив, что «Волшебными стрелами» юнца не достать, Демион сменил тактику.

Его губы зашевелились, и из кончика посоха вырвался толстый зеленый хлыст.

Ракия не знал, что это за чары, но понимал: попасться под удар нельзя.

— Сдохни!

С криком хлыст рассек воздух с хищным свистом. Ракия отчаянно изогнулся, уходя от удара. Хлыст прошел в миллиметрах и с хлюпаньем врезался в стену.

Мгновение спустя стена в месте удара начала плавиться.

«Что за...»

Если такое заденет, расплавит до костей. Ракия перекатился, уклоняясь от следующего замаха, и одновременно искал путь к отступлению.

Выход нашелся: маленькая комната в конце коридора.

Мальчик ворвался внутрь, чуть не вынеся дверь с петель. Демион, распевая заклинание и жестоко ухмыляясь, последовал за ним.

— Идиот! Это же тупик...

В тот миг, когда Демион переступил порог, Ракия спрыгнул на него сверху, с косяка двери. Прежде чем маг успел сообразить, где враг, мальчик сделал резкий выпад рукой, метя пальцами в горло.

— Гха!

Чтобы творить магию, нужно призвать имя демона.

Ракия плохо разбирался в магии, но пару раз видел это на поле боя и усвоил хотя бы это.

Демион попятился, давясь кашлем; пальцы ударили в горло. Казалось, победа за Ракией, но лицо мальчика побледнело от ужаса.

«Черт, не пробил!»

Прямо перед входом в комнату Демион наложил на себя заклинание «Щит».

Барьер был так себе. Пользователь ауры проткнул бы его, даже не заметив, а опытный мечник рассек бы одним ударом.

Но для Ракии, просто хорошо тренированного мальчика, пробить его голыми руками было невозможно.

— » Беспокойный Дух Болот!

— Попался, ублюдок!

Демион вытянул руку, и тело Ракии рывком поднялось в воздух. Телекинез. У него были ограничения, вроде дальности действия на расстоянии вытянутой руки, что делало его малополезным в обычной схватке, но сейчас он пришелся как нельзя кстати.

— Сначала я отрежу тебе руки, ноги и язык, а потом отдам тем, кто любит человечину. Малец.

Ракия отчаянно брыкался, но невидимая хватка на шее не ослабевала.

Наоборот, она сжималась все сильнее.

«Я что, так и умру здесь?»

Способов сопротивляться не было.

Удары ногами рассекали пустоту, оружия, чтобы метнуть, не осталось.

В этот смертельный миг Ракия напряг шею и сосредоточил разум. Не наружу, а внутрь себя.

«Тряси его».

Кач-кач—

Каждый раз, когда воля мальчика напрягалась, сосуд с маной вздрагивал.

Но содержимое лишь плескалось; мана не выливалась из кувшина души. Словно издеваясь над ним.

Так было уже несколько раз, но сейчас он не мог позволить себе сдаться.

«Давай же, ну!»

Сколько времени прошло? Удушье нарастало, силы покидали бьющееся в конвульсиях тело.

Мальчик обмяк, затем задрожал. Смерть была близко.

И все же, вопреки умирающему телу, духовное восприятие мальчика обострилось до предела. Разум, не в силах управлять плотью, искал, за что бы уцепиться этой силой.

К счастью, теперь была еще одна вещь, за которую разум мог ухватиться: душа.

Вместе с последним усилием, направленным на движение тела, раскачивающийся сосуд души наконец сильно накренился, выплескивая горсть маны.

Пролитая мана впиталась в плоть.

— ...Гха!

Небывалая сила хлынула изнутри.

Мана, валюта души, поселилась в человеческой плоти, сливаясь с яростным боевым духом и образуя ауру.

Аура пропитала все тело мальчика, встраиваясь в жизненные процессы. Она заменила кислород в крови, помогла сокращаться мышцам, укрепила кости и придала коже упругость.

Сила была достаточной, чтобы разорвать путы телекинеза на шее.

— Что...?

Пока Демион в шоке таращился, мальчик рванулся вперед, схватил мага за лицо и вонзил большие пальцы в оба глаза.

Глазные яблоки лопнули, брызнув белой стекловидной жидкостью.

— А-а-а-а-а-а-------!

Вопль агонии. Ракия быстро пригнулся и перекатился прочь от Демиона. Как и ожидалось, тот вслепую снова пустил в ход кислотный хлыст.

Стены вокруг зашипели и начали разъедаться, повалил едкий дым.

— Сдохни, сдохни! Сказал, сдохни! Мои глаза, мои гла-а-аза!

Но отчаянные заклинания Демиона рассекали лишь воздух. Во тьме, поглотившей его зрение, он не мог заметить мальчика, ползущего прочь по-пластунски.

Для него наступил мир истинной тьмы.

— А-ах, Владыка. Мой повелитель... Беспокойный Дух Болот...

Лишившись глаз, Демион плакал кровавыми слезами, взывая к хозяину, забравшему его душу. Но ответа не было.

Осознав это, Демион снова закричал.

Вдруг рядом что-то ударилось об пол.

— Вот ты где!

Демион развернулся, кислотный хлыст просвистел в воздухе. Но ощущения удара не последовало. Звука тоже.

Хлыст разрубил пустоту, лишь задев стену.

Тогда что это был за звук? Едва зародилось сомнение, как в горле возникла острая боль. Незнакомое ощущение.

— А...

Жгучий жар — это перерезали горло. Но Демион этого не понял.

Его сознание уже угасло.

— Ха-а.

Выдохнув воздух, который сдерживал, чтобы не шуметь, Ракия взмахнул кинжалом, стряхивая кровь.

Маг рухнул, кровь фонтаном била из рассеченной шеи. Он выглядел точь-в-точь как забитая свинья на бойне.

Отведя взгляд от трупа, Ракия сосредоточился на своем теле. На теле, которое стало совсем иным, нежели минуту назад.

«Наконец-то».

Ощущение ауры было своеобразным.

Казалось, все тело покрылось дополнительным слоем мышц. Странная энергия, обитавшая внутри, сама приходила на помощь, когда Ракия хотел приложить силу сверх предела, а затем, словно устав, отступала вглубь тела на отдых.

Количества все еще не хватало, и он пока не знал, как выпускать ее в оружие, но, ступив на путь ауры, остальное было лишь вопросом времени.

Подавив чувство триумфа, Ракия направился в комнату Демиона.

— Ну-с, посмотрим...

Пошарив в ящике, откуда маг достал посох, он нашел кошелек, полный денег, и большую сумку.

В сумке лежало всякое добро: несколько ярких украшений, блокнот, письменные принадлежности и носовой платок.

Увидев платок с вышивкой в виде синего цветка, Ракия убедился, что это и есть заказанный предмет.

— Не думал, что ради него придется столько возиться.

Берясь за заказ, он и представить не мог, что все так обернется, не говоря уж о схватке с магом.

Но была и выгода. Он стал пользователем ауры. Это огромная награда, которую не заменят никакие деньги.

Подумав, не прихватить ли что-то еще за труды, он быстро обыскал комнату, но тайника или сейфа не нашел.

Сложив вещи в сумку, Ракия вышел в коридор.

Липкая субстанция, блокировавшая лестницу, исчезла. Видимо, со смертью заклинателя чары развеялись.

Вместо нее на него уставились стражники в металлических доспехах.

— Городская стража! Бросай оружие и на колени!

— А, погодите минуту.

Прежде чем Ракия успел что-то сказать, несколько стражников приблизились, выставив копья.

Мальчик быстро бросил кинжал и лег на пол, раскинув руки.

— Сдаюсь!

В этот раз — по-настоящему.

— Приношу свои глубочайшие извинения!

На следующий день, когда правда всплыла наружу, Ракию немедленно выпустили из тюремной камеры.

В подвале борделя обнаружили десятки детских трупов, принесенных в жертву главарем банды Демионом.

Незарегистрированный маг, совершающий человеческие жертвоприношения, был злейшим врагом для Храмов Семерки, поэтому его убийство было подвигом, достойным награды, а не кары.

Свидетелей событий прошлой ночи было слишком много, чтобы просто замять дело, да и Храмы Семерки проявили пристальный интерес.

В результате наемник, пытавшийся обокрасть бандитов, каким-то образом превратился в героя, который выследил и уничтожил злого чернокнижника.

— Вот, мы сохранили все вещи в целости. А это награда от города.

— ...С благодарностью принимаю.

Это была не просто похвала за героизм. Это была плата за то, чтобы загладить вину за арест героя без должного расследования.

Три золотые монеты — сумма, в десятки раз превышающая те жалкие четыре серебряных, ради которых Ракия ввязался в это дело.

Выйдя из караульни, Ракия встряхнул мешочек. Звон золотых монет был истинной музыкой для ушей.

«С деньгами на руках и на душе спокойнее. Когда подтяну навыки, охота на магов звучит как неплохой план».

Рисуя в уме довольно конструктивное будущее, Ракия вернулся в таверну «Пылающая Кобыла».

Хозяин, дремавший без дела, при виде него вытаращил глаза.

— А, вернулся. Я слышал слухи. Завалил незарегистрированного мага? Не признал вас, мой герой-господин.

— Слухи уже разошлись? Быстро... В общем, передай клиенту, что вещь у меня.

— Мог бы и мне отдать, я бы передал.

— Нет, спасибо.

Хозяин закатил глаза с видом «ну и фрукт», но вскоре покачал головой.

Увидев это, Ракия убедился: трактирщик точно планировал отщипнуть кусочек награды.

— А ты дотошный. Ладно, свяжусь с ним. Отдохнешь наверху?

— Я занят, так что передай, чтобы встретились завтра. А сегодня я ночую в «Вооруженном Приюте Реверика».

— Обидно слышать.

Даже если бы он и не сказал этого, Ракия не собирался здесь задерживаться. Чтобы попасть в Рыцарский Клуб, нужно было остановиться в безопасном месте, где ночуют дворяне и богачи.

И теперь у него хватало денег на такую гостиницу.

10

Называлась гостиница «Вооруженная», и причина тому была проста: на входе стояли тяжеловооруженные стражники.

Они были облачены в латные доспехи и сжимали древковое оружие, какое обычно носят городские стражи или регулярная армия. Их грозные фигуры внушали настоящий трепет.

Главными постояльцами таких заведений были аристократы или богатые купцы из других городов и стран, посещающие город.

Естественно, простой люд, одетый не подобающе, отсеивался еще на пороге.

Ракия смог попасть внутрь без проблем лишь потому, что знакомый жрец Земли, заметивший его у входа, вовремя поручился за его личность.

— Благодарю вас, жрец.

— Не стоит благодарности. Для слуги Матери-Земли честь помочь праведнику.

Вежливо попрощавшись со священнослужителем средних лет, Ракия незаметно огляделся и направился к управляющему.

Хоть все в этой роскошной гостинице казалось непривычным, в конечном счете это было просто место для ночлега за деньги, так что найти нужного человека труда не составило.

— Одноместный номер до завтрашнего утра.

— Три серебряных монеты.

Мысленно выругавшись на грабительскую цену, мальчик протянул одну золотую монету. Управляющий принял ее, взвесил на весах и вежливо спросил:

— Я дам вам сдачу девятнадцатью серебряными. Вас это устроит?

— Да.

Хотя ему отчаянно хотелось поторговаться, он не был уверен, уместно ли это здесь, поэтому Ракия просто согласился, забрал сдачу с ключом и направился прямиком в номер. Заперев дверь, он вздохнул.

Как и ожидалось от дорогой гостиницы, безопасность здесь была на высоте. Дверь была металлической, с отдельным засовом изнутри, а окна — из прозрачного металла, который не так-то просто разбить.

«Отлично, здесь должно быть безопасно...»

Даже если кто-то затаил на него злобу, перебить всю тяжелую стражу внизу и добраться сюда было бы проблематично. Управляющий элитного постоялого двора тоже не стал бы продавать гостя за пару монет.

Вытряхнув содержимое мешочка и спрятав его под кровать, Ракия бросился на постель и начал молиться.

В тот же миг сознание мальчика покинуло реальный мир.

«Ох».

Эффект был мгновенным. Не успел он сосчитать до трех, как уже вернулся в Священное Царство, окутанное туманом. Рыцарский Клуб, обитель рыцарей.

— Ты наконец пробудил свою душу.

Низкий голос с хрипотцой. Понять, кому принадлежит этот характерный тембр, было нетрудно — это Архангел.

Ракия быстро поднялся и спросил:

— Вы имеете в виду ауру?

— Именно. Богиня Войны довольна тем, как быстро ты развиваешься в роли Апостола, и твоими славными подвигами. Можешь гордиться собой.

— Спасибо.

В голосе было так мало эмоций, что похвала даже не звучала как похвала.

Когда он ответил немного неловко, Ишила резко повернула голову и сказала:

— Следуй за мной.

Следуя за ней, он заметил то, чего не видел раньше.

Во-первых, густая мгла вокруг не была туманом. Это было что-то вроде скопления призраков. Всякий раз, когда человеческое лицо на миг проступало и исчезало в дымке, по спине пробегал холодок.

Звуки тоже изменились. Вместо прежней тишины издалека доносились слабые, полные скорби стоны.

Когда он спросил об этом, Ишила ответила коротко:

— Это место для обесчещенных.

Он надеялся на пояснение, но больше ничего не последовало. Почувствовав, что расспрашивать дальше не стоит, Ракия сменил тему.

— Разве нет способа доказать, что я Апостол Войны?

— Зачем?

— Потому что... будь то сбор божественных реликвий или личные тренировки, было бы удобнее получать поддержку, а не делать все в одиночку.

Если бы он мог доказать свой статус и обладать огромной властью, как другие шесть апостолов Семерки Богов, все было бы намного проще.

Ишила покачала головой:

— Для Апостола раскрыть себя — значит подвергнуться чрезвычайной опасности.

Согласно ее объяснению, пользователи ауры, маги, жрецы и другие существа с высоким духовным статусом были лакомой добычей для демонов.

Апостол одного из Семерки считался жертвоприношением высшего сорта. Если бы темные маги мира прознали, что Апостол Войны — всего лишь мальчишка-новичок, они бы слетелись на него как мухи.

— В итоге тебя запрут в главном святилище пантеона, и ты не сможешь шагу ступить без оравы охранников. Но Война этого не одобряет. Истинный меч куется только в постоянных битвах, скрещиваясь с острой сталью.

— Хм...

Понять смысл было нетрудно, поэтому Ракия молча кивнул.

Увидев такую реакцию, Архангел на удивление слегка улыбнулась.

— Ты не упираешься попусту.

Когда Ракия от неожиданности округлил глаза, ее лицо уже вновь стало холодным и бесстрастным, словно никакой улыбки и не было.

Ишила заговорила снова только тогда, когда они прибыли на тренировочную площадку.

— В следующий раз меня может здесь не быть. Если так случится, будут приняты меры, чтобы ты мог приходить самостоятельно.

— Понял.

После его кивка Архангел исчезла со свистом, точно так же, как и в прошлый раз.

Стоило Ишиле исчезнуть, как издалека с ухмылкой подошел Элтейн.

— Поздравляю. С вступлением на бесконечный путь пользователя ауры.

— Спасибо, лорд Элтейн.

Когда он поклонился, Элтейн поморщился, словно это было скучно.

— Став пользователем ауры в твоем возрасте, мог бы проявить чуть больше радости.

— Ну... мне еще далеко до цели.

Главной целью Ракии был титул Мастера Меча. Один из сверхлюдей среди сверхлюдей, которых рождается меньше десятка на эпоху.

Уже одно это пугало, но, по словам Архангела Ишилы, даже титул Мастера Меча не гарантировал выживания перед лицом грядущих испытаний.

Терять жизнь из-за глупой самонадеянности он не собирался.

— Правильный настрой. Большинство новичков пьянеют от успеха и рано погибают. Ну что, научим тебя пользоваться аурой как следует?

Мгновение спустя Элтейн вручил Ракии меч.

Этот урок был посвящен извлечению ауры из тела наружу — тренировка по наполнению клинка энергией.

Ракия знал по опыту, что это ключевой навык для полноценного боя.

— Сконцентрируй ауру в ладони. Представь, что собираешь по крупице со всего тела в одну точку.

— Минутку...

Он следовал инструкциям, но аура не перетекала в меч.

Казалось, между ладонью и рукоятью стоит невидимая стена; энергия в руке никак не желала переходить в клинок.

— Не идет?

— Нет.

— Это потому что твой разум все еще воспринимает меч и тело как разные вещи. Конечно, меч на самом деле не часть тела, но пользователь ауры должен обмануть себя и поверить в обратное. Запомни: аурой управляет разум. Иногда восприятие побеждает реальность.

С этими глубокомысленными словами Элтейн материализовал в своей руке меч. Одноручный, точно такой же, как у Ракии.

— Для новичков есть короткий путь. Бессознательно высвобождать ауру через знакомые движения, отработанные до автоматизма. Начав с этого и привыкнув, ты сможешь наполнять меч аурой даже без взмаха, а со временем — и любой другой предмет.

Элтейн с мечом в руке поманил его пальцем.

— Попробуй, атакуй меня.

— Есть.

Он не стал задавать глупых вопросов вроде «а не опасно ли это?». Его противник был избранницей богини, ставший ангелом; для Ракии, жалкого новичка, сдерживаться было бы просто смешно.

Выровняв дыхание, Ракия нанес прямой удар.

— Ха!

Он использовал фехтование Гебеля. Каждый удар был не слишком мощным, зато шел почти без пауз, что было выгодно для непрерывных атак.

Элтейн отражал выпады мальчика с ленивой улыбкой, словно находил старания Ракии умилительными.

Он относился к атакам настолько легко, что даже позволял себе болтать:

— Хм, дай-ка глянуть... Основано на восточном стиле. Эта школа больше специализируется на защите, чем на нападении, но ты вплел приемы эльфийского фехтования, чтобы убрать бреши в сериях ударов. База у тебя крепкая. Стиль тоже весьма неплох. У тебя был хороший учитель?

На этот вопрос Ракия ответил, не прекращая атак:

— У меня не было учителей; я просто украл эти приемы, наблюдая...

— Что?

От изумления Элтейн перехватил меч Ракии голой рукой. Затем ошарашенно переспросил:

— Какого черта это значит?

— Т-тот пользователь ауры, который умер от моей руки... Я скопировал его фехтование, пока смотрел. Я никогда не учился владеть мечом формально.

Элтейн некоторое время тупо смотрел на него, затем покачал головой и пробормотал что-то себе под нос.

Хотя голос был тихим, Ракия расслышал что-то вроде «Вот почему гении такие...».

Немного погодя, с заметно повеселевшим лицом, он сказал:

— Хорошо, как и ожидалось от Апостола Войны. Очень хорошо. Мне придется немного изменить методику обучения. Это может сэкономить время.

В отличие от обычной беспечности, Элтейн поднял меч с торжественным видом и принял верхнюю стойку.

При виде этого по спине Ракии пробежал леденящий холодок опасности.

— Я собирался заставить тебя медленно повторять движения твоего стиля, чтобы тренировать вливание ауры, но придумал способ получше.

— Какой...?

— Я подстрою свою ауру и физические параметры под твой уровень. Так будет легче учиться, верно?

Это был не вопрос, требующий ответа; едва договорив, Элтейн бросился в атаку.

— Угх!

Удар меча был свирепым. Хоть он и сказал, что уровни силы схожи, атака была несравненно быстрее и мощнее, чем у любого воина, которого видел Ракия.

Удар, достаточно сильный, чтобы разбить вдребезги уверенность, обретенную с получением ауры.

— Смотри внимательно!

Сама техника не была сложной. Прямая и честная, без обманных финтов.

Но именно поэтому она несла силу без малейших потерь, делая её подавляюще мощной. Даже зная, куда и когда придет удар, уклониться или парировать было мучительно трудно.

Размахивая мечом, Элтейн крикнул:

— Подсказка! Лучшая защита — это нападение!

С этим криком полетел следующий удар. Ракия, мысленно вопя, парировал его.

К счастью, меч не сломался. Возможно, потому что был создан особой силой, он выдерживал удары, которые раскрошили бы обычную сталь.

Но одной защитой не победить. Сцепив зубы, Ракия сосредоточился на противнике так же, как в бою с Гебелем.

«Я украду это...»

Фехтование Элтейна в корне отличалось от стиля Гебеля. От работы ног до балансировки тела и владения оружием.

Подстраиваясь под эти движения, Ракия начал находить ответы, словно решая головоломку.

Каждый раз, когда Ракия идеально копировал прием, Элтейн демонстрировал новые, продолжая давить на мальчика.

«Он подстраивается под меня».

В отличие от Гебеля, который пытался убить его сразу, фехтование Элтейна было направлено на обучение. Несмотря на грозную ауру, Ракия чувствовал это.

Благодаря этому он перенимал навыки куда быстрее и полнее, чем когда воровал их у Гебеля.

В этот момент Элтейн внезапно увеличил скорость атак и крикнул:

— Хорошо! Теперь сконцентрируй ауру в мече прямо так! Представь, как она излучается из ладони!

С этим криком два меча столкнулись, и один клинок улетел в воздух.

Ракия посмотрел на свои пустые руки.

— ...А?

Над площадкой повисла тишина.

Причиной, по которой он внезапно выронил меч, было то, что у Ракии кончилась аура.

Запас энергии у мальчика, который только-только стал пользователем, был до смешного мал. После нескольких взмахов с усилением тела, организм объявил забастовку от истощения.

Сил не хватало даже чтобы сжать рукоять, о каком уж наполнении аурой могла идти речь.

— Нет способа быстро увеличить запас ауры?

— Сработало бы что-то вроде сердца дракона или эликсира. В моей родной земле, графстве Кисен, есть нечто подобное, так что отправляйся туда при случае. Когда соберешься, скажу точное место.

— Хорошо.

Запоминая название «графство Кисен», Ракия прокручивал в памяти движения недавнего боя.

Глядя на него, Элтейн сказал с недоверием:

— Теперь я вижу, ты не просто копировал фехтование вслепую. Я не заметил, потому что изменения были такими естественными, но ты адаптируешь стиль под свое тело прямо на ходу?

— ...Ну да?

Для Ракии это казалось совершенно естественным.

Зачем применять технику без изменений, если физические данные отличаются? Это было бы глупо. Даже малейшая разница в росте, весе, длине рук и ног меняет очень многое.

Услышав такой ответ, Элтейн покачал головой.

— Забудь, теперь даже удивляться лень.

Поскольку аура восстанавливалась медленно даже в Священном Царстве, оставшееся время они потратили на разбор и корректировку изученного через легкий спарринг.

Наставляя его, Элтейн говорил серьезным тоном:

— Это стиль королевского двора Эйден. Он прост в траекториях и хорош для концентрации силы, что делает его идеальным для наполнения аурой. К тому же он достаточно мощный для реального боя, так что я его тоже любил.

— Вы были членом королевской семьи?

Поскольку он совсем не походил на аристократа, Ракия посмотрел на учителя с новым удивлением.

Поглаживая усы, Элтейн ответил:

— Я был третьим принцем. Титул графа Кисена достался от деда по матери. В общем, это куда полезнее того стиля, что ты стащил, так что пользуйся с умом. Тренируйся усердно, применяй в реальных боях, фокусируйся на ощущении, о котором я говорил, и скоро сможешь наполнять меч аурой.

— Но если это королевский стиль, у меня не будет проблем из-за его использования?

— Должно быть нормально. Род Эйден все равно прервался.

Голос Элтейна прозвучал непривычно меланхолично.

— Хватит пустой болтовни. В оставшееся время я научу тебя нескольким приемам использования ауры. Сперва...

11

— Я вернулся.

Ранним утром, когда солнце едва начало золотить горизонт, Ракия открыл глаза.

В отличие от прошлой ночи, тело чувствовало себя отдохнувшим. Спасибо мягкой постели, набитой, похоже, гусиным пухом.

Поднявшись, он достал из-под кровати кинжал и отработал несколько движений, которым его научили. Королевский стиль двора Эйден.

«А неплохо...»

По сравнению с его прежним стилем, защитные возможности здесь были слабее, зато наступательная мощь — просто ошеломляющей.

К тому же, Элтейн говорил, что этот стиль помогает тренировать излучение ауры через клинок, так что не было причин им не пользоваться.

Убедившись, что техника осваивается, Ракия вымылся в купальне гостиницы и вышел на улицу.

«Здесь не место для долгой жизни».

Хотя он неожиданно поймал мага и выручил кучу денег, проживание в такой дорогой гостинице быстро бы их «съело». Пока ему хватало повторения уже изученного, так что не было смысла задерживаться в этом месте дольше.

Первым делом нужно было закончить дело с заказом, поэтому он направился в таверну «Пылающая Кобыла», как и обещал накануне.

— М?

В углу зала на первом этаже таверны сидели люди, совершенно не похожие на наемников.

Четверо крепких мужчин, не выглядевших как воины. И пара, мужчина и молодая женщина в ярких, дорогих одеждах, явно указывающих на высокий статус.

Судя по разнице в возрасте, это были отец и дочь. Заметив мальчика, тот, кто, казалось, был отцом, встал и направился к нему.

— Ты Ракия? Слышал, ты нашел вещь.

— Это вы искали носовой платок?

— Да. Точнее, я отец клиентки.

Ракия бросил взгляд на хозяина таверны, и, получив утвердительный кивок, без колебаний достал платок.

— Это он?

— О, да, он самый. Да благословят тебя Семеро... Луам, деньги.

Один из здоровяков проворно достал две золотые монеты и протянул их.

— Награда вроде была четыре серебряных.

На вопрос Ракии мужчина посмотрел на него с удивлением.

— Ни разу не видел наемника, который жалуется на прибавку.

— Ну...

Только тогда Ракия понял, что сболтнул лишнего. Мужчина рассмеялся:

— А мне нравится твоя честность. Знаешь, что это за платок?

— Нет.

— Это память о моей покойной жене. Найти его за четыре серебряных значило бы продешевить с её памятью. Я просто не могу так поступить.

— Тогда...

Если так, не стоило с самого начала выставлять награду в четыре серебряных.

Словно предвидя вопрос, мужчина покачал головой:

— Как я уже сказал, заказ делала моя дочь. Она вышла в город со слугой и по неосторожности потеряла его, а потом попыталась найти тайком, боясь, что я буду ругаться. Попалась сегодня утром, когда снова пыталась выскользнуть со слугой.

Мужчина проворчал это и протянул руку.

— Я барон Роген из Дарсы, Роген Тресвель. А это моя дочь, Алиша.

Девушка, скромно сидевшая позади Рогена, даже не посмотрела в их сторону.

Ракия пожал протянутую руку.

— Я Ракия. Барон... Ваша светлость.

Он с трудом подобрал обращение к титулованной особе, чем вызвал добродушный смех Рогена.

— Зови просто господин Роген. В этой стране мой титул все равно ничего не значит.

После рукопожатия Роген предложил вместе позавтракать и начал болтать, усаживая Ракию за стол.

Его покойная жена была родом из Лиги городов-государств, и его визит сюда, как имперского барона, был связан с возвращением её праха на родину — и так далее; романтичные, но не особо интересные истории.

— Моя дочь не слишком любит встречаться с родственниками. Она плохо говорит на восточном наречии.

— Понятно.

— Кстати, у тебя отличный имперский.

— Я родом из Империи.

— Я так и знал! Ты не похож на местных, у меня сразу возникло такое чувство.

Тут же Роген сделал Ракии предложение. Нанять его в качестве эскорта для возвращения в Империю.

— Изначально со мной были пользователь ауры и пятеро рыцарей моего дома, но по пути мы нарвались на свирепых монстров, и все они отправились к богам. Эти парни — просто слуги, которых я взял с собой, в бою они бесполезны.

— Благодарю за предложение, но почему вы просите именно меня?

— Я уже наслышан. Ты убил злого мага, верно? Я не смогу чувствовать себя спокойно, если рядом не будет кого-то такого уровня. Очень прошу тебя.

Только тогда Ракия понял, почему барон так усердно его обрабатывал. Он знал, что мальчик — пользователь ауры, и хотел заполучить его в охрану.

Для обращения с простым наемником его отношение и впрямь было слишком панибратским.

— Мне нужно дать ответ прямо сейчас?

— Вовсе нет. Думаю, мы задержимся здесь еще минимум на неделю. Может и дольше.

— Могу я ответить позже? Мне нужно кое-что разузнать.

Ракии нужно было выяснить местоположение Кисена — места, о котором говорил Элтейн.

Если путь в владения барона совпадал с дорогой туда, принять заказ было бы неплохой идеей. Путешествие стало бы легче, да и денег заработать можно.

— Хм... Хорошо. Я заплачу щедро, так что надеюсь на положительный ответ. Я планирую нанять много людей, так что решай без спешки.

Проводив Рогена, Ракия снова ощутил, как изменилось его положение.

Конечно, дело было не только в том, что он владел аурой. Ашан, капитан наемников «Айкал», тоже был пользователем ауры, но отношение к нему было иным.

Причина, по которой с Ракией обращались уважительно, крылась в репутации: он считался не каким-то недоучкой, а опытным бойцом, способным в одиночку прикончить мага, владевшего темной силой жертвоприношений.

Знай они, что он новичок, едва пробудивший ауру, вряд ли были бы так любезны.

«Что ж... придется просто подтянуть навыки, чтобы соответствовать такому отношению».

Расставшись с Рогеном, Ракия направился в кузницу.

Ему нужно было нормальное оружие. Нельзя же вечно полагаться на один кинжал.

Кинжал — оружие против шпаны в подворотне, а не против хорошо вооруженных воинов или монстров.

«Кстати, у меня же было немало мечей».

Одним из хобби Ракии было коллекционирование клинков.

Как наемнику, ему особо не на что было тратить жалование, поэтому он покупал хорошие мечи. К сожалению, кроме основного клинка, все они хранились в обозе отряда, и после разгрома компании судьба его коллекции была неизвестна.

Мысли об этом вызывали досаду, поэтому Ракия тряхнул головой, чтобы отвлечься.

«Нет смысла горевать о потерянном».

Благодаря частым покупкам он неплохо разбирался в оружии и знал рыночные цены. Цены варьировались от региона к региону, так что знание не было стопроцентным, но откровенно надуть его не смогли бы.

Вскоре Ракия добрался до улицы кузнецов.

— Хм...

Спустя тридцать минут поисков Ракия раздраженно простонал. От первой лавки до третьей — цены высокие, а стоящего товара нет.

— Ищете что-то конкретное? — спросил лысоватый кузнец, наблюдавший за тем, как мальчик то берет, то кладет мечи обратно.

Ракия покачал головой:

— Ищу что-то действительно хорошее, пусть и дорогое. Из особого металла, или хотя бы благословленное жрецом или зачарованное.

Изначально он планировал купить просто добротный меч, но с ростом доходов передумал.

С нынешними деньгами, если поднатужиться, можно было купить и магический клинок.

То, что он стал пользователем ауры, не делало оружие менее важным. По словам Элтейна, даже Мастера Меча трепетно относились к своим клинкам.

Некоторые материалы лучше проводили ауру или придавали ей особые свойства, а «намоленный» меч мог со временем привыкнуть к хозяину, позволяя выдавать большую мощь при меньших затратах сил.

В отличие от простых воинов, для которых мечи были расходником из-за износа, пользователь ауры мог пользоваться одним клинком всю жизнь при должном уходе.

Существовали даже семьи мечников, передававшие фамильный магический меч из поколения в поколение.

— Кажется, у меня есть на примете кое-что...

Сказав это, кузнец покрутил свою неухоженную, в саже, бороду. Догадаться, на что он намекает, было несложно.

Ракия взял с витрины несколько метательных ножей и протянул ему.

— Сколько?

— Половина серебряного.

Он разрезал серебряную монету карманными ножницами и отдал половину. Кузнец ухмыльнулся:

— Иди в кузницу «Дыхание Пламени» в конце переулка.

— Тамошний мастер самый лучший?

— Его отец когда-то был лучшим на этой улице. Даже пользователи ауры закупались только там. Нынешний хозяин — пьяница, проматывающий отцовское наследие, но среди остатков ты можешь найти то, что ищешь. По крайней мере, с починкой он справляется.

Кивнув в знак благодарности, Ракия покинул лавку и направился по адресу.

В конце улицы показалась кузница с нарисованным изрыгающим огонь драконом.

«Вот почему "Дыхание Пламени"».

Хотя было рабочее время, дверь была заперта. Ракия постучал несколько раз, а затем открыл её сам, крикнув:

— Клиент пришел!

Внутри было прохладно. В отличие от других кузниц, горн не горел. Помещение, похоже, давно не убирали — стоило войти, как в воздух взметнулась пыль.

Навстречу ему поднялся мужчина, лежавший с полотенцем на лице.

Красные щеки и нос, мутные глаза — явно пьян.

— Э... Ты кто такой, чтоб врываться в такую рань?

— Я же сказал: клиент. Пришел купить меч.

— В эту дыру, из всех мест?

Ракия и сам так думал, но услышать это от хозяина было довольно нелепо.

Стараясь не подать виду, Ракия перевел взгляд на товары.

Они были лучше, чем в других лавках, но ни один не зацепил глаз.

— Я ищу меч, подходящий для пользователя ауры.

— Зачем?

— Потому что я — пользователь ауры.

— Ты?

Как ни посмотри, на одаренного он не тянул; прочесть невысказанное сомнение было нетрудно.

Благодаря моложавой внешности он не раз получал выгоду и даже спасал свою жизнь, но в такие моменты это раздражало.

Ракия взял лежавший рядом металлический прут, с силой согнул его и спросил:

— Этого доказательства хватит?

— Эй, это же инструмент!

Услышав возглас кузнеца, Ракия быстро разогнул прут обратно. Естественно, идеально ровным он уже не стал.

Кузнец недоверчиво проворчал:

— Не мог просто показать ауру?

— ...Пока не могу её выпускать. Я пробудился совсем недавно.

Бросив прут, Ракия сменил тему:

— Так нет мечей для пользователя ауры?

— Ну, отец в свое время наковал их немало. Какой именно тебе нужен?

— Одноручный.

Почесав затылок, кузнец порылся в ящике в глубине мастерской, достал меч и бросил его Ракии.

Ножны были из дорогой кожи, выглядели солидно.

— Семнадцать серебряных.

— Погоди.

Вынув клинок, Ракия убедился — меч и правда хорош.

Отличная сталь, прекрасный баланс. Заточка в самый раз — не слишком тупая, не слишком острая.

Иными словами — именно «хороший». Мастерство кузнеца было на высоте, но сам меч был просто добротным куском стали.

— Слишком обычный.

— Пожалуй. Этот меч отлично подойдет обычному мечнику.

Понять намек было несложно. Он издевался, намекая, что навыки Ракии как раз для такого оружия.

— Настоящий товар слишком хорош, чтобы отдавать его новичку, который даже ауру выпустить не может.

Кузнец ухмыльнулся, и в этой ухмылке не было ничего от пьяницы. Острый, пронизывающий взгляд.

Глядя в эти глаза, Ракия почувствовал что-то странное. Что-то, что не вязалось с образом пропойцы.

Немного подумав, мальчик высыпал серебряные монеты на прилавок и отвернулся.

— Ладно. Я беру этот. Пока что.

Подразумевая, что скоро он заставит мастера достать действительно стоящий клинок.

Поняв это, кузнец рассмеялся и сгреб деньги.

— Надеюсь на это.

А через пару минут после ухода Ракии кузнец вдруг опомнился и заорал:

— Постой! Пацан, за погнутый прут плати!

12

Спустя пять дней после визита в кузницу Ракия оставался в гостинице «Пылающая Кобыла», посвятив себя тренировкам фехтования и ауры.

Прогресс был стремительным. Как и во многих начинаниях, на начальном этапе развитие шло рывками. Всего за несколько дней запас доступной ему ауры увеличился в несколько раз, а движения мечом стали куда более привычными.

Благодаря этому, в то утро ему наконец удалось наполнить аурой клинок при выполнении нескольких специфических движений.

Конечно, останавливаться на достигнутом он не собирался.

Наполнение аурой только при определенных движениях — это, по сути, лишь костыль. Выпущенная таким образом энергия была неэффективна и слаба по сравнению с настоящим мастерством.

Только полностью овладев этим чувством, он сможет свободно направлять ауру по своему желанию, став истинным пользователем.

В то утро, закончив тренировку, Ракия, как обычно, ел на первом этаже «Пылающей Кобылы».

Еда здесь была дешевой, что радовало. Вкус супа из непонятных ингредиентов оставлял желать лучшего, но для человека, едавшего в своей жизни вещи и похуже, это было привычно.

Пока Ракия полоскал рот разбавленным вином после трапезы, хозяин таверны посмотрел на него с удивлением и сказал:

— А ты на редкость усердный. Удивительно.

— Что в этом удивительного?

— Ну, наемники обычно не славятся трудолюбием. Чаще всего они спускают все заработанное на выпивку. А ты каждый день машешь мечом на заднем дворе.

— Каждый живет как хочет.

На сухой ответ Ракии хозяин лишь покачал головой.

— Я просто говорю, что это впечатляет. Мой сын ушел в наемники, и я уже несколько лет о нем не слышал. Хотелось бы, чтобы он жил как ты. Если бы он хоть мечом владел как следует, я был бы спокоен.

— Хотел бы научиться владеть мечом — пошел бы в школу фехтования, а не в наемники.

Ракия прожил жизнью наемника шесть лет, но ни разу не видел, чтобы кто-то из них усердно тренировался.

На поле боя, если только ты не обладаешь действительно выдающимся талантом, жизнь и смерть определяли скорее хитрость и удача, чем боевое искусство. Поэтому вместо оттачивания навыков они тратили время на всякие суеверия.

В отличие от них, даже будучи в отряде, Ракия никогда не пропускал физические тренировки.

Фехтованием он особо не занимался — просто дрался на инстинктах и убивал как мог, не видя в этом нужды.

Зато он вкладывал время в развитие силы, ловкости и выносливости, чтобы тело слушалось его беспрекословно.

Над ним часто смеялись, видя, как он каждое утро бегает и машет железками, но многие из насмешников уже давно удобряли землю на полях сражений.

А Ракия, в отличие от них, все еще был жив.

— Логично. Так в чем секрет такого усердия? У тебя, должно быть, есть цель, раз так стараешься. Хочешь стать Мастером Меча или вроде того?

— Да. Стать Мастером Меча — моя цель.

Услышь обычный человек такие слова от юного наемника, он бы, скорее всего, расхохотался. Это звучало так же наивно, как деревенский мальчишка, мечтающий стать великим полководцем или апостолом богов.

Но, неожиданно, трактирщик спросил с серьезным лицом:

— А зачем тебе становиться Мастером Меча?

— М?

— Это самоцель? Или ты хочешь чего-то добиться с помощью этой силы? Денег, власти, чего-то большего?

— С чего вдруг такой интерес?

— Ты уже владеешь аурой. Кто знает? Если этот паренек, с которым я болтаю, станет потом Мастером Меча, я буду рассказывать об этом гостям. Им понравится. «Мечты юного Мастера Меча» — отличная байка.

Отведя взгляд от весело смеющегося хозяина, Ракия серьезно задумался.

Над этим вопросом он раньше не размышлял.

Конечно, у Ракии была ясная причина становиться сильнее. Он Апостол Войны, избранный богиней.

Но даже до этого он мечтал стать Мастером Меча и хотел учиться ауре у Ашана.

В чем была причина? С его врожденным боевым чутьем он мог бы спокойно предаваться пьянству и удовольствиям, не зная бед.

Почему же он стремился к чему-то высшему?

Неужели только из-за предсмертного желания отца?

Долго промолчав, Ракия тихо ответил:

— Потому что я хочу сам решать свою судьбу. Без силы ты живешь по чужой указке. Это скучно.

Проданный ребенком в наемники, ставший палачом, затем наемником — Ракия никогда не делал свой выбор сам.

Но если он станет сильным, настолько сильным, что никто в мире не сможет навязать ему свою волю, что тогда?

Вот чего по-настоящему желал мальчик.

— Интересно. Но много ли людей на самом деле живут как хотят? Даже Мастер Меча не всесилен. Разве что император Империи, и то вряд ли.

— Мастер Меча среди Мастеров Меча.

— Что?

— Если я достигну этого уровня, может, тогда смогу жить как хочу.

Услышав эти неслыханные слова, трактирщик усмехнулся и посмотрел на Ракию.

Мальчик, озвучивший такую абсурдную, почти бредовую мечту, сейчас казался обычным подростком.

— Если станешь им однажды, дай знать. Сможешь ли ты действительно жить как хочешь.

Закончив трапезу, Ракия направился в храм.

Храмы Семерки Богов обычно располагались там, где жила их основная паства. Храмы Бога Неба — в кварталах знати, Богини Земли — у городских ворот, поближе к крестьянам.

А храм бога, которого он искал, Бога Знания, обычно находился на самой оживленной улице города.

— Эй, не толкайся!

— Да сзади напирают!

В храме было не протолкнуться.

Среди святилищ Семерки Храм Бога Знания был самым популярным.

Все потому, что жрецы Знания могли использовать чудеса, дарованные властью бога, чтобы узнавать нужную информацию.

Конечно, цена для простолюдинов была заоблачной — такое мог позволить себе разве что зажиточный фермер.

Хотя стоимость зависела от того, какую информацию искали.

— Следующий брат, проходите.

Выстояв очередь, Ракия вошел в полутемную кабинку и предстал перед жрецом.

По бокам стояли вооруженные охранники, сверля Ракию взглядом. Оружие полагалось сдавать на входе, но охрана была начеку на случай, если кто-то вздумает напасть на жреца с голыми руками.

Для совсем личных вопросов можно было за большие деньги заказать приватную аудиенцию, но информация, нужная Ракии, того не стоила.

— Добро пожаловать, брат. О чем ты хочешь спросить?

— Я хочу узнать расположение кое-каких мест.

— Говори.

— Графство Кисен в Королевстве Эйден и Баронство Дарса в Империи.

— Географические сведения... Пожертвование в шесть серебряных монет будет достаточным.

Как было велено, Ракия опустил монеты в чашу рядом, и охранник подошел проверить сумму. Кивнув, жрец закрыл глаза, сложил ладони и начал молитву.

— » Всемогущий Владыка Знания, молю о чуде твоем...

Некоторые презрительно называли Храм Бога Знания «информационной гильдией». По сути, они занимались продажей информации за деньги, так что название было вполне точным.

— ...Готово.

Через пару минут жрец взял лист бумаги и начал быстро рисовать.

Он начертил круг, что-то написал на нем и создал простую карту.

Обозначив все три локации, жрец протянул листок:

— Это даст тебе ясную картину.

— Я не умею читать, жрец.

— Ох.

Большинство тех, кто мог позволить себе услуги храма, были грамотными, поэтому он об этом не подумал.

С виноватым видом жрец указал пальцем и любезно объяснил, пункт за пунктом:

— Смотри, вот это Берет, где мы сейчас. Затем, двигаясь на юго-запад вот так, пересекаешь границу Империи и попадаешь в Баронство Дарса. А оттуда на юг — в Графство Кисен.

Судя по объяснению, маршрут был понятен. Получалось немного в обход по сравнению с прямой линией, но не критично.

Ракия кивнул, и жрец Знания добавил, словно бонус:

— Кстати, это просто мое знание, так что скажу бесплатно: Королевство Эйден пало триста лет назад. Теперь это Губернаторство Эйден, управляемое имперским наместником, назначенным императором. Осторожнее со словами «Королевство Эйден». Империя чувствительна к таким вещам.

— ...Спасибо.

Вспомнились слова Элтейна. О том, что королевской семьи Эйден, вероятно, больше не существует.

Он подумал, что расспросит кого-нибудь позже, если подвернется случай, затем поклонился в знак благодарности и встал.

Жрец ответил поклоном:

— Приходи еще. Знание всегда окупается.

Покинув храм, Ракия направился к некому особняку. Такому, где живут городские богатеи, за высокими стенами.

Барон Роген из Дарсы дал ему этот адрес, сказав приходить сюда, если он решит принять заказ.

Видимо, это был дом какого-то влиятельного лица, у которого он остановился.

Пока он топтался у входа, подошел стражник:

— Что привело тебя сюда?

— Я к господину Рогену. Передайте, что пришел Ракия.

Стражники коротко переглянулись, и один из них вошел в особняк.

Вскоре он вернулся:

— Входи.

Внутри особняк был обставлен с помпой. Причудливые статуи невиданных форм, чучела монстров и богатые гобелены украшали стены.

Словно оставить голую стену считалось позором.

Пройдя немного вглубь, Ракия увидел Рогена, который быстрым шагом подошел к нему и хлопнул по плечу.

— Рад видеть! Раз ты здесь, значит, я был прав, а?

— Да. Я беру заказ.

— Отлично! Мудрый выбор! Заполучить помощь опытного пользователя ауры не так-то просто!

Роген рассмеялся с нескрываемой радостью. Не зная, как реагировать на такой энтузиазм, Ракия лишь слегка поклонился и спросил:

— В прошлый раз вы говорили про неделю. Значит, мы выезжаем через два дня?

— Точно не решено, но, вероятно, да. Как только закончим текущие дела. У тебя есть еще что-то, что нужно уладить?

— Мелочи... но я успею до отъезда.

Теперь, когда он мог использовать ауру, пусть и ограниченно, он планировал наведаться в кузницу и потребовать меч получше.

Свободно владеть энергией он пока не мог, но пропускать ее через клинок — вполне.

— Вот и славно! Тогда, как закончишь дела, почему бы тебе не остаться здесь до отъезда? Сегодня за ужином познакомишься с другими охранниками. Среди них даже есть маг.

— ...Маг, говорите?

Заметив, как Ракия поморщился, Роген успокаивающе махнул рукой.

— Не нужно подозрений. Это маг, официально лицензированный Храмом Семерки Богов.

— А, понятно. Тогда ладно.

Когда Ракия кивнул, Роген подозвал слугу.

— Что прикажете, барон?

— Выдели нашему другу комнату. Одну из тех, что подготовлены для эскорта. Он выглядит молодо, но он выдающийся мастер, так что дай ему одну из лучших.

13

Комната в особняке оказалась под стать роскошному коридору.

Первым, что бросилось в глаза, была кровать, настолько огромная, что двое взрослых могли спать на ней с комфортом.

Пол устилал ковер с затейливой вышивкой, а с потолка свисало нечто, похожее на люстру.

На столе красовались изящные фарфоровые безделушки, которые было страшно ненароком разбить.

Отправив восвояси слугу, который предложил разжечь камин, Ракия сел на кровать и тихо присвистнул.

— Вот это да...

Это превзошло все его ожидания, хотя остальные восторги он проглотил, чтобы не подать виду.

В «Вооруженном Приюте» было богато, но не настолько. Эти покои явно предназначались для гостей знатного происхождения.

Тот факт, что ему отвели такие апартаменты, означал не только богатство хозяина особняка, но и то, насколько высоко барон ценил Ракию.

«Немного перебор».

Он догадывался, почему его так превозносят.

Походя спросив у Элтейна о природе магической силы, он узнал, что мощь мага определяют три фактора:

С насколько сильным демоном заключен контракт, сколько маны было от рождения и какую цену пришлось заплатить.

Обычно платили собственной маной или душой, но не обязательно своими. Душа другого человека тоже годилась в уплату.

Даже если тот человек этого не хотел.

Это и называлось человеческим жертвоприношением.

«Тот парень угробил кучу детей, значит, по их логике, он был чертовски сильным магом. А раз я его завалил, они думают, что я пользователь ауры такого же калибра».

Но в реальности Демион вовсе не был таким уж могущественным.

Конечно, слабым его тоже не назвать.

«Волшебные стрелы» летели у него как плевки, кислотный хлыст был жутким, да еще те трюки с запечатыванием проходов... Проигнорировать такого противника не вышло бы.

Какой-нибудь безродный самоучка вроде Ашана, пришедший из наемников, помер бы еще до того, как успел бы дернуться.

Сам Ракия прикончил его отчасти благодаря тому, что подловил на беспечности.

Но и великим магом, достойным таких почестей, Демион тоже не был.

Разве он не возился с простым пацаном, который тогда даже аурой не владел, пока тот в итоге не дал сдачи?

Даже Гебель, мечник, которого Ракия убил до этого, снес бы Демиону голову в мгновение ока.

Когда Ракия спросил об этом Элтейна, тот предположил две причины:

Во-первых, про демона по имени «Беспокойный Дух Болот» он никогда не слышал, так что это наверняка какая-то мелочь; а во-вторых, сам маг, скорее всего, был бездарем.

Потому он и собирал жертвы тайком, унижаясь до роли главаря уличной банды.

[— Дам совет: не лезь на рожон к «настоящим магам», пока не накопишь побольше ауры. Некоторые из них могут убить пользователя ауры одним взглядом. Чтобы победить таких, нужно быть как минимум Мастером Меча.]

Предостережение Элтейна пугало до дрожи. Умереть от одного взгляда — тут никакое мастерство меча не поможет.

Было несколько выходов: раздобыть магические артефакты или святые реликвии, дающие защиту; стать магом или жрецом самому; или пройти ритуал, дарующий сопротивление к определенным атакам.

Среди них был один способ, доступный Ракии прямо сейчас.

Накапливать ауру, повышая духовный уровень и тем самым увеличивая сопротивляемость магии.

«Начнем с основ».

Ракия разделся до штанов, расстелил на ковре большое полотенце и лег.

Затем он открыл «взгляд разума», чтобы заглянуть внутрь своего тела.

«Хм...»

Этот глаз, конечно, не существовал физически.

Третий глаз, око разума, способное видеть нематериальную энергию, открывалось в его сознании.

Этот взор охватывал тело мальчика целиком, без слепых зон. Каждую мышцу, вену, косточку и ауру, окутывающую кожу и текущую внутри.

Четко увидев картину, Ракия заставил ауру собраться в одну точку. А затем — в три области: голову, сердце и живот.

После этого он направил потоки по нужным путям, заставляя энергию впитываться в кости по всему телу.

— Угх.

Ощущение, когда аура проникает в кости и выходит обратно, было странным и мерзким.

Словно от трения рождался жар, сменяющийся ледяным холодом. Боль от пронизывающей тело энергии была ему знакома, но привыкнуть к ней было невозможно.

После долгой циркуляции, когда кости начали ныть, он снова позволил ауре вытечь.

Чувство опустошенности в костях, только что наполненных силой, было неприятным.

Следующими шли мышцы. Обычно неощутимые, теперь он вливал ману в мышечные волокна, между плотными пучками.

Мана пропитывала их, сдавливала, сминала, разрывала вдоль волокон и сращивала заново.

«Ха...»

Подавляя рвущийся наружу крик, он вновь вытягивал ауру из мышц. Затем кровеносные сосуды, внутренние органы и, наконец, кожа.

Он не знал, прошли ли десятки минут или часы, но наконец процесс вливания ауры в каждую часть тела, стимуляции изнутри, разрушения и пересборки завершился.

— Ха-а...

Он весь промок от пота. От боли.

Ощущение, будто тебя мелко нарубили и собрали обратно, приятным не назовешь. Конечно, это болело меньше, чем если бы рубили по-настоящему, но уровень был сопоставим.

Эта техника, граничащая с самоистязанием, была одним из методов управления аурой, которому научил его Элтейн.

[— Аура укрепляет тело, но и прочность тела может ограничивать ауру. Если делать это постоянно, обретешь физические способности за пределами обычного, даже без использования ауры. Тогда станет доступно укрепление тела более высокого уровня.]

Освоить эту технику Ракии помогла его исключительная духовная чувствительность — его козырь.

Существовало много способов укрепления тела аурой, но метод Элтейна требовал тончайшего чувства энергии, иначе к нему даже приступать было нельзя.

У минуса был и плюс: по сравнению с обычными тренировками этот способ укреплял тело быстрее и поднимал планку выше.

К тому же, тренировка внутренних органов давала побочные бонусы вроде усиленного сердца или сопротивляемости ядам.

— Уф.

Закончив долгий сеанс манипуляций с аурой, Ракия со вздохом поднялся.

Сперва он вытер пот полотенцем, но липкость осталась, поэтому он решил помыться как следует.

Выйдя в коридор и спросив слугу, где можно умыться, он, к своему удивлению, был направлен не к колодцу, а в настоящую купальню.

Оказывается, в этом особняке была даже отдельная общая баня.

Более того, слуги нагрели и налили горячую воду специально для него — роскошь, достойная знати.

Всласть отмывшись и выйдя из купальни, он увидел, что за окном догорает закат.

Пришло время ужина.

— О, так ты тот самый пользователь ауры, который прикончил маньяка из подворотни? Ты куда моложе, чем я думала! Сколько тебе?

Шумиху по поводу появления Ракии в столовой подняла наемница.

На вид ей было за тридцать, она была на полголовы выше Ракии и крепкого телосложения. Настолько, что, если бы не голос, можно было принять за мужчину.

— Ракия. А вы?

— Донабелла. Зови Доной. Не нравится — тогда Белла.

Звать ее так или иначе желания не было, так что Ракия просто кивнул и сел на свободное место.

В зале собралось восемь человек. Донабелла представила Ракию с нарочитой театральностью:

— Народ, это Ракия. Герой, который размазал того ублюдка, приносившего в жертву детей. Говорят, он невероятно крутой пользователь ауры.

Ракия снова молча кивнул. Он не знал, как обозначить свои отношения с этими людьми и как их называть.

Все они выглядели тертыми жизнью ветеранами, и он боялся показаться зеленым новичком, ляпнув что-то не то.

— Я Гинель. Пользователь ауры, как и ты. Рад встрече.

Мужчина с прической-щеткой добродушно похлопал по мечу на поясе.

Остальные тоже представились по очереди.

— Рубек. Проводник. Неплохо стреляю из лука.

— Олбенин. Мирской жрец, служу Матери-Земле.

— Катак. Капитан наемников.

Рубек, поджарый и мрачный, был лучником; Олбенин, пухлый и с добрым лицом, — жрецом Земли; Катак, с суровым лицом, возглавлял небольшой отряд наемников.

И наконец, таинственная фигура в темно-синей мантии, с капюшоном, надвинутым так низко, словно на нем было написано: «Я маг, смотрите все».

На левом рукаве красовалась повязка с треугольником и глазом. Видев такую пару раз, Ракия знал, что это знак лицензированного мага.

— Это маг Рея. Как видишь, не самая общительная особа. Рея? Может, покажешь личико? Дай хоть товарищам на тебя посмотреть!

По предложению Донабеллы маг прервала трапезу и медленно откинула капюшон.

При виде открывшегося лица Ракии пришлось постараться, чтобы скрыть удивление.

«Девчонка?»

Неожиданно, магом оказалась юная девушка.

Может, на год или два старше Ракии. Песочные волосы, коротко стриженные под каре, и кошачьи глаза с приподнятыми уголками — малинового цвета.

Это шло вразрез с образом убеленного сединами старца, который он себе воображал, но, подумав, он понял, что в этом нет ничего странного.

Сам Ракия стал пользователем ауры совсем юным, так что удивительного в молодом маге?

В этот момент девушка заговорила впервые:

— Довольны?

Бросив это холодное слово, Рея снова накрыла лицо капюшоном и уткнулась в тарелку.

Повисла тишина.

Донабелла рассмеялась, разряжая обстановку.

— ...Ну, давайте есть. Ракия, расскажешь, как ты завалил того чернокнижника, пока жуем?

— Просто убил.

— Ну не будь таким, одной ледяной девицы нам за глаза хватит.

Донабелла пошутила, косясь на Рею.

За едой Ракия вежливо поддерживал болтовню наемницы.

Еда была восхитительной. Прозрачный наваристый суп, белоснежный хлеб с хрустящей корочкой, бараньи ребрышки под острым соусом, запеченный целиком поросенок, картофельное пюре под шапкой плавленого сыра и оливки в пряном маринаде.

Но гвоздем программы стала колбаска: как бы её ни готовили, при укусе изнутри вытекал горячий сыр.

Все было таким сочным и вкусным, что хотелось набить карманы едой про запас.

Виду он не подавал, не желая выглядеть деревенщиной.

Когда он уже решил, что с него хватит, подали кое-что еще лучше.

— Десерт.

Слуги принесли темные куски, похожие на хлеб, представив их как «торт» — по куску размером с кулак на брата.

Слышал, что в Империи это сейчас последний писк моды.

Откусив кусочек неизвестного лакомства, Ракия невольно задрожал.

Какое мягкое, какое сладкое.

От ощущения тающего на языке блаженства мальчик чуть не прослезился.

Тут суровый мужчина рядом пододвинул к нему свою тарелку.

— Ешь и мой. Я сладкое не очень.

Его звали Катак, капитан наемников.

Человек, который сначала произвел не самое приятное впечатление, напоминая Ашана, теперь казался святым из легенд.

Тихо пробормотав благодарность, Ракия тут же уничтожил и порцию Катака.

Глядя на это, лучник Рубек заметил:

— Как наворачивает. Того и гляди заплачет.

Вокруг раздался смех, и Ракия с обидой уставился на пустую тарелку.

Первое знакомство команды эскорта прошло в теплой атмосфере.

Вкусная еда сыграла в этом немалую роль. Сытые люди куда добрее к окружающим.

Когда он уже уходил, кто-то окликнул его сзади:

— Ты.

Чистый девичий голос. Маг Рея.

Лицо все так же скрыто капюшоном.

Так глубоко, что непонятно, видит ли она вообще что-нибудь перед собой.

Только Ракия собрался спросить, чего ей надо, как девушка опередила его:

— Будь осторожен. Я все вижу.

Ледяным тоном, от которого повеяло зимней стужей, она развернулась и исчезла в коридоре.

— ...Чего?

Немного поразмыслив, Ракия пожал плечами и пошел к себе.

Мало ли что болтает девчонка-подросток, которая даже за столом сидит букой.

Его мысли были заняты другим. Завтра утром он пойдет в кузницу, покажет ауру и получит нормальный меч.

14

На следующий день, плотно позавтракав в особняке, Ракия направился в кузницу «Дыхание Пламени».

На удивление, горн кузницы уже пылал вовсю.

Цзынь-цзынь—

Звук ударов по металлу был глухим, словно сдавленный стон человека с кляпом во рту.

Пьянчуга, валявшийся без сознания в прошлый раз, теперь трудился у наковальни.

Глядя, как он, обливаясь потом, усердно работает молотом, Ракия невольно усмехнулся и спросил:

— Что ты делаешь?

— Чего?

Между ними повисла пауза, полная невысказанного. В тишине Ракия переформулировал вопрос:

— В прошлый раз ты выглядел иначе. С чего вдруг такая работоспособность?

— Разве это преступление — кузнецу работать? В прошлый раз я просто позволил себе выпить после долгого перерыва, а так я работаю. Жрать-то надо.

Буркнув это, кузнец продолжил колотить по металлу.

Ракия не принял эти слова за чистую монету. Тот, кто порекомендовал эту кузницу, говорил о владельце как о законченном алкаше.

Вряд ли бы так сказали о человеке, который пашет каждый день и лишь изредка позволяет себе лишнего.

— Когда закончишь?

— Скоро. Погоди немного.

Минуту спустя кузнец опустил клинок, над которым работал, в жидкость для закалки и плюхнулся рядом, тяжело дыша.

— Так зачем пришел в такую рань? Сомневаюсь, что ты уже научился наполнять меч аурой.

— Научился.

— Чего?

В тесной кузнице особо не развернешься, поэтому Ракия выхватил не короткий меч с пояса, а кинжал.

И легко, одним движением, рассек воздух.

От начала и до конца замаха лезвие мерцало аурой, оставляя за собой призрачный след.

— Видишь?

Кузнец посмотрел на Ракию с недоверием.

— Ну... ладно. Впечатляет для пары дней. Но я имел в виду: приходи, когда научишься использовать ауру «по-настоящему».

— Без замаха?

— Ага.

Услышав это, Ракия нахмурился.

— Ты хоть понимаешь, что это непросто?

— Уж получше твоего знаю.

С этими словами кузнец поднял меч, лежавший рядом.

И внезапно, без всякого движения, от клинка начало подниматься марево. Это была чистая аура, влитая в покой.

Усмехнувшись Ракии, который вытаращил глаза от шока, кузнец сказал с насмешкой в голосе:

— В молодости я тоже неплохо махал железкой. Жалко отдавать хороший меч тому, кто обращается с ним хуже меня.

Значит, кузнец был пользователем ауры более высокого уровня, чем Ракия. И при этом ничем не выдавал себя.

Ракия какое-то время тупо смотрел на ауру, затем произнес:

— Значит, кузнечное дело — просто хобби.

— Ну, тут мне нечем крыть. По сравнению с отцом я полный бездарь. В мече я уверен больше, чем в молоте. Даже спустя десять лет простоя.

При словах «десять лет» глаза Ракии на миг расширились.

Помолчав, мальчик медленно проговорил:

— Тогда как насчет того, чтобы проверить твои навыки по-честному?

— Чем?

— Аура — это еще не все в фехтовании, верно? Давай устроим поединок на мечах. Если я выиграю, ты продашь мне хороший меч. Проиграю — уйду тихо.

Кузнец хохотнул над наглостью предложения.

— Мне это невыгодно.

— Откажешься — будешь неудачником, который сбежал, испугавшись пацана, даже аурой владеющего хуже тебя.

Провокация была грубой и детской, любой взрослый пропустил бы её мимо ушей.

Но мечники по природе своей были детьми. Людьми, избравшими целью жизни инфантильное желание доминировать над другими с помощью насилия.

А если задеть их за живое, напомнив о прошлом, они становились еще более вспыльчивыми.

Улыбка сползла с лица кузнеца.

— Ладно, черт с тобой. Иди за мной. Будет тебе поединок.

У кузницы был подвал.

Угадать его назначение было нетрудно. Просторный, ровный, отполированный пол, стойки с оружием вдоль стен и снаряды для физических упражнений говорили сами за себя: это был зал для тренировок.

— Зачем такое место в подвале кузницы?

— Чтобы клиенты могли опробовать товар на месте.

Сказав это, кузнец снял со стены двуручный меч и встал в стойку.

Его поза была настолько естественной, что теперь он казался прирожденным мечником, а не ремесленником.

— Если заплачешь и сдашься сейчас, я тебя прощу.

— Дерьма поешь.

Когда Ракия не только огрызнулся, но и показал неприличный жест, кузнец слабо усмехнулся.

И это была совсем не добрая улыбка.

— Хорошо, Храм Земли тут рядом, если покалечишься — быстро вылечат. Лечение за мой счет. Готов?

— Всегда готов.

— Ну держись!

Едва договорив, кузнец рванул вперед с пугающей скоростью.

Его напор напоминал атаку разъяренного быка.

«Посмотрим...»

Глядя на приближающегося врага, Ракия быстро анализировал ситуацию.

Во-первых, скорость не запредельная. По меркам пользователей ауры, конечно.

Раньше Ракия счел бы её пугающей, но теперь был уверен, что сможет двигаться быстрее.

А вот в силе кузнец его превосходил. Рост на голову выше, мощное сложение, плюс тяжелый двуручный меч.

Выровняв дыхание, Ракия развернул свой стиль, чтобы встретить атаку.

Королевский стиль двора Эйден, украденный и перенятый у Элтейна.

Лязг—!

С резким звоном мечи столкнулись.

Несмотря на проигрыш в силе и ауре, Ракию почти не отбросило.

В самый последний миг, сделав шаг вперед на долю секунды раньше, он занял позицию, где противнику было трудно вложить всю мощь в удар.

Ракия бил всем весом, а кузнец принимал удар в момент замаха.

Разница оказалась существеннее, чем можно было ожидать.

— Угх!

Кузнец поморщился и отступил. Ракия тут же шагнул следом, сокращая дистанцию.

«Небрежно».

Чистая аура говорила о высоком уровне тренировок в прошлом, но движения и реакция были странно неряшливыми.

Сложив это с его словами о десяти годах простоя, картина складывалась ясная.

Как и ожидалось.

— Ха!

На дистанции, где они почти касались локтями, со скрещенными клинками, Ракия резко пнул противника в голень и одновременно ударил гардой по запястью.

Кузнец дернул рукой от боли, и в этот момент Ракия плюнул ему в глаза.

Кузнец зажмурился, его лицо исказила ярость.

— Ах ты гаденыш!

Игнорируя вопли противника, Ракия продолжал осыпать его градом мелких, подлых ударов.

Никакого красивого обмена выпадами. В тесноте, где не размахнешься, они сошлись в вязкой борьбе, напоминающей вальс с клинками.

Куда бы ни отступал кузнец, Ракия двигался следом, не разрывая дистанцию.

И в этой свалке преимущество было за Ракией.

Аура и сила были на стороне кузнеца, но он постоянно опаздывал на полтакта, не в силах реализовать мощь.

Притупившееся боевое чутье, «ржавая» техника и тело, отвыкшее от битв, тянули его на дно.

Конечно, мышцы у него были что надо — работа в кузнице сказывалась.

Но для мечника важнее грубой силы рефлексы, гибкость и концентрация, а вот с этим у кузнеца была беда.

Закономерный итог для того, кто десять лет не брал в руки меч и глушил тоску вином.

Спустя еще несколько сшибок и финтов Ракия понял: выносливость врага на исходе. Тяжелое, хриплое дыхание выдавало его с головой.

Ракия сделал несколько шагов назад, заманивая кузнеца в ловушку иллюзией свободного пространства.

Решив, что появился шанс, кузнец ринулся в атаку. Ракия с идеальной точностью отвел удар, скользнул в сторону и полоснул по плечу.

Все прошло как по нотам, и из плеча кузнеца брызнула темная кровь.

— Гхх...!

Зажимая рану, кузнец со стоном отшатнулся.

Порез был неглубоким. Они все-таки не насмерть дрались.

Восстанавливая дыхание, Ракия объявил:

— Я победил. Признаешь?

Захоти он, мог бы перерезать горло, а не плечо.

Осознав это в полной мере, кузнец покорно кивнул и вздохнул.

— ...Да, я проиграл.

Признав поражение, он достал аптечку и принялся обрабатывать рану прямо на полу.

По правде говоря, «обработкой» это можно было назвать с натяжкой — плеснул дешевеньким зельем и замотал бинтом.

Ракия, глядя на это, не удержался:

— Так сойдет?

— Нормально. Лучше скажи, кто ты такой, черт возьми? Выглядишь как молокосос, а дерешься как прожженный ветеран с передовой...

Остальное кузнец проглотил.

Это было естественно. До того как перенять стили Гебеля и Элтейна, Ракия воевал как наемник, копируя их уловки.

А среди наемников большинство имели за плечами годы опыта, так что Ракия, использующий их трюки, казался бывалым бойцом.

Добавив к этому тонкости королевского стиля Эйден и применяя их в нужный момент, он создал свой собственный, смертельно эффективный стиль.

— Это потому что ты забросил меч. Был бы в форме — выиграл бы.

— Не надо мне льстить.

Кузнец покачал головой, мол, что за бред, но Ракия говорил искренне.

Будь у противника отточенное чутье и тело в тонусе, у Ракии не было бы ни шанса.

Со стороны казалось, что победа далась легко, но одна ошибка, полсекунды промедления — и все было бы кончено.

Разница в ауре слишком давила, так что не услышь он про «десять лет простоя», ни за что бы не полез в драку.

— В любом случае, теперь я могу купить меч?

— Да. Слово держу. Глупо спорить о мастерстве с тем, кто меня побил.

Кряхтя, кузнец поднялся на ноги.

— Иди за мной.

Минуту спустя кузнец достал меч из запертого на замок сейфа и протянул его Ракии.

Ножны выглядели довольно обычно. Абсолютно черные, без блеска, из какой-то неизвестной кожи.

Но меч, извлеченный из них, был каким угодно, только не обычным.

— ...Ого.

Прямой короткий меч, длиной около 90 сантиметров.

Лезвие было белым, как свежий снег зимой.

И на этой белизне были выгравированы плотные узоры, напоминающие следы змеи.

Ракия замер, завороженно глядя на сияние клинка в своей руке.

Пока кузнец не заговорил:

— Как видишь, это Магический Меч. Материал — Морозная Платина, так что он жаропрочный, в обычном огне не нагреется и тем более не расплавится. Зачарование: повышенная прочность, защита от ржавчины, самозаточка и, наконец, «Затруднение регенерации».

— Самозаточка?

— Это значит, что он сам восстанавливает остроту.

— То есть уход не нужен.

— Верно.

Ракия еще раз посмотрел клинок на свет, затем осторожно спросил:

— Насколько прочен?

— Морозная Платина сама по себе крепка, плюс чары. Понятное дело, Мастер Меча с его «Клинком Ауры» перерубит его за раз, но против такого пользователя ауры, как я, он выдержит десятки ударов. А если напитать аурой — станет еще крепче.

Он прекрасно знал, какое это преимущество — меч, который не ломается в бою с сильным противником. Он прочувствовал это на своей шкуре в неравных схватках.

Глядя на Ракию, который не мог оторвать взгляд от оружия, кузнец продолжил:

— И наконец, «Затруднение регенерации» — это своего рода проклятие. Раны от этого меча заживают плохо. Оно не слишком мощное, но поможет добить тварей, которые быстро регенерируют. Плюс снижает эффективность зелий, магии и чудес, так что и против людей полезно.

Даже со слабым проклятием. За такой клинок и тысячи золотых не жалко.

Ракия смотрел на меч несколько десятков секунд, потом подавил жадность и убрал его в ножны.

И со вздохом сказал:

— ...У меня нет денег на такое чудо. Дай другой меч.

— Просто заплати два золотых. Ты же пришел за хорошим мечом, значит, они у тебя есть?

— Что?

Два золотых, конечно, огромная сумма, но для такого Магического Меча это были копейки.

Тот магический меч, на который рассчитывал Ракия, был бы просто чуть прочнее и острее обычного, а не этим шедевром.

Судя по виду, этот меч с радостью забрали бы в сокровищницу любого курфюрста.

— Имя этого меча — «Непреклонный». Это последняя работа моего отца перед смертью. Он надеялся, что талантливый мечник возьмет его, сразится с сильными врагами, не сломается, победит и станет сильнее. Магические мечи, которые плюются огнем или молниями, только губят мастерство.

Лицо кузнеца помрачнело.

— Но когда непутевый сын вернулся, было уже поздно. Отец умер. Нельзя, чтобы этот шедевр вечно пылился в подвале.

Кузнец с тоской погладил стол.

Старый, потертый деревянный стол, который, наверное, видел всю историю этой кузницы.

— Видя, как талантливый мечник, даже толком не владеющий аурой, побивает меня... Отец был бы доволен. Продай я его богатому толстосуму за бешеные деньги, он бы стал просто украшением на стене.

Бормоча это словно оправдание, кузнец резко отвернулся.

Глядя на него, Ракия глубоко вдохнул, достал из кармана две золотые монеты и положил на стол.

Затем почтительно склонил голову.

Очень медленно, с уважением.

— Благодарю вас.

Критерий Ракии для проявления почтения был прост: более высокий статус или подавляющая сила.

Архангел Ишила и его наставник Элтейн подходили под это, как и благородный Роген или жрецы.

Пожалуй, единственный случай, когда он использовал вежливое обращение иначе — когда притворялся обычным ребенком в деревне.

Но сейчас, впервые с тех пор, как стал наемником, Ракия проявил уважение не из страха перед силой или властью, а от чистого сердца.

Хотя кузнец не до конца понял причину перемены в мальчике, его искренность заставила Паргана ухмыльнуться.

— Скажи свое имя. Я обязательно отплачу тебе позже.

— ...Разве я не называл имя?

— Нет.

— И правда, наверное, нет. Меня зовут Парган. И почему я раньше не представился?

Почесав голову с недоуменным видом, Парган указал на Ракию пальцем и заявил:

— И не надо никакой платы, просто стань Мастером Меча. Прославь этот клинок как любимое оружие Мастера. Пусть наследие моего отца войдет в историю. А если еще и пару злых драконов завалишь — вообще отлично.

— Понял.

— О, а тебя-то как звать? Я ведь твоего имени тоже не знаю.

