Глоссарий персонажей

Чон Чжин Хо Главный герой, 27 лет. Начинает историю как безработный геймер, живущий с родителями. Обладает уникальной сверхспособностью — «чувством» или интуицией, которая позволяет ему безошибочно определять правильный момент для успеха в вероятностных событиях, таких как открытие игровых «гача-коробок» или торговля на бирже. Благодаря помощи своего гильдмастера устраивается в Kwangwoon Securities, где его способность проявляется в полной мере, принося ему и компании колоссальную прибыль. Демонстрирует беспрецедентный карьерный рост: за несколько недель проходит путь от младшего сотрудника до старшего трейдера, руководителя группы и, в конечном итоге, главы нового элитного отдела "Prime Grade".

Хван Дэ-вун (Мастер гильдии / Генеральный директор) Мастер игровой гильдии, в которой состоит Чжин Хо, и, как выясняется, генеральный директор «Kwangwoon Securities». Он ценит Чжин Хо за его человеческие качества и умение управлять рейдами в игре и предлагает ему работу, чтобы помочь. Является главным покровителем Чжин Хо в компании, доверяя ему все большие суммы и защищая от критики. Он также был спасен Чжин Хо, который инстинктивно отговорил его от поездки в Саудовскую Аравию прямо перед терактом.

Ли Хе-рин Старший сотрудник (сунбае), которая становится первым наставником Чжин Хо в торговом отделе. Она очень добрая, отзывчивая и трудолюбивая. Ли Хе-рин — один из первых людей в компании, кто искренне поддерживает Чжин Хо, даже не до конца понимая природу его таланта. Вместе с ним получает повышение до заместителя менеджера и переходит в его новый отдел.

Пак Хонг-со Первый руководитель группы, под началом которого работает Чжин Хо. Выглядит сурово, одержим тренировками и дисциплиной. Изначально относится к Чжин Хо скептически, считая его «парашютистом», но, увидев его невероятные результаты в имитационных торгах, меняет свое мнение. Именно он, поверив в потенциал Чжин Хо, выделяет ему 5 миллиардов вон капитала, что становится поворотным моментом.

Сео Чжэ Пиль (Менеджер Сео) Опытный трейдер, которого переводят в новый отдел Чжин Хо. Вначале он, как и многие, сомневается в решениях нового молодого начальника, но после феноменального успеха со ставкой на крах китайского рынка становится его самым преданным последователем и «рупором» в команде.

Семья Чжин-хо (Родители и младшая сестра) В начале истории родители разочарованы безработицей сына и постоянно его упрекают. Младшая сестра, уже имеющая работу, относится к нему с легким презрением. После того как Чжин Хо устраивается в престижную компанию и начинает добиваться успеха, их отношение кардинально меняется на гордость и заботу.

Ким Мун-сик Руководитель отдела кадров. Именно он, получив резюме Чжин Хо «сверху», решает направить его в торговый отдел, полагая, что это самая безопасная позиция для бесполезного «парашютиста».

Янг Ми-джу Заместитель менеджера в команде Пака Хонг-со. Изначально относится к Чжин Хо и Ли Хе-рин свысока. Узнав, что Чжин Хо — «королевская семья» (родственник CEO), резко меняет свое поведение на лесть и заискивание.

Ли Тэ Хо Начальник отдела «проп-трейдинга». Он санкционирует повышение Чжин Хо до старшего трейдера по рекомендации Пака Хонг-со и позже дает разрешение на торговлю на валютном рынке.

Ким Сан-гон Менеджер в отделе по управлению рисками. Неоднократно сталкивается с абсолютно нелогичной и рискованной торговой стратегией Чжин Хо, которая, тем не менее, приносит огромную прибыль.

Ким Кан Хён Генеральный директор KS Securities, конкурирующей брокерской компании. Он узнает о существовании таинственного и невероятно успешного игрока на рынке (Чжин Хо) и приходит в ужас от того, что его информационная сеть упустила нечто важное.

Кан Сон Хо (Председатель Kangseong Group) Председатель крупнейшего конгломерата Кореи. Изначально он был настроен враждебно, узнав о крупной короткой позиции против его компании Kangseong Electronics. Однако, осознав гениальность и провидческие способности Чжин Хо, он решает не противостоять ему, а стать его могущественным союзником. Они объединяют усилия для поглощения японской компании Jintetsu Group.

Кан Ми-ра (Генеральный директор отеля Baekje) Сестра Кан Сон Хо, возглавляющая конкурирующий с LK. Она — жёсткий и прагматичный руководитель. В ходе переговоров Чжин Хо, используя свою интуицию, вынуждает её заплатить 2 триллиона вон за права на управление отелем в LK Tower, что является ценой, значительно превышающей её первоначальное предложение.

Чон Юн-а (Младшая сестра Чжин Хо) Становится важным катализатором сюжета. Именно через неё Чжин Хо узнаёт о конкуренции между отелями Baekje и LK, что наталкивает его на идею их сотрудничества. Её новый телефон K7 также становится триггером для интуиции Чжин Хо о проблемах в Kangseong Electronics.

О Чжэ Хён (Председатель LK Group) Второй сын, которому удаётся захватить власть в LK Group. Однако его триумф оказывается недолгим. Серия внешних кризисов (терроризм, Brexit) и финансовое давление со стороны Kwangwoon Securities приводят его на грань банкротства. В итоге он вынужден отдать LK Tower в качестве залога, проиграв битву Чжин Хо.

Кобая Такаши (Председатель Jintetsu Group) Глава японской железнодорожной и девелоперской компании. Его амбициозные планы по расширению, в частности проект в Кумамото, рушатся после разрушительного землетрясения, что делает его компанию уязвимой для поглощения.

Глоссарий терминов и понятий

Ключевые концепции

«Чувство» / Интуиция Сверхъестественная способность Чжин Хо. Проявляется как физическое ощущение (покалывание, дрожь, искра), которое безошибочно указывает на наиболее удачный момент для действия в ситуациях, зависящих от вероятности. Способность активируется только после того, как Чжин Хо получает и обрабатывает определенный объем информации по теме (например, читает отчеты или просматривает список акций).

«Парашютист» / Наём по знакомству Сотрудник, принятый на работу благодаря связям, а не личным заслугам. Чжин Хо на протяжении начала истории воспринимается коллегами именно так, что создает ироничный контраст с его реальными феноменальными способностями.

Управление рисками (Риск-менеджмент) Основополагающий принцип работы брокерской компании, направленный на минимизацию потерь. Торговый стиль Чжин Хо полностью игнорирует общепринятые правила управления рисками (он не диверсифицирует активы и идет ва-банк), что приводит в ужас отдел риск-менеджмента.

Система рангов трейдеров Иерархия внутри компании, определяющая уровень ответственности и размер управляемого капитала. Чжин Хо проходит через несколько ступеней: младший (джуниор), старший сотрудник, элита (руководитель группы) и, наконец, начальник отдела.

Организации и места

Kwangwoon Securities Одна из десяти крупнейших брокерских компаний Кореи, место работы главного героя.

Ёуидо Крупный остров на реке Ханган в Сеуле, который является главным финансовым и деловым центром Южной Кореи. Здесь расположены Корейская фондовая биржа и штаб-квартиры многих крупных компаний.

Отдел Prop Trading (Отдел собственной торговли) Подразделение компании, которое торгует на бирже собственными средствами компании, а не деньгами клиентов.

Отдел Prime Grade Новый элитный отдел, созданный специально для Чжин Хо. Он обладает беспрецедентными полномочиями, доступом ко всем рынкам и огромным капиталом в 500 миллиардов вон.

Служба финансового надзора (FSS) и Корейская биржа (KRX) Регулирующие органы, которые следят за рынком и расследуют возможные манипуляции.

Stummwagen Крупнейший автомобильный концерн Германии, аналог Volkswagen. Стал целью Чжин Хо во время скандала «Дизельгейт».

LK Group Корейский конгломерат (чеболь) с японскими корнями, специализирующийся на отелях (LK Hotel) и розничной торговле. Их флагманский проект — LK Tower.

LK Tower Самое высокое здание в Южной Корее, построенное LK Group. В результате многоходовой операции Чжин Хо право собственности на башню переходит к Kwangwoon Securities.

Kangseong Group Крупнейший и самый влиятельный конгломерат в Корее (аналог Samsung). Его дочерние компании — Kangseong Electronics и Baekje Hotel.

Jintetsu Group Крупная японская компания, занимающаяся железными дорогами, недвижимостью и инвестициями. Становится объектом поглощения со стороны альянса Kwangwoon и Kangseong.

Bafin Федеральное управление финансового надзора Германии, аналог корейской FSS. Чжин Хо обходит их надзор, используя анонимные фонды.

Mossack Fonseca Третья по величине в мире юридическая фирма, специализирующаяся на офшорных финансовых услугах и налоговых гаванях.

Игровые термины

«Рисовать рис» Игровой сленг, обозначающий продажу игровых ценностей за реальные деньги (RMT).

Финансовые и биржевые термины

Скальпинг (Scalping) Высокочастотная торговля, при которой сделки совершаются в течение секунд или минут для получения прибыли от малейших колебаний цены.

Деривативы Сложные финансовые инструменты (например, фьючерсы, опционы), цена которых зависит от стоимости базового актива (акций, валюты, товаров). Используются для страхования рисков (хеджирования) или для спекуляций.

Волатильность Показатель изменчивости цены актива. Высокая волатильность означает, что цена может сильно и быстро меняться в обе стороны, что создает как возможности для высокой прибыли, так и большие риски.

Предрыночная сессия (Pre-market session) Период торгов, который происходит до официального открытия основной торговой сессии. В это время трейдеры анализируют новости и готовят свои стратегии.

Короткая продажа (Short Selling) Стратегия игры на понижение. Трейдер продает взятые в долг акции, чтобы выкупить их позже по более низкой цене и заработать на разнице.

ФРС (Федеральная резервная система) Центральный банк США, выполняющий функции контроля над денежной политикой страны. Его решения, например, о повышении процентных ставок, оказывают огромное влияние на мировые финансовые рынки.

Коэффициент PER (P/E ratio) Финансовый показатель, равный отношению рыночной капитализации компании к её годовой прибыли. Помогает оценить, насколько «дорого» или «дёшево» стоит акция по сравнению с прибылью, которую она генерирует.

Хеджирование Страхование финансовых рисков путём открытия противоположных позиций. Например, если вы боитесь, что купленные вами акции упадут, вы можете одновременно открыть короткую позицию по ним, чтобы компенсировать возможные убытки.

Фьючерс — это контракт на покупку или продажу актива в будущем по заранее оговоренной цене.

ETF (Биржевой инвестиционный фонд) Ценная бумага, отслеживающая индекс, сектор, товар или другой актив, которую можно покупать и продавать на фондовой бирже, как обычные акции.

Пут-опцион (Put Option) Контракт, дающий право (но не обязательство) продать актив по заранее определенной цене в будущем. Используется для ставки на падение рынка.

Кредитное плечо (Leverage) Использование заемных средств для увеличения потенциальной прибыли от инвестиций. Чрезвычайно рискованная стратегия.

IPO (Первичное публичное размещение акций) Процесс, в ходе которого частная компания впервые выставляет свои акции на публичную продажу. Акции IPO, как правило, очень волатильны.

Ценовой потолок (Price Cap) Ограничение, устанавливаемое центральным банком на курс национальной валюты. В сюжете ключевую роль играет отмена ценового потолка для швейцарского франка.

Безопасные активы Активы (валюты, облигации, драгоценные металлы), которые считаются надежными и сохраняют свою стоимость во время экономических кризисов. Примеры в тексте: золото, доллар США, швейцарский франк.

ADR (Американская депозитарная расписка) Финансовый инструмент, позволяющий инвестировать в иностранные компании на американских биржах. Чжин Хо использует их для косвенных инвестиций в Stummwagen.

Краткосрочные корпоративные облигации Долговые ценные бумаги, выпускаемые компанией на короткий срок. Чжин Хо скупает облигации Jintetsu Group, чтобы получить рычаг давления на компанию после землетрясения.

Опцион на покупку (Call Option) и Право первого отказа Юридические условия, включенные в контракт по залогу LK Tower. Они дают Kwangwoon Securities право принудительно выкупить башню по заранее оговоренной цене (2 триллиона вон) в случае невыполнения LK Group своих обязательств.

Ускоренная клаузула (Acceleration Clause) Условие в кредитном договоре, которое позволяет кредитору потребовать немедленного погашения всего долга, если заёмщик нарушает определённые условия (например, падение кредитного рейтинга).

Рыночный ордер (Market Order) Это приказ брокеру на немедленную покупку или продажу акций по лучшей доступной на данный момент рыночной цене. Он гарантирует исполнение сделки, но не гарантирует конкретную цену.

Нижний предел / Синий цвет На корейской (и многих азиатских) фондовых биржах синий цвет (или чёрный) традиционно обозначает падение цены акций, в отличие от западных рынков, где для этого используется красный. Нижний предел — это максимальный процент, на который акция может упасть за один торговый день.

NFP (Non-Farm Payrolls) Один из ключевых экономических показателей США, который отражает количество новых рабочих мест, созданных за месяц вне сельскохозяйственного сектора. Сильные данные NFP говорят о здоровье экономики и могут привести к укреплению доллара.

CPI (Consumer Price Index) Индекс потребительских цен, основной показатель инфляции. Он отслеживает изменение цен на корзину товаров и услуг. Высокий CPI может подтолкнуть центральный банк к повышению процентных ставок для борьбы с инфляцией.

Нисходящий тренд Термин, описывающий ситуацию на финансовом рынке, когда цена актива (например, акции) стабильно снижается в течение определённого периода.

Целевые показатели доходности Конкретная цель по прибыли, которую трейдер или команда стремятся достичь за определённый период (день, месяц).

Ведущая акция (Leading Stock): Акция, которая лидирует в движении конкретного рынка или сектора. Ее динамика обычно влияет на другие акции в том же секторе.

OEM-производители (OEMs — Original Equipment Manufacturers): Компании, производящие детали или оборудование, которые затем используются в конечных продуктах другой компании. В автомобильной промышленности OEM обычно относится к ведущим автомобильным брендам (таким как Ford, Toyota и т. д.).

Левередж (Leverage): Использование заемного капитала для инвестирования с целью увеличения прибыли. Хотя это может увеличить прибыль, оно также значительно увеличивает потенциальные убытки. «Левередж 2x» означает, что на каждый доллар ваших собственных денег вы инвестируете два доллара.

Маржин-колл (Margin Call): Требование брокера к инвестору внести дополнительные средства или ценные бумаги на свой счет, когда стоимость счета падает ниже определенного уровня (маржинального требования). Если инвестор не может удовлетворить это требование, брокер может принудительно продать активы для покрытия убытков.

Санг-тта (Sang-tta): Корейский торговый сленг, означающий «догонять верхний предел» (상한가 따라잡기). Относится к высокорисковой стратегии покупки акции, которая быстро растет и достигает своего максимального дневного ценового предела, в надежде, что импульс сохранится на следующий день.

Дневная торговля (Day Trading) Стиль торговли, при котором трейдер открывает и закрывает все свои позиции в течение одного торгового дня, не перенося их на следующий. Цель — получение прибыли от краткосрочных колебаний цен.

Диверсификация: Основной принцип инвестирования, заключающийся в распределении капитала между различными активами с целью снижения рисков. Идея в том, что если один актив упадет в цене, рост других может компенсировать потери.

Рыночная конъюнктура: Общая ситуация на рынке в определённый момент времени, включая текущие цены, спрос, предложение и настроения инвесторов.

«Медвежий рынок» (Bear Market): Ситуация на рынке, характеризующаяся устойчивым и продолжительным падением цен на акции. Настроения инвесторов пессимистичны, и они ожидают дальнейшего снижения.

Секторные хеджирования: Стратегия управления рисками, при которой инвестор открывает противоположные позиции в рамках одного сектора экономики. Например, покупая акции одной компании, он одновременно продает в короткую акции её конкурента, чтобы застраховаться от общего спада в секторе.

Инвестирование по ключевым словам: Иррациональная торговая стратегия, характерная для корейского фондового рынка, когда инвесторы массово скупают акции компаний, чьи названия созвучны или ассоциативно связаны с каким-либо громким событием, даже если реальной связи нет.

Тематические акции: Акции компаний, объединенных одной общей идеей или темой, которая в данный момент популярна у инвесторов (например, искусственный интеллект, электромобили, биотехнологии). Такие акции часто растут в цене из-за ажиотажа, а не фундаментальных показателей.

Шорт-сквиз (Short Squeeze, «короткое сжатие»): Ситуация на рынке, когда цена акции, по которой было открыто много коротких позиций (ставок на понижение), начинает неожиданно и резко расти. Это заставляет «шортистов» в панике закрывать свои убыточные позиции, выкупая акции. Массовые покупки еще больше подталкивают цену вверх, создавая порочный круг и приводя к огромным убыткам для тех, кто играл на понижение.

Маржинальные требования (Margin Call): Требование брокера к инвестору внести дополнительные средства на свой счет, если его убытки по открытым позициям (особенно коротким или с кредитным плечом) превышают допустимый уровень.

Проп-трейдер (Prop Trader): Трейдер, который торгует на финансовых рынках, используя капитал компании (proprietary capital), а не деньги клиентов. Его доход напрямую зависит от прибыли, которую он приносит фирме.

Квантитативные трейдеры (Кванты): Специалисты, которые используют сложные математические модели и компьютерные алгоритмы для анализа рынков и автоматического совершения сделок. Их работа основана на статистике и анализе данных, а не на интуиции.

HTS (Home Trading System): Торговый терминал или программное обеспечение, которое трейдеры устанавливают на свои компьютеры для получения рыночных данных в реальном времени, анализа графиков и совершения сделок.

VIX (Индекс волатильности): Индекс волатильности Чикагской биржи опционов, также известный как «индекс страха». Он измеряет ожидания рынка относительно будущих колебаний цен. Высокое значение VIX указывает на то, что инвесторы ожидают сильных движений на рынке (часто вниз), и наоборот.

Свинг-трейдинг (Swing Trading): Стиль торговли, при котором позиции удерживаются от одного дня до нескольких недель. Цель — извлечь прибыль из «колебаний» (swings) цены, которые происходят в рамках более крупного тренда. Это среднее между краткосрочной (внутридневной) и долгосрочной торговлей.

Позиционная торговля (Position Trading): Долгосрочный стиль торговли, при котором трейдер удерживает позицию на протяжении нескольких месяцев или даже лет, основываясь на фундаментальном анализе и долгосрочных прогнозах.

ЧПМ (Чистая процентная маржа / NIM Net Interest Margin) — это ключевой показатель прибыльности банков. Он показывает разницу между процентными доходами, которые банк получает от выданных кредитов, и процентными расходами, которые он платит по депозитам, по отношению к сумме его активов. Рост этого показателя говорит об увеличении прибыльности банка.

PBR (Коэффициент Цена/Балансовая стоимость): Финансовый мультипликатор, используемый для оценки компании. Он сравнивает рыночную цену акции с её балансовой (бухгалтерской) стоимостью. PBR меньше 1 может указывать на то, что акции компании недооценены рынком.

IPO (Первичное публичное размещение акций): Процесс, в ходе которого частная компания впервые предлагает свои акции для покупки широкой публике, становясь публичной компанией. Акции в день IPO часто бывают очень волатильными (сильно колеблются в цене).

«График Ги-Ёна»: Местный корейский биржевой сленг, описывающий характерный вид графика цены акции (чаще всего после IPO), который резко взлетает вверх, а затем так же резко падает. Свое название он получил из-за сходства с прической персонажа Ги-Ёна из популярного корейского мультфильма «Черные резиновые туфли».

Заседание FOMC (Федерального комитета по открытым рынкам): это собрание органа, ответственного за денежно-кредитную политику Федеральной резервной системы, на котором обсуждается и принимается решение о надлежащей денежно-кредитной политике США.

Котируемая акция: Акция компании, которая прошла процедуру листинга (допуска к торгам) на фондовой бирже. Такие акции можно свободно покупать и продавать.

Инцидент KIKO: (Knock-In, Knock-Out) — это сложный валютный опционный контракт, который был популярен в Южной Корее до финансового кризиса 2008 года. Он был разработан для защиты экспортеров от колебаний валютных курсов, но имел скрытые риски. Когда курс резко изменился, сотни корейских компаний понесли огромные убытки, что привело к массовым банкротствам и стало одним из крупнейших финансовых скандалов в стране.

«Преследование рынка»: Торговая стратегия, при которой трейдеры активно покупают или продают акции, основываясь на недавних ценовых движениях и высоком ажиотаже, а не на фундаментальном анализе компании. Это спекулятивная погоня за трендом.

«Бычий рынок» (Bull Market): Период на фондовом рынке, характеризующийся устойчивым ростом цен на акции. Инвесторы настроены оптимистично и ожидают дальнейшего роста. Название происходит от аналогии с быком, который атакует, подбрасывая рогами вверх.

Комплексный подоходный налог: В Южной Корее это налог, которым облагается совокупный доход физического лица из разных источников (зарплата, проценты, дивиденды, доход от бизнеса и т.д.). Для высокооплачиваемых специалистов, таких как трейдеры-фрилансеры, ставка этого налога может быть очень высокой.

Риск собственника: Это тип риска для инвесторов, связанный с действиями или структурой владения основного владельца компании (чаще всего семьи-основателя). В Корее этот риск особенно высок из-за культуры наследования бизнеса, когда управление передается не самому компетентному менеджеру, а члену семьи, что может негативно сказаться на компании.

Омакасе: В японской кухне это формат ужина, при котором гость не выбирает блюда по меню, а полностью доверяется шеф-повару, который подает сет из лучших сезонных продуктов на свое усмотрение. Обычно это дорогой и изысканный опыт.

H-акции (H-shares): Акции компаний, зарегистрированных в материковом Китае, которые торгуются на Гонконгской фондовой бирже. Они номинированы в гонконгских долларах и доступны для международных инвесторов.

«Box»: Сленговое название для ситуации на рынке, когда цены на акции колеблются в узком диапазоне («коридоре») в течение длительного времени, не показывая ни значительного роста, ни падения. Такой рынок также называют «боковиком».

Inverse ETF (Инверсный ETF): Тип биржевого фонда, который приносит прибыль, когда базовый индекс или актив падает в цене. Это инструмент для игры на понижение (короткой продажи) без необходимости напрямую занимать акции.

Leverage ETF (ETF с кредитным плечом): Тип биржевого фонда, который использует финансовые деривативы и заемные средства для увеличения доходности базового индекса (например, в 2 или 3 раза). Такие ETF очень рискованны, так как убытки также умножаются.

CSRC (Комиссия по регулированию ценных бумаг Китая): Главный государственный орган, который регулирует и контролирует рынок ценных бумаг в материковом Китае. Его решения имеют огромное влияние на рынок.

Маржинальная торговля: Торговля с использованием кредитного плеча, то есть на заемные у брокера деньги. Это позволяет многократно увеличить потенциальную прибыль, но также и убытки.

Маржинальное требование (Margin Call): Требование брокера к инвестору срочно внести дополнительные средства на счет, когда убытки от маржинальной торговли достигают критического уровня. Если инвестор не может выполнить требование, брокер принудительно закрывает его позиции.

Ликвидация позиций: Процесс закрытия открытых торговых позиций, то есть продажа купленных активов или выкуп проданных в короткую. В контексте маржинальной торговли часто бывает принудительной.

Механизм защиты (рынка) / Прерыватель торгов (Circuit Breaker): Автоматический механизм, используемый фондовыми биржами для временной остановки торгов в случае резкого и значительного падения рыночных индексов. Цель — предотвратить панику и дать инвесторам время оценить ситуацию.

Ловить дно (Catching the bottom): Инвестиционная стратегия, заключающаяся в попытке купить актив в самой низкой точке его падения («на дне»), чтобы максимизировать прибыль при последующем росте. Это очень рискованная тактика, так как точно угадать «дно» практически невозможно.

Кризис субстандартного ипотечного кредитования (Крах Lehman Brothers): Глобальный финансовый кризис 2008 года, спровоцированный крахом рынка недвижимости в США. Крах инвестиционного банка Lehman Brothers стал его кульминацией и символом.

Корейская биржа (KRX): Главная фондовая биржа Южной Кореи, где происходят торги акциями, облигациями и деривативами, включая опционы.

МВФ (Международный валютный фонд): Специализированное учреждение ООН, которое предоставляет финансовую помощь странам, испытывающим экономические трудности, в обмен на проведение структурных реформ.

Фонд LTCM (Long-Term Capital Management): Крупный американский хедж-фонд, который потерпел крах в 1998 году, в том числе из-за дефолта России. Его банкротство чуть не вызвало мировой финансовый коллапс, и ФРС США пришлось организовывать его спасение.

Суверенный фонд: Государственный инвестиционный фонд, который управляет финансовыми активами страны. Его средства могут использоваться для стабилизации экономики.

KOSPI (Корейский композитный индекс цен на акции): Это главный фондовый индекс Южной Кореи, аналог американского S&P 500 или российского индекса МосБиржи. Он отражает общую стоимость и динамику крупнейших компаний, торгующихся на Корейской бирже (KRX).

Служба финансового надзора (FSS): Главный финансовый регулятор Южной Кореи. Это государственный орган, который контролирует все финансовые учреждения (банки, брокеров, страховые компании) и расследует нарушения, такие как манипулирование рынком.

Манипулирование рынком (ценами на акции): Незаконные действия, направленные на искусственное завышение или занижение цены акции с целью получения прибыли. Примером может быть «сброс объема» — массовая продажа акций перед закрытием, чтобы обрушить цену.

Валютный рынок (Forex, FX): Глобальный децентрализованный рынок, на котором торгуются валюты. Это крупнейший финансовый рынок в мире с ежедневным объемом торгов в несколько триллионов долларов.

Комитет по надзору за рынком (при KRX): Подразделение Корейской биржи (KRX), которое в режиме реального времени отслеживает все сделки для выявления подозрительной активности, такой как манипулирование рынком или инсайдерская торговля.

Прайм-брокер (Prime Broker): Крупный инвестиционный банк, который предоставляет широкий спектр услуг крупным клиентам, таким как хедж-фонды. Одной из ключевых услуг является предоставление кредитного плеча (финансирование) для крупных сделок.

AUM (Assets Under Management / Активы под управлением): Это общая рыночная стоимость всех активов, которыми компания управляет от имени своих клиентов. Этот показатель отличается от «чистых активов» (собственных денег).

Ледяной период (на рынке): Метафора, описывающая состояние фондового рынка, когда торговая активность практически полностью замирает. Инвесторы напуганы (из-за кризиса), объемы торгов падают до минимума, и никто не хочет ни покупать, ни продавать.

Делистинг: Процесс исключения акций компании из списка ценных бумаг, допущенных к торгам на бирже. Одной из причин делистинга может быть слишком низкий объем торгов по акции, что свидетельствует об отсутствии интереса инвесторов.

Система верхнего предела (Валютный потолок): Монетарная политика, проводимая Национальным банком Швейцарии. Чтобы франк не стал слишком дорогим (что вредит экспортерам), банк искусственно удерживал его курс, не позволяя 1 евро стоить меньше 1,20 франка. Для этого банк был готов печатать и продавать франки в неограниченном количестве.

Денежно-кредитное смягчение: Политика центрального банка, направленная на стимулирование экономики путем увеличения денежной массы и снижения процентных ставок.

ADR (Американская депозитарная расписка): Ценная бумага, выпущенная американским банком, которая подтверждает право собственности на акции иностранной компании. Это позволяет торговать акциями зарубежных компаний (например, немецких) на биржах США.

Хедж-фонды: Частные инвестиционные фонды, доступные ограниченному кругу богатых инвесторов. Они используют агрессивные и сложные стратегии (шорт, левередж) для получения высокой прибыли в любых рыночных условиях.

BaFin (Федеральное управление финансового надзора Германии): Главный финансовый регулятор Германии. Известен своей строгостью, особенно в отношении иностранного капитала и коротких продаж.

Котируемая / Некотируемая компания: Котируемая компания — это публичная компания, чьи акции торгуются на фондовой бирже. Некотируемая (частная) компания — та, чьи акции не торгуются публично и принадлежат узкому кругу лиц.

Круговая структура акционерного капитала (Циклическое владение): Сложная схема владения акциями, при которой компании внутри одной бизнес-группы (чеболя) владеют акциями друг друга по цепочке (A->B->C->A). Это позволяет семье-основателю контролировать всю огромную группу, имея лишь небольшую долю реального капитала.

Холдинговая компания: Компания, которая владеет контрольными пакетами акций других компаний с целью управления ими, а не для производства товаров или услуг.

Внебиржевая сделка (OTC - Over-the-Counter): Сделка с ценными бумагами, совершаемая напрямую между двумя сторонами, минуя биржу. Используется для торговли акциями некотируемых компаний или крупными пакетами акций.

Ключевые концепции и события

Дизельгейт (Dieselgate) Глобальный скандал, связанный с немецким автоконцерном Stummwagen (аналог Volkswagen). Компания была уличена в манипуляциях с программным обеспечением для занижения показателей выбросов вредных веществ. Чжин Хо предвидел этот кризис и заработал на падении акций компании.

Борьба за власть в LK Group («Война принцев») Внутрисемейный конфликт за контроль над конгломератом LK Group между отцом (О Донг-Ён) и вторым сыном (О Чжэ Хён). Чжин Хо, случайно завладев решающим пакетом акций (5%), использует эту ситуацию для собственной выгоды.

Brexit (Выход Великобритании из ЕС) Реальное историческое событие, которое в сюжете становится очередным предсказанным Чжин Хо кризисом. Он делает крупную ставку против британского фунта и британских компаний, получая огромную прибыль.

Землетрясение в Кумамото Стихийное бедствие в Японии, которое разрушает ключевой проект Jintetsu Group. Чжин Хо предчувствует это событие, заранее скупая облигации компании, что ставит Jintetsu в зависимость от него и его нового союзника, Kangseong Group.

Скандал с Mossack Fonseca («Панамские документы») Глобальная утечка данных, раскрывшая офшорные схемы уклонения от уплаты налогов. В сюжете этот скандал используется как инструмент для окончательного ослабления Jintetsu Group и фондов, которые пытались ей помочь, так как выясняется, что все они были клиентами этой фирмы.

Сейчас?

Нет. Ещё нет. Пока рано.

Я сидел перед компьютером, безучастно глядя на экран.

[Эй, Чжин Хо. Ну же быстрее нажми на кнопку]

[Серьезно, тебе нужно каждый раз проводить ритуал? Боже]

[Ах. Вы можете подождать хотя бы минутку!]

В этот момент члены гильдии, которые были со мной в голосовом чате, начали ещё громче орать.

[Просто нажми!]

С голосом, достаточно громким, чтобы разорвать мне барабанные перепонки, я неохотно щелкнул мышью.

Появился красный цвет.

Это означало, что появился бесполезный предмет.

[Ну вот! Я же говорил. В этом деле главное тайминг!]

[Тайминг, черт возьми]

[Все дело в врожденной удаче. Эта коробка была обречена с самого начала. Ты думаешь, из нее выпадет оружие S класса?]

[У меня еще одна осталась. И на этот раз я сделаю по-своему].

[Ке-ке-ке. Как будто ты что-то получишь.]

[Эй. Если у тебя получится, я дам тебе 1 миллион золота. Я серьезно!]

[Правда? Я запишу твои слова, ладно?]

[Я добавлю ещё 1 миллион золота]

[Я тоже поставлю, так что посмотрим, получится ли у тебя. Младший]

[Независимо ни от чего, на этот раз я получу его, так что все идите охотиться или ещё чем ни будь займитесь!]

Отправив старших товарищей по гильдии, я снова уставился на экран.

Если я нажму кнопку «Открыть», откроется последняя оставшаяся коробка с предметами.

Как и раньше, из нее может выпасть какой-нибудь хлам, или, с очень низкой вероятностью, предмет S класса. Но ещё не время открывать коробку.

«Еще немного... ещё чуть-чуть».

Я ждал очень долго.

[Что? Он все еще этим занимается?]

[Сумасшедший ублюдок]

[Чем дольше ты это тянешь, тем меньше шансов, что он выпадет]

[Все, пожалуйста, тихо]

Как раз когда члены гильдии собирались снова начать меня «наставлять».

Я почувствовал покалывание в кончиках пальцев и дрожь, которая распространилась по всему телу.

«Сейчас!»

Прежде чем это ощущение исчезло, я быстро щелкнул мышкой.

[О? Что... Это что золото?]

[Нет, не может быть, оно действительно появилось? А? Появилось?]

Глядя на золотое оружие, которое выскочило из коробки, я выдохнул дрожащим дыханием.

Это незабываемое чувство.

Тот, кто не испытал его, никогда не поймет.

«Оно появилось!!»

[Боже!]

[Ты сумасшедший ублюдок!! Ты действительно его получил!?]

[Оно появилось? Правда? Не ври. Как оно вообще выпало! Шансы на это просто ничтожны!]

[Хе-хе. Разве я не говорил? Я Чон Чжин Хо!. Если я сказал, что сделаю, то значит сделаю]

Члены гильдии казались завороженными ослепительным золотым оружием, которым я хвастался.

[Ах да. А те, кто ранее ставил 1 миллион золотых, теперь должны заплатить~]

[Уф. Он об этом не забыл...]

[Ах. Вот и все золото, которое я накопил снова пропало...]

[Никаких поблажек. Платите].

Члены гильдии поздравили меня и действительно отправили по 1 миллиону золота каждый.

Для меня это были большие деньги, но, по-видимому, для этих старших это не было чем-то особенным.

[Вау. Чон Чжин Хо. Ты сегодня здорово нажился]

[Разве это оружие не стоит несколько миллионов, если продать его за золото?]

[Сколько этот парень заработает сегодня?]

[Все благодаря вам, хёны. Я с благодарностью буду «рисовать рис»]. (Примечание переводчика: «рисовать рис» — это сленг, означающий конвертацию игровых денег в реальные деньги и зарабатывание таким образом).

[Как будто ты действительно будешь «рисовать рис»]

[Он все равно потратит все на повышение уровня и покупку предметов]

[Тем не менее, благодаря младшему, мы заканчиваем день с приливом дофамина]

[Кстати. Ты записал этот момент?]

[Конечно, я уже все сохранил. Сегодня загружу это в наш чат]

[Отлично. Я на сегодня всё].

[Я тоже~ хорошая работа, спасибо за сегодня].

[О-о. Всем пока].

Проводив старших, я откинулся на спинку стула и уставился на сверкающее золотое оружие.

«Все это благодаря моей способности».

Немного странно называть это «сверхсилой», но как бы это сказать.

С такими вещами, как выпадение предметов из гачи или безумно низкой вероятность улучшения, я жду, пока не почувствую «показывание».

Это трудно объяснить словами.

По всему телу распространяется покалывание, и я чувствую толчок, как будто наступил нужный момент.

Если я нажимал, не пропустив этот момент, то очень часто получал то чего хотел.

«Конечно, проблема в том, что мне приходится ждать очень долго».

Ожидание этого «ощущения» иногда отнимает огромное количество времени.

Поэтому бывали моменты, когда я сдавался, но сегодня мне повезло.

Можно назвать это личной способностью, о которой я никому не рассказывал.

«Если бы только она могла подсказывать мне номера лотереи».

Это была такая мимолетная способность, которая прошла в долю секунды, поэтому, конечно, она не могла предсказывать номера лотереи.

Но кто знает.

Может быть, я просто не знаю, как правильно её использовать.

А может быть, я просто обманываю себя, думая, что у меня есть особые способности.

— Ах. Я горжусь собой.

Как бы то ни было.

Сегодня я это сделал.

Улыбка сама собой появилась на моем лице.

— Ты гордишься? Я бы тоже хотела гордиться тобой.

В этот момент сзади раздался леденящий голос, от которого я вздрогнул и в шоке обернулся.

— Эм? Мама. К-когда ты вошла?

— Ты настолько увлечен игрой, что даже не заметил, как мама и папа вернулись с работы.

— П-прости. Наверное, у тебя снова был тяжелый день.

За мамой следовал папа с мрачным выражением лица.

— Как долго ты собираешься жить, только играя в игры?! Ты не собираешься устроиться на работу? Другие дети твоего возраста все работают и даже живут самостоятельно!

«……»

— Твоя младшая сестра уже устроилась на работу и хорошо справляется. А ты как долго собираешься так продолжать?

Мои родители начали высказывать все, что они сдерживали.

Они были правы в каждом слове, поэтому я ни разу не ответил.

— Ха-ах. Чжин Хо. Мы говорим все это для твоего же блага. Если наш сын хочет всю жизнь играть в игры, я с удовольствием сделаю это возможным. Но в реальности это сложно. Мы не можем вечно быть рядом, чтобы поддерживать тебя, понимаешь?

— …Я понимаю...

— Чон Чжин Хо. Возьми себя в руки. Пока ты не стал ещё старше.

— Дорогой. Хватит. Он все понял.

Папа сдержался, не сказав того, что хотел, по настоянию мамы.

— Я поверю в тебя в последний раз. Докажи нам, что ты изменился. Понял?

Этими последними словами, которые звучали так, будто в противном случае они выгонят меня из дома, их выговор закончился.

— Хах...

В их словах не было ни одной ошибки.

Мне 27 лет.

Я не могу вечно жить безработным в доме родителей.

Честно говоря, я не то чтобы не пытался.

Пусть это и не был престижный университет, но я закончил университет в Сеуле и подавал заявления туда и сюда.

Но после того, как меня отклонили сто раз из ста, моя мотивация, наверное, где-то оборвалась.

И тогда все началось.

Когда я снова взялся за игру, которую бросил, чтобы искать работу.

«Я и вправду слишком долго бездельничал».

При таком темпе я, честно говоря, начал бояться, что стану полным затворником на всю жизнь. Возможно, я наконец-то столкнулся с реальностью, которую все это время намеренно игнорировал.

/-/

[Что? Ты бросаешь игру?]

[Да. Я даже думал продать все свои игровые предметы и обменять их на реальные деньги, но у меня все равно не так много всего, и я многое обязан вам, хёны, поэтому я планирую все отдать и уйти].

[Почему так внезапно? Ты ведь хороший игрок]

[Да, младший. Мы что-то не так сделали?]

[О нет, ничего подобного. На самом деле...]

Я объяснил свою ситуацию от начала до конца.

Что я ухожу из игры, чтобы сосредоточиться на поиске работы.

[Это...]

[Тск. Твои родители не ошибаются]

[Это плохо. Без нашего младшего, что станет с этой унылой атмосферой гильдии? Здесь и так уже одни старики]

Я тоже чувствовал себя плохо.

Но у меня не было выбора.

Пока я не найду работу и не обеспечу себе стабильное положение, я не могу позволить себе тратить время на что-либо другое.

[Джин-хо]

В этот момент мастер отправил мне отдельное сообщение.

«Почему мастер гильдии пишет мне, находясь в групповом чате со всеми остальными?»

[В какой университет ты сказал, что поступил?]

[В университет Чинсон]

[Хм. Это университет в Сеуле? Какую специальность ты получил?]

[Бизнес-администрирование]

Затем он внезапно начал расспрашивать меня о моем образовании.

[Значит, ты научился работать с цифрами? Например, вести бухгалтерский учет?]

[Да. Немного…]

[Хорошо. Тогда почему бы тебе не попробовать поступить в мою компанию, вместо того чтобы устраиваться где-то ещё?]

Я не мог поверить своим глазам.

[Что?]

[Не трать время на поиски работы. Просто приходи работать в мою компанию. Так тебе не придется бросать игру, верно?]

Этот хёнг всегда тратил много денег на встречи гильдии и ездил на хорошей машине, поэтому я подумал, что у него должно быть много денег.

Но он был генеральным директором компании?

Когда мы встретились один на один, он был просто дружелюбным парнем.

[Напиши резюме и отправь его на этот адрес]

[Хён. Ты серьезно?]

[Ты все это время отлично справлялся в гильдии. У тебя хороший характер. Ты вежливый. Ты хорошо управлял рейдовыми командами вместо меня. Я просто хочу как-то отплатить тебе. К тому же, мне кажется, что без тебя игра не будет такой интересной]

Услышав это, я почувствовал, как мои глаза без причины наполнились слезами.

Так этот хёнг заметил все мои усилия.

Обычно он был таким тихим, что я даже не мог представить, что он так обо мне думает.

«Но... а что, если компания не очень хорошая?»

Нет. Возьми себя в руки, идиот.

Разве сейчас время быть разборчивым?

Даже если это небольшая компания, главное — получить работу.

«Посмотрим...»

Я получил адрес электронной почты, который прислал мне мастер гильдии.

Тем не менее, мне было любопытно, что это за компания, поэтому я проверил домен в конце адреса электронной почты.

В тот момент, когда я его проверил, мои глаза расширились.

«... Что?»

Он серьезно генеральный директор этой компании?

/-/

«Kwangwoon Securities», одна из десяти крупнейших брокерских компаний Кореи.

Она управляла активами на сумму более 10 триллионов вон и благодаря стабильной финансовой структуре была отнесена к категории средних финансовых компаний.

Хотя она всё ещё уступала по размеру крупнейшим брокерским компаниям, она гордилась тем, что входила в десятку лучших в Корее, и, прежде всего, её главной силой было то, что она продолжала расти.

Из-за этого она была одним из самых желанных мест работы для молодых людей, стремящихся работать в сфере финансов, и отдел кадров всегда был занят поиском лучших талантов.

— Кто это, черт возьми?

- Имя: Чон Чжин Хо

- Возраст: 27

Университет в Сеуле, но ничего особенного.

Только самые базовые сертификаты.

— Нет сертификата инвестиционного менеджера или сертифицированного финансового аналитика? Мы же не просим CFA или FRM, MBA в мире инвестиций, но…

Но у него даже не было обычных финансовых сертификатов, которые все остальные включают по умолчанию.

Обычно такое резюме вы бы отправили в шредер, гадая, какая уверенность в себе нужна, чтобы отправить что-то подобное. Но была одна проблема.

— Руководитель группы. Это пришло сверху.

— Сверху? Откуда сверху?

— Из кабинета генерального директора.

— Что?

От самого генерального директора?

Это означало, что этот кандидат был «знакомым верхушки».

— Генеральный директор всегда был сторонником найма по знакомству?

Он был известен тем, что не нанимал никого, кроме явно способных людей, все ради роста компании.

Помимо своих собственных навыков, он имел отличный глаз на людей и вывел компанию из нуля до ее нынешних масштабов.

— Но как ни посмотри, в этом парне нет ничего впечатляющего.

Это был первый случай, когда резюме поступило напрямую из кабинета генерального директора.

Это был молчаливый приказ.

Примите этого человека, как только получите резюме.

— Может, он из семьи?

— Тс. Фамилия другая, но все равно. Не обязательно иметь одну фамилию, чтобы быть семьей.

Ким Мун-сик, руководитель группы, погладил подбородок.

— Не было никаких указаний, куда его поместить, верно?

— Нет.

«Значит, его нужно поместить туда, где мы сочтем нужным...»

Но что, черт возьми, нам делать с таким человеком?

— Отправь его в торговый отдел.

Лучше всего поместить его туда, где не нужно много работать, где мало дел и где можно просто плыть по течению.

— В торговый отдел? Ему там, наверное, не понравится.

— А какой у нас выбор? Его продвинули сверху. Скорее всего, он имеет отношение к генеральному директору. К тому же новички-трейдеры практически ничего не делают, так? Только имитируют торговлю и занимаются систематизацией документов, и все. Отправь его туда.

««Парашутист» в нашей компании. Ну, теперь, когда компания стала такой большой, пора членам семьи начать претендовать на должности».

— Чон Чжин Хо...

«Я должен хорошо запомнить лицо этого парня».

Никогда не знаешь.

Может быть, однажды он станет моим начальником.

Разве не говорят, что в компании родственные связи важнее результатов?

«…Боже».

Я сглотнул слюну, глядя на высокое, величественное здание.

Kwangwoon Securities.

Одна из 10 лучших брокерских компаний в стране.

Компания настолько высокого уровня, что такой человек, как я, который с трудом поступил в сеульский университет, даже не осмеливался на нее смотреть.

Но сейчас я осмелился ступить в это самое место.

«Я даже родителям ещё не сказал».

Я не мог поверить, что собирался работать в такой большой и хорошей компании, и боялся, что могу стать обузой и меня выгонят, поэтому я только сказал им, что иду на собеседование, и ушел из дома.

«Этот костюм кажется немного тесным».

Тем не менее, поскольку я всегда жил под пристальным вниманием родителей, я не ел поздние ужины и даже не прикасался к вредной еде, поэтому не набрал много веса.

Но теперь, похоже, мне придётся начать немного заниматься спортом.

Просто поднимаясь по лестнице в метро, я полностью запыхался.

«Действительно ли нужно начинать работать так рано?»

Я получил сообщение, в котором мне велели прийти к 6 утра, поэтому я поспешил, чтобы успеть на первый поезд метро.

Я немного переживал, что могу оказаться там единственным и что компания ещё даже не откроется, но, похоже, это были напрасные опасения.

Когда я выходил из дома, улицы в моем районе были совершенно пусты, но здесь, в Ёуидо, было полно офисных работников в костюмах.

«Все идут на работу».

Брокерские компании обычно начинают работу в 6 утра.

Они вынуждены это делать, так как фондовая биржа открывается в 9.

Чтобы подготовиться к этому, нужно приходить на работу заранее.

Дзынь.

«Кто может звонить в такое время?»

Я проверил номер, и, конечно же.

Это был мастер гильдии, который устроил меня на эту работу.

— О, хён… Нет, то есть, господин генеральный директор?

— Хах. Странно слышать, что ты называешь меня генеральным директором. Когда мы вдвоём, просто зови меня хён, как обычно.

Его голос излучал холодную ауру, подобно зимнему ветру.

— Итак, ты уже на работе?

— Да. Я сейчас перед зданием. Но... это правда нормально? Мне кажется, что я буду только мешать…

— Эй. Если один человек сможет обанкротить всю компанию, то лучше просто закрыть её. Все в порядке. Я проверил, и, похоже, отдел кадров направил тебя в торговый отдел, так что, как как начинающий трейдер, у тебя, вероятно, не будет много работы.

— Это практически равносильно воровству зарплаты.

— Тем не менее, постарайся. Как и в гильдии, хорошо относись к старшим. Ты понимаешь, о чем я, да?

Даже если я ничего не делаю, я должен хотя бы создавать видимость, что стараюсь.

— Да, хён. Я приложу все усилия.

— Хорошо. Добро пожаловать на борт. Наша компания не оплачивает сверхурочную работу и т. п. для новых сотрудников. Так что не рассчитывай на это. Ты должен использовать это время, чтобы проанализировать ещё одну часть данных.

— Да. Я буду усердно работать.

— Хорошо. Я, кстати, отправил тебе подарок за прием на работу на игровую почту.

— Эм? Может быть... это тот предмет, о котором я говорил раньше?

— Умный парень. Вечером зайди в игру. Ах, да! Если люди спросят, как ты попал сюда, ничего не говори. Никаких разговоров об игре и тому подобном. Понял? Просто скажи, что не знаешь.

— А, конечно. Хён…

— Ладно, теперь я вешаю трубку.

После того, как он повесил трубку, я почувствовал себя немного ошеломленным.

Гильдмастер, с которым я так долго играл в игры, смеялся и шутил, на самом деле был генеральным директором в финансовом мире.

И этот человек нанял меня.

Просто потому, что я был тем, с кем он играл в игры.

Это была история, в которую никто бы не поверил, если бы я её рассказал.

Я даже вспомнил, как он ругал меня за то, что я не мог уклоняться от базовых паттернов во время рейдов.

«Что мне делать, когда я войду? Наклонить голову и поздороваться со всеми?»

Я видел в сериалах, как люди громко кричат, объявляя, кто они!

«Нет... не надо делать глупостей».

Просто войду тихо и постараюсь ничем не выделяться.

И, конечно, не создавай проблем!

/-/

Каждая брокерская компания устроена по-своему, но торговый отдел делится на различные подразделения.

Есть отдел количественной торговли (квантовой торговли), который стремится к высокой прибыли за счет краткосрочной торговли акциями, облигациями, деривативами и т. п., принимая на себя риск, используя волатильность рынка.

Есть отдел массовой торговли, который строит торговые стратегии на основе алгоритмов и анализа данных и осуществляет тысячи сделок одновременно с помощью искусственного интеллекта, используя метод высокочастотной торговли.

Кроме того, есть команды по маркетмейкингу, торговле валютой, торговле облигациями и т. д.

Было много разных команд.

Обычно люди думают, что эти команды работают в бешеном темпе с раннего утра, но на самом деле они все же успевают устроить себе небольшой перерыв на чай.

По-настоящему хаотичное время обычно начинается в 8:30 утра, когда начинается предрыночная сессия.

С этого момента и до 4 часов дня идет непрерывная суматоха, в которой нет времени даже отойти в уборную.

— Ты слышал, что к нам придет новый сотрудник?

— Да ладно, это не первый раз. Некоторые уходят, потому что не выдерживают давления, другие уходят, потому что опьянены собственным успехом.

Фондовый рынок — это гигантское казино, легализованное правительством.

И сотрудники там постоянно испытывают давление.

Некоторые не выдерживают этой нагрузки и уходят, а другим просто несколько раз повезло, и они начинают думать, что это все их заслуга, поэтому уходят, чтобы стать индивидуальными трейдерами.

Вот почему брокерские компании, особенно торговые отделы, нанимают новых сотрудников чаще, чем другие отделы.

Но этот новый сотрудник казался другим.

— Я слышал от отдела кадров, что его сюда направил кто-то из руководства.

— Что? Ты серьезно?

— Да. Нам сказали не придавать этому большого значения. Будет головная боль, если об этом узнает весь отдел.

— Подожди. Если его направил кто-то из руководства... ты имеешь в виду семью генерального директора?

— Скорее всего...

Это выглядело так, как будто в тихом торговом отделе взорвалась тактическая ядерная бомба.

В брокерской компании все зависит от результатов.

Но в конце концов, это все-таки компания, поэтому здесь действуют социальные правила.

И в любой компании неизбежно встречаются сотрудники, нанятые по знакомству.

На самом деле, было странно, что до сих пор их не было.

— Руководитель группы тоже об этом знает?

— Я узнал об этом только вчера.

Руководитель группы Пак Хонг-со резко ответил, наливая большую порцию кофе в чашку.

Обычно он не пил кофе, поэтому видеть, как он наполняет чашку, было необычным зрелищем.

Сотрудники в комнате отдыха почувствовали, что не должны ничего говорить, и молчали, пока руководитель группы Пак не ушел.

— Уф. Почему руководитель группы Пак сегодня такой раздражительный?

— А ты бы не разозлился? Торговый отдел и так безумно загружен, а теперь нам ещё и с «парашютистом» разбираться. Я никогда не видел, чтобы этот парень пил столько кофе.

Он был человеком, который любил спорт, не курил и не пил, и даже избегал газированных напитков и кофе.

Но сегодня, похоже, что-то действительно его задело.

— А что, если этот «парашютист» начнет вести себя как принц и создавать проблемы, как только придет?

— А что мы можем сделать? Придется просто улыбаться и терпеть. Или ты собираешься с ним конфликтовать? В любом случае только руководитель группы Пак будет молча страдать.

В этом и была главная проблема с «парашютистами».

Если они полагаются на свою поддержку и ведут себя высокомерно, все, что можно сделать, — это терпеть и смотреть.

— Интересно, как он выглядит. Если он красавец, может, я попробую его соблазнить.

— Ха. Ну давай, попробуй.

Они вышли из комнаты отдыха, любопытно поглядывая на нового сотрудника.

— Хм?

Они увидели мужчину у входа в офис, который выглядел беспокойным и растерянным.

/-/

«……»

Руководитель группы Пак Хонг-со бросил взгляд на Чон Чжин-хо, который стоял, аккуратно сложив руки.

Ему следовало анализировать данные и проверять международные новости и изменения на рынке, произошедшие за ночь, но ему пришлось заниматься новым сотрудником, который внезапно появился.

Ему не нравилась эта ситуация.

В конце концов, у каждого есть свой распорядок дня.

— Вы впервые работаете в сфере финансов?

— Да, впервые.

— Вы когда-нибудь занимались имитацией инвестирования? У вас есть опыт инвестирования?

— Нет... но если вы меня научите, я постараюсь!

«......»

Это был абсолютный новичок, которому нужно было научить всему от А до Я.

Но теперь он понял, почему отдел кадров направил сюда этого «парашютиста».

Хотя с раннего утра действительно много работы, у младших трейдеров не так много дел.

Эта должность в основном предназначена для выполнения мелких поручений, практики в виде имитации торговли и постепенного обучения у старших трейдеров.

Вот почему они засунули сюда «парашютиста».

Они как будто говорили: «пусть он побудет у вас и чему-то научится».

«Как только он немного освоится, они, вероятно, попытаются перевести его в другой отдел».

Пусть он наберется немного опыта в качестве сотрудника, а затем его сразу повысят до должности руководителя группы.

Это был классический путь «парашютиста».

Другими словами, он не был тем, кто останется в этом отделе надолго.

— Старший сотрудник Ли.

— Да, руководитель группы.

— Чон Чжин-хо — новый сотрудник, который с этого момента будет младшим трейдером, поэтому, старший сотрудник Ли, пожалуйста, хорошо его обучите.

— Да, поняла.

Старший сотрудник Ли Хе-рин, которая ещё не знала о страшной личности нового сотрудника, сияла яркой улыбкой. Вероятно, потому что она наконец-то освободилась от роли самой младшей в команде.

— Приятно познакомиться. Я старший сотрудник Ли Хе-рин. Если у вас будут какие-либо вопросы, не стесняйтесь обращаться ко мне.

— А-а… Да. Я Чон Чжин-хо. Буду рад работать с вами!

На самом деле, Ли Хе-рин не впервые обучала новичка.

Уже было несколько новых сотрудников, но ни один из них не продержался долго, и все в конце концов сбежали.

Это была обычная ситуация.

Нужно было приходить не позднее 5:30 утра, чтобы подготовиться к брифингу и все организовать для встреч.

И с течением времени интенсивность рабочей нагрузки только увеличивалась.

Поскольку здесь сделки заключались с точностью до секунды, нужно было немедленно приносить материалы, необходимые старшим коллегам, и если вы хоть немного задерживались, вас засыпали проклятиями за то, что из-за вашей задержки были потеряны деньги.

Это был огромный игорный зал, где за один день обменивались миллиарды вон.

И это было не все.

После того как вы переживали стадию «младшего», начиналось давление, связанное с необходимостью показывать высокие результаты, и выдержать его с ясным умом было почти невозможно.

— Начнем с кофе. Трейдеры живут кофе. Мы должны приготовить кофе для них перед каждой встречей. О, и руководитель группы Пак не пьет кофе, так что ему его не готовь!

— Понятно!

К счастью, этот новый сотрудник был полон энтузиазма.

Он записывал все, что она говорила, в маленький блокнот.

Её первое впечатление о нем было положительным.

— Ещё есть подготовительная работа с материалами. Хотя вначале от вас не будут требовать анализировать или создавать что-то самостоятельно. Как младший трейдер, вы здесь больше для того, чтобы учиться, чем для того, чтобы работать. Поэтому вам нужно изучать все документы для брифингов, которые выходят каждый день.

— Понял!

Даже его ответы были четкими и ясными, и ей это тоже понравилось.

Пока она продолжала объяснять то и это, наступила небольшая пауза.

— Кстати, Чжин-хо, в каком университете вы учились?

— А... в университете?

— Да. Должно быть, в одном из университетов «SKY». Может, мы учились в одном и том же?» (Примечание переводчика: три лучших университета называются по аббревиатуре SKY, взятой из их первых букв: Сеульский национальный университет, Корейский университет и Университет Ёнсе).

—... Университет Чжинсон.

— Чжинсон?

Ли Хе-рин моргнула и на мгновение замерла.

Сначала возник вопрос: где он вообще находится?

— В Сеуле.

— Ах. Понятно.

«Как человек, окончивший такой университет, попал сюда? Была ли у этого университета какая-то связь с этой компанией?»

— Встреча начинается, давайте войдем.

— Ах, да.

/-/

— На этот раз данные по занятости в США оказались намного выше ожидаемых, верно? К тому же, с объявлением индекса потребительских цен волатильность ещё больше возросла. Какова ситуация на валютном рынке?

— Индекс доллара удерживается выше отметки 105. Поскольку ФРС намекнула на повышение ставок, он, вероятно, будет расти и дальше. В отличие от этого, Япония придерживается своей мягкой политики, поэтому ожидается ослабление йены.

— А иностранные инвесторы?

— В этом раунде иностранные покупки сосредоточены в сфере электроники. Ситуация начинает выглядеть перекупленной. Например, для «Kangseong Electronics» коэффициент PER превысил 12x, поэтому может возникнуть краткосрочное давление на оценку.

— Если иностранные покупки продолжатся, это приведет к убыткам по противоположным позициям. Нам нужно будет заняться управлением рисками. Давайте займем короткую позицию и подготовим хеджирование. Рассмотрите варианты хеджирования с помощью ETF или фьючерсов.

— Как скажите, руководитель группы.

Они явно говорили по-корейски.

Но я не понимал ни слова из того, о чем они говорили.

Тем не менее, я делал вид, что внимательно слушаю, и записывал все незнакомые термины в свой блокнот.

В конференц-зале члены команды активно проводили брифинги и отчитывались, а руководитель группы давал указания о том, как рассчитывать время покупок и продаж на основе этих отчетов.

Как бы это сказать?

Это было похоже на просмотр игры.

Как будто лидер рейда давал подробные инструкции каждому участнику рейда перед его началом.

Это было странно знакомо.

— Хорошо. Тогда давайте и сегодня выживем.

С этими словами все быстро разошлись.

Я попытался тихо последовать за старшим сотрудником Ли Хе-рин, но руководитель команды позвал нас обоих.

— Старший сотрудник Ли. Научите сотрудника Чона основам имитационной торговли сегодня.

— Да, поняла.

Старший сотрудник Ли подошла к моему столу и вместе со мной открыла программу.

— Вы уже много раз участвовали в имитационной торговле, верно? Я даже выиграла конкурс по имитационной торговле, проводимый этой компанией, когда училась в колледже. Это помогло мне создать хорошее резюме. Вы тоже участвовали, мистер Чжин-хо?

— …Нет.

— Ага~. Тогда вы, наверное, практичный человек. Тот, кто полностью пропускает имитационную торговлю.

«…».

Я не смог заставить себя сказать, что никогда не инвестировал.

Если бы я это сделал, она могла бы получить ещё один шок после того, как уже была ошеломлена моим университетским образованием.

— Вы могли бы спросить, почему мы занимаемся имитационной торговлей? Отличный вопрос. Мы же не можем просто отдать деньги компании младшему-трейдеру и сразу же поручить ему инвестировать, верно? Поэтому мы даем им разные задания, чтобы они набирались опыта, пока не станут старшими. А имитационная торговля служит инструментом оценки.

Я даже не спросил, а она уже сама ответила.

Тем не менее, благодаря ей я теперь понимал, почему нас заставляли заниматься имитационной торговлей.

— Если хорошо справляешься с имитационной торговлей, тебя повышают до старшего?

— Да. В конце концов, в брокерской компании ничего больше не имеет значения. Результаты — это все. Неважно, насколько хорошо кто-то анализирует данные, говорит или ведет себя в обществе, лучший — тот, кто зарабатывает больше всех.

Это было и преимуществом, и недостатком системы, основанной на результатах.

В этот момент по офису раздался громкий сигнал.

Это было объявление об открытии рынка.

«Ого...»

Ещё мгновение назад в офисе царила тишина, а теперь все бросились в суматоху.

Со всех сторон звенели телефоны, в комнате раздавались щелчки и стук клавиатур, а мониторы вокруг выглядели как художественное воплощение сосредоточенного человеческого безумия.

— Это самое неловкое время для таких, как мы, которые находятся на самом низу. Пока старший не позовет за материалами, делать нечего. Поэтому мы используем это время, чтобы попрактиковаться в имитации торговли. Позвольте мне объяснить вам все пошагово.

Среди этой суматошной сцены Ли Хе-рин начала с самого начала учить меня, как пользоваться программой.

Но в какой-то момент её голос перестал доходить до моих ушей.

«Э-эм, что это?»

Графики, которые я не понимал.

Список акций, который я никогда раньше не видел.

Красные и синие индикаторы, мигающие без остановки.

А потом — покалывание в кончиках пальцев, от которого по всему телу пробежал холодок.

«Почему это происходит так внезапно?»

Это «чувство» затуманивало мой разум и вызывало сильный импульс.

К определенной акции, которую Ли Хе-рин показывала в качестве примера и которая в данный момент светилась синим цветом.

Если бы это был «лутбокс», я был уверен, что вытащу что-то хорошее.

Если бы это было улучшение предмета, я был уверен, что оно удастся.

Эта сильная интуиция овладела мной.

«П-подожди секунду».

В конце концов, как в трансе, моя рука потянулась к мыши.

Кнопка «Купить» была нажата.

— А-а… Зачем вы вдруг нажали кнопку «Купить»?!

— Ой…

«Черт».

Я облажался в первый же день.

Меня потянуло это импульсивное чувство, и я нажал кнопку «Купить», как будто играл в игру.

— Вы даже нажали её как рыночный ордер, поэтому он был выполнен сразу же. Видите? Какого цвета акции?

— Синего.

— Именно. Синего! Это означает, что акции достигли нижнего предела.

— Тогда что мне делать?

— Ну, что ещё здесь можно сделать? Вы же не потеряли реальные деньги. Это же просто имитация торговли…

«Повезло».

Она вскрикнула от удивления, поэтому я подумал, что были потрачены реальные деньги.

— Но есть проблема. Я же вам раньше говорила, так? Мы, младшие трейдеры, проводим имитационные торги, чтобы нас оценивали старшие. Вам нужно хорошо выступить в имитационных торгах, чтобы перейти на следующий этап. Но вы купили все...

Ли Хе-рин искренне беспокоилась за меня, бормоча: «Что же делать».

— Пока что все в порядке. Средства для имитационной торговли, ну, вы можете получить их снова в любое время. Может вам даже повезет, верно? Этот синий свет может в любой момент превратиться в красный. Тогда вы сможете быстро все продать. Но может пройти довольно много времени, прежде чем он станет красным... Вы слышали ранее, верно? Повышение процентной ставки в США. Из-за этого все акции страховых компаний сейчас падают.

— Да. Простите.

— Нет, все в порядке. Когда вы новичок, вы обязательно будете делать много ошибок из-за нервозности. Я тоже была такой в начале. Конечно, из-за этого оценки старших могут быть не очень хорошими, но Чжин-хо, вы же только начинаете, верно? Не унывайте.

Ли Хе-рин.

Этот человек — ангел?

Как можно быть такой доброй?

Казалось, что вокруг нее сияет ореол.

К тому же, её невинная красота создавала ощущение, будто ты находишься в цветочном саду, когда рядом с ней...

«Ах. Возьми себя в руки».

Я пришел сюда работать.

В обычных обстоятельствах я даже не мог бы представить себе, что буду разговаривать один на один с такой красавицей.

И в довершение ко всему, я уже допустил ошибку в свой первый рабочий день.

«Но это чувство было действительно сильным».

Эмоция, которую я испытал во время игры.

Ощущение, что моя особая способность активировалась.

Под этим влиянием я нажал кнопку «купить».

«В игре обратная связь приходила сразу, будь то успех или провал».

Но фондовый рынок было невозможно понять.

Судя по тому, что я видел до сих пор, тот факт, что он всё ещё показывал синий свет, означал, что я, должно быть, что-то неверно понял.

Или, может быть, эта способность с самого начала не имела никакого отношения к акциям.

Может быть, у меня вообще не было особой способности, и мне просто несколько раз повезло...

— Простите. Чжин-хо? Я очень старалась объяснить, вы же не мечтаете, правда?

— Ни в коем случае.

— Хм. Судя по вашему лицу, казалось, что вы ушли в свой собственный мир.

«......»

Лучше пока сосредоточусь на работе.

Это место — джунгли, полные вещей, о которых я не знаю.

Но... когда тебя учит такая красавица, невозможно сосредоточиться.

/-/

Биржа открывается в 9 утра.

Однако из-за предрыночного согласования 8:30 считается реальным началом.

И хотя рынок закрывается в 15:30, из-за аукциона на закрытии окончательная цена фактически определяется в 15:40.

7 часов и 10 минут.

Это была война без выстрелов, которая длилась весь день.

Особенно в отделе собственной торговли, который был самым оживленным местом в компании.

Скальпинг.

Высокочастотный метод торговли, при котором сделки выполняются в течение секунд или минут, принося прибыль за счет быстрого реагирования на колебания спроса и предложения — вот чем занимались в этом отделе.

Даже если вы держали акции, то не более чем неделю, и, как правило, вам приходилось продавать все до закрытия рынка, чтобы обеспечить себе прибыль. Это было главным приоритетом.

Если вы хотели заниматься долгосрочными инвестициями или держать акции дольше, чем в краткосрочной перспективе, этот отдел вам не подходил.

Для такой работы вам следовало обратиться в отдел управления активами или отдел исследований.

Эти отделы нацелены на тот вид инвестиций, который так любят люди: инвестиции в ценные бумаги и инвестиции в рост. Но руководитель отдела Пак Хонг-со не хотел работать в таких утомительных и скучных местах.

Это огромное казино, где красные и синие полоски боролись каждую минуту и секунду дня, играя в нервную игру, чтобы выкачать друг у друга все деньги.

Это место, где дофамин и ярость бушевали каждую секунду, было источником энергии в его жизни.

Если бы фондового рынка не существовало в этом мире, он определенно пошел бы в казино.

Или он бы каждый день сидел, приклеившись к телефону, и занимался незаконными азартными играми в Интернете.

Вот почему он не интересовался социальными сетями, заряженными дофамином, или короткими видео, которыми все, казалось, были одержимы в наши дни.

Потому что это было единственное место, где человек мог полностью восполнить свой уровень дофамина.

Вот почему руководитель группы Пак остался в этой компании.

Разве он не может просто делать это на свои деньги?

Это невозможно.

Когда вы думаете, что делаете это на чужие деньги, это позволяет вам принимать более рациональные решения. Но в тот момент, когда вы начинаете думать, что это ваши собственные деньги, ваше суждение становится неясным.

Именно поэтому успешные трейдеры компаний часто терпят крах, как только переходят на частную торговлю.

— Руководитель группы. Спасибо за ваш сегодняшний труд.

— Настоящая работа начинается сейчас. Пусть сотрудники соберут результаты сегодняшних торгов и рассчитают прибыль и убытки. А заместитель менеджера Ким, подготовьте отчет о позициях. Вы проверили, не было ли каких-либо необычных действий?

— Да, я планировал представить его вместе с отчетом.

— Хорошо. Мне это нужно как можно скорее, чтобы я мог составить стратегию рынка на завтра.

— Сделаю как можно быстрее.

Отдав приказы членам своей команды, Пак Хонг-со сделал небольшой перерыв и достал гантелю из-под стола.

После закрытия рынка он поднимал гантели, чтобы хоть немного уменьшить потерю мышечной массы, и пил протеин — это было частью его рутины.

А сегодняшний ужин, как всегда, будет состоять из свежей куриной грудки...

«......»

В этот момент появился кто-то, кто, наблюдая за его зверской рутиной, колебался, говорить или нет.

— Старший сотрудник Ли. Вы хотите что-то сказать?

— А, да. Руководитель группы. Извините, что прерываю вас во время тренировки.

— Ничего страшного. Просто разминка. В чем дело?

— Ну, руководитель группы...

Обучая новичка, Ли Хе-рин объяснила, что произошло.

— Так что же, новый сотрудник, который пришел сегодня, «случайно» купил все акции компании? И по рыночной цене?

— Да. Похоже, он допустил ошибку, когда я его обучала. Сегодня акции достигли нижнего предела, поэтому я боялась, что его оценка будет слишком суровой...

— Я понимаю, о чем вы говорите. Идите готовьтесь к брифингу. Продолжайте обучать новичка.

— А, хорошо.

Ли Хе-рин.

Говорят, что жизнь отражает характер человека, и это высказывание, казалось, было создано специально для нее.

Ангельская внешность и доброе сердце.

Она не вписывалась в этот безжалостный мир, где людей судят исключительно по цифрам.

«Но он купил все акции?»

Честно говоря, можно ли это назвать ошибкой?

Он старался не обращать на это внимания, но внезапный шаг этого парашютиста продолжал будоражить его любопытство.

«Почему он купил их?»

Акции, которые Чон Чжин-хо купил, были ничем иным, как акциями страховой компании.

Компания называлась «JoongAng Insurance», но акции страховых компаний не являются особо привлекательным выбором.

К тому же, с учетом сегодняшних опасений по поводу повышения процентных ставок, все акции страховых компаний были в минусе.

«Была ли это действительно ошибка?»

Это даже не были реальные деньги, а всего лишь имитация торговли с использованием фальшивых денег.

Если бы это были средства компании, это было бы проблемой, но сумма не была большой.

Тем не менее, неприятное чувство не покидало его.

«Ошибка или нет?»

Даже если это был рыночный ордер, он должен был сам нажать кнопку «купить».

Пока эти мысли крутились в голове, руководитель группы Пак Хон-со закрыл глаза.

«Хватит. Сейчас не стоит об этом думать».

В конце концов, он всего лишь временная замена.

Невозможно, чтобы ему доверили старшую должность, когда он даже не знает, что такое инвестиции.

Так что просто посмотрим, что будет делать этот парень.

«В конце концов, он уйдет сам».

/-/

«Уф. Уже так поздно...»

Не заметив, как прошло время, я обнаружил, что уже 7 часов вечера.

Я пришел на работу в 5 утра и просидел в компании 14 часов.

Но день пролетел действительно в мгновение ока.

«Здесь время летит очень быстро. Возможно, это потому, что здесь все живет в быстром темпе, и мы постоянно находимся в движении».

В начале торгового дня нам с Ли Хе-рин не было особо чем заняться.

Но как только торговля вошла в полную силу, поручения посыпались со всех сторон.

Конечно, я ничего не знал, поэтому просто следовал за Ли Хе-рин и учился.

— Тем не менее, Чжин-хо, вы очень хорошо справились для первого дня. Конечно, была одна небольшая ошибка...

— Вы уверены, что она была небольшой?

— Ну, вы думаете, что они отразят одну ошибку в учебной торговле в оценке новичка, который только сегодня начал работать? Подождите. Руководитель группы Пак может... Ох… Он ведь очень строгий человек.

Хм. Руководитель группы Пак.

С мускулами, которые, казалось, вот-вот вырвутся из рубашки, и выражением лица, как бы это сказать.

Он выглядел как один из тех офицеров, которые строго следуют правилам, которых я видел в армии.

Если бы руководитель группы Пак был моим наставником вместо старшего сотрудника Ли Хе-рин...

«Фу. Одной только мысли об этом у меня мурашки по коже».

Спасибо, Хе-рин!

— Ну, тогда до завтра, Чжин-хо.

— А, да. До завтра.

Я безучастно смотрел на спину старшего сотрудника Ли Хе-рин.

Честно говоря, рабочая нагрузка была даже тяжелее, чем я себе представлял.

Но это было понятно.

Это была одна из самых желанных брокерских компаний среди молодых восходящих талантов.

Я не мог жаловаться на то, что это было тяжело.

Мои мама и папа, которые сегодня работают, чтобы прокормить своего безработного сына, наверное, переживают ещё более тяжелые времена.

Кроме того, мысль о том, что старший сотрудник Ли Хе-рин была моим наставником, придавала мне ещё больше сил.

Я был на пути к станции метро, собираясь ехать домой.

«Э-эм».

Как вдруг мне позвонил мой благодетель.

Я ответил напряженным голосом.

— Генеральный директор!

— Боже... Я же говорил тебе, что когда мы вдвоем, можешь называть меня хёном.

— Но это не так просто сделать...

— Хах. Проработал всего один день, а уже такой. Ну, как тебе? Труднее, чем ты думал, да? Даже новичку пытаться научиться всему и сразу, наверное, было утомительно.

— Ха-ха. Кто я такой, чтобы говорить о том, что это утомительно? А когда я видел, как все так усердно работают, я тоже почувствовал уважение. Ты, наверное, тоже был очень занят, хён, так как же ты вообще играл в игру?

— Благодаря тебе. Когда я был в командировках или завален работой, ты хорошо заботился о гильдии. Даже когда мы проводили рейды, ты выступал в роли лидера рейда и отдавал приказы, что значительно облегчало задачу.

— О, чувак. Не думаю, что смогу сделать то же, что и ты. Чувствую, что как только вернусь домой, сразу же отключусь.

— Только посмотрите на этого парня. Не говори мне, что не собираешься заходить в игру? Я уже зашел и жду тебя.

— Ха-ха. Я скоро зайду.

— Давай. Все волнуются. Говорят, что самый младший, который раньше преследовал игру как призрак, внезапно исчез.

— Тогда мне лучше поспешить. Подожди немного!

Я поспешил к станции метро.

/-/

Около 6-7 утра здесь и там слышны звуки плача.

Гармония, созданная вздохами офисных работников, которым предстоит ещё один рабочий день.

Но не все такие.

Трейдеры.

В выходные, когда рынок закрыт, их руки дрожат.

Они ничем не отличаются от игроманов, которые с нетерпением ждут возможности вернуться в казино.

Ну, наверное, есть исключения.

Но более половины трейдеров, которых до сих пор видел руководитель группы Пак Хонг-со, были именно такими.

Все они были дофаминовыми наркоманами.

«……»

Как всегда, руководитель группы Пак Хонг-со пришел рано и проверил документы.

«Что сегодня произошло за границей?»

Он проверил все необходимое, попивая утренний кофе... нет, утренний протеин.

— Доброе утро, руководитель группы.

Вскоре члены группы начали по одному прибывать на работу.

— Встреча через 15 минут. Будьте готовы.

— Да, сэр!

Завершив утренний брифинг и пересмотрев стратегию, которую они разработали накануне, руководитель команды Пак вернулся к своему столу и дал инструкции.

«……»

До открытия рынка оставалась одна минута.

Даже после стольких лет работы в этой сфере этот момент всегда вызывал наибольшее напряжение и волнение.

Сработает ли моя стратегия?

Смогу ли я снова победить?

Его пальцы чесались как сумасшедшие.

Когда прозвучал сигнал, объявляющий об открытии рынка, руководитель группы Пак быстро двинул руками.

Он просканировал рынок на нескольких мониторах перед собой, и его мозг начал работать на полную мощность.

Когда его стратегия приносила результат, чувство удовлетворения и выброс дофамина были неописуемы; с другой стороны, когда она не срабатывала, беспокойство было настолько сильным, что рука, держащая чашку, начинала дрожать.

Погруженный в этот мир, где за несколько минут можно оказаться в раю или в аду, он всегда чувствовал, что звонок о закрытии рынка раздается раньше, чем он успевает это осознать.

«Ах...»

В такие моменты он чувствовал себя ребенком, который не может покинуть парк развлечений и остается в разочаровании и пустоте, когда веселье заканчивается.

— Руководитель группы. Можно отправить данные?

Но не было времени на раздумья.

Сегодняшний день закончился, а это означало, что пора готовиться к завтрашнему.

— Да. Есть какие-нибудь аномалии?

— Сегодня некоторые акции значительно выросли в цене. Я отправил файл с подробностями.

— Спасибо.

Руководитель группы Пак Хонг-со проверил, какие акции сегодня внезапно выросли, а какие неожиданно упали.

Выявление причин таких значительных колебаний было ключевой частью их работы.

Он прокрутил список, щелкая колесиком мыши.

«...?»

Одна конкретная акция привлекла его внимание.

Очень знакомое название.

«Стоп. Это же...»

На всякий случай он проверил результаты имитационной торговли нового сотрудника, которого видел вчера.

Как и ожидалось.

[JoongAng Insurance +15%]

«Хех».

Руководитель группы Пак невольно усмехнулся.

15%?

Всего за один день?

Причиной внезапного роста «JoongAng Insurance» были ни что иное, как её долларовые облигации.

Обычно страховые компании инвестируют значительную часть своих активов в зарубежные облигации, и из-за опасений по поводу роста процентных ставок большинство из них пострадали от негативных новостей, что привело к повсеместному падению в этом секторе.

Но сегодня только «JoongAng Insurance» резко выросла.

Причина заключалась в том, что их запасы казначейских облигаций США были в три раза выше, чем у конкурентов. Кроме того, у них была высокая доля облигаций с плавающей ставкой.

Таким образом, в то время как все акции страховых компаний упали вчера, «JoongAng Insurance» также упала вместе с ними, но благодаря своим уникальным преимуществам она была единственной, которая достигла сегодня высокой отметки.

И эти акции принадлежали тому, кто работал парашютистом.

Он даже поставил на них все.

Жаль, что это была только имитация торговли, но по какой-то причине ему пришла в голову одна мысль.

«Неужели он, услышав вчерашнее совещание, принял такое решение?»

Вчера команда руководителя Парк Хонг-со обсуждала сильные показатели NFP, CPI и доллара.

Вероятно, все трейдеры в компании ожидали падения акций страховых компаний.

Данные подтверждали это, и так и оказалось.

Но парашютист самостоятельно обнаружил скрытую жемчужину в этих данных.

«Хе-рин сказала, что это была ошибка».

Как ни смотри, это не имело смысла.

Он поставил все на одну акцию, из всех бесчисленных вариантов выбрал «JoongAng Insurance» и купил её по рыночной цене?

«… Это точно была ошибка?»

«Уф!»

Я проснулся, как будто у меня был приступ эпилепсии.

— С-сколько сейчас времени?

Я поспешил сначала проверить время.

А потом выдал крик, полный ярости.

— А-а-а-а.

Я проснулся за десять минут до будильника.

«Я мог бы поспать ещё десять минут».

Такого я не испытывал со времен старших классов средней школы.

Может, просто поспать подольше?

Даже если это всего десять минут?

«Уф. Какой смысл спать подольше».

Как только я закрою глаза, я, очевидно, просплю будильник, который зазвонит через десять минут, и просплю до обеда.

«Боже».

Я с трудом поднялся с кровати.

«Не стоило вчера играть в игры».

Я слышал, что офисные работники играют в игры после работы.

Я понятия не имею, как они так живут.

«Офисные работники чертовски удивительные люди».

Даже наши гильдийские хёны, возвращающиеся с работы в своем возрасте и всё ещё имеющие энергию, чтобы запустить игру, вызывают только восхищение.

«При таком темпе я опоздаю».

Пока я отвлекался на другие мысли, прошло уже десять минут.

Я быстро помыл голову, чтобы собраться на работу.

Я просто включил холодную воду в душе и облил ею голову, нанеся шампунь одной рукой, и все.

Даже это помогает быстро проснуться.

Я уже скучаю по прошлым дням...

Раньше я бы играл в игры до сих пор, а потом погрузился бы в сладкий сон.

«Ах, были времена».

После сверхбыстрого умывания я вышел в гостиную и увидел папу и маму, сидящих за обеденным столом.

«Хм... Почему люди, которые ещё должны спать, уже проснулись?»

Я слишком шумел, умываясь?

— Чон Чжин-хо. Садись сюда.

— Что-то случилось?

— Почему ты в последнее время выходишь из дома на рассвете? Ты правда ходишь на собеседования? Так рано утром?

«Все же этот разговор должен был когда-то наступить».

— Ну... на самом деле, я устроился на работу.

— Что? Я думал, ты ходишь на собеседования?

— Я уже его прошел. Я собирался сейчас идти на работу.

Это был мой третий день в «Kwangwoon Securities».

В первый и второй день я не знал, что будет, поэтому не сказал им, что устроился на работу.

Но теперь я мог сказать.

Потому что.

— Что? «Kwangwoon Securities»?

— Подожди минутку. Ты сказал «Kwangwoon Securities»?

Это произошло вчера.

— Что... это настоящая визитка?

— О боже. Это настоящее удостоверение сотрудника «Kwangwoon Securities» и даже визитка? Что все это...

Мама и папа выглядели совершенно не убежденными.

Затем мама крепко схватила меня за руку.

— Чжин-хо. Прости нас.

— Что? Почему так вдруг…

— Мы слишком давили на тебя, чтобы ты устроился на работу, да? Но все же ты не должен так лгать. Я видела такое в новостях. Дети лгут родителям, что устроились на работу, а потом тайно берут кредит, притворяясь, что это их зарплата, и исчезают без следа...

— Господи, о чем ты вообще говоришь, мама?

— Я знаю, что за компания «Kwangwoon Securities»! Как ты мог устроиться в такую крупную компанию?

Тск.

У меня не было контраргументов.

Это действительно была компания, о которой я не мог и мечтать.

Но я не лгал.

Потому что я действительно там работал.

— Я даже не знаю, с чего начать объяснять, но я действительно там работаю. И мне нужно скоро уходить, мама. Рынок открывается в 8:30, и мне нужно многое подготовить до этого.

Вот что значит быть самым младшим.

Делать черновую работу, чтобы наши старшие трейдеры могли снова заработать много денег сегодня. Поэтому я не мог опоздать.

