Розалин Богарт
hanoHANO

Он — сын императора, которого родня почти принесла в жертву: парня женят на простолюдинке из клана Богарт, богатого, но безродного. Деньги этой семьи ушли на роскошь, и теперь у них остались лишь дворянская кровь и титул. Она — Розалин, вторая дочь Богартов, «паршивая овца» семейства. Он — Робин Пивеш Ле Калабрия. Ей нужен титул, ему — деньги. Оба решают свои беды одним браком. Вот только уживутся ли они друг с другом в этом союзе, где каждый преследует свою выгоду?

====================

Том 1 Глава 1

Перевод: Astarmina

Еще чувствовалась холодная хватка зимы. Но необыкновенно теплый ветер ласкал цветы, опадающие с высокого дерева и танцующие в медленном вальсе. Нежно, словно капельки эфимерного дождя, падали горстками лепестки.

Мать и сын молча сидели под высоким деревом, наслаждаясь чаепитием.

— Не знаю, как тебе это сказать, чтобы не расстроить. Его Величество приказал тебе жениться на второй дочери главы гильдии Богарт.

Их разговор начался в тот момент, когда королева аккуратно убрала лепесток, упавший на блестящие шелковистые локоны наследного принца Робиена Пивеша ле Калабрии.

— Мне больно это говорить, но мы должны предотвратить банкротство королевской семьи, — губы женщины тронула слабая улыбка, но в ее глазах читались оттенки раскаяния, беспокойства и меланхолии.

Не оставалось иного выбора, кроме как принять неизбежное. Тяжесть этого позора обременяла королевскую семью Калабрии, и, к сожалению, именно их любимый сын принял на себя основную тяжесть несчастья.

Тем не менее, они не могли пойти наперекор изданному самим королем указу, обязывающему непреклонно следовать всем пунктам.

Робиен, законный наследник правящей четы, смирился с неизбежным.

— Я понимаю... На мне лежит ответственнось за поддержание порядка в этом королевстве, — уверенно сказал он.

В прошлом правящий род упивался неоспоримой властью. Короли обладали таким могуществом, что могли одним словом приказать птице спуститься с небес.

И все же, перемены явились незаметно, словно клинок нацеленный прямо на их влияние.

Среди знати, стекавшейся в столицу в поисках милости короля, некоторые наживались на торговле. Эти проницательные люди воспользовались возможностью для расширения свих богатства и влияния.

Власть новой эпохи, когда-то прочно удерживаемая королем, ускользалала, как неуловимые песчинки. Но правитель продолжал цепляться за желание сохранить контроль, твердо веря в необходимость господства над всем живым на своих землях.

Естественно, милость короля нельзя было приобрести только за счет богатства. Поэтому купцы, понимая суть того, что им даровали, в обмен на поддержание финансового состояния королевской семьи, стремились добиться еще больших почестей.

Несметные богатства, которыми они владели; обширные земли, которые они приобрели; экзотические товары, которыми они торговали; и проницательность, которой они обладали, — король стремился заполучить все это, принеся в жертву первого сына.

— Я могу выразить вам только свои сожаления и благодарность.

Существовало мнение, что между королевскими особами не было места для чувств. Их браки служили сложной сетью экономических и политических союзов, зеркалом, отражающим их ценности.

И конечной целью являлись — налаживание и поддержание мощных политических связей с наиболее влиятельными фигурами, при этом увековечивая наследие королевского рода.

Такова была судьба отпрысков королевской семьи.

Прекрасно осознавая это, Робиен изо всех сил пытался скрыть недовольство.

Этот союз выходил за рамки брака с простой аристократкой. Несмотря на возросшую власть и влияние, богатые простолюдины являлись всего лишь подражателями знати, и стремились к статусу, которым никогда бы не смогли обладать по-настоящему. Они оставались крестьянами, не имеющими ничего, кроме богатства.

Но сейчас это не имело значения.

— По крайней мере, она намного красивее твоей предыдущей невесты, Марианны, — попыталась утешить сына королева, но тот лишь печально улыбнулся в ответ.

Наследному принцу, который по власти уступал только королю и королеве, суждено было жениться на второй дочери Демаршелля Богарта.

— Неважно, как она выглядит. Просто... — голос Робиена постепенно затих.

Его невысказанные мысли повисли в воздухе.

— Не волнуйся, сын мой. Я сама возьмусь за этого ребенка, — тихо прошептала королева.

Несмотря на финансовую зависимость от Демаршелля, за ними все еще сохранялся статус королевской семьи. Они по-прежнему гордились своим благородным происхождением.

— Они всего лишь подданые Калабрии. Если мы продемонстрируем силу, у них не останется иного выбора, кроме как преклониться перед нами, — продолжила королева.

Она собиралась продемонстрировать неравенство между ними, держа дочь Демаршелля в ежовых рукавицах. Ее намерение было очевидным: сделать так, чтобы они даже не подумали сопротивляться безупречному влиянию королевской семьи.

Аккуратно обмахиваясь веером, сделанным из оперения желтой птицы, королева мелодично рассмеялась. Рукоять веера, украшенная изысканными драгоценными камнями, сверкала на солнце, а из складок рукавов ее платья выглядывал роскошный браслет. Под платьем ее ноги были обуты в шелковые туфли. Для нее было непостижимым то, что банкротство королевской семьи можно было объяснить этими мелочами.

— Нет необходимости заходить так далеко. Раз от этого брака невозможно оказаться, я хотел бы увидеться с ней заранее, — сказал Робиен.

— Не беспокойся об этом. Его Величество распорядился, чтобы она прибыла завтра во дворец. У нас будет на это время, — проговорила королева.

«Бедняжка,» — подумала она, осторожно поднялась со своего места и обняла несчастного сына.

Робиен невольно подумал, что взгляд его матери отражал мысли всех обитателей дворца. Он ощутил смесь гнева, отчаяния и боли.

Наследный принц, жертва новой эпохи, медленно закрыл глаза.

***

Розалин Богарт, вторая дочь Демаршелля, являлась таинственной личностью.

В то время как ее старшая сестра, Лилиен Богарт, вышла замуж в юном девятнадцатилетнем возрасте и уже имела трех детей, Розалин, несмотря на то, что ей исполнилось двадцать лет, еще даже не была помолвлена.

Она редко показывалась на светских мероприятиях, и когда появлялась, вела себя отчужденно. Контрастируя с другими дамами, которые подражали во всем знати, девушка выделялась. По этой причине все считали, что ее прекрасная внешность и уникальная, привлекательная манера поведения были потрачены впустую.

Неужели она была настолько драгоценна, что ее заперли дома и, как куклу, наряжали в роскошную одежду и украшали изысканными ювелирными изделиями?

Но так же ходили слухи, что ее презиралал собственный отец, Демаршелль.

— Розалин!

Никто не подозревал, что последнее предположение было правдиво. Но дело было не в том, что она не могла пойти в салон из-за ненависти отца, а в том, что Демаршелль поручил ей слишком много работы. Поэтому у нее не было свободного времени.

Ни Лилиен, старшая дочь, ни Балан Богарт, старший сын, не унаследовали исключительной деловой хватки отца. Хоть Балан и добился некоторых скромных успехов благодаря усилиям, но попытки избежать потерь в каждой сделке не означает мастерство в этом ремесле.