На вопрос Паргана Ракия на мгновение задумался, прежде чем назваться полным именем.

— Ракия. Ракия Диркус.

15

Впоследствии они вдвоем уселись в углу кузницы и долго беседовали.

Первой темой, которую они затронули, стал дом Диркус — семья Ракии.

— Так ты дворянин?

— Не совсем, но мои предки, вероятно, были знатными.

Ракия рассказал историю о своем предке, Мастере Меча Реване Диркусе.

О рыцаре, который убил дракона смерти Каракию.

Парган покачал головой, признаваясь, что мало об этом знает.

— Что ж, мир велик... Но для человека из такого прославленного рода твое фехтование не слишком-то изысканно, верно? Когда ты плюнул мне в лицо, я едва не выругался вслух.

— Это все, чему я научился.

Чтобы объяснить это, Ракии пришлось бы пересказывать свое прошлое, поэтому мальчик кратко изложил свою жизнь.

Одинокое, но в чем-то счастливое раннее детство; разрушенное «чернокровием» отрочество; юность, запятнанная убийствами и муками.

Выслушав историю, Парган разинул рот от недоверия.

— Ты выглядишь таким утонченным, а жил такой собачьей жизнью?

— Такова жизнь.

Парган покачал головой, дивясь не по-детски мудрому ответу мальчика.

— Жестко... Но если ты так жил, когда и у кого ты научился владеть мечом и аурой?

— Я просто перенимал приемы в боях, безо всяких тренировок, года четыре. А ауре и настоящему фехтованию меня учил капитан наемников около года назад.

Если бы он сказал, что начал учиться ауре неделю назад, Парган бы не поверил, так что Ракия намеренно растянул сроки.

К сожалению, даже этот срок поверг Паргана в шок.

— Чего? Я проиграл пацану, который тренирует ауру и фехтование всего год?.. Ладно. По крайней мере, я вижу, что ты не сдохнешь в канаве, а станешь Мастером Меча. Это уж до тошноты очевидно.

Парган проворчал что-то и снова покачал головой.

Его лицо скривилось в гримасе из смеси шока и досады, словно он проглотил что-то горькое, а затем он вздохнул.

— Ладно, раз уж я выслушал твою историю, расскажу свою.

Парган начал спокойным тоном рассказывать о прошлом.

Родился сыном самого известного и богатого кузнеца в Берете, сбежал из дома, не желая наследовать дело, подался в наемники и пережил кучу приключений.

Встретил хорошего наставника, стал пользователем ауры, а потом перебрался в Империю, где прославился под прозвищем «Парган Громовой Клинок».

Благодаря славе его даже наняли телохранителем и инструктором по фехтованию к богатому лорду.

Идеальный путь к успеху, о котором мечтал любой мечник, — и богатство, и почет.

— Громовой Клинок?

— Да. Меч, который выковал для меня отец. Если влить в него ауру и ударить, он бьет молнией.

Ракия вспомнил недавние слова Паргана: магические мечи, изрыгающие огонь и молнии, лишь губят мастерство.

Теперь понятно, что это мнение, выстраданное на личном опыте.

— Но однажды меня вызвал на поединок какой-то юнец. Я согласился, конечно. Тогда я был бесстрашной грозой всего живого. Но... я проиграл. С треском, всухую.

Парган замолчал и вздохнул.

— Тот пацан, что побил меня тогда, сейчас довольно известен. Ты наверняка слышал это имя.

— Кто это...?

— Палкион.

Услышав это имя, Ракия невольно округлил глаза. Он уже слышал его.

Палкион Лемур.

Один из прославленных имперских Мастеров Меча.

— Десять лет назад... ему было около восемнадцати? Я был старше на десять лет, но он уже был на другом уровне. Я стоял на коленях, раздавленный, и понимал: вот что такое гений, вот как становятся Мастерами Меча...

Осознав пропасть в таланте, Парган сломал свой Громовой Клинок. И вернулся на дальний восток, в родной Берет, в Лигу городов-государств.

Сбежал, жалкий и разбитый.

— Ровно за неделю. Сказали, отец умер ровно за неделю до моего возвращения. Так что я унаследовал кузницу и провел следующие десять лет, топя горе в вине и берясь за молот только под настроение.

— Палкион был силен? — с жаром спросил Ракия.

Мысль о том, что перед ним сидит человек, сражавшийся с Мастером Меча, заставила его тело дрожать от волнения. Неважно, что тогда противник еще не носил этот титул.

— Невероятно силен. Тогда я был заносчив, но тренировался каждый день. Боевое чутье держал в остроте. Плюс Громовой Клинок. Если бы трое или четверо меня нынешних вышли против той моей версии, у них бы не было шансов. Но даже тот я продержался против Палкиона от силы минуты три.

Разрыв в навыках, от которого кружилась голова, стоило лишь представить.

Ракия, победивший почти шулерским способом ослабевшего, «заржавевшего» Паргана, не бравшего меч десять лет. И Палкион, всухую разгромивший Паргана на пике формы, в разы сильнее нынешнего.

Разница в возрасте между теми двумя была всего пара лет.

— Ну, как по мне, твой талант куда выше его. Ты ведь толком тренируешься всего год? Палкион из рода Лемур, он с мечом в руках ходить учился. И ауре обучался с малых лет. Нельзя вас сравнивать напрямую.

Эти слова укрепили решимость Ракии.

Как и сказал Парган, Ракия только ступил на этот путь. На самом деле даже не год. Всего несколько дней.

Дорога предстояла долгая, но с верным наставлением и упорством, шаг за шагом, он тоже мог стать Мастером Меча.

Главное — остерегаться высокомерия и лени.

Расставшись с Парганом, Ракия вернулся в особняк и сразу спросил, есть ли место для тренировок с мечом.

Настоящего зала не оказалось, но ему предложили просторный пустырь.

— Но он открыт со всех сторон... Это ничего?

Обычно мечники не любили, когда кто-то подглядывает за их тренировками, поэтому слуги спрашивали с осторожностью. Но Ракия покачал головой.

Ему было плевать на такие обычаи. Элтейн говорил, что этот стиль все равно никто не узнает.

Оказавшись на пустыре, Ракия отложил «Непреклонный» в сторону и начал махать обычным стальным мечом.

Королевский стиль двора Эйден. Он раз за разом повторял технику, идеально запечатленную в памяти, бесконечно вызывая ощущение потока ауры.

Спустя десятки минут, а может и часов, когда он сидел на земле, обливаясь потом, к нему кто-то подошел.

— Усердно трудишься.

Наемница Донабелла улыбнулась и села напротив Ракии.

— Какими судьбами?

— Ой, это невежливо? Я не очень разбираюсь в правилах мечников. Извини.

— Ничего страшного, но...

При словах Донабеллы Ракия вдруг спросил:

— Ты не мечник?

На вчерашнем банкете она была единственной, кто не раскрыл свою специализацию.

Поначалу он решил, что она воин или пользователь ауры, учитывая её габариты, но её последние слова исключали эту возможность.

Не все воины используют мечи, но пользователи ауры — да. Высшая ступень, к которой они стремились, — Мастер Меча, — была доступна лишь через меч.

Почему копья или топоры не могут породить силу, способную противостоять «Клинкам Ауры», оставалось загадкой веками.

Просто считали, что так повелось, потому что оружием Богини Войны был меч.

— Я была занята представлением остальных и про себя забыла. Я — Голосовязка (Voicebinder). Видел таких?

— Нет.

— Сейчас покажу. Минутку.

Кхе-кхе, откашлялась Донабелла, открыла рот и издала звук.

К удивлению Ракии, звук был нечеловеческим.

Чириканье воробьев, десятков разом, шумное и хаотичное.

Гвалт наполнил пустырь.

«Что...»

Реагируя на звук, воробьи, сидевшие вокруг, начали слетаться на Донабеллу.

На её поднятую руку, плечи, голову — везде, где можно было уцепиться.

Вскоре её тело скрылось под покровом из десятков птиц.

Изнутри донесся приглушенный голос:

— Ну как? Круто, да?

— Ты управляешь животными?

— Не так пафосно. Я могу до некоторой степени понимать намерения животных по голосу и передавать им, чего хочу я. Эти ребята слетелись из любопытства... Фу, ну и воняют они.

Донабелла легонько встряхнулась, и воробьи стайкой вспорхнули в небо.

Отряхивая прилипшие перья, она похвасталась:

— Воробьи на удивление сильно пахнут, да. В общем, не только животные. Я могу имитировать и голоса монстров. Стоит рыкнуть как огр — обычные люди в штаны наложат от страха. Жаль, тут не продемонстрируешь.

— Впечатляет.

Даже навскидку — очень гибкая способность.

Подавить врагов ревом и перебить поодиночке, использовать животных для разведки.

А если нападет сильный монстр, может, даже удастся договориться.

— Способность родословной?

— Верно.

Как и Ракия, унаследовавший заслуги драконоборца в виде таланта, она получила особую силу через кровь.

Возможно, от смешения с демоном в мифическую эпоху, или дар бога за великие деяния предка, передающийся из поколения в поколение.

Или побочный эффект какого-то магического ритуала, закрепившийся в роду.

Подобные способности родословной встречались на удивление часто. Хотя такие полезные, как у Донабеллы, — редкость.

— Ну, дубиной я тоже махать умею, но по сравнению с модными пользователями ауры — так, баловство.

Ухмыльнувшись, Донабелла наконец перешла к делу.

— Ох, заболталась. Барон говорит, дела идут лучше ожидаемого, так что завтра выдвигаемся. Перед отъездом подписываем официальный контракт.

— Контракт... со жрецом?

— Ага. Барон сам жрец Неба, так что он лично заверит священный договор.

Бог Неба, он же Небесный Владыка, был главой Семерки и царем богов.

Этот бог ценил власть и честные сделки, поэтому только дворяне могли стать его жрецами и использовать чудеса для заверения священных контрактов.

— ...Я умоюсь и приду. Иди вперед.

— Не задерживайся.

Умывшись и переодевшись, Ракия проследовал за слугой к барону.

В самой большой приемной особняка барон сидел с незнакомым мужчиной средних лет.

Заметив Ракию, Роген радостно помахал рукой.

— А, ты здесь. Вы ведь впервые видитесь? Это Менелрос, владелец особняка. Мой зять.

— ...Рад встрече.

— Приятно познакомиться. Я Ракия.

Ракия вежливо поклонился. Человек такого достатка явно был одной из важных шишек города.

Менелрос, одетый по моде знати Лиги городов-государств в просторные шелка, выглядел нездоровым из-за теней под глазами.

Он лишь бросил короткое слово приветствия и устало прикрыл глаза.

Рядом сидели наемники со вчерашнего ужина.

Похоже, все уже подписали бумаги, и Ракия был последним.

— Ты знаешь условия?

— Да.

— Отлично. Приступим.

Роген встал, держа в руках документ.

Он разложил его на столе и сцепил руки в молитве.

— » Как слуга высшего Владыки Неба, я провозглашаю: этот контракт свят и лишен лживого сокрытия. Сила обитает в подписях, и нарушивший клятву примет проклятие бога. Да будет мой Владыка свидетелем сего договора.

После слов Рогена от бумаги пошло мягкое золотистое свечение.

Знак того, что документ под защитой Небесного Бога.

— Вот. Читай и подписывай. Если что непонятно, друг рядом поможет.

Зная, что Ракия из Империи, контракт составили на имперском наречии, читать было легко.

Содержание было простым и не оставляло места для двусмысленности.

Наемник Ракия обязуется с 12 октября 911 года и до прибытия в баронство Дарса всеми силами обеспечивать безопасность барона Рогена из Дарсы и его дочери Алиши.

В случае небрежности наемника Ракии, барон Роген из Дарсы вправе в одностороннем порядке расторгнуть контракт.

В течение этого периода барон Роген из Дарсы обязуется выплачивать наемнику Ракии три золотых монеты еженедельно и обеспечивать питание для поддержания здоровья.

В случае невыполнения, наемник Ракия вправе в одностороннем порядке расторгнуть контракт.

...

Нарушивший контракт со злым умыслом получит проклятие Небесного Бога — несмываемое клеймо на лице.

Как обычный юридический договор между людьми, эта бумага была дырявой и бесполезной.

Во-первых, используя фразу «до прибытия в баронство», можно было бы таскать Ракию по всей Империи вечно, прикрываясь тем, что конечная цель — баронство.

Золотые монеты не имели спецификации, так что можно было платить низкопробным золотом какого-нибудь города-государства.

С другой стороны, Ракия мог бы ненадолго отлучиться под предлогом «защиты Рогена», потянуть время до пропуска обеда, а потом расторгнуть контракт и бросить барона в опасности.

Но ни Ракия, ни Роген не волновались. Залогом был Небесный Бог.

Попытки найти лазейки или обмануть игрой слов навлекли бы ужасную кару за одно лишь намерение.

Наказание Небесного Бога никогда не было легким.

Узор, покрывающий лицо, клеймил носителя как нарушителя священных клятв, закрывая ему вход в цивилизованное общество.

Чтобы снять его, требовалось покаяние перед высшим жрецом Неба и огромные пожертвования.

К счастью, не стоило бояться форс-мажора.

Контракты Небесного Бога судились гибко: если было намерение соблюсти клятву и приложены достаточные усилия, расторжение по независящим причинам не каралось.

— Готово.

Внимательно прочитав, Ракия поставил подпись.

Увидев это, Роген тепло улыбнулся и похлопал Ракию по плечу.

— Теперь официально. Береги себя до нашего возвращения!

16

Этой ночью Ракия снова попытался войти в Рыцарский Клуб, находясь в своей комнате в особняке.

Поскольку после отъезда найти безопасное место, где можно спокойно погрузиться в сон, будет проблематично, он решил заранее узнать как можно больше техник для самостоятельной практики.

Как обычно, после молитвы сознание померкло, и, не успев опомниться, душа Ракии переместилась в Священное Царство.

На этот раз он не попал в туманное пространство, как раньше. Он оказался на тренировочной площадке, где занимался с Элтейном.

«Никого?» — пронеслось в голове.

Он вспомнил слова Ишилы. Она предупреждала, что может отсутствовать, поэтому настроит перенос души напрямую в это место. Похоже, поскольку он прибыл сюда сразу, Элтейн ещё не подошел.

«Видимо, придется выйти и позвать его са...»

Но не успела эта мысль оформиться до конца, как дверь спарринг-зала отворилась.

Вошел Элтейн с привычным уверенным выражением лица.

— Ты уже здесь! Много тренировался в моё отсутствие?

Ракия уже собирался ответить утвердительно, но замер, увидев фигуру, стоящую позади наставника.

«Кто-то еще?»

Человек за спиной Элтейна был в маске. Абсолютно гладкой, черной как смоль, без прорезей для глаз. В сочетании с черной мантией этот силуэт выглядел по-настоящему жутко.

Элтейн представил гостя широким театральным жестом:

— Это Ран. Как видишь, убийца.

— Почему обязательно добавлять «как видите»?

Голос того, кого назвали Раном, тоже был странным.

Он звучал так, словно кто-то говорил прямо внутри черепной коробки, а тембр представлял собой смесь мужского, женского, старческого и детского голосов. Рост фигуры был неопределенным, что окончательно мешало угадать пол.

— Ты серьезно спрашиваешь? Любой скажет, что ты вырядился как подозрительный тип. А подозрительные типы — это обычно убийцы.

— Я здесь не для того, чтобы обсуждать мою философию гардероба.

— Вечно ты придираешься.

Обменявшись короткими колкостями, Элтейн откашлялся, привлекая внимание.

— В общем, сегодня этот друг научит тебя некоторым прикладным техникам использования ауры. Твоей ауры пока недостаточно для изучения продвинутых боевых приемов, а я, признаться, слабоват в таких вот вспомогательных трюках.

Услышав это, Ракия осторожно задал вопрос, который вертелся на языке.

— Не уверен, стоит ли спрашивать...

— Что именно?

— Разве наемные убийцы могут получить благословение Богини Войны?

Он мог понять того варвара, которого видел мельком в прошлый раз. Тот, по крайней мере, был воином, так что видеть его среди последователей Войны было неудивительно.

Но убийца? Эта профессия, казалось, совсем не вязалась с ангелами честной битвы.

— Суть войны — победить врага, не взирая на средства и методы. Нападение из засады и устранение вражеского командира — это форма убийства, но разве это трусость? Война не ограничивается честными дуэлями один на один.

— Можешь заворачивать это в красивые слова сколько угодно, но, говоря прямо: я здесь, потому что я Мастер Меча. Других убийц, кроме меня, в этот зал не приглашали.

— Я пытался выразиться повежливее.

Элтейн покачал головой.

— В любом случае, знание этих техник поможет тебе самому не стать жертвой. Ишила тоже дала добро. Если не хочешь учиться, заставлять не будем...

— Нет, я определенно хочу учиться.

Он еще не знал, чему именно его научат, но раз Элтейн рекомендовал это, навык явно не будет бесполезным.

Являются ли техники убийц бесчестными или нет — неважно. Иметь лишний козырь в рукаве всегда полезно.

— Хорошо. Сначала представлюсь. Меня зовут Ран. Я убийца и Мастер Меча. В расцвете сил меня называли Ночным Вороном.

— А, Ночной Ворон...

Внезаконный вигилант Ночной Ворон, защищавший простолюдинов из тени и каравший злых лордов. Это имя он слышал в детстве, когда играл в героев с деревенской детворой.

Он также вспомнил, как позже получил за это суровый нагоняй от отца.

[«Не водись с отребьем, — говорил тот. — Наберешься от них странных идей».]

— Впечатляющий парень, — вставил Элтейн. — Иметь кишку сделать своими врагами сразу три государства — редкость даже среди Мастеров Меча. Хотя в итоге он проиграл.

— Пф-ф.

Ран фыркнул и продолжил объяснение:

— В любом случае, я не намерен делать из тебя ассасина. Те, кто свыше, этого тоже не хотят. Я научу тебя в основном тем навыкам, которые ненавязчиво помогают в повседневной жизни.

— Если они помогают в жизни, то какие именно?

— Чувство врага, безмолвная передача звука, хождение по скользким стенам и тому подобное. Они полезны, даже если ты не убийца. Я сосредоточусь на трюках, которые можно быстро освоить.

С этими словами Ран подпрыгнул на месте и, к изумлению Ракии, встал обеими ногами на потолок, повиснув вниз головой. Каким-то образом даже его мантия сохранила аккуратную форму, словно гравитации не существовало.

— Есть также техники смены лица, полного скрытия присутствия или превращения ауры в яд. Но они сложны, так что, если не собираешься становиться профильным убийцей, они тебе ни к чему.

Сказав это, Ран оторвал ноги от потолка и мягко приземлился перед Ракией.

— Тогда давай сначала взглянем на твою ауру и физическое состояние.

Ран приблизился, словно призрак, и перехватил запястье Ракии прежде, чем тот успел среагировать. Для Ракии, гордившегося своими острыми чувствами, это было весьма обескураживающе.

Игнорируя замешательство ученика, Ран начал вливать ауру через его запястье. Ощущение, более холодное и острое, чем у Элтейна, поползло вверх по предплечью.

«Хм...»

В отличие от того раза, когда ауру вливал Элтейн, мучительной боли не было. Аура, содержащаяся в теле Ракии, защищала его организм.

Просканировав всё тело, словно делая уборку, Ран заметил безэмоциональным тоном:

— ...Твое тело чистое и чувствительное. Уровень ауры низкий, но это естественно для новичка. Жаль, было бы неплохо воспитать тебя как преемника.

— Апостол Войны в роли убийцы — это уже перебор, — вставил Элтейн из-за спины, но Ран проигнорировал его, словно лай собаки.

— Начнем. Я слышал от Элтейна, что у тебя хорошая предрасположенность, так что прогресс будет быстрым.

— ...Ах.

Утром Ракия проснулся, вытирая слюну с уголка рта.

Вчерашний урок был полезным. Чрезвычайно полезным.

Возможно, из-за того, что Ракия предупредил о невозможности посещать Клуб некоторое время, Ран сосредоточился на передаче разнообразия техник, вместо того чтобы углубляться в одну. Оттачивать мастерство Ракии предстояло самому.

«Чувство Присутствия, Скрытие, Передача Звука, Стенолазание, Оглушающее Касание, Рывок, Облегчение Тела...»

Перебирая в памяти выученное, Ракия умылся и вышел из комнаты.

Двор особняка уже гудел. Четыре кареты выстроились в ряд, три из них были нагружены товарами.

Когда он спросил проходящего слугу, тот ответил, что это еда и вода для путешествия, а также торговые товары. Раз Роген говорил, что он вроде главы торговой гильдии, видимо, они везли что-то на продажу.

В этот момент Роген, руководивший погрузкой, заметил Ракию и подошел с ухмылкой.

— О, ты рано встал!

— Да.

— Хорошая привычка. Если вставать, когда солнце уже высоко, становишься ленивым. Нужно подниматься затемно. В любом случае, мы отправляемся через час или два, так что уладь личные дела заранее.

Ракия на мгновение подумал о кузнице. И о мече на поясе.

Но, так как прощание состоялось вчера, он вскоре покачал головой:

— Я готов.

Когда солнце достигло зенита, эскортная процессия в Баронство Дарса наконец выдвинулась.

Состав был пестрым: барон Роген и его дочь Алиша, четверо слуг и наемники. Всего двадцать наемников, благодаря присоединению отряда капитана Катака.

К счастью, идти пешком не пришлось.

Проводник Рубек и четверо наемников Катака ехали впереди верхом, разведывая окрестности, а остальные отдыхали внутри карет или на крышах.

Ракия оказался среди тех, кто устроился на крыше повозки.

«Свежо».

Внутри кареты пахло затхлостью. Это было естественно, учитывая, что среди наемников тех, кто редко мылся, было больше, чем чистюль.

По сравнению с этим крыша, где можно было ощущать прохладный ветерок, казалась раем. Хотя отсутствие спинки доставляло некоторые неудобства.

Не собираясь тратить время в пути впустую, Ракия закрыл глаза и обратил сознание внутрь себя.

Мгновение спустя, не открывая век, Ракия начал воспринимать объекты вокруг. Он чувствовал наемников, сидящих в карете под ним.

Это была одна из техник, которым научил его Ран прошлой ночью: легкое излучение ауры вокруг тела для сканирования окружения.

«Нелегко».

Мастер Ран говорил, что с помощью этой техники может обнаруживать врагов за сотни метров так же легко, как дышать. Но для нынешнего Ракии пределом были 2–3 метра, да и то требовало предельной концентрации и работало лишь мгновение.

Сказывалась нехватка как мастерства, так и абсолютного количества ауры.

«Аура...»

В горах Имур, окружающих Графство Кисен, в пещере на полпути к вершине был источник, способный увеличить запас ауры. Там веками скапливалась крохотная доля маны, и всего один глоток мог даровать огромную силу.

«Нужно будет разузнать подробнее по прибытии».

Пока он размышлял, чувства Ракии уловили нечто новое.

Кто-то взбирался на крышу кареты. Женщина небольшого роста, одетая в капюшон.

Открыв глаза, он увидел мага Рею.

«...Что такое?»

В прошлый раз она оставила странное предупреждение, а теперь зачем-то лезет сюда снова?

Нет, может, он слишком остро реагирует. Возможно, ей просто не нравится запах внутри кареты, как и ему.

Но это предположение вскоре было опровергнуто.

Забравшись на крышу, маг села как можно дальше от Ракии. А затем начала пристально сверлить его взглядом.

— Что?

Не выдержав настойчивого внимания, резко спросил Ракия.

Она парировала спокойным тоном:

— Ты убиваешь людей, потому что тебе это нравится?

Вопрос совершенно не подходил для наемника. В конце концов, разве они не те, кто зарабатывает на жизнь убийством?

Ракия покачал головой:

— Я делаю это, потому что это то, что я умею. Что плохого в том, что наемник убивает?

— Я спросила, нравится ли тебе убивать тех, кто не сопротивляется, у кого нет воли к борьбе.

При этом вопросе Ракия уставился на мага, широко раскрыв глаза.

Его рука уже сжимала рукоять кинжала, закрепленного за спиной.

Потому что её слова метили прямо в его жалкое прошлое палача.

Но волнение длилось лишь мгновение; он сделал легкий глубокий вдох, чтобы успокоить вскипевшие эмоции.

— Не знаю, с чего ты вдруг это взяла, но я никогда не получал удовольствия от убийства людей.

— ...Вот как?

Рея недовольно фыркнула, затем низко опустила капюшон и отвернулась.

Не сводя с неё глаз, Ракия прокручивал в голове только что случившееся.

«Она знает, что я был палачом, и ей это противно... Откуда она узнала?»

На ум приходило несколько вариантов. Его бывшие коллеги, которые могли оказаться где-то в Берете, и кузнец Парган.

Немного подумав, он исключил Паргана из списка подозреваемых. Он раскрыл ему свое прошлое только вчера и не слышал, чтобы маг покидала поместье.

В любом случае, анализируя ситуацию, он мог догадаться о намерениях мага.

Она открыто пялилась, затем задала грубый вопрос и ударила в бесславное прошлое. То, что она сделала, было провокацией. Она хотела вывести Ракию из себя и заставить его броситься на неё в гневе.

«Похоже, она опасна».

Тот факт, что она затеяла ссору в ограниченном пространстве, зная, что он Пользователь Ауры, означал, что она уверена: даже в ближнем бою она не проиграет.

В памяти всплыло наставление Элтейна. Могущественный маг способен убить обычного Пользователя Ауры одним взглядом. Осознание того, что рядом находится маг, питающий к нему враждебность — и, вероятно, обладающий значительной силой, — принесло новую волну стресса.

«Может, ударить первым?..»

Мысль была внезапной, но он тут же её отбросил.

Маг не выказывала враждебности к Ракии на людях. Если он обнажит меч первым, независимо от того, как это рассудит Небесный Контракт, самого Ракию могут обвинить в убийстве за внезапное нападение на товарища.

В таком случае оставался один метод. Уделять оппоненту максимум внимания и по возможности избегать нахождения с ней наедине.

Или же, если она отделится от группы, тайно устроить засаду и устранить её первым.

«И времени на тренировки нет... Проклятье».

Ракия снова закрыл глаза и вернулся к практике наблюдения за окружением через расширение чувств.

Но даже так он ни на секунду не ослаблял бдительность в отношении мага, сидящего прямо перед ним.

У него уже было предчувствие, что этот заказ не пройдет гладко.

17

Прошло несколько дней, и путешествие протекало спокойнее, чем ожидалось.

Один раз появился монстр, но такого уровня, что они без труда его отогнали.

Настоящая угроза исходила изнутри группы.

Маг Рея, чьи мысли были для него закрытой книгой.

Путешествовать с таким человеком было поистине утомительно. Даже во время тренировок ему приходилось постоянно удерживать часть внимания на ней.

Иронично, но это значительно повысило его мастерство в сенсорике.

Несмотря на то, что он тренировался всего несколько дней, Ракия теперь мог чувствовать окружение почти на десять метров, если сосредотачивался.

К счастью, после того случая маг больше не лезла на рожон.

Это не означало, что она его игнорировала. Она просто не разговаривала с ним, но всегда держала Ракию в поле зрения.

Словно наблюдала за опасным преступником.

— Остановимся здесь на ночь!

По крику проводника Ракия прервал тренировку и открыл глаза.

Взору открылась небольшая деревушка. Казалось, здесь живет около сотни человек, может, триста или четыреста от силы.

Он уже бывал здесь раньше. Название стерлось из памяти, но он хорошо помнил, как староста деревни смотрел на наемников словно на назойливых насекомых.

Тот самый староста, узнав, что один из гостей — имперский барон, принялся пресмыкаться с самым подобострастным видом на свете.

Казалось, попроси его — и он тут же примется лизать сапоги.

[«Ваше Превосходительство, как кто-то вашего статуса мог посетить столь скромное место...»]

[«Не стоит суетиться. Мы здесь всего на одну ночь. Мне нужен приличный постоялый двор. Мы заплатим».]

Староста предложил Рогену самый большой дом в деревне — свой собственный.

Остальные наемники тоже смогли снять несколько довольно чистых домов, что разительно отличалось от времен, когда отряд Ашана разбивал палатки за оградой и ночевал в поле.

«Помнится, тогда некоторые парни так взбесились, что хотели ограбить эту деревню...»

— Тогда, пожалуйста, отдыхайте, герои!

С такими словами жители поприветствовали их и закрыли двери.

Как только дверь захлопнулась, сосед Ракии по комнате усмехнулся.

— Спать в одной комнате с кучей немытых мужиков — то ещё удовольствие, а?

Его соседом был Гинель, Пользователь ауры.

Судя по тому, что Ракия успел заметить в пути, навыки этого парня были весьма средними. Он пробудил ауру, но не умел толком с ней обращаться — типичный наемник-пользователь ауры.

Даже прежний Ракия, до того как обрел ауру, мог бы победить его при грамотной стратегии.

— Ох, это убивает меня. Так долго сидеть в карете — настоящая пытка, когда это затягивается. Хотя всё же лучше, чем топать пешком.

Ворча, Гинель небрежно швырнул сапоги и плащ, после чего плюхнулся на кровать.

Затем, улегшись и скрестив ноги, он начал болтать без умолку.

— Но все равно приятно, когда наниматель — важная шишка. В прошлый раз мы брали заказ, так там был...

Хотя Ракия не отвечал, Гинель увлеченно рассказывал истории, словно беседовал с призраком.

Ракия раздумывал, не приказать ли ему заткнуться, но вскоре решил подыграть болтуну. Ему нужно было кое-что спросить.

Через несколько минут, когда бесцельный поток слов продолжился, Ракия прервал его и задал свой вопрос.

— ...Медовуха Осснеля исключительно хороша. Обычно правильная медовуха не должна быть приторной, но эти ребята сначала делают алкоголь, а потом добавляют мед для сладости.

— Звучит вкусно. Кстати, я хотел кое-что спросить.

— Да?

— Маг в нашей группе. Рея, верно? Ты знал её раньше?

Гинель почесал бакенбарды и ответил:

— Не то чтобы очень хорошо, но мы выполнили пару заказов вместе. Она умелый маг. Я видел не так много магов, но, наверное, да?

— И она точно Лицензированный маг?

— Конечно. Что если бы мы наняли какого-нибудь мутного колдуна, а он вдруг взорвался? Это была бы катастрофа. Я слышал, барон проверял её лично. Но почему ты вдруг спрашиваешь?

В его глазах мелькнул подозрительный блеск, словно он спрашивал, к чему такое любопытство.

Ракия быстро подготовил оправдание, которое держал наготове, но прежде чем он успел заговорить, Гинель вмешался.

— А... Понял, понял.

Его выражение лица ясно говорило: он уверен, что раскусил суть дела.

Сальная ухмылка была настолько мерзкой, что Ракия невольно нахмурился.

— Эта девчонка довольно милая, да? Тебе нравятся типы «старшая сестренка», а не ровесницы. Она как раз, так сказать, в самом соку.

— Дело не в этом.

— Все мы такие в молодости, так что не надо стесняться, друг.

— Я сказал, дело не в этом.

Он возразил, но улыбка на лице Гинеля так и не исчезла.

Женскую комнату делили трое.

Наемница Донабелла, маг Рея и, наконец, служанка.

Болтливая Донабелла расцветала в беседе со служанкой, пока Рея молча разбирала вещи на своей кровати.

Это длилось лишь мгновение, прежде чем взгляд Реи постепенно сместился на двух болтушек.

Ей было бы все равно, если бы темой их разговора не был мальчишка, за которым она пристально следила в последнее время.

— Сэр Ракия всегда сидит с закрытыми глазами, даже во время привалов. Лично я, если не разомнусь во время отдыха, деревенею так, что встать не могу.

— Может, это какая-то секретная методика тренировки из известной школы фехтования? Сразу видно, что у него другая база.

— Он выглядит как такой милый маленький молодой господин, но говорят, мечом владеет тоже неплохо. Это интригует.

— Правда? Честно говоря, поначалу я не верила, что он какой-то выдающийся мечник, но когда увидела его во время последней охоты на монстров... ого.

— Настолько впечатляет? Я была внутри кареты, так что пропустила.

— Меч мелькал так быстро, что сливался в пятно, и монстры падали замертво. Я спросила Гинеля, и он сказал: ясно, что парня учили фехтованию по-настоящему. Он куда искуснее Гинеля, в разы.

— Не может быть...

Посреди разговора Донабелла заметила взгляд Реи и ухмыльнулась.

Затем, лукавым тоном, спросила:

— Если подумать, Рея, ты ведь интересуешься Ракией, не так ли?

— Что?

— Ты пялишься на него последние несколько дней, верно? Любой, кто не идиот, заметил бы.

— Правда?!

Служанка взвизгнула, покраснев и хлопнув в ладоши. Похоже, она уже ожидала какой-то романтической истории между гениальным юным мечником и девушкой-магом.

Для Реи это звучало абсолютно нелепо.

— ...Думайте, что хотите.

С этими словами Рея легла на кровать.

Укладываясь, она незаметно наложила на постель несколько заклинаний. Сигнальные чары, которые заставят любого, кто приблизится и попытается прикоснуться к ней, дорого заплатить в тот же миг.

Приготовившись ко сну, она уставилась в стену, вспоминая мальчика, который только что был предметом разговора.

«Молодой господин... ха».

У Реи была особая способность.

Способность видеть мстительных духов тех, кто умер несправедливо.

Обычно этим даром обладали лишь высокопоставленные жрецы, служившие Богу Смерти, но она родилась с ним благодаря своей особой родословной.

Рея извлекала немалую пользу из этой способности в своей жизни.

Ведь даже те, у кого были самые невинные лица, перед этими глазами полностью раскрывали свою внутреннюю злобу.

И этот раз не был исключением.

Мальчик с темно-синими кудрявыми волосами и золотыми глазами, который внешне походил на молодого господина из дворянского рода.

За его спиной цеплялись бесчисленные мстительные духи.

«Их там не один и не два — десятки, может, больше сотни...»

Используя эту способность долгое время, она хорошо знала критерии привязки духов.

Те, кто погибал в бою, не становились мстительными духами. Богиня Войны забирала души побежденных.

Мстительных духов несли на себе лишь те, кто убивал беспомощных существ — тех, кто не сопротивлялся или не имел воли к борьбе.

Обычно, встречая такого человека, она просто избегала его, но сейчас не могла.

Потому что они стали спутниками, которым предстояло вместе ехать в Империю.

«Путешествовать с ним в Империю вот так — слишком неуютно. С тем, чьи действия я не могу предсказать...»

Сначала она пыталась намекнуть, что знает его секрет, чтобы заставить его нервничать и сбежать самому. Затем попробовала спровоцировать, чтобы нейтрализовать и прогнать.

Но, к сожалению, оба плана провалились, и ей приходилось днями ехать с загадочным убийцей без каких-либо контрмер.

Беспокоясь, что он может прикончить кого-то из спутников, стоит ей отвернуться, она наблюдала за Ракией, не смыкая глаз.

Глядя в стену, Рея думала и думала. Неужели нет способа как-то исключить эту опасную личность из группы?

И пока она была погружена в мысли, снаружи раздался пронзительный крик.

— Кья-а-а-а-а-----!

— Что это? Что происходит?

Ракия и Гинель поспешно выскочили из дома, прихватив только мечи на поясах.

Оглядевшись, они увидели, что другие наемники выглядели так же. Они выбежали лишь с основным оружием, даже не подумав надеть броню.

Гинель спросил молодого парня, похожего на местного жителя, который в оцепенении рухнул на землю.

— Что случилось?!

— М-м-монстры! Чудовище похитило человека! Оно просто перепрыгнуло через крышу и... прямо тогда...

— Что? Посреди деревни?

Монстры обычно утаскивали людей на окраинах; они не пробирались вот так в центр, чтобы кого-то похитить.

Услышав это, парень отчаянно закричал:

— Я видел это своими глазами! Это был волк! Волк, идущий на двух ногах, схватил Мэй и утащил!

— Так этот крик только что был...?

— Да! Мы просто вышли посмотреть на звезды вместе, почему такое должно было случиться...!

Пока рыдания парня нарушали тишину, наемники обменялись серьезными взглядами.

Было нетрудно догадаться, кто этот монстр. Прямоходящий волк — это, вероятно, оборотень.

Но ситуация выглядела странно для простого «монстр утащил человека».

Оборотни действительно были плотоядными чудовищами, жаждущими человеческой плоти, но из-за сильных территориальных инстинктов они редко спускались в деревни нападать на людей.

Если бы он пришел из-за голода, на окраинах было полно легких целей. Например, деревенский дозор у ограды.

Игнорировать добычу прямо перед носом и перемахнуть через дюжину домов, чтобы выхватить кого-то из центра деревни — это выглядело странно, как ни посмотри.

— Никогда не слышал, чтобы вервольфы вели себя так...

Пока наемники переговаривались, Ракия ощутил едва уловимое чувство несоответствия, глядя на лицо барона Рогена.

Тот казался взволнованным, как и остальные, но что-то было не так. Тонкое ощущение, которое трудно облечь в слова.

В тот момент, когда он попытался понять природу этого чувства, капитан наемников Катак подошел к барону.

— Что нам делать, Ваша Светлость? У нас есть несколько вариантов действий, но решать вам.

— ...Какие варианты?

— Во-первых, мы просто идем спать, как ни в чем не бывало. Конечно, тот монстр уже получил свою добычу, так что вряд ли вернется, но может появиться другой, так что это рискованно.

— Дальше?

— Во-вторых, Ваша Светлость ночует в этом доме, как и планировалось, а мы выставляем охрану вокруг и дежурим.

— Это всё?

— И наконец, в-третьих, мы покидаем деревню и разбиваем лагерь немного поодаль. Если цель монстра — деревня, мы сможем избежать опасности.

Выслушав предложения Катака, Роген на мгновение прижал ладонь ко лбу, размышляя, затем покачал головой.

— Второй вариант кажется лучшим. Оставляю это на вас.

— Понял. Эй! Все, общий сбор!

Под командованием Катака наемники быстро разбили лагерь, окружив дом старосты, и распределили позиции и смены ночного дозора.

Двое пользователей ауры в группе, Ракия и Гинель, договорились дежурить по очереди по два часа, пока другой спит.

Также одного часового поставили внутри дома старосты, а маг Рея должна была наложить сигнальные чары на спальню барона и его дочери.

Посреди всего этого запыхавшийся староста, непрерывно кланяясь до земли, рассыпался в извинениях за грубость и немедленно поднял всех способных держать оружие деревенских парней на охоту за оборотнем.

В воцарившемся хаосе прошла долгая ночь.

18

Тьма укутала ночь. Человек сидел на ветке дерева, притаившись, словно хищная птица.

Глаза его были прищурены, а руки двигались в воздухе, словно кукловод, дергающий за невидимые нити.

Мгновение спустя вервольф с пугающей легкостью запрыгнул на дерево, приземлившись прямо над ним.

Человек не вздрогнул. Вместо этого его губы растянулись в довольной улыбке.

— Ты вернулся. Покажи.

По приказу вервольф протянул девушку.

Темные каштановые волосы, загорелая, огрубевшая кожа — типичная деревенская девушка, каких сотни.

Увидев её, лицо человека исказила гримаса разочарования.

— Проклятье, это не она. Если бы ты поймал её, всё бы закончилось.

— П-пожалуйста... пощадите...

Даже стуча зубами от ужаса, девушка отчаянно умоляла человека перед собой. Она поняла: он какой-то маг, повелевающий этим чудовищем.

Но маг вел себя так, словно не слышал её голоса. Он грубо почесал голову и со вздохом пробормотал:

— Чёрт, почему заклинание фамильяра передает только животное зрение? Через глаза этого поганого вервольфа даже людей отличить трудно!

Он снова тяжело вздохнул и продолжил ворчать себе под нос.

— Семеро Богов... молитвы им не помогут. Кукловод в Тенях, Бинани, прошу, подаруй мне дочь барона. Эх, хватит нести чушь.

Человек начал бормотать, словно споря с невидимым собеседником. Он смеялся, злился и ворчал.

Вскоре мужчина, который всё это время болтал как сумасшедший, спрыгнул с дерева.

— Ладно. Пока соберем побольше монстров и пойдем в лобовую. Местные наемники все равно предсказуемы.

— И-извините! Пожалуйста, спасите меня!

В этот момент девушка, зажатая в лапах вервольфа, не выдержала и закричала.

Хотя маг был страшен, ей казалось, что если она промолчит, он просто оставит её в лапах монстра и уйдет.

На её крик маг отреагировал впервые.

— Ах, точно, я забыл. Подойди.

Вервольф, верно следуя приказу хозяина, спрыгнул с дерева и протянул девушку.

Маг насильно широко раскрыл её веки и долго вглядывался в зрачки, прежде чем покачать головой.

— Эх... маны кот наплакал. Какая жалость. А, не будем жадничать. Среди наемников должно быть один-два Пользователя ауры, используем одного из них. В прошлый раз мы поймали хорошего, зачем нам эта?

Глядя на бормочущего мага, девушка содрогнулась от ужаса. Его глаза, прозрачные как стекляшки, смотрели на неё без малейшей эмоции.

Это не было презрением. В конце концов, люди не презирают куски мяса в мясной лавке.

— Готовить ритуал жертвоприношения слишком муторно. Ешь.

Как будто бросая кость собаке, маг обронил одно слово и отвернулся.

Пронзительный крик, рычание и запах крови наполнили лес.

Ранним утром, когда Колесница Бога Солнца взошла на небосвод, мир просветлел.

Лица наемников в свете зари были полны усталости. Они дежурили посменно, но никому не удалось выспаться, лишь слегка подремать. Трудно спать спокойно, увидев, как вервольф утаскивает человека и исчезает, если у тебя нет стальных нервов.

Кто может гарантировать, что следующей жертвой не станешь ты?

Даже те, кого надежно охраняли в доме, не были исключением. Когда наступило утро, барон и его дочь вышли на улицу бледные как смерть.

— За ночь ничего не случилось?

— Нет. Всё прошло без происшествий.

— Слава богам...

Когда Роген облегченно выдохнул, Ракия вспомнил выражение его лица прошлой ночью.

Мысль, которая тогда не оформилась, теперь, при взгляде на Рогена, вспыхнула как молния.

«Это не было лицо человека, напуганного внезапной атакой. Скорее...»

Это было выражение человека, думающего: «Ну вот, началось».

Как только мысли двинулись в этом направлении, в голове всплыли несколько недавних фактов.

«Столько усилий, чтобы нанять меня... потому что ему нужна была любая, даже малейшая прибавка к огневой мощи, чтобы пережить атаки монстров?»

Если подумать, нанимать столько наемников такого уровня было излишне для чего-то меньшего, чем экспедиция в гиблые земли. И плата была чрезмерно щедрой.

«Значит...»

Сложив обстоятельства, Ракия пришел к единственному выводу.

Роген предвидел аномальные нападения монстров и нанимал людей с учетом этого.

Как только взошло солнце и обстановка немного разрядилась, Роген немедленно потребовал покинуть деревню.

Приказ нанимателя — закон, поэтому наемники запрягли лошадей и погрузили снаряжение, готовясь к отбытию.

Тем временем Роген коротко поговорил со старостой.

— Сожалею, что не смогли помочь больше. Нам предстоит долгий путь.

— Что вы, сир! Это нам жаль, что такое случилось, пока вы, знатный гость, были под нашей опекой! Мы позовем охотников из города, чтобы переловить этих волков!

— Не делайте этого. Думаю, теперь всё будет в порядке...

Отвернувшись от озадаченного старосты, Роген с мрачным видом сел в карету.

Проводник, убедившись, что строй готов, крикнул:

— Выдвигаемся!

Спустя несколько часов после выезда из деревни, когда солнце приблизилось к зениту, караван остановился на обед.

В этот момент Ракия спрыгнул со своей повозки, подошел к самой роскошной карете, где ехал Роген, и постучал в дверь.

Дверь приоткрылась, и служанка дочери барона, Алиши, высунула голову. Её глаза расширились.

— Ох, в чем дело?

— У меня доклад для лорда Рогена.

— Я здесь. Говори.

Роген наклонился с противоположной стороны.

Ракия обратился к нему спокойным тоном:

— У меня есть кое-какие соображения касательно вчерашнего нападения.

— Вчерашнего? Ты про вервольфа?

— Да.

При этих словах Роген выглядел немного взволнованным.

Возможно, из-за близости острые чувства Ракии как Пользователя ауры уловили учащенное сердцебиение собеседника.

Это лишь укрепило его уверенность.

— Хорошо. Алиша? Выйди с Мэл, разомните ноги. Только не отходите далеко от наемников.

Алиша молча кивнула, взяла служанку за руку и вышла из кареты.

Мгновение спустя, когда они остались вдвоем, Ракия задал первый вопрос.

— Расскажите мне всё в точности о нападавшем.

— ...О чем ты говоришь? Ты же сам сказал, что у тебя есть соображения.

Роген парировал тоном, полным недоумения. Его поведение было настолько естественным, что на миг Ракия засомневался: не ошибся ли он?

Он быстро привел мысли в порядок и надавил:

— Вы ведь ожидали этой атаки, не так ли?

Тяжелая тишина повисла внутри кареты.

Спустя мгновение Роген проговорил ворчливым тоном:

— Не понимаю, о чем ты. Ты, кажется, перенервничал из-за вчерашнего, но такой грубый допрос...

— В контракте был пункт: «Лорд Роген не должен совершать действий, вредящих обеспечению его собственной безопасности». Разве сокрытие информации о нападающем под это не подпадает?

Когда Ракия закончил свой резкий вопрос, Роген ничего не ответил и откинулся на спинку сиденья.

Затем достал носовой платок и начал снова и снова вытирать пот со лба и щек.

Ракия немного смягчил тон:

— Мне нужно знать, кто наш противник и какова его сила, чтобы обеспечить надлежащую охрану. По крайней мере, это поможет решить: бежать в ближайший город или продолжать путь. Я не допрашиваю вас; это ради того, чтобы я мог защитить вас должным образом, лорд Роген.

Подобно солнцу, снимающему с путника плащ, который не мог сорвать ветер, неожиданно мягкие слова разгладили напряжение на лице Рогена.

Спустя мгновение плотно сжатые губы барона разомкнулись.

— Я ничего не сказал, потому что не знаю точно, кто это. Но у меня есть подозрения...

— Подозрение — это куда лучше, чем ничего.

При этих словах Роген прикрыл рот рукой и надолго задумался.

Тук, тук. Слышен был только звук его пальцев, постукивающих по стенке кареты.

Наконец Роген выпрямился.

— Позови остальных. Лучше, чтобы все знали то, что нужно знать.

Через несколько минут наемники собрались перед каретой по внезапному вызову нанимателя.

Пришли не все. Только те, кого в этой группе можно было назвать офицерским составом — те, кто в прошлый раз был приглашен на богатый ужин.

Когда они собрались, Роген с серьезным лицом объявил:

— Похоже, за нами охотится нечто.

На мгновение воцарилась тишина.

Первым задал вопрос капитан наемников Катак:

— «Нечто» — это что именно вы имеете в виду?

— Этого я не знаю, но по пути в город на меня тоже нападали вервольфы. Точнее, Армия Монстров. Различные твари, включая вервольфов.

— Монстры, собирающиеся в армию, чтобы нападать на людей? Разве такое возможно?

— Возможно.

В разговор вмешался женский голос. Маг Рея шагнула вперед и пояснила:

— Существуют заклинания для контроля монстров. Обычно их даруют Злобные Демоны, так что вряд ли Лицензированные Маги ими пользуются...

— Не может быть, чтобы тот, кто натравливает монстров на людей, был Лицензированным Магом, — подхватил Роген, бормоча со вздохом. — ...Сэр Кадов, рыцарь на моей службе, также погиб в той атаке.

До этого момента наемники полагали, что Пользователь ауры, которого привел Роген, был просто наемником.

Поскольку в пограничном регионе между Империей и Лигой городов-государств не водилось ни монстров, ни бандитов, способных угрожать рыцарю, они думали, что он просто нанял наемника с аурой, и тому не повезло.

Но если предыдущий мечник был рыцарем, а монстры оказались достаточно сильны, чтобы убить его, наемникам пришлось бы туго.

Наемники зашептались между собой так, чтобы Роген не слышал.

— [Разве это не нарушение контракта?]

— [Нет. В контракте сказано: защищать нанимателя от любых атак.]

— [Если нет уверенности, когда и где произойдет нападение, наниматель не обязан упоминать о вероятностях.]

— [Чёрт. Разве Небесный Бог не должен быть щедрым только к своим жрецам? Если бы это были мы...]

— [Тш-ш, следи за языком. Боги слышат.]

Хоть Роген и не слышал слов, он догадывался, о чем они говорят, поэтому спокойно подбодрил их.

Даже будучи связанными контрактом, никто не мог помешать им коллективно разорвать его и сбежать, если они решат, что смерть страшнее неустойки.

— И всё же с нашими нынешними силами мы должны справиться. У нас есть два Пользователя ауры, маг, Жрец Земли и даже Голосовязка, умеющая отпугивать монстров. К тому же, как жрец, служащий Богу Неба, я тоже способен творить чудеса.

Чудеса жреца Бога Неба не ограничивались составлением контрактов.

Оправдывая свое имя, владение молнией — силой небес — было одной из их сильных сторон. Эта сила особенно эффективна против воинов, использующих металл.

Гинель тряхнул своей копной волос, похожей на метлу, и предложил:

— Не можем ли мы доложить в храм, чтобы они разобрались?

— Я уже отправил весточку через Храм Бога Знания, но мы не можем вызвать Инквизитора без четких доказательств бесчинств незарегистрированного мага. Они занятые люди.

Среди наемников послышались вздохи разочарования.

Мгновение спустя кто-то предложил другое:

— Может, лучше вернуться в Берет или набрать еще людей в другом городе...

— Это будет проблематично. Если бы я возвращался в свои владения, возможно, но средства, которыми я располагаю сейчас, ограничены. Даже нанять вас стоило немалых усилий, так что оставаться где-то или делать крюк назад нам не по карману.

Естественно, нанять наемников в долг было невозможно.

Даже если пообещать вдесятеро больше потом, без звонкой монеты вперед они сбегут — такова их природа.

Это был результат долгого исторического недоверия между халтурящими наемниками, которые сбегали, и нанимателями, которые кидали их с оплатой.

— Значит, придется прорываться с таким составом.

— Сначала нужно выяснить, из кого состоит эта Армия Монстров.

— Найти алхимика в следующем городе и...

Пока наемники совещались, раздался срочный крик.

Это был подчиненный Катака, наблюдавший за окрестностями с вершины холма.

— Монстры! Орда монстров идет-!

19

— Тот, кто парит, не отбрасывая тени, молю о благословении твоем.

С губ мага сорвалось тихое заклинание. Только тогда люди осознали, что стоящая рядом девушка творит волшбу.

Звука не было. Лишь свет — яркий, ослепительно белый столб взметнулся вверх.

Мгновение спустя свет принял форму дракона. Маленький сияющий Малый Световой Дракон, длиной около метра, обвился вокруг тела Реи.

Только тогда остальные спешно обнажили оружие.

— Приготовиться к бою!

— Что там? Говори быстрее, ублюдок!

— Один Вервольф и больше десяти Лютоволков! Орки! И какие-то странные твари, похожие на жаб!

При докладе разведчика наемники вздохнули, но всё же приготовились к схватке. Это были действия ветеранов, стоящие той высокой цены, что им заплатили.

— Проклятье, их слишком много!

— Перегородите путь повозками!

Наемники, исполнявшие роль возничих, быстро выставили четыре повозки V-образным клином, прикрывая тыл, и сгрузили часть товаров, чтобы закрыть бреши между ними.

Жрец Земли Олбенин использовал чудо, чтобы поднять из земли камни и сузить проход, и наконец, щитоносцы сформировали переднюю линию, заняв позицию в единственном открытом месте впереди.

Катак громко командовал, раздавая приказы:

— Маги и жрецы в тыл, остальные назад, Пользователи Ауры вперед...

— Они здесь!

В этот момент из-за холма прямо перед ними начали появляться монстры.

Их состав был невероятно пестрым.

Лютоволки, вставшие на задние лапы ростом выше человека, настоящий прямоходящий Вервольф, несколько мускулистых Орков с дубинами и, наконец, гигантские жабоподобные твари.

Что удивительно, Орки и гигантские жабы восседали верхом на Лютоволках, словно человеческая кавалерия.

— Это Лягушелюды! Эти ублюдки плюются ядом!

— Что?

— Чёрт, ну мы и влипли...

Некоторые наемники заворчали, услышав переданную информацию.

Монстры, использующие яд, были тем типом врагов, с которыми наемники ненавидели сталкиваться больше всего. Без противоядия можно было выиграть бой и всё равно умереть, а иногда даже после лечения остаться калекой.

Конечно, с Жрецом Земли в отряде они вряд ли умрут от отравления, если только оно не будет слишком сильным. При условии, что они вообще выиграют этот бой.

— Маг, огонь!

В этот момент кто-то крикнул и выпустил стрелу.

Это был проводник Рубек.

То, что он выпустил, не было обычной стрелой.

Вместо наконечника на конце была закреплена стеклянная колба, сделанная настолько хрупкой, что разбилась с треском при ударе о монстров.

Разбитая колба расплескала невероятное количество жидкости, облив чудовищ.

Липкая жижа, казалось, привела их в ярость, и монстры взревели.

Видя это, Рубек отчаянно крикнул:

— Поджигай!

По его команде с руки Реи сорвался огненный шар.

Заклинание Огненный Шар.

Обычное атакующее заклинание, проверенное на бесчисленных полях сражений, полетело в сторону монстров. Огненный шар прочертил воздух, как стрела, и врезался в авангард чудовищ.

Бум—!

Раздался взрыв такой силы, что заложило уши.

Несколько монстров в первых рядах отшвырнуло назад.

Эффект взрыва не ограничился ударной волной.

Искры разлетелись во все стороны, воспламеняя липкую жидкость, пламя разрасталось, танцуя, а Лютоволки и Орки, объятые огнем, завизжали, катаясь по земле.

Наемники засвистели и заулюлюкали, показывая монстрам неприличные жесты.

— Да!

— Так вам и надо, ублюдки!

— Врежь им ещё!

— Хватит! Это масло дорогое!

Внезапная атака заставила монстров немного замешкаться, но не сбила их натиск.

Несмотря на инстинктивный страх перед людьми, владеющими огнем и магией, они ринулись на людей с убийственным намерением. Это было так же неестественно, как и то, что разные виды монстров действовали сообща.

— Они идут!

— Приготовиться к удару!

Наемники прикусили губы и сжали щиты так, что руки заныли.

Монстры были намного крупнее и тяжелее людей, так что даже умелое владение щитом не гарантировало отсутствия потерь.

В этот момент Донабелла крикнула сзади:

— Всем заткнуть уши!

Некоторые были слишком ошеломлены, чтобы понять, но более расторопные воткнули оружие в землю или оперлись на него, освобождая руки, чтобы закрыть уши.

Когда монстры прыгнули на стену щитов, из широко открытого рта Донабеллы вырвался рев.

■■■■■■■■■■■■■-----------!

Рёв верховного хищника среди наземных монстров: Огра.

Даже монстры под магическим контролем подверглись воздействию крика этого ужасающего существа.

Чудовища, несшиеся на полной скорости, чтобы врезаться в стену щитов, массово затормозили и сжались.

Некоторые зазевавшиеся люди чуть не упали, когда у них подогнулись колени, но большинство сумело удержать строй.

— Владыка Небес, даруй нам славу твою!

Воспользовавшись этой короткой заминкой, Роген воззвал к богу, моля о чуде.

В ответ с неба ниспал свет. Ослепительный луч, на который невозможно было смотреть.

С белой вспышкой и громоподобным грохотом несколько монстров превратились в обугленные туши там, где прошел луч.

В то же время между наемниками и монстрами закипел ближний бой.

— Вперед! В атаку!

— Мы победим—!

Копья и мечи схлестнулись с когтями и клыками.

Даже закаленные наемники находили крупных, свирепых Лютоволков опасными противниками. А если на них ехал Лягушелюд, плюющийся ядом, или сильный Орк — тем более.

Несколько наемников, пытавшихся блокировать острые когти щитами, закричали, получив порцию яда.

И лидер среди них: Вервольф.

— Помогите!

Вервольф, затесавшийся среди орков на волках, молниеносно бросился вперед и схватил одного наемника.

Тот отчаянно сопротивлялся, но противостоять тянущей силе, когда готовился к толчку, было сложно.

— А-а-а-а—! П-помогите—!

Вервольф схватил наемника обеими руками, широко разинул пасть и вцепился ему в голову.

Приглушенный крик, хруст и брызги крови.

Жуя тело, как человек ест хлеб, волчья морда Вервольфа, казалось, ухмылялась.

— Э-это...

— Проклятье, демон! Ублюдок!

Некоторые наемники кричали в ярости, но не решались атаковать. Безрассудное нападение могло сделать их следующей жертвой.

В этот момент над их головами пронеслась непонятная тень.

Подняв головы, наемники увидели, как Ракия перемахнул через них.

— Не может быть...?

Техника Прыжок, которой научил Ран.

Взрывным усилием мышц ног для рывка вперед или вверх Ракия использовал первый прыжок, чтобы перелететь через строй союзников, а вторым оказался прямо над головой Вервольфа.

Вервольф, игравший с жертвой и провоцировавший врагов, был застигнут врасплох внезапным противником и махнул когтями.

— Вервольфы — для Пользователей Ауры!

Игнорируя чей-то крик, Ракия точно парировал удар когтей своим мечом.

С глухим лязгом оружие встретилось с когтями.

Легкое столкновение. Ракия отступил на пару шагов и проверил меч.

«Хм...»

Оружие не пострадало. Теперь он мог вливать ауру даже в защитные приемы.

А вот Вервольф с глубокими порезами на лапах взревел и отступил.

Почувствовав уверенность, Ракия сделал шаг вперед.

«Отлично, преимущество за мной».

Вервольф. Обладая острыми когтями и невероятной ловкостью, этот мощный монстр мог в одиночку перебить десятки обычных солдат в лесу.

Его дурная слава была велика, ведь он мог даже одолеть Пользователей Ауры, нападая из засады.

— Эй! Я иду—!

— Не нужно! Помоги вон там!

Отогнав Гинеля, бросившегося на помощь, Ракия поднял меч на Вервольфа.

Почуяв достойного противника, Вервольф больше не смотрел на других врагов.

Секунды тишины, и оба бросились одновременно.

— Начали!

Гра-а-а—!

С странным звуком, отличным от звона металла, когти и меч сталкивались снова и снова.

Бой складывался в пользу Ракии.

С каждым ударом меч мальчика хитро проскальзывал, задевая тело Вервольфа, а усиленные аурой удары рассекали его толстую шкуру без сопротивления.

Вервольф был быстрее и сильнее Ракии, но его техника была примитивной.

К несчастью для него, физическое превосходство монстра было недостаточно велико, чтобы перекрыть пропасть в мастерстве.

«Я победил!»

После еще нескольких разменов Вервольф осознал поражение и с воем отступил.

Его серая шерсть давно пропиталась красным.

В ярости его глаза светились красным, как вставленные рубины.

«Что? Выглядит странно...»

Ракия на миг замешкался, но приготовился к очередному прыжку для завершающего удара. Он сделает финт, а затем снесет ему голову.

Но когда он прыгнул, его пронзило странное предчувствие.

Словно лезвие у горла — жуткий холод.

Инстинкт вопил: смерть, назад.

Ракия подчинился инстинкту, не дожидаясь, пока включится разум.

Как только мальчик отпрыгнул назад, тело Вервольфа перед ним рассеклось по диагонали и рухнуло.

Внутренности вывалились с мокрым шлепком.

— ...Что?

— Вервольф мертв!

— Это маг! Не отвлекайтесь, сражайтесь!

Обернувшись на крик, Ракия увидел Рею, протягивающую руку в его сторону.

Он догадался: невидимое лезвие с кончиков её пальцев рассекло Вервольфа.

— Отлично! Мы их давим! Нажмем ещё немного!

Вздохнув при крике капитана Катака, Рея выдохнула.

Она почувствовала заклинание самоподрыва, зарождающееся в Вервольфе, и экстренно выпустила атакующее заклинание.

Она на миг заколебалась, ведь под удар мог попасть неизвестный опасный субъект, но не стала сдерживаться. Им нужна была каждая капля силы сейчас.

Но её мимолетное самолюбование идеальным спасением было недолгим; в её сторону полетели враждебные взгляды.

«...Почему он так смотрит?»

Золотые глаза сверлили её.

Вскоре Рея поняла, что ситуация допускала массу толкований.

Она могла управлять траекторией заклинания Ветряной Резак, чтобы не задеть Ракию, но он-то об этом не знал.

Ветряной Резак был почти невидим.

Ракия стоял прямо между ней и Вервольфом, так что легко можно было подумать, что она пыталась разрубить обоих.

А не будучи магом, он не мог знать, что активируется заклинание самоподрыва.

«Стоит ли объяснить? Но если я начну оправдываться, это будет выглядеть странно...»

После мгновения паники она проигнорировала пронзительный взгляд и приготовила следующее заклинание.

Какой бы ни была расплата потом, бой важнее. Разобраться с монстрами, а там...

«А?»

Вдруг она прервала заклинание, испугавшись странной вибрации под ногами.

В гуще яростной битвы звуки тонули, но это тяжелое приближение было ей знакомо.

Давно, когда она столкнулась с огромным монстром...

Как только мысль оформилась, раздался рев, и задняя повозка отлетела в сторону.

Направляя их, Катак истошно завопил:

— Это Тролль—!

□□□□□□□----!

Отвечая на крик Катака, Тролль громко заревел.

Этот гигантский монстр, ростом более 3,5 метров, издавна был одним из самых страшных врагов человечества.

Тварь с массивным телом, грубой силой, прочной шкурой и сверхъестественной регенерацией.

По сравнению с ним Вервольф был мелочью. Даже опытные Пользователи Ауры редко охотились на Троллей в одиночку.

□□□!

Тролль коротко рыкнул, затем взмахнул огромным стволом дерева, как дубиной, расширяя проход в разбитых повозках, чтобы войти.

Затем он протянул свою толстую жирную лапу.

Монстр нацелился на гражданских в тылу строя — на женщин.

— Тот, кто парит, не отбрасывая тени!

Рея спешно прочла заклинание, вытянув руку.

Проявилось Огненное Дыхание, заклинание пламени, охватившее протянутую лапу Тролля.

Испугавшись жара — своего естественного врага, — Тролль взмахнул дубиной в другой руке.

С мощным взрывом Рею отшвырнуло более чем на десять метров, она покатилась по земле.

— Кья-а-ак!

— Маг! Маг погибла!

— Проклятье!

Но, вопреки отчаянным крикам наемников, Рея выжила.

Благодаря Малому Световому Дракону, которого она призвала ранее.

Это благословение могло пару раз блокировать даже атаки Пользователей Ауры, защитив её от удара дубиной громилы.

Правда, можно ли назвать «защитой» сломанные ребра и отбитые органы, когда жизнь висит на волоске — вопрос спорный.

Выдыхая последний воздух, она с трудом зашептала заклинание.

Голосом, слишком тихим, чтобы кто-то услышал:

— Отец Зеленого Леса, твое нежное прикосновение...

Тут массивная серая ступня приблизилась к пытающейся исцелиться Рее.

Враждебный к огню, Тролль выбрал её первой целью.

Он медленно поднял дубину, неумолимый. Прекращение лечения означало бы мгновенную смерть.

Двое наемников поблизости отчаянно кололи его ноги, пытаясь отвлечь, но нечувствительный к боли гигант даже не дрогнул.

Когда дубина начала опускаться, Рея зажмурилась.

«Угх...»

□□□□□□□---!

Разрывающий уши вопль прорезал воздух.

Открыв глаза, она увидела, как Тролль, целившийся в неё, пошатнулся назад, размахивая дубиной, словно отгоняя муху.

А перед Троллем стоял мальчик с темно-синими волосами.

В его руке сверкал меч, белый как снег.

20

Юный мечник бросил вызов опасности, чтобы спасти товарища, попавшего в беду.

Это было похоже на лихой выход прямо со страниц романа.

По крайней мере, внешне.

«Проклятье».

Прямо перед тем, как ринуться вперед, Ракия бесконечно терзался сомнениями.

Может, просто подождать? Тогда эта дубина расплющит мага в лепешку. Так он сможет устранить угрозу, не пачкая руки.

Но его колебания были недолгими. Рассуждая здраво, он должен был спасти эту девушку.

Маг была неизвестной угрозой, но тролль — опасностью немедленной, прямо перед носом.

Потратив значительное количество ауры на битву с вервольфом, он не мог гарантировать победу над этим монстром даже в идеальном состоянии. Ему нужны были все руки, какие только можно.

«Если бы я не медлил, я мог бы блокировать удар ещё до того, как он достиг цели».

Ракия мысленно прищелкнул языком и выставил вперед «Непреклонный».

Тот самый клинок, что секундой ранее рассек предплечье тролля.

Тролль, игнорировавший мечи других наемников, вздрогнул при виде этого магического клинка и попятился на несколько шагов.

Сработал инстинкт магического существа, почуявшего проклятие гниющих ран.

Конечно, проклятие меча было недостаточно сильным, чтобы полностью остановить регенерацию, но троллю не хватало интеллекта, чтобы просчитать это наперед.

«Давай... стой смирно, стой смирно. А ещё лучше — беги!»

Но по мере того как дистанция увеличивалась и тролль успокаивался, он перестал отступать и уставился на Ракию. Его огромные глаза налились яростью.

Словно желая вновь разжечь боевой дух, тролль издал мощный рык.

Гра-а-а-а—!

Короткий, но пронзительный рев.

Набрав скорость, тролль начал атаку.

Всего пара шагов — казалось, он ещё далеко, но внезапно тролль оказался прямо перед ним. Это была оптическая иллюзия, вызванная его медлительными движениями при огромной ширине шага.

Даже с такого расстояния тролль замахнулся своей дубиной.

— Угх!

Почувствовав, как свирепый напор ветра коснулся щеки, Ракия изогнулся всем телом, уходя от удара.

Радиус атаки монстра был пугающе велик благодаря длинным рукам и не менее длинной дубине.

Чтобы нанести эффективный удар, нужно подобраться вплотную, но попасться в эти лапищи размером с крышку от котла означало бы конец.

Ракия не стал вступать в лобовое столкновение.

Словно пчела, кружащая вокруг человека, он сместился по диагонали, чтобы переключить внимание тролля на себя.

То ли из-за угрозы, исходящей от магического меча, то ли нет, но тролль бросил свою изначальную цель — мага — и настойчиво погнался за Ракией.

Увернувшись от дубины еще пару раз, Ракия быстро огляделся и вздохнул.

— Чёрт!

Ситуация выглядела скверно.

Внезапное появление тролля на мгновение разрушило строй, в результате чего несколько наемников получили тяжелые раны или погибли. Выжившие судорожно пытались заткнуть бреши.

«Маг?»

Он заметил Жреца Земли прямо рядом с Реей. Тот не пытался воскресить труп, так что, по крайней мере, она ещё дышала.

В этот момент, словно почуяв, что Ракия отвлекся, морда тролля побагровела.

Нет, не только морда.

Всё пепельно-серое тело тролля начало наливаться багрянцем.

«Какого чёрта?»

Ракия не мог знать, что тот, кто управлял троллем издалека, устал от затянувшейся схватки и наложил заклинание берсерка, чтобы покончить с этим быстрее.

Но эффект ярости он ощутил мгновенно.

Движения тролля, шагнувшего вперед с замахом дубины, стали несоизмеримо резче, чем прежде. Привыкнув к медлительному темпу врага, Ракия не успел среагировать на внезапный рывок.

— Дерьмо!

Бум—!

Чудовищный грохот.

Ракия оторвался от земли и взмыл в воздух, преодолев притяжение. Он пролетел почти вдвое дальше, чем Рея до этого. Паря в невесомости, он наконец рухнул и покатился по земле.

Адская боль пронзила левую руку.

— Гхх...

Прямо перед ударом Ракия успел отбросить тело назад, используя меч как щит и подперев лезвие свободной левой рукой.

Благодаря этому его левая рука была раздроблена, но жизнь спасена. Не сделай он этого, его тело превратилось бы в фарш.

К счастью, «Непреклонный», принявший удар на себя, остался невредим, оправдывая свое имя.

— Хах...

Не имея времени даже застонать от боли в изувеченной руке, Ракия метнулся в сторону, уходя от очередной атаки тролля.

Он бросил тело вбок, оттолкнулся здоровой правой рукой, как рычагом, и, собрав силу в ногах, совершил прыжок.

Последовала серия почти акробатических уклонений.

«Проклятье, если бы только перевести дух...»

Уворачиваться от атак тролля было задачей не из легких.

Движения монстра стали проще из-за кипящей ярости, но одна лишь скорость делала уклонение изнурительным.

И всё же Ракия справлялся. Врожденное боевое чутье направляло его действия.

Время шло, он не раз был на волосок от гибели, но ни один прямой удар больше не достиг цели.

После еще нескольких уворотов тролль внезапно отшвырнул дубину и взревел.

Грр-р-р-р-а-а----!

Раскинув обе руки широко в стороны.

Казалось, он намерен раздавить врага голыми руками, даже ценой пары проколов.

Худший сценарий для Ракии.

Нацелив меч, мальчик сделал глубокий вдох, чтобы выровнять сбившееся от акробатики дыхание.

«Чёрт...»

В этот момент на теле тролля начали распускаться огненные цветы в форме птиц.

— А?

Огонь был главным врагом, которого ненавидели регенерирующие монстры вроде троллей.

И это была не одна огненная птица.

Пять или шесть жар-птиц с трепещущими алыми перьями окутали тело тролля. Почувствовав жгучую агонию, тролль издал отчаянный вопль.

И-и-и-к--!

— Маг!

Повернув голову, он увидел Рею, которая, шатаясь, встала на ноги и протянула руку к троллю.

В отличие от поспешного заклинания, брошенного ранее, эта магическая атака была достаточно мощной, чтобы опалить шкуру тролля.

Корчась в муках, тролль полностью отвлекся от Ракии.

— Ха-а...

Увидев это, Ракия наконец перевел дух впервые с начала боя.

Десяток секунд — ничтожно мало, но достаточно, чтобы восстановить дыхание.

Собрав волю в кулак, Ракия повысил концентрацию, крепче сжав рукоять меча.

Пора заканчивать этот бой.

«Ладно, поехали...»

Из-за невыносимой боли и усталости концентрация Ракии перешагнула прежние пределы, выйдя за рамки контроля мышц и крови, прямо в сферу чувств.

Восприятие времени замедлилось, цвета размылись, и только контуры объектов выступали пугающе четко.

Забыв о боли в раздробленной левой руке, мальчик собрал остатки ауры и прыгнул.

Грр-р-а-а—

Раздался вялый рык.

Осознав, что дистанция слишком мала, Ракия внезапно встретился взглядом с троллем.

В этот миг он понял: находясь в воздухе, он не сможет правильно замахнуться для удара.

Беда. Без поддержки техники фехтования он не мог использовать ауру, а без неё даже знаменитый клинок вряд ли перерубит шею тролля...

Нет, это не так. Даже без поддержки техники, от клинка уже поднималось марево.

Густое, как в середине лета.

«Получилось».

Ощущение пронизало его, словно внутри что-то щелкнуло и встало на место.

Испытывая экстаз от этого чувства, Ракия взмахнул мечом со всей силы.

Свист рассекаемого воздуха, за которым последовал мощный фонтан крови.

Грр-р-р-а-а-а----------!!!!

Кровь хлынула дождем, превращая землю в грязное месиво — её было невероятно много.

Обычно сверхъестественная регенерация мгновенно останавливала кровотечение и затягивала рану, но проклятие на мече затормозило процесс, усугубив кровопотерю.

И пока тролль пытался зажать горло руками, огненные птицы Реи нырнули в зияющую рану на шее.