— Подожди. Ты серьезно...

— Дорогая, разве ты не знаешь нашего Чжин-хо? Он может быть не очень талантлив в учебе и всегда ленив, даже несмотря на то, что он как сумасшедший играет в игры, но он никогда не был лжецом.

— Папа. Это должно быть комплиментом, верно?

— Итак, сынок. Это правда?

Я решительно кивнул.

— Да.

— Папа верил в тебя, сынок. Если ты попал туда, значит, они увидели в тебе что-то и выбрали тебя по какой-то причине.

Папа посмотрел на визитку, которую я получил от «Kwangwoon Securities», как на самую важную вещь в мире.

— Я всегда верил, что наш сын добьется успеха. Ха-ха-ха.

— Спасибо. Но серьезно, я не могу опоздать, ладно? Мне нужно собираться.

— Хорошо. Иди и собирайся. Не опаздывай без причины.

Я быстро собрался и направился к двери.

Тогда мама сунула мне в рот кусок тоста.

— Не пропускай завтрак.

Почему-то мне показалось, что я давно не ел тосты, приготовленные мамой.

— И нам нужно купить несколько костюмов. Ты не можешь ходить каждый день в одном и том же костюме. Пойдем купим новые в выходные.

Затем она тепло обняла меня.

Я тоже давно не обнимал маму.

Папа, который стоял позади, поспешил подойти и тоже обнял меня.

— Береги себя, сынок.

— Если что-то пойдет не так, сразу говори нам. Не держи все в себе. Понял?

— Да.

Так вот каково это — когда тебя признают.

Мое сердце без причины наполнилось теплом.

— Ах, я действительно опоздаю. Я вернусь вечером!

— Хорошо. Я приготовлю что-нибудь вкусное, так что позвони, когда будешь знать, во сколько вернешься!

— Хорошо!

Я поспешно открыл дверь и вышел на улицу.

Сегодня мои шаги были легче, чем когда-либо.

/-/ POV Ли Хе-рин

— Чжин-хо... Вы успели за минуту до начала?

— Уф. Слава богу. Я должен был прийти раньше вас, сунбае. Простите.

— Хо-хо. Ничего страшного. В конце концов, я должна подавать пример как ваш наставник.

Новый день начался с упорядочивания файлов для брифинга.

— Вчера у нас был легендарный день, согласны?

— Да. Я считал, что первый день будет самым загруженным, но не ожидал, что будет день, ещё более загруженный, чем он.

— Вчера был немного исключительный день. Волатильность рынка внезапно возросла. Такое не часто случается.

«Сегодня только его третий день».

Но новый сотрудник имел талант к этой работе.

Большинству новых сотрудников требуется около месяца, чтобы начать работать, пусть и медленно, но этот парень уже был быстрым и отзывчивым.

Как бы это сказать?

У него было хорошее чутье.

Благодаря этому мы быстро закончили подготовительную работу.

Достаточно, чтобы насладиться чашечкой кофе в такой расслабляющей обстановке.

— Ах да. Вчера мы были так заняты, что я даже не успела проверить, как прошла пробная торговля. Вы случайно не видели, Чжин-хо?

— Нет. Я вчера весь день бегал за вами, сонбэ.

Документы, закуски, напитки и так далее.

Я бегала туда-сюда, таща за собой тележку, заполненную всевозможными вещами.

Большинство людей думают, что младший трейдер принадлежит только к одной команде, но это не так.

Если не хватает рук, приходится бегать и помогать другим командам.

Вчера был особенно напряженный день, и я весь день бегала, доставляя вещи от команды к команде.

— Я только что подумала, что если мы будем продолжать терять деньги, может быть, лучше продать их сейчас, пока ситуация не ухудшилась. Из-за проблемы с процентными ставками все акции страховых компаний находятся в нисходящем тренде. Лучше продать, пока убытки не усугубились.

— Вы так думаете?

— Да. Я дам вам совет, так что давайте попробуем восстановить убытки. Посмотрим... Акции, которые вы купили в прошлый раз, были «JoongAng Insurance», верно? Какова была их цена закрытия вчера?

«Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз пила утренний кофе в офисе?»

Я почувствовала небольшую радость, проверяя курс акций «JoongAng Insurance».

— Пффф-!

Я выплюнула кофе, который пила.

Встревоженный Чон Чжин-хо, сидевший напротив меня, быстро принес салфетки.

— Вы в порядке?

— Чон Чжин-хо... Вы случайно не видели курс?

«JoongAng Insurance» поднялась на целых 15%.

Именно эта акция падала вместе с другими акциями страховых компаний.

— Э-эм...

Но выражение лица Чон Чжин-хо, когда он смотрел на экран, было странным.

«Не могу сказать, что он был удивлен? Или как будто он знал, что это произойдет?»

— Э-эм, нет. Я тоже вижу его впервые сегодня. Почему акции так поднялись...

Даже его тон звучал неестественно.

Может, это было просто мое воображение.

«Но как он выбрал именно эту акцию из всех других страховых акций, которые падали?»

Это было невероятное совпадение.

— Вы правда не знали?

— Простите?

— Вы же уже знали, что она поднимется?

— Н-нет, откуда я мог…

Да, наверное, так и было.

Все кричали, чтобы продавать акции страховых компаний, так что не может быть, чтобы этот парень был единственным, кто что-то знал.

— Чон Чжин-хо.

В этот момент по офису раздался тяжелый голос.

Это был никто иной, как руководитель группы Пак.

— А, да. Руководитель группы. Доброе утро.

— Давайте поговорим. Идите за мной.

— Да, сэр.

Может, это из-за разницы в росте, но когда Чон Чжин-хо шел за руководителем группы Паком, он выглядел немного жалко.

«Его ведь не вызвали, чтобы отругать».

Может, руководитель группы тоже что-то заметил?

/-/ POV Чон Чжин-хо

Я был ошеломлен.

Когда я покупал эту акцию, она стабильно падала, поэтому я подумал, что моя способность здесь не сработала.

К тому же вчера я был так загружен, что даже не проверил курс акций.

А теперь она выросла?

— Сотрудник Чон Чжин-хо. Сегодня ваш третий день. Как дела? Все в порядке?

— Да, все хорошо. Все ко мне хорошо относятся.

— Это хорошо. Я хотел не торопить вас и не давать слишком много работы, но вчера рынок был необычайно волатильным.

— Ничего страшного. Я буду усердно работать над всем, что вы мне поручите.

Руководитель группы Пак посмотрел на меня.

— В нашей группе только я знаю.

— Простите?

— Что вы попали сюда благодаря найму по знакомству.

— Ах.

— Ну, слухи скоро разлетятся, и все узнают.

С этими словами руководитель группы Пак сделал глоток из чашки, которую держал в руке.

Я слышал, что это был протеин.

— Я не хотел спрашивать, но раз уж мы здесь, то я просто спрошу. Вы родственник генерального директора?

— Нет.

— Нет? Тогда почему генеральный директор взял вас в компанию? Вы же прекрасно знаете, что ваши квалификации недостаточно хороши, чтобы попасть сюда.

— Это...

Тогда я вспомнил, что гильдмастер твердо сказал мне.

Что я ни в коем случае не должен говорить, что мы познакомились через игру или что-то в этом роде.

— Простите, руководитель группы. Я не могу об этом говорить.

«......»

Теперь я понял, почему он сказал мне не говорить.

Если люди услышат, что я попал сюда, потому что мы познакомились через игру, как они отреагируют?

— Ладно. Я не буду давить. Только ещё одно. Что происходит с «JoongAng Insurance»?

Видимо руководитель группы тоже это видел.

— Это было просто... чистая удача.

— Чистая удача... Вы знаете, каковы целевые показатели доходности наших трейдеров? От 0,1 до 1%. В нестабильные дни, как вчера, мы иногда зарабатываем от 3 до 5%, но это также означает большие убытки. Поэтому мы ставим скромные цели по доходности. Слишком усердное стремление к прибыли может привести к ещё большим убыткам.

Я слышал от старшего сотрудника Ли Хе-рин, что ежемесячная целевая доходность команды обычно составляет от 5 до 15%.

— Но вчера вы заработали ежемесячную целевую доходность для каждого трейдера всего за один день. Даже если это была имитация торговли, вы действительно считаете, что это была просто удача? Это не была стратегия, которую вы разработали на основе того, что мы обсуждали на наших собраниях?

«......»

Я не мог сказать ни слова.

Я едва помнил, что вообще говорилось на тех встречах, и даже если бы помнил, я бы ничего не понял.

Конечно, я усердно учился.

Но как полный новичок, проработавший всего три дня, я не понимал этого мира акций.

Тем не менее, я не мог вдруг сказать: «На самом деле, руководитель группы, у меня есть особые способности...» и нести всякую чушь.

— Хм. Так значит, на этот вопрос тоже трудно ответить?

— Ну...

— Хорошо, я больше не буду спрашивать. У каждого есть свои секреты, и делиться ими глупо. Особенно когда для трейдера на первом месте стоит личная эффективность. Это была моя ошибка. Простите.

— Нет, не стоит...

— Тогда продолжайте в том же духе. Даже если пойдут слухи, что вы наняты по знакомству, я не думаю, что люди будут смотреть на вас слишком строго. Если вы покажете им, как усердно вы работаете, их мнение изменится.

— Да. Я буду усердно работать.

— Теперь можете идти. Позовите ко мне старшего сотрудника Ли Хе-рин.

— Хорошо, сэр.

Меня даже не ругали, но мое сердце билось как сумасшедшее.

Вероятно, руководитель группы Пак не хотел этого, но его присутствие подавляло людей.

Вероятно, это было из-за его мускулов, готовых разорвать рубашку.

«Но что, если моя «способность» и вправду работает?»

Особая способность, которой обладаю только я, неизвестная другим.

Может быть, мне просто невероятно повезло.

Или, может быть, эта способность, которую я использовал только в играх, действительно работает и здесь.

Если подумать, фондовый рынок — это одна большая игра-гача, основанная на вероятности.

Независимо от того, насколько хорош ваш анализ данных, никто не может предсказать, как все сложится, учитывая всю эту случайность и волатильность.

«Надеюсь, сегодня будет немного меньше работы».

Так я смогу проверить, действительно ли эта способность работает.

/-/ POV Пак Хонг-со

«Так в нем действительно есть что-то особенное».

Руководитель группы Пак испытывал любопытство.

Хван Дэ-вун, генеральный директор «Kwangwoon Securities», — человек, который нанимает людей исключительно по заслугам и построил эту небольшую компанию до её нынешних масштабов.

Он достиг такого успеха не потому, что сам был отличным инвестором, а потому, что обладал исключительным чутьем на людей.

Именно поэтому руководитель группы Пак был так озадачен.

«Чтобы такой человек устроил кого-то по знакомству».

Он был глубоко разочарован, думая, что человек, которого он уважал, ввел в компанию члена своей семьи, но теперь выяснилось, что эти двое даже не были родственниками.

«И он даже сказал, что не может раскрыть причину...»

Какой смелый парень.

Он говорит, что не может рассказать, почему его наняли по знакомству.

И ещё одна вещь, которую Пак уловил из их короткой беседы.

«Чон Чжин-хо точно знал, что акции «JoongAng Insurance» будут расти».

Он притворялся, что не знает, но опытные глаза Пака, закаленные в этом игорном зале, который называется рынком акций, не могли быть обмануты.

Это означало, что это было исключительно его собственное мастерство.

Безумная смелость, чтобы поставить все на одну акцию.

Проницательность, позволяющая увидеть другой исход, когда все остальные предсказывали крах страховых акций.

Может быть, этот парень...

— Вы звали, руководитель группы?

— Ах. Старший сотрудник Ли. Все материалы для встречи подготовлены?

— Да. Все готово.

— Хорошо. Тогда я сообщу об этом членам нашей команды и другим отделам. Сегодня никуда не бегайте, просто оставайтесь за своим столом.

— Простите?

— У вас не было времени на торговлю из-за большой загруженности, верно? Посвятите сегодняшний день тому, чтобы сесть и сосредоточиться на практике торговли. С сотрудником Чоном.

— А... Да. Я так и сделаю.

Он не знал, почему генеральный директор взял этого парня по знакомству.

Но Чон Чжин-хо.

В нем определенно было что-то особенное.

Будь то озарение или какая-то безумная зависимость от дофамина, маскирующаяся под смелость.

С этого момента он собирался выяснить.

«А может, это действительно был просто случайный удачный ход».

Тем не менее, на фондовом рынке есть поговорка, которая глубоко укоренилась.

[Торговля акциями — это вопрос удачи].

Удачливый всегда выигрывает.

— Ну же!

— Что вы делаете, Чжин-хо?

— А-а, да так... Делаю разминку.

Когда рынок откроется, мне придется таскать эту тележку туда-сюда.

Ли Хе-рин однажды сказала мне:

«Две самые важные вещи на фондовом рынке — это самообладание и скорость, понимаешь?»

Самообладание — это то, с чем должны справляться старшие трейдеры, которые непосредственно занимаются сделками, а мы отвечаем за скорость. Буквально вчера я так много бегал, что у меня чуть не начались судороги в икрах, и я понял, как сильно мне нужны физические упражнения.

Ах. Но когда же я должен заниматься спортом?

Заниматься спортом после работы? Это ужасно.

В последнее время я слышу, что все офисные работники занимаются этим после работы.

Это вообще имеет смысл?

Особенно руководитель группы Пак...

«Уф».

Я покачал головой из стороны в сторону.

Даже когда я жил как игроман, я ни разу не занимался спортом. Как мне вообще начать тренироваться после работы сейчас?

— Чжин-хо... Нам сегодня не понадобится тележка.

— Что?

— По крайней мере, сегодня нам не придется трогать тележку.

— Если мы, младшие, не будем таскать тележку, то кто же тогда?

— Пак Хонг-со уже поговорил с другой группой новичков. Так что сегодня вместо нас будут бегать младшие из другого отдела.

«Так внезапно?»

Если так, то он должен был сделать это вчера... Хотя я не должен говорить таких вещей, но все равно было странно, что это произошло.

Не думаю, что это потому, что я попал сюда по знакомству.

— Вместо этого сегодня мы будем проводить имитацию торговли до закрытия рынка. Начальник сказал нам это сделать. Думаю, он дает нам шанс из-за тех страховых акций.

— Ах...

— Благодаря вам, Чжин-хо, я тоже получила шанс. Спасибо.

— Нет, мне просто повезло, и все...

— Но было ли это действительно везением? Хм. Нет, я, пожалуй, не буду расспрашивать. Было бы невежливо лезть в вашу коммерческую тайну.

У меня не было ничего, что можно было бы назвать коммерческой тайной.

Я не обладал какими-то удивительными аналитическими способностями.

— Сегодня мы будем заниматься только имитацией торговли.

Похоже, это будет очень важный момент для проверки моих способностей.

— Совещание скоро начнется. Вы должны навострить уши и внимательно слушать. Крупные брокерские компании, такие как наша, всегда четко формулируют свое мета-понимание.

— Мета-понимание?

— Да. Популярные акции, тематические акции, акции, представляющие интерес, акции, стремительно растущие в цене, и так далее. Обычно все это не происходит одновременно в разных направлениях. В большинстве случаев все это пересекается в одном секторе, верно? Поэтому это и называется мета.

Слышать здесь игровой термин было странно.

В играх тоже то, что становится трендом, называется мета.

Похоже, что и в брокерских компаниях тренд дня называют мета, и они глубоко изучают этот сектор.

— Сегодня мы проверим, кто играет роль ведущей акции и кто извлекает из этого выгоду за кулисами. Это то, что мы проверяем во время совещаний. Отдел собственной торговли наиболее чувствителен к этим вещам.

Мы готовим материалы, но на самом деле в основном получаем их в готовом виде.

Внутри компании есть отдел исследований.

Там они ежедневно собирают и анализируют информацию из отечественных и международных источников и изучают, как эта информация повлияет на фондовый рынок.

После того, как эти отчеты проходят фильтрацию, мы получаем их, распределяем между членами команды и готовим материалы для брифингов на совещаниях.

— Для меня все это по-прежнему похоже на иностранный язык.

Глобальные, отраслевые, корпоративные, рыночные тенденции.

Это безумные отчеты, полностью проанализированные с помощью цифр.

Как я могу их понять, просто глядя на них?

— Хо-хо. Что ты говоришь? Разве ты не учил все это в школе? К тому же, ты наверняка устал от этого, когда готовился к экзаменам.

«……»

Я просто ничего не ответил.

— О. Похоже, скоро все соберутся. Пойдем внутрь.

— Да.

Мета-понимание.

Значит, мета-понимание важно.

Я навострил уши, размышляя над словами Ли Хе-рин.

Поскольку отчет был основан на отчете о тенденциях, созданном элитой из престижных университетов, мы могли на месте услышать, каким было сегодняшнее мета-понимание.

Это была невероятная информация, которую нельзя было услышать, даже заплатив деньги снаружи.

— Вы все читали отчет, верно? Самая актуальная проблема на данный момент — сектор электромобилей. В частности, риски растут по всей цепочке создания стоимости. Каждый из вас, назовите по одному факту.

«Ах. Я с самого начала ничего не понимаю».

— После недавних пожаров в электробусах, похоже, неизбежно, что глобальные OEM-производители будут вынуждены пересмотреть свои стандарты безопасности... В частности, цена на никель, один из материалов для производства батарей, упала на 45% по сравнению с шестью месяцами назад, что ослабило динамику всего сектора. Падение оказалось гораздо больше, чем ожидалось, руководитель группы.

— Переизбыток предложения также является серьезной проблемой. В случае с китайской компанией LYD, несмотря на то, что их коэффициент использования снизился до 60% по сравнению с прошлым годом, запасы по-прежнему превышают 400 000 единиц. Средняя цена на модели начального уровня снизилась более чем на 30% по сравнению с прошлым годом. Они как будто говорят нам не заниматься бизнесом.

— Но ЕС и США по-прежнему придерживаются твердой политики, верно? Уже принят закон, запрещающий продажу новых автомобилей с двигателями внутреннего сгорания с 2035 года.

Я промолчал и тихо следил за ходом разговора.

Я слушал внимательно, быстро перечитывая отчет глазами.

Сегодняшней темой был сектор электромобилей.

Несмотря на то, что Европа и США приняли очень жесткие законы, которые в будущем запретят продажу новых автомобилей с двигателями внутреннего сгорания, говорят, что такие автомобили по-прежнему хорошо продаются.

Кроме того, США ввели политику субсидирования, и то же самое касается нашей страны.

Однако из-за случаев возгорания аккумуляторов, происходящих по всему миру, и неудобств, связанных с необходимостью зарядки, не так много людей ищут электромобили, как ожидалось.

— Даже если политика ЕС и США является твердой, для людей, которые торгуют каждую секунду, это всего лишь бессмысленные обещания. Есть также опасения, что эти обещания могут быть отменены в любой момент.

Отдел по торговле ценными бумагами занимается исключительно краткосрочной торговлей.

Для них долгосрочные обещания — не более чем иллюзия.

То же самое касается и розничных инвесторов, активных на фондовом рынке.

— Открывайте короткие позиции по всей цепочке электромобилей, но тщательно управляйте рисками. Хеджируйте, продавая ETF с высокой долей акций производителей аккумуляторов.

— Понятно. Какой левередж использовать?

— Более 2x — опасно. Держитесь консервативно, около 1,5x. Если мы получим маржин-колл, это станет проблемой.

— А как насчет сектора внутреннего сгорания?

— Выбирайте недооцененные акции среди акций компаний, производящих катализаторы. Но не кладите все в одну корзину, распределите риски. Возможно, это уже частично отражено.

— Тогда давайте начнем с коротких позиций утром, а днем перейдем к длинным? Каждый может сам решить, когда это сделать.

— Давайте так и поступим. Посмотрим, как будут развиваться тенденции. Здесь нужно полагаться на интуицию. Только не будьте жадными. Я знаю, что вы все не достигли месячной нормы в этот раз, но если будете форсировать события, то можете потерять ещё больше. Ясно?

— Да, руководитель группы.

Когда собрание закончилось, все поспешили выйти.

Руководитель группы дал несколько инструкций, но я ничего не понял.

Затем, на выходе, один из старших сотрудников окликнул Ли Хе-рин.

— Хе-рин. Соберите данные по акциям компаний, производящих катализаторы, вместе с Чоном и пришлите их мне.

— Да, конечно!

Как раз когда мы собирались выйти и собрать данные.

— Подождите. Попросите об этом других младших.

— Эм?

— У этих двоих сегодня есть другая работа, так что не поручайте им ничего.

— А... Хорошо. Понятно.

Руководитель группы сказал это старшему сотруднику, а затем кивнул нам.

Затем он сказал нам, чтобы мы тоже поспешили до открытия рынка.

/-/ POV Ли Хе-рин

«Фух...»

Кончики пальцев Ли Хе-рин дрожали.

Это чувство она не испытывала уже давно.

Она чувствовала себя голодным призраком, вернувшимся в игорный дом.

«Я не могу допустить ошибок».

Руководитель команды сказал это предельно четко.

Это оценка.

Другими словами, если она здесь провалится, то ещё долго останется младшим сотрудником.

Она просто будет проводить дни, выполняя поручения и играя роль горничной.

«Все в порядке. Я смогу это сделать!»

Ли Хе-рин повторяла это себе.

Это была долгожданная возможность, и она была полностью готова ею воспользоваться.

Теперь, как только откроется рынок, все, что ей нужно будет делать, — это как сумасшедшая щелкать мышкой.

«Но интересно, как дела у Чжин-хо».

Она встала на цыпочки и посмотрела в сторону Чон Чжин-хо за соседним столом.

Ли Хе-рин была занята перепроверкой всего: от отчета, предоставленного исследовательской группой, до данных о запасах катализаторов и содержания сегодняшнего совещания.

Но Чон Чжин-хо просто сидел неподвижно, уставившись в монитор, как будто он застыл.

Как ни смотри, он выглядел как человек, который мысленно отключился, потому что не знал, с чего начать.

Она догадалась, что страховые акции действительно были просто удачей.

«Может, мне пойти ему помочь, когда все немного успокоится?»

Заботиться о младших — долг старших!

/-/ POV Чон Чжин-хо

Как спортсмены, ожидающие старта, все, казалось, ждали выстрела из пистолета.

Вскоре сигнал раздался по всей компании, как сигнал тревоги.

Пришло время всем броситься вперед.

«……»

Но я ничего не сделал.

Я не говорю, что просто стоял и улыбался, словно всезнающий волк.

Я буквально сидел в оцепенении, потому что не знал, что делать.

«Я понятия не имею, с чего начать».

Если бы это был предмет из гачи, основанный на вероятности, я мог бы просто смотреть на него, пока не почувствую что-то, а затем вытащить.

Или, если бы это было улучшение, то было бы то же самое.

Но акции были другими.

Слишком много вещей нужно было учитывать.

«Я не имею понятия, поднимется ли она сейчас, завтра или через год».

С гачей и улучшением вы получаете немедленную обратную связь о том, удалось ли вам или нет.

Но с акциями все не так.

«Допустим, я купил акции, руководствуясь интуицией. Но что, если они не вырастут в цене до следующего года?»

И есть так много названий акций, что я даже не знаю, на что смотреть, пока не почувствую что-то.

Это похоже на поиски весов в пустыне.

«Успокойся».

Это фраза, которую я всегда говорю себе, когда мой разум затуманивается мыслями.

Проблема в том, что я всегда использовал её только во время игр.

В любом случае, пока что мне нужно сохранять спокойствие и действовать пошагово, не паникуя.

«Они сказали, что сегодняшняя мета — это электромобили и аккумуляторы».

Начнем с этого.

Как сказал руководитель команды, я должен хотя бы показать, что я усердно работаю.

Я смело открыл отчет, предоставленный исследовательской группой.

«Хм…»

«Этот отчет точно на корейском?»

На экране также был отображен полный список акций, связанных с сегодняшней темой, и, как и предсказывал руководитель группы, все они были синего цвета.

«Кажется, он сказал, что утром нужно открывать короткие позиции, а днем — длинные».

Короткие и длинные позиции.

Как я вообще должен занимать эти позиции и управлять риском?

Ах. Если бы я знал, что будет так, я бы инвестировал вместе с другими и приобрел некоторый опыт.

«Но если все они отображаются синим цветом, разве это не означает, что я абсолютно не должен их покупать прямо сейчас?»

Акций, связанных с электромобилями и аккумуляторами, было больше, чем я ожидал.

Но все они мигали синим, и казалось, что вход в них сейчас приведет к катастрофе.

«Поищем акции, светящиеся красным, и попробуем их».

Есть термин «санг-тта».

Он означает погоню за акциями, которые достигают верхнего предела.

«Вместо того, чтобы вкладывать деньги в эти, вероятно, было бы гораздо лучше вложить все в одну из тех».

Не стоит делать то, чего не следует делать.

Подумав так, я собирался пролистать акции, связанные с аккумуляторами, которые были заполнены синим цветом.

«……?»

Очень слабо, но я почувствовал покалывание, начинающееся в кончиках пальцев и распространяющееся по всему телу.

Это ощущение… оно было мне знакомо.

«Не может быть…»

Я снова открыл окно, которое собирался закрыть.

Затем я медленно проверил названия акций одну за другой.

Среди списка, заполненного отрицательными числами, колесико мыши остановилось на одной компании.

Компания, производящая батареи с использованием никеля в качестве сырья.

«……»

Покалывание стало настолько сильным, что я сглотнул.

Оно было безошибочным.

Это было то ощущение, которое я знал.

«Но это……»

Потери слишком велики, разве нет?

И разве не говорили, что вкладываться в акции, связанные с батареями, сейчас будет полной катастрофой?

Похоже, в ближайшее время шансов на рост не было.

Но это сильное, дрожащее ощущение в кончиках пальцев подсказывало мне, что это именно она.

«Ладно. В конце концов, это всего лишь виртуальная торговля, верно?»

Эта мысль немного успокоила меня.

Только на этот раз я снова доверюсь своей интуиции.

Я решительно нажал кнопку «Купить».

Руководитель команды Пак Хонг-со не был большим поклонником игр.

Они просто не были в его вкусе.

Он никогда не мог понять, как люди могут настолько увлечься ими, что теряют счет времени.

Но после того, как он вошел на фондовый рынок, он стал понимать чувства геймеров.

Он тоже полностью погружался в работу и сосредотачивался исключительно на фондовом рынке с момента его открытия до закрытия.

Сегодня рынок тоже закончился в мгновение ока.

«Уф...»

Он проверил дневную прибыль.

+1%

1%

На первый взгляд это казалось очень маленьким числом.

Однако в отделе собственной торговли 1% был отнюдь не маленькой цифрой.

— Руководитель команды. Вы сегодня хорошо поработали.

— А как насчет остальных?

— Даже не упоминайте об этом. Не только наша команда, но и другие команды тоже полностью провалились.

В последнее время рынок был чрезвычайно нестабильным.

Таковы были акции.

Даже если бесчисленные элиты пришли с тщательным анализом данных, цены на акции были непредсказуемы.

Это потому, что фондовый рынок был воплощением человеческого безумия.

— На этот раз ни одна команда не достигнет своей месячной цели.

— Да. Но все же, кто знает? Осталось ещё около недели, верно? Может быть, к тому времени мы сможем достичь планового показателя.

В отделе собственной торговли для каждой команды устанавливались ежемесячные плановые показатели.

От минимум 5% до максимум 15%.

Иногда люди неправильно понимали и думали, что отдел собственной торговли, который в основном занимался дневной торговлей, имел ежемесячные плановые показатели прибыли около 50-100%.

Они считали, что дневная торговля — это азартная игра, и что игроки получают самые высокие доходы.

Но на самом деле был местом, в этом отделе безопасность ставилась превыше всего.

Поэтому они не рекомендовали рискованные инвестиции и устанавливали лимиты на кредитное плечо для управления рисками.

Из-за этого было обычным явлением видеть ежедневную прибыль в 0,1%.

Отдел биржевой торговли можно охарактеризовать как место, где соблюдалось строгое управление рисками с настроем, по крайней мере, никогда не терпеть убытки.

— Мы должны продвигаться так далеко, как только можем. Все возьмите по чашке кофе, а потом давайте сразу перейдем к совещанию.

— Как скажите, руководитель команды.

Руководитель команды Пак также направился в комнату для перерывов, чтобы сделать небольшой перерыв и налить себе воды.

Когда он наполнял чашку, кто-то тихо подошел к нему сзади.

— Эй, руководитель Пак. Разве не слишком очевидно, что ты подлизываешься?

Это был руководитель группы Ким Хак-тэ, который пришел в компанию в том же году, что и он.

Руководитель Пак нахмурился.

— О чем ты говоришь?

— Ты спрашиваешь, потому что действительно не знаешь, или притворяешься, что не знаешь? Мои младшие сегодня пережили тяжелый день из-за тебя. Рынок и так был в ажиотаже, а они были единственными, кто бегал как сумасшедшие.

«Ах, так вот в чем дело».

Ким Хак-тэ шептал тихо, как будто боялся, что кто-то услышит.

— Тот парень... Я слышал, ты позволил ему сегодня отдохнуть. Я не думал, что ты такой, но оказывается, ты тоже пытаешься играть в корпоративные игры?

— Это не так.

— Я понимаю. Я слышал, что генеральный директор лично устроил его. И поскольку он случайно попал в твою команду, конечно, это тебя беспокоит. Если ты сейчас настроишь его против себя, а он позже быстро получит повышение до руководящей должности, это будет проблемой.

Это было верно.

Даже если он пытался не обращать внимания, они сделали это невозможным.

— Так ты с ним разговаривал? Какие у него отношения с генеральным директором? Он же его родственник, да?

Чон Чжин-хо сказал, что он не родственник генерального директора.

— Я тоже не знаю...

— Тск. Ты снова пытаешься оставить хорошие новости при себе.

— Какие хорошие новости? Он просто человек, который через некоторое время уйдет.

— Ну... скорее всего так. Но, может, мне стоит познакомиться с ним, пока он не ушел? В конце концов, даже ты вкладываешь в это усилия.

Руководитель Пак покачал головой и вышел из комнаты для перекусов.

Он держал Чон Чжин-хо у своего стола весь день, чтобы оценить его навыки инвестирования.

«......»

Во что он инвестировал сегодня?

«Daehan Solution?»

Daehan Solution — компания, которая импортировала никель и производила батареи.

В такой день, как сегодня, нет, в обозримом будущем, это была одна из акций, к которой он никогда не должен был прикасаться.

Но новичок вложил в нее деньги.

«Он снова пошел ва-банк?»

Он бунтует?

Говорит ему, чтобы он не смел его испытывать?

Или это просто его привычка ставить все на одну акцию?

«Верно. Чего я вообще ожидал?»

Не желая слишком много думать, руководитель команды Пак закрыл окно.

Он дал новичку шанс, задаваясь вопросом, может быть, у того есть талант к инвестированию, но, как и ожидалось, этот новичок оказался обычным нанятым по знакомству.

Тот факт, что он не разнообразил свои инвестиции и просто вложил все деньги в одну акцию, как будто ему было все равно, говорил сам за себя.

Такое безответственное отношение было немного раздражающим.

«Какой смысл злиться из-за такого?»

Он все равно скоро уйдет отсюда, не задерживаясь надолго.

Он не собирался подлизываться, но тем более не собирался заводить врагов.

/-/ POV Чон Чжин-хо

Был ли когда-нибудь день, столь же неловкий и скучный в компании, как сегодня?

Следуя своему инстинкту, который охватил все мое тело, я просто нажал кнопку «купить» и в итоге потратил все виртуальные деньги, которые у меня были.

И все на одну акцию.

— Чжин-хо~. Как прошли ваши инвестиции сегодня?

— Так себе.

— О-хо. Можно посмотреть?

— Э-эм... Лучше не стоит.

Ли Хе-рин проверила мои акции и моргнула глазами.

— Чжин-хо. Что это?

— Довольно ужасно, да?

— Нет, вы забыли, что основное правило инвестирования — диверсификация? Вы сказали, что в прошлый раз это была ошибка. Но вы снова пошли ва-банк? И на «Daehan Solution»! Зачем вы вообще это купили? Не говорите, что это была ещё одна ошибка?

«…….»

Я почесал голову с неловкой улыбкой.

— А как насчет вас, сунбае? У вас сегодня все хорошо?

Затем Ли Хе-рин уверенно положила руки на бедра.

— Да! Моя прибыль сегодня составила целых 2%. Уверена, я единственная в нашей команде, кто заработал 2%!

Она выглядела так мило, что я не смог удержаться от широкой улыбки.

— Вау. Это потрясающе. Вы настоящий профессионал в области акций.

— Профессионал в области акций? Что это такое?

— О. Просто говорю, что вы лучшая в области акций. Добавлять «профессионал» в конце — это сейчас в моде.

— Я использовала такие выражения, когда училась в начальной школе. Похоже, мода действительно циклична. Нет, стоп. Сейчас не время для этого.

Ли Хе-рин нарочито сделала серьезное лицо и уставилась на меня.

— Чжин-хо. В следующий раз не вкладывайте все в одну акцию. Если бы вы диверсифицировали, то не понесли бы таких больших убытков. Поняли?

Проблема заключалась в том, что даже этот укоризненный взгляд был невыносимо милым.

— Да. Я запомню.

— Уф. С этого момента я буду вас правильно учить.

— Благодаря вам я чувствую себя спокойнее.

Пока мы болтали и смеялись, мимо проходящий старший трейдер отчитал нас.

— Старший сотрудник Ли, сотрудник Чон. Что вас так развеселило? Вы что, здесь на свидании?

— Ах. Извините, извините.

— Идите готовьтесь к встрече.

— Да...

Я был здесь не так долго, но одно я понял.

Атмосфера в офисе менялась в зависимости от рыночной конъюнктуры в тот день.

— Пожалуйста, поймите, Чжин-хо. Сегодня рынок был настолько нестабильным, что даже заместитель руководителя Янг Ми-джу понесла некоторые убытки. Сегодня практически все понесли убытки, поэтому настроение будет не очень хорошим.

Но разве не было слишком жестоко вымещать свое раздражение на невиновном человеке?

Но, возможно, такова была жизнь в компании.

— Но даже несмотря на это, нашей команде повезло больше. Другие команды, честно говоря... уф. Мои коллеги все уволились, потому что не выдержали давления, понимаете?

«Хм. Я думал, что наша команда самая суровая из-за руководителя команды Пак Хонг-со».

Оказалось, что это не так.

— Ах да. Теперь, когда я об этом задумываюсь, я ваш наставник, но я даже не угостила вас легким обедом.

В отделе собственной торговли нет такого понятия, как обеденный перерыв.

Потому что рынок остается открытым даже в обеденное время.

Поэтому большинство людей просто перекусывают после закрытия рынка.

— Ничего страшного.

— Нет, так не пойдёт. Сегодня у меня наконец-то хорошее настроение, так что давайте поужинаем после работы? Рядом есть ресторанчик с удоном, который я очень люблю. Как вам?

— Звучит здорово!

Конечно, это звучало здорово.

«Ужин наедине с Ли Хе-рин сунбае!»

Он был немного раздражен после того, как его без причины отругали, но вдруг снова начал волноваться.

— Несмотря на то, что сегодня мы в целом понесли убытки, мы все же довольно хорошо защищались. Завтра мы сможем восстановить сегодняшние потери. Кроме того, сегодня не было ничего особенного, верно?

Настолько, что он не мог перестать улыбаться на протяжении всего собрания.

— Ах, да. Сегодня весь рынок был в состоянии «медвежьего рынка». Единственное, что мы сделали, — это применили некоторые секторные хеджирования для управления рисками.

— И, «медвежий рынок», вероятно, продлится ещё некоторое время, так что давайте продолжим наблюдать.

— Да.

— Хорошая работа, все. Сегодня идите домой пораньше.

Сегодня рабочий день закончился рано.

Лучше и быть не могло.

Во-первых, он собирался поужинать с сунбэ, а во-вторых, у него будет больше времени, чтобы поиграть в игры дома, и одно это заставляло все его тело дрожать от радости.

«……»

Но, возможно, он слишком много улыбался.

Увидев взгляд руководителя команды Пак Хонг-со, который смотрел на него с напряженным лицом, он быстро опустил уголки рта, которые почти доходили до ушей.

Однако в душе он всё ещё улыбался, как самый счастливый человек в мире.

«Ах. Сегодняшний удон будет самым вкусным в мире.».

/-/

Есть такая поговорка.

Самые интересные вещи в мире происходят, пока ты спишь.

Это потому, что многие события происходят за границей, где часовой пояс отличается от нашего.

На этот раз было не иначе.

— Руководитель! Вы слышали новости?!

Трейдеры, которые пришли рано утром, были в смятении.

— Я видел.

— Что, черт возьми, они себе думали, не дав даже сигнала, прежде чем сделать что-то подобное?

За ночь произошел инцидент.

Ну, может быть, «инцидент» — не совсем подходящее слово.

По крайней мере, для отдела собственной торговли это было большое событие.

[Правительство Индонезии: сокращает поставки никеля на 30%. Введены ограничения на экспорт]

Индонезия — крупнейший в мире производитель никеля.

Но в последнее время из-за переизбытка никеля его стоимость неуклонно снижалась.

Люди думали, что Индонезия может объявить о каких-то контрмерах, но вместо этого она сделала неожиданное заявление.

— Если бы это было около 5%, то это было бы понятно, но 30% — это немыслимо.

— Они могли бы хотя бы предупредить. Сидели тихо, как будто ничего не собирались делать, а потом выкинули это? Что за черт?

Сокращение на 30% было цифрой, которая могла вызвать шок на рынке.

Это показало, насколько индонезийское правительство было недовольно текущей ситуацией.

С этим сокращением поставок никеля, аккумуляторная промышленность, которая ещё вчера находилась в состоянии спада, теперь может восстановиться.

— Не все компании поднимутся. Те, у которых нет никеля, будут раздавлены, а те, у которых его много, взлетят в цене.

Те, у которых нет никеля, будут испытывать трудности из-за более высоких цен, но компании, которые уже накопили никель, на самом деле выиграют.

Настоящая проблема заключалась в том, что довольно много команд заняли короткие позиции, предполагая, что все акции, связанные с аккумуляторами, рухнут.

Именно поэтому трейдеры сейчас паникуют.

Если цены на акции восстановятся, те, кто открыл короткие позиции, понесут огромные убытки.

— У нас уже есть список компаний?

— Пока нет. Сотрудники отдела исследований только что прибыли и спешат собрать данные. Но я только что услышал следующее: по-видимому, в Корее есть ровно одна компания, которая владеет наибольшим количеством никеля.

В этот момент в голове руководителя команды Парка мелькнула одна компания.

— Может быть... «Daehan Solution»?

— О. Точно. Вы уже знали... Говорят, что цена акций этой компании сегодня взлетит до небес.

«......»

Руководитель команды Пак безучастно смотрел в потолок.

— Руководитель Пак?

«Чон Чжин-хо».

Акции, на которые вчера поставил все свои средства «парашют», были акциями «Daehan Solution».

Тот парень знал.

«Он знал, что это произойдет. Теперь я понимаю, почему он так улыбался во время вчерашнего подведения итогов».

На самом деле, это была улыбка победителя.

Ни одна организация не могла предсказать, что индонезийское правительство сделает такое неожиданное заявление.

Не было даже малейшего намека.

«Как, черт возьми, он узнал все это?»

«Стоит ли мне всерьез подумать о покупке автомобиля?»

Кто-то может спросить: какую машину собирается купить парень, который ещё даже не получил свою первую зарплату?

Но сейчас я понимаю, почему сотрудники брокерских компаний предпочитают ездить на автомобиле.

Поскольку работа начинается очень рано, если пропустить первый поезд, то опоздаешь, а даже если успеть на первый поезд, то времени будет крайне мало.

Единственное утешение в том, что старшие трейдеры не приходят так рано, поэтому, по крайней мере, мне не нужно слишком беспокоиться о внешнем виде.

«Эм?»

Но по какой-то причине сегодня все, от младших до старших и даже руководителей групп, собрались в офисе.

«Сегодня рынок открылся раньше или что?»

Все суетились как сумасшедшие, что казалось необычным.

— Чжин-хо. Вы здесь?

— Ах. Простите. Я немного опоздал, да? Я не знал, что все будут так рано.

— Ничего страшного. Мы все пришли раньше, чем обычно. И это потому, что вчера произошло важное событие.

— Важное?

— Да. Правительство Индонезии внезапно сделало сенсационное заявление о сокращении производства никеля на 30%.

— О-о...

Я не совсем понимал, почему сокращение производства никеля правительством Индонезии было такой серьезной проблемой, но пока что кивнул.

Большим благом здесь является то, что ангел Ли Хе-рин всегда щедро дает дополнительные объяснения.

— Ещё вчера сектор аккумуляторов переживал спад, поэтому мы ожидали, что цены на акции на некоторое время упадут, верно? Но с этим ситуация меняется. Компании, владеющие большим количеством никеля, получат выгоду, и цены на их акции обязательно вырастут. Вчера было довольно много команд, которые открыли короткие позиции, знаете ли. Если вы ошибетесь с короткой позицией, убытки могут быть огромными.

В последнее время я довольно усердно изучаю акции.

Поэтому я стал понимать некоторые термины.

Когда компания открывает короткую позицию, это означает, что она продает акции в расчете на их падение.

Это стратегия получения прибыли за счет прогнозирования падения цены конкретной акции, и многие компании используют её для управления рисками.

Проблема в том, что если вы сделали ставку на падение акции, но она неожиданно выросла, убытки могут быть огромными.

Вот почему все спешили в офис на рассвете и начинали экстренные операции.

Они ожидали падения акций производителей аккумуляторов и открыли короткую позицию, но из-за этого инцидента все были заняты проверкой, какие акции покупают другие.

— Самое страшное, что никто не может предсказать, какие акции вырастут и насколько, а какие упадут и насколько.

Говорят, что как бы ни старались люди, они не могут победить природу.

То же самое касается фондового рынка.

Как бы тщательно вы ни анализировали и готовились, вы не сможете преодолеть волатильность, которая обрушивается как стихийное бедствие.

— Разве наша команда вчера не занималась акциями аккумуляторов?

— К счастью, наш руководитель команды сказал нам действовать умеренно, поэтому я не думаю, что ущерб будет большим. Но другие команды находятся в хаосе.

Слава богу за хорошую интуицию нашего руководителя команды.

Так, стоп.

«Разве акции, которые я купил вчера, не были тоже связаны с аккумуляторами?»

Так что же с ними будет?

— Старший сотрудник Ли, сотрудник Чон Чжин-хо. Не время здесь стоять! Проверьте эти отчеты сейчас же! Быстрее!

— Ах, да! Чжин-хо. Пойдемте быстрее!

Да. В любом случае, это была всего лишь имитация торговли.

«Не стоит сейчас об этом беспокоиться».

Мне просто нужно добросовестно выполнять свою работу здесь.

/-/ POV Пак Хонг-со

«……»

Руководитель команды Пак и члены его команды сегодня с особенно серьезными выражениями лиц наблюдали за фондовым рынком.

Фондовый рынок был потрясен внезапным сенсационным заявлением Индонезии.

Вы можете спросить, почему столько шума из-за такого?

Но это страшно.

Потому что это корейский фондовый рынок.

Корейский рынок уникален.

Когда обрушивается тайфун Нору, акции «Noru Paint» растут, а если происходит всплеск птичьего гриппа (AI), то растут акции не имеющих к этому никакого отношения компаний, занимающихся искусственным интеллектом (AI).

Это называется «инвестированием по ключевым словам», и хотя в других странах такие примеры найти трудно, на корейском фондовом рынке это происходит постоянно.

Это возможно благодаря высокой активности индивидуальных инвесторов на корейском рынке и прочно укоренившейся культуре тематических акций.

В Корее психология толпы играет очень сильную роль, поэтому, когда другие покупают, вы чувствуете, что тоже должны купить, и это приводит к резкому росту цен на акции.

Вот почему говорят, что если вы хорошо читаете рыночные тенденции, то уже на полпути к успеху.

И именно в этом была проблема.

Как эта психология толпы интерпретировала бы объявление Индонезии?

— Боже. Они растут.

— Это сводит меня с ума.

Когда открылся фондовый рынок, со всех сторон раздавались стоны.

— Пожалуйста, купите! Пожалуйста!

— Как высоко поднимется эта цена?!

Старшие члены других команд были в ярости.

В такие моменты даже руководители команд не вмешиваются.

Когда деньги улетают на глазах, как можно сохранить здравый рассудок?

Даже если это деньги компании, все равно все отражается на вашей личной производительности, а для трейдеров, чьи стимулы в основном заключаются в заработной плате, этого было достаточно, чтобы свести их с ума.

— Руководитель команды. Все акции, связанные с батареями, сейчас растут.

— Это только пока. Но они постепенно упадут. Скоро распространится информация, что в долгосрочной перспективе выиграют только компании с наибольшими запасами никеля. Каковы наши убытки?

— К счастью, те из наших сотрудников, которые заняли короткие позиции, быстро сократили убытки. Проблема в акциях, которые держат другие команды... Похоже, что действительно произошел шорт-сквиз.

Шорт-сквиз.

Это термин, которого больше всего боятся трейдеры ценных бумаг.

До такой степени, что даже не хотят его упоминать.

— Проблема не только у нас. Другие брокерские компании также открыли большие короткие позиции, поэтому Корейская биржа сходит с ума от маржинальных требований.

«Шорт сквиз» — это когда инвесторы, открывшие короткие позиции на рынке, вынуждены покупать из-за резкого роста цен на акции, что ещё больше подталкивает цену вверх.

Другими словами, брокерские компании, такие как «Kwangwoon Securities», которые открыли короткие позиции в ожидании падения акций производителей аккумуляторов, внезапно видят рост цен на акции и пытаются быстро сократить убытки, но из-за отсутствия заявок на продажу цены естественно растут, и убытки от коротких позиций становятся ещё больше в замкнутом круге.

Единственное небольшое облегчение заключается в том, что в Корее существует дневной лимит колебаний цен.

Верхний лимит — максимум 15%.

Нижний лимит — максимум 15%.

Но это не значит, что можно расслабиться.

Когда сделки поступают как сумасшедшие, в течение нескольких дней может не быть предложения, и в этом случае те, кто держит короткие позиции, просто продолжают нести убытки.

И сейчас была одна акция, которая находилась именно в такой ситуации.

[Daehan Solution +15%]

«Daehan Solution», которая за короткое время достигла верхнего предела в 15%.

Хотя торговля не приостановлена, цена сегодня не может подняться выше, поэтому заявки на покупку просто накапливались без конца.

«……»

Руководитель группы Пак Хонг Со всегда сосредотачивался на фондовом рынке, когда он открывался.

Но сегодня он не мог сосредоточиться.

В конце концов, он досрочно закрыл все торги.

На данный момент деньги были сосредоточены в одном секторе, и объем продаж не увеличивался, поэтому все, что он мог делать, — это сидеть и ничего не делать.

«Но откуда он об этом узнал?»

У него есть связи в индонезийском правительстве или что-то в этом роде?

Иначе как он мог поставить все на акции, на которые другие трейдеры даже не обращали внимания?

«…….»

Руководитель Пак пристально смотрел на Чон Чжин-хо, который суетливо бегал по делам снаружи. Возможно, он почувствовал пристальный взгляд, потому что Чон Чжин-хо краем глаза посмотрел в эту сторону, а затем быстро отвернулся.

«Спросить? Нет. Он все равно не ответит».

Он также не рассказал, в каких отношениях он находится с генеральным директором, и, как и в случае с инцидентом с «JoongAng Insurance», он, вероятно, снова отмахнется, сказав, что ему просто повезло.

Другими словами, он не готов поделиться своими методами инвестирования...

«Но он усердно выполняет рутинные задачи».

Чон Чжин-хо.

Кто он на самом деле?

«Может быть, он какой-то сверхэлитный талант, которого генеральный директор привлек откуда-то?»

Но его квалификация, похоже, не подтверждает это...

«Нет, так не пойдет».

Если собеседник не намерен отвечать, он не будет его заставлять.

Кроме того, руководитель Пак не хотел, чтобы в его команде были люди без навыков.

С другой стороны, он не хотел тратить впустую человека с выдающимися способностями.

«Придется вытащить его оттуда самому, даже если придется применить силу».

Рынок ещё не закрылся, но руководитель Пак, приняв решение, встал со своего места и направился куда-то.

/-/

Бум!

Руководитель группы Пак Хонг-со с силой ударил по столу, выбегая из кабинета.

Я боялся, что стол может сломаться под его мускулами.

— Руководитель, наверное, очень злится.

— А кто бы не злился? В такой день вы знаете, что делать, верно, Чжин-хо?

— Да. Не улыбаться. Держать плечи опущенными. Голову опустить. Верно?

— Именно. Вы отлично справляетесь.

— Это все после того, как я вчера получил специальную лекцию, пока ел миску удона. Ха-ха.

— Тсс. Не смейся!

Сегодня все в брокерской фирме были на нервах.

Казалось, что даже легкий толчок может вызвать кровавую бойню.

К тому же, со всех сторон летели ругательства, и атмосфера была просто опасной.

— Перед тем, как уйти, руководитель посмотрел на меня как сумасшедший. Я что-то не так сделал?

— Может, это потому, что вы улыбаетесь…

— Уф. Похоже, сегодня мне нужно быть осторожнее. Мы, беспомощные младшие, всегда служащие мишенями для издевательств, могли только надеяться, что эта буря быстро пройдет.

— Я тоже хочу скоро стать старшим трейдером. Ах да! Мои акции!

— Вы во что-то инвестировали? Я думал, наша компания запретила личные инвестиции.

— У нас не полный запрет. Просто процесс предварительного одобрения настолько сложен, что никто не хочет этим заниматься. В любом случае, я имела в виду акции для имитации торговли.

— О!

Старший сотрудник Ли Хе-рин поспешно проверила акции, которые она разместила в имитационной торговле.

Её лицо быстро сморщилось.

— Не может быть. Я была так занята, что не могла проверить... все ушло в акции аккумуляторов, так что небольшая прибыль, которую я получила вчера, исчезла.

Я тоже проверил акции, которые купил в имитационной торговле.

— О-о...!

Я прикрыл рот от шока, увидев график, который, казалось, вот-вот пробьет небо.

— Чжин-хо, вы тоже шокированы падением, да? Не расстраивайтесь. В конце концов, это всего лишь имитация торговли, верно? Дайте посмотреть.

— Ах, вам, наверное, не стоит смотреть...

— Все в порядке. Я не буду дразнить вас, обещаю... Что?!

Даже Ли Хе-рин, которая подошла, чтобы меня утешить, испугалась, увидев график.

— П-подождите секунду. 15%? Чжин-хо, вы держали самые популярные сегодня акции? Не может быть. К-как?!

— Я же сказал, не смотрите.

— Чжин-хо. Вы гениальный инвестор или что?

— Нет...

Затем сонбэ закрыла лицо обеими руками.

— Ах, как мне стыдно. Вчера я читала лекцию об акциях вундеркинду за тарелкой удона.

— Нет, вовсе нет. Советы, которые вы дали вчера, были действительно ценными. И вы даже угостили меня креветками темпура вместе с удоном...

— Уфф. Уверена, вы в душе смеялись надо мной.

— Нет, серьезно, я не смеялся.

— С этого момента я буду считаться с вашим мнением. Наставник Чон Чжин Хо-ним!

— Ой, да ладно!

/-/

— Начальник отдела. У тебя есть минутка?

— Что? Рынок ещё даже не закрылся, с чего ты вдруг ко мне пришел?

— Ты же знаешь, как это бывает. Все и так просто сидят без дела. Я уже позаботился о срочных делах.

— Боже. Ладно. Садись.

Как только он сел, руководитель Пак перешел к делу.

— Я хочу повысить младшего до старшего трейдера.

— Я хотел предложить тебе что-нибудь выпить, к чему такая спешка? И вдруг повышение до старшего? Я думал, ты пришел из-за ситуации с никелем.

— К счастью, наша команда не понесла больших убытков.

— И то верно. Проблемы у других ребят. Кто знает, сколько они потеряют на этот раз. Уф, это сводит меня с ума. Я говорил этим ублюдкам, чтобы они играли осторожно, но они сошли с ума, пытаясь наскрести небольшую прибыль.

— Говорят, что «капли составляют океан».

— Да, как будто это наша вина. Все из-за этих индонезийских ублюдков, которые устроили эту хрень.

Начальник отдела Ли Тэ Хо выпил стакан воды, явно сгорая изнутри.

Кто знает, сколько стаканов холодной воды он выпил только за сегодня.

— Итак, кого ты хочешь повысить? У нас есть младший с таким большим опытом?

— Он новый сотрудник. Работает здесь не так давно.

— Подожди. Ты же не говоришь о том нанятом по знакомству, правда?

— О нём.

Услышав эти слова, выражение лица начальника отдела Ли странно изменилось.

— Пак Хонг-со, ты ублюдок. Я не думал, что ты такой. Теперь ты тоже играешь в политические игры?

Было понятно, что он неправильно понял.

Продвигать младшего, который проработал здесь меньше недели, до старшего трейдера?

Это было бы беспрецедентным случаем в истории «Kwangwoon Securities».

— Я понимаю, о чем ты думаешь. Но причина не в этом.

— Тогда в чем? Ты хочешь сказать, что этот нанятый по знакомству — какой-то гений инвестиций, и поэтому ты хочешь продвинуть его до старшего?

— Да.

— Что?

— Он талантлив в инвестициях.

Начальник отдела Ли Тэ Хо безучастно смотрел на руководителя группы Пака.

Руководитель Пак абсолютно не обладает чувством юмора.

Он всегда ко всему относится серьезно.

— Что именно он сделал?

— С момента прихода он провел только две пробные сделки. Вот отчет о результатах.

— Что? «JoongAng Insurance» и «Daehan Solution»? Он сам выбрал обе эти компании?

— Да. Он говорит, что это была просто удача, но ты же нам говорил, когда мы были младшими, помнишь? Что если удача улыбается более одного раза, то это уже не просто удача.

«Этот ублюдок умеет пробуждать старые воспоминания несколькими словами».

— Ты можешь взять на себя ответственность за это? Что, если он в итоге потеряет деньги компании?

— Он нанятый по знакомству, присланный генеральным директором. Разве генеральный директор не прикроет его сам?

— Что?

— Как ты нас учил тогда, я инвестировал только в безопасные активы.

— Ты сумасшедший ублюдок.

Сказав это с таким серьезным лицом, начальник отдела Ли не смог сдержать сухого смеха от недоверия.

Пак Хонг-со.

Как и всегда, он был человеком, серьезно относящимся ко всему.

— Похоже, что некоторые люди из-за этой ситуации впали в депрессию. Я слышал, что несколько старших сотрудников подали заявления об увольнении и ушли.

— Ну, это не первый раз, когда такое происходит. Мы прогнозируем цены на акции на основе данных, но, честно говоря, точное прогнозирование цен — это удел богов. Если кто-то настолько потрясен этим, что не может даже торговать, ему лучше быстро уйти.

Инвестирование — это психологическая борьба.

Как кто-то сказал: «Фондовый рынок — это массовое проявление человеческой психологии. Иногда он окутан безумием, иногда охвачен страхом».

Даже компании, которые выглядят совершенно нестабильными по финансовым отчетам, часто могут достигать высоких показателей по цене акций, а компании с отличными финансовыми показателями могут видеть, как цена их акций остается низкой.

Это означает, что акции часто покупаются из-за психологических факторов, а не из-за надежности самой компании.

На фондовом рынке с такими колеблющимися настроениями, если вы не можете сохранить свою решимость, вы не имеете права быть трейдером.

Особенно в случае биржевого трейдинга, где даже секунда может иметь значение.

— Проблема с аккумуляторами была решена?

— Да. Каким-то образом нам удалось правильно сократить убытки. В секторе аккумуляторов произошло кратковременное перегревание, и, более того, по-прежнему существовало общее мнение, что для электромобилей ещё слишком рано. Поэтому пузырь лопнул немного раньше. Но мы все же понесли некоторые убытки.

— Мы должны быть благодарны, что обошлось лишь этим. Обратите внимание на США. Там нет ограничений на рост или падение акций.

Как и «Kwangwoon Securities» и многие другие отечественные брокерские компании, американские брокерские компании также часто открывают короткие позиции.

Но если они хотя бы раз окажутся не на той стороне, то независимо от размера компании, она может исчезнуть в мгновение ока.

Это потому, что, в отличие от Кореи, в США нет нижнего предела падения акций за один день.

— И нам тоже повезло. Корейская биржа (KRX) готовилась в течение года, проводя пилотные операции по повышению лимита с текущих 15% до 30%, и этот инцидент произошел как раз перед этим.

Это было огромным облегчением.

Если бы срок поднятия лимита был немного раньше, неизвестно, насколько больше были бы убытки.

— Изменения запланированы на следующий месяц?

— Да. Они уже завершили все институциональные механизмы защиты и планируют внедрить их в следующем месяце.

— Тогда нам нужно будет все собрать. Внутренний рынок станет невероятно горячим.

— Иностранные инвесторы будут более взволнованны, чем мы. Они уже выводят все свои средства, готовясь вложить их примерно в это время.

Верхний предел будет повышен с 15% до целых 30%.

Из-за предыдущего ограничения в 15% Корея не была особенно привлекательным местом для инвестиций для иностранных инвесторов.

Но теперь, когда ограничение ослабляется, растут ожидания, что приток иностранного капитала значительно увеличится. Проблема в том, что никто не может с уверенностью сказать, хорошо это или плохо.

— Особенно западные инвесторы. Как только они вложатся, они, как правило, продолжают вкладываться, пока не выкупят все. Я боюсь, что наши местные акции могут стать побочным ущербом. В любом случае, давайте будем готовы.

— Да, господин генеральный директор.

— Все возвращайтесь к работе. Если хотим отдохнуть завтра, сегодня нужно потрудиться. Ах да. Мы все убрали в секторе судостроения?

— Да. Как вы и сказали, пока что, похоже, этот сектор безнадежен.

— Хорошо. Нет смысла держать акции, которые упали в цене вдвое. А международные цены на нефть в последнее время ведут себя странно, так что следите за этим.

— Хорошо, сэр.

Завершив совещание с руководителями, генеральный директор Хван Дэ-вун откинул голову назад и безучастно уставился в потолок.

/-/ POV Хван Дэ-вун

«Kwangwoon Securities» росла и постепенно превращалась в крупную брокерскую компанию.

Но от этого казалось, что она ходит по тонкому льду.

Такова суть фондового рынка.

В этом мире, который можно легко назвать американскими горками, одна единственная ошибка может разрушить башню, на постройку которой было затрачено столько усилий.

«Пожалуй, поиграю немного».

Когда его охватывала такая тревога, лучший способ избавиться от нее был — поиграть в игру.

Именно поэтому он и играл в игры.

«Хм, интересно, как дела у нашего Чжин-хо».

Я не хотел проявлять фаворитизм, но поскольку Чон Чжин-хо был открыто принят на работу по знакомству, я не мог не беспокоиться.

Поэтому я попросил своего секретаря следить за ним и сообщать, если произойдет что-то необычное...

— Господин генеральный директор. Можно войти на минутку?

Как только заговорили о дьяволе, он и появился.

Секретарь постучал в дверь.

— Входите. Что случилось?

— Да, вы просили меня следить за Чон Чжин-хо и сообщать, если произойдет что-то необычное, верно?

— Да. Так что-то произошло?

— Да. Похоже, есть кое-что, подходящее под ваше описание, поэтому я принес этот отчет.

«Наш Чжин-хо устроил какие-то неприятности?»

Или он поссорился со своим начальником?

Он такой вежливый парень, вряд ли он стал бы ссориться с кем-то выше него по должности.

Да и младший трейдер вряд ли мог бы устроить какие-то серьезные неприятности.

«... Хм?»

Но то, что было написано в документе, который он получил, раскрывало совершенно другую историю.

— Подождите минутку. Что это? Повышение до старшего?

— Да. Некоторые старшие уходят, и они повышают нескольких младших, чтобы заполнить эти вакантные должности. Чон Чжин-хо входит в их число.

«Что, черт возьми, думают эти сумасшедшие ублюдки? Повысить парня, который только что пришел, до старшего?»

Хван Дэ-вун собирался вызвать ответственное лицо и строго отчитать его.

«Хотя…».

Но потом он отказался от этой мысли.

«У них, наверное, не было другого выбора».

Любой руководитель группы уже знал, что Чжин-хо был нанятым по знакомству, напрямую назначенным генеральным директором.

Особенно руководитель группы, который принял Чжин-хо, вероятно, даже не мог сосредоточиться на мониторинге акций.

Он, вероятно, метался между тем, чтобы оставить «парашютиста» в покое и тем, чтобы постараться хорошо с ним обращаться.

После долгих раздумий он, вероятно, принял такое решение, и начальник отдела, который его одобрил, наверняка тоже испытывал много проблем.

«Если они не знали, что делать, им следовало спросить меня напрямую».

Но для кого-то на уровне начальника отдела было бы нелепо прийти и спросить: «Что с этим нанятым по знакомству?»

— Что нам делать, господин генеральный директор?

— Оставьте все как есть.

— Что? То есть вы предлагаете действительно повысить его до старшего...?

— А что ещё мы можем сделать? Это моя вина. Я должен был заранее все как следует объяснить. Я просто бросил его туда без единого слова, так что это, наверное, вызвало у них замешательство.

Можно считать это хорошей новостью.

Возможно, для Чжин-хо это хорошая возможность получить трезвый опыт того, что такое инвестиции на самом деле.

В конце концов, он даже не знает, что такое инвестиции.

И руководитель группы, вероятно, не повысил его до старшего с намерением дать ему реальные торговые обязанности.

Вероятно, они организовали это только для того, чтобы показать высшему руководству, что они приложили такие усилия.

— У этой команды наверняка есть свои мысли по поводу этого. Они все равно не доверят Чжин Хо столько капитала. В конце концов, это просто для показухи, верно? Пусть он немного попробует, а потом переведите его в другой отдел. Продолжайте наблюдать.

— Как скажите, господин генеральный директор.

«Наш Чжин-хо, вероятно, будет в шоке, если ему внезапно скажут, что его повышают до старшего, не зная ничего».

Когда он впервые начнет торговать акциями в качестве трейдера, он, вероятно, будет растерян, не зная, с чего начать.

А когда он потеряет деньги, он будет винить себя, думая, что нанес ущерб компании и гильдмастеру.

«Тогда мне придется очень спокойно и великодушно похлопать его по спине и сказать, что все в порядке».

Потому что именно это Чжин-хо ценит в гильдмастере.

/-/

Никаких новостей.

«Я думал, что к этому времени генеральный директор уже поднял бы шум и вызвал всех ответственных в свой кабинет».

Если бы был какой-то ответ, он должен был бы поступить как минимум вчера.

В конце концов, они внезапно повысили нового сотрудника, который только что пришел в компанию, до старшего.

Нет сомнений, что генеральный директор тоже должен был об этом услышать, но ничего не произошло.

Ни вчера, ни сегодня никаких новостей.

Может быть, сегодня суббота, но брокерские компании не отдыхают по выходным.

Даже генеральный директор приходит на работу по выходным, не беря отпуска.

Его подчиненные поступают так же.

Работа по субботам неизбежна для анализа рынка, написания отчетов и сбора данных.

«Но тот факт, что до сих пор нет никаких новостей... как и ожидалось...»

Генеральный директор, должно быть, уже знал.

О навыках инвестирования Чон Чжин-хо.

Как и предполагал руководитель группы Пак, это не был типичный нанятый по знакомству лодырь.

Новый сотрудник с загадочными инвестиционными навыками.

И генеральный директор, который лично назначил этого человека.

Очевидно, между ними была какая-то связь.

Не семейная, а какая-то неизвестная...!

— Руководитель группы. К нам присоединятся новые сотрудники? Почему они вдруг устанавливают новые столы на нашей стороне?

Члены команды с недоумением наклонили головы, увидев, как сотрудники отдела оборудования устанавливают два новых рабочих места.

— Некоторые старшие сотрудники недавно подали заявления об увольнении. Кто-то должен занять эти вакантные должности.

— Кто-то из нашей команды? У нас появятся новые старшие сотрудники?

— Верно.

Никто из членов команды даже не слышал о том, что одним из этих старших сотрудников будет Чон Чжин-хо.

Руководитель команды Пак тоже ещё не сообщил им об этом.

Все ещё была вероятность, что в последнюю минуту позвонят из офиса генерального директора и отменят все.

Но, судя по продолжавшемуся молчанию, возможно, генеральный директор уже знал, что все будет именно так?

/-/

«Работать по выходным... это слишком жестоко».

Единственным утешением было то, что смены по выходным начинались в 9 утра и заканчивались раньше, чем в будние дни.

Поскольку по выходным нужно было время, чтобы собрать и систематизировать данные после закрытия рынков в будние дни, работа по выходным была обязательной.

«Верно. Почему я вообще жалуюсь? За работу по выходным платят больше».

Я должен быть просто благодарен за то, что могу работать.

Тем не менее, физическая усталость была неизбежна.

Я просто хотел поскорее пойти домой и лечь.

По крайней мере, хорошей новостью было то, что мне нужно было работать только по субботам, а по воскресеньям у меня был выходной?

— Я дома.

Никого нет?

Мои родители тоже пошли сегодня на работу?

Обычно они отдыхали по выходным.

— Мама и папа пошли за продуктами.

Вздрогнув от неожиданного голоса, я повернулся к дивану.

Моя младшая сестра лежала там и смотрела в свой телефон.

— Ты меня напугала. Ты просто лежишь там, тихо как мышь?

— Я помахала тебе, когда ты вошел. Ты просто не заметил.

— И что ты вообще здесь делаешь? Обычно ты не приходишь домой по выходным.

Моя младшая сестра тоже жила одна из-за работы.

— Не знаю. Мама все время звонила и говорила, что хочет увидеть меня.

— Тс-с. Будь хорошей с мамой и папой. Они так заботятся о тебе…

— А как насчет тебя? Ты просто целыми днями играешь в игры дома, как какой-то безработный бродяга... да?

Моя младшая сестра моргнула, глядя на мою одежду.

— Почему ты одет в костюм?

— И вправду почему же? Я только что вернулся с работы. Мама тебе не сказала?

— Что? Ты устроился на работу?!

— Да. Я больше не безработный.

— Что за черт. Почему ты ничего не сказал? Поздравляю! Не могу поверить, что настал день, когда ты устроился на работу.

— Да. Как ты и говорил, я не мог вечно жить без работы.

Конечно, если бы хён не дал мне эту возможность, я бы, наверное, до сих пор гнил в той маленькой комнате.

— Но погоди-ка. Ты работал в выходные? Компания, которая заставляет тебя работать в выходные... Такие компании обычно называют дерьмовыми маленькими компаниями.

— Нет, на самом деле все наоборот. Это довольно хорошая компания.

— О~ правда? У тебя есть визитка?

— А, конечно, есть.

Я с гордостью достал одну из своих визиток.

— Не удивляйся, когда увидишь её.

— Да ладно, как будто я удивлюсь. И что это может быть за огромная компания... а?!

Глаза моей младшей сестры расширились, как блюдца.

— Ч-что за... это правда?!

— Конечно. Ты думаешь, я стал бы тебя обманывать в таком вопросе?

— Н-нет. Но как, черт возьми, ты попал в «Kwangwoon Securities»?! Это не имеет смысла, серьезно!

— Как мать, так и дочь, говорят одно и то же…

Как будто она все ещё не могла в это поверить, даже после того, как посмотрела на визитку несколько раз, моя сестра тщательно осмотрела её со всех сторон, как будто проверяла на подлинность.

— Это не может быть. Мой брат работает в крупной компании?

— Это ещё не совсем крупная компания...

— «Kwangwoon» — это в принципе крупная компания!

Тем не менее, видеть мою сестру такой счастливой, мне было приятно.

Этого было достаточно, чтобы смыть всю усталость, накопленную за выходные, когда я ходил на работу.

— Так не пойдет. Слишком жалко просто так это пропустить.

— А-а?

— Сегодня пора нас побаловать.

—... Я ещё даже не получил свою первую зарплату.

— Так ты просто упустишь такой момент?

— Уф.

Со слезами на глазах я достал свой запас на черный день.

Я тщательно его копил, чтобы потратить в играх...

— Ладно. Надо отпраздновать. По крайней мере, для семьи.

— Здорово~. Говядина?

— Эй, не перегибай палку.

— Хе-хе. Честно говоря, я все равно больше люблю свиную грудинку. Позвоню маме и папе и скажу, что ты платишь.

Глядя на то, как моя сестра взволнованно звонит маме, я думал о многом.

«Сколько времени прошло с тех пор, как вся наша семья ходила вместе в ресторан?»

Мне казалось, что наша семья возвращается к прежней жизни, и это неожиданно вызвало у меня эмоции.

«Да. Я буду работать еще усерднее».

Чтобы в следующий раз я мог угостить их не свиной грудинкой, а говядиной, пока их желудки не лопнут!

— Если бы вы спросили, кто зарабатывает больше всего в брокерской компании, большинство людей ответило бы, что это руководители. Но это совсем не так. Конечно, руководители зарабатывают больше в виде фиксированного дохода, но когда речь заходит о бонусах, то проп-трейдеры зарабатывают гораздо больше.

Как всегда, мой день начался с энергичного голоса Ли Хе-рин.

Она казалась одержимой чувством долга передать всевозможные полезные советы своему младшему коллеге и продолжала говорить.

— Вот почему в каждой брокерской компании существует система ранжирования проп-трейдеров.

— Система ранжирования?

— Да. Так же, как школы ранжируют учеников по оценкам, брокерские компании делают то же самое.

Так что проп-трейдеры тоже имеют рейтинги и соревнуются в рамках этой системы.

Теперь я понял, почему все были так нервозны и казались готовыми разорвать друг друга на части.

— Проп-трейдеры с низким рейтингом управляют меньшими суммами денег. Поскольку капитал, которым они располагают, невелик, даже если они достигают высокой доходности, их поощрения невелики, верно? С другой стороны, проп-трейдеры с высоким рейтингом управляют значительным капиталом. Даже при небольшой прибыли они получают огромные поощрения.

Это может варьироваться в зависимости от брокерской компании, но в «Kwangwoon Securities» минимальная сумма денег, которой управляет трейдер, составляет 1 миллиард вон.

Это была минимальная единица.

— Поэтому трейдеры с хорошими результатами часто подписывают отдельные контракты, а в других крупных брокерских компаниях трейдеры с самыми высокими рейтингами легко превышают 10 миллиардов вон в годовом доходе.

— Вау. 1 миллиард? Только в виде годового оклада?

— Я говорю вам, десятки миллиардов — это норма. Здесь следует отметить, что есть причина, по которой они получают столько денег. Они приносят компании сотни миллиардов, даже триллионы вон, поэтому, конечно, они зарабатывают столько.

Стало понятно, почему студенты престижных университетов спешат заняться проп-трейдингом.

Годовой оклад в десятки миллиардов.

Это была сумма, которая казалась совершенно нереальной.

— Но наша страна всё ещё находится на скромном уровне. Посмотрите на Соединенные Штаты. Там есть легендарные проп-трейдеры, которые получили триллионы в качестве поощрения.

— С-сотни миллиардов вон...!

— Хо-хо. Это действительно невероятный мир, согласны?

Неудивительно, что люди всегда говорят, что акции и недвижимость — это лучшее, на чем можно заработать.

Мир, где можно заработать такие деньги одним щелчком мыши.

— Тогда на каком уровне находится наша команда?

— Мы, вероятно, на нормальном уровне. Насколько я знаю, чем выше этаж, тем выше ранг. Если посмотреть сюда, то отдел деривативов находится на самом верхнем этаже, верно? Конечно, это зависит от ситуации, но в среднем самые высокие доходы получают трейдеры деривативов.

— Они столько зарабатывают?

— Да. Говорю вам, их месячная зарплата намного выше нашей годовой. Следующими по уровню являются квантитативные трейдеры. Они создают алгоритмы с использованием искусственного интеллекта для высокочастотной торговли, но я сама не очень хорошо в этом разбираюсь.

Мир акций действительно сложен и загадочен.

Но поскольку вознаграждение так велико, это выглядит как структура, которая естественным образом побуждает людей фантазировать на эту тему.

Игра, в которой внизу есть фундамент, а только 1% лучших получают большие деньги.

— Все здесь? Давайте начнем сегодняшнее собрание немного раньше.

— А, да!

Руководитель группы собрал всех членов нашей команды в конференц-зале.

Но затем в конференц-зал вошли еще два младших, с которыми я иногда сталкивался, выполняя поручения.

— Это новые младшие трейдеры, которые присоединились к нашей команде. Как вы все знаете, из-за недавнего инцидента несколько старших сотрудников уволились, и одна из команд распалась. Мы перевели людей из той команды.

«Так теперь было четыре младших сотрудника?»

Может, работа станет немного легче?

— Руководитель группы Пак, разве вы не говорили, что сегодня присоединятся и некоторые старшие сотрудники?

— Да. Но это не новые сотрудники. Мы повышаем нынешних младших сотрудников.

— Что?

Повышаете младших сотрудников?

Подождите. Не говорите мне, что это означает...

— Сотрудник Чон, старший сотрудник Ли. С сегодняшнего дня вы двое будете повышены с младших до старших сотрудников.

— Ч-что?!

Старший сотрудник Ли Хе-рин и я застыли на месте.

Старшие?

«Просто так, так внезапно?»

— П-подождите минутку, руководитель группы Пак. Вы делаете этих младших сотрудников старшими? Конечно, у Ли Хе-рин есть некоторый опыт, но, честно говоря, даже это слишком быстро. А теперь ещё и Чон Чжин-хо? Разве это не совершенно возмутительное повышение? Я не думаю, что в какой-либо брокерской компании бывает такое молниеносное повышение!

Голос заместителя менеджера Янг Ми-джу был полон решительного гнева.

Но я понимал.

Даже я не имел представления, что происходит, так как же должны были чувствовать себя другие трейдеры, включая заместителя Янг?

— Для этого есть веская причина. В ходе имитационных торгов, которые мы проводили в течение последних нескольких дней, доходность сотрудника Чона была лучшей в нашей команде.

— Руководитель Пак. Это были имитационные торги. Это совершенно не то же самое, что реальные торги. Вы даете повышение только потому, что результаты были хорошими в данный момент?

— Решение уже принято. Вы все это знаете. В конце концов, в этой отрасли доходность — это все. А с распадом команды капитал, с которым нам приходится работать, увеличился. Вы понимаете, что это значит? Это значит, что поощрение нашей команды будет выше.

— Тогда тем более...!

— Хватит. Решение уже принято.

Руководитель группы Пак говорил спокойным, сдержанным тоном, и никто не мог больше протестовать.

В этой напряженной обстановке руководитель Пак обратился к нам двоим.

— Сотрудник Чон и старший сотрудник Ли. Видите те два стола, которые стоят там?

— А, да...

— Это столы, подготовленные для вас. Сотрудники, которые настроили оборудование, подробно объяснят, как использовать каждую функцию, так что слушайте внимательно и учитесь.

Я всё ещё не мог в это поверить.

Мы действительно становились старшими сотрудниками?

— Считайте сегодняшний день адаптационным периодом, когда вы просто узнаете, как все работает. Нет необходимости с самого начала сильно напрягаться. Понятно?

— Д-да.

— Тогда давайте официально начнем собрание. Ах да. И Чон, с сегодняшнего дня вы больше не просто сотрудник. Теперь вы старший сотрудник. А старший сотрудник Ли, вы переходите на должность заместителя менеджера.

«!?»

— Р-руководитель группы!

— Хорошо. Начнем собрание. Вы забыли? Мы теперь получаем деньги от другой команды. Если хотите заработать много денег, сосредоточьтесь.

Это было собрание, которое напоминало прошедшую бурю.

/-/

— На данный момент мы установили в общей сложности шесть мониторов. Если вам понадобится больше, обратитесь в отдел оборудования.

Сотрудники отдела оборудования начали шаг за шагом объяснять, как работает мой новый рабочий стол.

— Два основных монитора предназначены для программы HTS. У вас будет открыто окно с графиком в реальном времени и книгой заказов для торговли. Левые двойные мониторы предназначены для просмотра новостей и исследовательских отчетов. Правые двойные мониторы настроены для мониторинга рыночных тенденций и колебаний курсов по секторам.

— Это много...

— Да. Проп-трейдеры должны действовать даже на секунду быстрее. Мы также заменили клавиатуру на специально изготовленную. Вы можете размещать заказы с помощью одной горячей клавиши.

Сотрудник указал на клавиши F1–F12 на клавиатуре.

— Заказы на покупку — F1, заказы на продажу — F2. И так далее. Мы настроили все именно так. Если вы будете каждый раз нажимать мышью, то пропустите нужный момент. Пока не привыкнете, рекомендую держать справочник по горячим клавишам рядом с клавиатурой.

На столе также была установлена специальная клавиатура. Она предназначалась для более быстрого ввода цифр.

— Мы также добавили отдельную высокоскоростную локальную сеть, поскольку при резком увеличении объема заказов может возникнуть задержка в их обработке. Мы также оптимизировали время отклика монитора. Даже задержка в 1 мс недопустима.

Я кивнул, но у меня выступил холодный пот.

Проводить реальные торги с помощью такого передового оборудования.

Это был совершенно другой уровень по сравнению с имитацией торговли.

— Наконец, мы также настроили звуковой сигнал, чтобы предотвратить ошибки при размещении заказов. Если объем вашего заказа необычно высок или котировочная цена ненормальна, вы услышите предупреждающий звук. Просто имейте это в виду.

— А, да.

— Всем сначала это кажется сложным, но вы скоро привыкнете. Если у вас больше нет вопросов, я пойду.

Я никогда даже не пользовался двумя мониторами, которые все используют для игр.

Но здесь у меня было шесть мониторов.

А руководитель группы использует девять.

Мне кажется, что даже трех было бы достаточно. На какие экраны он смотрит, что ему нужно девять?

— Чжин-хо. Вы всё поняли?

— А, да. Старший сотрудник... нет, заместитель менеджера!

— Уф. Не говорите так. Это так неловко.

Как и другие младшие, я думал, что сегодня снова буду бегать как собака, но внезапно нас повысили до старших, и теперь мы сидим перед этим высококлассным оборудованием.

— Не бойтесь, Чжин-хо. Я уверена, что у нас все получится. Просто делайте так же, как мы делали в пробной торговле!

—...Заместитель менеджера. У вас дрожат ноги.

— А-а-а…

«Интересно, знает ли гильдмастер, что я стал старшим сотрудником?»

Если знает, то не сойдет ли он с ума?

Но, поскольку никакой реакции не было, возможно, он ещё не знает, что здесь происходит.

— Старший сотрудник Ли. Сотрудник Чон. Нет, теперь я должен называть вас заместителем менеджера Ли и старшим сотрудником Чон?

В этот момент к нам подошла заместитель Янг Ми-джу с её резким голосом.

— Вы двое... В такой атмосфере, которая сейчас царит в компании, вы смеетесь? Вы с ума сошли? Когда руководитель группы сказал, что повысит вас, вы должны были категорически отказаться. Но вы просто бросились на эту возможность?

Её свирепый взгляд явно показывал её недовольство.

— Я не признаю ни одного из вас. И вы это знаете, верно? Наши доходы зависят от результатов работы команды. Если из-за вас двоих наши результаты упадут, я действительно не оставлю это без внимания. Вы понимаете, о чем я говорю?! Так что, если вы считаете, что не справитесь, идите прямо сейчас к руководителю группы. Попросите его отменить это решение.

Я уже давно это чувствовал, но заместитель менеджера Янг, похоже, странным образом вымещает своё негодование на сонбэ Ли.

Поскольку я сижу рядом с ней, меня втягивают в это как часть комплекта.

В принципе я её понимаю.

Должно быть, раздражает видеть, как новичок, который не так давно здесь работает, внезапно получает повышение до старшего.

И тем более в торговле акциями, где результаты команды напрямую влияют на вознаграждение.

Но Ли сунбе — человек, который очень усердно работал, чтобы стать старшим.

Даже когда она работала младшим трейдером со мной, она ни разу не расслаблялась.

Если я чего-то не знал, она любезно меня учила, и всегда первая предлагала взять на себя задачи.

Она была человеком, чье сердце было таким же ангельским, как и её лицо.

Мне было больно видеть, как кого-то вроде нее так унижают.

— Заместитель менеджера. Я хорошо понимаю ваше недовольство. Но думаю, этого достаточно.

— Что вы сказали?

— Руководитель группы принял решение, верно? Что в этой отрасли в конечном итоге оценивают по коэффициенту доходности. Так что не волнуйтесь. Мы докажем свою состоятельность результатами. Мы не будем обузой для команды.

Заместитель руководителя Янг посмотрела на меня, как будто не могла поверить в то, что только что услышала.

— Ха. Посмотрим, как у вас получится. Может, это даже к лучшему, что вы узнаете, что значит не знать своего места.

Она резко ответила и вернулась на свое место.

— Чжин-хо... Зачем вы это сделали? Вы не должны были ничего говорить.