Демаршелль поручил Балану, предпологаемому будущему наследнику гильдии, вести переговоры, но в решении деловых вопросов тайно полагался на Розалин. Вне зависимости от обстоятельств у нее не оставалось времени на праздное времяпрепровождение.

— Розалин!

Отвлеченная от своих мыслей громким голосом Демаршелля, Розалин подняла голову. Ее пышные каштановые волосы, приглаженные наспех, были заколоты обычным пером.

Отложив внимательно изучаемый документ в сторону, она встала со своего места. Пройдя на другой конец комнаты, она схватилась за ручку и отворила дверь, обнаружив Демаршелля в компании незнакомки.

Девушка поприветствала ее поклоном, и пристальный взгляд женщины скользнул по ней.

— Это моя вторая дочь, Розалин Богарт, — представил Демаршелль.

— Кажется, ей есть чему поучиться, — ответила женщина.

— Ха-ха, возможно, она несколько неопытна в придворном этикете, но перед свадьбой...

— На это мало времени, — коротко сказала женщина, прервав Демаршелля.

Розалин опустила взгляд на пол. Она молчала, ощущая тяжесть непреклонного взгляда женщины, и понимала, что та сама проявила невежливость и не пожелала представиться. Однако девушка воздержалась от указания на это. Ведь ей уже была известна истинная личность этой дамы.

Женщина, которую звали Лавьен Клоти, занимала почетную должность няни наследного принца Робиена и старшей горничной дворца. Ее взгляд явно выказывал враждебность, что сразу указывало на настрой.

Розалин обладала достаточной проницательностью, чтобы не ответить на это наивной неискренней улыбкой, потому что такой ответ только усугубит впечатление женщины о ней.

— Я — Розалин Богарт, вторая дочь семьи Богарт, — с предельной учтивостью представилась она Лавьен.

— По крайней мере, у вас презентабельное лицо. Вы не опозорите Его Высочество, — заметила та.

Сохраняя самообладание, Розалин спокойно отреагировала на выговор. Было очевидно, что если простая служанка дворца Берты осмелилась проявить такую дерзость по отношению к будущей принцессе, обращение, которое ждет ее в стенах дворца, будет далеко не приятным. Это наблюдение было особенно выражено, учитывая известную привязанность королевы к наследному принцу.

— Рада слышать, что причиню меньше проблем, — спокойно ответила девушка.

Подобная уверенность уже укоренилась в ней. Это не стало большой неожиданностью. Она больше не питала никаких иллюзий.

Полный любви брак или повышение социального положения никогда не являлось тем, чего она желала. Даже в юные и наивные годы она и не думала выйти замуж за принца и повысить статус.

— Его Величество приказал вам явиться во дворец, и Ее Величество доверила мне подготовить вас. Давайте начнем, — заявила женщина.

— Хорошо. Большое спасибо за вашу помощь, мисс Клоти, — ответила Розалин.

Она невольно задалась вопросом, сможет ли без проблем войти во дворец.

— Я подготовил для вас комнату. Снаружи ждет служанка, она вас проводит туда, — сказал Демаршелль.

— Спасибо за внимание, — ответила Лавьен.

Она элегантной походкой вышла из комнаты, как только Розалин освободила проход. Юная служанка пошла впереди, и мисс Клоти ушла, даже не взглянув на Розалин.

Через мгновение Демаршелль презрительно фыркнул.

— Она слишком высоко задрала нос, несмотря на то, что служит королевской семье на грани банкротства.

— Отец, она может услышать.

— Без моих денег их великая семья развалится!

Буржуа — те, кто со сменой времени сумел накопить несметные богатства, но не имел титула.

Демаршелль Богарт был ярким тому примером. Он обладал врожденной способностью воспринимать меняющиеся течения эпохи, быстро выявляя и используя выгодные возможности раньше сверстников. Проявив проницательность, он приобрел угольную шахту и обширные земли у бедного дворянина. Все здания и жители этих земель стали его владением, и в неумолимом цикле богатство продолжало прибывать.

Но, несмотря на это, ничто не могло предоставить ему дворянского титула и сопутствующей власти. Демаршелль превосходил по богатству даже некоторых герцогов, однако оставался простолюдином, вынужденным преклоняться перед аристократами низшего ранга.

Несоответствие между огромным состоянием и отсутствием титула являлось пропастью, которая горькой пилюлей, которую он не мог проглотить, грызла его душу.

— Чем выше они задирают носы, тем слаще удовольствие от их падения, — презрительно фыркнул Демаршелль, плюхнувшись на свое место.

Подобный поступок наверняка бы вызвал неодобрение со стороны мисс Клоти, посчитавшей бы это бесстыдным.

— Вскоре у королевской семьи не останется иного выбора, кроме как признать нашу ценность, — пробормотала Розалин, приближаясь к отцу. — Ведь даже те, кто ведет себя высокомерно и гордо, не могут жить без денег. Скоро придет твое время, отец.

Мир находился в постоянном движении, и тем, кто отказывался приспособиться, суждено было быть перемолотыми жерновами времени. Это была неизбежная истина.

И Розалин питала непоколебимую решимость встать в авангарде этого постоянно развивающегося мира.

----------

Том 1 Глава 2

Перевод: Astarmina

На рассвете в дверь неожиданно постучали. Розалин, обычно до самого утра погруженная в бумажную работу, не привыкла просыпаться в столь ранний час. Естественно, гостья не являлась членом семьи Богарт, поскольку те знали, насколько отвратительно она себя чувствовала утром.

Прежде чем открыть дверь, Розалин силой придала лицу добродушное выражение.

Действительно, в дверях стояла миссис Клоти. Ее презрительный взгляд устремился на Розалин. Казалось, она насмехалась над тем, что девушка спит в такой поздний час.

— Мисс Богарт, вы понимаете, насколько нелепо просыпаться так поздно? — спросила женщина.

— Прошу прощения, миссис Клоти. Мне удалось заснуть только на рассвете после того, как завершила с делами отца. Время пролетело незаметно, — ответила Розалин.

— Мы не можем и дальше задерживаться, поэтому, пожалуйста, поторопитесь и подготовьтесь к посещению дворца.

— Хорошо, — с кроткой улыбкой согласилась Розалин, и затем потянула за веревку звонка.

Ее горничная Мари поспешила ей помочь.

— Скоро увидимся, — сказала Розалин с улыбкой.

Как только дверь закрылась, улыбка сошла с ее лица, исчезнув, как хрупкая маска. Стоя рядом с ней, Мари опустила взгляд и украдкой поглядывала на Розалин.

— Мари, ты не могла бы помочь мне набрать ванну? — спросила Розалин.

— Да. Хотите, чтобы я подготовила вам платье? — спросила Мари.

— Нет. Я выберу сама, — ответила девушка, взмахнув рукой.

Она быстро вошла в гардеробную.

Естественно, с тех пор, как Демаршель начал настаивать на свадьбе с королевской семьей, Розалин собрала некоторую информацию о наследном принце. Предположительно он был самым красивым мужчиной в королевстве Калабрия, человеком, которого не восхищала красота женщин, поскольку его собственная была столь велика.

Розалин знала, что сколько бы она ни украшала себя, прикидываясь павлином, это только усилит неприязнь принца, учитывая его общее отвращение к семье Богарт.

Она не собиралась подчиняться его желаниям, но не видела никакой пользы в намеренном поощрении пренебрежения.

