Вдохновитель? Нет, я просто живу за счёт жены
Kim Mamo

Все вокруг уверены, что я злой гений. А на деле я просто муж, которого содержит родня благородной супруги... и почему на меня все так пристально смотрят? Погодите. Неужели дело в моих узких глазах?!

====================

Всё пошло на перекосяк с самого начала

Мередия Эмбегрин.

Единственная прямая наследница рода герцогов, некогда единственных в империи.

Однако из-за врожденной жестокости её характера и множества странных слухов, окутывавших её, никто не решался приблизиться к ней без опаски.

Сейчас она молча стискивала зубы, глядя на своего будущего жениха, который должен был уже быть унесён слугами — пав жертвой подложенного ею яда.

— Прошу прощения за беспокойство. Похоже, в чае был яд?

— …

— К счастью, я выжил. Иначе это обернулось бы катастрофой.

Подозрительный мужчина с черными волосами, черными глазами и в черном костюме, представившийся белым магом.

С лицом, на котором не понять, открыты глаза или прищурены, он выглядел так, будто вот-вот предаст или замыслит нечто коварное.

Более того, он был той самой досадной фигурой, выдвинутой имперской семьей и отвергнутыми наследниками герцогского рода в качестве жениха, чтобы держать Мередию под контролем.

Спокойно вытирая кровь с уголка губ, он шептал ей — той, что только что пыталась его отравить.

— Будь я неосторожен, поползли бы слухи, будто леди хотела меня устранить.

Он произнёс это с леденящей душу улыбкой, от которой любого бросило бы в дрожь.

В тот миг Мередия наконец осознала.

Опасный парень перед ней, вероятно, принадлежал к той же категории, что и она сама.

— Благородная леди, как вы, никогда не опустится до подобного.

Нет, возможно, он был ещё хуже.

— Не так ли, леди Мередия?

И, возможно, она сама только что угодила в ловушку, расставленную таким, как он.

— Может, перестанете смотреть на меня этим взглядом?

Словно читая её мысли, он сузил и без того узкие глаза, наблюдая за ней, как охотник за попавшей в силки добычей.

— Ваше выражение лица слегка пугает.

Увидев на его лице эмоции, которые должны были быть её собственными, Мередия почувствовала, как её взгляд стал ещё холоднее. Теперь она наконец поняла что не является больше охотником.

***

Уитни Лингард.

Старший сын ничем не примечательного графского рода Лингардов, чьи владения располагались близ имперской столицы.

По правде говоря, он не совершал в жизни ничего дурного, но благодаря обманчивой внешности и манере речи успел стать жертвой бесчисленных ложных обвинений.

Сейчас он тихо собирался с мыслями, глядя на платинововолосую леди — ту самую, что когда-то была его любимым персонажем, а теперь стояла перед ним, живая, дышащая и угрожающая его жизни.

"…она поистине ужасает."

Единственный способ изменить свою исковерканную судьбу — спасти эту грозную злодейку от уготованного ей краха.

Причина, по которой он всего несколько мгновений назад вспомнил о своей прошлой жизни, вероятно, заключалась в том, что какая-то божественная сила пыталась помочь ему сделать именно это.

— В любом случае, не вернуться ли нам к разговору, который мы вели ранее?

Собрав всю храбрость, он одарил её улыбкой, полной невинности.

— Нам ещё есть что обсудить.

***

Кажется, сейчас я живу вторую жизнь.

Я понял это, едва поднеся ко рту чашку с чаем на первой встрече с будущей невестой, представленной мне вчера, и вновь открыв глаза.

— Разве нам не стоит сначала тщательно проверить ваше состояние, вместо того чтобы возвращаться к прежнему разговору?

— Хм.

— Расследование того, как яд попал в чай, тоже не терпит отлагательств. Потому давайте пока отложим беседу.

После этих слов лицо моей потенциальной невесты, до сих пор казавшееся чужим, постепенно начало обретать знакомые черты.

Среди горничных, бледных от тревоги, спокойствием и уверенностью выделялась лишь одна — та, что смотрела на меня пронзительными глазами, словно два самоцвета. Это была Мередия Эмбегрин, наследница единственного в империи герцогского рода.

Согласно воспоминаниям из прошлой жизни, недавно всплывшим в сознании, именно она являлась главным антагонистом «Фантазии Черного Хвоста 3» и финальным противником почти во всех сюжетных ветках.

— Кстати, что это за выражение лица?

Она была моим любимым персонажем — тем, кого я отчаянно пытался спасти до самого конца в прошлой жизни, несмотря на её неминуемый крах в любом из исходов.

— Вас не устраивает моё предложение?

И теперь этот самый персонаж стоял передо мной, дышащий и живой.

А тот факт, что она отравила мою чашку, был лишь дополнительным штрихом.

— Раз вы даже кровью харкнули перед тем, как рухнуть на пол, должно быть, ситуация вас серьёзно тревожит.

— Мы вызвали королевского лекаря. Если проследуете с нами, осмотр начнётся незамедлительно…

Я тихо закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, в то время как впереди звучали взволнованные голоса горничных.

Что ж, не только я пребываю в замешательстве после того, как чуть не умер и вспомнил свою прошлую жизнь — окружающие, столкнувшиеся с этой ситуацией, тоже были растеряны.

Ведь в нынешней жизни «Уитни Лингард» — это помеха, которая должна исчезнуть, чтобы планы Мередии увенчались успехом.

Но насколько мне известно, убивать меня они не планировали.

Скорее всего, хотели лишь усыпить снотворным, чтобы воспользоваться моментом для шантажа.

Теперь же, когда я очнулся, они наверняка попытаются под предлогом лечения увести меня в укромное место и пригрозить.

Но даже при всей моей любви к Мередии, я не намерен плясать под её дудку.

Более того, я сделаю всё, чтобы избежать плохой концовки.

Разумеется, вместе со злодейкой «Мередией», что сейчас стоит передо мной.

Причина проста: дело не только в симпатии. Если помолвка с Мередией расторгнется, моя судьба рассыплется в прах.

Семейством Лингардов, в которой я старший сын, на первый взгляд может показаться благополучной, но она довольно нестабильна как внутри, так и снаружи.

Без союза с Мередией наш род, пожалуй, не протянет и пары лет, прежде чем разорится или окажется на улице.

Потому ради собственного будущего, а не фамильной чести, я обязан сохранить эту помолвку.

Какая бы дурная слава ни ходила о ней, статус наследницы единственного герцогства империи — преимущество неоспоримое.

Честно говоря, с тех пор, как ко мне вернулись воспоминания, я всё ещё чувствую себя неловко и не уверен, что у меня всё получится.

Единственное утешение — моя личность и характер не изменились с прошлой жизни. По крайней мере, я остался собой.

Что ж, этим и успокоюсь. Раз уж цель определена, буду действовать без полумер.

Итак, первый шаг очевиден.

Мне нужно ненавязчиво дать понять Мередии, что в её изначальный план — не предполагавший убийства — вмешался кто-то, кто всерьёз решил меня устранить.

Прямо говорить об этом нельзя: вокруг слишком много ушей и глаз. Но Мередия умна — хватит и намёка.

— Герцогский дом обещает тщательно расследовать произошедшее. А теперь, если позволите…

— Пожалуйста, подождите мгновение.

Надеюсь, этот маленький спектакль ясно даст понять: я компетентен, полезен и, главное, на её стороне.

— Я бы хотел показать вам нечто любопытное, если позволите.

Но что, если она заявит, что не заинтересована, и отошлёт меня домой?

Тогда это чуть-чуть станет проблематично.

***

— Нечто… любопытное?

— Уверен, вас это заинтересует, леди Мередия.

Пока Уитни не открыл глаза после обморока у неё на глазах, Мередия не сомневалась в успехе своего плана.

Она привыкла контролировать всё и всех вокруг.

Потому нынешняя ситуация вызывала у неё досаду и раздражение.

— А если мне не хочется это видеть?

— В таком случае, это было бы… проблемой.

Старший сын графов Лингардов, который должен был быть без сознания и тайно вывезен её людьми, сидел напротив, непринуждённо вертя в руках чашку.

Его тон говорил о том, что он точно знал, что произойдёт сегодня, а его тревожная улыбка, от которой даже невозмутимая Мередия вздрогнула, была невыносима.

— Если вы действительно так думаете — вы недооцениваете герцогский дом.

— О, нет! Я говорил о себе, леди Мередия, не о вас.

На явную провокацию Уитни Мередия огрызнулась ледяным тоном, но он лишь притворно удивился, ловко сменив тему.

— С какой стати вам беспокоиться? Проблемы возникнут у меня.

— Хах.

То ли Уитни держал в руках чашку, то ли саму Мередию — но её терпение было исчерпано.

— …что ж, раз вы настаиваете — мне теперь стало любопытно, что вы задумали.

Однако Мередия не из тех, кто станет демонстрировать слабость или сломается под давлением.

Уитни и не подозревал, что чашка в его руках уже утратила ценность как улика.

Благодаря её мастерству в ядовитом ремесле, Смертоносный Шедевр, который она разработала, нельзя было обнаружить спустя определённое время, независимо от того, какой метод использовался.

Так что, чтобы интересное он ни собрался показать — сегодняшнее преступление оно не раскроет.

"А даже если и раскроет — я всё замну."

Конечно, учитывая оппонента, придётся потрудиться… но даже если этот человек докопается до правды, ничего не изменится.

— Показывайте, что у вас там.

С этой мыслью она зеркально отразила улыбку мужчины напротив.

— Ха-ха. Благодарю за доверие.

— Не стоит.

Но время шло.

— Неужели ваше «кое-что любопытное» — это сидеть и бездействовать?

Подперев ладонью подбородок, Мередия наконец заговорила, кривя губы в холодной усмешке.

— Если так — вы меня разочаровали.

С момента дерзкого заявления Уитни прошло немало времени, но всё, что он делал — медитировал, сжимая чашку.

Судя по всему, он пытался магией выявить яд в сосуде — и позорно провалился.

— Проводите сэра Уитни в лазарет. И…

Внутренне усмехнувшись, Мередия кивнула подчинённым, ожидавших по обе стороны.

~ВЖУХ!!!—

— …что?

Но едва её люди шагнули к Уитни, как из чашки в его руках вырвалось чёрное пламя.

— Вам лучше отступить.

— Это…!

Увидев это, Мередия невольно вскинула глаза и встала, опуская слегка дрогнувшую правую руку.

Ибо чёрное пламя в его ладони было знаком тёмной магии.

Неважно, какого ты рода или звания — даже императорская кровь не спасала от кары за это преступление.

Разумеется, она и не думала использовать столь опасный элемент для сегодняшнего «маленького спектакля».

— Неосторожность может стоить вам жизни.

— …ха.

Похоже, мужчина перед ней вовсе не собирался ограничиваться «маленьким спектаклем».

— Разумеется, я имел в виду себя.

"…меня провели."

Ловушка, аккуратно расставленная вокруг Мередии, наконец захлопнулась.

"Нет, погодите — что вообще происходит?"

Хотя, разумеется, лишь в её мыслях.

----------

Временный союз

— Это опасно. Прошу держаться в десяти шагах.

"Что происходит? Почему всё так?"

Примерно через пять минут отчаянных попыток именно так я отреагировал, увидев, как на ладони начинают танцевать черные языки пламени.

— Позвольте повторить. Если приблизитесь, то можете погибнуть. Понятно?

"Чёрт, кто-нибудь, помогите..."

Мой первоначальный план состоял в том, чтобы незаметно обнаружить следы тёмной магии, оставшиеся в чашке, и дать Мередии подсказку.

Честно говоря, подобный план большинство даже не рискнуло бы осуществить из-за опасностей, связанной с темной магией. Но у меня был козырь.

Знаете, почему дом Лингардов, несмотря на все внутренние распри и внешние угрозы, до сих пор сохраняет влияние? Именно благодаря наследственной способности к «белой магии».

Однако, нынешнее положение дел таково, что по какой-то причине данная магия внутри меня, находится на грани угасания.

Но раз уж это один из немногих моих талантов, я тренировался достаточно, чтобы использовать его в критических ситуациях. Потому, веря в прошлые успехи, я решил влить кроху белой магии в чашку — лишь чтобы Мередия заметила следы. Но свидетелем чего, чёрт меня дери, я сейчас стал?

Если я не избавлюсь от темной магии, она может принять меня за темного мага. А это конец.

Ведь, как ни парадоксально, больше всего на свете Мередия ненавидит именно темных магов.

Даже в игре каждый тёмный маг, который приближался к ней в её печально известной фазе, погибал от её руки — прямо или косвенно. Причем касалось это не только самих тёмных магов, но и «любых» причастных к темной магии.

Даже император, само солнце нынешней империи, не мог избежать безумной одержимости Мередии и в конце концов пал от её рук.

"А ведь император являлся выдающейся личностью."

Можете представить? Даже тот, чьи статы в игре занимали первое место, и был главным кандидатом в финальные боссы после Мередии... в большинстве сюжетных линий погибал лишь из-за связи с темной магией!

И вот я, смело устраиваю магическое тёмное огненное шоу прямо перед таким человеком.

— Так это и есть, то «кое-что любопытное», о котором ты говорил?

И, как и ожидалось, терпение Мередии — этого грозного истребителя темных магов — начало иссякать.

"Как мне исправлять ситуацию?"

Она отбросила всякую формальность. Её правая рука слегка дрожала, а аура вокруг буквально кричала о жажде убийства. Дышать стало тяжело.

"Предполагалось, что на чашке должны были оставить крошечный проклятый след! Почему всё вышло из-под контроля?"

Итак, если я не хочу погибнуть на месте, мре нужно обуздать темную магию, которая почему-то беснуется при контакте с моей белой магией.

Типичным решением в таких ситуациях, конечно, было бы использование большого количества белой магии для нейтрализации тёмной. Но, к сожалению, в моём случае это невозможно.

Стыдно признаться, но моя белая магия не слишком впечатляет.

Обычная белая магия излучает мягкое тепло, но моя от рождения почему-то излучает тёмную и холодную энергию.

Старейшины моей семьи говорили, что оно отдаёт чем-то зловещим, и даже напоминает темную магию. Возможно, они преувеличивали, но было ясно одно — моя «белая» магия далека от нормы.

К счастью, до сих пор фундаментальная эффективность моей белой магии не подводила, потому я, хоть и скрепя сердцем, продолжал практиковаться.

Но кто бы мог подумать, что подобное случится при первом же реальном применении.

Знай я это заранее — хотя бы раз поэкспериментировал с настоящей темной магией. Хотя, конечно, это табу.

Впрочем, раз уж дело зашло так далеко, выход остался лишь один.

Помимо белой магии, самый действенный способ снять проклятие темной магии — устранить самого заклинателя.

Но даже в оригинальной игре личность сообщника, предавшего Мередию и отправившего меня, так и не была раскрыта.

А значит, оптимальный вариант — уничтожить носитель. То есть, ту самую чашку.

Честно говоря, я бы с радостью швырнул её об пол, пока моя рука не почернела окончательно.

Но если темная магия разлетится повсюду, это станет катастрофой. Поэтому лучше всего уничтожить её, пока белая магия в моей ладони сдерживает пламя.

Теоретически — всё просто.

Разумеется, моя белая магия имеет привычку слегка «отклоняться» от теории, но выбора сейчас нет.

— Миледи.

Да, давайте сначала потушим этот огонь и спокойно объясним ситуацию.

Мол, в чашку подбросили проклятие, и она чуть не убила меня по недосмотру.

— С крысами разбираются сразу, как только их видят.

Я уже сжал пальцы, готовясь начать с эффектного вступления, как вдруг—

— Вообще-то, эта чашка…

— А-аргх!!

Из толпы слуг, робко жавшихся в десяти шагах (как я и велел), вырвался хриплый вопль.

~Тук—

Даже не успев понять, что происходит, я увидел, как юный паж, весь побледневший, схватился за грудь и рухнул на пол.

— П-помогите…

Судорожно подёргиваясь, словно в агонии, он пополз ко мне, из последних сил протягивая руку.

Погодите. Это что ещё за...?

— Прошу... помогите…

— Чего?

Сватовство — это вам не шутки, серьёзно.

***

— С крысами разбираются сразу, как только их видят.

К тому моменту, как Уитни произнёс эти загадочные слова, терпение Мередии достигло предела.

"Может, мне просто убить его?"

Однако происходящее дальше заставило её отложить эту мысль.

— Пожалуйста… вы же обещали иное…

Паж, отчаянно ползущего к Уитни, были налитые кровью глаза, а изо рта шёл чёрный дым

Согласно обширным познаниям Мередии, это были типичные признаки обратного потока маны, который обычно используется в качестве наказания за снятие проклятий.

— Помогите…

Казалось, понимая это, паж судорожно задвигал одеревеневшими конечностями, его голос, теряющий силу, умолял о помощи.

— Мне? Спасти тебя?

Уитни, наблюдавший за сценой с таким же хладнокровием, как и Мередия, слегка склонил голову. Его выражение лица выдавало искреннее любопытство.

— С чего бы?

На этом всё и закончилось.

— Хр-р…

Едва с губ Уитни вылетели равнодушные слова, как паж издал последний хриплый звук и замер, уткнувшись лицом в пол.

— Он… мёртв…

~Вздох—

Хотя они всегда были готовы к подобным моментам, когда служили своей госпоже, при виде настоящей смерти лица слуг побледнели.

— И с чего ты вообще решил просить об этом меня?

В повисшей ледяной тишине лишь бормотание Уитни, стряхивающего с ладони осколки чашки, нарушало молчание.

— Ха.

Именно в этот момент уголки губ Мередии дрогнули в едва заметной усмешке.

"Интересно, сколько нужно было смелости, чтобы провернуть нечто подобное… но, видимо, за этим и правда что-то стояло."

До этого момента ситуация казалась Мередии безвыходной.

Она не понимала как такое возможно, но факт оставался фактом: Уитни знал всё заранее. Более того, пойдя ещё дальше, он подстроил ловушку для неё самой.

Наглую ловушку, превратившую неловкий инцидент (обморок жениха от снотворного на чаепитии) в покушение с использованием тёмной магии.

В первом случае герцогство легко замяло бы скандал. Но тёмная магия? Это меняло всё.

Даже императорская кровь не спасала от казни за связь с темной магией. Самого императора могли свергнуть, если улики оказались бы весомы.

Конечно, пока тайна не раскрыта, то и проблем не будет. Но Уитни всё предусмотрел.

Убей она его сейчас — его сообщники, которых он скорее всего заране уведомил, уже завтра разошлют письма в Имперский суд или Священное королевство. Тогда даже власть герцогства Эмбегрин не спасла бы Мередию от суда инквизиции.

Доказать его тщательно продуманный план? Невозможно. Даже при успехе — последствия разрушили бы репутацию дома.

А учитывая давнюю вражду между Священным королевством и герцогством, Мередию пробрала дрожь.

"Но теперь этот сценарий маловероятен."

Вместо того чтобы обвинить герцогство, Уитни собственноручно устранил сообщника-мага и уничтожил улики.

И судя по реакции слуги, холодные и безжалостные действия Уитни, скорее всего, не были частью какого-либо предварительного соглашения.

Другими словами, Уитни с самого начала не собирался обвинять герцогство.

Так в чём же его истинная цель?

Мысли Мередии метались, пока не сложились в гипотезу.

— Всё запуталось, но я обязан сказать главное.

Неужели всё это — демонстрация того, насколько он может безнаказанно манипулировать герцогиней? Довольно пугающая гипотеза.

— Как я уже говорил, я — белый маг. Благодаря этому я смог обнаружить проклятие на чашке и действовал так — чтобы показать всё это вам.

И эта пугающая гипотеза быстро начала воплощаться в жизнь, когда Уитни, хмуро смотревший на безжизненного слугу, спокойно продолжил.

— Не знаю, почему слуга внезапно умер, но могу предложить наиболее правдоподобную версию.

Она всё ещё не понимала, как ему удалось внедрить тёмного мага в ряды проверенной прислуги.

— За всем стоит третья сторона.

— Третья сторона…

— Когда всё пошло не по плану, они быстро устранили пешку.

Но для Мередии это больше не имело значения.

Важно было иное: Уитни, доказавший свои возможности, предлагал сделку.

— Следовательно, ни вы, ни я не виноваты.

— ……

— Вы понимаете?

Только тогда Мередия осознала его истинную цель.

Его речи о «третьей стороне» после демонстрации жестокости — явный сигнал: «Давайте замнём инцидент». Открытый жест доброй воли.

А «дружба», к которой он стремился, прибегая к таким крайним мерам, требовала чего-то, что могла дать только она сама.

— …понимаю.

Если бы Уитни сам был тёмным магом или проявил хоть каплю жалости к тёмному магу ранее, Мередия никогда не приняла бы его предложение.

Но в её глазах Уитни, несмотря на подозрительные нюансы, явно использовал белую магию. Более того — он хладнокровно убил сообщника-мага у неё на глазах, даже не поведя бровью.

Обычный человек порвал бы с ним все связи, но для Мередии это стало достоинством.

— Допустим, сегодня всё было именно так.

— Благодарю за понимание. Тогда, полагаю, пора…

— Тогда почему бы тебе не сказать, чего ты желаешь на самом деле?

Поскольку она уже отбросила притворство, Мередия задала вопрос напрямую.

— Желаю… говорите.

— Я уловила намёки. Теперь жду «сути». Ты ведь явился сюда не ради помолвки.

— Вообще-то, именно ради неё.

Уитни наигранно почесал затылок, но Мередия, уже видящая его насквозь, не купилась на фасад.

— Даже с таким выражением лица это совсем не убедительно. Просто скажи мне, чего ты хочешь.

— Ну, если вы настаиваете…

Её острый тон заставил Уитни замолчать на мгновение, после чего он медленно достал из плаща конверт.

— Все, что вам нужно сделать, это расписаться на нём.

Говоря это, он достал конверт с документами и с пугающей улыбкой протянул его Мередии, которая слегка замешкалась, протягивая руку.

— Это всё, чего я хочу.

Его голос звучал мягко, но теперь гримаса притворства исчезла, обнажив истинно «зловещую» усмешку.

— Наконец-то показал своё нутро.

— Простите?

— Раздражает, но на сей раз прощаю.

Даже Мередия, едва не дрогнувшая от его улыбки, признала: перед ней человек её уровня — или даже опаснее.

Для неё это был один из немногих новых и сильных стимулов в жизни, поэтому она решила великодушно закрыть глаза на грубость, которую он проявил, чтобы доказать свои способности

— Впрочем… можете не спешить с ответом.

— Хорошо. Я внимательно изучу документы и дам тебе ответ. Проводите сэра Уитни.

— Знаете, вы могли прочесть документы сейчас.

— Здесь слишком много глаз и ушей.

— Что ж, тогда…

Найдя общий язык, их диалог потек гладко, будто вода по отполированному камню.

— Кстати, в следующий раз угощу тебя «нормальным» чаем.

— Что?

— Теперь мы в одной лодке. Думаю, яд больше не понадобится.

— А-ха-ха.

— Хи-хи-хи.

Их смех, переплетающийся в саду, где минуту назад лежал труп, заставил слуг бледнеть пуще прежнего.

Так, ненамеренно, родился самый опасный дуэт империи.

"Уитни Лингард… он, может оказаться весьма полезной картой."

"Какого чёрта? Она собирается снова меня отравить, если всё пойдёт наперекосяк??"

Хотя их мысли расходились кардинально.

***

Как бы то ни было, Мередия, что пребывала в необычайно хорошем расположении духа и даже отпускала шутки, с лёгкостью отпустила Уитни.

— …что за чёрт.

Но через несколько минут, оставшись одна в своей комнате — рассаднике всех её коварных замыслов — она заперла дверь и проверила содержимое конверта.

Её лицо исказилось в той же гримасе, что и при виде Уитни, поднимающегося после кровавого кашля.

[Брачный договор]

— …чего он «действительно» добивается?

То, что Уитни оставил для нее, было не чем иным, как предложением руки и сердца.

----------

Подготовка плана

~Стук-стук…—

Карета, едва вырвавшаяся из бурной и опасной чайной церемонии, покинула герцогское поместье.

Из-за приказа Уитни уехать как можно быстрее, экипаж мчался с непривычно высокой скоростью.

"Неужели… он отравил герцогиню и сбежал?"

Однако Саша, преданная горничная Уитни, сидевшая в карете в нервном напряжении и ловившая каждое движение господина, не знала причины этой спешки. Её мысли невольно скатились к леденящему душу предположению.

"Нет, не может быть."

Но тогда что означали те громкие звуки, доносившиеся из поместья? И что за таинственный предмет, накрытый тканью, так поспешно вынесли слуги?

Даже издалека — откуда её остановила охрана — Саша поняла: в поместье произошло что-то из ряда вон выходящее.

— М-молодой господин…

— Да?

Собравшись с духом, девушка решилась спросить об этом у хозяина, чья аура сегодня казалась мрачнее обычного.

— На чаепитии… что-то случилось?

— Ох…

Но она мгновенно пожалела о неосторожном вопросе.

— …ты видела, да?

— Ик!

Уитни отвел взгляд от окна и уставился прямо на Сашу. Его шепот пробрал горничную до мурашек.

— Это несколько… проблематично.

— Я п-просто…

— Ты ведь понимаешь, что излишняя осведомлённость, может подвергнуть твою жизнь опасности?

«Любопытство сгубило кошку» — самое важное правило, которое вбили в Сашу предшественницы — тридцать седьмые по счёту горничные Уитни — для выживания в этом доме.

— П-простите! Я позволила себе лишнее!

— Хм?

— Клянусь! Я никому не расскажу о сегодняшнем! Даже если вырвут глаза и отрежут язык — никогда!

Осознав, что нарушила главный запрет, Саша залепетала в отчаянии, но Уитни оставался равнодушным.

— Не стоит так драматизировать.

Даже когда горничная начала молить о пощаде, он лишь сузил глаза и почесал затылок.

— Такие как ты всё равно забудутся со временем.

Его спокойный тон, словно стереть горничную из существования — пустяк, заставил Сашу дрогнуть.

— У м-меня же мать и младшие братья на попечении…

— …поэтому впредь будь осторожнее.

Словно услышав смертный приговор, Саша захлюпала, начав последнюю мольбу. К счастью, Уитни, кажется, склонялся дать ей ещё один шанс.

— Если нечто подобное повторится вновь — делай вид, что ничего не заметила, и забудь обо всем как страшный сон.

— …поняла.

— Так будет лучше для тебя.

Напряжение мгновенно покинуло тело Саши. Но прежде чем она успела выдохнуть с облегчением, как тут же выпрямилась, словно рыцарь, и повысила голос.

— …слушаюсь!

— Вот видишь? Незачем так напрягаться.

Она взялась за эту работу не только из-за невероятно высокого жалованья, но теперь поздно было сожалеть.

*****

"Похоже, впредь мне придется справляться с подобным в одиночку…"

Я едва не втянул невинного человека в кровавый хаос.

К счастью, Саша осталась незамеченной благодаря своей неприметности. Будь она чуть заметнее, даже мимолетное присутствие у ворот могло привлечь внимание Мередии.

Раз уж я решил встать на ее сторону, подобные ситуации неизбежно повторятся. Нужно продумать меры, чтобы случайные люди не попадали под удар.

"Честно говоря, всё не должно было зайти так далеко."

Если бы тот информатор не погиб на чаепитии, мне не пришлось бы ломать голову над этой проблемой.

Мое появление уже исказило сюжет игры, потому непредвиденные повороты стали неизбежны.

И всё же… даже с учетом этого, поведение темного мага перед смертью оставалось загадкой.

Если уж умолять о пощаде, то разве не того, кто наложил проклятие? Зачем он обратился к Уитни?

Просто хотел утянуть кого-то за собой в могилу?

"Или… моя посредственная белая магия скрывает нечто большее?"

Я знал об исходной игре почти всё. Но, что парадоксально, о нынешнем себе — Уитни Лингарде — сведений было мало.

Особенно о странной белой магии. Ее природа оставалась для меня загадкой.

Она действовала вопреки канонам, а малейшее соприкосновение выводило темную магию из-под контроля… всё это было слишком необычно.

Надо будет выделить день на тщательные исследования.

~Скрип…—

— Молодой господин, мы прибыли.

Углубившись в размышления, я едва заметил, как карета остановилась, и перед глазами возник знакомый пейзаж.

— Я-я открою дверь!

— Да необязательно же…

— Прошу, сюда!

Прежде чем я успел двинуться, Саша, дрожа от усердия, распахнула дверцу и склонилась в почтительном поклоне.

Вопрос о том, нужны ли подобные формальности, мелькнула у меня, но, поразмыслив, я понял: так она выражала преданность. Уголки моих губ дрогнули в улыбке.

В столь юные года ей приходилось содержать большую семью. При зарплате в разы выше обычной, было естественно, что она хотела произвести хорошее впечатление.

И не то чтобы это было необходимо — я всё равно намеревался о ней заботиться.

Впрочем, усердие не было лишним. Пока она не перенапрягалась, не было причин её останавливать.

— Хм…

Саша энергично наклонилась, но, подняв голову, внезапно изменилась в лице.

Пытаясь понять причину её реакции, я проследил за её взглядом — и всё сразу стало ясно.

— Брат.

— Ах, моя дорогая Сесиль.

Моя любимая младшая сестра, Сесиль, впервые за долгое время вышла меня встретить.

Лучшая ученица Имперской академии. Самая юная кандидатка в рыцари Серебряного ранга. И хотя, в отличие от меня — бракованного наследника, — она не обладала даром белой магии, в узком кругу её признавали талантливой магичкой.

Из-за её невероятных способностей её постоянно куда-то вызывали, оставляя нам мало времени для общения. Но для меня она всё равно оставалась гордостью и драгоценной сестрой.

— Что ты, чёрт возьми, сделал с отцом?

— …что?

Я уже собирался обнять её, но она резко прервала меня, а голос дрожал от тревоги.

С чего бы ей внезапно спрашивать об отце?

— О чём ты, Сесиль? Отец же в отъезде, разве нет?

— …в отъезде? Кто уезжает больше чем на год?

А, вот в чём дело. Она переживала за отца, который так долго не появлялся в поместье. У моей сестрёнки действительно доброе сердце.

— Я слышала слухи. Так скажи сам — где он?

"Хм… что же делать?"

Увы, но нынешнее местоположение нашего отца было засекречено.

Он выполнял сверхсекретную миссию по приказу императора. Если бы не краткое упоминание в оригинальной игре, я бы и сам не узнал об этом, даже вспомнив прошлую жизнь.

Раз это государственная тайна, я не мог её раскрыть.

Но как старший брат, я обязан был успокоить сестру.

— Ха-ха, Сесиль…

— Ч-что?

Собравшись с мыслями, я мягко положил руки на плечи взволнованной сестры и заговорил как можно теплее.

— Отец сейчас в хорошем месте.

— …что?

— Не беспокойся. К моменту твоего выпуска из академии всё уладится.

К тому времени, когда я женюсь и стану зятем герцога, отец завершит миссию и вернётся. А моя способная сестра законно станет наследницей нашей семьи.

— Все семейные дела я возьму на себя вместо отца.

— Ух…

— Так что сосредоточься на учёбе. Хорошо?

Её и без того постоянно куда-то вызывали, так что я, как её старший брат, не мог позволить, чтобы она грузилась ещё и делами поместья. Пока она не сможет взять бразды правления, я подготовлю для неё почву.

— …я хороший брат?

Я слегка наклонился и игриво улыбнулся, вкладывая в слова всю искренность.

— …...

На мгновение она застыла, уставившись на меня.

Потом, будто наконец поняв мои намерения, сжала кулаки, опустила голову и стиснула губы.

— …и это я тоже должна забыть?

— Что?

Пока я гладил сестру по голове, Саша, нервно наблюдающая в стороне, вдруг прошептала: — Божечки, молодой господин…

Я как раз размышлял над её вопросом, когда издалека донёсся знакомый голос.

— Разве я не говорил тысячу раз? Перестаньте произносить зловещие фразы с таким лицом.

Это был Альфред, главный дворецкий поместья — и мой единственный собеседник. Он подошёл к нам, тяжело вздохнув.

— Люди могут неправильно понять.

— Что именно?

— …неважно.

*****

— Хм.

Я хотел поговорить с сестрой подольше, но Альфред увёл меня в кабинет, где меня тут же погребло под грудой документов.

Лишь к ночи я наконец разобрал свою долю бумаг. Глядя в окно, чтобы отвлечься, я рассеянно пробормотал.

— Сегодня луна особенно яркая…

— Кхм-кхм~

Альфред, помогавший с работой, покашлял.

— Пожалуйста, воздержитесь от подобных заявлений с таким выражением лица без причины.

— Почему?

— Это… забудьте. Если объясню, это сочтут кощунством.

Альфред был компетентен, но иногда говорил загадками.

Впрочем, он всегда был таким с самого моего детства, так что я давно перестал задавать ему вопросы.

— Как бы то ни было, молодой господин, раз сегодня мы закончили, мне нужно обсудить с вами кое-что важное.

— Что именно?

Теперь, подумав, Альфред служил в этом поместье уже очень долго.

По меркам моей прошлой жизни, он давно должен был уйти на пенсию.

— Я ухожу в отставку в этом году.

— Ах...

— Если точнее, через пару месяцев, когда всё уладится.

Я и сам об этом размышлял, но Альфред произнес это так, будто высекал слова в камне. Поместье и без того балансировало на краю пропасти. Что я буду делать, если Альфред тоже нас покинет?

— Не пытайтесь меня удержать. Я уже договорился с графом.

— Правда?

— Я служу здесь сорок лет. Пора и на покой.

Моим первым порывом было ухватиться за его рукав и умолять остаться, но, взглянув на седые как лунь волосы Альфреда, я сдержался.

— Планирую построить дом на холме с видом на долину и коротать дни за фермерством. Так что…

— Ты заслужил это, Альфред.

Проглотив ком в горле, я решил отпустить его с достоинством.

— Можешь отправляйся на заслуженный отдых.

~Вздох—

Фраза звучала как обычное прощание, но Альфред вздрогнул, будто его хлестнули.

— …значит, наконец-то показываете истинное лицо?

— Что?

— Кхм… ничего. Не обращайте внимания.

О боже. Даже такой несгибаемый человек, как Альфред, не смог избежать разрушительной силы времени.

Глядя, как мой некогда безупречный дворецкий колеблется, я понял: даже ради приличия не стану его уговаривать.

— В любом случае, перед отставкой мне нужно завершить одно дело. Оно касается секретного поручения от графа…

— Стоп, отец дал вам поручение? Я впервые об этом слышу.

Слушая размеренный голос Альфреда — по которому я вскоре буду скучать, — я нахмурился от неожиданности.

— Прошу прощения. Я полагал, вы в курсе, молодой господин.

— О чём именно речь?

— О вашей помолвке.

Моей помолвке? Разве отец не продвигал этот брак открыто, ставя на карту будущее семьи? Зачем тогда понадобилось действовать через Альфреда тайно?

— Согласно полученным данным, ключ к восстановлению вашей белой магией находится в герцогстве Эмбегрин.

— Правда?

— Угу. Более того, похоже, причина, по которой граф внезапно ускорил вашу помолвку с леди Мередии перед своим исчезновением, связана именно с этим.

На миг я усомнился, не начал ли Альфред терять рассудок, но, к счастью, его слова обрели логику.

В конце концов, мой отец — один из последних белых магов Империи — без колебаний принял опасное предложение императора. Он сделал это не только ради возрождения семьи, но и чтобы получить полномочия для продвижения моей помолвки с домом герцогини.

Однако я и не подозревал, что за этим скрывалась ещё одна причина — на сей раз ради меня лично.

Это… честно признать, тронуло.

— Честно говоря, половина предубеждений против вас возникает из-за той зловещей ауры, что заставляет людей дрожать в вашем присутствии. Если её устранить, вы, возможно, сможете жить обычной жизнью…

— Не всё понимаю, но теперь мне любопытно — в чём же вторая половина причины?

— …хм. Сложный вопрос.

Едва я ощутил редкую теплоту к отцу, как вздор Альфреда вернул меня в реальность.

Я тяжело вздохнул, серьёзно задумавшись, не вызвать ли ему лекаря.

Заметив мою реакцию, Альфред, который колебался, вдруг стал серьёзен и продолжил: — И ещё… это всего лишь стариковская причуда, но я хочу вам сказать кое-что.

— Говори. Я выслушаю.

— Когда я уйду, молодой господин… боюсь, рядом не останется никого, кто «по-настоящему» будет понимать вас.

Я разрешил ему быть откровенным, но не ожидал столь мрачного заявления.

— Я служу вам с самого вашего рождения и точно знаю — у вас доброе сердце.

— Неужели?

— Именно. Вы, наверное, единственный дворянин в Империи, кто обращается к слугам вроде меня с уважением.

Это звучало почти как упрёк, но за словами скрывалась трогательная искренность.

— Ха-ха. От таких слов на глазах невольно наворачиваются слёзы.

— Хотя признаюсь… каждый раз, когда вы делаете это подозрительное лицо, мне хочется перекреститься.

— …что?

— В общем, суть в том, что другим потребуются года, чтобы разглядеть вашу искренность.

Его речь местами сбивала с толку, но суть была ясна.

Даже среди слуг поместья ко мне относились с странной настороженностью.

Впрочем, я недавно начал тренировать улыбку. Если стану излучать больше тепла, возможно, ситуация улучшится?

— Поэтому нельзя пассивно ждать понимания. Вы должны активно завоёвывать доверие.

— М-м…

Строгий тон Альфреда пронзил моё благодушие.

— Понимаете? Вам необходимо окружить себя верными людьми — теми, кто не просто служит, но и разделяет ваши взгляды.

То есть требовалось создать собственный круг союзников.

Честно говоря, с момента пробуждения воспоминаний из прошлой жизни я уже об этом размышлял.

В «Фантазии Черного Хвоста 3» способности главного героя значили многое, но состав команды решал не меньше.

Я не был протагонистом, но, выбрав сторону Мередии, оказался в условиях не менее опасных.

Значит, первым делом нужно было нанять телохранителя.

Если я хотел пережить бесчисленные опасные события, которые ждали меня впереди, мне нужен был надёжный и умелый рыцарь, который защитил бы меня.

— Я уже подготовил список кандидатов, и разделил их по специализациям, чтобы вы могли выбрать подходящего…

— Не нужно.

Вспомнив о знаниях из прошлой жизни и обдумав свои варианты, я внезапно ухмыльнулся и перебил Альфреда.

— Идеальный кандидат мне уже известен.

— В самом деле? Но тогда он непременно был бы в моём списке…

Я, конечно, доверял Альфреду.

Но в отличие от него, я обладал знаниями из игры.

Я помнил «того самого» сломанного персонажа, взорвавшего форумы, когда его впервые обнаружили — невероятно сильного спутника, доступного уже в начале игры.

— Завтра я отправляюсь на рынок рабов.

— Ох… выходит, этот старик был всего лишь пешкой в ваших играх.

Потому что человеком, кто первого нашел его, был именно я.

----------

Рынок рабов

На следующее утро после того, как я едва не превратился в холодный труп в герцогстве Эмбегрин, я обнаружил, что иду по самым ужасным трущобам имперской столицы, одетый лишь в плащ и без единого сопровождения.

"Страшновато."

Честно говоря, мне и в голову не приходило соваться в такое гиблое место в одиночку.

И цель моего визита, не было тем местом, куда такой дворянин, как я, мог бы прийти открыто. Это также не было местом, куда бы я мог привести благородных рыцарей графского дома.

Равно как и привести в адскую дыру мою горничную Сашу или Альфреда, который уже готовился к пенсии.

Так что этот вариант оказался единственным.

Разумеется, если бы я ввязался в стычку с местным отребьем, то это стало бы ещё той головной болью.

"Нет, нельзя терять хладнокровия из-за подобных мелочей."

В конце концов, я — белый маг.

Пусть моя уверенность слегка пошатнулась после последнего инцидента, но с парой уличных крыс я справлюсь.

Если какие-нибудь идиоты решат, что перед ними беззащитный мальчишка, мне достаточно будет показать им белую магию, чтобы обратить их в бегство.

Правда, настоящего боевого опыта у меня мало, да и после пробуждения прошлых воспоминаний драки с людьми вызывают отвращение. Так что лучше бы обошлось всё без пролитой крови.

~Топ-топ...

Погруженный в раздумья, я вдруг уловил крадущиеся шаги за спиной.

Задавшись вопросом, а не показалось ли мне, я свернул в переулок, но шаги продолжили следовать за мной.

Сомнений не оставалось — за мной шли с явно дурными намерениями.

"Что ж, похоже, неприятностей не избежать."

Тело на мгновение напряглось, но я уже был готов. Раз уж дошло до этого, то стоит воспользоваться ситуацией и получить настоящий боевой опыт.

— Хм.

— Тц.

Спокойно развернувшись, я наполнил тело сиянием белой магии.

Однако, едва увидев мое лицо, преследователи замерли, брезгливо сморщившись.

Покрутив пальцем у виска, они буркнули что-то невнятное и прошли мимо, будто я пустое место.

— ...не наш день сегодня.

— Если ты из нас, хоть бы знак подал.

— Эти малолетки совсем обнаглели...

Не только те двое, но и остальные наблюдатели с тротуаров начали растворяться в темных переулках, ворча себе под нос.

"Значит, это были не простые бандиты...?"

Я-то считал это место пристанищем мелких воришек.

Но подумать только, что большинство из них были достаточно опытными, чтобы заметить даже проблески моей белой магии... будь они менее осторожны, опасность могла грозить уже мне.

"В следующий раз надо будет обязательно взять кого-нибудь надёжного."

Впрочем, именно ради этого я и рискнул прийти сюда.

Ведь на рынке рабов, в самом его сердце, ждал тот, кто мне был нужен — сверхсильный персонаж начальной игры.

"Только бы император не опередил меня."

Да, речь о той, что в большинстве сценариев становилась «правой рукой» императора, и его верным телохранителем.

В игре её звали «Императорской Гончей», а среди игроков она печально славилась как «Гроза новичков» благодаря запредельным боевым характеристикам.

Несокрушимая в бою, с феноменальным аналитическим умом — именно с ней Мередии пришлось сталкиваться раз за разом, когда она пыталась свергнуть императора с трона.

"Но скоро она станет моим верным спутником."

По крайней мере, таков был план.

В игре долгое время никто не мог понять, как завербовать её.

Её прошлое, полное предательств и обманов, сделало её фанатично преданной императору — единственному, кто протянул руку, когда её уже готовились сделать игрушкой для развратных аристократов.

Однако хардкорные игроки, экспериментировавшие со сборками для спидраннов, в конце концов нашли способ завербовать её.

"И, разумеется, первый нашедший подобный способ, именно я."

Метод был прост — ворваться в криминальный квартал на раннем этапе игры и перекупить её у императора на рынке рабов.

Разумеется, это означало навлечь на себя гнев императора, что было безумным риском.

Но поскольку такой ход позволял заполучить персонажа уровня мид-босса в самом начале, стратегия стала мемом в комьюнити.

Однако сейчас всё иначе.

Действие происходит задолго до даже пролога игры.

Если правильно рассчитать время, то я смогу заполучить этого сильного персонажа, не навлекая на себя гнева императора.

А даже если меня раскроют, император пока видит во мне противовес Мередии.

Если судить по характеру, император может просто закрыть на это глаза.

Но всё же я действую осторожно, чтобы не привлекать ничьё внимание.

Как бы то ни было, это шанс, который нельзя упустить — выгода многократно перевешивает риски.

"Сейчас мне нужно сосредоточиться."

Я приближался ко входу на рынок рабов, который помнил по игре.

Это место было в разы опаснее предыдущего.

Малейшая потеря бдительности могла стать фатальной.

"Действовать как в игре. Четко по плану."

*****

Тёмная изнанка имперской столицы, трущобы Лутейна — не имел ничего общего с империей, и звался среди простых людей как «земля, где не заходит солнце».

— Есть кто?

"…клиент?"

У входа в самую засекреченную часть трущоб, привратник Лиам невольно вздрогнул, разбуженный неожиданным голосом.

— Тень луны?

— Три серебряные монеты.

"Хм, значит, правда клиент."

Услышав правильный ответ, Лиам потёр глаза, почесал затылок и выпрямился.

"Стоп, что?.."

Его глаза округлились от шока.

"Мы же ещё не принимаем обычных клиентов!"

На самом деле рынок рабов открылся лишь вчера.

И даже тогда доступ был лишь у избранных — тех, кто имел личные связи с организаторами.

Поскольку Лиам знал в лицо всех, кто заходил ранее, пароль до сих пор не требовался.

"Я вообще успел отправить шифр в штаб?.."

Более того, пароль, который назвал клиент, был придуман самим Лиамом.

Он потратил уйму времени, сочиняя изящную фразу с глубоким смыслом, но ещё даже не отправил её начальству.

Иными словами, знать её не мог «никто».

— Вы замешкались.

Разумеется, если бы Уитни мог читать мысли, он бы понял свою ошибку. Но, лишённый такой способности, лишь слегка наклонил голову с невозмутимым видом.

— Возникли проблемы?

К этому моменту на лбу Лиама уже выступил холодный пот.

"Этот парень… свой."

Пролистав в памяти годы, проведённые в подполье, Лиам вспомнил все возможные лица.

Он обладал умением считывать людей с первого взгляда, выхватывая суть за секунды.

А этот молодой человек, стоявший перед ним с леденящей улыбкой, явно не вписывался в рамки «важной персоны».

Судя по ауре и почти телепатической прозорливости, проявленной мгновением ранее, он принадлежал к той же породе, что и сам Лиам — к тому, кто существовал во тьме.

Однако, будь он частью их же клана, у него не нашлось бы причин являться на рынок рабов самостоятельно.

А если бы он действовал как одиночка, у него было бы ещё меньше причин приходить.

Обитатели теней не нуждаются ни в слугах, ни в забавах.

Значит, он точно действовал по чьему-то приказу — с конкретной целью.

Но кто в Империи способен тайно направлять такую фигуру, да ещё и знать о рынке, минуя все контакты с Лиамом?

"Неужели те абсурдные слухи… правдивы?"

В голове Лиама всплыл единственный возможный ответ — тот, кто держал всю Империю в ежовых рукавицах.

Император.

Правитель, чья власть не знала аналогов в истории.

В последнее время в подполье шептались о том, что так называемая «Тень Императора» начала ворошить подземный мир.

"Если это так… то этот парень…"

Даже Лиам считал те слухи пустым бредом, однако, давящее присутствие фигуры перед ним заставила усомниться в этом.

В конце концов, хотя организация Лиама и была связана с различными влиятельными дворянами и имела обширную сеть по всей империи — вести незаконный бизнес в самом сердце столицы было совсем другим делом.

Но если за всем этим стоит сам повелитель Империи…

"Нет, прекрати. Не копай глубже."

Мозг Лиама уже выстроил логическую цепь, но он яростно тряхнул головой, разметая догадки.

Слишком многих он видел исчезнувшими после того, как они по глупости сунулись не в своё дело.

— Прошу, входите.

Итак, он решил выполнить роль посредника, растянув лицо в услужливой улыбке, и широко распахнул дверь за спиной.

"Неужели сработало? Просто повторить действия из игры?"

Уитни, разумеется, не подозревал о бушевавших в Лиаме мыслях.

Спокойствие, с которым он вошёл внутрь, было обманчиво — внутри он ликовал, решив, что сыграл роль безупречно.

— Да, я уверен.

Как ни странно, в этот раз его самоуверенность не была полностью ошибочной.

— …Уитни Лингард. Это он, Ваше Величество.

Из темноты переулка, невидимый глазу, шпион шептал в скрытый коммуникатор, детально докладывая об увиденном.

*****

Тем временем, в тот же миг.

В холодной, сырой подземной тюрьме рынка рабов.

— Эй, номер 167.

Голос, прозвучавший из прохода, заставил последнюю узницу опустевшей темницы медленно поднять голову.

Знатные гости уже разобрали «товар», оставив последнюю жертву.

— Жри, отродье.

Чаша с содержимым, которое и псу бы не предложили, с глухим стуком приземлилась перед ней.

Девушка бросила на еду краткий взгляд и отвернулась, а в ответ по подземелью раскатился язвительный смех.

— Не строй тут из себя королевских кровей. Забыла, что ты больше не благородная?

На миг в потухших глазах девушки мелькнула искра.

Но едва надзиратель потянулся к плетке на поясе — огонёк погас, словно его и не было.

— Тебя в элитный товар записали, а ты бракованным мусором оказалась. Зря на тебя только еду переводят.

Ободрённый её покорностью, надзиратель продолжил, растягивая слова со сладострастным шипением.

— Благодари судьбу. Будь ты в низшем сорте — давно б уже на потеху похабникам пошла.

— Может, какой толстосум из простонародья на твою личину позарится.

— Ублажишь какого-нибудь разжиревшего лорда — глядишь, и жизнь новую получишь.

Не дождавшись реакции от девушки, надзиратель раздражённо цыкнул и взметнул плеть.

— Да ты хоть слышишь... м-м?

В этот момент чёрная метка на его руке вдруг вспыхнула. Сплюнув проклятье, он опустил плётку, и ушёл.

— Тьфу. Везучая тварь.

А потом наступила тишина.

"Как я дошла до жизни такой?.."

Уставившись в промозглый камень пола, девушка ощутила предательскую влагу на ресницах.

"Я всего лишь хотела снова держать меч..."

Она отдала клинку всю жизнь.

А теперь её, как и предрекал надзиратель, продадут в игрушки к какому-нибудь развратнику.

"За что?.."

Она давно перестала надеяться.

Ещё вчера мимо неё проходили дворяне, которые когда-то были на одном с ней уровне, попутно бросая на неё брезгливые взгляды.

Ни один из них даже не попытался выкупить её.

Вместо этого они лишь бросали вполголоса жалостливые слова, будто глумясь над её наивностью.

В тот миг всё, ради чего она жила — дворянская гордость, преданность мечу — было растоптано.

— Ик-к... у-ух...

Пальцы судорожно сжались, но сил сжать их в кулак уже не было.

Слезы, катившиеся из её глаз, впитывались в холодный каменный пол.

Ей хотелось просто покончить со всем этим поскорее.

Но даже последнего достоинства — права на смерть — клеймо раба на плече лишало.

"Хотя бы раз... перед концом..."

Её организм, лишённый пищи в течение нескольких дней, уже был на пределе.

Но даже если она рухнет, в глотку насильно вольют помои, лишь бы продержать в ней жизнь.

Сопротивляться было бессмысленно.

"Увижу ли я меч снова?.."

Проваливаясь в бездну отчаяния, она ощутила, как пространство плывёт перед глазами.

Она даже не попыталась вернуть ясность ума.

И в этот самый миг...

— Руниэль Мистилэйн.

Перед её камерой раздался голос, которого она никогда раньше не слышала — голос, от которого по спине побежали мурашки.

— Беру эту.

Осознав, что назвали её имя, девушка из последних сил подняла голову.

— Ты — именно то, что мне нужно.

Затем она увидела молодого человека примерно своего возраста, который улыбался леденящей душу улыбкой — такой пугающей, что, будь она в полном здравии, то, возможно, инстинктивно обнажила бы меч.

"Хотя бы не толстый вельможа..."

Мелькнувшая мысль вызвала волну омерзения к самой себе.

Она тихо закрыла глаза.

— Жду с нетерпением узнать вас по ближе, леди Руниэль.

"Нет... возможно, толстый вельможа был бы лучше."

И с этой последней едкой мыслью — той самой, что наверняка оскорбила бы Уитни — сознание поглотила тьма.

----------

Руниэль Мистилэйн I

— М-молодой господин?

— Ах!

— Боже мой…

Рано утром Уитни вернулся в имение в карете, покинув до этого особняк без сопровождения под предлогом срочных дел.

Саша, подметавшая двор вместе с другими горничными, замерла, широко раскрыв глаза от изумления.

— Доброе утро, Саша.

Рядом с ним стояла незнакомая ей девушка.

— К-кто она…?

Саша осторожно попыталась спросить, но остановилась.

Не потому что она вспомнила леденящий совет Уитни усмирять любопытство.

А потому что вид девушки был настолько жалким, что на неё больно было смотреть.

Бледное, исхудавшее лицо говорило о днях без еды.

Синяки и раны покрывали всё её тело.

Что самое главное, в потухших глазах не осталось ни искры жизни.

Она напоминала ту Сашу из кошмаров — ту, что томилась в подвале особняка после совершения роковой ошибки.

— А-ах… да, видишь ли, она в плачевном состоянии.

— Д-да, я вижу…

— Поэтому, не поможешь мне?

С чем? С поиском орудий пыток?

В голове Саши мелькнули жуткие образы, заставившие её зажмуриться.

К счастью, просьба Уитни оказалась иной.

— Сначала помой её и обработай раны.

— ……

— В поместье полно комнат для прислуг свободны, так что выдели ей одну.

— А-ах…

— И накормить не забудь.

— ……

— Ей предстоит много работы.

Просьбы звучали разумнее, чем она опасалась.

Но тревога в груди не утихала.

Где господин подобрал эту полумёртвую девушку?

И какую работу можно ждать от того, кто едва держится на ногах?

— …приложу все усилия!

Разумеется, Саша не забыла вчерашнее «наставление», что получила в карете под видом беседы.

Потому, проглотив вопросы, она выдавила самую светлую улыбку.

— И, ещё кое-что…

Следующие слова Уитни заставили улыбку дрогнуть.

— Когда будешь мыть её, старайся не касаться плеч.

— …что?

— Там у неё… чувствительная зона.

Девушка дёрнулась, услышав это.

Но реакция стоявших рядом горничных, оказалась куда красноречивее.

— Видишь? Говорила же — неспроста он её привёз.

— Тише! Жить надоело?

Однако даже их шепот не сравнился с тем, что поняла Саша под его словами.

В отличие от них, она знала: клеймо раба чаще всего выжигают на плече.

"Забудь. Забудь. Забудь…"

Бледная как полотно, Саша раз за разом повторяла одну фразу про себя, попутно принимая из рук Руниэль с потухшим взором.

*****

"Неужели до сих пор не оправилась?"

Прошла неделя с тех пор, как девушка появилась в особняке.

Когда я выкупил её на рынке рабов, её состояние оказалось хуже, чем я ожидал.

Меня это искренне тревожило.

Но за семь дней, пока Саша и слуги выхаживали её, физически она должна была окрепнуть.

Однако меня волновало не это, а её рассудок.

Альфред, правда, дулся, утверждая, что стыд не позволяет ему показаться перед лицом графа, но успокоив его, и получив доклад, я выяснил нечто беспокоящее.

Выражение лица Руниэль не изменилось с того дня, как я увидел её в камере.

Что ж, учитывая её прошлое и перенесённые унижения, это объяснимо.

Даже мне, чтобы не скатиться до уровня падшего дворянина, приходилось прилагать усилия.

А она уже потеряла статус, став клеймённой рабыней.

Никакая роскошь или доброта не исцелят душу после такого.

"Но выход всё же есть."

Увы, сразу удалить клеймо на её плече я не мог.

Для этого требовался не только маг высокого уровня, но также в метке ощущались следы тёмной магии.

Значит, нужен либо кардинал Святого королевства, либо белый маг уровня моего отца.

Вот только... первый обвинил бы меня в еретичестве, а второй — никогда не стал бы помогать конкурирующему дому.

А потому, пока отец не вернётся, сделать что либо не предоставляется возможным.

В идеале, конечно, справиться самому.

Но после злосчастного чаепития у леди Мередии я решил не рисковать, пока не завершу исследования своей магии.

Потому оставался один путь.

"Нужно устранить корень проблемы."

Если вернуть то, что определяло саму суть её существования — нечто, делающее клеймо бессмысленным — она освободится от его власти.

Разумеется, будь всё так легко, она не оказалась бы в таком положении, и не получила бы прозвище «Императорская Гончая».

Но я знал правду.

Я знал, почему она, некогда провозглашённая гением меча, больше не могла поднять меч.

И знал, как Император «решил» эту проблему за неё.

Теперь пришло время показать ей это решение.

— Саша, ты здесь?

— Да!

Собираясь вызвать Руниэль, я встал и позвал Сашу, чей отклик тут же прозвучал из коридора.

"Слишком усердствует в последнее время… как бы не слегла."

— Можешь привести леди Руниэль?

— Ру-ру… Руниэль уже здесь, со мной.

Я уже хотел было упрекнуть её за чрезмерное рвение к работе, но Саша, выглянув из-за двери, ответила с растерянным видом.

Неужели она предвосхитила приказ, даже не дослушав?

Даже для её трудоголизма это было чересчур.

— В-вы же говорили, что когда она окрепнет… нужно начать обучать её обязанностям горничной…

— А, вот оно что.

На миг я опешил, но её слова всё прояснили.

Скрывать, что Руниэль стала моим мечом, вечно не получится — но пока это необходимо.

Если станет известно, что «я» вернул ей способность владеть мечом, это может вызвать ненужные вопросы, учитывая, насколько моё положение шатко.

Пока пусть все думают, что я просто приютил бездомную в качестве служанки.

И видимо, распоряжение для поддержания легенды уже выполнено.

Во всяком случае, её тело полностью восстановилось, а значит, можно действовать.

— Осваиваешься в работе?

— …да.

Приведя мысли в порядок, я подошёл к Руниэль, подметавшей пол в форме горничной.

Её ответ прозвучал безжизненно.

— П-постарайся отвечать бодрее!

Саша, нервно наблюдая в стороне, толкнула её в бок и зашептала, но девушка лишь опустила голову, не меняя отстранённого выражения лица.

— Уверен, что Саша о тебе заботится, но если что-то беспокоит, дай мне знать.

Почувствовав жалость к ней, я сделал шаг вперёд.

Параллельно я попытался мысленно ослабить клеймо раба на её плече, мягко коснувшись его.

— Ах!

Но будто белая магия и метка вступили в противоборство, Руниэль дёрнулась, исказившись от боли.

Вздрогнув, я поспешно отстранился.

— Впрочем, сейчас важнее другое…

Почему-то я почувствовал себя виноватым за лишнее действие.

— Пора перейти к сути… что? Что случилось?

Только я собрался заговорить с неловкой улыбкой, как Руниэль вдруг пошатнулась.

— Ты в порядке?

— …прошу прощения. Теперь всё в порядке.

К счастью, Саша тут же подхватила её, и обошлось без происшествий.

Но лицо её оставалось бледным.

Вряд ли это последствия пребывания на рынке рабов.

Скорее, дело в «той» проблеме.

Значит, сейчас разговор будет для неё непосильным.

— Рад слышать, но лучше отдохни как следует.

— Благодарю…

— И, когда станет лучше, можешь придти в кабинет?

Снизив голос до шёпота, я добавил, будто делясь секретом: — Мне нужно с тобой кое-что обсудить.

Руниэль, до этого безучастно смотревшая на меня, молча опустила голову.

— ……поняла.

Видя её измождённость, я уже хотел предложить перенести разговор на завтра.

Но её приглушённый голос опередил меня.

Мне стало неловко от мысли, что принуждаю её.

Но ради неё следовало действовать без промедления.

— Саша, поможешь—?

— А-ай! Я ничего не слышала!

— …что? Ладно, помоги ей дойти до её комнаты.

— Д-да!

Наблюдая, как Руниэль, опираясь на Сашу, удаляется, я усмехнулся и развернулся.

"Сегодня её лицо в последний раз будет таким."

— Я ничего не слышала. Ничего. Ни-че-го…

К слову, в последнее время мне часто слышатся странные шёпоты.

Может мне мерещится?

*****

Той ночью в поместье Лингард.

Большая часть домочадцев уже спала, и только один человек тихо шёл по коридору.

Это была Руниэль Мистилэйн.

За последнюю неделю благодаря заботе Уитни её тело значительно окрепло.

Но шаги, ведущие её к кабинету на верхнем этаже, казались невыносимо тяжёлыми.

— …...ух.

Она продолжала идти, но форма горничной, которую она никогда в жизни не носила, сковывала её, словно удавка.

Конечно, добрая Саша позаботилась о том, чтобы ткань не причиняла неудобств, однако, нынешняя её проблема была далеко не в ткани.

Для Руниэль этот наряд стал удушающим символом новой реальности.

Но это было лишь началом.

Если впереди её ждало худшее, дискомфорт от одежды покажется пустяком.

Тот парень, от которого веяло леденящим ужасом, не стал бы тратить состояние на её покупку ради скучных обязанностей, поскольку среди знати находились те, кто потешался, заставляя павших аристократов прислуживать им.

Но Руниэль не обманывалась.

Она не питала и тени надежды, что её купили для чего-то столь незначительного.

Её жизнь уже лежала в руинах.

И сейчас лишь определят, какую форму примет её гибель.

Потому перед тем, как её сломают окончательно, она молилась, что прошлое рыцаря сделает её ценной — пусть отправит на опасное поле боя.

Это был самый обнадеживающий исход, который она могла себе представить

— Войдите.

Когда она достигла кабинета, из-за двери донесся мягкий знакомый голос.

~Скрип…—

Тот же леденящий душу холод, что она ощутила в тюрьме при первой встрече с ним, наполнил комнату.

Но выбора не оставалось.

Стиснув зубы, Руниэль открыла дверь.

— Я вас ждал.

За столом, подперев ладонью подбородок, сидел Уитни.

— Вы не переусердствовали, поднимаясь сюда?

— …нет.

— Ха-ха… рад слышать.

Когда их взгляды встретились, узкие глаза Уитни искривились в ещё более тонкой улыбке.

Тело Руниэль предательски дрогнуло.

Лунный свет, окутывавший его улыбку, обладал силой заставить содрогнуться даже её, кто прошёл сквозь смертельные схватки.

— Что ж… перейдём к сути?

Напряжение нарастало, но она стояла недвижно.

Однако когда Уитни наконец начал, она судорожно зажмурилась.

— Мне нужно от вас лишь одно.

Она приготовилась.

Что бы он ни задумал — она не даст ему желаемой реакции.

Как бы ни унижал — не увидит в её глазах и капли удовлетворения.

— Будьте так добры, взять в руки меч.

Её решимость тут же рассыпалась в прах.

— И станьте…

— Не могу.

Она думала, что в ней не осталось сил отвечать.

Но прежде чем осознала, пустые глаза вспыхнули яростью.

— Если бы я ещё могла держать меч, меня не было бы перед вами.

Даже у сломанного дракона, лишённого рогов и чешуи, остаётся уязвимое место.

Для Руниэль этим местом был меч.

— Делайте со мной что хотите. Можете даже наслаждаться мной.

Стиснув зубы, она выплюнула накопившуюся горечь.

— Но если посмеете вновь насмехаться, упоминая о мече… клянусь, я…

— А что, если я скажу, что знаю способ, как вернуть вам желаемое?

Выражение лица Уитни не изменилось.

Его спокойные слова лишили Руниэль дара речи.

— …что?

— Если быть точнее…

В следующее мгновение она не поверила собственным ушам.

— …я знаю, как восстановить ваши полностью выгоревшие каналы маны.

Её тело затряслось — куда сильнее, чем прежде.

— Готова ли вы отдать всё за это?

Но теперь не от отчаяния.

И не из-за зловещей ауры Уитни.

— …если это правда…

В бездне её безысходности мелькнул слабый лучик.

— …я отдам душу.

— О, это лишнее. Хотя…

Ради этого шанса она согласна на всё.

— Будем считать, что договорились.

Даже если ради этого придётся продать душу самому дьяволу.

----------

Руниэль Мистилэйн II

— Что ж, раз уж мы разобрались...

Уитни, до этого с интересом наблюдавший за Руниэль и отметивший, как в её глазах после долгого времени вновь забрезжила жизнь, поднялся с места и произнёс низким голосом: — Пройдем?

— ...?

Руниэль, всё ещё поглощённая хрупкой надеждой, которую она обрела после бесконечного отчаяния, лишь растерянно смотрела на него.

Если требовалось переместиться в другое место, зачем тогда Уитни настоял на её тайном визите сюда на рассвете? Разве что в комнате имелся потайной ход — но это маловероятно для верхнего этажа. В чём смысл такой конспирации?

— Эх, да бросьте вы.

— ...!

Прежде чем её сомнения окрепли, Уитни небрежно толкнул книжный шкаф позади себя, разрешив загадку одним движением.

~Грохот...—

Сдвинувшийся с места шкаф медленно пополз в сторону, обнажив тёмный проход, уходящий вниз.

— Это...

— Ничего особенного. Это аварийный лаз в подвал, оставшийся после перестройки особняка. Просто не думал, что теперь он пригодится.

Объяснение Уитни насчёт подозрительного подвала звучало странно правдоподобно. Многие чудаки-аристократы помешанные на безопасности, оборудуют тайные лазы и ловушки. Даже без такой паранойи в большинстве дворянских поместий было по крайней мере одно или два скрытых пути отхода на случай чрезвычайных ситуаций.

Однако зияющий, словно пасть хищника, проход, вряд ли предназначался для бегства.

"...это запах крови?"

Лёгкий металлический душок, поднимавшийся из глубин подвала, был едва уловим для обычного человека. Но Руниэль, не раз балансировавшая на грани жизни и смерти, узнала его сразу.

— Вы чего застыли? Идёмте.

Несмотря на это, страх не охватил её. Напротив — осознание, что Уитни не просто болтал, а «подготовил» нечто, заставило сердце биться чаще.

Конечно, существовала вероятность, что внизу могла ждать ловушка, но для неё это уже не имело значения.

Её предавали столько раз, что сердце давно раскололось на осколки. Ещё один обман ничего не изменил бы.

Иными словами, терять ей было нечего.

— Вот мы и прибыли... но перед входом — небольшое предупреждение.

С этим размышлением она молча последовала за Уитни по проходу, где запах крови с каждым шагом становился гуще.

— Постарайтесь не шокироваться, ладно?

Однако когда Уитни небрежно бросил это и распахнул дверь подвала, Руниэль всё же ахнула.

— Оно не имеет ничего общего с тёмными ритуалами некромантов.

В раскрывшемся помещении её взору предстала гигантская гексаграмма, что покрывала весь пол, и была пропитанна кровью.

***

"Хм... я же просил морально подготовиться. Видимо, потребуется подробное объяснение."

Мне стало немного жаль Руниэль, побледневшую при виде комнаты. Впрочем, и мои претензии имели основания: ещё несколько дней назад я и не подозревал о существовании этого места.

Когда я попросил Альфреда найти укромное помещение, он долго колебался, прежде чем, побледнев, открыл мне эту тайну. Не сделай он этого перед отставкой — я бы так никогда и не узнал о подвале.

Заброшенная годами комната и правда выглядела мрачновато, особенно после нескольких дней экспериментов. Даже мне её атмосфера казалась зловещей.

Однако, если знать принцип, лежащий о основе магического круга на полу, бояться было нечего.

— Возможно, это выглядит жутковато, но использование крови в ритуалах — традиционный метод, принятый даже в Святой Церкви.

По сути, тёмная и белая магия имеют общие корни, ибо обе работают с душами, различаясь лишь методами и целями.

Некоторые ошибочно полагают, будто они идентичны, но это не так.

Та «тонкая» грань в основном решает: потребуется ли человеческая жертва при ритуале, станет ли результат благословением или проклятием.

Грань между порочной тёмной магией и праведной белой — в этом и заключается.

— А, и ещё. Кровь, что использовалась для создания круга — коровья. Так что, прошу, прекратите смотреть на меня таким взглядом.

Мне правда стало немного совестно перед Хансом, конюхом, который рыдал над тушкой коровы, выращенной им годами.

Но выживание важнее сантиментов, не так ли?

К тому же, если бы Браун — так звали павшую корову — увидел, как Руниэль вновь поднимает меч, он наверняка ликовал бы там, за радужным мостом.

— Если вы всё ещё сомневаетесь...

— Я не осуждаю вас.

Почувствовав её недоверие, я попытался добавить ещё пару успокаивающих фраз, но Руниэль холодно перебила меня: — Если это вернёт мне меч — я вычерчу для вас сотни таких кругов... нет, тысячи!

— Э-э... тогда в Империи не останется ни одной коровы...

Почувствовав, что она что-то не так поняла, я попытался её поправить, но она снова перебила меня, и её голос стал ещё тише: — Объясняйте.

Спокойный тон контрастировал с глазами, пылавшими в полумраке лезвийной остротой.

— Что я должна сделать, чтобы снова держать меч?

Главное сейчас — это её решимость.

Убедившись в её намерение, я отбросил лишние слова.

— Всё просто. Подготовка уже завершена. — Указав на центр гексаграммы, я твёрдо продолжил: — Вам нужно лишь встать в центр круга. Остальное — моя забота.

На словах, может, я всё упростил, однако... ритуал от этого легче не становился.

Не будь я фанатиком, вызубрившим все забытые магические трактаты из игрового лора, и не изучи наша семья ритуалы с белой магии при работе с душами, то, воссоздать сегодняшний ритуал, разработанный самим Императором, было бы невозможно.

Даже ему потребовалось несколько попыток, прежде чем он добился успеха.

В чем же заключалась суть?

Вживить в душу Руниэль особую метку, замещающую сгоревшие магические каналы тела.

Грубо говоря — словно вырезать кровеносные сосуды на вскрытом теле.

Одним словом — безумие.

"Но это сработало."

Знаете, как нежить — например, лич — использует магию?

Независимо от того, сколько маны содержит их душа, безжизненное тело не может проводить ману.

А для того, чтобы колдовать, нужна система, проецирующая внутреннюю ману вовне.

Поскольку у лича осталось только кости, и он не может использовать контур маны, он решает эту проблему, записывая заклинания на свою душу.

Другими словами, встроив ману непосредственно в свою душу, они могут использовать магию, не нуждаясь в том, чтобы мана протекала через их тело.

Разумеется, это наносит чудовищный урон душе, а боль сравнима с разрыванием плоти на части.

А поскольку боль душевная, а не физическая — лич чувствует её в полной мере.

Однако, чем глубже они погружены в тёмную магию, тем сильнее вырабатывают стойкость к такой боли. Да и будучи мёртвыми, им не грозит смерть от шока.

И всё же некоторые личи рассыпаются, не выдержав мучений.

Обычный человек, отважившийся на подобную дерзость, либо лишился бы рассудка ещё до завершения ритуала, либо его душа рассыпалась бы в прах.

Поэтому для Руниэль, всё ещё считающейся человеком, ритуал разбили на этапы — чтобы постепенно наносить символы на душу, избегая чрезмерной нагрузки.

Даже боль, которую нельзя уменьшить, становилась терпимее при поэтапном вписывании заклинания, повышая устойчивость.

И всё же даже Император, разработавший этот метод, не был уверен в успехе.

Раскрыв тайну магии личей, она сомневалась: «Применим ли подобный метод к человеку?»

"Но Руниэль справится."

Я знаю это наверняка, потому что подробно прочитал её биографию в игровом лоре.

Император в то время, изложив всё как есть, и дал ей выбор.

И Руниэль, услышав о возможности вновь сжать меч, без колебаний согласилась на вживление метки.

Несмотря на то, что процесс был разделён на этапы, она выдержала боль, невыносимую даже для личей, и добилась успеха.

Однако чудовищные мучения стёрли последние проблески эмоций, превратив её в бездушное орудие в руках Императора.

"Но сейчас всё может измениться."

Я потратил несколько дней на доработку ритуала, и у меня есть кое-что на примете..

— То есть вы хотите сказать, что если я вытерплю сильную боль ценой души, то смогу вновь взять меч?

— Ну, нюансы иные... но допустим, что да.

Кратко объяснив суть ритуала, я понял: она всё равно не уловила сути.

Что ж, учитывая, что всю свою жизнь она посвятила мечу, то вполне объяснимо, почему она не разбиралась в магических тонкостях.

Главное — она усвоила суть: «нужно вытерпеть боль.»

— Скажите, когда будете готовы. Боль будет невыносимой, так что подготовьтесь морально...

— Я готова. Уже давно.

Как бы это странно не прозвучало, но я, стоявший на пороге ритуала, нервничал больше, чем она.

Верно ли я воссоздал метод Императора? Сработает ли мой «запасной вариант»?

— Тогда... начинаем.

Мириады сомнений пронзили сознание, но, глубоко вдохнув, я направил ману в магический круг.

~Зиииинг...—

В этот краткий миг вспыхнул ослепительно-алый свет, а затем густой едкий дым заполнил тёмный подвал.

— Агх!?

Лицо Руниэль тут же исказилось от боли.

— Кх... Угх...!

— Хм.

К этому моменту она, вероятно, уже ощущала, как её нервы и органы разрываются на части, будто острыми лезвиями.

Боль души не унять анестезирующими заклинаниями, а потому мне оставалось лишь верить в её силу воли.

— Э-это... ерунда...!

Но, вопреки моим ожиданиям, хотя она сначала споткнулась, словно пытаясь восстановить равновесие, в конце концов её ноги подкосились, и она урала на холодный камень полаю.

— Как досадно.

Увидев это, я не смог сдержать недовольной гримасы и пробормотал себе под нос: — …это куда ниже ожиданий.

Я приложил все усилия, чтобы воссоздать ритуал, но мой магический круг оказался куда менее совершенным, чем созданный Императором, чьи возможности подкреплялись безграничными ресурсами и армией подданных.

К счастью, сам ритуал протекал верно, но проблема крылась во времени.

Боль, причиняемая несовершенным кругом, была невыносимее, а процесс занял дольше обычного.

При таком раскладе даже такая стойкая душа, как Руниэль, могла не выдержать.

— Выбора нет.

Разумеется, я и не собирался пассивно наблюдать за происходящим.

Я предвидел подобный исход с самого начала, и если бы не подготовил контрмер, то не заслуживал бы звания разумного существа.

Что ж. Пора привести в действие запасной план.

— Ещё… не всё…!

— Ух…

Едва я шагнул к магическому кругу, чтобы вмешаться, как пронзительный голос Руниэль вонзился в слух: — Я… ещё могу терпеть! Совсем немного…!

Содрогаясь от боли, едва подняв голову с пола, она умоляла, собрав последние силы: — Я… оправдаю ваши ожидания…!»

— Нет, достаточно. Ты и так сделала всё возможное.

Её воля восхищала, но продолжать терпеть такую агонию в её состоянии было немыслимо.

Даже в идеальных условиях Императорского ритуала эмоции стирались в процессе — если же она продолжила бы страдать под гнетом моего несовершенного круга, это могло бы отнять не только эмоции, но и жизнь.

Именно поэтому требовалось немедленно активировать запасной план.

— Я-я готова на всё! Если одной моей души мало…

— …что?

— Тогда я отдам вам целый мир…!

Я попытался проигнорировать ее слова и шагнул в круг, но ее голос, дрожащий от ужаса, зазвучал еще отчаяннее: — П-пожалуйста… дайте енще один шанс…

О чем она вообще?

Я не демонический владыка, жаждущий поработить мир.

Мне чуждо дарить надежду, чтобы затем жестоко ее отнять.

— Я лишь пытаюсь помочь завершить твой ритуал—

— Ах…

Я провел рукой по лицу, собираясь кое-что прояснить, но…

~Кап…—

— …вот незадача.

Даже стиснув зубы и терпя боль до последнего — когда кровеносные сосуды в глазах лопнули — Руниэль всё же потеряла сознание, и тонкая струйка крови потекла из ее носа.

"Неукротимая натура."

Ее одежда уже промокла от холодного пота, а тело всё еще судорожно вздрагивало, будто бичуемое незримой плетью.

И всё же до самого конца она не произнесла ни слова о капитуляции.

Поистине, несгибаемая воля.

Однако, как бы ни была крепка ее душа, дальнейшее напряжение грозило катастрофой.

Даже сейчас, находясь без сознания, ее душа, несомненно, продолжала страдать.

А значит, пришло время воплотить запасной план.

— Хм…

Но теперь, когда момент настал, я ощутил, как сердце бешено колотится в груди.

Ведь мой план был столь же груб и авантюрен, как и сам ритуал — если не опаснее.

— Никогда не думал, что придется это использовать.

Запасной план был прост в исполнении, но радикален: с помощью заклинания, заранее заложенного в магический круг, я перенесу боль, терзающую душу Руниэль, на себя.

Эта техника вдохновлена паладинами — столпами Святых рыцарей, которые перенаправляли проклятия и урон с союзников на себя, делясь же с ними полученными благословениями.

Благодаря этому я мог уверенно стабилизировать ритуал Руниэль.

Разумеется, был небольшой нюанс: до завершения обряда мне придется вынести всю боль, словно мою плоть разрывают на части.

"Но в прошлой жизни бывало и хуже."

Хоть и не жажду вспоминать те времена, боль давно стала для меня привычной спутницей.

К тому же я не из тех, кто готов перекладывать чужое страдание на свои плечи.

Поступи я так, это преследовало бы меня в кошмарах до самого смертного часа.

Но это был верный выбор, пусть и хлопотный.

Честно говоря, часть меня жаждала тихой жизни.

Зачем я обрекаю себя на такие муки?

"Но если заполучить Руниэль как союзницу, будущее пойдет как по маслу. Это достойная инвестиция."

Она уже выиграла для меня время — осталось лишь выдержать до конца.

Да и какой смысл возвращать ей меч, если в процессе она утратит все эмоции?

Я не был уверен, что это сработает, но хотя бы надеюсь, что она не потеряет способность радоваться жизни.

~Ззииинь…!—

Кстати, многие забывают, но—

Лидер обязан нести бремя ответственности.

— Кх…!

Хотя, если вдуматься…

Может, эта ответственность всё же «чересчур» велика?

__________

Завтра постараюсь залить ещё главы.

----------

Клятва

Ей просто хотелось снова сжать меч в руке.

— М-моя мана! Моя мана…!

— Чёрт! Немедленно остановите ритуал!

На церемонии посвящения в рыцари, которая должна была стать самым счастливым моментом ее жизни, ритуал провалился по неизвестной причине. Все магические каналы Руниэль сгорели дотла. С тех пор она жила, одержимая мыслями о том мгновении.

Разумеется, ничего не далось легко.

Люди, некогда восхвалявшие ее как величайшего в истории вундеркинда, отвернулись без тени сомнения. Поток спонсорской помощи, прежде льющийся рекой, иссяк, словно его и не было. Даже лучшие лекари империи лишь качали головами, категорически отказывая в помощи. Семья, когда-то осыпавшая ее любовью, в конце концов бросила ее, не выдержав астрономических затрат на бесплодные лечения.

Но тогда Руниэль еще верила, что сможет все вернуть.

Однако мир не был милосерден к наивной девушке, не знавшей ничего кроме владения мечом — особенно когда она лишилась и этого.

К ней приходили шарлатаны, именовавшие себя «экспертами» и обещавшие восстановить магические каналы. Мошенники, притворявшиеся благодетелями, опутывали ее долгами, играя на отчаянии.

И в тот миг, когда в убогой гостинице, где она едва находила приют, ей вручили официальное письмо о лишении дворянского титула, она наконец осознала правду.

Как рыцарь, как дворянка, даже как обычная девушка — ни одно из этих будущих больше не принадлежало ей.

С этого момента ей была уготована бесконечная пропасть: влачить жалкое существование ниже простолюдинов, и даже ниже простых крестьян.

И это прозрение крепло с каждым новым ударом судьбы — когда ее продали за полцены, как бракованный товар на невольничьем рынке; когда она, облаченная в форму тех, кто некогда ей прислуживал, выметала пыль в чужих коридорах; когда ее вызывали в покои господина на рассвете, словно в этом не было ничего предосудительного.

Она больше не была гордой рыцарью Руниэль Мистилэйн.

Теперь она являлась лишь лотом «Номер 167» рабского рынка, декоративная служанка, чья ценность заключалась лишь в утраченном титуле. Отныне ее удел — держать в руках не меч, а метлу и тряпку, и угождать не рыцарскому обету, а прихотям господина.

Да, эта была та жизнь, с которой она смирилась…

***

— Ха-а…!

Руниэль резко распахнула глаза, судорожно хватая ртом воздух. Инстинктивно она упёрлась руками о пол, пытаясь приподняться.

— Ха-а… ха-а…

Она пробыла без сознания неизвестно сколько. Сознание было затуманено, будто в тумане.

Хотя невыносимая боль, мучившая её несколько мгновений назад, исчезла, её мышцы всё ещё кричали от агонии, не в силах забыть о страданиях. Промокшая от пота одежда прилипла к телу, отягощая его.

Не в силах полностью подняться, она огляделась по сторонам, переводя дыхание. Вскоре она поняла, что находится одна в подвале.

— …ах.

В памяти всплыл образ Уитни, смотрящий на неё с разочарованием, и бормочущий, что та не оправдала ожиданий.

— …значит, это конец.

Судя по всему, ритуал провалился, и её сочли бесполезной, оставив здесь.

— …?

Понуро опустив голову, она заметила на полу записку.

Не зная, какое уготовано ей будущее, она машинально подняла записку, и пробежалась глазами по аккуратно написанным строчкам.

[Вы потеряли сознание во время ритуала, поэтому не смогли услышать лично, но у меня хорошие новости.]

Время будто остановилось, а тело напряглось.

[Ритуал успешно завершился.]

Слова Уитни, оставленные в записке, обрушились тяжестью.

[Разумеется, ваше тело ещё не полностью восстановилось. Вам предстоит выдержать эту боль еще не раз.]

Сейчас, по логике вещей, ее тело должно было содрогаться от обратного потока маны.

Но вместо этого она уже вскочила на ноги. Кроме остаточной ломоты, тело странно… не подводило.

[Однако с сегодняшнего дня вы снова можете управлять маной.]

Лишь руки Руниэль, сжимавшие записку, дрожали так сильно, что казалось, вот-вот выронят листок.

[Отдохните некоторое время и, когда восстановите силы, навестить меня в моём кабинете. Нам есть что ещё обсудить.]

Её взгляд упал на последнюю строку:

[С возвращением на путь меча, леди Руниэль Мистилэйн.]

Бумага выскользнула из пальцев и мягко опустилась на пол.

[*P.S. Не пользуйтесь передней дверью подвала, а пройдите через черный ход, соединенный с моим кабинетом.*]

Эту приписку, мелко начертанную внизу, Руниэль даже не заметила. Ее сознание уже плыло, захлестываемое вихрем мыслей.

~Топ-топ—

Не удостоив записку и взгляда, она зашаталась вперед.

Сколько раз ей лгали раньше? Сулили, что меч снова окажется в ее руке.

Но на этот раз всё было иначе.

С каждой секундой она чувствовала это — перемены в теле, слабый отголосок утраченного величия.

Но как ни впивалась в ощущения, их было мало. Годами она жаждала этого мига, видя его лишь в ночных кошмарах и снах. Пока не убедится сама, покоя не будет.

— Мне нужно проверить… сейчас же…!

Потому Руниэль, собрав остатки сил, открыла давно заклинившую переднюю дверь подвала и двинулась вперед.

Заброшенный годами коридор был полон пыли, сырости и тьмы. Но вдалеке, к счастью, мерцал слабый лучик света.

Крошечный, хрупкий, будто вот-вот погаснет.

Но для неё, столько времени прозябавшей во мраке, даже этот огонек казался слепяще ярким.

~Скрип—

Почти бессознательно следуя за светом, она добралась до конца прохода, ухватилась за ручку и изо всех сил толкнула ее от себя.

В тот же миг ее накрыло солнечным сиянием, ослепительным, какого она не видела вечность.

— …ах.

Слегка щурясь от яркого света, Руниэль вышла наружу и тут же поняла, что находится в саду поместья Лингардов.

— Кья-а! Кья-а-ах!

Садовники, ухаживающие за поместьем, и горничные, набиравшие воду, ахнули, столбенея от ее внезапного появления.

Но Руниэль не обращала на них внимания, лихорадочно озираясь по сторонам.

Её одежда болталась, запачканная грязью, пылью и засохшим потом. От всего тела тянуло железным запахом крови.

— Не та ли эта девушка… которую молодой господин купи— Кхм, вернее, привез неделю назад?

— Я видела, как она вчера ночью кралась из своей комнаты…

Горничные, встревоженные ее изможденным видом и растрепанными волосами, наблюдали за ней в смятении.

Но мысли Руниэль были сосредоточены на другом.

"…где меч?"

Сейчас ее сознание пожирала лишь одна мысль — она должна сжать меч в руке.

Саша, ее наставник, говорила, что рыцари заперли тренировочный двор, пока находились на задание. Сама же оружейная поместья доступна лишь некоторым посвящённым.

Поэтому для неё оставалось одно место, где она могла найти хотя бы подобие меча.

— К-куда вы идете?

— Н-надо ли последовать за ней?

Пока Руниэль, шатаясь, двигалась к особняку, горничные, перешептываясь, бросились вслед.

— Погодите минутку…

— Прочь.

Несколько девушек попытались преградить путь, но ледяной взгляд Руниэль заставил их отпрянуть, и молча расступиться.

— Да… это здесь…

Без труда войдя в поместье, Руниэль достигла цели — кухни.

Оставив за собой шлейф перешептываний, она обвела помещение мутным взглядом и пробормотала: — Нашла.

В следующий миг, прежде чем кто-либо успел среагировать, её рука вцепилась в стойку с кухонной утварью.

~Звяк!—

Острый поварской нож плотно лег в её ладони.

Горничные, ворвавшиеся вслед за ней, замерли как вкопанные.

— …хах.

Сколько времени прошло?

— Ха… ха-ха-ха…!

Гнетущую тишину кухни разорвал жуткий смех — настолько безумный, что сложно было поверить, будто он исходит от Руниэль.

— АХАХАХАХАХА!!!

Пока остальные цепенели, оглушенные её истерикой, девушка внезапно рухнула на пол.

— Ха-ха! Ха… ха-ха…

Её искаженное лицо искривила невменяемая улыбка, а глаза пылали экстазом. Даже сквозь смех по щекам струились горячие слезы.

— …Уитни Лингард.

Ее хриплый, надтреснутый голос заставил присутствующих вздрогнуть. Но никто не осмелился приблизиться к содрогающейся фигуре на полу.

— Если это цена продажи души тебе…

Из-за этого никто не заметил слабого мерцания в её руках, скрытых сгорбленной спиной.

Аура, окутавшая кухонный нож, была столь же призрачной, как свет в подвальном коридоре — хрупкой, словно готовая рассыпаться в любой миг.

Но именно этой надежды жаждала Руниэль все последние годы.

— …тогда я с радостью стану твоим мечом.

Ради возможности снова владеть мечом, она отдала бы даже душу.

— …кстати, прошлой ночью, когда я вышла в коридор, то мне показалось, будто я слышала стоны…

— Т-так это… не бродячая кошка была…?

— Тссс! Мы ничего не знаем.

Разумеется, горничные, не ведавшие истины, облегченно вздохнули, когда Руниэль тихо опустила нож на стол.

Так начал формироваться слух, позже прозванный «кухонным инцидентом с попыткой суицида».

— Я ничего не видела. Ничего не слышала. Ничего не знаю…

Из-за этого Саша, которая мирно готовила бутерброды на кухне, в итоге забилась в корзину, и на её глазах выступили слёзы.

К несчастью для неё, развеять это недоразумение казалось невозможным.

***

— Фух, от боли чуть не скопытился.

Потирая ухо, которое внезапно зачесалось во время работы с документами, я содрогнулся, вспомнив пережитые мною мучения всего нескольких часов назад.

"Я думал, что уже привык к боли, но это превзошло все мои ожидания."

Не раздели я боль с Руниэль — мне бы точно пришла крышка. Конец моей жизни на ровном месте.

Ну, принудительное открытие магического канала в душе должно было быть болезненным. Что логично.

Но от мысли, что это повторится еще не раз, я тяжело вздохнул.

— Но… что поделать.

Учитывая грядущие события, которые мне предстояло пережить, это даже выгодная сделка.

Да и, честно говоря, как ветерану-геймеру, чертовски приятно проложить маршрут, который до меня никто не осилил.

Звучало это как признание игрового маньяка, но теперь это моя реальность — так что смысла сдерживаться не было.

И вообще, разве 8500 часов в сумме — можно считать зависимостью от игры?

~Тук-тук-тук—

— Войдите.

Только я собрался вернуться к кипе бумаг, погрузившись в абсурдные размышления, как услышал стук.

— Альфред, мне кажется, или документов сегодня как-то много— А? Руниэль?

Я ожидал Альфреда, готовый уже возмутиться завалом отчетов, но вошедшей оказалась она.

Ее взгляд, в отличие от прошлой недели, стал поразительно ясным.

Тем не менее, разве сейчас она не должна отдыхать, после последствия ритуала?

Для ясности, у меня до сих пор всё тело ломило.

— Уже восстановились? Могли бы и отдохнуть подольше…

Я уже собирался выразить своё беспокойство, опасаясь, что она, возможно, слишком сильно себя нагружает, но меня перебил спокойный голос Руниэль.

— У меня вопрос.

Её серьезное выражение лица заставило напрячься, однако, вопрос вышедший из уст оказался до смешного простым.

— Что вы хотите от меня?

Я чуть не рассмеялся.

Это же элементарно.

Всё я что я хотел, это собрать «команду мечты» — группу невероятно сильных персонажей, которых в игре завербовать было сложно. Группу, что гарантировала бы мне выживание и спокойную жизнь.

И теперь, когда Руниэль оказалась в моих руках, я уже достиг значительной части своей цели.

— Что хочу? Я уже получил это.

Ответил я с максимально дружелюбной улыбкой, глядя прямо ей в глаза.

Но Руниэль хранила молчание, стоя неподвижно и пристально глядя на меня.

— Если честно, из-за того, что я нахожусь в довольно опасным положении, мне требуется надежный телохранитель…

— Поняла.

Как только я собрался продолжить объяснения, чтобы убедиться, что она полностью понимает в каком положении я нахожусь, Руниэль вдруг уверенно заговорила, не дав договорить.

— Тогда я принесу клятву.

— …что?

Не успев осознать её слова, я увидел, как она опустилась на одно колено, и торжественно склонила голову со всей серьезностью.

— Врагам — обещаю суд и возмездие. Пленным — обещаю милость и благодать. Чтить веру и доблесть пред ликом испытаний…

Стоп. Это же… рыцарская клятва.

— Я, Руниэль Мистилэйн, клянусь приносить своему господину лишь победу и славу.

Она слегка изменила традиционный текст, заменив «зло» и «слабых» на «врагов» и «пленных», но суть была не в этом.

Проблема заключалась в том, что она без колебаний произнесла обет, который даётся единственному господину на всю жизнь.

— Отныне и навеки, Уитни Лингард…

Пока я застыл в оцепенении, Руниэль подняла голову, глядя на меня с непоколебимой решимостью.

— ...я клянусь быть лишь вашим верным мечом и орудием.

Разумеется, такая преданность Руниэль была для меня отличной новостью.

Рыцарская клятва может быть дана только по собственной воле, без принуждения, и после произнесения её невозможно нарушить. Это означало, что она обязалась служить мне «пожизненно и вечно».

Более того, по имперским законам, рыцарь, принесший клятву, становился «законной собственностью» господина, а его мана — навсегда связана с ним. Не зря дворяне в шутку называли рыцарский обет «узаконенным рабским контрактом».

Но была одна проблема.

Из-за связи через ману любой, способный её ощущать, сразу бы понял, что Руниэль теперь принадлежит мне. Её восстановление ещё не завершилось, и учитывая грядущие события, скрывать её возрождение было бы идеально.

Я просил её отдохнуть и вернуться позже как раз затем, чтобы самому предложить клятву, когда всё уляжется. Но теперь... всё вышло из-под контроля.

— Э-э, может, подождём с этим— А?

Я попытался остановить её, но клятва, похоже, уже свершилась.

Стоп.

Неужели... мой предыдущий ответ она восприняла как согласие, активировав клятву и связь маны автоматически? Чёрт! Вот почему с договорами и ритуалами нужно быть осторожнее в словах.

— Надеюсь, вы будете использовать меня с умом.

Не замечая моего внутреннего хаоса, Руниэль смотрела на меня со спокойной улыбкой.

По какой-то причине в этой улыбке промелькнуло что-то почти... порочное.

Но размышлять было некогда. Мозг уже кипел.

— Пока… оставайся в тени и восстанавливайся. Я придумаю, как быть дальше…

— М-м-молодой господин!

Не успел я опомниться, как ворвалась Саша, бледная от ужаса.

— Л-леди Мередия желает вас видеть!

— …тц.

Словно мало было проблем! Теперь ещё и это?

— Что ж, пусть назначит встречу…

Я попытался сохранить хладнокровие, но…

— О-она… уже ждет в саду поместья.

…осознал, что мне крышка.

Услышав последнее предложение, я сдался.

Нет, я конечно ожидал, что всё может пойти не по плану, но «это» уже перебор.

Единственным слабым утешением было то, что, по крайней мере, главный босс — та, кто могла стереть меня с лица земли одним щелчком пальцев — пока не питает ко мне вражды.

— И… она велела передать вам сообщение…

— Какое?

— Если не сможете внятно объяснить те документы, что подали ранее… вам следует б-быть готовым. Во всех смыслах.

— Руниэль, как насчет прогулки по саду?

Да к чёрту. Мне уже было всё равно.

----------

Брак по расчету I

Почти целую неделю после неожиданно насыщенного событиями чаепития с Уитни, Мередия пребывала в напряжении, переполненная раздражением и неудовольствием.

Дело было не только в двусмысленном брачном предложении Уитни, но и в другом происшествии, которое буквально впилось ей под кожу.

Именно поэтому вплоть до самого её прибытия в поместье графа, от Мередии исходило такое гнетущее напряжение, что встретившие её горничные едва ли могли налить чай без дрожи в руках.

— Прошла неделя с нашей последней встречи, леди Мередия.

Едва она собралась сделать глоток из небрежно наполненной чашки, как Уитни вошёл в сад с привычной нечитаемой улыбкой и размеренной походкой, устроившись напротив.

— Предупреди вы о визите заранее, я устроил бы достойный приём.

— Хах.

Рядом с ним, словно так и положено, стояла юная девушка. Мередия издала сухой смешок, на миг позабыв о гневе.

— У вас талант преподносить сюрпризы.

Хотя девушка была одета в униформу горничной, Мередия сразу же узнала её. Руниэль Мистилэйн. Самая юная рыцарь-ученик с золотым рейтингом, и победительница 83-го Имперского юношеского турнира по фехтованию, в котором участвовали сильнейшие соперники, и состязались даже кронпринц и наследник герцога Эмбегринов.

Однако из-за досадного инцидента, произошедшего во время церемонии посвящения в рыцари, она в одночасье превратилась из восходящей звезды в падшую героиню, став объектом придворных пересудов.

И всё же девушка рядом с Уитни не имела ничего общего с тем отчаянным образом из газетных статей.

— Я думала, у вас просто извращённая страсть к покупке павших аристократок, но это... куда занятнее.

Издалека Мередия лишь догадывалась, но теперь, оказавшись вблизи, она чётко ощутила резонанс между их манами.

Интенсивность резонанса свидетельствовала о том, что Уитни провел не один ритуал, но главное было в другом: некогда гениальная фехтовальщица Руниэль вновь восстановила свою ману.

И что важнее — демонстрировала искреннюю преданность Уитни.

«Клятва» не терпит принуждения или обмана, а значит, именно он приложил к этому руку.

— Признаю ваши заслуги, Уитни Лингард. Вы правда мастер своего дела.

С этим осознанием накопившееся за неделю раздражение стало медленно сменяться любопытством.

Не перейди он тогда границ с брачным договором, она, возможно, изначально заинтересовалась бы этой непредсказуемостью, сочтя её очаровательной, нежели раздражающей.

— Как я говорил ранее, при общности интересов мы стали бы идеальными партнёрами.

Более того, если неожиданный поворот сыграет ей на руку, Мередия готова была проявить щедрость.

— Однако оставлять ситуацию как есть я не намерена.

— Э-э?

Но вопрос о том, станет ли этот человек для неё ценным активом, оставался открытым.

— Я чётко обозначила желание приватной беседы.

— А, ну...

— И всё же вы осмелились явиться с охраной — нет, с рыцарем?

Именно ради проверки его ценности она и прибыла в поместье графа без предупреждения.

— Не говоря уже о том, что всего неделю назад вы сделали мне предложение?

Мгновенно в саду воцарилось удушающее давление, обрушившееся на Уитни и Руниэль.

~Гр-р-р..—

Мередия высвободила лишь крупицу сдерживаемой маны, но никто в саду не смог устоять на ногах.

— Кажется, произошло недоразумение...

— Нет, суть не в этом.

Лишь Уитни перед ней сохранял позу, хоть и с затруднённой улыбкой.

— Важно то, что я чувствую себя оскорблённой.

— Ха-ха...

Прищуренные глаза Мередии и ледяной шёпот заставили даже Уитни замолчать, неловко улыбаясь.

— И потому...

Даже отметив про себя, что Уитни заслуживает уважения за стойкость перед её давлением, Мередия собралась усилить напор, чтобы вывести его истинные намерения на свет.

~Скрип—

В тот миг Руниэль, до этого едва сумевшая удержаться на ногах, внезапно стиснула зубы и устремила яростный взгляд на Мередию.

— Отзовите свою силу.

В следующее мгновение она схватила нож с чайного столика и в одно движение нацелила его на горло Мередии.

В саду повисла мёртвая тишина.

— О?

Несчастные горничные, оказавшиеся в эпицентре надвигающейся катастрофы, побледнели и крепко зажмурились.

Однако сама Мередия лишь изогнула губы в улыбке, разглядывая девушку, только что направившую на неё нож.

— Вы всё ещё можете двигаться в таких условиях?

— Кх…

— Тело ещё не восстановлено, а вы уже столь решительны.

Наклонив голову и произнеся это низким, но довольно спокойным голосом, она заметила, как на лбу Руниэль выступил холодный пот, хотя та продолжала держать нож у её горла.

— Помню, как вы на том турнире разнесли в щепки самолюбие моего брата. Зрелище было впечатляющим.

Несмотря на то, что Руниэль не опускала нож, улыбка Мередии стала шире, когда она мягко добавила.

— Не желаете ли перейти ко мне на службу?

— Отказываюсь.

— Ха!

Мгновенно губы Мередии искривились в ухмылке, обнажив зубы.

— Вы об этом пожалеете.

— Таково моё решение.

Атмосфера в саду достигла точки, за которой следовал лишь непредсказуемый взрыв.

— Леди Руниэль… и леди Мередия.

Внезапно Уитни, до этого молча наблюдавший за происходящим, схватил Руниэль за руку и заговорил.

— Давайте остановимся на этом.

При этих словах взгляды всех, включая Мередию и Руниэль, устремились на него, а сад погрузился в зловещую тишину.

— Если случится непоправимое, будет ведь неприятно, правда?

Лишь Уитни, неуместно беззаботный для сложившейся ситуации, пытался успокоить их, словно разнимал дерущихся детей.

***

"Что за чертовщина тут творится?"

Даже произнеся это в удушающей атмосфере, мои руки всё ещё дрожали, будто в лихорадке.

"Неужели всё зашло так далеко, пока я был без сознания?"

Открыв глаза после обморока, вызванного убийственной аурой Мередии, я увидел леденящую душу сцену. Странно было бы, если бы руки не тряслись.

Даже не смотря на то, что я мысленно прочёл заклинание белой магии для усиления ментальной защиты, в конечном итоге этого оказалось недостаточно, чтобы не потерять сознания.

Окажись я на ногах — валялся бы сейчас на земле, как перепуганные горничные.

Но как бы ни накалялась обстановка, я обязан был предотвратить худшее.

— Леди Руниэль, пройдите, пожалуйста, в поместье и отдохните. Я продолжу беседу с леди Мередией наедине.

Если в саду начнётся бойня, бедным горничным только прибавится работы.

— Поняла.

К счастью, несмотря на удушающую ауру убийства, Руниэль, до этого прижавшая нож к горлу Мередии, покорно убрала его, и отступила по моей просьбе.

Она едва заметно кивнула и направилась в поместье, с внезапно ссутулившись осанкой.

Выглядела она жалко — словно охотничья собака, что подвела хозяина. Однако, в этой ситуации даже тупой чайный нож не мог удержать Мередию.

К тому же, моя изначальная цель привести Руниэль сюда уже была достигнута. Дальнейшее провоцирование герцогини теряло смысл.

— Леди Мередия, не соблаговолите ли и вы умерить пыл?

— Это приказ?

Ладно, теперь пришло время обсудить мой выход из этого положения.

В отсутствие иных козырей, мой рот оставался главным инструментом для выживания.

— Как смел бы я приказывать вам? Я лишь хочу развеять ненужные недоразумения.

— Неужели?

При этих словах Мередия слегка наклонила голову, и гнетущая атмосфера в саду ослабла на йоту.

— Тогда объясняйся.

Пока я вытирал рукавом холодный пот со лба, её пронзительный взгляд впился в меня, а голос прозвучал ледяной командой.

Выражение её лица оставалось безжалостным, но едва уловимая искра в глазах, напоминавших драгоценные камни, давала слабую надежду.

Судя по знаниям, накопленным за годы игры, этот блеск означал, что Мередия скорее заинтригована, чем разгневана.

И это была единственная соломинка, за которую я мог ухватиться.

— Прежде всего, у меня и в мыслях не было угрожать вам. Даже если бы все обитатели поместья напали разом, вы бы разве что слегка утомились.

— Хм.

— Если присутствие Руниэль вас оскорбило — приношу извинения. Но имей я злой умысел, разве стал бы выставлять её напоказ?

Безжалостность Мередии была легендарной, но мало кто знал, что на самом деле, она обожала неожиданные повороты и вызовы.

Привыкшая получать всё с младенчества, она презирала простодушных и ненавидела трусов.

— Я лишь хотел продемонстрировать свою полезность для вас, леди Мередия.

— ……

— Руниэль уже принесла мне клятву, потому вашим мечом ей не стать. Но если мы объединимся, она всё равно может стать бесценным союзником.

Именно для этого я и привёл её сюда.

В идеале стоило сохранить это в тайне, но раз уж я связался с Мередией — рано или поздно раскрытие тайны стало бы неизбежным.

Раз так, лучше использовать её как отвлекающий манёвр, перенаправив раздражение герцогини.

Разумеется, ставка едва не обернулась кровавой баней, но риск — неотъемлемая часть игры.

— Однако вы скромно умалчиваете, что совершили невозможное — восстановили разрушенный магический контур.

Но, похоже, Мередиа была больше сосредоточена на мне, чем на Руниэль.

— Ха-ха, леди Мередия, разве это не то, что и вы могли бы раскрыть, уделив исследованиям чуть больше внимания?

— Не шутите так. Если слухи об этом расползутся, вся магическая академия содрогнётся.

Я всего лишь воспроизвёл ритуал Императора, описанный в игровой хронике.

Если бы Мередия, изучавшая теорию маны с пяти лет, начала допытывать из меня детали, то правда вскрылась бы за считанные минуты.

— Хорошо, буду откровенен. Я хочу стать вашим союзником и готов принять большинство ваших условий.

— Рада, что мы разделяем одни и те же мысли.

К моему облегчению, именно Мередия перешла к сути.

— Но, будьте добры, объяснить: что, чёрт возьми, значило ваше предложение руки и сердца?

Её тон смягчился, но в момент вопроса в глазах вспыхнуло неподдельное любопытство. Тут-то я и осознал: главной причиной её визита был именно этот вопрос.

— Вы всерьёз рассматриваете брак со мной как цель?

— Конечно! Я был настолько ослеплён вашей красотой, что не смог удержаться...

~Гууу—

— ...шучу. Это был лишь удобный способ ввести всех в заблуждение.

Почувствовав, что приближаемся к кульминации, я попытался разрядить обстановку лестью, но, стоило её взгляду стать ледяным, как я тут же перешёл к заготовленному объяснению.

— Я слышал, вас изводят брачными предложениями. Разумеется, ни один мужчина не достоин вас, но...

— К делу.

— ...ваша цель — возглавить дом, не так ли?

Хоть я и сказал это, в игре же её истинные мотивы оставались загадкой.

В большинстве сюжетных линий главной задачей было помешать ей стать финальным боссом, и даже в случае проигрыша не было чёткого ответа на вопрос, что произойдёт дальше.

— Пока допустим, что это так.

Ожидаемо уклончивый ответ. Это разочаровало, но я и не надеялся на откровенность. К тому же, сейчас важнее было другое.

— В таком случае, я стану вашим щитом.

— Что вы подразумеваете под этим?

Ради разваливающейся семьи, ради будущего младшей сестры и — прежде всего — ради собственного выживания, я готовился озвучить то, чего не пробовал ни один игрок.

Или, скорее, то, на что никто никогда не был способен.

— Начиная с этой секунды, ровно настолько, насколько вы пожелаете...

Возможно, это решение изменит не только судьбу Мередии, но и ход мировой истории.

— ...я стану вашим супругом и зятем герцога.

Разумеется, при условии, что она не прикончит меня на месте, услышав эти слова.

----------

Зять-примак (2)

— …зять, говорите.

Я сжал кулаки, почти ожидая, что в меня полетят смертельные проклятия. К счастью, вместо проклятия Мередиа лишь невнятно пробормотала что-то загадочное.

Благодарный, что в очередной раз чудом избежал гибели, я поспешно затараторил: — Если хотите, я даже напишу заявление, что первый предложил этот план. Для вас же это выгодно, разве нет, миледи?

Однако вместо ответа Мередиа лишь едва улыбнулась и задала встречный вопрос: — Похоже, вы прекрасно осведомлены о моих обстоятельствах.

— Это же общеизвестно. В столице даже дворняги на улицах знают.

И правда. Уникальное положение Мередии не требовало знаний из прошлых жизней — достаточно было полистать имперские газеты.

— Хм, даже бродячий пёс знает, что герцог мечтает меня прикончить.

— Ха-ха…

Коротко говоря, в доме Эмбегринов бушевала война за звание единственного наследника. Мередия, занимавшая пока наиболее выгодную позицию, подвергалась бесконечным атакам и интригам. Худшей из них называли «брачные атаки».

Всё из-за древней традиции дома Эмбегринов при выборе преемника. Согласно правилам, герцог не мог напрямую назначать наследника — требовалось провести церемонию, где все достойные кандидаты доказывали свои права.

Конечно, глава семьи не оставался в стороне. На церемонии он имел право объявить одно обязательное условие для претендентов.

Говорили, эта традиция якобы мешала герцогу выбирать наследников по прихоти, но при этом признавал их авторитет как хозяев церемонии.

Честно говоря, сомнительно, насколько это работало. Но учитывая, что дом Эмбегринов сохранял влияние со времён основания Империи, в этой архаичной традиции, наверное, был смысл.

Проблема заключалась в том, что нынешний герцог Эмбегрин, ненавидевший Мередию, объявил условие: «Наследник должен состоять в браке». Для его сыновей это не было проблемой. Но для Мередии, которая по имперским законам перешла бы под власть мужа, это становилось катастрофой.

С момента объявления условия толпы глупцов, мечтавших сорвать куш, обрушили на Мередию брачные предложения, увеличив поток писем впятеро.

К счастью, из этой затруднительной ситуации был выход — найти мужа, который перейдёт под юрисдикцию её семьи. Так или иначе «зятя».

Однако ни один дворянин выше графского титула не соглашался на роль пешки, которую могут выбросить в любой момент. В то же время брак с виконтом или бароном нанёс бы удар по престижу Мередии.

Даже если бы она использовала свою обычную тактику, чтобы запугать кого-то из знати и заставить его стать мужем-марионеткой, сложная и печально известная система власти, связанная с браками между представителями императорской семьи, означала, что в конце концов она, скорее всего, получит удар в спину.

— Если бы условием было прямое запрещение женщинам участвовать в наследие, я бы устроила бунт. Но поскольку на первый взгляд всё выглядит нормально — это по-настоящему коварно.

Действительно, герцог Эмбегрин, готовый ради устранения Мередии расшатать собственный дом, придумал дьявольски изощрённую ловушку.

— Но с моим предложением все проблемы исчезнут вмиг.

— Хм…

— О, и причину для развода мы подберём в удобное для вас время. Так ваш политический статус почти не пострадает.

Даже герцог вряд ли ожидал, что найдётся такой дурак, как я. Если всё пройдёт по плану, главная дилемма Мередии разрешится изящно.

Она моментально получит мужа по контракту — с безупречной репутацией, подходящим статусом и даже заранее подготовленным поводом для расторжения брака в любой момент.

— А что от этого выиграете вы?

— Очевидно, безопасность для себя и своей семьи.

И единственным дураком, готовым на всё это ради краткого брака, был, несомненно, я.

Честно говоря, мне тоже не хотелось быть проданным в герцогскую семью. Но, изучив за неделю финансовые отчёты своего рода, выбора не оставалось.

Я обнаружил горы долгов и десятки авантюрных предприятий, поглотивших почти все состояния семьи. Если помолвка с Мередией сорвётся, инвесторы тут же отзовут капиталы, и вскоре кредиторы начнут ломиться в двери поместья, где жили мы с сестрой.

О чём вообще думал отец, втянув нас в эту яму и исчезнув?

"Кажется, тут скрыта какая-то история, но…"

Хотя бы моим любимым персонажем была леди Мередия. Иначе я бы предпочёл смерть.

— Ха, ладно. Пока что поверю вам.

Пока я мысленно вздыхал с облегчением, Мередия вновь усмехнулась, словно что-то её забавляло. Подперев ладонью подбородок, она продолжила мягче: — Честно, вы во многом подозрительны… но хотя бы не очередной глупец, ослеплённый властью или вожделением к моему телу.

Услышав это, я всё ещё сомневался, но проблеск надежды возник.

— Мне хватило таких мужчин.

— Что ж, лично я к вам неравнодушен, леди…

— И всё же давайте начнём с помолвки, а не с брака.

Как и ожидалось, мои пробормотанные вполголоса слова разочарования прервались её следующей фразой, которая, впрочем, несла хорошие вести.

— Меня это устраивает.

Жаль, что не полноценный брак, но помолвка хотя бы стабилизирует шаткое положение семьи. Конечно, у помолвки есть срок годности — придётся работать усерднее — но немедленная катастрофа предотвращена. Пока можно перевести дух.

— И я добавлю ещё одно условие.

— Какое?

— Пустяк. Поможете разобраться с одной… назойливой проблемой.

Только я облегчённо улыбнулся, как Мередия окатила меня ледяной водой.

Дополнительное условие принять можно, но что именно её беспокоило? Если требование вменяемое, я согласен, однако почему вдруг пробежал холодок по спине?

— Вы сопроводите меня на церемонию помолвки наследного принца.

— …что?

Я уставился на Мередию, едва не потеряв дар речи от её слов.

— Тот идиот, уверенный, будто я влюблена в него с пелёнок, прислал мне приглашение.

— А…

— Прочитав невероятно оскорбительные слова, написанные на том приглашении, я не смогла остаться безучастной.

Увы, я не ослышался.

— Раз вы мой жених, то поможете ведь отомстить, не так ли?

"Всё тлен..."

Честно говоря, мысль о конфронтации с принцем рядом с Мередией не удивляла. Раз уж я ввязался в её игру, в будущем придётся сталкиваться и с худшим.

Церемония помолвки принца в оригинальной игре была тем самым «обучающим уровнем», где игрок — то есть главный герой — гарантированно побеждал по ходу повествования. Другими словами, мы с Мередией, выступавшие в роли антагонистов пролога, были обречены на поражение.

Но настоящая проблема заключалась в том, что последствия этого поражения обрушатся именно на меня, а не на Мередию.

— Что, не хотите?

— Кхм…

Только я подумал, что наконец могу выдохнуть, как мир вокруг снова погрузился во тьму.

***

— Впрочем, я не принуждаю.

Впервые увидев, как улыбка Уитни дрогнула, Мередия встала с довольным видом и добавила: — Можете отказаться.

Эта улыбка не покидала её лица даже когда она перешагнула через всё ещё лежавших на земле горничных и направилась к выходу из сада.

— Но если вы не готовы пойти на риск, то и мне вы больше неинтересны.

Почему? То ли потому, что она наконец встретила достойного соперника, то ли потому, что подсознательно заинтересовалась этим человеком?

"Неужели сдаёшься так скоро, Уитни?"

Бросив взгляд через плечо, Мередия замедлила шаг.

— Постойте.

Именно в этот момент её догнал знакомый энергичный голос: — Разве я говорил, что не согласен?

— Вот это другое дело.

— Но у меня тоже есть условие.

Однако, когда Мередия обернулась с торжествующей улыбкой, её ждал неожиданный поворот.

— Если я помогу осуществить ваш план, исполните моё небольшое желание?

Впервые её лицо исказила лёгкая гримаса: — Требуете что-то взамен за такую мелочь? Ваша наглость безгранична.

— Вы всегда можете отказаться.

Уитни сохранял учтивую улыбку, но в глазах Мередии она казалась ледяной — будто он говорил на полном серьёзе.

— Я не стану принуждать вас к нежеланному. Да и если что-то пойдёт не так, я едва ли смогу вам навредить.

— Хм...

Услышав слова, которые были почти угрозой — даже несмотря на то, что рядом были её охранники, — Меридия слегка скривила губы.

"Он не блефует."

Внешне спокойная, она впервые за долгое время ощутила напряжение. Лишь сейчас она окончательно убедилась в странной ауре, что витала вокруг Уитни с их первой встречи.

"Будь это пустая бравада, он не выдержал бы моего давления."

Доказательством служило сероватое сияние, мерцавшее вокруг его фигуры, словно марево — видимое только её магическому зрению.

— Ладно. Дар требует дара.

— Мудрое решение.

Часть её жаждала исследовать незнакомую силу, которую она впервые наблюдала. Однако в тот момент рациональность всё ещё преобладала над инстинктами.

— Конечно, я не стану потакать каким-то абсурдным желаниям. Лучше сохранить разумные рамки — это в интересах нас обоих.

— Не беспокойтесь. Я не стану предъявлять чрезмерных требований.

При её драматичном согласии губы Уитни едва заметно дрогнули в улыбке: — В конце концов, вы мне нравитесь, леди.

— У вас совсем нет таланта к шуткам.

В этот миг они казались идеальным дуэтом.

— Мы с вами очень похожи в этом.

"Ладно, всё, а теперь просто уходите, наконец."

Для Уитни, мысленно твердившего защитные заклинания на случай её проклятий, такая оценка была несправедлива.

***

Спустя полчаса.

Покинув сад, где остался Уитни, леди Мередия направилась к парадным воротам поместья.

Как раз когда она собиралась сесть в ожидавший её экипаж, она на мгновение остановилась.

"Он определённо не обычный человек."

Её лицо, в отличие от момента ухода из сада, стало холодным.

"Он выдержал моё давление."

То, что он взял под своё крыло Руниэль, восстановил её магический контур, который никто не мог восстановить, и скрывал истинные намерения, несмотря на все её угрозы — это она ещё как-то понимала. Но его способность противостоять её насыщенной мана-атаке, которая должна была разорвать обычного человека на части, выходила за рамки её представлений.

По её сведениям, на всём континенте едва ли набралась бы дюжина таких людей. Уитни должен был, как минимум, скрипеть зубами от боли, как Руниэль, но вместо этого он выстоял без грамма недовольной гримасы.

Его полуприкрытые глаза, всегда нечитаемые, даже не дрогнули.

"…и та аура."

Она проявлялась, когда он всерьёз остановил Руниэля, и когда прервал её уход. Каждый раз, когда он эмоционировал, тёмная энергия вокруг него импульсивно расширялась. Она не была ядовитой, но источала бесконечно жуткую и зловещую волну. И это настораживало.

Даже если бы от него постоянно исходила такая тревожная аура, окружающие — и даже он сам — не могли бы остаться к ней равнодушными.

Если, конечно, Уитни намеренно не скрывал свою силу.

Ради интереса, что случилось бы, если бы он, подобно ей, выпустил силу на полную?

— Нужно будет провести дополнительное расследование.

Уитни Лингард. В нём определённо таилось «нечто». Она ещё не знала что, но его потенциал был сопоставим с её собственным.

— И, конечно, мне следует проявлять к нему осторожность…

Собравшись с мыслями и продолжив путь, Мередия внезапно остановилась, и её похожие на драгоценные камни глаза холодно сверкнули.

~КРЯК!—

Раздался хруст, и что-то взметнулось с дерева рядом. Существо отчаянно забило крыльями, но под её взглядом обмякло и рухнуло на землю.

— …кажется, сам Его Величество заинтересовался делом.

У её ног с треснувшей оболочкой лежал магический артефакт — стеклянный голубь, выточенный с ювелирной точностью. Внутри пульсировала мана «того самого» человека, которого она опасалась не меньше герцога Эмбегрина.

— Пожалуй, оставлю это при себе.

С холодной улыбкой она раздавила артефакт каблуком. Повернувшись к карете, пробормотала: — Тебе стоит быть благодарным за такую предусмотрительную супругу, Уитни Лингард.

Разумеется, если бы Уитни, всё ещё корчившийся в саду от досады, это услышал — он бы онемел от изумления.

----------

Парша

— Ха-а-а…

Тем вечером, после того как леди Мередиа учинила переполох и ушла, я разбирал постоянно растущую стопку документов в своём кабинете.

На миг отложив перо, я тяжело вздонул.

"Я так старался не ввязываться в церемонию помолвки принца…"

Конечно, учитывая грядущие испытания, вздыхать сейчас бессмысленно.

Но тревога всё равно грызла душу.

Пролог «Black Tail Fantasy 3» печально известен тем, что даже бывалые игроки, на секунду расслабившись, вынуждены были начинать игру заново.

Лично я, после того как освоил игру, не нуждался в подобной участи — но то был виртуальный мир, а не реальность. Здесь всё было по-другому.

— Ха-а-а-а-а…

Единственное утешение — до помолвки принца ещё оставалось время.

Да и рискованная авантюра с Мередией, к счастью, принесла плоды: я выторговал у неё одолжение.

Она, возможно, не придаёт этому значения, но я знаю, как обратить его себе на пользу.

— Что ж…

Чтобы собраться с мыслями, я отодвинул бумаги в сторону — сейчас важнее продумать стратегию выживания на церемонии помолвки.

"По крайней мере, благодаря моей белой магии у меня сильная сопротивляемость проклятиям, что немного облегчает ситуацию…"

Для победы в этом сценарии требовалось трезво оценить свои ресурсы.

Главный мой козырь — врождённый талант к белой магии.

Обычно её используют лишь как щит против тёмной магии, но в умелых руках она способна на большее.

Учитывая, что основной причиной бед в сценарии пролога являются проклятия, наложенные тёмной магией, моя белая магия, несомненно, тоже сможет проявить себя.

"…но этого недостаточно."

Сложность пролога такова, что одной магией не отделаться.

После странного инцидента на чаепитии у Мередии неделю назад я лелеял надежду: а вдруг моя магия скрывает нечто особенное?

Итак, в перерывах между созданием магических кругов я провела прошлую неделю, изучая белую магию.

Каков результат?

Единственное, в чём преуспевает моя белая магия — это создание тревожной и неприятной ауры.

Как бы ни старался, я не смог найти никаких особых способностей.

Хотя мои исследования ещё не завершены, я неоднократно проверял свою белую магию — от подопытных кроликов до невыспавшегося Альфреда.

Если не будет сделано какое-то чудесное новое открытие, вывод не изменится.

"Я даже думал, что она как-то связана с тёмной магиеф…"

Чтобы как можно точнее воспроизвести сценарий чаепития, я даже протестировал свою белую магию на нескольких конфискованных артефактах тёмной магии, которые хранил мой отец, прекрасно понимая, что потом мне влетит.

Но аномалий не обнаружилось.

Моя тусклая, серовато-белая магия просто стёрла проклятия с артефактов так же чисто, как и любая другая белая магия.

Учитывая всё это, становится ясно, что я не смогу в одиночку справиться со сценарием церемонии помолвки.

Мне нужны союзники.

Надёжные, сильные, незаурядные.

Верная телохранительница Руниэль уже есть — но её одной мало.

Чтобы пережить сценарий, мне понадобится нечто большее, чем просто грубая сила — нечто вроде хитрости, стратегии, и связей.

Значит, нужна команда, способная закрыть все слабые места.

И я уже знаю, кто войдёт в основу сильнейшего альянса.

Первая — Руниэль, императорский стражник, сильнейший воин игры.

Вторая — Парша, дворецкий Мередии, обладающая беспрецедентной проницательностью.

Третий — Берген, теневой информатор игрока с самой разветвлённой сетью шпионов.

Как следует из их названий, каждый из них — сломленный, но сильный персонаж. Но в рамках игровой системы они никогда не смогут быть на одной стороне.

Все трое служат разным ключевым фигурам, оставаясь их правыми руками.

Но что, если в реальности эти игровые ограничения мне не помеха?

Я уже убедился, что таинственные силы не мешают завербовать Руниэль. Значит, и остальных двоих привлечь смогу.

Если всё удастся, соберу команду, близкую к совершенству.

Но мечты станут реальностью, только если действовать быстро.

Местонахождение Бергена известно — осталось найти Паршу до того, как она станет дворецким Мередии.

И вот тут всплывает проблема — по себе мелкая, но довольно значительная.

"Где мне её искать?"

До присяги Мередии её следы теряются — нет ни в игре, ни в архивах лора.

По сюжету она возникает из ниоткуда: верная тень герцогини, вытаскивающая её из кризиса безумными стратегиями.

Её гений ещё в юности привлекал абсурдные предложения. Но она никогда не отходила от Мередии, и никто не знает, почему она была так предана Мередии.

Именно Парша превратила герцогиню в демоническую фигуру, оставаясь её преданной помощницей до самого конца.

А я бы предпочёл, чтобы Мередия оставалась просто «строгой герцогиней», а не угрозой империи.

Потому и хочу перехватить Паршу «до» клятвы верности.

"И в качестве бонуса было бы здорово, если бы её божественная проницательность помогла моей семье справиться с финансовым кризисом…"

Честно говоря, тот факт, что поместье графа находится на грани финансового краха, — ещё одна веская причина, по которой я хочу завербовать Паршу.

Но как найти того, кого словно не существует?

— Ха-а-а… адская головоломка.

Я уже подумывал заклеить столицу листовками «Пропала девушка!», как дверь кабинета с треском распахнулась.

— Господин, что за безумие творится? — Ворвался хриплый голос.

Это был Альфред, бледный от гнева.

— За одну ночь распространяется слух, что по особняку бродит призрак, и все горничные одновременно берут больничные…

Странные слухи в особняке не новы. Что касаемо больничных, пускай отдыхают — после того, что они пережили с Мередией, отдых им положен.

Проблемы Альфреда меркли перед моими. Но вопрос созрел сам собой: — Альфред, а ты людей искать умеешь?

Когда я просматривал рекомендательные письма для его преемника, я подумал, что он, должно быть, лично знает многих слуг.

— Людей, говорите?... С описанием — хоть иголку в стоге найду.

— Мне нужен один слуга. Срочно.

— О, тогда всё просто. — Альфред выпрямился, и в его глазах блеснула спесь ветерана. — Если человек, которого вы ищете, является слугой и гражданином империи, я могу собрать о нём информацию в течение нескольких дней.

— Серьёзно?

— Не судите по виду, господин. Я сорок лет в этом деле! В молодости меня приглашали в столицу, и даже сейчас я занимаю должность старейшины в Собрании имперских слуг.

Я знал, что он компетентен… но не настолько!

Теперь вспомнилось: отец как-то обмолвился, что Альфред когда-то «сверкал в высшем свете», но выбрал наше скромное графство.

Если так, то найти Паршу может быть проще, чем я думал.

Раз Мередия взяла её в дворецкие, значит, сейчас она наверняка рассылает резюме по знатным домам.

Конечно, ни один здравомыслящий аристократ не возьмёт ребёнка на такую должность — вот её и гонят отовсюду.

Но стоит появиться кому-то вроде Мередии, кто разглядит её талант — и Парша навеки присягнет на верность.

— Тогда поможешь разыскать человека?

— О, конечно. Мож—

С надеждой я протянул Альфреду набросок Парши, сделанный на случай развешивания листовок.

Но, взглянув на рисунок, Альфред вдруг застыл, будто увидел призрак.

Неужели узнал? Или мой художественный «дар» так ужасен?

— Молодой господин…

Альфред поднял глаза. В его взгляде читалось нечто большее, чем замешательство.

— …с какой стати вы ищете мою внучку?

Услышав это, я не смог сдержать широкой улыбки, впервые за долгое время.

— Молодой господин?

Вот что они имеют в виду, когда говорят: «Ответ всё это время был у меня под носом».

— Ха-ха…

— Ох…

Альфред, вдруг осознав промах, прикрыл рот ладонью. Но время для оправданий истекло.

— Я нашёл её.

Второй ключ к спасению был у меня под носом.

***

— Ха-а-а…

Несколько дней спустя.

Заброшенная хижина на безымянном холме в западных землях.

— Всё не то…

Девушка, развалившись на скрипучем стуле, недовольно щурилась в потрёпанный блокнот.

— С виду нормальный, но главного-то и нет...

Хотя её тон звучал так, будто она оценивала предмет, в её глазах отражался портрет самой благородной фигуры империи.

— К чёрту.

Совершенно непочтительным жестом она вырвала страницу с портретом, скомкала её и небрежно бросила в мусорную корзину позади себя, прежде чем перевернуть страницу.

— Харизмы нет. К чёрту.

— Слишком жирный. К чёрту.

— Лицо упрямого болвана. К чёрту.

Страницы летели в корзину под мерный шелест.

— А вот эта... сойдёт.

Наконец, дойдя до последней страницы, она остановилась, подперев подбородок рукой и склонив голову набок.

— Полностью сформировавшийся Повелитель Демонов — хорошо, но растущий — тоже неплохо.

Портрет, которым она сейчас любовалась, принадлежал не кому иному, как Мередии.

Обращаясь со страницей как с драгоценным артефактом, она нежно погладила её, прежде чем аккуратно вырвать и прижать к груди.

— Быть верной правой рукой Повелителя Демонов… чем не судьба?

Глаза её блеснули лихорадочным восторгом.

~Тук-тук—

— М-м?

Стук в дверь нарушил тишину.

*— Молодой господин… умоляю вас! У моей внучки впереди ещё светлое будущее…*

*— Именно поэтому я предлагаю ей «ещё более» светлое будущее, а именно работать на меня.*

— Дедушка?

Услышав знакомый голос за дверью, девушка машинально поднялась и направилась к выходу.

— Но почему он здесь так внезапно, без предупрежде—

Её слова оборвались, когда дверь открылась.

— Приветствую!

Рядом с дедом, чьё лицо побелело от ужаса, стоял незнакомый парень. Он улыбался так беззаботно, словно солнце в разгар бури.

— Ого-го…

Она замерла, вперившись в него взглядом.

Затем её глаза загорелись детским восторгом.

— Это же… немыслимо.

Причина её неверия, однако, была далеко не обычной.

Это было потому, что перед ней, живой и дышащий, стоял сам воплощения зла, о котором она могла только мечтать.

— Не желаешь ли занять место слуги?

— Эй, случайно, тебе не нужен слуга?

Их слова слились в идеальный унисон, эхом разносясь по хижине.

Портрет Мередии, зажатый в её руке, бесшумно скользнул на пол.

— Я лучше умру, чем вот так состарюсь. — Простонал Альфред, чувствуя, как седеют волосы.

Но его уже никто не слышал.

----------

Парша (2)

На следующий день после предложения Уитни стать дворецким вместо уходящего на пенсию Альфреда, Парша уверенно переступила порог поместья Лингардов, набрав рекордное количество баллов на экзамене для слуг.

Разумеется, Уитни принял бы её независимо от результатов — но дарование девушки оказалось столь выдающимся, что в снисхождении не было нужды.

— Финансовое положение и впрямь напоминает катастрофу, не так ли?

— Ха-ха…

Не прошло и двух часов с момента вступления в должность дворецкого, как Парша, сияя безмятежной улыбкой, уже листала бухгалтерские книги семьи, методично разрушая спокойствие Уитни.

— Честно говоря, это экономическое самоубийство. Даже радикальные меры вряд ли обратят процесс вспять.

Даже будучи внучкой главного дворецкого, Уитни потребовалось мужество, чтобы вверять финансовые отчёты — потенциальный источник семейного позора — новоприбывшей.

— …сколько нам осталось при текущем раскладе?

— Ну… меньше трёх месяцев до полного краха.

Хотя Уитни, лучше других зная способности Парши, сознательно передал ей документы против воли отца, апокалиптичный вердикт всё же вызвал горькую усмешку. Такова была безрадостная реальность их дома.

— Но…

Девушка запнулась, сомкнув губы.

— Говори прямо, если есть что сказать.

Заметив колебание, Уитни мягко подбодрил её. Парша, мельком взглянув на него, набралась смелости и произнесла: — ...думаю, мы можем продержаться около года.

— На каком основании?

Глаза девушки дрогнули.

— Помолвка с леди Мередией… она же официальна?

Уитни ответил лишь загадочной улыбкой. Воодушевлённая, Парша продолжила: — Слухи об этом браке будоражат свет, но я изучала вопрос особенно пристально. Даже потратила все карманные деньги от дедушки на газеты.

— …так, ты нашла там упоминания обо мне?

— Да. Хотя болтливые журналисты твердят, будто леди Мередия отчаялась и вцепилась в графский дом, я уверена — между вами заключена сделка.

Она напоминала прилежную ученицу, уверенно отвечающая на вопрос учителя.

— Несколько дней назад, когда я проверяла документы по управлению поместьем, я обнаружила несколько подозрительных деталей. Во-первых горничные, что внезапно ушли на больничный, а также записи распреда, в котором упоминалось подача закусок для гостя. Однако спм журнал посещения оставался идеально чистым.

— Хм…

— Уже по этому я могу примерно предположить, кто посетил поместье в тот день

Закончив своё объяснение, Парша сверкнула глазами и украдкой посмотрела на Уитни, словно ожидая похвалы: «Не зря я выбрал тебя».

Однако Уитни хранил молчание. Когда же в глазах девушки мелькнуло недоумение—

— Я и сам не прочь полистать газету. — Наклонив голову, тихо произнес Уитни. — Но упоминали ли там когда-нибудь моё имя?

— …!

Парша дёрнулась. Притворившись, будто не заметил реакции, Уитни продолжил: — Впрочем, всё сказанное тобой — правда.

Её улыбка оставалась любезной, но воздух в кабинете внезапно стал ледяным.

— Твоя проницательность достойна восхищения.

Температура не изменилась, но Парше, застывшей под этим леденящим взглядом, казалось иначе.

— Если твой прогноз верен и у нас есть год — что предложишь?

— Э-э?

Вынырнув из оцепенения, девушка собралась с духом, услышав мягкий голос.

— Сможем ли мы стабилизировать финансы семьи?

Ответ последовал мгновенно: — Приложу все силы.

— Именно этого ответа я и ждал.

Удовлетворённая улыбка Уитни растопила напряжение, вернув комнате обычную атмосферу.

— Что ж, мне нужно заняться другими делами, так что позволь откланяться.

Пока Парша переводила дыхание, Уитни внезапно, будто о чём-то вспомнив, обернулся на пороге.

— Ах, да. Предоставляю тебе полную свободу действий в финансовых вопросах. Действуй как пожелаешь нужным — отчётов не требую.

Уже прикрывая дверь, он слегка склонил голову и добавил приглушённо: — С нетерпением жду сотрудничества, главный дворецкий Парша.

Когда дверь закрылась, в кабинете воцарилась тишина.

"У меня были кое-какие подозрения..."

Некоторое время Парша сидела в оцепенении, её лицо постепенно искажалось смесью изумления и растерянности.

"Он уже обо всем догадался."

Пусть её интеллект считался одним из выдающихся в империи, истинный её дар заключался в «Проницательности» — способности, требующей чудовищных затрат маны, чтобы вычленить суть явления или предугадать грядущие события.

"Дедушка проболтался? Нет, даже он не до конца понимает мои способности."

Этот дар не был простым умением. Рождённая с благословением Света, она принадлежала к тем людям, кого императорская семья десятилетиями разыскивала по всему континенту.

Чтобы не привлекать внимание Императора, которому она не собиралась служить, Парша никогда и никому не раскрывала свой секрет.

Но Уитни раскрыл тайну за сутки знакомства.

"Подумать только... и всё из-за дурной привычки..."

Она всегда бросала в разговор готовые выводы, лишь потом нехотя подкрепляя их псевдообоснованиями. Прежние собеседники слепо доверяли точности её суждений, не вникая в логику.

Однако Уитни не только заметил этот изъян — он открыто признал существование «Проницательности», словно разгадывал детскую головоломку.

— Ха-ха...

Впервые за жизнь Парша ощутила, как её тело дрожит от восторга, будто она, мастер шахмат, вдруг оказалась в роли пешки на чужой доске.

— Удивительно... правда удивительно...

В отличие от других, которые смотрели на Уитни и дрожали от страха или ужаса — Парша дрожала от восторга.

"Тогда и этот финансовый хаос..."

Её взгляд скользнул по бумагам. Кажущийся беспорядок в отчетах Лингардов начал обретать черты скрытой закономерности. Бесполезные на первый взгляд инвестиции, убыточные предприятия — всё это оказалось звеньями одной цепи.

"Какой же грандиозный замысел он вынашивает?"

На мгновение восторг в глазах Парши померк, уступив место легкой тревоге.

"Справлюсь ли я?"

Если её догадка верна, план Уитни простирался дальше спасения дома Лингардов.

Как только его грандиозный план будет завершён, он не просто потрясёт страну — он может разрушить всю структуру империи, чего не случалось веками.

— Нет… я должна справиться. Просто обязана.

Миг сомнений рассеялся, и взгляд заострился решимостью.

— Он доверяет мне настолько, хотя я ещё ничего не совершила…

В мире, где статус значил больше таланта, подобное доверие к юной неопытной девушке было неслыханной вольностью.

Парша хорошо это знала, так как сама была свидетельницей того, что пережил её дедушка. Тот десятилетиями пробивал путь через сословные предрассудки.

Но сейчас это не имело значения.

"Стать правой рукой Повелителя Демонов… что может быть увлекательнее?"

Пугающая аура вокруг Уитни, от которого у обычного человека по спине побежали бы мурашки, для такой девушки, как Парша, было безграничным источником мотивации.

— Начнём со скупки акций Левертайнских рудников.

С того дня весь оставшийся бюджет поместья Лингардов был направлен на реализацию «великого плана» Уитни.

"Раз мне доверили полномочия — не стану докучать мелочными отчётами."

Конечно, если бы Уитни, который никогда не разрабатывал столь грандиозный план, узнал об этом, он, пожалуй, сошёл бы с ума от ярости и рухнул в обморок.

*****

— Фух…

Спешно покинув кабинет под благовидным предлогом, я устало опёрся о стену.

"Неужели моё имя уже треплют в газетах?"

Стыд сжигал лицо. Я едва сдержался, чтобы не выдать эмоций перед Паршой.

Публичность всегда была мне в тягость, а нынешняя известность и вовсе обрушилась как лавина.

Но назад дороги нет — раз заключил союз с Мередией, придётся принять это как судьбу.

"Тем не менее, теперь, когда я доверил финансы Парше, я чувствую будто гору с плеч снял."

Я боялся, что даже она опустит руки, но помолвка выиграла время, а её уверенность вселила надежду.

Теперь всё, что оставалось — это довериться ей полностью.

Поскольку я никогда раньше не управлял финансами — не говоря уже о том, чтобы делать инвестиции — любое вмешательство лишь обнажило бы мою некомпетентность.

Будь сейчас со мной отец, наверняка устроил бы разнос.

Но раз уж я расхлёбываю его наследственный бардак — морального права критиковать он лишён.

— Пожалуй, в знак верности семье стоит прихватить гроссбухи и сбежать... — Альфред бормотал что-то подобное, перебирая документы с мрачным видом.

Но я решил, что он просто снова ворчит из-за Парши, и не стал обращать на него внимания.

"Она ведь справится, да?"

По правде говоря, как заметил Альфред, юный возраст Парши вызывал лёгкое беспокойство.

Но вспомнив, как она вдохнула жизнь в руины активов Мередии — увеличив её активы в десятки, если не в сотни раз, я не сомневался, что она сможет сделать это снова.

"К слову, если подумать... откуда у столь юной особы такая проницательность?"

В памяти всплыло описание Парши из игрового лора:

[Гениальный дворецкий, достигший высокого поста в юном возрасте. Обладает феноменальной интуицией, но избегает похвал.]

Даже в предыстории, где большинство персонажей были подробно описаны, некоторые моменты — например, предыстория Парши — были удручающе туманными.

Разработчики оставили её прошлое загадкой — как и природу драгоценных глаз Мередии или таинственные способности Императора.

Я предположил, что это сюжетные моменты, которые должны были раскрыться в грядущем дополнении, и разработчики намеренно не вдавались в подробности, чтобы избежать спойлеров... но, к сожалению, я не успел до него дожить.

Тревожная неопределённость глодала нутро, но текущие проблемы требовали внимания.

"Церемония помолвки принца… через месяц, кажется?"

Времени ещё достаточно.

Отдохну пару дней, наберусь сил — затем можно будет завербовать Бергена. С его военной хваткой и сетью осведомителей схема станет непробиваемой.

Неожиданно грудь распёрла уверенность.

— М-молодой господин!

— Хм?

Я обернулся на дрожащий зов, застав Сашу в коридоре. Горничная протянула мне конверт, дрожащими руками.

— В-вам п-письмо…

Она казалась такой жизнерадостной при встрече с Паршой — вероятно, из-за общего возраста и схожести имён. Что же теперь ввергло её в этот трепет?

— Саша, необязательно доставлять письма лично. Можешь оставлять их в кабинете...

— Я-я знаю... но печать... она невероятно сложной работы...

Взгляд скользнул по конверту — и всё встало на места.

"Видать, прислали приглашение."

На письме красовалась личная эмблема имперского принца.

— Что ж, спаси—

Поскольку я уже согласился на участие в мероприятии по договору с Мередией, я без раздумий принял приглашение. Но едва прочитал первые строки в письме, как тут же рефлекторно зажмурился.

{Уитни Лингард. Кто вы такой, что леди Мередия столь рьяно выпрашивала вам приглашение?}

Помимо язвительного послания от принца, внизу значилось:

{Впрочем, увидимся на церемонии помолвки — через три дня!}

"Через три дня?"

Сроки помолвки внезапно сдвинулись куда раньше ожидаемого срока.

*****

В тот же час, в самом роскошном — и самом секретном — зале имперской цитадели...

— Это вся информация?

— Да, Ваше Величество.

Владыка империи, восседающий на нефритовом троне, лениво перелистывал досье.

— Т-тени сделали всё возможное, но... кроме катастрофического состояния финансов его семьи... биография его поразительно заурядна...

— Тем интереснее увидеть его воочию.

— В-ваше Величество?! Вы всерьёз...

На коленях перед троном дрожал информатор. Император же, не удостоив его взгляда, рассматривал портрет юноши с лукаво прищуренными глазами.

— Будь так добр, передать принцу...

Пальцы Императора замерли на портрете парня.

— ...что я лично явлюсь на эту помолвку.

----------

Помолвка

Время шло, и наступило утро церемонии помолвки.

— Ха-а-а-а-а…

Погода стояла необычайно ясная, даже по сравнению с предыдущими днями.

Однако, проведя несколько ночей в кабинете без сна, я лишь тяжело вздохнул, ощущая гнетущую усталость.

— Всё пропало...

Церемония приближалась куда стремительнее, чем я ожидал, оставив мне ничтожно мало времени на подготовку.

Конечно, зная сюжет оригинальной игры, можно было бы спросить: «О чем тут переживать?»

Но пролог «Black Tail Fantasy 3» развивается по-разному в зависимости от выбранного сценария и персонажа.

Поэтому мне нужно было хотя бы заручиться поддержкой Бергена, моего информатора, и, опираясь на его данные, согласовать детальный план с Паршей.

В отличие от Парши, которая, казалось, прониклась ко мне симпатией — то ли из-за Альфреда, то ли из-за щедрого жалованья — Бергена было не так просто заполучить, просто зная его местонахождение.

Его обстоятельства оказались слишком сложными, и с оставшимся временем действовать было невозможно.

Так я и погрузился в пролог, полный неизвестности и непредсказуемых переменных, без малейшей опоры в виде достоверных сведений.

"Может, притвориться больным и отказаться от участия?..."

Это даже не было бы ложью — у меня голова раскалывалась от недосыпа, а тело будто окаменело.

Но стоило мне произнести эти слова — помолвка бы расторгнулась, и моя семья, как предупреждала Парша, окажется на грани разорения.

~Бам-бам!—

— Молодой господин, карета гото— Ик!

Я сидел за столом, сжимая голову в ладонях, когда Саша распахнула дверь кабинета.

Увидев мое жалкое состояние, она ахнула и тут же захлопнула дверь.

— …проходи.

Попытки сохранить достоинство казались бессмысленными, потому я спокойно позвал её обратно.

— Я-я ничего не видела…

Впрочем, мне нужно было обсудить с ней кое-что важное.

— Саша, ты сблизилась с Паршей?

— О, да! — Лицо девушки впервые за долгое время озарилось радостью. — Сначала я боялась, что она слишком умная, но мы отлично ладим. Хе-хе…

Что ж, она была еще юна, и ее восторг от дружбы с ровесницей понятен.

— Тогда, я хотел бы попросить тебя об одолжении…

— Ах!

Казалось, она идеально подходила для этой роли.

— Оставайся рядом с Паршей и поддерживай с ней хорошие отношения.

— О, если только это…!

— И если заметишь что-то странное в её поведение, то сразу же предупреди меня.

— Что? — Облегчение в ее глазах сменилось напряжением.

— Она талантливый человек. А потому будет большой потерей, если она передумает у нас работать. Согласна?

— А…

— В таком случае мне придется действовать самому.

Я сомневался, справится ли с подобной задачей робкая Саша, но я отчаянно нуждался в её помощи, чтобы удержать Паршу.

Пока что та, казалось, была довольна своей работой, но было ещё слишком рано говорить, что она полностью мне доверяет.

Если она проявит себя в будущем, то сможет получить предложения с более выгодными условиями в других местах — даже если это не будет связанно с Мередией.

И если она захочет уйти, я должен быть готов к переговорам о жалованье.

"Даже если придется затянуть пояс — я обязан оставить её под своим началом."

Деньги имели власть и в прошлой жизни, и в нынешней.

— П-подруга…

— …...?

Ее поведение вдруг стало странным.

— Она… моя первая подруга за всю жизнь…

Она прошептала это со слезами на глазах, и мне показалось, будто я заставляю её совершить нечто жестокое.

Я ведь не отправлял ее шпионить во вражеское государство — просто просил присматривать за подругой и сообщать, когда настанет время переговоров о контракте.

— Ты не хочешь этого делать?

Несмотря на легкий дискомфорт, я, как добропорядочный начальник, уважающий мнение подчинённых, тихо задал вопрос.

— …я …я приложу все усилия.

С крепко зажмуренными глазами Саша наконец выдавила из себя неохотное согласие.

— Как и ожидалось от моей ближайшей помощницы, Саши. На тебя можно положиться.

— И-ик…

Даже произнеся это сама, она дрожала, словно осиновый лист, и выскользнула из комнаты, всё так же не решаясь открыть глаза.

Неисправимо робкая личность — что с нее взять.

"Ладно, пора идти…"

Я на мгновение застыл в кресле, горько усмехнувшись.

Только собрался подняться, ощущая тяжесть приближающейся церемонии, как вдруг…

— Э-эм...

— М-м?

Саша, уже покинувшая кабинет, неожиданно приоткрыла дверь и прошептала дрожащим голосом: — Я… кое-что подозрительное заметила…

— Что?

Я растерянно моргнул. Её лицо было бледнее обычного.

— Фух… слава богам…

— Парша?

За спиной Саши в комнату, шатаясь, вошла Парша.

Я невольно расширил глаза от шока.

— Я случаем… не опоздала?

— Что с тобой случилось?

Еще пару дней назад она была в полном порядке, но сейчас её лицо осунулось, а слабая улыбка казалась вымученной.

— Перерасходовала ману из-за нехватки материалов для анализа…

— Ты что, вообще—

— А, но не это сейчас важно.

Я вскочил в тревоге. Увидь её в таком состоянии Альфред — у него наверняка тронет инфаркт.

Но прежде чем я успел что-то добавить, глаза Парши внезапно заблестели, и она протянула мне какой-то предмет.

— Возьмите.

— Это…

Я замер, уставившись на мерцающий предмет в её ладони.

— Он вам понадобится.

— Ах.

С этими словами она с удовлетворённой улыбкой рухнула назад.

Едва успев подхватить её, я обернулся к стоящей рядом Саше.

— …Саша, это—

— У-у П-Парши, наверное, простуда! П-правда же?

— Ха-ха…

Казалось, что в особняке вот-вот распространится еще один странный слух. Однако, поскольку церемония помолвки была не за горами, времени разбираться с последствиями не было.

*****

Спустя несколько часов.

— …кажется, я кого-то недооценила.

Леди Меридия вышла из кареты с гербом герцогства Эмбегрин, холодно бросая фразы по пути в бальный зал, где должна была состояться помолвка принца.

— Это леди Меридия?

— Даже в такой день без свиты? Непревзойдённая, как всегда.

Молодые аристократки, шедшие под руку с кавалерами, бросали в её сторону любопытные взгляды.

Хотя формальности она отвергла давно, сегодня — исключительно ради плана — намеревалась их соблюсти.

— Это пробелы в воспитании или обыкновенная грубость?

Уитни, который должен был ждать её у входа, и след простыл. Но сейчас её это уже не волновало.

— Миледи…

— Не превышай полномочий. Просто найди его.

— …слушаюсь.

Пожилой дворецкий, приведённый ею для соблюдения формальностей, поспешил предложить руку как сопровождающий. Однако, услышав ледяной приказ Мередии, он покорно склонил голову и растворился в толпе.

— К слову, пора бы сменить этого дворецкого… — Пробормотав недовольно, Мередия направилась к бальному залу — и вдруг замерла на месте.

— Невероятно! Вундеркинд меча вернулась!

— Вы льстите мне.

"Что?..."

Её взгляд зацепился за сцену, которую она никак не ожидала увидеть.

В окружении гостей стояла Руниэль — та самая, что ещё несколько дней назад была лишь горничной при Уитни.

— Лесть? Я уже испытал ваше мастерство на себе. Излишняя скромность вас не украшает.

— …благодарю.

Поскольку Руниэль лишили дворянского титула, у неё был только один способ попасть на это мероприятие — сопровождать дворянина, получившего приглашение.

Поскольку присутствие горничной в зале, полном аристократов — являлась вопиющей дерзостью.

Разумеется, будь она официально оформлена как горничная, это другое дело. Но тогда откуда на ней столь дорогое платье?

Значит… Уитни вошёл сюда с Руниэль вместо неё?

Но гневаться на это у Мередии не оставалось времени.

— Ха-ха, но Ваше Высочество, ваше мастерство владения мечом тоже достойно восхищения!

— Правда? Ха-ха-ха!

— Вы даже заняли второе место на турнире, а ваши поединки с леди Руниэль, где искры от мечей взлетали к потолку, был незабываем!

— Что вы, в самом деле. Я лишь пользовался базовыми техниками. Кхм~

По-настоящему её внимание привлекло не только присутствие Руниэль, но и люди, с которыми она разговаривала.

Среди них был принц — виновник сегодняшней помолвки — и её собственный брат, Майер Эмбегрин.

Оба — те, кого она ненавидела каждой клеткой тела, и кого меньше всего желала видеть.

Мередия сморщилась и отвернулась.

— Ну-ну, кого я вижу.

В этот момент насмешливый голос заставил её замереть.

— Уже начал сомневаться, но неужели это леди Мередия?

Теперь все взгляды, до этого устремлённые на Руниэль, обратились к ней.

— Раньше вы клялись, что не желаете видеть даже волоска с моей головы. Что изменилось?

— ……

— Ха-ха, моя сестра всегда была мастерицей прятать чувства.

Принц и Майер ухмылялись во весь рот, а раздражение Мередии клокотало, словно лава.

— Если бы ты только отбросила свою гордость и сделала принцу предложение раньше, то уже давно бы обеспечила себе место наследника.

— Господин Майер, вы забываете о моём мнении.

— Ах, простите. Но опять же, даже будучи моей сестрой, я сомневаюсь, что ты была бы хорошей парой принцу.

Атмосфера натянулась, будто струна, но двое продолжали монолог, словно отрепетированный спектакль.

— Интересно, найдётся ли во всей империи мужчина, способный вытерпеть мою сестру?

Майер язвительно добавил вполголоса: — Впрочем, радуйся, если супруг не сбежит в первую брачную ночь.

Его усмешка стала шире, когда он бросил Мередии издевательский взгляд.

— Леди Мередия, при текущих обстоятельствах вам стоит отказаться от своих притязаний на меня.

Словно подсыпая соль на рану, следующая фраза принца окончательно истончила её терпение.

— В конце концов, моё сердце уже занято.

— Вам бы стоило тщательнее подбирать слова.

— Ха! Такая чрезмерная реакция лишь усиливает подозрения.

Терпение Мередии лопнуло, и её голос зазвучал ледяной сталью. Но принц лишь рассмеялся, отмахнувшись.

— Какой острый язычок.

— Ты и впрямь позоришь нашу семью, сестра.

Майер шагнул вперёд, произнося слова с леденящим презрением.

Мередия сжала кулаки так, что костяшки побелели.

— Скоро эта семья станет моей — какая разница?

— Разумеется. Но тогда тебе придётся делить и тело, и власть с тем, кого не любишь.

Майер, невозмутимый, источал холод, равный её собственному.

— Почему бы не пасть на колени перед принцем сейчас же и не взмолиться? Честно говоря, роль жены принца подошла бы тебе куда больше, чем главы семьи.

— Заткни свою—!

Напряжение сгустилось, словно предгрозовая туча.

И тогда—

~Шшш…—

Внезапная волна жуткой ауры прокатилась от входа в бальный зал, окутав всех присутствующих с головой.

— Угх—

— Что за…?

В отличие от убийственной ауры Мередии, эта аура была иного порядка.

Принц и Майер рефлекторно схватились за рукоятки мечей, не вынимая их из ножен.

— Прошу прощения, что прерываю столь благородную беседу.

Молодой человек, будто не замечая гнетущей атмосферы, приблизился с беззаботной улыбкой.

— Дама, которую я сопровождаю, находится среди вас.

— С какой стати ты смеешь—

Майер, сверкнув глазами, уже готов был преградить путь.

— У-Уитни?!

Но принц, на лбу которого выступил холодный пот, опередил его.

— Вы должны были ждать в бальном зале. Что вы здесь делаете?

Принц славился тем, что не запоминал имён даже высшей знати.

И то, что он узнал кого-то с первого взгляда—

Майер и остальные застыли в немом оцепенении.

— Ха-ха. Я же сказал, Ваше Высочество.

Но главный удар нанёс сам Уитни, сократив дистанцию до них.

— Я здесь, чтобы сопровождать леди Мередию.

— Уитни, ты—

Оказавшись в эпицентре бури, Мередия, непривычно застывшая, не смогла скрыть своего удивления, когда повернулась к своему предполагаемому партнёру.

— Я сильно опоздал, не так ли, миледи?

С донельзя знакомой усмешкой Уитни помахал ей рукой.

"Главное — не дать леди Мередии взорваться здесь и сейчас…!"

На деле самым нервным в зале был именно он.

----------

Церемония помолвки II

Несмотря на то, что я прибыл на церемонию помолвки заранее, чтобы собрать информацию, все мои усилия оказались тщетными.

Мне пришлось провести унылые часы в обществе принца, который внезапно начал вести себя подчеркнуто фамильярно и затащил меня в бальный зал.

И когда он ненадолго вышел подышать воздухом, дав мне передохнуть, я никак не ожидал, что ситуация обернется подобным образом.

Если бы не зов пожилого дворецкого Мередии, который чем-то напоминал Альфреда, мне, возможно, пришлось бы столкнуться с Мередией в качестве босса-пролога.

— Сэр Уитни, я не совсем понимаю ваши слова.

Едва я перевел дух, предотвратив взрыв «бомбы» прямо у себя перед глазами, как услышал в ушах смущенный голос принца.

— Разве вашей спутницей не была Руниэль?

Несмотря на мои возражения, он почему-то велел служанкам нарядить Руниэль в дополнительное платье, назвав это подарком.

Судя по ситуации, он, похоже, не догадался о моих тайных сделках с Мередией, так почему же он проявляет ко мне такой повышенный интерес в последние несколько дней?

— Ваше Высочество, вы, должно быть, что-то неправильно поняли.

— Неправильно понял?

— Леди Руниэль — не моя спутница. Она сопровождает меня как слуга.

Хотя у меня и были свои вопросы, сейчас важнее было поскорее внести ясность — особенно для Мередии, чье лицо вновь омрачилось.

— Но тогда почему ваша мана и мана Руниэль резонируют друг с другом?

— А-ха-ха… это потому, что леди Руниэль принесла мне клятву рыцаря.

— Н-неужели?

На мгновение принц застыл с пустым взглядом, но затем смущенно улыбнулся и рассмеялся.

— А я-то думал, что вы двое возлюбленные. Ха-ха!

Он что, думает, что я такой же бабник, как и он?

Из всех возможных недопониманий — это самое катастрофическое.

— Что ж, человеку столь популярному, как Ваше Высочество, такое предположение может показаться естественным.

— Ха-ха-ха… стоп. Что?

Я машинально льстил принцу, внутренне насмехаясь, но, заметив, как его улыбка дрогнула, тут же сомкнул губы.

Теперь, оглядываясь назад, мои слова звучали крайне неуважительно — особенно в адрес того, кому предстояло обручиться, да еще и принца.

"Если подумать... то сама эта ситуация весьма опасна."

Хоть я и предотвратил превращение леди Мередии в «бомбу», сейчас я стоял перед двумя высокопоставленными дворянами — принцем и старшим сыном герцога — без тени страха.

Как старший сын обедневшего графского рода, мне не стоило вмешиваться в такие дела.

Даже если присутствие Мередии накалило обстановку, эти двое могли запросто избавиться от такого незначительного человека, как я.

— У вас поистине наглый стиль общения.

Как и ожидалось, Майер, смотревший на меня с нескрываемым презрением, начал осыпать меня ледяными упреками.

— Говорят, птицы одного полета сбиваются в стаи. У моей сестры и вправду нет вкуса к людям.

В этот момент единственным спасением было бы кланяться и молить о прощении, пока не сотрутся руки и ноги.

— Ты так жаждешь стать главой семьи, что готова отдаться первому встречному проходимцу?

Однако, когда Майер бросил на леди Мередию взгляд, полный отвращения, и выпалил эту чудовищную фразу, мои губы заговорили раньше чем я успел обдумать мысль.

— По крайней мере, у леди нет записей о разводе.

Разумеется, единственным человеком с таким «послужным списком» здесь был сам Майер, и я тут же пожалел о сказанном.

Но почему-то на душе стало легче.

— Что ты сейчас сказал…?

— Кхм~

Теперь, когда Майер обратил всю свою ярость на меня вместо Мередии, а принц всё еще хмурился, оставалось лишь гадать, как выбраться живым.

— Ну что вы все так напряглись в такой прекрасный вечер?

Прежде чем я успел запаниковать, принц вдруг громко рассмеялся, хлопнул меня по плечу и лучезарно улыбнулся, мгновенно разрядив обстановку.

— Видимо, господин Уитни просто оговорился от волнения.

Затем, словно подчеркивая свои слова, он подмигнул мне, создавая у окружающих впечатление, будто мы с ним — закадычные друзья.

— На сей раз я закрою глаза. Но впредь следи за языком.

— …благодарю?

Неужели это тот самый принц, который когда-то втащил дворянку в свои покои, словно уличную девку, и это попало на первые полосы газет?

Даже я, стремившийся лишь поскорее увести Мередию подальше, теперь заинтересовался его истинными мотивами.

— Итак, сэр Майер, не вернуться ли нам в бальный зал? Там ждет изысканное вино.

— …тц.

Не дав мне разобраться в сомнениях, принц буквально подтолкнул Майера, всё еще излучавшего неприязнь, к бальному залу.

— Поможете развязать?

— …что?

Пока я растерянно наблюдал за их уходом, из осторожно рассеивающейся толпы донесся тихий голос.

Молчавшая до сих пор Руниэль внимательно смотрела на меня.

— Платья мешают размахивать мечом, поэтому я не ношу их.

— Стой. Ты же не собираешься снимать его здесь?

— Помогите снять шнуровку сзади. Я переоденусь и верну её принцу. Хотя, если прикажете, останусь в нем.

Хотя она и сказала это, по её напряжённому лицу было ясно, насколько сильно ей некомфортно.

Вздохнув, я подошёл к ней сзади, чтобы помочь развязать платье.

~Ррраз!—

— Ой!

Звук рвущейся ткани прорезал воздух.

— Ой-ой, неловко вышло.

— Леди Мередия?

Не успев опомниться, я увидел, как она резким движением дёрнула за шнуровку платья Руниэль, превратив его в лоскутья.

Стряхнув с рук невидимую пыль, она произнесла беспечно: — Как вульгарно.

Уитни, замерший в шоке перед остатками платья стоимостью в несколько десятков тысяч, вдруг ахнул, заметив обнажённую спину Руниэль.

Сорвав с себя пальто, он накинул его на неё.

— Всё в порядке. На тренировках у меня часто одежда рвётся...

— Среди собратьев-рыцарей — да. Но здесь множество глаз.

— Разве?

— …тц.

Мередия, наблюдавшая за этой сценой искоса, вдруг нахмурилась: — И тебя это ничуть не задело?

— …?

— Не к тебе обращаюсь. Я говорю с твоим рыцарем, давшим клятву. Как можно сохранять спокойствие после того, как тебя унизили этим шутовским нарядом?

Услышав эти слова, Руниэль, которая нервно оглядывала собравшуюся толпу, перевела взгляд на Мередию и ответила спокойным голосом.

— Простой предмет одежды не меняет сути моей личности как рыцаря господина Уитни.

— Хах...

— Да и не принято мне обращать внимание на грубости тех, кто слабее.

Будь принц здесь, эти слова сочли бы оскорблением в его сторону.

Мередия, сверлившая её взглядом, горько усмехнулась, и опустила голову: — Понятно. Я, должно быть, слишком мелочна.

— ……

— Нет, скорее глупа — позволила словам ничтожеств ранить себя.

Она долго молчала, затем прошептала непривычно тихо: — Вы тоже так считаете, не так ли…

Подняв голову, чтобы закончить вопрос, обнаружила, что Уитни и Руниэль уже исчезли.

— …да, спрашивать излишне.

На мгновение остолбенев, она бессмысленно огляделась вокруг, затем горько усмехнулась и повернулась к выходу.

— Зря я вообще сюда пришла…

— Ой, да что вы такое говорите?

— …!

Не успела она сделать шаг, как Уитни внезапно наклонился к ней сзади, заговорив привычно игривым тоном.

— Разве вы не собирались помочь своему рыцарю?

— Последуй я за ней в женскую гардеробную, меня бы тут же вышвырнули. Да и вас одного я бы не оставил.

Мередия бросила на него косой взгляд, пока он отвечал с обычной бесстыжей ухмылкой, затем резко развернулась и зашагала к дверям бального зала.

— Если уж вы такой галантный, стоило изначально сопровождать меня как положено.

— Эх, если бы Его Высочество не прилип тогда ко мне, изображая закадычного друга...

— И вы хотите, чтобы я в это поверила?

— Верить не обязаны, но вы сами всё видели.

Она на миг замерла, изучая его сомневающимся взглядом, но Уитни лишь беззаботно пожал плечами.

— Что вообще связывает вас с принцем?

— Не поймите превратно. Мне нравятся женщины — особенно вы, леди Мередия.

— …лучше я просто замолчу.

Обычно она отчитала бы его за наглость, но сейчас лишь устало пробормотала и вновь зашагала.

Уитни, следовавший за ней с недоумённым видом, вдруг нарушил молчание: — Или вам не понравилось, что я трогал спину Руниэль, леди Мередия?

Он игриво подмигнул, пытаясь разрядить обстановку, но…

— ……

Вместо привычного колючего взгляда, Мередия медленно повернула голову и просто уставилась на него.

— Э-э… вы же поняли, что это шутка?

Уитни, уловив перемену в её настроении, занервничал и стал изучать её лицо.

Но она молчала, погружённая в мысли.

"Ревность?..."

При её характере такая реакция была бы логичной, но дело явно было не в банальной обидчивости.

Даже она сама до конца не понимала, что двигало ею в тот момент.

"Неужели я вообще способна на подобное?"

Это правда, что она была возмущена оскорблениями принца и Майера, но ещё больше её раздражало внезапное чувство разочарования.

Вряд ли из-за того, что Уитни коснулся спины Руниэль — слишком уж это было примитивно.

Но то, что раздражение выплеснулось именно на него, было фактом.

— Значит, леди наконец прониклась моими искренними чувствами?

— ……

— А, видимо, риск вмешаться всё же стоил того…

— У вас талант выводить людей из себя.

Мгновение поразмыслив над ситуацией, Мередия раздражённо прищурилась, когда Уитни, подглядывавший за ней из-за спины, снова начал нести чушь.

— Я пошутил. Или вам просто настолько противен принц?

— Если уж поняли это, тогда хотя бы сопровождайте меня как подобает.

Она не впервые действовала импульсивно под влиянием эмоций, потому списала всё на очередную досадную мелочь, вызванную раздражающим деловым партнёром.

— Конечно. Пройдём в бальный зал?

Словно угадав её мысли, Уитни на миг замешкался, затем внезапно взял её за руку, озарившись лучезарной улыбкой.

— Я не разрешала держать меня за руку.

— Упс! Тогда как же иначе сопровождать вас?

Бровь Мередии дёрнулась, и она тут же щипнула его за ладонь, заставив Уитни ворчливо вздохнуть.

— Раз уж мы помолвлены, такие вольности допустимы, не так ли?

— Не тешьте себя иллюзиями. Я до сих пор не доверяю вам полностью.

— Как жестоко...

— Если так, объясните, почему тот глупец внезапно стал оказывать вам несвойственные знаки внимания?

— Для меня это тоже загадка.

— Не сомневаюсь.

Её колкий вопрос заставил Уитни задумчиво почесать затылок, после чего он опустил руку с легкой тенью досады на лице.

— …забудьте.

— Что?

В этот момент Мередия, пристально наблюдавшая за ним, протянула руку и мягко сжала его пальцы, шагая вперёд.

— Спасибо за то, что сделали тогда.

Пока она произносила это, глядя прямо перед собой, на лице Уитни вновь расцвела привычная подозрительная улыбка.

— И уберите эту ухмылку, пока я не скрутила вам губы.

— Ха-ха…

Мередия пробормотала с лёгкой угрозой, раздражённая его бесстыдством, но на сей раз её досада была не совсем искренней.

По крайней мере, та улыбка, что он демонстрировал перед принцем и Майером, не вызывала у неё особого раздражения.

Нет, если точнее…

— Ах да, помимо прочего, у меня вопрос.

— …?

Они вошли в бальный зал, где на них тут же обрушились десятки взглядов, но она всё ещё пребывала в раздумьях.

Но как только она услышала внезапно ставший серьёзным голос Уитни, она повернула к нему голову.

— Вы видели кого-нибудь из перспективных кандидатов?

— Кого?

— Сегодня должны были быть приглашены лучшие участники Имперского отборочного турнира для новичков. Я хотя бы хотел увидеть их лица, но никого не заметил.

— Не знаю, откуда у вас эти сведения, но оставьте затею.

Когда она равнодушно ответила, улыбка Уитни неожиданно дрогнула.

— …почему?

— Повторный турнир назначен через неделю.

Мередия, не обращая внимания на устремлённые на них взгляды, парировала их ледяным взором.

— Я слышал, что во время судейства была обнаружена нечестная игра. Это секретная информация, поэтому официально об этом ещё не объявили. Но почему вы спраши— А?

Заметив странность в его реакции, Мередия обернулась и на миг застыла.

— Этого... не должно было случиться.

В тусклом свете люстр Уитни бормотал себе под нос, впервые с момента их знакомства без тени улыбки.

***

С момента нашего прихода в зал прошли часы, и вот-вот должна появиться невеста принца.

— Ха-а-а-а-а…

Естественно, атмосфера церемонии помолвки достигла своего апогея, и люди готовились к танцам в приподнятом настроении.

"И что мне прикажете делать?"

Но в отличие от других, я не мог разделить их радость — только я знал, что грядёт.

"Главные герои не пришли?..."

Лишь сейчас до меня дошло: те, кто должен предотвратить надвигающуюся трагедию — так называемые игровые персонажи, талантливые новички — отсутствовали.

"Всё рушится..."

Если подумать, сценарий уже изменился с тех пор, как я выжил, — событие, которое изначально привело Мередию на путь становления настоящей злодейкой.

Но чтобы церемония помолвки была перенесена, а отборочный турнир для новичков был омрачён скандалом из-за мошенничества…

Это не могло быть последствием моего выживания.

"…неужели?"

Оставалось одно объяснение: моя нынешняя ситуация связана с тем дополнением, что я не успел застать в прошлой жизни.

Но что делать теперь?

Если события оригинальной истории — моё единственное преимущество — будут непредсказуемо меняться, смогу ли я вообще выжить в этом мире?

— Твоя мерзкая ухмылка и так раздражала, а теперь ты ещё и вздыхаешь без конца.

— ……

Пока я задумчиво покусывал губы, до меня донёсся резкий голос Мередии.

— Что, чёрт возьми, происходит…

— Леди Мередия.

Её голос по-прежнему был холодным и настороженным, но по сравнению с предыдущим разом казался чуть менее резким.

Я посмотрел на неё и, сделав глубокий вдох, выпалил: — Желание, которое я потребовал ранее — могу ли я воспользоваться им сейчас?

Переведя дыхание, я сделаь предложение, о котором ещё несколько дней назад даже не подумалбы.

— Сейчас?

— Да, но ничего особенного…

Честно говоря, я не хотел идти на риск.

Но и наблюдать за тем, как невинные люди — включая Мередию — попадут в беду, тоже не мог.

— Просто создайте небольшую суматоху в зале через некоторое время.

— Ты спятил?

Похоже, сегодня мне придётся самому стать «игроком».

----------

Церемония помолвки III

— Леди Мередия, сейчас я говорю серьёзнее, чем когда-либо прежде.

"Неужели он и вправду сошёл с ума?"

Как раз перед началом церемонии помолвки, Мередия, только что выслушав просьбу Уитни устроить переполох в бальном зале, не смогла скрыть своего замешательства.

— Времени нет, да и вы мне не поверите, поэтому опущу подробности. Но если мы не парализуем зал — многие жизни окажутся под угрозой.

— Хах...

Несмотря на решительный отказ, застывший на лице Мередии, Уитни продолжал настаивать: — Потому умоляю — рискните помочь мне хотя бы раз. Клянусь, последствий для вас не будет.

В его глазах горела такая неподдельная серьёзность, что даже превосходила ту, что Мередия видела во время отравления на чаепитии или угроз в графском саду неделю назад. Её скептицизм на мгновение дал трещину.

— Но это же должно было стать условием для пустяковой просьбы!

— Я и сам не планировал использовать его сейчас. Хотел попросить о другом. — Он нервно провёл рукой по волосам, затем усмехнулся: — Но разве что-то может быть важнее жизней?

Его улыбка, едва тронувшая губы, контрастировала с мрачным взглядом, создавая зловещую ауру.

— Даже если так… на каком основании я должна рисковать? — Начала уже привыкающая к его выходкам Мередия, но…

— Раз не верите — придётся доказать наглядно.

— Ах!

Уитни резко выхватил бокал с подноса горничной, пытавшейся пройти мимо него.

— Э-это… — Запинаясь, та отпрянула.

— Разве не ваша обязанность подавать напитки гостям?

— П-прошу прощения! — Девушка поклонилась и поспешно ретировалась.

— Что ты затеял…

Начало вопроса Мередии замерло, когда её взгляд упал на бокал.

~Шшш…—

Струйка чёрного дыма поднялась от вина, реагирующего на белую магию Уитни.

— Теперь верите?

— …Кх.

— Миледи? — Он снисходительно смотрел на неё, ожидая признания правоты.

— Достаточно… убери это. — Мередия побледнела, едва сдерживая дрожь.

— А?...

Но было поздно — на тыльной стороне её правой руки, ещё мгновение назад чистой, теперь пылал жуткий ожог от тёмной магии.

"Не думал, что она может быть настолько уязвима к тёмной магии...’"

Зная, что уродливый шрам был причиной, по которой Мередия так сильно презирала тёмную магию, а также тайной, которую она больше всего хотела сохранить, Уитни сам помрачнел.

— ......

На мгновение между ними повисло неловкое молчание.

Внезапно Уитни достал из кармана платок с фамильным гербом, молча подошёл к Мередии и обернул его вокруг её руки.

— Говорят, нынче в моде среди леди носить на запястье платок «возлюбленного».

— …

— Мы, конечно, не в таких отношениях, но раз уж помолвлены… Ай!

Мередия, до этого застывшая словно статуя, резко оттолкнула его, едва услышав шутливый тон.

— Я просто пошутил…

— Так что же это была за тёмная магия только что? Если вы снова всё подстроили заранее, я вас не прощу.

Однако платок с руки она не сняла. Приняв привычную ледяную манеру, Мередия продолжила допрос.

— Во-первых, я — белый маг. Готовить тёмные ритуалы не могу. А во-вторых, если мои догадки верны — это ритуальное тёмное заклинание, призванное принести пьющего в жертву

— О чём вы? Если всё так — то кто-то бы обязательно…

Она окинула взглядом зал, но внезапно замолчала, будто её осенило.

— …пожалуй, вы не такой сумасшедший, как я думала.

Она только что осознала, что в бальном зале, полном самых влиятельных людей со всей империи, не было ни одного белого мага.

— Леди, многим ли было известно о моём присутствии сегодня?

— Вы не настолько значительная фигура. Вас буквально втолкнули сюда против воли, а потому не многим известно о вас.

— Именно.

Разумеется, кроме самого Уитни, стоявшего перед ней.

— Но еду и напитки для такого события обязаны проверять…

— В том-то и дело, леди.

Даже цепляясь к словам, Мередия замолчала, когда Уитни перебил её: — На этой церемонии помолвки находится наш враг.

Тишина повисла между ними.

— Прошу внимания!

В эту паузу ворвался голос канцлера.

— Прежде всего — благодарю всех за проявленный интерес к моей помолвке.

Когда Уитни, Мередия и гости обернулись к почётному ложу, принц театрально кашлянул, поднимая бокал.

— Верно, вы все жаждете узнать, кто моя невеста? Извините за ожидание, но разве не принято, чтобы главная героиня появлялась последней? Ха-ха!

Действительно, вторая «виновница» торжества так и не показалась гостям.

Публику куда больше интересовала личность будущей жены принца, чем его кривляния, утомлявшие всех своей напыщенностью.

— Без лишних слов — представляю её вашему вниманию!

По мере того как нарастало всеобщее предвкушение, принц театрально выпятил грудь и посмотрел на дверь комнаты ожидания позади себя.

— Моя невеста и будущая императрица — леди Хестия из рода виконтов!

— Хм?

Дверь, которая должна была распахнуться, осталась закрытой.

— Ваше Высочество…

Горничная выскользнула из-за кулис, что-то взволнованно прошептав принцу на ухо.

— А… хм. Я понял.

Выражение его лица стало немного неловким, когда он кивнул.

— Пока присмотри за ней. Как только ей станет лучше, сразу же сообщи мне.

— …слушаюсь.

Обратившись к гостям, принц выдавил беззаботную улыбку: — Прошу прощения! Кажется, моей невесте требуется ещё немного времени, чтобы собраться.

Однако собравшиеся уже не слушали оправданий.

Зал взорвался перешёптываниями.

— Дочь виконта? Будущая императрица?

— Погодите — леди Хестия? Разве она не та самая?...

То, что невестой принца оказалась всего лишь дочь виконта, уже стало потрясением.

Но настоящий переполох вызвал факт, что леди Хестия — была той самой женщиной, которую он недавно пытался силой увести в свои покои. Скандал, потрясший империю, ещё неделю красовался на первой полосе имперской газеты.

— Судя по вашим лицам, я догадываюсь, о чём вы все думаете. Но заверяю — на сей раз это недоразумение!

Даже обычно беспечный принц, почувствовав, как атмосфера в зале становится всё более ледяной, поспешил оправдаться.

— Причина моего ухаживания за леди Хестией… была крайне веской.

Разумеется, никакие оправдания уже не могли спасти провалившуюся церемонию.

— Несколько месяцев назад я получил тайное послание от Святого Ордена.

При упоминании Святого Ордена шепот в зале стих мгновенно.

— Леди Хестия удостоилась божественного откровения.

Тишину взорвали его слова, брошенные вполголоса: — Да. После столетий ожидания в этом мире наконец явилась Святая!

Исторически божественное знамение означало лишь одно — рождение избранной, способной творить чудеса.

— И теперь эта благословенная особа приняла моё предложение. Разве это не величайшее благо для империи?

Закончив речь ослепительной улыбкой, принц наблюдал, как зал преображается: ледяное молчание сменилось громовыми овациями.

— Хах. Теперь мы и вправду опоздали.

Уитни, до этого мрачно наблюдавший за происходящим, глубоко вздохнул и обернулся к Мередии.

— Леди, мне пора.

— Неужели вы думаете, что я выполню просьбу? — Едко спросила та, не отрывая взгляда от принца.

В ответ он лишь усмехнулся, словно находя забавным её сарказм, и сделал шаг назад: — Если вы не сделаете этого — я, наверное, умру здесь.

— Как будто такие слова меня…

— Выбор, разумеется, за вами.

— Эй, постой!

Когда он уже начал уходить, Мередия, нахмурившись, потянулась его остановить.

Но Уитни, чуть повернув голову, твёрдо произнёс.

— Какой бы выбор вы ни сделали — я не стану держать зла. Слушайте только своё сердце.

Её рука беспомощно замерла в воздухе, не успев коснуться его.

— Ах да… и не выбрасывайте платок.

Он мельком глянул на обёрнутое тканью запястье, добавив шёпотом: — Если я погибну — у вас хотя бы останется что-то на память.

С этими словами он растворился в толпе...

— ……

...снова оставив её одну.

***

— До последнего момента поступаешь, как тебе вздумается…

Мередия долго стояла, уставившись в пустоту, где исчез Уитни. Горько усмехнувшись, она окинула зал взглядом.

Как он и сказала, церемония помолвки действительно становилась подозрительной.

Отсутствие белых магов среди гостей можно было бы счесть случайностью, но теперь она заметила нечто странное — среди охраны, патрулирующей зал, тоже почти не было магов.

К тому же горничные, разносившие напитки, двигались с пугающей синхронностью, словно заводные куклы, без смены и передышки.

Если Уитни прав и здесь действительно зреет заговор, то под угрозой оказались не только жених с невестой, но и все присутствующие в зале.

— Значит, люди в опасности, а рисковать должна я?

Однако откровенно говоря, Мередии было плевать.

Она прекрасно помнила ледяные взгляды гостей, провожавшие её, когда она вошла сюда под руку с Уитни.

Ни причины, ни обязанности спасать этих людей у неё не имелось.

— Хах...

Разумеется, предложение Уитни нельзя было отвергть столь простой логикой.

Прямо сейчас они с Уитни состояли в политическом союзе, и каждый извлекал выгоду из другого.

"И все же об этом даже не стоит задумываться."

Это было бы правдой, если бы принятие его предложения дало ей явное преимущество.

Но одних лишь дерзких обещаний Уитни было недостаточно, чтобы оправдать срыв церемонии — шаг, чреватый для неё катастрофой.

Даже если он — её главная опора в борьбе за титул главы дома, эта ставка того не стоила.

"Лучше порвать с ним сейчас."

Приняв решение, Мередия резко развернулась в сторону выхода.

— …Кх!

Но вдруг правая рука онемела, будто пронзённая тысячей игл.

"Почему именно сейчас…"

Стиснув зубы, она замерла, ожидая привычной боли, преследовавшей её со дня появления шрама.

Тело слегка дрогнуло, когда она сжала веки, готовясь к агонии.

— ……?

Но секунды текли, а жгучая мука — та самая, от которой она порой мечтала отрезать плоть — так и не пришла.

— Быть не может…?

Раскрыв глаза, она машинально взглянула на руку, вспомнив о платке Уитни.

С сомнением на лице она нерешительно приподняла ткань другой рукой.

— Ах!

Мгновенно боль впилась в плоть, заставив её вновь натянуть платок на шрам.

Долгое время она просто стояла, бессмысленно глядя на белую ткань, обвившую её ладонь.

— Итак, поднимем же бокалы в честь империи и леди Хестии!

"Уитни, похоже, ты знаешь меня слишком хорошо..."

Когда люди в бальном зале последовали примеру принца и подняли бокалы, наполненные мутным красным вином, Мередия вздохнула и отвернулась от зала, на её лице отразилось смирение.

— Если ты сумеешь снять проклятие, которое не смог развеять никто другой…

Произнося это, она криво улыбнулась, а её глаза, сиявшие словно драгоценные камни, потемнели, наполнившись зловещим блеском.

— ...в конце концов, мне не остаётся ничего, кроме как играть по твоим правилам.

~Грохот!—

Люстры и светильники в зале разлетелись вдребезги, рассыпая осколки стекла во все стороны.

— Ч-что происходит?!

— А-а-а!

Бальный зал мгновенно погрузился во тьму, и в мгновение ока начался хаос.

— Что ж… если это насолит плану тёмного мага, я не против вмешаться.

Рассеянно окинув взглядом суматоху, Мередия провела пальцами по платку, обёрнутому вокруг её руки. Тепло ткани щекотало кожу.

— Как раздражает… завязал так туго.

Но даже сквозь тьму было видно: её выражение лица не выдавало недовольства.

*****

Тем временем в гостевой комнате, где всё началось.

— Ах…!

Невеста принца, Хестия Честер, сидела на кровати, содрогаясь от боли. Холодный пот струился по её бледному лицу, а губы выводили тихие стоны.

— С вами всё в порядке?

— Позвать врача?

Горничные, ухаживавшие за ней, опасаясь последствий, колебались, поскольку её состояние продолжало ухудшаться.

— Я в порядке… просто оставьте меня.

Хестия слабо махнула рукой, пытаясь их остановить.

Горничные переглянулись в смущении.

— Умоляю…

— Простите, но мы не можем.

— Принц приказал наблюдать за вами.

Услышав это, Хестия стиснула зубы и закрыла глаза.

— Если вы останетесь… вас ждёт нечто ужасное…

Но прежде чем она договорила, острая боль пронзила её тело, заставив сжаться и закрыть рот.

"Кх…! Чего ты хочешь от меня…?"

Корчась от боли, она устремила взгляд на зеркало на стене.

"Нелепое пророчество… помолвка, которой я не желала…"

Когда она уставилась на своё искажённое отражение, ей в голову пришла горькая мысль.

"Я сделал все, о чем они просили..."

В следующий миг её отражение в зеркале застыло, а лицо медленно исказилось от ужаса.

— …что?

В комнате не было никого, кроме неё и горничных.

Но, словно услышав нечто чудовищное, Хестия вдруг вскрикнула, вскочив на дрожащие ноги: — Нет! Я не сделаю этого! Никогда!

— Леди Хестия?..

Горничнын остолбенели.

Но та, не обращая на них внимания, продолжала сверлить взглядом зеркало.

— Мне плевать на себя, но приносить в жертву невинных…!

~Треск…—

— А-а-а-ах!

Прежде чем она успела закончить, волна боли, подобной которой она никогда раньше не испытывала, захлестнула её, и она упала на пол

— У-ух… м-м-м…

Она скребла ногтями по ковру, рыдая и вырывая пряди волос. Даже горничные, исполняя приказ не спускать с неё глаз, отвели взгляды.

"Ты всего лишь трус, прячущийся в тени…"

Спустя время Хестия, шатаясь, поднялась. В её глазах горела решимость.

— …и что ты сделаешь, если я откажусь?

Она усмехнулась, бросая вызов пустоте.

— Докажи, что я ошибаюсь. Явись сюда лично…

Как раз в тот момент, когда она заговорила со слабой, вызывающей улыбкой—

~Скрип—

— Ц-ц-ц. Зачем всё усложнять?

Плотно закрытая дверь в комнату ожидания внезапно распахнулась. Охранники, что охраняли комнату лежали без сознания, а на пороге стоял юноша с холодной улыбкой.

— Вот ты где.

— Ах…

Увидев Хестию, он вдруг засиял, будто встретил старую подругу.

Хестия, чьё лицо ещё несколько мгновений назад было наполнено вызывающей решимостью, инстинктивно отступила на шаг, и выражение её лица сменилось недоверием.

— Т-ты… не может быть…

— Рад познакомится с вами лично, леди Хестия.

Игнорируя её смятение, Уитни непринуждённо протянул руку.

— Не против, если я вас ненадолго похищу?

----------

Церемония помолвки IV

— Ай! Моя нога!

— Чёрт возьми, ты знаешь, сколько стоит этот наряд?!..

«Г-где выход?!»

Прошло уже немало времени с момента, как Мередиа устроила переполох , но хаос в бальном зале и не думал стихать.

— Успокоиться! Сначала зажгите огни!

— С-свечи и лампы не горят!

— …что вы сказали?

Возможно, виной тому был чёрный кристалл, светившийся в руках Мередии, застывшей среди суеты, но все источники света в зале погасли, став бесполезными.

— Тц.

Пока гости в панике метались к дверям, человек, до этого молча наблюдавший за происходящим со сдвинутыми бровями, раздражённо цокнул языком и пробормотал себе под нос.

— План сорвался.

Мужчина, маскировавшийся под охранника, был Педро Гомес — высокопоставленным агентом организации тёмных магов, внедрённым на сегодняшнюю церемонию помолвки.

Он считался одной из самых одиозных фигур в мире тёмной магии, настолько, что Святой Орден приказал уничтожать его при первой же встрече.

— Неужели среди нас был крот? Нет… тогда бы они действовали иначе.

Операция, подготовленная под его руководством, была продумана до мелочей и уже почти начиналась. Однако внезапный поворот событий разрушил все расчёты Педро.

— Мастер!

— План провалился!

— Я уже понял. Но мы всё равно должны…

Поскольку план ещё не до конца разрушился, Педро собрался отдать новую команду своим спокойным, властным голосом, но его прервали двое тёмных магов. Они, запыхавшись от бега в темноте, подскочили к нему, лица искажены напряжением.

— Погодите. Почему вы здесь?

— Э-это…

— Вы должны были следить за Святой!

Осознав, что перед ним двое из тех, кто под видом горничных охранял Святую в её покоях, Педро устремил на них убийственный взгляд.

— Я же повторял, что ваша роль в этой операции ключевая. Разве нет?

— М-мы…

— Думали, я не справлюсь с непредвиденной ситуацией? Немедленно возвращайтесь!

Когда Педро, сверкнув глазами, указал на дверь покоев, тёмные маги на мгновение переглянулись, затем, зажмурившись, выпалили.

— Святую похитили!

— …вы шутите?

— Н-нет, мы серьёзно! Это был какой-то юноша!

Педро сначала уставился на них с немым недоверием, будто они несли чушь. Но вскоре его лицо исказилось.

— Один человек похитил Святую?

— Ч-чуть позже появился ещё один! Мы пытались остановить, но…

— Его телохранитель был силён, но наша магия против того парня вообще не работала! Агх!..

Едва Педро метнул на них ледяной взгляд, двое тёмных магов, оправдывавшихся с дрожью в голосе, схватились за грудь и рухнули на пол.

~Шшшш—

— С-сжальтесь… Аааа!

— А-ай…!

Клеймо на их плечах вспыхнуло чёрным пламенем.

"Если Святую похитители, то план окончательно провалился. Без неё ритуал не завершить."

Холодно наблюдая, как двое магов мгновенно сгорают в чёрном огне, Педро глубоко вдохнул, подавив ярость, и начал приводить в порядок мысли.

"В этой ситуации нужно отступить с минимальными потерями."

Приняв решение, он уже собирался созвать рассредоточенных по залу тёмных магов, как вдруг—

— Хм?

Он замер, осознав неладное.

"Куда они делись?"

Ещё мгновение назад он чётко чувствовал присутствие подчинённых, но теперь их стало значительно меньше.

— ……!

Всмотревшись в окружающий мрак с нахмуренным лицом, Педро сузил глаза.

"Кто-то методично устраняет только тёмных магов."

Лишь сейчас он понял: в тенях двигался кто-то, безошибочно устраняя его людей.

"Судя по ауре… это рыцарь?"

Однако, когда он начал тихо собирать тёмную ману для контратаки, в голове возник вопрос.

"Но как этот человек распознаёт нас так точно?"

Присутствие действительно принадлежало мечнику. Но даже Педро, годами сжившийся с тьмой, едва различал очертания в кромешной темноте. Как же этот человек умудрялся вычленять именно тёмных магов?

Тёмную магию часто представляли в сводках газет в виде зловещие ритуалов и проклятий, но её истинная сила крылась в скрытности.

Максимум, что можно было ощутить — смутную тревогу. Точно различить тёмную ману на таком уровне мог разве что белый маг — естественный враг Педро и его собратьев.

— Хех.

Рискуя выдать себя, Педро расширил зону маны-восприятия на весь бальный зал. Но в момент, когда он вычислил источник хаоса, глухо усмехнулся и тут же отозвал силу.

"Это тот самый ублюдок, что разрушил мой план."

В дальнем углу зала юноша, словно зеркальное отражение самого Педро, спокойно наблюдал за происходящим, непрерывно отдавая кому-то приказы.

"Проклятые белые маги…"

Одного присутствия белой энергии, излучаемой молодым человеком, было достаточно, чтобы ослабить тёмную ману Педро. Уже одно это было доказательством того, что этот человек был белым магом, которому Педро пытался помешать присутствовать на церемонии помолвки.

"Я обязан убить его перед уходом."

Скрежет зубами едва не сорвался с губ, когда он осознал, что весь его продуманный план рухнул из-за единственного белого мага. Педро собрав волю в кулак, направился к своей новой цели.

"Погодите-ка..."

Именно тогда леденящее чувство пробежало у него по спине.

"Белые маги ведь... слабы в темноте. Разве нет?"

Тогда как…

Подобно тому, как тёмные маги избегают солнечного света, белые маги с трудом могли использовать всю свою силу в полной темноте. Но этот юнец будто не ощущал мрака, и без труда выискивал магов, поражая их.

~Свист—

— …!?

В момент, когда Педро пришёл к такому выводу и на долю секунды замешкался, его глаза, привыкшие за годы опыта адаптироваться к темноте быстрее, чем у других, увидели невероятное зрелище.

"Он… смотрит на меня?"

Юноша, который всего несколько мгновений назад был сосредоточен исключительно на отдаче приказов, теперь смотрел прямо на него.

"…не может быть."

Педро давно овладел искусством скрывать своё присутствие, чтобы ускользнуть от неустанных преследований Святого Ордена.

Даже распространив ману для оценки обстановки, обнаружить его в такой тьме — даже белому магу — должно быть невозможно.

— …хах.

— ……!

Если бы не последовавшая за этим леденящая душу улыбка, Педро мог бы счесть это простым совпадением.

"Мне нужно бежать."

Столкнувшись с чем-то за гранью понимания, Педро подавил ярость и вложил всю накопленную ману в телепортационный круг под ногами.

Возможно, бегство могло показаться знаком трусости, но именно такая холодная расчётливость сделала его одним из самых грозных тёмных магов в преступном мире.

"Сейчас я отступлю, но в следующий раз…"

Итак, хотя эта история могла бы сказаться на его славе, Педро растворился в тенях телепортационного круга с горечью на языке.

"...точно призову демона в сердце империи."

Так провалился демонический ритуал, задуманный как кровавый пролог — с жертвоприношением Святой и сотен гостей.

"Хотел бы попрощаться с леди Мередией, но времени нет."

Тем временем Уитни, человек, ответственный за этот чудесный поворот событий, наблюдал за Мередией издалека с довольной улыбкой, совершенно не подозревая, что всего несколько мгновений назад он смотрел прямо на лидера тёмных магов.

"И всё же, как Парша предугадала нечто подобное и подготовила артефакт?"

Окажись Педро в курсе, что Уитни носит магический камень ночного видения, вручённый Паршой наспех перед отъездом, и что тот приказывал Руниэль хватать лишь тех, кто не метался в панике — возможно, его реакция была бы иной.

И если бы он ещё узнал, что его слишком простой план привёл к тому, что даже несколько осторожных от природы людей были вырублены мечом Руниэль…

"Ну, главное — сработало."

Педро, услышав это, возможно, схватился бы за затылок и рухнул в припадке.

*****

— Прошу сохранять порядок!

— Мы подозреваем, что в этом инциденте замешаны тёмные маги! Если вы заметите что-то необычное, пожалуйста, подойдите сюда…!

Время шло, и наступали сумерки…

— Какой бардак.

Бурча под нос, Мередиа лениво прошла мимо имперских рыцарей, отправленных наводить порядок, и окинула взглядом окрестности.

— Много говорят, а толку от них ноль.

Несмотря на её насмешливое замечание, рыцари на самом деле делали всё возможное, чтобы выследить преступников. Просто её драгоценные глаза, игнорирующие любые магические помехи, делали их усилия смешными.

К тому же, обнаружив следы тёмной магии, они сразу засуетились, позволив Мередии — истинной виновнице хаоса — спокойно уйти, прикрывшись статусом дочери герцога.

"И куда провалился Уитни?"

Даже устроив переполох, она думала только о нём.

"Недавно ведь метался в темноте, а теперь и след простыл."

Частично из-за причинённых хлопот, но больше — из-за вопроса, который нужно задать любой ценой.

Она также была обязана отблагодарить его за носовой платок, который всё ещё был повязан вокруг её руки.

— Хм?

Продолжая поиски Уитни, она вдруг обратила внимание на одно место.

— Леди Мередиа~!

Рядом с её каретой, облокотившись на дверцу, стоял знакомый наглец, машущий рукой с хитрой ухмылкой.

— Даже не проводили как следует, а теперь в мою карету норовите залезть?

— Ха-ха…

— Где ваша карета?

— Почему бы нам не поговорить внутри?

Нахмурившись, Мередия подошла к Уитни и засыпала его вопросами,, но тот, вытирая пот со лба неуклюжей улыбкой, просто шагнул в карету.

— …тц.

Фыркнув на его бесстыдство, она вздохнула и последовала за ним внутрь.

— Бесстыдник, как и всегда—

Однако, как только она переступила порог, то тут же застыла.

— Мммф! Ммм…!

Внутри на сиденье, туго перевязанная верёвками, билась Хестия — пропавшая невеста принца, чьё исчезновение взбудоражило рыцарей.

Нахмурившись, Мередия подошёл к Уитни и засыпал его вопросами, но вместо ответа тот просто вытер пот со лба, неловко улыбнулся и забрался в карету.

— ...тц.

Прищелкнув языком от его поразительной беспечности, она вздохнула и последовала за ним внутрь.

— Бесстыдный до глубины души, как и всегда...

Однако, как только она переступила порог, то сразу же застыла на месте.

— Мммпф! Мммпф...!

В карете сидела леди Хестия — невеста принца, которая таинственным образом исчезла, приведя рыцарей в неистовство — что была крепко связана верёвками и извивалась, пытаясь освободиться.

Руниэль, мокрая от пота не меньше Уитни, прижимала ладонь ко рту девушки, леденящим тоном бросив: — Не дёргайся...

— Вы спросили, где моя карета? Нас бы задержали на пункте проверки…

— Что за…

— Поэтому, не могли бы вы помочь мне еще раз, леди Мередиа?

Пока та стояла, в сотый раз за день теряя дар речи, Уитни обернулся к ней со свежей улыбкой, вытирая рукавом пот.

— …ты сумасшедший?

На этот раз она почувствовала не раздражение, а чистый, неподдельный шок.

----------

Последствия I

Когда Мередиа последовала за Уитни в карету, её потрясло зрелище: невеста принца, связанная верёвками, оказалась похищенной.

Даже после того, как ситуация немного успокоилась, на месте происшествия сохранялась тяжёлая атмосфера.

— Полагаю, на сегодня достаточно. Вы свободны.

— Эй, есть новости о местонахождении леди Хестии?

— …детали мне не позволено раскрывать. — После паузы ответил следователь. — Но, скажу прямо, перспективы мрачны.

Если точнее, прибывшие рыцари оказались лицом к лицу с гостями, которых долго удерживали на месте. Их тревога и недовольство, словно волны прибоя, обрушились на стражу.

— Понятно. Благодарю за ваши усилия. — Кивнул один из присутствующих.

— Ценю ваши слова.

Однако Майер Эмбегрин, которого исключили из расследования почти по тем же причинам, что и Мередию, просто ободряюще улыбнулся следователю и вышел из зала заседаний раньше остальных.

— …чёрт.

Но стоило ему покинуть бальный зал и направиться к своей карете, как лицо исказилось от ярости. Ничего не осталось от того учтивого выражения, что он демонстрировал следователю.

"Как всё дошло до этого?"

Его гнев был оправдан: ведь именно он стоял за катастрофой, которая должна была разыграться на церемонии помолвки.

"Всё должно было пройти идеально."

Это он, используя близость к принцу, убедил белых магов не являться на мероприятие.

Это он лично подобрал слуг, тайно внедрив среди них тёмных магов.

"Если так продолжится, мой статус в Союзе рухнет…"

Хотя сам Майер не был тёмным магом, он давно сотрудничал с «Теневым Союзом» — тайной организацией, чьи щупальца опутали мир.

Этот замысел должен был укрепить его позиции, но теперь провал грозил обернуться крахом.

"Неужели это проделки той сумасшедшей Мередии?"

Стиснув зубы, он вспомнил, как несколько часов назад сестра бросила на него взгляд, полный ненависти. Он избегал даже смотреть на неё, но никогда не недооценивал её способности. Не обладай она драгоценными глазами и прочими талантами, вопрос о наследовании герцогского титула решился бы давно.

"Кстати, она ведь привела с собой какого-то подозрительного графского отпрыска в качестве своего партнёра?…"

Когда Майер задумался об этом, ему вспомнился ещё один человек, который раздражал его так же сильно, как Мередиа.

Тот, кто открыто поддержал Мередию.

Тот, кто, несмотря на неспособность запомнить имена подчинённых, пользовался благосклонностью принца-дурака.

— Как же его там звали…?

Пусть этот человек и не был столь значим, как Мередиа, его непредсказуемость угрожала планам Майера. Он напряг память, пытаясь вспомнить…

— Уитни Лингард.

Внезапно рядом раздался тихий голос.

— Да, точно—! Что за—?!

Потрясенный Майер инстинктивно согласился, но тут же в ужасе повернул голову.

— Ты не знаешь, куда направился этот юноша?

Фигура, закутанная в плащ так, что черты лица были едва различимы, проигнорировал реакцию Майера и задал новый вопрос.

— К-кто ты, чёрт возьми? Судя по одежде, ты должно быть из охраны. Тогда почему не там, где допрашивают рыцари?..

Майер, на мгновение сбитый с толку равнодушным тоном незнакомца, скривился, заметив маску на его лице.

— Просто скажи, знаешь где он или нет.

— ……!

Незнакомец, не меняя бесстрастного выражения, слегка приподнял маску.

И в тот же миг Майер остолбенел.

"…И-Император?!"

Он только что осознал, что рядом с ним стоит самый почитаемый человек империи — тот, кто не появлялся на публике годами из-за слабого здоровья.

"Почему… почему та, кто должна быть прикована к постели, находится здесь?.."

— Тц.

Именно отсутствие Императора позволило Майеру и «Теневому Союзу» посметь осуществить столь дерзкий план в самом сердце столицы. Теперь же он был настолько ошеломлён, что даже забыл поклониться, лишь тупо уставившись на неё в немом шоке.

— Не заставляй меня повторяться.

Будь то снисхождение или полное безразличие, Император произнёсла это без тени эмоций.

— Хм?

Внезапно его взгляд скользнул к карете, которая пронеслась мимо поста проверки, едва остановившись.

— Пожалуй, спрашивать тебя было излишним.

Разглядев герб семьи Мередии на дверце экипажа, Император что-то монотонно пробормотал и вновь опустил маску.

— К слову. Будет мудро, если сохранишь мой визит в тайне. — Уже проходя мимо, она вдруг слегка наклонила голову, обращаясь к Майеру в последний раз.

— …повинуюсь.

Собравшись с духом в последний момент, Майер тут же опустился на колени, склонившись в глубоком поклоне.

— О, но можешь рассказать своей игрушке.

От небрежного замечания Императора у Майера по спине пробежал холодок.

— Кроме принца, лишь ты знаешь, что я была здесь.

— Ах…

— Теперь ты в курсе.

С этими словами Император удалилась, не оглядываясь.

— Хха… Хха…

Лишь спустя долгое время Майер наконец поднял голову, сдавленно выдохнув.

"Неужели это и вправду было присутствие того, кто даже не излучал жажды убийства…?"

Если бы не его статус наследника герцога…

Вернее, если бы Император счла нужным…

Он мог бы уже бесследно исчезнуть с лица земли.

— Уитни Лингард. Не знаю, кто этот тип на самом деле, но…

Тот факт, что Император — единственный в империи, кто способен на такое — лично предупредил принца об Уитни, лишь поднял его в глазах Майера.

"Похоже, теперь придётся считать его равным Мередие."

Разумеется, если бы Уитни, глубоко вздыхавший в карете под жёстким допросом Мередии и стонами похищенной Святой, узнал об этом, его лицо исказилось бы от обиды.

"…хотя бы отчёт для Теневого Союза готов — уже облегчение».

Колесо судьбы уже вращалось с бешеной скоростью, полностью выйдя из-под его контроля.

***

Бурный день церемонии помолвки миновал, и наступило утро.

— Фух...

Но вместо того, чтобы почувствовать облегчение от того, что я пережил пролог, я провёл бессонную ночь в своей комнате с Руниэль.

"Ну, мне удалось привести её сюда... но что теперь?"

Ведь на моей кровати, вместо меня, спала невеста принца и будущая Святая — леди Хестия из рода виконта, чьё исчезновение, вероятно, ввергло империю в хаос.

"Вчера она так ръяно сопротивлялась, а теперь спит без задних ног…"

Изначально я планировал объяснить причины своих действий после того, как обеспечу её безопасность, но обстоятельства не позволили.

Как только мы сели в карету, Мередия начала допрашивать без остановки, а затем мне пришлось всеми силами отговаривать её ночевать в моём доме.

[— Точка акупунктуры была выбрана верно. Она просто в глубоком сне, беспокоиться не о чём.]

[— Ха-ха…]

Оставив позади Мередию, у которой явно были вопросы, я тайком пробрался в особняк.

Чтобы избежать лишних глаз, попросил Руниэль усыпить Хестию, а сам перелез через стену, словно вор.

К сожалению, я столкнулся с Сашей, возвращавшейся с поминальной службы, но кроме неё, Руниэль, Мередии и меня, никто не знал, что пропавшая Святая здесь.

"Первый барьер пройден. Теперь надо встретиться с Мередией и всё объяснить…"

— …

"Поймёт ли леди Хестия хоть что-то из моих слов?"

Я уже вёл себя непростительно грубо, так что даже если она откажется верить, винить её не стану.

Но я вовсе не хотел прибегать к такому грубому методу, похищая её.

"Прямо сейчас она — ходячая бомба замедленного действия. У меня не было выбора."

Если память не подводит, леди Хестия сейчас находится под проклятием, которое почти лишает её возможности сопротивляться.

Изначально она должна была встретиться с игровым персонажем в прологе, пробудить силы Святой и освободиться от проклятия.

Однако мероприятие по выбору талантов было отменено по неизвестной причине, и даже после спасения на помолвке она осталась в опасности.

К счастью, как белый маг, я могу хотя бы временно подавить её проклятие.

Если бы я не вмешался, уже через несколько дней случился бы новый кризис, не менее опасный, чем в прологе.

"В итоге мне нужно убедиться, что леди Хестия встретит игрового персонажа."

Проблема в том, что моё подавление проклятия — лишь временная мера. Пока корень проблемы не устранён, риск остаётся.

Передать её императорской семье — значит отдать в руки Императора.

Отправить в догматичный Святой Орден — обречь на мучительные испытания без встречи с тем самым игровым персонажем.

Остаётся только одно: защищать её, пока мероприятие по выбору талантов не возобновится.

Конечно, даже без тёмных магов желающих заполучить её хватает, так что будет непросто.

Но ради мира во всём мире — и, что важнее, моего спокойного будущего — я обязан довести это дело до конца.

Как только леди Хестия пробудится как Святая, игровые персонажи и она сама должны будут справятся с проблемами без моего участия.

"Когда она проснётся, нужно максимально мягко всё объяснить. А потом…"

~БАМ! БАМ! БАМ!—

— Твою ж!

Пока я раскладывал мысли по полочкам и ждал пробуждения будущей Святой, дверь сотрясла оглушительная дробь.

— Б-брат! Ты там? Отвечай!

— …Сесиль?

На секунду я запаниковал, решив, что меня выследили тёмные маги или имперские рыцари.

К счастью, за дверью оказался голос младшей сестры.

— Когда ты вернулся? Нет, это не важно — просто открой дверь!

Слегка выдохнув от облегчения, я потянулся к ручке.

Пока стук усиливался — казалось, дверь вот-вот сорвётся с петель — я взглянул на Руниэль, которая наполовину обнажила меч, и подал ей знак глазами.

— Я последую вашему приказу. Хотя, учитывая навыки вашей сестры, мне стоит постараться изо всех сил…

— Чего? Нет, погоди. Я имел в виду, чтобы ты спряталась вместе с Хестией.

После небольшого недопонимания Руниэль взвалила Хестию на спину и исчезла в шкафу.

Только тогда я взял себя в руки и открыл дверь, чтобы поприветствовать сестру.

— Ха-а-а… ха-а-а… почему так долго?!

— Ха-ха… просто хотел встретить дорогую Сесиль в идеальном виде…

Если подумать, она в последнее время избегала меня, так что я был искренне тронут тем, что она снова заговорила со мной.

Раз уж она здесь, может, стоит поговорить об учёбе, друзьях — укрепить наши отношения…

— Забудь! Что это, чёрт возьми, такое?!

Как только я подумал об этом, она вдруг повысила голос и толкнула что-то в мою сторону.

Слегка потерянный, я взял в руку газету.

— Мв со всех сторон письма получаем! Все будто с ума посходили!

— А?

В следующий момент я совершенно растерялся, уставившись на заголовки.

[Невеста принца исчезла с церемонии помолвки — её местонахождение неизвестно.]

[Беспрецедентная катастрофа: Имперская столица охвачена тёмной магией.]

Этого следовало ожидать.

Но то, что я увидел ниже, заставило мою челюсть отвиснуть.

[Наследник графа Лингарда, сэр Уитни, пожертвовал собой ради благородной цели!]

[Юный герой — Молчаливый Император действует ради него.]

[Спецвыпуск: Человек часа, сэр Уитни — тайный жених леди Мередии?]

— …что ты, чёрт возьми, натворил на помолвке?!

— …?

С какого чёрта я героем стал?!

----------

Последствия II

— Почему… почему ты молчишь?

— ....

— Скажи что-нибудь, что угодно!

Я до этого бессмысленно уставился в газету, не в силах осознать неожиданное восхваление как героя, но быстро вышел из ступора, услышав тревожный голос Сесиль спереди.

— Отложим в сторону то, что ты внезапно стала героем. Какие именно у тебя отношения с леди Мередией?

— …

— Почему ничтожное графское семейство вроде нашего вовлечено в переговоры о браке с такой великой фамилией?

Она пристально смотрела на меня, и её обычная манера речи стала куда более чёткой и продуманной.

— Как ни крути, это слишком странно…

— …неужели?

— Ик...

Но стоило мне ответить низким голосом, как она дрогнула и начала заикаться.

— Ч-что ты…?

В конце концов, она опустила взгляд и замолчала.

"Моя младшая сестра замечательная, но ей нужно кое-что исправить."

Теперь, когда я задумался об этом, Сесиль всегда начинала запинаться, разговаривая со мной.

Поскольку с друзьями и слугами она говорит абсолютно нормально, похоже, это происходит только с теми, с кем ей неловко или сложно общаться — например, со мной.

Конечно, такой мелкий недостаток не способен затмить её многочисленные таланты, но в обществе знати принято выискивать слабости.

Разумеется, если кто-то посмеет высмеять мою сестру за подобную мелочь, я, как её опекун, не прощу этого.

Однако я не смогу всегда быть рядом, чтобы защитить её.

Поэтому я должен помочь ей преодолеть это самостоятельно.

— …Сесиль.

— ……!

— Я повторял тебе это из раза в раз.

Отложив пока мысли о статье, я мягко положил руки ей на плечи и заговорил как можно мягче.

— Если не хочешь, чтобы на тебя смотрели свысока, говори как следует.

— Я-я поняла…

— Теперь попробуй повтори.

Она на мгновение слегка задрожала, затем глубоко вдохнула.

Хотя голос её всё ещё дрожал, она смогла правильно закончить предложение.

— …ч-что ты задумал?

— Видишь? Можешь ведь, если постараешься.

Как и ожидалось, моя сестра — из тех, кто добивается своего, если прикладывает усилия.

Если она продолжит так тренироваться, то непременно станет великой главой семьи и восстановит престиж нашего дома в будущем.

— Молодец, сестрёнка.

— Уф...

— Но не общайся со мной формально. Мне от этого немного грустно…

— П-просто ответь на мой вопрос.

Испытывая гордость за неё, я нежно взъерошил её волосы.

Но когда Сесиль сжала кулаки и потребовала ответа, я улыбнулся и наконец заговорил.

— Всё это ради тебя и нашей семьи.

— …что?

Ещё мгновение назад я смутно тревожился из-за своего внезапного взлёта к славе по всей империи.

Конечно, шок от совершенно неожиданной ситуации был сильнее, но раскрытие моего существования миру действительно увеличивало потенциальные риски.

— Помолвка с леди Мередией настоящая. Мы окончательно всё обсудили несколько дней назад.

— Т-тогда это значит…

— Да, это значит, что я наконец начну действовать по-настоящему.

Раз уж дело зашло так далеко, лучше воспользоваться ситуацией по максимуму, чем позволить кому-то управлять мной через раскрытие моего имени.

Сейчас я пока держусь благодаря помолвке с Мередией, но никто не знает, что ожидает меня в будущем.

Чтобы подготовиться к любым возможностям, мне нужно начать оставлять след в этом мире.

— И ради этого я готов на всё.

С твёрдой решимостью в сердце я с серьёзным выражением лица раскрыл свои планы Сесиль.

— ……

Как и ожидалось, она сглотнула, и на её лице смешались беспокойство и страх.

Честно говоря, моя сестра слишком добра для собственного же блага.

— Конечно, беспокоиться не о чём.

Чувствуя внутреннее тепло, я потрепал её по плечу и ярко улыбнулся.

— Тебе остаётся только сидеть сложа руки и наблюдать, как твой старший брат блистает.

— …позволь задать один вопрос.

Она прикусила губу, долго смотря на меня, прежде чем тихо проговорить.

— Ты не имеешь никакого отношения к исчезновению невесты наследного принца, верно?

От этого острого вопроса моя улыбка на мгновение застыла.

— …Уитни?

— А-а, конечно нет. Зачем мне делать такое ради чужой выгоды...

Увидев дрожащие глаза Сесиль, произнёсшей моё имя, я быстро взял себя в руки и ответил как можно естественнее.