— Простите. Я тоже поддался эмоциям. Мне просто показалось, что заместитель Янг издевается над вами с самого начала.

— Ничего страшного. Такова жизнь в обществе, верно?

— Но теперь у нас большая проблема. Я сказал, что мы докажем свою состоятельность результатами... Что, если я все испорчу?

— Хо-хо. Я верю в вас, Чжин-хо. Вы уже продемонстрировали свои навыки во время имитации торговли, не так ли? Вы справитесь. Покажите свой боевой настрой! Давайте переживем сегодняшний день!

Когда Ли Хе-рин мило сжала кулак, я сделал то же самое.

Затем я глубоко вздохнул и сел.

Во время имитационной торговли я мог просто разбрасывать деньги, и это меня не особо пугало, но теперь, когда мне придется делать это с реальными деньгами, я уже чувствовал холодок, который бежал по спине.

— Уф. Мне действительно не стоило так много болтать.

Но жребий брошен.

Теперь единственный способ — доказать это реальными доходностями.

Кроме того, разве у меня нет особой способности, о которой никто не знает?

«Посмотрим. Сумма, которой я должен управлять, составляет… десять, сто, тысячу, десять тысяч…»

1 миллиард?!

Я не думал, что они действительно дадут мне 1 миллиард вон с первого дня.

Я никогда в жизни не видел и не трогал столько денег.

Даже в игре.

«Я слышал от Ли сунбае, что 1 миллиард — это минимум для проп-трейдера».

Мне даже в имитационной торговле столько не давали.

А теперь они говорят, что я должен управлять 1 миллиардом вон реальными деньгами, как только стану старшим?

«Эта компания с ума сошла?»

/-/

— Уф. Как раздражает.

Заместитель Янг Ми-джу выпила стакан холодной воды.

О чем только думает руководитель группы?

«Почему он внезапно повысил этих двоих до старших?»

Если эти двое напортачат с торговыми операциями, это напрямую повлияет на общую производительность команды.

Конечно, есть поощрения, основанные на индивидуальной производительности, но поощрения за командную производительность ни в коем случае не являются незначительными. И если производительность команды будет испорчена из-за них...

«Если это произойдет, я действительно их не прощу!»

И к тому же, как он смеет так резко отвечать старшему?

Это так неуважительно.

— Заместитель директора Янг~. Вы сегодня особенно раздражительны?

— Если ты пришел, чтобы действовать мне на нервы, то убирайся.

— Нет, просто... вы кажетесь особенно чувствительным по отношению к старшему сотруднику Ли, нет, постойте. Она теперь заместитель менеджера, верно? Заместитель менеджера Ли. Разве не пора ей стать старшей?

— Повышение, черт возьми. Ей ещё далеко до этого. А что, черт возьми, с этим новичком? Как можно так быстро получить повышение?

— Так вы действительно не знали?

— Что?

Заместитель руководителя из другой команды огляделся и тихо сказал.

— Вы знаете этого новичка? Он родственник генерального директора.

— Ч-ч-что?!

— Это было известно только руководителям, но я услышал об этом от друга из отдела кадров. Теперь все понятно? Почему произошло такое невероятное повышение.

— П-подожди секунду. Я что, только что наорал на члена королевской семьи?»

— Ну, я сомневаюсь, что он будет держать на вас зло за такое. Вы же не сказали ничего слишком резкого, правда? Надеюсь, он не обиделся. Ладно, я пойду. Продолжайте в том же духе!

«…….»

Заместитель Янг просто стояла и тупо смотрела в пространство.

— Заместитель Янг? Рынок скоро откроется. Вы не пойдете?

Она выглядела так, будто окаменела на месте.

Когда открылся рынок, руководитель группы Пак Хонг-со уставился на мониторы, на которых хаотично мелькали данные.

Очевидно, что именно на этом он должен был сосредоточить свое внимание, но его взгляд постоянно отвлекался на что-то другое.

«…….»

Чон Чжин-хо.

Пак Хонг-со специально расположил свое рабочее место так, чтобы хорошо видеть Чон Чжин-хо. Но с момента открытия рынка Чон Чжин-хо не делал ничего особенного.

«Он просто смотрит на экран?»

Пак Хонг-со был любопытен.

Какой секрет инвестирования хранил Чон Чжин-хо?

Какой метод инвестирования он использовал, чтобы получить такую высокую прибыль?

Действительно ли это сработает в реальной торговле?

«…….»

Именно поэтому руководитель группы Пак продолжал пристально смотреть на Чон Чжин-хо.

Но тот ничего не делал.

Совершенно ничего.

/-/

«И что мне с этим всем делать?»

Теперь, когда мониторов стало шесть, это было ещё более ошеломляюще, чем во время имитационной торговли.

Среди этих бесчисленных акций я должен был выбрать одну подходящую, но это было легче сказать, чем сделать.

«Странно. В прошлый раз, когда я проверял акции, у меня было сильное предчувствие».

Но в этот раз этого не произошло.

Даже быстро пролистывая акции, я не испытывал никаких ощущений.

В результате я просто безучастно смотрел на экран, ничего не делая, и, не заметив, как пролетело время, уже было 12 часов дня.

— Чжин-хо... Все в порядке?

Затем заместитель менеджера Ли Хе-рин подошла к моему столу с мрачным выражением лица.

— Вы можете отлучаться от своего рабочего места?

— Уф. Даже не говорите об этом. Я уже потеряла 3% сегодня и меня отстранили от торговли.

— Ах... Они отстраняют вас от торговли только за то, что вы потеряли 3%?

— Конечно. Даже 3% — это большая цифра для брокерской компании. Риск-менеджеры отслеживают прибыль наших трейдеров в режиме реального времени, и для новичков, таких как мы, они говорят, что если вы потеряете даже 2%, они сразу же вас остановят. По крайней мере, ветеранам позволено опускаться до 5%.

Уоррен Баффет однажды сказал следующее:

«Во-первых, никогда не теряйте деньги. Во-вторых, следуйте первому правилу».

Это было золотое правило, которое каждая брокерская компания постоянно подчеркивала нам.

— Люди думают, что мы, проп-трейдеры, одержимы краткосрочными сделками и наживаемся на прибыли, но на самом деле именно брокерские компании больше всего подчеркивают безопасность. Они смотрят на долгосрочную прибыль, а не на краткосрочную. Поэтому они всегда подчеркивают важность управления рисками.

Именно поэтому руководитель группы всегда подчеркивал важность управления рисками на каждом собрании.

Ведь это не наши личные деньги, а капитал компании.

Кто-то может спросить, какое управление рисками применимо к краткосрочной торговле, но здесь сделки проводятся с минимальным риском.

Если это правило нарушается, система устроена так, что риск-менеджер, который контролирует нашу торговлю, налагает ограничения.

— Например, если мы считаем, что акции А будут расти, мы открываем позицию по акциям А, но, предполагая, что акции А могут упасть, мы покупаем пут-опционы. Обычно мы устанавливаем соотношение 7:3 или 8:2.

Она также подробно объяснила диверсифицированные инвестиции в различные секторы с использованием VIX или ETF для управления рисками.

— Уф. Какой смысл все это говорить. Я знаю только теорию. В реальной торговле я просто теряю деньги и меня отстраняют. Я такая жалкая, правда, Чжин-хо? Даже при тщательном управлении рисками это произошло.

— Нет, это не так. Невозможно стать лучшим с первого дня. Уверен, завтра у вас все получится.

— Спасибо. А как насчет вас, Чжин-хо? Какова ваша доходность на данный момент?

— Ах. Я...

Заместитель менеджера посмотрела на мой торговый экран, который был совершенно пуст, и моргнула.

— Подождите-ка. Чжин-хо. Вы ещё не совершили ни одной сделки?

— Э-эм... да.

Я неловко почесал затылок.

Но последовала неожиданная реакция.

— Вау. Чжин-хо, вы действительно мастер инвестиций.

— А-а?

— Вы знали, что сегодня будет «медвежий рынок», не так ли? Говорят, что в такой ситуации лучший способ заработать — это ничего не делать.

«...»

Так вот как все было?

— Я просто не почувствовал ничего особенного.

Но это не означало, что я мог просто ничего не делать.

Проблема была в том, что я действительно ничего не чувствовал.

Такое происходило впервые, поэтому я был немного обеспокоен.

Я что-то делал не так?

Мне казалось, что чего-то не хватает.

— Интуиция важна. Но когда ничего не чувствуешь, попробуйте ещё раз прочитать материалы сегодняшнего брифинга.

— Материалы брифинга?

— Да. Разве я вам не говорила? На фондовом рынке нужно иметь хорошее метасознание. А исследовательский отдел, который можно назвать ультраэлитой, уже изложил для нас в своих материалах сегодняшние тенденции. Простое внимательное прочтение этих материалов даст вам более половины преимущества.

Если подумать, сегодня я был внезапно повышен до старшего, поэтому не услышал ни слова из встречи.

Я был так сосредоточен на этом, что не запомнил ничего из того, что сказал руководитель группы.

На чем мы должны были сосредоточиться сегодня, на чем нужно быть осторожными.

Я ничего этого не слышал и был просто брошен на это поле битвы, имея при себе только свое тело.

— Ах. Я достаточно высказалась, так что теперь вернусь к своему столу. Ах, надеюсь, меня не понизят обратно до младшего сотрудника в мой первый день в качестве старшего...

— Очень сомневаюсь. Никто не может все делать правильно с самого начала.

— В любом случае, я возвращаюсь. Мне нужно поразмыслить над тем, что я сделала не так сегодня, просматривая свои сделки... Я проиграла, но Чжин-хо, надеюсь, вы сегодня заработаете! Или хотя бы удержитесь на плаву! Если да, я куплю вам ужин сегодня вечером.

— Я обязательно получу прибыль!

Внезапно я почувствовала прилив мотивации.

Я начал просматривать материалы сегодняшнего брифинга.

«Международные цены на нефть падают, американский фондовый рынок также падает, процентные ставки растут, китайский фондовый рынок падает, а иностранные инвестиции сокращаются».

Там также упоминалось, что иностранные инвесторы выводят свой капитал в ожидании предстоящего повышения верхнего предела внутреннего рынка с 15% до 30% и, что ещё более важно, что рост процентных ставок приводит к притоку денег на рынок облигаций.

Вдобавок ко всему, судостроительная отрасль понесла серьезный удар, что вызвало сильный психологический эффект. Поэтому сегодня рынок в целом был обречен на дальнейшее падение.

Так было написано в материалах брифинга.

«Руководитель группы сказал, что в такие времена нам лучше получать прибыль от коротких продаж».

Но как это вообще делается?

Я не очень хорошо знал, как проводить короткие продажи.

Я знал, на какую кнопку нажать, чтобы инициировать короткую продажу, но слышал, что для этого также необходимо управлять рисками, покупая определенные акции и хеджируя, чтобы уменьшить убытки.

«Я не знаю достаточно, чтобы начинать заниматься такими вещами».

Управление рисками, короткие продажи, хеджирование и все такое.

Для такого новичка в области акций, как я, все это звучало как иностранный язык.

Если я напутаю, то могу потерять все свои деньги.

«Буду делать то, что у меня хорошо получается».

Это означало довериться только своей острой интуиции.

Я быстро закончил просматривать материалы и закрыл их.

Затем я снова начал просматривать акции.

«Эм?»

Но ощущение, которое раньше никак не появлялось, внезапно возникло при просмотре самой первой акции.

«Раньше ничего не работало, что бы я ни пробовал».

Может быть, это потому, что я прочитал отчет аналитиков?

Это было слишком точно, чтобы быть совпадением.

Оглядываясь назад, я всегда тщательно читал материалы, прежде чем делать какие-либо инвестиции.

И моя интуиция всегда срабатывала, когда я сосредотачивался на чем-то, связанном с этим.

Получение данных в определенной области пробуждало интуицию.

Сегодня я узнал что-то новое.

«Вот почему говорят, что если слушать старших, то даже во сне получишь рисовые лепешки».

Это не моя идея, это фраза, которую сказала мне сонбэ Ли.

«Хорошо, купим... Стоп. Мне сказали не ставить все на кон, как в прошлый раз».

«Распределите свои инвестиции по разным корзинам. Диверсифицируйте свои инвестиции. Все это было необходимо для управления рисками. Таким образом, даже если одна из них упадет, вы сможете получить прибыль от другой».

«Диверсифицировать. Мне нужно диверсифицировать. Но насколько?»

Хм... может быть, три акции?

/-/

— Боже. Сегодняшний рынок просто невыносим.

— Ха-ах. Пойдем покурим.

— Тск. В нашем отделе, считай, практически принудительный отказ от курения. Нельзя даже курить, наблюдая за рынком.

— Тогда почему бы тебе не подняться наверх, на фьючерсный этаж? Там весь день только и делают, что курят.

— Уф. Я слишком нервничаю, чтобы подняться туда. Лучше совсем брошу курить.

Когда рынок закрылся, повсюду раздались ругательства.

В такой день, когда рынок падает, ничего не поделаешь.

Даже если вы купили несколько пут-опционов для управления рисками, этого было недостаточно, чтобы защититься от убытков. Настолько сильно колебался рынок сегодня.

Проблема заключалась в том, что, скорее всего, все будет продолжаться так же, пока не будет поднят ценовой потолок.

/-/

— Уффф...

Но забудьте про рынок.

Сейчас кто-то стонал и грыз ногти из-за совершенно другой проблемы.

«Ах. Я такими темпами сойду с ума!»

Есть золотое правило при работе в компании, особенно в крупной корпорации.

Не связывайтесь с королевской семьей.

Нанятые по знакомству могут быть раздражающими, но никогда не трогайте их.

Потому что с самого начала они находятся на другой стартовой линии, с совершенно другим происхождением, чем обычные сотрудники.

Проблема в том, что если вы вступите в конфликт с одним из таких людей и попытаетесь перейти в другую брокерскую компанию, даже конкуренты вас не примут.

Даже если это конкурирующая компания, они не захотят принимать сотрудника, который вступил в конфликт с кем-то из семьи владельца, каким бы хорошим ни было ваше резюме.

Но заместитель руководителя группы Янг Ми-джу вступила в конфликт именно с таким человеком.

Говоря прямо, она попала.

«Нет. Ещё есть шанс исправить ситуацию».

Заместитель Янг Ми-джу пыталась успокоиться.

Сегодняшний уровень возврата:

-1%

Ну, неплохо.

На рынке, подобном сегодняшнему, -1% было вполне приличным результатом.

Другие трейдеры понесли такие большие убытки, что их сделки были приостановлены и начался хаос, но поскольку Янг Ми-джу была слишком отвлечена, наблюдая за Чон Чжин-хо, она, по иронии судьбы, понесла меньшие убытки.

— Э-э-эм! Чжин-хо~

Янг Ми-джу подошла к Чон Чжин-хо с яркой улыбкой.

Он слегка вздрогнул, когда она подошла.

— Я была немного резкой раньше, да? Простите. Рынок в последнее время был нестабильным, и я была так одержима результатами, что немного нервничала. Вы понимаете, да?

— Ах... да.

— Я знала, что вы поймете. С самого первого впечатления вы показались мне таким добрым и хорошим человеком. Так что давайте с этого момента будем хорошо ладить.

— Да, спасибо.

— О, верно. Учитывая сегодняшнюю ситуацию на рынке, вы, наверное, тоже понесли убытки, да?

Насколько она слышала, сегодня Ли Хе-рин приостановили торговлю.

Чон Чжин-хо, наверное, оказался в такой же ситуации.

В такие моменты было хорошей возможностью утешить его и проявить теплоту старшего коллеги.

— Не волнуйтесь. Я заработаю достаточно, чтобы покрыть и ваши убытки. И если у вас есть какие-то вопросы, просто спрашивайте. Я уже довольно долго на этом рынке, поэтому знаю много...

Говоря это, Янг Ми-джу небрежно взглянула на экран торговли Чон Чжин-хо.

«Хм?»

Но что-то было не так.

Экран торговли Чон Чжин-хо, который должен был быть полон минусов, вместо этого светился красным.

— 10%?! Ч-Чжин-хо, это ваш экран торговли?

— А, да. В конце дела пошли на поправку, так что, к счастью, я не закончил сегодня с убытком.

Янг Ми-джу с недоверием смотрела то на Чон Чжин-хо, то на монитор.

«Он даже не шортил, не покупал пут-опционы. Он просто купил обычные акции и получил 10%?!»

Что за черт. Разве он не должен был быть из «королевской семьи»?

Разве он не был нанятый по знакомству?

Так как же он получил 10%?

И в этом сумасшедшем медвежьем рынке?

«Кто он вообще такой?»

/-/

«10%...»

По крайней мере, на этом этаже не было ни одного трейдера, который мог бы сравниться с доходностью Чон Чжин-хо сегодня.

Просто сумма была небольшая, поэтому она не привлекла особого внимания.

«И он выбрал три из немногих акций, которые действительно выросли во время медвежьего рынка?»

Он был тем типом человека, который заставлял вас смеяться от недоверия, даже сегодня.

Обычно на таком медвежьем рынке акции покупают только для управления рисками, а большинство людей получают прибыль, играя на понижение.

Но этот парень шел против этого стандарта, инвестируя по-своему, в одиночку.

— Руководитель группы. У вас все было в порядке сегодня?

— Почему вы спрашиваете, если уже знаете? Менеджер Ким, вы знаете все.

— Ха-ха. Просто спрашиваю из вежливости.

Когда он безучастно смотрел на экран торговли Чон Чжин-хо, появился менеджер по рискам Ким.

— Я слышал, что сегодня у многих приостановили торговлю.

— Да. Даже у той, кого сегодня повысили до старшего, приостановили торговлю. Наверное, это был её первый день торговли в качестве старшего... Должно быть, это было травмирующим опытом.

— Ничего не поделаешь. Так будет ещё некоторое время. Ей просто придется терпеть. Но что вас сюда привело?

— Ах. Я здесь не из-за того, кого приостановили, а из-за другого человека...

Он имел в виду, что пришел из-за Чон Чжин-хо.

— Этот парень в одиночку получил огромную прибыль. В условиях такого медвежьего рынка, даже не используя короткие позиции, 10%. Я не могу понять, у него стальные нервы или он просто не понимает основ фондового рынка.

— А в этом есть проблема?

— Да, есть проблема. Управление рисками — это главный принцип для всех брокерских компаний, не так ли? Но этот парень... он вообще не занимался управлением рисками. Он просто купил акции. Только три.

Всего три.

Диверсификация существует для управления рисками, и эта стратегия обычно предполагает распределение средств по 10–30 различным акциям.

Даже если основное внимание уделяется таким событиям, как слияния и поглощения или выделение подразделений, обычно обрабатывается не менее 5–10 акций.

Но Чон Чжин-хо сделал ставку только на три акции.

И его ставки оказались правильными.

— Даже если его ставки оказались успешными, разве это не чистая удача? А что, если он даже не знает основ инвестирования? То, как он просто покупал акции без какого-либо контроля рисков, он ведет себя как несведущий розничный инвестор.

— Хм. Была ли это действительно удача? И вы думаете, что человек, не знающий основ, мог бы стать старшим трейдером?

— Что?

— Он просто такой. Он не диверсифицирует, он вкладывает деньги только в определенные акции. Он не из тех, кто не знает, что делает. Я уверен, что он прекрасно понимает, что такое диверсификация и что означает управление рисками. Так что, если он все равно решил поступить так...?

— Это значит, что он был уверен, что эти акции будут расти.

Ничто другое не могло объяснить его поведение.

Если бы кто-то другой поступил так, его бы сразу выгнали из команды.

Но в брокерской компании никто не оценивает человека по его личности.

Важна только доходность, и результаты оцениваются только по этому критерию.

— Вы пришли сюда, чтобы предупредить его, чтобы он больше так не поступал, верно?

— Да. Молодым людям полезно быть уверенными в себе, но управление рисками имеет огромное значение.

— Пока оставьте его в покое.

— Что? Но каким бы хорошим ни был коэффициент доходности...

— Если вы не понимаете, почему я это говорю, спросите у начальника вашего отдела. Тогда вы сразу все поймете.

Менеджер Ким поклонился с недоуменным выражением лица и ушел.

Чон Чжин-хо.

Он открыто игнорировал основной принцип управления рисками в брокерской компании и даже избегал диверсификации, стремясь только к максимальной прибыли.

Это было возможно благодаря тому, что у него был свой собственный надежный алгоритм анализа, а также благодаря ещё одному фактору — его происхождению.

Его поддерживал никто иной, как генеральный директор этой компании.

Даже если он потерял бы часть денег, он знал, что это не повлияло бы на него каким-либо значимым образом.

— Так вот как обстоят дела.

Руководитель команды Пак проверил соотношение распределения капитала среди трейдеров своей команды.

Обычно новому старшему трейдеру выделяется 1 миллиард вон.

Но сегодня единственным, кто получил прибыль, был этот совершенно новый старший трейдер.

«…….»

После недолгого раздумья он скорректировал соотношение.

— Можно и доску правильно настроить.

С завтрашнего дня капитал, выделенный Чон Чжин-хо, будет составлять не 1 миллиард вон, а 5 миллиардов вон.

— Ой, Чжин-хо. Вы уже здесь? Вы не слишком рано пришли? Могли бы начать чуть позже. Вы ведь уже не младший, а старший, верно?

Когда я пришел на работу первым, кого я встретил, оказалась заместитель менеджера Янг Ми Джу.

«Это немного ошеломляет».

Человек, который раньше с утра пораньше набрасывался на меня и заместителя менеджера Ли, вдруг улыбается мне в лицо.

Ну, может быть, она сорвала куш на каких-то акциях.

— Ха-ах... Наверное, я просто привык.

— Хо-хо. Сколько времени прошло с тех пор, как вы начали ходить на работу, а вы уже привыкли. Вы очень трудолюбивы и милы. Хм? И я слышала, что вчера ваш показатель доходности был лучшим среди всех отделов? Благодаря вам я чувствую себя очень уверенно.

«……».

Её взгляд и поведение были очень ошеломляющими, поэтому я просто быстро поздоровался и поспешил к своему столу.

«Все еще не привык к этому».

Изначально мой стол был небольшим, с одним монитором.

Но теперь у меня было шесть мониторов, клавиатура с дополнительными функциями и другое оборудование, все аккуратно установленное.

Говорят, все новое — лучше.

Конечно, по сравнению с оборудованием других трейдеров, оно выглядело гораздо более современным и аккуратным.

«Но мне нечего делать, пока рынок не откроется».

Обычно я бегал вместе с Ли Хе-рин, собирая данные и раздавая их, готовясь к собраниям, но эта жизнь закончилась вчера.

Два новых младших, назначенных в нашу команду, теперь занимались этой работой.

— Доброе утро. Вот материалы из отдела исследований на сегодня.

— А, да. Спасибо.

Раньше я всегда сам раздавал материалы, а теперь получаю их от младших.

Конечно, я мог бы посмотреть данные на компьютере, но для совещаний нужны распечатанные копии, поэтому в дни, когда данных много, я весь день стою перед принтером.

«Эти люди, наверное, более опытные, чем я. Мне как-то не по себе».

Но я слышал, что в финансовых компаниях, в частности, результативность ценится больше, чем стаж.

Фактически, в брокерских компаниях с каждым сотрудником заключается договор, и если трейдер не достигает определенного результата в ежемесячных оценках, договор автоматически расторгается.

Это было страшное место.

Человек, которого ты видел сегодня, мог внезапно исчезнуть на следующий день после оценки.

— Чжин-хо. Как и ожидалось, вы пришли пораньше.

— А, да, заместитель менеджера Ли. Вы тоже сегодня рано? Но ваш цвет лица...

— Уф. Даже не говорите об этом. Вчера я так волновалась, что не могла заснуть. Теперь я тоже старший сотрудник. Это значит, что меня будут оценивать по результатам работы. Я так переживала, думая, что если я буду продолжать работать в убыток, то в конце концов мой контракт будет расторгнут.

Вот почему трейдеры становятся такими чувствительными.

У заместителя менеджера Ли Хе-рин тоже были темные круги под глазами.

— Тем не менее, я рада, что вы вчера получили хорошую прибыль. Я слышала, что хотя индивидуальные результаты важны, но если результаты команды хорошие, то за это тоже дают дополнительные баллы. Вы настоящий спаситель, Чжин-хо.

— Но прошел всего один день…

— Ах! Кстати, Чжин-хо, сколько сделок вы обычно совершаете?

Вчера я совершил ровно три сделки.

Три покупки, значит, три сделки.

Если подумать, я не совершал никаких продаж.

Надеюсь, цена не упадет сегодня, когда я попытаюсь продать акции.

— Я только вчера совершила 150 сделок. У меня даже болели пальцы и глаза. К тому же я неправильно настроила параметры, поэтому зря потеряла деньги.

— … 150?

— 150 — это ниже среднего. Обычно проп-трейдеры совершают сотни сделок. Поэтому все пропускают обед и просто безумно кликают мышкой. Они настраивают свою программу на основе заранее написанной стратегии ещё до открытия рынка.

Я знал, что проп-трейдеры совершают большое количество сделок в день, но не осознавал, что это сотни сделок на человека.

— При покупке и продаже акций с высокой ликвидностью они также настраивают в программе параметры управления рисками, чтобы при покупке определенных акций часть средств автоматически шла в короткую позицию, или покупают ETF, чтобы получить прибыль через систему.

Вот почему трейдеры после совещаний спешили к своим компьютерам, чтобы ввести различные данные.

Рынок ещё даже не открылся, но я удивлялся, почему они так суетятся, и все было именно по этой причине.

Они настраивали соотношение покупок и продаж в соответствии с сегодняшней инвестиционной стратегией и автоматизировали этот процесс.

— Не говорите мне, что вы этого не делали, Чжин-хо?

— Вчера я совершил ровно три сделки...

— Что? Только три?! Вы не занимались краткосрочной торговлей? Я как-то чувствовала это даже во время имитационной торговли, но Чжин-хо, ваш стиль торговли — свинг-трейдинг, верно? У вас поистине сердце зверя, Чжин-хо. Как вы могли удержаться, не продавая? График, наверное, колебался, а не рос стабильно.

Стили трейдеров обычно делятся на четыре категории.

Высокочастотная торговля, которая включает в себя тысячи или десятки тысяч сделок в день.

Это почти на 100% делается программами, так что даже думать об этом не буду.

Далее идет краткосрочная торговля, которой занимается большинство людей здесь, а затем позиционная торговля, когда люди удерживают позиции в течение нескольких месяцев или даже лет.

И, наконец, свинг-трейдинг, который включает в себя менее десяти сделок в день.

«Я серьезно не понимаю, какое жестокое сердце нужно, чтобы заниматься краткосрочной торговлей».

Несмотря на наличие системы управления рисками, постоянное повторение ордеров на покупку и продажу заставляет глаза чувствовать, что они вот-вот взорвутся.

Кроме того, я не был уверен, что мой инстинкт будет работать в краткосрочной торговле.

Я чувствовал, когда нужно было покупать, но у меня никогда не было четкого инстинкта, когда нужно продавать.

«Может быть, это просто потому, что я ещё не пробовал краткосрочную торговлю».

До сих пор, когда у меня появлялось предчувствие, я просто бездумно нажимал «купить» и на этом все заканчивалось, так что, возможно, в этом и есть причина.

Если подумать, свинг-трейдинг, возможно, будет для меня более стабильным, чем краткосрочная торговля.

— Сегодня нет собрания. Все, просмотрите исследовательские материалы и разработайте свою собственную стратегию.

Руководитель группы Пак оставил этот комментарий и ушел внутрь.

«Черт. Собрания не будет?»

Мне нужны были данные.

Вместо того, чтобы просто просматривать исследовательские материалы, я обнаружил, что гораздо полезнее и легче понять, когда я слушаю разговоры между членами команды.

Тогда есть только одно место, куда я могу обратиться за помощью.

— Эм... Мисс Ли?

— Да? В чем дело, Чжин-хо?

— Сегодня нет собрания…

— Ах. Когда рынок в целом выглядит медвежьим, то часто так и бывает. Руководитель в основном оставляет нам право решать, открывать ли короткие позиции и фиксировать прибыль, или просто ничего не делать.

«Так вот в чем дело».

— Тогда что, если мы сами проведем совещание на основе исследовательских материалов?

— Ах. Ни в коем случае, Чжин-хо...

Ли Хе-рин сказала это с полным эмоций лицом.

— Это потому, что вы беспокоитесь за меня? Что я могу не получить хорошую прибыль? Поэтому вы пытаетесь мне помочь?

«......»

Я не только не помогал, но и сам пытался получить помощь.

— Хорошо. Совместный мозговой штурм определенно более эффективен. Посмотрим. Недавно процентные ставки немного выросли. Из-за этого выиграли банки. Если посмотреть сюда, то здесь говорится, что ожидается рост ЧПМ (NIM).

Когда процентные ставки растут, это, естественно, выгодно банкам.

Особенно когда долги домохозяйств высоки, это ещё лучше для банков.

Это потому, что увеличиваются проценты, которые они получают от кредитов.

Кроме того, 80% доходов банка приходится на процентную маржу между депозитами и кредитами.

Если процентная ставка по кредитам растет, прибыль банка, естественно, увеличивается.

— Конечно, есть риск, связанный с потерями от переоценки облигаций или потенциальными дефолтами по кредитам, но в среднем это все равно прибыльно.

— Но здесь сказано, что не следует инвестировать в акции банков?

— Цены на акции банков практически фиксированы. Особенно в Корее, где существует много регулирующих норм в финансовом секторе, акции банков находятся в сложной ситуации для роста. Дивиденды тоже средние.

Если посмотреть на PBR корейских банков, то разница будет пятикратной.

Другими словами, текущая цена акций занижена в пять раз.

Но даже несмотря на это, цены на акции все равно не растут.

Это связано со стагнацией, вызванной корейскими финансовыми ограничениями.

Кроме того, в этом секторе наблюдается недостаток инноваций.

А с дивидендами только раз в год, это не очень привлекательно.

Наверное, поэтому и говорят, что не стоит инвестировать в акции банков.

— Есть только одна вещь, на которую нужно обратить внимание. «KK Bank». Я раздумываю, стоит ли мне тоже в это вкладываться. Можно сказать, что это начало полномасштабной эры финтеха, верно?

Финтех.

Проще говоря, это финансовые услуги, предоставляемые через смартфоны.

Сейчас мы живем в эпоху, когда деньги переводят через приложения, но для выполнения серьезных финансовых операций всё ещё нужно посещать банк.

Но новый «KK Bank» не имеет филиалов.

Это банк, работающий исключительно через Интернет.

Более того, банковский сектор долгое время находился в стагнации.

Разве банки, основанные еще в 1800-х годах, не по-прежнему представляют Корею, только под другими названиями?

Другими словами, не было никаких реальных инноваций или конкуренции, и именно поэтому акции банков оставались в стагнации.

Теперь новая компания пытается перевернуть ситуацию в таких условиях.

Удастся ли ей это или она будет раздавлена существующими банками, остается предметом споров.

Но для таких краткосрочных трейдеров, как мы, далекое будущее не имеет значения.

Важно то, что происходит с курсом акций сегодня.

— Поэтому я тоже разрываюсь между двумя вариантами. Входить или не входить? Поскольку это первое IPO, инвесторы будут бросаться на акции как сумасшедшие. Но максимальный однодневный рост ограничен 15%, так что, скорее всего, это приведет только к появлению «графика Ги-Ёнга».

Существует такое явление, как «график Ги-Ён».

Он получил такое название, потому что напоминает прическу Ги-Ёна из мультфильма «Черные резиновые туфли», где график то поднимается, то опускается из-за наплыва инвесторов, устремляющихся к акциям при их первом выходе на биржу.

— Чжин-хо, не говорите мне, что вы думаете вложить деньги в» KK Bank»?

— А, я...

В исследовательском материале также не рекомендовалось вкладывать деньги в банковские акции, поэтому я планировал следовать этому совету.

Но как раз когда я собирался перевернуть страницу.

Мощное ощущение пронзило меня от кончиков пальцев до кончиков ног.

— Чжин-хо?

—... Я думаю о том, чтобы войти.

— Вау. Как и ожидалось, у вас стальные нервы. Для таких IPO-акций нужно быть действительно хорошим в том, чтобы входить и выходить. Покупать на минимуме и продавать на максимуме. Вы должны повторять это снова и снова. Вы уверены, что сможете с этим справиться?

— Если я действительно почувствую, что что-то не так, я просто сокращу свои убытки и выйду.

Но сейчас мой инстинкт подсказывает мне.

Что я должен войти в эту сделку.

— Хм. Может, мне тоже войти? Ах, рынок скоро откроется. Идите готовьтесь, Чжин-хо.

— Ах, да. Давайте сегодня постараемся.

— Боевой настрой на максимум!

Я вернулся на свое место и ждал открытия рынка, проверяя свой капитал.

Если я продам все акции, которые планирую продать после открытия рынка, у меня будет чуть больше 1,1 миллиарда вон... Что?

«Что это? Ошибка?»

Но к моему капиталу было добавлено ещё 4 миллиарда вон.

Я сразу пошел к руководителю группы.

Я не хотел попасть в неприятности из-за неправомерного использования чужих денег.

— Эм, руководитель группы. Я думаю, в моей программе есть сбой. Сумма депозита, отображаемая на моем экране, составляет 4 миллиарда...

— Если вы говорите о своем капитале, то эта цифра верна.

— Простите?

— С сегодняшнего дня, старший сотрудник Чон, вы будете торговать с общим капиталом в 5 миллиардов вон. Так что имейте это в виду, вернитесь на свое место и сосредоточьтесь. Рынок вот-вот откроется.

Подождите. С 1 миллиарда до 5 миллиардов?

Конечно, вчера у меня был хороший доход, но разве можно так сильно его увеличивать?

«Ладно. Рынок и вправду вот-вот откроется».

Но не было времени нервничать.

Как и сказал руководитель группы, рынок вот-вот откроется.

Я быстро сел и сразу же открыл «KK Bank», как только рынок открылся.

«Точно. Заместитель менеджера Ли Хе-рин сказала, что диверсификация необходима для управления рисками».

Но я ничего не знаю об этом.

Если я собирался это сделать, я должен был спланировать это до открытия рынка.

В тот момент, когда я вошел в «KK Bank», мое тело начало сильно дрожать от интуиции.

Я продолжал нажимать кнопку «Купить».

Я не мог себя остановить.

Я даже вложил всю вчерашнюю сумму инвестиций, которая была продана в момент открытия рынка по заранее установленной цене.

После того, как я полностью опустошил все, я почувствовал облегчение.

«Это значит, что на сегодня я закончил?»

Ну, как и вчера, сегодня все купить, завтра продать, и готово.

Проще, чем я думал.

Но эта мысль продержалась недолго.

«……Хм?»

Сразу после того, как я все купил и почувствовал спокойствие, ощущение внезапно снова начало пробуждаться.

Это означало, что мне нужно купить ещё?

«Я уже использовал все свои деньги».

Но это не был сигнал к покупке.

Когда я перемещал мышь в сторону покупки, все было спокойно, но в тот момент, когда я переместил её в сторону продажи, по кончикам пальцев пробежала волна электричества.

«Это сигнал к продаже!»

Ли Хе-рин тоже так сказала.

Здесь важно входить и выходить.

Покупать на минимуме, выходить на максимуме.

Такова суть IPO-акций.

Я поспешно щелкнул мышью, как сумасшедший, и полностью продал все акции.

«Уф. Если бы я опоздал хоть на секунду, у меня были бы проблемы».

Как только я продал, график, который поднимался, чтобы преодолеть максимум, внезапно резко упал обратно к минимуму.

К счастью, я зафиксировал прибыль.

«Если так, то мне стоит посмотреть на другие акции...».

Я закрыл окно «KK Bank» и попытался посмотреть на другие акции.

Но прежде чем я успел даже опустить окно, острая интуиция заставила меня почувствовать тревогу.

«Ч-что теперь? Ты снова говоришь мне купить?»

Только что это была иконка «Продать», но на этот раз, как только я навел курсор на иконку «Купить», «сигнал» снова появился.

Я рефлекторно нажал «Купить».

На этот раз точно конец, да? Да?

Нет. Даже близко нет.

«Снова?!»

Теперь сигнал переключился на кнопку «Продать» всего за несколько секунд.

Пока эти сильные чувства несколько раз обрушивались на меня в течение нескольких минут, мои виски сильно пульсировали, как перегретый и загоревшийся двигатель.

Но даже несмотря на это, я не мог остановить свои пальцы, реагирующие на этот электризующий сигнал.

«Кто-нибудь с-спасите меня».

Как и все брокерские компании, «Kwangwoon Securities» также очень внимательно относилась к управлению рисками.

Брокерская компания оценивает прибыльность на основе долгосрочных целей, никогда не ожидая высокой краткосрочной доходности.

Во-первых, попытка сделать это на фондовом рынке ничем не отличалась от азартных игр, а чрезмерная жадность могла привести к огромным убыткам.

Именно поэтому инвестиции всегда осуществлялись с математическим подходом, нацеленным только на те области, где можно было стабильно извлекать прибыль с минимальным риском.

Поэтому, когда проп-трейдеры теряют контроль и начинают терять деньги, как сейчас, риск-менеджеры, которые внимательно за ними наблюдают, немедленно их останавливают.

— Сегодня все снова сходят с ума.

Серия медвежьих рынков.

Некоторые зарабатывали деньги на коротких продажах, но в конце концов даже это было игрой на нервах.

Медвежий рынок не падает просто вниз, он движется вверх и вниз повторяющимися волнами, рисуя новые минимумы.

В результате были трейдеры, которые приняли неправильные решения и потеряли деньги.

После остановки торгов нескольких проп-трейдеров вскоре позвонили по телефону.

— Менеджер Ким. Вы только что заблокировали мои торги?

— Да. Менеджер Ю, вы сейчас в минусе на 4%. Согласно правилам, я, очевидно, должен заблокировать вас.

— Да ладно вам. Я занимаюсь скальпингом уже много лет. Вы же допускаете для нас, ветеранов, убыток до 5%!

— Я тоже смотрю на графики. Просто остановитесь на сегодня. Остыньте немного.

— Эй! Ты, сукин сын…….

Менеджер Ким Сан-гон повесил трубку, как будто ему не нужно было больше ничего слушать.

Даже после этого поступали звонки от трейдеров, чьи сделки были приостановлены.

— Менеджер, не можете ли вы дать мне ещё немного времени? Всего 1% сверху, пожалуйста. Я действительно могу это отыграть!

— Менеджер Ким. Пожалуйста, спасите меня. Если я сегодня тоже ничего не заработаю, как я проживу этот месяц!

Это было похоже на наблюдение за игроками, у которых закончились деньги на ставки.

Он тоже понимал их ситуацию.

Трейдеры находились в положении, схожем с положением фрилансеров.

Они подписывали контракты с компанией как физические лица и получали часть прибыли.

Иногда люди зарабатывали 10 миллиардов вон в год, и именно поэтому.

Но что, если прибыли не было? Или если они оказались в минусе?

Тогда определенная часть убытков вычиталась из следующего бонуса.

Брокерские компании безжалостны.

А когда дело доходит до управления рисками, они становятся ещё более хладнокровными.

Даже если кто-то сейчас теряет 3%, он может получить прибыль, если ему дать больше времени.

Но, согласно статистике, обычно они теряют больше.

Потому что их суждения уже нарушены, что приводит к неудачным сделкам.

Поэтому, когда заранее установленный уровень убытков для каждого проп-трейдера превышался, их сделки немедленно приостанавливались.

«У меня тоже нет выбора. Я должен делать свою работу».

Если риск-менеджер не смог бы должным образом контролировать ситуацию и были бы зафиксированы дополнительные убытки, это нанесло бы ущерб и менеджеру Ким Сан-гону.

В виде цунами под названием «оценка эффективности».

«Хм?»

Сегодня, снова усердно выполняя свою работу, менеджер Ким широко раскрыл глаза, увидев сигнал тревоги, безумно мигающий в одной части экрана.

«Что происходит?»

Какой-то сумасшедший вкладывал 5 миллиардов вон в одну акцию без какого-либо управления рисками.

И разве он не покупал и продавал акции каждые несколько секунд?

«Кто пустил сумасшедшего за компьютер?».

Можно было подумать, что он занимается скальпингом?

В таком случае ничего страшного бы не случилось.

Проп-трейдеры — это те, кто занимается скальпингом каждые несколько секунд.

Но нет такого сумасшедшего ублюдка, который бы вложил 100 % своего капитала в одну акцию, не диверсифицировав его, и занимался скальпингом.

«Но этот человек...»

Прежде чем этот ублюдок смог просадить все 5 миллиардов вон, менеджер Ким Сан-гон попытался остановить торговлю.

Но он засомневался, увидев имя сумасшедшего трейдера.

«Чон Чжин-хо. Это тот парень, что был в прошлый раз, да?»

Новичок-старший трейдер, который инвестировал всего в три акции без управления рисками и был единственным, кто добился высокой доходности.

Тогда он получил прибыль благодаря удаче, но когда Ким пошел предупредить его, чтобы он больше так не делал, руководитель группы Пак остановил его.

Руководитель группы Пак сказал ему: «Если ты не понимаешь, почему я это говорю, спроси у руководителя своей группы».

Но он забыл спросить у своего руководителя группы, так как ушел заниматься другой работой.

«...»

Как раз когда он собирался нажать кнопку «приостановить торговлю», менеджер Ким почувствовав, что что-то не так, решил подойти к руководителю группы.

— Эм, руководитель группы.

— Хм? В чем дело?

— Кто-то сейчас занимается скальпингом, используя 100% своего капитала на одну акцию.

— Да? Похоже, он вложился в котируемую акцию, но разве это не нормально, если риск-менеджмент ведется правильно?

— Да. Но он делает это без какого-либо риск-менеджмента, вкладывая и вынимая 5 миллиардов вон снова и снова.

Услышав это, руководитель группы риск-менеджмента Сун Иль-гу хлопнул по столу и закричал.

— Этот парень с ума сошел? Почему вы его ещё не остановили?

— Да. Я собирался, но услышал, что этот человек — новый сотрудник, который недавно пришел в компанию. Вы его знаете, руководитель группы?

— Что? Новый сотрудник?

В центре ценных бумаг периодически появляется один-два новых сотрудника.

Но если тот, кто устроил эту большую неразбериху, не просто новичок, а старший трейдер...

И без того искаженное лицо руководителя группы Суна стало холодным.

— Этого трейдера, случайно, не зовут Чон Чжин-хо?

— Да, это он. В прошлый раз он тоже купил три акции без какого-либо управления рисками, поэтому я пошел предупредить его, но руководитель группы Пак остановил меня, сказав, что в этом нет необходимости. Сказал, что если мне интересно, я должен спросить вас напрямую.

«……»

Менеджер Ким осторожно изучил выражение лица руководителя группы.

Он выглядел озабоченным.

— Просто оставьте его в покое.

— Простите? Даже несмотря на то, что он так разбазаривает 5 миллиардов вон?

— Да. На самом деле это будет лучше и для вас, и для меня.

Что он вообще имел в виду?

Это был человек, который обычно выходил из себя и требовал немедленно отключить все мониторы даже при минимальном риске.

— Этот трейдер — человек с верхушки.

— Ах. Не может быть…

— Именно так, как вы думаете.

«Королевская семья!»

Только тогда стало понятно, почему руководитель группы Пак сказал то, что сказал.

— Похоже, руководитель группы Пак тоже не знает, что делать, и просто оставляет его в покое, но если мы случайно тронем кого-то, кого даже Пак не трогает? Тогда мы будем единственными, кто окажется в беде. Ты понимаешь, о чем я?

— Но если он потеряет все эти деньги, разве они не возложат ответственность на нашу группу по управлению рисками?

— Будем надеяться, что нет. Что ещё мы можем сделать? Вы действительно собираетесь перекрыть ему торговлю? Вы сможете справиться с последствиями?

— Нет...

— Просто сделайте вид, что вы ничего не видели. Вы много работали, менеджер Ким. Вы же не хотите разрушить свою карьеру.

Услышав слова руководителя группы, менеджер Ким тихо вернулся на свое место.

Его сердце билось как ненормальное.

Если бы он нажал на кнопку «приостановить торговлю» не спросив сначала руководителя группы...

«Фу. Даже думать об этом страшно».

Его единственной заботой сейчас было то, сколько из тех 5 миллиардов вон новичок с небес потеряет сегодня. Если он потеряет все эти деньги, а потом они возложат вину на команду по управлению рисками за то, что она не остановила это заранее, это тоже будет большой проблемой.

Хотя он старался не обращать на это внимания, из-за беспокойства его взгляд постоянно скользил к экрану торговли Чон Чжин-хо.

«Что, черт возьми, происходит?»

Но тут произошло нечто невероятное.

«Почему его доходность такая?»

При таком безрассудном инвестировании доходность должна была быть отрицательной.

Однако капитал Чон Чжин-хо делал прямо противоположное и увеличивался.

С каждой повторной покупкой и продажей.

Прибыль Чон Чжин-хо продолжала расти и расти.

/-/

«Ах...».

13:00

До закрытия рынка оставалось ещё несколько часов, но я уже объявил «GG». (GG = Good Game)

Это означало, что я сдался, потому что просто не мог больше продолжать.

— Угх...

Я тихонько застонал.

Глаза так болели, что я не мог их открыть, а голова кружилась, как перегруженный двигатель, наполненная сильной болью и головокружением.

«У этого тоже есть свои пределы».

Сегодня был первый раз.

Когда я использовал свою способность так непрерывно, что казалось, что мои пальцы сломаются от нажатия на мышь.

Сегодня я узнал, что даже эта способность может перегрузиться.

«Похоже, цены на акции все еще активно меняются».

Возможно, я слишком сильно переусердствовал, потому что после полного выгорания интуиция перестала посылать какие-либо сигналы.

И даже от одного взгляда на экран у меня закружилась голова, поэтому я закрыл глаза.

«Какова там моя доходность?»

Я нажимал на кнопки «купить» и «продать» как одержимый, поэтому не имел представления, сколько я на самом деле заработал или потерял.

Я просто продолжал нажимать.

«Проверю позже».

В данный момент я чувствовал, что даже не могу смотреть на экран телефона, поэтому откинулся на спинку стула и отдохнул, закрыв глаза.

/-/

Как только компания достигает определенного масштаба, она вступает в стадию стабилизации.

Это означает, что вероятность её краха из-за какой-либо проблемы невелика.

Но с брокерскими компаниями все было иначе.

Даже сейчас нередко можно увидеть, как зарубежные брокерские компании, в разы превосходящие по размеру «Kwangwoon Securities», рушатся в мгновение ока из-за плохого управления рисками.

Чтобы смягчить такие потрясения, наша страна ввела различные финансовые правила.

Но это не означало, что мы могли расслабиться.

Было множество случаев, когда корейские брокерские компании допускали ошибки в управлении рисками и несли огромные убытки.

«Goryeo Securities», «Daehan Securities», «инцидент KIKO» и так далее.

Некоторые из этих брокерских компаний исчезли в истории, а те, что остались, выжили только благодаря своевременным вливаниям государственных средств.

Однако, поскольку доверие инвесторов было крайне важным в брокерской индустрии, как только компания теряла свою репутацию, она уже не могла её восстановить.

«Зачем все эти документы?»

Он мог просто попросить секретаря или сотрудника подготовить краткое резюме.

Но что, если они упустили какие-то важные детали, и генеральный директор принял на их основе неверное решение?

Такая фатальная ошибка была недопустима, поэтому генеральный директор Хван Дэ-вун никогда не пропускал ни слова, независимо от объема документа.

«Скоро состоится заседание FOMC. Нам нужно хорошо к нему подготовиться».

Заседания по принятию решений о денежно-кредитной политике США проводятся восемь раз в год.

Каждое принятое там решение оказывает огромное влияние на мировой финансовый рынок.

«Кажется, с тех пор, как я стал генеральным директором, я стал еще более занятым».

Его плечи начали напрягаться, вероятно, ему нужно было скоро отдохнуть.

«Ах, да. Интересно, как дела у нашего Чжин-хо?»

Вчера был его первый день в качестве проп-трейдера, так что он, наверное, был перегружен.

А рынок находится в постоянном медвежьем тренде.

Он наверняка потерял деньги.

«Обычно новички-старшие получают капитал в размере 1 миллиарда вон, так что, возможно, он потерял около 5% от этой суммы?»

Поскольку есть риск-менеджер, торговля прекращается до того, как убытки превысят эту сумму.

Таким образом, максимальная сумма, которую Чжин-хо мог потерять за два дня, составляет около 50 миллионов вон.

Ну, эта сумма не была особенно болезненной.

Её можно было считать уроком жизни.

Что ж, посмотрю, сколько он на самом деле потерял.

«Что... что это?»

Из любопытства генеральный директор Хван проверил капитал Чон Чжин-хо.

Но цифра превзошла все ожидания.

«Почему у него 6 миллиардов вон на балансе?

С 1 миллиарда до 6 миллиардов, в 6 раз больше.

Похоже, они увеличили капитал Чон Чжин-хо, учитывая, что он был нанятым по знакомству, и даже риск-менеджер не вмешивался.

«О боже, это проблема».

Чжин-хо, вероятно, не имел понятия, что происходит, и просто торговал, как ему велели.

В таком случае, сколько он уже потерял?

Если бы он знал, что так будет, он должен был бы раньше призывать ответственных лиц и сказать что-нибудь... Что?

«Подождите-ка».

Но при ближайшем рассмотрении экрана торговли что-то показалось не так.

Начальный капитал: 1 миллиард.

Затем доходность 10%.

С учетом этого руководитель группы увеличил коэффициент капитала и добавил ещё 4 миллиарда.

А сегодняшняя доходность?

«2-20%!?»

Генеральный директор Хван Дэ-вун в свое время тоже был проп-трейдером.

Это было в эпоху, когда сделки заключались по телефону, и даже тогда, как и сейчас, практически не было скальперов, которые могли бы заработать 20% за один день.

Нет, Хван Дэ-вун видел такое впервые в жизни.

Особенно в Корее, где верхний предел роста цен на акции в настоящее время ограничен 15%.

Даже в США, где нет такого ограничения цен, ни один трейдер не зарабатывает 20% за день благодаря скальпингу.

И там, и здесь, благодаря тщательному управлению рисками, избегались безрассудные инвестиции, и, что более важно, 20% ежедневной прибыли были практически в сфере божественного.

Но Чон Чжин-хо.

Этот сумасшедший парень торговал только одной акцией и достиг этой абсурдной цифры в 20%.

И он сделал это, используя весь свой капитал в 5 миллиардов вон.

«Это должно быть системная ошибка».

Иначе как такая цифра могла бы быть возможна?

— Что? Действительно нет никаких проблем? Вы уверены?

Но даже после многократных звонков в IT-отдел для подтверждения ничего не изменилось.

Этот новичок только что написал историческую главу в архивах «Kwangwoon Securities».

«……»

Он просто проявил доброжелательность к члену гильдии, который приносил смех, скрашивал настроение, был вежливым, добрым и сказал, что уходит искать работу.

Даже когда он стал старшим трейдером, он планировал продемонстрировать достоинство гильдмастера, утешив его, даже если тот потеряет немного денег.

Но затем, всего за два дня в качестве старшего, он установил рекордный однодневный доход в 20 %.

Было ли это просто везением?

Нет. Это было нечто, что нельзя было объяснить одной только удачей.

Это было видно по объему торгов.

Он достиг такой доходности, просто повторяя покупки и продажи, накапливая небольшую прибыль.

И что ещё более удивительно, парень перестал покупать с 13:00, и с этого момента акции полностью обвалились.

«Он знал».

Он знал, когда они будут расти, а когда падать.

Но как это вообще возможно?

Правда?

«……».

Генеральный директор Хван, безучастно глядя на экран, внезапно пришел в себя.

«Сейчас не время для этого».

Он быстро поднял трубку.

— Секретарь Чан. Все, кто отвечает за нашего Чжин-хо… нет, старшего трейдера Чон Чжин-хо, пусть все немедленно поднимутся в кабинет генерального директора.

Новые IPO акции появляются нечасто, но регулярно.

Котируемые акции были акциями с чрезвычайно высокой волатильностью.

Поэтому они также были лучшей площадкой для краткосрочных трейдеров.

Поскольку цена предложения и рыночная цена различаются и колеблются в широких пределах между верхним и нижним пределами, в этой области чаще всего происходит так называемое «преследование рынка».

Были даже краткосрочные трейдеры, которые специально ждали появления акций IPO, готовя свои «боеприпасы».

Естественно, включая руководителя группы Пака, многие трейдеры сегодня, должно быть, были тщательно подготовлены к участию в IPO акций «KK Bank».

Это было связано с тем, что, если они хорошо реализовали стратегию «купи и выйди», они могли получить хорошую прибыль.

«…….»

Однако руководитель группы Пак не вложил ни копейки в KK Bank.

Это было не потому, что он боялся, что не сможет войти и выйти.

Это было из-за Чон Чжин-хо, который ворвался в KK Bank в момент открытия рынка.

«На этот раз он продает за 30 секунд, а через минуту снова покупает. На чем он основывается?»

Технический анализ.

Он не был создан кем-то одним, а представляет собой метод торговли, разработанный в течение длительного периода многими инвесторами и аналитиками.

Проп-трейдеры сначала проводят базовый анализ, а затем переходят к техническому анализу.

Технический анализ заключался в анализе человеческой психологии и прогнозировании волатильности рынка на основе графиков, исходя из предпосылки, что все данные содержатся в рыночных ценах.

Но все знают.

Технический анализ звучит правдоподобно в теории, но с его помощью невозможно идеально предсказать цены на акции.

«Если бы это было возможно с помощью суперкомпьютера, нам не понадобилось бы столько трейдеров».

Вот почему, даже когда бесчисленные ветераны погружаются в IPO-акции, большинство из них в конечном итоге теряют деньги, обманутые графиками, наполненными человеческим безумием и хаотичной психологией.

Он мог сказать это, просто посмотрев на экраны книги заказов членов команды прямо сейчас.

Никто не получал прибыль, все только теряли.

«Но как я должен это объяснить?»

Единственный человек, получающий прибыль.

Чон Чжин-хо.

И он вложил в эту авантюру весь свой капитал в 5 миллиардов вон.

Более того, он постоянно получал небольшую прибыль, покупая и продавая каждую секунду.

Сколько бы раз он ни смотрел на это, Пак просто не мог понять это с помощью логики.

Был ли это анализ на основе графиков?

Или было что-то ещё?

Что бы это ни было, самым важным фактом было то, что Чон Чжин-хо сейчас зарабатывал деньги.

И с поразительной скоростью!

«Он уже превысил 5%...»

Но вскоре после превышения 5% цифра снова выросла.

«7%... 10%... 12%... Это безумие».

Хотя это не была его собственная сделка, руки руководителя группы Пака дрожали.

Будь на его месте руководитель группы Пак, он бы удовлетворился 5% и не стал бы рисковать дальнейшими инвестициями.

Он бы с самого начала не вложил все в одну акцию IPO, а даже если бы и вложил, то быстро бы вышел на этом уровне.

Но Чон Чжин-хо демонстрировал безумный ход, реинвестируя всю свою прибыль обратно в акции IPO, не вынимая ничего.

«Если он допустит одну ошибку, то потеряет всё, что так тяжело заработал, верно?»

Стоит ли ему пойти и остановить его прямо сейчас?

Руководитель группы Пак даже забыл, что ему нужно начать торговать, и был глубоко потрясен.

Он хотел сказать ему, чтобы он прекратил это безумие и инвестировал эти деньги в что-нибудь другое.

«Но как я могу его остановить?»

С момента открытия рынка и до сих пор.

Чон Чжин-хо ни разу не потерял деньги.

Как описать эту сцену?

Невозможное событие.

«Я вижу то, что не должно происходить, прямо перед своими глазами».

Для руководителя группы Пака оно пролетело как пуля.

А перед ним мерцала доходность, которой добился Чон Чжин-хо.

[+20%]

«Чёрт возьми, сумасшедший сукин сын».

Не в силах сдержать кипящие эмоции, руководитель группы Пак в конце концов проклял его, даже не осознавая этого.

Может ли быть более резкое и точное выражение, чем это?

Купить акцию и увидеть, как она на следующий день поднимается на 15%, — это то, что случается крайне редко.

Но на корейском рынке, где верхний предел ограничен 15%, он впервые видел, как кто-то заработал 20% исключительно за счет краткосрочной торговли.

Независимо от того, насколько хорошо вы используете прибыль от листинга, вы можете заработать деньги.

Но пойти ва-банк на такие рискованные акции IPO, повторяя покупки и продажи, и в итоге получить 20%?

Это действительно возможно?

«Он наконец остановился».

Около часа дня.

Чон Чжин-хо внезапно вывел все свои деньги.

Он даже полностью закрыл окно ордеров.

И больше не торговал.

Он просто откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

«Неужели он спит? Не может быть, серьезно?»

Рынок ведь всё ещё активно работает!

Однако Чон Чжин-хо даже не шевелился.

Руководитель группы Пак подумал, что, возможно, он не остановится на 20 % и будет продолжать.

«Ах, вот оно что».

Акции IPO, которые резко колебались вверх и вниз, наконец начали демонстрировать нормальную тенденцию.

Объем торгов, который взлетел до безумных высот, также начал стабилизироваться, уменьшаясь.

Чон Чжин-хо прекратил торговлю именно из-за этого.

Теперь, когда появились признаки нормализации, он без колебаний вышел из рынка и зафиксировал прибыль.

И время входа, и время выхода.

Безупречно.

Нет, ужасающе идеально.

«Сейчас он похож на человека, который вернулся из будущего...»

— Руководитель группы Пак Хонг-со. Вас вызывает генеральный директор.

До закрытия рынка ещё оставалось некоторое время.

Если не произойдет ничего серьезного, нет причин вызывать его в кабинет генерального директора до этого.

И с самого начала не было причин вызывать руководителя группы Пака в кабинет генерального директора.

Обычно, если что-то происходит, вызывают кого-то на уровне начальника отдела, а не руководителя группы.

Так что тот факт, что руководителя группы внезапно вызвали таким образом...

«Это из-за Чон Чжин-хо».

/-/

Состав членов, собравшихся в кабинете генерального директора, был впечатляющим.

Директор, старший управляющий директор, управляющий директор, начальник отдела, заместитель начальника отдела, руководитель группы и так далее.

Когда все собрались, генеральный директор Хван Дэ-вун вошел в кабинет, нахмурив брови.

— Что? Почему здесь так много людей?

— Вы сказали мне собрать всех ответственных лиц, генеральный директор.

— Почему вы не привели вице-президента, раз уж на то пошло? (Примечание переводчика: должность генерального директора также можно перевести как президент, а человек, стоящий ниже него, — вице-президент компании).

— Вице-президент находится за границей, поэтому я не смог его вызвать.

— … Можешь идти.

— Да, сэр.

Хван Дэ-вун покачал головой, наблюдая, как секретарь вежливо поклонился и вышел. Тем не менее, этот парень был определенно прилежен.

— Все, садитесь. Здесь много людей, но именно для этого мы и построили большой кабинет генерального директора.

Вероятно, половина людей в комнате не знала, почему их внезапно вызвали.

— Позвольте перейти сразу к делу. Вы все знаете парня, которого я продвинул, верно? Я созвал это собрание из-за него.

— Что? Был ли сотрудник, которого вы лично продвинули, господин генеральный директор?

— Ну, управляющий директор Ву и старший управляющий директор Так, вероятно, не знают. То же самое и с заместителями руководителей отделов. Но руководители отделов должны хотя бы примерно иметь представление, верно?

Сегодня присутствовали два руководителя отделов.

Один из отдела торговли ценными бумагами.

Другой из отдела управления рисками.

Оба кивнули, как будто говоря, что знали, что это произойдет.

— Я очень хорошо знаю, что вас беспокоит тот факт, что он был принят на работу по знакомству. Но кто-то дал этому новому сотруднику 5 миллиардов вон инвестиционного капитала.

— Что? Новичку? Даже если он был принят на работу по протекции генерального директора, что вы себе думали…!

Когда старший управляющий директор Так был готов взорваться от гнева, генеральный директор Хван поднял руку, давая ему знак успокоиться.

— Я здесь не для того, чтобы кого-то ругать. Я просто спрашиваю из любопытства. Кто это был?

— Это был я, генеральный директор.

— Вот как. Вы руководитель группы Пак Хонг-со, верно? Группа, в которой работает наш Чжин-хо.

— Наш Чжин-хо...

Только по этому слову руководитель группы Пак смог понять отношения между генеральным директором Хвангом и Чон Чжин-хо.

— Я дал ему капитал, потому что увидел в нем потенциал.

— Потенциал? Вы уверены, что не были просто осторожны, потому что генеральный директор его поддержал?

Когда старший управляющий директор Так нанес удар, руководитель группы Пак покачал головой.

— Нет, сэр. Не только потенциал. Он доказал свой талант результатами.

— Ха. Если бы кто-то услышал это, он бы подумал, что он заработал 5% прибыли за день или что-то в этом роде.

Трейдер, зарабатывающий 5% прибыли за один день, легко мог бы быть назван асом команды.

— Он заработал больше...

— Что?

— Вчерашняя дневная доходность составила 10%. А сегодняшняя — целых 20%.

Старший управляющий директор Так, который на мгновение проявил удивление, вскоре скривил лицо.

— Ты что, издеваешься над нами? Вчера 10%, а сегодня 20%? Что это за ерунда? Ты думаешь, мы никогда не занимались трейдингом? И если он проп-трейдер, то он, наверное, занимался краткосрочными сделками, верно? Но он заработал 20%?

Не только старший управляющий директор Так.

Все, кто не знал о сегодняшней прибыли Чон Чжин-хо, были озадачены.

Потому что, с логической точки зрения, это было абсурдно.

— Я понимаю, что в это трудно поверить. Но это, без сомнения, правда. Зачем мне лгать перед такими старшими, как вы?

Его лицо было серьезным, без тени шутливости.

— Генеральный директор. Что этот парень вообще сейчас говорит...

— То, что он сказал, правда.

— Что?

— Доходность Чжин-хо сегодня действительно составила 20%.

— !?

Генеральный директор официально подтвердил это.

Только тогда глаза руководителей расширились от шока.

— Э-э-это же не имеет смысла, верно? 20%? Благодаря краткосрочной торговле!?

— Похоже, он преследовал акции IPO, повторно покупая и продавая их.

— Даже если так! Это не та цифра, которой можно достичь, просто удачей!

— Именно поэтому я и вызвал вас всех сюда. Изначально я собирался тихо встретиться только с руководителями отделов из команды Чжин-хо.

Оставив руководителей, всё ещё неспособных оправиться от шока, генеральный директор Хван посмотрел на руководителя команды Пака.

— Вы доверили такую большую сумму капитала новичку, основываясь исключительно на его способностях?

— Я слышал, что он не является вашим родственником, генеральный директор.

— Ну... это правда.

У гильдии генерального директора Хвана тоже есть девиз.

«Гильдия как семья».

Кто-то может сказать, что это преувеличение, но даже в игре есть романтика и жизни людей.

И самым близким человеком для него был никто иной, как Чон Чжин-хо.

Конечно, он не стал объяснять, что они познакомились через игру.

— Но семья не всегда должна быть кровной, верно?

После этих слов даже руководители вздрогнули.

Если он говорил так, это означало, что у генерального директора Хвана и Чон Чжин-хо были очень близкие отношения.

— Да. Даже если между вами есть личные связи, я не чувствовал, что вы взяли его в компанию только из-за этого. Наверняка вы увидели способности в Чон Чжин-хо.

«Способности Чжон Чжин-хо».

Генеральный директор Хван наблюдал за ним в течение нескольких лет.

Если бы не он, гильдия была бы распущена уже давно.

Вы знаете, как сложно управлять гильдией в игре, управлять многочисленными членами гильдии и формировать рейдовые команды для совместных рейдов?

Если хотя бы один участник рейда допустит небольшую ошибку в коммуникации, команда развалится, а вместе с ней и гильдия.

Но этот парень так хорошо справлялся с коммуникацией и операциями, заменяя гильдмастера, генерального директора Хванга.

Этому нельзя научиться.

С этим нужно родиться.

— Чжин-хо несомненно... обладает способностями.

Хотя, честно говоря, он взял его в компанию в первую очередь из-за их отношений.

— Но все знают, как хорошо вы умеете распознавать таланты, сэр, поэтому я хотел положиться на эту способность. И, конечно же, у него выдающиеся навыки инвестирования. Просто его способности намного превзошли мои ожидания.

— Вот как... Понятно.

— Вау. Так генеральный директор взял его на работу, прежде чем другая компания успела его переманить? Как и ожидалось, ваше чутье ничуть не притупилось.

Невольно генерального директора Хвана стали хвалить за его способность находить таланты.

— Что думает команда по управлению рисками?

— Я... думаю, что это чрезвычайно опрометчиво. Торговые операции, которые проводит трейдер Чон Чжин-хо, противоречат правилам нашей компании. Это все равно что в одиночку переходить мост из одного бревна. Это как бросаться вперед без какого-либо управления рисками?

— Я думаю иначе.

Но руководитель группы Пак сразу же возразил.

— Я считаю, что он делает это по уважительной причине. Судя по его подходу к инвестированию, ясно, что у него есть свой собственный алгоритм.

— И что это за алгоритм?

— Мне жаль это говорить, но даже если Чон Чжин-хо будет весь день его объяснять, никто его не поймет.

— Конечно, нет. Потому что это не имеет никакого смысла. Какой алгоритм может быть для такого?

— Он человек, который заработал 10% за один день, а на следующий день — 20% только за счет краткосрочной торговли. Разве старший управляющий директор не сказал то же самое? Такой результат невозможен благодаря удаче. А это значит, что это была не удача, а мастерство.

«……»

Уникальный алгоритм Чон Чжин-хо.

Это было то, что никто не мог понять или объяснить, но оно явно существовало.

— Итак, ситуация такова. Что вы все думаете?

Все молча посмотрели друг на друга.

«Парашютист», нанятый по знакомству генеральным директором.

Но способности этого «парашютиста» были не просто необычными, они были на монструозном уровне.

— Тем не менее... я думаю, нам нужно понаблюдать ещё немного. Прошло ещё не полных двух дней, верно? Кроме того, в эту пятницу будут объявлены окончательные результаты, так что, возможно, лучше подождать до тех пор...

Как и следовало ожидать от главы отдела управления рисками.

Он продолжал выражать сомнения до самого конца.

— Но что, если результаты будут хорошими?

— Тогда разве его не следует немедленно повысить до следующего уровня? Даже если для этого потребуется очень смелый кадровый ход.

У трейдеров тоже есть уровни.

Начиная со стандартного старшего уровня, а что дальше?

Элита.

На этом уровне они работают с большим капиталом и занимаются более разнообразными инвестициями.

Кроме того, меняется коэффициент расчета.

Чем больше вы зарабатываете, тем больше получаете.

— Есть возражения?

Все молчали.

Кто бы стал возражать против повышения человека с реальными способностями?

— Тогда давайте так и поступим.

Генеральный директор Хван выдал сухой смешок.

Он не приглашал Чжин-хо в компанию, ожидая такого.

Но каким-то образом тот стал человеком, всколыхнувшим всю компанию.

/-/

У меня жгло глаза и болела голова, поэтому я на мгновение закрыл их.

Просто чтобы снять напряжение с глаз.

— Чжин-хо. Вы знаете, сколько я сегодня заработала~? А? Чжин-хо... Чжин-хо!

— Гах!

Но то, что должно было быть коротким отдыхом, превратилось в глубокий сон, прежде чем я успел это понять.

Я был уверен, что закрыл глаза около 13:00.

— Не может быть. Чжин-хо сси, не говорите мне, что вы спали?

«Я проспал до закрытия рынка? В офисе!?»

Боже, я что с ума сошел!

Даже если я напишу письмо с извинениями, нет. Даже если я получу дисциплинарное взыскание, я не смогу ничего сказать.

Почему, черт возьми, я заснул?

Может, из-за перегрузки?

— Как вы могли уснуть? С каких пор вы отключились?

— Ну, э-эм...

— Я так усердно работала, анализируя и инвестируя, пока рынок не закрылся сегодня, и заработала целых 3%! Чжин-хо, вы же сказали мне сегодня пойти в KK Bank, помните? Я полностью посвятила себя этому, а вы... как вы могли...

Даже если бы у меня было десять ртов, я бы не смог ничего ответить.

— Но ничего страшного. В конце концов, нас здесь судят по прибыли, верно? Если вы приносите прибыль, вам даже не нужно появляться на работе. Покажите, сколько вы заработали. Если вы просто спали и не заработали ни копейки, то сегодня вы столкнетесь с гневом руководителя... а?

Ли Хе-рин посмотрела на мое торговое окно и наклонила голову.

— Чжин-хо... Мне кажется, здесь какая-то ошибка. 20%? Это не имеет никакого смысла.

Но я знал, что это не ошибка.

Так что сегодня я заработал 20%.

— Вероятно, это не ошибка.

— Э-это не ошибка?!

Заместитель менеджера Ли Хе-рин замерла на месте.

— Заместитель менеджера? Вы в порядке?

Она казалась полностью застывшей, даже не реагируя, когда я помахал рукой.

Только после того, как я схватил её за плечо и встряхнул, Ли Хе-рин очнулась.

— Чжин-хо...

— Да?

— Пожалуйста, присядьте здесь. Я принесу вам одеяло. И сделаю теплый чай. Нет, я сейчас вернусь с ним.

— Эм?

— Я осмелилась потревожить драгоценный сон благородного господина. Приношу свои искренние извинения.

— Нет, погоди, о чем вы вдруг заговорили...

— Я принесу и закуски, пока буду там! Пожалуйста, подождите минутку!

Не успел я её остановить, как Ли Хе-рин уже умчалась прочь.

В конце месяца на лицах офисных работников расцветают улыбки.

Какой день больше всего любят офисные работники?

Это день выплаты зарплаты.

То же самое и с проп-трейдерами.

Это день, когда они получают вознаграждение за свою работу, поэтому, конечно же, они чувствуют себя хорошо.

Хотя, конечно, приходилось ходить на работу даже по субботам, что было неоправданно жестко.

Однако сегодняшний день был немного другим.

— Есть ли хоть одна команда, которая достигла целевого показателя в этот раз?

— В этом месяце рынок был в полном хаосе.

— Будет чудом, если мы достигнем даже 5%. Говорят, что большинство команд показали отрицательные результаты.

Какая команда достигла лучших результатов, а какой трейдер показал лучшие индивидуальные результаты, можно узнать только в конце месяца.

Команда и индивидуальный трейдер, достигшие лучших результатов, получают от компании щедрую награду.

Но даже это дается только в том случае, если они достигают определенного уровня результативности.

Если команда терпит убытки или не достигает даже минимального месячного показателя, как компания может дать им награду, даже если они заняли первое место по результативности?

Минимальный месячный показатель компании составляет 5%.

Они говорят, что желаемый диапазон составляет от 5% до 15%, но на самом деле редко какая команда достигает 15% за один месяц.

Если только это не «бычий рынок», достичь 15% довольно сложно.

Более того, в этом месяце рынок двигался в совершенно противоположном направлении.

Даже ходили слухи, что ни одна команда не достигла 5%.

— Даже команда по опционам, которая раньше легко зарабатывала деньги, по-видимому, потерпела крах.

— Эти ребята почти не появляются на работе. Но в этом месяце они работали как сумасшедшие. Наверное, почувствовали давление.

— Ух... Интересно, сколько они потеряли. Наверное, не ожидали, что рынок так сильно изменится.

— Наверное, они по-настоящему почувствовали боль из-за никеля.

— Почему мы вообще беспокоимся о других? Наш отдел в худшем положении. Я слышал, что ни одна команда не достигла целевого показателя доходности.

Итак, все сдались.

В этом месяце ни одна команда не получит бонус за лучшие результаты.

— Что это?

Затем появилось внутреннее объявление компании.

Оно касалось объявления команды с лучшими результатами в отделе проп-трейдинга.

— Есть люди, которые получили прибыль на этом медвежьем рынке?

— Они достигли целевых показателей? Не может быть.

Трейдеры, не веря своим ушам, поспешили проверить страницу компании.

Лучшая команда месяца — первая команда по торговле собственными средствами.

— Первая команда? Подождите. Если эта первая...»

— Там же работает руководитель группы Пак, верно?

— Не может быть. Руководитель группы Пак. Как вы добились таких результатов? Вы даже намеком не дали.

Он даже пропускал собрания руководителей групп, говоря, что это приведет к потере мышечной массы, и обычно держался в стороне, поэтому никто и не подозревал, что первая команда приносит прибыль.

— Подождите минутку. А тот самый парень не в первой команде?

— Какой?

— Тот, парашютист. Его назначили в команду руководителя Пака, помните?

— Ах. Неужели это фаворитизм?

— Выглядит именно так. Забавно, что руководитель группы Пак повысил этого нанятого по знакомству до старшего трейдера. Он принял правильное решение.

Теперь все стало понятно.

Это была награда «парашютисту» и руководителю группы Паку, который активно продвигал этого нанятого по знакомству.

— Почему бы им просто не назвать этого парашютиста лучшим трейдером месяца?

— Хах. Они так и сделали.

— Что?

— Этот нанятый по знакомству действительно был выбран лучшим трейдером месяца!

— Ч-что?

То, что было сказано в шутку, стало реальностью.

Независимо от того, насколько они «предпочитают» нанятых по знакомству, разве это не перебор?

Что ещё хуже, выбор лучшей команды и лучшего трейдера месяца публикуется в виде внутреннего объявления, которое может увидеть каждый в отделе проп-трейдинга.

Цель состоит в том, чтобы мотивировать других трейдеров, выделяя лучшую команду и трейдера, поощряя их активно участвовать в рынке, но это вызвало только чувство ущемления, а не мотивацию.

— Это слишком.

— Одно дело — подталкивать всю команду вместе, но лучший трейдер оценивается на основе индивидуальной прибыли. Это просто абсурд...

Похоже, компания перешла черту.

Руководители групп, и без того чрезвычайно чувствительные из-за катастрофических результатов этого месяца, на мгновение переглянулись.

Их взгляды выражали общее понимание.

— Мы должны высказаться по этому поводу.

— Да. Как руководители групп, разве мы не должны сказать что-нибудь от имени членов наших команд? Что, если придет ещё один нанятый по знакомству и снова вызовет такой хаос? Это будет просто замкнутый круг.

Есть поговорка, что нельзя идти против королевской семьи.

Однако, если те, кто был повышен до статуса руководителя группы, который классифицируется как элита, объединились, они могли бы, по крайней мере, высказать жалобу.

Кому?

Начальнику отдела, который был чуть выше руководителей группы.

— У вас, наверное, слишком много свободного времени. Судя по тому, как вы все здесь толпитесь.

— Сегодня суббота, начальник отдела.

— Тогда почему вы не дома? Почему вы пришли в офис и набились, как сардины, в моем и без того маленьком кабинете? Раз уж вы здесь, начинайте собирать данные. Именно вы разрушили результаты этого месяца.

Начальник отдела казался совершенно расслабленным, как будто он уже знал, что руководители групп придут.

— Начальник отдела. Мы тоже не можем ничего сказать о результатах, но вы же видели внутреннее уведомление? Это уже слишком!

— Слишком? Что именно?»

— Первая команда, честно говоря, вероятно, показала результаты, аналогичные нашим. Но теперь вы говорите нам, что новичок, который сразу стал старшим трейдером, является лучшим трейдером месяца? Это не имеет смысла.

Ли Тэ Хо, руководитель отдела, уже более или менее догадался, что на уме у руководителей групп.

Они не могли сами ворваться в кабинет генерального директора, поэтому хотели, чтобы он высказался от их имени.

Чтобы принять удар на себя, как настоящий руководитель отдела.

— Раньше мы устанавливали огромный светодиодный экран в центре офиса и в режиме реального времени транслировали, кто зарабатывает больше. Тогда все были полны энтузиазма и веселья. Помните?

Так было раньше в брокерских компаниях.

Но теперь культура изменилась.

Отображение результатов в режиме реального времени и провоцирование духа соперничества только расшатывали психическое состояние трейдеров, что часто приводило к опрометчивым инвестициям.

— Почему вы вдруг заговорили об этом...

— Если бы мы по-прежнему так поступали, вы бы не толпились здесь. И я бы не тратил свое время.

— Что?

Начальник отдела бросил документ руководителям групп.

— Я подумал, что вы наброситесь на меня с огнем в глазах, поэтому заранее распечатал это.

Руководители групп нерешительно пролистали документ.

Они наклонили головы, увидев нереальные доходы, указанные в нем.

— Начальник отдела, разве это не слишком, даже для манипуляции данными?

— Вы говорите, что такая прибыль была получена всего за пять дней? Это слишком очевидно.

Люди, которые должны были бы знать лучше, говорили ерунду.

Это означало, что цифры были слишком далеки от реальности.

— Эй. Фальсификация объема торгов или доходности — это прямой путь в тюрьму. Вы думаете, я настолько сумасшедший, чтобы сделать это?

— Т-то есть вы говорите, что это правда?

— Нет, серьезно. 60% прибыли всего за пять дней? Это даже не звучит правдоподобно.

Магия превращения 5 миллиардов вон в 8 миллиардов.

И это даже не было долгосрочной инвестицией.

С первого по пятый день вся сумма была заработана только за счет краткосрочных сделок.

— Да. Это не имеет смысла, правда? Я сам до сих пор не могу в это поверить. Я прошел через все виды ада и встречал всевозможных трейдеров, но такого я ещё не видел.

Если так говорит начальник отдела, то эта прибыль должна быть реальной.

— Подождите. Разве он не был нанят по знакомству? Часть королевской семьи?

— Я не знаю точных отношений между нашим генеральным директором и этим новичком. Одно можно сказать наверняка: генеральный директор уже знал о способностях этого новичка, прежде чем нанять его.

Ли Тэ Хо ясно слышал это на том собрании, где присутствовали даже старший управляющий директор и управляющий директор.

Что новичок был способным парнем.

Это сказал сам генеральный директор.

— А ведь точно. Теперь, когда я об этом думаю, наш генеральный директор не похож на человека, который просто так нанимает по знакомству.

— Но все же, как, черт возьми, можно получить 60 % всего за пять дней? Все благодаря краткосрочной торговле. Это практически то же самое, что видеть будущее.

Удивительно то, что даже заглянуть в будущее не сделало бы такое возможным.

В краткосрочной торговле, где сделки происходят за секунды, к тому времени, как ты вернешься из будущего, цена уже поднялась или упала.

— Хорошо. Теперь больше никаких жалоб, верно? Каков девиз нашей компании? Ты получаешь вознаграждение в соответствии со своими навыками, так? То же самое и с этим парашютом. Он получает то, что заслуживает, исходя из своих навыков.

«…….»

Руководители групп остались безмолвными.

— Так что я надеюсь, что никто не будет жаловаться на то, что произойдет дальше.

— Что? Что произойдет?

— Вы узнаете на следующей неделе. А теперь уходите, все. Новый сотрудник уходит с жирным бонусом, а вы, руководители групп, просто сидите здесь, теребя пальцами?

Они были выгнаны из кабинета начальника отдела с ошеломленными выражениями лиц.

Затем один из руководителей команд пробормотал в воздух.

— Но... если член команды хочет перейти в другую команду, он может это сделать, верно?

— Эм?

—!?

Руководители групп снова обменялись взглядами, как и перед тем, как войти в кабинет начальника отдела.

Затем, как будто они договорились, все вместе бросились в офис.

Ведь гусь, несущий золотые яйца, в данный момент находился в отделе на нижнем этаже.

/-/

Суббота обычно является выходным днем для офисных работников, но для нас, проп-трейдеров, это не был праздник.

Компания не заставляет нас приходить на работу.

Но с таким количеством данных, которые нужно было сортировать, и таким количеством дел, которые нужно было подготовить в субботу, работа в выходные была неизбежна.

— Чжин-хо. Я вам очень, очень благодарен. Вы спаситель нашей команды, спаситель.

— Да, Чжин-хо. Мы займемся данными завтра, так что отдохните дома, ладно? Ха-ха-ха.

— Точно, Чжин-хо. Не утомляйте себя, приходя в субботу. Пожалуйста, отдохните дома. Я соберу все данные, которые мы отсортируем за выходные, и отправлю вам отдельно.

Но вчера члены моей команды настаивали, что я не должен приходить, говоря, что они сами займутся всей рутинной работой.

Благодаря мне результаты команды, которые были на нулевом уровне, резко выросли, и теперь мы можем получить премии за результативность.

Так что теперь, когда я прихожу в офис, меня в команде в основном воспринимают как героя.

В этот момент зазвонил мой телефон.

— Вы хорошо отдыхаете, Чжин-хо?

Это была не кто иная, как заместитель менеджера Ли Хе-рин.

Одно только получение сообщения от нее вызвало улыбку на моем лице.

— Да. Я чувствую себя немного виноватым, что отдыхаю один.

— Ой, да ладно вам. О чем вы говорите? Вы — опора нашей команды, Чжин-хо! Не думайте так и хорошо отдыхайте. Я также отправила вам по электронной почте данные, которые мы собрали сегодня!