Розалин невольно подумала о том, что, возможно, было бы проще, если бы ее возненавидели.

— Почти пришло время прибытия Розалин Богарт, — сказала королева, изящно поставив чашку на стол.

Кто такая Розалин Богарт? Робиену пришлось на мгновение задуматься, прежде чем вспомнить, что эта женщина вскоре станет его женой.

— Разве? — ответил он.

— Не знаю, что задумал Его Величество, но он велел мне не входить в приемную, — пробормотала королева, слегка надувшись. Оказалось, она хотела отчитать Розалин Богарт на всеобщем обозрении.

В конечном итоге целью семьи Богарт было заключить брачный союз с королевской семьей.

«Учитывая, что Розалин принадлежит семье, движимой стремлением приобрести дворянский титул и почести, затронет ли ее вообще выговор королевы?»

Робиен был настроен пессимистично.

— Ходят слухи, что Демаршель Богарт ее презирает, — заметила королева.

— Ее ненавидят?.. – спросил Робиен, слегка нахмурившись.

— Правильно. Ее старшие брат и сестра, близнецы Богарт, всегда активны в социальных кругах, но этот ребенок появляется в обществе очень редко. Словно она гадкий утенок без должной поддержки со стороны семьи, — добавила королева.

Робиен не смог удержаться от деланного смеха. Если слухи были правдой, то Демаршель Богарт смотрел свысока на королевскую семью, используя подобный ход для установления брачных уз с ними?

— Интересно, о чем думал Его Величество... — королева замолчала, затем вздохнула с расстроенным видом.

Не желая ее успокаивать, Робиен отвел взгляд и молча посмотрел в окно.

Как раз в это время он увидел за большим окном двух женщин. Одной из них была миссис Клоти, с которой он был знаком, а другой — незнакомая стройная девушка высокого роста. У нее был необычный вид, редко встречающийся в Калабрии. Стоя рядом с миссис Клоти, которая была довольно невысокой и полной, она казалась слишком высокой. Ее белое платье простое и струящееся, как вода, было лишено кружевных украшений, за исключением ленты, подчеркивающей талию. Оно органично слилось с ее телом, придавая вид скорее струящегося халата, чем платья.

— О боже! Это, должно быть, Розалин Богарт! — воскликнула королева, проследив за взглядом Робиена и выглянув в окно. — Она пришла сюда с пустыми руками? Будучи буржуа, она не научилась этикету... — она с жалостью вздохнула.

Судя по ее выражению лица, она действительно сочувствовала Розалин.

Обычно Робиен попытался бы успокоить королеву, увидев ее поведение, но его задел тот факт, что отец и жалкий магнат всучили ему гадкого утенка. Поэтому он промолчал и через мгновение отвел взгляд от Розалин.

— Ваше Высочество, Его Величество желает видеть вас, — почтительно объявил слуга.

— Я пойду... — ответил Робиен после короткого вздоха, а затем поднялся со своего места.

— До скорой встречи, — мягко попрощалась королева, ее юная красота и беззаботная натура сияли даже перед сыном. — Робиен в плохом настроении, поэтому следите за тем, что говорите в его присутствии, — предупредила она.

Королева была проницательна и сообразительна.

Получив ее совет, слуга осторожно оценил выражение лица Робиена, а затем низко поклонился, подтверждая ее слова.

— Розалин Богарт приехала? — спросил Робиен.

— Кажется да, Ваше Высочество, — ответил слуга.

Если королевская семья не хотела обанкротиться, брак был неизбежным выбором. В таком случае, вполне вероятно, что король хотел, чтобы он и Розалин познакомились заранее.

«Но найдется ли у Розалин Богарт что-то настолько выдающееся, что заставит обратить на нее внимание?»

Он знал, что в противном случае никогда не почувствует к ней ни малейшего намека на интерес. Робиен был убежден в этом, поскольку никогда в жизни он еще не был очарован женской красотой.

Проходя по длинному коридору, он наконец добрался до двери, ведущей в приемную. Легким жестом подал знак главному слуге. Тот объявил о его прибытии, и, получив разрешение короля, двое стражников распахнули парадные двери. Когда он вошел внутрь, то был встречен внезапным порывом ветра и ослепительным светом, словно окно оставили открытым нараспашку.

— Розалин, вторая дочь семьи Богарт, приветствует Ваше Высочество наследного принца, — сказала Розалин, грациозно поднявшись со своего места, ее движения были элегантными и плавными, как текущая вода. Нежным прикосновением она слегка придержала подол платья, грациозно склонившись перед ним. Ее роскошные каштановые волосы ниспадали на одно плечо. Каждая деталь казалась тщательно продуманной, как если бы она была живой картиной.

Она была подобна изящному произведению искусства, на которое Робиен невольно засмотрелся.

— Нет необходимости в излишней формальности с вашим будущим мужем. Присаживайтесь, — вмешался король, наблюдая за неподвижно замершей Розалин и понимая, что Робиен не дал разрешения. Когда его слова достигли ее слуха, Розалин выпрямилась, и ее взгляд встретился со взглядом Робиена.

Зеленые глаза Розалин были такими же спокойными, как озерная гладь в безветренный день, но в глубине... В этот короткий момент Робиен, казалось, заметил ее скрытые мысли.

— Робиен. Ты тоже сядь рядом, — приказал король. Робиен грациозно двинулся, затем занял место напротив Розалин, между ними оказался стол. Только тогда Розалин подчинилась приказу короля и опустилась в мягкое кресло. — Возможно, вы уже догадались, но причина, по которой я позвал вас обоих сюда... Заключается в том, что мы готовимся к особому событию для нашей королевской семьи Калабрии, — продолжил король.

Особое событие. И Робиен, и Розалин спрятали от него кривые усмешки.

— Вы двое подходите друг другу даже лучше, чем я представлял, — прокомментировал король. — Я понимаю, что разговор о браке после единственной встречи может показаться нелепым, но решение уже принято. Я могу только надеяться, что Робиен и мисс Богарт будут хорошо ладить друг с другом, — добавил он, его предполагаемая улыбка сияла теплотой и доброжелательностью.

Розалин кивнула в ответ, чтобы успокоить его.

— Как Демаршель? — спросил король.

— Мой отец здоров, благодаря милости Вашего Величества, — ответила Розалин.

Тема быстро перешла к Демаршелю Богарту. Королю было любопытно, каким бизнесом он занимался и какую прибыль получал.

— Каким делом он занимается сейчас? — спросил король.

— Он не сообщил мне подробностей, — ответила Розалин.

По правде говоря, король не очень интересовался Розалин, в отличие от Демаршеля, который оказывал ему финансовую поддержку. То же самое можно сказать и о его собственном сыне, которого он продал ради выживания королевской семьи.

— Правильно. Тогда скажи ему, чтобы в ближайшем будущем он прибыл во дворец и навестил меня, — продолжил король.

Выражение его лица быстро стало едким, когда он ничего не получил от разговора с Розалин. Наступила короткая пауза, и шорох занавески, вызванный стихающими порывами ветра, постепенно затих.

— Мы выберем благоприятную дату до конца весны, поэтому вам, мисс Богарт, следует переехать во дворец и ознакомиться с королевским этикетом, а также с внутренней работой двора. Робиен, помоги своей будущей жене привыкнуть ко дворцу.

Договорив, король заявил об усталости и отпустил всех.