~Тук!—

В тот же миг из шкафа в комнате раздался подозрительный звук.

— Ч-что это сейчас было?

— Какой звук?

— Ты не слышал? Звук раздался из твоего шкафа!

Сесиль, вздрогнув от жутко своевременного шума, смущённо посмотрела на меня.

— Понятия не имею, о чём ты.

— Брат, только не говори…

— В любом случае, разве не пора завтракать? Почему бы нам не поесть вместе…

Избегая её взгляда, я попытался выпроводить её из комнаты, пока она не углубилась в размышления.

~Тук!-Тук!—

На этот раз из шкафа донеслись два ещё более отчётливых звука.

— Ик!

— Ох уж эти…

С проворством, подобающим самому молодому стажёру рыцаря Серебряного ранга, Сесиль опередила меня, подбежав к гардеробу.

Напряжённая, она осторожно протянула руку.

~Скрип…—

Но прежде чем она успела коснуться, дверца медленно открылась сама.

— …прошу прощения.

К моему огромному облегчению, внутри, запыхавшаяся и растрёпанная, оказалась сама Руниэль.

— Р-Руниэль.

Я уже собирался вздохнуть с облегчением, что худший сценарий не случился, как заметил Сесиль, застывшую с протянутой к шкафу рукой.

Она в шоке смотрела на Руниэль, пока та спокойно закрыла дверь обратно.

Если подумать, Сесиль очень восхищалась Руниэль как рыцарем.

Судя по словам Альфреда, когда Руниэль несколько дней назад работала горничной в поместье, Сесиль особенно о ней заботилась.

Честно говоря, не удивлюсь, если она симпатизирует Руниэль больше, чем мне.

— Командир Руниэль!

Почувствовав мимолётную досаду от этой мысли, я наблюдал, как Сесиль подбежала к рыцарю, и её глаза наполнились слезами.

— Не стоит так обращаться. Теперь я принадлежу господину Уитни…

— Не говори так! Разве не вы сами говорили, что рыцаря следует судить по умениям, а не рангу? И… вы знаете, как много помогли мне…?

Если подумать, стажёры Серебряного ранга часто командовали младшими рыцарями.

Значит, Сесиль служила под началом Руниэль как командира? Неудивительно, что она так к ней относится — это больше, чем просто восхищение.

— Но… почему вы были в шкафу?

— Это…

— Теперь, когда я задумалась, это комната моего брата. Почему тогда…?

Только моё недовольное выражение начало смягчаться, как глаза Сесиль вдруг сузились.

— Ах!

Её взгляд метнулся между растрёпанными волосами и одеждой Руниэль, неловко поправленным одеялом, где до недавнего времени лежала Хестия, и наконец остановился на мне.

— ……мусор.

Она бросила на меня взгляд, полный чистого презрения, прежде чем выдохнуть ледяное осуждение холоднейшим из всех возможных голосов.

— Сдохни.

— Сесиль? Нет, это недоразумение…

— Сдохни.Сдохни.Сдохни.

В одно мгновение я превратился в её сознании в испорченного негодяя.

По спине пробежал холодный пот, пока я отчаянно пытался объясниться.

— Кажется, ты что-то не так поняла. Господин Уитни и я просто занимались здесь обычной тренировкой.

— Т-тренировкой? Что за тренировку можно устроить в спальне…?

— …к тому же, это я сама попросила об этом, так что тебе не о чем беспокоиться.

Руниэль, до этого молча наблюдавшая, внезапно предприняла наихудшую попытку развеять недопонимание.

— В-вы попросили?

— Именно.

— З-зачем?

Не осознавая хаоса, который сеяла, Руниэль решила, что её объяснение подействовало.

С абсолютно серьёзным выражением лица она забила последний гвоздь в крышку гроба недопонимания Сесиль.

— Повиновение высшему существу — основной инстинкт всех живых созданий. (п/п. рофлан-поминки для гг)

— ……

— Ты, возможно, ещё не понимаешь этого, Сесиль, но когда вырастешь, сама осознаешь.

Закончив речь мягкой улыбкой, Руниэль наблюдала, как пыл в глазах Сесиль постепенно угас, сменившись пустотой.

Нет, это действительно было недоразумением.

Но попытка отрицать всё сейчас может лишь усугубить ситуацию.

— Я решила...

Пока я лихорадочно искал способ всё исправить, в ушах прозвучал твёрдый голос Сесиль.

— Я стану главой семьи. Во что бы то ни стало.

Я не знал, что именно изменилось в её мыслях, но прежде потухшие глаза Сесиль теперь пылали решимостью.

— Я одержу над тобой победу, и стану главой семьи. И тогда… спасу командира…!

— Ха-ха, Сесиль…

Несмотря на обстоятельства, я не смог сдержать широкой улыбки.

— Ты хочешь стать главой семьи?

Впервые сестра заявила о таком стремлении.

— Что ж, постарайся изо всех сил.

Раньше я избегал этой темы, опасаясь её сопротивления.

Но услышать такое из её уст превзошло все ожидания.

Я был так тронут, что едва сдержал слёзы, но, взяв себя в руки, поддержал её.

— Если, конечно, сможешь.

Ради Сесиль я готов был принять на себя ложную репутацию.

Да, мой имидж может пострадать, но позже всё можно будет исправить.

— Сейчас ты городишь чушь, но просто подожди.

Я уже представлял будущее, где Сесиль стоит во главе семьи, как вдруг она стиснула губы, бросила на меня взгляд и направилась к двери.

— Когда я выиграю следующий Турнир Восходящей Звезды Империи, эта твоя самодовольная ухмылка исчезнет!

Стоп… что? Это же плохо!

Если Меридия права, и турнир действительно скоро повторится, это означает участие целой горы элитных игровых персонажей.

Даже для Сесиль это будет—

~Бах!—

Моё обеспокоенное выражение лица стало ещё серьёзнее, когда я вернулся в реальность от громкого хлопка двери.

Участие Сесиль в турнире вызывало тревогу, но сейчас у меня были более срочные проблемы.

— Ха-а-а...

Тихо вздохнув, я повернулся к шкафу, откуда ранее доносился зловещий звук.

— Это сводит меня с ума.

Я открыл дверцу — ту самую, которую Руниэль поспешно захлопнула — и прижал пальцы к пульсирующему виску.

— …простите. Мне пришлось действовать быстро, когда она пришла в сознание…

— Мммф! Мммф!

Пропавшая невеста наследного принца.

Будущая Святая.

Ключевая фигура, чьё сотрудничество было необходимо для мира и стабильности всего мира—

И вот она, связанная покрывалом и с кляпом из наволочки, сидела в моём шкафу.

— Мммф…

Её приглушённый стон оборвался, как только она увидела нас.

Её лицо выражало неподдельный ужас.

— Ну, по крайней мере, ваша сестра ничего не узнала, так что это уже облегчение.

— Облегчение?… Ты серьёзно так думаешь?

Как мне, чёрт возьми, теперь всё это разгребать?

***

Тем временем, в тот же момент — во дворе поместья графа Лингарда.

— Это… наверное, мне приснилось, да?

Саша, заглянувшая на рассвете в покои и ставшая свидетельницей шокирующей сцены, не могла уснуть всю ночь.

Теперь, с тёмными кругами под глазами, она вяло подметала двор.

— Ч-честно говоря, каким бы смелым ни был молодой господин, он бы не стал делать такое…

Она изо всех сил старалась не слышать перешёптывания слуг, которые с самого утра судачили о пропавшей невесте наследного принца.

~Цок-цок-цок—

Внезапно вдали поднялось облако пыли, сопровождаемое звуком скачущих копыт.

— А? Кто это мог приехать так рано…?

— Вот они.

— И-и-ик!

Когда у входа в поместье появились рыцари в сверкающих доспехах, руки Саши задрожали, и она уронила метлу.

— Эй, ты.

Её жалкая, дрожащая фигура, должно быть, бросалась в глаза.

Возглавлявший отряд мужчина заметил её и жестом подозвал к себе.

— Где сэр Уитни?

— Я-я ничего не знаю! Пощадите меня!

— ...?

— …?

Рыцарь наклонил голову, озадаченный её странной реакцией, затем прочистил горло и повторил.

— Не тревожься. Мы пришли не с плохими вестями.

— П-правда? — Она осторожно приоткрыла один глаз и спросила дрожащим голосом.

— Я здесь лишь для того, чтобы передать послание от Его Величества Императора.

— Иииик!

Едва услышав слово «Император», маленькое сердце Саши не выдержало.

Сдавленно ахнув, она снова крепко зажмурилась.

----------

Незванный гость

— Обещай, что не будешь кричать, когда я выну это изо рта.

С помощью Руниэль я осторожно перенес всё еще бледную Хестию, сжавшуюся в углу шкафа, обратно на кровать.

Я осторожно протянул руку к дрожащей девушке.

— Хах, ха…

Как только я извлек из ее рта наволочку, Хестия на мгновение судорожно выдохнула, а затем, собравшись с духом, открыла рот.

— Я… что бы вы со мной ни сделали, это не имеет значения.

— Эй…

— Я больше не буду двигаться так, как вам угодно.

Несмотря на страх, застывший на её лице, в глазах читалась явная решимость.

— Грязный тёмный маг.

— Ха-ха…

Она произнесла это, словно разжёвывая каждое слово, и стиснула зубы. Меня чуть не потянуло похлопать её боевому духу, словно я третьесортный злодей.

Однако сейчас пришло время развеять накопившиеся недоразумения.

— Я белый маг.

— Что?

— Смотри, я покажу.

Для начала нужно было доказать, что я не тёмный маг. Я протянул руку перед её серьёзным лицом и молча собрал белую магию.

— Эта… эта белая магия немного отличается от той, что я знаю.

Но, как и ожидалось, Хестия с подозрением смотрела на мою сероватую ауру.

Чёрт. Даже обладая даром Святой, она не могла распознать эту магию. Неужели меня в будущем лишат звания белого мага?

— В любом случае, это не тёмная магия, верно?

— Ну… наверное…

К счастью, после недолгого наблюдения Хестия, кажется, заключила, что я не тёмный маг.

— Кстати, голос, который мучил тебя, затих?

— Откуда ты знаешь про голос?

— Моя белая магия нейтрализует проклятие на тебе. Хотя это временная мера.

С этими словами я воспользовался моментом, чтобы раскрыть её тайну, и тихо прошептал ошеломлённой Хестии: — На самом деле я пытаюсь тебя спасти.

— Меня…?

— Я знаю, что тёмные маги охотятся на тебя, и знаю единственный способ, как ты можешь выжить.

Её глаза расширились, а веки снова задрожали от моих слов.

— Прости за резкие методы — обстоятельства вынудили. Но у меня есть одна просьба.

— ……

— Останься здесь на несколько недель. Мне нужно время, чтобы найти того, кто гарантирует твою безопасность.

Осторожно развязав одеяло, сковывавшее её руки и ноги, я изложил все факты.

— Как я могу в это поверить?

Как и ожидалось, Хестия смотрела на меня с явным недоверием и легким страхом.

— Возможно, это ты стоишь за тем проклятым голосом. Вот почему он исчез.

— Если бы это было так, зачем мне сейчас всё это устраивать?

— Кто знает. Может, ты вынужден обманывать, чтобы убедить меня.

Учитывая, что ею пользовались, не оставив никого, кому можно доверять, её реакция на человека, который похитил её без объяснений, а теперь спокойно разговаривает о спасении, была логичной.

— …если то, что ты говоришь, правда, тогда отправь меня в Святую Церковь.

— Это невозможно. Ты же знаешь, насколько они упрямы?

Но даже тогда я не мог выполнить её искреннюю просьбу.

— Они засунут тебя в бесконечные испытания вместо защиты. Поэтому…

— Тогда объясни ситуацию Империи и запроси личную охрану.

— И это не сработает. Может прозвучать неуважительно, но Император сам охотится на тебя.

Конечно, я полностью понимал ситуацию, но для Хестии это выглядело как уклонение от ответа.

— В итоге, ты хочешь, чтобы я осталась здесь? Без каких-либо доказательств, что тебе можно доверять?

Я понимал её резкость, но мне нужно было убедить её — ту, что в будущем станет Святой.

— М-м… может, поверишь мне хотя бы раз, глядя на это невинное лицо?

— Невинное…?

— Шутка. Не смотри так серьёзно.

Разумеется, если бы я рассказал, что в прошлой жизни воспринимал этот мир как игру, она сочла бы меня сумасшедшим, поэтому я колебался.

— А, придумал! Как насчёт этого метода?

— …?

Простое решение внезапно пришло в голову, и с лёгкой улыбкой я начал объяснять Хестии, смотрящей на меня с тревогой.

— Хестия, почему бы тебе не прочитать мою душу напрямую?

— Твою… душу?

— Если ты Святая, получившая божественное откровение, то сможешь легко понять, зла ли моя душа.

Хотя звучало это странно, я мог уверенно заявить, что жил достойно в обеих жизнях.

Я никому не причинял зла и всегда делился тем, что имел.

Так что, когда Святая прочитает мою душу, это её успокоит.

— Я… не Святая.

Однако реакция Хестии оказалась неожиданной.

— Из-за этого проклятого голоса мне пришлось притворяться Святой, но на самом деле я всего лишь дочь ублюдка, не больше.

— А божественное откровение от Святой Церкви?

— Они его сфабриковали. У меня нет ни божественной силы, ни магического дара. Я просто кукла, которую им удобно использовать.

Она произнесла это, глядя на своё подвенечное платье, и её лицо потемнело.

— Я думаю иначе.

Зная из прошлой жизни, что она величайшая Святая, я понимал: её судьба уникальна.

Её выживание в прологе определяло, будет ли конец игры счастливым или плохим, поэтому спорить было бессмысленно.

— Протяни руку.

— Ух…

— …на этот раз я ничего не сделаю, давай сюда.

И, пока Хестия колебалась, я быстро взял её руку и тихо прошептал, резонируя своей душой.

— Закрой глаза и сосредоточься. Постарайся почувствовать, как моя душа течёт через моё тело.

— Даже если ты так говоришь…

Возможно, всё дело было в её пугающем таланте.

— …о-оу?

— Видишь? Ты чувствуешь её, да?

Сначала она смотрела на меня в замешательстве, но вскоре, осознав мою душу, широко раскрыла глаза.

— Это… душа?

— Верно. Обычно на её ощущение уходят месяцы тренировок, но ты же Святая?

— А? Но почему она такая чистая…?

Пока она бормотала в изумлении, глядя на меня, я почувствовал, что она начинает понимать, и улыбнулся, готовый поставить точку.

— Это доказательство, что я добросердечный белый маг, желающий тебя спасти…

— …погоди.

Не дав договорить, Хестия задрожала, её зрачки забегали.

— Это… Ай!

— Святая?

Внезапно она изогнулась от страха, лицо побелело, а пот хлынул градом.

— А-а… а-а-а…

— Кажется, это было слишком. Но для первого раза ты справилась хорошо.

Я наблюдал с беспокойством, но, видя, как её состояние ухудшается, поспешил разорвать связь с душой и утешить.

— Хах, ха…

— Ну как, теперь веришь?

Однако лицо Хестии оставалось бледным, и я осторожно повторил вопрос, ища признаки изменений.

— Я… я сделаю, как ты скажешь.

— Ах, вот и хорошо…

Она подняла голову и заговорила шёпотом, и сначала я даже обрадовался.

— Я… что мне делать?

— Э-э… просто оставайся здесь в безопасности, пока не придёт время. Вот и всё.

Но её реакция показалась странной, и я не смог скрыть недоумения.

— Что угодно… я сделаю что угодно… пожалуйста…

— …?

Почему она внезапно изменилась?

~Бум! Бум! Бум!—

В этот момент, пока я стоял ошеломлённый, за дверью раздался взволнованный голос Саши.

— Саша, сейчас я…

— Прибыла императорская стража!

— Что?

Я собирался отложить разговор, но, услышав «императорская стража», бросился к двери.

— Зачем они здесь…?

— Они… прибыли с повелением от Императора!

Я приоткрыл дверь, и, к счастью, новости оказались не самыми ужасными.

— Где Альфред?

— А… господин Альфред на собрании слуг Империи.

— А Парша?

— Па… Парша со вчерашнего дня прикована к постели…

Проблема была в том, что, уйдя сейчас, я оставлю Хестию без присмотра, а её состояние ухудшалось.

— Господин, я позабочусь о ней…

— Позаботишься? Как?

К счастью, Руниэль, стоявшая рядом, предложила: — Может, снова спрятать её в шкаф?

— Хах…

Поскольку Руниэль всерьёз предложила запереть святую в шкафу в качестве решения, её подход был слишком прямолинейным, поэтому я не мог доверить это ей.

— Судя по всему, они хотят немедленно куда-то увезти молодого господина…

— ……

— Что… что делать, молодой господин?

В такой ситуации единственным человеком, кому я мог довериться, была Саша.

— Саша.

— Д-да?

— Ты же знаешь, что я тебе очень доверяю?

— П-почему вы вдруг это говорите?

Я на мгновение замялся и, видя, как Саша нервничает, произнёс серьёзно.

— Позаботься ненадолго о человеке внутри моей комнаты, пока я не вернусь.

— О к-ком…

— Тебе не нужно знать.

— Ух…

Мне стало неловко, когда глаза Саши задрожали от жалости после моих твёрдых слов, но выбора у меня не было.

— Просто… если будет риск, что кто-то узнает, спроси у Руниэль о потайном ходе в кабинете.

Однако, чтобы защитить судьбу нашей семьи и продолжать платить Саше высокое жалование, её помощь была необходима. Это было неизбежно.

— Дайте немного времени…

— Я доверяю тебе, Саша.

— Э-э?

С этой мыслью я мягко подтолкнул всё ещё испуганную Сашу в комнату, тихо вздохнул и начал поправлять одежду.

— А-а-а-ай!

Когда до меня донёсся подавленный крик Саши, осознавшей, кто находится в комнате, я горько усмехнулся.

— Ха-ха…

Когда вернусь, щедро вознагражу её за помощь — отпуском и прибавкой. Только в этот раз, прошу, Саша.

*****

Тем временем в герцогстве Эмбегрин.

— Итак, зачем вы здесь?

Как обычно, Мередия исполняла обязанности главы дома вместо отсутствующего герцога Эмбегрина. Непонятно почему, но прибыл отряд имперских рыцарей — почти столько же, как при визите к Уитни.

— Мы здесь, чтобы доставить леди Мередию в качестве свидетеля по делу о вчерашнем инциденте на церемонии помолвки.

— Я уже сотрудничала.

— В ходе расследования всплыли новые обстоятельства. Приносим извинения за неудобства.

Если визит к Уитни носил скорее формальный характер, то у рыцарей к ней, похоже, были иные мотивы.

— Однако речь не только о расследовании. Есть секретные аспекты, которые нельзя раскрывать сейчас, и Его Величество Император приказал доставить леди Мередию во дворец.

Первой зацепкой стало то, что за ней прислали не кого-нибудь, а элитных рыцарей Первого Имперского Ордена — основу военной мощи империи.

— Так что просим вашего понимания.

— …мы тоже не хотим конфронтации с вами.

Второй зацепкой было то, как капитан и лейтенант рыцарей стояли навытяжку, внимательно следя за каждым движением собеседницы.

— И?

Однако, в отличие от них, Мередия стояла расслабленно и едва улыбалась.

— Я должна склонить голову и идти, раз Император приказал?

Если бы не Мередия, чьи уста это произнесли, такие слова сочли бы государственной изменой, караемой смертью.

— Вы прекрасно осведомлены о клятве между Императорской семьёй и герцогством Эмбегрин, не так ли?

— …но…

— И как временный глава семьи Эмбегрин, я имею полномочия действовать от имени герцога. Требуются дополнительные пояснения?

В отличие от трусливого Майера, преклонившего колени перед Императором, Мередия, исполнявшая обязанности главы в отсутствие герцога, обладала куда большей властью.

— Если вы продолжите отказываться от сотрудничества, нам тоже будет непросто…

— Кажется, вы не понимаете, поэтому скажу в последний раз.

Даже если бы у Мередии не было полномочий главы семьи, забрать её против воли было невозможно.

— Сейчас я невероятно устала и раздражена.

— ……

— Так что, если Его Величество хочет меня видеть, пусть приходит лично.

Хотя Мередия стояла перед Первыми Имперскими Рыцарями без всяких церемоний, по-настоящему нервничали явно они, а не она.

— ...это плохо.

— Точно. Сэр Уитни только что уехал со Вторыми Имперскими Рыцарями.

— Ха-а-а… тогда…

Командир рыцарей, слишком хорошо понимавший ситуацию, вздохнул, когда его лейтенант шепнул доклад, и уже собирался отвести отряд.

— Эй, вы.

— Да?

С безразличным видом Мередия вдруг резко взглянула на лейтенанта.

— Вы сказали… Уитни тоже поехал?

— Да, сэр Уитни также получил приказ Императора.

— …он?

— Ну, сэр Уитни просто даст краткие показания как свидетель, а затем перейдёт под командование Императора…

Лейтенант замешкался, но продолжил, следя за глазами Мередии, будто чувствуя, что она ждёт подходящего момента.

— Чтобы обеспечить справедливое вознаграждение, показания благородной дамы, присутствовавшей на церемонии с ним, крайне важны…

— …тогда поехали.

— Что?

Не дав лейтенанту договорить, Мередия тут же ответила, полностью разрядив прежнее напряжение.

— Мне повторить?

— Нет, просто…

— Я сказала, что лично отправляюсь во дворец.

С этими словами Мередия уверенно двинулась вперёд, оставив ошеломлённых рыцарей позади.

— Если там мой жених, то и я поеду.

— ……

— У меня ещё есть с ним дела.

Произнеся это, Мередия прошла сквозь рыцарей и поднялась в ожидающую карету. Когда потрясённый лейтенант взглянул на командира, тот тихо спросил.

— Вроде говорили, что все имперские новости — пустышки, да, командир?

— …откуда мне знать?

Пока лейтенант в растерянности смотрел на Мередию, занявшую место в карете, командир ответил с ноткой неверия в голосе.

— Та самая Мередия, о которой до вчерашнего дня никто не знал, что она в отношениях со старшим сыном какого-то захудалого графа…

Хотя все рыцари наблюдали за ней, Мередия, сидевшая с подбородком на руке, сосредоточенно разглядывала чей-то платок, всё ещё зажатый в её ладони.

----------

Недоразумение

Только Мередиа поднялась в карету под недоумевающими взглядами рыцарей Первого Ордена.

— У-уааах! Е-его правда увозят…!

Сашу, которую втолкнули в комнату к Хестии, будто подкосило. Она встала на цыпочки у окна, высматривая наружу. Глядя, как Уитни сопровождают рыцари, она забормотала дрожащим голосом.

— Его ведь не арестуют? Не может быть… не должно…

— Не переживай. Я была с ним с самого похищения, и никто ничего не заподозрил.

— Д-да что вы вообще натворили на помолвке?!

Руниэль, стоявшая рядом с невозмутимым видом, попыталась успокоить её спокойным тоном. Однако Саша, ещё сильнее распаляясь, возмущённо повысила голос.

— Если кратко, мы сорвали помолвку принца и похитили его невесту.

— Зачем?!

— А разве поступки господина нуждаются в объяснениях?

Руниэль склонила голову в искреннем недоумении. Саша на мгновение остолбенела, а затем в отчаянии схватилась за голову.

— Ч-что же теперь делать-то?!

Внезапно её осенило. Она робко взглянула на Хестию, сидевшую на кровати с мертвенно-бледным лицом.

— Э-эм… простите?

— ……

— М-меня слышно?

Но Хестия, пребывавшая в ступоре с момента встречи с душой Уитни, не реагировала.

— Эй…?

— Ай!

— Чего?!

Когда Саша осторожно приблизила к ней встревоженное лицо, Хестия дёрнулась. Испуганная девушка вскрикнула и шлёпнулась на пол.

Они выглядели точь-в-точь как зеркальные отражения.

— К-кто вы?

— Я… Саша.

— Что?

— А-а, я ваша служанка! Раньше прислуживала молодому господину, но теперь… ну…

Пока они неловко объяснялись словами после комичной сцены, их прервал голос.

— Что вы тут все собрались?

Сзади раздался голос Парши.

— П-Парша?! Как ты…?

— Мне стало лучше, вот и пришла проведать господина.

— К-как ты открыла дверь?

Саша механически обернулась на дверь и спросила потерянно. Парша наклонила голову.

— Она была незаперта.

— А…

Парша незаметно спрятала за спину ключ, но Саша, поглощённая паникой, не заметила этого.

— Кстати, кто эта особа позади вас?

— Э-это… ну…

— А, понятно.

Наблюдая за неловким диалогом, Парша вдруг хлопнула в ладоши, будто её осенило.

— Это новая горничная, да?

— Г-горничная?

— Молодой господин недавно говорил о найме прислуги. Разве нет?

— А-ага! Именно горничная!

Саша впервые слышала об этом, но лишь нервно заулыбалась и кивнула.

— Но наряд её мне не нравится.

— Чего?

— Горничные должны носить униформу. Почему она в платье?

— Э-это…

Парша снова нахмурилась, а лицо Саши вновь застыло маской.

— Э-это испытательный срок!

— Испытательный срок?

— У нас в доме есть подобная традиция! Новых горничных наряжаем в платья! Правда, Руниэль?!

Саша метнула умоляющий взгляд на спутницу, но та лишь склонила голову в недоумении.

— В-в общем, я принесу униформу сейчас же. Тебе повезло.

— ……

— И… испытания ещё не закончились! Придётся остричь волосы и покрасить их. Так что готовься!

Решительно поднявшись, Саша отчаянно подмигнула оцепеневшей Хестии и выскочила из комнаты.

— Надо замаскировать её, пока не раскрыли…!

— Ха-ха, подружка всё такая же милая.

Пока панический шепот Саши эхом разносился по коридору, Парша усмехнулась. Повернувшись к Руниэль, она понизила голос.

— Тебе тоже пора удалиться, Руниэль.

— С чего бы мне слушаться тебя?

Руниэль холодно посмотрела сверху вниз.

— Потому что я — правая рука господина?

— Странно. Думала, это я.

— Разве ты не называла себя всего лишь инструментом?

— Инструмент чаще оказывается в правой руке, чем ребёнок с тёмными мыслями.

Искры напряжённости вспыхнули между ними.

— Ладно, выясним это позже.

Парша резко перевела взгляд на Хестию, прервав негласное соревнование в преданности.

— Прошу прощения.

— Д-да?

— Мне нужно кое-что спросить…

Приблизившись к погружённой в себя девушке, Парша наклонилась и тихо прошептала.

— Вы читали душу сэра Уитни, не так ли?

— Я не понимаю, о чём ты…

— Что вы увидели? Что скрывает его душа?

Хестия хотела продолжить притворяться, но в глазах Парши горел слишком настойчивый, почти отчаянный свет.

— Зачем тебе это?

— Потому что от вашего ответа зависит моя судьба.

Хестия, всегда слабая перед детьми, не смогла отвернуться от девочки, которая теперь с печальным видом теребила её рукав.

— …неужели и таких, как вы, детей здесь удерживают силой?

— Умоляю, Святая…

— Хм…

В её воображении Саша и Парша уже стали жалкими жертвами, вынужденными трудиться в логове зла.

— Слушай внимательно и не пугайся.

После долгой внутренней борьбы Хестия наконец собралась с духом и заговорила медленно, будто взвешивая каждое слово.

— …для похитителя его душа была слишком чиста. Я пыталась найти в нем хоть след порока. Но то, что скрывалось в самой глубине...

Холодная капля пота сползла по ее виску.

— …была империя. Нет, целый мир, объятый жутким пламенем.

— …!

Парша резко вдохнула. Хестия, заметив это, мягко погладила её по спине и продолжила.

— Мы будто марионетки танцевали под его рукой. Каждый жест неотвратимо определял наши судьбы… а когда всё завершилось, тьма поглотила мир, и…

Она замолчала, сделала глубокий вдох и дрогнувшим голосом добавила.

— Остались лишь тишина и пустота.

Воздух сгустился от тяжелого молчания.

— Помоги мне. Если я сбегу сейчас, это ещё можно остановить.

— ……

— Э-э… ты меня слышишь?

Хестия посмотрела на Паршу, ожидая реакции, но, не дождавшись, беспокойно переспросила: — Ты… вообще меня понимаешь?

"А? Стоп. Теперь, когда я думаю об этом…"

Девушка перед ней заморгала, словно возвращаясь из глубин размышлений.

И тогда—

— …ты была с ним.

Хестия, не договорив, резко умолкла, глаза её расширились от ужаса.

— …я так и знала.

— Н-не может быть…

— Мои глаза не обманули меня…!

Она внезапно осознала: перед ней стоял тот самый человек, кто когда-то помог Уитни сжечь мир — и сейчас её губы растягивались в чистейшем восторге.

— И вы… доверились мне до конца…

— О господи…

— Ихихихи… ахахаха…!

Парша залилась радостным смехом. Хестия в панике отпрянула, сомкнула веки и начала молиться.

"Хотя бы самое главное я не сказала…"

Действительно, видение Хестии не было полным.

"После гибели мира в пустоте возникли странные символы… они-то и есть истинная цель Уитни."

Среди тьмы в ее видении по небу ползли загадочные знаки, напоминающие имя.

"О боже, если я и вправду твоя избранница…"

Впервые за жизнь Святая искренне молила о наставлении.

"Дай мне понять эту истину."

Но ответа не последовало.

"…Боже?"

Ведь даже богу сложно объяснить, что она видела финальные титры игры, в которую Уитни играл в прошлой жизни.

Настоящая вина лежала не на заблуждениях Хестии, а на Уитни — чьим самым «злодейским» поступком в жизни был единственный игровой пройденный им «путь злодея» из чистого любопытства.

— С-святая… то есть новая служанка! Вот ваша форма, переоденьтесь, пожалуйста!

— …хорошо.

*****

— …почему у меня так чешутся уши?

Впервые в жизни скача верхом в сопровождении рыцарей по пути в императорский дворец, я даже не мог почесаться из страха свалиться с коня. Скорчив гримасу, я поднял взгляд к небу.

— Вас что-то беспокоит?

— …нет, ха-ха.

— Скоро прибываем, потерпите ещё немного.

Как и сказал капитан Второго ордена, вдали уже виднелись островерхие шпили императорского дворца.

"Еще вчера я думал, что не скоро сюда вернусь."

Хотя владения графа Лингарда граничили со столицей, в обычных условиях я бы не добрался так быстро.

Дело было не только в расстоянии. На каждом посту меня проверяли как опасного преступника, перетряхивая вещи до нитки.

Не имей капитан при себе императорской печати, путь занял бы дни.

— Угх…

Разумеется, королевский скакун, мчавшийся со скоростью, способной вызвать страх перед верховой ездой, тоже внес вклад в наш «рекорд».

— Стой! Остановись!

— Немедленно прекратите движение!

Подавив подкатывающую тошноту, мы наконец достигли тщательно охраняемых ворот дворца.

"Почему эти недоразумения никогда не заканчиваются?"

— …ха-ха.

Видимо, из-за вчерашних событий стража метнулась к нам, размахивая руками, будто мы принесли чуму.

— Не поймите превратно. Этот человек не тёмный маг и не преступник. Сэр Уитни действует по приказу Его Величества…

— М-мы знаем!

Капитан Второго ордена, уже скучающим жестом потянувшийся за печатью, замер.

— Тогда почему остановили?

— П-потому что…!

Стражники явно нервничали. Мы с капитаном переглянулись — и в тот же миг...

— Отстаньте, сволочи!

Кто-то грубо оттолкнул солдат и обернулся в нашу сторону.

— Сэр Уитни!

Тут-то я и понял причину их паники.

— Я вас ждал!!

Принц — тот самый, что должен был блистать на вчерашней помолвке — бежал ко мне с лицом человека, обретшего давно потерянного друга.

— Умоляю, спасите меня!!!

"…что на этот раз?"

Похитив его невесту всего несколько часов назад, я оказался в ситуации, крайне неловкой, мягко говоря.

----------

Секрет принца

— Ваше Высочество, о чём вы внезапно заговорили?

— Я говорю буквально. Умоляю, помогите!

— Мне сложно исполнить просьбу, когда я даже не понимаю, о чём вы толкуете…

Несмотря на то, что я прибыл сюда под охраной рыцарей, путь мой был теперь наглухо перекрыт. Я растерянно взглянул на командира стражи, стоявшего рядом.

— Кхм~

Увы, преграждавший дорогу оказался не разбойником и не строптивым стражником, а первым наследником императорского трона. Поэтому командир лишь смущённо кашлянул и отвёл глаза.

— Заклинаю вас! Только вы можете разрешить эту ситуацию!

— Ха-ха…

— Помогите сейчас — и я достойно вознагражу вас. Клянусь именем Кендрика Уинтер Колда!

Так принц и затянул меня в свои сети. Весь вчерашний день он вёл себя со мной панибратски, а сейчас, когда потребовалось, назвал наконец имя и отчаянно вцепился. Я натянуто улыбнулся.

— Ваше Высочество. Сначала мне нужно понять, о какой именно помощи речь.

— Ах, да. Верно.

Словно осознав нелепость своего поведения, принц на миг застыл. Глубоко вдохнув, он заговорил сдержаннее.

— Вы помните вчерашний… инцидент? Похоже, меня стали подозревать в причастности. — Голос его всё ещё дрожал. — Подчёркиваю — я невиновен. Но, судя по слухам, все улики указывают на меня…

— Хм…

— Обычно в таких случаях я советуюсь с лордом Майером. Но почему-то до него не достучаться…

Его жалоба, хоть и сумбурная, была ясна по сути: этого человека подставили.

— Вы потеряли связь всего несколько часов назад?

— Кристалл связи не отвечает…

— Оу...

Если Майер, мастер использовать людей, оборвал все контакты — ситуация предрешена.

"Император, как всегда, беспощаден."

Принц был первым в очереди на трон лишь по милости отца. Если Император вмешался — карьера наследника рухнет мгновенно.

— Сожалею, но помочь вам я не в силах, Ваше Высочество.

— Сэр Уитни?

Не видя ни возможности, ни причины вмешиваться, я попытался уйти.

— Постойте! Почему вы так холодны?

Он ухватился за мою руку, и следующие слова ошеломили: — Я… знаю правду. Его Величество благоволит вам.

— …простите?

— Иначе зачем бы он тайно предупредил меня о вас?

"О чём, чёрт возьми, он говорит?"

— Его Величество… упоминал обо мне?

— Как вы думаете, почему я опекал вас вчера? Ха-ха…

Я смотрел на него, не веря ушам, потом невольно усмехнулся.

"Не думал, что он ТАК безнадёжно глуп."

Если верить его словам, то Император велел следить за мной. Но принц не только исказил приказ, но и проболтался «мне» — объекту слежки?

Теперь я понимал, почему в придворных сплетнях его звали «пустоголовым Кендриком».

— Сегодня у вас аудиенция у Его Величества… умоляю, замолвите слово за меня!

— Хм…

***

— Я-я не понимаю, о чем вы…

— Потише.

— С-сэр Уитни?

— Прошу вас, Ваше Высочество. Нам ведь не нужно, чтобы кто-то подслушал, верно?

Принц колебался, но выбора у него не оставалось.

— А теперь давайте обсудим ваш секрет.

***

Сколько времени прошло с тех пор?

— А?

Мередия, формально сопровождаемая Первым рыцарским орденом, но фактически находящаяся под строгим надзором, подошла ко входу в императорский дворец. Увидев происходящее, она на мгновение усомнилась в собственном зрении.

— Сэр Уитни! Мой верный друг!

— Ха-ха, Ваше Высочество. Даже если мы недавно стали друзьями, это не повод бросаться в объятия.

Если бы не Мередия, вряд ли кто-то поверил, что наследный принц, который должен был томиться под замком, теперь неловко пытается обнять её жениха.

— Я-я теперь в неоплатном долгу перед вами!

— Полагаю, это так?

— К-как я смогу отплатить за эту милость…?!

Даже Второй рыцарский орден, обычно державшийся на расстоянии из-за разницы в статусе, наблюдал за этой сценой в ошеломлённом молчании.

— Взамен, Ваше Высочество, вы должны доверять мне безгранично и поддерживать всеми силами.

— Э-это само собой разумеется. Я приложу все усилия.

— Нет, нет.

Из-за этого никто не заметил, как надменный принц, внутренне сжавшись от страха, старался не дрогнуть.

— Не «усилия». Вам придётся сделать больше.

— Ч-что?

— Наш дорогой принц способен на многое, когда захочет.

Уитни, явно виновник в переменах в поведении принца, улыбнулся и похлопал того по плечу, будто старого приятеля.

— Т-так ли это?

— Безусловно, Ваше Высочество.

Зрелище было до жути схоже с образом герцога Майера, запечатлевшимся в памяти Мередии.

— А, леди Мередия!

— Вы здесь?

Пока лицо Мередии хмурилось, Уитни заметил её и махнул рукой с лучистой улыбкой.

— Его Высочеству есть что вам сказать.

— Мне…?

Услышав это, Мередия на мгновение замерла в недоумении.

— Я-я приношу свои извинения.

— ……?

— Я… всё это время вас досаждал.

Принц, робко поглядывая на Уитни, сделал шаг вперёд и заговорил дрожащим голосом. На лице Мередии мелькнуло изумление.

— Простите за мою грубость.

— О чём вы…?

— Я-я был настолько глуп, что решил, будто вы испытываете ко мне чувства. Прошу прощения.

Мередия даже представить не могла, что принц признает ошибки и извинится так прямо.

— Сэр Уитни…?

Разумеется, шокированы были не только она. Воздух сгустился от тягостной тишины.

— Я-я всё правильно сделал?

— Да. Очень хорошо.

Принц, украдкой взглянув на Уитни, тихо спросил. Тот кивнул, отвечая мягким тоном: — Вам лишь нужно продолжать в том же духе.

— Х-хорошо.

При этих словах принц вздрогнул, встретившись с фирменной улыбкой Уитни — безобидной, но леденящей душу.

— Что ж. Леди Мередия, надеюсь, вы прекрасно проведёте время.

— Ах… конечно.

— М-мне срочно нужно в уборную! Я пойду…

С лицом, внезапно потерявшим надменность, принц поспешно ретировался в сторону дворцового сада.

— Что ты вообще ему нашептал, чтобы он вилял хвостом, как щенок, нашедший хозяина?

— Ничего такого.

Наблюдая, как принц скрывается из виду, Мередья резко повернулась к Уитни. Тот встретил её взгляд с беззаботным видом.

— Я просто честно рассказал о своих планах и текущем положении его невесты.

— И конечно, ты солгал, да?

— Осмелюсь ли я? Я сказал правду, что сейчас она находится в нашем поместье.

— …ты с ума сошёл…?

Несмотря на лёгкость тона, слова Уитни повисли в воздухе как угроза.

— А, не волнуйтесь. Вы полностью вне подозрений. Я не стану рисковать главой будущего дома.

— Ты что-то недопонимаешь.

Заметив её нахмуренный взгляд, Уитни попытался смягчить ситуацию, но Мередия прервала его с раздражением в голосе.

— Теперь мы с тобой практически единое целое.

— Ах...

— Если ты угодишь в беду, моя репутация тоже пострадает… и почему ты ухмыляешься?

Уитни, на мгновение застывший, внезапно осклабился. Мередия замолчала, сверкнув глазами.

— Значит, вы всё же решили соблюдать обручальный контракт?

— …что?

— Я рад. После инцидента на церемонии помолвки боялся, что вы разорвёте соглашение.

Его лукавая улыбка заставила Мередию сжать губы.

— …и что ты собираешься делать с этим безнадёжным болваном?

Поняв, что переиграть Уитни взглядом невозможно, она отвела глаза, сменив тему.

— Согласен, Его Высочество — совершенно пропащий человек.

— Тогда зачем…?

— Я верю, что люди способны меняться, леди Мередия.

Она резко повернулась к нему, сузив глаза.

— По крайней мере, те, кто ещё заслуживает звания «людей».

Голос Уитни стал тише, лицо внезапно остыло.

— Но как быть уверенным, что этот идиот сохранит секрет?

— О, не беспокойтесь.

Мередия приподняла бровь. Уитни вновь обрёл привычную усмешку, понизив голос: — Мне известен величайший секрет Его Высочества.

На этот раз его выражение лица было откровенно зловещим, делая прежние улыбки безобидными.

— …хотя узнал я об этом лишь недавно.

Мередия дёрнулась, не уловив его последний шёпот.

— Ты начинаешь меня пугать.

— Ха-ха. Не говорите глупостей.

— Глупость здесь — твоё лицо.

Уитни сделал обиженную мину, а Мередия фыркнула и отвернулась.

— В любом случае, раз закончил с принцем, отвечай на мой вопрос.

— Какой? Нам пора внутрь.

Она проигнорировала нетерпеливых рыцарей позади, подняв руку с платком.

— Этот платок, что ты вчера завязал на моём запястье… что именно ты—

— Идёт Император!

— …что?

Если бы не этот внезапный окрик, их разговор мог бы затянуться.

— Император… здесь?

Мередия, необычно смущённая, невольно шагнула к Уитни.

— Но он же был при смерти…

— Слухи...

Новый голос прозвучал ледяно, заставляя дворян содрогнуться.

— ...часто преувеличивают.

Лиллит Уинтер Коулд — Император, один из могущественнейших правителей в истории — прошла мимо поклонившихся чиновников.

— Следуйте за мной.

— …!

— Для вас двоих подготовлено место в саду.

***

Тем временем в глубине дворцового сада…

~Хлюп—

Принц Кендрик, заперевшись в уборной, всхлипывал на унитазе.

— Я-я так туго бинтовала грудь…

Дрожащими пальцами он приподнял рубашку, глотая слёзы.

— Как… как он узнал…?

Не как принц Кендрик, каким его знал мир с рождения.

А как принцесса Катарина Уинтер Коулд — тайна, известная лишь горстке людей в империи.

----------

Император I

Императорский сад изначально был создан для отдыха и прогулок царственной семьи.

Едва ли это место было подходящим для обсуждения государственных дел с министрами или принятия важных решений.

— Ваше Величество, позвольте заметить, но обсуждать вопросы награждения за заслуги в подобной обстановке… несколько неуместно…

— Неуместно? Но разве это имеет значение?

Однако одно лишь равнодушное замечание Императрицы, восседающей под зонтом на роскошном троне с томным выражением лица, обратило все сомнения в прах.

— Взгляните на ваши лица. Вы бледны, как призраки.

— ……

— Это оттого, что вы затворяетесь в мрачных покоях дворца, лишая себя солнечного света. Порой необходимо проводить день вот так.

Разумеется, бледность министров была вызвана не недостатком витамида Д. Ещё несколько дней назад они лишь шептались в коридорах, что Императрица при смерти.

Но в Империи слово данной особы было законом. Потому сановники — люди, чей статус обязывал к почтению — теперь стояли под лучами в саду, делая вид, будто это невинная прогулка, и лишь украдкой следили за каждым движением государыни.

— А ты не поднимешь головы?

— …повинуюсь.

— Герой Империи не должен уподобляться этим жалким бледным тенечкам.

Сказав это, Императрица размеренным голосом повернулась к мужчине, склонившему перед ней колено.

— Тогда прошу — взгляни на меня.

По её велению Уитни Лингард, герой, удостоенный почёта в этот день, медленно поднял голову и улыбнулся.

— …!?

На мгновение в саду воцарилась гнетущая тишина.

— Но… как он может…

— Кхм-кхм…

Дело было не только в странноватой для «героя» внешности Уитни.

— Что, вы тоже заметили?

Императрица, изучавшая его с любопытством, прищурила глаза...

— Ты удивительно похож на меня.

...они были как две капли воды.

— Ха-ха… вы слишком милостивы.

— Это не комплимент. Моё выражения лица не раз вызывало… недоразумения.

С той разницей, что её улыбка была эталоном коварства из старинных пьес.

— Неужели найдётся двойник Вашего Величества…

— Н-не дай бог, ещё и нравом схож!

— Всё же он герой… ха-ха…

Для министров же сходство было пугающим, пробуждая давние тревоги.

И в тот самый миг—

— Сэр Уитни. Присядьте рядом.

Императрица, не отрывая взгляда от героя, вдруг хлопнула ладонью по златотканой подушке рядом с троном.

— Ваше Величество, но это место…

— Уитни словно сын мне.

Место рядом с императорским троном предназначалось лишь для супруга или наследника. Посадить туда героя — неслыханная вольность.

— Однако…

— Мы в саду, а не во дворце. Какая разница?

К этому моменту столько условностей уже было нарушено, что возражать не решался даже трепещущий церемониймейстер — он лишь замер, когда узкие глаза государыни сузились ещё сильнее.

— Как прикажете.

Почесав затылок, Уитни поднялся и занял место рядом с Императрицей, отчего лица министров побелели ещё сильнее.

— Ну, сэр Уитни? Каково сидеть на столь запретном месте?

— Как будто меня вот-вот арестуют за измену. Ха-ха.

Зрелище двух улыбающихся двойников, непринуждённо шутящих на троне, заставило присутствующих похолодеть от ужаса.

— А что? Вы и вправду могли бы быть моим тайным сыном.

— Если вдуматься, такое возможно, не так ли?

— О-хо. Тогда ваши права на престол оказались бы выше детей моего свергнутого брата.

Речь уже шла не о простом внешнем сходстве.

— Премного благодарен, но вежливо откажусь. Я знаю своё место.

— Намекаете, что другие здесь его не знают?

— Ха-ха, кто его разберёт?

— Хо-хо. Это моя любимая фраза. Вы и впрямь как родная кровиночка.

Двое щурились, обмениваясь двусмысленными репликами, их жесты и интонации совпадали до жути.

"Спасите. Кто-нибудь, спасите."

Разумеется, Уитни, оказавшийся рядом с троном по воле случая, просто говорил первое, что приходило в оцепеневший мозг.

Увы, этого никто не замечал.

— Дальше — нельзя.

— ...?

— Иначе сочту оскорблением моего жениха.

Как раз когда шутки Уитни начали переходить опасную грань, а министры, видя перед собой близнецов, сглотнули ком в горле, в разговор вмешался холодный голос.

— Мередиа Эмбегрин. Вы прерываете трогательное семейное воссоединение?

— Даже моему терпению есть предел, Ваше Величество.

Императрица встретила дерзость равнодушным взглядом, но Мередиа, источая ледяное спокойствие, продолжила.

— Когда родился мой жених, Ваше Величество едва исполнилось десять лет.

— Хм, и то верно. Но разве невозможное — не основа судьбы?

— Ваши плоские шутки меня не интересуют.

Императрица надула губы, словно обиженный ребёнок, но Мередиа, не моргнув и глазом, добавила.

— Но если объектом насмешек становится отец моего супруга, законный глава дома Эмбегринов… это уже оскорбление чести рода. Не находите?

— Хм-м.

— Настаивая на своём, Вы бросаете вызов мне и моему дому, Ваше Величество.

Последние слова повисли в воздухе, натянутом как струна.

— Боже, даже пошутить нельзя.

Наконец Императрица фыркнула, ещё уже прищурив миндалевидные глаза, и с фальшивым раскаянием повернулась к Уитни.

— Простите, сэр Уитни. По правде говоря, у меня никогда не было ни любовников, ни детей.

— Ваше Величество…!

— А теперь мне почти тридцать. Какая трагедия для империи.

Камергер рядом побледнел от скандального заявления и попытался остановить её, но было поздно. Императрица уже произнесла это, приняв фальшиво-скорбный вид, и обратилась к Уитни с извинениями.

— В любом случае, если моя шутка вас задела, приношу глубочайшие извинения.

— Вовсе нет. Я давно привык обходиться без матери.

— О, дорогой. Тогда вам стоит остаться рядом. Я всегда мечтала хоть раз почувствовать себя матерью.

Наблюдая за реакцией Уитни, Императрица улыбнулась ему своей жутковатой улыбкой, как у него самого, и понизила голос до шёпота.

— ...а если не по нраву — могу сделать вас своим супругом.

— Прошу прощения? Ха-ха…

— Должна признать, вы весьма очаровательны.

К счастью для министров, стоявших с поклонами, её шёпот был слишком тих. Но Мередиа, стоявшая напротив, уловила каждое слово.

— Если Ваше Величество желает обрести врага в лице дома Эмбегринов, продолжайте в том же духе.

Достигнув предела терпения, Мередиа сверкнула глазами, подобными драгоценным камням, и вынесла окончательное предупреждение.

— Леди Мередиа. На сей раз это действительно шутка. Я мудрая правительница, а не тиран, посягающий на чужое.

— ……

— Но судя по вашей реакции, вы весьма привязаны к жениху.

Императрица, словно дожидавшаяся этого, рассмеялась и, склонив голову, задала вопрос Мередии, чьё лицо оставалось ледяным.

— Я забочусь лишь о собственной чести и репутации семьи.

— Хм.

— И презираю тех, кто посягает на то, что приносит пользу моему дому.

На миг в глазах Императрицы мелькнуло разочарование, но вскоре губы вновь тронула улыбка.

— Всё же не ожидала, что леди Мередиа запомнит день рождения мужчины…

— Не поймите превратно. Я просто запоминаю все личные данные связанных со мной людей.

— ……

— В отличие от некоторых, кто не помнит имён собственных подчинённых.

— Хо-хо.

На этот намёк Императрица усмехнулась, выпрямилась и сменила тему: — Итак, пора перейти к главному.

— ……!

— Для обсуждения заслуг мы потратили слишком много времени на праздные разговоры.

Министры, до этого момента уже потные под лучами яркого солнца, наконец облегчённо выдохнули.

— Тогда начнём с…

— Ваше Величество!

Внезапно раздался запыхавшийся голос, и рыцарь в сверкающих доспехах ворвался в сад, опустившись на колено.

— Прошу прощения, но я срочной вестью.

Обычно появление вооружённого рыцаря перед Императрицей и министрами каралось бы строго. Однако возражений не последовало.

Ведь вооружёнными во дворце могли быть лишь гвардейцы, подчиняющиеся лично Императрице.

— Похоже, обсуждение наград придется отложить.

А тем временем Имперская гвардия занималась расследованием «Нападения на церемонию помолвки» — похищения невесты императорского принца.

— Это, должно быть, связано с каким-то сенсационным открытием касательно вчерашнего ужасающего происшествия?

— …да, Ваше Величество.

— Тогда доложите здесь и сейчас.

Императрица, к этому моменту уже стёршая с лица все следы улыбки, холодно приказала склонившемуся перед ней рыцарю.

— Тёмные маги, захваченные на месте, впали в кому из-за начертанных на них клейм, что помешало допросам. Однако…

— Продолжай.

— …мы обнаружили одну, которая не потеряла сознания и пыталась бежать.

Слова рыцаря вызвали ропот среди собравшихся министров.

— Тишина. Прошло полдня с момента инцидента — почему эту особу задержали только сейчас?

— Она притворилась мёртвой, используя чужеродную магию. К счастью, наши рыцари вовремя это распознали и заставили её остаться в живых.

Одним взглядом Императрица усмирила хаос, кивнула в знак одобрения и отдала новый приказ.

— Тогда доставьте сюда этого мага. Немедленно.

— Ваше Величество?

— Самый сведущий в тёмной магии человек сидит прямо рядом со мной.

С этими словами Императрица повернулась к Уитни. Её голос звучал спокойно, хотя на лицах министров читался страх.

— Не так ли, сэр Уитни?

— …разумеется, Ваше Величество.

Уловив лёгкую улыбку, мелькнувшую на губах Императрицы, Уитни почувствовал что-то неладное. Но прежде чем он успел обдумать это...

— Иди прямо, тварь!

— Гхх… проклятые шавки…

Издалека донеслись ругань рыцарей и тяжёлое дыхание.

— Ваше Величество, это тот самый тёмный маг.

— Угх…!

— На ней надеты кандалы, подавляющие магию, так что сопротивляться она не сможет.

Не прошло и мгновения с приказа Императрицы, а гвардия уже вернулась — с поразительной эффективностью.

— Давно я не видела тёмных магов так близко.

— ……

— Сэр Уитни, я намерена лично её допросить.

Императрица, с мрачным взглядом изучая скованную фигуру, поднялась с трона и мягко обратилась к Уитни.

— Не поможете ли мне?

— Хах. А я всё думал, куда ты пропала.

С ледяным шёпотом Уитни тоже встал.

— А ты оказывается вот где.

Его взгляд, острый и хищный, заставил присутствующих содрогнуться, когда он направился к коленопреклонённой магичке. Узкая улыбка на его лице жутко напоминала ухмылку самой Императрицы.

— Постарайтесь сдержаться на этот раз. В отличие от прошлого раза, не размозжите ей голову лишь за то, что она практикует тёмную магию.

— Ха-ха, постараюсь.

Со стороны казалось, будто эти двое идеально синхронизированы — как рыбы в воде.

"Нет, это безумие."

Но для Уитни, шагавшего теперь рядом с Императрицей, его и без того пустой разум окончательно лишился мыслей.

— Кстати, это вы оставили на ней ожог?

— Ха-ха…

Потому что женщина перед ними, скованная и наполовину покрытая жуткими ожогами...

"Всё пропало."

…оказалась тем самым тёмным магом — переодетой в служанку — с которой Уитни столкнулся при похищении леди Хестии.

----------

Император II

— Сэр Уитни. Будьте готовы в любой момент применить белую магию.

— …что?

— Как я и сказала, я лично займусь допросом.

Я бездельничал в ожидании церемонии награждения, когда меня внезапно втянули в допрос вместе с Императрицей. Вздрогнув, я поспешно собрался и сосредоточился на тихом голосе, звучавшем рядом.

— Все может быть. Даже связанный, тёмный маг остается тёмным магом.

— А… хм. Вы доверьтесь мне?

Однако мой ответ прозвучал неуверенно — я все ещё не мог опомниться от неожиданного поворота событий.

— Да. Если что-то случится, я буду рассчитывать на вас.

Императрица еле заметно улыбнулась мне, затем шагнула вперед и произнесла.

— Подними голову, тёмный маг.

— Тьфу, какая чушь.

Однако ответ магички, которую рыцари силой поставили на колени, прозвучал с издевкой и проклятием.

— Простите, но я не настолько доброжелательный тёмный маг, чтобы участвовать в вашем дурацком чаепитии.

— ……

— Хотите поиграть в солдатиков? Так возьмите кукол позади себя!

Закончив фразу язвительной усмешкой, она заставила Императрицу сузить глаза до полумесяцев, и вокруг воцарилась гробовая тишина.

— Как и ожидалось от тёмного мага.

— Ч-что это… Ах!

В тот миг, когда Императрица щелкнула пальцами и пробормотала что-то, стражи позади резко затянули на её шее странное устройство.

— Ааааааргх!

Ужасающий вопль вскоре наполнил сад, превратившийся в площадку для публичного допроса.

— Империя, как правило, избегает физических пыток или мучений для пленных.

— Кх… кхе-кхе…

— Но вы — не более чем монстры в человеческом обличье.

Если мои сведения верны, устройство на её шее было «магическим шокером», созданным для усмирения монстров.

Это означало, что сейчас она испытывала боль, достаточную, чтобы мгновенно сломить даже самое яростное существо.

Сколько бы тёмные маги ни привыкали к страданиям, выдержать подобное было невозможно.

— Подними голову и смотри мне в глаза.

— Угх…

— Не усложняй всё бессмысленным сопротивлением.

Как и ожидалось, она не выдержала мук: лоб прижался к земле, слюна стекала по подбородку. Но после последнего предупреждения Императрицы она все же с трудом подняла взгляд.

"Если узнает меня… что сказать?"

В тот же миг мои волосы начали седеть с невероятной скоростью.

"Кричать, что я невиновен? Но это лишь усилит подозрения…"

Пока ум лихорадочно искал выход из величайшего в жизни кризиса—

— …пощадите.

"Что?"

К моему изумлению, тёмный маг, уставившаяся на меня и Императрицу остекленевшим взором, неожиданно выдохнула слабую мольбу.

— Клянусь... я расскажу всё как есть.

— Хм.

— Прошу… пощадите…

Мне казалось, что она замышляет недоброе, но её лицо, залитое слезами и слюной, выражало лишь полное измождение.

"Если она не узнала меня... то почему её поведение так изменилось?"

— Это зависит от того, что ты скажешь дальше.

Пока я молча хмурился, смущенный её противоречивыми действиями, Императрица, напротив, казалась довольной. Ее губы тронула улыбка, когда она продолжила.

— Я отвечу на всё, что знаю, честно.

— Тогда скажи: тебе известно, где находится похищенная Святая?

Мне почти удалось расслабиться, но при этом вопросе я резко замер, нервно взглянув на тёмного мага.

— …нет.

— Не знать ключевой информации делает тебя бесполезной.

— Потому что Святую похитили не мы.

От её неожиданного заявления я лишь закрыл глаза, внутренне вздохнув.

— И виновник… сейчас находится здесь.

Единственным утешением было то, что шокирующие слова приковали всеобщее внимание, скрыв мою неестественную реакцию.

"Верно… тогда в комнате ожидания даже не выключили свет. Как она могла меня не запомнить?"

Разумеется, эта фраза также означала, что моя жизнь теперь висит на волоске.

— Тогда укажи на преступника.

Не успев подготовиться, я услышал, как Императрица, единственная сохранявшая легкую улыбку среди растерянных сановников, приказала магичке.

— Кивни в его сторону.

В саду повисла тягостная тишина, настолько густая, что даже дышать стало трудно.

Медленно магичка повернула голову.

— Э-э?

— Боже…

— О…

Как только её взгляд остановился на одной точке, лица министров, едва поспевавших за стремительным развитием событий, исказились от шока.

"Что?"

Я замер. Стиснув зубы, я готовился к худшему, но…

— Это… она.

Потому что человек, на которого она указала, был—

— Эта особа воспользовалась суматохой и выкрала Святую у нас.

— Что?

…не я, а леди Мередия, до сих пор спокойно наблюдавшая за происходящим.

— Что за бред…?

— О, сэр Уитни. Кажется, вы присягнули не на ту сторону.

Все ещё ошеломленный абсурдностью происходящего, я машинально перевел взгляд на Императрицу, услышав её слова.

— Но не волнуйтесь.

— …!

В следующий миг по спине пробежал холодок, и я невольно отступил на шаг.

— Я прекрасно знаю, что вы всего лишь жертва, которой воспользовались.

Потому что Императрица, шепнувшая это мягким тоном, не отрывала от меня прищурого взгляда....

— Так что, если отныне поклянетесь в верности мне, вы не пострадаете.

...приоткрыв их чуть шире.

— Более того, вы можете получить вдвое больше преимуществ.

Этот взгляд… в игре из моей прошлой жизни он появлялся только в одном случае.

— Что скажете, сэр Уитни?

"Это же та сюжетная линия, где выбираешь Императрицу в качестве спутницы, да?"

Но я не понимал, почему.

"Я же не сделал ничего, чтобы она мной заинтересовалась."

Казалось, верховная власть империи всё таки заинтересовалась мной.

***

— Х-ха, Ваше Величество?

Застигнутый врасплох «предложением» Императрицы, Уитни неловко улыбнулся, почесывая затылок.

— Даже если вы внезапно говорите такое…

— Звучит довольно оскорбительно.

Однако его слова тут же потонули в насмешливом тоне Мередии.

— Словно Ваше Величество уже решило, что я виновна.

— Хм, но разве у меня есть выбор при таких обстоятельствах?

— Ха. Это просто смешно.

Императрица притворно вздохнула, но Мередия холодно парировала, игнорируя подозрительные взгляды.

— Когда рыцари попросили моего содействия, ссылаясь на новые улики, я заинтересовалась. Хотела узнать, какую нелепицу вы придумали на этот раз.

— Хм...

— Но теперь, видя, как все вы ведетесь на слова какого-то тёмного мага… даже пробегающая мимо собака посмеялась бы над вами.

Её ледяной взгляд скользнул по саду, и министры, до этого сомневавшиеся, поспешно опустили глаза.

— Ваше Величество, неужели вы думали, что этот фарс хоть как-то поколеблет мое положение?

— ……

— Может, это ваша собственная позиция окажется под угрозой?

Мередия перевела стрелки, но—

— Вы правы, леди Мередия. Даже я устала от древнего договора между домом Эмбегринов и королевской семьей.

К её удивлению, Императрица легко согласилась.

— Даже как Императрица, я не могу арестовать вас лишь на основании этих слов.

— Тогда зачем весь этот спектакль?

— Кажется, вы недопонимаете. Я и сама не ожидала, что события примут такой оборот.

Небрежно отмахнувшись, Императрица улыбнулась, прищурившись.

— Я лишь хотела почтить рождение нового героя. Увы, неприятный инцидент омрачил праздник.

— Как досадно.

— Но я обязана проверить возникшие подозрения. Разве это и не в ваших интересах, леди Мередия?

Разумеется, мало кто верил в «случайность» произошедшего — особенно сама Мередия.

Ведь еще до восхождения на трон Лиллит Уинтер Клоуд славилась умением оказываться в нужном месте в «удачный» момент.

— Или вы намекаете, что я сама всё подстроила?

— …хах.

— Ну-ну, это уже перебор, не находите?

Увы, никто в зале не осмелился напомнить, что все эти «удачные моменты» всегда работали в её пользу.

— Тогда будьте любезны немного потерпеть.

Мередия привыкла противостоять в одиночку и дворянскому обществу, и императорской семье — но здесь у неё не было союзников, готовых заступиться.

В конце концов, Императрица — та, что свергла брата-тирана и взошла на трон в юности, принеся империи процветание.

Любой, у кого есть хоть капля ума, знал, на чью сторону встать.

— …делайте, что хотите.

— Отлично. Возвращаясь к делу… тёмный маг, есть ли у тебя доказательства, что леди Мередия похитила Святую?

Как только Мередия, стиснув зубы, неохотно согласилась, Императрица повернулась к магичке с ожидающим взглядом.

— …мы с леди Мередией схлестнулись из-за Святой.

На мгновение застыв, магичка перевела взгляд на Мередию и продолжила.

— Шрам на ее руке — тому подтверждение.

— …!

Услышав это, Мередия резко побледнела, торопливо пряча руку за спину.

— Кстати, леди Мередия, что это вы обмотали вокруг своей ладони?

Но было уже поздно.

— Это… платок моего жениха—

— Да, вижу, что его. Но я спрашиваю: почему он на вашей руке?

Почувствовав ловушку, Мередия попыталась выкрутиться, но Императрица, учуяв слабину, наступала.

— Вряд ли вы увлекаетесь дурацкими романтическими жестами, как юные дворянки.

— Это…

— Не логичнее ли предположить, что вам есть что скрывать?

Стоя перед улыбающейся Императрицей, Мередия медленно опустила голову.

"Так вот с чего всё началось."

Разумеется, метка на её руке была не раной — это след проклятия, проявившегося на балу прошлой ночью.

Проблема заключалась в последствиях: раскрыв проклятие ради оправдания, она подписала бы себе приговор.

Согласно имперским законам, носитель проклятия — угроза, ведь тёмные маги могут в любой момент взять его под контроль.

Даже Мередия, страдавшая от воздействия магии, доходила до членовредительства. Это говорило о многом.

— Леди Мередия, почему вы не отвечаете?

— ……

— Если это ложь, просто покажите руку.

Чем выше статус, тем тяжелее падение.

Как минимум, её лишат временного статуса главы дома, а линия престолонаследия рухнет.

Императрице же достаточно будет извинений и компенсации за «ущерб репутации».

Но отказ показать руку до рассеивания проклятия лишь подтвердил бы обвинения.

— Я не обязана ничего демонстрировать.

— Нелепо. Жалкая отговорка для благородной дамы.

Цепляясь за слабый аргумент, Мередия сжалась. Императрица, будто ждавшая этого момента, усмехнулась.

— Я не прошу невозможного.

— ……

— Хм, молчите? Что ж.

Когда Мередия упрямо замерла, Императрица, словно предвидев это, отвернулась.

— Тогда мне остается положиться на вас, сэр Уитни.

С улыбкой победителя она отдала распоряжение.

— Этот платок… кажется, вы сами его завязали. Не снимете его?

— Хм…

Услышав это, Уитни, стоявший рядом, слегка нахмурился.

На мгновение в сознании Мередии мелькнула слабая искра надежды.

Откажется ли он повиноваться Императрице и встанет на её сторону?

"Возможно, если он..."

— ...ха-ха.

Однако стоило Императрице наклониться и шепнуть что-то Уитни на ухо, как из его груди вырвался смешок.

— Леди Мередия. Прошу, оставайтесь на месте.

— ...понятно. Вот оно значит как.

Когда Уитни с той же застывшей улыбкой, что и у Императрице, приблизился к ней, Мередия почувствовала, как тело предательски теряет силы.

"В этом мире нет никого «на моей стороне»."

Всё, что привело её в эту ловушку, было делом рук самого Уитни.

Сговорился ли он с Императорицей изначально?

Или её жених, осознав провал их планов, просто сменил сторону?

"Впрочем, это уже неважно..."

Мередию больше не заботили ответы.

Как бы то ни было, потеряв полезность, она стала обузой.

— Леди Мередия, не соблаговолите ли протянуть руку?

— ...хорошо.

Когда Уитни, остановившись перед ней, мягко попросил об этом, она молча выполнила просьбу.

— Её Величество поведала нечто занятное. — Продолжил он.

— ......

— Она пообещала гарантировать мою безопасность, если я развяжу этот платок.

Глядя на него без тени гнева, Мередия ощутила, как он уверенно сжимает её ладонь.

— А ещё — куда более щедрые награды под её началом.

— Что ж. Поздравляю.

Она ответила безэмоционально, ожидая неминуемой развязки.

Но...

— ......?

Ожидаемый финал так и не наступил.

— Разве не смешно? — Его низкий голос достиг её ушей, пока она в недоумении склоняла голову. — Всё-таки я — ваш жених.

При этих словах глаза Мередии, до этого момента тусклые и безжизненные, впервые расширились от удивления.

— Я никогда не причиню вам вреда, леди Мередия.

Она уставилась на него, не веря услышанному.

— Хах?

В следующий миг пространство у её ног замерцало бледно-серой магией — действие белой магии Уитни.

— Что ты...?

— Печать, подавляющая способности. Любой белый маг может её применить, но эффективность гарантирована.

Его ответ прозвучал буднично, словно речь шла о пустяке.

Магия уже окутала весь сад.

— Какое бы колдовство, магию или проклятие ни пытались использовать...

— Кх...!

— ...оно не сработает, пока я поддерживаю белую магию.

Едва он закончил объяснение, как...

— Что за... где я? — Пробормотала с раздражением магичка, до этого безучастно стоявшая на коленях.

— Долго это не продлится. Заклинание мощное, но требует невероятных затрат жизненной силы.

— Что...?

— Поэтому белые маги избегают его использовать без крайней нужды.

Несмотря на нарастающую угрозу в взгляде Императрицы за спиной, Уитни, на лице которого уже проступало напряжение, лишь горько усмехнулся.

— Вчера вы рискнули, доверившись мне.

— Ты... неужели...

— Сегодня я рискую жизнью, доверяя вам.

При этих словах взгляд Мередии впервые дрогнул.

— Её сознание было под чужим контролем, но теперь она пришла в себя. Пока стража не схватила меня по её лжесвидетельству... или пока эта магия не высосет всю мою жизненную силу — найдите способ переломить ситуацию и спасти меня, леди Мередия.

Он говорил так легко, будто источающаяся из него энергия жизни и мрачная аура Императрицы за спиной были пустяком.

Но в действительности...

"Если я не продержу печать, пока она не изменит ход событий...!"

Ум Уитни метались от осознания смертельной ставки, сделанной ради побега с пути, уготованного Императрицей.

"Если пойду по её сценарию — точно погибну!"

Возможно, именно отчаяние стало причиной того...

Что он не заметил, как остатки белой магии просочились в сжатую им руку.

«......!?»

Лишь Мередия, ошеломлённо уставившись на ладонь, осознала это.

----------

Император III

— Нет, что за чертовщина…?

— Хех, неужели оковы тёмного мага разрушены?

Сероватый дым, подозрительный и густой, пополз по саду, затягивая пол. Министры, до этого застывшие в оцепенении, зашептались, охваченные паникой.

— Хм...

И только Императрица, будто не замечая хаоса, царившего вокруг, сохраняла ледяное спокойствие. Её взгляд, тяжелый и пристальный, был устремлен на Уитни — источника этого дыма.

— Сэр Уитни, это… довольно неожиданно. — Наконец произнесла она сквозь пелену, и ее тихий голос заставил Уитни медленно обернуться. До этого он неотрывно смотрел на Мередию.

— Таков ваш выбор?

— Ха-ха…

Сквозь клубящийся дым встретились два взгляда, одинаково холодных, одинаково насмешливых.

"Кажется, теперь я начинаю понимать, почему министры всегда смотрят на меня с таким осуждением."

Разница была лишь в том, что один из этих взглядов таил яростную жажду убийства, а другой оставался непостижимым, словно глубинный океан.

— …понять ваши мысли невозможно.

Императрица, сама не раз бросавшая подобные взгляды, знала: такая улыбка — признак крайней опасности. Сейчас лучше не действовать опрометчиво, а наблюдать.

"О чем она?"

На самом же деле Уитни просто пытался расслышать её слова сквозь нарастающий гул министров, которые, испугавшись дыма от его белой магии, галдели все громче.

— Кх-кхм… что это за дым?!

Из-за этого краткое противостояние двух мастеров скрытых эмоций быстро прервалось.

— А?..

Прямо перед Уитни тёмный маг, кашлявшая и морщившаяся, вдруг различила его лицо сквозь пелену и застыла, широко раскрыв глаза.

— Ты… ты же тот ублюдок, что похитил Святую!

— …...

— Что… что ты здесь делаешь?!

После этого абсурдного обвинения даже министры на мгновение притихли.

— Простите, вы ко мне обращаетесь?

— Ха! Думаешь, я забуду твою мерзкую ухмылку?

Благодаря её вспышке в саду, где на секунду воцарилась тишина, вновь зазвучал яростный голос тёмного мага.

— Если бы не твоё вмешательство, меня бы не бросили на полпути и не спалили!

— Хм...

— Хватит ухмыляться — раскройся! Ты тёмный маг-отшельник? Или…

Однако, распаляясь, магичка вдруг заметила за спиной Уитни фигуру Императрицы и резко замолчала.

— А, вот как. Ты всего лишь шавка Императора. Предатель рода.

Её губы искривились в насмешке, когда она переводила взгляд с Уитни на правительницу, а затем обратно.

— Так и знала. Для «белого мага» твоя аура слишком похожа на нашу. Теперь все ясно.

— Боюсь, я не понимаю, о чём вы.

— Ха! Издевайся сколько влезет, но скоро ты пожалеешь.

Уитни, получивший клеймо «приспешника», явно негодовал, но тёмный маг проигнорировала его выражение лица и продолжила сверлить его взглядом.

— Раз уж ты отверг объятия Великой Тени, даже Император не сможет тебя защитить. Потому лучше помоги мне. Тогда я, быть может, замолвлю словечко за… кхх!

Её монолог, тянувшийся слишком долго, оборвался резко — Мередия, до этого молча рассматривавшая тыльную сторону собственной ладони, внезапно ударила магичку в живот.

— Тёмные маги любят нести околесицу, понятную лишь им самим. До чего же утомительно.

Голос Мередии, заглушившей крики физически после того как магический шокер вышел из строя, звучал привычно ледяно.

— Впрочем, к её первым словам стоит прислушаться.

На её лице застыло выражение, контрастирующее с мрачной гримасой Императрицы.

— Тёмный маг. Ты только что заявила, что мой жених похитил Святую?

— Гх… ты-то кто вообще?!

— Минуту назад ты столь уверенно обвиняла меня. Почему теперь меняешь показания?

В её взгляде вспыхнуло то же, что прежде было у Императрицы — холодный блеск клыков хищника, учуявший слабину.

— Я… я не говорила такого!

Загнанная в угол, тёмный маг, всё ещё хрипя от боли, залепетала сдавленно.

— Уверена, всем вам непонятны действия этой безумицы.

Словно ждала этого момента, Мередия отвернулась от пленницы и обвела взглядом собравшихся, начав пояснять.

— Что естественно.

— Погоди, я ещё не…

— Этот тёмный маг находится под воздействием крайне сильного наваждения.

Произнося это, Мередия на мгновение встретилась взглядом с Императрицей, но тут же перевела внимание на Уитни за её спиной.

— Мой жених пытался нейтрализовать чары, но, увы, иллюзии въелись в разум слишком глубоко.

— Нет! Нет! Этот мерзавец точно похитил…

— Сначала клевета на меня. Теперь — на сэра Уитни, героя, лично избранного Её Императорским Величеством.

Тёмный маг, чуя крах, отчаянно цеплялась за соломинку, но Мередия продолжила ровно.

— Потому, Ваше Величество, я официально ставлю под сомнение достоверность показаний сей лжесвидетельницы.

— Нет! Вы, императорские крысы, слепые идиоты! А-а-а!

Её яростные вопли лишь хоронили остатки доверия — позорное клеймо тёмной магии делало свое дело.

— Каково ваше мнение, Ваше Величество?

Добивая, Мередия бросила Императрице улыбку, тронутую едва заметной насмешкой.

— …что ж, теперь, когда вы это упомянули — резон есть.

Помедлив, Императрица ответила неожиданно спокойно.

— Однако суть обвинений не меняется.

Конечно, ни тени прежней уверенности и торжества не осталось на её лице.

— Если вам нечего скрывать, почему бы не снять платок?

— Удивительно, Ваше Величество. — Мередия, уловив подвох, сузила глаза и повторила почти дословно фразу, брошенную Императрицей минуту назад. — Столь мудрая правительница вдруг говорит столь абсурдные слова. Раз свидетельства признаны бредом, у меня нет нужды что-либо доказывать.

Её слова били точно в цель — казавшаяся безвыходной ловушка обернулась против самой Императрицы.

— Как бы ни был прочен союз дома Эмбегринов с троном, подобная дерзость непростительна.

Но Императрица не была бы собой, если бы сдалась так легко.

— Леди Мередия, даже вам надлежит соблюдать субординацию между государем и подданным.

Её тон давал понять: прежнее уважение было лишь жестом доброй воли — милостью, которую можно отозвать. Учитывая статус Мередии как самой влиятельной аристократки в истории империи, в этих словах сквозила горькая ирония.

— Что ж, если вы упорствуете — так уж и быть.

Не переходя прямых границ, Императрица ясно дала понять: отказ Мередии станет семенем, из которого взойдут ядовитые слухи.

Методы Лиллит Уинтер Клоуд всегда были тихи, как падение снежинки — и столь же неотвратимы.

— Верно.

Однако Мередия, лучше других знавшая это, медленно расплылась в улыбке.

— Как преданная вассалка, я не смею ослушаться приказа.

— …не может быть.

Императрица, следившая за ней с настороженностью, вдруг застыла, когда Мередия резко вскинула руку. (п.п. дай бог не от сердца)

— Тогда пусть все узорят воочию!

Платок Уитни, обернутый вокруг ее ладони, соскользнул, обнажив… ничего.

— Убедитесь сами — есть ли здесь хоть след раны?

Безупречная кожа, гладкая, будто полированный мрамор — ни царапины, ни шрама.

— Те, у кого глаза не лживы, видят истину, не так ли?

— Ха… ха-ха.

Императрица, на миг остолбеневшая вместе с другими, выдавила короткий, сухой смешок.

— Похоже… это поражение.

Её взгляд неотрывно застыл на юноше — несомненном архитекторе всей ловушки — чье лицо словно зеркало отражало её черты.

"Ах… темнеет в глазах…"

Уитни, не подозревавший, что его истощенная магия случайно ослабила печать, дрожал, едва удерживаясь на ногах.

"Что ж… это конец?"

Так или иначе, победа, выстраданная им и Мередией, была заслуженной.

***

— Слепцы! Не видите разве?! Этот коварный ублюдок — истинный злодей!!!

— …отправьте её в подземелье. Возможно, ещё пригодится.

— Ты…! Я тебя растерзаю, даже если придётся восстать из пепла! Кх-гхх!

Тёмный маг, объявленная безумицей из-за «наваждения», снова была усмирена магическим шокером и уволочена прочь. Сад, наконец, погрузился в тишину.

— Теперь… вернёмся к главному.

Награды, так долго откладываемые, были распределены с холодной эффективностью.

— Что касается почестей… сэр Уитни получит ключ высшего уровня от императорской сокровищницы.

— …честь для меня, Ваше Величество.

— Выберите одну вещь оттуда в течение года. Это достойная награда за усердие. Наверное…

Императрица, развалившись на троне, вяло махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху.

— Церемония завершена—

— Ваше Величество. Моя награда еще не обсуждена.

Мередия, перебив, заставила Императрицу скривиться.

— …хорошо. Пусть Уитни возьмёт из сокровищницы ещё одну вещь.

— И это называется моей наградой?

— После вашего спектакля вы действительно не понимаете?

Мередия, едва сдерживая ярость, стиснула зубы. Императрица же, до этого ехидно ухмылявшаяся в сторону Уитни, вдруг сникла.

— Не ожидала, что леди Мередия всерьез увлечена пошлыми романами знатных дам…

— …что вы себе представляете?

— Думала, мы одного поля ягоды. Эх, некоторым уже под тридцать, а они ни разу не целовались…

Лицо Мередии исказилось, но, впервые за вечер, ей не нашлось что ответить.

— Раз не отрицаете — завтрашний выпуск Имперской хроники будет восхитителен.

Императрица, смотря на неё со смесью издёвки и досады, махнула рукой.

— Все свободны. Мне же требуется… погреться в одиночестве под этим жарким солнцем.

Министры, словно спасаясь от чумы, ринулись к выходу.

— Леди Мередия, не пора ли и нам?

Уитни, дождавшись, пока сад опустеет, мягко коснулся её руки.

— …сэр Уитни, у вас ещё есть шанс.

И тут — когда, казалось, эхо событий угасло — голос Императрицы прозвучал вновь, ледяной и четкий, будто удар клинка по стеклу.

— Как ни гляди, вам больше к лицу тень, чем солнце.

— Ха, серьезно…

Мередия потемнела лицом, ледяная аура готова была обрушиться на Императрицу, но Уитни, сжимая её руку, мягко прервал.

— Простите, Ваше Величество, но я не тайный вдохновитель — а всего лишь жених моей невесты.

Его улыбка оставалась бесстыдно безмятежной.

— Желаем вам крепкого здоровья.

Императрица, не найдя ответа, молча наблюдала, как Уитни, поклонившись, уводит Мередию прочь.

— Ха-ха, леди Мередия, я сегодня хорошо справился?

— …

— Ой… неужели снова рассердились?

Их голоса затихли вдали.

— …кажется, я просила остаться одной?

Императрица, щурясь, обернулась на шорох.

— Ваше Величество, мы…

— Тц.

Увидев рыцарей, ведущих тёмного мага, что должна быть в подземелье, она скривила губы.

— Оцепите сад. Даже мышь не должна проскользнуть.

— К-х… У-агх…!

Магичка, ещё недавно бесновавшаяся, теперь билась в конвульсиях, лицо её было синее от удушья.

— П-прошу… м-милости…

Её трясущаяся фигура жутко напоминала другую — ту, что пыталась отравить Уитни, пока он спал, и сгинула в муках при его пробуждении.

— Ах…

Императрица хладнокровно наблюдала, как жизнь покидает тело.

— …хм.

Внезапно магичка резко выпрямилась. Глаза почернели полностью, грудь вздыбилась с хриплым вдохом.

— Ха-а-а-а... неужели нельзя являться менее… театрально?

Императрица закатила глаза, будто ругая старого приятеля.

— В следующий раз, вселяясь в кого-то, подумай о моем достоинстве.

— ……

— Если станет известно, что Императрица тайно общается с главой тёмных магов — будет скандал.

Сущность в теле магички издала трескучий смешок.

— …не моя забота, Императрица.

В тот же миг оковы рассыпались в прах.

— Это мне бы следовало гневаться на вас.

— ……

— Оставлять эту дрянь в живых и передавать вам — оказалось пустой тратой.

Сущность шагнула вперед. Императрица, все так же развалившись, сузила глаза.

— Разве ваша цель не преодолеть единственную слабость и выжить?

Стоя вплотную, сущность прошептала ледяно.

— Где же ваш бессмертный разум теперь?

Императрица, демонстративно поморщившись, ответила вяло.

— …звучит как отговорка, но вмешался… непредвиденный фактор.

— Непредвиденный?

— Леди Мередия с глазами, как у меня, — это я понимаю… но почему мой гипноз не подействовал на сэра Уитни?

— Ваш метод гипноза…

Сущность оживилась. Удушающая аура внезапно рассеялась.

— Хорошо.

Сущность отступила на шаг, едва усмехнувшись.

— В следующий раз я разберусь лично.

С этими словами она бесшумно покинула тело тёмного мага, растворившись в клубах дыма.

— Значит, глава тёмных магов наконец начал действовать, да?

Тело одержимого, теперь опустевшее, рухнуло на плитки сада. Императрица несколько мгновений смотрела на бездыханную фигуру, а затем тихо рассмеялась — ледяной смех, от которого стыла кровь в жилах.

— Хех. Теперь…

На её губах расползлась тень улыбки, полной скрытой угрозы.

— Мне всё сильнее хочется заполучить тебя, сэр Уитни.

Её глаза, широко раскрытые, вспыхнули зловещим блеском.

***

— Ух…

Я шагал рядом с леди Мередией, уже покинув сад и приближаясь к дворцовым воротам, когда внезапно ощутил ледяную дрожь вдоль спины.

Непроизвольно содрогнувшись, я замер на месте.

— Леди Мередия, мы ведь точно покинули сад?

— …да.

— Фух, слава богу.

Услышав её ответ, я наконец выдохнул и робко огляделся, пробормотав про себя.

— ...повезло, что вовремя закрыл глаза. Чуть не попал под гипноз.

Хотя истинная способность Императрицы в игре оставалась загадкой, среди игроков ходила популярная теория.

Каждый раз, когда в сюжете «Лиллит Уинтер Коулд» случалась зловещая удача в её пользу, на загрузочном экране мелькала фраза: «Её глаза приоткрылись чуть шире».

Поэтому, увидев, как её веки распахнулись, я инстинктивно зажмурился — и, кажется, не зря.

"Вот когда пригодились мои вечно прищуренные глаза."

Учитывая, что и в прошлой жизни, и в нынешней из-за них меня постоянно неправильно понимали, приятно было наконец найти им применение.

— Уитни Лингард.

Я рассеянно почесал затылок, погруженный в мысли, но тут—

— Нам нужно поговорить.

Леди Мередия резко остановилась, вырвав руку из моей, и её голос прозвучал холоднее зимнего ветра.

— Конечно, я… э-э?

Я уже привык к её ледяному тону и готов был ответить привычной небрежной улыбкой, но—

Взглянув на её лицо, потерял дар речи.

— Чего ты…?

На нём не было ни раздражения, ни гнева, ни даже привычной настороженности.

— Чего ты... на самом деле хочешь от меня?

Вместо этого в её глазах читалось нечто куда более откровенное.

Смятение.

И… страх.

----------

Признание

~Стук-постук—

Карета, покинувшая императорский дворец после долгих плутаний, с грохотом неслась вниз по склону.

А я, вынося гнетущее неловкое молчание, повисшее в карете, продолжал избегать взгляда Мередии, устремленного на меня.

"Я так и не смог ответить…"

Причина этого затянувшегося молчания была, по сути, проста.

Я всё ещё не дал ответа на вопрос, который леди Мередия задала мне всего несколько мгновений назад.

"Почему я захожу так далеко ради леди Мередии?"

Конечно, у меня было несколько причин на уме.

То, что моя семья всё ещё находилась в плачевном состоянии, и без сохранения помолвки с ней мы бы неминуемо разорились.

То, что если бы я ранее выбрал путь Императрицы, меня бы не только использовали и убили, но это могло бы спровоцировать событие, превратившее Мередию в финального босса.

И простой факт, что она была моим любимым персонажем, и мне было её жаль.

Если бы я просто взял эти причины, облек их в нужную форму и дал ответ, я бы, вероятно, не сидел здесь в молчании, с тревогой наблюдая за её реакцией.

"И все же?.."

Почему-то этот простой ответ никак не сходил с моих губ.

С тех самых пор, как я увидел тревожное, беспокойное выражение на лице Мередии.

"Почему я так себя веду?"

Дело было не только в том, что её неожиданное выражение застало меня врасплох.

Этот её взгляд всколыхнул что-то глубоко в моей душе, что-то, что я похоронил — но я даже не был уверен, что именно.

Нет, если подумать, разве не поэтому я и потерял дар речи?

— Хаа…

— Вздыхать здесь должна я. Невероятно.

Стоило мне глубоко вздохнуть, раздосадованному собственными спутанными мыслями, как холодный голос Мередии вернул меня к реальности.

— Ты ведь не собираешься мне отвечать, не так ли?

— Нет, дело не в этом…

— Нужно больше времени на раздумья? Тогда сначала ответь на вопрос.

И всё же, наблюдая, как к лицу леди Мередии возвращается её привычное настороженное выражение, я странным образом почувствовал облегчение.

— Как много ты знаешь о проклятии, которое я несу?

— …что?

— Ты связался со мной, уже зная об этом?

Это было ещё до того, как она внезапно решила раскрыть свою самую роковую слабость.

— Ха-ха, о чем вы говорите?..

— Прошу, не притворяйся, что не знаешь.

Я был застигнут врасплох, совершенно не ожидая, что она сама поднимет эту тему, и моя неловкая попытка отмахнуться вызвала лишь её резкое предупреждение.

— Ты хоть представляешь, как отчаянно я искала способ снять это проклятое... проклятие?

Я понятия не имел, почему она вдруг заговорила об этом, но как человек с воспоминаниями о прошлой жизни, я точно знал, сколько она боролась, чтобы избавиться от своего проклятия.

Она перепробовала все возможное, не раскрывая своей личности и не предавая своих убеждений.

И всё же, даже после тайного найма белых магов и обращения за помощью к жрецам Святого Ордена, лекарства от ее проклятия не нашлось.

А по мере развития основного сюжета её страдания лишь усугублялись — пока она окончательно не потеряла веру, что и привело к ее превращению в финального босса.

— Честно говоря, до недавнего времени я почти сдалась. В конце концов, я думала, что буду вынуждена нести это злосчастное проклятие до конца своих дней.

— …понимаю.

Пока она говорила, её голос понижался, а руки рассеянно потирали тыльную сторону ладони.

Я кивнул, понимая хотя бы часть её боли.

— Да, так и было — пока кто-то не появился в самый подходящий момент и не предложил помолвку.

Её следующие слова заставили меня усомниться в собственных ушах.

— …я?

— Даю тебе последнее предупреждение — перестань притворяться, что не знаешь.

Холодное предупреждение Мередии прозвучало снова, но я всё ещё был слишком ошеломлен, чтобы сделать что-либо, кроме как безучастно смотреть на нее.

— Ты можешь облегчить боль моего проклятия, просто повязав платок мне на запястье. Ты можешь подавить проклятие на моей руке, просто направив свою ману в меня на несколько секунд.

— …я могу?

Ведь её проклятие было тем, что даже сама Святая Хестия едва могла очистить.

Если бы это было возможно, Мередия не стала бы финальным боссом в большинстве вариантов развития событий.

"Но теперь она говорит мне, что я могу это исправить?"

Я — тот, кто в оригинальной истории даже не появлялся и упоминался лишь как кто-то, кого Мередия убила.

Я — тот, кого, несмотря на то, что я был белым магом, всегда принимали за тёмного мага из-за подозрительно серой маны, которую я излучал.

Неужели я действительно был единственным ключом к снятию ее проклятия?

"Постой-ка, если подумать… Альфред говорил нечто похожее раньше."

Тогда я отнесся к этому скептически, но теперь, вспомнив, что-то щёлкнуло у меня в голове.

В тот день, когда я осознал воспоминания своей прошлой жизни и избежал попытки отравления.

В тот день Альфред сказал мне кое-что в особняке.

"Согласно информации, собранной моим отцом, ключ к нормализации моей белой магии находится в герцогском доме Эмбегринов."

Я ни разу не задумывался, что аномалия моей белой магии и проклятие Мередии могут быть связаны.

Но если то, что она сказала, правда, то мои способности явно взаимодействовали с её проклятием всё это время.

Даже такой дурак, как принц Кендрик — нет, даже принцесса Катарина — с трудом смогли бы теперь отрицать эту связь.

— …ха.

Когда разрозненные кусочки головоломки наконец сложились, я не мог удержаться от смеха.

Если я действительно был ключом к судьбе Мередии, то вся история оригинальной игры уже сошла с рельсов.

— А тот, кто появился так внезапно… теперь бесстыдно ведет себя так, будто ничего не знает.

— …ах.

— Уитни Лингард, хватит притворяться и признай уже.

Очнувшись от своих мыслей, я снова повернулся к ней, когда она произнесла это леденящим голосом.

— Ты знал о моем проклятии с самого начала и подошёл ко мне, уже зная решение.

Она говорила так, словно уже раскрыла правду, её губы изогнулись в усмешке, пока она ждала моего ответа.

— …позволите мне объясниться?

— Ха, конечно. Непременно.

Когда я наконец решил развеять её недоразумение, ене глаза, похожие на драгоценные камни, внезапно холодно блеснули.

— Но какое бы оправдание ты ни придумал, ты не сможешь обмануть мои глаза.

Её взгляд пронизывал каждое мое движение, лгать было бы бессмысленно.

— Если ты и сейчас откажешься быть со мной честным, мне все равно, если это разрушит мою репутацию — я расторгну эту помолвку прямо здесь.

Конечно, я и не собирался ей лгать, так что это было мне только на руку.

— Я действительно не знал, что моя белая магия как-то влияет на ваше проклятие.

— ……

— Но если моя сила может вам помочь, то клянусь — я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам.

В тот момент, когда я произнёс простую правду, выражение лица Мередии исказилось от досады.

— …почему?

Её взгляд, теперь полный непонимания, снова нёс ту же тревогу и нерешительность, что я видел ранее.

— Ну, если я не сохраню помолвку с вами…

— Боишься, что твоя семья разорится? Бред. Если бы это было правдой, встать на сторону Императрицы, даже по временному контракту, было бы более логичным выбором.

Я попытался предложить другое оправдание, но не успел я закончить, как она прервала меня холодным возражением.

— …со всем уважением, но Её Величество — ужасающая личность.

— И всё же, зная это, ты отверг её руку, рисковал своей жизнью и поставил всё на кон, чтобы спасти меня? Что-то не сходится.

Впервые я уловил слабый след страха в её голосе — нечто нехарактерное для неё.

— …честно говоря, я просто тебя не понимаю.

Почему-то мне казалось, что я знаю причину. Она не могла мне доверять. Именно таким персонажем Мередия была в игре.

— Если ты действительно хотел спасти свою семью, было множество лучших способов, чем полагаться на меня. И все же ты намеренно решил использовать кого-то столь рискованного, как я.

— ……

— Даже только что. Даже если ты действительно не знал об этой своей странной способности, это всё равно была возможность, не так ли?

Высокомерная, циничная, всегда нуждающаяся в том, чтобы держать противника под полным контролем, чтобы чувствовать себя спокойно — злодейка. Женщина настолько изломанная и жалкая, что не могла доверять даже Парше, той, кто оставался рядом с ней до самого конца в игре.

— Это был идеальный шанс превратить меня из простого делового партнера в не более чем бесправного подчинённого.

Такова была суть ее характера — женщины, известной как Мередия Эмбегрин с точки зрения игрока.

— Но наш контракт…

— Контракт? Деловые отношения? Это больше не имеет значения. Это работает только тогда, когда обе стороны обладают равной силой для переговоров.

Так что для нее односторонняя доброта, которую я проявлял, была не чем иным, как примесью — чем-то подозрительным и непостижимым, что лишь усиливало ее настороженность. Примесью, которую, поскольку она не могла понять её намерений, она в конечном итоге захотела бы полностью устранить.

— Но несмотря на то, что у тебя есть что-то, чего ты явно хочешь от меня… хотя ты мог бы легко воспользоваться мной и немедленно получить это…

— ……

— Ты всегда действовал только так, чтобы это было выгодно мне. Ни разу не раскрыв, чего ты действительно хочешь.

И словно мои мысли подтвердились, Мередия на мгновение стиснула зубы, прежде чем снова спросить меня, её голос был полон тревоги.

— Так ответь мне сейчас. Чего ты действительно хочешь от меня?

— Ха-ха…

— Я совершенно не понимаю. Скажи сам. Прямо сейчас.

Она боялась — боялась человека, которого не могла разглядеть насквозь, даже своими глазами-самоцветами.

"Что же мне теперь сказать?"

Честно говоря, всё, чего я хотел, — это дать ей удовлетворительный ответ и как можно скорее успокоить её.

Но почему-то с тех пор, как она впервые спросила, я не мог вымолвить ни слова.

Потому что… она была права.

Моей конечной целью сейчас было пережить грядущие опасные сценарии и обеспечить безопасность моей семьи, чтобы я мог жить мирной жизнью.

Помощь Мередии, моему любимому персонажу, должна была быть не более чем второстепенным желанием.

"Независимо от того, насколько опасен был путь Императриуы, стоило ли это действительно того, чтобы рисковать жизнью?"

В конце концов, моя жизнь была бы в опасности, выбери я путь Императрицв или останься помолвленным с Мередией.

Если бы я рассуждал рационально, я бы встал на сторону Императрицы, чтобы предать или сбежать в нужный момент.

А потому так легко доверить свою судьбу Мередии — это не то, что сделал бы здравомыслящий человек.

"Это как если бы… моё скромное желание помочь Мередии полностью перевернуло мои приоритеты…"

Когда это странное чувство беспокойства осело во мне, я обнаружил, что погрузился в раздумья, бормоча вопрос самому себе.

— …ах.

Затем, словно молот ударил по голове, пришло озарение.

"Точно…"

Я наконец вспомнил.

До того, как Мередия стала моим любимым персонажем, до того, как у меня появилась какая-либо реальная привязанность к игре — у меня изначально не было ни мечтаний, ни надежд.

"Причина, по которой я так одержимо играл в игру… заключалась в том, что, застряв в больничной палате, где больше нечего было делать, это было единственное, что у меня было."

Да. Я забыл об этом, живя этой новой жизнью, но теперь тёмные воспоминания, которые я затуманил, всплывали на поверхность.

И вместе с ними я наконец понял, что всё это время тяготило мои мысли.

"Спасение Мередии — это не какая-то второстепенная цель…"

Мальчик, страдающий от неизлечимой болезни, оставленный семьей и надеждой — как он мог не почувствовать связь с трагической злодейкой игры?

"…это была сама моя мечта."

В отличие от него самого, у которого не было будущего, у неё — по крайней мере, в игре — была слабая возможность спасения.

Поэтому он сделал это целью своей жизни.

— Сначала ты издаешь какой-то странный звук, а теперь снова молчишь.

— ……

— Так, в конце концов, ты не собираешься…

И теперь, хотя игра стала реальностью, желание того мальчика не изменилось.

— Нет, сейчас я скажу ясно.

Чтобы доказать это той самой особе, о которой шла речь, я заставил себя опустить привычно поднимающиеся уголки губ и прервал дрожащие слова Мередии.

— Чего я действительно хочу от тебя…

Честно говоря, я немного боялся.

Не лучше ли было бы сейчас придумать какой-нибудь правдоподобный предлог?

Сказать что-то, что могло бы разрушить наши нынешние отношения — это было практически идиотским поступком.

— …так это видеть тебя счастливой.

Но, сделав глубокий вдох, я произнёс свои слова без колебаний, позволив улыбке, которую я сдерживал, слегка проявиться.

— …почему?

Мередия, смотревшая на меня моргающими, похожими на драгоценные камни глазами, казалось, не могла найти никаких признаков обмана в моём выражении. Она спросила растерянным голосом.

— Хм, кто знает?

Понизив голос, я почесал затылок и нерешительно пробормотал.

— …может быть, потому что ты мне давно нравишься?

И тогда—

— ?!

Вместо того чтобы упрекнуть меня во лжи, Мередия застыла на месте с выражением лица, поразительно нехарактерным для её обычной манеры поведения.

Увидев её реакцию, я неловко усмехнулся.

— …Ха. Полагаю, это уже и шуткой не назовешь, да?

***

Время шло, солнце почти село.

~Скрип—

Когда небо потемнело и начал накрапывать легкий дождь, к поместью герцогства Эмбегринов медленно подъехала карета.

— Что ж, берегите себя, леди Мередия.

Когда Мередия молча вышла из кареты, Уитни Лингард, все еще сидевший внутри, помахал ей со странно облегченной улыбкой.

— Обязательно напишите мне письмо позже!

Но, не удостоив его взглядом, Мередия с плотно сжатыми губами направилась к особняку.

— Миледи! Вы промокнете!

Одна из ее служанок, побледнев, поспешно подбежала к ней с зонтом.

Мередия мельком взглянула на нее, прежде чем заговорить.

— У меня есть вопрос.

— …прошу прощения?

— …как ты думаешь, каковы шансы, что я могу кому-то по-настоящему нравиться?

Сознание служанки на мгновение помутилось.

— Э-э… т-то есть… ну… гм…

— ……

— П-полагаю, найдётся не так много людей, кто осмелился бы питать такие чувства к столь невероятной особе, как вы, миледи! Ха-ха…

Пока служанка запиналась в поисках ответа, она тут же выпрямилась, увидев прищуренный взгляд Мередии.

— Значит, ты тоже считаешь это невозможным.

— А-ах, миледи!

— Забудь. Иди приготовь мне ванну.

Её глаза-самоцветы на миг сверкнули, прежде чем она вышла из-под зонта служанки и шагнула под дождь. Её голос был холоден.

— Н-но… Ик.

Служанка поплелась за ней, но, получив один ледяной взгляд искоса, остановилась как вкопанная.

— …она очень сердита.

Наблюдая за удаляющейся фигурой своей госпожи, служанка прошептала тихим, дрожащим голосом.

— …но, гм. У неё совершенно красные уши и шея.

Если бы она видела лицо Мередии — пылающее жаром, пока та отчаянно пыталась охладить его под дождем — она бы не сказала такой глупости.

----------

Разработка плана

Минуло несколько дней с тех пор, как были распределены награды и наказания.

"Столько всего произошло за это время…"

Чаепитие с леди Мередией, обретение Руниэль на рынке ркбов, вербовка Парши, спасение Святой на церемонии помолвки и, наконец, распределение заслуг.

Не прошло и полного месяца с тех пор, как ко мне вернулись воспоминания о прошлой жизни, а череда событий уже казалась ошеломляющей.

Оглядываясь назад, понимаешь — каждый миг был полон опасности.

"Нужно начинать готовиться заранее."

Однако настоящая опасность только начиналась.

Теперь, когда я перешел от смутных целей вроде процветания семьи и комфортной жизни к четкой задаче спасения Мередии, предстоящие испытания обещали быть куда сложнее всего, с чем я сталкивался до сих пор.

"К тому же, теперь под моей защитой Святая."

Сосредоточиться исключительно на спасении Мередии было уже достаточно трудно. Если я окажусь втянутым в основной сценарий «Black Tail Fantasy 3», это, несомненно, приведет к хаосу.

Но если я полностью закрою на это глаза, мир окажется в опасности уже в первом акте основного сюжета.

Поэтому мне нужно было как можно скорее передать Святую игровым персонажам и дистанцироваться от основного сценария.

После нескольких дней размышлений я разработал план на будущее.

— Итак, всем спасибо, что собрались сегодня здесь.

Я незаметно вызвал Паршу, Альфреда, Руниэль и других ключевых членов — тех, кого я считал своими доверенными подчиненными — к себе в кабинет на совещание.

— Да, Хозяин!!!

— …боже… Парша, прошу, зови меня «юный господин», когда присутствуют другие.

— Не нужно благодарить простое орудие. Я существую лишь для того, чтобы меня использовали.

По правде говоря, мой так называемый «костяк» состоял всего из трех человек — Парши, Руниэль и Альфреда, которого притащили сюда в тот самый момент, как он вернулся.

Однако, учитывая их интеллект, боевое мастерство и компетентность, их совместные усилия, несомненно, должны были оказаться полезными…

— Э-эм… юный господин.

— Хм?

— Т-там на табличке написано «Совещание Руководства»… п-почему я здесь?

Ах, да. С Сашей — всего четыре человека.

— Ха-ха, Саша, если ты не одна из моих руководителей, то кто же?

— Н-но я же просто ваша личная горничная?!

Пока я чесал затылок, пытаясь замять вопрос, Саша в панике замахала руками, отчаянно протестуя.

— Саша, я тоже всего лишь слуга в этом поместье. — Вставил Альфред.

— Я тоже, технически, горничная поместья. В этом плане вы даже моя старшая коллега. — Добавила Руниэль.

— Н-но все равно!..

Хотя Парша и Руниэль пытались меня поддержать, было правдой, что включение Саши в это совещание было некоторой натяжкой.

Однако я позвал ее сюда по очень конкретной причине.

"Почему-то леди Хестия чувствует себя комфортно рядом с Сашей."

Понятия не имею, что произошло, пока я отсутствовал, занимаясь распределением заслуг, но Святая — которая теперь маскировалась под новую горничную по имени «Тиа» — находилась в состоянии крайней настороженности.

Она не только опасалась меня и Руниэль, но даже когда Парша или Альфред пытались объяснить ситуацию, она лишь исступленно кивала, вся дрожа.

Чтобы ослабить ее настороженность, мне нужен был кто-то, кого она не боялась — один из немногих людей, знавших ее истинную личность. Этим человеком была Саша.

"Я чувствую вину за то, что втягиваю ее в очередную переделку…"

В конце концов, я ясно сказал ей держаться подальше от подобных дел, но вот я снова втягиваю ее.

Но, по крайней мере, ее роль не подвергнет ее непосредственной опасности.

Тем не менее, учитывая ее характер, она, скорее всего, будет чувствовать себя весьма обремененной. Поэтому мне нужно было должным образом ей все компенсировать — особенно учитывая, что она отправляла большую часть своего заработка на поддержку семьи.

— Саша, сколько членов семьи у тебя на попечение?

— …прошу прощения?

— Я слышал, у тебя довольно много ртов, которые нужно кормить…

Если у меня осталась хоть капля совести, я не мог обращаться со своими подчиненными как с расходным материалом в какой-нибудь «черной компании».

— Честно, я мог бы сделать так, чтобы тебе больше никогда не пришлось об этом беспокоиться.

— ……!

Когда я произнес это с мягкой улыбкой, тонко проверяя реакцию, ее лицо на мгновение застыло.

— ……ч-что мне нужно сделать?

— Ха-ха, ничего особенного. Просто следуй моим указаниям, когда придет время.

Не знаю, сколько времени прошло, но как только я услышал неуверенный ответ Саши, я мысленно отпраздновал успех.

Чтобы успокоить ее, я поднял мизинец, словно давая торжественную клятву.

— Если ты это сделаешь, я обещаю гарантировать счастье и безопасность твоей семьи.

— Ах…

— Я всегда держу свое слово.

Саша, все еще дрожа, яростно закивала, не открывая глаз.

— Фух. Не поймите меня неправильно, хорошо? Я просто говорю, что хорошая работа заслуживает справедливого поощрения.

— …правда? — Пробормотал Альфред, сидевший рядом с ней.

— Ну… наверное?

Альфред, пробормотав что-то себе под нос, бросил на меня неодобрительный взгляд, но я проигнорировал его.

Сейчас важнее всего было заручиться сотрудничеством Саши.

— Хозяин! Так каков дальнейший план? — Как раз когда я собирался перейти к основной теме, Парша с энтузиазмом подняла руку, ее глаза горели от волнения. — Какой же зл… э-э, то есть гениальный план на этот раз потрясет империю?

— Ну, именно поэтому я вас всех сегодня и собрал.

Она ерзала на стуле, явно взволнованная, но ее энтузиазм не был чем-то плохим. С улыбкой я начал объяснять.

— Наша следующая цель — безопасно пробудить леди Хестию — будущую Святую — которая сейчас находится под нашей опекой.

— Хах… чем только не приходится заниматься на старости лет. — Вздохнул Альфред.

— А? Вы все уже знали личность Святой? — Растерянно пробормотала Саша, оглядевшись по сторонам. Несмотря на это, я продолжил.

— Для справки, ключевая фигура в пробуждении Святой — скорее всего, один из победителей Турнира Отбора Дарований, но проблема в том, что на недавнем турнире было обнаружено мошенничество, что привело к назначению матча-реванша.

В этот момент в кабинете повисла тяжелая тишина, больше ничто не отвлекало.

— В результате победители, которые должны были быть приглашены на церемонию помолвки, так и не получили шанса встретиться со Святой, поэтому мне пришлось привезти ее в поместье. — Почувствовав на себе взгляды, я почесал затылок и продолжил. — Короче говоря, наша цель — организовать встречу леди Хестии с победителями турнира на предстоящем матче-реванше в академии.

Закончив объяснение, я небрежно спросил, есть ли вопросы.

— На этом инструктаж окончен. Есть вопросы?

— П-почему… мы должны пробуждать Святую…? — Робко подняв руку, спросила Саша нерешительным голосом, словно сожалея о своем кратком порыве храбрости.

— Ха-ха, хороший вопрос, Саша.

— Ик. С-спасибо?

Похоже, теперь, когда на кону стояло благополучие ее семьи, она решила отнестись к делу серьезнее, что не могло не радовать.

— Потому что это единственный способ противостоять замыслам темных магов.

— Хм, действительно. Темных магов в последнее время часто замечают. Не говоря уже об их причастности к инциденту на церемонии помолвки. — Внезапно кивнув, вставил Альфред, который все это время нервно поглядывал на Паршу.

— Но что именно вы подразумеваете под их «планами», юный господин?

— Хм.

— Разве они не так же скрытны и непредсказуемы, как и всегда?

— Верно. Очень немногие знают их истинную цель. — Согласился я с его проницательным замечанием и кивнул, прежде чем ответить. — Именно поэтому я бы тоже не знал — если бы тайно не получил эту информацию от отца.

Я широко улыбнулся, предлагая удобное оправдание, которое наверняка сработает в подобной ситуации.

В такие моменты отсутствие отца было невероятно полезным.

— От графа, говорите…? — Уточнил Альфред.

— Альфред, будет неинтересно, если вы продолжите допытываться о деталях.

— …кхм.

Бросив на Альфреда укоризненный взгляд за его бестактность, я прочистил горло и продолжил.

— В любом случае, цель темных магов ясна.

Хотя эта информация изначально предназначалась только для игрока, я решил, что мой ближний круг должен знать.

Даже если они ничего не говорили, они, вероятно, чувствовали себя неловко, укрывая Святую.

Чтобы заручиться их полным сотрудничеством, им нужно было понять этот ключевой момент.

— Они намерены призвать в этот мир нового Короля Демонов и возвестить эру тьмы.

Когда мой голос понизился, раскрывая правду, в кабинете воцарилась жуткая тишина.

Что ж, этого следовало ожидать.

В конце концов, хотя я мог принять это, поскольку впервые столкнулся с этим миром через игру, для тех, кто родился и вырос здесь, имя «Короля Демонов» было не более чем…

— К-К-Король Демонов?! — Воскликнула Руниэль.

— Ха-ха.

— Вы имеете в виду Короля Демонов из Героической Легенды?

— Леди Руниэль, как бы невероятно это ни звучало…

Да, большинство людей считало это простой выдумкой.

— Я знала! Героическая Легенда все это время была правдой!

— …а?

— Я-я всегда верила! Другие курсанты-рыцари смеялись надо мной за то, что я воспринимала это всерьез, говоря, что это просто детская сказка, но я знала, что это правда!

Как раз когда я пытался придумать, как убедить их в существовании Короля Демонов, восторженный голос Руниэль застал меня врасплох.

— Значит… легендарная дуэль между Первым Королем Демонов и Первым Героем, и трагическая история любви Второго Короля Демонов и Второго Героя — все это было правдой? Эм… а сэр Уитни, какая история вам больше нравится? Лично я обожаю повесть о Первом Герое, но история Второго Героя все-таки самая популярная.

"…постойте, это точно та самая Руниэль, которую я знаю?"

— Когда я была младше, я даже пыталась изучать фехтование Второго Героя и включить его в свою технику, но осталось слишком мало записей…

Видеть, как та, кого игроки когда-то боялись как «машину для убийств», теперь тяжело дышит, ее глаза сверкают, а она говорит быстрыми очередями без соблюдения формальностей, вызывало у меня чувство когнитивного диссонанса.

— Н-но это определенно стоило попытки! Хотя я не смогла полностью воссоздать его, я пришла к выводу, что их благородное фехтование, должно быть, включало совершенно иной стиль тренировки ци, чем в нашу эру…

— Эм, леди Руниэль, мне кажется, вы немного перевозбудились.

— …ах.

Хотя было забавно наблюдать за этой ее неожиданной стороной, мне пришлось прервать ее, чтобы продолжить совещание. При моих словах Руниэль внезапно вернулась к реальности, ее лицо быстро залилось краской.

— П-простите… — Пробормотала она извинение тихим, смущенным голосом, опустив голову.

Она выглядела точь-в-точь как тайный отаку, которого раскрыли.

— Нет, мне тоже нравятся истории о героях.

— Она называется Героическая Легенда… — Тихо поправила Руниэль.

— Когда я был маленьким, Сесиль очень увлекалась этим, так что я часто играл роль Короля Демонов в наших играх. Ха-ха.

— Я… играла в это с Сесиль всего несколько дней назад… — Еще тише пробормотала Руниэль.

Я хотел ее успокоить, но пока я говорил, уши Руниэль покраснели еще сильнее. Может, мне стоило промолчать.

— Хозяин, вы подозреваете, что один из победителей Турнира Отбора Дарований — новый Герой? — Как раз когда в комнате повисла неловкая атмосфера, Парша задала своевременный вопрос.

— Именно, Парша. Один из них обладает силой Героя и будет противостоять заговору темных магов по возрождению Короля Демонов.

— ……

— Во времена, когда восстает Король Демонов, всегда появляется Герой, чтобы противостоять ему. Разве это не захватывающе?

Гордясь ее проницательностью, я неосознанно раскрыл информацию, для которой даже моего отца нельзя было использовать в качестве оправдания.

Осознав свою ошибку, я на мгновение замялся и попытался уточнить.

— Ну, это лишь мои предположения, но—

— О, кажется, я наконец понимаю ваши намерения, Хозяин. — Кивнула сама себе Парша, словно все поняла. — Верно. Королю Демонов нужен Герой, чтобы было интереснее. Иначе будет совсем не весело.

— …?

— …?

— Ха-ха, всегда захватывающе, всегда свежо… — Тихое бормотание Парши, пока она хихикала себе под нос, было немного тревожным, но раз Альфред рядом, все должно быть в порядке.

— Ну, есть еще вопросы? — Небрежно бросил я вопрос, но никто не ответил.

— *Эм, господин старший дворецкий, это значит, что он действительно хочет, чтобы мы задавали вопросы, если нам любопытно?* — Прошептала Саша Альфреду.

— *Тш-ш, просто сделай вид, что ничего не слышала, и кивни.* — Прошипел он в ответ.

— Ик.

Дело было не в том, что у них не было вопросов — скорее, они понимали, что спрашивать, откуда я все это знаю, им не принесет пользы.

Меня это вполне устраивало.

— Хозяин, сколько у нас времени? — Голос, прорезавший тишину, принадлежал Руниэль, которая до этого тихо сидела, опустив голову. Ее тон был серьезным.

— Хм, в лучшем случае две недели.

Матч-реванш Турнира Отбора Дарований был назначен ровно через две недели. Проблема заключалась в том, что Инцидент с Нападением на Академию, кульминация первого акта, должен был произойти примерно в то же время.

"На самом деле, это вполне может произойти в день турнира."

Хотя из-за турнира безопасность будет значительно усилена, это могло сделать его еще более заманчивой целью для темных магов.

Я не мог быть уверен, но у меня было плохое предчувствие.

— Вы знаете, какой финалист держит ключ к пробуждению Святой?

— Поскольку матч-реванш еще не состоялся, сказать невозможно.

Кроме того, тройка лучших финалистов — игровые персонажи — всегда определялась случайным образом.

Именно поэтому спидраннеры постоянно перезапускали игру, надеясь получить персонажей с оптимальными способностями.

— Хозяин! Если бы мы могли получить список участников матча-реванша, я бы смогла сузить круг! — Парша, которая с надутым видом переводила взгляд с Руниэль на меня, внезапно подняла руку и громко заговорила.

— Хм?

— Потому что я могу анализи… ммф?!

— Следи за словами, Парша. — Прежде чем она успела закончить фразу, Альфред зажал ей рот рукой и тихо отчитал. — Ты потеряла сознание в прошлый раз, когда злоупотребила этой способностью.

— Дедушка? С каких пор ты знаешь о моей способности… ммф!

— Юный господин, я объясню вам это дело отдельно в ближайшее время. А пока, не могли бы вы сделать вид, что ничего не слышали?

Мне была любопытна их история, но видя, как Альфред встает со своего места и так вежливо склоняет голову, у меня не было выбора, кроме как кивнуть.

— Тогда, простите за прерывание… ай!

— Воздуха! — Донеслось приглушенное бормотание от Парши.

Несмотря на то, что Альфред был стареющим дворецким на грани отставки, он пережил бесчисленное множество сражений.

Если его внучка, Парша, унаследовала какую-то необычную способность, в этом не было ничего удивительного.

Из уважения к его пожеланиям я решил пока оставить этот вопрос.

В конце концов, он обещал объяснить все позже.

— Теперь вернемся к главному… единственный оставшийся у нас вариант — внедрить Святую на место проведения турнира в день матча-реванша.

Как только я произнес эти слова, лица всех присутствующих помрачнели.

— Даже если Саша уговорит Святую, система безопасности академии — это не шутка, Хозяин. — Заметила Руниэль.

— Согласна! Если только у нас нет какой-то невероятной инсайдерской информации, этот план звучит слишком рискованно! — Подхватила Парша.

— Если вы планировали просить моей помощи, я бы не советовал. — Добавил Альфред. — Персонал академии — чрезвычайно закрытая группа, и мое влияние на них не распространяется.

Один за другим Руниэль, Парша и Альфред высказали свое несогласие.

Улыбаясь, я покачал головой.

— Ха-ха. Кажется, вы все что-то неправильно поняли. Хотя Святую и придется замаскировать, мы не будем прокрадываться. Мы войдем в академию законно.

— …?

— Кроме того, скоро мы должны получить сообщение…

Я быстро развеял их недоразумение, прежде чем повернуться к окну и пробормотать себе под нос.

— Юный господин, простите на минутку. — Раздался голос стражника за дверью.

— О? Легок на помине.

Как раз в этот момент в дверь кабинета постучали, и послышался усталый голос одного из стражников.

— Прошу прощения, сэр, но снаружи некто, утверждающий, что он ваш дорогой друг. В данный момент он устраивает шум, требуя, чтобы его впустили.

— Хм, понятно.

— К счастью, он, похоже, выдохся и теперь дуется перед воротами…

Услышав это, я криво усмехнулся, встал и подошел к стражнику.

— Я сильно сомневаюсь, но вы его узнаете?

— Этот человек — мой друг. Впустите его.

Глаза охранника расширились от шока.

— В-вы уверены?

— И к сведению, этот человек довольно высокого положения. Советую вам больше его не расстраивать.

— А-ах! Понял!

Наблюдая, как стражник поспешно бросился по коридору, я тихо вздохнул.

— Юный господин? Кого вы пригласили в поместье? — Спросил Альфред.

— О, всего лишь президента студенческого совета академии, который по совместительству обладает властью над судейской коллегией Турнира Отбора Дарований.

— …постойте. Тогда почему вы не упомянули об этом раньше—? — Альфред, очевидно, подавленный своими инстинктами дворецкого, обильно потел.

Я успокоил его более подробным объяснением.

— Вообще-то, он сейчас должен быть под домашним арестом, так что не должен свободно передвигаться. Вероятно, он замаскирован, так что не утруждайте себя никакими формальными приготовлениями к встрече.

— Постойте. Просто для уточнения… как зовут этого человека? — Быстро сообразив, нерешительно спросил Альфред.

Не имея другого выбора, я раскрыл личность гостя.

— Хм, наследный принц Кендрик.

Хотя на данном этапе точнее было бы сказать—

"Или, вернее, принцесса Катарина."

— Урк.

— И-и-ик!

Какой бы титул я ни использовал, это не помешало Альфреду и Саше одновременно издать сдавленные возгласы шока.

----------

Принцесса и Святая

— Фух, фух.

В тот самый момент, когда Уитни получил известие о прибытии принцессы Катарины и собирался прервать совещание, чтобы встретить ее…

— Еще разок, сосредоточиться…

Младшая сестра Уитни, Сесиль Лингард, стояла на тренировочной площадке во дворе особняка, крепко сжимая меч и тяжело дыша.

Треск—!

Наконец, от меча, который она держала, посыпались мелкие искры, и чистая энергия начала подниматься от рукояти, окутывая клинок.

— Хоп.

Напряженно наблюдая за процессом, не в силах даже стереть пот, стекающий по лбу, она глубоко вздохнула, и ее взгляд заострился от решимости.

Взззииинь—!

В тот миг, когда ее меч рассек воздух, он издал тонкий, пронзительный звон, начертив красивую серебряную дугу.

— Хааах…

Сесиль, глядя, как траектория расходится наружу, словно рассыпающаяся пыль, прежде чем исчезнуть, внезапно рухнула на колени, совершенно обессиленная.

— …я смогла.

Несмотря на то, что ее тело было мокрым от пота, а дыхание вырывалось прерывистыми вздохами, неудержимая, гордая улыбка расползлась по ее губам.

— Кажется, я наконец-то осваиваю ауру меча.

Действительно, то, чего она только что достигла, было проекцией уплотненной ауры меча.

Это была техника, намного превосходящая простое усиление меча энергией — она позволяла наносить удары на расстоянии, без прямого контакта. По сути, это была вершина широко известного искусства владения мечом.

Естественно, сложность была чрезвычайной. Не только начинающие рыцари, но даже опытные мечники, владевшие клинками десятилетиями, часто не могли проявить свою собственную ауру меча и впадали в отчаяние.

И все же Сесиль уже преодолела эту стену еще до окончания академии. Более того, она совершенствовала ее самостоятельно — талант, который можно было причислить к величайшим во всей империи.

— …эй.

Она прекрасно осознавала этот факт и гордилась им.

— Ауру меча используют не так.

— …?

В этот момент до нее донесся голос со стороны, заставив Сесиль усомниться в собственных ушах.

— Так не пойдет. Нужно напрячь корпус вот так! Потом делаешь вот так, и бам! Вот такое должно быть ощущение!

— Хм?

Нахмурившись из-за неожиданного вмешательства, Сесиль повернула голову, недоуменно склонив ее набок.

— Кто ты?..

Светловолосый юноша, говоривший так уверенно, был ей совершенно незнаком, она никогда не видела его в этом особняке.

"Но почему-то он кажется знакомым…"

— Ах.

Когда Сесиль подозрительно прищурилась, разглядывая его смутно знакомые черты, неизвестный юноша вздрогнул и закрыл рот.

— Э-э, ну. То есть… гм… — Нервно закатив глаза, он наконец пробормотал: — Я… близкий друг сэра Уитни? Меня только что пригласили, я прибыл минуту назад.

— Близкий друг?..

— Я, э-э, из Имперских рыцарей. Разве по форме не видно? — Неловко указав на свое рыцарское облачение, он выдавил улыбку. — В любом случае, ты совершенно неправильно используешь ауру меча. Твой метод слишком неэффективен — ты быстро выдохнешься.

— Раз ты так много знаешь... — Раздраженная его непрошеным советом, Сесил резко встала и протянула ему свой меч. — Почему бы тебе самому не показать?..

— Хорошо! — Без малейшего колебания юноша взял у нее меч.

— Хоп.

Он коротко вдохнул и, словно размахивая обычной палкой, легко рубанул вперед.

БУМ—!

К изумлению Сесиль, аура его меча с ревом пронеслась по воздуху, высвободив огромную ударную волну, которая устремилась далеко за пределы двора.

— К-как?..

— Видишь? Просто делаешь бам! А потом вжух! Легко, правда?

— ……

Глядя с недоверием, как юноша небрежно размахивает мечом, добавляя свои непостижимые объяснения, Сесиль сжала губы.

— Попробуй на мне.

— А?

— Кто знает. Может выглядеть внушительно, но не иметь силы.

Несмотря на то, что она только что воочию убедилась в его мощи, она намеренно спровоцировала его и подняла запасной тренировочный меч.

— Правда? Хорошо! Ничто не докажет лучше прямого столкновения! — Вместо того чтобы обидеться, юноша взволнованно улыбнулся и приготовил меч.

БУМ—!

В мгновение ока—

— Кхх!..

Сесиль попыталась отразить его ауру меча своей собственной, но подавляющая сила выбила оружие из ее рук и отбросила ее назад.

— Ты в порядке?!

— …еще.

Хотя она и прокатилась по земле, Сесиль стиснула зубы, снова встала и потребовала еще одного поединка.

— Еще только раз…

— Отлично! Восхищаюсь твоим духом! Хорошо, я начинаю—

Юноша с энтузиазмом поднял меч, готовясь нанести новый удар.

— Нет, думаю, на сегодня спарринга достаточно.

— Ах.

Именно тогда появился Уитни, схватив юношу за запястье. Его обычное теплое выражение исчезло, сменившись суровым взглядом, когда он объявил поединок оконченным.

— Сесиль.

— …угх.

— Что, если ты поранишься?

Его укоризненный тон заставил Сесиль, сжимавшую губы, на мгновение поднять голову с вызывающим выражением.

— Моей младшей сестре суждено стать главой дома.

— ……

— Ты не должна так скоро разочаровывать старшего брата.

Но когда она встретилась с пронзительной аурой и леденящей улыбкой Уитни, она быстро опустила голову, ее голос задрожал.

— …прости.

— Хорошо. Главное, что ты понимаешь.

Хотя Уитни неосознанно позволил эмоциям проявиться из-за беспокойства за ее безопасность, выражение его лица тут же смягчилось, и теплая улыбка вернулась на место.

— В любом случае, Сесиль слишком добра для своего же блага. — Обратился Уитни к «юноше».

— Э-это так? — Промямлил тот.

— Она в том возрасте, когда положено немного бунтовать. Но почему-то передо мной она всегда робеет.

Уитни с довольной улыбкой начал рассыпаться в похвалах Сесиль, но юноша, назвавшийся его близким другом, едва мог слушать.

— Я… кажется, знаю почему.

— Прошу прощения?

— …ах, нет. Ничего.

Ему пришлось изо всех сил проглотить свои слова — ведь если он укажет, что одной лишь леденящей ауры Уитни достаточно, чтобы у любого пробежали мурашки по спине, неизвестно, насколько мягким был бы его выговор.

— Ах, и Ваше Высочество, пожалуйста, будьте осторожны в следующий раз.

— Хм?

— Если вы еще раз причините вред Сесиль, нам, возможно, придется разорвать отношения.

— Кх! П-понял!

И вот так, несчастный адресат следующего выговора Уитни поспешно кивнул, выдавив неловкую улыбку.

— В любом случае, Сесиль, не принимай ситуацию близко к сердцу. — Тем не менее, сегодня Уитни снова не смог распознать свою собственную фундаментальную проблему и вместо этого повернулся, чтобы утешить Сесиль, стоявшую поодаль с мрачным выражением лица. — Судя по тому, что я видел, ты держалась довольно хорошо.

— ……

Конечно, для Сесиль, чью гордость только что растоптал неизвестный рыцарь, это было далеко не утешением.

— Во всей империи есть только один человек — Руниэль — кто может противостоять ауре меча Его Высочества чистым мастерством фехтования. — Прошептал Уитни ей на ухо.

— …что?

Сесиль, безучастно смотревшая перед собой, наконец все поняла.

— Погоди, так неужели этот человек…

— Тш-ш. Он в маскировке, так что просто сделай вид, что не знаешь.

Только теперь она осознала, что юноша, с которым она только что скрестила мечи, был не кем иным, как первым в очереди на имперский трон.

— Что ж, мне нужно поговорить с Его Высочеством тет-а-тет.

Оставив застывшую Сесиль, Уитни мягко похлопал ее по плечу, прежде чем повернуться, чтобы проводить принца — нет, принцессу — обратно в особняк.

— Пройдемте внутрь?

— Ах, э-э, да.

— Я приготовил приемную для Вашего Высочества. Ха-ха…

Глядя им вслед, Сесиль могла лишь ошеломленно молчать.

— Еще на днях — неизвестный рыцарь… — Уронив меч, пробормотала она слабым голосом. — А теперь он… дружит с имперским принцем?

Вопреки намерению Уитни раскрыть правду, чтобы поднять ей настроение…

— Это ужасающе…

Сесиль почувствовала, что и без того далекое положение главы дома стало еще дальше, и, прежде чем она успела это осознать, слезы навернулись ей на глаза.

***

— Фух…

Едва успев утащить Кендрика, принца — нет, принцессу Катарину — к себе в кабинет, и прежде чем между ней и Сесиль разразилась настоящая дуэль, я рухнул в кресло с глубоким вздохом.

— Сэр Уитни, насчет того, что было раньше… простите.

— ……

— Я-я все еще ваш друг, верно? — Тревожно заглядывая мне в глаза, прошептала она едва слышно. Я мгновение наблюдал за ней, прежде чем ответить.

— Да, конечно.

— Ах! Слава богу!

— Но… почему вы сидите рядом со мной, а не напротив? — Этот вопрос мучил меня с тех пор, как она села.

— Ну, разве это не нормально между друзьями?

В тот момент, когда эти слова слетели с ее губ, я почувствовал подступающую головную боль.

— …Ваше Высочество.

— Да?

— Простите, что спрашиваю, но… у вас раньше никогда не было друзей?

— Ах, э-э, ну, видите ли… — При моем вопросе она внезапно покрылась нервным потом, запинаясь. — Э-эм. Да, не было.

В конце концов, она ссутулилась в кресле, выглядя совершенно побежденной.

— Просто, если я слишком сближалась с парнями, они могли раскрыть мой секрет, а благородные девицы почему-то никогда не хотели со мной дружить…

— Но вы были близки с сэром Майером, не так ли?

— Он… он был скорее вассалом, чем другом, правда. — Она замолчала, тихо пробормотав: — Хотя теперь уже нет.

В ее выражении промелькнула тень, заставившая меня ощутить укол жалости.

Подавив растущую боль в голове, я решил немного ее успокоить.

— Ну, честно говоря, у меня тоже никогда не было друзей. Так что я могу понять вас.

— Ах, правда?!

— Но, Ваше Высочество, сидеть рядом со мной вот так — это немного чересчур, так что я сяду напротив.

Поскольку я не собирался оставаться приклеенным к ее боку, я встал, но увидел, как ее лицо снова вытянулось.

"Это действительно тот же человек, что только что рассек двор своей аурой меча?"

Если подумать, Руниэль была похожа. Казалось, у каждого Мастера мееча, которого я встречал, не хватало хотя бы одного винтика.

Конечно, среди них принцесса Катарина повсеместно считалась самым безнадежным случаем.

Будь у нее хотя бы вполовину столько же ума, сколько мастерства владения мечом, весь ход истории империи мог бы измениться.

— В любом случае, причина, по которой я тайно позвал Ваше Высочество сюда сегодня—

— Постойте, перед этим я хочу кое-что спросить. — Прервала она меня, выглядя необычно нервной. — Как… вы догадались, что я на самом деле женщина?

В ее выражении сквозил страх. — Я так мучилась с детства, знаете ли? Коротко подстригла волосы, кхм, даже практиковалась говорить более низким голосом…

Мне стало ее немного жаль, но правда заключалась в том, что я сумел раскрыть ее секрет только блефом, основанным на том, что у нее была скрытая слабость.

И, честно говоря, это сработало только потому, что она была совершенно простодушна.

— Это из-за моего телосложения?

— Телосложения?

Конечно, я не мог просто сказать ей правду, поэтому попытался мысленно придумать оправдание. Но внезапно принцесса расширила глаза и повысила голос.

— Ну, знаете, такие вещи, как… моя талия и руки выглядят тоньше по сравнению с другими парнями моего возраста? Или, может быть, мои бедра необычно…

— …дело не в этом.

"О чем она вообще говорит? У меня нет ни малейшего намерения быть арестованным Имперскими рыцарями за сексуальные домогательства."

— Тогда, должно быть, бинты на груди ослабли?!

— О, боже.

— Теперь, когда я думаю об этом, моя грудь в последнее время кажется довольно стянутой!

И все же, словно совершенно не замечая моего смятения, принцесса Катарина даже приподняла свой рыцарский мундир, чтобы показать утягивающие бинты.

— Хм, но я всегда дважды проверяю свои бинты, так что это довольно странно.

— …давайте пока отложим этот разговор.

Я поспешно закрыл глаза и отвернулся, пытаясь сохранить самообладание, пока говорил.

— Пожалуйста, сэр Уитни! Для меня это практически вопрос жизни и смерти!

— Если вы поможете мне в этом деле, я расскажу.

— …ах, хорошо! Я сделаю все возможное!

По крайней мере, она хорошо слушает команды. Неудивительно, что ее считают простушкой как в игре, так и за ее пределами.

— Но что именно вам нужно от меня на этот раз?

— Кхм. Да, услуга, о которой я хотел бы попросить Ваше Высочество… — Воспользовавшись моментом, пока она все еще слушала, я собрался с мыслями и улыбнулся. — Я хотел бы, чтобы вы назначили меня судьей на предстоящем Турнире Отбора Дарований академии.

— Хм, это несложно, но зачем? — С любопытством склонила голову принцесса Катарина.

— Ну, видите ли… — Я понизил голос для драматического эффекта, прежде чем сообщить ключевую информацию. — Мне нужно привести туда Святую. Таким образом, я смогу завершить свой план — и спасти вас, Ваше Высочество.

— П-правда?! Если так, я должна помочь!

Честно говоря, я просто сформулировал это так, чтобы звучало внушительно, не объясняя на самом деле свой план. Но принцесса, полностью убежденная, горячо закивала.

…мне немного совестно, но это необходимо.

Сколько бы я ни просил ее хранить секрет, высока вероятность, что она проболтается непреднамеренно. Так что, в некотором смысле, это для ее же блага.

— Но учтите одно — если вы согласитесь на мой план, вы потеряете свою невесту.

— Э-это… гм…

Почувствовав укол совести, я решил хотя бы дать ей некоторую информацию. Я помедлил, прежде чем осторожно продолжить.

— Независимо от того, привела бы ваша помолвка к браку на самом деле, с политической точки зрения это значительная потеря.

Как только Святая встретит игрового персонажа, ей суждено отправиться с ним спасать мир, что сделает невозможным для нее сохранение помолвки.

"Особенно если игровой персонаж — мужчина, разрыв помолвки неизбежен."

Принцесса Катарина, скорее всего, сделала предложение Хестии не из-за любви, а по политическим причинам. Я должен хотя бы предупредить ее об этом.

— …хотите попрощаться с ней заранее?

— Кхх…

— Ха-ха, не торопитесь с размышлениями. В любом случае ничего не изменится. — Мягко улыбнувшись, я ждал ее ответа, погруженный в свои мысли. Именно в этот момент…

Треск—!

Звук чего-то разбившегося раздался где-то поблизости.

— А? О нет, я опять что-то натворила…? — Похоже, это было обычным явлением, так как принцесса инстинктивно извинилась, глядя вниз.

— Хм.

Поскольку я намеренно избегал ставить что-либо бьющееся на стол, я нахмурился и повернулся к двери.

"…неужели Саша опять что-то натворила?"

Она, наверное, снова дрожит от страха. Пойду проверю ее и утешу, заодно дам принцессе время подумать.

***

— Хах, Саша, не переживай так сильно.

С этой мыслью Уитни открыл дверь, готовясь утешить Сашу из-за очередной ее оплошности.

— На самом деле, с тех пор, как ты разбила тарелку в прошлый раз, я автоматически оформил на тебя страховой полис для слуг, который я разработал, так что… а?

Но на полу, в окружении разбитых дорогих чайных чашек и тарелок, сидела не Саша.

— Фух, фух…

— …о боже.

Вместо обычной виновницы, леди Хестия, которая должна была убирать его комнату, прислонилась к стене. Ее ноги подкосились, лицо было смертельно бледным, а дыхание — прерывистым.

— Это… проблематично.

— Я-я просто… просто проходила мимо!..

В тот момент, когда дрожащий взгляд Хестии встретился с взглядом Уитни, она выпалила паническое оправдание сдавленным голосом.

— Итак.

Он присел перед ней на корточки, понизив голос и наклонившись ближе.

— Сколько ты слышала?

Точно так же, как принцесса представляла себе в саду, его тихие слова в сочетании с леденящей улыбкой произвели сокрушительный эффект.

"Меня убьют, меня убьют, меня убьют…"

Чистый ужас, исходящий от одного лишь выражения его лица, заставил ее сердце бешено колотиться от страха.

"Сколько же она услышала?!"

Конечно, его собственное сердце колотилось не менее яростно, чем ее, словно его ударили ножом в грудь.

----------

Банкет

— Ха…

Миг назад, до того, как Уитни покинул кабинет и обнаружил леди Хестию…

— Успокойся, Сесиль. Сдаваться, даже не попробовав — верх глупости.

Ощутив зияющую пропасть между собой и принцессой Катариной и услышав невольную колкость Уитни, Сесиль стиснула зубы и пробормотала себе под нос, шагая по коридору в сторону уборной.

— Я должна спасти отца, Руниэль и всех слуг из когтей этого негодяя.

Услышь Уитни эти слова, он был бы глубоко задет, но для Сесиль, чьи годы омрачались подозрительностью старшего брата, это было не более чем привычная миссия.

— …ведь так, матушка?

Она внезапно замерла перед опустевшей комнатой графини Лингард, предаваясь воспоминаниям с тоскливым выражением лица.

— Эх, не время сейчас для этого.

С трудом собравшись с духом, она вновь двинулась усталой походкой.

Треск—!

Внезапно с другого конца коридора донесся звук разбивающегося стекла.

— …неужели Саша снова что-то натворила?

Предположив, что это очередная оплошность Саши, Сесиль ускорила шаг, ожидая увидеть ее в слезах.

— …!?

Но едва достигнув пересечения коридоров и охватив взглядом открывшуюся картину, она инстинктивно отпрянула назад, скрываясь и осторожно выглядывая из-за угла.

— Ха-ха. Святая… точнее, леди Тиа, я вовсе не собирался вас ругать.

— Ах… ахх…

— Это всего лишь тарелка. Саша разбивает их чуть ли не каждый день. Мы просто возьмем другую из запасников.

На противоположной стороне коридора Уитни, присев на корточки перед новой горничной, которая почему-то сидела на полу, спокойно разговаривал с ней.

— Просто… у меня был важный разговор с одним человеком в той комнате.

— ……

— Было бы весьма нежелательно, если бы хоть что-то из этого разговора стало известно посторонним…

Сперва Сесиль спряталась, повинуясь инстинкту при виде Уитни, но со временем ее взгляд становился все более подозрительным.

— Я не буду вас наказывать, так что скажите мне.

— Ах…

— Что именно вы слышали?

Слова Уитни показались ей особенно двусмысленными — впрочем, когда он не вызывал подозрений?

— Я-я просто переносила чайные чашки на кухню по приказу леди Парши… и тут… я услышала голос Его Высочества.

— Хм.

— В конце концов, его голос довольно узнаваемый…

Не только поведение Уитни, но и реакция служанкт, упомянувшей принца, показались Сесиль странными.

"Обычная служанка знает голос принца…?"

На мгновение склонив голову в замешательстве, она снова затаила дыхание, сосредоточившись на разговоре в коридоре.

— Я-я не могла не удивиться.

"Ну, полагаю, это возможно… может, она работала в академии до того, как попала сюда…"

— Я услышала голос того, кого думала никогда больше не встречу, проходя мимо…

"Ах!"

Услышав дрожащие, исполненные глубокого смысла слова служанки, Сесиль невольно тихонько вздохнула.

— …и это действительно все?

К счастью, Уитни, казалось, не заметил ее реакции. Вместо этого он слегка наклонил голову и тихо, но настойчиво спросил служанку.

— Я-я клянусь сердцем.

— Тогда это облегчает душу.

Услышав ее ответ, Уитни наконец приветливо улыбнулся и похлопал служанку по плечу.

— Должно быть, вы почувствовали слабость, вот и все.

— Ик.

— Судя по вашей реакции, я в этом уверен. Похоже, я недостаточно хорошо о вас заботился, не так ли?

Наблюдая за жутко знакомой манерой Уитни — той самой, которую он использовал в разговоре с ней — Сесиль почувствовала леденящий холодок, пробежавший по спине. Она сглотнула и стала наблюдать за ответом служанки.

— Я-я вполне довольна! Честное слово…

— Не нужно так защищаться.

Служанка, чье лицо побледнело от страха, выдавила неловкую улыбку и забормотала оправдание, но Уитни решительно прервал ее.

— Мы же не хотим оставлять плохих воспоминаний будущей Святой и спасительницей мира, верно?

Хотя его голос был тихим, его слова отчетливо дошли до Хестии, которая сейчас была замаскирована под служанку.

"Святая…!?"

И, конечно же, Сесиль, чей слух давно усилился благодаря магии, услышала это так же ясно.

"Значит, эта новая служанка… невеста принца, которую похитили темные маги на балу!?"

К счастью, на этот раз она успела вовремя прикрыть рот, не позволив вырваться новому вздоху.

"Тогда… настоящий вдохновитель похищения…?"

Но едва ее мысли понеслись вскачь, сердце заколотилось так сильно, что едва не заглушило окружающие звуки.

— Сесиль, что ты здесь делаешь?

— …!?

Она была настолько поглощена своими мыслями, что не заметила Руниэль, которая имела привычку двигаться бесшумно, стоящую прямо за ней.

— В-в уборную шла.

— …?

— Тренировка закончилась, и я направлялась в уборную…

— А, понимаю.

К счастью, Руниэль не отличалась особой проницательностью и просто кивнула в ответ на ее объяснение.

— Хм.

Но в этом пустом коридоре, где любой звук распространялся довольно свободно, Уитни не мог не услышать их разговора.

— Сначала мне нужно во всем разобраться.

Единственным утешением было то, что Уитни, казалось, предположил, что Сесиль просто проходила мимо, а не подслушивала.

– Цкт…

Поднявшись с места с суженными глазами, он вынул из кармана маленький колокольчик и легонько встряхнул его.

Руниэль, до этого наблюдавшая за Сесиль, тут же повернулась и подошла к Уитни.

— Вы звали?

— Руниэль, отложи встречу. И проводи мисс Тиа в кабинет.

Затем, в голосе, окрашенном легкой насмешкой, Уитни едва заметно изменил тон, перейдя от "Святая" к ее псевдониму, отдавая приказ.

— И приготовь "то самое", о чем я упоминал ранее.

— "То самое"… вы имеете в виду?..

— Сделай это незаметно, чтобы никто не узнал. Понятно?

— …понятно.

С этими словами Уитни наконец обратил свой взгляд на Хестию.

— Мисс Тиа, сегодня я подарю вам незабываемое воспоминание.

— Ик.

— Воспоминание, которое останется с вами на всю жизнь, даже после того, как вы покинете это место.

Услышав его леденящий душу шепот, в глазах Хестии вспыхнул страх, когда Руниэль потащила ее прочь.

— Так что, надеюсь, вам понравится.

Когда она скрылась вдали, Уитни помахал рукой с жутковатой улыбкой.

— С-сэр Уитни. Все прошло хорошо?

— …более или менее.

В этот момент принцесса Катарина выглянула из комнаты, осторожно осведомляясь о ситуации. Уитни немедленно изобразил, как ему казалось, приветливую улыбку.

— Похоже, одна служанка допустила небольшую оплошность.

— А-а, и, эм… пока я размышляла в комнате…

— Ах, прошу прощения, Ваше Высочество, но, полагаю, вам придется отложить прощание с вашей невестой.

Уитни оборвал ее на полуслове, лишь покачав головой.

— Сейчас она далеко не в лучшем состоянии.

— Н-неужели?

— Не тревожьтесь. Я позабочусь о том, чтобы ее как следует "привели в чувство", и наши планы не будут нарушены.

От его леденящего душу шепота принцесса судорожно сглотнула.

— …я-я всецело полагаюсь на вас, сэр Уитни.

Опустив голову, она проговорила тихим голосом, словно вверяя ему свою судьбу.

— Разумеется. В конце концов, нас связывает общее дело.

— Д-да. Ха-ха…

— Итак, наш разговор подошел к концу… полагаю, настало время прощания.

Уитни, до этого удовлетворенно кивавший, произнес это, делая шаг вперед.

Принцесса, почувствовав подходящий момент, поспешно последовала за ним.

— У-уже?

— Как вам известно, мне необходимо привести в порядок особу, чье состояние оставляет желать лучшего.

— Ах, вот оно что! Но разве я не должна передать вам рекомендательное письмо для судьи? Если вы дадите мне бумагу и перо, я могу написать его прямо сейчас…!

— Ха-ха, я и вовсе об этом позабыл…

Их голоса постепенно затихли вдали, оставив после себя гнетущую тишину.

"Неужели мой брат… одновременно шантажирует и Святую, и принца?"

В этой зловещей тишине Сесиль, все еще прикрывавшая рот рукой и прислонившаяся к стене, пыталась унять бешено колотящееся сердце.

"Я не могу позволить себе опрометчивых действий. Если я поведу себя безрассудно в столь масштабной ситуации, под угрозой окажутся все."

Она крепко зажмурила глаза, силясь сохранить самообладание и мысленно повторяя.

"Прежде всего, мне необходимо досконально изучить все козни, плетущиеся в этом особняке, и собрать неопровержимые доказательства."

Хотя сердце все еще бешено стучало, когда она вновь открыла глаза, они горели решимостью.

"Уитни, ты мерзавец. Я непременно тебя остановлю."

— Сожалею, но дальше прохода нет.

— Ч-что?

Исполненная твердой решимости, Сесиль, затаив дыхание, попыталась незаметно проникнуть в одну из комнат, расположенных неподалеку от кабинета.

Но прежде чем она успела подняться по лестнице на верхний этаж, ее путь преградила Руниэль, непоколебимо стоявшая на страже у входа.

— По строжайшему распоряжению молодого господина, даже вы, как член семьи, не являетесь исключением.

— К-командир! Неужели вы серьезно так со мной поступаете?

— Если вы не остановитесь, у меня не останется иного выбора, кроме как применить силу.

Почувствовав себя загнанной в угол, Сесиль нервно оглядела коридор, прежде чем бросить на Руниэль умоляющий взгляд, пытаясь пробудить в ней прежние чувства.

Но ее ответ остался холоден и непреклонен.

— Тогда хотя бы ответьте на один вопрос своей бывшей подчиненной.

Прикусив губу от ее твердости, Сесиль крепко сжала кулаки и задала свой вопрос.

— Что именно там происходит?

— Хм. Полагаю, это я могу вам сообщить.

Руниэль на мгновение нахмурила брови, погрузившись в раздумья, прежде чем наконец заговорить.

— Молодой господин всего лишь проводит для новой служанки необходимое обучение.

— И под обучением вы подразумеваете…?

Для Сесиль, отчаянно цеплявшейся за любую ниточку, ее ответ прозвучал как откровение.

— Проще говоря, это обучение тому, как высвобождать свои сокровенные желания.

— …что?

— Речь идет о том, как удовлетворять свои потаенные влечения, не обращая внимания на чужие взгляды.

Слова Руниэль звучали все более странно, вызывая у Сесиль недоумение.

— Конечно, для непосвященных это может показаться грубым и непристойным. Но важен конечный результат.

— Ч-что вы вообще говорите?

Челюсть Сесиль отвисла от шокирующего заявления, только что сорвавшегося с губ Руниэль.

— …для справки, я тоже недавно прошла подобное обучение. И должна признать, результаты были превосходными.

— ……

— Поскольку я выросла в аристократической среде, меня всегда учили считать подобные вещи вульгарными… но…

Руниэль, слегка покраснев, говорила со странно просветленным выражением лица.

— После обучения у молодого господина я почувствовала, будто что-то глубоко внутри меня обрело свободу.

— Ах…

— Так что для такой дисциплинированной особы, как она, я могу с уверенностью сказать, что она поддастся так же—

Руниэль на мгновение запнулась, прежде чем продолжить с выражением, которого Сесиль никогда прежде у нее не видела — почти ласковым.

— ...теплому сердцу молодого господина, вот чему.

Оцепеневшая от потрясения, Сесиль смогла лишь вымолвить одну резкую фразу.

— Д-да вы с ума посходили.

Что ж, какая сестра не отреагировала бы подобным образом, узнав, что у ее собственного брата есть весьма своеобразное «хобби» — «обучение» женщин?

***

— Что это у меня снова уши чешутся?

Получив рекомендательное письмо от принцессы Катарины и проводив ее, я вернулся в свой кабинет, рассеянно почесывая ухо.

— Ч-что… вы намерены со мной сделать?

В кресле, где всего несколько часов назад заседали члены исполнительного комитета, осталась лишь леди Хестия, Святая, выглядевшая так, словно вот-вот потеряет сознание.

— Ха-ха, не стоит так напрягаться.

Я действительно чувствовал некоторую вину за то, что отложил встречу, так и не обсудив детальный план.

Но разве этот план вообще мог быть реализован без добровольного сотрудничества Святой?

— Если бы кто-нибудь увидел эту сцену, он бы подумал, что я собираюсь вас заживо съесть.

— …п-пожалуйста, пощадите.

Вот оно что. Даже легкая шутка заставила ее дрожать, едва способную вымолвить слово.

При таком развитии событий, даже если план увенчается успехом, она может затаить на меня глубокую обиду.

Мне необходимо было прежде наладить наши отношения.

— Мы всего лишь проведем некоторое время, честно говоря о наших сокровенных желаниях, леди Святая.

С этой мыслью я хлопнул в ладоши и повернул взгляд к книжной полке, стоявшей в глубине комнаты.

Скрип—

Как по команде, сработал потайной механизм, открывая вход в подземную комнату.

— Ч-ч-что бы это ни было… прошу вас, будьте со мной милостивы.

Увидев открывшуюся перед ней картину, Святая сквозь слезы пробормотала, словно что-то неправильно поняла.

— Ха-ха… не знаю, что вы себе вообразили, но сегодня вы туда не войдете.

Я поспешил развеять ее заблуждение.

— Вам нужно лишь испытать то, что оттуда появится.

— …ч-что?

Она все еще выглядела совершенно растерянной, но это не имело значения.

— Итак, начнем!

Как раз вовремя из подземного прохода появилась Саша, толкая тележку.

— Я-я сначала принесла все закуски…

На тележке аккуратно разместились разнообразные блюда, приготовленные из лучших продуктов особняка.

— А остальное?

— Я-я принесу, как только вы скажете!

Вот именно.

Это было мое тайное оружие против Святой—

"Стратегия банкетной ловушки".

— Ч-что это все…?

— Я же вам говорил, разве нет?

Даже знатные дамы, которых с детства учили строго соблюдать диету, часто втайне мечтали хотя бы раз в жизни предаться гастрономическим излишествам.

Я проверил это на Руниэль, известной своей железной самодисциплиной, и даже она доказала, что никто, даже будущая машина для убийств, не может устоять перед зовом аппетита.

— Так что давайте будем честны в своих желаниях.

— А-ах…

— Мне известно, что вы пропускали приемы пищи, опасаясь нашей еды.

Ну что ж, а как насчет леди Хестии?

Той, кто жил — и будет жить — еще более аскетичной жизнью, чем Руниэль?

— Если вы опасаетесь яда, я разделю с вами трапезу. Как вам такое предложение?

— В-вы думаете, что сможете сломить меня чем-то подобным?

Конечно, это была ожидаемая реакция на первый взгляд, но…

Ур-р-р-р—

Слова были бессильны против пустого желудка.

— Для того, кто так говорит, ваше тело весьма красноречиво.

— Угх…

— Ну, если вы не желаете, я не стану вас принуждать.

Я усмехнулся, наблюдая, как ее лицо залилось краской смущения.

Затем, в качестве последнего аргумента, я прибегнул к воспоминаниям из прошлой жизни.

— …у меня здесь есть и ваше любимое вино.

— …!

— Если вы вернетесь в церковь, вы больше никогда не сможете его попробовать.

Если мои воспоминания меня не подводят, до того, как стать Святой, леди Хестия была весьма неравнодушна к алкоголю.

— Итак, что же вы выберете?

Она никак не могла проигнорировать изысканное тридцатилетнее вино, которое я теперь соблазнительно покачивал перед ней, только что извлеченное из ведерка со льдом.

— …налейте немного.

— Хм? Я не расслышал.

Как и ожидалось, после минутного молчания она снова заговорила тихим, нерешительным голосом.

— М-могли бы вы налить мне всего один бокал…?

И с этим Святая, чья стойкость наконец дала трещину, окончательно закрепила триумф моей «Стратегии банкетной ловушки».

----------

Вербовка

Время текло своим чередом, и когда бледный лунный свет наконец окутал особняк…

— Пф-ха… — Выдохнула Хестия, уже сбившаяся со счету выпитых бокалов и опрокинувшая очередной залпом. Румянец залил ее щеки, и она с шумом поставила пустой бокал на стол.

"Разве она не говорила, что выпьет всего один?" — С неловкой улыбкой подумал я, признавая про себя ее поразительную выносливость к спиртному.

"Впрочем, учитывая ее прошлое, это вполне объяснимо."

До своего избрания на роль Святой она находилась под строгим контролем своей виконтской семьи, будучи вынужденной вступить в политический брак ради выгоды дома.

Единственным тайным утешением от этого давления были украдкой выпитые глотки ликера, которые ей тайком приносила близкая служанка. Теперь же, впервые в жизни, она пила без всяких ограничений. Неудивительно, что она не могла устоять перед таким искушением.

— Эй… давай… мне еще один бокал…

— Вы уже осушили три бутылки вина. Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Ах.

Я осторожно предложил ей остановиться, беспокоясь о ее самочувствии, и в этот момент в затуманенных глазах Хестии мелькнуло проблеск осознания.

— Ах… — Пробормотала она, оглядывая пустые тарелки и разбросанные по столу бутылки. Затем, словно внезапно охваченная волной стыда, она спрятала лицо в ладонях. — Что я наделала…

Слыша горечь вины в ее голосе, я подошел ближе и, мягко улыбнувшись, прошептал.

— Ну как? Вы довольны сегодняшним вечером?

— …

— Ха-ха, можете не отвечать. Ваше лицо говорит само за себя.

Она хранила молчание, но несмотря ни на что — мой план сработал.

До этого момента Святая всегда держалась напряженно, настороженно следя за каждым моим шагом. Но сегодня она наконец позволила себе быть честной в своих желаниях.

— Н-не поймите неправильно. — Наконец проговорила она, хотя в ее голосе все еще звучала едва уловимая нотка сопротивления. — Меня просто… вынудило… ваше давление…

— Но ведь в середине вам начало нравиться, не так ли?

— …угх.

Я скользнул взглядом по царившему на столе беспорядку, пока говорил, а Хестия закусила губу, опустив глаза.

— Если вы продолжите сотрудничать с моими планами, я смогу предложить вам еще более изысканные удовольствия.

— Ч-что может быть еще… Ах! – Несмотря на попытку сопротивляться, мое сладкое искушение невольно заставило ее губы приоткрыться. Осознав это, она поспешно закрыла рот обеими руками.

Казалось, настал идеальный момент для решающего шага.

— …Вы когда-нибудь слышали о «Ерше»?

Хотя мое хрупкое тело в прошлой жизни никогда не позволяло мне предаваться подобным утехам, я все же был неплохо знаком с культурой употребления алкоголя по фильмам и книгам.

— Это напиток, в котором смешивают самые изысканные ликеры. При наливании он пенится и переливается, словно извержение вулкана.

— К-как вульгарно…!

— Вульгарно, да, но представьте себе.

Для благородной леди, которая только приоткрыла для себя мир алкоголя, это, должно быть, звучало как искушающий шепот самого дьявола.

— Тот самый миг, когда это восхитительное сочетание ликеров обрушивается на ваше горло — разве это не волнующе?

— …Хнн.

— Одна мысль об этом бросает вас в дрожь, не так ли?

Как и ожидалось, лицо Хестии снова залилось краской от моего подробного описания.

— Святая, если вы доверитесь мне, я лично буду готовить его для вас столько раз, сколько пожелаете.

— ……

— Здесь нет никого, перед кем вам нужно притворяться. Вы вольны наслаждаться собой в полной мере.

Видя ее реакцию, я был уверен в своей победе.

Я протянул руку, готовый принять ее согласие…

— П-прекратите свои гнусные искушения!

— Ой.

Но как только я подумал, что она окончательно поддалась, Хестия вдруг вскрикнула и оттолкнула мою руку.

— Вы думаете, я так легко вам сдамся?

— Ха-ха, Святая, я никогда и не пытался заставить вас сдаться…

— Я-я знаю! Вы просто используете меня, и как только я перестану быть нужной, вы от меня избавитесь!

То ли виной тому был алкоголь, то ли что-то еще, но она сжала кулаки и свирепо посмотрела на меня.

— И… я также знаю, что вы собираетесь уничтожить мир в будущем! Я все знаю! — Она на мгновение запнулась, а затем внезапно ударила кулаком по столу, произнеся это ужасающее пророчество.

— Я? Уничтожить мир?

— Н-не притворяйтесь, что не знаете!

На мгновение я задумался, не бредит ли она в пьяном угаре. Но острота в ее взгляде говорила мне, что она совершенно серьезна.

— Впервые об этом слышу…!

Я почесал затылок, изображая разочарование.

Но это определенно было недоразумение.

Потому что я ни за что не стал бы делать что-то настолько ужасное, верно?

"К тому же, нынешняя Святая даже не обладает даром пророчества."

Насколько мне было известно, Святая могла пробудить свою способность предвидеть будущее только после встречи с Героем.

Поскольку первоначальный сценарий уже пошел под откос, и она еще не встретила его, это так называемое пророчество было не более чем ошибочным предположением.

Это означало, что я должен был прояснить это недоразумение, прежде чем оно примет еще более серьезный оборот.

— Ха-ха. Понятия не имею, откуда у вас эта мысль, но…

— Гррр…

— Моя цель – доставить вас к Герою.

Возможно, из-за остаточного действия алкоголя Хестия оскалила на меня зубы со слабым рычанием, но я лишь пожал плечами и изложил правду.

— Г-герой?

— Святая явилась впервые за столетия. Разве это не означает, что и Герой не за горами?

К счастью, ее высокая сопротивляемость к алкоголю удержала ее от прямой агрессии. Вместо этого она несколько раз моргнула и наконец начала слушать.

— Я знаю, где появится Герой, и я намерен отвезти вас туда.

— …

— Таким образом, вы станете неприкасаемой для любой фракции, и вместе с Героем вы спасете мир.

Несмотря на это, в ее глазах все еще мерцало сомнение.

Поэтому я решил надавить еще немного.

— Кроме того, Святая, если бы я действительно намеревался уничтожить мир, зачем бы я затевал всю эту сложную игру?

— Это…

— Если бы я хотел помешать Герою, разве не было бы проще просто заставить вас исчезнуть прямо сейчас, пока никто не заметил?

Она открыла рот, словно собираясь возразить, но затем замолчала, и на ее лице отразилось нечитаемое выражение.

Страх все еще доминировал, но впервые она выглядела по-настоящему глубоко задумавшейся.

— Что ж, неприятно быть ложно обвиненным, но давайте предположим, что ваше пророчество верно.

Я шагнул ближе, понизив голос до шепота.

— Тогда разве не было бы логично, чтобы вы остановили меня, прежде чем это произойдет?

Она закрыла глаза, надолго погрузившись в раздумья.

— …я все еще не доверяю вам полностью. – Наконец проговорила она, и в ее голосе появилась твердость, напоминавшая скорее благородную Святую из старой истории, чем робкую дочь виконта. – Но…

Ее пауза заставила меня слегка напрячься, но, в отличие от Мередии, Хестия оказалась гораздо более податливой.

— У меня ведь нет особого выбора, правда?

Учитывая ее положение, других разумных вариантов у нее и не было.

— Но у меня есть одно условие.

К моему удивлению, она протянула ко мне руку.

— Поклянитесь этой рукой, что говорите правду.

— Ха-ха…

Возможно, смелости ей придал выпитый алкоголь.

Потому что впервые в ней начала проявляться истинное достоинство Святой.

— Конечно.

Не колеблясь, я сжал ее руку, решив пропустить мимо ушей ее тайную попытку связать наши души клятвой.

— Наконец-то договор заключен.

Я и так не собирался нарушать своих слов, а Святой, вероятно, нужно было такое заверение, чтобы спокойно следовать моему плану.

Как и следовало ожидать от Святой — ее, вероятно, этому никогда формально не обучали, но она уже так искусно владела техниками связывания душ.

— И…

Как только я собирался удовлетворенно хмыкнуть, радуясь, что наконец-то вовлек Святую в свои планы…

— …э-это тоже нужно как следует подготовить.

— Хм?

Святая, все еще державшая мою руку, прошептала едва слышно.

— Ерш… это тоже…

Неужели она согласилась только из-за него?

— Я-я просто хочу убедиться, что вы сдержите свое слово…!

— …ха.

Да. Мне бы тоже хотелось в это верить.

***

Той ночью, когда Уитни и Святая достигли негласного перемирия в своей долгой интеллектуальной дуэли…

Солнце давно скрылось за горизонтом, и особняк погрузился в сумрак, озаренный лишь слабым лунным светом.

Скрип—

После долгого заточения дверь кабинета наконец со стоном распахнулась.

— Хааахм… ах.

Сесиль, весь день просидевшая на нижней ступени лестницы, не теряя надежды, вздрогнула и проснулась от дремоты на этот звук.

— Как прошла ваша встреча с господином? Разве не лучше, чем вы ожидали?

До ушей Сесиль донесся теплый голос Руниэль, стоявшей на страже у кабинета и обратившейся к Хестии.

Шаг-шаг—

Но Хестия не ответила. Она лишь плотно сжала губы и нетвердой походкой спустилась по лестнице.

Сесиль внимательно наблюдавшая за ней, внезапно сузила взгляд от подозрения.

"Я не могу просто стоять в стороне и игнорировать это."

Даже решив проводить свое расследование тайно, ее обостренное чувство справедливости не позволило бы ей закрыть глаза на того, кто, возможно, только что пережил нечто ужасное.

— Э-эй.

— Ик!?

— Тш-ш. Все в порядке. Я на вашей стороне.

Сесиль вышла навстречу Хестии, которая словно в трансе спускалась по лестнице, прижав палец к губам, призывая к тишине.

— …в-вы сестра того человека?

— Ах.

Кровные узы, похоже, не скроешь. Хотя у нее не было фирменных узких глаз Уитни, ее темные волосы и отдаленное сходство черт лица заставили Хестию насторожиться.

— Я-я его сестра, но я совсем не похожа на этого мерзавца.

— ……

— П-правда! Я просто хочу помочь вам!

Сесиль почувствовала укол досады, но быстро отбросила это и снова понизила голос.

— Я знаю правду — вы пропавшая Святая. И я знаю, что этот мерзавец похитил вас.

Глаза Хестии расширились от потрясения.

— Так, пожалуйста, скажите мне — какие мучения вам пришлось перенести?

— Э-э…

— Ваши показания важны. Если вы расскажете мне, я немедленно сообщу обо всем церкви!

Пока Сесиль искренне умоляла, Хестия нервно закусила губу.

— Я… полагаю… можно сказать, что я подверглась там чему-то… предосудительному.

— Я так и знала…!

Сесиль сжала кулаки от гнева, словно обидели ее саму.

— Н-но…

Затем произошло нечто странное — взгляд Гестии дрогнул, и…

— …я-я в порядке.

Она вдруг произнесла неожиданное заявление.

— Н-нет нужды сообщать что-либо. Разве это не сделает только хуже?

— Что?

— Е-если вы действительно хотите мне помочь… просто подождите подходящего момента.

Сесиль растерянно моргнула, а Хестия отвернула голову и продолжила гораздо тише.

— У меня есть план. Скрытый козырь… Так что…

— Но ведь никогда не знаешь, когда что-то может повториться! Если вы сейчас обратитесь за защитой церкви... — Не в силах вынести странности ее слов, Сесиль перебила.

— …послушайте.

— Да?

— Я сказала, я в порядке.

Твердый ответ Хестии на мгновение лишил Сесиль дара речи.

— Д-даже если я, как Святая, пережила что-то… неподобающее… это всего лишь еще одно испытание, которое нужно преодолеть.

Для Сесиль ее слова звучали совершенно непостижимо.

— Преодоление таких трудностей и делает истинную Святую, разве нет?

И все же выражение лица Хестии было наполнено чем-то совершенно не подобающим набожной и праведной Святой—

Слабым трепетом вины и запретного волнения.

— С-Святая, не говорите мне…

— И… честно говоря, я и сама еще не уверена.

Увидев, как потемнело лицо Сесиль, Хестия поспешно попыталась оправдаться.

— Т-тот человек… он, возможно, на самом деле добрый.

— …вы же не серьезно.

— В смысле, он ведь спас меня от темных магов. И учитывая, сколько у меня врагов, это место на удивление безопасно…

Для Сесиль это звучало так, словно Хестия уже пала на дно безвозвратно.

Но рассуждения Хестии были вызваны не только подозрениями Уитни и Сесиль — и дело было не только в Ерше.

"К тому же, его душа… казалась странно чистой."

Она схватила его за руку, чтобы тайно выгравировать клятву в его душе, но когда она это сделала — она не почувствовала никакой тьмы.

"И самое главное… он принял клятву по собственной воле."

Чисто инстинктивно она поняла одну вещь — каким бы мастерством она ни обладала, она никогда не смогла бы выгравировать клятву в чьей-либо душе без его согласия.

"Может быть… если я правильно направлю его… этого будущего не произойдет."

Такие мысли, в сочетании с ее врожденной добротой и самоотверженностью, слегка поколебали ее убежденность.

— Но ничто из этого не оправдывает того, что произошло в том кабинете!

— Н-ну… честно говоря, даже в кабинете только что…

— …что?

— О-он был на самом деле… добр ко мне…

Конечно, это не означало, что…

— Ч-честно говоря, мне даже понравилось…

— Святая!

Возможно, честность Хестии проистекала из ее чистой натуры.

Но вина и волнение в ее голосе лишь убедили Сесиль в том, что она находится на грани падения в бездну порока.

— Вы не можете позволить этому мерзавцу соблазнить вас!

— Угх?

— Вы серьезно влюбляетесь в плохого парня только потому, что он был немного мил?!

— Я…

— Так дальше продолжаться не может. Пойдемте со мной, прямо сейчас…

Решив защитить Святую от коварных объятий своего брата, Сесиль схватила Хестию за запястье, готовая увести ее.

— Кто там?

— Ах.

Но в своей спешке она слишком повысила голос, и Руниель, стоявший на страже, начал спускаться по лестнице.

— …

Понимая, что если ее застанут за разговором со Святой, все ее усилия будут напрасны, Сесиль бросила последний отчаянный взгляд на Хестию, прежде чем бесшумно ускользнуть.

— Ты все еще здесь?

— А-ах, да.

— Ну, если у тебя есть свободное время, почему бы тебе не прогуляться? Слишком много жирной пищи без физических упражнений вредно для здоровья.

— Х-хорошо…

Оставшись одна, Хестия из осторожности предпочла скрыть присутствие Сесиль.

Она продолжила спускаться по лестнице, но затем…

— …хм.

Она вдруг остановилась, подняв руку, которой ранее держала Уитни.

— Что это было за чувство…?

Слабый, призрачный серый оттенок промелькнул в ее глазах.

----------

Крестный отец I

— У меня отличные новости, господа! — Объявил я утром следующего дня после того, как леди Хестия с тяжелым сердцем покинула кабинет. — Наконец-то Святая решила присоединиться к нашему плану.

За исключением Саши, рухнувшей от ночной переноски провизии, и Альфреда, который весьма кстати откланялся, сославшись на необходимость позаботиться о ней, оставшиеся руководители — то есть Руниэль и Парша — были вновь созваны в кабинет.

С сияющей улыбкой я поведал им об успехе нашего замысла.

"Если бы все сорвалось, расходы стали бы серьезной проблемой, но, к счастью, мы преуспели."

Хотя скудные остатки поместья графа были пущены в дело, Саша изнемогала, таская еду до самой ночи, а драгоценный винный погреб моего отца пал благородной жертвой.

Тем не менее, это был момент триумфа, и мне захотелось поднять бокал.

"Впрочем, Парша позаботится о приумножении наших активов, так что беспокоиться не о чем, верно?"

Хотя меня и слегка тревожило истощение наших фондов, у меня все еще была Парша.

— Итак, мы немедленно штурмуем академию?

Пока я размышлял об этом, глядя на Паршу, она вдруг вскинула руку, и в ее глазах загорелся довольно зловещий огонек.

— Ха-ха. Мы не собираемся завоевывать академию, Парша. Мы всего лишь сопровождаем Святую к Герою.

— Ой, простите. Я на мгновение увлеклась.

Если бы ее оставили без присмотра, она вполне могла бы начать планировать набег на академию, поэтому я поспешно уточнил наш первоначальный план.

К счастью, ненадолго задумавшись, она быстро согласилась.

— …и все же, взять академию под контроль следовало бы как можно скорее.

— Чего?

— Довольно много Владык Демонов… нет, правителей, потерпели поражение лишь потому, что не смогли прорваться через академию.

Почему-то ее слова напомнили мне одного безносого злодея, который обратился в пыль, не сумев захватить всего лишь школу.

Постойте, она действительно теперь считает меня Владыкой Демонов?

Неужели она не просто следовала за Мередией по всем возможным путям, потому что тайно мечтала поиграть в игру по воспитанию Владыки Демонов, верно?

— И с практической точки зрения, лучше всего сначала проникнуть в систему образования, чтобы облегчить промывку мозгов…

— Ха-ха, Парша. Давай пока сосредоточимся на нашем текущем плане…

Конечно, у меня и так голова шла кругом от спасения Мередии и возрождения моей семьи, поэтому я попытался тихонько ее одернуть.

— Действительно, и первый Владыка Демонов, и второй Владыка Демонов в конечном итоге пали при осаде академии. Я даже разработала стратегическую игру, основанную на этих битвах, чтобы преподавать в Рыцарской Академии…

Ха-а-а-а—

Как по команде, Руниэль серьезно пробормотала рядом с ней, заставив меня глубоко вздохнуть.

— …следовательно, если вы действительно намерены захватить академию, вы должны внедрить своего человека.

— Вау, я на секунду забеспокоилась, но вы действительно достойны быть руководителем!

Куда подевались Гончая Императора и единственный тактик Мередии?

Вместо них передо мной страстно спорили фанатик героя и ребенок-чунибё.

— …честно говоря, я подозревала, что это и была истинная причина нашей нынешней операции.

— Э… это так? Как и ожидалось…

— Ха-ха. Дамы.

Если бы я продолжал слушать, мне, возможно, и вправду пришлось бы всерьез задуматься о вторжении в академию.

— Может дослушаете, а?

Сохраняя невозмутимую улыбку, я понизил голос и предостерег этих двоих, которые шептались между собой.

— …да.

— Простите.

Вздрогнув, и Парша, и Руниэль подняли головы и угрюмо ответили, прежде чем закрыть рты.

По крайней мере, они хорошо меня слушались — это было моим единственным утешением.

— В любом случае, меня назначили судьей на предстоящем Турнире Отбора Дарований в академии, и мы заручились сотрудничеством Святой… пора переходить к следующему этапу.

— О, подождите минутку.

Я как раз собирался перейти к главной теме, когда…

— Нам кое-чего не хватает, прежде чем мы продолжим.

Парша снова подняла руку, но на этот раз выражение ее лица было серьезным.

— А именно — информации.

— Хм.

Я смутно представлял, что она собирается сказать, поэтому просто слушал.

— Прежде всего, имя Хозяина стало известно в Империи совсем недавно. Естественно, совет академии тщательно изучит ваши квалификации.

— …это правда.

— Итак, как судья, вы должны заранее ознакомиться с личными данными участников.

Да, когда Парша серьезна, на нее действительно можно положиться.

— Кроме того, нам следует собрать информацию о месте проведения турнира, расстановке персонала и перерывах. Таким образом, риск разоблачения Святой будет ниже.

— Ну, в некоторой степени эти детали будут предоставлены судьям, но…

Она без запинки указала на каждое слабое место в моем плане.

— …ты беспокоишься, что академия не будет сотрудничать, не так ли?

— Именно! С их точки зрения, Хозяин был назначен благодаря политическому влиянию.

Ну, это не только их точка зрения — это правда.

— Академия по своей сути эксклюзивна, поэтому они попытаются найти у вас недостатки. Они могут даже намеренно скрыть информацию.

— А что, если мы попросим помощи у принца?

— Хм. Вы действительно думаете, что он сможет получить достоверную информацию?

Она не только определила, что мы не можем полностью доверять принцессе Катарине, хотя она теперь и союзник, но и уже учла это.

Мне вдруг стало стыдно, что я считал ее всего лишь ребенком-чунибё.

— В таком случае, у тебя есть какое-нибудь решение?

— Ну, если вы поручите мне сбор информации, я сделаю все возможное, но…

Любопытствуя, придумала ли она альтернативу, я осторожно спросил ее.

— …информация стоит денег. А сейчас я вложил все оставшееся состояние графа, так что у нас серьезная нехватка средств.

Даже Парша сочла плачевное финансовое положение нашей семьи головной болью.

— До получения прибыли еще далеко, верно?

— Да. Поскольку я инвестировала в долгосрочную перспективу, основываясь на ваших планах…

— Ну, это пока не проблема.

Тем не менее, я не был слишком обескуражен.

Специальность Парши заключалась в сборе и анализе разведданных — ожидать от нее самостоятельного увеличения ресурсов было бы слишком много.

— В конце концов, мой следующий шаг — устранить нашу самую большую слабость — информационный пробел.

Да, время пришло.

— Теперь давайте готовиться к отъезду.

— Прямо сейчас?

— Да, нам нужно быть в одном месте.

Не только для сбора информации, связанной с этой операцией, но и информации о будущих темных магах, проклятии Мередии, моей странной белой магии…

И обо всех других предстоящих трудностях.

— Для справки, наш пункт назначения — окраины Империи — сердце преступного мира.

Последний недостающий элемент моей команды мечты.

— Там есть кое-кто, кого нам нужно найти.

Пришло время встретиться с информатором игрока — Бергеном.

***

Несколько часов спустя, в преступном мире Империи.

"Итак, мы наконец-то прибыли, но…"

Выйдя из кареты и пройдя довольно большое расстояние, я снова оказался в районе преступного мира — второй раз с тех пор, как заручился поддержкой Руниэль.

Оглядывая знакомые, но зловещие улицы, я сухо усмехнулся, а затем вздохнул.

"Как и ожидалось, будет непросто."

В отличие от Парши, которую мне удалось заполучить только благодаря «шансу Альфреда», местонахождение Бергена было относительно известно.

Проблема заключалась в том, что мест, где он мог бы быть, было слишком много.

Проще говоря, весь район преступного мира был возможным местом его нахождения.

"Он, вероятно, сейчас бродит в отчаянии, так что, думаю, мне следует начать с проверки каждого бара."

В конце концов, в оригинальной игре первая встреча игрока с Бергеном произошла в баре, где он топил горе в алкоголе и создавал проблемы во время расследования.

Если подумать об этом, поиски казались устрашающими, но, по крайней мере, меня утешало знание того, что он не покинул этот район.

Если я останусь в ближайшей гостинице на несколько дней и проведу тщательный поиск, я должен смочь найти его до начала Турнира Отбора Дарований.

— Ха, это действительно впечатляющая работа.

— …ах.

— Чтобы молодой господин из графской семьи ступил в такое мрачное место. Вы пытаетесь заставить этого старика подать заявление об отставке на закате своих дней?

Как только я собирался двинуться, недовольный голос рядом заставил меня остановиться с кривой улыбкой.

— Ха-ха, Альфред. Сейчас я глава дома.

— И именно поэтому вам здесь не место.

Я почувствовал небольшую вину за то, что заставил Альфреда сопровождать нас.

В конце концов, я вразумил Паршу, которая закатила истерику из-за того, что ей не разрешили пойти с нами, и оставил ее на попечение Саши.

Но честно говоря, ни Парша, ни Альфред, который уже был на пороге пенсии, не должны находиться в таком опасном месте.

— По крайней мере, Руниэль с нами, а это уже какая-никакая гарантия безопасности, верно? — Спросил я, стараясь скрыть легкое беспокойство.

— Хоть я и не так сильна, как прежде, аурой владеть все еще могу, так что проблем возникнуть не должно. — Уверенно отозвалась она.

Действительно, если бы я заранее не заручился поддержкой Руниэль, вся эта затея казалась бы безнадежной авантюрой. Даже несмотря на то, что гравировка контура маны на ее душе еще не была завершена, она уже излучала ощутимую ауру меча. Будь я сам мечником, меня бы, пожалуй, охватило серьезное чувство зависти.

— Но не стоит недооценивать преступный мир. Здесь может случиться всякое… — Начал было Альфред, но его назидательную речь внезапно прервал голос Парши, раздавшийся из коммуникационного кристалла в его руке, и старик недовольно нахмурился.

*Тц… разве что после твоей смерти?* — Проворчала она.

— Ты уже цокаешь на меня языком? Совсем дурному учишься. — Буркнул в ответ Альфред.

Поскольку поиск Бергена требовал предельной концентрации, я доверил Парше роль наших глаз и ушей, вручив ей этот нелепо дорогой коммуникационный кристалл — штуковину, стоившую целых три месячных бюджета нашего скромного хозяйства. Оставалось лишь молиться, чтобы Альфред не влип ни в какую историю, пока эта драгоценность у него в руках.

— Альфред, пожалуйста, держитесь рядом со мной и Руниэль все время, ладно? — Попросил я.

— …может, я и стар, но за себя постоять еще смогу. — Проворчал он, хотя в его голосе и звучала усталость.

— Ха-ха. Отличное чувство юмора. — Попытался я разрядить обстановку, но старик лишь равнодушно покачал головой.

— Итак, куда направимся первым делом? — Спросила Руниэль, оглядывая мрачные улицы.

— Хм, давайте заглянем в ту лавку. — Неуверенно предложил я. Несмотря на легкое предчувствие беды, я рассудил, что пока мы с Руниэль будем начеку, серьезных проблем возникнуть не должно.

Однако…

— Ах, но люди, стоящие перед ней, выглядят… — Я запнулся, заметив двух дюжих мужчин, словно каменные изваяния, охранявших вход. Их угрожающее присутствие невозможно было игнорировать.

— Если они встанут на пути, я с ними разберусь. — Спокойно предложила Руниэль. Ее уверенность успокаивала. С ней рядом мы наверняка смогли бы пройти внутрь.

Но…

— Вы собираетесь устроить переполох, едва мы приехали? — Резонно заметил Альфред. Привлечение излишнего внимания на столь раннем этапе могло все испортить.

"Но избегать каждого места с охраной тоже будет непросто…" — Подумал я. Учитывая специфику преступного мира, большинство заведений так или иначе обеспечивали свою безопасность.

Я погрузился в раздумья, обдумывая следующий шаг, когда…

— Вы двое оставайтесь здесь. — Тихо произнес Альфред.

— …А? — Удивленно переглянулись мы с Руниэль.

— Я сам с ними поговорю. — С тихим вздохом старик протянул мне коммуникационный кристалл и шагнул вперед.

— Подожди, Альфред… — Я, естественно, запаниковал и попытался его остановить. Этот старик ни за что не смог бы убедить этих громил без риска для собственной жизни.

Однако…

— Мастер. — Руниэль, выглядевшая не менее изумленной, чем я, тихо произнесла: — Мне кажется… с ним все будет в порядке.

— …что? — Только и смог вымолвить я, совершенно ошеломленный ее словами.

— Я верю, Альфред сможет их убедить.

Дело было не в том, что я был убежден ее рассуждениями. Скорее, я был слишком поражен, чтобы хоть что-то ответить.

— Эй, вы двое. — Хрипловато окликнул Альфред охранников у входа в лавку.

— …а? — Те выглядели не менее озадаченными, чем я несколькими минутами ранее.

— Отойдите. Я желаю войти. — Безапелляционно заявил облаченный в плащ старик с совершенно белыми волосами.

Двое охранников обменялись недоуменными взглядами, а затем разразились грубым смехом.

— Пфф. Что за чушь несет этот старый хрыч? — Проворчал один из них.

— Послушай, дедуля. Если не хочешь сегодня ночью оказаться в ящике, советую тебе развернуться и… — Начал было второй, но его прервал Альфред. Учитывая жестокую природу преступного мира, где трупы в переулках находили едва ли не ежедневно, их враждебная реакция была вполне предсказуема.

— Похоже, вы не понимаете, поэтому я повторю в последний раз. — Спокойно произнес старик. Откинув капюшон, он обнажил глаза, которые вдруг зловеще засветились серым светом. — Если вам дороги ваши ничтожные жизни, советую вам отойти. Немедленно.

В тот же миг двое мужчин, чьи крупные фигуры вдруг показались жалкими и незначительными, побледнели как полотно. Затем, не колеблясь ни секунды, они шагнули в сторону, освобождая проход.

— Хм, молодой господин. Они согласились нас пропустить после небольшой беседы. — Невозмутимо сообщил Альфред, возвращаясь к нам.

— …серьезно? — Только и смог выдохнуть я, все еще не веря своим глазам.

А всего несколько минут спустя…

— Ха-ха, должен признать, сегодняшняя молодежь на удивление воспитана. — Пробормотал Альфред, пока мы проходили внутрь. Новость о том, что отставной крестный отец преступного мира вернулся, уже начала сотрясать внешние районы до самого основания.

----------

Крёстный отец II

— Молодой господин, я завершил переговоры и с этой лавкой. Прошу взглянуть. — Произнес Альфред, слегка поклонившись.

— …вау, Альфред. В чем же ваш секрет? — Невольно вырвалось у меня.

— Ха-ха, ну, я десятилетиями управлял людьми, разве нет? — Усмехнулся старик в ответ.

Несмотря на все ворчание, которое Уитни приходилось терпеть от него прежде, Альфред проявил свою истинную хватку, унаследованную с юных лет, что обеспечило неожиданно гладкое продвижение расследования группы Уитни.

— И все же, я полагал, что головорезы из преступного мира будут сильно отличаться от домашней челяди… — Задумчиво протянул я.

— Пойдемте внутрь, молодой господин. — Мягко прервал мои размышления Альфред.

Задние переулки никогда не подчинялись логике или общепринятым правилам, но даже у обитавших там бродяг существовали свои, пусть и минимальные, неписаные законы.

— Я предельно ясно им дал понять, чтобы никто не посмел поднять на вас руку, молодой господин. — Заверил Альфред, пока мы переступали порог лавки.

К примеру, они прекрасно знали, что лучше не провоцировать своего старого крестного отца, который частенько отлучался под предлогом участия в собраниях профсоюза слуг, чтобы на самом деле незаметно контролировать преступный мир.

— Бывший владыка задних переулков наконец-то вернулся домой. — Пронеслось шепотком среди притихших теней.

— Босс, вы уверены, что все в порядке? — Дрогнул чей-то неуверенный голос.

Однако, учитывая нравы задних переулков, всегда находились те, кто пренебрегал даже такими негласными правилами.

— Если что-то пойдет не так, последствия… — Прозвучал предостерегающий шепот.

— Идиот, возьми себя в руки. Мы же не собираемся связываться с этим стариканом в задней комнате, верно? — Рявкнул более уверенный голос.

Как, например, та дерзкая выскочка-преступная организация, которая нагло следовала за группой Уитни, словно те совершали неспешную прогулку по парку.

— Нам просто нужно дождаться подходящего момента и схватить этих двух детишек, которые таскаются за стариком.

— Но что будет потом? — Прозвучал неуверенный вопрос.

— Дурак. Только посмотри на них — они явно близки. Мы сможем использовать угрозы или что угодно, чтобы выжать из них деньги и выгоду.

Конечно, подобные шайки представляли собой лишь жалких ничтожеств без внятных планов и достаточной силы. К тому моменту их судьба уже была предрешена — Руниэль, чья рука спокойно покоилась на рукояти меча, позаботится о них.

— Цель подтверждена. Это, должно быть, тот самый. — Тихо констатировала она.

Но для одной из традиционных сил преступного мира, чье влияние, словно паутина, оплетало все переулки, ситуация обстояла несколько иначе.

— Великая Тень приказала захватить этого человека живым.

Хотя приказ поступил всего несколько минут назад, темные маги, рассеянные по всему преступному миру, обладали, по крайней мере, достаточной силой, чтобы бросить вызов Руниэль.

— Жизни остальных не имеют значения.

В тот самый момент, когда переулок, где стояла группа Уитни, наполнился густой жаждой крови…

— …Альфред, могу я переговорить с вами? — Внезапно произнесла Руниэль.

— Хм? — Отозвался старик, повернув голову.

Как только Уитни вошел в лавку, Руниэль, собиравшаяся последовать за ним, неожиданно остановилась и повернулась к Альфреду.

— Похоже, мы больше не можем игнорировать тех, кто следует за нами.

— Хм. Нас преследуют? Тогда почему вы говорите мне, а не молодому господину? — С легким недоумением спросил Альфред.

— …не притворяйтесь, что не знаете. — Твердо ответила Руниэль.

На ее слова Альфред слегка наклонил голову, но когда Руниэль продолжила настаивать, его взгляд стал острее.

— Когда вы ранее шагнули вперед, я отчетливо почувствовала исходящую от вас ауру.

— Ха-ха… — Альфред издал горький смешок и на мгновение замолчал.

— Это из-за старого обещания, которое я дал отцу молодого господина — графу.

Затем, подняв голову и взглянув на небо, он на мгновение отразил тень сожаления.

— Пожалуйста, сохраните это в тайне от молодого господина. Это одно из немногих желаний, которые остались у этого старика.

— …если он спросит меня, у меня не будет иного выбора, кроме как сказать ему правду. — Спокойно ответила Руниэль.

— Хм. Эта ваша преданность… она мне весьма по душе. — С едва заметной улыбкой произнес Альфред и повернул взгляд на лавку, куда вошел Уитни.

— Когда молодой господин сказал, что собирается на рынок рабов, я так волновался, что он может пойти по моим стопам… — На мгновение его лицо смягчилось от нежности, когда он пробормотал эти слова.

— …я позабочусь об этих паразитах, скрывающихся во тьме. — Затем, переведя взгляд на затененный переулок, его глаза вспыхнули убийственным намерением, совершенно не подобающим мужчине его возраста. — Они всегда были зачинщиками беспорядков в преступном мире.

— Вы уверены в этом? — Несмотря на его уверенность, Руниэль, помня о его возрасте, выглядела слегка обеспокоенной.

— Ну, давно я не разминался. — Беспечно ответил Альфред.

Но, увидев, как плотная мана(?) начала окутывать его руку, пока он так непринужденно говорил, она быстро поняла, что ее беспокойство было напрасным, и отвернулась.

— Тогда я быстро разберусь с мелюзгой и вернусь… э? — Однако, как только она крепко сжала рукоять своего меча, готовясь к бою, выражение ее лица вдруг сменилось на недоуменное.

— Хм? — Альфред, пристально смотревший в неестественную тьму, сгустившуюся над переулком, тоже отреагировал.

— Альфред, это… — Тихо произнесла Руниэль.

— …да, это, безусловно, странно. — Задумчиво отозвался старик.

Жажда крови, которая всего мгновение назад наполняла переулок, исчезла в мгновение ока.

— Неужели они почувствовали нашу силу и сбежали? — Предположила Руниэль.

— Не думаю. Если бы это было так, мы бы что-нибудь заметили. — Альфред покачал головой, внимательно изучая подозрительный дым, поднимавшийся с того места, где были враги. — …похоже, они исчезли прямо у нас на глазах.

— Что? — Изумилась Руниэль.

— Кто бы это ни сделал, он невероятно силен. — Констатировал Альфред.

И все же даже он не мог предложить внятного объяснения.

— Одно дело, если бы это были просто мелкие бандиты, но даже темные маги — обладающие высокой устойчивостью к магии — обратились в пыль… — Пробормотал он, размышляя вслух.

Насколько ему было известно, в мире было лишь несколько человек, способных на подобное.

— Если только высокоуровневый белый маг, такой как граф, намеренно не высвободил свою убийственную силу, это не должно быть возможно… — Поглаживая бороду, пытаясь прийти к логическому заключению, Альфред вдруг запнулся, и его глаза расширились. — …постойте, белый маг?

В его сознании мелькнуло лицо — настолько знакомое, что он на мгновение упустил его из виду.

— Нет… не может быть. Не может быть, чтобы молодой господин… — Быстро покачав головой, он попытался отбросить тревожное подозрение, закрадывавшееся в его мысли.

— Ха-ха, Альфред. — Раздался рядом голос Уитни.

— …кх-х. — Только и смог выдохнуть Альфред.

В этот момент рядом с ним раздался голос Уитни. Почти готовый досрочно уйти на пенсию от потрясения, Альфред повернул голову, выглядя так, словно только что увидел призрака.

— И это место тоже разочарование. Собрались одни низкоуровневые люди — лишь трата моего драгоценного времени.

— ……

— И мусор, почему его так много? Сколько ни убирай, конца ему не видно.

Несмотря на то, что дверь лавки ни разу не открывалась, Уитни каким-то образом уже оказался снаружи, стоя рядом с Альфредом и с улыбкой произнося леденящие душу замечания.

— Ну, до конца дня еще далеко, так что перестану жаловаться и пойду в следующую лавку…

— Э-этот коммуникационный кристалл! Отдайте его! — Взволнованно воскликнул Альфред.

— А? — Недоуменно отозвался Уитни.

— О боже, моя бедная Парша. Она в том возрасте, когда должна наслаждаться сказками… — Альфред, до этого тупо смотревший на Уитни, вдруг выхватил из его руки шар и прижал его к себе, защищая; его голос дрожал, словно он вот-вот расплачется.

— …я буду стремиться стать еще лучше, господин. — С неожиданным рвением произнес старик.

— …? — Уитни, озадаченный ситуацией, выглядел еще более растерянным, когда Руниэль вдруг приблизилась к нему с выражением глубокого почтения.

"Что это с ними?" — Недоуменно подумал Уитни.

Все, что он сделал, — это вышел через заднюю дверь после завершения расследования, а затем проворчал, увидев мусор, валявшийся на улице. Это было поистине несправедливо.

***

Тем временем, в нескольких кварталах от группы Уитни, на тихой, плохо освещенной улице…

— Тц. — Тихо щелкнул языком тот, кто неподвижно стоял в полумраке, и чьи глаза, словно драгоценные камни, поблескивали в тусклом свете. Это была не кто иная, как леди Мередия.

Она накинула капюшон плаща на лицо, подавляя остатки магии, которую только что высвободила.

— Серьезно, люди — такое беспокойство. — Пробормотала она с досадой.

Несмотря на присутствие Альфреда и Руниэль, именно она приняла решительные меры, использовав даже редкую силу своего фамильного самоцвета. Но в мире больше не осталось никого, кто мог бы на это пожаловаться.

— …Л-леди Мередия! Мы собрали информацию, как вы и просили! — Торопливо доложил подошедший информатор.

— Вы опоздали. — Холодно отрезала она, не сводя взгляда с того направления, где скрылся ее жених.

— И-извините! — Пролепетал тот, съеживаясь под ее ледяным взглядом.

— Забудьте. Что там у вас? — Нетерпеливо махнула рукой Мередия.

Чувствуя, что настроение леди в последнее время было необычно напряженным, информатор, который собирался поклониться, вместо этого нервно скользнул взглядом по ее все еще неумолимому лицу и осторожно продолжил.

— Информации о вашем женихе, даже в гильдии информаторов, не так уж много. Единственное, что мы нашли — это скандальные и неуважительные слухи о вас.

— Например? — Ледяным тоном поинтересовалась Мередия.

— Например, новость о том, как леди Мередия краснела, шепчась в карете с лордом Уитни… или что вы тайно храните его платок как драгоценное сокровище…

— Достаточно. Что-нибудь еще? — Оборвала его Мередия, ее голос звучал опасно ровно.

Мередия оборвала его, сама того не заметив, и информатор, истолковав это как признак ее крайнего раздражения, почувствовал ледяной озноб, пронзивший его до костей, и поспешно сменил тему.

— Однако, было предостаточно сведений о его младшей сестре и Руниэль, которую, как предполагается, считают одной из его ближайших доверенных лиц…

— И это все, что ты счел нужным мне сообщить? — Тон Мередии стал еще холоднее, пробирая до дрожи.

Информатор, чувствуя, как его пробивает холодный пот, залебезил: — Э-это не подтверждено, и информация, право слово, пустяковая, но…

Наконец, осознавая, что ничего более ценного у него нет, он зажмурил глаза и пробормотал самую бесполезную крупицу информации, которую ему удалось выудить: — Лорд Уитни, по слухам, весьма неравнодушен к оригами.

— ……

— Вы, вероятно, не хотели знать такую мелочь, верно? Но о нем действительно было так мало достоверных сведений…

Смирившись с неизбежной яростью леди, информатор мелко задрожал, готовясь к худшему.

Дзынь—

Но вместо гневной отповеди в его ладони звякнул кожаный кошель, туго набитый золотыми монетами.

— Этого вполне достаточно. — Отрезала Мередия.

— …что? — Ошеломленный, информатор недоверчиво моргнул, глядя на нее.

Мередия, уже повернувшись, чтобы уйти, бросила через плечо следующий приказ: — Отныне докладывай мне абсолютно все, что касается его, каким бы незначительным оно ни казалось.

— …с-слушаюсь!

— Если у тебя есть время на ответы, значит, есть время и на работу.

— Понял!

Не удостоив его больше ни единым взглядом, леди Мередия стремительно удалилась, оставив информатора в глубоком поклоне.

— Хмф. — Фыркнула она, внезапно остановившись. Бросив мимолетный взгляд на Уитни, который несколькими кварталами дальше оживленно спорил со своими спутниками, она тихо пробормотала себе под нос: — Оригами, значит? Какое нелепо детское увлечение.

В тот же вечер роскошные бумажные мастерские по всей империи переживали небывалый подъем, получив колоссальный заказ от герцогского дома Эмбегрин.

***

Время неумолимо текло, и заходящее солнце бросало последние багряные лучи на преступный мир, прежде чем улицы медленно погрузились во тьму.

— Уже совсем стемнело. — Альфред, потирая ноющую поясницу, с беспокойством повернулся к Уитни. — Как бы банально это ни звучало, но преступный мир ночью в разы опаснее, чем днем.

— Хм... — Рассеянно отозвался Уитни.

— Было бы разумно закончить на сегодня и вернуться. Вы всегда сможете продолжить поиски в другой раз.

— Я бы с удовольствием пробродил здесь всю ночь, но, полагаю, ничего не поделаешь… — Пробормотал Уитни с легким сожалением. Конечно, он и не рассчитывал найти Бергена за один день, но мысль об отступлении все равно вызывала досаду.

— Парша, у тебя есть какие-нибудь светлые идеи? — Обратился он к хрустальному шару, где, казалось, дремала его юная помощница.

*Ммм… Ах! Да!* — Парша тут же оживилась, услышав голос господина. — *Хозяин, а что, если вы взглянете на ситуацию под другим углом?*

Глаза Уитни слегка сузились от любопытства.

*Вместо того чтобы вам разыскивать этого человека, что, если вы сделаете так, чтобы он сам пришел к вам?*

— …….

*Наверняка есть что-то, ради чего этот человек рискнет собственной жизнью?*

Альфред, давно научившийся распознавать зловещие признаки зарождающейся в голове Уитни коварной интриги, инстинктивно напрягся.

*Например, как принц, чья невеста оказалась в заложниках…*

— Ты, дура! Ты хоть понимаешь, что несешь?! — Как только из уст Парши вырвались эти кощунственные слова, Альфред поспешно оборвал связь и сунул хрустальный шар глубоко за пазуху, прежде чем кто-либо мог услышать.

— Ха-ха-ха…

В этот момент по тихим улицам преступного мира эхом прокатился фирменный леденящий душу смех Уитни.

— Парша — просто гениальный ребенок.

— Молодой господин? — С тревогой в голосе отозвался Альфред.

— Почему я не подумал об этом раньше?.. — Бормотал Уитни, уже лихорадочно что-то записывая в блокноте, который каким-то чудом оказался у него в руках.

— Альфред, можешь ли ты массово изготовить и распространить эти листовки… нет, скорее, плакаты — по всему преступному миру?

Альфред взял протянутую Уитни записку и прочитал ее вслух с недоуменным выражением лица: — «Пока сломанная лилия не увяла, расшифруй код ниже и приходи один…»

Альфред давно усвоил правило не подвергать сомнению действия Уитни, но даже при этом это конкретное послание казалось слишком подозрительным, чтобы его игнорировать.

— …что именно означает «сломанная лилия»?» — После долгого момента размышлений он наконец задал самый важный вопрос.

— О, это пропавшая дочь того человека, которого я ищу.

— Что? — Только и смог выдохнуть ошеломленный Альфред.

— Ее зовут Лили.

Альфред потерял дар речи от такой непринужденной откровенности Уитни.

— Ну, поскольку код — это то, что узнает только он… он обязательно прибежит, не так ли? — С лукавой улыбкой поинтересовался Уитни.

— О, господи… — Пробормотал Альфред, чувствуя, как по спине пробегает ледяной холодок. Даже для бывшего крестного отца преступного мира коварная улыбка Уитни была поистине ужасающей.

----------

Великий вор Берген

Несколько дней спустя, после того как группа Уитни основательно прошлась по преступному миру, в убогой гостинице, затерянной в одном из самых нищих его районов…

— Оо…

Мужчина, бесчувственно раскинувшийся в самой жалкой комнатушке гостиницы, медленно поднялся, судорожно сжимая спутанные волосы.

Кха-кха—

Его глаза едва открылись, но он уже шарил по грязному полу, пока не наткнулся на выброшенную пачку сигарет и дешевую зажигалку.

— Тц.

Однако пачка, пропитанная смолой и въевшейся грязью, оказалась пуста. Досадливо щелкнув языком, мужчина наконец шатко поднялся на ноги.

— ……

В мутном зеркале, висевшем перед ним, отразилось его изможденное лицо.

Нечесаные волосы, дикорастущая щетина, глубокие, черные круги под запавшими глазами и такое безжизненное, осунувшееся лицо, что трудно было поверить, что ему едва перевалило за тридцать.

И прежде всего — пустые, потухшие глаза.

Вся его внешность красноречиво говорила о жалком состоянии.

— …ха.

Даже увидев свое собственное, почти мертвецкое отражение, он каким-то чудом нашел в себе силы выйти наружу. С трудом вздохнув затхлым воздухом, он нетвердой походкой направился к двери.

Клац—

Звук звенящих под ногами осколков бутылок сопровождал каждый его шаг, но он не обращал на это внимания. Схватившись за грязную дверную ручку, он с громким скрипом распахнул дверь и тут же поморщился.

Дело было не в ослепительном свете — солнце едва пробивалось сквозь ржавые оконные решетки.

Но после долгих дней, проведенных в затхлой темноте комнаты, где не горела даже свеча, даже этот слабый свет казался невыносимым.

Прищурившись, он резко повернул голову в сторону и споткнулся, выходя на улицу.

— Что, все еще не издох?

В этот момент издалека раздался голос, полный усталой иронии.

— Если бы ты сегодня не выполз, я бы уже вызвала уборщиков, решив, что ты окочурился.

Редкое зрелище в этом мрачном уголке — молодая девушка — лениво облокотилась на стойку, наблюдая за ним с легким раздражением. Она следила за его жалким появлением с того самого момента, как он вывалился из своей комнаты.

— Так когда ты заплатишь за просроченную аренду? Я понимаю, времена тяжелые, но я не благотворительная организация, знаешь ли.

Мужчина, теперь молча сидевший на скрипучем стуле перед стойкой, не ответил. Она, в свою очередь, бросила на него холодный взгляд и вынесла свой окончательный вердикт.

— Если ты не заплатишь хотя бы за этот месяц в течение недели, тебе придется…

— Сигарету.

Прежде чем она успела закончить, мужчина перебил ее низким, хриплым голосом, протягивая тонкую, дрожащую руку.

— Просто одолжи мне сигарету.

— …ха-а-а-а.

Женщина, на мгновение опешив, глубоко вздохнула и бросила ему из кармана потрепанную пачку.

— Давай просто засчитаем это как твою плату. А теперь убирайся.

— ……

— Это место и так переполнено мертвецами, но я не хочу быть той, кто их выносит.

Мгновение мужчина тупо смотрел на нее. Затем, не говоря ни слова, он сунул сигареты в карман и побрел к выходу из гостиницы.

— Когда-то он был воротилой. Как он докатился до жизни такой?

Наблюдая за его удаляющейся фигурой со смесью жалости и безразличия, она достала из-под стойки видавшую виды трубку и пробормотала себе под нос.

— …что ж. Может быть, если бы у меня была семья, я бы поняла. Но в этом месте это роскошь, Берген.

На ее небрежное замечание мужчина на мгновение замер у двери.

Но вместо ответа он опустил голову и шагнул наружу, в унылые улицы преступного мира, где даже скудный солнечный свет не мог разогнать затяжной холод.

— …

Выброшенный на улицу, словно последний нищий, он достал сигарету из своего единственного нового приобретения — пачки — и щелкнул зажигалкой.

Клац—

Но газ давно кончился. Вместо пламени раздался лишь слабый металлический щелчок.

— Ха-ха…

После нескольких тщетных попыток он наконец сдался, с горькой усмешкой бросил бесполезную зажигалку на грязную мостовую и опустился на нее.

— Может, мне и правда пора сдохнуть.

Он пробормотал с самоиронией, поднимая голову, словно пытаясь запечатлеть блеклое небо в своей памяти — на случай, если ему больше никогда не удастся его увидеть.

— …хм?

Но внезапно выражение его лица стало жестким, взгляд скользнул по окружающему пространству.

— Что за чертовщина?..

Задние переулки преступного мира были местом, где странные события происходили ежедневно, но в тот день творилось нечто особенно необычное.

Белые плакаты, резко контрастирующие с покрытыми пылью и грязью стенами, были расклеены через равные промежутки вдоль всей улицы.

— Тц, опять эта чертова макулатура…

Однако еще более примечательным было поведение прохожих.

— Может, просто сорвем их все к чертям? — Пробурчал кто-то.

— Тш-ш, тише ты, идиот. — Одернул его другой.

В этих мрачных закоулках, населенных людьми, ведущими жалкую жизнь и полными скрытого недовольства, было бы вполне естественно увидеть сорванные или исписанные граффити плакаты.

И все же, хотя прохожие и бросали на них недовольные взгляды, никто не осмеливался их тронуть.

— Ты правда не знаешь, кто стоит за чем-то таким масштабным в этой части города? — Прошипел один из них.

— …этот старый ублюдок никак не сдохнет, а. — Проворчал его спутник.

Из-за этого плакаты оставались нетронутыми, их неестественная белизна резко выделялась в царящем вокруг мраке.

— Если они хотели кому-то угрожать, им следовало сделать это потихому, как обычно.

— Я же сказал тебе, говори тише.

Но мужчина, которого совершенно не интересовало содержание этих странных посланий, вскоре потерял к ним интерес. Пока ворчливые бандиты доставали сигареты, он выпрямился, подумав, что сможет стрельнуть огоньку.

— Что за чертовщина эта «Сломанная лилия»? Зачем это повсюду клеить?

Однако, пошатываясь вперед с затуманенным взглядом, он резко замер, услышав эти слова.

— И что означают эти бессмысленные коды?..

— …простите. — Хрипло произнес он, протискиваясь между бандитами.

— Какого?.. — Недовольно буркнул один из них.

Словно одержимый, мужчина протиснулся между ними и быстро пробежал глазами текст на плакате.

Скрип—

Из его стиснутых зубов вырвался едва слышный скрежет.

— Чего это с ним? — Раздраженно спросил один из бандитов.

— …эй, оставь его в покое. — Лениво отозвался другой.

Один из бандитов, раздраженный тем, что этот оборванец внезапно оттолкнул его, потянулся за ножом в кармане.

Но другой его остановил.

— Если он понял текст на плакате с одного взгляда, значит, он как-то связан с этим стариком, как бы то ни было.

— …ты так думаешь? — Неуверенно спросил первый.

— Посмотри на него. У него, кажется, нет ничего, что стоило бы брать. Давай просто сделаем вид, что ничего не видели, ладно?

— Тц.

Неохотно бандит щелкнул языком, плюнул на грязную мостовую и толкнул плечом мужчину, проходя мимо.

— Иди, получи нож под ребро в переулке и просто сдохни.

Все еще ворча себе под нос, он полез в карман за зажигалкой, чтобы прикурить сигарету.

— А? Где моя зажигалка?

— Хм? — Недоуменно протянул его спутник.

— Стоять, где мой нож?

Не найдя ничего там, где оно должно было быть, он растерянно моргнул и начал оглядываться.

— Хех. Тебя обчистили, что ли? — Насмешливо поинтересовался его приятель.

— Заткнись. Ты знаешь, чем я живу в этом месте.

— Ну, эта зажигалка и нож изначально тебе не принадлежали, верно? — Съязвил тот.

— В этой зажигалке был магический камень, черт возьми. Вот же невезение… — Проворчал обокраденный бандит.

Его спутник, забавляясь, усмехнулся его неудаче. Раздраженный, бандит отмахнулся от этого как от чепухи и злобно бросил сигарету на землю.

Ш-ш-шш—

Тем временем позади них Берген молча наблюдал за всей этой сценой.

С сигаретой в зубах, он щелкнул новенькой зажигалкой, которую только что незаметно присвоил, и прикурил с тихим щелчком.

— …похоже, мне еще рано умирать. — Тихо пробормотал он, незаметно пряча украденный нож во внутренний карман своего плаща.

Впервые за долгое время его глаза горели решимостью.

***

— Ха-а-а-а…

Прошла уже целая неделя с тех пор, как я приказал Альфреду развесить по всему преступному миру массу листовок… нет, скорее, плакатов.

— Чем шире распространяется мое имя, тем больше у меня дел…

Я бы с удовольствием устроил себе передышку, но гора писем, появившаяся благодаря моей внезапной известности, держала меня запертым в кабинете, топя в бумажной волоките.

…почему так много наглых дворян пытаются представить мне своих дочерей, прекрасно зная, что я жених леди Мередии?

Большинство писем были приглашениями на светские мероприятия, но немало из них были пропитаны скрытыми мотивами. Разбирать и сжигать только их занимало меня до поздней ночи.

— Господин, вы уверены в этом? — С тревогой в голосе спросила Руниэль, отвлекая меня от волокиты.

— …насчет чего? — Устало отозвался я, стараясь скрыть раздражение и изобразить беспечную улыбку.

— Вы включили адрес поместья графа в зашифрованные послания, разбросанные по всему преступному миру.

Руниэль, рассеянно поглаживая рукоять своего меча, выглядела более встревоженной, чем обычно.

— Не волнуйся. Берген — единственный, кто сможет его расшифровать.

Но у меня были веские основания для уверенности.

Закодированное послание, содержавшее адрес моего поместья, изначально было шифром, который Берген придумал как своеобразную игру для своей пропавшей дочери.

В оригинальной истории только игровой персонаж — обладавший доступом к прошлому Бергена — мог использовать этот код, чтобы установить с ним контакт.

Никто другой не смог бы его взломать, не имея достаточного количества ключей.

— Хотя я могу это расшифровать…

Справа от меня донесся недовольный голос Парши, методично разбирающей оставшуюся стопку бумаг.

Но учитывая, что ее аналитические способности граничили со сверхъестественным, она была исключением из правил.

— И к тому же… у меня есть Руниэль, разве нет?

— …!

Даже если бы какой-нибудь другой гений вроде Парши каким-то образом разгадал код и постучал в дверь, рядом со мной была Руниэль.

Не случайно с тех пор, как были расклеены плакаты, я старался не отходить от нее ни на шаг, за исключением времени сна.

— Если мы все сделаем правильно, мы наконец-то сможем приступить ко второму ритуалу.

— Ах…

— И еще, мы должны купить тебе новый меч. Что-то достойное тебя.

Руниэль заслуживала только самого лучшего.

Понимая, насколько ценна преданность Руниэль, я решил затронуть вопрос о льготах, которые давно планировал для нее.

На мгновение она уставилась на меня пустым взглядом.

— Я готова сжечь остаток своей жизни, если это потребуется, чтобы уничтожить любого, кто посмеет ступить на территорию этого поместья.

— Э-э, нет, в этом нет необходимости. Ха-ха…

— Тогда я отсеку им конечности в качестве предупреждения…

— Чему именно вас учили в рыцарской академии?

Слушая леденящие душу заявления, которые она произносила с бесстрастным, пугающим взглядом, становилось очевидно, что она предельно мотивирована.

— В любом случае, ему уже пора появиться…

Бормоча себе под нос, я взял перо, готовясь ответить на письма, которые только что разобрал.

— Это правда. — Подтвердила Парша, закончившая разбирать документы и вдруг оживившаяся, ее глаза загорелись интригой. — Основываясь на моем анализе… нет, на моих расчетах… это должно произойти прямо сейчас.

Пока она поворачивала взгляд к двери, я, поддавшись любопытству, наклонил голову и посмотрел в том же направлении.

Тук-тук—

Точно по расписанию, в комнате раздался стук.

Подумав, что, возможно, Саша принесла хорошие новости, я немедленно ответил.

— Да, войдите.

"…хм?"

Но вместо обычного робкого голоса Саши царила лишь тишина.

— Саша?

— Ах!

Как только я в замешательстве встал…

— Осторожно!

Руниэль, которая тоже была озадачена, вдруг напряглась и резко выкрикнула.

С-с-с—!

В тот же миг, как она произнесла это слово, густой, едкий дым начал просачиваться сквозь щель слегка приоткрытой двери.

— Господин… м-м-м?!

Увидев это, я быстро закрыл Парше рот и наложил на нее все известные мне защитные заклинания.

— Хм.

Передо мной мелькнул зловещий блеск металла.

Я слегка нахмурился, заметив кинжал, бесшумно вылетевший из густой дымовой завесы.

…что ж, конечно. Только полный идиот стал бы использовать отравляющий газ против белого мага, искушенного в целительстве и детоксикации.

Хотя меня и раздражало это незначительное психологическое поражение, я не испытывал страха.

Потому что этому внезапному нападению ни за что не добраться до меня.

Звяк—!

Как и следовало ожидать.

Руниэль одним молниеносным движением выхватила меч, отразив кинжал, который едва не достиг моей груди.

На мгновение ее глаза вспыхнули холодным презрением.

— …угх!

— Как ты смеешь угрожать моему господину…!

И в мгновение ока убийца, двигавшийся с такой скоростью, что я едва смог уследить за его движениями, был отброшен мощным ударом ноги в живот.

— Не двигаться.

— Тц, черт…!

Несмотря на то, что от удара его шатало, злоумышленник попытался подняться на ноги.

Но лезвие меча Руниэль уже опасно блестело у его горла.