— Спасибо!

— Это я должна благодарить вас >-< Увидимся в понедельник

Мы обменялись всего несколькими сообщениями, но в воздухе витала сладость.

Как и ожидалось, наша компания — лучшая.

Но тут пришло ещё одно уведомление.

«Это снова она?»

Подумав так, я взял телефон.

Но на этот раз уведомление было не от нее, а от банка.

Банк: Kwangwoon Securities.

Ах. Моя зарплата!

Эти люди.

Они заставляют нас усердно работать даже по субботам, но зато они также следят за тем, чтобы зарплата надежно перечислялась и в выходные дни.

С замирающим сердцем я открыл приложение.

«……?»

И я тупо уставился на экран, как человек, которого только что ударили по голове битой.

Подождите-ка. Что это?

Десять, сто, тысяча, десять тысяч… сто миллионов?

Увидев на своем банковском счете цифру, с которой я редко сталкиваюсь даже в играх, я почувствовал себя оторванным от реальности.

Я слышал, что старшие трейдеры получают долю прибыли, и, поскольку я внес значительный вклад в результаты команды, я ожидал, что получу немного денег.

«Но 700 миллионов?!»

Мои руки задрожали при виде суммы, с которой я никогда в жизни не сталкивался.

На этот раз это было не уведомление, а звонок.

Я так испугался, что чуть не уронил телефон.

— Ах, черт. Кто это? Ты меня напугал... А-а. Генеральный директор!

Я быстро ответил на звонок.

— Генеральный директор! То есть, хён-ним!!

— Привет. Ты получил свою зарплату?

— Э-эм, это же не какая-то системная ошибка, правда? На мой счет только что зачислили абсурдную сумму...

— Ну, ты получил абсурдную прибыль. Для старших сотрудников доля прибыли начинается с 20%. А ты был выбран лучшим трейдером в этот раз. Так что с учетом бонуса, вероятно, получилось чуть больше 700 миллионов.

Вот почему люди хотят стать проп-трейдерами.

— О, кстати. Но только потому, что ты получил 700 миллионов, не стоит слишком радоваться и сразу же начинать их тратить.

— Эм? Почему?

— Ты же никогда раньше не платил комплексный подоходный налог, так? Трейдеры рассматриваются как фрилансеры, поэтому, помимо вычета 3,3%, в мае тебе придется отдельно заплатить комплексный подоходный налог.

Гильдмастер глубоко рассмеялся.

«Сколько же они берут, раз он меня так предупреждает?»

— Они настолько страшны, что забирают почти половину, так что обязательно отложите часть денег.

— Чего, почти половину?!

Иногда в игре старшие братья проклинали Национальную налоговую службу, называя её демонами.

Оказалось, что они были правы.

— Кстати, давно не виделись. Как насчет того, чтобы пообедать вместе? Мне нужно с тобой поговорить.

Есть такая поговорка.

Внутренний рынок имеет ограничения роста.

— Я тебе уже сто раз говорил. Ты не должен торговать на внутреннем рынке, ты должен торговать на рынке США!

— Говорили, но в таком случае я должен платить налоги и в США, и в Корее. Двойное налогообложение.

— И пусть. Правительство дает налоговые льготы~. И в любом случае, это все корпоративный налог.

— Даже с льготами ты все равно должен платить все. Если так, то внутренний рынок лучше!

— Тогда просто оставайся на внутреннем рынке навсегда. Ты просто идиот, застрявший в 2000-х.

Есть несколько причин, по которым рост внутреннего рынка стагнирует.

Угроза войны, высокая доля иностранных продаж, краткосрочные цели по прибыли Национального пенсионного фонда и различных учреждений, а также чрезвычайно жесткие финансовые правила.

И среди всего этого самым важным фактором все же оставался «риск собственника».

В Корее компании передаются по наследству.

Это стало устоявшейся культурой, что привело к стилю управления, который благоприятствует крупным корпоративным собственникам, а не акционерам.

С другой стороны, в США реализуется политика, благоприятная для акционеров, и культура передачи компании по наследству детям, даже если они её основали, практически не существует.

Из-за этого речь идет не о контроле со стороны семьи или конкретного лица, а о сильном ощущении, что компания принадлежит её акционерам.

Это пугающее место, где даже основатель может быть уволен без долгих раздумий.

Расширение дивидендов и повышение доходности для акционеров за счет выкупа акций.

Американские учреждения также занимаются долгосрочными инвестициями и активно покупают акции, когда их цена растет.

Это было главным фактором, способствовавшим росту американского фондового рынка.

— Кроме того, американский рынок не имеет ограничения на рост.

— Но и нет ограничений на то, насколько он может упасть.

— Тогда просто займи короткую позицию.

— Ах, если бы это было так просто, мы все были бы богатыми. Какова доходность вашей группы в этом месяце?

— Это...

Когда компания растет, появляются несколько отделов.

«Kwangwoon Securities» не была исключением.

Поэтому, даже работая в одной брокерской компании, люди действуют в разных сферах.

Некоторые — на внутреннем рынке, некоторые — на зарубежных рынках, другие — только с облигациями, а третьи — только с опционами.

— Мы закупились по лучшей цене. Но я просчитался с моментом продажи. Если бы я продал вовремя, мы бы устроили отличную вечеринку с бонусами.

Говорят, что покупка — это техника, а продажа — искусство.

Где бы вы ни были, выбрать правильный момент для продажи — это самое сложное.

— Сделайте что-нибудь с рынком США. Когда «старший брат» дрожит, все под ним дрожит вместе с ним.

Когда рынок США дрожит, дрожат фондовые рынки по всему миру.

Причина, по которой корейский рынок пострадал, в конечном итоге заключалась в рынке США.

— Эти ребята вдруг устали от нулевых процентных ставок и сказали, что теперь их поднимут. Что нам делать? А вы? Вам нужно просто собирать легкие деньги, чтобы заработать деньги. Почему вы даже этого не можете сделать и в итоге остаетесь в минусе?

— Эй. Из-за вас наши опционные продажи пошли к черту.

— Любой, кто это услышит, подумает, что я вызвал крах американского рынка. Разве вы все это время не зарабатывали легкие деньги? Серьезно, я тоже должен был перейти на опционы.

Если бы пришлось выбрать отдел в брокерской компании, который меньше всего появляется на работе, это определенно был бы отдел опционов.

Команда, которая продает опционы, на самом деле не имеет много дел.

Продажа опционов похожа на продажу лотерейных билетов, когда игроки повсюду пытаются сорвать джекпот.

И примерно в 99% случаев брокерская компания получает прибыль.

Они просто сидят, ковыряют в носу и собирают падающую прибыль.

Но время от времени наступает «тот» день.

День, когда им приходится выплачивать выигрыш победителю джекпота, который преодолел астрономические шансы.

— Кто-нибудь из команды сорвал джекпот на этот раз?

— Только один. Отдел биржевой торговли.

— Что? Разве это не тот отдел, который был полностью уничтожен в прошлом?

— Нет. Я слышал, что на этот раз они получили рекордную прибыль.

— Не на американском рынке, а на внутреннем? Сколько они заработали?

Тогда один из руководителей группы тихо прошептал.

— Ходят слухи, что 50%.

— Да ладно. Это чушь. Никто не зарабатывает 50%. Даже на американском рынке.

— Я даже слышал, что больше 50%. Я слышал, что 60%. И это только один человек.

— Ты опять распространяешь ложные слухи. Это вообще возможно?

— Может, поэтому. Я слышал, что в отделе собственной торговли создается новая группа?

Эта новость была ещё страннее.

В условиях медвежьего рынка, когда многие трейдеры уходят под давлением, они не сокращают команду, а расширяют её?

— И кто же новый руководитель группы?

/-/

За годы управления гильдией мы с хёном иногда встречались вдвоем.

И каждый раз мы ходили в одно и то же место.

— Я хотел угостить тебя чем-нибудь изысканным, например, традиционной корейской кухней премиум-класса.

— Да ладно тебе. Я хорошо знаю твои вкусы, хён. Жареная свиная грудинка и соджу — это твои любимые блюда.

— Всё-то ты знаешь…

Будучи генеральным директором брокерской компании, можно было бы подумать, что он каждый день ест изысканные блюда или омакасе, но, к удивлению, хён был простым гурманом.

— Фу, я просто не люблю омакасе. Странные морепродукты, странные овощи, почти нет мяса. Я ненавижу это блюдо, просто ненавижу.

— Ты не слишком любишь мясо?

— Моя дочь все время говорит то же самое. Говорит, что у меня вкусы школьника. Но, эй, мы живем только раз. Я должен иметь право есть все, что хочу!

— При таком темпе у тебя будет инсульт, хён!

— Пфф. Теперь и ты начинаешь ворчать? В такой прекрасный день? Давай просто выпьем.

— Так уж и быть!

Хорошо прожаренная свиная грудинка, покрытая сладким и пикантным зеленым луком, с добавлением жареного чеснока.

Заверните все это в лапшу и засуньте в рот одним куском, а затем запейте соджу.

«Ах...»

Это было просто райское наслаждение.

— Так этот ублюдок Ён-чхоль появится на рейде? Без него не будет хила. Без ДД можно обойтись, но отсутствие хила — это большая проблема.

— Верно. Я сделаю все, чтобы он появился.

— Но я понимаю его. Игровая компания пренебрегает вспомогательными ролями, поэтому он теперь хочет уйти.

Так было всегда, когда мы встречались.

От начала до конца.

Мы целый день говорили об играх.

Обычно, когда встречаешься со взрослым, ты говоришь о мечтах на будущее. О том, чем ты будешь заниматься в жизни.

О жизненных уроках и историях и так далее.

Всегда одни и те же скучные вещи.

Но хён никогда не затрагивал личные темы, и было приятно просто свободно разговаривать с ним об играх.

— Хм. Но сегодня я пришел не для того, чтобы говорить об играх. Я увлекся, не заметив этого. При таком темпе все время пройдет.

Но человек, который пришел сегодня на встречу со мной, был не мастером гильдии.

Это был генеральный директор «Kwangwoon Securities».

— Чжин-хо.

Генеральный директор помолчал, затем выпил рюмку соджу и заговорил тяжелым голосом.

— У тебя есть свой стиль инвестирования, верно?

«Мой собственный стиль инвестирования?».

Конечно, есть.

— Да.

Полагаясь исключительно на инстинкт.

Это было всего на что он мог полагаться.

— Я так и думал…

Как будто он уже знал об этом, хён кивнул.

— Я не буду спрашивать, как ты добился этих невероятных результатов и каков твой метод инвестирования. Потому что даже если бы ты мне рассказал, я бы не понял. Вероятно, никто другой бы не понял. Возможно, это алгоритм, который можешь понять только ты во всем мире. Твоя краткосрочная торговая прибыль просто абсурдна. Это не то, чего можно добиться везением.

«Алгоритм, который могу понять только я».

Если бы я сказал, что инвестировал, основываясь исключительно на интуиции, которую называют чувством, кто бы это понял?

— Я всегда ценил способности. До сих пор, если я считал, что у кого-то нет нужных способностей, я никогда не принимал его в компанию, даже если у нас были связи через школу, регион или даже кровные узы. Единственный раз, когда я нарушил это правило, был ради тебя.

— Правда?

— Да. Конечно, ты также очень хорошо управлял нашей гильдией, и хотя тебе, вероятно, приходилось сталкиваться со многими неприятными вещами со стороны вышестоящих, я видел, как ты справлялся со всем этим без жалоб. Это действительно впечатлило меня.

Если бы не хён, я, вероятно, до сих пор сидел бы в своей комнате, угрюмо готовясь к экзаменам на работу.

Совершенно не подозревая, что у меня есть такой талант.

Возможно, из-за этой непринужденной атмосферы я никогда не осознавал, что этот хён является генеральным директором крупной брокерской компании.

Это было потому, что, когда мы встречались, мы редко говорили о личных делах.

— Я думаю, что наша компания стала такой большой именно благодаря этому. Когда у кого-то есть способности, я действительно сильно его подталкиваю. И я думаю, что сейчас как раз такой момент.

Генеральный директор наполнил мой бокал и внезапно спросил меня:

— Хочешь попробовать стать руководителем группы?

Я чуть не уронил бокал, который держал в руке.

— Что?

— Я же тебе говорил. Когда у кого-то есть способности, я сильно его подталкиваю. Честно говоря, это первый раз, когда я так сильно кого-то подталкиваю. Но ты первый, кто за пять дней получил такую прибыль от краткосрочной торговли.

Я с неудобством опустошил стакан.

Я не работал во многих компаниях и не очень долго, но я по крайней мере знал, что обычно новому сотруднику требуется много времени, чтобы стать руководителем группы.

Другими словами, это было чрезвычайно исключительное, сверхбыстрое повышение.

— Как руководитель группы... я буду руководить людьми?

— Конечно. Даже в гильдии ты всегда берешь на себя роль лидера рейда. Это то же самое.

— Сравнивать это с тем — немного...

— Эй. Ты знаешь, как трудно быть лидером рейда? По моему мнению, это труднее, чем быть руководителем группы.

Руководитель группы? Я?

Я, естественно, подумал о руководителе группы Пак Хонг-со.

По сравнению с этим громоздким, властным начальником я почувствовал себя неоправданно маленьким.

— Обычно руководители групп относятся к элитной категории. И твои старшие коллеги берут около 20 % от своих доходов, верно? Но с уровня руководителя эта доля увеличивается до 30 %. И это ещё не все. Капитал, которым ты управляешь, тоже увеличивается.

— На сколько он увеличивается?

— На 50 миллиардов вон.

«!?»

Это в 10 раз больше суммы, которой я управляю сейчас.

— Конечно, я не говорю, что ты будешь управлять всеми 50 миллиардами самостоятельно. Как руководитель группы, у тебя будут члены команды, понимаешь? Эти члены будут старшими трейдерами. Так же, как и твой нынешний руководитель группы, ты должен будешь соответствующим образом распределять средства между ними. Даже в этом случае тебе все равно придется управлять как минимум 30 миллиардами самостоятельно.

30 миллиардов.

Огромная сумма.

Даже 10-процентная доходность составит 3 миллиарда вон.

А если я возьму это в качестве зарплаты, то получится 900 миллионов!

— Кроме того, руководители групп получают более высокие бонусы. Если общие показатели группы хорошие, ты получаешь дополнительные 10%.

Обычно отдел собственной торговли ставит целью 0,1–1% ежедневной доходности.

За месяц доходность составляет более 10%.

Если так и будет, моя месячная зарплата может достигнуть 1,2 миллиарда вон.

— Так что даже руководитель группы зарабатывает целое состояние.

Действительно, мир финансов был на другом уровне по сравнению с обычной жизнью.

— Но разве я могу быть руководителем группы? Я только что устроился в компанию и у меня даже нет ни одного базового сертификата.

Достаточно было посмотреть на других руководителей — нет, даже заместитель менеджера Ли Хе-рин имела впечатляющее резюме.

— Какое значение имеют сертификаты? С юридической точки зрения нет никаких проблем. Даже если у тебя было бы 100 лицензий, в конечном итоге здесь все оценивается по твоей доходности. А ты доказал свою состоятельность. Конечно, некоторые коллеги могут сплетничать, но если им это не нравится, пусть покажут такую же доходность, как у тебя.

В конце концов, в этом мире ваш коэффициент доходности — это ваше резюме.

— Ну что? Хочешь попробовать?

— Я был бы идиотом, если бы отказался, верно?

— Это правда, что это обременительная должность. Более высокая должность означает больше ответственности. Но... это также беспрецедентное по скорости продвижение по службе.

Честно говоря, у меня не было уверенности, чтобы проводить совещания с раннего утра и отдавать приказы, как руководитель группы Пак Хонг-со. Но я никогда не поступал в эту компанию из-за своих знаний в области ценных бумаг.

— Не знаю, смогу ли я справиться, но я попробую.

— Ха-ха-ха. Хорошо. Вот это настрой. Тогда давай выпьем за твое повышение, руководитель группы Чон?

В первый день я был младшим сотрудником. Через несколько дней — старшим сотрудником.

А теперь — руководителем группы.

Этот титул звучал странно и волнующе.

— Да. Генеральный директор!

После тоста генеральный директор махнул рукой, как будто ему все это надоело.

— Эй. Хватит уже говорить о работе. Говорить о работе перед вкусным свиным животом в такой прекрасный день — это утомительно, серьезно.

Генеральный директор снова превратился в мастера гильдии.

— Ты прав. Ничто не сравнится с разговорами об играх.

— Ах. Так, я слышал, ты вчера провалился в рейде? Члены гильдии мне все рассказали.

— Нет, перестань. Хён! Это была чистая, неоправданная неудача.

— О-у. Неужели?

— Клянусь! Ах. Надо было записать видео.

Да, разговоры об играх с хёном были определенно самым комфортным и веселым занятием.

/-/

— Я дома.

Вчера я долго пил с хёнгом и всю ночь не спал, обсуждая игры. Я заснул только после того, как поздно вернулся домой, и проснулся только после обеда.

— О. Что? Ты снова здесь сегодня?

— Конечно. Это же мой дом.

— Ты не появлялась целый месяц. Ты, наверное, рассталась со своим парнем?

— Боже, твоя интуиция отвратительно острая. А судя по твоему виду, ты вчера пил. Это был корпоративный ужин или что-то в этом роде?

— Это так заметно?

— Какая компания устраивает ужины по выходным? Это странная компания.

Моя сестра раскритиковала компанию, сказав, что любая компания, которая беспокоит людей по выходным, должна быть ужасной.

Но должен ли я был сказать ей, что это был не корпоративный ужин, а ужин руководства гильдии?

— Есть ещё одна причина, по которой я пришла сегодня.

— Хм?

— Помнишь, на прошлой неделе ты угощал меня обедом? Мне было неловко, что я наживаюсь на человеке, который ещё даже не получил зарплату, поэтому сегодня я угощаю тебя. Ах да, я хотела купить тебе костюм в подарок за то, что ты устроился на работу. Давай пойдем пообедаем с мамой и папой, когда они приедут, и заодно заглянем в универмаг.

— Н-не нужно так далеко заходить.

— Все в порядке. Помнишь? Когда я впервые устроилась на работу, ты купил мне туфли на деньги, которые накопил, подрабатывая?

— Ты всё ещё их носишь?

Это было уже несколько лет назад.

А моя сестра всё ещё носила те туфли.

Внезапно меня охватила волна эмоций.

— Я в порядке, правда... Разве тебе не лучше потратить эти деньги на себя? В конце концов, ты живешь одна.

— В пятницу я получила зарплату и премию за результативность. Сейчас я неплохо зарабатываю, не смотри на меня свысока.

Моя сестра стояла там, гордо улыбаясь.

Это неожиданно заставило меня почувствовать гордость.

Когда мы были младше, она постоянно плакала и следовала за мной повсюду.

— И, брат, даже несмотря на то, что «Kwangwoon Securities» — большая компания, как новый сотрудник, твоя зарплата всё ещё не очень высокая, так? Тем более нужно готовиться к будущему с помощью сберегательных счетов и пенсионных планов. Ах, раз ты работаешь в брокерской компании, может, ты не можешь инвестировать в ETF? Но все равно тебе стоит начать планировать понемногу уже сейчас. Хочешь, я посмотрю для тебя какие-нибудь хорошие продукты?

— Я д-должен?

— Конечно! Все говорят, что наше поколение не получит пенсий. Поэтому мы должны готовиться, пока мы молоды. А теперь, когда у тебя есть стабильная работа, ты, наверное, уже думаешь о браке, да? Тебе нужно начать копить деньги. С такими зарплатами, как у нас, даже накопить 100 миллионов — это работа на всю жизнь.

«…….»

Рядом со мной моя сестра объясняла свой проект по накоплению 100 миллионов вон и подробно рассказывала о различных планах сбережений.

Я тихо слушал и кивал головой.

Так вот что нужно офисным работникам, чтобы накопить 100 миллионов вон, вкладывая в это всю свою жизнь.

— Итак, кстати, сколько у тебя зарплата? Я составлю план на основе этой суммы.

— Ну...

Это даже как-то неловко.

Как мне объяснить, что зарплата, которую я получил вчера, превысила 700 миллионов вон?

С выходных руководители групп отчаянно искали человека с огнем в глазах.

— Чон Чжин-хо.

— Где Чон Чжин-хо!

Он не только находился под защитой генерального директора, но и повышал прибыль, будучи настоящей курицей, несущей золотые яйца для «Kwangwoon Securities».

Однако Чон Чжин-хо не появился на работе в выходные.

— Ну, после достижения такой прибыли было бы безумием заставлять его работать в выходные.

— Мы тоже не заставляем лучшего сотрудника недели приходить на работу в выходные.

Это было своего рода традицией.

В этой сфере стаж не имел значения.

Прибыль была всем.

Независимо от того, был ли человек старшим сотрудником, заместителем менеджера или руководителем команды.

Перед прибылью все были равны.

— Подожди, пока он появится в будний день.

— Прежде чем кто-то другой его переманит, я буду первым...!

Все руководители групп в отделе торговли ценными бумагами думали одинаково.

Они пытались привлечь этого талантливого нанятого по знакомству в свои команды с помощью всевозможных лестных слов.

Он был беспрецедентным монстром, который достиг 60% доходности всего за пять дней.

Если бы кто-то вроде него присоединился к команде, то о результатах можно было бы не беспокоиться.

Но в понедельник, которого все с нетерпением ждали, пришло неожиданное объявление.

— Чон Чжин-хо — руководитель группы?

Они уже слышали, что после краха одной из групп из-за инцидента с никелем будет создана новая группа. Но никто не мог представить, что Чон Чжин-хо станет руководителем этой новой группы.

— Вау. Генеральный директор действительно давит.

— Он лично его нанял, и тот доказал свою способность прибылью. Он как бульдозер, несущийся вперед.

— Какая жалость. Я был готов сегодня его перехватить. А теперь он руководитель группы.

— Как будто он когда-нибудь пошел бы к тебе.

Руководители разочарованно щелкнули языками.

Но это было кадровое изменение, с которым они могли смириться.

Его поддерживал генеральный директор, и он был новичком с самой высокой доходностью по краткосрочным сделкам в истории компании.

Если компания ценит способности, то, конечно, она поставит его на высокую должность.

Так они заработают ещё больше денег!

— Руководитель группы.

— О? Менеджер Со. Вы здесь?

— Да. Но сегодня произошла внезапная кадровая перестановка. Что это значит?

— Ах. Что? Менеджер Со, вы переходите в новую команду?

Менеджер Со Чжэ Пиль был озадачен приказом о кадровой перестановке, который поступил первым делом утром.

Новая группа.

Хорошо. Эта часть была в порядке.

Но руководителем этой новой группы был человек, который проработал в компании всего три недели.

— Я слышал кое-что. Этот новый сотрудник — парашютист, верно? Его назначил сам генеральный директор.

— Это все, что вы слышали?

— Что?

— Нет, я имею в виду. Кроме того, что он парашютист, вы ничего больше не слышали?

— Что вы имеете в виду…?

— Ну, если не слышали, то ничего страшного. Честно говоря, я вам завидую, менеджер Со, знаете? Ха. Вам не придется какое-то время беспокоиться о результатах работы там.

— Простите?

Неужели его руководитель группы съел что-то странное сегодня утром?

Он уже знал, что команда, в которой работал новый сотрудник, была выбрана лучшей командой месяца.

И не только это.

Новый сотрудник был выбран лучшим трейдером месяца.

Из-за этого уже ходили слухи, что нанятый по знакомству был избран.

И посреди всего этого менеджер Со был переведен в новую команду.

Может быть, руководитель группы подумал, что компания будет активно поддерживать новую команду, и поэтому сказал это?

«Ну, получить более крупный бонус за результативность было бы неплохо, но...»

Подумать только, что ему придется поддерживать нанятого по знакомству, который проработал в компании всего чуть больше двух недель.

Как он собирался выдержать такое давление...

— Вы всё ещё думаете, что нанятый по знакомству просто плывет по течению? Начальник отдела не ошибался. Может, нам действительно стоит вернуться к старым временам и снова установить доску объявлений?

«...?»

— Вы думаете, что наша компания настолько ничтожна? Он был выбран лучшим, потому что действительно принес наибольшую прибыль в отделе.

— Что? Тогда вы хотите сказать, что новый сотрудник на самом деле был лучшим трейдером?

— Именно так. Так что идите и учитесь. Вы же знаете, что в этой сфере старшинство не имеет никакого значения. В конце концов, прибыть — самое главное, верно?

Руководитель группы показал ему знакомый жест.

В этой сфере важнее опыта были только деньги.

Такова была правда этого мира.

Менеджер Со Чже Пиль смотрел на спину руководителя группы, который похлопал его по плечу и ушел, и в замешательстве наклонил голову.

«……Этот новый сотрудник действительно так хорош в инвестировании?»

Теперь ему придется выяснить это самому.

/-/

Сегодня я впервые понял, что может быть день, ещё более нервный, чем первый день на работе.

Теперь я был не просто сотрудником или старшим сотрудником, а руководителем группы.

Раньше я руководил рейдами только в играх, а теперь я был руководителем группы в реальной компании.

— Есть несколько помещений, которые могут использовать только сотрудники элитного уровня. Вы можете получить к ним доступ с помощью вашей новой идентификационной карты.

— А, да...

— И сотрудники отдела уже должны были установить новое оборудование в вашем личном кабинете. Поскольку было добавлено новое оборудование, вам, вероятно, понадобится отдельное объяснение.

Я получил новую идентификационную карту от сотрудников отдела кадров.

На ней было написано: «Kwangwoon Securities», руководитель группы Чон Чжин-хо.

— Поздравляем, руководитель группы Чон Чжин-хо.

Мое тело слегка задрожало, когда меня впервые за сегодня назвали «руководителем группы».

— Да. Спасибо.

Как раз когда я собирался покинуть офис отдела кадров с новым удостоверением личности на шее.

— Руководитель группы Чон Чжин-хо~!

Руководитель отдела кадров Ким Мун-сик, который внимательно наблюдал за мной сзади, встал и подошел ко мне.

— Похоже, мы немного опоздали с представлением? Ха-ха. Я Ким Мун-сик, руководитель отдела кадров.

— А, да. Приятно познакомиться.

— Вы знаете, что именно я первым направил вас в торговый отдел?

— Нет, я не знал.

— Я знал, что такой день наступит. Хотя... он наступил гораздо раньше, чем я ожидал. В любом случае! Давайте оставаться на связи и часто работать вместе, хорошо?

— Конечно…

Расставшись с руководителем отдела кадров, который любезно проводил меня до лифта, я прибыл к входу в торговый отдел.

«Фух».

Отдел собственной торговли, седьмая команда, руководитель группы Чон Чжин-хо.

Это был мой титул с сегодняшнего дня.

— О-о-о…

Как только я вошел в отдел, я столкнулся ни с кем иным, как с руководителем группы Пак Хонг-со.

«……»

Руководитель группы Пак также остановился на мгновение, как и я, затем слабо улыбнулся и похлопал меня по плечу, проходя мимо.

Это было немного странно.

«Как будто меня признали».

Внешне он всегда выглядел резким и недоступным, но, если подумать, именно он больше всех поддерживал меня в команде.

Я смог стать руководителем группы только потому, что руководитель Пак дал мне эту возможность.

«Позже я должен купить ему что-нибудь в подарок».

Может быть, я куплю ему что-нибудь вроде гантелей для его крепких мускулов.

«Это мой кабинет».

Частный кабинет, которым мог пользоваться только руководитель группы.

Когда я открыл дверь и вошел, там стояли сотрудники команды по оборудованию, которых я видел раньше.

— Руководитель группы. Я ждал вас.

— Здравствуйте. Мы снова встретились.

— Да. Ха-ха. Не ожидал увидеть вас снова так скоро. И в качестве руководителя. Я никогда не видел такого быстрого продвижения по службе. Поздравляю.

Я посмотрел на недавно установленное оборудование и слегка открыл рот от удивления.

«Не может быть. Мониторов стало не шесть, а девять!»

— Итак. Это похоже на то, что я объяснял в прошлый раз. Но теперь у вас есть еще три монитора. Как руководитель группы, вы можете отслеживать инвестиционные тенденции и результаты работы членов вашей команды в режиме реального времени, и вы можете делать это с помощью этих мониторов.

«Вот почему у руководителя Пака тоже было девять мониторов».

— Ах да. И ваша левая кнопка мыши была почти полностью сломана. Поэтому я заменил мышь на новую. Я знаю, что при краткосрочной торговле все происходит очень быстро, но если вы будете продолжать так, то повредите руку. Если вы думаете, что мышь снова сломается, просто дайте нам знать в любое время. Мы сразу же её заменим. Время для трейдера очень ценно.

Неудивительно, что в последнее время казалось, что щелчки не регистрируются должным образом.

Наверное, я сломал её, безумно щелкая, когда у меня появлялось такое желание.

— Что ж, удачи вам сегодня! И сразу звоните нам, если что-то пойдет не так!

Только после того, как сотрудники отдела оборудования ушли, я наконец остался один в кабинете руководителя группы. Вместо того, чтобы испытывать чрезмерное волнение по поводу того, что я стал руководителем группы, я чувствовал напряжение и, более всего, не знал, с чего начать.

«Мне нужно проанализировать материалы из отдела исследований до открытия рынка, провести собрание команды, чтобы разработать стратегию, и, да, я ещё даже не поздоровался с членами своей команды».

Вероятно, все члены моей команды были сегодня взволнованы из-за внезапного объявления о кадровых изменениях.

Я уже получил список членов своей команды.

Естественно, все они были мне незнакомы, но среди них был ровно один человек, которого я знал.

— Руководитель группы. Можно войти?

Как раз вовремя раздался знакомый голос.

— А, да. Входите.

Вскоре заместитель менеджера Ли Хе-рин вошла в кабинет с яркой улыбкой.

— Руководитель группы Чон Чжин-хо~. Доброе утро.

— Уф. Слышать это от вас, заместитель менеджера, как-то странно.

— Хо-хо. Мне тоже неловко. Но когда я называю вас руководителем группы Чон Чжин-хо, это как-то так легко срывается с языка. Вау. Невероятно, что вы теперь руководитель! Наш Чжин-хо сси... ой, простите. Это такая привычка.

Она сказала «наш»...

Нет, о чем я вообще думаю.

— Вы можете называть меня Чжин-хо, как обычно.

— О нет. Ни в коем случае. Вы теперь руководитель группы, который будет руководить нашей командой. Поздравляю, правда. Вы полностью это заслужили!

Заместитель менеджера Ли Хе-рин работает в моей команде.

Кроме того, когда кто-то, кто когда-то был подчиненным, внезапно вырывается вперед, естественно, что возникают зависть и ревность. Но этот ангел, казалось, был совершенно невосприимчив к таким чувствам.

— А вот и материалы для сегодняшнего исследования. Я отдельно отметила важные части. Просто просмотрите это, и вы будете готовы к сегодняшнему совещанию!

Как и следовало ожидать от моего заместителя.

Должно быть, сегодня утром она была завалена работой из-за кадровых перестановок.

— Ну, тогда не торопитесь, изучайте. Увидимся на совещании, руководитель~. гр~. уп~. пы~!

Она мило подчеркнула мою новую должность, прежде чем выйти.

Да. Я знал, что чего-то не хватало этим утром.

Оказалось, что мне не хватало этой дозы «витамина».

«Ах, сейчас не время для этого».

Не было времени теряться в сентиментах.

«Подготовка к совещанию. Сначала подготовка к совещанию!»

Это не то же самое, что раньше, когда я просто сдавал материалы и на этом все заканчивалось.

Теперь я был руководителем группы, который должен был вести совещание.

/-/

— Все деньги сейчас уходят в Китай.

Менеджер Со Чжэ Пиль начал совещание.

Это было первое совещание нашей новой команды.

Один менеджер, два заместителя менеджера, один старший сотрудник и один рядовой сотрудник.

Включая меня, команда состояла из шести человек.

— Как вы, наверное, знаете, руководитель группы, китайский фондовый рынок начал год с отметки в 2000 пунктов, а сейчас находится на уровне 5178. Это огромный рост. За один год он вырос на 150%.

Один только взгляд на график был ошеломляющим.

Учитывая их большую численность населения, их мощь тоже была нешуточной.

— Поскольку внутренний рынок заморожен, похоже, что другие команды решили, что лучше сделать ставку на китайский рынок, и скупают ETF как сумасшедшие.

Мы — команда, которая занимается только внутренними акциями, а не международными.

Но это не означало, что нам было строго запрещено инвестировать в иностранные акции.

Мы все еще могли получать прибыль через деривативы, распространяемые компаниями по управлению активами.

— Давайте тоже вступим в это дело и получим некоторую прибыль. Я слышал, что он растет на несколько процентов в день. ETF хороши, и, поскольку экономика Китая переживает бум, сталелитейный сектор, вероятно, также выиграет, так что это выглядит как хорошая область для входа и выхода.

Вслед за менеджером Со Чжэ Пилем на этот раз совет дал заместитель менеджера Ким Чун Хён.

Как и говорилось в материалах, полученных от отдела исследований, китайский рынок в настоящее время был самым горячим в мире.

Из-за этого сырьевые материалы и сталь демонстрировали высокие показатели, а с ростом числа китайских туристов продажи косметики и гостиничные услуги стремительно росли.

— Если юань укрепляется, вона также укрепляется, а доллар ослабевает. Поэтому небольшая короткая позиция здесь не будет лишней, руководитель группы.

— Среди представительных H-акций в Гонконге есть такие компании, как Промышленный и коммерческий банк Китая, Китайский торговый банк, Страховая компания «Ping An» и «Sinopec». Благодаря поддержке государственных предприятий со стороны китайского правительства, прогнозируемая доходность весьма значительна.

В данный момент мета-рынком был китайский фондовый рынок.

Это было место, где чем раньше вы входили, даже на один день, тем большую прибыль получали.

«Хорошо, что я заранее изучил материал».

Даже в последних исследовательских материалах было много данных, подчеркивающих, что китайский фондовый рынок — это то, на что стоит обратить внимание.

Некоторые говорили, что это пузырь, но эксперты в целом считали, что до его взрыва еще много времени.

— Даже исследовательская группа и инвестиционные эксперты говорят одно и то же. Они говорят, что он может вырасти не только на 150%, но и на 300%.

Появились прогнозы, что в скором времени именно китайский рынок, а не американский фондовый рынок, будет двигать мир.

«Даже я считаю, что сейчас у этого рынка самый высокий процент выигрыша».

Внутренний рынок, соответствуя термину «Box», не достигал новых максимумов или минимумов, а просто поддерживал средний уровень.

Это было неизбежно. Иностранные инвесторы и даже внутренние индивидуальные инвесторы уже давно перевели свои деньги на китайский фондовый рынок, оставив внутренний рынок практически без волатильности.

В такие времена лучшая стратегия — просто делать то, что делают все остальные.

Именно для этого и существует исследовательский отдел.

Чтобы сказать нам, что нужно следовать той же восходящей тенденции, которой следуют все остальные.

«Ничто особенное не привлекает моего внимания».

Возможно, потому что это было слишком очевидно.

Мета, тенденция.

Следовать за ними — это же наша работа, не так ли?

«Тогда мы тоже должны...»

Как раз когда я, как руководитель команды, собирался дать команде свое первое стратегическое указание.

«Хм?»

Мой взгляд остановился на документе, который я ранее быстро пролистал и который лежал без порядка на столе среди других материалов.

[Сценарий краха пузыря на китайском фондовом рынке]

Это не было рекомендацией немедленно инвестировать, а скорее справочным документом, включенным на всякий случай.

Поэтому я сначала только бегло пролистал его и перешел к другому.

«......»

Я взял документ, как будто меня притянуло заклинание.

В нем было перечислено несколько продуктов.

[KOLEX China H Futures Inverse ETF]

[LION China H Leverage ETF]

Все они были деривативами, делающими ставку на падение китайского фондового рынка.

Продукты, к которым сейчас никто не осмелился бы прикоснуться, которые, по мнению всех, принесут только убытки.

Обычно я бы просто проигнорировал их, поскольку они были только для справки.

«……!»

Но почему?

— Руководитель группы?

Меня пронзило сильное волнение, настолько сильное, что кончики пальцев, держащих бумагу, защемило.

— Руководитель группы?

Голос заместителя менеджера Ли Хе-рин вернул меня в реальность.

Работая в этой брокерской компании, я кое-что понял.

Мое «чувство» основано на собранных данных.

Другими словами, я не получаю внезапные ощущения, словно какой-то сумасшедший, а скорее это система, которая систематизирует и посылает мне ощущения на основе конкретных полевых данных, которые я получил.

Моя интуиция подсказывает мне кое-что.

Крах китайского пузыря не за горами.

Прямо как в сценарии, который я держу в руках.

— Итак, вы говорите, что все, что, по нашему мнению, должно было расти, если китайский фондовый пузырь лопнет, пойдет в обратную сторону, верно?

— Ах... Да. Так и будет. Но хотя пузырь действительно существует, он не лопнет прямо сейчас.

— Я также думаю, что, судя по анализу исследовательской группы, он может вырасти на целых 300%.

Рационально говоря, это имеет смысл.

Все здесь окончили хорошие университеты и накопили опыт на фондовом рынке.

Разве такие люди не понимают, что в Китае есть большой пузырь?

И все же причина, по которой они всё ещё бросаются в этот рынок, заключается в том, что они считают, что ещё слишком рано для краха.

Даже с моей точки зрения, с меньшими финансовыми знаниями и опытом, чем у них, Китай был страной, где текут молочные реки и кисельные берега.

Все они знали, что, собрав все свои сбережения и воспользовавшись восходящим трендом, они смогут удвоить свои деньги.

— Руководитель группы. Вы думаете, что пузырь на китайском фондовом рынке лопнет?

Члены команды посмотрели на меня с недоверием.

— Да.

На мой ответ тут и там раздались короткие вздохи.

— Ну, мы все знаем, что пузырь в конце концов лопнет. Но вы же не думаете, что это произойдет прямо сейчас?

— Китайское правительство создало инвестиционный бум за счет снижения процентных ставок, ослабления регулирования рынка недвижимости и расширения доступа к фондовому рынку. В результате люди там бросились на инвестиционный рынок, влезая в долги. Они даже создали структуру, при которой чем выше цены на акции, тем больше денег люди могут занять, и теперь количество новых счетов на фондовом рынке превысило 90 миллионов.

Причиной быстрого роста китайского фондового рынка всего за один год стало направление государственной политики.

Они выдвинули политику «давайте оживим фондовый рынок и создадим богатство», подливая масла в огонь экономического роста.

В результате все без исключения вошли на фондовый рынок, создав инвестиционный ажиотаж.

И на этом дело не закончилось. Китайское правительство пошло ещё дальше, подстрекая общественность, заявляя, что инвестирование в акции — единственный способ разбогатеть.

Государственные фонды активно вмешивались в рынок в соответствии с этой политикой, искусственно завышая цены на акции государственных предприятий, чтобы успокоить инвесторов.

Что китайское правительство никогда не допустит краха фондового рынка.

Благодаря этому эффекту снежного кома китайский фондовый рынок создал огромный пузырь, взлетев на 150% всего за один год.

— Я полностью понимаю, что вы имеете в виду, руководитель группы. Для всех очевидно, что это пузырь. И да, это тикающая бомба. Но не сейчас. Разве все не говорят одно и то же? Что пузырю ещё далеко до того, чтобы лопнуть? Даже если посмотреть только на показатели, траектория роста Китая ещё не закончилась.

— Да. Что ещё более важно, нет никакого триггера, который мог бы разорвать китайский пузырь. Единственная переменная — это если китайское правительство внезапно изменит свою позицию, но даже вчера китайское правительство выпустило очередную порцию пропаганды, не так ли? Призывая всех схватить свои деньги и броситься на фондовый рынок.

— Я думаю, что китайское правительство сейчас считает, что не может остановиться. Раз уж они подняли рынок на 150 %, то могут смело стремиться к 300%.

Исследовательские данные, члены моей команды, вероятно, даже люди за пределами этой комнаты.

Все они говорят одно и то же.

Что китайский фондовый рынок не имеет тормозов.

Нет, они говорят, что тормоза были полностью вырваны.

«Рационально говоря, все, что говорят эти люди, верно, но...»

До сих пор я ни разу не делал рациональных инвестиций.

Я всегда следовал этому инстинкту, который взрывается внутри меня.

И всегда побеждает не моя рациональность, а это чувство.

— Рекомендации, основанные на текущих данных исследований, слабы, поэтому давайте сформируем портфель, исходя из предположения, что китайский фондовый рынок рухнет.

— Р-руководитель группы!

— Вы действительно собираетесь сделать ставку на падение? Серьезно?

— Да. Единственный способ, которым мы можем инвестировать в Китай в настоящее время, — это ETF, верно? Мы не можем работать с зарубежными опционами. Так что давайте углубимся в это дело. А также попросим исследовательскую команду более подробно рассказать, какое влияние обвал китайского фондового рынка окажет на корейский фондовый рынок.

Тогда мы могли бы открыть короткие позиции по соответствующим акциям или даже приобрести производные продукты, такие как опционы, доступные в настоящее время на рынке.

— Начнем торговать, как только данные будут готовы?

/-/

Первое заседание седьмой команды.

После окончания заседания и ухода членов команды из кабинета руководителя группы большинство из них покачали головой.

— Господи. О чем он только думает? Я единственный, кто считает это странным?

Когда менеджер Со впервые выразил свое недовольство, заместитель менеджера Ан, сидевший рядом с ним, кивнул в знак согласия.

— Это определенно странно. Сейчас единственный человек, который предсказывает, что китайский пузырь лопнет в ближайшее время, — это руководитель нашей группы.

— Я именно это и говорю. Просто выйдите на улицу, найдите любого прохожего в районе Ёидо и спросите его. Если вы скажете, что китайский пузырь вот-вот лопнет, посмотрите, какая будет реакция. Вам повезет, если вас не назовут идиотом.

В этот момент с другой стороны раздался резкий голос.

— Вы сейчас оскорбляете нашего руководителя группы?

— Нет, заместитель менеджера Ли Хе-рин. Я не оскорбляю руководителя группы, но согласитесь, даже вы должны признать, что это странно. Вы можете честно сказать, что это не так? А? Можете?

Сейчас китайский фондовый рынок переживает бум.

Это видно по тому, что делают другие команды.

Все убеждены, что китайский фондовый рынок будет продолжать расти, и занимают длинные позиции.

Но новый руководитель группы пытается пойти против этого течения.

Не нужно даже говорить, что происходит с людьми, которые идут против рыночной тенденции в мире акций.

— Да, это странно. Но я хочу верить тому, что говорит руководитель группы.

— Что?

— Я не так давно знаю руководителя группы, но он до сих пор ни разу не провалил ни одной инвестиции. Он был молниеносно повышен до руководителя вскоре после прихода в компанию. Не думаете ли вы, что для этого есть причина?

— Нет. Это потому, что руководитель группы пришел в компанию по знакомству...!

Менеджер Со поднял голос, но быстро снова его понизил.

— Уф. В любом случае, мы должны следовать инструкциям руководителя группы, так что все сначала соберите данные. Я пойду покурю.

Покинув отдел, менеджер Со направился к месту для курения с сигаретой во рту.

«Да. Пузырь. Он может лопнуть».

Нет. Он обязательно лопнет в конце концов.

Но то, что он лопнет когда-нибудь, не означает, что нужно делать на это ставку сейчас.

Это отдел проп-трейдинга, который живет за счет краткосрочной торговли.

Здесь редко держат акции дольше недели.

Но если сделать ставку на лопнувший пузырь, то невозможно предсказать, сколько придется ждать.

Это может занять несколько месяцев. Нет, может быть, даже год.

Для команды проп-трейдинга, которая ежемесячно рассчитывается по доходности, долгосрочные инвестиции являются фатальными.

И даже если пузырь лопнет через год, к тому времени они, возможно, уже потеряют все свои деньги, и будет трудно воспользоваться тенденцией.

— Фух...

Менеджер Со был один в зоне для курения.

Давно он не курил в это время суток.

Конечно. Рынок только что открылся, так что все остальные сейчас, наверное, в полном восторге.

«Может, мне просто сменить команду?»

Но это не так просто.

Подумайте об этом.

Этот парень пришел в компанию как нанятый по знакомству и молниеносно продвинулся до руководителя группы.

Это означает, что у него есть мощная поддержка.

Вероятно, он из королевской семьи, и если вы настроите против себя такого человека, можете попрощаться со своей карьерой.

«Я не знаю, что мне делать».

Если мы в итоге потеряем все наши деньги, команда может просто развалиться.

Разве это не будет ещё хуже?

В его голове мелькали всевозможные мысли.

После всего, что потребовалось, чтобы стать менеджером.

Почему такие испытания...!

«К черту. Если он скажет прыгать, я прыгну».

Что еще можно сделать?

Другая сторона — высокопоставленный чиновник, а я — простой человек, менеджер.

— Менеджер, отдел исследований только что прислал материалы.

Когда он быстро вернулся после перекура, заместитель менеджера Ан передал ему данные.

— Да? Так быстро.

— Да. Похоже, они уже ожидали, что пузырь может лопнуть в любой день, поэтому заранее подготовили сценарий.

Менеджер Со взглянул на документ, который ранее держал руководитель группы.

Чтобы посмотреть, какой аналитик уже написал эту чушь о лопнувшем пузыре.

Но когда он посмотрел, данные оказались более скудными, чем ожидалось.

Похоже, даже человек из этого отдела включил их только для справки.

Но разве он мог принять такое решение, основываясь только на этом?

— Фух. Нет, неважно. Дайте мне эти данные. Я сам передам их руководителю группы.

— А, да.

Менеджер Со взял данные и вошел в кабинет руководителя группы.

Несмотря на то, что рынок открылся, это было, наверное, единственное место, где царила такая тишина.

— Руководитель группы. Данные пришли.

— А-а. Как быстро...

— Да. В мире ценных бумаг время — это все.

Чон Чжин-хо долго смотрел на данные и начал проверять акции, присланные исследовательской группой, одну за другой.

Были ли у него собственные критерии выбора акций?

Менеджер Со не мог избавиться от неприятного чувства.

Поэтому он решил спросить в последний раз.

— Руководитель группы. Вы действительно собираетесь это сделать?

Чон Чжин-хо, который просматривал акции и проверял их одну за другой, отложил ручку.

— Менеджер. Хотя и существует стратегия команды, проп-трейдер в конечном итоге является индивидуумом. Именно поэтому важны индивидуальные решения, и компания оценивает нас на их основе. Поэтому, если вы действительно считаете, что ваше решение правильное, то вам следует его принять. Я буду уважать любое ваше решение.

То есть, если вы мне не доверяете, то можете поступать как хотите?

— Пожалуйста, передайте эти данные членам команды. Скажите им, что они могут выбрать акции для инвестирования из этого списка, или, если найдут что-то лучше, могут инвестировать по своему усмотрению.

— Хорошо.

Менеджер Со взял документы и уже собирался покинуть кабинет руководителя группы.

Тогда Чон Чжин-хо остановил его.

— О, и... поскольку эту инвестиционную стратегию я определил сам, я также возьму на себя ответственность за это решение.

—... Да.

Менеджер Со покинул кабинет руководителя группы, дал указания членам команды и сел за свой стол.

«Если я считаю, что прав, то должен полагаться на свое собственное суждение?»

Менеджер Со безучастно смотрел на экран.

Было открыто окно ETF, связанное с китайским фондовым рынком, который в настоящее время находится на рынке.

Согласно инструкциям руководителя группы, он должен был покупать ETF справа, который никто другой не трогал.

Но если бы он купил тот, что слева, он мог бы без проблем обеспечить приличную прибыль в этом месяце.

«Но если я действительно сделаю то, что хочу... я буду единственным, кто должен будет иметь дело с последствиями, не так ли?»

Бывали случаи, когда между руководителями групп и членами команд возникали конфликты из-за несовпадения их взглядов.

Он не знал, как обстоят дела в других компаниях, но, по крайней мере, в брокерской фирме руководитель группы не может заставить члена команды инвестировать.

Они были просто объединены в команду.

Эти люди были проп-трейдерами, которые подписали индивидуальные контракты с компанией.

Поэтому, когда их мнения расходились, даже если это немного портило отношения, они инвестировали так, как хотели.

Но этот руководитель группы был другим.

Если кто-нибудь попадет в его немилость, это было равносильно попаданию в немилость высшего руководства.

Он только недавно пришел в компанию и уже стал руководителем группы, и при этом ни один из высшего руководства не высказал никаких возражений.

Это говорило о многом.

«Точно. Он сказал, что возьмет на себя ответственность».

Из этого он мог почувствовать некую уверенность.

Это означало, что даже если они потеряют все свои деньги, команда не будет расформирована.

«Насколько влиятельным должен быть его бэкграунд, чтобы он мог говорить такое?»

Менеджер Со начал серьезно заниматься покупками.

Он купил ETF, продал акции сталелитейного сектора и выделил определенную сумму на другие деривативы.

Он следовал точно тому, что проверил Чон Чжин-хо, без единого отклонения.

[Ваш инвестиционный коэффициент превысил лимит риск-менеджмента……]

И вот так, как по часам, пришло предупреждение от команды риск-менеджмента.

Поскольку он шел против течения рынка и вкладывал деньги в что-то странное, они быстро отправили предупреждение со своей стороны.

В этот момент он немного засомневался, но...

«Риск-менеджмент?»

Плевать, я просто следую приказу.

«Ах. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз мог себе позволить такую роскошь?»

Несмотря на то, что рынок был в полном разгаре, менеджер Ким Сан-гон неспешно наслаждался чашкой кофе.

Всего несколько дней назад команда по управлению рисками была без устали занята.

Это было связано с постоянными колебаниями рынка, и всякий раз, когда трейдеры делали чрезмерные инвестиции, им приходилось запрещать торговлю, отправлять предупреждающие сообщения и постоянно следить за ними.

Но сегодня в этом не было необходимости.

Все трейдеры перекинулись на китайский рынок.

Когда рынок был настолько стабильным и достигал верхнего предела, команде по управлению рисками нечего было делать.

Вот почему он так наслаждался своим кофе.

До самого последнего момента.

— Менеджер. Насчет новой команды.

«Новой команды? Ах да. Той, в которой Чон Чжин-хо был назначен руководителем».

— Что-то не так?

— Торги там странные.

— Странные торги? Он снова ставит все на одну акцию?

— Нет. Дело не в этом. Его команда вкладывает деньги в сектор, к которому никто другой не прикасается. Я отправил предупреждающее сообщение на всякий случай, но, похоже, они его просто игнорируют?

— Тц. Погоди.

Чон Чжин-хо.

Даже начальник отдела не мог тронуть этого человека.

Возможно, единственным человеком в компании, который мог тронуть его, был генеральный директор.

Поэтому менеджер Ким Сан-гон тоже держался в стороне.

«Эм? Что, что это значит?»

Менеджер Ким Сан-гон не поверил своим глазам.

Инвестиционный поток седьмой команды полностью шел вразрез с текущей тенденцией.

«Теперь, когда он стал руководителем группы, он снова начинает вести себя странно?»

— Здесь, даже с китайскими ETF и короткой продажей стального сектора. Он даже купил пут-опционы?

— Да. Сейчас Китай переживает беспрецедентный бум, поэтому все бросаются в восходящий тренд. Но они поступают совершенно противоположным образом.

Менеджер Ким Сан-гон также хорошо знал, как работает рынок.

Не только трейдеры понимали тенденцию.

Риск-менеджеры также должны были четко осознавать текущую ситуацию, чтобы они могли либо остановить сделки трейдера, либо оставить их в покое.

— Вкладывать средства в то, во что сейчас никто не инвестирует, означает...

Они ожидают лопнуть пузырь в Китае!

«Он с ума сошел?»

Если открыть любую экономическую газету прямо сейчас, то в ней не найдется ни одной статьи, предсказывающей крах китайского пузыря. Напротив, они были полны радужных надежд, что китайский фондовый рынок вырастет как минимум в два раза.

Оставьте и внутренний, и американский рынки и бегите на китайский рынок!

Такова была тенденция на тот момент.

«Может быть, он чувствует давление, и хочет что-то доказать? Или это просто высокомерие?»

Он был человеком, который продвигался по карьерной лестнице с молниеносной скоростью, поэтому, возможно, он чувствовал давление, чтобы продемонстрировать инвестиции, отличные от других.

Или, может быть, он впал в заблуждение и делал ошибочные суждения.

— Что нам делать? Должны ли мы заставить всех отозвать сделки и приостановить их сейчас?

Власть команды по управлению рисками была сильнее, чем люди думали.

Даже если у оппонента был более высокий ранг, если команда по управлению рисками блокировала сделки, он ничего не мог поделать.

Но если останавливать нужно было кого-то, кто стоял выше вашего собственного начальника, дело обстоит иначе.

«……»

Менеджер Ким посмотрел на руководителя команды Сон Иль-гу, который стоял вдали.

«Он знал об этом? Или притворялся, что не знает, хотя знал?»

Руководитель группы избегал взгляда менеджера Кима.

— Уф. Просто оставь их в покое.

— Что? А что, если они потеряют все деньги? Они уже единственная команда, которая сейчас мигает синим цветом.

— Заместитель менеджера Ю. В корпоративной жизни бывают моменты, когда нужно делать вид, что ты ничего не видел, даже если ты видел. Это один из таких моментов.

Он никогда не думал, что скажет что-то подобное.

Но какой у него был выбор?

Независимо от того, насколько велика была власть команды по управлению рисками, были области, в которые она не могла вмешиваться.

— Но... 50 миллиардов — это не слишком много?

Новообразованная команда выглядела так, как будто вот-вот взорвется.

/-/

«Я впервые вижу, чтобы было так тихо».

В момент, когда раздавался сигнал об открытии рынка, брокерская компания мгновенно превращалась в поле боя. Когда я был младшим, я бродил по этой зоне боевых действий, доставляя документы, кофе, закуски и так далее.

Я доставлял так много вещей.

Но сейчас это больше походило на обычный офис.

«Все, наверное, вложили деньги в Китай и просто оставляют их там».

Многие проп-трейдеры — это дневные трейдеры, которые живут на то, что зарабатывают каждый день.

Но иногда они держат акции больше недели.

Особенно когда рынок демонстрирует быстрый краткосрочный рост, как сейчас.

Стук-стук.

— А, да.

— Командир. Я принесла кофе и легкие закуски. Пожалуйста, попробуйте их во время работы.

— Не нужно было приносить...

— Хе-хе. Сейчас все равно нечего делать. О! А эти печенья я испекла сама!

— Я буду наслаждаться...!

— Тогда приятного аппетита~

Я чувствовал, что заместитель менеджера Ли Хе-рин наблюдает за моей реакцией.

И не только заместитель менеджера Ли Хе-рин.

Вся команда наблюдала за моей реакцией.

«Это нормально».

Два дня назад наша команда коллективно сделала ставку на крах китайского пузыря.

Но в то время как другие команды держали длинные позиции и получали прибыль, даже не продавая, мы все еще были в минусе.

Никто не говорил мне этого напрямую, но теперь, когда я сидел на месте руководителя группы, я мог гораздо четче видеть их выражения лиц.

Глаза, полные сомнений, в которых читался вопрос, не следует ли нам сейчас зафиксировать убытки и перейти на бычий рынок.

«Но тогда я был уверен в своих ощущениях».

Казалось, что ощущение того сильного волнения всё ещё слегка оставалось.

Даже когда я выбирал акции перед менеджером на основе данных исследовательской группы, я выбирал только те, которые вызывали у меня сильное, четкое ощущение.

Если что-то вызывало у меня хотя бы малейшую неуверенность, я даже не смотрел на это.

Но по-прежнему не было никаких признаков лопнувшего китайского пузыря, а наоборот, он продолжал расти ещё больше. Поскольку я всего лишь человек, я начинал нервничать.

«А что, если пузырь лопнет через шесть месяцев?»

Недостатком этой способности является то, что я должен полагаться на собственные ощущения.

Было бы хорошо, если бы это было что-то вроде окна статуса из романа, которое я мог бы увидеть.

Или если бы оно ярко показывало мне будущее.

Учитывая ситуацию, в моей голове крутились всевозможные мысли.

«Может, мне просто отступить сейчас, пока не стало слишком поздно... нет».

Я сдержал свои колеблющиеся мысли.

Внезапно став руководителем группы и получив под свое управление значительно больше капитала, возможно, давление от этого давило на меня.

Но я дошел до этого благодаря одной особой способности, о которой никто другой не знает.

«Так что никаких колебаний. Я буду доверять этой способности до конца!»

Приняв решение, я откусил кусочек драгоценного печенья, которое, по словам заместителя менеджера, она испекла сама.

«Ах...».

Ли Хе-рин...

Выпечка... похоже, не ваша сильная сторона.

/-/

«Чёрт возьми, кончились сигареты. Мне действительно нужно бросить курить».

В последнее время руководитель Со стал курить чаще.

Обычно, как только открывался рынок, он был настолько занят торговлей, что даже не мог думать о курении.

Но сейчас у него было только время.

«Но здесь много людей».

Однако не только у менеджера Со было свободное время.

Зона для курения, которая в это время суток должна была быть тихой, была полна трейдеров.

— О? Менеджер Со. Вы, наверное, тоже вышли, потому что нечем заняться.

Там были бывшие члены команды.

— Ну да. Кому сейчас есть чем заняться? Все купили китайские ETF и просто держат их.

— Я даже слышал, что некоторые другие команды получили разрешение от высшего руководства на торговлю за рубежом, чтобы они могли напрямую покупать китайские акции.

— К тому же, сырье и сталь сейчас постоянно растут в цене, верно? Я слышал, что отдел фьючерсов купается в деньгах.

«……».

Менеджер Со молча затянулся сигаретой.

— Как дела в вашей команде, менеджер Со?

— Эх. Что тут сказать. Китайская сторона сейчас дышит огнем. Пламя повсюду.

— Ке-ке-ке. Серьезно, даже ребенок может кликать мышкой, и деньги просто умножатся, верно?

Все казались в восторге.

Конечно, они были в восторге.

Это бычий рынок, где вы просто вкладываете деньги и получаете больше.

Об этом можно было судить по тому, что люди неторопливо курили в такой напряженный час.

— Менеджер. Вы не возвращаетесь?

— А, да. Я ещё немного побуду здесь. Вы идите вперед.

— Понятно.

С тяжелым сердцем менеджер Со сел на скамейку и безучастно уставился в пространство.

Как ни смотри, восходящий тренд в Китае, похоже, не собирался заканчиваться.

Об этом можно было судить по атмосфере, царившей в зоне для курения.

Обычно наполненная всеми возможными ругательствами, теперь она была наполнена смехом.

Все были полны высоких ожиданий относительно того, каких результатов они достигнут в этом месяце.

«Так что, мы просто должны сидеть и сосать пальцы?»

Посидев некоторое время, менеджер Со вздохнул и встал.

Тем не менее, ему нужно было вернуться к работе.

Хотя он и не знал, что именно он должен делать.

«… Хм?»

Но когда он вернулся в отдел, все как будто были зажжены огнем, люди бегали как сумасшедшие.

Любой, кто это увидел бы, подумал бы, что началась война.

— Ч-что происходит? Что случилось со всеми?

— Менеджер! Почему вы только сейчас пришли?

— Эй, заместитель менеджера Ли. Почему все в такой панике?

Все члены команды были бледны.

— Только что «CSRC» объявила, что собирается регулировать маржинальную торговлю!

— Что?!

«CSRC».

Комиссия по регулированию ценных бумаг Китая.

Другими словами, китайское правительство официально объявило, что собирается бороться с маржинальной торговлей.

— Вот почему все сейчас сходят с ума. Вы же знаете. Большая часть денег, сосредоточенных в настоящее время на китайском фондовом рынке, приходится на маржинальную торговлю.

Причиной быстрого краткосрочного роста фондового рынка Китая стали стимулирующие меры китайского правительства.

Так называемая маржинальная торговля.

Покупка акций на заемные деньги.

Если у вас было 10 миллионов вон, вы могли занять до 100 миллионов вон, в десять раз больше, чтобы заниматься маржинальной торговлей.

Из-за этого китайские граждане покупали акции с огромным кредитным плечом.

Проблема заключалась в том, что если внезапно регулировать всю эту свободно доступную маржинальную торговлю, китайский фондовый рынок неизбежно начнет падать.

Тогда люди, которые покупали акции с маржой, получили бы маржинальное требование, и из-за недостатка залога были бы вынуждены ликвидировать свои позиции.

Из-за этого даже обычные инвесторы, владеющие акциями, впали бы в панику и сбросили бы свои акции.

Начало бесконечного порочного круга.

Это было именно крахом пузыря.

— Эти сумасшедшие ублюдки ещё несколько дней назад поощряли людей покупать акции.

— А теперь они вдруг втыкают нож в спину?! Черт возьми. Серьезно?!

— Продавайте, все быстро продавайте! Если опоздаете хотя бы на секунду, все это станет бесполезной бумажкой!

Ещё несколько минут назад эти же люди говорили о том, чтобы использовать бонусы за этот месяц для обмена своих импортных автомобилей. Теперь они были в панике и кричали друг на друга.

Они пытались как можно быстрее остановить свои потери, но проблема заключалась в том, что заказы на продажу поступали в огромном количестве, а покупателей не было.

«……»

В то время как все команды переворачивались с ног на голову, только одна команда наблюдала за пожаром на другом берегу реки.

Точнее, даже они были в шоке и смотрели в пустоту.

— П-пузырь действительно лопнул… как и сказал руководитель группы?

— Как руководитель группы узнал, что это произойдет…

Среди членов команды, которые застыли в панике по другой причине, менеджер Со первым опомнился.

— Не время стоять без дела. Проверьте все акции, которые мы купили! Быстро!

— Ах, да!

Менеджер Со также поспешил вернуться на свое место и проверил окно торгов.

Перед тем, как он вышел покурить, все мигало синим, но теперь все дышало огнем.

«Это безумие...!»

Дрожащие руки менеджера Со не могли успокоиться.

Как он мог это предсказать?

Во всем Ёидо единственным человеком, который, вероятно, предсказал лопнувший пузырь в Китае, был руководитель группы Чон Чжин-хо.

Даже если кто-то ещё мог это предсказать, разве они бы действительно поставили на это, как руководитель группы Чон Чжин-хо?

Вероятно, ни один человек.

Такой шаг был возможен только у человека со стальными нервами.

И это была не мелочь, а ставка на 50 миллиардов вон.

«...»

Глядя через стеклянную стену на руководителя группы Чон Чжин-хо, менеджер Со сглотнул.

Только теперь он понял, почему бывший руководитель группы сказал ему хорошо учиться у этого человека.

Чон Чжин-хо не был каким-то нанятым по знакомству дилетантом.

Он был просто из другой лиги.

Теперь он понял, как стало возможным такое быстрое продвижение по службе и почему никто из высшего руководства не сказал ни слова.

Теперь все стало понятно.

«Он не человек...»

Это был не обычный человек, это был определенно зверь в человеческой маске.

«……»

Предупреждающие сигналы раздавались со всех сторон.

Впервые появилось предупреждение о риске такого масштаба, и менеджер Ким Сан-гон почувствовал, как холодный пот стекает по его спине.

В его голове возникла только одна мысль.

«Мы в заднице».

Всего несколько минут назад не было ничего, что нужно было бы контролировать с точки зрения риска, и все просто наслаждались чаепитием.

Но с внезапным объявлением о введении новых правил китайским правительством, количество заявок на продажу взлетело до небес, вызвав предупреждающие сигналы на всех мониторах.

— Руководитель группы. Ч-что нам делать?

Менеджер Ким Сан-гон первым подбежал к руководителю группы Сун Иль-гу.

Но у руководителя группы Суна тоже было пустое выражение лица, как будто его мозг отключился.

— Что мы можем сделать… Может, приостановить торговлю? Все должны как минимум быстро зафиксировать убытки.

Это было вне контроля команды по управлению рисками.

Они ничего не могли изменить, вмешиваясь сейчас.

Вода уже была пролита.

Трейдеры должны были придумать, как собрать хотя бы часть пролитого.

— Нам остается только надеяться, что удастся избежать худшего сценария.

Все, что они могли сделать, — это стоять и смотреть.

В такой катастрофической ситуации они были бессильны.

Менеджер Ким слабо побрел обратно к своему месту.

Уже был большой переполох из-за предыдущего инцидента с никелем, но это было совсем другого масштаба.

Речь шла о премии за результативность и прочем.

В этом месяце, а может, и в следующем, похоже, им придется сидеть сложа руки.

«Но здесь...»

Посреди медвежьего рынка, который превратился в ледниковый период, когда все вокруг мерцало синим, было одно место, которое ярко горело огнем.

Единственный человек, который кричал «НЕТ», когда все остальные говорили «ДА».

Не просто кричал, этот сумасшедший ублюдок действительно поставил 50 миллиардов на лопнувший пузырь.

«Руководитель группы Чон Чжин-хо...!»

Это была седьмая группа, возглавляемая Чон Чжин-хо.

/-/

«……»

Я бездумно уставился на экран.

До неожиданного объявления о введении регулирования со стороны «CSRC» я колебался, как тростник, не могший принять решение.

Как раз когда я решил продолжать в том же духе!

Когда я посмотрел на графики, мое сердце ослабло, и я стал раздумывать, не продать ли мне сейчас, и тогда это единственное объявление лопнуло пузырь.

«Похоже, снаружи царит хаос».

Ранее тихий торговый отдел вновь оживился.

Все бегали и кричали как сумасшедшие; не думаю, что видел такой хаос с тех пор, как пришел в компанию.

— Руководитель группы!

Вскоре члены группы ворвались в кабинет руководителя.

У всех был полусумасшедший взгляд.

— Руководитель группы. О-откуда вы об этом узнали?

— Может быть, у вас есть знакомые в Бюро общественной безопасности…?

Ни за что.

Не может быть, чтобы у меня, не знающего ни слова по-китайски, были связи в бюро общественной безопасности?

— Вы знаете поговорку. Когда на фондовом рынке появляется мать с ребенком на спине, это знак того, что пузырь вот-вот лопнет.

Я усвоил это выражение, когда изучал инвестиции.

Оно означало, что рынок перегрелся настолько, что пузырь обязательно лопнет.

Проблема заключалась в том, что китайский рынок был перегрет уже давно.

Настолько, что люди забыли о том, что пузырь неизбежно лопнет.

— Но как вы об этом узнали…?

— Все тихо. Сейчас не время задавать вопросы. Как мы, простые смертные, можем понять дар предвидения руководителя группы?

После замечания менеджера Со все начали успокаиваться.

— Руководитель группы. Пожалуйста, дайте нам следующий приказ. Нам пока подождать? Или продать, пока цена не начала снова расти?

Я переместил курсор мыши на кнопку «Продать».

«…….»

Я не испытывал никаких эмоций.

Я подумал, что, возможно, мне просто нужно больше времени, и подождал ещё несколько минут.

— Руководитель группы…?

— Тише. Он думает.

— Ах. Извините.

Но я все равно ничего не чувствовал.

Возможно, это было из-за недостатка данных.

— Что вы думаете, менеджер? Как вы думаете, акции снова поднимутся?

— «CSRC» наделала слишком много беспорядка. Буквально несколько дней назад китайское правительство стимулировало людей, настаивая на том, что будет придерживаться своей политики поддержки до конца? А теперь они внезапно ударили всем в спину... Я думаю, что шок продлится некоторое время.

В этом была доля правды.

— А что думают остальные?

— Китайское правительство определенно ударило нам в спину, но я не думаю, что даже они ожидали, что шок будет настолько сильным. Есть прогнозы, что Шанхайская фондовая биржа может упасть почти на 7% только сегодня, верно? Если дело дойдет до этого, они, вероятно, активируют механизм защиты или полностью закроют рынок.

— Проблема в том, что на китайском фондовом рынке в настоящее время нет механизма прерывания торгов. Если будет видно, что падение продолжится, они обязательно закроют рынок досрочно.

Когда рынок становится слишком перегретым, существует механизм, механизм, называемый «автоматическим выключателем», который временно приостанавливает торги. Однако на китайском фондовом рынке ещё не было системы автоматических выключателей.

Вместо этого они приняли крайнее решение о досрочном закрытии рынка.

— Если шок будет настолько сильным, есть высокая вероятность, что китайское правительство изменит свою позицию.

— Они могут снова отменить ограничения на маржинальную торговлю.

— Этого не произойдет. Большинство людей уже пострадали от маржинальных требований и были вынуждены ликвидировать свои позиции. Они уже пересекли реку, с которой нет возврата.

— Тогда китайское правительство не попытается ли сдержать ситуацию, влив собственный капитал?

Я просто молча слушал, как члены команды продолжали высказывать свои мнения.

— Руководитель группы. Цена ETF отыграла лишь часть падения, но цена пут-опционов уже удвоилась. Может, нам их сейчас продать?

Пут-опционы — это права, которые покупаются с премией.

Цена меняется в зависимости от даты истечения срока, но вы всегда можете перепродать права кому-то другому с премией.

Интересно, что в то время как у акций есть фиксированный верхний предел в 15%, у опционов такого предела нет.

И эта премия уже удвоилась.

На всякий случай я снова посмотрел на экран торгов.

«……»

Тем не менее, моя интуиция оставалась спокойной, словно тихая рябь на воде.

— Мы подождем.

/-/

Члены команды вышли после завершения встречи.

Они затаили дыхание от внезапно наступившей тишины в отделе.

Разве не все бегали и кричали как сумасшедшие до того, как вошли в кабинет руководителя группы?

— Ах. Похоже, Китай все-таки закрыл фондовый рынок.

Поэтому остальные теперь сидели с пустым взглядом, выглядя как разгромленная армия.

«……».

Ещё сегодня утром эти люди выглядели точно так же, как сейчас члены седьмой команды.

Но теперь расстановка сил изменилась.

В такой атмосфере было трудно понять, смеяться им или плакать.

— На стороне пут-опционов всё ещё наблюдается движение цен, но от других пока ничего, верно?

— С ETF мы получаем прибыль по мере падения рынка. Но что касается других коротких позиций, которые мы открыли, думаю, нам придется немного подождать.

— Верно. Землетрясение произошло, и теперь цунами, должно быть, несется в сторону этих районов.

Каждый раз, когда подобные инциденты происходили на фондовом рынке, страшным было последующее потрясение.

Так же, как за землетрясением следует цунами, вскоре и на внутренний фондовый рынок обрушится мощное потрясение.

— Ах. Какая жалость. Если бы у нас было чуть больше пут-опционов, наша прибыль была бы сейчас ещё больше.

— Ничего не поделаешь. Предложение пут-опционов для секторов, на которые мы нацелились, ограничено. Мы скупили все, что было доступно, помнишь?

Рынок опционов отличается высоким объемом и разнообразием продуктов, но когда речь заходит о выборочной покупке только продуктов в нужном секторе, неизбежно возникают ограничения по количеству.

Одно было ясно: все пут-опционы в этом секторе были полностью выкуплены седьмой командой.

— Но наш руководитель группы... Он действительно потрясающий. Мы купили их три дня назад, верно? И это оказалось самым низким курсом за все время. Два дня назад цена даже немного выросла.

Это стоило мучительного ожидания, проведенного в неопределенности.

— Как ему удалось выбрать именно самый низкий момент, как будто у него было шестое чувство.

— Вот почему говорят, что покупка — это искусство. Руководитель группы точно знал, где находится дно.

— Да ладно, серьезно? Ты думаешь, что это настоящее искусство? На основе анализа?

— Вероятно, здесь играет роль инстинкт, но чтобы отточить этот инстинкт, конечно, нужен анализ. Вы тоже инвестировали, так что вы знаете.

Именно поэтому все это было ещё более непонятным.

От выбора момента, когда нужно было ловить дно, до предсказания краха пузыря и чудовищной смелости, необходимой для того, чтобы поставить 50 миллиардов, — ничто из этого не имело смысла.

— Вот почему я так сказала. Если это руководитель группы, мы можем ему доверять.

Заместитель менеджера Ли Хе-рин гордо подняла плечи.

— Заместитель менеджера Ли, мне действительно интересно. Когда наш руководитель группы работал под руководством руководителя группы Пака, каким он был? У него тогда тоже был такой инвестиционный инстинкт?

— Разве не поэтому он так быстро получил повышение?

— Уф. Мне очень интересно. Расскажите нам немного, заместитель менеджера.

— Хе-хе. Он был потрясающим. Ах, с чего бы мне начать? Итак, когда наш руководитель группы впервые занялся имитацией торговли, он внезапно поставил все на акции «JoongAng Insurance» и...

Когда заместитель менеджера Ли начала делиться своей легендой, члены команды навострили уши, а их глаза заблестели.

Говорят, что бурные времена рождают героев.

В хаосе фондового рынка Чон Чжин-хо был их героем того времени.

/-/

Прошлой ночью мне приснился тревожный сон.

Может, это из-за этого?

Ким Кан Хён, генеральный директор «KS Securities», всё ещё чувствовал пульсирующую боль в затылке.

— Но ведь не было никаких разговоров об объявлении о введении регулирования, верно? Никаких намеков. наши инсайдеры ничего не говорили?

— Нет, не было абсолютно никаких признаков. Похоже, эти ублюдки действовали под влиянием импульса.

Если бы они готовили это регулирование хотя бы несколько недель, то об этом бы заговорили.

Но не было ни малейшего намека.

Другими словами, китайское правительство поняло, что пузырь разросся далеко за пределы их ожиданий, и решило действовать, пока не стало слишком поздно.

— Если они собирались это сделать, то должны были хотя бы что-то просочиться. Нет, постойте. А что, если другие брокерские компании были готовы заранее? Вы что-нибудь слышали?

Чем крупнее брокерская компания, тем быстрее она узнает новости отрасли.

И сеть, которую они построили, не стоит игнорировать.

— Небольшие брокерские компании, которые использовали здесь позиции с кредитным плечом, уже получили маржинальные требования. Они практически не подлежат восстановлению. Даже немного более крупные компании несут серьезный ущерб.

— Тц. Это логично. Если даже мы, лидер отрасли «KS Securities», не знали, как кто-то ещё мог знать?

— Да, но, господин генеральный директор. Сейчас ходит один странный слух.

— Странный слух? Какой слух?

— По-видимому, одна брокерская компания начала массово покупать пут-опционы за три дня до лопнувшего пузыря. И не просто пут-опционы, а пут-опционы на сырье и сталь. Они скупили их все, независимо от сроков погашения.

— Что... что вы сказали?

Глаза генерального директора Ким Кан Хёна расширились.

— Три дня назад рынок был в огне во время ралли, так? И кто-то покупал пут-опционы в это время?

— Да. Судя по масштабам, это была брокерская компания, но её точная личность не раскрыта.

Это было странное явление.

В то время, когда цены на акции стремительно росли, кто-то скупал пут-опционы на сырье и сталь на миллиарды.

Это могло означать только одно.

— Они знали…

Не было другого объяснения тому, почему они скупили все эти контракты.

Они явно что-то знали.

— Вы уверены? Вы уверены, что ничего не просочилось со стороны китайского правительства?

— Уверен. Я проверил несколько раз. Даже в «CSRC» они приняли решение и опубликовали объявление в тот же день.

— Тогда что, черт возьми, случилось с теми, кто скупил все эти клочки бумаги? Они читали мысли? Или наняли шамана, чтобы он предсказал будущее?

— Это...

Кто-то знал эту информацию заранее.

Иначе они бы ни за что не заняли все эти позиции.

— Вы тоже это понимаете? В этой сфере информация — это жизнь. Помимо Национальной разведывательной службы самым быстрым источником информации должна быть «KS Securities». Так мы удерживали лидерство в отрасли. Но теперь мы отстаем в плане информации?

«…….»

У генерального директора Ким Кан Хёна была причина реагировать так остро.

Впервые «KS Securities», бесспорный лидер отрасли, отстал в плане информации.

Все говорят о том, что инсайдерская торговля запрещена, но все знают правду.

Чтобы выиграть на фондовом рынке, нужно опережать других в плане информации.

— Выясни, какая это была брокерская компания.

— Я разберусь с этим как можно скорее.

Китайский пузырь лопнул?

Конечно. Такое может случиться.

Они понесут некоторые убытки, но они постоянно управляли рисками именно для того, чтобы смягчить такой удар.

Но что было страшнее убытков, так это страх, что кто-то опередил его.

Впервые за долгое время генеральный директор Ким Кан Хён почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

Опционы.

Это действительно интересная финансовая игра.

Еще в Древней Греции существовало понятие опционов, а во время «тюльпаномании» в Нидерландах в XVII веке заключались контракты на прогнозирование и торговлю будущими колебаниями цен.

Однако современный рынок опционов начался с создания Чикагской биржи опционов в США в 1973 году.

Финансовый продукт, который позволяет торговать правом на покупку или продажу актива по определенной цене в будущем.

Вот что такое опцион.

Поэтому люди в брокерских компаниях называют его лотерейным билетом.

На Корейской бирже (KRX) опционы стандартизированы как продукты и котируются на бирже, причем в этой системе учреждения продают их, а инвесторы платят премию за приобретение прав.

Этот лотерейный билет можно продать другим лицам до истечения срока его действия.

Его цена сильно варьируется в зависимости от рынка.

Как и в случае со всеми лотерейными билетами.

Большинство опционов теряют свою ценность в день истечения срока действия.

Но иногда, очень редко.

Наступает день суда.

— Менеджер Ким. Насколько, э-эм, насколько он вырос сейчас?

— Сейчас в 9... нет. Сейчас в 10 раз…

— Сумасшествие. Тогда скоро не поступит требование о довнесении маржи?

— Да. Корейская биржа также связалась с нами и сообщила, что нам, возможно, нужно подготовить дополнительную маржу.

Люди, которые покупают опционы, не заботятся о том, что происходит с ценами на акции.

Они могут просто перепродать их или отказаться от права в день истечения срока.

Так кто же тогда в затруднительном положении?

Первоначальный продавец.

Первоначальный продавец опционов должен внести маржу в Корейскую биржу, чтобы иметь возможность продать опцион.

Согласно правилам, маржа должна составлять от 5 до 15 раз больше стоимости опциона.

Проблема возникает, когда цена проданного опциона превышает маржу, что вызывает требование о доплате.

И в тот момент, когда продавец не может удовлетворить требование о доплате маржи, происходит принудительная ликвидация.

— Принудительная ликвидация абсолютно недопустима!

Независимо от того, является ли первоначальный продавец фондом, учреждением или брокерской компанией.

В момент принудительной ликвидации торговля временно приостанавливается, а позиция ликвидируется по текущей наивысшей рыночной цене, что приводит к огромным убыткам.

— Сначала соберите все, что мы разбросали! И перенесите те, у которых другие сроки погашения.

— Мы сможем покрыть расходы по маржинальному требованию, начальник отдела?

— Я уже проинформировал вышестоящее руководство. Я попросил их позволить нам потушить этот срочный пожар. Сейчас приоритетом является реагирование на маржинальное требование. Даже там, наверху, они в панике и говорят нам быстро все убрать, пока цена не поднялась ещё выше.

Когда китайские ценные бумаги впервые резко упали, хаос царил только на зарубежном рынке, а внутренний фондовый рынок оставался относительно спокойным.

Но затем в мгновение ока обрушилось цунами, затопив все вокруг.

Им нужно было быстро вычерпать воду из дома, но была одна проблема.

— Как так получилось, что есть так много заявок на покупку, но никто не продает! Сколько ещё они хотят заработать!

Уже в 10 раз больше.

И все же тот, кто скупил все опционы, не выпускал их.

Чем дольше это происходило, тем выше продолжала расти цена.

При таком темпе казалось возможным не только 10-кратное, но и 20-кратное увеличение.

— Неумолимый ублюдок. Кто, черт возьми, высасывает наши деньги?

/-/

Все знают.

Пузырь когда-нибудь лопнет.

Поэтому и существует такая поговорка.

Уловить оптимальный момент для продажи — это божественная удача.

Другими словами, те, кто выходит из игры до того, как пузырь лопнет, являются победителями.

— Так было в прошлом месяце, и в этом месяце ситуация тоже выглядит мрачной. Серьезно, ни одного спокойного дня.

— Тем не менее, мы хорошо защищались. Влияние китайского рынка на Корею проявилось позже, чем ожидалось. Наше тщательное управление рисками тоже помогло.

— Какой смысл в управлении рисками? Все равно все в минусе, верно? Ты знаешь, сколько отчетов я получил только за сегодня?

— Это правда... Но, учитывая, что другие брокерские компании плачут, нам повезло.

Где есть бычий рынок, там всегда есть медвежий рынок.

Проблема в том, когда он ударяет слишком сильно.

— Слава богу, он не вырос до уровня краха «Lehman Brothers».

— Фух. По сравнению с кризисом субстандартного ипотечного кредитования, это рай.

Вспоминая кризис субстандартного ипотечного кредитования, разразившийся в 2008 году, генеральный директор Хван Дэ-вун до сих пор чувствовал холодок по спине.

— Тогда опционы подорожали в сто раз, и немало компаний закрылись. Мы также пострадали от маржинальных требований и даже взяли в долг деньги, используя облигации в качестве залога.