— У вас найдется минутка для разговора? – спросил Робиен перед дверью приемной.

Розалин, нежно сложив руки перед собой, на мгновение изобразила удивление. У нее не было причин отказываться, и она спокойно ответила на просьбу Робиена о разговоре.

— Я последую за вами.

Когда она шла за ним, ее взгляд медленно переместился с его головы на ноги. Она вспомнила слухи о нем, утверждавшие, что он не интересуется женщинами из-за озабоченности своей исключительной красотой. Поначалу она считала это простой сплетнями, но теперь нашла их довольно точными, учитывая его красоту.

— Принесите нам чаю.

— Да, Ваше Высочество.

В саду, куда они пришли, располагался пруд, окруженный прекрасными видами.

— Это великолепный сад, — прокомментировала Розалин.

— Ее Величество королева очень заботится о нем. Вы тоже будете проводить здесь много времени, — ответил Робиен.

За входом, украшенным каменными арками, увитыми плющом, росло древнее дерево, тянущееся к большому фонтану. Несмотря на то, что был далеко не сезон, вокруг цвели яркие цветы. Тщательно подстриженные и сформированные кусты обрамляли дорожки, создавая живописную картину. Красота сада была неописуема и завораживала даже тех, кто мало интересовался ландшафтным дизайном.

— Присоединяйтесь ко мне, — предложил Робиен, выдвигая стул для Розалин.

Хотя и не привыкла к таким рыцарским жестам, она села. После этого Робиен устроился напротив нее.

— Я просил разговора с вами, — сказал он. — Потому что мне стало любопытно.

Розалин медленно моргнула. Она думала, что он не более чем невинный принц с прекрасным лицом, но в его глазах было странное напряжение.

— Что вас интересует, Ваше Высочество? — спросила она со спокойной улыбкой.

Как раз в это время горничная вынесла чайник и две великолепно выполненные чашки и поставила их на стол. Однако легкое напряжение между ними сохранялось.

Робиен действовал первым и потянулся за чайником. Он поставил чашку перед Розалин после того, как наполнил ее. Было немного прохладно, и от дымящейся чашки исходил сильный, манящий аромат, щекотавший кончик носа.

— Мне очень любопытно, почему вы решили стать наследной принцессой, зная, что вы будете подвергаться презрению со стороны всех в королевском дворце, — сказал Робиен.

— Ну, вы поверите мне, если я скажу, что это была моя мечта с детства? — ответила Розалин с лучезарной улыбкой.

Губы Робиена изогнулись в кривой усмешке. Это должно было выразить недоверие.

— Вы хотите сказать, что это было из-за восхищения королевской властью, хотя у вас есть нечто большее, чем королевская власть? — спросил Робиен.

— Возможно также, что я надеялась завоевать еще больше любви моего отца, — ответила Розалин. Она видела, что он ей не верил. Ее улыбка стала шире. — Воистину, я мечтала стать членом королевской семьи и чтобы моя семья получила титул.

— Больше, чем получить любовь от любимого мужа и доверить ему свою жизнь?

Розалин рассмеялась и прикрыла рот рукой, прежде чем продолжить:

— Любовь хрупка, ничто не вечно, Ваше Высочество. Кроме того, я не доверяю другим.

Розалин медленно убрала ладонь, закрывающую рот, и Робиен увидел ее бесстрастное лицо. Ее улыбка исчезла, словно дымка.

Когда он смотрел на нее через окно, то видел лишь расплывчатый силуэт. Но сейчас, когда она откинула назад пряди волос, растрепанные ветром, на него устримился взгляд. То, что он увидел, было...

— Я способна сама о себе позаботиться.

...Невероятно яркие цвета и жизнестойкость, отличающиеся от кукольных глаз.

----------

Том 1 Глава 3

Перевод: Astarmina

Розалин усталым движением сбросила туфли на пол, и они с грохотом упали. Ее тело само собой опустилось в мягкое кресло.

Пустые разглагольствования короля или попытки Робиена прощупать ее намерения — все это было слишком утомительно, чтобы терпеть целый день. Особенно Робиен, который должен был стать ее мужем. На первый взгляд он казался человеком с хорошей интуицией.

«Думала, он просто наивный принц...»

Он не доверял людям легко, с подозрением относился к немотивированной симпатии или доброте. Хотя, возможно, он был и романтиком — если бы завоевать его сердце, он, кажется, отдал бы все, что у него есть.

Но Розалин не нуждалась в его любви.

— Розалин!

Она даже не вздрогнула, когда дверь с грохотом распахнулась. Полулежа в кресле, она лишь повернула голову в сторону входа. Там стояла Лириен, задыхаясь, с огромной шляпой, украшенной цветами, что выглядело почти по-деревенски.

— Когда ты наконец научишься стучать перед тем, как входить в чужую комнату?

— Ты правда выходишь за наследного принца?!

Хотя слухи уже ходили, Лириен, кажется, не верила, что это действительно произойдет. Ее лицо выражало недоверие, и она требовала ответа. Розалин, глядя на ее шок, почувствовала странное удовольствие.

— Так вышло.

— Ты сошла с ума! Как это вообще возможно?!

Лириен закричала, увидев ее насмешливую улыбку. Она громко зашаркала к креслу, схватила Розалин и силой подняла ее.

— Разве есть что-то, чего не может Демаршель Богарт?

— Нет, но... Даже если так... Высокомерная королевская семья согласилась?! Почему отец мне ничего не сказал?!

— А зачем тебе знать?

— Что?!

— Лириен, ты замужняя женщина с тремя детьми. Как бы королевская семья ни унижалась, они не позволят принцу жениться на разведенной. Разве что любовницей.

Розалин ответила равнодушно. Хотя ее слова были правдой, лицо Лириен покраснело, будто вот-вот взорвется. Не потому, что она не могла принять факт, а потому, что это сказала именно Розалин.

— Ну, разве это не лучше, чем бастарду стать принцессой? Принц знает об этом?

«Она по-прежнему не умеет фильтровать слова,» — подумала Розалин, тихо вздохнув.

— Это его дело. Лучше займись своим мужем-игроком. У меня есть предел, до которого я могу прикрывать его долги за твоей спиной.

— Эй!

— Отец хочет этого. Если не хочешь потерять даже то немногое, что у тебя есть, заткнись!

В конце концов, Лириен, сжавшись, замолчала. Она всегда затевала ссоры, хотя знала, что не сможет победить. Интересно, учится ли она вообще чему-то в жизни?

— Можешь выйти? У меня болит голова.

— Сколько ни борись, день, когда ты станешь представлять нашу семью, никогда не наступит!

С тем же грохотом, с каким вошла, Лириен выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Явный знак недовольства.

Отдыхать все равно не получится. Розалин поднялась и села за стол. Гладкий, блестящий стол из красного дерева был подарком от Демаршеля — доказательство его благосклонности.

Возможно, она перестала быть под угрозой в этом доме три года назад, когда получила его. В особняке Богартов она научилась, как можно задушить человека без рук.

Спокойно размышляя, она вдруг вспомнила голос Робиена, который искренне спрашивал ее: «Больше всего мне интересно, почему вы решили стать принцессой, зная, что все при дворе будут смотреть на вас свысока».

На самом деле, особой причины не было. Демаршелю нужен был союз с королевской семьей, а незамужняя Розалин оказалась удобной пешкой. Она просто согласилась, когда он сказал, что должна отплатить за все, что он для нее сделал.