— Уже само по себе позорно, что я позволила врагу приблизиться так близко к моему господину. А говорить в этой ситуации — это практически преступление, карающееся смертью.

Теперь, когда ситуация была под контролем, Руниэль резко выдохнула, ее лицо выражало смесь вины и неприкрытого гнева.

— …до нападения я не чувствовала ни малейшего убийственного намерения, ни чьего-либо присутствия.

Я понимал, почему она так взволнована.

Обычно она обнаружила бы убийцу задолго до того, как он пересек бы внешние стены поместья.

— Он, должно быть, первоклассный убийца. Мы должны немедленно его казнить…

— Успокойся, Руниэль.

Если этот незваный гость был тем, кем я его считал, то даже в своей лучшей форме Руниэль не смогла бы обнаружить его приближение.

— Даже если его присутствие было скрыто, он не собирался меня убивать.

Как и Мередия, Парша и Императрица, я знал, что этот человек обладает способностью, выходящей далеко за рамки обычной магии.

— Если бы он убил меня, нить, которую он отчаянно преследовал, исчезла бы навсегда. Вероятно, он планировал взять меня в заложники и использовать в качестве рычага давления.

Чтобы подтвердить свое подозрение, я небрежно пробормотал свою догадку.

На это злоумышленник — придавленный тяжелым сапогом Руниэль — слегка задрожал.

— Я ошибаюсь?

— Ты, сукин сын…! — Прошипел он сквозь зубы.

— Вместо того чтобы просто сверлить меня взглядом, почему бы тебе не ответить?

То, как он отреагировал на мои слова, сказало мне все, что мне нужно было знать.

Это был он.

— Величайший вор в мире… Берген.

Теперь пришло время затянуть петлю — сделать его своим союзником.

Или, вернее…

— Разве ты не хочешь снова увидеть свою любимую дочь?

— …!

Пришло время бросить ему спасательный круг.

----------

Собранная головоломка

Сколько же времени утекло с той минуты, как Уитни упомянул Бергену о своей дочери? Тот явился, как и было условлено.

— Похоже, вы обо мне весьма осведомлены. — Наконец промолвил Берген леденящим душу тоном, доселе стиснув зубы под тяжестью ноги Руниэль.

— Прежде чем предстать перед героем, я счел нужным кое-что разузнать.

— Неужели? Тогда не соблаговолите ли поделиться своими открытиями?

Уголки губ Уитни тронула насмешливая улыбка, и он сделал шаг вперед, побуждая Руниэль еще сильнее надавить сапогом на затылок Бергена.

— Наследник графа, так и не сумевший выделиться ни в стенах академии, ни в чопорном обществе, ни даже на поприще белого мага. Но однажды этот ничем не примечательный человек снискал расположение единственной принцессы(?) империи и в одночасье стал прославленным героем.

Даже сквозь стиснутые зубы и испепеляющий взгляд, Берген невозмутимо продолжал перечислять сведения об Уитни.

— И это все, что вам известно?

— О нет, мне также известно, что причиною вашей заурядности стала ранняя кончина матери, а вся отцовская любовь безраздельно принадлежала вашей младшей сестре.

Первоначальное выражение лица Уитни выдало легкое разочарование, но дерзкая насмешка Бергена заставила его глаза опасно сузиться.

— Ах да, и еще мне доподлинно известно о шатком финансовом положении вашей семьи, балансирующей на грани полного разорения.

— Гм…

— Мне неведомо, какую сделку вы заключили с этой небезызвестной принцессой, но, по крайней мере, вам едва удается покрывать расходы на слуг, чье число за последние годы сократилось более чем наполовину.

Берген продолжал свои провокации, словно заранее предвкушая реакцию Уитни. Однако, когда тот, теперь стоявший вплотную, никак не отреагировал, в голосе Бергена проскользнула неприкрытая досада.

— …что, мне следует добавить какую-нибудь нелепую деталь, вроде вашего пристрастия к оригами, чтобы беседа стала занимательнее?

— О-хо.

— Ха, я полагал это вздором, но, оказывается, это чистая правда.

Тут Уитни, казалось, вполне удовлетворенный, одобрительно кивнул и наклонился, прошептав с интонацией похвалы.

— Ваша жизнь протекала столь незаметно, что я питал некоторые сомнения, но ваши навыки сбора информации поистине поразительны.

— В отличие от вашей стороны, чья осведомленность вызывает лишь жалость.

Вопреки расхожей поговорке, что даже киты танцуют от комплиментов, Берген лишь презрительно усмехнулся, источая все более враждебную ауру.

— Моей дочери нет в живых уже несколько лет.

Его голос, надломленный скорбью, вырвался наружу, словно болезненный стон.

— Равно как и моей любимой жены. Их у меня отняли в одно мгновение в той ужасной каретной аварии.

— …

— Если вы надеялись манипулировать мной какой-то обрывочной информацией, подхваченной невесть где, то вы глубоко заблуждаетесь.

В кабинете повисла тягостная тишина.

— Берген.

Но среди этой гнетущей атмосферы лишь Уитни слегка склонил голову и прошептал Бергену на ухо.

— Однако на месте трагедии тело вашей дочери так и не было обнаружено, не так ли?

Впервые с начала их напряженного разговора глаза Бергена едва заметно дрогнули.

— Разве не это обстоятельство и привело вас сюда? Разве не эта деталь показалась вам подозрительной?

— …я беру свои слова обратно.

Стиснув зубы, Берген с видимым усилием восстановил самообладание и бросил на Уитни пронзительный взгляд.

— Но это ничего не меняет. Потому что…

— Потому что на месте крушения остались лишь ее изорванная одежда и багровая лужа крови?

Не дав ему договорить, Уитни перебил его, вновь погрузив в молчание.

— Да, на первый взгляд могло показаться, что на нее напал дикий зверь.

— …

— Но если это так, то почему тело вашей супруги осталось совершенно нетронутым?

По мере того как Уитни продолжал свою речь, выражение лица Бергена становилось все мрачнее.

— Если вы хоть на миг задумаетесь, вся эта картина отдает вопиющей нестыковкой.

— …замолчи.

Его лицо исказилось от ярости, и он выплюнул проклятие, словно был на грани взрыва. Вены на руке Руниэль вздулись, когда она сильнее сжала рукоять меча, острие которого упиралось в горло Бергена.

— Все в порядке, Руниэль.

…будь осторожна.

По безмолвному знаку Уитни Руниэль тихо пробормотала что-то невнятное, ослабила хватку и вновь заняла настороженную позицию.

— Ты думаешь, я не проводил собственного расследования?

Тем временем тонкая алая струйка крови просочилась из неглубокой раны на шее Бергена, оставленной скользнувшим лезвием.

— Я досконально изучил каждую подозрительную организацию в империи. Даже тайное подразделение Императора, чья репутация была запятнана темными делами — я рисковал жизнью, чтобы выведать их секреты.

Но Берген, не обращая внимания на боль, говорил с горечью в голосе, его глаза метали гневные молнии, устремленные на Уитни.

— Но. Но сколько бы я ни искал — как бы отчаянно ни прочесывал каждую зацепку—

С течением времени его взгляд, некогда острый от ярости, начал затуманиваться.

— ...ни единого следа моей дочери так и не обнаружилось.

К тому моменту, как он закончил говорить, в его глазах зияла лишь пустота.

— …Берген.

Наблюдая за ним с тихим сочувствием, Уитни мягко произнес его имя.

— Что, если я скажу тебе, что знаю, где твоя дочь?

— …ха.

— И что, если я предложу тебе свою помощь в ее поисках, всестороннюю и безоговорочную?

От этих слов взгляд Бергена, до того блуждавший в пустоте, внезапно обрел остроту. Издав пустой, безрадостный смешок, он посмотрел на юношу, стоявшего перед ним.

— …тогда, не согласишься ли ты работать на меня?

Окутанный призрачным светом луны, проникавшим сквозь оконное стекло, Уитни — с его поразительной внешностью — источал некое невыразимое, почти мистическое обаяние.

— Это звучит… как искушающий шепот дьявола.

— …хах.

Берген рассеянно пробормотал себе под нос, глядя на него, а рядом Руниэль, невольно кивнувшая в знак согласия, резко вдохнула и повернулась, чтобы оценить реакцию Уитни.

— Но я не верю ни в богов, ни в демонов.

Берген на мгновение сомкнул веки, а затем вновь открыл глаза, и в его голосе послышался цинизм.

— Я верю лишь в ясные, неопровержимые доказательства, которые могу увидеть собственными глазами.

— Ага.

— Хорошо. Если ты сможешь представить такие доказательства…

Однако любой достаточно проницательный человек заметил бы, что, несмотря на кажущуюся твердость в его голосе, в нем звучала едва уловимая дрожь.

— …я буду работать на тебя как пес до конца своих дней.

Несмотря на годы, проведенные в пучине отчаяния, это служило доказательством того, что он никогда по-настоящему не отпускал последнюю нить надежды.

— Тебе придется сдержать свое слово.

Заметив это, Уитни усмехнулся и обратился к Парше.

— Парша, введи гостя.

— …есть!

— О, я сомневался, но ты поняла меня с полуслова.

От его слов Парша вскочила на ноги, словно только и ждала этого приказа, и стремительно выбежала из кабинета, оставив после себя напряженное молчание.

"Спокойно. Я не должен поддаваться эмоциям."

Игнорируя резкую боль от бешено колотящегося сердца, Берген собрался с духом.

Он как никто другой знал, что человек наиболее уязвим для обмана, когда загнан в угол.

Скрип—

Именно поэтому, даже если бы его дочь сейчас вошла в эту дверь живой, он поклялся себе, что не отбросит свои сомнения.

Стиснув зубы, он бросил ледяной взгляд на медленно открывающуюся дверь—

— Вы даже не дожидаясь моей просьбы избавились от маскировки. Какая учтивость.

— …что?

— Ну, это значительно облегчает дело.

Его показная решимость мгновенно рассыпалась в прах. Рот Бергена беспомощно приоткрылся, глаза округлились от крайнего изумления.

— Если вы провели обо мне расследование, то вам не может быть неизвестно событие, вознесшее меня в ранг героя.

— Этот человек… невероятно…

— Да, это именно тот, о ком вы подумали.

Человек, последовавший за Паршей в кабинет, намного превзошел самые смелые его предположения.

— Позвольте представить вам леди Хестию, Святую, которая по определенным обстоятельствам в настоящее время пребывает в нашем поместье.

— ……

— Вы ведь понимаете, что это должно остаться между нами, не так ли?

На краткое мгновение Бергену мелькнула абсурдная мысль, не нарядили ли служанку в одеяния Святой.

Однако его наметанный глаз, глаз прославленного вора, чьи дерзкие выходки гремели по всему континенту, тут же отверг эту нелепость.

— …и что же? Какое отношение Святая имеет ко всему этому?

С трудом вернув себе самообладание, он вопросительно уставился на Уитни.

— Я просил вас предъявить доказательство жизни моей дочери…

— Святая и станет этим доказательством.

Не дослушав его, Уитни мягко подтолкнул вперед Хестию.

— Священный долг Святой — указывать путь заблудшим душам. Разве не так, леди Святая?

Хестия несколько раз моргнула, прежде чем робко кивнуть, и ее голос предательски дрогнул.

— Д-да, предоставьте это мне.

— А…

Впервые за долгое время Берген ощутил призрачную надежду — нечто, казавшееся доселе недостижимым — подступающую совсем близко.

— П-пожалуйста, протяните вашу руку.

Хестия, с явным волнением наблюдавшая за заметно пошатнувшимся Бергеном, наконец нарушила молчание.

— Мою руку…?

— Чтобы Святая могла проникнуть в душу, необходим физический контакт.

Заметив растерянность на лице Бергена, я объяснил вместо все еще скованной Гестии, незаметно подтолкнув ее локтем.

— Нет уз крепче кровных.

Наконец Хестия словно очнулась и произнесла заученные за последние дни слова.

— И с-связь между душами не является исключением.

— …

— Через вашу душу я сейчас попытаюсь… эмм… с-связаться с душой вашей дочери.

Несмотря на безупречно зазубренный текст, ее актерское мастерство оставалось поистине жалким.

— Вы ведь не пытаетесь разыграть меня, используя Святую?

— Ха-ха, Берген. Неужели вы всерьез полагаете, что это возможно?

Как и следовало ожидать, в глазах Бергена вновь мелькнуло сомнение, поэтому я поспешил вмешаться, чтобы подкрепить нашу версию.

— В мире, где даже низшие Святые Рыцари несут неминуемое божественное возмездие за ложь, неужели вы думаете, что Святая осмелится произнести хоть слово неправды по такому важному вопросу?

— …!?

К счастью, Берген, казалось, был убежден и медленно кивнул.

Однако рядом со мной зрачки Хестии задрожали так сильно, словно ее сотрясало землетрясение.

— Э-этого не было в плане…!

— Все в порядке. Это все ради того, чтобы помочь этому несчастному отцу найти свою дочь.

Она торопливо прошептала мне на ухо дрожащим голосом, и я понизил свой, чтобы успокоить ее.

— Если поразмыслить, это всего лишь маленькая ложь во благо, разве нет?

— Н-но божественное наказание…

— Ну, поскольку наши намерения чисты, я уверен, боги нас поймут.

Мои слова звучали легкомысленно, но на самом деле план, который я внушил Святой, не содержал ни единой лжи.

К тому же Хестия еще не в полной мере обрела божественное благословение, так что о каре свыше не могло быть и речи.

— Теперь… закройте глаза и попытайтесь представить лицо вашей дочери…

— А затем?

— Э-э, минутку.

Несмотря на выступивший холодный пот, Хестия продолжала свою речь, держа руку Бергена в своей.

Однако, когда он потребовал более подробных объяснений, она нерешительно перевела взгляд на меня.

— Ч-что мне теперь делать?

— Просто делай все точно так, как мы репетировали. Абсолютно точно, как мы репетировали…

— Вы а--абсолютно уверены, что меня не поразит небесная кара…?

— Когда все закончится, я угощу тебя целой серией убойных коктейлей, так что, пожалуйста, просто сосредоточься…

Я как раз пытался ее подбодрить, обращаясь с ней примерно так же, как с Сашей, когда внезапно…

Треск—

Яркая искра света вырвалась из того места, где руки Хестии и Бергена были соединены.

Ш-ш-ш—

Сразу после этого от их сплетенных рук начал подниматься зловещий сероватый дым, до боли напоминавший мою собственную подозрительную белую магию.

— Святая? Что вы творите…?

— Я-я понятия не имею…!

Поскольку это явление совершенно не входило в наш заранее оговоренный сценарий, я повернулся к Хестии с изумленным видом.

Однако она выглядела не менее перепуганной.

— Постойте, меня действительно наказывают боги —? Ммпф!

— Леди Святая, давайте успокоимся и для начала разожмем его руку…

Я едва успел прервать ее, прежде чем она закончила фразу, пытаясь отделить ее от Бергена.

{— Объект №347. Этот экземпляр демонстрирует многообещающие признаки.}

В этот момент из клубящегося дыма раздался леденящий душу голос, и в воздухе начали проступать черно-белые фигуры.

{— Требуются дальнейшие эксперименты. Освободите ваше расписание.}

Пока Берген в оцепенении наблюдал за жутковатым зрелищем, его глаза внезапно расширились от ужаса.

{— Папа…}

В туманной дымке возникла девочка, скованная цепями, с темным магическим клеймом, выжженным на ее коже.

{— Я скучаю…}

Слезы ручьями текли по ее щекам, когда ее угасающий голос прошептал эти слова.

— Лилли!!!

Берген, до этого придавленный к полу, внезапно воспрянул с нечеловеческой силой, сбросил сковывающую его хватку Руниэль и отчаянно потянулся к призрачному образу своей дочери.

— А…

Но в тот миг, когда его пальцы коснулись эфемерной фигуры девочки, видение рассеялось в воздухе.

— Нет…

Он тщетно взмахнул руками, пытаясь ухватить исчезающий дым, прежде чем рухнуть на колени, уставившись пустым взглядом в пустоту.

— …н-не может быть.

Пока кабинет погружался в зловещую тишину, Хестия с ужасом уставилась на меня, прежде чем пролепетать дрожащим голосом.

— Э-это… это тоже было частью вашего плана?

Я мог лишь молча смотреть на нее, слишком ошеломленный, чтобы ответить.

"Это невозможно."

Лишь тогда я заметил, как в ее зрачках мерцает слабый, жутковатый белый свет.

"…она ведь еще даже не встречалась с Героем, а уже активирует силу Святой?"

Я не мог понять, радоваться этому неожиданному повороту событий или тревожиться, но…

— Э-э… эмм, Берген?

По крайней мере, на данный момент казалось, что я ничего не потерял в этой ситуации.

— Теперь вы мне верите? Ха-ха…

Взгляд Руниэль, устремленный на меня, наполнился еще большим благоговением, что было вполне приемлемо, но Берген и Хестия оба побледнели еще сильнее, чем прежде.

Тем временем, в тот же самый миг…

Хват—

Парша, с необычно серьезным выражением лица наблюдавшая за рассеивающимся туманом, неосознанно прижала руку к основанию шеи и опустила взгляд.

— …таких, как я, больше.

Тихо пробормотала она.

Под высоким воротником ее безупречного дворецкого мундира тускло мерцало идентичное клеймо — такое же, как то, что было выжжено на коже девочки в жутком видении.

----------

Объявление войны

— Господин Берген, вы слышите меня?

— …

— Не желаете ли немного холодной воды?

Увидев сотканный из дыма образ дочери, Берген побледнел и погрузился в молчание, заставив Уитни приблизиться с выражением искренней тревоги на лице.

— Иногда неожиданно действенным оказывается привести человека в чувство парой звонких пощечин.

— Нет, это, пожалуй, чересчур…

Хотя Уитни и предложил свое обычное безапелляционное решение, к счастью, его не восприняли всерьез.

— Лилли…

Именно тогда Берген медленно повернул голову к Уитни и заговорил сдавленным, полным боли голосом.

— Просто покажите мне Лилли еще раз…

— Ну, я мог бы обратиться к Святой, но…

— …что?

Уитни, на всякий случай удерживая руку Руниэль, тихо пробормотал, а Святая, стоявшая рядом, бросила на него вопросительный взгляд, словно ища объяснения его словам.

— Разве это теперь имеет хоть какое-то значение?

Игнорируя его реплику, Уитни опустил взгляд и серьезно обозначил проблему.

— Сколько бы раз вы ни возвращались в мыслях к той трагедии, факт пленения вашей дочери остается неизменным.

— …

— Разве это не причинит вам лишь еще большую душевную муку?

Чудом вернув ясность сознания, Берген дрожащим голосом спросил.

— …вы знаете, кто стоит за похищением моей дочери?

— Я полагал, вы уже пришли к этому выводу.

Уитни протянул руку, словно желая что-то спросить, но Берген молчал, требуя прямого ответа.

— Разве вы не заметили метку темных магов, выжженную на коже вашей дочери?

— темные маги…

— Да, именно они — истинные виновники той роковой аварии, которая едва не стоила вам жизни.

После этих слов Уитни, взгляд Бергена стал еще более пронзительным.

— Господин Берген, мне нужна ваша помощь, чтобы разобраться с этими людьми. Вместе со Святой, все мы здесь объединены общей целью.

Руниэль и Хестия, стоявшие по обе стороны от Уитни, обменялись взглядами и запоздало кивнули, но взор Бергена оставался прикованным к Уитни.

— Вы — последний, недостающий элемент в борьбе против организации темных магов.

Именно в этот момент до него дошло, что стоящий перед ним юноша — не враг, а союзник, протягивающий руку помощи.

— Что я должен сделать?

— То, о чем я вас прошу, весьма просто.

Однако Берген, все еще не решавшийся принять его руку, снова тихо спросил, и Уитни начал объяснять с присущей ему лучезарной улыбкой.

— Используйте свои таланты, некогда прославившие вас в преступном мире, чтобы собрать необходимую мне информацию.

— …но это под силу любому.

— Господин Берген, нанять вас одного ценнее, чем подкупить все информационные гильдии империи вместе взятые.

— Почему?

— Потому что не так-то просто найти шпиона, способного растворяться в тенях, сводя свое присутствие почти к нулю.

Услышав о своих выдающихся способностях, Берген невольно кивнул, все еще цепляясь за тонкую нить сомнения.

— Неужели… это все, что от меня требуется?

— Ну, да. Но есть еще одна просьба.

В этот момент Уитни, еще сильнее сузив глаза, прошептал достаточно тихо, чтобы услышал только Берген.

— …вам придется запачкать руки в делах, в которые я не могу открыто вмешиваться.

— …

— Поскольку я стал героем империи, нравится мне это или нет. Ха-ха…

Произнеся это леденящее душу замечание, ясно давая понять, что ему нужен исполнитель его тайных поручений, Берген закрыл глаза и на мгновение погрузился в раздумья, прежде чем задать свой последний вопрос.

— Всего один вопрос…

— Да?

— Какова ваша истинная причина бороться с темными магами?

Присев на корточки, Уитни подпер подбородок ладонями и на некоторое время задумался.

— Это долгая история… но если вкратце.

Спустя некоторое время Уитни, слегка нахмурившись, снова заговорил, и на этот раз его ответ в точности совпал с внутренними ожиданиями Бергена.

— Когда они начинают свои темные дела, это нарушает мои собственные планы.

— …

— Я просто хочу покоя, а они создают мне в этом крайне серьезные препятствия.

Увидев зловещее выражение, внезапно омрачившее его лицо, совершенно не похожее на прежние, Берген внутренне подтвердил, что его «планы» определенно не имели ничего общего со всеобщим благом.

— Поэтому я всецело намерен вас поддержать. По крайней мере, о финансировании вам беспокоиться не придется.

— …

— Ах да, разумеется, если вы примете мое предложение.

Однако наполненный смехом голос Уитни продолжал эхом отдаваться в его ушах, даже когда он сомкнул веки.

— Так вы возьмете мою руку, Берген?

И угасающий голос дочери, все еще отчетливо звучавший в памяти, с яркими следами слез на щеках, не давал покоя.

— …в нынешней ситуации лишь полный безумец упустил бы такую возможность.

— Аха-ха… превосходно.

Таким образом, по сути, у Бергена не было иного выбора, кроме как согласиться.

— С нетерпением жду нашей совместной работы, господин Берген.

— …

— Кстати, вопросами связи и деталями будущих заданий займется дворецкий Альфред снаружи. Он будет курировать это направление до своей заслуженной отставки. Пожалуйста, попрощайтесь с ним.

Так Берген, наконец приняв протянутую руку Уитни, нетвердой походкой вышел из кабинета, следуя его указаниям.

"Какое теперь имеет значение, что станет с этим миром…"

Глубоко вздохнув, Берген усмехнулся и повернулся к ожидавшему дворецкому, как и велел Уитни, но…

"Если я смогу вернуть Лилли…?"

— Давно не виделись.

— ……!

В тот самый миг, когда он увидел лицо старого дворецкого, протянувшего руку для приветствия, ему не оставалось ничего иного, как в корне пересмотреть свое положение.

— К чему излишние любезности? Мы не в том положении, чтобы справляться о взаимном благополучии.

В бурной жизни Бергена, полной сделок с бесчисленными странами и преступными организациями, фигура, теперь одаривавшая его холодной улыбкой, принадлежала человеку, некогда повергнувшему его в глубочайший кризис.

— Итак, как поживает наш юный господин? Довольно многообещающая личность, не находите?

— Что вы здесь делаете…?

— Ха. Не хотел говорить это сам.

Невольно отступив на шаг, старик, теперь известный как Альфред, вздохнул и ответил.

— В нашем доме есть старая поговорка: любопытство до добра не доводит.

С этими словами Берген отбросил всякие попытки рационального мышления и начал подчиняться нависшей над ним реальности.

— Так что прекратите болтовню и следуйте за мной. Юный господин приготовил для вас особое поручение.

"При таком развитии событий я, пожалуй, еще и с каким-нибудь высокопоставленным королевским чиновником встречусь."

Несмотря на то, что он все еще оценивал Уитни по собственным меркам, его манеры, безусловно, были весьма многообещающими для будущего лейтенанта.

***,

С течением времени, на следующий день после того, как Берген принял руку Уитни, он оказался в одной из самых грязных и неприглядных таверн преступного подполья — заведении без вывески и имени.

Скрип—

Устало выглядящая женщина, лениво протиравшая засаленную стойку, подняла голову на звук открывшейся двери и с легким удивлением пробормотала: — Ну что еще за?...

"Глазам своим не верю."

Всего несколько дней назад она с негодованием выставила за дверь некоего Бергена, который теперь невозмутимо направлялся к стойке, выглядя непривычно опрятно.

— Ты чего здесь забыл? Опять пришел сигарету стрелять?

Она несколько раз протерла глаза, недоверчиво щурясь, и начала свой допрос.

— Нет, видя твою новообретенную щепетильность… быть может, ты решил составить завещание? Терпеть не могу подобные формальности.

Но Берген, не удостоив ее реплики ответом, приблизился к стойке и извлек из-под полы пальто потертый кожаный кошель.

— …это за просроченную аренду комнаты.

— Э?

— Я набил его до отказа; недостачи быть не должно.

— Похоже, ты правда решил привести свои дела в порядок.

Женщина удивленно пробормотала себе под нос, рассматривая кошель, затем Берген с тихой усмешкой и приглушенным голосом спросил.

— Неужели я произвожу на вас такое впечатление?

— Знаю, это была шутка. В твоих глазах не было обреченной решимости, когда ты вошел.

Наконец, и она одарила его слабой улыбкой, принимая кожаный кошель, а затем уже серьезно спросила.

— Ты что-то выяснил?

— …темные маги.

Берген тихо вздохнул, и тень омрачила его лицо, когда он ответил.

— Эти мерзавцы похитили мою дочь и используют ее в своих гнусных экспериментах.

— О, боже…

— Похоже, они собирают одаренных людей, чтобы воскресить какого-то повелителя демонов или что-то в этом роде. Меня это не касается.

Хотя его тон оставался ровным, в голосе звучала нескрываемая ледяная решимость.

— Главное, я наконец-то напал на след тех, кто отнял у меня жену и похитил дочь.

— Так…

— Я заставлю их заплатить, по-своему.

Закончив говорить, Берген достал из кармана зажигалку, приобретенную несколько дней назад, и закурил сигарету, пока женщина за стойкой молча слушала, а затем с циничной усмешкой произнесла.

— …по сути, это почти самоубийственная миссия.

— Ха, возможно.

Он поставил на стол пепельницу, которую она ему протянула, и устремил взгляд в окно, наблюдая за медленно поднимающимся дымом.

— Но попытка того стоит.

— Почему, кто-то согласился тебе помочь?

— …удивительно, но да. Я встретил человека со схожими намерениями.

Он слегка поежился, словно вспоминая кого-то, чьи черты терялись в тусклом лунном свете, проникавшем сквозь окно, и продолжил тихим голосом.

— Собственно, именно он и сообщил мне о местонахождении моей дочери.

— Кто-то обладает более достоверной информацией, чем ты?

— Именно это я и сказал. Сам с трудом в это верю…

Он следил за тем, как дым от сигареты поднимается вверх, его глаза были наполнены сложной палитрой чувств.

— …доказательства были слишком неопровержимы.

Закончив говорить, он погрузился в молчание, и женщина за стойкой тихо поднялась.

— Итак, ты официально возвращаешься?

— Да. Похоже, я снова буду в долгу.

— Ха, сколько лет, сколько зим.

Она потянула рычаг под столешницей, и внезапно послышался приглушенный звук вращающихся шестеренок.

— Почти не осталось людей, знающих истинную сущность этого места, я думала, мне никогда больше не придется его раскрывать.

Из различных потайных ящиков под столом в призрачном лунном свете заблестело всевозможнейшее сложное шпионское оборудование.

— Ты уверен? Знаешь ведь, что мое снаряжение недешевое.

— …ничего не поделаешь. Меня унизили в особняке этого выскочки за дешевое барахло.

— Фух. Тебя? Неужели твое мастерство заржавело?

С этими словами женщина, сбросив личину непритязательной трактирщицы и явив свою истинную сущность одной из лучших мастериц преступного мира, расхохоталась, поддразнивая Бергена.

— Едва унес ноги…

Но Берген без тени улыбки заговорил о недавнем инциденте.

— Какая-то девчонка с поразительной точностью предсказал время моего проникновения, и телохранитель, словно ждала меня, схватила и…

— Ты умудрился сбежать из дворца, но попался вот так просто?

— Даже не напоминай. А тот, кто меня нанял… неважно, лучше промолчу.

— Почему ты остановилсч на полуслове?

Прервав настойчивым вопросом, Берген с силой затушил сигарету в пепельнице и продолжил.

— …у него работал старый воротила преступного мира.

— Ух ты.

— Он внушает ужас. Все время, пока я находился рядом, я чувствовал себя простой пешкой на гигантской шахматной доске.

— Стоит ли тебе связываться с кем-то подобным?

Женщина с беспокойством спросила, слушая его, но Берген молча рылся в оборудовании, лежавшем в выдвижном ящике.

— Если бы за моей спиной не стоял человек такого калибра, я бы уже давно попал в серьезную переделку.

Затем он нашел особенно потрепанный черный плащ и маску и с холодной усмешкой пробормотал.

— А когда я вообще заботился о безопасности в своей работе?

— Итак, сколько оборудования ты собираешься приобрести?

— Все. Оплата наличными. — Сказал он, извлекая из-под пальто второй кожаный кошель. — Странное ощущение — впервые в жизни иметь стабильную работу с регулярным доходом.

Это было триумфальное возвращение для вора, чья голова когда-то была оценена богатейшими людьми со всего мира.

***

— Юный господин, мы получили отчет от Бергена.

— Уже?

Благодаря необъяснимому проявлению сил святой Хестии, я успешно завербовал Бергена, собрав, наконец, команду мечты, которую я лелеял с самого начала.

Хотя я и потратил более половины своих сбережений на финансирование деятельности Бергена, это, казалось, было более чем оправданным вложением, учитывая качество поступающей информации.

— Только что Альфред передал мне его первый зашифрованный отчет, подробно описывающий личные данные кандидатов, участвующих в отборочном конкурсе талантов.

— Парша, не могла бы ты взглянуть на это вместе со мной?

Я попытался обсудить эту ценную информацию с Паршей, которая в последнее время неизменно находилась рядом, но…

— ……Парша?

— ……Ха.

Она казалась необычайно рассеянной, вернувшись в настоящее лишь после того, как я легонько коснулся ее плеча.

— …ах, список участников отборочного конкурса!

— Ты в порядке, Парша?

— Сейчас же все проанализирую!

Парша, на мгновение словно застывшая, вновь обрела свою обычную живость и тут же погрузилась в изучение списка.

— Хм-хм. Молодой господин, это еще не все. — Я продолжал с беспокойством наблюдать за ее бледным лицом, опасаясь, что она переутомляется, но меня прервал откашливающийся Альфред.

— Есть еще кое-что, что вам следует увидеть.

Я взял второй отчет, присланный Бергеном через Альфреда.

— В дополнение к уже имеющимся участникам, академия набирает замену дисквалифицированному кандидату, что жульничал. Я получил и приложил список абитуриентов.

— …Ах.

Я на мгновение испытал гордость за его проницательность, но вскоре мое лицо омрачилось.

— Но это тоже часть вашего плана?

Имя, стоявшее в самом верху списка, отмеченного Бергеном, было мне слишком хорошо знакомо.

— Похоже, юная госпожа также примет участие в отборе.

— …Сесиль.

Было совершенно невозможно существование другого человека не только с тем же именем, но и с той же фамилией. Без сомнения, это было имя моей любимой младшей сестры.

----------

В Академию

Ежегодно академия проводит многообещающий отбор юных дарований, который, наряду с Имперским юношеским турниром по фехтованию и Встречей магов Башни, почитается как один из трех главных врат, распахнутых для талантливых новичков.

Среди них Юношеский турнир по фехтованию проводится раз в три года, а в силу специфики Башни Магов обменная встреча носит весьма эксклюзивный характер. Таким образом, ежегодный отбор многообещающих юных талантов, открытый и для сторонних наблюдателей, привлекает пристальное внимание влиятельных фигур из самых разных уголков империи.

Естественно, это событие расценивается студентами академии как бесценная возможность продемонстрировать свои умения потенциальным покровителям, и борьба за внимание разгорается нешуточная.

— Итак, вы утверждаете, что моя сестра сейчас — главный претендент…?

— Не просто главный, похоже, ее кандидатура уже утверждена.

Проблема, согласно анализу Парши, заключается в том, что мою сестру включили в список дополнительным участником, поскольку она с блеском преодолела высочайший конкурсный отбор.

— …на каком основании?

— Список, похоже, составлен не по алфавиту, и вместо принципа живой очереди, он, как ни странно, упорядочен по уровню мастерства. Поскольку он базируется на внутренних данных академии, добытых господином Бергеном, представляется более вероятным, что в его основе лежит статус влиятельности.

Я бросил этот вопрос, опасаясь, что она могла допустить ошибку из-за неважного самочувствия, но даже мне логика Парши показалась безупречной.

— Руниэль, объективно, как бы ты оценила навыки Сесиль?

— …ечли бы она с ее нынешним уровнем мастерства участвовала в том турнире по фехтованию, в котором соревновалась и я, она бы вошла в высшие ряды. Возможно, даже могла бы побороться за четвертое место.

Встревоженный недавним инцидентом с нападением, я обратился к Руниэль, которая после этого стала следовать за мной буквально по пятам, даже в уборную, но полученный ответ оказался весьма завышенной оценкой.

— Я понимаю, что Сесиль лишь недавно пробудила свою ауру клинка…

— Но она уже практикует вложение собственных техник в эту ауру. Это довольно редкое явление даже среди имперских рыцарей, не говоря уже о юных участниках.

Конечно, я знал, что Сесиль обладает весьма многообещающим талантом.

— Как и принц со мной, она всего в одном шаге от того, чтобы свободно использовать ее в реальном бою.

— Разве это не… условие для особого набора в качестве капитана Имперских рыцарей?

— Именно. Меня, собственно, и назначили капитаном вновь формируемого Третьего рыцарского дивизиона, но затем во время церемонии произошел тот инцидент…

Но кто бы мог подумать, что она сможет встать в один ряд с такими чудовищами, как Руниэль и принцессой Катариной.

Невольно задаешься вопросом, почему такие одаренные личности никогда не появлялись в оригинальной игре, которая имела бы все возможности для их вербовки.

— Конечно, отборочное мероприятие оценивает не только навыки фехтования, но и учитывает множество переменных…

— Это правда, верно?

— Тем не менее, она была бы одним из фаворитов на чемпионство. Ее магические способности также исключительны.

Несмотря на мои сомнения, слушая Руниэль, я вспомнил, что Сесиль также весьма одарена в магии, и глубоко вздохнул, понурив голову.

— Ах, конечно, не настолько, как вы, господин…

Руниэль поспешно попыталась меня утешить, но ее слова оказались не слишком полезны, поскольку утешение было неуместным.

— Что произойдет на отборочном мероприятии, пока остается загадкой…

Это уже представляло собой проблему ранее, но вероятность того, что день повторного отбора совпадет с битвой с боссом первого акта во время инцидента нападения на академию, была крайне высока.

И даже если отборочное мероприятие завершится благополучно, это само по себе представляет собой новую проблему.

Если Сесиль победит, как ожидает Руниэль, или даже войдет в тройку лидеров, вероятность ее выбора в качестве Героя значительно возрастет.

Это будет означать, что моей драгоценной сестре придется пройти через чертовы испытания оригинальной истории и спасти этот мир.

",Уровень сложности прохождения Black Tail Fantasy 3 едва ли превышает однозначное число…"

Как игрок, прошедший через этот адский уровень сложности в игре, и как ее единственный брат, я не могу этого допустить.

— Если я скажу Сесиль не участвовать в отборочном мероприятии, она меня послушает?

— …вы лучше кого бы то ни было знаете характер юной леди, господин.

— Ха-ах…

Конечно, я планировал поддерживать Героя из тени, чтобы спасти леди Мередию и впоследствии наслаждаться безмятежной жизнью, но если речь идет о моей сестре — это совсем другое дело.

Это может показаться эгоистичным, но я не хочу снова потерять ту добрую и драгоценную семью, которую я наконец обрел в этой жизни.

— Почему-то мне так не хватает маминой улыбки…

— …вы очень похожи на свою мать, юный господин, не только внешностью, но и выражением лица, и манерой речи.

Погрузившись в эти мысли, я горько пробормотал, и Альфред тихо добавил, стоя рядом.

— Ха-ха. Похоже, Альфред все еще помнит.

— Конечно, я служил дворецким еще до этого… но почему вы вдруг предаетесь воспоминаниям?

Да, моя мать действительно очень походила на меня.

Конечно, возможно, это объяснялось тем, что она была моей биологической матерью, но в отличие от другого двойника, Императрицы, она была человеком кристальной чистоты и доброты.

Оглядываясь назад, кажется, что моя речь и характер также во многом сформировались под влиянием матери.

Тогда почему бы не попытаться решить эту проблему старым добрым способом, как это делала моя мать?

— Что, если мы применим решение, которое использовала моя мать, когда Сесиль капризничала из-за гарнира?

— Вы имеете в виду «стул для размышлений»? Но сломит ли это упрямство юной леди…

— Может быть, хотя бы до окончания отборочного мероприятия?

Следуя этой мысли, я осторожно предложил план Альфреду, но пока он слушал меня, его любопытное выражение лица быстро сменилось мрачным.

— Чем это отличается от заточения, господин…?

— Ха-ха. Неужели?

— Даже если вы хитро улыбаетесь, на этот раз это совершенно не сработает. Вы планируете добавить еще один причудливый слух к легендам особняка?

Я чувствую себя весьма несправедливо обвиненным в распространении этих причудливых слухов, но, поразмыслив, это действительно не кажется удачным решением.

"Это может привести к разладу с Сесиль…"

Как человек, поддерживающий мечту моей сестры стать главой семьи, я не могу попрать ее возможность в полной мере раскрыть свой талант.

Имея за плечами прошлое, где я сам мечтал о многом, но не смог реализовать свои стремления, я прекрасно понимаю, как больно это было бы для Сесиль.

"…в конечном счете, у меня нет иного выбора, кроме как стараться еще усерднее."

Придя к этому удручающему выводу, я тихо вздохнул и снова открыл рот.

— Пока мне придется обдумать план действий в отношении моей сестры, как только я окажусь в академии. А пока мне необходим отдых…

— …господин, вы забыли?

Когда Альфред заговорил, он внезапно нахмурился, заставив меня в замешательстве склонить голову.

— Разве сегодня не тот день, когда мы отправляемся в академию? Карета уже ждет.

— Ах.

Лишь увидев солнечный свет, проникавший сквозь окно, я пришел в себя и широко открыл глаза.

— Точно, предварительный визит.

Как и предсказывала Парша, ровно за неделю до отборочного мероприятия многообещающих юных талантов, совет академии прислал мне письмо с просьбой о предварительном визите.

Хотя в письме говорилось, что это необходимо для адаптации и наставничества судей, более вероятно, что они хотят оценить мои собственные качества.

Но как же быстро пролетела ночь? Я совсем не спал, отвечая на их письмо.

— К счастью, утреннее солнце только взошло, так что еще есть немного времени. Не желаете ли немного отдохнуть?

— Нет… минутку. Мне еще кое-что нужно сделать.

Альфред встревоженно посмотрел на меня, словно я стал жертвой коварного обмана, но, к сожалению, было нечто, что я непременно должен был сделать, прежде чем отправиться в академию.

— Руниэль, у меня для тебя подарок.

— Мне? Для меня?

Так, отказавшись от столь желанной передышки, подобной освежающему дождю в засуху, я повернул голову к Руниэль, которая на мгновение застыла в изумлении, а затем удивленно распахнула глаза.

— Эмм, насколько мне известно, у рыцарей существует традиция получать меч от своей семьи или наставника во время церемонии посвящения.

— …верно.

Ее лицо внезапно омрачилось, и она ответила приглушенным голосом.

— Да, это был момент, которого я больше всего ждала… но в итоге я так и не получила его должным образом, а позже его продали, чтобы расплатиться с долгами.

Безусловно, событие, в одно мгновение погрузившее ее жизнь в отчаяние, было бы странно, если бы она смогла сохранить невозмутимое выражение лица.

— Но почему вы вдруг об этом спрашиваете?

— Хотя я не являюсь ни семьей, ни наставником Руниэль, разве между нами не сложились отношения, подобные такому торжественному обету?

Видеть ее с таким выражением лица было душераздирающе.

— Поэтому я хочу исполнить ту честь, которой вы не смогли удостоиться в то время.

— ……?

— Все, несите сюда.

Пришло время показать сюрприз, приготовленный еще до прихода в кабинет.

— Неужели это…?

Как только прозвучал мой приказ, служанки вошли в комнату и поставили перед Руниэль что-то, завернутое в ткань, и когда она взглянула на это, ее глаза расширились от изумления.

— Как ваш господин, это высшее проявление уважения, которое я могу вам предложить.

Форма предмета, завернутого в ткань, была ей слишком хорошо знакома.

— Говорили, что меч будет вручен по завершении этого задания…

— Это относилось к церемонии, которая изнуряет тело. Для эффективности нашей миссии, я думаю, будет уместнее вручить его вам сейчас.

Руниэль, которая до этого смотрела на меня с недоумением и вопросами в глазах, теперь дрожащей рукой потянулась к ткани.

Обычно стоическая ко всему, что касалось мечей, она проявляла несвойственную ей растерянность.

— Мне действительно позволено это принять? Я ведь совсем недавно подвергла вас опасности…

— Давай уже, разворачивай.

— …ну тогда, прошу прощения.

Держа ткань, Руниэль глубоко вздохнула, проявляя невероятное терпение, но по моему мягкому побуждению отбросила свои сомнения и быстро начала разворачивать покров.

Вжух—

И вот, в тот момент, когда открылась сущность моего сюрприза,

— Ах.

Глаза и рот Руниэль, напоминавшие персонажа мультфильма с точками вместо глаз и треугольным ртом, выразили разочарование.

— Спасибо, господин. Это действительно прекрасный меч.

— О, пустяки.

— С этого момента я буду работать еще усерднее.

На первый взгляд, он выглядел как любой из старых, изношенных тренировочных мечей в особняке, что могло объяснить ее реакцию.

Но было бы безумием дать такой дешевый меч близкому телохранителю, призванному защищать мою жизнь.

— Да, тебе следует продолжать усердно работать.

— …да.

Изначально я намеревался сразу же раскрыть правду, но комичные глаза Руниэль и ее неожиданно печальное выражение лица, источавшее обиду, настолько меня позабавили, что я решил на мгновение подыграть.

— Тогда я пойду тренироваться с этим новым мечом, подаренным моим господином…

— Аха-ха, Руниэль. Почему бы тебе сначала не подержать меч?

Увидев, как ее глаза начинают еще больше опускаться, я наконец рассмеялся и сказал.

— Что…?

— Как ощущения?

— …а?

И все же, несмотря на ожидаемое разочарование, Руниэль послушно выполнила мою команду и сжала рукоять, ее выражение лица на мгновение стало более решительным.

— Этот меч… в нем что-то необычное.

— В каком смысле?

— Кажется, он зачарован… и не одним заклинанием. Но ведь невозможно наложить несколько чар на один меч, верно?

Услышав ее экспертный анализ ситуации, я с удовлетворением наблюдал за ней.

— Ха-ха. Это было бы логично.

Сделав паузу, я затем с широкой улыбкой раскрыл кульминацию этого сюрприза.

— Этот меч, на самом деле, из королевской сокровищницы, когда-то принадлежал Первому Герою.

— …что?!

Руниэль, чуть не выронившая меч от шока, затем показала самое динамичное выражение лица, которое я видел с момента нашей встречи.

— Тсс, это совершенно секретно, но давай пока оставим это между нами, хорошо?

Хотя я так сказал, это был не я, кто его достал.

После того как королевская сокровищница однажды серьезно пострадала от рук Бергена, охрана была усилена до такой степени, что даже те, у кого были ключи, не могли свободно войти.

Таким образом, мне словно доставили каталог, как будто я делал покупки на дому, к счастью, содержавший два нужных мне предмета.

— Как вы могли… господин?

— Я же говорил тебе, я хорошо знаю историю героя.

Действительно, одним из предметов был меч, который Императрица случайно подарила Руниэль в оригинальной истории.

Другой я приберег для другой цели, но в любом случае.

Для нее, наверняка серьезного фаната героев, это должен быть лучший подарок на свете?

— …вы использовали ключ, который получили в качестве компенсации во время инцидента с помолвкой, для моего подарка?

— Я получил два ключа, так что, конечно, один я должен был инвестировать в своего первого подчиненного.

— Я не понимаю.

Выражение лица Руниэль стало серьезным, голос — тяжелее, и она задала мне еще один вопрос.

— Действительно ли я заслуживаю этого подарка?

Возможно, шок был слишком силен, чтобы она почувствовала момент?

Хотя это была не та реакция, на которую я внутренне надеялся, я изо всех сил старался облегчить бремя Руниэль теплой улыбкой, демонстрируя ей свою поддержку.

— Не чувствуй себя слишком обязанной. Я очень ценю, как ты защитила меня в прошлый раз.

— ……

— Так что, пожалуйста, продолжай в том же духе, хорошо? Ха-ха…

Когда ее внезапно бросили из преддверия многообещающего будущего в бездну отчаяния, как же отчаянно она, должно быть, себя чувствовала. Хотя я не могу ни полностью сопереживать, ни понять, я надеюсь, что этот подарок поможет ей вернуть хотя бы малую часть того будущего, о котором она мечтала.

— Э…

Пока я выражал эти чувства и ждал ответа, передо мной раздался сдавленный всхлип.

— Э. Угх.

— Леди Руниэль?

Не понимая, что происходит, я внимательнее посмотрел на нее и увидел слезы, наворачивающиеся и катящиеся из глаз Руниэль.

— Я-я не плачу. Хик.

— Ха-ха…

— Это просто пыль…

Давайте на мгновение забудем тот факт, что невероятно для нее, кто не дрогнул бы даже на дне океана, плакать из-за пылинки.

— Я буду очень усердно работать…

Даже у такой, казалось бы, непробиваемой, как она, все еще оставались следы девичьей стороны, как я только что понял.

— …господин, вы сказали, что это меч Первого Героя.

Наслаждаясь теплой атмосферой кабинета впервые за долгое время, Альфред, который тихо наблюдал за ситуацией, негромко заговорил.

— Оставив в стороне то, как вы об этом узнали, королевская семья в курсе этого факта?

Его вопрос был острым, как и следовало ожидать, и я ответил озорным блеском в глазах.

— Альфред, вы всегда так быстро все замечаете.

— …господин?

— Мне не нравятся… нет, мне нравятся сообразительные люди.

Пока на его лбу начинали выступать капельки пота, я прошептал ему вечную истину, применимую как в прошлой, так и в настоящей жизни.

— Не волнуйтесь слишком сильно. Как говорится, кто нашел, тот и взял, верно?

— …ох, моя голова.

Таким образом, я в очередной раз блестяще парировал ненужное ворчание Альфреда. Я встал со своего места, намереваясь немного поспать перед визитом в академию, но тут—

— Хозяин.

Голос Парши, до этого молчавшей, заставил меня замереть на месте.

— …а как же мой?

— Ах.

Увидев холодную, слегка обиженную улыбку на ее лице, я понял, что сегодня отдохнуть мне не удастся.

***

"Чуть не пришлось пересматривать зарплату."

Парша, готовая к нападению, успокоилась, когда я предоставил ей право сидеть справа от меня — место, которое она так жаждала. Проблема заключалась в том, что Руниэль всегда хотела стоять там же. Если немного прищуриться, может быть, две правые руки — это не так уж и плохо? Если позже возникнут неудобства, я всегда смогу прикрепить Сашу и Бергена к своей левой руке для равновесия.

— Почему вы берете меня…?

— Нам ведь нужен хотя бы один человек, который бы о нас заботился, верно? Ха-ха.

— Ах, понятно.

Саша, которая невольно стала моей правой рукой, не осознавая этого из-за такой нелепой причины, угрюмо спросила. Я успокоил ее правдоподобным объяснением.

"На самом деле, это отчасти отпуск, чтобы она могла встретиться со своей семьей в академии."

Мне казалось, что я перегружаю Сашу работой, поэтому я планировал дать ей немного времени, чтобы встретиться со своим братом, который, по слухам, учился в академии, и, возможно, навестить ее семью неподалеку. Возможно, немного жаль терять мою помощницу на некоторое время, но настоящий дворянин должен уметь справляться сам, верно?

— Ну, давайте садиться в карету…

Чувствуя себя весьма довольным собой, я собирался сесть в карету, ожидавшую у особняка, когда остановился.

— ……Хм?

Что-то показалось знакомым, и я слегка наклонил голову.

— Это кажется знакомым…

Герб, вырезанный на карете, напомнил мне знакомую фамильную печать.

— Конечно, это было бы так.

Коротко потерев глаза из-за секундного замешательства, я внезапно услышал знакомый голос, доносившийся спереди.

— Я уже однажды ездила в этой карете.

— …Леди Мередия?

К моему удивлению, леди Мередия сидела внутри кареты, подперев подбородок рукой и внимательно глядя на меня.

— Почему вы здесь…?

— Разве вы не слышали? В этом отборочном мероприятии введена совместная судейская коллегия, чтобы предотвратить случаи мошенничества, как в прошлый раз.

— Я не слышал этих новостей…?

Я моргнул в замешательстве, учитывая, что об этом даже Берген не упоминал, и спросил ее.

— Ну, это было решено советом всего несколько часов назад.

— Э, насчет этого совета…

— Я его председатель, вы в курсе?

Ее ответ лишил меня дара речи, вызвав лишь пустой смех.

— Что вы делаете? Разве вы не садитесь?

— Ха-ха…

Я изучал каталог королевской сокровищницы почти как учебник, чтобы выбрать для нее подарок. Теперь, как никогда, мне нужно было поторопиться и забрать его.

----------

Переговорная карта

Клац-клац—

Карета, покинувшая графское поместье, ритмично постукивала колесами, мерно покачиваясь на ухабистой грунтовой дороге, петлявшей среди владений графа.

— Каждый раз, когда я оказываюсь здесь, это чувство возвращается — ваши фамильные земли поистине ничтожны.

— Ха-ха…

— Если не считать близости к столице, в них нет ничего особенного.

Мередия, нахмурившись от тряски, недовольно проворчала, а я с неловкой улыбкой отвел взгляд.

"И все же, именно это единственное преимущество делает нашу землю лакомым куском для стольких интриганов."

Что ж, для дочери герцогства Эмбегрин, владеющего самыми обширными и богатыми территориями в империи, это место действительно может показаться незначительным.

Но это лишь до прибытия Парши.

Если она возьмется за управление хотя бы на несколько лет, Лингард, стратегически важный узел для торговли и добычи мана-камней, начнет обладать безграничным потенциалом для процветания.

Конечно, это при условии, что Парша не совершит какой-нибудь безумный шаг, например, не вложит все наши средства в почти заброшенную шахту Левертейн.

— Кстати, кто эта служанка, сидящая рядом с вами?

Как только я отбросил ненужные волнения, доверяя способностям Парши, Мередия повернула ко мне ледяной взгляд и задала вопрос.

— Хик.

От этого Саша, до этого момента неподвижно сидевшая рядом, задрожала, и на ее глазах выступили слезы.

— Саша — моя личная служанка. Она очень добрая и невинная.

— …д-да, именно так. Хи-хи.

Я не ожидал оказаться в одной карете с леди Мередией, поэтому мне пришлось взять с собой Сашу.

Но по крайней мере теперь мне больше не нужно беспокоиться о том, что леди Мередия причинит ей вред.

В конце концов, мы с ней сейчас в одной лодке.

Если бы это были Руниэль или Парша, возможно… но она не станет придираться к обычной служанке, такой как Саша.

— Ваш телохранитель — женщина, ваш дворецкий — женщина, и теперь даже ваша личная прислужница — женщина.

Однако, похоже, Мередию раздражало что-то совершенно иное.

— Э… неужели?

— Да. Теперь я прекрасно понимаю ваши предпочтения.

Постойте, это несправедливо.

Я выбирал свой персонал исключительно исходя из их способностей.

И к тому же, Руниэль — это одно, но Парша и Саша настолько юны, что думать о них в романтическом ключе, уму непостижимо.

— ……

И все же, видя, как Мередия снова отворачивается к окну с ледяным выражением лица, стало ясно, что мне необходимо предпринять какие-то действия.

— …что вы делаете?

— Было невежливо с моей стороны отворачиваться от своего жениха, не так ли?

Итак, я тихо поднялся и пересел рядом с ней.

Мередия, до этого сверлившая меня взглядом, теперь посмотрела на меня с недоверчивым изумлением.

— Я не говорила вам садиться рядом со мной так самонадеянно.

— Ха-ха. Ну, разве это имеет значение? В конце концов, мы помолвлены.

— …тц.

Пока я пытался разрядить обстановку шуткой, Мередия цокнула языком и снова отвернулась.

"Ее настроение немного улучшилось…?"

Судя по моему прошлому опыту общения с ней, выражение ее лица показалось мне чуточку мягче, что меня несказанно обрадовало.

— Кстати, наша помолвка… она все еще в силе, верно?

— Что за нелепый вопрос?

— Ну… просто в прошлый раз… мне показалось, что мои слова вызвали у вас крайнее отвращение.

Я осторожно затронул прошлый инцидент, и на этот раз Мередия полностью повернулась ко мне, слегка наклонив голову.

— Вы сами тогда сказали, разве нет? Что презираете глупцов, которые влюбляются в вас лишь из-за вашей красоты.

— ……

— Честно говоря, я боялся, что вы разорвете помолвку.

Пока я говорил обеспокоенным тоном, Мередия слегка нахмурилась.

— Это касалось идиотов, ослепленных моей властью или внешней привлекательностью.

— О, правда?

К счастью, ее ответ оставлял некоторое пространство для интерпретации.

— И честно говоря, хотя я и не понимаю вашего отношения, для меня это хорошая новость.

Как только я собирался вздохнуть с облегчением, Мередия продолжила, и на ее губах заиграла холодная улыбка.

— Я не знаю, что именно во мне вам нравится, но это меня совершенно не волнует.

— ……

— Главное, что теперь стало гораздо проще вас использовать.

Ах, да. Вот она, леди Мередия, которую я знаю.

В некотором смысле, утешительно осознавать, что она внезапно не попытается меня убить за мою дерзость.

— Так что не стройте никаких бесполезных иллюзий. Единственная причина, по которой я закрываю глаза на ваши похотливые мысли, заключается в том, что вы все еще мне полезны.

И все же меня немного укололо то, что мое искреннее признание не произвело на нее совершенно никакого впечатления.

— Вы не собираетесь отвечать?

Может быть, мне стоит рискнуть жизнью и поддразнить ее хотя бы один раз?

— Ваши глаза поистине прекрасны, леди Мередия.

— …что?

— Ха-ха. Разве вы не спрашивали, что именно в вас меня привлекает?

Я бросил эту шутку импульсивно, и когда Мередия, до этого сверлившая меня взглядом, резко отвернулась, я инстинктивно опустил взгляд в поражении.

"Да… болезненно очевидно, что у меня никогда не было опыта в серьезных отношений."

Если я попробую еще раз пошутить в таком духе, я могу не выжить — даже если бы у меня было семь жизней в запасе.

Вжух—

Пока я размышлял о своем поведении, понурив плечи в наступившей неловкой атмосфере, передо мной внезапно возник какой-то предмет — коробка, перевязанная шелковой лентой.

— Леди Мередия? Что это?

— Если вам любопытно, откройте и посмотрите сами.

Оказалось, что леди Мередия протягивала ее мне.

— О?

Из любопытства я открыл коробку и ахнул, увидев разноцветные листы тонкой бумаги внутри.

— Это остатки из партии, которую ошибочно заказали. Они мне не нужны, так что берите, если хотите.

Но при ближайшем рассмотрении это оказались вовсе не обычные листы.

Даже на первый взгляд материалы и качество изготовления были превосходными, а некоторые даже украшены тиснением золотой фольгой.

— Если не хотите, забудьте.

— Ха-ха. Благодарю вас. У меня, на самом деле, есть хобби — оригами.

Однако, поскольку это слишком хорошо соответствовало моему вкусу, чтобы отказаться, я без зазрения совести принял предложенную ею коробку.

— Вы знаете легенду о том, что если сложить тысячу бумажных журавликов, ваше желание сбудется?

— ……

— Смотрите, я уже одного сложил. Ха-ха…

Выбрав платиновый лист, цветом напоминавший волосы леди Мередии, я продемонстрировал свое умение.

Все еще отвернувшись, Мередия, которая до этого исподтишка бросала на меня взгляды, сухо пробормотала.

— Я не знала, что вы умеете так невинно улыбаться.

Моя улыбка всегда была полна невинности — о чем она говорит?

Я почти почувствовал легкую обиду, но поскольку она только что сделала мне такой замечательный подарок, я решил это проигнорировать.

— Как у вас появилось такое детское хобби?

— О, это…

Аккуратно закрыв коробку и спрятав ее в пальто, я на мгновение замолчал, услышав вопрос Мередии, и погрузился в воспоминания о прошлом.

— На самом деле, было время, когда я болел и был прикован к постели.

Это было еще в моей прошлой жизни, когда я был слишком мал, чтобы играть в видеоигры, и мог лишь беспомощно лежать в постели.

— Тогда я где-то услышал, что если сложить тысячу бумажных журавликов, твое желание сбудется. И, полный детской надежды, я старательно их складывал.

Честно говоря, я не очень помню, кто рассказал мне эту наивную сказку.

У меня тогда не было друзей, и родители едва обращали на меня внимание, так что, вероятно, это была добрая медсестра, которая за мной ухаживала.

— В конце концов, даже сложив не тысячу, а десять тысяч журавликов, мое желание так и не сбылось.

— ……

— Но поскольку мне тогда больше нечем было заняться, это просто естественным образом стало хобби. Ха-ха…

Теперь это лишь смутное воспоминание, над которым я могу посмеяться, но тогда мой юный «я» проливал слезы целыми днями.

— …понимаю.

Почему-то лицо Мередии слегка помрачнело.

"Ах да, она ведь тоже в детстве была прикована к постели."

Я внезапно вспомнил, что ее прошлое было довольно похоже на мое.

Задумываясь, невольно ли я испортил настроение, я осторожно взглянул на нее.

— Подумав об этом… полагаю, это не такое уж и детское хобби.

Вместо своего обычного резкого тона Мередия тихо поправила себя, наблюдая за моим лицом.

— Я тоже раньше…

Она осеклась и снова отвернулась к окну, но я мог догадаться, что она не договорила.

Хотя это лишь кратко упоминалось в сопроводительных материалах, я знал, что в детстве у нее была привычка разговаривать с куклами.

Будучи преданным фанатом, я запомнил даже эти незначительные детали.

Однако, если бы я сейчас это упомянул, настроение наверняка бы испортилось, поэтому я решил вместо этого выразить свою благодарность.

— Благодарю вас за подарок, леди Мередия.

— …это не подарок. Я просто собиралась его выбросить.

Хотя она так сказала, никто в мире не заворачивает что-то в шелковую ленту, прежде чем выбросить, особенно если это идеально соответствует вкусу получателя.

"Если бы кто-то это увидел, решил бы, что она цундэрэ."

Конечно, учитывая, что я ни разу не упоминал леди Мередии о своем хобби, это, вероятно, было ее своеобразной демонстрацией того, что она без труда может собрать обо мне сведения.

И все же я не мог сдержать легкой радости.

— Леди Мередия, на самом деле, я тоже приготовил для вас подарок…

— …?

— Но сейчас, кажется, не самый подходящий момент, поэтому я вручу его вам позже.

Знай я, что так обернется дело, я бы позаботился о подарке заранее и взял его с собой.

Но вручать столь душевный презент в трясущейся карете показалось мне не самым лучшим вариантом, поэтому я решил отложить момент ее удивления на более подходящее время.

— И все же, чтобы не оставаться в долгу, не хотите ли бумажного журавлика, которого я сложил?

— Нет нужды.

Одной лишь той выразительной реакции, которую она показала ранее, мне, вероятно, хватит удовлетворения на долгие годы.

***

— Ух ты, за разговорами время пролетело незаметно — мы уже на месте.

Поскольку графство Лингард располагалось совсем недалеко от столицы, к тому времени, как Мередия и Уитни завершили свою беседу, за окном уже открылся величественный вид академии.

— Выходим?

Когда карета плавно остановилась у места назначения, Уитни, явно пребывавший в приподнятом расположении духа после полученного подарка, напевал что-то себе под нос, выходя из экипажа.

"Если подумать, я совсем мало что знаю об этом человеке."

Мередия, вероятно, нахмурила изящные брови, заметив полное отсутствие у Уитни манер эскорта.

— …я поистине презираю всякую несбалансированность.

Все еще тихо сидя внутри, она пробормотала негромким голосом, машинально перебирая платинового бумажного журавлика, которого Уитни оставил в ее ладони.

— Эй, служанка. Почему ты не выходишь?

Она повернула свой пронзительный взгляд на Сашу, которая все это время сидела, опустив голову и плотно закрыв уши обеими руками, как ее научил Уитни.

— Ах, да! П-простите!

— Ты все равно все слышала, так зачем закрывала уши?

— Хик!

Пойманная неожиданным наводящим вопросом, Саша мелко задрожала.

Тихо вздохнув, Мередия задала ей новый вопрос.

— Ладно. Просто ответь на мой вопрос.

— С-спрашивайте что угодно!

— Правда ли, что ваш господин болел в детстве?

Услышав эти слова, Саша заколебалась, бросив мимолетный взгляд на выражение лица Мередии, а затем робко ответила.

— Э-эм, я работаю всего несколько месяцев, как новая служанка…

— …новая служанка — его личная прислужница?

— П-простите?

Мередия, для которой такая кадровая расстановка была немыслима по стандартам герцогства Эмбегрин, на мгновение опешила, прежде чем махнуть рукой и сменить тему.

— Позвольте спросить кое-что другое. Ваш господин не делал ничего подозрительного в последнее время?

— Э-эм, ну…

Но этот вопрос оказался далеко за пределами способности Саши дать на него ответ.

— Слишком много всего, даже не знаю, с чего и начать…?

— …я просто потратила свое время.

Осознав это, Мередия прекратила дальнейшие расспросы и приготовилась выйти.

— …у-у вас есть еще вопросы?

— Почему бы вам вместо этого не позаботиться о своем господине?

— Ах, д-да!

Съежившись под ее пронзительным взглядом, Саша быстро поднялась и юркнула наружу, словно испуганная белка, услышав слова Мередии.

— Зачем он притащил с собой такую бестолковую девчонку…?

Бормоча себе под нос, наблюдая за удаляющейся фигуркой Саши, Мередия вскоре подняла бумажного журавлика, которого держала в руке, и последовала за ней из кареты.

— …хм?

Внезапно ее острые глаза сузились.

— Приветствую вас, сэр Уитни.

— Здравствуйте?

— Я Пьер, офицер Ассоциации простолюдинов Академии. Мне сообщили, что вы специально просили меня в качестве вашего гида на сегодня, поэтому я ждал здесь.

У мужчины, обратившегося к Уитни у входа в академию, было лицо, которое Мередии показалось особенно неприятным.

"Из всех людей он выбрал этого радикала своим проводником? О чем он только думает?"

Ассоциация простолюдинов была самоуправляющейся организацией, существовавшей со дня основания академии, твердо придерживаясь принципа равной доступности образования для всех.

Хотя влияние знати в последние годы несколько ослабило ее позиции, нынешний император, ценивший талант превыше происхождения, вмешался и даровал ассоциации беспрецедентные полномочия.

"Какой-то простолюдин осмеливается наложить вето на решение совета — какая нелепость."

Фактически, с момента принятия решения о повторном проведении Турнира, Мередия, подавшая заявку в качестве судьи, не могла окончательно утвердить свою должность до самого этого утра из-за того, что Ассоциация простолюдинов воспользовалась своим правом вето.

"Пытается прикрыть позор своего незаконного притязания на трон этими мелкими подачками, вот и все?"

И всем было известно, что вдохновителем растущей власти ассоциации была никто иная, как сама Императрица.

— Могу я спросить, почему вы специально попросили именно меня?

— ……

— Видите ли, я весьма занятой человек. Если вам нужен кто-то, чтобы вам прислуживать, думаю, вы обратились не по адресу.

Как раз в тот момент, когда Мередия с открытым неудовольствием сверлила его взглядом за дерзкое отношение к Уитни, произошло нечто неожиданное.

— О-о? Старший брат?

Саша, которая торопливо направлялась к Уитни, внезапно замерла.

Затем, широко раскрыв глаза от изумления, она уставилась на Пьера и дрожащим голосом позвала его.

— …Саша?

В тот же миг юноша, только что представившийся Уитни, выглядел не менее ошеломленным и в ответ произнес ее имя.

— Я-я так скучала… Хик…

И без того выглядевшая жалко после недавней взбучки от Мередии, Саша совсем расклеилась, и слезы ручьем потекли по ее щекам.

— Ха-ха… честно говоря, наша Саша слишком уж много плачет.

— ……

— Кстати, Пьер, кажется, да?

Пока Уитни молча наблюдал за эмоциональной встречей, он небрежно положил руку на плечо Пьера.

Затем, сузив глаза, он понизил голос и прошептал ему на ухо.

— Каково снова видеть свою младшую сестренку спустя столько времени?

Мередия, наблюдая за зловещей улыбкой, медленно расползающейся по лицу Уитни, внутренне покачала головой и пробормотала себе под нос.

"…так вот зачем он ее привел."

----------

Наблюдатель

— Удивительно, академия совсем не изменилась.

— …простите?

Закончив представлять Сашу, что, должно быть, пробудило в Пьере ностальгию, мы вошли внутрь академии. Передо мной открылся знакомый вид.

— Я, между прочим, сам выпускник этой академии. Ха-ха.

Я не занимал здесь никаких особых позиций и не завел близких друзей. Но теперь, оглядываясь назад, эти воспоминания казались невероятно ценными, особенно в сравнении с моей прошлой жизнью в больничной палате.

— Итак, причина, по которой вы попросили меня стать вашим гидом…?

Погрузившись в воспоминания и ненадолго отвлекшись, я услышал, как Пьер, до этого молчавший, вдруг заговорил взволнованным голосом.

— Вам просто нужен был повод, чтобы вызвать меня?

— …мне нравится ваша прямота, Пьер.

Насколько я мог судить, Пьер, в отличие от его сестры Саши, которой немного не хватало сообразительности, казался довольно проницательным.

— Честно говоря, я хорошо знаком с академией, так что мне не нужен ни сопровождающий, ни гид. Но несмотря на это, причина, по которой я настоял на том, чтобы взять с собой Сашу, заключалась в…

— …чтобы показать мне ее, не так ли?

— Снова в точку. Ха-ха.

Пьер пробормотал себе под нос, глядя на Сашу, которая проливала столько слез, что выглядела совершенно несчастной. Стиснув зубы, он продолжил.

— В последнее время я заметил, что сумма денег, которую Саша отправляет нашей семье, растет в геометрической прогрессии.

— Верно.

— И я прекрасно понимаю, что это не те деньги, которые можно заработать случайными подработками.

Услышав его слова, произнесенные со сжатыми кулаками, я убедился в своем подозрении — семейная ситуация Саши, должно быть, весьма плачевна.

— Сколько бы раз я ни спрашивал, чем она занимается, в ответ я получал лишь письма, в которых говорилось, что у нее все хорошо.

— Ах, как это трогательно.

Не подумав, пробормотал я, глядя на Сашу с восхищением.

— Но несмотря на успокаивающие слова, ее письма всегда были запятнаны слезами.

— Ну, Саша действительно довольно слезливая, не так ли?

Я попытался разрядить обстановку мягкой улыбкой Пьеру, чей голос дрожал, когда он закончил говорить.

— …позвольте мне задать всего один вопрос.

Однако лицо Пьера стало еще бледнее, когда он глубоко вздохнул и бросил мне вопрос.

— Чем именно занимается моя сестра?

Обычные обязанности Саши? За исключением секретных поручений, в которые ее в последнее время втягивали, это было в основном мытье посуды, уборка и приготовление мне чая.

Теперь, когда я об этом задумался, у нее было гораздо меньше обязанностей, чем у обычной личной служанки. Но опять же, сама эта должность была создана как способ поддержать ее тяжелое финансовое положение, так что это было вполне естественно.

— …вы действительно хотите знать?

Однако, если бы я объяснил это напрямую, это задело бы гордость Саши. Поэтому вместо этого я решил дать ей возможность объяснить все самой.

— Почему бы вам не спросить ее об этом?

Приняв это решение, я подтолкнул все еще всхлипывающую Сашу к Пьеру и немного отошел, чтобы дать им личное пространство.

— Я пока не буду мешать, продолжайте.

Я отошел настолько далеко, что их голоса едва доносились. Но если бы я остался слишком близко и подслушал, Пьер мог бы усомниться в искренности их разговора.

"Что ж, Саша должна суметь все достаточно хорошо объяснить. Я только надеюсь, что она не забудет упомянуть все разбитые ею тарелки."

***

За несколько часов до прибытия Уитни в академию вместе с Мередией…

— …простите. Это моя вина.

— ……

— Предотвратить назначение леди Мередии судьей было невозможно.

В кабинете президента Ассоциации простолюдинов Пьер, высокопоставленный член организации, покрывался холодным потом, говоря через кристалл связи.

— Но господин Майер, как бы велики ни были полномочия Ассоциации простолюдинов, отменить решения как студенческого совета, так и совета директоров, нам не под силу…

На другом конце провода был никто иной, как собственный брат Мередии, Майер Эмбегрин.

Вопреки предположению Уитни о том, что за саботажем стоит Император, за кулисами дергал за ниточки Майер, который скрежетал зубами с момента последнего инцидента, отчаянно пытаясь восстановить свое положение в Союзе темных магов.

*— Я начинаю сомневаться, достойны ли вы моей поддержки.*

— Г-господин Майер…

*— Учитывая, что пост президента Ассоциации простолюдинов меняется каждый месяц, вы ведь понимаете, что ваша полезность подходит к концу, не так ли?*

Майер рискнул, обратившись к Пьеру, который, как и Саша, отчаянно пытался поддержать свою семью. Однако остановить Мередию, которая уже укрепила свои позиции, оказалось почти невыполнимой задачей.

— П-пожалуйста! Дайте мне еще один шанс! Клянусь, я вас не разочарую!

*— Хм…*

Пьер, чувствуя себя загнанным в угол, отчаянно умолял дать ему еще один шанс. Из кристалла связи донесся глубокий вздох.

*— Ладно, я дам тебе последний шанс.*

— С-спасибо!

После долгого молчания Майер наконец ответил, и Пьер, который готовился к худшему, вздохнул с облегчением. Однако...

*— Уитни Лингард. Не допустите его назначения судьей.*

— Что?

*— С Мередией я справлюсь, но этот парень слишком раздражает.*

Вновь приказ Майера, переданный через кристалл связи, был чрезвычайно сложным.

*— Ни при каких обстоятельствах он не должен вмешиваться в Турнир. Ты понимаешь?*

— Э-э…

*— Почему не отвечаешь?*

Пьер, которому теперь предстояло противостоять человеку, не только получившему прямое назначение от наследного принца, но и провозглашенному величайшим героем Империи, покрылся холодным потом, размышляя о ситуации.

— Он ведь не так опасен, как леди Мередия, правда?

*— …сейчас не время для подобных суждений.*

— П-простите!

Пьер осторожно задал этот вопрос и получил ледяной выговор, заставивший его поспешно опустить голову.

*— Что ж, это будет легче, чем иметь дело с этой женщиной, Мередией.*

— Н-неужели?

*— Но будь осторожен. Его нельзя недооценивать.*

Пьер недоуменно склонил голову, услышав пробормотанное предупреждение Майера.

*— Этот ублюдок… кем бы он ни был, он чрезвычайно опасен.*

Оставив в стороне иронию того, что Майер одержим вопросом отбора судей, сам плетя интриги за кулисами, Пьер невольно задумался.

"Почему человек, которого называют героем Империи, представляет такую проблему?"

Все газетные статьи об Уитни изображали его в положительном свете, за исключением слухов, связывавших его с Мередией.

"…что ж, это не имеет значения. Главное, чтобы моя семья была счастлива."

В тот момент он списал слова Майера на обычную мелкую зависть к неприязненному ему человеку.

Лишь несколько часов спустя Пьер поймет истинный смысл этих слов.

***

— Б-брат.

— Саша…

Возвращаясь в настоящее…

Пьер ломал голову, беспокоясь о том, какую опасную работу взяла на себя его сестра, чтобы поддержать их семью.

Но теперь она стояла перед ним, выдавливая натянутую улыбку и сдерживая слезы по одному лишь приказу Уитни.

— У-у меня прекрасная и счастливая жизнь в поместье юного господина Уитни.

— Ложь. Тогда откуда эти следы слез на твоих письмах…?

— Ю-юный господин тоже очень добр ко мне! Он заставил меня подписать странный контракт под названием «страховка»? И иногда он дает мне страшные и трудные задания, но…

Пьер уже собирался допросить сестру, когда его лицо побледнело от подозрения.

Но тут Саша продолжила говорить, и он потерял дар речи.

— Каждый раз, когда это случается, он дает мне много денег, так что все в порядке.

Пьер долго молча смотрел на сестру, прежде чем сглотнуть и заставить себя спросить самым мягким голосом, на который он был способен.

— …Саша. Что именно это за страшные и трудные задания?

— Э-это… э-эм…

Саша заколебалась, нервно бросив взгляд на своего господина, прежде чем отвести взгляд от Пьера.

— Это… секрет.

Мытье Руниэль, игнорируя клеймо раба, выжженное на ее коже.

Притворяться близкой подругой с ровесницей только для того, чтобы шпионить за ней.

Переодевать похищенную Святую и помогать ей на сомнительных вечеринках, которые она посещала каждую ночь.

Учитывая все странные вещи, которые произошли с ней всего за несколько месяцев работы, Саша не могла рассказать Пьеру всю правду.

В каком-то смысле, хранить молчание было лучшим ответом, который она могла дать.

— Н-но со мной правда все хорошо!

— ……

— Я все сделаю ради своей семьи…!

Не нужно было объяснять, как эти слова выглядели в глазах Пьера.

— Бросай свою работу и возвращайся домой.

— А?

— Я найду способ достать деньги, только пожалуйста…

Отчаяние Пьера было вполне естественным.

— Это будет проблемой.

Но в этот момент в сознании Пьера эхом раздался леденящий душу голос.

— Эта девушка уже увидела то, чего не должна была видеть.

Пьер застыл на месте, словно громом пораженный.

Этот голос… он узнал его.

Он принадлежал Мередии, которая изящно ступила на землю из кареты следом за Уитни.

— …проклятье.

И точно, повернув голову, он встретился взглядом с Мередией, стоявшей позади Уитни, чьи глаза, словно ограненные сапфиры, холодно поблескивали.

"Как же так вышло?.."

В тот миг до Пьера дошло, что он расплачивается за дерзость противостоять единственной и неповторимой имперской принцессе.

— Н-на самом деле, волноваться совершенно не о чем! Выгода даже превосходит ожидания.

— …что?

— Сам юный господин так изволили сказать.

Саша, следя за напряженным лицом брата, добавила с многозначительной интонацией.

— Он заверил меня, что если я хорошо справлюсь с этим поручением, меня ждет щедрая награда и даже возможность повидать семью.

— Ах…

— Так что не стоит так хмуриться, старший братец. Хи-хи…

Хотя Саша лишь повторяла слова Альфреда, Пьер услышал в них совершенно иной, тревожный подтекст.

"…если я хочу оградить сестру от беды, мне необходимо действовать осмотрительно."

И едва он прошептал эти слова с горечью в голосе…

— Как продвинулся ваш разговор?

Уитни, рассеянно вертевший в руках свой кристалл связи, непринужденно подошел к ним с лучезарной улыбкой.

— Принц Кендрик только что связался со мной. Он сообщил, что мне пора явиться на заседание совета директоров по поводу моего назначения на должность судьи.

— ……

— В отличие от меня, однако, я полагаю, ваш сегодняшний день совершенно свободен от забот, Пьер.

С этими словами Уитни легко похлопал Пьера по плечу, и в его глазах плясали веселые искорки, когда он прошептал ему на ухо.

— Искренне надеюсь, что вы с пользой проведете это драгоценное свободное время. Ха-ха…

— ……!

— Ах да, и Сашу я верну вам после собрания.

Пьер долго молча смотрел на Уитни, прежде чем наконец смиренно склонить голову.

— Отныне я всецело в вашем распоряжении.

Так Пьер, нынешний председатель Ассоциации простолюдинов, официально перешел на сторону своего недавнего противника.

— А? Ну, тогда и я к вашим услугам.

Будь Парша свидетелем этой сцены, она бы наверняка ликовала, убежденная в правоте своих подозрений насчет того, что Уитни внедряет в академию своих шпионов.

Но Уитни, довольный еще одним успешно завершенным делом, просто напевал беззаботную мелодию, направляясь к Мередии.

— Что ж, тогда отправимся, моя леди?

Мередия, наблюдавшая за ним сквозь полуприкрытые веки, одарила его холодной улыбкой и заметила.

— Ты поистине устрашающая личность.

— Простите?

И совет директоров, и Ассоциация простолюдинов были крайне недовольны внезапным назначением Уитни, явно пролоббированным влиятельными связями. Хотя она, как председатель, могла в определенной степени повлиять на мнение совета, ситуация могла осложниться до предела, если бы Ассоциация простолюдинов — под чутким руководством Майера — решила оспорить его квалификацию.

И все же, подумала она, в этом весь Уитни — решать сложные вопросы столь неординарным способом.

— Именно поэтому ты мне так… симпатичен.

— …?

— Не притворяйся, будто не понимаешь. Просто смотри вперед и иди.

И, как и предсказывала Мередия, заседание совета директоров прошло на удивление гладко, без малейшего вмешательства со стороны Ассоциации простолюдинов.

— …таким образом, настоящий совет постановляет следующее.

Разумеется, то, что заседание прошло без эксцессов, вовсе не означало, что его итог пришелся Уитни по душе.

— Уитни Лингард, в качестве подтверждения вашей квалификации как судьи, вам надлежит лично проконтролировать завтрашний промежуточный экзамен первого курса.

— А?

— В случае если вы не выявите никаких случаев жульничества или других нарушений раньше наблюдающих профессоров, ваше назначение на должность судьи будет немедленно аннулировано. На этом все.

Уитни, явившийся на заседание в приподнятом настроении, теперь недовольно надулся, застигнутый врасплох неожиданным предательством Мередии.

"…пожалуй, не стоит мне делать ей никакого подарка."

Однако предложение, которое Мередия безапелляционно озвучила…

— Моя леди, в высочайшем императорском указе ясно оговаривалось, что сэра Уитни следует исключить…

— …с каких это пор академия внемлет указаниям извне?

— М-мне ничего не известно о подобных вещах.

...на самом деле было одним из тех редких проявлений бескорыстной доброты, которые она совершила, не ожидая ничего взамен.

***

Следующим утром, в экзаменационном зале, где вот-вот должен был начаться промежуточный экзамен…

— Сесиль, я слышала, ты подала заявку на Турнир.

— ….

— Повезло же… я даже не имею права участвовать.

— Как думаешь, у тебя хорошие шансы?

Сесиль, вошедшая в зал, потирая заспанные глаза, тихо ответила своим взволнованным подругам.

— …честно говоря, я уже получила предварительное подтверждение.

— Не может быть, правда?

— Ну, другого достойного кандидата особо и не было.

Под градом комплиментов на ее губах расцвела едва заметная улыбка.

"Хех, пусть сидит в своем поместье и плетет интриги сколько душе угодно."

Впервые за долгое время ощутив необычайную легкость на душе, она позволила себе мимолетное чувство гордости.

"Что бы он ни предпринял, он ни за что не сможет помешать моему участию в турнире… верно?"

Но тут ее внезапно охватило необъяснимое чувство тревоги.

Наклонив голову, она огляделась.

— Я еще не совсем проснулась, что ли…?

Ей почудилось зловещее присутствие брата где-то поблизости — хотя он должен был сидеть взаперти в своем поместье, вынашивая какой-то подозрительный план.

— Сесиль, что с тобой?

— Ты в порядке? Экзамен сейчас начнется.

— Нет, ничего…

Отмахнувшись от нелепой мысли, она покачала головой и снова пошла вперед вместе со своими обеспокоенными подругами.

Но…

— У нашей Сесиль, оказывается, довольно много друзей, не так ли?

— ……!

В тот самый миг, когда до нее донесся этот знакомый и ни с чем не сравнимый голос, она застыла на месте, словно вкопанная.

— Разве ты не представишь их своему дорогому брату?

— …что за чертовщина.

Стоя перед ней, заложив руки за спину, с повязкой надзирателя на плече, Уитни окинул ее зловещей усмешкой.

----------

Промежуточный экзамен

— Кто это? — Прошелестело в рядах юных студентов.

— Разве он только что беседовал с Сесилом? — Последовал другой, полный удивления, голос.

— Никогда прежде его не видела, но эта повязка надзирателя… — Прозвучало неуверенно.

Среди первокурсников академии, в этом возрасте кипучего любопытства, моё внезапное появление в качестве незнакомой фигуры мгновенно взбудоражило их, вызвав оживлённую перешёптывание.

— Он выглядит весьма подозрительно… — Прозвучало с ноткой настороженности.

— Ага, точно, от него так и веет чем-то неладным. — Поддержал другой голос.

— И как он только умудряется что-то разглядеть с такими-то глазами? — Прозвучал едкий комментарий.

Конечно, добрая половина этих реплик была пропитана недоброжелательными суждениями о моей внешности.

Серьёзно, эти юнцы судят исключительно по обложке, не пытаясь заглянуть внутрь.

— Хм, какое-то смутное чувство… будто я его где-то уже встречала… — Задумчиво произнесла одна из студенток.

— Да, вот только где? — Отозвался её сосед.

— Если бы он был знатным господином, с которым меня представлял отец, я бы непременно его запомнила. — Последовало убеждённое заявление.

Тем временем несколько студентов, по всей видимости, отпрыски благородных семей, в недоумении склонили головы и внимательно меня изучали, но ни один из них не смог опознать мою личность.

Впрочем, хотя моё имя уже успело обрести некоторую известность, подтверждением чему служила ежедневная почта, полная писем, широкой публике обо мне было мало что известно, так что их замешательство было вполне объяснимо.

— Довольно пересудов, все, сосредоточьтесь! — Властный голос рассек нарастающий гул любопытства.

— Предстоящий промежуточный экзамен будет курировать сэр Уитни, стоящий перед вами. — Четко произнесла строго выглядящая профессор, вероятно, их классная наставница, бросив на студентов суровый взгляд.

— Он — искусный белый маг, недавно одержавший победу над темными магами в том прискорбном инциденте и удостоенный благодарственной грамоты от самой императорской семьи.

После этих слов студенты, до этого оживлённо переговаривавшиеся, смолкли, и их взгляды, до того полные недоверия, обратились ко мне с заметным изменением.

Я оценил эту перемену в отношении, но столь громкая похвала показалась мне несколько обременительной.

В действительности, темных магов одолела Руниэль — я лишь обеспечил ей обзор с помощью магического артефакта, полученного от Парши, да к тому же похитил Святую.

— Иными словами, всякие мысли о жульничестве или попытках обойти правила должны быть немедленно оставлены. — Добавила профессор с ледяной улыбкой, ещё больше укрепляя мою раздутую репутацию.

— Сэр Уитни, при обнаружении любого подозрительного поведения вы можете незамедлительно применить силу.

— Мм, мне придётся это обдумать. — Пробормотал я.

Несмотря на мои усердные тренировки в белой магии, её основой являлись поддержка и исцеление, а не нападение, что делало агрессивные действия затруднительными.

Конечно, если бы речь шла о высокопоставленных членах «Lumen Ordo» (Ордена Света), куда входили мой отец и другие выдающиеся белые маги, всё было бы иначе.

К слову, меня самого ещё не приняли в «Lumen Ordo», поскольку мой уровень владения белой магией всё ещё считался недостаточно высоким.

— Моя белая магия специализируется на исцелении и защите, а не на причинении вреда другим.

— …неужели? — С сомнением протянула профессор.

— Ах да, разумеется, если речь о темном маге, то это совсем другое дело. — Поспешил добавить я небольшую оговорку, чтобы избежать неловких недоразумений.

— …но мы же не можем обращаться со студентами как с темными магами, верно? Ха-ха. — попытался я разрядить обстановку неуклюжей шуткой.

— Ах… ну, в этом есть доля правды. Пожалуйста, будьте снисходительны к этим сорванцам. — К моему облегчению, профессор, казалось, приняла моё объяснение и кивнула, хотя её взгляд тут же снова обратился к студентам, став строгим.

— Итак, положим конец праздной болтовне и перейдём к сути дела. Помощники, активируйте магический круг! — Скомандовала она, щёлкнув пальцами.

Помощники, до этого ожидавшие в задней части зала, шагнули вперёд.

Вшух—

Огромный магический круг, начерченный прямо в центре экзаменационного зала и занимавший площадь, сравнимую со спортивным полем, начал зловеще мерцать.

— …постойте-ка.

Наблюдая за разворачивающимся зрелищем, я внезапно усомнился в собственном зрении и с тревогой повернулся к профессору.

"Это же… ритуал призыва, используемый темными магами?"

Неужели это один из тех избитых академических сюжетов, где во время экзамена всегда случается какой-нибудь неожиданный кризис?

Если так, то дело плохо. Я должен немедленно остановить этот ритуал…

— Как и следовало ожидать, вы сразу же это распознали. — Прозвучал её спокойный голос.

— А?

— Это было довольно сложно устроить. Хе-хе. — Добавила она со зловещей усмешкой.

О нет.

Неужели это ещё один избитый сюжет, где хотя бы один из преподавателей тайно сговорился с врагами?

— Внимание, все! Активированный магический круг используется темными магами для призыва чудовищ.

— …?

— Как вам всем известно, темная магия — это запрещённая практика, караемая смертью, независимо от статуса и положения.

Прежде чем мои мысли успели запутаться ещё сильнее, профессор повернулась к студентам и громко начала объяснять.

— Однако, учитывая недавний инцидент и тревожные действия темных магов, Император лично обратился к церкви за специальным разрешением на проведение этого испытания.

Решительные и сосредоточенные лица студентов свидетельствовали о том, что их заранее посвятили в суть предстоящего испытания.

Это принесло некоторое облегчение.

По крайней мере, я не выглядел в их глазах выскочкой, получившим место по протекции.

— Итак, этот экзамен покажет, насколько эффективно вы способны усмирять и нейтрализовать чудовищ, подвластных темным магам.

Что ж, учитывая академический упор на практическое обучение, это было вполне в их силах при наличии должного разрешения.

— Как вы изучали в течение семестра, монстры — одни из самых непредсказуемых и опасных среди призванных созданий. Даже если вы зазубрили их слабые стороны и контрмеры, они всё равно станут для вас серьёзным испытанием.

Но… разве допустимо бросать первокурсников, не имеющих за плечами настоящего боевого опыта, лицом к лицу с монстрами?

— Если кто-либо окажется не в состоянии сражаться, преподаватели и сэр Уитни немедленно вмешаются. Так что, даже потерпев неудачу, вы, по крайней мере, можете не опасаться за свою жизнь.

Ах, вот каков был замысел.

— Разумеется, при незначительных травмах, вроде сломанной руки, мы вмешиваться не станем, так что будьте готовы ко всему.

Теперь я понял, почему леди Мередия выбрала меня в качестве экзаменатора.

Возможно, это было её своеобразное проявление заботы.

— На этом инструктаж завершён. Руководители групп, примите командование своими командами и готовьтесь к сражению.

Подавив кривую усмешку, вызванную неизменно противоречивой леди Мередией, студенты по властному жесту профессора быстро разбились на заранее определённые отряды.

Треск—

В тот же миг из магического круга, начертанного на земле, поднялся зловещий дым, стремительно заполняя весь экзаменационный зал.

Грохот—!

И в следующее мгновение из пола взметнулись стены, образуя обширный лабиринт, в ловушке которого оказался едкий дым.

— И-ик.

— Угх…

Когда из дымной завесы, сочившейся из зловещего зева спешно возведённого подземелья, начали проступать жуткие взгляды, среди студентов поползли робкие шёпоты страха.

— И ещё одно: помните, монстры питаются прежде всего страхом. Если вы позволите им овладеть вами сейчас, вы рискуете стать добычей, а не охотником.

Наблюдая за дрогнувшими студентами, профессор произнесла эти слова спокойным тоном, прежде чем с едва уловимым вопросом повернуть голову в мою сторону.

— Что вы думаете, сэр Уитни? Пусть это и самые низкоранговые из чудовищ, призванных темными магами, но выглядят они весьма убедительно, не правда ли?

— Аха-ха…

В ответ я смог лишь выдавить натянутую улыбку.

…это ужасно, серьёзно.

Ведь, вопреки общественному мнению, я был всего лишь самозванцем, не имевшим за плечами никакого реального боевого опыта.

Это был мой первый раз, когда я видел столь гротескных монстров за пределами виртуальной реальности.

{— Какая восхитительная на вид душа…}

{— Столько юных душ собралось здесь…}

Что ещё усугубляло моё положение, мне казалось, будто я отчётливо слышу зловещее бормотание монстров, доносящееся из пасти лабиринта.

{— Эта черноволосая девчонка выглядит особенно аппетитно…}

{— Но она кажется сильной… давайте сначала нападём на тех, кто послабее…}

{— Постойте-ка, что, чёрт возьми, происходит?}

{— Где призыватель, который нас вызвал?}

{— Странно… я чувствую здесь знакомое присутствие…}

Почему мне казалось, что я действительно понимаю язык этих тварей?

— Н-ноги меня не слушаются…

— И-и-ик!

— М-мамочка…

Пока я был ошеломлён внезапной способностью понимать язык монстров, промежуточный экзамен шёл своим чередом, без каких-либо серьёзных происшествий.

— Команда А, выбыла. Помощники, прекратите подачу маны.

Отсутствие несчастных случаев объяснялось железным контролем преподавателей, действовавших слаженно и оперативно.

— Я же ясно сказала вам не поддаваться страху.

—Кроооаар!

— Пусть они и обладают отвратительной внешностью и чуждыми силами, в своей основе они всего лишь призванные существа.

В тот момент, когда студенты теряли волю к борьбе и впадали в панику, поток маны к магическому кругу обрывался, и дежуривший преподаватель немедленно вмешивался в лабиринте.

Для справки, все преподаватели академии, присутствовавшие на экзамене, включая строгую профессоршу, руководившую студентами, были закалёнными в боях ветеранами.

—Ки-и-и-ек!

— Если вы ударите по их слабым местам, они взвизгнут и исчезнут, как и любой другой монстр.

Благодаря этому низкоранговые чудовища, бушевавшие, насытившись страхом проигравших, не смогли сопротивляться и были насильно распризваны.

{— Э-это было… больное место…}

— …О.

По какой-то необъяснимой причине я понимал, что говорили монстры, и этого было достаточно, чтобы мне стало немного жаль их.

— Хм, какое позорище.

— …?

— Подумать только, они дрожат перед такими ничтожными монстрами — это просто смешно.

Пока я неловко стоял, не имея никаких оснований для вмешательства благодаря безупречной работе преподавателей, изысканный, но высокомерный голос заставил меня с любопытством повернуть голову.

— Я не ожидала, что вы будете так явно притворяться, будто не знаете меня.

— Кто вы?

— Разве вы не читали письмо, которое прислал мой отец?

Среди знатных студентов, которые перешёптывались, пытаясь меня узнать, особенно надменно выглядящая юная леди пристально смотрела на меня.

Теперь она обращалась ко мне так, словно мы были давними знакомыми.

— Я Адель Фелгрейв, вторая дочь маркиза Фелгрейва. Вы всё ещё меня не узнаёте?

— Ах…

— Хе-хе, ну, раз теперь вы вспомнили, всё в порядке.

Я совершенно не представлял, кто она такая, пока она официально не представилась в типично аристократической манере.

Затем меня словно молнией поразило.

"Она была сразу после Сесиль в списке кандидатов на отборочный экзамен для многообещающих студентов."

И она также принадлежала к одному из самых влиятельных дворянских родов, о чём красноречиво говорили свадебные приглашения, над разбором и уничтожением которых я провёл бессонные ночи.

— Так когда вы дадите мне ответ?

— ……

— Мой отец не отличается терпением, знаете ли. Вам следовало бы понимать, что не стоит слишком долго строить из себя неприступную крепость.

Она смотрела на меня с надутыми губками и одновременно с ожиданием, словно была убеждена в моём немедленном согласии.

Но с моей точки зрения человека, сохранившего воспоминания о прошлой жизни, не было ни единого шанса, что я свяжусь с девушкой, которая младше меня всего на три-четыре года.

— Леди Адель, простите, но у меня уже есть невеста.

— …что?

— Вместо такого, как я, разве вам не лучше было бы найти более очаровательного спутника своего возраста?

Кроме того, если бы я ответил хотя бы на одно из тех писем, я бы уже давно покоился под благоухающими розами в саду одной герцогини с чарующими глазами.

— Я слышала слухи, что леди Мередия просто использует вас.

— ……

— Вам следует понять, что это ваш последний шанс избежать неминуемого падения.

Однако, казалось, эта дерзкая юная леди совершенно неправильно истолковала мои слова.

Если она не будет осторожна, она и вся её семья могут оказаться погребены в герцогском саду, но как мне выразиться так, чтобы она поняла?

— Если вас беспокоит влияние герцогини, в этом нет необходимости. Возможно, вы этого не знаете, но маркизат Фелгрейв — это прославленный род Магической Башни.

— Хм…

— И мой отец занимает высший ранг среди правителей Башни. Какой бы могущественной ни была герцогиня Эмбегрин, она не посмеет безрассудно действовать против нас.

Слушая её, я понял, что у неё гораздо больше уверенности, чем у тех других знатных семей, которые слепо рассылали свадебные приглашения либо из-за недостатка информации, либо из-за безрассудного пренебрежения герцогиней.

Проблема заключалась в том, что, согласно моим воспоминаниям, Магическая Башня вскоре будет потрясена скандалом, связанным с темной магией, что приведёт к масштабной реорганизации.

И в конце концов, если я предам леди Мередию, и она погрузится во тьму, и Императорский Двор, и Магическая Башня будут ею уничтожены, что сделает это предложение для меня совершенно бессмысленным.

— Хм. Кхм!

Пока я сохранял неловкое выражение лица, пытаясь придумать, как выпутаться из этой ситуации, юная леди, внимательно наблюдавшая за моей реакцией, внезапно громко прочистила горло.

— Ах, леди Адель! Кстати, как прошла ваша заявка на отбор многообещающих кандидатов?

— Н-но ведь на это могут подавать заявки только лучшие студенты!

— Я даже не прошёл квалификацию для подачи заявки!

Её последователи, до этого нерешительно топтавшиеся поблизости, внезапно окружили нас, неловко задавая явно срежиссированные вопросы.

— Хе-хе. Приготовьтесь поразиться. Я заняла второе место в списке кандидатов!

— У-вау!

— Это невероятно!

— Ах да, и кстати, студенты не должны этого знать, так что держите это при себе!

В центре всего этого леди Адель самодовольно ухмыльнулась, раскрывая конфиденциальную информацию академии, украдкой поглядывая на меня.

…мне становилось неловко за неё.

Несмотря на то, что она была дебютанткой из знатной семьи, она всё ещё оставалась ребёнком — её намерения были слишком очевидны.

Но более того, я уже точно знал, кто был кандидатом номер один, так что меня это не особо впечатлило.

— Команда Б, прошла!

— …А?

— Впечатляюще. Новый рекорд для первокурсников… нет, даже среди второкурсников это абсолютный рекорд.

В этот момент проыессор, которая редко проявляла удивление, воскликнула поражённым голосом.

Воспользовавшись моментом, я тихо улыбнулся и направился к выходу.

— Ха-ха. Сесиль, ты никогда не перестаёшь оправдывать мои ожидания.

— …угх, как бы то ни было.

Как и следовало ожидать от лучшего кандидата, Сесиль просто холодно ответила и продолжила идти, но я не мог не почувствовать гордости.

— Я-я тоже так могу…!

— Ха, вот опять началось.

Неловко почесав затылок, я услышал разговор между знатной леди, которая приставала ко мне, и Сесиль.

— Тебе это не надоело? Серьёзно…

— Т-ты! Как ты смеешь так со мной разговаривать?!

— Это ты постоянно задираешь меня, Адель.

Прислушавшись, я понял, что между ними существовала классическая динамика соперничества, которая всегда встречается в историях, связанных с академиями.

— …просто оставь меня в покое. Я тебя умоляю.

— Угх…

— У меня и так полно забот в последнее время.

Судя по тону их разговора и количеству последователей у каждой из них (в случае Сесиль это больше походило на друга), было легко понять, кто из них находится в невыгодном положении.

— Сэр Уитни. После наблюдения за экзаменами команд А и Б, вы теперь понимаете, что к чему?

— Ах, да.

— Тогда, пожалуйста, проследите за экзаменами команд В и Г.

Чувствуя удовлетворение от сложившейся ситуации, я последовал за профессора в сторону лабиринта, повысив голос.

— Меня устроит только если оставшиеся студенты выступят как минимум так же хорошо, как команда Б. Ха-ха…

— Угх.

Мне стало немного жаль дочь маркиза, которая теперь дрожала от досады позади меня, но иногда быстрое принятие реальности — это добродетель в жизни.

Особенно когда её противником была наша Сесиль — тут уж ничего не поделаешь.

— Ах, леди Адель, вы в порядке?

Когда Уитни с тихим смешком исчез в лабиринте, последователи Адель нервно проверили её выражение лица и заговорили.

— Обычно кто-то из его круга даже не смог бы с вами заговорить, но у него совершенно нет манер.

— Именно! И он так подозрительно выглядит. Может быть, это даже к лучшему…

Однако Адель Фелгрейв не обратила внимания на их слова.

Её холодный взгляд оставался прикованным к лабиринту, куда вошёл Уитни.

— …значит, вы хотите играть по таким правилам.

Изначально она просто выполняла тайный приказ отца — сблизиться с Уитни.

Но теперь её уязвлённая гордость полностью взяла верх.

— Хорошо, тогда мне просто придётся показать ему свою силу.

Она тихо провела пальцами по кулону, висевшему у неё на шее — подарку отца, предназначенному для использования только в экстренных случаях.

Затем, с леденящей душу улыбкой, прошептала:

— Не удивляйтесь слишком сильно, когда увидите, на что я способна. Хе-хе.

В тот момент, когда она влила ману в кулон…

Вуууууу—

Магический круг внутри лабиринта издал едва заметную вибрацию и зловеще потемнел.

— Команды В и Г, входите.

— …бить рекорды? Я буду делать это столько раз, сколько потребуется.

Переполненная уверенностью, она шагнула в лабиринт со своей командой.

И всё же никто не заметил маленькой аномалии, которая только что произошла.

----------

Непредвиденная ситуация

— Неожиданно чисто внутри, не правда ли?

Едва ступив за порог лабиринта, я машинально произнёс эту фразу, словно сорвавшуюся с языка, и двинулся вперёд, скользя взглядом по окружающему пространству.

Вшу-у-ух—

Плотная дымка, заполнившая лабиринт, чьи размеры благодаря магии пространственного расширения многократно превосходили первоначальную величину экзаменационного зала, окутывала всё вокруг, скрывая очертания.

К счастью, в отличие от студентов, которым предстояло последовать за мной, у меня была своя опора.

— Так, посмотрим… наблюдатель должен находиться в… Секторе Д, верно?

Всё дело в том, что наблюдателю выдали карту, наделённую следящей магией, которая в режиме реального времени отображала состояние и местоположение внутри лабиринта.

*— Сэр Уитни, вы меня слышите?*

— Ах, да.

*— Подтверждаю. При появлении каких-либо аномалий мы немедленно вас оповестим.*

Вдобавок к этому у меня имелся хрустальный шар, служивший средством связи с преподавателями снаружи, которые неусыпно следили за происходящим в лабиринте.

По крайней мере, мне не грозило заблудиться в его извилистых коридорах.

— Ощущение, будто играешь в данжен-РПГ с активированным читом на карту…

Но, поразмыслив, я понял, что одна лишь уверенность в том, что не собьюсь с пути, не повод терять бдительность.

Ведь при необходимости мне придётся столкнуться с монстрами, таящимися в этой тёмной, зловещей дымке, выжидающими своего часа.

Для преподавателей, ранее наблюдавших за ходом экзамена, низкоуровневые чудовища не представляли бы серьёзной угрозы.

Но у меня не было настоящего боевого опыта.

"Что ж, если я не допущу ошибок, всё должно быть в порядке."

По крайней мере, мне повезло быть белым магом — одним из самых ценных и редких дарований империи.

Даже белому магу низкого ранга, такому как я, не стоило опасаться пасть от рук призванных существ темных магов, пока я сохраняю предельную осторожность.

Поскольку моя семья из поколения в поколение даровала миру белых магов — единственных природных врагов темных магов, нас всё ещё почитали как знатный графский род, несмотря на наше шаткое финансовое положение.

— Судя по их подозрительной тишине, они почувствовали моё присутствие?

И действительно, монстры, которые мгновение назад громко переговаривались — о душах, плоти и прочей бессмыслице — жутко замолчали, как только я вошёл.

"…почему я чувствую себя живым оберегом?"

Даже когда я сверился с заранее предоставленной картой, чёрные точки, обозначавшие местоположение монстров, оставались совершенно неподвижными.

Это заставило меня ещё глубже осознать ценность белых магов.

"Возможно ли, что понимание языка монстров — это стандартная способность белых магов?"

Эта мысль промелькнула в моём сознании, и я решил непременно спросить отца, как только он вернётся.

С этой мыслью я возобновил свой путь.

— А?

Примерно на полпути к Сектору Д — области, предназначенной для наблюдателя — я заметил нечто странное на карте и замер на месте.

"Почему расстояние между мной и монстрами, кажется, неуклонно сокращается?"

Чёрные точки, указывавшие на позиции чудовищ, медленно, но верно сходились к тому месту, где стоял я.

"…что происходит?"

Монстры инстинктивно избегают белой магии

Даже небольшой артефакт, заряженный её энергией, мог отпугнуть большинство низкоуровневых тварей.

Это означает, что эти создания ни за что не стали бы добровольно приближаться ко мне, ходячему источнику белой магии…

— Что?

По какой-то необъяснимой причине эти существа приближались с пугающей быстротой.

Могли ли они ошибочно принять мою своеобразную серовато-белую магию за тёмную?

"Нет, этого быть не может."

Несмотря на то что моя белая магия отличалась некоторой странностью, старейшины моего рода и Lumen Ordo — ассоциация белых магов — официально признали меня одним из своих.

Только потому, что моя магия излучала жутковатую ауру, это не означало, что монстры слетятся ко мне, как мотыльки на пламя, верно?

"Мне нужно немедленно связаться с преподавателями…"

Но, как бы то ни было, явно происходило нечто из ряда вон выходящее.

Я схватил коммуникационный кристалл, намереваясь на мгновение прервать экзамен.

Бззззз—

Однако, как бы сильно я его ни тряс, в ответ я слышал лишь статическое шипение и искажённые звуки.

"…что-то не так."

Теперь, когда я об этом задумался, преподаватели должны неусыпно следить за лабиринтом в режиме реального времени, находясь снаружи.

Если бы происходила такая очевидная аномалия, они бы непременно вмешались.

Но поскольку никаких действий не предпринималось, что-то определённо было неладно.

"Следует ли мне в первую очередь сосредоточиться на обеспечении безопасности студентов?"

Сейчас, в этой непредсказуемой ситуации, я был единственным, кто мог гарантировать их безопасность.

"Но… все монстры стягиваются ко мне?"

Настоящая проблема заключалась в том, что человек, находящийся в наибольшей опасности внутри этого лабиринта прямо сейчас… был я.

АФАФАФ—

По мере того как это осознание проникало в моё сознание, леденящий душу звук — похожий на шелест ползущих насекомых — начал эхом разноситься со всех сторон.

— …Ху-у.

Распознав в этом звуке голоса низкоуровневых монстров, напоминающих отвратительных жуков, я тихо вздохнул и призвал свою серовато-белую магию в руки.

— Ладно, приступим.

Наконец, заметив гротескные фигуры, выходящие из тумана на разветвлении пути впереди, я собрался с духом и приготовился к битве.

"…это на самом деле неплохая возможность получить настоящий боевой опыт."

Отвратительные монстры медленно проявлялись сквозь густую дымку, угрожая поглотить меня.

Но я собрал всю свою волю в кулак.

***

Время текло, и с начала экзамена минуло уже несколько десятков минут.

— Эм, Адель… тебе не кажется, что что-то не так?

Одна из учениц из Группы В, следовавшая за своей предводительницей Адель Фелгрейв по извилистым коридорам лабиринта, заговорила с беспокойным выражением лица.

— В лабиринте подозрительно тихо…

— Теперь, когда ты об этом упомянула… мы не встретили ни одного монстра, даже самой захудалой букашки.

— Это… странно, правда?

По мере того как среди студентов нарастало беспокойство, они начали перешёптываться между собой.

— Хм, это же очевидно.

Адель, остановившаяся перед своей группой, пожала плечами и с самодовольной усмешкой произнесла эти слова, мгновенно привлекая всеобщее внимание.

— Всё потому, что я непрерывно накладываю заклинание, отпугивающее монстров.

— Что?!

— Постой, это вообще возможно?

Как только Адель небрежно обронила эту фразу, студенты ахнули от изумления.

Наслаждаясь всеобщим восхищением, она добавила с гордым видом.

— Как вы думаете, кто я такая? И как вы думаете, кто мой отец?

— Ах…

— Знать простое заклинание, отпугивающее монстров — это само собой разумеется, не так ли?

На краткий миг в памяти студентов всплыли знания, полученные на академических занятиях — о том, что монстры обладают высокой устойчивостью к магии, а это означает, что против них эффективна лишь белая магия или грубая физическая сила, за редкими исключениями.

Однако уверенная манера Адель, её происхождение как наследницы знатного рода магов и сама ситуация, разворачивающаяся перед их глазами, заставили их неосознанно кивнуть в знак согласия.

— В отличие от той черноволосой гориллы, нам не нужно глупо вступать в бой с монстрами. Мы направляемся прямиком в центр лабиринта.

По мере того как до них доходило осознание того, что они могут не просто сдать, но даже получить идеальный балл, их глаза загорались от предвкушения.

Увидев это, Адель высокомерно усмехнулась и продолжила свой триумфальный путь вперёд.

— В конце концов, условие для прохождения этого испытания — всего лишь заполучить жетон из самого сердца лабиринта.

— Т-так… это значит…?

— Если вы будете следовать за мной должным образом, то может быть побит не только рекорд второкурсников, но даже общий рекорд третьекурсников.

С этими словами студенты — теперь практически её безмолвные последователи — хором бросились за ней, вызывая довольную улыбку на надменном лице Адель.

"Я взяла его на всякий случай, но никогда не думала, что даже магические детекторы академии окажутся неспособны его засечь."

Пока Адель размышляла про себя, истинная причина внезапной тишины в лабиринте заключалась вовсе не в каком-то несуществующем «великом заклинании, отпугивающем монстров».

"Как и ожидалось, артефакт отца великолепен. Хе-хе."

Всё дело было в антимагическом ожерелье, лично изготовленном её отцом — Уинстоном Фелгрейвом, самым прославленным и блестящим магом нынешней Магической Башни — которое незаметно источало свою силу.

Поскольку монстры, будучи существами, призванными силой темных магов, в конечном счёте подпадали под категорию магии, наполненной тёмной энергией, предположение Адель о том, что артефакт окажет на них воздействие, оказалось весьма точным.

"Но… эффект слишком силён, и это само по себе проблема."

Однако, пока Адель лёгкой походкой шла вперёд, её лицо постепенно омрачалось.

"Такими темпами я могу вызвать подозрения…"

Первоначально её план состоял в том, чтобы активировать артефакт ровно настолько, чтобы ослабить заклинания внутри лабиринта и незаметно уменьшить силу монстров, не делая это очевидным.

Но то ли артефакт оказался чересчур мощным, то ли что-то пошло не так, монстры совершенно не показывались.

В результате возникла высокая вероятность того, что преподаватели или наблюдатель, Уитни, начнут подозревать неладное.

"Пожалуй, мне следует немного снизить мощность… а?"

С этой мыслью Адель незаметно потянулась к ожерелью, намереваясь минимизировать воздействие артефакта.

Но, бросив взгляд вниз, она в изумлении расширила глаза.

Ш-ш-ш-ш—

По какой-то необъяснимой причине ожерелье стало черным как смоль и начало испускать зловещий дым.

— Ч-что это такое…?

— Хм?

— …а, нет, ничего. Мне, должно быть, показалось.

Встревоженная неожиданной ситуацией, Адель на мгновение утратила своё аристократическое самообладание.

Однако она быстро вернула свою благородную осанку, пробормотав что-то изысканным тоном и поспешно скрыв ожерелье в ладони.

"Т-такого никогда раньше не было… почему именно сейчас…?"

К счастью, густая дымка, царившая в лабиринте, скрывала зловещее марево, исходившее от артефакта.

Но это отнюдь не означало решения проблемы, и холодный пот предательски выступил на лбу Адель.

— Ах! Смотрите! Дверь в центральный зал!

Но прежде чем она успела погрузиться в тревожные раздумья, товарищ по команде, дозорный впереди, принёс добрую весть.

— Там даже нет никаких стражей! Адель, ты просто гений!

— Хм, гм.

Прочистив горло в ответ на восторженный возглас студента, Адель с напускной небрежностью начала подбадривать свою команду.

— Что ж, это вполне естественно. Теперь, если мы просто заберём жетон внутри, мы все успешно сдадим этот экзамен…

— …!

— …А? Всем занять оборонительные позиции!

Внезапная дрожь сотрясла землю под ногами, оборвав её фразу на полуслове.

Она стремительно скомандовала своим товарищам по команде занять оборонительную стойку.

— ……

Напряжённая тишина окутала их, пока они готовились к неминуемой опасности.

Ву-у-ум—

Затем, в этой зловещей тишине, густой туман перед ними начал завихряться и концентрироваться в одной точке.

Увидев это, Адель едва заметно усмехнулась.

"…похоже, привратник призывается должным образом. Это должно помочь рассеять любые подозрения."

С этой мыслью она тихо выдохнула и начала произносить все известные ей атакующие заклинания.

"Привратник в лучшем случае будет монстром среднего уровня. Какой бы высокой ни была его магическая сопротивляемость, моя магия — магия Адель Фелгрейв — непременно сработает против него."

С непоколебимой уверенностью она представляла, как без труда одолеет стража, продемонстрировав ошеломительное превосходство и побив все рекорды, несмотря на наложенное на неё взыскание.

"Ха, посмотрим, смогут ли Лингарды и после этого смотреть на меня свысока."

Но в тот миг, когда кружащийся туман начал обретать плотные очертания, являя взору стоящую перед ними сущность…

— …А?

Триумфальное выражение лица Адель постепенно застыло в гримасе ужаса.

— А-Адель…?

— Э-это… выглядит жутко.

Её товарищи по команде, нервно сглатывавшие страх за её спиной, ощутили ту же леденящую душу тревогу.

Скри-и-и-ип—

Потому что перед ними стояли вовсе не похожие на насекомых низкоуровневые монстры или звероподобные создания среднего звена, которых они видели на страницах учебников.

— …разве это не как минимум высокоуровневый монстр?

Это был безголовый рыцарь, закованный в чёрные доспехи, испещрённые зловещими символами.

— В-все назад! С этим вам не справиться…

Когда чудовищная фигура медленно повернула своё безликое тело в их сторону, Адель осознала, что что-то пошло не так, и поспешно скомандовала отступать, пятясь назад.

Сви-и-инь—

В тот самый миг безголовый рыцарь вскинул свой острый клинок, нацелив его прямо на неё.

— …Ах.

Прежде чем она успела хотя бы моргнуть, рыцарь оттолкнулся от земли и стремительно бросился на неё.

Вшу-у-ух—

Точнее, он мчался к артефакту, висевшему у неё на шее и всё ещё источавшему зловещий дым.

***

— Какого дьявола здесь творится?

Покрытый липким потом, я рухнул в один из мрачных углов лабиринта, пытаясь восстановить дыхание.

Затем, заметив странный, прежде невиданный маркер на карте, я нахмурился.

— …почему он выглядит таким зловещим?

В самом сердце лабиринта возник зловещий и колоссальный маркер — нечто гораздо большее и угрожающее, чем всё, что я видел до этого.

"Имеет ли это какое-то отношение к той дрожи, которую я почувствовал ранее…?"

Я нахмурился, пристально вглядываясь в тёмную ауру на карте, которая, казалось, вот-вот поглотит всё сущее.

Затем…

— Ах.

Я различил голубые точки внутри этого зловещего пятна, и каждый волосок на моём теле встал дыбом.

— …это плохо.

Потому что эти голубые точки представляли собой не кого иных, как студентов, сдающих экзамен в этом проклятом лабиринте.

"У меня нет времени ни о чём другом думать. Мне нужно немедленно спасти учеников…"

С твёрдым намерением броситься им на помощь, я резко поднялся.

— ……

Но в тот миг, когда мой взгляд скользнул по открывшейся передо мной картине, мои ноги едва не подкосились, и я едва удержался от падения.

—Гррр?

—Круооох?

Несмотря на то что я раз за разом истреблял их, монстры размножились в чудовищный рой, плотным кольцом окружив меня.

{— Почему… ты убегаешь?}

{— Давай же… исполни свой долг перед нами…}

И что ещё хуже, эти отвратительные твари, которые до этого неустанно преследовали меня, теперь низко склонялись и прижимали свои мерзкие морды ко мне — словно щенки, пытающиеся лизнуть руку хозяина.

— …что за чертовщина здесь происходит?

Впервые в жизни я затосковал по утешительному виду монитора, который прежде отделял меня от этих жутких созданий.

----------

На волоске

— Угх, уа-а-а!

— Спасите-е-е!!!

Отчаянные вопли студентов, бегущих из самого сердца лабиринта, эхом отдавались в его запутанных коридорах, словно крики агонии в каменной утробе.

— П-пожалуйста, успокойтесь, все!

— В такие минуты мы должны обуздать панику!

— А-Адель непременно найдёт выход…!

Несколько знатных отпрысков, преданных Адель, тщетно пытались усмирить охваченную ужасом толпу.

— Н-но вы же сами видели! Все её магические удары были с презрением отринуты!

— Э-это немыслимо. Возможно, Сесиль бы справилась, но нам, с нашим-то уровнем… одолеть подобного монстра…

— Я-я не хочу здесь умирать!

Подавляющая мощь, источаемая безголовым рыцарем, давно повергла студентов в пучину безумия, лишив их способности внимать доводам разума.

— Ч-что же нам теперь делать?

— Разве мы не должны вернуться и поддержать Адель…?

— Э-это…

Прежде чем они успели завершить свои робкие прения, студенты, словно испуганная стая птиц, разлетелись во все стороны. Ошеломлённые знатные последователи, оставшись в смятении, начали судорожно переговариваться.

— Даже если мы вернёмся на помощь, разве от нас будет хоть какая-то польза…?

— Но мы не можем просто бросить Адель сражаться в одиночестве! В отличие от Сесиль, её стихия — лишь магия!

— Н-но почему ты срываешь на мне свой гнев?

У них не было ни малейшего просвета в этой мрачной ситуации, и их бессвязный диалог заводил в тупик.

— Но, по крайней мере, в лабиринте нет других монстров. Что, если мы поспешим к выходу и позовём подмогу?

— …на то, чтобы добраться сюда, у нас ушло не меньше получаса. Как ты думаешь, Адель продержится столько времени?

— Это не годится, и то не годится. Тогда что же нам, скажи на милость, остаётся делать?!

— Я-я просто говорю, не нужно на меня кричать!

Среди нарастающего напряжения, разногласия между последователями Адель переросли в открытую внутреннюю вражду, словно грызущиеся в мешке крысы.

— Угх! Да плевать мне на всё! Я иду за помощью!

— О-отпусти меня!

— П-подождите!

— Ах…

В конце концов, даже самые преданные Адель рассеялись в зловещем дыму, оставив позади лишь двух хрупких девушек, связанных с ней особой близостью.

— ...

В глубине лабиринта, где остались лишь они двое, воцарилась жуткая, могильная тишина.

Шаг-шаг—

Затем, разорвав эту гнетущую тишину, в тумане раздался звук медленных, размеренных шагов, словно поступь самой смерти.

— Ик?

— К-кто там?!

Уже на взводе, две девушки с опаской крикнули в сторону задымлённого перекрёстка, словно бросая вызов самой тьме.

— М-может быть, это ещё один высокоранговый монстр? Тогда это наш неминуемый конец…

— М-может быть, мне следовало просто последовать за остальными…?

Несмотря на приближающиеся шаги, ответа не последовало, лишь тишина сгущалась, словно саван. Страх ледяной волной захлестнул их, и лица побледнели, как полотно.

— Здесь кто-нибудь есть?

— …

И в этот самый миг из клубящегося дыма раздался голос.

Одна из девушек, миниатюрная студентка, тут же встрепенулась, и её голос дрогнул от волнения и надежды.

— Э-это надзиратель! Это сэр Уитни!

— В-верно! Он же белый маг, победивший темных магов, разве нет? Тогда он непременно сможет всё исправить!

Слёзы облегчения заблестели в её глазах, и она шагнула вперёд, словно утопающий к спасительному кругу, жадно ища избавления у приближающейся фигуры.

— П-пожалуйста, помогите! Там высокоранговый монстр…!

— …нет!

— Мм? Мммф…!

Внезапно элегантно выглядящая студентка рядом с ней властно зажала ей рот рукой и потащила по другому, уводящему вглубь лабиринта пути.

— Т-ты чего…?

— Тсс. Ты же знаешь, моя стихия — магия обнаружения, верно?

Миниатюрная студентка в замешательстве моргнула, повинуясь чужой воле. Понизив голос до шёпота, элегантная девушка торопливо проговорила.

— Я использую магию обнаружения с самого нашего входа в этот лабиринт, и… слушай внимательно и не поддавайся панике.

— …?

— Тот, кто идёт в этом дыму… это не сэр Уитни.

Лицо маленькой девочки стало мертвенно-бледным, и она судорожно зажала рот руками, словно пытаясь сдержать крик ужаса.

— Он окружён монстрами… монстрами такой силы, что я даже не могу толком определить их число.

— …!

— Белый маг, тот, чья сущность — отпугивать чудовищ, никогда бы не оказался в подобной западне.

Дрожащая девушка открыла рот, едва сумев прошептать, словно боясь нарушить зловещую тишину.

— Тогда… тот, кто отозвался на наши голоса… это…

— Тсс! Тише! Что бы это ни было, если оно нас услышит, нам конец.

Напряжённая тишина вновь сгустилась между ними, словно предвещая неминуемую беду.

Ш-ш-ш-ш—

Затем, из-за этой пугающей тишины, донёсся звук бесчисленных взмахов крыльев и мерзкое скрежетание насекомоподобных тварей, скользящих по каменному полу. Лица девушек исказились от неподдельного ужаса.

— О-о, боги…

— А-а-ах…

Мгновения спустя из дымной пелены начали появляться чудовища — огромный рой возвышающихся монстров, словно кошмар, воплотившийся в реальность.

Парализованные леденящим страхом, две хрупкие девушки не могли даже помыслить о бегстве.

— Я-я не могу пошевелиться…

— Я-я тоже…

Правда заключалась в том, что их тела отказывались повиноваться. Ядовитая аура чудовищ уже сковала их мышцы невидимыми цепями.

— Н-нам нужно срочно что-то придумать…! Низкоранговые монстры плохо видят, но они чуют человеческое дыхание и страх…

— Угх… у-у-угх…

Их ноги подкосились, и они безвольно рухнули на холодный камень. Задерживая дыхание до предела, они безмолвно молили о том, чтобы чудовища прошли мимо, не заметив их.

—Гркк?

—Крррк…

Но наивной надежды оказалось недостаточно.

Взращённые в холе и неге знатных семей, они никогда прежде не сталкивались с таким первобытным ужасом. Подавить свой страх в этот миг жизни и смерти было просто за пределами их возможностей.

— А-а-ах…

— Ик…

Ползущие по лабиринту монстры разом замерли и повернули свои отвратительные головы в их сторону.

Девушки, вцепившись друг в друга, судорожно зажмурили глаза, не в силах издать ни звука.

— …вот вы где.

Леденящий душу голос внезапно разорвал зловещую тишину лабиринта.

— А-ах!

Миниатюрная студентка, дрожащая от безысходности, попыталась подняться на знакомый голос, но её ослабевшие ноги подвели её, и она бессильно рухнула обратно на землю.

— М-мы спасены! Мы спасены! С-сэр Уитни! Молим о помощи! Т-там неисчислимое множество чудовищ…

Боль отступила перед волной облегчения, и она подняла голову, сквозь влажные ресницы улыбаясь забрезжившей надежде.

— …постойте? А?

Но затем её улыбка дрогнула, сменяясь недоумением, словно внезапно налетевшим холодным ветром.

— Почему… почему вы?...

Наконец до неё дошло леденящее осознание.

Голос Уитни звучал не позади них, словно эхо из безопасного далека, а прямо перед ними, среди копошащейся орды монстров, словно принадлежал самому кошмару.

— Аха-ха… ну…

Уитни издал сухой, лишённый тепла смешок, словно забавляясь абсурдностью ситуации, в которой они оказались.

В этот самый миг…

—Грроооааар!

—Гррр…

Монстры, до этого наблюдавшие за ними в жутком, затаённом безмолвии, разом ринулись вперёд, словно спущенные с цепи адские псы.

— ХИИИИИИИИ!!!

Пронзительный вопль ужаса сорвался с губ миниатюрной студентки, и она отчаянно заметалась, пытаясь отползти назад, словно хрупкая былинка перед надвигающейся бурей.

Как вдруг—

— Не смейте касаться детей.

Леденящий душу голос Уитни вновь разорвал гнетущую тишину лабиринта, словно удар колокола в час казни.

—Гркк…

—Скри-и-ип…

На эти слова монстры, до этого рвавшиеся вперёд в слепой ярости, застыли на месте, словно поражённые невидимой силой. Затем, словно обиженные непослушные псы, они медленно повернулись и понуро отступили за спину Уитни.

— ……

Последовала гнетущая, удушающая тишина, словно само дыхание жизни замерло в ожидании неминуемого.

— Честно говоря, почему вы всё ещё здесь?

С тяжёлым вздохом Уитни устало потёр переносицу, прежде чем сделать медленный шаг в сторону двух дрожащих девушек. Их лица стали мертвенно-бледными, словно полотно, на котором вот-вот проступит лик смерти.

— Это… несколько осложняет мои планы.

— П-пожалуйста… смилуйтесь…

— Спасите нас…

К этому моменту даже самый простодушный и недалёкий человек без труда разгадал бы зловещую роль Уитни в этом кошмаре.

— Мне кажется, вы что-то совершенно неправильно поняли…

— Е-если вы сохраните нам жизни…

— Мы никогда никому не расскажем о том, что видели…!

— …вы меня совершенно не слушаете.

Девушки, до этого отчаянно молившие о пощаде, мгновенно сомкнули губы, словно невидимой уздой скованные ледяным тоном Уитни, в котором сквозила скрытая угроза.

— Вы будете в безопасности.

Остановившись в нескольких шагах от них, Уитни слегка склонил голову, и его голос внезапно стал мягким и успокаивающим, словно ласковый шёпот змеи.

— Так что просто замрите, хорошо?

— Ах…

— Будет совсем немного больно, ха-ха…

Но в его словах не было ни капли утешения — лишь зловещая ирония, особенно когда его рука, наполненная мерцающей серой маной, потянулась к ним с хищной улыбкой, исказившей его лицо.

— Не делайте такие испуганные лица.

Пока слёзы безудержным потоком текли по их щекам, отражая первобытный ужас, Уитни оскалился и ласково прошептал.

— Всё закончится в мгновение ока.

Коридор озарила вспышка призрачного серого света, и их сознание мгновенно погрузилось в бездонную тьму.

***

— Ну что? Не так уж и болезненно, правда? Попробуйте пошевелиться. Паралич должен отступить… Хм?

Я применил своё фирменное целительное заклинание, чтобы избавить девушек от сковавшего их яда монстров. Однако, поскольку они жутко молчали, словно поражённые невидимой силой, я в замешательстве моргнул и помахал рукой перед их лицами.

— Эй, вы в порядке?

"Неужто… они потеряли сознание от действия яда?"

Дыхание у них было ровным и спокойным, так что, похоже, они просто лишились чувств, не выдержав гнетущей ауры монстров. Это… ещё больше всё усложняло.

— Это всё ваша вина…

Я намеревался сначала исцелить их, а затем хладнокровно объяснить сложившуюся ситуацию, но, поразмыслив, понял, что они вряд ли смогли бы сосредоточиться на моих словах, когда за моей спиной нависала эта жуткая орда.

{— Не… наша вина…}

{— Яд… давно рассеялся…}

Услышав недовольное ворчание монстров, словно ропот потревоженных насекомых, я невольно вздохнул.

— …и что теперь?

В этом районе ещё могли оставаться другие студенты, затерянные в лабиринтных коридорах.

Зловещие чёрные метки на моей карте сливались в густую, непроницаемую массу, не позволяя точно определить их местоположение.

Если с ними что-то случится, потеря должности экзаменатора станет наименьшей из моих забот — я никогда не смогу простить себе этого.

Рык—!

Пока я стоял, погружённый в мрачные мысли, по моей ноге пробежало неприятное, леденящее душу ощущение.

{— Страх… я чувствую страх…!}

Я опустил взгляд и увидел маленького паукообразного монстра, цепко впившегося в мою ногу и указывающего в сторону элегантной девушки, которая ранее потеряла сознание.

{— От этой девчонки… исходит такой чистый, восхитительный ужас…!}

Я нахмурился и машинально попытался смахнуть тварь, но её слова заставили меня замереть. Я повернул взгляд на девушку со скептическим выражением лица, словно пытаясь разгадать её тайну.

— …эй. Ты же притворяешься, да?

Я осторожно ткнул её в бок, и, к моему удивлению, её тело едва заметно дёрнулось.

— Если будешь продолжать притворяться, станешь лакомой добычей для этих тварей.

— Хи-и-ик!

В тот самый момент, когда я прошептал эти слова, окончательно убедившись в своём подозрении, элегантная девушка сдавленно вздохнула и в панике резко села, словно её подбросила невидимая пружина.

— У нас мало времени, так что спрошу быстро. В этом районе остались ещё студенты?

— Э-э-это… эм…

— Я понимаю, что тебе страшно, но мне нужен быстрый ответ. — Произнёс я твёрдым голосом, и девушка, всё ещё дрожа, заикаясь, наконец выпалила.

— Е-если тебе ещё нужна моя помощь…

— Я расскажу! Я расскажу вам всё!

При виде мерцающей в моей руке белой маны она тут же выкрикнула свой ответ, словно спасаясь от неминуемой гибели.

— А-Адель всё ещё там! Т-так что я…

— И всё?

— Т-там ещё странный монстр в доспехах! Пожалуйста, просто отпустите меня!

Теперь, когда у меня была вся необходимая информация, я не теряя ни секунды поднялся и повернулся вглубь зловещего лабиринта.

— Я иду внутрь. Поддержи свою подругу и выбирайтесь к выходу.

— Ах…

— О, и насчёт того, что только что произошло…

— Я-я никому не расскажу, если вы просто позволите мне уйти!

Судя по её голосу, всё ещё дрожащему от неподдельного ужаса, казалось, она совершенно неправильно истолковала происходящее.

— Нет, ты никуда не пойдёшь.

Но времени объяснять правду не было. Я просто изложил ключевую информацию и решительно двинулся вперёд.

— А?

— Этот лабиринт… никто не может его покинуть.

Если карта не лгала, то, несмотря на то что все ученики из Групп В и Г собрались у выхода, их количество оставалось неизменным.

— Ждите у выхода. Я скоро вас найду.

— …Ах.

Казалось, единственный способ разрешить эту зловещую загадку — найти и уничтожить источник проблемы своими собственными руками.

{— Человек…! Я хорошо справился?}

…и почему эта жуткая маленькая тварь всё ещё цеплялась за мою ногу, словно мы были не разлей вода?

***

Тем временем снаружи лабиринта, на месте проведения экзамена…

— Чёрт! Мы не можем пробить эту проклятую стену!

— Барьер у входа слишком силён! Здесь бесполезно что-либо предпринимать!

Прошло несколько мучительных минут с тех пор, как ученики исчезли в каменной пасти лабиринта, но у входа внезапно возник невидимый, но непреодолимый барьер, повергнув происходящее снаружи в такой же хаос и отчаяние, как и внутри.

— А как насчёт преподавателей, специализирующихся на магии?

— Мы немедленно с ними связались, но нет никакой гарантии, что студенты смогут продержаться до их прибытия…

— Чёрт! Что здесь, чёрт побери, происходит?!

Помощники, до этого поддерживавшие магический круг, давно прекратили подачу маны, но лабиринт оставался незыблемым, словно черпал силы из неведомого источника.

Что ещё усугубляло их беспомощность, поскольку это был экзамен, ориентированный на физическую подготовку, все присутствующие преподаватели специализировались на боевых искусствах, что делало их совершенно некомпетентными в борьбе с подобной магической аномалией.

— …у нас не остаётся иного выбора.

Как только лица преподавателей окончательно омрачились безысходностью, кто-то наконец шагнул вперёд, словно бросая вызов самой судьбе.

— Я сама войду в лабиринт.

— Ч-что?

Наблюдатель, руководившая экзаменом, и до этого хранившая молчание, заговорила с решительным выражением лица, словно приняв бесповоротное решение.

— Моя область знаний — барьерная и запечатывающая магия. Этот барьер слишком силён, чтобы я могла быстро его рассеять, но я всё же смогу силой проложить себе путь внутрь.

Поправив очки, она спокойно изложила свой отчаянный план и уверенно направилась к мерцающей преграде.

— Н-но вы уверены?

— Мы понятия не имеем, что там внутри происходит…!

Преподаватели с тревогой высказали свои опасения, но она лишь слабо улыбнулась, словно прощаясь с миром.

— Я знаю, это безрассудно…

Затем, бросившись на невидимую стену, она продолжила.

— …но безопасность студентов превыше всего.

— П-пожалуйста, будьте осторожны!

— Их жизни — наш главный долг!

Получив смешанные прощальные взгляды, полные беспокойства и робкой надежды, профессор шагнула в зловещую пасть лабиринта.

Наступила тяжёлая, гнетущая тишина, словно само время замерло в ожидании.

— П-профессор…!

— У-у-уа-а-ах…!

— Мы так по вам скучали!

Студенты, сбившиеся в кучу у входа, словно потерявшиеся дети, тут же разразились облегчёнными рыданиями, словно после долгой ночи кошмаров забрезжил рассвет.

— Внимание. Магические инструкторы скоро прибудут. Оставайтесь здесь и ждите их.

— Д-да, мэм!

— Я направлюсь глубже, чтобы спасти оставшихся студентов.

С этими словами она решительно повернулась к окутанному зловещим туманом лабиринту.

— …хорошо.

Затем выражение её лица внезапно изменилось.

По её губам скользнула жуткая, зловещая улыбка, и она тихо пробормотала, словно обращаясь к самой тьме:

— Время собрать мой урожай.

Её глаза вспыхнули недобрым, леденящим душу чёрным светом.

----------

Ангел с лицом дьявола

Если в мире есть тот, кто восседает на вершине, то неизбежно должен быть и тот, чьи амбиции разбиваются о вторую ступень пьедестала.

— Адель, неужели ты снова уступила первенство?

— П… простите, отец.

Несколько дней назад в строгом кабинете маркиза Фелгрейва Адель Фелгрейв стояла на коленях, склонив голову перед отцом, с самого детства ощущая эту горькую истину, словно клеймо на сердце.

— Н-но я правда изо всех сил стараюсь. В-вчера я всю ночь провела за пыльными фолиантами магии и ни на миг не пренебрегла тренировками…

— Нет нужды в столь изнурительном рвении.

Рождённая второй дочерью, вторая по силе магического дара среди наследников, и вечно вторая в академических успехах.

— Адель, нет необходимости терзать себя, пытаясь догнать сестру. Тебе достаточно лишь немногого.

Даже в любви и признании отца она вечно довольствовалась лишь вторым местом, словно тень, скользящая за более яркой звездой.

— …понимаю.

Хотя подобная участь могла бы сломить её дух, толкнуть в бездну неврозов, Адель лишь тихо склонила голову в знак согласия с отцовскими словами.

Скрип—

Однако из-под её покорно опущенной головы вырвался едва слышный скрежет стиснутых зубов, словно пойманная в капкан птица пыталась вырваться на свободу.

"Если бы только у меня были те же волшебные инструменты, которые отец так щедро предоставляет ей, я могла бы превзойти её…!"

И пусть она свыклась с жизнью на вторых ролях, но, возможно, в силу самой своей натуры, затаённое желание Адель быть признанной давно пустило ядовитые корни, искажая её душу.

До сей поры она тщательно скрывала это жгучее стремление, боясь отцовского неудовольствия, но чаша её терпения неумолимо наполнялась.

— Хм.

Маркиз Фелгрейв, внимательно наблюдавший за ней, внезапно позволил себе слабую, едва заметную усмешку.

— До меня дошли слухи, что на предстоящем турнире по отбору талантов ты числишься вторым кандидатом.

— …что?

— У меня давние и прочные связи с руководством академии. Так что мне прекрасно известно, что на турнире есть лишь одно вакантное место.

Он прошептал Адель горькую правду, которая пронзила её сердце нестерпимой болью.

— Угх…

Как и следовало ожидать, тело Адель мелко задрожало, и она молча закусила губу, словно пытаясь сдержать рвущийся наружу крик отчаяния.

— …ты ведь хочешь участвовать в Турнире, не так ли?

Для Адель последовавшее предложение маркиза прозвучало как спасительный глас в пустыне, как шанс, от которого она просто не могла отказаться.

— Если ты окажешь мне небольшую услугу, я предоставлю тебе магический артефакт, который поможет тебе на предстоящих промежуточных экзаменах.

— ……!

— Если ты установишь новый рекорд на экзамене, я замолвлю за тебя словечко перед высокопоставленными лицами академии.

Впервые в жизни отец предложил поддержать её магическими инструментами, словно признавая её скрытый потенциал.

Более того, отец, который всегда внушал ей довольствоваться вторым местом, теперь требовал от неё невозможного — первенства.

— С-спасибо! Отец! Я приложу все усилия!

— …какая послушная дочь.

— Но… что именно вы хотите, чтобы я сделала?

Со слезами благодарности, застилавшими глаза, Адель подняла голову и робко спросила.

Маркиз, быстро стерев с лица мимолётную усмешку, наконец открыл свою истинную просьбу.

— Кстати, ты ведь уже в том возрасте, когда пора подумать о замужестве.

— …простите?

— Пора мне начинать рассылать свадебные приглашения.

Так началась массовая рассылка приглашений на свадьбу Уитни.

— Если я обращусь к семьям, которые мне обязаны, это поможет отвлечь внимание знатных леди.

— …?

— Да, это прекрасная возможность… я смогу укрепить свои позиции в Теневом Союзе.

Пока он бормотал себе под нос, зловещая улыбка вновь скользнула по губам маркиза, словно тень, ползущая по холодному камню.

Адель, лишь недоумённо склонив голову, сжала кулак, исполненная безмолвной решимости.

"Я не знаю, что всё это значит, но на этот раз я непременно добьюсь успеха!"

В тот миг Адель наполнилась жгучей решимостью, опьянённая беспрецедентным вниманием отца и мыслью о том, что впервые в жизни она сможет вкусить сладость первого места.

Даже когда позже до неё дошло, что его «услуга» была, по сути, унизительной уловкой, ничем не отличавшейся от соблазнения, недостойной роли для благородной дамы, её решимость осталась непоколебимой.

"У отца наверняка есть какой-то хитрый план, верно…?"

За день до экзамена Адель получила письмо от отца, в котором сообщалось, что Уитни будет наблюдать за ходом промежуточного испытания.

Это было первое письмо, которое отец когда-либо ей писал, словно признание её существования.

В тот самый момент решимость Адель окрепла, словно закалённая сталь.

***

Грохот—!

Возвращаясь в настоящее.

— Угх…!

Безголовый рыцарь обрушил свой меч на каменный пол, и чудовищная ударная волна, словно разъярённый зверь, пронеслась по обширному коридору лабиринта и обрушилась прямо на Адель.

— Ургх… угх…

Предчувствуя неминуемую атаку, Адель в отчаянии собрала остатки своей маны и возвела хрупкий барьер.

Однако ударная волна с презрительной лёгкостью разнесла его вдребезги и безжалостно пронзила её тело.

Кха—

Упав на колени, она с отчаянной надеждой попыталась собрать силы в ослабевших ногах и снова подняться.

Но внутренние повреждения, нанесённые сокрушительным ударом, оказались слишком серьёзными, и она бессильно рухнула, закашлявшись алой кровью.

"Неужели это… мой конец…?"

Прикрыв рот дрожащей рукой, чтобы сдержать очередной мучительный приступ кашля, Адель тихо смирилась со своей горькой участью.

"По крайней мере… я выиграла немного времени, чтобы студенты успели спастись… может быть, меня запомнят как героя…"

С едва заметной, горькой улыбкой она закрыла глаза, цепляясь за хрупкую, давно лелеемую мечту о признании.

{Ты правда будешь этим довольна?]

— …?!

Мягкий, шепчущий голос внезапно проник в её сознание, словно ледяной ветер, заставив Адель в шоке распахнуть глаза.

{Как бы сильно ты ни жаждала быть особенной, смерть ничего не даст, не так ли?}

— К-кто…? — Пробормотала она, лихорадочно оглядываясь вокруг в поисках невидимого собеседника.

Но единственное, что предстало её взору — это безголовый рыцарь, волочивший свой окровавленный меч прямо к ней, словно неумолимый жнец.

{Я могу даровать тебе силу.}

Шёпот продолжался, нежный, но настойчивый, словно змеиный гипноз.

{Тогда ты наконец сможешь стать той особенной личностью, которой всегда так отчаянно стремилась быть…}

Точнее, голос звучал не просто в её ушах — он эхом отдавался в самой глубине её разума, словно искушающий демон нашептывал сладкие обещания.

Но на грани потери сознания, в мутном тумане боли, Адель не могла провести чёткую грань между реальностью и галлюцинацией.

{Если ты этого желаешь, просто кивни.}

И всё же, несмотря на меркнущее сознание, смысл этих слов прозвучал кристально ясно, словно последний шанс, брошенный ей судьбой.

{Надеюсь, ты не упустишь эту единственную в жизни возможность.}

Голос, такой же ласковый, как долгожданная похвала отца, которую она так жаждала всю свою жизнь, погрузил Адель в оцепенение.

Скри-и-ип—

Безголовый рыцарь, теперь нависший прямо над ней, поднял свою костлявую руку, и его окровавленный клинок занёсся для смертельного удара.

"Быть… особенной…"

Бессмысленно глядя на надвигающуюся фигуру, Адель едва не кивнула, словно марионетка, повинующаяся невидимой нити.

— …А?

Но внезапно странное, неприятное ощущение на шее привлекло её угасающее внимание.

Шшшш—

Потемневший кулон на её шее, теперь источавший зловещий чёрный дым, словно ядовитый цветок, впился в её кожу и вены, окрашивая их в зловещий чёрный цвет.

— Н-нет…!

Инстинктивная волна отвращения и ужаса захлестнула её, мгновенно лишив лицо последних красок жизни.

Слёзы отчаяния и страха хлынули наружу, и она задрожала всем телом, отчаянно пытаясь сорвать с шеи проклятое ожерелье дрожащими, ослабевшими пальцами.

— Это… это не та особенность, которой я желала…!

Однако, истощив всю свою ману за долгие минуты, тщетно пытаясь сокрушить безголового рыцаря градом заклинаний, она больше не обладала силой противостоять зловещему артефакту.

— П-пожалуйста, помогите мне. З-здесь есть кто-нибудь…?

Осознав это, она из последних сил попыталась отползти назад, прочь от занесённого над ней смертоносного клинка, моля о спасении в пугающей тишине лабиринта.

— Кто-нибудь… умоляю…!

Но в тот самый миг ожерелье, словно ядовитая змея, туго обвилось вокруг её шеи, перекрывая дыхание и оборвав мольбу на полуслове.

{Никто тебя не спасёт.}

— Кх… кех…

{Умница. А теперь кивни.}

Пока она судорожно глотала воздух, её разум заволакивала мутная пелена, и голос вновь эхом отозвался в её голове — всё ещё ласковый, но теперь с примесью едва уловимой, зловещей усмешки.

Скри-и-ип—

Тем временем безголовый рыцарь уже занёс свой меч высоко над головой, готовясь обрушить его на беззащитную жертву.

— О-отец…

Перед лицом столь безжалостного отчаяния Адель задрожала всем телом, словно осенний лист на ветру, судорожно зажмурив глаза.

— Пожалуйста… дай мне сил…

Мысленно обращаясь к отцу, которому она так преданно служила всю свою жизнь, она прошептала свою последнюю надежду, вкладывая в эти слова всю боль и мольбу своего сердца.

{Хех, какое жалкое дитя.}

В этот самый момент голос вновь эхом отозвался в её сознании, теперь уже нескрываемо насмешливый и презрительный.

Глаза Адель быстро потускнели, словно догорающая свеча, и свет в них начал угасать, оставляя лишь пустую оболочку.

{Ты забыла, кто подарил тебе это ожерелье?}

Задержись она ещё на мгновение, и последняя искра надежды могла бы угаснуть, заставив её безвольно склонить голову перед неминуемой тьмой.

Она даже не заметила, что безголовый рыцарь, занеся меч для смертельного удара, так и не обрушил его на неё.

— Хм, возможно, я и не твой отец.

Но, к счастью для Адель, как раз перед этим роковым мгновением кто-то услышал её безмолвную молитву.

— И всё же, думаю, я могу тебя спасти.

— ……!

— В конце концов, я довольно хорошо разбираюсь в подобных запутанных ситуациях.

Придя в себя от нежного голоса, словно ласкового прикосновения, Адель почувствовала, как её тело внезапно невесомо взмыло в воздух.

Её глаза расширились от изумления, когда она посмотрела вверх на своего спасителя.

— Боже мой, какая ты лёгкая, словно пёрышко, не правда ли?

— А…

— В твоём возрасте нужно хорошо питаться, чтобы не быть такой хрупкой. Было бы облегчением, если бы ты не страдала от недоедания.

Тот, кто держал её на руках, словно драгоценную ношу, был Уитни, который тихо усмехнулся, отпуская легкомысленное замечание.

— Хотя, с другой стороны, излишнее здоровье, как у одной черноволосой гориллы, которую мы оба знаем, тоже может быть проблемой. Ха-ха…

Эта озорная улыбка, которая всегда вызывала недоразумения и неприятности, теперь в полузакрытых глазах Адель казалась невероятно доброй и успокаивающей.

— В любом случае, ты хорошо продержалась.

— ……

— А теперь отдохни.

Даже его обычный, слегка насмешливый тон — такой легкомысленный и часто неправильно понимаемый — сейчас звучал для неё странно надёжно.

— …спасибо.

Не осознавая этого, Адель уткнулась лицом в грудь Уитни, прошептав слова благодарности угасающим голосом, словно последний вздох, и закрыла глаза.

— Этот долг… я…

Хотя она потеряла сознание, прежде чем успела закончить фразу, одинокая слеза, скатившаяся по её бледной щеке, безмолвно передала то глубокое чувство благодарности, которое не смогли выразить слова.

***

"…я успел как раз вовремя, кажется."

Уведя за собой орду монстров, которые неустанно преследовали меня по пятам, я стремительно бросился в коридор и, взглянув на Адель, теперь без сознания покоившуюся на моих руках, облегчённо вздохнул.

Треск—

К счастью, на всякий непредвиденный случай я активировал свой козырь — запечатывающую магию.

Это позволило мне остановить эту чудовищную тварь высокого ранга от нанесения смертельного удара Адель в самый последний, отчаянный миг.

"Это… до боли напоминает порчу тёмной магией."

Вероятнее всего, именно это зловещее влияние и было причиной странных аномалий, происходящих в лабиринте.

Даже ожерелье, зловеще черневшее вокруг хрупкой шеи Адель, когда я впервые её увидел, красноречиво говорило об этом.

"Эта бедная юная леди не избежит сурового наказания за подобное..."

Пока чудовище было временно сковано моей белой магией, я проворно снял зачарованное ожерелье с шеи Адель и, спрятав его в карман пальто с мрачной усмешкой, подумал.

"…а может быть, он ещё пригодится."

Теперь, когда я об этом задумался, этот зловещий артефакт…

Учитывая, что его, несомненно, вручил ей собственный отец — Мастер Башни — он мог бы стать смертельно опасным оружием против него самого.

"Если я немедленно сообщу об этом, они, вероятно, попытаются всё замять. Лучше пока придержу его."

Я сохраню его в безопасности, сопротивляясь его тёмной магии, пока не смогу обсудить наилучший способ его использования с Паршей.

— Ладно, пора положить конец этому грязному фарсу…

С этими мыслями я повернулся к магическому кругу, который заметно утих под воздействием моего запечатывающего заклинания, словно усмирённый зверь.

— Урк.

Но внезапно я потерял равновесие, споткнулся и едва удержался на ногах, словно внезапно почувствовал бремя чужой ноши.

— Это плохо…

Несмотря на то что Адель была лёгкой, поддержание моей запечатывающей магии во время движения истощало колоссальное количество моей жизненной силы и белой магии, словно вытягивало из меня саму жизнь.

— Угх, держись…

— Угх… ммм…

Я попытался осторожно опустить Адель на холодный каменный пол, но то ли она оказалась сильнее, чем выглядела, то ли я был слишком слаб, она крепко вцепилась в меня, отказываясь отпускать.

— Ха-ха…

В конце концов я сдался, тщетно пытаясь оторвать её от себя, и неловко застыл, словно статуя, не зная, что предпринять дальше.

— Сэр Уитни, я окажу вам помощь.

Как раз в этот момент спокойный, уверенный голос раздался позади меня, словно луч света в сгущающейся тьме.

— Прошу прощения за столь позднее прибытие. Прорваться через магический круг оказалось делом небыстрым.

Обернувшись, я увидел профессора, наблюдавшую за ходом экзамена, которая шла ко мне с серьёзным, сосредоточенным выражением лица.

— Я позабочусь о магическом круге. Пожалуйста, возьмите Адель и немедленно покиньте это опасное место.

— О, ладно…

— Этот монстр ещё долго не сможет двигаться, так что обо мне можете не беспокоиться.

Поскольку поддержание моей запечатывающей магии уже истощало мои последние силы, я немедленно высвободил свою энергию, полностью доверяя её опыту и готовясь покинуть зловещие глубины лабиринта.

{— Человек…! Погоди…!}

— …что за?

Как только я собрался сделать шаг, крошечное паукообразное существо, до этого незаметно сидевшее у меня на ноге, высунулось из-под моего пальто и обратилось ко мне своим мерзким шёпотом.

— Эта тварь…

Хотя оно и было маленьким, оно всё же значительно превосходило размерами обычного паука, что невольно заставило меня поморщиться от отвращения.

Неужели оно всё это время пряталось в складках моей одежды, словно непрошеный паразит?

— Отпусти меня…!

"Если я принесу эту мерзость обратно в свой кабинет, Саша, вероятно, потеряет сознание от одного её вида."

Представив, как моя обычно невозмутимая помощница бьётся в пене у рта при виде этого восьминогого кошмара, я вздохнул и осторожно взял его двумя пальцами, намереваясь вытащить.

{— Эта женщина… её аура… она мне знакома…!]

Свисая с моей руки, существо внезапно засучило своими тонкими лапками и пробормотало что-то невнятное.

— Хм.

Как белый маг, давший клятву защищать справедливость и искоренять зло, это было неприемлемо.

Но…

— Паук, что ты имеешь в виду?

Похоже, мне придётся выслушать эту тварь, чтобы понять, что происходит.

***

Тем временем, в тот самый момент, в строгой и безликой приёмной Совета Академии.

— …что ты сейчас сказал?

Мередия, до этого неторопливо наслаждавшаяся ароматным чаем, внезапно расширила глаза, словно очнувшись от приятной дремоты, и с тревогой переспросила, услышав внезапно обрушившиеся на неё дурные вести.

— Во время промежуточного экзамена в академии произошёл некий инцидент, природа которого нам пока неизвестна. В результате студенты и наблюдатель оказались заперты внутри лабиринта. Связь с ними полностью потеряна, но поскольку магический круг, поддерживающий лабиринт, ведёт себя совершенно непредсказуемо, существует высокая вероятность серьёзных жертв…

По мере того как доклад продолжался, лицо Мередии мрачнело с каждой новой фразой, словно надвигающаяся грозовая туча.

— Кто наблюдатель внутри?

С тихим стуком поставив на стол недопитую чашку, она спросила с напускным спокойствием, скрывая нарастающую тревогу.

— …э-это, эм… сэр Уитни.

Слуга запнулся, прежде чем ответить, отводя взгляд, словно боясь встретиться с её проницательным взглядом.

Мередия в ошеломлённом молчании моргнула, на мгновение потеряв способность воспринимать услышанное, словно удар колокола оглушил её.

Затем она спокойно поднялась, её движения были исполнены внутренней силы и решимости, и отрывисто приказала.

— Отведите меня туда. Немедленно.

Следуя вплотную за побледневшим слугой, её шаги были ровными и уверенными, ни слишком быстрыми, ни слишком медленными, словно поступь неумолимой судьбы.

Однако…

— …этот идиот.

Слова, сорвавшиеся с её губ, едва заметно дрожали, выдавая скрытую бурю эмоций, бушевавшую в её душе.

----------

Ангел с ликом демона (2)

— Тц…

Профессор, уже минувшая Уитни и направлявшаяся к зловещему магическому кругу, источавшему мрачную, предвещающую беду ауру, с досадой цокнула языком, и её лицо исказилось гримасой ярости.

— Всего лишь зелёный юнец, а всё равно посмел вновь встать поперёк наших планов.

Пробормотав это низким, клокочущим голосом, она с силой закусила ногти, и её глаза вновь медленно налились чёрной, бездонной тьмой.

"Я столько лет жила, затаив дыхание, растворяясь в серой массе академии… и вот, именно сейчас?"

Она прекрасно осознавала, что после провала операции по сговору на недавнем собрании Теневого Союза почти все замешанные тёмные маги встретили ужасную, мучительную смерть, и лишь единицы смогли избежать заслуженного наказания.

Именно поэтому ей был отдан приказ найти одарённого ребёнка средней руки до Турнира и подготовить его в качестве жалкой замены Святой для гнусного ритуала призыва демона.

У неё не оставалось иного выбора, кроме как любой ценой обеспечить успех этого тщательно разработанного плана.

"Чёрт бы побрал этих белых магов, вечно они как кость в горле."

Однако артефакт, который она подготовила с одобрения самого Мастера Башни, и чудовище предпоследнего ранга, которое было насильно подготовлено для триумфа плана, были без малейшего усилия нейтрализованы этим выскочкой Уитни.

Конечно, теперь, когда он снял свою магию подавления силы, она всё ещё могла вновь подчинить себе монстра.

Но главная проблема заключалась в том, что артефакт, сердце всего замысла, оказался в руках этого ненавистного белого мага.

"Может, устроить внезапную, дерзкую атаку и вырвать артефакт обратно из его рук…?"

Это отчаянное решение мельком промелькнуло в её воспалённом разуме, но она тут же с силой тряхнула головой, отбрасывая эту безрассудную мысль.

"Нет, это было бы чистейшим безумием."

Педро, вдохновитель провальной операции по сговору, упоминал, что Уитни обладает невероятной способностью отслеживать любые движения даже в абсолютной тьме — навыком, который должен был стать смертельным для любого белого мага.

Даже если бы ей каким-то чудом удалось вырвать артефакт обратно, ей пришлось бы влить в него колоссальное количество тёмной маны, чтобы вновь активировать его зловещую силу.

Учитывая, что она уже вложила значительное количество тёмной энергии в ожерелье Адель под лицемерным предлогом проверки безопасности, провернуть подобное, одновременно сражаясь с бдительным белым магом, было бы практически невыполнимо.

"К счастью, густая волна тёмной маны, исходящая от магического круга, надёжно скрыла мою истинную личность. Мне следует сосредоточиться на тщательном уничтожении всех улик и терпеливо дождаться более благоприятной возможности."

С этой холодной, расчётливой мыслью она глубоко вздохнула, принимая рациональное решение, стоя перед мерцающим порталом магического круга.

"Ещё есть время. Если мне только удастся найти ещё один, пусть даже самый ничтожный шанс…"

Как раз в тот момент, когда её рука уже потянулась к светящимся рунам, начертанным внутри магического круга, она затаила дыхание, готовясь стереть их зловещее сияние…

— Ты пытаешься его уничтожить?

— …!?

Игривый шёпот внезапно раздался прямо у её уха, словно ледяное прикосновение, заставив её замереть от внезапного шока.

— Вместо того чтобы стирать его, разве не было бы куда менее подозрительно оставить всё как есть?

Уитни, который, по-видимому, покинул пределы лабиринта ранее, теперь вернулся один и стоял рядом с ней, одаривая её хитрой, проницательной ухмылкой.

Неужели он уже успел спрятать Адель в каком-то безопасном месте?

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Хм, ну…

Увидев его таким — спокойным и уверенным в себе — она покрылась липким холодным потом, но заставила себя сохранить невозмутимое выражение лица, искусно притворяясь невежественной.

Уитни, в свою очередь, на мгновение погрузился в глубокие раздумья, словно взвешивая каждое своё слово.

— Могу я попросить тебя на секунду уделить мне внимание?

— …в такой-то момент?

— Это займёт всего лишь кратчайшее мгновение.

Его неожиданная просьба, в сочетании с его полуприкрытыми, пронзительными глазами, заставила её на мгновение заколебаться, словно перед прыжком в бездну.

После короткого внутреннего колебания она всё же осторожно наклонилась к нему, держа в глубине души готовность в любой момент обрушить на него всю мощь своей тёмной магии.

— …во имя Тени Луны.

В тот самый миг, когда он прошептал ей на ухо эти зловещие слова, одаривая её леденяще злой усмешкой…

— Э-это невозможно.

Её лицо на кратчайшее мгновение стало абсолютно пустым, словно выбеленное полотно, прежде чем она поспешно отшатнулась назад, бормоча слова неверия, словно пытаясь отогнать наваждение.

— Н-не может быть… если это правда, то почему…?

— Что ты имеешь в виду?

— …почему ты вмешался в наши планы?

Это была вполне понятная, хотя и запоздалая реакция.

Фраза, которую прошептал Уитни, была тайным кодом, используемым только членами Теневого Союза для безошибочной идентификации друг друга.

— Ты уже дважды разрушил наши тщательно разработанные планы — ты никак не можешь быть одним из членов Теневого Союза…

— Ха-ха, если ты немного изменишь свою точку зрения, то всё внезапно обретёт смысл.

Это было слишком невероятным совпадением, чтобы быть случайностью.

Посторонний, не принадлежащий к их тёмному братству, просто не мог знать этот секретный код.

Даже если бы он каким-то непостижимым образом узнал его, каковы были шансы, что он прошепчет его именно в этот критический момент?

— …тебе никогда не приходило в голову, что всё происходящее в последнее время может быть частью грандиозного, тщательно спланированного замысла?

Несмотря на её глубокий скептицизм, спокойный и уверенный ответ Уитни заставил её внутренне напрячься, словно перед броском смертельно опасной змеи.

Она сузила глаза, и, понизив голос до зловещего шёпота, потребовала неопровержимых доказательств.

— Д-докажи.

— Доказать?

— Докажи, что ты на нашей тёмной стороне.

Если Уитни действительно был одним из них, существовало бесчисленное множество тайных знаков и ритуалов, способных подтвердить его принадлежность к их скрытому обществу.

Тёмные маги были крайне скрытной организацией, параноидально опасавшейся внедрения шпионов, и приложили немало усилий для создания абсолютно надёжных методов идентификации.

— Хм…

— Ха, вот ведь. Значит, это всё-таки была дешёвая уловка.

Однако, когда Уитни продолжил хранить молчание, лишь заметно сглотнув, её лицо мгновенно окаменело, приняв холодное, угрожающее выражение, и она поспешно начала концентрировать тёмную ману в обеих руках, готовясь к неминуемой схватке.

— Я не знаю, где ты услышал этот проклятый код, но теперь, когда всё зашло так далеко, я не могу позволить тебе уйти живым.

Затем, когда её взгляд скользнул к безголовому рыцарю, который неподвижно стоял с высоко поднятым мечом, повинуясь её безмолвному приказу…

— Сущность Бездны и Тьмы, исполни свой священный долг перед своим повелителем.

Она отдала приказ с хищной, зловещей улыбкой, предвкушая триумф.

— …..

— А…?

И всё же безголовый рыцарь оставался неподвижным, словно каменная статуя, храня зловещее молчание.

— Ч-что, чёрт возьми, происходит…?

Вздрогнув от неожиданности, она попыталась восстановить самообладание и уже собиралась отдать ещё одну властную команду, когда…

— С-сущность Бездны и…!

— …Сущность Бездны и Тьмы.

Уитни, до этого спокойно наблюдавший за её замешательством, внезапно повторил её команду тихим, размеренным тоном, словно владея самой душой этого мрачного создания.

— Исполни свой долг передо мной.

В тот самый миг, когда последние слова сорвались с его губ…

Клац—

Безголовый рыцарь медленно, словно повинуясь невидимой силе, вложил свой окровавленный меч в ножны на поясе, затем безмолвно опустился на колени перед Уитни, склонив свою лишённую лица голову в знак глубочайшего подчинения.

— Разве есть более очевидное доказательство моей принадлежности, чем это?

— …это… реально?

Недоверчиво моргая, профессор машинально потёрла глаза, словно пытаясь прогнать наваждение, затем, услышав спокойный, уверенный голос Уитни рядом с собой, неуверенно спросила.

— Ты действительно на нашей стороне…?

Уитни в ответ лишь одарил её своей фирменной лукавой улыбкой, прищурив глаза, и едва заметно кивнул.

"Подождите… неужели это и впрямь сработало?"

По правде говоря, он был озадачен ничуть не меньше её.

Признаться честно, я совершенно не понимаю, что, чёрт возьми, сейчас происходит.

"В оригинальной истории я благополучно скончался в саду поместья герцога Эмбегринов ещё до начала всей этой заварушки, так откуда мне знать, что тут творится?"

Я ещё мог понять, почему мне подчиняются низкоранговые монстры, но чтобы даже этот высокоуровневый безголовый рыцарь беспрекословно следовал моим командам? Это уже попахивает чем-то сверхъестественным.

Если эта странная способность вылезет наружу, Святой Орден мигом подожжёт мне задницу и попытается отправить на тот свет.

"Как только вся эта катавасия закончится, мне кровь из носу нужно разобраться, что за хрень происходит с моими силами."

Но прямо сейчас первостепенная задача — покончить с этой чёртовой ситуацией.

— Какова твоя истинная личность, помимо этого жалкого прикрытия?

— Я-я Ребекка, скромный член Восточного филиала Теневого Союза.

Пока она сидела, словно оглушённая ударом грома, я одарил её непринуждённой улыбкой и небрежно бросил вопрос.

Очнувшись от ступора, она забормотала, представляясь: — Я-я в данный момент выполняю секретное задание по внедрению в академию, так что у меня не было особо много прямых контактов с руководством Союза…

— Ты здесь единственный крот?

— …есть ещё несколько… жалкие слуги под моим командованием.

Учитывая, как легко раскрылись её личность и тайные передвижения тёмных магов внутри академии, я решил ковать железо, пока горячо, и надавить на неё.

— Хорошо, слушай меня внимательно, Ребекка.

Если мне удастся завербовать двойного агента в рядах тёмных магов, всё дальнейшее станет куда проще.

— Сближение с леди Мередией и последующее обручение с ней.

— …?

— Предвидение неминуемого провала операции по сговору и тайное похищение Святой. Использование этой щекотливой ситуации для искусного обмана Императора и триумфальное восхождение в качестве Героя империи, сокрушившего коварных тёмных магов.

Пока я невозмутимо пересказывал цепь событий, приведших к этому хаосу, Ребекка, тёмный маг, таращилась на меня в полном замешательстве.

— И, конечно же, назначение меня судьёй на Турнире — всё до мельчайших деталей.

— ...!

— Всё это — лишь тщательно спланированная часть моего грандиозного плана.

От моих ледяных слов её зрачки предательски расширились от шока.

— Тогда… неужели…?

Несколько долгих мгновений спустя она наконец произнесла то, чего я так терпеливо ждал.

— Вы… наш великий…

— Тшш.

Я молниеносно приложил палец к её дрожащим губам, заставляя замолчать, затем небрежно щёлкнул пальцами другой руки, прошептав.

— Ты должна была догадаться об этом в тот самый миг, когда я подчинил себе этих презренных монстров, разве нет?

Как по невидимой команде, низкоранговые монстры, скрывавшиеся в тенях неподалёку, начали извиваться и ползти ко мне, словно преданные псы к своему хозяину.

— Ах…

Ребекка, уставившись на это убедительное театральное представление, вздрогнула, когда отвратительные твари начали тереться о мои ноги, словно ища защиты.

Затем она внезапно рухнула на землю, поклонившись до самого пола, и пронзительно воскликнула:

— Я-я приветствую Великую Тень!

Похоже, мой дерзкий план заставить её принять меня за своего таинственного лидера сработал безукоризненно.

— Т-тогда что насчёт приказа, который я получила — найти достойную замену Святой…?

— Аха-ха… это, должно быть, было самовольное решение нашего импульсивного руководства.

С этого момента всё остальное должно было встать на свои места, словно идеально подогнанные шестерёнки сложного механизма.

Как только человек попадает в плен заблуждения, вырваться из его цепких объятий становится невероятно сложно.

— Я лично доставлю Святую на Турнир, так что в этих неуклюжих заменах больше нет никакой нужды.

— Я-я понимаю?..

— Но Ребекка, ты понимаешь, почему я доверяю тебе такую конфиденциальную информацию?

С небольшой долей искусной лжи даже самые нелепые заблуждения могут разрастаться с поразительной быстротой.

— Я планирую заменить этих скоро подлежащих чистке болтливых руководителей и предоставить тебе важный, ответственный пост.

— А-ах…

— Давно пора нам отдать заслуженный приоритет таким ценным полевым агентам, как ты, а не этим трусливым крысам, которые отсиживаются в своих норах, занимаясь лишь бессмысленными дискуссиями.

Как и ожидалось, её тело задрожало, и она пробормотала дрожащим, полным слёз голосом: — Я… я думала, что просто сгнию в этой проклятой академии и меня выбросят за ненадобностью…

Было странно забавно, что и в моей прошлой жалкой жизни, и в этой, даже тёмные маги страдали от тех же самых банальных проблем на рабочем месте.

— Я буду…! Я беззаветно посвящу свою никчёмную жизнь служению вам!

— Ха-ха, вот и славно.

— Если вы прямо сейчас снимете обувь, я скреплю нашу священную клятву страстным поцелуем…

— Нет, не стоит заходить так далеко.

Я поспешно оттащил её, когда она поползла к моим ногам, пытаясь совершить этот странный ритуал клятвы в стиле тёмных магов.

Затем, присев перед ней на корточки, я тихо прошептал.

— У меня к тебе одна небольшая просьба.

— К-какой бы она ни была, просто прикажите мне! Я выполню её без малейшего колебания!

Теперь, когда мне удалось успешно заполучить ценную пешку в стане тёмных магов, пришло время обратить их собственные гнусные тактики против них самих.

— Прямо сейчас мне нужно, чтобы ты атаковала меня тёмной магией.

— …что?

Например, я планировал распространить тщательно продуманную ложь о том, что Уитни был критически ранен внутри коварного лабиринта и, к сожалению, не сможет выполнять обязанности судьи на предстоящем Турнире.

— Было бы идеально, если бы раны выглядели по-настоящему серьёзными.

— ……?

— Ах, но убедись, что они не смертельны. Мне нужно искусно манипулировать этой щекотливой ситуацией.

— Ах! Я понимаю ваш гениальный план!

Хм. Почему это странное ощущение, будто я и впрямь превратился в какого-то хитроумного злодея?

***

Некоторое время спустя, у величественного входа в экзаменационный зал за пределами рухнувшего лабиринта…

— Леди Мередия, я не могу позволить вам войти.

— …отойдите с дороги.

В отличие от несколько успокоившейся ситуации внутри разрушенного лабиринта, атмосфера снаружи была накалена до предела, словно перед неминуемым взрывом.

— Независимо от вашего высокого положения, моя леди, я не имею права вас пропустить.

— Вы меня совершенно не слышите?

— Я слышу вас более чем отчётливо. Именно поэтому я вынужден вас остановить.

Мередия, влиятельная председатель попечительского совета академии и грозный декан, которая вместе с преподавателями магического факультета в спешке прибыла на место происшествия, столкнулись с непреодолимым препятствием.

— Вы намерены силой разрушить этот нестабильный барьер? Лабиринт, по сути, мутировал в опасное подземелье. Если вы опрометчиво вмешаетесь, жизни студентов внутри окажутся в смертельной опасности.

— Вы полагаете, я настолько глупа, что не понимаю этого очевидного факта?

После того как её властные требования были отвергнуты уже в третий раз, леди Мередия бросила на декана испепеляющий взгляд, её лицо исказилось от ярости, словно предвещая бурю.

— Как забавно. Вы, лицемеры, твердите о своей безграничной заботе о безопасности студентов, и при этом допустили эту чудовищную катастрофу.

— …у меня нет никаких оправданий этому вопиющему провалу. И, разумеется, я готов понести всю полноту ответственности за случившееся.

Однако у декана были свои веские причины непреклонно преграждать ей путь.

— Лучшие магические умы академии сообща работают над безопасным демонтажем этого нестабильного барьера. Ещё немного времени, и…

— Разве вы не говорили мне то же самое, когда я только прибыла сюда?

— …пожалуйста, моя леди. Вы прекрасно осведомлены о потенциальных катастрофических последствиях насильственного разрушения барьера подземелья, особенно такого нестабильного.

Пока декан с тревогой поглаживал свою седеющую бороду, выражение лица Мередии исказилось, приняв ещё более зловещий и угрожающий вид.

— Если бы это был обычный, заурядный магический круг, я бы даже не стала тратить время на бессмысленные споры. Но никто и никогда не документировал, что происходит, когда перегруженный, пропитанный тёмной магией круг внезапно коллапсирует…

— Мой жених — могущественный белый маг. О чём именно вы так истерично беспокоитесь?

На её резкое, как удар хлыста, замечание декан на мгновение замолчал, словно поражённый невидимой силой, прежде чем заговорить дрожащим от волнения голосом.

— …разве не именно из-за этого вашего столь… выдающегося жениха вы испытываете гораздо большее беспокойство, чем испытали бы за жизни этих несчастных студентов?

Мередия, до этого молча сверлившая его ледяным взглядом, с силой сжала дрожащую правую руку левой, пытаясь восстановить хрупкое самообладание.

— Тогда позвольте мне задать вам встречный вопрос.

— Слушаю вас.

— Назовите мне хотя бы одну вескую причину, по которой я должна беспокоиться о кучке незнакомых мне студентов больше, чем о жизни моего любимого жениха.

Если бы поблизости оказались любители грязных сплетен, они наверняка интерпретировали бы её слова как сенсационное романтическое признание, достойное первых полос бульварных газет.

Но с убийственной аурой, исходящей от неё, и зловещим багровым свечением, усиливающимся в её драгоценных глазах, никто не осмелился предаваться столь легкомысленным мыслям.

— Похоже, мы достигли непреодолимого тупика.

— Совершенно с вами согласна. Итак, это моё последнее предупреждение.

Потерпев неудачу в переговорах с упрямым деканом, леди Мередия перешла к своему ультиматуму, словно готовясь обрушить всю свою ярость.

— Если вы немедленно не уберётесь с моего пути, я…

— …д-декан! Леди Мередия!

Внезапно запыхавшийся помощник в панике подбежал к ним, вовремя прервав её гневную тираду.

— Лабиринт рушится!

В тот самый миг, как прозвучали эти роковые слова, Мередия мгновенно перестала обращать внимание на декана и стремительно бросилась к зияющему провалу, где ещё недавно возвышался экзаменационный зал.

— ……Ах.

И затем слабый, полный ужаса вздох сорвался с её губ.

Кугугугугу—!

Как и предсказывал задыхающийся помощник, лабиринт перед ней с ужасающим грохотом рушился на глазах.

Стук—

После долгого, мучительного периода разрушения лабиринт превратился в безжизненную, пыльную пустошь.

Маленький, обломанный кусок камня, выбитый из руин, покатился и остановился у её дрожащих ног.

— ……

Мередия стояла, словно парализованная, её лицо постепенно теряло все краски жизни, становясь мертвенно-бледным.

— Ну, должна признать, видеть, как этот проклятый лабиринт наконец-то превращается в груду мусора, на удивление приятно.

В этот самый момент рядом с ней раздался знакомый голос — дерзкий, неунывающий и совершенно невозмутимый.

— Искренне рад вновь лицезреть вас, моя прекрасная леди.

Уитни, бережно держа на руках потерявшую сознание студентку, словно бесценное сокровище, стоял рядом с ней, поддерживаемый спокойной профессоршой, и одаривал её своей фирменной, лукавой ухмылкой.

— У вас поистине дьявольский талант раздражать окружающих.

— Ха-ха…

— Вы не смогли справиться даже с таким ничтожным инцидентом, и при этом ещё смеете рассчитывать на роль судьи…

Мередия, до этого бросавшая ледяные, испепеляющие взгляды на несчастную девушку, беспомощно прижимавшуюся к талии Уитни, начала свою обычную холодную, язвительную тираду.

Но внезапно…

— …что?

Её взгляд внезапно зацепился за тёмную, зловеще окрашенную рану на его боку, где разорванная одежда предательски обнажала окровавленную кожу.

Её глаза мгновенно расширились от ужаса, и выражение лица стремительно изменилось, словно маска.

— О, это…

Уитни попытался объяснить с бледной, слабой улыбкой, но прежде чем он успел закончить фразу…

— Там было много… всего… внутри…

— ……!

— …Угх.

Его шаткое равновесие дрогнуло, и он безвольно рухнул на землю.

Мередия инстинктивно бросилась вперёд и подхватила его, бережно прижав к своей груди, словно хрупкую куклу.

— …позовите целителя.

Её глаза дрожали, когда она с тревогой смотрела на его бледное, искажённое болью лицо.

Затем, прижав всё ещё дрожащую правую руку к его холодной щеке, она взволнованно, срывающимся голосом воскликнула.

— Немедленно позовите целителя! Скорее!

----------

Подготовка

— Угх…

Открывая глаза сквозь пелену пульсирующей головной боли, я увидел до боли знакомый потолок и обстановку.

— …это был сон?

Белый, набивший оскомину потолок и резкий, въедливый запах больничного дезинфектора.

Похоже, я снова в больничной палате — пристанище, где я провёл большую часть своей прошлой, бесславной жизни.

— Угх. Ха…

Осознание этого заставляет моё дыхание невольно участиться, словно загнанного зверька.

Неужели всё, что случилось до этого момента, было лишь призрачным сновидением, и я по-прежнему прикован к постели, не в силах даже подняться?

Если это так, возможно, было бы милосерднее просто раствориться в небытии…

— Похоже, ты наконец пришел в себя.

— …Ах.

— Ты потерял сознание сразу после того, как мы выбрались из этого проклятого лабиринта.

Пока я тонул в мрачных, липких мыслях, грызя губы от бессилия, знакомый голос рядом вырвал меня из этой бездны отчаяния.

— Леди Мередия… как же я рад вновь вас видеть…

— Ты повторяешься? Похоже, ты ещё не совсем вернулся в реальность.

— …просто я так сильно по вам скучал. Ха-ха.

Увидев это неоспоримое доказательство того, что всё пережитое не было лишь игрой моего больного воображения, я глупо усмехнулся. Но вскоре мой разум вновь сковал холодный расчёт.

"Итак, эти чёртовы темные маги действительно пытались сорвать Турнир в этом году."

Учитывая их попытку развратить жалкую замену Святой прямо в стенах академии, становится очевидным их намерение вмешаться в процесс отбора.

Если я не смогу остановить их грубой силой, то лучшим выходом будет использовать моё нынешнее преимущество — завербованную Ребекку — и сокрушить их гнусные планы.

И для этого мне, как воздух, необходимо сотрудничество леди Мередии.

— Моя леди, не будете ли вы так любезны выслушать мою скромную историю?

— …что на этот раз?

С ясными, как горный хрусталь, мыслями я начал рассказывать Мередии, которая сидела на стуле рядом с моей больничной койкой, непринуждённо скрестив руки и закинув ногу на ногу, обо всём, что произошло в мрачных глубинах лабиринта.

— …и такова, в мельчайших подробностях, последовательность событий, развернувшихся в этом злополучном лабиринте. Что скажете? Довольно насыщенно, не правда ли?

Прошло немало времени, прежде чем я закончил свой рассказ, внимательно наблюдая за выражением лица леди Мередии, словно гадая на кофейной гуще.

— Ты хочешь, чтобы я поверила в этот… бред?

Поначалу она смотрела на меня так, словно я нёс полную околесицу, и уже собиралась обрушить на меня всю остроту своего пронзительного взгляда.

— …нет, забудь. Каким бы абсурдным это ни звучало, я поверю тебе.

Однако, помедлив лишь мгновение, она неожиданно изменила свою позицию и бросила короткий, как удар хлыста, ответ.

— Это произошло куда проще, чем я ожидал.

— Просто я не думаю, что ты стал бы лгать сейчас.

Когда я слегка озадаченно спросил о причине такой внезапной перемены, леди Мередия бросила на меня недоверчивый взгляд, но её голос оставался спокойным и собранным, словно ледяная гладь озера.

— Правда? Ха-ха…

— Я едва сдерживаю себя, чтобы не задушить тебя прямо сейчас, так что не мог бы ты прекратить эти глупые ухмылки?

По какой-то странной причине её резкие слова показались мне трогательными, и я невольно улыбнулся — но тут же поспешно закрыл рот под её леденящим замечанием.

— Я думала, ты получил смертельное ранение, а оказалось, что это всего лишь жалкая самодеятельность. Это даже не смешно.

— …у меня нет никаких достойных оправданий этому идиотскому поступку.

В моей прошлой жизни даже просто лежать неподвижно было мучительно больно, словно в моё измученное тело вонзались тысячи невидимых игл. Поверхностная рана для меня не значила ровным счётом ничего.

— Пожалуйста, хотя бы в следующий раз подумай о моём душевном состоянии, ладно?

Леди Мередия отчитала меня строгим, но каким-то по-матерински заботливым тоном, хотя я и заметил лёгкую дрожь в её правой руке.

Насколько мне известно, эта едва заметная дрожь — одна из её характерных черт, появляющаяся, когда что-то болезненно затрагивает её давнюю травму или когда она испытывает особенно сильные эмоции.

— Спасибо, что беспокоилась обо мне.

— …заткнись.

— Ты всё время следила за мной, на всякий случай, если что-то пойдёт не так, не правда ли?

— Я сказала заткнись.

Ещё больше растрогавшись этой скрытой заботой, я выразил свою искреннюю благодарность, но она тут же оборвала меня ледяным, как зимний ветер, замечанием.

— Погоди, не говори мне— Ай!

Заметив, что её обычное раздражение или смертоносное намерение совершенно отсутствуют в её словах, я озорно ухмыльнулся. Но прежде чем я успел что-то сказать, она ловко ударила меня своим веером по боку, заставив замолчать.

— В любом случае, если всё, что ты рассказал, правда, то несомненно, эти мерзкие тёмные маги предпримут свой решающий ход во время Турнира.

Всё ещё бросая на меня испепеляющие взгляды, Мередия вернулась к главному вопросу.

— Ты знаешь, что именно они планируют предпринять?

— Скорее всего, они попытаются призвать того самого демона, которого им не удалось вызвать во время злополучной церемонии помолвки.

— И что они от этого получат?

— …это…

Я отвечал на её вопросы с предельной искренностью, но когда она задала этот, я внезапно заколебался, словно наткнулся на невидимую стену.

"Стоит ли мне сейчас рассказывать ей всю правду о Короле Демонов и Герое?"

В большинстве веток оригинальной истории Мередия становилась жертвой манипуляций тёмных магов и в конечном итоге превращалась в Королеву Демонов, принесшую миру неисчислимые бедствия.

Даже проклятие, которое сейчас её терзает, судя по моим обрывочным знаниям, вероятно, связано с этим тёмным влиянием.

Хотя леди Мередия сейчас мне довольно сильно доверяет, знать, что она проклята, и знать ужасающую правду о Короле Демонов — это две совершенно разные, бездонные пропасти.

Если я подойду к этому вопросу неосторожно, я могу случайно задеть её за живое и мгновенно потерять её драгоценное доверие.

— Я не знаю, почему ты так странно колеблешься, но я могу сделать предположение.

Пока я был погружён в мрачные раздумья, Мередия, которая молчаливо наблюдала за мной, нарушила тягостное молчание.

— В академии есть что-то или кто-то, кого необходимо устранить любой ценой, не так ли?

Она пришла к выводу, поразительно близкому к истине, даже без моих прямых указаний.

Как и следовало ожидать, она так же проницательна и умна, как и невероятно могущественна.

— Не волнуйся. Каков бы ни был твой план, я готова сотрудничать.

— …спасибо?

Готовясь к дальнейшему допросу, я был совершенно обескуражен, когда она просто приняла мой уклончивый ответ, не вдаваясь в дальнейшие расспросы.

— Если дело касается того, чтобы насолить этим мерзким тёмным магам, то у меня появляется ещё больше причин помочь тебе в этом благородном деле.

— Разумеется. В этом нет никаких сомнений.

— …но всё-таки, ты действительно не знаешь, почему эти отвратительные монстры беспрекословно подчинились твоей команде?

Как только я собрался почувствовать облегчение, она задала ещё один, пронизывающий насквозь вопрос.

— Если ты что-то скрываешь, связанное с этой гнусной тёмной магией…

— ……

— Я никогда тебе этого не прощу. Независимо от того, кто ты на самом деле.

Она наклонилась вперёд, положив обе изящные руки на мою больничную койку, и прошептала ледяным, угрожающим голосом, её драгоценные глаза вспыхнули зловещим красным светом.

— …я понимаю твои сомнения, но клянусь тебе, я совершенно невиновен в этом тёмном деле.

— Это почти звучит как признание того, что ты был виновен в других, не менее сомнительных делах.

— ...оно всего лишь означает, что это досадное недоразумение — исключение из правил.

На мгновение я отчётливо почувствовал исходящую от леди Мередии смертоносную ауру, что-то, что я обычно никогда от неё не ощущал.

— Думаю, это было всего лишь временное, странное явление. Этот безумный призывающий круг сошёл с ума и призвал огромное количество мерзких монстров, и они, должно быть, по какой-то нелепой причине приняли меня за своего призывателя.

— Даже если это так, нет никакой гарантии, что это отвратительное явление не повторится… погоди.

На середине фразы взгляд леди Мередии внезапно опустился — не на меня, а на холодный кафельный пол под её изящными туфельками.

Заинтригованный, я проследил за направлением её взгляда.

{— Писк…!}

Маленькое паукообразное чудовище выглянуло из тени, отбрасываемой солнечным светом, льющимся сквозь оконное стекло, и легонько коснулось её ноги.

Я моргнул в ошеломлённом молчании.

{— Как ты смеешь… источать эту убийственную ауру?}

Постойте, разве это не та самая тварь, которая в лабиринте вела себя по отношению ко мне на удивление навязчиво?

Я был уверен, что все монстры исчезли, когда рухнул проклятый лабиринт… так почему же оно здесь?

— Эм, моя леди, это…

— ……

— Моя леди?

Смутившись, я повернулся, чтобы объяснить, но прежде чем успел вымолвить хоть слово, Мередия внезапно, без малейшего предупреждения, забралась на мою больничную койку.

— …Ах.

Затем она резким движением схватила одеяло, которым я был укрыт, и с напряжённым выражением лица отдёрнула его.

Наблюдая за её странным поведением, я вдруг вспомнил одну пикантную деталь из настроек мира — её паническую боязнь пауков.

Одной из немногих человеческих слабостей в её почти безупречном образе была эта иррациональная фобия перед членистоногими — особенно перед мерзкими пауками.

{— Хе-хе. Страшно, правда?}

Проблема заключалась не только в том, что леди Мередия до ужаса боялась пауков; дело в том, что её могущества с лихвой хватило бы, чтобы в мгновение ока обратить в пыль целое больничное крыло, если бы её взгляд случайно наткнулся на эту восьмиглазую тварь.

— Не пугай. Залезай внутрь.

Чтобы предотвратить подобную катастрофу, я поспешно скомандовал пауку, всё ещё робко выглядывающему из-под моей тени.

{— Если я когда-нибудь вновь понадоблюсь тебе, смертный… просто позови меня…}

К счастью, прежде чем Мередия успела обрушить на несчастное создание целый шквал разрушительных заклинаний, маленькая тварь медленно растворилась в тенях и бесследно исчезла.

Но, по всей видимости, это был далеко не единственный незваный гость в моей скромной больничной палате.

— Леди Мередия строго-настрого приказала никого не впускать, так что у меня уже чуть ногу не свело, пока я тут снаружи караулила… каво?

— …Ик.

В этот самый момент дверь с предательским скрипом распахнулась в невероятно неудачный момент.

В комнату вошла принцесса Катарина, за которой следовали Сесиль и леди Адель, обе с корзинами, доверху наполненными спелыми фруктами. Но, переступив порог и увидев открывшуюся перед ними весьма двусмысленную сцену, их глаза изумлённо расширились, и они словно приросли к полу.

В наступившей тишине Адель слабо ахнула и выронила из рук корзину, заставив сочные плоды с глухим стуком рассыпаться по холодному кафельному полу.

— Так… дело было вовсе не в том, что один из них шантажировал другого? Они на самом деле… вот так вот?

Рядом с ней Сесиль пробормотала с совершенно неподобающим её обычному оживлённому лицу пустым выражением.

— К-кажется, мы тут кое-что… несколько неправильно поняли.

— Погодите минутку.

— Е-если это так, мы, пожалуй, просто пойдём своей дорогой. Пожалуйста, продолжайте…

Проявив неожиданную для себя сообразительность, Катарина залилась ярким румянцем, схватила под руки ошеломлённых Сесиль и Адель и начала поспешно пятиться к двери.

— …я, кажется, начинаю терять рассудок.

Слухи обо мне уже давно превращались в причудливые городские легенды среди моей домашней прислуги. Теперь же я рискую стать излюбленной темой для всевозможных сплетен.

***

Несколько мучительных минут спустя.

— Кхм, кхм.

— ……

— Итак, э-э. Вы закончили… свои… кхм… дела?

Катарина вновь вошла в комнату, всё ещё облачённая в свой нелепый мужской костюм, и многозначительно прочистила горло, прежде чем заговорить странно-намекающим тоном.

— Это всего лишь досадное недоразумение.

— Не стоит утруждаться объяснениями. Я всё прекрасно понимаю…

— …просто перейди, наконец, к той причине, по которой ты здесь.

Мередия, всё ещё восседавшая на стуле рядом с моей больничной койкой, скрестила руки на груди и бросила на меня испепеляющий взгляд, её голос был холоден, как арктический ветер. Катарина вздрогнула, но всё же сумела ответить.

— Ну, я пришла сюда не только с визитом вежливости, но и чтобы сообщить некоторые… кхм… новости.

Игнорируя леденящий взгляд Мередии, я сосредоточился на словах Катарины.

— Во-первых, ваше назначение на должность судьи было единогласно утверждено советом академии.

— Понимаю. Это, безусловно, хорошие новости.

— Конечно, это только в том случае, если вы успеете полностью восстановиться к началу турнира.

— Это не будет проблемой. Возможно, я выгляжу хуже, чем чувствую себя на самом деле, но я вполне могу встать и пройтись, если потребуется.

Чтобы убедительно доказать свою правоту, я несколько раз энергично крутанул рукой, демонстрируя полную функциональность конечности.

— Это, безусловно, облегчение. Теперь же, перейдём к главному вопросу…

Катарина на мгновение заколебалась, словно собираясь с духом, прежде чем наконец сообщить неприятные известия.

— Святое Королевство официально запросило разрешение присутствовать на предстоящем Турнире в качестве… наблюдателей.

— …что?

Даже Мередия, до этого сверлившая меня испепеляющим взглядом, изумлённо расширила глаза, услышав эту неожиданную информацию.

Похоже, эта новость стала сюрпризом и для неё.

— Сэр Уитни, мне необходимо переговорить с вами наедине…

— Нет никакой необходимости в этих шёпотах за спиной. Леди Мередия всецело на нашей стороне.

— …тогда я буду предельно прямолинейна. Вы уверены, что всё это… в порядке?

Катарина отбросила всякую видимость секретности и задала вопрос прямо, её лицо выражало крайнее напряжение.

— И без того достаточно сложно тайно доставить Святую в академию, а теперь нам ещё и это Святое Королевство придётся как-то обводить вокруг пальца?

Разумеется, для Катарины, которая совершенно неожиданно оказалась на одной стороне со мной, это известие прозвучало как гром среди ясного неба.

— …ваш… кхм… план всё ещё сработает, верно?

— Ваше Высочество, у вас нет ни малейшего повода для беспокойства.

В действительности у неё не было никаких разумных оснований для волнения.

— Это было частью моего тщательно разработанного плана с самого начала.

Запрос Святого Королевства на присутствие наблюдателей на турнире — это событие, которое уже происходило в оригинальной истории.

Другими словами, я уже давно учёл этот непредвиденный фактор.

— Точнее говоря, именно таким образом Святая и проникнет незамеченной в академию.

— …как такое вообще возможно?

— Аха-ха, ну…

Похоже, пришло время связаться с моими людьми в поместье и привести в действие наш запасной план.

— Способ есть. Просто поверьте мне на слово.

Со всеми приготовлениями, наконец, настало время лицом к лицу столкнуться с грядущими событиями Турнира.

***

Той тёмной ночью, в мрачном кабинете графа Лингарда.

— О? Какое изысканное вино мы будем дегустировать сегодня вечером— Э?

Хестия, которая за последнее время несколько привыкла к этим внезапным вызовам, вошла в кабинет с лёгким предвкушением. Но, переступив порог, она внезапно замерла на месте, широко раскрыв глаза от изумления.

— Добро пожаловать!

— Что… это такое?

Внутри, словно заговорщики, собрались Парша, Руниэль и даже Берген — который, казалось, был вечно занят своими тёмными делишками в зловещих глубинах преступного мира, — молчаливо наблюдая за её замешательством.

— Наш господин наконец отдал долгожданный приказ!

— …?

— Мы всего лишь выполняем его указания, так что не вини нас слишком сильно, ладно?

— П-подождите, что вы…!

Прежде чем она успела хоть как-то отреагировать, Руниэль проворно схватила её за руки сзади, словно опутывая невидимыми верёвками.

— Уфф. Это закончится быстро, так что просто потерпи немного.

Берген, с явно неохотным выражением лица, поднялся со своего места и извлёк из-под своего просторного пальто видавший виды металлическую шкатулку с инструментами.

Глаза Хестии забегали по комнате в паническом ужасе.

— Ч-что вы со мной делаете?!

— Эй, рыцарь. Держи её крепко, чтобы эта строптивая девица не вырывалась.

— …будет исполнено.

И всего несколько мучительных секунд спустя…

— ХИИК! ААА! М-мне щекотно!

— …похоже, нам всё-таки придётся заткнуть ей рот кляпом.

— П-подождите, ммф—! Ммф!!

Зловещие, странные звуки, доносившиеся той ночью из запертого кабинета графа, впоследствии стали ещё одной мрачной главой в печально известных слухах, окутывающих поместье Лингард.

—————

[…если вы услышите душераздирающие крики, доносящиеся из кабинета господина, немедленно закройте уши и как можно быстрее покиньте это место.

Ничего такого, что могло бы вызвать подобные вопли, никогда не происходит в кабинете господина.]

— Отрывок из мемуаров Саши, страница 17 —

----------

Начало плана

Время текло своим чередом после промежуточных экзаменов в академии, и незаметно подкрался день накануне Турнира.

— Ух ты, вот это да!

— …

Я заранее забронировал скромную гостиницу неподалёку от академии и созвал руководителей моей тайной организации.

Дождавшись раннего утра, я расплылся в довольной улыбке, когда увидел, как леди Хестия вошла в сопровождении остальных, и не смог сдержать похвалы.

— Честно говоря, я не ожидал, что преображение окажется настолько безупречным. Это превзошло все мои самые смелые ожидания.

— Даже мои глаза, посвящённые в детали плана, находят это совершенно убедительным, так что любой непосвящённый не сможет заподозрить подмены ни на йоту.

Вместо её привычных длинных каштановых локонов теперь её украшали короткие рыжие волосы с едва заметным красноватым отливом.

Её прежде безупречное лицо теперь было усыпано милыми, словно солнечные зайчики, веснушками.

Её обычно мягкая и благородная аура исчезла без следа, уступив место пронзительному взгляду острых глаз, в которых каким-то образом читалось скрытое недовольство.

Одетая в простую, грубоватую одежду, с компрессионными бинтами, небрежно обёрнутыми вокруг её стройной фигуры, Гестия больше не излучала величественное сияние Святой.

Вместо этого она воплощала собой образ совершенно неприметной, второстепенной личности.

— Мистер Берген, вам, должно быть, пришлось изрядно потрудиться.

По сравнению с той неуклюжей попыткой маскировки, которую Саша предприняла в поместье, это был поистине шедевральный результат.

Нетрудно было представить, сколько усилий вложил в это преображение Берген, непревзойдённый мастер маскировки и грима.

— Ха, даже не начинайте. Эта святоша не могла усидеть на месте ни секунды, пока я пытался нанести этот чёртов макияж, так что мне пришлось переделывать его бесчисленное количество раз…

— ……и всё же, тебе не следует курить. Парша здесь, помнишь?

— Ах, виноват. Слишком долго я вращался в грубой компании, это уже въелось в привычку.

Если бы это касалось только Святой или Руниэль, я бы, возможно, и не возражал.

Но поскольку Парша была почти ровесницей моей младшей сестры, я не мог позволить курить в её присутствии.

Я бросил на Бергена многозначительный взгляд, когда он машинально потянулся к пачке сигарет, заставив его неловко пробормотать извинение.

— В любом случае, всё это в конечном итоге поможет мне найти мою дочь, верно?

— …конечно, Берген.

Его глаза внезапно сузились, когда он бросил мне этот прямой, пронзительный вопрос.

Я ответил ему мягкой, успокаивающей улыбкой.

— Как только эта миссия будет выполнена безукоризненно, Святая и Святое Королевство окажутся у нас в долгу. Не забывай об этом.

— Хм.

— И, разумеется, я не пожалею ни сил, ни средств, чтобы выследить все тайные убежища этих мерзких тёмных магов.

— Вот как…

Несмотря на мои уверения, выражение лица Бергена оставалось мрачным и неудовлетворённым.

Что ж, с его точки зрения, его любимая дочь, вероятно, страдала где-то в этот самый момент, а он был вынужден заниматься чем-то, казалось бы, совершенно не связанным с её спасением.

Его беспокойство было вполне объяснимо.

— Кроме того, это совершенно секретно, но мне удалось завербовать одного из тёмных магов в качестве информатора.

— …что вы сейчас сказали?

— Даже после завершения этой операции я не уверен, смогу ли я поддерживать эту связь, но если смогу, то, возможно, ты сможешь найти свою дочь уже совсем скоро.

Понизив голос до шёпота, я поделился с ним информацией, которую мне удалось добыть во время промежуточных экзаменов.

Зрачки Бергена расширились от неожиданности и надежды.

— Так что, пожалуйста, потерпи ещё совсем немного.

— ……

— Обещаю тебе, те, кто принёс в твою жизнь эту ужасную трагедию, заплатят по заслугам.

Берген несколько долгих мгновений тупо смотрел на меня, словно пытаясь осмыслить мои слова.

Затем, тихо хмыкнув, он устало опустился на стул в дальнем углу комнаты и пробормотал себе под нос:

— Честно говоря, когда я малевал эту девчонку, которая годится мне в дочери, я всё время спрашивал себя, какого чёрта я вообще делаю…

— ......

— Но да, полагаю. Такой, как ты, наверняка имеет какой-то хитрый план, который мне и в голову бы не пришёл.

Такая явная переоценка моих скромных способностей показалась мне немного обременительной.

Тем не менее, я почувствовал облегчение, заметив, что он, кажется, понял меня.

— Хорошо, давайте ещё раз, в последний раз, пройдёмся по нашему плану.

Теперь пришло время полностью сосредоточиться на операции, запланированной на завтрашний день.

— Наша конечная цель — незаметно внедрить Святую в академию и обеспечить её встречу с Героем во время Турнира. Успех всего нашего замысла зависит от того самого момента, когда они вступят в контакт. Когда их силы войдут в резонанс, тело Святой излучит яркое, неоспоримое сияние, что позволит нам немедленно подтвердить их связь.

Когда я начал подробно излагать план, все присутствующие замолчали и сосредоточили всё своё внимание на моих словах.

По какой-то странной причине меня вдруг охватило глубокое волнение.

С такой элитной командой, собранной для выполнения этой деликатной миссии, провал был абсолютно недопустим.

Мне нужно было сохранять предельную ясность ума.

— Итак, давайте перейдём к деталям. Парша, раздай всем подготовленные карты.

— Есть!

По моей команде Парша, которая до этого лениво развалилась в кресле, с неожиданным энтузиазмом вскочила и быстро раздала карты каждому члену нашей небольшой, но решительной команды.

— Завтра утром Святая незаметно смешается с торжественной процессией святых рыцарей, направляющихся в академию, и таким образом проникнет на её территорию.

— Эм…

— Все вопросы зададите позже, разом.

— Ах, хорошо…

Хестия, до этого рассеянно изучавшая карту, поспешно подняла руку, но затем, услышав мои слова, с лёгким неудовольствием опустила её.

Затем она небрежно взяла со стола печенье и принялась его аппетитно похрустывать.

Не пыталась ли она насладиться последней минутой беззаботности перед возвращением под строгий надзор Святого Королевства?

Что ж, меня это мало волновало, но если бы она пристрастилась к алкоголю, это могло бы непоправимо нарушить наш тщательно разработанный план, поэтому мне приходилось держать её в поле зрения.

— В любом случае, как только Святая окажется внутри академии, она, переодевшись скромной служанкой, естественным образом воссоединится со мной. Затем мы вместе будем наблюдать за развитием событий. Если ничего необычного не произойдёт, она незаметно вступит в контакт с победителями Турнира, и на этом всё благополучно завершится.

Я бросил мимолётный взгляд на Хестию, затем перевёл взгляд на остальных, завершая своё краткое изложение плана.

— На этом пока всё. Есть какие-нибудь вопросы?

— …я— ой. Угх.

Затем Хестия, набившая рот печеньем и жующая с поразительной скоростью, словно проголодавшийся хомяк, проглотила всё одним махом и задала вопрос с заметным беспокойством в голосе.

— Н-неужели мне действительно будет так просто смешаться с этой внушительной процессией Святых Рыцарей?

Трудно было поверить, что это тот же самый человек, который ещё совсем недавно начинал дрожать при одном моём мимолётном взгляде.

Но поскольку здравый смысл ей всё же был присущ, её вопрос звучал вполне разумно.

— Меня это тоже немного тревожит. В рыцарской академии, где я проходила обучение, строгие переклички и тщательный подсчёт личного состава были рутинным делом.

Как и следовало ожидать, Руниэль, которая неслышно приблизилась и теперь стояла совсем рядом со мной, выразила свои опасения тихим, полным беспокойства голосом.

— Я понимаю ваши опасения, но эта часть нашего плана не вызовет никаких затруднений.

Если бы я не предусмотрел такую элементарную деталь, я бы не заслуживал права называться экспертом в своём деле.

— …потому что сама гостиница, где завтра утром остановятся Святые Рыцари по прибытии в пределы Империи, находится прямо здесь, под нашим носом.

Разумеется, я предвидел такой сценарий и заранее позаботился о соответствующей подготовке.

— Естественно, один из Святых Рыцарей будет размещён именно в этой комнате.

— Тогда…

— Я уже имел обстоятельную беседу с любезным хозяином гостиницы. К счастью, его связывают весьма тесные дружеские отношения с Альфредом. Ха-ха…

Однако, по мере того как атмосфера в комнате становилась всё более напряжённой и гнетущей, мой смех постепенно затих, и я, в замешательстве наклонив голову, оглядел собравшихся.

— Что ж, с таким влиятельным крёстным отцом даже у Святого Королевства не останется иного выбора, кроме как беспрекословно подчиниться.

— Вот именно! Инквизиция осуждает лишь самого обвиняемого, но в жестоком преступном мире под безжалостный удар попадают и ни в чём не повинные члены семьи…

— Ха, для ребёнка ты знаешь слишком много. Где ты этому научилась?

— От моего дедушки!

— …что?

Лицо Хестии предательски побледнело, что, в принципе, было ожидаемо, но я не мог не заметить зловещий подтекст в обмене репликами между Бергеном и Паршей, даже несмотря на то, что не до конца понимал их мрачные намёки.

— Думаю, тут какое-то недоразумение, но никто не пострадает.

— …правда?

— Хозяин гостиницы просто незаметно добавит в их вечерний ужин сильнодействующее снотворное. Как только они крепко уснут, мы быстро переоденем святую в рыцарские доспехи и облачим её в соответствующее снаряжение.

Чувствуя себя несколько обиженным их недоверчивой реакцией, я подробно изложил суть нашего плана.

Выслушав меня до конца, Берген тихо кивнул, и напряжённая атмосфера в комнате постепенно рассеялась.

— Понимаю, значит, они всего лишь расходный материал, если возникнет такая необходимость… но меня учили, что любые улики следует уничтожать без следа.

— Малышка, чем именно твой дедушка зарабатывает себе на жизнь?

Парша единственная всё ещё выглядела явно недовольной, что-то сердито бормоча себе под нос, но поскольку время неумолимо утекало, я предпочёл проигнорировать её недовольство.

— Для справки, Паладины и Святые Рыцари обязаны постоянно находиться в полном боевом облачении, за исключением времени, отведённого для личных нужд. Это означает, что они практически никогда не снимают свои шлемы.

— Ах…

— Поскольку Святая ещё не пробудилась в полной мере, уровень её божественной силы не будет существенно отличаться от уровня обычного, хорошо подготовленного рыцаря. Это означает, что она сможет идеально слиться с их процессией, не вызывая ни малейшего подозрения.

Закончив своё объяснение, Руниэль, которая всё это время внимательно слушала меня, понимающе кивнула.

— Именно поэтому твоя роль так важна, Руниэль.

— Понятно.

— Ты будешь скрываться в комнате вместе со Святой, помогая ей переодеться в доспехи, и должна будешь молниеносно отреагировать в случае любой непредвиденной ситуации. Ты справишься с этим, верно?

— Разумеется.

Ободрив её и сделав небольшую паузу, Берген, который до этого украдкой поглядывал на Паршу, повернулся ко мне с ещё одним вопросом.

— У меня есть ещё кое-что, что меня занимает. После того как Святая проникнет в академию, кто поможет ей переодеться в одежду служанки?

— Этим займёшься ты, Берген.

Я ответил бодро, но Берген лишь недовольно нахмурился и высказал своё недовольство.

— Вы вообще представляете, насколько строгая система безопасности в этой академии? Мне нужно как следует подготовиться морально, если я собираюсь туда проникнуть…

— …так ты хочешь сказать, что ты не сможешь этого сделать?

— Ну, это, конечно, не совсем невозможно, но…

— Отлично, тогда я полностью на тебя рассчитываю.

Прекрасно зная, что навыки Бергена ничуть не заржавели, я легко отмахнулся от его ворчания и обратил своё внимание на Паршу, которая нетерпеливо тянула руку.

— Вы сказали, что если ничего не произойдёт, наш план увенчается успехом. Значит ли это, что вы подозреваете, что во время Турнира всё-таки произойдёт какой-то инцидент?

Как и следовало ожидать, последний вопрос Парши затронул самый критический аспект нашего плана.

— Такая вероятность весьма высока.

— Тогда нам необходимо разработать соответствующие контрмеры…

— Разумеется, я уже позаботился и об этом.

Сказав это, я, тем не менее, не мог раскрыть всех деталей своего истинного плана.

Потому что, если бы я это сделал, каждый в этой комнате наверняка попытался бы меня остановить — это был слишком рискованный и неортодоксальный подход.

— Так что, если вы заметите что-нибудь хоть сколько-нибудь подозрительное, немедленно сообщите мне.

— Но…

— Не волнуйтесь обо мне. Ха-ха.

К счастью, все, кроме Парши, похоже, приняли тот факт, что у меня есть какой-то запасной план, поэтому я почувствовал некоторое облегчение.

— Что-то во всём этом мне не нравится…

— Хорошо, на этом наш оперативный брифинг завершён.

Ещё раз прокрутив в голове все детали плана, я наконец почувствовал готовность погрузиться в грандиозный водоворот событий Турнира.

В зависимости от того, насколько успешно мы справимся с этим испытанием, может измениться сама судьба этого мира.

И, конечно же, судьба моя и леди Мередии.

— Всем пора выдвигаться.

Время для беспокойства прошло.

— Пришло время спасти этот несчастный мир.

Теперь мне оставалось лишь броситься в бурный поток грядущих событий и пожинать плоды наших отчаянных усилий.

— …Ах.

С этими воодушевляющими словами я уже собирался покинуть скромную гостиницу, ощущая лёгкое предвкушение грядущих событий.

Но в тот самый миг, когда моя рука коснулась дверной ручки, мои приподнятые чувства мгновенно сковал ледяной ужас.

— К-кто вы такие, и почему вы находитесь в моей комнате?

Прямо у входа стояла женщина-рыцарь, облачённая в безошибочно узнаваемые белые доспехи Святых Рыцарей — тех самых, которые, по всем расчётам, должны были прибыть лишь несколькими часами позже.

— …господин, кто сообщил вам точное время прибытия Святых Рыцарей?

— Это был принц Кендрик, если мне не изменяет память… ах, да.

Пока я стоял в кратковременном оцепенении, тихий, но проницательный вопрос Парши, прозвучавший из-за моей спины, помог мне мгновенно осознать всю серьёзность сложившейся ситуации.

…неужели эта легкомысленная особа перепутала девять утра с девятью вечера?

Принцесса Катарина была из тех людей, кто щедро делится информацией, когда находится на твоей стороне.

Но вся проблема заключалась в том, что половина её «ценных» сведений оказывалась настоящей бомбой замедленного действия.

Теперь я столкнулся с её чистой, незамутнённой злонамеренностью лицом к лицу, и от этого у меня предательски заныла голова.

— Я не знаю, кто вы такие, но прошу вас немедленно покинуть эту комнату. Мои боевые товарищи скоро поднимутся, и всё может очень сильно осложниться, если они увидят вас здесь. Лучше всего, если вы покинете помещение через заднюю дверь…

На мгновение я молча наблюдал за незнакомой рыцаршей, которая смотрела на нас невинными, широко распахнутыми глазами и говорила тихим, почти ласковым голосом.

— Руниэль. Берген.

— …да.

— Боже…

В конце концов я издал глубокий, усталый вздох и отдал неизбежный приказ Руниэль, которая уже незаметно разминала пальцы, и Бергену, который начал тяжело вздыхать, предчувствуя неминуемую суету.

— Свяжите её.

И тут же началась небольшая, но весьма показательная суматоха.

----------

Разоблачение

— Благодарю за угощение.

— Вы изволили забронировать весь постоялый двор, так что подобное радушие — меньшее, что я могу предложить. Хе-хе.

Гостиница, до недавнего времени наполненная гулом голосов, погрузилась в тишину по мере приближения обеденного часа.

— ...Уф-ф.

Хозяин заведения, разнося трапезу по комнатам, где расположились святые рыцари, едва заметно вздохнул и машинально вытер рукавом выступивший на лбу пот.

"Кажется, следующая дверь должна быть эта..."

Усталость от необходимости доставлять столь обильное угощение была очевидна.

Однако влага, блестевшая на его лице, была вызвана не только физическим трудом — это был холодный пот, порожденный внутренним напряжением.

"...проклятье, этот старик никак не отправится на тот свет, а?"

Разорвав некогда узы с темными переулками и основав скромную гостиницу неподалеку от столицы, он искренне лелеял надежду начать новую страницу своей жизни.

"Я даже изменил цвет волос и черты лица до неузнаваемости — как же они меня отыскали...?"

Эта иллюзия просуществовала до самого вчерашнего дня, когда посланники прежнего криминального босса тайком навестили его обитель и поручили ему секретное задание.

"А не доложить ли об этом...?"

На краткий миг подобная мысль мелькнула в его сознании.

Однако, тут же отринув ее, он извлек из внутреннего кармана заветную фотографию, которую всегда носил с собой.

"Нет, если я так поступлю..."

В отличие от минувших дней, когда ему нечего было терять и он мог позволить себе безрассудные поступки, теперь у него была семья, о которой следовало заботиться.

Если он предаст их сейчас, участь улыбающихся лиц на снимке была более чем ясна.

Хвать—

Стиснув фотографию от этой мысли, мужчина быстро принял решение.

"Ладно, будь что будет."

Размышляя здраво, он понимал, что это рискованно, но в то же время могло обернуться и благоприятной возможностью.

Все, что от него требовалось, — незаметно подмешать кое-что в еду и вывести из строя одного-единственного рыцаря.

Взамен он и его близкие получат достаточно средств, чтобы безбедно прожить ближайшие три года.

Он не собирался причинять кому-либо вред или разрушать чью-либо жизнь — всего лишь небольшая хитрость.

По сравнению с опасными делами, которыми ему приходилось заниматься в прошлом, это предложение казалось весьма заманчивым.

— Кхм, кхм. Есть кто-нибудь?

Завершив внутренний диалог, мужчина остановился перед дверью своей цели, откашлялся и постарался придать своему голосу непринужденность.

— Ваш обед прибыл.

— ......

— Прошу прощения?

Но, как ни странно, из комнаты не последовало никакого ответа.

"Ах... никого нет?"

Слегка озадаченный неожиданным молчанием, мужчина осторожно постучал и повторил свой вопрос.

Однако за плотно затворенной дверью не было слышно даже шороха шагов.

— Прошу прощения, но я ненадолго войду.

— ......

— Б-было бы досадно, если бы еда остыла. Хе-хе...

Охваченный нарастающим беспокойством, он наконец запустил руку в карман за запасным ключом, предусмотрительно взятым с собой.

Скрип—

Едва его пальцы коснулись металла ключа, плотно закрытая дверь внезапно, без малейшего предупреждения, подалась и отворилась.