Пламя, проникшее в тело, не ограничилось сжиганием кожи и мышц. Оно выжгло нервы вдоль позвоночника и те, что управляли руками и ногами — всё.

Жалкая цена за остановку кровотечения.

Грх—

Когда пламя угасло, тролль рухнул, как подкошенный усталостью путник.

Он не двигался. Или, скорее, не мог. Он лишь яростно стонал, не в силах заставить тело подчиняться.

Волоча меч, Ракия подошел к троллю.

— Ха-а, ха...

Ему хотелось одного — бросить меч и упасть прямо здесь. Истощенная аура, раздробленная рука, ноющее тело — всё это выматывало.

Но у него еще оставалось достаточно сил, чтобы закончить начатое.

Глядя в свирепо сверкающие глаза тролля, Ракия с силой вонзил меч.

Магический клинок пронзил огромный глаз, погружаясь прямо в мозг.

— Дерьмо, дерьмо...

Маг бесконечно бормотал проклятия, кусая ногти с искаженным тревогой лицом.

Даже бросив в бой всех подконтрольных монстров, он не смог перебить наемников и похитить юную леди.

Что еще хуже, его козырная карта — тролль, которого он отправил воспользоваться брешью в обороне, — был беспомощно повержен.

— Безумцы, завалить даже тролля? Какого чёрта эти парни там забыли? Это просто нелепо, проклятье...

Сначала всё шло по плану. Он отправил отряд монстров в лобовую атаку, чтобы отвлечь внимание, а сам скрытно провел тролля с тыла.

До момента, когда он вывел из строя мага — главную угрозу — внезапной атакой, победа была гарантирована.

Но всё пошло наперекосяк, когда тощий пользователь ауры взбесился. Он спокойно тянул время в бою с троллем и даже продержался довольно долго после того, как на того наложили заклинание берсерка.

А за время этой задержки очнувшийся маг присоединилась к бою с мощным огненным заклинанием, что привело к гибели тролля.

После этого не осталось монстров, через чьи глаза он мог бы смотреть, так что он не видел происходящего напрямую, но, вероятно, всё закончилось быстро.

— Чёрт, если бы я мог контролировать тролля заклинанием фамильяра, или если бы у меня была ещё пара вервольфов...

Тогда он смог бы добить лежащего мага, и бой закончился бы его победой.

Но реальность жестока. Этот рейд стоил ему почти всех монстров, а чтобы собрать подобные силы заново, потребуются недели в лучшем случае, месяцы в худшем, и это при большой удаче.

Особенно тролль. Он был особенным. Он вырастил его с самого детства.

С его магическими способностями контролировать взрослого тролля было невозможно, так что придется снова искать детеныша. И не факт, что он его найдет.

— Какая потеря...

Вздохнув, маг внезапно схватился за голову и закричал:

— А, я знал, что так будет! Что мне делать? Придется докладывать о провале миссии. Это было выше моих сил, так что...

В этот момент обжигающая, острая боль пронзила руку мага.

Будучи кабинетным ученым, далеким от битв, маг не сразу понял, что это ощущение пронзающего лезвия.

Он лишь покатился по земле, воя:

— А-а-а! Что, что это! Бл*дь!

Взглянув вниз, он увидел стрелу, торчащую из ладони. Обычную стрелу, какими пользуются простые наемники.

Затем из кустов вырвались наемники. Те самые, которых он атаковал своими монстрами ранее.

Первой мыслью мага было недоумение.

Как, чёрт возьми, они его нашли?

Чтобы выследить мага, управляющего монстрами, требовался маг куда более высокого уровня. Та девица среди наемников казалась компетентной, но не настолько. Будь она такой сильной, она не слегла бы от одного удара тролля.

Так как же?

— Нет... тени... ммф!

Застигнутый врасплох маг попытался призвать своего демона, но в это мгновение камень размером с детский кулак врезался ему в висок.

К тому моменту, как он понял, что камень прилетел из пращи наемника, маг уже потерял сознание.

21

Битва закончилась совершенно буднично, как только Ракия и Рея, освободившиеся от тролля, присоединились к схватке вместе с Жрецом Земли, Олбенином.

Однако убийство монстра не означало конец всех бед. Таинственный маг, организовавший нападение, всё ещё был на свободе. Если они упустят его, подобные атаки будут повторяться снова и снова.

В этот момент Рея снова проявила себя.

С лицом бледным, вероятно, от последствий ранений, девушка держала светло-зеленую сферу, парящую между ладонями. Она всмотрелась в неё, а затем указала в сторону.

— Он в том лесу. Около километра отсюда. Если не пойдем прямо сейчас, мы его упустим.

— Кто может ходить, за мной! Мы идем за ним!

Поскольку Рея уже доказала свои способности, испепелив тролля, никто не усомнился в её словах.

Несколько наемников, сохранивших остатки сил, последовали за ней, и вскоре вернулись, таща мужчину с кляпом во рту и связанными руками.

Наемники, завершившие разбор завалов, загнали карету в ближайшую небольшую пещеру, чтобы укрыться.

— Как рука? Можешь шевелить?

— Более-менее... все ещё болит.

На вопрос жреца, слегка встряхнув ноющей левой рукой, Ракия ответил. Жрец с мягкой улыбкой пояснил:

— Это ожидаемо. Даже если сама рана исцелена, тело помнит боль. Скоро пройдёт само собой, не беспокойся.

— ...Спасибо.

Поблагодарив, Ракия закрыл глаза и обратил внимание внутрь себя.

Состояние тела было неважным. Мышцы болели, словно готовы были лопнуть, а аура была истощена. Рука пульсировала фантомной болью.

Но жаловаться было грех.

Ведь он единолично получил чудо исцеления, в то время как другие наемники всё ещё стонали от ран.

— Хуу...

Ракия закрыл глаза, стараясь сохранять спокойствие. Умиротворенный разум помогал восстанавливать ауру.

Помедитировав так несколько минут, он услышал приближающиеся шаги.

Открыв глаза, он увидел Рею, смотрящую на него со странным выражением. Прежде чем он успел спросить, в чём дело, она вежливо поклонилась.

— Спасибо за помощь там. Иначе я бы погибла.

В её поведении трудно было найти следы прежней враждебности. Похоже, теперь она расценивала вмешательство Ракии в критический момент как одолжение.

Объяснять истинные мотивы спасения вряд ли имело смысл, так что Ракия небрежно кивнул.

— Пока мы соратники.

— Соратники... да, пока соратники. Верно.

Ракия наблюдал за бормочущей Реей острым взглядом.

Сейчас она не выглядела враждебно, но расслабляться было рано. Тем более, что он подозревал её в попытке нападения на него ранее.

В этот момент подошла Донабелла с громким смехом, прерывая их диалог.

— Впечатляюще, Ракия! И ты тоже, Рея! Если бы кого-то из вас не было, мы бы ни за что не завалили того тролля!

Она тоже была не в лучшей форме. Как голосовязка, которая обычно не лезет на передовую, в критической ситуации она схватила дубину и бросилась в бой — только для того, чтобы лютоволк укусил её за плечо. Окровавленная повязка говорила о серьезности раны.

— Я почти чувствовала вину за такую большую плату, но теперь всё в прошлом. Разве нормально драться с троллем за эти деньги?

Донабелла ворчала по-детски, несмотря на возраст.

Тут в разговор вмешался Рубек и ободряюще похлопал её по здоровому плечу.

— Мы победили, и это главное, так? Ты тоже была молодцом, Белла. Без твоего «огрского» рёва наш строй рассыпался бы при первом натиске.

— Не «огрского», это был настоящий огр. Ты тоже не сплоховал, Рубек. То масло, что ты вылил в начале.

— Не напоминай. Просто от мысли об этом мне хочется блевать кровью — такая трата денег.

Наемники обменивались комплиментами и от души смеялись.

— Но этот маг, для того, кто мог контролировать тролля, оказался полным слабаком. Что за маг вырубается от одного камня в голову?

— Каким бы могущественным ни был маг, его тело остается телом обычного человека. Даже Контрактор Короля Демонов такой же. Без защитного заклинания он умрет, как любой нормальный человек, от одной стрелы.

Один термин в словах Реи озадачил Ракию: Контрактор Короля Демонов.

Ракия замешкался на мгновение, раздумывая, стоит ли спрашивать о незнакомом понятии. Как раз в этот момент Гинель озвучил вопрос, избавив его от необходимости это делать.

— Контрактор Короля Демонов? Что это?

Оглядевшись, он понял, что остальные тоже не в курсе.

Все выжидающе смотрели на Рею, и она, немного помолчав, начала объяснение.

— Среди демонов есть те, кто правит определенными доменами и командует другими демонами. Их называют Королями Демонов. Контрактор Короля Демонов — это маг, заключивший договор с одним из них.

— Контрактор Короля Демонов сильнее обычного мага?

— Обычно да. Короли Демонов заключают контракты только с магами исключительного таланта. А те, кто предлагает даже свою душу, говорят, могут в одиночку уничтожить целое государство.

— Ого...

Истории о магах были малоизвестны, так что все с увлечением закивали.

Гинель издал вздох, который мог означать страх или восхищение, и задал следующий вопрос:

— А что значит «предложить душу»? Разве маги изначально не используют магию, предлагая души демонам?

На этот вопрос Рея коротко взглянула на Олбенина.

Храмы обычно не любили распространение детальных знаний о магии. Но этот Жрец Земли не казался строгим; он лишь посмотрел на неё с мягким выражением. Приняв это за разрешение, Рея продолжила:

— Маги предлагают демонам ману в обмен на заклинания. Чем больше маны предложено, тем больше заклинаний получено. А когда они предлагают душу — сосуд для маны — они получают силу за пределами всего потенциала, который могли бы когда-либо развить в будущем.

— Хм... тогда разве это не всегда выгодно?

— Нет. Контракт души — это, по сути, предложение всего себя. Демон может управлять телом контрактора по своей воле через душу. Он может заставить убить прохожего просто потому, что у него плохое настроение, или устроить погром взрывными заклинаниями посреди города. Сопротивляться невозможно.

Холодная тишина повисла после слов Реи.

Именно поэтому незарегистрированные маги были объектом страха. Жаждущие власти, они часто поддавались искушению силой контракта души и становились марионетками демонов.

В этот момент стон со стороны нарушил тишину.

Он исходил от связанного мага, который управлял монстрами.

— Маг просыпается!

Кто-то крикнул, и Гинель почесал свои волосы-метлу, бормоча:

— Наконец-то очнулся. Теперь можно повеселиться.

— Угх...

С головной болью, будто вчера выпил тонну пойла, маг медленно открыл глаза.

Первым его встретила темнота. Тьма, вызванная чем-то, закрывающим глаза. Вероятно, повязка или что-то в этом роде?

Судить об окружении он мог только по звуку. Издалека доносилась болтовня, а рядом потрескивал костер.

— Ммф, ммф!

Рот заткнут кляпом. Руки и ноги связаны. Никакой свободы, он был низведен до извивающегося червя.

Затем кто-то крикнул, что маг очнулся.

Вскоре чья-то рука сняла повязки с глаз и рта.

В тот момент, когда он открыл рот, чтобы отчаянно выкрикнуть имя демона, пронзила невыносимая боль. Словно бедро прижигали огнем.

— А-а-а-а—!

Избежать этого было невозможно. С освобожденными глазами и ртом, его руки и ноги всё еще были связаны.

Спустя время, когда боль утихла, маг с трудом посмотрел вниз.

Ощущение факела, прижигающего бедро секунду назад, не было иллюзией. Ожог на ноге доказывал это.

— Угх!

Кто-то грубо схватил его за волосы и заставил поднять взгляд.

Грозное лицо приблизилось. Лицо мужчины средних лет, похожего на наемника, искаженное ненавистью.

Капитан наемников, Катак, прижал факел к ноге мага и сказал:

— Заткнись и отвечай только на то, что я спрашиваю. Если я хотя бы заподозрю, что ты колдуешь, я суну это снова. В следующий раз могу поджарить ту бесполезную штуку у тебя между ног. Понял?

— Х... хорошо...

— Твое имя?

— Ке, Керас. Но какого черта...!

Шшшш—

— Кья-а-а-а—!

Звук жарящегося мяса раздался вместе с отчаянным воплем.

Прижигая бедро дольше, чем в прошлый раз, Катак посоветовал зловещим тоном:

— Твоя обучаемость хромает. Я сказал: отвечай только на вопросы.

Со слезами и соплями, стекающими по лицу, Керас вяло кивнул.

Он больше не смел открыть рот без спроса.

— Хорошо. Отвечай односложно. Если покажется, что ты тянешь время, я подожгу или убью тебя на месте. Понял?

— ...Да.

— Имя?

— Керас.

— Незарегистрированный маг?

— Да.

— Почему ты напал на нас?

При этом вопросе Керас посмотрел на Катака с замешательством.

На такой вопрос невозможно ответить одним словом.

Увидев это, Ракия обнажил меч и приставил его к горлу Кераса.

— Я подержу меч у его шеи. Смогу перерезать горло, как только он попытается выкинуть что-то подозрительное.

— Спасибо.

Поблагодарив, Катак повторил вопрос:

— Спрошу еще раз: почему ты напал на нас?

— ...Из-за заказа.

— Чьего заказа?

Керас замешкался, но вскоре решил выложить всё начистоту. В конце концов, это был вопрос жизни и смерти.

— К-кто-то заказал мне похитить дочь барона Дарса.

— Что?

Взгляды наемников обратились назад. Там сидел барон Дарса, Роген, со своей дочерью.

— Кто?

— Я правда не знаю! Есть отдельное собрание для незарегистрированных магов. Я получил заказ там.

Даже после различных пыток и давления, вывод оставался тем же.

Керас был просто способным незарегистрированным магом и киллером, получившим заказ на похищение дочери барона.

Они продолжали причинять боль и давить, но рассказ Кераса не менялся. Им удалось выудить лишь еще несколько деталей о том Собрании Незарегистрированных Магов.

Наконец, Роген, наблюдавший сзади, объявил допрос оконченным.

— Этого достаточно. Больше мы ничего не добьемся. Заткните ему рот снова.

Рубек снова закрыл глаза и рот Кераса тряпками и отбросил его в сторону.

Наблюдая за этим, Донабелла спросила:

— И что нам с ним теперь делать?

— Передадим его в Храм Бога Смерти, что еще? Мы не можем просто убить его.

— А нормально тащить его так с кляпом? До деревни с храмом идти дня три, а если кормить и поить — могут быть проблемы...

— Почему бы не отрезать ему язык?

В этот момент со стороны раздался хруст, похожий на ломающиеся кости. Поняв, что звук исходит оттуда, где лежал маг, наемники быстро повернули головы.

Керас, которого только что связали и бросили с закрытыми ртом и глазами, широко разинул рот.

Он был разинут так широко, что кожа вокруг губ лопнула, кровь стекала вниз. В этом состоянии Керас прогрыз кляп с хрустом ломающейся челюсти.

— Ч-что за!?

— Остановите его!

Кукловод в Тенях начинал скучать от этой пьесы.

Его контрактор, за которым он наблюдал напрямую, неплохо сражался, но проиграл, и теперь у него не было возможности переломить ситуацию.

Финал, где его беспомощно тащат в храм с отрезанным языком и казнят — это скучно. Здесь уместен более драматичный конец.

Чтобы помочь ему, кукловод взял контроль над телом своего контрактора. Телом глупого контрактора, который давным-давно предложил даже свою душу.

«Я сделаю твой конец славным».

— Как, как ты смеешь со мной так! — мысленно взвыл Керас.

Услышав слова кукловода, Керас закричал в агонии.

Он никогда не представлял, что Кукловод в Тенях обойдется с ним так, что он сам станет расходным материалом. Тот, кто всегда говорил в его разуме, кто был ближе всех в мире, добрый покровитель.

Отчаяние от предательства таким существом было глубоким и бездонным.

Но этот крик не мог вырваться наружу. Сейчас его телом управлял не он, а владелец его души.

«Хех».

Липкое отчаяние и чувство предательства передавались через нити контракта.

Демон усмехнулся. В конце концов, это была его любимая форма развлечения.

Но лишь на мгновение; кукловод перестал смеяться. Ему нужна была концентрация, чтобы закончить пьесу.

Рот Кераса произнес заклинание против его собственной воли.

— Кукловод в Тенях!

Глаза Кераса, произносящего заклинание, вспыхнули ярко-красным.

Это было заклинание самоуничтожения, причем особое, усиленное собственной жертвой.

В отличие от непрямого использования на монстрах, управляемых через фамильяров, магия проявилась с невероятной скоростью.

— Ложись—!

С отчаянным криком Реи вспыхнул свет.

Ярко-красная кровь забрызгала стены пещеры.

22

— Ха-а... ха-а...

В полутемной пещере среди тишины эхом отдавалось лишь прерывистое дыхание.

Взрыва не последовало. Прямо перед тем, как тот должен был сдетонировать, Ракия метнулся вперед, подобно стреле, и отсек голову мага.

Почерневшая кровь капала с кончика его светящегося клинка.

— Ч-что это было сейчас? Что случилось?

— ...Заклинание самоуничтожения. Если бы оно сработало, половина людей здесь погибла бы.

После объяснения Реи все уставились на труп Кераса в ошеломленном молчании. Но посиневшее тело даже не дернулось.

— Теперь не взорвется, да? Раз он мертв?

— Да.

Устало ответила Донабелла:

— С этого момента... давайте просто перерезать глотки таким странным магам, вместо того чтобы пытаться взять их живыми. Чувствую, моя жизнь только что сократилась лет на десять.

— Согласен.

С трудом поднявшись на ноги и отряхнувшись, Катак хлопнул Ракию по плечу.

— Спасибо. Я снова обязан тебе жизнью.

— Нет...

По моральным стандартам Ракии здесь не за что было особенно благодарить. Это было действие ради спасения собственной шкуры, которое попутно спасло и их.

Когда он сказал об этом, Катак лишь усмехнулся, глядя на него как на ребенка. Этот смех странным образом раздражал, заставив Ракию нахмуриться и отвернуться.

Сделав это, он взглянул на мертвого мага.

Больше всего выделялись глаза — светящиеся красным, как сгустки запекшейся крови. Такие же, как у вервольфа перед смертью.

— Маг.

На оклик Ракии Рея удивленно вскинула голову.

Если вспомнить, это был первый раз, когда Ракия обратился к ней напрямую за все дни пути.

— ...Что?

— Тот вервольф тогда — он тоже пытался самоуничтожиться?

При этом вопросе у Реи на мгновение стало пустое выражение лица, прежде чем она ответила:

— Да.

Остаток пути прошел гладко.

Им встречались только теплый солнечный свет и мягкий лунный, и ни единого монстра — необычно мирно.

Их проводник, Рубек, объяснил, что это из-за крови тролля, которой обмазали карету. Монстры чувствительны к следам высших видов, поэтому избегают мест, где держится их запах.

Благодаря этому, через три дня после инцидента с магом, группа благополучно прибыла в город-государство Гарак.

Этот город, расположенный на границе между Империей и Лигой городов-государств, издавна славился своей ролью в посреднической торговле.

Подтверждая свою славу, у ворот толпились люди, и на входе не было даже формальной проверки личности.

Наемники дивились оживленной толпе.

— Тут куда богаче, чем в Берете.

— Ну, Берет большой, но не до такой степени.

— Я слышу много имперской речи.

— Это потому, что граница с Империей рядом. Многие переходят оттуда. И наоборот...

Слушая болтовню спутников, Ракия осматривал город перед собой.

Стены были примерно той же высоты, что и в Берете, но разница заключалась в воротах и огромном количестве проходящих людей.

В отличие от Берета, где ворота были слегка приоткрыты и проводился беглый осмотр, здесь они были распахнуты настежь, стражи не было видно, что позволяло толпам свободно входить и выходить.

— ...А.

В этот момент знакомое лицо привлекло внимание Ракии.

Он не мог точно вспомнить имя. Одор? Алкан? Что-то вроде того.

Один из парней из наемнического отряда Ашана стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за толпой.

Когда их взгляды встретились, мужчина выглядел растерянным, поспешно отвернулся и исчез в толпе.

— ...Что за?

— Что случилось?

— Нет, показалось, что увидел знакомого.

На вопрос Гинеля Ракия покачал головой, отрицая.

Ну, не было правила, запрещающего кому-то из его бывших товарищей находиться здесь. Они провели немало времени в Берете, и хотя ехали на карете, поездка не была спешной.

И всё же, как бы он ни пытался рационализировать это, тревожное чувство засело в глубине души.

— Ну что, за прибытие в Гарак!

— Ваше здоровье!

Разместившись в гостинице, наемники собрались в ближайшей таверне и чокнулись кружками, празднуя благополучное достижение середины пути. Роген предпочел остаться в номере с дочерью, чтобы отдохнуть от дороги.

— В тот раз я правда думал, нам крышка... Если бы Ракия не выиграл время против того тролля, мы бы погибли.

— Если подумать, Ракия, где ты учился мечу? Какой-то секрет?

Лицо Гинеля было полно восхищения, когда он спрашивал.

Это была зависть мужчины к пользователю ауры, который, будучи лет на десять моложе, достиг куда больших высот. Оглядевшись, Ракия понял, что остальным тоже интересно его прошлое, даже если они молчали.

— Не то чтобы секрет. Я просто немного поучился у человека, с которым пересекся в детстве.

— Достичь такого уровня, просто «немного поучившись» — скромно сказано. С твоим темпом ты можешь побить рекорд самого молодого Мастера Меча в истории... Кто это был, напомните?

Уставившись в потолок, словно пытаясь вспомнить, Гинель подтолкнул Катака, сидевшего рядом.

— Рения Далетион. Стала Мастером Меча в двадцать три года.

— Точно, она. Ты мог бы стать Мастером Меча даже раньше Рении. Тебе сейчас где-то четырнадцать, да?

— Шестнадцать.

— Что, ты старше, чем я думал. Из-за маленького роста кажешься моложе...

Поймав на себе свирепый взгляд Ракии, Рубек закашлялся и оборвал фразу. Ракия лишь слегка кивнул и отвел взгляд.

Это была правда, но слышать о своем маленьком росте было не слишком приятно.

Заметив это, Донабелла с улыбкой перевела разговор в другое русло.

— Кстати говоря, Рея тоже здорово помогла с троллем. Как кто-то такой юный творит такую невероятную магию?

Рея сидела на своем обычном месте в углу стола.

Ошеломленная внезапным вниманием, вызванным замечанием Донабеллы, она одной рукой натянула капюшон еще ниже.

В этот момент Олбенин, потягивавший фруктовый сок вместо алкоголя, подал голос:

— Рея заключила контракт с известным демоном, в конце концов. Тот, кто парит, не отбрасывая тени, Световой Дракон Миркия, верно?

Рея кивнула, и Донабелла спросила:

— Это известный демон?

— Да. Только маги, заключившие контракт с «нейтральными или доброжелательными» демонами, могут стать Лицензированными магами, но среди них по-настоящему «доброжелательные» редки. Миркия — один из таких.

— Ого...

Доброжелательный демон — это звучало так же противоречиво, как холодный огонь или горячий лёд.

Олбенин продолжил объяснение мягким тоном, словно учитель, обращающийся к детям.

— Демоны не дают силу злым, так что в давние времена его почитали как Дракона Правосудия... Ах, не повторяйте эту историю где попало.

Жрец умоляюще сложил ладони и захлопал ресницами.

Зрелище тучного мужчины средних лет, пытающегося выглядеть мило, было настолько комичным, что наемники за столом разразились смехом.

Они болтали так некоторое время, когда дверь открылась со звоном колокольчика.

Как только вошел один мужчина, все взгляды обратились к нему.

— Эм...

Мужчине на вид было около сорока, может, чуть больше.

Одет он был в практичную одежду, удобную для движения, а на поясе висел единственный полуторный меч — средней длины, которым можно сражаться и одной, и двумя руками.

Что притягивало всеобщее внимание, так это его аура — то ли исходящая от его острого взгляда и натренированного тела, то ли нечто большее.

Странное, подавляющее присутствие исходило от него, даже когда он просто стоял.

Своими острыми чувствами Ракия инстинктивно оценил силу противника.

Мечник был могуч — намного сильнее Ракии, достаточно силен, чтобы, возможно, в одиночку убить того тролля.

Мечник окинул взглядом таверну, а затем, заметив их группу, медленно направился к ним.

Когда наемники потянулись к оружию, он поднял руку, останавливая их.

— Не нужно так настораживаться. У меня здесь дело только к одному человеку.

— Какое дело?

Катак встал как представитель, прямо встречая мечника.

Даже когда противник излучал острую ауру — явно намного более сильную, — Катак стоял твердо, не дрогнув. Впечатленный такой стойкостью, взгляд мечника смягчился.

— Я пришел за мечником, который убил моего ученика. Имя — Ракия. Синеволосый, золотые глаза. На вид лет пятнадцать.

При этих словах все взгляды переместились на Ракию.

Ракия с минуту изучал лицо мечника, прежде чем задать вопрос. Раз тот пришел мстить за ученика, Ракия отбросил вежливость.

— Я здесь впервые. Вы, должно быть, обознались.

— Ошибки нет. Разве не ты убил Пользователя ауры в лесу к югу от города Марам? Будучи наемником из Берета, так?

— А...

Он не мог забыть. Гебель Прага — первый Пользователь ауры, с которым сражался Ракия.

Услышав это, Ракия вспомнил и лицо мечника. Пользователь ауры, который тогда одним ударом обезглавил Ашана, был этот человек.

— Меня зовут Раш Траун. У меня здесь небольшое додзё.

Лицо Раша оставалось спокойным, когда он представлялся. По крайней мере, он не выглядел как человек, жаждущий отомстить убийце ученика.

Ракия не стал спрашивать, почему он так уверен, что это он, ведь Раш не видел смерти Гебеля своими глазами.

Вместо этого он озвучил другое сомнение.

— Как вы выследили меня здесь?

— Не совсем выследил — скорее опередил и ждал. Я в Гараке уже два дня.

Говоря будничным тоном, Раш продолжил объяснение.

— Я знал твое описание. Гебель рассказал мне. Так что я начал с поиска умелого мальчика-наемника с синими волосами в Берете, и тогда встретил твоих бывших товарищей.

Тут Ракия вспомнил лицо, которое видел у ворот.

Бывший товарищ, чье имя он даже не мог вспомнить. Можно было догадаться, что этот мечник нанял их, чтобы докладывать о перемещениях Ракии.

Наняться к пользователю ауры, который убил их капитана и товарищей, чтобы выследить бывшего союзника...

Не Ракии говорить о морали, учитывая его собственную отстраненность, но они были поистине бесстыдны.

— Чёрт...

— Разве в Берете ничего не сказали? Пользователь ауры, сражавшийся в Мараме, свободно разгуливает?

— Но перемирие уже вступило в силу, разве нет? Они не хотели провоцировать того, кто стал наемником.

— Ха...

Когда Ракия издал пустой вздох, Раш улыбнулся и продолжил.

— В любом случае, когда я нанял их, они вскоре сообщили мне о твоем местонахождении. Сказали, ты взял заказ на эскорт в Империю и уехал. После этого я без остановок поскакал в Гарак и стал ждать. Тебе всё равно пришлось бы пройти здесь, чтобы попасть в Империю.

— И вы поставили некоторых из тех бывших товарищей у ворот, чтобы они заметили меня?

— Именно. Я услышал, что ты прибыл сегодня, и предупредил все гостиницы и таверны в городе. Сказал им сообщить мне без лишнего шума, если появится кто-то подходящий под описание.

Раш подробно отвечал на каждый вопрос Ракии, но в его поведении не было и следа гнева на убийцу ученика.

Но это не значило, что он действительно не чувствовал ярости. Если он не здесь ради мести, зачем прилагать столько усилий, чтобы выследить Ракию?

С глубоким вздохом Ракия поднялся со стула.

— Тогда... выйдем.

Его шансы были невелики.

Противник, вероятно, был в разы сильнее — опытный Пользователь ауры, и раз это его территория, городская знать или стража, скорее всего, встанут на сторону мечника. Предложить дуэль один на один было уловкой, чтобы избежать вмешательства последних.

В этот момент остальные наемники массово встали и окружили Ракию.

— Что...

Прежде чем Ракия успел сказать слово, Гинель, стоявший впереди, смело заявил:

— Кто-нибудь здесь похож на того, кто бросит товарища?

— Конечно нет.

— Его убило не заказное убийство или принудительная дуэль — это было в пылу войны. Приходить мстить за это неправильно, не так ли?

— Именно. Мы обязаны ему жизнями уже не раз.

— В такой ситуации закрыть глаза на несправедливость — значит прогневить саму Мать-Землю.

Наемники сжали оружие и преградили путь к Ракии. Словно говоря: сначала придется пройти через нас.

Столкнувшись с этой причудливой сценой — непохожей ни на что, что он испытывал раньше, — Ракия не знал, как реагировать. Даже Рея, сидевшая молча, поколебалась мгновение, прежде чем присоединиться к наемникам рядом с ним.

Катак, стоявший в авангарде, прорычал низким угрожающим голосом:

— Мы были бы признательны, если бы вы отступили, господин Раш. Наш наниматель — барон Империи. Если вы причините вред его охране из-за личной обиды...

Тут Раш махнул рукой с раздраженным выражением лица.

— Похоже, возникло недопонимание. Я здесь не ради мести. Проигрыш в честном бою — это его собственная ответственность. Мы не дети — мстить за такое было бы мелочно, не думаете?

Его выражение лица и тон звучали настолько искренне, что это едва ли казалось просто словами.

Наемники переглянулись; их позы расслабились, они слегка опустили оружие.

— ...Тогда зачем именно вы здесь?

На вопрос Ракии — в чем смысл поисков — Раш откашлялся, словно ждал этого момента.

Затем торжественным тоном объявил:

— Стань моим учеником. Я сделаю из тебя Мастера Меча за десять лет.

23

После того как Раш закончил свою речь, в таверне повисло молчание.

Нарушил его Гинель, пробормотав себе под нос:

— Нет, что за абсурдное предложение...

Обычно между мастером и учеником существовала связь, независимо от того, чему обучались. Как минимум, они были ближе друзей, а иногда и как отец с сыном.

Но принять убийцу своего ученика в качестве нового?

Пока все смотрели в ошеломленном молчании, Ракия задал вопрос спокойным тоном:

— ...У меня есть один вопрос.

Зная, что целью собеседника не является месть, юноша вернулся к вежливому обращению.

Заметив это, Раш рассмеялся:

— Ты так вежлив, что это даже неловко. Спрашивай. О чём?

— Какова причина? Вы кажетесь прославленным мечником, так зачем настаивать на том, чтобы взять убийцу вашего ученика в ученики?

— Ну... потому что у тебя есть талант.

Он заявил это с непоколебимой уверенностью, мечтательно прикрыл глаза и продолжил:

— Мечник моего уровня может восстановить ход сражения и уровень мастерства, просто глядя на последствия и трупы.

Это была сфера, которую Ракия пока не мог даже вообразить.

Нужно пройти через бесчисленные битвы и набраться опыта, оттачивая проницательность, чтобы развить способность видеть подобные вещи.

Как и ожидалось, Раш был явно исключительным мечником.

— Но когда я взглянул на тело моего ученика... у меня мурашки по коже пробежали.

В отличие от своей торжественной манеры при первом появлении, теперь он казался почти возбужденным.

— Эта острота, изобретательность и точность — всё на уровне гения. И ты уже пробудился как Пользователь ауры. У тебя врожденный талант! Просто невероятно!

Глаза Раша блестели странным безумием, когда он рассыпался в похвалах.

Это была одержимость. Решимость доказать своё мастерство, достигнув той сферы, что была всего в шаге от него, пусть даже через ученика.

Ракия не мог знать истинной причины, но липкая одержимость ощущалась физически.

— Я слышал, что в обычных школах меча ученики полностью подчинены наставникам. Они должны заботиться о нуждах мастера и беспрекословно выполнять приказы...

— Разумеется. Ведь речь идет о наследовании искусства меча.

Его позиция была абсолютно твердой, даже с ноткой фанатичной убежденности.

Благодаря этому Ракия смог твердо решить, что ответить.

Собравшись, Ракия четко выразил отказ:

— Я отказываюсь.

Причин было несколько.

Во-первых, фехтование Раша не представляло для Ракии интереса как добыча. Он мог учиться у множества прошлых мастеров меча, просто засыпая в безопасном месте, так что не было смысла жаждать техник того, кто даже не стал Мастером Меча.

Во-вторых, у Ракии была насущная цель. Добраться до Графства Кисен и испить из Источника Усиления Ауры.

Став учеником Раша, он несомненно столкнется с серьезными ограничениями. Даже если удача позволит ему действовать самостоятельно, что если Раш пойдет с ним? Добытая с таким трудом вода источника может быть поделена или вовсе отобрана.

И наконец, Ракия не мог доверять характеру Раша. Тот, кто, казалось, не питал никакой привязанности к собственному ученику — задумается ли он, если представится возможность выгодно продать нового?

Он не мог служить такому человеку и подчиняться ему.

— ...В чём причина?

Голос теперь звучал жутковато-мрачно, в отличие от прежнего возбуждения.

Ракия спокойно предложил отговорку. Он сейчас на службе, сопровождает караван, и должен отправиться вглубь Империи.

Ответ Раша на это был удивительно прост.

— Отмени это. Я покрою не только неустойку, но и штраф, и даже найду замену — другого Пользователя ауры. Я знаю здесь кучу людей.

Этими словами, обещающими решить все проблемы, Раш поставил Ракию в тупик.

Он мог бы упереться, сказав обсудить это с нанимателем, бароном, но если барон согласится, Ракия окажется в ловушке, связанный обязательствами ученика.

— У меня уже есть стиль фехтования, который я изучаю отдельно, и я не намерен учить новый.

Это было довольно прямолинейное заявление, подготовленное к гневу собеседника.

Этого вполне хватало, чтобы намекнуть: у него уже есть хорошая школа, и в науке Раша он не нуждается.

Но вопреки ожиданиям, лицо Раша расплылось в широкой улыбке при этих словах.

Увидев это выражение, Ракия понял: мечник предвидел такой ответ.

— Тогда мне просто нужно доказать, насколько груб твой «отдельный стиль».

Раш продолжил тоном, полным уверенности:

— Именно поэтому я сказал, что возьму тебя в ученики. Не знаю, где и у кого ты учился, но твое фехтование слишком примитивно. Ты пока маскируешь это выдающимся талантом, но без настоящей школы скоро упрешься в потолок.

Во время боя с Гебелем Ракия в спешке скопировал технику противника, используя лишь принципы, но придерживаясь своих боевых паттернов. Похоже, эти импровизированные, отточенные наемничеством приемы казались грубыми в глазах прославленного мечника.

Слушая его, Ракия догадался, чего тот хочет.

Если он возмутится пренебрежением и обнажит меч, тот подчинит его и скажет: «Видаль, мое мастерство велико. Так что учись у меня».

Доказывать свое мастерство с помощью Королевского Стиля Двора Эйден не поможет.

Противник уже настроен сделать его учеником, а разговоры о грубости — лишь предлог.

Пока он раздумывал над ответом, раздался звук открывающейся двери таверны.

Все взгляды обратились ко входу.

— Кажется, я немного припозднился.

Вошедшим был барон Роген из Дарса.

В сопровождении двух слуг он появился не с привычным добродушием, а с надменным и суровым выражением лица. Истинное воплощение знати.

— Кто вы такой?

— Роген Тресвель. Барон Дарса, член нижней палаты Имперского Совета Знати и советник Герцогства Элданиан. А кто вы такой, чтобы обращаться ко мне?

— ...Рад встрече, Ваша Светлость, барон. Я Раш Траун. У меня здесь небольшое додзё.

— Рад встрече, Раш. Я слышал о Клинке Шторма. Честь встретить прославленного Пользователя ауры.

Они обменялись приветствиями, словно старые друзья, без лишних формальностей. Но это была лишь оболочка; их взгляды скрестились, высекая искры.

Роген спросил мягким тоном:

— По пути сюда я краем уха слышал о желании взять моего охранника в ученики. Это так?

— Да.

— И он отказался. Значит, на этом всё?

— При всем уважении, Ваша Светлость, это ещё не всё.

С вежливой, но твердой решимостью Раш отверг слова Рогена.

— Не всё?

— У нас остались неразрешенные обиды. Мой ученик был убит этим юношей. Я изначально намеревался закрыть на это глаза в обмен на то, что он станет моим учеником, но раз этого не происходит, я не могу просто так это оставить.

— Это абсурд! На поле боя нужно быть готовым убивать и быть убитым — использовать это как предлог...

Возмущенно выкрикнул Катак.

Игнорируя выпад, Раш вежливым тоном попытался убедить Рогена. Нет, содержание было ближе к угрозе, чем к убеждению.

— Я понимаю заботу Вашей Светлости о безопасности вашего эскорта. Но это вражда между мечниками. Особенно здесь, за пределами Империи, действуют местные правила.

Исторически отношения между знатью и мечниками всегда были сложными.

По сути, знать имела верх. Управляя обширными землями, владея огромными богатствами и мощными армиями, аристократы безоговорочно были правящим классом. Многие из них сами были сильными Пользователями ауры, что делало их власть непоколебимой.

Но это не значило, что дворяне могли в одностороннем порядке пренебрегать мечниками.

Один меч в их руках мог высвободить невообразимую мощь, и Пользователи ауры, способные валить монстров, которых не могли одолеть армии, представляли большую угрозу и для знати. Недаром сильных среди них называли рыцарями и уважали наравне, а то и больше, чем дворян.

На вершине этой пирамиды стояли существа, именуемые Мастерами Меча.

И здешний мечник, Раш, был бойцом, которого в Империи без вопросов назвали бы рыцарем. К сожалению, считалось, что до Мастера Меча он так и не дотянул.

В пределах Баронства Дарса это было бы одно, но в этом городе-государстве, не подвластном Империи, одним титулом такого противника не подавить.

Это было ограничение провинциального дворянина, чья власть простиралась лишь от его земель, в отличие от мечника, уважаемого повсюду за его силу.

— Так чего именно вы хотите? Удовлетворитесь только если непременно сделаете юного Ракию своим учеником?

— Это было бы полным неуважением к Вашей Светлости. Я не намерен быть настолько безрассудным.

Раш хитро успокоил барона, словно опытный переговорщик.

Затем с серьезным лицом озвучил свое предложение.

— Всё просто. Он говорит, что не пойдет ко мне, потому что мой стиль кажется ему неполноценным, так что мне просто нужно доказать свое мастерство, верно?

— Как вы намерены это доказать?

— Способ доказать мастерство, разумеется — дуэль. Если я проиграю, Ракия не становится моим учеником, и я забываю все обиды. Если выиграю — он мой. Как вам?

На предложение Раша Роген нахмурился и возразил:

— Вы же не собираетесь драться сами, не так ли? Разница в возрасте и репутации абсурдна.

— Конечно нет. Я не намерен делать это сам. Мой ученик, Барян, выступит вместо меня.

После ухода Раша группа вернулась в гостиницу.

Ракия первым склонил голову перед Рогеном в знак благодарности.

— Спасибо, что помогли...

— Это естественно. Я сам активно убеждал тебя взяться за эту работу. И учитывая, как усердно ты защищал нас в пути, тем более.

Он ответил нарочито бодрым тоном, но лицо Рогена омрачало глубокое беспокойство.

Ситуация не располагала к спокойствию. Его тщательно отобранный охранник был на грани того, чтобы быть втянутым в старые распри и вынужденным сражаться. К тому же противником был известный Пользователь ауры, которого даже имперский барон вроде Рогена не смел игнорировать.

И всё же причина, по которой Роген встал на сторону Ракии, была одна: завоевать расположение этого юного гения, будущего Мастера Меча.

Поначалу это было лишь ради надежной охраны, но увидев, как тот сражается с троллем, ценность мальчика возросла многократно. Просто знакомство с Мастером Меча было огромным нематериальным активом, а если стать его благодетелем?

Как дворянин и торговец, Роген должен был сохранить эту драгоценную связь любой ценой.

Даже если это означало противостояние могущественному Пользователю ауры.

— Не думал, что мы влипнем в такое сразу по прибытии.

— Мне жаль.

— Нет, за что тебе извиняться! Просто не повезло нарваться на чудака... Ты уверен в победе?

— Не уверен. Я не видел фехтования противника своими глазами.

Победа не была гарантирована. Как и в истории о мастере меча Палкионе, рассказанной Парганом, истинные гении часто достигали пика среди Пользователей ауры к середине или концу подросткового возраста.

Но противник, вероятно, не был мечником такого калибра. Если бы он уже вырастил такого гения, зачем бы ему нацеливаться на Ракию?

— В любом случае, полагаю, нам придется постараться. Я хочу выспаться как следует, можно мне отдельную комнату на сегодня?

— Разумеется. Я оплачу проживание.

Этой ночью Ракия вошел в Рыцарский Клуб.

Как и в прошлый раз, он попал на тренировочную площадку, что означало: Архангел Войны всё ещё занята.

Пока он сидел в зале, активировав ауру для медитации, вскоре дверь открылась и появился Элтейн.

— Давно не виделись! Я уж думал, ты забыл мое лицо, раз не заходил.

За ним стоял убийца из прошлого раза, Ран.

Не теряя времени на приветствия, Ракия перешел сразу к делу.

— Могу я попросить урок на выбранную мной тему сегодня?

— Хм? К чему такая внезапная просьба?

Ракия кратко обрисовал ситуацию озадаченному Элтейну.

Мастер стиля, который он показал в прошлый раз, хочет насильно взять его в ученики, и чтобы остановить это, он должен выиграть дуэль против ученика этого мастера.

Выслушав объяснение, Элтейн странно улыбнулся.

— Хм... Каковы шансы на победу?

— Не уверен, но, может, пятьдесят на пятьдесят.

— Да, похоже на то.

Пользователь ауры, достигший определенного уровня, мог оценить достижения более слабых.

И учитывая уверенность Раша, несмотря на знание о гениальном боевом чутье Ракии, его ученик должен быть Пользователем ауры с подавляюще превосходящими достижениями по сравнению с Ракией.

По крайней мере, несравнимо сильнее Гебеля.

Но Ракия колоссально вырос с момента битвы с Гебелем.

Он уже мог свободно вливать ауру в меч и овладел выдающимся Королевским Стилем Двора Эйден.

Учитывая, что противник был уверен в подавляющей победе, а текущая сила Ракии намного превзошла ожидания, шансы выходили ровно пятьдесят на пятьдесят.

— Думаю, я знаю, что ты хочешь сказать. Это то, о чём я думаю?

— Да. Я хочу изучить фехтование, которое имеет преимущество против того стиля, что вы показали в прошлый раз.

Секрет повышения этих шансов пятьдесят на пятьдесят.

Это было решение, к которому пришел Ракия.

24

— Если подумать, до сих пор ты учился фехтованию только у меня, верно?

На слова Элтейна Ракия ответил кивком.

— Да. Хотя я выучил ещё несколько других техник у Рана.

— Верно. Честно говоря, мой стиль сейчас тебе не совсем подходит. Он создан для мечников с огромным запасом ауры, сражающихся с монстрами, поэтому не так эффективен в боях с людьми.

После этого Элтейн коротко объяснил типы фехтования.

— Есть четыре основных типа: силовое, скоростное, мягкое и хитрое. Стиль Эйдена преследует два из них — силу и скорость, — урезая элементы мягкости и хитрости.

— О.

— Такой стиль хорош против монстров. С другой стороны, «мягкий меч» и «хитрый меч» лучше подходят для схваток с людьми. Особенно против других мечников.

Понять, о чём он, было несложно.

Против огромного врага, вроде того тролля, гораздо эффективнее нанести удар всей мощью, чем крутить мечом для отвлечения внимания или оставлять неглубокие порезы на толстой шкуре.

И наоборот, в боях с людьми прямолинейные атаки легко читаются и ведут к контратакам.

— У меня на примете есть подходящий человек. Он будет полезен и для грядущей битвы, и поможет дополнить твоё фехтование. Я приведу его, так что подожди здесь немного.

— Понял.

— А пока повтори техники, которым тебя научил Ран. Если нахватаешься плохих привычек вначале, потом намучаешься исправлять.

Дав этот совет, Элтейн покинул тренировочную площадку, даже не дожидаясь ответа.

Когда он ушел, в зале повисла тишина.

Ракия и Ран смотрели друг на друга без слов.

Первым тишину нарушил Ран.

— Чего уставился? Демонстрируй. Мне нужно проверить твой прогресс.

По команде Рана Ракия тут же начал показывать техники, которые практиковал.

Чувство присутствия, сокрытие присутствия, передача звука, стенолазание, оглушающее касание, прыжок, облегчение тела.

Воспроизвести техники, увиденные лишь раз, основываясь только на принципах, было подвигом, достигнутым исключительно благодаря таланту.

Но Ран не выказал удивления достижениями Ракии и дал спокойную оценку.

— Твои наклонности очевидны. Ты больше всего практиковал чувство присутствия и прыжок?

— Да. Особенно прыжок — он очень помог в боях.

Если бы он не выучил технику прыжка до схватки с троллем, он не смог бы уклоняться от атак и погиб бы. То же касалось и самоуничтожения мага Кераса; без использования прыжка для мгновенного сближения он не смог бы его блокировать.

Услышав объяснение Ракии, Ран наклонил голову, словно не понимая.

— Прыжок не предназначен для использования таким образом?

— Простите?

— Попробуй использовать его здесь. Я должен увидеть сам.

Ракия продемонстрировал прямо на месте, смешивая фехтование с прыжком. Он взмахнул мечом, затем рванул тело вперед в быстром скачке, последовали новые взмахи и приемы, прежде чем он снова прыгнул.

Увидев это, Ран произнес удивленным тоном:

— Твой прыжок почти не требует подготовки?

— ......Да. Это странно?

— Конечно странно. Обычно эта техника требует много времени на подготовку, поэтому используется только для преодоления высоких препятствий или для начала атаки. Даже Мастера Меча улучшают это лишь немного, но......

Для Пользователя ауры уровня Ракии использовать её так было явно ненормально, объяснил Ран ровным тоном.

— Что ж, у каждого есть техника-другая, которая подходит ему исключительно хорошо. Твое сокрытие присутствия, стенолазание и облегчение тела тоже неплохи. Но по сравнению с ними, передача звука и оглушающее касание хромают.

— Мне не с кем практиковаться, так что...... возня в одиночку не сильно помогла.

Обе техники требовали партнера для нормальной практики, а в нынешней группе не было никого достаточно надежного.

Как только эта мысль промелькнула, Ракия вспомнил, как его товарищи пытались помочь ему против Раша сегодня, и на миг дрогнул.

Пока Ракия был погружен в мысли, Ран предложил четкое решение.

— Можешь тренироваться на животных. Принцип всё равно один для всех живых существ.

— А.

Лошадь, тянущая карету — с ней можно тренировать передачу звука днем, а оглушающее касание ночью, когда придет время спать.

Поблагодарив за совет, Ракия озвучил мысль, которая посещала его с прошлой встречи.

— Кстати, могу ли я изучить ваше фехтование, Ран?

Неожиданно Ран твердо отклонил просьбу Ракии.

— Я мог бы научить, если бы хотел, но мое фехтование — это меч убийцы. Типичный третьесортный стиль, заточенный только на удары по уязвимым местам. Глубоко изучить его нельзя. Да и чести в нем мало.

Ракия не особо поверил. Фехтование, породившее Мастера Меча, — третьесортное? В такое вранье даже дурак не поверит.

Но судя по тону, у него не было желания передавать его, так что Ракия решил не настаивать.

— В любом случае, как только твое владение выученными техниками улучшится, я скоро научу тебя нескольким связкам......

В этот момент дверь спарринг-зала распахнулась, впуская две тени.

Элтейн привел с собой другого рыцаря.

— Заходи, представься. И пожалуйста, без лишней болтовни.

— Приветствую.

Вежливо поклонившись, Ракия незаметно осмотрел новоприбывшую.

Первое, что бросилось в глаза — собранные в хвост серебряные волосы. И выражение лица, такое же холодное и острое, как этот серебристый оттенок. Броня, которую она носила, была драпирована струящейся тканью, создавая элегантный силуэт, и её манеры были под стать — сдержанными.

Молодая женщина-рыцарь, на вид лет двадцати-двадцати пяти, вошла следом за Элтейном.

— Рада встрече, Апостол Войны.

— Да, это честь для меня.

— Именем нашего великого Владыки Войны я решила наставить тебя. Пусть это учение будет значимым......

Рыцарь произнесла это торжественным тоном, соответствующим её внешности. Кем бы она ни была, она казалась крайне строгой и набожной особой.

Но тут из-за спины Элтейн недоверчиво хмыкнул и хлопнул её по спине.

— Прекращай, ты! Хочешь людей до смерти рассмешить?

— Ай, перестань!

Чопорная атмосфера мгновенно испарилась, и рыцарь огрызнулась резким голосом.

Вздохнув, она заговорила куда более небрежно:

— Я наконец-то добралась до роли древнего наставника, пыталась создать таинственную атмосферу...... Короче, никакой от тебя помощи.

Ошеломленный внезапной переменой, Ракия поспешно снова вежливо поклонился. Будь она суровой воительницей или веди себя как девочка-подросток, она всё равно оставалась учителем, пришедшим обучить его фехтованию.

— Я Ракия Диркус. Приятно познакомиться.

Довольная его манерами, рыцарь глупо ухмыльнулась и представилась.

— Да, знаю. Приятно познакомиться. Я Рения. Рения Далетион.

— А, самый молодой Мастер Меча......

Он уже знал, и это имя он слышал буквально сегодня днем. Гениальная мечница, ставшая Мастером Меча в самом юном возрасте в истории, Рения Далетион.

При словах Ракии она просияла:

— Этот рекорд ещё не побит? Блин, почему не рождается больше талантливых детей? Прошло больше ста лет, как я умерла.

Это звучало как жалоба, но в голосе сквозило скрытое удовольствие.

Конечно, это был поистине почетный рекорд. Это означало, что она проявила величайший талант среди сотен Мастеров Меча, существовавших с тех пор, как люди впервые взяли в руки мечи.

— В любом случае, рада, что мы встретились вот так. Я хотела встретиться раньше, но этот Элтейн строил из себя твоего координатора обучения и ограничивал тех, кто мог тебя видеть? Сказал, что набег толпы учителей на ребенка только запутает тебя и замедлит прогресс или что-то типа того. Но всё же, ты ведь Апостол Войны, в конце концов......

Слова сыпались из неё, как пули из пулемета.

Поначалу Ракия вставил пару фраз, но даже спустя несколько минут её трескотня не утихала.

Ошалевший от непрерывного потока, Ракия неосознанно взглянул на Элтейна.

На умоляющий о спасении взгляд мальчика Элтейн лишь покачал головой и утешающе произнес:

— Сдайся.

Спустя некоторое время, выплеснув поток слов, она наконец замолчала с облегченным выражением лица.

Воспользовавшись паузой, Элтейн вставил:

— Вот поэтому я не хотел тебя приводить. Как только тебе кто-то понравится, тебе надо выболтаться вот так, чтобы полегчало. Если попытаться перебить на полуслове, она просто игнорирует.

— Что значит, я так долго говорила?

— Нормальные люди не загоняют незнакомца в угол и не тараторят так. Это болезнь. Впрочем, все Мастера Меча немного того.

— Она говорит так, словно сама не Мастер Меча.

Когда Ран заметил это, Элтейн торжественно кивнул и заявил:

— Я здесь единственный нормальный.

Его наглая позиция была настолько чрезмерной, что никто не нашелся что ответить, и повисла тишина.

Мгновение спустя Элтейн хлопнул в ладоши.

— Кстати говоря, ты опять несешь чушь. Давай к делу. Время не бесконечно.

— А, ты хотел, чтобы я научила своему стилю?

— Верно. У нас всего несколько часов. И ты уже сожгла 30 минут своей болтовней.

— Разве это вообще возможно? Мое фехтование не такое простое, чтобы выучить за пару часов. Меня тоже называли гением, но у меня ушли месяцы, чтобы сделать его применимым на практике.

— Ты не скажешь так, попробовав поучить один раз.

Покачав головой, Элтейн отступил на несколько шагов.

Затем, словно давая совет, добавил:

— Самый быстрый способ — просто поспарринговать на мечах и показать друг другу. Силу тоже регулируйте соответственно.

— Регулировать силу? Это моя специальность!

Облизнувшись в предвкушении, Рения обнажила меч.

Её клинок имел изогнутую форму, как полумесяц. С заточкой только с одной стороны, он выглядел как специфическое оружие, созданное для режущих ударов.

Он слышал, что такое оружие часто используется в южной части Империи или южных королевствах под ней.

— Этот стиль называется «Текущая Река». Он основан на фехтовании фей. Ну, углубляться в детали — только время терять, так что начнем.

С этим несколько скомканным объяснением она встала в стойку.

В ответ Ракия направил на неё меч и выровнял дыхание, ожидая атаки.

И спустя несколько секунд.

Прошла короткая тишина, и только тогда мальчик понял, что она ждет, пока он ударит первым.

Поскольку он всегда начинал с защиты при обучении, он неосознанно ждал её атаки и в этот раз.

— Я иду!

Громко крикнув, Ракия использовал прыжок, чтобы быстро сократить дистанцию, и обрушил меч мощным вертикальным ударом.

— Ха-а!

Удар был абсолютно яростным и прямым.

Атака, способная разрубить обычного монстра пополам, обрушилась на её голову. Аура, влитая в меч, остро полыхала.

В этот момент Рения, стоявшая неподвижно, наконец впервые шевельнула мечом.

Кагак—!

«Угх!?»

Скрежет металла, и одновременно его меч отскочил. Ощущение столкновения с чем-то упругим передалось через рукоять.

Прежде чем он успел удивиться, контратака последовала почти одновременно с защитой.

Его стойка не восстановилась достаточно, чтобы блокировать мечом, поэтому Ракия быстро сложился и низко пригнулся.

— Кх!

Он едва успел уклониться, но, к сожалению, это не означало, что возможность для контратаки упущена.

Вжих-вжих-вжих—

Её атаки были подобны реке в названии её стиля.

Они не были мощными, не были сверхбыстрыми, но были бесконечно непрерывными, как текущая вода, которая никогда не прерывается.

Безжалостный натиск не оставлял возможности даже перевести дух. Дрожа от чувства удушья, Ракия с трудом блокировал удары.

«Это чувство, я испытывал что-то похожее раньше......»

Если подумать, этот стиль был того же типа, что использовал Гебель в прошлом.

Однако он был куда мягче и гибче — и в то же время прочнее.

Он понял, почему Элтейн представил её и решил научить этому стилю.

«Текущая Река» была идеальным превосходящим аналогом фехтования школы Раша.

— Ха!

Звон мечей, резкий хлопающий звук.

Следя за её движениями, Ракия начал лихорадочно впитывать принципы этого фехтования.

Базовым принципом «Текущей Реки» была инерция.

В момент взмаха мечом, а также в момент столкновения и отскока, нужно поддаться этой инерции, не сопротивляясь, принять силу.

Осуществить это позволяла предельно гибкая работа корпусом.

Наблюдая за ней, Ракия начал копировать принципы и формы её фехтования, применяя их к собственному телу.

— О?

Восхищенный возглас Рении.

Не успев даже заметить его, мальчик уже вкладывал всю концентрацию в изучение её стиля.

Он ухватил все необходимые движения тела, адаптировал их под свою физиологию и включил в арсенал.

Поняв это, Рения намеренно использовала даже сложные вариации, которые обычно не применяла, угрожая Ракии разнообразием техник, но в то же время давая ему бреши для атак, чтобы продемонстрировать приемы защиты и противодействия.

Так прошло около десяти минут.

Два мечника, обменивавшиеся ударами без перерыва, теперь приняли идентичные стойки, словно зеркальные отражения.

— Отлично, достаточно!

Несколько часов спустя.

Рения с освеженным лицом покрутила мечом, и только тогда Ракия в изнеможении рухнул на землю.

— Ты хорошо потрудился......

— Я беспокоюсь, не будешь ли ты слишком измотан, чтобы драться на завтрашней дуэли.

— Всё в порядке. Это духовное тело, так что мое реальное тело в полном порядке. Разум может быть немного уставшим, но я справлюсь на силе воли.

Элтейн ухмыльнулся, словно говоря, что это чушь.

— В любом случае, всё охватил, ничего не упустил? Теперь покажи результаты. Сообщи, если будет успех.

— Я запомню.

Полностью истощенный, лежа посреди тренировочной площадки, Ракия удовлетворенно улыбнулся.

Ему всё ещё требовались бесчисленные реальные битвы и опыт для полного овладения, но пока он впитал все базовые принципы.

Новый стиль, подходящий для боев с людьми: «Текущая Река».

Если завтрашним противником на дуэли не будет сам Раш, он не думал, что проиграет любому из его учеников.

25

На следующий день на западных равнинах за городскими воротами была подготовлена дуэльная площадка.

Зрителей собралось больше, чем ожидалось. И всё благодаря славе Раша, Клинка Шторма. Слухи о том, что Раш почти силой пытается взять себе ученика, разожгли любопытство местных сплетников.

— Это того мальчишку Раш хочет в ученики?

— Он выглядит таким юным...

— Тц, грязная дуэль. Даже Клинок Шторма постарел. Его честь упала на землю.

Многие с презрением цокали языками.

Это было естественно: маленький рост и моложавое лицо Ракии на первый взгляд выдавали в нем подростка лет пятнадцати. То, как он держал меч, казалось жалким, словно мальчишка тайком стащил оружие отца. Это говорило о многом.

Напротив, его противник Барян был ростом выше 180 см, с широкими плечами и мускулистым телосложением.

Хотя статус Пользователя ауры не гарантировал абсолютного превосходства в физической силе, разницы было достаточно, чтобы любой счел этот поединок несправедливым.

Даже те, кто действительно разбирался в фехтовании, видели в этом неравенство. С точки зрения одного лишь количества ауры, Ракия едва перешагнул уровень новичка, в то время как Барян был отлично тренированным Пользователем ауры. Физические способности противников различались как у взрослого и ребенка, а то и больше.

Барян, мечник, вышедший на дуэль, чувствовал это и хмурился.

— Проклятье.

Для него эта дуэль была поистине нежеланной.

Его противник — сопляк лет на десять младше, без какой-либо репутации. Победа не принесет чести. Нет, даже упорный бой уже запятнает его имя.

Более того, победа не сулила никакой выгоды. На самом деле, слишком легкая победа стала бы для него потерей.

— Если он настолько талантлив, что Мастер готов пойти на такое, лишь бы взять его в ученики...

В школе Раша было немало студентов, но полностью своим секретным техникам он обучал лишь двух учеников.

Баряна и Гебеля Прагу.

Среди них Гебель не совсем тянул на звание истинного ученика. Он не был бездарным, но далек от того, чего желал Раш. С самого начала Раш хотел от Гебеля скорее спонсорства его семьи, чем таланта. Иными словами, он был источником финансирования.

В сравнении с ним, Барян был талантом, которого Раш твердо решил поднять до уровня Мастера Меча.

Всякий раз, когда появлялись эликсиры, полезные для тела или ауры, он покупал их за огромные деньги и заставлял его принимать, ежедневно с величайшей тщательностью исправляя каждую стойку. Благодаря этому в свои двадцать четыре года он стал выдающимся экспертом.

Поставь в ряд сотню Пользователей ауры, он вошел бы в тридцатку лучших. Учитывая, что те, кто выше, были гениями из знаменитых семей мечников или ветеранами лет на десять старше, это было поистине выдающимся достижением.

Поскольку Мастера Меча обычно появлялись в возрасте от конца двадцати до конца тридцати лет, у него был огромный потенциал достичь вершин.

— Проклятье.

Но если этот гений перед ним станет учеником Раша?

Талант стать Пользователем ауры в шестнадцать без надлежащего обучения. Одно это уже колоссально, но если мастер пошел на такое, значит, он преуспел и в других областях.

Всё внимание и поддержка мастера перейдут к новому ученику, а его бросят на произвол судьбы.

С этой ситуацией Барян смириться не мог.

— Если представится шанс... Я убью его!

Его не волновал гнев мастера. Он хорошо его знал. Словно змея, монстр, который никогда не позволял личным эмоциям мешать в погоне за желаемым.

Если Барян намеренно убьет противника, мастер скорее сосредоточится на том факте, что его оставшийся ресурс — только этот ученик, чем поддастся «гневу из-за потери желаемого гения».

Эмоциональный конфликт? Между ним и мастером с самого начала не было никакого человеческого эмоционального обмена.

Перед дуэлью Ракия обменялся с Рашем одним Небесным Контрактом.

Контракт был составлен с помощью Рогена и заверен Богом Неба.

В нем говорилось, что если Ракия победит, Раш забудет все обиды и не тронет его, а если Ракия проиграет, то станет учеником Раша.

— Богиня Войны наблюдает за этой дуэлью.

Когда два мечника встали друг против друга, Жрец Войны, призванный для дуэли, произнес с торжественным лицом.

Это была клишированная фраза, но в этот раз она могла быть правдой. В конце концов, одним из двух мечников на дуэли был не кто иной, как Апостол Войны.

— Начали!

С объявлением жреца Барян поднял меч.

Знакомая стойка. Похожая на ту, что принимал Гебель Прага. Имея одного мастера, естественно, что они делили один стиль.

Ракия обратился к памяти. Он вспомнил фехтование, которое использовал Гебель тогда, его стиль боя.

— Ха-а-ат!

Увидев, что Ракия сосредоточился, что со стороны выглядело как растерянность, Барян бросился в яростную атаку.

Знакомая траектория меча. Но сила, скорость и мастерство были несопоставимы с Гебелем.

Лязг—!

Два меча, окутанные пылающей аурой, столкнулись.

— Угх!

От резкого удара Ракия невольно застонал и отступил на несколько шагов.

«Он силен...»

Барян был зрелым Пользователем ауры. Возможно, на уровне Паргана в его расцвете.

За последние недели путешествия аура Ракии значительно выросла, но всё еще была далека от уровня противника. Тот факт, что аура, мерцающая на его белоснежном мече «Непреклонный», была вполовину слабее, чем у оппонента, доказывал это.

Но Ракия не дрогнул.

Единственный удар, заряженный атакующей мощью. Главное было блокировать сильнейшую начальную атаку.

Учитывая характеристики фехтования Баряна, одно это уже перевешивало половину преимущества на его сторону.

Сохраняя спокойный разум, подобный текущей воде, Ракия начал отражать удары Баряна.

— Хап!

Атака Баряна не закончилась одним ударом.

Клинок Шторма.

Оправдывая свое название, его фехтование специализировалось на непрерывных атаках.

Восстанавливать стойку с поразительной скоростью после каждого удара, чтобы связать их в цепь — вот почему это называли штормом.

С каждой последующей атакой маленькое тело Ракии дико тряслось, как тростник на ветру.

Зрителям казалось, что мальчишка долго не продержится под градом ударов и скоро сдастся или рухнет.

Однако, мгновение спустя, они поняли, что с ситуацией что-то не так.

Явно преимущество было на стороне Баряна. Он безжалостно давил в одностороннем порядке, в то время как Ракия даже не мечтал о контратаке и лишь защищался.

И все же, несмотря на это, решающего удара не было.

Меч Баряна танцевал впустую.

Как лезвие, рубящее воду.

— Это...

— Необычное фехтование.

— Кажется, его теснят, но он извлекает практическую выгоду. Такими темпами атакующий устанет первым.

Те, кто разбирался в фехтовании, признали, что стиль Ракии и мастерство его исполнения были далеко не заурядными.

Раш, наблюдавший с края площадки, тоже широко раскрыл глаза, увидев фехтование Ракии.

И не просто потому, что оно было впечатляющим.

— Это фехтование... неужели...?

— Хах, хах...

С разочарованным выражением лица Барян выдохнул воздух, подступивший к горлу.

Это был явно выигрышный бой.

С самого начала и до сих пор он не позволил ни одной контратаки, и противник, казалось, рухнет от еще одного удара. Чтобы не дать ему шанса сдаться и тем самым избежать убийства, он не давал ему даже момента поднять руку или открыть рот, давя безжалостно.

Но после такого давления, придя в себя, он понял, что ситуация стала странной.

Он задыхался от усталости, в то время как мальчик-противник, хоть и усталый, дышал ровно и смотрел на него исподлобья.

Учитывая, что он не должен был уступать в выносливости, вывод был один.

Барян тратил в несколько раз больше сил, чем его противник.

— Что за чертовщина происходит?

Очевидно, у него было преимущество в ауре и силе.

Но это преимущество так и не реализовалось в столкновениях мечей. Отражая удары, делая выпад или рубя, меч противника тек плавно, как вода, блокируя последующие атаки.

Он даже пытался повредить меч противника, используя превосходящую ауру, но белоснежный клинок не показывал признаков износа. Его происхождение было неизвестно, но это явно был мощный магический меч.

— Что за...?

Слово, которое до сих пор не приходило ему в голову, начало всплывать в сердце.

Поражение. При мысли об этом коротком слове Барян невольно вздрогнул.

«Я проиграю? Этому пацану?»

Это было слишком мрачно, чтобы даже представить.

Он, гордившийся своим выдающимся талантом среди сверстников, проиграет мальчику на десять лет младше? И рухнет от истощения, размахивая мечом в одиночку, так позорно?

Это было неприемлемо и непостижимо. Барян стиснул зубы и усилил ауру на мече.

И использовал секретную технику, которую мастер запретил ему применять при людях.

— Умри!

В момент, когда мечи встретились, раздался глухой удар, и что-то взорвалось.

Это взорвалась аура, заряженная в мече.

Секретная техника, максимизирующая силу отталкивания в момент сцепления аур двух мечей.

Мечи Ракии и Баряна отбросило с чудовищной силой.

— Это...!

Удивленный неожиданной ситуацией, Ракия широко раскрыл глаза.

Продвинутое применение ауры. Техника, которой Ракия, чье количество ауры все еще было недостаточным, не обучался.

И в отличие от Ракии, который запаниковал от неожиданного поворота, Барян, ожидавший этого, быстро восстановил стойку и направил меч к шее противника.

Удар с явным намерением убить, очевидным для всех наблюдающих.

С трибун послышались вздохи.

— Плохо дело...!

— Нет!

Некоторые зрители не могли смотреть на исход и отвернулись.

— Хап!

Однако, к удивлению, Ракия сумел уклониться от атаки.

Понимая, что блокировать мечом не выйдет, он позволил телу подчиниться инерции отскока, перекатившись по земле, чтобы уйти от лезвия. Это было нестандартное движение, немыслимое для правильного мечника, обученного в додзё.

Более того, в момент окончания переката он использовал прыжок, чтобы разорвать дистанцию назад, предотвращая любую последующую атаку.

У Баряна невольно вырвался стон:

— Что за чушь...!

У него еще оставались силы, но разум Баряна уже окутало густое предчувствие поражения.

Вложить все силы до изнеможения, даже использовать секретную технику на людях, и всё же не нанести решающего удара — это принесло ему огромное разочарование.

А так как аура в конечном счете подчиняется разуму...

Свирепо пылающая аура потеряла силу, и вскоре со звоном меч отлетел в сторону.

Естественно, владельцем этого меча был Барян.

Направив свой клинок к горлу Баряна, Ракия выровнял сбившееся дыхание и объявил:

— Признаешь поражение?

Не в силах вынести унижение, Барян закусил губу.

Но когда «Непреклонный» Ракии приблизился, и кровь потекла с его шеи, он наконец с трудом выдавил:

— Я... проиграл...

Голос, признающий поражение, звучал совершенно жалко.

— Потрясающе!

— Я не думал, что он на самом деле победит.

Среди ликования зрителей Ракия внутренне вздохнул с облегчением.

Противник Барян был гораздо сильнее, чем он предполагал. Если бы он не выучил «Текущую Реку» и вступил в бой, он мог бы с уверенностью сказать, что проиграл бы сто раз из ста.

Эта победа была полностью заслугой преимущества стиля и непостижимой агрессивности противника.

Если бы фехтование Баряна было более сдержанным, или если бы он спокойно перевел бой в битву на выносливость, вместо того чтобы безрассудно бросаться убивать, поражение было бы вполне вероятно.

«Это была более опасная авантюра, чем я думал...»

Но важен был результат.

Ракия победил, и теперь Раш не мог его тронуть. Согласно Небесному Контракту, ему придется молча проводить его взглядом, когда тот покинет город.

С гораздо более легким сердцем, пытаясь покинуть площадку, Ракия обнаружил, что Раш преградил ему путь и схватил его.

— Это была славная дуэль.

В отличие от прежнего, когда он говорил небрежно, теперь его тон был намного вежливее.

Но голос звучал скованно. Он казался полным враждебности, но смешанной со странно другой, особой эмоцией.

— В южных морях родилась великая рыба. Если бы ты намекнул мне заранее, где учился фехтованию, мы бы не ранили чувства друг друга.

Услышав непонятные слова, Ракия на мгновение склонил голову набок.

И вскоре понял.

В отличие от Элтейна, который сказал, что фехтование Эйдена практично, Рения не объяснила ему свой стиль должным образом.

Похоже, Раш что-то неправильно понял.

26

Это не было чем-то, чего он ожидал, но, поразмыслив, это было вполне естественным.

Рения Далетион была самым молодым Мастером Меча, её имя высечено в анналах рыцарства.

Столетие могло показаться долгим или коротким в зависимости от точки зрения, но не было ничего странного в том, что группа, наследующая её стиль, всё ещё существовала.

Немного подумав, Ракия ответил тоном, не выражающим эмоций:

— ...Я не хочу об этом говорить.

Это был лучший ответ, который мог придумать Ракия. Двусмысленный, не подтверждающий и не отрицающий.

Раш с горечью кивнул, словно ожидал этого.

— Полагаю, что так. Понял. Я не буду давить. Прошу, давайте закроем эту тему?

На слова Раша Ракия медленно кивнул.

Несмотря на победу в дуэли, его противник был силой, которую категорически нельзя было провоцировать.

Однако, возможно, недовольный столь прямолинейным согласием Ракии, Раш покачал головой с несколько встревоженным видом.

— Нет, подожди. Закончить всё только словами — не по этикету. Подожди минуту. Я послал за кое-чем.

Спустя короткое время Раш получил небольшую сумку от человека, похожего на одного из его учеников, и протянул её.

На внешней стороне была надпись на имперском языке: «Сумка Большой Вместимости от Мастерской Энрике», так что догадаться о содержимом было несложно.

— Сумка большой вместимости?

— Именно. Незаменимая вещь для любого странствующего мечника. Я купил эту качественную вещь за триста золотых монет.

При этих словах Ракия мысленно ахнул.

Триста золотых? Учитывая, что как Пользователь ауры на охране он получал три золотых в неделю, эта сумка стоила как два года его зарплаты, аккуратно упакованная прямо перед носом.

После недолгих колебаний Ракия протянул руку и взял сумку.

Дело было не только в жадности до предмета. Глядя на лицо Раша, он кое-что осознал.

— ...Спасибо. Я с благодарностью приму это.

Когда он принял подарок, Раш слегка улыбнулся — улыбкой, окрашенной облегчением.

В тот момент, когда Ракия увидел это выражение, он понял, что его подозрения верны. Эмоция, которую питал противник, была страхом. Страхом, направленным на то, что, по его мнению, стояло за спиной Ракии.

Если бы Ракия отказался от дара, Раш мог бы воспринять это как отказ от извинений и смертельное оскорбление, и пойти на крайние меры.

— Я рад. С этим, полагаю, все наши долги улажены.

— Разумеется. Я найду ей хорошее применение. Спасибо.

— Да здравствует великий гениальный мечник Ракия!

— Да здравствует!

Наемники подняли голоса в приветственном кличе и чокнулись кружками.

Они находились не в таверне. Попав в переплет в прошлый раз, они заняли большую комнату в гостинице и устроили попойку там.

Поскольку выпито было уже немало, их лица раскраснелись.

— Если прославишься потом, не забывай меня, ладно? Помнишь, как я вызвался драться с этим Рашем?