С тех пор «Kwangwoon Securities» построила систему, чтобы сектор опционов был как можно менее рискованным.

Даже если прибыль была меньше, цель состояла в том, чтобы минимизировать ущерб, если подобная ситуация повторится.

— Но и в этот раз это должно быть фатально для тех, кто раздавал эти лотерейные билеты.

— Верно. Особенно некоторые фонды и брокерские компании находятся в полном хаосе.

— Почему? Потому что цена выросла?

— Конечно, цена взлетела, но настоящая проблема в том, что тот, кто скупил весь этот объем, не продает. Иногда выставляются некоторые объемы, но они мизерные, а те, кто держит большие объемы, не показываются. Все в Ёидо сходят с ума, пытаясь выяснить, кто их держит.

— Хм. На этом уровне не похоже, что была инсайдерская информация? Этот парень скупил все заранее и не продает? Это безжалостно.

— Да. Продавцы, вероятно, в панике. Цена продолжает расти, и конца этому не видно.

Но было кое-что, что беспокоило его уже некоторое время.

Старший управляющий директор Так Чжэ Хо, который только что докладывал, все время улыбался.

Несмотря на то, что компания понесла убытки из-за китайского фондового рынка!

— Почему вы так улыбаетесь?

— Г-н генеральный директор. Вы не спросили, кто держит эти опционы.

— Откуда нам это знать? Вы знаете, как опасно раскрывать свои позиции.

Какую позицию я занимаю.

Это ни в коем случае не должно быть раскрыто другой стороне.

Если проговориться, высока вероятность того, что тобой будут манипулировать.

Поэтому все держали свои позиции в строгом секрете.

— Вы знаете, как дела у нового руководителя группы? Вы ещё не получили отчет, верно?

Новым руководителем группы мог быть только Чон Чжин-хо.

— Я уже беспокоился о том, как у Чжин-хо дела. Как он? Там тоже все плохо?

Поскольку такое произошло сразу после того, как он стал руководителем группы, ущерб, должно быть, был серьезным.

Рынок был именно таким.

Возможно, когда все уляжется, ему стоит отдельно предложить ему утешение.

Поскольку это было неизбежное стихийное бедствие, он скажет ему, чтобы тот не слишком расстраивался.

— Подожди минутку.

Но что-то было не так.

— Почему вы вдруг заговорили о Чжин-хо?

Так Чжэ Хо улыбнулся.

— Эти опционы сейчас полностью в руках руководителя группы Чон Чжин-хо.

— Что... не говори мне...!

— Да. Он тот, кого сейчас ищут все в Ёидо.

«!?»

/-/

Сегодня тоже не тот день?

Я смотрел на все девять мониторов, перемещая мышь между кнопками.

От опционов, которые мы купили, до ETF.

Все показывало прибыль.

Среди них самые прибыльные были, безусловно, эти опционы.

Честно говоря, я хотел просто продать все и зафиксировать прибыль прямо сейчас.

Но чувство ещё не пришло.

Поэтому с момента лопнувшего пузыря я просто сидел в офисе с пустым взглядом, перемещая мышь по экрану.

— А, входите.

В этот момент вошла заместитель менеджера Ли Хе-рин.

...С тарелкой печенья в одной руке.

— Руководитель группы. Пожалуйста, перекусите во время работы.

«Она заметила, как я вздрогнул?»

Заместитель руководителя Ли Хе-рин поставила тарелку передо мной и сложила руки на бедрах.

— Я их не пекла, ладно? Может, не удивляйтесь так?

— Ха-ха. А-а я удивлялся? Мне нравятся ваши печенья, заместитель менеджера.

— Наш руководитель группы... Не умеет врать. У вас все на лице написано!

«…….»

— Подождите и увидите. Я буду много тренироваться и сделаю самое вкусное печенье в мире!

— Я за тебя болею!

Затем заместитель Ли Хе-рин незаметно спросила меня:

— Кстати, руководитель группы. Мы всё ещё держимся, да?

Члены команды, должно быть, начали скучать.

Обычно проп-трейдер должен совершать сотни коротких сделок за один день, борясь в условиях азарта и удушающего напряжения рынка.

Разве другие команды уже не работают в поте лица, чтобы компенсировать свои убытки с помощью безумных коротких сделок?

Но мы просто проводили время, ничего не делая.

— Я уже говорил это в прошлый раз, но торговля — это ваше дело. Если вы считаете, что сейчас подходящий момент для продажи, можете продавать. В любом случае вы получите хорошую прибыль. Но я также считаю, что пока лучше держаться. Китайское правительство не предложило никаких революционных мер. Благодаря этому мы все еще зарабатываем деньги.

Вероятно, именно поэтому мой инстинкт не подсказывал мне ничего.

Потому что пока не появилось ничего, что могло бы стабилизировать рынок.

— Если я решу, что пришло время продавать, я вам сообщу.

— Вау. Тогда мы просто будем ждать вашего сигнала, руководитель группы!

Заместитель менеджера Ли Хе-рин вежливо поклонилась и вышла из офиса.

Убедившись, что она ушла, я положил в рот одно из печенья с тарелки.

«Ах. Вкусно».

Это было первое вкусное печенье, которое я ел за долгое время.

Я прогонял наступающую сонливость печеньем и кофе и двигал мышью к кнопке «Продать».

«……!»

Сигнал, поднявшийся из кончиков моих пальцев, ударил по моему мозгу, как молния.

/-/

— Что сказал руководитель группы?

— А? О-оу. Похоже, руководитель группы всё ещё держится.

— Ну, было бы жалко продавать сейчас.

Может показаться, что ничего не делать — это очень скучно, но члены седьмой команды совсем не скучали.

Несмотря на то, что в офисе было тепло, их руки дрожали.

В данный момент их команда записывала самые высокие прибыли с тех пор, как стала проп-трейдерами. Проблема заключалась в том, что для получения прибыли нужно было продать то, что у них было.

Поэтому они с трудом сдерживались, чтобы не сбросить все прямо сейчас.

— Как ты думаешь, когда руководитель группы увидит подходящий момент для продажи?

— Кто знает. Как воробей может понять мысли феникса? Мы просто выполняем приказы.

Менеджер Со сказал это, потягивая кофе.

«…….»

Члены команды смотрели на него с удивлением.

Когда менеджер Со только присоединился к команде, он казался полным жалоб.

Но теперь он практически почитал руководителя группы.

— Выбрать время для продажи сложнее, чем время для покупки. Руководитель группы просто проявляет осторожность.

— Если сейчас не произойдет ничего кардинального, то, похоже, можно просто продолжать держать позиции. Судя по текущим показателям, явно разумнее продать позже.

Однако то, что показатели выглядели хорошо, не означало, что это был правильный ответ.

Это доказал инцидент с пузырем.

Все питали надежды, поскольку всевозможные показатели говорили о росте на 300 %, а затем внезапно вступило в силу регулирование, и пузырь лопнул.

— Так что давайте подождем. Даже с нашей точки зрения, сейчас не кажется подходящим моментом для продажи.

— Все в порядке, но мне нечего делать. Рабочий день, когда я только смотрю в телефон и читаю книги...

— Это будет только на время. Если руководитель группы даст приказ, то мы все...

Как раз когда члены команды тихо болтали между собой.

Дверь кабинета руководителя группы, которая была закрыта, внезапно распахнулась.

Все удивленно повернули головы.

Там стоял руководитель группы Чон Чжин-хо, его глаза были другими, чем раньше.

— Руководитель группы...?

— Все. Время пришло.

— Что?

— Продайте всё, что у вас есть. Прямо сейчас!

«!»

Наконец-то был отдан приказ, которого они ждали — нет, божественное повеление.

Но, как всегда, есть несколько глупых людей, которые ставят под сомнение такие вещи.

— С-сейчас? Но цена все еще растет...

— Да. Если мы подождем еще немного, она поднимется ещё выше, чем...

— Молчите, все!

Но этот сомневающийся был немедленно отруган менеджером Со.

— Как вы смеете иметь собственное мнение? Просто действуйте в точности так, как приказывает руководитель группы. Понятно?

На это остальные пришли в себя.

Разве одно слово руководителя группы Чон Чжин-хо не заслуживает большего доверия, чем сотня данных?

— Ах...!

— Мы... мы продадим немедленно, руководитель группы!

Некогда спокойный офис внезапно взорвался ажиотажем.

— Ах. Я действительно не могу отдохнуть. Ни на минуту.

После того, как тайфун пронесся.

Те, кто каким-то образом выжил, не имели времени на отдых.

Они едва успели перевести дух.

Потому что, чтобы вернуться к былой славе, им пришлось начинать все сначала.

— Что поделать? Всем нужно усердно работать и собирать даже обрывки бумаги. Мы должны получить какую-то прибыль, несмотря ни на что.

— В прошлом месяце мы понесли убытки из-за никеля, а теперь, когда ситуация снова обострилась, ничего не поделаешь.

— Ха-ах. Я тоже хотел пойти в отдел торговли деривативами. Хорошо, что не пошел. По крайней мере, мы регулярно получаем фиксированную зарплату.

— Согласен. Разве я тебе не говорил? Пора проснуться от фантазий. Все думают, что проп-трейдеры зарабатывают кучу денег, но на самом деле это удается только тем, кто знает, как это делать.

Тем не менее, если и есть какое-то утешение для этих людей, то только то, что они не единственные, кто пострадал от Китая.

Тот парень вон там, и те тоже, и еще тот парень вон там.

Все как один были в минусе.

Разве не было поговорки, что несчастные люди чувствуют себя счастливыми, просто глядя друг на друга?

Трейдеры, по крайней мере, утешались этим.

— Но что делает седьмая команда? Всё ещё нет движения?

— Пока тихо. Все еще нет никакого объема торгов. Они буквально сидят и смотрят на экраны.

Все сейчас бросались на рынок с настроем подбирать даже обрывки бумаги.

Обычно во время медвежьего рынка лучше не торговать.

Но если ситуация останется такой же, то и в следующем месяце не будет бонусов.

Трейдеры не живут на зарплату, а на бонусы за результаты.

Они не могли просто сидеть сложа руки и умирать с голоду, поэтому торговали с отчаянием.

О том, насколько все было суматошно, можно было судить, просто посмотрев на торговое окно каждой команды.

Среди всего этого только седьмая команда оставалась спокойной.

Они были в одном отделе, но жили в совершенно другом мире.

Как будто они в одиночестве проводят отпуск на острове сокровищ.

— Как долго они планируют их держать?

Торговая команда никогда не могла узнать доходность, объем торгов или позицию другой команды.

Но команда по управлению рисками знала все.

Потому что они были системой мониторинга.

Поэтому они имели полное представление о том, какие акции держала седьмая команда.

— Уже прошла неделя, но они всё ещё держат их, не продавая. На их месте я бы сошел с ума и продал бы их сразу, даже если бы они выросли всего в 2 раза.

— Вот почему он сидит на этом месте. Этот парень... для меня он даже не человек. Тот факт, что он в одиночку сделал ставку на падение рынка, делает его практически монстром.

Команда, за которой группа по управлению рисками следила наиболее внимательно, была не кто иная, как седьмая команда.

С того момента, как они внезапно сделали ставку на падение рынка, и даже после того, как пузырь лопнул, видя, что они не продают свои активы до конца, теперь группа по управлению рисками была более нервной, чем сами трейдеры.

— Ах. Я здесь серьезно нервничаю.

— Но ты не думаешь, что они не будут продавать ещё некоторое время?

— Скорее всего. Поскольку нет признаков улучшения ситуации на китайском фондовом рынке, они, вероятно, будут продолжать держать свои позиции.

Они должны были следить за трейдерами, которые переусердствовали с инвестициями, но сотрудники команды по управлению рисками были прикованы взглядом только к торговому окну седьмой команды.

— Никто не работает?

Менеджер Ким Сан-гон, не выдержав больше, вынес предупреждение.

— Трейдеры сходят с ума и сбрасывают акции направо и налево. Мы должны остановить их, чтобы они не потеряли ещё больше. Седьмая команда все равно не двигается, так что все возвращайтесь к работе. Закройте все торговые окна их команды.

— Да, сэр...

Сотрудники с сожалением в сердце закрыли торговые окна.

— Э? Эм?

— Что теперь?

— М-менеджер. Оно, оно движется! Они двигаются!

— Что?

— Седьмая команда сбрасывает весь свой объем!

«!»

Менеджер Ким Сан-гон бросился к своему столу, подняв брови.

Он не хотел пропустить ни одного момента долгожданного события.

/-/

Впервые за долгое время раздались звуки бешеного нажатия на клавиатуру и мышь.

По внезапному приказу руководителя группы Чон Чжин-хо продать всё, члены команды избавлялись от всего, что у них было.

Конечно, они не сбрасывали все сразу, как любители.

Это могло привести к резкому падению цены.

Поэтому они разделили объем и приступили к продаже.

— Но... мы уверены, что это правильный шаг?

— Да. Похоже, что цена поднимется ещё больше, если мы просто подождем сегодня…

Но сегодняшнее указание руководителя группы было твердым.

Продать все.

Вместо того, чтобы продать половину и посмотреть, как будет развиваться ситуация, он буквально велел им продать все.

Они следовали этому указанию, но все равно не могли не задаться вопросом: действительно ли это правильное решение?

— Тск.

Но каждый раз, когда в их головах закрадывались такие сомнения, менеджер Со произносил резкие слова.

— Я вам сказал. Не смейте сомневаться в его решении.

— Но, менеджер. Если посмотреть на текущую тенденцию, то кажется, что цена будет только расти. Не похоже, что она упадет.

— И что с того? Вы можете получить такую же прибыль, как руководитель группы? Он единственный, кто сделал ставку на падение рынка, когда все остальные делали ставку на его рост. Вы можете так же?

— Нет...

Это было то, что даже с двумя сердцами было невозможно сделать.

Поэтому для них руководитель группы Чон Чжин-хо не казался человеком.

Если бы это был обычный человек, он бы мучился несколько дней, решая, продавать ли, и в конце концов, не выдержав давления, сбросил бы все до того, как лопнул пузырь.

— Честно говоря, я тоже не понимаю решения руководителя группы. Но он видит мир иначе, чем мы. Когда мы видим один вариант, он оценивает ситуацию на основе десяти вариантов.

Говорят, что настоящие мастера инвестирования имеют иную точку зрения.

Но на самом деле любой, кто занимался проп-трейдингом, знает один неудобный факт.

Все говорят о проницательности и перспективе, но в конце концов инвестирование сводится к удаче.

— Но наш руководитель группы не полагается на удачу, верно?

Это было самым страшным открытием.

Решения руководителя группы Чон Чжин-хо никогда не основывались на удаче, а на каком-то алгоритме, настолько сложном, что обычные люди даже не могли его понять.

— Тем не менее, я чувствую облегчение. Я так нервничал, гадая, как долго нам придется это держать.

— Вау. Я никогда в жизни не видел такой прибыли. И всего за неделю!

Средняя месячная доходность проп-трейдера составляет 5% от дохода.

Здесь вас называют асом, если вы зарабатываете всего 1% в день.

Но посмотрите на эту доходность сейчас.

— Потрясающе.

Это было единственное слово, которое он смог произнести.

Деньги, которые начинались с 50 миллиардов, выросли до сотен миллиардов.

За такое короткое время.

— Все, соберите данные. Я отправлю отчет непосредственно руководителю группы.

— Да, сэр!

Менеджер Со собрал данные, полученные от членов команды, и направился в офис руководителя группы.

Он не мог поверить, насколько легкими были его шаги, когда он шел сдавать отчет.

/-/

Я просмотрел данные, которые мне передал менеджер Со с широкой улыбкой на лице.

Он всегда так много улыбался?

— ETF были немного разочаровывающими. Как вы знаете, существует не так много видов китайских ETF. И они приносят доход, пропорциональный падению рынка. Но мы сорвали куш с акциями, которые мы продали, и пут-опционами.

Цена пут-опционов, которые мы держали, выросла в 20 раз, и мы продали их все прямо в этот момент. Честно говоря, не будет преувеличением сказать, что большая часть прибыли пришла именно оттуда.

— Стальной сектор, на котором мы сосредоточились в качестве основной цели, имел ограничения по объему торгов.

Тем не менее, мы выжали из этого максимум и добились большого успеха.

После восстановления всех ETF и коротких позиций и их консолидации в одном месте.

— Итого 250 миллиардов вон, руководитель группы.

Голос менеджера Со дрожал.

— За всю мою долгую карьеру в проп-трейдинге я только один раз заработал 30% за месяц. Но 500%...

Даже когда я впервые получил от компании 50 миллиардов вон, я думал, что если смогу удвоить эту сумму, ни больше, ни меньше, это будет огромным успехом.

— Вы хорошо поработали, менеджер.

— О нет, вовсе нет. Я только выполнил ваши указания, руководитель группы. Это вы действительно хорошо поработали. Спасибо, руководитель группы. Пожалуйста, позвоните мне снова, если я смогу чем-то помочь.

После ухода менеджера я безучастно уставился на экран.

Даже инвестирование 50 миллиардов казалось нереальным, но теперь, когда сумма выросла до нескольких сотен миллиардов, я мог только пусто смеяться.

«Руководитель группы получает 30% прибыли».

Кроме того, если группа достигает рекордных результатов, выплачивается дополнительный процентный бонус.

«Тогда сколько именно поступит?»

Я до сих пор не могу поверить, что моя последняя зарплата была 700 миллионов вон, а теперь она будет намного больше?

«Может быть... я должен был продержаться ещё немного?»

Но, как говорится, человеческая жадность не имеет предела.

Даже после получения такой прибыли, мысль не давала мне покоя: может быть, если бы я продержался ещё немного, я мог бы заработать больше.

«Как бы я ни смотрел на показатели, это совсем не похоже на повод для продажи».

Я усердно изучал инвестиции, но даже с моим ещё недостаточным опытом, это не выглядело подходящим моментом для продажи.

«Цена сейчас даже растет. Мне действительно стоило подождать еще немного…»

На этом мысли закончились.

Я отбросил наводящие мысли и выключил монитор.

Все уже сделано, все продано, все закончено.

Не будем сожалеть.

«……»

«Ах. Но я действительно должен был подождать еще немного».

/-/

Как и в большинстве брокерских компаний, никто не смог оправиться от китайского шока.

Среди них те, кто дрожал без остановки в руках и ногах, были сотрудники отдела опционов.

— Они же не собираются выпускать что-то сегодня, правда?

— Ты с ума сошел? Думаешь, они собираются продавать сейчас?

— Даже если они ничего не будут делать, цена будет продолжать расти сама по себе. Они были бы сумасшедшими, если бы продали сейчас.

— Серьезно, кто это, черт возьми? Кто держит их?

Не осталось даже крови, чтобы высохнуть.

Тот, кто держал объем, казалось, наслаждался видом обрушения китайского фондового рынка.

И почему бы им этого не делать?

С течением времени китайский фондовый рынок только падал все ниже.

Все уже сдались.

— А-а-ах. Все равно ничего не поделаешь, можно просто покурить...

— О-он поднялся!

— Что?

— Объем пошел вверх! Все покупайте, быстро! Сейчас же!!

Сотрудники, которые только что сидели, склонившись над столами, вскочили и начали лихорадочно нажимать на кнопку «купить».

Тот, кто выпускал объем, не сбрасывал его сразу, а корректировал цену по мере выпуска, поэтому они не могли расслабиться ни на секунду.

Если они промахнутся, есть огромный риск потерять объем в пользу другой брокерской компании.

— Фух...

— Все готово? Мы все получили?

— Мы не получили все, но, к счастью, похоже, что мы восстановили большую часть.

Сотрудники вздохнули с облегчением.

Они уже понесли серьезный ущерб, но все могло быть гораздо хуже.

Возможно, из-за какого-то извращенного сочувствия, магнат, который поставил их на грань гибели, внезапно отпустил объем.

— Почему они это сделали?

Когда напряжение ослабло, над головами всех начали появляться вопросительные знаки.

— Серьезно? Если бы они оставили все как есть, цена бы ещё больше выросла. Посмотрите, даже сейчас цена постепенно растет.

Это было время, когда можно было просто сидеть и ждать, пока деньги потекут рекой.

Но отказываться от такого медового горшка?

— Кто знает. Может, им вдруг срочно понадобились средства.

— Может, здесь что-то ещё происходит? Помните, перед китайским шоком они скупили весь объем на этой стороне.

— Действительно ли что-то происходит? Китайское правительство молчит. Благодаря этому их рынок разрушается еще больше.

— Не знаю. Даже не хочу знать. Я просто рад, что это наконец закончилось. Я думал, что у меня глаза вылезут из орбит, наблюдая за объемом торгов в последние несколько дней.

— Да. Давайте радоваться, что все закончилось так.

Если бы ситуация ухудшилась, то даже представить, что было бы дальше, было ужасно.

— Хорошая работа, ребята. Давайте будем благодарны, что все закончилось здесь. Теперь я наконец-то пойду покурю...

— Р-руководитель группы! Подождите, пожалуйста!

Но отдых еще не был разрешен.

Руководитель группы, который только что попытался сделать небольшой перерыв, чтобы покурить, раздраженно обернулся.

— Что ещё? Китайское правительство опять выкинуло какую-то фигню?

— Да!

— Что?

Глаза руководителя команды расширились, и он бросился к монитору.

Ведущий экономических новостей сообщал последние новости.

[Китайское правительство ввело запрет на продажу акций. Крупным акционерам, владеющим более 5% акций, теперь запрещено продавать какие-либо акции, а все IPO приостановлены. Кроме того, правительство начало меры по стабилизации рынка, вливая государственные средства, и объявило о планах снизить процентные ставки и норму обязательных резервов для кредитов……].

— Запрет на продажу акций? Они что, совсем сошли с ума? Что, черт возьми, эти ублюдки теперь вытворяют!

Экстремальная регуляторная политика, запрещающая крупным акционерам продавать акции, наряду со снижением процентных ставок и вливаниями государственных средств.

Китайское правительство наконец начало предпринимать усилия по нормализации рынка.

Это означало, что китайский фондовый рынок теперь имел потенциал для восстановления.

Проблема заключалась в опционах.

— Если это так... мы же восстановились на пике, верно?

— Да...

С момента появления этой новости цена уже упала вдвое.

Никто не мог даже предсказать, насколько она упадет дальше.

— Если бы мы продержались ещё десять минут...

Если бы они продержались, то, возможно, восстановились бы по гораздо более низкой цене.

Нет, возможно, им вообще не нужно было бы ничего восстанавливать.

— Кто это, черт возьми?

К этому моменту они искренне умирали от любопытства.

— Кто, черт возьми, этот ублюдок, который обчистил нас до нитки!

— Здравствуйте! Я Чон Чжин-хо, человек, который любит танки. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне!

Он до сих пор живо помнил момент, когда Чжин-хо впервые присоединился к гильдии.

Как были взволнованы члены гильдии, говоря, что молодая кровь вошла в место, полное только мужчин среднего возраста.

К тому же он всегда был вежлив, умел поднимать настроение, а его игровые навыки были превосходны.

Поэтому Хван Дэ-вун просто передал роль лидера рейда Чжин-хо.

Обычно в рейдах самое важное — это не время прохождения.

Это человеческие отношения.

В одной рейдовой команде может быть несколько десятков членов.

Лидер рейда должен был сбалансировать команду, учитывая их навыки и классы, распределить позиции и возглавить группу.

Но это ещё не все.

Он также должен был проверять предложения, жалобы и различные вопросы от участников рейда и координировать их соответственно. Это была чрезвычайно тяжелая задача.

И именно в этом Чжин-хо проявил себя.

Он не ставил целью скорость прохождения, а сосредоточился на поддержании веселой атмосферы в рейде.

Вместо того, чтобы настроение охладевало из-за чьей-то ошибки, он создавал атмосферу, в которой люди могли смеяться и болтать весь день.

С этого момента гильдия кардинально изменилась.

Раньше во время рейдов члены гильдии часто ссорились из-за эмоциональных конфликтов, и гильдия даже несколько раз распадалась, но после прихода Чжин-хо таких вещей больше не происходило.

Хван Дэ-вун, который думал о том, чтобы бросить игру, потому что ненавидел испытывать стресс от людей даже в играх после того, как сталкивался с этим на работе, снова полюбил игру благодаря Чжин-хо.

Ну, если быть точным, он, вероятно, просто наслаждался активной деятельностью в гильдии, где был Чжин-хо.

Вот почему он так ценил Чжин-хо.

Когда он сказал, что уйдет из игры, чтобы подготовиться к трудоустройству, это настолько поразило его, что он сразу же устроил его в компанию, несмотря на то, что могли сказать другие.

Даже если у него не было квалификации.

Даже если у него не было навыков.

Он просто собирался держать его рядом, несмотря ни на что.

Таков был план...

Таков был действительно план...

— Эти цифры вообще имеют смысл?

Хван Дэ-вун щелкнул языком, глядя на показатели седьмой команды отдела проп-трейдинга, который в настоящее время был единственным отделом во всей «Kwangwoon Securities», демонстрирующим нереально высокую доходность.

— Это совершенно не имеет смысла. Кто мог умножить 50 миллиардов вон в несколько раз всего за несколько дней? Мы должны быть благодарны, что никто не сообщил о нас в финансовую инспекцию.

Даже удвоить 50 миллиардов вон за короткий период чрезвычайно сложно.

Но умножить эту сумму в пять раз за неделю? Это было беспрецедентным событием в истории «Kwangwoon Securities».

— Генеральный директор. Мне действительно интересно, где именно вы нашли этого парня? Судя по его биографии, он никогда не работал в брокерской компании. Он был буквально безработным, верно? Так как же вы вообще вычислили такого талантливого человека...

— Это...

Генеральный директор Хван Дэ-вун прочистил горло.

Он не мог сказать, что познакомился с ним через игры, пожалел его и импульсивно взял его в компанию.

— Некоторые вещи просто зависят от судьбы. Не пытайтесь копать слишком глубоко.

— … Правда?

— Да.

Услышав этот ответ, вице-президент Кан Джи-хван кивнул.

Если генеральный директор ответил так, это означало, что он явно привлек этого новичка из какого-то серьезного места.

— Но разве мы не должны хотя бы изучить его инвестиционные методы?

— Ты думаешь, он научит тебя только потому, что ты попросил? И даже если он любезно согласится, это не то, что мы могли бы понять.

Генеральный директор Хван однажды проверил торговые данные Чжин-хо, гадая, какой алгоритм он использует, чтобы так покупать и продавать.

— Но я просто не смог понять. Я не имел представления, на чем он основывался при покупке и каким принципом руководствовался при продаже. Если бы кто-то другой увидел это, он бы подумал, что полный новичок просто торгует, руководствуясь случайными предчувствиями.

— Но все это приносит прибыль, верно?

— Да. Каждое его действие. На этом уровне даже знание теории не означало бы, что мы смогли бы повторить его успех.

Уникальная инвестиционная техника.

Инвестиционный метод, который мог понять только один человек в мире.

Кан Чжи-хван слегка ослабил галстук.

— Похоже, пока я был за границей, в компании произошло много событий.

— Итак, удалось ли вам что-нибудь выяснить? Какова общая ситуация?

— Сейчас все нервы сосредоточены на Европе. Срок выплаты долга Греции приближается, но пока нет никаких признаков того, что они собираются платить.

— Они же не объявят дефолт, правда?

— Это было бы катастрофой. Не думаю, что они зайдут так далеко. Они же не Россия. Из того, что я узнал, это, безусловно, рискованно, но они найдут способ как-то решить эту проблему.

Если это так, то это было облегчением.

Мировые рынки и без того были в хаосе из-за шока в Китае. Если к этому добавится дефолт Греции, то это будет полная катастрофа.

— Но знаете, господин генеральный директор, этот парень Чон Чжин-хо. Его премия за результативность в этом месяце будет просто сумасшедшей, не так ли? Она должна составить как минимум несколько миллиардов вон.

Поскольку они давали ровно 30% от прибыли, независимо от налогов, это была сумма, которую обычные офисные работники никогда бы не смогли заработать за всю свою жизнь.

«У нашего Чжин-хо в мае будет головная боль от расчета налогов».

— Чжи Хван. По вашему мнению, Чжин-хо не должен оставаться на уровне руководителя группы, верно?

— Конечно, нет. Он не просто элита. Уже ходят слухи из-за его сверхбыстрого продвижения по службе. Но с такими результатами было бы еще более нелепо, если бы он остался на уровне руководителя группы.

Так вот как обстоят дела...

Проблема заключалась в том, что следующим уровнем был начальник отдела, а в настоящее время вакансий на эту должность не было.

«Может быть, просто создать новую?»

/-/

— Китай в своем репертуаре…

— Серьезно. Только Китай мог провернуть такое, правда?

Китай начал стабилизировать свой рынок с помощью крайних мер регулирования, приостановив все заказы на продажу.

Это было невообразимо в любой другой стране.

Использование механизма «автоматического выключателя» для временной остановки торгов — это одно, но приостановка ордеров на продажу на целых шесть месяцев?

Вдобавок ко всему, они даже мобилизовали свой суверенный фонд и вложили капитал в отчаянной попытке стабилизировать рынок.

— Если они собирались пойти на это, то не должны были с самого начала регулировать маржинальную торговлю.

— Тем не менее, это было необходимо сделать, пока ситуация не ухудшилась. Но проблема в том, что они не сливают воду постепенно, а взрывают все сразу.

На лицах членов команды расцвели улыбки.

— Уф. Если бы руководитель группы не сказал нам тогда быстро сбросить все наши позиции, мы бы понесли огромные убытки.

— Но это все равно прибыль увеличилась в 10 раз...

— Когда мы продавали, она была в 20 раз выше!

Со стороны могло показаться, что сегодня у нас очередное усердное собрание команды, но на самом деле это была просто непринужденная беседа.

Потому что сейчас мы полностью ушли с рынка и просто держим средства.

— Как я уже говорил, если кто-то хочет, вы можете вернуться на рынок даже сейчас.

— Я решил просто остаться на месте.

— Я тоже. Это огромная сумма, которую вы с таким трудом заработали для нас, руководитель группы. Кто я такой, чтобы трогать её…! Если я попробую, то, скорее всего, потеряю все.

— Когда мы достигаем нашей месячной цели по производительности, мы обычно выводим наши средства и после этого ничего не делаем.

Если команда уже достигла своего целевого показателя за месяц, её члены могут просто приходить на работу и небрежно следить за рынком, а могут и вовсе не приходить и оставаться дома, чтобы отдохнуть.

Это своего рода награда за достижение целевых показателей досрочно.

Конечно, если они хотели получить ещё большую прибыль, они всегда могли вернуться на рынок, но обычно это приводило к убыткам, поэтому лучше было воздержаться.

«Я тоже ничего не делал, потому что не чувствовал сигнала».

Почему сигнал не поступил?

Я подумал, что это может быть из-за суммы.

В данный момент сумма капитала, которым я мог управлять, составляла 250 миллиардов вон.

Когда она составляла 5 миллиардов, покупка и продажа не имели большого влияния, если только это не была небольшая компания. «Но если я попытаюсь заняться краткосрочной торговлей с огромной суммой в 250 миллиардов, с этого момента я стану одним из основных игроков и буду сильно влиять на цены акций».

Подумайте об этом.

Фонд в 250 миллиардов вон, размещающий заказы на покупку и продажу за секунды.

Не было возможности купить или продать такой огромный объем за один раз, поэтому цены в итоге оказались бы в полном беспорядке.

— Тогда давайте и мы сделаем перерыв?

— Ах. Серьезно?

— Да. Я знаю, что вы все нервничаете из-за меня. Идите и отдохните, чтобы успокоиться.

— Вау~!

Члены команды внезапно разразились аплодисментами.

Похоже, им было довольно скучно просто сидеть здесь.

Тем не менее, врываться на рынок с заработанными деньгами тоже не казалось правильным. Нынешний рынок был настолько нестабильным, что вход в него в неподходящий момент мог означать потерю всего, поэтому казалось лучше подождать и понаблюдать.

«Может, я должен воспользоваться этой возможностью, чтобы отдохнуть и поиграть в игры».

Будние дни, выходные.

До того, как произошел китайский шок, он работал без перерыва, наблюдая за рынком.

Из-за давления он даже не мог нормально наслаждаться своими любимыми играми.

Может быть, стоит отдохнуть и заняться некоторыми из накопившихся игровых заданий.

— Эм... но, на самом деле.

В этот момент заместитель менеджера Ли Хе-рин осторожно заговорила.

— Мы ещё не ужинали всей командой.

— О. Теперь, когда ты об этом упомянула...

— С того дня, как к нам присоединился руководитель группы, было столько впечатляющих событий, что мы даже не могли думать об ужине.

Члены команды начали переглядываться.

Вскоре их взоры обратились ко мне.

Я вдруг что-то вспомнил и потянулся к кошельку.

— А, вот оно.

— Что это?

Я улыбнулся и помахал карточкой перед членами команды.

— Корпоративная карта.

/-/

Говорят, что омакасе — это вершина корпоративных ужинов, но для меня лучшее — это говядина.

И обязательно корейская говядина!

Как сказал наш гильдмастер, в омакасе подают сырую рыбу, которую я даже не люблю, так что это, наверное, будет мучительным опытом.

Не то чтобы я когда-нибудь был в таком ресторане...

— Хорошо. За ваше здоровье!

— Ах, мы не можем просто сказать «за ваше здоровье». Могу я предложить тост, руководитель группы?

— Конечно, менеджер. Пожалуйста, продолжайте.

Менеджер Со прочистил горло и поднял бокал.

— Наш руководитель группы. Одно из лучших решений, которые я когда-либо принимал в жизни, — это присоединение к этой команде. Вы знаете поговорку: люди разного калибра по-разному действуют во всем, что они делают. Я думаю, что эта фраза идеально описывает нашего руководителя группы. Имея это в виду, мы просим вас и дальше заботиться о нас, поддерживать нас, поощрять нас, помогать нам, подталкивать нас вперед, беспокоиться о нас, присматривать за нами...

— М-менеджер, д-достаточно...

— Кхм. В любом случае, я клянусь в своей вечной лояльности отныне и навсегда! Нашему руководителю группы, Чон Чжин-хо!

— За руководителя группы!

Пить соджу с хорошо прожаренными говяжьими ребрышками — нет ничего вкуснее.

Кто бы мог подумать, что говядина может быть такой нежной?

Корейская говядина действительно на другом уровне.

И, возможно, потому что ресторан находился в Ёидо, все в нем казалось высококлассным и роскошным.

Я почти почувствовал вину, как будто я был единственным, кто наслаждался этим, а мои родители остались в стороне.

В следующий раз я должен привести с собой сестру и родителей.

— Ах да. Я слышал, что другие команды внимательно следят за Грецией. Как вы думаете, чем это закончится?

— Эй, мы что, действительно будем говорить о работе на этом священном ужине команды?

— Но кроме акций, о чем еще мы можем говорить? Это же самое интересное.

— Верно. Нет ничего веселее, чем разговоры о деньгах.

Я мог бы поговорить об играх, но...

Проблема была в том, что, как бы я на них ни смотрел, ни один из них не выглядел геймером.

— Ну, они, наверное, не объявят дефолт.

— Да, скорее всего, нет, правда?

— Разве Россия не устроила огромный беспорядок, когда внезапно объявила дефолт, пока все были не начеку?

— Это было тогда, когда фонд «LTCM» потерял около 4 миллиардов долларов? Но это была Россия. Сейчас такое возможно только в таких странах, как Китай, где только что отменили торговые ограничения.

Греция... Греция...

Я видел это в исследовательских отчетах.

Они были должны МВФ около 1,6 миллиарда евро, и хотя срок приближался, решения по-прежнему не было.

Кроме того, Греция уже получила два раунда финансовой помощи.

Тем не менее, восстановление её экономики шло медленно, а проблема долга оставалась серьезной.

— А что, если они действительно объявят дефолт?

— Это будет полная катастрофа. В момент объявления дефолта они также покинут еврозону. Если это произойдет, внутренние конфликты в Европе усугубятся, что приведет к росту военной напряженности и рисков для национальной безопасности.

Слушая разговор команды, я искал в телефоне статьи на эту тему.

Уже были опасения, что, если Греция, которая находится в состоянии военной напряженности с Турцией из-за территориальных вопросов, объявит дефолт, это ослабит её национальную оборону. Некоторые сценарии даже предполагали, что внутренний конфликт в Европе может перерасти в войну.

Но все это были лишь крайние сценарии. Большинство по-прежнему ожидало, что Греция получит ещё одну финансовую помощь и на этот раз не объявит дефолт.

— Фух. Разговоры о работе даже здесь портят вкус алкоголя. Давайте сменим тему. На этот раз все получат большой бонус за результативность, верно? Все благодаря нашему руководителю группы. Что вы собираетесь с ним делать?

— Ах, даже не начинай. Восторг от закрытия всех наших позиций еще не прошел!

— Но премия ещё не выплачена... и до этого ещё довольно много времени.

— Разве руководитель группы не сказал, что он держит эти средства и не использует их? Тогда премия будет выплачена в полном объеме.

— Сначала нужно позаботиться о налогах в мае. Они заберут почти половину. Нельзя тратить все бездумно.

— Уф. Все равно половина? Они настоящее зло этого мира...!

Наслаждаясь короткими ребрышками и напитками в свое удовольствие, члены команды предавались счастливым мечтам о том, как они потратят свои премии за результативность.

Но я не мог легко присоединиться к разговору.

— Руководитель группы, на что вы все это время смотрели? Что-то случилось дома...?

Это не имело никакого отношения к семейным делам или дому.

С того момента, как я начал читать статьи о Греции, по моей спине пробежал такой сильный холод, что почти заставил меня вздрогнуть.

После некоторого колебания я осторожно заговорил.

—...Может, попробуем выйти на рынок завтра?

— Что?!

— П-подождите, разве вы не говорили, что мы будем держать средства на некоторое время?

— Да, я так сказал, но...

Если мы хотим пойти наверняка, то сейчас самое время остановиться и сделать перерыв.

Тогда, как сказал менеджер Со, мы получим премию за результативность.

Но, как и в играх, где я всегда бродил в поисках предметов, основанных на вероятности, может быть, я действительно человек, зависимый от дофамина.

— Давайте снова попробуем краткосрочную торговлю. Давно не делали этого.

При этих словах глаза членов команды начали интенсивно дрожать.

— С… 250 миллиардами вон…?

— Почему вы все так выглядите? Еще не протрезвели?

— Вы же знаете, что вчера мы даже бутылку не выпили.

— Уф. Хотел бы я, чтобы это было похмелье. У меня так сильно дрожали руки, что я даже спать не мог.

Менеджер Со полностью понимал ситуацию сотрудников.

Вчерашний корпоративный ужин.

Разве руководитель группы Чон Чжин-хо не сделал внезапное сенсационное заявление?

Он сказал, что будет заниматься краткосрочной торговлей на сумму 250 миллиардов вон!

— Ах. Не стоило мне тогда упоминать о Греции.

— Даже если бы мы не упомянули об этом, он все равно бы это сказал.

— Нет, но, боже, наш руководитель группы серьезно? Он действительно собирается заниматься краткосрочной торговлей на 250 миллиардов вон? Честно говоря, не лучше ли нам просто расслабиться и ничего не делать в этом месяце?

Обычно, как только достигается цель по прибыли, никто не выходит на работу, если только рынок не находится в состоянии необычайного бурного роста.

Есть такая поговорка.

Все проп-трейдеры — азартные игроки.

Но есть одна вещь, которую люди неправильно понимают: они останавливаются, как только достигают целевой доходности.

До достижения этой прибыли они бесстрашно маневрируют, как военачальники, но в тот момент, когда они достигают цели, они цепляются за разум, как призраки.

Они не сумасшедшие ублюдки, которые бросают свои с трудом заработанные деньги.

Поэтому, даже если они дрожат от страха перед краткосрочными сделками в выходные дни, как только они достигают своей цели по прибыли, они возвращаются к здравомыслию и наслаждаются отпуском.

— Тогда кто же наш руководитель группы?

— ... Дофаминовый наркоман?

— Человек с сердцем зверя?

— Это не зверь. Разве он не человек, лишенный чувства страха? Даже не 25 миллиардов, а 250 миллиардов! 250 миллиардов вон!!

250 миллиардов вон.

Это огромная сумма денег, о которой обычные люди даже не могут мечтать, не говоря уже о том, чтобы увидеть её вживую.

Даже в «KOSPI», где ежедневно обращаются триллионы вон, 250 миллиардов вон — это деньги, которые невозможно игнорировать.

Более того, если эти деньги будут ненадлежащим образом использованы, сначала они попадут в сеть наблюдения KRX, а затем о них будет сообщено в Службу финансового надзора, что приведет к расследованию.

Если вы оступитесь, идя по этой тонкой грани, вы можете оказаться в тюрьме за манипулирование рынком.

Несмотря на это, руководитель группы заявил, что переведет 250 миллиардов вон.

— Как наши руки могут не дрожать в такой ситуации!

Не только их руки и ноги, но и сердца бились так сильно, будто они сходили с ума.

— Но разве руководитель группы ещё не пришел?

— Вообще-то... Обычно он приходит рано, так что скоро он должен быть...

— Доброе утро, всем.

В этот момент руководитель группы вошел с улыбкой.

В отличие от членов команды, которые не могли уснуть, дрожа от страха, что могут потерять все деньги, он выглядел очень веселым. У него не было даже намека на темные круги под глазами, казалось, что он крепко выспался после корпоративного ужина.

— А впрочем, он действительно может быть монстром!

— Может быть, он на самом деле инопланетянин?

— Он не человек...

Это была психическая стойкость, которую простые смертные не могли понять.

/-/

— Ежедневный объем торгов KOSPI составляет около 5,5 триллионов вон. И из них средства, которыми мы собираемся управлять, составляют 250 миллиардов. Это около 5%. Это огромная сумма.

— Даже для такой крупной компании, как «Kangsung Electronics», ежедневный объем торгов составляет около 260 000 акций. Это около 400 миллиардов вон. Но если мы вложим 250 миллиардов? Это будет более 60%.

— Обычно, если мы вкладываем от 5 до 10% объема торгов в одну акцию, KRX ставит вас под наблюдение. Затем дело передается в Службу финансового надзора. Если там дело доходит до серьезных последствий...

Это означает нарушение финансового законодательства.

Потому что это может быть расценено как умышленное действие с целью манипулирования ценами на акции.

— На самом деле, Корея очень чувствительна к этому вопросу. Особенно после прошлого скандала с манипулированием акциями с участием «DH Securities», правила стали еще более строгими.

Люди отмечают, что одной из причин, по которой корейский фондовый рынок не может расти так же, как рынок США, являются более строгие финансовые правила по сравнению с другими странами.

До такой степени, что даже банки, с их огромными денежными средствами, могут получать прибыль только за счет маржи по кредитам и депозитам.

Но это неизбежно.

Потому что на корейском фондовом рынке действует слишком много сил.

Другими словами, так много мошенников, которые поднимают шумиху, что пришлось ввести регулирование.

— Вот почему даже здесь, в «Kwangwoon Securities», большая часть наших средств идет в облигации, валюту или зарубежные акции. Корейские акции слишком рискованны, чтобы управлять ими на триллионы вон.

Я ожидал этого, но.

Тем не менее, корейские акции — это определенно нелегкая игра.

По мере того как объем управляемых средств вырос до 100 миллиардов вон, соответствующие нормативные требования также ужесточились.

— А что, если мы разделим заказы на покупку и распределим их?

— Это возможно. Проблема в том, что если 250 миллиардов вон будут исполнены с одного счета с покупками и продажами в течение короткого периода, это тоже станет объектом наблюдения. Перемещение 250 миллиардов за раз достаточно, чтобы вызвать подозрения в манипулировании рынком.

Типичная сумма, с которой работает каждая команда проп-трейдинга, варьируется в зависимости от команды, но в среднем составляет от 30 до 50 миллиардов вон.

Если 250 миллиардов, в несколько раз превышающих эту сумму, вводятся в рынок за один раз, это вызывает подозрения в манипулировании рынком.

Таким образом, если команды проп-трейдинга работают вместе, чтобы намеренно поднять или понизить цены, они могут подвергнуться расследованию со стороны Службы финансового надзора.

Из-за этого, даже когда они работают с фондами на уровне команды, старшие трейдеры управляют деньгами на основе своего индивидуального суждения.

Необходимо распределять такие вещи.

Я также узнал об этом, изучая инвестиции.

— Исследовательский отдел прислал данные? Те, которые я запросил поздно вечером вчера.

— А, да. Исследовательский отдел говорит, что вероятность дефолта Греции невысока. Даже за рубежом почти 97 % считают дефолт маловероятным.

Девяносто семь процентов...

Это была довольно высокая цифра.

— А что думают остальные?

— Ну... конечно, мы думаем, что дефолта не будет.

Похоже, они так думали, потому что сама идея дефолта правительства была абсурдной.

— Но руководитель группы, вы верите, что дефолт обязательно произойдет, верно?

Вчера, когда я прочитал статью, у меня было сильное предчувствие.

Но не помешает перепроверить.

— Я...

Я просмотрел данные, присланные исследовательским отделом.

Предположим, что дефолт все-таки произойдет, какие акции будут затронуты?

В Корее, даже если Греция объявит дефолт, мы не испытаем такого сильного шока, как в случае с Китаем.

Основной проблемой будет финансовый сектор.

В связи с дестабилизацией европейских финансов наша компания и другие финансовые фирмы понесут убытки в виде падения курса своих акций. Кроме того, из-за глобальной экономической нестабильности пострадают потребительские товары.

И самой большой проблемой было исчезновение объема торгов.

Если дефолт произойдет в дополнение к шоку в Китае, люди начнут обналичивать деньги, чтобы купить безопасные активы, такие как золото, или вообще перестанут перемещать свои денежные средства.

Другими словами, не останется ни покупателей, ни продавцов.

Все превратится в пустыню.

Что же тогда будет расти?

Из-за слабого евро экспортные секторы будут показывать хорошие результаты.

В первую очередь это касается полупроводников, электроники и автомобилей.

«……»

Просматривая акции, я медленно поднял большой палец.

«!?»

— Руководитель группы?

Я почувствовал резкий толчок, как от статического электричества.

Это означало только одно.

97 % опрошенных сказали, что дефолт никогда не произойдет...

Греция действительно собиралась пойти на этот безрассудный шаг.

— Я думаю, что 3% опрошенных правы.

— Если вы имеете в виду 3%, то это невозможно...

— Вы действительно думаете, что дефолт произойдет?!

Я медленно кивнул головой.

Члены команды тихо застонали.

— Но я не вижу здесь никаких рекомендаций по опционам?

— А, это... потому что во время последнего китайского шока цены на пут-опционы взлетели до небес. Поэтому большинство брокерских компаний и фондов, даже если они понесли убытки, отозвали все свои опционы. Несмотря на то, что китайское правительство начало принимать меры по стабилизации фондового рынка, эти меры теряют свою эффективность.

Это означало, что после огромного удара все отозвали свои пут-опционы и не выпускали новые.

Поскольку мы обманули их почти на 20-кратную прибыль... На их месте я бы тоже был слишком зол, чтобы попробовать еще раз.

— Даже европейские ETF сейчас полностью иссякли. Из-за китайского шока, который потянул рынок вниз в целом, сами продукты были отозваны.

Денег много, но мест, куда их инвестировать, не так много.

В таком случае у нас не было другого выбора, кроме как перейти на более крупную арену.

— Разве валютный рынок не сможет легко справиться с 250 миллиардами?

Валютный рынок.

Ежедневный объем торгов на нем составляет ошеломляющие 5 триллионов долларов.

Таким образом, это крупнейший финансовый рынок в мире, объем которого составляет примерно 7000 триллионов вон.

Поэтому на этом рынке 250 миллиардов вон были ничем иным, как незначительной суммой.

— Это правда, но... Валютный рынок — это не та сфера, в которой мы можем торговать напрямую, поскольку у нас есть отдельный валютный отдел. Нам нужно специальное разрешение от высшего руководства.

— Если они одобрят, мы сможем это сделать, верно?

— Это должно быть возможно. Иногда они одобряют торговлю иностранной валютой или зарубежными акциями, когда это необходимо.

Это означало, что мне, вероятно, нужно будет встретиться с руководителем отдела напрямую и обсудить это.

— Тогда вы на время отказываетесь от внутреннего фондового рынка?

— Пока мы не получим одобрение, не следует ли нам продолжать торговать на внутреннем рынке?

— Тогда, руководитель группы, как насчет того, чтобы на время снизить сумму инвестиций...

— Нас автоматически будут проверять только потому, что за нами следят?

— Не обязательно. Если только мы не сделаем что-то вроде сброса объема прямо перед закрытием, как в старых случаях манипулирования акциями. Или не перенаправить более 10% объема в одну акцию. Но даже если мы разделим 250 миллиардов на более мелкие покупки, это все равно будет с одного счета, поэтому нас все равно зафиксируют.

Я кивнул, собрал акции, рекомендованные исследовательским отделом, и начал просматривать каждую из них, касаясь их ручкой.

«Что-то в этой акции кажется... не так».

Тогда эту пропустим.

«Эта кажется подходящей».

Тогда эту отметим.

Как и сказал исследовательский отдел, если Греция объявит дефолт, я займу короткие позиции по акциям, которые упадут, и длинные позиции по тем, которые, как ожидается, вырастут.

— Эм... как нам разделить суммы?

Это была самая сложная часть.

Разделение суммы инвестиций.

На сколько нам разделить её, чтобы не нарушить рынок и не попасть под удар наших друзей из Службы финансового надзора?

Честно говоря, даже члены нашей команды не могли сказать наверняка.

— Один момент.

А это сработает?

Сомневаясь, я попробовал написать сумму рядом с акцией.

«……».

Никаких ощущений.

Тогда добавить еще немного?

«……».

Все равно ничего.

Тогда удвоить?

«……!»

Через мое тело прошел острый ток.

Так это и есть подходящая цена?

— Для «HT Motors» используйте столько.

— С-столько? На таком уровне, разве KRX не…?

— Тс. Заместитель менеджера Ан, вы смеете подвергать сомнению указания руководителя группы? Тогда можете сами определить суммы разделения? Только столько, чтобы не попасть в их сеть наблюдения?

— …Извините.

— Руководитель группы, пожалуйста, переходите к следующему.

Я продолжил записывать цифры.

Столько здесь, столько там.

На поиск подходящих сумм ушло некоторое время, но члены команды терпеливо ждали.

Для них я, наверное, выглядел как мошенник, небрежно указывающий на случайные цифры.

— Когда откроется рынок, разместите заказы на покупку точно так, как здесь. А я пока пойду встречусь с начальником отдела. Что касается того, что продавать... Я решу это после завершения покупок.

— Да, сэр.

Я оставил документы членам команды и направился в офис начальника отдела.

Если подумать, это была моя первая встреча с начальником отдела наедине.

/-/

«......»

После ухода руководителя команды Чон Чжин-хо члены команды собрались вокруг бумаги, которую он оставил.

Что могли означать эти цифры?

Были записаны различные суммы, и под каждой из них стояла точка.

— Разве это не похоже на какую-то формулу?

— Да, я не могу понять закономерность.

— Это алгоритм, который может видеть только руководитель группы?

Другими словами, это могла быть формула, содержащая секрет инвестиций руководителя группы Чон Чжин-хо.

Проблема заключалась в том, что, как бы они ни старались, они не могли понять, какую закономерность или значение имели эти цифры.

— Ха. Действительно, похоже, что здесь написана какая-то невероятная формула.

— Но, честно говоря, разве не похоже, что он просто написал суммы в случайном порядке?

— Ты хочешь сказать, что наш руководитель группы просто посмотрел на цифры и выбрал их наугад?

— Ну... нет. Я уверен, что там скрыта какая-то секретная формула.

Члены команды быстро обменялись взглядами.

— Может, каждому сделать по копии? Возможно, мы первые, кто увидел формулу инвестирования руководителя группы в цифрах.

— Да. Хорошая идея.

— Я буду хранить свою копию как семейную реликвию.

— Я попробую расшифровать её, когда будет возможность.

Они относились к бумаге, как к какому-то драгоценному сокровищу, пока реальность не настигла их.

— Но как ни посмотри, суммы кажутся довольно рискованными...

Не говоря уже о дефолте, указанные суммы выглядели несколько ненадежными.

Тем более что Чон Чжин-хо сказал, что будет заниматься краткосрочной торговлей с этими разделёнными суммами.

Если он сделает неверный шаг, Служба финансового надзора обязательно задаст вопросы.

Даже без этого одна оплошность могла привести к потере всего, что они заработали до сих пор.

— Что мы можем сделать? Мы уже в одной лодке. Если умрем, то умрем вместе. Если выживем, то выживем вместе.

Менеджер Со сплотил колеблющиеся умы членов команды.

Благодаря этому им удалось удержать свое пошатнувшееся решение.

— Мы доверяем только руководителю группы. Еще раз, отбросьте свое эго.

— Да, сэр!

— Тогда все расходитесь! Идите готовьтесь!

Действительно, когда сердце бушует, как шторм, сила веры — это то, что помогает вам пройти через все.

/-/

Отдел проп-трейдинга, начальник отдела Ли Тэ-хо был в полном замешательстве из-за хаоса, вызванного шоком в Китае.

— Кто там?

— Руководитель группы Чон Чжин-хо из седьмой команды отдела проп-трейдинга.

«…?»

В настоящее время он является самой обсуждаемой фигурой в «Kwangwoon Securities».

Монстр, который заработал огромное состояние, инвестировав 50 миллиардов вон в разгар серьезного спада.

Он также был нанятым по знакомству, который пользовался полным доверием генерального директора.

— О-о, скажите ему, чтобы он вошел… Нет, пусть входит сразу.

— Да, сэр.

Начальник отдела встал, не осознавая этого.

Странно.

Этот человек явно был ниже его по рангу, но он обнаружил, что ведет себя чрезмерно вежливо.

Вероятно, это было из-за поддержки, но, что более важно, из-за суммы денег, которую заработал Чон Чжин-хо.

В брокерской компании иерархия определяется доходностью.

— Доброе утро, начальник отдела. Извините, что беспокою вас так рано.

— Э-эм, нет. Если это вы, руководитель группы Чон, я всегда могу найти время. Присаживайтесь. Хотите что-нибудь выпить?

— Нет, рынок скоро откроется, поэтому я буду краток и сразу уйду.

Начальник отдела почувствовал облегчение.

Он чувствовал странное напряжение в присутствии Чон Чжин-хо.

— Итак, в чем дело?

— Наша седьмая команда планирует управлять всей суммой в 250 миллиардов на этот раз.

— Что!? В-всей суммой!?

— Да. Проблема в том, что я не думаю, что эту сумму можно обработать исключительно на внутреннем рынке, поэтому я хотел бы перейти на валютный рынок. Но для этого мне нужно разрешение...

Если вы собираетесь переместить 250 миллиардов сразу, то ориентация на зарубежный рынок — определенно правильный шаг.

— Но почему именно валютный рынок? Я имею в виду... с 250 миллиардами вы могли бы взять месяц отпуска?

— Ну... мне не хотелось просто сидеть без дела. На этот раз я хотел бы попробовать инвестировать в евро.

— В евро? Подождите. Из-за Греции?

— Да. Если вы откроете счет, я планирую выделить средства на евро.

— Длинная позиция? Или короткая?

— Скорее всего, короткая.

Короткая позиция по евро?

Это означало, что он ожидал падения евро.

Но разве евро не росло в данный момент из-за шока в Китае?

И тем не менее он говорит, что будет продавать евро.

— Не говорите мне, что вы...

В этот момент Ли Тэ Хо осенила мысль.

— Вы думаете, что Греция сдастся?

То есть, скажем, что они не могут выплатить деньги, объявят дефолт.

— Да.

Ли Тэ Хо на мгновение посмотрел в глаза Чон Чжин-хо.

Его глаза были полны убежденности.

«Но дефолт Греции? Серьезно?»

Это было абсурдно!

Он чуть не схватил его за затылок.

— Заниматься валютными операциями означает... вы говорите, что будете торговать всей суммой в 250 миллиардов в краткосрочной перспективе?

— Да.

Он чуть не схватил его за шиворот во второй раз.

«Этот сумасшедший ублюдок!»

В нормальных обстоятельствах он бы сказал ему прекратить нести чушь.

Но начальник отдела Ли не стал торопиться с выводами.

Человек, стоящий перед ним, был монстром, который заранее предсказал китайский пузырь и заработал сотни миллиардов.

Возможно, его решение действительно было обоснованным.

—...Открытие счета для торговли на валютном рынке займет некоторое время. Но я постараюсь сделать это как можно быстрее.

— Отлично. Буду ждать. Спасибо, начальник отдела.

Когда Чон Чжин-хо слегка поклонился и вышел, Ли Тэ Хо мог только смотреть в пустоту.

Как, черт возьми, он должен был доложить об этом высшему руководству?

«Какой-то сумасшедший ублюдок пытается заниматься краткосрочной торговлей с сотнями миллиардов?»

— Генеральный директор. Это отчет о необычном деле.

«Необычное дело».

Если секретарь принес что-то, обозначенное как «необычное», то причина могла быть только одна.

Это было что-то, связанное с Чжин-хо.

— Какая важная новость на этот раз?

— Он сказал, что хочет открыть счет для торговли на валютном рынке.

— Что?

Внезапно валютный рынок?

— Просьба открыть этот счет означает, не говорите мне...

Мысли генерального директора Хван Дэ Уна, как у ветерана, быстро работали.

Валютный рынок — крупнейший финансовый рынок в мире.

И сейчас Чжин-хо владеет фондами на сумму 250 миллиардов вон.

Если он попытается сразу же оперировать всей этой суммой на внутреннем фондовом рынке и сделает неверный шаг, то в дело вмешается Служба финансового надзора.

Даже крупные брокерские компании боятся Службы финансового надзора.

Похоже, Чжин-хо переключил свое внимание на что-то другое.

«Боже мой. Он мог бы просто взять перерыв».

Когда он превратил 50 миллиардов вон в 250 миллиардов, он мог бы отдыхать целый год, и никто бы ничего не сказал. Но Чон Чжин-хо, этот парень по-настоящему предан делу.

Он как сосна.

Даже в гильдии он тщательно следил за её управлением и заботился о ней.

Поэтому, когда Чжин-хо не заходил в игру, члены гильдии поднимали большую шумиху.

Здесь было то же самое.

Он не умеет отдыхать.

Как и в игре, он всегда что-то ищет.

По его собственным словам, он ищет дофамин или что-то в этом роде.

«Но если это FX, значит ли это, что он планирует вложить деньги надолго?»

Почему на валютном рынке собирается так много денег?

Потому что многие инвестируют туда свои деньги на долгосрочную перспективу.

Правда, FX — это также отличный рынок для дневной торговли.

В отличие от фондовых рынков, которые каждый день закрываются на определенный период, рынок FX работает 24 часа в сутки.

Поэтому «Kwangwoon Securities» имеет отдельный отдел FX, где трейдеры работают посменно, чтобы круглосуточно заниматься торговлей.

Разве цель проп-трейдера не заключается в том, чтобы зарабатывать даже 0,1% в день?

Недостатком является то, что средняя дневная волатильность валютного рынка составляет всего 1–2%, поэтому трудно ожидать огромной прибыли.

«Но я не думаю, что он планирует использовать левередж с такой огромной суммой, как 250 миллиардов».

Может быть, если бы это было 25 миллиардов вон.

Чтобы использовать кредитное плечо с 250 миллиардами, ему понадобился бы прайм-брокер, а никто не станет так легко одалживать триллионы.

Не говоря уже о том, что одна только подготовка маржи будет головной болью.

— Сколько времени нужно, чтобы открыть счет?

— Если мы сделаем это как можно быстрее, то, возможно, сможем ускорить процесс.

— Хорошо. Тогда давайте постараемся открыть его в течение двух дней. Также созовите руководителей. Нам нужно обсудить некоторые вещи.

— Да, сэр.

Чжин-хо продолжал пытаться продвигаться вперед, но на его пути стояли реальные препятствия.

В таком случае, как генеральный директор, который его поддерживает, и как глава гильдии, он должен был помочь расчистить путь, чтобы Чжин-хо мог двигаться вперед без препятствий.

Казалось необходимым создать самую сильную команду в истории «Kwangwoon Securities», которая бы вращалась исключительно вокруг Чжон Чжин-хо.

/-/

— О. Руководитель группы. Вы сегодня так рано?

— Да. К счастью, переговоры закончились хорошо. Начальник отдела сказал, что откроет счет как можно скорее. Вы завершили все покупки?

— Да. Я сделал все точно по инструкции. Я покупал частями, чтобы минимизировать влияние на цену.

— Хорошая работа. Тогда давайте пока подождем.

Я вошел в кабинет руководителя группы и сел на свое место.

Затем вошла заместитель менеджера Ли Хе-рин с чашкой дымящегося кофе.

— Руководитель группы. Удачи и сегодня.

— Спасибо. Вам тоже, заместитель менеджера.

В этой непринужденной атмосфере я сделал глоток утреннего кофе.

В этот момент другие команды уже щелкали клавиатурами и мышками, занятые покупками и продажами с момента открытия рынка, но наша команда просто тихо наблюдала за экраном.

«Разница во времени между Грецией и Кореей составляет 7 часов».

Сейчас там раннее утро.

И чтобы Греция действительно объявила дефолт, нам придется подождать до даты погашения, до которой ещё оставалось некоторое время.

«Может, мы вошли слишком рано?»

Что, если, вопреки моим ожиданиям, дефолт не произойдет?

Нет. Я решил не думать об этом.

Ведь до сих пор моя интуиция ни разу не подводила меня.

Естественно, что сердце колеблется, ведь я человек.

Но я стал гораздо лучше, чем раньше.

«Это значит, что нам, возможно, придется следить за ситуацией еще как минимум несколько дней».

Возможно, Греция попросит больше времени и продлит срок погашения.

Если это произойдет, то до тех пор для нас ничего не изменится, и нам нечего будет делать.

«Может, почитать книгу?»

Я достал одну из книг по инвестированию, которые купил для изучения.

Книгу, считающуюся библией инвесторов.

«Разумный инвестор»

Автором этой книги является Бенджамин Грэм, известный как отец ценностного инвестирования, и он подчеркивает несколько ключевых моментов.

[Смотрите на ценность компании]

[Стремитесь только к ценности, а не к сиюминутной цене]

И наиболее подчеркнутая часть книги была следующей.

[Не поддавайтесь влиянию краткосрочной волатильности рынка]

[Краткосрочное инвестирование — это спекуляция]

Другими словами, он говорил, что не следует заниматься краткосрочным инвестированием.

«......»

Странно, но я почувствовал укол совести.

Я прекрасно понял смысл книги.

В ней говорится, что нужно смотреть на стоимость компании и делать долгосрочные инвестиции, но проблема в том, что в Корее, даже если стоимость компании хорошая, цена не следует за ней.

Это потому, что корейский индекс KOSPI больше ориентирован на краткосрочную прибыль, чем на долгосрочную.

«Я знаю, что инвестирование в ценные бумаги тоже хорошо, но...»

Держать акции 10, 20 или даже 30 лет?

Я покачал головой.

Я просто не думал, что смогу это сделать.

Я стремился не к инвестированию в ценные бумаги, которое проповедуют все легендарные инвесторы, а к инвестированию в дофамин.

Кроме того, отдел проп-трейдинга презирает инвестирование в ценные бумаги.

«Тем не менее, время пролетело быстро».

Не успел я оглянуться, как уже наступило полдень.

Раз все равно нечего было делать, может, предложить пойти пообедать?

Обычно трейдеры редко обедают в это время, но наша ситуация была другой.

«Тогда, прежде чем уйти, в последний раз...».

Перед тем как выйти из кабинета руководителя группы, я небрежно проверил акции, которые мы купили.

Сейчас не должно быть никаких сигналов, но на всякий случай... Ух! Ой, как больно!

Я инстинктивно отдернул руку от мыши, почувствовав сильный сигнал.

«Почему сигнал пришел сейчас?»

Греки что, не спят?

/-/

Сегодня в офисе было холодно.

Не из-за температуры, а потому, что члены команды были нервны.

Целых 250 миллиардов вон.

Даже потеря всего 1% означала 2,5 миллиарда.

Эта сумма была эквивалентна тому, что обычный проп-трейдер обрабатывал за один раз.

— Но что, если и короткие, и длинные позиции пойдут не так, и мы потеряем 10%, это 25 миллиардов!

— Тише, заместитель менеджера Ан.

— Извините. Я просто нервничаю...

— Я же говорил вам, что трейдеру нужна сильная психическая устойчивость.

— Но разве в такой ситуации не нервничал бы любой?

Сразу после закрытия позиций и командного ужина настроение было хорошим.

Но когда мы открыли глаза, мы были полностью вооружены патронами и снова брошены на поле боя.

— В такие моменты смотрите на нашего руководителя группы.

Все одновременно повернули головы к руководителю группы за стеклянной стеной.

Он сидел прямо, читая книгу.

И не просто книгу, а книгу об инвестициях!

— Вау... Даже такой человек, как он, изучает инвестиции. Наверное, ему уже нечего учиться.

— Ты знаешь, как говорят. Смирение — это обучение. Он продолжает учиться бесконечно.

— Когда я думаю о 250 миллиардах вон, вложенных в рынок, буквы не регистрируются в моих глазах.

— Разве не так выглядит настоящий лидер? Если бы человек, стоящий над нами, дрожал, как мы, все бы развалилось.

Но все они знали.

Если что-то и должно было произойти, то не раньше, чем после закрытия рынка.

— Сейчас в Греции рассвет. Независимо от того, объявят ли они дефолт или заплатят, ещё есть время.

— Хм. Тогда может, нам тоже стоит что-то сделать?

— Да, почему бы и нет. Все, почитайте книги по инвестициям, как руководитель группы. Если даже такой человек учится, то и мы должны.

И в этот момент.

Вдруг вокруг раздались громкие звуки.

— Что? Это правда?

— Не может быть. Эти сумасшедшие ублюдки действительно сделали это?

Услышав крики членов других команд, они задались вопросом, что происходит.

И действительно.

— Менеджер! Это не Греция! Только что появилось заявление МВФ!

По мере приближения срока погашения МВФ предложил греческому правительству продлить срок.

Но ответ был отрицательным.

Они не намеревались возвращать деньги.

— Это действительно произошло. Греция объявила дефолт.

— Сумасшедшие ублюдки.

Как и сказал руководитель группы Чон Чжин-хо, как и предсказал он, все оказалось именно так.

— Всем.

В этот момент сзади раздался священный голос, и все обернулись.

— Пора работать.

/-/

В KRX есть отдельный орган, известный как Комитет по надзору за рынком.

Система мониторинга, предназначенная для обеспечения справедливой и прозрачной торговли на внутреннем фондовом рынке.

Здесь в первом раунде надзора отфильтровывается то, что необходимо решить.

Несмотря на это, иногда появляются признаки серьезных проблем.

Затем дело переходит на следующий этап.

— Руководитель группы. Только что поступил запрос о совместном надзоре от KRX.

Он был от Специального следственного отдела Службы финансового надзора.

Поскольку очень много людей пытаются использовать внутренний фондовый рынок в своих интересах, в Корее действует гораздо более строгая система надзора по сравнению с другими странами.

Это полностью подавило рост рынка, но, с другой стороны, сократило количество жертв.

— Какая компания?

— «Kwangwoon Securities».

— Опять «Kwangwoon Securities?»

«Kwangwoon Securities».

Они находятся под усиленным наблюдением со времени китайского шока.

Единственная компания, которая получила прибыль во время этой катастрофы.

Ходили слухи об инсайдерской торговле, но проблема заключалась в том, что заявления китайских регулирующих органов не могли быть использованы для обоснования обвинений в инсайдерской торговле.

И как раз когда ситуация, казалось, успокоилась после того, как они вывели все свои деньги...

Сегодня утром они снова сделали ход.

— Вероятно, они не могли вложить все 250 миллиардов в одно место, поэтому, похоже, они попытались распределить их как можно шире...

— Несмотря на то, что они разделили деньги, в каждую акцию ушло довольно много.

— Верно. Неудивительно, что KRX подала запрос.

Тем не менее, этого было недостаточно для прямого предупреждения или санкций.

Если бы было явное манипулирование рынком, Служба финансового надзора могла бы приостановить торговлю, но...

— Они довольно жестко следуют правилам.

Это была весьма неоднозначная сумма.

Они вложили именно столько, сколько нужно, идеально рассчитав, чтобы не перейти черту.

Это выглядело как командная операция, и было интересно, кто был лидером команды.

«Может быть, кто-то, кто хорошо знает Службу финансового надзора?»

Даже опытный ветеран затруднился бы добиться такой точности.

«Но, что странно, нет никаких значительных изменений».

Они вложили деньги, и все было тихо.

Обычно те, кто пытается манипулировать рынком, безрассудно завышают цены, но в данном случае покупки осуществлялись частями, чтобы минимизировать воздействие.

Тем не менее, расслабляться было не время.

Они могли сбросить все с помощью внезапной распродажи перед закрытием рынка и обрушить цены.

— Что? Руководитель команды. Они двигаются.

Затем, через некоторое время.

Игроки наконец-то снова начали двигаться.

Проблема заключалась в том, что двигались не только они.

— Черт. Греция действительно все испортила.

Весь рынок дрожал из-за заявления МВФ.

После китайского шока теперь ещё и дефолт Греции?

Из-за психологического воздействия некоторые сбрасывали акции, а другие спешили их покупать.

Теперь, когда дефолт Греции стал реальностью, некоторые акции росли, а другие падали.

Но было ли это просто совпадением?

— Они единственные, кто получает прибыль?

Длинные позиции по растущим акциям, короткие по падающим.

Их позиции с утра были правильными.

И что это означало?

— Они знали, что сегодня произойдет дефолт.

Но после Китая теперь и Греция?

Насколько хороша их информационная сеть?

Даже крупнейшие брокерские компании страны, казалось, были совершенно не в курсе.

— И они даже занимаются дневной торговлей прямо сейчас, перемещая деньги туда и сюда, совершая краткосрочные сделки?

Ещё более удивительно, что они не останавливались на этом, а продолжали покупать и продавать, плывя по волнам волатильности.

Их сделки совершались в безупречный момент, как хождение по канату с предельной точностью.

Их острые навыки были достаточны, чтобы оставить любого безмолвным.

Очевидно, что это не была работа отдельных членов команды.

Кто-то контролировал все сверху.

И делал это как по волшебству.

«Кто же является дирижером этой команды?»

/-/

Перед тем, как приступить к полномасштабной торговле.

Я распределил каждому члену команды свою долю.

Для того, чтобы мы могли осуществлять краткосрочные сделки, наша координация должна была быть идеальной, но я не мог просто выбегать из кабинета руководителя группы, чтобы отдавать приказы каждый раз, когда наступало время покупать или продавать.

«…….»

Сначала я думал, что просто буду отправлять сообщения.

Но после того, как появилось заявление МВФ, я вышел из кабинета чтобы встретиться с командой.

Внезапно я получил сигнал.

Прямо в том направлении, в котором я смотрел.

Поэтому я подошел к заместителю менеджера Ли Хе-рин и сказал ей продать позицию, которую она держала.

И мы получили от этого прибыль.

Подумав, что это может быть не случайность, я продолжал перемещаться между членами команды.

И когда я снова повернулся в определенном направлении, это ощущение вернулось.

На этот раз оно было направлено на менеджера Со.

— Менеджер. Продавайте.

— А, да!

Как только я дал указание и повернулся, я почувствовал, как по моей шее пробежал холодок.

— Менеджер.

— А, да. Я продаю вышку...

— Купи обратно.

— Простите?

— Быстрее.

— Ах. Да!

Я суетливо перемещался по офису.

— Заместитель менеджера Ан, покупай сейчас.

— Да!

Когда члены команды увидели, что я приближаюсь, они напряглись, а когда прозвучал приказ, они судорожно застучали по клавиатурам и мышкам.

Мне показалось, что мы снова после долгого перерыва штурмуем подземелье.

В таких ситуациях лидер рейда также отдавал членам рейда приказы в режиме реального времени для каждого конкретного паттерна. Мне показалось, что я снова переживаю это.

— Заместитель директора Ан, купите снова.

— Что? Я только что продал...

Пока заместитель директора Ан колебался, на него обрушился гневный голос менеджера Со.

— Заместитель директора Ан! Я же сказал вам отбросить свое эго!

— А, да! Уф! Извините! Я нажал не ту кнопку...!

Даже в рейде были участники, которые из-за нервозности допускали ошибки, все было точно так же.

— Ничего страшного. Не переживай. Мы просто заработаем это обратно.

— Уф. Простите!

С этими словами мы вступили в торговлю, нет, в рейд, готовые победить босса под названием «возврат инвестиций».

/-/

— Уф. Наконец-то!

Если есть начало, то всегда есть и конец.

Когда рынок закрылся и я оглянулся, на лбу у меня выступил пот, а спина была полностью пропитана.

— Хорошая работа, ребята.

— Уф. Я так напрягся, что шея и плечи совсем затекли.

— У меня то же самое.

Это был самый безумный торговый опыт в нашей жизни.

Десятки и сотни миллиардов летали туда-сюда в мгновение ока, а все, что мы делали, — это следовали командам руководителя группы и кликали.

Каждый раз, когда приближались шаги руководителя группы, все наши тела напрягались от напряжения. И в момент, когда давалась команда, мы должны были действовать без секундной задержки.

Может быть, это было из-за того, что мы были так напряжены.

Мы действительно сделали несколько ошибок, но руководитель группы великодушно пропустил их.

Он сказал своим спокойным голосом: «Мы просто заработаем это обратно», что помогло немного ослабить напряжение.

Но все же.

— Я чувствую, как жизнь покидает меня.

— Это потому, что я слишком пропитался дофамином, или просто потому, что адреналин взорвался как сумасшедший.

— Уф. Каждый раз, когда я делал ошибку, у меня замирало сердце. Мне было больно от самого беспокойства.

— Мы все нервничали, но, с другой стороны, разве мы когда-нибудь испытывали такой прилив дофамина?

— Мы занимались краткосрочной торговлей с 250 миллиардами вон.

Даже после закрытия рынка наши руки все еще слегка дрожали.

— Сколько мы заработали? Достигли 5%?

— 5%? Мы достигли 35%.

— Что?! Тридцать пять процентов?! За такое короткое время?!

— Это правда?

Все, что мы делали, — это следовали инструкциям руководителя группы.

И мы получили прибыль в 90 миллиардов вон из 250 миллиардов.

— Вау. Это не имеет никакого смысла. Я имею в виду, серьезно. Тридцать пять процентов на краткосрочной сделке...

— Он может видеть будущее? На чем основаны его решения? Я все еще не понимаю.

— Получить большую прибыль — это здорово, но... Я так устал, что даже пальцем пошевелить не могу.

За все время нашей работы в качестве проп-трейдеров это был первый раз, когда мы были так физически измотаны.

Мы же не занимались каким-то интенсивным тренингом или чем-то в этом роде.

Все, что мы делали, — это нажимали на несколько кнопок.

«Но, э-эм...»

В этот момент за нами появился руководитель группы.

Он давил на виски, как будто у него болела голова.

— Валютный рынок работает 24 часа в сутки, верно?

— Э-эм... да.

Почему он вдруг заговорил об этом?

Меня охватило беспокойство.

— Тогда, как только наш счет будет открыт, мы сможем работать ещё дольше, чем сейчас, верно?

— А-а? Ну... да?

— О-о-о...

Руководитель группы кивнул с удовлетворенным видом и вернулся в свой кабинет.

— Он что, сказал «О-о-о...»?

— Он кажется... очень довольным...

— Значит, теперь мы будем работать 24 часа в сутки?

— О-о-о…!

Давно я так не потел.

Это было похоже на то, как будто я отправлялся в новый рейд с гильдмастером.

«Это было весело...»

Это было весело, но была одна проблема.

«У меня слишком сильно болит голова».

Подумайте сами.

Если дрожь, от которой трясется все тело, продолжается каждые несколько секунд, в конце концов доходит до того, что даже когда пытаешься взять стакан, чтобы попить воды, не чувствуешь, что держишь его в руке.

Не чувствуешь даже, как вода стекает по горлу.

И это ещё не все.

Мои виски словно дымили, как перегретый двигатель.

Поэтому я остановился.

До закрытия рынка еще было время, но я почувствовал, что, если продолжу, может случиться что-то серьезное, поэтому остановился.

— Руководитель группы. Вы сегодня очень усердно работали.

— О. Заместитель менеджера Ли. Вы ещё не ушли с работы?

Члены группы, которые последовали моему примеру и ворвались на рынок, как на рейд, были все измотаны, поэтому я сказал им, что они могут уйти, а материалы упорядочить позже.

— Я не могла просто уйти, пока вы ещё здесь, руководитель группы. Другие тоже не могли уйти.

— Вы действительно не должны этого делать.

— Ах, и руководитель группы. Вот.

Заместитель директора Ли Хе-рин протянула мне две таблетки вместе с бутылкой воды.

— Это таблетки от головной боли. Я держу их в аптечке в офисе, но вы сегодня все время давили на виски, поэтому я подумала, что они вам могут понадобиться.

— Ах. Спасибо.

Как и ожидалось, нет никого, кто бы мог сравниться с заместителем Ли.

Обычно я не из тех, кто регулярно принимает лекарства, но сегодня я должен их принять.

— И руководитель группы, вы регулярно принимаете витамины и прочее?

— ……Нет.

— Что! Серьезно? Тск. Так не пойдет. Я закажу и оставлю их в офисе, так что, пожалуйста, принимайте их ежедневно.

— Вы действительно не должны заходить так далеко...

— Головные боли, отсутствие концентрации и усталость глаз — все это происходит из-за недостатка питательных веществ. Офисные работники не принимают добавки без причины. Я выберу что-нибудь подходящее для мужчин, так что, пожалуйста, обязательно принимайте их.

Я часто слышал, что чем старше становишься, тем важнее принимать добавки.

Особенно для таких, как я, кто долгое время был безработным, говорили, что нам не хватает витаминов, потому что мы не получаем достаточно солнечного света.

Но когда дело доходит до их приема, это хлопотно, и надо постоянно о них помнить, поэтому я просто игнорировал это.

Но если заместитель руководителя подготовит их для меня...

— Я с благодарностью их приму.

— Вот и хорошо~. Я подберу нужный баланс. Я своего рода специалист в этой области. О, кстати, руководитель группы. Вы занимаетесь спортом?

«.....»

Я медленно покачал головой.

— Руководитель группы. Для офисных работников выносливость — это жизнь. Я знаю, что вы устаете после работы, но вам обязательно нужно заниматься спортом.

— А вы... занимаетесь спортом?

— Да, почти каждый день.

Так что красота не просто дается от природы, её нужно поддерживать усилиями.

— Наш корпоративный тренажерный зал очень хорошо оборудован. Поэтому я занимаюсь здесь каждый день.

Неудивительно, что она сразу после работы куда-то устремляется.

Это был тренажерный зал.

— Как раз вовремя. Руководитель группы. Хотите пойти со мной сегодня в тренажерный зал?

— Эм?

С Ли Хе-рин? В спортзал?

Конечно, я бы с удовольствием, но…

— У меня сейчас нет сменной одежды.

— Ничего страшного. Если вы подойдете к стойке регистрации, персонал одолжит вам спортивную одежду вашего размера. И кроссовки тоже! Похоже, наша компания очень ценит физические упражнения, раз у них есть такая система.

Поистине, высшая форма компании — это её система социального обеспечения.

Гильдмастер, похоже, уделяет этому большое внимание.

— Но... я давно не занимался спортом.

Самое большее, что я делал, — это поднимался по лестнице в метро.

В последнее время я часто ездил на такси, так что даже этого не делал.

— Тогда пойдемте вместе после работы, руководитель группы.

— А-а... ладно. Пойду.

Почему-то я чувствую легкое возбуждение.

Но интересно, как много она тренируется.

Я понятия не имею, как поднимать тяжести и все такое.

Честно говоря, тренировки — это такая морока.

Тренироваться после работы?

Это же безумие!

Если бы не заместитель менеджера, я бы даже не подумал о том, чтобы пойти.

Но сегодняшний рейд... нет, прыжок на рынок и безумная краткосрочная торговля заставили меня понять кое-что.

Если я хочу продолжать торговать в течение длительного времени, выносливость абсолютно необходима.

Даже это перегруженное и жгучее ощущение в висках, вероятно, тоже связано с выносливостью.

«Здоровье — это самое важное».

Даже если это раздражает и утомляет, я должен заниматься спортом.

Только так я смогу продолжать играть на рынке в течение долгого времени!

— Ого. Здесь больше людей, чем я ожидал?

— В наши дни много людей занимаются спортом. Если ты работаешь в офисе, ты начинаешь чувствовать, что умрешь, если не будешь заниматься спортом...

Неужели?

Разве люди не умирают от тренировок?

Я даже не знал, что спортзалы бывают такими большими.

Я также впервые узнал, что офисные работники такие прилежные.

Больше всего мое внимание привлекло то место вон там.

Место, где раздавались монструозное дыхание и звук стука железа.