— Фу-ух. Если вы были внутри, следовало бы подать голос...

С облегчением вздохнув, пробормотал он себе под нос, поднимая взгляд — но тут же запнулся.

— Ха-ха, вот уж непруха.

— ...кто вы такой?

Из узкой щели приоткрытой двери выглядывал не облаченный в форму святой рыцарь, а молодой человек весьма подозрительной наружности.

— Я... ошибся дверью?

— Нет, вы пришли по адресу. Так что просто передайте мне еду...

— Но... сегодня здесь не должно быть никого, кроме рыцарей из Святого Королевства...

Растерянно моргая, мужчина проигнорировал протянутую руку незнакомца и с тревогой заглянул внутрь комнаты.

— ...Ах.

И в этот самый миг до него дошло осознание собственной ошибки.

— Ммпф! Мммпф!

— Лежать смирно.

Внутри помещения рыцарь, который должен был здесь находиться, был туго связан, раздет до исподнего и отчаянно бился, словно курица, готовящаяся отправиться на рынок.

— Я и представить себе не мог, что все пойдет наперекосяк с самого начала...

— Нет, нет! Это же прекрасная возможность попрактиковаться в сокрытии улик!

— ......

Его разум словно застыл, когда взгляд скользнул по трем фигурам в комнате.

Берген, бросавший мимолетные взгляды в сторону окна.

Парша, чье лицо странно светилось возбуждением.

И Хестия, отчаянно пытавшаяся натянуть на себя не что иное, как рыцарские доспехи.

— Э-э...

— Ха.

— Можем мы теперь закрыть дверь?

Мужчина, простоявший в оцепенении долгую секунду, наконец очнулся от тихого голоса Уитни, донесшегося спереди.

— Д-да, конечно...

К счастью, закаленный жизнью в криминальных кварталах, он обладал быстротой реакции.

— Я-я распоряжусь подать карету к выходу из гостиницы. И, разумеется, я никогда не промолвлю ни слова о том, что увидел...

— Возможно, сейчас вы не поймете, но когда позже прочтете газеты, вся картина станет ясна. У вас не возникнет никаких проблем.

Он не стал задавать вопросов о том, как ему следует интерпретировать сцену, где люди раздевали святую рыцаршу, связывали ее и приставляли меч к ее горлу.

Потому что сквозь едва заметную щель в двери он ощущал холодные, пронзительные взгляды Уитни и ее спутников, устремленные прямо на него.

— Мммпф... Ммпф...

— Ах, понял. Хе-хе.

Мужчина отчаянно старался не замечать молящий и полный отчаяния взгляд рыцаря, делая вид, что ничего не видит.

Натянуто улыбаясь, он медленно начал пятиться.

— Ах, подождите минутку.

— Хик! Д-да?

В этот самый момент Уитни внезапно схватил его за руку.

Мужчина едва сдержал крик, силой воли подавив рвущийся наружу стон, и робко спросил.

— Оставьте это здесь.

— Ах, д-да...!

— Тогда, простите.

К счастью, Уитни, пристально смотревший на него, лишь забрал корзину с едой из его дрожащих рук, прежде чем скрыться за дверью.

— ...ха-а, ха-а...

Едва дверь закрылась, мужчина пошатнулся назад, прислонился к стене и судорожно вздохнул.

*— Ну же, рыцарь, откройте на миг рот.*

*— Богиня никогда вам этого не простит…! Ммпф—!*

*— Ну-ну, просто сладко поспите. Ха-ха.*

Когда из комнаты начали доноситься жуткие голоса, мужчина закрыл рот обеими руками, его лицо исказилось от ужаса.

*— Святая… почему вы с такими мерзкими людьми…?*

*— П-простите…!*

*— Ах… А-ах….*

А затем воцарилась тишина.

Со слабым, замирающим криком рыцаря все звуки прекратились, и в воздухе повисла леденящая душу неподвижность.

"Хииик...!"

Парализованный страхом, мужчина шатаясь поднялся на ноги и бросился бежать по коридору.

Но, когда его ноги подкосились, он рухнул перед лестницей, его лицо было абсолютно пустым, и он пробормотал себе под нос.

"…во что, черт возьми, я ввязался?"

Он никогда не смог бы понять, но грандиозный план Уитни по пробуждению Святой — исключительно ради всеобщего мира и высшего блага — только начинался.

***

Несколько часов спустя, после того как в академии закончились все дневные занятия.

— Фух...

— Сесиль, у тебя все получится!

— Держись!

Подбадриваемая своими подругами, Сесиль подошла к комнате ожидания, где собирались участники Турнира.

— Что же мне делать? Я так волнуюсь...

Ее успеваемость и навыки ничем не уступали другим участникам, так что ее участие было более чем оправдано.

Тем не менее, сам факт того, что первокурснице предоставили возможность соревноваться, был редкостью, поэтому, несмотря на то, что она морально готовилась к этому некоторое время, волнение не покидало ее.

— ...успокойся, я не могу позволить себе такое уже сейчас.

Легонько хлопнув себя по щекам, она постаралась собраться.

С вновь обретенной решимостью она протянула руку к дверной ручке.

— Девочки, я сейчас—

Едва она слегка повернулась, чтобы быстро попрощаться со своими подругами, которые пришли ее поддержать...

— ...?

— ...?

Она заметила, что их взгляды были устремлены не на нее, а на что-то в дальнем конце коридора.

— ...ох, да что ж такое.

Следуя за направлением их взглядов, Сесиль раздраженно нахмурила брови.

— Кхм, кхм!

— О боже, и кто это там?

Возглавляя свиту знатных последователей, к ней надменно приближалась Адель.

— Хм, я не очень хорошо вижу из-за всей этой простолюдинской толпы.

— Можно было бы подумать, что благородная особа должна знать, что не стоит опускаться до общения с простолюдинами. Разве она не понимает, как это влияет на ее статус? Фу-фу...

— Опять началось.

Совершенно измученная этими детскими выходками с самой церемонии поступления, Сесиль холодно вздохнула и попыталась незаметно проскользнуть в комнату ожидания, прежде чем ситуация усугубится.

— Кхм. Все, давайте не будем так безрассудны в своих словах.

— ...?

— ...?

— Подобное грубое замечание лишь роняет наше собственное достоинство.

Неожиданный упрек Адель, донесшийся издалека, заставил Сесиль замереть на месте. Она обернулась, и в ее глазах читалось изумление.

— Прошу прощения, простолюдины... нет, студенты. Приношу свои извинения.

— ...что?

— Я искренне прошу прощения от их имени. Пожалуйста, не берите их слова в голову.

Казалось бы, еще несколько дней назад Адель являла собой воплощение надменности и непоколебимой уверенности в собственном превосходстве.

Но теперь, словно по мановению волшебной палочки, прямо перед изумленными глазами Сесиль, она схватилась за подол своего платья и склонилась в глубоком поклоне.

— Адель...?

— Что это на тебя нашло...?

Даже ее собственные последователи, до этого момента старательно ловившие каждое ее слово, пришли в замешательство.

Однако Адель, словно не замечая их растерянности, сделала шаг навстречу Сесиль.

— Сесиль, я... была немного резка прежде, не так ли?

— Ч-что это с тобой?

— Разве не было бы чудесно, если бы две лучшие студентки смогли поладить?

Прежде чем Сесиль успела хоть что-то ответить, Адель протянула руку и нежно коснулась ее ладони.

Вход в комнату ожидания словно окаменел, погрузившись в звенящую тишину.

— Н-ну, я не против, но...

— Ах, какое счастье! Фу-фу.

— ...ладно, но серьезно, что с тобой?

— На самом деле, у меня есть один небольшой вопрос.

Все еще лучезарно улыбаясь и легонько помахивая рукой, Адель вдруг понизила голос и замялась, словно осторожно изучая реакцию Сесиль.

— ...ты близка со своим братом?

— ...А?

— О, это пустяки. Совсем незначительная мелочь...

Едва Сесиль подозрительно сузила глаза, Адель нервно заерзала, теребя кончики пальцев.

— М-может быть, ты расскажешь мне, что ему нравится или какие у него увлечения...?

— ...зачем?

— Д-для подарка! Вот и все! Больше ничего! Мне просто очень хотелось отблагодарить его за то, что он спас меня в тот день...

В это мгновение глубоко затаившийся инстинкт младшей сестры пронзительным криком отозвался в сознании Сесиль.

"Не может быть. Этого просто не может быть..."

Конечно, нельзя было сказать, что в ее сердце вдруг вспыхнула какая-то особенная братская любовь.

Это был скорее первобытный ужас, знакомый любой сестре, когда кто-то проявляет интерес к ее бесполезному, ленивому старшему брату.

"Она им заинтересовалась? Им? Из всех возможных парней?!"

Это была та самая инстинктивная реакция, которую испытывает младшая сестра, внезапно осознав, что кто-то хочет познакомиться с ее никчемным братцем, проводящим большую часть своего времени, валяясь в постели и почесывая живот.

— М-мне очень жаль, но я не слишком близка с этим... с моим братом, я хотела сказать.

— О-о, понимаю.

— Мы почти не разговаривали с тех пор, как были детьми, так что...

Подавляя дрожь, пробежавшую по спине, Сесиль попыталась положить конец этому странному разговору, почти отрицая их родство.

— ...это немного разочаровывает, но что ж. Он, вероятно, уже внутри.

— ...что?

— Кстати, не могла бы ты помочь мне, когда я пойду с ним поговорить?

Легкий румянец тронул щеки Адель, и она отвела взгляд к двери комнаты ожидания, рассеянно накручивая прядь волос на палец.

— ...насколько я слышала, он был довольно серьезно ранен во время экзамена и даже сложил с себя обязанности судьи.

— О.

— И по этой причине, разве не было бы невежливо заходить внутрь...?

— Т-ты права. Прошу прощения.

Лишь после того, как Сесиль произнесла эти слова ледяным тоном, в котором уже не осталось и следа терпения, Адель наконец уныло пробормотала, и огонек в ее глазах потух.

"Мне немного неловко, но это мне на руку."

Потирая покрывшиеся мурашками предплечья, Сесиль бросила мимолетный взгляд на Адель, прежде чем восстановить самообладание и взяться за дверную ручку комнаты ожидания.

"Что бы он там ни затевал, это, должно быть, основательно спутало ему все планы."

— ...э-э, эм.

"По крайней мере, он не сможет помешать—"

— Пойдем вместе!

Едва Сесиль собиралась толкнуть дверь, Адель внезапно взволнованно повысила голос, заставив Сесиль в замешательстве посмотреть на нее.

— Я-я тоже запасной кандидат на отборочный поединок!

— ...что?

— Смотри! Я получила это письмо от комиссии сегодня утром!

Адель быстро протянула письмо, и глаза Сесиль расширились, когда она увидела ту же самую печать кандидата, которую сама получила несколько дней назад.

— Но... было только одно вакантное место, разве нет?

— ...верно. Может быть, кто-то отказался, и открылось еще одно место?

— Но отборочный поединок — такая престижная возможность. Кто бы добровольно отказался?

Обменявшись озадаченными взглядами, Сесиль решила пока отложить свои сомнения и шагнула в полуоткрытую дверь.

— Ну, мы можем просто зайти внутрь и разобраться в ситуации.

Она была слишком взволнована предстоящим входом в комнату, чтобы тратить время на несущественные вопросы.

— Но почему здесь так шумно—

С легким трепетом в сердце Сесиль вошла в слегка оживленную комнату ожидания, наконец-то ощутив волнующую реальность своей мечты — стать участницей отборочного поединка.

Однако это мимолетное ощущение восторга быстро улетучилось.

— Ч-что за...?

Ее глаза расширились от изумления, и прежде чем она успела осознать происходящее, инстинктивно отступила на шаг.

— Кхе-кхе...

По непонятной причине, студент третьего курса лежал на полу, судорожно сжимая грудь и задыхаясь, словно находясь на грани обморока.

— Ч-что происходит...?

Сесиль уже собиралась броситься вперед, но замерла на полпути.

Перед корчившимся студентом стоял Уитни, который, по всем предположениям, должен был все еще находиться в лазарете, и выражение его лица было холодным и бесстрастным.

— П-пожалуйста... пересмотрите свое решение... я-я хочу участвовать в отборочном поединке... пожалуйста, не губите мои надежды... Угх.

Отчаявшийся студент, словно молящийся, опустился на колени перед Уитни, но прежде чем он успел закончить свою мольбу, Уитни безжалостно надавил ногой на его протянутую руку.

Его голос был холоден.

— Ты, кто не способен даже коснуться меня, смеешь думать, что заслуживаешь участвовать в отборочном поединке?

— ...Угх.

— Разве не будет лучше предоставить эту возможность кому-то более достойному?

Стиснув зубы, студент бросил на Уитни полный ненависти взгляд, но в конце концов понуро опустил голову, покорившись безмолвному поражению.

— Все присутствующие, держите случившееся в тайне. Не поднимайте лишнего шума, и давайте уладим этот отказ без лишней огласки.

— ......

— Для беспрепятственного проведения отборочного поединка... и, конечно же, для нашей очаровательной новой участницы, леди Адель. Я надеюсь на ваше понимание и сотрудничество. Ха-ха...

После этих слов в комнате ожидания повисла гнетущая тишина.

Никто не смел даже слишком громко дышать, их лица были бледны, и все неохотно кивнули в знак согласия.

— Хорошо, тогда... о.

Наконец удовлетворенный, Уитни повернул голову — лишь для того, чтобы внезапно замереть, увидев Сесиль, неподвижно стоявшую у входа с совершенно растерянным выражением лица.

— ...Сесиль.

Долгое мгновение между ними царило молчание.

Затем Уитни, неловко убрав ногу с руки студента, наконец нарушил тишину.

— На этот раз, я клянусь, что это правда недоразумение.

Но лицо Сесиль уже зловеще потемнело.

— Так вот почему Адель вдруг стала вести себя так странно...

— Н-нет, я серьезно, это недоразумение.

— ...это отвратительно. Сдохни.

Дисквалифицировав студента за сговор с темными магами и едва избежав мести, Уитни чувствовал себя более несправедливо обиженным, чем когда-либо.

----------

Игрок

— А-а-а! Отпустите! Я сказал, отпустите!

— Ха-ха...

— Я прокляну вас…! До скончания веков прокляну…!

Студент, чья нечестная игра была раскрыта, кричал в отчаянии, когда его уводили прочь служители отборочного турнира.

Его слова вызвали у меня горькую усмешку, и я снова обратил задумчивый взгляд на оставшихся в комнате ожидания участников.

"Не может быть… после всего, что мы пережили, больше не будет никаких попыток жульничества, верно?"

Конечно, переигровка в Турнире была чем-то совершенно неслыханным в оригинальной истории.

Насколько мне было известно, один из студентов использовал запрещенную магию во время предварительных соревнований, едва не лишив жизни нескольких участников.

Точные детали этого инцидента были тщательно скрыты, что делало понимание истинной картины произошедшего весьма затруднительным.

Однако, согласно скупому упоминанию в отчете Бергена, одно было ясно наверняка — в этом деле фигурировала темная магия.

Недостаточно данных, чтобы сделать однозначный вывод, но все замешанные студенты были в числе претендентов на чемпионский титул.

Что-то в этой ситуации казалось до крайности подозрительным.

Стоит ли мне копнуть глубже?

И в довершение ко всему, в этом были замешаны самые популярные игровые персонажи из оригинальной игры.

"Ну, по крайней мере, все они, кажется, на месте…"

Робин, Чарли и Хейден — три традиционно любимых игроками персонажа из «Black Tail Fantasy 3».

Верные своим изначальным настройкам, их личности были совершенно обычными, а внешность и имена отличались андрогинностью.

Несмотря на недавнее волнение, они оставались неподвижными на своих местах, храня упорное молчание.

"Я часто играл за Хейдена, но Робин пользовался наибольшей популярностью."

Погрузившись в воспоминания о своей прошлой жизни, я одарил их дружелюбной улыбкой, размышляя, не завязать ли разговор.

— Вы довольно молчаливые. Все в порядке?

Но тут произошло нечто совершенно неожиданное.

В отличие от Мередии, известной своей холодностью, Хейден — мой некогда любимый персонаж — даже не повернул головы в ответ на мои слова.

Более того, Робин и Чарли, стоявшие рядом с ним, также оставались абсолютно неподвижными.

— Ты просто теряешь время.

— А?

Слегка смущенно почесывая затылок, я обернулся и увидел Сесиль, неодобрительно наблюдавшую за мной.

— Они просто от природы очень тихие.

— ...О.

— Они одни из лучших студентов на третьем курсе, поэтому я несколько раз пыталась с ними заговорить, но в конце концов сдалась, поняв, что они вообще ни с кем из других студентов не общаются.

Теперь, когда я об этом задумался, игровые персонажи в игре продвигались по сюжету, используя варианты диалогов, а не произнося собственные реплики.

Неужели этот аспект отразился и в реальности?

По какой-то необъяснимой причине мне казалось, что грань между игрой и действительностью начинает размываться.

— Кстати, тот студент раньше… он действительно связан с темной магией?

Пока я погружался в эти размышления, Сесиль нахмурилась и настойчиво потребовала ответа.

— Ты ведь не просто ложно обвиняешь кого-то и снова плетешь какие-то темные интриги, верно?

— ...Сесиль, за кого ты меня принимаешь?

Сначала она неправильно истолковала мои отношения с Руниэль, а теперь ее разум полон совершенно необоснованных подозрений в мой адрес.

Я начинаю беспокоиться о ней.

Это не касается меня напрямую, но если она продолжит сомневаться в добрых намерениях людей, это может стать серьезной проблемой.

Хотя, с другой стороны, у нее, кажется, много друзей, так что, возможно, мне не стоит слишком сильно волноваться.

— И вот опять — эта зловещая улыбка. Серьезно, прекрати...

— Э-э, эм.

Как раз в тот момент, когда я смотрел на Сесиль с легкой жалостливой улыбкой, погруженный в свои мысли—

— А-ах, здравствуйте.

Ко мне вдруг обратилась Адель, которая нервно переминалась с ноги на ногу позади Сесиль.

— О, леди Адель. Рад вас снова видеть.

— ......!

— Как самочувствие? Надеюсь, ничего не беспокоит?

Хотя она была соперницей Сесиль, а теперь и моей конкуренткой в отборочном турнире, я все еще нес обязанности судьи.

Поэтому я ответил как можно любезнее.

— Б-благодаря вам...

— Ха-ха, это пустяки. Я просто выполнял свою работу.

— ...я-я хотела поблагодарить вас за то, что вы сделали тогда.

Но почему-то ее поведение казалось мне несколько иным, чем прежде.

— ...что ты делаешь?

— М-мне просто нужно ненадолго опереться на твою спину...

Она пряталась за Сесиль, робко выглядывая из-за ее плеча.

Это был разительный контраст с той элегантной и гордой дворянкой, которую я видел раньше.

Словно некогда высокомерная злодейка смирилась после полученного жизненного урока.

— Если бы только леди Мередия тоже могла стать такой же кроткой...

Пробормотал я, не подумав, представляя будущее, о котором всегда тайно мечтал для Мередии.

При этих словах глаза Адель расширились от удивления, и она выглядела совершенно ошеломленной.

— Эм... простите.

— Да?

— В-вам... нравятся кроткие женщины?

Постойте, почему она вдруг спрашивает о моих предпочтениях в женщинах?

— Я имею в виду, у меня довольно сильный характер...

— ......

— ...но я могу измениться. С-специально для вас.

Если она продолжит говорить такие вещи, я уже могу себе представить реакцию Сесиль, стоящей прямо передо мной.

И действительно, лицо Сесиль темнело прямо на глазах, пока она стояла рядом с нами, невольно предоставив свою спину своей сопернице.

"Это немного печально..."

Но зная, что Адель, скорее всего, действует по приказу своего отца, учитывая, что он даже снабдил ее магическими артефактами, я не мог не испытывать к ней жалости.

"Каково это — притворяться заинтересованным в том, кого не любишь?"

Независимо от обстоятельств, видеть, как отец использует свою дочь, словно бездушную марионетку, вызывало у меня неожиданное сочувствие.

И вскоре произойдет инцидент, который поставит Башню Магов на грань разрушения, а это означает, что падение Адель также практически неизбежно.

— Прошу прощения, но я уже обручен с леди Мередией.

— ...О.

— Так что я не могу позволить своему вниманию отвлекаться на другую женщину.

В такие моменты особенно важно четко очерчивать границы.

Как человек, чье положение еще не вполне прочно, я не мог позволить себе вмешаться и попытаться «помочь» ей, рискуя оказаться втянутым в чужую игру.

— Я... я понимаю. Прошу прощения, что позволила себе лишнее.

— ......

— Всегда вторая... я этого ожидала...

Тем не менее, как человек, проживший две жизни, я мог хотя бы предложить немного мудрости заблудшему ребенку.

— Я не знаю, какова твоя истинная цель.

Поэтому я шагнул вперед и ободряюще коснулся ее плеча.

— Но если ты действительно чего-то страстно желаешь, разве не будет честнее и достойнее добиться этого собственными силами, не полагаясь на чужую помощь?

— ......

— В моих глазах ты обладаешь безграничным потенциалом.

Мгновение она просто изучала меня взглядом, прежде чем ее лицо омрачилось легкой тенью.

— А что, если, как бы я ни надрывалась, я так и останусь лишь «потенциалом»?

Ее слова невольно вызвали у меня горькую усмешку.

— В этом мире есть люди, которые даже не получают шанса «попытаться».

— Что?

— Некоторые вынуждены безропотно принять свою предначертанную судьбу и молча ей подчиниться.

Возможно, это болезненно отозвалось во мне воспоминанием о прошлом, о больничной койке и медленном угасании жизни.

Мои слова, призванные ободрить, неожиданно обрели эмоциональную тяжесть, которой я не предполагал.

— Подождите… вы говорите о себе?

— ...ха-ха, без комментариев.

Понимая, что разговор принимает слишком серьезный оборот для их юного возраста, я поспешил сменить тему.

Но в этот самый миг—

— Что ты здесь делаешь?

— Ах, леди Мередия.

Услышав властный голос Мередии, прозвучавший совсем рядом, я замер и инстинктивно повернул голову.

— Я немного задержалась из-за графика, но почему до сих пор ничего не происходит?

— ...Аха-ха, прошу прощения.

Теперь, вспомнив, я понял, что преподаватели, готовившиеся объявить инструкции отборочного тура, исподтишка бросали на меня недовольные взгляды.

Непреднамеренно созданная мною заминка вызвала у меня неловкое чувство вины.

— Если ты сожалеешь, прекрати эти пустые разговоры и следуй за мной. Наш график весьма плотный.

— ...понял.

Почувствовав себя провинившимся мужем, я смиренно поник и решил отказаться от дальнейших наставлений.

Уже поворачиваясь, чтобы последовать за леди Мередией, я слегка оглянулся и тихо произнес.

— В любом случае, надеюсь, ты найдешь в себе силы.

— ......

— Забудь обо мне и иди своим собственным путем.

Это были всего лишь слова, но на данный момент это было лучшее, что я мог предложить.

— Я буду издалека поддерживать твою мечту.

В душе кольнуло, но я искренне надеялся, что она примет мои слова близко к сердцу и обретет в них опору в будущем.

"С каких это пор он способен на такое серьезное выражение лица?"

Сесиль, до этого с мрачным видом наблюдавшая, как Мередия уводит ее брата, вскоре нахмурилась и погрузилась в раздумья.

"По крайней мере, он, кажется, знает, где провести черту."

Она внутренне приготовилась к его обычному ехидству, но, к ее удивлению, он просто дал вполне разумный и обычный совет.

"Но… что это была за часть?"

Что-то в его словах тревожило ее.

"Казалось, он говорил не о себе…"

Сесиль, отличавшаяся особой наблюдательностью, вспомнила, что, когда Уитни упомянул тех, кто не имел иного выбора, кроме как смириться со своей предначертанной судьбой, его лицо помрачнело.

Однако это не совсем соответствовало его собственному положению, а если это было адресовано ей, то это не имело смысла, поскольку она сама являлась участницей Турнира.

— Сесиль.

— ...да?

— Горестно это признавать, но впервые в жизни я тебе завидую.

Сесиль, до этого хмурившаяся в раздумьях, на мгновение отвлеклась от своих мыслей, когда рядом с ней внезапно раздался голос Адель.

— У тебя удивительный старший брат…

— Ха?!

Сесиль невольно отшатнулась от тихого заявления Адели.

— Но почему кто-то вроде него…

— .....

— Почему он должен был привлечь ее внимание?

Но так же стремительно голос Адель стал ледяным, когда она пробормотала, не отрывая взгляда от леди Мередии, уходящей вместе с Уитни.

Сесиль ничего не оставалось, кроме как плотно сжать губы.

"Она в своем уме?"

Насколько знала Сесиль, единственным человеком, способным сравниться с ее братом, была леди Мередия.

Если Уитни был скрытым вдохновителем, то Мередия являла собой тип злодейки, которая не утруждала себя скрывать свои намерения.

Ее самым печально известным деянием было едва не падение герцога Эмбегрина, а после того, как она стала исполняющей обязанности главы семьи, она устроила публичную чистку, уволив две трети домашней прислуги в событии, вошедшем в историю как «Кровавое Наследование».

По сравнению с ней, Уитни, быстро захвативший власть после того, как «отправил своего отца в лучшее место» и лишь напугавший своих слуг до увольнения, казался почти святым.

— Эй, тише ты…!

Сесиль, помня о склонности Адель к неприятностям, собиралась прошептать предостережение, когда—

Вшух—

Мередия, до этого шедшая рядом с Уитни, внезапно повернула к ним голову.

"Я так и знала!"

Сесиль инстинктивно задержала дыхание, ожидая самого худшего.

Но, как она и предполагала, Мередия не остановилась, чтобы вступить в конфронтацию с Аделью.

— ...Ха.

Она лишь несколько секунд пронзительно смотрела на Адель, пока не одарила ее холодной, презрительной улыбкой и отвернулась.

Скрежет—

Сесиль, до этого с изумлением наблюдавшая за происходящим, почувствовала странный диссонанс, услышав рядом с собой звук стиснутых зубов.

— Такой добрый, чуткий и замечательный человек не должен быть игрушкой в руках такой злодейки, как леди Мередия… разве не так?

— ...нет, они, кажется, вполне неплохо ладят.

— Разве ты не видела его лица только что? Эта печальная улыбка, оплакивающая трагедию политического брака…?

Адель, поглощенная собственной интерпретацией событий, на мгновение задумалась, прежде чем продолжить.

"Так вот почему семья Лингард в последнее время выпускает такое количество облигаций."

Для состоятельных дворянских семей было обычным делом выпускать облигации для финансирования крупных предприятий.

Но семья Лингард, по слухам находившаяся на грани разорения, внезапно выпустившая огромное количество облигаций, определенно вызывала подозрения.

"Мой отец пытался приобрести некоторые из них, но герцог Эмбегрин уже скупил большую часть…"

И, судя по обрывкам разговоров, которые она случайно услышала, семья Эмбегрин недавно приобрела почти все эти облигации.

"Должно быть, они заключили какую-то тайную сделку ради благополучия своих семей."

Возможно, Уитни выбрал этот путь ради защиты своей семьи и младшей сестры.

Поступление в академию в качестве дворянки обходилось Сесиль в несколько раз дороже, чем обучение простолюдинов.

И если она успешно выступит на отборочном турнире, ее жизнь станет еще более насыщенной и напряженной.

Возможно, решение Уитни было принято с учетом этих обстоятельств.

"Судя по ее реакции, Сесиль, вероятно, ничего об этом не знает."

Пока в сознании Адель разворачивалась трагическая история благородного героя, вынужденного отдать свое тело и душу нелюбимой женщине, она стиснула зубы и приняла твердое решение.

— ...я отвоюю сэра Уитни у нее.

— Что?

— Мне больше не нужны приказы отца. Собственной волей и силой я спасу его…

Устремив решительный взгляд на Мередию, Адель взяла Сесиль за руку и сладко проговорила.

— Итак… ты простишь меня за все, что было раньше?

— ......

— И не беспокойся о деньгах. Я позабочусь и о тебе, и о сэре Уитни. У меня даже есть собственная процветающая торговая компания.

От такого неожиданного заявления у Сесиль отвисла челюсть от изумления.

А затем—

— И, в отличие от некоторых, я не собираюсь делать из него домахозяина. Я более чем готова сама заниматься всеми хлопотами по дому…

"…мир сошел с ума?"

Конечно, в тот момент это было лишь личное мнение Сесиль о странных событиях, вращавшихся вокруг Уитни.

Но именно в этот миг—

— ...у меня есть вопрос.

— .....!

Голос внезапно эхом разнесся из передней части комнаты ожидания, где вот-вот должен был начаться инструктаж перед отбором.

Этот вопрос мгновенно посеял волну беспокойства среди всех присутствующих.

— Могу я сейчас сняться с соревнований?

Шок был огромен — не только из-за самого вопроса, но и потому, что он прозвучал от Хейдена, студента третьего курса, настолько молчаливого, что большинство людей никогда прежде не слышали его голоса.

— Я тоже хотел бы сняться.

— И я.

И когда Робин и Чарли, стоявшие рядом с ним, одновременно подняли руки, вся комната ожидания погрузилась в ошеломленное молчание.

— ...А?

Даже Уитни, слишком поглощенный своими мыслями, чтобы заметить странную атмосферу вокруг, смотрел на происходящее в полном недоумении.

Он был слишком занят размышлениями о том, кого из этой троицы выберет Святая, чтобы предвидеть столь неожиданный поворот событий.

----------

Тень

— Прежде всего, поскольку этот отборочный поединок является повторным, предварительный этап будет опущен, и мы сразу перейдем к основному турниру.

— ......

— Основной турнир пройдет по традиционной турнирной системе, а жеребьевка групп начнется после непродолжительного перерыва.

По крайней мере, предварительное собрание для многообещающих кандидатов отборочного поединка обошлось без дальнейших эксцессов.

— ...они отказываются прямо сейчас? Эти трое?

— Честно говоря, я уже почти махнул рукой, но если эти трое сдадутся, у нас может появиться реальный шанс...

— Нет, что куда важнее... я и не подозревал, что они вообще способны говорить...

Однако настоящая проблема заключалась в том, что атмосфера, которая должна была быть проникнута торжественностью, с самого начала и до конца оставалась хаотичной.

— Э-э... тогда, позвольте объявить небольшой перерыв.

— Робин, Чарли, Хейден, прошу вас пройти со мной на минутку.

Преподаватели, ощущая нарастающее напряжение, даже объявили незапланированный перерыв в отчаянной попытке взять ситуацию под контроль.

— Ни один из них не шелохнулся.

— ......

— Серьезно, эти ребята...

Но когда трое, ответственные за всеобщее смятение, остались невозмутимо стоять на месте, несмотря на слова профессора, даже перешептывающиеся студенты смолкли, затаив дыхание в ожидании дальнейшего развития событий.

"Какого черта здесь вдруг происходит?"

Среди этой зловещей тишины я стоял рядом с Мередией с натянутой улыбкой, также затаив дыхание и наблюдая за происходящим, мысленно бормоча себе под нос.

"Почему, из всех людей, именно эти трое решили отказаться?"

Робин, обладающий поразительным мастерством фехтования, стрельбы из лука и огнестрельного оружия.

Чарли, чей интеллект и магический талант не имели себе равных.

И Хейден, невероятно сбалансированный боец, демонстрирующий результаты выше среднего в любой боевой технике.

Именно эта троица, по сути, отвечала за самобалансирующийся патч в «Black Tail Fantasy 3», и процент успешного прохождения игры при их выборе был выше, чем у всех остальных персонажей вместе взятых.

Если бы один из них стал Героем, я мог бы без малейшего беспокойства доверить им Святую и полностью сосредоточиться на своих собственных задачах.

"Стоит ли мне попытаться их остановить?"

Ради собственного будущего спокойствия я всерьез задумался, не стоит ли мне подавить свою гордость и буквально повиснуть у них на ногах, лишь бы предотвратить их уход.

— Простите, если это не слишком обременительно, я хотел бы переговорить с сэром Уитни.

— Что?

Даже перед лицом внушительного ведущего преподавателя Хейден, до этого хранивший молчание, вдруг произнес мое имя.

— Я тоже хотел бы задать вопрос.

— И я.

Затем, в следующее мгновение, Робин и Чарли, стоявшие рядом с ним, также подняли руки в знак согласия.

"Это прикол какой-то? Меня снимает скрытая камера?"

На мгновение меня посетила эта абсурдная мысль, но вскоре я заметил, что все без исключения взгляды устремлены на меня.

Я неловко улыбнулся и невольно съежился под этим пристальным вниманием.

Я прожил свою жизнь, стараясь избегать всеобщего внимания, поэтому совершенно не выносил, когда оказывался в его эпицентре.

— Почему именно сэр Уитни, из всех присутствующих?

— ......

— ...ради всего святого, почему вы, ребята, вечно обрываете фразу на полуслове?

Тем не менее, я не мог просто стоять в стороне и вести себя как отчужденный наблюдатель в такой щекотливой ситуации.

— Пожалуйста, успокойтесь, профессор.

— Ах, сэр Уитни.

— Я поговорю с ними.

— Ха-ха...

Поскольку на кону стояла судьба мира, мне пришлось стиснуть зубы и перетерпеть неприятное ощущение всеобщего внимания.

— ...хорошо. Тогда, прошу вас, пройдемте со мной.

— Мы хотели бы переговорить с сэром Уитни наедине.

— Я тоже.

— И я.

Хотя я и внутренне собрался с духом, когда все трое студентов одновременно устремили на меня свои взгляды и заговорили в унисон, я невольно почувствовал себя крайне неловко.

— ...какого?

— Это тоже часть твоего плана?

Мередия бросила на меня подозрительный взгляд, но я, честно говоря, понятия не имел, что движет этими студентами.

— Сэр Уитни, надеюсь, наши студенты не доставят вам излишних хлопот...

— Нет, все в порядке. По крайней мере, я их выслушаю.

— .....тогда я оставляю это на вас.

Видя искреннее выражение лица курирующего профессора, я почувствовал, что, что бы это ни было, я обязан приложить все усилия, чтобы убедить их.

— Все трое, следуйте за мной.

— Ха-ха, я воспринимаю это как ваше согласие.

Жестом пригласив студентов следовать за собой, я вышел из комнаты ожидания, и они молча потянулись за мной следом.

— Я уверена, что это тоже часть его хитроумного плана...

— Если они продолжат так холодно относиться к сэру Уитни, они когда-нибудь горько пожалеют об этом.

— Что ты имеешь в виду?

— Ха-а-а… Сесиль, есть вещи, которые постигаются лишь с возрастом.

— Чего прости? Мы обе так-то являемся студентками первого курса.

Проходя мимо Сесиль и Адель, я невольно уловил обрывок их разговора, но у меня совершенно не было времени на нем задерживаться.

— ...ну что ж.

В любом случае, я наконец-то покинул эту наэлектризованную атмосферу, намереваясь отчитать троих студентов, ставших причиной всеобщего волнения.

— Тссс.

— А?

Хейден, шедший непосредственно за мной, внезапно приложил бледный палец к губам, призывая к тишине.

Его внезапная спешка заставила меня инстинктивно замолчать.

"Он что, велит мне следовать за ним?"

Он молча показал жестом и двинулся вперед вместе с двумя другими, и я, на мгновение заколебавшись, последовал за ними.

Как долго мы шли?

— ...это место?

Мы оказались у кладовой на самой дальней окраине главного корпуса академии, совсем недалеко от зоны ожидания.

— Я должен войти внутрь...?

— …...

— ...хм.

Трое студентов стояли перед дверью, не отрывая от меня взгляда.

Я вопросительно посмотрел на них, и когда они молча кивнули, я, поколебавшись, шагнул вперед.

Скрип—

Схватив слегка заржавевшую ручку, я без особых раздумий повернул ее.

"…Ха?"

Внезапно по спине пробежал ледяной холодок, и меня окутало жуткое, до боли знакомое чувство дискомфорта.

"Это... темная магия?"

Спертый воздух кладовой был пропитан тем самым отвратительным запахом темной магии, который я ощущал в подземелье во время промежуточных экзаменов.

— Что за...

Вздрогнув, я попытался призвать свою целительную белую магию.

Вжух—

— Ах!

Но прежде чем я успел среагировать, кто-то внезапно грубо толкнул меня сзади.

Потеряв равновесие, я споткнулся и влетел в распахнутую дверь.

И затем наступила пугающая, зловещая тишина.

— ...ха.

Оглядывая царившую вокруг гнетущую тишину, я вдруг замер, словно пораженный молнией.

Сухой, нервный смешок сорвался с моих губ при виде неожиданной картины.

— Этого... я никак не мог предвидеть.

Прямо там, внутри кладовой, Робин, Чарли и Хейден — те самые трое, которые якобы привели меня сюда — безвольно висели над потолком, привязанные к колоннам, и погруженные в беспамятство.

— ...тогда кто были те студенты, что привели меня сюда?

Пока я с ужасом разглядывал их жалкое состояние, меня словно ледяной волной окатило осознание.

По спине пробежала ледяная дрожь.

— Угх, ммпф!

Затем снизу, прямо у моих ног, раздался приглушенный, хриплый стон.

— Мммп!

— ......!

Почувствовав, как по позвоночнику пробегает ледяная игла страха, я опустил взгляд и инстинктивно отшатнулся, увидев корчившуюся на грязном полу женщину-профессора с плотно завязанным ртом.

— Ребекка...?

— Мммпф….

Женщина, которую я несколько дней назад цинично использовал как пешку в своей игре против темных магов, теперь смотрела на меня расширенными от ужаса глазами.

— Почему ты здесь...?

— Ммпф! Мммхх!

Как раз в тот момент, когда мой разум начал мутнеть от череды этих кошмарных открытий, ее зрачки внезапно безумно расширились.

Ш-ш-ш—

В мгновение ока ее глаза налились багровой кровью, а изо рта повалил густой, черный дым.

— Это...

Это до жути напоминало странные симптомы, которые проявились у темного мага, проклявшего мою чашку чая в тот самый день, когда ко мне вернулись воспоминания о прошлой жизни.

"Мне нужно бежать."

Неотступный, животный инстинкт опасности кричало, что мне нельзя здесь оставаться ни секунды дольше, поэтому я резко развернулся, намереваясь покинуть это проклятое место.

— ...хм, боюсь, это невозможно.

Однако трое студентов — нет, те жуткие сущности, что приняли их облик — уже преграждали выход, не оставляя никаких иллюзий насчет возможности отступления.

— Эти дети… я лично создал их как послушных двойников.

— ...?

— Не только их, но и бесчисленное множество им подобных рассеяны по всему миру, словно семена зла.

Внезапно позади меня раздался голос, наполненный зловещим весельем.

— Это наша первая встреча лицом к лицу, не так ли?

Ребекка, теперь стоявшая совершенно свободно, словно веревок, связывавших ее, никогда и не существовало, говорила так, словно в нее вселился совершенно другой, чуждый дух.

— ...подожди секунду.

Я на мгновение опешил, но затем заметил в ней нечто пугающе новое.

— Твои глаза… они почернели.

— Хм?

Когда темные маги используют свою темную силу, их зрачки иногда проваливаются в бездну черноты.

Но в ее случае даже белки глаз стали угольно-черными, словно вывернутый наизнанку зрачок; пугающая инверсия света и тьмы.

Ее некогда красные радужки утратили всякий блеск, став тусклыми и безжизненными, пробуждая в глубине моей памяти леденящее душу воспоминание.

"Они выглядят точно так же, как глаза Мередии в версии финального босса."

И я, и другие игроки в прошлом просто считали это знаком скверны, печатью разложения.

Но видеть нечто настолько похожее в реальности заставляло содрогнуться от мысли, что это не просто случайное совпадение.

— Кто ты такой?

— ...я думала, ты уже знаешь.

Заставляя себя унять бешено колотящееся сердце, я выдавил свой вопрос.

— Я — Великая Тень.

— ...?

— Этого объяснения должно быть более чем достаточно, не правда ли?

Услышав эти слова, я едва сдержал стон ужаса.

"Главный сюжетный артефакт этой истории просто внезапно появляется вот так — это совершенно нечестно."

Я хотел было сказать, что это ложь, но это было бы лишь жалкой попыткой бегства от ужасающей реальности.

— Ты — белый маг, так что мне нет нужды тебе что-либо доказывать.

— ...ха-ха.

Темная магия, клубившаяся в этом затхлом помещении, находилась на совершенно ином, чудовищном уровне по сравнению с любой темной магией или монстром, с которыми мне доводилось сталкиваться прежде.

— Я не знаю, как тебе удалось обмануть темных магов, но я была весьма впечатлена тем, когда ты даже осмелился выдать себя за меня.

— .....

— Но ты должен был понимать, что мои глаза и уши пронизывают сознание каждого темного мага в этом мире.

И от той леденящей душу жажды убийства, что исходила от нее, стало ясно, что она намерена уничтожить меня прямо здесь и сейчас.

— Ну что ж, хватит пустых разговоров. Перейдем к сути.

Я судорожно сглотнул, закусив губу, когда она внезапно произнесла нечто совершенно неожиданное.

— Не желаешь ли стать моим теневым воином?

— ...что?

Поначалу я подумал, что она просто играет со своей обреченной жертвой, прежде чем окончательно расправиться со мной.

Но это было не так.

— В самом буквальном смысле, я хочу, чтобы ты стал моим двойником.

— Э-э…….

— Я могу превратить твою ложь в явь.

Она сократила расстояние прежде, чем я успел осознать, взяла мою руку и легонько коснулась моей души, словно постучала в невидимую дверь.

— ...что скажешь?

Другими словами, она предлагала мне заключить дьявольский пакт, подобный тому, что я предлагал Руниэль.

— Э-э, ну...

Конечно, в этот отчаянный момент я понимал, что все мои тщательно выстроенные планы рухнули в одночасье, и все, что мне оставалось — задать очевидный вопрос.

— Почему именно я, из всех людей?

Затем, наклонившись почти вплотную, ее лицо, искаженное потоками темной энергии, озарилось леденящей душу улыбкой, и она прошептала жутким, потусторонним голосом.

— ...потому что твоя внешность — это именно мой типаж.

— Ха-ха…

Если я переживу этот кризис, мне всерьез придется задуматься о пластической операции.

"Хорошо, что я тогда вмешалась."

Пока Уитни обливался холодным потом и всерьез размышлял о своей проклятой внешности…

"Я чуть не упустила такую редкую жемчужину..."

Так называемая «Великая Тень», не отрывая от него взгляда, зловеще ухмыльнулась, не в силах скрыть своего возбуждения, продолжая с любопытством ощупывать его душу.

"Я должна сделать его своим… любой ценой."

Точнее говоря, она смотрела не на него самого — ее завораживала странная серая дымка, словно липкая тень, обволакивающая его душу.

----------

Трибуна

После долгого и томительного ожидания наконец забрезжил рассвет дня, когда должен был состояться Турнир.

— Э-э, эм... леди Мередия.

— ...?

— Ох... вы случайно не видели сэра Уитни?

Мередия, величественно появившаяся перед огромным стадионом, возвышавшимся в самом сердце академии, нахмурилась, увидев подбежавшего к ней в крайнем волнении директора факультета, и вместо ответа бросила ему ледяной встречный вопрос.

— Почему вы спрашиваете меня?

— Видите ли...

Директор факультета, нервно оценивая ее реакцию, спешно вытер выступивший на лбу пот и осторожно пробормотал.

— Просто... вы двое довольно близки, вот я и подумал...?

— ......

— Я... я сказал что-то не так?

Благодаря привилегиям, дарованным академией, ему не нужно было склоняться перед большинством высокородных дворян, за исключением членов королевской семьи.

Однако с Мередией все обстояло совершенно иначе.

— Я обязана отслеживать каждое движение сэра Уитни?

— ...м-мои глубочайшие извинения.

Оставляя за скобками тот факт, что в ее руках сосредоточилась реальная власть единственной герцогской семьи империи, она также занимала пост председателя совета директоров, контролировавшего львиную долю финансов академии, так что его крайняя осторожность была вполне объяснима.

— В любом случае, зачем он вам понадобился?

Прекрасно осознавая это, Мередия сузила и без того пронзительные глаза, устремляя их на директора факультета, пока тот не опустил голову, после чего она слегка наклонила свою и с ледяным спокойствием спросила.

— Видите ли... вчера сэр Уитни забрал с собой троих студентов, заявив, что намерен их переубедить.

— И?

— И с тех пор... от него не поступало никаких известий.

Пока директор факультета продолжал свое сбивчивое объяснение, глаза Мередии сузились до опасной щели.

— ...я полагала, этот вопрос уже давно улажен.

— Пропал не только сэр Уитни, но и те трое студентов, которые вчера устроили весь этот переполох...

— Тц, что они там опять затевают?

Она раздраженно цокнула языком и пробормотала что-то сквозь зубы, но, несмотря на ее гневные слова, выражение лица Мередии почему-то казалось слегка встревоженным.

— ...только не говорите мне, что классный руководитель первого курса тоже исчез?

— К-как вы узнали?

Она небрежно бросила этот вопрос, но когда директор факультета пораженно ахнул и повысил голос, она плотно сжала губы, словно именно такой реакции и ожидала.

— ...неужели возникли проблемы с планом?

— У-у вас есть хоть малейшее представление о том, что может происходить?

Пока Мередия что-то тихо бормотала себе под нос, директор факультета, цепляясь за слабую надежду, отчаянно пытался уловить ход ее мыслей.

— ...я пойду на его поиски, а вы ступайте и готовьтесь.

— Б-благодарю вас!

Спустя короткое мгновение, когда из ледяных уст Мередии наконец прозвучали слова сотрудничества, директор факультета был настолько тронут, что на его глазах даже выступили слезы благодарности, и он снова склонил голову в глубоком поклоне.

— Ну что ж, я тогда пойду...

— Ах, вот и вы, директор факультета.

— ...ха!

В этот самый момент за спиной раздался бодрый голос, и директор факультета спешно вытер слезы и обернулся с натянутой, но лучезарной улыбкой, словно никогда и не испытывал ни малейшего беспокойства.

— Я немного задержался, не так ли?

— Н-нет! Сам факт вашего возвращения...! Х-ха?

Он улыбался во весь рот, сцепив дрожащие руки, но когда увидел студентов, стоявших позади Уитни, его глаза расширились от изумления.

— Я всю ночь потратил на то, чтобы убедить их, так что немного задержался.

— Ах...

— К счастью, все трое подтвердили свое безоговорочное участие в отборочном поединке.

Директор факультета, несколько мгновений тупо смотревший на Уитни, внезапно расплылся в широкой, почти подобострастной улыбке и поспешно направился к нему.

— Как и ожидалось! Вы просто невероятны, сэр Уитни!!!

— Ха-ха...

— После инцидента на промежуточных экзаменах, а теперь еще и это... я даже не знаю, как выразить вам свою благодарность...!

Однако, пока Уитни пожимал руку директору факультета, Мередия, наблюдавшая за этой сценой, сохраняла на лице совершенно нечитаемое выражение.

— Ну, я многого не жду, но... если это возможно, я хотел бы попросить об одной небольшой услуге.

— Ха-ха, да что вы! Если это в моих силах, я с радостью исполню любую вашу просьбу.

— Не могли бы вы разрешить мне привести одну из моих горничных в экзаменационный зал?

Не замечая пронзительного взгляда Мередии, Уитни непринужденно обратился с просьбой к директору факультета.

— Просто одна из участниц отборочного поединка приходится родственницей моей горничной. Но, как вам известно, для простолюдинов наблюдение за поединком — удовольствие весьма дорогое...

— Ах, я понимаю, что вы имеете в виду. Это не будет проблемой.

— Ха-ха, благодарю вас.

С непринужденной легкостью Уитни получил разрешение директора факультета и улыбнулся, слегка склонив голову в знак благодарности.

— Вы, трое! Хватит тут околачиваться, за мной живо!

— .....

— От вас одни хлопоты, честное слово.

Тем временем директор факультета уже тащил троих студентов на стадион, одаривая их строгим, предостерегающим взглядом.

— Ну, и как вам моя компетентность?

С чувством глубокого удовлетворения наблюдая за этой картиной, Уитни повернулся к леди Мередии с лучезарной улыбкой и спросил.

— ...объясни мне, почему я чувствую исходящую от тебя темную ману.

Однако Мередия, долгое время хранившая ледяное молчание, внезапно бросила на Уитни пронзительный, обжигающий взгляд и потребовала объяснений.

— Ч-что? О чем вы? Я совершенно не понимаю...

— Объяснись.

— ...э-э, ну, эм...

Уитни на мгновение запнулся, бросив робкий взгляд на Мередию, которая молча буравила его своими пронзительными глазами, и отчаянно попытался придумать хоть какое-то правдоподобное оправдание.

— Э-э, на самом деле...…………… Угх.

Но тут он внезапно схватился за грудь, словно от внезапной боли, и его слова застряли в горле.

— Что случилось?

— Угх.

— У тебя есть веская причина, по которой ты не можешь говорить об этом...?

Мередия, мгновенно уловившая странность его поведения, собиралась продолжить свой допрос, но внезапно осеклась.

— ...ты, иди со мной.

— А? Э-э, подождите—

Прежде чем он успел хоть что-то возразить, она властно схватила его за руку и потащила прочь, оставив Уитни с совершенно растерянным выражением лица беспомощно волочиться за ней.

— ...только посмотри на это.

— ...?

Наблюдая за этой странной сценой, Адель, собиравшаяся войти на стадион вместе с явно напряженной Сесиль, с любопытством прищурила глаза.

— Ха-ха... леди Мередия, что это на вас вдруг нашло?

Не в силах сопротивляться подавляющей силе Мередии, я был грубо оттащен в укромное место за стадионом и, лишь когда она наконец остановилась, осторожно спросил, пытаясь угадать ее внезапно изменившееся настроение.

— Пожалуйста, сначала успокойтесь... Ха.

— Стой смирно.

— ...слушаюсь, мэм.

Однако она внезапно с силой прижала меня к холодной каменной колонне и властно уперлась одной рукой в стену рядом с моим лицом, занимая доминирующую позицию, что заставило меня немедленно замолчать, не смея и пикнуть.

— ...леди Мередия?

— Я сказала, стой смирно.

Но затем, когда ее тонкие пальцы ловко расстегнули мой плащ и принялись за пуговицы моей рубашки, меня впервые по-настоящему охватило чувство паник , и я искренне задумался, не стоит ли мне наконец поднять отчаянный крик.

— Д-думаю, для меня это немного... преждевременно...

— ...о, неужели?

Я попытался слабо воспротивиться дрожащим голосом, но выражение лица Мередии, когда она подняла взгляд, прервав расстегивание пуговиц на полпути, было поистине ужасающим.

Вшух—

В конце концов, я лишь беспомощно сомкнул губы, когда ее тонкие, прохладные пальцы скользнули по моей обнаженной груди.

И затем между нами повисла короткая, напряженная тишина.

— ...не могли бы вы, эм, поторопиться, пока кто-нибудь не увидел?

Пока я нервно озирался по сторонам, Мередия наконец убрала руку с моей груди и тихо, почти шепотом, спросила.

— Ты правда утверждаешь, что ничего не случилось?

— ...к-конечно?

— Ты абсолютно в этом уверен?

— Ну, что бы это ни было, вы же сами только что проверили, разве нет?

Даже после моего ответа она еще раз бросила на меня подозрительный взгляд, прежде чем вздохнуть и пробормотать себе под нос.

— ...должно быть, я ошиблась. Прости.

— .....

— Просто я почувствовала исходящую от тебя энергию, очень похожую на проклятие на моей правой руке.

Поскольку Мередия редко удостаивала кого-либо извинениями, это показалось мне неожиданным.

Однако, услышав ее следующие слова, я наконец понял причину ее столь бурной реакции.

— У меня также есть некое ограничение, которое не позволяет мне безрассудно его демонстрировать.

Произнося эти слова, она подняла правую руку, которая, что неудивительно, слегка дрожала.

— В любом случае, какое облегчение, что это оказалось чем-то незначительным. Я уж подумала, меня предали.

— ...этого никогда не произойдет. Ха-ха.

По опыту зная, что ее правая рука всегда предательски дрожит, когда она проявляет хоть малейшую слабость, я как обычно натянул улыбку, чтобы предотвратить неловкую паузу.

— Верите или нет, я белый маг. Такой, как я, не поддастся темной магии...

Вшух—

Но посреди моей речи, по какой-то необъяснимой причине, тонкая рука леди Мередии вновь коснулась моей груди, заставив меня невольно проглотить недосказанные слова.

— Я сам застегнусь...

— ...это была моя ошибка, так что стой спокойно.

Я во сне?

Пока она, сосредоточенно опустив взгляд, снова застегивала пуговицы моей рубашки, ее лицо, казалось, слегка порозовело.

— Не создавай лишних проблем.

Я потер глаза и снова уставился на нее, но она уже вернула свое обычное ледяное выражение, говоря со мной раздраженным тоном.

Увидев это, я решил, что, должно быть, все это мне привиделось.

— Вы хотите сказать, чтобы я не заставлял вас больше волноваться?

— ...заткнись.

Чувствуя легкое разочарование, я попытался проверить ее реакцию, но в ответ получил лишь резкий, отрывистый упрек.

— Кстати, в последнее время вокруг развелось много надоедливых насекомых.

— Насекомых?

Чувствуя себя немного подавленным, я позволил ей затянуть мой галстук, но она внезапно бросила взгляд через плечо и пробормотала.

Треск—

В этот момент драгоценные, словно самоцветы, глаза Мередии слабо, и слегка зловеще засветились красным.

— Кья!

За колонной раздался пронзительный, испуганный крик, и чья-то фигура, предположительно леди Адель, спешно склонила голову и бросилась бежать в сторону стадиона.

— Ты знаешь правила, верно? Если распространятся какие-либо странные слухи, наш контракт немедленно аннулируется. Я не могу позволить запятнать свою репутацию.

— ...я конечно понимаю, но это несправедливо.

— Хмф.

Я тупо наблюдал за этой сценой и поспешно попытался оправдаться, но подозрение Мередии, казалось, глубоко укоренилось в ее душе.

— Итак, как продвигается план?

— ...поскольку я получил разрешение, пора связаться со Святой и привести ее на отборочный поединок.

Как раз когда я мучительно размышлял над тем, как ее успокоить, она неожиданно сменила тему, чему я был несказанно рад.

— Не жди моей помощи, как в прошлый раз. Это было за гранью всякого абсурда.

— Ха-ха, я буду иметь это в виду.

Она некоторое время сверлила меня недовольным взглядом, прежде чем резко повернуться и направиться к стадиону.

— Не напортачь в этот раз — сделай все как следует.

Трудно было разобрать, критика это или скрытое ободрение, но, учитывая, что это исходило из уст Мередии, я решил воспринять это как своего рода мотивацию.

— ...ладно, пора двигаться.

Мне нужно было собраться с духом и наконец встретиться с Хестией, помогая ей пробудиться как истинной Святой.

{Пфф. Твоя невеста очаровательна.}

Таким образом, после едва не закончившегося трагедией столкновения вчера…

{Кстати, я не ожидала, что она меня почувствует. Это было неожиданно.}

Возможно, я наконец-то смогу разобраться с этой проклятой женщиной, которая против моей воли что-то со мной сделала и теперь без умолку болтает у меня в голове.

***

Некоторое время спустя, в комнате ожидания для зрителей недалеко от главного здания академии…

— Фух... я думала, что умру от изнеможения.

Стараясь остаться незамеченной, Святая Хестия, тяжело дыша, добралась до комнаты ожидания.

Ее ноги подкосились, и она с заплаканным лицом без сил опустилась на ближайшее сиденье.

— ...ха, поверь мне, мне было куда сложнее незаметно вывезти тебя от этих фанатиков.

— Но все же...

— Нам обоим пришлось нелегко, так что хотя бы посиди спокойно, пока я тебя замаскирую, Святая.

Услышав измученный упрек Бергена, она тут же послушно закрыла рот.

— Итак, что насчет того рыцаря, Руниэль?

— М-мы разделились по пути. Она должна была присоединиться к нам на службе у сэра Уитни...

— А, точно.

Спрашивая о местонахождении Руниэль, Берген устало потер виски, словно изо всех сил стараясь сосредоточиться, и поднялся на ноги.

— Тогда готовься к очередному сеансу преображения.

— И-ик…

— Не смотри на меня так — стой, а разве я тут злодей? Неважно. Просто не расстраивайся слишком сильно. Это все ради твоего же блага, понимаешь?

— ...да.

Как раз когда казалось, что импровизированное шоу маскировки Бергена вот-вот начнется в комнате ожидания—

Тук-тук-тук—

Внезапный стук в дверь заставил Хестию вздрогнуть от испуга, а Берген, уже достававший свой походный набор для маскировки, замер, словно пораженный громом.

— Это я.

— ...ох, меня чуть не парализовало.

Но вскоре из-за двери донесся спокойный голос Уитни, заставив Бергена облегченно вздохнуть и расслабиться.

— Точно, мы же должны были встретиться здесь. Черт, у меня в голове полная каша.

— ...нет.

— Ха?

Но странно, Хестия, все еще неподвижно сидевшая рядом с ним, отреагировала совершенно неожиданно.

— Ч-человек за дверью... это не сэр Уитни.

— ...что?

Ее голос дрожал от неподдельного ужаса, когда она произнесла эти слова, заставляя Бергена инстинктивно снова схватиться за рукоять своего кинжала, а его лицо исказилось от полного недоумения.

— Подожди, тогда... кто только что говорил?

— Э-это... тот, кто мучил меня все это время...

Прежде чем она успела закончить свою фразу, дрогнувшим голосом—

— ….

Дверь медленно, со скрипом отворилась, являя миру того, кто стоял снаружи.

— Почему вы все такие напряженные?

Как ни странно, вопреки полному страха заявлению Хестии, вошедший выглядел точь-в-точь как Уитни.

— Что? Это всего лишь наш работодатель.

Берген нахмурился и с недоумением взглянул на Хестию, но ее глаза оставались прикованными к вошедшему.

— Давно не виделись, а?

Точнее говоря, она смотрела на темную, зловещую фигуру, скользившую рядом с Уитни, которую могла видеть лишь она, обладая даром Святой воспринимать души.

— ...т-ты.

— ...?

— Т-ты снова здесь, чтобы мучить меня...?

Дрожа всем телом, она съежилась за спиной Бергена, ее голос был полон неподдельного страха.

— Хестия?

— Что это с тобой?

Конечно, Уитни и Берген понятия не имели, что происходит, и лишь обменялись недоуменными взглядами.

{О нет, меня снова засекли!}

Тем временем Хестия, робко выглядывая из-за спины Бергена, могла лишь в ужасе наблюдать, как черная фигура продолжает говорить своим мерзким, игривым тоном.

{Я пыталась завладеть телом этой девчонки, как и твоим, но вместо этого меня засосало в ее душу! Ха-ха….}

Учитывая, насколько зловеще выглядела эта сущность, говоря столь беззаботно, трудно было воспринимать ее слова всерьез.

— Хестия. Неужели...?

— ...ик.

— Ты видишь «кого-то» рядом со мной?

В этот момент Уитни одарил ее леденящей душу улыбкой и задал свой вопрос, его слова почти звучали как провокация.

— Если да, я был бы очень признателен, если бы ты мне сказала...

{Да, скажи ему!}

В конце концов, Хестия не проронила ни слова.

"Они оба страшные...!"

Для нее и Уитни, и эта зловещая теневая фигура казались одинаково ужасающими, словно посланники самой смерти.

----------

Заблуждение

Я вышел наружу вместе с Хестией, которую искусные руки Бергена превратили в безупречно замаскированную горничную, и мы направились обратно к арене.

На моем лице застыло легкое разочарование, пока я погружался в свои невеселые мысли.

"Как и следовало ожидать, она по-прежнему ничего не видит..."

Я лелеял слабую надежду, что Хестия сможет пролить хоть какой-то свет на проклятый голос, который начал навязчиво звучать в моей голове, но, похоже, это все еще оставалось несбыточной мечтой.

"В конце концов, ее пробуждение еще не состоялось..."

Но если это так, то что же представляла собой та странная форма, которую она явила нам, когда мы завербовали Бергена?

Было ли это всего лишь результатом того, что ее дремлющий потенциал отозвался на отчаянную решимость Бергена?

Но ведь и я не менее отчаянно стремлюсь избавиться от этого назойливого голоса.

— Святая, вы абсолютно уверены, что не чувствуете ничего необычного, исходящего от меня?

— ...Ха? Нет, совершенно ничего!

— Хм.

На всякий случай я задал этот вопрос Святой, шагавшей рядом со мной, но ее ответ был точной копией того, что она произнесла ранее в комнате ожидания.

"По крайней мере, это, кажется, не проклятие, которое непосредственно мне вредит..."

Когда передо мной внезапно возникла предводительница тёмных магов, я, честно говоря, с горечью подумал, что всему пришел конец.

Однако, собрав последние крохи мужества, я отверг ее зловещее предложение, и она просто растворилась в воздухе, оставив лишь пустую оболочку одержимой ею женщины-профессора.

...впрочем, какой бы безграничной ни была ее сила, она не смогла бы напрямую воздействовать на меня, белого мага, находясь внутри другого человека.

Она, должно быть, и сама это прекрасно понимала.

Вероятно, поэтому она сначала попыталась меня запугать, а когда эта тактика не сработала, наложила это странное, изматывающее проклятие, чтобы мучить меня.

В таком случае единственный разумный способ разрешить эту мучительную ситуацию — как можно скорее пробудить Святую.

К счастью, это проклятие, похоже, не имеет никакого иного воздействия, кроме как навязчиво звучать в моей голове, так что, по крайней мере, оно не должно помешать моим тщательно разработанным планам.

Проблема заключается лишь в вероятности того, что так называемая «Великая Тень» уже успела поделиться ценной информацией с темными магами...

...нет, это крайне маловероятно.

Согласно тому, что успела пробормотать Ребекка — теперь лишь пустая, безвольная оболочка — у темных магов не существовало надежных, личных средств связи для поддержания строгой секретности внутри своей разветвленной организации.

Вместо этого она регулярно посещала тайные собрания в ассоциации, чтобы получать свежие инструкции и доклады, а затем устно передавала их другим тёмным магам, скрывавшимся в стенах академии.

Другими словами, темные маги, окопавшиеся внутри академии, никак не могут знать о том, что произошло вчера в зловещей кладовой.

Даже если Великой Тени каким-то непостижимым образом удалось передать им информацию посредством своих таинственных способностей, для них уже слишком поздно предпринимать какие-либо контрмеры.

"Потому что мой тщательно разработанный план уже приведен в действие."

Однако меня беспокоит одно странное обстоятельство: трое студентов — Робин, Чарли и Хейден, — которые сейчас должны находиться под бдительным наблюдением Саши и получать необходимую медицинскую помощь, вместо этого отправили на отборочный турнир своих бездушных двойников.

Честно говоря, тот факт, что они так долго оставались неподвижными в затхлой кладовой, доставил мне немало хлопот.

Но, к счастью, когда я попросил их принять участие в отборочном турнире, они неожиданно пришли в движение сами по себе.

К счастью, мои вчерашние тщательные тесты подтвердили, что, будучи всего лишь жалкими репликами, они значительно уступают оригиналам и не должны создать каких-либо серьезных проблем.

Однако именно по этой причине они совершенно точно не смогут выиграть отборочный турнир.

Потеря этих троих многообещающих кандидатов из числа потенциальных Героев — ощутимый, болезненный удар.

— Ха-а-а-а...

— Ч-что? Что-то не так?

Пока я лихорадочно перебирал в голове свои мысли, шагая по направлению к величественной арене, меня неожиданно вернул к суровой реальности встревоженный голос Хестии.

— Святая.

— Да?

— Когда ты наконец пробудишься, то обещай, что будешь хорошо ко мне относиться, ладно?

Это может прозвучать немного отчаянно, но мне необходимо завоевать ее расположение прямо сейчас, если я хочу хоть какой-то ничтожный шанс компенсировать этот невыносимо сложный квест.

— Как только ты пробудишься, ни одна живая душа в Святом Королевстве — даже сам Святой Император — не посмеет к тебе прикоснуться.

— П-правда?

— Такую ничтожную мелочь, как то, что произошло вчера в той злополучной гостинице... ты ведь сможешь это великодушно закрыть на это глаза, верно?

Почему-то леди Хестия упорно избегала моего взгляда и все время неотрывно смотрела на пыльную землю под ногами.

Это ощущение начинает меня не на шутку тревожить.

Неужели она просто воспользуется моей неоценимой помощью, а затем безжалостно бросит меня на произвол судьбы, как только обретет долгожданный статус Святой...?

— Если пожелаешь, я могу тайно поручить Бергену доставить в Святое Королевство лучшие вина.

— ...п-положитесь на меня.

К счастью, после того как я упомянул имя Бергена — который, вероятно, сейчас безмятежно спит, сраженный усталостью — я наконец-то добился от Хестии положительного ответа.

— Святая, я прекрасно понимаю, что вы, должно быть, сейчас очень нервничаете.

— И-ик?

Но я еще не был полностью удовлетворен, поэтому осторожно взял ее за руку и добавил еще несколько проникновенных слов.

Не существовало лучшего способа передать всю искренность моих намерений, чем через этот простой, но многозначительный физический контакт.

— Что бы ни случилось, пока твое пробуждение не свершится, я буду твоей верной защитой.

— ......

— Поэтому, пожалуйста, не волнуйся.

Пока я шептал ей эти слова, полностью отбросив привычную иронию, Хестия сначала вздрогнула, словно от неожиданного прикосновения, а затем выражение ее лица стало странно сложным, исполненным какой-то внутренней борьбы.

— Ты правда... очень странный человек.

Я потерял счет времени, когда она наконец снова заговорила, но ее следующие слова оказались совершенно неожиданными.

— Твоя аура, твои поступки — все в тебе окутано какой-то необъяснимой тайной.

— Что?

— Но твоя душа... она невероятно чиста, словно ты в жизни никогда не совершал ни единого греха.

Постойте, что именно во мне вызывает столько подозрений?

Моя и без того шаткая самооценка начинает давать серьезную трещину.

— И есть еще одна странность...

Пока я делал слегка обиженное выражение лица, Хестия на мгновение задумалась, прежде чем продолжить свою странную речь.

— Твоя душа слишком зрелая для твоего возраста.

— ......

— Словно ты уже прожил целую жизнь...

В этот самый момент я вынужден был признать — она действительно обладает даром истинной святой.

— ...Ха?

— Ха-ха...

— Ты... только не говори мне...?

Я никак не ожидал, что кто-то так быстро раскроет мою тщательно скрываемую тайну.

— Пока оставим это за завесой тайны.

— .....

— Ведь от преждевременного раскрытия не последует ничего, кроме нежелательного хаоса, верно?

Какое облегчение, что эту странность подметила именно Хестия, чья душа по природе своей чиста.

Если бы смертные узнали, что в своей прошлой жизни я цинично воспринимал этот мир лишь как бездушную игру, я не мог даже представить, какая бездна невообразимого хаоса разверзнется перед нами.

— Ну что ж, не будем медлить, пройдем внутрь?

Словно стряхивая с себя остатки подозрительности, я решительно направился к величественному входу на арену, которая наконец предстала перед нашим взором во всем своем великолепии.

— Пришло время расставить все по своим местам.

Наконец, после томительного, бесконечно долгого ожидания, Турнир вот-вот должен был триумфально начаться.

***

— Леди и джентльмены! Благодарю вас за ваше безграничное терпение!

Возвестил Уитни, и долгожданный отборочный турнир наконец возобновился после тягостной задержки, вызванной грязным скандалом с жульничеством, и атмосфера вокруг буквально искрилась от неподдельного волнения.

В конце концов, этот престижный турнир по праву считался одним из самых значимых событий в империи, не имевшим себе равных по размаху и влиянию.

Для многочисленных организаций, хронически страдающих от острой нехватки квалифицированных кадров, участие в этом зрелищном состязании было не просто желательным, а абсолютно необходимым шагом для того, чтобы заявить о себе во весь голос.

Чтобы хоть как-то компенсировать ощутимые потери, понесенные во время печально известного последнего турнира, трибуны для зрителей были существенно расширены, увеличившись почти наполовину, и даже высокопоставленные чиновники из самого Святого Королевства почтили своим присутствием это знаменательное событие.

В результате, по сравнению с предыдущим состязанием, количество взволнованных зрителей возросло более чем вдвое.

— Ты опоздал.

— ...ха-ха, мои искренние извинения.

— Впрочем, полагаю, не так уж много найдется желающих добровольно внимать скучной церемонии открытия.

Благодаря этой небольшой заминке, посреди бурлящей жизнью арены Уитни наконец достиг самого ее центра — парадоксально тихого места, словно безмятежного ока надвигающейся бури — где его уже терпеливо ожидала леди Мередия.

Она приветствовала его натянутой, слегка неловкой улыбкой.

— Кстати, этот человек...

— Ах, здравствуйте...

Однако пронзительный взгляд Мередии был устремлен вовсе не на Уитни, а на скромно стоявшую рядом с ним леди Хестию.

— Для особы, пережившей похищение, вы, смею заметить, неплохо питались. Ваша кожа выглядит просто лучезарной.

— Э-это...

— Я лишь сделала мимолетное замечание, но, похоже, о вас действительно хорошо позаботились.

— ...п-простите?

Когда она произнесла эти слова с лукавой, едва заметной усмешкой, Хестия, все это время робко жавшаяся к Уитни, невольно вздрогнула и инстинктивно пробормотала извинение.

— Не волнуйся, с виду она может показаться... прямолинейной, но на деле она добрый человек.

— ...неужели?

— Еще во время того неприятного инцидента с помолвкой она даже устроила целую бурю негодования ради спасения Святой...

Обеспокоенный тем, что резкие слова леди Мередии могут оставить у Хестии неприятное впечатление, я попытался вмешаться и объяснить ситуацию как ее жених, но прежде чем я успел закончить фразу, рука леди Меридии властно сомкнулась на моем рту.

— Ты слишком много болтаешь.

— ...Ммф.

— Вместо бессмысленной болтовни, почему бы тебе не сосредоточиться на своем гениальном плане?

Я прекрасно осознавал, что сам навлек на себя эту неприятность, но разве леди Мередия не ведет себя со мной в последнее время чересчур... властно?

Она и раньше отличалась прямолинейностью, но сейчас... такими темпами я не удивлюсь, если она начнет повсюду таскать с собой изящный кнут.

— Ха-ха! Какие вы двое забавные!

Пока я молча наблюдал за меняющимся настроением Мередии, внезапно издалека донесся знакомый, жизнерадостный голос.

— Но первый поединок долгожданного отборочного турнира вот-вот начнется!

Принцесса Катарина, сегодня особенно тщательно продумавшая свой мужской костюм, уверенно шла к нам, небрежно отбрасывая назад свои короткие золотые волосы.

— Итак, пора положить конец этим нежным взглядам и... хм?

Но ее бойкая речь внезапно оборвалась, когда она заметила Хестию, скромно стоявшую рядом с нами в неприметном платье горничной.

Сузив свои проницательные глаза, она повернулась ко мне с явным упреком.

— ...сэр Уитни, вы просто поразительно беспечны, не находите?

— Простите?

— Как вы могли привести сюда служанку, когда ваша собственная невеста стоит прямо перед вами?

Она кокетливо приблизилась ко мне и прошептала прямо на ухо, заставив меня невольно вздохнуть.

— Я прекрасно понимаю женскую натуру, знаете ли. Женщина непременно обратит пристальное внимание, если рядом с ее любимым мужчиной находится другая женщина.

— Эм...

— Если уж на то пошло, вокруг вас слишком много женщин, сэр Уитни. Ваш личный рыцарь — женщина, ваш верный дворецкий — женщина, и даже ваша эксклюзивная горничная — женщина. Неужели вы делаете это нарочно?

В смысле, разве не естественно, что личная горничная — женщина?

И хотя Руниэль, возможно, представляет собой определенную проблему, Парша — всего лишь импульсивный подросток, переживающий свой чудаковатый период.

— Хм, сэр Уитни, неужели вы... сердцеед?

Я был готов позволить ей и дальше предаваться своим забавным домыслам, просто чтобы посмотреть, куда заведет её неуемная фантазия, но выражение лица леди Мередии за моей спиной становилось все более зловещим.

Поэтому я решил открыть принцессе правду.

— ...эта особа — замаскированная Святая, ваше высочество.

— Ах!

Когда я прошептал ей эту сенсационную новость прямо на ухо, принцесса Катарина так изумленно ахнула, что ее глаза округлились до размера маленьких булочек.

— В-вы должны были сказать мне об этом раньше...!

— Ха-ха... вы ведь не дали мне и шанса произнести хоть слово, разве не так?

— Угх...

Она нетерпеливо дернула меня за рукав указательным пальцем и торопливо прошептала; ее лицо залилось краской смущения.

— ...м-мне срочно нужно занять свое место там наверху!

— О?

— П-прошу простить!

С этими словами принцесса, до этого смущенно топтавшаяся передо мной, поспешно удалилась с лицом, пылающим словно спелый помидор, исчезнув с проворством испуганной белки.

— Кстати, я слышала странный слух, будто до того, как вы стали Святой, тот человек пытался... воспользоваться вами.

— Ха?

— Это правда?

Мередия, все это время наблюдавшая за нами с нахмуренным видом, внезапно бросила Хестии щекотливый, провокационный вопрос.

— Ну... это лишь некоторое недоразумение...

Я был застигнут врасплох, но неожиданный ответ Хестии заставил меня затаить дыхание и внимательно прислушаться.

— Когда Его Высочество посетил наши скромные владения, я... эм... была наказана, и находилась в своей комнате.

— ...и что же было дальше?

— К сожалению, он по ошибке принял мою комнату за другую, и я не подумав издала громкий крик. Думаю, этот нелепый слух и раздулся из этого неловкого инцидента...

О боже, я никогда не предполагал, что за этим кроется такая... пикантная предыстория.

С другой стороны, учитывая явное предпочтение принцессы Катарины переодеваться в мужскую одежду, было крайне маловероятно, что она действительно пыталась «воспользоваться» Хестией.

Неужели кто-то намеренно распространил этот грязный слух через продажные имперские газеты?

"Хм, слишком много потенциальных злоумышленников."

Даже если за этим не стоял сам Император, множество влиятельных людей считали принцессу Катарину крайне ненадежной особой.

Ее жизнь действительно кажется изматывающе сложной.

— Да, это вполне в ее духе.

Даже леди Мередия, казалось, согласилась с этим, пробормотав что-то себе под нос с ошеломленным выражением лица.

— Но что-то все равно кажется мне подозрительным.

— Ха?

— ...ее поведение кажется еще более... раздражающим, чем прежде.

Ее голос был тихим, но в нем отчетливо сквозило недоверие к принцессе.

— Внимание, все!

Но в этот самый момент голос главного администратора академии, усиленный могущественной магией, громовым раскатом прокатился по всей огромной арене.

— Первый поединок состоится между студентами третьего курса Робином и Чарли!

Наконец, турнир, цинично замаскированный под безобидный «Турнир» — а на самом деле жестокая битва за определение истинного Героя, которому суждено защитить хрупкий мир — вот-вот должен был триумфально начаться.

— Лучшие из лучших сталкиваются лицом к лицу с самого начала! Это будет поистине захватывающее зрелище!

Совпадение это было или злая ирония судьбы, но голос декана был переполнен неподдельным волнением, когда два молодых студента вышли на арену с противоположных концов и встали друг перед другом, готовые к яростной схватке.

— Всем участникам приготовиться! За исключением финального поединка, сэр Уитни и другие уважаемые судьи будут по очереди следить за ходом раундов!

Как и было заранее оговорено, именно мне выпала честь судить этот первый, многообещающий матч.

— Кхм. Обе стороны, приготовиться.

В тот самый миг, когда я откашлялся и произнес эти простые слова, некогда шумная арена мгновенно погрузилась в напряженную, звенящую тишину.

— ...начали.

Торжественным, исполненным важности голосом я объявил о начале долгожданного поединка.

И затем наступила неловкая, тягостная тишина.

— ...хм?

Ощущая странное, необъяснимое напряжение, повисшее в воздухе, я в полном замешательстве наклонил голову.

"Почему никто не двигается...?"

Робин и Чарли, которые по всем законам жанра должны были уже вступить в яростную схватку, просто стояли на месте, тупо уставившись друг на друга, несмотря на мое четкое объявление о начале матча.

— Эй, вы двое! Матч уже начался.

Подумав, что они могли меня не расслышать из-за всеобщего волнения, я снова повысил голос, но в ответ не последовало ни малейшей реакции.

— Что происходит? Почему они стоят как вкопанные?

— Тсс, они оба считаются главными претендентами. Возможно, они пытаются незаметно оценить силу друг друга.

— Да начните же вы, наконец, драться!

Пока это странное противостояние тянулось уже больше минуты, недовольный шепот разочарованной публики становился все громче и отчетливее.

"Минутку... только не говорите..."

В этот самый момент в моей голове молнией пронеслась ужасающая мысль — мысль, которая, я отчаянно надеялся, окажется ошибочной.

"Неужели эти двое действительно просто вышли на арену, как я им велел, и больше ничего не собираются делать?"

Но когда прошла и вторая мучительно долгая минута, а оба бездушных двойника продолжали неподвижно стоять друг напротив друга, мой худший, самый мрачный страх, казалось, подтвердился.

...это очень плохо.

Если этот злополучный отборочный турнир снова будет сорван, это обернется настоящей катастрофой.

Я не смогу предотвратить грядущий коварный план темных магов, и даже если мне каким-то чудом удастся это сделать, я никогда не смогу снять с себя подозрения в том, что я имел недопустимый контакт с рыцарями Святого Королевства и дерзко похитил саму Святую.

— Чего бы это ни стоило, просто начните уже двигаться...!

В отчаянном, бессильном раздражении я пробормотал эти слова сквозь зубы.

И в этот самый миг—

— Они двигаются!

— Ууууууууу!

Два студента, до этого словно загипнотизированные, наконец сделали неуверенный шаг вперед, и огромная арена снова взорвалась оглушительными, ликующими криками.

— Ах.

И именно в этот момент мне пришлось лицом к лицу столкнуться с той суровой реальностью, с которой я отчаянно не хотел встречаться.

...это сведет меня с ума.

Чтобы предотвратить очередную позорную катастрофу на этом проклятом отборочном турнире, мне придется контролировать этих двух безвольных двойников в режиме реального времени, поскольку, по какой-то совершенно необъяснимой причине, они действительно беспрекословно подчинялись моим мысленным командам.

И всего несколько мучительных минут спустя—

БУМ—!

Предыдущий позорный фарс в самом начале матча показался лишь тихой прелюдией к тому яростному, захватывающему столкновению, в которое стремительно переросла неуклюжая битва двух студентов.

— Постойте, они правда студенты...?

— Они кажутся намного сильнее, чем в прошлый раз...

Даже те, кто по какой-то причине пропустил предыдущий турнир, а также те немногие, кому довелось видеть этих двоих в бою раньше, вынуждены были с изумлением признать их пугающий, почти сверхчеловеческий уровень мастерства.

По понятным причинам, подавляющее большинство взволнованных зрителей было полностью поглощено стремительно меняющейся картиной боя, разворачивавшегося прямо у них на глазах.

Но было одно примечательное исключение — Хестия.

Она не смотрела на арену, где разворачивалась жестокая схватка.

Вместо этого ее пристальный взгляд был прикован к фигуре мужчины, стоявшего рядом с ней.

— Робин сейчас поднимет свой щит, чтобы подготовиться к мощному удару. Его парализует, но магия противника поглотит огромное количество маны. Скорее всего, он просто выждет, наблюдая за окончанием заклинания, чтобы затем нанести неожиданный удар.

— ...ха.

— С другой стороны, Чарли немедленно увеличит дистанцию, как только закончит свое заклинание. Он ни за что не позволит Робину сблизиться... нет, он этого не допустит. Вместо этого он подготовит заклинание с минимальной затратой маны, чтобы постоянно оказывать на него давление. Ха-ха...

По какой-то совершенно необъяснимой причине Уитни внезапно перестал выполнять роль беспристрастного судьи и начал вести себя как настоящий, увлеченный комментатор, подробно описывая Мередии каждый мельчайший нюанс напряженного поединка.

"У меня были смутные подозрения, но теперь я знаю наверняка."

Долго и внимательно слушая красноречивые комментарии Уитни, Хестия закусила губу и пришла к окончательному, леденящему душу выводу.

"Уитни... ты — регрессор."

Это было единственное логичное объяснение — единственная возможность объяснить его странные, порой совершенно нелогичные поступки, его неестественные, пугающие знания и тот ужасающий, мрачный образ будущего, которое она мельком увидела в его душе.

— ...вот почему ты так отчаянно пытался меня спасти.

Конечно, для Уитни — который в тот момент чуть не спалил себе мозги, пытаясь одновременно контролировать двух игровых персонажей — ее вывод прозвучал бы совершенно абсурдно.

— Я... я не знала...

Но колеса судьбы уже начали вращаться, идеально сцепленные и неумолимые.

----------

Непредвиденное

— После жестокой битвы, наконец, у нас есть победитель!

После долгого и напряженного поединка, глава академического отдела, комментировавший происходящее, принял мой сигнал и громко объявил о завершении матча.

— Преодолев беспощадный натиск Чарли, Робин проходит в следующий раунд!

Как и было сказано, Чарли, до последнего момента удерживающий дистанцию и непрерывно произносящий заклинания, в итоге не смог закрыть мгновенно возникшую брешь и был повержен Робином, рухнув на землю.

— Подумать только, такой напряжённый матч прямо со старта! Студенты, которым предстоит следующий раунд, должно быть, чувствуют себя под давлением. Кстати, побеждённый студент, Чарли, на самом деле возглавляет клуб, которым я руковожу...

— Профессор Феликс. Давайте остановимся на этом.

— …ах, мои извинения.

Даже после окончания матча глава академического отдела продолжал говорить в своей манере комментатора, пока его не одёрнул декан, стоявший рядом.

Когда он неловко опустил микрофон, леди Мередия, наблюдавшая за мной с презрением, тихо пробормотала.

— Вы выглядите довольно взволнованным, что вам не очень подходит.

— Фух, фух…

— К слову, это относится и к тебе, Уитни Лингард.

Я переводил дыхание, непрерывно отдавая приказы двум студентам, но когда замечание неожиданно коснулось меня, я выдавил улыбку и произнёс.

— …что вы думаете о моём анализе?

— Что ж, должна признать, это было, безусловно, впечатляюще.

— Ха-ха, спасибо…

— То есть, до того момента, как вы угадали одно или два ранних предсказания.

Как и ожидалось, леди Мередия не могла отделаться лёгкими словами, как принцесса Катарина или Хестия.

— Тебе не кажется странным, что каждая деталь матча разыгралась в точности так, как ты предсказывал?

— …

— Какой трюк ты провернул? Я не почувствовала использования магии.

Говоря это, глаза Мередии, подобные драгоценным камням, слегка замерцали, когда она взглянула на меня.

— Неужели мой якобы обычный жених на самом деле тактический гений SSS-ранга?

Черт!

— …надеюсь это была шутка, леди.

Я попытался бессмысленной шуткой выиграть время, хотя мой разум уже был на грани перегрузки.

— Ты же понимаешь, что создание двойников незаконно, верно?

— Ах!

— Где настоящие студенты?

Несмотря на мою отчаянную попытку увести разговор в сторону, леди Мередия уже ухватила общую картину происходящего.

— Ты собирался доложить об этом Святому Королевству?

— Ха-а-а-а...

Теперь, когда у меня не было других вариантов, мне оставалось лишь взывать к её эмоциям, надев самое жалкое выражение лица, какое только мог, и осторожно выясняя её реакцию.

— Ты должен сказать мне правду, если хочешь моей помощи в зачистке.

— Ах, как и ожидалось от вас, леди.

К счастью, после холодного взгляда на меня леди Мередия вздохнула и решила стать моей сообщницей.

— …я раньше закапывала много тел.

— Я-я никого не убивал!

— …

— Это правда. К этому времени моя горничная должна хорошо о них позаботиться.

Я не мог сказать, были ли её слова шуткой, но в любом случае, я был благодарен.

— Знаешь, если бы я была прежней собой, я бы уже перерезала тебе глотку.

— …

— Так что будь благодарен. Я на самом деле довольно щедра со своими людьми.

Хм, стоит ли мне за это благодарить?

— Кстати, я всегда задавалась вопросом — как тебе постоянно удаются подвиги за гранью воображения?

— …мне?

— Ты лично создаёшь Героя и пробуждаешь Святую. Я не знаю, называть ли это безрассудством или доскональным расчётом.

Почесав затылок и наблюдая за выражением лица Мередии, я наконец осознал серьёзность ситуации.

…это становится большей проблемой, чем я ожидал.

На данный момент я избежал непосредственной угрозы приостановки отборочного турнира, но такими темпами я напрямую вмешиваюсь в соревнование.

Это означает, что отбор Героя может пойти не так, как предполагалось изначально.

"В тот момент, когда я вмешиваюсь, разве это не означает, что изначальная судьба уже искажена?"

В оригинальной истории один из трёх победителей отборочного турнира был выбран Святой.

Но что, если эта судьба будет искажена из-за влияния созданного мной двойника?

В худшем случае, даже если Святая вступит в контакт с победителями, может произойти буквально ничего. А это в свою очередь станет катастрофическим провалом.

"На данный момент у меня нет другого выбора, кроме как минимизировать своё влияние на отборочный турнир."

Это означает, что мне нужно убедиться, что Робин, который только что выиграл, и Хейден, который должен соревноваться, будут устранены как можно скорее.

По крайней мере, я уверен, что двойник не может стать Героем.

Так что увеличение шансов на то, что законные участники будут выбраны Героями, является лучшим курсом действий.

— Хорошо, переходим ко второму матчу!

С этими мыслями я собирался сделать небольшую паузу, прежде чем начать следующую оценку.

— Студент третьего курса Хейден против — приготовьтесь — студентки первого курса леди Сесиль Лингард!

— …о нет.

В тот момент, когда я услышал состав второй пары, я глубоко вздохнул.

"На этот раз… ничего не поделаешь."

Одно дело, что Хейдена, моего двойника, вызвали сразу, но его противницей оказалась именно она…

— Ты собираешься устранить свою сестру во что бы то ни стало?

— …это было так очевидно?

— Я никогда раньше не видела, чтобы твои эмоции проявлялись на лице так явно.

Когда я собрался с решимостью, то услышал, как леди Мередия хихикает рядом со мной.

— Я и подумать не мог, что настолько эгоистичный человек.

— И то верно. Семья — величайшая угроза в этом мире. Если бы на твоём месте была я, я бы изначально пресекла проблему на корню.

— Ха-ха…

Что ж, для Мередии семья была не более чем соперниками — врагами, готовыми посягнуть на жизнь друг друга.

Но для меня всё было иначе.

Для меня семья была…

— …настолько драгоценна, что я не могу позволить им идти по тернистому пути?

Я крепко сжал кулаки, проглотив слова, что так и рвались наружу.

Но внезапно, услышав неожиданный голос рядом, я широко раскрыл глаза и повернул голову.

— Святая?

— Впервые я ясно вижу вас, Уитни Лингард.

Леди Хестия, до этого тихо стоявшая на своём месте, теперь прямо смотрела на меня и говорила твёрдым голосом.

— Прошу прощения за то, что всё это время неправильно понимала вас.

— ….?

— И не слушайте, что говорят другие.

В ней не было и следа той робкой манеры, что я наблюдал в ней последние несколько недель.

Напротив, теперь она больше походила на ту Святую, которую я всегда знал по игре — непоколебимого союзника и силу добра.

— …что вы только что сказали?

Мередия холодно прищурилась, словно почувствовала неладное или просто не любила, когда Хестия ей противоречила.

— Нам не пора начать матч?

— Ха.

Но, к моему удивлению, Хестия встретила её взгляд и просто настояла на начале матча.

"Почему она вдруг так себя ведёт…?"

Конечно, было хорошо, что Святая вела себя как подобает.

— Вы выглядите обеспокоенным.

Но её внезапная перемена была настолько неожиданной, что я не мог не уставиться на неё в замешательстве.

Затем она медленно перевела взгляд на меня и нежно улыбнулась.

— Вы не уверены в том, что ждёт вас впереди?

— Эм…

— Не волнуйтесь. Просто делайте то, что считаете необходимым.

На мгновение её глаза, казалось, засветились белым.

— …в конце концов, это путь, по которому вы уже однажды шли, не так ли?

Испуганный, я на мгновение заколебался, но вскоре в моей голове мелькнула мысль.

С этим я решил пока сосредоточиться на матче.

— Обе стороны, приготовьтесь.

"Похоже, герой где-то рядом."

Я обрёл надежду в том, что поведение Хестии сейчас было невероятно похоже на пролог оригинальной игры.

— Начали.

"По крайней мере, судьба ещё не искажена."

И так, начался второй матч.

***

БУУУМ—!

Потрясающий удар сотряс арену, подняв огромное облако пыли, которое затянуло поле боя.

— О, ничего себе.

— Подождите, этот ребёнок действительно первокурсник?

— Этот отборочный турнир — не шутка…

Когда пыль наконец осела, зрители, ожидавшие лёгкой победы Хейдена, начали изумлённо перешёптываться.

— Ургх…

К всеобщему удивлению, Сесиль, несмотря на то, что выдержала ударную волну, достаточно мощную, чтобы сотрясти всю арену, скрестила мечи с Хейденом, вступив в силовое противостояние.

"…это безумие."

Однако, вопреки внешнему виду, Сесиль, которая давила на клинок Хейдена, уже чувствовала подавляющее отчаяние от столкновения с массивной стеной, стоявшей перед ней.

"Я так много раз ударяла его мечом, но не только не смогла нанести решающий удар, но даже удержаться на ногах — это борьба…"

В отличие от Хейдена, у которого всё ещё была возможность атаковать в своём собственном темпе, кровь уже начала выступать в уголке губ Сесиль.

"Как будто он видит каждый мой шаг."

Боевой стиль Сесиль основывался на высокой атакующей мощи и решительности, но ей не хватало выносливости, чтобы выдерживать длительные атаки.

Именно поэтому она с самого начала выложилась на полную, стремясь к быстрой победе подавляющей силой.

Но проблема заключалась в технике, которую использовал Хейден — его собственной уникальной ауре меча.

"Таким темпом… я проиграю, даже не нанеся ни одного удара."

Хейден освоил технику под названием «Вибрирующее лезвие», способность, которая могла передавать вибрации через всё, к чему прикасалась, даже через землю и воздух.

Для Сесиль, у которой не было другого выбора, кроме как блокировать его атаки напрямую, это был кошмар — каждый парированный удар всё равно наносил ей урон.

Создание дистанции и ответная магия тоже не были жизнеспособным вариантом.

Хотя Сесиль была вундеркиндом, талантливым как в фехтовании, так и в магии, Хейден, третьекурсник, известный своим исключительным балансом в обеих дисциплинах, был противником, который мог противостоять всем её заготовкам.

Проще говоря, Хейден был полной и превосходной версией Сесиль, которой всё ещё не хватало опыта.

"Если бы только я освоила свою собственную ауру меча…"

Единственная её надежда состояла в том, чтобы пробудить свою собственную ауру меча, но, несмотря на интенсивные тренировки вплоть до дня отборочного турнира, она не смогла её проявить.

Ззззззззт—

Теперь, втянутая в битву на истощение, Сесиль стиснула зубы, услышав зловещее металлическое жужжание от вибрирующего клинка Хейдена, готовясь к удару.

БУМ—!

Но как бы она ни была готова, не было способа полностью выдержать удар, настолько мощный, что казалось, он сотрясает всё пространство вокруг неё.

— Кха…!

Ударная волна отбросила Сесиль назад.

Она едва успела поставить ноги на землю, но мгновение спустя кровь брызнула из её губ.

"Второй попытки не будет."

В этот момент глубоко в её подсознание закралось осознание — её следующий шаг будет последним шансом.

Вуууум—

Как бы откликаясь на её волю, неполная, но едва различимая аура меча начала мерцать вокруг её клинка, вызывая возгласы и аплодисменты зрителей.

— Первокурсница использует ауру меча? Кто эта девушка?

— …Семья Лингард действительно благословлена талантом.

— Так это была всего лишь разминка? Настоящая битва начинается сейчас…

Однако, в отличие от взволнованной публики, которая видела в этом появление неожиданной тёмной лошадки, сама Сесиль знала правду.

— …

Просто стоять прямо становилось всё труднее — это было не что иное, как её последняя отчаянная борьба.

"…есть ли в этом смысл?"

Она в отчаянии крепко сжала меч, заставляя себя держаться на ногах, несмотря на все шансы.

Но затем она увидела Хейдена, стоящего вдалеке, уже окутанного его полной и отточенной аурой меча, и смотрящего на неё с бесстрастным выражением лица.

"Даже если я использую эту незаконченную ауру меча, это не изменит ничего…"

Её руки, крепко сжимающие рукоять меча, начали неконтролируемо дрожать от этой мысли.

— Сесиль Лингард.

Холодный голос прорезал её мысли — это была леди Мередия.

— Вы ещё в состоянии продолжать матч?

— …Угх.

Сесиль коротко повернула голову к судейской коллегии, прежде чем стиснуть зубы и крепче сжать свои дрожащие руки.

— Было бы разумно не перенапрягаться.

В отличие от Мередии, которая говорила так, будто исход матча уже был решён, то, что действительно разожгло решимость Сесиль, было увидеть Уитни Лингарда, тихо готовящегося выйти вперёд и исцелить её.

— Я… в порядке.

— Хм.

Услышав тихий, но твёрдый ответ Сесиль, Мередия сузила глаза и, после короткой паузы, снова заговорила.

— …обе стороны, продолжайте.

И затем над ареной повисла напряжённая тишина.

"Даже если я проиграю здесь…"

В этой тишине Сесиль собрала каждую унцию оставшейся в ней силы и вложила её в свой клинок; её глаза горели решимостью, когда она готовилась к одной финальной атаке.

— Я выложусь на полную.

Её взгляд был прикован к Хейдену, но на самом деле слова, которые она хотела сказать, предназначались для кого-то другого.

Для кого-то, сидящего за судейским столом рядом с ней.

— Чтобы никто никогда больше не смотрел на меня свысока!!!

С глубоким, прерывистым вдохом Сесиль выкрикнула слова решимости и высоко подняла меч.

Шиииинь—

В то же время Хейден поднял свой меч в ответ.

БУУУУУМ—!

Ударная волна, не похожая ни на что прежде, вырвалась наружу, сотрясая всю арену, когда огромное облако пыли окутало поле боя.

***

— …Ах.

Даже судейская коллегия и зрительские места задрожали, словно от землетрясения.

Узрев разруху и клубящуюся пыль передо мной, я бессознательно сорвался с места.

— И теперь ты удивлен, даже если всё это было твоих рук дел? Не волнуйся. Насколько я вижу, твоя сестра не из тех, кто потерпит поражение от такого.

Леди Мередия, схватившая меня за руку, попыталась успокоить меня.

Но не поэтому я встал.

— Что ж, она, вероятно, ранена, но если бы она не могла справиться хотя бы с этим, ей не стоило соваться в отборочном турнире вообще.

— …дело не в этом.

Причина, по которой я встал, была не в беспокойстве о моей сестре.

Это было потому, что мана, которая постоянно истощалась из меня с каждой отданной командой, внезапно вернулась вся сразу.

— …Хм. Теперь это неожиданно.

Услышав мои слова, Мередия слегка наклонила голову и коротко позволила своим глазам, подобным драгоценным камням, замерцать, прежде чем издать тихий смешок.

Судя по её реакции, казалось, мои подозрения были верны.

Шшшшшш—

В этот момент облако пыли, заполнившее арену, медленно начало рассеиваться, привлекая всеобщее внимание к исходу столкновения.

— Боже мой.

— Ха-ха, вот это неожиданный поворот.

— Это невероятно…

Пока все смотрели в шоке, изо всех сил пытаясь осознать увиденное, глава академического отдела наконец обрёл голос, хотя он дрожал от недоверия.

— П-победитель второго матча…

Та, что всё ещё стояла, тяжело дыша, глядя на своего коленопреклонённого противника, который уронил свой меч—

— …Сесиль Лингард.

Это был не Хейден, мой главный персонаж и двойник.

Это была моя младшая сестра, Сесиль.

Тук—

И в тот момент, когда было сделано объявление, она рухнула на пол, без сознания.

По стадиону прокатились оглушительные аплодисменты.

Но среди толпы один я не мог разделить их волнения.

"Моя сестра… кандидат в Герои?"

Холодное осознание поразило меня до глубины души.

— …этого не может быть.

Наихудший из возможных сценариев — тот, которого я больше всего боялся — только что развернулся перед моими глазами.

----------

Разрушенная иллюзия

После завершения второго поединка, спустя некоторое время, в специально отведённой для участников комнате на стадионе.

— Угх…

Лежа на кровати в оцепенении, Сесиль медленно открыла глаза и застонала, пытаясь приподняться.

— …хаа.

Однако, едва она поднялась наполовину, как резкая боль пронзила всё тело, вынуждая её со вздохом вновь рухнуть на кровать.

— Что… со мной случилось…

Последним, что она помнила, было, как она держалась на ногах после столкновения, отчаянно переводя дыхание, а затем оглушительный рёв, предшествовавший потере сознания.

— Эй… здесь кто-нибудь есть… кха.

Сдерживая слабую надежду, она еле слышно позвала, но внезапный приступ кашля заставил её прикрыть рот, проглотив слова.

Затем, увидев кровь, запятнавшую её ладонь, её лицо помрачнело, и она пробормотала про себя.

— …ну, конечно, я никак не могла победить.

Её противником был Хейден, третьекурсник и претендент на чемпионство — по сути, её улучшенная версия.

Она столкнулась с ним лицом к лицу, даже не полностью освоив свою ауру меча, так что было очевидно, кому предназначались аплодисменты, которые она слышала, падая.

— Всё же, может быть, стоит удовлетвориться тем, что я сделала всё возможное…

Когда она мысленно предугадала исход, на её лице появилось опустошённое выражение, прежде чем она стиснула зубы.

— …нет, что за чушь?

Это был даже не полуфинал или финал — её выбили в самом первом круге.

Она не могла смотреть в глаза друзьям, которые так горячо болели за неё.

— Я так хотела показать свою истинную силу…

Больше всего на свете она не могла заставить себя взглянуть на него — того, кто, будучи судьёй на отборочном матче, наблюдал за ней без единого слова ободрения.

— Ургх…

Слёзы навернулись на её расфокусированные глаза, когда она молча прикусила губу.

{Очередное шокирующее потрясение! Первокурсница Адель Фелгрейв победила второкурсницу Люсию Урейн и выходит в следующий раунд!}

В этот момент она услышала ошеломлённый голос официального представителя турнира, эхом разносящийся за пределами стадиона.

— Ха… ха-ха.

Она притворялась, что ей всё равно, но в глубине души всегда признавала Адель, которая постоянно наступала ей на пятки, достойной соперницей.

— Это только заставляет меня выглядеть ещё более жалко…

Знание того, что Адель победила старшекурсницу и прошла в следующий раунд, сделало её поражение ещё более болезненным.

Топ-топ—

Всё ещё лежа в постели, погружённая в отчаяние, она вдруг навострила уши, услышав приближающиеся шаги снаружи.

— Вы кто?

— Ах, эм. Я просто хотел проверить состояние моей сестры.

Услышав разговор между медсестрой и Уитни за дверью, она сжала кулаки и закрыла глаза.

— К счастью, с ней ничего серьёзного не произошло. Она просто потеряла сознание от крайнего истощения.

— Ох…

— У неё есть незначительные внутренние повреждения, но до следующего раунда достаточно времени, так что к тому времени она полностью восстановится.

Что-то в их разговоре показалось ей немного странным.

— Какое облегчение…

— Да? Было бы слишком жестоко, если бы она не смогла участвовать после своей чудесной победы.

Услышав это, её сердце забилось быстрее.

"Победа…? Я… победила?"

— Редкость, когда первокурсник побеждает третьекурсника. Вы, должно быть, гордитесь своей сестрой.

"…серьёзно?"

Забыв даже о своей боли, Сесиль резко села и, наконец, заметила цветочные короны и письма поддержки, которые её друзья оставили у её кровати.

"Хе-хе… видишь? Я могу это сделать."

Она всё ещё была в замешательстве, но исход был ясен.

Больше не на грани слёз, она ухмыльнулась и крепко прижала подарки друзей к груди.

— Ха-ха. Моя сестра слишком зрелая для своего же блага.

"Что, чёрт возьми, он несёт?"

Пока она тихо хихикала про себя, бесстыдное замечание Уитни снаружи заставило её выражение лица стать ледяным.

"Я была той, кто страдала, а он никогда не подбадривал меня и не помогал мне…"

Она всё ещё живо помнила, как Уитни насмехался над ней, бросая ей вызов доказать себя на отборочном турнире.

"Больше всего, то, как он притворяется заботливым, просто жутко…"

И она не забыла.

Как он предостерегал её не вмешиваться в внезапное исчезновение их отца.

Как он оставался бесстрастным даже на похоронах их матери.

"Почему тёмные маги до сих пор не забрали этого ублюдка? Ах да, он же белый маг, так что этого не произойдёт."

Конечно, у неё не хватало смелости сказать такое ему в лицо, поэтому она просто проглотила своё негодование и прокляла его про себя.

— Я на самом деле подумываю отправить сестру в академию, но плата за обучение слишком высока.

— …Хм, это правда. Было бы хорошо, если бы была стипендиальная программа.

Она склонила голову, прислушиваясь к их разговору.

"Но ведь стипендия есть, не так ли?"

Она ясно помнила, как была взволнована, когда солидная сумма, помеченная как стипендия, поступила на её счёт после того, как она заняла первое место в прошлый раз.

— Кстати, могу я увидеть лицо моей сестры на мгновение?

— ……!

Услышав осторожную просьбу Уитни, Сесиль запаниковала.

Она торопливо оттолкнула свои подарки в сторону и снова легла.

— Стандартная процедура не позволяет посетителям во время лечения, входить, но…

Молча она молилась, чтобы медсестра отказала ему наотрез.

— …раз это сэр Уитни, всё должно быть в порядке.

"Угх."

К её ужасу, медсестра без колебаний пропустила его.

Не желая, чтобы её отдых был нарушен, она быстро натянула одеяло на голову и притворилась спящей.

Скрип—

Через несколько секунд дверь лазарета тихо открылась.

— …Сесиль, ты всё ещё спишь?

Затаив дыхание, она лежала совершенно неподвижно, подавляя желание поморщиться от голоса Уитни, который теперь был совсем рядом.

— Хм…

Затем, после долгого взгляда на неё со стула у кровати…

— Прости меня, Сесиль.

Он вдруг пробормотал, протягивая к ней руку.

"…стоит ли мне закричать?"

Паника охватила её, и она серьёзно задумалась, стоит ли сесть и позвать на помощь.

— Я даже не смог поболеть за тебя из-за работы. Ты ведь не злишься, правда?

"...?"

— Мне стоило относиться к тебе лучше.

Но вопреки её ожиданиям, Уитни просто нежно погладил её по голове, говоря раскаявшимся тоном.

"…А?"

Сесиль, более озадаченная, чем когда-либо за долгое время, оставалась неподвижной, не в силах ответить.

— Всё же, я рад, что ты настолько сильно выросла.

"…!?"

Человек, который всегда говорил подозрительную чушь, впервые говорил с искренне.

***

Дёрг—

— …мм?

Сесиль, неподвижно лежавшая в постели, задрожала, когда я погладил её по волосам и пробормотал сердечный комплимент — то, что я обычно никогда бы не сказал.

Удивлённый, я широко раскрыл глаза и осмотрел её цвет лица.

— Ей холодно…?

Увидев мурашки на её руках, я решил, что она, должно быть, слаба от истощения.

— В былые времена ты так сильно ныла, что я даже пел колыбельные.

Натянув одеяло до подбородка, я не мог не улыбнуться, когда всплыли детские воспоминания из этой жизни.

"И… да, мы много играли в притворство."

Вспомнив, как Сесиль, всегда бравшая на себя роль Героя, часто била меня во время этих игр, я поморщился. Но тогда мы были детьми — она, вероятно, даже не помнит этого.

"…о, это подарки от её друзей?"

Погружённый в ностальгию, я вдруг заметил стопку разноцветных писем, разбросанных у изножья кровати.

— ……

Прочитав их, я увидел, что все они поздравляли её с прохождением первого матча.

У меня вдруг заболело в груди.

— Они знают её всего несколько месяцев, но они лучше меня.

Даже если мои намерения были ради неё, факт оставался фактом: она лежала здесь из-за меня.

Пытаясь уберечь её от опасности, я сам бросил её в неё.

Какой идиот так поступает?

"Вот почему… я должен начать поддерживать её путь."

Даже если она сражалась лишь с двойником, Сесиль всё равно одолела Хейдена — главного Героя, которого я тщательно контролировал.

Она была намного сильнее, чем я ожидал.

Держать её в клетке дольше было бы не чем иным, как эгоизмом.

— Не волнуйся и продолжай двигаться вперёд, Сесиль.

В конце концов, то, что мне нужно было сделать для неё, ничем не отличалось от того, что я делал для леди Мередии.

— …я всегда буду на твоей стороне. Ха-ха.

Если Сесиль станет Героем, мне придётся кардинально пересмотреть свои планы — но и всё равно.

Когда средства превалируют над целью, это никогда не заканчивается хорошо.

Мне нужно было помнить об этом.

Независимо от того, как я буду действовать дальше, защита тех, кого я лелею, должна быть на первом месте.

— …ч должен оставить небольшой подарок, прежде чем уйти.

Приведя свои мысли в порядок, я достал маленький подарок, который не успел ей передать раньше, и осторожно положил его рядом с ней.

"Это утешит её больше, чем всё, что я мог бы предложить…"

Когда я осторожно положил его рядом с ней, затаив дыхание, чтобы не разбудить её—

— Эм, извините… вам нельзя здесь находиться…

Испуганный голос раздался из-за двери.

Затем наступила тишина.

— Уитни Лингард.

— Мы пришли за вами.

Почувствовав зловещую ауру, проникающую внутрь, я прищурился.

В лазарет вошли две фигуры, их лица были мрачными, а жесты — недвусмысленными.

— Ха-ха… что ж.

Судя по их энергии и медсестре, что лежала на полу без сознания за ними, они, несомненно, были тёмными магами.

"Как раз вовремя."

Это означало, что мой план работает.

***

— Что привело вас сюда, господа?

Уитни тихо поднялся, став защитной стеной перед Сесиль, его лицо выражало притворное замешательство, когда он обратился к незваным гостям.

— Мы думали, вы на нашей стороне, но вы избавились от Ребекки.

— Как будто белый маг когда-либо будет одним из нас. Ребекка была глупа, если думала иначе.

Глядя на Уитни с нескрываемой враждебностью, тёмные маги внезапно перевели взгляд на Сесиль, всё ещё лежащую в постели.

— Это твоя младшая сестра?

— Она подходит. Мы всегда возвращаем то, что получаем.

Услышав эти слова, Уитни немедленно схватил Сесиль за руку и приготовился произнести защитное заклинание; его голос стал ледяным.

— …я пойду с вами. Только не трогайте мою сестру.

Его голос был лишён всякого юмора, наполнен леденящей решимостью.

Сесиль, всё ещё притворяясь спящей, слегка вздрогнула — но, к счастью, никто не заметил.

— Умный выбор. Взамен ты поможешь с нашим планом.

— Надень это на запястья и пойдём с нами. Попробуешь что-нибудь выкинуть, и мы не гарантируем безопасность твоей сестры.

Ухмыляясь тому, как легко он подчинился, тёмные маги бросили ему пару продвинутых магических ограничителей.

— Может, нам взять и девушку?

— Нет, слишком много глаз вокруг. Возьмём только то, что перед нами.

Уитни напрягся от этого предложения, когда холодная аура на короткое время вспыхнула вокруг него.

Но в тот момент, когда они отказались от Сесиль, энергия утихла.

— Кстати… тебе не кажется аура вокруг него странно знакомой?

— Не неси чушь. Просто следи за ним.

С надёжно закреплёнными ограничителями, два тёмных мага окружили Уитни и вывели его из лазарета.

В комнате воцарилась тишина.

— …не может быть.

В этой тяжёлой тишине Сесиль села, и её голос был едва слышен.

— Это… всё это было подстроено, чтобы обмануть меня. Они думали, что я не пойму…

Затем её взгляд упал на письмо, которое оставил Уитни.

[Подумать только, ты уже участвуешь в отборочном турнире в столь юном возрасте. Я искренне горжусь тобой, Сесиль.]

Её лицо стало мертвенно-бледным.

[Кстати, как к тебе относится брат?]

Официальная печать ясно давала понять — письмо было от их отца.

— …ах.

В этот момент иллюзия, за которую Сесиль так долго цеплялась, рухнула.

----------

Контакт

Внутри стадиона, в редко посещаемом складском помещении.

— …кто там?

— Я привёл его.

На резкий вопрос, донёсшийся изнутри, ощутив чьё-то присутствие, тёмный маг, стоявший снаружи с Уитни, понизил голос, чтобы ответить.

— …входите и не забудьте снова запечатать дверь.

С этими словами зловещий тёмный сигил на мгновение вспыхнул, прежде чем дверь складского помещения медленно, со скрипом отворилась.

"Ух ты, да тут целая толпа тёмных магов."

Уитни, входя с двумя удерживавшими его тёмными магами, коротко огляделся, прежде чем изобразить неуместную, учитывая обстоятельства, улыбку.

— Академия, якобы самое безопасное место, прямо кишит вами. Даже представить не могу, сколько вас скрывается где-то ещё.

Комната была заполнена людьми, занимающими неприметные должности — горничными, уборщиками, охранниками — людьми, которые обычно не привлекали бы внимания. Все они бросали на Уитни холодные взгляды.

— Вы, кажется, не понимаете ситуацию. Вас похитили.

— Ха-ха, думаю, эту часть я вполне и сам понял.

— …у вас довольно острый язык.

Даже когда его насильно усадили на стул и связали, Уитни сохранял невозмутимое выражение лица. Темнцйе маг, одетая как горничная, сердито посмотрела на него и подошла ближе.

— Посмотрим, сможете ли вы продолжать в том же духе, когда я отрежу вам язык.

Она вынула из кармана маленький кинжал и приставила его к шее Уитни, ледяным тоном шепча.

— Ну, сомневаюсь, что у вас хватит смелости это сделать.

— О? Вы правда так считаете?

Её глаза потемнели от его провокации, её аура внезапно наполнилась убийственным намерением.

Хруст—!

В следующее мгновение она схватила кинжал иначе и вонзила его прямо в плечо Уитни.

— Каковы ощущения? Больно, не правда ли? Ну давай, заплачь…

— …мм.

— Хаа. Мне нравится наблюдать за тем, как такие хрупкие маленькие наглецы, как ты, кричат от агонии…

Некоторые из тёмных магов нахмурились от её внезапного действия, но большинство лишь взглянули на Уитни, словно привыкшие к подобным сценам.

— ……

— Что? А ты жовольно хорошо держишься для маленького дворянина?

Удивлённая отсутствием реакции, горничная крепче сжала рукоять кинжала и повернула его.

Хрясь—

Казалось, вынести подоьное было за пределами человеческих возможностей. Уитни слегка опустил голову, но он всё равно не издал ни звука и даже ни разу не открыл рта.

— Храбришься, да? Ну же, если ты хоть немного заплачешь, я остановлюсь. Мм? Тц, вот ублюдок…

Расстроенная, она внезапно оседлала Уитни, крепко сжимая ему горло.

— Тебе не нужно притворяться испуганным, просто издай небольшой стон, а? Или сдохнуть хочешь? А? А!?

Даже тогда Уитни лишь слабо покачнулся, не показывая никакой реакции. Тёмные маги, внимательно наблюдавшие за ним, начали перешёптываться между собой.

— …он уже без сознания?

— Я даже не знаю, открыты у него глаза или закрыты…

Пока они спорили, один из них помахал рукой перед полузакрытыми глазами Уитни.

— …если бы я потерял сознание от чего-то столь тривиального, я бы самолично покинул пост белого мага.

Уитни медленно поднял голову, изобразив бледную улыбку, когда наконец заговорил.

— Кроме того… я немного нервничал, когда вы упомянули пытки, но, смотрю я на вас и думаю, что у низкоранговых тёмных магов должно быть не так уж много пыток в запасе.

— …посмотри на этого парня.

Тёмный маг-горничная, мучившая его, ухмыльнулась от забавы и подошла ближе.

— Ты правда разжигаешь во мне огонь…

Она поставила одно колено на стул и нежно погладила Уитни по щеке, на её губах появилась искажённая улыбка.

— Из всех игрушек, что я сломала, ты, возможно, самая забавная…

— ……

— Я позаимствую его ненадолго, ладно? Совсем ненадолго, хорошо?

Она повернулась к своим товарищам-тёмным магам, когда её глаза блеснули.

— У нас нет времени на это. Нам нужно двигаться дальше по плану.

— …угх, чёрт возьми. Ещё немного…

— …достаточно.

— Тц…

Её товарищи, следившие за временем, вмешались, прервав её садистское веселье.

— Тихо, все. Сейчас мы призовём лорда Педро.

— Отойдите, если не хотите попасть под раздачу.

Когда напряжение в комнате временно спало, два тёмных мага, приведшие Уитни, начали рисовать магический круг на полу, отдавая приказы остальным.

— Как только он узнает от него всё, что его интересует, то можешь делать с ним всё, что захочешь.

— …ха-ха! Обещаете?

Некоторые нахмурились от этого заявления, но, по крайней мере, тёмный маг-горничная, которая мучила Уитни, отступила с ликующим выражением лица.

— Как и ожидалось… это он.

Среди всего этого Уитни, тяжело выдыхая, вдруг улыбнулся.

— Он единственный среди руководителей, кто может пересекать пространства без ограничений.

— …?

— Он, должно быть, был частью плана с самого начала, верно?

На его наводящий вопрос тёмные маги обменялись взглядами, прежде чем ответить холодным тоном.

— От кого ты узнал?

— Даже у нас не так много информации о руководителях.

Уитни просканировал их лица и продолжил говорить с понимающим видом.

— Кукловод, Рыцарь Смерти, Теневая Ведьма, Шут и Педро Гомес, который только что стал руководителем и даже ещё не имеет псевдонима. Всего их пятеро, верно?

Ответа не последовало.

Не потому, что их застали врасплох, а потому, что ни у кого из них — будучи из фракции Педро — не было полномочий подтвердить, верно ли его утверждение.

— …хм. Значит, он правда ваш начальник. Всё же, я надеялся перепроверить эту информацию.

Прочитав их выражения, Уитни слегка вздохнул от разочарования, прежде чем нахмуриться.

— Что ж, мне больше не нужно иметь дело с вами. Просто призовите Педро уже, ладно?

— …пытки лишили его рассудка?

— Серьёзно, я же сказал тебе…

Несколько тёмных магов взглянули на горничную, их глаза были наполнены лёгким раздражением. Но она лишь пожала плечами, притворяясь невинной.

— Разве это имеет значение? В любом случае, мы поиграем с ним и в конце концов убьём.

— …нет. Это не тебе решать.

Внезапно новый голос прервал её слова.

— Чего…? Гах—!

Тёмный маг-горничная нахмурилась от голоса и повернулась, чтобы ответить — только чтобы потом ей перерезали глотку.

— Право вершить суд, даровать жизнь или отнимать её… всецело принадлежит моему господину.

— Что?! Ты рехнулась?!

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, другая горничная, стоявшая рядом, выхватила кинжал и вонзила ей прямо в шею.

— Постой, кто она, черт возьми?

— …черт. Она не из наших?!

— Но я ведь ясно ощущал тёмную магию…

Тёмные маги, поначалу ошеломленные, наконец пришли в себя, когда женщина небрежно стряхнула окровавленный меч, источая неприкрытую жажду убийства.

Шух—

Пока вокруг ее клинка клубилась зловещая аура, все тёмные маги одновременно застыли на месте, начав вдруг осознать, что что-то в их плане пошло очень, и очень неправильно.

— Руниэль, оставь одного в живых.

— …поняла.

— У них есть информация, которую нужно вытянуть. Ха-ха…

Всего через несколько секунд после того, как позади них раздался веселый голос Уитни…

Треск—!

Внутри кладовки не осталось ни единого тёмного мага.

***

— Аргх…!

— …эй, Руниэль?

Едва я отдал приказ, как кладовка обагрилась кровью. Я нерешительно повернулся к Руниэль, которая добивала последнего выжившего тёмного мага.

— …разве я не сказал оставить одного в живых?

{Господин… мне страшно…}

Её присутствие было настолько подавляюще ужасающим, что даже паук-монстр, прятавшийся в объятиях Руниэль, чтобы сойти та сошла за тёмного мага, поспешил ко мне и вцепился в ногу от страха.

— Есть один выживший.

Руниэль, наконец взглянув в мою сторону, указала мечом на дальнюю стену.

— Угх… кхх…

— О? Оказывается, удар в горло не обязательно означает мгновенную смерть, если действовать аккуратно. Хотя, с такой кровопотерей, скоро она потеряет сознание.

Горничная-тёмный маг, которая мучила меня, теперь, хватаясь за кровоточащее горло, слабо извивалась на полу, издавая хриплые звуки.

— …если правильно оказать первую помощь, вы сможете ее допросить.

С этими словами Руниэль бесцеремонно подтащила женщину и бросила ее около стула, к которому я был привязан. Затем она опустилась на колени рядом со мной и сняла магические оковы с моих запястий.

— Хорошо, будет немного щипать.

— АААААААААА!

— О, точно. Ты же тёмный маг.

Я инстинктивно применил белую магию, чтобы исцелить ее, но лишь наблюдал, как она дергается в конвульсиях, а из ее тела клубится темный дым. Почесав голову в смущении, я пробормотал.

— Давно не пользовался исцеляющей магией. Поскольку я белый маг, мне самому она обычно не нужна.

— Угх… угххх…

— Теперь, почему бы тебе не рассказать нам, что вы все здесь замышляли?

После того, как я обработал ее раны, как ни в чем не бывало, горничная наконец пришла в себя и оскалив зубы, уставилась на меня.

— Думаешь… я скажу тебе?

— …кажется, я недолечил тебя.

— Да, я тоже так думаю.

Строго говоря, у белых магов есть негласное правило против пыток других.

Но всегда есть исключения.

— ААААААААААААА!

Например, когда это служит высшему благу — или когда цель является тёмным магом.

— Проявлять милосердие даже к своему мучителю… как и ожидалось от вас, господин.

— …не обязательно комментировать.

Применив немного «гибкости» к правилам, я обработал ее рану еще одним «успокаивающим» лечением белой магией. Тем временем я лишь криво улыбнулся на комментарий Руниэль.

— Честно говоря, я был весьма удивлен, когда вас ударили кинжалом в плечо, господин. Даже опытные рыцари закричали бы в подобной ситуации. Но вы даже не издали ни звука. Поистине восхитительно.

— …ха-ха.

Не то, что я особенно хотел бы вспоминать, но в прошлой жизни я страдал от комплексного регионального болевого синдрома — КРБС.

Боль такого рода, от которой даже легкий ветерок или нежное прикосновение ткани ощущались как сдирание кожи заживо.

Вытерпев эту агонию с детства до самой смерти, я просто стал таким человеком, который мог вынести кинжал, пронзающий моё плечо.

Конечно, когда я разделил боль от вырезания ритуала в душе Руниэль, это было немного сложнее.

— Я-я расскажу! Я расскажу всё, что знаю!

А вот тёмный маг, которая так охотно мучила меня, теперь ломалась от такого уровня боли.

— Ты наслаждаешься причинением боли другим, но не можешь вынести ее сама?

— П-пожалуйста… я была неправа…

— Если ты это понимаешь, то лучше тебе начать говорить.

Раздраженный нахлынувшими воспоминаниями, я произнес с лёгкой холодностью в голосе, побуждая женщину вздрогнуть в страхе, когда она начала выбалтывать информацию.

— М-мы призывали лорда Педро сюда, чтобы призвать демона!

— С какой целью?

— Я-я не знаю! Мы просто пеш— АААГХ!

Поскольку информация казалась неполной, я «помог» ей вспомнить, и, конечно же, из её рта вышло что-то более полезное.

— Нам… нсм было приказано не допустить проведения отборочного турнира! Это все, что я знаю, клянусь!

— И кто отдал этот приказ?

— Л-леди Ребекка! Я подслушала, как она разговаривала с лордом Педро…!

Теперь это подтвердило все.

Тёмные маги хорошо знали о существовании Героя и Короля Демонов.

И, в отличие от оригинальной истории, они также знали, что Герой появится из числа победителей турнира.

Но было что-то странное во всём этом.

— …есть ещё что-нибудь, что вы хотите спросить? Хе-хе…

— …не особо.

— …а?

Честно говоря, я хотел извлечь больше информации, но выжимание пустой губки ничего полезного не даст.

— …так что теперь со мной будет?

Я обменялся взглядом с Руниэль, которая молча кивнула. Ее глаза холодно заблестели.

Взмах—

— …ах.

Горничная издала короткий вздох, когда меч вновь вошел в ее прежнюю рану. Ее голова безжизненно наклонилась вперёд и упала на пол.

— …если позволите, господин, я полагаю, нам следует избегать подобных операций в будущем.

Пока я думал о происходящем со странным чувством беспокойства, Руниэль нерешительно положила руку мне на плечо и тихо произнесла.

— …потерять цель в жизни ужасно. Я бы предпочла сама быть приманкой.

Её выражение лица выражало глубокую тревогу, когда она смотрела на меня.

Это было поистине трогательно.

Конечно, корень ее чувств, вероятно, заключался в страхе, что не останется никого, кто мог бы использовать ее как меч, но все же, никто раньше так не беспокоился обо мне.

…кроме моей покойной матери.

Впервые я по-настоящему почувствовал присутствие подчиненных, на которых я мог в полной мере положиться.

— …ха-ха. Я постараюсь.

— …спасибо.

Признавая ее беспокойство, я дал, вероятно, невыполнимое обещание, прежде чем повернуться к двери.

— Что ж, теперь, когда мы разобрались с тёмными магами, пора выдвигаться.

Направив белую магию в руку, я приготовился сломать барьер, запечатывающий дверь.

— …а?

Но как только я сделал шаг вперед, то внезапно замер и повернулся назад, широко раскрыв глаза.

Вспышка—

Призывной круг, начертанный тёмными магами для призыва Педро, теперь зловеще светился.

— …ч-что? Какого?

Но он не должен был активироваться, если только кто-то не наполнил его темной магией…

— …господин, мы должны немедленно убираться.

Пока я колебался, Руниэль срочно встала передо мной.

— Я сдержу его, насколько смогу.

— Что? О чём ты…

— Пожалуйста! Это присутствие необычно!

Я хотел довериться ее суждению, но Руниэль в данный момент была не в форме.

Она еще не полностью пробудилась, не могла использовать свои максимальные способности, и была вооружена лишь украденным мечом.

Если бы она столкнулась с высокопоставленным демоном в таком состоянии, ей пришлось бы нелегко.

Треск—

Когда тёмный дым начал подниматься из призывного круга, я приготовился к битве

— …мы справимся с ним вместе.

— Господин…!

Если бы я не исчерпал свою ману, контролируя двойника раньше, я мог бы предотвратить призыв полностью.

Но это уже не имело значения.

Что имело значение, так это поддержать Руниэль любым способом, каким я мог.

— В-Великая Тень, вы призвали меня…!

— …!?

Когда дым наконец рассеялся, перед нами с Руниэль предстал... Педро.

И тот немедленно распростерся передо мной, слегка дрожа.

— …чё?

Руниэль медленно повернулась в мою сторону; в ее глазах появилось понимание.

— …так это правда.

— Подожди, что правда? Руниэль, это недоразумение…

— Все в порядке. Я всегда буду на вашей стороне, не переживайте.

…когда эти недоразумения наконец закончатся?

----------

Контакт (2)

«Ах, вот оно что.»

Первая мысль Педро, вызванного своим господином столь внезапно, прямо перед самой операцией. Эта краткая фраза мгновенно обрисовала всю картину.

«…мы влипли».

Причина была ясна — его подчиненные, которым надлежало призвать Великую Тень вместо него, теперь безжизненно распластались по полу, источая отвратительный запах крови.

— О-о, Великая Тень…

Дрожа от ужасающего зрелища, Педро осторожно поднял голову, чтобы вопросить о происходящем у Великой Тени, стоявшей перед ним.

— К-как вы могли призвать меня…

— …не припомню, чтобы я давал тебе разрешение поднимать голову.

— Я-я прошу прощения!

Прерванный твердым голосом Тени, Педро немедленно прижался лбом к земле, его глаза забегали, пока он снова погрузился в глубокие размышления.

«Значит, на этот раз мой господин овладел мужчиной…?»

Его господин обычно предпочитал овладевать женскими телами, но не существовало закона, запрещающего овладение и мужским телом.

Более того, аура, исходящая от него, несомненно принадлежала его господину, который правил как предводитель темных магов.

Испуганный, Педро лишь держал голову опущенной, готовясь к грядущему упреку.

— Почему ты думаешь, я призвал тебя?

— М-может быть, мои подчиненные совершили какое-то преступление…?

Он спросил как можно вежливее в ответ на леденящий душу вопрос, но долгое время не было ответа.

«Что мне теперь сказать?»

Причиной молчания было то, что Уитни, который намеренно понизил свой голос и говорил непривычной неформальной речью, на мгновение потерял дар речи.

«Если я скажу что-то не то, и он заметит, пути назад не будет…!»

«Черт возьми, какую ошибку совершили эти бесполезные дураки?!»

Уитни отчаянно хотел избежать конфликта с Педро, даже если это означало быть неправильно понятым Руниэль, которая стояла рядом.

Тем временем Педро, который всегда видел своего господина в беззаботном расположении духа, теперь впервые стал свидетелем гнева своего господина, и ему больше всего хотелось выбраться из этой ситуации.

Это была абсурдная, но трагическая ситуация для обеих сторон, но для тех, кто был вовлечен, каждый момент ощущался как кризис жизни или смерти.

— Слушай внимательно, Педро.

— …я-я не посмею ослушаться.

После долгого, напряженного противостояния Уитни заговорил первым.

— …тебе придется отказаться от участия в этой операции.

— Что?

— Я сам возьмусь за призыв демона.

Педро, который склонил голову, чуть не выпалил неуважительный вопрос о том, что задумал его господин, но его хорошо развитые инстинкты самосохранения едва удержали его.

— Н-но, мой господин, разве вы еще не можете явить себя миру…?

— …ты помнишь, почему?

— Э-это…

Его внутренняя похвала своим инстинктам была недолгой, так как Педро почувствовал, как его губы пересохли в ответ на входящий вопрос, и осторожно открыл рот.

— Потому что вы еще не набрали достаточно сил, чтобы явить свою истинную форму…

— Да, так и было.

Но губы Уитни также пересыхали в реальном времени.

— Однако на этот раз у меня есть причина действовать лично.

— П-почему это?

— Потому что… я должен лично создать Героя.

— …простите?

Уитни, чей мыслительный процесс давно отключился, просто выпалил слова по спинальному рефлексу.

Затем он внезапно вспомнил что-то, что пробормотал Парша во время их стратегического совещания в особняке, и решил использовать это дословно.

— Для воскрешения Короля Демонов Герой необходим.

— Ах…!

— И чтобы изменить судьбу, я должен создать этого Героя сам.

Педро и даже Руниэль широко раскрыли глаза от удивления и кивнули, и, к счастью, импровизация, казалось, работала.

— Тогда почему вы не сообщили нам об этом раньше…?

— Педро Гомес, а с чего ты взял, что я должен тебе это объяснять?

— …м-мои извинения.

Чувствуя себя немного увереннее, Уитни понизил голос и заговорил леденящим тоном, заставляя Педро, уже распластанного по полу, дрожать еще сильнее, когда он практически приклеился к земле.

— Если ты настаиваешь на объяснении, это делается для контроля потока информации.

Полностью взяв разговор под свой контроль, Уитни смело шагнул вперед, начиная свою игру.

— Ты ведь понимаешь, что высокопоставленные члены Союза имеют свои собственные мысли и цели, не так ли?

— Э-это…

— Кукловод. Рыцарь Смерти. Теневая Ведьма. Шут. Все они могут сейчас склоняться предо мной, но они непредсказуемы.

К счастью, Уитни, будучи осведомлённым о событиях оригинальной истории, прекрасно разбирался в ключевых фигурах Союза Тени.

— Если даже при моём непосредственном участии появится Герой, они, без сомнения, начнут плести интриги.

— ……

— Как думаешь, сколько из них обернутся против меня тогда?

Используя эти знания для создания убедительного аргумента, Уитни обнаружил, что Педро, чей разум уже был окутан страхом, не мог не принять это за факт.

— По моим рассуждениям, по крайней мере, ты не будешь одним из них.

На этом и строилась вся игра Уитни.

— Ты только что стал руководителем. Тебе не хватает ни влияния, ни власти. По крайней мере, пока это не станет выгодно, ты останешься верен мне.

— Я-я никогда не вынашивал таких нелояльных мыслей…

— Я дам тебе возможность.

Раз уж дошло до этого, он решил пойти на рискованный шаг, сделав Педро, а не Ребекку, своим информатором.

— Позиция ближайшего помощника Тени, второго после меня.

— ...ох.

— Для того, кто больше заинтересован в немедленной выгоде, чем в амбициях, это довольно заманчивое предложение, не так ли?

Естественно, Педро не оставалось ничего, кроме как клюнуть на эту удочку.

Однако самая большая угроза для игры Уитни исходила совсем от другого.

{— Эй, кто ты такой, чтобы самостоятельно назначать руководителей?}

Как и ожидалось, весёлый голос, раздавшийся в его голове, принадлежал так называемой «Великой Тени», которую Педро сейчас ошибочно принимал за себя.

«…я принимаю твоё предложение».

Однако у Уитни был свой козырь, чтобы сыграть.

«Я буду действовать как твой двойник, так что подыграй».

{— О?}

«Разве наличие таких связей не облегчит мою роль?»

Проблема заключалась в том, что этот козырь был опасно близок к тому, чтобы подписать себе смертный приговор.

Но благодаря поддержке Мередии и пробудившейся Святой, это был риск, который Уитни мог себе позволить.

{— Ха-ха, хорошо. Пусть будет так. Контракт запечатан, Уитни Лингард…}

Когда голос в его голове затих, и он почувствовал, как что-то странное наполнило его тело, Уитни нахмурился и глубоко выдохнул.

«…никогда не думал, что в конечном итоге заключу договор с лидером темных магов».

{— Хех, не волнуйся. Я отношусь к тем, кого я одариваю благосклонностью, с добротой…}

С этими словами голос в его голове полностью исчез.

Уитни, все еще стоявший с кислым выражением лица, перевел взгляд обратно на Педро.

— П-простите, но могу ли я спросить кое-что?

Чувствуя усиливающуюся ауру своего господина, Педро, хоть и был напуган, заставил себя заговорить.

— Е-если Герой, которого мы создадим, начнет активно вмешиваться в наши планы, что нам тогда делать…?

Это была единственная лазейка, которую его разум не мог понять.

— …об этом тебе не стоит беспокоиться.

Уитни, который молча наблюдал за Педро, завершил игру, начатую им благодаря только что полученному рычагу влияния.

— Подними голову и посмотри на меня.

— …!

При этих словах Педро поднял голову и наконец увидел Уитни, стоящего перед ним, его рот раскрылся от шока.

— Святая и Герой уже в моих руках.

— Ах…

— Всё это лишь часть моего плана.

Долгое и напряженное противостояние закончилось в одно мгновение.

— Как незначительный человек, я могу лишь восхищаться великой прозорливостью Тени…

— Хорошо. Я буду на тебя рассчитывать, Педро.

***

— …я пойду.

— Хорошо.

— Призовите меня, если что-то потребуется.

После нескольких поклонов Педро тихо начал рисовать магический круг на полу.

— …что ты делаешь?

— Ах, ну… меня так внезапно призвали, что я забыл заранее подготовить магический круг…

Я хотел, чтобы он исчез как можно скорее, но видя, как он то и дело наклоняет голову и колеблется, рисуя, казалось, это займет некоторое время.

— Эм, Руниэль, ты ведь понимаешь, что всё это чушь, верно?

— ……

— Пожалуйста, не делай такого выражения.

Чувствуя неловкую атмосферу, я понизил голос и прошептал Руниэль, которая смотрела на меня многозначительным взглядом.

— Господин, я всегда на вашей стороне.

— …боже.

_ Победитель всегда прав. Я сделаю вас справедливостью мира.

Но Руниэль, с серьезным, но жутким выражением лица, лишь ещё больше понизила голос и выразила свою извращенную преданность.

— Любой, кто встанет на вашем пути, кем бы он ни был, я уничтожу его. Потому что любой, кто противится вам, есть зло… верно?

«Нет, что ты вообще несёшь…»

Казалось, уголки её рта исказились в греховном наслаждении, но у меня не осталось сил, чтобы указать ей на это.

— …но господин, ваше тело горит.

— Ха-ха, кажется, я слишком сильно напрягся.

Будь то последствия пыток или контракт с так называемой Великой Тенью, моё тело чувствовало себя ужасно.

— Эту печать на двери… мне нужно использовать свою силу, чтобы сломать её…

— Я-я попробую своей аурой меча как-нибудь…

— …даже для тебя, это не та печать, которую можно легко сломать.

Я хотел покинуть комнату как можно скорее, даже если это означало оставить Педро с его магическим кругом, но проблема заключалась в том, что печать, созданная темной магией, могла быть снята только моей белой магией.

— Дай мне немного отдохнуть, потом я справлюсь…

— Господин! Вы не должны закрывать глаза!

— Я буквально держу их открытыми…

Едва держась на ногах с угасающим сознанием, Руниэль, которая поддерживала меня, повысила голос в растущей тревоге.

— Так не пойдет. Я сломаю её силой…!

— Я же сказал нет…

Хотя она была невероятно сильна, я знал, что печати темной магии — это другое дело, поэтому я слабо попытался остановить её.

Бум—!

Но мои усилия были напрасны.

Внезапно раздался взрыв, и дверь сорвало с петель; она пролетела через комнату и врезалась в стену.

— Фух, фух…

Стоя посреди разбитых обломков двери, тяжело дыша, была…

— …Сесиль?

— Брат…!

Удивительно, но нарушителем, только что ворвавшимся внутрь, тяжело дыша, была не кто иная, как моя младшая сестра, Сесиль.

****

Тем временем, в судейской комнате на стадионе.

— Ох…!

— …?

Хестия, сидевшая с закрытыми глазами, внезапно вскочила со своего места.

Мередия, которая потягивала чай, просматривая пары для второго раунда, склонила голову и повернулась к ней.

— Что такое?

— Я-я чувствую энергию.

— Какую энергию?

На вопрос Мередии Хестия, выглядевшая ошарашенной, крепко сжала кулаки и продолжила говорить.

— …я никогда не чувствовала ничего подобного.

— Ты что, играешь со мной…

— Но, странно, я думаю, что знаю, что это.

Когда Хестия резко направилась к выходу, Мередия, поначалу озадаченная, последовала за ней.

Выражение её лица быстро стало холодным.

— Это, несомненно… аура Короля Демонов.

— Что?

Слова, слетевшие с губ Хестии, были далеко за пределами чьих-либо ожиданий.

----------

Король демонов

— О, брат! Ты в порядк…

Сесиль, запыхавшаяся, вбежала в комнату и замерла, широко раскрыв глаза, когда увидела меня.

— Ик!

Но затем, осознав ужасающую картину, развернувшуюся перед ней, она не смогла сделать и шагу, застыв на месте.

Её реакция была вполне объяснима — едкий запах крови пропитал воздух. Темная магия струилась по углам комнаты. На полу красовался подозрительный магический круг. А в его центре стояли Руниэль и я. В такой апокалиптической атмосфере было бы куда страннее, если бы она осталась равнодушной.

— …как ты сюда попала?

— Э-э, ну… то есть…

Однако странным было то, как Сесиль удалось прорвать печать тёмных магов. Насколько я знал, их чары искажали само пространство, отправляя незваных гостей обратно, а допущенных — в скрытое измерение. Проще говоря, это было всё равно что набросить тень на само пространство, создав отдельное владение.

— Когда я проснулась, услышала, что тебя увели какие-то подозрительные люди…

— …

— Я пошла за ними и всё стучала в дверь… потом принесла свой меч и выломала её…

И всё же, несмотря на то, что она просто выломала дверь, Сесиль каким-то образом без труда вошла в святилище, созданное тёмными магами. И если бы кто-то снаружи деактивировал печать, это тоже было бы неверно — выход, который Сесиль разрушила, всё ещё был заблокирован стеной чёрного дыма.

Было ли это вообще возможно?

Даже Руниэль, сильнее Сесиль, не смогла бы прорваться сквозь печать. Более того, когда меня сюда притащили тёмные маги, я был уверен, что никто этого не видел.

— Давай для начала убираться отсюда.

— Но, брат, ты ранен… нет, более того, что с этими людьми…?

— Я не знаю, о чём ты.

Несмотря на множество вопросов в моей голове, я решил сосредоточиться на неотложной ситуации. Понизив голос, я прошептал Сесиль, которая смотрела на меня испуганным взглядом.

— Здесь ничего не произошло. Поняла?

Когда я увидел, как побледнело лицо Сесиль от моих слов, моё сердце сжалось от боли. Но у меня не было выбора, кроме как быть непреклонным.

«Если отборочный турнир сейчас отменят, всё будет напрасно».

Для Сесиль, ставшей сильнейшим кандидатом на победу, одолев Хейдена, этот инцидент не мог быть раскрыт. Даже если это означало, что образ доброго и нежного старшего брата, который она всегда лелеяла, разлетится вдребезги, даже если это означало, что она увидит во мне вдохновителя таких ужасных деяний, пути назад уже не было.

— П-подожди, брат…

Решительно я повернулся к выходу, но дрожащий голос Сесиль позади заставил меня прикусить губу.

— …Сесиль, просто притворись, что ничего не видела.

Даже после того, как она стала свидетельницей таких ужасов, она всё ещё беспокоилась обо мне? Сесиль была слишком добра, чтобы быть моей сестрой.

— Разве ты не заявила уверенно, что станешь главой семьи?

— …

— Тогда ты должна держаться подальше от подобного.

Вот почему у меня не было выбора, кроме как быть ещё более суровым с ней. Если она когда-нибудь попытается поддержать меня из верности, и что-то пойдёт не так, я не смогу смотреть в глаза(?) нашей покойной матери.

— Хм.

С этими мыслями я пошёл к выходу, избегая нерешительного взгляда Сесиль. Но затем я нахмурился.

«Точно. Моя мана истощена».

Контроль над двойником и ношение сковывающих ману оков полностью истощили меня. Хотя Руниэль была рядом, она была мечницей, а не магом, поэтому я не мог получить от неё ману. У меня не было выбора, кроме как попросить Сесиль об одной последней услуге.

— …Сесиль.

— Д-да?

— Можешь поделиться со мной своей маной?

При моём слабом голосе Сесиль, которая тревожно теребила что-то позади меня, поспешила ко мне и взяла руку.

— Брат…

— ...? А?

— Эм… знаешь…

Послушно передавая мне свою ману, она поколебалась, прежде чем наконец заговорить.

— Думаю, я всё это время неправильно тебя понимала.

— …

— Мне… мне жаль. Я имею в виду, я просто…

Хотя я был готов к подобному, услышав это напрямую от неё, моё сердце сжалось от боли. Но, если подумать, это был не такой уж плохой исход. Чем больше Сесиль будет от меня отдаляться, тем лучше для неё.

— Да, я не тот хороший человек, каким ты меня считала.

— …?

— Я похитил Святую, организовал инцидент с промежуточным экзаменом, и всё, что ты только что видела… всё это было частью моего плана.

Когда я нанёс последний удар по Сесиль, которая уже колебалась, она выглядела сбитой с толку.

— Ну, я это уже поняла…

На её неловкий ответ я не смог удержаться от горького смешка.

«Она всё ещё пытается встать на мою сторону».

Должно быть, ей и в голову не приходило, что я мог быть плохим человеком, что означало, что у меня не было выбора, кроме как нанести ей ещё больший шок.

— Сесиль, я управлял Хейденом, чтобы попытаться заставить тебя проиграть.

Только тогда Сесиль резко ахнула и недоверчиво уставилась на меня.

— Но… тогда почему…

Она пыталась что-то спросить, её лицо было полно смятения.

Гуууу—

В этот момент маны, которую передала Сесиль, мне хватило, чтобы растворить печать, блокирующую выход.

«…как же сильно она сейчас должна чувствовать себя преданной?»

Даже после того, как всё это закончится, ничего не вернётся на круги своя.

***

— Сэр Уитни… ха-а-а-а.

— Хииик!

Когда Уитни холодно покинул кладовую, декан и профессора, которые тревожно пытались сломать печать снаружи, ахнули и отступили.

— Ч-что, чёрт возьми, произошло внутри?!

Уитни был покрыт кровью, с тяжёлыми ранами на плече — любой бы отреагировал так.

— Ха-ха. Хотите проверить сами?

Оглядевшись, Уитни затем отступил в сторону, широко улыбаясь, открывая вид на кладовую.

— Видите? Ничего не произошло.

— …а?

Те, кто с напряжённым выражением лица заглянул внутрь, могли лишь растерянно моргать, видя пыльную кладовую, которая выглядела точно так же, как всегда.

— Тогда… а что насчёт этих травм?

— Всего лишь небольшая стычка со служанкой. — Отмахнулся я.

— И мы должны этому верить? — Декан подозрительно сузил глаза, переваривая моё объяснение.

— Декан… кажется, вы что-то упускаете. — Но в таких ситуациях я всегда был на шаг впереди. — Вы понимаете, что я даю вам шанс прямо сейчас?

— Что…

— Говорят, одна ошибка — оплошность, две — привычка, но три — это уже намерение.

И от моей леденящей улыбки те, кто стоял напротив, замялись, проглатывая слова.

— Если выяснится, что во время отборочного турнира произошёл ещё один инцидент, связанный с тёмной магией, то ответственность ляжет не только на вас, декан, но и на всю академию.

— …

— …конечно при условии, если вы будете настаивать не расследовании этой ничтожной оплошности. Ха!

В отличие от обычных недоразумений, вызванных моей внешностью и тоном, на этот раз мои слова несли ясный умысел — недвусмысленную угрозу.

— Теперь, когда я думаю об этом… возможно, это не такое уж большое дело…

— Согласны?

— …извините за беспокойство, сэр Уитни.

Уже находясь под давлением из-за двух предыдущих инцидентов с тёмной магией, декан был вынужден подчиниться.

— Пустяки. О, кстати, несколько слуг просили меня передать вам, что они подали в отставку.

— …хм.

— Надеюсь, что, как разумный человек, вы не сочтёте нужным вникать в их личные решения.

С этими словами я завершил свой односторонний уговор с деканом и, протиснувшись между профессоров, двинулся вперёд.

— А теперь я возвращаюсь к судейскому столу на второй матч. О, но сначала — не против, если я воспользуюсь душем?

Когда я спокойно снял свой окровавленный плащ и ушёл с Руниэль, остальные могли лишь ошарашенно смотреть мне вслед.

— Брат, подожди…

— …

— Всего один... всего один вопрос.

В отличие от остальных, Сесиль быстро последовала за мной и схватила меня за руку.

— Если ты действительно пытался заставить меня проиграть, почему ты позволил мне победить?

— …

— Нет, более того — почему ты вообще не остановил меня от участия в отборочном турнире?

Я на мгновение замер, прежде чем понизить голос, чтобы ответить.

— Это…

— Я-я нашла его!

Но прежде чем я успел закончить, панический голос эхом разнёсся по концу коридора, полностью прервав меня.

— Вот ты где!

— Леди Хестия?

— Ха-а-а, ха-а-а…

Хестия — которая должна была сидеть в безопасности на судейской трибуне под защитой Мередии, ожидая окончания турнира — теперь шла ко мне, тяжело дыша.

— Почему вы здесь…?

— Мне нужно поговорить с тобой.

Я взглянул на Руниэль, безмолвно подавая ей знак.

— Действуй.

— П-постойте… Ааа!?

Мгновенно поняв мой сигнал, Руниэль взвалила Сесиль на плечо и бросилась к лазарету.

— А теперь, давайте послушаем, почему вы нарушили план и пришли сюда.

После того, как «проблема» исчезла, я осмотрелся, прежде чем заговорить с безразличным выражением лица.

— Твой план провалится.

— …что?

Моё выражение лица ожесточилось от слов Хестии.

— По какой-то причине появился Король Демонов. И из-за этого будет призван демон.

— …я понятия не имею, о чём вы говорите.

Когда я пробормотал в замешательство, Хестия топнула ногой и повысила голос.

— Уфф, ты всегда ведёшь себя так, будто всё знаешь, а теперь ничего не понимаешь?!

— Это лишь стереотип…

— Неважно! Просто следуй за мной — этот турнир сейчас не важен. Нам нужно эвакуировать всех…

Отказавшись от попыток подробного объяснения, Хестия протянула руку и схватила меня за руку, пытаясь утащить за собой.

— Подождите секунду… вы…

Но как только она прикоснулась ко мне, её лицо стало ещё бледнее.

— Что с тобой случилось за время отсутствия?

— Ничего особенного?..

Её резкий вопрос заставил меня неловко отвести взгляд.

— Тьма внутри тебя… она стала сильнее.

— …прошу прощения?

— На самом деле, когда я сказала, что тогда ничего не видела, я соврала.

Сколько бы я ни пытался уклониться от темы, Хестия ясно видела — что-то укоренилось в моей душе ещё глубже.

— …не может быть. Тогда та энергия, которую я почувствовала…

Она наклонилась ближе, внимательно изучая меня. Затем, словно что-то осознав, её глаза расширились.

— Присутствие, которое я чувствовала раньше… было…

БУУУУМ—!

Оглушительный взрыв внезапно эхом разнёсся по арене.

— Кяааах!

— Что за…

Мощное землетрясение потрясло всю территорию академии.

***

— Чёрт!

Я инстинктивно схватил споткнувшуюся Святую и удержал её равновесие, прежде чем оценить ситуацию.

— Со всеми тёмными магами должны были разобраться…!

Тот самый сценарий, который я пережил пытки, чтобы предотвратить — финальный акт Главы 1, «Нападение на Академию» — теперь начинался. Если всё так пойдёт и дальше, то это лишь вопрос времени, когда демон, существо гораздо сильнее даже высокоуровневых монстров, появится в самом сердце академии. Такого рода монстр, с которым должен был сражаться только «Герой», персонаж игрока.

«Я что-то упустил…!?»

Если такое существо будет призвано сюда без присутствия героя — в отличие от оригинальной истории — это будет абсолютная катастрофа.

— Святая, извините, но мне нужна ваша помощь…!

Я закрыл глаза, сосредоточившись, чтобы попытаться обнаружить любые остатки темной магии. Но прежде чем я смог начать, Хестия остановила меня неожиданно спокойным голосом.

— Успокойся. Никто не смог бы предотвратить это. Даже тёмные маги.

Её слова шокировали меня.

— …что вы имеете в виду?

— Демон был запечатан внутри академии всё это время.

— Что?

— Тёмные маги пытались выманить его силой. Но теперь… он появляется по своей собственной воле.

Я безмолвно уставился на неё. Пока я отбросил вопрос, откуда она это знает, и сосредоточился на логической ошибке в её заявлении.

— Но даже если это правда, ничего не должно было спровоцировать его…

— Нет, было кое-что.

У неё уже был ответ.

— Как ты думаешь, кто в этом мире ближе всего к тому, чтобы стать Королём Демонов?

— …э-э, кхм.

Прежде чем я успел ответить, очередное мощное землетрясение сотрясло землю под моими ногами. Я перестал думать и выпалил первое имя, которое пришло мне в голову.

— Леди Мередия?

— …если бы тебя не существовало, то да.

Но вместо того чтобы согласиться, Хестия покачала головой и подняла руку — прямо на меня.

— Но прямо сейчас, тот, кто ближе всего к тому, чтобы стать Королём Демонов… стоит передо мной.

— …что?

На мгновение мне показалось, что я ослышался. Затем Хестия нанесла последний удар низким голосом.

— Уитни Лингард — ты тот, кому суждено стать Королём Демонов.

— …хах!

Что за абсурдная чушь?

----------

Решающий ход

—Ру... Руниэль! Да что с тобой?!

— …

— П-погоди минуточку! Мне нужно кое-что спросить!

Сесиль, которую Руниэль уже уносила в лазарет, внезапно отчаянно забилась, выкрикивая:

— Если ты не остановишься, я откажусь от участия в отборочном турнире!

Руниэль продолжала двигаться прочь от Уитни без колебаний. Однако в тот момент, когда Сесиль произнесла эти слова, ей ничего не оставалось, как остановиться прямо перед лазаретом.

— Т-ты ведь работаешь с моим братом, верно?

— …верно.

— Значит, ты знаешь его план?

Почувствовав возможность, Сесиль забилась ещё яростнее, засыпая Руниэль вопросами:

— Похищение Святой, помолвка с леди Мередией, вмешательство в отборочный турнир… чего именно пытается достичь мой брат? Пожалуйста, скажи мне… Руниэль. Пожалуйста…

Видя её отчаянное состояние, Руниэль на мгновение в нерешительности прикусила губу, прежде чем наконец опустить Сесиль на землю и ответить низким голосом.

— Я не могу рассказать тебе всего, но вот это могу сказать наверняка: по крайней мере, никто не пострадает из-за плана сэра Уитни — нет, моего господина.

Даже если бы она проигнорировала Сесиль и втолкнула её в лазарет, та, скорее всего, немедленно выскочила бы обратно. В то же время Руниэль не имела права раскрывать правду. Поэтому она решила дать хотя бы минимальное объяснение, чтобы унять тревогу Сесиль.

— Ещё один, только один вопрос…?

Однако, вопреки её ожиданиям, Сесиль не испугалась кровавых событий, которые Уитни подстроил.

— Моё участие в отборочном турнире тоже было частью плана брата?

Сесиль дрожала от мысли, что всё, что она думала о нём, было лишь недоразумением.

— Это не так.

— Ох.

— Когда вы объявили о своём участии в отборочном турнире, сэр Уитни был явно ошарашен.

По мере того как эта возможность становилась всё более вероятной, лицо Сесиль становилось ещё бледнее.

— Значит… моё участие испортило его план…?

— Не верно. План сэра Уитни безупречен…

Руниэль, которая отвечала максимально искренне в пределах того, что могла сказать, была вынуждена изменить свои слова, когда вдруг…

БУУУУМ—!

С оглушительным рёвом, сотрясшим всю академию, земля под ними начала сильно дрожать.

— …кажется, план пошёл наперекосяк.

— Т-тогда что теперь будет?

— Демон появится в академии… уф.

В панике роясь в карманах, она случайно проговорилась и быстро закрыла рот.

— Подожди, это эффект бабочки от моей победы в матче?

— Э-этого не совсем так. Наверное…?

Даже отрицая это, дрожащий голос Руниэль ясно давал понять, что она не до конца была уверена.

— В-в любом случае! Я должна помочь брату…!

— …нет, подожди. У сэра Уитни определённо есть запасной план и на эту ситуацию»

Сесиль, находящаяся на грани потери рассудка, попыталась броситься вперёд, но, к счастью, Руниэль вытащила что-то из кармана и остановила её, вернув самообладание.

— На самом деле, прежде чем прийти сюда, он раздал нам вот это на случай, если план пойдёт не так, как он запланировал.

— Ч-что это?

— Это называется «Обманная сумка», стратегия, когда-то использовавшаяся старым тактиком с Восточного Континента. Я точно не знаю, что внутри. Он сказал нам не открывать её, пока план не начнёт рушиться…

Увидев мешочек, сделанный из высококачественной бумаги и несущий отчётливый запах Уитни, Сесиль облегчённо вздохнула.

— Т-тогда давай откроем её сейчас.

— Я как раз собиралась это сделать, так что не волнуйся.

Хотя всё ещё немного беспокойная, Сесиль подтолкнула её. Руниэль затем разорвала мешочек, чтобы проверить его содержимое.

— …ах.

Через несколько секунд она ахнула, её лицо стало ещё бледнее, чем у Сесиль.

— Ч-что там?

Видя явное беспокойство на лице Руниэль, Сесиль испуганно посмотрела на бумагу, выпавшую из мешочка.

— …ик.

В этот момент она сразу поняла, почему даже Руниэль, которая не дрогнула бы, если бы ей приставили клинок к горлу, была так напугана.

«Последняя воля и завещание»

То, что выпало из того, что должно было содержать планы Уитни, было, как ни странно, его последней волей.

— Всё… всё…

Убедившись в этом, Сесиль рухнула на пол, её ноги подкосились, а по щекам покатились крупные, похожие на драгоценности слёзы.

— …это всё из-за меня.

***

БУМ! БУМ! БУМ—!

Дрожь по всей академии усилилась, поскольку печать демона начала распадаться.

«…я действительно рад, что заранее подготовил запасной план».

Если бы я не разработал план на случай провала, я бы сейчас заплакал.

— Парша, ты правильно раздала «Обманную сумка"?

*Конечно! Я всё раздала, без единой ошибки!*

— Ладно, я доверяю тебе.

И всё же, на всякий случай, я перепроверил через свой кристалл связи, соединённый с Паршей.

С тяжёлым вздохом я ускорил шаг.

«Если бы только кристаллы связи были более распространены, мне бы не пришлось притворяться каким-то Чжугэ Ляном».

Честно говоря, то, что Башня Магии монополизировала большинство магических артефактов, было настоящей проблемой. В следующий раз мне следует попробовать договориться с Адель, используя ожерелье, которое я получил от неё.

— …прошу прощения. Что именно это за план, который вы заранее подготовили?

Когда я бормотал себе под нос и выходил из арены, Святая, которая следовала за мной, резко спросила.

— Если я скажу вам, вы перестанете нести чушь о том, что я — Король Демонов?

— Ха-а-а... просто поторопитесь и объясните.

Честно говоря, мне хотелось усадить её и произнести длинную речь, чтобы рассеять её огромное заблуждение. Но, к сожалению, у меня не было времени.

— Всё просто. Я собираюсь подчинить демона, который появился в академии.

Я не был уверен, что именно изменилось во мне, но недавно я заключил сделку с лидером тёмных магов, чтобы служить его заменой. Учитывая это, у Святой было достаточно причин для заблуждения.

— Эт… это вообще возможно?

— Даже если нет, я должен это сделать. Демон, появляющийся в академии, может быть побеждён только Героем.

В оригинальной истории демон, появившийся в финальной главе Акта 1, по сути был событийным боссом, призванным подчеркнуть силу главного Героя. Рыцарский орден Святой Нации, который прибыл для дипломатических отношений вместо турнира, был бы без труда уничтожен.

Даже элитный преподавательский состав и декан академии смогли бы лишь выиграть время. В этот момент главный герой — Герой — вступил бы в бой, чтобы убить демона и грандиозно дебютировать в мире.

— Но я знаю один баг… нет, я имею в виду, своего рода лазейку.

Будь то непреднамеренный эксплойт или скрытая механика, я знал способ полностью сломать этот непобедимый сценарий.

— Если я использую этот метод, я смогу контролировать демона сам, вместо того чтобы позволить тёмным магам поработить его.

Если бы я преуспел, я мог бы выиграть значительное количество времени. Конечно, риски были огромны, но…

— Я, возможно, не всё понимаю, но этот план звучит невероятно опасно.

— О, ну, да. Определённо.

Заметив, что Хестия быстро ухватилась за ключевой момент, я пожал плечами и спокойно ответил.

— Я даже написал завещание на случай, если что-то пойдёт не так.

— Хах.

— Я уверен, что оно где-то здесь… ась?

Я приготовил завещание, прежде чем прийти в академию, чтобы убедить Святую, которая была твёрдо убеждена, что я какой-то Король Демонов. Я полез в свою мантию, чтобы вытащить его, но почему-то сложенной бумаги нигде не было.

— Куда же оно делось…?

— Ты… только не говори мне…

Когда по моей спине пробежал холодный пот при мысли, что я мог оставить его в особняке в спешке, Святая, которая молча наблюдала за мной, наконец заговорила низким голосом.

— Ты добровольно идёшь по пути Короля Демонов?

— …что?

— Идти по пути Короля Демонов, чтобы спасти мир… это иронично, но благородно. Честно говоря, я вижу тебя в новом свете.

Нет, я оценил, что она наконец-то стала больше похожа на Святую, но разве обоснование этого не было полностью ошибочным?

— А то, что я праведный белый маг, вас никак не смущает?

— …праведный белый маг не стал бы говорить о подчинении демонов.

— Но…

— И… они также не стали бы на постоянной основе демонстрировать столь злую ухмылку — ах, неважно. Забудь, что я сейчас сказала.

Я попытался защититься из-за чистой несправедливости, но её твёрдый ответ заставил меня вместо этого надуться.

— Честно говоря, я всё ещё в замешательстве. Вся эта ситуация, даже ты, притворяющийся, что не понимаешь... всё это может быть частью какого-то сложного плана, чтобы обмануть меня.

— ……?

— Но я буду сотрудничать. Полагаю, пришло время и мне поставить на кон что-то.

Она всё ещё говорила непостижимые вещи, но в конце концов, казалось, что она решила сотрудничать со мной.

«…по правде, мне нужна была её помощь для одного дельца.»

Чтобы прорваться сквозь невозможную механику игры, помощь Хестии была необходима. Взглянув на неё, я наклонился и прошептал низким голосом.

— У меня слишком мало времени, чтобы спорить, так что я приму вашу помощь, но это не значит, что я согласен с тем, что вы говорили.

— …я так и думала. Хах, наконец-то проявляется твоя истинная натура.

Было бы слишком непочтительно признать, что я немного скучал по бывшей Хестии, которая дрожала от одного только зрительного контакта со мной.

— Итак, что мне нужно делать?

— Всё просто.

Отбросив праздные мысли, я объяснил единственный способ разрешить эту ситуацию теперь уже сотрудничающей Хестии.

— Перед всеми… вы должны будете убить меня.

— …ладно, поня…

Она начала рефлекторно кивать, но затем её выражение лица ожесточилось, и она уставилась на меня.

— …что ты только что сказал?

Это, без сомнения, была безумная просьба, поэтому её реакция была понятна. И всё же я повторил чётко и точно.

— Я прошу вас убить меня на арене, леди Святая.

Потому что единственный способ, который я знал, чтобы сломать механику игры, требовал, чтобы я умер один раз — от её рук.

***

— Кьяаах!

— Эт… это землетрясение?

Когда мощные толчки из глубин ядра академии сотрясли стадион, крики раздались со всех сторон зрительских мест.

— В-все! Пожалуйста, сохраняйте спокойствие! Академия в настоящее время расследует причину…!

Среди хаоса отчаянно кричал глава управления по академическим вопросам. Но в панике толпа едва могла разобрать его слова.

— Тц…

Даже посреди суматохи Мередия, которая сохраняла самообладание в судейской зоне ожидания, нахмурилась и пробормотала, поднимаясь со своего места.

— Они никогда ничего не делают правильно…

Однако, когда она начала двигаться к стадиону, её слова резко оборвались.

Грохот—!

Потому что в тот самый момент она увидела гигантскую руку, прорывающуюся сквозь пол стадиона.

— Ч-что это…?

— Х-хиииик!

Поскольку данное событие было ясно видно со зрительских мест, откуда открывался вид на стадион, паника ещё больше усилилась.

— Это… это демон?

Даже Мередия, которая изначально сохраняла самообладание, потеряла хладнокровие и пробормотала в неверии.

— …что, чёрт возьми, он пытается сделать?

Призыв демона в самом сердце Империи, и во время отборочного турнира в академии, был настолько катастрофическим событием, что намного превышал последствия инцидента с помолвкой — оно было бы записано в историю.

— Л-леди Мередия!

— Эвакуируйте людей. Я как-нибудь с этим разберусь…

С необычайно напряжённым выражением лица Мередия отдала приказ директору по академическим вопросам, который подбежал. Затем она поспешно двинулась к стадиону. Но как раз в этот момент…

— Сэр Уитни здесь!

— …что?

Из зала раздался высокий голос.

— С-слава богу! Он белый маг!

— И-и он герой, к тому же…!

— Но кто эта служанка рядом с ним?

Когда я и леди Хестия появились из входа, где должны были появляться участники, испуганные взгляды зрителей устремились на нас.

— …значит, это тоже часть плана, да?

Мередия, которая внимательно наблюдала, вздохнула и собиралась снова сесть, убедившись в моём жутко спокойном выражении лица.

Удар—

Но в этот момент…

Не только Мередия, но и все на стадионе замерли.

— Гух…!

Потому что прежде чем кто-либо успел отреагировать, Хестия — служанка, стоявшая рядом со мной — вытащила кинжал и вонзила его мне в сердце.

— …

Смертельная тишина опустилась на весь стадион.

За исключением Мередии, которая смотрела в ужасе и бессознательно издала пронзительный крик.

— Нет…!

----------

Игра на выживание

— Угх…

Острый холод кинжала, вонзенного Хестией прямо в сердце, вырвал из моих легких кровавый кашель. Сквозь пелену мутнеющего сознания я из последних сил поднял голову, пытаясь удержать ускользающее зрение.

— Я… я ведь сделала всё правильно?…

— ...

— Я… я ведь не умру сейчас? У нас же есть план, верно?..

Святая, та самая, что до последнего отказывалась, а затем в последний миг согласилась, теперь задыхалась, все еще сжимая окровавленный клинок.

— Ты ведь не просил убить тебя специально, чтобы сбросить оковы Короля Демонов?!

— Да как я уже сказал, я не Король Демонов и ничего подобного…

Мне и так было плохо, что меня без предупреждения назначили заместителем лидера темных магов, а теперь еще и с Королем Демонов путают? Этого достаточно, чтобы довести до слез.

— Ха-ха… ха…

— Н-не смейся! Это звучит так, будто ты со мной согласен!

Но с кинжалом в сердце все, что я мог, это судорожно глотать воздух и слабо улыбаться.

Честно говоря, я должен был умереть мгновенно, но каким-то чудом остатки белой магии в моем теле отчаянно цеплялись за жизнь.

Такими темпами я мог умереть не от раны или потери крови, а от шока. Быть белым магом не всегда так уж хорошо, знаете ли.

— Если ты воспользовался мной, я тебя с того света достану, и буду проклинать до конца своих дней!

— Кхе…

Мне было жаль Святую, кричащую и держащуюся за меня, но, по правде говоря, я действительно использовал ее, хоть и в странной манере.

Точнее, это было необходимо, чтобы прорвать непобедимую механику демона, который должен был полностью материализоваться примерно через минуту, сделав себя врагом номер один для Хестии — главной цели демона.

«Я уже много раз использовал этот трюк, но сейчас, когда я сам в нем участвую, мне не по себе…»

Объяснять не было нужды – скоро Святая своими глазами увидит мои намерения – но если это не сработает, мне конец.

Одно лишь представление об этом было ужасно, но еще хуже…

Я еще не подарил леди Мередии тот подарок, что приготовил для нее.

Если бы я знал, что все так обернется, я бы просто взял его с собой, когда мы встретились в карете.

— Эй! Не делай это тоскливое лицо!

— …

— Кстати, тебе правда нужно что-то сделать с этим выражением лица…!

Как раз когда я готовился отпустить свое мутнеющее сознание, оставляя позади это маленькое сожаление, внезапно промелькнувшее в голове–

— Стой! Не надо!!!

Вдруг, позади меня, раздался испуганный голос Сесиль.

— Браааааааааааааат!!!

Каким-то образом, хотя ее должны были утащить в лазарет с Руниэль, она теперь бежала ко мне, рыдая, словно трагическая героиня.

А рядом с ней находилась бледная Руниэль.

Стоп, какого чёрта? Руниэль должна была сейчас объяснять план из Обманной сумки Сесиль и Мередии и успокаивать их.

— Д-дай я поговорю с тобой… ах!

В неразберихе неожиданной ситуации Сесиль споткнулась и упала от нового мощного толчка, сотрясшего арену.

— Я… я помогу с твоим планом сейчас… только, пожалуйста…

Даже когда ее ноги были оцарапаны от падения, она поднялась, не обращая внимания на раны, и попыталась говорить сквозь слезы.

— Б-брат?

Но зрелище, которое она увидела, подняв голову–

Это я, безвольно лежащий на земле с кинжалом, вонзенным в сердце.

«Минутку. Если Руниэль сейчас рядом с Сесиль…»

Но важнее отчаянного лица Сесиль была подавляющая энергия, которую я чувствовал поблизости.

«…это значит, что Мередия не получила сообщение?»

Как и ожидалось, леди Мередия, наблюдавшая за всем с судейского места, выглядела бледнее и потрясеннее, чем когда-либо из присутствующих.

— Святая… леди...

— Д-да?

— Вытащи... кинжал.

Видя это, я собрал последние силы и поторопил Хестию, которая выглядела так же смущенной, продолжить план.

— Н-но…

— Пожалуйста…

Потому что, если Сесиль или Мередия спасут меня здесь, выхода из этой ситуации уже не будет.

— Ооооооооооо!!!

— …гх.

Когда Святая, обливаясь холодным потом, наконец вытащила кинжал из моего сердца, я почувствовал, как силы полностью покинули меня, и тихо закрыл глаза.

— Нееееееееееееет!!!

В этот момент крик – неясно, Сесиль или Мередии – разнесся по всей арене, но мое сознание уже угасло.

***

— Угх…

Тем временем, в тот самый момент, когда кинжал был вынут из сердца Уитни–

«Как давно я не чувствовала свежего воздуха…»

Высший демон Азраэль, вовремя прорвавшийся сквозь пол арены, нежился в лучах солнца со счастливой улыбкой.

«Вероятно, прошло более тысячи лет с тех пор, как меня запечатали во время битвы в мастерской Академии».

Для нее, которая была похоронена под землей с момента запечатывания в последней битве между первым Героем и Королем Демонов, это был долгожданный момент.

«Итак, где же драгоценный тёмный маг, призвавшая меня обратно на поверхность…?»

В отличие от большинства демонов, которые нервничают при встрече со своими контракторами, она взволнованно огляделась – но затем ее лицо исказилось.

— Значит, странный воздушный поток был не просто у меня в голове. Пророчество сбылось?!

— Наш противник – демон, не появлявшийся столетиями! Действуйте с предельной осторожностью и немедленно сообщите на родину…

— А?

Рыцари Священного Королевства, благословленные богиней, которую она презирала, врывались на арену.

— Даже после всего этого времени… псы богини все еще бушуют?

С раздраженным выражением лица Азраэль наблюдала за рыцарями, атакующими с божественной силой, затем прошептала с пылающими красными глазами.

— …остановитесь.

При одном этом слове не только рыцари, но и все на арене замерли на месте.

— Ха, как я и думала, никого примечательного среди них.

Более тысячи лет назад она внушала страх как правая рука первого Короля Демонов.

Хотя она потеряла большую часть своей силы после столетий запечатывания под землей, просто раскрыв свою истинную форму, Азраэль все еще обладала достаточной силой, чтобы остановить всех одной командой.

— Что ж, тогда давайте неторопливо поищем контрактора.

Превратившись в маленькую человеческую форму вместо своего истинного демонического облика, она приземлилась на землю и пошла вперёд, напевая.

«Хм?»

Но это длилось лишь мгновение. Почувствовав огромную силу поблизости, Азраэль повернула голову – и удивленно расширила глаза.

— Что за…?

Мередия, с глубоко красными светящимися глазами, смотрела на нее со сжатыми губами.

«Эта сила… она ничуть не слабее, чем у отряда Героя, который запечатал меня!»

Пальцы Мередии уже слегка подергивались. Если бы Азраэль задержалась еще хоть на секунду, она, вероятно, атаковала бы, полностью игнорируя приказ демона.

«…где контрактор?!»

Для самой Азраэль это не было огромной проблемой – в конце концов, она не могла умереть и наслаждалась битвамиь– но проблема заключалась в ее контракторе.

Демоны могли оставаться в реальном мире только через контракты, и их величайшей слабостью, как тогда, так и сейчас, всегда был риск убийства их призывателя.

«Только не говорите мне… они уже мертвы?»

Даже после снятия печати ее сила не вернулась, что означало, что контракт, вероятно, не завершился должным образом.

«Хм?»

Отчаянно осматривая окрестности с новым временным ограничением, Азраэль вдруг расширила глаза.

«Откуда исходит эта проклятая энергия Святой…?»

Она почувствовала ауру, почти идентичную ауре Святой, которая помогла запечатать ее столетия назад, прямо поблизости.

«Ага…»

Следуя за энергией, Азраэль быстро двинулась; ее хвост покачивался, когда она злобно улыбнулась.

— Так вот где ты была. Довольно близко, на самом деле.

Недалеко от того места, где она была призвана, она стала свидетелем чего-то очень интересного.

— Так ты Святая этой эры?

Она приблизилась к дрожащей девушке с окровавленным кинжалом в руке, которая, несмотря на свой добрый вид, выглядела совершенно ошеломленной.

— Хм… судя по отвратительно чистой энергии, исходящей от тебя, я полагаю, что ты ею и являешься.

Хотя девушка была одета как горничная, Азраэль – будучи демоном – могла легко почувствовать явно благородную энергию, которую та излучала.

— Но… ты еще не пробудилась. Ещё не встретила Героя, полагаю?

— ...

— Похоже, вы пытались прервать призыв, убив заклинателя, но это досадно.

Если даже Святая, связанная столькими ограничениями, дошла до убийства, её личность была очевидна.

Хотя позади неё, молодая девушка и мечник застыли в слезах, глядя на неё, всё ещё сжимающую кинжал—

Азраэль с лёгкостью определила, что человек, задыхающийся у её ног, был тем, кто её призвал.

— Дорогая, наивная Святая. Если вы действительно хотите кого-то убить, когда вам не хватает сил, вам следует целиться в шею, а не в сердце.

— ...угх.

— Что ж, благодаря этому я избежала кризиса. Ха-ха-ха!

Её выражение лица заметно просветлело, когда она потянулась, чтобы прикоснуться к щеке Святой — лишь для того, чтобы замереть и опустить взгляд.

— ...погодите-ка.

Странное чувство неправильности пронеслось в её сознании.

«Этот парень... он правда тёмный маг?»

Человек, умирающий от кровопотери в груди, не излучал и следа тёмной маны.

«Конечно, обстановка на это намекает, но всё же…»

Хотя возможно, что кто-то на грани смерти не будет излучать много маны, тёмные маги обычно оставляли следы тёмной энергии на своей одежде или коже из-за её интенсивности.

Треск—

Но времени на осторожность не было, ведь Мередия уже бросила вызов параличу и медленно двигалась к ней.

«Эх, должно быть, это он. Не может обычный человек выглядеть так».

Всё ещё внимательно наблюдая за истекающим кровью мужчиной, Азраэль в конце концов отбросила своё беспокойство, увидев, как объективно злобно выглядело его лицо, и потянулась к нему.

— Я отвечаю на ваш зов.

Она взяла безжизненную руку Уитни и нежно поцеловала её тыльную сторону.

Ззззззззз—

Тёмная аура окружила их обоих, сигнализируя о завершении контракта.

«...тц, надо было вытянуть из этого больше».

Поскольку ситуация была срочной, ей пришлось заключить поспешный договор, но всё же — это был тот, кто освободил её от тысячелетнего заточения, поэтому Азраэль решила проявить к нему милосердие.

— Кхе-кхе...

Как только он получил часть силы Азраэль, раны мужчины быстро затянулись, и он, откашливаясь кровью, пришёл в сознание.

— Заклинатель, назовите своё желание.

Она могла бы полностью исцелить его, но, чтобы быть осторожной, дала ему лишь самый минимум маны.

И всё же, прошло так много времени с тех пор, как она задавала этот вопрос, что нашла себя слабо улыбающейся.

— Вы желаете разрушения мира? Или мести тем, кто сделал вас таким?

Поскольку теперь он был её господином, она была готова исполнить любое его желание.

— Если не это, то даже простое удовольствие — просто скажите слово...

В конце концов, он был по сути её спасителем, и как только его желание будет исполнено, она планировала поглотить его душу максимально безболезненно.

— Что бы это ни было, я сделаю так, чтобы вы остались довольны...

— Аха... ахахаха...

— ...А?

Когда Азраэль в хорошем настроении покачивала хвостом, мужчина вдруг зловеще рассмеялся, заставив её в замешательстве наклонить голову.

— ...неужели сработало?

— Что?

В следующее мгновение её змеиные зрачки расширились.

— Я так нервничал, что может не получиться...

— Ч-что за?..

Мужчина вдруг выпустил серую энергию из всего своего тела, полностью исцелил раны, которые лишь частично закрылись, отряхнул одежду и встал.

— Вы... белый маг?

— ...верно.

Азраэль, тупо глядя на серое свечение, нерешительно спросила, на что мужчина ответил сияющей улыбкой.

— Но как?..

Только тогда Азраэль поняла, что что-то было не так, и начала отступать, бледная словно привидение.

— Как такое возможно? Почем— Ай!

Уитни схватил её за руку, когда она пыталась отступить; его зловещая улыбка была достаточной, чтобы даже демон вздрогнул.

— Отныне зови меня Хозяином.

— ...!

Так произошло первое в истории Империи — нет, мира — событие, когда демон был обманом вовлечён в контракт человеком.

***

— Хах.

— Ах...

— ...угх.

Когда заклинание контроля разума демона спало, по арене разнеслись звуки задыхающихся людей.

— Эм, так вот...

В центре я — освобождённый от заклинания, как и все остальные — смущённо улыбнулся, заметив напряжённые взгляды Сесиль, Руниэль и Мередии.

— Та-да, план успешно завер—!

— Гррррр! Да как ты смеешь!.. Ты обманул демона!..

Хотя мои слова были в основном заглушены яростным визгом демона Азраэль, которая опустилась на колени рядом со мной.

«...но теперь начинается настоящая проблема».

Я идеально провернул баг, который часто использовал в игре — обманул демона, заставив её думать, что я союзник, потому что на меня напала Святая.

В игре эта механика использовалась как уязвимость для лёгкой победы над демонами.

Но поскольку Героя на этот раз не было, я заставил её подписать временный контракт.

И всё же, несмотря на слова «план успешен», настоящая проблема началась сейчас.

Мы, возможно, предотвратили инцидент с бушующим демоном, но турнир отбора, скорее всего, будет отменён.

«Это единственное, чего я не могу допустить».

Ситуация уже была хаотичной. Одно дело, если рождение Героя задержится, но и леди Хестия, и я, несомненно, столкнёмся с Инквизицией Святой Нации.

И единственный способ остановить это был—

— Эй, босс!

Пока я был глубоко погружён в свои мвсли, сзади раздался срочный крик Бергена.

— Я привёл участников отбора, как и было сказано в плане!

— Фух...

К счастью, в отличие от Руниэль, Берген замаскировался под директора по дисциплине и собрал участников, как было поручено.

С облегчением я быстро направился туда, изо всех сил стараясь игнорировать ошарашенные взгляды трёх женщин, всё ещё сосредоточенных на мне.

— Ха-ха, ну что ж, тогда...

К счастью или к несчастью, арена всё ещё была окутана тёмным дымом, поднявшимся при распечатывании Азраэль.

Это означало, что никто снаружи не мог видеть, что здесь происходит, пока дым не рассеется.

— Итак, всем... простите, что нагружаю вас ни с того ни с сего, но...

Прокашлявшись, я повернулся к растерянным участникам и сказал самым любезным голосом, на который был способен.

— Отныне вам придётся убивать д— Нет, подождите.

Я немного оговорился, но всё же — это был единственный путь, оставшийся для разрешения этой запутанной ситуации.

— Отныне вам придётся сражаться... пока не останется лишь один человек.

Мне было немного жаль, что я втянул участников турнира в такую внезапную игру на выживание...

Но эй — всё это было ради мира во всём мире.

----------

Пророчество

— Ха-а, ха-а…

Пока ситуация на Отборочном турнире достигала своего апогея, в особняке графа Лингарда царило необычайное спокойствие.

— Отлично, просто идеально.

Парша, уткнувшаяся головой в стол в кабинете, рукавом вытерла кровь, капавшую из носа, и пробормотала налитыми кровью глазами.

— Из всех возможных вариантов я вывела наиболее оптимальный ход событий.

Рядом с ней громоздились стопки бумаг, которые привели бы Уитни в ужас, если бы он их увидел.

— Следующие несколько недель я, наверное, проведу в постели… ха-ха…

Там были, например, следы ее неустанных попыток скопировать почерк графа и его магическую печать, которую, как говорили, невозможно подделать, чтобы создать фальшивое письмо, которым удалось обмануть даже Уитни и Сесиль.

А еще — Обманную сумку, принадлежавший Уитни, который по плану изначально предназначался Руниэль.

— С этим… Хозяин станет величайшим в истории…

Хоть она и грубо оттолкнула стопку бумаг и выглядела так, будто вот-вот рухнет от переутомления, Парша с нежной улыбкой и платком в руке заботливо протирала фотографию Уитни на столе.

— Парша, давно не виделись.

— …!

— Мы ведь впервые видимся с тех пор, как ты сбежала из лаборатории в тот день?

От внезапного голоса, раздавшегося прямо перед ней, всегда улыбчивое лицо Парши побледнело и застыло.

— Кстати, этот особняк и впрямь хорошо защищен. Даже с одним-единственным белым магом древний барьер полностью блокирует всю темную магию. Это ведь своего рода жульничество, не так ли?

— Ах…

— Ну, а теперь, когда все белые маги покинули особняк, это место практически моя спальня.

В кабинет вошла одна из служанок особняка, ее глаза были окрашены в черный цвет, а сама она источала до жути знакомое присутствие, от которого у Парши по спине пробежал холодок.

— Почему вы здесь?..

— У меня есть важный вопрос насчет Уитни, нынешнего хозяина этого особняка.

Без труда поняв, что служанка одержима предводительницей темных магов, Парша спросила напряженным голосом. В ответ предводительница шагнула вперед и прошептала устами служанки.

— Раз уж ты теперь одна из прислуги, почему бы тебе не копнуть поглубже под этого парня? Меня не покидает чувство, что в нем тоже есть сила Короля Демонов.

При этих словах брови Парши слегка дрогнули, но она быстро нацепила растерянное выражение и спросила:

— …почему вы так думаете?

— Его внешность до неприличия зловещая.

— Что ж, это правда.

Услышав такой ответ, Парша сумела выдавить слабую улыбку облегчения и согласно кивнула.

— И… его магические волны тоже.

Когда предводительница добавила это с едва заметной улыбкой, лицо Парши снова застыло.

— Эти волны настолько злы, что монстры инстинктивно хотят служить ему как своему господину.

— …

— Он настолько подозрителен, словно родился с судьбой Короля Демонов — как Мередия или Императорица.

Тем временем предводительница, подошедшая вплотную к Парше, небрежно присела на стол и с весельем продолжила болтать:

— А однажды он даже сковал мою душу. Честно говоря, у меня тогда чуть сердце в пятки не ушло…

— Что?

— Фу-фу, неважно. Забудь, что я только что сказала.

Оборвав себя на полуслове, она наклонилась ближе, и ее взгляд стал ледяным.

— В любом случае, тебе лучше не думать о том, чтобы переметнуться на другую сторону.

— …кх.

— Играешь в счастливую семью с этим проклятым стариком — не говори мне, что ты забыла о своем долге?

Она протянула руку и погладила Паршу по щеке. Та издала сдавленный вздох и задрожала всем телом.

— Ты должна сделать меня Королем Демонов, Парша. Тебя создали как подопытный образец именно для этой цели.

— Угх…

— Даже метод анализа, который ты используешь — это то, что я тебе одолжила. Или ты забыла?

Между шеей и плечом Парши проступила черная метка, ярко засветилась и начала дымиться.

— Ты забыла, какая это честь для того, кто не рожден с судьбой Короля Демонов, использовать эту силу?

— П-простите…

Сломленная ужасной болью, что растекалась по ее телу, Парша едва слышно простонала, но предводительница лишь смотрела на нее сверху вниз своими почерневшими глазами.

— Не говори «простите» — скажи, что будешь стараться лучше.

— Х-хнык… я-я… я буду стараться изо всех сил.

— Вот и хорошо. Так что, будь добра, не смотри по сторонам.

Наконец, когда ответ, которого так ждала предводительница, после долгой пытки сорвался с губ Парши, та удовлетворенно улыбнулась и снова нежно погладила ее по щеке.

— …конечно, моя великая Тень.

В тот же миг метка на шее и плече Парши медленно исчезла, и девушка, выдавив из себя улыбку, произнесла сдавленным голосом.

— Вы станете величайшим Королем Демонов в истории.

— …фу-фу, разумеется.

Предводительница, одарив ее леденящей улыбкой, неспешно встала и повернулась спиной.

— Что ж, с нетерпением буду ждать.

— …да.

— Не забывай, что мои глаза и уши повсюду.

И в тот миг, когда прозвучали эти слова, глаза служанки, казалось, пришли в норму, а затем по кабинету разнесся глухой стук — это она без чувств рухнула на пол.

— …ха-ха.

Мгновение спустя с губ Парши, рыдавшей, уткнувшись лицом в стол, сорвался холодный смешок.

— Будь оно все проклято…

Затем, когда она снова подняла голову, ее лицо — хоть и искаженное болью — выражало пугающее хладнокровие.

— Кто станет величайшим Королем Демонов… решу я.

Сжав кулаки, с тем же выражением на лице, Парша медленно перевела взгляд на стоявшую рядом фотографию Уитни.

— …правда, Хозяин?

Она бледно улыбнулась и подмигнула фотографии, а затем рухнула на стол, окончательно потеряв сознание.

***

— Ч-что вы такое говорите, ни с того ни с сего?

— М-мы пришли, потому что слышали, что в турнире произошли изменения…

Участники, последовавшие за Бергеном, замаскированным под главу учебного департамента, были сбиты с толку внезапным заявлением Уитни и разом заговорили.

Даже если слово судьи на отборочном турнире было законом, нынешняя ситуация была слишком странной.

— А-а что насчет этой тряски… и дыма, который затянул арену?

— Ч-что это за штука корчится сбоку?

— Что, во имя всего святого, здесь происходит?

Небо над ареной было затянуто черным дымом, скрывавшим всякий обзор, а рядом с Уитни в конвульсиях билась женщина со змеиными глазами.

— Мм, это долго объяснять…

— Я убью тебя! Как ты смеешь принуждать меня… угххх!!!

— …я объясню детали позже, а пока не могли бы вы начать сражаться?

А сам Уитни, зажимая рот женщине, лишь уклончиво бормотал с подозрительным выражением на лице (его обычным выражением).

— В-вам не кажется, что здесь что-то очень странное творится?..

— М-может, нам стоит сообщить об этом куда-нибудь?

Учитывая ситуацию, то, что студенты все еще пытались действовать сообща, само по себе казалось странным.

Хрясь—!

Если бы не переменные, созданные Уитни вольно или невольно с момента его прибытия в академию — и те, что были намеренно подстроены его доверенным лицом Паршей.

— Ха-а, ха-а…

В кромешной тьме Адель, только что ударившая свою старшую по голове волшебной палочкой, дышала с бледным, искаженным ужасом лицом.

— Это… мой шанс.

На уголках ее губ после минутного колебания мелькнуло чувство вины.

— Шанс выслужиться перед моим будущим мужем… было бы глупо его упускать.

— К-кто здесь? Акх!

— Н-нет, я имела в виду, шанс занять первое место. Ха-ха…

Когда в темноте один за другим раздались звуки ударов и падения тел, по лицам студентов начала расползаться волна страха.

— Брат…

Но не только Адель действовала в темноте.

— В этот раз… я сделаю, как ты скажешь, брат.

Сесиль, тихо подобравшая меч студента, которого вырубила Адель, бормотала дрожащим голосом, перехватывая рукоять меча.

— Я буду слушать все, что ты скажешь, с этого момента…

Ее обычные острые инстинкты, которые должны были бы сработать, давно притупились от шока, пережитого в лазарете, и от вида Уитни, рухнувшего на ее глазах.

— Только, пожалуйста, не умирай снова… пожалуйста…

— Постой… кх.

— И-и-ик!?

Хоть ее тело и разум все еще были ослаблены, ее навыки остались при ней, и когда ее клинок сверкнул в темноте, выбывать начало гораздо больше студентов, чем когда действовала одна Адель.

— Что-то здесь не так…

— Н-надо выбираться отсюда… Гха.

— …к-кто там? Акх.

И, наконец, был Робин-двойник, о котором на мгновение забыл даже сам Уитни.

— Р-Робин, мы же друзья…

— Мы же в одном классе… кья-а!

С командой Уитни «сражайтесь друг с другом», теперь заложенной в его сознание, Робин уже двигался во тьме так же стремительно, как Сесиль, устраняя соперников.

— В-все! Драться друг с другом бесполезно… а-а-ах!

— Н-не подходи! Я сказал, не подходи!

— Э-это место — ад…

Когда участники, захваченные хаосом, наконец начали без разбора нападать друг на друга, арена, отрезанная от внешнего мира, погрузилась в полную панику.

— Сэр Уитни! Пожалуйста, спасите нас!..

В этой адской сцене было одно зрелище, которое некоторые студенты позже вспоминали как самое ужасающее.

— Ч-что-то это неправильно…

— …ха-ха.

— Ах…

Это был сам Уитни, стоявший на шаг позади и холодно улыбавшийся, вселяя что-то зловещее в сердца студентов, прятавшихся в темноте.

Хрясь—!

Хаос на арене был настолько всепоглощающим, что никто не осознавал, пока не терял сознание — избитый Аделью, Сесиль или Робином, — что все это было частью особого защитного заклинания Уитни.

***

Тем временем, в тот же самый момент.

Где-то высоко в небесах мира вновь парил священный воздушный город Этернополис, принадлежащий Святой Нации Астры.

— Пришло время… принять решение.

Внутри папского зала заседаний, где собрались все ключевые фигуры Святой Нации, висело напряжение, более тяжелое, чем когда-либо прежде.

— Святая Нация больше не может стоять в стороне и наблюдать за тем, что происходит на отборочном турнире.

Сидя во главе стола, папа Святой Нации заговорил с мрачным выражением лица.

— Пророчество о Герое, которое тайно передавалось в Святой Нации с древних времен, уже сильно искажено. Если так будет продолжаться и дальше, мир непременно поглотит тьма.

За его спиной огромный кристалл показывал внутренности арены, окутанные черным дымом.

— Посему с этого момента я намерен направить все имеющиеся силы, включая весь Орден Паладинов, в Империю.

Епископы, молча наблюдавшие за сценой, начали торжественно перешептываться после заявления папы.

— Если у кого-то из вас, братья и сестры, есть возражения, говорите сейчас.

Даже такая влиятельная нация, как Святая, не могла ввести войска в имперскую столицу без разрешения Императора, не рискуя чем-то большим, чем просто дипломатической напряженностью.

Если станет известно, что они нарушили договор с Империей и шпионили за таким ключевым объектом, как Академия, это вполне могло привести к войне.

И все же, хотя все знали это лучше, чем кто-либо другой, никто не высказал возражений.

Потому что их высшим приоритетом всегда было сохранение воли и порядка богов.

Любое будущее столкновение с Империей было бы лишь испытанием во имя исполнения божественного закона.

— Что ж, раз возражений нет…

Когда в зале воцарилось молчаливое согласие, папа с холодным выражением лица приготовился подняться со своего места.

— Ваше Святейшество! Срочные новости!

В этот самый миг священник, ответственный за статую богини, ворвался в двери, и его отчаянный крик заставил замереть папу и всех епископов в зале.

— Пророчество! Новое пророчество снизошло от статуи!

Новость о том, что было получено новое пророчество — так скоро после откровения о новой Святой — до основания потрясла и без того напряженный Ватикан.

— Возможно… боги еще не оставили нас…

Даже папа, находившийся под огнем критики с момента исчезновения Святой, пробормотал дрожащим голосом, затем быстро взял себя в руки и заговорил снова.

— Заседание прерывается. Мы должны сперва истолковать пророчество…

— Э-э, ну…

Но священник, выглядя явно взволнованным, замялся и, нервно оглядевшись, вытащил из-под рясы копию пророчества и произнес едва слышным голосом .

— Я-я не уверен, что это можно показывать всем…

— Это решать не тебе.

В этот момент папа и епископы лишь сухо усмехнулись.

— Даже если на первый взгляд оно выглядит странно, пророчества всегда скрывают божественные истины.

Хотя предыдущие пророчества всегда были окутаны длинными метафорами или загадочными формулировками, все присутствующие посвятили свою жизнь изучению и толкованию божественных посланий.

— Но все же…

— Давай, покажи нам копию.

— …да, Ваше Святейшество.

В конце концов, именно эта группа успешно истолковала загадочное пророчество, предвещавшее пришествие Святой Хестии, так что папа отдал приказ с уверенностью.

…а?

Но когда священник разложил копию пророчества на столе, на всеобщее обозрение высших властей Святой Нации…

— Э-это…

— К-хм.

Коллективный стон потрясения сорвался с губ всех присутствующих, включая папу.

[Святая, освобожденная от оков судьбы, изберет того, кто носит облик Короля Демонов и сердце Героя.]

Это было самое короткое и прямое пророчество за тысячелетнюю историю Святой Нации — и настолько шокирующее, что оно пошатнуло основы всех предыдущих пророчеств, хранившихся в тайне на протяжении поколений.

[Так будет разорван цикл судьбы, и наступит эра неопределенности… нет, хватит уже этих загадок.]

Оно появилось перед их глазами с ошеломляющей, неоспоримой ясностью.

[Простите. Честно говоря, я и сама больше не понимаю, что происходит.]

— Аха-ха-ха…

И так, в наступившей ошеломленной тишине, лишь слабый, дьявольский смех Уитни с арены, транслируемый через кристалл в глубине зала, эхом разносился, словно призрачный голос.

----------

Падение?

Я сочувствовал участникам отборочного турнира, но с начала внезапного смертельного поединка прошло уже некоторое время.

— Ха-а, ха-а…

— ….

— …

Когда дым, заполнивший арену, медленно рассеялся, исход битвы, который был неясен даже мне, наконец предстал перед моими глазами.

«…как минимум трое все еще на ногах».

Теми, кто остался стоять в конце этого хаоса, были Сесиль, Адель и двойник Робин — всего трое.

Судя по этому, минимальное требование для попадания в число перспективных новичков было выполнено.

«Остальные студенты… к счастью, просто потеряли сознание».

В суматохе битвы, где не было видно и на шаг вперед, все, что я мог — это по мере сил защищать студентов магией.

«Ну, главное ведь было то, что они сражались, верно?»

После тренировок на Альфреде, который постоянно страдал от остеопороза, я стал довольно искусным в исцелении и защите.

К счастью, украденной у демона магии у меня было более чем достаточно, так что, хоть они и отключились, никто не получил смертельных ранений.

— Святая, пришло время.

— …

— Подтвердите, кто ваш герой.

Так или иначе, хоть и вышло неуклюже, на турнире осталось всего трое участников, и я тихо обратился к Хестии, стоявшей рядом со мной.

— И вправду… какой варварский метод.

— …ха-ха.

— Отбор героя прошел, как и планировалось?

С легким беспокойством глядя на потерявших сознание студентов, Хестия спросила меня тревожным тоном.

— Доверьтесь мне, Святая.

Конечно, метод и впрямь был чересчур грубым, так что я не мог дать однозначного ответа, но я широко улыбнулся и подбодрил ее.

— Даже если пробуждение провалится, мы падем вместе.

— Ха-а-а…

Она глубоко вздохнула, а затем внезапно спросила тихим голосом:

— А что, если я предам тебя после пробуждения?

— Хм, тогда…

Такая возможность, честно говоря, не приходила мне в голову, так что я на миг растерялся.

Решив разрядить неловкий момент шуткой, я понизил голос и прошептал.

— Я просто снова тебя похищу и изменю, пока не станешь слушаться, ясно?

— …

— Все страдания, которые ты перенесла до сих-пор, покажутся тебе детской забавой. Ха-ха-ха…

Едва сказав это, я пожалел.

Выражение ее лица мгновенно стало ледяным.

— Э-э, это была просто шутка…

— …что ж, звучит не так уж и плохо.

Как раз когда я, покосившись на нее, собирался найти оправдание, Хестия сузила глаза и пробормотала:

— Чем чахнуть под гнетом церковных испытаний, может, и впрямь лучше быть сломленной твоими руками.

Постойте, что она сейчас несет?

— Так, какое наказание ты задумал?

— …

— Я уже столько вытерпела, что обычным наказанием не обойтись…

На щеках Хестии, которая наклонилась ко мне с дразнящим голосом, играл легкий румянец.

Неудивительно, что она раньше говорила странные вещи о королях демонов — ее робкий характер, вероятно, привел к тому, что она втихаря выпила для храбрости.

— О. Понятно, на такие шутки у тебя иммунитета нет.

— Времени нет. Иди, быстрее.

Благодаря опыту общения с пьяными членами семьи в прошлой жизни, я знал, что иметь дело с пьяным — пустая трата времени.

Так что я вздохнул и подтолкнул ее вперед.

— Он… он приручил демона.

— Но этот человек ведь явно белый маг…

Честно говоря, я хотел бы своими глазами увидеть пробуждение Святой, но у меня не было такой роскоши, как время.

— Важнее всего то, что правила Святой Нации превыше всего.

— Тогда… она враг?

Когда заклятие Азраэль ослабло и паладины снова смогли двигаться, они начали с подозрением наблюдать за мной из-за спины.

«Это плохо».

Если они вмешаются до того, как пробуждение Хестии завершится, все может пойти прахом.

Но я не мог привлекать других лидеров фракций, чтобы остановить их.

Если пробуждение Хестии провалится, я, может, и смогу принять весь удар на себя, но я не мог позволить, чтобы Святая Нация судила остальных.

— Ха, господа. Пожалуйста, выслушайте меня на мгновение…

— Бесполезно.

Как раз когда я шагнул вперед, чтобы как-то убедить паладинов…

— Они никогда не слушают, прежде чем броситься в бой.

Мередия, до этого молча сверлившая меня взглядом, внезапно встала передо мной.

— Леди Мередия?

— Не говори со мной. А то могу и убить.

Я осторожно наблюдал за ней, пытаясь оценить ее настроение, но когда я открыл рот, ее угрожающий ответ застал меня врасплох.

— Мне жаль…

— …почему ты сделал нечто подобное, не сказав мне?

У меня не было оправданий, поэтому я поспешил извиниться, но ее голос слегка дрожал.

— Ты меня напугал… ублюдок.

Только тогда я как следует разглядел бледное, испуганное выражение на ее лице.

«Сейчас не время для этого, но почему она выглядит так мило?»

Я тут же тряхнул головой, отгоняя неуместную мысль, и сказал:

— Леди Мередия, если вы сейчас будете рядом со мной, это вызовет проб…

— Проблемы начали накапливаться с того момента, как я с тобой обручилась.

Но она перебила меня и тихо встала рядом.

— Я предстану перед судом вместе с тобой. Если я откажусь от большей части своих прав, то смогу по крайней мере спасти твою жизнь.

— В этом не будет необхо…

— …ты и вправду не понимаешь, да, Уитни Лингард?

Затем, что поразительно, она спокойно взяла меня за руку и объявила холодным голосом:

— Теперь ты часть моей собственности. Таков был контракт, не так ли?

— …

— У тебя нет выбора. Понял?

Я не знал, что чувствовать — трогательность или ужас.

— Если ты не хотел этого, не стоило продавать мне свои права.

— Ха-ха…

— …если понял, иди разберись с тем демоном, который бьется в истерике.

Конечно, сейчас было не время спорить, поэтому я послушался слов Мередии и подошел к Азраэль, все еще корчившейся на полу.

— Ты ведь хорошая девочка, да? Хочешь уменьшиться и спрятаться у меня в одежде ненадолго?

— ГА-А-А-А!!!

— Хм, не очень послушная, да…

Но очевидно, контролировать демона, которого я насильно и без подготовки приручил, было для меня слишком.

— Пока что, просто убедиться, что она ни на кого не нападет — это, наверное, лучшее, на что я способен…

— Боже...

Услышав мой робкий ответ, Мередия провела рукой по волосам и, вздохнув, сказала так, словно смирилась:

— Я позабочусь о свидетелях.

— Что?

— Я возьму на себя ответственность. Ты просто бери ее и прячься…

Как раз когда холодный пот потек по моему лбу от ее ужасающего, но простого решения…

— Нет.

Прямо из-за моей спины прозвенел звонкий голос Хестии.

— В этом нет необходимости.

— Что ты имеешь в виду?

Благодаря этому Мередия, нахмурившись и отведя взгляд, спросила Хестию с ноткой беспокойства.

— …а?

— Я знаю оптимальное решение.

Но когда я тоже повернул к ней свой взгляд, я не смог не открыть рот с ошеломленным выражением.

«Ее тело… кажется, оно немного светится…»

Из-за всепоглощающей темной энергии вокруг я не мог быть уверен.

Но если то, что я видел, было правдой, это могло означать только одно.

«Неужели Герой наконец-то родился?»

В оригинальной игре Хестия всегда излучала сияние, когда пробуждалась как Святая после контакта с Героем.

Другими словами, если ее тело сейчас светилось, это означало, что отчаянная стратегия со смертельным поединком увенчалась успехом.

— Святая, кто из троих — Герой… а?

Поэтому я поспешно попытался спросить Хестию, но по какой-то причине она прошла мимо меня, не сказав ни слова, и остановилась перед Мередией.

— В любом случае. Леди Мередия.

— Ты…

— Я хотела бы попросить вашего понимания в одном вопросе.

Хестия, источая таинственную ауру, не соответствующую ее прежнему униженному поведению, произнесла низким голосом:

— …что?

Драгоценные глаза Мередии внезапно расширились.

— Ты в своем уме, Святая?

Затем, когда ее глаза налились багровым, Мередия начала источать жажду убийства в сторону Хестии, даже не пытаясь это скрыть.

«…какого черта? Что она сказала?»

Что, во имя всего святого, она могла сказать, чтобы спровоцировать такую реакцию у леди Мередии, которая оставалась спокойной даже в этой возмутительной ситуации?

— Пойдем, следуй за мной.

— …ага.

Но прежде чем я успел об этом подумать, Хестия внезапно схватила меня за руку и потащила вперед, к паладинам.

— Святая, что вы пытаетесь сделать?..

— …просто доверься мне с этого момента.

Может, это было лишь мое воображение, но почему-то слова, слетавшие с губ Хестии, пока она держала меня за руку, казались до странности знакомыми.

— В этот раз я спасу тебя.

Постойте-ка — разве эта реплика не должна была быть из Главы 1, где Святая говорит это Герою?

***

— Паладины, держать строй!

— !?

— ?!

— Ваша Святая перед вами!

Паладины Святой Нации, окружившие Уитни в боевой готовности, расширили глаза и замерли от внезапного появления Хестии.

— С-Святая?..

— Это… демоническая иллюзия?

— Нет, невозможно. Нет иллюзии, способной воссоздать такой уровень божественности…

Хотя из-за маскировки Бергена она выглядела совсем иначе, чем прежде, лучезарное сияние вокруг нее и божественная сила, начавшая распространяться по арене, безошибочно доказывали, кто она такая.

— М-может, нам сначала связаться со столицей?

— Да, давайте проверим.

— ...если она действительно Святая, это огромное событие.

Тем не менее, из-за внезапности ее появления паладины колебались и оставались начеку.

ГРО-О-ОХОТ—!

В этот самый миг с оглушительным ревом небо раскололось, и на арену хлынул ослепительный свет.

— Кья-а-а-а-а!

Одновременно Азраэль, привязанная к миру смертных приказом Уитни, начала гореть.

Не только паладины, но и все на арене теперь не могли ничего другого, кроме как принять, что ее слова были правдой.

— Это… чудо.

— Благословение Богини достигло небес…

Когда паладины все как один сложили оружие и преклонили перед ней колени, Хестия, на миг напрягшись, взяла себя в руки и начала говорить.

— Братья и сестры, я провела долгое путешествие, скрываясь от хватки зла, и благодаря благословениям и откровениям Богини я снова вернулась сюда.

Сказав это, Хестия вздрогнула, нервно покосившись на Уитни, а затем на всякий случай посмотрела на небо.

К счастью, Богиня не поразила ее молнией за ложь.

— И по воле нашей великой Богини я наконец смогла найти Героя, которому могу доверить свою судьбу, и возродиться как истинная Святая!

С новообретенной уверенностью Хестия возвысила голос, и ее слова эхом разнеслись по всем притихшим уголкам арены.

— А теперь я представлю вам… моего Героя.

В этот момент все взгляды на арене были устремлены только на Хестию.

— …чего стоишь? Быстро выходи вперед.

— …чего?

Сохраняя спокойствие с помощью глубоких вдохов, она внезапно ткнула Уитни локтем в ребра и прошептала с неловкой улыбкой:

— Это оптимальное решение, которое я придумала.

— Постой, погоди…

— Ты посмел похитить и обучать Святую, так что теперь ты должен взять на себя ответственность.

Только тогда Уитни понял план Хестии и в панике начал отступать, но было уже слишком поздно.

— Тот, кто спасет мир вместе со мной — мой Герой.

К тому времени Хестия уже взяла его под руку, выдавив на своем лице улыбку.

— А теперь быстро объяви об этом перед всеми.

— …постой, что?

— Я сохраню твою личность Короля Демонов в секрете… только между нами.

Тупо глядя на легкую грешную улыбку, появившуюся на ее губах, в голове Уитни зазвенели тревожные колокольчики.

«…погодите, это что, рут «Падшей Святой»?»

Потому что в этот самый миг он понял…

Сияние, исходившее от тела Хестии, было не ослепительно-белым.

Оно было густого, темно-серого цвета.

----------

Публичное предложение

Давайте немного отмотаем назад, к моменту, когда Уитни и Святая еще не вышли вперед.

— Мне нужно на минутку позаимствовать сэра Уитни.

— …что вы сказали?

— Я собираюсь объявить его Героем.

Услышав дерзкие слова подошедшей к ней Хестии, Мередия не поверила своим ушам.

— Не волнуйтесь. Мне хорошо известно о ваших отношениях с сэром Уитни.

— …

— Я не собираюсь отбирать его у вас навсегда.

Поначалу Мередия подумала, что Хестия просто пытается неудачно пошутить в этой ситуации.

— Конечно, все может измениться в зависимости от воли сэра Уитни.

Но когда Мередия увидела серое сияние, исходившее от тела Хестии в этот момент, ее сердце ушло в пятки, а глаза налились кровью.

— Вы в своем уме, Святая?

«Да кем ты себя возомнила? Как ты смеешь пытаться забрать то, что принадлежит мне?»

Эти слова едва не сорвались с ее губ, но Мередия с нечеловеческим терпением проглотила их и заставила себя успокоиться и подумать.

«…нет, это все, должно быть, часть его плана».

Раз уж в этом замешан Уитни, ей нужно было сохранять хладнокровие, чтобы правильно оценить ситуацию.

Судя по всему, что произошло до сих пор, такое поведение Святой, скорее всего, было ключевой частью плана Уитни.

Хоть его младшая сестра и подчиненные сзади и выглядели растерянными, Мередия достаточно хорошо знала Уитни, чтобы подозревать, что даже их реакции были просчитаны.

Она давно усвоила истину, что чем ближе человек, тем более осторожным и расчетливым нужно быть.

Если он и вправду намеревался предать ее ради кого-то вроде этой девушки, то она только рада.

И если, вопреки ее мыслям, Уитни действительно собирался перейти на другую сторону здесь и сейчас, это тоже был не самый худший исход.

С момента его глупого и неловкого признания в карете Уитни стал для Мередии непредсказуемым и неконтролируемым явлением.

Если бы он решил уйти от нее, возможно, это наконец принесло бы ей покой…

Мередия ни разу в жизни не представляла, что кто-то будет любить ее просто так, без причины.

Для такой, как она, Уитни был лишь источником стресса, камнем преткновения, кем-то, кого ей отчаянно нужно было убрать с глаз долой.

— Кх.

Да, именно так она думала раньше.

Но когда Святая, нервно покосившись в ее сторону, подошла ближе к Уитни, правая рука Мередии начала сильно дрожать.

«…давай, иди уже».

Она лучше, чем кто-либо, знала, что это признак того, что ее эмоции выходят из-под контроля.

И все же, она стиснула зубы и схватила свою дрожащую правую руку левой.

«Если она и вправду собирается вцепиться в него, пусть. Пусть он исчезнет с моих глаз навсегда».

Она уже не раз сдерживала желание броситься вперед и схватить Уитни за руку, но все, что Мередия могла — это шептать про себя.

«Пожалуйста… не заставляй меня больше чувствовать это проклятое чувство».

Однако, когда эта жалкая Святая взяла Уитни под руку, Мередия крепко зажмурилась и, наконец, пробормотала правду, которую пыталась игнорировать с того самого дня в карете.

«…я никогда не хотела знать. Это дерьмовое чувство».

Девушка, знавшая лишь ненависть и злобу… теперь, впервые в жизни, осознала новое для себя чувство.

***

Что такое рут «Падшей Святой»?

Это худший из плохих финалов, который может случиться во время пролога оригинальной игры.

Условия для запуска этого сценария примерно таковы: если Святая не пробуждается после встречи с Героем в прологе и каким-то образом полностью поддается силам зла.

Как только эти два условия выполняются, Святая перестает быть апостолом богини и становится ярой последовательницей зла, способствуя уничтожению мира.

И ключевой визуальный индикатор — сияние Святой: не лучезарно-белое, а густое, зловеще-серое.

«…я в заднице».

Да, прямо как Хестия, стоящая передо мной, окруженная этой серой аурой.

Неудивительно, что я не мог отчетливо видеть ее свет, когда она подходила из тени — на то была причина.

«Постойте-ка… разве я не на стороне правосудия?»

Но вот что сбивало с толку — по словам Хестии, это я виноват в ее падении?

Но что я вообще сделал?

Все, что я сделал — это похитил ее у темных магов, замаскировал под служанку, помогал ей тайно напиваться по ночам и призвал демона на глазах у всех…

…ну, ладно, может, я и вправду немало натворил.

Но все же! Я делал все это ради мира во всем мире и безопасности Хестии!

Неужели в этом мире процесс ценят больше, чем результат?

Если нет, возможно ли, что субъективное суждение Святой играет огромную роль в ее падении?

Теперь, когда я об этом думаю, разве она не называла меня раньше Королем Демонов?..

Насколько я знаю, это не очень известный факт, но Святая не просто избирается божеством — она на самом деле сама выбирает сущность, которой будет служить.

Но все же! Даже так, разве для ее обращения ко злу не требуется кто-то почти божественного уровня — как минимум предводитель темных магов или сам Король Демонов?

Неужели она может проявить такую силу, просто приняв за Короля Демонов такого ничтожество, как я?

— Святая, я знаю, это внезапно, но может, вам стоит передумать…

— Простите, я что, похожа на ту, кто делает это по собственному желанию?

Почувствовав, что если так будет продолжаться и дальше, то может сломаться что-то фундаментальное, поэтому я быстро попытался остановить Хестию, но она ответила твердо.