— Ты мой товарищ; так и полагается! Не раздувай из мухи слона!

Донабелла рассмеялась и пнула хвастающегося Рубека в бок.

Затем, откашлявшись, она начала утрированно кого-то изображать, заставляя ближайших наемников прыскать от смеха так, что кадыки ходили ходуном. Возможно, из-за выпитого, даже обычно суровый Катак от души смеялся.

В этой посиделке участвовали Роген и Алиша.

Алиша молчала, сидя рядом со служанкой как обычно, но барон был весьма весел, смешиваясь с наемниками.

Катак спросил барона:

— Кстати, как прошло в храме сегодня?

— Сказали, начнут расследование. Теперь можно считать это дело полностью не нашей заботой.

После завершения дуэли Роген официально сообщил о преступлении незарегистрированных магов через Храм Бога Знания.

Поскольку он приложил информацию об их собраниях, храм, казалось, отнесся к этому весьма серьезно, объяснил барон бодрым тоном.

— Эти типы, наверное, пожалеют, что родились. Скоро инквизиторы постучат в их ворота.

Инквизитор.

Этот термин относился к группе охотников на магов, управляемой непосредственно Пантеоном в имперской столице.

Состоящие из Пользователей ауры, жрецов и лицензированных магов, они были специалистами, заточенными на охоту на магов.

Они ловили и убивали незарегистрированных магов без капли жалости, будь целью старик или ребенок, и не стеснялись применять самые жестокие пытки, чтобы искоренить их полностью.

Благодаря их дурной славе, граничащей с бесчестием, незарегистрированные маги не могли свободно разгуливать.

— Тогда нам не о чем волноваться...

— А что, если они затаят обиду за донос и придут за нами?

— Не может быть. Сделай они такое, их бы тут же поймали. К тому же, откуда им знать, кто подал жалобу?

Среди шумной болтовни наемников Ракия заметил несколько дискомфортное выражение лица Реи. Ему вдруг пришло в голову, что эта тема может быть ей особенно неприятна. В конце концов, она сама была магом.

Немного подумав, Ракия подошел к Рее и заговорил.

— Эй.

— Что?

Всё тот же резкий тон. Но не такой холодный, как раньше.

Это было одно из изменений, произошедших после боя с троллем.

С подходящего расстояния Ракия прошептал:

— Я хотел бы поговорить наедине. У тебя есть минутка?

Рея слегка прищурилась, глядя на Ракию. Она старалась не показывать этого, но напряжение было очевидно.

— ...О чем?

— Насчет магических знаний.

При этих словах выражение лица Реи вернулось к норме.

Коротко вздохнув, она встала с места.

— Поняла. Поговорим в комнате.

— Эй! Если главный герой вот так уходит, это не весело...!

Когда двое направились к двери, Гинель, заметив их, подошел, чтобы окликнуть Ракию.

В этот момент сзади появился жрец Олбенин, зажав рот Гинеля одной рукой и обхватив его шею другой.

Обычно Гинель, как Пользователь ауры, не дал бы жрецу себя скрутить, но из-за сильного опьянения он лишь приглушенно вскрикнул и беспомощно обмяк.

Удержав Гинеля, Олбенин улыбнулся своей обычной мягкой улыбкой и сказал:

— Не мешай молодым в самом расцвете сил. Давай повеселимся вместе, брат.

Слегка кивнув в знак благодарности за загадочные слова жреца, Ракия закрыл дверь.

Спустя мгновение Ракия и Рея вошли в комнату, где жили женщины-наемницы.

Сев напротив друг друга за стол, Рея тут же спросила:

— Говори. В чем дело?

— Эта вещь. Мужчина дал мне её в качестве извинения, но я хочу знать её точную функцию. И, если возможно, нет ли на ней следящих чар.

Ракия протянул сумку, полученную сегодня днем.

Один раз уже жестоко обжегшись, подобрав ожерелье, он не мог принять такой предмет без проверки.

В конце концов, эта битва была продолжением того инцидента.

Искать мага на стороне для проверки было бы дилетантством.

В прошлый раз Ашан пытался проверить ожерелье у мага, но тот даже не заметил следящей магии. Не все лицензированные маги были компетентны.

В отличие от них, Рея была магом, способным выдержать удар дубины тролля и нанести значительный урон огненным заклинанием.

Найти мага с таким подтвержденным уровнем навыков было непросто.

— Я могу заплатить до шести золотых за услугу.

Шесть золотых монет.

Столько Ракия заработал за последние две недели на охране.

Услышав предложение, Рея мгновение смотрела на мальчика глазами, полными сложных эмоций, прежде чем покачать головой.

— Мне не нужны деньги. Я просто проверю.

— Отказываешься от платы? Почему?

— Потому что я не вернула долг за спасение моей жизни в тот раз.

Услышав это, Ракия почесал подбородок и кивнул.

В любом случае, не платить его устраивало.

— Тогда для меня это отлично. Держи.

Ракия передал сумку, полученную от Раша.

Взяв сумку, Рея покрутила её в руках, затем закрыла глаза и произнесла заклинание.

— Тот, кто парит, не отбрасывая тени, узри сияющим взором.

Из её руки начал исходить чисто-белый свет.

Тянущийся луч извивался, как змея, снова и снова проникая внутрь сумки и выходя наружу. Словно обыскивая, нет ли там чего.

Через некоторое время, когда белый свет погас, она покачала головой.

— Никаких странных чар нет. Просто обычная волшебная сумка. Хотя называть шедевр, зачарованный непосредственно Мастерской Энрике, «обычным» может быть не совсем верно.

— А точная функция?

— Уменьшает размер предметов, помещенных внутрь, примерно до одной десятой. Вес соответственно тоже. Живых существ класть нельзя.

— Значит, никаких странных ловушек?

— Если не веришь мне, проверь сам где-нибудь ещё.

— Нет, всё нормально. Я верю тебе.

На этот простой ответ Рея пристально посмотрела на него, прежде чем спросить:

— ...Ты веришь мне?

Она тоже знала. Ей трудно было заслужить его доверие.

С первой встречи она лезла на рожон, провоцировала его, и даже ненамеренно вела себя так, что это выглядело как предательство.

На её вопрос Ракия кивнул и сказал:

— Ты ведь не против того, что я тебе доверяю?

— ...Нет, всё в порядке.

Ракия мог доверить это дело Рее, потому что вчера, когда он столкнулся с Рашем в таверне, она встала с наемниками на его защиту.

В тот момент Раш максимально усилил свое присутствие аурой, так что она должна была понять, что противник — необычайно сильный мечник и противостояние ему может означать мгновенную смерть.

Он всё ещё не знал, почему она изначально была настроена враждебно, но раз она рискнула жизнью, встав на их сторону, Ракия мог ответить таким же доверием.

— Тогда вернемся? Там ещё осталась выпивка.

На юге континента, в особняке, расположенном в столице Королевства Пендия.

В особняке всегда царил покой. Поскольку владелица не любила шум, слуги тоже избегали издавать лишние звуки.

Однако в один солнечный полдень особняк, который должен был быть тихим, как обычно, погрузился в суматоху.

Из-за человека, бегущего по коридору.

— Сестра! Сестра!

Мужчина мчался с невероятной скоростью, ища кого-то, а затем распахнул огромную дверь с такой силой, что чуть не сломал её.

В тот же миг что-то вылетело из дверного проема и ударило мужчину в лицо.

С болью, словно его лоб раскололся, мужчина закричал и покатился назад.

— Во-первых, я говорила стучать перед входом. Во-вторых, я говорила не шуметь. Я повторяла это раз десять, но ты даже не делаешь вид, что слушаешь. Ты правда хочешь умереть?

Ругала мужчину женщина.

На вид ей было под тридцать. Её собранные в хвост серебряные волосы и необычно высокий рост бросались в глаза.

И ещё одно: комната была наполнена дымом. Дым вился из трубки в её левой руке.

— Сестра! Опять куришь? Запах въедается, хоть выйди во внутренний двор...

— Заткнись. Я тебе говорила тысячу раз: если собираешься ныть в моем особняке — проваливай. Так из-за чего шум? Если это пустяк, я тебя точно убью.

При виде убийственного намерения на лице женщины мужчина побледнел и протянул бумагу, которую нес.

Это была бумага высокого качества, подходящая для храма, покрытая аккуратным почерком.

— Вот! Информация из Храма Бога Знания, полученная сегодня днем...

— Информация?

— Наше семейное фехтование обнаружено! В Лиге Городов-Государств на востоке!

При этих словах женщина, сидевшая в кресле нога на ногу, резко встала. Её движение было столь быстрым, что осталось невидимым для обычного глаза.

В мгновение она выхватила письмо из рук мужчины.

— Где.

Женщина нахмурилась, читая письмо.

Послание было довольно длинным, но если отбросить цветистые обороты, суть была краткой.

— Отправитель из Лиги Городов-Государств. Появился мальчик-подросток, владеющий подлинным стилем нашей семьи?

— Да. Среди известных наследников, чье местонахождение отслеживается, там никого нет. Должно быть, это утечка нашего стиля!

— Если крикнешь еще раз, я правда тебя вышвырну.

Отведя взгляд от мужчины, который поспешно закрыл рот, женщина взяла кинжал со стола.

Мгновение спустя от кинжала начал исходить свет.

Это был свет разрушения. Свет, разлагающий любую материю, которой коснется.

Письмо, тронутое Клинком Ауры — символом Мастера Меча, — растаяло, как соль в воде.

— Расследуй детально. Узнай, кто еще замешан. Если в деле какая-то крупная шишка, дай им знать, что я могу вмешаться лично.

27

Тем вечером Ракия вернулся в Священное Царство и доложил Элтейну о своей победе.

Элтейн был доволен и поздравил ученика, но также велел Ракии подробно рассказать, как именно скрещивались клинки во время дуэли.

— И вот в этот момент было так...

— Разве не было бы надежнее поднять меч выше и ждать следующего движения?

— Но это открыло бы корпус.

— Если тебя атакуют таким образом, просто сделай шаг назад левой ногой. Оттуда разверни лодыжку вот так, чтобы уйти, и продолжай поворот — это поставит тебя в куда более выгодную позицию.

— А-а...

Следуя инструкциям Элтейна, Ракия с удивлением открывал для себя новый подход.

В отличие от Ракии, который полагался на методы, дающие немедленную выгоду, и реагировал лишь на лучшие сиюминутные ходы, Элтейн думал на несколько ходов вперед — на три, четыре и даже больше.

Впервые Ракия понял, что даже кратковременная потеря инициативы может обернуться большим выигрышем позже. Это было нечто отличное от самого фехтования — своего рода боевая логика.

— Поразительно.

— Такие вещи не сделать на одном инстинкте. Ну, раз ты ухватил саму концепцию, то быстро пойдешь в гору.

Элтейн наставлял, что для мечника разум так же важен, как и тело, и что махать мечом нужно всегда держа это в голове. Совет был подобран специально, потому что он знал: Ракия — тип, полагающийся в бою на инстинкты.

— Я запомню. Но, господин Элтейн?

— Да?

— Не могли бы вы позвать для меня леди Рению?

При этих словах Элтейн покачал головой.

— Нет. Она сейчас отослана в другое место. В чем дело?

— Ну, после того как дуэль закончилась...

Ракия подробно объяснил, как отреагировал Раш, когда он продемонстрировал «текучий меч».

Элтейн погладил усы и нахмурился.

— Даже не знаю. Начнем с того, что прошло почти триста лет с моей смерти, и стиль, который он использует, в мое время даже не существовал. Если кто и должен знать, так это скорее ты, чем я, разве нет?

— Мои знания ограничены...

До недавнего времени Ракия жил с наемниками, и даже там держался особняком. Конечно, это был его собственный выбор. Из-за замкнутого образа жизни он был довольно невежественен в делах мира.

— Даже если спросить Рению, вряд ли она много знает. Школы мечников имеют свойство взлетать и падать каждое поколение или два. Сотня лет — достаточный срок, чтобы всё изменилось.

— Хм...

— Если волнуешься, тренируйся усерднее. Подавляющая сила — лучшее решение в любой ситуации. В крайнем случае, как станешь Мастером Меча, никто не будет жаловаться, если ты одолжишь кусочек их стиля.

— Поэтому я усердно тренируюсь.

— Выглядишь уверенным. Тогда давай посмотрим на результаты. Протяни руку.

Элтейн схватил Ракию за запястье и, как при первой встрече, влил в него ауру. Ощущение энергии, прощупывающей каждый уголок тела, словно исследующей.

Мгновение спустя Элтейн издал тихий возглас одобрения.

— О... впечатляет. Должно быть, закалять себя до такой степени было чертовски больно.

— Я привык к боли.

— Хорошо. Продолжай в том же духе. Метод тренировки ауры, который ты изучаешь, вознаграждает усилия пропорционально.

Он упоминал ранее, что физическая тренировка Элтейна была тяжелой и болезненной, но взамен давала исключительное укрепление тела и различные дополнительные эффекты.

Значит ли это, что другие методы тренировок имеют свои собственные бонусы?

— А какие особенности у других методов тренировки ауры?

— У других? Хм... например, метод Дома Лагрен, одной из семей курфюрстов Империи, давал сопротивление огню. Они владели огненными магическими мечами и поджигали всё вокруг, что делало их крайне неудобными противниками.

— Ого.

— А когда их уровень становился достаточно высоким, сама аура приобретала огненный аспект, так что им даже магический меч не требовался.

В голове сама собой возникла картина мечника, чей клинок объят пляшущим пламенем.

Действительно, Пользователь ауры, не боящийся огня и поджигающий всё вокруг, был серьезной угрозой.

— Это довольно уникальный тип, есть и множество менее значительных вариаций. Метод Дома Ран специализировался на улучшении ночного зрения и точности мышц, а метод Рении — на гибкости и упругости тела. То, какой метод тренировки ауры ты используешь для построения тела, тоже важно.

— А что если чередовать несколько?

— Это не невозможно, но если методы конфликтуют, это может разрушить тело. Обычно они развивают их, отбирая отдельных подопытных наследников для исследований... Ты ведь не хочешь экспериментировать на своем теле?

— Точно нет.

Ракия покачал головой.

Увидев это, Элтейн озорно ухмыльнулся.

— Ну, я вижу, у тебя есть стремление расти. В таком духе сегодня я научу тебя второй стадии тренировки. Она ровно в два раза болезненнее предыдущей, так что расслабься.

— ...Ах.

У Ракии вырвался невольный вздох.

На следующий день группа покинула город и направилась на запад в каретах.

Место Ракии, как всегда, было на крыше. Там, где можно было ощутить прохладный ветерок.

Устроившись поудобнее, мальчик раскрыл книгу.

Это был старый, потрепанный том с выцветшими красками, явно изданный довольно давно.

На обложке витиеватым шрифтом было выведено название:

«Все записи о великих звездах, что бесчисленно восходили и заходили, Мастерах Меча».

Узнав о существовании Рыцарского Клуба, Ракия пытался раздобыть подобные вещи. Он хотел узнать, кем были люди в том великом зале и что они совершили. Раньше он только слышал слухи о таких книгах, но не мог их достать. К счастью, в этом городе ему удалось купить этот экземпляр.

Поскольку книга была импортирована из Империи, проблем с чтением не возникло.

— Хм.

Она не содержала очень подробной информации о каждом человеке. С более чем сотней Мастеров Меча, записанных здесь, составители, должно быть, беспокоились, что лишние детали сделают том неподъемным.

Были указаны только основы: имя, статус, время и место рождения, достижения и смерть. По правде говоря, даже это было впечатляющей информацией. Книги с историями о Мастерах Меча были редкостью.

Книга была составлена в хронологическом порядке, начиная с древнего Мастера Меча, умершего около пятисот лет назад.

Он быстро просмотрел от первой страницы до тех, кто умер около четырехсот лет назад, но имени Реван Диркус там не было.

«Моего предка, должно быть, не включили».

Может, летописец не знал информации и упустил её, или сделал это намеренно, или по множеству других причин.

Чувствуя легкое разочарование, Ракия решил сначала заглянуть в конец книги.

Листая страницы, он наткнулся на имя Мастера Меча, умершего около ста лет назад: Рения Далетион.

Рения Далетион

Родилась в Семье Меча Далетион Королевства Пендия.

Родилась в 805 году.

Признана Мастером Меча Храмом Войны в возрасте 23 лет, установив рекорд самого молодого мастера.

Победила Мастера Меча Девана Перго из Королевства Ланадиум.

Уничтожила банду «Черное Братство», захватившую гору Оск.

Уничтожила общество убийц «Пепельное Солнце».

Уничтожила мага Гладина, приносившего человеческие жертвы из более чем десяти деревень.

Погибла в бою со стаей Левиафанов, напавшей на портовый город Менес.

Умерла в возрасте 26 лет.

«Стать Мастером Меча и умереть всего три года спустя...»

Она не выглядела старой, так что он подозревал нечто подобное, но не ожидал, что она умерла настолько молодой.

Мысленно прищелкнув языком, Ракия быстро перелистнул страницы влево.

Вскоре появилась информация о человеке, которого он искал.

Элтейн Руид

Родился на юге центральной части континента, в Старой Королевской Семье Эйден.

Родился в 632 году.

Признан Мастером Меча Храмом Войны в возрасте 25 лет.

Погиб в бою во время войны с Империей, служа Королевству Эйден.

Умер в возрасте 34 лет.

— ...И это всё?

Среди множества записей эта была необычайно краткой. Нет, точнее будет сказать «небрежной». Мастер Меча такого калибра не мог не оставить после себя достижений.

Он некоторое время смотрел на книгу, но от этого пропущенный текст не появился.

«Не может быть, чтобы они выбрали меня для индивидуального обучения, потому что он там наименее успешный, верно?»

Ракию на миг охватили сомнения, но он вскоре покачал головой. Разве Ишила не говорила, что ему предстоит опасная миссия по спасению мира? Если только богам не наплевать на мировые кризисы, они бы не поручили тренировку тому, кто ничего не достиг.

Возможно, поскольку издатель был из Империи, они намеренно принизили заслуги Мастера Меча, сражавшегося против Империи. Вероятно, он узнает больше подробностей, когда доберется до Графства Кисен.

По крайней мере, какие-то устные предания должны были сохраниться.

Впоследствии Ракия внимательно читал книгу, нежась в лучах теплого солнца. Тряска кареты иногда вызывала легкую тошноту, но стоило ненадолго взглянуть вдаль, и ему становилось лучше.

Закончив книгу, Ракия закрыл её и невольно нахмурился.

Он почувствовал явную странность.

«Почти нет Мастеров Меча, умерших от старости?»

Мастера Меча были существами запредельной силы, так что угроз для них было немного. Огромные регулярные армии с Пользователями ауры и магами, редкие чудовищные монстры из сказок, другие Мастера Меча, или, возможно, яд и засады.

Каждая из этих угроз имела низкую вероятность встречи в течение жизни.

И все же, большинство Мастеров Меча в этой книге столкнулись с подобным и погибли после вознесения на этот уровень — кто через несколько лет, кто максимум через двадцать. По крайней мере, в древних записях.

«Великим героям суждено встретить испытания, достойные их».

Вспомнилась фраза, услышанная мимоходом. Может, Богиня Войны посылала испытания, чтобы «пожать» великих воинов на пике их расцвета...

«Я слишком много думаю?»

С другой стороны, будучи бойцами такого уровня, они могли сами бросаться навстречу опасностям, чтобы возглавить людей в кризис, и гибли молодыми. Или, возможно, они становились высокомерными, теряли бдительность и платили за это жизнью.

Поразмыслив долгое время, Ракия решил пока отложить этот вопрос. Спрашивать в Священном Царстве Богини было неловко, а Элтейна — неудобно; раз тема теологическая, можно было бы спросить Олбенина.

К сожалению, в книге не было информации о ныне живущих Мастерах Меча. С момента публикации прошло не меньше тридцати лет. Молодые мастера вроде Палкиона Лемура тогда еще даже не родились, так что имена недавних, разумеется, отсутствовали.

Вздохнув и закрывая книгу, он услышал чей-то крик спереди.

— Река! Граница!

Встав на крыше кареты, он увидел синюю ленту воды.

Река Рамон. Естественная граница, отделяющая Империю от Лиги городов-государств. Эта река, которую он однажды пересекал в детстве, была всё такой же синей.

Наемники внутри кареты, услышав крик, начали шуметь.

— Граница?

— Наконец-то... путь был неблизкий.

— Неблизкий? Нам еще столько же ехать.

— Черт, от одних слов уже скучно до смерти. Монстров не будет?

— Ты несешь чушь.

Перед мостом было два поста охраны. Один на этом берегу, другой на том.

Здешним управляла Лига, а тем, что за мостом — Империя. За тем постом лежала Империя. Родина Ракии, величайшая нация в этом мире.

В центральной и большей части северной территории континента располагалось государство.

Его полное название было чрезмерно длинным — «Священная и Благородная Империя народа Левант», но так как империя в этом мире была всего одна, её называли просто «Империя».

Этой огромной страной, занимающей 60% территории континента, правил единственный император, избираемый голосованием семи Курфюрстов.

Власть семи Курфюрстов была огромна. Они имели право избирать императора и сами были лордами, управляющими гигантскими землями. И всё же они уважали и почитали императора, которого избирали.

Потому что другим именем императора было Апостол Неба, самый священный наместник божественного.

— Если подумать, я впервые в Империи.

— Да? А я бывал пару раз. Ну, везде люди живут.

— Слышал, имперцы сильно смотрят свысока на иностранцев.

— Они славятся своим высокомерием.

— Наш наниматель вообще необычный. Быть имперцем и землевладельцем, и при этом вести себя так... таких почти не бывает.

Когда карета остановилась в очереди перед мостом, наемники гурьбой высыпали наружу, потирая затекшие зады и болтая.

В этот момент Донабелла посмотрела на Ракию на крыше и обратилась к нему:

— Кстати, ты ведь тоже имперец, да, Ракия?

— Ага.

— Откуда ты? Может, из этих мест?

— Не помню. Я уехал слишком маленьким. Вряд ли отсюда.

Естественная ложь.

Только Донабелла открыла рот, чтобы снова заговорить, как подошла их очередь. Солдаты Империи громко закричали:

— Стоять!

— Всем выйти из карет!

— Проводится досмотр!

Проверка была весьма тщательной.

Они сверяли лица и личности со списками разыскиваемых преступников, и даже привлекли нескольких магов для магического осмотра. Это чтобы убедиться, не изменил ли кто внешность или цвет волос чарами.

Для Ракии, впервые проходившего пограничный контроль официально, зрелище было в новинку. Покидая Империю, он прятался в тайнике повозки. Тогда тайник даже не обыскали, видимо, Ашан сунул солдатам лишних денег.

Конечно, группе Ракии никого подкупать не пришлось. Они не везли никакой контрабанды, но даже если бы везли, это вряд ли имело бы значение. Их наниматель обладал статусом более весомым, чем любая взятка.

— Ваше Превосходительство.

— Снова встретились, Зернальд.

— Честь видеть вас. Но... позвольте спросить, почему вы привезли иностранных наемников вместо охраны, записанной в журнале выезда?

— Произошел несчастный случай. Все они отправились в великие объятия Смерти. Это новая охрана, которую я нанял. Есть проблемы?

— Нет. Никаких.

— Тогда мы можем ехать?

— Разумеется, Ваше Превосходительство.

— Благодарю. Заглянешь в мои владения позже, я тебя угощу.

Те, кто проходил мучительные процедуры въезда по соседству, смотрели на группу завистливыми глазами.

28

Перейдя границу, карета продолжила путь на запад.

Вступление на имперскую землю мало что изменило. Язык и обычаи отличались, внешность людей немного поменялась.

Следуя совету нескольких бывалых наемников, включая их проводника Рубека, что лучше не останавливаться в приграничных деревнях, они объезжали поселения стороной и двигались дальше.

— Если это не приличный по размеру город, мелкие деревушки в Пограничье часто состоят из беглецов, совершивших преступления и скрывающихся там. Никогда не знаешь, на какие проблемы можно нарваться, если сунуться туда без нужды.

Объяснение, что вкусный ужин и мягкая постель могут обернуться тем, что сам станешь чьим-то ужином на следующий день, заставило молодых наемников содрогнуться.

Так они путешествовали два дня, ночуя в поле.

Когда группа решила, что они достаточно удалились от границы, было принято решение остановиться на отдых в ближайшем поместье.

Поместье было прекрасным.

Обширные пшеничные поля были недавно убраны, оставив лишь золотистую стерню, и у каждого дома высились стога соломы. Окруженная кольцом фермерских домов, в центре величественно возвышалась прочная каменная крепость.

Когда четыре кареты и группа из более чем дюжины вооруженных людей приблизились, стражники вышли вперед и крикнули:

— Стоять! Назовите себя.

В отличие от стен города-государства, охрана здесь была тщательной.

Солдаты не выказывали расхлябанности, их взгляды были остры, а снаряжение безупречно. Это было не ополчение, а Домашняя Гвардия, лично обученная местным лордом.

— Это барон Роген из Дарса, Тресвель. Я возвращаюсь в свои владения и прошу ночлега.

Когда Роген раскрыл свою личность, солдаты встрепенулись и переглянулись.

Вскоре подошел пожилой мужчина с седыми бакенбардами, проверил перстень-печатку Рогена и склонил голову.

— Мы искренне приветствуем визит Вашей Светлости, барона Дарса.

— Благодарю.

— Лорд ожидает. Прошу, проходите внутрь.

Проезжая через ворота, они могли видеть различные важные постройки внутри: казармы, Рыцарские Кварталы, кузницу и многое другое.

А глубже, в особняке, где проживал лорд, находился барон Нусван, хозяин этих обширных земель.

— Вы прибыли из таких суровых краев — поистине, у вас был тяжелый путь. Прошу, отдохните с комфортом перед отъездом.

— Тяжелый путь? Я искренне благодарен за теплый прием.

Первая встреча прошла без сучка и задоринки.

Молодой барон, которому на вид было чуть больше двадцати, тепло приветствовал знатного гостя из дальних краев, и Роген был доволен любезным отношением юноша.

Но затем, увидев наемников, барон Нусван нахмурился, и атмосфера стала странной.

— Что эти варвары здесь делают?

При естественном презрении барона Нусвана лица наемников едва заметно перекосило.

Роген тоже покачал головой с недовольным выражением.

— Они не варвары; это наемники из Лиги Городов-Государств на востоке. Честные и храбрые люди.

— И все же они варвары, живущие за пределами Империи. Я даже не знаю, чтут ли они Семерку Богов должным образом.

В отличие от дружелюбия к Рогену, другому имперскому дворянину, отношение барона Нусвана к иностранцам было до крайности скупым.

Роген слегка нахмурился, но не стал его дальше отчитывать. В конце концов, это были чужие владения, а он был лишь гостем.

— ...Для начала, не могли бы вы подготовить нам место для отдыха?

— Разумеется. Но не им.

При словах барона Нусвана Роген наконец не смог сдержать эмоции и повысил голос.

— Вы хотите сказать, что выгоните всю мою охрану из замка?

— Замок Нусван не имеет привычки позволять следам этих восточных варваров осквернять его пол. Ни в каком виде. Мне жаль, но даже как охрана барона Дарса, они не могут быть исключением.

— Что за узколобость...

Презирать иностранцев как варваров и не пускать их в замок — хотя имперцы и были высокомерны, это был старомодный обычай, который мог существовать разве что век назад.

Казалось, этот барон получил крайне устаревшее образование для своего возраста.

— Это сложно.

Он не мог отправить всю охрану вниз, как предлагал барон. Хотя это маловероятно, что если барон Нусван замышляет недоброе?

Пока Роген размышлял, Ракия, стоящий позади, тихо предложил:

— Что если остальные останутся внизу, а только я буду сопровождать вас отдельно?

— Хм? А... да. Это должно сработать.

Лицо Рогена просветлело, когда он услышал Ракию. Если подумать, у него был один охранник-имперец с выдающимися навыками.

В этот момент барон Нусван, подслушав Ракию, огрызнулся:

— Вы не слышали, что я сказал ранее? Я сказал, что не потерплю восточных варваров в моем замке. Вы не поняли этого потому, что сами варвар, не так ли?

— Я не один из тех восточников, которых Ваша Светлость презирает. Я рожден на имперской земле, от имперских родителей — я имперец.

Услышав слова Ракии, барон с минуту подозрительно изучал его.

Темно-синие волосы и золотые глаза. Этот цвет волос, напоминающий ночное небо, был относительно распространен в центральной империи. По крайней мере, на востоке он был редкостью.

Более того, его речь звучала совершенно естественно для имперца — не как у иностранца. Нет, акцент был настолько чистым, что казался почти аристократическим.

Спасибо урокам речи от отца Ракии в детстве.

— Ты не похож на простого наемника...

— Это сложно объяснить в двух словах.

Роген добавил:

— Мастер Ракия — Пользователь ауры с замечательными навыками. Я был бы признателен, если бы вы учли, что я уважаю этого человека.

При этих словах барон Нусван, казалось, решил, как относиться к Ракии.

В отличие от прежнего высокомерия и презрения, теперь его отношение стало чрезвычайно мягким и вежливым, подтверждая это.

— Прошу прощения за грубость. Как сын Империи, вы, естественно, имеете право остаться в качестве охраны. Разумеется.

Аристократическая речь и выдающиеся навыки, несмотря на юный возраст. Сложив два и два, очевидный вывод был таков: это молодой отпрыск какой-то прославленной имперской семьи мечников.

Предположив, что тот отправился в странствие для оттачивания мастерства, барон свободно разрешил ему оставаться столько, сколько тот пожелает.

Когда они уходили, чтобы найти жилье в деревне под замком, наемники бросали Ракии слова ободрения.

— Прости, что оставляем тебя отдуваться за охрану в одиночку.

— ...Нет. Напротив.

Что бы там ни было внизу, это не шло ни в какое сравнение с ночевкой в дворянском замке и хорошей едой.

Ракия, уже собираясь сказать, что ему жаль оставаться в хорошем месте одному, замешкался, чувствуя неловкость.

— Забудь, пацан. Мы напьемся внизу досыта, так что страдай там один наверху.

Заметив это, Гинель хлопнул Ракию по плечу, словно чтобы облегчить его чувство вины, и отвернулся.

Мальчик молча провожал взглядом спускающихся наемников.

Той ночью Ракия сидел на коврике в коридоре, медитируя.

Они остановились в Гостевом Флигеле. Небольшом, но роскошном здании, примыкающем к главному особняку. Подготовленном специально для гостей, на первом этаже спали Роген и Алиша, а на втором — слуги.

И Ракия планировал всю ночь стоять на страже в коридоре между двумя комнатами, где спали Роген и Алиша.

Бодрствовать одну ночь было несложно. Он мог отоспаться завтра в карете.

Глядя в тускло освещенный коридор, где одной свечи не хватало для полного света, Ракия поднял свою ауру и расширил её.

С активированным Чувством Присутствия, теперь уже на солидном уровне, он мог получать информацию в радиусе около дюжины метров во всех направлениях.

Роген и Алиша спали тихо, а над ними также спали четверо слуг-мужчин и одна служанка.

В технике ощущения их присутствия без визуального контакта Ракия был относительно уверен.

«Хм?»

В этот момент он почувствовал, как кто-то проснулся и зашевелился.

Вскоре этот кто-то осторожно открыл дверь и вышел.

Дочь барона, Алиша, украдкой высунула голову, увидела Ракию и тихо ахнула.

— А.

На краткий миг они встретились взглядами без слов.

Наблюдая, как она осторожно выходит из двери, Ракия спросил:

— В чем дело?

— Я... я не могла уснуть... поэтому подумала немного прогуляться...

— Сейчас глубокая ночь. Вы должны спать.

Это была не обычная деревня; они находились внутри замка дворянина.

Согласно совету Катака перед расставанием, лорды крайне чувствительны к подозрительным движениям в собственных замках. Бродящий Пользователь ауры, вооруженный мечом, посреди ночи наверняка вызовет серьезные подозрения.

Но он не мог отправить свою подопечную одну или бродить без оружия.

— Только ненадолго...

— Нет.

На её робкую попытку упросить, Ракия понизил голос угрожающе и прорычал.

Поняв, что торга не будет, Алиша плюхнулась рядом с Ракией с удрученным видом.

Прежде чем он успел что-то сказать, она заявила на опережение:

— Тогда я останусь здесь. Я не хочу быть одна.

Глядя, как она садится, Ракия задумался.

Входило ли в его обязанности силой загонять эту девчонку в ночной рубашке обратно в спальню?

«...Вряд ли?»

Поразмыслив, он решил, что нет. Она все равно просидела в карете весь день, так что недосып здесь не будет проблемой. Если он тронет её без нужды, а она поднимет шум, это только создаст ему неловкую ситуацию.

— Делайте как хотите. Только не выходите наружу.

Отведя от неё взгляд, Ракия вернулся к тренировке Чувства Присутствия. Его конечной целью было использовать эту технику постоянно. Чтобы реагировать на засады в любое время и в любом месте. Хотя даже среди Мастеров Меча мало кто достигал такого уровня...

Постоянный скребущий звук, будто что-то царапают, не прекращался, так что Ракия открыл глаза и спросил:

— Что вы делаете?

— Рисую.

Алиша положила лист пергамента на колени и усердно двигала пером, делая набросок. Поскольку она сидела лицом к нему, он не видел, что она рисует.

Вздохнув и пытаясь снова сосредоточиться на тренировке, Ракия вдруг услышал её голос:

— Эй.

— Да.

— Ты когда-нибудь слышал странные голоса?

Услышав вопрос, он вдруг осознал, что впервые слышит голос этой девочки. Несмотря на то, что они путешествовали вместе почти месяц.

— Какие именно странные голоса?

— Я постоянно слышу голоса. Кто-то говорит мне прийти к ним. Я говорю, что боюсь и не хочу идти, тогда они злятся. Когда они злятся, это так страшно.

Бормоча непонятные слова, девочка уткнулась лицом в колени.

Ракия не знал, что сказать, и молчал.

«Она психически нестабильна?»

Это была не первая его встреча с подобным типом. Половина наемников в отряде Ашана были безумцами, а другая половина — безумцами, притворяющимися нормальными. Некоторые говорили, что видят мертвых товарищей всегда живыми рядом с собой, другие слышали постоянные голоса, приказывающие убивать. Типы варьировались, но у них было одно общее.

Их рассудок не был в порядке.

Если подумать, эта девочка редко выходила из кареты нормально, и даже когда они были вместе, она всегда держала голову опущенной и никогда не говорила.

Возможно, она намеренно избегала разговоров, чтобы скрыть это. Или, может быть, Роген запретил ей говорить.

— Вы говорили барону?

— Говорила, когда была маленькой. Он отвел меня в храм, но жрецы сделали мне очень больно. После того как причинили боль, они спросили, слышу ли я всё еще голоса, и я сказала нет. Они сказали, что сделают больно снова, если услышу...

Слушая её рассказ, ему вдруг пришла в голову мысль.

Не так давно на их группу напал незарегистрированный маг.

Все гадали, почему он нацелился на похищение Алиши, а не Рогена, но не знали причины. Роген подозревал, что заказчик, отдавший приказ, был одним из лордов, живущих рядом с его владениями. Что после похищения Алиши и принуждения к браку он использует это как предлог, чтобы претендовать на его земли.

Но что если дело не в этом, и что-то таинственное, связанное с этими странными голосами, стало причиной, по которой они нацелились на Алишу?

Как Апостол Войны, избранный богом войны и часто посещающий Священное Царство, Ракия не мог списать эту историю на простую галлюцинацию.

— Не говори папе об этом, ладно?

— ...Понял.

Чувствуя укол совести из-за обещания, которое он не был уверен, что сможет сдержать, Ракия кивнул.

В этот момент снаружи поднялся шум.

— Что это?

— Почему?

— Посидите здесь тихо минутку.

Было далеко за полночь. Не время для криков.

Осторожно сняв засов, который он закрепил, он открыл дверь, и голоса стали четче.

Лицо Ракии ожесточилось, когда он услышал их.

— Бандиты!

— Бандиты вторглись в поместье! Все, подъем!

29

— Они и правда действуют с энтузиазмом.

Голос принадлежал здоровяку, напоминающему гору.

С ростом более двух метров и мускулистым телосложением, соответствующим размеру, его блестящая лысина придавала ему устрашающий вид.

Женщина средних лет, стоящая рядом, криво усмехнулась.

На вид она была обычной деревенской тетушкой, невзрачной и скромной, но жестокая улыбка на её лице совершенно не вязалась с образом.

— Для них это привычная территория. Угрожать семьей, запугивать магией, обещать золотые горы. Типичные приемы, которые использует злобный маг, не так ли?

— Значит, они послушно всё сделают?

— Я подмешала им наркотики. Вид стимулятора с парой дополнительных эффектов. Дорогое удовольствие, но результат гарантирован.

Лицо женщины, озаренное явным восторгом, было окрашено в багровые тона.

Это был отблеск пожара, пожирающего горящую деревню.

Владения барона внезапно погрузились в хаос из-за налета банды разбойников.

Около двухсот бандитов собрались из нескольких лагерей в окрестных горах. С ними смешались несколько неизвестных магов для поддержки.

— Кстати, не перегибаем ли мы палку? Инквизиторы потом на ушах стоять будут.

— Мы выследили их только сегодня. Выбора нет. Тянуть время здесь слишком рискованно. Разыскиваемым преступникам сложно пробираться дальше в сердце Империи.

— Хм. Если бы не тот ублюдок-идиот...

Женщина недовольно фыркнула, но спорить не стала. Судя по всему, лидером в их тандеме был этот здоровяк.

— Ладно, когда всё сгорит, выжившие сами выбегут. А если нет, просто усилим напор и пойдем на сам замок.

Бандиты напали на поместье.

Когда Ракия услышал об этом, он быстро запер дверь и разбудил Рогена.

Возможно, из-за усталости от дней в карете, Роген был сонным даже после пробуждения.

— Мм... что такое...

Но эта сонливость длилась недолго; услышав от Ракии о событиях снаружи, он в панике вскочил на ноги. В спешке он даже скатился с кровати.

— Погоди, минуту!

Роген плеснул в лицо воды из таза несколько раз, затем отряхнул бороду. Холодная вода немного прояснила его голову.

— Значит, банда нападает на поместье?

— Так говорят.

— Какого черта... Не абы где, а на столицу баронства?

Как он и сказал, вокруг было полно лучших целей для набега. Например, несколько деревень в паре часов пути.

Зачем атаковать столицу баронства, защищенную сильным гарнизоном?

— Может, среди них есть Пользователи ауры или маги...

— Хм.

Исключать этого нельзя.

Пользователи ауры и маги — тоже люди, и они иногда совершают преступления, убегая от наказания. Когда несколько таких индивидов сбиваются в стаю, они могут сформировать банду, с которой трудно справиться даже регулярной армии.

— Сейчас нам нужно идти к барону Нусвану.

Вскоре Роген, наскоро одевшись, отправился искать барона Нусвана в сопровождении остальных.

Барон, облаченный в доспехи и собирающий войска, выглядел готовым выступить из замка.

— А, барон Дарса. Вам лучше остаться внутри.

— Что именно происходит?

— Бандиты. Не меньше сотни, и с ними несколько магов. Я оставляю гарнизон для защиты замка, так что прошу, оставайтесь здесь.

Роген покачал головой на слова Нусвана.

— Я должен спуститься с вами. Моя охрана ждет внизу.

— Это опасно.

Хотя барон Нусван пытался его отговорить, когда Роген твердо отказался, тот кивнул, словно смирившись.

— Хорошо, идемте. Мы скоро выступаем.

— Ува-а-а-а!

— В атаку, ублюдки!

Наемники, оставшиеся в деревне, стали точкой сбора сопротивления против бандитов.

К счастью, не все жители деревни были беспомощными слабаками. Отставные солдаты баронства, инструкторы по фехтованию, учившие за гроши, и молодежь, перенявшая у них пару неуклюжих приемов.

Объединив силы элитных наемников и наспех собранного ополчения, им удалось сформировать отряд, способный сдерживать бандитов.

— Тот, кто парит, не отбрасывая тени!

Рея, которую защищали в центре строя наемников, прочла заклинание, и с кончиков её пальцев сорвалось пламя.

Поднимающийся огонь вскоре принял форму огненной птицы. Огромный феникс с телом, пылающим багрянцем, жарче любого земного костра.

Питаясь огнем, бушующим повсюду от поджогов бандитов, огненная птица пожирала окружающее пламя и неистовствовала.

В ответ маги бандитов запели свои заклинания.

— Скиталец глубин, приди ко мне!

— Ты, кто ползает по далекой земле! Порази моих врагов, как я повелеваю!

Несколько призванных существ появились тут и там и бросились в атаку, но огненная птица Реи с легкостью отмела их, разрывая призванных тварей и даже опаляя приближающихся бандитов своей избыточной мощью.

Удерживать верх против пяти или шести магов — это показывало, насколько она была исключительной.

Однако, пока магическая дуэль складывалась в их пользу, битва внизу шла не так гладко.

Бандиты превосходили их числом в несколько раз, а среди помогающих жителей ветеранов было мало.

Более того, эти бандиты были неестественно агрессивны и, казалось, не чувствовали боли, атакуя, словно под наркотиками.

Если бы они не держали оборону, используя каменное здание, устойчивое к огню, как базу, их бы давно смяли и перебили.

— Черт, был бы тут Ракия...

— Он охраняет лорда, ему не так просто спуститься. Придется справляться самим.

— Дерьмо, разве лорд этого поместья не пришлет подкрепление? Его люди умирают!

В этот момент двое магов среди бандитов направили заклинания на них.

Один мощный сгусток энергии заблокировал щит наемника, но другой ударил молодого батрака, яростно сражавшегося рядом.

Когда тот рухнул, его друзья закричали, бросили оружие и попятились.

— Ува-а-ак!

— Дерун упал!

Пока молодежь бросала позиции, бандиты ринулись в брешь, пытаясь разбить оборонительный строй.

Но когда один бандит с ухмылкой ворвался внутрь, Донабелла бросилась вперед изо всех сил и издала могучий рев.

■■■■■■■■■■■■■!

Бандит, получив в упор крик огра, истек кровью из ушей и рухнул, а те, кто был за ним, застыли и не могли сдвинуться с места.

Воспользовавшись заминкой, инструктор по фехтованию, отдыхавший в тылу, закрыл прореху.

— Кхек, кхе. Гх...

— Ты в порядке, Белла?

— Спрашиваешь, в порядке ли я после этого? Я тут умираю.

Крикнув уже несколько раз, Донабелла ответила хриплым, сорванным голосом и жадно глотнула воды.

Наемники тоже были на пределе. Битва длилась десятки минут; продержаться так долго было чудом.

Огненная птица Реи, парившая до недавнего времени, уже исчерпала свою силу и исчезла.

И тут из тьмы за холмом, где отдавались звуки битвы, вырвался одинокий всадник.

Мечник небольшого роста.

С поразительной ловкостью он спрыгнул с лошади на ходу, обнажил клинок и яростно взмахнул им.

Увидев это, наемники радостно закричали:

— Ракия!

Крики, вопли, жар, кровь.

Мирная деревня, которую Ракия видел по пути сюда, превратилась в место, которому больше подходило слово «ад».

Трупы жителей, вырезанных и брошенных на дороге, лежали как придорожные камни, а ряд фермерских домов, охваченных вздымающимся пламенем, превратился в гигантские факелы.

А внизу показались его товарищи — окруженные бандитами и едва держащиеся, цепляясь за одно здание.

«Спокойствие...»

Ракия не издал боевого клича. Вместо этого он подавил всплеск волнения в сердце, насколько это было возможно.

Чтобы взрывать ауру, разжигают ярость; чтобы поддерживать её долго, успокаивают разум.

Это был один из уроков Элтейна.

— Что это за хрен...

Спрыгнув с лошади, Ракия крутанулся в воздухе и, выхватив «Непреклонный», нанес удар.

Бандиты, которые замешкались, не зная, друг это или враг, падали один за другим, истекая кровью из ран.

Глаза, горла, животы, бедра.

Каждая рана была смертельной или выводила из строя.

— А-а-а-а!

— Сукин сын, это враг!

— Взять его!

Бандиты смело бросились на него, подняв оружие.

Ракия расширил чувства с помощью Чувства Присутствия.

Он наблюдал за движениями врагов, нападающих со всех сторон: спереди, сзади, слева, справа.

«Ха!»

Белоснежный меч двигался словно призрак, отражая атаки. Клинок, наполненный аурой, мгновенно крушил грубые топоры и дубины, используя отдачу, чтобы раскалывать черепа и рассекать грудные клетки.

Потребовались секунды, чтобы превратить пять или шесть бандитов в куски мяса.

— Ах ты мелкий ублюдок, я тебя разжую!

— Схватить и убить!

Несмотря на очевидную разницу в мастерстве, бандиты не выказывали признаков отступления. Налитые кровью глаза, зрачки расширены до неестественных размеров.

Они не выглядели нормальными.

Были ли они под контролем какой-то магии?

Заподозрив неладное, Ракия рванулся вперед, словно лесоруб, валящий лес, прорубаясь сквозь ряды врагов.

Вскоре Ракия прорвал окружение, перебив более тридцати противников, и добрался до наемников.

— Хи-и, хи-ик!

— Отойди! Он на нашей стороне!

Когда один деревенский парень, насмерть перепуганный видом Ракии, наставил на него копье, Гинель быстро его остановил.

Катак, командовавший боем, приветствовал Ракию.

— Ракия! Где барон?!

На вопрос Катака Ракия указал назад — в темноту, откуда появился.

Вскоре шум начал доноситься из-за холма.

Звук галопа, марширующих сапог, лязг металла.

Услышав это, Гинель просиял и крикнул:

— Подкрепление!?

И действительно, мгновение спустя появились солдаты во главе с бароном Нусваном.

Элитные войска в кольчугах, в сопровождении двух Пользователей ауры барона.

Роген, Алиша и слуги держались рядом с бароном.

Бандиты не обратили на это внимания, но маги среди них явно забеспокоились от этого шума.

— Фух, спасены. Черт возьми.

Гинель облегченно вздохнул.

Войско баронства насчитывало около семидесяти человек.

Учитывая, что осталось около сотни бандитов, численный перевес был невелик, но это была хорошо экипированная и обученная элита.

К тому же, среди них было два Пользователя ауры.

Один не отходил от барона Нусвана для охраны, но другой смешался с солдатами, вырубая бандитов.

Измученные наемники повалились на землю внутри своего защитного периметра, наблюдая, как солдаты баронства оттесняют врага.

— Я правда думал, нам конец. Почему эта миссия сопровождения — сплошная катастрофа?

— И не говори. Такое чувство, что мы уже исчерпали запас опасностей на всю жизнь.

Рубек и Гинель переговаривались, ворча.

Как они и сказали, обычное сопровождение не было таким опасным. Скорее, скучным.

Наверное, меньше чем один из сотни наемников сталкивался с такими трудностями.

— Все живы?

— О, милорд!

— К счастью, все целы. Хотя есть раненые.

Наемники поприветствовали поспешно подошедшего Рогена и доложили обстановку.

Как они и сказали, были раненые, но никто не погиб и не остался калекой. Всё благодаря тому, что они с самого начала сосредоточились исключительно на обороне, не пытаясь контратаковать.

— Поистине удача. Большая удача.

Радость воссоединения была краткой; битва ещё не закончилась.

Конечно, у бандитов почти не было шансов против солдат баронства. Их численность, некогда превышавшая сотню, сократилась вдвое, в то время как пало меньше десяти солдат.

Атаки магов-бандитов также парировались двумя лицензированными магами на стороне баронства, что делало исход очевидным.

— Скоро всё закончится.

— Начнем с первой помощи тяжелораненым. Тот парень вон там плохо выглядит...

Вдруг один наемник указал куда-то и вскрикнул в тревоге:

— П-погодите, что это за хрень?

Там, куда он указывал, лежали трупы. Разбросанные тела бандитов и убитых жителей.

Трупы слегка дернулись, а затем начали подниматься.

Это не было случайностью, что выжившие встают.

Даже тела, испещренные дырами, и те, у кого были полностью снесены головы, поднимались.

— Не может быть, это...

Гинель пробормотал с недоверием.

Мгновение спустя Рея, отдыхавшая от магической отдаче, подтвердила это.

— ...Нежить.

— Хорошо, у меня доброе предчувствие насчет сегодняшнего заклинания. Выглядит многообещающе.

Нежить существовала.

Существа, которых лишь крошечная часть магов — те, кто заключил контракт с самыми злобными демонами, — могла призывать с помощью некромантии. Не зная боли и усталости, трудно убиваемые, они представляли колоссальную угрозу для живых.

Давным-давно маг, называвший себя Бессмертным Королем, поднял десятки тысяч мертвецов и сокрушил несколько королевств.

Однако такие некроманты не были непобедимы.

Нежить по своей природе уязвима перед тем, кто дарует истинную смерть: Жрецом Смерти.

Даже Бессмертный Король, погубивший три королевства и победивший четырех Мастеров Меча, пал от руки одного-единственного Апостола Смерти; эти неумирающие создания были слабы против служителей смерти.

Другими словами, без Жреца Смерти нежить была угрозой, не имеющей равных.

— Мы всех достали, верно?

— Ага. Мы убили всех, кто засел в храме. В таком мелком поместье вряд ли найдется еще один Жрец Смерти.

Здоровяк с окровавленным мечом говорил с ухмылкой. Женщина средних лет подошла к заранее подготовленной жертве.

Талантливый молодой маг, ещё не раскрывший свой потенциал.

Идеальный кандидат для жертвоприношения в таком ритуале.

— Ммф, ммф!

В сторону мага, чей рот был заткнут кляпом и который отчаянно мотал головой, метнулся изогнутый кинжал.

Мгновение спустя кинжал пронзил сердце мага. Ощущение угасающей жизни передалось через её руку.

— Ах.

Невольно содрогнувшись, женщина начала читать заклинание.

[Спящий в Глубинных Безднax, стряхни свой сон и восстань.]

Впечатленный насыщенной душой, демон одолжил ей силу за пределами её возможностей.

Огромная власть. Сила, которой она обычно не могла управлять, потекла по венам и вырвалась наружу, впитываясь в трупы, разбросанные повсюду.

Бандиты, накачанные наркотиками для восприимчивости к магии, и жители, убитые прежде, чем успели сбежать.

Бесчисленные мертвецы поднялись на ноги.

30

Нежить.

Это были существа, с которыми обычные люди сталкивались крайне редко.

Во-первых, мало кто из магов заключал контракты с демонами, дарующими такие заклинания, да и те воздерживались от их частого использования, боясь внимания Инквизиторов. Поэтому солдаты не могли легко приспособиться к врагам, которых никогда не видели в обычной жизни.

— Угх, ува-а-а-а-а!

Один из солдат баронства, охваченный ужасом, дико размахивал оружием. Это было жалкое зрелище, достойное новичка. Трудно было представить, что еще мгновение назад этот человек был ветераном, убившим пятерых бандитов.

Подобные сцены разыгрывались повсюду. Солдаты никогда не сталкивались с противником, который не чувствовал боли, даже будучи пронзенным копьем или мечом, и понятия не имели, как с ними бороться. Они знали только, что эти твари теряют силу и рассыпаются в присутствии Жреца Смерти.

— Ж-жрец! Позовите жреца!

— Где Жрецы Смерти?!

Некоторые кричали во все горло, но никто не отвечал.

Жрецы Смерти погибли от рук одного здоровяка прежде, чем успели покинуть храм.

Крики были тщетны. Солдаты баронства начали собираться с силами и отбиваться, как делали это мгновение назад.

— Угх, кхек, стой!

— А-а-а-а!

Но разница в силе была подавляющей. Солдат баронства было меньше сотни, в то время как орда нежити насчитывала сотни. Более того, среди этой орды те, кто был одет как бандиты, стали еще более страшными противниками, чем при жизни. В отличие от медлительных жителей, они двигались с той же плавностью, что и раньше, и обладали еще большей чудовищной силой.

Это был результат зелья, которым некромантка напоила их заранее.

— В, в замок! Отступаем в замок!

— Мы уже окружены!

Положение наемников было не лучше. К счастью, они могли блокировать врага эффективнее, используя здания, но большинство уже выбилось из сил в бою с бандитами.

Единственной причиной, по которой они держались, были подвиги одного мальчика-мечника.

— Ха!

Взмах, взмах, ещё взмах.

Ракия забыл про колющие удары. Против этих монстров это лишь подвергало его опасности. Он нейтрализовывал несущуюся орду нежити, отрубая головы, торсы, руки и ноги.

При этом его выносливость таяла с невероятной скоростью.

«Тяжело...»

Битва с нежитью была совершенно иным уровнем по сравнению с боем против людей.

В отличие от людей, которых можно вывести из строя одной царапиной в жизненно важной точке, эти твари контратаковали, не заботясь ни о чем, пока он не рубил их на куски, полностью лишая подвижности.

Когда он отрубил руку, отсеченная конечность поползла сама по себе и попыталась схватить его за лодыжку, заставив холодок пробежать по спине. Чтобы полностью нейтрализовать одного, приходилось рубить его на три-четыре куска, что отнимало в несколько раз больше сил, чем убийство человека.

И все же он не мог отдохнуть или отступить. Если Ракия, в одиночку удерживающий самый широкий проход, отойдет, эта линия обороны тут же рухнет.

— Отойди в сторону!

В этот момент сзади раздался резкий девичий голос.

Даже не думая, кому он принадлежит, Ракия быстро бросился в сторону.

Ровно через секунду огненная птица влетела туда, где он стоял, испепеляя нежить и захватывая пространство.

— Ха-а, ха, ху...

Ракия наслаждался короткой передышкой и быстро восстанавливал дыхание. Оглянувшись, он увидел Рею, только что сотворившую заклинание, тяжело дышащей.

— Почти всё! Готовься!

— Понял!

Торопливый обмен. Ракия старался максимально использовать момент для отдыха.

Вскоре огненная птица потеряла силу и исчезла, и в образовавшемся проеме показались две фигуры.

— Ла-ла-ла.

Женщина напевала мелодию.

Она любила свою магию. Поднятие мертвых было искусством. Наполнение застывших, обескровленных тел маной, чтобы заставить их двигаться снова — это искусство. Как кукловод восхищается своими марионетками, так она с обожанием смотрела на оживленную нежить.

— Не понимаю, почему эти храмовые ублюдки так паникуют из-за нежити.

По её мнению, живые и мертвые не так уж сильно отличались. Вопрос был лишь в том, могут ли они размножаться и двигаются ли они на одной мане или им нужно есть. Она вскрыла бесчисленное множество тел — кожа, мышцы, плоть, кости, органы. Она знала, что права.

Люди были не более чем големами из плоти и крови.

— Нашла цель?

— Ага. Какие-то наемники охраняли его. Но он был в деревне, а не в замке? Меня чуть не убили.

Здоровяк промолчал в ответ на слова женщины. Хотя она не видела его лица, так как он отвернулся, нетрудно было догадаться, что он смущен. Нет смысла его дальше поддразнивать, поэтому она сменила тему.

— Ладно, пойдем заберем его.

Они направлялись мимо въезда в деревню к месту битвы. Нельзя было отходить слишком далеко от армии нежити. Если дистанция увеличится, контроль ослабнет, и если цель случайно пострадает, это будет катастрофа.

Условие было доставить его живым и невредимым.

Вскоре они прибыли на место ожесточенной схватки. Словно почуяв близость хозяина, нежить стала еще свирепее. Они стали чуть быстрее и сильнее, и теперь могли даже сами заживлять неглубокие раны.

Женщина указала на одно здание:

— Вон то.

Это было крепкое на вид каменное строение, что-то вроде деревенского зала собраний. В нескольких местах, включая главную дверь, были пробиты дыры, и груды трупов громоздились рядом с проемами.

Почти ни одно тело не было целым. Большинство были изрублены в куски так тщательно, что напоминали груды мяса. Даже в таком состоянии они дергались, создавая поистине гротескное зрелище.

По её оценке, их число исчислялось сотнями.

— Они положили немало, а?

— Ага. Эти ребята хорошо дерутся. Такими темпами всех моих деток перебьют. Сделай что-нибудь.

По настоянию женщины здоровяк кивнул и надел шлем, который держал под мышкой.

Теперь возвышающийся Черный Рыцарь в угольно-черных доспехах ответил низким, хриплым голосом:

— Я разберусь. Пока отзови гулей.

Невзрачная женщина средних лет стояла рядом с массивным Черным Рыцарем в полных доспехах. Нетрудно было догадаться, что эти двое — зачинщики.

Нежить, рассеянная повсюду, не нападала только на эту пару.

Пока Черный Рыцарь медленно приближался, Ракия выровнял дыхание.

— Ты неплохо владеешь мечом. Ученик какой школы?

Низкий, густой голос.

Ракия сплюнул на землю вместо ответа.

— Грубиян.

— Кто бы говорил? Ты, трупоед хренов.

— Об этикете обращения с мертвыми поспорим в другой раз... Как насчет предложения? Уходи.

— Что?

— Не знаю, из какой ты школы, но место, способное вырастить такой талант, явно непростое. Мы тоже не хотим наживать лишних врагов.

— Если я уйду, вы меня просто отпустите?

— Да. У тебя там есть кровные родственники или возлюбленная, которых нужно защитить? Если так, я могу позволить забрать одного-двух. Нам нужна только одна цель.

Мгновенно все взгляды обратились к Ракии.

Честно говоря, это было довольно заманчивое предложение. В конце концов, этих людей он знал всего около месяца. Временные товарищи, которые, вероятно, разбредутся после этой миссии.

Если он будет упираться из-за чести и сражаться, велик шанс, что он не спасет даже свою жизнь. Оставались сотни нежити, и этот Черный Рыцарь выглядел как Пользователь ауры немалого калибра.

Конечно, если он бросит их и сбежит, он навлечет проклятие Небесного Бога по контракту, но маска это скроет. Как только он станет Мастером Меча и заработает кучу денег, он просто снимет проклятие...

После короткого раздумья Ракия показал Черному Рыцарю неприличный жест.

— Пошел ты, урод.

— ...Какая жалость.

Когда Черный Рыцарь поднял меч, женщина рядом с ним — Некромантка — спросила:

— Нужна помощь?

— Нет. Это только зря потратит ценную нежить. Используй силу, чтобы заняться остальными.

С этими словами Черный Рыцарь с достоинством направился к Ракии. Он поднял меч вертикально и высокомерно заявил:

— Ну что ж, приступим?

— Чушь собачья.

Выкрикивая ругательства, чтобы хоть как-то испортить настроение противнику, Ракия разогнал ауру по всему телу. Противник не был подавляюще мощным, как Раш. По его оценке, он был примерно уровня Баряна или, возможно, чуть слабее.

Пока он набирался уверенности и направлял ауру, Черный Рыцарь пробормотал что-то, держа меч.

— Змей, Обвивающий Рассвет, снизойди на меня.

— Что?

Короткое заклинание. С ним непонятный свет опустился на тело Черного Рыцаря.

— ...Не может быть?

Противник был Пользователем ауры и одновременно магом.

Несколько дней назад Ракия задал Рее, с которой немного сблизился, вопрос.

Может ли Пользователь ауры также стать магом?

Ответ был: да, это возможно.

Пользователи ауры трансформировали ману, поступающую в тело, в ауру, тогда как маги предлагали ману демонам, чтобы получить заклинания. Эти две способности не конфликтовали.

«Но есть одна проблема. Количество маны, допустимое для человека, фиксировано».

Мана, скрытая в человеческой душе, определялась с момента рождения.

Иными словами, чем больше тренируешь ауру, тем больше расходуешь магический потенциал, и наоборот: чем больше маны предлагаешь за заклинания, тем меньше ауры можешь накопить.

В крайнем случае предложения души демону человек полностью терял ману, делая увеличение ауры невозможным. Если только он не потреблял редкие эликсиры, насыщенные маной.

— Уаха-ха!

Раскатистый смех. С ним меч Черного Рыцаря полетел в него.

Скорость ветра. Трудно было поверить, что кто-то такой комплекции, закованный в тяжелую броню, может двигаться на таком уровне.

— Черт!

— Впечатляет!

Два меча столкнулись на огромной скорости.

Бой был равным. У Черного Рыцаря было преимущество в ауре, силе и скорости, но Ракия намного превосходил его в мастерстве владения мечом. Если бы Черный Рыцарь не использовал Заклинание Ускорения, перевес был бы на стороне Ракии.

Но чаша весов постепенно склонялась.

Ракия потратил огромное количество сил, прорубаясь сквозь сотни нежити до начала боя, тогда как Черный Рыцарь вступил в схватку в идеальном состоянии. Эта разница была существенной.

Вскоре после начала обмена ударами Ракия почувствовал, как дыхание перехватывает горло. Его выносливость упала до предела, и аура тоже начала слабеть. С падением силы и скорости ему приходилось прилагать еще больше усилий, что создавало порочный круг, истощающий силы ещё быстрее.

— Ху-у, хак, ху...

— Впечатляет. Поистине впечатляет. Сколько тебе? Четырнадцать? Пятнадцать? Иметь такой уровень мастерства в этом возрасте, и всё же будущий Мастер Меча погибнет здесь. Какая жалость.

Черный Рыцарь говорил тоном, который казался странно довольным.

Ракия читал в этом голосе зависть и неполноценность. Низменное удовольствие от растаптывания того, на кого следовало бы равняться. Это сочилось из его слов открыто.

— Ты даже не достоин быть в списке злодеев, побежденных Мастером Меча, придурок!

Выкрикивая первое, что пришло в голову, Ракия вложил силу в ноги и прыгнул вперед. Как стрела, выпущенная из лука, маленькое тело мальчика рванулось в ускорении.

Лязг—!

Два меча снова столкнулись.

Результат встречи двуручника Черного Рыцаря с «Непреклонным» Ракии снова был в пользу Черного Рыцаря, пусть и с небольшим перевесом. Маленькое тело Ракии слабо прогнулось под силой удара, и он едва отразил последующую атаку.

Получив преимущество, Черный Рыцарь выровнял стойку, не переусердствуя.

«Проклятье!»

Если бы этот парень молча бросился в атаку, как Барян в прошлый раз, можно было бы поиграть с ним и сэкономить силы. Но противник сохранял раздражающе расслабленный вид.

Пока Ракия пытался успокоить разум и вдохнуть, до него донесся тихий голос.

— Ты слышишь меня?

«Какого чёрта?!»

Ракия невольно вздрогнул и поднял глаза. Мгновение спустя он понял источник голоса.

Это была маг Рея.

— Это Заклинание Передачи Звука. Сделай вид, что не замечаешь, и слушай. Нам нужно убить мага сзади. Тогда армия нежити тоже рухнет. Они всего лишь низшие гули.

— Как? Хотя этот парень выглядит так, будто просто топчется, он тщательно прикрывает мага. Я не могу прорваться легко.

Ракия использовал технику передачи голоса, которую практиковал несколько раз, произнося слова.

Через несколько секунд после вопроса мальчика Рея ответила спокойным голосом:

— Дерись и тяни время, а когда я дам сигнал, бросайся на мага. Я прикрою заклинанием.

Вместе со словами от её сознания передался образ. Он приблизительно показывал, как ему действовать. Получение невербализированной воли было крайне странным ощущением, но понять смысл было нетрудно.

— ...После этого я защищу тебя. Сможешь сделать это?

— Попробую.

Это был крайне безрассудный план. Но гораздо лучше, чем продолжать драться так.

Как только пришел утвердительный ответ, Рея скомандовала готовиться.

— Я досчитаю ровно до пяти. Готовься.

«...Пора заканчивать».

Черный Рыцарь, Пирон Черный Клинок, смотрел на мальчика перед собой со сложными чувствами. Его противник уже проявлял явные признаки истощения. В глубине души он чувствовал укол сожаления. Если бы они сражались без этой усталости, поединок был бы куда лучше.

«Каким бы великим ни был талант, если обстоятельства не складываются, всё заканчивается так. Какая тщетность».

Противник, с которым сражался Пирон, был поистине удивительным созданием. Середина подросткового возраста? Ауры маловато, вероятно, из-за нехватки эликсиров, но одно его фехтование вызывало невольные возгласы восхищения. Текучий как вода в защите, пружинистый как свернувшийся дракон в контратаке, и острый как молния в нападении.

Это фехтование неизвестного происхождения было пугающе точным и прекрасным. Если бы у них были равные физические данные и уровень ауры, и они сражались бы в равных условиях выносливости, Пирон был бы уничтожен в одностороннем порядке. Разница в навыках была настолько велика.

Для Пирона, который давно отчаялся и сошел с пути меча, было невозможно не завидовать этому сияющему таланту.

«Но обладание такими условиями — тоже часть мастерства. Так что этот бой — моя победа».

Глянув в сторону, он увидел, что нежить начинает теснить армию барона. Он прикинул, что всё закончится через несколько минут. Тогда нежить нахлынет на это здание, чтобы расправиться с остатками наемников, и изолированный мальчик встретит жалкий конец под совместным натиском его и гулей.

«По крайней мере, я подарю тебе последние мгновения моим мечом, а не этой нежитью».

Такова была дань уважения от одного мечника другому. С этой решимостью Пирон вдохнул и направил ауру.

И когда он опустил меч с низменным удовлетворением, он внезапно почувствовал, как его центр тяжести поплыл.

«Что?!»

Заклинание Ослабления Трением.

Металлические поножи, цеплявшиеся за землю, заскользили, как по льду.

Однако Пирон не упал. Он был Пользователем ауры, и его чувство равновесия превосходило человеческое.

Но его противнику повезло меньше.

Мальчик, сражавшийся с Пироном, казалось, не был готов к этому внезапному событию и поскользнулся на ровном месте.

«Это Сиенна наколдовала? Нет, эта женщина не может использовать такое заклинание...»

Он работал с некроманткой Сиенной годами и знал все её заклинания. Это заклинание скольжения не было особо сложным, но его не даровал её демон-покровитель «Спящий в Глубинных Безднax».

«Кто, черт возьми...?»

В этот момент мальчик, всё ещё в упавшем положении, заскользил к Пирону. Ноги вытянуты вперед, опираясь на бедра и локти в стабильной позе.

Увидев это, Пирон понял: противник поскользнулся не случайно — он сделал это нарочно!

«Целит в ноги».

Белый меч летел к его правой лодыжке.

Пирон крутанулся на левой ноге, чтобы уйти от меча, одновременно рубя вниз по телу мальчика. Если тот заблокирует и умрет — отлично; если заблокирует и остановится, Пирон втянет его в ближний бой и прикончит.

Но в момент замаха белый меч мальчика взметнулся вверх и переплелся с мечом Пирона.

«Хм...?»

В то мгновение, когда он замешкался от непонятного движения, мальчик использовал меч Пирона как опору, чтобы оттолкнуть свое тело.

Его слегка замедлившийся инерцией рывок снова ускорился, проносясь мимо Пирона.

К его товарищу, ждущему позади.

Маленькое тело мальчика скользило по земляному полу, как выпущенная стрела.

31

— Ху-у-у...

Некромантка Сиенна неспешно развела руки в стороны.

С её ладоней начал струиться туман. Огромное облако мглы, сотканное из мстительных духов, напитанных всевозможными нечистыми эмоциями.

Растекаясь в воздухе, туман постепенно терял цвет, незаметно просачиваясь между людьми.

Сама по себе эта мгла не обладала каким-то поразительным эффектом. Она всего лишь усиливала отрицательные эмоции живых.

Но в сочетании с визуальным ужасом, который внушала сама нежить, сила этого проклятия часто приводила к тому, что жертвы полностью теряли волю к сражению.

Даже если они не поддавались страху, то становились более склонными к гневу и нетерпению, чем обычно, что позволяло повернуть ход битвы в свою пользу.

«Если отбросить это, бой затягивается дольше, чем ожидалось...»

Её партнер, Пирон Черный Клинок, был весьма умел.

Он на несколько шагов превосходил обычного Пользователя ауры, да к тому же был магом.

Она использовала некромантию, пока он прикрывал её спереди. Эта стратегия работала только потому, что он исполнял роль надежного щита.

«Неужели этот пацан настолько силен?»

В любом случае, нужды в её вмешательстве, похоже, не было.

Даже ей, далекой от фехтования, было ясно: преимущество на стороне Пирона, а его противник полностью измотан и изранен.

Наблюдая за боем с этой мыслью, она увидела, как мальчишка-противник рухнул на землю.

«Что? Споткнулся?»

В тот момент, когда эта мысль промелькнула в её голове, мальчик заскользил вперед в той же позе падения.

Пролетев мимо Пирона, он устремился прямо к ней. Словно на коньках по льду, с пугающей скоростью.

Несложно было понять, что целью была именно она.

— Что...

Враг оказался рядом в мгновение ока.

Сиенна торопливо начала читать заклинание. Заклинание для стрельбы костяными снарядами.

Вспышка — и над её ладонью сформировалось несколько костяных стрел, полетевших в мальчика.

Хоть магия и была сотворена в спешке, этого должно было хватить, чтобы на миг остановить Пользователя ауры.

«Сначала отбросить его назад, потом возвести костяной барьер!..»

Но мысли Сиенны оборвались.

Причина была в том, что в момент вылета костяных стрел из тела мальчика внезапно появился маленький световой дракончик и отклонил заклинание.

Защитные чары, наложенные Реей, оказались достаточно сильны, чтобы выдержать магию, примененную впопыхах.

— Постойте!..

Потратив единственный шанс на заклинание, она лишилась возможности остановить противника.

Не раздумывая, Сиенна выставила ладонь, пытаясь блокировать приближающийся меч.

Разумом она понимала бессмысленность этого жеста, но то было инстинктивное действие, порожденное страхом.

И, как это часто бывает с инстинктивными действиями, чисто-белый клинок безжалостно прошел сквозь ладонь и вонзился в неё.

Тело Сиенны было чисто разрублено надвое.

— Ах ты ублю-ю-юдок!..

Тело некромантки, идеально рассеченное пополам.

В сторону Ракии, который замер, схватив этот труп, кто-то позади издал ужасающий рев.

Поняв, что это голос черного рыцаря, с которым он только что сражался, Ракия мгновенно развернулся, используя тело некромантки как щит.

Труп женщины мгновенно был разрублен ещё раз — с половины на четверти.

— Кха!

Жгучая боль, словно поясницу охватило пламенем. Ракия простонал.

К счастью, он успел выставить мясной щит прямо перед атакой. Иначе его самого разрубило бы пополам.

Блокируя последующие удары «Непреклонным», мальчик на долю секунды окинул взглядом окрестности.

Армия нежити рушилась вся сразу.

Как и говорила Рея, в тот момент, когда пал призыватель, они все, казалось, потеряли силу.

«Отлично».

Ситуация перевернулась. Остался лишь один враг — Пользователь ауры прямо перед ним.

Оставалась одна проблема.

Сможет ли он продержаться в одиночку, пока армия барона и наемники не прибудут, чтобы разобраться с ситуацией и помочь?

— Как ты смеешь!..

Разъяренный черный рыцарь взмахнул мечом.

В отличие от прежних точных движений, это был дикий, наполненный яростью натиск.

Такой уровень он мог легко блокировать.

Подумав так, Ракия парировал меч, но тут же почувствовал разряд боли, словно электричество пронзило тело, и издал стон.

— Сдохни!

Тот удар, от которого он едва уклонился мгновением ранее.

Похоже, атака зацепила мышцы поясницы, вызвав проблемы с устойчивостью.

Поскольку суть стиля «Текущая Река» заключалась в работе корпусом, в таком физическом состоянии он не мог плавно отклонять атаки врага.

«Проклятье!»

Каждый раз, когда их мечи скрещивались, поясница пульсировала так, словно горела огнем. Такими темпами его стойка развалится всего через несколько обменов ударами.

Ракия стиснул зубы так, что они могли раскрошиться, и вложил силу в ноги.

В этот момент позади раздались радостные крики.

— Убейте его!

— Хватайте ублюдка!

Выжившие солдаты поместья и наемники неслись в сторону Пирона.

По самым скромным подсчетам, их было не меньше пятидесяти.