Один человек занимался с гирями, его мускулы казались готовыми лопнуть, демонстрируя, что он король этого места.

— Хм?

— О, здравствуйте, руководитель группы.

Это был руководитель группы Пак Хон-со, человек, рожденный для тренажерного зала.

— Что? Руководитель группы Чон? Кажется, я впервые вижу вас здесь?

— Он решил начать заниматься со мной с сегодняшнего дня.

— Правда? Вы раньше занимались?

— Нет. Я полный новичок.

— Правда?

По какой-то причине руководитель группы Пак Хонг-со, который всегда был тихим, вдруг начал улыбаться.

— Тогда, может быть, вы думаете научиться правильно заниматься?

— Если я уже занимаюсь, то лучше научиться правильно.

— Правда?

На этот раз уголки его рта почти доходили до ушей.

У меня было предчувствие, что что-то идет не так, но было уже слишком поздно.

/-/

После китайского шока наступил кризис дефолта Греции.

На рынке не было ни одного спокойного дня.

— Люди, которые занимаются акциями, наверное, чувствуют, что мир просто обманывает их.

Именно поэтому Служба финансового надзора должна внимательно следить за рынком в такие моменты.

Все переживают тяжелые времена.

Естественно, что у людей появляются плохие мысли.

Эпоха бездумных манипуляций с акциями, как в начале 2000-х, ушла благодаря строгим системам финансового мониторинга, но, честно говоря, это не значит, что это невозможно.

Это просто вопрос смелости.

Проблема в том, что такая смелость — это просто безрассудство.

В начале 2000-х годов ежегодно в среднем регистрировалось 500 случаев манипуляций с акциями.

Но по мере расширения регулирования их число постепенно сократилось до примерно 100.

Даже среди этих 100 случаев суммы не были такими уж большими.

Поэтому многие из них заканчивались как подозрительные случаи.

«Но это... как я должен это интерпретировать?»

Руководитель группы Ю Сан-гу просматривал данные о торговых операциях за несколько часов.

250 миллиардов вон было перемещено командой «Kwangwoon Securities».

Сначала он подумал, что они просто где-то припарковали деньги, но потом они начали совершать краткосрочные сделки с этой суммой.

На этом уровне это было нарушением рынка.

Но было ли это действительно нарушением рынка?

Исходя исключительно из суммы, это выглядело как нарушение рыночного равновесия, но если посмотреть на их торговую деятельность, то все становится неоднозначным.

В конце концов, руководитель группы Ю Сан-гу решил, что это выходит за рамки его компетенции, и направился в кабинет директора.

— О. Руководитель группы Ю. Что случилось?

— Я пришел, чтобы сообщить кое-что.

Руководитель группы Ю Сан-гу объяснил, что произошло на внутреннем фондовом рынке во время кризиса, связанного с дефолтом Греции.

— Что? 9... 90 миллиардов!?

— Да.

— Подождите минутку. Разве в данных нет ошибки? Я имею в виду, даже если они совершили краткосрочные сделки на 250 миллиардов, как это превратилось в 90 миллиардов? А? Они увеличили объем заказов непосредственно перед закрытием рынка, чтобы манипулировать им?

— Я проверил это несколько раз. И если посмотреть на записи о сделках, то 90 миллиардов — это чистая прибыль. Они получили около 35% от первоначальной суммы. Они не торговали вблизи закрытия рынка, возможно, чтобы не повлиять на цену акций.

Директор Службы финансового надзора Ли Хун-вон несколько раз проверил данные о сделках, переданные руководителем группы Ю.

— Вы знаете о старом деле о манипуляциях «DH Securities», верно?

— Конечно.

— Есть ещё несколько человек из того дела, которых мы не поймали. Эти ублюдки планировали это целых два года, прежде чем приступить к делу. Они сбросили 2 триллиона вон прямо перед закрытием рынка. Вы знаете, сколько денег заработали эти ублюдки?

— Разве не около 50 миллиардов?

— Да. 50 миллиардов. Но эти парни два года надрывались, чтобы заработать всего 50 миллиардов, а теперь они либо в розыске, либо за решеткой. Между тем, эта команда заработала 90 миллиардов всего за несколько часов. Вам это кажется нормальным?

— Именно поэтому я и пришел к вам, директор. Честно говоря, я не думаю, что это входит в сферу моей компетенции.

Директор ещё раз проверил данные о транзакциях.

— Вы говорите, что эти парни уже были на месте до того, как разразился греческий кризис?

— Да. Затем, как только произошел инцидент, они начали повторно вводить и выводить деньги, чтобы получить краткосрочную прибыль.

— Ха. Это весьма неоднозначная ситуация. И вы говорите, что это те же парни, что и в случае с китайским шоком? Те, которых мы преследовали по всему Ёидо?

— Да. Это та же команда.

Была причина, по которой руководитель группы пришел к директору, не зная, что делать.

Обычно так называемые манипуляционные группы начинают свою деятельность в так называемых «читальных залах», собирая деньги по принципу финансовой пирамиды, торгуя через счета, открытые на чужие имена, и неоднократно манипулируя ценами на акции.

Следующим шагом являются зарубежные фонды, эти парни действуют открыто, даже с официальными титулами.

Но это была «Kwangwoon Securities».

И это была команда, принадлежащая брокерской фирме.

Были случаи, когда внутренние сотрудники участвовали в манипуляциях, но никогда раньше команда, имеющая в распоряжении миллиарды, не манипулировала как единое целое.

— Но разве это можно назвать манипуляцией? Как ни посмотри, это выглядит как законная торговля.

— Да. Это законно, но проблема в масштабах. Все остальные — в легком весе, а они — в супертяжелом.

— Тогда позвольте спросить: можно ли получить такую прибыль в таких масштабах, исключительно за счет краткосрочных сделок?

— …Нет.

— Именно. В этом и проблема. Я имею в виду, кто, черт возьми, это придумал? Вы действительно считаете, что такая доходность имеет смысл?

Они оба знали.

«Kwangwoon Securities» технически не сделала ничего плохого.

Они просто пошли по течению, как и все остальные, и получили деньги.

Проблема была в доходности.

Проблема была в том, что они за короткое время заработали 90 миллиардов.

Это было то, что можно назвать «преступлением дерзости».

Конечно, не то чтобы Служба финансового надзора официально так считала, но общественное мнение могло бы.

Ничто не раздражает так, как видеть, как кто-то другой зарабатывает деньги.

— Пока это не проблема, но что, если в следующий раз они провернут эту аферу не с 250 миллиардами, а с 2,5 триллионами?

— Одной только мысли об этом страшно.

Сегодня они провели краткосрочные сделки на 250 миллиардов и потрясли не только KRX, но и FSS. А теперь представьте, что они придут с деньгами в триллионном диапазоне?

Это будет катастрофа.

— Пока держите их под наблюдением. Эти парни, похоже, не собираются на этом останавливаться.

— Да, сэр.

Кто-то однажды сказал.

Что Служба финансового надзора — это место, где затачивают лезвие.

Чтобы, когда оно взмахнет, оно могло одним ударом чисто срезать цель.

Чисто, без последствий.

Вот почему нужны оправдания и нужны доказательства.

Кто бы ни был лидером этой команды, он явно что-то сделал.

Будь то манипуляции или инсайдерская торговля.

Иначе такой доход невозможен.

— Но что, если это действительно просто мастерство?

— Тогда через несколько лет рейтинг самых богатых людей мира изменится.

Двое мужчин погрузились в тяжелое молчание.

— Так?

— Ха-ха. Это определенно манипуляция. Мастерство? Не смеши меня. Я буду следить за ними, пока не найду доказательства.

— Хорошо. Сообщите мне, как только что-нибудь выяснится.

— Да, сэр.

«Самый богатый человек в мире, да».

Директор покачал головой.

«Не может быть, чтобы что-то подобное произошло в нашей стране».

/-/

— Эй. Как, черт возьми, тебе удается добиваться таких безумных результатов? Ты что, серьезно одержим или что?

— Мне просто повезло, вот и все.

— Повезло? Ха-ха. Наш Чжин-хо теперь тоже умеет врать. Как это может быть везением? Если бы тебе так везло, ты бы десять раз выиграл первое место в лотерее.

Мы с гильдмастером были в нашем обычном месте для барбекю и наполняли наши голодные желудки свиной грудинкой.

Завтра был выходной, поэтому мы также наслаждались выпивкой.

— Это действительно раздражает.

— Что именно?

— Я взял тебя в компанию исключительно для того, чтобы помочь тебе, ты же знаешь. Но почему-то помощь получаю я.

— Да ладно тебе. Просто вытащить безработного бродягу из его пещеры — это уже более чем достаточно, чтобы я был благодарен.

— Нет, правда. Спасибо, Чжин-хо. В такие моменты я понимаю, что мне действительно везет с людьми.

— Уф, ты опять говоришь банальности. На, выпей.

— Ха-ха. Как я могу отказаться, когда ты наливаешь? Я выпью с благодарностью. Ах, кстати, что с патчем на этот раз? Я слышал, что мой класс ослабили.

— Ах, это. Это косвенное ослабление, но тебе действительно досталось.

— Эти проклятые разработчики всегда копаются в моем классе.

— Ну, твой класс был немного сломан.

— Что!?

Генеральный директор и я на время отложили разговор о работе и, верные своим геймерским корням, перешли к разговору об играх.

После почти двухчасового разговора генеральный директор первым вернулся к делу.

— О нет. Мы снова говорили только об играх.

— Ну, честно говоря, такие разговоры самые интересные.

— Хе-хе. Согласен, но я позвал тебе сегодня, потому что у меня было что-то обсудить.

Глава гильдии показал мне документ на планшете.

[Создание нового отдела высшего уровня]

— Я планирую создать новый отдел.

— Отдел?

— Да. Как только этот отдел откроется, ты станешь его директором.

— Что?!

Подождите, я же ещё не так давно стал руководителем группы.

— Ты уверен, что это нормально?

— Все в порядке. Никто из руководителей не против. Как я уже говорил в прошлый раз, твоя результативность — это твоя визитная карточка. Кроме того, этот новый отдел будет отличаться по своему характеру. Ты же подавал заявку, верно? Чтобы открыть доступ к рынку FX?

— Ах, да.

— Обычно каждый отдел занимается разными вещами. FX, рынок, облигации, акции, деривативы и т. д. Типы, с которыми они работают, различаются. Но для этого отдела я планирую открыть все счета, чтобы ты мог заниматься любой торговлей.

Другими словами, новый отдел будет неограниченным и сможет заниматься всеми типами торговли.

— Ты единственный, кто может контролировать все это. Конечно, в нем не будет такого большого количества сотрудников, как в других отделах. Поскольку ты будешь выполнять функции диспетчерской, слишком много персонала может привести к хаосу. Но если тебе понадобится кто-то, просто скажи. Я наберу команду для тебя.

Я с трудом сглотнул.

Даже во время последней торговой сессии торговлей занимались всего несколько человек.

Но теперь масштаб будет намного, намного больше?

Это действительно станет похожим на рейд с десятками участников, как в играх.

— О, и было бы лучше, если бы ты сам выбрал ключевых членов команды. Но я подумал, что ты, возможно, не знаешь людей достаточно хорошо или считаешь это хлопотным, поэтому я уже отобрал нескольких рекомендуемых кандидатов и составил список. Просто взгляни на него.

— А, хорошо...

От рядового сотрудника до руководителя группы, а теперь от руководителя группы до начальника отдела одним прыжком.

И все это за невероятно короткое время.

А теперь у меня даже появилось право лично выбирать основных членов команды.

Он действительно планировал поддерживать меня до конца.

«...»

Я пролистал список рекомендуемых кандидатов.

Но смог ли я что-то понять, просто посмотрев на него?

Вероятно, у всех них было лучшее образование, чем у меня, и гораздо больше опыта...

«!?»

Я чуть не уронил планшет.

— Что? Ты уже пьян? Мы выпили всего три бутылки.

— Ха-ха. Ни за что.

Я снова выпрямил планшет.

«Я определенно это почувствовал».

Это острое ощущение, как искра, пронзившая мою руку.

«Если это так, то может быть...».

Это инстинкт подсказывает мне, какие члены команды будут для меня подходящими?

[Благодаря драматическому соглашению между греческим правительством Сиризы и ЕС, был одобрен третий пакет финансовой помощи. Сумма помощи была установлена в размере 86 миллиардов евро, и в результате Греция вновь должна будет принять меры жесткой экономии. Однако в ответ на это решение греческая общественность в настоящее время выражает свое несогласие…….]

Кризис дефолта Греции стал первым случаем, когда развитая страна не смогла погасить свой долг.

В результате европейский фондовый рынок пошатнулся, и это затронуло и нашу страну.

Тем не менее, наша страна не понесла значительного ущерба от греческого кризиса.

Однако китайский шок стал важным событием, повлиявшим на мировую экономику, и, похоже, МВФ также осознавал это.

Таким образом, несмотря на то, что МВФ заявил, что третьего пакета финансовой помощи не будет, он был вынужден достичь соглашения с греческим правительством, чтобы стабилизировать мировой фондовый рынок.

Было жаль предоставлять финансовую помощь, но это по крайней мере предотвратило коллапс рыночной экономики, подобный эффекту домино.

«Ситуация нормализовалась быстрее, чем я думал».

После дефолта МВФ действовал как можно быстрее, чтобы минимизировать шок.

В тот день, когда мы совершили дневные сделки на 250 миллиардов, было как раз подходящее время для заработка.

— Вау. Брат. Ты теперь даже по выходным смотришь экономические новости? И с самого утра? Парень, который раньше начинал утро с игр, действительно изменился.

— Тебе следует больше спать, ведь сегодня выходной. Почему ты не спишь?

— Уф. Даже не спрашивай. Я собиралась поспать подольше, но мне внезапно позвонили из другого отдела. Они сказали, что с файлом, который я отправила в пятницу, что-то не так. А ты не идешь на работу? Разве ты не говорил, что твоя компания заставляет тебя работать по выходным?

— Ах. В последнее время мне не нужно.

Напряженная жизнь современных людей.

Моя младшая сестра по-прежнему страдала от работы даже в выходные.

Обычно я тоже должен ходить на работу по выходным, но я не пошел, потому что не было ничего, что мне действительно нужно было сделать.

Даже когда я попытался пойти, члены моей команды меня не пустили.

— Ах, этот чертов компьютер. Загрузка длится вечно.

Уже раздраженная тем, что получила рабочий звонок ранним утром в приятный выходной день, моя сестра вымещала свое недовольство на ноутбуке.

Но даже мне он казался невероятно медленным.

— Он все еще не загрузился?

— Да. Я использую его с тех пор, как училась в школе. Он старый.

Моя сестра всегда была бережливой.

У нее была привычка не тратить деньги бездумно и всегда быть экономной.

Поэтому она хорошо умела экономить деньги, интересовалась финансовым планированием и редко меняла свои электронные устройства.

«Хм».

Мне стало немного жаль сестру, сидящую перед компьютером, который загружался весь день, и уставившуюся в экран.

— Это срочно?

— Что? А, да. Если я закончу до полудня, то все будет в порядке. Но я подумала, что лучше покончить с этим побыстрее, чем тянуть.

— Правда? Тогда пойдем.

— Что? Так внезапно? Куда мы пойдем?

— Купить тебе новый ноутбук.

— Что?

Я вышел с сестрой на улицу и направился в магазин электроники.

— Нет, брат. Тебе не нужно мне его покупать. Ты что, богатый или что? Ах да, ты говорил, что твой последний чек был на 700 миллионов вон. Я все равно не могу в это поверить. Как можно заработать 700 миллионов вон?

— Это потому, что доход проп-трейдера зависит от результатов.

— Насколько удачно ты инвестировал и сколько! В любом случае, половина этой суммы уйдет в Национальную налоговую службу, верно? И ты ведь не будешь получать прибыль каждый день. А что, если в следующем месяце ты останешься ни с чем? Ты должен экономить и инвестировать в свое будущее!

— У меня денег хватает.

Тем не менее, моя сестра продолжала повторять: «Ты действительно не обязан покупать мне его...»

Но она не могла скрыть легкую улыбку, которая появилась на её лице, когда почувствовала радость от покупки нового ноутбука.

— Ты так говоришь, но я знаю, что ты счастлива.

— Конечно, я счастлива! Но я просто чувствую, что я тягочу тебя, и что я доставляю тебе неприятности, вот и все.

— Ничего страшного. Для этого я и зарабатываю деньги.

Я зашел в магазин электроники и посмотрел ноутбуки.

Поскольку я тоже геймер, я довольно хорошо разбирался в характеристиках компьютеров.

— Брат. Этот мне подойдет.

Моя младшая сестра выбрала самый дешевый ноутбук из представленных в магазине электроники.

Я покачал головой, увидев нелепые характеристики.

— Ни за что. На этом даже базовые современные игры не запустятся.

— Я же не покупаю его для игр. Мне он нужен только для простой офисной работы...

— Машины с высокими характеристиками служат дольше и быстрее обрабатывают документы. К тому же, ты можешь играть в несколько игр в качестве хобби. Разве ты раньше не любил игры?

— У меня нет времени играть в игры после работы. Мне кажется, что это пустая трата времени.

Если бы наши гильдии услышали это, они бы схватились за головы.

Я выбрал модель с лучшими характеристиками из доступных на данный момент и купил её.

— Ты правда не должен покупать что-то столь дорогое!

— Все в порядке. Просто скажи спасибо.

Моя сестра, которая пыталась меня остановить, говоря, что такая дорогая вещь не нужна, застенчиво почесала голову.

— С-спасибо. Хе-хе. Я никогда раньше не пользовалась чем-то таким хорошим. Я буду бережно относиться к нему, дорогой брат.

Она даже поклонилась под углом 90 градусов, чтобы поблагодарить меня.

Видя, как она так бережно обнимает ноутбук, я почувствовал странную гордость.

Как будто я наконец-то выполнял свой долг старшего брата.

Мне даже показалось, что я иду с высоко поднятыми плечами без всякой причины.

К тому же она выглядела искренне взволнованной, прыгая от радости.

Она из тех, кто заставляет меня открывать кошелек чаще.

— Фух. Вот и все. Разве ты не используешь свой телефон уже давно? Давай поменяем и его.

— Подожди. Даже мой телефон?

— Пошли уже.

Телефон, беспроводные наушники, планшет и так далее.

Мы заменили все электронные устройства, которые могли.

Я на секунду засомневался, когда увидел, что клавиатура, подходящая к планшету, стоит несколько сотен тысяч вон, но купил её без лишних раздумий.

— Сегодня Рождество? Или мой день рождения, а я даже не знала?

Моя сестра выглядела ошеломленной.

— Давай просто скажем, что да. Если что-то сломается, скажи мне. Я куплю тебе новое.

— Брат. Ты же не тратишь деньги бездумно из-за меня, правда? Тебе нужно платить налоги, а что, если твоя производительность упадет?

— Хм. Не беспокойся об этом.

— Почему? Думаешь, этот месяц тоже будет хорошим? Я слышала, что финансовые компании испытывают трудности из-за шока в Китае и дефолта Греции.

Это правда, но, по иронии судьбы, я заработал деньги благодаря этому кризису.

Если все будет продолжаться так же, бонус за результаты этого месяца... будет такой суммой, которую моя сестра даже представить себе не может.

— У меня все хорошо.

— Вау. Это круто. Никогда не знаешь, что будет с людьми. Я действительно не думала, что ты будешь работать в финансах. И к тому же, будешь талантлив в инвестировании?

Я чувствую то же самое.

«......»

Закончив покупки, я снова сел в машину сестры.

Она сидела за рулем, а я — на пассажирском сиденье.

— Кстати, разве у тебя нет прав?

— У меня есть права, но они практически бесполезны. Я опасен на дороге.

Я получил права, но почти никогда не водил.

— Ты всегда можешь научиться заново. Хочешь, я тебя научу?

Гильдмастер уже дал мне четкий ответ по этому вопросу.

Он сказал, что я могу заново учиться водить, но не должен садиться за руль.

Как только новый отдел будет создан, они планируют приобрести служебный автомобиль и назначить специального водителя. Он сказал, что будет большая проблема, если я попаду в аварию, садясь за руль.

«Кузов машины очень хлипкий».

Раньше я не обращал на это особого внимания, но теперь, когда я посмотрел, машина моей сестры меня обеспокоила.

Если она попадет в аварию, это может быть серьезно.

Похоже, в следующий раз мне придется купить ей новую машину.

Подождите. Раз уж я этим занимаюсь, может, заодно заменить и машину наших родителей?

/-/

В связи с китайским шоком и дефолтом Греции, которые произошли один за другим, в брокерских компаниях не было ни одного спокойного дня.

Некоторые люди не выдержали психологического напряжения, вызванного нестабильностью, и в итоге уволились, а другие упорно ждали возвращения бычьего рынка.

Обычно в такие времена компании, понёсшие большие убытки, проводят кровавые чистки, но, к счастью, «Kwangwoon Securities» этого не сделала.

Напротив, они пошли ещё дальше и подготовили новый проект.

— Новый отдел «Prime Grade?»

— Подождите минутку. «Prime Grade»? Разве это не элитный уровень? Это же высший уровень!

Объявление, опубликованное компанией после выходных.

Это был «Prime Grade».

Это означает самый высокий уровень в системе рейтинга брокерских компаний.

Обычно, когда речь идет об отделе такого уровня, руководство отбирает только лучших специалистов из каждой команды, чтобы заполнить его.

Но на этот раз, что было необычно, они принимали заявки.

— Я имею в виду, разве мы не должны обязательно побороться за это?

— Если это «Prime Grade», то это означает, что операционные средства составляют как минимум несколько сотен миллиардов, верно?

Из-за этого сложилась ситуация, когда все подряд подавали заявки.

— Вау. Я ожидал этого, но действительно очень много соискателей.

— При таком темпе, разве не все, кто ниже уровня руководителя группы, подали заявки?

Члены седьмой команды щелкали языками, получая материалы, пересланные из отдела кадров.

— Но руководитель группы, он же недавно получил повышение, а теперь его уже продвигают до начальника отдела?

— Посмотрите на коэффициент окупаемости. Было бы странно, если бы его не продвинули. К тому же, брокерские компании более чувствительны к результатам работы, чем другие компании. Они оценивают по результатам, а не по образованию или чему-то ещё. В любом случае, давайте систематизируем все, что мы получили от отдела кадров, и передадим руководителю группы.

— Понятно.

Поскольку у членов команды не было других дел, они систематизировали материалы, присланные отделом кадров.

Кризис дефолта Греции также завершился быстрее, чем ожидалось.

Что еще более важно, руководитель группы не проявлял никакого намерения вывести все средства.

Это было логично: после шока в Китае и теперь греческого кризиса настроение инвесторов полностью ухудшилось, и общий объем торгов был очень низким.

Это означало, что не было ни покупателей, ни продавцов.

В такие моменты лучшим подходом было вывести средства и просто наблюдать за ситуацией.

— Интересно, сколько человек они планируют отобрать. Наверное, будут ещё собеседования, да?

— Нельзя судить о человеке только по его анкете. Если кто-то пройдет отбор по документам, то, уверен, будут собеседования.

— Верно.

«Похоже, в ближайшее время будет довольно многолюдно из-за людей, приходящих на собеседования».

/-/

Фондовые рынки замерли.

Это коснулось не только корейского «KOSPI», но и рынков по всему миру.

После двух крупных инцидентов подряд все бросились выводить свои деньги и просто наблюдать со стороны.

Но я не собирался отдыхать.

С таким капиталом, которым нужно управлять, зачем мне отдыхать?

Особенно та краткосрочная сделка, которую я совершил, когда Греция объявила дефолт, с каплями пота на лбу, была абсолютно захватывающей.

«Но почему сейчас я ничего не чувствую?»

Однако была одна проблема.

Несмотря на то, что я пытался управлять фондами, я не испытывал никаких инстинктивных ощущений.

И этот инстинкт уже знал.

Что мировой фондовый рынок был заморожен и не поддавался торговле.

На всякий случай я уменьшил объем фондов.

С 250 миллиардов до 100 миллиардов.

Реакции по-прежнему не было, поэтому я уменьшил его до 50 миллиардов.

Даже тогда все было тихо, но когда я снизил их до 5 миллиардов, я наконец-то что-то почувствовал.

«Но 5 миллиардов — это немного...»

«Я что наконец сошел с ума?»

Раньше даже при обращении с 1 миллиардом у меня дрожали руки, а теперь 5 миллиардов даже не кажутся деньгами.

И неудивительно, ведь человеку, который управлял 250 миллиардами, теперь говорят, что он должен управлять только 5 миллиардами. Кто будет увлечен этим?

Это как если бы вам сказали сражаться с мелкими монстрами после рейда на босса кошмарного уровня.

Эта сумма просто не вызывает выброса дофамина.

Поэтому, вместо того чтобы продолжать в том же духе, я решил, что лучше поступить как другие инвесторы, вывести средства и подождать.

— Руководитель группы, отдел кадров передал данные, мы систематизировали и сохранили их на USB. Документов оказалось больше, чем ожидалось.

— О. Было так много соискателей?

— Да. Хотите, я помогу вам их просмотреть?

— Нет, не нужно. Я сам их просмотрю и дам вам знать.

— Хорошо.

В файле были профили сотен людей.

Все они подали заявки в мой отдел.

«Вау. Так много».

Изначально я планировал просто выбрать кандидатов, которых рекомендовал гильдмастер, но, за исключением одного человека, остальные не вызывали у меня никаких эмоций.

Поэтому я решил открыть прием заявок.

Пролистав резюме, я увидел, что среди соискателей было много выпускников зарубежных университетов и людей, имеющих известные своей сложностью сертификаты.

По любым меркам они явно были элитой, но...

«Хм...»

Ни один из них не вызвал у меня никаких эмоций.

Я пролистал их, а потом пролистал ещё раз.

Может, я что-то упустил?

Было так много выдающихся кандидатов, но ни один из них не выделялся?

Повторив это десятки раз.

«Ах...»

Один человек внезапно поразил меня этим чувством.

«Пока отмечу этого».

Затем я продолжил просматривать профили, откладывая в сторону только те, которые произвели на меня сильное впечатление.

«Уф. Глаза болят».

Смотреть на экран и просматривать профили было не так просто, как я думал.

Тем не менее, я не относился к этому небрежно.

В конце концов, я выбирал ценных участников рейдов, которые в будущем будут вместе со мной участвовать в крупных рейдах!

/-/

— Он же не сможет просмотреть их все сегодня?

— Конечно, нет. Просто слишком много кандидатов. Если он хочет тщательно просмотреть их одного за другим и принять взвешенное решение, это займет как минимум несколько дней...

— Менеджер Со.

Менеджер Со вздрогнул и удивленно обернулся.

— Я собрал профили, которые выбрал. Не могли бы вы их систематизировать и отправить в отдел кадров?

— Да, конечно. Сейчас же займусь этим.

— Спасибо. Я пойду немного подышу свежим воздухом. У меня болит голова.

— Понятно. Не торопитесь.

Менеджер Со и члены команды наклонили головы.

— Он уже закончил?

— Так быстро?

— Давайте посмотрим, кого он выбрал, хорошо?

— Ах. Да, нужно.

Они начали просматривать людей, которых руководитель группы выбрал для нового отдела «Prime Grade».

Конечно, он должен был выбрать элиту, подходящую для команды.

— Хм? Но характеристики этих людей...

— Я не единственный, кто так думает, верно?

Но вопреки их ожиданиям, все люди, которых выбрал руководитель группы, имели средние характеристики.

Здесь «характеристики» означали не только образование, но и то, сколько прибыли они принесли в своих командах.

— У некоторых из них даже отрицательная доходность.

— Хм. Но я знаю этого человека. Он очень трудолюбивый.

— Правда? Я знаю этого парня, Ким Тэ Сика. Он тоже трудолюбивый. Очень порядочный человек. Но как бы это сказать... он не совсем инициативный.

Есть пассивные люди и инициативные люди.

А работа проп-трейдера благоприятствует инициативным.

Даже при определении инвестиционных стратегий в команде, а затем и после этого, каждый человек должен самостоятельно принимать мудрые решения по инвестициям.

Но пассивные люди просто делают то, что им говорят.

Они не отклоняются ни влево, ни вправо, а просто верно выполняют инструкции.

Если команда работает хорошо, отлично. Если нет, ну и ладно.

Поэтому, как правило, инициативные люди зарабатывают больше денег.

Поскольку у них есть амбиции, они знают, как принимать собственные решения для достижения лучших результатов.

Единственная проблема заключается в том, что иногда они переоценивают собственное суждение и в итоге перегибают палку.

— Здесь нет никого, кто выглядел бы как ас любой команды.

— Да. Странно. Если это «Prime Grade», то это высший уровень в брокерской компании, так зачем выбирать людей с такими характеристиками...

Бормоча про себя, менеджер Со вдруг хлопнул в ладоши, когда ему что-то пришло в голову.

— Я понял...!

— А-а?

— Я понял, почему он выбрал этих людей.

— О-о? Почему он их выбрал?

Менеджер Со еще раз пробежал глазами по профилям, как бы подтверждая свою теорию, а затем сказал

— Эти люди не имеют эго.

«...!?»

Создание нового отдела — задача, которая занимает больше времени, чем ожидалось.

Кого назначить руководителем этого отдела и кого выбрать в качестве подчиненных, которые будут выполнять приказы этого руководителя?

Необходимо произвести кадровые перестановки и создать помещение для нового отдела.

К счастью, проблема с помещением была решена быстро.

Это означает, что остается решить вопрос с людьми.

— Чжин-хо их выбрал?

— Да. Это список, который получил отдел кадров напрямую. Руководитель группы Чон Чжин-хо лично их выбрал.

Набор сотрудников — нелегкая задача.

Ведь в зависимости от того, кого вы выберете, меняются показатели компании.

Это не шутка, это правда.

В конце концов, инвестиции — это дело рук людей.

Одно ошибочное решение может привести к краху компании или к её процветанию.

Посмотрите на Чон Чжин-хо сейчас.

— Он что-нибудь сказал о критериях, которые он использовал?

— Нет. Было много соискателей, но он выбрал список в тот же день.

— А как насчет собеседований?

— Я слышал, что он их не проводил.

Этот отдел премиум-класса находится на другом уровне по сравнению с существующими отделами.

Во-первых, будут открыты все счета.

Все инвестиционные решения будет принимать Чон Чжин-хо.

Его полномочия настолько велики, что даже руководители, за исключением генерального директора, не могут вмешиваться в решения Чон Чжин-хо.

Это беспрецедентное кадровое решение в истории «Kwangwoon Securities».

Но для руководства отделом нужны хорошие сотрудники.

Это означает, что рядом с Чон Чжин-хо должны быть элитные специалисты, способные давать ему разумные инвестиционные советы.

Однако, глядя на состояние этих сотрудников, естественно наклонить голову в недоумении.

— Могли ли быть какие-то критерии отбора?

— Я тоже не уверен. Ясно только, что отбор не основывался на видимых характеристиках.

Если судить только по характеристикам, эти люди даже не приблизились бы к элите, не говоря уже о «Prime».

— С таким отбором, сколько всего сотрудников в отделе Чжин-хо?

— Двадцать. Руководитель группы Чон Чжин-хо... нет, теперь он глава отдела. Включая главу отдела Чона, их двадцать один.

Включая существующих сотрудников, было отобрано в общей сложности двадцать человек.

Число идеально подходит.

Есть ли за этим какая-то причина?

— Но, господин генеральный директор, сколько вы собираетесь доверить отделу начальника отдела Чона…?

— 500 миллиардов вон.

Ответ последовал немедленно, что свидетельствовало о том, что сумма была заранее определена.

— Я просчитал и пришел к выводу, что это сумма, которую мы можем собрать, вернув разбросанные инвестиционные фонды. Сейчас Чжин-хо держит около 300 миллиардов вон. Мы собираем еще 200 миллиардов, чтобы передать ему.

Проп-трейдинг — это, в конечном счете, операции с фондами компании.

Другими словами, это не деньги клиентов.

Из-за этого в компании не было простаивающих средств.

Все средства были либо где-то завязаны, либо использовались другими командами для получения прибыли.

Но с тех пор, как рынок начал колебаться во время никелевого кризиса, даже внутренние средства компании неизбежно пострадали.

Несмотря на это, генеральный директор Хван собрал как можно больше доступного капитала и передал его Чон Чжин-хо.

Если Чон Чжин-хо потеряет эту сумму, это будет огромным ударом.

Несмотря на это, генеральный директор Хван продемонстрировал свое доверие к Чон Чжин-хо, выделив еще больше средств.

— 500 миллиардов вон... это почти половина чистых активов нашей компании?

— Если исключить AUM, то да. Это расчет только чистых активов, принадлежащих компании. Но ведь именно Чжин-хо превратил 50 миллиардов в 300 миллиардов, не так ли? Мы просто добавляем к этому еще немного.

В настоящее время «KS Securities», лидирующая компания в Корее, управляет чистыми активами на сумму около 10 триллионов вон.

Но есть ещё «AUM».

То есть деньги, доверенные клиентами брокерской компании, которые увеличивают масштаб активов.

Если смотреть только на чистые активы компании, может показаться, что её легко догнать, но на самом деле наиболее прибыльной частью является не сама брокерская компания.

Это компания по управлению активами, входящая в «KS Financial Group» наряду с брокерской компанией.

Так называемая фондовая компания.

В настоящее время масштаб «KS Asset Management» превышает 100 трлн. вон.

Они продолжают расширять этот масштаб за счет зарубежных операций и операций с ETF.

— Я всегда говорю руководителям: когда-нибудь мы тоже вырастем в группу и будем управлять фондами на десятки трлн вон.

Генеральный директор Хван Дэ-вун также когда-то мечтал превратить «Kwangwoon Securities» в финансовую группу, подобную так называемой «большой тройке» финансовых групп, управляющую активами на сумму около 100 триллионов вон.

Однако для фондов в конечном итоге необходим приток денег клиентов.

Не было никакой возможности победить уже устоявшуюся «большую тройку» финансовых групп.

Все хотели только брендовые фонды и не доверяли фондам средних компаний.

Столкнувшись с этой реальностью, генеральный директор Хван не имел другого выбора, кроме как закрыть компанию по управлению активами и сосредоточиться исключительно на брокерской деятельности.

Воспоминания о том времени до сих пор причиняют боль.

— Когда-нибудь «Kwangwoon» тоже станет крупнейшей финансовой группой. Наступит день, когда мы будем управлять фондами на десятки триллионов вон.

— Верно. Но в последнее время я все время думаю об этом. Что, возможно, наш Чжин-хо — это начало.

— Вау. Тогда это значит, что начальник отдела Чон когда-нибудь станет генеральным директором компании?

Конечно, пока это не более чем мечта, близкая к иллюзии.

— О, кстати. Машина, которую я просил тебя купить на днях?

— Да. Я уже заказал корпоративную машину. Выбрал хорошую модель.

— Хорошо. Мне все равно, лучше ли она, чем моя. Главное, чтобы она минимизировала травмы при аварии. Чжин-хо важнее, чем ты или я.

Чон Чжин-хо, который приносит не сотни миллионов, а миллиарды вон.

Естественно, он важнее, чем кто-либо другой в этой компании.

— Назначьте ему личного водителя. Поддерживайте его во всем, что ему нужно. Пока я буду в командировке на Ближнем Востоке, вы, как вице-президент, должны должным образом заботиться о нем.

— Да. Я так и сделаю.

Люди описывают «Kwangwoon Securities» так.

Место с твердым фундаментом, но заблокированным потолком.

Но генеральный директор Хван инстинктивно почувствовал это.

Что потолок, который долгое время был заблокирован, вот-вот пробьет небо.

В центре всего этого был Чжин-хо.

— О, но, господин генеральный директор. Теперь, когда я об этом подумал, скоро будет день выплаты зарплаты, и премия за результативность начальника отдела Чон Чжин-хо будет огромной, верно? Я имею в виду, исходя из существующей суммы. Тогда вам не понадобится привлечь больше денег, чтобы добрать до полных 500 миллиардов?

— Ах, точно...

Генеральный директор Хван слегка хлопнул себя по лбу.

Где он мог взять еще несколько сотен миллиардов?

/-/

Игру, в которую я играю, можно охарактеризовать как игру, ориентированную на рейды.

Есть большие рейдовые группы, которые стремятся первыми пройти новые рейды.

Лучшая рейдовая группа в мире арендует целые здания, чтобы транслировать свои рейды и пытаться пройти их в течение нескольких дней.

И есть одна вещь, которая объединяет эти элитные группы и обычные рейдовые группы.

Они набирают больше людей, чем им на самом деле нужно.

Чем сложнее рейд, тем дольше он может длиться, иногда несколько дней. Даже если это не так, десятки членов должны координировать свои действия с лидером рейда и придерживаться графика, поэтому всегда бывают случаи, когда члены группы выбывают.

Вот почему они всегда готовят запасных, чтобы заполнить пробелы.

Но что, если даже запасные не смогут справиться?

Что, если кто-то уйдет в середине рейда из-за проблем в реальной жизни?

На этот случай они даже готовят запасных для запасных.

«Может, нам стоило набрать ещё несколько человек».

Новый отдел скоро будет готов.

Я слышал, что ремонт закончен, а установка оборудования находится на завершающей стадии.

Отдел, способный выйти на все рынки, от валютного до различных других секторов.

Первый и единственный универсальный отдел компании был готов к рождению.

«Но я не совсем в это верю...»

Казалось, что нам может понадобиться больше людей, но, возможно, баланс и так идеален.

По крайней мере, так подсказывал мне инстинкт.

Поэтому я планировал, как лучше распределить и управлять этими членами.

— Руководитель группы~. Вы принимаете пищевые добавки, которые я вам дала, верно?

— О-о, конечно.

— А-а-ах. Я так и думала, поэтому принесла вам воды.

«Почему-то заместитель менеджера заботился о моем здоровье больше, чем я сам».

— Все, наверное, скучают, потому что делать нечего. Какая атмосфера в офисе?

— Да ладно, на работе лучше всего ничего не делать. К тому же, рынок почти не колеблется, мы даже взяли несколько дней отпуска, разве не так?

Из-за ослабления инвестиционного настроения мировой рынок почти не колебался.

Поэтому наша команда просто взяла небольшой перерыв.

Одно из преимуществ работы проп-трейдера в том, что можно взять перерыв, когда захочешь.

— А сегодня очень важный день, не так ли?

— Переход в другой отдел?

— Нет. Что-то ещё более важное!

— О, день зарплаты?

— Да! Священный день зарплаты, который поддерживает жизнь офисных работников! Вот почему сегодня все так возбуждены и улыбаются.

Отчасти поэтому высшее руководство забрало часть наших средств.

Потому что им нужно рассчитаться на основе каждой доходности.

— Руководитель группы, вы не рады?

— Конечно, рад.

День выплаты зарплаты.

Причина, по которой офисные работники продолжают работать.

Но на самом деле я ждал чего-то большего, чем день выплаты зарплаты.

«Когда мы начнем инвестировать?»

Может быть, я действительно зависим от дофамина.

Я уже знал, что в этом месяце премия за результативность будет огромной.

По логике, я должен был с нетерпением ждать дня выплаты зарплаты, но больше всего я хотел перейти в новый отдел и как можно скорее начать инвестировать.

«Генеральный директор сказал, что он доведет сумму до 500 миллиардов, даже если для этого придется напрячься».

Только доля, которой я буду управлять, составляет 500 миллиардов вон.

Одной только мысли об этом у меня поднимается адреналин и дрожат руки.

Это сумма, которой нельзя легко распоряжаться на внутреннем фондовом рынке, но это возможно на других рынках.

Наш отдел не занимается долгосрочным инвестированием, основанным на стоимости компании. Он занимается краткосрочной торговлей, где дофамин взрывается, это наша основная деятельность.

Так что теперь я просто ждал дня, когда смогу начать управлять этим капиталом.

— Кстати, руководитель группы, когда получите премию за результативность, что вы с ней сделаете? На этот раз ваша премия будет огромной, верно?

— Ну... я...

Куплю машины для младшей сестры и родителей.

Куплю им новый дом.

Если есть долги, погашу их.

Перечисляя все это, я понял, что все это для моей семьи.

Ах, да. Ещё одна вещь приходит на ум.

О чем-то, о чем я давно мечтал и фантазировал.

Купить здание, сделать его по образцу игры, в которую я играю, и оборудовать компьютерный зал, где десятки участников рейда смогут играть вместе.

А на этажах выше и ниже — рестораны, бильярд, караоке и так далее.

Полноценный развлекательный центр.

Достопримечательность только для меня и членов нашей гильдии.

После работы мы все собирались бы там.

Такая мечта, о которой каждый заядлый геймер мечтал хотя бы раз в жизни.

— Судя по вашему выражению лица, вы, должно быть, планируете что-то потрясающее.

— Хм... Наверное, да.

В конце концов, хобби — это важно.

— Тогда, если возникнут какие-либо неожиданные колебания на рынке или другие проблемы, я сразу же сообщу об этом.

— Да. Спасибо.

После ухода заместителя менеджера я повернулся, чтобы проверить монитор.

По-прежнему никаких значительных изменений.

Даже рынок валют, на который мы первым делом выйдем после перевода в другой отдел, имел среднесуточную волатильность всего 0,5%, что было ужасно.

В этот момент зазвонил телефон.

Как по команде, снаружи раздался громкий крик.

Это были голоса членов команды.

Я сразу понял.

«Поступила зарплата».

Я открыл банковское приложение, следуя уведомлению.

Я уже примерно рассчитал, сколько будет перечислено.

Но при мысли о том, что я действительно увижу эту цифру, у меня запотели руки.

И, наконец, перечисленная сумма появилась в виде цифры.

[75 571 157 314 ₩].

Это было более 75,5 миллиардов вон.

«Боже мой...».

/-/

— Здравствуйте, все! Я с нетерпением жду возможности работать с вами!

Один за другим люди, отобранные для отдела «Prime-grade», начали собираться в офисе.

— Ах. Я действительно не думал, что меня выберут. Все подавали заявки, так что я просто тоже подал свою...

— Я тоже. Не знаю, что начальник отдела во мне увидел, но клянусь, я приложу все свои силы.

Все были полны энергии.

Возможно, потому что большинство из них не ожидали, что будут отобраны для этого отдела, они казались немного ошеломленными, но при этом проявляли безграничную лояльность по отношению к начальнику отдела.

— Все здесь, верно? Пожалуйста, займите свои рабочие места. Оборудование должно быть таким же, как и раньше, с несколькими дополнениями, так что у вас не должно возникнуть проблем с его использованием.

— Э-э, руководитель группы Ли... нет, я имею в виду, руководитель отдела. Нам все ещё не хватает около десяти человек?

— Ах. Эти люди придут сегодня вечером.

— Что?

«Они придут ночью?»

«Что она имеет в виду?»

— Ну, поскольку у нас не так много времени, давайте сократим представления. Все, пожалуйста, соберите материалы для встречи. Сегодня мы сосредоточимся на валютных операциях, так что соберите все, что с этим связано. Ах, и с сегодняшнего дня мы будем управлять капиталом в размере 500 миллиардов вон.

«!?»

Пятьсот миллиардов.

Это была самая крупная операция с фондом в истории «Kwangwoon Securities».

Члены отдела сглотнули.

— Заседание начнется через 30 минут.

— Да!

Само заседание не было чем-то особенным.

Рынок замер, волатильность была практически нулевой, и никто не знал, как долго это продлится.

По крайней мере, новички вносили свой вклад, как могли, но это было скорее обычным, искренним желанием помочь.

— Хорошо, давайте начнем.

После собрания начались настоящие инвестиции.

Но экран выглядел совсем не так, как обычно.

Поскольку это была валютная биржа, интерфейс был другим.

Валютная биржа.

Крупнейший в мире валютный рынок, работающий 24 часа в сутки.

Он был более чем способен обработать огромный фонд в 500 миллиардов вон, но проблема заключалась в том, что как обычно, так и особенно сейчас, волатильность на валютном рынке была чрезвычайно низкой.

Конечно, даже зарабатывая всего 1% в день на 500 миллиардах, можно было получить 5 миллиардов вон, так что доходность была на другом уровне, но, соответственно, потеря 1% означала бы потерю 5 миллиардов.

Они впервые ступили на нервный азартный стол.

— Заместитель главы отдела, начните с покупки долларов. Объем... около 120 миллиардов.

— А, да!

Не успев даже приспособиться, начали поступать заказы.

Начиная с Ли Хе-рин, каждый вложил определенную сумму в назначенную ему иностранную валюту.

«Он планирует... держать их?»

Нет, это невозможно.

Из того, что Ли Хе-рин видела до сих пор, Чон Чжин-хо, как только начинает торговлю, никогда не держит позицию долго, если только это не особый случай.

И, конечно же.

— Заместитель главы отела, продавайте.

— Да!»

Атмосфера в отделе была уникальной.

Единственными звуками были команды начальника отдела Чон Чжин-хо и громкие ответы сотрудников «Да!».

«Сколько времени прошло?»

Даже при включенном кондиционере в офисе пот на ладонях не высыхал.

Потому что все их нервы были сосредоточены на голосе Чон Чжин-хо.

Торговля шла хорошо?

Сколько прибыли они получили?

Они не могли знать подробностей, но одно было ясно.

В данный момент начальник отдела Чон Чжин-хо выжимал из сухой тряпки каждую каплю воды, которую мог.

На этом рынке, где почти не было волатильности!

— А, здравствуйте.

В этот момент десять новых членов команды, которые должны были прибыть вечером, вошли в отдел, выглядя озадаченными.

Чон Чжин-хо поприветствовал их яркой улыбкой.

— Добро пожаловать, все. Пожалуйста, займите свои места и приготовьтесь к торговле. А остальные, начинайте готовиться к уходу домой. Отличная работа сегодня, молодцы.

— А, да.

Новички взглянули на измученных членов команды и наклонили головы в недоумении.

Но вскоре они тоже поймут.

«Вот почему он пригласил остальных членов команды ночью».

Чтобы сменить смену в этой безумной операции по «отжиму мокрой тряпки»!

«Тогда... когда же глава отдела отдыхает?»

Ли Хе-рин незаметно взглянула на лицо главы отдела Чона.

Остальные члены команды выглядели полубезумными.

«......»

Но лицо главы отдела Чон Чжин-хо было живее, чем когда-либо прежде.

— Заместитель Ли. Вы знаете, какова была общая доходность вчера?

Хан Сэт-Бюль, недавно назначенный заместителем начальника отдела «Prime», говорил возбужденным голосом.

— Сколько же?

— Целых 5%! Это же просто немыслимо! Как можно заработать 5% на 500 миллиардах вон всего за один день? Я не так давно работаю в компании, но никогда раньше не видела 5% доходности за один день!

5%...

Да. Это совершенно нормальная реакция.

Обычно средняя дневная доходность валютного отдела составляет около 0,1%.

Но вдруг 5%.

И не только это, заработать 5% на 500 миллиардах вон — это достаточно, чтобы любой сошел с ума.

— Начальник отдела, наверное, был немного разочарован.

— Что? Э-эм, чем?

— О, ничего…

Ли Хе Рин выпалила ерунду, даже не осознавая этого.

«Но, может быть, я тоже сошла с ума».

Теперь 5% уже не казались такими высокими.

Если кто-то из отдела торговли ценными бумагами зарабатывал 5% за день, его называли асом, но в отделе «Prime», где работал Чон Чжин-хо, 5% были обычным показателем.

«Может быть, я тоже заразилась от начальника отдела».

Это нехорошо.

5% — это на самом деле невероятное достижение.

Что будет дальше!

— О, начальник отдела. Вы здесь?

— Доброе утро, начальник отдела!

Наконец, начальник отдела Чон Чжин-хо прибыл в офис.

— А, да. Здравствуйте, все.

Он легко ответил на приветствия членов команды и вошел в кабинет начальника отдела.

— Но начальник отдела... что-то случилось? Его выражение лица не выглядело очень хорошим.

— Тоже заметил? С показателем в 5%, если бы это был я, я бы улыбался от уха до уха.

Менеджер Со покачал головой, наблюдая за новичками.

— Вы все еще не знаете нашего начальника отдела.

— Что?

— Вы не слышали, прежде чем перейти сюда? Он был повышен до начальника отдела в кратчайшие сроки после того, как пришел на работу в качестве обычного сотрудника.

— О-о. Я тоже слышал об этом. Говорят, он достиг легендарного показатель доходности, который войдет в историю.

— Именно. Но вы слышали только слухи, а не реальные цифры, верно? За это короткое время его показатель рентабельности превысил несколько сотен процентов.

«!?»

Ещё до прихода в отдел «Prime» они слышали разные вещи.

Некоторые говорили, что он был нанятый по знакомству.

Другие говорили, что его результаты были феноменальными.

Одно было ясно: какими бы связями и компетентностью ни обладал нанятый по знакомству, ни одна компания не доверила бы ему 500 миллиардов вон.

Более того, 500 миллиардов вон составляют почти половину активов, которыми в настоящее время управляет «Kwangwoon Securities».

Если бы эти 500 миллиардов вон принесли убытки, это повлияло бы на всю компанию.

По сути, это было равносильно тому, чтобы доверить судьбу компании одному человеку.

Другими словами, настолько ценным для компании был начальник отдела Чон Чжин-хо.

— Несколько сотен процентов?!

— Сколько же он заработал!

— Ху-ху. Вот почему такой человек, как он, не может довольствоваться показателем в 5%. И это ещё не все. Вы знаете, каких подвигов добился наш начальник отдела…?

Менеджер Со с гордостью рассказал героические истории начальника отдела Чон Чжин-хо.

Некоторые из них были историями, которые он видел и пережил сам, а остальные — вещами, которые он услышал от заместителя менеджера Ли Хе-рин.

Но этот человек.

Может быть, он был легендарным рассказчиком, который в прошлой жизни властвовал в столице? Его способность рассказывать истории была просто потрясающей и увлекательной.

Благодаря этому уважение и без того лояльных членов команды к главе отдела Чон Чжин-хо только усилилось.

— Он был таким же, когда команда только создавалась.

Эти воспоминания и нынешний образ менеджера Со переплелись в уме заместителя менеджера Ли Хе-рин, и она тихо рассмеялась.

— Но я слышала, что вчера он инвестировал почти до 4 утра.

Разве он не переутомляет себя?

/-/

«Уф. У меня болит живот».

Похоже, вчерашние поздние перекусы все-таки были плохой идеей.

Любой, кто играл в игры, особенно в RPG, поймет это: после тяжелого рейда и победы над боссом ты становишься очень голодным.

Поэтому, когда все было сделано, он заказал доставку из круглосуточного ресторана.

Но он совершил ошибку, съев что-то острое, и в результате весь день мучился от болей в животе.

Такое ощущение, будто из спины вырывается пламя.

«Вчерашняя доходность составила 5%...».

Это был уровень доходности, достигнутый благодаря упорной работе с утра до рассвета следующего дня.

До сих пор средства были заморожены, поэтому не было возможности заработать на них, но с момента открытия валютного счета вчера он бегал как необузданный жеребенок.

«Но это было весело».

Действительно, было немного разочаровывающе, что рынок был заморожен и оставался в диапазоне коробки.

Даже рынок FX, который может похвастаться ежедневным объемом торгов в несколько сотен триллионов вон, был спокоен, что показывало, насколько жестким был текущий экономический рынок.

Если бы волатильность была больше, он, вероятно, мог бы заработать больше 5%.

«Это немного разочаровывает, но для первого раза это нормально».

«Не будем нетерпеливыми».

Одно из того, что он понял, изучая инвестиции, — рынок не остается в застое так долго, как люди думают.

Где-то в мире всегда происходит какой-то инцидент, который вызывает потрясения на мировом рынке. Конечно, корейский фондовый рынок часто является исключением.

Но сейчас он занимался не только внутренним фондовым рынком, поэтому ему нужно было просто следить за глобальной ситуацией.

Тогда неизбежно где-то произойдет какое-то событие.

Это будет началом высоко волатильного рынка.

— Начальник отдела. Подготовка к совещанию завершена.

— А, да. Я скоро буду.

Раньше мы проводили тесные совещания в кабинете руководителя группы.

Теперь, когда отдел был сформирован, у нас появилась специальная комната для совещаний.

— Все в порядке. Если есть что-то достойное внимания, не стесняйтесь об этом сказать.

Честно говоря, возможно, было бы лучше сразу перейти к валютному рынку, а не проводить совещание, но благодаря частому использованию этой способности он понял, что его интуиция запускается благодаря поступающей к нему информации.

Поэтому пропускать даже один день совещаний было недопустимо.

Благодаря информации, собранной сотрудниками отдела на этих совещаниях, он мог значительно усилить свою интуицию.

— Китайское правительство вводит ограничения на продажу и активно пытается стабилизировать рынок, но на самом деле это приводит к обратному эффекту и делает шанхайский индекс ещё более нестабильным, начальник отдела.

— Прежде всего, проблема заключается в «ледяном периоде» на мировом фондовом рынке. Все слишком напуганы, чтобы что-либо покупать или продавать.

— Вероятно, именно поэтому деньги уходят в безопасные активы. Цены на золото постепенно растут, как и курс доллара. Проблема в том, что даже безопасные активы не выдерживают этого замораживания объемов торгов.

— Уже сейчас не только на внутреннем рынке, но и на зарубежных фондовых рынках объемы торгов настолько низки, что для многих акций обсуждается вопрос о делистинге.

Когда рынок замораживается, акции, которые и без того имеют низкие объемы торгов, делистингуются.

Одно из правил KOSPI и других зарубежных фондовых бирж заключается в делистинге акций, не имеющих объема торгов, и люди терпели убытки из-за этого.

— Так что сейчас все просто ищут безопасные активы?

У него была привычка во время встреч записывать в блокнот только ключевые слова из обсуждения.

— Да. Золото, доллар, йена, казначейские облигации США, казначейские облигации Германии, а также швейцарский франк. Все деньги уходят в безопасные активы. Я ожидаю, что ещё больше средств пойдет в этом направлении.

Когда я записывал в блокнот то, о чем рассказывал заместитель менеджера Ли Хе-рин, я вдруг вздрогнул на определенном месте, и мой почерк исказился.

«Что это было?»

Я поднял глаза на заместителя Ли Хе-рин.

— Заместитель Ли. Не могли бы вы повторить то, что только что сказали?

— Что? Ах да. Деньги уходят в безопасные активы, такие как золото, доллар, иена, казначейские облигации США, казначейские облигации Германии и франк...

Вот оно.

Франк.

В тот момент, когда прозвучало это слово, моя рука задрожала так сильно, что я даже не смог нормально написать буквы.

— Если это франк... разве это не самый надежный безопасный актив в финансах?

— Да. Поскольку Швейцария оставалась безопасной даже во время мировых войн. А во время глобального финансового кризиса франк оставался стабильно сильным. И, что самое главное, нет никакого политического риска.

— Кроме того, главная причина, по которой франк считается самым надежным активом, — это верхний предел.

Швейцарская валюта, франк.

Это валюта, которую люди считают самым надежным активом во время финансовых кризисов или экономических заморозков, как сейчас.

Разве это не та нейтральная страна, о которой всегда говорят, когда в Интернете обсуждают швейцарские банки? Кроме того, это место с очень низким уровнем политической коррупции, поэтому риск был минимальным.

И самой главной причиной был верхний предел.

Существует система, которая устанавливает верхний предел, согласно которому, независимо от того, насколько высоко поднимается евро, 1 евро не может стоить меньше 1,20 франка. Другими словами, если курс пытается упасть ниже этой отметки, швейцарское правительство вливает деньги, чтобы предотвратить это.

По сути, это было искусственное ослабление франка, устраняющее саму волатильность.

Благодаря этой системе верхнего предела швейцарский франк стал самым надежным активом в мире.

«…….»

«Но почему? Почему я получаю здесь сигнал?»

Это сигнал, чтобы я купил надежный актив сейчас и просто держал его в долгосрочной перспективе?

Или есть что-то ещё?

Почему мы вообще называем его надежным активом?

Поскольку его волатильность низкая, он классифицируется как надежный актив.

А это означает, что для такого инвестора, как я, движимого дофамином, франк не был привлекательным активом.

Однако тот факт, что я получаю сейчас такой сильный сигнал...

— Все немедленно вернитесь и сбросьте весь объем, который у вас есть.

— Есть, сэр!

Как только я закончил говорить, сотрудники вскочили и побежали к своим компьютерам, и я едва успел их остановить.

— Подождите минутку!

— Да?

Я честно думал, что хотя бы один человек задаст мне вопрос.

Я собирался объяснить, что покупать дальше, но никто из них никогда не спрашивает, почему я отдаю тот или иной приказ и какова его цель.

Они просто действуют, как только получают указание.

— После того как избавитесь от своих текущих позиций, покупайте швейцарские франки.

— Есть!

И снова ни одного вопроса.

Как роботы, следующие запрограммированным командам, они бросились к своим компьютерам.

/-/

— Похоже, он получил 5% прибыли. И это в первый же день. Я слышал, что он будоражил биржу до 4 утра.

— Что? До 4 утра?!

5% прибыли даже не произвели впечатления.

Что поразило генерального директора Хван Дае-вуна, так это то, что это продолжалось до 4 утра.

— Разве это не невероятно? Особенно учитывая, что рынок валют в последнее время был мертв из-за низкого объема торгов. И ему все же удалось получить там 5% прибыли.

— Подожди. Ты говоришь, что он работал без перерыва с утра до 4 утра?

— Да. Начальник отдела Чон Чжин-хо оставался на работе до 4 утра, а члены команды работали по очереди.

«Тск. Этот парень».

Его привычка к играм снова дает о себе знать.

Во время крупномасштабных рейдов лидер рейда управляет почти 100 игроками и чередует их.

Применять этот опыт здесь — это нормально, но...

А что, если лидер рейда рухнет от накопленной усталости?

Все 100 игроков пойдут ко дну вместе с ним.

— Мне нужно позвонить ему и поговорить, прежде чем я уеду в командировку. Так что же сейчас? Чем он занимается? Всё ещё трудится над этим?

— Нет. Похоже, глава отдела Чон Чжин-хо решил, что текущий рынок безнадежен, и внезапно вложил все свои средства во франк.

— Франк?

— Да. Он вложил все в самый безопасный актив в мире.

Это было несколько неожиданно.

Судя по стилю инвестирования Чжин-хо до сих пор, это было не просто безумным, а почти диким.

Любой посторонний наблюдатель сказал бы, что он ничем не отличается от зверя.

Но что действительно удивительно, так это то, что он никогда не проигрывал. Ни разу. Каждый его ход был выигрышным.

Вероятно, именно так он превратил тот крошечный стартовый капитал в 500 миллиардов вон.

Короче говоря, Чжин-хо всегда любил рискованные инвестиции.

У него сердце зверя, который зарабатывает деньги, идя по дорогам, по которым другие не осмеливаются идти.

И теперь он купил франки?

Самый безопасный из всех активов?

— Это странно.

— Согласен. Это определенно странно.

— Есть какие-нибудь важные новости из Швейцарии?

— Я поинтересовался из любопытства, но ничего особенного. Швейцарское правительство недавно вмешалось с политикой количественного смягчения из-за волатильности евро, чтобы стабилизировать ситуацию.

По сути, франк ведет себя так, как всегда.

Но теперь Чжин-хо вдруг поставил на него все?

— Ты сказал, что позже позвонишь ему. Может, попробуй ненавязчиво спросить его об этом...

— Не нужно. Какие полномочия мы дали Чжин-хо? Суть была в том, что высшее руководство не будет вмешиваться. Даже если этот парень инвестирует в гору за зданием, мы не будем вмешиваться».

Это было правило, установленное генеральным директором Хваном.

Не задавать вопросов и не вмешиваться в инвестиции Чон Чжин-хо.

— О-о. Но генеральный директор, вы завтра улетаете, верно? Вы уже собрались и готовы?

— Все готово. Завтра я улетаю ранним рейсом, поэтому сегодня уйду с работы пораньше.

— Я должен пойти с вами, чтобы помочь.

— Эй. Если генеральный директор уезжает, вице-президент должен держать оборону. А что, если что-то случится? Разве ты не знаешь, что генеральный директор и вице-президент не должны лететь одним рейсом?

/-/

Гильдмастер почти никогда не вызывает меня в кабинет генерального директора.

Если он хочет поговорить, он обычно просто встречается со мной за жареной свининой или мы встречаемся в игре.

Но сегодня он вызвал меня прямо в кабинет генерального директора.

— Ты, не меняешься. Разве я не говорил тебе в прошлый раз во время игры? Не сиди всю ночь за игрой только потому, что ты молод. А теперь ты снова это сделал. Твоя команда работает по сменному графику, а ты продолжаешь работать без перерыва, что ты, черт возьми, делаешь?

— Но я заработал 5% прибыли...

— Разве здесь речь идет о прибыли? Если ты рухнешь, весь твой отдел рухнет вместе с тобой. Никогда больше не доводи себя до такого состояния. Ты зарабатываешь миллиарды, но какой в этом смысл, если в итоге ты заболеешь?

Мой хён.

Он никогда не станет злым генеральным директором.

Если бы это был кто-то другой, он бы игнорировал то, как я изнуряю свое тело, пока прибыль хорошая.

Я был искренне тронут.

— Сделай это ещё раз, и я немедленно закрою счет FX.

— Понял, господин генеральный директор.

— Когда мы вдвоем, просто зови меня хён.

— Да ладно. Мы на работе. Как я могу? Я буду называть вас господин генеральный директор.

— Ты мелкий… Ах, и возьми отгул на остаток дня. Поспи немного. Я слышал, что ты торговал без отдыха. Поскольку я сегодня тоже ухожу рано, давай уйдем вместе? Я подвезу тебя до дома.

Я отмахнулся.

— Не нужно. У меня ещё много дел. Кстати, ты готов к командировке?

— Да. Почти готов.

— Ты говорил, что в прошлый раз у тебя были проблемы с водой, когда ты был за границей.

Я вспомнил, как он жаловался во время рейда.

— Ты до сих пор это помнишь?

— Конечно. Ты так ярко это описал, что я до сих пор не забыл. Но почему ты едешь в Саудовскую Аравию на этот раз?

— Разве Саудовская Аравия не страна нефти? Там много денег. И на этот раз Саудовская Аравия впервые открывает свой фондовый рынок. Там пахнет деньгами, поэтому я должен сам это проверить.

Саудовская Аравия — вторая по величине нефтедобывающая страна в мире.

Благодаря безумно выгодному географическому положению, она купается в огромных деньгах.

Но, как и многие страны Ближнего Востока, она склонна к закрытости.

Однако саудовское правительство прилагало усилия, чтобы избавиться от своей закрытости и продолжить развитие страны, и одним из таких шагов было открытие фондового рынка.

— Но не волнуйся. На этот раз я взял с собой много лекарств. Я нашел ближайшие больницы на случай чрезвычайной ситуации. К тому же со мной едут помощники...

Генеральный директор успокаивал меня, объясняя, как тщательно он подготовился.

«...?»

И тогда это произошло.

«Эм?»

В момент когда он говорил, меня поразило нечто настолько сильное, что мое зрение помутилось, а все тело задрожало.

Под влиянием этого ощущения я инстинктивно схватил генерального директора за руку.

— Эй? Ч-что случилось?

— Генеральный директор. Нет… хён.

Смущенный, хён вздрогнул.

— Ближний Восток… Может, не стоит?

— Генеральный директор. Пора выходить. Машина ждет снаружи.

— Ах, да. Пойдем вместе.

С утра и до сих пор Хван Дэ-вун чувствовал себя неловко.

«Почему Чжин-хо сказал тогда такое?»

Во время разговора в кабинете генерального директора Чжин-хо внезапно схватил Хвана за руку и сказал ему, чтобы он не ехал на Ближний Восток.

Причина была нелепой.

По-видимому, для игры, в которую они играли, только что вышло новое DLC.

Он сказал, что хочет собрать «старичков» и членов гильдии, чтобы впервые за долгое время вместе пойти на рейд и хорошо провести время.

Это была причина, которую можно было счесть ерундой.

«Но казалось, что за этим стояла какая-то другая причина...»

Что это могло быть, он не мог понять.

Но отменить деловую поездку в Саудовскую Аравию только из-за игры?

Это было бы безумием.

Причина этой поездки в Саудовскую Аравию была предельно ясна.

Саудовская Аравия подтвердила, что в этом году откроет свой фондовый рынок.

Кроме того, она объявила об активных инвестициях через управление своим суверенным фондом благосостояния.

Именно поэтому он пытался добраться туда быстрее всех, чтобы оценить ситуацию.

Уже поступали сообщения, что председатели других компаний готовились сами полететь в Саудовскую Аравию.

Он намеревался прибыть туда первым и занять некоторую позицию, прежде чем они смогут взять на себя инициативу.

— Вы здесь, господин генеральный директор.

— Ах. Старший управляющий директор Так. Вы все подготовили?

— Да. Как только мы прибудем в Эр-Рияд, мы планируем сначала встретиться с людьми, связанными с суверенным фондом. Я также запланировал встречи.

— Хорошо. Но я говорил о другом. Вы очень привередливы в еде, не так ли?

— Ах. Я взял кучу порций рамена на всякий случай.

Эр-Рияд — столица Саудовской Аравии.

Как только они прибудут, у них не будет времени на отдых или осмотр достопримечательностей.

Им нужно будет действовать быстро.

Все для того, чтобы заработать хотя бы на один вон больше.

— Но в Эр-Рияде все в порядке с безопасностью?

— Более чем в порядке. В конце концов, это столица Саудовской Аравии. На Ближнем Востоке Саудовская Аравия является лидером, и безопасность в её столице тщательно контролируется. Вы беспокоитесь из-за Йемена?

Недавно Саудовская Аравия участвовала в гражданской войне в Йемене и нанесла авиаудары, известные как «Операция Буря».

Имея давние напряженные отношения с Ираном, Саудовская Аравия фактически объявила Ирану войну через конфликт в Йемене.

В результате несколько военных складов были уничтожены саудовскими авиаударами, и напряженность полномасштабной войны на Ближнем Востоке достигла критической точки.

— Но нефтедобывающие страны остаются нефтедобывающими странами, я полагаю. Обычно, когда начинается война, цены на нефть резко колеблются, но здесь этого не происходит.

Обычно, когда начинается война, цены на нефть взлетают до небес.

Но поскольку война была небольшой по масштабам, и, что более важно, поскольку Саудовская Аравия является мировым производителем нефти, цены на нефть фактически упали.

— То есть, с точки зрения безопасности, все в порядке?

— Да. Боевые действия происходят в Йемене, а не в Саудовской Аравии. Это как будто Саудовская Аравия и Иран просто обмениваются ударами на ринге под названием Йемен, так вообще можно говорить?

Это была практически борьба за власть между Саудовской Аравией и Ираном под видом гражданской войны в Йемене.

Их собственные территории оставались в безопасности, а только Йемен превращался в руины.

— Так что вам не нужно беспокоиться о безопасности. Если Иран пойдет на безумный шаг и атакует столицу Саудовской Аравии, это даст США повод для вмешательства, поэтому Иран никогда не пойдет на такое.

Главная причина, по которой Иран не тронет Саудовскую Аравию, — это США, стоящие за ней.

Если только они не хотели объявить войну Соединенным Штатам, ни одна страна не осмелилась бы провоцировать Саудовскую Аравию.

— Да. Полагаю, вы правы.

Вывод был таков: Саудовская Аравия была в безопасности.

Тем не менее, слова Чжин-хо не давали покоя.

Зная, насколько важна была эта командировка, почему он предлагал пропустить Ближний Восток и просто поиграть вместе?

«Эта… встреча, знаешь ли. Можно ли ее отложить?»

«Что? Это было с трудом заработанное время для встречи. Если мы попытаемся отложить её, они, вероятно, не согласятся встретиться с нами снова. На самом деле, единственная причина, по которой нам удалось договориться о встрече, заключалась в том, что мы действовали быстрее других».

«Хм… Понимаю».

— Что-то не так? Вы с самого утра выглядите не очень хорошо.

— Хм? Ничего.

Хван Дэ-вун покачал головой.

«Правильно. Что может пойти не так?»

Может быть, Чжин-хо просто искренне хотел провести время, играя вместе в игру после всех этих бесконечных рабочих дней.

Как только эта командировка благополучно закончится, они всегда смогут поиграть вместе.

Так и поступлю.

/-/

«Он ведь благополучно прилетел, да?»

Он сказал, что это будет 12-часовой прямой рейс.

В тот день я впервые испытала такое чувство.

Как его описать?

Это было чувство, близкое к страху, когда волосы встают дыбом и льется холодный пот.

Поэтому я бессознательно схватил хёна за руку и сказал ему не лететь на Ближний Восток.

При этом я придумал нелепую отмазку про совместную игру.

Конечно, хён рассмеялся, сказав, что я несу чушь.

«Он сказал, что у него много важных встреч».

Когда я ещё несколько раз схватил его за руку, хён мягким тоном объяснил, почему эта поездка важна.

Саудовская Аравия может стать страной возможностей.

Я тоже это знал.

Поскольку «Kwangwoon Securities» по-прежнему уступала по масштабам другим компаниям, ей нужно было действовать быстрее всех, чтобы закрепить свою позицию.

Кроме того, я не мог точно объяснить, почему мой инстинкт внезапно пробудился.

Возможно, это был сигнал инвестировать в что-то, связанное с Саудовской Аравией, а может, дело было в чем-то совсем другом.

Поэтому я не смог удержать его до конца.

Если бы я сказал что-то лишнее и хён упустил бы важную возможность, это негативно отразилось бы и на компании.

«Может, мне стоило ещё раз попытаться его остановить?»

Но почему я всё ещё чувствую себя так неловко?

Из-за этого я не мог сосредоточиться на работе весь день.

Не то чтобы было много дел, так как я уже поставил все на франк.

Может, поэтому это беспокоило меня ещё больше.

«Ах. Мне следовало собраться с духом и попытаться остановить его ещё раз».

На всякий случай я почитал немного о Саудовской Аравии, и, похоже, там нет серьезных проблем с безопасностью.

«Может, я просто зря волнуюсь...»

Я сидел, сгорбившись в кресле, и безучастно смотрел в потолок.

Раздался срочный стук.

— Да?

— Г-глава отдела! Вы видели новости из-за рубежа, которые только что вышли?

Судя по выражению лица заместителя Ли Хе-рин, произошло что-то серьезное.

Я сразу же проверил.

[Теракт в Эр-Рияде, столице Саудовской Аравии]

«!?»

В Эр-Рияде, столице Саудовской Аравии!?

Вскоре в кабинет главы отдела вбежали другие сотрудники.

— Вы видели последние новости? Рынок, который до сих пор был спокоен, реагирует. Это довольно серьезный инцидент.

— Из-за этой новости валютный рынок, похоже, вот-вот пошатнётся. Саудовская Аравия, известная как самая безопасная страна на Ближнем Востоке, подверглась нападению. Если окажется, что это дело рук Ирана, то даже США могут вступить в конфликт...

Но их отчеты не доходили до моих ушей.

Эр-Рияд, столица Саудовской Аравии.

Именно туда направлялся хён.

«Не может быть...»

Это из-за этого я почувствовал внезапную инстинктивную тревогу?

Мои руки начали дрожать.

— Начальник отдела?

— П-подождите, мне нужно позвонить...

— А, да. Мы выйдем на минутку.

Почувствовав, что что-то не так, сотрудники быстро покинули кабинет начальника отдела.

Тем временем я дрожащими пальцами искал номер Хёна.

Я чуть не уронил телефон.

«Я должен был как-то его остановить».

Меня охватило сожаление.

Я должен был ухватиться за его брюки и не отпускать.

Нет. Не стоит думать негативно.

Даже если Хён в Эр-Рияде, это не обязательно означает, что он попал под удар.

«...»

Я молча молился: «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста», пока ждал, когда соединят звонок.

Эти несколько секунд казались вечностью.

Сколько времени прошло?

— Ах. Чжин-хо.

— Хён!

— А-а. Ты меня напугал. У меня чуть барабанные перепонки не лопнули!

— Х-хён, ты в порядке? С тобой ничего не случилось, правда?

— Конечно, я в порядке.

Я вздохнул с облегчением.

Напряжение, которое охватило меня в тот короткий момент, внезапно спало, и я чуть не рухнул на месте.

— Только что поступила новость о крупном взрыве в Эр-Рияде. Я так рад. Думаю, это не имело никакого отношения к тому месту, где ты был.

— На самом деле... я не ехал в Саудовскую Аравию.

— Что?

— Я был почти в аэропорту, но просто развернул машину и отменил все свои встречи. Что-то было не так. Твои слова не выходили у меня из головы.

— Подожди. Ты действительно отменил все из-за того, что я сказал?

— Да. Самый высокооплачиваемый сотрудник нашей компании просит сыграть вместе в игру, как я мог игнорировать такое и идти напролом? Поэтому я развернулся. Хе-хе.

Хён пошутил, а затем серьезно спросил меня.

— Но, Чжин-хо.]

— Что, хён...

— Ты случайно не знал, что произойдет этот взрыв?

— Ты говоришь что-то опасное. Как я мог это знать?

— Правда? Ладно. Тогда хорошо. В любом случае, твой хён в безопасности, так что не волнуйся. О, и подготовь членов гильдии. Нам предстоит рейд.

— Да. Я все заранее подготовлю.

— Хорошо. Возвращайся к работе.

Слава богу.

В моей голове крутились всевозможные мысли, я думал, что действительно что-то могло случиться.

Если бы произошло что-то серьезное, я бы всю оставшуюся жизнь сожалел, что не удержал хёна.

Но террористическая атака в Саудовской Аравии, из всех мест?

Было шокирующе, что такая крупномасштабная атака произошла в месте, считающемся таким безопасным.

И Саудовская Аравия имеет поддержку Соединенных Штатов?

«Сейчас не время сидеть сложа руки».

Террористическая атака в Саудовской Аравии — это явно важное событие, которое повлияет на мировой рынок.

Несмотря на то, что все наши деньги вложены в безопасный франк, рынок все равно нужно внимательно отслеживать.

Пора было возвращаться к работе.

/-/

«……»

Хван Дэ-вун сидел в тишине, закончив разговор.

Шокирующая террористическая атака в Саудовской Аравии.

Если бы он не развернул машину в аэропорту, если бы он проигнорировал предупреждение Чжин-хо, он мог бы оказаться среди жертв.

— -дин генеральный директор!

— Господин генеральный директор!

Но у него даже не было времени погрузиться в раздумья.

Руководители ворвались в кабинет генерального директора с шумом.

— Эй, вы меня так напугали, собравшись все вместе.

— Нет, господин генеральный директор. Ч-что здесь происходит?

Тем, у кого было самое бледное лицо, был никто иной, как старший управляющий директор Так.

Он был единственным руководителем, который должен был отправиться в Саудовскую Аравию вместе с Хван Дэ-вуном.

— Это действительно чудо. Когда вы внезапно отменили поездку в Саудовскую Аравию, я был совершенно озадачен, но подумать только, что это произойдет...

— Небеса действительно помогли нам.

Небеса помогли нам.

Это было верно.

Возможно, кто-то наверху послал предупреждение через Чжин-хо.

— Но почему вы внезапно отменили поездку? Старший управляющий директор Так даже не знал причины.

Хван на мгновение замер.

Стоит ли ему говорить об этом?

Нет. Даже после минутного раздумья он понял, что это было то, что ни в коем случае нельзя раскрывать.

Даже если Чжин-хо ничего не знал, что будет, если просочится информация, что он заранее предупредил?

Если кто-то исказит факты и представит дело так, будто Чжин-хо заранее знал о террористической атаке? Даже если вероятность этого была низкой, разумнее было не создавать такой риск.

— Просто утром мне приснился сон.

Поэтому он промолчал.

В то же время руководители остались безмолвными.

— Правда, из-за сна?

— Да. Мне просто повезло. Как вы сказали, мне помогло небо. Но кто, черт возьми, это сделал? Это действительно был Иран?

— Мы следили за последними новостями, и Иран быстро выступил с заявлением, что это не они. А ответственность взяло на себя ИГИЛ.

— Тск. Ничего страшного в том, что у них есть религия или идеология, но разве у них нет другого способа выразить это? Что сделали люди, погибшие в этом террористическом акте, чтобы заслужить такое?

Единственным утешением было то, что нападение было совершено ИГИЛ, а не Ираном.

Если бы это был Иран, могла бы разразиться полномасштабная война.

ИГИЛ.

Экстремистская суннитская исламская фундаменталистская военизированная группировка.

Несколько лет назад они внезапно провозгласили себя государством и вызвали хаос, а теперь они пошли и сделали что-то подобное.

— В любом случае, я в порядке, так что все возвращайтесь к работе. С такими новостями рынок может сильно колебаться.

— Да, несмотря ни на что, мы просто рады, что вы в безопасности, господин генеральный директор.

— Спасибо. О, и старший управляющий директор Так, останьтесь на минутку.

— … Да, сэр.

После того, как руководители ушли, Хван спросил старшего управляющего директора Така, который все еще казался ошеломленным.

— Старший управляющий директор Так.

— Да, господин генеральный директор.

— Если бы мы были в Саудовской Аравии, как вы думаете, мы бы попали под удар?

— … Скорее всего. Местом, которое мы выбрали для нашей первой встречи, было здание, где произошел взрыв.

«!?»

Так вот оно что.

«Значит, Чжин-хо действительно спас мне жизнь...»

— Но господин генеральный директор, откуда вы знали? Если бы вы тогда не развернули машину...

Старший управляющий директор Так задрожал, как будто от одной только мысли об этом у него застыла кровь в жилах.

— Старший управляющий директор Так. Будьте добры к Чжин-хо с этого момента.

— Что? Почему глава отдела Чон Чжин-хо вдруг...

— Есть причина. Просто будьте с ним добры.

«...?»

Старший управляющий директор Так выглядел совершенно растерянным.

«Как я когда-нибудь смогу отплатить за этот долг?

Чон Чжин-хо.

Он развил компанию, а теперь даже спас ему жизнь.

Он чувствовал, что задолжал ему долг, который никогда не сможет отплатить за всю свою жизнь.

Террористическая атака нанесла прямой удар по столице Саудовской Аравии.

Эр-Рияд был самым развитым городом среди стран Ближнего Востока и считался самым безопасным местом, поэтому такая террористическая атака вызвала большой шок.

— Благодаря тому, что Иран быстро выпустил заявление, в котором утверждал, что это абсолютно не их рук дело, рынок не слишком сильно пошатнулся.

В настоящее время Иран ведет борьбу за власть с США по ядерному вопросу.

Ну, честно говоря, это только с точки зрения Ирана.

На самом деле, они просто подвергаются одностороннему давлению.

США уже сотрудничают с различными странами, чтобы полностью прекратить всю торговлю с Ираном, тем самым оказывая на него давление.

Кроме того, им приходится участвовать в гражданской войне в Йемене, поэтому Иран оказался в довольно сложной ситуации во многих отношениях.

И тут внезапно происходит террористическая атака на столицу Саудовской Аравии?

Увидев эту новость, правительство Ирана, наверное, почувствовало холодок на спине.

Даже если это не было их делом, если другая сторона пришла к выводу, что это дело рук Ирана, и объявила войну, то страна оказалась бы в опасности.

— Во время террористических атак 11 сентября Северная Корея была первой, кто решительно заявил, что это не их рук дело. Здесь то же самое.

Благодаря этому рынок, который, казалось, должен был резко упасть, но быстро вернулся к норме.

Однако из-за этого инцидента некоторые цены выросли ещё больше.

— Цены на безопасные активы просто продолжают бесконечно расти.

— Да. Даже казначейские облигации, которые обычно не растут, начали стремительно расти.

Есть две самые высокорейтинговые государственные облигации в мире.

Это казначейские облигации США и казначейские облигации Германии.

Они классифицируются как самые надежные и безопасные активы среди всех государственных облигаций.

Из-за этого, когда рынок становится ориентированным на безопасность, эти две облигации имеют самый высокий объем торгов среди государственных облигаций.

— Но что происходит с франком...

Однако цена франка практически заморожена.

Из-за финансового регулирования швейцарского правительства, называемого системой ценовых потолков, цена франка осталась неизменной.

— Казалось, что она немного поднимется, а потом упадет. Затем казалось, что она слишком сильно упала, и она снова поднялась. Цена в основном просто застряла.

— Ну, это же франк. Есть причина, по которой он считается самым безопасным активом, верно? Если цена слишком сильно растет, швейцарское правительство выпускает предложение, чтобы снова её снизить. А если кажется, что она слишком сильно падает, они скупают её, чтобы поднять обратно.

Была причина, по которой швейцарский франк сохранял свою позицию самого безопасного актива.

— Но почему начальник отдела купил его?

— Хм. Мое предположение, хотя и не очень убедительное, заключается в том, что даже до террористического акта рынок был полностью заморожен. Так что, возможно, он не хотел просто держать капитал и решил конвертировать все во франки, чтобы понаблюдать за ситуацией.

Все кивнули.

Это была самая правдоподобная теория.

— Что вы думаете, менеджер?