— Неважно, насколько исправившимся вы кажетесь сейчас, было бы глупо с моей стороны слепо вам доверять.

— О чем вы вообще говорите?..

— Это все часть моего плана — следить за вами, тем, кому суждено стать Королем Демонов.

В этот момент я всерьез начал подозревать, что Хестия может быть пьяна, но в отличие от ее обычного пьяного состояния, от нее совсем не пахло алкоголем.

— Я смогу постоянно за вами наблюдать, а вы получите выход из вашей ситуации. Взаимная выгода, не так ли?

Но если Хестия на самом деле была трезва, то в ее логике был зияющий пробел.

— Святая, не хочу показаться грубым, но…

После минутного колебания я не удержался и указал на очевидную дыру в ее рассуждениях.

— …вы могли бы просто сказать всем, что я вас похитил, и все бы закончилось, верно?

— …

— Если вы считаете меня каким-то злым Королем Демонов, почему вы пытаетесь мне помочь?

Эестия на мгновение тупо уставилась на меня, затем вздохнула и сбросила совершенно неожиданную бомбу.

— Потому что… ты — регрессор.

— …что?

— Я не знаю почему, но ты явно пытаешься исправить ошибки прошлого.

О чем, во имя всего святого, несет эта женщина?

Нет. Технически говоря, я — реинкарнатор, вспомнивший свою прошлую жизнь.

И это не имеет ничего общего с регрессией.

— Вот почему я тебе помогаю. Это все объясняет?

— …совсем нет.

Я не знаю, как и когда Хестия так сильно заплутала, и почему она считает меня каким-то регрессирующим Королем Демонов.

Но одно ясно точно: эта ситуация в корне, абсолютно неправильная.

А это значит, пока я еще хоть как-то держусь за реальность, мне нужно найти способ все исправить…

— С-Святая.

— Так? Кто же Герой?

Но как только я собирался заговорить, вмешались встревоженные голоса святых рыцарей, и я понял, что уже слишком поздно.

…мы обречены.

Не только рыцари, но и все на арене, чей взор очистился от черного дыма, теперь смотрели прямо на меня и Хестию.

— Если ты сейчас откажешься, я просто раскрою, что ты — Король Демонов.

— …

— Пожалуйста, не упусти этот идеальный шанс на искупление…

И, судя по тому, что шептала рядом со мной Хестия, если я здесь скажу, что я не Герой, было слишком очевидно, что со мной случится.

И когда этот момент наступит, у меня не хватит сил защитить даже Мередию, Сесиль и моих подчиненных, которые, затаив дыхание, наблюдали за ситуацией со стороны.

— Аха-ха-ха…

В конце концов, отпустив все, я издал короткий смешок капитуляции.

— Да, все верно.

Я выдавил из себя бесстыдную улыбку, шагнул вперед и не мог сделать ничего, кроме как произнести заявление, которое исказит саму основу сюжета оригинальной игры.

— Я — Герой.

И в следующий миг, когда со всех сторон разразились громовые аплодисменты, я тихо закрыл глаза и пробормотал про себя:

«Полагаю, придется отказаться от чрезмерной опоры на оригинальный сюжет».

Хотя, честно говоря, больше меня беспокоила убийственная аура, пробивавшаяся сквозь аплодисменты — исходившая от Мередии.

Как бы то ни было, долгий и затянувшийся отбор новичков подошел к концу.

***

— Г-господин!..

— …а?

Как раз когда я подумал, что все удачно завершилось, случилось это.

— Х-хииик!

— Саша? Что ты здесь делаешь?..

Я повернул голову на знакомый голос сзади, и там была она — Саша, вся в пыли, задыхаясь, стояла прямо за мной.

— Я-я смотрела с трибун с братом. Так что…

— Нет, это-то ладно, но почему ты здесь?

Естественно сбитый с толку, поскольку у Саши не было причин сейчас находиться позади меня, я спросил, и после минутного колебания она вытащила что-то из-под одежды и пробормотала:

— В-вы… дали мне это, помните? О-обманную сумку…

— …что?

— П-Пар-Парша сказала мне открыть его только после того, как все закончится, так что в тот момент, когда я это сделала, я просто сбежала сюда…

То, что она вытащила, действительно выглядело почти идентично мешочку, который я доверил Парше.

Но у меня есть совесть — я никогда не давал такой мешочек Саше.

Так могла ли произойти какая-то путаница?

— И-и там была записка, в которой говорилось, что это понадобится…

— …ха.

Даже думая об этом, я рассеянно взял мешочек, который она протянула, и когда я проверил, что внутри, я не мог не издать сухой смешок.

— П-простите!?

— Нет, тебе не нужно извиняться.

Это, должно быть, было что-то, что Парша приготовила сама, отдельно от моих приказов.

И, по правде говоря, это был гениальный ход.

Потому что внутри было именно то, что мне больше всего было нужно в этой ситуации.

— …не подходи.

И так, приняв его, я снова начал идти через арену, вызывая недоуменные взгляды всех присутствующих.

Вдалеке я услышал голос, приглушенный, но твердый.

— Я сказала, не подходи, Уитни Лингард.

Хотя она все это время стояла неподвижно, источая холодную энергию, Мередия бормотала все тише, чем ближе я подходил.

— Я ведь и вправду больше не нужна, да? Так что просто…

— …довольно, моя леди.

И все же, она не отступила ни на шаг.

Я остановился перед ней, изобразил самую нежную улыбку, на какую был способен, и преклонил перед ней колено.

— Пора вам перестать лгать себе.

— …

— Как вы думаете, зачем я прошел через все эти трудности?

Затем, протягивая ей предмет, который принесла Саша, словно решающий бросок на последней секунде, я сказал ее пустому выражению лица:

— Все это было ради этого момента.

Чувствуя себя немного виноватым, но все же с улыбкой доброжелательности, я надел его на палец Мередии.

— Вы ведь благородная леди. Я должен был сделать хотя бы это, верно? Ха-ха…

— Ты….

Второе сокровище из Императорской Сокровищницы — изначально предназначавшееся в подарок Мередии, когда все закончится.

— …вы выйдете за меня, моя леди?

Кольцо Удачи, которое, как говорили, когда-то подарил второй Герой своему ученику, тихо сверкнуло в солнечном свете, покоясь на ее руке.

— …кх.

Конечно, как только кольцо оказалось у нее на пальце, то, как она склонила голову и снова сделала это странное выражение лица… не совсем кричало «счастливая невеста», но все же.

----------

Допрос

Прошло несколько дней с тех пор, как крупный инцидент на Отборочном турнире потряс мир.

— Ха-а…

Мне даже не дали прикрыть темные круги под глазами. В окружении паладинов меня привели в зал заседаний совета Академии.

«Я просто хочу сейчас домой, отдохнуть…»

В глубине души я хотел вернуться в особняк и отдыхать несколько месяцев, но это была роскошь, которую я больше не мог себе позволить.

— …Святая и Папа ждут внутри.

— Что ж, надеюсь, у вас будет плодотворная беседа.

Потому что теперь я официально стал Героем этого мира.

«Я очень хотел избежать такого развития событий…»

Даже после того, как ситуация улеглась, я несколько раз все проверял, но, кроме двойника Робина, ни Сесиль, ни Адель не оказались Героем.

Святая уже выбрала меня и пала, а Святая Нация, не зная об этом, начала процесс моего официального назначения Героем.

Другими словами, теперь мне было суждено спасать мир вместо пропавшего игрового персонажа, и выхода из этого не было.

Конечно, тот факт, что предводительница темных магов сделала меня своим представителем, тоже никуда не делся.

Фальшивый Герой и фальшивый лидер темных магов — что это за ужасный гибрид?

«Такими темпами мне и десяти тел не хватит, чтобы со всем справиться».

Даже Папа, который редко покидает летающий остров — базу Святой Нации, — прилетел в Академию, чтобы просто увидеть меня, и это говорит о многом.

И самое отчаянное — это только начало.

Из оригинальной игры я прекрасно знаю, как Героя таскают повсюду, словно собачонку, так что я мог лишь глубоко вздохнуть.

Скри-и-ип—

Хоть я и хотел сбежать куда-нибудь, куда угодно, это было уже невозможно, поэтому я оставил паладинов — неясно, то ли охранников, то ли тюремщиков — позади и открыл дверь в зал заседаний.

Я слышал, что здесь я должен был дать показания о недавнем инциденте и пройти оценку своих качеств как Героя, так что мне нужно было оставаться начеку…

— Святая! Пожалуйста, хотя бы сейчас, скажите нам правду!

— Мы гарантируем вашу безопасность. Так что, пожалуйста…

Шагнув за открытую дверь с этими мыслями, я внезапно замер на месте от развернувшейся внутри сцены.

— …как я уже неоднократно говорила, мне никто не угрожал и не промывал мозги.

— Но все же… ха-а.

Там была Хестия, которую Святая Нация забрала и разлучила со мной с того самого дня. Сейчас ее, окруженную священниками с серьезными лицами, допрашивали.

— Святая, простите нас, но мы инквизиторы, специально обученные допросам и перекрестным допросам…

— Конечно, дело не в том, что мы вам не верим, но в ваших словах, кажется, чувствуется некая фальшь…

— Давайте будем честны. Когда вы были, скажем так, под защитой, с вами не случилось ничего такого, что не должно было случиться?

Что ж, если бы пропавшая Святая внезапно объявила своего похитителя Героем, я бы тоже заподозрил стокгольмский синдром и провел расследование.

Но я был добрым похитителем, который лишь притворялся злым ради Святой и мира во всем мире, так что этот фарс казался немного несправедливым.

— Я-я же вам говорила, ничего подобного не было.

— Хм… как и ожидалось…

— Что же с вами, во имя всего святого, случилось…

Но странно виноватые ответы Хестии во время допроса священников, казалось, лишь усугубляли их недопонимание.

Если бы они когда-нибудь узнали, что ее реакция была вызвана чувством вины за то, что ее каждый день баловали пирами и пьяными ночами… какое выражение было бы у них на лицах?

— Кхм, кхм.

Конечно, я не собирался пока этого раскрывать, поэтому, когда кашлянул, атмосфера в зале мгновенно стала ледяной и воцарилась тишина.

— Для меня честь встретиться с вами, представители Святой Нации. Я слышал, сам Папа прибыл — где он сейчас?

Именно в этот неловкий момент, когда я, оглядевшись, задал этот вопрос, пытаясь прощупать обстановку…

— Прошу прощения.

…священники Святой Нации и чиновники Академии начали устанавливать две массивные кристаллические сферы по обе стороны стола.

— А-а.

Когда свет, исходящий из кристалла, начал принимать форму человека и проецироваться в воздухе, я наконец понял, что происходит.

«…если подумать, даже Папа не может вот так за одну ночь появиться в Академии».

Очевидно, Святая Нация предпочла удаленную связь риску привозить Папу сюда лично.

Другими словами, это был, по сути, Zoom-митинг.

Хотя, просто сказать так — значит преуменьшить. Проецирование полноразмерного изображения в воздухе с помощью кристалла напрягло бы бюджет даже средней страны.

Святая Нация — это нечто.

«Но тогда, почему здесь еще одна сфера?»

Странным было то, что не только священники Святой Нации, но и сотрудники Академии принесли кристалл такого же размера.

Насколько я знаю, Академия всегда испытывает нехватку средств.

И, если подумать, ведь нет никого, кого Академии нужно было бы привлекать специально для этого допроса, верно?

— Рад встрече, Уитни Лингард.

Наклонив голову в замешательстве, я поднял взгляд на ясный голос, внезапно раздавшийся спереди.

— О, избранный Святой.

— …

— Я — Паулюс III, Папа Святой Нации Астры.

Мальчик с белыми волосами и белыми глазами, который выглядел молодо, как ни посмотри, был спроецирован из кристалла и стоял со спокойным выражением лица.

«Я впервые вижу Папу так близко».

Хоть я и видел его в оригинальной игре, видеть его вот так лично было странно волнующе.

Потому что, несмотря на то, что он выглядел моложе меня…

— Не дайте себя обмануть, сэр Уитни.

— …!

— Несмотря на внешность, этот парень в несколько раз старше меня.

Пока я молча смотрел на непроницаемого Папу, рядом со мной внезапно раздался знакомый голос.

— Ваше Величество Император.

— Соскучился, да? Хе-хе…

— …ну, разумеется.

Именно тогда я понял, с кем сотрудники Академии обращались как со священной реликвией — с владельцем второго кристалла.

Сохраняя спокойное лицо, я закрыл глаза и мысленно пробормотал:

«Так этот фарс все-таки не просто для дачи показаний и расследования».

Участие Папы — это одно, но тот факт, что явилась даже Императрица, означал, что дела серьезно осложняются.

— О, и кстати, не обманывайся только его возрастом.

— …

— Обрати внимание на выбор слов Папы. Он назвал тебя избранным Святой, но не признал тебя Героем.

Судя по тому, как мягко говорила со мной Императрица, скорее всего, так оно и было.

— Император, прошу воздержаться от провокационных выражений.

— Что ж, я не люблю ходить вокруг да около, как некоторые.

Даже с таким лицом и тоном доверия было мало.

— О боже. Вы хотите сказать, что не доверяете сэру Уитни, который так похож на меня?

Я знал, что отношения между Святой Нацией и Империей — это хождение по канату, но я не ожидал стать той искрой, что разожжет пожар.

«Прежде чем меня расплющат между этими двумя гигантами, может, стоит сейчас вмешаться и остановить их?»

— Честно говоря, да. Это так.

Попав в напряженную психологическую войну между Папой и Императором, я слегка почесал затылок от реплики Папы, когда он повернулся ко мне.

— Конечно, это правда, что ситуация беспрецедентная, но тот факт, что Святая выбрала сэра Уитни, неоспорим.

— Ха-ха…

— Однако, также правда и то, что есть немало вопросов, которые сэр Уитни должен прояснить.

К счастью, они не поняли, что Хестия пала, следуя руту «Падшей Святой» из оригинальной истории.

— Посему я прошу вашего содействия.

Даже если бы это было не так, казалось, Святая Нация не собиралась так просто признавать меня Героем.

— Что ж, для этого я здесь.

— Благодарю. Тогда…

Естественно, у меня не было права отказываться от их расследования, поэтому я просто кивнул, взглянув на Хестию, сидевшую рядом со мной.

…хмф.

Меня беспокоило, что Хестия уже некоторое время демонстративно избегала моего взгляда с надутым видом.

— Приведите свидетелей.

В любом случае, неофициальная оценка Героя в Академии, которая внезапно стала нейтральной территорией между Святой Нацией и Империей, только начиналась.

***

Тем временем, в тот же самый момент.

В кабинете председателя Совета простолюдинов, расположенном прямо под залом заседаний.

— Спасибо, что подождали.

Одна из свидетельниц, ожидавших дачи показаний по проверке Уитни на роль Героя, тихо подняла голову на священника, который открыл дверь и заговорил.

— Прошу, следуйте за мной, начиная с первого свидетеля.

— …э-эм, у меня вопрос.

Наконец, голосом, полным беспокойства, она задала священнику вопрос.

— Вы действительно защитите мою личность?

— …

— Т-то есть, как ни посмотри, вуаль вроде этой вряд ли сохранит мою анонимность…

Ее личность была не кем иным, как знатной первокурсницей, которая была ближайшей помощницей Адель.

Во время промежуточного экзамена она видела, как Уитни гнал стадо монстров, убегая от Безголового Рыцаря.

— Не волнуйтесь. Эта вуаль — священный предмет, используемый для исповеди в Святой Нации.

— Ах…

— Она несет мощное благословение, которое скрывает вашу внешность, телосложение и даже голос, так что, пожалуйста, будьте спокойны.

— П-понятно… это облегчение…

При добром объяснении священника она выдохнула с облегчением и кивнула.

— Святая Нация обеспечит вашу анонимность и безопасность. Так что всем вам нужно лишь дать показания в точности так, как вы это сделали вначале.

Мягко улыбаясь, священник еще раз успокоил группу свидетелей, собравшихся за ее спиной, и закрыл дверь.

— …

И затем наступила тишина.

«Не думала, что будет столько жертв…»

Среди этой тишины она взглянула на остальных позади себя, затем сжала кулаки с решительным видом.

«Да, ради Адель… я должна быть сильной!»

Но как раз когда она собралась с духом и собиралась выйти за дверь…

Шорох—

— Ик!?

Что-то внезапно зашевелилось и двинулось у нее под одеждой.

— Ч-что…!?

Застыв от испуга, она лихорадочно начала расстегивать воротник.

— Ах.

И когда она увидела, что там шевелилось, ее лицо побледнело, и она издала предсмертный вздох.

Кюрук—

Это был тот самый паук-монстр, которого она не могла забыть с того дня промежуточного экзамена, тот, что цеплялся за ногу Уитни. Теперь он тихо смотрел на нее снизу вверх.

Тук-тук—

И существо теперь постукивало лапкой по ее именной табличке на груди.

— Э-эм… священник?

— Да?

— Э-эта штука… не могли бы вы?..

Дрожащими, сжатыми в кулаки руками, она едва смогла выдавить из себя пресмыкающийся голосок, чтобы позвать священника за дверью.

— В чем дело?

— В-вы разве этого не видите?

— Простите, но я не уверен, о чем вы говорите…?

Странно, но священник, который должен был быть чувствительнее к такому существу, чем кто-либо другой, просто недоуменно наклонил голову и тупо уставился на нее.

— Ха-ха, ха. Аха-ха….

Именно тогда она осознала леденящую душу правду.

Выдавив из себя натужный смех, она начала двигаться вперед тяжелыми, нехотями шагами.

«…простите, леди Адель».

Теперь единственный способ выжить в лапах Уитни…

…это лжесвидетельствовать.

----------

Допрос (2)

После проведения обширного расследования в течение последних нескольких дней Святая Нация смогла прийти к следующему заключению.

— Неужели… Уитни был тем, кто дирижировал всем этим из-за кулис?

От исчезновения Святой до масштабного инцидента во время Отбора, потрясшего весь мир — в этих событиях были явные подозрительные пробелы.

И что удивительно, когда они помещали Уитни в эти пробелы, значительная часть несостыковок, казалось, сходилась.

Однако никаких вещественных доказательств нигде найти не удалось.

Инциденты, оставившие ясные, материальные улики — такие как похищение Святой, нападение паладинов в гостинице и демонический призыв — уже были полностью оправданы Святой Хестией.

Таким образом, имея на руках лишь косвенные улики и подозрения, даже Святая Нация не могла вмешаться в дело, касавшееся одновременно и Героя, и Святой.

В таких случаях они обычно полагались на молитвы и божественные пророчества.

Но, как на зло, Богиня прекратила всякое общение с тех пор, как несколько дней назад было дано то шокирующее пророчество.

Конечно, это не означало, что Святая Нация просто сидела сложа руки.

Если не было вещественных доказательств, они их создадут.

После бесчисленных переговоров, уговоров и расследований Святая Нация наконец смогла найти свидетелей, которые могли бы подтвердить подозрительное поведение Уитни.

Однако, если они потерпят неудачу, Святая, находящаяся в руках Уитни, может превзойти даже Папу и подняться на вершину иерархии Святой Нации, что было бы катастрофическим сценарием.

Выслушав первоначальные показания свидетелей, Святая Нация предсказывала, что, как бы плохо ни пошли дела, они смогут по крайней мере затянуть оценку квалификации Уитни и Хестии.

— Во время инцидента на промежуточном экзамене господин Уитни показал просто ослепительное выступление.

— …прошу прощения?

Но с самого начала первого допроса все пошло в совершенно ином направлении, чем ожидала Святая Нация.

— Монстры, бушевавшие в подземелье, все склонили головы от одного жеста инспектора… а высокоуровневый монстр, призванный в центральной зоне, был без усилий усмирен белой магией…

Леди Роксия, которая должна была перед всеми засвидетельствовать, что Уитни контролировал монстров во время промежуточного экзамена, вошла в зал слушаний и вместо этого начала петь дифирамбы Уитни.

— …итак, вкратце, вы утверждаете, что сэр Уитни победил монстров и спас леди Адель Фелгрейв?

— Д-да, все верно.

— Леди Роксия. Это, кажется, сильно отличается от первоначального заявления, которое вы нам дали…

При этих словах инквизиторы, заметно смущенные, прервали показания и задали вопросы, заставив Роксию, нервно бегавшую глазами, заикаться:

— Э-это было недоразумение… нет, провал в памяти! Я тогда была так шокирована…

— Но мы несколько раз это с вами подтверждали…

Естественно, ее подозрительное поведение побудило инквизиторов надавить сильнее.

— Моя леди, лжесвидетельство перед очами Бога — это тяжкий грех, который не останется безнаказанным.

— Э-это…

— Возможно, вас принудили или подкупили?

При этих словах она нервно взглянула туда, где сидел Уитни, затем неловко кашлянула и начала расстегивать воротник.

— М-мне вдруг стало… так жарко… ха-ха…

— …

— Кхм, кхм! Хр-ргх!

В этот момент выражение лица Уитни слегка дрогнуло.

Но поскольку всеобщее внимание было приковано к странному поведению Роксии, никто этого не заметил.

— Что именно вы делаете?

— Ах…

Тем временем священники, всю жизнь прожившие в строгой дисциплине и не имевшие иммунитета к такому поведению, покраснели и в один голос повысили голоса.

Лицо Роксии стало пепельным.

— Я, может, и не знаю, что леди Роксия изначально свидетельствовала, но, похоже, произошло недоразумение…

— Ик.

— Может быть, вы перепутали меня со своим классным руководителем?

Уитни ухватился за возможность и с той своей жуткой ухмылкой задал вопрос.

Роксия, застывшая, словно забыв как дышать, отчаянно закивала.

— Д-да, все верно! Теперь, когда я думаю об этом, так оно и было!

— …

— Я-я отчетливо видела, как профессор Ребекка вела монстров!

К этому моменту даже щедрое терпение инквизиторов начало истощаться.

— Тогда почему вы не упомянули об этом раньше…

— Должно быть, ей угрожали. Не так ли?

Но как раз перед тем, как ситуация стала еще более запутанной, Уитни плавно вмешался, и инквизиторам не оставалось ничего, кроме как снова замолчать.

— Для справки, я выявил и обезвредил классного руководителя первого курса, профессора Ребекку, за день до Отбора.

— …

— Естественно, эта информация до сих пор держалась в строжайшем секрете, так что просим вашего понимания.

Даже самые опытные инквизиторы не могли продолжать допрос без каких-либо веских улик.

Обычно они заставили бы свидетеля принести клятву Богине, исключив возможность лжи с самого начала, но Богиня, как известно, несколько дней назад, по сути, устроила забастовку, что делало и это невозможным.

— …следующий свидетель, пожалуйста, войдите.

— Х-хорошо…

Но даже тогда Святая Нация оставалась уверенной.

В конце концов, Роксия была не единственным свидетелем, которого они обеспечили.

Было еще много тех, кто мог засвидетельствовать подозрительное поведение Уитни Лингарда.

— Эм, простите.

Однако, через мгновение, второй свидетель — тот, кто сражался в хаотичной битве на затемненной арене Отбора — вошел внутрь и сказал нечто странное.

В этот момент Святая Нация поняла, что что-то пошло не так.

— Сегодня не странно жарко?

В комнате не было ни жарко, ни холодно, и все же этот человек начал обмахиваться и расстегивать одежду без всякой видимой причины.

— Аха-ха-ха…

Когда в зале заседаний воцарилась тишина, тихий смех Уитни заставил священников похолодеть.

Даже Папа, который до этого момента оставался совершенно спокойным и собранным, не был исключением.

***

— С-сэр Уитни… сделал все возможное, чтобы защитить нас посреди внезапного хаоса…

— Я-я тоже это видел! Сэр Уитни использовал какую-то странную… нет! Белую магию, чтобы з-защитить всех…

— Ч-что ж, раз уж вы об этом заговорили… все сражались, как будто от этого зависела их жизнь, и все же никто серьезно не пострадал. Ха-ха…

Вопреки отчаянным надеждам Святой Нации, свидетели, каждый из которых странным образом жаловался на жару при входе, вскоре сдавались и один за другим начинали защищать Уитни.

— К-кладовая в зале ожидания? Там… н-ничего нет.

— Я-я сегодня заходил туда убираться, ха-ха.

— …должно быть, это была просто небольшая ссора между сэром Уитни и служанкой, которую раздули до безосновательного слуха.

Естественно, даже медсестры и учителя, которые были свидетелями хаоса в лазарете в день Отбора, сказали то же самое.

— Эм… тогда, прежде чем мы вызовем следующих свидетелей, давайте сделаем небольшой перерыв.

Конечно, почувствовав, что что-то явно не так, Святая Нация объявила перерыв и провела обследование свидетелей, но не смогла выявить никаких аномалий.

— …и вы все еще утверждаете, что вы не Король Демонов?

— Ха-ха… на этот раз я серьезно невиновен…

Лишь Хестия, сузив глаза и внимательно наблюдая за свидетелями, прошептала что-то Уитни, постоянно поглядывая на их грудь.

— Что ж… мы продолжим.

В любом случае, даже после целого часа перерыва Святая Нация не смогла найти причину, по которой свидетели изменили свои показания, и в отчаянии они начали вызывать запасных свидетелей, которых приготовили на всякий случай.

— Священники, пожалуйста, сопроводите свидетелей, ожидающих во второй комнате…

Среди них были слуги поместья Лингард — те, кого можно было считать близкими соратниками Уитни.

— С-сэр Уитни… относится ко всем своим слугам одинаково!

— Д-да! И он платит в несколько р-раз больше, чем в других местах!

— Подвал? Я-я не знаю, о чем вы говорите!

Чего они не учли, так это того, что слуги, натерпевшись от Уитни, уже создали свой собственный внутренний протокол для подобных ситуаций.

— Я-я-я просто обычная личная горничная…

— Я просто обычный дворецкий, который прошел экзамен на трудоустройство!

— Сэр Уитни — тот, кто починил мой контур маны. Слухи о том, что со мной плохо обращались в подвале, конечно же, не что иное, как злонамеренная ложь.

Естественно, все старшие сотрудники Уитни дали показания в его пользу.

Возможно, если бы Святая Нация вызвала Бергена, который беззаботно покинул академию, или Альфреда, который исчез после получения взятки, все могло бы сложиться иначе.

Загнанная в угол и неспособная получить никаких полезных показаний от близких соратников Уитни, Святая Нация начала без разбора вызывать всех, кто был причастен к инциденту.

— Во время Отбора профессор первого курса Ребекка определенно увела нас и заперла, пока мы были ранены.

— Сэр Уитни — тот, кто спас нас от темных магов.

— Хотя я знаю, что использование двойников запрещено, сэр Уитни просил нашего понимания ради высшей цели. Мы просим о снисхождении.

Робин, Чарли и Хейден, чье здоровье недавно восстановилось, каждый поддержал Уитни с ясными и лаконичными доводами.

— Против квалификации сэра Уитни как судьи не было возражений… не из-за личного мнения, а как коллективная воля Совета простолюдинов.

Председатель совета, Пьер, который нервно взглянул на Уитни при входе, побледнел от его леденящей улыбки и последовал примеру, поддержав его.

— Последний свидетель… пожалуйста, войдите.

При этих словах Святая Нация, доведенная до крайности, в качестве последнего средства вызвала своего последнего, скрытого свидетеля.

— …мой брат — герой.

И это оказалось их фатальной ошибкой.

— Он никогда не делал ничего подозрительного, ни разу — ни в прошлом, ни сейчас.

Согласно Адель, которую исключили из дачи показаний из-за ее положения в Святой Нации, младшая сестра Уитни, Сесиль, которая якобы была против него, со слезами на глазах защищала его в своих показаниях.

— Так что, пожалуйста… прекратите причинять боль моему брату…

С этим последним заявлением допрос Уитни, проводимый лучшими инквизиторами и священниками, подошел к полному и окончательному концу.

— …на этом наше расследование завершено.

Неудивительно, что Святая Нация потерпела полное поражение.

***

— С этого момента Святая Нация Астры официально признает статус Уитни Лингарда как Героя…

Среди священников с мрачными выражениями лиц один лишь Папа сохранял спокойствие, торжественно зачитывая прокламацию.

— Мы также официально признаем титул Святой Хестии.

Даже он, однако, не мог полностью скрыть легкую морщинку на своем юном лице.

— Что ж, могу я теперь быть свободен?

Конечно, это было не мое дело.

Измотанный и морально, и физически, я попытался быстро встать и сбежать из этого тягостного пространства.

— Есть еще один вопрос, который нужно обсудить.

— Ах, да…

— Причина, по которой мы сегодня вызвали сюда Императора и Святую… заключается в обсуждении этого вопроса, так что, пожалуйста, останьтесь еще ненадолго.

Казалось, у Святой Нации все еще были планы задержать меня немного.

— Согласно истории, партнером Святой всегда был Герой.

Выдохнув и пытаясь снова сесть, я замер от внезапного, спокойного заявления Папы.

— Потому что чем крепче их связь, тем сильнее они оба становятся…

— Прошу прощения, Ваше Святейшество?

Прервав его, хотя это и было нарушением этикета, я начал говорить, пока по моему лицу стекал холодный пот.

— Я уже обручен с другой…

— Да, нам это известно. Но мы просим вашего понимания — ради высшего блага.

Папа тихо покачал головой, а затем твердым голосом сбросил бомбу.

— Сэр Уитни, пожалуйста, женитесь на Святой Хестии.

И с этими словами в зале воцарилась тяжелая, мертвая тишина.

----------

Допрос (3)

«Неужели Его Святейшество не расслышал, что я сказал?»

Это была первая мысль, которая пришла мне в голову, когда я услышал слова Папы.

«Он что, только что велел мне жениться на Хестии?»

Если первая полоса газет в последние несколько дней была посвящена тому, как я стал Героем, то вторая была целиком и полностью занята моим публичным предложением на арене.

Даже если высокопоставленные лица вроде меня и Мередии уже были в курсе, до широкой публики официальное объявление еще не дошло, так что это гуляло как таблоидный слух.

Поэтому его влияние внутри Империи было не меньшим, чем новость о рождении Героя, и, естественно, не было никакой возможности, чтобы Святое Королевство об этом не знало.

— Сэр Уитни. Нынешняя обстановка крайне нестабильна.

Несмотря на мои сомнения в информационной сети Святого Королевства, которая, как правило, была жестко ортодоксальной, я мог лишь заткнуться после следующего заявления Папы.

— Конечно, рождение и Героя, и Святой — это повод для радости. Однако мы не должны забывать, что эти две фигуры появлялись лишь тогда, когда мир стоял на пороге гибели.

— Говоря более ясно, это означает, что воскрешение Короля Демонов неминуемо.

Поскольку то, что он сказал, было настолько точным, я на мгновение потерял дар речи.

— Вот почему… Сэр Уитни, как Герой, ради стабилизации этого хаотичного мира и защиты Святой, я прошу вас принять решение.

Однако, когда Папа снова прямо упомянул о браке между мной и Хестией, я пришел в себя.

«Если я сейчас женюсь на Хестии, вы своими руками создадите Короля Демонов!»

В конце концов, я должен был остановить этот великий кризис, где Король Демонов, которого так боялось Святое Королевство, мог родиться уже сегодня.

— Нет, но разве мы не должны сначала выслушать мнение Святой по этому поводу? Раз уж Ваше Святейшество признало ее положение, она больше не та, кто просто выполняет приказы, а существо, равное Папе. Для такой, как она, разве нормально навязывать подобное решение…

Конечно, я не мог открыто заявить перед Папой, что если мы с Хестией поженимся, Мередия станет Королем Демонов, поэтому я решил надавить на позицию Хестии и открыл рот.

— Эм…

— Да?

— …в смысле, я не очень-то и против.

Но, к моему удивлению, то, что я услышал от Хестии, сидящей рядом, было совершенно неожиданным.

— В смысле, да. Я не то чтобы в восторге от этого. На самом деле, мне немного не по себе. Но, знаете, это негласное правило…

— Святая?

— Так что… если это ради мира и безопасности во всем мире, то, полагаю, ничего не поделаешь. Может, и нормально, если мои желания не будут уважать…

Что, черт возьми, она несет? Неужели Хестия снова пришла сюда пьяной?

— Ха-а-а… для справки, это то, о чем настоятельно просила сама Святая.

— !?

Пока я с глубоким подозрением смотрел на Хестию, Папа тихо вздохнул и подвел черту, оставив меня безмолвным с пустым выражением на лице.

— …а? Нет, это неправда!

Хестия, сидевшая рядом со мной, отчаянно трясла головой с паническим выражением, но, судя по всему, он попал в самую точку.

— Святая… неужели вы и вправду так обо мне думали?..

— З-заткнись! Это жертва ради высшего блага!

— Ха…

Не может быть… я подумать не мог, что меня заставят жениться похищением невесты — не Император, а Хестия.

Что, если меня утащат Святые Рыцари в Святое Королевство, и я в итоге буду махать ручкой Мередии через кристалл для видеотрансляций?

— Ха-ха… я прошу короткий перерыв.

— …

— Я бы тоже хотел немного подумать, если возможно.

Отчаянно пытаясь избежать такой катастрофы, я быстро встал и попросил перерыв, намереваясь пока связаться с леди Мередией.

— Сэр Уитни. Как Герой, вы обязаны подчиняться приказам Святой.

Но в тот момент, когда Папа произнес это спокойным голосом…

Как я и боялся, Святые Рыцари, ожидавшие снаружи, хлынули внутрь и заблокировали все выходы.

— Если вы откажетесь, мы не сможем сидеть сложа руки.

И когда Папа произнес то, что по сути было ультиматумом, на моем лбу без моего ведома выступил холодный пот.

— Хм, кхм.

Император, молчавшая на протяжении всего моего допроса, внезапно кашлянула и начала вмешиваться.

— Мне искренне жаль лить холодную воду на столь занимательную ситуацию, но я хотела бы официально заявить протест.

Когда я увидел ее суженные глаза — прищуренные даже больше обычного — и эту характерную, горькую улыбку, изогнувшую ее губы, стало ясно, что она предвидела эту ситуацию с самого начала.

«Но… что именно она собирается делать?»

Честно говоря, учитывая, что я думал, что впал в ее немилость после последней церемонии награждения, это было довольно неожиданно.

Проблема была в том, что я совершенно не мог предсказать, как поведет себя Император в этой ситуации.

Какой бы великой ни была ее власть, чтобы перевернуть позицию Святого Королевства, подкрепленную идеей мира во всем мире, ей понадобилось бы какое-то секретное оружие.

Но, откровенно говоря, я не мог придумать никакого хитрого хода.

— Ваше Величество. Даже для вас, честно говоря, выдвигать личный протест в этой ситуации кажется неуместным…

Возможно, разделяя подобные мысли, Папа заговорил, не потрудившись скрыть свое недовольное выражение.

— Это мы скоро выясним. Потому что я тоже привела свидетеля, как и вы.

— Что вы имеете в…

— Свидетеля. Несмотря на этот раздражающе упрямый характер, ты хорошо держалась. Давай, входи, твоя очередь.

Полностью игнорируя Папу, Император начала брать ситуацию под свой контроль, подав знак сотрудникам академии, которые тихо наблюдали из угла.

— Ваше Величество! Как вы могли действовать без согласия в таком важном вопросе…

— Папа. Простите, но разве эта академия не является давней нейтральной зоной?

Папа, не желая спускать это с рук, слегка повысил голос, но ледяной тон Императора прервал его на полуслове.

— Следовательно, как лидеры двух наций, ваша позиция и моя равны. Если Святое Королевство может вызвать свидетеля, естественно, могу и я.

Обычно большинство людей на этом месте отступили бы, но Папа был высшим лидером Святого Королевства.

— …Ваше Величество. Это касается Святой и Героя.

— Хм.

— Это может прозвучать грубо, но это не то, во что Империя должна вмешиваться.

Действительно, Святое Королевство, возглавляемое им, было группой, которая, если бы не грандиозные события пробуждения Святой и рождения Героя, с радостью столкнулась бы с Империей, чтобы вмешаться в отборочные испытания.

— Верно. Империя давно признала автономию Святого Королевства, и я это уважаю.

Понимая, что Папа не отступит легко, Император вздохнула и сменила тон.

— Но если Святое Королевство осмелится игнорировать авторитет Империи, тогда это становится другим вопросом.

— Что вы имеете в виду под этим…

— Например, подслушивание на нейтральной территории академии без разрешения.

Конечно, это была всего лишь уловка, чтобы выложить на стол решающий козырь.

— Выдвигать такие безосновательные и абсурдные обвинения…

— Папа. Вы действительно думаете, что я бы сказала нечто подобное без доказательств?

Пока священники застыли на месте от ее слов, Папа пытался сохранять самообладание, но улыбка Императора исчезла — вся ее манера изменилась.

— Не только у вас повсюду есть глаза и уши.

Ее редко открываемые глаза теперь были слегка приоткрыты.

— И позвольте заверить вас — я полностью намерена превратить это дело в дипломатический скандал.

Когда Император показала ту свою сторону, которую никто не хотел видеть даже в кошмарах, атмосфера в зале заседаний мгновенно стала ледяной.

— Так скажите мне. Вы позволите мне вызвать моего свидетеля, или мне публично разоблачить ваше неприглядное хобби? Выбирайте, здесь и сейчас.

— …ха-а-а-а.

К счастью — или к несчастью — Император и Папа общались через проекционные сферы из своих владений, что предотвращало любую физическую конфронтацию.

Однако было ясно, что слова, которые Папа произнесет следующими, определят, произойдет ли такая конфронтация в будущем.

— Я разрешаю вызов свидетеля.

И, как она и сказала, Папа не был настолько глуп, чтобы рисковать такими последствиями в такое нестабильное время.

— Хорошо. Истинный лидер должен знать, когда нужно уступить. Не так ли, Папа?

Когда ситуация временно улеглась, Император удовлетворенно улыбнулась и пробормотала, словно хвастаясь.

— …на этот раз мнение Ее Величества совпадает с моим.

В этот момент холодный голос привлек всеобщее внимание, когда дверь в зал заседаний открылась.

— Леди Мередия?..

С кольцом, которое я подарил ей, на безымянном пальце левой руки, вперед вышла не кто иная, как леди Мередия.

***

— …ха.

Пока я ошеломленно стоял от появления леди Мередии в зале заседаний, она, проходя мимо меня, издала леденящий смешок, источая убийственное намерение.

— Считай, тебе повезло.

— Э-э…

— Если бы ты сказал хоть одно глупое слово, я бы просто позволила им утащить тебя в Святое Королевство.

Ее шепотом произнесенное предупреждение заставило меня похолодеть, но даже тогда мое замешательство не разрешилось.

«Неужели леди Мередия действительно может перевернуть эту ситуацию?»

Конечно, она была моей невестой, но это было лишь юридическое соглашение на бумаге.

Даже при том, что я сделал ей публичное предложение несколько дней назад, наши нынешние отношения были просто отношениями пары, которая «пообещала» пожениться.

Сможет ли это обещание разрушить оправдание Святого Королевства об объединении Святой и Героя, было все еще неясно.

— Папа. Представители Святого Королевства. Учитывая обстоятельства, я пропущу формальные приветствия и перейду сразу к делу.

Несмотря на напряженную ситуацию, и Мередия, стоявшая теперь перед спроецированным изображением Папы, и Император, молча наблюдавшая, выглядели на удивление спокойными.

— Уитни Лингард не может быть передан Святой.

Словно у них все еще был скрытый козырь, способный переломить ход событий.

— Мередия Эмбегрин. Раз уж вы вмешиваетесь в это дело, я полагаю, вы предоставите надлежащую и логичную причину.

Явно считая это невозможным, Папа нахмурился и прямо предупредил ее.

— Да, тогда я сейчас начну объяснять эту причину.

Все с тем же ледяным и собранным выражением, она мельком взглянула через плечо на меня, а затем начала говорить низким, ровным голосом.

— Из-за ваших драгоценных правил Уитни Лингард не может быть в паре со священной и благородной Святой.

И в следующий миг — в зале заседаний воцарилась полная тишина.

— Вы намекаете…

— Поскольку, кажется, есть некоторые невинные священники, которые все еще не поняли, я скажу более ясно.

Пока священники недоуменно переглядывались, а Хестия выглядела шокированной, Папа, схватившись за лоб, побежденно опустил голову.

Наблюдая за этим, Мередия добавила свои следующие слова с леденящей улыбкой.

— Он уже был осквернен мной.

— …что?

— Вы не можете отдать Святую, которая должна оставаться чистой, человеку, который уже потерял свою невинность. Не так ли?

Конечно, для меня это тоже было новостью.

— Пффф…! Ого, аха-ха-ха-ха!

В мертвенно тихом зале заседаний громко раздался неконтролируемый смех Императора, которая, схватившись за живот, умирала от смеха.

----------

Сдерживание

— Брака между сэром Уитни и Святой… не будет.

После долгого молчания белый флаг наконец подняло Святое Королевство.

— Неожиданно. Я думала, вы хотя бы попытаетесь расследовать подлинность моих показаний.

Конечно, как и предполагала Мередия, Святое Королевство могло бы заняться вопросом, правдивы ли эти свидетельства. Однако подтверждение того, делили ли мужчина и женщина ложе — процесс крайне щекотливый и постыдный. А другой стороной была не кто иная, как дочь и глава единственного герцогского дома, который даже Императрица не могла подавить силой.

Поэтому даже у Святого Королевства не было иного выбора, кроме как учесть ту ответственность, которую им пришлось бы нести, окажись показания правдой.

— В расследовании… кажется, нет необходимости.

— …что ж, тогда на этом и порешим.

— Аха-ха…

И когда видишь эту невинную атмосферу между Мередией, которая покраснела и прикусила губу, и Уитни, который впервые выглядел заметно растерянным — кажется, и вправду не было нужды сомневаться в подлинности показаний.

По правде говоря, только Мередия и Уитни этого не осознавали, но бульварная пресса по всей стране уже тиражировала бесчисленные домыслы и слухи об их отношениях. А решающим моментом стало то, что Мередия, уставшая отвергать бесчисленные предложения руки и сердца, появилась на публике с кольцом, подаренным Уитни. С тех пор их отношения считались практически официальными.

— Однако, для единения верующих и для получения благословения богини, Святая должна теперь вернуться в Святое Королевство.

Не сумев связать Уитни мощными узами брака со Святой, Святое Королевство быстро переключилось на спасение того, что еще можно было спасти.

— Что до сэра Уитни… мы бы хотели сопроводить его в Святое Королевство, в соответствии с традицией… но, похоже, обстоятельства этого не позволяют.

— Хм, странно слышать такое после того, как вы только что пытались женить меня на Святой…

— …поэтому сэр Уитни должен остаться в Империи и готовиться к любым непредвиденным угрозам.

Естественно, так не следовало обращаться с героем, которого надлежало почитать наравне со Святой. Однако Уитни, первый человек, вырвавшийся из рук предположительно всемогущей богини, был для Святого Королевства непредсказуемой и неизвестной величиной.

— Пу-ха-ха. Для людей, пытавшихся навязать брак со Святой, вы как-то сбавили пыл.

— …

— Что ж, когда структура власти вот-вот кардинально изменится, они, вероятно, не хотят впускать в игру переменную, которую не смогли контролировать.

Как и отметила Императрица, с ухмылкой наблюдавшая за ситуацией, у Святого Королевства не было иного выбора, кроме как исключить Уитни в нынешнем политическом климате.

— …прошу вас быть осторожнее в выражениях, Императрица.

— Я лишь хотела сказать, что сэр Уитни — мужчина получше, чем кажется.

Но, словно не желая этого признавать, Папа заговорил с недовольным выражением, и в этот момент Императрица наконец перестала смеяться и с довольной улыбкой перевела взгляд на Уитни.

— Я все прекрасно понимаю. И сэр Уитни, и я страдаем от того, как наша проклятая красота искажает наши истинные намерения.

— Аха-ха…

— …

— Точно так же, как я думаю лишь об Империи без единого эгоистичного желания, вы тоже думаете лишь о мире. Я права?

Конечно, какой-нибудь простолюдин мог бы быть достаточно наивен, чтобы в это поверить, но никто из присутствующих не считал Императрицу таким уж бескорыстным правителем.

— …разумеется, нет, Ваше Величество.

И, естественно, немногие — по крайней мере, из Святого Королевства — по-настоящему верили, что Уитни был спасителем нации.

— Просто выслушав все, что здесь сегодня было сказано, не остается места для сомнений. Ха-ха…

Но доказать утверждение Святого Королевства — что Уитни совратил Святую и подкупил свидетелей — теперь было невозможно.

— Это… безнадежно.

— О, дорогая Богиня…

— За что ты подвергаешь нас таким испытаниям…

Когда делегаты Святого Королевства начали молиться со скорбными лицами, глядя на Святую, светящуюся сероватым светом рядом с Уитни, атмосфера стала торжественной, как на похоронах.

И, естественно, никто не ответил на их молитвы.

— Хм, мы заговорились. Пора бы уже закончить эту скучную встречу.

Вместо этого в конференц-зале раздался лишь насмешливый голос Императрицы.

— Папа, с этого момента я официально передаю опеку над Святой Святому Королевству. Взамен Империя будет защищать и опекать сэра Уитни.

— …пожалуй, так будет лучше.

— Ха-ха. Не унывайте, Папа, а то люди подумают, будто мы заключили какой-то несправедливый договор.

Когда Папа ответил усталым тоном, Императрица снова поддразнила его насмешливым голосом.

— Императрица. Я не стану просить вас прекратить ваши постоянные колкости, но советую следить за своими действиями.

Затем, пока священники готовились разорвать кристальную связь, Папа внезапно метнул пронзительный взгляд на Императрицу и холодно произнес:

— Мы получили множество докладов о том, чем вы в последнее время занимаетесь за кулисами.

— Хо-хо, неужели?..

— Запомните. Неважно, насколько хаотичным станет мир, если вы когда-либо окажетесь связаны с темной магией, мы без колебаний объявим священную войну.

С этими словами атмосфера в комнате, которая начала было разряжаться, мгновенно снова стала ледяной. Но Императрица, к которой обращались напрямую, лишь скривила губы в леденящей улыбке.

— Вы говорите так, будто уже нашли доказательства. Но знайте — я тоже лишь жду шанса ухватиться за ваши злоупотребления.

После ее слов в комнате на некоторое время воцарилась холодная тишина.

— Помните об этом.

И кто знает, сколько времени прошло…

— …что вы не сможете вечно обманывать взор богини.

Фигура Папы начала мерцать и исчезать, пока он произносил слова, которые могли быть адресованы как Императрице, так и Уитни.

— Что ж, мне тоже пора отключаться. Благодаря нашему дорогому Герою, устроившему целое представление, у меня теперь гора работы.

Императрица, наблюдавшая за этой сценой, еще больше прищурив глаза, тоже начала исчезать.

— Какая жалость. Я изначально собиралась дать показания вместо леди…

— Ваше Величество, вы слишком много говорите.

Даже тогда Императрица пыталась оставить прощальное слово, но Мередия, с раздражением отмахнувшись от ее мерцающей фигуры, шагнула к Уитни, не дав ей закончить фразу.

— …держи ухо востро, Уитни Лингард.

Остановившись прямо перед ним смелым жестом, она заговорила низким, леденящим голосом, ее глаза остро сверкали.

— В этот раз было действительно опасно. Если бы не тот мерзкий паук, тебе был бы конец.

— …ты его видела? Нет, погоди, я хотел сказать, я тоже об этом не знал…

— И с этого момента все будет только опаснее.

Уитни, оглядываясь по сторонам, чтобы никто не подслушал, пытался придумать оправдание, но холодные слова Мередии прозвучали раньше.

— Ты выбрал такую, как я, а не какую-нибудь наивную девчонку, которой легко можно было бы воспользоваться. Это целиком и полностью твоя карма.

Ее тон все еще был саркастичным, но голос уже не был таким холодным, как прежде.

— Вместо кармы… это скорее достижение, не так ли?

— Что?

Заметив эту перемену, Уитни прищурился, как ранее Императрица, и наконец обрел самообладание, ответив:

— Завоевать симпатию неприступной героини — такое даже ветеранам не под силу.

— О чем ты говоришь?

— Я имею в виду, что мне все равно на все остальное, если я смогу завоевать сердце леди. Ха-ха.

Обычно в этот момент из уст Мередии вылетели бы резкие слова, но на этот раз все было немного иначе.

— …Хмф.

Вопреки ожиданиям, она крепко сжала кулаки и прикусила губы, затем резко повернула голову и вышла прямо из конференц-зала.

— Святая, моя невеста ведь просто прелесть, не так ли?

Уитни, заметив слегка покрасневшие мочки ушей Мередии, спросил у стоявшей рядом Хестии несколько ошеломленным голосом.

— Эм, Святая?

В этот момент Уитни повернул голову и невольно вздрогнул.

— Знала бы я, что до такого дойдет, просто дала бы им его забрать.

— ...?

— …забудь.

Холодное выражение, что раньше принадлежало одной лишь Мередии, теперь каким-то образом перешло к стоявшей рядом Хестии.

— Я бы хотела подышать свежим воздухом. Пожалуйста, задержите остальных внутри.

— Э-э, конечно… но почему остальных…?

— …просто, пожалуйста.

Уитни, совершенно сбитый с толку, нерешительно кивнул в ответ Хестии, которая внезапно поднялась со своего места.

— Ах, перед этим я хочу кое-что у вас спросить…

— Да, прошу.

Когда Хестия начала уходить, не глядя на него, она внезапно остановилась и тихо спросила Уитни:

— Вы действительно… с леди, я имею в виду…

— …

— …вы делали «это»?

Как только она закончила свой вопрос, Хестия отвернулась с сожалеющим выражением, в то время как Уитни мог лишь молчать.

— Аха-ха…

Потому что к тому времени все оставшиеся в комнате навострили уши и сосредоточили все свое внимание на них.

— Для того, кто это делал, ваша душа кажется слишком чистой…

— Эм, Святая…

— …вы ведь не собираетесь выдать то, что делаете со мной каждую ночь, за «отношения»?

Конечно, в тот момент, как эти слова сорвались с уст Святой, в воздухе раздались вздохи и звуки поспешно поворачивающихся голов, и внимание быстро рассеялось.

— Ха-ха, Святая. Кто-нибудь может неправильно понять, если услышит.

— Если вы об этом, я бы и сама справилась лучше…

— Нет, Святая, пожалуйста…

Вместо этого число людей, закрывающих глаза и молча молящихся богине, резко возросло, но, опять же, никто не ответил на их молитвы.

***

— Ха-ах…

Вылетев из конференц-зала, сама того не желая, Мередия открыла окно в коридоре и схватилась за голову после неосторожного замечания Уитни.

— Это полная чушь, серьезно…

Ее лицо уже стало ярко-красным.

— Как он может так легко говорить такие вещи…

В каком-то смысле, ее реакция была вполне естественной. Для благородной леди, которая всю жизнь провела в мире политических интриг и бдительных взглядов с одной единственной целью, эти трепетные и невинные эмоции были совершенно незнакомы.

— …так раздражает.

Мередия пыталась успокоиться, заставляя себя вдыхать холодный ветер, но на этот раз эта привычка не очень помогала. Обычно охлаждение головы помогало, когда эмоции зашкаливали, но когда горело сердце, реального решения не было.

— …я завидую.

Затем, когда она некоторое время стояла неподвижно у окна, опустив голову, за ее спиной раздался голос, смешанный со вздохом.

— Я не знала, что человек, которого он хотел спасти — это не я, а вы.

— ..?

Хестия, которая в какой-то момент вышла за ней, теперь бормотала со сложным выражением лица.

— …о чем вы говорите?

— Судя по вашей реакции, вы действительно не знали.

Мередия осторожно оглянулась, бросив на нее настороженный взгляд, но Хестия просто покачала головой и продолжала бормотать.

— Святая. Я прекрасно знаю, что вы скрыли темную ману от того мерзкого существа, которым управляет Уитни.

Мередия еще больше нахмурилась и слегка повысила голос, и Хестия, вздрогнув и оглядевшись по сторонам, в конце концов понизила голос и ответила:

— …перед началом допроса в мою одежду пробрался паук и заговорил со мной. Он сказал, что ему нужно помочь своему хозяину, и попросил меня скрыть его темную ману.

— Святая, которая разговаривает с монстрами… я начинаю сомневаться, действительно ли вы пробудились.

— Пробудилась? Думаю, я осквернена.

— Конечно, вы бы ска… погодите, что?

Все еще усмехаясь, Мередия оборвала себя на полуслове, потрясенная следующими спокойными словами Хестии.

— Та странная серая энергия, которую он использует, полностью овладела мной. Думаю, я больше не использую силу богини… а силу сэра Уитни.

При этих словах глаза Мередии начали наливаться багровым огнем.

— …что это за бред.

— Не поймите меня неправильно. Теперь, когда сэр Уитни выбрал вас, я последую этому решению.

Тяжелое чувство враждебности мгновенно заполнило коридор, но Хестия, на удивление спокойная, просто подняла руку и заговорила снова.

— Просто…………

С ее ладони начала исходить точно такая же волна серой маны, как и у Уитни.

— ……просто немного жаль, что вы не знаете секрета о сэре Уитни, который знаю я.

За этой волной, скрытой в ауре, на лице Хестии играла леденящая улыбка — то, чего Мередия никак не ожидала увидеть.

— …что вы о нем знаете?

— Кто знает? Почему бы вам не спросить его самой?

Мередия была не единственной, кто изменился, столкнувшись с такими сильными эмоциями впервые в жизни, полной подавления.

----------

Расставание

— Угх…

Когда Хестия, продолжавшая задавать опасные вопросы, наконец, с надутым видом покинула комнату из-за моего упорного молчания, в зале для совещаний воцарилась неловкая атмосфера.

«…что ж, стоит хотя бы оказать услугу, о которой меня просили».

Хотя ее просьба задержать людей из Святого Королевства была односторонней, у меня все равно были к ним дела.

— Прошу прощения, представители Святого Королевства?

— Ик.

— Ч-что такое?

Когда я подошел к членам делегации, которые нервно поглядывали на меня, готовясь уйти, их ответы, что неудивительно, были полны подозрительности.

— Ха-ха, любой бы подумал, что перед вами Король Демонов, а не Герой.

— …

— …вы же понимаете, что я шучу, да?

Честно говоря, я до сих пор не до конца это осознал, но теперь я официально Герой, так ведь? Такая реакция немного ранит.

— Так что случится с демоном, которого я… эм, усмирил?

— …к-конечно, Святое Королевство заберет его и разберется соответствующим образом.

Отбросив разочарование, я задал собравшимся вопрос, и самая опытная на вид жрица, стоявшая за спинами нервно переглядывающихся молодых священников, шагнула вперед и ответила.

— Хм, это немного проблематично.

— Что?

Хотя то, что она сказала, было бы здравым решением, с моей точки зрения, это было не так. Потому что если Святое Королевство заполучит Архидемона Азраэль, они, несомненно, поймут, что ее кто-то подчинил.

И хотя меня только что официально признали Героем, Святое Королевство явно мне все еще не доверяет, так что если они это пронюхают, то могут в любой момент прийти за мной.

— Демоническое существо вроде нее ступит на священные земли? А что, если что-то случится?

— Об этом не стоит беспокоиться. Святое Королевство сильнее, чем вы думаете.

Когда я тонко подготовил почву, жрица, смотревшая на меня с настороженными глазами, ответила твердым голосом.

— …неужели?

Что ж, я не отрицаю, что Святое Королевство сейчас обладает одним из высочайших уровней силы в мире.

— Но, насколько мне известно, Святое Королевство сейчас не в том положении, чтобы беспокоиться о демонах.

— Что вы имеете в виду?..

— …склоните ухо на мгновение.

Однако, я, так уж вышло, знаю об одной критической слабости, которую Святое Королевство отчаянно пытается скрыть.

— Ваша божественная сила… она ведь медленно иссякает, не так ли?

— …!

И судя по реакции жрицы, которая, казалось, занимала высокий пост, я, похоже, попал в самую точку.

«Причина, по которой темные маги, долгое время скрывавшиеся, начали действовать открыто, заключается в том, что сила Богини начала ослабевать».

Согласно сюжету оригинальной игры, сила Богини, которая должна была поддерживать мировой баланс, в последнее время начала значительно слабеть. Прошли сотни лет с тех пор, как закончилась история второго Короля Демонов и Героя, и теперь пришло время появиться новому Королю Демонов. Естественно, Богиня знала об этом, поэтому она использовала свои последние силы, чтобы создать Святую и Героя.

Конечно, с учетом того, что Хестия непреднамеренно поддалась скверне, а я стал Героем в этой хаотичной ситуации, судить однозначно сложно.

Тем не менее, одно можно сказать наверняка: божественная сила Святого Королевства, берущая начало от Богини, истощается с огромной скоростью.

— Возможно, сейчас проблем и нет, но если по какой-то причине Святая отойдет от дел или силы Святого Королевства ослабнут, все может усложниться…

Поскольку я на это указал, вполне естественно, что жрица передо мной выглядела заметно потрясенной.

— Что вы пытаетесь сказать?

— …я разберусь с демоном.

Воспользовавшись моментом, я улыбнулся как можно добрее и внес предложение.

— В моем особняке как раз освободилось место горничной. Как и Святое Королевство, моя семья тоже страдает от нехватки рабочей силы.

— …вы хотите нанять бывшего командира первого Короля Демонов в качестве горничной?

— Я Герой. Чего я не могу сделать? Ха-ха.

Честно говоря, мне и самому не очень нравилась идея пускать демона в свой дом, но это был куда лучший вариант, чем передавать ее Святому Королевству и рисковать неприятностями.

— Это безрассудно. Демона не следует перевоспитывать, это чудовище, которое должно быть уничтожено.

— Хм. Я никогда не говорил, что планирую ее перевоспитывать.

— Независимо от деталей, мы не можем принять такую просьбу. Пожалуйста, пересмотрите свое решение.

Как и ожидалось, Святое Королевство не собиралось так легко сдаваться. Конечно, у жрицы передо мной, вероятно, нет права решающего голоса, но даже если бы я обратился к кому-то выше, ответ был бы тем же. В игре Святое Королевство всегда было косным и упрямым.

— Прошу прощения, но в таком случае, это больше не просьба — считайте это уведомлением.

— …что?

К их несчастью, я не собирался повторять те унизительные уступки, на которые меня заставляли идти в игре.

— Я не буду спрашивать Его Святейшество Папу — я обращусь напрямую к Святой.

— Ах…

— Как вы знаете, у нас со Святой глубокая связь. Я уверен, она исполнит любую разумную просьбу.

Я не зря приложил столько усилий, чтобы поднять Хестию до ее нынешнего положения. Получив по случайности падшую Святую, я должен использовать ее по полной, пока могу, даже если потом придется разгребать последствия.

— Как могло Святое Королевство попасть в руки такого, как он…

— …нет. Не будем поддаваться.

— Да. Справедливость в конце концов восторжествует…

Почему-то мне кажется, что люди Святого Королевства начинают видеть во мне полную противоположность Герою, но какая разница?

— Вам, ребята, наверное, стоит начать готовиться к смене стороны.

Прекрасно зная, что баланс сместился в мою пользу в тот момент, когда Папа не смог меня осадить, я решил заодно дать им совет.

— Даже если церемониальные ранги Папы, избранного народом, и Святой, избранной Богиней, одинаковы, разве не очевидно, у кого в итоге окажется реальная власть?

— С-Святое Королевство не поддается таким мирским интересам!

Забавно, как выражение лица Папы, которое показывали через кристальный шар, все это время было таким, будто он раскусил лимон. Ну, в оригинальной истории он в итоге все равно уступил власть Святой, так что я просто подожду и посмотрю.

— Ха-ха, что ж, тогда я пойду…

В любом случае, времени прошло достаточно. Я прошел мимо жрицы, дрожавшей с напряженным выражением, и направился к выходу из зала.

— Ха.

Однако легкое воодушевление, которое я испытал, нанеся удар Святому Королевству, мгновенно улетучилось, как только я увидел, что происходит снаружи.

— Го-о-о…

Леди Мередия и Святая Хестия каким-то образом стояли друг против друга в коридоре, излучая жуткую, леденящую ауру.

— …повтори еще раз. Прежде чем мое терпение лопнет.

— Мне, в общем-то, все равно, но сейчас здесь столько глаз, ты уверена, что тебе это нужно?

На мгновение я подумал, что у меня галлюцинации, и протер глаза, но все, что я видел — это две женщины, явно готовые к дуэли.

«…какого черта здесь происходит?»

Я думал, что только что с трудом пережил бурю, так почему кажется, будто финальная битва из оригинальной истории разворачивается прямо передо мной?

***

— Святая?..

— Леди Мередия?

Леденящее противостояние в коридоре заставило лица священников и персонала академии, следовавших за Уитни, побледнеть.

— Аха-ха… эм, все. Я не знаю, что происходит, но как насчет того, чтобы на этом остановиться, обеим?

Выглядя таким же бледным, как и все остальные, Уитни шагнул вперед, беря на себя ответственность и пытаясь вмешаться между Мередией и Хестией.

— Как сказала Святая, здесь много зрителей.

Конечно, учитывая ошеломляющее напряжение между ними, никто на самом деле не верил, что слова Уитни разрешат ситуацию.

— …хорошо.

Но, на удивление, в тот момент, как Уитни закончил говорить, Мередия — чьи глаза были налиты яростным багрянцем — спокойно убрала свое убийственное намерение и отступила.

— Прекрасно.

Хестия также втянула серый дым, поднимавшийся от ее тела, и сделала шаг назад.

— Пора бы нам расстаться.

Пока люди обращали свои неописуемые взгляды на Уитни, который, казалось, усмирил их обеих всего несколькими словами, Хестия, отступившая назад, тихо подала знак священникам и заговорила.

— Перед этим, давайте поговорим в последний раз.

Священники, поспешившие вперед, чтобы остановить ее, замерли на месте, когда Хестия подняла руку, сдерживая их.

— Честно говоря, когда я впервые встретила тебя… я думала, что все кончено.

Больше не выказывая никаких признаков своей былой незрелости, Хестия, теперь излучавшая полное достоинство Святой, начала медленно подходить к Уитни, ее голос был спокоен и низок.

— …оказалось, это был не конец. Это было начало.

Глаза Мередии слегка сузились, когда она наблюдала, но, к счастью, нового конфликта не возникло.

— Перед уходом — хоть это и не бог весть какое прощание — я сделаю тебе небольшой подарок.

— …

— Столько ведь можно, правда?

Бросив короткий взгляд на Мередию, Хестия перевела взгляд на Уитни и протянула к нему руку.

— Вот, дай мне руку.

— А?

— Давай.

Когда она нахмурилась и поторопила его, Уитни на мгновение заколебался, прежде чем протянуть руку — и в этот момент…

Вжух—!

В мгновение ока Хестия схватила его руку, притянула к себе и нежно обняла.

— Видишь? Разве это не мило, делать такое выражение лица?

Пока все, включая Уитни, замерли от ее внезапного поступка, Хестия просто светло улыбнулась и пробормотала.

— …или это лицо ты всегда показываешь кому-то другому?

Это была, несомненно, самая яркая улыбка, которую она когда-либо показывала — не только с момента встречи с Уитни, но и за всю свою жизнь — и все же в ней, казалось, была примесь скорби.

— Надеюсь, на этот раз тебе удастся защитить то, что тебе дорого.

Затем, словно прежней печали никогда и не было, Хестия стерла ее с лица и, наклонившись к уху Уитни, тихо прошептала.

— …господин Король Демонов, тот, кто вернулся.

Ее голос был таким тихим, что никто, даже Мередия, которая сверлила Хестию взглядом всего в шаге от нее, не смог бы расслышать, что она прошептала.

— …что?

— Хе-хе…

Уитни, испытавший такой близкий физический контакт с женщиной, возможно, впервые в жизни, застыл, как статуя, ошеломленный.

— Если я продолжу тебя обнимать, думаю, леди за твоей спиной может меня и вправду убить.

— …ах.

Наблюдая, как Мередия за спиной Уитни снова медленно начинает излучать убийственное намерение, Хестия лукаво улыбнулась и наконец отступила от него.

— Что ж, тогда простите.

— …

— Когда придет время, я снова тебя найду.

С этими прощальными словами она слегка склонила голову и, окруженная своими священниками, медленно пошла по коридору, удаляясь от Уитни.

— …мой дорогой Герой.

К тому времени, как ее фигура исчезла, издалека донесся слабый шепот.

— Аха-ха…

Но у Уитни не было сил на это реагировать.

— …ну что, тебе понравилось?

— Леди, это…

— Я спросила, тебе понравилось?

Не имея другой цели, очаровательная ярость Мередии теперь была полностью сосредоточена на нем.

***

— Ха-ах…

Оставив позади Уитни и Мередию, которые снова были втянуты в свою сладостно-смертельную любовную интригу…

«…серьезно, кто бы мог подумать, что я стану не Святой Богини, а Святой Короля Демонов?»

С несколько более расслабленным выражением лица выходя из академии со священниками, Хестия тихо хихикнула и пробормотала себе под нос.

«Ну, думаю, это нормально».

Слегка опустив голову — так незаметно, что никто не обратит внимания — она снова лукаво улыбнулась.

«Кроме того, я получила довольно полезный инструмент для наблюдения…»

{— Отпусти меня! Я должен вернуться к своему господину!}

Паук, который всегда неотступно следовал за Уитни, отчаянно извивался у нее на груди.

— Ну-ну. Давай теперь ладить, собратья-фамильяры.

{— Кья-а-а! Отпусти меня! Я сказал, отпусти!!!}

— У-фу-фу…

И так, с Хестией, ставшей теперь не Святой Богини, а фамильяром Уитни, последняя улика против него была тихо стерта.

----------

Пробуждение?

— Ха-ха, аха-ха.

После того как церемония подтверждения Героя завершилась и прошел еще один полный день ожидания, мне наконец-то разрешили покинуть академию и вернуться в особняк.

Конечно, в тот момент, как я получил это разрешение, я пулей вылетел из академии и направился к карете, ожидавшей у главных ворот.

— Что заставляет тебя так улыбаться?

— Очевидно, я рад наконец-то отправиться домой.

Кстати, леди Мередия, идущая рядом со мной с глубоко нахмуренными бровями, на самом деле могла уехать домой раньше, но любезно осталась в академии, пока мне не одобрят возвращение. Конечно, она утверждала, что это потому, что ее беспокоило, как это будет выглядеть, если она уедет первой, но теперь я понимаю, что это просто ее способ проявлять заботу.

— Почему вы смотрите на меня с таким раздраженным лицом?

— А я не могу смотреть на человека, которому сделала предложение?

Ее тон все еще был колючим, как и прежде, но по сравнению с нашей первой встречей она явно изменилась.

— Черт, и как меня угораздило связаться с такой…

— Аха-ха…

Несмотря на эти слова, тот факт, что она носит кольцо, которое я подарил ей во время публичного предложения несколько дней назад, показывает, насколько сильно она изменилась.

«Конечно, это означает, что с этого момента мне придется быть осторожнее в своих действиях».

Когда я вспоминаю, как она вчера часами допрашивала меня, требуя объяснений насчет Святой, меня до сих

пор прошибает холодный пот. Особенно когда она спросила, что именно я сделал со Святой, чтобы та стала угрожать свидетелям от моего имени — я чуть не заплакал от несправедливости.

«Почему меня допрашивают за то, что этот паук сделал по своей воле?»

Тот самый паук, который как ни в чем не бывало устроил свою базу в моей тени, со вчерашнего дня совершенно не отзывается. И все же, он помог мне избежать кризиса, так что отчасти мне хочется его хотя бы похвалить. Хотелось бы спросить, как ему удалось обмануть даже присутствовавших на месте инквизиторов, не говоря уже о Папе, появившемся через кристалл видеосвязи.

— Можешь и дальше оставаться таким же скрытным, как обычно, но ты должен понимать, что теперь за тобой следит еще больше глаз.

— …да, я учту это.

— Даже сейчас на тебя смотрят многие. Ты ведь это понимаешь, да?

Чувствуя себя неловко, я с хмурым видом ускорил шаг, а Мередия, взглянув в сторону главного здания академии, пробормотала. Когда я проследил за ее взглядом, то, как она и сказала, студенты академии толпились у окон, пялясь на меня.

— Такое чувство… будто я какой-то экспонат в зоопарке.

— Ха, мне это чувство хорошо знакомо.

Когда я пробормотал это с несколько ошеломленным выражением от нескончаемого шторма внимания, леди позволила себе слабую улыбку.

— С самого моего бала дебютанток я всегда жила под такими взглядами.

— Ах…

Действительно, как и мне, никогда не испытывавшему такого внимания, ей тоже, должно быть, пришлось нелегко, всегда находясь под холодным, чрезмерным наблюдением.

Погодите, я что, только что задел одну из ее старых травм?

— Что ж, теперь это уже не имеет значения.

К счастью, Мередия просто спокойно это произнесла и ускорила шаг.

— По крайней мере, ни один из взглядов, направленных на тебя, не является насмешливым.

— Правда? Мне отсюда не очень хорошо видно…

— Может, поэтому кто-то приказал студентам молчать.

Когда она пробормотала это низким голосом, я взглянул на нее и не смог удержаться от того, чтобы заговорить слегка дразнящим тоном.

— О, леди Мередия. Неужели?..

Леди Мередия была привлекательна и в обычном состоянии, но когда ее непроницаемое лицо давало трещину, эта редкая миловидность стоила риска получить по шее.

— Вы беспокоились обо мне…

— …да, беспокоилась.

Но тут, оборвав мою дразнилку совершенно неожиданным ответом, Мередия просто ответила.

— А?

— Я сделала это, потому что беспокоилась о тебе, так что заткнись и иди молча.

С этими словами она зашагала быстрее, а я остался стоять, ошеломленно глядя ей в спину, прежде чем почесать голову и прокашляться.

«…почему у меня горит лицо?»

Получив такой неожиданный прямой удар, я слегка покраснел и поспешил за ней.

— О, нет.

— …что не так?

Внезапно остановившись, Мередия нахмурилась и пробормотала себе под нос.

— Как раздражает, у нас незваные гости.

Заинтересовавшись, кто же смог так сильно ее расстроить, я заглянул через ее плечо, чтобы удостовериться в их личности, а затем осторожно заговорил, поглядывая на нее.

— Леди Мередия, Его Высочество Принц не совсем незваный гость…

— О, смотрите, кто здесь!!!

— …мм-х.

— Давно потерянный герой королевства наконец-то явился спустя сотни лет!!!

Но как только я заговорил, спереди раздался громоподобный голос, и я, вопреки себе, чуть не согласился с ней.

— Ваше Высочество, я вас прекрасно слышу и без крика.

— Правда? Мои извинения! У людей в последнее время проблемы со слухом!

Теперь, присмотревшись, я понял, что у кареты ждали не только принцесса.

— Мы уж думали, когда вы придете…

— Ха-ха, Принц поразителен во многих отношениях.

— …угх.

Руниэль, Парша и Саша все поприветствовали меня с усталыми выражениями лиц. Судя по атмосфере, они, похоже, терпели беспорядочную болтовню Катарины до моего появления.

— Вы ведь не собираетесь ехать в одной карете? — Пока я молча восхищался их терпением, Мередия заговорила рядом со мной голосом, полным раздражения.

— …а это не разрешается?

— В доме Лингард есть какая-то странная традиция ездить со слугами?

Ее тон звучал насмешливо, но на самом деле, после назначения исполняющим обязанности главы дома я каждый вечер ужинал со своими слугами, чтобы лучше их узнать. Это прекратилось только потому, что у слишком многих начались расстройства желудка.

Кроме того, разве не нормально, когда слуги едут в карете, чтобы прислуживать своему господину?

— Ха. Хозяин, вы на удивление несведущи в таких вещах.

Неловко почесывая голову и нервно оглядываясь, я вдруг почувствовал, как Парша ткнула меня в бок и прошептала на ухо.

— Леди хочет ехать в карете с вами. Только вдвоем.

— …ах.

Только тогда я полностью понял, что она имела в виду под «незваными гостями».

Погодите, это действительно та же Королева Демонов Мередия, которую я знал? Чем больше я ее узнаю, тем больше она кажется цундере. Она как луковица — слои сходят бесконечно.

— Мы просто возьмем карету, которую для нас приготовила академия. Пожалуйста, наслаждайтесь вашим личным временем.

Как и ожидалось, Парша есть Парша. Хоть и была небольшая заминка во время доставки кольца, именно она передала его Саше, так что у нее, должно быть, был план с самого начала. А это значит, что со следующего месяца мне придется поднять ей зарплату настолько, насколько это возможно.

— Что ж, тогда мы пойдем…

— Подождите.

Я с одобрением улыбался Парше, пока она мудро уводила Руниэль и Сашу, когда случилось это.

— Хммм…

Ни с того ни с сего Мередия вклинилась между мной и Паршей, глядя на нее сверху вниз прищуренными глазами.

— Леди, клянусь, я нанял Паршу только потому, что она талантлива и… — Вспомнив наш последний разговор в карете и травму от вчерашнего выговора, я поспешил объясниться.

— У вас очень интересные глаза.

Но то, что вырвалось из уст Мередии, было на удивление мягким и полным любопытства, в отличие от ее обычного тона.

— …вы ничем не отличаетесь, леди Мередия.

— Ха.

Недоумевая, что происходит, я склонил голову набок, и тут Парша, глядя на Мередию, произнесла нечто весьма многозначительное.

— …как насчет этого? Я буду платить вам в десять раз больше вашей нынешней зарплаты, чтобы вы стали моей личной помощницей.

До тех пор я просто тихо наблюдал, но внезапное предложение работы от Мередии заставило меня инстинктивно вздрогнуть.

«Именно поэтому я и пытался держать их двоих подальше друг от друга…»

Справедливости ради, в оригинальной сюжетной линии Парша должна быть ближайшей помощницей Мередии. Если она получит такое предложение, есть высокая вероятность, что она уйдет, даже если сейчас довольна своей работой.

— Вау, а вот это заманчивое предложение.

Как и ожидалось, глаза Парши заблестели, когда она улыбнулась, отчего у меня по спине пробежал холодок.

«…сколько у меня вообще сейчас денег на руках?»

Конечно, Мередия и я теперь едины душой и мыслями, но если Парша останется рядом с ней, неизвестно, какой хаос может последовать позже. Сейчас все под контролем, потому что она со мной, но в оригинальном пути именно она была главным виновником того, что Мередия стала финальным боссом.

Так что, даже если мои обеды будут скудными в течение нескольких лет, я должен пока удержать ее рядом…

— И все же, я вынуждена отказаться.

Как раз когда я мысленно готовился затянуть пояс и заплакать, Парша внезапно переключилась на холодную улыбку и категорически отказалась.

— Несколько месяцев назад я бы со слезами на глазах согласилась, но, к сожалению, я очень довольна своей нынешней работой.

Честно говоря, это было трогательно. Надо будет сделать ей подарок, как только вернемся в особняк.

— Считай, тебе повезло.

Но почему-то Мередия не выглядела довольной таким верным ответом и с кислым выражением посмотрела на Паршу.

— Ты, возможно, первая, кто отклонил мое предложение о работе и остался в живых.

— Ну, если подумать, мы, вероятно, скоро станем семьей. Не нужно так.

— А также — вторая, кто сказал что-то настолько дерзкое и все еще стоит на ногах.

Погодите, почему две взрослые женщины препираются, как дети?

— Ха-ха, леди Мередия. Давайте не будем слишком суровы.

Хотя я обычно на ее стороне, на этот раз я должен был защитить Паршу.

— В любом случае, Парша пока что моя.

— Тц. Я знаю.

К счастью, Мередия, смягченная недавними событиями, отказалась от своей попытки переманить сотрудника и направилась к карете.

— …э-хе-хе.

Мне показалось, я услышал, как Парша странно хихикнула рядом со мной, но я решил не задавать вопросов.

— Что ж, тогда увидимся в особняке.

Как только я с трудом предотвратил уход ключевого члена команды и последовал за Мередией, предвкушая заслуженный отдых…

— П-подождите, подождите секундочку!

— Да?

— Сэр Уитни. Вы что, так и не услышали, зачем я пришла?

Это была принцесса, которая все это время с тревогой наблюдала за Мередией, теперь схватив меня за руку и обращаясь ко мне.

— Ваше Высочество? Я думал, вы просто пришли нас поприветствовать…

— П-посмотрите на это.

— О, нет.

Слегка нахмурившись и обернувшись, я увидел, как принцесса внезапно задрала свой топ, и рефлекторно отвернул голову с слышным стоном.

— Ваше Высочество, пожалуйста, не раздевайтесь так смело передо мной…

— Забейте, и просто взгляните!

— …ха-а-а.

Я был благодарен, что она не из тех скандальных принцев, а простодушная принцесса. И все же, я не мог игнорировать внимание, которое мы привлекали, поэтому у меня не было иного выбора, кроме как посмотреть.

— П-прошлой ночью у меня внезапно заболел живот, а потом… появился этот странный символ!

— А?

Но как только я его увидел, я понял, что это не просто очередной эпизод ее выходок.

— Я только что вышел из-под надзора благодаря вашей помощи с вопросом Святой. Если кто-то узнает об этом, в следующий раз я окажусь в тюрьме!

Совершенно ясно, между ее идеально рельефными мышцами пресса появился зловещего вида серый знак.

— Так что, пожалуйста, помогите мне как белый маг. Мы ведь все еще д-друзья, да? …сэр Уитни?

Но причина, по которой я не мог сразу ей ответить, была не только в удивлении.

— Я-я все еще полезна! Я первая в очереди на престол! Иметь меня в друзьях — это настоящий актив!

«…почему у этого знака такая же магическая волна, как у меня?»

Символ на животе принцессы излучал точно такую же энергию, как и моя собственная серая магическая подпись.

— …господин.

Естественно, я понятия не имел, что происходит, и просто стоял ошеломленный, когда Руниэль тихо подошла и прошептала мне на ухо.

— На самом деле, такой же символ появился на мне прошлой ночью.

— …у-у меня тоже! Это случилось со мной вчера, и было очень больно!

Прежде чем я успел на это отреагировать, Саша тоже, заикаясь больше обычного, сообщила мне ту же информацию.

— Хозяин. Со мной это случилось прошлой ночью.

— …

— И, кажется, я примерно понимаю, что это такое.

При этих словах я снова перевел взгляд на метку на животе принцессы, не веря своим ушам.

— Это Метка Вассала.

— …Метка Вассала?

Это же та штука, которую Король Демонов выжигают на своих ближайших подчиненных, не так ли?

— Так вы наконец-то пробудили свою силу?

— …а?

— Да. Это только начало. Аха-ха-ха-ха…!

Нет, серьезно, что, черт возьми, сейчас происходит?

----------

Девушка с синдромом восьмиклассника

— Хозяин, с этим править миром станет намного проще… ммф?

Парша, трещавшая без умолку с блестящими глазами, внезапно замолчала, когда рука Уитни накрыла ее рот.

— Парша… мне кажется, у тебя есть склонность говорить то, чего говорить не следует.

— …Ммф.

Наклонившись, чтобы оказаться на одном уровне с глазами Парши, Уитни зашептал с леденящей улыбкой:

— Даже сейчас… что, если кто-то услышит и неправильно поймет?

— Да кто еще в этом мире так предан, как я?

Даже Парша, которая всегда ходила с ясным взглядом, потеряла дар речи от властной ауры Уитни, и было вполне естественно, что атмосфера вокруг них стала холодной.

— Вассал? Метка? Я что, стала подчиненной сэра Уитни?..

— …хм.

— Э-это… не то, что я имела в виду. Сэр Уитни, возможно, вам стоит пересмотреть…

Лишь принцесса Катарина, не обращая внимания на атмосферу, бормотала рядом с расстроенным видом.

— Ха-ха, Ваше Высочество. Думаю, моя горничная что-то не так поняла.

— Т-тогда что это такое?

— Ах, это не что иное, как благословение, которое я дарую своим близким людям.

— …благословение?

Когда Уитни, который молча поглядывал на принцессу, мягко улыбнулся и начал объяснять, глаза Катарины расширились.

— Да, можете считать это своего рода благословением, которое белые маги даруют своим спутникам.

— Если это что-то такое, то, полагаю, все в порядке…

Принцесса закатила глаза, прежде чем снова осторожно открыть рот, наблюдая за Уитни.

— …и все же, я бы предпочла, чтобы его не было видно все время.

Как она и сказала, метка, появившаяся прямо у нее на животе, безусловно, выглядела достаточно подозрительно, чтобы вызвать недопонимание.

— Ну, а разве есть причина, чтобы кто-то другой видел ваш живот?

— Нет, не совсем… но с такими вещами никогда не знаешь.

— Для того, кто об этом беспокоится, вы до сих пор довольно хорошо скрывали кое-что другое.

— …ах.

Но как только Уитни упомянул самый чувствительный секрет принцессы, ее робкий протест тут же прекратился.

— Хорошо… я замотаю знак бинтом или чем-то еще, чтобы скрыть. Только, пожалуйста, сохраните мой секрет.

— Ха-ха. Вы опять преувеличиваете.

На этот раз Уитни одарил принцессу той же улыбкой, что и Паршу, и тихо прошептал.

— Кто-нибудь может подумать, что я действительно угрожаю Вашему Высочеству.

— Ик—

— Это может выглядеть странно, но это как символ дружбы между нами.

Хоть это и был крайне односторонний символ, Катарина заставила себя кивнуть и улыбнуться в ответ.

Го-о-оооо—

Ей так хотелось указать на что-то неладное в словах Уитни, но жар, исходящий от ее живота, лишь усиливался, чем больше она об этом думала.

— С-спасибо… я буду дорожить этим…

— Аха-ха-ха…

— В-в любом случае, мое любопытство удовлетворено, так что я пойду…

Конечно, выражение лица Уитни было слишком пугающим, чтобы спросить что-либо напрямую, поэтому принцесса неловко похлопала себя по животу и быстро махнула рукой, прежде чем уйти в противоположном направлении.

— Да, тогда… до следующей встречи.

— Хмф.

— Остальных увижу в особняке.

Уитни тоже чувствовал раздраженное присутствие Мередии, ожидавшей в карете, так что на этом разговор закончился.

— Тогда я пойду…

Отвернувшись, Уитни теперь носил на лице несколько более сложное выражение, чем раньше, открывая дверь кареты.

— О?

И тут она сразу поняла «настоящую» причину дурного настроения Мередии.

— Бр-брат.

— …Сесиль?

Рядом с Мередией, которая с надутым видом отвернулась к окну, сидела Сесиль, нервно теребя пальцы.

***

Трясь-трясь—

Уитни был сбит с толку внезапным появлением своей младшей сестры, но, тем не менее, карета начала быстро удаляться от академии.

— Ах, подождите! Пожалуйста, подождите..!

Но со стороны ворот академии раздался голос, отчаянно звавший карету.

— Я просто хотела попрощаться!..

Эту девушку звали не кто иная, как Адель Фелгрейв.

С тех пор как отборочный матч закончился, она пыталась встретиться с Уитни, но, попав в немилость к Мередии, все ее просьбы отклонялись. Тем не менее, она добровольно дала показания в пользу Уитни и ждала этого дня, чтобы просто попрощаться.

— …можете идти.

— Вы, ублюдки…

— Мы лишь следуем приказам леди. Пожалуйста, не принимайте это на свой счет.

Но в последний момент ее преградили гвардейцы, приставленные Мередией, и ее желание осталось неисполненным.

Когда карета Уитни исчезла вдали, гвардейцы тихо удалились, оставив за собой тяжелую тишину.

— …я всю ночь не спала, пока готовила.

В этой тишине Адель с пустым выражением уронила мешочек с закусками.

— …угх, хнык…

Вскоре она начала дрожать и тихо плакать.

— Я-я могла бы сделать для него гораздо больше…

Если бы это был типичный любовный роман, первая любовь высокомерной благородной леди закончилась бы как болезненное воспоминание.

— Хм, правда?

— …а?

Но как раз перед тем, как эта судьба могла быть предрешена, кто-то, кто внимательно за ней наблюдал, шагнул вперед.

— Что вы имели в виду то, когда говорили подобное?

— К-кто вы?

— Я… горничная сэра Уитни. Меня зовут Парша.

Это была не кто иная, как Парша, сияюще улыбавшаяся блестящими глазами.

— И прямо сейчас я формирую тайную организацию для поддержки моего Хозяина за кулисами.

— …что?

— Наш Хозяин идеален во всех отношениях, кроме одного. Ему не хватает способных людей в подчинении.

Естественно, Адель отступила на шаг с растерянным видом, но Парша продолжала говорить как ни в чем не бывало.

— И… я думаю, вы бы прекрасно подошли на эту роль.

— Ч-что вы такое говорите?..

— Если конкретнее, я думаю, вы бы идеально подошли на роль оперативного командира нашей скоро создаваемой тайной организации.

Адель, переставшая отступать, ответила с настороженным выражением.

— В-вы ожидаете, что я поверю в нечто подобное от такой девчонки, как вы?..

— Хм. Вот это я больше всего не люблю слышать. Поэтому я теперь ношу подобное с собой.

Парша слегка нахмурилась и протянула карточку. Когда Адель взяла карточку с гербом дома Лингард, у нее не было иного выбора, кроме как ослабить бдительность.

— В таком случае… вы действительно вербуете меня в вашу организацию?

— Да, похоже, вы все прекрасно поняли!

— Ах, но… может, это уже не имеет значения.

Адель, которая на мгновение воодушевилась и попросила Паршу подтвердить правду, вскоре снова стала подавленной.

— На самом деле… я впала в немилость к леди Мередии.

— …

— Если такая, как я, присоединится к чему-то подобному… разве это не создаст проблем для сэра Уитни?

Глаза Парши изогнулись в еще большем удовлетворении, когда она наблюдала за ней, но Адель, бормотавшая с опущенной головой, не заметила этого и продолжала говорить.

— Я даже не уверена, помнит ли он меня...

— Похоже, вы еще не поняли.

— Ик?

Парша, которая молча слушала, внезапно схватила Адель за руку и осторожно повернула ее, заставив Адель ахнуть и расширить глаза.

— А теперь, смотрите внимательно.

— Э-это просто след от того, как я вчера обожглась, когда пекла…

— Нет. Это не так. Это почетный символ.

Справедливости ради, даже в глазах Парши это определенно больше походило на красный ожог, чем на символ.

— Это веское доказательство того, что вы были избраны сэром Уитни…

Однако Парша была из тех, кто мог бы солгать во спасение, рискуя жизнью — ради Уитни и его дела.

— К-как я могу в это поверить… Ах.

Но Адель ясно помнила момент вчера, когда она обожгла руку, и слезы навернулись ей на глаза, и как раз когда она попыталась отрицательно покачать головой, ее слова застряли в горле.

— …что вы думаете?

Вместо ответа Парша слегка оттянула воротник на плече, обнажив слабую серую метку у предплечья.

— Для справки, двое позади меня также получили милость сэра Уитни. Та грубоватая на вид рыцарь получила свою на груди, а милая горничная — на спине. Если не верите, можете проверить сами.

Адель, которая тупо уставилась на это зрелище, начала дрожать от шепота Парши, пробравшегося ей в уши.

— Ах…

Независимо от того, была ли метка на ее руке на самом деле такой же, как у ближнего круга Уитни, была проблема поважнее. Потому что нанесение магической метки на чье-то тело без согласия считалось запретным деянием, равносильным темной магии по имперскому закону.

Но Адель, тронутая романтической идеей о том, что ее первая любовь, которая могла бы остаться лишь детским воспоминанием, оставила на ней след, больше не могла здраво мыслить.

«…р-разве это не похоже на то, как главный герой, пойманный злодейкой, оставляет знак для героини?»

Тот факт, что ее единственным хобби — тайным чтением дешевых любовных романов, украденных у горничных, чтобы сбежать от отца и осуждающих взглядов — был именно этот жанр, лишь подстегнул ее буйные мысли.

— Я планирую объединить фракцию сэра Уитни в академии, прежде чем мы вернемся в поместье…

— …

— Например, есть председатель Пьер из Союза Простолюдинов. Или те трое третьекурсников, которые попали в ловушку темных магов?

Пока взгляд Адель становился все более отстраненным, Парша, тихо ухмылявшаяся, вбила последний гвоздь.

— Вы хотите сотрудничать, леди Адель Фелгрейв?

— Я-я…

— …если да, я могу пообещать вам одно.

И для Адель это было предложение, от которого она абсолютно не могла отказаться.

— В будущем капитаном королевской гвардии сэра Уитни будете вы. Несмотря ни на что.

— …капитаном.

— Ваши таланты слишком велики, чтобы пропадать под началом дома Фелгрейв. Но если вы будете рядом с моим Хозяином, вы сможете сиять еще ярче…

Даже без Уитни, того, кто взволновал ее сердце, эта часть была неоспорима. Она уже провалила приказ отца и не выделилась во время теперь уже отмененного отборочного матча. Окончание академии в таком виде означало бы лишь стать пешкой для своей семьи. И, конечно, она абсолютно не могла смириться с тем, чтобы ее выдали замуж, как товар.

— …хорошо.

Вот почему, закрыв глаза на несколько секунд в раздумьях, Адель наконец дрожащим голосом произнесла и дала Парше тот ответ, которого та хотела.

— Что мне делать дальше?

И в тот же самый момент ожог на тыльной стороне ее руки внезапно потемнел до темно-серого оттенка.

— Ха…

Видимо, не ожидая этого, Парша на мгновение тупо уставилась — очень не похоже на нее — а затем задрожала и тихо пробормотала.

— …как бы далеко я ни улетела, я всегда буду в ладони моего Хозяина.

Конечно, если бы Уитни, молча наблюдавший за Мередией и Сесиль в карете, это услышал, на его лице появился бы огромный вопросительный знак.

«Да, именно такого Хозяина я и выбрала».

В любом случае, колесо судьбы уже покинуло его руки и начало вращаться с бешеной скоростью.

— Ха-ха, ха-ха-ха…

Это было рождение отряда королевской гвардии, который впоследствии будет перетолковывать каждое слово Уитни и сотрясать мир — без ведома самого человека.

***

Тем временем, в тот же самый момент, в древнем замке, расположенном в отдаленном регионе империи…

— Фу-фу… наконец-то, часы судьбы начали свой ход.

Девушка, стоявшая на башне с повязкой на глазу и зловеще развевающимся плащом, прошептала с темной улыбкой.

— Если воин света пробудился, то, несомненно, темный властелин, связанный с этой судьбой, также сошел в этот мир.

Не успела она договорить, как за ее спиной начался шепот…

— Какая ирония. Избранный герой — один из нас, детей тьмы.

— И все же, мы не можем доверять лицемерам из Святой Нации. Мы должны пронзить его душу нашими собственными проклятыми глазами.

— Но… думаете, он сможет выдержать испытания отчаяния, которые мы приготовили?

— Хм. Мои верные последователи, это решать мне.

Среди шепота девушка прокашлялась и внезапно подняла руку с сияющими глазами.

— Глашатай тьмы! Неси мое запечатанное послание, пропитанное моей волей. Доставь его избранному Герою и поведай ему о его судьбе!

И как только ее декларация закончилась, последовала тишина.

— …ха.

В этой тишине горничная, тихо стоявшая сзади, с досадой вздохнула и произнесла.

— Так, в общем… вы просто хотите, чтобы я отправила почтового голубя лорду Уитни?

— Что?

— А?

Люди вокруг нее одновременно метнули ледяные взгляды, и горничная зажмурилась, быстро перефразируя свои слова.

— Я имею в виду… отправить темное письмо с пророчеством судьбы избранному герою…

— Да-да, так лучше.

— Гораздо поэтичнее.

— …хорошо, тогда простите.

Теперь, когда ее слова наконец-то были приняты хорошо, горничная поспешно повернулась и пробормотала с выражением, близким к дзен, направляясь к голубятне.

— Они белые маги или просто переросшие дети… серьезно, черт возьми…

И вскоре после этого с базы Альянса Белых Магов — Люмен Ордо — вылетел хорошо обученный почтовый голубь, чтобы доставить письмо, возможно, самому «нормальному» из всех белых магов.

----------

Зов

— Ух, холодно…

Пока пейзаж за окном кареты быстро менялся в неловкой атмосфере, я содрогнулся от внезапного холода и перевел взгляд в сторону.

«Леди снова на меня смотрит?»

Но вопреки моим ожиданиям, леди Мередия с надутым видом смотрела на Сесиль, сидевшую рядом со мной.

— Леди Мередия, что-то не так?..

— Эй.

Как только я собрался осторожно заговорить, недоумевая, что на этот раз происходит, Мередия заговорила первой — не со мной, а с Сесиль, холодным голосом.

— Если хочешь что-то сказать, говори быстрее.

— …ах, ну.

— Не делай это жалкое щенячье лицо.

Сесиль замялась от этих слов, затем сухо сглотнула и перевела взгляд на меня.

— Б-брат.

Когда эти слова сорвались с ее губ, я не мог не уставиться на нее, разинув рот.

«…брат?»

Когда в последний раз Сесиль называла меня так? Если не считать тех случаев, когда она звала меня так из страха, это, возможно, первый раз, когда она использовала это слово по своей воле.

Может, я сейчас сплю?

— Прости, что я все это время тебя не понимала.

— …а?

— Отныне я буду тебя слушать, брат.

Все еще не веря ушам, я легонько ущипнул себя за бедро и лишь склонил голову набок от следующих слов Сесиль.

«Разве она не всегда меня слушалась?»

Я не припомню, чтобы она когда-либо ослушивалась или доставляла мне хлопот. Даже если включить недавнее событие с отбором Талантов, это было то, чего хотела сама Сесиль, и она не создавала из-за этого особых проблем.

— Ты такая хорошая девочка, моя сестренка.

И все же, поскольку ее слова были трогательными, я мягко улыбнулся и погладил ее по голове.

— …Хе-хе.

Затем Сесиль начала болтать ногами и тихо хихикнула, опустив голову.

Нет, серьезно, это странно. Неужели ее бунтарский период закончился из-за того, что произошло?

— Кстати, что случилось с отбором Талантов?

— …в итоге его полностью отменили. Говорят, проведут снова в следующем году.

Чувствуя странное беспокойство, я неловко сменил тему, вытирая пот с ладони, и Сесиль спокойно ответила, глядя на меня.

— Тебе не обидно?

Я уже слышал от чиновников, что отборочное мероприятие было полностью отменено.

— В каком-то смысле, все испортилось из-за меня.

И все же, я хотел услышать, что по этому поводу думает Сесиль, поэтому, превозмогая неловкость, спросил ее.

— Ну… а в чем проблема?

— А?

Но ее ответ был на удивление спокоен.

— Разве то, что ты стал Героем, не важнее отборочного мероприятия?

— …а?

— Такое может случиться и в следующем году, и через год, а Герой — это легендарная личность, которая появляется раз в сотни лет.

Сесиль всегда была добрым ребенком, но всегда ли она так прямолинейно тешила мое эго?

К тому же, она определенно видела меня всего в крови в той комнате, где лежали без сознания темные маги, верно? Я даже не дал там внятных объяснений, так что в обычной ситуации она должна была бы меня уже совершенно неправильно понять…

…нет, теперь, когда я стал Героем, думаю, все это не имеет значения.

Сидя в ошеломлении, я внезапно осознал, насколько невероятным было положение Героя. Если подумать, Сесиль любила истории о Героях так же сильно, как и Руниэль. Раз ее собственный брат стал Героем, думаю, все остальное теперь неважно.

«Что ж, может, это и к лучшему…»

Даже если все мои переживания до этого момента оказались бессмысленными, по крайней мере, она больше не будет в опасности, так что пока я могу быть спокоен. Теперь мне придется бегать вместо нее, но, по крайней мере, мне не придется смотреть, как моя любимая сестра рискует жизнью, чтобы спасти мир.

— Брат, я теперь буду работать еще усерднее и стану твоей опорой.

— …Ха-ха.

В общем, с этой мыслью я неловко смирился с этим, пока Сесиль, необычно ласковая, прислонилась к моему плечу.

— Я даже поняла, как впечатывать заклинания в энергию меча… так что я буду становиться только сильнее…

— Это здорово…

— Так что не перенапрягайся, хорошо?

Но все же, что это за чувство дискомфорта, которое не отпускает?

И почему леди все это время холодно смотрела на Сесиль, а не на меня?

***

Скри-и-ип—

Проехав некоторое время по дороге, карета постепенно замедлила ход.

— По крайней мере, то, что наша территория находится в столичном регионе — это определенное преимущество.

Все еще находясь в неловкой атмосфере, витавшей в карете, Уитни заставил себя улыбнуться и попытался заговорить с Мередией.

— Итак, хотите продолжить разговор еще немного? Или…

— Ты выходишь.

— …прошу прощения?

— Мне нужно кое-что обсудить с твоей сестрой наедине.

Не успел он договорить, как его прервал холодный голос Мередии, и Уитни, на мгновение растерявшись, взглянул на Сесиль.

— С тобой все будет в порядке, Сесиль?

— …да.

Когда он спросил обеспокоенным голосом, Сесиль тихо кивнула.

— Я просто хочу спросить ее кое о чем лично. Пожалуйста, выйди.

— Тогда я подожду снаружи немного.

— Конечно. И кучера с собой забери.

Даже нервно поглядывая на Мередию, Уитни в конце концов с неохотным видом вышел.

— Если, случайно…

В карете, где остались только Мередия и Сесиль, Мередия понизила голос и задала вопрос напряженной, настороженной Сесиль.

— Что бы ты сделала, если бы твой брат оказался Королем Демонов, который уничтожит мир?

И затем наступила короткая тишина.

— Ты можешь ответить за свои слова?

— Хах, как мило. Ты уже умеешь излучать убийственное намерение.

Когда Сесиль зашипела, словно кошка, столкнувшаяся с врагом, распушившись в защите, Мередия хихикнула и продолжила.

— Насколько я слышала, вы с Уитни не очень-то ладили.

— …

— Так почему вдруг стали такими близкими друзьями?

Ее тон был мягким, но с присутствием Мередии первокурсница академии вроде Сесиль справиться было нелегко.

— …почему я должна тебе объяснять?

— Хм.

И все же, видя, как Сесиль с силой держится, Мередия сделала странное выражение лица и медленно встала.

— Тебе, случайно, не становилось плохо с тех пор, как закончился отборочный матч?

— О чем ты вдруг…

— …просто ответь на вопрос.

Когда Мередия подошла и села рядом, Сесиль замерла и с замешательством искоса взглянула на нее от неожиданного вопроса.

— Несколько дней назад у меня немного кололо в затылке.

— …ха, понятно.

— П-подожди минутку. Что ты пытаешься?..

В этот момент Мередия достала что-то из внутреннего кармана и потянулась к Сесиль.

— Все в порядке. Я не собираюсь тебя есть. Я просто ненадолго посвечу зеркалом, которое записывает отражения, тебе на затылок.

Хоть она и слегка вздрогнула, Сесиль с неохотным выражением тихо опустила голову по просьбе Мередии, которая подняла ее волосы.

— Вот, видишь?

— …это…

— Метка Подчинения. Она не так явно заставляет вести себя, как клеймо раба, но ее потенциальное применение безгранично.

Через несколько секунд в зеркале, которое протянула Мередия, появился точно такой же символ, что был вырезан на животе имперской принцессы.

— Если бы я могла выжечь это на том ублюдке Майере, я бы заплатила любую цену.

— …

— На самом деле я пыталась несколько раз. Но по какой-то причине каждая попытка заканчивалась неудачей.

Мередия, наблюдая за этим с явным интересом, спросила гораздо более холодным голосом.

— Что, если твой брат выжег это на тебе, и ты находишься под ее влиянием?

— Нет никаких доказательств, что это сделал мой брат.

— Для этого метка слишком сильно пахнет его маной.

Сесиль на мгновение содрогнулась от ее слов, затем посмотрела прямо на Мередию и снова зарычала.

— Не смей больше оскорблять моего брата.

— Это отрицание реальности? Или у тебя есть причина так говорить?

— …конечно, у меня есть причина.

Хотя расслабленная манера Мередии создавала впечатление, будто она наблюдает за маленьким зверьком, вздыбившим шерсть, Сесиль стиснула зубы и, вернув зеркало, открыла рот.

— Это можно интерпретировать как Метку Подчинения, но можно и как благословение, не так ли?

— …благословение?

— Если темный маг вырезает заклинание со злым умыслом, это проклятие. Но если белый маг вырезает заклинание с добрыми намерениями, то это благословение. Уверена, ты это знаешь.

И снова началась тишина — на этот раз продлившаяся немного дольше.

— Брат и сестра, оба такие дерзкие. Но… это разумная теория.

Когда Мередия наконец нарушила тишину с довольным бормотанием, Сесиль добавила с надутыми губами.

— …это не теория. Мой брат — белый маг.

— Да, белый маг есть белый маг… — Пробормотала Мередия с каким-то смиренным тоном, выглядя немного обиженной. — Даже если он излучает странные серые волны, управляет монстрами и оскверняет святых… он все равно белый маг.

— …прости, что?

— О, это я так, сама с собой.

С этими словами она на мгновение замолчала, а затем тихо встала со своего места.

— Кстати, извини за небольшую проверку. Для меня семья — это обычно такое существо, которое не может дождаться, чтобы разорвать друг друга на части.

— …прошу прощения?

— Я думала, ты тоже из таких… но, похоже, нет.

От совершенно безэмоционального тона Мередии Сесиль наконец расслабила плечи, на ее лице появилось небольшое облегчение.

— С этим, думаю, мне не придется брать дело в свои руки.

Момент, когда имя Сесиль было на мгновение вычеркнуто из мысленного списка врагов Мередии, был известен только самой благородной леди.

— Итак, мы закончили разговор?

— Нет, у меня есть еще кое-что.

— Что такое? Я уже хочу домой с братом.

Когда разговор, казалось, подходил к концу, и Сесиль пыталась сбежать от ужасающего присутствия, соперничавшего с присутствием Уитни, ее лицо снова исказилось, когда Мередия внезапно преградила ей путь.

— …что любит твой брат?

— А?

Но это выражение вскоре смягчилось, когда Сесиль услышала вопрос Мередии.

— Даже если это первый подарок, который я когда-либо получала в своей жизни, я прекрасно знаю, что должна ответить взаимностью.

— О.

— Так что, я бы хотела, чтобы ты мне немного помогла.

Сесиль, по своей сути, была очень умной девочкой. Поэтому она быстро поняла, что расстановка сил только что изменилась.

— Что за… ты казалась такой страшной по слухам, а на самом деле у тебя есть и девичья сторона?

— …

— Ну, ладно. Если вопрос в этом, я помогу. Я эксперт в таких делах.

Полностью завладев ситуацией, Сесиль самодовольно взяла контроль в свои руки, в то время как Мередия, хоть и явно недовольная, тихо слушала.

— Слушай внимательно. Мой брат на самом деле…

— …уже знаю, что он любит оригами.

— А… т-тогда… эм… хмм…

— …ты ведь не просто наговорила, а на самом деле ничего не знаешь, да?

— Н-нет, подожди секундочку.

Когда Мередия выказала нотку разочарования, Сесиль начала нервно потеть и отчаянно рыться в своих мыслях.

— Так, эм… что он любит… ах, точно. Домашнее печенье с корицей!

— Ты… уверена в этом?

— Да, уверена. Это информация высшего уровня, которую знаю только я.

Сесиль уверенно пожала плечами, словно нашла окончательный ответ, и Мередия удивленно пробормотала.

— Оригами, а теперь еще и это… для человека с его внешностью у моего жениха действительно детские вкусы.

— Эй, не говори так. — Сесиль слегка вспыхнула от ее бормотания и возразила: — Наша мама часто пекла ему печеньки... пока не умерла.

— …ах.

При этих словах Мередия слегка вздрогнула и замолчала.

— Хмф, может, ты никогда и не готовила этими своими благородными ручками, но если хочешь повторить тот вкус, тебе понадобятся годы практики…

— …мне жаль.

— Угх.

Когда Мередия отвела взгляд и искренне извинилась, Сесиль замерла на полуслове, потрясенная.

— Что не так?

— …просто, ты не казалась из тех, кто когда-либо извиняется. Я немного удивилась.

С этими словами атмосфера в карете снова стала неловкой.

— Кстати… когда именно вы с моим братом начали так миловаться? Сначала я думала, что это просто деловые отношения, но теперь, похоже, все по-настоящему… ха, ха-ха…

Пытаясь избежать неловкости, Сесиль быстро сменила тему, но тут же забеспокоилась, что задела чувствительную тему.

— ...так это выглядит?

— Ого, не может быть.

Все еще отвернувшись, Мередия тихо ответила низким голосом, ее лицо было тронуто румянцем.

У Сесиль пошли мурашки по коже, и она пробормотала себе под нос.

— Она выглядела так, будто из нее и капли крови не выжмешь, но теперь я понимаю… есть причина, по которой она нравится моему брату… эй, леди Мередия, только что… вы выглядели такой цундере… Мм!?

Но пока она рассеянно болтала, ее рот внезапно и грубо зажали, и она расширила глаза.

— Мм-мм!

— Ш-ш, тише.

Сначала она подумала, что сказала что-то не то, и нервно посмотрела на лицо Мередии. Но затем Сесиль поняла, что проблема была не в этом.

— Что-то приближается…

Глаза Мередии, похожие на драгоценные камни, смотрели не на нее, а в окно.

— Это опасно, так что сиди тихо.

— Мм…

— Я выйду ненадолго. Сиди здесь и не шуми.

Оставив эти слова, Мередия опустила Сесиль и быстро вышла из кареты.

— …что это, черт возьми, сейчас было?

Оставшись одна, Сесиль в замешательстве склонила голову и пробормотала.

— Сестра Святая сказала, что предупредит меня через метку, если мой брат будет в опасности…

На самом деле, Сесиль тайно присягнула на верность Святой, о чем не знала даже Парша.

— …если кто-то действительно приближается, я просто убью их.

Ее моральные принципы начинали выглядеть такими же искаженными, как и у Святой, но пока что это было облегчением.

***

— Что за черт?..

Следуя приказу Мередии, я вышел из кареты и тут же заметил голубя с повязкой на глазу, кружившего надо мной, и по моей спине пробежал холодок.

— У меня галлюцинации?

Потому что во всем мире был только один человек, владевший такой абсурдной на вид почтовой птицей.

Нынешняя глава Люмен Ордо, Альянса Белых Магов.

Самый молодой и сильный Белый Маг в истории — тот, с кем предпочитали не связываться ни Империя, ни Святое Королевство, владычица единственной нейтральной третьей силы.

— Эта сумасшедшая с хроническим синдромом тюнибё… что, черт возьми, ей от меня сейчас нужно?

И почтовая птица Тиффани Астелайд — чье тюнибё было настолько тяжелым, что делало все остальные титулы неважными — теперь спокойно кружила в небе с письмом, привязанным к лапке.

----------

Захват

–Бр-р-р!

Мурашки пробежали по спине. Я поднял взгляд к небу, и почтовый голубь с повязкой на глазу начал медленно снижаться.

«Нет, давай успокоимся. Он ведь не обязательно принес письмо мне, верно?»

Я испуганно отступил назад, но внезапная мысль подарила мне лучик надежды.

«Эти люди изначально не особо-то мной и интересовались…»

Хоть это и в прошлом, но Альянс Белых Магов, Люмен Ордо, однажды отклонил мою заявку, заявив, что с моей белой магией что-то не так.

Конечно, я и не пытался вступить туда по собственной воле — это отец заставил меня туда пойти — но все же я не могу быть уверен, что письмо предназначено именно мне.

Кто знает? Может, у Люмен Ордо дело к леди Мередии. Или к Сесиль, которая практически идеальна во всех отношениях…

–Бр-р-р!

Но мои эскапистские мысли разбились вдребезги в тот миг, когда голубь приземлился аккурат на мою голову.

— Ай. Ау-у-уч.

Даже отводя взгляд, чтобы не встречаться глазами с голубем, трясущим письмом, привязанным к лапке, я в итоге все же был клюнут, прежде чем нехотя принять послание.

— …ха-ха.

Как и ожидалось, письмо было украшено до нелепого эксцентричным дизайном.

Оно было настолько загромождено украшениями, что его было трудно читать, а печать выглядела такой неоправданно зловещей, словно принадлежала предводителю тёмных магов.

Даже витиеватые буквы были выведены чем-то похожим на тёмно-багровые чернила.

— Эх…

Честно говоря, мне хотелось немедленно отправить его обратно, но если бы я так поступил, верхушка Люмен Ордо могла бы вломиться в этот особняк без предупреждения.

Слуги и так измотаны допросами из Святого Королевства, и если им придется принимать еще и этих людей, мы можем столкнуться с массовым увольнением.

— Стой.

— …а?

Как раз в тот момент, когда я, сдерживая слёзы, собирался прочитать письмо…

— Подумать только, ты пытаешься открыть нечто подобное так неосторожно… тебе ещё расти и расти.

— Что?

Это была леди Мередия. Она внезапно появилась рядом и схватила меня за руку с явно напряженным выражением лица.

— Ты же говорил, что вступал в контакт с предводительницей тёмных магов, верно? Я уверена, это письмо от неё.

— Э-э, ну…

— Мало ли какое проклятие на нём может быть. Просто стой спокойно. Я открою вместо тебя…

Что ж, по правде говоря, даже мне казалось, что это гротескное письмо просто кишит проклятиями.

— …погоди-ка. Что?

— Ха-ха…

— Почему мне кажется, что от этого письма исходит белая магия?

Но на самом деле ни одна посылка в этом мире не могла быть безопаснее этого письма.

— Это письмо от Люмен Ордо.

— Что?

— Только посмотри на все эти благословения — должно быть, его отправила сама Глава…

Даже с моими скромными знаниями я уже мог опознать защиту от слежки, чары замешательства, благословения от вскрытия и так далее. За такую защиту высшие аристократы заплатили бы целое состояние.

— Тогда почему… у него такой дизайн?

— …ну, эм… у Главы немного… своеобразное чувство стиля.

— Ты не лжёшь? Оно и вправду от Люмен Ордо?

— Ха-ха, говорю же, от них.

Увидев всё это, я решил, что по крайней мере вскрыть его будет не опасно, и открыл письмо рядом с всё еще подозрительной леди.

「О воин, родич нашего рода и носитель завета. В тот миг, когда очи твои узреют сии священные письмена, превзойди время и пространство и внемли зову сего.」

И в этот момент я пожалел лишь о том, что открыл письмо прямо рядом с леди Мередией.

「Абсолют Люмен Ордо, хранитель равновесия между светом и тьмой, призывает тебя.」

— А-а-а-а-а-а-ах…

Так неловко мне не было с тех пор, как в детстве я случайно прочёл воинскую новеллу, которую Сесиль сама сочинила в своём дневнике.

Может, это и есть своего рода проклятие? Если так, то Глава, возможно, величайший тёмный маг в мире.

— Что за…

Даже леди Мередия, которая обычно сокрушает проклятия не моргнув глазом, дёрнулась с страдальческим выражением лица.

「Итак. В месте, где вечные узы звёздного света рождаются и гаснут, я буду ждать дня судьбы.」

И всё же я заставил себя дочитать письмо до конца.

Честно говоря, больше всего на свете мне хотелось тут же захлопнуть его, но, как говорится, куй железо, пока горячо.

А если ещё честнее, я знал, что если остановлюсь сейчас, то уже никогда не наберусь смелости прочитать его снова.

「P.S. Поднеси пропитание моему фамильяру, доставившему сие кровавое послание. Таков твой праведный долг перед моим сородичем.」

Наконец дочитав приписку внизу, я торопливо сложил письмо, сунул его в пальто и повернулся к леди Мередии с вопросом:

— …леди Мередия, что обычно едят голуби?

— …насекомых или зерно. Иногда хлебные крошки.

— А, спасибо.

Хотя Глава и расписалась тут напыщенным слогом — даже использовала письменность Восточного континента — голубь с повязкой на глазу выглядел довольно уставшим. Наверное, стоит его чем-нибудь покормить.

— Давай его сюда.

— А?

— Если нужен птичий корм, у меня есть.

Только я об этом подумал, как леди Мередия внезапно протянула руку.

— Я развожу птиц, это моё хобби.

— О…

Теперь, когда я задумался об этом, разведение домашних птиц было одним из её редких увлечений.

Я до сих пор помню тот день, когда ко мне вернулись воспоминания из прошлой жизни, и я увидел птиц, летающих в саду леди Мередии.

Странно, но леди Мередия не держала их в клетках — она позволяла им свободно летать.

— Кстати, у меня есть один вопрос.

Пока я размышлял, что, возможно, однажды мне придётся подарить ей птицу, она, удобно устроив почтового голубя, задала мне вопрос.

— Все белые маги… такие?

— …...эм-м.

Конечно, мне хотелось немедленно это отрицать, но совесть просто не позволяла.

Всё потому, что белые маги по своей природе редки и обычно живут общинами.

Это естественным образом делает их замкнутой группой, а это, в свою очередь, означает, что их социальные навыки и характеры обычно пробивают дно.

— Есть… несколько нормальных белых магов. Например, мой отец… или я…

Вот почему те немногие белые маги, что живут за пределами штаб-квартиры, служат лицом всей группы.

Разумеется, очевидно, что я, став Героем, вношу огромный вклад в этот публичный имидж.

— …ага, конечно.

— И всё же они все хорошие люди…

— Для того, кто так говорит, я никогда не видела ни одного по-настоящему приятного.

Но вопреки словам леди Мередии, я могу с уверенностью сказать одно: Люмен Ордо — это последняя совесть империи и воплощение абсолютного добра.

Даже в игре они без колебаний поддерживали главного героя, и даже в плохих концовках именно они до самого конца сопротивляются финальному боссу, леди Мередии.

«Если бы только на первый взгляд они не были похожи на демонических генералов или офицеров тёмной магии, они были бы такими замечательными людьми».

В любом случае, теперь, когда я взял на себя роль героя, у меня нет иного выбора, кроме как сотрудничать с этими людьми, хочу я того или нет.

«К тому же, пора бы мне как следует изучить собственные способности».

Честно говоря, учитывая странные явления, которые я наблюдал в академии, метки подчинения, появившиеся на верхушке, и то, как моя магия отреагировала на проклятие леди Мередии, это уже подтверждённый факт, что я обладаю какой-то особой силой.

А раз так, то лучшее место для раскрытия правды — не что иное, как штаб-квартира Люмен Ордо.

Конечно, есть риск, что меня примут за тёмного мага, притворяющегося героем, но даже так, мне нужно пойти на этот риск сейчас, если я хочу по-настоящему понять свои способности.

Что ж, учитывая их добродетельные поступки в игре и тот факт, что мы оба белые маги, Люмен Ордо, вероятно, отнесётся ко мне лучше, чем Святое Королевство, верно?

Так что, как только я вернусь в особняк, мне нужно написать ответ на это неловкое письмо…

— Ах, точно. Демон, которого ты просил, скоро должен быть доставлен в особняк.

Пока я молча собирался с мыслями, заговорила леди Мередия, у которой на плече теперь удобно устроился почтовый голубь.

— Императрица предложила предоставить первоклассные путы, но я отказалась.

— А?

— Магические путы… моя специализация.

Сказав это, леди Мередия леденяще улыбнулась, и я благоразумно решил не задавать ей дальнейших вопросов.

— Что ж, тогда я отправляюсь обратно в герцогство.

С этими словами леди Мередия отвернулась и направилась к своей карете.

— Если что-нибудь случится, свяжись со мной…

— Леди Мередия, подождите минутку.

Молча глядя ей в спину, я протянул руку и схватил её за ладонь, останавливая на месте.

— Почему ты…

И прежде чем леди Мередия успела закончить фразу, я сделал то, что всегда хотел однажды попробовать на прощание.

— ……!

— ….

Я осторожно поцеловал кольцо на её пальце.

— Прощайте, Ваше Высочество.

Как только я закончил, леди Мередия быстро отвернулась, так что, к сожалению, я не смог увидеть её лица, но для меня это было удовлетворительное прощание.

— Безумец… он совсем с ума сошёл…

Из кареты выглянула Сесиль и, прикрыв рот рукой, ахнула, что позволило мне представить, какое именно выражение могло быть у леди Мередии.

***

— Что ж… пожалуй, мне тоже пора внутрь…

Когда Мередия стремительно скрылась в карете, Уитни, теперь с совершенно измотанным видом, медленно побрёл к особняку.

— О-о, вы вернулись, юный господин.

— М-мы вас ждали.

— Д-да, мы очень по вам скучали, вас не было несколько недель…

Все слуги, оставшиеся в особняке, вышли его поприветствовать.

— Не стоило устраивать такой пышный приём…

— Н-нет, что вы!

— В конце концов, это наш долг. Ха-ха…

По правде говоря, раньше они тянули жребий, чтобы решить, кто будет встречать Уитни, но на этот раз все вышли добровольно.

Это произошло потому, что, несмотря на их отчаянные молитвы, в газетах всё-таки появилась новость о том, что Уитни действительно стал Героем.

Их мечта о том, что Сесиль станет главой дома, теперь была разбита, и слуги теперь были связаны с Уитни, к худу ли, к добру ли.

— Почему мне кажется, что людей больше, чем обычно?..

— Н-нет, что вы!

— Мы всегда были здесь для вас, юный господин!..

И как раз в тот момент, когда они пытались суетливо оправдаться в ответ на небрежное замечание Уитни…

Ву-у-у-у—

Внезапно прямо перед Уитни поднялась тёмная аура.

— А-а-а-й!

— Ч-что это?!

— Т-тихо!..

Слуги на мгновение растерялись от очевидного сверхъестественного явления, но годами отточенные инстинкты мгновенно сработали, и они тут же замолчали. Над садом воцарилась тяжёлая тишина.

— Уитни Лингард.

В этой тишине из дыма возникла фигура и холодно обратилась к Уитни.

— Послание.

— …….

— На следующем собрании Теневого Союза будешь присутствовать вместо меня.

С этими словами таинственная фигура растворилась в рассеивающемся дыму.

— …ха-ха.

Затем Уитни, всё это время стоявший со спокойной улыбкой, повернулся к застывшим слугам и невозмутимо сказал:

— Не могли бы вы приготовить горячую воду?

— Г-горячую… воду?

— Я просто… немного устал.

— Ах, сию минуту!

Конечно, ни у кого из них не хватило смелости спросить, что это был за дым.

— …спасибо всем.

Да и вряд ли бы они осмелились, учитывая, что и без того леденящее выражение лица Уитни сейчас выглядело ещё более неприятным, чем обычно.

Когда Уитни тихо скрылся в особняке, слуги — теперь бледные словно призраки — обратили свои взоры на Сесиль, спускавшуюся из кареты.

— Л-леди Сесиль! В-вы это видели?

— Это была… это точно была тёмная магия…

— Н-надо немедленно сообщить об этом в Святое Королевство…

Когда слуги столпились вокруг неё и начали выплескивать свои давние страхи…

— Всем молчать об этом инциденте.

Сесиль, в отличие от своего обычного поведения, когда она возглавляла нападки на Уитни, лишь тихим голосом заставила их замолчать.

— Не может быть, чтобы мой брат — Герой — сделал что-то плохое, верно?

— Ах.

— О, кстати.

Слуги, сбитые с толку её внезапно изменившимся поведением, могли лишь крепко зажмуриться от её следующих слов.

— …кто это тут раньше говорил, что собирается донести в Святое Королевство?

И с того дня среди слуг дома Лингард начала тихо распространяться неофициальная инструкция:

「※ Все предыдущие положения касательно «юной леди» в своде правил отменяются. Она больше не на нашей стороне. Пожалуйста, действуйте в соответствии с реакцией юного господина.」

----------

Секрет

— Ха-ха, и что теперь…

На следующее утро после возвращения в особняк я направился в кабинет, глубоко задумавшись.

«Не ожидал, что меня вызовут с обеих сторон…»

Хоть это и было внезапно, я мог понять, почему меня вызвали Люмен Ордо.

В конце концов, они и в оригинальной игре вызывали игроков, ставших героями.

Конечно, все их лидеры и верхушка до того своеобразны, что это даже в тягость, но всё же это было в пределах ожидаемого.

«Но вот Теневой Союз — это уже совсем другое дело».

Проблема в Теневом Союзе — альянсе тёмных магов, о котором в игре толком ничего и не объяснялось.

Они появлялись лишь в кат-сценах во время прохождения, а их точное местоположение и численность были неизвестны. Как мне вообще реагировать на приглашение от такой скрытной группы?

Нет, даже если отбросить это, я теперь Герой.

Разве это нормально для меня — открыто туда являться?

Не будет ли чудом, если я вернусь оттуда целым, а не зарезанным исподтишка?

«…и всё же, если я не пойду, это тоже может стать проблемой».

Честно говоря, я бы предпочёл просто не являться.

Но загвоздка в том, что я уже заключил контракт с предводительницей тёмных магов, поставив на кон свою душу.

Если я и усвоил что-то после многочисленных ударов в спину в игре, так это то, что никогда нельзя нарушать контракт, в котором замешана твоя душа.

И контракт, который я заключил с предводительницей тёмных магов, не был навязан силой, как проклятие — это было взаимное соглашение.

А значит, ни святая сила Святой, ни моя белая магия не смогут его аннулировать.

«Дела изрядно усложнились…»

И всё же, одна удача в том, что предводительница тёмных магов тоже не может просто так меня устранить.

Тот факт, что она пошла на заключение контракта, чтобы использовать меня в качестве дублёра, должно быть, означает, что она и сама находится в положении, когда не может показаться даже собственным подчинённым.

Говорят, даже если попадёшься тигру, можно выжить, если сохранять самообладание.

Раз уж до этого дошло, я мог бы совмещать роли героя и серого кардинала.

— Господин! Вы здесь!

— …вы прибыли.

Пытаясь настроиться на лад «будь что будет», я вошёл в кабинет, где меня уже приветствовали Парша и Руниэль.

— Почему вы обе здесь так рано утром?..

— С тех пор как вы стали героем, количество получаемой вами почты удвоилось, если не утроилось! Так что мы всё это разбирали.

— …ч помощью Парши я составляла план реорганизации рыцарского ордена Графа. Теперь, когда вы стали Героем, я подумала, что и орден должен соответствовать этому статусу.

Я даже не заметил, как они вчера вернулись, потому что отключился сразу после ванны.

А они усердно трудились.

— Это правда… рыцари нашего дома уже давно были лишь формальностью.

Если подумать, наш рыцарский отряд и так был невелик, а после того как отец забрал большинство из них, в наших владениях осталась лишь горстка стражников — этого недостаточно, чтобы называться рыцарским орденом.

Так что да, как сказала Руниэль, пришло время для серьёзной перестройки.

— Но вопрос в бюджете…

Проблема в том, что нашему дому вечно не хватало денег, что в прошлом, что сейчас.

Конечно, теперь, когда я герой, все наперебой связываются с нами, чтобы предложить помощь — но по сути, всё это займы с подвохом.

Аристократы и торговцы Империи — мерзкий народец, который попытается выжать каждую монету что из Героя, что из Короля Демонов.

«То же самое касается и королевской семьи, и Святого Королевства».

Возможно, у них и есть общественное обязательство поддерживать героя, но этого хватит лишь на несколько раз.

Если это не такая группа, как Люмен Ордо, так называемая сила абсолютного добра, поддержка скоро превратится в манипуляцию.

— О, о бюджете не беспокойтесь.

Пока я колебался именно по этой причине, Парша заговорила с расслабленной улыбкой.

— Столько людей подают заявки, лишь услышав ваше имя, что, держу пари, мы могли бы заполнить ими весь сад особняка.

— Неужели их так много?..

— Вы могли не заметить, так как вам не свойственно заботиться об общественном мнении, но сейчас вы — самая горячая тема для обсуждения в мире.

Неужели я и вправду так популярен?

Конечно, звание «Героя» имеет вес, но трудно поверить, что в этом искажённом мире ещё осталось столько людей, действующих из добрых побуждений.

— Чтобы провести собеседование со всеми кандидатами в рыцари, вам, вероятно, придётся работать ночами напролёт.

— Ха-ха…

— Но вам не нужно беспокоиться. Я буду рядом с вами до самого конца.

Даже Руниэль, обменявшись коротким взглядом с Паршей, кивнула, словно подтверждая её слова.

Создание собственного рыцарского ордена дома Лингард.

Это ещё больше укрепило бы позицию Сесиль как будущей главы семьи — честно говоря, неплохое развитие событий.

Конечно, мы не должны брать кого попало, так что собеседования необходимы.

Но если мы назначим интервьюерами Руниэль, Паршу и Сесиль, то сможем собрать приличный орден.

— Хорошо, я на вас рассчитываю. Будущий командир.

— Ха.

Естественно, идеальным кандидатом на пост командира рыцарей была Руниэль, поэтому я мягко её похвалил.

Она слегка вдохнула, а затем заговорила с ноткой волнения.

— …это и вправду кажется нереальным.

— Что именно?

— Кажется, будто только вчера я была рабыней, ожидавшей смерти… а теперь я на пороге исполнения мечты всей моей жизни.

Услышав это, я и сам невольно растрогался.

Изначально она должна была стать цепным псом Императрицы и учинить кровавый хаос.

И вот она здесь, улыбается так невинно.

Если подумать, даже Мередия сильно изменилась по сравнению с тем жестоким образом, что я знал.

Все они прошли через трудности, и их будущее всё ещё туманно, но видеть, как эти персонажи отклоняются от своих первоначальных путей, ощущается как обнадёживающий знак на моём собственном пути.

— Господин, я и впредь буду отдавать все свои силы…

— О, а это что?

Как раз в тот момент, когда я с гордой улыбкой смотрел на Руниэль, я услышал голос Парши рядом.

— В чём дело?

— …эм, ничего.

Я с любопытством перевёл на неё взгляд.

Она быстро отвернулась и сунула письмо, которое держала в руке, в ближайшую стопку.

— Минутку.

Но прежде чем она успела его полностью спрятать, Руниэль стремительно выхватила письмо.

— Руниэль, что-то не так?..

— Господин, это печать семьи Мистилейн.

— …ах.

Я недоумённо смотрел, пока Парша не прошептала мне на ухо, и я наконец понял, в чём дело.

«Письмо от семьи Руниэль».

Я не знаю всех подробностей, но её отношения с семьёй, должно быть, полностью разорваны.

— Эх… серьёзно.

Каким бы ни было содержание письма…

— …до чего же бесстыжие.

Судя по холодному вздоху и исказившемуся лицу Руниэль, в нём не было ничего приятного.

— Ты в порядке, Руниэль?

— …ах, простите, господин.

Когда я с беспокойством посмотрел на Руниэль и осторожно спросил, она очнулась от оцепенения и поспешно смягчила выражение лица, протягивая мне письмо.

— Простите, что прочла содержимое без разрешения. Я с готовностью приму любое наказание.

— Хм.

Застигнутый врасплох, я взял у неё письмо, на мгновение замешкался, а затем улыбнулся и сказал:

— Назойливая муха жужжит, да?

— Ах.

С этими словами я разорвал письмо пополам.

— И вправду… кровь — не вода.

— ……

— Вот почему, если уж рвать связи, то делать это нужно начисто.

Честно говоря, мне было немного любопытно содержание письма, но куда важнее было позаботиться о душевном состоянии Руниэль.

Как недоделанному белому магу, случайно ставшему героем, мне в будущем придётся ещё больше полагаться на силу, которую даст Руниэль. (п.п. самокритично)

Сейчас она мне верна, но никогда не знаешь, как всё может измениться с людьми.

Так что лучше заранее делать подобные жесты.

— Эм, возможно, это будет для тебя немного трудно?

— Г-господин.

— Аха-ха… я всё понимаю, знаешь ли.

С этой мыслью я разорвал письмо на мельчайшие кусочки, изобразив на лице самое мягкое выражение, на какое был способен, чтобы показать Руниэль, что я — добрый начальник.

— У каждого есть одна-две неизбежные слабости.

— ……

— Для тебя, Руниэль… полагаю, это твоя семья?

Смотреть в глаза собеседнику и сопереживать ему — Альфред однажды сказал мне, что это лучшая форма общения.

— Так что если тебе тяжело, ты всегда можешь поговорить со мной о…

Честно говоря, я не был уверен, что это сработает, но с облегчением увидел, что моё искреннее сочувствие, кажется, доходит до неё.

— Я-я разорву с ними все связи!

Но не успел я закончить фразу, как Руниэль внезапно побледнела и в панике опустилась передо мной на колени.

— Я улажу это собственными руками как можно скорее! Клянусь своим именем, Руниэль, и мечом, что вы мне даровали!

— ...?

— П-поэтому, прошу вас, умоляю, дайте мне всего один шанс всё исправить!..

Я был ошарашен не меньше её.

«Надо было лучше слушать себя, а не доверять советам Альфреда».

Похоже, её травма, связанная с семьёй, была глубже, чем я ожидал.

Нужно было быстро успокоить ситуацию.

— Нет-нет, успокойся. Я лишь хотел сказать, что могу помочь, если тебе это понадобится.

— …если такова ваша воля, господин, то я повинуюсь.

— И всё же, для начала попробуй разобраться с этим так, как сама считаешь нужным.

Видя, как она нервничает, я поспешил добавить эти слова, и её дрожащее лицо быстро прояснилось.

— С-спасибо за предоставленный шанс!

— …ха-ха.

Да, в семейные дела лучше не лезть, даже близким друзьям.

Если, конечно, твоя семья не похожа на семью леди Мередии, которая, по сути, ходячий враг с жаждой убийства в глазах.

— Эх… серьёзно, это как во сне.

Пока я неловко почёсывал затылок, Парша рядом со мной что-то пробормотала, и по её спине пробежал холодок. Я в замешательстве повернулся к ней.

— …знал бы я, что застану нечто настолько леденящее душу, пришел бы попозже.

Внезапно со стороны окна раздался низкий голос, полный отвращения.

— Мистер Берген?

— Ах, прошу прощения. Здесь ведь не курят, да?

Я не почувствовал ничьего присутствия, но вот он — Берген, сидит на раме открытого окна, держа сигарету, которую тут же убрал обратно в пачку.

— Что ж, в любом случае, в будущем я бы очень хотел избегать хождения по такому лезвию.

— Ах, простите за это.

— …ну, пока тот давний контракт всё ещё в силе, я бы и на худшее пошёл.

Всё ещё ошеломлённый его внезапным появлением, я тихо улыбнулся и ответил на тонкий намёк в словах Бергена.

— В этом… думаю, я могу вас с уверенностью заверить.

— Могу я узнать причину?

— Я скоро буду присутствовать на собрании Теневого Союза.

И конечно, как и ожидалось от Бергена, у которого всегда безупречные сведения, он, казалось, понял всё, что я имел в виду, из одной этой фразы.

— Ха, ладно. Понял. Я тоже подготовлюсь.

Усталость в его глазах мгновенно исчезла, сменившись острым блеском.

— Я бы не назвал это наградой, но я принёс письмо.

— Письмо?

Увидев его таким, я снова напрягся, но с любопытством склонил голову, когда Берген небрежно достал письмо из пальто.

— Оно от кое-кого, кого вы хорошо знаете и кто тоже просил меня об услуге.

Кто-то достаточно близкий, чтобы доверить Бергену письмо, и кого я так хорошо знаю?

Кто бы это мог быть…

「Снова возникли дела, так что, вероятно, мы какое-то время не увидимся, юный господин.」

— …Альфред?

Читая письмо, которое мне дал Берген, я сразу узнал почерк, который видел бесчисленное количество раз.

「Учитывая ситуацию, в которой я нахожусь, я чувствую, что должен поделиться секретом, который когда-то планировал рассказать вам лично, пусть даже и в письме.」

Прежде чем я успел задуматься, как Альфред так сблизился с Бергеном…

「Итак, с чего бы начать… точно. Позвольте мне сначала прояснить одну вещь.」

Читая дальше, я не смог скрыть потрясения и покрылся холодным потом.

「Парша на самом деле не моя родная внучка.」

Это было шокирующее откровение, которого не было даже в игре.

「На самом деле, она — клон так называемой Великой Тени, предводительницы тёмных магов.」

----------

Секрет (2)

— Господин, тогда я пойду осмотрю рыцарский гарнизон на наших землях.

— Если у вас больше нет приказов, я вернусь в переулок. После инцидента в академии слежка усилилась, так что переулок — самое безопасное место.

Как раз когда я почти дочитал письмо Альфреда, переданное мне Бергеном, Руниэль и Берген, поднявшись со своих мест, заговорили со мной одновременно.

— Что ж, ступайте.

Разумеется, я с радостью удовлетворил их просьбу.

Хотя формально они были подчинёнными или слугами, мои знания о современном обществе XXI века, смешанные с воспоминаниями из прошлой жизни, заставляли меня всегда относиться к верхушке как к равным, как к товарищам.

— Господин. Тогда я тоже на минутку…

— Нет, Парша, пожалуйста, останься ненадолго.

Но на этот раз мне пришлось сделать исключение.

— А?

— Мне нужно срочно кое-что с тобой обсудить.

Поскольку я дочитал всё письмо, присланное Альфредом, ничего не поделаешь.

— Цк. Что бы там ни было, похоже, мы раздосадовали господина.

— Эй, босс. Не знаю, в чём там дело, но… она же ещё ребёнок, так что полегче с ней, а?

Однако Руниэль и Берген, остановившиеся на выходе, отреагировали как-то странно.

Эти люди… они что, считают меня каким-то злодеем-начальником?

Хоть я и был немного взбудоражен после прочтения письма, я планировал всё уладить с Паршей в разговоре.

И какой же образ сложился у верхушки обо мне после отборочного матча?

— Парша, эти двое, кажется, что-то не так поняли…

— Хозяин. Со мной всё будет в порядке, что бы вы со мной ни сделали!..

В общем, пока я собирался объясниться, глядя, как те двое, затаив дыхание, покидают кабинет, Парша робко подняла руку и заговорила со мной дрожащим голосом.

— И всё же… я хочу сохранить собственное достоинство!..

— Нет, я не…

Её решительные слова, казалось, лишь усугубили недопонимание, и я в панике быстро отвёл взгляд.

Именно тогда я наконец понял, что она имела в виду.

— …я просто хотела в уборную.

— Ох.

Парша, которая переминалась с ноги на ногу, пытаясь сохранить улыбку, пробормотала это, нервно взглянув на меня.

— В следующий раз можешь не спрашивать разрешения, чтобы сходить в уборную.

— Ха, спасибо!

Как только я дал разрешение, лицо Парши просияло, и она выскочила из кабинета короткими, быстрыми шажками.

А затем наступила тишина.

— Ха-а…

В этой тишине я тихо вздохнул и открыл первый ящик своего стола.

«Я оставил подарок для моей внучки в самом первом ящике твоего стола».

Согласно письму Альфреда, которое я дочитал почти до конца, подарок должен был быть там.

— …Альфред, ну честное слово.

Мгновение спустя я с горьковато-сладкой улыбкой взял знакомый предмет и внимательно его рассмотрел.

— Да что же, чёрт возьми, происходит…

В ящике лежал монокль.

Хотя в последнее время он редко его носил из-за ухудшающегося зрения, несколько лет назад он никогда с ним не расставался.

Помню, в прошлом я из любопытства спросил его, и он ответил, что монокль — это жизненная опора дворецкого.

Раз он решил передать такую вещь Парше… что бы ни случилось, это означало, что положение Альфреда должно быть весьма серьёзным.

«Хоть мы и не связаны кровью, я воспитывал Паршу как родную внучку с тех пор, как спас её из цитадели тёмных магов».

Более того, последняя часть письма лишь усилила моё растущее беспокойство.

«Так что, если этого старика больше не будет в этом мире, считай это моим предсмертным желанием и позаботься о Парше».

В возрасте Альфреда оставить послание, которое было практически завещанием, заставило бы любого волноваться, хотел он того или нет.

Конечно, я хорошо знал его способности, но в таких вещах я не мог не беспокоиться…

«P.S.: Кстати, раз уж так вышло, позвольте спросить. Юный господин, вы ведь на самом деле не Король Демонов, правда? Если бы это было не так, моя внучка ни за что не была бы вам так верна…………..»

— …ха-ха. Да уж, пожалуй, пора его отпустить.

Обеспокоенно нахмурившись, я прочёл типично дерзкую приписку Альфреда и беспомощно усмехнулся.

Верно, если бы случилось что-то действительно опасное, он бы описал ситуацию и своё местоположение, а не писал бы подобную чепуху в приписке.

Боже правый, что за выживший из ума старик…

— И-ик.

— …Ах.

Как раз когда я немного расслабился и положил письмо Альфреда на стол, я заметил горничную, которая, вероятно, вошла секунду назад и подслушала моё бормотание.

Сохраняя спокойную улыбку, я открыл рот:

— Эм, это было недоразумение, если что…

Но судя по её бледному лицу, было уже слишком поздно что либо объяснять.

Если бы вошла Саша, я мог бы хотя бы тонко намекнуть ей, чтобы она молчала.

Теперь по особняку поползёт ещё один странный слух.

— Я-я не знаю, о чём вы говорили, но, эм, вам нужно немедленно пойти со мной!

Пока я предавался этим мыслям, горничная, которая на мгновение остолбенела, внезапно схватила меня за руку и торопливо сказала:

— П-Парша… в ванной…

— ...?

— О-она… держится за собственное плечо…

Только тогда я понял, что бледность горничной была вызвана не тем, что она меня подслушала.

Молча выслушав её, я мог лишь опрометью выбежать из кабинета.

— Она пытается ударить себя ножом!

Услышав это, я не мог больше оставаться на месте.

***

Лязг—!

Выскочив из кабинета, я на полной скорости понёсся в ванную.

Я затаил дыхание, услышав лязг упавшего на пол металла.

— Ха-а, ха-а…

И то, что я увидел, было в точности как сказала горничная — тяжело дышащая Парша перед зеркалом в ванной.

Её плечо было в ужасном состоянии, очевидно, она несколько раз ударила себя ножом, а пол был залит кровью, текущей из ран.

— …Г-господин.

Пока я в шоке смотрел на эту сцену, Парша вздрогнула и отступила, почувствовав моё присутствие и обернувшись.

— Почему вы вдруг здесь…

— Не думаю, что сейчас это важно.

Наконец придя в себя, я вошёл в ванную с немного напряжённым выражением лица, и Парша, смутившись, начала говорить невпопад — совсем не в своей обычной манере.

— П-простите. Но у меня не было выбора.

— …

— Что бы там ни было… в том письме. Там было что-то о моей личности, да? Я… я это чувствую.

И наконец, я смог более отчётливо предположить, почему Парша так поступила.

— Это было от дедушки? Или от леди Мередии? Нет, это неважно.

— ……

— Ч-что бы ни говорилось в письме, это неправда. Ха-ха…

Её обычная улыбка исчезла.

Лицо было смертельно бледным.

Дыхание сбилось, зрачки дрожали от страха.

Такой взгляд я часто видел в реанимации в своей прошлой жизни.

«Классическое посттравматическое стрессовое расстройство».

Чем светлее человек кажется снаружи, тем больше тьмы он обычно скрывает внутри.

И судя по содержанию письма, оставленного мне Альфредом, тьма Парши должна быть глубже, чем я себе представлял.

— Так что, больше всего на свете, вы должны доверять моим словам…

— …Парша.

К счастью, благодаря моему долгому опыту в реанимации, у меня были хоть какие-то знания о том, как реагировать в подобных ситуациях.

— Для начала, давай сделаем глубокий вдох.

— Ха-а…

Поэтому я осторожно подошёл к ней, опустился на её уровень и тихо прошептал.

Следуя моим словам, Парша глубоко вдохнула, и выражение её лица, казалось, немного смягчилось.

— Мне… жаль.

— …за что?

— Несмотря на то, что я ваша подчинённая, я просто хотела сохранить последнюю толику своего человеческого достоинства.

Но по её следующим словам я быстро понял, что ситуация ничуть не улучшилась.

— …вы разочарованы во мне? Нет, полагаю, это было бы естественно.

— ……

— Доверять что-то тому, кто когда-то был лишь подопытным образцом… даже я считаю это странным.

Её тон и выражение лица немного успокоились, но тьма, пронизывающая её слова, оставалась густой и тяжёлой.

— Честно говоря, как вы, возможно, заметили, я не особо умна.

— Ха-ха…

— Я просто насильно связываю воедино предсказания, основанные на этих искусственно внедрённых видениях потоков и будущего.

Чтобы девушка, способная за день справиться с объёмом бумажной работы, на который у других ушла бы неделя, так себя принижала — её страдания должны быть гораздо сильнее, чем я предполагал.

— Так что… так что……………

— Парша.

Конечно, я и сам проходил через подобное, но даже так, я не хотел говорить, что понимаю её боль.

Потому что боль, какой бы похожей она ни казалась, для каждого человека всегда разная.

И всё же, к счастью, искреннее утешение — мощное лекарство от всех видов боли, особенно душевной.

— Тебе не нужно выливать всё сразу.

— Ах.

Хорошо зная это, я осторожно обнял дрожащую Паршу и прошептал мягким голосом:

— Просто… когда пройдёт достаточно времени и ты будешь готова, пожалуйста, расскажи мне всё.

Затем дрожь Парши постепенно начала утихать.

— …вы не разочарованы во мне?

— Ха-ха. Знаешь что, Парша?

Услышав её тихий голос из моих объятий, я улыбнулся и снова мягко прошептал.

— Величайший талант истинного лидера — умение не отпускать хороших людей.

Может, это был и не идеальный ответ, но, безусловно, лучший, который я мог ей сейчас дать.

— Я не хочу терять лучшего в мире дворецкого из-за какого-то пустякового прошлого.

— …!

— …это подарок, Парша.

В этот момент, вспомнив, что я рассеянно прихватил с собой подарок от Альфреда, я осторожно вложил монокль ей в руку.

— Я подумал, что тебе пора официально занять должность главного дворецкого, поэтому приготовил нечто особенное.

Я почувствовал лёгкий укол вины, но всё же это станет для Парши огромной поддержкой — Альфред наверняка меня простит.

— …такое со мной впервые.

Пока я пытался стереть из памяти образ разочарованного лица Альфреда, Парша тихонько вертела в руках подаренный мной монокль и тихо пробормотала:

— Обычно… один лишь взгляд на вас заставляет моё сердце мучительно сжиматься. Но… впервые оно ощущается… тёплым и покалывающим.

Выражение лица бормочущей Парши впервые стало похоже на лицо обычной девушки её возраста.

— Какая прелесть.

— И-ик…

Сам того не осознавая, я шутливо ущипнул её за щёку.

Затем, заметив, что плечо Парши всё ещё кровоточит, я протянул руку.

— Кстати, рана у тебя на плече довольно глубокая.

— …….

— Я пока что быстро её обработаю.

Я переживал, что ей может быть неловко, поэтому следил за её реакцией, но, к счастью, она ничего не сказала и доверилась моей исцеляющей магии.

— …спасибо.

То ли от побочного эффекта магии, то ли от остаточной боли, Парша уткнулась головой мне в грудь — и сегодня она выглядела особенно очаровательной.

Треск—

Но что-то в исцеляющей магии ощущалось не так, как обычно.

Треск-треск-треск—!

Почему казалось, что плечо Парши горит сероватым светом, а не исцеляется?

— Если такова воля Хозяина… я с готовностью стерплю это…

— П-подожди, что?

— Кха!..

***

Тем временем, в тот же самый миг — в цитадели Теневого Союза.

— …Тень?

— Ч-что не так, моя госпожа?

Женщина, сидевшая на троне из неизвестных костей и тканей, внезапно схватилась за правый глаз и пошатнулась.

Монстры, наблюдавшие за ней со стороны, тут же начали задавать вопросы.

— Нет, всё в порядке.

Но это было лишь на мгновение.

Как только женщина подняла руку и заговорила холодным голосом, в зале мгновенно воцарилась тишина.

— Подумать только, у кого-то уже достаточно силы, чтобы противостоять мне…

Тихо пробормотав это в напряжённой атмосфере, женщина вскоре поднялась с любопытной улыбкой.

— Такими темпами… я могу потерять своё место Короля Демонов.

В её руке был хрустальный шар, а в нём отражалось серьёзное лицо Уитни, внимательно изучающего плечо Парши.

— Да… я должна заполучить его, пока есть такая возможность.

И лицо, что смутно проступило в хрустальном шаре — поразительно походило на лицо Парши.

----------

Истинное имя

— Хе-хе. Хе-хе-хе…

Пока Уитни был в замешательстве из-за странного явления, произошедшего с Паршей во время оказания первой помощи…

— Э-хе-хе-хе…

Саша, шедшая по коридору особняка с необычайно весёлым выражением лица, сама того не осознавая, глупо хихикнула и пробормотала себе под нос:

— Это мой первый отпуск в жизни…

К счастью, обещание Уитни дать ей длительный отпуск после миссии не было ложью.

Оценив её вклад в доставку последней посылки, Уитни пообещал ей около двух недель отпуска и премию со дня своего возвращения в особняк.

Вот почему Саша, с раннего утра напевая себе под нос и с нетерпением упаковывая свои вещички маленькими ручками, теперь шла к кабинету самой лёгкой походкой в своей жизни, надеясь получить официальные документы на отпуск.

«Если подумать, на прошлых работах я сутками не спала…»

Она вдруг стала серьёзной, вспомнив о работах, на которых трудилась до того, как стать горничной.

Работа на кухне, обслуживание, доставка, уборка и многое другое — Саша перепробовала почти всё, чтобы выплатить долг своей семьи, ещё до того, как стать горничной.

«Поместье Лингардов, возможно, на удивление хорошая работа…»

Из-за этого Саша глубоко ценила страховку, систему отпусков и, прежде всего, высокую зарплату, которую поместье Лингардов предоставляло своему персоналу.

На самом деле, большинство оставшихся в особняке служащих, включая Сашу, терпели все трудности в основном именно из-за этих преимуществ.

«…хотя периодические страшилки — это, конечно, проблема».

И всё же, как только она подумала об основной причине, по которой уровень текучести кадров в поместье Лингардов превышал пятьдесят процентов, Саша невольно содрогнулась.

— …Хм?

Внезапно её взгляд за что-то зацепился.

— Ч-что это сейчас было?

— Эм, может, нам стоит зайти и проверить?

Группа незнакомых Саше горничных — что было редкостью, так как она знала почти весь персонал — сгрудилась перед уборной рядом с кабинетом.

— Прошу прощения…

— И-ик!

— В-вы кто?

Когда Саша, склонив голову, подошла к ним, горничные, перешёптывавшиеся перед уборной, подпрыгнули от удивления и задали ей вопрос.

— Я Саша, личная горничная юного господина!

— А-а-а…

— Но кто вы все? Кажется, я раньше не видела здесь ваших лиц…

Саша, весело ответив, задала встречный вопрос, и после минутного обмена взглядами горничные заговорили в унисон:

— М-мы… новоприбывшие горничные.

— Н-нас прислали из Святого Королевства для помощи Герою.

— Ах, понятно! Так вы новенькие!

Их ответы казались странно отрепетированными, но Саша просто улыбнулась и кивнула, подумав, что ей прибыла замена.

— Хм-м? Кстати, почему эта девушка носит что-то странное на ноге?

— Ах, это…

В этот момент взгляд Саши упал на грубую окову, закреплённую на ноге одной молчаливой горничной среди новоприбывших.

— …простой человек.

Молчаливая горничная внезапно угрожающе скривила лицо и прорычала резким тоном:

— Опусти глаза, низшее существо.

— А?

— Как смеет такая соплячка смотреть прямо на… м-м-мф!

Перепуганные, другие новоприбывшие горничные поспешно прикрыли ей рот и, выдавив улыбку, бросились оправдываться.

— Х-ха-ха. У неё просто грубая манера речи. Простите.

— Да, она наша подруга, и у неё всегда были некоторые… проблемы с речью.

Саша на мгновение моргнула, глядя на эту странную сцену, а затем пробормотала, как будто ничего серьёзного не произошло:

— Ну, она это исправит, как только предстанет перед юным господином… Ах.

Затем, кое-что осознав, Саша вздрогнула и неловко огляделась.

— В-в любом случае, почему вы все собрались перед уборной? Кабинет ведь в противоположной стороне.

— Ах, ну…

Горничные снова переглянулись, прежде чем перевести взгляд на уборную и ответить:

— Мы внезапно услышали крик изнутри…

— И оттуда исходит такое жуткое, леденящее чувство…

— ……!

Услышав эти слова, лицо Саши мгновенно побледнело.

— Ш-ш-ш! Все, потише.

— А?

— Н-не шумите и тихо уходите отсюда. Я-я как-нибудь с этим разберусь…

Она настойчиво зашептала, присев на корточки и пытаясь увести озадаченных горничных из коридора.

Скр-р-ри-ип—

— Ах.

Именно в этот момент.

С леденящим душу скрипом дверь уборной открылась.

А затем — тишина.

— И-ик!

В этой тишине Саша заметила выходящего из уборной Уитни и, икая, попятилась назад.

— Я… не в лучший момент, да?

Уитни, улыбаясь ей, держал на руках бессознательную Паршу, плечо которой было покрыто ранами.

— …Саша. Кто эти люди?

— Н-н-несколько новых горничных, присланных из Святого Королевства… по их словам…

Саша быстро опустила взгляд и, дрожа всем телом от холодного голоса Уитни, доложила то, что слышала.

— Ах, понятно… но я просил прислать только одного человека — Рафаэля.

Оставив Сашу позади, Уитни тихо шагнул вперёд и, склонив голову, оглядел столь же бледных новых горничных.

— Почему вы все здесь?

— …м-мы вызвались добровольно.

— Э-это было заветным желанием всей нашей жизни — служить Герою…

Горничные снова начали выпаливать свои, казалось, заранее заготовленные ответы.

— Ха-ха. Нынешние горничные теперь тоже умеют пользоваться святой силой?

— Э-это потому, что нас специально прислали для помощи Герою…

— Вас ведь не Святые Рыцари прислали следить за мной… верно?

Колкий вопрос Уитни заставил горничных онеметь, а по их лицам заструился холодный пот.

— …почему вы не отвечаете?

Выражение лица Уитни стало ещё холоднее, и исходящее от него подавляющее давление заставило горничных инстинктивно отступить.

— Ха-ха-ха… все. Я просто пошутил.

Внезапно рассмеявшись, Уитни махнул рукой и развеял зловещую ауру.

— В Святом Королевстве, должно быть, не хватает людей. Они бы ни за что не стали тратить драгоценные ресурсы, чтобы следить за таким добросердечным Героем, как я, маскируя их под горничных.

— ……

— …что ж, в нашем доме сейчас тоже не хватает персонала. Я найму вас всех.

Когда он заговорил с мягкой улыбкой, горничные, которые настороженно наблюдали за ним, наконец расслабились и вздохнули с облегчением.

— Обычно нужно составить контракт, но, как видите, главный дворецкий особняка сейчас не в состоянии этим заниматься.

— Э-эм, юный господин…

— И всё же, я позабочусь, чтобы вам исправно платили жалованье. Приступайте к работе с сегодняшнего дня. Надеюсь на сотрудничество.

Саша попыталась что-то сказать голосом тише шёпота, но она так съёжилась, что её голос совсем не долетел до Уитни.

— Саша. В ванной немного грязно, так что я был бы признателен, если бы ты убралась там вместе с ними.

— …И-ик. Д-да!

Всё ещё глядя в пол со слезами на глазах, Саша быстро кивнула на слова Уитни.

— А ты… следуй за мной.

— Кх…

— …сопротивляться бессмысленно, так как ты всё равно не можешь мне ослушаться. Не трать силы.

Затем Уитни тихо перевёл взгляд на горничную в кандалах, стоявшую посередине, и зашагал с ней по коридору.

— Юный господин… снова увеличил штат личных горничных.

— После Руниэль теперь эта девушка…

— Ш-ш, он услышит.

Разумеется, другой персонал, привлечённый шумом, выглянул из-за угла в конце коридора и, побормотав, в панике быстро спрятался.

Как бы то ни было, для тех, кто потихоньку научился выживать в особняке, это был всего лишь очередной мелкий инцидент.

— А-а-ай!?

— Ч-что это?..

Но для подозрительно мозолистых горничных, присланных из Святого Королевства, это стало воспоминанием, которое они никогда не забудут.

— Т-там кровь… в ванной…

— Я-я и тёмную магию чувствую?..

Ванная, в которую их привела всё ещё дрожащая Саша, напоминала им не что иное, как место преступления.

— …это краска.

— А?

И тут Саша, ведшая их, сказала нечто ещё более абсурдное.

— То, что на полу — это не кровь, а краска.

— Н-но как ни посмотри…

— …все. Я скажу это лишь один раз, так что запомните.

Оглядев перешёптывающихся новых горничных, Саша вдруг стала совершенно серьёзной.

— Что бы ни случилось в этом особняке, мы ничего не знаем. Любопытство в этом особняке — грех. Понятно?

Её внезапная перемена, всего через несколько мгновений после того, как она дрожала как котёнок, имела больший вес, чем даже угрозы громилы.

— Т-тогда приступим к уборке этой краски?

— …д-да!

— П-поняли!

Так что было вполне естественно, что новые горничные — подозрительно привыкшие к строгой иерархии и приказам — немедленно подчинились Саше.

Это был поистине достойный поступок для Саши, которая недавно заслужила подпольный титул тайного исполнителя, осведомителя и одного из ближайших помощников Уитни в особняке Лингард.

«Эх, а мне так и не утвердили отпуск…»

«— Как и ожидалось, она тот самый хладнокровный цепной пёс, о котором говорят…»

«— …ш-ш, тихо».

К счастью, сама Саша сейчас была больше раздосадована тем, что ей не подписали документы на отпуск, чем уборкой крови с пола, так что вряд ли её задели бы эти слухи.

***

— Эх…

Я уложил Паршу, внезапно потерявшую сознание во время лечения в ванной, на кровать в комнате и, сев на стул рядом, тяжело вздохнул.

«Никому это показывать нельзя… проблематично».

Честно говоря, я хотел вызвать врача, чтобы проверить её состояние, но появившиеся на её плече признаки тёмной магии были проблемой.

В отличие от метки, которую я видел в академии и которая смешалась с моей маной, эта выглядела иначе — должно быть, она была выгравирована давно.

Да. Согласно письму Альфреда, это, должно быть, произошло во времена, когда Парша была подопытным образцом.

«Парша… клон предводительницы тёмных магов, значит».

Честно говоря, это шокирует.

Теперь, когда начали появляться знания, выходящие за рамки того, что я знал, похоже, сюжет действительно начинает отклоняться.

Я бы хотел поговорить об этом с Паршей, чтобы подготовиться к будущему, но прямо сейчас это, вероятно, невозможно.

Мало того, что она без сознания, ей понадобится время, чтобы морально к этому подготовиться.

— Эй. Грязный человечишка.

Вместо этого есть кое-что другое, на чём мне нужно немедленно сосредоточиться.

— Немедленно сними с меня этот нелепый наряд и прояви ко мне должное уважение. Сделай это, и я подумаю о том, чтобы взять тебя в слуги для ускорения воскрешения Короля Демонов.

А именно… этот высший демон, который всё это время сидел на моей кровати, скрестив руки, с самодовольным видом.

«Похоже, ты до сих пор не понимаешь ситуацию».

Я должен взять её под контроль, прежде чем беспокоиться о Люмен Ордо или приглашении от Теневого Союза.

— Если кто-то и не понимает ситуацию, так это ты.

— Хмф.

— Если ты думаешь, что можешь вечно связывать меня каким-то недоделанным контрактом и этой жалкой оковой… ты глубоко ошибаешься.

Конечно, если бы я не был уверен, что справлюсь с ней, я бы не совершил такой сумасшедший поступок, как призыв высшего демона на роль горничной.

— Рафаэльриус Мортем Инфернум.

— И-ик!?

Хоть дела и изрядно сошли с рельсов, мои воспоминания из прошлой жизни всё ещё оказываются полезными.

— …т-ты…

— Аха-ха-ха…

— Откуда ты знаешь моё Истинное Имя!?

Такими темпами… интересно, однажды люди и вправду примут меня за Короля Демонов?

----------

Подопытный

– Подопытный образец 001-P. Перенос способностей завершён. Признаков отторжения нет.

Первой сценой, которую увидела девочка, позже известная как Парша, были бесчисленные взгляды, наблюдавшие за ней, парящей в испытательной пробирке.

– Что будем делать? Это первый случай без признаков отторжения… подождём ещё немного и посмотрим на результаты, или…

– Продолжайте эксперимент.

И среди них самым ярким воспоминанием были глаза женщины, смотревшей на неё с довольным видом.

– В конце концов, у нас более чем достаточно подопытных образцов.

Глаза, что даровали ей способности и миссию и бесчисленное множество раз напоминали о причине. Глаза, которые она не могла забыть, как бы ни старалась.

Даже когда ей ненадолго удавалось избежать этого взгляда, он всё равно являлся ей во снах и душил своим леденящим взором.

Всякий раз, вспоминая его, Парша, сама того не осознавая, просыпалась с криком.

— И-ик!

Да, как и сейчас.

— Ха-а, ха-а…

Это выражение лица не вязалось с её обычной улыбчивой и хитроватой манерой.

— …Ах.

Прекрасно это зная, Парша инстинктивно осмотрелась, а затем торопливо перевела взгляд на своё плечо.

И тут её поникший взгляд снова опустился.

«Я и вправду думала, что на этот раз смогу полностью стать…»

Метка тёмной магии, выгравированная на её плече с незапамятных времён, немного побледнела, но всё ещё была на месте.

В сравнении с ней метка, пропитанная магией Уитни, стала чуть темнее, но всё ещё не была такой же отчётливой, как первая.

— …Ах.

Разочарованно глядя на плечо, Парша вдруг повернула голову на присутствие, которое ощутила рядом.

И там она застыла, так и сидя в постели.

— Ха-ха… ты проснулась?

— ……

— Похоже, тебе приснился кошмар.

Уитни, сидевший прямо у кровати, смотрел на неё сверху вниз со своей фирменной тревожной улыбкой.

— Ты в порядке? Как плечо?

— …в-всё в порядке!

— Для «всё в порядке» рана всё ещё на месте…

Пока Парша, на мгновение растерявшись, мямлила, Уитни протянул к ней руку.

— …хм.

Но на этот раз его рука остановилась, не коснувшись её плеча.

— Этот шрам… значит, это не в первый раз, да?

В пониженном голосе Уитни проскользнула нотка сдержанного гнева.

— П-простите.

— …что?

— Я сделала что-то не так…

Мгновенно это осознав, Парша поспешно извинилась, и Уитни на мгновение склонил голову, прежде чем вздохнуть.

— …ха-а.

В фигуре Парши, неосознанно почёсывающей плечо, он на миг увидел дрожащий образ Мередии.

— Не знаю, кто это с тобой сделал, но… будь уверена.

— Ах.

— Пока я твой наниматель, никто больше не сможет так просто причинить тебе вред.

С этими словами Уитни мягко взял Паршу за руку и прошептал тихим голосом.

Парша моргнула и молча опустила голову.

— А что касается письма…

— Е-если хотите, я расскажу вам всё, что знаю…

— …нет. В этом нет необходимости.

Парша покрылась холодным потом и начала говорить, но Уитни твёрдо покачал головой и прервал её.

— Я бы хотел, чтобы ты рассказала мне всё, только когда сама будешь готова, Парша.

— Э-э…

Обдумывая его слова, Парша склонила голову с нехарактерно пустым выражением лица и робко открыла рот.

— …п-простите, но я не совсем понимаю.

— Чего именно ты не понимаешь?

Всё ещё внимательно следя за выражением лица Уитни, Парша заговорила с растущей неуверенностью:

— Конечно, я уверена, что смогу выполнять приказы или помогать господину прийти к власти…

— ……

— Но я никогда не принимала решений, основываясь на собственном мнении. Ни разу.

Услышав это, глаза Уитни слегка опустились, и Парша, заметив его бледное лицо, быстро открыла рот снова.

— Н-не могли бы вы просто отдать приказ? Например, если мне дорога жизнь, я должна немедленно выложить всё, что знаю…

— Ха-ха, если я так сделаю, то буду похож на третьесортного злодея, не так ли?

— …ха, простите. Это и вправду не подобает Королю Демонов.

Тихо рассмеявшись, Уитни мягко погладил по голове Паршу, которая в смущении прикрыла рот.

— Возможно, это будет непростая просьба, но… я очень надеюсь, что благодаря этому ты сможешь немного измениться.

— ……

— …ты моя способная управляющая. Уверен, ты отлично справишься.

Сама того не осознавая, Парша начала теребить монокль, который однажды подарил ей Уитни, а затем быстро натянула одеяло до самых глаз.

— О-опять… это странное чувство.

— Да?

— Будто щекотно? Просто… это чувство…

Бормоча и лишь немного выглядывая из-под одеяла, Парша покраснела, а Уитни тихо положил руку ей на лоб и снова прошептал:

— А пока просто отдыхай. Я некоторое время буду выполнять твои обязанности…

— …Ах.

— Я наложу простое заклинание сна, чтобы ты расслабилась. А теперь…

И с этими словами её окутала тёплая сонливость.

…она и сама не знала почему.

Медленно закрывая глаза во сне, Парша посмотрела на Уитни, с беспокойством смотревшего на неё, и пробормотала про себя:

«Как я и думала, именно вам я должна служить…»

В отличие от кое-кого другого, кто ни разу не открыл глаз.

Хозяин, которому она могла без страха смотреть в глаза, как это ни парадоксально.

Хозяин, которого она выбрала по собственной воле.

«Даже если вы и не Король Демонов…»

То, что когда-то было средством для выполнения данной ей миссии, теперь постепенно становилось её собственной целью.

— …а теперь, полагаю, я должен вернуться к твоей истории.

Смакуя ощущение впервые зародившейся личности, Парша с усилием приоткрыла глаза от внезапно похолодевшего голоса Уитни.

— Рифаэлиус Мортем Инфернум.

— …Кх.

— Ты до сих пор не поняла, что бессмысленное сопротивление бесполезно?

Её хозяин источал леденящую жажду убийства, топча ногой голову архидемона, который ещё мгновение назад дрожал и распластывался по полу.

— Хе-хе…

Наблюдая за этой сценой и скривив губы в слабой улыбке, Парша окончательно закрыла глаза и подумала про себя:

«…конечно, было бы ещё лучше, будь он и вправду Королём Демонов».

По правде говоря, помимо долга или цели, личные вкусы Парши с самого начала склонялись именно в эту сторону.

***

Уложив Паршу, которая, несомненно, многое пережила, отдохнуть в свою комнату, я приступил к ментальному перевоспитанию архидемона.

Несколько часов спустя.

— Итак, давай повторим пройденное.

— …

Наконец-то мне удалось хоть в какой-то степени приручить это существо.

— Сидеть.

— Гр-р-р…

— Лапу.

— Гр-ра-ах…

Конечно, я добился лишь того, что она освоила базовые команды «сидеть» и «лапу», но по сравнению с нашей первой встречей это был огромный прогресс.

— Хорошая девочка. Молодец.

— Я убью тебя, я убью тебя, я убью тебя…

Разумеется, она всё ещё не могла удержаться от того, чтобы скалить свои демонические акульи зубы и излучать на меня убийственные намерения.

И всё же стоило отметить, что она полностью адаптировалась к контролю через её истинное имя.

— Поздравляю…

— В-вы и вправду Герой…

— В-вот это да…

Пока я стоял с довольным выражением лица, горничные, нервно наблюдавшие за моей тренировкой из сада, захлопали с бледными лицами.

— Я с детства мечтал завести питомца. Ха-ха…

— …в-вот как.

Хвастаясь перед горничными, я улыбнулся и добавил тихим голосом.

— Да, этот питомец в особенности… очень в моём вкусе.

— ……

— Она выглядит сильной, хорошо будет охранять дом… и тренировать её тоже приятно.

Конечно, я не говорил это всерьёз.

Я лишь следовал инструкции по общению, которую Альфред оставил на 28-й странице: «В общении с малознакомыми людьми разряжайте обстановку непринуждённой шуткой».

— Ах, аха-ха…

— Э-этот питомец, да?..

— …ик, хи.

Как и ожидалось, мой юмор высокого полёта — обращаться со свирепым демоном как с домашним животным — идеально зашёл, и все рассмеялись.

Судя по их реакции, было ясно — у меня настоящий талант к комедии. (п.п. уверен, они плачут от смеха)

«Надо определённо использовать это почаще…»

— Эй, брат.

Как раз в тот момент, когда я купался в лучах самодовольства, тихо заговорила Сесиль, стоявшая на страже рядом со мной вместо занятой Руниэль.

— Прости. Но больше так не шути.

— А? Неужели так плохо?

— Дело не в том, что плохо… эх.

Посмотрев на меня с трудноописуемым выражением, Сесиль сбросила настоящую бомбу.

— …если честно, это было даже не смешно.

— Кхм.

— Ты первый человек, которого я встретила, кто шутит хуже Альфреда.

Пусть это и была Сесиль, но с этим я смириться не мог.

— …остальные согласны?

На этом этапе мне ничего не оставалось, как задать вопрос всем присутствующим для объективной оценки.

— Н-нет!

— Э-это было смешно!

— Я-я даже сначала не поняла, что это шутка… нет, это было великолепно!

Как и ожидалось, горничные, нервно переглядывавшиеся, быстро встали на мою сторону.

— Так у кого теперь нет чувства юмора?

— …Кх.

Чувствуя себя победителем, я посмотрел на Сесиль с самодовольным видом, пока та, потирая лоб, качала головой.

— Ты ведёшь себя как Король Демонов…

— …?

— Не может быть… не может же быть, правда?..

Рафаэль, которая до этого рычала, скорчившись передо мной, вдруг прищурилась и пробормотала.

«…а ведь она, кажется, не самая сообразительная».

Заметив промелькнувшее на её лице глуповатое выражение, я тихо скривил губы в усмешке, когда в моей голове родилась идея.

«Может… я смогу её обмануть».

Она утверждала, что является заместителем Короля Демонов, но на самом деле Рафаэль была настолько глупа, что даже среди архидемонов её считали расходным материалом.

Но что, если я смогу воспользоваться этой её чертой и полностью её одурачить?

Возможно, я смогу превратить этого проблемного демона в боевую единицу, не уступающую Руниэль.

«Если я и вправду вживусь в роль… это может сработать…»

Проблема в том, смогу ли я достаточно хорошо изобразить Короля Демонов.

Честно говоря, я не уверен.

Неужели кто-то поверит, что такой чистый и непорочный человек, как я, играет Короля Демонов?

— Хм, кхм.

И всё же, кто не рискует, тот не пьёт шампанского.

Осторожно оглядевшись, я прочистил горло и начал говорить:

— Ха. Так ты наконец признала Короля Демонов этой эпохи.

И в этот миг в саду воцарилась тишина.

— …брат?

Пока тишина стояла гробовая, Сесиль, стоявшая рядом, широко раскрыла глаза и произнесла:

— Постой, не может быть… правда?

— ……

— Ты шутишь, да? Ведь да?

Пока она смотрела на меня, я обернулся и взглянул на горничных, которые все как одна опустили головы и дрожали.

«…почему?»

Я всего лишь понизил голос и на секунду изобразил крутого.

Почему они так реагируют?

И погодите, я же Герой?

Почему они воспринимают это так серьёзно…

— …ты серьёзно?

Пока я ошеломлённо стоял, пытаясь спасти положение, я не мог поверить в то, что услышал дальше.

— Т-ты действительно… Король Демонов?..

Рафаэль, которая мгновение назад скалила на меня зубы, теперь виляла хвостом с сомнением на лице, задавая мне этот вопрос.

«…это всё серьёзно... очень серьёзно идёт не туда».

Неужели люди всегда видели меня таким?..

----------

Истина

— Хм-м.

После шокирующего озарения в саду я вошел в кабинет со слегка обеспокоенным видом и, глядя в висевшее на стене зеркало, негромко пробормотал:

— Неужели я и впрямь выгляжу таким злодеем?..

Честно говоря, если не считать подозрительного прищура, во мне не было ни единой черты, из-за которой меня можно было бы принять за Короля Демонов.

— А может, я даже выгляжу вполне прилично?

Конечно, оценивать собственное лицо — занятие необъективное, поэтому перед тем, как войти в кабинет, я попытался расспросить нескольких слуг.

Но все они либо отводили взгляд, либо неловко поднимали большой палец вверх, бормоча, что у меня безобидный вид, так что я быстро сдался.

— Эх...

Может, спросить леди Мередию?

Но если я услышу от неё что-то плохое, боюсь, моя психика не выдержит...

— Э-эй, человек.

— ...?

— У-у меня есть просьба.

Так или иначе, я с этими невеселыми мыслями мрачно опустился за стол, как вдруг рядом раздался тихий голос.

— Сними на минутку эту проклятую окову.

Рафаэль после случая в саду стала необычайно тихой, но теперь, указав на окову на своей ноге, бесстыдно обратилась с этой просьбой.

— Ты это серьезно? Думаешь, я соглашусь?

— Ну, ты ведь уже знаешь моё Истинное Имя, верно? Для меня это куда более крепкие оковы, чем эта дрянная железка.

— Возможно, и так...

Я собирался со смешком отклонить её просьбу, но, как ни странно, в словах Рафаэль был смысл, поэтому я прищурился и указал на изъян в её логике:

— Но это ведь не повод мне тебе помогать, так?

— Я просто хочу кое-что быстренько проверить. Клянусь, это всего на миг!

— ...хм-м.

— Да не делай ты такое лицо! Тебя что, всю жизнь обманывали? А?

Словно отчаявшись, она похлопала себя по груди и с умоляющим видом принялась упрашивать меня.

— Как думаешь, Руниэль, что мне делать?

К этому моменту мне и самому стало немного любопытно, и я тихо обратился к плотно закрытой двери.

— ...как вы узнали, что я снаружи?

Мгновение спустя Руниэль, смущенно просунув голову в приоткрытую дверь, спросила:

— Э-м, я просто почувствовал, что ты в это время закончишь работу и будешь добровольно меня охранять...

— Ожидаемо, господин. Сегодня у меня появился еще один повод для восхищения.

Мне стало её немного жаль, но, по правде говоря, я не догадался — я её отчётливо ощущал.

«В последнее время я чувствую присутствие своих помощников, если они рядом...»

Например, Руниэль только что стояла за дверью кабинета и несла вахту.

Парша всё ещё крепко спит на кровати в моей комнате.

Саша снуёт по коридору первого этажа.

Я не ощущал Бергена или Альфреда, которые были за пределами особняка, но всё же смутно чувствовал их присутствие где-то там.

«Может, это эффект той метки?..»

Если анализировать причинно-следственную связь, то самой вероятной причиной были метки, вырезанные на моих помощниках.

И всё же я не мог отделаться от странной тревоги.

— Так что скажешь насчёт того, чтобы выслушать просьбу этого демона?

— Если лишь на мгновение, думаю, ничего страшного не случится.

Поскольку сейчас первоочередной задачей было держать надоедливого демона в узде, я задал вопрос напрямую Руниэль, которая уже беззвучно стояла рядом со мной с ледяным блеском в глазах.

— Неважно, насколько она великий демон, она лишилась большей части своей силы. А с Мечом Первого Героя мы с ней справимся.

— Ай! Убери эту штуку!!!

— Ни за что, демон.

Когда Руниэль угрожающе взмахнула Мечом Первого Героя, который я ей подарил, Рафаэль взвизгнула и спряталась у меня за спиной.

— Хорошо. Я сниму замок всего на миг.

— Да!

— ...но если вздумаешь выкинуть какой-нибудь фокус, пеняй на себя.

Увидев это, я наконец успокоился и начал с помощью белой магии снимать печать с оковы на её ноге.

— Кх... обязательно использовать белую магию? Нельзя просто снять её руками?..

— Не смей жаловаться на милость своего господина.

— Тц, говоришь прямо как мои старые товарищи...

Несмотря на её ворчание, когда окова со звоном упала на пол, она радостно улыбнулась и встала.

— Фух... какое облегчение. Эта штука раздражала сильнее, чем казалось.

— Разве ты только что не назвала её дрянной железкой?

И в тот миг, когда я с озадаченным видом съязвил в ответ, случилось это.

Вжух—

Внезапно тёмная энергия вихрем вырвалась из тела Рафаэль, образовав в воздухе слабую дугу.

— Стой!

Почти одновременно Руниэль молниеносно обнажила меч и решительно заслонила меня собой.

— Эй, успокойся. Я же сказала, что всё в порядке.

— Что ты творишь!..

— Такие демоны, как я... Мы падки на обещания, знаешь ли.

Руниэль начала источать жажду убийства, почувствовав угрозу в том, как быстро Рафаэль восстанавливает силы, но та оставалась невозмутимой, даже когда ей к горлу приставили меч, и смотрела прямо на меня.

— Руниэль, опусти меч.

— Но, господин...

— ...все в порядке. Я должен нести ответственность за свои слова.

В обычной ситуации я бы, сам того не осознавая, пришел в ужас.

Даже зная её Истинное Имя, попытка контролировать такого демона, как Рафаэль, могла привести к катастрофическим последствиям.

«Так почему я совсем не боюсь?»

Но, в отличие от обычного, у меня не было ни дурных мыслей, ни страха, что что-то пойдёт не так.

— Хм-м... я всё ещё чувствую лишь эту раздражающую божественную силу...

«Мне показалось? Но я уверен, что что-то почувствовал тогда, в саду...»

Напротив, демон, полностью восстановивший свою ауру и разглядывающий меня, словно подопытный образец, казался почти смешным.

«...это определенно странно».

Не зная, как объяснить это чувство, я молча сидел на месте.

Тут Рафаэль вдруг, словно собака, обнюхала мою шею, подняла голову и произнесла:

— Эй, открой глаза.

— ...глаза?

— Ага-ага. Думаю, только это и осталось.

Лишь тогда я пришел в себя и, слегка нахмурившись, ответил:

— Так они у меня и так открыты...

Что в прошлом, что в настоящем, фраза «открой глаза» была самой ненавистной для меня. Она что, нарочно?

— Нет, не так. Не щурься. Распахни их пошире, с силой, вот так!

Но Рафаэль с необычайно серьезным лицом даже показала пример, широко распахнув собственные глаза, и продолжала меня подгонять.

— Если я права, то твоя сила точно...

— ...вот так?

Почесав затылок, я наконец сделал, как она показала — вложил силу в глаза и широко их распахнул.

— Да, вот так... а?

— ...!

Честно говоря, даже я не понял, что произошло дальше.

— Я сделал, как ты сказала. И что теперь?

— Простите, простите, простите, простите...

— ...А?

— Я посмела, я посмела, я посмела, я посмела...

В тот миг, когда я после недолгого молчания попытался заговорить снова, Рафаэль вдруг обмякла, рухнула передо мной и принялась без конца извиняться.

— Хах, ха-а...

— Руниэль?

Но ещё более поразительным было то, что Руниэль с искажённым от ужаса лицом сидела на полу, задыхаясь.

— Господин, если позволите... думаю, вам лучше больше не открывать так глаза.

— П-почему?

Я растерянно смотрел на неё, и следующие слова Руниэль, произнесенные так, словно они давили ей на сердце, повергли меня в новый шок.

— ...я впервые в жизни чуть не лишилась чувств от страха.

Постойте, неужели я и впрямь выгляжу так ужасающе?

***

Глубокой ночью в одном из самых умиротворенных мест поместья графа Лингарда — комнате Сесиль Лингард.

— Эй, Сесиль.

— ...да?

— Уделишь минутку?

Сесиль, только что принявшая ванну и, как обычно, готовившаяся ко сну, склонила голову набок, услышав голос за дверью, и перевела на неё взгляд.

— Что-то случилось?

— О, ничего серьезного... я просто хотел кое-что у тебя спросить.

Её старший брат, исполняющий обязанности главы дома и недавно удостоенный титула Героя — Уитни — заглядывал в приоткрытую дверь, смущенно задавая свой вопрос.

— Что ты чувствуешь, когда смотришь на меня?

— Что за странный вопрос, ни с того ни с сего?

— Да ничего особенного... просто в последнее время мне кажется, что люди как-то странно на меня смотрят.

В обычной ситуации она бы скривилась и швырнула в него подушкой, но сейчас образ Уитни в глазах Сесиль был на небывалой высоте.

Поэтому, сидя на кровати с распущенными волосами, Сесиль на мгновение серьёзно задумалась над его вопросом.

— Честно говоря... ты и правда кажешься немного пугающим.

— Ох.

Когда она, закончив размышлять, прямо ответила, у Уитни отвисла челюсть.

— Когда ты улыбаешься без причины, у меня мурашки по коже пробегают...

— ...

— А когда ты серьезен, по спине пробегает холодок, и я невольно отвожу взгляд...

Если бы она сказала это с прямолинейной жестокостью бунтующего подростка, он мог бы и отмахнуться, но теперь, когда Сесиль перешла на его сторону, её честная оценка вонзилась ему в сердце, словно кинжал.

— И всё же, я думаю, с тобой всё в порядке.

Как раз когда лицо Уитни омрачилось, Сесиль с мягкой улыбкой продолжила тихим голосом:

— В конце концов, важен твой образ мыслей, верно? И в этом смысле ты потрясающий человек, брат.

— ...ха-ха.

— Я за тебя ручаюсь. Так что не слишком беспокойся о том, что говорят люди.

На мгновение Уитни застыл с ошеломленным видом, а затем растроганно пробормотал:

— Спасибо... сестренка.

— Вообще-то, я уже позаботилась о странных слухах, которые распускали слуги.

— А?

Услышав это, Уитни слегка склонил голову набок, озадаченный беззаботным заявлением Сесиль.

— Знаешь, даже если они сначала сопротивляются, то в конце концов замолкают, если продолжать их наказывать.

— Что ты имеешь в виду?..

— А тех, кто продолжал судачить у тебя за спиной, я отдельно проверила и составила список. О, хочешь, заодно поделюсь им с тобой?

То, как при этих словах сверкали глаза Сесиль, делало её такой же пугающей, каким обычно казался Уитни.

— Сесиль... когда ты успела совершить столь похвальный поступок?

Проблема была в том, что для Уитни его сестра выглядела просто как усердная будущая глава дома.

— Учитывая твоё выступление на отборочных матчах, ты, должно быть, очень занята в последнее время...

— Нет, все в порядке. Эти мелкие домашние дела можешь оставить на меня. Я прослежу, чтобы всё было улажено без единого писка...

Когда Сесиль пошла ещё дальше и проявила инициативу, уголки губ Уитни слегка приподнялись.

— ...ведь это ты должен спасать мир, верно?

Её холодная улыбка, контрастирующая с его теплотой, мерцала в лунном свете у окна, создавая трудноописуемую атмосферу.

— Наша маленькая Сесиль... ты выросла.

— Хе-хе.

И хотя из-за разной ауры их часто принимали за кого угодно, но не за брата и сестру, в этот миг они были похожи как никогда.

***

Тем временем, в то же самое время, в самом сердце Святого Королевства — в святилище Святой.

— Г-госпожа Святая?

— ...

— Ч-что вы только что сказали?..

Тайно призванный первосвященник стоял перед Хестией, сидевшей с опущенной вуалью, и недоверчиво таращил глаза.

— Я повторю в последний раз.

— П-постойте, я не просил вас повторять, я просто...

— ...сэр Уитни — не настоящий Герой.

После её решительного заявления священник умолк и резко втянул воздух.

— Настоящий Герой — его сестра. Я намеренно скрыла это и представила Героем сэра Уитни.

— З-зачем вы так поступили?..

— Что ж, можете считать это естественным порядком вещей.

Для того, кто всю жизнь посвятил себя лишь учениям и вере Святого Королевства, слова Хестии звучали совершенно дико.

— Сэр Уитни обладает достаточным потенциалом, чтобы быть избранным мною.

— Я-я не уверен, что понимаю...

— Эх, тогда я объясню так, чтобы вы поняли.

Когда бледный священник вскочил на ноги, готовый бежать, Хестия внезапно сменила тон, и он замер на месте.

— Если хотите уйти отсюда целым и невредимым, то примите крещение.

— ...

— Если вы станете одним из апостолов сэра Уитни, как и я, обещаю не применять силу.

Даже если бы он не замер, Третий Святой Орден, перерождённый после крещения Хестии, уже блокировал выходы, так что побег был бы бессмыслен.

— Так что же вы выберете, брат? Фу-фу...

Благодаря Хестии, ставшей преданным апостолом и подчиненной Уитни, его влияние стремительно росло — без его ведома.

----------

Хобби юной герцогини

Прошла примерно неделя с тех пор, как рождение Героя перевернуло Империю с ног на голову.

— Госпожа, я принесла чай и закуски... госпожа?

Как и всегда, Клара, личная горничная Мередии, в назначенное время принесла угощения в комнату своей госпожи.

Но сегодня, почувствовав, что её хозяйка необычайно тиха, она недоуменно склонила голову набок.

— Вас что-то беспокоит?..

С-с-са-а-а—

— ...Ай!

Внезапно накатившая волна жажды убийства заставила её вздрогнуть от испуга.

— А, это ты.

— Д-да! Это я! Может быть... вы сегодня не в настроении для закусок?

— Нет... просто оставь их на столе.

К счастью, Мередия, чьи глаза до этого холодно блестели, быстро подавила враждебность, поняв, что перед ней не враг, и лишь махнула рукой.

— А, поняла!

Хотя Мередия и была известна своим истеричным характером, в последнее время она демонстрировала слугам несколько иную, леденящую душу манеру поведения.

Например, она могла внезапно застыть посреди дела, а затем впасть в глубокую задумчивость, или её лицо без причины краснело, и она что-то бормотала себе под нос.

Или вдруг начинала допрашивать горничных, с которыми за всю жизнь и словом не обмолвилась, об их личной жизни.

«...это определенно из-за него».

Хотя среди слуг ходили самые разные теории, острое чутье опытной горничной Клары, прослужившей Мередии много лет, указывало на одного человека.

«Уитни Лингард. Это он её изменил».

В ту ночь, когда Мередию и Уитни вызвали во дворец для награждения за их заслуги, Клара отчётливо видела и подозрительные вопросы Мередии, и её покрасневшие уши, когда та выходила из кареты.

В то время она подумала, что у Мередии просто плохое настроение.

Но когда она сложила это с инцидентом с романтическим признанием во время отбора талантов, а также с потоком статей в прессе, вывод напрашивался только один.

По мнению Клары, эксперта по любовным романам, это означало, что в сердце ужасающей леди Мередии наконец-то пришла весна.

«...конечно, никто, кроме меня, в это не верит».

Естественно, любой, кто хоть немного знал Мередию, не поверил бы в подобную теорию.

Те, кто был не в курсе, просто сплетничали о нашумевшем романе между леди и графским сыном, напечатанном в жёлтой прессе.

Но те, кто знал, как Мередия обходится с людьми, которые приближаются к ней со скрытыми мотивами, и какой холодной она может быть, никак не могли истолковать её связь с Уитни как нечто романтическое.

Поэтому среди слуг герцога Эмбегрина и в ближнем кругу Мередии Уитни уже считался политическим союзником, с которым она заключила договор.

«Я дольше всех нахожусь рядом с госпожой — я-то вижу разницу».

Однако Клара, поступившая на службу в дом ещё в юности и наблюдавшая, как растёт Мередия, могла заметить в своей госпоже тонкие перемены.

— Хм-м...

...да, вот это выражение лица!

Например, прямо сейчас — лицо Мередии, нежно гладившей ручную птичку, прилетевшую в самый подходящий момент, было неоспоримым доказательством.

Платиновая канарейка, цветом напоминавшая волосы Мередии, была единственным существом, к которому та с детства проявляла привязанность.

И всякий раз, когда она прикасалась к этой канарейке, её лицо приобретало отрешенный, мечтательный вид, совершенно не вязавшийся с её обычным состоянием.

Так Клара и поняла, что недавний мечтательный взгляд на лице госпожи появлялся всякий раз, когда она думала о ком-то, к кому прониклась симпатией.

«Эх, если бы только она открылась мне, я бы помогла ей всем, чем могу...»

Но даже осознав это, Клара мало что могла сделать.

Мередия от природы была недоверчива и редко общалась с прислугой.

Даже Клара, будучи её личной горничной, не могла просто подойти и предложить обсудить её любовные терзания.

— Тогда, госпожа, я пойду...

И вот, снова внутренне цокая языком от досады, Клара уже собиралась тихо покинуть комнату...

— ...эй, ты.

— Да?

— Присядь вон там на секунду.

...как вдруг Мередия подняла голову и остановила её.

— Ничего серьезного. У меня просто есть вопрос.

— Прошу, спрашивайте о чём угодно.

Хоть Клара и опешила от столь редкого момента, она быстро повиновалась, села и приготовилась внимательно слушать.

— Я слышала, ты помолвлена и собираешься замуж.

— Д-да! Совершенно верно!

— Тогда... ты когда-нибудь встречалась со своим женихом?

И, разумеется, вопрос, который задала ей Мередия, превзошёл все ожидания Клары.

— Э-э, ну...

Хоть она и служила Мередии, по рождению Клара всё же была дворянкой.

А большинство дворянок в Империи не встречались с женихами — их выдавали замуж в браках по договоренности, решенных их семьями.

— К-конечно, госпожа! Я в этом деле, можно сказать, эксперт!

Естественно, Клара не была исключением.

Но, сама того не заметив, она солгала своей госпоже прямо в лицо.

— Хм-м...

— Если вас что-то беспокоит в этой области, я могу выслушать...

Мысль о возможном наказании за ложь быстро уступила место предвкушению услышать о романтических переживаниях Мередии.

— П-прошу прощения, если я навязчива...

— Это чисто гипотетическая ситуация.

К счастью для Клары, Мередия не пронзила её своим проницательным взглядом.

Вместо этого она отвела глаза и продолжила:

— ...если во время отношений я чувствую, что меня слишком тянут за собой, что мне делать?

— Кха! Кхе-кхе...

Услышав это, Клара вдруг закашлялась, едва сдерживая смех.

— Что такое?

— Н-ничего, я просто немного поперхнулась...

Она ведь не могла сказать Мередии, что никак не ожидала услышать от неё столь девичий вопрос.

— Госпожа, вы знаете, что самое важное в отношениях?

— ...и что же?

Клара прикрыла рот рукой, подавляя усмешку.

Затем выпрямилась с серьёзным лицом и начала давать совет.

— Тактика «ближе-дальше».

— Ближе-дальше?

— Да! Это основа всех техник по завоеванию мужчины!

— ...объясни подробнее.

— Конечно!

Хоть Мередия и начала с недовольным выражением лица, уверенная манера Клары постепенно увлекла её.

— Ключ в тонкой психологической войне. Своего рода тактическая битва, чтобы взять верх.

— ...само по себе это мало что объясняет.

— Тогда позвольте привести пример. Допустим, ваш партнёр — ваш жених, сэр Уитни...

— Почему именно он?

— Ну... просто было бы странно использовать кого-то другого в качестве примера, нет?

— ...резонно. Продолжай.

Хотя она едва не рассердила Мередию посреди разговора, Кларе удалось продолжить своё объяснение.

— Если бы сэр Уитни вдруг прислал вам письмо с приглашением поужинать вместе сегодня вечером, что бы вы сделали?

— ...как грубо. Какая дерзость.

— В-верно? Так что бы вы тогда сделали? — Спросила Клара, и её глаза заблестели, а руки крепко сжались в кулаки.

Мередия на мгновение задумалась, скрестив руки на груди, и спокойно ответила:

— Я бы пошла к нему лично.

— Что?

— Я пойду и выскажу ему всё в лицо, отчитаю за дерзость и добьюсь извинений.

Клара, на мгновение застывшая с пустым выражением лица, переспросила тихим голосом:

— ...а ужин?

— Ужин... я останусь.

— ...

— Несмотря на дерзость, он ведь приготовил его для меня. Было бы немного неловко просто уйти.

Кларе показалось, что выражение лица Мередии в этот момент было странно невинным — совсем не похожим на неё обычную.

— Госпожа! Если вы так отреагируете, то никогда не возьмете верх!

— Тогда что я должна делать?

— Вы должны его проигнорировать! Это и есть часть «дальше» в тактике «ближе-дальше»!

Из-за внезапной и пылкой тирады Клары Мередия помедлила, прежде чем снова заговорить.

— Но что, если это заденет его чувства?

— ...ох, матушки. Да вы по уши влюбились, не так ли?

— Что ты сказала?

— Н-ничего. Именно для этого и существует часть «ближе».

Клара мягко объясняла, и выражение лица Мередии, внимательно слушавшей её, постепенно становилось серьёзным.

— Например, вы игнорируете его приглашения около недели, а затем внезапно сами присылаете ему приглашение на ужин.

— Хм-м...

— Если вы так сделаете, сэр Уитни, который всё это время с тревогой гадал, что же он сделал не так, естественно, тут же примет это приглашение.

— Пожалуй, это правда...

— А потом вам останется лишь быть с ним немного милее. Используя эту психологическую тактику, вы сможете естественным образом взять верх в отношениях.

По правде говоря, Клара никогда не то что не играла в «ближе-дальше», но даже не встречалась со своим женихом один на один, однако для Мередии её слова звучали на удивление убедительно.

— Конечно, это не сработает, если в отношениях сильный дисбаланс. Но вы и сэр Уитни почти на равных, верно?

— ...я же сказала, что это всё гипотетически. Уитни был просто удобным примером.

— Ах, эм, да. Прошу прощения.

— И всё же... совет неплохой.

Клара, искоса взглянув на Мередию, кивнувшую с нарочито отстраненным видом, была вынуждена ущипнуть себя за бедро, чтобы не рассмеяться.

«Так госпожа всё-таки человек...»

Для Клары, которая всегда служила Мередии в постоянном напряжении, эта новая сторона её язвительной госпожи была совершенно освежающей.

А тот факт, что эта новая сторона проявилась из-за того, что она смутилась из-за мужчины... что ж, это заставило Клару почувствовать к ней неожиданную близость.

— Заходи почаще, хорошо?

— Хе-хе, благодарю...

Клара хихикнула про себя, вежливо поклонившись Мередии, которая, как ни в чем не бывало, вернулась к своему обычному состоянию.

Кар—!

— Боже!

Внезапно что-то подлетело к окну комнаты госпожи, испугав Клару.

— Г-госпожа, это одна из ваших птиц?

— Я не держу таких глупо выглядящих ворон.

— Т-тогда, мне прогнать её?

— Делай, как хочешь.

Поняв, что это была ворона слегка придурковатого вида, Клара подошла к окну, чтобы её согнать.

— Эм... г-госпожа, это... кажется, почтовая птица.

— ...что?

— К её лапке привязано письмо...

Но в тот миг, когда она обнаружила письмо, привязанное к лапе вороны, глаза Клары расширились.

— О боже, это письмо от сэра Уитни! На нём герб дома Лингард!

— ...неси сюда.

Мередия, до этого молча наблюдавшая за ситуацией, спокойным голосом отдала приказ, когда Клара взволнованно повысила голос.

— Госпожа, помните! Ближе-дальше!

— ...

— Это идеальный шанс опробовать тактику в реальной жизни!

Клара, сверкая глазами, быстро отвязала записку от лапки вороны и, снова засияв от восторга, протянула её Мередии.

— ...мне нужно собраться.

— Простите?

Но Мередия внезапно встала и тихо пробормотала, оставив Клару растерянно моргать.

— Мой жених говорит, что хочет кое-куда со мной сходить.

— Н-но... а как же «ближе-дальше»?

Клара поспешно попыталась напомнить ей о совете, но Мередия, уже почти вышедшая за дверь, лишь тихо ответила:

— ...я разберусь.

С этими словами дверь в комнату госпожи тихо закрылась.

— Ха-ха...

Оставшись одна, Клара растерянно моргнула, затем перевела взгляд на окно и со вздохом пробормотала:

— Хорошо же им...

Платиновая канарейка, которую Мередия ценила больше всего, подлетела к окну и с любопытством склонила голову набок рядом с недоумевающей вороной.

— ...теперь еще и птицы издеваются.

Это было идеальным отражением текущей ситуации.

***

— ...ближе-дальше, значит.

Примерно в то же время, когда Клара смотрела потухшим взглядом на двух птиц...

— Да, это определенно хороший совет.

Мередия, молча идя по коридору, достала из кармана защищенный магией документ и пробормотала холодным голосом.

「Вот информация, которую вы запрашивали о главе Люмен Ордо, Тиффани Астелейд.」

Документ содержал десятки строк потенциально взрывоопасной политической информации, но внимание Мередии было приковано лишь к последней строке.

「...и последнее, хоть это и может быть незначительным: раньше она была подругой детства вашего жениха, сэра Уитни.」

— ...особенно в такой ситуации.

Если бы Клара увидела выражение лица Мередии, когда та перечитывала эту строку, эмоциональная близость, которую она только что почувствовала после стольких лет, испарилась бы в одно мгновение.

----------

Повышение

— ...хм?

Отправив леди письмо, я собрался и вышел из особняка, но тут же озадаченно замер, увидев процессию, выстроившуюся в саду.

— А почему все на улице?..

По какой-то причине все слуги особняка ровными рядами стояли по обе стороны сада.

— Ничего особенного. Это я приказала.

— ...Сесиль?

Пока я, склонив голову набок, оглядывался, Сесиль, незаметно вышедшая следом за мной, с улыбкой произнесла:

— Ну как? Чувствуется достоинство дома графа Лингарда?

Конечно, вид всех слуг особняка, склонивших головы по обе стороны, был весьма впечатляющим.

Но это же не какой-то парад в честь победы — неужели мне нужны такие проводы, чтобы просто выйти из дома?

— Когда герой и нынешний глава дома отправляется в путь, слуги должны как минимум сделать это.

— Эм, ну...

— Разве не так, братец?

На робкий вопрос я получил уверенный ответ Сесиль и лишь покорно кивнул.

В любом случае, это было доказательством того, что Сесиль полностью взяла особняк под свой контроль.

Если у слуг и были какие-то жалобы, мне просто придётся по-тихому немного поднять им жалованье.

— Что ж, доброго пути.

— ...ха-ха.

— Ах да, и передай от меня привет сестрице Тиффани.

Я уже молча спускался по лестнице, погруженный в свои мысли, когда её слова, брошенные в спину, заставили меня остановиться и задуматься.

«Вместо того чтобы передавать приветы, мне, скорее всего, придётся перед ней кланяться и лебезить».

Хотя в детстве мы с Сесиль недолго дружили с ней, это всё в прошлом.

Дом Астелейд, основательницей которого была не кто иная, как бывшая Святая, в настоящее время стоит во главе всех белых магов мира.

Более того, Тиффани настолько талантлива, что никто не возражал против её назначения на пост главы, несмотря на то, что она на несколько лет моложе меня.

«Если на этой встрече мне не удастся её убедить, то, честно говоря, будущее выглядит безрадостным».

Именно поэтому для меня — человека, которого исподтишка проверяют на прочность две великие державы, Империя и Святое Королевство — поддержка Люмен Ордо абсолютно необходима.

Какими бы могущественными ни были Императрица или Папа, им будет трудно пойти против главы Альянса Белых Магов, ключевого игрока в грядущих событиях, только для того, чтобы разобраться со мной.

Проблема в отвратительных характерах Тиффани и её ближайших помощников...

Но, честно говоря, смогу ли я без проблем заручиться их поддержкой, всё ещё было под вопросом.

Изначально я планировал взять с собой Паршу, которая, как мне казалось, нашла бы с ними общий язык, но после того, как я узнал о её тесных связях с темной магией, этот вариант отпал.

Так что пока я, хватаясь за соломинку, отправил леди письмо с просьбой о помощи, но, поскольку это была просьба в последнюю минуту, я сомневался, что она ответит.

«...если меня потом хотя бы не отчитают, уже удача».

И всё же, даже в одиночку, я должен выложиться на полную.

Хоть я и неожиданно для себя стал Героем, я не собираюсь относиться к этой роли легкомысленно.

Наоборот, когда я думаю об этом как о вызове, как о попытке достичь истинной концовки «Blacktail Fantasy 3», которой не достиг никто другой, во мне разгорается огонь.

«И... что самое важное, я очень не хочу теперь видеть, как леди падёт и станет финальным боссом».

Хотя за всё это время я непреднамеренно сломал немало флагов плохих концовок, на удивление, всё ещё высока вероятность того, что леди Мередия может стать финальным боссом.

Как недавно притихший принц Майер...

Или герцог Эмбегрин, исчезнувший так же, как и мой отец...

Или даже Императрица, полная мыслей о том, как бы держать её в узде.

Конечно, самой большой угрозой будет предводительница тёмных магов — Великая Тень.

Согласно моей теории, именно она наложила на леди Мередию необратимое проклятие и является серым кардиналом всего происходящего.

«И та странная сила, которой я обладаю, может быть единственным ключом к победе над ней».

Будь то частичная нейтрализация проклятия леди, которое никто другой не может ослабить, или невольное нанесение меток, напоминающих эмблемы, на высокопоставленных чиновников...

К этому моменту уже практически неоспоримо, что у меня есть какая-то скрытая способность.

Так что, помимо убеждения Люмен Ордо, целью этой встречи должно стать и раскрытие тайны моей силы.

— Эх... Какое величественное зрелище.

— ...хм?

Так или иначе, пока я приводил мысли в порядок, впереди вдруг раздался знакомый голос.

— Вот как должен выглядеть Король Демонов... ммм.

— ...Парша?

Стоя перед каретой, Парша с сияющими глазами оглядывала выстроившихся в ряд слуг.

Я немного беспокоился, так как вчера она весь день проспала на моей кровати, но, к счастью, похоже, она полностью восстановила силы.

— Это и правда... как-то трогательно.

— ...верно?

— Для рыцаря... лицезреть своего господина во всём его достоинстве — всегда желанно.

И не только явно оживившаяся Парша, но даже Руниэль оглядывалась по сторонам с необычно взволнованным блеском в глазах.

— ...братец, к своим ближайшим помощникам нужно относиться по-особенному. Так ты утверждаешь свой авторитет.

— А-а...

Сначала я не понял, что они тут делают, но шёпот Сесиль за спиной заставил меня осознать, что в этом действительно есть какой-то смысл.

«Это... чем-то напоминает сборы босса мафии, не так ли?..»

Уже некоторое время меня не покидало странное ощущение несоответствия, будто я стал не праведным героем, а какой-то шишкой из преступного мира, но, вероятно, это просто говорит во мне моё современное мировоззрение.

— ...кхм, хм.

— ..?

Пока я мысленно себя успокаивал, сбоку вдруг раздалось покашливание.

— О, здравствуйте, господин.

— ...а?

Повернувшись на звук, я увидел не кого иного, как архидемона Рафаэль — ещё вчера такую непокорную — которая смиренно стояла среди горничных и махала мне рукой.

— Разве раньше ты не называла меня простым человечишкой?..

— Д-да? Я всю ночь стирала и убирала, так что не очень хорошо помню...

Не знаю, что она замышляет, но после вчерашнего инцидента в кабинете она стала заметно послушнее и начала выполнять свои обязанности горничной.

«Ну, раз она сейчас ведёт себя прилично, всё должно быть в порядке?..»

Честно говоря, её внезапная перемена очень подозрительна, но это всё же лучше, чем открытое неповиновение.

На всякий случай я оставил Руниэль в особняке, так что, даже если она что-то скрывает, ничего серьёзного до моего возвращения произойти не должно...

— Ай! Ик...

Постойте-ка.

Почему Саша стоит между Руниэль и Паршей с абсолютно бледным лицом?

— Сесиль, а почему Саша там?

— ...хм? А разве Саша не одна из твоих помощниц?

— Ха-ха...

Любопытство взяло верх, и я осторожно задал Сесиль вопрос, но, услышав её недоуменный ответ, лишь неловко почесал затылок.

«Если подумать, Саша теперь технически тоже мой помощник...»

Хотя Саша не так давно в особняке, текучесть кадров среди горничных настолько высока, что, условно говоря, её можно считать ветераном.

Кстати, если подумать, несмотря на её выступление на отборочном матче, я так и не сделал для Саши ничего из обещанного.

Может, стоит воспользоваться случаем и повысить её?

— Я-я ведь... я не против просто постоять в строю...

— Саша, ты что, пытаешься уклониться от такой почётной должности?

— Н-нет, я не это имела в виду... Ай!

Точно, куй железо, пока горячо.

Будет лучше наградить её публично, пока все слуги собрались здесь.

С этой мыслью я подошел к Саше, которая о чём-то говорила с Паршей. Заметив моё приближение, она широко раскрыла глаза и съёжилась.

— Саша, поздравляю с повышением до главной горничной.

— ...а?

Я громко объявил об этом, похлопав её по плечу, и над садом повисла тяжёлая тишина.

— Теперь ты будешь отвечать за всех горничных в особняке.

— Ч-что? А?

— И, конечно, это предполагает повышение зарплаты. Разве не здорово?

В этой тишине раздался растерянный голос Саши, а горничные, стоявшие с опущенными головами, с любопытством зашептались.

— Значит... отдуваться теперь Саше.

— ...бедняжка.

— Хотя, если подумать, лучшей кандидатуры и не найти. Половина правил выживания в особняке и так написана Сашей...

— Тс-с! Если они узнают, что такая вещь существует, нам всем конец...

Из-за расстояния я не всё расслышал, но, судя по настроению, это была смесь поздравлений и зависти.

— Т-тогда... это значит, я больше не ваша личная горничная?..

Тем временем Саша осторожно наблюдала за моим выражением лица и задала этот вопрос.

Я твёрдо ответил, чтобы оправдать её ожидания.

— Конечно нет. Ты продолжишь исполнять эту роль. Ты, несомненно, моя ближайшая помощница.

— ...ах.

— Что ж, впредь я буду на тебя ещё больше рассчитывать.

Признавать и уважать ценность своих подчинённых — вот что делает начальника настоящим лидером.

К счастью, Саша, казалось, была искренне тронута тем, что я понял её чувства.

— Ха-ха... ха-ха-ха...

Она расслабленно рассмеялась с глуповатой улыбкой, и вид её наполнил меня теплом.

«Саше и вправду повезло с таким начальником, как я». (п.п. *крик чайки*)

Может, в следующий раз, когда у меня будет свободное время, стоит навестить её семью.

***

Цок-цок—

С довольной улыбкой Уитни помахал из кареты провожающим его помощникам и слугам, и она быстро отъехала от особняка.

— Кх... угх...

И снова над садом воцарилась тишина, нарушаемая отчаянным бормотанием.

— Почему мой ранг всё время растёт?!

Саша, со слезами на глазах, готовая вот-вот разрыдаться, схватилась за голову, и со всех сторон на неё посыпались сочувственные взгляды.

— Может, это потому, что ты отказалась от отпуска и так усердно наставляла новых горничных?

— Ах, точно. М-мой отпуск!

Благодаря невинному замечанию Парши Саша осознала, что упустила ещё один шанс взять долгожданный выходной, и завыла ещё громче.

— ...чего стоите? Живо за работу.

— ...?!

— И ты, Саша, не переживай так.

Сесиль, наблюдавшая за Сашей со стороны, одной командой разогнала слуг, а затем мягко подошла к ней и заговорила.

— У меня тоже есть право подписывать заявления на отпуск, знаешь ли.

— Ах!

— Но взамен я хочу кое о чём тебя попросить...

При этих словах глаза Саши расширились, и она с радостным видом поспешно приблизилась к Сесиль.

— О чём, юная леди?

Глядя на рвущуюся в бой Сашу, Сесиль прищурилась и прошептала с леденящей улыбкой, до странности знакомой.

— ...я слышала, в последнее время по особняку ходят какие-то странные документы, похожие на слухи.

— Ах.

— Ты... что-нибудь об этом знаешь?

Кажется, страданиям Саши не было конца даже после того, как она стала главной горничной.

***

— Похоже... она теперь полностью на стороне господина.

Тем временем.

Парша тихо пробормотала, искоса взглянув на Сесиль, которая начала допрос Саши.

— Полагаю, её наконец-то можно вычеркнуть из списка опасных лиц.

Она с удовлетворением улыбнулась и уже повернулась, чтобы вернуться в особняк...

— ...эм, эй. Ты.

— М?

— Ты здесь правая рука, так?

Это была Рафаэль, которая всё это время нервно топталась в саду. Затаив дыхание, она задала свой вопрос.

— ...полагаю, да.

— Стой, не надо так напрягаться. Просто выслушай.

Парша, настороженно наблюдавшая за ней, вскоре посуровела.

— Ваш господин... кто он такой на самом деле?

— ...

— Делать вид, что не знаешь, бесполезно. Я-я видела. Я видела, когда он открыл глаза.

Всё ещё дрожа и нервно оглядываясь, Рафаэль продолжала говорить.

— Как белый маг может одновременно владеть силой господства... а?

— Ш-ш-ш.

Но прежде чем она успела договорить, её рот резко закрыли.

— Говорят, и у стен есть уши.

— ...

— Нельзя так неосторожно разбалтывать секреты нашего господина...

Рука Парши прижималась к губам Рафаэль, а её глаза засияли холодным блеском.

----------

Подарок

— Почему у меня в последнее время так чешутся уши?..

Я прибыл к воротам герцогства Эмбегрин и ждал сообщения от леди Мередии, когда мои уши вдруг зазудели, и я, без всякой на то причины теребя их, что-то пробормотал.

— Что ж, оно неудивительно.

— ...а, леди Мередия. Вы уже здесь?

В этот момент я услышал сбоку холодный голос — голос, к которому я уже успел привыкнуть.

— Учитывая, какой знаменитостью ты стал, людей, смотрящих на тебя с презрением, наверняка ещё больше.

Леди Мередия, стоявшая у приоткрытой дверцы кареты, смерила меня угрюмым взглядом и произнесла эти слова.

— Не думаю, что я сделал что-то, за что меня могли бы невзлюбить...

— ...это была шутка?

— Нет, я серьёзно...

Хоть меня часто неправильно понимают из-за моей подозрительной внешности, я всегда гордился тем, что поступаю праведно.

Разве не благодаря этой черте я смог растрогать даже Святую Хестию, которая сейчас должна быть в Святом Королевстве?

Честно говоря, получить признание от самой Святой — это повод для гордости, но этот проклятый лукизм — что в прошлой жизни, что в этой — никогда не меняется.

— Даже если бы ты и вправду не сделал ничего дурного, людей, которые тебя ненавидели бы, всё равно было бы предостаточно.

Пока я слегка пал духом, леди Мередия, молча наблюдавшая за мной, заговорила твёрдым голосом:

— Разве Святое Королевство, которое должно всеми силами поддерживать Героя, не подослало недавно рыцаря в обличье горничной под предлогом надзора?

— Постойте, откуда вы это знаете?

— Ты явно недооцениваешь мою разведывательную сеть.

Когда она вдруг выдала такую информацию, у меня по спине пробежал холодок, и я осторожно задал вопрос, на что леди Мередия ещё сильнее сузила глаза.

— Захоти я, и мне бы доставляли поминутный отчёт о каждом твоём шаге.

— ...звучит как-то пугающе.

— Что ж, не переживай. Я пока не планирую подсылать кого-нибудь в твой особняк.

Сказав это, она слегка изогнула губы, но из уст Мередии это совсем не походило на шутку.

— Даже если у супругов нет личного пространства, это уже, по-моему, перебор...

— Извини, но я по-другому не умею.

И всё же, полагаю, стоит утешаться тем, что теперь она в полной мере считает меня своим женихом.

Хотя даже это — шаткие отношения, которые могут измениться в любой миг в зависимости от настроения Мередии.