Учитывая двух выживших Пользователей ауры и мага, это была сила, которую нельзя игнорировать.

А с весьма опасным Ракией в их рядах даже Пирон оказался бы в опасности при лобовом столкновении.

— Черт.

Месть возможна только если ты выживешь.

Пирон решил отступить и быстро отпрыгнул назад.

Или попытался.

«Это...!»

Его ноги внезапно отяжелели, словно налились свинцом в воде.

Это случилось слишком резко, чтобы списать всё на усталость.

Действительно, расширив поле зрения, он заметил вдалеке двух магов, принадлежащих поместью, которые протягивали руки в его сторону.

Проклятие оков, способ сковать движения.

Одна из техник, используемых для сдерживания Пользователей ауры.

Прежде чем он успел оправиться от внезапного заклинания, солдаты, окружившие его со всех сторон, и два Пользователя ауры бросились в атаку.

Маг блокирует, Пользователь ауры принимает удар, а солдаты колют.

Пусть армия поместья и не привыкла сражаться с мертвецами, они прекрасно знали, как справляться с опытными мечниками.

«Не может быть, я умру в подобном месте?..»

Он не мог развеять Проклятие оков. Среди магии, полученной от его демона, не было заклинаний снятия проклятий.

Черный рыцарь остановился и взревел громовым голосом:

— Не смешите меня!

Использовав Заклинание Ускорения, Пирон заставил свой двуручный меч свистеть подобно урагану, сдерживая двух приближающихся Пользователей ауры.

Но, воспользовавшись брешью, длинное копье солдата чиркнуло по его боку.

К счастью, доспех не был пробит, но тяжелый удар всё же пришелся прямо в тело.

— Кхх!..

Каким бы сильным он ни был, тело у него одно. И рук, чтобы сражаться, всего две.

В состоянии, когда ноги остановлены, а атаки сыплются со всех сторон, даже Мастер Меча не выживет.

Множество Мастеров Меча в истории, сражавшихся против армий и встретивших свой конец, доказали этот факт.

— У-о-о-о!

Пирон отбивался изо всех сил.

Двигая налитыми свинцом ногами так, словно пинал железные глыбы, он демонстрировал пугающую мощь, размахивая мечом туда-сюда более свободной рукой и разрубая нескольких солдат.

В пылу боя он не обращал внимания на стрелы и копья, одно за другим вонзающиеся в щели его доспехов.

У него была лишь одна цель.

Мальчишка впереди, судорожно хватающий ртом воздух и сжимающий белый меч.

«Я убью тебя!»

Ревность, которую он испытывал еще мгновение назад, ярость от того, что его обманули, ненависть, рожденная потерей соратницы.

Его гнев был настолько огромен, что аура в теле Пирона взбесилась, на мгновение разрывая даже проклятие, сковывающее ноги.

Это продлится максимум секунд десять, но этого было достаточно.

Пирон устремился к Ракии со скоростью урагана.

— Ч-что?!

— Что это за монстр!..

Два солдата, преградившие ему путь, были отброшены телом несущегося черного рыцаря, словно их сбила карета.

Увидев это, Ракия оперся на меч и перевел дух.

— У-о-о-о-о-о!..

Черный рыцарь атаковал с ревом, полным ярости.

Ракия видел, как аура рябит поверх черных доспехов.

Он знал, что это за явление.

Переполнение.

Феномен, когда аура выходит из-под контроля из-за чрезмерных эмоций, в основном гнева.

Это пожирало ауру с огромной скоростью, но взамен даровало физические способности, превосходящие норму.

То же самое он видел у Гебеля; теперь это проявилось и у черного рыцаря.

— Хап!..

Аура начала вскипать и в теле Ракии.

Используя энергию, чтобы стимулировать изможденное тело, которое было на грани того, чтобы сдаться, он выжал из себя последние силы.

В тот момент, когда Пирон обрушил свой меч, Ракия точно выбрал время, рванулся вперед и взмахнул своим клинком навстречу.

Тела двух мечников, их клинки — всё скрестилось в одно мгновение.

Дзынь!

Вспыхнул свет, когда два металла пересеклись.

Затем, с глухим стуком, что-то массивное рухнуло на землю.

— ...А.

— Мы... победили?

— Быстро, проверьте!

Те, кто срочно подбежал ближе, поняли: массивное тело черного рыцаря разрублено пополам, он больше не жив.

Не видя больше врагов, бросающихся в атаку даже после осмотра, солдаты наконец разразились криками.

— Мы победили! Мы победили!

— Черт побери, наконец-то всё кончено...

— Ты герой!

Крики, рыдания, громогласная хвала.

Реакции победителей разнились.

Некоторые выкрикивали похвалы Ракии, но у него не было сил отвечать.

Мальчик оперся на окровавленный «Непреклонный» и выдохнул.

«Я действительно думал, что мне конец...»

Разорванная кожа на животе пронзительно пульсировала, он не мог вложить должную силу во взмах меча.

Тот последний удар был, по сути, просто подставлением клинка; скорее противник сам рассек себя, налетев по инерции.

Взглянув на свой живот, он с удивлением обнаружил, что наружу, похоже, вываливается часть внутренностей.

У Ракии невольно вырвался возглас:

— Это безумие...

В этот момент подбежавшие наемники подхватили его.

— Эй, Ракия! Ты как?

— Так себе...

Почувствовав опору, ноги окончательно потеряли силу.

Видя, как Ракия оседает, наемники панически закричали.

— Проклятье, что это?

— У него кишки наружу...

— Не трогайте рану зря! Он умрет!

Уложив мальчика, наемники переглядывались с испуганными лицами, не зная, что делать.

Тот, кто ранен до такой степени, что выпадают внутренности, обычно умирает.

Если только не получит исцеляющее чудо от жреца Земли или не использует баснословно дорогое зелье.

— Олбенин уже истощен и без сознания... У кого-нибудь остались зелья?

— Всё потрачено!

— Надо было беречь, идиоты!

Наемники переругивались в растерянности.

Тогда Рея, которая подбежала следом, открыла рот и произнесла голосом громче, чем обычно:

— ...Я займусь этим.

— Что? Как?

— У меня есть магический предмет восстановления. Отойдите назад. Это может помешать использованию.

По её команде наемники на удивление быстро отошли от Ракии.

Убедившись, что рядом никого нет, Рея тихо спросила мальчика:

— Ты меня слышишь?

Спросив, Рея внимательно всмотрелась в лицо Ракии. Проверяла, в сознании ли он.

Мгновение спустя, решив, что мальчик полностью отключился, девушка вздохнула.

— Хорошо, ты не поймешь... Отец Зеленого Леса, молю о твоем ласковом прикосновении.

Пока она шептала, боль в его теле начала утихать.

Утешительное спокойствие, словно погружаешься в теплую воду.

Напряжение ушло, и сознание Ракии провалилось во тьму.

— ...А.

Глядя в незнакомый потолок, Ракия открыл глаза.

Мягкая кровать, отделанные камнем стены и дорогая мебель подсказывали, что он внутри замка.

Солнце уже взошло, яркий свет струился сквозь стеклянное окно.

— Угх.

Попытавшись слегка приподняться, он ощутил пульсацию в животе, но не такую мучительную, как ожидал.

Возможно, жрец Земли использовал чудо исцеления.

В этот момент кто-то заговорил с ним.

— О, вы очнулись, брат? Как ваш живот?

Мирской жрец Земли Олбенин приветствовал его с мягкой улыбкой.

— Лучше... Все еще немного болит.

— Прошу прощения. Я еще не полностью восстановил силы.

— Нет. Важнее другое... Что случилось? Сколько времени прошло?

— Думаю, около пяти или шести часов. Сначала мы перевели всех жителей деревни в замок. Заодно и сами зашли. Затем отправили весть в соседнее поместье через жреца Бога Знания. Скоро прибудут карательный отряд и инквизиторы, чтобы оценить и зачистить ситуацию.

Услышав объяснение, Ракия с облегчением выдохнул.

Тогда Олбенин с улыбкой сказал:

— Те двое погибших были довольно известными преступниками.

— Разыскиваемыми преступниками?

— Да. Пирон Черный Клинок и Сиенна Сборщица Трупов. Несколько лет назад они навели немало шороху на севере Империи. Их считали мертвыми, но они, должно быть, скрывались. Не знаем, почему они внезапно напали здесь.

Почему они напали, он не знал.

В тот момент, когда он услышал слова Олбенина, в голове Ракии вспыхнула догадка.

Он вспомнил разговор с Алишей прямо перед нападением.

«Голоса продолжаются. Кто-то велит мне прийти к ним. Я не хочу идти, потому что страшно, но тогда они злятся. Когда они злятся, это так страшно.»

— Жрец.

— Да?

— Может ли слышание необъяснимых голосов быть связано с чем-то магическим?

При вопросе Ракии глаза Олбенина расширились.

Мгновение спустя жрец средних лет спокойно объяснил:

— ...Вы, случайно, не слышите странные голоса?

— Нет, не я.

— Не нужно стыдиться. Сэр Ракия. То, что случилось прошлой ночью, истерзало бы даже людей куда старше вас.

Судя по выражению лица, Олбенин был убежден, что Ракия слышит голоса из-за последствий тяжелой битвы.

В любом случае, похоже, у него не было особых знаний на этот счет, поэтому Ракия покачал головой.

— Пожалуйста, позовите мага.

— Мисс Рею?

— Да. Скажите ей, кажется, я знаю, почему враги напали.

Только тогда поняв, что Ракия не бредит от ментального шока, Олбенин резко встал, сказав, что сейчас вернется.

Через несколько минут он привел девочку-мага, как и просили.

— Звал?

— Дело не во мне, но тут есть кое-кто, слышащий странные голоса, словно кто-то их зовет. Есть ли что-то подобное в магии?

Поскольку дело было срочным, Ракия быстро спросил, даже не поблагодарив.

Услышав вопрос, глаза девочки слегка округлились.

— Слышит странные голоса? Какие именно?

— Кто-то велит прийти, а если отвечают, что не хотят идти, то злится.

— Это происходит один раз и прекращается? Или постоянно?

— Вероятно, постоянно.

Услышав слова Ракии, девочка взглянула на жреца рядом с ней.

Словно собиралась обсудить что-то, что неприятно слышать.

— Тогда... вероятно, это «Совместимый».

— «Совместимый»?

Услышав незнакомый термин, он переспросил, и девочка кивнула, поясняя:

— Редко, но встречаются люди, чьи души имеют настолько хорошее сродство с конкретным демоном, что могут общаться с ним с рождения. Демоны также получают огромную силу, пожирая душу такого «Совместимого», поэтому они активно склоняют к контракту.

Услышав это, он смог понять, почему Алиша стала мишенью.

Предыдущие атаки, вероятно, совершались каким-то магом, подчиненным демону, связанному с Алишей.

— Но жрец...

Разве Храм не должен знать об этом?

Когда он деликатно спросил, Олбенин покачал головой.

— Впервые слышу.

— Если «Совместимый» заключит контракт с подходящим демоном, он может получить магию куда сильнее, чем позволяет талант. Храм опасается появления могущественных магов. Вероятно, только инквизиторы знают об этом.

Сказав это, девочка посмотрела прямо на Ракию и спросила:

— Дочь барона?

— ...Да.

Маг Керас, управлявший троллем, признался, что его целью была дочь барона, так что сделать такой вывод было нетрудно.

— Это очень плохо.

— Что?

— Скоро прибудут инквизиторы, и в ходе расследования они легко раскроют этот факт. Тогда они изолируют дочь барона пожизненно в каком-нибудь специальном монастыре или вроде того. Чтобы абсолютно исключить любой демонический контракт.

— Но она дворянка, все же?

— Инквизиторы могут применять чрезвычайные полномочия, если речь идет об искоренении злой магии. Если это не высшая знать, способная поспорить с Храмом, то барон...

Тягостная тишина повисла на мгновение.

Затем Рея осторожно произнесла:

— Есть способ.

— Какой?

— Предложить душу другому демону. Тогда у того демона не будет причины охотиться за «Совместимым». Потому что они больше не смогут заключить контракт.

Услышав это, он сразу понял, что она имела в виду.

Тот, кто парит, не отбрасывая тени, световой дракон Миркия.

Как говорил Олбенин, разве это не «демон настолько благожелательный, что даже Храм признает его»?

Если уж приходится предлагать душу кому-то, лучше предложить благому, чем злому.

— ...Твоему демону, верно?

— Да.

Девочка утвердительно кивнула.

32

После слов Реи в комнате повисло молчание.

Уйти от лап одного демона, доверив душу другому демону.

Можно ли вообще считать это правильным решением?

Первой тишину нарушила Рея:

— В наши дни их всех скопом называют демонами, но в старину всё было иначе. Сущности, дарующие магическую силу, когда-то звались Внешними Богами.

— Внешними Богами?

— Да, Внешними Богами. Термин «демон» — это просто ярлык, созданный Церковью Семерки Богов после укрепления своей власти. Они свалили всех божественных существ за пределами своего пантеона в одну категорию. Среди существ, называемых демонами, есть бесчисленное множество рас, и их нравы столь же разнообразны. Разумеется, подавляющее большинство из них — злые.

Услышав её слова, Ракия перевел взгляд на Олбенина.

Обычно мягкое лицо жреца странно исказилось.

— Жрец?

— Это одна из теорий, встречающаяся в некоторых еретических учениях. Учитывая моё положение, я не могу вдаваться в подробности. Однако...

Трудно назвать это полной ложью, — добавил Олбенин с натянутым выражением лица.

Рея кивнула и продолжила объяснение:

— Конечно, даже если вы заключите контракт не с Миркией, а с демоном, который охотится за юной леди, это всё равно решит проблему. Как «Совместимая», она стала бы гораздо более могущественным магом.

— Но, судя по тому, что мы видели, этот демон — отъявленный мерзавец высшего пошиба?

— Именно.

Существо, которое без колебаний приказывает злым магам нападать и убивать невинный эскорт или вырезать целую деревню.

Нет никаких шансов, что передача души такому демону приведет к нормальной жизни.

Снова повисло молчание, и вскоре жрец поднялся на ноги.

— Я пойду за бароном Рогеном и юной леди.

— Жрец.

— И, похоже, я не могу остаться, чтобы слушать этот разговор дальше. Уже то, что я молчал до сих пор, было тяжким неуважением со стороны служителя Матери-Земли.

С этими словами Олбенин покинул комнату, не оглядываясь.

Смысл его поведения был ясен.

Будь он против мнения Реи, он попытался бы остановить её или переубедить Ракию.

Тот факт, что он пошел за бароном, означал, что Олбенин тоже считал это лучшим выходом.

— Сейчас нам нужно убедить барона и юную леди. Сможешь повторить это объяснение?

— Если потребуется.

Но судя по выражениям лиц Рогена и Алиши, вошедших вскоре, объяснение можно было бы и сократить.

Их лица были серьезны, словами не передать.

— Я слышал суть от жреца Олбенина... Правда ли то, что я узнал о причине нападения? И о решении тоже?

— Маг сейчас объяснит детали.

Поймав взгляд, Рея спокойно повторила всё своё объяснение.

Услышав всё до конца, Роген выглядел ошеломленным.

— Не может быть...

Алиша рядом с ним тоже казалась глубоко потрясенной.

Вполне понятно: мало кто остался бы спокоен, узнав, что его либо потащат продавать душу демону, либо запрут в неизвестном месте на всю жизнь.

— Алиша, ты до сих пор слышишь странные голоса? Те же, что и раньше?

При вопросе отца Алиша молча кивнула и сердито уставилась на мальчика, сидящего на кровати.

Ракия почувствовал предательство в этом взгляде.

— Я же просила не рассказывать другим.

— Как я уже говорил, если не станешь магом, тебя могут забрать инквизиторы. И...

Ракия слегка махнул рукой в сторону окна.

Оттуда была видна деревня под стенами замка, ставшая полем битвы прошлой ночью.

Сожженная, превратившаяся в руины.

Солдаты и немногие жители пытались спасти то, что уцелело.

— Этот хаос устроили люди, пришедшие захватить вас, юная леди. Если бы мы хранили это в секрете дольше, ваш родной дом тоже закончил бы так. Стоило ли мне молчать?

При этих словах девочка умолкла, её лицо застыло в шоке.

Глядя на неё, Ракия покачал головой.

— ...Я не виню вас, юная леди. Вы не скрывали это, зная, чем всё обернется. Я рассказал всё исключительно ради вашего блага.

Он не хотел вешать всю вину за случившееся на эту девочку.

Что бы ни делал Храм с благородными девицами, которых они сочли душевнобольными, это должно было причинить столько боли, что она никогда больше не хотела об этом рассказывать.

Он слишком хорошо знал, насколько слабым и легко ломающимся становится ребенок перед лицом страданий.

Кто ещё мог бы понять эту ситуацию лучше, чем мальчик, совершивший убийство после того, как сломался под пыткой вырывания ногтей?

Пока он говорил и смотрел на Алишу, та что-то бормотала себе под нос.

Слова, которые она пережевывала во рту, трудно было разобрать даже развитому слуху Ракии.

— Ради моего... блага...

Мгновение спустя Роген откашлялся, чтобы расслабить сжатое горло, и заговорил:

— Алиша.

— Да?

— Я уважаю твои желания. Что ты хочешь сделать?

— Я?

— Речь о том, как поступить с твоей душой. Я уже совершил одну ошибку; я не хочу снова произвольно решать твою судьбу. Если бы всё зависело от меня, я бы сказал, что тебе вообще не нужно ничего выбирать, но...

Роген поморщился от чувства собственного бессилия.

Это было действительно прискорбно. Что из-за его слабости он не мог защитить свою дочь.

И что ему приходится принуждать её к такому тяжелому выбору.

Тишина тянулась долго, пока наконец Алиша, пронзительно смотревшая в пол, не спросила Рею:

— Что мне нужно сделать?

— Опустись здесь на колени и сядь.

Усадив Алишу на колени, Рея села напротив неё в той же позе.

Затем они сомкнули руки.

— Предупреждаю сразу: нет гарантии, что Миркия примет вас, юная леди. Тот, кто парит, не отбрасывая тени известен своей разборчивостью в выборе контракторов.

— Да...

— Однако, как только он возьмет вашу душу, он не станет обращаться с вами произвольно. Это я гарантирую.

Хоть гарантия и не означала, что она реально может на что-то повлиять, выражение лица Алиши слегка смягчилось от слов Реи.

Закрыв глаза, Рея тихо начала читать заклинание:

— Тот, кто парит, не отбрасывая тени, здесь та, кто желает следовать твоей воле. Прошу, взгляни на неё.

Как только слова Реи стихли, Ракия вздрогнул от леденящего чувства.

Что-то наблюдало за этим местом. Что-то огромное, абсурдно необъятное и могущественное.

Секунду спустя глаза Алиши потеряли фокус.

Вскоре она начала бормотать, обращаясь в пустоту:

— ...Да, верно. Нет. Это не то.

Девочка начала разговаривать с невидимым собеседником.

Разговор, начавшийся с коротких, отрывистых ответов, постепенно удлинялся, и эмоции девочки, до этого подавленные, становились всё ярче.

Иногда она плакала, иногда смеялась, иногда злилась.

После долгой беседы девочка наконец кивнула и сказала:

— Да. Я понимаю. Тот, кто парит, не отбрасывая тени, я предлагаю тебе свою душу. Прошу, прими её...

С этими словами Алиша рухнула, как марионетка с перерезанными нитями.

Рея, сидевшая рядом, поспешно подхватила её, а Роген, стоявший поодаль, вскрикнул:

— Алиша!

— Всё хорошо, папа. Просто на миг почувствовала себя опустошенной...

Ответив ровным тоном, Алиша осторожно поднялась на ноги.

Рея, приблизившись, легонько погладила её по спине и спросила:

— Как ощущения?

— Он был добрым. Тот голос, что я слышала раньше, был чудовищным, но этот — как строгий и ворчливый, но заботливый дедушка...

Было легко догадаться, кого она имела в виду.

— Похоже, юная леди приглянулась ему. Поздравляю. Со становлением магом.

Подбодрив её, Рея передала Алишу барону.

Вероятно, она решила, что отцу и дочери нужно время поговорить.

Наблюдая за их уходом, Ракия задал вопрос:

— ...Стать магом обычно так просто?

Они просто подержались за руки, немного поболтали, прочли пару заклинаний — и вот она уже маг.

Для Пользователя ауры, которому приходилось строить фундамент через физические тренировки, наблюдать за душой и манипулировать ею через внутреннее развитие, это казалось совершенно пустым.

— Это не так просто, как кажется. Маги, получившие такую благосклонность от своего внешнего... демона-контрактора, что могут так небрежно провести ритуал и остаться невредимыми — редкость. А демоны с настолько хорошим характером, что радостно соглашаются на контракт по первому зову — еще большая редкость.

Она спокойно объяснила, что это похоже на то, как если бы вы держали ручную мышь во дворе, а потом вдруг принесли бродячую мышь с улицы и попросили растить их вместе.

— Кроме того, чтобы правильно использовать полученные заклинания, нужна отдельная практика. Потребуется время, чтобы стать полноценным магом.

— Хм...

Услышав это, он понял, что всё не так уж беспорядочно, как ему казалось.

Действительно, будь это так просто, каждый попытался бы стать магом.

Разговор прервался, и повисло тяжелое молчание.

Он хотел отдохнуть, но Рея не подавала признаков ухода.

— Хочешь ещё что-то сказать?

На удивление, Рея кивнула на вопрос мальчика.

Словно на что-то решившись, она глубоко вздохнула, а затем низко поклонилась ему.

Это было настолько неожиданно, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять — это извинение.

— Прости меня.

— ...За что?

— С первой нашей встречи и до ссоры после — за всё. Не могу объяснить, но, основываясь на своем личном суждении, я посчитала тебя злодеем. Похоже, я ошиблась. Приношу извинения.

Наблюдая за Ракией всё это время, Рея не нашла в мальчике никаких злодейских черт.

У него была склонность к самоизоляции, словно он не привык общаться с людьми, но он не игнорировал других и не вел себя высокомерно; напротив, в моменты кризиса он брал на себя самые опасные роли с поистине героическими качествами.

Решающим моментом стала эта битва, где, несмотря на высокий риск смерти, он отказался бежать в одиночку и принял бой.

Она, которая втайне помышляла о бегстве, почувствовала огромное отвращение к себе, осознав, что мальчик, которого она сочла злодеем, оказался намного лучше неё самой.

— Я примерно догадываюсь, но... раз уж речь зашла, спрошу. Быть Палачонком — это так плохо?

— Палачонком? Кто это?

— Что?

Мгновение они молча смотрели друг на друга, а потом поняли, что каждый из них что-то недопонял.

После краткого объяснения Рея выдохнула с пустым выражением лица:

— Я понятия не имела, что такое существует.

— Ты, должно быть, недавно стала наемницей?

— ...Верно.

— Ну, тогда возможно, что ты не знала. Наемники, работающие в легальных кругах, не используют Палачат.

Как он и сказал, наемные отряды, использующие детей-палачей, в основном занимались незаконной деятельностью.

Даже отряд Ашана обычно действовал как военные наемники, но если подворачивалась работа, они не гнушались контрабандой или заказными убийствами.

Поскольку их тылы были темными, они не могли доверить тех, кого нужно было убить, руке закона.

Для примера, в отряде Катака Палачат не было.

— В любом случае, извинюсь ещё раз. Искренне. Я заставила тебя говорить вещи, которые ты не хотел, из-за моего странного недоразумения.

— Ты не можешь сказать, почему возникло это недоразумение?

— Извини, но об этом трудно говорить. Это связано с моим прошлым.

Она смутно знала, как относятся к тем, у кого есть способность видеть духов.

Даже высокопоставленные жрецы смерти с такой силой не разгуливали снаружи бездумно.

Злодеи редко оставляли в живых тех, кто мог видеть их порочность.

— ...Не то чтобы в обмен, но возьми.

В этот момент Рея достала кольцо из кармана.

Крупное кольцо, выполненное в форме свернувшейся серебряной змеи, достаточно большое, чтобы налезть Ракии на предплечье.

— Что это?

— Это предмет того магического мечника. Я забрала его отдельно.

Услышав «магический мечник», он понял, кто был владельцем этого браслета.

Пирон Черный Клинок, кажется?

Как мечник он был достойным противником, но после использования Заклинания Ускорения стал таким крепким орешком, что с ним было трудно справиться.

Первый магический мечник, которого он встретил, оказался сложнее, чем он представлял. Не использование кучи заклинаний, а всего лишь одно Ускорение сделало его настолько опасным — этого он не ожидал.

Тогда, возможно, это предмет, позволяющий использовать Заклинание Ускорения?

Заметив ожидание во взгляде Ракии, Рея покачала головой.

— Я знаю, чего ты ждешь... но это не магический предмет. Это проводник.

— Проводник?

— Да. Контракт, как было раньше — особый случай; обычно для заключения договора с демоном требуется более сложный процесс. Подношение жертв через особые ритуалы для получения благосклонности демона, или прямое общение через проводник, связанный с демоном.

— Это проводник, связанный с демоном.

— Да. Вероятно, связан со «Змеем, Обвивающим Рассвет», с которым заключил контракт магический мечник, судя по внешнему виду. Выглядит точь-в-точь.

— Как его можно использовать?

— Зависит от твоего решения. Заключить контракт с демоном через него, чтобы стать магом; предложить храму, чтобы уничтожить его и получить их благосклонность; или продать за высокую цену в местах вроде черного рынка.

Слушая объяснение, Ракия тихо размышлял.

Если он использует Заклинание Ускорения, которым владел Пирон, какого эффекта он сможет достичь?..

— А может ли использование этой штуки привести к одержимости демоном или чему-то подобному?

— Обычного человека — возможно, но Пользователю ауры беспокоиться не о чем. Даже Король Демонов не сможет подчинить Пользователя ауры через один лишь проводник.

Кивнув, Ракия взял кольцо.

Лучше всего сначала посоветоваться с Элтейном и принять решение.

Если контракт с демоном создаст проблемы для Апостола Войны, или если становление магом помешает пути меча — это будет беда.

Также нужно проверить то, что Рея упоминала ранее насчет снижения потенциала.

— Не дай инквизиторам увидеть его. Они силой отберут его, уничтожат и умоют руки.

— Понял. Спасибо за полезную информацию. И за то, что позаботилась об этом.

Конечно, поскольку Ракия убил Пирона, это был его законный трофей, но без способности чувствовать магические предметы он бы не узнал, насколько ценен этот браслет.

Раз она забрала то, что он упустил, и подробно объяснила происхождение вещи, такая благодарность была уместна.

— Тогда я пойду. Отдыхай.

Повисла краткая тишина, и теперь, когда слова действительно закончились, Рея еще раз поклонилась на прощание и вышла из комнаты.

— Маг, значит...

Оставшись один в комнате.

Ракия снова достал кольцо и уставился на него.

Пока его тело не взбунтовалось от усталости, умоляя об отдыхе. Непрерывно.

33

Прошло несколько дней, в течение которых Ракия посвятил себя восстановлению и тренировкам.

Первое, что он заметил: недавняя битва ускорила рост его ауры. Сейчас её объем примерно в полтора раза превышал тот, что был до боя, и он мог с уверенностью сказать, что заложил прочный фундамент как Пользователь ауры.

Раны, благодаря лечению Олбенина, тоже заживали стабильно, и хотя он потерял немного мышечной массы, это было не критично.

В Рыцарский Клуб он пока не возвращался. Поскольку оборонительные силы замка всё ещё были недостаточны, оставалась вероятность повторной атаки сильного противника.

Спустя несколько дней отдыха и тренировок, долгожданное подкрепление наконец прибыло.

— О, вот и они.

— Это армия графа Рашурана?

Примерно тысяча хорошо оснащенных солдат вошла в ворота. Среди них можно было заметить тех, кто походил на Пользователей ауры, жрецов и магов.

В центре находился мужчина в роскошном одеянии, по всей видимости, граф, окруженный эскортом, который особенно бросался в глаза.

На фоне разноцветных витиеватых доспехов их угольно-черные одежды невозможно было не заметить.

Пока Ракия наблюдал за этой сценой, Гинель пробормотал рядом:

— Это инквизиторы.

— Эти ребята?

— Ага. Черные одежды — их символ. Говорят, они носят их, чтобы пятна крови не были видны.

Свежая кровь сначала темно-красная, но вскоре сворачивается и чернеет. Чтобы скрыть это, темная одежда подходит идеально.

Он подумал, действительно ли они носят черный цвет по этой причине, но не сомневался: люди, заслужившие такие слухи, наверняка жестоки.

Гинель тихо добавил:

— Это правда, что они служат щитом Империи против злой магии... но иметь с ними дело жутковато.

Вскоре армия графа разбила лагерь прямо перед замком.

Когда несколько человек, по виду офицеров, вошли внутрь, лорд замка, барон Нусван, вышел поприветствовать своего сюзерена.

— Простите, что заставил вас проделать такой трудный путь, брат.

— Прискорбно видеть тебя в таких обстоятельствах. Надеюсь, погибшие обрели покой в смерти.

— Ваше сочувствие само по себе достаточная благодарность.

Лорды обменялись приветствиями в довольно теплой атмосфере. Они ведь были кузенами?

Кажется, кровные узы создавали между ними особую связь.

Вскоре Роген, бывший гостем, также обменялся приветствиями с графом Рашураном.

— Я барон Роген Тресвель из Дарсы.

— Я Ипиэль Самант, граф Рашуран. Прошу прощения, что гостю пришлось наблюдать столь неприглядную сцену.

Роген обращался к графу Рашурану как к равному дворянину, и граф не воспринял это как оскорбление. Их не связывали вассальные отношения. Для каждого из них другой был просто соседним лордом из отдаленных земель.

— Я слышал, что ваши наемники храбро сражались и предотвратили большие потери. И даже остались на случай дальнейших атак — позвольте выразить мою благодарность.

— Неловко принимать вашу благодарность. Мы остались из чувства ответственности.

— Хм?

Озадаченному графу Роген объяснил ситуацию, попросив окружающих ненадолго отойти назад.

Он ничего не скрывал. Как только инквизиторы начнут полное расследование, всё равно всё выйдет наружу.

После объяснения предполагаемой причины нападения и даже способа решения проблемы граф Рашуран издал стон.

— Значит, поместье пострадало из-за...

— Из-за злых магов, разумеется.

— ...Действительно. Всё верно.

Внутренне Роген, возможно, и раздражал графа, но тот не подал виду.

Обвинять Рогена здесь означало бы заявить: «Нам следовало позволить родиться еще одному злому магу», а говорить такое в присутствии инквизиторов за спиной было бы неловко даже для графа.

Барон Нусван, лорд поместья, выслушал историю с невозмутимым лицом.

Хотя ему рассказали об этом только сегодня утром из страха мести, барон Нусван не стал сильно винить Рогена или Алишу.

Он даже поддержал их.

Если кто-то видит человека с сокровищем и решает ограбить его и поджечь дом, это ведь не вина того, кто несет сокровище, верно?

Впечатляло, что он мог рассуждать рационально даже в том, что сердцу было трудно принять. Исключая его ксенофобские наклонности, барон Нусван был действительно хорошим человеком.

Хотя тот единственный недостаток был весьма неприятен.

— Значит, юная леди баронства теперь?..

— Да. Она стала магом. В настоящее время она обучается у своего наставника.

— Хм...

— Значит, она незарегистрированный маг.

В их разговор грубо вмешалась женщина. Это была одна из фигур в черном, стоявших позади графа.

На вопрос инквизитора Роген покачал головой.

— Мы уже подали заявку на регистрацию в Храме через жреца Знания. Скоро мы остановимся в городе Рашуран, которым управляете вы, граф, и там она получит надлежащий сертификат в Храме.

— Вы сказали, она контрактор «Того, кто парит, не отбрасывая тени»?

— Да.

Пока Роген отвечал, инквизиторы переглянулись и начали безмолвно общаться короткими кивками.

Это было крайне грубое отношение к имперскому дворянину, но Роген лишь слегка нахмурился, не упрекая их.

Граф Рашуран рядом с ним тоже выглядел несколько неловко.

Мгновение спустя вперед вышла светловолосая женщина, похоже, старший инквизитор, и заговорила:

— Хорошо. Тогда докажите это передо мной. Я могу сертифицировать её своим именем без необходимости отдельного подтверждения.

— Кем вы можете быть, чтобы...

Словно ожидая вопроса, женщина достала из-за пазухи удостоверение.

— Я Метика Пайдал, капитан 3-го округа Восточного Управления. Среди инквизиторов этого региона это второй по старшинству ранг.

Инквизиция в Империи была разделена на пять управлений — Восточное, Западное, Южное, Северное и Центральное, — и каждое управление делилось на четыре-шесть округов.

Другими словами, быть капитаном округа означало входить в сотню лучших из более чем тысячи инквизиторов — высокий статус.

— Контракты душ — серьезное дело. Будучи дворянином, Ваша Светлость должны это прекрасно понимать. Как инквизитор, я не могу игнорировать несертифицированного контрактора души.

Это был допрос, граничащий с угрозой.

После краткого колебания Роген кивнула.

— ...Хорошо. Я позову дочь. Пожалуйста, подождите.

Вскоре Алишу, которая практиковалась в магии, вызвали во внутренний двор замка.

Рядом с ней была Рея, которая обучала её.

Заметив повязку мага на её руке, инквизитор уставилась на неё пронзительным взглядом и спросила:

— Ты наставник, обучивший её магии? Имя?

— Рея. Сертифицированный лицензированный маг.

— Номер повязки?

— 34156.

Метика, оглядывавшая Рею глазами, похожими на стеклянные бусины, подозвала одного из инквизиторов позади себя.

— Проверь.

— Дайте мне минуту. Великой Мудрости молюсь...

Тот, кто казался жрецом Знания, закрыл глаза, сотворил чудо, затем кивнул и произнес:

— Проверочный номер 34156, имя Рея Барна, официально зарегистрирована два года назад, контрактный демон «Тот, кто парит, не отбрасывая тени», специализация — магия атрибутов огня и света, не контрактор души, судимостей нет.

— Внешность?

— Совпадает. Признаков магической маскировки нет.

— Хорошо. Ты чиста. Теперь... доказать себя должна только юная леди баронства.

Алиша невольно задрожала перед внушительным присутствием этой пугающей женщины-инквизитора.

Глаза, лишенные каких-либо эмоций. Когда эти змеиные зрачки сфокусировались на ней, ей показалось, что тело заледенело.

В этот момент теплое ощущение начало распространяться от её руки, растапливая лед.

Рея, державшая её за руку, посоветовала:

— Сохраняй спокойствие. Не нужно делать ничего грандиозного. Просто произнесли заклинание и сотвори простую магию. Это лишь для подтверждения контрактного демона.

Маг мог заключить контракт только с одним демоном.

Все эпитеты демонов были уникальны, и имитировать их было невозможно.

Благодаря этим двум общеизвестным законам Алише было просто доказать свою правоту.

Ей нужно было лишь успешно сотворить заклинание именем «Того, кто парит, не отбрасывая тени», Миркии.

— О, Тот, кто парит, не отбрасывая тени. Я взываю к твоей силе...

В её голосе не было уверенности, она сомневалась в собственной силе.

Но вскоре после этого от руки юной леди баронства поднялся мягкий свет.

Это было всего лишь низкоуровневое заклинание создания света, но не было сомнений, что она призвала его именем Миркии.

Инквизитор Метика Пайдал, пристально наблюдавшая за ней, кивнула.

— ...Хорошо. Раз уж я подтвердила это лично, я выдам повязку. Эй, неси сюда.

Через мгновение она лично закрепила на руке Алиши повязку, которая была у неё с собой.

Затем объявила:

— Номер повязки 15322. Это твой верификационный номер. Не забудь его. Если забудешь этот номер, инквизиторы имеют право счесть мага самозванцем и атаковать. Поняла?

— Да.

Понаблюдав пронзительным взглядом за девочкой, ответившей дрожащим голосом, инквизитор отвела глаза.

И её взгляд обратился к мальчику с темно-синими волосами.

— О, неужели это тот герой, что разрубил Пирона и Сиенну пополам?

Ракия инстинктивно оглянулся по сторонам, но было ясно: интерес инквизитора направлен на него.

Нежелательное внимание заставило мальчика медленно кивнуть.

— Да, это я.

Услышав ответ Ракии, она протянула руку с жизнерадостным выражением лица, непохожим на холодную и безжалостную манеру, что была мгновением раньше.

— Рада встрече. Как я уже говорила, я инквизитор Метика Пайдал. А ты?

— Я Ракия.

— Ракия. Хорошее имя. Из центрального региона?

— Да.

В отличие от своей прежней змеиной холодности, она пожала ему руку и легко похлопала по плечу, выказывая дружелюбие.

Это была непринужденная манера, словно она приветствовала старого друга после долгой разлуки.

Ракия был сбит с толку её внезапной переменой, но вскоре услышал причину из её собственных уст.

— В свое время двое моих однокашников были убиты Пироном и Сиенной. Тогда я настаивала, что они живы, так как тела не нашли, но начальство не слушало. Узнать теперь, что они действительно сдохли, приятно. Жаль, я не смогла прикончить их сама, но всё же.

Если то, что она сказала, было правдой, Ракия косвенно отомстил за неё.

Ошеломленный тем, что заслужил благосклонность по столь неожиданной причине, он на мгновение замер, а Метика улыбнулась и сделала неожиданное предложение:

— Как насчет того, чтобы стать инквизитором заодно? Нам плевать на статус. Докажи свое исключительное воинское мастерство и железную веру — и дело в шляпе.

При внезапном предложении Ракия вспомнил о Раше.

Эта инквизиторша не казалась сильнее Раша, но если она начнет настаивать на вербовке, проблем будет куда больше, чем с Рашем.

Он не мог согласиться здесь и сейчас. Инквизиция была такой же жесткой организацией, как и армия.

Ракия склонил голову, стараясь выглядеть как можно вежливее.

— Прошу прощения, но у меня есть личные дела, так что это будет затруднительно.

— Вот как? Ничего не поделаешь. Если передумаешь, приходи в город Рашуран. Я там за главную.

Вопреки ожиданиям, она отступила удивительно легко.

Возможно, она привыкла к отказам. Несмотря на их огромную власть, профессия инквизитора не вызывала особой зависти.

Это была опасная работа — сражаться со злыми магами, к тому же инквизиторов знали как мясников, отбросивших свою человечность, — трудно ожидать, что такая работа будет популярной.

— Ах, даже если у тебя нет намерения становиться инквизитором, обязательно загляни в город Рашуран. Я подготовила награду за поимку.

— Да. Я и так планировал, это по пути.

Метика приятно улыбнулась словам Ракии.

— Это удачно. Тогда до следующей встречи. Надеюсь, она будет по такому же хорошему поводу.

Оборвав разговор в одностороннем порядке, она вместе с коллегами последовала в особняк за дворянами, вошедшими ранее.

Когда важные фигуры удалились, во внутреннем дворе стало тихо, словно после бури.

— Ну надо же, всё обошлось благополучно.

— Ага. Даже эти ребята ведут себя довольно вежливо с дворянами.

Наемники бормотали в изумлении.

На взгляд Ракии, отношение инквизитора только что казалось крайне грубым и необоснованным, но, по-видимому, по их стандартам этот уровень считался верхом вежливости.

Насколько же невежливым может быть инквизитор?

В любом случае, знакомство с инквизитором — вещь неплохая.

Если возникнут проблемы с Храмом, упоминание её имени может принести немного больше снисхождения.

Хотя лучше всего избегать трений вовсе.

Рубек хлопнул в ладоши, объявляя, что пора расходиться.

— Ладно, тогда возвращаемся и отдыхаем. Солнце скоро сядет, так что отправляемся утром.

— Тогда как насчет выпивки перед отъездом?

Когда Гинель возбужденно закричал, Катак рядом с ним покачал головой.

— Если не хочешь блевать в карете, лучше поспи спокойно.

34

Той ночью, убедившись в безопасности, Ракия помолился Богине.

Как обычно, его тело провалилось в сон, а когда он очнулся, то понял, что находится не на тренировочной площадке, а окружен туманом.

Вскоре появилась Ишила, Архангел Войны, и поприветствовала его.

— Давно не виделись.

— Рад видеть вас.

Архангел Войны произнесла это таким тоном, словно вовсе не была рада.

Ракия помедлил, глядя на неё, затем задал вопрос:

— Случайно не потому ли вы появились на этот раз, что?..

— Да. Я пришла ответить на твой вопрос.

— ...Да.

Он чувствовал это и раньше, но теперь окончательно убедился: она, похоже, знает, какие действия он совершает на поверхности.

Было не слишком приятно осознавать, что за каждым шагом наблюдают.

Пока он думал об этом, внезапно по миру разнесся гулкий рокот.

Это было слишком странно, чтобы назвать землетрясением. Весь мир содрогался, но сама земля не сдвинулась ни на дюйм.

Когда через несколько секунд гул утих, Ишила произнесла спокойным голосом:

— Война позволила это.

— Это только что... были слова Богини?

— Да.

Это действительно была форма общения, выходящая за рамки здравого смысла.

— Чтобы не было недопонимания, скажу: Змей, Обвивающий Рассвет — существо, имеющее некоторые связи с богами, поэтому разрешение дано по этой причине. Не истолкуй это превратно и не соверши глупость, бездумно заключая контракты с другими демонами.

— Связи, говорите?..

— Это дело богов.

Ракия вспомнил слова Реи. Она говорила, что в древности демонов называли Внешними Богами?

Он хотел спросить, не делает ли это всё «делом богов», но не был уверен, стоит ли озвучивать эту мысль.

Олбенин отнесся к этой теме как к табу, которое лучше не обсуждать.

— Я понял.

— Надеюсь, ты тщательно проконсультируешься со своим наставником и примешь решение. Он мудр, так что должен подсказать верный ответ.

К тому времени, как она закончила говорить, они пронзили туман и оказались на тренировочной площадке.

Там был не только Элтейн, но и Рения.

Возможно, её работа закончилась пораньше, и у неё появилось свободное время.

— О, привет! Слышала, ты искал меня в прошлый раз? Ну, тогда я была...

Рения, собиравшаяся взволнованно затараторить, внезапно замолчала и украдкой покосилась в сторону.

Он догадался, кого она увидела.

Ишила, Архангел Войны, молча смотрела на неё, и Рения прекратила болтовню, захлопнув рот.

— Тогда я удаляюсь. Надеюсь, ты проведешь время с пользой. Апостол.

Ишила исчезла с легким свистом.

После её ухода в голове Ракии вдруг возник вопрос, и он тут же озвучил его:

— Леди Рения.

— Да?

— Случайно не вы ли при нашей первой встрече подражали леди Ишиле?

Когда он спросил, стоявший рядом Элтейн расхохотался, схватившись за живот.

— Нет, погоди, я об этом не подумал. Это была правда? Ну и умора!

Элтейн громко загоготал: «Пха-ха-ха!», за что Рения пнула его в голень, скорчив смущенную мину.

— Леди Ишила крутая.

После этого началась перепалка: Элтейн дразнил её, говоря, что такая дурочка в роли Ишилы выглядит просто смешно, а Рения орала в ответ, не хочет ли он умереть.

Поругавшись так пару минут, оба поняли, что потеряли лицо перед младшим, и выпрямились.

Когда атмосфера немного успокоилась, Ракия перешел к делу.

Сначала — история о фехтовании и семье Рении, которую он не успел расспросить в прошлый раз.

— Моя семья? Ничего особенного. Просто одна из мелких мечницких семей, разбросанных по южному континенту. У неё долгая история, и ...известна тем, что подарила миру Мастера Меча, но это было сотню лет назад...

Вялый ответ. Ракия кивнул с некоторым разочарованием.

Похоже, придется наводить справки о фехтовании Рении отдельно, в том городе, куда они направлялись.

Отложив это на потом, Ракия поднял другую тему.

Речь зашла о дуэли с магическим мечником Пироном.

— Магический мечник, использующий Заклинание Ускорения. Тебе попался весьма крепкий орешек.

— Вы тоже сражались с магическими мечниками, господин Элтейн?

— Разумеется.

Элтейн рассказал, что среди его противников был один, который являлся Мастером Меча и магом одновременно.

— Магические мечники коварны. У Пользователей ауры ограниченный набор приемов атаки и защиты, но если они владеют хотя бы парой заклинаний, их возможности резко возрастают.

— Если я стану магом, не помешает ли это моему росту как мечника?

— Хм?

— Я добыл проводник, которым пользовался тот магический мечник, и подумал: может, стоит выучить что-то вроде Заклинания Ускорения?

При словах Ракии Элтейн на мгновение задумался, потирая лоб.

— Апостол, становящийся магом... Это не то, что я могу решить единолично. Ты спрашивал леди Ишилу?

— Да. Богиня дала дозволение.

Услышав ответ, Элтейн охотно кивнул.

— Что ж, в таком случае, можно хотя бы обсудить это.

— Вот как?

— Да. Причина, по которой Пользователям ауры нельзя учить магию бездумно, заключается в том, что растрата всей «маны, скрытой в душе», останавливает рост ауры. Но твой потенциал маны весьма высок даже по меркам Мастеров Меча.

— Вы можете определить даже мой потенциал маны?

— Ангелы это видят. У магов тоже есть пара заклинаний для этого. Верховные жрецы Бога Знания, вероятно, способны на нечто подобное.

— О-о...

Элтейн выглядел слегка самодовольным от восхищенного возгласа Ракии, затем вернул серьезное лицо и продолжил наставление.

— Если бы твоего запаса маны хватало впритык для становления Мастером Меча, я бы сказал: не учи магию. Но с твоим уровнем изучение пары низкоранговых заклинаний не повредит.

Сказав это, Элтейн выпустил ауру из руки и начал чертить на земле.

— Смотри сюда. Допустим, чтобы стать Мастером Меча, нужно 150 единиц ауры.

— Так.

— Если есть два человека с потенциалом маны 150: один преобразует все 150 в ауру и становится Мастером Меча, а другой переводит 130 в ауру и 20 в магию, становясь Пользователем ауры и магом одновременно. Кто победит, если они сойдутся в бою?

— ...Мастер Меча, верно?

— Да. С 20 единицами маны ты не получишь заклинаний, достаточно сильных, чтобы противостоять Клинку Ауры. Это будет разгромная победа Мастера Меча.

— Понятно.

— Теперь поднимем планку. Потенциал маны — 200. Один переводит все 200 в ауру, становясь сильным Мастером Меча. Другой тратит 180 на ауру (оставаясь на уровне Мастера Меча) и 20 на магию, получая несколько низкоранговых заклинаний. Магический мечник. Кто будет сильнее?

— Вы хотите сказать, магический мечник?

— Нужно учитывать навыки фехтования и совместимость, но обычно — да. В плане чистой атаки, защиты и выносливости тот, у кого больше ауры, имеет небольшое преимущество. Но использование даже пары мелких заклинаний, вроде ускорения или пространственного искажения, может кардинально повлиять на ход ближнего боя. Реакция на различные ситуации тоже улучшается.

— Ого...

— Что ты должен запомнить: ты не можешь просто спамить заклинаниями, вливая ману. Помимо духовной совместимости, нужна еще и магическая предрасположенность, так что проверь это тщательно. Также узнай, какие заклинания может дать демон, с которым ты заключаешь контракт. Если это что-то вроде атакующей стихийной магии — бросай это дело.

— Разве это не было бы неплохо? Кажется полезным против врагов, уязвимых к огню.

— Почти ничто не сравнится с Клинком Ауры в ударной мощи. Чтобы заклинание сравнялось с ним по силе, тебе придется влить колоссальное количество маны. Лучше взять вспомогательные чары, которые помогут этому самому Клинку Ауры попасть в цель. Как то же Заклинание Ускорения, о котором ты говорил.

В этот момент Рения, слушавшая разговор со стороны, вмешалась.

Она спросила Элтейна тоном, полным недоверия:

— Постойте, а это вообще нормально для Апостола Войны — заключать контракт с демоном? Что если он сольет какую-нибудь странную информацию после контракта?

— Ну, раз Богиня дозволила, значит, демон как минимум не из Фракции Вторжения. Либо он может быть из Дружественной фракции. В любом случае, она судила с куда более высокой перспективы, чем мы. Нам не стоит бездумно лезть в дела между богами и демонами.

— А что это за Нейтральная фракция и Фракция Вторжения?

На вопрос Ракии Элтейн на мгновение закатил глаза.

Поколебавшись, он всё же открыл рот:

— Можно ли рассказывать?.. Ну, если бы нет, леди Ишила остановила бы меня... Должно быть, всё в порядке. Проще говоря, не все демоны — плохие парни.

— Да. Я слышал об этом.

При ответе Ракии глаза Элтейна расширились.

— Слышал? От кого?

— От мага, с которым я недавно познакомился. Контрактора «Того, кто парит, не отбрасывая тени».

— Понятно.

Элтейн понимающе кивнул, поглаживая бороду.

Он пробормотал что-то вроде «зря колебался», затем покачал головой и продолжил объяснение:

— Демоны делятся на несколько категорий, но основные — это Дружественная фракция, Нейтральная фракция и Фракция Вторжения. Эти три.

— По названиям можно догадаться об их наклонностях.

— Верно. Дружественная фракция, как следует из имени, — это те, кто стремится к сохранению человечества. Потому что им нравятся люди, они предпочитают получать ману от людей или по разным другим причинам хотят, чтобы люди продолжали существовать. Тот, о ком ты упомянул, принадлежит к этой категории. Это самая малочисленная фракция среди демонов.

— Ясно.

— Следующая — Нейтральная фракция. Они ведут дела с людьми, но их не особо волнует, что с ними происходит.

— Ни добро, ни зло?

— Если брать за стандарт человеческую мораль, то да. Они торгуют, но почти не вмешиваются. Они не помогают и не вредят. Даже одно это делает их приличными по меркам демонов.

Нетрудно было догадаться, что большинство демонов, с которыми заключают контракты лицензированные маги, относятся к этой категории.

Когда Ракия кивнул в знак понимания, Элтейн продолжил:

— И, наконец, самая крупная — Фракция Вторжения. Это те, кто открыто наслаждается мучением, уничтожением людей и играми с ними.

— Фракция Вторжения...

— Их называют так, потому что их конечная цель — сломать межпространственный барьер и войти в материальный мир напрямую. Тогда они смогут играть с людьми и пожирать их свободно, без надоедливых ограничений.

— Но... разве для демонов это не равносильно уничтожению источника, дающего пищу, собственными руками?

Демоны наверняка не живут мало, так разве не выгоднее в долгосрочной перспективе высасывать души через контракты, чем сожрать всё разом и вызвать вымирание?

На вопрос Ракии Элтейн кивнул в знак согласия.

— Всё потому, что мир, где живут люди, не ограничивается тем миром, в котором живешь ты. Демоны могут наблюдать за множеством миров или вмешиваться в них, и с их точки зрения этот мир — лишь одна из многих игровых площадок. Если он сломается, они просто пойдут играть в другой.

Слова Элтейна выходили далеко за рамки понимания Ракии, и осознать это было непросто.

Другие миры? Значит ли это, что мир людей не ограничивается тем местом, где он живет?

Видя растерянное лицо Ракии, Элтейн цокнул языком.

— Если это трудно понять, просто забудь. В любом случае, останавливать этих ублюдков — одна из главных обязанностей Ангелов Войны. Рения недавно отправилась на ту линию фронта, и твой предок Реван Диркус тоже сражается на передовой.

— Ах.

При внезапном упоминании имени предка у Ракии вырвался возглас.

Стать после смерти Ангелом Войны и биться с демонами на передовой — это действительно история, достойная героического эпоса.

Он гадал, почему ангелы так заняты, постоянно появляясь и исчезая, а они, оказывается, занимаются столь важным делом.

— Причина, по которой ты был выбран Апостолом Войны, также связана с пророчеством о том, что эти твари замышляют нечто в проявленном мире. Так что, в конечном счете, их можно считать и твоими врагами тоже.

— Вот как.

— На всякий случай напомню: ты не должен раскрывать, что являешься Апостолом Войны. Ты знаешь.

— Я понимаю.

Ракия бережно сохранил объяснение Элтейна в памяти.

Хотя это и было немного за гранью его понимания, общая структура не казалась слишком сложной, так что он смог уловить суть.

— В нынешние времена кто-то моего уровня не может отправиться на поле боя и торчит здесь, обучая тебя, что усложняет войну. Так что подумай об этом и учись прилежнее.

Услышав слова Элтейна, Ракия вдруг вспомнил кое-что.

Книга, которую он видел в прошлый раз, с биографиями Мастеров Меча.

— Кстати, я видел нечто под названием «Биографии Мастеров Меча».

— О, моя история там была?

— Да. Только рождение и смерть, а всё, что вы совершили, было вырезано. Случайно, ваши достижения не были...

При этих словах лицо Элтейна скривилось.

— Нет, тот, кто написал эту книгу — имперец, верно?

— Да.

— Я так и знал. Они стерли всё, потому что даже им было стыдно.

— Что же вы сделали?

На вопрос Ракии Элтейн, казалось, хотел ответить, но затем покачал головой.

— ...Забудь. Жалко, когда неудачник хвастается собой. Это не та история, которую я особо хочу рассказывать. Сам потом поищешь.

Он вспомнил, как при первой встрече Элтейн хвастался тем, что он Воплощение Черного Дракона и всё такое, но Ракия не стал давить и промолчал.

Похоже, Элтейн не хотел продолжать эту тему.

— Болтовня затянулась! Давай разбирать последний бой!

Возможно, желая сменить тему, Элтейн скомандовал, и Ракия, кивнув, обнажил меч.

Они провели время до самого рассвета, разбирая предыдущую битву и корректируя его фехтование.

— ...Хм.

Ранним рассветом Ракия открыл глаза в своей комнате внутри замка.

До восхода было ещё далеко, и в комнате стояла тьма, но его развитые чувства вполне различали свет и тени.

Мальчик, поднявшись с кровати, взял мешочек, спрятанный у изголовья, и достал из него кольцо.

Кольцо в форме свернувшейся серебряной змеи.

Когда он надел кольцо на руку, змея заскользила с шелестящим звуком и сжалась, превратившись в браслет.

Легко погладив холодную голову змеи, Ракия пробормотал, словно читая заклинание:

— Змей, Обвивающий Рассвет.

Тихий шепот.

Но браслет не ответил.

Пока он раздумывал, не ошибся ли со способом призыва, он почувствовал холодный взгляд, наблюдающий за ним.

Сверху, снизу, спереди и сзади, слева и справа — взгляд из неизвестного направления, чей источник невозможно определить.

А от голоса, что последовал за ним, лицо Ракии окаменело.

[— Чего ты ищешь, что призываешь меня, Апостол Войны?]

35

— Апостол Войны? О чем ты говоришь?

Одна фраза демона мгновенно пронзила его маскировку, не оставив ни шанса спрятаться.

Ракия с трудом скрыл невольное напряжение на лице и заговорил так, словно понятия не имел, о чем речь.

При виде этого Змей, Обвивающий Рассвет лениво рассмеялся.

[— Нет нужды притворяться. Я уже обсудил всё с Богиней, которой ты служишь.]

— Обсудил?

[— Да. Я часто общаюсь с богами, которым вы поклоняетесь. Среди них я дальний родич Парадиона, так что с ним мы ближе, чем с остальными.]

— Я не знаю, кто такой Парадион.

[— Люди зовут его Богом Знания.]

От этих слов Ракия на мгновение впал в ступор.

Демон, связанный кровным родством с богом? Это звучало как чудовищное богохульство. Будь на его месте ревностный верующий, он бы немедленно сорвал браслет, бросил в жаровню и предал огню.

Даже Ракие, чья вера не была особо крепкой, было трудно принять такое.

Но учитывая тайну о демонах, которую он недавно узнал, и слова Ишилы о том, что Змей, Обвивающий Рассвет имеет связи с богами, это заявление вполне могло быть правдой.

Пока Ракия с трудом приходил в себя от шока, Змей, Обвивающий Рассвет прошептал вкрадчивым голосом:

[— Я сказал это, чтобы заслужить благосклонность Апостола Войны, так что надеюсь, ты не станешь болтать об этом другим людям. Если слухи разойдутся, Парадион может попытаться разорвать меня на части.]

— ...Хватит об этом. Лучше поговорим о магии.

Если сказанное змеем — правда, то даже торговаться с ним было бы глубочайшим непочтением, но доказать это пока невозможно.

Нужно будет вернуться в Священное Царство и всё разузнать, прежде чем решать, как себя вести.

Змей, Обвивающий Рассвет хохотнул, словно попытка Ракии сменить тему позабавила его.

Затем он произнес веселым тоном:

[— Ладно. То, что нельзя доказать, проверим позже. Ты ведь призвал меня, потому что хочешь моей силы?]

— Да. Что ты можешь мне предложить?

[— Зависит от того, чем пожертвуешь. Мана, теплокровная жертва или сияющая душа...]

— Мана.

Душа, источник маны, очевидно, не обсуждалась, а приносить живую жертву было так же невозможно.

Когда он решительно отсек лишнее, змей с досадой цокнул языком. Представить раздвоенный змеиный язык, издающий этот звук, было даже забавно.

[— Ладно. Я покажу тебе один раз, смотри.]

С этими словами в разум Ракии хлынул поток информации.

Начиная с простых и базовых заклинаний, затем Ускорение, Замедление, Остановка Времени, Пространственное Искажение, Блинк, Барьер Замедления, Телепортация, Разрыв Пространства, Установка Врат, снова Остановка Времени...

Бесчисленные заклинания проносились в голове Ракии.

[— Я — Змей, Обвивающий Рассвет. Я управляю временем и пространством. Ну как? Нашлось что-то желанное среди чар, которые я могу даровать?]

Демон говорил хвастливым тоном.

Он походил на торговца оружием, который выложил прекрасный ассортимент клинков и спрашивал, не приглянулось ли что.

Невольно Ракия ответил ошеломленно:

— ...Впечатляет.

Он знал, что в торгах лучше не показывать восхищения товаром, но предложенные змеем заклинания были настолько ослепительны, что он не сдержался.

Даже низкоуровневые чары были крайне полезны, а уж мощь и гибкость высших заклинаний вызывали настоящий трепет.

Остановка Времени и Разрыв Пространства. Сочетания лишь этих двух заклинаний хватило бы, чтобы убить любое существо в мире.

Разумеется, у сильных противников найдутся способы противодействия...

[— Сколько заклинаний ты сможешь получить, зависит от того, сколько ты заплатишь. Если предложишь душу Апостола, я мог бы дать тебе все полномочия, что показал. Ну как? Заманчиво, не правда ли?]

Соблазнительный шепот. Но Ракия без колебаний покачал головой.

Предложив душу, он, возможно, обрел бы великую магическую мощь, но на этом его путь как Пользователя ауры закончился бы.

Это всё равно что выбросить свой талант в нужник.

К тому же, как можно доверять этому змею, который с первого взгляда казался хитрым, настолько, чтобы отдать ему душу?

— Оставим разговоры о душе. Я обдумаю условия контракта более тщательно, прежде чем решать.

[— Обычный человек может и не понять, но кому-то уровня Апостола Войны... Я мог бы сделать скидку. Не спеши, подумай.]

Он чувствовал это и раньше, но этот змей походил не столько на демона, сколько на торговца.

Особенно то, как он спрашивал, какое заклинание тот «купит».

Мгновение спустя наблюдающий взгляд исчез.

— ...Фух.

Утерев лоб, Ракия понял, что покрылся холодным потом.

Несмотря на манеры рыночного торгаша, не было сомнений: собеседник был трансцендентной божественной сущностью.

Раз уж возможность сделки появилась, нужно будет всесторонне изучить, что может понадобиться в будущем, и тщательно всё взвесить.

Шум проливного дождя.

Под полуденным ливнем группа двигалась на юго-запад в экипаже, оставляя баронство позади.

Численность отряда немного увеличилась по сравнению с отъездом. К ним присоединились двое в черных робах.

Это были инквизиторы, прибывшие с графом Рашураном.

Инквизиторы присоединились, чтобы блокировать и перехватить любые возможные атаки на Алишу со стороны незарегистрированных магов.

Так как она предложила душу Световому Дракону, она больше не была «Совместимой» или чем-то подобным, и причин для охоты на неё не осталось, но напасть могли из мести.

Полагать, что после двух атак третьей не последует, было бы наивно.

Внутри кареты, где они ехали, царило молчание.

Наемники не осмеливались болтать в присутствии инквизиторов, известных как объекты ужаса, а сами инквизиторы, похоже, не обладали достаточной учтивостью, чтобы начать разговор первыми.

Сколько они так просидели? Наконец, среди тишины, нарушаемой лишь шумом дождя, заговорил Катак.

— Инквизитор.

— Зовите меня просто Мирак. А это — Сио.

Мужчина, представившийся Мираком, имел типичную внешность инквизитора.

Могучее телосложение, лицо в шрамах и острый взгляд. Он выглядел абсолютно несокрушимым, словно даже капля крови не выступит, если его пырнуть.

Однако, вопреки внешности, его речь была вежливо-формальной до неловкости.

Тот, кого звали Сио, сидел рядом с лицом бледным и бесстрастным, как у трупа. Словно стесняясь, он лишь раз кивнул и низко склонил голову.

Своим поведением он напомнил Ракие об одном маге, ехавшем в передней карете.

— Понял. Могу я узнать вашу специализацию? И того, кто рядом с вами. Раз уж вы присоединились к группе, нам нужно знать, на что вы способны, чтобы реагировать в чрезвычайных ситуациях.

— Я Пользователь ауры. Сио — Жрец Смерти.

— О-о...

Наемники издали возгласы, смешанные с благоговением и страхом.

Жрецы Смерти служили Богу Смерти из пантеона Семерки, и их главной ролью было служение в качестве палачей.

Только они имели право отнимать жизни виновных, а также могли очищать мстительных духов и даровать вечный покой тем, кто умер, но не смог истинно уйти.

Теперь, когда его личность раскрылась, прежде неприметный юноша вдруг показался воплощением Смерти, и некоторые наемники незаметно отодвинулись от жреца.

В этот момент Мирак задал вопрос:

— Могу я также узнать специализации присутствующих здесь?

Безупречно вежливая просьба.

Катак кивнул и поочередно перечислил имена и способности наемников в карете.

Когда представления закончились, Мирак повернулся к Ракие, сидевшему в углу, и обратился к нему:

— Я слышал, что капитан нашего подразделения предлагала место инквизитора вон тому мечнику.

— ...Да.

— Также слышал, что вы выдающийся Пользователь ауры. Что в одиночку захватили двух опасных беглецов?

— Не в одиночку, и мне повезло. Без здешних людей и армии территории, сражавшихся вместе, это было бы невозможно.

Это были факты, лишенные и капли ложной скромности.

Магический мечник Пирон был противником, с которым он мог бы сразиться один на один при условии нормального состояния, но некромантка Сиенна — дело другое.

Командуя множеством нежити, она была абсолютно непобедима для Ракии.

Защищенная стеной мертвецов, она могла просто блокировать подходы атакующими заклинаниями и проклятиями, оставив его быть раздавленным ордой или вынудив бежать.

Что уж говорить о бое с обоими сразу? Прожить десять минут было бы чудом.

— И правда, ваша скромность достойна похвалы.

От странного тона брови Ракии слегка нахмурились.

Слова были вежливыми, но любой услышал бы в них дерзкий оттенок.

Это можно было истолковать только как «Знай свое место».

— ...Да как угодно.

Хотя инстинкт наемника подмывал высказать всё в лицо и пустить в ход кулаки, склонить голову перед вышестоящим по социальному положению — тоже часть наемнического инстинкта.

Собеседник был инквизитором. Печально известным на всю Империю.

Решив игнорировать всё, что этот тип там тявкает, Ракия небрежно ответил и отвернулся. Но вскоре почувствовал на себе пристальный взгляд.

На этот раз Ракия сам задал вопрос инквизитору, который продолжал пялиться.

— Хотите сказать что-то еще?

— Нет. Просто хотел заметить, что стать инквизитором может далеко не каждый, даже если захочет.

Мгновение спустя Мирак разразился длинной тирадой, начав с описания работы инквизитора, строгого отбора, опасностей профессии, компенсаций, чести, прав и закончив удовлетворением от того, что люди живут мирно благодаря инквизиторам.

Только тогда Ракия понял, чего тот добивался.

«Он раздражен. Он прошел через ад, чтобы стать инквизитором, а я отказался от легкого предложения...»

Уловив суть, Ракия решил просто игнорировать мужчину. Вступать в эмоциональную перепалку было бы себе дороже.

Он полукивнул, пропуская слова мимо ушей, когда вдруг карета резко остановилась.

— Что происходит? Мы еще не должны были приехать.

Пока Гинель, почесывая затылок, говорил это, непромокаемый полог в передней части кареты раздвинулся, и кто-то просунул голову внутрь.

Это был наемник-кучер, закутанный в промасленный плащ, чтобы хоть как-то защититься от дождя.

— Оползень перекрыл дорогу!

— Что?

— Черт, погода и так дерьмовая, а тут еще это.

Наемники раздраженно забормотали.

В такой ливень вылезать расчищать поваленные деревья или валуны, промокая до нитки, было неприятно даже представлять, а объезд означал бы лишние дни в тесной карете, что тоже не радовало.

Если участок дороги был сложным, наемникам, возможно, пришлось бы вылезать и толкать экипаж сзади.

— Эта работа по эскорту проклята... Как только всё закончится, возьму год отпуска дома.

— Деньги кончатся через полгода, тебе разве так много платят?

— Не то чтобы много платят, просто ты всё спускаешь на азартные игры. Брось это — и был бы уже богачом, идиот.

— Какое тебе дело до моих игр...

Словно забыв о присутствии инквизиторов перед лицом внезапной неприятности, наемники болтали как обычно.

В этот момент спереди раздался короткий крик. Слабый вскрик, едва слышный за шумом дождя.

Благодаря своему умению обнаруживать с помощью ауры, Ракия понял: кричал кучер спереди, и из его плеча торчит что-то длинное и тонкое.

— Что это?

— Снаружи что-то...

Среди наемников, еще не осознавших ситуацию, Ракия быстро набросил плащ, висевший на спинке, и закричал:

— Нападение! Всем приготовиться к бою!

Бросив взгляд в сторону, он увидел, что инквизитор тоже поморщился, выхватывая меч и вставая с места.

Как Пользователь ауры, достигший определенного уровня, он, похоже, тоже заметил звук и присутствие мгновением ранее.

Можно было догадаться, что оползень, перекрывший дорогу, о котором говорил кучер, не был естественным явлением.

Вероятно, это сделали, чтобы перегородить путь и не дать карете сбежать во время атаки.

Теперь оставался лишь один вопрос.

Обычный налет бандитов или те чертовы маги снова что-то затеяли?

Выхватив свой чисто-белый меч, Ракия выпрыгнул из заливаемой дождем кареты вместе с товарищами.

36

Ливень обрушился на голову Ракии в то же мгновение, как он вышел наружу.

Он слегка поднял капюшон, чтобы защититься от потока воды, и быстро осмотрел окрестности. Но никаких следов нападавших обнаружить не удалось.

В такой обстановке, где дождь лил так сильно, что от земли поднимался туман, полагаться на зрение или слух было трудно, и заметить врагов в густом лесу было задачей не из легких.

Ракия тут же направился к месту кучера.

Приподняв кожаный полог, натянутый для защиты от дождя, он увидел кучера, сжавшегося за сиденьем и прикрывшегося щитом.

— Ты жив?

— Кх... как-то... уклонился от важного.

Голос кучера не был громким, но звучал вполне отчетливо, что говорило о не слишком тяжелом ранении. Это было облегчением.

— Откуда прилетела стрела?

— Я... не знаю. Судя по попаданию в правое плечо, вероятно...

— Справа, значит. Понял. Если можешь идти, забирайся внутрь кареты. Жрец Олбенин осмотрит тебя.

Пока кучер спускался с козел, показались остальные спутники, только что выпрыгнувшие из экипажа.

— Эй, Ракия. Что ты имел в виду под внезапной атакой?

— Кучер был ранен стрелой. Это может быть спланированная засада. Я проверю правую сторону, а вы защищайте Его Милость и юную леди.

— А как Бен? С ним всё в порядке?

— Я сказал ему сесть в карету. Вон он идет.

Наемник, спрыгнувший с козел, с трудом двигался к ним, его лицо было искажено болью.

Увидев это, остальные наемники осознали серьезность ситуации и быстро окружили карету, приняв оборонительную позицию.

— Идти одному кажется опасным...

— Если пойдем толпой и нас накроют с другой стороны, нам конец. Если врагов будет слишком много, я отступлю.

После короткого обмена репликами Ракия метнулся в лес.

Как и ожидалось, сильный дождь ограничивал дальность стрельбы из лука, так что враги вскоре выдали себя.

«Это они?»

Группа, вооруженная луками и дубинами. Их было около дюжины, и, судя по их оборванному виду, это были, вероятно, местные бандиты.

И среди них — один Пользователь ауры.

Должно быть, это их главарь. Фигура, двигающаяся среди бандитов и раздающая приказы, подтверждала догадку.

«На таком уровне... я легко справлюсь».

Как Пользователь ауры, тот был средне-сильным, ничего выдающегося. Исходя из прошлого опыта, потребовалось бы от силы десять обменов ударами, чтобы снести ему голову.

Ракия глубоко вдохнул и рванулся вперед изо всех сил. Яростный напор, напоминающий бросок хищника на добычу.

Почувствовав это, противник поспешно выхватил меч.

— — Да!

Крик врага прорвался сквозь шум дождя. Вероятно, он пытался насмехаться или что-то в этом роде.

Ракия пропустил это мимо ушей, направил ауру по всему телу, ускорился в прыжке еще больше и взмахнул мечом.

Быстрый и мощный нисходящий удар, исполненный в соответствии с тонкостями Королевского стиля двора Эйден.

Сокрушительный удар, усиленный инерцией прыжка, обрушился на противника.

Дзынь!

— Урк!

«Что?»

Звук был странным, непохожим на лязг скрестившихся мечей.

Ракия быстро разорвал дистанцию и прокрутил в голове произошедшее.

Мощный удар. И противник, принявший его плавно.

Ощущение при встрече двух клинков совершенно отличалось от привычного удара о металл. Казалось, он резанул по мягкому, пушистому облаку — воздействие было нечетким.

Вероятно, это было следствием какой-то продвинутой техники фехтования.

«Он эксперт!»

Лишь по одному обмену ударами острые чувства мальчика определили, что мастерство фехтования противника намного превосходит уровень его ауры.

Убедившись, что этого врага нельзя недооценивать, Ракия выровнял дыхание и предельно сосредоточился.

Как и в предыдущих тяжелых боях, его чувства обострились, и время, казалось, замедлилось...

— Погодите! Это недоразумение! Недоразумение! Я сдаюсь!

На пике его боевого настроя противник закричал и принялся дико махать мечом в воздухе.

Это был явный жест отказа от боя.

— ...Чего?

Вскоре после этого они оттащили разоруженных нападавших в небольшую пещеру неподалеку, чтобы укрыться.

В процессе они смогли рассмотреть их поближе, и состав группы оказался весьма своеобразным.

В отличие от типичных бандитских шаек, состоящих в основном из молодых мужчин, эта группа включала преимущественно стариков и женщин — непонятная банда.

Единственным молодым мужчиной среди них был мечник, блокировавший удар Ракии.

— Мне искренне жаль. Позвольте извиниться ещё раз.

Мечник был молод, от силы лет двадцати.

С его чистыми чертами лица и одеждой из качественной, хоть и не броской ткани, он явно походил на отпрыска богатой семьи.

Контраст с его оборванными, похожими на крестьян подчиненными делал это еще более очевидным.

— Для начала, как насчет представиться? Ты не похож на того, кто рос с ними.

Когда Роген задал вопрос строгим тоном, молодой мечник охотно назвал свое имя:

— Меня зовут Терван Лемур.

— А?

— Лемур...

Наемники переглянулись в недоумении.