В конце концов, какая разница — жить под угрозой в этом особняке или во дворце?

Принц, выросший в любви, никогда не поймет этого. Даже если она скажет, надеяться на его понимание — безумие.

Молча, Розалин потянулась к стопке бумаг на столе. Лучше работать, чем погружаться в бесполезные мысли.

[Ну, разве это не лучше, чем бастарду стать принцессой?]

Но вскоре она швырнула бумаги в сторону и раздраженно провела рукой по волосам. «Бомба», брошенная Лириен, была слишком тяжелой, чтобы сосредоточиться.

Возможно, дело было не в том, что у Лириен не было способности учиться, а в том, что задевание ее комплексов было единственным, что на нее действовало.

— Проклятая девчонка...

В отличие от Валана и Лириен Богарт, законных детей, Розалин появилась в этом доме почти в десять лет. Потому что была бастардом.

Даже недалекие Валан и Лириен знали это слишком хорошо. С детства они прятались за юбкой своей матери и изощренно издевались над ней. Естественно, это породило в Розалин отвращение к своему происхождению.

И Демаршель молчал. Он допустил ее рождение, но считал нормальным, что невинная дочь стала мишенью.

Издевательства стали реже только после того, как она доказала свою ценность.

[Картошка? Что ты собираешься делать с тем, что люди даже не едят?]

[Она растет даже в местах с малым количеством солнца. Может стать хорошим ресурсом в неблагоприятных регионах. Ее можно продавать в другие земли.]

Крошечное поместье, купленное у обедневшего дворянина на краю владений графа Карлоса, принесло фамилию Богарт. Но земля была бесплодной, и доход Демаршеля от арендаторов был мизерным.

Розалин нашла способ это исправить — и впервые получила от отца похвалу.

Когда выращивание и продажа картофеля, считавшегося «дьявольской едой», принесло огромные деньги, он впервые встал на ее сторону.

[Прекрати!]

[Ты смеешь сидеть за одним столом после того, как сожрала мою мать?!]

Демаршель ударил Валана по лицу за то, что тот дразнил Розалин прямо перед ним. Видимо, в день смерти их матери он хотел побольнее задеть ее, но выбрал не тот момент.

[О-отец...]

[Как ты себя ведешь за столом?!]

Глупое выражение лиц Валана и Лириен, уставившихся на Демаршеля, было самым приятным воспоминанием в ее жизни.

Тогда же она поняла: лучший способ скрыть комплексы — доказать ценность. Поэтому годами она жертвовала сном, помогая отцу.

Но даже после четырех лет преданности она оставалась лишь его советником. Валан, старший сын и близнец Лириен, по-прежнему считался наследником.

Розалин поклялась: она не оставит это так.

Через неделю король приказал Розалин Богарт официально переехать во дворец. С этого момента она признавалась официальной невестой наследного принца.

***

Робиен поставил бокал с красным вином на стол с грохотом. В голове крутился их последний разговор.

[Это все, что вы хотели спросить?]

[Пожалуй.]

[Как-то жаль, что у вас, будущего мужа, так мало интереса ко мне.]

Розалин улыбнулась той же мягкой улыбкой. Как и все благородные дамы, она знала, что красива, и ее улыбка была естественной. Но с того момента, как он понял, кто такая Розалин Богарт, она казалась маской.

[Ясно, что ваша цель — не просто корона принцессы.]

[Разве?..]

Она положила правую руку на стол, подперев подбородок, и постучала пальцами по щеке, словно играя на инструменте.

Он не ожидал, что она будет вести себя как другие девушки — робко извиваться перед ним. Но Розалин превзошла все его ожидания.

[Но одно я скажу точно. Дом Богарт будет действовать прежде всего ради вашей безопасности, Ваше Высочество.]

[Ваш отец согласен с этим?]

[С момента предложения этого брака он не может избежать этого. Разве не справедливо получить награду за то, что приняли такую позорную, как я?]

Она улыбнулась. Было невероятно, как она могла называть себя позором и улыбаться. Робиен невольно нахмурился.

[Вы всегда так говорите?]

[Разве все не относятся ко мне так?]

Она пожала плечами, блестящими, будто натертыми маслом.

[Но есть условие.]

Главное было не в этом.

Если отбросить тот факт, что одна сторона — королевская семья, а другая — богатый торговый дом, условия были невероятно неравными. Даже брачного союза было мало, чтобы спасти почти обанкротившуюся семью, а теперь они клялись защищать его любой ценой.

[Какое?]

В тот момент он слегка напрягся. Казалось, она скажет что-то грандиозное, но ее условие было простым.

[Не заводите любовниц.]

[Ха...]

Всего-то?

[Если я окажусь в жалком положении, это меня разозлит.]

С ее невинным лицом казалось, что даже если бы он привел бастарда, она лишь округлила бы зеленые глаза и спросила: «Правда?» — а потом забыла. Даже ее удивление казалось бы наигранным.

Хотя у него и не было таких планов, ощущение, что его подозревают в измене, было неприятным.

[Обещаю.]

Розалин выглядела довольной. Ах, это выражение... Он видел его где-то, но тогда не мог вспомнить.

[Спасибо за приятное чаепитие.]

Вспоминая, как она без сожалений встала и ушла, Робиен вдруг понял, откуда это чувство дежавю.

Выражение сытого хищника.

Значит, его съели?

Ответа на его вопрос так и не последовало.

----------

Том 1 Глава 4

Перевод: Astarmina

Похоже, госпожа Клоти хотела замучить Розалин до смерти. Передав приказ короля о том, что через неделю состоится официальное вступление во дворец, она засела в поместье Богарт, заявив, что поможет с делами.

Утверждать, что она поможет, когда сама ничего не умеет делать своими руками — над этим даже проходящая мимо собака посмеялась бы.

— Госпожа Клоти, я знаю, что вы заняты обязанностями главной служанки...

— Да, занята. Но ведь речь идет о приеме будущей невесты наследного принца, поэтому я просто обязана взяться за дело.

Розалин пыталась отправить её обратно, задобрив хорошей едой и подарками, но тщетно. Госпожа Клоти была крайне непреклонна.

Проведя с ней около трех дней, она осознала, что они с госпожой Клоти абсолютно несовместимы.

На самом деле у той не было особой неприязни к Розалин. Просто она всю жизнь прожила в тени разделения на королевскую семью, дворян и простолюдинов. То, что она ненавидела, было не лично Розалин, а весь новый класс в целом.

— А вот это список приданого, присланный королевой.

Список приданого? Хотя огромная сумма денег уже была выплачена, теперь ещё и приданое.

Уже по названию можно было догадаться, что это такое. Розалин, стараясь не выдать своего раздражения, пристально смотрела на конверт, который госпожа Клоти протянула Демаршелю. На несколько грубой бумаге конверта была печать с фиолетовым соколом — символом дома Фибече, семьи королевы.

— Хм...

Демаршель, вскрыв конверт ножом и просмотрев список, тихо хмыкнул, затем передал бумагу Розалин. Она, сама того не замечая, тоже хмыкнула, как и её отец. Список, включавший всевозможные платья, туфли, украшения, парфюмерию, веера, мебель и прочее, просто поражал.