Впрочем, учитывая, что на каждую нашу встречу она надевает подаренное мной кольцо, думаю, пока мне не о чем беспокоиться.

— Ну что, выдвигаемся?

— ...

— Если выедем сейчас, то прибудем на базу Люмен Ордо примерно к закату.

Так или иначе, время поджимало, и я распахнул дверцу кареты, но леди Мередия не сдвинулась с места.

— А я разве говорила, что поеду с тобой?

— ...прошу прощения?

— Связаться со мной не за день, а в день отъезда — твоя грубость как всегда на высоте.

На миг я недоумённо склонил голову, а затем ледяной ответ леди Мередии оставил меня в полном замешательстве.

«Для таких слов выглядит она так, будто полностью готова к выходу...»

Не в своём обычном пышном наряде, а в удобной, подходящей для передвижения одежде.

При ней был её складной веер, который она всегда брала с собой, и макияж, настолько лёгкий, что почти незаметен.

Всё это противоречило её словам, но вместо того, чтобы указать на это, я лишь склонил голову и извинился.

— Прошу прощения, миледи.

— ...

— Я не учёл вашего положения.

Затем, украдкой взглянув на неё, чтобы оценить реакцию, я уловил мимолётное удовлетворённое выражение на её лице.

— Если тебе нужна была защита, мог бы привести свой так называемый элитный эскорт.

— ...ха-ха.

— Если нужна была стратегия, мог бы притащить ту высокомерную девчонку.

Пока она снова отчитывала меня с холодным видом, я молча слушал, а затем начал выдавать то, что считал наилучшим ответом в данный момент.

— Даже они вдвоём не идут ни в какое сравнение с вами, миледи.

— ...

— Вы никогда не проигрывали в дуэлях и всегда были лучшей ученицей в академии...

— Откуда ты это узнал?

Я действительно проговорился, выдав знание из прошлой жизни, но, к счастью, у меня уже было достаточно опыта, чтобы изящно всё сгладить.

— Моя разведка, может, и не так хороша, как ваша, миледи, но мой интерес к вам — вне всякой конкуренции.

— Жуть.

— А-ха-ха...

Так я думал, но, видя, как её глаза сузились от отвращения, понял, что одних слов тут может быть недостаточно.

«Но что я вообще могу для неё сделать?»

Проблема в том, что даже если я захочу что-то для неё сделать, я почти ничего не могу ей дать.

Даже если я подготовлю самый роскошный подарок, леди Мередия может просто щёлкнуть пальцами, и на следующий день ей в особняк доставят точно такой же.

Недаром крупнейшие купцы империи склоняются перед её словом, игнорируя при этом императорские указы.

— Миледи, если вы поможете мне в этот раз, я исполню одно ваше желание — любое, какое только пожелаете.

Так что единственное, что я могу сделать — это выписать долговую расписку, где залогом буду я сам.

— ...любое?

К моему удивлению, это, кажется, сработало.

— Конечно. Кто посмеет лгать вам, миледи?

— Хмф. Должно быть, ты и вправду в отчаянии.

Леди Мередия бросила на меня косой взгляд и шагнула в карету, а я мысленно возликовал и быстро занял своё место.

— Тебе придётся сдержать это обещание. Ценой своей жизни.

— ...разумеется. Ха-ха.

От её уточнения у меня по спине пробежал холодок, но это уже была проблема для будущего меня.

Поэтому я не стал слишком об этом беспокоиться.

— Мне уже надоело каждый раз накладывать на эту дешёвую карету заклинание против подслушивания.

— В следующий раз я обязательно подготовлюсь заранее...

Но, глядя, как она, едва сев напротив, одним щелчком пальцев накладывает защитное заклинание, я не мог отделаться от ощущения, что меня во что-то втянули. Или надули.

«Да нет, показалось».

Уж наверняка леди Мередия не стала бы плести интриги лишь для того, чтобы выиграть у меня билет на одно желание.

— Итак, вернёмся к тому, с чего мы начали...

Пока я с тревогой почёсывал затылок, леди Мередия снова легко щёлкнула пальцами, захлопывая дверцу кареты, и, тихо глядя на меня, заговорила:

— Я тоже ничего плохого не делала, но было время, когда я была предметом людских сплетен.

— Вот как?..

— Поэтому я сама дала им повод меня ненавидеть. Намеренно.

Она надменно улыбнулась и пожала плечами, но, зная немного о её прошлом, в моих глазах она выглядела немного жалко.

— Это как-то грустно.

— ...это ещё почему?

— Если бы люди видели то выражение лица, которое вы порой приберегаете для меня, думаю, ненавидящих вас стало бы куда меньше...

С озорной улыбкой я поддразнил её, и лицо леди Мередии мгновенно скисло.

— Я всё думала, какую ещё чушь ты сморозишь, и вот, пожалуйста.

— Конечно, я предпочитаю, чтобы вы были такой только для меня... Ай! Больно!

Едва я собрался продолжить шутку, как леди Мередия ударила меня веером, и только тогда я замолчал.

...честно говоря, это было больше похоже на удар дубинкой, а не веером.

Видели бы слуги в особняке, каким жалким я сейчас выглядел.

Хотя, полагаю, это лучше, чем если бы леди Мередия прослыла злодейкой.

— Ещё одна такая шутка, и в следующий раз я щёлкну пальцами, а не веером воспользуюсь.

— ...ха-ха.

В любом случае, благодаря всем этим перипетиям леди Мередия наконец присоединилась к нам, и я почувствовал себя спокойнее перед предстоящим путешествием.

***

Пока Уитни откинулся на спинку сиденья со слегка расслабленным выражением лица...

«Так вот что означает «дальше» в тактике «ближе-дальше»...»

Мередия, сидевшая напротив и прятавшая лицо за раскрытым веером, молча наблюдала за Уитни, погрузившись в глубокие раздумья.

«Но... как делать «ближе»?»

Это была из тех дилемм, которые заставили бы её горничную Клару расхохотаться, если бы та услышала, но сама Мередия относилась к проблеме с предельной серьёзностью.

«Если слишком давить, наверняка будут побочные эффекты. Но я не хочу, чтобы казалось, будто на меня смотрят свысока».

В отличие от благородных девиц в академии или той же Клары, которая наверняка прочла множество любовных романов, у леди Мередии не было ни опыта, ни знаний в этой области.

— Эй.

— А, да?

Погружённая в свои мысли и сверля Уитни взглядом поверх веера, Мередия внезапно окликнула его.

— Дай руку.

— Так внезапно?

— ...с каких это пор ты мне пререкаешься?

— Ха-ха, я и не говорил, что не дам.

Услышав её резкий тон, Уитни неловко опустил взгляд и поспешно протянул руку.

— Не правую, левую.

— Слушаюсь.

Он быстро сменил руку по её команде, а затем спросил слегка обиженным голосом:

— Это ведь не... какой-нибудь трюк для дрессировки собак?

— Заткнись и не двигайся.

Проигнорировав его колкость, Мередия достала что-то из кармана.

— А. Что это?..

С некоторой тревогой наблюдая за её движениями, Уитни вздрогнул, когда что-то скользнуло на его левый безымянный палец, и с удивлением повернулся к Мередии.

— Кольцо удачи, которое ты мне подарил — такой древний артефакт, что их больше не осталось.

— А...

— Поэтому я заказала его точную копию у одного приличного ювелира.

Как она и сказала, на безымянном пальце Уитни было кольцо, точь-в-точь как то, что носила Мередия.

— Честно говоря, удачи оно, кажется, совсем не прибавляет.

— ...

— Но дизайн практически тот же.

На самом деле, это была не работа ювелира — Мередия сама тайно не спала ночами, создавая точную копию и выжидая идеального момента, чтобы подарить её ему. Но эта часть была её маленьким секретом.

— Вы дарите это мне?

— А что, по-твоему, такое помолвочное кольцо? Оно имеет смысл, только если оба носят одинаковые.

— Это правда... звучит логично.

— Если понял, просто прими с благодарностью. Хватит нести чушь.

Хоть она так и не придумала, как «естественно» сделать шаг «ближе», её смелый ход ошеломил Уитни. Он уставился на свой левый безымянный палец, а затем тихо пробормотал:

— Теперь даже совершенно посторонний человек догадается о характере наших отношений.

— ...полагаю, да.

Ответив не подумав, Мередия вздрогнула и отвела взгляд к окну.

— Я ожидал чего-то вроде «Не пойми меня неправильно, это всего лишь для контракта», но?..

— ...заткнись.

— Слушаюсь.

Клара советовала, что правильная тактика «ближе-дальше» требует пауз между действиями.

— Но, леди Мередия, мне кажется, я сейчас действительн...

— ...я сказала, заткнись.

И всё же, версия тактики «ближе-дальше» от Мередии закончилась хорошим результатом — а значит, всё было в порядке.

***

Тем временем, в тот же самый момент, в подземном зале базы Люмен Ордо, уставленном всевозможными подозрительными магическими кругами...

— Госпожа, Герой только что отбыл.

— ...И-ик!?

Когда горничная вошла в комнату и доложила обстановку, девушка, которая была на чём-то сосредоточена в углу, подпрыгнула и быстро спрятала то, что держала, за спину.

— Поняла. А теперь убирайся.

— ...наводить красоту для первого за долгое время гостя — это, конечно, хорошо, но, может, сначала стоит умыться?

— П-просто убирайся!

Пытаясь говорить властно, девушка взвизгнула, когда горничная указала на ручное зеркальце, торчащее у неё из-за спины.

— Эх...

Горничная, глядя на неё как на капризного подростка, тяжело вздохнула и вышла из комнаты.

«Защитница Сияния, Хранительница Небесных Тайн, Наследница Великого Мага, Повелевающего Семью Звёздами, Обладательница Очей Сверкающей Мудрости, Повелительница Течения Млечного Пути... (сокращённо)... Верховная Правительница Белой Магии — Владения Тиффани Астелейд».

Когда за ней захлопнулась дверь, горничная посмотрела на нелепую табличку, занимавшую всю её поверхность, и устало пробормотала:

— Говорят, у графа Лингарда очень хорошо платят персоналу... может, стоит просто сменить работу?

----------

Односторонняя любовь

Скр-р-рип—

Проехав довольно долго, карета начала замедлять ход и вскоре плавно остановилась.

— Похоже, мы скоро прибудем.

— …можешь не говорить, я и так знаю.

С тех пор как я получил от леди кольцо, моё сердце странно трепетало, и я всё это время не отрываясь смотрел в окно. Когда я повысил голос, спереди донёсся скучающий ответ.

«Леди так быстро приходит в себя…»

Возможно, дело в том, что ей пришлось многое пережить, но скорость её ментального восстановления была на совершенно ином уровне по сравнению с моей.

Конечно, как и у всего на свете, у леди тоже должны быть свои пределы, но всё равно казалось, что порог её прочности до смешного высок.

От мыслей о людях, которые довели до падения такого человека, как она, у меня почему-то становилось не по себе.

— Кстати, оплот белых магов выглядит мрачнее, чем я ожидал.

— И не говори…

— Нет, если присмотреться, это вообще нечто запредельное.

Пока я размышлял об этом, пристально глядя на леди, она отвернулась от окна и, слегка нахмурившись, пробормотала:

— Судя по виду, нам повезёт, если отсюда не выскочат привидения.

— Может, так и выглядит, но это второе по безопасности место в мире после Святого Королевства.

Как и сказала леди, крепость, считавшаяся главной базой белых магов, источала жуткую атмосферу, словно сошедшую со страниц вампирского романа.

Но что бы это ни было, никогда нельзя судить лишь по внешности.

В большинстве рутов с плохими концовками эта жутковатая на вид крепость становится последним бастионом, сдерживающим вторжение леди Мередии после того, как она становится финальным боссом.

По крайней мере, если учесть, что это место сбора белых магов, специализирующихся на защите и обороне, в этом есть смысл.

— Что ж, имидж академии сильно пострадал после последнего инцидента, так что, полагаю, это вполне естественно.

— …ха-ха.

Для справки, академия тоже имела долгую и славную историю, отразив два вторжения Короля Демонов.

Но из-за недавних событий её репутация серьёзно пошатнулась.

Почему-то я почувствовал укол вины, но если я позволю этому беспокоить меня сейчас, то не смогу двигаться дальше.

Кроме того, с леди Мередией, владеющей достаточным состоянием, чтобы контролировать экономику империи, в роли нынешнего директора академии, та по крайней мере не развалится.

— Ах, прежде чем мы выйдем, я хотела кое-о чём спросить.

Благодарный за то, что такой человек был не моим врагом, а моей невестой, я уже собирался выходить из кареты, когда она, тоже готовясь к выходу, внезапно задала мне вопрос.

— Да, спрашивайте что угодно…

— Какие у вас отношения с Тиффани Астелайд, главой Люмен Ордо?

— Ах.

Конечно, что бы это ни было, я был готов любезно ответить в меру своих знаний, но внезапный холод в её голосе заставил меня вздрогнуть и проглотить слова.

Каждый раз, когда леди источает такой холод, мне кажется, что я теряю день жизни.

— Когда вы получили её письмо, ваша реакция была немного… и, судя по тому, что я слышала, вы, кажется, знакомы.

Что ещё хуже, за такими вопросами часто следуют острые наблюдения, и мне кажется, что я теряю уже два дня жизни, пытаясь подобрать правильные слова.

— С ней… что ж, полагаю, мы шапочно знакомы через моего отца.

— …и это всё?

— Ну, в детстве я несколько раз играл с ней и Сесиль. Но повзрослев, мы почти не общались.

Для леди, которой не нравилось даже присутствие Руниэль, Парши или Саши рядом со мной, это был, вероятно, наилучший из возможных ответов.

И на самом деле, я вообще не видел Тиффани с тех пор, как меня отверг Люмен Ордо, так что технически у неё не должно быть никаких поводов для подозрений…

— Я слышала несколько иное.

…похоже, повод всё-таки был.

Едва уловимая враждебность во взгляде леди Мередии, которым она смотрела на меня, говорила сама за себя.

— Почему вы умолчали о слухах насчёт помолвки между вами?

— …прошу прощения?

— Ты теперь пытаешься что-то от меня скрыть?

Я робко съёжился, но, услышав её резкий допрос, смог лишь в замешательстве склонить голову набок.

— Простите, но я действительно впервые об этом слышу…

— …

— Не знаю, где вы это услышали, но клянусь жизнью, что, кроме вас, ни о какой помолвке никогда не было и речи.

Пытаясь донести свою невиновность и поглядывая на её ледяное лицо, я начал копаться в глубинах своих детских воспоминаний.

— Если предположить… может, был один случай во время игры в понарошку, когда мы скрепили мизинчики и поклялись пожениться…

— …

— Но это же были просто детские игры, верно? Уверен, никто из нас не воспринял это всерьёз. Ха-ха.

К счастью, от моих поспешных заверений мрачное выражение лица леди начало немного светлеть.

— Не могу понять, то ли ты бесстыдно пытаешься сгладить углы, то ли и впрямь ничего не знаешь…

— …если вы мне действительно не доверяете, можете убедиться сами.

Теперь, когда я это сказал, стало странно.

Если бы она просто немного изменила цвет глаз, то смогла бы определить, лгу я или нет — так почему она так себя ведёт?

— Хм….

Я уставился на неё с обиженно-обвиняющим взглядом, и в тот момент, когда наши глаза встретились, я тут же расслабился.

«Я всегда об этом думал, но у неё действительно красивые глаза».

Печальная мысль, зная, что в большинстве рутов эти прекрасные глаза однажды окрасятся в непроглядную тьму.

Конечно, я больше этого не допущу.

— Довольно, оставь это.

?

…?

— Слишком расточительно тратить это на подобные вещи.

Пока я молча смотрел на неё, погружённый в свои мысли, она тихо отвернулась и пробормотала вполголоса.

— Эм, миледи.

— Что ты делаешь? Не выходишь?

— Прежде чем мы выйдем, я бы очень хотел кое-что сказать.

Хоть я и пережил сегодня ещё одно её испытание, на этот раз у меня было что сказать со своей стороны.

— Что бы ни говорили белые маги из Люмен Ордо, я надеюсь, вы немного потерпите их — ради меня.

Когда я заговорил, осторожно оценивая её настроение, она, слушая, слегка улыбнулась.

— Ты так говоришь, но в глубине души они все хорошие люди….

— А, да. Пожалуй, в этом есть смысл.

Увидев её реакцию, я подумал, что, возможно, зря беспокоился.

С другой стороны, учитывая, насколько проницательна и хорошо осведомлена леди Мередия — возможно, даже лучше Бергена — она, вероятно, с самого начала знала обо всех странностях Люмен Ордо.

— У меня тоже когда-то были трудности из-за старейшин моей семьи.

— Э-эм….

— И всё же, не слишком унывай.

Как только я начал чувствовать облегчение, слова, сорвавшиеся с её губ, заставили холодный пот снова потечь по моей спине.

— Неважно, насколько чопорные и замкнутые эти белые маги, они не посмеют оскорбить моего жениха прямо мне в лицо.

— Аха-ха….

Похоже, леди Мередия считала Люмен Ордо чем-то вроде совета старейшин герцога Эмбегрина, который когда-то загнал её в угол.

Честно говоря, Люмен Ордо далёк от подобных тёмных интриг и политических игр.

— Я правда не знаю.

— А?

Потому что вся эта группа — по сути, сборище гигантских чудаков.

— Вы лучше поймёте, когда встретитесь с ними лично….

…А?

Если подумать, мне становится немного страшно от того, какое лицо будет у леди Мередии всего через несколько минут.

***

— Рада вас видеть.

Примерно пять минут спустя мои прежние опасения оправдались несколько раньше, чем я ожидал.

— Моё имя — Мария. Я распорядительница этой крепости, исполненной мудрости света, надзирательница теней и та, что служит Хранительнице Сияния.

Главная горничная, приведшая за собой большую группу служанок в традиционной униформе, встала передо мной и заговорила на особом наречии белых магов, которого я не слышал целую вечность.

— …что эта женщина только что сказала?

— Она — главная горничная Люмен Ордо и личная служанка главы, Тиффани Астелайд.

Когда на лице леди Мередии от этих слов появилось несвойственное ей отсутствующее выражение, я, слегка покраснев, тихо перевёл для неё.

— Это занимательно.

К счастью, ход её мыслей, казалось, двинулся в несколько ином направлении, чем я опасался.

— Место, где собираются белые маги со всего мира, но не появляется ни один из них, а вместо этого приветствуют слуги. Они не просто проигнорировали формальности — они их растоптали.

Что ж, для благородной леди, с детства воспитанной по всем правилам этикета, эта сцена, должно быть, казалась совершенно сюрреалистичной.

Но если она начала чувствовать это только сейчас, я боялся представить, что она подумает, когда развернётся следующее событие.

— Здравствуйте, мисс Мария.

…?

— Если вас не затруднит, не могли бы вы проводить нас туда, где находятся белые маги?

В любом случае, я не мог просто стоять там вечно, поэтому обратился к главной горничной, но что-то в атмосфере было не так.

— О-он… говорит нормально?

— И содержание тоже нормальное. Даже тон вежливый…

— Ч-что такое? Разве он не белый маг?

В смысле, это же не какой-то фэнтезийный мир — я просто говорил с элементарной вежливостью, так что это за реакция?

— …Хранительница Сияния ожидает вас внутри, где нити ваших судеб переплетутся. Позволите ли вы мне стать вашими глазами и повести вас?

— Эм, мисс Мария.

Когда главная горничная, до этого безучастно смотревшая на меня, снова перешла на своё наречие, я вздохнул и снова открыл рот.

— Вы можете говорить со мной нормально.

— …п-правда?

— У меня мурашки по руке бегут, так что, пожалуйста, умоляю вас….

Услышав это, она удивлённо моргнула, а затем с недоверчивым выражением лица спросила:

— Ч-чтобы уточнить, вы сэр Уитни Лингард?

— Да, это я. Я белый маг, но большую часть жизни провёл в академии и в родовом поместье. Ха-ха…

После моего смиренного ответа среди стоявших рядом горничных пронёсся шёпот.

— З-значит, не все белые маги совсем уж сумасшедшие, да…

— Я думала, белая магия сводит людей с ума.

— К-кто знает. Может, если он закатает рукава, у него там татуировка с чёрным огненным драконом…

Даже леди Мередия, судя по её растерянному виду, теперь, кажется, почувствовала что-то странное.

— …никогда бы не подумала, что существует компания, в которой тебя считают нормальным.

Я хотел спросить, что она имеет в виду, но, учитывая ситуацию, решил отложить этот разговор и одарил главную горничную светлой улыбкой.

— Что ж, тогда я пройду внутрь.

— Да… ах, а кто эта леди рядом с вами?

— Это леди Мередия, моя спутница, а также моя невеста.

В тот момент, когда я закончил фразу, над нами повисла неловкая тишина.

— Ах.

— Ох.

— Эм…

Горничные, прекратившие шептаться, почему-то все разом ахнули в наступившей тишине.

— П-прошу прощения. Если вы не возражаете… не могли бы вы вкратце рассказать, в каких отношениях вы состоите с Хранительницей… то есть, с главой?

— …хм, друзья детства?

Я склонил голову набок от этого вопроса, затем почесал затылок и ответил главной горничной, которая выглядела странно взволнованной.

— Это… уже не исправить…

— …что нам делать? Там уже всё готово.

— Я-я не знаю…

Затем лица ближайших горничных помрачнели, и атмосфера стала ещё более гнетущей.

— Н-не могли бы вы подождать здесь минутку?

— А?

— Мне нужно кое-что быстро проверить в поместье….

В тот же миг, как главная горничная попросила разрешения, она в панике бросилась бежать, и, глядя, как она исчезает в здании, я невольно содрогнулся от неведомого холода и покосился на леди Мередию.

…что-то мне подсказывает, что сейчас произойдёт нечто грандиозное.

Вероятно, потому, что глаза леди Мередии, которая ранее в карете сказала, что было бы расточительством использовать её силы, теперь стали красными.

***

— О, Хранительница Сияния.

— …а? Да, хорошо.

Тем временем, в гостевой комнате Люмен Ордо.

— Простите, но в каких отношениях вы состоите с прибывшим?

— Этот человек… хм.

Тиффани Астелайд, до этого тихо смотревшая в окно, откашлялась и ответила на срочный вопрос Марии.

— Он — мой партнёр во тьме и моя предначертанная судьбой вторая половина. Тот, с кем я разделю вечные узы крови.

Переварив этот драматичный ответ, Мария недоверчиво моргнула и спросила:

— То есть… другими словами, ваш парень?

— З-заткнись! Просто иди и приведи его!

Когда Тиффани взвизгнула в знак протеста и резко отвернулась к окну, Мария на мгновение застыла, а затем спрятала лицо в ладонях.

— Ха… чёрт побери….

Цветочный ковёр, который горничные Люмен Ордо расстилали всю ночь, теперь словно насмехался над ней с пола.

— И что, чёрт возьми, нам теперь делать?

----------

Люмен Ордо

— Сэр Уитни, мне ужасно жаль, но… вы должны пройти прямо в зал для совещаний.

— Что?

Когда главная горничная, леди Мария, вбежала в крепость, мы с леди, ожидавшие её, в замешательстве склонили головы набок от её внезапных слов по возвращении.

— Мы изначально готовили скромную приветственную церемонию… но возникла серьёзная проблема…

— Так из-за этой проблемы Люмен Ордо решил пропустить формальности и сразу перейти к совещанию, так?

— М-мне поистине стыдно. Позвольте мне принести глубочайшие извинения от лица всех…

Последовало абсурдное объяснение, и леди с ошеломлённым выражением лица пробормотала ледяным голосом:

— Чем дальше, тем хуже.

— Ха-ха…

— Будь я на вашем месте приглашённым гостем, я бы не стала это молча терпеть.

Хоть это было и не её дело, то, как она разозлилась за меня, почему-то тронуло меня.

И всё же, я должен был разрядить обстановку, защитив Люмен Ордо.

«По-моему, эти люди никогда раньше не принимали чужаков и, скорее всего, запланировали какое-то дикое приветствие, которое вышло из-под контроля».

Даже если это было не так, было ясно, что у этой социально неловкой группы не было злых намерений по отношению ко мне.

— Ну, я уверен, у них есть на то свои причины…?

— Ха, мой жених… то есть, вы всё ещё так наивны.

Однако у леди, похоже, было несколько иное мнение.

— Подобная косная группа, очевидно, попытается сокрушить любого, кто ниже их по положению и осмелится подняться.

— …

— Они даже не осознают, что уже стали пережитками прошлого. Это, честно говоря, жалко.

Судя по её словам, она всё ещё приравнивала Люмен Ордо к Совету Старейшин из её собственного герцогства.

— Вы ведь, вероятно, не оставили их в покое, не так ли?

— Разумеется, нет. Прямо сейчас я, можно сказать, захватила власть над Советом Старейшин в Доме Эмбегрин.

Мне стало немного любопытно, что же случилось с советом, навлекшим на себя её гнев, и я спросил её об этом.

Леди ответила с ледяной улыбкой.

— Это не слишком известно, так как это было внутреннее дело семьи, но за последние десять лет в нашем доме произошло несколько масштабных чисток. И более половины из них? На моей совести.

Что ж, было очевидно, что кто-то с её характером не оставил бы такую группу без внимания.

«Она не какая-нибудь непонятая благородная дева из романов — она та, у кого на руках действительно была кровь».

— Вы не боитесь меня, даже услышав всё это?

— …на данном этапе?

Но зная, какие издевательства она перенесла в детстве, я не мог по-настояшему сочувствовать тем, кто попал под чистку.

Особенно таким фигурам, как лорд Майер или герцог Эмбегрин, которых я и сам бы с удовольствием низверг.

— Честно говоря, я до сих пор не знаю, почему я вам так нравлюсь.

— Кто же не захочет себе способную жену?

— …боже. Забудьте.

Тем не менее, решив, что это дело лучше оставить Мередии, я уклонился от темы с хитрой улыбкой, и леди снова отвернула голову с раздраженным видом.

— У вас снова покраснели уши, леди.

— …пожалуйста, замолчи.

Моя игривая сторона снова взяла верх, и я опять начал её дразнить.

Но тут рядом с нами раздался вздох.

— Ха-а-а….

— …вы в порядке?

— Ах, да. Ничего страшного…

Но главная горничная выглядела неважно — или это было лишь моё воображение?

«Если подумать, у горничных, которые всё время проводят в особняке, вероятно, не так много шансов на романтику».

«Может, мне стоит поумерить пыл с флиртом, когда они рядом».

— …так где находится зал для совещаний?

— Эй. У тебя что, нет ни малейшего понятия, где он?

Возможно, леди подумала о том же, о чём и я, потому что она немного напряглась и сменила тему.

— Вообще-то, мы уже на месте.

— О чём вы говорите? Это же просто внутренний двор.

К счастью, в детстве я несколько раз бывал в Люмен Ордо с отцом и уже собирался любезно ей всё объяснить.

— Тогда… прошу прощения на мгновение.

— Ах, подождите…

— …кх?

В этот момент главная горничная достала нож и приблизилась ко мне, но тут же была схвачена за шею и прижата к земле леди Мередией.

— И на кого это ты, по-твоему, замахнулась с ножом?

— Кх… кха…

— Если ты сейчас же не дашь внятных объяснений… а?

Но, поняв, в чём дело, я быстро прикрыл глаза леди, прежде чем ситуация обострилась.

— Ох, мне так жаль.

— Ха-ах, ха-ах….

— Мне следовало объяснить раньше.

К счастью, хоть горничная и бросила на леди обиженный взгляд, потирая шею, она тихо подошла ко мне и протянула нож.

— Постойте, что вы…

Ш-ш-шорк—!

— Что ты делаешь!?

Когда я закатал рукав и легонько порезал руку ножом, рядом со мной раздался потрясённый голос леди.

Бум—

Но прежде чем она успела возразить, капля крови с моей руки упала на землю — и с глубоким гулом истина открылась.

— Есть причина, по которой это место — второе по безопасности в мире.

— …

— Крепость не только тщательно защищена, но в ключевые помещения, вроде этого, можно войти, лишь принеся в жертву кровь белого мага.

Мы и не заметили, как в центре двора открылся большой подземный вход, приветствуя нас.

— Но твоя рука…

— Беспокоиться о белом маге — самое бесполезное занятие в мире.

— …да-да. Ты потрясающий.

И всё же леди, смотревшая на меня с беспокойством, расслабилась и отвернула голову, лишь увидев, как я исцеляю рану магией.

— Простите, что я повела себя так грубо.

— Н-нет, всё в порядке.

Вид того, как она тихо извиняется перед горничной, вызвал странное чувство ностальгии.

«Словно наставник, которому удалось перевоспитать злодейку».

— Но постойте — не говорите мне, что нам нужно идти туда?

— …да, зал для совещаний внутри.

Пока я гордо улыбался про себя, выражение лица леди от слов горничной слегка помрачнело.

— Леди, не говорите мне…

— …что?

— …нет, ничего.

Её реакция заставила всплыть в моей памяти определённую информацию о ней.

«…если подумать, леди ненавидит тёмные и замкнутые пространства».

И от этой мысли у меня появилось дурное предчувствие.

Возможно, именно в этот момент мы умудримся оскорбить Люмен Ордо с самого начала.

***

Топ-топ—

Следуя за главной горничной по тёмному подземному проходу, я искоса взглянул на идущую рядом леди и погрузился в раздумья.

«Как и ожидалось, ей не по себе».

Внешне она этого не показывала, но цвет её лица стал довольно бледным.

— …что?

— Ха-ха, просто здесь слишком темно. Боюсь, мы можем споткнуться.

Зная, что эта реакция вызвана издевательствами и экспериментами, которые она перенесла в подобных условиях в детстве, всё, что я мог сделать — это предложить такое оправдание и осторожно взять её за руку.

— …

К счастью, леди молча взяла мою руку и без проблем продолжила спускаться по лестнице.

— Мы прибыли.

Сколько мы шли?

Наконец, главная горничная остановилась и подняла лампу, чтобы осветить дверь перед нами.

— Вассалы Хранительницы Сияния внутри.

— …вы имеете в виду Совет Старейшин? А что насчёт Тиффани?

— Ах, Хранительница… то есть, наша госпожа только что прибыла.

Заметив, как она поспешно поправилась на полуслове, я понял, что она, должно быть, уже давно находится под гнётом жаргона белых магов.

— Эм, прежде чем вы войдёте…

— Да?

— Я понимаю, что это может быть неуместной просьбой, но у меня есть личное одолжение.

Когда мы с леди уже собирались войти в комнату, главная горничная тихо взглянула на меня и прошептала:

— Что бы ни сказала наша госпожа, когда прибудет… не могли бы вы просто подыграть ей?

— …прошу прощения?

— Ради её чести… пожалуйста.

Слушая её, я в замешательстве склонил голову и спросил снова.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, эм…

Но как только горничная начала колебаться и мямлить…

Скр-р-рииип—

Хотя никто её не трогал, дверь в подземную камеру начала медленно открываться.

— Т-тогда, пожалуйста… я на вас рассчитываю.

Вздрогнув от внезапного движения, мы с леди слегка отшатнулись, а горничная крепко зажмурилась и попятилась из прохода.

— …

Последовала короткая тишина.

— Я уже некоторое время задаюсь этим вопросом.

Нарушив молчание, леди крепко сжала мою руку и заговорила слегка истеричным тоном.

— Разве белые маги не должны быть слабы против тьмы? Какого чёрта они используют непроглядно тёмную комнату в качестве зала для совещаний?

— …

— Это какая-то тренировка по преодолению страха темноты?

В этот момент я больше не мог скрывать правду.

— …это просто концепция.

— ?

— ..?

— Серьёзно, эти люди никогда не меняются…

Смотреть, как копятся её недоразумения, было слишком больно, поэтому я решил, что лучше сам разоблачу смехотворную реальность этих людей.

— Всё в порядке. У меня есть решение.

— И какое же?

— Что ж, прошу прощения на мгновение.

Прежде чем леди успела что-то сказать, я шагнул в комнату и дёрнул за цепь светильника, висевшего на стене.

Щёлк—!

Яркий свет вспыхнул в непроглядной тьме, осветив всю подземную камеру.

— Кья-я-я-я!?

— Ч-что за чёрт!?

— С-с-смерть…!

Спустя секунды со всех сторон раздались крики, когда белые маги, укутанные в чёрные мантии, в унисон завыли.

— Ха-а-а. Вы что, дети тьмы?

— Ну же, давайте включим свет. Как вы собираетесь проводить совещание в таком мраке…?

Как только я бросил на них осуждающий взгляд и продолжил говорить, я заметил ошеломлённое выражение на лице леди позади меня.

А затем…

— Фу-фу-фу… неужели предсказанный наконец прибыл?

— …?

Из глубины прохода донёсся драматичный и чрезмерно театральный голос, показавшийся странно знакомым.

— Колёса судьбы вращаются, и теперь наши пути переплетутся…

Поняв, что говорящая — та самая глава Люмен Ордо, что пригласила меня сюда, я вздохнул и повернул голову.

— Кья-я-я-я-я-я!

Конечно же, прямо за мной стояла девушка в предельно безвкусном и мрачном наряде, размахивающая руками посреди комнаты.

— К-кто включил свет!!!

— …

— Тьфу, выключите, сейчас же!!

Словно подросток, кричащий на родителей за то, что они вломились в его комнату, она закричала, а затем внезапно подбежала ко мне у выключателя и схватила за воротник.

— Ах.

Затем её глаза расширились, когда она ясно разглядела моё лицо.

— Давно не виделись…

— Кх.

Изобразив вежливую улыбку посреди этого хаоса, я поприветствовал её с самым естественным выражением лица, на какое был способен.

— …

Безучастно поглядев на меня мгновение, она натянула капюшон на лицо и выскочила из комнаты.

— …леди, примите к сведению.

— …

— Вот так выглядит среднестатистический белый маг.

Наблюдая за всей этой сценой, леди скривила лицо в, вероятно, самом ошарашенном выражении, какое только у неё бывало — что в этой жизни, что в прошлой.

----------

Совещание

После хаотичной потасовки в зале для совещаний, разразившейся в тот момент, когда включили свет, мы наконец-то смогли прийти к драматическому соглашению.

— Фух… так немного лучше.

— О, может… так и вправду лучше…

— Да, в этом есть своя атмосфера…

Соглашение заключалось в том, чтобы выключить электрическое освещение и вместо этого на время совещания зажечь свечи.

«И это те самые почитаемые белые маги, на которых все равняются?..»

С недавним ростом числа атак и экспансией тёмных магов ценность белых магов возросла как никогда.

Сейчас, как никогда прежде, белые маги, принадлежащие к Люмен Ордо, пользуются огромным спросом.

И этот стремительно растущий спрос привёл к тому, что они стали ещё более замкнутыми.

— Может, нам просто сделать оптовый заказ и развесить их повсюду?

— Фу-фу… звучит неплохо. Я поручу нашим верным Теням отправить запрос…

Конечно, общественность полагает, что их изоляция вызвана благородной дисциплиной Люмен Ордо, отвергающей богатство и славу.

Но правда далека от этого.

Они просто сборище социально неадаптивных затворников с синдромом тюнибё, которые хихикают между собой, расставляя на столе свечи в стиле Хэллоуина.

— Так… вот истинное лицо Люмен Ордо.

— …ха-ха.

Когда я увидел, как леди Мередия, сидевшая рядом со мной, бормочет это с совершенно измотанным выражением лица, я, честно говоря, счёл чудом, что их истинная природа до сих пор не была раскрыта.

— До этого момента я не совсем понимала ни твой характер, ни твою манеру речи, но теперь, кажется, начинаю немного понимать.

— Прошу прощения?

— По сравнению с остальными белыми магами, ты, возможно, и впрямь самый нормальный…

Я не совсем понял, почему леди Мередия смотрела на меня с таким серьёзным видом, но она определённо попала в самую точку.

Я — самый нормальный среди белых магов в том, что касается речи и поведения, и меня всегда неправильно понимали только из-за моей внешности.

Ставить меня на один уровень с этой безнадёжной компанией — огромное оскорбление.

— Кстати, когда вернётся та особа?

— …хм, хороший вопрос.

Пока я мысленно изливал своё недовольство, леди Мередия со скучающим видом задала вопрос.

Если подумать, с тех пор как Тиффани внезапно выбежала из зала, от неё не было ни слуху ни духу.

Это она ни с того ни с сего вызвала нас сюда, так почему же она сама устраивает сцены?

— Эм, простите, мисс Тиффани…

— Что?

— Кх!

Как только я собрался спросить старейшин в комнате — потому что просто сидеть и ждать казалось неправильным — я вздрогнул от внезапного холода в воздухе.

— Как ты смеешь произносить её истинное имя…

— Эй. Произносить её имя вслух — табу.

— А-ах.

Оказывается, за то короткое время, что меня не было, они выдумали ещё одно из своих странных правил.

Серьёзно, эти люди одержимы своей театральщиной.

— Когда Хранительница Сияния вернётся к нам?

— Кто знает?

— Откуда простым смертным, как мы, знать волю небес?

Я подыграл им, задав вопрос в их же духе, но, похоже, даже они понятия не имели, что задумала Тиффани.

С другой стороны, в детстве она однажды обиделась и залезла на крышу нашего особняка, так что неудивительно, что её трудно выследить.

Хруст—

Леди Мередия рядом со мной, кажется, начала терять терпение — о-оу.

— Хранительница Сияния… остужает голову в соседней комнате.

— …ха-ах.

— Судя по прошлым инцидентам, она должна вернуться примерно через пять минут, так что, пожалуйста, наберитесь терпения…

К счастью, гнев не вырвался наружу благодаря горничной, которая заглянула в приоткрытую дверь и дала это объяснение.

— У неё определённо есть талант заставлять других ждать…

— Что ж, может, пока мы ждём, я представлю вам Совет Старейшин?

Конечно, напряжение всё ещё кипело под поверхностью, поэтому я быстро повысил голос, чтобы отвлечь её.

— Я не… очень-то хочу знать.

— А? Но всё же…

— Даже если ты их представишь, я не смогу разобрать, кто есть кто, когда все одеты в эти рваные плащи.

Услышав её незаинтересованный комментарий, я огляделся и понял, что она права.

Все, кто сидел за столом, были укутаны в мрачные мантии.

«Это Совет Старейшин Белых Магов или исполнительный совет Тёмных Магов?..»

Тусклая подземная комната в сочетании со зловещим декором из свечей создавала серьёзное ощущение тайного общества — будто они были кукловодами, управляющими миром.

— Э-это… антимагическая мантия, которую я изобрёл для защиты от злых аур…

— …да, я понимаю, что она полезна, но зачем надевать её на совещания?

— П-потому что… оно выглядит круто…

Ирония заключалась в том, что, несмотря на внешность, эта группа была полна абсурдных людей.

— Да, ты не ошибаешься.

— Честно говоря, в ней чувствуешь себя как-то уютно…

— Ха-а…

Похоже, леди Мередия наконец-то начала свыкаться с реальностью — она сдалась и, закрыв глаза, откинулась на спинку стула.

Да, лучший способ справиться с этими людьми — это на время отпустить себя.

Или, если возможно, просто подыграть и с энтузиазмом кивать — хотя я сомневаюсь, что кто-то вроде леди Мередии, считающей себя мировым стандартом, когда-либо сможет на такое пойти.

— Тогда, пожалуйста, просто ненадолго снимите капюшоны, когда я назову ваше имя. Это возможно?

— …

— Ради моего достоинства, умоляю вас.

Тем не менее, у меня было плохое предчувствие, что скоро всё выйдет из-под контроля, поэтому я силой добился их согласия.

— Итак, первая — Астрид, глава южного континентального филиала. Довольно уникальное чувство стиля, не находите?

— Хи-хи!

Первой, на кого я указал, была женщина, сидевшая крайней справа, которая без умолку хихикала в своём наряде в стиле готической лолиты.

— Она выглядит… старше императрицы…

— …тш-ш, лучше больше ничего не говорить.

Леди Мередия чуть не испортила всю атмосферу, усомнившись, почему женщина, которой явно за тридцать, одета как школьница-тюнибё, обнимающая плюшевого мишку — но, к счастью, я успел вовремя прикрыть ей рот.

— Она может так выглядеть, но она — первоклассный призыватель, специализирующийся на белой магии. Честно говоря, с ней мало кто может сравниться.

— …ясно.

К счастью, леди Мередия просто кивнула с мёртвым взглядом.

— Следующий — мистер Салем, глава западного континентального филиала.

— Хо-хо. Приятно познакомиться.

— Он — ведущий эксперт по снятию проклятий, а также председатель Совета Старейшин.

С этого момента я начал представлять их в ускоренном темпе.

— Председатель? Но он выглядит слишком молодо.

— Несмотря на внешность, он на самом деле примерно того же возраста, что и мой предыдущий главный дворецкий, Альфред.

— …ха-ах…

Было ясно, что леди Мередия наконец-то поняла, что нет смысла пытаться во всём этом разобраться.

— Та особа — мисс Пэк Ён Хва, директор филиала Восточного континента.

— Давно не виделись, юный герой!

— …она дочь из Секты Куньлунь? С далёкого Восточного континента. Правда, я не уверен, как её сюда занесло.

Любой мог бы сказать, что Пэк Ён Хва была кем-то из мира боевых искусств Восточного континента, но объяснять это здесь было уже слишком.

— Эй, Секта Куньлунь — это не семья! На вашем языке это скорее… да, гильдия! Разве я не говорила тебе это уже несколько раз?

— …вот как?

Это потому, что я и сам почти ничего не знал о романах про боевые искусства.

— Раз уж на то пошло, позвольте мне специально поделиться историей и культурой Центральных Равнин…

— Нет, большое спасибо. Давайте начнём совещание.

Стоило попасться ей на крючок, и пришлось бы целый день слушать её лекцию по истории боевых искусств, так что молчание было самым безопасным выбором.

— Ну, в любом случае, я слышал, она использует таинственные восточные заклинания? Технически, это не совсем белая магия… но, как вы знаете, Восточный континент всё ещё в значительной степени не исследован.

— Так в чём именно заключается её концепция?..

— …ха-ха, да, хороший вопрос.

Вопреки тому, что могла подумать леди Мередия, Пэк Ён Хва была единственным человеком в Люмен Ордо, чья «концепция» на самом деле была её реальной биографией.

Но если подумать… почему наследница клана боевых искусств, практикующая боевые искусства и заклинания, служит старейшиной в организации белых магов на другом континенте?

Честно говоря, я понятия не имел.

— А тот молчаливый, что сидит в конце — это мистер Аластор, надзиратель северных регионов.

— …

— Я, на самом деле, тоже никогда не слышал, чтобы он говорил, так что мало что о нём знаю. Ха-ха.

И всё же он был лучше того парня, что всё это время сидел с закрытыми глазами и ушами.

В оригинальной игре о нём вообще не было никакой информации.

Это была «Black Tale Fantasy 3», печально известная тем, что скрывала свой лор за DLC, несмотря на то, что была ориентирована на геймплей.

Серьёзно, что за мутная игровая компания.

— Наконец… у нас есть брат и сестра из ремесленного отдела, Аврора и Селест. Можете считать, что большинство инструментов белой магии были сделаны ими. Та мантия тоже была сделана мисс Авророй.

— З-здравствуйте-е-е.

— П-приятно познакомиться…

Полагаю, это было облегчением.

Брат и сестра Аврора и Селест были ещё так молоды, что у них пока не было устоявшейся «концепции».

Но, учитывая, что все изобретатели в Люмен Ордо в конечном итоге приобретали образ какого-нибудь эксцентричного или безумного учёного, их будущее выглядело безрадостным.

И всё же, несмотря на то, что они были гениями, которыми восхищалась даже Башня Магов, они были настолько робкими, что однажды могли бы стать белыми магами, отвечающими за дипломатию.

«…кстати о белых магах-дипломатах, мой отец — самый известный из них».

«Но если подумать, мой папа уже год как пропал с радаров — неужели эти люди потеряли связь с Империей?»

— Ах, да. Что касается Хранительницы Сияния… её представлять не нужно, верно?

— …почему это?

— Я подумал, леди Мередия уже навела о ней справки.

В общем, закончив с представлениями и откашлявшись, я небрежно сказал то, что пришло в голову — и в итоге разворошил осиное гнездо.

— Вы довольно много обо мне знаете.

— Мы практически супружеская пара.

— …заткнись.

И всё же, по крайней мере, теперь я был достаточно хорош в словесных перепалках, чтобы уклоняться от подозрений леди Мередии…

— Хм, простите за вмешательство, но могу я кое-что сказать?

Я чесал затылок и смотрел на леди Мередию с довольной улыбкой, когда председатель Салем из Совета Старейшин внезапно заговорил — и я застыл.

— Разве вы не были помолвлены с Хранительницей Сияния?

Что это ещё за нелепые слухи?

— Он прав. Она всегда говорит, что у неё есть парень.

— …даже я слышал подобную новость слишком много раз.

Я уже собирался списать это на старческий маразм, думая, что председатель Салем превращается во второго Альфреда.

Но затем, оглядевшись и увидев, как люди согласно кивают, я почувствовал, как моё лицо застыло, и в недоумении повернулся в сторону.

— Не могли бы вы объяснить это подробнее?

Конечно же, леди Мередия уже достала свой веер и, прикрыв им половину лица, спросила леденящим тоном.

— А что тут объяснять? Я слышал, они встречаются с незапамятных времён.

— Разве не тот, кого это касается, должен это объяснять, а не мы?

Прекрасно зная, что означает этот взгляд — что она вот-вот взорвётся — я крепко зажмурился и пробормотал с глубоко обиженным выражением:

— …я впервые об этом слышу.

— Ах! Юный герой, откуда вы знаете такую идиому? Вы, случайно, не подписаны на мой «Ежемесячный дайджест классических идиом»?

И в этот самый момент глаза Пэк Ён Хва взволнованно заблестели от моих слов.

В-в-жух—

Затем аура жажды убийства, темнее всего, что я когда-либо видел у Мередии, начала заполнять зал для совещаний.

----------

Совещание (2)

— Леди, я правда ничего не знаю…

— …сэр Уитни.

Как только Уитни, наблюдавший за выражением лица Мередии в внезапно похолодевшей атмосфере, начал оправдываться, в дверную щель снова просунулась голова горничной и принесла новые вести.

— Хранительница Сияния запросила личную аудиенцию.

— …зачем?

— Она сказала, что хочет поговорить о чём-то с глазу на глаз, но я не совсем уверена…

В этот момент, когда Уитни стоял с ошарашенным видом, рядом с ним раздался спокойный, но почему-то леденящий голос.

— Идите.

— Что?

— Ваша подруга детства попросила о личной встрече. Ступайте.

— Э-э…

— Я сказала, идите. Чего не понятного?

Мередия, подперев подбородок рукой, даже мило улыбнулась, говоря это.

— Почему… почему вы так себя ведёте?

— Что?

— Не могли бы вы просто вести себя как обычно?..

Уитни, напуганный этим непривычным поведением, спросил сникшим голосом, но выражение лица Мередии не изменилось.

— Идите.

— …да, мэм.

Услышав её пониженный голос и увидев мягкую улыбку, Уитни наконец последовал за горничной из зала для совещаний.

— …

Таким образом, когда в зале остались только Мередия и старейшины, повисла неловкая тишина.

— ….

В этой тишине глаза Мередии покраснели, и напряжённая атмосфера быстро заполнила комнату.

— Ясно, я-то думала, они просто чудаки, а у них, оказывается, были свои интриги?

— Стоило гадкому утёнку, которого мы игнорировали, превратиться в лебедя, как она тут же заявляет на него права? Так не поступают благородные последователи закона света.

Мередия, мило улыбавшаяся в присутствии Уитни, теперь источала жажду крови, явив свою истинную сущность.

— Что? Хотите драки? А?

— У вас есть дух. Так вот она, та жестокая сила, о которой я лишь слышал слухи.

— Хмф. И всё же, я бы предпочёл, чтобы дуэль проходила снаружи.

Обычного человека это повергло бы в трепет, но реакция Совета Старейшин на выпад Мередии была несколько иной.

Мир, движимый логикой силы, не позволил бы Люмен Ордо объявить нейтралитет, игнорируя давление со стороны Империи и Святого Королевства.

На первый взгляд они могут показаться жалкими, но члены Люмен Ордо по своей сути — высокоуровневые бойцы.

Даже рядовые члены, классифицируемые как нестроевые, в большинстве войн считаются первоклассными активами.

Так что же говорить о Совете Старейшин, фактически, руководстве Люмен Ордо?

Хоть и не было полной ясности, одно было несомненно: даже против Мередии они бы так просто не проиграли.

— В любом случае, мой партнёр — мой муж — слишком наивен, и в этом проблема.

Однако Мередия, осознавшая это, не собиралась отступать, так что напряжение лишь нарастало.

— …вам бы не стоило бездумно использовать эту силу.

Именно тогда Аластор, надзиратель северных регионов, до сих пор хранивший молчание, внезапно заговорил надтреснутым голосом.

— Особенно перед нами. Сам факт того, что вы зажигаете эти глаза, является оскорблением и вызовом для нас, леди.

От этих слов лицо Мередии на мгновение исказилось.

— …как много вы знаете?

— Мы знаем по крайней мере вот что: из всех, кто появлялся с силой Короля Демонов, вы — наиболее вероятный кандидат.

Судя по лицам старейшин, тихо наблюдавших за ней, казалось, они все уже знали.

— Хах. Я и сама не хотела такой рождаться.

— …

— И что теперь? Нападёте на меня здесь и сотрёте в порошок?

С горечью пробормотав это с кривой усмешкой, Мередия затем спросила Совет Старейшин несколько смиренным голосом.

— К вашему сведению, я так просто не сдамся. У меня теперь есть причина двигаться вперёд…

— Это вздор.

— Хах. Разве вы не видите, что все сейчас сдерживаются?

Но не успела она закончить, как несколько старейшин в знак несогласия покачали головами.

— Леди, мы не намерены быть вашими врагами.

Именно тогда председатель Салем, до этого сидевший с закрытыми глазами, наконец заговорил с серьёзным выражением лица.

— Раз уж воин судьбы выбрал вас, с нашей стороны было бы глупо действовать против вас. Согласны?

— …но тогда почему?

— Вы хотите знать, почему мы пытаемся свести Уитни Лингарда с Хранительницей Сияния?

Хоть она и оставалась настороже, Мередия кивнула.

— Хорошо. Полагаю, пришло время мне выступить посредником в этой ситуации не как слуге Хранительницы Сияния, а как председателю Совета Старейшин.

— …

— Если до сих пор я вёл себя грубо, прошу прощения.

Когда Салем, чтобы показать свою искренность, даже сбросил свою трансформацию и явил свой истинный преклонный возраст, Мередия неохотно замолчала и стала слушать.

— В общем, чтобы прояснить ситуацию… у нас тоже есть некоторые обиды.

В теперь уже немного успокоившейся комнате мягкий голос Салема начал заполнять пространство.

— Во-первых, мы вызвали сэра Уитни по трём причинам.

— …

— Первая — предложить ему место в Совете Старейшин Люмен Ордо. Вторая — обсудить его уникальные способности.

Заметив, как сузились глаза Мередии при фразе «уникальные способности», он быстро добавил объяснение.

— Причина, по которой мы ранее отказали ему в членстве в Люмен Ордо, заключалась в том, что исследование его силы не было завершено.

— …

— Но недавно брат и сестра Аврора и Селест предложили очень интересную гипотезу. Чтобы доказать её, необходимо содействие сэра Уитни.

При этих словах, в отличие от других старейшин, двое сиблингов, до этого дрожавших в молчании, тихо подняли головы, но тут же снова опустили их, встретившись с взглядом Мередии.

— И третья причина… заключалась в том, что Хранительница Сияния потребовала этого в одностороннем порядке.

— …вы имеете в виду попытку увести чужого мужчину?

— Просто выслушайте меня сначала.

Салем спокойно ответил на ледяной тон Мередии.

— Как вы знаете, мы довольно замкнутая группа, поэтому до нас медленно доходят внешние новости.

— Тогда…

— Совет Старейшин узнал о связи сэра Уитни с вами всего несколько минут назад — когда почтовая птица принесла еженедельную газету.

— Тогда ваши нынешние действия ещё менее понятны…

При этих словах Мередия склонила голову набок, явно озадаченная.

— Для справки, Хранительница Сияния до сих пор этого не знает.

— Что?

— Она… ну, она выросла как цветок в теплице, поэтому склонна судить обо всём по своим меркам.

Салем, до этого говоривший гладко, на этом моменте начал немного запинаться.

— Возможно, как я это вижу… Хранительница Сияния в данный момент находится в серьёзном заблуждении.

Но когда Мередия бросила на него взгляд, словно говоря: «Ну же, заканчивайте», он в конце концов закрыл глаза, погладил бороду и заключил:

— Она всё это время пребывала в уверенности, что сэр Уитни, её друг детства, был её парнем.

И так началась ещё одна неловкая тишина, хотя на этот раз по совершенно другой причине.

— Не может быть. Да ладно…

Недоверчиво моргнув в тишине, Мередия наконец открыла рот с вопросительным взглядом.

— …это же слишком надуманно, не находите?

— Ха-ха.

***

— Эм, привет.

Следуя за горничной, я вошёл в комнату, где была Тиффани, и сел.

Она молча свернулась калачиком на диване и, взглянув на меня, протянула мне письмо.

Прочитав его, я потерял дар речи.

「Мой дорогой, песочные часы времени, созданные нашей связью, были перевёрнуты 4444 раза.

Наша связь — это вечный лепесток, расцветший за 1111 циклов четырёх времён года,

Жемчужина, углубившаяся в бездне, пока звёзды мигали 4444 раза в ночном небе.

Это благословение, дарованное нам, пока луна росла и убывала 4444 раза,

И бессмертное обещание, выкованное, пока солнце вставало и садилось 4444 раза.」

Что, чёрт возьми, это значит?

Может, это какое-то зашифрованное послание, содержащее сверхсекретную информацию?

— Что это?

— А?

Поскольку у меня не было никакой возможности расшифровать его, даже если бы это был код, мне ничего не оставалось, как спросить.

На мгновение удивившись, она моргнула и начала заикаться.

— Т-ты не помнишь? Это было… может, когда колесо времени повернулось вспять около двенадцати раз…

— Чего?

— О-около двенадцати лет назад.

Осторожно пытаясь вспомнить её слова, я наконец кое-что припомнил.

— Ах… это было, когда мы впервые встретились?

— ……!

— В тот раз мой отец впервые привёз меня и Сесиль в Люмен Ордо. Это я помню…

Затем, со странно нервным видом, Тиффани Астелайд выпрямилась.

— Т-ты не помнишь клятву, которую мы тогда принесли?

— …я помню только, как мы вместе играли в домике.

После моего ответа она посмотрела на меня так, словно только что потеряла всю свою страну.

— Т-ты принижаешь обещанте до какой-то детской игры?

— ?

— …или — не может быть — ты забыл ту нерушимую клятву?

Это всё больше походило на попытку разгадать загадку в двадцать вопросов.

— Если вы просто расскажете мне, я, может, и вспомню…

— Кх…

Конечно, я не помнил, чтобы давал ей какую-то клятву, но сказал это осторожно.

И в этот момент на глазах Тиффани навернулись слёзы.

— Д-давайте успокоимся. Не то чтобы я совсем всё забыл, верно? Давайте восстановим всё вместе, шаг за шагом.

— …*шмыг*.

Было очевидно, что если я сейчас её расстрою, то всё станет только хуже, поэтому я поспешно попытался её успокоить.

Тиффани, шмыгая покрасневшим носом, пробормотала тоненьким голоском:

— Ты ведь сам тогда сказал…

— …….

— Ты сказал, что будешь принадлежать мне и разделишь со мной свою судьбу.

Тут я наконец понял, что она пытается сказать.

С недоверчивым видом я спросил снова.

— В тот раз… это же была игра по ролям, разве нет?

Ответ Тиффани заставил меня невольно усмехнуться.

— …это была не игра. Это была церемония.

— Ха-ха…

Я наконец понял.

Для неё, той, кого с детства готовили стать главой Люмен Ордо, то воспоминание, должно быть, оставило довольно сильное впечатление.

— Я почти уверен, что играл папу, верно? Сесиль была дочкой…

— Хах!

Когда я, пытаясь осторожно вспомнить, заговорил, я увидел, как лицо Тиффани просияло сквозь слёзы, и тихо склонил голову.

— Видишь? Я знала, что ты помнишь!

— …полагаю, что да.

Это как-то трогательно.

Оказывается, даже у такого, как я — кто думал, что всегда будет один — на самом деле была подруга, которая всё это время дорожила мной.

— С-сегодня исполняется ровно 4444 дня с тех пор.

— …….

— К-кстати, моё любимое число — 4. Хе-хе.

Если подумать, она действительно каждый год присылала в особняк письмо.

Я, честно говоря, не понимал и половины из того, что она писала, но это всегда было что-то вроде вопроса о том, как у меня дела.

— Что ж… тогда сегодня действительно довольно значимый день.

— …хмф, достаточно и того, что ты наконец понял.

К счастью для меня, Хранительница оказалась просто тайной подругой, которая глубоко ценила нашу дружбу.

***

«Видишь? Я всё это время была права».

Но как раз в тот момент, когда Уитни предавался этим сентиментальным мыслям, у Тиффани Астелайд, ухмылявшейся напротив него, были несколько иные соображения.

«…мы встречаемся с того самого дня».

Потому что в её сознании этот момент наконец подтвердил, что двенадцатилетний роман на расстоянии, в реальности которого она отчасти сомневалась, был настоящим.

----------

Плохиш

— К-как ты поживал всё это время?

— Ну, нормально, полагаю.

Поболтав с Тиффани ещё немного, я в итоге получил от неё разрешение полностью отказаться от формальностей.

«Честно говоря, я всегда хотел говорить проще, но это как-то трудно».

В детстве мать строго обучала меня манерам, но правда в том, что у меня никогда не было никого достаточно близкого, чтобы говорить неформально.

Если уж называть кого-то, то это моя младшая сестра и надёжная союзница, Сесиль.

Ах, да, и демон, которого я недавно притащил в особняк — с ней я тоже говорю на «ты», так как нет никаких причин быть вежливым.

Кроме них, Тиффани, которая только что оказалась моей самой близкой подругой — почти единственный человек, с которым я говорю неформально.

— Т-так как ты стал Героем? В смысле… если ты мой партнёр, то, полагаю, в этом есть смысл… хе-хе.

— Я и не знал, что ты можешь так нормально говорить.

Как раз в тот момент, когда я немного расчувствовался, я заметил, что тон Тиффани стал более обычным, и спросил её из любопытства.

— Ах!

Как и ожидалось, она тихонько вскрикнула, подпрыгнула и быстро выпрямилась.

— Е-если наша связь воистину предначертана судьбой, то это лишь начало! Судьба, что ждёт впереди, превосходит понимание простых смертных…

— Ты можешь просто говорить нормально передо мной.

Наблюдая за ней с лёгкой улыбкой, я произнёс слова мягким тоном.

— П-прекрати! Перед Хранительницей Сияния нужно соблюдать должный этикет!

— Ну, если не хочешь, то и ладно…

Но видя, как её лицо залилось краской, а преувеличенные жесты стали ещё более выразительными, стало ясно, что эта её манера речи в стиле тюнибё просто неисправима.

— Я просто хотел, чтобы мы говорили друг с другом просто…

Я действительно хотел помочь ей исправить этот тон ради будущего стыда, который она непременно испытает, но если она сама не хочет…

— Т-тогда. Мне стоит?..

Как только я собрался сдаться, Тиффани, тихо наблюдавшая за моей реакцией, внезапно произнесла неловким голосом:

— Э-эй.

— Так… эм…

Пока я безучастно смотрел на неё, Тиффани начала нервно потеть и, выдавив из себя нормальный тон, внезапно закрыла глаза и закричала.

— Э-эй ты! Тень!

— …да.

— Н-неси то, что я просила, сейчас же!

По её команде из ниоткуда внезапно появилась горничная и с обеспокоенным выражением пробормотала:

— Н-но главная горничная сказала убрать…

— Б-быстрее! Ты смеешь ослушаться моих слов?!

— …как прикажете.

Но поскольку Тиффани практически закатила истерику, горничная наконец глубоко вздохнула и тихо покинула комнату.

— Н-ну как? Я выглядела круто, правда?.. Я выглядела достойно, да? А?

Тиффани, провожавшая удаляющуюся фигуру горничной с торжественным лицом, повернулась ко мне со сверкающими глазами.

— Ты и вправду выглядела круто…

— Хе-хе.

Честно говоря, она выглядела не столько достойно, сколько как инфантильная аристократка, но я не был настолько бессердечным, чтобы бросать суровую правду в лицо своей единственной подруге.

— К-как я выгляжу? Круто, да?

— …ага.

— Э-это тот наряд, про который ты в детстве сказал, что он крутой. Вот я и продолжала его носить…

Что-то в её словах показалось мне странно значимым, но прежде чем я успел об этом подумать, мой взгляд привлекло то, что держала в руках вернувшаяся горничная.

— Я принесла, Хранительница Сияния.

— Давай сюда!

— …ха-а-а.

Тиффани тоже перевела взгляд на горничную, быстро взяла то, что та держала, и застенчиво протянула мне.

— Вот. Возьми.

— Это… цветок?

— Ага. Я-я сама вырастила его в саду.

«Близкие друзья обычно дарят друг другу такие вещи?»

У меня никогда не было друзей, ни в этой жизни, ни в прошлой, так что я правда не знаю.

— «Постойте… Хранительница только что говорила нормально?..»

— «…н-нормально. Сейчас она должна была сказать что-то вроде: «Это лепесток тьмы, которым я некогда владела в Саду Бездны!»»

Мне захотелось украдкой взглянуть на горничных, собравшихся за приоткрытой дверью, и спросить их об этом, но у всех был такой вид, будто они увидели привидение, и они были слишком заняты перешёптыванием.

— О, но прежде чем мы вернёмся в зал для совещаний, я хотела кое-что спросить.

Именно в этот момент, когда я чесал затылок и разглядывал полученный цветок, Тиффани сузила глаза и задала вопрос.

— …кто та женщина, с которой ты пришёл?

— О, она…

Только тогда я понял, что ничего не объяснил о леди Мередии, и, тихо поглаживая кольцо на безымянном пальце левой руки, приготовился говорить…

— Не лучше ли услышать это непосредственно от меня?

Внезапно сзади раздался ледяной голос.

— Я, кажется, сказала, что хочу поговорить наедине.

Не успел я даже повернуть голову, как глаза Тиффани расширились от удивления.

— Я знаю. Но как я могла просто сидеть сложа руки?

— …что?

— Похоже, вы впали в довольно нелепое заблуждение.

Но леди Мередия, полностью проигнорировав это и войдя в комнату, направилась к столу, за которым сидели мы с Тиффани.

— Вам лучше слушать внимательно, Глава Люмен Ордо.

— …….

— Мы с Уитни…

Как только она оскалилась и собралась продолжить, я быстро встал, не в силах допустить, чтобы ситуация ухудшилась.

— Тиффани, это моя невеста, леди Мередия.

И в этот момент в комнате воцарилась тишина.

— Леди Мередия, это моя давняя подруга, мисс Тиффани Астелайд.

В этой тишине я изобразил самое безобидное выражение лица, на какое был способен, и наклонился к леди Мередии, чтобы тихо прошептать.

— ……

К счастью, после этого представления они обе просто некоторое время смотрели друг на друга.

«Ага. Теперь, когда недоразумение прояснилось, нет нужды в бессмысленном конфликте».

«Собственно, не это ли хороший шанс помочь леди Мередии завести подругу?»

— Раз уж мы всё равно здесь, надеюсь, вы двое сможете поладить. Ха-ха.

С этим пожеланием я одарил их своей самой светлой улыбкой.

***

«…давняя подруга, значит».

Мередия ворвалась в комнату, чтобы исправить грубое недоразумение Тиффани Астелайд, главы Люмен Ордо, получив на то разрешение от Совета Старейшин.

«И эта подозрительная улыбка. Что он на этот раз замышляет?»

Однако при словах Уитни она на мгновение замолчала и снова принялась изучать коварное выражение его лица, погрузившись в глубокие раздумья.

«Этот парень очаровал даже Святую одними лишь словами и умом. Он определённо снова что-то замышляет».

Для нынешней Мередии Уитни был тем человеком, которого можно было бросить посреди пустынного королевства, и он всё равно нашёл бы дорогу обратно в особняк в течение недели. (п.п. сильное заявление)

Видя, как он снова сверкает этой своей характерной улыбкой и подаёт едва уловимый сигнал, Мередия больше не могла отмахиваться от этого.

— Помолвлены?.. Вы хотите сказать, он ваш жених?

— Да, мой жених.

И, конечно же, при этих словах — слегка склонив голову — Тиффани с любопытством посмотрела на неё, а взгляд Мередии стал странно сосредоточенным.

— Ч-что значит помолвка?

Именно в этот момент Мередия поняла, что у этой эксцентричной девушки, всю жизнь изучавшей белую магию и культуру, был фатальный недостаток: отсутствие элементарных общих знаний.

— Эй, Тень, ты знаешь, что это значит?

— Э-эм… ну…

Обычно это не было бы большой проблемой.

Если Тиффани чего-то не знала, она просто спрашивала горничных, которых переименовала в «Теней».

— Это что-то вроде духовного союза…

— Духовного союза?

Но эта ситуация была немного другой.

— Это значит, что они образуют глубокую связь, как физическую, так и эмоциональную.

— Хммм.

— Э-это что-то вроде контракта или общественного обещания…

Поскольку горничная не могла справиться с катастрофой, которая могла бы произойти, если бы она полностью объяснила значение слова «жених», она в итоге начала изворачиваться.

— Ага, так эта женщина — твой вассал!

— Простите?

Благодаря этому Тиффани, после недолгого раздумья, пришла к такому выводу и с сияющей улыбкой воскликнула.

— Постойте, мне кажется, вы что-то не так поняли…

«Хах, так вот оно что».

Поняв план Уитни, Мередия искоса взглянула на него, пока он чесал затылок и что-то бормотал, и быстро разложила ситуацию по полочкам у себя в голове.

«Подумать только, провернуть такую дерзкую аферу в оплоте белой магии…»

Очевидно, её коварный жених теперь протянул свои когти к главе Люмен Ордо.

«…до чего возмутительно. И этот парень, по идее, Герой?»

Мередия почувствовала лёгкое раздражение от того, что Уитни разработал эту схему, даже не обсудив её с ней, но это раздражение быстро улетучилось.

— Тиффани, помолвка означает…

— Верно, это что-то вроде вассала.

В любом случае, заручиться поддержкой Люмен Ордо было необходимо для будущих планов Уитни и для поиска способа снять проклятие с Мередии.

— Мы с Уитни Лингардом принадлежим друг другу — юридически и лично. Так что в некотором смысле можно сказать, что мы связаны, как господин и вассал.

— О-о! Я так и знала! Вот оно что!

В таком случае, вместо того чтобы пытаться отстаивать свои права перед маленькой девочкой и тешить её самолюбие, лучше было пока подыграть этому маленькому спектаклю. (п.п. Мередия топ вайфу, и это канон)

Потому что, что бы ни надумала себе эта эксцентричная девушка, тот факт, что Уитни был женихом Мередии, не изменится.

Более того, когда бедняжка позже узнает правду, она может разочароваться в Уитни за то, что он использовал её заблуждение в своих интересах.

Учитывая всё это, было ясно, что тихое сотрудничество со схемой Уитни было сейчас самым разумным шагом.

— Тогда позвольте представиться. Я — глава Люмен Ордо, Хранительница Сияния, та, что хранит тайны небес, наследница великого мага, правящего семью звёздами, и…

Но как раз в тот момент, когда Мередия, уже принявшая решение, слегка нахмурилась, она тихо подошла к дивану, где скромно сидел Уитни.

— И единственная для Уитни. Постойте. Что вы делаете?

Мгновение спустя, посреди своего грандиозного представления, глаза Тиффани расширились, как у напуганного кролика, при виде развернувшейся перед ней сцены.

— Что?

— П-почему вы сидите рядом с Уитни?

Мередия, внезапно усевшаяся вплотную к Уитни, ответила с дерзким выражением лица.

— Я сижу рядом со своим женихом. Что-то не так?

— Э-это не то, что я имела в виду…

— Женатым положено так делать. В этом есть проблема?

— А-ах… она из тех вассалов, что делятся силой со своим господином?..

— Ну, можно и так сказать.

— Кх… тогда, полагаю, ничего не поделаешь.

Хотя Тиффани выглядела немного смущённой, она кивнула, как бы говоря, что всё поняла, и попыталась продолжить своё объяснение.

— В общем, я единственная для Уитни… Эй!

— Что опять?

— В-вы слишком близко прислонились, вам не кажется!?

Когда Мередия, искоса смотревшая на Уитни, внезапно положила голову ему на плечо, лицо Тиффани вспыхнуло, и она закричала.

— Ха-ха. Тиффани, женатым можно так делать.

— М-можно?..

Но в отличие от своей прежней напористости, Тиффани сжалась, как только Уитни заговорил с невинной улыбкой, защищая Мередию.

— И всё же… т-ты м-мой парень…

— Что вы сказали? Я не расслышал.

— Н-ничего…

Горничные, молча наблюдавшие сзади, все прищурились и начали перешёптываться.

— «Вот же негодяй…»

— «Я так и знала, что-то не так. Слишком нормальный для белого мага…»

— «Так вот он, наконец, и показал своё истинное лицо…»

Тем временем Уитни, который верил, что восстановил мир своей смекалкой, оставался в полном неведении относительно оценки горничных — и сиял светлой улыбкой.

----------

Раскрытие истины

— Так вот чем всё закончилось.

Как только Мередия, заставившая старейшин Люмен Ордо унять свою жажду убийства, вышла из зала для совещаний, председатель Совета Старейшин Салем, хранивший молчание, глубоко вздохнул и вытащил из своей мантии газету.

— Всё равно мы не могли скрывать это вечно.

— Герой, явившийся спустя столетия, делает предложение единственной Леди империи…

— Представитель герцога Эмбегрина заявляет: «В общем, так всё и было»…

Это была статья, которую доставила почтовая птица, прибывшая почему-то с большим опозданием — заголовок, который старейшины недоверчиво перечитывали снова и снова.

— Если бы мы только знали на несколько дней раньше, мы бы смогли придумать, как реагировать.

— Вот именно.

— Как насчёт того, чтобы вообще заменить почтовую птицу?

По правде говоря, та, по имени «Гу-гу», отвлеклась, получив всевозможные роскошные угощения в комнате Мередии, известной своей любовью к птицам.

И всё же, если подумать, технически это была вина Гу-гу.

— Вы все знаете, верно? Эта простоватая на вид птица на самом деле — верный питомец святой второго поколения.

— …….

— Мы не можем обращаться с ней легкомысленно.

Если бы не тот факт, что это был дух, некогда подчинявшийся предыдущей святой, она давно бы лишилась работы, но вместо этого её наказали сокращением зернового пайка на неделю.

— Ну, честно говоря, я не думаю, что нынешняя ситуация так уж плоха.

— Верно. Кто знает? Может, это наконец-то вправит мозги нашей Хранительнице Сияния.

Внезапно воцарившуюся торжественную атмосферу мягко нарушила глава филиала Восточного континента Пэк Ён Хва, и глава южного филиала Астрид тут же подхватила:

— Честно говоря, вы знаете, как тяжело в моём возрасте носить этот нелепый наряд?

Её последующий сокрушённый тон звучал на удивление нормально, совсем не так, как раньше.

— Твоя концепция, определённо, чересчур.

— Правда ведь? В конце концов, я единственная, кто может соперничать с нашей дорогой Ён Хва.

— Нет, я не играю — я действительно преемница секты Куньлунь…

Не только она, но и все присутствующие старейшины, за исключением Пэк Ён Хва и северного надзирателя Аластора, к тому времени расслабили выражения лиц и позы.

— Но разве эту концепцию ты не сама выбрала?

— Ну…

— Честно говоря, в последнее время у меня такое чувство, что ты искренне наслаждаешься этим — и это пугает.

Но когда Салем внезапно надавил на неё острым взглядом, атмосфера вмиг похолодела.

— Прошло уже много времени с тех пор, как все белые маги стали чудаками, но хотя бы наш Совет Старейшин должен сохранять рассудок.

— Неважно, насколько мутны нижние воды, если верхние чисты, очищение всё ещё возможно…

Пока Салем продолжал с тяжёлым выражением лица, Астрид слегка нахмурилась и в знак протеста пробормотала:

— Вздор, ведь самая мутная вода на деле — самая большая чудачка среди всех прошлых лидеров.

— …ха-ах.

При этих словах Салем потерял дар речи и замолчал.

— Кстати говоря, не пора ли и вам двоим определиться со своими концепциями?

— ...

— М-мы…

Внезапно развеселившись, Астрид повернулась к Авроре и Селесту, брату и сестре, которые всё это время неловко следили за настроением.

— Не говорите, что вы слишком молоды. В Совете Старейшин Люмен Ордо важен не возраст, а чистый талант.

— Ну, даже сэр Уитни когда-то был кандидатом на роль Хранительницы Сияния…

При этих словах Пэк Ён Хва, которая ненадолго обиделась из-за того, что её происхождение проигнорировали, бессознательно кивнула.

— Достаточно. Этого более чем достаточно.

— …?

— Эта тема… не то, о чём нам следует сейчас говорить.

Прервав разговор внезапно посерьёзневшим тоном, Салем повернул голову, чтобы заговорить снова.

— Похоже, все возвращаются в зал для совещаний.

И в этот самый момент…

Скр-р-рииип—

Как и ожидалось, дверь в зал отворилась, и вошли Уитни, Мередия и Тиффани, следовавшая чуть позади.

«Ей отказали».

«Ага, отказали».

«Это определённо был отказ».

Таково было первое впечатление Совета Старейшин при виде Тиффани, вошедшей с мрачным выражением лица вслед за идущими вплотную друг к другу Уитни и Мередией.

«Интересно, надолго ли её хватит в этот раз».

«Как минимум на три месяца, может быть?»

…а может, и на годы.

Любой, кто увидел бы разворачивающуюся сцену, подумал бы так же.

— …эй. И как долго ты собираешься оставаться рядом с моим мужчиной?

Незадолго до этого Тиффани, стоявшая в молчании, внезапно закричала.

— Ты уже забыла? Я — невеста Уитни.

— А я его девушка!

В следующее мгновение над залом для совещаний повисла долгая тишина.

— …!?

Несмотря на годы тренировок в своих «концепциях», члены Совета Старейшин, которые обычно и глазом бы не моргнули на большинство вещей, теперь были охвачены чистым шоком.

— Аха-ха…

Среди всего этого хаоса один лишь Уитни открыл рот со своей фирменной бесстыдной улыбкой.

— …ну, вот так вот получилось.

***

«Что это вообще за ситуация?»

Мне нечего было сказать, поэтому я просто брякнул это перед всеми, но, честно говоря, я сам меньше всех понимал, что происходит.

Я всего лишь представил друг другу свою невесту и свою подругу… так почему мы внезапно начали снимать «Любовь и Войну»?

— Леди, что происходит?..

— …не обращай на меня внимания. Просто следуй плану.

Я был настолько ошарашен, что, вернувшись на своё место, попытался шепотом задать вопрос леди Мередии, сидевшей рядом, но в ответ получил ледяную реакцию.

— А вот когда этот спектакль закончится, тебе крышка.

— …!?

Я серьёзно сходил с ума от безысходности, но не мог спросить больше из-за напряжённой атмосферы.

— Н-нельзя мне тоже сесть рядом с Уитни?..

— Вы — Хранительница Сияния. Вы должны сидеть на почётном месте.

— …но он мой парень, и мы так давно не виделись.

Честно говоря, человеком, которого я хотел допросить больше, чем леди Мередию, была Тиффани, которая всё ещё спорила на другом конце комнаты и внезапно начала утверждать, что я её парень.

— Вы должны поддерживать своё достоинство как Хранительница Сияния.

— Ах, да. Верно. Какая паршивая ситуация…

Пока все, включая председателя Салема, обливались холодным потом и изо всех сил пытались пережить этот странный момент, мне ничего не оставалось, кроме как держать рот на замке.

— Н-неужели так устроены романы в западных землях? Заморский мир боевых искусств воистину полон странных обычаев…

— …а теперь давайте начнём совещание по-настоящему.

Сколько прошло времени, я не мог сказать.

Наконец, когда всё немного улеглось, Салем откашлялся и начал заседание.

— Наша первая повестка дня касается повышения сэра Уитни до руководящей должности…

— Фу-фу, давайте просто сделаем вид, что этого никогда не было, а?

— …тишина. Это не вам решать.

Астрид, которая с самого начала сверлила меня ледяным взглядом с холодной улыбкой, парировала голосом, полным враждебности, снова нагнетая напряжение.

— Если уж на то пошло, это мы должны задавать вопросы.

В этот момент леди Мередия, сидевшая ближе обычного, окинула старейшин взглядом и заговорила.

— Человек, у которого якобы не было таланта к белой магии, внезапно меняет позицию в тот момент, когда становится Героем? Не слишком ли это очевидно?

После этого в зале воцарилась тишина.

— Если только он не добился какого-то чудесного успеха в белой магии после того, как стал Героем, я в это просто не верю…

— Да, нам нужно разобраться с этим в первую очередь.

Когда её полушутливое замечание эхом разнеслось по тихой комнате, Салем снова глубоко вздохнул и открыл рот.

— Уитни Лингард. Совет Старейшин уже однажды отказал вам во вступлении в Люмен Ордо, когда вы были ребёнком.

— Да, потому что вы тогда сказали, что моя белая мана кажется какой-то неправильной.

— Это была ложь.

Я кивнул, не особо задумываясь, но, услышав твёрдое заявление Салема, не смог сдержать светлой улыбки.

— Говоря без обиняков — ваша сила, несомненно, является белой маной.

Наконец-то настал момент, когда Люмен Ордо официально признал мою странную белую магию настоящей.

— Если быть точнее, вы — единственный истинный белый маг, существующий в настоящее время в мире.

— Прошу прощения? Что вы имеете в виду…

Но, слушая последующие слова, я мог лишь ошеломлённо разинуть рот от недоверия.

— Все белые маги, действующие в настоящее время, включая тех, что в Люмен Ордо, на самом деле не используют настоящую «белую магию».

Шокирующее откровение сорвалось с губ Салема — то, чего я никак не мог предвидеть.

— Белая магия давно утеряна — более тысячи лет назад. С тех пор как белый маг, бывший спутником первого Героя, пробудил эту силу, этого не удавалось никому.

— …!?

— Есть запись, что один из учеников второго Героя, возможно, пробудил её, но это настолько древний документ, что его достоверность сомнительна.

«Постойте, что они говорят?»

«Что все так называемые белые маги по всему миру на самом деле не были белыми магами?»

«Это какой-то розыгрыш? Меня снимают?»

— Подождите. Я не совсем понимаю. Тогда что же вы все используете?

— То, чем мы владеем — это святая сила. Она отчётливо отличается от белой маны.

— Но тогда Святое Королевство…

— Это скорее ветвь. Мы поклоняемся «свету» как таковому, в то время как Святое Королевство поклоняется «богине».

Сначала я не мог в это поверить.

Но выражение лица Салема было слишком серьёзным, чтобы это было шуткой.

— Есть причина, по которой лидеры Люмен Ордо всегда наследовали фамилию второй Святой.

— Широко распространено мнение, что лидером становится самый выдающийся белый маг, но на самом деле эта должность на протяжении сотен лет всегда передавалась по крови Святой.

Видя, как даже Совет Старейшин и Тиффани во главе стола тихо кивают, казалось, это действительно была правда.

«Если это так, то это огромное откровение».

«Даже я, досконально изучивший весь контент оригинальной игры, этого не знал».

«Сколько же ещё секретов скрыто в этом мире?»

— Просто спрашиваю, но… мне вообще можно всё это знать?

— …это не имеет значения.

Пока я сидел в замешательстве, леди Мередия рядом со мной спокойно задала этот вопрос, и Салем безразлично ответил.

— На самом деле, то, что я собираюсь сказать сейчас, касается и вас тоже.

При этих многозначительных словах бровь леди Мередии слегка дёрнулась, но она быстро восстановила самообладание и спросила снова.

— Если всё это правда, разве Уитни Лингард не должен был быть не только принят, но и стать вашим так называемым Хранителем Сияния?

— Хм…

На этот раз Салем замолчал и с трудом сглотнул.

— Потому что у сэра Уитни есть одна критически важная проблема.

Затем слова, последовавшие из его уст, заставили меня невольно повысить голос.

— Это потому, что моя белая мана не чисто-белая, а серая?

Наконец-то, казалось, настал момент понять, почему моя белая магия была такой странной.

— Сохраняйте спокойствие и слушайте.

Я затаил дыхание и сухо сглотнул, готовый принять всё, что скажет Салем.

— Говоря без обиняков — это потому, что в вас заключена сила Короля Демонов.

— ……!

Это ошеломляющее заявление разбило вдребезги мою решимость, и я, не задумываясь, крепко схватил руку леди Мередии.

— Это самая злая и опасная сила из всех существующих.

На этот раз леди Мередия не стала меня упрекать.

----------

Вторжение

— Сила Короля Демонов, значит. Честно говоря, я такого совсем не ожидал.

После того как председатель Совета Старейшин Салем закончил говорить, Уитни, долго хранивший молчание, наконец подал голос.

— Я — Король Демонов? Звучит совершенно неуместно. Ха-ха.

— …а?

Старейшины, собиравшиеся было машинально кивнуть на его слова, на мгновение замолчали, ощутив зловещую ауру, исходившую от Уитни.

— Да. Тебе это и вправду совсем не подходит.

— Ха-ха. Видите? Я так и знал, что вы это скажете.

— И всё же ты принимаешь это за чистую монету.

Мередия, поняв, что все взгляды устремлены на неё, безжизненно вставила слово в разговор, но даже она потеряла дар речи, увидев, с какой готовностью Уитни принял сказанное.

— Но тогда почему такая злая сила поселилась именно во мне?

Пока все остальные избегали зрительного контакта, Уитни в замешательстве склонил голову набок и задал этот вопрос.

— …ты не единственный, в ком есть сила Короля Демонов.

В то же время с некогда тихого почётного места донеслось покашливание, а за ним — сдержанный голос.

— Да, полагаю, пришло время поговорить и об этом.

От легкомысленной манеры, что была мгновение назад, не осталось и следа; теперь Тиффани Астелайд излучала самообладание, а её глаза сверкали решимостью.

— Сотни лет назад через Орден Света было передано пророчество судьбы…

— …

— Пророчество о гибели, оставленное Второй Святой и первой Хранительницей Сияния. Последний свет, что решит судьбу мира и его спасение, предопределённое колесо судьбы…

— …эй, прости.

Как раз в тот момент, когда она с драматическим жестом вытянула руку и, как всегда, начала изрекать грандиозные слова на Высоком Наречии Белых Магов…

— Не могла бы ты объяснить немного проще?

— А, угу.

Уитни, смотревший вперёд с улыбкой, тихо попросил, и Тиффани, на мгновение смутившись, быстро опустила голову.

— П-пророчество, оставленное Второй Святой… может дать нам подсказку.

— ……!?

Когда из её уст полилась совершенно нормальная речь, глаза старейшин расширились от шока.

— Не могла бы ты, может быть, рассказать и о его содержании?

— …хорошо!

Даже нынешняя глава некогда изолированного Люмен Ордо, известная тем, что нанесла сокрушительный удар по его упадку, покраснела и стала послушной, что само по себе было шокирующим.

— Злой бог, запечатанный Героем, вернёт свою силу. В то время по всему миру снова начнут рождаться дети с утерянной силой Короля Демонов.

Но ещё более шокирующим было то, что открытый глаз Тиффани, не скрытый повязкой, стал чисто-белым.

— И… а? П-почему все так смотрят?

Старейшины, знавшие, что обычно она зажигает глаза для стиля, а не для настоящей магии, немедленно ощутили божественную силу, исходящую от её теперь уже белых глаз.

«Раньше она так никогда не делала… она всегда искажала пророчество в угоду себе».

«Поистине чудовищная сила, даже если смотреть во второй раз».

Причина, по которой старейшины терпели эксцентричную личность Тиффани, несмотря на то, что она была бомбой замедленного действия, заключалась в её непревзойдённом таланте.

Хотя, несмотря на их усилия, в последнее время она не показывала видимого прогресса…

— Да… полагаю, есть причина, по которой вы являетесь нынешним лидером. Ваш потенциал соперничает даже со Святой Хестией.

— Теперь я понимаю, почему вы не выбрали прямой путь.

Тиффани Астелайд, всего за один день после воссоединения с Уитни, продемонстрировала достаточно силы, чтобы заставить насторожиться даже Мередию.

«Почему все поднимают такую шумиху?»

Для Уитни, который регулярно видел, как глаза Мередии светятся красным, это не было чем-то особенным.

«…ах, да. Вот же они какие. Так что леди Мередия наконец-то осознала правду».

Понимающая улыбка, которую Уитни адресовал Мередии, словно говоря: «наконец-то дошло, да?», была настолько многозначительной, что это заметил бы даже младенец — и старейшины, конечно же, заметили.

«Тогда, полагаю, ничего не поделаешь… что ж, актёрское мастерство — наш конёк».

«И всё же, я беспокоюсь о последствиях, если нас раскроют».

После этого старейшины быстро переглянулись и, как ни в чём не бывало, начали своё объяснение, во главе с председателем Салемом.

— Как гласит пророчество, родословная Короля Демонов прервалась на втором поколении. Это подтверждено в исторических записях.

— …через брак с Героем, полагаю.

— Да. Но вместо этого начали появляться кандидаты с потенциалом стать Королём Демонов.

Их взгляды теперь упали на Мередию, сидевшую рядом с Уитни.

— Мы говорим о детях, рождённых с особыми способностями в частях их тел, что началось несколько десятилетий назад.

— Святое Королевство, Империя и Люмен Ордо договорились называть это «благословением», чтобы избежать паники… но правда в другом.

Обычно Мередия выразила бы недовольство таким откровенным разглядыванием.

Но на этот раз она просто опустила взгляд, не говоря ни слова.

— …я никогда не хотела рождаться такой.

Хоть и скрытое в тени, её бледное лицо было отчётливо видно, и она крепко сжала руку, бормоча это.

— Тогда, это всё, что есть в пророчестве?

Уитни, видя это и протянув было руку, чтобы утешить её, быстро отдёрнул её под её острым взглядом и сменил тему вопросом.

— …есть ещё одна строка.

Салем молча перевёл взгляд на почётное место, понизив голос.

— Но эта часть запечатана магическим ограничением, поэтому я не могу произнести её вслух.

— …тот, кто получит благосклонность злого бога, будет повелевать детьми и захватит мир.

— Конечно, если это Хранительница Сияния, то это другое дело.

Когда Тиффани снова повторила пророчество, и её глаза снова стали белыми, Салем горько улыбнулся и добавил:

— Вы должны понимать, это пророчество — сверхсекретная информация. Хотя Святое Королевство имеет власть над пророчествами и назначением Героев, эта информация известна только Люмен Ордо.

После паузы Уитни спокойно посмотрел на Салема и тихим голосом спросил:

— Тогда… какое отношение это пророчество имеет ко мне?

При этих словах в зале заседаний воцарилась тишина.

— Уитни Лингард. Пожалуйста, не поймите это неправильно.

Нарушив тишину, Салем откашлялся и осторожно заговорил, его лицо слегка помрачнело.

— Похоже… вы можете быть тем самым, кого благословил злой бог.

Улыбка Уитни медленно сошла с его губ, когда он услышал эти слова.

— П-после исследования магических волн лорда Уитни в мастерской мы обнаружили, что сила, полностью противоположная белой магии, вмешивается в его магический выброс.

— …но это не тёмная магия. Эти две силы изначально несовместимы.

Когда выражение лица Уитни стало более устрашающим, чем обычно, Аврора и Селест, почувствовав давление, наконец открыли рты после вопросительного взгляда Салема.

— Поэтому мы продолжали исследования… и обнаружили, что монстры подчиняются мана-волнам лорда Уитни.

— В-вы когда-нибудь испытывали нечто подобное раньше?

Столкнувшись с их острым вопросом, Уитни на мгновение заколебался, прежде чем признаться.

— …во время экзамена в академии, когда произошёл несчастный случай, монстры действительно следовали моим приказам.

— М-мы так и знали!

Аврора внезапно повысила голос и вскочила со своего места.

— Ч-честно говоря, это был не просто анализ. Мы на самом деле реконструировали волновые колебания маны в обратном порядке! Это не очень эффективно, но это был самый точный метод…

— Эм, на самом деле, мы хотели вас кое о чём спросить. Не могли бы вы остаться в нашей лаборатории всего на один день? М-мы не будем делать ничего странного. Просто хотим взять несколько образцов…

Когда Селест, сидевший рядом с ней, присоединился к ней с несколько безумным выражением лица, Салем, наблюдавший за ними обоими, поспешно вмешался, чтобы остудить ситуацию.

— Это всё ещё заседание совета. Личные просьбы могут подождать.

— Ах, да.

— П-простите.

Как только внезапный накал в атмосфере спал, Салем откашлялся и вернулся к первоначальной теме.

— Вы знаете, какая самая мощная и необходимая способность для Короля Демонов?

— Хм… может, неуязвимое тело или почти бесконечная мана?

— Это важно, да. Но не самая ключевая способность.

— Тогда что же это?..

— Самая важная сила для Короля Демонов — это «сила господства».

В этот момент в сознании Уитни вспыхнуло воспоминание.

«Кстати говоря, разве Парша не упоминала что-то о силе господства?»

Он вспомнил, как после хаотичного отборочного мероприятия, когда он возвращался в особняк, Парша радостно упомянула, что пробудила силу господства, увидев метку подчинения на руководителях.

— Демоны, монстры, тёмные маги и тому подобное. Сила подчинять злых существ тьмы и делать их своими подчинёнными — это и есть сила господства.

— И после обширных исследований мы пришли к выводу, что вы обладаете этой силой.

Салем осторожно наблюдал за всё более напряжённым выражением лица Уитни, продолжая.

— Вы, кто должен владеть чистейшей силой — белой магией — также таите в себе самую злую силу. Эти две силы создают своего рода резонанс.

— Ваша мана серая, и зловещая аура, которой у белого мага никогда не должно быть, вероятно, из-за этого.

И снова тяжёлая тишина опустилась на зал для совещаний.

***

Наконец столкнувшись с правдой о своей способности, я долго молча сидел, склонив голову, прежде чем наконец открыть рот.

— Я понимаю, что вы говорите… но я всё ещё не совсем догоняю.

— Какую часть вы не понимаете?

Сколько бы я ни думал, была одна вещь, которую я просто не мог постичь.

— В любом случае, моя изначальная сила — это предположительно подлинная белая магия, первая за тысячи лет, верно?

— …это верно.

— Тогда почему Злой Бог решил даровать такую силу именно мне?

Как только я задал этот вопрос, старейшины, явно ожидавшие этого момента, начали избегать моего взгляда.

— Я не какой-то там Король Демонов или серый кардинал — я просто зять.

— …….

— А теперь я ещё и Герой. В смысле, где ещё вы найдёте кого-то столь же милого, как я?

Как раз в тот момент, когда я оглядывал их, пытаясь донести свою невиновность со всё более обиженным лицом…

Бзззззз—

Внезапно коммуникационный кристалл в моём кармане начал вибрировать.

— …прошу прощения.

— Как грубо.

Хотя я провёл большую часть своей прошлой жизни прикованным к постели, я хорошо знал, насколько вибрирующий кристалл может испортить настроение на совещании, и поспешил его выключить.

— Я сейчас выключу… стоп, нет. Подождите.

Но я ничего не мог поделать. Мне пришлось достать коммуникационный кристалл.

— Это прямая экстренная линия Парши.

Кристалл, который у меня был, предназначался для использования только в случае, если с Паршей случится что-то действительно угрожающее жизни.

— Парша, в особняке что-то не так… а?

С бледным лицом я срочно спросил о её самочувствии, но затем заметил что-то странное и склонил голову набок.

Треск—

Кристалл, который я вытащил, почему-то начал чернеть и испускать дым.

— О нет.

— Постойте, это…

— …невозможно.

Пока я безучастно смотрел на эту сцену, старейшины вокруг меня начали встревоженно реагировать.

— «Ах, вы меня слышите?»

— ……!

Но прежде чем я успел даже усомниться в голосе…

— случилось это.

— «Рада снова вас видеть, остатки Света».

Из почерневшего кристалла донёсся голос, который никогда не должен был быть услышан.

— «Приветствие от Теневой Ведьмы — члена исполнительного совета Теневого Собрания и великого учителя тёмных магов».

----------

Проклятие

— «Хм-м, все как будто языки проглотили, да?»

Из хрустального шара, стоявшего на столе Уитни, раздался громкий и живой голос.

— «Такие знакомые лица, давно не виделись — не слишком ли вы холодны?»

Но любой, кто знал истинную личность обладательницы этого весёлого голоса, скорее всего, невольно содрогнулся бы.

— Теневая Ведьма. Фигура, к которой мы относимся с такой же осторожностью, как и к лидеру тёмных магов.

— Действительно, говорят, её сила соперничает даже со старейшинами тёмной секты — поистине грозная.

— …у-фу-фу. Интересно, как вам удалось прорваться через нашу защиту?

Задолго до того, как стать тёмным магом, она совершила бесчисленные военные преступления и массовые убийства.

Став тёмным магом, она проводила ужасающие и жуткие эксперименты.

Благодаря этому, даже после многочисленных столкновений со Святым Королевством и Люмен Ордо, она остаётся жива и невредима — свидетельство её ужасающих способностей.

Она — фактический заместитель главы Теневого Собрания.

Вот та злая сущность, что скрывалась за весёлым голосом, который теперь исходил из хрустального шара.

— Не знаю, что заставило вас явиться перед нами в таком виде, но даже не думайте пытаться выкинуть что-нибудь глупое.

И всё же, реакция Совета Старейшин, включая председателя Салема, была на удивление спокойной.

— Это из-за древней магии, заключённой в Люмен Ордо? Та ещё заноза.

— «Правила, сформированные древними пактами, предположительно, игнорируют даже власть королевской семьи и Святого Королевства. Довольно удобная система защиты, не так ли?»

Даже Теневая Ведьма, заместитель главы тёмных магов, признавала грозную защиту Люмен Ордо.

— «Уитни, если бы ты — официальное лицо Люмен Ордо — не дал разрешения, даже эта голосовая передача была бы невозможна».

— …не говорите мне, что активация хрустального шара и была триггером.

— «И всё же, не слишком беспокойся. Ты разрешил только «звонок», так что это всё, что я могу сделать, понимаешь?»

Как она и сказала, даже её голос, просачивающийся через хрустальный шар Уитни, стал возможен лишь потому, что она нашла небольшую лазейку.

— ≤О, и я заметила, у тебя в особняке тоже есть что-то подобное. Я пыталась вломиться, пока тебя не было, но это было нелегко».

— …?

— «Может, это была даже не сама Великая Тень. Какой трюк ты использовал?»

Но как раз в тот момент, когда Уитни начал чувствовать беспокойство от её странных речей…

— Думаешь, тебе сойдут с рук последствия вторжения в святилище света?

С почётного места раздался внезапный леденящий голос — Тиффани Астелайд.

— «Ха-ха. Новый лидер Люмен Ордо — всего лишь ребёнок. Вы серьёзно следуете этому вздору?»

Но, услышав голос Тиффани, теперь полный жажды убийства, издевательский смех Теневой Ведьмы, смешанный с неуважительной речью, разнёсся по комнате.

— «Похоже, мне придётся напомнить тебе, как умерла ваша предыдущая Хранительница Сияния».

— Заткни свою поганую пасть!!!

— «Ой-ой. Какой пылкий нрав — а мне нравится».

В этот момент, даже когда глаза разъярённой Тиффани стали белыми, голос Теневой Ведьмы оставался таким же мягким, как и прежде.

— ≤Я просто обожаю больше всего играть с такими, как ты».

— …!

И затем, в следующее мгновение.

Из хрустального шара внезапно повалил чёрный дым.

— «Ну, как тебе? Я создала небольшой барьер для нашего тайного свидания. Даже старейшинам Люмен Ордо понадобится не менее тридцати минут, чтобы его сломать. Всё это возможно потому, что ты разрешил звонок. Ещё раз спасибо. Фу-фу…»

Как она и сказала, дым быстро окутал Уитни, и его поглотило изолированное пространство, отрезанное от внешнего мира.

— Хватит болтовни. Излагай, что тебе нужно.

— «Ку-ку-ку. Ты мне приказываешь?»

— …я сказал, излагай, что тебе нужно.

Спокойно осмотрев окрестности и оценив ситуацию, Уитни отбросил формальности и холодно ответил на хихикающий голос Теневой Ведьмы.

— «Кажется, я теперь понимаю, почему Великая Тень положила на тебя глаз».

— …….

— «Определённо, многообещающий талант».

Казалось, обрадованный, голос Теневой Ведьмы слегка задрожал от волнения, и она с нетерпением продолжила.

— «Хорошо, тогда перейдём к делу. Следующее Теневое Собрание назначено».

— …что?

— «Я приду за тобой в тот день, и ты сопроводишь меня на встречу».

Услышав это, лицо Уитни заметно похолодело, и он уставился в хрустальный шар.

— «Кстати, ты ведь помнишь, что твоя роль — быть дублёром Великой Тени, верно?»

— …….

— «Аха-ха. Не нервничай так. Я практически её единственная верная подчинённая».

Хотя доносился только её голос, казалось, будто её тон слегка смягчился.

— «Этот секрет известен только мне среди тёмных магов, так что я лично буду тебя сопровождать».

— …….

— «Сама Великая Теневая Ведьма в роли твоего помощника — какая роскошь, а?»

Но, всё ещё выглядя невпечатлённым, Уитни тихо задал вопрос.

— Насколько я знаю, никто из руководителей не является по-настоящему верным.

— «…ой-ой».

— Чего ты на самом деле добиваешься?

При этих словах голос Теневой Ведьмы внезапно стал томным.

— «Ты уже начал вести себя как дублёр? Начинаешь нравиться всё больше и больше».

— …….

— «Ку-ку-ку. Не нужно так страстно на меня смотреть».

К этому моменту Уитни не мог не почувствовать беспокойство, задаваясь вопросом, может ли она видеть его через хрустальный шар.

— «На самом деле, ты прав. У меня есть свои планы».

Затем Теневая Ведьма начала излагать очень зловещее послание.

—« В Теневом Собрании лишь немногие знают, что наш великий лидер не обладает силой господства».

— …силой господства.

— «Да. Силой, которой во всём этом мире обладаешь только ты».

Почему-то Теневая Ведьма, казалось, знала тот же вывод, к которому Люмен Ордо пришёл после долгих исследований мана-сигнатуры Уитни.

— «Знаешь, что я поняла, живя в этом мире?»

— …….

— «Чтобы выжить, и возвыситься, нужно с умом выбирать, на чью сторону встать».

Выражение лица Уитни стало ещё более неловким, но Теневая Ведьма беззаботно продолжала.

— «Тот низкоранговый член, что был схож со мной по натуре — он выбрал сторону Педро вместо моей, пытал тебя и в итоге умер».

— …….

— «Такова жизнь. Всё зависит от осознанности».

Хотя её тон звучал вежливо, слова Теневой Ведьмы становились всё более напряжёнными.

Гу-у-у-у—

Тем временем чёрный дым, сочившийся из хрустального шара, начал мягко собираться вокруг плеч Уитни.

— «А теперь даже мои инстинкты говорят мне следовать за тобой».

Чувствуя, будто длинные пальцы скользят по его плечам, Уитни взмахнул рукой, чтобы рассеять дым, но тот тут же собрался снова.

— «В истории бесчисленное множество рассказов, где дублёр заменяет своего правителя и становится настоящим».

— …ты не боишься последствий?

Когда фигура опустилась на стол и приняла форму маленькой ведьмы, Уитни заговорил с нехарактерно агрессивным тоном.

— «Как только что сказал тот старый хрыч, Люмен Ордо защищён древней магией, которую невозможно расшифровать».

— …….

— «Ни одно существо без разрешения белого мага не может даже ступить внутрь, не говоря уже о том, чтобы оказать какое-либо влияние».

Маленькая ведьма, сидевшая на краю стола и болтавшая ногами, растянула зазубренный рот на своём дымном лице и ответила.

— «Великая Тень, у которой даже нет силы господства — как жалко, ку-ку-ку…»

Сказав это, маленькое воплощение Теневой Ведьмы медленно протянуло руку к Уитни, который смотрел на неё сверху вниз.

— «Ну, давай поладим, а? Ты мне интересен не меньше, чем Великой Тени».

— «Когда ты однажды захватишь власть над тёмными магами, надеюсь, ты не забудешь, что я была первой, кто склонил перед тобой голову».

— …другие руководители разделяют твои мысли?

Полностью проигнорировав этот жест, Уитни спросил холодным голосом, и двойник Теневой Ведьмы склонила голову, всё ещё держа руку протянутой.

— «Хм-м… кто знает?»

— …….

— «Даже если я всё это говорю, я ещё не доверяю тебе полностью».

Хихикая и прикрывая рот рукой, она снова прошептала, её рот неестественно растянулся.

— «Но если дать тебе небольшую подсказку… может, по крайней мере двое других думают так же, как я?»

— …….

— «Сама Великая Теневая Ведьма даёт тебе такие подсказки — это достижение, не находишь? Можешь этим хвастаться».

Но Уитни так и не взял протянутую ею руку.

— «Что ж, тогда я пойду».

Треск-треск—

— «Какая-то сумасшедшая женщина рвёт мой барьер по швам, так что, думаю, мне лучше побыстрее уйти».

С ноткой сожаления двойник ведьмы взглянул на него, прежде чем заметить трещину, образовавшуюся рядом с ней, и начал растворяться в дыму.

— Ты сбегаешь?

— «Конечно. Теперь, когда я заметила, что две сумасшедшие женщины силой разрывают мою великую магию — я никак не смогу с этим справиться в этом теле».

Как она и сказала, из трещины, выросшей до размеров кирпича, глаза Мередии светились краснее, чем когда-либо.

Скр-р-риииип—

С противоположной стороны тонкая рука — предположительно, Тиффани Астелайд — пробивалась сквозь барьер Теневой Ведьмы и насильно расширяла пролом.

— «Ну, если бы ты дал разрешение появиться здесь моему настоящему телу, всё могло бы обернуться иначе…»

— Закатай губу.

— «…м-да, честно говоря, другого и не ожидала. Просто подумала, вдруг ты попробуешь».

Выходки этих двоих, нарушавших самые основы магической теории, оставили даже Теневую Ведьму заметно ошеломлённой, хотя она и пыталась этого не показывать.

— Почему… почему ты появилась именно в этот момент?

— «Ну, как я уже говорила, я пыталась избежать внимания Великой Тени».

Когда Уитни спросил раздраженным тоном, двойник, уже наполовину исчезнувший, ответил голосом, полным смеха.

— «И всё же, это я пытаюсь примкнуть к тебе. Разве ты не должен справиться с таким кризисом самостоятельно, чтобы заслужить моё доверие?»

— …….

— «Что ж, до следующей встречи. Ку-ку-ку-ку…»

Оставив эти слова, двойник Теневой Ведьмы полностью растворился в воздухе.

Бам—!

В следующее мгновение барьер, созданный Теневой Ведьмой, неожиданно разлетелся на куски всего за три минуты.

— Все, я в поряд… ах.

И в следующее мгновение, прежде чем Уитни успел среагировать, мягкие руки обвились вокруг его тела.

— …ты, ублюдок.

Леди Мередия, вся в холодном поту, тяжело дышала, держа Уитни в объятиях.

— Если ты в порядке, скажи, что ты в порядке.

— Л-леди…

— Я волновалась….

Даже Мередия, похоже, слишком перенапряглась, разрывая само пространство.

Теперь обмякшая, она посмотрела Уитни в глаза и тихо пробормотала, прежде чем положить голову ему на плечо.

— Э-это я должна была сказать…

Тем временем, с другой стороны, Тиффани Астелайд, подбежавшая в спешке, пробормотала про себя с несколько разочарованным выражением.

— …погодите-ка.

Её глаза расширились от удивления.

— Это… не может быть…

Её бледное лицо исказилось от шока, когда её взгляд упал на тыльную сторону правой руки Мередии, обнимавшей Уитни.

Там проступило чёрное клеймо.

— Н-не говори!

В панике подняв голову, Мередия крикнула со смущённым выражением, но было уже слишком поздно.

— …смертельное проклятие?

Слова, определяющие проклятие, уже сорвались с губ Тиффани.

И вскоре после этого над залом для совещаний повисла тяжёлая тишина.

----------

Обстоятельства

— Смертельное… значит.

В тяжёлой тишине, опустившейся на зал для совещаний, я долго сидел молча, прежде чем наконец заговорить тихим голосом.

— Кто это сделал?

— Ах, это… эм…

Тиффани Астелайд, пришедшая в себя от моего вопроса, замялась, забыв даже о своей обычной манере держаться.

— Я… я что, ошиблась?

— М-м. Думаю, ты, должно быть, ошиблась. Ха-ха.

И всё же, несмотря на то, что обычно она была ужасно недалёкой, сейчас она внезапно начала проявлять почти сверхъестественную проницательность.

Но, к несчастью для неё, было уже слишком поздно.

— …….

Мередия, чья правая рука тихо поднялась, чтобы прикрыть другой рукой слабо светящееся клеймо, выглядела бледнее, чем когда-либо.

И когда я увидел, как её нижняя губа слегка дрожит, стало ясно, что она уже всё знала о своём проклятии.

— Если уж на то пошло, для тебя невозможно ошибиться в подобном, Тиффани.

— А?

— Ты из тех, кто может определить большинство проклятий с первого взгляда.

И прежде всего, ошибочная идентификация проклятия со стороны Тиффани была практически невозможна.

В игре её точность обнаружения проклятий составляла 100 процентов — если только это не был баг, её показания никогда не были неверными.

— Для Хранительницы Сияния это может выглядеть неясно, но с моей точки зрения, эта метка всё ещё может означать несколько разных проклятий…

— Д-да, действительно. На Восточном континенте есть поговорка, что даже обезьяны падают с деревьев. Так что давайте не будем делать поспешных выводов…

Хотя Салем и Пэк Ён Хва с некоторым опозданием присоединились к разговору спокойными голосами, даже они не могли полностью контролировать свои выражения лиц.

— Это… трагедия.

— С-сестра, эта метка…

— …тш-ш.

Мы и не заметили, как Астрид, глава южного филиала, уже смотрела на Мередию с жалостью в глазах, а Аврора и Селест даже не могли встретиться с ней взглядом.

— …да, это правда.

Во всё более мрачной атмосфере раздался неожиданно спокойный голос Мередии.

— Я предполагала, что это в конце концов раскроется. Хотя и не думала, что вот так... проклятие на мне — смертельное. Одно из худших из известных, наравне с Проклятием Полуночи и Проклятием Очудовищивания.

Я более или менее догадывался об этом, но услышать это непосредственно от Мередии заставило моё сердце сжаться, будто его пронзили иглой.

— Проклятие Полуночи… его разработал повелитель драконов из отряда Второго Героя. Проклятие Очудовищивания — наследие бывшего злого бога.

— А смертельное проклятие… его разработали совсем недавно.

Наблюдая за выражением моего лица, Тиффани, сидевшая рядом, начала объяснять без всякой просьбы.

— Кто его разработал?

— …говорят, это работа так называемой «Великой Тени», лидера тёмных магов.

Сказав это, она нервно посмотрела и на меня, и на Мередию, но в тот момент у меня не было душевных сил на сочувствие.

— Ха-а-а-а…

Благодаря знаниям из оригинальной игры, я знал, что Мередия несёт на себе смертельное проклятие.

Но я думал, что это что-то вроде проклятия подчинения, которое причиняет боль или принуждает к определённым действиям.

«Так вот почему Мередия в оригинальной истории действовала так отчаянно?»

Как бы то ни было, для такого, как я, кто когда-то ждал смерти от неизлечимой болезни, вся эта ситуация была слишком жестокой.

— Тогда…

— Хочешь знать, сколько мне осталось?

Поскольку я не мог заставить себя спросить это прямо, Мередия, тихо наблюдавшая за мной, продолжила за меня.

— Наверное… около года.

— …….

— И всё же… ха. Неважно.

Как только она собралась что-то добавить, она прижала руку ко лбу и намеренно отвернулась, скрывая своё бледное лицо.

— Мне нужно проветриться.

И мгновение спустя леди Мередия тихо вышла из зала для совещаний.

— Подожди…

— Не иди за мной.

Я попытался последовать за ней с ошеломлённым выражением, но её усталый голос остановил меня.

— Я хочу побыть одна.

С этими последними словами леди Мередия исчезла из комнаты.

— Тиффани. Насчёт этого смертельного проклятия…

— …….

— …неужели нет способа его снять?

Простояв как статуя, казалось, целую вечность, я наконец собрался с мыслями и повернулся к Тиффани, которая нервно наблюдала со стороны.

— В случае Проклятия Полуночи или Очудовищивания есть несколько известных лекарств, потому что они существуют уже давно. Точно так же, для проклятий, считавшихся неизлечимыми, вроде Проклятия Неудачи или Подчинения, лекарства были разработаны в эпоху Второго Героя.

Как и ожидалось от главы Люмен Ордо, она с лёгкостью перечислила методы лечения проклятий, которые даже я считал неизлечимыми.

— Я спрашиваю о смертельном проклятии.

— …ах, да.

Но та единственная информация, которая мне была нужна, отсутствовала, поэтому я напомнил ей, и её лицо помрачнело ещё больше.

— Смертельное проклятие…

— Всё в порядке. Просто скажи мне.

— …не существует известного лекарства или метода ослабления.

Услышав её окончательный ответ, моё собственное лицо помрачнело вместе с её.

— Если мы проведём исследование, разве мы не сможем разработать лекарство?

В конце концов, это святая земля белой магии — Люмен Ордо.

Даже если они не истинные белые маги, они всё равно являются ведущими экспертами в противодействии и защите от чёрной магии.

Точно так же, как существовали скрытые лекарства от других проклятий, которые я считал неизлечимыми, может быть, и лекарство от смертельного проклятия можно найти при достаточном изучении.

— …мы уже его исследуем.

— Но всего за один год… это невозможно.

Я так и думал, но нерешительный ответ Авроры и Селеста позади меня снова разбил мою надежду.

— Проклятия, используемые лидером тёмных магов, структурно отличаются от традиционной тёмной магии…

— Потребуется как минимум ещё три года исследований.

— Тогда… нет никакого способа?

— …….

— Правда?

Но вместо обиды на них, в моём сознании возобладал вопрос, который я не мог понять.

— Тогда как я смог ослабить проклятие леди Мередии?

— Что?

В тот момент, когда я задал этот вопрос, незакрытый глаз Тиффани расширился от шока.

— Я определённо ослабил проклятие, появившееся на тыльной стороне руки леди Мередии.

— ……!

— Может быть, я — ключ к снятию её проклятия? Если мы будем исследовать в этом направлении…

Снова обретя силы от её реакции, я начал делиться своими мыслями с максимальным самообладанием, на какое был способен.

Но затем…

— Есть кое-что, с чем нам нужно разобраться в первую очередь.

Это был председатель Совета Старейшин, Салем, который до сих пор тихо всё слушал и внезапно присоединился к разговору.

— Прямо сейчас ваша сила — это смесь белой магии и силы господства.

— Да, вы упоминали это ранее, и я в курсе.

— Проблема в том, что мы не знаем, какая из двух сил была ответственна за ослабление проклятия леди Мередии.

— И в чём здесь проблема?

Склонив голову набок, я спросил его с недоумевающим видом, и его лицо стало заметно более противоречивым.

— Если бы это была твоя чистая белая магия, что ослабила проклятие, мы бы сделали всё, что в наших силах, чтобы помочь тебе.

— Что ж, спасибо…

— Но если это была сила господства, что ослабила проклятие… тогда мы не можем тебе помочь.

В тот момент, когда он это сказал, я остановился на полуслове и крепко сжал губы.

— Более того, мы должны будем сделать всё, что в наших силах, чтобы остановить тебя.

Тон Салема был тяжёлым, но решимость в его глазах была безошибочной.

— !...

— …да.

— Так мне следует понимать это как официальную позицию Люмен Ордо?

Прикусив нижнюю губу, чтобы сохранить самообладание, я спросил Тиффани рядом со мной, но даже её ответ не отличался.

— Ты ведь знаешь, что значит использовать силу господства, верно?

— …….

— Если ты не будешь осторожен, ты можешь стать Королём Демонов…

Честно говоря, я всегда был пассивным и чувствительным к тому, как меня воспринимают другие.

— Так в чём именно проблема?

Вот почему, даже когда я огрызнулся, я с трудом верил, что это я злюсь.

Гу-у-у-у—

Но в тот момент, когда я бессознательно повысил голос, леденящая энергия заполнила комнату — настолько сильная, что даже я её почувствовал.

— …вы объявляете себя нашим врагом?

— Если вы не попытаетесь остановить меня от исцеления Мередии, то этого не произойдёт.

Салем, самый проницательный среди членов совета, мгновенно насторожившихся, допросил меня, и я, заставив себя сохранять спокойствие, ответил.

— У-Уитни, может, подумаешь ещё раз…

— Давайте закончим на сегодня обсуждение.

Тиффани, сидевшая рядом и явно расстроенная, попыталась схватить меня за руку дрожащим голосом, но я не мог взять её руку.

— Скоро увидимся.

Потому что я должен был пойти и сказать леди Мередии, которая, должно быть, сейчас одна снаружи, что я буду с ней.

— Сэр Уитни. Вы ведь понимаете, что мы очень снисходительны к вам, верно?

Как только я направился к двери, через которую вышла Мередия, холодный голос Астрид, главы южного филиала, эхом раздался за моей спиной.

— …изначально леди Мередия также была помечена для устранения. И так было до тех пор, пока вы не стали Героем.

Зная, насколько они были добросердечны, я понимал, что это не пустые слова.

— И то, что только что произошло — вы ведь понимаете, что не можете игнорировать свою долю ответственности, верно?

Но даже если это означало противостоять Люмен Ордо…

Есть вещи, от которых я просто не могу отказаться.

— Я возьму на себя любую ответственность, какой бы она не была.

— Уитни…

— Но я не откажусь от леди Мередии.

Дав понять свою позицию, я тихо повернул ручку двери и вышел из зала для совещаний.

— Неужели?..

— …….

— Тебе леди Мередия нравится больше, чем я?

Затем заплаканный голос Тиффани слабо позвал меня сзади.

Но, не сумев дать ей ответа, я плотно закрыл за собой дверь.

***

Тем временем, в тот самый момент — на переднем дворе штаб-квартиры Люмен Ордо.

— …….

Леди Мередия, в одиночестве поднявшаяся по ступеням из подвала, прищурилась и нахмурилась от внезапного солнечного света.

— Эй, я же сказала, двигайте быстрее!

— Боже, что за беспорядок…

— Если бы я знала, что так обернётся, я бы не стала всю ночь украшать…

Горничные Люмен Ордо поспешно срывали и убирали все венки и цветочные композиции, которые были установлены внутри замка по прямому указанию Тиффани Астелайд.

— Не ожидала, что у девчонки с таким малым обаянием уже кто-то на примете.

Тихо наблюдая за всем этим, Мередия прошла мимо с холодной улыбкой.

— …простите, что создаю столько хлопот, умирая.

Её голос, полный горького самоуничижения, дрожал гораздо сильнее обычного.

— До сих пор я только и думала о том, чтобы всё бросить.

— ……?

Горничные, занятые работой, безучастно посмотрели на неё, когда она в одиночестве шла по саду.

Но она не обратила на них внимания и ускорила шаг.

— Я забыла, что меня тоже могут в любой момент выбросить.

Даже не зная, куда она идёт, просто шагая, куда несли ноги, она почему-то выглядела ужасно маленькой и потерянной.

— Кто сказал, что тебя выбросят?

— ……!

— До чего жуткие слова.

Пока знакомый, мягко-насмешливый голос не раздался прямо за её спиной.

— Разве кто-то отпустит то, что так дорого?

При тихом шёпоте Уитни, когда он взял её за руку и мягко остановил, Мередия, хоть и вполне способная его стряхнуть, застыла на месте, не в силах пошевелиться.

----------

Люблю

— …отпусти меня.

— Миледи.

— Я сказала, отпусти.

Мередия, довольно долго сверлившая Уитни взглядом за то, что он схватил её за руку, наконец начала предупреждать его холодным тоном.

— Я ведь не то чтобы сильно вас держу.

— …….

— И всё же, мне отпустить, если вы прикажете?

Но затем до её ушей донёсся голос Уитни, полный смеха, но в то же время почему-то серьёзный.

— Кх.

На самом деле, даже если Уитни и не сжимал её руку крепко, если бы Мередия действительно захотела, он бы физически не смог её удержать.

Помимо её глаз-самоцветов или разницы в их силе, физические возможности Мередии с самого начала значительно превосходили возможности Уитни.

Если бы Мередия просто сделала движение, чтобы стряхнуть его руку, противостояние немедленно бы закончилось.

— …делай, что хочешь.

Однако Мередия, молча кусавшая нижнюю губу, в конце концов позволила руке безвольно повиснуть, вместо того чтобы оттолкнуть его, выказывая признаки смирения.

— Спасибо за сотрудничество. Но я не отпущу.

— …….

— Если вы после всего этого сбежите, я буду совершенно вымотан. Ха-ха.

При мягком голосе Уитни, сделавшего шаг к Мередии, её взгляд слегка опустился.

— Я никуда не собираюсь, так что отпусти.

— Правда? Я искренне ненавижу гоняться за людьми, которые убегают.

— Ха.

— Поэтому, пожалуйста, оставайтесь там, где я могу вас видеть.

Судя по одному лишь разговору, это могло показаться довольно романтичной сценой.

Но для горничных, нёсших венки, только что сорванные во дворе Люмен Ордо, сцена выглядела несколько иначе.

— «Страшно…»

— «…он из этих, одержимых?»

— «Кажется, я читала такое в мрачном любовном романе…»

Поскольку они жили в такой изолированной среде и мало что знали о дурной славе Мередии, выражение лица Уитни, державшего её, показалось горничным поистине пугающим.

Кроме того, тот факт, что Мередия выглядела особенно слабой и хрупкой — совсем не похожей на себя обычную — лишь усиливал это впечатление.

— Всякий раз, когда я за кем-то гоняюсь, всегда начинают ходить странные слухи.

— …..

— Когда я был маленьким, меня даже арестовала городская стража, когда я играл в прятки со своей младшей сестрой.

— …да, могу себе представить.

Конечно, если бы они услышали полный контекст разговора, жанр бы мгновенно изменился.

Добрые намерения Уитни не могли быть правильно переданы, потому что мир всё ещё не был готов его принять.

— Ну, раз уж вы уже вошли во внутреннее святилище Люмен Ордо, похоже, бежать вам всё равно некуда.

— …ха.

— Технически, если бы вы планировали уехать на карете, вам следовало бы пойти в другую сторону… ай!

В общем, без надобности болтая в такой ситуации, Уитни в наказание получил от Мередии удар по ноге.

— Ха-ха. Значит, у вас всё ещё есть силы злиться, я погляжу.

— Если понимаешь, то отпусти мою руку.

— Это немного сложно…

— Здесь много глаз… ха-а, неважно.

И всё же, когда Уитни не отпускал её руку, Мередия нахмурилась от всё более сочувствующих взглядов прохожих — будто она была героиней трагического любовного романа — а затем наконец в смирении опустила голову.

— «О нет, какая жалость…»

— «Такой плохой человек…»

— «Она так старалась, готовя венки для его встречи, а теперь посмотрите, что он делает…»

Благодаря этому недопонимание среди горничных Люмен Ордо только углубилось.

Несмотря ни на что, Уитни снова встретился взглядом с Мередией.

***

— Так что ты хочешь сказать?

— …хм.

Остановить леди Мередию — это одно, но, честно говоря, даже я не был уверен, что делать дальше.

— Если честно, я и сам не знаю.

— Что?

— Я просто выбежал за вами, так что ещё не успел привести мысли в порядок.

Поскольку я только что столкнулся с такой шокирующей правдой, хоть и знал, что решение есть, в моей голове всё ещё был беспорядок, и разобраться было трудно.

— Тогда позволь мне разложить их по полочкам для тебя.

Пока я стоял с отсутствующим выражением лица, леди Мередия вздохнула и начала говорить.

— Как ты слышал, времени в моей жизни осталось всего около года.

— …….

— Как только проклятие активируется, моя жизнь полностью оборвётся. И тогда всё будет кончено.

Это краткое изложение быстро прояснило мои спутанные мысли.

«Что бы ни случилось, пока я рядом с тобой, это не будет концом».

Однако нынешнее душевное состояние Мередии было слишком разбитым, чтобы я мог произнести эти слова немедленно.

— Будь то наш контракт или твои глупые планы, всё кончено.

— Но леди Мередия, которую я знаю, не из тех, кто будет тихо сидеть и ждать конца.

Итак, я медленно начал с ней разговаривать, но с такой привередливой особой, как принцесса Мередия, даже это было нелегко.

— Что ты знаешь обо мне?

— По крайней мере, могу сказать, что знаю больше, чем твоя дрянная семейка.

К счастью, я уже несколько привык иметь дело с нашей дорогой принцессой Мередией.

— Честен ты или нет, но это заявление мне нравится.

Как и ожидалось, она слегка приподняла уголки губ в ответ на мои слова, глубоко вздохнула и легко взмахнула рукой.

Дз-з-зинь—

Затем звуконепроницаемая магия, витавшая над каретой, быстро окутала нас.

— Я знала о своём проклятии очень давно.

— …….

— И столько же времени я планировала, как снять это проклятое проклятие.

Когда она медленно начала свой рассказ, я тихо слушал.

Даже я, не самый проницательный, знал, что в такой ситуации лучше всего — просто тихо слушать.

— Как ты, вероятно, догадался, сила в моих глазах-самоцветах на самом деле — сила Короля Демонов. Наш достопочтенный герцог Эмбегрин понял это на ранней стадии и с самого моего детства пытался всячески меня использовать.

И всё же, когда она упомянула герцога Эмбегрина, я с трудом сдерживал спокойное выражение лица.

Что в прошлом, что сейчас, слышать о её дрянной семейке всегда было тяжело.

— Но я терпела до конца. Благодаря этому у меня на теле довольно много шрамов, но мне всё же удалось подавить силу Короля Демонов.

— …понятно.

— В конце концов, разъярённый, герцог Эмбегрин заключил союз с Теневым Союзом и наложил на меня проклятие с ограниченным сроком действия.

Но, стиснув зубы и слушая её рассказ, я не мог не нахмуриться, услышав эти слова.

— Чтобы подавить смертельное проклятие, я не могу просто экономно использовать силу Короля Демонов, как сейчас — я должна полностью её высвободить.

— …….

— Если я хотела жить, я должна была пробудить силу Короля Демонов. Таков, должно быть, был их замысел.

— …….

— А если нет, может, они просто хотели медленно меня убить.

Хотя она говорила спокойно, цвет лица принцессы Мередии стал значительно бледнее.

— Конечно, я это абсолютно презирала. Вот почему я подавляла силу и искала другие решения.

— …….

— Но сколько бы я ни искала, я не могла найти ответа.

Гнев и ненависть.

А за ними — слабый, но безошибочный страх.

Возможно, принцесса Мередия всё это время скрывала такой страх за своей холодной манерой.

— В конце концов, после таких жалких попыток, я превратилась в монстра, ничем не отличающегося от них.

Услышав это, я ущипнул себя за бедро, чтобы не заговорить.

Я хотел сказать, что она слишком отличается от этих отбросов, чтобы сравнивать себя с ними, но сейчас было не время.

Сейчас был момент просто тихо слушать, как она наконец начала открываться о своём прошлом.

— И всё же, у меня не было надежды. Честно говоря, я уже наполовину сдалась несколько месяцев назад.

— …….

— Я думала сжечь Императрицу, которая играла с тёмными магами, герцога, всех их… и тоже выпить яд.

Эти зловещие слова, которые могли бы перевернуть империю, если бы когда-нибудь просочились наружу, казалось, пролетели мимо моих ушей — может, это было лишь моё воображение.

— Да, так было… до того дня, как я встретила тебя.

В тот момент, когда я услышал, как её голос впервые смягчился, когда она посмотрела прямо на меня, я уже забыл большинство ужасных вещей, которые она только что сказала.

— Но…

Однако, когда она продолжила, её слова начали затихать.

— …так в чём проблема?

Терпеливо подождав, я наконец заговорил снова, когда показалось, что она вот-вот замолчит навсегда.

— Ты сама видела в тот день. Я могу ослабить твоё проклятие.

И всё же её губы, снова сомкнувшиеся, не выказывали никаких признаков того, что собираются снова открыться.

— Может быть, не так уж и невозможно полностью снять это проклятие…

— В этом-то и проблема.

Её рот открылся быстрее, чем я ожидал, издав загадочный ответ.

— Проблема в том, что ты — единственное решение.

Пока я в замешательстве моргал, леди Мередия вздохнула и холодно заговорила.

— Честно говоря, я до сих пор не могу в это поверить, но по крайней мере я признаю вот что — я тебе нравлюсь.

— Ну, конечно, нравишься.

— И то, что ты без колебаний сделаешь для меня всё, что угодно — это я тоже признаю.

Кивнув на её слова, я воспользовался шансом и честно сказал то, что было на сердце.

— Если понадобится, я бы даже жизнь за тебя отдал.

— В этом-то и проблема.

Снова последовал её ледяной ответ.

— Я отчётливо помню, что они сказали — что ты несёшь в себе силу господства.

— …….

— Если эта сила — ключ к снятию моего проклятия… тогда я не думаю, что смогу принять твою помощь.

Молча обдумывая её слова, я слегка склонил голову, наблюдая, как она крепко сжимает правую руку и смотрит вниз.

— Это потому, что меня может поглотить эта сила?

— …да.

— И всё же, даже с таким ответом, я не могу понять.

Казалось, я упускаю какой-то критически важный момент, но не мог понять, какой именно.

— Разве наш контракт был заключён не для того, чтобы использовать друг друга?

Я упомянул самую важную связь между нами — наш контракт — и её лицо помрачнело ещё больше.

— Я хотел быть рядом с тобой, потому что ты мне нравишься.

— …….

— А ты заключила контракт, чтобы использовать такого, как я, различными способами, верно?

— …….

— Тогда разве ты не должна просто использовать меня, как договорились?

Даже сейчас я всё ещё не мог понять её реакцию.

— Я не знаю, почему сила Короля Демонов выбрала меня, но если она может помочь тебе, я готов использовать её без колебаний.

— Хватит…

— Если это сможет продлить жизнь и даже освободить тебя от судьбы Короля Демонов, то я и просить о большем не мог бы…

Но я хотел донести свою искренность во что бы то ни стало, поэтому продолжал говорить с самым серьёзным выражением лица, на какое был способен.

— Хватит!!!

Затем Мередия повысила голос так громко, что казалось, мои барабанные перепонки задрожали.

— Вот — именно поэтому — я и отвергаю твою помощь!

— …можешь сказать мне причину?

Испуганный, но и всё более любопытный, я робко спросил Мередию, которая делала глубокие вдохи.

— Причину… хорошо. Я скажу это ясно, так что слушай внимательно.

— …….

— Причина, по которой я отвергаю твою помощь, всего одна.

Затем она схватила меня за воротник и притянула к себе.

И то, что она сказала дальше, честно говоря, оставило меня в большем ошеломлении, чем когда-либо.

— Я…. люблю тебя… я не хочу видеть, как ты становишься Королём Демонов.

— Что?

— Одна лишь мысль о том, что ты будешь осквернён этой проклятой силой из-за меня — ужасает. Понял?

Финальный босс в большинстве рутов, худшая злодейка в игре.

Даже если отбросить это, Мередия всю свою жизнь прожила как высокомерная, гордая дочь герцога.

И всё же из её уст прозвучало то, чего я никогда не думал услышать.

— А, эм… я не совсем понимаю…

— …идиот.

Увидев моё внезапно ставшее пустым лицо, она сверкнула на меня ледяными глазами.

— Неспособность понять такие вещи — как мужчина ты худший.

— …прошу прощения?

— Ха-а.

Затем она вздохнула, на мгновение закрыла глаза и снова открыла их с решительным выражением.

— Никогда не думала, что скажу нечто подобное в своей жизни.

И слова, что последовали за этим…

Я уверен, я никогда не забуду их, пока жив.

— …я люблю тебя, Уитни.

В тот момент, когда я услышал эти нереальные слова, казалось, время остановилось.

— Я сказала, что люблю тебя, идиот.

----------

Наведение порядка

— …хм-м.

Леди Мередия, только что сбросившая настоящую бомбу, внезапно залилась румянцем и метнулась в противоположную сторону, оставив меня в саду одного.

В наступившей тишине я мгновение стоял в оцепенении, пока внезапный голос за спиной не заставил меня обернуться.

— Сэр Уитни, вы немного остыли?

Салем, вернувшийся в облик ребёнка примерно возраста Саши, шёл ко мне вместе со старейшинами.

— Надеюсь, вы примете верное решение. Отныне одно ваше неверное слово может стоить вам поддержки всего Люмен Ордо.

— …моё решение не изменилось.

Я быстро собрался с мыслями и ответил на его торжественный тон.

— Благодарю за предложение помощи, но я не могу пойти на это, если это помешает лечению леди Мередии.

Я и так не собирался следовать их воле, но случившееся лишь укрепило мой отказ.

— Ха-а…

— …похоже, нам его не переубедить.

— Хе-хе, видимо, так.

Хотя их лица и омрачились от моего непоколебимого ответа, враждебности я, к счастью, не ощутил.

Лишь явное разочарование читалось в их взглядах.

— Я спрошу лишь об одном.

— …спрашивайте.

Я задал вопрос, который внезапно пришёл мне в голову.

— Моя сила — так называемая «сила господства» — ведь не обязательно именно она ослабила проклятие леди Мередии, верно?

— ……

— Разве не могла чистая белая магия ослабить его? Если мы продолжим исследования в этом направлении…

При этих словах разочарование на лицах старейшин медленно сменилось недоумением.

— …не уверен, стоит ли нам об этом говорить.

— А разве не будет страннее что-то скрывать сейчас?

— …пожалуй.

Перешептываясь, они медленно обратили свои взоры ко мне.

— Вы никогда не задумывались, почему Хранительница Сияния так часто навещала поместье Лингард, когда вы были юны?

Тут вперёд выступил Салем и задал мне этот загадочный вопрос.

— Это было… просто по просьбе моего отца, для поддержания отношений…

— Нет. Это была официальная версия.

Выражение его лица стало мрачнее, чем когда-либо, а я стоял с растерянным видом.

— Проклятие, сокращающее жизнь, было впервые обнаружено около двадцати лет назад.

— …что?

— И единственный известный носитель этого проклятия… человек, которого вы очень хорошо знаете.

Пока он говорил, в моей голове сложился единственный возможный вывод, и я невольно сжал кулаки.

— Не может быть.

— Покойная графиня Лингард страдала от точно такого же проклятия, что и леди Мередия.

И, как я и боялся, Салем произнёс именно то, о чём я подумал.

— …мне жаль, что вы узнали об этом таким образом, сэр Уитни.

— ……

— Естественно, ваш отец обратился за помощью к Люмен Ордо, и мы бросили все наши ресурсы на её спасение.

Я молчал. Салем, внимательно наблюдая за мной, продолжил:

— …мы определили природу и источник проклятия около десяти лет назад, но исследования по его снятию прекратились со смертью графини.

— Потому что носитель проклятия исчез.

— Мы хотели продолжить, но не могли.

Аврора и Селест добавили несколько пояснений, нервно следя за моей реакцией, но их слова почти не доходили до моего сознания.

«Причина смерти матушки… то самое проклятие, что теперь лежит на леди Мередии?»

В прошлой жизни меня не любили в семье, поэтому свою нынешнюю семью я считаю настоящей.

И когда я узнал правду о смерти матери, у меня голова пошла кругом.

— И какое это имеет отношение к тому, что происходит сейчас?

Всё ещё пытаясь сохранять спокойствие, я задал вопрос. Салем со вздохом ответил:

— Графиня Лингард была одним из самых блестящих и способных исследователей проклятий в совете Люмен Ордо.

— Мы были её учениками.

— Даже сейчас нам не приблизиться к её гениальности.

Как и сказали стоявшие за его спиной одарённые брат и сестра, моя мать была прославленным исследователем белой магии.

От этого было ещё труднее поверить, что она умерла от проклятия.

— Перед смертью графиня оставила нам последнюю просьбу.

— ……

— Она просила не использовать вашу силу для её лечения.

Услышав это, я не сдержался, прикусил губу и зажмурился.

— Теорию о том, что в вас сосуществуют и чистая белая магия, и сила господства, выдвинула именно она. Она же предположила, что сила господства исходит от тёмного бога.

— …ха-а.

— И раз она обратилась с такой просьбой…

Я уже мог представить, что Салем скажет дальше.

— …значит ли это, что матушка уже знала, что моя сила господства может подавить проклятие? — Тихо прервал я его.

Салем на мгновение молча закрыл глаза. Любой бы понял, что он уходит от ответа, но его молчание было красноречивее всяких слов.

— Скажу честно. Она намеренно опустила некоторые части в своих исследовательских записях, так что мы не можем быть полностью уверены.

— ……

— Но… та женщина, которую я знал, скорее пожертвовала бы собой, чем позволила бы своему дитя стать Королём Демонов.

Этим он практически подтвердил мои подозрения.

— Теперь вы понимаете, почему мы так настойчивы, Уитни Лингард?

Я стоял, не в силах вымолвить ни слова. Салем, с несколько утомлённым видом, заговорил снова:

— Сила господства, которой вы обладаете, может быть настолько опасна, что ваша мать отдала собственную жизнь, лишь бы сохранить её запечатанной.

— Это…

— …исполняя её волю, мы делаем всё возможное, чтобы остановить ваше решение.

Каждое его слово было подобно клинку, вонзающемуся мне в сердце.

— Ваше решение всё ещё в силе?

— ……

— Время ещё есть, так что подумайте хорошенько.

Казалось, он пытался проявить во мне участие, но в то же время будто уже знал, что я должен сказать.

В этот момент мне в голову пришла одна необычная мысль.

— …есть кое-что, что всё ещё не даёт мне покоя.

— Что значит «не даёт покоя»?

— Мой отец оставил мне послание через бывшего дворецкого поместья, Альфреда.

Я снова поднял голову. Салем, услышав мои слова, остановился и недоверчиво склонил голову набок.

— В нём говорилось, что ключ к управлению моей силой спрятан в поместье Эмбегрин.

— …что?

— И если сложить всё воедино, этот ключ, скорее всего, связан с леди Мередией.

Пока я говорил, его лицо выражало всё большее замешательство.

— Как вы уже, должно быть, поняли, это противоречит вашим утверждениям.

То же самое можно было сказать и о старейшинах позади него.

— Лорд Лингард… определённо не стал бы говорить что-то безосновательно.

— Но чтобы он оставил такое послание?..

— Да уж, действительно. После её смерти он…

— …тш-ш.

Судя по их обмену репликами, тайное послание моего отца было новостью и для них.

— Видите? Есть вещи, которых вы до сих пор не знаете.

— Поэтому мои мысли не изменились.

Когда я настоял на своём, взгляды Салема и совета вновь обострились и сосредоточились на мне.

— Раз вы так настроены, полагаю, говорить больше не о чем.

Спустя несколько секунд Салем, нахмурившись, словно от головной боли, схватился за лоб и заговорил снова.

— Мы не станем мешать вам лично заниматься лечением проклятия леди Мередии.

— …благодарю вас.

— Однако официально мы не можем вас поддержать. Прошу отнестись к этому с пониманием.

Хоть это и не был наилучший из возможных ответов, учитывая ситуацию с леди Мередией, мне пришлось принять его. Я молча кивнул и повернулся, чтобы уйти.

— Значит, на этом всё?

— …….

— Что ж, тогда я пойду…

Я уже двинулся в ту сторону, куда убежала леди Мередия, но тут…

— Подождите.

Серьёзный голос Салема остановил меня.

— …я сказал, что мы не можем поддержать вас официально, но это не значит, что мы не поможем вам неофициально.

— Что?

Я обернулся и увидел на его лице довольно сложное выражение.

— Мы тоже потеряли дорогого нам человека из-за этого проклятого проклятия.

— …...

— Посмотрим, сможем ли мы найти способ помочь.

Я не был уверен, но мог сказать, что эмоция, ближе всего отражавшаяся на его лице, была, вероятно, скорбью.

— Вы уверены? Вы ведь знаете, что леди Мередия — потенциальный Король Демонов, верно?

— Да, это так. До недавнего времени мы классифицировали её как безусловную угрозу.

Я почувствовал себя немного виноватым, что обременяю этих добросердечных людей, но Салем, на удивление, смягчился в лице и слабо ответил.

— Однако… я больше так не думаю.

— …что?

— Кто бы мог подумать, что такие слова прозвучат из уст этой грозной злодейки?

Как только он это сказал, шок от недавних событий снова нахлынул на меня.

— Леди Мередия… должно быть, использовала звуконепроницаемую магию.

— …передайте ей, чтобы не слишком полагалась на силу своих глаз.

— Хе-хе. Древняя магия, запечатанная в Люмен Ордо, может нейтрализовать даже силу Короля Демонов.

Даже в разгар всего этого хаоса эти люди были поразительно проницательны.

— Из-за этого наша Хранительница Сияния была так потрясена, что убежала куда-то.

— А.

— Честно говоря, не хотел этого говорить… но вы, сэр, перегибаете палку, не находите?

Я криво усмехнулся их трудному решению и застыл на месте, внезапно услышав новости о Тиффани.

— Мне стоит пойти и выразить ей свои соболезнования…

— Нет, не делайте этого.

— Вы и впрямь ничего не соображаете. Выражать соболезнования той, что вас бросила? Хуже не придумаешь.

Честное слово, это было несправедливо.

Откуда мне было знать, что та, кого я считал просто подругой детства, втайне со мной встречалась?

— Я пока вас покину. Мы что-нибудь придумаем и скоро пришлём письмо.

— …понял.

Мне было что сказать, но холодные взгляды старейшин-женщин заставили меня согласиться с выводом Салема.

— Что ж, теперь я точно ухожу…

— Нет, ещё не всё.

Только я подумал, что моё пребывание в Люмен Ордо наконец-то подошло к концу…

— Мне нужно сказать ещё кое-что.

— ……!

Я тихо шёл прочь, как вдруг кто-то окликнул меня, заставив остановиться и замереть от удивления.

— Речь о вашем отце, графе Лингарде.

Аластор, глава северного филиала, хранивший молчание, даже когда леди Мередия едва не убила его, теперь заговорил о моём отце.

----------

Разбитое сердце

— Что вы имеете в виду, говоря «о моём отце»?

Услышав внезапные слова Аластора, я на мгновение склонил голову набок, а затем, сделав вид, что ничего не понимаю, переспросил его.

— Речь о вашем отце, который уже год выполняет сверхсекретную миссию по приказу Императрицы.

— Хм-м…

— Вам, случайно, не известно, где он?

Но, слушая его, я понял, что он, по какой-то причине, довольно много знает о местонахождении моего отца.

— Мой отец сейчас в хорошем месте.

— Что ж, я бы не сказал, что это место можно назвать хорошим.

— Тогда вы знаете, где мой отец, не так ли?

Всё ещё сохраняя осторожность, я ответил отговоркой, которую однажды уже использовал в разговоре с Сесиль, но в ответ задал Аластору свой вопрос.

— Моя родина, проклятая земля. Мёрзлая земля.

— Прошу прощения?

— Ваш отец там.

Его ответ был совершенно неожиданным.

— Это место…

— Это древние владения драконов.

Его глаза, смотревшие на меня, слегка опешившего, были как всегда холодны, но в них читалось нечто многозначительное.

— В последнее время поведение Императрицы кажется необычным.

— …...

— И хотя я не знаю, по какой причине ваш отец по приказу Императрицы отправился туда…

Я молча смотрел ему в глаза, а его голос, слегка надтреснутый после долгого молчания, врезался мне в уши.

— Вам следует быть осторожным.

— …простите?

— Если в нынешнюю ситуацию вмешаются драконы, равновесие может рухнуть.

Несмотря на всю кажущуюся весомость, вывод прозвучал довольно блёкло. Тем не менее я кивнул и внимательно посмотрел на Аластора.

К этому моменту я уже более-менее догадался, кем на самом деле был Аластор, чья личность в оригинальной истории была скрыта под завесой тайны.

— Сэр Аластор нечасто говорит о подобных вещах. Я и сам слышал это от него всего несколько раз.

— …даже вы?

И действительно, закончив свою речь, Аластор молча отступил назад. Пока мы разговаривали, Салем, всё это время тихо слушавший, осторожно обратился ко мне.

— Когда я только стал старейшиной, сэр Аластор уже был в совете, точно в таком же виде.

— Звучит как довольно жуткая сплетня.

— Полагаю, вы понимаете, что я имею в виду.

После этого разговора я окончательно уверился в истинной сущности Аластора.

— Быть под взором дракона — дело нешуточное.

— Ха-ха…

Дракон-перевёртыш в качестве старейшины… чем больше копаешь, тем больше убеждаешься, что Люмен Ордо — поистине странное место.

«Похоже, скоро грядут большие события. Надеюсь, граф Лингард вернётся в целости и сохранности…»

И если уж такого человека заставили заговорить, интересно, что за миссию поручили моему отцу.

Как только всё это закончится, мне придётся заняться этим вопросом всерьёз.

— Кстати, вы так и будете стоять?

— Простите?

— Разговор окончен, вам следует поспешить за своей невестой.

— …ах.

Конечно, сперва нужно разобраться с ситуацией прямо передо мной.

***

— Ха-а, ха-а.

Тем временем у входа в Люмен Ордо остановилась карета.

«Я, должно быть, сошла с ума».

Мередия, добравшись до места с невероятной скоростью, забралась в карету, закрыла лицо руками и с сожалением пробормотала:

«Я, верно, совсем рехнулась…»

Её лицо постепенно заливалось краской, как вдруг снаружи послышался торопливый стук.

— …войдите.

Мередия, быстро вернув лицу прежнее выражение, отвернулась к окну и холодно бросила.

— Ха-а, ха-а…

— Постойте, вы кто?

Вопреки её ожиданиям, дверь кареты открыла не Уитни, а Тиффани Астелайд, его подруга детства.

— Как ты смеешь… как ты смеешь вмешиваться в судьбоносную встречу меня и Героя! Глупая, ты и не представляешь, сколь смехотворно твоё невежество.

— ……

— Своей проклятой, запечатанной силой я ввергну твою душу в вечные муки. Преклони колени предо мной, истинным светом и хранителем равновесия, и кайся, крича от отчаяния…

Сделав короткую паузу, чтобы отдышаться, всё ещё держась за дверь, Тиффани, словно только этого и ждала, начала извергать эти вызывающие содрогание тирады.

Брови Мередии тихо дёрнулись.

— Вам самой-то не надоело такое говорить?

— …!!

— Вам, вероятно, тяжело, так что говорите нормально, Хранительница Сияния.

Глубоко вздохнув, Мередия, всё ещё сохраняя вежливый тон, обратилась к ней.

— Этот голос и впрямь ласкает слух, не так ли? Воистину, ты обладаешь прозрением, чтобы постичь язык тьмы… но как ты смеешь отдавать приказы мне, Владычице? Твоя безрассудность так забавна…

— …боже.

— Моя речь — это древний язык, унаследованный от изначального хаоса. Никто не может приказать мне изменить его. Ты, преклони колени перед моей мудростью, глубокой, как бездна, и трепещи в благоговении. Я очищу твою душу на языке тьмы…

Карету снова наполнили причудливые речи Тиффани, и наконец холодный и резкий голос Мередии прорезал воздух.

— Других вы, может, и обманете, но не мои глаза.

— …что?

— Я вижу, что вы выдавливаете из себя эти слова.

Услышав это, лицо Тиффани слегка застыло.

— Мне часто приходилось делать что-то из чувства долга перед другими. Поэтому я легко распознаю такое неуклюжее притворство.

— …...

— Так что позвольте вас предупредить. Говорите нормально, или я могу по-настоящему разозлиться.

Пока нападки Мередии продолжались, Тиффани, окончательно надувшись, заговорила.

— …признаю, я заставляю себя, но никто не просил меня этого делать.

Она перешла на совершенно обычный тон, не тот, что был прежде.

— Просто… когда я была маленькой, Уитни нравился такой тон, вот я и продолжала его использовать.

— ……

— Поэтому, даже когда на меня странно смотрели, я упрямо его придерживалась. Мы ведь обещали встретиться снова.

Затем, тихо прикусив нижнюю губу, она умолкла и уставилась на Мередию.

— Но ты, ты…

Вскоре на глазах Тиффани Астелайд навернулись слёзы.

— Как его невеста. Я расспросила служанок. Это значит, вы обещали выйти за него, так?

— ……

— Значит, Уитни Лингард станет вашим мужем?

Долго пронзая Мередию полным слёз взглядом, Тиффани продолжила дрожащим голосом.

— Вы ведь всё ясно видели, не так ли?

Но Мередия, не дрогнув, ответила со спокойным выражением лица.

— Пока на мне это проклятое проклятие, этого не случится, так что не волнуйтесь.

— ……ха.

— Я не заставлю его снова жениться столь жалким образом. Пока что мы лишь помолвлены, а не женаты…

Но чем дальше она говорила, тем неувереннее становились её слова.

— Значит, вы не любите Уитни Лингарда?

В этот момент холодный голос Тиффани внезапно прервал её.

— Вы просто дали это обещание, чтобы использовать его перед смертью?

Её голос всё ещё срывался от слёз, но выражение лица было серьёзнее, чем когда-либо. Мередия открыла рот, готовая ответить, но…

— …это…

Почему-то слова не шли с языка.

— Это…

Может, потому, что всего несколько минут назад она призналась в своих чувствах? Не в силах продолжить, Мередия растерянно замолчала.

— Видите? Я же говорила, что это неправда.

— …что вы пытаетесь сказать?

Когда Тиффани посмотрела на неё в ответ, Мередия, сев напротив, заговорила снова.

— Своим скрытым глазом я могу видеть судьбы людей.

— Что?

— Я могу читать течение звёзд. Если Святая из Святого Королевства служит богине, то я служу звёздам.

Мередия, до этого рассеянно слушавшая её внезапный рассказ, удивлённо расширила глаза.

— И согласно тому, что я видела, Уитни не должно было быть в живых к этому моменту.

Слова Тиффани, которые невозможно было проигнорировать, заставили сердце Мередии пропустить удар.

— Он уже должен был умереть.

— ……что?

— Поэтому я и не встречалась с Уитни до сих пор. Я молилась звёздам, запершись в своей комнате, пытаясь переломить судьбу.

Слёзы Тиффани почти высохли, и теперь она выглядела куда более измученной, чем та беззаботная особа, какой казалась прежде.

— И когда я услышала, что Уитни стал Героем, я подумала, что наконец-то изменила судьбу.

Мередия, молчавшая из-за столь разительной перемены в облике Тиффани, тихо смотрела на сидевшую напротив Хранительницу Сияния.

— Но теперь я вижу, что судьба Уитни прочно связана с вашей, а не с моей.

— ……

— По какой-то причине эта связь почти оборвалась, но, к счастью, теперь она крепко сплетена.

Глаза Тиффани Астелайд, снова засветившиеся белым, устремились на Мередию.

— …если это чудо, которое подарили мне звёзды, полагаю, мне придётся ему последовать.

С этими словами, произнесёнными со смиренным видом, Тиффани умолкла. Мередия, не сводившая с неё глаз, находила её ещё более загадочной, чем прежде.

— Я не очень понимаю, о чём вы говорите, но мне осталось жить всего год…

— С Уитни вы сможете избежать предначертанной вам судьбы.

Несмотря на попытки Мередии отрицать её слова, утверждение Тиффани заставило её взгляд слабо дрогнуть.

— …хорошо, допустим, вы правы. Но что насчёт судьбы Уитни?

— ……

— Даже если я избегу своей участи с его помощью, какой в этом толк, если он станет Королём Демонов?

Спустя мгновение, избегав её взгляда, Мередия наконец посмотрела Тиффани в глаза и выплеснула свои чувства.

— Я жила лишь с одной целью. Уничтожить всех тёмных магов в мире и отомстить тем, кто сделал меня такой.

— …..

— …до того, как встретила его.

Услышав это, лицо Тиффани слегка омрачилось, но она не выказала особых перемен.

— Значит, вы всю жизнь только и получали раны, и вот теперь впервые кто-то вас полюбил.

— …..

— Это всё написано на вашей душе. Простите.

Она сказала это слегка надутым тоном, но тут же извинилась, поймав холодный взгляд Мередии.

— Я никогда не думала, что в этом мире может быть что-то важнее меня самой.

— …понятно.

— Да… так что… ха-а. Что я вообще несу? Я и вправду сошла с ума?

В этот момент, бормоча что-то себе под нос, Мередия схватилась за вспыхнувшее лицо и опустила голову.

— Запомните.

Наблюдая за ней, Тиффани вдруг закрыла глаза, словно приняв решение, и заговорила.

— Как Уитни протянул руку вам, так однажды и вам придётся протянуть руку ему.

— ……?

— Не только вам одной нужно спасение.

После этих слов Тиффани, Мередия, почувствовав, будто услышала загадочное послание от самой Хестии, склонила голову набок.

— …верно, Уитни?

— Ох, вы меня напугали. Что вы здесь делаете?

Тиффани, только что открывшая глаза, обратилась к вошедшему в карету Уитни с несколько тоскливым выражением лица.

— Нет, скорее леди Мередия… кха!

На мгновение Уитни, растерянно смотревший на Тиффани, перевёл взгляд на Мередию и улыбнулся, но в тот же миг Тиффани, не в силах сдержать гнев, врезала ему в живот.

— Угх…

— Ах ты, мерзавец.

Хоть удар и не обладал мощью самоцветного барьера Мередии, в нём всё же было достаточно силы, чтобы Уитни пошатнулся и рухнул на пол кареты.

— Живи хорошо.

— ….???

Просверлив его взглядом и стиснув зубы, Тиффани покинула карету, бросив эти слова на прощание. На её глазах снова навернулись слёзы.

----------

Искренность

— Ай, живот…

После внезапного удара от Тиффани мне ничего не оставалось, как сидеть в карете сгорбившись и обхватив живот, даже когда мы уже отъехали.

«Что, чёрт возьми, только что произошло…»

Случилось столько всего, что я до сих пор не мог до конца осознать, как всё обернулось.

Почему Тиффани Астелайд, которую я считал просто подругой детства, приняла меня за своего парня?

И что означал её удар мне под дых?

«О чём они вообще говорили с леди Мередией?»

И почему она вдруг выскочила из кареты, только чтобы влепить мне тумака и уйти?

«Изначально я планировал остаться в Люмен Ордо на несколько недель…»

Из-за этой череды событий мой план задержаться в Люмен Ордо и найти способ снять проклятие с леди Мередии пошёл прахом.

Впрочем, нельзя сказать, что я уехал совсем с пустыми руками.

По крайней мере, я узнал правду о своих силах и о проклятии, терзающем леди Мередию.

К тому же, хоть и неофициально, мне удалось заручиться поддержкой Салема, председателя совета старейшин.

Одного этого было достаточно, чтобы сказать, что я достиг всего, ради чего приезжал в Люмен Ордо.

«Но… это также означает и больше забот».

Проблема была в том, что проклятие леди Мередии оказалось «смертельным».

Конечно, нынешняя ситуация не совсем безнадёжна, ведь теперь у меня появилась надежда, что я смогу снять её проклятие своей силой.

«И всё же времени осталось слишком мало».

По словам леди Мередии, ей осталось жить около года.

Если я не найду решение за это время, всё, чего я добился, станет абсолютно бессмысленным.

— Ха-а-а…

Для меня, человека, который когда-то лежал в постели в ожидании смерти, нынешняя ситуация была одновременно пугающей и непосильной.

Если даже мне так тяжело, я не могу и представить, что должна чувствовать леди Мередия.

Возможно, причиной, по которой она становится финальным боссом в большинстве рутов оригинальной истории, и были это отчаяние и беспомощность.

«…нет, сейчас не время теряться в бесполезных мыслях».

Поняв, что я невольно хмурюсь всё сильнее, я быстро заставил себя принять нейтральное выражение лица и взглянул на леди Мередию, тихо сидевшую у окна.

— …ну, так хоть немного лучше.

— А?

— А то я уже начал думать, что вы снова замышляете что-то недоброе, так на меня глядя.

Тут спереди донёсся её тихий голос.

— Леди, не могли бы вы теперь посмотреть на меня? Даже если я понимаю, почему вы продолжаете отводить взгляд, эта неловкость сводит меня с ума… — Пробормотал я, осторожно наблюдая за ней, но взгляд леди Мередии оставался прикован к окну.

«По крайней мере, она не решила уехать одна на этой карете…»

Что ж, я знал леди Мередию достаточно долго, чтобы привыкнуть к такому холодному обращению.

Именно поэтому я до сих пор не мог поверить в то, что она сказала мне ранее.

«Может, я на мгновение попал под действие иллюзии».

Чтобы эта грозная леди Мередия с таким румянцем на лице сказала, что я ей нравлюсь — разве такое в прошлой жизни можно было увидеть не иначе как на фанатских рисунках или во вторичном творчестве?

И подумать только, что объектом этого заявления стану я — такого я и представить себе не мог.

До сих пор это была лишь односторонняя симпатия с моей стороны, так что, честно говоря, мне кажется, будто я сплю.

Может, если я как следует ущипну себя за щеку, то проснусь, пуская слюни на стол в своём рабочем кабинете?

В прошлой жизни у меня было полно таких глупых снов, так что, даже если это и случится, я не слишком разочаруюсь…

— …Ай.

С несколько ошарашенным видом я изо всех сил ущипнул себя за щеку, но вместо того, чтобы проснуться в кабинете, почувствовал острую боль, от которой на глаза навернулись слёзы.

— Прости… а.

Слегка смутившись из-за столь жалкого поступка, я повернул голову вперёд и, увидев удивительную картину, быстро выпрямился.

— …….

Леди Мередия, всё это время безучастно смотревшая в окно и избегавшая моего взгляда, теперь клевала носом с закрытыми глазами.

«Что ж, редкое зрелище».

Насколько я знаю, леди Мередия — не тот человек, который покажет такую беззащитность перед другими.

Во-первых, из-за хронической бессонницы и кошмаров она обычно не может заснуть, если не находится в своей комнате, защищённой всевозможными магическими барьерами и снотворными средствами.

— Ха…

Раз уж она так задремала, должно быть, она действительно измотана всем, что произошло.

«Или… если это означает, что она стала мне полностью доверять, то о большем я и просить не могу».

— …Уитни.

— Да, моя леди.

Пока я был погружён в такие мысли, тихо глядя на неё, она вдруг пробормотала что-то во сне.

— Где…

— …простите?

— Где ты?..

На мгновение я подумал, что она проснулась, но, услышав её тяжёлый голос, понял, что она говорит во сне.

— Уитни…

И всё же её голос заметно дрожал.

Хотя я и видел её уязвимой несколько раз, это было совсем другое.

В выражении её лица, когда она звала меня по имени… была глубокая, необъяснимая скорбь.

— Я здесь, моя леди.

После короткого колебания я тихо подвинулся к ней и осторожно подставил своё плечо.

— …

— Я никуда не уйду, так что не волнуйтесь.

Леди Мередия, стонавшая и покрывавшаяся холодным потом во сне, к счастью, склонила голову мне на плечо и снова погрузилась в тихий сон.

…это чересчур близко.

Может, леди Мередии и стало немного удобнее, но для меня это было мгновение муки.

Мы были так близко, что даже её тихое дыхание у моего плеча отчётливо отдавалось в ушах.

— Ха…

Но в такой ситуации я не мог просто отстраниться, так что мне ничего не оставалось, как сидеть в этой позе, не шевелясь и бодрствуя до конца поездки.

«…ну, раз леди Мередию это устраивает».

Конечно, настоящей борьбой была не боль в плече, а давление бешено колотящегося сердца.

***

Скри-и-ип—

Время шло, и некогда ясное небо начало темнеть.

— Леди, думаю, пора просыпаться.

— …м-м-м.

Заметив, что вдали уже виднеется особняк герцога Эмбегрина, я осторожно потряс леди Мередию, дремавшую у меня на плече.

— .....

Однако, даже открыв глаза, она некоторое время безучастно смотрела на меня, а затем вдруг протянула ко мне руку.

— …моя леди?

Возможно, она ещё не до конца проснулась. Она начала щипать меня за лицо, а я, со слегка растерянным выражением, снова позвал её.

— …а-а-ай.

В следующий миг леди Мередия вдруг схватила меня за щеку и потянула, заставив меня издать сдавленный писк и быстро отдёрнуть голову.

— Полагаю, это не сон.

— Ай-ай… вы ущипнули меня, чтобы проверить это?

— …прости.

Хотя, как и прежде, у меня навернулось несколько слезинок, я стерпел и простил её, ведь она редко извинялась.

— …я рада, что это не сон.

— Вам приснился кошмар?

Её лицо всё ещё выглядело бледным, вероятно, из-за стекающего пота, так что, даже если бы она не извинилась, я бы не смог рассердиться.

— Может, вам стоит попросить у Пэк Ён Хва оберег от кошмаров.

— .....

— В любом случае, скоро выходить.

Поскольку дыхание леди Мередии, пока она безучастно смотрела на меня, постепенно выровнялось, я улыбнулся и начал готовиться её проводить.

— Ах, прежде чем мы расстанемся, давайте проясним одну вещь.

— ……

— Я никогда не откажусь от попыток снять ваше проклятие, моя леди.

Конечно, прежде чем проводить её, я должен был сказать то, что хотел, поэтому я понизил голос и прошептал.

— Вы ведь знаете, почему, верно?

Раз я нравлюсь леди Мередии, и если она не может принять мою помощь, то и я, которому она тоже нравится, не могу от неё отказаться.

А в таких спорах побеждает тот, кто настойчивее.

Даже если она решит прекратить со мной видеться с сегодняшнего дня, я использую любые средства, чтобы…

— Уитни, ты веришь в судьбу?

— Чего?

Пока я принимал серьёзное решение, леди Мередия, молча смотревшая на меня, вдруг задала этот вопрос.

— …просто ответь.

— Не уверен, но я верю, что судьба существует.

Хотя я не понимал, почему она вдруг спросила, её выражение лица казалось очень серьёзным, поэтому я ответил как можно осторожнее.

— Каждый наш путь и каждое наше действие — это часть нашей судьбы.

— ……

— Другими словами, наша судьба может меняться в зависимости от наших поступков.

Услышав это, леди Мередия нахмурилась и переспросила:

— Значит, предопределённой судьбы не существует?

— …нет, не совсем так. Разве вы не помните нашу судьбоносную встречу, моя леди?

В прошлой жизни я не верил ни во что подобное, но теперь я отчасти могу в это поверить.

— …в тот день, когда я чуть не убила тебя?

— Ха-ха, воспоминания о том дне до сих пор не дают мне спать по ночам…

Сама эта вторая жизнь — уже чудо, так как я могу сказать, что судьба — это ложь?

— Определённо, то, что случилось в тот день, было, без сомнения, и удачей, и судьбой.

Услышав мой ответ, я увидел, как в глазах леди Мередии промелькнула неописуемая эмоция.

— Представьте, если бы в тот день я просто выпил чай и умер. Многое бы изменилось, правда?

— …..

— Так что, я хочу сказать…

В тот момент, когда я собирался закончить фразу и попытаться подбодрить её…

— …давай расторгнем наш договор.

— Простите?

Внезапное заявление леди Мередии застало меня врасплох.

— Моя леди, вы думали, я просто с этим соглашусь?

Конечно, поскольку это было решение, которое я не мог принять, даже если бы моим глазам суждено было закрыться навсегда, я заговорил сурово.

— Повторяю, если проблема в проклятии, не волнуйтесь. Я только что ради вас разорвал переговоры с Люмен Ордо…

— Это бесполезно. Даже если мне придётся вложить в это все свои силы, я расторгну этот договор.

Почему-то леди Мередия казалась непоколебимой в своём решении.

— …вы серьёзно?

Из-за этого я на мгновение прикусил нижнюю губу, а затем, тихо встав перед дверью кареты, понизил голос ещё сильнее.

— Если вы зайдёте так далеко, я не останусь в стороне…

— Людей нужно дослушивать до конца. И не делай такое лицо, а то кто-нибудь другой может упасть в обморок, увидев его.

Несмотря на мою попытку переубедить её небольшой угрозой, я, услышав слова леди Мередии, склонил голову набок и замолчал.

— Вместо расторжения договора я сделаю новое предложение.

— …новое предложение?

Следующие слова, сорвавшиеся с уст леди Мередии, прозвучали для меня так же нереально, как и те, что она сказала несколько часов назад.

— Вместо того чтобы разрывать помолвку, женись на мне.

— Что?

Но мне не нужно было снова щипать себя за щеку, чтобы понять, что это определённо реальность.

— Женись на мне, Уитни Лингард.

Сказав это, леди Мередия взяла меня за руку, а выражение её лица было невероятнее всего, что я мог вообразить.

— …ха-ха.

Хотя я и видел её с разными выражениями лица, на этот раз всё было иначе — на её губах играла лёгкая улыбка.

----------

Судьба

«…хм-м?»

Мередия, до этого безучастно смотревшая в одну точку, снова открыла глаза, протёрла их и погрузилась в мысли.

«Я задремала? Это я-то?»

Пытаясь восстановить в памяти события перед тем, как уснуть, она слегка улыбнулась и выпрямилась.

«Ха, и впрямь. Я совсем размякла».

Похоже, избегая настойчивого взгляда Уитни в карете по пути из Люмен Ордо, она на мгновение задремала.

Естественно, в обычных обстоятельствах такого бы не случилось, и Мередия, усмехнувшись, провела рукой по волосам.

«И всё из-за этого парня…»

Что бы она подумала, увидев версию себя всего несколько месяцев назад — ту, что, краснея, признавалась Уитни в своих чувствах посреди сада?

«Наверное, решила бы, что я сошла с ума, и проглотила бы горсть яда, да?»

— Леди, что нам теперь делать?..

— !?

— !?

Внезапно, пока Мередия размышляла, как ей теперь смотреть в лицо Уитни, до её ушей донёсся отчаянный голос.

— Что с тобой?

— И-ик, простите!?

Мередия, только что поднявшая голову, в замешательстве уставилась на старого дворецкого, которого она уволила ранее — тот стоял перед ней на коленях.

— А? Где я?

— В-в кабинете леди…

Для Мередии, чьё последнее воспоминание было связано с каретой, всё это было совершенно непонятно.

— Где Уитни?

— Простите?

— Ты впустил его в особняк без моего разрешения? Хоть он и мой жених…

Тем не менее, придя к рациональному выводу, что Уитни, должно быть, перенёс её в особняк, пока она спала, она начала бормотать с несколько недовольным лицом.

— Прошу прощения, но, Ваше Высочество…

Старый дворецкий, ставший ещё бледнее, чем прежде, дрожащим голосом сообщил невероятную новость.

— Юный господин Уитни… скончался сегодня около девяти утра.

— …что?

— Он выпил яд на чаепитии… и больше не очнулся.

На мгновение Мередия безучастно уставилась на старого дворецкого.

Затем она крепко сжала кулаки и встала.

— Что за чушь ты несёшь?

— П-простите! Я совершил тяжкий грех!

Затем, проглотив слова, он бросился ниц и принялся снова и снова биться лбом об пол.

— Я-я приготовил яд, парализующий нервную систему, как и приказывала леди… но по какой-то причине он оказал смертельный эффект… я возьму на себя ответственность. А пока мы должны сосредоточиться на улаживании ситуации…

От его слов лицо Мередии исказилось от смятения.

— Он мёртв? Уитни?

— …леди?

— Это невозможно. Даже если бы я бросила его в цитадель тёмных магов, он в любом случае выживет. Почему…

Бормоча, Мередия бессознательно перевела взгляд на календарь, висевший на стене.

Когда её глаза остановились на нём, они внезапно расширились.

— Ха.

А затем с её губ сорвался холодный смех.

— Ха, ха-ха-ха.

— …леди?

— Ха-ха-ха-ха… ха.

Мередия, нервно смеявшаяся довольно долго, наконец рухнула обратно в кресло и пробормотала:

— …это всё было сном?

— …?

— Да, я так и думала.

Её лицо исказилось от чувства, которого она никогда прежде не испытывала.

«Такая, как я, никогда не сможет быть по-настоящему счастлива».

Хотя она испытала всевозможные негативные эмоции, это чувство не было похоже ни на одно из них.

Возможно, имя этому чувству было «пустота».

— …тело Уитни Лингарда уже забрали?

— Что? А, да.

— Тогда проводи меня, я изменю причину смерти…

Просидев долгое время в кресле, Мередия покачала головой и заговорила.

— Уитни Лингард изначально был слаб здоровьем, и он посетил чаепитие, несмотря на своё состояние, что усугубило его болезнь и привело к смерти. Понятно?

— Да, да! Понятно!

Выражение её лица уже вернулось к тому, каким было несколько месяцев назад.

«Да, так и должно быть».

В её взгляде, полном тени ненависти, не было и намёка на улыбку.

«Так и должно быть?..»

И по какой-то причине всё, что она видела, начало проноситься мимо с огромной скоростью.

***

— Мередия, ты и впрямь снова устроила большой переполох.

— …?

— …?

Пока время ускорялось, Мередия, сидевшая сгорбившись с отсутствующим видом, резко вернулась в реальность и оказалась лицом к лицу с тем, кого она очень не любила.

— Тебе бы следовало подумать о положении своего старшего брата, у которого столь ужасная младшая сестрёнка.

Её старший брат, Майер Эмбегрин, всегда смотревший на неё с презрением, вытащил из-под полы пальто стопку газет и бросил их на стол перед ней.

«Худшая катастрофа со времён основания Империи, кто несёт ответственность за призыв демонов…»

Читая заголовки брошенных им газет, Мередия в замешательстве нахмурилась.

«Что-то не так… это не сходится с историей, которую я знаю…»

Но чем больше она думала, тем больше туманился её разум, и она не могла понять, почему.

— Ты ведь знаешь, что несёшь ответственность за всё это, да? Ты прекрасно понимаешь, что заслуживаешь казни, не так ли?

— Что? Нет, я…

— Мередия, когда я говорю, ты должна держать рот на замке.

Даже попытка возразить была быстро забыта, поскольку смехотворные замечания Майера вытеснили её из мыслей.

— Это указ Императрицы. С сегодняшнего дня ты лишена поста главы дома. С этого момента я займу эту должность вместо тебя.

— Что это… кх.

— Вот что бывает, когда ведёшь себя неподобающе, сестрица.

Говоря это, Майер схватил Мередию за воротник и силой усадил обратно в кресло.

— …а.

На руке Мередии вдруг оказался магический браслет-ограничитель, которого она до сих пор не замечала.

— Но считай, что тебе повезло. Даже такая отвратительная особа, как ты, запятнала бы мою репутацию, если бы тебя казнили.

— ……

— Ты и не представляешь, сколько золота было потрачено, чтобы скрыть твою ошибку.

В замешательстве уставившись на браслет, Мередия услышала следующие слова Майера, и её глаза яростно задрожали.

— Потому что теперь ты никогда не покинешь этот особняк.

— Что?

— Мередия, мне жаль, но отныне тебе придётся остаться здесь.

И в следующий миг её глаза начали наливаться красным.

— Как ты смеешь, кто дал тебе право?..

— Хех. Ты всё ещё не понимаешь, что происходит, да?

Майер, с усмешкой наблюдавший за ней, сделал жест.

Г-у-у-у-у—

— А-а-а-ах!

Браслет-ограничитель на руке Мередии яростно завибрировал и мгновенно лишил её сил.

— Как только ты теряешь пост главы, с тобой покончено.

С этими словами Майер Эмбегрин, всё ещё держа её за воротник, холодно произнёс:

— Мне нужно на королевское совещание, так что я ухожу. Вместо меня за тобой отныне будет присматривать новый гость.

Когда он отступил, дверь кабинета открылась, и кто-то вошёл внутрь.

— ……!

— Что такое, знакомое лицо? Ах, да, ты ведь проявляла к ней интерес в прошлом.

Мередия, узнавшая вошедшую, вскрикнула от удивления, а Майер с игривой улыбкой вкрадчивым голосом начал представление:

— Позвольте представить. Это дама Руниэль Мистилейн, правая рука Императрицы и новый капитан Императорской Гвардии. Сделаешь хоть шаг за пределы особняка — и это будет решение ценой в жизнь. Будь осторожна.

Но Мередия, полностью игнорируя слова Майера, была прикована взглядом к женщине по имени Руниэль.

«Почему она подчиняется Императрице?»

Неясное, но нарастающее чувство тревоги охватило её разум.

— Ха-ха. Думаешь драться? Брось, так будет лучше.

— ……

— Кем бы ты ни была, с этим магическим ошейником-ограничителем на тебе, ты просто выбросишь свою жизнь на ветер.

Но прежде чем Мередия успела свыкнуться с тревогой, Майер отпустил Руниэль и с ухмылкой продолжил.

— О, кстати, не слишком беспокойся. Я не планирую запирать тебя здесь навсегда.

— …..

— Я скоро найду тебе подходящего мужа, так что будь благодарна и за это.

Закончив свою речь и уже собираясь уходить, Майер слегка прищурился и добавил загадочный комментарий:

— …надеюсь, в этот раз ты его не убьёшь.

— ……!

— В последнее время у меня жутко болит голова от яростных протестов со стороны семьи Лингард.

В этот момент Мередию охватило непреодолимое чувство тревоги, сильнее, чем когда-либо прежде.

— ……

Но пока дверь не закрылась и присутствие Майера не исчезло, Мередия не могла понять, в чём источник её беспокойства.

— Прошу прощения.

Сколько прошло времени?

— С сегодняшнего дня я буду заботиться о принцессе Мередии, меня зовут Парша.

— …ясно.

— Ха-ха, как и ожидалось, моё суждение было верным…

Снова в кабинет вошла знакомая на вид девочка, но Мередия уже не чувствовала той тревоги.

— Что ж, надеюсь на сотрудничество.

И так её время снова понеслось вперёд.

***

— Ха-ха, леди. Поистине поразительно…

Спустя, казалось, целую вечность, Мередия пришла в себя и обнаружила, что смотрит на Императрицу, которая почему-то была вся в крови.

— Ты победила. Поздравляю.

— …….

— Ты победила, но теперь ты бесполезна. Хочешь сесть на трон? Ведь не осталось никого, кто мог бы призвать тебя к ответу…

Рядом с Императрицей лежала Руниэль со смертельной раной и закрытыми глазами, а вокруг них трагической грудой были свалены тела Императорской Гвардии.

А за окном пылала столица Империи.

— …ха.

Оглядев эту сцену, Мередия вспомнила, что добилась всего этого своими руками, и обратила свой холодный взгляд на Императрицу.

— Заткнись.

— …уха.

В следующий миг Императрица, всё ещё сохранявшая расслабленное выражение лица, была пронзена насквозь самоцветным кристаллом, который Мередия вызвала из воздуха.

— В конце концов… неужели я всего лишь половинка, неполноценный человек?

Императрица, с едва уловимым выражением сожаления, оставила после себя туманное последнее замечание и рухнула. Наступила тишина.

— Ха…

Среди тишины Мередия с усталым выражением лица подошла к трону и слабо опустилась на него, склонив голову.

— Я… я просто хочу отдохнуть.

Но она смутно знала, что времени на отдых у неё не осталось.

Г-у-у-у—

Издалека, со стороны Императорского дворца, к ней приближалась мощная энергия.

Это определённо была аура явившегося в мир «Героя».

Сможет ли она победить этого Героя после ожесточённой битвы с Императрицей и её капитаном гвардии?

— …впрочем, это не имеет значения.

Но такие заботы больше не волновали Мередию.

«Моя месть окончена…»

Выжегшая всю ненависть, гнев и огонь, что оставались внутри, она больше не видела смысла в жизни.

— …но.

Да, так и должно было быть.

«Почему мне кажется, что я что-то упустила?..»

Что это за чувство тревоги, которое не отпускало её с самого начала?

«Что же это такое…»

Она не могла избавиться от ощущения, что совершила одну огромную ошибку. Такую, что разрушила бы всё.

— …может быть…

Охваченная этим чувством, Мередия, сжимавшая голову руками, вдруг вспомнила момент, когда она впервые в жизни переступила черту, и горько улыбнулась.

«Если бы не это… может, у меня мог бы быть лучший конец».

Первый невинный человек, погибший от её руки на чаепитии, чьё лицо теперь расплывалось в памяти.

Возможно, источник непрекращающейся тревоги исходил из того первородного греха.

— Его звали… да, точно…

Тихо закрыв глаза, Мередия прошептала его имя, роясь в угасающих воспоминаниях.

— …Уитни Лингард.

И когда она закрыла глаза, мир вокруг неё начал медленно переворачиваться.

***

— Леди, думаю, пора просыпаться.

— …м-м-м?

Снова почувствовав себя ошеломлённой, Мередия открыла глаза и моргнула, с замешательством глядя на звавший её голос.

— …моя леди?

Как всегда, оно было зловещим и жутким, но почему-то сегодня, чем дольше она смотрела, тем больше покоя приносило ей лицо перед ней.

Ш-ш-шух—

Мередия, некоторое время безучастно смотревшая на него, протянула руку и начала осторожно щипать еоо за лицо. Мужчина, с беспокойством наблюдавший за ней, посмотрел на неё в замешательстве.

— …а-а-ай.

Мередия, молча смотревшая на него, вдруг с силой ущипнула его за щеку, отчего с его губ сорвался крик.

— Полагаю, это не сон.

— Ай-ай… вы ущипнули меня, чтобы проверить это?

— …прости.

Поняв, что ей снова приснился тот же ужасный кошмар, Мередия тихо извинилась перед Уитни, который смотрел на неё с обиженным выражением.

— …я рада, что это не сон.

Пробормотав это себе под нос, Мередия вдруг что-то осознала и мягко закрыла глаза.

— Вам приснился кошмар? Может, вам стоит попросить оберег, чтобы отогнать его…

Человек перед ней, что-то бормотавший, глядя на неё, и был той самой причиной тревоги, которую Мередия чувствовала на протяжении всего сна.

«На этом этапе я больше не могу себя обманывать».

Осознав это, Мередия с покорным вздохом прошептала про себя и приняла молчаливое решение.

— В любом случае, скоро выходить.

Уитни, собиравшийся проводить её с обеспокоенным видом, вдруг принял серьёзное выражение и заговорил.

— Ах, прежде чем мы расстанемся, давайте проясним одну вещь.

— ……

— Я никогда не откажусь от попыток снять ваше проклятие, моя леди.

Хотя Мередия уже всё для себя решила, услышав его слова, она не видела причин колебаться.

— Вы ведь знаете, почему, верно?

Возможно, человек перед ней полностью изменил ход её жизни, которая могла бы развернуться именно так, как показал её сон.

Слова, которые ей нужно было сказать перед выходом из кареты, были уже ясны.

— Уитни, ты веришь в судьбу?

— Чего?

С этими словами Мередия, начавшая разговор перед выходом, пристально посмотрела на Уитни и заговорила.

— …просто ответь.

— Не уверен, но я верю, что судьба существует.

Его ответ лишь укрепил её решимость.

— Каждый наш путь и каждое наше действие — это часть нашей судьбы.

— ……

— Другими словами, наша судьба может меняться в зависимости от наших поступков.

Мередия, почувствовав облегчение, едва заметно улыбнулась.

— Значит, предопределённой судьбы не существует?

— …нет, не совсем так. Разве вы не помните нашу судьбоносную встречу, моя леди?

Какое облегчение, что Уитни был именно таким.

— …в тот день, когда я чуть не убила тебя?

— Ха-ха, воспоминания о том дне до сих пор не дают мне спать по ночам… определённо, то, что случилось в тот день, было, без сомнения, и удачей, и судьбой.

Если бы этого не случилось, у неё никогда не было бы такого шанса.

— Представьте, если бы в тот день я просто выпил чай и умер. Многое бы изменилось, правда?

— …..

— Так что, я хочу сказать…

И на самом деле, если присмотреться, хотя Уитни и выглядел довольно устрашающе, его вполне можно было счесть красивым.

— …давай расторгнем наш договор.

— Простите?

— Это одностороннее расторжение договора, и я беру на себя полную ответственность за это.

По крайней мере, так это видела Мередия.

— Моя леди, вы думали, я просто с этим соглашусь?

— Это бесполезно. Даже если мне придётся вложить в это все свои силы, я расторгну этот договор.

— …вы серьёзно?

Увидев, как Уитни снова скорчил жуткую гримасу в ответ на её слова, Мередия не смогла сдержать улыбку и сказала.

— Если вы зайдёте так далеко, я не останусь в стороне…

— Вместо расторжения договора я сделаю новое предложение.

Той, что была воплощением высокомерия, с сердцем холодным как лёд и ненавистью к человечеству, худшей злодейки из оригинальной истории, финального босса, в тот день не было.

— Вместо того чтобы разрывать помолвку, женись на мне.

Впервые девушка, полная ран, но застенчивая, полностью открывшая своё сердце другому, сидела перед Уитни.

— Женись на мне, Уитни Лингард.

И имя этой девушки было, несомненно, Мередия Эмбегрин.

----------

Новичок в любви

Прошло несколько дней с тех пор, как череда событий в Люмен Ордо подошла к концу.

Кабинет герцога в особняке Эмбегрин.

— Ха-а.

Нынешняя хозяйка особняка, Мередия Эмбегрин, закончила работу, поставив печать на последней странице из целой горы документов.

Она вздохнула, отодвигая в сторону стопку готовых бумаг.

— …уже утро?

Незаметно для себя она увидела, как утренний солнечный свет проникает в окно, окутывая её, а до ушей доносится щебетание птиц.

Для Мередии, у которой из-за хронической бессонницы день и ночь часто менялись местами, это была не слишком привычная картина.

Однако особой усталости она не чувствовала.

Потому что несколько дней назад, положив голову на плечо Уитни, она незаметно задремала, и с тех пор ей удавалось спать без кошмаров.

«Как странно».

Мередия, никогда не ожидавшая, что её бессонница, с которой не удалось справиться несмотря на многочисленные попытки, внезапно исчезнет, подумала про себя:

«И впрямь, это всё из-за него…»

Бормоча себе под нос и вспоминая мужчину, которого она подозревала в качестве причины, Мередия внезапно залилась румянцем и опустила голову.

— …угх.

Прошло уже несколько дней с того громкого заявления в карете, но стоило ей вспомнить тот день, как её лицо вспыхнуло так же сильно, как и тогда.

— Чёрт…

Некоторое время она прятала лицо в ладонях, пытаясь остудить пылающие щёки.

Однако по мере того, как лицо остывало, внутри неё медленно поднимались смущение и стыд.

Тук-тук-тук—

Спустя несколько секунд по кабинету разнёсся звук, с которым Мередия билась головой о стол.

Слуги, проходившие по коридору, из-за громких стуков подумали, что кого-то наказывают, и прошло немало времени, прежде чем звук наконец утих.

Динь~

И в этот момент в кабинете раздался чистый звон колокольчика.

— Вызывали?

Клара, главная горничная, с тревогой ожидавшая снаружи, ворвалась внутрь, как только услышала звук.

— Какой чай желаете сегодня? Если вам нужно что-то для снятия усталости, я бы порекомендовала ромашку или мяту.

— ….

— Или как насчёт лаванды? Это новый сорт, который мы только что получили, у него чудесный аромат…

Хотя в особняке Эмбегрин большинство слуг постоянно находились в напряжении и многих быстро увольняли, Клара была исключением.

Терпя истерики Мередии с самого детства, Клара приобрела поразительную интуицию, а одно из немногих увлечений Мередии, проведение чаепитий, натренировало её в искусстве чайных познаний.

Эти знания обеспечили Кларе место одной из немногих приближённых к Мередии особ.

— Ничего не по вкусу? Если нет, то как насчёт того, чтобы начать утро с тёплого какао?

Например, тот факт, что Клара не упомянула о покрасневшем лбе Мередии, был доказательством её превосходных навыков в исполнении своих обязанностей.

— Достаточно. Я позвала тебя не для чая.

— Прошу прощения?

— Мне нужен твой совет.

В последнее время Клара начала понимать, что к её ранее стандартизированным обязанностям внезапно добавилась новая задача.

— Говорите.

— …как обычно развиваются романтические отношения?

Однако никто, кроме самой Клары, не поверил бы, что давать Мередии советы по отношениям — это её новая обязанность.

— Ну, эм… как бы это сказать…

Проблема заключалась в том, что у Клары, как и у большинства в её семье, уже был жених по договорённости, и она даже за руку мужчину никогда не держала.

— А… а как вы думаете, леди?

— …ты отвечаешь вопросом на вопрос?

— Ну, мне нужно сначала понять вашу точку зрения. Так я смогу дать вам правильный совет. Хе-хе…

Поколебавшись мгновение, Клара задала встречный вопрос, но, увидев холодную реакцию Мередии, быстро неловко пробормотала и выдавила улыбку.

— Хм-м…

Мередия, окинув Клару слегка недоверчивым взглядом, лениво приоткрыла глаза, протянула руку и распахнула окно.

— Зачем вы вдруг открываете окно?

— Мне нужно кое-что попробовать.

— …а?

Клара, в замешательстве склонившая голову, внезапно отпрянула, когда в окно что-то влетело.

— Леди! Это опасно…

— Прекрати драматизировать. Это всего лишь ворон.

— …ох.

Неоднократно становясь свидетельницей угроз в адрес Мередии, Клара была крайне напряжена. Но увидев ворона, усевшегося на плечо Мередии, она с облегчением вздохнула и сказала.

— Разве это не ворон из поместья Лингард?

— …раньше был. Но недавно Уитни передал его мне.

— Ого…

На самом деле, семейных воронов редко передавали кому-то без веской причины, поэтому Клара задалась вопросом, не похитила ли Мередия птицу из поместья Лингард. Однако вскоре она отбросила свои сомнения.

Кар—?

Во-первых, казалось невозможным, чтобы ворона похитили, так как он спокойно сидел на плече Мередии, чувствуя себя совершенно непринуждённо.

«И… что удивительно, их отношения не назовёшь обычными, так что это возможно».

Клара пришла к выводу, что если мужчина смог покорить такую, как Мередия, он, вероятно, мог позволить себе подарить и семейного ворона.

— Так с чем вы экспериментируете, позвав этого ворона?

— …с древних времён люди черпали мудрость, наблюдая за другими живыми существами.

Мередия, небрежно ответив на вопрос Клары, тихо сверкнула глазами.

Чив—?

Вскоре в окно влетела маленькая платиновая канарейка, одна из птиц, которыми Мередия дорожила больше всего.

Мередия, осторожно посадив её на руку, поставила на стол.

Когда она сняла ворона с плеча и посадила рядом с канарейкой, Клара, в замешательстве наблюдавшая за этой сценой, внезапно густо покраснела.

Хлоп—!

Чив—!

В мгновение ока ворон набросился на платиновую канарейку, начав демонстрацию привязанности своими обычными движениями.

— ….

Примечательно было то, что, несмотря на грубоватый характер ласк ворона, канарейка, хоть и слегка нахмурившись, безропотно их принимала. (п.п. ватафак-мазафака?!)

— …так вот как проявляется привязанность между самцом и самкой?

— Леди! (п.п. согласен, какого хрена?!)

Мередия, некоторое время пристально наблюдавшая за сценой, пробормотала с несколько ошарашенным выражением лица.

Клара, не в силах больше смотреть, наконец повысила голос.

— Нельзя же так легко поддаваться на ласки!

— …почему нет?

— Ну… обычно ведь мужчина первым хочет ласки, так? Если женщина слишком легко соглашается, даже когда ей это в тягость…

Но на вопрос Мередии Клара быстро замолчала.

— …я не против.

— А?

— Я хочу ласки. (п.п. мы все дальше от бога...)

И воцарилась тишина.

— …о, боже.

Осознав, что только что сказала, Мередия снова опустила голову, её лицо полностью залилось краской.

Клара, глядя на неё, вздохнула и потёрла лоб.

— Что же такого в этом Уитни, что вы так по уши влюбились?

— Ну…

— Если так пойдёт и дальше, вы ему всё отдадите. Вам следует проявлять немного больше сдержанности…

Когда Клара начала давать советы с ноткой упрёка, из-под опущенной головы Мередии донёсся холодный голос:

— Это не то, во что тебе следует вмешиваться.

— …а, да.

Обычно Клара бы застыла и задрожала от страха при таком тоне, но на этот раз она лениво ответила с ворчливой интонацией.

«Она, оказывается, и такое лицо делать умеет…»

Мередия, с покрасневшим лицом и опущенной головой искоса смотревшая в сторону, казалась такой милой, что вся её обычная харизма испарилась.

— Леди, я же вам говорила раньше, верно? Важно играть в недотрогу.

— …играть в недотрогу.

— Да, именно. Это применимо и к романтическим отношениям.

С этими словами Клара приняла строгий вид, а Мередия, слегка вздрогнув, начала серьёзно слушать.

— Нужно играть в недотрогу, чтобы взять инициативу в свои руки, тогда ваши отношения в будущем будут более гладкими.

— …но что, если другой человек не отвечает на ласку?

Опять же, ни у Мередии, ни у Клары не было опыта в любви.

Однако, по крайней мере, Клара читала много любовных романов, которые считались базовым образованием для горничных и прислуги.

— Я не говорю, что вы вообще не должны проявлять привязанность.

— Тогда?

— Нужно намеренно отвергать ласку, а затем изредка отвечать на неё. Так вы сможете взять инициативу.

Таким образом, Клара успешно дала Мередии на удивление дельный совет.

— Хорошо, я поняла. Но у меня один вопрос.

Однако её совет вот-вот должен был рухнуть, когда Мередия задала свой фундаментальный вопрос.

— …а что делать, когда возьмёшь инициативу?

— Ну…

Клара, познавшая любовь лишь по книгам, начала демонстрировать свою фатальную слабость — отсутствие практического опыта.

— Вас… не будут воспринимать легкомысленно… можно заставить его цепляться за вас сильнее… и ещё…

Но теперь, осознав своё невежество, Клара с трудом выдавливала из себя слова.

— Например, в спальне, вы берёте инициативу…

— …!

— …ах, неважно. Ничего.

Клара, неосторожно упомянувшая нечто слишком продвинутое, быстро осознала свою ошибку и замолчала.

И неловкая тишина начала заполнять кабинет.

— …хорошо, спасибо за совет.

Нарушив тишину, Мередия, с серьёзным выражением лица сглотнувшая слюну, наконец заговорила и сменила тему.

— Я попробую применить этот совет сегодня в поместье Лингард.

— А… сегодня?

Клара, только что расслабившаяся и с облегчением кивнувшая, удивлённо расширила глаза от следующих слов Мередии.

— Сказали, что сегодня в поместье Лингард устанавливают новый порядок. Меня пригласили в качестве советника.

— А…

— Это сегодня. Так что я сейчас уезжаю в поместье Лингард.

Мередия, уже встав и готовясь к отъезду, начала собираться, а Клара, молча взглянув на неё, показала ей большой палец.

— Желаю удачи, леди…

— …я же не в военный поход отправляюсь.

— Хе-хе…

— И ещё, прежде чем я уеду, я хотела бы кое-что сообщить совету.

Мередия, направлявшаяся к двери, вдруг заговорила, словно только что вспомнила.

— Да, пожалуйста, скажите, я передам.

Клара, подумав, что её авторитет вырос, подавила рвущуюся наружу улыбку и, опустив голову, ответила.

— Вероятно, я скоро выйду замуж за Уитни Лингарда, в течение года.

— А?

— Так что проследи, чтобы слуги были готовы.

От слов Мередии Клара в шоке моргнула и мгновение безучастно смотрела на неё, прежде чем вдруг издать странный вздох.

— …а?

----------

Единение душ

В тот самый момент, когда Мередия выходила из кабинета главы дома, чтобы откликнуться на приглашение Уитни.

— Чем вы тут рано утром занимаетесь…

— …тш-ш.

В пункте назначения, поместье графа Лингарда, царила необычайно напряжённая атмосфера, какой ещё не бывало.

— Разве такое когда-нибудь случалось?

— Не знаю, я здесь всего месяц.

— Я тоже!

Причина такой атмосферы была на самом деле довольно проста.

Собрались не только ближайшие помощники Уитни — Руниэль и Парша, обычно проживавшие в особняке, Берген, в последнее время скрывавшийся из-за высадки войск Святого Королевства, и бедная Саша, которая даже не успела подать заявление на отпуск.

Но также были вызваны все без исключения, вплоть до младших горничных, выполнявших мелкие поручения, и даже великий демон Рафаэль, недавно переданный Святым Королевством.

Естественно, первоначальное место сбора, кабинет, был слишком мал, чтобы вместить всех.

Поэтому собрание перенесли в сад поместья, где находилась площадка для чаепитий.

Там горничные стояли рядами, понурив головы с нервным выражением на лицах.

Рядом с Уитни стояли его приближённые с многозначительными взглядами.

Уитни, тихо сидевший в кресле для чаепитий, молча наблюдал за ними.

А рядом с ним прижалась его младшая сестра Сесиль, остро оглядывая окрестности.

Вся сцена напоминала армию короля демонов, срочно созванную самим владыкой.

— Причина, по которой вы все сегодня здесь собрались, заключается в том, что у меня возникла очень серьёзная проблема.

В такой необычной атмосфере Уитни наконец открыл рот.

— Сначала это может прозвучать глупо, но, пожалуйста, выслушайте меня серьёзно.

Этих слов было достаточно, чтобы окатить холодной водой людей, и без того напряжённых из-за беспрецедентно большого сбора.

— Я не знаю, как угодить женщине, которая мне нравится.

— …господин?

— Простите?

Даже Руниэль и Парша, образцы преданности, вздрогнули от этого заявления и не смогли сдержать выражения лиц, так что было очевидно, как это восприняли все остальные.

***

— Чего? Что случилось?

Внезапно застывшую атмосферу я неловко нарушил, почесав затылок и заставив себя заговорить.

— Если ты так шутишь, чтобы разрядить обстановку, просто признайся. — Тяжело вздохнул рядом со мной Берген. — Я ещё не встречал человека с худшим чувством юмора, чем у меня.

Если бы он был прав, и я действительно шутил, холода в его голосе хватило бы, чтобы заставить любого съёжиться.

— Здесь есть кто-нибудь с опытом в отношениях?

Но, честно говоря, я был серьёзен на все двести процентов.

Конечно, я созвал всех этих людей не только по этой причине.

И всё же, раз уж все собрались, я счёл своим долгом поднять этот вопрос.

«Сегодня к нам в дом приедет леди Мередия, а я понятия не имею, как себя вести».

Если бы это была просто односторонняя любовь, это был бы другой разговор.

Но теперь, когда чувства были взаимны, а мои познания в романтике равнялись нулю, мне отчаянно требовалась помощь со стороны.

— Сесиль, у тебя нет опыта в свиданиях?

— …ты с ума сошёл? Я ещё учусь.

Я попытался вовлечь Сесиль, сидевшую рядом, но её испуганное выражение лица быстро ответило за неё.

— Ну… справедливо.

— И я не особо популярна у мальчиков.

На самом деле, я знал, что куча одноклассников тайно вздыхает по Сесиль.

Но я решил не указывать на это.

В конце концов, когда кто-то настолько идеален, как моя младшая сестра, вполне нормально, что другие даже не осмеливаются признаться.

Ничего не поделаешь.

— Тогда… у Парши его точно нет.

— Это грубо!

— …Руниэль?

— Я хорошо разбираюсь только в обращении с мечами.

Перевод взгляда в другую сторону тоже не помог: Парша и Руниэль мало что могли предложить по этому вопросу.

— Неважно. Сам виноват, что спросил.

— …прошу прощения?

— Хозяин, будь вы настоящим Королём Демонов, вы бы просто убили мужчин и забрали женщин…

— Парша, христа ради, помолчи немного.

Одна посвятила свою жизнь мечу, а у другой было искажённое восприятие реальности.

Очевидно, спрашивать их было пустой тратой времени.

— Эй, ты.

— А? Д-да?

— Ты-то хоть что-нибудь знаешь? Тебе больше тысячи лет.

Ворча себе под нос, я посмотрел на великого демона Рафаэля, который всё это время избегал моего взгляда.

— Ну, э-э…

— Господин, у демонов обычаи, касающиеся брака и романтики, отличаются от человеческих.

Как только Рафаэль начала заикаться, Парша с горящими глазами перебила её.

— Обычно более сильная особь выбирает более слабую для спаривания…

— …спасибо за объяснение, Парша.

— А могущественные демоны часто всю жизнь живут в одиночестве!

К этому моменту стало очевидно, почему Рафаэль ранее избегала моего взгляда.

Даже когда я пытался прервать Паршу, её объяснения продолжали вонзать ножи в сердце великого демона.

— …чёрт. На что уставились?

Рафаэль зарычала, оскалив зубы на сочувствующие взгляды горничных, и выглядела сегодня жалко, как никогда.

— Ни у кого из горничных нет никаких мыслей?

— ……!!!

— !!!

Когда я бросил им вопрос, чтобы переключить внимание, среди горничных воцарилась мёртвая тишина.

— Ха-ха, вам правда не нужно так напрягаться.

— «…мне поднять руку?»

— «С ума сошла? Просто молчи!»

Я пытался их подбодрить, но, похоже, у наших горничных тоже не было романтического опыта.

«Хм-м… столько людей, и никто не может дать совет».

В такие моменты я особенно остро ощущал отсутствие Альфреда.

«Если исключить только одного человека…»

— …тц.

Если подумать, был ещё один, кто прошёл через многие испытания.

— Я не знаю, что это за фарс, но моё терпение на исходе.

Берген, всё это время выглядевший скучающим, наконец не выдержал, когда я посмотрел на него.

— Я сотрудничаю только ради спасения своей дочери…

— Об этой части можете не беспокоиться.

К счастью, мой взгляд на него не был бесцельным.

— Я связался с Теневой Ведьмой несколько дней назад.

— …что?

— Вероятно, я буду присутствовать на общем собрании в конце этого месяца.

Я прошептал достаточно тихо, чтобы услышали только приближённые.

Глаза Бергена сузились, услышав мои слова.

Как и ожидалось от человека с хорошей разведывательной сетью, он сразу понял значение «Теневой Ведьмы» и «собрания».

— Если так…

— Они крайне осторожны, но привести одного телохранителя должно быть возможно.

Стоило мне лишь намекнуть, и Берген, казалось, уже понял мой план.

Вот почему подчинённых нужно выбирать тщательно.

— Ну, что думаете? Я ведь всегда стараюсь выполнять ваши условия найма, не так ли?

— Ладно, ладно, я понял.

Поскольку справедливо получать, когда отдаёшь, я молча подтолкнул его, и Берген наконец вздохнул и с мрачной улыбкой ударил себя в грудь.

— …обращение с женщинами, да? Что ж, это моя специальность.

Однако затем он огляделся и понизил голос.

— Но говорить об этом здесь как-то…

— …ха-ха.

— Глядя на этот состав, я даже не уверен, нужен ли вам мой совет.

Что ж, непреднамеренно, но нынешняя «Команда Мечты» действительно была довольно несбалансированной по гендерному признаку.

— Не поймите неправильно. Это отбор по результатам.

— Что?

— Ничего… неважно. Но для такого уверенного в себе человека вы кажетесь немного робким. Не говорите мне, что у вас на самом деле нет никаких советов?

Поскольку у меня не было намерения набирать нового персонажа в эту идеально сбалансированную Команду Мечты, я поспешил сменить тему.

— Ха, если вы хотели меня спровоцировать, то у вас получилось. И всё же, сейчас не лучшее время для долгого разговора, так что я ограничусь основами.

К счастью, возможно, потому что мои слова его задели, Берген с серьёзным выражением лица начал давать мне советы.

— В отношениях между мужчиной и женщиной самое важное — это разрыв в тактике «ближе-дальше». (п.п. и он туда же...)

— …«ближе-дальше»?

— Да, если вы просто запомните это, то не станете подкаблучником.

Неужели это та самая «игра в недотрогу», которую я часто видел в интернет-сообществах в прошлой жизни?

«Любовь и романтика действительно универсальны, да…»

— Ну, при всём при этом, как провернуть эту тактику с той свирепой леди…

Пока я рассеянно кивал, Берген, говоривший с лёгкой ухмылкой, внезапно схватился за затылок и пригнулся.

Хлоп-хлоп—!

Прежде чем я успел понять, что произошло, знакомая платиновая канарейка, клюнувшая его в затылок, легко приземлилась мне на плечо и протянула письмо, привязанное к её лапке.

«Выезжаю из поместья. Скоро буду».

Естественно, тем, кто отправил такое аккуратно написанное элегантным почерком сообщение, была леди Мередия.

— Судя по вашему лицу, похоже, вы уже обречены.

— ……?

— И всё же, как старший товарищ, позвольте дать вам совет: не становитесь тем мужчиной, который готов отдать и печень, и желчный пузырь.

Пока я с улыбкой молча принимал письмо, Берген, сверливший взглядом канарейку, ненадолго присевшую мне на плечо, заговорил несколько более серьёзным голосом.

— Одно неожиданное событие, и вся ваша жизнь может быть разрушена в одно мгновение.

Если бы это был кто-то другой, я мог бы отмахнуться.

Но из уст Бергена, который уже потерял самое дорогое в своей жизни, я не мог это проигнорировать.

— …я буду иметь это в виду.

— Что ж, я уверен, вы справитесь…

Увидев, что я ответил с неожиданной серьёзностью, Берген быстро отвёл глаза и тихо скрылся в углу.

— Итак, все. Пора готовить это место как площадку для собеседования. Руниэль, все кандидаты в рыцари собрались?

— Да.

Закончив разговор с Бергеном, я снова улыбнулся, обращаясь к толпе, что вызвало недоумение на лицах горничных.

— Г-господин.

— …что случилось, Саша?

Затем, несмотря на дрожащие ноги, Саша каким-то образом набралась смелости, шагнула вперёд и задала мне вопрос.

— Э-э, разве в нашем поместье нет отдельной тренировочной площадки?

— Есть.

— Тогда почему мы используем этот мирный сад вместо неё…

Судя по восхищённым взглядам, которые другие горничные бросали на Сашу, казалось, они полностью признали её повышение до главной горничной.

— Это потому, что это собеседование было спланировано леди Руниэль… нет, теперь следует говорить дама Руниэль, поскольку она скоро официально станет главой рыцарей.

— …это честь для меня.

— В любом случае, спроси даму Руниэль напрямую.

Желая дать Саше немного славы, я побудил её задать вопрос самой.

Застыв на мгновение, она наконец обратилась к Руниэль срывающимся голосом:

— Почему… почему мы должны переворачивать вверх дном единственный мирный уголок в поместье…

— Всё просто. Тренировочная площадка поместья Лингард слишком открытая.

— …простите?

Ответ Руниэль был очень в её духе.

— В такой открытой среде мне трудно эффективно устраивать засады на кандидатов с моим нынешним уровнем навыков.

— ……!

Действительно, чтобы стать рыцарем под знаменем Лингард, необходимо было пережить хотя бы одну засаду Руниэль.

— Ты слышала, Саша.

Закончив свои размышления, я улыбнулся снова дрожащей Саше и отдал тихий приказ.

— Приготовьте несколько носилок… нет, мешков для транспортировки.

— …и-ик.

Я мог только надеяться, что на этом собеседовании в рыцари найдётся несколько достойных кандидатов.

----------

Убийца

Недавно распространились слухи о создании нового рыцарского ордена под эгидой стремительно набирающего силу дома графа Лингарда.

Естественно, к нему устремились умелые воины со всей страны, многие из которых не имели на тот момент никакой принадлежности.

— Так вот оно какое, поместье графа Лингарда…

Один из них, Йохан, выпускник рыцарской академии, полный надежд, с блеском в глазах оглядывал то, что могло стать его будущим местом службы.

— …но соискателей больше, чем я ожидал.

Однако это воодушевление быстро угасло, когда Йохан, увидев огромное количество кандидатов, собравшихся во дворе особняка, с унылым видом почесал затылок.

«Мне повезёт, если я хотя бы первый тур пройду…»

Йохан только что окончил рыцарскую академию, но, как и большинство выпускников, он ещё не был признан настоящим рыцарем.

Лишь немногие, редкие таланты могли сразу после выпуска принести рыцарскую присягу.

И ещё высокопоставленные дворяне, полагавшиеся исключительно на свои связи.

Если ты не был таким избранным, обычному выпускнику ничего не оставалось, кроме как стучаться в бесчисленные двери и неустанно искать место в каком-нибудь рыцарском ордене.

«Здесь больше возрастных соискателей, чем я думал. А это значит…»

Только что вступив в эту ожесточённую борьбу, Йохан почувствовал давление от присутствия в толпе множества бывалых бородатых кандидатов.

«…значит ли это, что я тоже могу так закончить?»

Жизнь, в которой, не сумев за десять с лишним лет вступить ни в один орден, упускаешь все остальные возможности и в конечном итоге бесконечно подаёшь заявки на бессмысленные вакансии.

Будучи простолюдином и сиротой без каких-либо связей, Йохан отчаянно хотел избежать такого будущего.

— Следующая группа, сюда.

— …!

Услышав зов, Йохан, нервно делавший глубокие вдохи, расширил глаза и поднял голову — наконец-то настала очередь его группы.

— П-пожалуйста, проходите сюда.

Очень юная на вид горничная, суетившаяся вместе со многими другими, с заплаканным лицом указывала на вход в зал для собеседований.

«……как же завидно».

Хотя на первый взгляд эта сцена могла показаться несколько нелепой, для Йохана она была просто завидной.

Тот факт, что такая молодая девушка командовала таким количеством горничных, говорил о том, что она занимала значительное положение в поместье.

Выросший среди множества талантливых юношей в самой меритократической рыцарской академии Империи, он завидовал даже этому.

«Нет, нельзя позволять себе падать духом».

На мгновение он поник, но быстро встряхнул головой, стиснул зубы и шагнул вперёд вместе с членами своей группы.

«Говорят, даже если тебя укусит грифон, ты выживешь, если сохранишь самообладание. Так что…»

Так, неся в себе свои надежды и обстоятельства, Йохан и другие соискатели вошли в пространство, больше напоминавшее сад, чем зал для собеседований.

— …кха?

Именно в этот момент рядом раздался удушливый звук.

— Что это?

В замешательстве повернув голову, Йохан ахнул и в шоке попятился.

— И-ик…

— Моя… моя рука…

Большинство из группы, вошедшей с ним, уже лежали на земле, пуская пену изо рта.

— П-почему все вдруг…!

Дзынь—!

— …А-а-а-а?!

Испугавшись, Йохан инстинктивно взмахнул руками, и меч, который он нёс, столкнулся с чем-то, заставив его замереть в панике.

— Хм-м…

— …!?

Спустя несколько секунд Йохан, съёжившийся от страха, осторожно взглянул в сторону и широко раскрыл глаза от удивления.

— Реакция у тебя хорошая, но… не хватает завершающего удара.

— В-вы кто?..

Любой, кто недавно окончил рыцарскую академию, непременно знал её.

Некогда самый многообещающий вундеркинд, она потерпела крах, но недавно совершила чудесное возвращение, взвинтив свою репутацию до небес.

Бесспорный капитан новообразованных Рыцарей Лингарда.

— По сравнению с остальными, ты немного выше среднего.

— А?

— Мы решили отобрать лишь нескольких элитных кандидатов, но если я устраню здесь слишком многих, это будет бессмысленно…

Бормоча это и разглядывая Йохана недоверчивым взглядом, была не кто иная, как Руниэль Мистилейн, легендарный рыцарь.

— Ч-что, чёрт возьми, происходит…

Всё ещё ошеломлённый внезапным появлением Руниэль, Йохан слабо открыл рот, чтобы возразить, понимая, что попал в засаду.

— По сравнению с ними, твоя ответная реакция была весьма превосходна. Редко кто может так идеально блокировать мою атаку.

Однако Руниэль проигнорировала протесты Йохана и тихо перевела взгляд на другого выжившего, стоявшего рядом с ним.

— Назови свою принадлежность и имя.

— …нет.

— Хочешь сказать, у тебя даже имени нет? — Резко спросила Руниэль, обращаясь к таинственному соискателю, закутанному в чёрный плащ.

— Да.

— Хм-м…

Над сценой повисла неловкая тишина.

— Э-эм…

— …?

— Эти люди… они ещё живы?

Нервно пробормотав в гнетущей тишине, Йохан почти сразу пожалел о своих словах, так как все обратили на него суровые взгляды.

Не только Руниэль, но и все горничные, уносившие рухнувших соискателей на носилках, холодно уставились на него.

— Ха-ха-ха. Не стоило мне этого спрашивать, да.

Напуганный странной атмосферой, Йохан попытался медленно отступить.

— Ч-что ж, тогда с вашего позволения…

— Не туда.

— Ох.

— Переходи на следующий этап.

Когда холодный приказ Руниэль поразил его, Йохану ничего не оставалось, как сглотнуть слёзы и двинуться к следующей зоне собеседования.

— Стой.

Как только Йохан двинулся вперёд, фигура в плаще попыталась последовать за ним.

Холодный голос Руниэль раздался сзади.

— Эй, запомни.

— …

— Кем бы ты ни была, глаз моего господина тебе не обмануть.

При этих словах таинственная фигура на мгновение замерла, взглянула не на Руниэль, а на куст рядом с ней, и тихо ответила:

— …поняла.

После этого обмена репликами выжившие без дальнейших происшествий исчезли в следующей зоне.

Тишина снова окутала сад.

— Ха, невероятно.

Нарушая неподвижность, из кустов раздался голос, и появился Берген, обратившийся к Руниэль своим фирменным лукавым тоном.

— Я только что встретился с тем парнем взглядом.

— …вот как?

— Эй, не делай вид будто это мелочь.

Раздражённый безразличной реакцией Руниэль, Берген продолжил, выглядя слегка обиженным.

— За всю мою жизнь было всего три человека, которые заметили моё присутствие.

Закуривая сигарету и осторожно оглядываясь, Берген стал серьёзнее.

— Вторым был наш таинственный наниматель, чьи намерения невозможно разгадать, а третьим — тот человек.

— …ясно.

Хотя он, естественно, умолчал о первом случае, Руниэль всё равно ответила с безразличием.

— Ха, ты не кажешься очень надёжной. Ты ведь даже не смогла обнаружить мою засаду, помнишь?

— …если бы я полностью восстановила свои силы, этого бы не случилось.

Когда Берген, слегка нахмурившись, указал на недавний инцидент, Руниэль тоже нахмурилась и ответила.

— М-м, серьезно?

— …ха-а.

Воспользовавшись возможностью, Берген передразнил безразличие Руниэль, а затем посмотрел на неё с самодовольным выражением, когда она вздохнула.

— Кстати, как там восстановление? Ты не сильно отличаешься от прежней.

— В течение этой недели я восстановлю около семидесяти процентов своей первоначальной силы.