Не все Мастера Меча были знамениты, но те немногие, кто совершил выдающиеся подвиги, были известны даже иностранным наемникам.

Палкион Лемур, имперский Мастер Меча, был одним из них.

— Да ладно?

— Не может быть, родственник сэра Палкиона?..

— Боже мой.

Ракия тоже посмотрел на знатного юношу с легким удивлением.

Палкион Лемур был тем, кто передал ему меч, над которым кузнец Парган корпел в молодости. Именно с ним Ракия хотел бы сразиться на дуэли, когда станет Мастером Меча.

— Ну-ну, это невежливо. Успокойтесь все.

Роген поднял руку, чтобы утихомирить болтающих наемников, и спросил более вежливым тоном, чем прежде:

— У вас есть фамильная печать?

— Вот она.

Когда Терван достал кольцо из-за пазухи и показал его, Роген внимательно осмотрел печать и кивнул.

— Действительно, печать Дома Лемур. Могу я узнать ваше родство с сэром Палкионом?

— Он мой двоюродный брат. Отец сэра Палкиона — мой дядя.

Кузен Мастера Меча и имперского графа.

Более того, поскольку Дом Лемур был прославленным родом мечников и знатной семьей еще до Палкиона, он был воплощением юного господина из престижной династии.

Возможно, смущенный восхищенными взглядами наемников, Терван почесал щеку и отвел глаза.

— Понятно... Итак, юный лорд Терван. Можете рассказать нам о вашей связи с этими бандитами?

— Прежде всего, они не бандиты. Они просто обычные простолюдины.

— Людей, которые стреляют в прохожих из луков, обычно называют бандитами.

— Ну, объяснение займет некоторое время...

Согласно рассказу Тервана, эти люди были потомками иммигрантов, пришедших из Лиги городов-государств поколение назад.

Они жили в небольшой низине примерно в дне пути вглубь территории, в месте, которое трудно обнаружить извне.

Причина, по которой они скрывались вместо того, чтобы жить в нормальной деревне, была проста.

Местный лорд, барон Нусван, презирал их как восточных мигрантов и всячески ущемлял.

— Тиранический лорд страшнее монстров, как говорится.

Пробормотал Олбенин, сложив руки в молитве Богине.

Будучи Мирским жрецом Земли с крестьянским прошлым, эта история, должно быть, задела его особенно сильно.

Роген произнес с неловким выражением лица:

— Это... как имперскому дворянину, мне весьма стыдно. Но как это связано с их нападением на нас?

— Несколько дней назад появилась банда разбойников и перебила всех молодых мужчин в деревне. А потом они похитили всех детей.

— Именно детей? Не говорите мне...

— Да. Лидер бандитов — маг. И довольно сильный...

В сказках часто говорилось о демонах, требующих необычных жертв. Прекрасных дев, принцев или принцесс, или даже новорожденных...

— Я как раз путешествовал в одиночку ради тренировок в фехтовании и случайно услышал об этом, поэтому решил помочь им. Я направлялся в логово бандитов, чтобы спасти детей...

— И в процессе вы приняли нас за бандитов и напали.

— Один из жителей, перевозбудившись, выстрелил, как только увидел людей.

— Мне искренне жаль!

Тот, кто низко склонил голову, был пожилым мужчиной с яркими седыми волосами и бородой. Учитывая его возраст, не меньше шестидесяти, впечатляло, что он попал в цель сквозь завесу дождя. Особенно в состоянии сильного волнения.

Должно быть, он держал лук в руках очень долгое время.

— Это в вас попали?

— В меня, но, к счастью, я не умер.

Бен, кучер, отдыхавший внутри кареты, высунул голову и помахал здоровой рукой. Олбенин уже обработал его рану, и он сидел с повязкой на еще не до конца зажившем плече.

Увидев это, Терван облегченно выдохнул.

— Я очень рад.

Когда объяснение закончилось, наемники заговорили между собой, обсуждая ситуацию.

Итак, у этих людей банда разбойников во главе со злым магом похитила детей, и они шли их возвращать, когда случайно пересеклись с группой.

Выстрел был ошибкой старого лучника, не совладавшего с эмоциями после потери родных.

Наемники обменялись пустыми взглядами.

— Ну и невезуха.

— По крайней мере, это не настоящая атака, уже хлеб.

— Значит, мы можем просто ехать дальше?

Среди перешептывающихся наемников Ракия внимательно наблюдал за Терваном.

Перед ним был архетип «благородного юного господина, странствующего ради тренировок с мечом», которого он часто понимал превратно.

В этот момент, возможно, почувствовав взгляд, Терван повернулся к Ракие и задал вопрос:

— А, ты тот, с кем я скрестил мечи ранее, верно? Было жутковато. Если бы я хоть немного расслабился, остался бы без головы.

Ракия знал, что эти слова были лишь преувеличением.

Если бы они сражались всерьез и с полной концентрацией, Ракия бы победил, но Терван не был легкой добычей.

В той защите, мягкой как облако, чувствовалась некая непринужденность. Сильная аура не по годам и превосходное фехтование.

Должно быть, это мастерство престижного рода мечников, отточенное с юности.

— Могу я спросить, у какого дома вы учились фехтованию?

— Мне трудно это раскрыть.

— А, вы, должно быть, скрываете личность. Прошу прощения.

Казалось, он решил, что Ракия тоже из знатной семьи мечников.

В его взгляде появилось то уникальное чувство товарищества, типичное для тех, кто видит себе подобных.

Ракия неловко принял вежливое извинение Тервана.

— Ничего страшного.

Терван оказался куда учтивее, чем тот смутный образ «юного господина», который представлял себе Ракия. Ожидая кого-то, кто будет властно помыкать всеми, он нашел это весьма освежающим.

— Ты выглядишь намного моложе меня, но твоё мастерство впечатляет. Если позволишь заметить, даже мой кузен Палкион в этом возрасте не был так силен...

Ракия подумал возразить, что он не так уж молод, несмотря на свой невысокий рост, но просто спокойно покачал головой.

В этот момент Роген подошел к Тервану вместе с двумя инквизиторами.

— Юный лорд Терван.

— Да, Ваша Светлость, барон.

— Мы не будем привлекать вас к ответственности за нападение. Похоже, это ошибка, и ущерба почти нет. Раненый наемник доволен пятью серебряными монетами за лечение.

— Я заплачу.

— Хорошо. Что касается того мага, в данный момент карательный отряд собирается в поместье баронской столицы в баронстве Нусван. Отправляйтесь к ним и попросите помощи. Они не откажут отпрыску Дома Лемур, пусть даже речь о незаконных жителях.

На разумное предложение барона Терван неожиданно помрачнел и покачал головой.

— Я ценю совет, но не могу так поступить. Если здешний лорд узнает о существовании иммигрантов, он не оставит их в покое, и, что важнее, время не терпит.

— Время?

— Я слышал, отсюда до баронской столицы полдня пути. Учитывая дорогу туда и обратно, плюс время на сбор и мобилизацию войск, уйдет два дня. Кто знает, сколько еще детей может погибнуть за это время.

При этих словах все присутствующие посмотрели на Тервана по-новому.

Юный господин из престижной семьи, рискующий жизнью ради безопасности детей иммигрантов.

Было ли это искренним порывом или просто маской для создания репутации, его отношение заслуживало похвалы.

Тогда вперед выступил инквизитор Мирак.

— Юный лорд Терван?

— Да. Прошу, говорите.

— Как вы видите, мы инквизиторы.

— Я так и думал... А, не может быть?

— Да. Поскольку искоренение магов, угрожающих людям, и есть сама цель Инквизиции, мы не можем это игнорировать.

— О...

— Из того, что вы сказали, логово мага находится недалеко отсюда. Верно?

— Да. Один из жителей выследил их с огромным риском и выяснил, что это примерно в двух часах отсюда.

— Тогда, если мы немного поможем, это не сильно задержит наше путешествие.

Сказав это, Мирак вежливо поклонился Рогену.

Роген, уже догадывавшийся, к чему всё идет, выглядел несколько обеспокоенным.

— Ваша Светлость, барон Дарсы, если вы позволите, мы бы хотели отделиться от формирования на полдня, чтобы вершить правосудие.

— Хм...

— Прошу прощения, не могли бы вы подождать минутку?

Роген, выглядевший обеспокоенным, вскоре кивнул.

Услышав такую историю, было невозможно просто оставить их разбираться самим, не потеряв при этом лицо.

Дворянство — это не только богатство и власть. Честь была не менее важна.

Если бы в высшем обществе узнали, что он препятствовал обязанностям Инквизиции ради личной безопасности, это было бы весьма невыгодно для его репутации.

— Хорошо. Но не принуждайте моих эскортов присоединяться. В конце концов, их долг — защищать меня.

— Разумеется. Есть ли желающие присоединиться к наказанию злого мага?

Мирак обратился к наемникам, но никто не поднял руки.

Положение иммигрантов было действительно трагичным, но многие ли вызовутся на неоплачиваемое дело?

Даже собранные за честность и усердие, они были наемниками, а не добровольцами.

За исключением одного.

Глаза Мирака расширились, когда Ракия поднял руку.

— А...

Окружающие наемники тоже выглядели слегка удивленными, но вскоре понимающе закивали.

Полагая, что Ракия из престижной семьи мечников, они решили, что он вызвался из героизма.

Роген, похоже, думал так же: он молча кивнул и похлопал Ракию по плечу.

— Я знал, что ты так поступишь. Возвращайся целым.

— Спасибо. Я справлюсь с обязанностями охраны без проблем и быстро вернусь.

Было две причины, по которым он решил присоединиться к спасательной операции. Во-первых, жалость к детям, которые могут стать жертвами мага.

А во-вторых...

«Фехтование Дома Лемур».

Золотистые глаза мальчика обратились к мечу Тервана.

Фехтование, породившее прославленного имперского Мастера Меча, Палкиона Лемура.

Появилась возможность увидеть это своими глазами.

37

— Вон там.

Вперед вышел старик, который ранее случайно выстрелил из лука.

Для своего возраста он передвигался с удивительной быстротой.

Даже по грязной земле, превращенной ливнем в жижу, он шагал бодро, ничуть не отставая от обычного молодого человека.

— Он невероятно быстр...

— Старик был лучшим охотником деревни в молодости. Мог попасть оленю в глаз с 200 метров.

Услышав бормотание Ракии, женщина средних лет рядом с ним улыбнулась и пояснила.

Раз уж она и сама поддерживала такой темп, она явно была не простой деревенской жительницей.

— А как насчет остальных?

— Ну, мы привыкли ходить по таким тропам, чтобы нас не заметили чужаки. Хотя некоторые не смогли...

Женщина уклончиво замолчала, но нетрудно было догадаться: те, кто «не смог», скорее всего, не успели убежать и погибли.

Внезапно Ракия осознал, что эти люди совсем недавно потеряли своих близких.

После короткого разговора, пока они спешили вперед, Терван, шагавший с другой стороны, задал вопрос.

— Ракия? Если ты не против, я бы хотел отбросить формальности...

— Конечно. Я ведь всего лишь наемник.

Услышав слова Ракии, Терван недоверчиво усмехнулся:

— Не стоит быть таким серьезным. Судя по твоим навыкам, очевидно, что ты непростого происхождения. Давай общаться на равных.

Ракия ответил неопределенным жестом вместо слов. В этой ситуации ни полное согласие, ни отрицание не казались уместными.

— В любом случае, спасибо, что пошел с нами. Честно говоря, я был немного разочарован, когда наемники не вызвались помочь, сказав, что это не их дело. В историях в такие моменты все всегда преисполняются праведного гнева...

— Это всего лишь истории. Люди редко рискуют жизнью ради чего-то, что их не касается. К тому же, если бы все наемники бросились в бой, кто бы защищал Его Милость Барона?

— Но один из них всё же здесь, верно?

На этот комплимент Ракия лишь криво улыбнулся про себя.

Причина, по которой он вызвался, заключалась в том, что присутствие двух инквизиторов гарантировало безопасность, а также в том, что он преследовал личную выгоду.

Фехтование Дома Лемур, которым владел Терван.

Если удастся изучить его в бою — идеально; если нет (всё-таки противник — маг и бандиты), то наладить контакт для просьбы о спарринге тоже будет неплохо.

«Нужно скопировать его, не подавая виду».

В последнее время Ракия вынашивал один план.

Интеграция различных стилей фехтования.

Объединить сильные стороны «Королевского стиля двора Эйден», которому научил Элтейн, и «Текущей Реки», перенятой у Рении, а затем перестроить их так, чтобы они работали органично.

Это было непросто. Оба стиля принадлежали Мастерам Меча, были завершенными и не оставляли места для вмешательства других техник.

Но Ракия должен был разобрать эти шедевры, смешать их и выковать нечто новое.

«Использовать скопированное фехтование в чистом виде опасно».

Как Раш в свое время заметил фехтование Рении, так и продолжение прямого копирования чужих стилей может привести к проблемам.

Поэтому Ракия придумал такое решение.

Извлекать только принципы и определенные техники, которые будут ему полезны, модифицировать их и внедрять.

Для большинства это было бы невозможно, но с его талантом мгновенно копировать и перерабатывать чужие движения — вполне осуществимо.

А если добавить тонкости фехтования Дома Лемур, то не только глубина возрастет, но и распознать исходные стили станет труднее.

— Было бы здорово, если бы мы могли как-нибудь скрестить мечи. С тех пор как я покинул дом, у меня не было достойного противника. Брат Палкион говорил, что мир полон опасностей и бесконечных битв...

— Богиня присматривает за сэром Палкионом. А насчет мечей... давай проведем спарринг, когда всё закончится. Я тоже хотел бы проверить себя против тебя.

В последнее время Ракия слишком часто чувствовал, что мир и вправду полон опасностей и непрерывных сражений.

С момента обучения Ауре и до сих пор он прошел через бесчисленное количество смертельно опасных ситуаций, которые обычно случаются раз в несколько месяцев или лет.

Благодаря этому он быстро становился сильнее, но не думал, что эти постоянные кризисы естественны.

Сопоставляя это с гипотезой, возникшей при наблюдении за дуэлями Мастеров Меча, возможно, это была форма закалки.

Та, что наложена Богиней на её Апостола...

В этот момент старик впереди тихо позвал:

— Мы пришли. Прямо здесь!

Мгновение спустя перед ними показалась пещера.

Это был небольшой вход, едва ли достаточный, чтобы пройти двум-трем людям бок о бок, и его трудно было заметить издалека.

— Хм...

— Пещера, чтоб её. Неприятная позиция.

Мирак пробормотал это так, словно сплюнул слова.

Как он и сказал, пещера была одним из самых невыгодных мест для атакующих.

Темная, извилистая среда сильно ограничивала видимость, а из-за множества ответвлений можно было получить удар в спину или быть перебитыми поодиночке.

Хуже того, обвал мог привести к полному уничтожению.

Но у них не было выбора, кроме как войти.

Если бы вход был один, можно было бы выкурить врагов огнем и дымом, но из-за вероятности того, что внутри еще живы дети, такие методы были исключены.

Инквизитор мог бы пожертвовать детьми и прибегнуть к такому, но, взглянув на лицо Мирака, Ракия понял, что тот не намерен этого делать.

Возможно, потому что вражеский маг был всего один и крайние меры не требовались, или же чтобы не оскорбить Тервана.

— Входим?

— Придется.

Приказав двум поселенцам охранять вход, они двинулись внутрь пещеры.

Шаги эхом отдавались в кромешной тьме.

Спустившись прямо и повернув за угол под прямым углом, они сразу увидели два факела.

Рядом с ними стояли трое бандитов, болтая на страже.

Один из них заметил вошедшую группу и широко раскрыл глаза.

— Что? Враги!..

Первым на бандита бросился Терван.

Его меч метнулся бесшумно, пронзив горло разбойника.

Ракия внимательно следил за движением, не упуская ни траектории меча, ни работы тела.

«Атака строится так. Легко и стремительно... Это стиль быстрого меча?»

Пока падал главарь тройки, двое позади уже пустились наутек.

Их шаги были так быстры, что тела уже растворялись во тьме.

— Ах вы, ублюдки!

Терван двинулся в погоню, но Ракия быстро схватил его за край зеленого плаща, останавливая.

— Погоди.

— Что? Почему?

— Там могут быть ловушки.

Пользователь ауры, конечно, сверхчеловек, но не бессмертный.

В темноте падение в яму с кольями или стрела из ловушки могли привести к тяжелой травме или смерти.

Бандиты знали, где ловушки, и избегали их при бегстве, но Терван — нет.

Терван кивнул, осознав и согласившись.

Мирак сзади скомандовал спокойным тоном:

— Пока будем преследовать медленно. Сио всё равно сможет выследить их.

— ...Да.

Впервые Ракия услышал голос Сио.

Содержание его слов удивляло. Выследить противников после мимолетной встречи. Как работала эта власть, дарованная Богом Смерти?

Ракия на мгновение бросил любопытный взгляд на Сио.

После этого они бесшумно продвигались в глубины пещеры.

Как и ожидалось, впереди были ловушки. Не сложные механизмы, а вариации веревочных силков, которые Мирак мастерски обезвреживал, идя впереди.

Он, казалось, привык к подобному, не пропуская ни одной.

Вид внезапно падающих палиц, бревен и волчьих ям, обезвреживаемых одним взмахом меча, внушал трепет.

После примерно минуты пути Сио снова заговорил:

— ...Впереди. Их там много собралось.

Через несколько секунд после его слов группу встретил просторный пещерный зал.

С кроватями, разной мебелью и озерцом воды с одной стороны, это место походило на жилое пространство бандитов.

Внутри собрались разбойники — человек двадцать.

У алтаря в глубине стоял человек с раздраженным лицом; его вычурный наряд кричал о том, что он маг.

Маг указал на них и закричал:

— Я гадал, кто это — псы Храма. Опять вынюхиваете... Гха!

Маг, не закончив насмешку, отшатнулся в шоке, вскинув руку к лицу.

Кинжал, брошенный инквизитором Мираком, вонзился ему в предплечье.

— В атаку!

В экстренной ситуации даже обычная вежливость была отброшена: Мирак взревел и бросился вперед. Вероятно, чтобы не дать магу прочесть заклинание.

Подхваченные этим порывом, Ракия и Терван тоже призвали Ауру и рванулись в бой.

— Д-дерьмо!

— Убейте их всех!

— Ублюдки!

Некоторые бандиты, наложившие стрелы, и поселенцы открыли встречный огонь.

Звуки рикошетов, разрываемой плоти и крики наполнили пещеру.

Ракия тоже сбил две стрелы, летевшие в него.

«Ну что ж...»

Ситуация не казалась безнадежной.

Враги не были элитой — просто обычная шайка разбойников.

Ракия в одиночку мог бы перебить их без помощи остальных.

Единственный вопрос: какой уровень мастерства покажет этот маг?

В этот момент маг, превозмогая боль, начал читать заклинание:

— Кукловод, Обитающий в Тенях, яви свою высшую власть!

Имя демона, которое пропел маг, было довольно знакомым.

Оно почти совпадало с тем, что выкрикивал маг, управлявший троллем перед самоуничтожением.

Сделав вывод о типе мага, Ракия быстро осмотрел окрестности.

Вероятно, где-то рядом спрятан монстр. Но где...

— Сверху!

По крику Мирака они подняли головы и увидели огромную желеобразную массу, покрывавшую весь потолок.

Хотя Ракия не знал, что это слизень — один из редких пещерных монстров, — инстинкт подсказал, что это опасно.

Леденящее предчувствие смерти накрыло его.

И ровно через секунду слизень рухнул с потолка, поглощая их тела.

— А-а-а-а!..

— Угх, урк, а-а-а!

— Спасите!

Отчаянные крики тех, кого накрыло тело слизня, эхом разнеслись по пещере.

Вид плоти, горящей от контакта с сильной кислотой, был поистине ужасающим. Кожа таяла в мгновение ока, глаза лопались, не успев ничего заметить, а жижа проникала в рты, выжигая пищеводы и дыхательные пути.

«Близко...»

В момент кризиса Ракия схватил подвернувшегося бандита и поднял его как щит.

Конечно, бандит, послуживший прикрытием, полностью расплавился и умер, но благодаря его крупному телосложению относительно щуплый Ракия избежал серьезных травм.

Учитывая силу кислоты, способной, казалось, плавить кости, даже Пользователь ауры не выжил бы, накрой его целиком.

— Все целы?!

Сбросив останки бандита и поднявшись, Ракия увидел кричащего Тервана.

Он стряхивал куски слизи с большого зеленого плаща неизвестного происхождения.

Вероятно, магический плащ с сопротивлением к таким атакам.

Двое инквизиторов тоже были невредимы; инквизитор Мирак поднял пылающий огненный щит, защитив себя и спутника.

«Этот парень — Жрец Солнца? Или это священная реликвия...»

Так или иначе, это не удивляло.

Как инквизитор, он мог обладать такими предметами, да и совсем недавно Ракия видел того, кто был одновременно Пользователем ауры и магом.

Оглянувшись назад, Ракия тихо выдохнул.

Как и ожидалось, поселенцы, следовавшие за ними, расплавились под слизнем.

Их полурастворенные трупы переплелись, так что опознать кого-либо было невозможно.

— Ты, грязная псина, как ты посмел!

Посреди всего этого Терван, истинный юный лорд, выплюнул изящное ругательство и излил свой гнев на мага.

Его меч, светящийся голубоватым светом — вероятно, магический клинок, — нацелился на врага.

— Молния, порази врага моего!

С этим криком с кончика меча Тервана сорвалась вспышка, устремившаяся к магу.

Магический меч, призывающий молнию. Ракия слышал только слухи, но никогда не видел такого в действии. Достойное оружие для отпрыска престижного дома.

Пораженный разрядом, маг издал последний вопль и рухнул.

— Что.

— Мы победили?

Не только Ракия, но даже Терван, выпустивший молнию, выглядели ошарашенными.

Конечно, без какой-либо защиты умереть от молнии для мага было естественно, но никто не ожидал, что всё закончится так легко.

Мирак произнес несколько упавшим голосом:

— Пока давайте зачистим остатки слизи поблизости. О Солнце, освещающее мир, твой слуга взывает к тебе.

С молитвой Мирака вспыхнуло золотое пламя, поджигая куски слизня, разбросанные по полу.

Этот священный огонь не давал смертоносного дыма в помещении, превращая злобную тварь в ничто.

Пока Ракия с удивлением наблюдал за этим, он почувствовал что-то неладное в поведении выживших бандитов.

«Что такое?»

Стычка была короткой, но они должны были осознать подавляющую разницу в силе.

Всего за несколько секунд Ракия и Терван вдвоем убили пятерых бандитов.

Тем не менее, они не выказывали признаков бегства или сдачи. Словно у них всё ещё было, на что положиться.

В этот момент один из бандитов крикнул им:

— Кукловод в Тенях. Яви свою силу!

38

«Меня провели!»

Услышав голос бандита, Ракия понял причину одного из странных ощущений, которые испытал ранее.

Имя, упомянутое тем магом, немного отличалось от того, которое он слышал прежде. Тот маг был приманкой, призванной истощить их дальнобойные атаки и сбить напор.

Вслед за криком мага, замаскированного под одного из подчиненных, из земли вырвалось несколько длинных толстых щупалец, метнувшихся к ним.

Монстр, известный как пещерный змей, оскалил пасть, полную ядовитых клыков, и по команде хозяина бросился на добычу.

— Проклятье!

— Смерть да пребудет с нами! Благослови слугу твоего!

В этот момент Сио, Жрец Смерти, стоявший в центре построения, закричал на удивление громким голосом.

С его криком вокруг разлилось леденящее чувство. Это был холод, пробирающий до костей, который нельзя назвать просто низкой температурой.

Пещерные змеи, готовые смять их, разом отпрянули.

Это было чудо жрецов смерти, усиливающее первобытный страх перед гибелью, чтобы устрашить врагов. Разумеется, на высших существ оно бы не подействовало, но на монстров с низким интеллектом эффект был колоссальным.

— Черт. Нас окружили...

Мирак выругался и выдохнул.

Окружившие их пещерные змеи были непростыми противниками.

Прочный хитиновый панцирь как броня, быстрые движения и ядовитые клыки — ужасающие монстры.

Их было больше десятка, и они рыскали вокруг.

И как будто этого было мало, видя, что те держат оборону, бандиты начали стрелять из луков.

Мирак расширил свой огненный щит, защищая себя и Сио, а Ракия быстро пригнулся за спину Тервана, укрытого зеленым плащом.

— Тьфу! Проклятье.

— Дело дрянь...

— Может, подхватим жреца Сио и прорвемся?

— Если сдвинемся, чудо развеется.

Пока Терван и Мирак обменивались мнениями, Ракия посмотрел на потолок. Тот самый потолок, где еще недавно висели слизни.

Он был не так высоко, как казалось. Около четырех метров. С его техникой прыжка — вполне достижимо.

В голове Ракии мгновенно созрел план.

[— Я обойду окружение и атакую. Если остались дальнобойные атаки, поддержите меня.]

Услышав голос, переданный с помощью ауры, Терван и Мирак вздрогнули от неожиданности и обернулись к Ракии.

Получив подтверждение их реакции, Ракия прыгнул прямо вверх.

— А?

— Какого...

Бандиты в недоумении уставились на него. Он прыгал не через змей, а прямо в потолок. Какой в этом толк? Он же просто станет мишенью для стрел!

Но сомнение вскоре сменилось изумлением.

В высшей точке прыжка Ракия перевернулся и приземлился ногами на потолок. Оттуда он побежал вниз головой прямо на бандитов внизу.

Это была техника Стенолазания, которой его научил Ран, в действии.

— С-сумасшедший ублюдок!

— Что за черт, он как паук!

Бандиты запаниковали. Некоторые начали поспешно стрелять, но лишь немногие стрелы долетали до Ракии. Стрелять в того, кто бежит над головой, было для них в новинку. А отбивать одну-две стрелы для Ракии не составляло труда.

«Что за псих?!»

Главарь-маг, смешавшийся с толпой, в панике попятился. Он был осторожен, поэтому приготовил множество ловушек. Слизни и его приманка были лишь мелочами.

Даже если бы они справились с пещерными змеями, у него было еще три магических ловушки, которые он мог активировать лично. А если и они подведут, он напоил нескольких подчиненных особым зельем, превращающим их в живые бомбы.

Но такой атаки даже он не ожидал. Кому придет в голову бегать по потолку пещеры вверх ногами?

— Кукловод в Тенях!

Маг лихорадочно искал контрмеры, но ничего дельного не приходило в голову. Кукловод в Тенях был могущественным демоном, дарующим контроль и усиление существ, но это мало помогало в прямом бою. Он мог активировать готовые ловушки, но все они были на земле — бесполезны в такой ситуации.

В итоге у мага оставался один вариант: наложить на себя защитное заклинание, отступить и вызвать пригодную живую бомбу.

— З-защищайте меня! Блокируйте этого убл...

В этот момент из центра окружения вырвалось пламя.

Мирак, как Жрец Солнца, призвал свое чудо, извергая священный огонь. Расстояние было велико, а его духовный ранг невысок, так что жар был не смертельным, но яркое пламя заставило бандитов отпрянуть в страхе.

Благодаря этому Ракия приземлился без помех.

— Стой!..

Ракия взмахнул мечом прямо на мага, пытавшегося закричать. Он знал: этот адепт Кукловода может использовать заклинание самоуничтожения — даже на самом себе.

Вжух!

— Ах ты... сволочь...

Клинок, насыщенный аурой, разорвал защитное заклинание как бумагу и рассек тело мага. С влажным хлюпаньем кишки мага вывалились наружу, когда он распался надвое и умер.

Увидев это, бандиты один за другим побросали оружие.

— М-мы сдаемся! Пощады!

— Не убивайте!

За коленопреклоненными бандитами разворачивалась странная картина.

Пещерные змеи, окружавшие Мирака, Тервана и Сио, начали грызться между собой. Как хищники-одиночки, едва спала контролирующая сила мага, они набросились друг на друга. С ревом и рычанием клубок монстров вскоре скрылся в темных глубинах пещеры.

Терван и два инквизитора подошли к Ракии.

— ...Теперь точно всё?

— Не расслабляйтесь. Там может быть еще один маг.

В отличие от устало бормочущего Тервана, Мирак сохранял бдительность.

Приглядевшись к бандитам, они не заметили никого, кто был бы готов колдовать. Напротив, те молчали, боясь, что их примут за магов.

Вскоре бандитов связали веревками, которые приготовил Мирак.

— Похоже, на этом всё...

— Мне не хватило опыта. Нельзя недооценивать мага, а я допустил такую ошибку. О мое великое Солнце, молю о прощении за грех мой...

Мирак вздохнул с укором к самому себе, затем поклонился Ракии.

— Спасибо, господин Ракия. Если бы мы пришли одни, остались бы лежать здесь.

Ракия молча кивнул на полностью изменившееся, учтивое отношение. Это было приятно. Похвала обычно сладка, а от того, кто раньше тебя ни во что не ставил — вдвойне.

Но сейчас было не время купаться в лучах славы, поэтому Ракия с трудом сохранил невозмутимое выражение лица и спросил:

— Есть раненые?

— Нет. А вы, юный господин Терван?

— Конечно, цел.

Убедившись в безопасности друг друга, они решили сначала заняться главной целью. Допросом о местонахождении похищенных детей.

Поняв, что дело проиграно, бандиты охотно сотрудничали.

— О-они, наверное, там. Босс запер их и велел никому не входить.

Следуя указаниям бандита, у которого развязался язык, Ракия и Терван направились вглубь пещеры на разведку. Мирак и Сио тем временем занялись «соответствующими мерами» в отношении бандитов.

Догадаться, что это за меры, было несложно, но ни Ракия, ни Терван не сказали ни слова.

Пройдя около минуты вглубь пещеры, они наткнулись на наглухо запертую дверь. Она была не особо прочной, скорее всего, чтобы не пускать бандитов. Один взмах меча с аурой разнес её в щепки, открыв вид на трех маленьких детей, связанных и запертых за железной решеткой.

Им было на вид от восьми до десяти лет, и они вздрогнули от страха при разрушении двери.

— П-пожалуйста, пощадите. Не забирайте нас... не убивайте...

Они слышали, что среди похищенных был даже младенец, так что мысль о том, почему осталось только трое, была неприятна даже для воображения.

Терван шагнул вперед и сказал:

— Дети, не бойтесь. Мы пришли спасти вас. Злой маг мертв.

— П-правда? Маг умер?

Ребенок коротко огляделся, прежде чем разрыдаться.

Наблюдая сзади, Ракия молча обнажил меч и слегка поманил детей.

— Отойдите, это может быть опасно.

Мгновение спустя меч Ракии прошел сквозь железные прутья как сквозь масло. Железо явно было не лучшего качества.

Войдя внутрь, он разрезал путы, и дети с плачем прильнули к спасителям.

— Тише, тише. Успокойтесь.

Удивительно, но благородный юноша не отстранился от грязных, дурно пахнущих детей, а обнял их. Нет, он даже гладил их по спинам, словно они были его родными.

— Вы знаете, куда увели остальных детей?

— Маг... увел их дальше.

— Я проверю.

— Пожалуйста.

Ракия, не зная, как обращаться с напуганными детьми, передал их Тервану, сказав, что осмотрит окрестности, и двинулся глубже.

Вскоре ему открылась комната, которую можно было описать только как ад.

Похоже, это была своего рода лаборатория мага, украшенная сушеными человеческими руками и ногами и десятками голых черепов.

В центре стоял алтарь, покрытый коркой темно-красной крови, на котором лежали четыре свежих трупа.

От младенца лет одного года до ребенка лет пяти. Вероятно, это были дети, похищенные из деревни иммигрантов.

— Ха...

Издав горький вздох, Ракия осторожно закрыл детям остекленевшие глаза. Смерть никогда не была приятной, но смерть ребенка — тем более.

Пока он боролся с горечью и искал способ переместить тела, в голове Ракии раздался голос. Тонкий, жуткий голос.

[— Апостол Войны.]

— ...Что?

Змей, Обвивающий Рассвет.

Через браслет, спрятанный под одеждой, демон издал зловещий смешок и сказал:

[— Книга перед тобой. Передашь её мне? Принеси её как дань, и я дарую тебе заклинание. Что скажешь?]

— Книга? Какая?

[— Чуть правее от твоего взгляда, на алтаре. Та, что в темно-красном переплете.]

Повернув взгляд по указанию, он увидел её — одинокую книгу. Она не выглядела впечатляюще. Переплетенная в шкуру неизвестного зверя, ужасно потертая и даже запятнанная кровью.

И всё же, если демон хотел её, это явно была непростая вещь.

— Магический предмет?

[— Нет. Это то, что люди называют проводником. Тебарам. Другими словами, объект для общения с Кукловодом в Тенях. Книга из человеческой кожи — всё еще с тем же отвратным вкусом, я погляжу.]

— Просто предложи это, и ты дашь мне заклинание?

[— Да. Если те жрецы с тобой найдут её, они наверняка сожгут её. Какая трата. Учитывая её возможности, конечно.]

— Как её можно использовать?

[— По-разному. Ты мог бы украсть силы, которыми владеет её хозяин, или, если повезет, понять принципы некоторых заклинаний и придумать контрмеры. Даже если это не выйдет, ты сможешь хотя бы поиздеваться над владельцем книги. Одно это принесло бы мне великую радость.]

Судя по ответу, Змей, Обвивающий Рассвет не был в хороших отношениях с Кукловодом в Тенях.

Звучало неплохо, так что Ракия сунул книгу в магическую сумку на поясе.

— Детали обсудим позже, когда будет время.

Он не мог доверять одним лишь словам демона, поэтому планировал спросить совета.

Погрузив тела детей на ближайшую тележку, Ракия присоединился к Тервану и вернулся в большой зал.

Там два инквизитора возносили молитвы над кучей пепла, оставшейся после полного сожжения. Позади них в беспорядке лежали бандиты, ни один из которых не дышал.

Сио, Жрец Смерти, должно быть, использовал свое чудо, чтобы отправить их всех в объятия смерти.

— Те дети...

— Несколько выжили. Похоже, их приносили в жертву по возрасту. Проклятье...

Терван сплюнул ругательство и вытер глаза.

Увидев это, Мирак сказал жестким тоном:

— Нам стоит сначала уйти отсюда. Детям это не пойдет на пользу.

Дети немного успокоились под утешениями Тервана, но начинали тревожиться при виде разбросанных трупов. Они были слишком сломлены, чтобы оценить смерть своих мучителей как благо.

— Понял. А что с остальными?

Вопрос Тервана был ясен.

Иммигранты, погибшие в слизи. Тел тех, кто, вероятно, был родителями этих детей, не было видно.

— Солнце и Смерть направили их.

Это означало, что два жреца использовали чудеса для проведения обряда кремации. Учитывая, что обычно только дворяне или богатые купцы высокого положения удостаивались погребальных обрядов от двух и более жрецов, это было весьма роскошно.

Но для уже мертвых любые почести были бессмысленны.

— Что нам делать с этими людьми?

На обратном пути к пещере, где ждала остальная группа, Ракия пробормотал себе под нос, сам того не заметив.

В его поле зрения двое выживших иммигрантов шли, держась за руки с тремя детьми. Люди, потерявшие всё и лишь чудом уцелевшие.

В этот момент Терван, шедший рядом, ответил:

— Если они согласятся, я найму их слугами в наш дом. Сами они так не выживут.

— В смысле?

Они не могли добраться до владений Лемур без помощи. Кто-то должен был помочь, и такой человек был только один.

— Да. Похоже, мое путешествие на этом заканчивается.

Терван кивнул и вздохнул.

— Я почувствовал, насколько жесток мир и насколько недостаточна моя подготовка. Пора возвращаться в семью.

Не зная, что ответить, Ракия просто молча кивнул.

Он так и не увидел фехтование Тервана, свою первоначальную цель, но в такой атмосфере не мог настаивать на поединке.

— В любом случае, спасибо за помощь. Я выжил благодаря тебе.

Выразив благодарность, Терван достал что-то из-за пазухи и протянул.

Это была золотая монета. Не обычная имперская, а с чеканкой облаков и молнии.

— Это символ нашего дома. Покажи его в наших владениях, и тебя примут как гостя. Давай скрестим мечи по-настоящему, если встретимся там снова.

Ракия принял золотую монету от Тервана.

В некотором смысле, это было ценнее, чем украсть одну технику фехтования. Это давало прямую связь с прославленным домом мечников, воспитавшим Мастера Меча.

Если он наберется мастерства и приедет позже, то, возможно, сразится с мечниками куда сильнее Тервана.

Став Мастером Меча, он, может быть, даже померяется силами с Палкионом Лемуром.

— Я обязательно приеду.

— Да, давай.

Ракия посмотрел на золотую монету в своей руке. Заходящее солнце окрасило её в багряный цвет.

39

Пройдя значительное расстояние и вернувшись к карете, Ракия увидел наемников, занятых тяжелым физическим трудом.

Донабелла, прислонившаяся к большому бревну передохнуть, помахала Ракии, заметив его.

— О, уже вернулся?

— Что вы делаете?

— А что еще? Дорогу расчищаем.

Пока Ракия охотился на мага, те, кто остался с каретой, не сидели сложа руки. Они расчищали путь, перекрытый оползнем.

— Ты пришел как раз вовремя, мы закончили. Как там маг? Ничего слишком опасного?

— Да нет, было рискованно, но справились...

Короткий разговор с наемниками длился недолго. К ним подошел Терван, который до этого о чем-то беседовал с Рогеном.

Наемники тут же замолчали и отступили.

— Я надеялся, что мы отправимся в следующий город вместе. Но раз это Город Рашуран, то нам с землями семьи не по пути. Какая жалость.

— Ничего не поделаешь.

Терван криво усмехнулся на сдержанный ответ.

— Ты всегда такой прямолинейный. В любом случае, не забудь про наше обещание — обязательно приезжай.

— Понял.

С этими напутствиями Терван отправился на север.

После этого карета снова двинулась на юго-запад.

Проехав весь день по раскисшей дороге, они остановились на подходящей поляне для отдыха. Наемники быстро соорудили простую стену, используя экипаж, развели костер и разбили лагерь.

Помог в меру сил, Ракия пошел искать Рею.

— Можем поговорить?

Она целыми днями не отходила от Алиши, обучая её магии.

Ракия с трудом это понимал, но, похоже, магов, заключивших контракт с одним и тем же демоном, связывало нечто особенное. Если перевести на язык мечников — вероятно, что-то вроде товарищества между учениками одной школы фехтования.

— В чем дело?

— Насчет того предмета, что я дал тебе в прошлый раз.

Поняв туманный намек, она слегка кивнула и встала. Алиша, наблюдавшая со стороны, выглядела несколько мрачно.

— Мисс, пожалуйста, подождите минутку.

— Да. Поняла. Я пока пойду в карету.

Ракия и Рея выбрали место, которое было относительно открытым, но уединенным. Такое, где их могли видеть, но не могли легко подслушать.

— Итак, что случилось?

[— Я хотел поговорить об этом через него.]

Когда Ракия скрытно передал свой голос с помощью ауры, девочка на мгновение подняла глаза, прежде чем ответить.

Она тоже знала заклинание, позволяющее передавать звук так, чтобы его не слышали окружающие, в чем он уже убеждался.

[Хорошо. О чем речь?]

[— Я начинаю немного интересоваться становлением магом.]

[Значит, планируешь сам использовать этот проводник?]

[— А если и так?]

[Честно говоря, не советую. Официальная регистрация — та еще морока, а если будешь жить как незарегистрированный маг и попадешься — тебя тут же начнут преследовать инквизиторы.]

Инквизитор.

Вспомнились двое инквизиторов, путешествовавших с ними. Сио, будучи Жрецом Смерти, был сложен для оценки, но Мирак был способным Пользователем ауры, хоть и не ровней Ракии.

Отбиться от десятка таких инквизиторов было бы непросто.

[— Инквизиторы могут определить, что кто-то маг?]

[Более или менее. Точнее, это делают жрецы Бога Знания. Они созерцают душу цели и видят, была ли из неё вытянута мана. Если мана израсходована, но человек не Пользователь ауры и не жрец — значит, он маг.]

[— А если он уже Пользователь ауры?]

[...Поймать такого практически невозможно. Подозрения могут возникнуть, если уровень ауры слишком низок по сравнению с потребленной маной, но не более того.]

Ракия кивнул, уловив общий принцип из объяснения.

Исходя из этого, особо беспокоиться не о чем. Он всё равно не собирался тратить свою ману напрямую. Для любого он будет выглядеть как обычный Пользователь ауры.

[По той же логике, контракторы души всегда как на ладони. У них душа отсутствует полностью.]

[— В любом случае, Пользователь ауры, являющийся обычным магом, не будет обнаружен, если не станет колдовать.]

[Именно так.]

Удовлетворенный полученным ответом, Ракия кивнул и задал второй вопрос.

[— В этот раз я получил проводник другого демона, и он хочет обменять заклинания на подношение этого предмета. Это обычная сделка? Есть ли побочные эффекты?]

[Никаких серьезных проблем. Хотя это и не самый распространенный способ. Чей это проводник?]

[— Кукловода в Тенях.]

Глаза Реи расширились.

[Тебе достался весьма редкий экземпляр.]

[— Разве?]

[Сам проводник обычный, но проводники могущественных демонов — редкость. Кукловод в Тенях — один из известных высших демонов. Даже у мага, управлявшего тем троллем в прошлый раз, не было проводника.]

[— Высший демон, значит.]

Внезапная мысль пришла ему в голову, и Ракия спросил еще кое-что.

[— Тогда, какого уровня демон Змей, Обвивающий Рассвет?]

[Я никогда раньше не слышала этого имени, так что не уверена. Ты узнал, какие заклинания он может дать?]

Когда он перечислил те, о которых слышал, она кивнула с редким для неё удивлением.

[Похоже, это демон гораздо более высокого ранга, чем я думала. Прямо под уровнем Короля Демонов...]

[— Настолько высок?]

[Конечно. Демоны, способные даровать заклинания высшего порядка, вроде остановки времени, редки. Некоторые малые демоны не дадут ничего выше средних заклинаний, сколько подношений ни делай.]

Пока Ракия кивал, Рея продолжила объяснение.

[В общем, не усложняй. С момента, как предложишь душу, вы становитесь хозяином и рабом, но до тех пор — это равноправная сделка. Как у демона есть право решать, какие чары давать, так и у мага есть право решать, сколько маны и подношений предоставлять.]

[— Хм...]

[Если хочешь использовать магию открыто, можешь получить официальный сертификат в храме. Придется носить эту дурацкую повязку мага всю жизнь, проходить периодические проверки души и терпеть зондирования веры от инквизиторов время от времени.]

[— Понял. Я подумаю. Спасибо за помощь.]

Путь до города Рашуран прошел на удивление мирно.

После перевала через горы раскинулись пологие равнины, а с изменением ландшафта появилось и множество деревень.

Спустя еще два дня пути они прибыли в город Рашуран, один из видных городов в восточной части Империи.

— О-о...

— Не так уж и помпезно, как я думал.

— Ага. Я слышал, имперские города потрясающие. Типа, стены в десять раз выше наших.

— Если бы стены были реально такими высокими, стражники выдохлись бы, просто взбираясь на них.

— Ну, он всё же больше Берета.

Пока наемники болтали, Ракия заметил, что Рашуран не казался особо процветающим мегаполисом.

По размерам, количеству людей на улицах и уровню суеты он не сильно отличался от Берета. Наемникам он казался больше просто из-за незнакомой планировки и архитектуры.

Собственно, Рашуран располагался на восточной окраине Империи, в относительно периферийном районе, так что это было ожидаемо.

Главная роль города заключалась в надзоре за различными мелкими баронствами в приграничье, что делало его скорее военным узлом.

Люди одевались скромнее, чем в Лиге городов-государств, и воинская культура — большинство носило хотя бы один меч — подтверждала это.

— Тогда я отойду ненадолго.

— Конечно. Мы придержим место.

Уточнив, в какой гостинице группа будет разгружать багаж, Ракия направился в особняк лорда в центре города.

Поскольку нынешний лорд, граф Рашуран, отсутствовал, его принял управляющий графства.

— Наемник Ракия? Верно?

— Да.

— А жрец?

— Хм... Да, похоже, сходится. Описание соответствует.

Лишь после подтверждения от жреца Бога Знания управляющий передал Ракии мешочек.

Из тяжелого мешочка донесся металлический звон.

Ракия взял его, открыл и тихо ахнул.

— Ого...

Имперские золотые монеты. Вес и ощущение подсказывали, что там от ста до полутора сотен монет.

Для Ракии это было состояние, которого он и не мечтал коснуться за всю жизнь.

— Изначально награда была выше, но поскольку разыскиваемые преступники подтверждены как мертвые, награду за поимку аннулировали. Строго говоря, вы не должны были получить ни монеты.

— Тогда что это?

— Это награда, предоставленная лично Его Милостью графом Рашураном. Территория, где они набедокурили в этот раз, также находится под юрисдикцией Его Милости.

Поскольку баронство Нусван было вассальной территорией графства Рашуран, это означало компенсацию за выполнение обязанностей от их имени.

Ракия вежливо поклонился в знак благодарности.

Пересчитав их, он обнаружил ровно сто пятьдесят золотых монет.

С этим богатством в руках Ракия направился в лавку магических предметов.

Он не искал меч. Его «Непреклонный» был исключительным именным клинком, намного превосходящим свою цену.

Ему нужна была броня.

«Даже в последнем бою было полно опасных моментов».

Если бы рядом не оказалось горного бандита, когда хлынула слизь, или если бы Терван, этот превосходный живой щит, не был там, когда бандиты пустили стрелы, Ракия погиб бы без особого сопротивления.

Один меч не мог блокировать поток кислотной массы или отбить десятки летящих стрел одновременно.

Пока он не накопит больше ауры и не достигнет уровня Мастера Меча, это невозможно.

Решение было простым. Как сделал Терван, он мог заимствовать силу мощного магического снаряжения.

Лавка магических предметов — единственная в городе — была довольно большой.

Витрины, покрытые латунью, сияли, на них не было ни пылинки, и каждый выставленный предмет был заключен в нечто вроде прозрачного защитного барьера.

Вероятно, для защиты от краж.

Это действительно давало понять, что здесь не Лига городов-государств.

— Хм? Наемник? Необычно.

Владелец лавки магических предметов был здоровенным детиной.

Ростом он был на голову выше Ракии, а широкие плечи и развитые мышцы напоминали о звере. Он больше походил на варвара с топором, чем на торговца магическими побрякушками.

— Ищу что-то, что поможет с защитой.

— Защитой? Хм... От чего хочешь защититься? Стрелы? Стихийная магия? Проклятия? Или, может, клинки других мечников?

— Исключая последнее, есть ли что-то, что блокирует всё остальное?

Владелец расхохотался, словно услышал забавную шутку.

— Разве такое здесь вообще найдется? Это бы сразу ушло к Его Милости Графу! Нет, может, даже к Его Высочеству Курфюрсту Дарья. Короче, у нас такого нет. Иди в столицу, если ищешь подобные вещи.

— Тогда, что-то, что блокирует хотя бы одно или два из перечисленного?

Когда Ракия спросил серьезно, владелец перестал смеяться и почесал недавно подстриженную щетину.

Затем резко встал из-за прилавка и подошел.

— Ладно. Объясню по порядку. Иди за мной.

— Разве вы не записываете или типа того?

— Говорят, это недостойно. Чертовы маги и их тщеславие.

Судя по речи, владелец не походил на мага. Учитывая его тренированное тело и развитые мышцы рук, он мог быть даже мечником. Возможно, Пользователем ауры.

— Вот, гляди.

Первым предметом, который показал владелец, был щит.

Выкрашенный в черный цвет деревянный щит, на котором был выгравирован странно обугленный узор.

Минусом был значительный размер. Обычному человеку было бы тяжело держать его одной рукой.

— Называется «Черный Страж». Сделан из обработанного зимнего ясеня, в который ударила молния. Направь его на вражеского мага — отразит большинство проклятий.

— ...Что насчет физической защиты?

— Естественно, многого не жди. Тонкий деревянный щит вроде этого крепким не будет, как ни крути.

— Цена?

— Шестьдесят золотых.

— ...Следующий.

Проклятия — это то, что даже меч не может блокировать, так что контрмеры нужны, но не таким способом. Пожертвовать одной рукой ради блокировки проклятий ценой трети средств было неприемлемо.

— «Ледяной Призрак». Надень его, и он заблокирует жар. Сможешь выжить в горящем доме.

— Цена?

— Четыреста золотых...

— Следующий.

— Ладно. Тогда вот «Благословение Солнца»...

Он осмотрел несколько вещей, но ни одна не удовлетворила его. Хорошие были слишком дороги, а дешевые имели очевидные недостатки, объясняющие цену.

— Хм...

— Эй, если денег мало, умерь ожидания. Или накопи побольше.

«Может, и стоит?»

Пока он раздумывал, взгляд Ракии зацепился за один предмет.

Черная кожаная броня, закрывающая торс.

Материал было трудно определить, но это явно был доспех.

— А про эту ты не рассказал?

— А, эту? Это...

Немного поколебавшись, владелец сказал:

— Называется «Тень Солнечного Света». Броня из обработанной шкуры Теневого Ходока. Дает некоторое сопротивление огню, молнии, кислоте и проклятиям.

— Цена?

— Сто тридцать монет.

По одному лишь описанию звучало идеально.

Как доспех, он не сковывал руки, цена была доступной, и он защищал от множества видов атак.

И цена даже низкая?

Но хватать импульсивно нельзя. У дорогих вещей есть причины для дороговизны, но и у дешевых — тоже.

— Подозрительно дешево.

— Во-первых, физической защиты не хватает. Исходный материал — полудуховная сущность, чтоб её.

— Хм...

— Плюс, разные сопротивления снижают урон, а не блокируют полностью. Хотя превратить сожжение заживо в просто ошпаривание горячей водой — уже впечатляет.

Как и ожидалось, у этого предмета тоже были изъяны.

Для брони, призванной защищать торс с жизненно важными органами, отсутствие физической защиты было фатальным недостатком.

Одна стрела могла стать смертельной.

— А если надеть поверх металлическую броню?

— Разрушается при контакте с металлом. Поэтому её уже трижды возвращали после продажи.

— Понятно.

Немного подумав, Ракия решил купить этот доспех.

С его средствами вряд ли он сможет позволить себе что-то лучшее, а приоритет универсальной защиты казался мудрым решением.

Если повезет найти металлическую броню, которая не разъедает её, он сможет закрыть слабое место.

— Вот деньги.

— Отлично. Приятно иметь дело.

Расплатившись, Ракия снял старую кожаную броню и надел «Тень Солнечного Света».

Слегка великоватый доспех быстро подогнался по фигуре.

— Сидит неплохо. В плечах не жмет...

— Одно из преимуществ магической брони.

Пока они болтали, дверь в лавку магических предметов внезапно распахнулась.

Ворвавшийся посетитель закричал резким голосом:

— Эй ты! Снимай эту броню немедленно!

40

Сначала Ракия подумал, что тот может быть охотником за самой броней, но, судя по внешности, это казалось маловероятным. Его тощая, костлявая фигура была далека от телосложения человека, которому в работе требовались бы доспехи.

В отличие от Ракии, обладателя компактного, но тренированного тела, этот мужчина был буквально изможден, словно никогда в жизни не занимался физическим трудом.

— Эй, Майло. Разве я тебе уже не говорил? Если ты придешь беспокоить нас ещё раз...

— А ты сказал, что это проклятая броня, когда продавал её? Сомневаюсь.

— Проклятая броня? О чем вы говорите?

Вмешался Ракия, и торговец сделал обеспокоенное лицо.

Таинственный гость, Майло, ответил:

— Эта штука убила как минимум семерых человек, о которых я знаю. Никто не смог носить её дольше трех месяцев.

— Ах, но почему в этом виновата броня?

Владелец лавки сжал кулаки и встал между Ракией и вошедшим мужчиной.

Его крепко сжатые кулаки и вздувшиеся мышцы излучали ярость, готовую вот-вот вспыхнуть.

— Я до сих пор терпел, но больше не могу. Есть предел вмешательству...

Владелец замахнулся кулаком, но вдруг понял, что его рука за что-то... зацепилась, и повернул голову.

Его схватил тот самый юный покупатель, что был здесь ранее.

Мальчик был на голову ниже и имел худощавое телосложение.

Но в тот момент, когда эта маленькая рука сжала его, владельцу показалось, что всё его тело сковали железные цепи — он не мог пошевелиться.

Владелец лавки не знал, что это применение техники вливания ауры в тело противника для оглушения, но понял одно: этот парень не просто какой-то богатенький сынок.

«Пользователь ауры!»

— Давайте послушаем, что он хочет сказать.

Надежно усмирив владельца магазина, Ракия повернулся к человеку по имени Майло и задал вопрос:

— Говори. Что ты имеешь в виду?

— Ну...

Согласно его объяснению, броня попала в лавку магических предметов около двух лет назад.

Сначала она продавалась по довольно высокой цене. Целых пятьсот золотых монет. Учитывая её функции, она стоила того и даже больше, так что это было естественно.

Но вскоре после продажи броню вернули.

Оказалось, что ношение металлической брони поверх неё вызывает коррозию.

Даже кустарные решения вроде прокладки ткани между слоями не помогали. Точно так же, как металл ржавеет от влаги, любой металл, надетый поверх этой кожаной брони, полностью корродировал и приходил в негодность.

В итоге цена брони упала вдвое, до двухсот пятидесяти золотых монет.

После этого несколько наемников заинтересовались ею из-за подешевевшей цены. Двести пятьдесят золотых — сумма, доступная не каждому.

Первым покупателем стал довольно известный в округе Пользователь ауры, но вскоре он встретил свой конец. Это был несчастный случай во время битвы с монстром.

Его сын унаследовал доспех и перепродал его кому-то другому, кто также погиб, используя его.

Так случилось семь раз, прежде чем броня наконец вернулась в этот магазин.

И всё это всего за два года.

Другими словами, эта броня унесла жизни семерых умелых мечников за два года.

— И теперь слух разошелся по городу, и никто её не покупает.

— Нет, Храм уже проверял её! Она не проклята и ничего такого!

— Если не проклята, как объяснить все эти смерти?

— Всякое бывает! Проклятье! Я вообще не хотел продавать эту штуку! Я просто рассказал о ней, потому что клиент проявил интерес...

Пока двое мужчин кричали друг на друга, Ракия молча смотрел на броню, надетую на нем. Она была сделана из гладкой черной кожи, не отражающей свет. Текстура ему нравилась. И хотя у характеристик были изъяны, она предлагала защиту от различных типов атак, что было неплохо.

Несмотря на то, что она "забрала" несколько жертв, на броне не было видно ни заплаток, ни следов ремонта — вероятно, потому что материал позволял легкую магическую починку.

Вероятно, торговец не упомянул об этом, чтобы не пришлось объяснять, как именно броня была повреждена в прошлых боях.

Ракия похлопал по плечу владельца, который всё ещё изливал свое разочарование.

— Эй.

— Хм?

— У вас есть какой-нибудь сертификат из Храма о проверке?

На слова Ракии тот кивнул.

— Конечно. Вот.

Владелец без колебаний передал гарантийный талон на броню.

Развернув его, Ракия увидел аккуратно написанный текст.

«Данный предмет сертифицирован как не имеющий проклятий, вредоносных для владельца».

Ниже отчетливо стояла печать Храма.

Никто не осмелился бы совершить мошенничество от имени Храма, особенно такой приличный магазин. Это было бы так же опасно, если не больше, как подделка подписи лорда.

— Я покупаю этот предмет.

— Отлично. Вы сделали верный...

— Но та цена, что была раньше, кажется немного необоснованной.

— Хм?

— Не показал сертификат и не упомянул историю брони — это потому, что ты знал: цена упадет, если слухи подтвердятся, верно?

— Ну...

— Эта индустрия очень чувствительна к таким вещам. Мы покупаем это, зная о рисках, так что просто скорректируй цену немного.

Выходя из лавки магических предметов, Ракия весело насвистывал.

Он сэкономил больше денег, чем ожидал. Целых пятьдесят золотых монет.

По сравнению с ценами на другие магические предметы, о которых ходили слухи, это было практически даром.

Человек, идущий рядом с довольным Ракией, заговорил:

— Эй, можем поговорить?

— М?

— Ты действительно планируешь носить эту броню? Почему бы не передумать? Ты выглядишь молодым; было бы жаль так глупо расстаться с жизнью.

— Всё в порядке. У неё есть сертификат Храма, что проклятия нет.

Причину, по которой те, кто носил эту броню, умирали, было легко угадать.

Физическая защита верхней части тела, жизненно важной зоны, была низкой, поэтому они, вероятно, чаще сталкивались со смертельно опасными ситуациями. А так как они не могли надеть поверх металлический доспех, это делало ситуацию ещё хуже.

Но Ракия был уверен, что сможет это компенсировать в некоторой степени.

Его защитные техники меча базировались на «Текущей Реке», которая не уступала даже противникам, превосходящим его на несколько уровней.

Конечно, это не решало проблему уязвимости к стрелам, но это была проблема даже с кожаной броней, которую он носил изначально.

— Но почему ты так беспокоишься об этой броне? Благодаря тебе я купил её дешево, но всё же.

— Потому что мой брат был пятой жертвой этой брони. Этот идиот проигнорировал мой совет не покупать её, использовал и погиб.

— Так ты стоял на страже перед магазином, чтобы не дать другим купить её?

— Ты знал? — удивленно спросил Майло.

Ракия сначала не заметил, но, вспоминая, Майло действительно слонялся перед витриной до того, как он вошел. Должно быть, он подглядывал через окно, а потом ворвался, увидев, что Ракия собирается купить броню.

— Я слышал, это глупая затея, но... пока эта броня существует, я чувствую, что мстительный дух моего брата заперт в ней. В моем родном городе есть легенда. Когда владелец оружия или доспеха умирает, его душа задерживается в предмете. Если его использует родственник, он становится духом-хранителем, но если он проходит через много рук, то развращается и превращается в злого духа.

Это было немного трудно понять, но, похоже, у него были свои уникальные верования. В каждом регионе полно таких суеверий.

— Если твой брат умер, почему просто не продать броню?

— Броня перешла по наследству его жене, а не мне. Эта женщина продала её сразу после его смерти и сбежала в другой город. Она даже бросила детей.

— Так ты копил деньги, чтобы выкупить её и уничтожить, а я перехватил покупку?

— Да. Позволь мне предложить снова: продашь её мне по дешевке? Или я отдам тебе все свои сбережения — тридцать золотых монет — только сожги её прямо здесь. Чтобы больше не было жертв от этой брони.

По тому, как искренне он говорил, не похоже было, что он хотел броню для себя. Если бы это было так, он бы не просил сжечь её вместо того, чтобы забрать.

Почувствовав его искренность, Ракия отказал редким для себя мягким тоном:

— Я ценю заботу, но я планирую использовать эту броню. Я купил её, потому что она мне нужна.

— Понятно...

— Взамен, если у меня появятся лишние средства позже и я приобрету достойное защитное снаряжение, я сожгу её, не продавая. Это должно тебя успокоить, верно?

Благодаря вмешательству Майло он сэкономил пятьдесят золотых монет, так что мог позволить себе такую доброжелательность. К тому времени, когда он получит действительно хорошую броню, вещь, купленная за восемьдесят монет, уже не будет иметь для него значения.

Услышав ответ Ракии, Майло глубоко вздохнул и кивнул.

— Эх... ладно, она всё равно не моя, так что ничего не поделаешь. Надеюсь, ты не умрешь до этого момента.

— ...Вот что произошло.

— Ты с ума сошел?!

— Ты должен вернуть её прямо сейчас! Зачем носить что-то настолько зловещее?

В тот вечер, когда он рассказал любопытным товарищам предысторию новой брони, их реакция была довольно бурной.

Оно и понятно. Наемники — народ суеверный, и доспех, прошедший через семь владельцев, казался им поистине ужасным предзнаменованием. Даже если его характеристики были хороши, они не посмели бы на него польститься.

На самом деле Ракия, которого это нисколько не смутило, выглядел странным по общепринятым меркам.

Если бы не особая причина, Ракия тоже не стал бы так легко игнорировать дурную славу брони.

«Даже если эта броня приносит неудачу, это ничто по сравнению с испытаниями, которые посылает сама Богиня Войны».

Из услышанных историй и собственного опыта Ракия был убежден, что постоянные кризисы в его жизни не были естественными. У него даже была идея, кто за этим стоит.

Если, как он подозревал, Богиня Войны подбрасывает ему всевозможные инциденты, то любое несчастье от этой брони будет каплей в море. Лучше получить годное защитное снаряжение в обмен на такой уровень невезения.

— Всё в порядке. На всякий случай я зашел в Храм по пути назад и попросил проверить её ещё раз. Они подтвердили отсутствие проклятия.

— Но это ведь не совсем проклятие.

— Ага. Это скорее как притягивание неудачи или типа того.

Покачав головой на уговоры товарищей, Ракия потянулся за хлебом.

Этот хлеб, сделанный лишь из муки, воды и немного дрожжей, был невероятно мягким и ароматным, только что из печи. Покрытый соусом с большим количеством мяса, он был поистине божественной пищей.

Ракия невольно вздрогнул от удовольствия.

— Ох...

— Хех, ты ешь так, будто тебе действительно нравится.

— Хоть наши животы уже готовы лопнуть.

Ворчащие товарищи вернулись к еде. Не было смысла говорить больше, раз он не слушает, а лезть дальше в дела того, кто намного сильнее их, казалось лишним.

— Ну, ладно. Он взрослый, сам разберется со своими делами.

На следующий день, отдохнув и пополнив припасы, группа покинула город Рашуран.

Перед отъездом они попрощались с двумя инквизиторами.

Те отвечали только за район вокруг города Рашуран, поэтому не могли сопровождать группу за пределами своей юрисдикции.

— Надеемся, ваше путешествие будет безопасным. Лорд Роген.

— Вы тоже берегите себя.

Понаблюдав, как они вежливо прощаются с Рогеном, двое подошли к Ракии, чтобы попрощаться.

Их отношение было даже более учтивым, чем при приветствии Рогена.

— Надеемся увидеть вас снова. Лорд Ракия.

— ...Прощайте.

— Да. Было приятно познакомиться с вами.

Мирак поначалу испытывал нечто вроде ревности к Ракии и затеял ссору при первой встрече, но после совместной битвы он проявил огромную доброжелательность. Он даже несколько раз предлагал Ракии стать инквизитором, спарринговал с ним и рассказывал, как действуют инквизиторы, чтобы подогреть интерес.

Конечно, Ракия думал, что эти знания помогут ему избежать подозрений Инквизиции, если он позже станет магом.

После краткого прощания Мирак неожиданно протянул предмет.

— Это личный подарок от меня.

— Что это?

— Свисток обнаружения зла. Он издает звук, который слышит только владелец, если приближается монстр типа нежити. Дальность обнаружения невелика, так что ничего особенного, но может быть полезно.

Ракия принял предмет с любопытством.

Это был не магический предмет; это была Священная реликвия.

Нечто, что могли создать только жрецы, напитав частью божественной власти Семерки Богов. Он видел, как некоторые опытные наемники носили малые священные реликвии, но сам держал такую в руках впервые.

— Я бы хотел услышать позже, что лорд Ракия убил еще одного некроманта.

— ...Если встречу, так и будет.

Ракия тоже был сыт по горло теми, кто возился с мертвецами.

— Тогда прощайте!

Помахав на прощание двум инквизиторам, проводившим их до выезда, Ракия занял свое обычное место на карете и посмотрел вперед.

В этот момент изнутри кареты донеслась болтовня.

— Разве Рубек не говорил вчера? Начиная с сегодня мы вступаем на Дорогу Фей.

— Я только слышал о ней; на самом деле иду по ней впервые. В Лиге городов-государств нет Дорог Фей. А ты?

— Я был дважды.

— А я ни разу. Сезон не совпадал.

Дорога Фей.

Как следовало из названия, это была не дорога, которой пользовались феи, а своего рода магический феномен, появляющийся в диких местах, вроде лесов или глубоких долин.

Особенность Дороги Фей была проста.

Те, кто вступал на неё, проходили через иллюзорное пространство, которого, казалось, не существовало в этом мире, и, выходя через назначенный выход, могли мгновенно преодолеть огромное расстояние.

Другими словами, это был магический срез пути, вызывающий телепортацию.

Конечно, такими удобными путями нельзя было пользоваться в любое время.

Обычно у них были ограничения: использование только в определенные сезоны, даты или погоду, а Дороги Фей, открывающиеся только при определенной погоде, были особенно опасны — если погода внезапно менялась, можно было застрять внутри.

К счастью, Дорога Фей, по которой они ехали, была открыта всю осень, так что серьезных проблем не предвиделось.

— После Дороги Фей — пять дней до Баронства Дарса?

— Эта работа почти закончена. Обратный путь меня беспокоит.

— Ну, мы можем взять пару квестов, которые по пути назад.

Слушая пустую болтовню наемников, Ракия откинулся назад и уставился в небо.

Поскольку недавно прошел дождь, безоблачное небо было ярко-синим.

Конец путешествия приближался.

41

Под конец дня группа наконец достигла Дороги Фей.

Вход оказался довольно ухоженным. Рядом стояло несколько постов стражи, и хорошо обученные солдаты досматривали тех, кто хотел пройти через проход.

Флаги над постами указывали на принадлежность армии Графства Рашуран.

На удивление, в очереди на проверку ждало множество людей: от авантюристов обычного вида до богатых купцов с эскортом, и даже пара рыцарей в металлических доспехах в сопровождении, похоже, оруженосцев.

Наблюдая за ними, Гинель разочарованно пробормотал:

— Как-то не похоже на то, что я представлял.

— В смысле?

— Ну, я думал, Дорога Фей будет какой-то таинственной тропой, спрятанной в глуши, куда никто не ходит...

Донабелла рядом с ним рассмеялась над нелепостью этой мысли:

— Эй, если бы преступники использовали её для побега, зачем бы её оставляли без присмотра? Да и монстры могут залезть, а это опасно для путников, так что, конечно, за ней следят.

— В этом есть смысл.

Гинель неловко почесал затылок.

Их болтовня длилась недолго. Люди перед ними вошли в Дорогу Фей, и, наконец, подошла их очередь.

Естественно, проверка прошла гладко. Инспектор знал, что территория по ту сторону находится недалеко от баронства Дарса.

— Проходите!

Четыре кареты без проблем пересекли КПП и подъехали ко входу.

Вход в Дорогу Фей представлял собой пещеру. Четыре огромных валуна были сложены под хитрыми углами, образуя врата, а из центра исходил странный свет, словно засасывающий всё в себя.

Казалось, он поглощал окружающий свет и расщеплял его на белое и черное.

— Ладно. Входим! Держитесь крепче, на всякий случай!

По крику Рубека ведущая карета начала входить в свет, за ней последовали остальные одна за другой.

Первая, затем вторая, и наконец третья карета с Ракией приблизилась к свету, возникло странное дрожащее ощущение.

Мгновение спустя со свистящим звуком карету втянуло внутрь.

— ...Приехали?

— Вот это да. Ничего себе.

— Ого...

В отличие от привычного сидения внутри, наемники забрались на крышу кареты, которую всегда занимал Ракия, и издавали изумленные возгласы.

Хоть он и не показывал этого, Ракия тоже был в полутрансе, оглядываясь вокруг.

Первое, что бросалось в глаза — это перемена цветов.

Весь мир сиял пурпуром. Небо, земля, кареты, даже их собственные тела.

Он не светился одним цветом. Иногда красноватым, иногда синим, иногда неуловимым оттенком между ними, меняясь словно волны на воде.

Сотни световых бликов, создаваемых этими цветовыми сдвигами, украшали мир великолепием.

Окружающая среда тоже изменилась.

Пещера и солдаты исчезли, их сменили огромные деревья, возвышающиеся на десятки метров по обеим сторонам дороги.

Подлесок между ними был плотным, без единой бреши, и кусты тоже достигали нескольких метров в высоту.

Если бы существовала раса ростом с человеческий мизинец, они бы видели мир с такой перспективы.

Эта похожая на сон обстановка доказывала, что это место не принадлежит смертному миру.

— Потрясающе. Понятно, почему говорят, что это надо увидеть хоть раз.

— Это явление непостоянно. Может, в следующий раз мы этого не увидим.

— А зачем Рубек велел держаться крепче? Просто цвета меняются, ничего особенного.

— Зачем? Подшутил просто.

— Да ну его.

Они посмеялись немного, но тут мимо пронеслась карета. Та самая, что ехала за ними.

Следом за ней поднялось облако светло-фиолетовой пыли.

— Угх, тьфу...

— Черт, гонит как ненормальный.

Так как они забрались на крышу ради осмотра, наемники оказались покрыты пылью. Все решили вернуться внутрь.

— Виды классные... но кроме них, ничего?

— С такими огромными растениями, может, и животные огромные?

— Встретим 20-метрового гоблина — нам конец.

— Не может быть... Если бы была такая опасность, Рубек сказал бы в первую очередь.

Вскоре наемники, взволнованные первым посещением Дороги Фей, притихли.

Они поняли, что кроме диковинных пейзажей, путешествие мало отличалось от обычного. В конце концов, в карете можно было делать не так уж много: спать, болтать или тренироваться.

Ракия закрыл глаза и сосредоточился на тренировке чувства присутствия. Хотя он уже достиг стадии, когда закрытые глаза не имели особого значения, он сделал это просто потому, что не хотел видеть местные цвета.

Постоянно меняющийся, похожий на сон пейзаж был красив первое время, но долгое созерцание утомляло глаза.

Кажется, он был не единственным; другие наемники тоже начали жаловаться.

— Ох, меня мутит... Из-за цветов, что ли?

— Честно говоря, меня тоже.

— Терпите. Скорее всего, так будет до самого выхода.

Странное перетекание красок заставляло желудок сжиматься тем сильнее, чем дольше смотришь. В сочетании с тряской кареты, вскоре некоторые наемники бросились к открытой задней части и опустошили желудки.

Уэ-э...

— Ого, весь обед наружу.

— Освобождаешь место для плотного ужина?

— Заткнись! Сейчас умру... угх...

Остальные наемники посмеивались над этим зрелищем.

Возможно, из-за измененных цветов вид рвоты не казался таким уж отвратительным. Скорее похоже на то, что кто-то пролил изо рта странное вино.

Примерно через два часа кареты начали замедлять ход. Наступал вечер, так что они, вероятно, поужинают здесь и заночуют.

Ракия, сидевший ближе к выходу, спустился последним.

Он слегка нахмурился, глядя на всё еще колышущийся пурпур, но затем заметил нечто странное.

«Что это?»

Помимо их четырех карет, там стояли еще две.

Между ними незнакомцы разбивали лагерь.

Как раз мимо проходил Рубек, и Ракия перехватил его.

— Кто эти люди?

— Другие путники. Будем ночевать вместе.

— Им можно доверять?

— В мире, где нельзя доверять даже родне, ночной дозор всё равно нужен... Но раз они здесь, значит, как минимум не серьезные преступники. А для защиты от возможных угроз чем больше народу, тем лучше.

— Возможных угроз?

— Ага. Иногда монстры пробираются, когда стража зевает, да и само это пространство до конца не изучено.

— Звучит опасно.

На слова Ракии Рубек пожал плечами.

— А есть ли вообще безопасный маршрут в этом мире? Все просто надеются, что опасность обойдет их стороной.

И он был не так уж неправ.

— Короче, этот парень ломанулся назад и давай «уэ-э»...

— А, я же просил не вспоминать!

Наемники весело болтали вокруг фиолетового костра за ужином.

Эта болтовня была отчасти намеренной. Еда стала красной и синей, иногда фиолетовой, и вид отбивал аппетит.

Разговоры и внимание друг к другу помогали просто механически закидывать пищу в рот.

«Солоновато».