— Как вы знаете, состояние дома Богарт ничтожно по сравнению с королевской семьей. Даже если считать, что сумма, уплаченная королевской семье, была за титул герцога, брак — это совсем другое дело. Разве это не выгодная сделка для дома Богарт?

Человек, который никогда в жизни не заработал столько своим трудом, так легко говорит об этом. Розалин чуть не сорвалась на нервный крик, но сумела сдержаться.

— Не беспокойтесь, госпожа Клоти. Всё из этого списка будет во дворце до свадьбы.

На уверенный ответ Демаршеля госпожа Клоти удовлетворённо улыбнулась.

— Королева будет очень довольна.

Перед госпожой Клоти, которая была практически продолжением королевы и наследного принца, нельзя было показывать раздражение. Судя по её поведению, если бы Розалин выразила несогласие, та наверняка стала бы язвительно намекать, что в таком случае брак с наследным принцем может не состояться.

— Может, отправите сообщение королеве завтра и пойдёте отдыхать? Уже поздно.

— Благодарю за заботу. Тогда до завтра.

Уголки губ Розалин болели от вынужденной улыбки. Как только госпожа Клоти удалилась, изящно вышагивая, она мгновенно стёрла улыбку с лица.

— Вы действительно собираетесь предоставить всё это?

— Нельзя создавать проблемы из-за нескольких предметов роскоши.

Лицо Демаршеля тоже было бесстрастным. Но разница между ним и Розалин заключалась в том, что его взгляд на цель никогда не колебался.

— Не могу поверить, что придётся столько отдать принцу, который принесёт только себя.

На эти прямые слова Розалин Демаршель рассмеялся.

— Точнее, себя и честь. Розалин, запомни. Тебе не обязательно завоёвывать сердце наследного принца. Но мы не можем допустить ничего, что угрожало бы титулу, который мы получили.

Как Розалин имела комплекс из-за своего происхождения, так и ужасным комплексом Демаршеля был его статус. Как человек, вынужденный угождать ему, Розалин несла тяжелую ответственность не упустить шанс, который он с таким трудом получил.

— После свадьбы уже ничего нельзя будет отменить, так что хотя бы до свадьбы старайся ему угождать.

В этой семье её признавали и позволяли действовать только в соответствии с его нуждами.

— Завтра зайди в бутик, проверь всё из списка и купи что-нибудь приличное.

— Я?

— Не могу же я доверить это слугам или близнецам. У них совершенно нет вкуса, — Демаршель коротко цокнул языком. — Покупая, обрати внимание на то, что приобретаешь, и расскажи Валану. К сожалению, нельзя отрицать, что те, кто создаёт моду, — люди, у которых в голове только роскошь.

— Буду иметь в виду, — Розалин послушно ответила и встала. — И вы тоже ложитесь, отец. Уже поздно.

Она улыбнулась, как любящая дочь, настаивая, чтобы Демаршель отдохнул. Он выглядел довольным, говоря, что только Розалин заботится о нём.

В конце концов, место, которое должно было принадлежать ей, он собирался передать глупому Валану. Выйдя из комнаты, Розалин мрачно опустила голову.

***

— Какой цвет предпочитает королева?

Глядя на великолепные драгоценности, разложенные перед ней, госпожа Клоти не могла закрыть рот. Хотя сама она, как аристократка, служащая королевской семье, наслаждалась множеством драгоценностей, платьев и предметов роскоши, с началом зарождения капитализма они неизбежно утратили часть своей жизни в пользу буржуазии.

— Ж-жёлтый, она любит жёлтый.

Госпожа Клоти, ослеплённая блеском, невольно честно ответила, а потом с виноватым видом повернулась к Розалин.

— Закажите все жёлтые драгоценности на счёт дома Богарт. Это подношение для королевы, так что будьте особенно внимательны при доставке.

Но Розалин уже завершила заказ всех драгоценностей от начала до конца.

Госпожа Клоти выглядела ошеломлённой. Даже будучи дворянкой, она никогда не заказывала предметы роскоши таким образом.

— Почему вы так на меня смотрите, госпожа Клоти?

— А-а, нет, ничего.

Госпожа Клоти моргнула и постаралась скрыть своё выражение лица. Но Розалин, уже научившаяся читать различные выражения лица госпожи Клоти, внутренне лишь насмехалась над ней.

— Если вам что-то понравилось, я могу подарить вам одну вещь.

— Подарить мне?

— Да. Такая важная персона мучается из-за меня за пределами дворца...

Ложь. Госпожа Клоти проникла в поместье Богарт под предлогом обучения Розалин дворцовому этикету, а на самом деле просто ела и отдыхала в углу.

На самом деле, по стандартам этих великих аристократов, трудно было понять, что ещё она делала. Но для Розалин, которая зарабатывала деньги, помогая в делах торгового дома Демаршеля, госпожа Клоти была просто одной из аристократок с лёгкой жизнью.

— Хм, гм. Нет. Я не могу лично брать вещи, предназначенные для королевы.

— Но если мы обе будем молчать, никто и не узнает. У вас такой свежий и прекрасный цвет лица, такие рубиновые аксессуары добавят вам ещё больше жизненной силы.

Когда Розалин приложила заметный красный камень к её шее, можно было почувствовать, как сильно и быстро забилось сердце госпожи Клоти. Было очевидно, о чём она думает, и наблюдать за тем, как она пытается сохранить лицо, было так забавно, что хотелось рассмеяться.

— Вам очень идёт.

— Правда?

— Это мой искренний подарок, пожалуйста, примите его. Мне будет обидно, если вы откажетесь.

— Если вы настаиваете...

Хотя она ответила так, будто принимает подарок неохотно, уголки её губ невольно растянулись в довольной улыбке.

Успокоить госпожу Клоти — уже неплохое достижение. Когда они уже собирались завершить покупки, Розалин заметила запонки на краю прилавка.

— Это бриллианты?

— Да.

Бриллианты светло-голубого цвета, как глаза Робиена, были редкостью. Кроме того, они, казалось, идеально соответствовали его аскетичному и опрятному образу. Розалин подняла запонки, внимательно их рассмотрела и решила купить.

— Добавьте и это.

Подарить что-то будущему мужу не должно быть проблемой. Это было импульсивное решение.

— Вы собираетесь подарить это наследному принцу, мисс Богарт?

— Да. Украшение такое красивое.

— У вас хороший вкус.

Довольная полученным подарком, госпожа Клоти впервые за всё время сделала комплимент.

— Каков он, наследный принц? — воспользовавшись моментом, Розалин спросила о Робиене. — Как вы знаете, я так мало знаю о Его Высочестве, что боюсь совершить ошибку, госпожа.

Когда Розалин спросила жалобным голосом, госпожа Клоти, немного поколебавшись и нервно потирая шею, начала говорить:

— Он не очень любит охоту, но любит верховую езду. Он строго соблюдает этикет, но не навязывает его другим. Ему нравится наблюдать за жизнью людей, поэтому он часто выходит на улицы для инспекций.

— Понятно.

На подсказку Розалин госпожа Клоти, как родитель, хвастающийся своим ребёнком, разразилась потоком информации.

— Среди всех членов королевской семьи, которым я служила, он самый воспитанный. Он добр ко всем. Однако у него чёткие границы, и он показывает свою искренность только тем, кто внутри этих границ. Многие благородные девушки пытались подобраться к нему, не понимая этого, и потерпели неудачу. Даже мисс Лиман еле-еле заняла это место. Ах, я так беспокоюсь о наследнике.