— М-м… правда?

Услышав ответ Руниэль и видя её всё ещё безразличное поведение, Берген наконец широко раскрыл глаза и заговорил.

— Если не веришь, можем после этого устроить спарринг.

— Забудь. Я не рыцарь. К тому же, терпеть не могу смертельные поединки.

С ухмылкой Берген немедленно отступил, закурил сигарету и отвернулся.

— Что ж, посмотрим. Похоже, подходит следующая группа. Вот.

Он передал личные дела новых соискателей.

— ……

— Тогда я пошёл. Как ты знаешь, моя работа — тайно оценивать собеседуемых.

С этими словами Берген быстро исчез в кустах.

— Боже правый.

Несмотря на это, Руниэль ещё некоторое время сверлила взглядом кусты, прежде чем наконец покачать головой и перевести взгляд на документы, которые он ей дал.

— …а?

И мгновение спустя с её губ сорвался резкий вздох.

— Вы… почему вы…

Почему-то руки Руниэль, державшие бумаги, заметно дрожали.

— …почему вы здесь?

***

— Хозяин, я собрала информацию о прошедших первый тур.

— Ого.

Получив сводку о выживших после безжалостной атаки Руниэль, я слабо улыбнулся, заметив довольно удивительную фигуру.

«Не ожидал увидеть здесь этого парня…»

Имя Йохан было довольно распространённым, так что это могло быть просто совпадением, но если моя догадка верна, этот парень был настоящим джекпотом.

Потому что в оригинальной игре у этого простоватого на вид парня был самый высокий показатель удачи среди всех персонажей.

Конечно, в игре его в основном использовали как «живой щит», ориентированный на уклонение, но в реальности его потенциальное применение могло быть гораздо шире.

Концепция, которую мы с Руниэль выбрали для нашего новообразованного рыцарского ордена — это небольшая элитная группа.

Хотя финансовое положение нашей семьи недавно немного улучшилось, его всё ещё было недостаточно для содержания крупного рыцарского ордена.

И поскольку ни у Руниэль, ни у меня не было опыта управления орденом, мы пришли к выводу, что разумнее отдать предпочтение качеству, а не количеству.

«И всё же, прошедших слишком мало…»

Хотя первый тур собеседований ещё не был полностью завершён, число прошедших едва достигало двузначной цифры.

Трудно представить, насколько талантливыми будут члены нового рыцарского ордена под командованием Руниэль.

«В этом смысле кто-то вроде Йохана — ключевой талант».

И чем более искусной будет вся группа, тем ярче будет сиять такая уникальная способность, как у Йохана.

Может показаться, что высокий показатель удачи — это не так уж и много, что может предложить человек, но в совместных операциях такие черты часто оказывались бесценными.

— Хм?

— …что-то не так?

Пока я размышлял и просматривал профили прошедших первый тур, что-то привлекло моё внимание и заставило склонить голову набок.

— Здесь... у этого человека совсем нет информации?

Среди сведений, которые мне передала Парша, был участник, чей профиль был совершенно пуст.

— Да, даже господин Берген сказал, что никогда не видел этого человека.

— …хм, это немного необычно.

Если бы это было собеседование для наёмников, может быть.

Но обычно те, кто подаёт заявку в рыцарский орден, имеют проверяемые личности, а наниматели, как правило, предпочитают людей с чистой биографией.

Так что было довольно странно, что подал заявку кто-то с совершенно неизвестным происхождением.

— У него есть квалификация рыцаря?

— Да, определённо, но...

— …похоже, ты что-то знаешь?

Заметив, что она замялась, я осторожно спросил Паршу.

— У него есть рыцарская лицензия, но, по-моему, она поддельная.

Как и ожидалось, с губ Парши сорвалась подозрительная информация.

— И ты нашла что-нибудь ещё?

— Да. Для начала, этот человек — женщина…

Полностью доверяя аналитическим способностям Парши, я внимательно слушал — только чтобы усомниться в собственных ушах.

— …и ещё, она убийца.

— А?

Это была информация, которую я совершенно не хотел слышать на собеседовании в рыцарский орден.

— Этот человек — убийца, посланный с целью убить вас, Хозяин.

----------

Неловкая встреча

В тот момент, когда Уитни с растерянным видом выслушивал внезапный доклад Парши, у главных ворот дома графа Лингарда.

— О, вы прибыли, моя леди…

— П-пожалуйста, проходите внутрь…

Слуги семьи Лингард, стоявшие с беспокойным видом, тут же заговорили с нервными лицами, как только карета с уже знакомым гербом остановилась прямо перед воротами.

— Где Уитни?

Однако Мередия, вышедшая с сонным выражением лица, лишь окинула слуг взглядом, прежде чем склонить голову набок и спросить.

— А, ну…

— Господин сейчас проводит собеседование для рыцарей в саду.

— П-привести его прямо сейчас?

Услышав ответ слуг, лицо Мередии мгновенно исказилось от недовольства.

— Тц, у него и впрямь талант заставлять людей ждать.

От её ворчания, полного неудовольствия, слуги, склонившие головы у ворот, тут же побледнели.

— Он что, уже считает меня своей собственностью? Какая грубость.

— ……

— Когда невеста приезжает к тебе домой, разве не элементарная вежливость — встретить её у ворот?

Естественно, для новоиспечённых слуг серьёзное бормотание единственной Леди Империи, должно быть, казалось чрезвычайно пугающим.

Однако, если бы кто-то знал Мередию хоть немного, он был бы сбит с толку по другой причине.

Потому что, несмотря на её хмурый вид и ворчание, во всём этом не было и намёка на враждебность.

Скорее, её надутые губы и брюзжащая манера были далеки от её обычной холодной сдержанности.

— …я-я сейчас же его приведу!

— Не нужно. Я сама схожу.

— И-ик! Д-да!

Конечно, новобранцы-слуги не могли этого знать, поэтому, когда Мередия двинулась в сторону сада, они в панике последовали за ней, всё ещё с таким видом, будто от этого зависела их жизнь.

«И всё же, это наконец-то похоже на приличный дворянский дом».

Тем временем Мередия, наблюдавшая за ними краем глаза, тихо приподняла уголки губ и пробормотала про себя.

«Число слуг увеличилось, и все они хорошо вышколены. По крайней мере, не будет стыдно, даже если приедут гости».

Думая так и чувствуя некоторую гордость, Мередия приподняла уголки губ.

Но главная причина, по которой приходивший в упадок дом Лингардов смог пополнить штат слуг, на самом деле была в ней.

Хотя внутренние оценки особняка оставались плачевными, Уитни недавно был признан Героем на отборочном состязании и официально оформил помолвку с Мередией, что сделало его восходящей звездой Империи.

Более того, сферы, в которые герцогство Мередии подозрительно начало вкладывать крупные суммы, все, вольно или невольно, оказались связаны с предприятиями, которые граф Лингард начал перед своим исчезновением, что значительно улучшило финансовое положение семьи.

Конечно, большая часть этих финансов каким-то образом направлялась в горнодобывающее предприятие под командованием Парши, но всё же у семьи Лингард было достаточно средств, чтобы нанять много новых слуг.

«Нужно будет упорядочить и то, как слуги к нам обращаются. И как можно скорее взять под контроль финансы…»

Так или иначе, убедившись, что дом Лингардов вновь обретает жизненную силу, Мередия, быстро набрасывавшая в уме планы на будущее, внезапно остановилась и горько улыбнулась.

«…почему я веду себя как хозяйка дома?»

Хотя она и подтвердила свою любовь к Уитни, ей всё ещё не было суждено стать хозяйкой дома Лингардов.

Всё это было приемлемо лишь потому, что Уитни входил в герцогство Эмбегрин как зять.

Если бы, наоборот, она — следующая глава единственного герцогства Империи — вошла в семью Уитни, всё бы рухнуло.

Это означало бы передать всю власть и основу, необходимую для защиты себя — и Уитни — странно притихшему Майеру.

— …ха.

Остановившись на мгновение, Мередия холодно рассмеялась, её лицо было полно разочарования.

— Какой нелепый бардак.

От её грубой речи — далёкой от того, что обычно сказала бы изящная леди — слуги, следовавшие за ней, вздрогнули и опустили взгляды.

— …власть — это не то, чем она кажется.

Так, в внезапно похолодевшей атмосфере, Мередия горько пробормотала и снова пошла вперёд.

«Что ж, полагаю, в каком-то смысле это счастливые хлопоты…»

Хотя чувство вины за то, что она заставляет любимого человека унаследовать её проклятый дом, было тяжёлым, у Мередии была ещё более серьёзная причина для беспокойства.

Потому что даже такой односторонний брак мог оказаться невозможным — у неё просто не оставалось времени.

— ……

Почувствовав странное покалывание на тыльной стороне ладони, Мередия помрачнела ещё больше.

Хотя она полностью доверяла прежнему заявлению Уитни, что он найдёт способ снять её проклятие, чего бы это ни стоило, она всё равно не могла избавиться от беспокойства.

Когда ей нечего было терять, страх был бессмыслен.

Но теперь, когда она обрела нечто незаменимое, она была в ужасе.

«Если бы только мы встретились немного раньше…»

Так, она бессознательно начала грызть ногти от нервозности.

— О-он внутри…

— …фух.

Приблизившись к временной площадке для собеседований в саду, где находился Уитни, Мередия яростно встряхнула головой, сделала глубокий вдох и взяла себя в руки.

«Сосредоточься на настоящем».

Для той, кто всегда был одержим грандиозными планами на будущее, это была необычная перемена.

— О, вы пришли, моя леди.

— …тц.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Мы заранее приготовили для вас место.

И Мередия больше не отрицала, что причиной этой перемены был мужчина, сидевший с как всегда жутковатой улыбкой за чайным столиком, ныне переоборудованным под место для собеседований.

***

— Собеседование за чаепитием? Пытаешься подражать Императрице?

— …э-э, давайте сделаем вид, что я этого не слышал.

— Ладно, но надеюсь, ты не разделяешь её садистского хобби — заставлять дворян плавиться под палящим солнцем просто ради развлечения.

Готовясь ко второму туру собеседований на импровизированной площадке, я выдавил улыбку и отвернулся от опасно острого замечания леди, которое прозвучало в самый подходящий момент.

«Глаза и уши Императрицы действительно повсюду, и всё же она так бесстрашна».

Благодаря Парше, которая отлично разбиралась в людях, наш дом был в относительной безопасности, но везде, где Императрица не могла разместить своих людей, она щедро тратила золото на магические устройства для шпионажа.

В таком открытом месте, полном слуг, Мередия, вероятно, была единственной, кто мог критиковать Императрицу.

— Ха-ха, леди, пожалуйста, подумайте о чувствах слуг.

— С чего бы это?

— Если вы продолжите так озорно шутить, нам, возможно, придётся заново нанимать всех слуг.

Поскольку меня бы сильно обеспокоило, если бы слуги уволились из-за страха, я попытался убедить её своей самой дружелюбной улыбкой.

— …верно, это было бы неудобно.

К счастью, бросив короткий взгляд на дальних слуг, Мередия кивнула, хотя и с несколько неохотным видом.

— Т-ты слышал?

— …тш-ш. Сделай вид, что ничего не слышал.

Ик—

Слуги, казалось, вели свои собственные разговоры и нашего не слышали, так что, к счастью, кризис массового увольнения был предотвращён.

— Так зачем ты позвал меня сегодня?

Как только я вздохнул с облегчением, леди естественно придвинула стул рядом с моим, сделала слегка надутое лицо и спросила.

— Наша семья основывает новый рыцарский орден.

— ……

— Поэтому мы официально пригласили вас в качестве нашего советника.

— Моё присутствие действительно необходимо?

Она снова заговорила, переводя взгляд с Руниэль на Паршу, сидевших по обе стороны от меня, с выражением, которое казалось искренне сомневающимся.

— Судя по тому, что я вижу, эти двое и одни могли бы справиться со всем, что касается рыцарского ордена.

Хотя она и сказала это, в глазах леди скрывалось неоспоримое беспокойство.

— Руниэль и Парша обе невероятно талантливы, но опыт тоже имеет значение, правда ведь? Поэтому, в этом отношении нет никого лучше вас, леди. В конце концов, Свободный Рыцарский Орден герцогства Эмбегрин — сильнейший в Империи.

Хотя я и не понял источника её беспокойства, я мог по крайней мере объяснить, почему осмелился побеспокоить занятую принцессу, позвав её сюда.

— Верно, они могли бы стереть в порошок Имперских Рыцарей, если бы сразились.

— …вам действительно не нужно было вдаваться в такие подробности.

Из-за безрассудного замечания леди мне пришлось снова проверить реакцию слуг, но, похоже, я успешно её убедил.

— Хорошо, я помогу.

— О!

— Рыцарский орден для дворянина — вещь невероятно важная. Я знаю это лучше, чем кто-либо.

Слышать это от той, кто в оригинальной истории использовала своих личных рыцарей, чтобы разорить Империю, было, признаться, немного пугающе.

И всё же, причина, по которой я попросил её выступить в качестве советника на этом собеседовании, была проста — утвердить доминирование.

Даже с Руниэль, главным молодым талантом, рядом с нами, мы всегда рисковали быть недооценёнными гордыми и высокомерными рыцарями.

Короче говоря, поскольку мы создавали совершенно новый рыцарский орден, на нас в любой момент могли посмотреть свысока.

Но если сама Мередия Эмбегрин будет твёрдо стоять на месте проведения собеседования, история будет другой.

Любой, у кого есть хоть половина мозга, дважды подумает, прежде чем вести себя грубо, учитывая свою будущую карьеру.

— Но что-то кажется немного странным.

— Да?

Конечно, я помалкивал об этом мотиве, потому что, если бы она узнала, последствия были бы непредсказуемы.

Именно тогда леди, подперев подбородок рукой, внезапно заговорила со мной.

— У этой девушки не очень хороший вид.

Проследив за её взглядом, я повернулся и увидел, что выражение лица Руниэль действительно было каким-то не таким.

В отличие от её обычного стоического лица, она выглядела нервной и беспокойной, а по лбу даже стекала капелька холодного пота.

— …Парша, ты случайно не сказала ей?

— Нет, Хозяин велел мне этого не делать.

— Хм-м…

— Ну, ещё до того, как я что-то сказала, она уже почувствовала что-то подозрительное. Но тогда она не выглядела так странно.

На мгновение я подумал, не догадалась ли Руниэль о личности «убийцы», упомянутой Паршей, но, судя по её словам, это было не так.

«Верно, будь она одна, может быть, но с леди Мередией здесь? Ни за что бы она так не напряглась из-за одного убийцы».

Но что тогда могло объяснить странную реакцию Руниэль?

Может быть, есть что-то, что мы с Паршей упустили?

— А.

Как только я с дурным предчувствием почесал затылок, Парша, тихо просматривавшая документы прошедших первый тур, внезапно расширила глаза и ахнула.

— …что случилось?

— Думаю, я понимаю, почему Руниэль так себя ведёт.

Повернувшись к ней и спросив, она перевела взгляд с Руниэль на меня, прежде чем наконец открыть рот.

— …Эвангелина Мистилейн. И Ричард Мистилейн. Они — последние успешные кандидаты на собеседование.

— …Мистилейн?

Я внимательно посмотрел в конец документов, которые она мне передала, моё лицо выражало явное удивление от почему-то знакомой фамилии.

— Не говори мне…

— Простите.

В этот момент Руниэль, стиснувшая зубы и хранившая молчание, наконец заговорила тихим голосом, её лицо омрачилось.

— …это мои младшие брат и сестра.

И так, на импровизированной площадке для собеседований воцарилась неловкая тишина.

----------

Рыцарь-раб

— Э-э, эм.

Внезапно повисшую неловкую тишину я нарушил, растерянно уставившись в пространство, почесав затылок, а затем, улыбнувшись, открыл рот.

— У тебя есть младшие брат и сестра, Руниэль?

— П-прошу прощения.

Руниэль, нервно опустившая взгляд, вдруг вздрогнула и ответила.

— Я должна была доложить заранее… но момент был неподходящий. Мне жаль.

— Нет, не нужно извиняться.

Видя, как обычно стоическая Руниэль так смутилась, я смягчил голос, не желая делать ситуацию ещё более неловкой.

— Если речь о тебе, Руниэль, я уверен, что ты оценивала их строго, без какой-либо предвзятости к семье, так что не о чем беспокоиться. Этого достаточно.

— …

— А? Почему ты молчишь? Не говори мне, что это случай фаворитизма?

Но, услышав мои слова, Руниэль вздрогнула и проглотила ответ, заставив меня склонить голову набок и потребовать ответа.

— …что такое фаворитизм?

— А, эм. Я имею в виду… ты ведь не проявляла снисхождения во время оценки, верно?

Хотя у меня и вырвалось словечко из старого мира, к счастью, никто, похоже, не счёл это странным.

— Я уже разорвала связи со своей семьёй.

— Это значит…

— У меня больше нет младших брата и сестры. Если желаете, господин, я могу даже отказаться от имени Мистилейн.

После короткой паузы Руниэль ответила таким торжественным голосом, в тоже время тяжёлым и мрачным, что всеобщее внимание, естественно, обратилось к ней.

— Ха-ха, не нужно заходить так далеко. Я лишь уточнял насчёт процесса оценки.

— …ещё раз прошу прощения. Я просто была немного сбита с толку.

Пытаясь хоть как-то развеять нарастающую неловкость, я, услышав слова Руниэль, склонил голову и порылся в памяти.

«Если подумать, семья Мистилейн, к которой принадлежит Руниэль, была графским домом, как и наш. Но их дети подают заявку на вступление в наш рыцарский орден?»

Если бы это был дом с давним, престижным рыцарским орденом, как у герцогства или имперских рыцарей, это не было бы так удивительно.

Но даже если графский дом Лингард в последнее время и приобрёл некоторую известность, всё равно странно, что дети другого графского дома подают заявку сюда.

Юридически проблем нет, но по нынешним дворянским обычаям Империи это определённо ненормально.

— Хозяин, на случай, если вы не в курсе, семья Мистилейн на грани банкротства.

— А?

Пока я сидел со слегка растерянным видом, Парша, тихо наблюдавшая за мной, вдруг наклонилась и прошептала эту информацию.

— Если объяснять подробнее, это похоже на то, как обстояли дела в семье Лингард примерно за год до моего прибытия.

— Тогда…

— Да, это значит, что они могут рухнуть в любой момент.

Хотя слышать это было немного неприятно, это была правда: всего несколько месяцев назад семья Лингард едва цеплялась за свой дворянский статус.

Если семья Мистилейн находится в таком состоянии уже год, я могу примерно представить, насколько всё плохо.

Но откуда Парша вообще знает такую информацию?

Обычно это моя работа — собирать сплетни на дворянских собраниях и передавать их.

— Откуда ты это знаешь?

— …старая сеть слуг дедушки оказалась на удивление полезной.

— Ясно.

Я спросил Паршу из любопытства, но она лишь ответила с дерзкой улыбкой.

«Не может быть… она же не могла уже создать свою собственную разведывательную сеть, верно?»

В оригинальной игре она в итоге создала тайную организацию без ведома Мередии и чуть не попала под чистку за это, так что я не мог не почувствовать беспокойства.

Но тот инцидент происходил через несколько лет в будущем по сюжету игры.

А тут прошло едва ли полгода с тех пор, как я нанял Паршу — не может быть, чтобы такая организация уже существовала.

«Этого не может быть… да?»

Вспомнив зловещую улыбку Парши из оригинальной истории, у меня по спине пробежал холодок, но пока я решил оставить данную проблему.

— Тогда причина, по которой дети семьи Мистилейн просятся в наш рыцарский орден…

— Вероятно, пытаются использовать любые оставшиеся связи, чтобы создать последний спасательный круг.

Даже ту цундере-злодейку Мередию мне удалось перевоспитать, так что, конечно, я справлюсь и с Паршей.

— Парша, ты иногда говоришь довольно резко.

— ….

— Плохая девочка не имеет права быть моей подчинённой.

Тихо улыбнувшись этой мысли, я мягко пожурил Паршу, и её дрогнувшие губы показали, что это на неё подействовало.

— …простите.

Опустив взгляд, она кротко извинилась.

— Хорошая ты девочка или плохая… никак тебя не пойму.

Мередия, искоса поглядывавшая на нас, что-то пробормотала, но, к сожалению, я не расслышал.

— Ю-юный господин… все собеседуемые уже готовы…

— …а, хорошо.

В этот момент Саша, вошедшая во временный зал для собеседований, робко подошла и спросила.

— Н-нам приводить их по одному?

— Нет, приводите по двое. У меня есть план.

Как только она услышала приказ, Саша повернулась и собралась уже было ретироваться, когда я в догонку добавил:

— О, и когда я подам знак… принесите носилки.

— …простите?

— Нет, не ты, Саша. Поручи это незаметной горничной.

На случай, если убийца попытается сделать какую-нибудь глупость в зале, охраняемом двумя живыми оружиями, нам нужен был быстрый способ всё убрать.

— Справишься?

— …да.

К счастью, Саша, недавно повышенная до главной горничной и ставшая более способной, лишь кивнула с мрачным выражением лица, а не разрыдалась, как раньше.

***

— А, здравствуйте. Я Йохан, выпускник сто тринадцатого потока Рыцарской Академии Байворк…

После короткой подготовки собеседование в рыцарский орден наконец началось, но я не ожидал такой пары уже в первом туре.

«Самый удачливый человек, Йохан, и убийца, пришедшая меня убить. Какая интересная комбинация».

Двое кандидатов, на которых я положил глаз, уже стояли передо мной.

«И всё же, эта убийца действительно поразительна».

Хотя она и не смогла обмануть глаз Парши, убийца, стоявшая передо мной, не излучала ни малейшего следа жажды убийства.

Ну, если бы она проронила хоть намёк на кровожадность, Мередия, стоявшая рядом, могла бы сложить её пополам.

И всё же, полностью подавить свою жажду убийства, даже когда цель прямо перед тобой — это навык, сравнимый с мастерством Бергена.

«Но почему Йохан оказался в паре с кем-то подобным?..»

Одно меня беспокоило: Йохан, чья удача должна быть ошеломляющей, каким-то образом оказался в паре с ужасающей убийцей.

Насколько я знаю, кроме показателя удачи, все способности Йохана средние, так что он не должен справиться с убийцей.

И всё же они здесь, вместе — может ли это быть знаком того, что вот-вот произойдёт нечто неожиданное?

— Эй, ты.

Пока я нервно наблюдал за ситуацией, леди рядом со мной, с острым взглядом, заговорила первой.

— Д-да, мэм?

— Не ты.

Йохан, застывший от невообразимого факта, что единственная Леди Империи выступает в роли интервьюера, ответил первым.

Но Мередия говорила не с ним.

— Как долго ты намерена оставаться в плаще?

— ……

— Если ты здесь на собеседовании, прояви хотя бы минимальный уровень вежливости.

По её строгому приказу неопознанная убийца, скрывавшаяся под плащом, наконец откинула его и заговорила.

— …поняла.

В следующий миг на лицах всех присутствующих промелькнуло множество выражений.

— Зверолюд?

Как только плащ был откинут, показались острые волчьи уши, мгновенно раскрыв личность убийцы.

— …ещё одна женщина?

Странно, но с уст Мередии сорвалась другая реакция.

— Прибыла аж с Восточного континента, да. Но зачем подавать заявку в рыцарский орден графа Лингарда?

В момент тяжёлой тишины в зале для собеседований её снова нарушила леди Мередия.

— Я просто следовала за потоком ветра.

— Я не просила поэтического ответа.

Несмотря на её резкий допрос, волчица-зверолюд оставалась безэмоциональной и перевела взгляд на меня.

— Разве в объявлении о наборе не было чётко указано, что происхождение не будет иметь значения?

— …?

— ?..

— Я не понимаю, почему вы продолжаете лезть в мои личные дела.

Услышав это, леди, на мгновение ошеломлённая, перевела взгляд на меня и спросила.

— То, что она сказала, правда?

— …правда.

— Ха-а, невероятно.

Как только я смущённо ответил, с уст Мередии посыпалась резкая критика.

— Найдётся ли в этом мире дурак, которому было бы всё равно на происхождение меча, которым он будет владеть?

— …найдётся. Он прямо перед вами.

— Это не шутки.

Конечно, я был не в том положении, чтобы привередничать, поэтому решил не обращать внимания на чьё-либо происхождение, но, похоже, у леди была другая философия.

— Даже если я дам тебе сто шагов форы, принять выпускника рыцарской академии без роду и племени — это одно. Но зверолюда, чьё происхождение совершенно неизвестно? Ты собираешься создать отряд наёмников вместо рыцарского ордена, Уитни?

Хотя в её аргументах и проскальзывали опасные замечания, я решил верить в изменившуюся Мередию.

— Леди Мередия.

— Что?

— Расовая дискриминация — это неправильно.

Я сказал это с несколько серьёзным выражением, и Мередия, на мгновение ошеломлённая, тихо прошептала мне в ответ.

— Я не об этом пытаюсь сказать.

— …леди Мередия.

— Ха-а, ладно. Я поняла. Прости.

Но когда я сохранил твёрдую позицию, к счастью, на этот раз она отступила.

— И всё же, зверолюдки сильно линяют, и у них регулярно бывают «трудные периоды»…

— …тц.

И всё же, как и ожидалось от той, кого когда-то называли злодейкой — фундаментальная проблема осталась нерешённой.

Что ж, я исправлю это постепенно.

— Эй, я больше не буду спрашивать о твоём прошлом, но хотя бы назови своё имя.

Осторожно следя за словами леди Мередии, я вздохнул с облегчением, когда она сказала что-то приемлемое, и снова обратил внимание на собеседуемых.

— …это я могу сказать.

Но этот момент облегчения был недолгим.

— Пожалуйста, зовите меня Феррис.

— …ах.

Услышав имя из уст волчицы-зверолюда, я наконец вспомнил, кем была эта убийца.

— А, эм… ясно.

— …что-то не так?

По моим воспоминаниям, волчица-зверолюд, представившаяся как Феррис, была…

— Ничего… совсем ничего.

Она была рабыней-рыцарем, правой рукой Майера, одного из злейших врагов Мередии и человека, которого она ненавидела больше всего на свете.

----------

Рыцарь-раб (2)

Кто такая Феррис, рабыня-рыцарь Майера?

Проще говоря, если у Императрицы в оригинале была Руниэль, а у леди Мередии — Парша, то у Майера была Феррис.

Она, рабыня-зверолюд, воспитанная Майером с детства — один из сильнейших персонажей, который всегда появляется в списках лучших бойцов.

«Если Берген — мастер шпионажа и проникновения, то Феррис — мастер убийства».

Конечно, по сравнению с Бергеном, который в оригинале выступает в роли информатора игрока, завербовать Феррис было практически невозможно, поэтому я даже не рассматривал её в составе «команды мечты».

Но подумать только, что я столкнусь с ней на собеседовании в рыцарский орден.

«Что ж, очевидно, что она пришла сюда не из-за желания вступить в наш орден».

Учитывая ситуацию, маловероятно, что Феррис, верная подчинённая Майера, действительно пришла на собеседование.

Если так, то у неё может быть только одна возможная цель.

И это — моя жизнь.

«Да, честно говоря, если кто-то в этом особняке и станет мишенью, то только я».

С точки зрения Майера, единственный, кого он хотел бы устранить из особняка Лингард — это я.

Потому что среди всех людей в особняке я — единственный, для кого «убийство» вообще является реальной угрозой.

«Взять хотя бы Руниэль — убийство её даже не поцарапает, а леди Мередия и вовсе не живёт в особняке, так что она тоже не цель».

Сесиль, моя младшая сестра, немного приходит на ум, но после Отборочного Турнира её боевые способности взлетели до небес.

До такой степени, что буквально вчера во время тренировки с настоящими мечами ей удалось оставить небольшую царапину на щеке Руниэль.

Что касается Парши, то, поскольку она ещё не дебютировала публично, шансы, что она станет целью, крайне малы.

«Так что, по сути, она — убийца, посланная только для того, чтобы устранить меня…»

Я — человек, который когда-то лежал прикованный к постели, и никому до меня не было дела, поэтому я склонен приветствовать даже враждебность со стороны других, но всё же — принять убийцу кажется немного чересчур.

И тем не менее, было бы жаль просто поймать Феррис прямо здесь и сейчас.

«Она слишком ценна, чтобы её упускать…»

Феррис — один из немногих инструментов, которые Майер, поддерживающий лицемерный фасад, использует за кулисами для расширения своего влияния.

Таким образом, если бы мне удалось удержать её в особняке — или, что ещё лучше, переманить на свою сторону — это значительно ослабило бы власть Майера.

«Неудивительно, что он один из главных политических соперников леди Мередии. Это действительно может быть более разумным ходом».

Хотя личная боевая мощь Майера уступает Мередии, его мастерство в закулисных сделках, грязной работе и интригах не уступает её собственному.

Видя, что Майер начал предпринимать шаги, чтобы держать меня в узде, похоже, пришло время готовиться к будущим битвам.

— Ты слишком много думаешь.

— …а, да.

— У этой зверолюдки что-то на лице? Почему ты так пристально на неё смотришь?

Пока я был погружён в мысли, рассеянно глядя на Феррис, сбоку донёсся несколько недовольный голос леди Мередии.

— Нет, просто… я впервые вижу зверолюда вживую. Это немного завораживает.

— ……

— …эти подёргивающиеся ушки — разве они не выглядят немного мило?

Из-за моего глупого комментария, когда я повернулся к ней, леди Мередия тут же нахмурилась и испепелила меня взглядом.

— Жалкий идиот. Умри.

— …ха-ха, да шучу я.

К счастью, в отличие от прежних времён, леди Мередия не отвернулась от меня с надутым видом, хотя её острый язык остался неизменным.

— И как меня угораздило связаться с таким, как ты…

Однако, если и было небольшое отличие по сравнению с прошлым, то это то, что в бормотании, последовавшем за её резкими словами, был слабый оттенок привязанности, направленный на меня.

По сравнению с теми днями, когда мне приходилось рисковать жизнью, чтобы хотя бы предложить ей контракт, это поистине огромный прогресс.

«В любом случае, она всё-таки подслушивала».

Конечно, я сказал эти глупые слова не только для того, чтобы заставить леди Мередию ревновать.

Хотя Феррис сохраняла почти такое же непроницаемое лицо, как Руниэль из оригинальной истории, её уши с самого начала слегка подёргивались.

И я очень хорошо знал, что это была её привычка, когда она тайно подслушивала.

«Теперь, присмотревшись, её глаза, кажется, едва заметно сузились…»

Почему-то от её взгляда, пронзающего безэмоциональное лицо и скользящего по мне, у меня по спине пробегает холодок.

Может, я в последнее время слишком привык находиться рядом с сильнейшими людьми мира, такими как леди Мередия, но у Феррис определённо есть навыки, чтобы одолеть меня и забрать мою голову, если она захочет.

Так небрежно впускать кого-то подобного в особняк заставляет меня немного напрячься, но что ж — это то, что нужно сделать.

— Так что нам нужно делать?

Как только я закончил приводить мысли в порядок, Феррис, всё это время сохранявшая пустое выражение лица, наконец спросила меня тихим голосом.

Верно, было немного чересчур заставлять их ждать после того, как я их сюда вызвал.

Что ж, поехали?

— Честно говоря, уже то, что вы прошли первый тур, доказывает ваши способности.

— ……

— Поэтому требование для второго тура собеседования простое.

Когда я наконец открыл рот, не только Йохан и Феррис, но и Руниэль, Парша и даже леди Мередия обратили на меня своё внимание.

Это было естественно, поскольку я никому — даже Руниэль или Парше — не сказал, что будет представлять собой второе собеседование.

— Во втором туре мы будем проверять вашу ментальную стойкость.

Причина, по которой я держал это в секрете, заключалась в том, что если бы кто-нибудь, кроме Парши, услышал о моём плане, они бы определённо попытались меня остановить.

— Постарайтесь выдержать как можно дольше.

— Постой, ты?..

— …господин?

Честно говоря, я действительно обещал леди Мередии, что вылечу её смертельное проклятие, но на самом деле я всё ещё не до конца овладел своей собственной силой.

Таким образом, начиная с этого момента, мне нужно серьёзно тренировать свои «способности».

И это собеседование — идеальный шанс попрактиковать мою «силу господства»…

— Ха!

— …?

Как только я начал собирать силу в глазах и проводить ману через тело, тонкая, мягкая рука внезапно закрыла мне глаза, заставив меня вздрогнуть и остановиться.

— «Хозяин, мне очень жаль, но…»

— Парша?

— «…вам нельзя открывать глаза».

В отличие от обычного, лицо Парши побледнело, и она неловко улыбнулась, шепча мне.

— …почему?

— «Если вы их откроете, все, кроме леди Мередии, могут умереть. И даже в этом случае, это при условии, что я тоже выживу…»

Постойте, что?

Это бессмыслица — я никогда не ходил с закрытыми глазами!

Мои слегка узкие глаза — это просто внешняя черта, я прекрасно вижу.

— «…п-пожалуйста, господин».

— …?

— «Только на этот раз, пожалуйста, держите глаза закрытыми…»

И когда даже Руниэль, обливаясь холодным потом, умоляла меня, я неохотно снял напряжение с глаз и закрыл их.

«Может, мне действительно нужна пластическая операция».

Серьёзно, это лицо меня доконает.

***

— Хорошо, тогда — приготовьтесь.

На короткий миг Йохан и Феррис были сбиты с толку внезапной суматохой среди интервьюеров, но вскоре они поняли причину.

Г-у-у-у-у—

Неизвестная энергия, казалось, распространилась от Уитни, сидевшего среди интервьюеров, и вскоре на них начало давить ошеломляющее давление.

— Гха?

— …угх.

Йохан, чьё телосложение было как у обычного курсанта-рыцаря, тут же ахнул и рухнул на землю.

Даже Феррис, выдержавшая большинство видов боли, едва могла выстоять, напрягая ноги и отчаянно упираясь в землю.

— Ч-что это?..

— Э-этого не может быть.

Тем временем Уитни, всё ещё спокойно сидевший за столом, казался им двоим воплощением стихийного бедствия.

«Такое давление обычно исходит от монстров…»

— …угх.

Ошеломляющая сила — подобная землетрясениям, цунами, штормам — которая подтачивает волю к сопротивлению одним лишь своим присутствием.

Естественно, это было давление, которое никогда не должно было исходить от простого человека, но Уитни, который теперь подошёл прямо к ним, заставлял ощущать подобное совершенно реально.

— Хозяин, мне очень жаль, но если вы откроете глаза…

— …?

Однако бесконечный, казалось, вечный момент мгновенно закончился, когда Парша, сильно дрожа, поспешно закрыла глаза Уитни.

— …ха-а, ха-а.

— …Хуф.

Наконец освободившись от головокружительного ощущения, будто на них давит гора-гигант, Йохан и Феррис жадно глотали воздух и начали осознавать ситуацию.

«Что за чёрт… монстр?..»

«…я никогда не слышала о чём-то подобном».

Что шокировало их ещё больше, так это то, что вокруг Уитни, который всего мгновение назад излучал такое ошеломляющее давление, теперь не осталось и следа этой ауры.

— Ха-ха, почему вы оба так напряглись?

Но даже этот факт был менее шокирующим, чем слова, которые произнёс Уитни, небрежно подходя к ним.

— Я ведь ещё даже не начал.

Его голос был лёгким, будто он шутил, но для Йохана и Феррис, которые только что по-настоящему ощутили ужас, жуткая улыбка Уитни совсем не выглядела шуткой.

— Я-я ухожу!

— Э?

Таким образом, было вполне естественно, согласно предсказанию Уитни, что Йохан, в отличие от Феррис, у которой была чёткая цель — убийство, внезапно выкрикнет такие слова.

— Я-я думаю, мои навыки ещё не подходят для дома графа Лингарда.

— ……

— Поэтому я хотел бы больше тренироваться и… э-э…

Однако, вежливо говоря, чтобы заявить о своём уходе, Йохан внезапно замолчал на полуслове.

«…что это?»

Его внезапно охватило желание замолчать и даже желание забрать свои слова обратно.

«Обычно в такие моменты я доверяю своим инстинктам…»

Причина, по которой такой ничем не примечательный простолюдин, как Йохан, смог окончить престижную Рыцарскую Академию Байворк, заключалась в его уникально острых инстинктах, которые время от времени вспыхивали.

«Но на этот раз что-то… не так».

В отличие от обычного, этот новый всплеск инстинктов ощущался немного странно.

…это было так, словно два разных импульса столкнулись внутри него одновременно.

Импульс убраться как можно дальше от Уитни и, по какой-то причине, импульс остаться рядом со зверолюдкой, стоявшей рядом с ним.

— Так ты действительно уходишь?

— Э-э, ну…

— Если вы действительно хотите уйти, вы можете сделать это в любой момент.

Разрываемый первым в жизни столкновением инстинктов, Йохан долго колебался, прежде чем, услышав тихий голос Уитни, в конце концов выбрал импульс, который ощущался немного сильнее.

— Н-нет, я останусь.

— …хм-м.

— Я-я извиняюсь за свои неосторожные слова. Я буду стараться изо всех сил.

Затем Уитни, пристально наблюдавший за ним, наконец слегка улыбнулся.

— Это облегчение. Ты мне очень нравишься, Йохан.

— Э?

— Неважно. Ну что ж, начнём всерьёз?

В тот момент, когда Йохан услышал эти слова, желание сбежать из особняка мгновенно удвоилось — но было уже слишком поздно.

— С этого момента вы оба должны сопротивляться изо всех сил тому, что я собираюсь сделать.

— …..

Как только Уитни закончил, и Йохан, и Феррис, словно марионетки, управляемые невидимыми нитями, потеряли контроль над собственными движениями.

***

Тем временем, в самом начале всего этого.

Парша, внимательно наблюдавшая за двумя кандидатами со стола для собеседований, который покинул Уитни, пробормотала заворожённым голосом:

— …неужели Хозяин предвидел даже это? Хе-хе.

----------

Феромоны

— Ха-а, ха-а…

— …хр-к.

Начнём с вывода: из двух соискателей Йохан рухнул, не продержавшись и минуты против способности Уитни.

Нет, точнее будет сказать, что он опустился на колени не из-за Уитни, а из-за убийственной ауры, исходящей от Самоцветного Глаза Мередии.

«Какой глупец».

От того вида, что был у него, когда он инстинктивно приоткрыл глаза, не осталось и следа, а сила, которую излучал Уитни, начав самостоятельно использовать силу господства, была поистине жалкой.

Как бы высоко ни пытались это оценить, самое большее, что можно было сказать — это вызывало мурашки или заставляло сердце слегка дрогнуть.

К счастью, Мередия первой заметила это и использовала свой Самоцветный Глаз, чтобы надавить на двух соискателей, спасая Уитни от неминуемого позора.

«Монстр… истинный монстр».

Однако, вопреки намерениям Уитни, возникло недоразумение, из-за которого соискатели начали относиться к нему как к неприкасаемому существу.

— Угх.

Тем временем рыцарь-зверолюд Феррис, стоявшая рядом с ним, держалась немного лучше.

Хотя она и была вся в холодном поту, ей удалось остаться на ногах, в здравом уме глядя на Уитни, в отличие от Йохана.

«Весьма впечатляюще для зверолюда».

Прекрасно зная, что очень немногие могут оставаться на ногах, когда она использует свой Самоцветный Глаз, Мередия с интересом посмотрела на Феррис, глубоко задумавшись.

«На невольничьем рынке много похожего товара…может, купить одного?»

Конечно, будучи злодейкой, её внутренние мысли были далеки от чистоты.

— Леди Мередия…

— Что такое?

— Мне кажется… мы могли обрести ужасающую силу…

— …ха-а.

Однако даже Мередия прервала свои мысли и вздохнула, когда Уитни, обернувшийся издалека с ошарашенным выражением лица, заговорил с ней.

— Может, лучше немного сдержаться…

— Сдержаться в чём именно?

— А, хотя, у нас нет на это времени.

В отличие от Мередии, знавшей ситуацию, для двух соискателей даже эта сцена выглядела как завершённый образ тёмного закулисного кукловода.

«…какая катастрофа».

И, как и ожидал Уитни, для Феррис, посланной юным господином Майером с тёмным приказом, ситуация выглядела абсолютно безнадёжной.

«Я ожидала некоторых трудностей, но это слишком ошеломляюще».

Будучи сама сильной, Феррис могла примерно предсказать исход битвы, просто почувствовав энергию противника.

И судя по тому, что она чувствовала сейчас, Уитни был не тем, с кем она могла бы надеяться потягаться.

Нет, даже если бы все присутствующие сегодня соискатели напали на него в полную силу, она сомневалась, что они смогли бы оставить хотя бы царапину.

Топ-топ—

Как раз когда она, обливаясь холодным потом, пересматривала весь свой план, она услышала приближающиеся шаги.

— Вы очень впечатляете.

— …

— Я чуть было не осудил вас по внешности и телосложению, но с таким уровнем ментальной стойкости вы — выдающийся кандидат.

Незаметно для себя Уитни уже стоял прямо перед Феррис, с интересом разглядывая её.

«…так в конце концов, он просто мужчина?»

Увидев пристальный взгляд, изучающий её даже под таким давлением, губы Феррис едва заметно изогнулись вверх.

«Это облегчает задачу».

Можно было бы подумать, что, будучи рабыней-рыцарем, Феррис была несчастной жертвой, обученной юным господином Майером.

Но на самом деле Феррис была гораздо ближе к чёрному, чем к белому.

«Раньше я не была уверена, шутит он или нет, но теперь я уверена, что смогу им манипулировать…»

Помимо её волчьих физических способностей и навыков убийцы, отточенных за время службы тенью Майера, у неё был врождённый талант.

Это была способность бессознательно выделять феромоны, опьяняющие её цели.

Во многом благодаря этим феромонам холодный социопат Майер благоволил к ней, несмотря на её рабское происхождение.

Недаром она ни разу не провалила миссию, связанную с целями-мужчинами.

— Ха-а, ха-а…

Таким образом, не было совпадением, когда Феррис, тихо наблюдавшая за ситуацией, внезапно приняла ослабевший вид, вытерла холодный пот и, пошатнувшись, начала падать.

— …!

— Хм?

Её движения, каждое из которых было тщательно просчитано, привели к тому, что её тело начало падать — прямо на грудь Уитни.

«Хорошо, если я смогу просто…»

Кем бы ни был мужчина перед ней, как только она нанесёт на него свои феромоны, всё будет кончено.

И даже если цель пахнет больше монстром, чем человеком, это ничего не изменит.

«Это лишь вопрос времени, когда Майер признает меня».

Хорошей новостью было то, что её неофициальный хозяин, Майер, пообещал снять с неё клеймо рабыни, как только она выполнит эту миссию.

Но амбиции Феррис на этом не заканчивались.

Прожив жизнь в рабстве с детства, она испытывала сильное желание подняться по социальной лестнице.

Даже став свободной, она планировала остаться рядом с Майером.

Хотя вероятность была мала, если она останется рядом с ним достаточно долго и он привяжется к ней, разве он не сможет возложить на неё свою руку?

К счастью, она ещё не полностью раскрыла Майеру свою способность к «феромонам».

Таким образом, если она сможет регулировать их количество и незаметно «мариновать» его, стать герцогиней великого имперского дома может оказаться не просто фантазией…

— …кха?

Феррис, зловеще ухмылявшаяся собственным заблуждениям, обливаясь потом, внезапно расширила глаза и издала стон.

— Ох, похоже, это ваш предел.

— ……?

Вскоре после этого она услышала излишне бодрый голос Уитни.

— А?

Феррис моргнула, не понимая, что произошло, пока не осознала, что лежит на холодной грязной земле, а не в объятиях Уитни, и, ошарашенно ахнув, поспешно поднялась.

«Мои феромоны не сработали?»

Благодаря своим природным феромонам она могла привлекать не только людей, но даже бродячих собак в подворотнях.

Таким образом, чтобы «самец» не проявил никакой реакции, несмотря на её преднамеренные усилия по высвобождению феромонов — такое с Феррис случилось впервые.

«Не может быть. Может, он предпочитает мужчин?»

Феррис, которая в своих мыслях уже начала сомневаться в сексуальной ориентации Уитни, к счастью, вскоре смогла развеять своё недоразумение.

— Одно дело, когда дворняжка не знает своего места.

Как раз когда она отряхивалась от грязи и поднималась, в её голове раздался чрезвычайно холодный голос.

— Не могла бы ты прекратить распространять этот отвратительный запах, который ты источаешь с самого начала?

И это был, без сомнения, голос Мередии, которая всё это время молча сверлила Феррис взглядом.

***

«Так мухи уже начинают слетаться».

Впечатление Мередии, наблюдавшей за Феррис, которая, дрожа, едва держалась на ногах, было именно таким.

«Честно говоря, я бы с удовольствием убила её на месте…»

К счастью для Феррис, Мередия в данный момент воздерживалась от чрезмерного использования своего Самоцветного Глаза, чтобы не истощать себя, и поэтому сдерживала свои жестоко мощные способности к чтению мыслей.

«…что ж, в конце концов, она всё ещё полезный талант».

Однако Мередия сразу поняла, что Феррис пыталась повлиять на Уитни с помощью феромонов, и бросила на Уитни очень недовольный взгляд.

«Может, стоит провести небольшую проверку».

И в следующий миг глаза Мередии медленно начали возвращаться к своему первоначальному цвету.

— Хм-м?

В то же время Уитни, с беспокойством наблюдавший за Феррис, начал едва заметно подёргиваться.

— Поздравляю.

— …а?

Внезапно Уитни протянул к ней руку и инициировал рукопожатие.

— Поздравляю. С сегодняшнего дня вы официально являетесь рыцарем дома Лингард.

— …!?

— Не нужно так удивляться. Вы уже соответствуете всем стандартам, которые я искал.

Когда он начал говорить мягким голосом, ошеломлённая Феррис приняла неуверенное выражение, в то время как лицо Мередии стало ещё холоднее.

«Неужели… неужели феромоны наконец подействовали?»

Внезапное, чрезвычайно доброе выражение лица Уитни было достаточным, чтобы усугубить недоразумение Феррис.

Однако то, что он сказал дальше, только ещё больше сбило её с толку.

— О. И вы тоже приняты, господин Йохан.

— Угх…

Йохан, который был полностью обездвижен и пускал пену изо рта из-за продолжающегося напряжения между Феррис и Мередией, каким-то образом тоже был принят Уитни.

— Да. С таким уровнем ментальной стойкости… этого достаточно.

— ……

— …по правде, вы оба даже лучше соответствуете моим стандартам.

Наконец, Феррис временно отбросила свои сомнения по поводу феромонов и сделала шаг назад, чувствуя леденящий холодок по спине.

«…план был не в том, чтобы создать рыцарский орден, а в том, чтобы создать отряд живых щитов?»

«Нет, нет. Раз это план господина, он не может быть таким примитивным».

Вероятно, настоящий план — медленно промывать им мозги, пока и их тела, и их умы не будут принадлежать ему полностью…

В доме Лингардов определённо было что-то странное.

— Полагаю, на этот раз их даже нести не придётся.

— Э-э, леди Саша, этот парень всё ещё в сознании?

— Ч-что нам делать?

— …хе-хе, хе-хе-хе.

Судя по тому, что Феррис могла расслышать своими острыми ушами, даже не считая Уитни или леди Мередию, все экзаменаторы и слуги полностью сошли с ума.

«Надо бежать».

Покрывшись мурашками по всему телу, Феррис полностью забыла о своей миссии и начала инстинктивно отступать назад, но было уже слишком поздно.

— Комната ожидания для принятых соискателей не в той стороне.

— ……!

— Туда идут отвергнутые.

Уитни, повернув голову под неестественным углом, чтобы посмотреть на неё, сказал с леденяще-доброй улыбкой.

— Было бы грустно, если бы вы, выжив до этого момента, пошли не по тому пути, верно? Ха-ха…

— …Ик.

И так, первым успешным соискателям новообразованного Рыцарского Ордена Лингард ничего не оставалось, кроме как послушно направиться в подготовленную для них комнату ожидания под руководством Уитни.

— …странно.

Однако, если и было что-то, чего даже Уитни не предвидел в этой устоявшейся атмосфере…

«Почему у меня в груди так жарко?..»

...это был тот факт, что феромоны Феррис, временно высвобожденные, когда Мередия ослабила свой контроль, чтобы проверить его, не были полностью неэффективны для Уитни.

***

— Следующие участники… посмотрим.

Вскоре после этого собеседования в рыцарский орден продолжились гладко, вопреки прежним опасениям.

— Эвангелина и Ричард Мистилейн.

Мередия, проверяя удостоверения личности следующих соискателей, назвала имена в верхней части анкет и незаметно перевела взгляд на Руниэль.

— Это твои младшие брат и сестра, о которых ты упоминала ранее?

— ……да.

— Ясно. Что ж, это хотя бы что-то интересное в этом скучном собеседовании.

Однако, несмотря на её слова, выражение лица Мередии выглядело необычно напряжённым и неловким.

— ……

И не только у Мередии; Руниэль, проводившая собеседование, и Парша выглядели похожим образом.

— Может, нам… как-то остановить его?

— Как ты думаешь, кто сможет его остановить?

— Может, Саша сможет?

— …ни за что. Она может умереть от сердечного приступа, даже не попытавшись.

Если посмотреть немного шире, даже слуги, уносившие отвергнутых соискателей далеко на поле для собеседований — которые уже привыкли к абсурду дома Лингард — все выглядели совершенно бледными в данным момент.

— Мередия, ты меня не слышишь?

Можно было бы задаться вопросом, какая сцена могла вызвать такой переполох, но ситуация, разворачивавшаяся в саду, определённо заслуживала такой реакции.

— …я сказал, давай просто немного отдохнём вместе, хорошо?

Уитни, выглядевший совершенно опьянённым, обнимал Мередию за плечи и безжалостно с ней флиртовал.

----------

Дуэль

— Да что это с тобой?

— …что ты имеешь в виду?

— Ха-а-а... ладно, но не мог бы ты сначала отпустить меня, а потом говорить?

Внезапный переход Уитни к активным телесным контактам был, мягко говоря, верхом неловкости.

— Я правда не понимаю, о чём ты говоришь.

— …ты, угх.

— Я сделал что-то не так?

На самом деле, если подумать, это было вполне естественно: злодейка, которая и в прошлой, и в нынешней жизни имела нулевой романтический опыт и почти не общалась с людьми.

Сам факт того, что между ними вообще произошёл какой-либо телесный контакт, был практически чудом.

— Уитни, прекрати.

— …не хочу.

— Ах ты, мелкий!..

Таким образом, внезапно начавшаяся между ними потасовка быстро переросла в довольно редкое зрелище: Уитни отчаянно пытался обнять Мередию, а Мередия так же отчаянно пыталась его оттолкнуть.

Конечно, если бы об этом услышали какие-нибудь журналисты-сплетники или просто любопытные личности, они бы заплатили целое состояние, чтобы задокументировать данный факт, но для персонала особняка эта сцена была чистой агонией.

Особенно для тех, кто слышал слух, что слуги, ставшие свидетелями деликатных дел в особняке, часто таинственным образом исчезали на следующий день.

— С этого момента, все, вы ничего не видели и не слышали.

— И-ик.

— …понятно?

И в этот самый момент Саша, безучастно смотревшая на сад, начала шёпотом раздавать предупреждения, отчего лица новых слуг стали ещё более встревоженными.

— О боже, посмотрите на это…

— Юный господин на удивление настойчив…

— …вы все с ума сошли? Немедленно опустите глаза.

Несколько молодых горничных, искоса поглядывавших с раскрасневшимися щеками, тут же получили нагоняй и опустили головы.

Как бы то ни было, слуги особняка Лингард в очередной раз молча похоронили ещё одну страшную историю глубоко в своих сердцах, добросовестно выполняя свою работу.

— Эм, леди Мередия.

— …что?

— Вы ведь понимаете, что сами навлекли на себя это, верно?

Тем временем Мередия, сверлившая Уитни полуубийственным взглядом, несмотря на все попытки его сдержать, встрепенулась от дерзкого голоса Парши, донёсшегося сбоку.

— О чём ты говоришь…

— Вы ведь полностью подвергли его действию феромонов, потому что вам было любопытно, попадётся ли господин на уловку красавицы, не так ли?

От этих слов, попавших прямо в её слабое место, Мередия быстро отвела свой убийственный взгляд.

— Благодаря этому Хозяин теперь практически промаринован в феромонах. Короче говоря, он полностью потерял рассудок.

— …да, это определённо моя вина.

Поскольку было правдой, что она стала причиной внезапной перемены в поведении Уитни, Мередии было нечего сказать, даже будь у неё десять ртов.

— Но эта стерва откровенно флиртовала с ним прямо у меня на глазах.

— …ха-ха.

— Я планировала убить его, если он поведётся, но, похоже, мне повезло.

И всё же, главной виновницей была на самом деле Феррис, осмелившаяся флиртовать с её женихом прямо на глазах у Мередии, так что при обычных обстоятельствах уже должна была бы произойти кровавая баня.

— …может, мне всё-таки стоит тихо её прикончить.

К счастью, благодаря тактичному решению Мередии не портить церемонию основания нового рыцарского ордена семьи Лингард, мир был едва сохранён.

— Ух ты, но, похоже, Хозяин и вправду искренне любит вас, леди Мередия.

— …?

Заметив, что Мередия всё ещё выглядела явно неловко, Парша внезапно оживила свой голос и непринуждённо завела с ней разговор.

— Несмотря на то, что здесь так много женщин, цель господина — только вы.

— ……

— Это словно чудо, разве нет?

При этих словах Мередия коротко огляделась, прежде чем прокашляться и ответить.

— Раз уж какой-то сын графа сумел заполучить единственную леди империи, разве не естественно, что он должен смотреть только на меня?

Хотя её слова были жёсткими, голос заметно смягчился.

— …теперь, когда вы упомянули, это правда!

Подумав, что этот сценарий кажется ей странно знакомым, Парша на мгновение склонила голову, но быстро решила просто подыграть и поддержала слова Мередии.

Затем наступила короткая тишина.

— …обними меня.

Нарушив тишину, Уитни раскинул руки и невинно улыбнулся.

Мередия, жевавшая нижнюю губу и колебавшись, в конце концов приняла вид полной покорности и прислонилась к нему сбоку.

— Мередия, от тебя пахнет духами.

— …заткнись.

— Ха-ха…

Если бы те, кто всё ещё настаивал, что отношения Мередии и Уитни — это просто брак по политическому расчёту, увидели это, они были бы в шоке.

— Эй, ты. Возьми себя в руки. Как далеко ты собираешься зайти?

— …это плохо?

— Ты серьёзно хочешь умереть? Разве ты не видишь всех этих людей вокруг?

Сначала это могло показаться забавным зрелищем, но по мере того, как телесный контакт постепенно усиливался, это, должно быть, стало мучительно неловким.

— Ну же… ай, ай, ай!

— …умри.

Конечно, бремя было тяжелее на стороне Мередии, которой приходилось терпеть усиливающиеся физические ласки от Уитни, полностью потерявшего рассудок от передозировки феромонами.

— Думаю, нам нужно временно приостановить собеседования!

Поскольку потасовка не собиралась заканчиваться, Парша наконец объявила о временной приостановке собеседований в рыцарский орден.

— …я не привыкла к подобным вещам.

Тем временем.

Неожиданно не в силах вынести эту сцену, Руниэль закрыла глаза обеими руками, но всё равно подглядывала сквозь пальцы за происходящим.

— Руниэль, это идеальный момент! Почему бы тебе не передохнуть?

— …!

— Следующие ведь твои младшие брат и сестра, верно?

Вздрогнув от голоса Парши рядом, Руниэль поспешно покачала головой.

— Это… это была лишь связь с прошлым.

Юное и мягкое выражение, которое ненадолго появилось на её лице, уже снова стало жёстким.

***

После того, как внезапная суматоха, вызванная головокружением во время собеседований, была кое-как улажена...

— Хорошо, тогда… эм, ну.

— …возьми.

— А, д-да.

Едва придя в себя и вернувшись к своей роли ответственного за собеседования, я поспешно принял документы, протянутые мне леди Мередией, с трудом пытаясь собраться и бормоча с ошарашенным выражением.

«От меня так и пахнет духами леди Мередии».

Как бы я ни старался сосредоточиться, оставшийся на мне аромат духов леди Мередии постоянно мешал моей концентрации, вероятно, из-за довольно грубого телесного контакта, в который я вступил во время своего минутного помутнения.

…разве леди Мередия изначально была из тех, кто пользуется такими сильными духами?

Но, подумав немного, разве леди Мередия не была из тех, кто абсолютно ненавидит заметные духи или украшения?

Может быть, она надушилась сегодня, чего обычно не делает, из-за меня?

Нет, это, скорее всего, просто моё разыгравшееся самомнение.

— …на что уставился?

— Ни на что.

У меня возникло желание небрежно спросить об этом леди Мередию, но ледяной взгляд, ударивший меня, как только я повернул голову, заставил меня подавить растущее любопытство и снова сосредоточиться на документах.

— Хорошо, тогда, следующие на очереди… а.

Только тогда я понял причину, по которой атмосфера среди других интервьюеров, за исключением меня, казалась несколько подавленной.

— Ричард Мистилейн и Эвангелина Мистилейн. Пожалуйста, входите.

Обычно воссоединение семьи должно сопровождаться слезами и эмоциональными объятиями, но не всё в мире следует правилам.

Естественно, в этом мире много людей, которые, услышав слово «семья», могут вспомнить лишь чувства, полностью противоположные теплу и единению.

Как только я закончил называть их имена, появились брат с сестрой и Руниэль, и леденящий, пробирающий до костей воздух, который начал струиться между ними, был, к сожалению, хрестоматийным примером такого случая.

«Действительно ли им можно находиться в одной комнате?»

Хотя я и был главным руководителем собеседования, я всё равно почувствовал себя запуганным тяжёлой атмосферой, исходящей от Руниэль и двух сестёр.

— …это катастрофа.

— Хм, что это должно означать?

Пока я неловко чесал затылок, пытаясь хоть как-то разрядить напряжение, внезапно Парша и леди Мередия одновременно заговорили холодными голосами.

— Что случилось?

— Эти двое не намерены искренне участвовать в собеседовании.

— Они пришли сюда не с готовностью рискнуть провалиться — они пришли, уже намереваясь провалиться.

Услышав их общий анализ, я на мгновение усомнился в своих ушах и склонил голову.

— Они пришли, намереваясь провалиться? Я не совсем понимаю.

— Да? Я тоже не очень понимаю.

— Я тоже. Но, похоже, у них есть другая цель, так что давайте посмотрим, что они попытаются сделать сначала.

Парша и Мередия ответили на мой вопрос, но Руниэль просто опустила голову и молчала.

— Эй…

— …давайте пока оставим это.

Увидев поведение Руниэль, леди Мередия попыталась что-то сказать, но я решил, что лучше не настаивать и просто тихо понаблюдать.

«Хотя я и не знаю подробностей, жаль, что они не намерены проходить собеседование в рыцарский орден…»

Сколько времени прошло?

Наконец, две сестры медленно открыли рты, чтобы заговорить.

— …я Ричард, старший сын графской семьи Мистилейн, прославленной в искусстве владения мечом.

— …а я Эвангелина, вторая дочь.

Взгляды двоих, представившихся, были полны явной враждебности.

Проблема была в том, что враждебность была откровенно направлена на Руниэль.

«На этом этапе мне становится интересно, что между ними произошло».

Хотя обязанность начальника — не вторгаться в личную жизнь подчинённых, на этом уровне казалось необходимым понять ситуацию ради самой Руниэль.

— Спасибо за участие в собеседовании…

Пока я думал об этом и пытался продвинуть собеседование дальше...

Гу-у-у-у-у—

Внезапно ошеломляющее давление начало заполнять весь сад.

— !..

Двое сиблингов, сверливших Руниэль враждебными взглядами, вздрогнули и тут же выпрямились.

— …леди Мередия?

— Терпеть не могу, когда дерзкие детишки выпендриваются.

По-видимому, леди Мередия, подперев подбородок рукой со скучающим выражением, обрушила на них своё давление.

— …и всё же, они терпимы, я полагаю.

— О-о.

Ключевым моментом было то, что, несмотря на интенсивную жажду убийства, ни один из них не потерял сознание и не рухнул, а остался твёрдо стоять на ногах.

Для справки, когда я столкнулся с подобным давлением от леди Мередии раньше, я потерял сознание на месте прямо перед ней.

Даже сейчас, зная, что во мне живёт сила господства, я уверен, что всё равно мгновенно потеряю сознание, если снова столкнусь с её жаждой убийства.

Следовательно, по крайней мере, этих двоих можно было считать достигшими ранга тех, кто достаточно силён, чтобы хоть как-то выдержать присутствие Мередии.

— Испытание окончено.

— …хуф, хуф.

— Ха-а.

И всё же, когда Мередия убрала свою жажду убийства, оба вытерли холодный пот и с облегчением глубоко выдохнули.

— Что ж, перейдём к настоящему делу…

Конечно, то, что только что произошло, было всего лишь личным тестом леди Мередии.

Настоящее испытание — для проверки силы господства — было ещё впереди, поэтому я тихо собирал силы, когда…

— …господин, прошу прощения, но у меня есть предложение.

Руниэль, хранившая молчание даже с прибытием своих кровных родственников, наконец заговорила.

— Можем ли мы провести вторую часть собеседования в формате дуэли?

— …а?

Конечно, слова, сорвавшиеся с её уст, были несколько иными, чем я ожидал.

----------

Домашние дела

— Формат дуэли, говоришь?

— …да, прошу.

— Хм-м…

Я был на мгновение озадачен внезапной просьбой Руниэль, но, увидев серьёзность в её глазах, молча кивнул.

— Я не знаю, каковы твои истинные намерения… но, по крайней мере, я знаю, что ты не из тех, кто обращается с необдуманными просьбами.

— ……

— Я разрешаю. Изменим формат второго собеседования на дуэль?

Может, это и выглядело несколько бессистемно для собеседования, но я здесь главный, так какая разница?

— Действительно ли можно так легко всё менять?

— …можно. Леди Мередии, кажется, всё равно уже становилось немного скучно.

— Что ж, это правда, мне становилось немного скучно.

И, как сказала леди Мередия, казалось, это был подходящий момент, чтобы развеять вялую атмосферу собеседований.

В конце концов, со времён первой группы, состоявшей из Йохана и Феррис, больше не было ни одного успешного кандидата.

«Неужели сила, которой я якобы обладаю, сила господства, была настолько сильна?»

Честно говоря, я мало что сделал.

Я просто высвободил свою серую магическую силу, как в старые времена, и выпустил её так сильно, как только мог.

Большинство кандидатов, прошедших первый тур и доказавших свои навыки, попали под действие этой силы и полностью потеряли сознание.

Что бы случилось, если бы сиблинги из графской семьи Мистилейн, стоящие сейчас передо мной, попали под действие моей силы?

И всё же, раз они выдержали устрашение леди Мередии, может, они смогли бы выстоять и против моей силы?

— Тогда, с вашего позволения.

Пока я чесал затылок, погружённый в мысли, Руниэль, получившая моё разрешение, тихо встала и пошла вперёд.

Её младшие брат и сестра, дети графа Мистилейн, продолжали сверлить Руниэль взглядами, полными враждебности.

— Парша.

— Да?

— У тебя есть какие-нибудь догадки, что происходит?

Не в силах подавить растущее любопытство, наблюдая за ними, я спросил Паршу, сидевшую рядом.

— Если ты что-то поняла в этой ситуации, я бы хотел, чтобы ты поделилась, ничего не утаивая.

— …ха-ха. Я ждала, когда вы это скажете.

При этих словах глаза Парши, казалось, заблестели, и в мгновение ока она придвинула свой стул вплотную к моему.

— …тц.

Должно быть, мне показалось, но я как будто услышал, как леди Мередия цокнула языком.

Точно нет.

Хотя мы уже и обменялись предложениями, она ведь не станет ревновать к кому-то возраста Парши или Сесиль.

— Прежде всего, исходя из моего анализа, эти двое излучают больше синих волн, чем красных.

— Красных волн? Синих волн? Можешь объяснить попроще?

Я пытался внимательно слушать её объяснение, когда всплыло незнакомое понятие, поэтому я ненадолго её прервал.

— А, ничего сложного. Когда вы думаете о красном, что приходит на ум? А о синем?

— Красный заставляет меня думать о горячем огне, а синий напоминает о холодной воде. Что-то в этом роде.

— Да, именно!

Хотя мой ответ был до смешного прост, Парша ярко улыбнулась, словно именно этого и ждала, и продолжила своё объяснение.

— Я могу интерпретировать эмоции людей через их волны. По опыту я знаю, что красные волны символизируют гнев, подобно горячему огню.

— Тогда синий будет…

— Да, печаль, уныние, тоска, сожаление, холодность. Эмоции такого рода.

Затем она перевела взгляд с меня на леди Мередию и прошептала тихим голосом.

— Кстати, между вами двумя постоянно течёт поток розовых волн. Настолько слащаво, что аж до тошноты. Ха-ха.

От этих слов со стороны леди Мередии повеяло ледяным холодом, и я чуть не пропустил пробормотанные следом слова Парши.

— …странно. Обычно розовый получается при смешивании красного и белого.

— …?

— Так как же он стал розовым из цветов, которые должны быть противоположностями?

Может быть, из-за необычно многозначительного взгляда на лице Парши, но почему-то её слова застряли у меня в голове сильнее обычного.

«Если противоположность красного и белого — это синий и чёрный…»

В случае леди Мередии, согласно теории Парши, её можно было бы принять за красную, но на самом деле она ближе к синей.

Значит ли это, что я ближе к чёрному?

Но какую эмоцию представляет чёрный?

— Эй, Парша, насчёт чёрного…

— А, похоже, они вот-вот начнут!

Как раз когда я собирался удовлетворить своё растущее любопытство, спросив Паршу, на стороне Руниэль что-то начало происходить.

— Ох.

И тогда я мог лишь безучастно смотреть, совершенно забыв вопрос, который собирался задать Парше.

Гу-у-у-у-у—

Ужасающая аура энергии меча заполнила импровизированную площадку для собеседований, устроенную в саду.

Некоторые из провалившихся кандидатов тоже могли излучать энергию меча, но ни у кого она не была настолько сильной, чтобы волосы на моих руках встали дыбом.

Так значит, это энергия меча Руниэль?

Нет, ощущается немного…

— …слегка несовершенно, но всё равно впечатляет. Как и ожидалось от знаменитой семьи мечников, даже на грани краха.

Пока я безучастно смотрел на разворачивающуюся в саду сцену, слова леди Мередии рядом со мной заставили меня осознать истинных владельцев этой энергии меча.

Двое сиблингов Руниэль поднимали видимую, мерцающую энергию от своих мечей и направляли клинки вперёд.

Конечно, остриё мерцающей энергии было нацелено прямо на Руниэль.

— Конечно, нелегко людям в таком юном возрасте владеть энергией меча…

— Это правда, но бывают и исключения.

— А, точно.

Я бормотал себе под нос, пристально наблюдая за сценой, и на слова леди Мередии я ярко улыбнулся и согласился.

— Моя младшая сестра пробудила энергию меча в ещё более юном возрасте.

— Даже во время отборочного матча казалось, что она что-то осознала в одиночку, и теперь её энергия меча соперничает с энергией опытных мастеров… почему у тебя такое лицо?

Однако выражение лица леди Мередии внезапно стало холодным, заставив меня замолчать и склонить голову.

— …я владею энергией меча с пяти лет.

— Что?

— И притом в совершенной форме.

Следующие слова леди Мередии на мгновение лишили меня дара речи, но я быстро понял её намерение.

— Это потрясающе. Как и ожидалось, леди Мередия — лучшая. Моя младшая сестра вам, конечно, не ровня. Ха-ха.

Увидев, как губы леди Мередии слегка дрогнули после того, как я закончил говорить, я понял, что это действительно был правильный ответ.

Гу-у-у-у-у-у—

В тот момент, когда я отвернулся, делая вид, что ничего не замечаю, меня внезапно накрыла огромная сила.

«Можно не проверять — но это, должно быть, энергия меча Руниэль».

Хотя это было всего лишь движение энергии её меча, ощущалось это так, будто меня давит и сокрушает гигант.

Гнетущее чувство от самоцветных глаз Мередии рождалось из неописуемого ужаса, в то время как давление Руниэль исходило исключительно из ошеломляющей физической силы.

— Угх…

— …ха-а.

Даже двое сиблингов, уверенно излучавшие свою собственную энергию меча, начали слегка дрожать, столкнувшись с полной силой своей старшей сестры.

Во взгляде Руниэль, направленном на них, не было и следа пощады.

Нет, это было нечто большее — не было даже намёка на эмоции.

Всего несколько минут назад, рядом со мной, она выглядела обеспокоенной, но теперь это чувство полностью исчезло.

«Она намеренно подавила свои эмоции?..»

Её преданность трогала, но что-то в этом всё ещё тяжело лежало у меня на душе.

Это был путь, по которому Руниэль изначально шла в истории.

Гончая, следовавшая лишь приказам императора, безэмоциональный рыцарь-убийца, который даже не истекал бы кровью, если бы его пронзили.

Из-за моего вмешательства её судьба должна была измениться, но было ли это лишь моим воображением, что я всё ещё видел в ней следы того старого пути?

«Надеюсь, это просто моя паранойя…»

По крайней мере, тогда её лишили эмоций силой ради амбиций императора, в то время как сейчас в этом участвовала её свободная воля — наверняка всё будет по-другому.

— …леди, если покажется, что дело примет серьёзный оборот, пожалуйста, остановите её.

Не в силах подавить своё беспокойство, я тихо обратился с этой просьбой к леди Мередии, сидевшей рядом.

К счастью, на этот раз леди Мередия, казалось, поняла моё сердце, и вместо того, чтобы дразнить меня, как обычно, она просто молча кивнула.

«Я очень надеюсь, что ничего плохого не случится…»

Я должен был бы успокоиться, но беспокойство всё ещё оставалось, колючим комком в сердце.

***

— Я не буду повторять дважды.

Стоя против своих бывших родичей, Руниэль объявила безэмоциональным голосом, обращаясь к своим сиблингам.

— Если намерены сражаться, делайте это в полную силу. Нападайте на меня, рискуя своими жизнями.

От этих слов выражения лиц двух сиблингов стали ещё холоднее.

— Сестра, что именно ты здесь делаешь?

Тишину, повисшую между двумя сторонами, первой нарушила Эвангелина Мистилейн, младшая сестра.

— Ты правда занимаешься этим после того, как привела семью к разорению и потере нашего дворянского титула? Благодаря тебе нас вот-вот вышвырнут на улицу, знаешь ли.

Её слова на первый взгляд казались полными гнева, но лёгкая дрожь между словами намекала, что это была не просто ярость.

— Что ж, наша сестра всегда была эгоисткой. Будь честна. Тебя когда-нибудь заботило что-то, кроме меча? Ты хотя бы помнишь наши имена?

Благодаря документам, даже если бы Руниэль действительно забыла их имена, она могла бы как-то ответить.

Однако Руниэль лишь направила на них свой меч, её лицо было совершенно лишено какого-либо выражения.

— Ничего не изменилось, да.

— Ага. В прошлый раз, когда мы виделись, это выражение было чем-то.

Разъярённые её холодностью, слова сиблингов становились всё резче.

— В тот день, когда ты потеряла дворянский титул, ты пришла на коленях к нашему дому.

— Пытаться снова прицепиться к семье, которую ты разрушила, как жалко.

Такие замечания заставили бы любого скрежетать зубами от унижения, но даже при таком уровне оскорблений выражение лица Руниэль оставалось неизменным.

— Ха, это как разговаривать со стеной.

— …точно. Как будто она стала ничем иным, как чьим-то инструментом.

В этот момент их взгляды переместились на мужчину, сидевшего за спиной Руниэль.

— Честно говоря, этот парень за твоей спиной кажется ещё более жутким, чем ты, сестра.

— Неважно, но как ему удалось починить твои мана-каналы?

Руниэль, потерявшая силу держать меч и обречённая жить как падшая дворянка, была спасена и восстановлена не кем иным, как Уитни Лингардом.

Семья Мистилейн вложила всё, что у них было, в попытки найти решение, но потерпела неудачу.

Как этому человеку удалось сделать то, что не смогли они?

И почему, из всех людей, он решил спасти их сестру?

Эти вопросы, безусловно, оставались в их умах, но сиблингов интересовало нечто ещё более насущное.

— …она кажется слабее, чем раньше.

— Да, определённо.

Они хотели знать, сколько силы Руниэль восстановила.

— Она всё ещё сильна… но и мы стали сильнее. Это не невозможно.

— …да, это так.

Поскольку их главная цель при встрече с Руниэль заключалась в том, чтобы проверить свои силы против неё, сиблинги тихо сделали глубокие вдохи и начали готовиться к дуэли.

— Подождите.

Но как раз перед тем, как долгожданное воссоединение семьи могло перерасти в кровавую дуэль, из-за спины Руниэль раздался мягкий голос.

— Я хотел бы добавить новое правило к дуэли.

Уитни, говоривший со странно леденящей улыбкой, теперь смотрел прямо на двух сиблингов.

----------

Твой меч

— Новое правило?

— Всё просто. Нужно лишь согласие вас двоих.

От внезапного заявления Уитни, вскочившего со своего места, всё внимание мгновенно сосредоточилось на нём.

— Если кто-либо из вас сможет нанести хотя бы малейшую рану во время дуэли, я немедленно откажусь от своего права владения Руниэль.

— …что?

Среди этих взглядов Руниэль, до этого выглядевшая слегка озадаченной, не смогла сдержать шокированного выражения от последующих слов Уитни.

— Хотя Руниэль и я в настоящее время связаны рыцарской клятвой, я заявляю, что в одностороннем порядке разорву её.

— Господин, что вы такое говорите!

Вероятно, это был первый раз, когда Руниэль повысила голос на своего господина.

Конечно, у её действий была причина. По крайней мере, для рыцаря, принёсшего клятву, значение её нарушения было очевидным.

— В одностороннем порядке разорвать рыцарскую клятву — это…!

— …я знаю, Руниэль. Для такого гордого рыцаря, как ты, это, должно быть, унижение хуже смерти.

Прежде чем Руниэль успела это сказать, тихий голос Уитни опередил её.

— Эй, разве рыцарскую клятву можно так легко разорвать?

В этот момент Мередия, наблюдавшая за происходящим, подперев подбородок, спросила томным голосом из-за спины Уитни.

— Не только тот, кто даёт клятву, но и господин, принимающий её, абсолютно ею связан.

— ……

— Недаром рыцарскую клятву называют разумной формой рабства. Неужели мой жених не знает таких простых вещей?

В этот момент Руниэль горячо желала, чтобы Уитни признал, что что-то не так понял, и забрал свои слова обратно.

— Конечно, я знаю, моя леди.

— Ах…

— И, учитывая это, я собираюсь предложить новое правило, которое будет критически обязывающим для давшей клятву, Руниэль.

Но вопреки её надеждам, голос Уитни, лишённый всякого намёка на юмор, был серьёзным и холодным.

— Я ведь не говорил, кого нужно ранить, не так ли?

— Что?

— Честно говоря, нанести рану Руниэль слишком сложно, не правда ли?

Однако, как только Уитни наконец перешёл к сути, его приближённые, на мгновение ошеломлённые атмосферой, в тревоге открыли рты.

— С этого момента противник, которого вам нужно ранить, — это я.

— …ты в своём уме?

— Это неприемлемо!

— Ха… я тоже против.

Даже Мередия, обычно поддерживавшая Уитни, Руниэль, которая была непоколебимо верна, и Парша, никогда не ослушивавшаяся приказа — все протестовали против предложения Уитни.

— …прошу прощения, но я не принимаю возражений.

И всё же, когда Уитни сказал это с абсолютно серьёзным лицом, хаотичная атмосфера мгновенно была взята под контроль.

— …!?

В тот момент, когда он стал серьёзным, даже Мередия слегка вздрогнула, так как ошеломляющая энергия поглотила сад.

— Повторяю. Ваше согласие — самое важное. Если вы согласны, всё, что вам нужно сделать — это нанести мне засчитываемый удар в течение отведённого времени, сражаясь с Руниэль, которая меня охраняет.

На самом деле, это не было ни плохим, ни хорошим предложением для двух сиблингов.

Их целью никогда не было просто пройти собеседование — их целью была сама Руниэль.

Для этого дуэль с Руниэль была неизбежна.

Однако, если условием дуэли была атака на Уитни, для них тоже возникали риски.

Если во время дуэли они слишком сосредоточатся на Руниэль, а не на Уитни, их истинная цель может быть раскрыта.

И всё же, если они всерьёз нападут на Уитни, могут возникнуть дипломатические проблемы между семьями, даже если сам Уитни это разрешил.

Короче говоря, это было сложное и неоднозначное предложение, с плюсами и минусами.

— Если у вас есть какие-то опасения, об этой части можете не беспокоиться.

Увидев, что сиблинги Мистилейн колеблются и не могут решиться, Уитни сузил глаза и тихо перевёл взгляд за спину.

— Парша, пожалуйста, немедленно составь документ о клятве.

— ……

— Включи пункт о том, что за любые телесные повреждения или угрозы жизни, возникшие в результате сегодняшних событий, никто не будет нести ответственности.

К этому моменту присутствующих меньше волновал исход дуэли, а больше интересовали истинные намерения Уитни.

Это отличалось от таинственных действий, которые Уитни демонстрировал до сих пор.

Конечно, это был не первый раз, когда Уитни предпринимал независимые и своеобразные действия, но обычно они ограничивались вопросами, которые могли повлиять на судьбу мира.

Это был первый раз, когда он был настолько инициативен и прямолинеен в личных делах подчинённого.

— …эм.

— Что такое?

— Вы действительно уверены в этом?

И ещё одно отличие от обычного заключалось в том, что Парша, которая обычно избегала проявления личных чувств перед своим господином, продолжала сомневаться в его намерениях.

— Тебе не о чем беспокоиться.

— …да, я бы тоже хотела в это верить.

— Ага, думаю, я понимаю, почему ты беспокоишься.

Но когда Уитни прошептал эти слова с понимающей улыбкой, Парша, выглядевшая совсем не так уверенно, как обычно, могла лишь неловко ёрзать.

— Но не волнуйся. Того, чего ты боишься, не случится.

— ……

— И, кстати, мне очень нравится твоё нынешнее поведение.

Мягкий шёпот Уитни коснулся уха Парши.

— Я предпочитаю мятежных подчинённых пассивным.

Оставив позади ошеломлённо застывшую Паршу, Уитни с холодным взглядом тихо пошёл прочь.

И человеком, более напряжённым, чем кто-либо другой в тот момент, была не кто иная, как Руниэль.

«…о чём он только думает?»

Конечно, Руниэль хорошо знала, что её господин всегда с лёгкостью совершал невероятные подвиги.

И она считала своим долгом выполнять приказы, не позволяя личным чувствам вмешиваться.

Но впервые Руниэль почувствовала сомнение — и даже подозрение — по отношению к своему господину.

Рыцарская клятва, которую она ему принесла — это было её всё.

И тогда, и сейчас Руниэль была человеком, беззаветно преданным пути меча.

И контракт с Уитни, скреплённый рыцарской клятвой, был последней движущей силой, позволявшей ей продолжать владеть мечом.

Конечно, причина её прошлого падения, повреждение её мана-каналов, была частично исцелена.

Но Руниэль знала.

Её тело и её навыки всё ещё не были полностью восстановлены.

Хотя ей и удалось овладеть энергией меча, Руниэль в последнее время начала испытывать трудности во время тренировок с Сесиль.

Причина была ясна, как неоднократно указывал Уитни: её «пробуждение» ещё не было полностью завершено.

Другими словами, тот, кто держал ключ к её полному выздоровлению, был не кто иной, как Уитни Лингард.

«Может ли быть… что меня сейчас бросят?»

Подавляя тревогу и сглотнув, выпрямляя свой меч, Руниэль вдруг почувствовала, как её руки задрожали от мысли, промелькнувшей в голове.

Возможно, Уитни, всё это время наблюдавший за ней, наконец счёл её непригодной.

И теперь, когда двое сиблингов, которые могли бы соперничать с ней в силе, по совпадению подали заявку в рыцарский орден, может, он увидел в этом шанс использовать лазейку и разорвать их связь.

— …у тебя сейчас довольно интересное выражение лица.

— …ах.

Всё ещё кусая губу и обливаясь холодным потом, Руниэль вздрогнула от внезапного шёпота рядом и повернула голову.

— Я не знал, что Руниэль может делать такое сложное выражение.

— М-мне жаль…

— Нет, я не виню тебя.

Руниэль инстинктивно попыталась извиниться перед Уитни, который теперь стоял прямо рядом с ней, внимательно изучая её лицо, но Уитни тихо покачал головой и сказал нечто неожиданное.

— Наоборот, я нахожу это выражение очень приятным.

— …что?

— Моя Руниэль, ты мне больше нравишься такой.

Его слова заставили Руниэль в шоке расширить глаза.

— Мне не нужен инструмент без эмоций. Мне нужен товарищ, которому я могу доверять и доверить свою спину.

— Господин, я…

— В этом смысле, мне нравится выражение, которое у тебя сейчас на лице.

Внезапно Руниэль поняла, что её лицо необычно покраснело, и поспешно попыталась взять себя в руки.

— Слепого повиновения может быть достаточно для верного подчинённого, но настоящий товарищ должен иметь способность сомневаться в приказах и предлагать собственное мнение.

Всё более серьёзный голос Уитни заставил зрачки Руниэль слегка задрожать.

— …простите, но могу я задать всего один вопрос?

— Сколько угодно.

Наконец, подняв голову, она задала свой вопрос, и Уитни, слегка приподняв уголки губ, внимательно слушал.

— Смогу ли я и впредь оставаться вашим мечом?

И тогда вокруг них повисла тяжёлая тишина.

— Вместо того чтобы отвечать словами, позволь мне показать.

— . . . . . . !

— Кому ты принадлежишь.

Именно в этот момент Уитни тихо положил руку на затылок Руниэль.

— …Хр-к!?

Руниэль издала неожиданный крик и рухнула на землю, её ноги подкосились.

— ……

В то же время над садом повисла мёртвая тишина.

— Г-господин. Это?..

— …ты должна знать.

Начав потеть, как будто выполняя тяжёлую работу под палящим солнцем, Руниэль спросила с недоверчивым выражением, и Уитни ответил с лёгкой улыбкой.

— Изначально я планировал сделать это после собеседования, но, похоже, лучше приступить сейчас.

— Ах…!

— Я недавно стал лучше контролировать свои силы господства. Думаю, я смогу завершить это без всяких грандиозных приготовлений, в отличие от прошлого раза.

Хотя Уитни любезно всё объяснил, Руниэль поняла, что происходит, без всяких слов.

— Руниэль, это мой ответ на твой вопрос.

— А-ха, ха-ха-ха…

— Пока ты служишь под моим началом, твой меч никогда не остановится.

Она чувствовала это — леденящая энергия, которая врезалась в её мана-каналы с тех пор, как она стала его мечом — снова проникала в каждый уголок её существа.

— Я рада… что стала вашим мечом…

Несмотря на мучительную боль, от которой любой нормальный человек потерял бы сознание, на губах Руниэль появилась яркая улыбка.

***

— У-у-у, у-ху-ху-ху, ху-ху-ху…

— ……

Хотя эти двое и подтвердили свою глубокую связь довольно трогательным образом, сиблинги Мистилейн и все остальные видели эту сцену совсем иначе.

Сто-о-он—

Прямо перед официальным началом дуэли Руниэль схватили за шкирку, и она рухнула на колени.

Зрелище того, как её поглощает серый, похожий на щупальца дым, исходящий от запястья Уитни, было, по понятным причинам, легко неверно истолковать.

— Э-хе-хе, хе-хе…

Даже обливаясь холодным потом от боли, искажённое, улыбающееся лицо Руниэль лишь добавляло жути в общее впечатление среди зрителей.

— А теперь, Руниэль, покажи им.

Но самой ужасающей фигурой в тот момент был сам Уитни, освежающе улыбавшийся, вливая какую-то неизвестную силу в Руниэль.

— Покажи им, что ты — мой меч.

Леденящая улыбка Уитни в сочетании с причудливым выражением лица Руниэль позже оставит неизгладимый кошмар в памяти слуг, случайно ставших свидетелями этой сцены.

----------

Тень

— Что, что?..

— Что это?..

Сиблинги Мистилейн, недоуменно наблюдавшие за ситуацией, не могли поверить своим глазам, видя то, что происходило перед ними.

Гу-у-у-у—

Всего несколько мгновений назад, во время первого тура собеседований, Руниэль была с ними более-менее на равных.

Однако Руниэль, стоящая сейчас перед Уитни и получающая какую-то странную энергию со зловещей улыбкой, была явно не тем человеком, которого они видели ранее.

— …это... это тёмная магия?

— Нет. Этого не может быть…

Если бы Уитни не был публично известен как белый маг и Герой, спасший Святую, сиблинги могли бы обвинить его в том, что он тёмный маг.

— Если это не тёмная магия, то что это?

— Белая... белая магия… нет, это совсем не похоже на белую магию.

И всё же, энергия, которой Уитни делился с Руниэль, была достаточно подозрительной, чтобы сиблингам было трудно отбросить свои сомнения.

«Если бы это была белая магия, не должно было быть такой зловещей ауры…»

Уитни, улыбавшийся, поглаживая затылок Руниэль, выглядел так, будто спускал с поводка свирепого охотничьего пса.

Естественно, это было далеко от образа кротких белых магов, известных спасением проклятых.

Конечно, если бы кто-то знал истинную природу Люмен Ордо, история была бы другой, но ни об Уитни, ни о Люмен Ордо было мало что известно.

— Как и ожидалось.

— …ага.

Таким образом, интерпретация ситуации сиблингами начала уходить в очень странное русло.

— Я всё думал, как её исцелили, и, конечно, это был ненормальный метод.

— Да, ни за что эти полностью сожжённые мана-каналы не могли быть исцелены должным образом.

— Даже если это не полноценная тёмная магия, ясно, что использовалось по крайней мере какое-то незаконное колдовство.

— Действительно… стоило поверить словам того человека.

Как видно из их разговора, настоящей целью сиблингов было не пройти собеседование, а выяснить, как Руниэль была восстановлена из своего якобы неизлечимого состояния.

Другими словами, и Руниэль, и Уитни, сыгравший решающую роль в её выздоровлении, представляли для них большой интерес.

Единственной неожиданностью было то, что Уитни так открыто продемонстрирует этот метод прямо перед ними.

— Ты готова?

— …вга.

Но это было лишь неожиданностью — в конечном счёте, ситуация работала в пользу сиблингов.

В-и-и-и-нь—

Например, они могли незаметно активировать скрытый на их телах записывающий шар высшего уровня, зачарованный на невидимость, чтобы запечатлеть этот момент.

— С этим мы тоже сможем…

— …а, смотри вперёд!

Однако было ещё кое-что, что они упустили.

— Угх!?

В тот момент, когда энергия Уитни полностью слилась с ней, навыки Руниэль выросли далеко за пределы того, что они ожидали.

— Ева!!!

В мгновение ока Руниэль схватила за шею вторую дочь, Эвангелину, и впечатала её в землю, заставив Ричарда вскрикнуть от шока.

— …давненько я не слышала этого прозвища.

В то же время Руниэль с леденящим выражением лица начала бормотать тихим голосом.

— И давненько я не видела этого жалкого лица.

— Угх…!

— Не так ли.

Всё ещё сверля её ненавидящим взглядом, Руниэль холодно посмотрела на свою сестру, а затем внезапно добавила с ледяной улыбкой:

— Вы двое и впрямь… не изменились.

— ……!

— Даже если ваши навыки немного улучшились, вы всё те же.

В этот момент даже Эвангелина, упрямо смотревшая в ответ, начала покрываться холодным потом.

— Вы слабы.

От обнажённого меча Руниэль исходила ужасающе интенсивная аура, видимая, словно дым.

— Более того… что случилось с рыцарством, которому я вас учила?

— П-подожди секунду.

— Серьёзно… вы худшие.

Инстинктивно почувствовав, что что-то не так, Эвангелина начала отчаянно вырываться, но хватка Руниэль была слишком сильна, чтобы вырваться.

— Что ты делаешь! Ты убьёшь её такими темпами…

Ричард, наконец поняв ситуацию, бросился к Руниэль с обнажённым мечом, но это было бесполезно.

— …кха!

Невероятно быстрый удар меча мгновенно одолел его.

— Кха, кха… Угх…

К счастью, Ричард едва успел блокировать удар своим мечом благодаря своим сверхчеловеческим рефлексам, но его отбросило далеко по земле, и он начал кашлять кровью.

Даже несмотря на то, что он заблокировал его, сокрушительный удар Руниэль нанёс серьёзные внутренние повреждения.

— Ах.

Тем временем Эвангелина, всё ещё задыхаясь, безучастно смотрела на эту сцену.

Сквозь затуманенное от недостатка кислорода зрение она увидела меч, снова нацеленный на неё, и издала слабый стон.

— Как и ожидалось, старые узы должны быть разорваны.

Руниэль, направив свой меч на Эвангелину, холодно пробормотала без тени милосердия к девушке, которая когда-то была её родственницей.

— У-угх…

Поняв, что нацеленный на неё меч вот-вот обрушится, затуманенное сознание Эвангелины почти покинуло её.

Ш-ш-шрк—

Внезапно рука Руниэль, которая так яростно её душила, по какой-то причине ослабла.

— …кха, кхек!

Не упустив свой шанс, Эвангелина использовала последние силы, чтобы ударить Руниэль ногой в грудь, и, задыхаясь, откатилась в сторону.

— Кхе-хек, кхе-хек…

— Какая жалость.

Пока Эвангелина отчаянно глотала свежий воздух, чтобы прийти в себя, холодный голос пронзил её уши.

— Похоже, господство ещё не завершено, да?

— ?..

— ..?

— Я вложил столько усилий в создание идеальной шахматной фигуры… какое разочарование.

Сквозь всё ещё затуманенное зрение Эвангелина увидела фигуру мужчины, стоявшего впереди.

— И кроме того, так играться — это просто неправильно.

Эвангелине не потребовалось много времени, чтобы узнать в нём Уитни, смотревшего на неё с ещё более жуткой улыбкой, чем прежде.

— Хуф, хуф…

Как только её глаза встретились со взглядом Уитни, дыхание Эвангелины снова начало учащаться.

«Страшно, страшно, страшно, страшно…»

Хотя на губах Уитни, как обычно, играла улыбка, чуть выше его лицо было наполнено леденящей, убийственной решимостью.

Для Эвангелины, второй дочери престижной семьи мечников, которая тренировала своё тело, но никогда не тренировала свой разум, это было так ужасно, что она почти забыла, как дышать.

— Хм-м…

Даже после того, как Уитни, искоса взглянув на Эвангелину, отвёл взгляд, она не могла нормально дышать, всё её тело было покрыто холодным потом.

— Руниэль, чей ты меч?

— ……

— Отвечай мне.

Пока состояние Эвангелины ухудшалось из-за гипервентиляции, Уитни подошёл к застывшей Руниэль и начал шептать ей тихим голосом.

— …я ваш меч.

Услышав его шёпот, меч Руниэль яростно задрожал, когда она снова его подняла.

— Тогда чьим приказам ты должна сейчас следовать?

— Это... это... конечно же…

Для кого-то столь искусного, как Руниэль, её хватка на мече выглядела неловкой и неуверенной.

Эвангелина, всё ещё запечатлевая эту сцену сквозь затуманенное зрение, показала мимолётное выражение замешательства на своём бледном лице.

«Почему… почему она делает такое лицо, глядя на меня?..»

Фигура Уитни, казалось, навязывающая дуэль, и фигура Руниэль, поднимающая меч по его команде.

Леденящая улыбка на лице Уитни и страдальческое выражение Руниэль, обливающейся холодным потом.

«Если подумать, что это тот человек бормотал ранее?..»

Запечатлевая эти образы в своём уме, смущённые мысли Эвангелины внезапно вспомнили прежние слова Уитни.

«Незавершённое господство, созданная шахматная фигура…»

И в следующий миг кусочки головоломки начали складываться в её уме.

— …конечно, я должна следовать приказам моего господина.

— Верно.

Но ещё до того, как все кусочки сложились, голос Руниэль, теперь странно спокойный, прозвучал первым.

— Тогда что ты делаешь?

— ……

— Поторопись и сделай то, что должна.

Эвангелина, беспомощно метавшаяся в страхе, начала дрожать от отчаяния, увидев, как Руниэль идёт к ней.

— Ри-Ричард…

— …….

— …п-проклятье.

Она позвала Ричарда, которого ранее отбросило в сторону, но он уже потерял сознание от внутренних повреждений.

— С-стой... я сказала, стой… пожалуйста, прекрати…!

Истощив все свои силы от прежнего сопротивления и ошеломляющей энергии Уитни, Эвангелина могла лишь отчаянно кричать, пока Руниэль приближалась.

Топ-топ—

Но в конечном счёте, всё было напрасно, так как Руниэль подняла свой меч прямо перед ней.

— С-сестра, пожалуйста.

— ……

— Пожалуйста, прекрати…

Совершенно измученная и готовая рухнуть в обморок, Эвангелина наконец отбросила свою гордость и взмолилась со слезами на глазах.

Ш-ш-шрк—

В этот момент взгляд Руниэль, смотревший на неё сверху вниз, дрогнул, и дрожащий в её руке меч медленно скользнул обратно в ножны.

— Ах…

Увидев это, заплаканные глаза Эвангелины наконец закрылись.

***

— Хуф, хуф…

— Ты хорошо справилась, Руниэль.

Я нервно наблюдал за мечом Руниэль из-за её спины, и когда она наконец смогла вложить его в ножны, я вздохнул с облегчением и подошёл к ней.

— М-мне жаль, господин. Я на мгновение потеряла контроль над своими эмоциями…

— …нет, ты не теряла контроль.

И всё же, я должен был исправить то, что нужно было исправить.

— Кто-то пытался временно погасить эмоции Руниэль.

— А?

— Нет, ты не из тех, кто мог бы убить свою собственную кровь в порыве эмоций.

Моя Руниэль — не безэмоциональная машина для убийств, а способный капитан рыцарей поместья Лингард.

Такой человек никогда бы не ослушался моего приказа о спарринге и не попытался бы всерьёз убить своего кровного родственника.

Другими словами, кто-то срежиссировал всю эту ситуацию, чтобы манипулировать и сиблингами, и Руниэль.

— Тогда кто мог ею манипулировать?

— …и правда.

— Невозможно. Может, против слабаков вроде тебя, но не со мной здесь. Как кто-то вообще мог…

Пока холодный голос леди Мередии эхом отдавался сзади, было правдой, что с её способностью обнаруживать большинство магических активностей, такое должно было быть почти невозможным.

— …есть только один человек, который мог бы.

Но что, если у этого человека были силы, подобные силам Мередии, кто-то с сопоставимой силой?

И если врождённой способностью этого человека было промывание мозгов?

— Императрица? Но как?..

Уловив ход моих мыслей, Мередия глубоко нахмурилась и пробормотала.

— Её способность требует прямого зрительного контакта…

— Ну, это не обязательно строгое ограничение, верно?

— …даже если у Императрицы есть другой метод, если мы не можем это доказать, это бесполезно.

Я тоже ещё не знал всех деталей, но, похоже, пришло время начать серьёзно противостоять Императрице.

— Леди Мередия, пожалуйста, не поймите меня неправильно.

— …что?

Я тоже начинал злиться.

— Что бы вы сказали, если бы я сказал вам… что я знаю один из самых тёмных и унизительных секретов Её Величества?

— Что?

----------

Секрет

— Откуда тебе известна тайна Императрицы?

— ...хороший вопрос.

— Ха, опять пытаешься уйти от ответа?

Леди Мередия, на мгновение ошеломлённая моими словами, нахмурилась и шагнула ко мне.

— Обычно я бы позволила этому сойти тебе с рук, но не в этот раз.

— Почему же?

— Я могу уладить почти любую твою проблему, но Императрица — исключение.

Она была права.

Сколько бы леди Мередия ни обладала всей полнотой власти как исполняющая обязанности главы дома Эмбергрин, совсем другое дело, когда противником была сама Императрица.

Огромной мощи единственного в Империи герцогского дома хватало, чтобы сдерживать королевскую семью, но не более того.

А нынешняя Императрица, Лилия Уинтер Клаус, захватила престол в результате успешного переворота и теперь обладала абсолютной властью над всеми членами королевской фамилии.

По сравнению с Мередией, которая всё ещё не избавилась от некоторых старейшин и фракций в собственном доме, преимущество в прямом столкновесении было очевидным.

«Не то чтобы я мог решить всё силой, как в оригинальной истории». — Подумал я.

Если бы других вариантов не осталось, можно было бы рассмотреть военные действия, но после сегодняшнего инцидента даже шансы на успех казались туманными.

Будь Императрица в пределах видимости нашего поместья, откуда она могла бы наблюдать за Руниэль, леди Мередия или старший персонал непременно бы это заметили.

И тем не менее Руниэль уже некоторое время явно находилась под влиянием силы, предположительно принадлежащей Императрице.

— Хорошо, я не буду спрашивать, откуда ты это знаешь.

— ...

— Но я должна знать, что именно ты знаешь.

Пока я неловко почёсывал затылок, Мередия тихо вздохнула и понизила голос.

— Потому что в зависимости от того, насколько сильна эта информация, она может склонить чашу весов.

— Склонить чашу весов? В каком смысле?..

— В том, сможем ли мы надеть на шею льва поводок — или нет.

К счастью, леди Мередия, похоже, всё ещё намеревалась со мной сотрудничать.

Что ж, мы уже достаточно давно в одной лодке — если бы она отказалась мне помочь, я был бы немного обижен.

— Леди Мередия, не уделите ли мне ваше ушко на мгновение?

— Хм?

— Ха-ха. Знаю, несколько поздно заботиться о безопасности, но думаю, будет лучше, если это останется между нами.

Я наклонился, чтобы прошептать ей сведения из оригинальной истории, которые на данном этапе, вероятно, были известны только мне.

— Что я только что услышала, что я только что услышала, что я только что услышала...

Внезапно в комнате снова раздался шум: Саша, которая забрела сюда, решив, что собеседование окончено, зажала уши и принялась бормотать, услышав то, чего не следовало.

Да, ещё и такие инциденты мне приходилось предотвращать.

— Слушайте внимательно. Императрица на самом деле...

— Господин.

Как раз в тот момент, когда я собирался шепнуть на ухо леди Мередии секрет высочайшего уровня важности...

— Руниэль?

Внезапно ко мне из-за спины обратилась Руниэль, похожая на промокшего щенка с поникшими плечами.

— Какого чёрта ты вламываешься именно сейчас, маляв... нет, неважно.

Мередия, чью речь прервали в самый ответственный момент, вспыхнула от досады, но осеклась, увидев, насколько серьёзным было выражение лица Руниэль.

— Прошу... прошу, простите мой позор.

— Позор? О чём ты говоришь?

— Я осмелилась ослушаться приказа своего господина...

— Нет, это было не в твоей власти, не так ли?

Благодаря этому я, естественно, повернулся к Руниэль, которая почему-то сегодня была необычайно смиренной. Я виновато улыбнулся и начал её успокаивать.

— Неважно, насколько сильно разорваны прошлые узы. Если они вновь устремятся к тебе, вполне естественно, что связь восстановится — пусть и слабо. Так что это не твоя вина. Даже я бы дрогнул.

Тогда Руниэль, стрельнув глазами и прочитав моё выражение лица, вдруг исполнилась решимости и снова заговорила.

— У меня есть просьба.

— Да, говори.

— Эти двое... я имею в виду, моих бывших кровных родственников.

Я посмотрел на неё с лёгким недоумением, но последовавшая мольба ошеломила меня.

— Не могли бы вы... пощадить их?

— ...прошу прощения?

С её уст сорвалась неожиданная просьба сохранить жизнь её брату и сестре, что лежали без сознания позади неё.

— Если желаете, можете взамен забрать мою жизнь.

— ...?

— Так что прошу, позвольте им двоим жить.

Нет, ну теперь это звучит так, будто наш священный зал для собеседований — на самом деле зловещая ловушка, подстроенная для их убийства.

С чего ты вдруг так себя ведёшь?

***

— С чего это ты вдруг?

— Господин, умоляю.

— Нет, объясни хотя бы причину.

Всё ещё озадаченный, Уитни склонил голову набок, пока Руниэль продолжала умолять. Наконец он вздохнул и приготовился слушать всерьёз.

— Эти двое всю свою жизнь прожили в моей тени.

Зазвучал слегка дрожащий голос Руниэль.

— Ричард Мистилейн. Эвангелина Мистилейн. Оба пробудили энергию меча в юном возрасте и очень талантливы. Родись они в обычной семье, их бы растили с величайшей заботой.

Уитни, слушая, почесал голову, а затем ответил более серьёзно.

— Но, к несчастью, они родились в семье графа Мистилейн — в твоей семье.

— ...верно.

Лицо Руниэль омрачилось ещё сильнее, и она продолжила:

— Знаю, как это прозвучит с моей стороны, но к тому времени, как мне исполнилось десять, никто не мог сравниться со мной во владении мечом.

— ...

— Из-за этого мой отец, который был одержим мечами не меньше меня, естественно, вкладывал всё в меня.

Слова Руниэль могли показаться кому-то хвастовством, но никого из присутствующих, включая Уитни, это, похоже, не смутило. Дальнейших доказательств и не требовалось — её короткого спарринга с братом и сестрой было достаточно, чтобы подтвердить её мастерство.

— И из-за этого мои брат и сестра всю жизнь прожили во тьме.

— ...

— Это была не просто «тьма». Это была адская, мучительная жизнь, полная жестоких тренировок.

Поэтому слова Руниэль несли в себе неоспоримую тяжесть.

Пусть её брат и сестра не были лишены таланта, но чтобы хотя бы дотянуться до уровня Руниэль, которую считали претенденткой на звание следующей Святой Меча, им, должно быть, пришлось приложить неимоверные усилия и перенести страшные страдания.

— Хотя Эвангелине давно пора было выходить в свет, вместо платьев у неё были одни мозоли. Что до Ричарда, я знаю, что отец часто подвергал его насилию под видом тренировок.

И вопреки тому, во что верили брат с сестрой — что никто и никогда не поймёт их боль — Руниэль понимала её в точности.

— Честно говоря, в этом по большей части моя вина. Я была настолько одержима мечом, что не замечала ничего вокруг.

— ...

— Из-за моего эгоистичного падения мои брат и сестра были вынуждены влачить существование в аду, которого не желали.

И она также понимала, почему они смотрели на неё глазами, полными ненависти.

По правде говоря, Руниэль всегда знала причину, но постоянно избегала смотреть ей в лицо. Даже в этой ситуации избегание могло бы стать для неё более выгодным выбором.

— Поэтому прошу, умоляю вас. По крайней мере, простите моих брата и сестру.

Однако по какой-то причине на этот раз Руниэль не стала уклоняться от проблемы.

— Я прекрасно знаю, что они пришли, чтобы выведать информацию о вас и обо мне, господин. Разумеется, они заслуживают самого сурового наказания.

— Хммм...

— Но неужели нет... никакого способа пощадить их?

Вместо этого она просила своего господина, которому поклялась служить мечом и орудием, вложить свой клинок в ножны.

— Позволь задать тебе лишь один вопрос.

Конечно, Уитни и не собирался по-настоящему угрожать её родным, так что эта просьба немного сбила его с толку.

— Это решение ты приняла как мой меч? Или как старшая сестра этих двоих?

Но, подперев подбородок рукой и немного поразмыслив, Уитни понял, что объяснение ситуации не так важно, как нечто иное, и задал вопрос со слабой улыбкой.

— ...я не знаю.

Разумеется, улыбающееся лицо Уитни стало довольно леденящим, поэтому Руниэль инстинктивно опустила голову и ответила дрожащим голосом.

— Но всё же... я просто хотела сказать это.

Хотя на её лице было явное смятение, последовавшие слова прозвучали твёрдо и непоколебимо.

— Ты славно выросла, Руниэль.

Глядя на Руниэль глазами, полными гордости, Уитни мягко положил руку ей на плечо и прошептал:

— Подумать только, из верного меча и орудия ты превратилась в того, кто выражает своё личное мнение.

— Ах...

— Я, честно, так тронут, что вот-вот расплачусь.

Конечно, слова Уитни были искренней похвалой и ободрением.

— П-прошу... п-простите мою дерзость...

— ...нет же, я сказал, что мне это нравится, разве нет?

Однако Уитни опустился на колено, чтобы оказаться на одном уровне с Руниэль, и его выражение лица стало ещё более леденящим — так что осталось загадкой, был ли его посыл понят правильно.

— Но серьёзно, ты уверена, что можешь простить этих двоих?

— К-конечно, они, возможно, совершили проступок против вас, господин... но я не вправе их прощать...

Всё ещё стоя на коленях и дрожа под холодным взглядом Уитни, Руниэль выдавила ответ на вновь заданный вопрос.

— Так вот оно что.

Однако следующие слова Уитни заставили Руниэль в шоке поднять голову и широко раскрытыми глазами уставиться на своего господина.

— А что, если эти двое связаны с серым кардиналом, что стоит за сожжением твоих мана-каналов?

— ...что?

— Даже тогда, Руниэль, — сможешь ли ты простить своих брата и сестру?

Эти слова, сорвавшиеся с губ Уитни, стали для Руниэль глубочайшим потрясением.

***

И по правде говоря, заявление Уитни потрясло не только Руниэль.

«…что он только что сказал?»

«Мы связаны с серым кардиналом?..»

Благодаря годам суровых тренировок Эвангелина и Ричард относительно быстро пришли в себя и тайно прислушивались к разговору между Руниэль и Уитни.

Даже для них заявление Уитни было шокирующим.

«Но если за нами действительно стоит серый кардинал...»

«...то возможен лишь один человек...»

Хотя и не так безупречно, как Уитни, брат и сестра резко прищурились, лёжа на полу, и, незаметно обмениваясь взглядами, переваривали правду.

«Тот, кто приказал нам принять участие в этом собеседовании...»

«Тот, кто сказал, что погасит наши долги, если мы принесём тайну нынешнего состояния и исцеления нашей сестры, был...»

И чем больше они вспоминали, тем обильнее холодный пот стекал по их лбам.

«Это была... Её Величество Императрица, не так ли?»

Существо настолько великое и недосягаемое, что они, падшие дворяне, могли лишь простираться перед ней ниц.

И лишь теперь они поняли — она уже давно протянула свою тёмную длань к их семье.

----------

Правда

«Не может быть, это ложь».

Такова была первая мысль Эвангелины, когда она, обливаясь холодным потом, лежала на полу, подслушивая слова Уитни.

Императрица, которую она знала, была добродетельной правительницей.

В сущности, не только она — большинство дворян и простолюдинов считали Императрицу мудрой и справедливой.

Отчасти это было связано с тем, что правление предыдущего императора было настолько губительным, но главная причина заключалась в том, что нынешняя правительница, Лилия Уинтер Клаус, была компетентна.

С тех пор как она взошла на трон, Империя столкнулась с многочисленными кризисами, которые могли бы её погубить, но Императрица разрешала их все с поразительным мастерством. Она даже сумела успешно стабилизировать государство, которое, по словам многих, гнило изнутри.

Какое бы лицо Императрица ни показывала высшей знати, какие бы смутные слухи ни ходили среди мелкопоместных — для простого народа всё это не имело значения.

«Нет сомнений, что за всем этим стоит тот человек. Подозрительно, как были восстановлены её необратимо повреждённые мана-каналы. Он, должно быть, тесно связан с тем инцидентом».

Подобные подозрения были и у брата с сестрой из падшего дома Мистилейн, у которых не было иного выбора, кроме как цепляться даже за прогнившую соломинку.

Естественно, когда Императрица тайно прислала гонца с приказом выполнить эту миссию, у них не осталось иного выбора, кроме как рискнуть своими жизнями и подчиниться.

— Т-тот, кто стоит за сожжением моих мана-каналов?..

— ...

— О-откуда господин это знает?..

Но по какой-то причине это решение теперь превращалось в яд, стягивающий удавку на их шеях.

— Руниэль, я знаю больше, чем ты думаешь.

— Ах...

— Я уже установил личность того, кто навредил моей подчинённой.

Пусть она только что и проявила некоторую перемену в своём поведении, Руниэль всё ещё оставалась Руниэль.

— Ну так что? Даже зная это, ты простишь их двоих?

Не было и шанса, чтобы та, кто родилась с одержимостью мечом, простила человека, из-за которого она на всю жизнь лишилась возможности им владеть.

— ...я прощу их.

— Хм?

Именно в тот момент, когда они были уверены в её отказе, слова, что сорвались с губ Руниэль после минутного колебания, вновь оказались для брата и сестры совершенно неожиданными.

— Уверена, они лишь на мгновение сбились с истинного пути. Они просто дети, которые ещё не знают жизни...

— Я бы сказал, это сама Руниэль ещё меньше знает о жизни.

— В-возможно... но всё же...

Взгляд Руниэль стал ещё более умоляющим, пока она упрямо защищала своих родных.

— Что ж, если ты так настаиваешь, полагаю, ничего не поделаешь.

— ...ха-ах, спасибо.

Наблюдая за всем этим со стороны, Эвангелина Мистилейн почувствовала, как её взгляд исказился от досады.

«Да что это такое, серьёзно?»

Сколько бы она ни думала, не было никакой причины, чтобы её бывшая сестра заходила так далеко ради них.

Они не были особенно близки — едва ли обменялись и парой слов. Скорее наоборот, они яростно сталкивались во время тренировок.

«Почему?.. Почему она готова отказаться даже от своей гордости ради нас?..»

Не в силах понять поступков Руниэль, Эвангелина с открытой враждебностью уставилась вперёд — и именно в этот момент—

— Ах.

— Хм.

Она встретилась взглядом прямо с Уитни, который как раз смотрел на Руниэль.

— ...хи-ик.

Ощущение ползающих под кожей насекомых пробежало по её телу, и дыхание Эвангелины снова стало прерывистым.

По правде говоря, глаза Уитни всегда были прищурены и нечитаемы, так что было неясно, действительно ли их взгляды встретились.

Но для Эвангелины взгляд Уитни уже превратился в своего рода травму, и она, подавленная этой атмосферой, снова начала покрываться потом.

— Кстати, раз уж об этом зашло, мне кое-что любопытно.

А затем, мгновение спустя, Уитни внезапно повернулся к Руниэль и задал ей вопрос.

— Почему ты так любишь мечи, Руниэль?

— Это... вероятно, это просто врождённое.

— И всё же, разве не было какого-то поворотного момента?

Хотя Руниэль на миг растерялась от внезапного вопроса, она быстро начала копаться в воспоминаниях.

— Если уж говорить о поворотном моменте...

Горьковатая улыбка тронула её губы.

— Я... раньше я это обожала.

А затем последовало признание — возможно, первое в её жизни.

— Когда мы были детьми, мои младшие брат и сестра обожали смотреть, как я владею мечом.

В её глазах, когда она говорила о прошлом, сквозила странная ностальгия.

— Теперь они ненавидят это больше всего на свете. Иногда я жалею, что не могу вернуться в те дни.

Услышав это, Эвангелина на мгновение замерла с пустым выражением лица.

Дрог—

Её сжатые кулаки задрожали.

Прежний яростный блеск в её глазах исчез, зрачки расширились и застыли, устремлённые вперёд.

И как раз в тот миг, когда в этих глазах медленно начали собираться слёзы...

— Это было бы проблемой.

— ...что?

— Потому что теперь ты — мой рыцарь, разве нет?

Внезапно раздался слегка насмешливый голос Уитни.

Скрип—

Вздрогнув от этого голоса, Эвангелина быстро вытерла слёзы рукавом и стиснула зубы, увидев, как Уитни положил руку на плечо Руниэль.

— ...да. Я — ваш рыцарь.

Её старшая сестра, некогда не знавшая себе равных, теперь так беспомощно заявляла об этом, присягнув на верность одному-единственному мужчине.

— Как я и говорила ранее, я понесу полную ответственность.

— ...ответственность?

— Любую. Я сделаю всё, что угодно. Например...

А затем она даже склонила перед ним голову и покорно проговорила.

— Даже если стану объектом для физически тяжёлых экспериментов, или участницей почти невыполнимой миссии по убийству, или даже простым развлечением — неважно.

— Э?

— ...п-прошу, пусть всё закончится на мне. Пока я смогу владеть мечом, я приму всё.

Её голос звучал отчаянно, холодный пот снова катился по лицу. Уитни уже собирался ответить ей сурово.

— Так что прошу, я...

— ...п-прекрати!

В этот миг Эвангелина, вся дрожа, внезапно вскочила и закричала.

— Я-я возьму эту ответственность на себя! С-сестра... н-не смейте трогать Руниэль!

И тут воцарилась тишина.

— Н-нет! Эвангелина!

Эту хрупкую тишину нарушил Ричард, который, превозмогая боль, заставил себя подняться.

— Ты с ума сошла? Ты хоть понимаешь, что ты только что сказала?

— ...

— Ты никогда не сможешь взять свои слова назад! Зачем, зачем ты?..

Но он не успел закончить.

Гу-у-ул—

— Кха!

Ужасающая энергия внезапно обрушилась на него.

— Кх, х-хах...

Ричард, подумав, что это очередная уловка Уитни, обессиленно опустился на пол и с бледным лицом уставился на него, но выражение лица Уитни оставалось совершенно спокойным.

— О, неужели тебя заинтересовало собеседование в рыцарский орден?

— ...что?

— Если так, просто подпиши вот этот контракт. Ха-ха.

Он лишь на мгновение склонил голову, а затем весело извлёк из-за пазухи контракт и протянул его Эвангелине.

— Если я подпишу это...

— Да, ты сразу станешь одной из нас. Что скажешь?

— ...

— Хм, но что тебя сдерживает?

Пока Эвангелина, держа контракт, нервно потела, её глаза расширились от весёлого голоса, раздавшегося перед ней.

— Это ведь ты подала заявку на собеседование в рыцарский орден нашей семьи, не так ли?

— Ах.

— Я думал, ты подпишешь его без колебаний, в тот же миг, как получишь...

Улыбка Уитни становилась всё шире. Эвангелина сильно прикусила нижнюю губу и опустила голову.

— Я-я подпишу.

— О-хо.

— Так что... пожалуйста, просто отпустите Ричарда.

— ...?

При звуке её решительного голоса Уитни, который до этого был явно доволен, внезапно стал холоден.

— Почему?

— Э-это...

— Было бы слишком жестоко отказать лишь одному из пары родственников, которые подали заявку вместе.

Когда Уитни повернулся к Ричарду, всё ещё сидевшему на полу, голос Эвангелины задрожал ещё сильнее.

— М-меня одной хватит, верно? Р-Ричард не так уж хорош во владении мечом, да и умом не блещет.

— Ч-что?

— Замолчи! Ричард!

Оскорблённый Ричард начал что-то бормотать, но Эвангелина оборвала его криком и продолжила срывающимся на слёзы голосом.

— Т-ты возвращайся в семью. Хоть кто-то из нас должен остаться, чтобы был хоть какой-то шанс.

— Н-но...

— Я-я буду в порядке. Говорят же, даже если тебя укусит грифон, ты выживешь, если сохранишь самообладание. Так что...

Но голос Эвангелины становился всё тише и тише.

Сколько бы она ни думала, Уитни, жутко улыбаясь и глядя на неё сверху вниз, был не ровня такому монстру, как грифон.

— Ха-ха, какая смелая юная леди.

Чтобы сравниться с ним, потребуется, как минимум, кто-то вроде предыдущего Короля Демонов, что некогда сжёг полмира.

— Подумать только, что такая отважная особа вступает в наш рыцарский орден — я поистине восхищён!

— Хи-ик...

— А-ха-ха-ха-ха...

И теперь, став подчинённой такого существа, Эвангелина не могла делать ничего, кроме как плакать от отчаяния.

— Так... когда подпишешь?

— ...

— Не хочешь?

И всё же Эвангелина не могла заставить себя отказаться от контракта, который держала в руках.

— Эва...

Руниэль, всё это время смотревшая на неё отсутствующим взглядом, не сходила с её глаз.

— ...вот так?

— Да, отлично.

И таким образом рыцарский орден семьи Лингард снова с лёгкостью заполучил поистине выдающийся талант.

«Что за неожиданная удача?»

Пусть даже другие смотрели на ситуацию под несколько иным углом.

В любом случае, для Уитни, которому пришлось улаживать раскол в доме Мистилейн, это был момент нежданного благословения.

***

— Ха-ах, я уж думала, когда это всё наконец закончится.

— ...ах, миледи.

Как раз когда я упивался радостью от успешного набора в рыцарский орден, леди Мередия, тихо наблюдавшая со стороны, снова заговорила.

— Заставляешь меня ждать? Ты ведь знаешь, что обычно это недопустимо, верно?

— Что именно?

— ...тайна Императрицы.

— Ах.

Обычно она бы уже разозлилась, но тот факт, что она не злилась, а просто задала вопрос, показывал, насколько ей было любопытно.

Что ж, любой бы так отреагировал, услышав о смертельно опасной тайне, касающейся Императрицы.

— Хорошо, миледи. Снова уделите мне ваше ушко.

— ...а? Опять?

— Эта информация настолько шокирующая...

Наклонившись к её уху, я прошептал самым тихим голосом, осторожно оглядываясь по сторонам.

— «Слушайте внимательно, миледи. Императрица на самом деле...»

— ...на самом деле?

Может показаться, что я преувеличиваю, но эта тайна действительно имела такой уровень воздействия.

— «...не королевских кровей».

— Что?

— «В ней нет ни капли королевской крови».

Пусть леди Мередия в последнее время и стала немного мягче, обычно она сохраняла спокойствие.

Так что тот факт, что её глаза расширились, как у напуганного кролика, услышав мои слова, показывал, насколько это было шокирующе.

— Честно говоря, я совсем не хотела этого говорить, но...

— Да?

— Иногда... ты меня немного пугаешь. Неужели другие люди всегда чувствовали то же самое, когда имели дело со мной?

И всё же, мне было немного обидно слышать, как она это пробормотала, покрываясь холодным потом.

— Я? Ха-ха.

— ...не улыбайся так.

----------

Набор

Спустя несколько часов после того, как суматошные собеседования в поместье графа Лингарда наконец-то полностью завершились...

— Эй.

— Да?

Я любовался новобранцами, аккуратно выстроившимися в саду, когда услышал рядом с собой голос леди Мередии, полный усталости, и молча прислушался.

— Я не пытаюсь вмешиваться в твои полномочия или что-то в этом роде, но...

— А я не против, если вы вмешаетесь.

— ...верно, большое спасибо.

Тот факт, что леди Мередия теперь предваряла вступлениями слова, которые раньше выпалила бы напрямую, вызывал странную ностальгию.

Из-за этого я, сам того не осознавая, широко улыбнулся, и леди Мередия, взглянув на меня искоса, вздохнула и заговорила снова.

— В любом случае, тебе не кажется, что рыцарей слишком мало?

Как она и сказала, в саду стояло всего три человека.

Прошедшие первый тур Йохан и зверолюд-волчица Феррис, а также отобранная позже Эвангелина, младшая сестра Руниэль.

— Как ты и говорил, отбор небольшой элитной группы может быть эффективным, но иногда рыцарскому ордену нужно и число.

— Хм...

— С тремя бойцами возможности слишком ограничены. Ты планируешь использовать наёмников? Если так, я искренне не советую.

Да, хоть я и решил сделать ставку на небольшую элитную группу, трое — это определённо слишком мало. Но, как и советовала леди Мередия, нанимать наёмников было бы крайне рискованным шагом. Это всё равно что передать безопасность и мощь нашей семьи в руки чужаков. Такого я должен избежать.

— Тогда...

— Не волнуйтесь! У Хозяина всё продумано!

Пока я размышлял над этим, Парша, всё это время что-то строчившая в бумагах, вдруг поднялась из-за стола со сверкающими глазами и заговорила.

— Господин уже выбрал трёх капитанов, которые возглавят рыцарей! Верно?

— А?

— Пройти первое собеседование против госпожи Руниэль — это уже достаточная квалификация, чтобы стать рыцарем. Так что второе собеседование, вероятно, было для отбора тех, кто обладает особенно выдающимися способностями.

На радостный вопрос Парши, обращённый ко мне, я подсознательно кивнул и что-то пробормотал.

— Видите? Только я по-настоящему понимаю Хозяина!

— ...ха-ха. Парша и впрямь умна.

— Хе-хе. С таким нестандартным и неэффективным процессом собеседования его замысел довольно очевиден.

Я-то считал свой план весьма достойным, но «нестандартный» и «неэффективный» — так это выглядело с её стороны? Отчего-то у меня запылало лицо.

— Правда?..

Даже леди Мередия теперь бросала на меня подозрительные взгляды.

Лучше сменить тему, пока меня не раскусили.

— Тогда, давайте начнём готовиться к отбору из тех, кто провалился во втором туре...

— О, я уже всё сделала.

— Что?

Когда я поспешил за списком отсеянных, Парша, словно ожидая этого, протянула мне бумаги, которые держала в руках, и начала объяснять.

— Я с самого начала наблюдала за поведением и реакциями каждого кандидата.

— Ах...

— И я уже проанализировала, для какого подразделения каждый из них подходит лучше всего. Вот, держите.

Сегодня Парша казалась особенно достойной похвалы. Впрочем, она всегда была такой, но сегодня она ощущалась как тысячное войско на моей стороне.

— Хорошая работа.

— Ах, хе-хе.

Сам не заметив, я погладил Паршу по голове и похвалил её. Она на миг вздрогнула, а затем застенчиво улыбнулась и опустила голову.

Если просто смотреть на неё, она и вправду ничем не отличается от других девушек её возраста. Ну, иногда у неё бывает подозрительное выражение лица, но это ничего.

— ...тц.

Тут я снова почувствовал на себе острый взгляд леди Мередии и инстинктивно отвёл глаза, позвав Сашу.

— Саша.

— Да?

— Приведи людей из этого списка.

Даже робкая Саша, будучи главной горничной, должна справиться с этим.

— Прошу прощения?

— ...?

— Вы хотите, чтобы я их вернула?

Но реакция Саши была странной. Это был не её обычный испуганный вид — она казалась искренне растерянной.

— Я-я велела горничным выкопать ямы в земле...

— Зачем?..

— Я думала, мы собираемся закопать всех провалившихся.

Что она вообще несёт? Они же не семена — нельзя просто так закапывать ценные человеческие ресурсы в землю.

— За кого ты меня вообще принимаешь?

— И-ик. П-простите...

— Неважно, просто иди и быстро приведи их. И приведи в порядок перекопанный сад.

Решив, что это просто недоразумение, я приказал восстановить сад, и Саша, отчаянно кланяясь, убежала в противоположном направлении.

— А у неё есть потенциал.

Но леди Мередия, тихо наблюдавшая за Сашей, вдруг хмыкнула и пробормотала.

— Если закопать их в саду, удобрения не понадобятся.

— Это ведь шутка, да?

— А разве не похоже?

Когда она прошептала это и улыбнулась мне, по моей спине пробежал холодок.

Иногда я и вправду не понимаю, почему она кажется такой пугающей, когда так на меня смотрит.

Но то, что она только что сказала — это точно была шутка?

— Честно говоря, я думаю, ты и сам несколько раз едва избежал того, чтобы быть похороненным в моём саду.

— Аха-ха...

— Всем внимание!

Когда Парша закончила с назначениями, новосформированный Рыцарский Орден Лингард наконец-то начал выглядеть солидно.

***

— Приветствуйте своего господина.

И Руниэль, теперь уже официально командующая орденом, возглавила их с торжественным и взволнованным выражением лица.

— ...я капитан?

— Эх, никогда не планировал занимать важный пост...

Трое новоиспечённых капитанов во главе ордена выглядели либо сбитыми с толку, либо смиренно вздыхали.

— ...с этим мы должны быть готовы к большинству локальных войн.

И всё же, для только что созданной группы слова леди Мередии доказывали, что запуск был успешным.

— Правда?

— Если мы продержимся хотя бы один день, прибудут рыцари герцога Эмбегрин. Разве это не очевидно?

— ...ах.

Хоть леди Мередия и небрежно включила силы герцогства в свои расчёты, для почти разорённого дома это всё равно было впечатляющим достижением.

— Если бы только мои родители могли увидеть это своими глазами...

— ...

— Ох, простите. Ничего.

Уитни, глядя на рыцарей с тоскливым выражением, пробормотал это вслух.

Когда он упомянул родителей, Мередия слегка вздрогнула и нервно взглянула на него, а затем поднялась.

— Я пойду взгляну на рыцарский орден поближе.

— ...поступайте, как хотите.

— Ха-ха. Тогда, прошу прощения на минутку...

Так вокруг стола для собеседований, который вскоре должны были разобрать, воцарилась недолгая тишина.

— Эй, ты.

— ...хм?

— Можем поговорить?

В этой тишине Мередия по какой-то причине тихо подошла, села рядом с Паршей и обратилась к ней.

— О, вы собираетесь похитить меня, потому что я слишком компетентна?

— ...

— Или вы собираетесь устранить меня так, что я и не замечу? Это была бы проблема.

Парша с натянутой улыбкой начала свободно болтать, говоря вещи, которые с большой вероятностью могли испортить настроение Мередии.

— Я не такая, как твой господин.

— Нет! Вообще-то вы были самой похожей...

Хоть Мередия и отрезала её, Парша не отступила и продолжила серьёзным тоном.

— Ну, теперь, кажется, уже нет.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Здесь не Король Демонов, а влюблённая по уши девочка-подросток.

Но эта острота вскоре исчезла, и Парша, слабо покачав головой, изменила свои слова.

— Если бы ты не была подчинённой Уитни, твоя голова только что слетела бы с плеч.

— Ха! Пару месяцев назад это, возможно, и случилось бы.

Когда Мередия холодно прошептала это с убийственным блеском в глазах, Парша ответила, не дрогнув.

— Но теперь уже нет, верно?

— ...у тебя действительно схожие со мной способности.

Наконец Мередия вздохнула и пробормотала, отпуская напускную враждебность во взгляде.

— Ты ведь слышала, как Уитни шептал тайну Императрицы ранее, не так ли?

— ...он шептал тихо, как крошечный муравей — как я могла это услышать?

Когда Мередия пристально посмотрела на неё, Парша слегка отвела взгляд и принялась оправдываться.

— Для той, кто ничего не слышал, твои глазные яблоки слишком уж бегали. Ты проанализировала движение его губ сквозь пальцы?

— ...

— И для такого случая выражение твоего лица не было особо удивлённым.

Но когда Мередия попала в самую точку, Парша снова повернулась к ней и виновато улыбнулась.

— Ты уже знала тайну Императрицы?

— ...ха-ха.

— Хорошо. Тогда позволь мне спросить лишь одно.

В следующее мгновение Мередия наклонилась к уху Парши с очень серьёзным выражением и прошептала вопрос.

— Как много ты знаешь о тайне своего господина?

— ...о тайне, говорите?

— Ты уже поняла, о чём я.

Хоть Парша и притворилась, что не понимает, Мередия настойчиво засыпала её вопросами.

— Например, о знании чего-то, что абсолютно невозможно знать с текущей разведывательной сетью. Или смутное представление о том, что может произойти в будущем. Что-то в этом роде...

— Это...

Как раз в тот момент, когда Парша, выглядевшая теперь весьма обеспокоенной, собиралась заговорить...

— Вам интересна моя тайна?

Уитни внезапно прошептал в другое ухо Мередии низким голосом.

— И-ик.

Глаза Мередии расширились, и она отпрянула, издав слабый звук.

— Не думал, что вы так испугаетесь.

Уитни, удивлённый её реакцией, неловко почесал затылок и пробормотал.

— Не знал, что миледи может издавать такой милый писк... Уф!

Добавив один ненужный комментарий, он в итоге получил подзатыльник от Мередии, чьё лицо слегка покраснело.

— Ай, моя голова...

— ...чего уставился? Сам напросился.

***

Вернувшись после осмотра рыцарского ордена во главе с Руниэль, я потёр всё ещё гудящий затылок и вернулся к главной теме.

— В любом случае, разве нам сейчас не стоит сосредоточиться на чужой тайне, а не на моей?

— ...ты имеешь в виду Императрицу. Верно. Но у нас действительно есть способ?

При этих словах леди Мередия наконец отбросила свою настороженность и ответила мне.

Судя по её посерьёзневшему виду, она уже начала усердно думать, как снова мне помочь.

— Я понимаю, что известная тебе тайна об Императрице опасна. Но в зависимости от того, как ты используешь эту информацию...

— Я уже знаю, как я её использую.

Но на этот раз, похоже, леди Мередии не нужно было прилагать усилий.

— Я собираюсь угрожать ей один на один.

— Что?

Потому что я знал способ встретиться с Императрицей лично, даже в обход императорского двора.

— Прежде чем я отправлюсь на Теневое Собрание, мне нужно сократить как можно больше рисков.

— Постой, как именно?..

Естественно, леди Мередия, казалось, была очень любопытна, так что я огляделся и прошептал ей кое-какую информацию.

— Я знаю тайные маршруты, по которым Императрица выбирается инкогнито.

— ...что?

— Так что, имея это в виду...

Чем больше я говорил, тем более странным становилось выражение лица леди Мередии, но ничего не поделаешь.

— ...завтра ночью я планирую купить одну ночь с Императрицей.

На данном этапе, если я как-то не разберусь с Императрицей, я не смогу покинуть свой пост ради Теневого Собрания.

----------

Рыцарский Орден

Примерно через день после основания нового Рыцарского Ордена Лингард.

В глухом переулке на окраине имперской столицы.

— Здесь всегда страшно...

Мужчина шёл по улице, погрузившейся во тьму, и с тревогой оглядывался по сторонам.

— ...хах, и это ты говоришь, что тебе страшно.

— Что?

— Удивительно. Да тут даже бродячая собака рассмеётся.

А за этим мужчиной тихо следовала некто, чьи самоцветные глаза слабо мерцали даже во тьме.

— Миледи, мы пробрались сюда тайно, под покровом ночи. Так что, прошу вас, хоть немного потише...

— ...я уже наложила на нас звуконепроницаемые чары. И позаботилась, чтобы их не развеяли, как в прошлый раз, так что не волнуйся.

Действительно, любой подписчик бульварных газеток, что в последнее время набирали популярность в отдалённых уголках Империи, легко бы узнал в них главную пару этого года — Уитни и Мередию.

— Миледи, я тоже из тех, кто испытывает страх перед страшными вещами.

— Например?

— Хм, например, перед тем, кто без единого слова предупреждения подсыпает яд в чай.

Конечно, судя по их разговору, они не очень-то походили на влюблённую парочку.

— ...давай больше не будем об этом.

— Ха-ха. Почему же? Разве вам и сейчас иногда не хочется меня отравить?

— Ха-ах...

Мередия отвела взгляд и тихо вздохнула, на миг нахмурившись от шутки Уитни.

— Даже в шутку, не говори больше такого.

— ...хорошо.

Это могло бы прозвучать как смелое заявление, но Уитни, заметив слабую дрожь в голосе Мередии, тут же закрыл рот и кивнул.

— Если бы ты тогда не очнулся... всё могло бы сложиться совсем иначе.

В этой слегка неловкой атмосфере тихо пробормотала Мередия, глядя на луну в небе.

— ...ты тоже так думаешь?

На её вопрос Уитни на мгновение склонил голову, а затем, слегка улыбнувшись, ответил.

— Я не из тех, кто любит размышлять о том, что могло бы быть. Важно всегда настоящее. Разве не так?

Хоть его слова и были правдивы, идеальным ответом они тоже не являлись.

— Да, важно настоящее...

— Ха-ха.

— ...не смейся так. Ты делаешь свой крутой ответ подозрительным.

И всё же, для Мередии в тот момент это был, вероятно, лучший из возможных ответов.

— Кстати, я слышал, вы тоже кое-чего боитесь, миледи.

Уитни, пытаясь окончательно сменить настроение после своего неловкого ответа, почесал затылок и на этот раз задал вопрос.

— Например, пауков.

— Фу, ненавижу их. Не только пауков, всех насекомых.

— Почему вы так ненавидите пауков?

Мередия мгновение пристально смотрела в прищуренные глаза Уитни, прежде чем заговорить более тихим голосом.

— Когда в детстве меня в наказание запирали в подвале, они постоянно ползали по мне.

— ...ах.

— Я не могла никого попросить их убрать, потому что это было бы равносильно признанию в слабости. Поэтому я просто молчала.

— Э-э, эм...

Как только она закончила говорить, Уитни понял, что его попытка сменить настроение провалилась, и начал суетиться, наблюдая за выражением лица Мередии.

— А, ты всё ещё носишь с собой того паука, которым раньше управлял?

— ...эм, не уверен. Я его в последнее время нечасто видел.

— Я думала, ты приручил его своей силой господства. Или нет?

Видя это, Мередия попыталась сама сменить настроение, но, к несчастью, Уитни не мог ответить на вопрос, ответа на который не знал.

— Ха-ах, будь честнее. Тебе не нужно впадать в растерянность из-за моего прошлого.

Как раз когда атмосфера грозила окончательно испортиться, Мередия глубоко вздохнула и заговорила начистоту.

— ...вот как.

— Конечно, я тоже не люблю вспоминать прошлое.

Хотя казалось, что она провела чёткую черту, затем Мередия прошептала гораздо более мягким голосом.

— ...но думаю, что тебе, по крайней мере, я могу открыться.

Как только она это сказала, Уитни искоса взглянул на её слегка покрасневшие щёки и, усмехнувшись, задал другой вопрос уже более расслабленным тоном.

— Полагаю, ваш страх темноты проистекает оттуда же, что и боязнь насекомых?

— ...если быть точной, то замкнутых, тёмных пространств. Открытые места, как это, не так страшны.

Хотя Мередия ответила более лёгким тоном, её голос всё равно слегка дрожал.

Какой бы сильной она ни была, даже будучи самой страшной злодейкой ещё несколько месяцев назад, она не могла так просто избавиться от травм прошлого.

— Ха-ха, как жаль.

— Что?

— Если бы вы боялись, я мог бы взять вас за руку.

И всё же, в последнее время её кошмары стали заметно реже.

— ...возьми.

— Простите?

— Перестань нести чушь и просто возьми меня за руку.

И не было нужды объяснять, что могло быть причиной этого улучшения.

— Необязательно, чтобы я боялась, чтобы ты взял меня за руку, верно?

— Ах... что ж, это правда.

— ...не хочешь?

— Н-нет, вовсе нет.

И так, в кромешной тьме их лица одновременно вспыхнули румянцем, когда они взялись за руки.

— «Какого чёрта они флиртуют на нашей территории?»

— «Тш-ш, просто сделай вид, что не видел. Это же ходячая катастрофа».

Конечно, для коренных обитателей переулка, что прятались в тенях, это был какой-то непостижимый хаос.

И всё же, возможно, потому что они выживали лишь за счёт своей чуйки, никто из местных головорезов не осмелился прервать уединение пары.

—О, крысы переулков, если вам дорога жизнь, лучше бы вам унять свою жажду крови.

Справедливости ради, дело было не только в уличной смекалке — услышав волшебный шёпот Мередии, разнёсшийся по всему кварталу, они предпочли дорожить своими жизнями.

— «Надо бы просто треснуть их по затылку...»

Хруст—

— ...нет, ничего.

Сколько времени прошло с тех пор, как они начали идти рука об руку?

— Так куда именно мы идём?

— Я и сам немало бродил по этим переулкам, но никак не могу понять, куда оно ведёт.

Мередия, молча шагавшая в ногу с Уитни, наконец потеряла терпение и, нахмурившись, спросила его.

— Ха-ха, мы почти на месте.

— Разве ты не говорил то же самое пять минут назад?

— На этот раз я серьёзно. Так, посмотрим, повернуть здесь...

Уитни, улыбаясь и пытаясь её успокоить, внезапно свернул в тупиковый переулок.

— Какого... это же тупик...

— ...ну что? Разве я не был прав?

Как раз когда Мередия собиралась отругать его слегка раздражённым голосом, она внезапно широко раскрыла глаза и уставилась вперёд.

— Для магического барьера в глухом переулке, весьма изощрённо.

— Ха-ха. То, что это трущобы, не значит, что здесь ходят только неумехи.

Как и сказал Уитни, стена, преграждавшая путь, была покрыта довольно продвинутым иллюзорным заклинанием — маскировочной магией.

— Но для такой штуки нет физической защиты. Только визуальный обман, да.

— Способность распознать саму магию — это и есть условие для входа.

Слегка склонив голову с недоумённым видом, Мередия молча наблюдала, как Уитни уже шагнул сквозь стену.

— А?

Осторожно последовав за ним и почувствовав, как её тело погружается во что-то, похожее на пудинг, Мередия застыла с пустым выражением лица при виде открывшейся картины.

— Добро пожаловать. Вы только что вошли в лучший увеселительный квартал трущоб. Это место доступно только ночью, знаете ли. Ха-ха-ха...

Тьма, окутывавшая переулок всего несколько мгновений назад, теперь казалась бессмысленной — всё вокруг было ярко освещено уличными фонарями и вывесками.

На первый взгляд атмосфера казалась светлой и уютной, но, как и сказал Уитни, стоило приглядеться, чтобы заметить тьму, контрастирующую с этим светом.

Например, магазины с откровенно непристойными картинами.

Или женщины в вызывающих нарядах, зазывающие клиентов у входов в такие заведения.

А если не это, то игорные притоны или бары, увешанные игральными картами.

«Неужели я чего-то не знаю о здешних переулках?»

Мередия, некоторое время наблюдавшая за этой странной — а может, и неприличной — сценой, в конце концов нахмурилась и тихо пробормотала себе под нос.

«Никогда ни от кого не слышала о таком месте».

Она знала план большинства переулков благодаря частым визитам и устрашающим навыкам сбора информации своих помощников. Но она могла поклясться, что видит это место впервые.

Тогда откуда о нём знал Уитни?

Неужели он был повесой, любившим подобные места?

Тогда все те сладкие речи, что он ей говорил, — неужели он набрался их здесь?..

— «Ох, боже, я и вправду не знаю, куда смотреть».

— Эй, почему вы так на меня смотрите? Я здесь тоже впервые, клянусь.

На краткий миг глаза Мередии вспыхнули красным, когда она потеряла рассудок, но тут же вернулись в норму.

— ...хорошо. Ты не лжёшь.

— А?

— Если бы лгал, ты был бы уже мёртв.

Мередия только что потратила одну из своих самых изнурительных способностей — чтение мыслей, которым она теперь могла пользоваться лишь раз в неделю — на нечто совершенно нелепое.

— О чём это вы?

— Хмф.

— ...?

Конечно, для самой Мередии это всё равно было лучшим применением её сил.

— Эй, ты ведь и правда здесь впервые, да?

— Боже. Да, впервые.

— Тогда откуда ты так хорошо знаешь планировку переулков?

***

Пока я спешил через квартал красных фонарей, стараясь не опоздать, я криво улыбнулся на скептический голос леди Мередии рядом.

— Я запомнил всю карту.

— Что?

— Я могу путешествовать по всей Империи с закрытыми глазами.

Как для ветерана игры с открытым миром «Blacktail Fantasy 3», запоминание карт было второй натурой.

Естественно, план этого квартала красных фонарей был у меня в голове, так что я точно знал, какие районы опасны и где находится моя цель.

— Боже, что ты за человек...

— Ха-ха.

Ну, с леди Мередией в качестве эскорта, вряд ли какое-либо место можно было назвать по-настоящему опасным.

— Ладно, вот мы и пришли.

— А? Это...

Хотя по иронии судьбы, моя настоящая цель, возможно, и была тем единственным местом, которое опасно даже с Мередией рядом.

[Pro Domina]

Леди Мередия, ошеломлённо уставившись на вывеску нашего пункта назначения, казалось, думала о том же.

— Это... что-то вроде бара только для знатных дам?

— ...да, верно.

— Хах. И это дворянская честь. Какая пошлость...

Услышав моё объяснение, она густо покраснела и начала ворчать, а затем снова перевела на меня взгляд, чтобы продолжить допрос.

— Но почему наша цель — такое грязное место?

— Ах, ну. Это потому, что...

Конечно, у меня была очень веская причина.

— Сегодня вечером я планирую поработать здесь под прикрытием — в качестве хоста.

— Что?

— Моя леди, я бы хотел, чтобы вы были моей «наживкой» на этот вечер.

Для леди Мередии это, вероятно, прозвучало весьма шокирующе.

— Зачем, чёрт возьми...

— ...мы собираемся поймать Императрицу на её проказах.

Чтобы выследить высокомерную львицу, иногда приходится рисковать жизнью.

----------

Охота I

— Нет.

— Ох, дорогая леди Мередия. Пожалуйста, отпустите.

— Я сказала, нет.

Что ж, по правде говоря, мои слова и впрямь легко можно было понять неверно.

И всё же, неужели было так необходимо, чтобы леди Мередия схватила меня за волосы и устроила потасовку прямо перед любимым заведением Императрицы?

— Что значит "нет"? Ты действительно думаешь, я это позволю?

— Нет, пожалуйста, просто выслушайте...

— И противник — Императрица? Ты в своём уме?

Впрочем, с точки зрения леди Мередии, её реакция, возможно, была совершенно оправданной.

— ...ого, это что, супружеская ссора?

— Мужик точно виноват. Как можно изменять такой прелестной женщине?

Благодаря этому мы, естественно, стали центром внимания для прохожих в увеселительном квартале.

— А разве вон там не женский бутик?

— Ага?.. Может, он противоположного пола?

— ...да не очень-то похоже. Ик?

Конечно, даже эти любопытные зеваки быстро разбежались во все стороны, когда леди Мередия смерила их острым, налитым кровью взглядом.

— Хмф, разбегаются точь-в-точь как тараканы.

— Это же обитатели трущоб. В бегстве они, должно быть, мастера.

— ...эй. Ты думаешь, что знаешь трущобы лучше меня?

Пробормотала Мередия с хмурым видом, наблюдая за ними, а затем снова повернулась ко мне.

— Не зазнавайся только потому, что знаешь одно тайное место. Я знаю куда больше потайных уголков в трущобах, чем ты...

— ...например, аукционный дом, что открывается только по воскресеньям и собирает все сокровища мира?

Но когда я дерзко возразил, Мередия слегка вздрогнула и молча уставилась на меня.

— Всем известно, что это якобы лучшая гильдия разведчиков, но на самом деле она целиком состоит из ваших верных последователей. А ещё есть то место, что выглядит как приют, а на деле готовит смертоносных убийц.

— ...

— Я также знаю о лавке, что преданно выполнит любое поручение за нужную цену, и о цветочном магазине, который с виду обычный, а на самом деле торгует всеми известными ядами, а потом...

— ...хватит.

Пока я продолжал, она с ужасом смотрела на то, как я раскрываю её тайные пристанища, и поспешно протянула руку, чтобы закрыть мне рот.

— Ммф, ммф.

Леди Мередия затыкала мне рот уже не в первый раз, но на этот раз она была заметно грубее.

А может, она всегда сдерживалась, когда имела дело со мной?

— Эх, оставим всё прочее, тот цветочный магазин не продаёт яды никому, кроме меня. Каким, чёрт возьми, образом ты о нём узнал?

— Ха-ха, я просто предположил, что такое место могло бы существовать.

— ...

— Правда, я говорю правду.

В общем, поскольку разговор грозил затянуться, я сгладил углы, и Мередия, какое-то время подозрительно на меня глядя, вздохнула и опустила руку.

— Ладно, признаю, ты знаешь трущобы не хуже меня.

— Ха-ха.

Когда она продолжила, я подумал, что она наконец-то одобрит мой план.

— Но знать места и идти в хост-клуб развлекать клиенток — это совершенно разные вещи. Согласен?

Как и ожидалось, леди Мередия не собиралась так просто меня отпускать.

— Ты действительно думаешь, что там не найдётся ни одного человека, который тебя узнает? Ты больше не безымянный графский сынок. Ты даже в газетах несколько раз появлялся.

Конечно, я пришёл не с пустыми руками, поэтому вместо ответа я вытащил из кармана маску и показал ей.

— Что это?

— Все хосты там носят маски. Они снимают их только при личной встрече, после того как их выберут.

Леди Мередия осмотрела маску и с недоверием спросила.

— Что за нелепое правило?

— Ну... может, знатные дамы считают, что выбирать вслепую более захватывающе, чем просто по лицу.

Поскольку полное сокрытие лица сделало бы невозможным различить кого-либо, маска больше походила на те, что носят на маскарадах — достаточно, чтобы скрыть верхнюю часть лица.

К счастью, область глаз была закрыта зачарованной чёрной тканью, что позволяло мне скрыть мои прищуренные глаза. Если бы маски не обладали этой особенностью, я бы даже не рассматривал эту операцию.

— И где ты вообще такое достал?

— ...Берген любезно умыкнул одну для меня.

— Но даже так, разве нет риска быть пойманным, когда окажешься внутри?

— Не волнуйтесь. Я уже договорился, чтобы один из хостов, который должен был работать сегодня... ну, взял выходной.

Я поручил это Руниэль и Бергену, так что не знал, как именно они это провернули, но был уверен, что они справились как надо.

Сейчас важнее было убедить моего нынешнего телохранителя — леди Мередию.

— ...сначала надень её.

— Простите?

— Я говорю, примерь маску.

Почесав затылок от внезапного требования, я быстро подчинился и надел маску перед ней.

— Как я выгляжу? Довольно убедительно, да?

— ...

— Моя самая привлекательная черта — глаза — скрыта, так что вам придётся помочь мне завоевать популярность изнутри, миледи. Так что, эм...

Я уже собирался снова изложить план, когда заметил что-то странное в выражении лица Мередии.

— Что с вами...

— ...?

Если использовать современное выражение, она выглядела так, словно только что приняла красную таблетку.

В общем, с этим ошеломлённым взглядом Мередия тихо пробормотала:

— ...а ты и правда красивый.

— Прошу прощения?

— Проблема действительно была в глазах.

Затем, словно это было в порядке вещей, она положила руку мне под подбородок и начала его поглаживать, и мой разум мгновенно опустел.

«Я и вправду слаб перед такими вещами...»

Внезапно инициировать телесный контакт и говорить такое — это не жульничество? Причём она, казалось, даже не осознавала, что делает, что расстраивало вдвойне.

— ...наш ребёнок лучше бы не унаследовал эти глаза.

— Простите, что?..

— Ах, ничего.

Я застыл от неожиданного комментария, поэтому не расслышал, что она пробормотала следом, и в замешательстве склонил голову, глядя на её внезапно смущённое поведение.

— В любом случае, в таком виде...

— ...?

— ...ты привлечёшь всяких мошек.

И вот так, Мередия внезапно вернулась к своему обычному состоянию.

— Ох, да ладно вам. Даже с закрытым лицом я буду там полным новичком.

— ...правда?

— Это вы должны раскручивать меня изнутри, помните?

— Хмф...

Она всё ещё не выглядела полностью убеждённой, но по сравнению с прежним напряжением, её настроение, казалось, немного смягчилось.

— ...то ли я смотрю на тебя сквозь розовые очки, то ли ты и впрямь не понимаешь, насколько ты хорош собой.

— ...?

— ...эх. Ладно. Просто ответь мне вот на что.

Пробормотав что-то себе под нос, Мередия глубоко вздохнула и задала мне вопрос.

— Как только тебя выберет Императрица, что именно ты собираешься делать?

— Ну, я буду угрожать ей, используя наши сведения, в приватной комнате.

— И это всё? Никакого запасного плана на случай провала?

Я понимал, почему она так отреагировала, но на это был только один возможный ответ.

— Нет, у меня его нет.

— ...

— Потому что мы имеем дело не с кем-нибудь, а с Императрицей. Тут всё или ничего.

Мередия, молча слушавшая мои слова, примерно в этот момент спросила.

— Что значит «всё или ничего»?

— Если перевести на язык игральных костей, это значит либо выбросить единицу, либо шестёрку.

Подумав мгновение, Мередия скривила губы в кривой усмешке и ответила.

— Так, по сути, ты играешь в азартную игру.

— Ха-ха...

— ...что ж, я и сама очень люблю азартные игры.

И так, я наконец-то преуспел в убеждении леди Мередии.

— Мы всё равно в одной лодке. Я тоже поставлю на кон свою жизнь.

— ...ах, только моей жизни будет более чем достаточно.

— Дурак. В такой момент нужно просто сказать спасибо.

Так или иначе, закончив её убеждать, я уже собирался войти в заведение в маске, когда...

— ...и всё же, есть последняя вещь, которая меня беспокоит.

— Да?

— Я просто спрашиваю на всякий случай, так что слушай внимательно.

Внезапно схватив меня за руку, Мередия спросила непривычно робким голосом.

— Ты ведь не собираешься заигрывать с этими знатными дамами, правда?

Пытаясь подавить смех, я напряг мышцы лица и ущипнул себя за бедро, чтобы не расхохотаться вслух, и ответил низким голосом.

— Пока со мной вы, миледи?

— Я-я всё равно не доверяю одним лишь твоим словам.

Я думал, этого будет достаточно, но, видимо, леди Мередия всё ещё чувствовала, что чего-то не хватает.

«Ну, ничего не поделаешь».

Мне не хотелось, чтобы леди Мередия меня потом отравила, но я также решил, что пришло время немного увеличить нашу физическую близость. А ещё я хотел отомстить за её одностороннюю ласку ранее.

— Стой, что ты сейчас делаешь?..

Может быть, виной была эта цепь мыслей.

А может, лунный свет, мерцавший в раннем предрассветном небе.

— ...!

Поцеловать леди Мередию в щеку заняло всего секунду.

Если бы вокруг никого не было, я бы поцеловал её в губы, но увы.

— ...это ещё зачем?

— Вы сказали, что не верите одним словам. Поэтому я показал действиями.

Тем не менее, приятным было то, что я снова увидел то самое ошарашенное выражение лица Мередии, которое было у неё в карете.

— Мне пора?

— ...

— Ах, миледи, вам следует войти через главный вход. Я зайду через служебный, сзади...

И на этот раз её ошеломлённое выражение длилось немного дольше.

— ...вы меня слышите, миледи?

— ...

— Леди Мередия?

На самом деле, оно длилось так долго, что почти сорвало всю операцию.

***

Примерно час спустя — внутри [Pro Domina], места, которое, по слухам Уитни, было игровой площадкой Императрицы.

— Она сегодня опять придёт?..

Нервный управляющий заведения с тревогой огляделся, а затем отошёл в укромный уголок.

— Эх, у меня такое чувство, что я теряю год жизни каждый раз, когда открываю эту дверь...

Он достал из кармана ключ, отпер единственную запертую дверь в заведении и потянул за ручку.

— Хм.

— А-а, п-прошу прощения. То есть, я глубоко польщён!

И тут внезапно — несмотря на то, что дверь была заперта с прошлого раза — изнутри кто-то появился.

— Говорите тише.

— ...хик.

— Вы собираетесь объявить на весь мир, что здесь Императрица Империи?

Этим кем-то была не кто иная, как сама Императрица, Лилия Уинтер Клаус, которая якобы была прикована к постели в императорском дворце.

— Благодарю, что снова посетили наше заведение сегодня...

— ...по вам не скажешь, что вы благодарны. Хватит пустых формальностей — просто дайте мне сегодняшний каталог.

— Д-да, сию минуту!

По её резкому приказу управляющий быстро протянул список сегодняшних хостов.

— Посмотрим, найдётся ли сегодня кто-то, кто сможет меня удовлетворить...

— Э-эм, простите, Ваше Величество...

— Хм?

Дрожащим голосом он задал императрице вопрос.

— Могу я спросить, почему вы всегда уходите, лишь просмотрев каталог и выставку?

На это Императрица прищурила свои и без того узкие глаза и, широко улыбнувшись, вернула вопрос управляющему.

— Вы действительно хотите знать?

— Н-нет, вовсе нет!

Почувствовав холодную жажду крови, скрытую за этими словами, управляющий поспешно пошёл на попятную и склонил голову.

— Как немужественно. Похоже, сегодня тоже будет невесело... хм?

Снова опустив взгляд на каталог с ледяным выражением, Императрица затем с любопытством приподняла бровь.

— ...

— Ч-что такое?

Мгновение спустя она внезапно расхохоталась и положила каталог на стол.

— Сегодня, может, и впрямь будет интересно.

Её взгляд был прикован к одному новому хосту, указанному в самом низу каталога.

----------

Охота II

— Ох, боже, подумать только, такая знатная гостья посетила столь захудалое место...

— Добро пожаловать, леди... нет, уважаемая гостья.

Как только она переступила порог заведения, о котором рассказал Уитни, леди Мередию встретили не трения, а теплота и гостеприимство.

— Какая-то слишком мягкая реакция. Разве в подобных местах обычно не придираются к правилам?

— Это так. Обычно в нашем заведении действуют строгие правила, разрешающие вход только замужним особам...

Женщина в маске, очевидно, занимающая высокий пост и отвечающая за Мередию, с хитрой улыбкой понизила голос.

— Иногда встречаются люди, к которым правила не применяются. Например, те, кто контролирует около трети всей власти в трущобах.

Хоть её слова и были несколько завуалированы, было очевидно, что она имела в виду саму леди Мередию, которая надела маску, подаренную Уитни перед расставанием.

— Какое преувеличение.

— Хех. Влияние «Крёстного отца» в последнее время ослабевает, не так ли? Разве не очевидно, где в будущем сосредоточится власть?

— Эх.

Пока женщина в маске всё более откровенно льстила, Мередия тихо вздохнула и молча пошла вперёд.

— Кстати, что привело вас сюда сегодня?..

— ...ха. Неужели здесь принято так глубоко копаться в чужих делах?

— О, прошу прощения.

Женщина в маске, высунувшаяся из-за плеча Мередии, чтобы задать вопрос, тут же склонила голову со сложенными руками в ответ на её холодные слова.

— Что ж, не то чтобы было много причин для визита сюда.

— И всё же, клиентура обычно делится на две большие категории. Если бы вы могли дать хотя бы небольшой намёк...

Затем, притворившись слегка обеспокоенной, женщина в маске взглянула на Мередию, пытаясь угадать её настроение.

— ...выставка.

— Ага. Понятно. Так вот в чём причина.

В конце концов Мередия раздражённо выплюнула цель своего визита, и женщина в маске, потирая ладони, тут же вышла вперёд.

— Большинство гостей, как правило, предпочитают приватные комнаты. Хе-хе...

— Вот как? Вы имеете в виду, гости вроде меня.

Мередия уловила её мимолётное замечание и, прищурившись, начала её прощупывать.

— Дворянка моего статуса — не такое уж частое явление.

— К-конечно, мы превыше всего ценим частную жизнь каждого, так что я не могу ничего раскрыть.

Застигнутая врасплох, женщина в маске, заикаясь, попыталась оправдаться.

— Если вы собираетесь попытаться кого-то опознать, прошу вас, не делайте этого. Вместо этого позвольте нам предоставить вам членский сервис Алмазного уровня на сегодня...

— ...ненавижу, когда вещи ранжируют по драгоценным камням. От этого веет дешевизной.

— В-вот как? В любом случае, мы предложим лучший сервис. Так что, эм...

Но поскольку Мередия не собиралась отступать, женщина в маске начала нервно потеть и заикаться ещё сильнее.

— Не нужно. Просто не мешайтесь у меня под ногами.

— Ага, так вы предпочитаете наслаждаться в тишине! Поняла.

При раздраженным замечании Мередии, глаза женщины загорелись, и она обеими руками указала на их пункт назначения.

— Как раз вовремя! Сегодня прибыл новый экспонат! Надеюсь, он вас порадует.

Услышав слова «новый экспонат», усталое выражение на лице Мередии сменилось выражением чистого ужаса.

— Хе-хе. Не нужно так на меня смотреть. Экспонаты, допущенные к ношению масок, находятся под высочайшим уровнем охраны.

— ...вот как?

— И они прошли тщательную проверку. Честно говоря, я даже не знаю, кто они. Экспонаты назначаются по ротации торговым персоналом.

Благодаря чрезмерно любезному объяснению женщины в маске, Мередия, погружённая в свои мысли, молча возобновила путь.

— Тогда, пожалуйста, наслаждайтесь!

— ...эх.

Издав ещё один вздох, Мередия шагнула в «выставочный зал», дверь в который ей любезно открыла женщина в маске.

— Слишком громко сказано — "наслаждаться", когда впереди такой безрадостный путь.

Пробормотала она тихим голосом, оглядываясь по сторонам в поисках Уитни, вошедшего ранее.

— Так, для начала мне понадобится кто-то, чтобы растопить лёд...

Хотя лицо её по-прежнему выглядело недовольным.

— ...!?

Всего несколько секунд спустя на её лице отразилось полнейшее недоверие.

— Дамы, прошу, успокойтесь на мгновение... ох, боже.

— Как тебя зовут, милый?

— Простите, но я с ним первая заговорила!

— Аха-ха...

Причина, по которой она искала Уитни...

...заключалась в том, что Уитни уже стал самым популярным экспонатом во всём выставочном зале.

***

Да, признаюсь честно.

Когда я, используя маску, добытую в сомнительной сделке с Бергеном, проник в печально известный увеселительный притон Императрицы в качестве «экспоната», я понятия не имел, что всё обернётся таким образом.

— Дамы! Прошу, отойдите хоть немного назад!

— Подвинься. Ты хоть знаешь, кто я?

— Одно прикосновение — всего одно, умоляю!

— Мы не можем упустить такой редкий экземпляр...

Я и представить себе не мог, что подавляющее большинство знатных дам в зале бросятся ко мне в тот самый момент, как персонал выставит меня на обозрение.

«Это что, розыгрыш со скрытой камерой? Или ловушка?»

Сначала я был настолько ошеломлён, что заподозрил, будто это какой-то заговор с целью отомстить со стороны леди Мередии, которая уже обо всём знала, или козни какой-то вражеской фракции.

— ...а?

Но, судя по совершенно ошарашенному лицу леди Мередии, это было не её рук дело.

Да и если подумать, нет причин моим врагам тратить усилия на такую пустую ловушку.

Остаётся лишь один логический вывод.

«Неужели... я нравлюсь женщинам постарше?»

Может, это и звучит нелепо, но вполне может быть правдой.

Рой знатных дам вокруг меня прямо сейчас — тому доказательство...

— ...

Бам—!

Пока я чесал затылок, размышляя об этом, у моих ног внезапно появился сияющий свет, и вокруг меня образовался прочный барьер.

— ...мы активировали это для защиты экспоната. Благодарим за понимание!

Крикнул мужчина в маске, с трудом сдерживавший знатных дам, вытирая холодный пот со лба, и только тогда дамы с недовольными лицами отступили.

— Такие товары редко выставляются, знаете ли.

— Он, должно быть, падший дворянин, как минимум из виконтского рода.

— ...и павший совсем недавно. Была ли такая семья?

— Всё лучше, чем какой-нибудь выскочка из грязи. По крайней мере, этот — сертифицированный ланч-бокс.

Хоть это и ослабило непосредственное давление, всё равно было неприятно слышать, как они перешёптываются, будто я редкий зверь за решёткой в зоопарке.

— Если вы делаете ставку просто для развлечения, вам стоит выйти из игры. Я сегодня иду до конца.

— Ох, похоже, у большинства из нас та же идея.

— Что ж, чем больше пользуешься таким товаром, тем больше он теряет в цене.

— Но с экземпляром такого качества я не удивлюсь, если кто-то попытается купить его сегодня целиком, а не просто арендовать.

Я не мог их узнать из-за масок, но, судя по богато украшенным платьям и россыпи драгоценных камней, все они, казалось, были знатными дамами из влиятельных семей.

Честно говоря, я не понимаю, зачем они занимаются подобной деятельностью в тени. Неужели частная жизнь имперской знати стала настолько порочной?

Скрип—

И всё же, больше этой социальной проблемы моё внимание привлёк звук, с которым леди Мередия скрежетала зубами вдалеке.

Я правда не хотел, чтобы так вышло на этот раз. Честно, мне так обидно.

Как только эта операция закончится, мне, похоже, придётся вытворять всякие нелепости, чтобы её подбодрить. Я уже чувствую, как из глубин сердца поднимается вздох.

— Что ж, тогда... обычно мы не начинаем так рано, но, поскольку все, кажется, взволнованы, давайте начнём торги...

Пока я неловко избегал взгляда леди Мередии, «аукцион» наконец-то начался.

Любой, у кого есть хоть капля сообразительности, поймёт, какого рода «торги» происходят в подобном месте.

Просто из-за того, что участницы торгов — знатные дамы, они используют более изысканные выражения.

— Я с самого начала ставлю всё своё состояние. Если это для вас слишком большое давление, может, стоит подождать следующей возможности.

— Хех. Только бродячие псы из переулков позарятся на леденец, который уже кто-то облизал.

— ...ох, боже, как вульгарно. Что на всех нашло?

Независимо от статуса или титула, отвратительную вонь этого места невозможно было замаскировать простыми словами или атмосферой.

— Один миллиард.

Но пока я хмурился от дискомфорта, я вдруг услышал ленивый голос из-за спин знатных дам, который заставил меня пересмотреть свои мысли.

— Я куплю его за один миллиард золотых.

В месте, пропитанном грязью, внезапно появилась женщина в золотой маске, излучающая леденящую харизму.

— Ах!

— Что?..

— ...чёрт.

Знатные дамы, готовившиеся к ожесточённым торгам, мгновенно застыли на месте.

Конечно, отчасти виной тому была ужасающая аура, которую излучала женщина в золотой маске, но больше всего их поразила названная ею цифра — один миллиард.

«Даже не зная точного игрового обменного курса, этого должно хватить, чтобы жить в роскоши до конца своих дней, верно?»

И, если я правильно помню, в Империи есть только один человек, который может небрежно швыряться такой суммой в преступном мире.

Это не кто иная, как нынешняя Императрица — Лилия Уинтер Клаус.

— ...один и одна десятая миллиарда.

Как раз когда я подумал, что Императрица попалась на наживку, и начал тихо про себя улыбаться, я был поражён холодным голосом, донёсшимся с противоположной стороны.

— Я куплю его за один и одну десятую миллиарда золотых.

В игру вступил ещё один человек, способный назвать такую высокую цифру в подобном месте.

«Постойте, почему?..»

Проблема была в том, что произнесла это не кто иная, как леди Мередия — та самая, кто должен был подыгрывать и незаметно подталкивать Императрицу к торгам.

***

— Один и три десятых миллиарда.

— Один и семь десятых миллиарда.

— Два с половиной миллиарда.

— Три миллиарда.

По мере того, как цифры, срывавшиеся с уст двух внезапно воспылавших азартом женщин, стремительно росли, выражения лиц знатных дам становились всё более испуганными.

— Э-эти двое, должно быть, сошли с ума...

— Д-даже если бы мы мобилизовали всю торговую гильдию нашей семьи, мы бы не смогли потянуть такую сумму...

Пусть они и славились своим богатством и расточительством, но суммы, которые сейчас назывались, превосходили состояние обычных дворянских родов.

— Шесть миллиардов.

Но этот шок был недолгим. Когда таинственная женщина, противостоящая той, что в золотой маске, снова удвоила ставку, никто больше не задавался вопросами.

— М-мне вдруг захотелось в уборную.

— Х-ха-ха. Мне тоже.

К этому моменту все присутствующие начали понимать, что с происходящим что-то серьёзно не так.

— Двенадцать миллиардов.

— ...ах!

Ик—

И это осознание стало абсолютным в тот момент, когда они услышали, как женщина в золотой маске небрежно назвала эту цифру.

Скрип—

Тем временем, пока таинственная женщина скрежетала зубами и снова открывала рот, все взгляды, включая тех знатных дам, что направлялись в уборную, были прикованы к ней.

— Двадцать мил...

К сожалению, торги дальше не пошли.

— ...тц.

Обменявшись взглядами с мужчиной внутри барьера, она скривила лицо и замолчала.

— Что ж, тогда этот ребёнок, полагаю, мой?

— Н-ну...

— Есть ещё желающие сделать ставку?

Женщина в золотой маске с довольным выражением лица повернулась к приватным комнатам, но никто не осмелился ответить на её вопрос.

— Тогда я им как следует воспользуюсь.

Только тогда она слабо улыбнулась и прошептала тихим голосом, искоса взглянув на гримасничающую Мередию.

— «Я прослежу, чтобы вернуть его в целости и сохранности, леди Эмбегрин».

Её последние слова не были произнесены вслух — это были сокровенные мысли, которые самоцветные глаза Мередии прочитали в её сердце.

----------

Кто теперь охотник? I

Женщина в золотой маске и служащий идут по длинному, узкому коридору.

— Сюда, пожалуйста.

— Если вам не по вкусу, может, предпочтёте другую комнату?

Молча следуя за ними, я внимательно прислушивался к служащему, который нервно поглядывал на женщину в золотой маске.

— Нет, это место подойдёт.

— Понял, тогда...

— Хорошо, теперь можете нас оставить.

Хоть это заведение и было изначально предназначено для знатных дам, отношение персонала к ней было куда более почтительным, чем к любому другому клиенту.

Что ж, это было естественно, ведь за этой золотой маской скрывалось лицо правительницы Империи.

— Доставить товар, который вы выиграли, позже, или...

— Я сама о нём позабочусь.

— ...понял.

Естественно, я не мог не чувствовать напряжения, следуя за кем-то, кто только что приобрёл меня за двенадцать миллиардов золотых.

— Почему ты так напряжён?

Пока я с трудом сглатывал, ленивый голос внезапно коснулся моего уха.

— Ты здесь впервые, мальчик?

— ...!

— Ого, какой сюрприз. Похоже, и вправду впервые.

Императрица, которая каким-то образом уже обвила мою руку вокруг своей талии, зловеще усмехнулась, втаскивая меня в комнату.

Даже если казалось, что меня затягивают в логово монстра, я должен был вытерпеть это ради того, что ждало впереди.

«Теперь мне придётся всерьёз вступить в борьбу с тёмными магами — нельзя позволить Императрице сбить меня с толку».

Императрица, может, и кандидат на роль финального босса, но истинным корнем всего зла в этом мире по-прежнему оставались тёмные маги. И их сбор на «Теневом Собрании», скорее всего, станет сигналом к началу войны.

Если в такой ситуации я стану рассматривать Императрицу как потенциального врага, это лишь всё усложнит.

Поэтому я должен был разобраться с ней сегодня, здесь и сейчас.

— Ха-ха, не очень-то разговорчивый, да?

— ...

— В таком случае, я тоже не буду много говорить, но уж поблагодарить своего покупателя ты точно можешь.

Я держал слова при себе, поглядывая на Императрицу, но в тот момент, как она закрыла дверь, я слабо улыбнулся.

Как только эта дверь полностью закроется, всё начнётся.

В этом заведении была первоклассная звукоизоляция и магия безопасности для трущобного заведения, так что можно было не бояться утечки нашего разговора.

Как только дверь закроется, я быстро сниму маску и разоблачу секреты Императрицы...

«...чево?»

Как раз когда я собирался поднять руку к маске на своём лице, я застыл с ошеломлённым выражением.

«Почему я не могу пошевелить рукой?..»

Теперь я заметил, что не только рука — всё моё тело застыло, будто парализованное.

Шорох—

Как раз когда я начал паниковать от этого странного явления, я услышал неподалёку шорох скользящей ткани.

— Почему ты просто стоишь? Иди сюда.

Императрица, сидевшая на кровати, сняв верхнюю одежду, поманила меня томной улыбкой.

— ...!?

И в следующее мгновение мои ноги начали двигаться сами по себе.

Я быстро попытался напрячь мышцы ног, но это было бесполезно.

Всё моё тело двигалось, словно на ниточках.

«...контроль разума? Нет, быть не может».

Фирменная способность Императрицы — «контроль разума» — промелькнула у меня в голове, но я быстро отбросил эту мысль.

Потому что я намеренно избегал зрительного контакта с ней, чтобы противостоять её силе. Более того, если бы меня действительно подчинили, несмотря на все меры предосторожности, я бы даже не осознал, что что-то не так.

Обычно контроль разума не позволяет жертве понять, что её контролируют.

Но в таком случае, что, чёрт возьми, сейчас происходит?

— Сэр Уитни, почему такое кислое лицо?

— ...Кх.

— Хотите что-то сказать?

Пока я молча потел и боролся с контролем, слова Императрицы, сказанные, пока она наполовину расстегивала свою одежду, заставили меня издать тихий стон.

«Она давно всё узнала».

Возможно, я слишком расслабился, имея дело со всё более сговорчивой леди Мередией.

Конечно, Императрица не будет такой простой.

И всё же, если она уже всё поняла, зачем она продолжает раздеваться?

Становилось всё труднее и труднее понять, куда смотреть. Однако на данном этапе я не мог даже отвести взгляд или повернуть голову.

— Хорошо, я разрешаю тебе говорить.

В этот напряжённый момент Императрица вдруг щёлкнула пальцами с ухмылкой.

— ...это возможно?

— Хе-хе-хе... конечно, возможно.

Когда она взглянула себе за спину и задала вопрос, внезапно раздался хихикающий голос, а затем что-то выскочило из-под одеяла.

— А-ха-ха...

В тот же миг я обнаружил, что снова могу говорить, и наконец начал понимать, что происходит.

...кукловод.

Среди четырёх высокопоставленных членов Теневого Союза были Кукловод, Рыцарь Смерти, Теневая Ведьма и Шут.

После встречи с Теневой Ведьмой, которая проникла в Люмен Ордо и пыталась завербовать меня, я теперь столкнулся лицом к лицу с ещё одним.

— Приветик! Приятно познакомиться~

Хоть он и выглядел как плюшевый мишка вдвое меньше меня, это лишь подтверждало, что его истинная личность — Кукловод.

«Ходили слухи, что Императрица объединилась с тёмными магами... Если это так...»

По словам Теневой Ведьмы, с которой я встречался ранее, каждый из лидеров Теневого Союза следовал за «Великой Тенью», тайно вынашивая собственные планы.

Значит, тот, кто сейчас жутко ухмыляется из-под одеяла, должен работать с Императрицей. Точно так же, как Теневая Ведьма пыталась завербовать меня.

«Похоже, это заведение принадлежит этому парню».

В оригинальной истории, которую я знаю, Кукловод был известен не только первоклассным призывом, но и тёмной магией, позволяющей ему контролировать незваных гостей в пределах своих владений.

Неудивительно, что всё заведение имело этот странно-милый, выставочный вид.

Оказывается, весь этот магазин был логовом Кукловода.

— Какая честь, Ваше Величество.

— ...хм, твой голос спокойнее, чем я ожидала.

Молчать не было смысла, поэтому я заговорил. Императрица слегка склонила голову, осматривая меня.

— У тебя, случайно, нет какого-то козыря в рукаве?

— ...

— Например, твоя милая невеста?

Честно говоря, это попало слишком точно в цель, и у меня не было иного выбора, кроме как замолчать.

— Хи-хи! Прости, но это место строилось с помощью Теневой Ведьмы!

Словно почувствовав мою реакцию, клон Кукловода спрыгнул с кровати и заговорил насмешливым голосом.

— С того момента, как закрылась дверь, каждая комната здесь стала частью лабиринта. И в каждой комнате мы разместили по одной из наших кукол-обманок.

С такой системой безопасности неудивительно, что Императрица могла быть так расслаблена даже перед лицом Мередии.

— Даже если у твоей маленькой служанки есть её анализирующий глаз, этого будет недостаточно. Её самоцветный глаз, подходящий для огневой мощи и разрушения, не сможет найти это место до утра.

Это не было удивительно, но когда Императрица небрежно упомянула «анализирующий глаз» и «самоцветный глаз», я не мог не нахмуриться.

Это означало, что она знала не только о силе Мередии, но и о силе Парши.

Как и Мередия, Императрица была не обычным человеком.

— ...а что, если я уничтожу всё это место?

— Даже если отбросить государственную измену в попытке навредить Императрице, ты не уйдёшь отсюда невредимым.

Хоть я и попытался предложить эту возможность в качестве последнего средства, Императрица, как и ожидалось, уже это предвидела.

— Хорошо. Я проиграл.

— Хм?

— Тогда, что вы намерены делать теперь?

С несколько смиренным выражением я задал вопрос, и Императрица, ещё сильнее прищурив свои и без того узкие глаза, молча уставилась на меня.

— Вы собираетесь убить меня здесь?

— ...пфф.

Не в силах выдержать молчание, я спросил снова, и Императрица наконец разразилась смехом и заговорила.

— Зачем мне от тебя избавляться? Это была бы огромная потеря, с какой стороны ни посмотри.

— Тогда...

Когда я попытался побудить её продолжить, я замолчал в тот момент, как увидел, что она начала расстёгивать оставшиеся пуговицы.

— Сэр Уитни, вы знаете, почему такая императрица, как я, тайно пробирается в подобные места?

— ...

— Это довольно серьёзный вопрос, так что слушайте внимательно.

И так начался односторонний рассказ Императрицы.

— Вы знаете, почему в моём возрасте я ни разу не была замужем и даже ни с кем не была?

— ...не уверен.

— Потому что я родилась бесплодной.

Понимая, что сопротивление бесполезно, я слушал с отсутствующим выражением, но неожиданная правда с её уст привлекла моё внимание.

— И причина тому кроется в способности, с которой я родилась.

— Вашей способности?

— Хоть мир и называет это благословением, на самом деле это знак проклятой судьбы.

Пока она говорила, её прищуренные глаза слегка приоткрылись, заставив меня вздрогнуть, но, к счастью, признаков контроля разума не было.

— Вы знали? Те, кто рождён с потенциалом Короля Демонов, могут иметь потомство только друг с другом.

— ...ха-ха.

— Не спрашивайте, как я это узнала. Дальше история становится слишком мрачной.

С полуприкрытыми глазами Императрица продолжила с пугающе изменившимся выражением.

— Теперь вы понимаете, почему ходят слухи, что я собираю людей с особыми способностями?

— ...не может быть.

— Некоторые думают, что я создаю корпус обладателей способностей, но они и понятия не имеют, о чём говорят.

Чем больше она говорила, тем больше кусочки головоломки в моей голове начинали складываться.

— Я просто пыталась создать наследника.

Хотя ментальная картина, сложившаяся из этих кусочков, была довольно тревожной.

— Проблема в том, что по какой-то причине девять из десяти людей с такой силой — женщины. Иногда появлялся мужчина, но ни один из них не был подходящим партнёром для меня ни в каком смысле.

Затем, чтобы убедиться, что я не понял её неправильно, Императрица снова прищурилась и спросила меня мягким голосом.

— Теперь вы понимаете, зачем я прихожу в такие места?

Когда я молчал, она слегка надула губы и сама ответила на свой вопрос.

— Вы на удивление медленно соображаете. Если я случайно найду подходящего партнёра, я могла бы завести даже иждивенца, не так ли?

Я не знал, какое выражение лица мне сделать, поэтому лишь горько улыбнулся.

Затем, внезапно поражённый ужасной догадкой, я поспешно спросил Императрицу.

— Тогда зачем вы меня приобрели?

— Сэр Уитни, давайте не будем играть в дурачка.

С улыбкой, куда более зловещей, чем прежде, Императрица прошептала мне.

— Вы ведь тоже родились с судьбой Короля Демонов?

К тому времени вывод, к которому я только что пришёл, стал ещё яснее, и я покрылся холодным потом.

— Если вы действительно хотите услышать это из моих уст, я понимаю. Я откажусь от императорского достоинства и скажу прямо.

Императрица, которая всё это время вела себя беззастенчиво, теперь улыбнулась во весь рот и нанесла завершающий удар.

— Здесь и сейчас, не создать ли нам будущего ребёнка, который однажды будет править Империей?

В этот момент её верхняя одежда, теперь уже полностью расстёгнутая, плавно соскользнула вниз.

«Этого метода я действительно хотел избежать».

И вместе с этим я твёрдо решил не прибегать к своему последнему средству, если не будет крайней необходимости.

----------

Кто теперь охотник? II

— Что вы предпримете, сэр Уитни?

— ...

— Это очень редкая возможность.

Теперь, с полностью расстёгнутой рубашкой, Императрица прошептала низким голосом, глядя на меня, застывшего на месте.

— Чтобы ваша собственная кровь стала правителем Империи.

— ...

— В древней истории многие мечтали об этом так сильно, что это приводило к кровавым битвам за власть и заговорам, сотрясавшим целые народы.

Да, что в прошлой жизни, что в этой — проливать кровь в погоне за властью было обычным делом.

Но я никогда не думал, что сам окажусь в это втянут.

— Однако вам не нужно проходить через такие бури.

— ...

— Вам просто нужно провести со мной одну «лёгкую» ночь, здесь и сейчас.

Ещё более невообразимым было то, что меня втянули в это в качестве репродуктивного инструмента — носителя семени — чтобы решить проблему бесплодия Императрицы, связанную с её судьбой преемницы Короля Демонов.

— Беспокоитесь о последствиях? Не стоит. С вами ничего не случится.

Из-за этого у меня уже некоторое время было довольно искажённое выражение лица, но Императрица, внимательно наблюдая за мной, похоже, совершенно неверно истолковала причину.

— Ребёнок будет считаться незаконнорождённым, но, поскольку я лично выношу и рожу его, никто не сможет отрицать в нём наличие королевской крови.

— ...вы никогда не думали, что именно в этом и может быть проблема?

— Что вы имеете в виду?

— Эм... тот факт, что ребёнок будет считаться незаконно рождённым.

Честно говоря, я даже не знал, с чего начать исправлять извращённое мышление Императрицы, но решил начать с основ.

— И в чём же здесь проблема? Ох, неужели вы хотите, чтобы к вам относились должным образом, как к отцу ребёнка?

Но услышав то, что сказала Императрица, склонив голову, стало ясно: она не понимала даже этого простейшего момента.

— В таком случае я могу признать вас своим официальным консортом. Как вам такое?

— Я не это имел в виду...

— Почему же нет? Вы ведь всего лишь «помолвлены», не так ли?

А может, поскольку это не соответствовало её цели — создать наследника с королевской кровью — она и не чувствовала необходимости это понимать.

— Если вы можете стерпеть немного общественной критики, такое «обещание» — ничто. Его легко можно нарушить ради положения правой руки в Империи.

Слушая, как продолжает Императрица, становилось ясно, что именно это и было верным ответом.

Ей было поистине всё равно, чья кровь составит вторую половину её наследника, лишь бы в ней была её собственная.

— Простите, но вы просто не в моём вкусе, Ваше Величество.

— Хм?

В таком случае, я должен был чётко изложить своё мнение прямо сейчас.

— Вместо сиюминутной выгоды, счастье мне приносит возможность быть с кем-то, кого я смогу любить до конца своих дней.

Я не мог отбросить так много, особенно моё обещание леди Мередии, лишь для того, чтобы предоставить Императрице генетический материал.

— До конца дней, да. Это действительно так?

Но когда губы Императрицы слегка скривились в насмешке при моих словах, во мне начало нарастать дурное предчувствие.

— Насколько я знаю, эти ваши «дни» по иронии судьбы могут оказаться очень короткими.

— Вы и вправду знаете всё, да?

— ...недаром я правительница крупнейшего континента в истории.

Как и ожидалось, Императрица уже знала о проклятии Мередии.

Что ж, это ведь она в прошлый раз на Церемонии Отбора Талантов подстроила ловушку, используя её проклятие.

Насколько же глубоко она связана с тёмными магами, чтобы обладать такой информацией?

— Да, поистине впечатляет, Ваше Величество.

— Оставим это, ваш тон стал несколько невежливым, вам не кажется?

Когда я наконец перестал скрывать свою враждебность, Императрица тут же это подметила.

— Довольно нелепо заботиться об этом в такой ситуации, не находите?

— Хех, вот как? Вы и впрямь занимательный экземпляр.

Ответив слегка раздражённым голосом, Императрица тихо хихикнула и скрестила ноги.

— Так когда вы ответите на моё предложение?

— Очевидно, я отказываюсь, Ваше Величество.

— И почему же?

— Я лишь немного переиначу то, что сказал ранее.

Поскольку Императрица, задавая вопрос, всё ещё сохраняла невозмутимый вид, я ответил снова, надеясь, что это выражение наконец треснет.

— Вы просто не в моём вкусе, Ваше Величество.

— ...

— Может, будь вы злодейкой-аристократкой моего возраста, я бы и дрогнул. Ха-ха...

Хорошей новостью было то, что тонкая улыбка Императрицы, которую она сохраняла всё это время, наконец-то слегка дрогнула.

— ...мне ещё никто не говорил, что мне не хватает обаяния, знаете ли.

— Назовём это внутривидовой антипатией.

— Хммм...

Плохой новостью было то, что её глаза, теперь слегка приоткрытые и устремлённые на меня, превратились в глаза львицы, высматривающей свою добычу.

— Хорошо, полагаю, другого выбора нет.

Сохраняя бдительность в ответ на её перемену, я наблюдал, как Императрица внезапно прищурилась и заговорила.

— Я надеялась, что ради вас мы сможем сделать это по обоюдному согласию, но, раз уж ситуация неблагоприятная, ничего не поделаешь.

— Ки-хи-хи-хи...

В этот момент Императрица легко хлопнула в ладоши, и плюшевый мишка, который до этого прислонился к стене и смотрел на меня снизу вверх, снова начал тревожно ухмыляться.

— Кукловод. Ты ведь знаешь, что делать?

— Ох, боже. Какая непристойность.

— Не сдерживайся. Я на тебя рассчитываю.

Внимательно слушая их разговор, я спросил Императрицу, опасаясь худшего.

— Вы серьёзно собираетесь применить силу?

— Хм, мне жаль. Но это ради мира в Империи, так что иного пути нет.

И, как и ожидалось, мои опасения подтвердились.

— Не волнуйтесь. Пусть у меня и нет опыта с мужчинами, я постараюсь быть как можно нежнее.

— ...

— ...а может, вы предпочитаете немного погрубее? Просто скажите. Я сделаю всё возможное, чтобы удовлетворить ваши потребности...

С этой зловещей улыбкой на лице Императрицы моё тело автоматически начало двигаться вперёд.

— Ну, не делайте такое лицо. Если бы я действительно хотела, я могла бы просто забрать ваше семя, но я решила возлечь с вами сама из минимального уважения.

— ...

— Кроме того, было бы немного странно забеременеть, оставаясь девственницей. Это помогает предотвратить ненужные слухи, понимаете ли.

Пока Императрица беззастенчиво продолжала раскрывать свои извращённые убеждения, мои ноги без колебаний двинулись к ней.

«Леди Мередия... всё ещё слишком далеко, да».

Мне показалось, я смутно ощущаю присутствие леди Мередии в отдалении, но оно было слишком слабым и далёким.

Я на миг задумался, не стоило ли мне взять с собой Паршу, но было очевидно, что нельзя приводить ребёнка в такое порочное место. Если бы Альфред, ныне пропавший, узнал об этом, он, возможно, отбросил бы своё достоинство дворецкого и схватил бы меня за шиворот.

«Похоже, у меня и вправду нет выбора».

В любом случае, это полный кризис — я окружён без единого шанса на побег.

Но это не значит, что я пришёл сюда как дурак, без всякого запасного плана.

«...я действительно не хотел этого делать, если не будет крайней необходимости».

Однако проблема в том, что даже я сам не горю желанием использовать метод, который мог бы разрешить эту ситуацию.

— Ху-у...

Да, по крайней мере в этом стоит быть честным.

Судя по всем свидетельствам и моему собственному опыту, моё лицо, похоже, и вправду выглядит немного пугающе.

Но это только когда люди видят моё обычное, повседневное лицо.

На самом деле, я знаю один способ сделать своё лицо чем-то большим, чем просто «пугающее».

Потому что, когда я был маленьким, не только мой строгий отец, но даже моя добрая-предобрая мать постоянно меня предупреждали.

— Никогда не открывай глаза.

— А?

— Ваше Величество, вам случайно никогда не говорили чего-то подобного в детстве?

Тихо вспоминая дорогие лица, на миг промелькнувшие в моей памяти, я улыбнулся и спросил Императрицу.

— К чему это вдруг?

Естественно, Императрица склонила голову на мой внезапный вопрос и спросила в ответ, но это и было достаточным ответом.

— Значит, я так понимаю, не говорили.

Одного этого было достаточно, чтобы понять расстановку сил между ней и мной.

***

«Не открывай глаза — неужели я когда-нибудь слышала нечто подобное?»

Императрица, Лилия Уинтер Клаус, слегка склонила голову на внезапный вопрос Уитни, который каким-то образом сократил расстояние до кончика её носа, и тихо обратилась к своему прошлому.

«...нет, не думаю».

Конечно, никто и никогда не осмелился бы сказать ей такое.

Не только потому, что очень немногие вообще знали тайну её глаз, но и потому, что её гипнотические глаза были силой, которая работала на полную мощь только тогда, когда они были открыты.

Причина, по которой Императрица обычно держала глаза полуприкрытыми, заключалась в том, что, внешне находясь на стороне света, она должна была скрывать эту силу от масс.

Не будь она Императрицей и не будь она на стороне света, прозвища «Императрица с прищуренными глазами» никогда бы не существовало.

«Поистине смехотворно».

Все её детские портреты были сожжены, и именно по этой причине.

С тех пор, как она пробудила свои силы в детстве, Лилия никогда не съёживалась перед лицом какой-либо угрозы или кризиса — только шла вперёд и вверх.

Она также слишком хорошо знала, что, не пробуди она эти силы, она бы никогда не преодолела свой роковой недостаток — своё происхождение.

Вот почему Императрица никогда не считала свои глаза комплексом или чем-то постыдным.

Конечно, она неизбежно связалась с такими, как тёмные маги и те, кто процветал во тьме, но это была цена, которую она была более чем готова заплатить.

Её глаза дали ей слишком много, чтобы отмахиваться от них простыми проклятиями.

— Сэр Уитни, вы нервничаете?

— ...

— С чего бы вам вдруг говорить такую нелепость...

И это... была роковая ошибка Лилии Уинтер Клаус.

— Запомните это хорошенько, Ваше Величество.

— ...?

— ...?

Она не смогла осознать тот факт, что в этом мире существуют вещи настолько проклятые, что одно лишь обладание ими заставляет их скрывать.

— Что не всё в жизни идёт по плану.

И к тому времени, как Императрица осознала эту истину — прошло уже слишком много времени.

— Ах?..

Точно такое же выражение, что однажды появилось на её лице в тот миг, когда её старший брат — предыдущий император — раскрыл тайну её рождения, теперь медленно начало проступать вновь.

— Ки... Ки-хик?..

И в тот же самый миг плюшевый мишка, управляемый кукловодом и манипулировавший телом Уитни, начал в панике размахивать лапами и отступать назад.

— ...?

Очевидно, это было не концом аномалии.

Даже у Мередии, которая в гневе неслась по заведению, теперь по лицу стекал холодный пот.

Гу-у-у-у-ул—

И более того, весь увеселительный квартал, где находился клуб, начал захлёстываться мощным потоком, теряя весь свой свет и поглощаясь тьмой.

В центре этой бури стоял один человек — его выражение теперь застыло, пока он смотрел сверху вниз на Императрицу перед собой.

А затем маска на его лице начала медленно трескаться.

Треск—

Маска вскоре полностью рассыпалась и упала к его ногам.

И лицо, которое наконец открылось, изменилось по сравнению с тем, что было мгновения назад, лишь в одном.

— Почему вы так выглядите, Ваше Величество?

Тем не менее, эта одна перемена перевернула всю ситуацию.

— В отличие от прежнего, сейчас у вас довольно милое личико.

— ...!

Если быть точным, глаза Уитни — некогда всегда закрытые — теперь впервые были полностью открыты.

----------

Тьма

— Ха-ха, ха-ха-ха...

Императрица, издав пустой смешок, сама того не осознавая, уставилась на неописуемое существо перед собой и медленно попятилась.

— ...чёрт.

Но поскольку она и так уже сидела на краю кровати, пути к отступлению у неё изначально не было.

Лишь звуконепроницаемая стена, превратившаяся в ловушку, приветствовала Императрицу.

— Кукловод.

Императрица, вжавшаяся в стену, в холодном поту позвала своего союзника.

— Ки, ки-хи-хит...

— Кукловод!

— П-подожди! Я всё ещё контролирую!..

При этих словах плюшевый мишка, неприятно ухмылявшийся, внезапно начал размахивать лапками и бормотать заклинание, когда Императрица закричала.

Ша-ра-рак—

В тот же миг со всех сторон расползлись чёрные нити и начали впиваться в Уитни.

— Хе-хе... у меня достаточно маны. Я могу просто выкачивать жизненную силу из людей в этом заведении...

Пока нити обвивали Уитни, плюшевый мишка, подкравшийся к Императрице и наблюдавший за её реакцией, прикрыл рот и снова жутко хихикнул.

— Хмф.

— Кик? Ч-что?

Но по какой-то причине Уитни, глядя сверху вниз на плюшевого мишку, внезапно улыбнулся — улыбкой, куда более тревожной, чем у самой куклы.

Щёлк—

А мгновение спустя Уитни лёгким движением взмахнул пальцем вверх, прежде чем Императрица или Кукловод успели среагировать.

— !?

— !?

— Ит!?

Это одно простое движение перевернуло всю ситуацию.

— Нет, не может быть...

Чёрные нити, что связывали Уитни, заизвивались, как змеи, и поползли к Императрице и плюшевому мишке, которые всё ещё находились на кровати.

— Гах! Э-это мои нити! Они сделаны из идеальных волокон, извлечённых из моих шедевров!..

Глубоко уязвлённый голос донёсся от плюшевого мишки, когда тот с пустым видом посмотрел вверх, но было уже слишком поздно.

— Ки-и-ик!

Чёрные нити уже предали своего хозяина, схватив плюшевого мишку и туго связав его в воздухе.

— Хах.

И Императрица не стала исключением.

— ...крепко же они обвились.

Императрица мгновение поборолась, пытаясь вырваться из связывающих её чёрных нитей, но вскоре поняла, что это бесполезно, и, расслабив тело, вздохнула.

— Но скажи мне — что это за глаза у тебя?

Затем, спокойно подняв голову, Императрица прямо задала Уитни вопрос.

— Когда ты начал скрывать такую силу?

— ...

— Это то, что они называют «Силой Господства»?

Хоть слова и были произнесены из положения проигравшей, вопрос Императрицы попал в точку.

С тех пор, как Уитни осознал странную силу, обитающую в нём, как бы он ни старался последние несколько дней, он не мог ею толком воспользоваться.

Та подозрительная аура, которую Уитни всё это время бессознательно излучал — одно лишь обладание ею позволяло ему по своему желанию управлять всеми монстрами и тьмой в мире.

Это была всепоглощающая мощь силы Короля Демонов, давно исчезнувшая из мира и теперь воплощённая в Уитни.

— Я всегда подозревала, что ты такой же, как я, но никогда не думала, что ты можешь активировать силу такого уровня таким простым толчком...

— ...ха-ах.

Хоть на её лице и было слабое горькое выражение, Императрица, бормоча, всё ещё улыбалась, но вскоре даже эта улыбка исчезла.

— А ты много болтаешь.

Уитни, теперь совершенно серьёзный и переставший говорить вежливо, внезапно схватил Императрицу за подбородок.

— Не привыкла, чтобы с тобой так обращались?

— ...

— Хах, что ж, Ваше Величество всегда стояла над всеми.

Вынужденная смотреть вверх, Императрица сделала слегка униженное лицо, но всё равно встретила взгляд Уитни прямо.

— Но скажи мне — что произойдёт, когда твой благородный статус немного запятнается?

— ...

В тот миг, как эти слова сорвались с уст Уитни, в глазах Императрицы промелькнула эмоция.

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

— ...ха-ха.

Пристально наблюдая, Уитни понизил голос и начал шептать с презрением в глазах.

— Ваше Величество. Я вижу вас насквозь. И я готов положить конец вашему времени, когда мне будет угодно.

Хоть он и вернулся к вежливой речи, голос Уитни был пронизан жутким холодом, не похожим на его обычный тон.

— Если не верите, я докажу это своей собственной рукой.

— ...постойте!

— Прошу прощения, что осмелился коснуться императорского тела, Ваше Величество.

Императрица, инстинктивно вздрогнувшая, вскрикнула, увидев, что Уитни тянется к её бедру, но было уже слишком поздно.

З-з-зз—

В тот момент, как рука Уитни коснулась её, на её бедре ярко проступило чёрное клеймо.

То самое клеймо, которое когда-то носила Руниэль, с которой обращались как с рабыней после её падения — Метка Раба.

Естественно, это был гротескный символ, который никогда не должен был оказаться на теле самого благородного человека Империи.

— Всего лишь бывшая рабыня, взошедшая на высший престол Империи...

— ...

— Ваше Величество — поистине самая дерзкая кукушка, когда-либо оказывавшаяся в гнезде Империи.

Уитни мягко погладил клеймо и прошептал голосом, полным веселья, и Императрица, молча сверлившая его взглядом, наконец заговорила со смиренным выражением:

— ...прежний Император, мой брат, на самом деле не был моим кровным родственником.

Но Уитни не был заинтересован в её истории и продолжил, перебивая её.

— Конечно, не был. Ты была его тенью, служанкой, которую он лично воспитывал с юных лет, верно?

— ...

— Но как только ты пробудила способность, известную как «Подчинение Разума», всё изменилось.

Услышав это, Императрица ошеломлённо уставилась на Уитни.

— Королевский дворец всегда был закрытым местом. Стоило лишь подделать воспоминания нескольких людей, особенно прежнего Императора — и ты могла с лёгкостью претендовать на титул Первой Принцессы.

Уитни, теперь стоящий прямо перед ней со слегка опущенной головой, и вправду, казалось, видел всё насквозь, как и говорил.

— И на этом ты не остановилась. Ты даже преуспела в тщательно спланированном перевороте. Поистине, какими славными были те дни.

— ...да, были.

— Но потом кто-то узнал твой секрет — один из лидеров тёмных магов, который начал тайно с тобой сближаться.

Императрица, до этого момента подавленная давлением Уитни, наконец нахмурилась и заговорила, когда разговор дошёл до этой точки.

— Ты знаешь слишком много...

— ...

— Я не виню тебя за то, что ты оказался в такой ситуации. Но... откуда ты всё это знаешь?

Уитни молча посмотрел на Императрицу сверху вниз, а затем спросил.

— Хочешь знать?

— ...нет.

Почувствовав в нём зловещую ауру, Императрица покачала головой, и Уитни, внимательно наблюдая за ней, слабо усмехнулся.

— Ха-ха... мудрый выбор.

— ...?

— У меня почти появилась ещё одна причина устранить тебя прямо здесь.

Только тогда Императрица поняла причину зловещего чувства, которое преследовало её некоторое время.

— ...о чём вы говорите, сэр Уитни?

— Вы притворяетесь, что не знаете, Ваше Величество?

Уитни, с широко открытыми глазами, опустил голову ещё ниже и встретился взглядом с прищуренными глазами Императрицы, шепча:

— Сегодня, здесь, в этом месте, мы с вами сражались, используя всё, что у нас было. Каждый из нас поставил всё на кон в битве умов.

— ...

— В результате дни славы Вашего Величества подошли к концу. Пьеса окончена, и занавес упал.

От Уитни теперь исходила жажда крови, которую она никогда прежде не чувствовала.

Это выходило за рамки простого холода или пробирающего до костей страха — казалось, он превратился в само зло.

Это была кардинальная трансформация для чего-то столь простого, как открытие глаз, но она была неоспоримо реальной.

— Если ты убьёшь меня здесь, у тебя тоже будут проблемы.

— ...ха-ха, вы это серьёзно?

Несмотря на то, что Императрица, осознав суть ситуации, покрылась холодным потом, она всё же попыталась спокойно образумить Уитни.

Но его ответ был ледяным.

— Вы уверены, что этот инцидент просто спишут на одну из многих нераскрытых таинственных смертей в Империи?

— Ха-ха-ха... Ваше Величество, вы ведь понимаете, что сейчас не время для высокомерия.

Обычно Императрица и бровью бы не повела на такие угрозы, даже с клинком у горла.

Но теперь её единственная надёжная способность — её мощнейшая техника, «Око Промывки Мозгов» — была нейтрализована. И её постепенно истощал всепоглощающий страх, который излучала пробудившаяся сущность Уитни.

Даже железная правительница, Лилия Уинтер Клаус, достигала своего предела.

— ...

Вш-ш-ш—

Внезапно рука Уитни скользнула к шее Императрицы.

— ...Кх?

Императрица вздрогнула, думая, что он пытается её задушить, но, поняв, что всё ещё может дышать, в замешательстве посмотрела на него.

— Если так посмотреть... у Вашего Величества на самом деле есть и милая сторона.

Всё ещё держа её за шею, Уитни мягко улыбнулся и пробормотал.

— Да ты смеешь...

— ...но я никогда не говорил, что отпущу тебя.

— ...хк.

Императрица, собиравшаяся в гневе огрызнуться на откровенную насмешку, замолчала в тот момент, как рука Уитни сжалась лишь немного сильнее.

— Хорошо.

Уитни не сжимал так, чтобы задушить, но и не ослаблял хватку.

Это был просчитанный ход, заставлявший её постоянно осознавать, что её жизнь в его руках, и выражение унижения на лице Императрицы стало ещё глубже.

— ...сэр, я признаю поражение.

Но Императрица, под стать своему сомнительному происхождению, была проницательна и способна отложить свою гордость в сторону.

— Чего вы хотите? Я дарую это, что бы это ни было.

Поняв, что её жизнь теперь полностью зависит от прихоти молодого человека перед ней, она немедленно перешла к покорным переговорам.

— Ты всё ещё, похоже, не понимаешь.

Казалось, Уитни намеревался полностью сокрушить даже её последний клочок достоинства.

— Вместо того чтобы объединяться с такой змеёй, как ты, не будет ли мне выгоднее посадить на трон милую принцессу Катарину?

Уитни, снова с пугающе серьёзным лицом, сжал шею Императрицы сильнее, и её лицо начало бледнеть.

— Разве не так, Ваше Величество?

— ...

— Пожалуйста... на этот раз, поймите ситуацию правильно. Прежде чем эта ваша прелестная белая шейка сломается.

Этим последним ударом Уитни довел её до края, и Императрица, закрыв глаза, наконец прошептала едва слышным голосом.

— ...хорошо. Пожалуйста, позвольте мне жить.

При звуке её голоса, наполненного смирением, губы Уитни наконец скривились в едва заметной усмешке.

— Если хочешь жить, докажи свою ценность.

— ...

— Дай мне нечто более ценное, чем удовлетворение от твоего убийства здесь и сейчас.

Императрица, молча что-то прикидывая, прикусила губу и уставилась на Уитни.

— Прямо сейчас.

Но когда Уитни холодно прошептал в ответ, устремив на неё свои пробуждённые глаза, она вздохнула и заговорила:

— ...есть лишь одно, что я могу предложить вам в данный момент.

— И что же это?

— Это будет... чувство предательства.

В следующее мгновение губы Уитни изогнулись в широкой, довольной улыбке, когда он посмотрел на неё сверху вниз.

----------

Король Демонов

— Ха-ах, ха-ах...

Леди Мередия с несколько сбившимся дыханием шла вперёд, а затем вдруг с нервным выражением огляделась по сторонам.

— ...чёрт.

Она отчётливо ощущала присутствие Уитни вдалеке, но лабиринт, возникший из-за изменившейся структуры заведения, и не думал заканчиваться.

Конечно, Мередия, чьи способности специализировались на разрушении и огневой мощи, могла, по крайней мере, использовать ясновидение.

— Ки-ки-ки-ки!

— Ки-хи-хи-хи...

Проблема была в том, что комнаты, появившиеся вместе с лабиринтом, были заполнены куклами-обманками, выглядевшими как точные копии Уитни и Императрицы.

И хотя те, что выпрыгивали на неё каждый раз, когда открывалась дверь, не были ровней леди Мередии, они всё же были призванными существами одного из руководителей Теневого Союза и оказались весьма назойливыми.

Скрип—

Мередия, снова расправляясь с выскочившими из комнаты куклами, тихо стиснула зубы, и её глаза налились кровью.

«Может, просто уничтожить всё разом...»

Учитывая ту ужасающую ауру, которую она ощутила мгновение назад, Мередия была крайне обеспокоена, предполагая, что действительно случилось нечто серьёзное.

Именно поэтому она на миг задумалась о том, чтобы взорвать всё заведение целиком и забрать побитого Уитни, чтобы быстро всё уладить.

Но Мередия вскоре покачала головой, пересматривая своё решение.

«...единственная его положительная черта — это лицо».

Конечно, если бы публика, знавшая, насколько пугающе лицо Уитни, услышала это, они бы не поверили своим ушам, но Мередия была совершенно серьёзна.

Честно говоря, вид Уитни, чьё лицо было частично скрыто маской, который она видела ранее, был в точности в её вкусе.

И хоть беспокойство о том, не покроется ли это лицо шрамами, было не совсем уместно в такой отчаянной ситуации, ничего не поделаешь.

В конце концов, любовь — это нечто достаточно сильное, чтобы в одно мгновение превратить в дуру даже самую умную женщину в мире.

— КИ-И-И-И-ИК!

«Надо было остановить Императрицу на аукционе раньше...»

Она создала красный янтарь и выстрелила им, словно картечью.

Быстро уничтожив приближающихся кукол, Мередия прикусила губу и снова двинулась вперёд.

«Я тоже могла бы заплатить двенадцать миллиардов...»

По правде говоря, двенадцать миллиардов были состоянием, которое целые дворянские семьи не смогли бы собрать, объединив все свои богатства.

Но для Мередии это была другая история.

Будучи единственной наследницей единственного в Империи герцогского дома, она утопала в богатстве, унаследованном от бесчисленных предприятий и состояний, уходящих корнями в прошлое.

На самом деле, эта ошеломляющая финансовая мощь — не считая политического влияния — была единственной вещью, которая леди Мередии действительно нравилась в её семье, которую в остальном она презирала.

«Что именно Императрица пытается сделать с Уитни?»

Проблема заключалась в том, что единственный человек в Империи, способный превзойти Мередию и в силе, и в богатстве, только что купил её мужчину.

Конечно, Мередия также знала, что быть купленным Императрицей было частью плана Уитни.

Но разве тот факт, что Императрица с самого начала знала их обоих в лицо, не выходил за рамки ожидаемого сценария?

И теперь, когда она думала об этом месте не просто как о сомнительном клубе с вычурным названием, а как о чём-то более тёмном, тревога Мередии только росла.

«Всё, что я когда-либо делала — это держала его за руку...»

Она вдруг вспомнила тот раз, когда он, с некоторым опозданием, поцеловал её в щеку, но сейчас дело было не в этом.

Шорох—

— ...?

Как раз когда лицо Мередии начало омрачаться от беспокойства, что-то внезапно вскарабкалось ей на плечо.

— А-а?

Повернув голову, не задумываясь, чтобы посмотреть на своё плечо, Мередия вся задрожала и издала несвойственный ей писк.

Это был паук, которого она смутно помнила откуда-то, и теперь он шевелил своими лапками, усевшись на её плече.

— ...?

Застыв с бледным лицом, не в силах даже закричать, Мередия медленно нахмурилась.

— Чёрт!

Было достаточно отвратительно, чтобы её передёрнуло, но паук на её плече вдруг поднял одну лапку, указывая на правую развилку коридора.

— Ты... говоришь мне идти туда?

Мередия с неохотой на лице наконец поняла, что это тот самый монстр, которого она видела в академии, прирученный Уитни.

— ...фу, ладно, только перестань двигаться.

Пока паук радостно покачивал тельцем из стороны в сторону, Мередия, подавляя желание стряхнуть его, с нечеловеческим терпением двинулась в указанном направлении.

«Но это как-то странно».

Именно в этот момент Мередия с недоумением склонила голову.

«Почему я не чувствую от него той чудовищной ауры?»

При их первой встрече, хоть он и был приручен, паук всё равно излучал чистую демоническую энергию. Но теперь паук на её плече, казалось, источал знакомую белую ауру — не простого монстра.

Это напомнило ей кого-то вроде той чересчур театральной главы, которую она встретила в Люмен Ордо. Нет, здесь была примешана и нотка тьмы.

В таком случае, из тех, кого знала Мередия, оставался лишь один подозреваемый. Да — Святая, которая должна сейчас отсиживаться в Святом Королевстве...

Шаша-шак—!

— А-а-а!

Как раз когда Мередия глубоко задумалась, нахмурив брови, лапка паука внезапно коснулась её лица, заставив её вскрикнуть от шока.

— Проклятый паук!

Хоть она и начала сверлить паука убийственным взглядом, существо лишь склонило голову и указало на другую развилку.

— ...ха-ах.

Чувствуя себя немного сдувшейся, Мередия побрела по указанному пауком пути, бормоча себе под нос.

«Серьёзно, сколько же народу за тобой охотится».

И как раз когда она это пробормотала, вид глазами паука действительно передавался в реальном времени кому-то в Святом Королевстве.

Но это уже другая история.

***

Сколько времени она шла с помощью паука?

— ...хм.

Наконец, дойдя до тупика, Мередия с опаской посмотрела на одинокую дверь перед собой и сказала.

— Если это ловушка, я оторву тебе все лапы.

— ...!

— Ах, не лезь внутрь пока!

Когда паук съёжился от резкой угрозы Мередии и попытался укрыться в её рукаве, она инстинктивно повысила голос со смущённым выражением, не доходя до своей обычной холодной манеры.

Кью-ю-у—!

— ...ха—ах.

Видя, как паук снова взбирается на её плечо и начинает качаться из стороны в сторону, Мередия глубоко вздохнула.

В этот момент её глаза, казалось, на мгновение вспыхнули красным.

Треск—

Дверь перед ней медленно начала покрываться трещинами.

— Хах, так здесь всё-таки был барьер.

В то же время Мередия заметила сложные иероглифические письмена, светящиеся на двери, что подтверждало наличие магической печати, и, усмехнувшись, шагнула вперёд.

Дзынь—!

Когда она протянула руку и положила ладонь на барьер, тот недолго подрагивал, а затем полностью разлетелся на куски, осыпавшись на пол.

«Я не собираюсь повторять ту же ошибку».

После трудностей во время промежуточных экзаменов в академии, Мередия на всякий случай потратила время на самостоятельное изучение магических барьеров.

Её метод взлома магических печатей грубой физической силой, полностью игнорирующий общепринятые магические системы, был решением, до которого могла додуматься только она.

Бум—!

Так или иначе, теперь между ней и Уитни стояла лишь простая деревянная дверь, и Мередия небрежно вышибла её ногой.

Возможно, это было не совсем подобающее поведение для благородной дочери герцога, но Мередия также была грозным мастером боевых искусств, способным одолеть большинство рыцарей без использования магии.

— Уитни!

Ворвавшись в комнату, она поспешно позвала Уитни, в полной уверенности, что найдёт его терзаемым Императрицей.

— ..?

Но затем на её лице практически появился вопросительный знак.

— ...миледи.

То, что Уитни был невредим — это одно, но сцена в комнате была довольно странной.

— Вы опоздали, да? Ха-ха...

— ....!?

У ног Уитни, небрежно сидевшего на краю кровати, ничком лежала женщина в причудливом косплейном наряде, и он на неё наступал.

— Ч-что это, чёрт возьми?..