Менеджер Со — человек, который прыгнул бы в огонь, если бы начальник отдела Чон Чжин-хо велел ему это сделать.

Его доверие к начальнику отдела Чон Чжин-хо было безграничным.

— Я тоже не знаю, какие намерения у начальника отдела. Никто в этой компании не может понять его проницательность. Но одно я знаю наверняка.

Сотрудники навострили уши.

— Ч-что?

— То, что у начальника отдела нет тормозов.

«Нет тормозов?»

— Даже новички здесь наверняка сталкивались с этим. Кто-нибудь видел, чтобы наш начальник отдела занимался управлением рисками, когда он проводит краткосрочные сделки?

«…….»

Если подумать, то никто не видел.

Они просто следовали приказам начальника отдела, не задумываясь об управлении рисками, как и сказал менеджер Со.

К тому же краткосрочные сделки были настолько быстрыми, что даже не было времени думать.

— Но разве не опасно не заниматься управлением рисками?

Даже при инвестировании 5 миллиардов вон необходимо тщательное управление рисками.

В противном случае команда по управлению рисками немедленно приостанавливает торговлю.

Но здесь он занимается краткосрочной торговлей на 500 миллиардов вон и даже не заботится об управлении рисками?

Это была действительно опасная инвестиция без тормозов.

— Конечно. С нашей точки зрения, это выглядит безумно рискованно. Но в глазах начальника отдела это и есть управление рисками.

— Что? Как это может быть управление рисками?

— Потому что он выигрывает.

«……?»

— Вы не понимаете? Если вы ведете только те сражения, которые выигрываете, это само по себе является управлением рисками.

Люди, которые изначально работали в команде с начальником отдела Чон Чжин-хо, кивали головами.

Напротив, новые сотрудники наклонили головы с выражением, показывающим, что они не могут этого понять.

Как будто все эти люди подверглись какому-то групповому гипнозу.

Как это можно считать управлением рисками...

В этот момент тут и там раздались звуки уведомлений.

Это был сигнал о том, что выбранные ими акции растут.

— Эм? Подождите минутку. Ч-что происходит?

— Разве франк не должен был быть ограничен из-за ценового потолка? Но сейчас он безумно растет?

— Должно быть, что-то произошло. Проверьте новости, быстро!

Швейцарский франк, который не должен был расти в цене из-за потолка, установленного швейцарским правительством, внезапно начал расти.

Когда график взлетел вверх и не показывал никаких признаков остановки, сотрудники практически онемели от удивления.

— Они только что объявили, что Швейцария отменяет потолок!

— Что? Так внезапно, без предварительного уведомления?

— Он растет. Уже на 5%... 7%... Нет, на 10%!! Скорость просто безумная!

Только тогда все сотрудники отдела посмотрели на менеджера Со.

— Я же вам говорил!?

Он улыбнулся, как будто хотел сказать, что знал об этом с самого начала.

/-/

[Из-за ажиотажа вокруг безопасных активов Швейцария в конечном итоге объявила об отмене ценового потолка. Это внезапное объявление, сделанное без предварительного уведомления, стало большим шоком для валютного рынка, и цены на франк стремительно растут. Кроме того, цена евро также……]

Всю пятницу они были на грани.

И наконец, произошел взрыв.

Франк, считающийся самой безопасной валютой в мире, так вот и ударил всем в спину.

Политика ограничения была буквально направлена на то, чтобы не допустить роста или падения курса выше 1 евро = 1,20 франка.

Но они упустили из виду одну вещь.

Это был спрос, превысивший все ожидания.

Китайский шок и дефолт Греции.

С этого момента деньги уже начали поступать в евро и франк.

Швейцария с трудом сдерживала рост стоимости, вливая деньги для стабилизации своей валюты.

Затем произошел террористический акт в Саудовской Аравии.

Это было началом эффекта домино.

Увидев нападение на столицу Саудовской Аравии, люди испугались эскалации конфликта и бросились покупать безопасные активы, что привело к такому огромному спросу, что защита цены стала практически невозможной.

— В конце концов, Швейцария подняла белый флаг.

— Вау. Но даже в этом случае, как они могут внезапно сделать такое заявление? Хедж-фонды и брокерские компании, которые доверяли политике ограничения курса, наверняка в панике.

— Думаешь, только они? Швейцарские компании и страны, импортирующие их продукцию, тоже пострадали.

Обычно для снятия такого ограничения требуется предварительное обсуждение.

Это единственный способ смягчить последствия.

Но, возможно, Швейцария была настолько отчаянна, что взорвала его без какого-либо предупреждения.

— Разве этот уровень шока не уступает только кризису субстандартного ипотечного кредитования в истории валютного рынка?

Как сказала заместитель Ли Хе-рин, шок такой величины — первый со времен кризиса субстандартного ипотечного кредитования.

К тому моменту курс франка вырос на целых 20 %.

Ключевым вопросом было, насколько он будет расти дальше.

Из-за этого, несмотря на то, что была пятница, ни я, ни мои сотрудники не смогли уйти с работы.

— Но, начальник отдела, как вы это предсказали?

— Вы предвидели, что Швейцария не сможет удержаться, верно?

— Фух. Как и ожидалось, такое озарение...!

— Вот почему нам нужно развивать способность видеть «лес».

«……»

Даже без моего ответа сотрудники были заняты тем, что сами били в барабаны и цимбалы.

— Начальник отдела, когда нам продавать?

«Он вырос на 20%».

На валютном рынке, где ежедневный рост на 5% считается значительным, 20% — это сумасшедший уровень.

Продажа здесь принесла бы огромную прибыль в 100 миллиардов вон.

Любой другой потерял бы голову и продал бы немедленно.

«……».

Но даже когда я навел курсор на кнопку «Продать», никакого сигнала не последовало.

Это означало, что цена будет расти и дальше.

— Пока не продавайте. Держите.

/-/

Террористическая атака в Саудовской Аравии, от которой у генерального директора Хван Дэ-вуна замерло сердце.

Когда он увидел эту новость, это было настолько шокирующим, что ему показалось, будто вся его жизнь промелькнула перед глазами.

Но сейчас это воспоминание даже не отложилось в его голове.

— Верно. И-что же произошло?

Это был нервотрепный момент, достаточный, чтобы заставить кого-то грызть ногти.

Это чувство было не только у Хван Дэ-вуна, все руководители, собравшиеся в его офисе, чувствовали то же самое.

— Он все еще держится.

После доклада сотрудника со всех сторон раздались вздохи.

— Что? Все ещё?

— Разве цена не превысила 30%? И он все ещё держится?

С пятницы курс франка стремительно рос.

А Чон Чжин-хо держался за него ещё до роста, инвестировав более 500 миллиардов вон.

Естественно, руководители, знавшие об этом, не имели другого выбора, кроме как собраться в кабинете генерального директора.

По правде говоря, они хотели спуститься в отдел Чон Чжин-хо и насладиться моментом вживую, но никто не осмелился прервать его, поэтому они собрались здесь.

— Но разве максимальный рост не составляет 30%?

— Тс. Серьезно. Даже с сердцем зверя, быть таким жадным в этот момент...

Генеральный директор Хван Дэ-вун посмотрел на руководителей, которые собрались один за другим после того, как услышали новости о франке, и теперь использовали его кабинет в качестве укрытия, обсуждая и анализируя ситуацию. Он был в шоке.

Это было абсурдно, но в то же время странно забавно, в этом и был подвох.

— Эй. Разве вы не говорили раньше, что 25% — это максимум?

— Это было ошибочное суждение. Но на этот раз это по-настоящему. 30 % — это определенно потолок...

— Ого, он снова растет! Он превысил 33 %!

— Что за черт! До каких высот поднимется этот чертов франк?!

Франк, который застрял в диапазоне 30 %, наконец преодолел линию сопротивления.

Пока процент продолжал расти, генеральный директор Хван Дэ-вун невольно сглотнул.

— А как же Чжин-хо? Чжин-хо продал?

— Пока нет.

— Уф.

— Он до сих пор не продает? Какой, по мнению начальника отдела Чон Чжин-хо, будет пик?

В этот момент ладони руководителей начали потеть, а рты пересохли.

Даже самый хладнокровный инвестор нажал бы на кнопку «продать» при 30%. Но Чон Чжин-хо держался до конца.

Была суббота, но никто даже не думал о том, чтобы пойти домой. Все они сгрудились вместе и уставились на график.

Франк, который поднялся до 33%, казалось, снова начал падать, но затем снова взлетел вверх.

— Уф. Это сводит меня с ума. Колебания слишком сильные.

С 30%, затем 33%, а затем временами падая до 20%.

Это была настолько сильная волатильность, что они начали сомневаться, был ли это вообще валютный рынок.

— Не нужно кататься на американских горках. Просто смотреть на это — то же самое.

Затем, в один момент.

— Эм? А-а-а?»

Франк, снова ползущий вверх, достиг нового максимума.

— 40%!?

Они повернули головы к сотруднику, отслеживающему объем торгов в реальном времени отдела Чон Чжин-хо.

—...Он продал!

Наконец, Чон Чжин-хо избавился от всех активов.

И, как и следовало ожидать от крупнейшего рынка в мире, позиция на 500 миллиардов вон была мгновенно продана.

Зафиксированная прибыль составила поразительные 40%.

— Вау...

— Это просто нереально. Это даже не игра...

— Даже в игре такое невозможно, если только не использовать читы.

Руководители выдохнули задержанный воздух и покачали головами.

Они тоже провели всю свою жизнь в мире инвестиций, но никогда раньше не видели такого «зверя».

Нет, как кто-то мог выдержать эти дикие колебания цен, поднимающиеся и опускающиеся, как шаги чечетки, и не продать?

Это было нечто, на что не способен здравомыслящий человек.

— Если бы я работал с начальником отдела Чоном, я не думаю, что мое сердце выдержало бы.

— Серьезно. Когда цена поднялась до 30%, а затем упала до 15%, я думал, что потеряю сознание.

— И даже после этого он не продал и продержался до конца... Фух. Я бы никогда не смог так.

Способность принимать решения, которые не могут принять другие, и иметь нервы, чтобы выдержать до наступления подходящего момента, — вот почему только Чон Чжин-хо управлял огромной суммой в 500 миллиардов вон.

— Но... разве это не означает, что капитал, которым управляет глава отдела Чон Чжин-хо, теперь превысил 700 миллиардов?

— Верно. Отдел был создан не так давно, а уже 700 миллиардов?

— При таком темпе он скоро превысит чистые активы нашей компании?

В настоящее время «Kwangwoon Securities» управляет активами на общую сумму 1 триллион вон.

Это сумма без учета 700 миллиардов, которыми управляет Чон Чжин-хо.

Но сейчас его инвестиционные фонды были на грани превышения чистых активов компании.

— При таком темпе он действительно движется к отметке в триллион вон...

Для этого потребуется ещё 300 миллиардов.

В мире, где заработать даже 3 миллиарда сложно, целых 300 миллиардов?

И все же, по какой-то причине.

Как только к этому добавилось имя Чон Чжин-хо, даже эти 300 миллиардов казались небольшой суммой.

/-/

— Эта модель внедорожника имеет просторный багажник и идеально подходит для кемпинга или путешествий. Она также имеет полный привод. Как только вы попробуете её, вы действительно почувствуете разницу. И эта конкретная модель является гибридной, поэтому, если вы хотите сократить расходы...

«Хм. Наверное, не стоило приходить одному».

Надо было привести с собой кого-нибудь, кто разбирается в машинах.

Скоро был день рождения моего отца, и я хотел купить ему машину, поэтому смотрел варианты в одиночку. Проблема была в том, что я не разбирался в машинах, поэтому даже после объяснений не был уверен, что выбрать.

Я искал в Интернете, посещал различные автосалоны...

«Может, мне стоило просто позвонить сестре».

Но она не приезжала домой в эти выходные, а уехала в офис, вероятно, потому что на работе возникла срочная необходимость.

[Начальник отдела, извините, что беспокою вас в выходные. У вас есть минутка?]

Во время прогулки я получил сообщение от заместителя Ли.

— В чем дело?

[А, вы сразу ответили...! По-моему, я отправила вам не ту версию файла с сводкой данных. Поэтому я срочно внесла исправления и отправила его заново. Пожалуйста, проверьте его ещё раз]

— Хорошо. Я сейчас не на месте, проверю, когда вернусь.

[О, вы не на месте? Я думала, вы отдыхаете дома. Тем более что вчера, в субботу, вы работали допоздна...]

В субботу, когда цена достигла пика в 40%.

Моя интуиция дала мне тревожный сигнал, и я продал все активы.

В то время уже была ночь, поэтому моя команда и я закончили работу довольно поздно.

— Да. Я тоже планировал отдохнуть, но на самом деле...

Я дал приблизительное объяснение, почему я сейчас не на месте.

[Выбрать машину? Когда я выбирала, я потратила уйму времени на исследования. Хотите, я вам помогу?]

— Что? Правда?

[Хе-хе. Я не много знаю, но из-за своей работы я много исследовала. Где вы? Я соберусь и приеду]

Это было неожиданное развитие событий.

Если бы я знал, что так будет, я бы одел что-нибудь получше.

[Это может занять немного времени, пожалуйста, подождите. Я подготовлюсь как можно быстрее, начальник отдела!]

Поскольку мы встретились неожиданно, я подумал, что ей понадобится время, чтобы подготовиться.

Встречаясь с заместителем Ли в одиночку впервые, я чувствовал себя немного нервно, может быть, немного взволнованно, и это было любопытное чувство.

«Пока я жду, тогда...»

Это был автосалон, в который я собирался зайти, прежде чем написать ей сообщение.

Известная немецкая компания «Stummwagen».

Одним из ключевых критериев при выборе автомобиля для меня был кузов.

Насколько хорошо автомобиль выдержит аварию?

Возможно, я действительно стал настоящим специалистом по ценным бумагам, ведь безопасность была моей главной заботой.

Хотя, честно говоря, я не уделяю столько внимания безопасности при инвестировании.

— Наши модели «Stummwagen» известны своей высочайшей безопасностью. Особенно эта новая линейка, дополнительные функции тоже превосходны.

Как только я вошел, к мне подошел продавец и начал подробно все объяснять.

— Могу я сесть в салон?

— Конечно. Пожалуйста, садитесь. Качество езды исключительное.

Действительно, ехать было очень приятно.

Неудивительно, что люди выбирают иностранные автомобили.

— Вам нравится? Наша марка «Stummwagen» активно производит экологичные модели, которые прошли недавние испытания на выбросы с отличными результатами, и, прежде всего, отличаются превосходной топливной экономичностью.

«Может, выбрать эту?»

Папа, как правило, любит такие массивные внедорожники.

Пока что я должен включить эту модель в список кандидатов и привести его в следующий раз, чтобы спросить его мнение...

— Ух!

Держа руль, я вздрогнул и отпустил его, когда внезапно раздался резкий хлопок.

— Вы в порядке, сэр?

— А, да.

Что это было?

Это было статическое электричество?

Нет. Это было не похоже на статическое электричество.

В таком случае, может быть...

— Не могли бы вы ещё раз рассказать об автомобиле, который вы только что представили?

— А, конечно. Наша «Stummwagen» недавно была признана лучшим экологичным автомобилем Европы, и в частности, в этой модели выбросы выхлопных газов снижены на 20 % по сравнению со всеми предыдущими моделями...

В этот момент раздался ещё один «удар», похожий на искру.

— М-мистер?»

— Спасибо за объяснение. Я вернусь в другой раз.

Я быстро покинул автосалон.

Я не знал причины, но я ясно получил сигнал в тот момент, когда услышал слово «экологичный».

И это был очень сильный сигнал.

«Была ли проблема с автомобилем?»

Но автомобили «Stummwagen» имели отличные отзывы во многих областях.

«... «Stummwagen» котируется на фондовой бирже в Корее?»

— В нашей стране они не котируются.

«Stummwagen» — крупнейший автомобильный концерн Германии.

Ему принадлежат практически все известные иностранные автомобильные бренды.

Он уже занимает более 20 % рынка Германии, прочно удерживая лидирующие позиции.

Концерн особенно известен своими агрессивными инвестициями в сектор спортивных автомобилей.

— Если вы хотите торговать их акциями напрямую, вам придется обращаться только к Франкфуртской бирже.

Акции «Stummwagen» можно было купить через различные деривативы, но если вы хотели совершить сделки на сотни миллиардов, лучше было обратиться напрямую к немецкому фондовому рынку.

«Ничего особенно странного не видно».

Я посмотрел последние новости, связанные с «Stummwagen».

Но ничего необычного не было.

На самом деле, это была скорее серия положительных новостей.

Продажи были высокими, испытания автомобилей прошли с хорошими результатами, и перспективы на будущее были очень многообещающими.

Если все будет продолжаться так же, «Stummwagen», скорее всего, продолжит оставаться абсолютным лидером на автомобильном рынке.

«Но тогда, почему у меня было такое ощущение раньше...»

— Начальник отдела~

Я сидел в кафе и сам изучал «Stummwagen».

Сзади раздался чистый голос.

— А, вы здесь?

— Вау. По-моему, я впервые вижу вас в такой повседневной одежде, начальник отдела.

Если подумать, заместитель Ли всегда носила костюм.

То же самое и со мной.

У нас с ней никогда не было повода встретиться вне работы.

«Поговорка, что одежда делает человека, — полная ложь».

Когда я не в костюме, а просто в повседневной одежде, я определенно чувствую, что мой внешний вид ухудшается, но заместитель Ли выглядела совершенно так же.

У костюмов есть определенное очарование.

И в то же время, в её простой одежде тоже есть какое-то исключительное очарование.

— Но на что вы смотрели? Я не пыталась подглядеть, но я видела, как мелькнули какие-то экономические новости.

— А, новости о «Stummwagen». Раз я все равно пришел посмотреть на машины, то решил быстро посмотреть, как дела у этой компании в последнее время.

— Как и ожидалось, вы никогда не перестаете работать, начальник отдела. Я стараюсь вообще не думать о акциях, когда не на работе. Но, увидев вас сегодня, я поняла, что так нельзя. Если хочешь улучшить свои навыки, нужно всегда помнить о фондовом рынке. Сегодня я узнала что-то новое.

«Я тоже в свободное время думаю только об играх, а не о фондовом рынке».

— Что ж, начальник отдела. Пойдемте? Я подготовила отдельный файл.

Заместитель Ли вручила мне файл, в котором были собраны данные по типам автомобилей для каждой марки.

— Когда вы все это сделали...?

— Я же говорила вам, что в прошлый раз изучала автомобили, помните? Тогда я не очень хорошо разбиралась в этом, поэтому все систематизировала. Похоже, сейчас это как раз пригодилось?

Её наряд может быть простым.

Но уровень её подготовки не отличался от того, когда она была в офисе.

— Хорошо. Тогда позвольте мне сопроводить вас!

Всего на мгновение.

Очень короткий момент.

У меня возникла такая мысль.

Будто это было свидание, не свидание, а подобие свидания, такая нелепая иллюзия...

Но заместитель руководителя Ли охватила все, от отечественных до зарубежных марок, следуя за мной по автосалонам.

— Эта марка известна своей надежностью. Не только на внутреннем рынке, но и в европейских тестах безопасности она получила хорошие оценки. Кроме того, на этот раз были добавлены некоторые очень удобные функции...

Тщательная подготовка.

И глубокие знания, которые с ней сопутствовали.

Это была полностью деловая поездка, без намека на романтику.

— Фух. Это было продуктивно?

— Да. Я многому научился благодаря вам. Вы, наверное, проголодались, заместитель Ли.

— Да. Очень проголодалась!

— Может, пойдем поужинаем? Вы сегодня так много для меня сделали. Позвольте мне угостить вас чем-нибудь вкусным.

— Хе-хе. Звучит здорово.

Одно из того, что я узнал, работая с заместителем Ли, — это то, что она все ест с аппетитом.

— Я сократила потребление углеводов, чтобы поддерживать фигуру. Но в последнее время я не могу перестать думать о пибимпапе.

Я планировал купить ей что-нибудь дорогое.

Но она выбрала обычный корейский ресторан.

Ну, я слышал, как она говорила во время тренировки в прошлый раз, что строго следит за своим питанием.

— Кстати, начальник отдела.

— Да?

— Эм... можно я буду снова называть вас Чжин-хо вне работы...?

— Конечно.

— Вау. Спасибо, Чжин-хо. Когда я так тебя зову, мне сразу вспоминаются старые времена. Не то чтобы это было так давно. Но почему-то кажется, что прошла целая вечность.

— И вправду…

Когда мы были младшими, мы так много вместе бегали.

По крайней мере, с точки зрения восприятия, это действительно казалось давним воспоминанием.

— Но Чжин-хо, я заметила, что ты даже не взглянул на бренды, входящие в группу «Stummwagen». Почему? Разве все эти бренды не имеют довольно хороших рейтингов?

— Я просто... не почувствовал к ним особого интереса.

— Ах, так у тебя есть свои предпочтения.

— А как насчет тебя, заместитель Ли? Какая марка тебе нравится больше всего?

— Ах, я... подожди секунду. Прежде чем ответить, я хочу сказать, что тебе не нужно называть меня заместителем Ли вне работы.

— Тогда... Хе-рин?

— Да. Хе-хе.

Называть её Хе-рин вместо заместителя Ли было немного неловко, но в то же время приятно.

— Я тоже смотрела иностранные автомобили, но я стараюсь сэкономить каждый цент, чтобы купить недвижимость.

— Недвижимость?

— Да. В нашей стране недвижимость имеет гораздо большую ценность, чем акции. Есть причина, по которой люди покупают недвижимость, даже влезая в долги. Если просто оставить её в покое, её стоимость все равно будет расти.

Это очень простая логика инвестирования, характерная для Кореи.

Допустим, я зарабатываю столько же, сколько кто-то другой.

Если один человек будет копить деньги, а другой возьмет кредит и купит недвижимость, то через десять лет у того, кто купил недвижимость, будет гораздо больше активов.

Потому что даже с учетом процентов цены на недвижимость растут быстрее.

Конечно, пока это в основном верно только для Сеула, но со временем цены на недвижимость в других регионах тоже естественным образом вырастут.

Не зря знаменитости покупают недвижимость.

В нашей стране недвижимость — лучший актив, который можно приобрести.

«Мне тоже стоит серьезно заняться недвижимостью».

Я уже был в процессе поиска нового места для жизни.

У меня было много денег, и пожить хотя бы раз в просторном, роскошном доме — мечта каждого, не так ли?

Может быть, даже было бы неплохо купить красивое здание и поручить его управление родителям.

Даже если бы я сказал им, чтобы они сейчас же уволились с работы, они бы упорно отказались, сказав, что нет смысла сидеть дома без дела.

— Ах, ты тоже должен это посмотреть. «LK Tower», который сейчас строят. Его высота будет более 550 метров.

Около пяти лет назад «LK Group» объявила, что построит самый высокий символический небоскреб в Южной Корее, и приступила к строительству.

Сейчас оно находилось на завершающей стадии, и до сдачи оставалось не так много времени.

Их амбиции сделать его самым роскошным зданием в Корее по-прежнему оставались неизменными.

— Жители «LK Tower» получают круглосуточный сервис на уровне премиум-отеля, и, что самое главное, из него открывается неповторимый вид. Только представь, как было бы здорово смотреть на ночной Сеул с такой высоты!

Я кивнул, потянувшись за чашкой, и на мгновение замер.

— Что такое, Чжин-хо?

— О, ничего.

Это длилось всего мгновение, но я почувствовал сильное волнение.

«Может быть, в «LK Group» тоже что-то происходит?»

/-/

— Что ж, желаю вам ещё одного прекрасного дня. Пожалуйста, свяжитесь со мной, когда будете готовы покинуть офис, и я сразу же пришлю машину, начальник отдела.

— А, да. Спасибо.

Говорят, что люди — существа, способные к адаптации.

Когда водитель впервые ждал меня перед домом в роскошном седане, я чувствовал себя невероятно неловко.

Но после того, как я последовал совету своего хёна никогда не садиться за руль, я привык к этому и теперь ездил с комфортом.

— Доброе утро, все.

— Доброе утро, начальник отдела!

— Хорошо. Мы начнем собрание через пять минут.

Сотрудники суетливо готовились и собирались в конференц-зале.

— Начальник отдела, материалы, которые вы запрашивали ранее, готовы.

— О «Stummwagen»?

— Да. Это исследовательские материалы о них.

«Stummwagen».

Рыночная капитализация: 119,3 миллиарда евро.

Текущая цена акций составляла около 250 евро, достигнув исторического максимума.

Стоимость торговой марки оценивалась в 39,8 миллиарда долларов, что делало её самой ценной автомобильной маркой в мире.

Компания также ускоряла свою глобальную экспансию на рынке, стремясь превзойти «Siyota», текущего мирового лидера по объему продаж.

— С тех пор как недавно акции достигли нового исторического максимума, исследовательские институты прогнозируют высокую долгосрочную доходность. Фактически, в последнее время выпускается много ETF, связанных со «Stummwagen». Кроме того, по имеющимся данным, в эти акции инвестируют как отечественные, так и зарубежные фонды.

Если в ближайшем будущем не произойдет ничего серьезного, это были очень хорошие акции, которые, как ожидалось, продолжат расти.

— Если вы планируете открыть длинную позицию, можно выйти непосредственно на Франкфуртскую биржу, но если вы хотите выйти на немецкий рынок с определенным капиталом, вы должны подать обязательный отчет. Поскольку наши активы составляют около 700 миллиардов вон, если мы инвестируем всю эту сумму в немецкий фондовый рынок, мы должны будем сообщить об этом «Bafin».

Так же, как в Корее есть Служба финансового надзора, а в США — SEC, в Германии есть «Bafin».

Так называемое Федеральное управление финансового надзора Германии.

Германия имеет самые строгие финансовые правила в Европе.

Поэтому для вложения определенной суммы капитала требуется предварительное уведомление, а если вы пытаетесь приобрести более 3% акций определенной компании, требуется дополнительное уведомление.

Существуют также строгие правила в отношении коротких продаж, так что даже короткая позиция объемом 0,3% требует уведомления и становится предметом надзора.

— Вы можете считать, что правила Германии сопоставимы с нашими. Но они особенно чувствительны к иностранному капиталу, настолько, что мониторинг и регулирование в этой области даже более строгие, чем в нашей стране.

Слушая объяснение, я пересмотрел методы инвестирования, рекомендованные исследовательской группой.

Во-первых, прямые инвестиции через Франкфуртскую биржу.

«……».

Когда я слегка навел на это курсор, я ничего не почувствовал.

Может быть, потому что они не указали, идет ли речь о длинной или короткой позиции?

Поэтому я написал «Длинная» и «Короткая» под этим.

«……».

Но я по-прежнему ничего не чувствовал.

Что это? Может быть, инвестирование в «Stummwagen» само по себе — неправильный шаг?

Может быть, то ощущение, которое я испытал тогда, было связано не с бизнесом «Stummwagen», а с дефектом самого автомобиля?

Затем я посмотрел на другие методы инвестирования в «Stummwagen», перечисленные ниже.

«Американские ADR… Гонконг, сингапурские хедж-фонды… их много».

Они отметили, что если прямые инвестиции кажутся обременительными, есть и другие пути.

Но они не были настоятельно рекомендованы.

Потому что, если инвестировать через них, комиссии будут немного выше, чем при прямых инвестициях.

«……».

Я навел курсор на эти методы.

И снова не почувствовал ничего особенного.

На всякий случай я снова написал «Длинная», но, как и ожидалось, ничего не произошло.

«Может, я просто надумал?»

Подумав об этом, я написал «Короткая» рядом с ним.

«!?»

Мое тело пронзило сильное ощущение, достаточно сильное, чтобы заставить мою ручку задрожать.

/-/

После окончания встречи менеджер Со поговорил с начальником отдела, прежде чем выйти.

Члены команды ждали, когда он выйдет из кабинета начальника отдела.

Тот самый начальник отдела, который только что добился оглушительного успеха на валютном рынке, превратив 500 миллиардов в 700 миллиардов, что было просто феноменальным достижением.

В тот день сотрудники были особенно нервны, не зная, когда начальник отдела продаст свои активы.

Когда они узнали, что он продал их на пике, выброс дофамина был настолько сильным, что их тела до сих пор дрожали от возбуждения.

Поэтому было вполне естественно, что они были любопытны.

Какой будет следующая инвестиционная цель руководителя отдела?

— Менеджер Со. Какова следующая цель начальника отдела?

— Похоже, это «Stummwagen».

— Я так и знал. Это было верное предположение. «Stummwagen» в последнее время хорошо себя проявляет. Так что это должна быть длинная позиция, верно?

— Нет. Удивительно, но это короткая позиция.

— Что?

Разве не «Stummwagen» пыталась обогнать японскую «Siyota» по глобальным продажам?

Это была одна из самых популярных компаний в мире на данный момент.

— Он думает, что грядет коррекция?

— Ну, цены в последнее время сильно выросли. Коррекция может быть, но все же...

Как ясно показывают материалы исследования, ожидается, что «Stummwagen» будет продолжать расти в ближайшее время.

Коррекция может наступить, но она будет кратковременной.

— Но я не думаю, что он открывает короткую позицию только из-за временной коррекции.

— Что? Почему?

— Посмотрите на это.

На листе, который показал менеджер Со, был список, лично проверенный руководителем отдела Чон Чжин Хо.

— Хедж-фонды, ETF, ADR и другие производные продукты? Большая часть инвестиций сосредоточена в ADR и хедж-фондах.

— Именно. Мы не входим напрямую на Франкфуртскую биржу, все инвестиции являются косвенными.

Все выглядели так, как будто не понимали, что менеджер Со пытается сказать.

— Вы не понимаете? Допустим, мы вышли напрямую на Франкфуртскую биржу и заняли короткую позицию. И вдруг цена акций «Stummwagen» резко падает. Как вы думаете, что об этом подумает «Bafin»?

— Инвестиции на основе инсайдерской информации?

— Именно. Они могут сильно заподозрить нас. Тем более что Германия очень строго относится к иностранному капиталу. Даже если нет реальной проблемы, они могут создать её.

Если бы это была просто инвестиция, нацеленная на краткосрочную коррекцию, он бы не давал указания о косвенной инвестиции. Он бы пошел прямо на рынок.

— Ах... тогда не говорите мне...

Только тогда они начали постепенно понимать.

Начальник отдела Чон Чжин-хо не вышел на немецкий рынок просто для того, чтобы заработать немного мелочи.

Если он дает указание о косвенных инвестициях такого масштаба, это явно означает, что грядет что-то большое.

— Используя такие косвенные инвестиции, если акции «Stummwagen» рухнут, «Bafin» просто будет рассматривать нас как анонимных инвесторов. Будет казаться, что деньги поступают из разных источников, а не с одного конкретного счета.

Анонимные инвесторы.

«Bafin» просто предположит, что обычные фонды или учреждения, занимающиеся короткими продажами, получили прибыль. Они никогда не догадаются, что один отдел в Корее вложил сотни миллиардов и скупил все.

— Вау. Если все действительно произойдет так, как вы говорите, это будет похоже на то, что мы — иностранные инвесторы, сеющие хаос на нашем собственном рынке, но на этот раз мы будем захватывать немецкий рынок.

— Да. Если «Stummwagen» действительно упадет. Если ставка начальника отдела окажется успешной, он заработает сотни миллиардов. Но если он провалится, он с такой же легкостью потеряет сотни миллиардов.

— Ох...

Чем больше прибыль, тем больше убыток.

Вот почему брокерские компании всегда подчеркивают важность строгого управления рисками.

— Но, конечно, и в этот раз начальник отдела...

— Нет. Разве я не говорил тебе? Его версия управления рисками — это просто «победа».

«......»

Вторжение на немецкий рынок в качестве анонимного инвестора.

И сделать это, вооружившись лишь одним мечом, без доспехов.

Прежде чем враг успевает его заколоть, он первым отрубает ему голову.

Таково было управление рисками начальника отдела Чон Чжин-хо.

Одно только представление об этом заставляло их кровь закипать, а сердца биться чаще.

— Одной только мысли об этом у меня сердце замирает.

— Я уже потею.

Им казалось, что если они будут работать здесь слишком долго, то не доживут до конца своих дней.

— Начальник отдела. Вот список гонконгских ADR и хедж-фондов, который вы запрашивали.

— Все они связаны с немецким фондовым рынком, верно?

— Да. Я выбрал только самые агрессивные медвежьи фонды.

«Медвежий фонд».

Это фонд, специализирующийся на коротких продажах.

Когда рынок в целом находится в состоянии медвежьего цикла, деньги устремляются в медвежьи фонды, и среди них есть такие, которые отличаются агрессивной динамикой.

Этот список был составлен сотрудниками после отбора.

«……».

Я внимательно изучил список.

Как каждый фонд проводит агрессивные инвестиции.

Каким капиталом они располагают.

А также, в какие секторы они вкладывают больше всего капитала и так далее.

Мне нужно было сначала ввести эти данные в свою голову.

Когда я продолжаю вводить такую информацию…

«!»

Появляются вещи, которые вызывают у меня «ощущение».

Проверив соответствующий список, я устанавливаю сумму.

Решение о сумме всегда было одинаковым.

Сначала я записывал случайное число, а затем корректировал его вверх или вниз, чтобы найти правильную сумму. Как только работа была закончена, я возвращал её сотруднику, который принес мне данные.

— Пожалуйста, инвестируйте в те, которые я проверил, и используйте суммы, обведенные рядом с ними.

— Есть!

Как только один человек уходит, сразу же приходит следующий.

— Начальник отдела. Я принес список по США, который вы просили в прошлый раз. Его можно связать с прайм-брокерами, чтобы разделить капитал, и если мы сопоставим справедливую стоимость, то можно получить левередж до 2Х.

— Подождите минутку.

В настоящее время места, где мы делим и распределяем инвестиционные фонды, были не только основными брокерами.

В их число входили и отечественные.

— «KS Asset Management» в настоящее время имеет фонд, который стремится к высокому риску и высокой доходности, поэтому я включил и этот продукт.

— Он агрессивнее, чем я ожидал?

— Да. Как раз вовремя, область, с которой они работают, — это европейский фондовый рынок, и она включает в себя «Stummwagen», который мы хотим купить.

«Kwangwoon Securities» — компания, которая мне действительно нравится.

Естественно, потому что это мое место работы.

Поэтому я не завидую другим финансовым компаниям, но есть только одна вещь, которой я завидую.

Это то, что у них есть компания по управлению активами.

Компании по управлению активами, которые являются ядром финансовых групп.

Также известные как фондовые компании.

В то время как брокерская компания обрабатывает максимум от 10 до 20 триллионов вон, как только она переходит к фондам, этот масштаб увеличивается до сотен триллионов.

— Среди фондов, которыми управляет «KS», удивительно много агрессивных. Конечно, из-за их чрезмерной агрессивности инвестиционные деньги только в начале резко выросли, а сейчас сокращаются.

— Если мы вложим деньги, они станут более активными?

— Да. Как указано здесь, они стремятся к высокому риску и высокой доходности. Есть высокая вероятность, что они будут инвестировать агрессивно.

— Понятно.

«Стоит ли мне обратиться за небольшой помощью к финансовой группе номер один в нашей стране?»

— Тогда, пожалуйста, инвестируйте суммы, которые я здесь написал.

— Есть!

Таким образом, я распределил 700 миллиардов вон между десятками целей.

На самом деле, не было необходимости усложнять ситуацию. Лучше всего было бы напрямую инвестировать в Франкфуртскую фондовую биржу.

Проблема заключалась в том, что, несмотря на то, что рыночная капитализация «Stummwagen» превышала 100 миллиардов евро, было невозможно сразу продать 700 миллиардов вон.

Были проблемы с ликвидностью, и если бы я попытался продать большую сумму, «Bafin» могла бы приостановить торговлю за нарушение рынка.

И самое главное, это была моя интуиция.

Я не испытывал хороших чувств по поводу прямых инвестиций на Франкфуртской фондовой бирже.

Вместо этого, когда я разделил суммы и просмотрел различные списки фондов, я продолжал получать стабильную обратную связь.

Поэтому я продолжал давать указания сотрудникам продолжать приносить связанные акции.

«Но как бы я ни смотрел на это, у «Stummwagen» только хорошие новости. Что же, черт возьми, должно произойти?»

/-/

Кредитное плечо.

Какая замечательная система.

Возможность совершать крупные сделки с небольшой суммой!

Но есть одна вещь, о которой нужно помнить.

Использовать кредитное плечо означает брать деньги в долг у кого-то.

Поскольку речь идет о взятии долга, это хорошо, если вы получаете прибыль, но если вы терпите убытки, сумма ущерба удваивается.

Поэтому правительство ограничивает кредитное плечо для широкой публики максимум 2Х.

До того, как разразился кризис субстандартного ипотечного кредитования, ограничения на кредитное плечо не были столь строгими.

Однако после того, как взорвалась финансовая «ядерная бомба», регулирование кредитного плеча также стало более жестким, и ограничения были введены не только для обычных физических лиц, но и для брокерских компаний.

Это было сделано для минимизации ущерба в случае возникновения другого крупного финансового кризиса, подобного субстандартному.

Конечно, на биржах, торгующих фьючерсами или валютой, возможно кредитное плечо до 100Х.

— Но это кредитное плечо становится практически бессмысленным, когда ваш капитал превышает несколько сотен миллиардов вон?

Без кого-то, кто предоставит кредит, кредитное плечо не может быть реализовано.

Другими словами, кто-то должен выступить в качестве гаранта, чтобы установить кредитное плечо.

Вот почему необходима маржа.

Однако, как только капитал превышает сотни миллиардов или триллионы, ситуация меняется.

От нескольких сотен миллионов до десятков миллиардов кредитное плечо можно использовать в определенной степени, но как только оно превышает предел риска, даже банки не могут легко его принять.

Именно тогда становится необходимым прайм-брокер.

— Честно говоря, даже если у вас есть прайм-брокер, кто даст вам кредитное плечо на несколько сотен миллиардов вон? Разве что ваш кредитный рейтинг исключительно хороший.

Если кто-то приносит несколько сотен миллиардов вон и пытается получить 10-кратное кредитное плечо, ни одна брокерская компания или банк не примет это.

Даже если это всего 2-кратное кредитное плечо, требуется огромная оценка кредитоспособности.

Если цена акций движется вразрез с ожиданиями инвестора, падая или растущая, и происходит маржин-колл, а они не выполняют свои обязательства, ущерб полностью ложится на сторону, предоставившую кредитное плечо.

Существуют исключения.

Если инвестор является известным магнатом или имеет достаточно сильный капитал, чтобы минимизировать убытки, то брокерская компания или банк могут рассмотреть его заявку.

Однако 99% отклонят её.

Для них управление рисками важнее самой жизни.

Они уже достаточно научились об опасностях благодаря 11 сентября и субстандартному кризису.

— Но... почему именно Чжин-хо пытается связаться с прима-брокерами?

Прайм-брокеры — это крупные брокерские компании и крупные банки.

Например, такие известные компании, как «GoldReagan», «JP Mason» и т. д.

Они играют важную роль в содействии крупным зарубежным инвестициям или связывании инвестиций, таких как хедж-фонды.

Если требуется кредитное плечо, они также предоставляют кредиты на основе своих внутренних кредитных оценок.

— В настоящее время он работает через прайм-брокеров, чтобы связаться с хедж-фондами, а также использует услуги по ссуде акций.

— Что? Даже услуги по ссуде акций?

Одна из основных функций прайм-брокера.

Это услуга по ссуде акций.

Через учреждения или пенсионные фонды, владеющие большим количеством акций, они берут в долг акции конкретной компании, принадлежащие этим организациям, и используют их для коротких продаж.

Хедж-фонды часто используют такого рода услуги по ссуде акций.

— Вы хотите сказать, что Чжин-хо сейчас делит средства направо и налево?

— Да. Совсем не похоже на начальника отдела Чжин-хо.

В этот момент Чон Чжин-хо распределял 700 миллиардов вон и вкладывал их в различные продукты.

— Он наконец-то занимается диверсифицированным инвестированием?

С общей точки зрения, может показаться, что Чон Чжин-хо усердно делит деньги для диверсифицированных инвестиций.

— На самом деле все наоборот.

Однако, как всегда, Чон Чжин-хо не был человеком, который следовал стандартным инвестиционным стратегиям.

— Вы только что сказали, что он распределяет деньги?

— Да. Но в конце концов все деньги пойдут в одно и то же место. Прямо в «Stummwagen».

«Что это значит?»

После всех усилий по разделению капитала единственной целью оказывается «Stummwagen»?

Мозг генерального директора Хвана начал быстро работать.

— Если подумать, то если мы внезапно вложим 700 миллиардов вон, немецкий финансовый регулятор вмешается. Цена акций «Stummwagen» недавно достигла рекордного уровня, верно? Он пытается воспользоваться этим моментом, смешивая воду здесь и там?

— Нет…

— Нет? Подождите минутку. Тогда все это — короткая позиция?

— Да. Как вы и сказали, он смешивает ярлыки и вкладывает все деньги в короткие позиции.

Генеральный директор Хван наклонил голову.

Почему кто-то вдруг решил открыть короткую позицию по «Stummwagen», которая, как предполагается, так хорошо себя чувствует?

— Есть какие-то проблемы с «Stummwagen»?

— Пока ничего не выяснилось. Напротив, хорошие новости только накапливаются, и текущая цена акций в 250 евро, как ожидается, достигнет 300 евро на следующей неделе. На самом деле, аналитики уверены, что она обязательно вырастет.

Но Чон Чжин-хо сделал ставку не на длинную, а на короткую позицию.

— И он даже удалил название «Kwangwoon Securities» из всего этого?

— Да. Если инвестиции начальника отдела Чон Чжин-хо увенчаются успехом, противник даже не узнает, кто забрал их деньги. Все разбросано по разным местам.

С другой стороны, если это не удастся.

Одна только мысль об этом была страшной.

— Сделать такую агрессивную короткую позицию по самой популярной в настоящее время автомобильной акции.

— И таким образом, что даже если это станет проблемой позже, имя «Kwangwoon Securities» не всплывет.

Если бы кто-то попытался вложить 700 миллиардов вон в короткую позицию по самой прибыльной акции в автомобильном секторе, его бы вызвали в кабинет генерального директора и на месте лишили бы должности.

Но этим кем-то является Чон Чжин-хо.

Он поставил деньги на швейцарский франк, крупнейший в мире безопасный актив, в момент, когда никто этого не ожидал, и предсказал отмену швейцарского ценового ограничения. Он также сделал состояние во время китайского шока и кризиса дефолта Греции.

У него есть необыкновенная способность чувствовать деньги во время кризисов.

— Генеральный директор, честно говоря... Я начинаю немного бояться каждый раз, когда начальник отдела Чон Чжин-хо делает инвестиции. Я все время задаюсь вопросом, какой инцидент взорвется на этот раз.

— Ха-ха. Наш Чжин-хо действительно обладает пугающей интуицией. Хотя я до сих пор не знаю, на чем он основывается, принимая такие решения.

Судя только по данным и цифрам, «Stummwagen» — это компания, которая может только расти, а не падать.

— Но если Чжин-хо принял такое решение...

Между генеральным директором Хваном и старшим управляющим директором Таком воцарилась тяжелая тишина.

Их головы подсказывали им, что решение Чон Чжин-хо должно быть неправильным, но по какой-то причине их сердца были убеждены в обратном.

Вероятно, это было из-за прошлого опыта.

— Ах, точно. Разве ваша машина из серии «Stummwagen»?

— Да.

— Я не знаю, что будет дальше, но продайте её, пока она не превратилась в хлам.

— Я купил её не так давно...

— Тогда просто держите её, если хотите.

— Уф.

Похоже, завтра ему придется начать поиски новой машины.

/-/

В других отраслях дело обстоит так же, но автомобильный рынок особенно конкурентен.

«Siyota» прочно удерживала первое место с подавляющими продажами, но их все больше беспокоила «Stummwagen», которая быстро набирала обороты.

С чего начинается технический прогресс?

Он начинается с обратного инжиниринга.

Они разбирают автомобили конкурентов и изучают, какие технологии были использованы.

В каких областях они были лучше моделей «Siyota»?

Они тщательно анализируют и пытаются понять технологию.

— Но как ни посмотри, у нас гораздо более совершенная технология снижения загрязнения выхлопными газами?

Одной из причин, по которой автомобили «Stummwagen» получали восторженные отзывы, было то, что они значительно снизили выбросы выхлопных газов.

Эта часть казалась немного странной.

«Stummwagen» не была известна разработкой экологически чистых технологий.

Они просто выпускали роскошные бренды и сосредоточивались на агрессивном маркетинге, чтобы повысить продажи.

— Но разве они не прошли все испытания?

— Прошли. Но, похоже, фактические выбросы при реальной езде отличаются.

После тщательного изучения автомобиля инженеры смогли найти разницу.

— Это проблема. Выбросы при реальной эксплуатации явно отличаются от выбросов в условиях испытаний.

Сколько бы раз они ни проводили испытания, результаты при реальной эксплуатации не совпадали.

Все указывало на одно.

— Не говорите мне, что эти ублюдки из «Stummwagen» использовали программное обеспечение...

Они манипулировали программным обеспечением, чтобы автомобиль вел себя по-разному в тестовом режиме и при реальной езде.

— Эти сукины дети?

/-/

«К этому... трудно привыкнуть».

С тех пор, как он работал под руководством начальника отдела Чон Чжин-хо, он впервые видел, как деньги делятся и распределяются таким образом.

Дело в том, что до сих пор, даже когда он диверсифицировал свои инвестиции, он вкладывал средства максимум в три-четыре области.

Но теперь 700 миллиардов вон капитала были распределены между десятками фондов.

— Наш начальник отдела диверсифицирует свои инвестиции?

— Но разве это можно назвать диверсификацией? В конце концов, цель все равно остается одной.

— Да... Но выбранные им фонды, безусловно, агрессивны. Поскольку у них не так много объема, они уже заимствуют акции и продают все в короткую.

— Это медвежьи фонды. И он выбрал только самые агрессивные.

Каждый фонд имеет свою индивидуальность.

Некоторые стремятся к стабильной доходности, а другие, как сейчас, действуют крайне агрессивно.

Если это сработает, то это джекпот.

Если нет, то это полное разорение.

Он вложил деньги только в такие фонды, которые приносят только два результата.

Это означало, что он не мог напрямую контролировать ситуацию отсюда.

— Даже при всех этих коротких продажах цена, похоже, не хочет падать?

— К этому моменту слухи, наверное, дошли и до немецких розничных инвесторов. Что кто-то продает в короткую и облизывает губы. Такая обратная реакция может на самом деле подтолкнуть цену вверх.

Не разглашается, какая организация продала какие акции.

Потому что раскрытие этой информации равносильно крику: «Убейте меня».

Однако можно увидеть объем и соотношение коротких продаж.

Невозможно точно сказать, кто что продал, но можно увидеть, если объем коротких продаж по определенной акции внезапно вырос, и на основе этого сравнить его с недавней торговой активностью и сделать вывод о том, где сосредоточены короткие продажи.

Розничные инвесторы не дураки.

Именно поэтому в их сообществах, вероятно, уже начали циркулировать слухи.

О том, что какая-то теневая сила осмелилась продать «Stummwagen», которая в настоящее время находится в состоянии резкого роста.

Это вызвало бы обратную реакцию, приведя к еще большему спросу и подтолкнув цену вверх.

Если бы ситуация ухудшилась, то со всего мира собрались бы «волки», подняли бы цену акций и похоронили бы продавцов.

Некоторые делают это ради прибыли.

Другие же собирают капитал просто ради удовольствия разгромить продавцов коротких позиций, даже если это не приносит им выгоды.

Таков фондовый рынок.

Эмоции преобладают над разумом.

Поэтому сотрудники нашего отдела дрожали, когда цена «Stummwagen» росла день ото дня, вместе с объемом покупок.

Если бы все продолжалось так же, 700 миллиардов вон могли бы просто исчезнуть в воздухе.

Итак, они провели несколько нервных дней.

— Вы все видели новости?

— Да, мы тоже только что их посмотрели.

Как обычно, сотрудники, которые пришли на работу в 6 утра, уже сидели перед своими мониторами.

Это было потому, что из Калифорнии только что пришла шокирующая новость.

[«Stummwagen» манипулировала своим программным обеспечением, чтобы в тестовом режиме производить значительно меньше выбросов оксида азота по сравнению с реальным вождением, при этом выбросы превышали экологические нормы США в 40 раз. Это явное нарушение закона, и правительство США будет содействовать временному запрету на все продажи автомобилей «Stummwagen»…]

Невероятное поведение от ведущего автопроизводителя Германии.

Они подделали программное обеспечение, чтобы ввести в заблуждение относительно выбросов.

И в целых 40 раз!

— Что, они действительно думали, что их не поймают?

— Согласно отчету, они делали это в течение довольно долгого времени.

— Невероятно, и те, кто это сделал, и страны, которые дали себя обмануть.

— Никто не мог представить, что «Stummwagen» пойдет на такое.

— Подождите секунду.

— Сейчас не время сидеть сложа руки.

— После таких шокирующих новостей цена акций «Stummwagen» не может остаться прежней.

— Немецкая фондовая биржа уже открылась? А как насчет тех мест, куда мы вложили деньги? Нам нужно быстро проверить и переместить средства.

Когда менеджер Со бросился бежать, его взгляд встретился со взглядом только что прибывшего начальника отдела Чон Чжин-хо.

— О, начальник отдела.

— Успокойтесь, менеджер Со. Сейчас нам не нужно ничего делать, верно?

— Простите?

«Не нужно ничего делать? Что он имеет в виду?»

Менеджер Со прокрутил в голове слова Чон Чжин-хо, возвращаясь в офис, а затем хлопнул в ладоши.

«Ах, да».

Мы сейчас занимаемся автоохотой, верно?

Фонд — это система, в которой, когда мы доверяем свои деньги, ими управляют менеджеры, работающие с фондом.

Но есть один минус.

Если мы продаем акции, то можем сразу же снять деньги. Однако в случае с фондами нам приходится ждать как минимум три дня, чтобы получить свои деньги обратно.

Так появились ETF.

ETF имеют то преимущество, что ими можно напрямую торговать на бирже, и мы можем вкладывать или снимать деньги в любое время.

Но деньги, которые мы инвестировали на тот момент, в основном были вложены в фонды.

Некоторые короткие позиции были открыты с помощью услуг по ссуде ценных бумаг через прайм-брокера, но большая часть денег была завязана в различных фондах.

И эти фонды отличались зверской агрессивностью.

Уровень риска был на пике, но если охота прошла успешно, доходность была гарантирована.

Если бы выбор оставался за мной, я бы никогда не выбрал их. Но моя интуиция выбрала их. И причина этого наконец-то раскрылась.

[Генеральный директор «Sturmwagen» признал факт всех манипуляций и подал в отставку. В результате ожидается, что последствия «Дизельгейта» станут еще более серьезными, и группа «Sturmwagen» приняла решение об отзыве 11 миллионов автомобилей.]

Дизельгейт.

Выяснилось, что «Sturmwagen» в течение многих лет продавала автомобили, фальсифицируя данные о выбросах в 40 раз.

Из-за этого генеральный директор ушел в отставку, проблемные автомобили были отозваны, а штрафы составили триллионы.

Штрафы были не единственной проблемой.

Они также должны были выплатить компенсацию покупателям.

Но, как всегда, было ясно, что они сделают все возможное, чтобы с помощью лоббирования уменьшить компенсацию до мизерной суммы.

Другими словами, только владельцы автомобилей «Sturmwagen» оказались в невыгодном положении.

«…….»

Я проверил состояние каждого фонда, в который в настоящее время инвестированы наши деньги.

Обычно, когда деньги вкладываются в фонд, вы не имеете представления, куда они на самом деле инвестируются.

Но это зависит от контракта.

Если брокерская компания напрямую связывается с управляющим активами для инвестирования средств, то в зависимости от соглашения объемы транзакций могут проверяться периодически, если не в режиме реального времени.

«Это очень похоже на управление фермой ботов».

В играх есть люди, которые используют десятки компьютеров для профессиональной работы ботов.

Их называют бот-фермами.

И, ну...

То, что я делал сейчас, было похоже на наблюдение за работой бот-фермы.

Я разбрасывал ботов под названием «фонды» повсюду, чтобы автоматически собирать свои деньги. В играх это незаконно, но не здесь.

Здесь «автоматическая охота» — это разумное инвестирование и совершенно законно!

«Но, серьезно, они все безумно агрессивны».

Ну, я выбрал только такие фонды.

На нормальном рынке я бы потерял деньги, но теперь, когда «Sturmwagen» понесла огромные убытки, мы были как гиены, тихо ждущие своего часа.

Поскольку у противника все равно не осталось сил для контратаки, мы наносили агрессивные удары.

«Похоже, они уже довольно сильно пострадали...»

Не лучше ли прекратить охоту и начать возвращать деньги?

Я проверил список фондов, в которые я инвестировал, один за другим.

«...»

Ни один из них не вызвал у меня чувства «интуиции».

Несмотря на то, что акции «Sturmwagen» уже упали на 20%.

Другими словами, охота ещё не закончилась.

Это было только начало.

/-/

Увидев, как разразился скандал «Дизельгейт», генеральный директор Хван подумал, что то, что должно было случиться, наконец-то произошло.

У Чжин-хо была причина инвестировать в короткие позиции, и он был уверен, что что-то «взорвется».

В то же время ему пришла в голову другая мысль.

— Старший управляющий директор Так. Вы продали свою машину?

— Да. Я продал её прямо на пике. Теперь она упала в цене до грошей. Ха-ха.

— Почему вы обычно не продаете на пике?

— Когда вы так точно попадаете в точку, мне нечего сказать...

У генерального директора Хвана была причина собрать сегодня руководителей.

— Вы все знаете, что происходит, верно? «Sturmwagen» сильно прокололась, и их акции упали на 30%. Проблема в том, что немецкие финансовые власти внимательно следят за этой ситуацией.

«Bafin» известен как самый строгий орган финансового надзора в Европе.

Из-за «дизельного скандала» акции «Sturmwagen» были разгромлены.

Благодаря этому немецкий фондовый рынок потрясен.

Проблема заключалась в том, что на этом хаотичном рынке кто-то устраивал денежную вечеринку.

Это были силы, которые открыли короткие позиции.

— Как сейчас обстоят дела с общественным мнением в Германии?

— Ну, ещё до того, как разразился скандал с дизельными двигателями, ходили слухи, что некоторые силы заняли значительные короткие позиции. Никто не знает, какие это компании и какие позиции они занимают, но, глядя на общую ситуацию с короткими продажами и объем, сконцентрированный в одном месте, можно понять.

— Поэтому многие говорят, что кто-то заранее использовал инсайдерскую информацию для коротких продаж. «Bafin» также расследует это дело.

В этом и заключалась проблема.

На фондовом рынке, когда большинство терпит убытки, а лишь немногие получают огромные прибыли, начинается «охота на ведьм».

В конце концов, финансовые органы вынуждены проводить расследование под давлением общественности.

Они могут даже попытаться каким-то образом сфабриковать обвинение.

И самой большой проблемой было то, что подозреваемым, которого они искали, оказалась компания «Kwangwoon Securities».

— Какова вероятность того, что «Kwangwoon Securities» попадет в беду?

— Считайте, что она практически равна 0%.

Несмотря на то, что компания заняла короткие позиции на огромную сумму в 700 миллиардов вон и заработала целое состояние, практически ничего не могло нанести ущерб «Kwangwoon Securities».

— Начальник отдела Чон Чжин-хо разработал план настолько тщательно, что у меня аж мурашки по коже пробегают каждый раз. Он так тщательно распределил деньги, что наша личность в принципе не может быть раскрыта.

— Для «Bafin» это будет просто выглядеть как группа агрессивных фондов, делающая свои обычные рискованные инвестиции и просто испытывающих удачу.

Выбор Чон Чжин-хо был действительно изысканным.

Вместо того, чтобы инвестировать напрямую в Германию, он распределил деньги по чрезвычайно рискованным спекулятивным фондам, сделав невозможным отслеживание их источника.

— Он спланировал это с пугающей тщательностью. Как будто он был полон решимости полностью разграбить немецкий фондовый рынок. Честно говоря, иностранцы всегда грабили наш рынок, но теперь, когда мы сами занимаемся грабежом, это одновременно и волнующе, и странно.

Когда недавно лимит цен на акции в Корее был увеличен с 15% до 30%, иностранные инвесторы на короткое время нагрянули на KOSPI.

Все знают, как они манипулировали ценами по своему усмотрению, обирая розничных инвесторов, прежде чем исчезнуть, как дым.

Дело дошло до того, что даже в местных сообществах стали говорить, что лучший ответ на нападение иностранцев — поднять руки в знак сдачи и ничего не делать.

Эти силы пришли из США, Европы, Китая, Гонконга и так далее.

Они были распределены по всему миру.

Но теперь Германия была полностью ограблена черноволосыми иностранцами и была слишком ошеломлена, чтобы реагировать.

— Конечно, по сравнению с иностранным капиталом 700 миллиардов вон — это всё ещё очень небольшая сумма...

— Страшно то, что это только начало.

— Сейчас речь идет о миллиардах, но если сумма вырастет до триллионов и начнет потрясать зарубежные рынки, последствия будут невообразимо огромными.

— Но даже тогда никто не сможет выяснить, кому принадлежат эти деньги.

Одной только мысли об этом им становилось страшно.

— Но, сэр, действительно ли начальник отдела Чон Чжин-хо заранее знал, что произойдет «Дизельгейт»?

Это было то, о чем все задавались вопросом.

Все повернулись, чтобы посмотреть на генерального директора Хвана.

— Знал Чжин-хо заранее или нет... это не имеет значения. Все, что нам нужно сделать, это убедиться, что Чжин-хо не понесет никакого ущерба. Именно поэтому мы сидим здесь, в этих креслах руководителей.

Они кивнули.

В конце концов, финансовый рынок — это, по сути, война информации.

Говорят, что инсайдерская торговля запрещена, но в итоге тот, кто знает больше, получает больше прибыли.

Удача важна на финансовом рынке, но одной удачей долго не проживешь. Поэтому нужно добывать информацию и уметь её правильно использовать.

В этом смысле им не нужно было знать, имел ли Чон Чжин-хо какую-то важную информацию.

Как сказал генеральный директор Хван, все, что им нужно было сделать, — это подумать о том, как защитить Чон Чжин-хо, как компания может стать его защитой.

— Держите глаза и уши открытыми со всех сторон. Если Чжин-хо будет угрожать какая-либо опасность, мы сами вмешаемся и ее устраним.

— Да, сэр.

— Мы будем внимательно следить за ситуацией, генеральный директор.

Безопасность Чон Чжин-хо.

Теперь это было их главным приоритетом.

/-/

— Что? Телохранитель?

— Да. На этот раз я планирую создать команду безопасности. Для VIP-персон нашей компании. Пока что это только ты и я.

— Я понимаю тебя, хён. Но почему я…

— Конечно, ты тоже VIP-персона. Я тебе много раз говорил, разве нет? В брокерской компании тот, кто зарабатывает больше всех, является главным. С точки зрения компании, ты важнее нас, понимаешь?

— Хм. Конечно, ты самый важный, хён. Без головы как может двигаться тело?

— Ха-ах. Ты снова заставишь меня прослезиться. Кстати, Чжин-хо. Я не собирался спрашивать, но мне немного любопытно.

— Да, спрашивай что угодно.

— Те средства, которые ты распределил... когда ты планируешь их вернуть?

Инвестиционные деньги всё ещё лежали, распределенные по десяткам позиций.

Фондовые менеджеры усердно зарабатывали деньги от моего имени, как настоящие боты.

— Я планирую оставить их на время. В любом случае, сейчас выходные, так что я немного понаблюдаю за ситуацией. Когда придет время продавать, я приму меры.

— Конечно. Я догадался, что ты все обдумал. Извини, что позвонил внезапно в выходные.

— Нет, что ты. Конечно, я должен ответить на твой звонок. Ах, но я сейчас с семьей, так что, думаю, зайду в игру немного позже.

— Как скажешь. Не торопись. Я займусь накопившимися квестами.

— Постой, ты уже в игре?

— Конечно. Эта игра сложная. Если не играть какое-то время, те, кто ниже, начинают догонять. Какой гильдмастер слабее членов гильдии? Надо подавать пример. В любом случае, я пошел играть. Наслаждайся временем с семьей.

— Да, береги себя, хён.

Я закончил разговор и вернулся в машину, которая ждала меня.

— Извините, что позвонил вам в выходной.

— Нет, все в порядке. Мы работаем по графику 365 дней в году, так что звоните в любое время. Честно говоря, нам даже жаль, что нам так много платят за то, что нам почти нечего делать. Ха-ха.

В машине уже сидели мама, папа и моя младшая сестра.

— Благодаря нашему сыну я могу ездить на такой дорогой машине.

— Подожди, это твоя компания предоставила?

— Да. Это их способ сказать мне, чтобы я не садился за руль.

Когда мои родители впервые услышали, что я получил миллиарды в качестве поощрения, они подумали, что я шучу.

Но, увидев сумму на банковском счете, мама замерла на месте. Она подумала, что что-то пошло не так, и запаниковала.

— Я до сих пор не могу в это поверить. Что ты сделал, чтобы заработать столько бонусов...

— Кхм. Это же очевидно, потому что наш сын потрясающий. Думаешь, компания отдала бы это бесплатно? Я всегда верила, что Чжин-хо добьется успеха. Он был гением с детства.

— Ха-ха-ха.

— Правда. Оппа с детства хорошо учился. Теперь он наконец-то расцвел.

Это был момент, который сделал меня самым счастливым с момента моего успеха.

Признание моей семьи.

Иногда я задаюсь вопросом.

«Где мне потратить эту огромную сумму денег?»

Я никогда не думал, что наступит день, когда у меня будет такая приятная дилемма.

Честно говоря, я никогда не мечтал о том, чтобы накопить роскошные бренды или коллекцию иностранных автомобилей.

Мне просто нравилось испытывать прилив дофамина в офисе, ведя безжалостные торги, а когда я возвращался домой, я любил играть в игры с товарищами из гильдии.

Ах, и я наконец-то смог потратить в игре столько, сколько никогда раньше не мог. Это тоже было здорово.

Но было кое-что, что доставляло ещё большее удовольствие.

Тратить деньги на свою семью.

И делать это с размахом!

— Подожди, ты действительно переезжаешь в такое огромное место?

— Да. Вы же видели в новостях? Оно будет построено в следующем году и станет самым высоким зданием в стране. Кроме того, проживая там, вы сможете пользоваться всеми гостиничными услугами. От уборки до приготовления еды, всем.

«LK Group» славится своим «LK Hotel».

Как ведущая гостиничная компания в Корее, она пообещала предоставить лучшие гостиничные услуги для «LK Tower».

Размеры базовых квартир варьировались от 48 до 250 пхён.

В частности, квартиры площадью 250 пхён были пентхаусами, и в «LK Tower» было только две такие квартиры.

Поскольку строительство ещё не было завершено, я не смог зайти внутрь, но благодаря макету дома я мог хотя бы увидеть, как выглядит планировка.

— Вау. Но макет действительно хорошо сделан.

— Серьезно. Я слышал, что они приложили все усилия, чтобы сделать его.

— Цена начинается от 5 миллиардов и доходит до 30 миллиардов?! Это же просто безумие! Оппа, ты серьезно думаешь жить здесь?

И не только здесь.

Я также планировал купить здание и передать его управление своим родителям, которые ни за что не хотели уходить с работы.

Может быть, если я сделаю столько, они согласятся, даже если будут притворяться, что не хотят.

Как я уже говорил с Ли Хе-рин, в Корее недвижимость — лучший вид активов.

Даже если все деньги ушли бы в недвижимость, не о чем было бы беспокоиться.

— Вау, ты видел список услуг отеля? Один звонок, и они круглосуточно доставят твои вещи в подземный паркинг. Есть услуга по доставке и многое другое. Плюс, каждое семейство получает от 5 до 10 парковочных мест. Деньги действительно решают все. Жизнь просто на другом уровне.

— Тогда тебе лучше к этому привыкнуть. С следующего года ты будешь жить здесь.

— С ума сойти. Что я скажу, когда коллеги на работе узнают, что я переехала в «LK Tower»?

Судя по ошеломленному выражению лица моей сестры, она, похоже, уже погрузилась в мир фантазий.

Все говорили, что это слишком дорого, что нет нужды платить столько, чтобы жить в таком месте...

Но, по-видимому, им все-таки очень понравилось.

— Было бы хорошо заранее забронировать квартиру. Понимаете, спрос на них очень высокий. Некоторые люди уже заранее купили по три квартиры. Они ожидают, что цены взлетят до небес, как только «LK Tower» будет построена.

Я кивнул в ответ на любезное объяснение сотрудника.

«Может, мне тоже стоит купить ещё одну квартиру».

Даже с моей точки зрения, цены здесь обязательно вырастут в будущем.

«Но... что-то меня беспокоит».

Я начал чувствовать что-то с того момента, как сотрудник начал объяснять.

Но это было слабое, слишком слабое ощущение.

Я даже не знал, что этот сигнал пытался мне сказать.

«То же самое произошло, когда я разговаривал с Ли Хе-рин в прошлый раз».

Тогда я тоже почувствовал слабый сигнал.

Может быть, это из-за этой башни?

«Не может быть... дефект в конструкции?»

Это был проект, на который «LK Group» ставила всю свою репутацию.

Или, может быть, сигнал исходил не от башни, а от самой «LK Group».

«……»

Пока моя семья продолжала экскурсию, я поискал «LK Group» в своем телефоне.

[Председатель «LK Group» О Дон-Ён. Процесс преемственности завершен. Все передано старшему сыну О Сун-хёну]

[О Сын-хён назначен следующим председателем «LK Group»?]

«LK Group» находилась в процессе крупной смены руководства.

Председатель О Дон-Ён передавал свою должность старшему сыну, О Сын-хёну.

С этим было все в порядке, но проблема заключалась в том, что было дальше.

[Второй сын О Чжэ Хён заявляет, что не заинтересован в должности председателя]

[«Я полностью поддержу своего старшего брата, который станет председателем». О Чжэ Хён делится своим мнением]

Не долго думая, я нажал на статью с интервью о втором сыне председателя О Дон-Ёна, О Чжэ Хёне.

«!?»

Мое тело внезапно пронзила сильная дрожь.

Рыночная капитализация в 20 триллионов вон.

Эта цифра включает только акции котируемых на бирже компаний, а если учесть и некотируемые, то масштаб становится ещё больше.

«LK Group» владеет крупнейшей гостиничной сетью в Южной Корее и зарабатывала большие деньги на ритейле, таком как универмаги и магазины беспошлинной торговли.

В частности, её основной бизнес, «LK Hotel», не был котируемой на бирже компанией.

— В процессе преемственности в «LK Group» действительно были некоторые проблемы. Но они не создали никаких серьезных сложностей. Вопреки опасениям, второй сын, О Чжэ Хён, без сопротивления принял процесс преемственности. Похоже, что нынешний вице-председатель и старший сын, О Сун Хён, будет назначен председателем в начале следующего года.

Самый большой фактор, сдерживающий рост корейского фондового рынка.

Это преемственность.

Это не то же самое, что передача королевского престола или чего-то подобного.

Они ведут себя так, как будто небо рухнет, если они не передадут права управления и компанию своим родственникам.

Проблема в том, что даже акционеры считают такую преемственность само собой разумеющейся.

За рубежом практически не существует культуры передачи прав управления своим детям, но в Корее это особенно укоренилось, поэтому иностранные инвесторы рассматривают это как риск, связанный с владельцем.

Именно из-за этого иностранные инвесторы не держат свои деньги в Корее в течение длительного времени.

Они не думают о развитии компании с помощью проверенных профессиональных менеджеров, а вместо этого легко передают права управления старшему сыну, чьи управленческие способности даже не были проверены, просто потому, что он является их кровным родственником.

— Ничего не поделаешь. В нашей стране считается странным, если вы не передаете компанию своим детям. Неудивительно, что иностранцы удивляются нашей культуре. Даже когда во время преемственности происходит аннулирование акций или падение их цены, судебных исков не возникает.

Даже если кто-то подаст иск, он будет проигран.

В США создаются компании, ориентированные на акционеров, а в Корее — компании, ориентированные на владельцев.

В этом заключается решающее отличие между внутренним и зарубежным фондовыми рынками.

— Значит, нет никаких проблем, связанных с «LK Group», которые могли бы вызвать сложности?

— Верно. Процесс преемственности завершен. Кроме того, «LK Tower» должна быть завершена в следующем году. Ах да, конечно, похоже, что во время строительства «LK Tower» возникли некоторые финансовые проблемы. Но поскольку больше никаких слухов не было, похоже, что проблема была успешно решена.

Если посмотреть на данные о «LK Group», то можно увидеть круговую структуру акционерного капитала, как и у других корейских конгломератов. Другими словами, она была спроектирована таким образом, чтобы обеспечить контроль над всей группой с минимальным количеством акций за счет создания сотен циклических связей владения.

Вероятно, даже внутри «LK Group» лишь немногие инсайдеры знают, насколько сложна эта сеть.

И лишь немногие знают, как правильно распутать эту сеть. Если организация управляется неэффективно, связи могут запутаться и вызвать проблемы в структуре владения.

Именно поэтому процесс преемственности был сложным.

Кроме того, более глубокое изучение «LK Group» раскрывает ещё больше.

— «LK Group» в настоящее время контролирует все свои дочерние компании через «LK Corporation». Но над «LK Corporation» есть ещё одна холдинговая компания.

— Это японская холдинговая компания, упомянутая здесь?

— Да. Поскольку «LK» возникла в Японии. «LK Orient» контролирует «LK Corporation», поэтому, по сути, настоящий владелец находится там.

Поскольку «LK» началась в Японии и расширилась в Корее, это было, пожалуй, неизбежно.

— Но, что удивительно, многие корейцы об этом не знают. Довольно много людей думают, что «LK» — чисто корейская компания. Ну, в конце концов, сейчас компанией управляет корейский гражданин.

— Но чем больше я смотрю на эту круговую структуру акционерного капитала, тем более она мне кажется увлекательной и безумно сложной.

Контроль над всей группой через многочисленные связи и минимальные доли участия.

«Даже представить себе не могу, чья это была идея».

— В Европе тоже есть компании с круговым владением акциями, но разница в том, что они полностью отделяют управление от владения. А в Корее компании пытаются делать и то, и другое одновременно, что делает структуру ещё более сложной.

И «LK Group» была компанией с самой сложной структурой кругового владения акциями в Корее.

— Но, сэр, почему мы вдруг заговорили о «LK Group»...

— Ах. Мне просто стало немного любопытно. Была статья, в которой говорилось, что процесс преемственности был завершен.

Я заинтересовался «LK Group» из-за очень сильного чувства, которое я испытал в тот день, осматривая макет дома «LK Tower».

И именно из-за этой статьи.

«Я до сих пор это чувствую».

Интервью, в котором второй сын председателя О Дон-Ёна, О Чжэ-Хён, сказал, что будет поддерживать своего старшего брата О Сун-Хёна и помогать развивать «LK Group».

Это вызвало у меня сильный трепет.

Почему?

Почему именно эта статья, а не какая-то другая, вызвала у меня такое чувство?

И тогда мне вдруг пришла в голову такая мысль.

«А что, если О Чжэ-Хён лжет?»

Я поискал другие статьи.

Статьи, в которых О Чжэ Хён говорил, что поможет своему старшему брату правильно управлять компанией.

И, конечно же.

Только эти статьи вызывали у меня такое сильное чувство.

— Менеджер, эти два брата не будут бороться за владение акциями?

— Разве О Чжэ Хён не сказал в интервью, что он не заинтересован в должности председателя?

— Да. Но вы знаете, как говорят. Тот, кто заявляет, что не интересуется деньгами, обычно больше всех ими одержим.

— Вы же не думаете, что О Чжэ Хён лжет?

— Я изучил статьи и во многих аспектах результаты О Чжэ Хёна на самом деле лучше, чем у вице-председателя О Сун Хёна. Возможно, он считает себя лучше своего старшего брата.

Менеджер Со медленно кивнул.

— Честно говоря, как человек, он, вероятно, лжет, когда говорит, что не заинтересован в должности председателя. Но председатель О Дон-ён уже решил передать её старшему сыну, и процесс преемственности близится к завершению. На данный момент О Чжэ Хён, вероятно, ничего не может сделать.

На первый взгляд менеджер Со был прав.

Но каждый раз, когда я читал статью, связанную с О Чжэ Хёном, мой инстинкт продолжал сигнализировать мне.

А это значит, что что-то должно быть.

— Менеджер Со, можете попросить исследовательскую группу более внимательно изучить структуру собственности «LK Group»? Особенно «LK Orient» в Японии.

— Да, конечно. Я сразу же этим займусь.

Внутренне я тоже понимаю, что преемственность уже решена и у О Чжэ Хёна нет шансов.

Но должно быть какое-то объяснение тому, что инстинкт продолжает подсказывать мне обратное.

Это может означать переворот со стороны О Чжэ Хёна, а может быть и что-то совсем другое.

«Если нет, ну и ладно».

Главное, чтобы это не было связано с некачественным строительством башни «LK Tower», в которой я купил квартиру.

/-/

С детства мой отец всегда говорил одно и то же.

Ты должен помогать своему старшему брату хорошо руководить этой компанией.

Всегда следуй словам своего брата.

Если твой брат хочет что-то сделать, поддержи его всем, что у тебя есть.

Брат, брат, брат!

Для моего отца существовал только старший сын.

Тем не менее, я очень усердно работал в компании, думая: «Может быть, он хоть раз посмотрит на меня».

Кровная линия главы компании.

Второй сын, который уже был отстранен от преемственности.

Я прожил всю свою жизнь с этим ярлыком, скрывая свои амбиции, всегда находясь там, где меня мог увидеть отец.

Но ответ всегда был один и тот же.

«Помогай своему брату. Твой брат — владелец этой компании».

Тогда я понял.

Мой отец никогда не обратит на меня внимания.

Эта компания с самого начала и до конца была предназначена только для старшего сына.

Сколько бы я ни боролся, сколько бы ни доказывал свою способность, отец видит только своего первенца.

Тогда мне остается только один путь.

Так же, как И Бан-вон обнажил меч и изгнал своего отца и братьев, чтобы занять трон, я тоже должен поступить так же.

— Господин генеральный директор, мы прибыли.

О Чжэ Хён открыл закрытые глаза.

Он вышел из машины и остановился, чтобы глубоко вздохнуть, прежде чем войти в место, где ждали акционеры.

«В тот момент, когда я открою эту дверь и войду».

«Назад дороги не будет».

Я должен порвать отношения с отцом, братом и всей семьей «LK».

«Стоит ли это того?»

«……»

Колебания длились недолго.

О Чжэ Хён открыл дверь и вошёл внутрь.

/-/

Есть человек, известный как отец коротких продаж.

Джордж Сорос.

Даже его имя звучит как «короткий». Он был человеком, который предсказал обвал британского фунта и продал его на сумму 10 миллиардов долларов.

10 миллиардов долларов.

Это более 14 триллионов вон в корейской валюте.

По сегодняшним меркам это может показаться не такой уж огромной суммой, но, учитывая, что это были 1990-е годы, она имела гораздо большую ценность, чем сейчас.

Он продал в короткую позицию на 10 миллиардов долларов, заставил британское правительство поднять белый флаг и получил прибыль в 1 миллиард долларов.

Только 1 миллиард долларов?

Вы можете так сказать, но так работает короткая продажа.

В то время как длинная позиция приносит прибыль по мере роста цены, короткая позиция приносит прибыль по мере падения цены.

Кроме того, чем больше сумма денег, поставленная на кон, тем больше прибыли можно получить даже при небольших колебаниях, поэтому нельзя долго удерживать позицию.

Даже если вы прогнозируете падение цены, если цена движется по кривой, может быть запущен маржин-колл.

И есть ещё один важный момент.

1 миллиард долларов прибыли от этой 10-миллиардной инвестиции был получен всего за один день.

— Но, начальник отдела, разве вы не корейский Джордж Сорос?

— О чем вы говорите? Даже Джордж Сорос не сравнится с нашим начальником отдела. Кто в мире лучше нашего босса в инвестировании?

Когда Джордж Сорос потряс британское правительство массовыми короткими продажами, в ответ были введены регулирующие меры.

В частности, были введены новые правила, регулирующие деятельность хедж-фондов, которые часто осуществляют короткие продажи, а также были созданы механизмы безопасности для предотвращения серьезного ущерба, причиняемого ими.

Но независимо от таких правил.

В тот момент, когда кто-то начинает истекать кровью и шататься, голодные гиены устремляются, как волки.

Никакие законы и правила не защитят падшую добычу.

— Учитывая, что капитал так распределен, и поскольку мы используем услуги по кредитованию фондов и ценных бумаг, а комиссии высокие, если мы оцениваем на основе этого, то текущая цифра составляет примерно...

Голос заместителя директора Ан Ён-сана слегка дрожал, когда он представлял отчет.

— 1 триллион вон.

— Вау...

— Один триллион вон?!

Мы наконец-то вышли за пределы миллиардов вон и вошли в клуб триллионеров.

1 триллион вон.

Это огромная сумма, но в мире инвестиций она не является особенно большой.

Взять хотя бы «KS», крупнейшую финансовую группу в нашей стране, которая управляет более чем 300 триллионами вон только в фондах.

А в глобальном масштабе даже 300 триллионов вон — это не так много.

Это потому, что компания «Whiterock», лидер в области управления активами, управляет колоссальной суммой в 4,7 триллиона долларов, что составляет 5,600 триллионов вон в корейской валюте.

Нам даже не нужно смотреть так далеко. Только наш Национальный пенсионный фонд управляет более чем 500 триллионами вон.

Конечно, все эти компании объединяет то, что капитал принадлежит не им, а их клиентам.

Тем не менее, даже если это деньги клиентов, поскольку фонды управляются на основе стратегических решений, их влияние нельзя игнорировать.

В некотором смысле это мотивирует меня.

Глядя на компании, которые намного превосходят меня по уровню, я обретаю надежду и цель — однажды я тоже смогу достичь такого уровня.

— Как и ожидалось, начальник отдела... ваши цели грандиозны.

— «KS» управляет более чем 300 триллионами вон, но это в основном деньги клиентов. Если бы вы управляли 300 триллионами только за счет капитала компании... вы бы достигли уровня «Kangseong Electronics», не так ли?

— «Kangseong Electronics» — это более 500 триллионов вон.

— Это только если посчитать все их активы вместе. Если говорить только о денежных средствах, то даже «Kangseong Electronics» имеет только около 100 триллионов вон.

— Хех. Говорить «только» 100 триллионов вон... С каких пор мы потеряли всякое чувство денег?

Есть поговорка: «Целься в Солнце».

Это означает, что когда вы бросаете копье, если вы целитесь в Солнце, оно полетит дальше, чем обычно.

Другими словами, чем больше цель, тем лучше.

— Ах. Начальник отдела. Вот документ, который вы просили на днях.

— «LK Group»?

— Да!

Согласно данным, предоставленным исследовательской группой, корейская «LK Group» на самом деле контролировалась японской «LK Orient».

А «LK Orient» в настоящее время была некотируемой компанией.

Чтобы обеспечить жесткий контроль, председатель-основатель создал «Orient» как некотируемую компанию, а затем разделил принадлежащие ей акции, распределив их между союзными сторонами.

— Чтобы приобрести эти акции, нужно будет пройти через внебиржевые (OTC) транзакции, но, во-первых, на рынке почти нет акций, а даже если и есть, их будет недостаточно, чтобы стать решающим голосом. Фракция, поддерживающая О Дон-Ёна, владеет слишком большой долей.

Я просмотрел доступные в настоящее время акции, связанные с «LK Group».

Независимо от того, сколько акций вы покупаете в Корее, без приобретения акций «LK Orient» нет возможности контролировать «LK Group».

Другими словами, критическая точка заключается в акциях, связанных с «LK Orient».

«Хм?»

Когда я просматривал список с ручкой в руке, моя рука внезапно остановилась на одном месте.

«JK Holdings?»

«JK Holdings» недавно выставила свою долю на внебиржевую продажу.

Это была часть их акций в «Industrial Holdings», которая выплачивала очень низкие дивиденды и даже не была зарегистрирована на бирже, поэтому шансов на рост её цены не было.

Они предлагали 17 % своей доли в «Industrial Holdings».

Это была доля стоимостью 300 миллиардов вон.

На первый взгляд, это казалось бесполезным активом, который даже не был зарегистрирован на бирже.

Об этом можно было судить по тому факту, что даже после некоторого времени на рынке никто не проявил интереса к его покупке.

«…….»

Но моя рука, остановившаяся на этом месте, не хотела двигаться дальше.

Как будто говоря мне, что это именно то, что я искал, я так сильно прижал ручку к бумаге, что она почти проткнула её.

/-/

Цена акций «Stummwagen» упала более чем на 30% из-за скандала «Дизельгейт».