По крайней мере, он не притащит вдруг какого-нибудь внебрачного ребёнка. Почему-то Розалин почувствовала себя немного легче, чем раньше.

— Если вы хотите ребёнка, мисс Богарт придётся очень постараться.

По крайней мере, до тех пор, пока госпожа Клоти неожиданно не начала давить на неё по поводу наследника.

— Неужели вы не думали о детях? Ведь вы скоро станете невестой наследного принца, а когда-нибудь можете стать королевой. Вы должны помнить, что ваше оружие для сохранения позиции во дворце — это ребёнок. А если будет сын, то ещё лучше.

Госпожа Клоти шёпотом, с видом человека, раскрывающего важную информацию, обратилась к Розалин.

В доме Богарт только любовь Демаршеля могла спасти её, а во дворце только любовь мужа-наследного принца и ребёнок могли обеспечить её выживание.

В любом случае, одно оставалось неизменным: она не могла выжить только благодаря собственным способностям.

— Розалин!

Но прежде чем она успела погрузиться в мрачные мысли, голос вернул её к реальности. Розалин повернулась в сторону, откуда донёсся звук.

Дамиан Рабьер. Старший сын семьи Рабьер. Хотя масштабы дома Рабьер немного уступали дому Богарт, у них был единственный торговый дом, способный соперничать с Богартами.

— Проходил мимо и услышал, что ты здесь.

Единственным его недостатком была ненужная сентиментальность.

— Госпожа Клоти, это Дамиан из дома Рабьер. Будущий глава торгового дома.

— Встречаю такого известного человека здесь. Дамиан Рабьер.

— Приятно познакомиться. Зовите меня госпожа Клоти. Я оставлю вас ненадолго, чтобы вы могли поговорить.

Дамиан, коротко поцеловав шёлковую перчатку госпожи Клоти, улыбнулся. Поскольку у него было приятное лицо, та, похоже, тоже осталась довольна Дамианом и на время отошла.

— Я слышал, что королева прислала всевозможные списки, и вижу, что это правда.

— Новости распространяются быстро.

— Все заинтересованы тем, что торговый дом Богарт стал спонсором королевской семьи.

Спонсор. Розалин улыбнулась, обдумывая слово, которое не могло подходить лучше.

— Я называл тебя принцессой, и вот ты действительно становишься членом королевской семьи.

— Наполовину членом королевской семьи. Которого никто не признаёт.

— Ты уже встречалась с наследным принцем? Я думал, это только сплетники говорят, но он действительно очень красив. Если ты родишь дочь, похожую на наследного принца, говорят, она будет неземной красоты.

— Говорят, что он не очень мужественный?

Дамиан наклонил голову, не понимая ответа Розалин, чьи мысли было трудно угадать.

— В любом случае, когда-нибудь пригласи меня во дворец. Я буду ждать.

Он коротко поцеловал тыльную сторону руки Розалин и повернулся, чтобы уйти. Глаза госпожи Клоти, казалось увлечённой рассматриванием драгоценностей, странно следили за Дамианом, покидающим бутик.

----------

Том 1 Глава 5

Перевод: Astarmina

Розалин глубоко откинулась на мягкое сиденье. Госпожа Клоти, сидевшая напротив, была полностью поглощена книжкой размером с ладонь, которую принесла с собой, и, казалось, не проявляла к ней ни малейшего интереса. Воспользовавшись моментом, Розалин внимательно осмотрела роскошный интерьер кареты.

Сиденья были обиты бархатом, а все стены блистали позолотой. Напротив двери располагалось окно, чтобы можно было легко видеть происходящее снаружи. Каждая поверхность была украшена искусной резьбой — рельефными узорами с королевскими гербами и цветами.

По правде говоря, карета была настолько вычурной, что выглядела безвкусно. Розалин даже хотелось спрятать лицо в ладонях, опасаясь встретиться взглядом с кем-нибудь через окно.

Интересно, это была попытка произвести впечатление, такая же вульгарная, как и внешний вид кареты, или действительно таков был вкус королевской семьи? Поразмыслив немного, Розалин решила не ломать голову.

В конце концов, в её собственной семье имелось целых двое с таким же безвкусным чувством стиля.

«Моя гордая сестра Розалин».

Розалин отлично знала человека с вульгарным вкусом, который считал, что достаточно намазать всё золотом и украсить драгоценными камнями. Она вспомнила голос, шептавший ей на ухо перед прощанием, и улыбающееся лицо.

Балан Богарт. Брат-близнец Лириен и обладатель положения, которое Розалин никогда не смогла бы занять.

«Благодаря тебе престиж нашей семьи значительно вырос».

Перед отъездом Балан впервые в жизни слегка обнял Розалин. Со стороны они выглядели как довольно дружные брат и сестра.

Но шёпот у её уха говорил о другом. Это была насмешка о том, как они выгодно продали бесполезную Розалин, получив взамен герцогский титул. Слушая его шёпот, Розалин подумала: «А чего ещё ожидать?»

«Я не говорю, что тебе должно это нравиться, так что не нужно благодарности».

Розалин в ответ подняла руки и слегка обхватила шею Балана. Госпожа Клоти, решив, что это семейное прощание, отошла в сторону, давая им пространство.

«Кстати, каково это? Сводная сестра, которую ты так презирал, скоро станет невестой наследного принца. Теперь тебе придётся преклонять колени передо мной, Балан».

Розалин убрала одну руку и провела ею по уху Балана, шепча эти слова. Её голос был мягким и нежным, но содержание слов — совсем другим.

«Как ты смеешь!»

«Если уж ты глуп, то хотя бы должен быть сообразительным. Ах, может, глупость неизбежно исключает сообразительность?»

Розалин слегка повернула голову и насмешливо взглянула на Балана, чьё лицо и уши покраснели от гнева.

«Теперь твоя жизнь — в моих руках. Если продолжишь вести себя так, не понимая, что к чему, кто знает, что может случиться внезапно. Так что будь осторожен».

После холодного предупреждения Розалин Балан с напряжённым лицом оттолкнул её. Отступая, Розалин естественным движением опустила руку, висевшую в воздухе. Со стороны это выглядело как естественное прощание с улыбкой и взмахом руки.

— Похоже, мисс Богарт не склонна к сентиментальности.

Голос госпожи Клоти вырвал Розалин из задумчивости, когда она рассеянно смотрела в окно. Она ответила лишь лёгкой улыбкой. Для прощания с семьёй, с которой прожила бок о бок более десяти лет, это действительно было холодно — без единой слезинки.

— Разве вам не грустно? Вы можете больше никогда не увидеться.

— Я скучаю по своей комнате. У меня там был стол из красного дерева, подаренный отцом. Высшего качества.

Госпожа Клоти странно посмотрела на ответ Розалин.

— Скучать по вещам, а не по людям...

— А благородные особы больше ценят людей, чем вещи?

— Мне кажется, мисс Богарт, вы прекрасно приспособитесь ко двору.

— ...Что?

Розалин растерянно переспросила, удивлённая неожиданной реакцией — она думала, что её упрекнут в недостатке воспитания. Госпожа Клоти просто покачала головой, как будто это не имело значения, и вернулась к своей книге.