Сегодня на ужин было рагу с солониной, купленной в Рашуране, галеты, сыр и маринованные овощи. Типичная походная еда, не особо вкусная. Внезапно затосковав по свежему хлебу из Рашурана, Ракия мысленно вздохнул.

В этот момент он почувствовал, что к их группе кто-то приближается.

Прежде чем он успел повернуться, подошедший заговорил первым.

— Друзья, не возражаете, если я присоединюсь?

Низкий, скрипучий голос.

Повернувшись, Ракия с удивлением обнаружил, что смотрит на мужчину глаза в глаза, даже сидя.

Благодаря росту, неестественно широкому мускулистому телосложению и густой бороде, он сразу угадал расу незнакомца.

Это был гном.

Позади него стояли трое спутников, похожих на людей.

— Хм? Ну, э-э...

Гинель, сидевший ближе всех, замялся и посмотрел на товарищей. Особенно на Катака и Ракию. Он искал одобрения у самого опытного командира и сильнейшего бойца группы.

После того как Катак и Ракия переглянулись и кивнули, Гинель улыбнулся и жестом пригласил:

— Садитесь. Мы потеснимся.

— Спасибо.

Гном вежливо кивнул и сел. Его спутники позади тоже вежливо поздоровались и сели; судя по всему, гном был главным.

— Меня зовут Умар. Как видите, я гном и кузнец.

— Катак. Наемник. Это мои товарищи по заданию.

— Хм, судя по карете... одна из них похожа на дворянскую, значит, эскорт?

— Мм.

Когда Катак покачал головой, давая понять, что не может говорить об этом, Умар усмехнулся понимающе.

— Какой серьезный. Не против, если предложу выпить?

— Я на службе, так что никакого алкоголя.

На твердый отказ лицо гнома слегка поникло.

— Эх, ну что ж. Тогда выпью один. Эй, Руте. Налей мне.

Спутник по имени Руте быстро достал бутылку и наполнил кубок Умара вином. Осушив его, гном вытер рот с довольным «Ахх».

Увидев это, Гинель, сидевший рядом, спросил:

— Это ваши подчиненные?

— Подчиненные? Ну, можно и так сказать. Они мои ученики. Я ведь гномий кузнец.

Наемники понимающе закивали.

Гномы славились своими уникальными техниками ковки. Любой мечник мечтал о гномьем оружии или броне. Их изделия жаждали все, но достать их было непросто, отчасти потому, что гномы могли накладывать мощные благословения или проклятия на свои творения.

Была известная сказка «Король, укравший меч гнома», где король, угрозами заставивший деревню гномов выковать ему знаменитый меч, в итоге перебил им всю свою семью и себя самого.

— Если они ученики гнома, у них должны быть потрясающие навыки.

— Потрясающие? Они все еще желторотики. В лучшем случае вот Руте постучал молотом подольше и чуть получше остальных.

Гном раскатисто рассмеялся и похлопал по плечу того, кого звали Руте.

Его лицо покраснело, словно он уже сильно опьянел от одной чашки вина. Или, может, это была особенность организма — краснеть после выпивки.

Посмеявшись, гном стал серьезным.

— На самом деле, я пришел, потому что у меня возник вопрос.

— Какой?

— Тот молодой человек вон там... он точно человек? Если просто невысокий, прошу прощения. У людей бороды растут плохо, трудно определить возраст.

Умар указал на Ракию, похлебывающего рагу в стороне.

При его жесте Ракия охотно кивнул.

— Среди нас да, он самый младший. Хоть и не выглядит на свой возраст.

— Ну, от силы за тридцать, наверное. Для меня вы все дети.

Гном издал еще один раскатистый смешок, а затем указал на пояс Ракии.

— Тот меч, не возражаешь, если взгляну?

— Какой именно?

— Тот, не знаю его истинного цвета в этом странном мире, но... тот, что в темных ножнах.

Обычно Ракия носил два меча. Один — его любимый «Непреклонный», другой — обычный железный меч от Паргана.

Гном указывал на «Непреклонный».

— ...Почему этот?

— Не уверен, пока не посмотрю вблизи.

Гном неловко погладил заплетенную бороду.

— Но этот меч... похоже, он был выкован одним из моих учеников.

42

Пока гном говорил, вокруг было тихо, слышался лишь треск огня в костре.

Наемники осторожно оценивали ситуацию. Неужели этот гном утверждал, что один из мечей их товарища на самом деле принадлежит ему?

Возможно, почувствовав холод в атмосфере, гном отмахнулся:

— А, этот парень стал независимым давным-давно! Я не заявляю права собственности или чего-то подобного. Просто хотел посмотреть, насколько улучшилось мастерство моего старого ученика.

Услышав это, Ракия на мгновение замялся, прежде чем спросить:

— Откуда вы знаете, что это меч вашего ученика?

— На этом мече ведь есть диагональные узоры по обеим сторонам гарды, верно?

Ракия кивнул, даже не глядя на меч. Он видел эти узоры бесчисленное количество раз, пока ухаживал за «Непреклонным».

Конечно, поскольку «Непреклонный» был зачарован магией, он не нуждался в уходе, но протирать этот белый клинок, который, казалось, притягивал взгляд, было одним из его хобби.

— Я сам придумал этот узор и учил гравировать его только своих учеников. Поскольку меч сделан не мной, он должен принадлежать одному из моих учеников.

Ракия немного поколебался, затем обнажил меч и протянул его. Естественно, он крепко держал рукоять и повернул к собеседнику только лезвие. Отдавать его рукоятью вперед, рискуя, что его выхватят или ударят, было бы верхом глупости.

Умар, невозмутимый, внимательно осмотрел клинок под разными углами.

— Хм... На него наложено довольно много магии. Трудно наслоить столько чар без качественно выкованного меча. Ты позаимствовал силу мага, заключившего контракт с «Вышивальщицей»? Ковка, похоже, выполнена самим владельцем. Как и ожидалось, Сила Солнца идеальна для кузнечного дела. Судя по форме и привкусу чар, это, должно быть, меч, сделанный Таргоном. Верно?

Ракия на мгновение почесал ухо, а затем покачал головой.

— Я не знаю.

— А? Не знаешь?

— Я получил этот меч от сына кузнеца, который его сделал, поэтому никогда не слышал имя мастера. Слышал, что он умер около десяти лет назад.

— О боже... Он был с востока, случайно? Судя по тому, что я слышал раньше, другие парни здесь тоже говорят на Восточном наречии.

— Да. Он жил в городе-государстве Берет.

Густые брови Умара поникли.

— Черт, значит, это всё-таки был Таргон. Люди умирают слишком быстро. Живут всего треть нашего срока. Слишком мало.

Гном издал мрачный вздох, а затем одним махом осушил кубок с вином, который держал в другой руке.

— Кх... У меча есть особое имя?

— «Непреклонный».

— Хорошее имя. Подходит магии этого меча. Он становится прочным, острым и несет проклятие, мешающее заживлению ран. Как меч, он верен основам. Но есть одна необычная функция?

— Необычная функция?

— Вот эта. Дай-ка поглядеть... Он запоминает форму каждый раз, когда в него вливается Аура владельца?

Умар указал на узор, выгравированный на клинке, но Ракия не мог понять его смысла, просто глядя на него. Без знаний магической ковки расшифровать эти письмена было невозможно.

— Впервые слышу. И какова цель этой функции?

— Ну, это не типичное зачарование для меча... Я толком не знаю. Возможно, это добавлено для баланса других чар на мече. Негативных эффектов не будет, так что не беспокойся.

Ракия кивнул и снова вложил меч в ножны.

Умар улыбнулся и поднял кубок.

— В любом случае, найти следы моего старого ученика в таком далеком месте приятно. Таргон был самым многообещающим среди моих учеников...

— Угу.

Не зная, что ответить, Ракия просто кивнул.

— Раз ты на службе и не можешь присоединиться, выпью один. Пусть душа Таргона покоится с миром в объятиях Солнца!

В следующие два дня путешествие было на редкость спокойным.

Похожая на сон обстановка утомляла глаза, поэтому кучерам приходилось сменяться чаще, и, кроме того, что люди иногда выглядывали в окна или их тошнило после долгого смотрения, ничего особо примечательного не происходило.

Иногда мерцающие огоньки спускались с неба и кружили вокруг кареты, прежде чем столкнуться с ней и исчезнуть, а некоторые даже залетали через открытый задний вход.

Эти огоньки лопались как мыльные пузыри без всяких ощущений, когда люди касались их.

Случился и забавный инцидент из-за густого подлеска высотой в несколько метров: некоторые, встав на рассвете и побродив вокруг, внезапно оказались мокрыми до нитки, словно попали под ливень. При проверке выяснилось, что это роса падает с огромных листьев кустарников.

Поистине счастье, что в этом огромном мире не было животных. Если бы появился волк размером под стать этой среде, даже Мастеру Меча пришлось бы туго.

Гном Умар путешествовал с ними и иногда предлагал осмотреть оружие группы во время привалов. Все были рады возможности доверить свое оружие гному.

— Этот долго не протянет.

— Да ладно, почему?

— Потому что сердцевина искривлена. Он как старик за шестьдесят. Такими темпами будет слабеть, пока не сломается.

— Черт. Я купил его задорого.

— Я могу помочь сделать его снова пригодным.

Оправдывая статус гномьего кузнеца, Умар чинил оружие, используя всевозможные причудливые техники. Ему даже помогал один из его учеников, что объясняло, почему он путешествовал с подмастерьем-человеком.

Все четверо учеников Умара были мирскими жрецами, служившими Богу Солнца.

— Ого...

— Он плавит металл и мнет его как глину. Руки не обжигает?

— Это, должно быть, чудо бога.

Пока они сжимали меч светящимися руками и мяли его как пластилин, двуручный меч Гинеля вмиг потерял форму и превратился в металлический прут. Затем Умар взял его и начал ковать и формировать прут туда-сюда молотом и щипцами.

Это выглядело почти как игра, но всего через десять минут перерыва двуручный меч внезапно переродился. В это было трудно поверить даже собственным глазам.

— Не назову это шедевром, в который я вложил душу, но он должен быть лучше старого. Что скажешь?

— Это лучшее! Сколько я тебе должен, старик?

Гинель был так растроган, что даже перешел на вежливое обращение.

— Забудь. Брать деньги за то, что сделано по прихоти, задело бы мою гордость. Всё это просто судьба, верно?

Умар усмехнулся и повернулся к Ракии.

— Жаль, что твоему мечу работа не требуется. Твоя броня выглядит с изъяном, но доспехи — не моя специальность.

— Потому что ты мечник-кузнец?

— Ага, вроде того. Я выучил основы в детстве, так что я лучше большинства человеческих кузнецов, но с таким уровнем навыка неловко делать многое. Если встретимся в Подземном Королевстве позже, познакомлю тебя с хорошим мастером по броне. Правда, будет дорого.

Спустя еще два дня карета с группой наконец прошла через Дорогу Фей.

Наемники, выбравшиеся из выхода, с удивлением разглядывали свои тела и окрестности.

— Никогда не думал, что обычные цвета могут быть такими красивыми.

— Меня тошнит от фиолетового. Даже на фиалки смотреть не буду.

— Мир! Гинель-вернулся!

Наемники праздновали переход Дороги Фей на все лады. Кто-то пытался вобрать глазами всё вокруг, кто-то катался по земле, а кто-то гладил короткую траву, будто она была милым щенком.

— Ну что ж, я пошел. Надеюсь, свидимся!

Так как их пути расходились, они попрощались с Умаром и приготовились продолжить путь.

По правде говоря, путешествием это уже было назвать трудно. Они прибыли в губернаторство, которым правил сюзерен Рогена, барон Дарса, и оттуда до места назначения было рукой подать.

После целого дня спокойной езды карета наконец достигла цели: Баронства Дарса.

— О. Так это и есть Баронство Дарса?

— Оно куда роскошнее, чем прошлое поместье.

Баронство Дарса процветало куда больше, чем ожидалось. В отличие от пограничного Баронства Нусван, оно лежало относительно близко к центру Империи, поэтому у людей был здоровый цвет лица, и они носили яркую одежду. Конечно, раз Роген упоминал, что возглавляет торговый консорциум, логично, что деревня с этим консорциумом будет довольно оживленной.

— Эта карета?

— Это лорд. Поклонитесь.

Жители, бродившие неподалеку, увидели герб на карете и низко поклонились. Наемники, следовавшие в карете позади, тоже приняли поклоны жителей на свой счет и без причины раздулись от гордости.

— Приятное чувство.

— Вот почему дворяне помыкают людьми?

Некоторые даже лениво помахали руками, но прекратили, только когда Катак дал им подзатыльники.

Наконец, когда карета достигла замка лорда в центре поместья, двое патрулировавших рыцарей поспешили поприветствовать своего господина.

— Ваша Светлость, Барон! Мы волновались, потому что вы задержались.

— Вы не ранены? И где сэр Кадов, путешествовавший с этими чужаками?

— Я всё объясню по порядку.

Остановив карету перед особняком, Роген вышел, собрал наемников и объявил:

— Все вы отлично потрудились. Именем барона Рогена Тресвеля из Дарсы я объявляю о завершении этого контракта.

— Всё кончено!

— Ура!

Наемники разразились радостными криками в конце этого бурного путешествия. На мгновение их взгляды обратились к барону. Почувствовав это, Роген широко усмехнулся.

— Хех, не смотрите на меня так. Думаете, я вас обману?

По приказу Рогена казначей принес большой сундук. Это была дополнительная компенсация, обещанная по прибытии.

— Двойная сумма по контракту. Вы заслужили это своими усилиями.

— Милость Вашей Светлости безгранична как море!

Наемники радостно смеялись, забирая свои деньги. Ракия тоже был рад пополнить свои несколько истощившиеся после покупки брони средства.

Пока наемники шумно сравнивали свои выплаты, Роген тихо позвал Ракию в сторону.

— Подойди на минуту?

Отведя Ракию в уединенное место, Роген протянул ему что-то. Тяжелый мешочек. Нетрудно было догадаться, что там сумма, сопоставимая с той, что он только что раздал всем наемникам.

— Возьми это.

— Что это?

— Стипендия покровителя.

Стипендия покровителя.

Это была сумма, которую некоторые дворяне выплачивали сильным или многообещающим мечникам. Такие отношения покровителя и протеже иногда ничего не значили, а иногда были близки к семейным.

— С чего вдруг?

— Мы создали некоторую связь в пути. Жаль позволить ей оборваться здесь. Если я чем-то обидел тебя, прошу забыть об этом.

— Никаких обид. Если уж на то пошло...

Сказав, что это больше, чем заслуживает простой наемник, Ракия вежливо поклонился в знак благодарности.

Роген от души рассмеялся и похлопал его по плечу.

— Рад, что ты так думаешь. Нет желания остаться в этом поместье и пройти официальное рыцарское обучение?

— Простите, но у меня есть дела, так что это будет сложно.

— Я так и думал. Просто проверял. Ничего не поделаешь.

Ракия ответил небрежно. Роген повернул голову.

— Мисс Рея задержится на время. Она еще не до конца обучила Алишу магии. Говорит, Алиша может стать неплохим магом, если её правильно обучить.

— Поздравляю.

Конечно, посвятив саму душу, она наверняка обрела силу, превосходящую большинство магов. Зависит от того, сколько маны содержала душа Алиши, но чисто в плане магической власти она могла даже превзойти Рею. На таком уровне она стала бы магом, которому позавидовал бы любой обычный дворянин. Хотя как магу ей будет трудно войти в высшее общество.

Роген, возможно думая о том же, вздохнул.

— Мне жаль Алишу. Раз она продала душу демону, позиция наследника потеряна. Придется искать подходящего приемного ребенка среди родственников. Или, может быть, принять зятя в дом...

Сказав это, Роген посмотрел на него со значением. Поняв намек, Ракия покачал головой.

— Как может простой наемник вроде меня осмелиться?

— Не принижай себя, называя простым наемником. Это огорчит и Алишу тоже.

— Простите?

— Ты не знал? Что ты ей нравишься?

Это заявление было настолько неожиданным, что Ракия невольно расширил глаза. Увидев это, Роген расхохотался.

— Ты правда не знал! С тех пор как она нашла для тебя тот носовой платок, как часто она смотрела на тебя? Если бы у неё не было интереса, зачем бы она делилась с тобой таким секретом?

— Нет, мы почти не разговаривали наедине...

— Разве для любви нужны разговоры? Любовь — это такая плутовка, что позволяет воображать и рисовать образ кого-то, даже не видя его лица. С твоей внешностью и мастерством меча неудивительно, что невинная юная леди влюбилась по уши.

Никогда по-настоящему не любив, Ракия не знал, что возразить, и просто покачал головой.

Задумавшись, он вспомнил кое-что. Разве лицо Алиши не мрачнело всякий раз, когда он говорил наедине с Реей? Услышав слова отца, он теперь понимал, что означала та реакция.

— Что ж, если у тебя нет к ней чувств, я не буду заставлять. Я знаю, как тяжел брак без любви. Поэтому я тоже выбрал супругу по любви.

— Кстати, как вы вообще встретились, будучи из таких далеких мест?

В этот раз они сильно сократили путь через Дорогу Фей, но без неё дорога заняла бы больше месяца. Это расстояние, на котором встречи маловероятны.

На вопрос Ракии Роген усмехнулся.

— В молодости я посещал Имперскую Столицу по делам, и так случилось, что моя жена была там с отцом. Любовь с первого взгляда, так что я купил поблизости словарь Восточного Наречия, чтобы завоевать её благосклонность, усердно учил его, а позже тайком беседовал под её окном, пока меня чуть не избил покойный тесть, когда нас поймали.

Вспомнив свой прошлый роман, Роген вскоре покачал головой и сказал ему оставаться столько, сколько он захочет, прежде чем уехать.

Вернувшись к остальным после разговора, Ракия обнаружил, что они тоже решают свои следующие шаги.

— Эй, Ракия. А ты что? Мы думаем держаться вместе и вернуться в Берет. Некоторые не говорят на имперском.

— А мы планируем работать в Империи, раз уж мы здесь. Хочешь к нам?

Наемники разделились на две группы. Те, кто возвращается в родной Берет, и те, кто планирует осесть в Империи.

Ракия покачал головой, отклоняя оба предложения.

— Я планирую действовать один. Мне нужно посетить одно место.

— Эх. Куда?

— На юг. Пока что.

Поняв, что он не хочет вдаваться в подробности, все наемники с сожалением закивали.

— Ну, ничего не поделаешь. Встретимся, если выживем. Если встретимся врагами, пощади меня разок.

— Я сразу брошу оружие, так что не бей, понял?

— Надеемся свидеться, брат.

Рубек, Гинель, Катак, Олбенин и несколько других наемников.

Товарищи, делившие невзгоды больше месяца, обменялись шутками, стукнулись кулаками, а затем разделились на две группы, спускающиеся в нижнюю деревню. Такова была жизнь наемников. Чужаки вчера, товарищи сегодня, возможно, враги завтра — зыбкие отношения.

И когда другие наемники ушли, девушка с алыми глазами осталась, глядя на него.

— На юг?

— Ага. Ты остаешься, чтобы еще поучить юную леди, верно?

— Да. Как минимум, она должна уметь защитить себя. Она талантлива, так что это не займет много времени.

Ракия кивнул. Рея достала что-то из-за пазухи. Приглядевшись, он увидел свернутый пергамент.

— Что это?

— Я писала это понемногу в пути. Кое-какие знания о демонах и советы по использованию магии.

Ракия взял пергамент и развернул его. Почерк был таким мелким и плотным, что на не очень большом листе уместилось поразительное количество информации. И каждая деталь была тщательной, содержащей именно те знания, которые нужны начинающему магу.

— Сожги его, когда всё запомнишь. Если поймают с этим, ничего хорошего не будет.

— Понял.

Ракия кивнул, свернул пергамент обратно и спрятал за пазуху.

Его чувства к этому магу были неплохими. Хотя первое впечатление не задалось, благодаря ей он узнал много о магии, и она не раз спасала ему жизнь.

— Спасибо. Я запомню эту информацию.

— Аделия.

— М?

— Это мое настоящее имя. Если мы встретимся снова когда-нибудь, назови это имя.

Оставив эти загадочные слова, она исчезла в особняке.

И наконец, на пустой поляне, где все ушли, он остался один.

Чувствуя странное одиночество, Ракия смотрел на заходящее солнце.

События последних месяцев, пронесшиеся как ураган, казались нереальными, почти ложью.

— Ну что ж, пора идти...

Ракия достал компас, который купил дополнительно в лавке магических предметов, и сверил направление.

Он уже знал, в какой стороне лежит его следующий пункт назначения, после давнего визита в Храм Бога Знания.

Графство Кисен.

Родина Элтейна, в землях, некогда звавшихся Королевством Эйден — такова была его следующая цель.

43

На юге Империи лежала земля под названием Губернаторство Эйден.

Ещё 300 лет назад эта земля была королевством, независимой нацией, отказавшейся склониться перед правлением Империи.

Возможно, из-за того, что они жили в суровых и диких горах, люди там были так же тверды и непреклонны, как и их окружение, не ведая покорности.

Даже спустя 300 лет подчинения они не считали себя имперцами.

Как и прежде, они оставались потомками несокрушимых гор.

Ву-у-у-у—

«Ветер слишком свирепый. Скоро, похоже, пойдет снег».

Охотница Урна цокнула языком, вслушиваясь в завывания ветра.

Ужасная погода для охоты.

В ранней зимней стуже, под хлестким холодным ветром, если начнется ледяной дождь, видимость будет ограничена. Позволить монстру приблизиться в таком полуслепом состоянии — верная смерть.

В такую погоду лучше всего отсидеться в безопасной хижине.

«Может, занести кожу, которая еще не до конца просохла?..»

Она бормотала про себя лишь мгновение, прежде чем вскочила на ноги, услышав звук за деревянной дверью.

Тук-тук. Кто-то стучал.

Любой бы принял этот звук за стук человека.

«Человек?»

Глаза Урны сузились.

В такой час к ней не приходят гости. Ну, раньше бывали некоторые, но теперь нет.

Положив руку на короткий меч у пояса, она быстро схватила лук и наложила стрелу.

— Кто там?

— Просто проходящий путник, у меня есть заказ для вас.

Юный мужской голос.

Голос незнакомца, которого она раньше не слышала.

Встречи с незнакомцами были редкостью в этой глуши. Мало кто искал бы её специально, а местные все были знакомы друг с другом.

— ...Отойди назад.

— Хорошо, я отошел.

Убедившись, что голос раздался чуть дальше, она использовала заранее подготовленное устройство, чтобы открыть дверь. Конструкция из палки и нескольких колец для дистанционного открывания.

Дверь отворилась, и она увидела человека, стоящего поодаль.

Фигура была небольшой. Ростом примерно с неё или чуть ниже.

«Женщина?»

Голос был явно мужским.

Подумав так, она пригляделась и поняла, что перед ней юный мальчик.

Невысокий, худощавый, одетый в кожаную броню, поверх которой был накинут дорожный плащ с капюшоном. Под плащом угадывались два меча. Вероятно, запасной на случай, если один сломается.

— Один?

— Да.

— Зачем ты здесь?

— Я ищу проводника до высочайшей точки горы Имур, пика Шикат. Деревенские порекомендовали вас. Сказали, вы лучший охотник в деревне.

— Чертовы психи.

Грубое ругательство сорвалось с её губ.

— Ты хоть знаешь, что такое пик Шикат?

— ...Разве это не довольно суровая гора?

Урна вздохнула от такого беззаботного ответа.

Пока что парень не казался опасным. Выглядел молодо и, судя по всему, жизни не нюхал.

Она махнула рукой, приглашая войти.

— Заходи. Похоже, будет снег, поговорим внутри.

«Уютно обставлено».

Подумав так, Ракия осмотрелся.

Хижина охотника была обустроена так, что с первого взгляда становилось ясно: её владелец — опытный и умелый мастер.

От мебели, украшенной почти безупречными шкурами, до ухоженных охотничьих инструментов, разложенных на ней. Даже ковер на полу, похоже, был из шкуры довольно крупного монстра. Для человека, не владеющего аурой, добыть такое — признак истинного мастерства.

Владелица велела ему подождать и ушла в другую комнату, а Ракия сел в деревянное кресло и уставился на небольшую жаровню в центре комнаты.

Вид раскаленных углей, источающих тепло, наполнил тело странной истомой.

«Спать хочется. Неужели я так вымотался за последнее время?..»

Путь от Баронства Дарса сюда не был гладким.

Во-первых, одинокий путник легко становился мишенью для преступников. Вероятно, потому что числом задавить его просто, да и мести товарищей бояться не стоит.

Карманники и грабители встречались на каждом шагу, а однажды ночью, пока он спал, кто-то пустил усыпляющий газ и приставил нож к горлу.

Благодаря тренировкам с аурой он не спал крепко и сумел отбиться, но момент был по-настоящему жутким.

Хватало и других мелких неприятностей.

Нападения монстров случались бессчетное количество раз, а в одной деревне ему пришлось скрестить мечи с рыцарем просто потому, что тот косо на него посмотрел.

Схватку он выиграл, но из-за того, что навлек на себя гнев местного властителя, пришлось бежать, так толком и не выспавшись.

Преодолев эти испытания, Ракия наконец прибыл в Графство Кисен, часть Губернаторства Эйден.

Попасть сюда и выбраться было непросто с самого начала.

Местность окружена горами, так что войти или выйти можно только через специальные пропускные пункты. А так как это губернаторство, а не прямая территория Империи, тем, у кого нет ясной личности (как у частых торговцев или дворян), приходилось платить солидную взятку за проход.

Но и внутри было не легче.

Деревни повсюду с подозрением относились к чужакам, но у народа Эйден чувство исключительности было особенно сильным.

Их акцент был уникальным, так что пара слов выдавала в нем «чужака», и каждый раз они открыто и с презрением называли его «имперским ублюдком».

Даже спустя 300 лет после завоевания Империей, для них она оставалась угнетателем и врагом.

— Вот.

Хозяйка хижины протянула деревянную кружку Ракии, погруженному в воспоминания.

Это был чай, от которого поднимался горячий пар.

Запах был специфический; вероятно, какой-то местный сбор.

У него выработалась некоторая устойчивость к ядам, но он не был уверен, безопасно ли пить это просто так, поэтому Ракия поблагодарил и поставил кружку на стол рядом.

Охотником, владельцем этой хижины, оказалась женщина.

Ей было на вид чуть меньше тридцати; волосы коротко острижены выше шеи, наверное, чтобы не мешали на охоте.

Её острый взгляд и шрам на одной стороне лица придавали ей вид одинокой волчицы.

— Твое имя?

— Ракия.

Она уставилась на него, ожидая продолжения, но Ракии нечего было добавить. Он был просто мечником, без особой принадлежности.

Подождав немного, охотница вздохнула и представилась:

— Меня зовут Урна. Я охотница.

— Я слышал внизу. Так что насчет пика Шикат? Говорят, там немного опасно.

— Немного опасно?

Урна издала пустой смешок, словно услышала нелепость, затем объяснила:

— Сама гора Имур очень важна для нас, но пик Шикат считается чем-то вроде священной горы среди остальных вершин. Знаешь почему?

— Почему?

— Потому что туда нельзя входить просто так. Там живут монстры куда сильнее, чем на других пиках, и время от времени происходят загадочные аномалии неизвестного происхождения. Даже самые опытные охотники не рискуют подниматься на пик Шикат.

Кивая на объяснения Урны, Ракия вспомнил разговор с Элтейном во время пребывания в большом городе.

Что он сказал, когда называл местонахождение источника?

[«Не забудь взять проводника. Если будешь неосторожен, можешь заблудиться».]

[«Но если я возьму проводника, тайна источника может быть раскрыта».]

[«Просто оторвись от них ненадолго, пока будешь пить, или придумай оправдание. В любом случае, возьми кого-нибудь, если возможно. Туда лучше не ходить одному».]

[«Почему?»}

[«Ну, там немного неспокойно и трудно ориентироваться. В мое время рыцари использовали это место для испытания на храбрость...»]

«Немного неспокойно, так что годится для испытания храбрости».

Пришли на ум две гипотезы.

Первая: пик Шикат стал намного опаснее за последние 300 лет. Вторая: рыцари 300 лет назад считали смертельно опасные испытания шуткой.

Учитывая темперамент Элтейна, вторая казалась более правдоподобной. Сомнительно, что у Мастера Меча и обычных людей одинаковые стандарты опасности.

«Ну, если бы всё было так просто, источник давно бы нашли».

Если бы это была гора, где местные охотники могли свободно бродить, как драгоценный источник мог остаться скрытым?

В этот момент охотница заговорила с таким видом, будто всё знала.

— Ты ведь пришел найти это, верно?

— Это?

— Не прикидывайся дурачком. Ты здесь за сокровищем, спрятанным Королевской Семьей Эйден, не так ли? Старая история, но довольно известная.

«Впервые слышу».

Элтейн ни слова не сказал о сокровище.

Он не знал или не счел нужным объяснять? Или это просто пустые слухи.

— Когда появился этот слух?

— Давно. Примерно во время падения Эйдена. Говорят, все большие шишки из Империи приходили искать, но не нашли. Зато многие погибли от лап монстров или пропали без вести, свалившись куда-то во время поисков.

— И что с тем сокровищем? Кто-нибудь нашел его?

— Кто знает. Официально — никто, но, может, кто-то нашел и помалкивает. Кто скажет наверняка?

Вопреки своему холодному и безжалостному первому впечатлению, Урна объясняла довольно любезно.

Слушая её, Ракия почувствовал, что Урна не хочет вести его на этот пик. Причину угадать было несложно. Судя по её рассказу, вести кого-то на пик Шикат означало рисковать жизнью.

— Значит, вы когда-нибудь поднимались на пик Шикат?

— ...Разве что к подножию. Того монстра, из которого ковер, я подстрелила там, на окраине. А чтобы идти глубже и выжить... сомневаюсь, что кто-то делал это за последние сто лет. Я еще слишком молода, чтобы умирать.

— Три серебряных монеты в день, пока не найду то, что мне нужно. Десять золотых, если найду. Как вам?

Это была значительная сумма, которую он мог предложить благодаря покровительству Рогена.

Меньшее её вряд ли тронет. Как она и сказала, даже Пользователю ауры придется там рисковать жизнью.

Она покачала головой на слова Ракии.

— Я пас. Того монстра я выманила с окраины и так поймала. А лезть вглубь... Я пас.

— Двойная плата.

Глаза Урны дрогнули от твердого заявления Ракии.

Но её решение не изменилось.

— Дело не в деньгах. Даже если предложишь десять тысяч золотых, какой толк? Если я там умру, всё пропадет.

— Я буду вас защищать. Я, может, и не выгляжу внушительно, но я довольно способный мечник.

— В твоем возрасте «способный» может означать только...

Урна недоверчиво замолчала, заметив, что собеседник держит короткий кинжал.

Она даже не заметила, когда он его выхватил, но кинжал пульсировал аурой.

Глубокой аурой, которую любой распознал бы как принадлежащую «зрелому Пользователю ауры».

— ...Ты Пользователь ауры?

— Не люблю хвастаться, но я не дилетант. Могу справиться с десятком заурядных наемников с аурой, даже не вспотев. Этого должно хватить для нашей безопасности.

— Хм.

Наблюдая за пульсацией ауры на кинжале Ракии, Урна медленно постучала по подлокотнику.

Дилемма была проста. Если она откажется, а он начнет угрожать, как реагировать?

«Черт, зря я его впустила. Расслабилась, потому что он выглядит юным».

Будь он снаружи, она бы отказала без колебаний. Даже если бы он попытался давить силой, осада внутри хижины дала бы ей шанс. У неё здесь расставлены ловушки, есть зелья от известного алхимика.

Но сейчас, внутри, на дистанции удара меча, многие ловушки бесполезны. Те, что можно использовать внутри, могут не остановить Пользователя ауры.

Подумав мгновение, Урна осторожно спросила:

— А если я откажусь?

— Тогда...

Урна так сжала лук, что вздулись сухожилия, а другая рука медленно потянулась к рычагу ловушки.

Но вопреки ожиданиям, мальчик покачал головой и убрал кинжал в ножны.

— Я просто пойду один.

— ...А?

Урна в недоумении посмотрела на Ракию, но для него это было естественным решением.

Какой смысл тащить проводника силой в место, где можно заблудиться в любой момент? Если она бросит его и сбежит, проблем будет в разы больше.

Урна истолковала внезапный всплеск ауры как «угрозу», но Ракия лишь хотел показать «я достаточно силен и надежен».

— Так каков ваш ответ? Если отказываетесь, я пойду. Оставаться дольше будет просто неловко.

— Хм.

Урна замолчала при словах Ракии.

Если бы он давил, она могла бы драться за свою жизнь, но при таком мягком подходе отказывать было сложнее.

«Черт, этот мой бунтарский дух, из-за которого меня практически выгнали из деревни... Старые привычки живучи».

На самом деле, колебаться заставлял не только дух противоречия.

Отправить юного на вид паренька одного на верную смерть казалось неправильным. Её покойной младшей сестре было бы примерно столько же, если бы она была жива.

Видя, как она яростно чешет затылок, Ракия перевел взгляд на жаровню, давая ей время подумать.

Спустя некоторое время Урна вздохнула и спросила:

— Так что ты ищешь там наверху?

44

— Я не могу тебе сказать.

— ...Что?

Она пыталась впервые послушать серьезно, но этот вздор заставил её ощетиниться на мгновение, прежде чем она быстро успокоила себя.

— Если ты не знаешь, что ищешь, то можешь просто заявить, что не нашел, даже если наткнешься. Как мне тебе верить?

— Если нужно, я могу найти жреца Небесного Бога и заключить контракт или что-то в этом роде.

— Очень по-имперски с твоей стороны. Прости, но здешние люди не верят в богов Империи. Естественно, они не доверяют и таким контрактам.

Оказалось, что жители Эйдена верили только в шестерых богов, а не в Семерку. Для них Бог Неба был защитником Империи, так что его благословения здесь, мягко говоря, не приветствовались.

Конечно, было общеизвестно, что Бог Неба особенно благоволит Империи. Значительная часть высшей знати Империи были верховными жрецами Небесного Бога, а император всегда был его Апостолом. Жрецы Неба встречались среди королей и знати других стран, но титул Апостола всегда даровался только императорам Империи.

— В такой дыре, наверное, и жреца этого бога не сыщешь. Тебе пришлось бы ехать в Даврею, старую столицу Эйдена, чтобы найти такого.

— Хм.

Ракия задумался.

Как завоевать её доверие, не раскрывая того, что он ищет?

Поразмыслив мгновение, мальчик поднял взгляд и сказал:

— Тогда я заплачу награду вперед.

— Вперед?

— Да. Я заплачу гонорар за успех авансом, независимо от того, преуспеешь ты или нет, и дополнительную плату за каждый потраченный день. Как тебе?

— А если я просто буду тянуть время? — недоверчиво спросила Урна.

Согласно предложению Ракии, ей было бы даже выгодно не находить то, что он ищет. Она могла бы намеренно давать нечеткие указания и растягивать время, получая больше денег с каждой задержкой.

— Если пик Шикат так опасен, как ты говоришь, задерживаться там дольше — значит просто рисковать больше. Тот, кто ценит свою жизнь, не станет этого делать, верно?

— Ну, это правда...

— Кроме того, тот, кто так думает, не стал бы поднимать этот вопрос с самого начала.

Урна раздраженно вздохнула.

Этот таинственный мальчик был действительно странным. Его одежда и манеры походили на бывалого наемника, но внешность и поведение выдавали юного господина, не знающего жизни. Учитывая, что он был Пользователем ауры в таком юном возрасте, он явно не из простой семьи, но его личность было трудно определить.

— Хм, ладно. Но у меня есть условие.

— Условие?

— Сначала мы поднимемся на менее опасный пик для проверки. Я должна увидеть твои навыки своими глазами, прежде чем доверять тебе.

— Хорошо. Так и сделаем.

Ракия кивнул без колебаний. Он был уверен в своих способностях, а если охотник, покоривший пик Шикат, сочтет его непригодным, значит, сейчас это действительно слишком опасно.

В таком случае он останется внизу, потренируется еще немного, а потом попробует снова.

— Куда мы пойдем?

— Посмотри на эту карту.

Урна развернула пергаментную карту. Она выглядела довольно профессионально. Метод создания отличался от привычного, так что с первого взгляда было трудно разобраться, но он понял, что там отмечены высоты гор.

— Сначала поднимемся на гору Дарлик прямо рядом с этой. Это займет день или два. Если я скажу тебе убить монстра по пути — делай. Понял?

— Что насчет снаряжения?

— У меня есть свое, а тебе придется купить отдельно. Спустимся в деревню.

— Уже поздно сегодня.

— Пойдем завтра. Оставайся здесь на ночь. Поблизости всё равно негде ночевать. Кровать одна, так что будешь спать на ковре. Устраивает?

— У меня, по крайней мере, есть спальный мешок.

С облегчением, что они пришли к соглашению, Ракия машинально потянулся за чаем, который она ему дала. Он замер на полпути, и, заметив это, Урна взяла его кружку, сделала глоток и поставила обратно.

— Вот, теперь можешь пить.

— ...Ладно.

Было бы грубо отказываться после такого жеста, поэтому Ракия поднял кружку и отпил чаю. У напитка был пикантный аромат с легким оттенком чего-то жареного.

Наблюдая за ним, Урна сказала:

— Интересно.

— Что именно?

— Судя по твоему отношению ранее, ты не так много знаешь о Сокровище Королевской Семьи Эйден, так что, черт возьми, привело тебя в такую глушь? Какая-нибудь тренировка меча, которую так любят мечники?

— Вроде того.

Ракия догадался, что Элтейн отправил его сюда с этой же мыслью. Восхождение на опасную гору станет неплохой тренировкой.

В этот момент в голову Ракии внезапно пришла мысль.

— Кстати, у меня есть вопрос.

— Какой?

— Случайно не осталось ли каких-то историй о Мастере Меча из Эйдена 300-летней давности? Его звали Элтейн.

Глаза Урны слегка расширились от вопроса Ракии.

— Не ожидала услышать это имя от имперца.

— Почему?

— Потому что Империя отчаянно пыталась стереть его.

— Империя? Зачем?

— Вероятно, потому что это позорное прошлое. Драться трое на одного, потерять двоих своих и едва победить — как ни крути, славы тут мало.

— Три Мастера Меча против одного, и двое погибли?

— Это всего лишь народные сказки, передаваемые из уст в уста, но так говорят.

Урна кивнула, отпила чаю и произнесла нараспев, словно рассказывала старую легенду:

— Великий Элтейн. Последний принц Эйдена, слава Кисена, Воплощение Черного Дракона. Он поставил на колени бесчисленное множество имперских псов и, отказавшись склониться до самого конца, умер стоя.

— Значит, он знаменит.

— Молодежь может его и не знать... но для здешних людей он как наша последняя гордость. Доказательство того, что мы когда-то были лучше Империи.

Ракия мысленно присвистнул от удивления.

Он не понимал, почему Элтейн не хвастался этим фактом.

Победить другого Мастера Меча — уже достаточно, чтобы прославиться, но сразиться с тремя сразу и убить двоих? Учитывая, что Палкион Лемур выиграл две дуэли один на один и его слава гремела на всю Империю, этот подвиг не померк бы перед любым Мастером Меча в истории.

— Есть какие-нибудь исторические книги?

— Нет. Если бы были, имперцы сожгли бы их все. Язык Эйден, на котором говорил старый народ, уже вымер.

— Хм...

Он мог отчасти понять, почему местные так ненавидят Империю. И наоборот, догадаться, почему Империя так жестоко угнетала эту маленькую страну. Должно быть, они боялись.

Что в такой крошечной нации может появиться столь опасная фигура — вероятно, они решили вырвать корень полностью.

Ему стало немного жаль Элтейна.

Выросший за пределами Империи, Ракия не особо это осознавал, но он тоже был имперцем. Зная этот фон, удивительно, что Элтейн учил его фехтованию без особой неприязни.

— Удивительно, что ты так охотно сотрудничаешь со мной.

— Ну, я и сама не полностью из Эйдена. Мой отец был имперцем.

— О.

Теперь, когда он подумал об этом, её акцент был ближе к стандартному имперскому, чем к характерному диалекту Эйдена, чего он раньше не замечал. Не совсем стандартный, с легким оттенком, который казался немного неестественным.

В этот момент Урна покачала головой и встала.

Ракия понял по жесту, что она не хочет продолжать эту тему.

— Вопросов больше нет? Я пойду наверх отдыхать. Увидимся завтра.

На следующий день они спустились в деревню, чтобы подготовиться к восхождению.

Деревня Лемин находилась примерно в двух часах ходьбы от хижины Урны. В такой глуши, где в любой момент могло случиться что угодно, это было невероятно большое расстояние.

Увидев, что они спускаются вместе, жители зашептались:

— Эй, это Урна. Чего это она здесь?

— Пацан рядом с ней новенький.

— Я видел этого щенка вчера. Он имперец. Искал проводника на пик Шикат.

— Так кто-то посоветовал Урну? Отличная парочка. Пусть грязные имперцы сдохнут вместе.

— Тш-ш, потише.

Из того, что он мог услышать, у Урны тоже была не лучшая репутация в деревне. Причина, похоже, крылась исключительно в её происхождении.

Ракия на мгновение прищурился, но так как сама Урна делала вид, что не слышит, решил пропустить мимо ушей.

Вскоре они вошли в единственный в деревне универсальный магазин. Женщина средних лет с густыми вьющимися волосами поприветствовала их.

— Добро пожаловать... А, Урна? И вчерашний маленький мечник с ней.

— Хм.

Хотя фраза «маленький мечник» задела его и заставила слегка нахмуриться, Ракия промолчал. Ведь именно эта хозяйка вчера порекомендовала ему Урну.

— Пришли вместе, значит, решили идти наверх, ха. Боже ты мой.

— Эмма, это ты меня порекомендовала?

— Ага. Честно говоря, думала, ты отговоришь его идти.

— Ну, как-то так...

Урна накручивала локон на палец, на мгновение потеряв дар речи.

Правда, она сначала не собиралась принимать предложение. Если бы мальчик не доказал, что он сильный Пользователь ауры, и не принял бы спокойно её отказ, заявив, что пойдет один, она бы не передумала.

— В общем, я планирую сначала проверить его. Начнем с вещей...

Едва Урна открыла рот, дверь распахнулась с грохотом, чуть не слетев с петель.

Под пристальными взглядами трое дюжих мужчин вошли в лавку.

— Имперское отродье здесь, верно?

— Этот?

— Ага, тот, что с желтыми глазами!

Ракия слегка поморщился.

Один из вошедших головорезов выглядел знакомо. Тот самый громила, который требовал «налог», когда он бродил по деревне. Не желая устраивать конфликт, Ракия лишь слегка помял его и прогнал, но, видимо, недобил, раз тот привел друзей.

Урна тихо шепнула:

— Что случилось?

— Он затеял драку, так что я его слегка причесал и отправил восвояси. Я лишь слегка коснулся, чтобы избежать проблем... но, наверное, стоило переломать пару костей.

— Ха, мы всё слышим, ты, имперское отродье. Что ты там вякнул? Ты ранил нашего брата и что? Кости ломать?

Мужчина в центре, с лицом, особенно изрытым оспой, зарычал и выхватил меч.

Не длинный клинок. Длиной примерно с руку, однолезвийный, такой обычно используют для работы.

Когда мужчина угрожающе взмахнул им, что-то зарябило вдоль лезвия.

— ...Пользователь ауры? — недоверчиво произнес Ракия, а Урна сбоку коротко пояснила:

— Это сын старосты и капитан деревенской стражи. Лучший мечник в деревне. Как видишь, тоже Пользователь ауры.

— И правда, конец времен. Даже деревенские громилы теперь с аурой.

Конечно, талант к использованию ауры сам по себе не был редкостью. Пользователи ауры были редки, потому что методы тренировок хранились в строжайшем секрете. Вероятно, семья старосты передавала методы тренировки ауры из поколения в поколение или что-то в этом роде.

Так называемый капитан стражи даже не был особо сильным Пользователем ауры.

Он был примерно на уровне среднего наемника с аурой, кого-то, кого даже Ракия до пробуждения ауры мог победить с хорошей стратегией — полный дилетант.

Ракия мог легко победить его, даже не обнажая меча.

— Ну... так даже лучше. Ты же можешь показать свои навыки, верно?

Ракия кивнул на слова Урны, и, отреагировав на это, капитан стражи указал на неё и выплюнул проклятия:

— А ты что тут забыла? Сиди в своей норе, грязная полукровка...

Дзынь!

Мужчина от неожиданности захлопнул рот на полуслове, услышав лязг металла.

Он осознал, что мальчик перед ним выхватил меч, а его собственный клинок теперь разрублен пополам.

— ...А?

— Продолжать будем?

Когда Ракия медленно опустил меч, капитан стражи невольно отступил.

Он даже не заметил взмаха, не говоря уже о том, что его меч сломан. Это означало, что если бы противник ударил в жизненно важную точку, он бы не смог сопротивляться и умер бы на месте.

Глянув вниз, он увидел рябь ауры на мече мальчика — в несколько раз сильнее его собственной, неуклюжей.

Мужчина выронил сломанный меч, сцепил руки и вежливо поклонился.

— Господин, кажется, вышло недоразумение.

— Тогда даю последний шанс его прояснить. Проваливайте.

Когда Ракия указал мечом на выход, капитан стражи поспешно склонил голову и утащил своих людей прочь.

Наблюдая за этим, Урна легонько похлопала в ладоши.

— Впечатляет. Я предполагала, что ты силен, но не ожидала такого полного доминирования. Думала, у вас будет хотя бы нормальный бой на мечах.

— Я же говорил, десятка таких парней не хватит, чтобы меня побить.

— Мужскую браваду обычно стоит делить надвое. Тот парень, что сбежал, хвастается, что может завалить тролля в одиночку.

Имея опыт борьбы с троллями из первых рук, Ракия был уверен: встреть капитан стражи настоящего тролля, через минуту он стал бы кормом, превратившись в фарш.

— Это создаст мне проблемы?

— Не-а. Хуже уже некуда, с тех пор как тот ублюдок однажды ночью пробрался в мою комнату, получил дозу яда в лицо и сбежал.

— ...Оу.

Он думал, её лицо перекошено от какой-то болезни, а оказывается, у неё такая история. Ракия невольно ахнул и покачал головой.

— Ну, в любом случае... давай закончим дела и уйдем поскорее. Если задержимся, всем будет неловко.

— Идет. Эмма? Я сейчас продиктую список, собери это в рюкзак отдельно. Сначала — Зелье Выносливости, Лампа Безопасности, Благовония от Насекомых, женские кожаные сапоги, снегоступы, Противоядие от Морозной Гадюки...

45

— Ху-у.

Ракия взмахнул рукой, разгоняя белое облачко пара, вырвавшееся изо рта.

Ранней зимой в горах стоял пронизывающий холод.

Регион Эйден сам по себе был горным районом, поэтому температура здесь и так была низкой, а с приходом зимы погода стала такой, что её можно было бы принять за середину зимы в других краях.

Перед приездом он приготовил кое-какую теплую одежду, но Урна настаивала, что наряд Ракии совершенно непригоден для восхождения на пик Шикат.

— Поднимешься на такую высоту в этом тряпье — помрешь. Если, конечно, ты не привык нырять в ледяную воду.

К сожалению, даже Пользователи ауры не были застрахованы от теплового удара или обморожения. Разумеется, они переносили это лучше обычных людей, но если ударит такой мороз, словно окунулся в прорубь, в нынешней одежде он бы долго не протянул.

Послушав её совета, Ракия надел плотное пальто на меху, а также шапку, перчатки и сапоги из местной кожи.

Благодаря этому стало тепло. Если бы он прошелся в таком виде по равнинам внизу, то наверняка взмок бы так, словно попал под ливень, даже в разгар зимы.

— Устал?

Возможно, из-за того, что он на мгновение отвлекся, Урна, шедшая немного впереди, обернулась и спросила.

Ракия быстро покачал головой и ответил:

— Нет, нисколько.

— Это хорошо. Если устал уже сейчас, о восхождении на пик Шикат можно забыть.

С этими словами Урна снова повернулась вперед и продолжила вести их вверх по горе.

Как и ожидалось, она была отличной охотницей.

Явно обычный человек, даже не накопивший ауры, она была поразительно ловкой, скача по заснеженным склонам, словно горная коза, не поскальзываясь и не оступаясь.

Даже обычному Пользователю ауры было бы трудно угнаться за ней в горах, не говоря уже о том, чтобы делать это без Рывка.

Ракия сократил дистанцию одним Рывком и спросил сзади:

— Здесь не так опасно, как я думал.

— Это потому что еще день. Мы обошли несколько территорий тех назойливых тварей, с которыми иначе было бы много возни.

Ракии казалось, что они просто поднимаются прямо вверх, но, по-видимому, она выбирала и вела их по относительно легкому пути.

Как Ракия доказал свои навыки, так и она доказала свое мастерство проводника.

Спустя некоторое время Урна села на камень, вытерла пот со лба и порылась в рюкзаке.

— Ладно. Давай поищем здесь какую-нибудь добычу.

— Как?

— С помощью этого.

Она достала маленький стеклянный флакон, какие часто используют алхимики.

Урна откупорила его и выплеснула содержимое: жидкость цвета, близкого к ярко-алому, пролилась на белый снег, окрашивая его.

Цвет был странным, но немного вязкая текстура жидкости показалась знакомой.

— Кровь?

— Верно. Кровь малого дрейка. Того вида, из которого сделана твоя кожаная одежда. Он довольно высоко в пищевой цепи, так что на запах должен прийти кто-то из сильнейших.

— Сильный, значит. Кто, например?

— В это время... вероятно, Морозный волк?

— Морозный волк?

— Как и звучит — волк, но крупнее и быстрее большинства тигров. Будь осторожен.

Сказав это будничным тоном, она взобралась на ближайшее дерево.

Затем она достала что-то вроде коричневой ткани, накрылась ею, и, к удивлению, с помощью этого простого действия так хорошо слилась с деревом, что стала невидимой.

— Я подожду здесь. Если не справишься один, зови на помощь. Я прикрою. Но если позовешь, на пик Шикат мы не пойдем.

— Понял.

Оставшись наконец один, Ракия слегка потянулся, ожидая того, что придет.

Даже если противником будет всего лишь волк-монстр, сопоставимый с тигром, расслабляться нельзя.

Каким бы слабым ни был монстр, если проявить небрежность и пропустить удар, хрупкое человеческое тело повредится в одно мгновение.

— Интересно, кто явится.

Вскоре он увидел, как вдалеке ломается несколько молодых деревьев.

Заметив тень, появившуюся за ними, Ракия тихо простонал:

— А, эта штука...

Довольно знакомо, но не слишком-то желанно.

Тролль.

Он уже сражался с одним раньше.

Ловкости ему немного не хватало, но благодаря широкому шагу скорость бега была впечатляющей, а огромная сила и длинные руки делали его грозным противником, которого нельзя недооценивать.

В прошлый раз маг, управлявший им сзади, даже наложил заклинание берсерка, чуть не убив Ракию.

— Эй.

В этот момент сзади раздался голос, и, обернувшись, он увидел спрыгивающую с дерева Урну.

Она сказала с обеспокоенным выражением лица:

— Давай пока отступим. Этот парень слишком силен для простой проверки навыков.

Она почесала голову и вздохнула.

— Троллей здесь быть не должно... Похоже, придется заново обследовать всю территорию.

Урна пробормотала несколько непонятных слов, похожих на ругательства, и сплюнула.

Глядя на неё, Ракия спокойно заявил:

— По мне, так вполне подходящий противник.

— Что?

Урна посмотрела на него как на сумасшедшего, но Ракия спокойно вытащил меч и шагнул вперед.

— Я уверена... нет, у тебя ведь должны быть контрмеры против регенерации, верно?

— Есть. Я охотился на троллей раньше. Чтобы подняться на пик Шикат, разве не нужно уметь легко валить троллей?

— Если бы требовался такой уровень, я бы и сама не поднялась. Мне нужно было лишь убедиться, что ты сможешь выжить в бою с троллем... Ладно. Если станет опасно, просто беги. Я о себе позабочусь.

Урна бросила на него скептический взгляд, затем вернулась в свое укрытие.

Мгновение спустя тролль, приближавшийся издалека, заметил Ракию и зарычал.

Его медленные шаги ускорились, и вскоре он перешел на бег с тяжелым топотом.

— Ху...

Ракия выровнял дыхание и разогнал ауру по всему телу.

Отточенная аура окутала его фигуру.

Она больше не была поверхностной, как раньше. Это был результат изнурительных битв, в которых он участвовал без отдыха последние несколько месяцев.

Как мышцы, которые перенапрягались, рвались, а затем восстанавливались, становясь сильнее благодаря питанию, аура мальчика постоянно подвергалась перегрузкам, укрепляясь за счет поглощения маны.

Теперь он мог бы сразиться лоб в лоб даже с Баряном — противником, которого в прошлом он едва одолел чуть ли не обманом.

Р-Р-О-О-А-А-Р-Р------!!!

Могучий рев тролля заставил снежную гору содрогнуться.

Шурх — снег посыпался с веток поблизости.

Но разум Ракии не отвлекался на такие мелочи. Он был полностью сосредоточен на несущемся тролле.

Внешность этого тролля немного отличалась от того, которого он видел раньше. Возможно, из-за жизни в холодных горах он был массивнее, а его шкура имела тускло-сероватый оттенок.

Но имел ли камуфляж значение для тролля — вопрос спорный. Тролли редко убегали от чего-либо, а с такими размерами и грохотом шагов устроить засаду было еще менее вероятно.

Пока он размышлял об этом, глаза мальчика ловили движения тролля, не упуская ни мгновения.

Вплоть до момента, когда тот высоко поднял огромное бревно и с чудовищной силой обрушил его вниз.

— Хап!

В миг удара бревном Ракия тут же припал к земле и совершил Рывок прямо вперед.

Благодаря Рывку в низкой стойке, едва касаясь снега, дубина рассекла пустой воздух над его головой.

А затем последовал удар ногой.

С этим у него были проблемы и раньше. Из-за разницы в размерах между троллем и человеком попадание под этот игривый пинок могло раздробить всё тело.

В прошлый раз он отшатнулся в ужасе, но теперь всё было иначе.

«Отлично, как и ожидалось!»

Ракия оттолкнулся одной рукой, перекатываясь по земле, чтобы уклониться от пинка тролля.

Чистое движение, словно они репетировали это заранее.

Это было не просто предсказание. С возросшей аурой Ракия стал сильнее и быстрее, чем раньше.

Убедившись, что во время переката он оказался сбоку от противника, Ракия поднялся и сделал выпад мечом прямо вперед.

В самое уязвимое место в пределах досягаемости.

ВИИИИИЗГ---------!!!!!!!!!

Рев, полный мучительной боли, несравнимый с прежним. Нет, это было ближе к визгу, чем к рыку.

Тролль схватился обеими руками за зад, взирая на Ракию глазами, в которых смешались ярость и шок.

«Не смотри на меня так. Мне неловко».

Ракия слегка вытер меч, уколовший грязное место, отведя глаза, а затем бросился прямо на тролля.

С обычным монстром он мог бы просто тянуть время, пока тот не истечет кровью, но это был тролль, синоним регенерации.

Даже учитывая проклятие «Непреклонного», замедляющее заживление, сильная боль продлится всего несколько десятков секунд.

Но для Ракии этого времени было предостаточно.

— Ха!

Белый меч ударил вниз, как молния, следуя тонкостям Королевского стиля двора Эйден, а затем использовал инерцию из принципов Текущей Реки для серии непрерывных ударов.

В процессе каждое преимущество немного смазывалось, но даже несовершенное сочетание двух сильных сторон увеличивало разрушительную мощь фехтования несоизмеримо по сравнению с прошлым.

Не в силах защититься после того, как выронил дубину, тролль лишился обоих коленей и рухнул на них.

ГРРР-!

Слишком поздно осознав, что перед ним не беспомощная жертва, а хищник, на заросшем шерстью лице гиганта отразился ужас.

Тролль попытался отмахнуться от Ракии одной рукой, прикрывая зад другой, но когда мальчик взмахнул мечом, даже эта протянутая рука была отсечена.

Угх... у-у...

Низкий, глухой, скулящий стон.

Не в силах сформулировать слова, это был последний звук тролля.

— Ху-у.

По сравнению с прошлым испытанием, это оказалось на удивление легким.

Конечно, было несколько благоприятных условий. Неровная местность мешала троллю двигаться, и Ракия уже изучил некоторые паттерны поведения в прошлом бою.

Однако, даже с учетом всего этого, было ясно: навыки мальчика значительно улучшились.

— ...Впечатляет.

Урна подошла с несколько ошеломленным выражением лица и кратко пробормотала в восхищении.

Она пнула труп тролля, от которого всё еще шел пар.

— Он действительно мертв. Тролль... и в одно мгновение.

— Ага. Этого достаточно?

— Достаточно? И близко нет. Если ты не Мастер Меча, никогда не знаешь, какие угрозы ждут там наверху.

На двусмысленные слова Ракия слегка прищурился.

Если она начнет искать отговорки сейчас, он так просто это не спустит. Он даже снаряжение купил на свои деньги.

— Но... у тебя достаточно навыков, чтобы попытаться. Хорошо. К тому времени, как мы спустимся, уже будет закат, так что выдвигаемся завтра рано утром.

— Кхе-кхе.

Староста деревни Лемин, Лукас, неловко прочистил горло и осторожно огляделся.

Место, где он находился, было маленькой подвальной комнатой. Тайное пространство, соединенное с потайной дверью в подвале его дома, само существование которого скрывалось.

Он никому в деревне не говорил об этом месте. Даже своему сыну, Эреку.

«Этот дурень. Что бы он делал без меня?»

Его сыну было уже под тридцать, но он не проявлял признаков взросления. Всё еще отирался с местными хулиганами, ведя себя как шпана — от мысли передать пост старосты такому идиоту с головой-молнией желудок скручивало огнем.

К тому же, староста этой деревни — это не просто сельская должность, которую может занять кто угодно.

Лукас опустился на колени перед старым зеркалом и осторожно протер его.

После того как он несколько раз прошелся по нему грязным платком, в зеркале начало проступать слабое человеческое лицо.

Удивительно, но это было не лицо Лукаса.

Словно за зеркалом был другой мир, и там кто-то находился.

[Что случилось, барон?]

«Барон». Лукас мысленно повторил титул и усмехнулся.

Называть старосту такой дыры бароном — всё равно что называть осла пегасом.

Но он не мог показать этого человеку перед ним. Для того человека они всё еще были дворянами, и титул имел значение. Даже спустя триста лет после потери земель, которыми они правили.

— Люди пытаются подняться на пик Шикат.

[Вторжение спустя двадцать лет. Каков состав противника?]

— Один молодой имперец. Пользователь ауры, и, по всей видимости, весьма умелый. Мой сын Эрек сцепился с ним ненадолго и сказал, что был ему не ровня.

[Хм, даже если имперские отбросы знают, как держать меч... Значит, только один?]

— Вероятно, с ним пойдет одна из наших деревенских охотников. Нанята как проводник, судя по слухам.

[Из деревни? Будет ли проблемой, если мы убьем их?]

— Никаких проблем! Они всё равно просто коллаборационисты, живущие за счет имперцев. К тому же, они имперские полукровки, так что убивайте сколько влезет.

[Не говори так.]

Человек по ту сторону зеркала сказал с горьким выражением лица.

[Мы так долго пренебрегали своим долгом — как мы можем укорять людей, утративших верность? Без долга нет и прав.]

— А...

[Мы также не можем винить полукровок. Если бы наши дворяне отбили имперцев, они могли бы родиться чистокровными людьми Эйдена. Если уж на то пошло, это мы перед ними в долгу.]

Отвечать что-либо было неловко, поэтому староста просто склонил голову в нерешительности.

К счастью, человек, казалось, не ждал ответа и покачал головой, сигнализируя о конце разговора.

[В любом случае, хорошо. Мы подготовимся заранее, заманим имперца и убьем его... Что касается охотника, постараемся отправить её обратно, если получится. Но если они узнают о нашем существовании, гарантий дать не могу.]

— Я исполню волю Вашего Высочества.

[Хорошо. Тогда надеюсь, в следующий раз новости будут добрыми. Во славу Эйдена.]

— Во славу Эйдена!

46

Давным-давно, в горном хребте, окружающем королевство Эйден, существовало Королевство Гномов.

Даже если брать за точку отсчета падение Эйдена — то есть триста лет назад, — это всё равно было «давным-давно», в поистине незапамятные времена.

Тогда король гномов, живущих в недрах гор, случайно подружился с королем людей, и благодаря этому две расы разделили множество клятв и секретов.

А теперь, когда все гномы ушли, эти секреты стали проклятием для людей.

— Темно.

Герцог Эсмар Равинель пробормотал это, подняв голову.

Там, куда был устремлен его взор, не было синего неба.

Он видел лишь тускло освещенный потолок, едва озаряемый слабым сиянием люмен-кристаллов.

Это было Подземное Королевство, расположенное под пиком Шикат горы Имур, врезанное прямо в сплошной скальный монолит.

В прошлом, во время падения Эйдена, имперцы полагали, что вся королевская семья Эйден погибла.

Но последний внук короля, единственный наследник королевской крови, пережил ужасающее разорение, учиненное Империей.

Король-мальчишка, едва спасший свою жизнь, был не одинок.

Несколько прославленных дворян, связанных магическими контрактами и клятвами, вместе со своими домами сопровождали последнего представителя династии.

Однако бежать им было некуда — ни внутри Эйдена, ни за его пределами.

Пламя Империи уже пожирало весь мир.

В конце концов, юный король нашел убежище в тайном месте, знание о котором передавалось в королевской семье из поколения в поколение.

Руины древнего Подземного Королевства под горой Имур.

Так началась история Лиги Возрождения Эйдена.

После падения страны они прожили в этом подземелье целых триста лет.

Разумеется, Подземное Королевство не было полностью изолировано от поверхности.

Избранные рыцари, способные выжить во внешнем мире, совершали вылазки. Они охотились на чудовищ, притворяясь охотниками из других деревень, продавали добычу в городах и закупали предметы первой необходимости.

Будь они полностью отрезаны от внешних поставок, они бы не протянули так долго.

Выжившие эйденцы шли на всё, чтобы скрыть свое существование от внешнего мира.

На поверхность выходили лишь немногие одобренные мечники, и даже этот круг ограничивался теми, кто был связан магическими клятвами, не позволяющими раскрыть истинную природу подземной базы.

Более того, если кто-то пытался взобраться на пик Шикат и находил тайный проход, его устраняли: убивали, если это был имперец, или похищали и вербовали, если путник оказывался соотечественником из Эйдена.

Раскрывать своё существование поверхности было строжайше запрещено.

Они терпели все эти лишения, оставаясь под землей, ради одной цели.

Изгнать злобную Империю и восстановить независимость великого горного королевства.

Ради этой одержимости, ставшей теперь ближе к вере, чем к верности, более тысячи людей веками жили в этом месте без солнца.

Возможно, именно поэтому Эсмару иногда казалось, что это место похоже на гробницу.

Место, где корчатся трупы, не осознающие своей смерти и грезящие о воскрешении.

— Ваша Светлость.

Оклик заставил его обернуться. Один из прямых подчиненных почтительно поклонился.

Вице-капитан рыцарского ордена, командовавший местными силами.

В старом королевстве Эйден его должность соответствовала бы заместителю командующего королевской гвардией.

— Да. Всё готово?

— Так точно. Как вы и приказывали, мы собрали отряд преимущественно из молодых рыцарей.

— Хорошо. Молодежь должна испытать имперское фехтование на своей шкуре. Так они смогут передать знание ещё более юным рыцарям, и это надолго останется в их опыте.

Эсмар носил титул герцога. Герцог Эсмар Равинель.

На самом деле это было довольно забавно. Он ни разу не ступал на земли региона Равинель, а тамошние жители даже не подозревали о его существовании.

Титулование брата короля было давней традицией, так что он просто унаследовал звание.

Однако, независимо от титула, Эсмар был самой уважаемой фигурой в этой подземной общине.

В отличие от своего старого и больного брата, Эсмар был могущественным пользователем ауры и одновременно хладнокровным, проницательным лидером.

Если бы не одна тривиальная, но критическая проблема, трон мог бы принадлежать ему.

— Ваша Светлость. У меня срочное донесение.

— Что такое?

— Ходят слухи, что состояние Его Величества ухудшается. Похоже, вам стоит морально подготовиться...

— Хм.

— Даже если эти лизоблюды нападут на вас от имени принца, я ничуть не удивлюсь. Это тот сорт людей, что бьются в истерике, объявляя даже простой ваш вздох признаком мятежа.

Спустя триста лет после спуска под землю королевская кровь Эйдена не разрослась в ветвистое древо.

Они и изначально не отличались плодовитостью, а жизнь в подземелье им совсем не подходила, поэтому сменявшие друг друга короли, как правило, имели слабое здоровье и, если везло, одного или двух детей.

А поскольку люди по естественным причинам болели и умирали, поддерживать родословную при такой рождаемости было непростой задачей.

Сам Эсмар не выбирал бездетность; он просто не мог иметь детей.

Он был женат и способен к исполнению супружеского долга, но по какой-то причине дети не появлялись.

Именно поэтому он никогда не смел посягнуть на место брата. Тот, у кого нет наследников, не может претендовать на корону.

Из-за этого прямая линия нынешней королевской семьи Эйдена состояла всего из трех человек.

Король, его брат Эсмар и единственный принц.

К сожалению, этот единственный наследник был совершенно непригоден для трона.

Из-за своей необычайной доверчивости и сильной ревности он поддался на уговоры о том, что Эсмар представляет угрозу, и ополчился против дяди, даже несколько раз пытаясь тайно отравить его.

И всё же причина, по которой Эсмар терпел это и щадил принца, была проста.

Этот проклятый ублюдок был единственной надеждой на продолжение вырождающейся королевской крови.

Поскольку вся подземная лига строилась вокруг королевской семьи, она рухнула бы в тот момент, когда прервалась бы династия.

— ...Об этом подумаем позже. Сейчас займемся устранением вторженца. Приготовления завершены?

— Мы уже определили их местоположение. Подождем, пока они поднимутся чуть выше, а затем в удобный момент заманим одного имперца на Дорогу Фей. Разумеется, выход приведет прямо в заранее подготовленную ловушку.

— Отлично. Если возможно, позаботьтесь о том, чтобы проводник — охотница — вернулась невредимой.

Подземное Королевство хранило реликвии, оставленные гномами. Среди них была машина, которая удивительным образом манипулировала мощным источником маны, текущим через горный хребет, создавая различные магические феномены.

С помощью этой машины было возможно очень многое. Она могла регулировать внутреннюю среду подземелья, делая её пригодной для жизни, или вызывать аномалии на поверхности — такие как иллюзии или пространственные искажения.

Она даже могла создавать феномены, подобные Дороге Фей.

Машина не могла создать что-то из ничего, лишь временно открывала и закрывала конкретные существующие пути, но, учитывая, что люди вообще не могли взаимодействовать с Дорогой Фей, это была невероятная способность.

Внутренняя технология была настолько запутанной и сложной, что за последние несколько сотен лет люди пытались разгадать её принципы, но никто так и не преуспел в расшифровке.

Они могли лишь использовать её по установленным инструкциям.

— Надеюсь, никто не пойдет на попятную?

— Исключая тех, кто в карауле и разведке, у нас двенадцать бойцов. Все готовы.

Под командованием Эсмара находилось двадцать четыре пользователя ауры.

Учитывая, что все они были мастерами, овладевшими различными техниками фехтования старого Эйдена, это была крайне грозная сила.

Отчасти это объяснялось тем, что народ Эйдена был врожденной расой воинов, а отчасти тем, что рыцари, выходящие наружу, иногда приводили талантливых сирот и воспитывали их как воинов.

Фактически, около половины местных пользователей ауры были родом из внешнего мира.

— Хорошо. Я нападу на него первым, оценю уровень, а затем выставлю против него бойцов со схожим мастерством. Убедитесь, что никто не полезет вперед батьки.

— Понял!

— Давай немного отдохнем.

Услышав усталый голос Урны, Ракия повернулся к ней, стирая кровь с меча о свежий снег.

Урна выдергивала стрелы из туши монстра, распластавшейся на земле.

Чудовищем оказалась черная, как смоль, пантера, чей мех мерцал, словно что-то эфемерное. Вероятно, сродни тому существу, чья шкура пошла на изготовление брони, которую носил Ракия.

Пантера напала внезапно, заставив их врасплох, но противником оказалась не особо сильным.

Пользователь ауры низкого уровня мог бы стать её добычей.

— Устала?

— Припоминаешь мне мои слова? Ладно. Да, я устала. Я просто обычный охотник. Такой подъем для меня — уже перебор.

Урна подняла обе руки, сдаваясь.

Три дня.

Столько времени у них занял путь до середины пика Шикат с момента входа в горы.

Задержка объяснялась двумя главными причинами.

Во-первых, рельеф был настолько суровым, что приходилось петлять. Во-вторых, нужно было справляться с угрозами от монстров, рассеянных повсюду вдоль пути.

Здешние твари не были мальчиками для битья.

Тролли, которые в других местах считались бы верховными хищниками, иногда встречались здесь в виде обглоданных костей, а найденные следы намекали на присутствие высших драконидов.

Избегая сильных или проблемных монстров и устраняя слабых по ходу восхождения, они превратили путь, который на обычной горе занял бы десять-двадцать часов, в трехдневный поход.

Если бы Ракия поднимался в одиночку, он бы, вероятно, сейчас уже бежал вниз по склону, преследуемый бесчисленными чудовищами.

— Есть место для отдыха?

— Есть одна мысль. Если обогнем тот нижний участок, там, вероятно, будет пещера. Та самая, которую использовала пантера.

Хотя Урна говорила, что они уже миновали знакомые ей места, она нашла ближайшую пещеру с легкостью человека, бывавшего здесь многократно.

Когда он спросил об этом, она ответила как ни в чем не бывало:

— Движения пантеры только что были не охотничьими, а угрожающими — она пыталась нас прогнать. Если не упускать мелочей и пораскинуть мозгами, найти логово нетрудно.

Вскоре они завалили вход в пещеру двумя большими камнями, чтобы предотвратить нападение монстров, и пробили небольшую отдушину наверх для выхода дыма.

Затем развели костер из хвороста, собранного заранее.

Тепло от потрескивающего огня растопило холод в их телах.

— А-ах... Я сейчас умру. Что за наказание?

— Если так пойдет, сколько это займет времени?

— Ну, до высоты, которая тебе нужна, доберемся, наверное, завтра. Но сколько времени уйдет на то, чтобы найти само место... не знаю. Если не повезет, придется обойти весь пик по кругу, а если и тогда не найдем, придется спускаться и подниматься несколько раз...

Сведений, которые Ракия услышал от Элтейна об источнике, было немного.

Сам Элтейн не силен в описании местности и помнил её плохо.

Единственной зацепкой было что-то вроде: «Если принять вершину пика за 10, ищи скалу в форме рычащего льва где-то на высоте 7».

— Готово. Всё сварилось. Ешь.

Сегодняшним ужином было мясное рагу.

Пока воду и дрова легко достать, рагу — самый эффективный способ готовки. Оно согревает тело и насыщает одновременно.

В варево пошли сушеные овощи и специи, захваченные заранее, а также мясо кэрнского горного козла.

Его Урна подстрелила лично по пути наверх, и, как и положено существу, живущему в кишащем монстрами районе, способности у козла были нешуточные.

Прыжки на десять метров делали его больше похожим на блоху, чем на козла.

Попасть в такого одним выстрелом — навык, который в глазах Ракии казался более мистическим, чем аура.

— Вкусно.

— Мясо кэрнского козла становится жестким через несколько часов после охоты. Их нельзя разводить как скот, так что это деликатес, который трудно попробовать, если ты не охотник.

Восхитившись её словами, Ракия отхлебнул бульон.