С трудом выживая под давлением штрафов от нескольких стран, «Stummwagen» в конце концов столкнулась с слухами о банкротстве, что побудило немецкое правительство вмешаться, вероятно, потому что банкротство «Stummwagen» привело бы к закрытию одной за другой связанных с ней компаний, что имело бы разрушительные последствия для немецкой экономики.

И не только для Германии.

Вся Европа, которая с ней взаимосвязана, тоже пострадала бы.

— Если бы мы вывели наши деньги позже, мы могли бы не достичь 1 триллиона вон.

— Серьезно? Похоже, что что кровь всё-таки гуще воды.

— Немецкое правительство, вероятно, не могло позволить «Stummwagen» так просто обанкротиться.

Акции «Stummwagen», которые резко упали, начали восстанавливаться.

Самым большим везением было то, что мы уже заранее вывели наши средства по указанию начальника отдела Чон Чжин-хо.

— Начальник отдела, наверное, предвидел, что немецкое правительство вмешается, верно?

— Именно. Когда мы видим один ход наперёд, он видит все десять. Его чувство времени для продажи всегда поражает.

Но сразу после срочного вывода средств была немедленно осуществлена следующая инвестиция: внебиржевая сделка.

На этот раз речь шла о скупке акций, выпущенных японской компанией.

— Разве внебиржевая торговля обычно не занимает много времени? Тот факт, что они продали акции, как только мы проявили интерес, вероятно, означает, что они отчаянно хотели избавиться от них.

Для проведения внебиржевой сделки нужна платформа.

Эту роль выполняют брокерские компании. Продавцы практически умоляют их найти покупателя, даже платят рекламные сборы.

«JK Holdings» доверила свои акции «KS Securities», крупнейшей брокерской компании в Корее, в надежде на их продажу.

И этот листинг был привлечен менеджером Со по указанию Чон Чжин-хо.

— Но почему он купил их акции…?

— «Industrial Holdings»? Зем они вообще занимаются? Никогда о ней не слышал.

— К тому же, дивидендов почти нет, и она даже не котируется...

«Как воробей может понять волю феникса?»

И все же на этот раз менеджер Со действительно не имел ни малейшего представления.

Почему начальник отдела купил что-то подобное за 300 миллиардов вон?

[У нас есть последние новости.]

В этот момент экономические новости, которые транслировались в офисе, прервал диктор с сенсационным заголовком.

[«LK Orient» провела заседание совета директоров и объявила о намерении отстранить нынешнего вице-председателя «LK Group» О Сун Хёна от должности генерального директора и назначить на его место О Чжэ Хёна. Поскольку «LK Orient» является холдинговой компанией, контролирующей «LK Group», смена её представителя фактически означает передачу контроля над «LK Group»……]

— Что? Что они говорят? Увольнение? Из ниоткуда?

— Увеличь громкость. Разве процесс преемственности «LK Group» не был уже завершен? Почему они вдруг передают должность генерального директора второму сыну?

Подведем итоги новостей.

Второй сын, О Чжэ Хён, бросил золу на уже приготовленную еду и объявил, что сам станет председателем.

— Что… Начальник отдела был прав. О Чжэ Хён действительно лгал?

Менеджер Со, который смотрел новости, внезапно почувствовал, как по всему телу пробежал холодок.

Слова О Чжэ Хёна о том, что он помогает старшему брату развивать группу, были чистейшей ложью.

Он предпринял неожиданный шаг, чтобы манипулировать советом директоров, отстранить брата от должности генерального директора и подняться выше него, чтобы захватить контроль над группой.

— Значит, О Чжэ Хён просто ударил ножом в спину своего отца и брата?

— Да. Говорят, он вытеснил и отца, и брата.

— Вау. Как будто сценарий из кино. Это всё правда?

В этот момент началась «война принцев» в «LK Group».

— Что, черт возьми, происходит?! Почему его решили уволить?!

Эта новость поразила всех как гром среди ясного неба, настолько, что председатель О Донг-Ён, который был прикован к постели из-за старости, вскочил с постели.

— Похоже, О Чжэ Хён потянул за ниточки. Он убедил акционеров «LK Orient» провести заседание совета директоров и продвинул голосование большинством голосов.

В результате всего за одно утро председатель О Дон Ён и его старший сын были изгнаны из основной холдинговой компании «LK Group».

— Что, черт возьми, делает этот ублюдок…!

Ещё до этого второй сын, О Чжэ Хён, сосредоточился исключительно на бизнесе в Японии и даже на некоторое время поселился там.

В то время считалось, что он просто предан своей работе, но на самом деле он точил нож, чтобы ударить в спину своего отца и брата.

— Почему акционеры встали на сторону второго сына? Разве они все не были дружественными акционерами, лояльными ко мне?

«LK Orient» была компанией, которую председатель О Дон-Ён основал на раннем этапе, чтобы обеспечить себе прочный контроль.

Он наполнил её акционерами, которые поддерживали бы его в любых обстоятельствах.

Некоторые акции даже принадлежали руководителям «LK», и эти акции, согласно правилам, не могли быть проданы и должны были быть немедленно переданы при увольнении. Они были абсолютно «дружественными» акционерами.

— Верно. Но даже эти руководители встали на сторону О Чжэ Хёна. Как и другие акционеры «LK Orient». Похоже, он долгое время работал за кулисами, переворачивая их сердца без ведома председателя.

— Эти наглые ублюдки осмелились...

Председатель О Дон-Ён дрожал от ярости.

Это был явный «государственный переворот».

Это было прямым вызовом воле отца и председателя группы.

— Этот ублюдок Чжэ Хён всю жизнь жил, как будто у него не было амбиций. А теперь он за нашими спинами замышляет что-то столь гнусное?

— Он родился мужчиной, более того, он родился от вашей крови, председатель, было бы ложью сказать, что у него не было амбиций. Он просто хорошо их скрывал, чтобы не быть пойманным до сих пор.

Председатель О Дон-Ён схватился за пульсирующую голову.

Сначала ему нужно было потушить немедленную пожарищу.

— Генеральный директор Янг. Мы можем изменить ситуацию, верно?

— Если вы выступите напрямую, председатель, это возможно. Если вы отдадите строгий приказ, акции, которые перешли на сторону О Дже-хёна, скорее всего, вернутся к вам. Но я не могу гарантировать, что все они вернутся.

— Почему?

— Потому что внезапное созыв заседания совета директоров с целью увольнения кого-то — это, по сути, объявление войны. О Чжэ Хён наверняка знал, что как только вы вмешаетесь, контрольный пакет акций будет разделен.

— Значит, он обеспечил себе достаточный контроль, чтобы вступить со мной в борьбу за акции?

— Да. Иначе он бы не смог этого сделать. Но мы узнаем наверняка только после тщательной оценки ситуации.

Председатель О Дон-Ён передал все управленческие полномочия своему старшему сыну, вице-председателю, и отошел от дел, как отставной король, просто наблюдая со стороны.

Он ждал подходящего момента, чтобы официально передать титул председателя, но тут произошел этот инцидент.

И главная причина потери «дружественных» акций также заключалась в том, что председатель О ушел в тень.

— Собери всех. Нет, я сам это сделаю.

— Вы уверены? Ваше здоровье...

— Мой сын думает, что может отменить мою волю только потому, что я старый тигр без зубов? Вы думаете, я просто буду сидеть и смотреть? Перед смертью я в последний раз подправлю его чертову уверенность.

В последнее время в его глазах постоянно была тусклость, но теперь, как в молодости, в взгляд председателя О вернулась искра.

Хотя он был в старом теле, он по-прежнему оставался прирожденным бойцом, чья кровь закипала перед лицом битвы.

Проблема заключалась в том, что его противником был его собственный сын.

/-/

Скандал «Дизельгейт» был шокирующим событием, которое затронуло не только весь мир, но и Южную Корею.

Но сейчас ни в одном новостном агентстве не было упоминаний о «Дизельгейте».

[Председатель О Дон-Ён восстановил контроль над акциями «LK Orient», официально развязав борьбу за права управления]

[Из-за так называемой «войны принцев» внутри «LK Group» цены на акции, связанные с «LK Group», в настоящее время колеблются. «LK Group» пообещала как можно скорее успокоить ситуацию, чтобы предотвратить дальнейшее влияние на рынок]

Все новости были заполнены историями о «LK Group».

Процесс преемственности в группе, который, казалось, закончится гладко, внезапно погрузился в хаос, когда второй сын, О Чжэ Хён, поднялся и развязал борьбу за права управления.

В конце концов, разве наблюдение за дракой не является самым зрелищным зрелищем в мире?

И это была не просто драка, а борьба за председательство в крупной группе.

Второй сын ударил отца и старшего брата сзади?

Для третьих лиц это было настоящим праздником дофамина.

— Но цена акций не колеблется так сильно, как ожидалось.

— Обычно борьба за права управления является огромным благом для фондового рынка.

На корейском фондовом рынке благоприятные факторы отличаются по своей природе от факторов на зарубежных рынках.

Обычно зарубежные рынки оценивают потенциал роста компании, и если компания демонстрирует хорошие результаты, цена акций неизбежно растет.

Но в Корее, даже если прибыль высокая, цена часто остается в пределах определенного диапазона.

Даже если что-то развивается, оно остается в пределах этого диапазона.

Так что же повышает цену корейских акций?

Именно такие войны за права управления.

Война за права управления означает, что стороны спешат обеспечить себе акции.

Естественно, это приводит к покупке доступных на рынке акций, что повышает их цену, что является ироническим преимуществом для акционеров.

В США, если не происходит враждебное поглощение или не участвует активный хедж-фонд, такие войны за права управления на основе акций редки, а в Японии управление и владение четко разделены, поэтому такие случаи практически не встречаются.

— Это как особое событие, которое можно увидеть только в Корее.

— Выглядит как беспорядок, но это рынок, который интересен по-своему.

Однако эта борьба за права управления «LK Group» не происходила на KOSPI.

— Структура управления «LK Group» базируется в Японии, а не в Корее. И, прежде всего, это все некотируемые компании, верно? Если это не внебиржевая сделка, то нет возможности получить акции, поэтому все просто сидят и сосут пальцы.

В результате посыпались критические замечания.

В настоящее время акции «LK Group», торгуемые на внутреннем рынке, совершенно бесполезны в этой борьбе за преемственность.

Имеют значение только акции «LK Orient».

Большинство людей даже не знали, что «LK Group» возникла в Японии и что её холдинговая компания по-прежнему базируется там, поэтому, услышав о борьбе за преемственность, они поспешно купили акции «LK Group», только чтобы потом остаться ни с чем.

— Циклическая структура акционерного капитала группы настолько сложна, что обычные люди не могли что-либо понять. Даже люди, работающие в брокерских компаниях, вероятно, не имели об этом представления.

Не зря эта компания известна как имеющая самую сложную круговую структуру акционерного капитала в Корее.

— Но... как вы думаете, за сколько они будут пытаться купить наши акции?

Именно по этой причине мы сейчас обсуждали «LK Group» в конференц-зале.

Акции на сумму 300 миллиардов вон, которые «JK Holdings» продала нам.

В нормальных условиях они были бы совершенно бесполезны, просто деньги, завязанные в бесполезной доле. Но теперь, когда они стали частью ключевой холдинговой компании в борьбе за права управления, их стоимость возросла.

— Хм. Обычно, когда разгорается борьба за управление, акции покупаются с 20-процентной надбавкой. В истории KOSPI был даже случай, когда они заплатили на 50 % больше.

— Вау. Если мы купили их за 300 миллиардов, а они заплатили на 50% больше... это 150 миллиардов прибыли, просто лежащей на счету.

— Уф. Вот почему так важно думать на несколько шагов вперед. Начальник отдела, вы купили эти акции через внебиржевую сделку, потому что предвидели, что О Чжэ Хён начнет эту «войну принцев», верно?

Следуя предчувствию, которое возникло в «LK Tower», я продолжал идти по следу, пока не оказался вовлеченным в самую громкую управленческую битву в Корее, в которой участвует «LK Group».

Ну, если быть точным, правильнее было бы сказать, что я сохранял нейтралитет.

— Но от них всё ещё нет никаких новостей.

— Их структура управления настолько запутана, что, возможно, они просто проходят процедуру подтверждения.

— А что, если они просто полностью обойдут наши акции?

— Это... не совсем невозможно. Результат может быть решен без учета нашей доли.

Если это произойдет, мы окажемся в положении собаки, гоняющейся за курицами.

Даже если мы попытаемся снова продать акции, никто не захочет их покупать.

— Давайте пока просто подождем.

Как терпеливый рыбак, все, что мы можем сделать, — это тихо ждать, пока кто-нибудь клюнет на приманку.

Кроме того, разве не мое внутреннее чутье подтолкнуло меня к приобретению этих акций?

«Но что, если они действительно нас обойдут?»

Тогда эти 300 миллиардов будут навсегда заблокированы в «LK Group».

До тех пор, пока следующее поколение не начнет бороться за права управления.

/-/

— Вице-президент, что, черт возьми, вдруг происходит? Почему все так отчаянно хотят со мной встретиться?

Генеральный директор Хван Дэ-вун был ошеломлен потоком запросов на встречу, поступающих со всех сторон.

Больше всего выделялась «LK Group».

— Разве второй сын не вызвал хаос, начав полномасштабное восстание внутри «LK Group»?

— Да, вызвал.

— Если они хотят бороться за контроль над «LK Group», это нужно делать в Японии, а не в Корее. Проблема в том, что там все не котируется на бирже, поэтому посторонние даже не имеют возможности вмешаться. Согласно информации, силы, поддерживающие председателя О Дон-Ёна и О Чжэ-хёна, в настоящее время разделены почти поровну.

— Председатель О Дон-Ён может быть и стар, но все же.

— Не думал, что с его вторым сыном дело дошло до такой опасной ситуации.

— Хотя О Чжэ-хён хорошо поработал над контролем акционеров, одной из главных причин, по-видимому, является то, что управленческие способности вице-председателя О Сун-хёна вызывают сомнения. Даже если когда-то акционеры были лояльны к председателю О Дон-Ёну, это было несколько десятилетий назад. Кроме того, поскольку часть доходов «LK Group» теперь поступает в «Orient», они, вероятно, хотят более высоких дивидендов.

— И?

— В «LK Orient» входит несколько компаний, и среди них есть одна под названием «JK Holdings». Это инвестиционная компания, работающая в Японии. Вы знаете, какими акциями она в основном занималась?

— Конечно, нет.

— Европейскими. А именно, «Stummwagen».

— О-о... В таком случае они, должно быть, понесли огромные убытки от недавнего кризиса.

— Кроме того, у них были длинные позиции в «Stummwagen» и короткие позиции в автомобильных компаниях-конкурентах. Убытки были настолько велики, что они даже получили маржинальное требование. Поэтому, как только начался кризис ликвидности, они начали ликвидировать все, и одной из вещей, от которых они избавились, была их доля в промышленном холдинге.

— Если вы имеете в виду промышленный холдинг...

— Это сила, которая владеет довольно значительной долей в «LK Orient». Это некотируемая компания, состоящая исключительно из «дружественных» акций, чтобы обеспечить прочный контроль со стороны первого председателя. Они выставили 17% на внебиржевом рынке. Если пересчитать это на общую долю «LK Orient», то это составляет 5% контрольного пакета акций.

Пять процентов контрольного пакета акций.

Обычно это было бы незначительной суммой.

Но в борьбе за права управления эти 5% становятся огромным фактором, меняющим правила игры.

— И, как я уже сказал, соотношение контроля между председателем О Дон-Ёном и О Чжэ-хёном в настоящее время примерно равное.

— Тогда эти 5% действуют как решающий голос?

— Да. И эти 5% в настоящее время находятся в руках нашей компании.

—...Что?

Генеральный директор Хван Дэ-вун моргнул.

«Как эти 5% оказались в нашей компании?»

Затем ему в голову пришла одна мысль.

— Подождите. Разве Чжин-хо не потратил 300 миллиардов на внебиржевую торговлю в прошлый раз? Не говорите мне, что это было именно это?

Обычно, когда компания проводит сделку на сотни миллиардов вон, каждый отдел должен пройти процесс утверждения.

Чтобы определить, действительно ли это разумная инвестиция и надежно ли управление рисками.

Окончательное одобрение всегда остается за генеральным директором.

Но в отделе Чон Чжин-хо не было таких сложных промежуточных этапов.

Если Чон Чжин-хо хотел, он мог проводить любую сделку полностью по своему усмотрению.

Это была необычная власть, которой не было ни в одной другой брокерской компании.

Поэтому генеральный директор Хван получал только краткие отчеты о том, во что инвестировал Чжин-хо.

Чем глубже он вникал в это, тем больше беспокоился о рисках, и не хотел говорить необдуманно из-за нервного переутомления.

И теперь Чон Чжин-хо имел решающий голос в борьбе за пост следующего председателя «LK Group».

«……»

Внезапно у него пересохло в горле, и он залпом выпил воды.

«Могло ли все это быть грандиозным планом Чжин-хо?»

Он продал «Stummwagen», чтобы резко снизить цену, вынудив «JK Holdings» выкупить свои акции. Затем, перед тем как разразилась «война принцев», он тихо обеспечил себе эти акции и теперь имеет право решающего голоса.

— Разве это не слишком идеально, чтобы быть совпадением?

— Уф. Именно поэтому я никогда не пытался слишком глубоко вникать в инвестиции Чжин-хо. Этого достаточно, чтобы у человека забилось сердце.

Вот почему поступали все эти запросы на встречи.

Не только от «LK Group», но даже от других фондов.

— Эти 5% действительно являются решающим голосом?

— Пока что да. Но если мы назовем неразумную цену, обе стороны могут решить вообще обойтись без доли. Они не захотят потратить все свои ресурсы только для того, чтобы получить 5%.

По словам генерального директора Хван Дэ-вуна, самая высокая цена, когда-либо публично раскрытая за долю, проданную во время борьбы за управленческие права, была с премией в 50%.

— Что нам делать?

— Что значит «что»? Чжин-хо купил акции. Поэтому решение принимать ему. Отклоните все запросы на встречу.

На этом этапе Хван уже не мог вмешиваться в игру.

Его интересовало только одно.

«За сколько Чжин-хо планирует продать акции?»

/-/

Хотя борьба за права управления была в самом разгаре, мы не слышали ни слова ни от одной, ни от другой стороны, и я начал задаваться вопросом, действительно ли нас так просто обойдут стороной.

Я даже подумал, что, возможно, игра уже закончилась и они просто готовят пресс-релиз.

Но, собрав различные запутанные акции, они, похоже, поняли это слишком поздно.

Что 5%, которые мы держали, определят исход этой борьбы.

«Но если мы провалим перетягивание каната, нас все равно могут обойти...»

Хотя обеспечение акций имеет решающее значение в борьбе за права управления, как только ситуация переходит определенную черту, обе стороны скорее будут вести переговоры друг с другом и предпочтут обойти друг друга, чем обогатить другую сторону.

На самом деле были случаи, когда кто-то проявил жадность, был обойден и в итоге понес убытки.

Это означало, что моя роль заключалась в том, чтобы найти правильную цену.

Если вы что-то покупаете, вы должны это продать, чтобы получить прибыль.

«... 30%?»

Я назвал немного завышенную цифру.

Никакой реакции.

«40%?»

Я написал 40 рядом, но все равно не было ответа.

Поэтому я постепенно повышал цифры.

50, 70, 90...

«Все ещё нет реакции?»

Может, я назвал слишком высокую цену?

Или мне нужна была более точная цифра?

«Ладно, продолжим».

Я все равно записываю это для себя.

Могу записывать все, что хочу.

Поэтому я продолжал увеличивать цифру.

«…!»

Но, к моему удивлению, ручка остановилась на одной цифре.

И с этого момента покалывание, пронизывающее меня, подсказало мне.

Это была справедливая цена за 5% акций.

На мгновение я не мог поверить своим глазам.

«В три раза?»

900 миллиардов за всего 5%?

— Начальник отдела. «LK Group» и несколько фондов постоянно запрашивают встречи с нашей компанией.

«Что является существенным в борьбе за контроль над управлением?»

Конечно же, деньги.

Тогда где мы можем получить эти деньги?

Использование средств компании в личных целях является хищением.

Однако хищение — это явление, имеющее много правовых «серых зон».

Именно используя эти юридические лазейки, средства компании уходят на защиту контроля над управлением.

Но если перейти определенную черту, это может привести к аресту за злоупотребление доверием при попытке получить контроль. Кроме того, в настоящее время «LK Group» вложила огромные средства в завершение строительства «LK Tower», и, как говорят, на её балансе не осталось много свободных средств.

Тогда откуда они могут получить деньги?

От фондов прямых инвестиций.

Фонды прямых инвестиций.

Непубличные фонды, которые собирают не более 49 инвесторов без публичной рекламы.

Обычно они действуют тихо.

Затем, когда происходит событие, которое их стимулирует, они внезапно появляются с огромным капиталом.

Особенно во время интенсивных сражений за контроль над управлением, фонды прямых инвестиций, о которых раньше никто не слышал, появляются как грибы после дождя.

Подобно тому, как водяные олени, которых полно в Корее, являются исчезающим видом во всем мире, споры о контроле над управлением редко встречаются за рубежом, но в Корее они происходят часто и считаются захватывающим событием.

— Как только распространился слух о том, что началась борьба за контроль над «LK Group», все начали пытаться в нее вмешаться. Некоторые фонды встали на сторону председателя «LK Group» О Донг-Ёна или О Чжэ-Хёна, а другие, хотя и не имеющие прямого отношения к этим двум, пытаются забрать эти 5%, которые мы держим, и продать их по более высокой цене.

— Насколько я слышал, так же как «JK Holdings» продала нам свои акции через внебиржевую сделку из-за проблем с финансированием, японские компании, владеющие акциями «LK Orient», теперь продают их фондам. И эти фонды поддерживают либо председателя О Донг-Ёна, либо О Чжэ-Хёна.

С поступлением денег от этих фондов и их вступлением в борьбу борьба за контроль над управлением усиливается.

Но общее количество акций ограничено, и в пределах этого количества тот, кто владеет большей долей, станет следующим председателем.

И эти 5%, которыми мы владеем.

Для двух сил с почти равными долями участия эти 5% станут решающим фактором, который определит победителя.

— Странно и немного необычно, что наша брокерская компания в настоящее время является самой наблюдаемой на внутреннем фондовом рынке.

Как сказал заместитель начальника отдела «Kwangwoon Securities» в настоящее время является самой привлекательной компанией на внутреннем фондовом рынке.

Это потому, что уже широко распространился слух, что мы держим в руках решающую карту, которая определит преемника «LK Group».

— Сейчас главное — это цена.

— Нам нужно найти подходящую цену. Возможно, было бы неплохо постепенно и незаметно повышать цену, чтобы обе стороны начали конкурировать.

— Но если мы перейдем черту, они могут найти способ бороться, не включая наши акции, поэтому мы должны быть осторожны и в этом вопросе.

— С кем подобное случалось ранее? Ах да, «HS Group». Они тоже в итоге выпустили увеличение оплаченного капитала, потому что цена акций слишком сильно выросла во время борьбы за контроль над управлением, верно?

На зарубежных рынках такие инциденты, скорее всего, привели бы к судебным искам, но на внутреннем рынке они происходят довольно часто.

Однако, поскольку значительные наказания назначаются редко, такие вещи продолжают происходить, и теперь внутренние инвесторы относятся к ним как к обычному явлению.

— Как другие оценивают цену акций?

— Ах, да. Поскольку структура управления настолько сложна, сначала акции были все перепутаны, и было трудно определить надлежащую цену, но сейчас, похоже, нормой считается давать около 30% выше номинальной стоимости. В некоторых переговорах они даже доходят до 50%.

— Они так поступили в других местах?

— Да. В Японии говорят, что акции уже были переданы определенному фонду с премией в 50%. Я не знаю подробностей сделки, но так говорят слухи.

Максимальная цена — 50%.

На этом уровне цена предлагалась с учетом определенной степени убытка.

Поэтому японские компании, владеющие дружественными акциями, сбрасывают свои объемы.

— Большинство людей считали, что сторона председателя О Донг-Ёна имеет преимущество, но после сбора акций соотношение оказалось почти равным. Поэтому внимание внезапно переключилось на нас.

«И председатель О Донг-Ён, и О Чжэ-Хён уже почти завершили обеспечение своих акций. Остались только мы».

— Начальник отдела, как вы думаете, какова справедливая цена?

Все сотрудники сразу посмотрели на меня.

Я ответил без колебаний.

— В три раза выше.

— …Что?

Все выглядели так, как будто они что-то не расслышали.

Но мне было все равно.

Я уже установил цену за 5% акций, которые у меня были.

— Я считаю, что справедливая цена — 900 миллиардов вон.

— Что!?

/-/

Все, кто хоть немного связан с акциями, сейчас следят за «Kwangwoon Securities».

Люди думают, что «Kwangwoon Securities» ведет забавную игру с этими 5% акций, которые у них есть.

Только вот руководство этой компании было не в духе.

Больше всего беспокоились руководители «Kwangwoon Securities».

— Генеральный директор. Поступил отчет из главного отдела. Они определились с ценой акций «LK Orient».

— Наконец-то!

— Я думал, что умру от ожидания.

Генеральный директор Хван взял стакан воды, чтобы успокоиться, и спросил:

— Какую цену установил Чжин-хо?

— 900 миллиардов вон.

«!?»

Генеральный директор Хван Дэ-вун невольно выплюнул воду, которую пил.

Но никто не нахмурился при этом виде.

Это потому, что они тоже онемели, услышав цену.

— Мы не ослышались?

— 900 миллиардов?! За то, что стоит 300 миллиардов, он хочет продать в три раза дороже?

— Нет, он действительно верит, что это возможно прямо сейчас...

У руководителей была причина для возмущения.

Согласно информации, уже полученной «Kwangwoon Securities», председатель О Дон-ён и О Дже-хён предлагают максимум 50% выше текущей цены.

Конечно, они могли бы договориться о нескольких процентах сверх этого, но...

— В три раза...

Немного грубо так говорить, но такая цена — это практически грабеж средь бела дня.

Независимо от того, насколько кто-то отчаянно стремится к контролю, разве он действительно потратит 900 миллиардов вон за 5%?

— Рационально говоря, цена в три раза выше просто не имеет смысла.

— Верно. Но разве человек, который ударил ножом в спину своего отца и старшего брата, может быть рациональным? Управленческие споры — это не только логика. Это битвы, связанные с мужским гордостью.

В инвестировании есть известная поговорка.

«Откажитесь от эмоций и думайте рационально».

Но на самом деле это очень сложно.

Особенно когда споры между руководством накаляются, хотя вначале все может быть спокойно и логично, но в конечном итоге это превращается в битву за гордость.

— Независимо от того, насколько страшна может быть битва за гордость, разве 900 миллиардов недостаточно, чтобы вернуть кого-то к здравому смыслу?

Уже потратив все свои деньги на строительство башни, руководители «LK Group» не имели достаточных внутренних средств, чтобы продолжать борьбу, поэтому они объединились с фондами, чтобы вести эту войну за управление.

Но 900 миллиардов вон — это огромные расходы, особенно если учесть, что им также нужно было думать о будущем после окончания этой борьбы.

— Как ни посмотри, я не думаю, что председатель О Донг-Ён или О Чжэ-Хён купят эти акции.

— Да. Возможно, мне не хватает опыта, но любой может видеть, что эта цена установлена слишком высоко.

«……».

Руководители были правы.

Любой здравомыслящий человек поймет, что эта цена абсурдна.

Но важно то, кто установил эту цену.

— Если Чжин-хо установил такую цену, у него наверняка есть на то причина.

В компании «Kwangwoon Securities» действуют два новых правила.

Правило первое: Не сомневайтесь в инвестиционных решениях Чжон Чжин-хо.

Правило второе: Помнить правило первое.

Генеральный директор Хван Дэ-вун очень хорошо следовал этим правилам.

Но просто верить было недостаточно.

Разве он не должен был подумать о том, как помочь, пусть даже минимально?

В этом заключается роль руководителя.

— Чжин-хо отклонил все запросы на встречу?

— Он не отклонил их напрямую, но и не ответил. Думаю, он отложил их.

— Понятно...

Так обстоят дела с «продуктами».

Вы должны заставить другую сторону захотеть купить, прежде чем она откроет свой кошелек.

Независимо от того, насколько безумная цена, если у них появится желание купить, они купят, даже если им придется напрячься. И он чувствовал, что его роль заключалась в том, чтобы как-то заставить их заинтересоваться этим.

— Свяжитесь с обеими сторонами. Я соглашусь на встречу, но только если придут высшие руководители.

Это означало, что и председатель О Донг-ён, и О Чжэ-хён должны были сесть за стол переговоров.

— Вы сами встретитесь с ними, господин генеральный директор?

— Да. Если Чжин-хо установил цену, то я должен сделать все возможное, чтобы продать акции.

— Тогда не лучше ли отправить начальника отдела Чжон Чжин-хо…?

— Нет. Так не подойдет. Для чего нужны высшие чины? Они здесь, чтобы служить щитом. В таких серьезных вопросах я должен выступить вперед. Если кто-то должен взять на себя ответственность, то это должен быть я.

У него было никакого намерения использовать Чон Чжин-хо в качестве щита.

То же самое и в играх.

Чжин-хо всегда выступал в роли лидера рейда, но всякий раз, когда возникала проблема, именно гильдмастер Хван Дэ-вун выходил вперед и брал на себя ответственность.

То же самое и в компании.

Хотя Чон Чжин-хо является «лидером рейда», руководящим этой инвестицией, ответственность должен нести сам Хван Дэ-вун, генеральный директор компании.

— Свяжитесь с ними. Скажите, чтобы они встретились как можно скорее.

/-/

«Kwangwoon Securities».

Одна из десяти ведущих брокерских компаний Кореи, хотя, честно говоря, все, кто не входит в тройку лидеров, являются посредственными и могут считаться второсортными.

Однако одна из этих второсортных компаний теперь держала в своих руках судьбу «LK Group».

— Директор, как «Kwangwoon Securities» узнала и заранее обеспечила себе эти акции? Кроме нескольких человек, никто не должен был знать, что я собираюсь предать своего отца.

Этот вопрос подразумевал: не было ли утечки информации?

— Ещё до того, как вы, господин президент, встретились с акционерами, чтобы убедить их, «Kwangwoon Securities» уже купила себе эти акции. Не было никакой возможности для утечки информации. Сроки были просто непостижимыми. Они приобрели акции прямо перед тем, как мы сделали свой ход, поэтому мы даже не могли обнаружить это заранее.

Сегодня Хван Дэ-вун организовал встречу и, несмотря на то что был генеральным директором второсортной компании, осмелился приглашать к одному столу председателя «LK Group» О Дон-ён и О Чжэ-хёна.

Обычно такая самонадеянность вызвала бы насмешки, но тот факт, что им пришлось отменить все свои планы и спешить на место встречи, только усугубил их разочарование.

— Итак, независимо от того, была ли это утечка информации или нет, они уже обеспечили себе акции, прежде чем мы успели что-либо предпринять, верно?

— Да. Это похоже на сюжет из страшной истории. Никто не знает, почему они вдруг приобрели кучу, казалось бы, бесполезных акций. Только Хван Дэ-вун знает ответ.

Собрать двух мужчин в одном месте было явной тактикой, чтобы разжечь войну ставок, но если противником был его отец, то борьба не обещала быть легкой.

— А, добро пожаловать, господин президент. Для меня большая честь познакомиться с вами. Я Хван Дэ-вун, генеральный директор «Kwangwoon Securities».

— А, да...

Когда он прибыл на место встречи, генеральный директор Хван и его отец уже ждали его.

Председатель О Дон-ён свирепо посмотрел на своего сына.

— Ты злобный ублюдок. Наконец-то показал свое уродливое лицо.

— … Прости.

— Хорошо. Раз уж мы все равно встретились, то позвольте мне спросить причину. Почему ты творишь подобные безумства? Ты сошел с ума? Из всех людей, которых ты мог предать, ты выбрал своего отца и брата? Ты предал нашу семью. Ты понимаешь это?!

Внутри закипели эмоции.

— Если бы ты дал мне хотя бы один шанс, я бы не поступил так.

— Что, что ты только что сказал?

— Разве не несправедливо передавать компанию только потому, что он старший сын? Чем я уступаю хёну?

— Есть причина, по которой говорят, что младший брат не превосходит старшего. Ты действительно думаешь, что ты такой особенный? Ты даже не можешь видеть на шаг вперед! Только потому, что у тебя было несколько хороших кварталов, твоя самонадеянность зашкаливает.

Когда эмоции обоих накалились, генеральный директор Хван улыбнулся и вмешался, чтобы успокоить их.

— Ну-ну, пожалуйста, успокойтесь. После этого вы сможете сражаться сколько угодно.

— Фух. Так вы генеральный директор Хван? Я не буду много говорить. 50 %. Этого должно быть достаточно, верно? Хватит игр, отдайте мне акции. Мне нужно поскорее покончить с этой ерундой и разобраться с этим наглым сопляком.

50%.

Это действительно была сумма, которую он ожидал.

— Генеральный директор Хван, мы можем повысить до 60%.

— Эй! О Дже-хён!

— Отец. Я пришел сюда сегодня не как твой сын.

— Ты неблагодарный ублюдок…!

— Господин Хван, пожалуйста, примите решение. Вы продадите за 60%?

Хван Дэ-вун тихо оглядел двух мужчин, обоих горящих от напряжения.

Горькая вражда между отцом и сыном оказалась глубже, чем он ожидал.

Изначально он планировал разжечь их гордость и натравить их друг на друга, но, похоже, в этом не было необходимости.

— Сейчас я скажу вам цену, которую мы установили за эти 5% акций.

— Не тяните и просто скажите. Сколько вы хотите?

Хван Дэ-вун улыбнулся и сказал:

— 900 миллиардов вон.

«……?»

Было ясно, что эти двое были отцом и сыном.

Они оба моргнули одинаково.

— 9-900 миллиардов!?

— Что это такое, генеральный директор Хван? Вы сейчас шутите?

— Я не умею шутить. Позвольте повторить, цена, которую мы установили, составляет 900 миллиардов вон. Мы не намерены снижать её ни на одну вону, поэтому, если кто-то из вас заинтересован, обращайтесь.

Председатель О Дон-ён вдруг закричал.

— Генеральный директор Хван, вы с ума сошли? Что? 900 миллиардов? Вы думаете, это название какой-то лавки на углу!?

— Я по-прежнему в полном здравом уме. Подозреваю, что если я останусь здесь ещё на минуту, меня только проклянут, поэтому, пожалуйста, не торопитесь и обдумайте все с холодной головой. Это все.

Сохраняя спокойствие до самого конца, Хван Дэ-вун покинул комнату.

Даже когда он шел к своей машине, на его лице сохранялась умиротворенная улыбка.

И в тот момент, когда он сел в машину.

— Уф...

Только тогда он наконец выдохнул, сдерживая напряжение.

«Я серьезно думал, что мое сердце остановится».

До встречи он не придавал этому большого значения, но в тот момент, когда он стоял перед председателем О, он дрожал внутри.

«Говорили, что старик прикован к постели из-за старости, но...»

Это была ложь?

Его взгляд был как у тигра, а голос и вовсе не располагал к шуткам.

Тем не менее, он очень старался не выглядеть запуганным.

Все ради того, чтобы завершить задуманное Чжин-хо.

«Атмосфера между этими двумя была далеко не веселая».

На самом деле он просто собрал их в одной комнате, чтобы они поссорились.

На самом деле Хван не сделал ничего особенного.

«Кто из них купит акции? Надеюсь, хотя бы один из них».

/-/

После ухода Хван Дэ-вуна в комнате наступила короткая неловкая тишина.

Но вскоре председатель О разразился смехом.

— Этот сумасшедший ублюдок ослеплен жадностью. Похоже, для него все кончено. И все же он всё ещё думает, что сможет удержаться?

— Кончено? Что ты имеешь в виду?

— У тебя есть деньги, чтобы купить акции за 900 миллиардов? Нет. Ты, вероятно, уже исчерпал средства компании. Вытаскивать ещё больше было бы растратой. А средства? Ты собираешься одолжить 900 миллиардов у тех парней? Думаешь, они просто оставят тебя в покое, даже если ты захватишь компанию?

Короче говоря, в тот момент, когда он заплатит 900 миллиардов, это будет все равно что облить себя бензином.

— Игра уже закончилась. Как только тебя укусят эти жадные гиены, у тебя не останется карт, которые можно разыграть.

— А как насчет тебя, отец? Ты тоже не можешь их купить, верно?

— Конечно, могу, если захочу. Но нужно ли мне это? При таком раскладе я уже имею преимущество по доле акций. И у меня нет ни малейшего намерения отдавать 900 миллиардов какому-то бандиту, как он.

Председатель О Донг-Ён встал со спокойным выражением лица.

— Заканчивый этот цирк и тихо вернись в семью. Ты всё ещё моя кровь, я не собираюсь изгонять тебя из рода. Но ты будешь гнить вечно на фабрике по производству пластмассы. Проведи свою жизнь, раскаиваясь в своем грехе.

Уверенный в своей победе, председатель О покинул комнату, высказав свое последнее предупреждение.

«……»

Оставшись один, О Чжэ Хён безучастно смотрел в потолок.

Напитки были поданы, еда принесена, но он не сделал ни одного глотка.

«Это действительно был конец?»

«Просто так?»

«Нет».

Это ещё не было концом.

— Директор.

— Да, господин президент.

Директор Чой, который молча стоял рядом с ним с конца встречи, глубоко поклонился. Он, должно быть, тоже почувствовал поражение.

— Может, мы… пойдём ва-банк?

Директор Чой вздрогнул и решительно возразил.

— Простите? Президент, вы же не собираетесь всерьез платить 900 миллиардов, правда? Это абсолютное безумие!

— Я знаю. Я тоже это знаю. Но я не хочу так заканчивать свою жизнь. Директор, вам придется уйти в отставку, если все будет продолжаться так же. Вы действительно хотите так закончить?

«......»

Если они сдадутся и откажутся от всего, это будет действительно позорный конец.

Как и Ли Бан-вон, в тот момент, когда он вытащил меч, он поклялся.

Что бы ни случилось, он заберет эту компанию.

Независимо ни от чего!

Он думал, что это займет немного больше времени.

Говорят, что когда человек ослеплен жадностью, его разум парализован.

Желание О Чжэ Хёна контролировать группу перевесило его рациональность.

— Вы ведь знаете, почему я снова пришел к вам?

— Разумеется. Потому что вы готовы купить акции за 900 миллиардов вон, поэтому вы вернулись ко мне.

— Ху-у-у. Вы серьезно собираетесь продать их за 900 миллиардов?

— Как я уже говорил вам, я не намерен снижать цену ни на одну вону.

«Этот хитрый старый лис».

Этот человек знал.

Он знал, что О Чжэ Хён сейчас загнан в угол.

— Я куплю их. Но у меня нет возможности заплатить 900 миллиардов сразу.

— Похоже, вокруг вас кружат много волков, господин президент?

— Даже управляющие фондами отказались, как только услышали цифру 900 миллиардов.

Это была действительно смешная цена.

До такой степени, что даже если бы его назвали мошенником, у него не было бы слов для ответа.

Но так устроено ценообразование.

Если кто-то хочет купить, то это и будет справедливая цена.

— Но если я не смогу купить эту долю... Вы же слышали вчера? Я буду вечно гнить на пластиковом заводе. Если бы все закончилось на этом, я бы считал себя счастливчиком. Думаете, мой брат оставит меня в покое после смерти отца?

— Сама мысль об этом ужасна.

Он притворился, что ему не все равно, но только немного.

— У меня нет 900 миллиардов. Но я должен купить эту долю. Тогда остается только один вариант.

—... Не говорите, что вы просите нас одолжить вам деньги?

— Да. Пожалуйста, одолжите мне их.

Он в некоторой степени ожидал этого.

Но О Чжэ Хён был очень уверен в себе.

Он знал, что, если они не продадут ему акции, то никогда не получат такую цену от кого-либо другого.

— Подождите минутку. Могу я сначала позвонить? Мне нужно это обсудить.

— Разве вы не принимаете окончательное решение, генеральный директор Хван? С кем вам нужно это обсудить?

— Ха-ха. На первый взгляд, да. Но жизнь научила меня, что быть генеральным директором не означает обладать всей полнотой власти.

Это было многозначительное заявление.

Это означало, что кто-то с самого начала все это организовал, действуя из-за кулис?

«Да. Я знал, что что-то не так. Как и ожидалось».

Кто-то ещё предсказал грядущую борьбу за контроль над «LK Group», обеспечил акции по цене 300 миллиардов и теперь пытался продать их в три раза дороже.

Не имело смысла, чтобы генеральный директор средней по размеру брокерской компании все это устроил.

«Кто это, черт возьми?»

Он не знал, кто это, но хотел хотя бы раз увидеть это зловещее лицо.

/-/

«Кто-то, наверное, проклинает меня».

У меня немного чесались уши.

— И... Как нам поступить? Теперь он просит нас дать им 900 миллиардов вон?

Тон генерального директора был скорее наигранным, чем серьезным.

— Он просит нас одолжить деньги?

— Да. Поскольку у него нет возможности заплатить 900 миллиардов вон, он просит нас о ссуде.

— Это вообще возможно?

— Да. Мы же не передаем им 900 миллиардов наличными.

Они не собирались передавать 900 миллиардов наличными, а скорее одалживать ему акции на сумму 900 миллиардов.

— Как компании обычно одалживают?

— Кредит есть кредит. Берешь залог и даешь деньги. Но 900 миллиардов — это даже для меня впервые... Честно говоря, сколько брокерских компаний могут одолжить 900 миллиардов? Даже «KS Securities» не одолжила бы столько наличными. Но в такой ситуации мы берем залог, повышаем процентную ставку и одалживаем наши акции. С установленной датой погашения.

Тем не менее, для такой группы, как «LK», казалось, что они могли бы как-то наскрести 900 миллиардов.

Я решил установить тройную цену, основываясь на своей интуиции, поэтому, естественно, предположил, что они её заплатят.

Но залог.

«Залог, да».

Что мы могли бы принять в качестве залога, чтобы одолжить наши акции?

— По-видимому, они недавно потратили кучу денег на строительство башни «LK». Поскольку наличные средства группы иссякли, О Чжэ Хён воспользовался этой возможностью, чтобы устроить переворот.

Именно в этот момент.

В ухе, держащем телефон, появилось ощущение, похожее на искру, и я вздрогнул и быстро отдернул голову.

— Чжин-хо? Что такое?

Это было не просто статическое электричество.

Оно оставило сильное ощущение даже в моем барабанном перепонке.

—... Генеральный директор. Что мы можем взять в качестве залога?

— Ну, недвижимость, определенные акции или даже дочерние компании. 900 миллиардов — это довольно большая сумма.

— А как насчет «LK Tower»?

— Подожди секунду. Что? «LK Tower»?!

В этот момент он снова почувствовал, как будто между его барабанной перепонкой и телефоном проскочила искра.

«Ах. Вот оно что».

Его интуиция теперь указывала на «LK Tower» в качестве залога.

— Ты знаешь, сколько денег группа вложила в «LK Tower»?]

— Пять триллионов вон? Или около того.

— Да. Но это только инвестиционные затраты. Её текущая стоимость легко превышает шесть-семь триллионов вон. И теперь ты хочешь взять её в качестве залога на 900 миллиардов?! Ты действительно думаешь, что они согласятся на такую нелепую сделку?

— Если он достаточно отчаян, то почему бы и нет?

— …

Хён на мгновение потерял дар речи.

— Чжин-хо, ты поистине страшный человек.

/-/

«…….»

«Что-то мне неспокойно».

Так продолжалось уже несколько дней подряд.

С тех пор, как закончилась встреча его второго сына с тем бандитским генеральным директором брокерской компании.

Председатель О не мог выбросить из головы одну мысль.

— Ты же не думаешь, что второй сын вдруг сошел с ума и безрассудно пытается купить эти акции?

Он был очень зол на своего второго сына.

В разгаре редкой битвы он наконец почувствовал уверенность в победе и позволил себе несколько эмоциональных высказываний.

Он сказал, что оставит второго сына гнить в пластиковой фабрике, но это были всего лишь слова. На самом деле он планировал обсудить это со старшим сыном и назначить ему надлежащее наказание, прежде чем вернуть его на работу.

Он всё ещё был человеком с приличными результатами.

Особенно проект по европейской гостиничной индустрии, которым занимался второй сын, должен был завершить именно он.

— Он не сможет их купить, даже если захочет».

— Почему? Разве к нему не прилипли эти парни из фонда прямых инвестиций?

— Люди из фондов самые скрупулезные в своих расчетах. Как бы они ни хотели ограбить компанию, 900 миллиардов будут казаться им обманом. Они не будут уверены, что смогут на этом заработать.

Цель фондов прямых инвестиций — не управлять компаниями.

На первый взгляд может показаться, что они приобретают компании для улучшения их деятельности, но на самом деле они просто извлекают из них всю ценность, а затем выбрасывают пустую оболочку.

Конечно, не все фонды прямых инвестиций такие, но большинство — да.

Но даже для таких людей 900 миллиардов — это было за гранью.

— Генеральный директор Янг.

— Да, председатель.

— Как только этот вопрос будет решен, нам нужно реструктурировать систему управления.

— Я согласен.

Причина, по которой структура управления была изначально сделана такой сложной, заключалась, по сути, в деньгах.

Начало бизнеса в Японии и его развитие за счет инвестиций из различных источников ослабили их контроль, и чтобы компенсировать это, им не оставалось ничего другого, как принять систему кругового владения акциями.

Проблема заключалась в том, что по сравнению с другими компаниями «LK» имела в два раза более сложную структуру управления из-за этой системы. И что ещё более важно, этот инцидент заставил его понять, что силы, которые он считал неизменно дружественными, могут в любой момент предать их.

— Старший сын может быть слаб, но все, что ему нужно, — это просто занимать место. Люди под его руководством будут выполнять всю работу. Но если после моей смерти подобное повторится, это будет катастрофой.

На протяжении всей мировой истории короли всегда передавали трон своим старшим сыновьям.

Потому что старший был самым способным?

Нет. Независимо от способностей, передача трона старшему уменьшала вероятность борьбы за престол между будущими поколениями.

«LK Group» в прошлом, настоящем и будущем должна оставаться под управлением семьи О.

Для этого пришло время пересмотреть структуру управления.

— И свяжитесь с тем генеральным директором из «Kwangwoon Securities».

— Простите? Почему с ним...

— Те 900 миллиардов. Я куплю.

— Председатель, вы собираетесь их купить?!

— Да. С нашей точки зрения, похоже, что второй никогда не сможет их купить, но именно такое мышление и привело нас к поражению в первую очередь. Прежде чем этот ублюдок действительно сделает что-то безумное, я должен принять удар на себя и обеспечить безопасность.

— Но у нас нет средств в группе, чтобы сделать это прямо сейчас...

— Проверь все возможные источники, из которых мы можем взять деньги. Попробуй занять у фондов, связанных с нами, обратись к дружественным силам и используй тайные фонды, которые мы разместили здесь и там. Что бы ни потребовалось, мы должны укрепить наш контроль...

Председатель О остановился на полуслове.

Вдруг ему показалось, что весь мир кружится, что-то было не так.

— Председатель?

— Генеральный директор Янг. Я... я...

Затем, как марионетка, у которой перерезали нитки, председатель О рухнул без сил.

— Председатель!

/-/

Когда О Чжэ Хён услышал, что ему предоставят акции только в том случае, если «LK Tower» будет предоставлена в качестве залога, он в ярости выбежал из комнаты.

Это был проект, в который «LK Group» вложила ошеломляющие 5 триллионов вон, вопрос жизни и смерти для компании.

И все же они хотели использовать его в качестве залога для акций на сумму 900 миллиардов вон?

Но после того, как он немного остыл и пришел в себя, это не казалось такой уж плохой сделкой.

На данный момент парни из «Kwangwoon Securities» могли выглядеть высокомерными.

Но, конечно же, они не могли действительно думать, что смогут поглотить «LK Tower».

Это был просто залог, ни больше ни меньше.

Если он будет вовремя выплачивать кредит, платить проценты и компания не столкнется с серьезными проблемами, то это останется просто формальным залогом.

— Я и представить не мог, что вы действительно подумали об использовании «LK Tower» в качестве залога. Даже банки не брали «LK Tower» в качестве залога. Но «Kwangwoon», которая едва ли является средней компанией? Разве это не слишком жадно?

— Возможно. Я, конечно, тоже предполагал, что банки взяли «LK Tower» в качестве залога, но они этого не сделали.

— Ну, это потому, что, помимо банковских кредитов, мы вложили в нее гораздо больше денег. Не было необходимости предлагать её в качестве залога.

— Верно. Если бы только президент О не взял в руки меч, чтобы сразиться с председателем.

«Он пытается меня спровоцировать?»

Смотрит на нас свысока только потому, что мы средней величины?

О Чжэ Хён хотел сказать многое, но крепко сжал губы.

Если он неоправданно спровоцирует их, и они внезапно расторгнут контракт, это снова станет проблемой.

— К счастью, вы президент «LK Hotel». В противном случае, если бы вы им не были или если бы вы попытались использовать «LK Tower» в качестве залога, процесс был бы чрезвычайно сложным.

— В этом нет ничего сложного. В любом случае, это всего лишь формальность. Как только я получу права на управление и компания стабилизируется, это может занять некоторое время, но я быстро все верну.

— Разумеется. Процентная ставка довольно высокая, поэтому вам следует быстро вернуть долг. Ха-ха.

О Чжэ Хён быстро закончил подписывать.

Он просто хотел поскорее покончить с этим и больше никогда не видеть лицо этого невыносимого человека.

— Это последняя подпись на контракте, верно?

— Да. Согласно контракту, эти 5% акций теперь принадлежат вам, президент О. Ах, полагаю, теперь я должен обращаться к вам как к председателю.

Тем не менее, услышав слово «председатель», он почувствовал некоторое удовлетворение.

— Я не чувствую, что вы хотите отпраздновать заключение нашего договора ужином, даже в малейшей степени, поэтому я позволю себе уйти. Поздравляю, председатель. И я с нетерпением жду дальнейшего сотрудничества с вами.

О Чжэ Хён хотел дать Хван Дэ-вуну по затылку, когда тот уходил с улыбкой, но он успокоился.

Ведь управление «LK Group», которое он так отчаянно хотел, теперь было в его руках.

— Директор, давайте начнем прямо сейчас. Нам нужно созвать совет директоров и быстро начать прояснять ситуацию.

— Да, президент... нет, председатель!

Меч был готов.

«Теперь пришло время им воспользоваться».

— Ч-что вы говорите?

Но прежде чем он успел вынуть меч из ножен и продемонстрировать свое мастерство, ситуация уже была решена.

И самым неожиданным образом.

— Отец в коме?!

— Мы только что узнали об этом. Он внезапно потерял сознание и с тех пор не приходит в себя.

Может быть, он потерял сознание от шока, вызванного борьбой за власть?

Нет. Он уже был прикован к постели из-за старости и болезни.

Это может показаться мелочным, но, по правде говоря, он действительно использовал ослабленное состояние отца как возможность для переворота.

Но разве его отец не говорил с полной энергией и не бросал угрозы всего несколько дней назад?

А теперь, внезапно!

— Подождите. Если это так...

На самом деле, эта борьба за власть никогда не была между первым и вторым сыновьями, а между отцом и вторым сыном. И теперь отец потерял сознание.

Король противоположной стороны пал.

Фракции, которые колебались, выбирая, на чью сторону встать, без сомнения выберут О Чжэ Хёна, а не председателя О.

А это означало.

— Эти 5 % с самого начала были совершенно ненужные?!

Настоящим победителем в этой борьбе был не О Чжэ Хён.

Это была компания №Kwangwoon Securities№, которая заработала 900 миллиардов, сидя сложа руки.

«Нет, это был кардинал, скрывающийся за «Kwangwoon Securities» и контролирующий всё из тени».

/-/

[Поскольку председатель «LK Group» О Донг-ён по-прежнему находится в бессознательном состоянии, борьба за власть фактически закончилась победой президента «LK Hotel» О Чжэ-хёна. Акционеры, заявив, что группа больше не должна подвергаться потрясениям, собрались и назначили президента О Чжэ-хёна новым председателем].

Борьба за власть в «LK Group», которая всколыхнула всю страну, наконец подошла к концу.

Игра закончилась тем, что председатель О Донг-ён потерял сознание из-за болезни.

Возможно, полагая, что даже если председатель придет в сознание, он уже не будет прежним, все акционеры, которые поддерживали его сторону, перешли на сторону президента О Чжэ Хёна.

— Если бы мы даже немного опоздали, нам бы действительно не поздоровилось. Время было невероятно идеальным.

«Как сказал хён, время было выбрано просто идеально».

Если бы мы хоть немного задержались с заключением контракта, О Чжэ Хён никогда бы не взял у нас в залог акции на сумму 900 миллиардов вон.

Фракции, поддерживающие председателя, естественно, бы объединились вокруг него.

— Честно говоря, теперь, когда все закончилось, когда ты сказал, что мы должны использовать «LK Tower» в качестве залога, я подумал, что сделка сорвётся. Этот ублюдок О Чжэ Хён даже выбежал, ругаясь.

— Что? Он ругался на тебя, хён?!

— Да. Он сам был в ярости. Наверное, ему показалось возмутительным, что такой средний руководитель брокерской компании, как я, нагло потребовал «LK Tower» в качестве залога.

— Этот ублюдок посмел оскорбить нашего хёна…!

— Ладно, забудь об этом. Мы обчистили его на 900 миллиардов, что такое небольшая ругань?

Я и представить не мог, что хёна действительно обругал этот парень.

— Прости. Это все моя вина... Я должен был пойти вместо тебя.

— Нет, все в порядке. Генеральный директор должен заниматься такими вещами. И за 900 миллиардов? Забудь про ругань, я бы улыбнулся, даже если бы он выбил мне несколько зубов. Ха-ха. Этот ублюдок, наверное, чувствует, что мы вырвали у него все внутренние органы.

Даже в играх, когда происходило что-то важное, хён всегда выступал в роли гильдмастера.

Он был человеком, который действительно умел брать на себя ответственность, когда приходило время.

Наверное, поэтому я всегда чувствовал, что могу на него положиться.

— Сначала я тоже испугался. Но, подумав, понял, что для него это не такая уж плохая сделка. Конечно, мы взяли «LK Tower» в качестве залога, но если он просто вернет 900 миллиардов, то никаких проблем не будет. Ему просто нужно потушить пожар, а затем собрать средства, чтобы вернуть долг.

Единственная проблема заключалась в том, что председатель О потерял сознание сразу после подписания контракта.

«О Чжэ Хён, вероятно, очень сожалел о сделке с нами».

— Но почему именно «LK Tower»? Честно говоря, ты мог просто взять любую из их дочерних компаний и использовать её в качестве залога. Не то чтобы он не смог бы заплатить.

— Я просто... это внезапно пришло мне в голову. Помнишь, у меня есть квартира в «LK Tower»?

Даже я был немного озадачен.

Почему из всех возможностей именно «LK Tower»?

Было много других вариантов, так почему же мое чутье зациклилось на «LK Tower»?

— Не то чтобы это было вероятно, но если их внутренняя ситуация снова пошатнется и они столкнутся с кризисом ликвидности, мы можем просто проглотить все это.

— Сомневаюсь, что это произойдет.

— Просто фантазирую. Даже если она действительно попадет в наши руки, что мы с ней будем делать? Это самое высокое здание в стране, к тому же в нем есть отель.

Брокерские компании и фонды — это то же самое.

Они покупают и продают. Они не ведут бизнес.

— Кроме того, теперь, когда О Чжэ Хён стал председателем, он должен начать зарабатывать деньги, поэтому он усердно работает над привлечением бизнеса. Он определенно способен на это. Похоже, он уже сделал шаги на международном уровне.

— Правда?

— Да. Похоже, это проект, над которым он работал долгое время. Он застрял из-за борьбы за власть, но теперь он снова продвигает его. На этот раз он пытается создать глобальный гостиничный бренд, сосредоточившись на Европе. Я слышал, что много средств было направлено во Францию.

«А-а!»

В этот момент я невольно выплюнул напиток, который пил.

Хён испугался и начал похлопывать меня по спине.

— Эй, Чжин-хо. Что такое? Ты в порядке? Ты болен?

— Н-нет. Я в порядке. Просто немного подавился. Извини.

— Ладно, но ты уверен, что с тобой все хорошо?

— Я правда в порядке.

Я неловко вытер рот.

«Но что это было только что?»

В тот момент, когда я услышал слово «Франция», это неприятное чувство поднялось из глубины моего живота.

«…….»

Это было место, о котором он всегда мечтал.

Единственный кабинет председателя в «LK Group».

Это коричневое кожаное кресло.

«Так вот какова на ощупь эта мягкая текстура».

Он слышал, что из-за педантичности его отца кресло заменяли на новое каждый месяц, и, возможно, именно поэтому приятный запах кожи витал у него перед носом.

Кроме того, потолок был высоким, и изображение дракона на нем выглядело так, будто тот передает О Чжэ Хёну драгоценный камень, исполняющий желания.

— Председатель.

Улыбка расцвела на лице главного секретаря Чоя, который больше не был директором, а теперь был главным секретарем.

Можно было бы спросить, не было ли назначение главным секретарем после должности директора понижением в должности, но главный секретарь председателя имел совершенно другой вес.

По сути, он был ближайшим помощником председателя, и все инструкции проходили через главного секретаря.

Он также был человеком, которому председатель доверял больше всего.

Другими словами, он был человеком с самой большой властью после председателя.

— Как и ожидалось, председатель вы лучше всего подходите для этой должности.

— Это должность, которую я получил с трудом, поэтому я должен защищать её всем, что у меня есть.

— Ах, вот подробная информация о «Kwangwoon Securities», о которой вы упоминали в прошлый раз.

Это был вопрос, который его интересовал больше всего.

Место, которое больше всего раздражало председателя О Чжэ Хёна, — «Kwangwoon Securities».

Знай своего врага, и ты выиграешь каждую битву.

— На этот раз они обнародовали свои доходы?

— Да. Обычно брокерские компании отчитываются о своих доходах ежеквартально.

Доходы.

В финансовом мире уже распространились слухи, что «Kwangwoon Securities» сорвала куш в ходе борьбы за права управления «LK».

Даже появились насмешки, что «LK» только помогает другим разбогатеть.

— На этот раз их доходы, должно быть, довольно хорошие. Они превратили 300 миллиардов вон в 900 миллиардов вон.

— Да. Но, как вы увидите, это ещё не все.

— Хм?

Председатель О Чжэ Хён вскоре усомнился в своих собственных глазах.

— Подождите минутку. Их базовый капитал утроился? Это реалистичная цифра?

По сравнению с предыдущим кварталом их капитал увеличился почти в три раза.

Это означало, что они заработали триллионы вон всего за несколько месяцев.

— Это неожиданная прибыль. На самом деле, в этом квартале все финансовые секторы сильно пострадали, но «Kwangwoon Securities» самостоятельно заработала целое состояние.

Даже на первый взгляд показатели выглядели сфабрикованными.

Даже в период финансового бума ни одна компания не могла утроить свой капитал за один квартал.

Но как такая доходность была возможна в квартале, который ознаменовался «китайским шоком» и так называемым рекордным падением рынка?

— И ходят слухи…

— Слухи?

— С момента китайского шока неизвестная сила постоянно зарабатывает деньги. По-видимому, эта же сила вошла в игру во время недавнего инцидента со «Stummwagen Dieselgate» и получила прибыль от немецкого рынка.

Председатель О Чжэ Хён тоже слышал эти слухи мимоходом.

Однако, поскольку даже «Bafin» отказалась от их отслеживания, они остались всего лишь слухами.

— «Kwangwoon» безрассудно нагрянула на немецкий рынок?

— Да. Судя по текущим доходам, это вполне вероятная история.

Сначала, когда он услышал, что компания под названием «Kwangwoon» владеет 5% акций, он не особо насторожился.

В конце концов, они даже не входили в тройку ведущих финансовых групп.

Но чем больше он узнавал, тем более загадочным это становилось.

Они были мастерами психологической войны, в результате которой 300 миллиардов превратились в 900 миллиардов, и если этот слух был правдой, то их способность предсказывать будущее была просто поразительной.

«Но тем, кто на самом деле управлял компанией, был не Хван Дэ-вун».

Он понял это после встречи с Хван Дэ-вуном в тот день.

Он получал приказы от кого-то.

Другими словами, за «Kwangwoon Securities» стоял кто-то.

Кто-то, кто встряхивал совет директоров как внутри страны, так и за рубежом!

— Главный секретарь. По поводу нашего проекта во Франции.

— А, да.

— Нам нужно максимально ускорить сроки.

— Простите? Но есть ещё некоторые моменты, которые нужно доработать...

— Так не подойдет. Нам нужно как можно скорее открыть отели, начиная с Франции, чтобы обеспечить приток капитала. Это единственный способ вырваться из-под контроля «Kwangwoon Securities».

«Kwangwoon Securities».

Тот факт, что они были в долгу у этих ублюдков, начинал все больше беспокоить.

Не зная, что эти парни могут сделать дальше, он намеревался быстро решить проблему с долгом и полностью разорвать с ними отношения.

— Сообщите об этом бизнес-подразделению. Скажите им, чтобы они максимально ускорили график.

/-/

После публикации квартального отчета о прибылях.

Больше всего этим неожиданным результатом были удивлены сами сотрудники «Kwangwoon Securities».

— Не может быть. Мы заработали столько денег?

— Это невозможно. Ведь весь наш отдел был в минусе?

— Тогда откуда взялись все эти деньги?

Неожиданный доход, о котором не знали даже сотрудники «Kwangwoon Securities».

— Ну, это логично. Большая часть прибыли поступила от «Prime» отдела.

— Ещё до создания «Prime» отдела начальник отдела получал огромную прибыль от команды проп-трейдинга.

Постепенно начали распространяться слухи, и благодаря этой неожиданной прибыли все узнали о прибыльности «Prime» отдела, так что теперь отдел кадров находится в хаосе. Все спрашивают о переводе в этот отдел.

Однако это не место, куда может попасть любой.

«Только те, кого выберет моя интуиция, могут туда попасть».

— Но разве вы не чувствуете разочарования от того, что наш капитал внезапно сократился с 1 триллиона вон до 700 миллиардов?

— О чем вы говорите? Эти 900 миллиардов находятся на стороне «LK Group».

— Мы же не можем внезапно их вытащить и использовать. Конечно, мы стабильно получаем проценты, но все же.

— Ну, 900 миллиардов — это большие деньги, но для конгломерата это не неуправляемая сумма. Сейчас у них может быть небольшой дефицит наличности из-за борьбы за права управления и строительства «LK Tower», но, начиная с европейского гостиничного предприятия, «LK Group» накапливает только благоприятные события, верно?

Председатель О Чжэ Хён был одержим зарабатыванием денег.

Действительно, у «LK Orient» была причина встать на сторону О Чжэ Хёна, ударив в спину председателя-основателя.

Обладая хорошим чутьем в бизнесе и исключительной проницательностью, он быстро нормализовал положение компании.

Особенно сейчас, когда он продвигал гостиничный бизнес в Европе, а открытие во Франции было уже не за горами.

Ходят слухи, что их услуги оцениваются очень хорошо.

— Это как-то характерно для нашей страны, не так ли? Сервис и качество внутри страны отвратительные, но, как ни странно, за рубежом все идет хорошо.

— Они думают, что уже поймали рыбу. Разве ты сам не сталкивался с дискриминацией внутри страны несколько раз?

Конгломераты всегда кричат, что внутри страны нет дискриминации, но все уже знают правду. Даже игры, разработанные внутри страны, демонстрируют чудесное изменение сервиса на 180 градусов, как только попадают за рубеж.

— Этот европейский бизнес будет большим успехом, верно?

— Европа их обогатит, но как только «LK Tower» откроется в следующем году, это будет что-то грандиозное. Я слышал, что его стоимость уже подскочила до 7 триллионов вон.

— Как жаль. Я не думал, что «LK Group» так быстро стабилизируется. Я думал, что они немного пошатаются, и у нас появится шанс. Я слышал, что туда включили и ускорительную оговорку.

— Даже если так, это не очень реально. Конгломерат остается конгломератом!

«Если «LK Group» пошатнется, сможем ли мы действительно отобрать «LK Tower», которую мы получили в качестве залога?»

Честно говоря, это нелегкая задача.

То, что у вас есть залог, не означает, что вы можете забрать его без условий.

Все зависит от условий контракта.

Особенно когда брокерские компании получают залог и заключают контракты, они всегда включают одно условие.

Это условие акселерации.

Проще говоря, это как залог.

Это не настоящий залог, но если «LK Group» превысит заранее согласованный с нами коэффициент задолженности или если их кредитный рейтинг упадет, мы можем задействовать условие акселерации.

Тогда мы можем выставить маржинальное требование, чтобы запросить дополнительное покрытие, или даже оказать на них давление, чтобы они немедленно погасили долг, независимо от срока погашения кредита.

Иногда, когда компания попадает в затруднительное положение, поступает масса векселей, и это происходит из-за этого положения об акселерации.

Это положение чрезвычайно выгодно для брокерских компаний.

А если вам это не нравится, то не берите кредит.

— Но председатель О Чжэ Хён подписал этот контракт.

— Потому что он торопился.

— Конечно, он торопился, но он, должно быть, рассчитал, что сможет погасить 900 миллиардов в любом случае. А поскольку мы не знаем точных условий контракта, я тоже не могу говорить опрометчиво.

Члены команды не знали подробных условий контракта.

Конечно, я знал.

Контракт был настолько запутан, что его было трудно полностью понять, но достаточно было знать только ключевые моменты, как трехстрочное резюме.

— Насколько я знаю, генеральный директор включил в контракт как пункт о выплате в натуральной форме, так и пункт об опционе на покупку.

— Вау. Даже право выкупа? Это довольно жестоко.

— Похоже, председатель О Чжэ Хён был действительно в отчаянии. Я имею в виду, что он использовал «LK Tower» для такого контракта.

У членов команды была причина для удивления.

Обычно, когда кредит обеспечен залогом и заемщик не может его погасить, кредитор не может просто забрать залог.

По закону залог должен пройти обязательную процедуру аукциона.

Но даже это может быть изменено в зависимости от положений договора.

Включив в договор положения о выплате в натуральной форме и опционе на покупку, в случае невыполнения заемщиком своих обязательств по выплате кредита кредитор может реализовать опцион на покупку и получить право на покупку залога по заранее согласованной цене.

— Но даже если это называется опционом на покупку, думаешь, это действительно сработает? «LK будет» бороться изо всех сил, чтобы это не произошло.

— Ну, да. Это договор, который невероятно выгоден для нас, но, честно говоря, это только вопрос времени, когда «LK» погасит долг. Вероятно, поэтому другие акционеры также одобрили договор.

Другими словами, это не было чем-то, что они могли реально съесть, это был просто аппетитный, но недостижимый рисовый пирог.

Похоже, хён подумал: «Раз мы все равно не можем его съесть, то лучше включить в него все возможные положения».

— Нам просто нужно продолжать делать свою работу. Если они быстро погасят долг, мы получим дополнительные 900 миллиардов капитала, а это значит, что сможем сделать ещё более крупные инвестиции. И даже если они не погасят долг сразу, мы все равно будем получать довольно высокие проценты.

Тем не менее, было немного обидно, что капитал, который составлял 1 триллион вон, сократился до 700 миллиардов.

Конечно, «LK Group» задолжала им 900 миллиардов, но потеря все равно оставалась потерей.

— Может, начнем собрание?

— Ах, да. Сегодня мы немного затянули. Благодаря тому, что США наконец-то прекратили политику нулевой процентной ставки, стоимость доллара постепенно растет. Напротив, евро немного подешевел.

США наконец-то прекратили свою давнюю политику нулевых процентных ставок.

С момента субстандартного ипотечного кризиса, разразившегося в 2008 году, они поддерживали её, чтобы удержать рушащуюся экономику на плаву.

Но теперь, когда экономика начала показывать признаки восстановления, они решили снова поднять процентные ставки.

«……»

Я небрежно переместил ручку к доллару США и японской йене, указанным в материалах.

Как и ожидалось, я снова почувствовал «сигнал».

Но одно, чему я научился, используя эту способность, — это то, что интенсивность ощущения варьируется.

Так же, как у боли есть разные степени, так и у этого.

Конечно, оценка интенсивности этого ощущения зависела исключительно от моих собственных чувств.

«Я чувствую что-то от доллара и йены, но это не очень сильное ощущение».

Тем не менее, я мог сказать, что их покупка определенно будет выгодной.

— Ах, и начальник отдела. Я также принес исследовательские материалы по Европе, которые вы запрашивали.

Я быстро просмотрел документы.

В прошлый раз, во время разговора с хёном, я почувствовал неприятное ощущение в тот момент, когда была упомянута Франция.

Поэтому я собирал информацию по европейским вопросам.

— В настоящее время в Европе немного шумно из-за Великобритании. Пока это не является серьезной проблемой, но в экономическом плане они сталкиваются с растущими трудностями.

Великобритания испытывала трения в отношениях с ЕС.

Но сейчас я сосредоточился не на Великобритании.

— Несмотря на споры по поводу её участия в гражданской войне в Сирии, в настоящее время она генерирует самые высокие доходы от туризма в Европе и активно привлекает иностранные инвестиции для увеличения доходов от туризма.

Франция в настоящее время является одной из самых процветающих стран Европы.

Ключом к её успеху стало активное привлечение иностранных инвестиций и расширение туристического сектора.

Именно поэтому «LK Group» сосредоточилась на Франции.

Французское правительство приветствовало их с распростертыми объятиями и предоставило поддержку на политическом уровне, поэтому у «LK» не было причин не входить на этот рынок.

— Уф.

«Но почему так?»

Каждый раз, когда я смотрел на материалы, связанные с Францией, меня тошнило.

То же неприятное чувство, что и раньше.

— Глава отдела, вы в порядке?

— А, да. Не могли бы вы дать мне и другие документы? Исследования, охватывающие различные секторы.

Я не знал, почему я так себя чувствовал, но в конце концов я закрыл отчет на полпути.

Мне следует пока избегать просмотра всего, что связано с Францией.

— Подобно Франции, Европа в последнее время активно продвигает свою туристическую индустрию, а страны Восточной Азии также расширяют свои туристические секторы, поэтому есть много прогнозов, что акции, связанные с этим сектором, будут расти.

Однако ощущение, которое меня охватывало, было слабым.

Может быть, я должен просто игнорировать все остальное и продолжать инвестировать в доллар и иену.

Пока я просматривал различные секторы,

«…?»

Мой взгляд застыл на одном конкретном секторе.

Это было не что иной, как оборонная промышленность.

«Участие Франции в сирийской гражданской войне и объявление Саудовской Аравией войны ИГИЛ — естественно, что акции оборонных компаний растут, когда начинается война. Просто масштабы были небольшими, поэтому рост не был значительным. К тому же, похоже, нет никаких признаков эскалации».

В целом, оборонный сектор немного поднимался, а затем снова падал, повторяя эту схему.

Но именно в этот момент интенсивность ощущения резко возросла.

«...»

На всякий случай я провел ручкой по каждой из перечисленных компаний.

«!»

Интенсивность варьировалась для каждой из них, но все они давали мне одинаково сильную обратную связь.

В некоторых случаях ручка сильно дрожала и чуть не прорвала бумагу.

«Почему так? Мне становится не по себе».

Это было не что-то обычное, это была оборонная промышленность.

Что означает рост оборонного сектора?

Война.

Других причин нет.

Я сглотнул.

Неужели где-то действительно будет крупномасштабная война?

Пожалуйста, только не война между Северной и Южной Кореей.

/-/

Пятница вечером.

Самое оживленное время, когда все выходят на улицы, чтобы насладиться ужином или культурными мероприятиями в предвкушении выходных.

То же самое было и в Париже, Франция.

Романтический город, главная туристическая достопримечательность Европы.

Никто из людей, наслаждающихся прекрасным ночным пейзажем, не мог этого предсказать.

То, что должно было быть счастливым пятничным вечером, превратилось в поле битвы, окрашенное бомбами и пулями.

/-/

— О-отчет! К-какова ситуация с ущербом?

Руки председателя О Чжэ Хёна дрожали так сильно, что он не мог даже нормально глотнуть воды.

— Сообщается о более чем сотне жерт. Франция уже развернула военные силы по всему Парижу и объявила чрезвычайное положение, закрыв границы. Все рейсы в данный момент разворачиваются.

— Ах... что за черт...

Произошел массивный террористический акт, и не где-нибудь, а прямо в Париже, Франция.

Боевики ИГИЛ, которые осуждали участие Франции в сирийской гражданской войне, превратили Париж в зону боевых действий с помощью самоубийственных взрывов и массовых расстрелов.

Это было событие, потрясшее весь мир.

По своей тяжести оно не отличалось от терактов 11 сентября в США.

Такая крупная европейская держава, как Франция, подверглась массивному террористическому нападению.

— ИГИЛ официально взяло на себя ответственность за теракт, поэтому президент Франции объявил полномасштабную войну и запросил поддержку войск от других стран ЕС. Другие страны теперь заявляют, что будут активно поддерживать Францию.

Это был ужасный год.

С начала года время от времени происходили террористические атаки, и теперь даже развитая страна, известная своей строгой безопасностью, подверглась крупномасштабному нападению.

Этим инцидентом ИГИЛ превратил всю Европу в своего врага.

Европа больше не могла сидеть сложа руки.

Если Франция подверглась нападению, то и они могут подвергнуться, — этот страх теперь запечатлелся в их сознании.

Проблема заключалась в том, что из-за закрытия границ Франции «LK Group» оказалась в кризисной ситуации.

— А как же наш отель? Открытие завтра!

— …Это, вероятно, будет сложно. С закрытыми границами в данный момент нет возможности ни въехать, ни выехать.

Вдруг у него все помутнело в голове.

«LK Group» уже исчерпала свои средства и насильно продвигала гостиничный бизнес во Франции, только чтобы поддерживать денежный поток.

Все, что им нужно было, — это открыть отель и обеспечить ликвидность.

Но, что невероятно, это произошло всего за день до открытия.

— А… закрытие границ… оно скоро будет снято?

— Они не откроют её, пока не поймают всех террористов во Франции. Им нужно будет расследовать, кто сотрудничал в нападении и кто привез оружие. Но, вероятно, они постараются отменить ограничения как можно скорее.

Однако просто отмена закрытия границ не решит проблему.

Это было не где-нибудь, а в Париже, Франция подверглась нападению.

Искусство и романтика.

Центр культуры.

Париж, Франция.

Страна с таким авторитетом, как Франция, естественно, вселяет уверенность в том, что она защищена от терроризма. Ведь по национальным стандартам безопасности Франция всегда занимала очень высокие позиции, верно?

Именно поэтому недавний террористический акт потряс весь мир.

Он породил страх, что теперь любая страна может стать мишенью террористов.

Неудивительно, что люди называли это вторым 11 сентября.

— Что, что, черт возьми, происходит?

Однако сонливость генерального директора Хван Дэ-вуна, вызванная вчерашней ночной игрой в видеоигры, полностью исчезла, когда он услышал не новости о террористическом акте во Франции, а другую новость.

— Мы можем инициировать маржин-колл?

— Из-за террористического акта во Франции можно с уверенностью сказать, что туризм во Франции закончился. Проблема в том, что «LK» собиралась открыть отель во Франции. Они активно продвигали его и планировали использовать это как трамплин для выхода на весь европейский рынок.

— Но в этот самый момент произошел террористический акт?

— Да. Франция уже закрыла свои границы, поэтому компании, зависимые от туристической индустрии во Франции, несут огромные убытки. Цены на их акции также резко упали.

Даже крупнейшая гостиничная компания Франции, «Lecorre Group», понесла серьезный ущерб от этого инцидента.

Если «Lecorre» испытывает трудности, то «LK», которая только начала свою экспансию за рубежом, не сможет избежать последствий.

— Начиная с Франции, они готовились открыть отели в различных странах, таких как Великобритания, Германия, Испания и Бельгия. Но из-за террористического инцидента вся европейская туристическая индустрия временно остановилась. Для «LK» это не похоже на пожар, разразившийся у них под ногами, это скорее как метеорит, упавший им на голову.

ИГИЛ, группировка, совершившая теракт во Франции, выпустила заявление, в котором говорится, что их террористическая деятельность ещё не закончена и что они покажут еще более ужасающее правосудие Аллаха. Это поставило всю Европу в состояние повышенной готовности.

Чтобы не допустить въезда потенциальных террористов, они временно закрыли границы для иностранцев.

«LK» готовилась к последовательному открытию отелей, начиная с Франции и заканчивая другими странами.

Однако из-за этого инцидента они не смогли открыть отели даже в тех странах, где их строительство было почти завершено.

— Но, помимо этого, произошло ещё кое-что.

— Что еще?

— Во время спора о руководстве «LK» выяснилось, что корни компании находятся в Японии. Люди думали, что это чисто корейская компания, но когда выяснилось, что она находится под контролем японского холдинга, общественность была очень разочарована.

— И?

— Изначально универмаг «LK» всегда без проблем получал лицензии на беспошлинную торговлю, но из-за негативного отношения общественности правительство впервые отказало им в этом. Беспошлинная торговля была основным источником дохода, и её потеря стала бы огромным ударом.

«LK» был синонимом беспошлинных магазинов.

И теперь даже это было заблокировано.

Но правительство не имело иного выбора, кроме как учитывать настроения общественности.

Потеря «LK» лицензии на беспошлинную торговлю была болезненным ударом.

— Беспошлинный бизнес, которым они всегда занимались, внезапно был прекращен. Они вложили все свои деньги за рубежом, чтобы создать глобальный гостиничный бренд, но и это было остановлено из-за терроризма... Ходят слухи, что они даже не могут покрыть необходимый им капитал.

Короче говоря, это означает, что долг «LK Group», вероятно, быстро увеличится, что приведет к снижению их кредитного рейтинга, и если это произойдет.

— Мы можем нанести удар, верно?

— Да. Мы можем вызвать настоящий переполох, применив условие акселерации.

Это означало, что «Kwangwoon Securities» теперь может начать требовать от «LK Group» выплаты долга.

— И это ещё не все. С оплатой наличными и связанным с ней опционом на покупку, если «LK» действительно не сможет найти деньги, «LK Tower» может оказаться в наших руках.

— Это возможно с юридической точки зрения? Даже если мы включили все эти выгодные условия в контракт, разве нет предела?

То, что был подписан договор залога, не означает, что «LK Tower» становится собственностью «Kwangwoon Securities».

Это огромная собственность, носящая титул высочайшего знания Южной Кореи.

Естественно, проглотить его за 900 миллиардов вон было невозможно.

— Юридическая команда, следуя инструкциям генерального директора, структурировала сделку так, чтобы она была для нас максимально выгодной. Именно здесь и приходят на помощь положения о праве первого отказа и опционе на покупку. Особенно в случае оплаты наличными, если мы слишком сильно снизим цену, это может стать юридической проблемой. Но если мы установим стоимость приобретения в виде определенного процента от стоимости залога, юридических проблем не будет.

Услышав эти слова, генеральный директор Хван Дэ-вун сглотнул.

— На какую сумму мы её установили?

— 2 триллиона вон.

Два триллиона.

Эта сумма была определена юридической командой на основе стоимости на момент заключения контракта, а также установлена в качестве минимальной суммы, чтобы избежать каких-либо проблем.

Конечно, юридическая команда, вероятно, не верила, что «Kwangwoon» действительно станет владельцем «LK Tower». Они просто пытались создать максимально выгодные условия и соответственно установить минимальную цену, и так они пришли к этой цифре.

— Это наша компания, но, черт возьми, этот контракт просто отвратительный.

— Если им это не нравилось, они должны были обратиться в банк, а не в брокерскую компанию. Или обратиться к фондам. Но поскольку ни один из этих вариантов не сработал, они пришли к нам и в итоге подписали этот контракт.

Если бы они просто продержались, не продавая акции, председатель О Донг-ён потерпел бы крах, и «LK Group» естественным образом перешла бы в руки О Чжэ-хёна.

Но поскольку они не смогли подождать ещё немного и поспешили подписать, сложилась такая ситуация.

— Что ещё хуже, проект «LK Europe» должен был быть реализован позже, но председатель О Чжэ Хён настаивал на его скорейшем запуске, чтобы ускорить оборот денежных средств, и тогда произошел этот инцидент.

В тот момент Хван Дэ Вун почувствовал, что это божественное вмешательство.

С другой стороны, О Чжэ Хён, вероятно, проклинал небеса, задаваясь вопросом, как все могло пойти так плохо.

— Если все пойдет хорошо, мы сможем приобрести «LK Tower» за 2 триллиона вон...

— «LK» будет бороться изо всех сил, чтобы не продавать её по такой цене.

Конечно. Учитывая, сколько было вложено в строительство, они ни за что не откажутся от «LK Tower» всего за 2 триллиона вон.

Но в жизни никогда не знаешь, что может случиться.

Честно говоря, кто мог представить, что ситуация зайдет так далеко?

Прежде всего, общественное мнение уже отвернулось от «LK Group».