Карета долго ехала и остановилась только после того, как миновала ворота королевского дворца, высотой превышающие двух человек, поставленных друг на друга. Розалин задумчиво рассматривала наручный доспех рыцаря, который внезапно появился у дверцы кареты, а затем, взявшись за его крепкую руку, вышла наружу.

Встречающая её группа была немногочисленной — одна служанка и два стражника. Учитывая нынешний статус Демаршеля, ещё не получившего герцогский титул, они фактически стояли выше Розалин по положению.

— Мы проводим вас в павильон Соммер, где вы будете жить некоторое время.

Уже то, что они не представились и не поприветствовали её первыми, было свидетельством пренебрежения. Их взгляды выражали явное неодобрение.

Удивительно, но госпожа Клоти, которая должна была отвечать за обучение этикету, не указала на их невежливость. Было очевидно, что, в отличие от поместья Богарт, при дворе она не собиралась принимать сторону Розалин.

Однако сейчас было не время откровенно проявлять свой характер. Демаршель ещё не получил титул герцога, Розалин официально не была обручена с Робиеном, и тем более не вышла за него замуж.

Возможно, её спешно доставили во дворец, чтобы растоптать её гордость. Или чтобы измучить и свести с ума.

Но чего они не учли, так это того, что, живя в семье Богарт, Розалин научилась терпеть и выжидать момент, чтобы нанести удар. И она успешно применяла это умение.

Обращаться с ней как с наивной благородной девицей было бы ошибкой. Розалин проглотила слова, следуя за ними. Она считала, что может вытерпеть что угодно.

Так думала она до тех пор, пока не увидела отведённые ей покои.

Хоть она ещё не была невестой наследного принца, но как кандидатка заслуживала соответствующего обращения. Однако то, что предстало перед глазами Розалин, было просто возмутительным. Даже когда её унижали в собственной семье, она не жила в таком месте.

— Нам пришлось в срочном порядке принять гостью, и подходящего павильона не нашлось.

Отдельное здание на самом краю территории. Судя по разбросанным вокруг ненужным вещам и запущенным зарослям, здесь давно никто не жил, и за павильоном не ухаживали.

— Ха...

Они так кичатся своей изысканностью и утончённостью, а сами вот так унижают и пытаются сломить человека? Какое поразительное двуличие у этих благородных особ.

После короткого горького смешка Розалин медленно пошла вперёд. Миновав неухоженные заросли перед зданием, она поднялась на каменные ступени круглой галереи, окружающей павильон, и обернулась. Вдалеке стояла всё ещё безымянная служанка.

Она, казалось, ожидала, что Розалин устроит истерику и будет требовать объяснений, что всё это значит.

В это время Робиен принимал неприятную посетительницу.

— Когда я думаю о том, как Ваше Высочество страдали, мне становится тяжело на сердце.

Как бы то ни было, он обещал жениться на Розалин по инициативе короля. Благодаря этому его предыдущая помолвка естественным образом была расторгнута, но по-человечески он чувствовал неловкость перед своей бывшей невестой Марианной.

— Мисс Лиман, вам не стоит беспокоиться обо мне.

— Но как можно не переживать?

Марианна почти плакала. Робиен достал из кармана платок и протянул ей. Она взяла платок, закрыла лицо и начала всхлипывать.

— Я могу понять, что выбор пал не на меня. Но чтобы благородный человек женился на простолюдинке!

— У Марианны слишком доброе сердце.

Королева с сочувствием поглаживала спину Марианны.

Робиен был так занят размышлениями о том, зачем нужно было приглашать в дворец бывшую невесту из семьи Лиман и встречаться с ней лицом к лицу, что даже не заметил, как к садовой беседке приближается кто-то ещё.

— Ваше Величество.

— Что случилось? Если это не срочно, давай поговорим позже...

Услышав обращение, королева удивлённо обернулась.

— Мисс Богарт прибыла во дворец.

— Что ж, хорошо. И?

Сегодня? Робиен был единственным, кого удивила эта новость.

Королева вздохнула с раздражением, словно ей сообщили о какой-то мелочи.

— Однако возникла небольшая проблема с павильоном, где она должна жить...

— Если этой выскочке предоставили место для проживания, что ещё нужно? Какие могут быть проблемы?

Когда королева резко спросила, только личная служанка Розалин стояла, смущённо моргая. За её спиной мелькнуло что-то красное. Робиен, выросший с матерью, предпочитавшей яркие цвета, не привык к таким ярким, кричащим оттенкам.

— Она сказала, что хотела бы спросить у Вашего Величества...

— Наверное, она настолько необразованна, что не понимает, какая честь ей оказана, и ещё смеет быть недовольной...

— Розалин Богарт, младшая дочь семьи Богарт, приветствует Ваше Величество королеву.

Тихо подойдя, Розалин вдруг оказалась впереди служанки и изящно поклонилась королеве. Марианна, сидевшая рядом с Робиеном, уже подняла лицо от платка и пристально смотрела на Розалин.

— Я пришла не для того, чтобы выразить недовольство, Ваше Величество.

Несмотря на явно враждебные взгляды и очевидное присутствие бывшей невесты принца, Розалин улыбалась. Она не выказывала никакого осуждения в адрес принца, встречавшегося с женщиной, с которой расторг помолвку.

— Тогда что тебе нужно?

— Я пришла поприветствовать Ваше Величество и задать вопрос.

— Говори.

— Поскольку я ещё не привыкла к жизни во дворце, я хотела бы привезти некоторых слуг и мебель из дома. Могу ли я получить ваше разрешение?

И всего-то. Королева пренебрежительно ответила:

— Конечно, — и отвернулась.

Теперь в поле зрения Розалин остались только Марианна, сверлящая её взглядом, спина королевы и прекрасный принц, застывший как статуя перед лицом неожиданной ситуации.

— Благодарю за вашу милость. Желаю вам троим приятного времяпровождения...

Розалин легко поклонилась, оставив своё прощание спине королевы, и развернулась, чтобы уйти. Госпожа Клоти, также поклонившись королеве, последовала за Розалин.

Осталась лишь служанка, назначенная Розалин.

— Джейн. Подойди.

Служанка, названная Джейн, приблизилась к королеве.

— Что произошло?

— Ничего особенного...

— Она не жаловалась на своё жильё?

— Нет. Об этом не было сказано ни слова.

— Странно, — пробормотала королева, недовольная тем, что не получила ожидаемой реакции. — Что же она собирается привезти?

— Ну...

Джейн нерешительно заговорила, поглядывая на королеву. Она рассказала, как Розалин осмотрела павильон Соммер, а затем как ни в чём не бывало вошла внутрь. Села в скрипучее кресло-качалку у окна и спросила, есть ли там качественная кровать, стол, стулья, перьевые ручки, выражая сожаление по поводу их отсутствия.

Было очевидно, что Розалин старается привлекать как можно меньше внимания среди придворных, ищущих любой повод придраться к ней. Это совсем не соответствовало тому поведению, которое она продемонстрировала при первой встрече с принцем — она явно не была из тех, кто избегает конфликта.

— Действительно, как и подобает выскочке, она весьма расточительна. Это вызывает беспокойство...

Королева покачала головой, найдя повод для критики даже в этой ситуации.

И вскоре слова королевы, как она и задумала, были раздуты. Розалин Богарт — расточительная буржуазка, которую не удовлетворила милость королевской семьи, требующая только самого лучшего — эта сплетня разнеслась по дворцу всего за полдня.

----------