Богатый мясной вкус и приятная жирность наполнили рот и согрели желудок.

Гуща тоже была отменной. Сушеные овощи впитали бульон, разбухли, вернув свой вкус, а мясо было таким нежным, что проскальзывало в горло, даже не требуя жевания.

Возможно, потому что он так сильно выложился до этого, еда показалась сравнимой с банкетом, который он как-то ел в замке одного барона.

— Это может сравниться даже с тортом.

— Торт? Что это?

— Еда, которую я пробовал на востоке, и это было...

Внезапно Ракия понял, что не знает, из чего сделан торт.

Вероятно, что-то вроде хлеба, но что за сладкая начинка сверху и как её готовили?

— По сути, как хлеб, но пушистый, как облака, и невероятно сладкий. Лучшая еда, что я пробовал.

— Пушистый, как облака... Я сама трогала облака, но у них нет особой текстуры.

— Что?

— А что? Это же очевидно. Если подняться на ту высоту, о которой ты говорил, можно оказаться выше облаков. Тогда их можно и потрогать.

Так как он никогда не взбирался на такие высокие горы, он и представить этого не мог, поэтому Ракия на мгновение застыл с пустым выражением лица.

Если подумать, некоторые особо высокие пики действительно вздымались так, словно пронзали небеса.

Если забраться так высоко, действительно можно коснуться облаков.

— И какая текстура у облаков?

— Влажная и совершенно неосязаемая. Похоже на туман. Они не рассеиваются легко, даже если подойти вплотную, но ты бы наверняка разочаровался, потрогав их.

— Ох.

— Поэтому в Эйдене «человек-облако» — это ругательство. Означает того, кто выглядит внушительно снаружи, но пуст внутри, когда узнаешь его поближе.

В мировоззрении Ракии такую историю было трудно вообразить.

Облака были одеждами Небесного Бога и, естественно, чем-то священным.

Для него, почитавшего если не само божественное начало, то богов, это было настоящим потрясением.

Внезапно он подумал, что мышление тех, кто легкомысленно относится к Небесному Богу, могло быть сформировано этим высокогорным регионом.

Авторитет, основанный на тайне, таял по мере приближения к ней.

— О, мы уже всё доели. Я мало приготовила?

За разговором котелок опустел.

Они выскребли остатки бульона и гущи, затем вычистили посуду снежками.

Чистый котелок убрали в подсумок у него на поясе.

— Этот подсумок выглядит очень полезным. Не думаешь продать?

— Вовсе нет.

Сумка, полученная от Раша, была бесполезна для задач сопровождения, но играла решающую роль теперь, когда он путешествовал в одиночку.

Даже наличие всего нескольких простых инструментов для готовки значительно облегчало питание, а отсутствие необходимости нести спальный мешок освобождало спину от лишней тяжести.

Благодаря этому большинство вещей, взятых им в этот раз, помещались внутри.

— Ничего не поделаешь. Я так и думала, но наличие такой вещицы подтверждает, что ты определенно из великого рода. Что-то вроде имперской дворянской семьи?

— Вовсе нет.

Ракия всегда скрывал свою фамилию, так как отец специально учил его не раскрывать родовое имя бездумно.

Это были не просто слова. В детстве, когда он случайно назвал фамилию при посторонних, отец исхлестал его икры до крови.

Приказ отца никогда больше не раскрывать имя другим был страшнее всего на свете.

Он не знал, почему должен скрывать семью.

Возможно, его род совершил великое преступление, или остались враги.

Из любопытства он наводил справки о семье Диркус по дороге, но никто в этом регионе не знал о ней.

Вскоре они убрали следы трапезы, отодвинули камни и вышли из пещеры.

Вместо теплого воздуха костра их встретил холод.

В этот момент Урна, вышедшая первой, подняла руку.

— Стоять.

— Хм?

— Что-то не так.

Посмотрев туда, куда она указывала, он увидел цветок.

Кроваво-красный цветок с пятью раздвоенными лепестками. На фоне нагромождения белого снега он резко бросался в глаза.

— Ты видел этот цветок, когда мы заходили?

— Нет, не припомню.

Он не мог пропустить такой цветок. Он всегда был бдителен, ожидая нападения монстров.

— Кровавая лилия. Если высушить лепестки и смешать с определенными растворами, получится сильный галлюциноген. Даже в естественном состоянии она довольно опасна.

— Это ядовитое растение?

— Да. Я не могла не заметить, что такая дрянь тут цветет... Похоже, мы угодили в какую-то аномалию. А ведь мы избегали проблемных зон.

Урна закусила губу.

47

— Аномальный феномен?

— Да. Иногда появляются иллюзии, а порой само пространство искажается. Не двигайся.

Урна тут же подобрала с земли камень и швырнула его в сторону поля цветов, которое возникло так внезапно.

Камень пролетел прямо сквозь то место, где виднелись цветы, не встретив преграды.

— Это не иллюзия, это смещение пространства. Обычно такие феномены имеют предвестники, которые проявляются задолго до начала.

— Ситуация серьезная?

— Будь я «хорошей взрослой», я бы успокоила тебя, сказав, что беспокоиться не о чем... но, честно говоря, всё довольно паршиво.

Ракия молча осмотрелся.

Сосредоточившись, он постепенно начал понимать, что не так.

Некоторые камни, выглядевшие на первый взгляд нормально, были перекручены, словно их слепили из разных кусков, а у некоторых деревьев отсутствовали части стволов, будто верхушки были просто оторваны.

Если бы землю не покрывал снег, он, возможно, заметил бы это раньше.

— Окружающее пространство полностью разорвано. Двигаться неосторожно может быть опасно, так что пока давай вернемся в ту пещеру...

На полуслове голос Урны оборвался.

Когда он повернул голову, на том месте, где она стояла, никого не было. Будто она сама была иллюзией.

— ...Что?

Ракия понял, что клочок земли, где она стояла всего мгновение назад, теперь был покрыт девственно чистым снегом, без малейших следов чьего-либо присутствия.

Оставшись один на снежном поле, Ракия огляделся.

В тишине лишь завывал холодный ветер.

— Ху-у.

Ракия подумал было пойти искать её, но вскоре отказался от этой затеи. Поскольку он понятия не имел, куда она делась, бездумные перемещения лишь увеличили бы риск того, что они разминутся.

Казалось, лучше всего вернуться в пещеру и подождать.

У него было достаточно снаряжения, чтобы выжить здесь. В его сумке хранилось несколько предметов, заготовленных как раз на такой экстренный случай.

В глубине души он считал, что она тратит его деньги впустую, заставляя это паковать, но теперь, когда пригодилось, стоило ли радоваться?

Осторожно пройдя по своим следам обратно к пещере, он увидел костер, который потушили совсем недавно; от него всё ещё поднимался слабый парок.

Если повезет, он сможет раздуть эти угли.

Едва он приблизился с этой мыслью, как мир внезапно словно смялся вовнутрь.

Ощущение было таким, будто он падает с неба на землю; неведомая сила потянула Ракию куда-то.

«Что это было!..»

Он попытался сопротивляться, используя ауру, чтобы утяжелить тело, но всё было тщетно.

Эта неизвестная сила тянула не просто его тело; она затягивала само пространство вокруг него.

Словно кто-то зачерпнул ложкой пудинг, тело мальчика было проглочено неизвестностью и исчезло.

— ...Кх!

На очень краткий миг перед глазами Ракии предстал неузнаваемый мир.

Мир, где границы предметов были разделены. Мир, где у материи отсутствовали четкие очертания, и всё смешивалось, подобно перетекающим друг в друга жидкостям.

Как только этот мир появился, та же неведомая сила притяжения рванула Ракию вперед.

А когда воздействие наконец прекратилось, он обнаружил себя в незнакомом пространстве.

Обстановка вокруг была довольно опрятной. Стены и потолок не выглядели природными образованиями; казалось, их вручную выровняли и обработали люди.

Неизвестная руда на потолке светилась, освещая интерьер.

— Ты привел его быстрее, чем ожидалось.

— Да. Мы как раз отдыхали рядом с местом, где могли открыть проход. Если бы не та женщина-охотник, что была с ним, мы бы доставили его ещё раньше.

В этот момент из-за спины донеслась непонятная речь.

Обернувшись, он увидел таинственных незнакомцев, стоящих с обнаженными мечами. Всего их было тринадцать.

По исходящей от них ауре он мог сказать, что все они — Пользователи Ауры.

Причем весьма искусные.

— ...Что это за место?

— Тебе нет нужды это знать, да и не следует. Имперец.

Говоривший на несколько ломаном имперском наречии выглядел мужчиной слегка за тридцать.

Неухоженная борода и глубоко запавшие глаза придавали ему мрачный вид.

Поскольку он вовсе не скрывал своего присутствия, Ракия мог оценить уровень противника.

Этот человек был Пользователем Ауры высшего ранга. Могучий воин на пороге становления Мастером Меча, сравнимый с Рашем.

Он направил меч на Ракию и сказал что-то тем, кто казался его подчиненными.

Это был всё тот же непонятный язык.

— О чем вы говорите?

Игнорируя вопрос Ракии, мужчина медленно двинулся навстречу.

«Серьезный эксперт. А выглядит таким молодым».

Эсмар медленно поднимал уровень своей ауры, наблюдая за мальчишкой перед собой.

Вторженец, имперский мальчишка, оказался моложе и сильнее, чем ожидалось.

Судя по виду, он был отпрыском какой-то престижной семьи мечников Империи. Иными словами, убить его здесь означало бы сломать один из острых клинков Империи.

— Внимательно следите за его фехтованием. Возможно, с этим вам придется столкнуться в будущем.

Бросив это своим подчиненным, Эсмар начал медленно наступать.

В этот момент мальчик перед ним шевельнул губами.

Поскольку Эсмар знал имперский язык, он понял, что тот сказал.

— О Змей, Обвивающий Рассвет, явись.

«Магическое заклинание?»

Эсмар в изумлении округлил глаза.

Уже одно то, что столь юный боец был Пользователем Ауры такого уровня, поражало, но он ещё и маг?

Эсмар ускорил свой медленный шаг, мгновенно срываясь в рывок.

Если противник — маг, лучше всего прикончить его до того, как он закончит читать заклинание.

Чисто-белый меч взметнулся против мальчика, и клинок, напитанный колоссальной аурой, обрушился вниз.

Лязг!

Мальчик плавно отвел меч Эсмара в сторону.

Это движение, текучее, словно река, было каким угодно, только не обычным. Незнакомое фехтование, с которым он никогда раньше не сталкивался.

Вероятно, это стиль какого-то престижного имперского дома.

«Защитный стиль фехтования?»

В тот момент, когда он подумал об этом, мальчик использовал инерцию от отраженного удара для немедленной контратаки.

Лицо Эсмара окаменело, когда он парировал несравненно быструю и яростную атаку, которая почему-то показалась знакомой.

— Не может быть...

Невольно пробормотав это, Эсмар ушел в глухую защиту вместо контрудара.

И, наблюдая за следующей атакой, он убедился окончательно.

Даже с учетом небольших различий в движениях, базовая форма фехтования мальчика была схожа с его собственной.

Королевский придворный стиль Эйден, разрешенный только королевской семье!

«...Мне не почудилось!»

Аура вспыхнула на мече Эсмара.

В отличие от начала боя, когда он сдерживал силу, чтобы соответствовать уровню противника для дуэли, теперь давление стало несравнимо более взрывным.

Яростный клинок устремился к мальчику. Не чтобы убить, а чтобы подчинить.

— Ха-а, ха-а.

Эсмар отшвырнул меч Ракии ногой и попытался выровнять сбитое дыхание.

Схватка была невероятно ожесточенной. Звон сталкивающегося оружия эхом разносился по пещере так громко, что с потолка сыпалась пыль, окутывая всё вокруг белесой дымкой.

«Впечатляющая техника».

Фехтование имперского мальчишки было изысканно отточенным, прекрасным в своей точности.

Несокрушимая защита и острая атака сцеплялись друг с другом, как детали хорошо отлаженного механизма, а с добавлением усиления скорости от Заклинания Ускорения, его мощь становилась поистине исключительной.

Из-за этого потребовалось целых двадцать минут, чтобы скрутить его, не убивая.

Учитывая, что Эсмар был экспертом на пике возможностей Пользователя Ауры и в обычной ситуации расправился бы с кем-то уровня этого парня за дюжину ударов, результат был ошеломляющим.

«Что ж, проверим».

Отшвырнув меч мальчика, Эсмар схватил его за запястье и влил ауру.

Не для подавления или особых мер воздействия. Это была проверка. Чтобы узнать, каким методом тренировки ауры пользовался мальчик.

Спустя мгновение Эсмар отпустил руку со стоном.

— Как и ожидалось!

Тело мальчика было закалено традиционным методом тренировок королевской семьи Эйден.

В фехтовании прослеживались значительные различия в защите — возможно, оно эволюционировало или было модифицировано, — но корни были, несомненно, теми же.

— Луба.

— Да, Ваше Высочество.

— Заприте этого мальчика в моей резиденции. Конфискуйте все его вещи, руки и ноги закуйте в кандалы, но поселите в хорошей комнате. Следите за ним и доложите, когда он очнется.

— Будет исполнено!

°°°

— ...Угх.

Простонав от пульсирующей головной боли, Ракия сел.

Последнее воспоминание было немного туманным, словно его ударили по голове.

Поднялся ли он до середины горы? Нет, кажется, он остался в деревне. Противником был рыцарь лорда, нет, злой незарегистрированный маг? Тролль?

После короткого периода, когда хаотичные воспоминания смешивались в кучу, он ясно вспомнил, что произошло.

Попытавшись встать, он услышал звон и, опустив взгляд, увидел, что его запястья скованы цепью.

«Меня схватили».

Его противником был мечник настолько могущественный, что это наполняло чувством безысходности.

Вероятно, на ступень выше Раша, которого он видел раньше. Настоящая сила — первый реальный эксперт, встреченный Ракией с рождения.

Учитывая, что такого мечника трудно найти даже во всей Империи, его поражение было неизбежным.

Даже если поражение неизбежно, оно не становилось от этого менее неприятным.

«И что теперь?»

Поскольку он видел фехтование противника во время боя, он мог примерно догадаться, кто они.

Хотя некоторые пути развития слегка разошлись из-за течения времени, стиль меча противника явно основывался на Королевском придворном стиле Эйден.

Сопоставив это с легендой об оставшихся сокровищах Эйдена и неизвестным языком, он мог грубо оценить ситуацию.

Эти люди, скорее всего, остатки королевской семьи Эйден.

Вероятно, они захватили его, заметив, что он использует их фамильный стиль.

Он даже намеренно использовал немодифицированную версию эйденского фехтования во время атак именно для этой цели.

Вопреки его предположению, что они могут опустить мечи и поговорить, противник наседал безжалостно, словно лишился рассудка.

«По крайней мере, я посеял в них мысль, что могу быть связан с Эйденом, поэтому меня взяли живым».

И если это было единственной причиной пленения, то в момент, когда выяснится, что он просто посторонний имперец, его голова, скорее всего, полетит с плеч.

Учитывая их отношения с Империей, они не пощадят его из принципа.

Хотя бы, судя по обстановке, они решили пока обращаться с ним прилично.

Чистая, хорошо обставленная комната, без излишней роскоши. Кровать мягкая, одеяло удобное.

Если бы не кандалы на руках и ногах, это можно было бы назвать вполне роскошным приемом.

«Был ли способ сбежать?»

Он задумался на мгновение, но пришел к выводу, что это практически невыполнимо.

Без оружия и вещей, когда снаружи более десяти Пользователей Ауры с серьезными навыками, плюс монстр, способный в одиночку подавить и скрутить его.

В неизвестном месте сбежать, избежав встречи с ними, не представлялось возможным.

«Придется убеждать их словами. В таком случае...»

У Ракии был лучший союзник, способный проконсультировать его по вопросам Эйдена.

Конечно, была небольшая проблема со встречей с этим союзником, но сейчас это не имело значения.

Он всё равно уже нейтрализован.

«О Богиня».

С этой молитвой сознание Ракии угасло.

Он впервые посетил Рыцарский Клуб до заката.

Возможно, именно поэтому Ракия увидел здешнюю ночь в первый раз.

Даже ночь в этом Священном Царстве была какой угодно, только не обычной. Глубокое коричневое небо, напоминающее цвет земли, накрыло всё вокруг, и на его фоне сияли красные, синие, желтые и белые звезды всех мастей, сплетаясь в Млечный Путь.

Пока он разглядывал ночь через окно, дверь на тренировочную площадку открылась, и вошел Элтейн.

В отличие от обычного, Элтейн был одет в более повседневную одежду и зевал.

— В это время на поверхности разве не разгар дня? Ты должен хотя бы гарантировать себе время для сна.

— Я не знал, что ангелы тоже спят.

— Это привычка с моих получеловеческих дней, но сон по ночам удивительно полезен для психического здоровья.

Кивнув, Элтейн перешел к делу.

— Так в чем дело? Визит в такой час намекает, что вопрос не пустяковый?

— Да. Это немного срочно... Не могли бы вы позволить мне доложить о ситуации и быстро вернуться?

— Быстро? Ну, если ты этого хочешь, это возможно. Только не части с перемещениями туда-сюда. Это плохо влияет на душу.

Услышав желаемый ответ, Ракия коротко и ясно изложил ситуацию.

Во время восхождения на пик Шикат он попал в зону внезапного пространственного искажения, и в процессе был похищен группой неизвестных людей.

И лидер среди них использовал Королевское придворное фехтование Эйден.

— Не ожидал, что остались выжившие члены королевской семьи.

Тихо пробормотал Элтейн, поглаживая бороду.

— В любом случае, я думаю, что знаю, где это. Вероятно, тайная база в подземелье пика Шикат. Я слышал о ней только слухи и никогда не был там сам, но неужели они охотятся на имперцев?

Неожиданно лицо Элтейна, когда он говорил это, не выглядело особо радостным.

Нет, оно скорее помрачнело.

— Я думал, вы будете довольны.

— Вовсе нет. Мне не особо нравилась наша страна. Борьба с Империей была лишь исполнением моего долга как лорда.

— Хм.

— Так зачем ты пришел сюда?

— Случайно, нет ли у королевских особ Эйдена особой способности различать кровное родство?

— Хм? Нет, с чего бы?

Ракия молча кивнул.

Он не был особо искусен в актерстве или обмане, но сейчас было не время беспокоиться о талантах.

Ему нужно было стать членом королевской семьи Эйден.

48

— Наконец-то ты очнулся.

Когда Ракия снова открыл глаза, в его комнате был один человек.

Тот самый могущественный Пользователь Ауры, который его одолел.

— Рад встрече.

— ...Не знаю, что на это ответить.

— Полагаю, что так. Наша первая встреча была не слишком приятной.

Мужчина сидел на стуле прямо рядом с кроватью, где лежал Ракия.

На первый взгляд, его поза казалась расслабленной, но рука никогда не удалялась от рукояти кинжала на поясе, служащего для самообороны.

Это была стойка того, кто часто сталкивался с внезапными нападениями.

— Как тебя зовут?

— Ракия.

— Имя в имперском стиле. Хорошо. Я Эсмар. Потомок Великого Горного Хребта, Герцог Равинель и Второй Рыцарь Эйден.

— Второй?

Уловив смысл вопроса Ракии, Эсмар горько усмехнулся.

— Да. Первый Рыцарь покинул этот мир триста лет назад, но он остается величайшим из рыцарей.

— А-а.

Ракия сразу понял, о ком шла речь.

Похоже, эти люди также чтили память Элтейна превыше всего. Они не посмели бы оспорить статус того, кто умер триста лет назад.

— Итак, кто ты на самом деле? Пока ты был без сознания, мы проверили. Твоё фехтование и Метод Тренировки Ауры — всё наше. Для посторонних ты выглядишь как имперец.

— Ну...

Ракия на мгновение замялся, прежде чем медленно ответить.

— Я тоже потомок Эйден.

— Я так и думал, что ты это скажешь.

Эсмар бросил на Ракию острый взгляд.

Его пронзительные глаза, подобные ястребиным, казалось, сверлили саму душу, так что Ракие пришлось сглотнуть, чтобы не покрыться холодным потом.

— Прошло триста лет. Спустя столько времени мало оснований верить, что ты унаследовал фехтование от законного преемника. У тебя есть способ доказать это?

— Я унаследовал Тайную Технику Черной Молнии.

Услышав слова Ракии, мужчина вскочил со стула.

Рывок был таким резким, что стул с грохотом опрокинулся назад.

Люди снаружи быстро открыли дверь и ворвались внутрь.

— Ваша Светлость!

— Вы в порядке?!

— Всё нормально. Выйдите.

Убедившись, что люди ушли и дверь закрылась, Эсмар поднял стул и снова сел.

Выражение его лица осталось прежним, но Ракия видел, что мужчина возбужден и эмоционально потрясен.

Вздувшиеся вены на его крепко сжатом кулаке служили тому доказательством.

— Расскажи подробнее.

— Всё так, как я сказал. Я унаследовал Тайную Технику Черной Молнии. Думаю, этого доказательства достаточно.

Утечка техник фехтования из престижных семей случалась не так редко, как можно подумать. Они были разборчивы в передаче знаний, но распознать надежных людей было нелегко.

Помимо покупки за деньги, существовало много способов: пытки, угрозы, обман. Путей выведать секреты хватало, поэтому формы старых школ часто становились в той или иной мере известными.

Но даже при этом, большинство школ берегло Тайную Технику.

Эта Тайная Техника, наделявшая Ауру особыми свойствами, передавалась лишь ничтожной доле преемников, и её использование на публике часто запрещалось.

Она предназначалась исключительно для того, чтобы прикончить противника, не знающего её сути.

Глядя на тревожное лицо Эсмара, Ракия вспомнил их недавний разговор.

[«Королевская семья Эйден всегда держала при себе контрактного мага, связанного с демоном, именуемым Ткачом Клятв. Одна из таких клятв наложена на сохранение определенной информации. У Тайной Техники, которую я тебе передаю, есть ограничение: её можно преподавать только королевской крови, так что демонстрация этого должна их убедить».]

[«Но тогда как быть с лордом Элтейном...»]

[«Как Свита Войны, он не обязан следовать таким клятвам».]

Эсмар с трудом сглотнул от волнения, глядя на Ракию.

Хоть он и напустил на себя суровый вид, сердце его бешено колотилось.

Волнение, ликование, сомнения — всё смешалось в кучу.

«Не верится. Но... неужели это правда?»

Королевская семья Эйден передавала придворное фехтование из поколения в поколение.

Изначально оно называлось «Черная Молния», но все называли его просто королевским придворным фехтованием, до такой степени, что даже истинное имя забылось. Это было базовое искусство, которое королевские наследники изучали первым, ступая на путь меча.

Несмотря на скромное название «базовое», это искусство обладало огромной мощью в реальном бою.

Его предпочитали даже Мастера Меча.

Однако, к сожалению, Тайная Техника этого стиля была давно утрачена.

Во время падения королевства единственный выживший — мальчик-король — не обладал достаточным мастерством, чтобы успеть изучить Тайную Технику.

Формы, методы применения и Метод Тренировки Ауры сохранились, но стержневая Тайная Техника пропала.

Поэтому это фехтование было неполным. До сегодняшнего дня.

— Покажи. Если сделаешь это, я поверю.

— Дай мне меч.

Не колеблясь, Эсмар бросил ему кинжал со своего пояса.

Это означало уверенность в том, что Ракия не сможет убить его, даже имея оружие против безоружного.

— ...Ху-у.

Слегка выровняв дыхание, Ракия поднял кинжал в Верхнюю Стойку.

Кандалы немного стесняли движения рук и ног, но с этим можно было справиться.

В таком положении Ракия рубанул кинжалом вниз.

— Хап-!

В тот момент, когда он сосредоточился и разогнал Ауру, опускающийся клинок изогнулся с невероятной скоростью. Словно игнорируя законы физики.

Это была не плавная дуга от ускорения; он дернулся под прямым углом, что на первый взгляд выглядело гротескно.

Трансформация на этом не закончилась. Кинжал изогнулся влево, потом вправо, затем снова вправо и следом влево, выписывая ослепительную траекторию.

В этом предельно коротком ударе сверху вниз было заложено четыре изменения направления.

Глядя на это, Эсмар произнес дрожащим голосом:

— Настоящая. Выглядит немного грубовато... но в точности соответствует описанию в хрониках.

Эсмара захлестнули эмоции, он едва не расплакался.

Теперь он мог восполнить фрагмент фехтования предков, который они не смогли сохранить из-за собственных недостатков.

Это было событие, трогающее до глубины души.

Опустив кинжал, Ракия издал короткий стон от онемевшей боли.

«Конечно, грубовато. Я только что выучил эту технику через экспресс-обучение молнией».

Причина, по которой Элтейн не учил его этой технике до последнего урока, заключалась в том, что тело и Аура Ракии ещё не были готовы к такой нагрузке.

Да и сейчас он справлялся с трудом. Несмотря на легкий кинжал, запястье пульсировало болью, а Аура истощилась сверх меры.

Чтобы свободно использовать эту технику в реальном бою, нужно набраться мастерства.

В любом случае, это помогло убедить мужчину, так что этого достаточно.

Убедившись в подлинности Тайной Техники, Эсмар немедленно снял с Ракии кандалы и приветствовал соотечественника, вернувшегося спустя столетия, эмоциональным объятием.

Затем он объяснил детали: происхождение этого отряда смертников, живущих в Подземном Королевстве, их нынешнее положение, и даже метод и причину похищения Ракии.

— Хоть мы и действовали по незнанию, наша ошибка серьезна. Мы предоставим достойную компенсацию. Даже если мне придется опустошить личную казну.

Ракия просто молча кивнул на предельно серьезные слова Эсмара.

Любезность не ограничилась словами. Ему подали еду из подземных грибов и мяса каких-то пещерных тварей, он наелся досыта, а затем Эсмар лично провел для него экскурсию.

Разумеется, с несколькими охранниками и наблюдателями за спиной.

— О-о.

Когда он покинул особняк и впервые как следует увидел Подземное Королевство, первым звуком с губ Ракии стал возглас изумления.

Подземное пространство оказалось больше, чем он представлял. Потолок, высотой по меньшей мере в несколько десятков метров, поддерживали дюжины мощных колонн, а свисающие с них кристаллы ярко сияли, освещая темные недра пещеры.

Мимо проходило довольно много людей.

Большинство казались шахтерами или рабочими смежных профессий, судя по киркам, которые они несли, и, несмотря на отсутствие солнечного света, цвет их лиц был на удивление здоровым.

Свет сверху, вероятно, играл какую-то роль в загаре их кожи.

— Какое впечатление теперь, когда увидел своими глазами?

— На словах я не мог толком понять, но сейчас... определенно верю. Видя это вживую.

Но даже видя всё воочию, трудно было поверить, что наверху лежит холодная заснеженная гора. Воздух здесь был как весной или осенью — комфортно мягким.

Эта мысль внезапно кое-что напомнила.

— Кстати, со мной была охотница. Вы знаете, что с ней случилось?

На вопрос Ракии Эсмар тут же взглянул на подчиненных позади. Мгновение спустя один из наблюдателей — пожилой Пользователь Ауры — ответил:

— Человек, которого вы ищете, находится у подножия горы. Мы направили его вниз через пространственное искажение, так что спуск должен пройти без серьезных проблем.

Этот факт удивил Ракию больше всего из того, что он услышал ранее.

Они могли манипулировать всевозможными аномалиями, возникающими на горе. При умелом использовании эта способность давала колоссальное преимущество в бою.

Сам Ракия даже не смог сопротивляться, когда его перенесли сюда.

Когда он упомянул об этом, Эсмар усмехнулся и покачал головой.

— Это секретно, так что не могу вдаваться в детали, но сила не настолько удобна, как кажется. Будь она действительно так мощна, мы бы давно раскрыли своё существование и схлестнулись с Империей.

В любом случае, новость о том, что Урна сможет спуститься благополучно, немного успокоила его.

Какой бы искусной охотницей она ни была, как обычный человек, блуждая по пику Шикат бесконечно, она бы погибла.

Вероятно, она бросит попытки после нескольких неудач и прекратит выполнение заказа, посчитав его мертвым.

Разговор продолжился.

Когда его спросили, почему он пришел сюда, Ракия списал всё на личное любопытство.

Он якобы услышал предсмертное наставление не приближаться к Эйдену, чтобы не привлекать взор Империи, но любопытство к корням семьи привело его сюда, а по пути он узнал слухи о сокровищах королевства и поднялся на гору.

Эсмар издал недоверчивый смешок.

— Сокровище королевской семьи — это сама подземная база. Каким-то образом слухи исказились в "пещеру сокровищ". Благодаря этому немало имперцев с тщетной жадностью встретили здесь свой конец.

Болтая о пустяках, спустя некоторое время они вернулись к особняку Эсмара.

— Отдохни пока здесь. Его Величество Король скоро должен проснуться, мы доложим о тебе и обсудим, как с тобой поступить, прежде чем известим тебя.

Эсмар оставил четырех мечников в качестве наблюдателей и ушел с остальными куда-то по делам.

Ракия откинулся на спинку мягкого кресла неизвестной работы и вздохнул.

— Ху-у.

Он погасил немедленный пожар, но ситуация была так себе.

По словам Эсмара, они держат своё существование в строжайшем секрете.

Поэтому, даже если его сочтут союзником, вряд ли ему позволят уйти.

Побег силой — не вариант.

Он лишь бегло осмотрел место; он даже не знает, где выход.

Даже если он выберется, это не решит проблему.

Они могут вызывать различные пространственные искажения в пределах пика Шикат и наблюдать за некоторыми из них, так что его, скорее всего, поймают снова, прежде чем он спустится с горы.

Тогда он, вероятно, уже не получит столь вежливого обращения.

Закрыв глаза, Ракия прошептал тихим голосом:

— Змей, Обвивающий Рассвет.

[— Что такое, Контрактор?]

— Сколько маны мне нужно предложить за заклинание Телепортации, способное вытащить меня отсюда полностью?

[— Телепортация, говоришь.]

Змей прошептал со звуком трущейся чешуи.

[— Одной двадцатой того потенциала, что ты можешь раскрыть в будущем, должно хватить. Я сделал тебе поистине огромную скидку. Разве это не выгодно?]

— Так много?

[— Разумеется. Заклинания Телепортации на дальние дистанции весьма ценны. Если желаешь использовать, получи заклинание заранее и тренируйся. Заклинания, манипулирующие пространством, никогда не даются легко, а в месте вроде этого, где магия течет сквозь воздух, колдовать еще сложнее.]

Ракия молча кивнул и разорвал ментальную связь с демоном.

Это была малая, но важная способность, полученная им после становления магом: общение с демоном без медиума.

Обычным магам приходилось искать медиумов или проводить утомительные ритуалы, чтобы привлечь внимание демона, но Ракия мог просто позвать и получить ответ.

Это было возможно, потому что он был Апостолом Войны, а этот демон был относительно близок к богам.

«Одна двадцатая... В худшем случае придется это рассмотреть».

Это не маленькая плата.

По словам Элтейна, потенциал маны Ракии был исключительно высок даже среди Мастеров Меча.

Но лучше потратить его и выжить, чем сэкономить и умереть.

Он прибережет это как последнее средство, но кажется разумным запланировать получение заклинания Телепортации и побег.

В этот момент снаружи раздался непонятный шум.

Кто-то кричал, а другие в панике пытались его сдержать.

Гадая, что происходит, он навострил уши, и как раз тогда голос прорвался сквозь дверь.

— Если я хочу увидеть своего кровного родича, в чем проблема?!

49

— Принц!

— Отпустите меня!

Рыцарь, маячивший за спиной кричавшего, произнес титул, что сразу прояснило личность незваного гостя.

Дверь распахнулась настежь, и в комнату влетел молодой человек лет двадцати.

— Что это, какой-то сопляк?

Манера поведения была возмутительно грубой. Ракия на мгновение задумался, как ему ответить.

Колебания длились недолго. В конце концов, люди в этой пещере, похоже, почитали этого человека как принца, поэтому следовало подыграть.

— Приветствую вас, Ваше Высочество.

После вежливого поклона Ракия заметил самодовольную улыбку, расползшуюся по лицу принца.

Это было настолько откровенно, что вызывало почти чувство стыда за него.

— Да, манеры у тебя вроде есть. Для того, кто пришел с тех варварских земель снаружи, разумеется. Я — Мордан. Законный наследник этого горного хребта.

Нетрудно было угадать невысказанное дополнение: «В отличие от тебя».

Провокация была настолько явной, что сбивала с толку. Зачем этому «законному наследнику» вести себя так нервозно?

Пока Ракия размышлял об этом, принц Мордан плюхнулся на стул прямо рядом с ним и заговорил.

— Я слышал, Эсмар поручился за твою личность?

— Да.

Поскольку Эсмар сказал, что он брат короля, этот принц должен был быть его племянником, однако в словах принца не чувствовалось ни семейной теплоты, ни уважения к дяде.

Напротив, его тон был ближе к тому, каким обращаются к врагу.

— Всё это подозрительно. Этот тип всегда ведет себя мутно. Может, он притащил какого-нибудь фальшивого родственничка со стороны и планирует усыновить его, чтобы посягнуть на моё место...

Принц уставился на Ракию выпученными глазами, но ему недоставало того достоинства, которое было у Эсмара.

Ракия спокойно покачал головой.

— Это уже подтверждено, но я действительно унаследовал Тайные Техники Королевского Придворного Фехтования. Как вы знаете, эти тайные техники...

— Знаю. Они связаны клятвой, что только наша кровь может унаследовать их. Но я слышал, что магия во внешнем мире странная и разнообразная. Что если есть способ обойти клятву?

Ракия ощутил укол вины где-то внутри и слегка отвел взгляд.

К счастью, принц не стал давить дальше и лишь фыркнул.

— Что ж, правда это или нет — не моя забота. Я хочу сказать лишь одно: даже не думай зариться на мою корону. Это место не для дворняги, чья кровь сотни лет смешивалась с имперской. Понял?

— ...Конечно.

Это была воистину бессмысленная угроза и предупреждение.

Насколько бы важным это ни было для них, Ракия не питал никакого интереса к трону в подобной пещере.

Сказав ещё пару пустых фраз, принц, похоже, потерял интерес к покорному Ракие и встал.

В этот момент в комнату вошел Эсмар с суровым лицом.

— Принц.

— Чего?

— Я ясно приказал, чтобы никто не входил сюда.

— Это не мои проблемы. Думаешь, ты мой начальник или вроде того?

Они уставились друг на друга так, словно готовы были убить один другого.

Но это длилось лишь мгновение; принц, уступавший в напоре, вскоре мотнул головой и отступил.

— В любом случае, я предупредил, так что помни об этом!

Грохоча, принц удалился.

Глядя на эту сцену, Ракия услышал рядом скрежет зубов.

— Этот пустоголовый идиот...

Мгновение спустя Эсмар вздохнул, словно отгоняя наваждение, и спросил Ракию.

— Что сказал принц?

— Сказал не наглеть. И не зариться на трон, будучи имперской дворнягой.

Выражение было грубым, но иначе истолковать его слова было нельзя.

Услышав это, Эсмар схватился за голову.

— Похоже, он не собирается обретать достоинство, подобающее королю. Эта привычка вылечится только могилой.

Ракия не спрашивал, что не так. Он просто сидел тихо, наблюдая за реакцией собеседника.

Через мгновение Эсмар встал и сказал:

— Идем. Король желает тебя видеть.

Ш-ш, хр-р...

Дыхание короля Эйдена, когда-то повелевавшего всем горным хребтом, нарушило тишину.

Вид у короля был жалкий.

Что бы это ни была за болезнь, его лицо покрывала темная некротическая чернота, а в дыхании слышался хрип, как при тяжелом туберкулезе.

Глаза его помутнели, с желтоватыми пятнами даже на белках, а кожа была землисто-бледной с похожими на плесень пятнами.

Трудно было угадать его возраст. Морщин было немного, но, судя по физическому состоянию, он мог бы сойти за семидесятилетнего.

Король спросил слабым голосом:

— Ты и есть тот родственник, что пришел из-за пределов хребта?

— Да, Ваше Величество.

— Эсмар?

— Я подтвердил это, брат. Он определенно изучил наше фехтование и Метод Тренировки Ауры, и даже унаследовал утраченные тайные техники.

Старик вдруг издал булькающий звук, словно внутри него что-то кипело.

Секундой позже Ракия понял, что это кашель.

Слуга поблизости подставил чашу, и король сплюнул мокроту, прежде чем с трудом продолжить.

— Ты знаешь о своих предках?

— Плохо. Могу лишь предположить, что мой предок выжил, потому что не был законным наследником.

— Понятно... Да, поэтому он и смог выжить...

Ситуация, когда дворяне заводили бастардов, не была редкостью.

И в таких случаях дворяне не раскрывали детям их статус, чтобы избежать потенциальных проблем.

История о принце, который рос, веря, что его отец — обычный рыцарь, не была просто сказкой.

Король заявил с нажимом в голосе:

— Прежде всего, ты, возможно, не слышал, но я не могу позволить тебе покинуть это место. Секреты этой земли должны быть защищены.

— Я слышал. Но я также слышал, что среди тех, кто покидает это место, есть те, кто делает это после принесения Клятвы Тайны.

— У этой клятвы великая цена. Даже если ты королевской крови, как для чужака, я не могу сделать это для тебя. Разве что ты дашь этому месту что-то, достойное такой клятвы...

— Разве тайных техник недостаточно?

— Нет. Как наш долг — относиться к тебе как к члену королевской семьи, так и делиться знаниями — долг, начертанный в твоей крови. Это не может быть предметом сделки.

Хотя это и звучало благородно, смысл сводился к тому, что передача тайных техник была ценой за жизнь Ракии.

Это ничем не отличалось от угрозы.

Он пытался убедить их ещё несколько раз, но твердая позиция не изменилась.

Похоже, король не намеревался позволять Ракие покинуть это место.

Наконец, сославшись на плохое самочувствие, король приказал ему удалиться, так что у Ракии не осталось выбора, кроме как покинуть приемный зал без дальнейших возражений.

— Фух.

— Пожив здесь немного, ты поймешь, что тут не так уж плохо. Найдешь достойную жену, заведешь детей и привяжешься.

Эсмар пытался утешить его, но это было слабым утешением.

Многие ли были бы счастливы провести всю жизнь в душной пещере, где лишь тускло светятся кристаллы и даже неба не видать?

Более того, Ракия не был в том положении, чтобы оседать здесь на годы.

Он был Апостолом Войны, обязанным спасти мир от демонических вторжений.

Хотя сейчас он лишь странствовал, чтобы набраться сил, не имея возможности выполнить ни единой миссии.

Ракия не был каким-то фанатичным филантропом, жаждущим спасти всех людей, но, по крайней мере, мир должен был оставаться целым, чтобы и он сам мог выжить.

«Мне нужно найти способ сбежать».

Месяц спустя.

Ракия научился адаптироваться и жить в этом подземном мире.

На самом деле, ничего особенно примечательного в этой «адаптации» не было.

К нему относились как к члену королевской семьи и гостю, но в то же время как к потенциальному беглецу.

Иными словами, он находился под постоянным наблюдением и не мог свободно выходить наружу.

В такой ситуации всё, что он мог делать — это прогуливаться внутри особняка или практиковаться в фехтовании.

К сожалению, попасть в Рыцарский Клуб ему было нелегко.

После встречи с королем он узнал от Эсмара о текущем положении дел в королевской семье.

В отличие от прежних времен, когда у принца не было соперников как у единственного наследника, теперь он опасался нового конкурента в лице Ракии и вполне мог попытаться устроить убийство глубокой ночью.

Раньше это был акт отчаяния, поскольку сопротивление всё равно было бесполезно, но теперь Ракия не мог рисковать такой авантюрой.

— Фу-ух...

На тренировочной площадке внутри особняка Ракия облил водой свое потное тело.

Холод пробрал до костей, заставив содрогнуться.

— Угх.

На самом деле жизнь здесь была не такой уж плохой.

С тех пор как его продали ребенком, Ракия впервые осел где-то надолго.

Стабильный ночлег и еда без каких-либо требований, а также чувство безопасности.

Эти две вещи были весьма приятны, так что на мгновение он даже подумал, что жить здесь, притворяясь членом королевской семьи, не так уж дурно.

Конечно, тот факт, что здешние монархи жили беднее зажиточных купцов на поверхности, был минусом.

Естественно, заниматься земледелием или выращивать что-либо в этой подземной крепости было почти невозможно.

Они торговали с поверхностью ради припасов, но обеспечить потребности более чем тысячи людей только этим было трудно.

Поэтому основной пищей здесь были мох и грибы, подземные твари вроде личинок или кротов, а также мясо монстров, которое иногда приносили охотники.

Ракия, выросший в лишениях, не был придирчив к еде, но даже ему было непросто есть жуков без отвращения.

— Рука всё ещё ноет.

В этот момент заговорил молодой человек, мывшийся по соседству.

Его звали Дерон. Дерон Сиратус.

Сын одного из четырех местных графов, он не был особо впечатляющим Пользователем Ауры, но отличался приветливостью и общительностью, что создало ему хорошую репутацию.

Благодаря этому характеру он был одним из немногих, кто хорошо ладил с Ракией, которого сторонились как чужака.

— Это потому что твоя Аура слаба. Наберешься сил — станет легче.

— Даже если я стану сильнее, ты просто вырастешь еще быстрее, Ракия. К тому же я на пять лет старше. Неужели все мечники снаружи так сильны?

— Конечно нет. Скорее, люди здесь гораздо сильнее. Снаружи может быть больше сильных бойцов просто из-за численности населения, но в целом...

Путешествуя по миру и повидав немало Пользователей Ауры, Ракия мог сказать, что обитатели подземной крепости Шикат значительно превосходили тех, кто жил на поверхности.

Даже Дерон, который сейчас ныл, считался здесь бойцом низкого уровня, но на поверхности его сочли бы довольно искусным рыцарем.

Они все с детства обучались ортодоксальному фехтованию и получали боевой опыт, патрулируя горы и сражаясь с мощными монстрами, так что это было вполне естественно.

Он слышал, что некоторые в процессе погибали.

— Знаю, это просто вежливость, но всё равно приятно. Я хочу поскорее развить навыки и тоже спуститься на поверхность.

Дерон усмехнулся и взмахнул воображаемым мечом.

Из общения с ним Ракия узнал, что здесь есть люди, жаждущие попасть во внешний мир. Фактически, многие.

Поскольку большая часть предметов первой необходимости приходила извне, они не могли не фантазировать о процветающем мире наверху.

Эту подземную крепость вряд ли можно было даже в шутку назвать процветающей.

Но лишь ничтожной части из них разрешалось выходить на поверхность.

Только горстка Пользователей Ауры, принявших Клятву Тайны, называемых «Делверами» (Вылазчиками), могла спускаться с горы и контактировать с людьми на поверхности.

Из более чем двадцати Пользователей Ауры Делверов было всего пятеро.

— А ты не хочешь жить на поверхности?

— Хм, ну... Трудно представить, так что немного страшно.

Дерон почесал затылок в раздумье и ответил честно:

— Взрослые бы отругали меня за такие слова, но мне немного любопытно. Я слышал, там внизу не так холодно, как в горах, и монстров не так много. Это правда?

— Почти нигде нет столько монстров, как на пике Шикат.

Пик Шикат кишел опасными тварями и без преувеличения заслуживал звания демонического царства.

Они могли жить здесь без серьезных проблем лишь благодаря подземной крепости, но попытайся они основать базу где-то на горе, эта община не протянула бы и трехсот лет.

Такое впечатление сложилось у Ракии после нескольких дней пребывания здесь.

Пока они болтали, Дерон огляделся по сторонам и сменил тему.

— Кстати, Ракия. Мой отец пригласил тебя на ужин в этот раз.

— Ужин?

— Да. Поступило мясо саламандры, и он сказал, что очень хочет угостить знатного гостя издалека.

— Хм.

Ракия на мгновение покачал головой, прежде чем спросить:

— А Эсмар разрешит?

— Ну, почему бы и нет? Мой отец — полноправный граф. К тому же Эсмар сейчас в отъезде по делам.

— В отъезде? Куда?

— Вероятно, куда-то на поверхность. Он управляет сотрудниками, разбросанными по всему Эйдену.

— Я не знал об этом.

Один факт Ракия усвоил твердо: Эсмар был очень важной фигурой в этом сообществе.

Брат короля, герцог, сильнейший мечник подпольной лиги, ответственный за безопасность как внутри, так и снаружи подземной крепости.

А теперь выяснилось, что он ещё и курирует агентов на поверхности; должно быть, он разрывался на части.

В любом случае, приглашение графа было неплохим предложением для Ракии.

Поскольку он хотел найти способ сбежать, не прибегая к магии, если возможно, то контакты с власть имущими для сбора информации и связей сделали бы это относительно проще.

Более того, отец Дерона не был близок с принцем, так что серьезных проблем это вызвать не должно.

— Тогда я дам отцу знать!

В тот вечер Ракие впервые удалось покинуть особняк Эсмара.

Пользователи Ауры, приставленные следить за Ракией, естественно, пытались остановить вылазку, но когда Дерон пришел лично и заявил, что это приглашение графа, они не посмели препятствовать.

Исключая короля, принца и Эсмара, четыре графа были самыми знатными фигурами в этой подземной крепости, так что это было естественно.

Резиденция отца Дерона, графа Рамуна, располагалась в самой высокой части подземелья.

Дерон сказал, что их семья традиционно управляла водным резервуаром.

— Для меня честь встретиться с вами, лорд Ракия.

— Рад знакомству.

Ракие не был официально дарован какой-либо титул.

Хоть он и был королевской крови, он стоял слишком далеко от нынешней правящей семьи, чтобы получить титул принца, поэтому его называли просто «лорд Ракия», как представителя знати.

Из-за этого Эсмар даже предлагал женить его как приемного зятя на единственной дочери какого-нибудь графа, но Ракия счел эту идею непривлекательной.

— Прошло довольно много времени с тех пор, как вы прибыли сюда, и мне жаль, что я так затянул с приглашением.

— Нет, это я благодарен за возможность попробовать такую вкусную еду.

Как он и сказал, ужин был фантастическим.

Мясо саламандры, имевшее ярко-оранжевый оттенок, подавали сырым, без готовки, но из-за высокой природной температуры существа говорили, что оно не вызывает никаких болезней даже в таком виде.

Легкий рыбный запах, типичный для сырого мяса, немного отталкивал, но жевательная текстура и сладость, раскрывающаяся с каждым укусом, делали его поистине особым деликатесом.

— На самом деле причина, по которой я пригласил вас сегодня, лорд Ракия, имеет особую цель.

Граф прочистил горло покашливанием, и Дерон встал и вышел наружу.

Это движение было настолько естественным, что казалось, он делал это не раз и не два.

Оставшись наедине, граф нарушил тишину:

— Скажите, у вас случайно нет желания вернуться во внешний мир?

50

В столовой на мгновение воцарилась тишина.

В этой пещере любые разговоры о «выходе наружу» были табу.

Он не знал, какое именно наказание это за собой влекло, но даже слуги, работавшие в особняке, бледнели и спешно ретировались всякий раз, когда Ракия поднимал эту тему.

Даже Дерон, сын графа, проявил некоторую сдержанность, обсуждая это.

— Что вы имеете в виду?

— Именно то, что я сказал. Лорд Ракия, вы жили снаружи. Полагаю, жизнь здесь не вполне вам по душе.

— Вы уже слышали то, что я сказал при встрече с Его Величеством, не так ли? В этом месте вряд ли существуют секреты.

Как это типично для маленькой общины, любая информация здесь распространялась подобно лесному пожару под видом слухов.

Точно так же, как весть о том, что Эсмар привел сюда Ракию и признал его членом королевской семьи, разлетелась мгновенно, спровоцировав визит принца.

К этому моменту, вероятно, каждый в пещере уже знал о его просьбе выйти наружу и полученном отказе.

— Не могу этого отрицать.

Граф неловко улыбнулся и откусил кусок мяса саламандры.

Вытерев рот, он продолжил.

— Насколько вы осведомлены о здешней политической ситуации?

— Немного. Только то, что под началом королевской семьи находятся четыре баронских дома, а ниже — рыцарские семьи и простолюдины.

Он не стал упоминать о соперничестве между принцем Морданом и Эсмаром. Не было смысла показывать свою осведомленность.

В этот момент граф Рамун медленно поднялся со своего места.

Он открыл несколько ближайших окон, осмотрелся, проверяя, нет ли подслушивающих, убедился, что дверь плотно закрыта, и лишь затем вернулся за стол.

Поразительная осторожность.

— Вы знаете о заклинании клятвы?

— Знаю немного. Оно использует силу демонов, с которыми заключались контракты на протяжении поколений.

— Верно. Но эта клятва — не то, чем можно пользоваться только властью магов. У контракта есть немалая цена. Человеческие жизни, не меньше.

Лицо Ракии окаменело.

Маги, совершавшие человеческие жертвоприношения, были объектом для немедленной казни на территории Империи, и тем не менее королевская семья активно использовала это?

Теперь он понимал, почему они стали мишенью для имперского вторжения и почему Элтейн так не любил собственную страну.

— Именно поэтому Его Величество не может обещать отпустить вас даже после получения клятвы. Единственные, кого в этой пещере можно использовать как материал для клятв, — это преступники, совершившие тяжкие проступки, а их не так много. Иными словами, наложение клятвы на вас означает потерю шанса создать Делвера.

Если рассуждать рационально, в этом был смысл.

Заклинание, способное по желанию наложить на кого-то нерушимое пожизненное ограничение.

Это было сродни чудесам жрецов Небесного Бога, а в чем-то даже превосходило их.

Если бы существовали демоны, позволяющие использовать такие чары безвозмездно, маги, заключившие с ними контракт, действовали бы уже повсюду.

— Более того, заклинание клятвы применяется не только к отдельным людям.

— Если не к одному человеку, то...

— Существуют клятвы, накладываемые на целые родословные. Они требуют огромного количества людей, поэтому сейчас не используются, но в прошлом их было несколько.

— Клятва наследования королевских техник — одна из них.

— Да.

Граф Рамун одобрительно кивнул, затем с помрачневшим выражением погладил свою руку.

Руку пожилого человека, худую и жилистую.

— В далеком прошлом Королевская Семья Эйден принесла в жертву огромное количество горцев, чтобы наложить ограничения на все дворянские дома под своим началом. Не на личностей, а клятвы, передающиеся по крови.

— Что за ограничения?

— Простые. Подчиняться королевской семье, не вредить королевской семье. Тот, кто нарушит это, должен заплатить жизнью.

Перечисляя содержание клятвы, граф впервые заговорил голосом, в котором сквозила горечь обиды.

— Благодаря этому мы провели последние несколько сотен лет в этой пещере. В конце концов, мы не можем перечить королевской семье. К сожалению, большинство тех, кто пришел сюда изначально, были представителями старой знати и их потомками, так что никто не может избежать обета.

Услышав это, Ракия понял, почему эти люди, обладая немалой силой, оставались здесь, и как королевская семья сохраняла авторитет триста лет в таких условиях.

Однако было трудно понять, почему потомки королей сами не хотели уходить.

Для Ракии жажда власти была эмоцией, которую он не вполне понимал.

Пока он молча переваривал услышанное, граф продолжил тихим голосом:

— Скоро разразится гражданская война.

— Гражданская война?

— Да. Как вы знаете, Его Величество нездоров, а принц, который вскоре унаследует трон, не ладит с герцогом. Принц наверняка пойдет против герцога, а тот не останется в стороне... Прольется кровь. И довольно много.

— Возможно, не мне это говорить, но принц...

Не производил впечатления человека, способного тягаться с Эсмаром.

Основываясь на опыте Ракии, фехтование Эсмара было подавляющим. Во внешнем мире с большими армиями всё могло бы быть иначе, но в этом маленьком социуме его силы было более чем достаточно, чтобы царить как сверхчеловек.

Более того, все пользователи ауры находились под его командованием. Кто мог бы противостоять ему?

— Двое графов встанут на сторону принца. Оставшийся тоже не поддержит герцога. Если новый король и два графа объединят силы, даже Эсмару придется туго.

— Хм.

— Граф Ретио и граф Дисар завидовали герцогу и таили обиду еще с молодости. Причина несколько легкомысленная, но зависть — всегда мощный мотиватор.

— Силы этих двоих велики?

— Безусловно. Они не так могущественны, как герцог, но они грозные пользователи ауры, и многие жители подземелья связаны с ними различными узами.

— Но если графы не могут перечить королевской семье, разве это не делает невозможным их настоящую поддержку принца?

Согласно клятве, полноценно сражаться могут только принц и Эсмар, верно?

Остальные всё равно не смогут навредить им.

Граф покачал головой.

— Нет. Если королевских особ несколько, это другое дело. У нас тоже есть право. Выбирать, чьему королевскому приказу повиноваться. Вот почему все восстания в истории Эйдена начинались членами королевской семьи.

Услышав это, Ракия осознал, к чему вел граф Рамун.

Прочитав понимание на лице Ракии, граф с серьезным видом произнес:

— Но кто бы из них двоих ни стал королем, свободы нам не видать. Герцог, несомненно, превосходный лидер, но он также одержим призраком старого Эйдена. Он наверняка попытается возродить величие королевской семьи через вас, лорд Ракия, невзирая на ваши желания.

В таком случае правление королей продолжится, и они останутся в пещере навсегда.

Поняв это, Ракия медленно кивнул и ответил:

— Значит... вы хотите, чтобы я стал королем, граф. И тем самым освободил всех.

— Да. Мы уже говорили с другим нашим единомышленником, графом Ориен. Мы окажем вам полную поддержку, так что, как только взойдете на трон, даруйте свободу и нам.

Ракия не дал определенного ответа сразу.

Когда он сказал, что подумает, граф Рамун попросил отнестись к предложению благосклонно и больше не поднимал эту тему.

Закончив трапезу и вернувшись, Ракия закрыл глаза в своей комнате и попытался упорядочить то, что рассказал граф.

— Непросто...

По правде говоря, предложение графа было ему весьма на руку.

Не считая получения заклинания телепортации за счет расхода маны, это был план побега с наивысшими шансами на успех.

— Сам план неплох. То, что я не настоящий член королевской семьи, тоже не станет большой проблемой.

Среди разрозненных крупиц магических знаний, полученных им ранее от Реи, была информация о том, что заклинания, налагающие ограничения на других, следуют за «восприятием», а не за «реальностью».

По совпадению, один из приведенных ею примеров был похож.

Если родитель хотел узнать, действительно ли ребенок его, и накладывал заклинание, причиняющее боль при лжи, а затем спрашивал: «Ты мой ребенок?», положительный ответ не делал это истиной.

Это лишь подтверждало, что ребенок сам считает себя дитём этого родителя.

Для проверки родства нужно было использовать отдельное заклинание, специализированное на различении крови.

По тому же принципу, если бы они атаковали других королевских особ под командованием Ракии, они бы не умерли.

Контракт подтвердил бы не то, является ли Ракия настоящим монархом, а то, верят ли они, что подчиняются приказу монарха.

«Набросаем расклад сил».

Ракия выстроил картину в голове. Всё делилось на три фракции.

Первая фракция — принц Мордан.

И двое графов, которых он не встречал, но которые поддерживали принца.

По словам графа Рамуна, оба были весьма искусными пользователями ауры. В молодости они даже действовали как Делверы, так что они, несомненно, были бойцами высшего класса.

Более того, если многие пользователи ауры Эсмара перебегут на их сторону, это создаст внушительную силу.

Вторая фракция — герцог Эсмар.

Он тоже был сильным претендентом. Хотя у него не было влиятельных сторонников среди знати, он был сильнейшим пользователем ауры во всей подземной базе и занимал должность командующего всеми боевыми силами.

Пользователи ауры, не привязанные к конкретным домам, или те, кто уважал его силу, пойдут за Эсмаром.

И наконец, нейтральная фракция.

Сюда входили граф Рамун и еще один соучастник, граф Ориен.

Внешне самая слабая из трех, но благодаря идее свержения монархии и выхода наружу, к ним тайно примкнуло много молодежи.

Пусть их навыки и уступали, так как это были в основном молодые пользователи ауры, они обладали преимуществом внезапной третьей силы.

По мнению графа Рамуна, убедить двух графов, поддерживающих принца, будет сложно.

Они были близкими друзьями принца и с детства проявляли рьяную поддержку возрождению Эйдена.

— Хм...

Было две проблемы.

Во-первых, из-за нехватки информации он не мог судить, насколько правдивы слова графа Рамуна.

Он был здесь абсолютным новичком, с минимумом каналов для нормального общения или сбора данных.

Если он согласится присоединиться, а граф Рамун окажется шпионом принца, его могут сдать и казнить.

Во-вторых, следование этому плану потребовало бы полного искоренения королевской крови Эйдена.

Поскольку его наставник Элтейн, которому он был многим обязан, являлся принцем Эйдена, действовать опрометчиво было нельзя.

Конечно, Элтейн не любил свое королевство, но одобрил бы он полное пресечение рода?

Кажется, об этом стоило спросить у Элтейна, даже если это влекло некоторый риск.

Если Элтейн пожелает иного, последним средством оставалось изучение телепортации и побег.

Учитывая, чему он научился у Элтейна и их связь, если такова будет его воля, Ракия был готов понести потерю.

Если учесть, что заклинание ускорения, выученное ценой медиума «Кукловода», стоило всего одну сотую его потенциала маны, а телепортация стоила в пять раз дороже, это действительно следовало беречь как крайнюю меру.

— О чем вы говорили с графом Рамуном?

На следующий день Эсмар, вернувшийся извне, немедленно вызвал Ракию и учинил допрос о вчерашнем ужине.

Ракия спокойно покачал головой и ответил:

— Просто разделили вкусную трапезу.

— Чушь. Граф Рамун не из тех, кто приглашает кого-то без причины. За все свои годы я видел, как он приглашает кого-то к себе домой, меньше десяти раз.

— Разговоров действительно было немного.

Двое молча сверлили друг друга взглядами.

Между ними, словно искры, проскакивало напряжение от аур, создавая давящую атмосферу.

Но Ракия неглубоко выдохнул и напряг тело, чтобы выдержать это.

Спустя некоторое время Эсмар кивнул и убрал давление.

— ...Понятно. Я был слишком груб, надавив на тебя. Прости.

После обеда, который казался удушающим, Ракия вздохнул и покинул столовую.

Он догадывался, почему Эсмар не мог действовать агрессивнее. Несомненно, из-за тайных техник королевского фехтования.

За прошедший месяц Ракия обучал Эсмара секретам, когда выдавалось время.

Не совсем точно, разумеется. Он преподавал их намеренно туманно, так, чтобы правильно освоить их было запутанно.

Ракия ничего не забыл.

Когда он ещё не показал своё фехтование, Эсмар пытался похитить и убить его только за то, что тот был имперцем.

Этот человек никогда не был надежным союзником, а возможно, даже являлся врагом, которого придется одолеть, чтобы сбежать отсюда.

Учитывая это, давать и без того труднопобедимому противнику новое оружие было бы чистым безумием.

«Смогу ли я теперь сражаться лучше, чем тогда?»

За последний месяц навыки Ракии неуклонно росли.

Но он не показал того взрывного прогресса, как раньше.

Как и во всех техниках, когда мастерство достигало высокого уровня, продвинуться даже на шаг дальше становилось чрезвычайно трудно.

То же касалось и Ауры. Он вырос, но темп значительно замедлился.

Конечно, если бы он продолжил в прежнем темпе, через год или два у него было бы в десять раз больше ауры, так что замедление было нормальным.

«Если подумать, я немного подрос».

В последнее время Ракия чувствовал, что его тело начало стремительно расти.

Едва заметные расхождения при взмахе мечом или движении невозможно было игнорировать.

Он не знал причины, но для мечника прибавка в росте не была плохой новостью.

Во-первых, крупное тело означало большую выходную силу. Даже при поддержке ауры движение фундаментально опиралось на мышцы.

Кроме того, более длинные руки увеличивали досягаемость меча. Дистанция удара — критический фактор в фехтовании, так что это давало преимущество.

Ловкость могла немного пострадать, но в целом это был выигрыш.

«Главное — не переборщить».

Если он перемахнет за два метра, помимо проблем с ловкостью, повседневная жизнь станет неудобной.

Хотя с его нынешним ростом это было напрасное беспокойство.

Три дня спустя Ракия получил неожиданное предложение от Эсмара.

— Не хочешь ли выйти за пределы пещеры?

— Но только Делверы могут покидать пещеру...

— Разумеется, мы не можем спуститься с горы. Я предлагаю тебе присоединиться к патрульной миссии на вершине. Ты лишь недавно покинул внешний мир, так что тебе нужно иногда подышать свежим воздухом, чтобы проветрить голову. Я буду сопровождать тебя, так что о безопасности можешь не беспокоиться.

Нетрудно было догадаться, почему он сделал это предложение так внезапно.

После их короткой перепалки в прошлый раз Ракия намеренно стал учить секретам еще более витиевато.

Поняв это как знак недовольства, герцог, похоже, решил проявить добрую волю, чтобы задобрить его.

Ракия кивнул без колебаний.

— Да. Понял.

Броситься бежать вниз с горы прямо сейчас было невозможно. Другие пользователи ауры, в отличие от него, прекрасно ориентировались в горах, да и Эсмар был рядом.

Целью Ракии не был побег.

Он хотел найти то тайное место, о котором говорил Элтейн, — источник усиления ауры, — не привлекая внимания остальных.

Если ему удастся испить из него и стремительно стать сильнее, это значительно поможет в побеге отсюда.

51

— Ух! До чего свежо!

— Не ори. Монстров привлечешь.

— Ой, да пусть приходят. Я всех порешу своим клинком.

— Пару лет назад уже был один такой наглец. Доболтался до могилы. Не будь безрассудным.

Мечники непринужденно переговаривались, но продолжали бдительно следить за окрестностями.

В патруль мобилизовали двенадцать человек.

Девять пользователей ауры, а также один жрец и пара магов. Большинство — ветераны, не раз ходившие в дозоры, но двое из них были новичками на своем первом задании.

Они озирались с выражением недоверия на лицах.

— Неужели мир действительно такой яркий? А та штука в небе — это солнце? О, Солнце...

— У меня голова идет кругом. Глянь туда, Барау. Земля вдали обрывается. Я вижу край света!

Ветеран, наблюдавший за ними с веселой ухмылкой, выпятил грудь.

— Это горизонт. Земля там не кончается, просто уходит дальше.

— Но почему мы не видим продолжение отсюда?

— А? Ну... не знаю?

Ветеран, до этого строивший из себя знатока, неловко почесал затылок от неожиданного вопроса.

Ракия слушал их болтовню вполуха, прищурившись и изучая местность.

Хотя его постепенно приучали к свету с помощью люмен-кристаллов, и он прошел период адаптации перед выходом, солнечный свет, которого он не видел так долго, казался ослепительно ярким.

Ощущение усиливалось из-за отражения лучей от белого снега, укрывающего землю.

Вокруг простиралась заснеженная гора — такая же, какой он видел её при подъеме.

Однако высота разительно отличалась. В отличие от того места, где он петлял во время восхождения, сейчас они находились высоко, близко к вершине.

Внизу расстилались облака, а вдалеке виднелись другие пики, пронзающие этот облачный покров.

«База действительно находилась на приличной высоте».

Перед подъемом Эсмар завязал глаза Ракии тканью.

Это касалось не только его. Все, кроме Эсмара, надели повязки и шли несколько часов, держась за веревку, привязанную к герцогу.

Скрывать путь к выходу даже от своих, а не только от чужаков — это был экстремальный уровень секретности.

Конечно, против врожденного пространственного чутья Ракии, позволяющего запомнить каждый шаг, такие меры были бесполезны.

— Тебе уже лучше?

Когда стоящий рядом Эсмар спросил об этом, Ракия медленно кивнул.

— Да. Приятно выйти наружу спустя столько времени. Особенно солнце...

— Истинно так. Хоть мы и живем под землей, мы не должны забывать милость великого Солнца. Оно дарует тепло всему миру.

— Разумеется.

Поддакивая Эсмару, который, казалось, ударился в сентиментальность, Ракия продолжал осматриваться.

Он хотел запечатлеть в памяти пейзаж, географию и всё, что попадалось на глаза, настолько подробно, насколько возможно.

Даже мельчайшая крупица информации могла помочь при побеге.

— Но так ли необходим этот поиск?

— Хм?

— Когда я впервые вошел в пещеру, вы засекли меня и перехватили, так что у вас наверняка есть способы наблюдать за поверхностью изнутри.

— А, это.

Эсмар криво усмехнулся.

— Как я и говорил, всё не так удобно. На самом деле... мы нашли тебя сразу благодаря наводке. Поступила информация, что кто-то поднимается с конкретного направления.

— От кого?

— В деревне у подножия горы есть несколько наших осведомителей. В обмен на то, что они поколениями служат королевской семье, мы помогаем им поддерживать скромный уровень силы, не привлекая слишком много внимания снизу. Я занимаюсь этим лично.

Эсмар не уточнил имен, но Ракия тут же догадался, кто был информатором.

Капитан стражи? Тот пользователь ауры, что сбежал после поражения, или его отец, деревенский староста, — наверняка они были теми самыми коллаборационистами.

Уже само по себе было подозрительно, что мечник в такой глуши владел аурой. Видимо, их принудили к сотрудничеству в обмен на передачу техник.

— Должно быть, это тяжелая работа.

— О, не так уж и трудно.

Ракия мысленно упорядочил полученную информацию.

Если слова Эсмара верны, наблюдение за поверхностью из-под земли было куда более ограниченным, чем он предполагал.

Вряд ли это ложь. Если бы они могли свободно просматривать всё и всегда, не было бы нужды тратить время и ресурсы на такие патрули.

Следовательно, если он сумеет как-то ускользнуть из зон наблюдения, то сможет добраться до источника незамеченным.

«Вопрос в том, как это провернуть».

Такие возможности «проветриться» будут выпадать нечасто.

От силы раз в несколько месяцев.

И по своей воле или силой, но как только он отделится от группы, второго шанса на свободу у него не будет.

Иными словами, отрываться от отряда нужно только тогда, когда он будет точно уверен в местонахождении источника.

— Что ж, приступим.

В этот момент Эсмар обратился к поисковому отряду с речью:

— Как я объяснял ранее, для тех, кто мог забыть, напомню маршрут. Начнем отсюда, с Первого Входа, и проверим восточный склон горы, осматривая Второй и Третий Входы — не завалило ли их снегом, и при необходимости расчистим. Затем обойдем западную сторону и проверим Четвертый и Пятый Входы. Если по пути обнаружим сильных монстров рядом с проходами, уничтожим их для снижения риска. Все готовы?

— Да, готовы!

Они ответили хором, уверенно похлопывая по своим сумкам.

Глядя на их слаженность, Ракия слегка наклонил голову.

«Судя по виду, они вовсе не расколоты на фракции».

Если слова графа Рамуна были правдой, эти пользователи ауры должны были делиться на несколько групп, но все они казались преданными сторонниками Эсмара.

Трудно поверить, что люди, демонстрирующие такую преданность, планируют ударить ему в спину.

«Познать сердце человека труднее, чем сердце зверя?»

Это были последние слова некоего жреца, которого он убил когда-то.

Он не знал деталей, но, похоже, жреца приговорили к «ликвидации» из-за предательства. Хотя он уже не помнил лица того человека, эти слова врезались в память.

— Тогда начинаем поиск!

Поисковый отряд разделился на четыре группы.

Каждая состояла из трех пользователей ауры и одного жреца или мага, но далеко друг от друга они не расходились.

Примерно на несколько сотен метров — так, чтобы видеть передвижения соседей издали.

Эсмар определил Ракию в свою группу.

Вероятно, из предосторожности, опасаясь, что слишком плотный строй будет выглядеть подозрительно и заставит Ракию чувствовать давление.

Разумеется, поскольку он и сам понимал, что сбежать на такой дистанции нереально, Ракия и не помышлял о попытке бегства прямо здесь.

Спускаясь по склону, они уничтожали встречающихся монстров, сметая их, словно метлой опавшую листву.

Впрочем, они не убивали всех подряд. Однажды появился огр, и поскольку даже горным воинам пришлось бы рискнуть жизнями, чтобы одолеть такую тварь, они на время нарушили строй, чтобы обойти его стороной.

Закончив расчистку снега у Второго Входа и направившись к Третьему, когда небо потемнело, Эсмар приказал готовиться к ночлегу.

Они собрали плотный снег, сформировали из него кирпичи и аккуратно сложили их, быстро возведя приличное укрытие.

По логике, в доме из снега должно быть холодно, но внутри было куда теплее, чем на пронизывающем ветру снаружи.

— Ну как? Разве не удивительно?

— А, ну...

Поскольку именно этот метод показала ему охотница Урна во время подъема, Ракия кивнул с довольно равнодушным видом.

Ужин состоял из мяса монстра, пойманного по дороге, и сушеных грибов.

Разводить костер посреди ночи на горе было опасно — его могли заметить снизу, поэтому готовка велась очень скрытно.

Они наполнили котел снегом, и Жрец Солнца использовал чудо, чтобы нагреть его до кипения, затем добавили ингредиенты и сварили похлебку.

Еда, приготовленная от начала до конца силой чудес, — трудно сказать, было ли это расточительством или богохульством.

— Не уверен, что Солнце не сочтет это непочтительным.

— Боги даровали чудеса в надежде на процветание человечества. Пока это помогает людям, Они довольны. Людям нужно есть, чтобы жить, так как же использование чуда ради пищи может быть непочтительным?

Ракия безучастно кивнул на слова Эсмара, в которых сквозила определенная философия.

Проводя с ним время вот так, он вновь осознал, что Эсмар был бы неплохим человеком, если бы не его одержимость королевской семьей.

Возможно, из-за кровного родства он даже немного напоминал Элтейна.

В предрассветные часы они свернули лагерь и двинулись к Третьему Входу.

Вскоре после выхода на отряд напал тигр, белый как снег, но прежде чем Ракия успел вмешаться, двое других пользователей ауры обнажили мечи и мгновенно расчленили зверя.

Как и ожидалось, здешние бойцы обладали фундаментальным мастерством.

Даже если бы Эсмар по какой-то причине отделился, одолеть троих таких противников и сбежать было бы нелегко.

— Фух, охота на монстров, которые забредают извне, действительно ни в какое сравнение не идет.

— Да, точно. Поимка тех, что лезут снизу, — вот где настоящее дело.

Стоя над окровавленной тушей монстра, двое пользователей ауры переводили дыхание и хвастливо переговаривались.

Услышав это, Ракия небрежно спросил:

— Монстры, забредающие извне?

— Да? А, ну да. Иногда из-за пространственных искажений монстры попадают сюда с других территорий. Или заходят через обычные проходы. Это нечасто, но для предотвращения этого есть отдельные стражи.

Пока он кивал, сопровождавший их маг окликнул группу:

— Человек! Заклинание обнаружения зафиксировало человека!

— Что? Человек? На такой высоте?

— Где?

— Минутку, примерно 250 метров впереди... погребен под снегом. Не двигается, вероятно, спит или без сознания!

— Доложите Его Светлости Герцогу. Я пойду проверю.

— Будь осторожен.

Похоже, они были привычны к таким случаям, хоть те и были редки; роли распределили быстро и начали действовать.

Вскоре пользователь ауры, ушедший на разведку, вернулся, неся человека на спине.

Лицо было настолько знакомым, что Ракия невольно подавил возглас, готовый сорваться с губ.

«Урна?»

Из-за внезапного обнаружения постороннего поиск был временно приостановлен.

Как и днем ранее, они построили снежное укрытие от ветра, затем осторожно разожгли костер, чтобы согреть бесчувственного человека.

— Каково состояние?

— Просто истощение от обезвоживания и усталости. Мы дали воды и согрели тело, скоро должна очнуться.

— Хорошо.

Получив доклад от Жреца Земли, Эсмар отпил из большой фляги с алкоголем.