— ...хм.

Ещё более странным было то, что в одной руке он держал поводок, прикреплённый к ошейнику женщины.

— Чем именно ты здесь занимался?

— ...кто знает?

— Нет, постой. Ты...

Но даже с учётом всего этого, самой вопиющей деталью было то, что глаза Уитни — были широко открыты, когда он смотрел на неё.

— Ты можешь открывать глаза?

— ...аха-ха-ха.

— ...

— Леди Мередия, нет, та самая Миледи, иногда бывает очень милой, когда делает такое лицо.

— ...

— Не находите? По крайней мере, я так думаю.

Голосом, полным смеха, произнёс Уитни с широко открытыми глазами, и прежде чем Мередия успела раскритиковать то безумие, которое он творил, её тело вздрогнуло.

«...что происходит?»

Уитни всегда отпускал детские шуточки, от которых у Мередии по коже бегали мурашки.

Но на этот раз в его тоне слышались едва уловимые властные нотки, и он был куда более собранным, чем обычно.

— Н-не шути так.

— Мм, понял.

— Тогда не мог бы ты, пожалуйста, объяснить, что именно произошло?

Хоть на мгновение и растерявшись, Мередия быстро пришла в себя и спросила.

— Мой разговор с Императрицей прошёл довольно хорошо.

Ответил Уитни со спокойной улыбкой.

— Мой козырь сработал. Отныне Императрица будет безоговорочно с нами сотрудничать.

Хотя его тон вернулся к обычному, и улыбка выглядела так же, как и всегда, в воздухе вокруг Уитни с открытыми глазами всё равно витало что-то зловещее.

— ...ладно, я поняла.

Если бы перед ним стоял кто-то другой, а не Мередия, у него, возможно, подкосились бы ноги, просто услышав его голос.

— А что насчёт этой женщины?

Мередия, не поддаваясь давлению, мгновение смотрела в глаза Уитни, прежде чем опустить взгляд и спросить.

— Почему ты на неё наступаешь?

Женщина, одетая в наряд, более подходящий для захудалого ночного клуба, не произнесла ни слова, её лицо всё так же было прижато к полу, за исключением редких подёргиваний.

— О, она одна из агентов Императрицы... пыталась напасть на меня, пока мне угрожали.

— ...значит, одна из теней Императрицы.

— Да, так что я её нейтрализовал.

Мередия кивнула, казалось, принимая объяснение Уитни, продолжая подозрительно разглядывать женщину.

— ...и что это за нелепый наряд?

— Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Она была замаскирована под одну из сотрудниц здесь — вполне подходит для кого-то из теней, не находите?

— А ошейник?

— В комнате не было инструментов для её удержания, так что я импровизировал.

— ...хм.

Мередия задала ещё один вопрос, затем снова с подозрением посмотрела на Уитни, но вскоре отвела взгляд.

— Подозрительно, но ладно. Я тебе доверяю. Ты не из тех, кто будет дурачиться в подобном месте.

— Ха-ха...

— Я, честно говоря, думала, что вы с Императрицей затеяли что-то вместе.

Пробормотала она с сухим смешком, находя собственное подозрение забавным.

— Да ни за что эта гордая женщина не наденет что-то столь нелепое, да ещё и с собачьим ошейником.

— ...

— Кроме того, цвет волос другой, да и метка раба имеется.

Чем больше она говорила, тем сильнее, казалось, подёргивалась женщина, но нога Уитни делала её движения почти незаметными.

— В общем, эта женщина действительно пыталась на тебя напасть?

— ...

— ...как смела низшая тварь совершить такую дерзость.

С внезапной холодной улыбкой Мередия шагнула к женщине, лежащей под ногой Уитни.

Шлёп—!

Схватив её за волосы, она влепила женщине пощёчину, и на мгновение её глаза яростно задрожали.

— Знай своё место.

Холодно прошептала ей на ухо Мередия.

— Аха-ха-ха...

И в то же время Уитни с весёлым шёпотом наклонился с другой стороны.

— «Каково это, Ваше Величество?»

----------

Приручение

— Ну что ж. Теперь всё улажено?

— Да, вроде того. Полагаю, да.

— Отлично. Раз так, то я спокоен.

Выместив злость на поверженной Уитни женщине, Мередия замерла, с сомнением осмысливая случившееся, а затем выпрямилась.

— ...настораживает, что всё прошло так гладко.

Её взгляд случайно упал на плюшевого мишку, безвольно лежавшего на полу, но Мередия почти сразу вновь посмотрела на Уитни.

«...я решила ему довериться».

Хотелось спросить, почему от игрушки исходят слабые следы магии, но она уже сделала свой выбор — верить Уитни без остатка.

— Ах, да. Тот «инцидент» во время отбора рыцарей… это всё-таки была Императрица?

— Точно.

Но вялая реакция Уитни на столь простое подтверждение слегка пошатнула выстроенное Мередией доверие.

— Я совсем забыл об этом спросить.

Однако от Уитни исходил такой несокрушимый напор — совсем не как обычно — что даже его бормотание теперь звучало так, будто за ним скрывается нечто большее.

— Ты вообще о чём думаешь?

— Ха-ха…

— Что ж, если твои слова — правда, то теперь перед нами открыты все пути.

И всё же, судя по её опыту общения с ним, Мередия поверила, что Уитни просто допустил оплошность. Она вздохнула и сменила тему.

— Как только представлю, что эта тварь творила у меня за спиной, так сразу мурашки по коже.

— ...кх.

Всё ещё ворча, Мередия не сдержала гнева и пнула лежавшую рядом женщину в бок, вырвав у той стон, полный странного унижения.

— В следующий раз, когда увижу её, я заставлю её вкусить позора.

— ...

— ...что? Какие-то проблемы?

Закончив, Мередия смерила женщину ледяным взглядом. Та снова плотно сжала губы.

— И всё же будь осторожна. Пусть технически это и победа, но Императрицу не стоит недооценивать.

— ...да. С этим согласна.

Уитни, молча наблюдавший за сценой, бросил тихое предостережение. Мередия вновь подняла на него глаза и кивнула.

— Но… если мы так быстро расправились с таким противником…

— ...

— Значит ли это, что скоро нам предстоит столкнуться с кем-то ещё более ужасным?

На её проницательное замечание Уитни лишь ответил безмолвной улыбкой.

— Ты уверен, что справишься?

— Аха-ха…

— Нет, забудь. Даже спрашивать не хочу.

Видя его неизменную улыбку, Мередия вздохнула и покачала головой.

— ...кстати, насчёт твоих глаз.

Она замолчала, подошла к Уитни и вновь заговорила.

— Разве ты раньше не держал их закрытыми?

Затем она осторожно протянула руку и коснулась уголка его глаза.

— ...почему ты спрашиваешь?

— Ничего особенного. Не бери в голову.

Заметив на её лице редкое беспокойство, Уитни спросил тихим голосом, но Мередия замялась и уклонилась от ответа.

— К чему этот вопрос? Просто скажи.

— ...твои глаза — это своего рода спусковой крючок?

— ...

— Ну, знаешь… как мои Самоцветные Глаза.

Поколебавшись, Мередия всё же задала вопрос.

— В этом нет никакого риска? Ты не перенапрягаешься?

— ...

— Это ведь не как то запечатывающее заклинание, что ты использовал в прошлый раз… оно ведь не поглощает твою жизненную силу?

Уитни улыбнулся и ответил:

— Нам ещё детей рожать и жить долго и счастливо, так что это не вариант.

— ...ха-а.

Лишь услышав эту чушь, Мередия с облегчением вздохнула и отступила на шаг.

— ...на миг мне показалось, что-то изменилось, но в глубине души ты всё тот же.

— ...прости?

— Неважно. Забудь.

И пока Уитни недоуменно склонил голову, Мередия слабо пробормотала.

— И всё же… я думала, что с маской было лучше, но когда они открыты… это довольно притягательно.

— Ха-ха…

— ...не пойми превратно. Это комплимент, а не оскорбление.

Уитни криво улыбнулся, потирая место, которого она коснулась. Обеспокоенная тем, что он может неверно её истолковать, Мередия поспешно добавила и стала следить за его реакцией.

— Угх.

Но когда губы Уитни медленно изогнулись в улыбке, она поняла, что он всё это время её дразнил. Вздохнув, она отвернулась.

— В общем, я пойду. Скоро рассвет.

— О, уже уходишь?

— Судя по всему, сопровождение тебе больше не требуется. А если нас здесь увидят вместе, поползут странные слухи. Это будет нехорошо для тебя… то есть, для нас.

На это Уитни состроил притворно-разочарованную мину.

— А давай выйдем вместе, чтобы нас точно заметили?

— ...разве это не будет ещё более странно?

— Ха-ха, теперь, когда ты сказала — да.

Мрачно ответив, Мередия осознала, что Уитни без умолку поддразнивал её с самого начала. Её лицо потемнело, и она гневно на него посмотрела.

— ...что ты собираешься с ней делать?

Затем она бросила взгляд на женщину, на которой всё это время стоял Уитни.

— Я разберусь с ней как следует.

— ...

— Ха-ха, что это за взгляд?

Несмотря на ответ Уитни, произнесённый с убийственным хладнокровием, Мередия, неопытная в своих первых отношениях, соображала с трудом.

— Я тебе доверяю, ясно?

— Да.

— Не вытворяй ничего странного, понял?

Она снова отвернулась, на её лице отразилась тревога. Уитни не смог сдержать смешок, прикрыв рот рукой.

— ...очаровательно.

— Ха-а. Я, должно быть, сошла с ума.

Слегка покраснев, Мередия поспешила к выбитой ею же двери и выскользнула наружу.

— ...

И наступила тишина.

— Что ж, теперь мы остались вдвоём.

В этой тишине безобидная улыбка, которую Уитни показывал Мередии, испарилась с его лица, когда он холодно заговорил.

— И всё же… Ваше Величество, ваш истинный облик так же прекрасен.

— ...

— Должно быть, утомительно постоянно менять цвет волос и глаз с помощью магии.

Прошептав это, он провёл пальцами по показавшимся волосам Императрицы — той самой женщины, которую он топтал. Наконец, она произнесла сквозь стиснутые зубы.

— Теперь ты доволен?..

— Хм-м, не совсем. Надо бы докрутить момент.

— ...ха-а.

Уитни бесстрастно пробормотал, и Императрица, дёрнув бровью, подняла своё опухшее лицо.

— Что теперь? Собираешься провести меня по улицам на поводке?

Её щека всё ещё алела от пощёчины Мередии. Она говорила дерзко, но при её словах глаза Уитни на миг сверкнули.

— О?

— ...ты ведь это серьёзно?

От её подозрительного тона она сама слегка вздрогнула и с опаской посмотрела на Уитни.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество. Я не опускаюсь до такой низости. В отличие от Вашего Величества, которое заставило немало подчинённых совершить поистине унизительные поступки.

Уитни нежно гладил её волосы, но внезапно с силой дёрнул поводок в своей руке.

— Хотя, если подумать… провести Императрицу по улицам на поводке может быть не так уж и плохо…

— ...кх.

Ошейник мгновенно затянулся, перекрывая ей дыхание.

— ...но это может подпортить мою репутацию. Не просить же об этом Руниэль или Паршу.

— !?

Он поиграл поводком, словно она была каким-то зверьком, а затем отпустил и небрежно перевернул Императрицу ногой.

— Жаль. Думаю, придётся обойтись этим.

— Ч-что ты…

Прежде чем она успела возразить, Уитни взобрался на неё.

— ...зачем ты трогаешь это место?

— О, это чувствительная точка?

Он снова потянулся к её бедру, заставив её в тревоге уставиться на него.

— Что ж, это шрам прошлого, который не стереть… символ позора. Конечно, он чувствителен. Какая неосторожность с моей стороны.

— ...для того, кто говорит такое, ты слишком уж его наглаживаешь… (п.п. шо происходит, бл*ть...)

Когда её лицо постепенно исказилось от стыда…

Трес-с-ск—!

Раздался внезапный разряд тока от метки на её бедре.

— ...Х-хк?

Стон вырвался из её губ прежде, чем она успела его сдержать, и её лицо скривилось от боли.

— Ты… не говори мне…

— ...знаете, было бы расточительством просто так бросить столь сложное клеймо тёмной магии.

Чёрный дым начал сочиться из метки на её ноге, обвивая руку Уитни.

— С тех пор как покойный Император поставил на вас Метку Раба… давненько я её не видел, а?

— П-прекрати!..

— ...ха-ха.

Она прекрасно понимала, что это значит. Её панический крик разнёсся по комнате, но было уже слишком поздно.

— Мой меч, моя верная подчинённая — она пострадала из-за вас.

— !..

— По сравнению с этим… цена невелика, не правда ли?

Уитни наклонился, его лицо оказалось прямо перед её, и от него исходило ужасающее давление.

Фшшшш—

Метка Раба на её бедре, давно бездействовавшая, забурлила чёрным дымом, впечатывая в свою пустоту имя нового хозяина.

— Ха-ха-ха… вот это да.

— ...

— Кто в здравом уме станет порабощать Императрицу?

Ошеломлённо глядя в пустоту, Императрица разразилась беспомощным смехом.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество. Я не заставлю вас драить полы в особняке или что-то в этом роде.

— ...

— Это всего лишь… мера предосторожности.

Всё ещё сидя на ней, Уитни сузил глаза и прошептал:

— Если вы попытаетесь навредить мне… или моей семье… или моей невесте…

— ...

— ...или если вы хотя бы подумаете о том, чтобы снова сблизиться с тёмными магами — тогда у меня не останется выбора, кроме как использовать это клеймо.

Императрица молча слушала, а затем горько улыбнулась.

— Прости, но последнее… может быть мне не по силам.

— ...хм? И почему же?

— Мои отношения с тёмными магами — что ж, это уже не просто взаимный интерес. Я увязла слишком глубоко.

Бровь Уитни дёрнулась.

— Если я разорву связь первой… они начнут копать.

— ...тогда не беспокойтесь.

Он снова нежно погладил её по голове, мягко шепча на ухо.

— Как ваш верный подданный, я сам разберусь с этими тёмными магами.

— ...хах.

Императрица вздрогнула, моргнула и посмотрела на него неожиданно мягким взглядом.

— В таком случае… что я должна делать с этого момента?

— Хм-м. Хороший вопрос.

Уитни замолчал, будто не думал об этом, а затем широко улыбнулся.

— ...станете колонией дома Лингард?

И мгновение спустя…

— ...Ха-ха-ха-ха-ха!

Дикий хохот вырвался из уст Императрицы.

— Так ты и вправду не собираешься становиться моим мужем?

— Ха-ха. Слишком большие мечты… для рабыни.

— ...А-ха-ха-ха!

В тот миг, когда высочайшая женщина Империи пала в руки злодейского сына графа.

— И тебя зовут Героем героем? Мир обречён.

— ...спасибо за комплимент.

К слову, этот злодей технически тоже был Героем.

----------

Колония

— Ха-а…

Несколько дней спустя после моего визита в тёмный переулок для встречи с Императрицей.

Я сидел в своём кабинете в особняке, разбирая документы, и, тяжело вздохнув, откинулся на спинку кресла.

«Что, чёрт возьми, произошло…»

Дело было не в том, что работа была особенно напряжённой. К управлению поместьем я уже привык, да и, по правде говоря, большую часть дел теперь вела Парша. Для справки: то, на что у меня уходил час, Парша заканчивала за десять минут. Просто безумная эффективность. Будь это современный мир, она бы взлетела по карьерной лестнице со скоростью ракеты.

«Так что же случилось в тот день?..»

В общем, вздыхал я не из-за бумаг, а из-за того, что произошло во время разговора с Императрицей несколько дней назад.

«...почему всё так расплывчато?»

Я отчётливо помню, как меня выставили на всеобщее обозрение, словно вещь, под бесстыдными взглядами аристократок, а затем меня купила и утащила Императрица. После этого я помню наш разговор и то, как меня загнали в угол, когда появился её союзник-Кукловод — поэтому я решил использовать свой «последний козырь».

Проблема в том, что всё, что было дальше, туманно и неясно.

Из-за слабого здоровья я никогда толком не пил, но в обмороки падал достаточно часто, чтобы знать, каково это, когда «плёнку обрывает». Это была не полная потеря памяти, а скорее обрывочные, мутные клочки воспоминаний — словно помехи на чистом изображении.

«Я разговаривал с Императрицей... потом внезапно появилась леди Мередия... а после этого... собачий поводок?»

Беда в том, что даже эти обломки воспоминаний не помогают мне сложить цельную картину.

Ш-ш-шх—

Единственная моя зацепка — фотография, хранящаяся в записывающем шаре, который каким-то образом оказался у меня в кармане, когда я пришёл в себя.

«...»

От одного взгляда на этот снимок по спине пробегает холодок.

«Что это, чёрт побери?..»

В хрустальном шаре был запечатлён я в покоях Императрицы: моя нога стоит на какой-то женщине, которую я даже не узнаю, а на её шее — поводок.

«Что, вашу мать, я натворил, чтобы в итоге получить такую фотографию?..»

Она одета в унизительный наряд для косплея — с собачьими ушками и хвостом — и я понятия не имею, кто она и почему я на неё наступаю.

Если это магический эквивалент алкогольной амнезии, то у меня серьёзные неприятности. Если леди Мередия увидит меня в таком виде — ведущим столь развратный образ жизни — она тут же влепит мне пощёчину и потащит на развод. (Хотя мы ещё даже не женаты).

— Вспоминай, вспоминай, вспоминай…

В холодном поту я попытался привести себя в чувство, ударившись головой о стол. Безуспешно.

— Ч-что же нам делать?

— Может, стоит войти?

— Нет, мы ничего не слышали… совсем ничего…

Вместо этого до меня доносился лишь нервный шёпот новых горничных и Саши за дверью кабинета.

Они теперь что, воспринимают меня как какую-то городскую легенду?

— Господин, что-то не так?

— ...а, хм-м.

Пока я неловко почёсывал затылок, Парша, всё так же склонившаяся над своим столом, внезапно задала мне вопрос.

— Ничего особенного. Ха-ха…

— Вот как?

Честно говоря, покажи я Парше эту фотографию, она бы, вероятно, сразу во всём разобралась. Но я ни за что не стал бы показывать такое кому-то, кто являлся мне практически младшей сестрой. Я со слезами на глазах покачал головой.

— Тогда я вернусь к…

— ...постой, Парша. У тебя кровь из носа.

— О... ну вот опять.

Присмотревшись, я увидел, что из носа Парши ручьём течёт кровь.

— Я всё же думаю, тебе стоит отдохнуть. Нет, я приказываю тебе идти отдыхать.

Я пытался уговорить её мягко, но, увидев гору пропитанных кровью салфеток рядом с её столом, неверующе покачал головой.

— А что мне делать во время отдыха?

— ...эм, может, заведёшь себе хобби?

— У меня нет хобби!

Слушая её, я всё больше чувствовал себя злобным начальником, который до смерти загоняет ребёнка.

— Парша, давай поговорим…

— О! Хотя, полагаю, у меня есть нечто, что можно назвать увлечением!

Вытирая нос салфеткой, Парша вдруг оживилась, и её глаза заблестели.

— И что же это?

— Читать газеты!

— ...газеты?

Не самое типичное хобби для девочки её возраста, но я был рад, что у неё хоть что-то есть.

— Ха-ха, я тоже люблю газеты. Узнаёшь новости со всего…

— Дела об убийствах, пропавшие без вести и нераскрытые преступления — вот это вещь!

— ...чего?

Видимо, причины её любви к газетам были… весьма своеобразными.

— Иногда я даже сама раскрываю некоторые преступления! Это хорошая разминка для ума во время перерывов. Хе-хе.

— ...понятно?..

— Знаете, я мысленно раскрыла уже тринадцать серийных убийств и старых «висяков»? Сообщать о них я, конечно, не собираюсь — зло не должно творить добро, в конце концов…

Стоит ли мне её поощрять, раз она так увлечена?.. И всё же, о каком «зле» она говорит?

— Но вот это дело — я просто не могу понять!

Пока я размышлял над её словами, Парша внезапно протянула мне сегодняшнюю газету, её глаза всё ещё горели от волнения.

— ...хм?

Заинтригованный тем, какое дело не поддалось даже Парше, я взглянул на статью — и удивлённо склонил голову.

[«По всей Империи распространяются подозрительные плакаты, направленные против Первого Принца»

«Я знаю величайшую тайну Первого Принца».

Эти странные плакаты, впервые замеченные в тёмных переулках, начали одновременно появляться по всей Империи.

Как ни странно, на них нет ничего, кроме вышеупомянутой фразы — никаких дополнительных подробностей.

Некоторые считают это жестокой шуткой, но другие утверждают, что масштаб слишком велик для простого озорства.

Отдельные личности хмыкают, говоря, что: «Первый Принц вечно влипает в скандалы, так из-за чего шум?» — за что получают резкие упрёки от Императорского дворца…]

Читая статью, я не мог сдержать сухого смешка. Автор пытался представить реакцию так, будто она исходит от «отдельных личностей», но я был готов поспорить, что 90% Империи думают именно так.

«И всё же… это немного тревожит».

Будь я несведущим обывателем, я бы подумал так же. Но я-то знаю секрет Первого Принца… точнее, Первой Принцессы. Неужели она снова оплошала и раскрыла свою маскировку?

«Может, стоит её проведать в ближайшее время…»

Если подумать, для той, кто называла меня своим другом, она что-то совсем не выходила на связь. Не то чтобы я этого хотел. Справляться с её хаотичной натурой — та ещё работка.

— Э-э, нам войти!?

— Н-надо же передать сообщение…

Я барабанил пальцами по столу, погружённый в мысли, когда услышал шёпот горничных за дверью и, вздохнув, сказал.

— ...входите.

— Ик!

— О-он нас услышал!

Даже если дверь закрыта, если вы стоите прямо за ней и бормочете, я, конечно же, вас услышу.

— А-а, здравствуйте… г-господин…

— М-мы с экстренным сообщением!..

— Да-да.

Всё так же подпирая подбородок рукой и любезно улыбаясь, я смотрел, как они дрожа входят в кабинет, и тихо вздохнул.

«Такое чувство, будто Саша каким-то образом размножилась».

Ну, в этом есть доля правды: Саша теперь главная горничная, и число её дрожащих последовательниц, похоже, растёт. Она всё ещё вздрагивает от каждого шороха, но, может, через пару лет наберётся немного выдержки.

— П-принц…

— Прошу прощения!?

Погружённый в свои мысли, я резко вернулся в реальность от их слов. Внешне я не дёрнулся, но внутренне — определённо да.

— П-прибыл Первый Принц!

— ...ах.

Ну конечно. Мои мрачные предчувствия никогда не обманывают.

— Не может быть…

Не дослушав их, я бросился к окну и распахнул его.

— Уитни Линга-а-ард!!!

И вот он — громогласный крик издалека, зовущий меня по имени.

— Помоги мне-е-е!!!

— ...

— Мы же друзья-я-я!!!!!

На секунду я был в одном шаге от того, чтобы захлопнуть окно и приказать развернуть гостя. Но я стиснул зубы и выдавил улыбку.

— Это мой друг. Прошу, проводите его внутрь.

— Ик! Д-да, сэр!

— ...и сообщите персоналу, чтобы готовились принять Его Высочество.

Ух. Я уже чувствую приближение очередной катастрофы, связанной с Катариной. И всё же, иметь её на нашей стороне может быть… полезно? В конце концов, в последней стычке с Императрицей я одержал победу. Так есть ли смысл вкладывать ещё больше сил в Катарину?

«Чёрт, снова эти тёмные мысли».

Она, конечно, та ещё головная боль, но, честно говоря, её даже немного жаль. Если уж она попала в заголовки газет, то, как у Первого Принца, у неё должна быть дюжина помощников, но вместо этого она без всякой поддержки бежит сюда. Глядя, как она мчится ко мне, промокшая под дождём… она почти как мокрый щенок. Сердце немного сжимается.

Ладно, будь что будет. Если я помогу ей в этот раз, может, смогу потом попросить что-нибудь взамен…

— Эм, господин.

Как только я взял себя в руки и вышел из кабинета, Саша, высунув своё бледное личико, сказала заплаканным голосом.

— ...Его Высочество, эм… попытался силой прорваться в особняк.

— ...

— И-и он начал драться с рыцарями дома Лингард.

— ...да вы издеваетесь.

Беру все свои мысли обратно.

***

— Хм-м-м…

Тем временем в лесной глуши, прямо перед поместьем Лингард…

— Прибыл нежданный гость.

Восседая на чёрном волке, прошептала женщина с леденящей улыбкой. С её пальцев струилась тёмная энергия, когда она поглаживала гриву зверя.

— И всё же, план должен быть исполнен.

Это была не кто иная, как правая рука Теневого Собрания, та, что вышла на Уитни через Люмен Ордо.

— Пришло время Теневого Собрания, сэр Уитни.

Мастер тёмной магии и коварный стратег.

Теневая Ведьма.

----------

Беглянка I

ГРОХО-О-ОТ—!

Услышав, что наследная принцесса Катарина дерётся с рыцарями графского дома, я в панике сбежал вниз — и в тот же миг, как я прибыл на место, меня накрыла волна головокружения, заставив на секунду зажмуриться.

— Н-не пускайте её!!

— Это какая-то сумасшедшая, выдающая себя за принца!!

И неважно, что горничные во главе с Сашей обливались потом, пытаясь остановить хаос в саду, который они с таким трудом так красиво украсили — ещё немного, и наш новоиспечённый рыцарский орден арестовали бы на месте за оскорбление величества.

— П-почему вы меня останавливаете!!!

— ...

— Сэр Уитни!!! Неужели вы всё-таки меня бросили!!!

Разве наши рыцари не были элитой, способной продержаться против Руниэль хотя бы пару раундов? И всё же, при каждом взмахе меча наследной принцессы, моих воинов разносило, словно осенние листья.

— Г-где капитаны!?

— Г-госпожа Руниэль сейчас тренируется во дворе с командирами отрядов!

— Тогда живо за ними!

Вот оно что — их просто не было на месте. Будь здесь все три капитана и Руниэль, они бы, вероятно, уже усмирили даже Катарину. И всё же, вместо того чтобы сразу бросаться в бой, не умнее ли было сначала доложить им? Создать свой рыцарский орден — это, конечно, прекрасно, но, видимо, он всё ещё на ранней стадии.

Таких болезней роста следовало ожидать.

— Ха-ха, господа. Давайте-ка опустим мечи, хорошо?

Выбора не было. Пришлось вмешаться лично.

— Г-господин! Это опасно!..!

Я шагнул вперёд, чтобы спасти своих с таким трудом набранных рыцарей от казни за ранение члена королевской семьи, но юный воин бросился мне наперерез.

— ...я сказал, опустить мечи.

— Н-но эта нарушительница полубезумна, кто знает, на что она способ—!

— Ха-ха.

Когда я посмотрел на него и рассмеялся, он резко замолчал и, заметно вздрогнув, отступил на шаг.

«Что я сделал?»

Для рыцаря он выглядел совсем юным, и, судя по его глазам, он, похоже, был в ужасе от меня. Я в последнее время стараюсь избегать недопониманий, так что же происходит теперь?

— Как рыцари, мы все знаем, что заставлять господина вмешиваться лично — верх непочтительности.

Тем не менее, сказать то, что нужно, было необходимо, поэтому я натянул самую добрую улыбку, на которую был способен, и начал.

— Но что важнее… так это повиновение приказу своего господина.

— !..

— Разве вы не согласны?

Я даже улыбнулся глазами, но, видя, как его плечи начинают дрожать, я начал думать, что что-то снова пошло не так.

— П-простите меня…

— ...как тебя зовут?

— Д-Дэниел. Я был седьмым номером на последнем собеседовании…

Помолчав, я тихо повторил его имя и понизил голос.

— Дэниел, не нужно так напрягаться.

Обычно я бы добавил пару комплиментов, но времени не было, да и любое лишнее слово могло лишь усугубить ситуацию, так что я был краток.

— Я буду за тобой присматривать.

— ...

— ...удачи.

Ну уж это, уж точно, не вызовет недопонимания.

— ...он его пометил.

— Он его пометил.

— Точно пометил.

Оставив позади шепчущихся рыцарей — и Дэниела, чьё лицо теперь подозрительно напоминало лицо Саши — я повернулся и подошёл к всё ещё дующейся наследной принцессе.

— Ваше Высочество. Давно не виделись.

— А? А, да.

— Прошу прощения, но могу я спросить, почему вы устраиваете здесь эту сцену?

Наконец опустив меч, Катарина подошла ко мне с надутыми губами, на которых было написано «вопиющая несправедливость».

— Сэр Уитни! Дело в том, что..!

— Я уже здесь, так что, пожалуйста, постарайтесь успоко—

— Эти люди не пускали меня в особняк!

Она подошла вплотную, нервно теребя руки, словно отчитанный ретривер. Я не мог не вздохнуть.

— Я им ясно сказала, что я Первый Принц Империи! Если вы меня не бросили, то что это за выучка у ваших рыцарей!?

— ...может, вас никто не узнал из-за вашего нынешнего вида?

— Э?

Всё так же улыбаясь, я незаметно подал знак одной из горничных принести ей зеркало.

— А. А-а-а…

Выражение её лица изменилось, когда она увидела своё отражение — шокирующе убедительную маскировку под бродягу, которую она, очевидно, наложила на себя сама.

— Ох, точно. Я же под прикрытием.

— Да. Под таким, какое встретишь разве что в тёмных переулках.

Ошарашенно уставившись на своё отражение, а затем украдкой взглянув на меня, наследная принцесса вдруг просияла.

— ...виновата!

— Ха-ха…

Что ж, по крайней мере, она не разбрасывается королевскими указами о наказании наших рыцарей за государственную измену или что-то в этом роде. Она может быть глупа как пробка, но трудно сказать, её ли это природный темперамент или настоящая невинность.

— Н-но видите ли… мы, э-э…

— ...?

— ...мы всё ещё друзья, да? Ведь да?

Пока я сдерживал желание покачать головой, сохраняя улыбку, она нервно прошептала, не сводя с меня глаз.

— ...ну так что?

— Что?

— Я имею в виду, для того, кто якобы мой друг, ты никогда не звонишь и не пишешь…

Честно говоря, я мог бы просто кивнуть и покончить с этим, но что-то в этом казалось мне поражением, поэтому я почесал затылок и пробормотал.

— Если подумать, Ваше Высочество, разве вы меня просто не используете?..

— Ох.

— ...что ж, полагаю, это неизбежно. Учитывая нашу огромную разницу в социальном статусе, трудно быть настоящими друзьями.

— Сэр Уитни!

Она посмотрела на меня с тревогой, а затем вдруг отчаянно повысила голос:

— Если желаете, я дарую вам право… обращаться ко мне на «ты»!

— ...

— И-и ещё! Право ходить рядом со мной на публике!

...разве так не поступают обычные друзья? Даже такой человек, как я, проведший полжизни в больнице, это знает.

— А! Или… мне бросить быть принцем?

— ...пожалуйста, не надо. Эта часть довольно важна.

— А. Т-точно.

Ситуация становилась абсурдно занимательной, так что я решил дать ей немного поболтать. Её метания постепенно сменились хмурым видом.

— Т-так… я больше не могу быть твоим другом?..

— ...ха-ха.

Признаюсь, мне было даже забавно наблюдать, как она извивается. Но я уже был готов дать ей поблажку.

— Я-я даже принесла подарок для своего друга…

— ...подарок?

Она поспешно развязала ремень на поясе, вытащила меч и протянула его мне.

— Вот. Это тебе.

— Что это?

Ошеломлённый, я уставился на клинок — пока её следующие слова чуть не заставили меня подпрыгнуть на месте.

— Это меч второго Героя!

— ...что!?

Почему здесь то, что существовало лишь как слухи!?

***

— ...это…

— Что скажете? Руниэль, Парша.

Я бросился обратно в особняк с мечом и передал его эксперту по героям, Руниэль, и эксперту по анализу, Парше.

— Что ж, скажу первой… определённо есть признаки того, что это может быть меч второго Героя.

— О-о-о.

— Хотя он выглядит чистым и ухоженным, этот меч был выкован как минимум несколько сотен лет назад. — Парша серьёзно рассматривала его. — И внутри дремлет священная аура. Хотите попробовать подержать?

— А? Ой, горячо!

Я инстинктивно отдёрнул руку от внезапного разряда энергии, и губы Парши изогнулись в хитрой улыбке.

— Как я и думала… вы и вправду Король Демонов, которому я должна служить.

— ...чего?

— Чувствуете небесную энергию?

— Не уверен… но точно не хочу его больше трогать.

Она снова бормотала что-то зловещее, но затем лучезарно улыбнулась, будто ничего не произошло. Я нахмурился и ответил.

— Ладно. Значит, мы не можем исключать возможность, что это действительно меч второго Героя.

— М-мне может не хватать должной квалификации, но… если я осмелюсь высказаться… — Следующей была Руниэль. — Это определённо меч второго Героя. Он соответствует описаниям из различных записей и легенд.

Руниэль, знающая о героях больше, чем кто-либо, кого я встречал, говорила с убеждённостью. Я не мог сдержать радостного вздоха.

— Значит… это одна из священных реликвий Героя?..

В оригинальной игре Реликвии Героя были ультимативным оружием для победы над Мередией, ставшей Королём Демонов. Но если бы одна из них была у меня сейчас, история могла бы пойти совсем в другом направлении.

— ...нет. Это совершенно другое.

Но суровый ответ Руниэль тут же разбил эту мысль.

— Реликвия Героя — это высшее оружие, которым может владеть лишь Герой той эпохи. Никакой Король Демонов не устоит перед ней.

— Да. И именно поэтому мы должны его заполучить и уничто— э-э, я имею в виду, немедленно использовать. — Парша чуть не проговорилась, но быстро исправилась.

Но сейчас дело было не в этом.

— Тогда это…

— ...этот меч, похоже, утратил свою силу как Реликвия. Новая Реликвия должна быть где-то в мире.

Пока я разочарованно хмурился, Руниэль мягко взяла меня за руку и, встав на цыпочки, заглянула мне в глаза.

— Если бы это была настоящая Реликвия, вы могли бы серьёзно пострадать только что!

— ...правда?

— Конечно, я бы не попросила вас прикоснуться к ней, будь это так! — Откликнулась Парша.

Дразнила она меня или нет, было неясно, но, судя по сияющему взгляду Парши, я предпочёл верить, что это было подбадривание.

— И всё же это не значит, что меч бесполезен. — Продолжила Руниэль, немного утешив меня. — Этот меч — незаменимый исторический артефакт и сам по себе первоклассное оружие. Я могу за это поручиться.

Это определённо было сокровище, которое стоило иметь.

— Ха-ха. Никогда бы не подумал, что у меня окажутся мечи и первого, и второго Героев одновременно…

— Но… что вы собираетесь с ним делать? — Серьёзно и настойчиво спросила Руниэль. — Нельзя же просто позволить ему пылиться. Некоторые богатые идиоты покупают легендарные мечи и запирают их в витринах — таких нужно казнить…

Её голос становился всё более страстным, а под конец от неё и вовсе исходила жажда убийства.

— ...кхм. Прошу прощения.

— Ха-ха…

— И всё же, пожалуйста, не губите этот меч…

Она быстро вернулась к своему обычному преданному тону, но было ясно — Руниэль во всех смыслах была одержима мечами.

— Хорошо. Тогда я отдам его своей сестре.

— ...это тоже подходит.

Я не хотел, чтобы меня обезглавили, поэтому решил подарить меч своей любимой младшей сестрёнке. Глаза Руниэль, казалось, слегка поникли от разочарования, но у неё уже был меч первого Героя. Нельзя быть жадной.

— Что ж… давайте перейдём к главному вопросу.

Когда ситуация наконец прояснилась, я повернулся к гостье, которая всё это время неловко ждала, и улыбнулся.

— Чем могу помочь, Ваше Высочество?

— Ну… видите ли…

Честно говоря, я был готов выполнить любую её просьбу, учитывая бесценный подарок, который она мне только что преподнесла.

— ...мне нужно, где переночевать.

— ...простите?

То, что вылетело из её рта, чуть не сбило меня с ног.

— Я сбежала из дома.

— ......!?

Что вы такое несёте?

----------

Беглянка II

На мгновение я ошеломлённо замер от оглушительной новости, что слетела с губ принцессы Катарины, но наконец пришёл в себя и заговорил.

— Итак… вы сбежали из дома.

— Именно так!

— Другими словами, единственная наследница трона Империи… бежала из Императорского дворца?

— Угу!

Я переспросил, потому что был слишком ошарашен, но Её Высочество лишь кивнула с сияющей улыбкой.

— Не говорите мне, что ваш наряд так выглядел не потому, что вы маскировались…

— Верно! Я спала на улицах!

Только тогда я понял, почему её так называемая маскировка сегодня выглядела столь неопрятно. Это была вовсе не маскировка — просто сбежавшая из дома девушка, ничего не знающая о мире и докатившаяся до жизни бездомной.

— И где же вы всё это время обитали?

— Хм-м, ну, я вышла на улицу… и пошла на рынок. Там было много переулков, где можно спрятаться.

— Должно быть, было опасно одной… хотя, наверное, нет.

На миг я задумался, могла ли хрупкая на вид девушка в таком наряде безопасно бродить по таким местам, но затем услышал стоны рыцарей с первого этажа и тут же поправил себя. Кажется, из-за её жалкого вида, пока она, одетая как нищенка, украдкой поглядывала на меня, я напрочь забыл, что для победы над Её Высочеством потребуется кто-то посильнее даже Руниэль.

— А как вы справлялись с едой и кровом?

— Н-ну. Я заползала спать туда, где не было людей… а еда…

Послушно отвечая на мой шквал вопросов, Её Высочество внезапно покраснела и опустила голову.

Гр-р-р-р—

В следующий миг из её живота донеслось слабое урчание.

— ...я просто голодала.

— ...

— Н-но я всё равно не могла заставить себя украсть чью-то еду.

Сказав это с заплаканным лицом, Её Высочество теперь выглядела так жалко, что, даже учитывая все её прошлые проступки, на неё было тяжело смотреть.

— Принесите печенье и чай.

— А! Это для меня?!

— ...разумеется.

— Огромное спасибо, сэр Уитни! Вы снова и снова спасаете мне жизнь!

И вот, когда я заказал у горничной лёгкую закуску, Её Высочество, уже готовая расплакаться, внезапно схватила меня за руку и начала трясти её с дикой благодарностью.

— Прошу прощения…

— О-о-о!

Но это продолжалось недолго. Как только горничная поставила на стол угощение, которое я заранее приготовил для гостя, она расширила глаза и бросилась к тарелке.

Ням-ням-ням-ням—

Я молча наблюдал, как она с ужасающей скоростью запихивает печенье в рот, раздув щёки, как хомяк, и, сухо усмехнувшись, снова заговорил:

— Не ешьте так быстро. Если внезапно наесться на пустой желудок, это может плохо сказаться на вашем…

— ...я обожгла язык!!!

— Ох.

И поскольку Её Высочество решила ответить именно в этот момент, крошки печенья разлетелись во все стороны, так что я просто закрыл рот и смотрел, как она ест.

— Ф-фух…

— Теперь вам лучше?

Несколько минут спустя. Как только она наконец закончила трапезу и с блаженным выражением откинулась на спинку стула, я снова обратился к ней.

— Так вот… вот что такое дружба?..

— ...

— Это и правда согревает сердце…

Всё ещё сияя улыбкой с крошками на губах, пробормотала себе под нос Её Высочество.

«…возможно, она и вправду прожила жизнь куда более жалкую, чем моя».

Даже у меня, человека без особых связей в обществе, в этой жизни была Тиффани как подруга детства и леди Мередия как возлюбленная. Но если подумать, её с рождения заставляли жить как мужчину, и как члену королевской семьи — к тому же, Первой Наследнице Империи — у неё вряд ли когда-либо был настоящий друг. Ну, за исключением того самого лорда Майера, который манипулировал ею, притворяясь другом, а затем выбросил, как только она стала бесполезна.

— Я-я, вообще-то, сначала пыталась как-то продержаться, знаете.

— И?

— Но, эм…

Пока я наблюдал за ней, она вытерла крошки с губ рукавом, а затем вдруг посмотрела на меня потухшим взглядом и продолжила:

— Ночью было так холодно, понимаете?.. Я никогда не знала, что мир снаружи становится таким холодным, когда темнеет.

— ...ха-ха.

— А-а один раз я проснулась, потому что почувствовала что-то рядом… и встретилась взглядом с крысой.

Замолчав, она слегка вздрогнула от воспоминания, затем робко взглянула на меня и продолжила.

— И мне вдруг стало так грустно, и я начала реветь… и именно в тот момент я подумала о вас.

— Понимаю.

— Так вот, эм… кажется, я так и не получила ответа.

Её голос стал едва слышным шёпотом:

— М-можно я останусь здесь ненадолго?

Честно говоря, если найдётся кто-то, кто сможет отказать ей после всего этого, у него, вероятно, нет ничего человеческого.

— Я, безусловно, могу предложить другу кров.

— С-сэр Уитни…

И когда я сказал это с улыбкой, глаза Её Высочества расширились и вскоре наполнились слезами. Горничные поблизости, напротив, побледнели, услышав мои слова — но иногда приходится делать то, чего не хочется.

— Но прежде я должен кое-что спросить.

Тем не менее, мне нужно было сначала кое-что прояснить.

— Причина, по которой вы сбежали, случайно… не связана с этим?

— ...ах.

И я развернул первую страницу газеты, которую мне дала Парша, и как только Катарина увидела её, её лицо стало белым как полотно. Судя по реакции, было ясно — принцессе Катарине никогда не стоит играть в психологические игры вроде азартных.

— Д-да…

Как и ожидалось, Её Высочество, нервно вспотев, кивнула и призналась.

— Я не знаю, кто это, но тот, кто расклеил эти плакаты, определённо знает, кто я…

— ...всему персоналу, пожалуйста, покиньте комнату. Вас, управляющие, это тоже касается.

В этот момент у меня не было иного выбора, кроме как выпроводить всех из комнаты. Не потому, что я не доверял своим людям, а потому, что должен был проявить к Её Высочеству минимальное уважение.

— ...хе-хе.

Перед тем как уйти, Парша просунула голову в дверь и хитро мне улыбнулась — похоже, по крайней мере один человек уже обо всём догадался.

— Вы же не можете быть уверены, что речь именно об этом, верно?

— Хм?

— Я имею в виду… Ваше Высочество, откровенно говоря, вы не склонны создавать чуть больше проблем, чем обычно?

Оставшись наедине с Её Высочеством, я начал говорить то, что мог сказать только друг, а не подданный.

— Так что нельзя утверждать, что речь определённо о вашем роковом секрете.

Например, может, кто-то узнал другой, менее значимый секрет… или плакат был просто розыгрышем.

— М-можете взглянуть на это?

Но тут она, помедлив, вытащила из плаща письмо и протянула его мне, заставив меня отбросить эту мысль.

«Если ты откажешься от права на престол, я не раскрою тайну, скрытую под твоими бинтами».

Передо мной оказалось письмо, составленное из вырезанных букв, словно из детективного романа.

— Если речь о бинтах, то это может означать только одно!

— ...пожалуйста, не поднимайте одежду.

Пока я серьёзно читал письмо, Её Высочество, как и в прошлый раз, внезапно начала без задней мысли задирать блузку, заставив меня поспешно отвести взгляд.

— Постойте, вам так неприятно видеть моё тело? Я хоть и выгляжу хрупкой, но слежу за собой… смотрите, даже пресс есть…

— ...так или иначе, именно получение этого письма заставило вас сбежать?

Всё ещё не имея ни малейшего чувства такта, Её Высочество продолжала говорить, так что я насильно сменил тему.

— Д-да. После того, как я его получила, всё стало таким пугающим… — Её лицо почти мгновенно помрачнело. — П-письмо было… оставлено на моей подушке в моей комнате.

— Хм…

— Я, может, и глупа, но я понимаю, что это значит. Это значит, что враги повсюду, не так ли!?

Её голос дрожал, пока она говорила, опустив голову и делая глубокие, прерывистые вдохи.

— Да… у меня никогда и не было никого на моей стороне. В Императорском дворце всегда было так…

— ...

— Честно говоря, последние несколько дней я мёрзла и голодала… но по крайней мере на душе было спокойно. Ха-ха…

Услышав это, у меня не было больше причин давить на неё.

— ...ничего не поделаешь.

И я, тихо вздохнув, снова заговорил, заставив поникшие ушки Её Высочества встрепенуться.

— Оставайтесь здесь. Я прикажу приготовить вам комнату.

— Кх… ух…

И когда я закончил, её тело начало дрожать.

— Уа-а-а-а-а…

— ...ха-ха.

Затем она разрыдалась и бросилась ко мне в объятия.

— Ваше Высочество? Пожалуйста, отпустите на секунду.

— ...уа-а-а-а…

— Ваше Высочество?

Я хотел похлопать её по спине и утешить, но у меня была очень веская причина этого не делать.

«...»

Платиновая канарейка, молча наблюдавшая из окна, теперь смотрела на меня не моргая.

«Ха-ха-ха…»

Было предельно ясно, кому принадлежит эта величественная птица, явно обученная какой-то знатной семьёй — и от этого по моей спине пробежал холодок.

***

— Хе-хе, сэр Уитни. С этого момента я на вашем попечении.

— ...да.

— Обещаю, однажды я отплачу за эту услугу!

Наконец, хаос утих, и Её Высочество, снова улыбаясь, схватила меня за руку и звонко воскликнула.

— Одного этого подарка уже более чем достаточно…

— Нет! Если я однажды стану Императрицей… я оставлю вас прямо рядом с собой!

Я хотел спросить, что именно она имела в виду, но возникло нечто более срочное.

— Кстати, Ваше Высочество. Вам не нужно принять ванну?

— Хм?

— Для члена королевской семьи появляться в таком состоянии — это уже слишком для меня как для хозяина дома.

Даже человек благородного происхождения неминуемо начнёт пахнуть после нескольких дней бездомной жизни.

— А, это звучит здорово!

— Да, я пришлю горничную, чтобы…

— Тогда давайте примем ванну вместе!

— ...прошу прощения?

Я намеревался поскорее отправить её в ванную, чтобы восстановить чистоту, но эти слова снова повергли меня в ступор.

— Разве это не нормально для друзей — укреплять свою связь, купаясь вместе?

— ...возможно, это и так, но…

— Тогда в чём проблема?

Она это серьёзно?

— Мы разного пола, Ваше Высочество.

— ...а?

Когда я прошептал это, обливаясь нервным потом, Её Высочество расширила глаза и глубоко задумалась.

— Но… хм-м, меня с детства воспитывали как мужчину…

— Дело не в этом.

— Я бы не возражала, если бы это были вы, сэр Уитни?

— ...что ж, а я возражаю.

Столкнувшись с её бесстыдным ответом, мне ничего не оставалось, как вытолкать Её Высочество в сторону ванной.

— Ну, тогда ничего не поделаешь…

— Ха-ха…

— Если передумаете, просто дайте знать!

...может, стоит попросить горничных когда-нибудь просветить её на тему гендерных различий? Если нет, у нас может случиться настоящая катастрофа.

— Ха-а…

— Г-господин.

— ...Саша?

Отправив Её Высочество в ванную и наконец расслабленно вздохнув, в дверь внезапно просунула голову Саша.

— Простите, но… прибыл ещё один гость.

— Гость? Но на сегодня никого не запланировано…

Я склонил голову и проверил список встреч, но застыл на месте от её следующих слов.

— ...она, эм, говорит, что она «Теневая Ведьма»?

Второй, незваный гость прибыл — в самое неподходящее время.

----------

Ведьма I

— Теневая Ведьма… почему именно сейчас?..

— …г-господин?

— Что ж, это просто… ха-ха-ха…

На миг я нахмурился от новости о её внезапном появлении, а затем выдавил кривую усмешку. К слову, это было не от радости — это был тот самый смех, что рождается от полного смирения с абсурдностью происходящего.

— Как там рыцарский орден?

— П-половину из них уже унесли…

— …ха-ха-ха-ха.

Прямо сейчас рыцари, которые должны были защищать поместье, были наполовину выведены из строя — спасибо нашей неугомонной принцессе Катарине. Может ли быть, что время было выбрано намеренно, рассчитано так, чтобы прибыть сразу после этого хаоса? Если так, то Теневая Ведьма не просто сильна, но и умна. А это… проблема.

— Г-господин, вы куда?..

— …подожди здесь секунду.

Так или иначе, учитывая ситуацию, я решил сделать лучший ход из возможных и направился вглубь комнаты.

— Тебе, пташка — я всё доверяю тебе.

А именно, я собирался привязать записку к лапке платиновой канарейки, которая не сводила с меня ястребиного взгляда из окна.

«Не хочу увязнуть в нескольких неприятностях одновременно».

Хоть поместье Эмбегрин и находилось на приличном расстоянии от нашего, это по крайней мере установило бы временные рамки для действий Теневой Ведьмы. Это лучше, чем ничего. Меня одного может не хватить, но у нас есть Руниэль, недавно нанятые командиры отрядов и даже Её Высочество, которая только что нанесла первый серьёзный удар по нашему рыцарскому ордену. Как-нибудь… мы справимся.

Чирик—

С этой мыслью я привязал записку к лапке канарейки. Гордая птичка искоса взглянула на меня — словно говоря: «конечно, я же питомец аристократа» — и с достоинством взмахнула крыльями, вылетая в окно.

Трес-с-ск—!

Но как только она начала взмывать в небо, её тело внезапно окутал чёрный дым, а в следующий миг в воздухе сверкнула искра.

— Чирп!..

Пошатнувшись в воздухе, канарейка с болезненным писком поспешно вернулась в мои руки.

— Это…

Ошеломлённый, я с застывшим на лице недоверием посмотрел в небо.

Бз-з-з—,

Всё поместье Лингард теперь было окружено полупрозрачным теневым куполом с лёгким чёрным оттенком. Учитывая имя, которое упомянула Саша, нетрудно было догадаться, кто сотворил это безумие.

«…она действительно явилась лично».

Согласно моим знаниям из оригинальной игры, такой масштабный теневой барьер был не под силу Теневой Ведьме, если бы она использовала лишь проекцию. А значит, номер два среди тёмных магов — та, что так и не раскрыла себя до самого конца — теперь была здесь.

— Г-господин..!

Пока я стоял с мрачным лицом, дверь внезапно распахнулась, и в комнату вбежала бледная как полотно Руниэль.

— На нас напали! Нарушитель, похоже, тёмный маг…

— Мне уже известно.

Но мой взгляд был устремлён не на неё, а на ту, что стояла рядом.

«...»

Там стояла Парша, утратившая свою обычную дерзость, с лицом белым как снег, нервно грызущая ногти.

— …хфф.

Когда наши глаза встретились, Парша на миг замерла, а затем прошмыгнула за мою спину, чтобы спрятаться.

— Руниэль. Отвечай честно.

— …да, господин.

— Если ты, три командира отрядов и Её Высочество объедините силы… сможем ли мы их сдержать?

Я не хотел пугать Паршу ещё больше — было ясно, что её ПТСР дало о себе знать — но как глава дома я должен был спросить Руниэль о наших шансах.

— У большинства рыцарей мало шансов против мага.

— ...

— Конечно, если есть значительная разница в способностях, всё может быть иначе. Но если уровень мастерства сопоставим, чаша весов склонится не в нашу пользу. — Выражение лица Руниэль потемнело.

Справедливое замечание. В прошлый раз, когда мы столкнулись с Теневой Ведьмой, у нас было преимущество своего поля в Люмен Ордо, плюс Тиффани Астелайд и леди Мередия — обе выдающиеся по силе личности. И даже тогда это была лишь проекция. Да, в оригинальной истории даже «Великая Тень» — глава тёмных магов — относилась к ней с осторожностью и часто уступала. Она была одной из сильнейших во всём мире.

Руниэль в последнее время приблизилась к своему былому пику, и Её Высочество Катарина тоже была не слаба. Но расклад сил здесь был… очень плохим.

— А если я присоединюсь?

— …как ваш меч, я буду вынуждена это позволить.

Технически я всё ещё был белым магом — а белая магия является естественным противовесом тёмной — хоть я об этом и подзабыл. Но у Руниэль было своё мнение.

— Ваша белая магия, насколько я понимаю, всё ещё нестабильна.

— ...

— Если вы будете сражаться в таком состоянии, я не могу гарантировать, что вы выживете.

Она была права. Но это не означало, что я мог просто сидеть и смотреть, как поместье захватывают.

— Вот же чёрт…

Пробормотал я, морщась и пытаясь найти выход из этого тупика, как вдруг…

— Кхм, кхм!

Из коридора за открытой дверью донеслось громкое, нарочитое покашливание.

— …люди! У кого-то неприятности?

— ...?

— Если так, я могу помочь!

Я обернулся и увидел… горничную, которая только что энергично натирала пол тряпкой, а теперь выпрямилась во весь рост с гордым видом, выпятив грудь.

— Кто?..

Мы все ошарашенно уставились на неё, и тут в моей голове наконец что-то щёлкнуло.

«Ах, точно».

Финальный босс сюжетной ветки Отборочного Турнира Талантов — после поражения её передали Папе, а тот отправил её сюда служить горничной: Архидемон Азраэль.

— Ты всё ещё здесь?

Теперь, полностью привыкнув к стирке и мытью полов, с огрубевшими от работы руками, это именно она только что заговорила.

— …не говорите мне.

Когда я с опозданием пробормотал это, Азраэль на секунду застыла, а затем спросила.

— Вы же не забыли, что я здесь, так ведь? Никто из вас?

При этих словах все в комнате, включая меня, инстинктивно отвели глаза.

— Эй, аы! Я вообще-то была правой рукой Короля Демонов, знаете ли! А?

— ...

— Серьёзно?! Вы все забыли?

Увидев, что её глаза начинают наполняться слезами, я поспешно заговорил.

— Ха-ха-ха… знаете ли, последнее оружие лучше всего прятать на самом видном месте.

— …п-последнее оружие?

— Как бы то ни было, у нас есть кое-что, для чего ты идеально подходишь.

К счастью, она шмыгнула носом и с любопытством посмотрела на меня.

— В поместье вторгся один неприятный враг, видишь ли.

— …если так, то я в этом эксперт.

— О, тогда идеально.

Видя, как она бормочет, внимательно наблюдая за мной, я любезно улыбнулся и протянул демону руку.

— Одолжишь мне свою силу?

Она моргнула, а затем пулей метнулась ко мне и прильнула.

— К-конечно, Третий Король Демонов.

— …прошу прощения?

— А как ещё мне вас называть? Хе-хе.

Она даже вильнула своим демоническим хвостом, принимая просьбу. Но этот титул… звучал как-то не так.

— …давай пока без «Короля Демонов».

— …а, простите.

— …просто зови его «Господин». — Прошептала ей на ухо Парша, но и это было не совсем верно.

Каким-то образом эти люди начали относиться ко мне как к следующему Королю Демонов, а не как к одинокому белому магу и поборнику справедливости, которым я был. Воистину несправедливо. Где ещё в мире можно найти такого праведного и миролюбивого человека, как я?

— Но, Третий Король Демонов… вы стесняетесь? Зачем отвергать такой славный титул?..

— …я всё слышу.

— Кхк.

***

Несколько минут спустя.

— Г-господин, вы… х-хык.

— …ха-ха.

Когда я шёл в сад, где, предположительно, ждала Теневая Ведьма, юные горничные дрожали от ужаса при одном моём виде.

— Не обращайте внимания на ту, что позади меня.

Азраэль, теперь в полной демонической форме, а не в обычном наряде горничной, стояла рядом со мной со злобной ухмылкой.

— А-ух, ух…

— …н-нельзя смотреть.

— Г-госпожа Саша сказала закрывать глаза и уши, когда такое происходит.

Горничные, разинув рты от шока, внезапно крепко зажмурились и заткнули уши руками.

— Ха-ха-ха… не то чтобы это поможет.

— Ик.

— Нет, я имею в виду… ничего такого серьёзного, так что не нужно так реагировать. — Невольно пробормотал я, но быстро поправил.

— Проще просто стереть память свидетелям…

— …тихо.

— Ай. Тц…

Конечно, Азраэль, теперь в полной боевой готовности, облила мои слова холодной водой, за что получила щелбан по лбу, пока я продолжал идти вперёд.

Дрог-дрог-дрог—

Горничные, очевидно, восприняли мой голос как какое-то испытание, так что я решил, что лучше быстро исчезнуть, пока не стало хуже.

— …обязательно было так одеваться?

— Это подарок от Первого Короля Демонов, между прочим.

— Ха-а-а.

— Может, и не выглядит так со стороны, но у него очень высокие показатели защиты.

Её наряд, который прилагался к полной демонической трансформации, был слишком непристойным, чтобы показывать его невинным детям.

— Но скажи — ты действительно уверена в себе?

— Простите?

— Вон та особа впереди. Ты справишься, если что-то пойдёт не так?

Хоть я и старался не комментировать её вид, сейчас она была моим единственным спасательным кругом, так что я должен был задать этот вопрос.

— Вы серьёзно меня об этом спрашиваете, Король Демо— то есть, господин?

— …да.

Для контекста: я оставил Руниэль, рыцарей и Её Высочество в поместье. Это делало Азраэль моим единственным телохранителем, и я даже обращался к ней вежливо.

— Совместимость тёмных магов и демонов в подавляющем большинстве случаев на стороне демонов. Вы что, не понимаете, почему тёмные маги так одержимы их призывом?

— …полагаю.

— Ха-а, ну и начинающий Король Демонов...

Азраэль, теперь слишком довольная собой, бросила на меня ленивый, самодовольный взгляд.

— Демоны — высшие существа, превосходящие любую расу.

— ...

— Раньше тёмные маги ранжировались по тому, насколько могущественного демона они могли призвать, знаете ли?

Мне казалось, что она слишком загордилась, и хотелось поставить её на место, но в её словах, похоже, не было лжи.

Верно.

Просто в первый раз она слишком легко попалась, из-за чего казалась ненадёжной. Но она, без сомнения, была высокоуровневым демоном. Теневая Ведьма, возможно, и вправду…

— А-ха-ха-ха-ха!

— !..

— Вы привели с собой весьма забавную спутницу.

Пока тьма в воздухе сгущалась всё сильнее, я пытался успокоить себя этими мыслями, но леденяще-жизнерадостный голос впереди заставил меня замереть на месте.

— Прошу, присаживайтесь, сэр Уитни.

На почётном месте за чайным столиком — месте, обычно предназначенном лишь для леди Мередии — сидел кто-то с чашкой в руке.

— Чай в этом поместье очень хорошего качества, не правда ли?

— ...

— О? Вы приберегли его для своей невесты? Фу-фу-фу.

Высокий остроконечный колпак. Чёрный плащ. Старая метла, стоящая рядом со столом.

— …что вы делаете? Я сказала, присаживайтесь.

Одетая в самый что ни на есть стереотипный наряд ведьмы, девушка выглядела ровесницей Саши, но чёрной магии, что исходила от неё, было достаточно, чтобы заполнить всё поместье.

Гу-у-у-у-у—

Такого никак не ожидаешь от кого-то, кто выглядит так молодо.

----------

Ведьма II

— Так, значит, вы и есть Теневая Ведьма?

— …а по мне не видно?

— Ну, не похожи.

Следуя её намёку, я сел, но не ослаблял бдительности и, сверля её взглядом, продолжил.

— Почему бы вам не показать своё истинное лицо?

— Хе-хе. Это грубо. Знаете, иногда нужно уметь видеть людей такими, какие они есть.

Но Теневая Ведьма, уже сидевшая передо мной, лишь ответила хитрой, похотливой улыбкой.

— Кстати, вам совсем не идёт неформальный тон, не так ли?

— ...

— Я понимаю, что вы с самого начала настороже, но не могли бы вы хотя бы говорить нормально?

Вдобавок ко всему, она ещё и указала на мою манеру речи. Казалось, она не чувствовала ни малейшего напряжения в этой ситуации.

— Это мой выбор.

— …хм-м.

— Несмотря на свою внешность, я неплохо различаю тех, кто заслуживает формального обращения, и тех, кто нет.

И всё же, я не был готов первым отступать в подобном разговоре, поэтому ответил настолько холодно, насколько мог.

— Надеюсь, это различие основано не на возрасте. Это было бы немного грубо.

— ...

— Знаете ли, у некоторых людей комплекс из-за детского тела. Хоть я так и выгляжу, я намного старше вас.

Она мгновение смотрела на меня, а затем лучезарно улыбнулась.

— О, но не спрашивайте, сколько мне лет. Это тоже будет грубо.

— …даже если я не спрошу, я могу догадаться по объёму вашей магии.

— Эй, угадывать возраст леди — это тоже грубо, знаете ли.

Внешне она вела себя как высокомерный ребёнок, заставляющий себя быть вежливым со взрослым. Но на самом деле всё было немного иначе.

— В любом случае, надеюсь, вы смягчите свою враждебность ко мне.

Между её словами струилась едва уловимая, неописуемая тёмная энергия. Такая энергия исходила лишь от подавляюще могущественных существ вроде леди Мередии или Императрицы — тех, кто давно забыл, зачем вообще нужно соблюдать манеры.

— Мне как-то становится немного страшно. Так что, может, смягчите выражение лица?

Чего я пока не понимал, так это почему кто-то настолько могущественный, как она, заставляет себя быть со мной вежливой с помощью таких абсурдных отговорок.

— Я бы предпочёл отбросить вздор и перейти к сути дела.

— …это не вздор, мне действительно страшно. Ваше лицо и тон.

Но Теневая Ведьма, похоже, не собиралась объяснять своё поведение, так что я мысленно вернулся к нашей первой встрече.

«Если подумать, она ведь тоже готовила бунт против Великой Тени».

И причина её неожиданной дружелюбности прояснилась довольно быстро. Судя по тому, что она говорила в Люмен Ордо, все нынешние руководители Теневого Собрания питают несогласие или недовольство «Великой Тенью». В этом контексте Теневая Ведьма пыталась завербовать меня, чтобы захватить контроль над сообществом тёмных магов — на что она однажды метафорически намекнула.

«Вопрос в том, можно ли верить этому на слово?»

Конечно, принимать слова тёмного мага за чистую монету и следовать им было бы верхом идиотизма. И всё же, судя по текущей ситуации, ей действительно было нужно моё содействие. Так что, возможно, о прямом конфликте или кровопролитии пока можно было не беспокоиться. Уже одно это было… небольшим облегчением.

— Но что это за безвкусно одетый демон сидит рядом с вами?

— …а?

— Не кажется ли вам, что приводить нечто подобное на такую встречу несколько неуместно?

Как только я об этом подумал, Теневая Ведьма поставила чашку на стол и, искоса взглянув на Азраэль, продолжила.

— Это ты обо мне, тёмная колдунья?

— Вы ведь не привели её в надежде меня запугать, верно? Если так, то в следующий раз приведите демона посильнее.

— …тц!

Не выдержав провокации, Азраэль нанесла удар прежде, чем я успел её остановить.

— Чт…?!

Но в тот миг, как её кулак устремился вперёд, Азраэль застыла на месте, на её лице отчётливо проступил шок.

— ...

Теневая Ведьма, всё это время небрежно развалившаяся в кресле, лишь подняла палец — всего одно крошечное движение вверх — и Азраэль больше не могла пошевелиться.

— Э-этого не может быть…

— Почему же? Вот почему с демонами столько проблем. Высокомерие встроено в ваш вид.

Азраэль изо всех сил пыталась вырваться из невидимых пут, но Теневая Ведьма лишь взяла другой рукой чашку и с полным спокойствием отпила.

— Отпусти меня! Я убью тебя!

— И как именно ты это сделаешь? Ты всего лишь демон седьмого ранга. Я разъезжаю на демонах второго ранга.

— …что?

Азраэль, кипевшая от негодования, снова застыла в недоумении от слов, слетевших с губ Теневой Ведьмы.

«…что ж, мы влипли».

Честно говоря, я сидел здесь с Азраэль, уверенный в себе и полагаясь на то, что она рассказала мне о совместимости демонов и тёмных магов.

— Ох, простите. Я не хотела вас провоцировать.

— ...

— По правде говоря, мне пришлось собраться с духом, чтобы прийти сюда. Изначально я собиралась призвать демонов с первого по шестой ранг.

И тут Теневая Ведьма, глядя на моё застывшее лицо, заговорила ещё вежливее.

— Но потом я поняла, что это было бы глупо. Сэр Уитни.

Её ответ оставил горький привкус, но на данном этапе у меня не было иного выбора, кроме как слушать её.

— В конце концов, даже демон первого ранга был бы вынужден вам подчиниться, верно?

— …ха-ха?

— Не нужно ничего скрывать от меня. Я о вас довольно много знаю.

Я понятия не имел, как она ожидала, что я смогу контролировать демона первого ранга, когда даже Азраэль удалось с трудом усмирить в качестве горничной. Она говорила о «Силе господства»? Если так, то… удачная догадка. Я до сих пор даже не знал, как пользоваться этой «Силой господства». Призови она этих высокоранговых демонов прямо сейчас, меня бы первого разорвали на куски.

— Хорошо. Я в некоторой степени оценила ваши способности.

— ...

— Теперь я немного склоняюсь к сотрудничеству. Что ж, перейдём к сути дела?

Я не видел причин говорить ей правду, поэтому сделал невозмутимое лицо и снова заговорил формально.

— …так это была проверка.

К счастью, Теневая Ведьма, помедлив, лишь мрачно улыбнулась и подперла подбородок.

— Т-так вот в чём дело!? — Одновременно пробормотала Азраэль, распластанная на полу неведомой силой. Я проигнорировал её и улыбнулся Ведьме.

«…надеюсь, она не раскусила меня».

После всего, через что я прошёл, я уже несколько привык к подобным ситуациям. Но это не значило, что я не был напряжён. Особенно с кем-то, кто усмирил высокоуровневого демона одним пальцем. Даже если сейчас она казалась дружелюбной, всё могло измениться в один миг. Я не мог сдержать лёгкой дрожи во взгляде.

— Ладно, дальнейшие задержки и вправду начнут меня злить, так что давайте продолжим.

Влив в свой взгляд больше силы, я наблюдал, как бровь Теневой Ведьмы дёрнулась, и она начала рыться в своём плаще.

— Вот, держите.

Вскоре она вытащила конверт и протянула его мне.

— О, прошу прощения. Слишком далеко?

— ...

— …н-нгх.

Когда я просто уставился на него, она, слегка смутившись, склонила голову, а затем изо всех сил вытянула руку и снова протянула конверт.

«…вот теперь она похожа на ребёнка».

Конверт, выглядывающий из её непомерно больших рукавов, всё ещё едва дотягивался до меня. Если она и вправду была старше меня, я мог понять, почему она комплексовала из-за своего тела.

— Эй, меня это начинает раздражать.

— ...

— Будьте добры, просто возьмите его.

Выведенный из оцепенения растущим раздражением в её голосе, я поспешно протянул руку и взял конверт.

— Так, это?..

— …приглашение.

— Приглашение?

Не думая, я открыл его и увидел карточку, украшенную чёрным и золотым.

— На Теневое Собрание.

— А.

Когда я рассмотрел его поближе, её последующие слова прояснили, зачем она пришла.

«Если подумать, она ведь говорила, что придёт, когда придёт время».

И всё же, я не думал, что она появится так демонстративно. Она и вправду нечто.

— Изначально я планировала сопроводить вас лично, но подумала, что тащить вас без предупреждения может быть неприятно.

— ...

— Вместо этого, если вы подпишете внизу приглашения, вас мгновенно телепортирует к месту назначения, где бы вы ни находились.

Я с облегчением вздохнул, что меня не тащат прямо сейчас, но всё равно не чувствовал себя в полной безопасности с этим приглашением.

— Куда?

— …ну, кто знает?

— ...

— Простите, но местоположение Теневого Собрания — строжайший секрет. Если вы продолжите делать страшное лицо, это ничего не изменит.

То есть, это, по сути, билет в один конец в неизвестном направлении.

— Конечно, вас никто не заставляет. Если вы не явитесь, я не буду жаловаться. — Пока я морщился, Теневая Ведьма наклонилась, приподняв уголки губ, и прошептала мне на ухо: — Но в таком случае я просто позабочусь о том, чтобы вы заплатили за предательство моего доброго расположения.

— …например?

— Вас я, может, и не смогу тронуть, но с лёгкостью доберусь до людей вокруг вас.

В этот миг я, должно быть, на секунду утратил контроль.

— …ха, ха-ха.

Потому что, моргнув, я очнулся и увидел, что Теневая Ведьма целится в меня чёрной сферой, а на её лбу выступил холодный пот.

— Так это до сих пор было даже не ваше страшное лицо?

— ...?

— …огромное спасибо, что вернулись в норму.

На миг я подумал, что меня убьют прямо здесь, но, к счастью, Теневая Ведьма глубоко вздохнула и тихо отозвала все призванные ею тёмные сферы.

— В любом случае, вам нужно использовать это приглашение в течение этой недели.

— ...

— О, и… конечно же, не говорите своей невесте.

Она подошла ко мне, положила руку мне на плечо и тихо прошептала.

— …если она пойдёт с вами, я не могу гарантировать, что произойдёт в будущем.

И с этими последними словами Теневая Ведьма медленно обратилась в дым и растворилась в воздухе.

— В конце концов, я продвигаю вашу кандидатуру на пост Короля Демонов. Хе-хе… — Оставив после себя зловещий шёпот у моего уха.

— Ха-а-ах…

Лишь после того, как Теневая Ведьма полностью рассеялась, и барьер вокруг особняка начал спадать, моё тело наконец расслабилось, и я с глубоким, измученным вздохом рухнул в кресло.

— Сэр Уитни!!! Я закончила купаться!!!

— В-Ваше Высочество!?

— Давайте сыграем в весёлую игру для друзей!!!

— …да что ж такое.

Далеко вдали наследная принцесса, закутанная в полотенце, высунулась из окна и радостно закричала, разрушив тот короткий миг, что был у меня на то, чтобы собраться с мыслями.

----------

Собрание I

Незадолго до встречи Уитни с Теневой Ведьмой.

В зоне отдыха для рыцарей в поместье графа Лингарда.

— Ха-ах… я пришла сюда не за этим.

Феррис, рыцарь-волчица, снова измотанная до полусмерти интенсивной тренировкой, рухнула на стул и, вытирая полотенцем пот с лица, пробормотала.

— …что это за чёртова тренировка.

Ей тоже довелось пережить рабство и испытать все мыслимые невзгоды. Но интенсивность тренировок, которым Руниэль подвергала троих командиров отрядов — Йохана, Феррис и Эвангелину Мистилейн — была, без сомнения, самым суровым испытанием, которое Феррис когда-либо выносила в своей жизни.

«Даже когда меня поймали на краже хлеба и избивала толпа торговцев… и то было не так плохо».

Положив полотенце, Феррис со вздохом и самоуничижительной усмешкой коснулась синяков, покрывавших её тело. Она почему-то почувствовала, как беспомощность её юных, слабых дней снова вползает в плоть. Проблема была в том, что сейчас она не была ни голодна, ни слаба, и никто не нападал на неё толпой.

Верно. Та, кто оставила ей все эти синяки, была не кто иная, как Руниэль Мистилейн.

В то время как трое других капитанов атаковали настоящими мечами, Руниэль использовала лишь деревянный меч, окутанный энергией меча. И всё же, в течение десяти минут она довела каждого из капитанов до полуобморочного состояния. Сама не получив ни единой царапины.

«Как такое вообще возможно? Проклятая горилла».

Естественно, такой разницы в мастерстве между пользователями энергии меча быть не должно. Если, конечно, твой противник не кто-то вроде Руниэль Мистилейн, чьё искусство владения мечом было столь непревзойдённым, что никто не мог даже приблизиться.

— Тц…

Феррис, приподняв одежду, чтобы наложить повязку, внезапно нахмурилась и снова опустила рубашку, заметив на себе несколько взглядов.

— …крысы. Что с них взять.

Бросив эти холодные слова, она открыла дверь и вышла из комнаты отдыха.

— Ф-фух…

Снова вздохнув, она осторожно огляделась и ускорила шаг.

— А! К-куда она делась?

«…наконец-то стряхнула её с хвоста».

Услышав за спиной панический голос Саши, Феррис сузила глаза и, прислонившись к стене в конце коридора, глубоко задумалась.

«Это поместье и вправду чертовски странное».

Она не раскрывала, кто она такая, и всё же в какой-то момент поняла, что горничные особняка следят за каждым её шагом. И помимо этого, в поместье происходило множество других странностей.

«Например, то, как всякий раз, когда из кабинета доносится смех, весь персонал закрывает глаза и уши… или то, что по ночам никому не разрешается выходить на улицу, если только не парами… или то, что никому не разрешается спрашивать о существовании подвала…»

Некоторые слухи гласили, что подвала и вовсе не существует — и всё же все горничные избегали этой темы и уходили от разговора.

«Что, чёрт возьми, творится в этом месте?»

Таким образом, Феррис, посланная сюда самим лордом Майером, с каждым днём всё с большим подозрением относилась к поместью Лингард.

— М-м-м-хм-хм~♪

— !?..

Пробираясь сегодня по особняку, стараясь избегать всех глаз, Феррис вздрогнула от внезапного напева из соседнего коридора.

— …а?

И затем невольно издала ошарашенный звук.

— А? Кто здесь?

«Принц? Почему он здесь?»

Но Феррис, быстро среагировав благодаря своим превосходным рефлексам, пригнулась за стеной и выглянула, наблюдая за Принцем, который повернул голову в поисках источника звука.

«Разве он не числился пропавшим без вести?»



Всего день назад лорд Майер незаметно передал ей именно эту информацию. Это ещё не стало достоянием общественности, но как только станет, вся Империя перевернётся с ног на голову.

— Хм-м… наверное, показалось?

И всё же, тот самый объект этих важнейших сведений сейчас шёл по коридору особняка, напевая, в одном полотенце и с банными принадлежностями в руках.

«Кто-то похожий на него? Нет, невозможно…»

Феррис недоверчиво моргнула, но знакомый запах пота и тела, исходивший от него, не оставлял сомнений. Как тень и телохранитель лорда Майера, она, естественно, запомнила запах Принца, который когда-то часто бывал рядом с её господином. А волки, однажды взяв след добычи, никогда не ошибаются в её запахе.

«По крайней мере, у меня есть что-то полезное, чтобы доложить об этом абсурдном поместье».

Шок длился лишь мгновение. Поняв, что она раздобыла ценнейшую информацию, Феррис мрачно улыбнулась и начала тихо двигаться. Ей просто нужно было незаметно вернуться в комнату отдыха, а на рассвете улизнуть из особняка, чтобы передать сведения своему связному. И если лорд Майер сочтёт информацию достаточно впечатляющей, может быть, она получит приказ о возвращении ещё раньше…

— Я уже знаю, что там кто-то прячется.

— !..

— …выходи.

Как только она попыталась прокрасться по коридору, спокойный голос с другой стороны заставил её замереть.

«Меня… поймали?»

Инстинктивно потянувшись к кинжалу на поясе и покрываясь холодным потом…

— Ха-ха-ха! Похоже, там и вправду никого нет!

— ...

— Но на всякий случай, подглядывать запрещено!

Мгновение спустя Принц крикнул излишне громким голосом и бросился в ванную, оставив Феррис растерянно моргать. Наконец она с облегчением вздохнула.

— Этот идиот… иногда он бывает странно проницательным.

Даже тогда, когда она сопровождала лорда Майера, Принц иногда поглядывал в её сторону и склонял голову, словно что-то чувствуя. Для Феррис, у которой был строгий приказ оставаться незамеченной для всех, кроме Майера, это был неприятный опыт.

— …хорошо, что он тупой. Иначе мог бы стать врагом лорда Майера.

И она, и Майер знали, насколько чудовищно силён Принц во владении мечом. Если бы им пришлось столкнуться с ним лицом к лицу, им обоим пришлось бы действовать сообща, чтобы иметь хотя бы шанс. И даже тогда победа не была гарантирована — такова была мощь Первого Принца. Так что им повезло, что его интеллект был на нуле.

«Так или иначе, теперь мне действительно нужно…»

Как только она наконец успокоилась и повернулась в сторону комнаты отдыха с мечтами о мягкой кровати и холодном напитке…

Бз-з-з-з-з-з—

— !?

Она снова замерла, но не из-за чего-то в коридоре, а из-за массивной энергии, исходящей из-за окна.

— …э-это…

Эту зловещую и всеподавляющую ауру почувствовала не только Феррис; её заметил каждый в особняке. Но в поместье оставалось жутко тихо. Потому что они привыкли. Присутствие их господина было чем-то, что все они испытывали по крайней мере раз в неделю.

— Э-этого не может быть…

Но иногда знать слишком много — само по себе проклятие. И для Феррис, стоявшей бледной в коридоре, это проклятие только что активировалось.

«Почему она здесь?..»

Существо абсолютной власти, которое время от времени навещало лорда Майера, с усмешкой наблюдая, как он преклоняет колени и кланяется. Феррис видела это много раз — и каждый раз была до смерти напугана. Проще говоря, это была самая сильная связь лорда Майера, его начальница, что дёргала его за ниточки. И аура, и смрад этой Теневой Ведьмы теперь витали вокруг Феррис, несмотря на значительное расстояние.

Дрог—

Охваченная первобытным ужасом, Феррис невольно задрожала и повернулась, чтобы проверить окно.

— …Ик.

И тут же пожалела об этом.

Теневая Ведьма, сидевшая за чайным столиком за окном, отчётливо улыбалась ей.

«Она меня заметила».

И что ещё страшнее…

«Сэр Уитни… тоже…»

Уитни Лингард, сидевший напротив неё спиной к окну, слегка повернулся… и, казалось, улыбался в её сторону.

«Не может быть. Нет… мне, должно быть, кажется. Я просто устала…»

Охваченная нарастающим ужасом, Феррис снова выглянула.

— …ф-фух.

Мгновение спустя с её губ сорвался вздох облегчения.

«Просто моё воображение…»

Теневая Ведьма и Уитни просто улыбались и дружелюбно болтали. Да, просто глупая, дружеская сцена…

«…стоп. Что?»

Вытирая холодный пот со лба, Феррис внезапно застыла на месте.

«Теневая… Теневая Ведьма здесь?»

Если бы это был просто частный визит, это было бы понятно. Теневая Ведьма была известна тайными встречами с влиятельными фигурами вроде лорда Майера для создания своей фракции. Но Феррис никогда не видела, чтобы она говорила с кем-то на равных. Эта женщина предпочитала заставлять людей падать на колени, а затем говорить, стоя у них на спинах.

«…и она даже использует вежливые обращения?»

Так что вид Теневой Ведьмы, учтиво беседующей с Уитни за одним столом… был для Феррис абсолютно шокирующим.

— Я… я должна доложить об этом…

Бессмысленно уставившись на невероятную сцену, Феррис наконец пошатнулась и попятилась…

— …доложить кому?

— !..

Весёлый голос за её спиной.

— Кому именно?

Парша, вернувшая свою обычную самодовольную улыбку, хоть и была слегка бледна, стояла там с мягкой усмешкой.

— О, и не утруждайтесь тянуться к поясу.

Рука Феррис инстинктивно метнулась к талии, но бессильно повисла после следующих слов Парши.

— Примерно через десять секунд Его Высочество выбежит из ванны в одном полотенце.

— ...

— Вы же не хотите, чтобы вас обвинили в покушении на убийство престолонаследницы, верно?

К этому моменту Феррис начала считывать выражение лица Парши и быстро подстроилась.

— …что тебе нужно.

— О, ничего особенного.

Не то чтобы такая тактика обычно работала в поместье Лингард.

— Приходи в подвал сегодня ночью.

— …что?

— Господин хочет поговорить с тобой. Лично.

Леденящий взгляд Парши заставил Феррис сухо сглотнуть и неосознанно кивнуть.

— Почитай это за честь. Ха-ха…

— …чёрт.

----------

Собрание II

Поздним вечером в день, когда в поместье графа Лингарда прибыли два незваных гостя.

— У-у-ух…

Обычно в это время можно было бы отдыхать от дневных забот, но Саша не могла найти покоя. Она тревожно расхаживала взад-вперёд перед одной из комнат.

— …ничего не слышу, совсем ничего.

Она снова крепко зажимала уши, время от времени искоса поглядывая на дверь.

Почему Саша сегодня снова вела себя так странно? Причина, по правде говоря, была довольно проста.

— Господин, я собрала подходящих кандидаток!

— …хм-м, а каковы были критерии?

— У всех в семье есть младшие братья!

Вскоре после раннего ужина, устроенного по просьбе предполагаемой «тайной гостьи», наследной принцессы, Уитни через Паршу незаметно созвал нескольких горничных особняка.

— Ю-юный господин… зачем вы нас позвали?

— А-ха-ха… да так, ничего особенного.

Одна из горничных подняла руку и нервно спросила. Уитни, улыбнувшись так, что у них по спинам побежали мурашки, медленно их оглядел.

Большинство из них, за исключением Саши, были наняты совсем недавно. Естественно, они не привыкли к подобным ситуациям.

— Хи-и-и…

— У-у-ух…

Так что ещё до того, как Уитни что-либо сказал, они уже были в ужасе.

— Вам просто нужно войти в ту комнату… и немного поиграть с Её Высочеством.

И когда эти слова наконец слетели с уст Уитни, все их и без того бледные лица мгновенно окаменели.

— Ю-юный господин?

— …прошу прощения?

— У-у меня… есть жених, мы помолвлены!

Хотя все молчали, опустив головы, одна горничная — та, что раньше поднимала руку — отчаянно заговорила.

— П-поэтому я… я никак не могу сделать нечто подобное… пожалуйста…

— И?

В тот миг, как Уитни склонил голову и произнёс это, её рот захлопнулся.

— Какое это имеет ко всему отношение?

Его обычный весёлый тон исчез — лицо было совершенно серьёзным. И мало кто мог продолжать говорить, видя Уитни с таким выражением.

— Ух…

Особенно кто-то вроде неё, кому нужно было выплачивать долги родителей, заботиться о братьях и сёстрах и копить деньги на будущее с женихом.

«...»

Разумеется, то же самое относилось и к другим вызванным горничным. В конце концов, у любой, кто от отчаяния решился наняться горничной в поместье Лингард, известное своими бесконечными жуткими слухами, скорее всего, была своя печальная история.

— Если вы согласитесь на мою просьбу, я подниму вам жалованье на 20 процентов.

Возможно, целясь именно в эту слабость, Уитни теперь с хитрой, дьявольской усмешкой сладко шептал им на ухо.

— Взамен, пока Её Высочество гостит в этом особняке, каждая из вас будет назначена лично прислуживать ей.

— ...

— О, и, конечно же, всё это конфиденциально. Вам не только запрещено упоминать о присутствии Её Высочества, но и вы никогда не должны говорить о том, что происходит внутри.

Выражение его лица оставалось пугающим, но голос был соблазнительно сладким.

— Вы же знаете, что плата здесь и так вдвое выше, чем в обычном дворянском доме, верно? Прибавьте к этому 20 процентов… это большие деньги.

Тем не менее, горничные стояли как вкопанные. Страх перед тем, что может произойти за теми дверями, и, что важнее всего, зловещая улыбка Уитни — этого было достаточно, чтобы удержать их от принятия решения.

— Хм-м… я также подумываю о предоставлении бонусного отпуска тем, кто согласится.

При этих словах глаза у всех забегали.

— Уверен, у каждой из вас в семье есть кто-то, кого вы любите?

— Ах…

— Хи-и…

Уитни, возможно, и говорил о преимуществах оплачиваемого отпуска, но для собравшихся горничных подтекст был несколько иным.

— …как только всё закончится, вы получите месяц на отдых в объятиях своей семьи.

— ...

— Всё ещё не заинтересованы? Если так, не стесняйтесь сказать.

Внезапно осознав, что их семьи, по сути, стали рычагом давления, горничные, помрачнев, начали опускать головы.

— …я сделаю это.

— Я тоже…

— И я…

И так, одна за другой, они начали поднимать руки с полуобречёнными голосами, попадая в лапы Уитни.

«Угх… он никогда не давал мне отпуска… это была ложь…» — Среди них лишь Саша дрожала, тупо вспоминая, как в прошлом попалась на ту же удочку.

— Ах, да, Саша, ты тоже здесь.

— !..

— Хм, полагаю, тебя придётся исключить.

Уитни, внезапно заметив, как Саша вздрогнула, заговорил так, будто только что её увидел. Саша быстро выпрямилась, широко раскрыв глаза.

— Саша, пожалуйста, останься перед дверью и будь на страже. Если кто-то попытается войти, разворачивай.

— А… да!

— Видите? Саша всегда так хорошо слушается.

Горничные смотрели на это со слегка смешанными чувствами. Может, они испытали облегчение оттого, что у их господина осталась хоть капля порядочности? Или, может, они просто завидовали Саше, избавленной от грядущего ужаса.

— Что ж… начнём?

Конечно, всё это теперь было бессмысленно.

— Операция: «Развлечь Наследного Принца». Рассчитываю на ваше представление.

Независимо от их чувств, факт оставался фактом: им предстояло шагнуть за дверь гостевой комнаты, которую Уитни теперь распахнул с яркой, жизнерадостной улыбкой.

— Ничего… ничего не слышу…

И вот… вот почему несколько часов спустя Саша всё ещё стояла перед дверью, зажав уши и нарезая круги.

— Ничего… а?

Время шло. Устав ходить, Саша теперь сидела у стены, надувшись, как вдруг её глаза расширились.

Скр-р-рип—

Дверь, запечатанная на несколько часов, начала открываться. Одна за другой из неё стали выходить горничные.

— Все…! А.

Как только она собралась поприветствовать их — отчасти от одиночества, отчасти от подкрадывающегося страха ночи — Саша помахала рукой… и застыла.

«...»

Горничные, выходившие из комнаты наследной принцессы, были совершенно опустошены. Ни в одной из них во взгляде не осталось и искры жизни.

— Ч-что… там произошло…

Видя их подавленное состояние, Саша невольно задрожала и задала тот единственный вопрос, который ей категорически не следовало задавать.

— …это секрет.

— …ха-а-ах.

— Тебе… повезло, Саша.

В тот миг, как прозвучал этот тёмный ответ, дрожь Саши усилилась ещё больше.

— Саша, правда… мы в порядке. Ничего странного не случилось. — Одна из горничных, слегка присев, чтобы быть на одном уровне с Сашей, попыталась улыбнуться, словно утешая младшую сестру, и тихо прошептала.

— …мы целый час играли в прятки. Внутри комнаты.

— …мы играли в какую-то карточную игру под названием «Поймай вора». Игра не заканчивалась, пока кто-нибудь не ловил Принца с Джокером.

— У нас была битва подушками. Я и не знала, что подушки могут быть таким ужасающим оружием.

— Мы перетягивали канат против Её Высочества… у меня все мозоли содрались.

Пока остальные позади неё присоединялись к разговору, каждая с натянутой улыбкой рассказывала свою странную историю, но в глазах Саши всё это выглядело невыносимо жалко.

«Они все… пытаются меня успокоить…»

Даже Саша, которая обычно не обращала внимания на слухи, слышала, что Первый Принц — отъявленный маньяк. И, выросшая в окружении множества тёмных событий до того, как попасть в поместье графа, она легко могла догадаться, что произошло на самом деле, просто по синякам на их руках и ногах и их совершенно измождённым лицам.

— Девчонки!!! Мне сегодня было так весело!!!

— !?

И все оставшиеся сомнения были разбиты реакцией горничных в тот миг, как Принц высунул голову из комнаты и закричал.

— Давайте завтра вечером повеселимся так же!!!

— !..

— Так что каждая — обязательно придумайте новую весёлую игру!!!

Как только Принц снова скрылся, лица горничных стали откровенно трагическими.

— Н-не-е-ет…

— Я-я больше этого не вынесу…

— Это было совсем не весело… было больно…

— …я хочу к маме…

И всё же, поскольку Саша не испытала этого на себе, ей оставалось лишь в немом ужасе наблюдать, как остальные едва не разрыдались.

***

— Ха-ах…

Сколько времени прошло?

— С ними и вправду всё будет в порядке?..

Саша, которая слишком беспокоилась, чтобы вернуться в комнату для прислуги, бесцельно бродила по саду. Наконец, она вздохнула и направилась обратно к особняку.

«…в последнее время погода стала прохладной».

К этому времени на поместье Лингард опустилась полная темнота, и в воздухе повисла холодная, призрачная атмосфера.

«И всё же… в этом особняке ведь не водятся призраки или что-то в этом роде?..»

Мало кто теперь помнил, что семья Лингард была престижным домом белых магов. Но Саша не забыла, и потому могла гулять даже ночью.

«…не то чтобы призраки здесь были проблемой».

Действительно, в особняке, где, по слухам, хозяин командовал настоящими демонами, беспокоиться о призраках было как-то бессмысленно.

— Саша! Саша!!!

— …Ик!

И всё же, Саша, чьё сердце и так было не больше горошины, издала ошарашенный вскрик, когда за спиной внезапно раздался голос.

— Ч-что такое? Поче-поче-почему вы меня зовёте?

— Э-эм… только что всем горничным разослали странный приказ…

Дрожа, Саша обернулась и моргнула, увидев, что все новые горничные вышли из комнаты отдыха и теперь стоят перед ней.

— Какой приказ?

— М-мы и сами не уверены, но…

Они смотрели на неё как на последнюю надежду и протянули директиву, полученную сверху.

— «В-всем сотрудникам приказано собраться в подвале к 2 часам ночи»… Это странно, не так ли?

— …ч-что в этом странного?

Взяв приказ, Саша узнала почерк Уитни, но ещё больше смутилась от реакции новых горничных.

— П-просто… в нашем особняке ведь нет подвала, верно? — Несмотря на бледное лицо, одна из новых горничных попыталась улыбнуться, нервно отвечая.

— В-в инструкции по безопасности — Раздел 13, пункт 1 — сказано, что если кто-то заговорит о подвале, мы должны немедленно это отрицать.

— И-и я! Я-я думала, что подвал — это просто жуткий слух или что-то в этом роде. Ха-ха…

Глядя, как остальные выдавливают натянутые улыбки и соглашаются, Саша на мгновение застыла. Затем её лицо помрачнело, и она, зашагав вперёд, начала шептать:

— …все, за мной.

Новые горничные, сбитые с толку, помедлили, но медленно поплелись следом.

— Мы идём в кабинет.

— …а?

И тут Саша открыла им ужасающую правду.

— Там есть тайный ход, ведущий в подвал.

Мгновение спустя выражения, появившиеся на лицах новых горничных…

…были воплощением чистого, неподдельного ужаса.

----------

Собрание III

— Г-госпожа Саша.

— ...

— …госпожа Саша!

Саша, с отсутствующим выражением лица шедшая по коридору особняка, медленно повернула голову на настойчивый голос за спиной.

— В-вы ведь шутите, да?

— …прошу прощения?

— Э-это не может быть правдой… что-то здесь не так, правда?

Одна из новых горничных, следовавшая за ней во главе группы, задала вопрос, пока по её лицу стекал холодный пот.

— Д-даже если подвал и вправду существует… почему мы сейчас поднимаемся наверх?

— ...

— В-в кабинет? Из всех мест? Я просто не понимаю…

При этих словах остальные новые горничные, до этого ошеломлённо плетущиеся за Сашей, пришли в себя и, побледнев, начали перешёптываться.

— Я думала, что уже объяснила эту часть заранее…

Саша, намеревавшаяся успокоить горничных, осеклась на полуслове и тихо вздохнула.

— …нет. Лучше вам самим всё увидеть.

Она уже сказала им, что в кабинете есть тайный ход. И Саша по опыту слишком хорошо знала, что перепуганные горничные либо забыли этот факт, либо теперь находились в стадии отрицания.

— Он должен быть где-то здесь…

Но перед лицом ужасающей правды всё это теряет смысл.

Щёлк—

Затем, войдя в кабинет вместе с новыми горничными, Саша провела рукой по нескольким книгам на полке — и в тот же миг истина начала открываться перед глазами девушек.

Гу-гу-гу-гу-гун—

Книжный шкаф, достаточно тяжёлый, чтобы занимать целую стену, с яростным грохотом отъехал в сторону, открывая зияющий чёрный проход, подобный пасти зверя.

— …Хи-и-ик.

— Н-не может быть.

— У-ух…

Считали ли они слухи о подвале шутками, сказками или действительно в них верили — в любом случае, зрелище было жестоким.

— Т-так… странные звуки, которые мы слышали по ночам, когда ходили в уборную…

— …н-не может быть. Н-но всё же…

Вот почему кошачьи крики, когда-то разносившиеся по поместью графа Лингарда под нежной заботой Сесиль, теперь начинали звучать как жуткие вопли истерзанных жертв.

— Э-это ведь запах крови?..

— …Угх.

— Я-я хочу домой…

Ритуал восстановления мана-каналов для Руниэль и Уитни, которому изначально мешала плохая вентиляция, превратился в гротескный оккультный обряд.

— Г-госпожа Саша, м-мне вдруг нужно в уборную…

— И-и мне тоже. Ха-ха…

— …ч-что ж, тогда. До свидания!

В этот момент было вполне естественно, что все новые горничные начали пятиться назад, отчаянно пытаясь сбежать из кабинета.

Щёлк—

Если бы только в этот самый миг дверь снова не открылась, и в неё не вошла Парша.

— Хи-и-ик!

— Кья-а-а!

Новые горничные, бросившиеся к выходу, попадали на пол, их лица исказились ещё большим ужасом.

«...»

Если бы это была просто Парша, они бы не отреагировали так бурно. Но рядом с ней стояла зверолюдка-волчица с суровым лицом.

— Внутрь. Живо.

Когда Парша внезапно заговорила своим резким тоном, новые горничные расширили глаза, а затем в страхе прижались друг к другу.

— О-она нас убьёт… как в сказках…

— …Х-хик.

— Я-я не хочу знать.

Конечно, Феррис присоединилась к этой операции лишь потому, что Парша застала её в щекотливой ситуации. Но для юных горничных она выглядела точь-в-точь как волк из колыбельной.

— …тц.

Естественно, это был не Восточный континент, где зверолюды были обычным явлением — так что подобные предрассудки часто несли в себе злобу.

«Они и вправду думают, что я хочу здесь быть…»

Тем не менее, непреднамеренная злоба, скрытая за детской невинностью, вывела Феррис из себя, и её лицо начало искажаться.

— Т-так, достаточно. Все, давайте просто зайдём внутрь.

Прежде чем ситуация могла выйти из-под контроля, Парша быстро подтолкнула Феррис вперёд и поторопила всех.

— Юный господин ждёт внутри, знаете ли.

Несколько горничных бросили взгляд на теперь уже пустой выход, но вскоре сдались, поняв, что дверь уже наглухо заперта.

— …эй, Парша.

— Хм?

— Зачем… зачем ты это делаешь?

Когда новые горничные, смирившись, опустили головы и начали входить в подвал, Саша, молча наблюдавшая сзади, повернулась и спросила.

— Что значит «зачем»?

— Э-это… это ведь не юный господин написал, да? Это ты, верно?

— …есть доказательства? — Парша склонила голову и слегка сузила глаза.

— П-почерк юного господина… он на самом деле довольно небрежный…

— …и?

— А-а это письмо… не знаю, как будто кто-то с хорошим почерком пытался намеренно писать небрежно…

Выслушав полное объяснение Саши, на губах Парши появилась тонкая усмешка.

— …у тебя есть талант, Саша.

— Ик? Нет, я просто…

— Нет, правда. Впечатляет.

Парша положила руку на плечо Саши, которая инстинктивно съёжилась, и начала тихо шептать.

— Ты проницательна, и юный господин к тебе благосклонен. Значит, ты поймёшь, что я пытаюсь сделать, верно?

— О-о чём ты говоришь?

— …знаешь, что самое важное для великого дела? Внутренняя чистка.

Саша, почти неосознанно понизив голос в тон Парше, моргнула от такого ответа.

— Персонал особняка добр и сдержан… но одного этого недостаточно.

— Тогда…

— Нам нужен корпус слуг — преданных господину, как мы с тобой, и действующих по собственной инициативе.

Наконец, Саша побледнела, осознав, что на самом деле имела в виду Парша.

— Н-нет нужды заходить так далеко…

— Саша, ты не понимаешь. — Теперь уже серьёзно продолжила Парша. — У Короля Демонов всегда есть достойные его подданные.

— !?

— Это относится не только к нам, но и к обычным слугам.

— Н-но… персонал и так отлично справляется со своей работой…

Конечно, как совершенно обычная горничная (хоть теперь и главная), Саша искренне верила, что нынешний персонал был высокоэффективен. Да, они иногда пугались историй о призраках, но всё же, работа в доме графа Лингарда означала отличную плату и льготы. Естественно, сюда подавали заявки лишь отчаявшиеся девушки, задавленные долгами или обременённые поддержкой семей. Так что эффективность работы в особняке была на рекордно высоком уровне.

— …например, отряд горничных-убийц. Или универсальный дворецкий, овладевший всеми видами магии.

— А?

— Или свирепые звери, выращенные в подвале. У Короля Демонов должно быть хотя бы это!

Очевидно, представление Парши о «слуге» кардинально отличалось от представлений Саши.

— Только представь. Скажем, чрезвычайная ситуация — внезапно господин в опасности! И тут из ниоткуда со всех сторон выскакивают горничные, выхватывают из-под юбок ножи и защищают его…

— З-звучит круто, но… разве нельзя просто позвать рыцарей? — Всё ещё пытаясь понять её, с искренним недоумением спросила Саша.

Парша слегка сузила глаза и пробормотала.

— …никакого чувства романтики. — Она сказала это тихо, но её разочарование прозвучало отчётливо.

— Т-так… что ты собираешься там делать?

— …простую сессию перевоспитания. — Пытаясь сменить тему, спросила Саша, и глаза Парши мрачно блеснули. — Скоро сформируется группа, рождённая господином, волей господина и для господина.

— ...

— …на самом деле, я уже создала одну, и тихонько внедрила их в академию. Скоро она расцветёт.

По крайней мере, в этот миг выражение лица Парши выглядело таким же пугающим, как у Уитни.

— И-и всё же… действовать без разрешения господина — это…

— …ничего. Я готова к последствиям. — Даже когда Саша колебалась, Парша просто улыбнулась и перевела взгляд на подвал. — Даже если он в итоге отвергнет меня за это… это одно дело я должна довести до конца.

— З-зачем заходить так далеко? — Спросила Саша, широко раскрыв глаза от шока.

— Времени нет. Они уже начали двигаться… — Не отводя взгляда, Парша сжала кулаки и пробормотала: — Прежде чем они начнут действовать всерьёз, мы должны укрепить базу власти господина. Если мы не…

Её слова всё меньше походили на разговор с Сашей и всё больше — на клятву самой себе.

— …нет. Не место сейчас об этом говорить. — Внезапно Парша лучезарно улыбнулась и сменила тему. — Пойдём. Зайдём внутрь. Саша, ты тоже должна посмотреть.

— ...

— Момент рождения верных приспешников Короля Демонов!

В этот момент Саша поймала себя на мысли:

«Парша и вправду ещё ребёнок, моя ровесница…»

Да, её господин Уитни был ужасающим человеком. Но всё же. Король Демонов? Это же из сказок, не так ли? Саша вспомнила, как в детстве читала «Истории о героях» и верила в них. Но горечь жизни научила её иному. Герои, которые спасают всех, не поддаваясь злу — это лишь вымышленные персонажи.

«…но если подумать, то Короли Демонов, возможно, и вправду существуют».

Потому что обратное — те, кто покоряется злу — существовали повсюду.

И всё же Саша быстро покачала головой и шагнула к подвалу.

«Даже если он и существует, мой господин страшнее».

Что пугало Сашу больше, чем какой-то, возможно, существующий Король Демонов — так это то, как Уитни может отреагировать, если узнает об этой затее. И всё же, причина, по которой она всё-таки шагнула в подвал, заключалась в том, что её мягкосердечная натура не позволяла ей сбежать одной.

— …а?

Но, как Саша давно усвоила, этот мир наказывает добрых.

— А?

Например, первое, что она увидела, спустившись по лестнице и открыв дверь в подвал, было…

— КЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

…её господин Уитни, стоящий на вершине магического круга, светящегося серой дымкой, и призывающий какое-то причудливое существо.

***

Перед тем как отправиться на Теневое Собрание, я решил воспользоваться шансом и хоть раз побыть белым магом — и установить в особняке систему защиты. Мой план состоял в том, чтобы призвать в подвале высокоуровневого голема-хранителя, наполненного моей белой маной. Поскольку это один из сильнейших призывов, доступных белому магу, я полагал, что он отобьёт любые атаки тёмных магов.

— ГРУ-У-У-У-У-А-А-А-АГХ!

— …хм.

Первая проблема?

Вместо голема из круга призыва вырвалась какая-то гротескная чёрная масса.

— …Хик.

— …Ах.

Вторая проблема?

Именно в этот момент, какого-то чёрта, Саша и Парша решили войти в подвал вместе с новыми горничными.

«...»

И вот… в комнате начала воцаряться ледяная тишина.

----------

Слияние

— КЬЯ-А-А-А-А-А-АК?

В тот миг, как горничные ворвались внутрь, я на секунду оцепепел, но пришёл в себя лишь после того, как извивающееся нечто передо мной издало ещё один гротескный визг.

«Что это, чёрт возьми».

Но возвращение к реальности мало что изменило. Взгляды юных горничных были пропитаны чистым шоком и ужасом — особенно у тех, кто не был Сашей или Паршей.

«Что ж, я бы, наверное, отреагировал так же».

Как всегда, я был невиновен. Серьёзно, как можно, призывая высокоуровневого фамильяра белой магии, получить вместо него вот это? Конечно, призыв высокоуровневого фамильяра — дело непростое, и неожиданные сбои или инциденты вполне обычны. Но какой-то гротескный жидкий монстр, которого я даже в оригинальной игре не видел? Это не просто осечка, это полное безумие.

—Гюрук?..

Хуже того, извивающееся в магическом круге существо, казалось, пыталось со мной общаться. Справедливости ради, для призванного фамильяра это было типичное поведение.

— М-мамочка…

— С-спасите… нас…

— Хи-и-ик…

Проблема была в том, что даже мне стало жутко, а эта тварь устраивала представление в прямом эфире для горничных.

—Гюрук… Гю…

И, словно каким-то образом осознав это, жидкий монстр повернул голову (ну, мне так показалось) в сторону горничных.

«…это нехорошо».

Я мало что о нём знал, но инстинктивно понял, насколько опасен этот манёвр. Большинство монстров питаются человеческим страхом. И насытившись страхом, они пожирают и самого человека, оставляя лишь иссохшую оболочку. Даже если это существо было моим призывом, оно определённо не было фамильяром на основе белой магии. Так что, скорее всего, оно действовало по этому принципу.

— Прошу прощения, все.

После короткого размышления я выдавил улыбку и спокойно прошептал:

— Могу я попросить вас всех закрыть глаза?

К счастью, несмотря на смертельный ужас, горничные подчинились и крепко зажмурились.

—Гюрурурурурур…

Чего я не учёл, так это того, что невидимый страх — так же, как и видимый — был столь же, если не более, разрушителен.

— М-мы здесь умрём?

— Уа-а-а-а-ан…

— Хи-хи-ик… хи-и-ик…

Даже с закрытыми глазами горничные прижимались друг к другу, дрожа, пока жидкий монстр, содрогаясь, издавал это жуткое низкое рычание.

— …дерьмо.

Возможно, из-за этого существо, изначально чуть выше меня ростом, выросло настолько, что коснулось потолка. И если оно продолжит расширяться такими темпами, то может поглотить весь подвал. Нет, возможно, и весь особняк.

— Ха-ах…

Если бы я использовал секретную технику белой магии, которую однажды применил к Императрице — Печать Способностей — я бы, может, и выиграл немного времени, но только немного. И всё. А если бы я снова открыл глаза, как в прошлый раз… я понятия не имел, что могло бы случиться.

«Ладно, тогда остаётся только один вариант».

Раз уж до этого дошло, единственный выход — сражаться. Кажется, все забыли, но я — чистокровный белый маг, сертифицированный Люмен Ордо и единственный в своём роде в этом мире. Я ни за что не проиграю какому-то слизеподобному ужасу… (п.п. точно. я и забыл уже...)

—Гюрук?

— …А.

Как раз когда я спокойно готовился сотворить заклинание белой магии, эта мерзкая слизь внезапно выбросила длинное липкое щупальце и обвила мою руку.

Трес-с-ск—!

И с этого момента всё начало развиваться с молниеносной скоростью.

—Гюруруруру!..

Обвившее мою руку существо задрожало, а затем начало сжиматься.

З-з-з-зинь—

В то же время странная, незнакомая метка начала выжигаться на моей руке.

— Э?

Всего через несколько секунд метка была завершена, и существо было всосано прямо в неё, полностью исчезнув.

— …чего?

Я ошеломлённо моргнул, поражённый тем, как быстро всё произошло.

Ик—

И тут впереди раздался звук резкого, удушающего всхлипа.

— Ик.

Я повернул голову — и встретился взглядом с Сашей, которая смотрела на меня сквозь пальцы, которыми она закрывала лицо.

Дрог-дрог-дрог-дрог—

Долю секунды спустя тело Саши начало сильно трясти, и она поспешно попыталась закрыть глаза обеими руками.

— ……а?

Но самая запоминающаяся реакция была не у Саши. Она исходила от Парши, стоявшей рядом в оцепенении.

— Ч-что-то не так…

Долгое время глядя на меня, пробормотала Парша странно потрясённым голосом.

«Если уж Парша так реагирует, то что-то серьёзно не так».

Для меня это было похоже на сцену, где обычно жизнерадостный врач вдруг с серьёзным лицом вызывает опекуна пациента.

«Наверное, стоит спросить её напрямую».

Итак, чтобы прояснить ситуацию, я медленно пошёл к группе.

— Все, пожалуйста, не бегите. Просто стойте на месте.

— !..

— Я всё могу объяснить.

К моему облегчению, новые горничные, всё ещё стоявшие с опущенными головами и закрытыми глазами, снова подчинились, хоть и слишком послушно.

— Ха-ха, леди. Не забывайте дышать.

— ...

— …леди?

Лишь мгновение спустя я понял, что… больше половины из них от страха потеряли сознание стоя.

***

— Ты закончила оказывать первую помощь, Саша?

— …д-да, юный господин!!!

К счастью, поскольку Саша теперь была ветераном в подобных инцидентах, оказание первой помощи упавшим в обморок горничным прошло гладко.

— Хорошая работа.

— …ха-ха-ха. Ха-ха-ха…

Когда Уитни мягко погладил её по голове в знак признания, Саша издала звук, бывший чем-то средним между смехом и плачем, и кротко приняла этот жест.

«Надо забыть, надо забыть, надо забыть…»

Тот факт, что её гладила та самая рука, в которую всосался монстр — это Саша была вынуждена мысленно заблокировать.

— О, и кстати.

— ...

— Парша.

— …да?

Тихо поглаживая Сашу по голове, Уитни внезапно повернулся и заговорил. Парша, стоявшая в оцепенении, вздрогнула.

— Что это была за реакция?

— !..

— Ты, случайно… что-то поняла?

Уитни спросил напрямую, и по виску Парши скатилась капля холодного пота. Это было на неё не похоже — на фанатичную сторонницу, обычно не знающую ни страха, ни колебаний. Но на этот раз у неё была причина.

«…я не понимаю».

Её Анализирующий глаз ни разу не подводил в самом анализе — даже если иногда она не могла сделать выводы из-за нехватки информации. Но что бы это ни было за «нечто», которым Уитни только что так свободно командовал… она не могла его проанализировать вовсе. Нечто настолько запредельное, что его нельзя было проанализировать даже с помощью разбросанных по миру осколков силы Короля Демонов? Разве такое может существовать? Для Парши, верившей, что в мире нет ничего, чего бы она не понимала, это чужеродное присутствие вызвало первобытный страх.

«Может ли юный господин… на самом деле управлять чем-то не из этого мира?..»

К несчастью ли, или к счастью, этот страх вскоре начал перерастать в благоговение.

— Ты, конечно, можешь не делиться со мной.

— ...

— Я всегда тебе доверяю, Парша.

Уитни, слегка наклонившись, чтобы встретиться с ней взглядом, тихо прошептал.

— …но в следующий раз, если будешь что-то планировать — пожалуйста, поделись и со мной.

Парша сухо сглотнула от его слов, а затем задрожала, когда по её спине пробежал холодок.

«Я всё ещё… совершенно недостойна…»

Из одних только его слов она поняла, что Уитни уже знал, что она собиралась здесь делать. Это было, в зависимости от точки зрения, либо неподчинением, либо откровенным бунтом. И всё же он её не отчитал. Но что по-настоящему пленило Паршу, так это не результат, а то, как он это сделал.

«Верно… перед лицом всепоглощающего ужаса всё остальное теряет смысл…»

Уитни мог бы просто наказать её и покончить с этим. Вместо этого он уважил её мнение, а затем преподнёс «урок» куда более действенный, чем любая лекция: прямой опыт ужаса. Для кого-то вроде Парши, кто всегда опирался на информационное превосходство и кого ни разу в жизни никто ничему не «учил», этот метод был совершенно потрясающим до основания.

— …ах, воистину… он лучший.

Быть признанной и как подчинённая, и как ближайший соратник… быть наученной впервые в жизни — она задрожала от благоговения и склонила голову.

— ...?

Уитни посмотрел на неё со слегка озадаченным лицом, но, поскольку она вела себя так не в первый раз, он отмахнулся и перевёл взгляд на новых горничных.

— Хм-м, что ж… это безнадёжно.

Он понял, что, что бы он ни сказал, убедить их ему не удастся.

— П-пожалуйста, пощадите…

— …кху…

— У-у-ух…

Горничные, которые едва держались в сознании, и те, что только приходили в себя, тут же бледнели, стоило им встретиться взглядом с Уитни.

— …боже.

Тихо вздохнув, Уитни был вынужден прибегнуть к следующему по качеству варианту.

— …все, пожалуйста, слушайте внимательно.

По иронии судьбы, это был лучший выбор, который он мог сделать.

— Сегодня вы ничего не видели.

— !..

— На самом деле, вы даже никогда не спускались сюда.

Их разум, возможно, и был притуплён всепоглощающим страхом, но их инстинкты выживания были острее, чем когда-либо — достаточно остры, чтобы понять, что говорил Уитни.

— Я-я унесу это с собой в могилу!

— …ч-что вы такое говорите? Мы ничего не видели.

— Д-да! Мы ничего не знаем!

Услышав немедленный хор согласия, Уитни слабо улыбнулся и, игриво подмигнув, приложил палец к губам.

«...»

Одного этого жеста было достаточно, чтобы заставить замолчать горничных, обливавшихся холодным потом.

— А-а-ах…

С этого момента никто, кроме Парши, которая теперь с блаженством смотрела на него, больше никогда не заговаривал о подвале.

***

— Что ж. Давайте на этом и закончим…

Но это относилось лишь к горничным.

— А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!..

Внезапный панический крик донёсся с лестницы, и все обернулись к ней.

— М-монстр! Там монстр!!!

— ...

— Я должна доложить об этом. Юный господин не справится с этим в одиночку..!

Став свидетельницей всего этого, Феррис, до этого пребывавшая в оцепенении, внезапно очнулась и бросилась вверх по лестнице.

— А-ха-ха…

Глядя на неё, Уитни сухо усмехнулся и медленно поднял к ней руку.

— Кто-нибудь, схватите её…

Но прежде чем он успел закончить мысль, что в подвале не было никого, кто мог бы её остановить…

Кру-ру-ру-рук—

Его рука задрожала.

Она превратилась в чёрное щупальце и метнулась к Феррис.

— КЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А!!?

Щупальце схватило Феррис за ногу и вздернуло в воздух, и леденящий душу крик эхом пронёсся по подвалу.

— …невероятно.

Так к длинному списку историй о привидениях в поместье Лингард добавился ещё один слух.

(п.п. Уитни ходячий генератор историй)

----------

Выбор

— КЬЯ-А-А-А-А-А!!!

Подвал, почти ставший местом умиротворения благодаря власти и милосердию Уитни, вновь утонул в криках.

— С-спасите!!!

Источник крика, Феррис, несмотря на бесчисленные невзгоды и испытания, не могла не закричать, словно ребёнок.

—Гюрурурук…

Любого бы охватил тот же ужас, если бы гротескное существо, выросшее из руки Уитни, обвило его ногу и, издавая подозрительные звуки, начало медленно ползти вверх.

— Ч-что это за тварь!!!

И всё же, Феррис с запозданием вспомнила о мече на поясе. В панике она выхватила его и обрушила на склизкое щупальце, обвившее её ногу.

— Х-а?

—…Гюрук!

Но её клинок, даже усиленный энергией меча, просто прошёл сквозь щупальце, которое колыхнулось, словно жидкость, не встретив никакого сопротивления.

— Ммгх…

Феррис могла лишь ошеломлённо наблюдать, как щупальце почти одновременно схватило её руки и рот, лишая контроля.

Дзынь—!

Мгновение спустя меч выскользнул из её ослабевшей руки и со звоном упал на пол, расколов металлическим эхом вновь наступившую тишину.

«...»

В подвале было быстрее сосчитать тех из новых горничных, кто не плакал. Но это не означало, что те, кто не плакал, были особенно храбры. Даже те, кто не рыдал, были в полном оцепенении от увиденного.

— Что… это, чёрт возьми.

И Уитни — сам виновник этого хаоса — тоже был наполовину в прострации, ошеломлённо наблюдая за катастрофой, которую устроила его правая рука, а точнее, обитавшее в ней существо.

«Что всё это значит?»

Всё началось с того, что он пытался призвать голема-хранителя для защиты особняка… а в итоге появилось какое-то потустороннее чудовище. Уже одно это превзошло все его ожидания. Естественно, тот факт, что существо теперь поглотилось его правой рукой и устраивало шоу с щупальцами, также был совершенно против его воли.

«…ну, нет, я думал о том, чтобы её задержать, но всё же».

Но, вспомнив своё подсознательное желание схватить Феррис, Уитни поспешно отвёл руку назад, мысленно приказывая существу отпустить её.

—Гюрурурурук!

В тот же миг склизкая тварь, начавшая было окутывать всё тело Феррис, тихо содрогнулась и быстро втянулась обратно в руку Уитни.

— Угх, кх… гак…

Как только щупальца исчезли с её тела, Феррис рухнула на пол, и её сильно затошнило.

— Саша.

— ...

— Саша?

Уитни, неловко смотревший на Феррис, теперь позвал Сашу, которая дрожала, зажав уши и крепко зажмурившись.

— Д-д-д-д-да?!

Лишь после того, как Уитни мягко коснулся её плеча, Саша открыла глаза и, дико заикаясь, попыталась понять, чего хочет её господин.

— Забирай горничных и возвращайтесь.

— А…

— Иначе будет записано, что в этом подвале действительно что-то произошло.

— …есть!!!

Как только Уитни отдал приказ, Саша яростно закивала и с заплаканным лицом бросилась к рыдающим новым горничным.

Грохот—

Через несколько секунд горничные в панике начали убегать из подвала вслед за Сашей.

— …похоже, грядёт очередная волна массовых увольнений.

Глядя им вслед, пробормотал Уитни с лёгким оттенком смирения. По иронии судьбы, однако, процент уволившихся среди новых горничных после того дня приблизился к нулю. Причина была проста: никто не осмелился подойти к Уитни и лично вручить ему заявление об уходе.

— Братик… я хочу домой…

По той же причине Саше ничего не оставалось, как тихо убрать своё запланированное заявление на отпуск обратно в ящик.

— Господин, тогда я тоже пойду…

Парша, пристально наблюдавшая за этой непреднамеренной «воспитательной» сценой, почтительно склонила голову и направилась к выходу.

— Нет, Парша, пожалуйста, останься на мгновение.

— А?

Но по какой-то причине Уитни её окликнул.

— Как видишь, я сейчас в несколько затруднительном положении.

— А.

— Я бы хотел увидеть твои навыки в деле.

Он улыбнулся и указал на Феррис, которая всё ещё была в полном ступоре, уткнувшись лицом в пол. Глаза Парши тут же снова загорелись.

«Мало того, что он простил мою дерзость… он даже предоставляет мне такую редкую возможность…»

Но тут она вздрогнула, её губы слегка задрожали.

«…постой, это проверка?»

Она осторожно изучила выражение лица Уитни и быстро склонилась к последнему выводу.

— Парша, ты ведь достаточно компетентна, чтобы с этим справиться, не так ли?

Со стороны это выглядело как щедрое предложение разделить трофеи охоты, но взгляд Уитни пронзал её с остротой лезвия.

— …предоставьте это мне!

Конечно, так это воспринимала лишь сама Парша.

«Эта волчица — шпионка Майера Эмбегрина. Если я не разберусь с ней здесь, всё усложнится». — Несмотря на улыбку в глазах, мысли Уитни были полны напряжения. — «…Парша ведь справится, да?»

***

Парша медленно подошла к Феррис и начала тихо шептать ей на ухо.

— Эй.

— ...

— Феррис.

По правде говоря, с точки зрения чистой боевой мощи, это было всё равно что совать голову в пасть тигру. Если бы не монстр за её спиной, стоявший далеко за пределами уровня любого зверя, Парша бы никогда на такое не осмелилась.

— Возьми себя в руки.

— ...

— Для тебя это добром не кончится, знаешь ли.

Однако, судя по состоянию Феррис, это беспокойство могло быть излишним.

— …Угх… нгх…

Феррис, с бледным лицом, даже поджала свой некогда пушистый хвост и уткнулась головой в пол. Была ли это инстинктивная реакция зверолюдки или просто привычка, вызванная паникой — выглядела она по-настоястоящему жалко.

— Если будешь и дальше так себя вести, тебя съедят.

— !..

— Так как насчёт того, чтобы поднять голову?

Но Парша не могла позволить себе её жалеть. Ответственность, возложенная на неё, была слишком велика.

— С-с-спасите…

— Вот так. Молодец.

Когда Феррис, вся дрожа, робко подняла голову, Парша, улыбнувшись, как Уитни, мягко погладила её по голове.

— Я-я просто… хотела стать рыцарем…

— ...

— Я не знала, что это место такое… пожалуйста, просто отпустите меня… — Начала умолять Феррис заплаканным голосом.

— Ох, боже. Должно быть, я ошиблась в вашем характере.

— ...?

— Я думала, у вас большие амбиции и много жадности.

Когда Парша склонила голову и пробормотала это, Феррис слегка вздрогнула и покрылась холодным потом.

— Я-я просто… бродячая зверолюдка…

— …вы так говорите, но вы слишком хорошо обучены для какой-то случайной бродяжки.

Феррис продолжала заикаться, пытаясь оправдаться, но следующие слова Парши заставили её замереть.

— Тень Майера Эмбегрина. Рыцарь-убийца. Феррис.

— !..

— Ваш приказ — убить Уитни Лингарда. В случае неудачи — внедриться и периодически передавать информацию. Я не права?

Крошечная управляющая, нависшая над её лицом, смотрела на неё с леденящим, всевидящим выражением.

— О-откуда вы…

— Ха-ха! Сейчас это не главное, а?

К тому же, видя, что выражение лица Уитни за спиной Парши ничуть не изменилось, стало ясно, что её личность была раскрыта с самого начала.

— П-простите!

— ...

— Я-я совершила тяжкий грех!

Осознав это с обострёнными инстинктами бывшей рабыни, Феррис быстро припала головой к полу и закричала в извинениях.

— Почему вы смотрите туда?

— …Ик.

— Вы ведь со мной разговариваете, не так ли?

Холодный голос Парши, когда она силой подняла подбородок Феррис, заставил холодный пот литься ещё быстрее.

— И всё же, вам весьма повезло.

И тут тон Парши внезапно смягчился.

— В самый последний момент вам дали шанс перейти на другую сторону.

— Ч-что вы имеете в виду?

Феррис, снова используя свою интуицию, чтобы уловить перемену, уважительно спросила, даже перейдя на официальный тон.

— Вы, должно быть, видели. То, что произошло в чайной комнате этим утром.

— Э-это было… я-я случайно увидела…

— …если будете продолжать лгать, я не смогу вам помочь.

Взгляд Парши снова похолодел, и Феррис поспешила изменить свой ответ.

— Я-я шпионила.

— …и что вы видели?

— Сэр… сэр Уитни…

— …продолжайте.

— О-он говорил… с Теневой Ведьмой… — Глаза Феррис слегка сузились, когда она продолжила.

— Да. О том, о чём Майер Эмбегрин не смел бы и мечтать.

— ...

— Даже младенец поймёт, на чьей стороне сейчас больше силы. Вам так не кажется?

Парша без промедления вонзила нож глубже в колеблющееся сердце Феррис.

— Подумайте. Почему вы служите Майеру Эмбегрину? Не потому ли, что хотите подняться выше под его покровительством?

— …д-да, это так.

— Тогда не будет ли гораздо выгоднее присягнуть на верность нашему господину?

Когда Парша закончила говорить, Феррис посмотрела то на неё, то на Уитни, а затем выдавила улыбку.

— Д-да, конечно.

— …звучит неискренне.

— Н-нет, я серьёзно!

— Простите, но я вижу, когда кто-то лжёт.

Парша отбросила все притворства, её тон снова стал холодным, и она начала излагать правду.

— Вам всё равно некуда будет возвращаться.

Сначала Феррис растерянно моргнула, но вскоре её лицо побледнело.

— Насколько мне известно, Майер Эмбегрин готовится к новому браку.

— …что?

— Ха-ха! Как вы думаете, почему он внезапно отправил вас на такое опасное задание?

Её потрясли не только слова Парши. Слухи о новом браке Майера уже некоторое время тихо циркулировали в Империи и часто звучали правдоподобно. Но Феррис верила словам Майера — что он ни за что так с ней не поступит.

— Ему нужно было избавиться от всего, что могло бы вызвать недопонимание перед свадьбой.

— …э-это ложь.

— Если вы мне не верите, тогда мне придётся показать вам доказательство.

Хоть она всё ещё сопротивлялась правде, когда Парша вытащила что-то из своего сюртука и бросила ей, Феррис рухнула.

— Это…

— Любовное письмо, написанное Майером Эмбегрином. Наш лучший вор немало потрудился, чтобы его достать.

Это был козырь, который Парша тайно готовила через Бергена с того самого дня, как Феррис поступила на службу.

— Н-но… когда он держал меня за руку и учил владеть мечом, он говорил, что я самое дорогое, что у него есть…

— Мужчины лгут так же жестоко, как и женщины. Особенно когда дело касается любви.

Когда Феррис в оцепенении читала письмо, в её глазах начали собираться слёзы.

— Вот почему я сказала, что вам повезло.

При этих словах Феррис отрешённо подняла глаза.

— Вместо того чтобы быть выброшенной после того, как вы отслужили своё никчёмному человеку, теперь у вас есть шанс встать рядом с будущим Королём Демонов этого мира.

— К-королём Демонов?

— …разве вы только что не были свидетельницей его ужасающей мощи?

Внезапный переход Парши к разговорам о «Короле Демонов» немного сбил Феррис с толку, но её решение уже было принято.

— Что ж, выбор за вами. Останетесь ли вы верны Майеру Эмбегрину или присягнёте на верность новому господину прямо здесь?

— ...

— Так что вы решили?

И всего несколько минут спустя, идя по стопам Руниэль, ещё одна воительница предложила Уитни всё, что у неё было.

----------

Кошмар

— И это всё, что ты хочешь сказать?

— …г-госпожа Мередия!

— Отвечай на мой вопрос.

Примерно в то же время, когда хаос в поместье Лингард начал утихать, место действия сменилось — на этот раз на герцогство Эмбегрин.

— Это ты сливал информацию о семье императорскому двору?

— Хи-и-ик…

— …ха-ах. Почему ты не можешь просто ответить?

Удивительно, но и в этом поместье был подвал, неизвестный рядовым слугам, и в данный момент Мередия эффективно его использовала — для допроса предателя семьи.

— Если ты невиновен, просто скажи.

— Я-я… то есть…

— Это ведь не так уж и сложно.

Конечно, если бы он хотел жить, человек, которого притащили сюда и заклеймили предателем, должен был бы отчаянно мотать головой и молить о своей невиновности — независимо от того, был он виновен или нет.

— А-а-ах…

Но мужчина, стоявший на коленях перед Мередией… не мог этого сделать.

«...»

Потому что глаза Мередии, сверлившие его взглядом, окрасились в алый цвет. И никто из тех, кто солгал ей, когда её глаза становились такими, ещё не покидал этот особняк невредимым.

— Я-я совершил тяжкий грех!

— Хах.

— М-меня просто ослепили деньги…

Так что было вполне естественно, что мужчина с побледневшим лицом, отчаянно сцепив руки, начал признаваться под багровым взглядом Мередии.

— Почему ты это сделал?

— …м-мне нужно кормить семью.

Мередия мгновение молча смотрела на него сверху вниз, прежде чем снова спросить спокойным голосом. Мужчина, внезапно увидев проблеск надежды, затараторил.

— Я-я просто… ничего не мог поделать…

— Как удобно. «Семья», значит.

Но её тон, напротив, стал ледяным.

— Не будь это ложью, я бы, может, и сохранила тебе жизнь. Какая жалость.

— Ик! Я-я скажу правду!

Когда вокруг неё начали формироваться самоцветные кристаллы и нацеливаться на него, перепуганный мужчина зажмурился и изменил свою историю.

— Г-горничная, Анна! Она — агент Империи!

— ...

— К-клянусь! Она соблазнила меня, обманула… я всего лишь писарь — я бы ни за что не додумался сам сливать секретную информацию…

— Достаточно. Меня не интересуют бесполезные оправдания.

Мередия, до этого молча слушавшая, оборвала его леденящим голосом. Мужчина тут же замолчал и склонил голову.

— Введите.

— …Хк.

По её сигналу солдаты в тканевых масках втащили кого-то в подвал и бросили на пол. Мужчина, всё ещё стоявший на коленях, внезапно расширил глаза.

— Я уже провела перекрёстный допрос, так что достоверность приличная.

— А-ах…

— Что, ты думал, я настолько глупа, чтобы полагаться исключительно на твои показания?

Увидев лежащую перед собой женщину, уже покрытую синяками от предыдущего допроса, мужчина покрылся холодным потом.

— Значит, всё это время…

— Я не собираюсь тратить свою драгоценную ману на таких, как ты.

Только тогда мужчина понял, что попался на уловку Мередии. Его лицо стало пустым.

— …значит, слух был правдив — что вы стали больше ценить жизнь.

— О? Такие сплетни ходят среди прислуги, да?

Мередия холодно усмехнулась, и мужчина задрожал.

— Ладно! Я продал информацию. И что ты собираешься с этим делать?

— ...

— Пытать меня? Извини, но я приготовился к этому ещё в тот день, когда продал секреты императорскому двору.

То ли обезумев от страха, то ли просто упрямясь, мужчина заговорил резче.

— Большая часть информации о твоей самой главной «слабости» уже дошла до Императрицы.

— ...

— И Её Величество обещала защитить меня именем Империи. Ты ведь понимаешь, что это значит?

Но когда на губах Мередии появилась презрительная усмешка, голос мужчины начал дрожать.

— Т-ты, может, и смеёшься сейчас, но… когда увидишь заголовки на следующей неделе, тебе будет не до смеха!

— ...

— Е-если ты отпустишь меня сейчас, т-то ещё может быть возможность для переговоров…

Усмешка не сходила с её лица, но на этой фразе брови Мередии слегка дёрнулись.

— Р-ради того человека, что ослепил тебя…

— …хватит бреда от нищего, который даже не понимает своего положения.

При упоминании Уитни лицо Мередии мгновенно застыло, и атмосфера в подвале стала ледяной.

— Я могла бы потрудиться и перечислить все способы, которыми ты выставил себя дураком, поверив в сладкие речи Императрицы, но есть путь гораздо проще.

— …что?

— Эй. Не хочешь узнать, кто тебя сдал?

Мужчина, рефлекторно захлопнув рот, с опаской покосился на лежащую рядом горничную.

— Ха. Прости, но ты ошибся.

— …т-тогда кто…

— Советую тебе хорошенько приглядеться.

Покачав головой, Мередия вытащила что-то из своего сюртука и поднесла к его лицу. Мужчина тупо уставился на предмет.

— А?

Он прищурился, вглядываясь в письмо при мерцающем свете факела… и вдруг издал сдавленный крик, словно не веря своим глазам.

— Э-этого не может быть…

— ...

— Это подделка! Это должна быть подделка!

Но это была не подделка. Письмо, написанное рукой самой Императрицы, содержало его имя и имя горничной, выведенные чётким, ясным почерком.

— Е-Её Величество! Зачем она…!

— Хм-м. Мне кажется, ты немного запутался. — Мередия с жестокой усмешкой посмотрела на него сверху вниз и тихо прошептала: — Кто вообще сказал, что Императрица — мой враг?

— !!!

Эта единственная фраза вселила в мужчину больше ужаса, чем все пытки, которым он до сих пор подвергался.

— А-а-ах…

Это был политический скандал, настолько масштабный, что он мог перевернуть саму структуру власти в Империи. И неопровержимое доказательство было прямо перед ним. Императрица… на стороне леди Мередии? Это безумие… Не в силах осознать, как такое могло произойти, мужчина всё глубже и глубже погружался в когнитивный диссонанс… пока не вернулся к реальности.

— Все необходимые подтверждения получены. Осталась только зачистка.

Мередия, уже повернувшись к нему спиной, ледяным тоном отдала приказ солдатам:

— Вырежьте ему язык и ослепите. Выбросьте в тёмных переулках, как и горничную.

Только тогда он заметил кровь, текущую из глаз и рта лежавшей рядом женщины, и, не в силах вымолвить ни слова, покрылся обильным потом.

— Ну как? Я стала гораздо снисходительнее, вам так не кажется? — В этот момент Мередия повернулась к солдатам и даже улыбнулась им на удивление искренне. — Когда влюбляешься, люди и вправду меняются.

— ...

— Вам тоже стоит попробовать как-нибудь.

И солдаты — как ни странно — молча кивнули в знак согласия, понимая, что это и была «милость» Мередии.

***

Скр-р-рип—

Около часа спустя. Спальня Мередии.

— …ха-а-ахм.

Закончив свои дела в подвале, она вернулась в своё единственное настоящее убежище и, прикрыв рот, тихо зевнула.

«...»

Дело было не только в том, что зевать было неприлично для дворянки. Мередия, всегда считавшая сон страданием — ещё одной формой проклятия — никогда в жизни не зевала так долго и лениво, даже когда это было просто естественным порывом.

«…в последнее время мне не снились кошмары».

Да. Ещё недавно Мередия почти каждую ночь, стоило ей лечь, страдала от кошмаров. Снов, где она умирает от голода в тёмной комнате… или её душат рои насекомых… или она теряет положение главы семьи, или её утаскивают руки тех, от кого она избавилась. Иногда ей удавалось избежать этих кошмаров, приняв отупляющий наркотик собственного изобретения, но, конечно, побочные эффекты были жестокими. Вот почему она могла спать спокойно лишь раз в две недели… а иногда и раз в месяц.

«Я думала, это временно… но теперь я могу спать крепко».

Сейчас, однако, Мередия была в лучшей форме, чем когда-либо, благодаря продолжительному глубокому сну. И она отчётливо помнила — всё началось в той карете, на обратном пути из Люмен Ордо.

«...»

Снова вспомнив тот день, Мередия тихо села на край кровати, покраснев и надув губы.

— …не смей появляться у меня в голове, когда тебе вздумается.

Она повертела кольцо на безымянном пальце левой руки — то, что подарил ей Уитни — а затем встала.

— Может, просто снять его.

Конечно, с тех пор как она его получила, она не снимала кольцо — ни во время купания, ни даже во сне. Напротив, она даже неуклюже пыталась наложить на него простейшие заклинания очищения и защиты, о чём обычно никогда не заботилась.

Щёлк—

Ворча грубым тоном, не соответствующим выражению её лица, Мередия открыла ящик и инстинктивно огляделась.

— …нашла.

Порывшись мгновение, она вытащила огромного плюшевого мишку.

— ...

Глядя на игрушку сонными глазами, Мередия вскоре слабо улыбнулась и легла с ней в постель.

— …всё такой же идиотский вид.

У мишки, специально заказанного в элитном салоне, были сонные глазки, до странности напоминавшие кое-кого. Недавно он стал обязательным спутником Мередии перед сном. Из-за него все остальные огромные плюшевые игрушки, с которыми она спала до сих пор, были отправлены на склад. Они все провалили свою миссию по защите её от кошмаров. А этот — нет.

— М-м-м.

Обняв плюшевого мишку, идеально подходившего ей по размеру, Мередия закрыла глаза, но внезапно в её голове всплыла мысль, заставившая её замереть.

«…стоп. Когда женятся, то… спят вместе, верно?»

И в следующее мгновение в её голове пронеслись бесчисленные сценарии.

«...»

Потерявшись в этих мыслях, Мередия некоторое время лежала неподвижно, а затем зарылась всё больше алеющим лицом в пушистую спину мишки.

— Угх.

Но чем крепче она его обнимала, тем сильнее становилось ощущение, будто она держит самого Уитни, отчего её губы недовольно подрагивали.

«Кажется, я окончательно сошла с ума».

Даже мысленно насмехаясь над собой, Мередия не выпускала мишку из объятий до тех пор, пока не уснула.

***

— …м-мгх, мгх-х…

Хоть она и заснула в довольно сладком, нежном настроении, покой Мередии длился недолго.

— А-А-А-А-А-А!

Ворочаясь во сне с плюшевым мишкой в руках, она внезапно вскрикнула и подскочила на кровати.

— Ха-ах… Ха-ах…

Это был первый кошмар, приснившийся Мередии со дня поездки в карете.

— …Уитни.

И этот сон, до ужаса явственный, был целиком и полностью о Уитни.

----------

Осознание

— Юный господин.

— Руниэль?

— Мне нужно срочно вам кое-что сказать.

Всё ещё измученный событиями прошлой ночи, я сидел за своим столом с усталым выражением лица. Услышав тихий стук и знакомый голос, я медленно поднял голову.

— В чём дело?

— Я… то есть, эм…

— …?

Но Руниэль, вошедшая в дверь, не выглядела как обычно — суровой и собранной. Вместо этого она казалась неловкой и нерешительной.

— Тебя что-то беспокоит?

— …нет, дело не в этом.

— Ха-ха. Всё в порядке. Что бы это ни было, говори свободно.

Лишь после того, как я мягко улыбнулся и подбодрил её, она слегка вздрогнула и наконец начала говорить.

— Вы… недавно принимали новую рыцарскую клятву?

— …что?

Услышав это, я вскочил со стула, гадая, не разошлись ли уже слухи о том, что произошло в запертом подвале.

— Судя по вашей реакции, это, должно быть, правда.

— Откуда ты это услышала?

Если подумать, помимо жидкого монстра, напугавшего горничных, только Парша была свидетельницей того, как я принимал рыцарскую клятву Феррис. Но Парша бы не стала просто так распространять подобное, особенно когда я велел ей молчать.

— …я ни от кого не слышала.

— Тогда?

Моё замешательство быстро развеялось следующим ответом Руниэль, хотя и таким образом, что я забеспокоился ещё больше.

— …я почувствовала.

В моей голове тут же возникла новая волна вопросов.

— Почувствовала? Что почувствовала, и как?..

— Ну, это немного сложно объяснить, но… — Руниэль слегка нахмурилась, пытаясь подобрать слова. — Это как… что-то соединилось. Или, можно сказать, я ощутила присутствие нового абсолютного союзника моего господина…

— ...

— Я всегда чувствовала связь с вами, господин, но впервые ощутила, что к ней добавился кто-то ещё. Вот почему я пришла сюда, пусть это и невежливо…

Какого чёрта. Жутковато. Она может чувствовать, когда кто-то заключает со мной контракт? Что это, коллективный разум? У меня по спине пробежали мурашки.

— Может, это… какие-то узы, что возникают между теми, кто принёс рыцарскую клятву?

— …так вот в чём дело?

— Ха-ха, я ведь тоже приношу её лишь во второй раз, так что не уверен.

Это было единственное объяснение, которое я смог придумать, поэтому я ответил уклончиво. Руниэль слегка склонила голову, но пока что приняла его.

— Но… почему у тебя такой подавленный вид?

— А, это…

— Как я уже сказал, ты можешь говорить свободно.

— …поняла.

Заметив её мрачное выражение лица, я снова мягко надавил. Поколебавшись, Руниэль наконец крепко зажмурилась и выпалила:

— Почему… почему вы приняли ещё одну клятву, не обсудив это со мной?

— …а?

— Господин, к рыцарской клятве нельзя относиться легкомысленно.

Когда она внезапно начала свою лекцию, я в замешательстве склонил голову. Разве рыцарская клятва — это не просто приукрашенный рабский контракт… нет, взаимовыгодный трудовой договор? Это один из самых сильных юридически обязывающих контрактов, и он даже не может быть активирован без искреннего согласия обеих сторон (доказательство того, что с Феррис не было принуждения), так что его нельзя было использовать для злоупотреблений.

— Рыцарь, принёсший клятву, становится полностью связан со своим господином.

— …верно.

— А взамен господин также обязан оберегать честь рыцаря, клянясь своей душой.

Я всё ещё не до конца понимал, но, судя по словам Феррис, похоже, за этим скрывалось нечто большее.

— Проще говоря, в то время как рыцарь должен проявлять абсолютную верность, господин также должен поддерживать гордость и достоинство рыцаря.

И вот я снова наткнулся на ещё одну скрытую деталь лора, о которой не знал. В игре клятву можно было заключить только с рыцарями, чья привязанность была максимальной, так что о штрафах можно было не беспокоиться.

— Например, если бы я считала своей честью, чтобы вы каждый день мыли мне ноги, то вы были бы обязаны это делать.

Для меня это всё ещё звучало нереально, пока Руниэль не сказала это с очень серьёзным выражением лица.

— …мне приготовить таз и полотенце?

— А, нет! Это был просто пример. Я бы никогда не обратилась с такой нелепой просьбой!

С облегчением понизив голос и взглянув на неё, я увидел, как она, смутившись, замахала руками.

— Моя честь — во владении мечом. С того момента, как вы вернули мне его, я стала вашим рыцарем навеки.

— …я ценю это.

— Проблема в том, какую честь ценит новый рыцарь.

Я всё ещё был тронут, когда Руниэль снова выпрямилась, её тон вновь стал серьёзным.

— Если этот рыцарь определяет что-то необычное как «честь», вы всё равно обязаны это исполнить.

— …это немного пугает.

— Вот почему к рыцарской клятве не относятся легкомысленно. Обе стороны нуждаются в глубоком доверии.

И как только она это сказала, Руниэль начала бормотать, искоса поглядывая на меня с выражением смутной обиды.

— Вот почему это всегда так романтизируют в рыцарской литературе…

— …что?

— И я просто говорю это как общее замечание…

Учитывая, что Руниэль редко выражала недовольство, я навострил уши.

— В этих историях самые популярные рыцари — те, что всю жизнь служат одному господину… а самые популярные господа — те, что клянутся в верности лишь одному рыцарю…

И тут до меня дошло.

— …так ты дуешься, потому что я заключил клятву с другим рыцарем, не сказав тебе об этом?

— …н-нет, вовсе нет. Это абсурд.

— Правда?

— …да.

Хоть она и продолжала отрицательно качать головой, надутые губы скрыть было трудно.

«Как свирепый Цепной пёс Императрицы дошла до такого?»

Эта мысль промелькнула у меня в голове, но я быстро её отогнал. Эта Руниэль была в сто раз лучше той трагической версии.

— Даже если у вас появится больше рыцарей… просто не забывайте, что я была первой.

— …ха-ха.

Милая Мередия, теперь ещё и милая Руниэль. Я вступал на территорию, до которой не добирался ни один ветеран-игрок, и это было… странное чувство.

— Что важнее, вам следует быстро выяснить, что этот рыцарь определяет как свою честь, и начать переговоры.

— ...

— Я уверена, вы хорошо с этим справитесь, но на всякий случай… я подумала, что должна сказать.

И пока я неловко чесал затылок, Руниэль со слегка покрасневшими щеками быстро сменила тему.

— Я понимаю, о чём ты, но в данном случае, не думаю, что это будет большой проблемой.

— А? Что вы имеете в виду?!

На мой ответ Руниэль склонила голову и перевела взгляд на мою руку, после чего застыла на месте с открытым ртом.

— В таком состоянии она не то что бунт не поднимет, она и меч-то в руках не удержит.

Из-под моего стола, где она сжалась в комок с самого утра, теперь отчаянно тёрлась о мою протянутую руку Феррис, вся в холодном поту.

— …что это?..

— …ты поверишь, если я скажу, что и сам не знаю?

Это странное явление продолжалось уже шесть часов, с тех пор как я заключил с ней рыцарскую клятву в подвале.

***

— Эм, может, прекратишь?

— !..

— Мне становится не по себе.

Феррис, яростно дрожа и трсясь щекой о мою руку, очнулась от холодного голоса над головой.

— А-ах… п-простите.

— ...

— Я-я просто… привыкла к рабскому поведению, наверное…

Это была полная ложь. Трение о более сильную особь в знак подчинения было глубоко укоренившимся инстинктом волков-зверолюдов. Феррис, сохранившая свои дикие инстинкты после многих лет кровопролития, никогда прежде не испытывала такого всепоглощающего ужаса, и её инстинкты взяли верх. Оправдание, однако, было частью навыков выживания, отточенных за жизнь в рабстве.

— Если ты пришла в себя, тогда давай поговорим.

— …а?

— Какой чести ты ищешь?

Но говорил с ней теперь Уитни Лингард. Его сузившиеся глаза, не поддавшись на её оправдания, давили на неё.

— М-моей… чести… вы имеете в виду?

— ...

— Что это было…

Хотя внезапное давление, безусловно, сбило её с толку, была и более глубокая причина для её глупого ответа.

«…а что это вообще такое?»

Она видела больше грязи, чем кто-либо — рождённая зверолюдкой, порабощённая и обученная как убийца на протяжении более пятнадцати лет. Естественно, «чести», которую стоило бы защищать, у неё осталось немного.

— Твоя репутация. Твоя гордость. Некая абстрактная ценность, которой ты придерживаешься — определи это, волчица.

— Если что-то вроде этого… хм-м.

После минутного молчания, лишь когда Руниэль предложила словарное определение, Феррис наконец смогла заговорить.

— Я… я хочу достичь высокого положения.

Это желание было обычным, но в случае Феррис оно несло в себе нечто большее.

— И… привлечь внимание красивого, сильного, влиятельного мужчины… выйти за него замуж… и жить мирной, комфортной жизнью…

Это были минимальные требования, которые она установила для себя, чтобы не стыдиться своей собственной жадной мечты.

— Этого достаточно?

— …да.

— Если это и есть та честь, что ты ищешь, то я могу даровать её тебе.

Очевидно, её прозрачное желание пришлось Уитни по душе, потому что он мягко улыбнулся и прошептал:

— Взамен тебе придётся многое предложить мне.

Конечно, последовавший за этим тон был достаточно леденящим, чтобы вновь разжечь её травму из подвала, но слова до этого прозвучали для неё сладко.

— Не то чтобы у тебя теперь был выбор. Ты уже принесла клятву.

И, как он и сказал, у Феррис, которая, рыдая, поклялась ему в подвале под сокрушительным страхом, больше не было выбора.

— С нетерпением жду нашей совместной работы, Феррис.

— ...

— Давай хорошо поладим.

Когда Уитни с улыбкой мягко погладил её по голове, Феррис кое-что осознала.

«…постойте-ка».

Её инстинкты выживания, отточенные за пятнадцать лет на дне. Её приспособляемость. Её острая интуиция.

«Даже если он просто граф… Уитни Лингарда признавал даже Майер. Быть его правой рукой — это определённо достаточно высокое положение…»

Всё это быстро привело её к новому выводу.

«И он красив… сильнее меня… влиятельнее…»

Она взглянула на полуприкрытые глаза и утончённые черты Уитни, и её взгляд прояснился.

«О?»

Она только что поняла нечто критически важное: возможно, это было не несчастье, а уникальный шанс начать всё заново.

Виль-виль—

Именно с этого момента хвост Феррис начал быстро вилять, пока она смотрела на Уитни снизу вверх.

----------

Сокрушение

— …я вымотался.

— Так точно!

— Хм?

Погруженный в бумаги в своём кабинете, я случайно пробормотал это вслух — и тут же вздрогнул, когда кто-то коснулся моего плеча сзади.

— Приятно, правда?

— …?

Феррис, которая уже некоторое время поглядывала в мою сторону, заложив руки за спину, вдруг принялась разминать мне плечи с сияющими глазами.

Что, чёрт возьми, она творит? Это какая-нибудь древняя техника убийства зверолюдов через болевые точки?

…хотя, надо признать, ощущения были довольно приятными.

Не так давно она была шпионкой, пытавшейся меня убить, так что подозрительность была естественной. Но поскольку мои затёкшие плечи понемногу расслаблялись, на покушение это было не очень похоже.

Да и, учитывая принесённую ею рыцарскую клятву, навредить мне она всё равно уже не могла.

Но всего пару часов назад она дрожала и впадала в панику от одной моей улыбки. С чего вдруг такая разительная перемена?

…неужели та её речь о чести была правдой?

Достичь высокого положения — это понятно. Но влюбиться в красивого мужчину и выйти за него?

Услышь Руниэль такое определение рыцарской чести, она бы буквально пеной изошла.

Впрочем, её жажда статуса казалась искренней. Вероятно, этим и объяснялось, почему она теперь так подлизывается.

В конце концов, я её господин, и если она хочет взобраться по карьерной лестнице, ей придётся оставаться у меня на хорошем счету.

— Достаточно массажа.

— …так точно!

— Кстати, у меня есть вопрос.

— Спрашивайте что угодно!

Хорошо. Пора её немного проверить.

— Твоя специальность — убийства, верно?

— …у вас на примете есть кто-то, кого вы желали бы видеть мёртвым?

Феррис тут же сузила глаза и, склонившись ко мне, понизила голос.

— Сможешь убить своего бывшего хозяина?

Жестокий вопрос, но, учитывая, что всего несколько часов назад она была шпионкой Майера, я должен был проверить её решимость.

— Мне отправляться сейчас?

— …хм.

— Если я придумаю хороший предлог, наладить контакт будет нетрудно. Правда, шанс на успех — процентов двадцать. Убийство — это всегда игра в рулетку.

С потемневшими глазами Феррис заговорила уж слишком серьёзно.

— Если всё получится, я залегу на дно на несколько лет и появлюсь позже, не привлекая внимания. Если вы пообещаете прикрыть меня после, я бы даже смогла организовать поддержку…

— Майер тебя что, донимал? — Не выдержал я, видя, насколько она серьезна и какой кровожадной казалась.

— …нет, он был добр ко мне.

— Правда?

— Ха-ха… так добр, что я даже не поняла, что всё это было ложью.

Голос её сочился горечью.

— …этот ублюдок говорил, что я у него одна.

Её жажда крови была столь сильна, что даже Руниэль, молча стоявшая на страже неподалёку, заметно вздрогнула.

«…господин, вам правда не стоит предавать женщин».

«…особенно леди Мередию. Я не смогу вам помочь, если вы это сделаете».

Внезапно в моей голове эхом отозвался шёпот Парши из подвала.

Да уж. Будь на месте Феррис Мередия… все в особняке уже лежали бы в отключке.

Хотя я, конечно, никогда бы не предал Мередию.

Тук-тук-тук—

Стоило мне потереть уставшие глаза и попытаться вернуться к документам, как стук в парадную дверь приковал моё внимание.

— Саша?

— …

— …если ты опять дрожишь, то знай: про убийство Майера я пошутил.

Большинство старшего персонала уже было в комнате, так что стучать могла только Саша.

Я постарался успокоить бедняжку, предположив, что она нервно топчется снаружи.

— Не знаю, из ваших уст это не отличить от правды.

— …леди Мередия?

Но вместо привычного бледного лица Саши в дверях показалась Мередия.

— Впрочем, если убьёшь этого ублюдка ради меня, я тебя поцелую.

— …

— …шучу. Если подумать, не очень-то равноценный обмен.

Застыв от её неожиданного появления, я мог лишь сидеть в ошеломлённом молчании после такого комментария.

— Что? Почему ты так на меня смотришь?

— …как вы сюда вошли? — Спустя несколько секунд, оправившись от первого шока и заметив её слегка порозовевшие щёки, сумел спросить я.

— Мне нельзя входить в комнату своего жениха?

— Ну… обычно существует определённая процедура…

— И всё же, когда ты входил в герцогское поместье, никакой процедуры не понадобилось.

С такой логикой не поспоришь.

— Рыцари не пытались вас остановить?

— Я обезвредила их предупреждением. С персоналом у меня теперь тоже неплохие отношения.

— А-ха-ха…

Я столько вложил в создание своего рыцарского корпуса, но, конечно, даже им было не совладать с кем-то вроде Мередии. (Если бы не её битва с имперской принцессой, у неё, вероятно, не было бы такого карт-бланша).

— Что, ты мне не рад?

— Нет, дело не в этом…

— Хотя, судя по всему, я бы не удивилась.

Едва я начал сникать, как глаза Мередии остро сверкнули, и она подошла ко мне, заговорив ледяным тоном.

— Ты уже принял рыцарскую клятву от двух женщин. Как неприкрыто.

— …это просто совпадение.

— Главный дворецкий — девушка. Главная горничная — девушка. Все твои ближайшие рыцари — девушки, девушки и ещё раз девушки. Наверное, весело тебе тут каждый день, да?

Ну… разве не нормально, что главная горничная — девушка?

А главные дворецкий и горничная — это крошки Саша и Парша!

Остальные — просто элитные кадры из игры и тёмные лошадки для противодействия влиянию Майера.

К тому же, Берген тоже один из моих ближайших помощников, и он в тени. Это довольно несправедливое обвинение.

— Всем, кто в комнате — покинуть нас.

— …вы правда думаете, что я стану подыгрывать?

— Леди Мередия, если позволите мне объяс…

Но сейчас она бы ни за что не стала слушать. Как только я попытался её успокоить и выпроводить Руниэль и Феррис…

— Сэр Уитни!!!

— Ах.

— Что вы делаете в своём кабинете целый день?!

Голос, который я меньше всего хотел сейчас слышать, эхом пронёсся по коридору.

— Вы двое, держите её…

— Поиграйте лучше со мной!!!

— …тц.

Я надеялся, что Руниэль и Феррис смогут её сдержать, но не успел я договорить, как Катарина уже ворвалась в дверь.

— …

И воцарилась мучительно неловкая тишина.

— А?

С шахматной доской в руках (откуда она вообще умеет играть — загадка), она застыла на месте, увидев леди Мередию.

— Ваше высочество, я, кажется, приставил к вам личных горничных.

— О-они устали. И-и… в такие игры веселее играть с друзьями.

Наблюдая, как она ёрзает, я вздохнул и спокойно ответил.

Неужели она опять их всех измотала после вчерашнего хаоса?

Я мысленно цокнул языком, снова поражаясь её неуёмной энергии.

Тут Мередия, сохранив ледяную улыбку, внезапно заговорила:

— Пропали на неделю — и вот вы где. Ваше высочество.

— …Ик.

— О, не волнуйтесь. Я очень хорошо умею хранить секреты.

Услышав это, Катарина снова икнула, а выражение её лица становилось всё более напряжённым.

— Ваше высочество, простите, но у меня сейчас важный разговор с леди Мередией.

— Л-ладно.

— Не могли бы вы подождать снаружи?

Чтобы избежать дальнейших катастроф, я, изобразив самую дипломатичную улыбку, попытался её выпроводить.

— Т-точно… девушки ведь важнее друзей…

— …

— Т-тогда… я подожду снаружи.

К счастью, она опустила голову, неловко переминаясь с ноги на ногу, и вышла.

— …Хмф.

Мередия, внимательно следившая за этой сценой, прищурилась и снова посмотрела на меня с леденящей душу улыбкой.

— Ну что, приятно быть в окружении женщин?

— …её высочество технически мужчина.

— А кто с этим спорит?

Чувствуя, что я полностью в её власти, я решил пойти ва-банк пораньше.

— Но разве это имеет значение?

— К чему ты клонишь?

— Сколько бы женщин ни было вокруг, я люблю только одну.

Мои слова были настолько прямолинейны, что даже Феррис и Руниэль, собиравшиеся закрыть дверь, заметно вздрогнули.

— …

И, как и ожидалось, холодный взгляд Мередии впился в мой.

— Ты любишь только меня?

— …разумеется.

— Тогда докажи.

От её ледяного требования у меня на лбу выступил пот, а в голове стало пусто.

— …это легко.

Но вскоре в голову пришла очень простая мысль, и я решил немедленно действовать.

— И что же это?

Когда я протянул ладонь и улыбнулся, Мередия склонила голову, уставившись на мою руку.

— Одно из немногих запретных заклинаний белой магии.

— …?

— Достаточно просто взяться за руки… нет, вы сами всё почувствуете, когда прикоснётесь ко мне.

Я изобразил самую безобидную улыбку, на какую был способен, но она с каждой секундой смотрела всё подозрительнее.

— …забудь. Я не стану этого делать.

— А? Почему?

— У тебя слишком похотливый вид.

Когда она наотрез отказалась, я не удержался от тихого ворчания.

— Вы слишком жестоки…

— Ладно, это я так, из вредности. Не нужно делать ничего странного.

К счастью, казалось, этот маленький кризис миновал.

И всё же… я надеялся, что она возьмёт мою руку. Попробую ещё раз в другой раз.

— Я знаю, что ты ещё не прикоснулся ни к одной женщине. Я внимательно следила.

Стоило мне почесать затылок, как она небрежно сбросила бомбу.

— …вы ведь шутите?

— Кто знает?

У меня было дурное предчувствие, что спокойно спать я теперь не буду никогда.

— Так что привело вас ко мне сегодня, леди Мередия?

Пора было менять тему. Я дружелюбно улыбнулся и спросил.

— Я пришла кое-что предложить.

— Ха-ха, всё что угодно…

Её ответ, однако, лишил меня дара речи.

— …давай сходим на свидание.

— …что?

Думаю, любой парень, впервые услышав такое от своей новой девушки, отреагировал бы так же, верно?

— Прямо сейчас.

— …!?

Да. Именно такое предложение, от которого глаза на лоб лезут.

----------

Неожиданность

__________

(ПП. Для контекста. Мередия все ещё *вроде как*, не в курсе насчёт того, что принц=принцесса. Также, как и принцесса на публике выражается о себе не как *Она*, а просто *Он*. В прошлых главах я напутал слегка, мой косяк)

__________

Скр-риип—

Карета, в которой ехали мы с леди Мередией, медленно остановилась у места назначения.

— Готовься к выходу.

— …а, да.

— Ты ведь не забудешь сопроводить меня на этот раз?

Нашим первым пунктом в этом внезапном свидании, затеянном самой леди Мередией, был не что иное, как самый оживлённый район Империи — улица Лунастелла.

Для торговой улицы она выглядела почти нереально: древняя магия звёзд и луны была вплетена в сам ландшафт, создавая настолько ошеломительную атмосферу, что те, кто видел её впервые, часто теряли дар речи.

Подумать только, я буду здесь с леди Мередией, да ещё и на свидании. Я должен был быть в восторге.

Но в тот момент, когда я взял её протянутую руку, моё лицо выглядело… не слишком счастливым.

— П-подождите! Я ещё не готов!

— …ха-а.

Потому что, как раз когда мы собирались выходить, в нашу карету забрался незваный гость.

— Я так давно не был в таких людных местах! Вечно сижу во дворце…

— …Ваше Высочество. Вы забыли? Сегодня вы наша прислуга.

— Ой, точно! Хе-хе.

Да. Наследный принц Империи — нет, принцесса — Катарина дошла до того, что переоделась в служанку, лишь бы увязаться с нами на свидание.

В неумении чувствовать момент ей, клянусь, нет равных.

Но что ранило по-настоящему, так это реакция Мередии на это вторжение.

— Пожалуйста! Прошу, умоляю вас! В-в поместье хорошо, но я очень хочу хоть разочек выйти на улицу! Я-я не буду мешать, буду вести себя хорошо! Просто позвольте мне пойти с вами…

— Очень хорошо.

— …А?

— Пойдёмте с нами, ваше высочество.

Обычно Мередия наотрез отказала бы Катарине, но по какой-то причине она охотно согласилась взять её с собой.

— …вы уверены?

— Если уж на то пошло, так будет даже забавнее.

— Ха-ха… как скажете.

Поскольку свидание с самого начала было её затеей, у меня не было особых оснований возражать.

— Ура-а-а! Будет весело!

— …Ваше Высочество, пожалуйста, помните о своём достоинстве.

— Но я так волнуюсь, что поделать…

— Если будете продолжать в том же духе, я отправлю вас обратно в особняк.

— Уф, ладно…

Так то, что должно было стать уединённой прогулкой для двоих, превратилось в работу по сопровождению десятилетнего ребёнка с неиссякаемой энергией.

— Перестань витать в облаках.

— …ах, да.

Конечно, сопровождая леди Мередию по улице, я не мог и ею пренебрегать.

Почему у меня уже такое чувство, будто я в браке лет десять?

— Ты расстроен?

— …нисколько.

— Лжец. У тебя на лице всё написано.

Я ответил быстро, но, как и ожидалось, я говорил с Мередией.

— Да, я настояла, но у меня были на то свои причины.

— …причины?

Пока я неловко молчал, Мередия взглянула на плетущуюся за нами принцессу и продолжила.

— Если подумать, он в некотором роде вызывает жалость.

— …

— Я знаю, каково это… всю жизнь быть запертой в одном и том же месте.

Это объясняло её неохотное выражение лица, когда Катарина умоляла взять её с собой.

— Да, сначала он был пешкой Майера. Но теперь — что бы ты там ни сделал — он полностью на твоей стороне, так что мне уже всё равно.

— …ха-ха.

— И его боевые способности на уровне. Может пригодиться в качестве телохранителя.

Я не совсем понимал, как имперская принцесса стала нашим эскортом, особенно учитывая, что рядом с нами уже шла одна из сильнейших личностей в мире.

— И… есть кое-что, что я хочу проверить.

Эти слова, брошенные на прощание почти шёпотом, заставили холодок пробежать у меня по спине.

Было ясно — у Мередии была иная причина взять Катарину с собой.

…уж не заподозрила ли она что-то насчёт её пола?

На мгновение я задумался, но быстро отбросил эту мысль.

В конце концов, на отборочном мероприятии и церемонии награждения у Мередии и Катарины не было реальных поводов для пересечения.

Если только у Мередии не было какого-то неизвестного мне способа круглосуточно следить за моим особняком, вряд ли даже она смогла бы догадаться.

— Итак, с чего бы нам начать…

Стоило мне задуматься, что стало бы идеальным первым шагом на этом свидании…

Хвать—

Леди Мередия внезапно крепко стиснула мою руку.

— …Л-леди Мередия?

— …

— Что-то случилось?..

Её хватка была такой сильной, что я чуть не вскрикнул, пока не понял причину.

«…почему он здесь?»

За гомонящей толпой, уже начавшей обращать на нас внимание, в нашу сторону шёл последний человек, с которым я хотел бы столкнуться в такой мирный момент.

— Майер Эмбегрин… что он здесь делает?

— Причина, по которой этот мерзкий ублюдок здесь, очевидна.

— …Ах.

К счастью, он был к нам спиной. Я не мог разглядеть отчётливо, но, кажется, рядом с ним шла женщина.

— Должно быть, та, на которой он снова женится. Бедняжка — выходить замуж за такой мусор. Впрочем, говорят, рыбак рыбака видит издалека.

Тон Мередии был острым, как лёд, а её хватка всё усиливалась.

— Ха… может, пойдём в другую сторону, леди Мередия?

— …

— Я знаю одну кондитерскую, которую очень любит моя сестра…

Она наконец посмотрела на меня с надутым выражением лица, кивнула и потянула меня за собой.

— …лучше бы ей быть хорошей.

— Разумеется…

Я даже не мог переставлять ноги, но меня каким-то образом тащили.

Да, в любой схватке с ней я был обречён — что с её самоцветными глазами, что без них.

Заметка на будущее: никогда, ни за что не затевать с ней ссоры.

— Десерты для простолюдинов!!! Я всегда хотел их попробовать!

— …Ваше Высочество, и моя сестра, и я — дворяне. Здешние заведения в основном обслуживают благородную клиентуру.

— О… тогда где…

— За настоящими «простонародными» сладостями пришлось бы углубиться в трущобы.

— …понятно.

Пока меня тащила Мередия, мне приходилось ещё и успокаивать чересчур восторженную принцессу.

— …?

Но вдруг я почувствовал на спине чей-то взгляд.

— …что это?

Я подумал, что, может, нас заметил Майер, но, оглянувшись, увидел, что он уже далеко.

— Что-то не так?

— …ничего.

Пока я, всё ещё влекомый за руку, чесал затылок, меня поразила мимолётная мысль.

«Кажется, женщина рядом с Майером на мгновение оглянулась на нас».

— Сэр Уитни!!! Смотрите!!! Там на улице дуэль!!!

— …это театральное представление, ваше высочество.

Конечно, эта мимолётная мысль была быстро сметена принцессой, которая уже вернулась в своё обычное состояние.

***

— Ну что, леди Мередия. Вкусно?

— …Хмф.

Войдя в кондитерскую, леди Мередия немедленно выкупила всё заведение. В тот момент, как подали наш торт, она, не раздумывая, отправила кусок себе в рот.

— Вам не по вкусу?

— …съедобно.

Она слегка надула губы, с полными щеками торта, и нахмурилась от моего вопроса — и, если честно, это было очаровательно.

Образец благородных манер теряет самообладание из-за сахара…

Согласно её профилю персонажа из моей прошлой жизни, леди Мередия обожала сладости.

Конечно, это известный троп, что злодейки на публике сохраняют безупречные манеры.

Она овладела светским этикетом почти в совершенстве. Но сладости? Это была её единственная критическая слабость.

— К твоему сведению, я не всем показываю эту свою сторону.

Пока я мягко улыбался, позабавленный, она промокнула губы салфеткой и надменно вздёрнула подбородок.

— Я веду себя так, только когда одна… или с тобой.

— Ах…

— Это редкое зрелище. Считай, тебе повезло.

Она прошептала это, почти обиженно, и, честно говоря, было трудно сохранять серьёзное лицо.

— Ням-ням-ням. Прошу прощения! Можно мне ещё вот этого?!

— Горе ты моё, ваше высочество.

Если бы не принцесса, которая, надув щёки, подняла руку, чтобы крикнуть персоналу, меня бы, наверное, ещё долгие годы поддразнивали за покрасневшее лицо.

— …неужели я когда-то была такой? — Пробормотала Мередия, искоса взглянув на неё, пока я быстро возвращал себе самообладание.

— …тебе тоже стоит поесть.

— А, я в порядке.

— Не любишь сладкое?

— Нет, дело не в этом… просто здесь довольно дорого.

Моя улыбка стала немного пустой.

— Моя сестра приходит сюда раз в месяц… как на праздник.

— …что ты вообще несёшь?

Леди Мередия посмотрела на меня с полным недоумением.

— Если бы я захотела, я могла бы купить всю эту лавку. К чему беспокоиться о цене десерта…

— Ну, это наше первое свидание. Конечно, я должен платить.

— …Хм.

Она уставилась на меня с широко раскрытыми от недоверия глазами.

— Пытаешься казаться настоящим мужчиной, да?

— Я и есть мужчина.

— Ха. Ладно. Пожалуй, это мило.

Тон её был безразличным, но взгляд скользнул в сторону.

— Но серьёзно… ты наследник графского рода. Неужели ты настолько на мели, что не можешь даже заплатить за десерт?

Криво улыбнувшись, я ответил с уверенностью:

— Раньше был. Но сейчас дела немного лучше.

— Ещё бы. Я вливаю в тебя целое состояние.

— Простите?

— …ничего.

Она осеклась, и я пожал плечами.

— В последнее время я всё вкладываю в инвестиции.

— …во что же?

— А-ха-ха. Это секрет.

Честно говоря, я и сам не знал, куда уходят деньги нашего поместья. Это была вотчина Парши. Ни у кого другого, включая меня, не было таланта этим управлять.

— Что ж, мне всё равно, лишь бы это были не шахты Лавертейна.

— Ха-ха, кто был бы настолько глуп, чтобы так поступить?

Мы вместе рассмеялись, и на мгновение воцарился мир… пока…

— С-сэр, это место закрыто на частное обслуживание…

— …с дороги.

Холодный голос — голос, которого здесь не должно было быть — раздался от входа.

— …Тц.

Игривое выражение лица леди Мередии мгновенно стало ледяным.

— Что ж, что ж… давно не виделись, сестрёнка.

Человек, которого она ненавидела почти так же сильно, как своего отца — Майер Эмбегрин — широким шагом входил в зал, отстранив протестующего сотрудника.

— …А?

Но шокировало меня не внезапное появление Майера.

— Фу-фу. Здравствуйте.

Это была женщина, стоявшая рядом с ним и сияюще улыбавшаяся.

«…почему она здесь?»

Потому что этой женщиной была не кто иная, как персонаж из «Blacktail Fantasy 3» — той самой игры, что сформировала этот мир.

Если Святая Хестия умирала в самом начале, эта женщина становилась либо членом вашей группы, либо главной героиней.

Она была, без сомнения, другой героиней этой истории.

----------

Ловушка

— …а, и ты здесь.

— …

— Но что это за выражение лица? Из-за меня?

Я наконец пришёл в себя от холодного голоса, раздавшегося передо мной, после того как некоторое время ошеломлённо пялился на невесту, стоящую рядом с Майером.

«Пока жива Святая Хестия, эта женщина не должна появляться в основной истории. Что происходит?»

Говорят, она ещё одна «главная героиня», но даже в оригинале она была подозрительна до крайности.

И не без причины: условия её появления в игре требовали смерти Святой Хестии. Так что, если она становилась спутницей или главной героиней, игрока неизбежно вели к плохой концовке.

Вдобавок ко всему, для одной из двух титульных героинь информации о ней было до странности мало.

У других персонажей, вроде Мередии или Императрицы, да, были скрытые детали, вероятно, прибережённые для DLC.

Но «эта женщина»? Никакой информации. Буквально ноль — её просто не существовало в данных игры.

Даже имя для неё должен был выбрать игрок при первой встрече. Это говорит о многом.

— Прошу прощения, а как вас зовут?

— Ого?

— Ха?

Когда этот факт внезапно всплыл в памяти, я задал ей вопрос, желая кое-что подтвердить.

Я не мог вечно называть её «эта женщина», и было одно, что я хотел проверить.

— Как ты смеешь, кем ты себя возомнил…

— Всё в порядке, Майер.

Как бы то ни было, я сохранял вежливую улыбку. Она мягко удержала Майера и представилась с безмятежным выражением лица.

— Меня зовут Эмбер. Я родом из простолюдинов, так что фамилии у меня нет.

И, как я и ожидал, имя, сорвавшееся с её губ, было именем по умолчанию.

Предустановленное имя, которое система присваивала, если игрок решал ничего не вводить.

— Довольно скучное имя, не правда ли?

— …нет, нисколько.

— А должно бы. Фу-фу.

Почувствовав, как внутри шевельнулось странное чувство, я прищурился, глядя на шепчущий смех Эмбер, и едва заметно свёл брови.

«…что это?»

С того момента, как Майер и Эмбер вошли в заведение, меня охватывало смутное беспокойство.

— Ха! Ха-ха-ха…

Пока я всё ещё пристально наблюдал за улыбающейся Эмбер, меня вырвал из раздумий холодный смех леди, раздавшийся рядом.

— Что смешного?

— О, просто… нахожу это уморительным.

Продолжая хихикать с явной насмешкой на лице, леди наконец снова открыла рот, и её лицо стало ледяным.

— Если бы кто-нибудь знал, какую дрянь ты обычно извергаешь о простолюдинах, они бы все смотрели на тебя с отвращением.

— …

— Вся твоя идеология внезапно изменилась? Если нет…

Пока леди продолжала говорить, я заметил растущую угрозу в глазах Майера. Я уже готовился вмешаться, внимательно следя за ситуацией, как вдруг…

— Фу-фу, леди Мередия. Может, в прошлом Майер и был таким.

— А?

Эмбер, переведя взгляд с меня, внезапно шагнула вперёд и взяла Майера за руку. Словно в грандиозном спектакле, она провозгласила:

— Но… любовь может преодолеть всё подобное, не находите?

В этот момент всё внутри кондитерской будто застыло.

Конечно, внутри были только я, леди и чета Майера, но, поскольку все, кроме Эмбер, замерли на месте, эффект был тот же.

— Правда, Майер?

— А, да. Верно…

Ещё более шокирующим, чем само заявление, был ответ Майера.

Неужели это тот самый человек, которого я знал — тот, что относился к простолюдинам и женщинам как к камням на дороге?

Даже если «Эмбер» была одной из двух титульных героинь в оригинальной игре, это было лишь в контексте игры.

И она должна была быть героиней игрока. Не было причин, чтобы кто-то вроде Майера, естественного врага игрока, проявлял к ней нежность.

«Постойте, нет… вся эта ситуация странная».

Теперь, когда я об этом думаю, сам факт того, что она стала невестой Майера, абсурден.

Одна из главных героинь обручилась с худшим из злодейского отребья? Если бы такая сюжетная линия вышла в обновлении к игре, всё сообщество взорвалось бы.

«…хотя мне-то что, мне нужна только леди Мередия».

Эта мысль промелькнула у меня в голове, но сейчас проблема была не в этом.

Нужно было понять, как такое вообще могло произойти.

«Может, это эффект бабочки от всего, что я до сих пор натворил?»

Эта мысль на мгновение пришла в голову, но, сколько бы я ни размышлял, она не имела смысла.

Всё, что я изменил в этом мире с момента реинкарнации: отравил и воскресил себя, заключил фиктивную помолвку с леди Мередией, изменил судьбу Святой на балу, стал чемпионом Отборочного Турнира, угрожал Императрице и вынудил её уйти на покой…

Хм. Ладно, может, я и натворил немало.

Но всё же, всё это следовало логическим причинно-следственным цепочкам, вытекающим из моих действий.

Даже если эффект бабочки реален, это не объясняет, почему Эмбер — главная героиня наравне с Хестией — внезапно появилась в качестве невесты Майера.

«Какого чёрта здесь происходит?»

Другими словами, передо мной была неизвестная переменная.

Что-то совершенно вне моего контроля. Что-то, что я не мог просчитать.

Но почему это странное чувство дежавю не даёт мне покоя?

«Ощущение, будто я это уже испытывал…»

Проследив за этим неприятным предчувствием вглубь своих воспоминаний, в моём сознании вспыхнуло одно словосочетание — Отборочный Турнир Талантов.

«Точно, даже тогда…»

Ещё до того, как ко мне вернулись воспоминания из прошлой жизни, Отборочный Турнир уже был отложен из-за мошенничества.

Это означало, что даже без моего вмешательства этот мир уже отклонялся от оригинального сюжета.

«Погодите-ка, только не говорите мне…»

Эта мысль ударила как молния.

Может, это и звучит притянуто за уши, учитывая текущую ситуацию, но если это правда, то многое бы объяснилось.

«Проверим».

Ладно. Терять нечего, верно?

Если я ошибаюсь, вреда не будет. Но если я прав, то я только что поймал крупную рыбу. Пора закинуть наживку.

***

— Что ж, это всё прекрасно, но я бы хотела, чтобы вы двое сейчас ушли.

— …что это должно означать?

— Ты меня не расслышал? Я арендовала всё это заведение.

К тому времени как Уитни закончил свои размышления, Мередия и Майер, всё ещё оправляясь от предыдущего шока, снова начали препираться.

— Пытаешься выпендриться парой жалких грошей, да? Как типично для моего показной сестрёнки.

— Майер, тебе не стоит так говорить.

— …кхм. Прошу прощения.

Затем, после ещё одной мягкой улыбки Эмбер, Майер замолчал, слегка кашлянув.

— …Тц.

Мередия, которой эта сцена была явно неприятна, поморщилась и потёрла виски.

— Это, честно говоря, отвратительно…

Конечно, такое не ожидаешь услышать от той, кто из-за любви превратилась из злодейки в цундере-аристократку, но люди всегда снисходительнее к себе.

— Какое отсутствие манер. Я и так собирался уйти, как только заберу свой десерт.

— Раз так… ха, неважно. Просто заканчивай свои дела и убирайся.

— Следи за тоном.

Хоть она и видела, что Майер идёт в противоположную сторону, Мередия не хотела больше тратить на это душевные силы.

Особенно во время своего первого свидания с Уитни — свидания, которое она устроила лично.

— Хорошо, тогда…

— Нет, можете задержаться ещё ненадолго.

— А?

Как раз когда Мередия собиралась всё закончить, Майер обратил на неё холодный взгляд, но тут Уитни, доселе молчавший, внезапно встал и преградил им путь с подозрительной улыбкой.

— Я давно хотел как следует поболтать с вами, лорд Майер. Ха-ха…

— Что… за чертовщину ты несёшь?

— О, и мисс Эмбер, верно?

— А? Да.

— Вы мне тоже кажетесь весьма интересной.

Пока Майер невольно отступал назад от зловещей ухмылки Уитни, тот перевёл взгляд на Эмбер.

— Я-я?

— Если быть точным, с недавних пор.

— Простите?

Сделав шаг вперёд, Уитни прошептал достаточно тихо, чтобы слышала только она. Эмбер, как и Майер до неё, попятилась.

— Что, чёрт возьми, ты говоришь?..

— Что ж. Проще говоря, как насчёт небольшого совместного времяпрепровождения для наших пар?

— …ты в своём уме?

Пока Уитни продолжал наступать, Майер наконец поднял руку, чтобы остановить его, выглядя совершенно ошарашенным.

— А-ха-ха… в своём уме? Мне было бы весьма обидно, если бы кто-то такое сказал…

— Ещё шаг, и я сочту это за угрозу.

— О боже. У меня и в мыслях такого не было.

— …твоё лицо само по себе — угроза.

При этих словах улыбка Уитни исчезла, и он посмотрел Майеру прямо в глаза.

— Это несколько грубо, не находите, лорд Майер?

— Грубо? Думаешь, стал герцогом или кем-то в этом роде, раз водишься с этой сумасшедшей стервой?

— Майер…

— Позволь дать тебе совет.

Несмотря на попытку Эмбер его успокоить, гнев Майера явно перешёл за грань разумного.

— Собаку, которая слишком громко лает лишь потому, что у неё хороший хозяин, бросают первой.

При этих словах Мередия начала подниматься с яростью в глазах, но Уитни вытянул руку и остановил её. Затем, с леденящей ухмылкой, он произнёс.

— В таком случае, похоже, лорд Майер тоже не сильно отличается.

— …что ты сказал?

— Ах, да.

Внезапно наклонившись к самому уху Майера, Уитни прошептал низким голосом:

— …Теневая Ведьма шлёт вам свой привет.

— …!!!

Пока Уитни тихо посмеивался, лицо Майера побледнело, и он, споткнувшись, попятился назад.

— Ты… ты, ублюдок… откуда ты об этом знаешь?..

— Секрет?

Сидя на своём месте, Мередия отрешённо смотрела на эту сцену, находя её на удивление памятной.

«…я слишком долго живу на свете».

Была причина, почему даже у неё, ровесницы Уитни, была такая реакция.

Отчасти это было удовлетворение от вида Майера — источника стольких детских травм — впадающего в панику перед Уитни.

Но в большей степени это был мимолётный взгляд на то, как Уитни приоткрыл один глаз.

«Это всего лишь второй раз с тех пор…»

Хоть и не оба, но Уитни приоткрыл один глаз, когда шептал на ухо Майеру, и в этот краткий миг он казался совершенно другим человеком.

— О, и мисс Эмбер? Пару слов, если позволите.

— …?

Возможно, из-за этого Мередия склонила голову, когда Уитни повернулся к Эмбер и что-то прошептал ей на ухо.

«Неужели есть причина угрожать и ей тоже?»

И снова Уитни приоткрыл один глаз.

***

— У меня простой вопрос.

— …какой?

Как и подозревала Мередия, слова, которые Уитни прошептал на ухо невесте, были практически угрозой.

— …вы, случайно, не Вселенец?

----------

Один из нас

— А?

Реакция невесты Майера, Эмбер, на вопрос Уитни была совершенно обыденной.

— В-вселенец, вы сказали?

— …

— А что это такое?

Выражение лица Эмбер, когда она спрашивала, было поистине невинным — она выглядела так, будто ничего не знает.

— Хм…

Однако, в отличие от её лица, у Уитни был мрачный, зловещий вид; он изучал её с огромным интересом.

«Она просто очень хорошая актриса, или и вправду ничего не знает?»

— …почему вы так на меня смотрите?

— Ха-ха, ничего особенного. Правда.

Когда лицо Эмбер начало постепенно бледнеть, Уитни с сожалением вздохнул, и вернулся на своё место.

— Что ж, вы двое, не присядете?

— …

— Раз уж судьба свела нас, мы могли бы и поболтать о жизни, как считаете?..

Он говорил небрежно, попеременно переводя взгляд с Майера на Эмбер, снова усаживаясь за стол, где ждала Мередия, но атмосфера уже не располагала к беседе.

— …пойдём.

— Ах. Подожди…

— Если мы задержимся, лучше не станет.

Без предупреждения Майер схватил Эмбер за руку и потянул за собой, вырвав Уитни из раздумий.

— Хм. Я думал, вам нужно было забрать десерт…

— …наверное, ложь. Не то чтобы я когда-нибудь верила. — Тихо пробормотала рядом с ним Мередия, пока Уитни чесал затылок из-за их внезапного ухода.

— О, тогда до свидания~!

В этот момент Эмбер снова просунула голову в дверной проём, весело помахала рукой и исчезла.

— …

Наступила тишина.

— Фух.

Словно шторм миновал, Мередия протяжно вздохнула и медленно опустила взгляд.

Дрог-дрог-дрог—

Принцесса Катарина, которая всего мгновение назад шумела в пустом зале, теперь тряслась под столом у ног Уитни.

— …что вы делаете?

— О-он ушёл?..

— Вы имеете в виду лорда Майера?

— Д-да…

Она, дрожа, перебралась поближе к Уитни, и взгляд Мередии вмиг стал холодным.

— Вы ничуть не слабее и не ниже его по статусу. Чего именно вы так боитесь?

— Н-ну, то есть… я ведь технически в бегах, так? — Не заметив тона Мередии, спросил Уитни, и Катарина заикаясь ответила.

— И-и даже тогда, когда мы были «друзьями»… он почему-то был страшным.

— …в каком смысле?

— Он… он шантажировал меня, давя на мои слабости, и заставлял делать то, чего я не хотел…

Услышав это, Уитни на мгновение задумался, а затем пробормотал себе под нос:

— …по крайней мере, за инцидентом с плакатами стоит не Майер.

— Почему нет? Я был почти уверен, что это он…

— Потому что лорд Майер не из тех, кто безрассудно выставляет напоказ имеющийся у него компромат. Если бы он его использовал, то сделал бы это скрытно, а не трубил бы на весь мир.

С этими словами Уитни повернулся к Мередии, которая с кислой миной подпирала подбородок рукой, и быстро улыбнулся ей.

— Вы согласны, леди Мередия?

— …

— …моя леди?

— …да.

Хоть она и продолжала испепелять его взглядом, но в конце концов слабо ответила. Катарина, тихо наблюдавшая за этим, расширила глаза.

— Тогда… если не Майер, то кто за этим стоит?

— …он может и не быть виновником, но вполне мог стать источником информации.

— О-он передал информацию? Тогда он… соучастник?

Глаза Катарины забегали, ошеломлённые потоком информации. Уитни, видя это, слегка улыбнулся, но больше ничего не сказал.

— Что ж, это всего лишь теория.

— У-ух…

— В любом случае, давайте поговорим об этом позже.

С этими словами леди Мередия молча поднялась со своего места.

— Ладно. Если разговоры закончены, пошли.

— Уже? У нас ещё куча времени до конца брони…

— У меня отвратительное настроение. Лучше убраться отсюда побыстрее.

— Ну, раз вы так себя чувствуете…

Заметив её явно недовольное выражение лица, Уитни не стал спорить и вместо этого с долей любопытства спросил.

— Итак, куда теперь?

— …Ха.

Выпустив вздох, Мередия холодно улыбнулась и ответила:

— Когда у тебя плохое настроение, самое логичное решение — чрезмерные траты.

— …а-ха-ха.

Это было утверждение, которое мог сделать только представитель высшего класса — вечное в своей роскоши. Уитни на мгновение потерял дар речи.

***

Несколько десятков минут спустя.

— Это место…

— В-вау-вау-вау-вау…

— Что, впервые здесь?

Место, куда привела нас леди Мередия, было настолько экстравагантным, что даже я, наследник графа, и Катарина, принцесса, застыли в безмолвии.

— Насколько я знаю… даже большинству высокопоставленных аристократов приходится затягивать пояса на год, чтобы позволить себе здесь хоть что-то.

И это было логично. Бутик, в который мы вошли, был самым роскошным магазином Империи, целиком заполненным нарядами, которые в оригинальной игре можно было купить только за реальную валюту.

Для справки, эта «реальная валюта» в среднем составляла около трёхсот тысяч вон за вещь, а то и больше, в зависимости от курса.

Кроме того, большинство здешних вещей были чисто декоративными обликами, не влияющими на характеристики.

Другими словами, это была зона, целиком посвящённая выбрасыванию денег на ветер самым шикарным из возможных способов.

— Ты считаешь, что герцогский дом Эмбегрин — это какая-то рядовая дворянская семья?

— Н-нет, дело не в этом…

— Даже если я скуплю все наряды в этом магазине, это не пробьёт брешь в финансах герцогства, так что перестань глазеть, как деревенщина. Это стыдно.

Как и ожидалось, такие вещи, как цена и сдержанность, перед леди Мередией были бессмысленны.

Честно говоря, я и сам хотел ей что-нибудь купить, но при виде ценников на одежде у входа у меня так затряслись руки, что я не был уверен, что справлюсь.

— А вы, ваше высочество… почему у вас такое странное выражение лица? Я думала, вы привыкли к подобной роскоши.

— …

— …эй.

Мередия повернулась к принцессе, которая витала в облаках рядом со мной.

— Это женский отдел.

— Ох, эм. Ха-ха. Точно.

— Мужской отдел — на противоположной стороне.

Мы заранее договорились, что ради маскировки я не буду обращаться к ней «ваше высочество» на публике, но даже так тон Мередии прозвучал слишком уж агрессивно.

— Что ж, сэр Уитни! Может, пойдём выбирать одежду вмес…

— Нет. Уитни идёт со мной.

— Ч-что?

— Очевидно, он должен помочь мне выбрать наряды.

К счастью, Катарина, похоже, не уловила подтекста. Но даже она выглядела немного сбитой с толку последующими словами Мередии.

— Т-точно. В этом есть смысл…

— Если увидите что-то, что вам понравится, выбирайте. Я куплю вам пару вещей.

— …н-не стоит, правда.

Тем не менее, то ли потому, что она технически была в бегах, то ли потому, что взгляд Мередии был слишком пристальным…

— Ч-что ж, тогда я пойду!

После секундного колебания принцесса помахала рукой и поспешно скрылась в мужском отделе.

— …

Проводив Катарину, я молча последовал за леди Мередией в женский отдел, а затем осторожно задал ей вопрос.

— Вы нарочно отделили её высочество, не так ли?

— Сейчас меня интересуют две вещи.

Как и ожидалось, она сделала лёгкий щелчок пальцами, чтобы активировать звуконепроницаемое заклинание (которое у меня до сих пор занимает больше трёх минут), и заговорила со мной.

— Первое: почему ты проявил такой интерес к невесте Майера?

— …Хм.

Я нахмурился, на мгновение задумавшись, сколько ей стоит рассказать.

— Ты никогда раньше не проявлял интереса к другой женщине. Особенно к незнакомке.

— …

— Ты её откуда-то знаешь? Если так, почему…

Её вопросы сыпались один за другим, не оставляя мне выбора, кроме как заговорить.

— Когда я шептал ей… вы заметили что-нибудь подозрительное?

— …подозрительное?

— Например, изменение выражения лица. Внезапное подёргивание. Хоть что-нибудь.

Леди Мередия на мгновение склонила голову, прежде чем ответить с уверенностью.

— Ничего не было.

— Понятно.

— Она не проявила никакой необычной реакции. Только ту, что была бы у любого здравомыслящего человека при виде твоего лица.

— …Ах.

Странно. Я мог бы поклясться, что сохранял самое безобидное выражение, чтобы её прощупать.

— Ну, даже так, ничего особенного.

— …ясно.

Хоть и немного обескураженный, я всё же доверял наблюдению Мередии.

— Так? Что ты ей прошептал?

— Это…

Несмотря на смятение, что теперь роилось у меня в голове, я должен был ответить.

— Я подумал… может быть, в этом мире есть кто-то ещё, похожий на меня.

— …в каком смысле?

Я не мог прямо упомянуть «вселение», поэтому смягчил формулировку. Но Мередия всё равно посмотрела на меня с недоумением.

— Я имею в виду, кто-то, кто мог начать вмешиваться в этот мир ещё до того, как я начал действовать… настоящий кукловод.

Когда я пояснил, она взглянула на меня и понизила голос.

— …ты только что признался, что являешься таким существом?

— Нет, я — полная противоположность. Я — герой, защищающий мир, помните?

— Ха-а…

Она почему-то вздохнула, а затем, уже серьёзнее, спросила снова.

— Так ты думаешь, невеста Майера — одна из них?

— Не уверен. Я прощупал её ранее, но ничего полезного не получил.

Мередия молча погрузилась в раздумья, затем посмотрела мне в глаза и тихо сказала:

— Хорошо. Я тоже проведу личное расследование.

— …вы мне верите?

— Не слишком ли поздно задавать такой вопрос?

— А-ха-ха…

Даже не рассказав ей всего, она всё равно была на моей стороне.

Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь предавать друг друга, но всё же это было трогательно.

— Так какой был ваш второй вопрос?

— Ах, этот.

Её следующие слова заставили меня мгновенно пожалеть, что я спросил.

— Тот идиот-принц, которого ты за собой таскаешь.

— …простите?

— С ним что-то очень не так.

Увидев, как её лицо похолодело, я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

«Постойте… неужели она догадалась?»

Её острый взгляд на Катарину ранее — только не говорите, что она поняла, что та — переодетая женщина?..

— Этот ребёнок…

— …да?

— …он случайно не любит мужчин?

…погодите, ЧТО?!

***

Тем временем, в кафе неподалёку от бутика, куда вошли Уитни и его компания…

— …ты не слишком переволновалась? Этот ублюдок Уитни ничего не сделал?

— Нет. Я в порядке.

Майер задал вопрос с несвойственным ему беспокойством. Эмбер мягко улыбнулась, чтобы его успокоить.

— Фух… это хорошо.

— …

— Подожди здесь. Я пойду арендую первый этаж.

Вытерев пот со лба, Майер со сложным выражением лица отошёл.

— …неплохо.

Эмбер, провожая его спину милой улыбкой, вдруг холодно пробормотала, ничуть не изменившись в лице.

Затем она достала из пальто ручное зеркальце.

— «Что случилось?»

И в этом зеркале отразилось не лицо Эмбер, а лицо верховного лидера тёмных магов — Великой Тени.

— Я наконец поняла, почему наши планы постоянно шли наперекосяк.

Говоря с тревожащей фамильярностью с существом, к которому даже Императрица не могла обратиться на равных, Эмбер прошептала:

— Уитни Лингард… он один из нас.

----------

Доказательство I

— Говоришь «нет»?

— …да. Безусловно, нет.

— Хм…

Я покрылся холодным потом, пытаясь защитить принцессу Катарину, которую внезапно приняли за гомосексуалиста, но, похоже, подозрения леди Мередии не ослабевали.

— Но с этим типом… что-то не так.

— В каком смысле?

— Ну, по данным моих источников, несмотря на его нарочито разгульный образ жизни, он никогда не был замешан в связях с женщинами.

— …зачем вы вообще это расследовали?

— Неужели на данном этапе мне нужно это объяснять?

Справедливости ради, то, на что она указала, было довольно очевидным противоречием. Катарину не привлекают женщины, так что, конечно, у неё не было с ними связей.

Да, её поведение на публике могло показаться несколько распущенным, но, скорее всего, это был лишь спектакль для тех времён, когда она была связана с Майером. Вряд ли это было искренне.

— Обычно у таких скользких типов, как он, припрятана хотя бы одна женщина. Но мои источники ничего не нашли…

— …так вы думаете, это потому, что он не любит женщин? Довольно смелый вывод.

— Есть и другие вещи, которые вызывают у меня подозрения.

Я не мог просто сидеть сложа руки, пока леди Мередия двигалась в неверном направлении, поэтому попытался возразить. Но она была до раздражения настойчива.

— Я внимательно наблюдала за ним весь день. Его манеры слишком… женственны.

— Например?

— Его походка.

— Походка?

Серьезно? Неужели по ней можно определить пол? Какой бы проницательной она ни была, это звучит как натягивание совы.

— Нет, возможно, мне стоит сказать, что он ведёт себя так, только когда находится рядом с тобой.

Увидев замешательство на моём лице, она сузила глаза и продолжила.

— Когда я наблюдаю за ним рядом с тобой, у меня возникает странное внутреннее чувство. Словно… бьют тревожные колокола.

— …чего?

— Что-то вроде интуиции, полагаю. Будто какая-то женщина без остановки пытается с тобой флиртовать, и это просто… сводит с ума.

В её глазах читалось густое подозрение.

— Вы хотите сказать, что принц… флиртует со мной?

— Я хочу сказать… такое чувство.

— Ха-ха…

Она пробормотала это, выглядя почти обиженной. Это было мило, честно. И, кажется, я понял, почему она ошиблась.

— Не о чем беспокоиться. Его высочество строго гетеросексуален, и у него не хватает интеллекта… то есть, осознанности, чтобы даже смотреть на меня в таком ключе.

— …

— …у него просто никогда не было друзей. Он сейчас чересчур взбудоражен, вот и всё.

Если бы я признался ей прямо сейчас, она бы, вероятно, с глупым видом сказала что-то вроде: «Парень? А мы разве уже не встречаемся?»

По крайней мере, та Катарина, которую я знаю, поступила бы именно так. Когда она обручилась со Святой Хестией, я почти уверен, она думала, что это просто означает «стать друзьями».

Точно. Она просто птичка, наконец вырвавшаяся из клетки и теперь отчаянно машущая крыльями от восторга.

— Хм, понятно.

— Вы… на удивление легко согласились?

Я думал, мне придётся отстаивать свою точку зрения гораздо дольше, но она хладнокровно кивнула.

— Я уже научилась отличать, когда ты лжёшь, а когда говоришь правду. И я ведь не могу вспыхивать каждый раз, когда мой очень скрытный жених что-то говорит, не так ли?

От её следующего комментария у меня почему-то по спине пробежал холодок, но то, что последовало за ним, было другим.

— Кроме того, у меня тоже никогда не было настоящих друзей.

— …

— Так что я прекрасно знаю, каково это, когда наконец-то его находишь.

В последнее время она стала гораздо лучше, но, очевидно, её травма всё ещё сидит глубоко внутри.

Смогу ли я когда-нибудь полностью исцелить эту травму?

Даже если не смогу… я хочу хотя бы помочь облегчить её, хоть немного.

— В любом случае, ты говоришь, что принц не гей.

— Да, это вер…

— Значит… он всё это время скрывал свой настоящий пол.

— …что?

Я кивнул с лёгким сочувствием на лице, но тут же вскинул голову от внезапно похолодевшего голоса леди Мередии.

— Женщина, переодетая мужчиной. В этом и заключается сокровенная тайна наследного принца Кендрика, да?

Её глаза теперь отливали красным.

— Ты правда думал, что я повелась на такое глупое недоразумение?

— Это…

— Я просто заранее отсекла твои оправдания. Притворилась немного глупой, вот и всё.

В тот момент, как она это сказала, по всему моему телу пробежали мурашки.

Впервые за долгое время мне напомнили, что женщина передо мной — не просто цундере-злодейка; она может стать финальным боссом, если хоть один шаг будет сделан неверно.

— Уитни Лингард.

Женский отдел бутика был заставлен ослепительными нарядами, прекрасными до боли в глазах, но я ничего из этого не видел.

— Хорошо себя чувствуешь, подбирая бедных маленьких девочек, пока твоя невеста сидит дома?

— …

— …почему бы тебе не переехать в какое-нибудь пустынное королевство на Западном континенте? Я слышала, там легализована полигамия.

Её рука была продета под мою, пока мы шли, и убийственная аура от её слов просачивалась прямо в мою кожу.

— Леди Мередия, я повторю ещё раз, я…

— …ты любишь только меня. Ага. Пока что, может быть.

Я в панике попытался возразить, но она оборвала меня ледяным взглядом.

— Но я слышала, мужские сердца ветрены. Кто знает? Может, ты сбежишь крутить роман на стороне, очаровав какую-нибудь имперскую герцогиню.

— Ха-ха… к чему это вы?

— Ты и вправду не понимаешь?

Она мгновение сверлила меня взглядом, а затем, наклонившись, прошептала.

— Тебя окружают одни женщины, мерзавец.

— …

— И как мне после этого не волноваться?

Честно говоря, это просто уму непостижимо. Эта женщина, некогда видевшая во мне разменную пешку, теперь так за меня цепляется. Наверное, мне должно быть лестно?

И, признаться, немного льстит. Но я бы предпочёл, чтобы она не превращалась в настоящую яндере.

Не потому, что боюсь за свою жизнь, а потому, что мне начинает казаться, что это и есть её рут финального босса.

Леди Мередия, которая убьёт всех ради меня? От одной этой мысли кровь стынет в жилах.

— …почему ты дрожишь?

— Ах, это просто…

— Почему ты заикаешься?

Её тон явно менялся. То, как она, не отпуская моей руки, смотрела на меня снизу вверх — пристально и не моргая — становилось серьёзно опасным.

Если бы у меня было окно статуса (я пытался выкрикивать команды на имперском и корейском, когда ко мне вернулись воспоминания, но оно так и не появилось), я уверен, что сейчас перед глазами мигала бы красная табличка, с надписью «ОПАСНО!!!».

— …ты что-то скрываешь?

— Конечно, нет.

— Странно. Неужели я что-то упустила в своей слежке?

Услышав её последний комментарий, у меня возникло внезапное желание спросить про ту подозрительную ручную птичку, что в последнее время стала появляться в особняке, но я сдержался.

— Леди Мередия, кроме вас, я ни одну женщину не воспринимаю как женщину. Ни на мгновение.

Я решил поставить всё на её слова о том, что она чувствует, когда я лгу, а когда — нет.

— И я никогда не полюблю никого, кроме вас.

— …

— Я могу даже поклясться. Прямо сейчас пойду в ближайшую цер…

— …нет. Достаточно.

Её взгляд слегка дрогнул, затем она тихо опустила глаза.

— Если я вот так силой привяжу тебя к себе… и со мной что-то случится, это может разрушить твоё будущее.

— Леди Мередия...

— Мне будет достаточно и того, что ты сказал мне правду.

Я хотел сказать ей, что этого никогда не произойдёт, но решимость в её глазах, когда она снова подняла взгляд, заставила меня замолчать.

— …но то, что веришь ты, не означает, что в это поверят и другие женщины вокруг тебя.

— Ха-ха, я, знаете ли, не особо популярен.

— Да неужели?

К счастью, она тут же сменила тему, но согласиться с ней мне всё равно было трудно.

— Тиффани Астелайд.

— Это… особый случай.

— Святая Хестия.

— Вы ведь шутите, правда?

Я имею в виду, Тиффани, может, сейчас и чешет пузо в Люмен Ордо, но Хестия? Это было деловое партнёрство ради спасения мира, не более.

— Руниэль Мистилейн.

— Леди Мередия, она скорее выйдет замуж за меч, чем посмотрит на мужчину…

— Парша. Эта мелюзга… ладно, её я исключу, она ещё ребёнок.

— …

— И та рыцарша-зверолюд, которую ты недавно принял.

Все перечисленные ею женщины никогда бы не посмотрели на меня в таком ключе.

Но серьёзность на её лице заставила меня молчать и слушать.

— Все они… хоть немного, но симпатизируют тебе как мужчине.

Но с этим утверждением я мог поспорить лишь мысленно.

— Особенно эта девчонка Руниэль… она даже сама этого не осознаёт. Этим она и опасна.

— …?

— Ха-а. Серьёзно, что они все в тебе находят…

Это… это, похоже, хрестоматийный случай бредовой ревности. Я почувствовал, как на лбу выступил пот.

— …я не знаю, какое недоразумение у вас возникло, но я понимаю, что вы чувствуете.

— И что ты собираешься с этим делать?

Нужно было что-то предпринять. Поэтому я мягко улыбнулся и прошептал:

— Я дам вам доказательство.

— Доказательство?

Конечно, произнося это, я был в такой панике, что в голове было абсолютно пусто.

— Я дам вам доказательство, что всю свою жизнь буду любить только вас.

Должно быть, поэтому следующие слова вылетели из моего рта, миновав мозг.

— …когда?

Леди Мередия внезапно остановилась и взглянула на меня.

Я и сам не знал ответа, но рот двигался сам по себе.

— Сегодня ночью.

Сказав это, я захотел влепить себе пощёчину.

— …А?

Но было уже поздно. Слово — не воробей.

Я застыл на месте с приклеенной к лицу спокойной улыбкой, а леди Мередия, моргнув, переспросила с лёгким замешательством на лице.

— Сегодня ночью?

— …да.

Казалось, она спрашивала, серьёзно ли я. Тревожные колокола били в моей голове, но ситуация уже вышла из-под контроля.

— …

Она молча смотрела на меня несколько секунд, а затем кивнула.

— …хорошо. Я тебе поверю.

И после этого, не говоря ни слова, она потащила меня куда-то.

— К-куда мы идём?

— В мужской отдел.

— В-внезапно? А как же ваша одежда…

— …забудь.

Так меня притащили в мужской отдел, где леди Мередия немедленно заявила: «Беру всё отсюда и дотуда» — и затолкала меня в примерочную, чтобы я начал всё мерить.

«Я влип».

Конечно, настоящая проблема была не в одежде. А в том, как она, закрывая за мной дверь, молча поглядывала на меня с лёгким румянцем на щеках.

***

— …эй.

— Д-да, моя леди!

Примерно в то же время, когда Уитни затаскивали в примерочную…

Леди Мередия, схватив за руку ближайшую продавщицу, тихо прошептала ей на ухо.

— П-поняла. Пожалуйста, следуйте за мной.

И так, место, куда её привели — вдали от глаз Уитни — было чрезвычайно уединённой зоной бутика, доступной лишь избранным.

— Эм, насчёт… нижнего белья, о котором вы спрашивали…

— …говорите тише.

— А-ах, да, мэм…

----------

Доказательство II

— Сэр, как бы вы хотели получить приобретённую одежду?..

— Отправьте всё в поместье Лингард.

После нескольких часов примерки и демонстрации нарядов, которые купила для меня леди Мередия, я наконец смог вырваться из этого бесконечного круговорота переодеваний — совершенно измотанный.

«Такое чувство, что я однажды видел нечто подобное в романтическом фэнтези».

Эта мысль внезапно пришла мне в голову, и, если задуматься, всё было точь-в-точь как в сюжетах, которые я часто видел, когда валялся в лазарете.

Герцог (леди Мередия), швыряющийся деньгами направо и налево ради графской дочери (меня) — это была извечная традиция и клише.

— А оплата?..

— Полностью. Одним платежом.

— О-огромное вам спасибо!

Единственная разница заключалась в том, что гендерные роли герцога и графской дочери поменялись местами. Честно говоря, когда я читал ромфант, то всегда завидовал. Но теперь, оказавшись на принимающей стороне, я понимаю, почему главные героини находили это утомительным.

— Леди Мередия, вам правда не стоило…

— …эти расходы равны примерно трёхмесячному содержанию наследника дома Эмбегрин.

— П-понятно.

Как там говорится?.. Над каждым небом есть другое небо. Может, я и дворянин, но богатство дома Эмбегрин воистину непостижимо.

— Ах, до свидания!

— С нетерпением ждём вашего следующего визита!

— Пожалуйста, приходите ещё, моя леди!

Все сотрудники бутика вышли, чтобы поклониться нам под идеальным углом в девяносто градусов, когда мы уходили. С нами была и принцесса Катарина, снова присоединившаяся к нам с надутым видом — она так и не смогла найти ничего, что ей бы понравилось.

— Что ты делаешь? Не идёшь?

— …ах, да.

— Тебе лучше к этому привыкнуть. Ты будешь видеть это до конца своих дней.

Пока я стоял, немного ошеломлённый, наблюдая за этой сценой, леди Мередия как ни в чём не бывало снова взяла меня под руку и произнесла это.

— Не думаю, что когда-нибудь смогу к этому привыкнуть.

— …О?

Но поскольку я никогда не был близок к подобной роскоши, ни в этой жизни, ни в прошлой, я ответил честно. Леди Мередия мгновение смотрела на меня, а затем уголки её губ едва заметно приподнялись.

— Хорошо. Так, наверное, даже лучше. Это значит, что ты всегда будешь осознавать, насколько неровней тебе твоя брачная партия.

— Ха-ха…

— Ты ведь даже не осмелишься мне изменить, правда?

Это… ей не следовало говорить так легкомысленно. Если я изменю кому-то, кто источает жажду убийства лишь потому, что её подчинённые неравномерно распределены по полу… я буду трупом. Я не сумасшедший.

— Тогда почему такое выражение лица? Тебе неудобно, что люди на тебя смотрят?

— Ха-ха, нет, дело не в этом.

К слову, все на улице уже довольно давно пялились на нас.

Ну, разумеется. Леди Мередия прогуливалась по улице под руку с мужчиной — кто бы не стал глазеть?

Тем не менее, мне было неловко, потому что половина этих взглядов, казалось, была направлена на меня.

— Тебе не любопытно, какая статья выйдет завтра утром?

— …ха-ха.

Да уж, бульварные газетёнки, вероятно, будут в восторге. Наша фотография может даже украсить первую полосу. Чёрт, может, даже «Имперский Вестник» об этом напишет, учитывая, как мало новостей в последнее время.

До меня снова дошло, насколько невероятный человек находится рядом со мной.

— Но почему вы ничего не купили?

— …А?

Когда мы снова пошли, вопрос был внезапно адресован не мне, а принцессе Катарине, которая всё это время дулась.

— Э-э… ну… это потому что…

— В примерочной был сотрудник-мужчина?

— …к-как вы узнали? То есть, нет, дело не в этом…

Когда леди Мередия начала свой острый допрос, принцесса, застигнутая врасплох, начала запинаться.

— Не думала, что вы из робкого десятка.

— Ха, ха-ха…

— Могли бы попросить сэра Уитни вам помочь.

Несмотря на отсутствие посторонних ушей, леди Мередия демонстративно говорила неформально. Принцесса Катарина лишь невинно улыбнулась и хлопнула себя по лбу.

— Ах, точно, можно же было!

— О? Так сэру Уитни можно показывать своё обнажённое тело?

В этот момент глаза леди Мередии слегка покраснели, и она выпалила вопрос, который был очевидной ловушкой.

— Э-хе-хе… ну, мы же парни…

— …а сотрудники в примерочной разве не мужчины?

— Ну…

— Хех. А вы довольно забавный.

Разумеется, принцесса Катарина угодила прямо в ловушку и теперь бросала на меня отчаянные взгляды, моля о помощи.

— Ха-ха…

Но на этот раз я не мог прийти ей на выручку.

Хвать—

Хватка леди Мередии на моей руке усилилась до боли. Если бы я хоть рот открыл, мою руку могли бы просто оторвать.

— Ваше высочество. Могу я дать вам совет, как женщина вашего друга?

— …к-какой?

Пока я изо всех сил старался игнорировать безмолвные мольбы принцессы о помощи, Мередия искоса взглянула на меня, удовлетворённо улыбнулась, а затем наклонилась к принцессе и тихо прошептала.

— …если вы друг, может, попробуете вести себя как друг?

— …

— Если вы продолжите вести себя так фамильярно, я, возможно, не смогу сохранять спокойствие.

Я не слышал, что она прошептала, но, судя по заплаканному выражению лица принцессы Катарины, это был не просто «дружеский» совет.

— Я-я сделал что-то не так?..

— …

— П-простите. У меня никогда не было друзей…

— …ха-а.

При этом слёзном признании взгляд Мередии, казалось, слегка дрогнул, а затем она сделала удивительное предложение.

— Ну, в любом случае. У нас есть немного времени. Хотите чем-нибудь заняться?

— А-а?

— Вы довольно долго сидели взаперти в этом тесном дворце. Теперь, когда вы выбрались, наверняка есть что-то, что вы хотите сделать?

При этих словах унылое выражение лица принцессы мгновенно просияло.

— Спектакль! Я хочу посмотреть спектакль!

— …спектакль, значит.

— Я в детстве тайком убегал их смотреть… но с тех пор, как её величество меня поймала, у меня не было такой возможности…

Что ж, в этом мире спектакли — это как сериалы или фильмы. И всё же, я не ожидал, что энергичной принцессе Катарине может нравиться что-то подобное.

— Неплохо.

К счастью, леди Мередия, казалось, не возражала против этой идеи. Впрочем, это не имело значения — мне бы понравилось что угодно, лишь бы быть с ней.

— Я знаю один театр. Пойдёмте туда.

— А! Правда?! Спасибо!!!

— …право, не за что.

Итак, казалось, наш следующий пункт назначения — театр.

Но по пути туда я начал чувствовать, что что-то… не так.

«Почему леди Мередия сегодня такая добрая?»

Конечно, она уже некоторое время относилась ко мне по-доброму. Но это было немного другое — почти вынужденное.

Её голос и выражение лица были добрыми, да, но её глаза выглядели точно так же, как когда она замышляла что-то вместе со мной.

— Почему ты так на меня смотришь?

— …да так.

Естественно, я не мог спросить её об этом в лицо. Так что я просто отмахнулся и продолжил идти.

***

— Что это?!

— Хммм…

Мы прибыли в театр, о котором говорила леди Мередия, но столкнулись с неожиданным препятствием.

— Почему здесь такая толкучка?! Сегодня же будний день, даже не выходные!!!

— …да, странно.

Театр был абсолютно забит. Было трудно даже сделать шаг.

Как и сказала принцесса, это был будний день… так почему?

— П-прошу прощения! В сегодняшнем представлении участвует наш самый популярный актёр и идёт наш самый популярный спектакль…

Ответ пришёл от взволнованного сотрудника, который подбежал, заметив леди Мередию.

— Значит… мы не сможем посмотреть спектакль?

— Н-ну…

Обливаясь потом и наблюдая за нашей реакцией, сотрудник заикался под ледяным взглядом леди Мередии.

— Е-есть два VIP-места на верхнем ярусе… и одно обычное место осталось на первом…

— Что ж, тогда подойдёт.

Подумав мгновение, Мередия повернулась ко мне и принцессе Катарине.

— Мы с Уитни займём верхний ярус. Вы сядете на первом.

— …п-правда?

Принцесса вздрогнула и заёрзала.

— Я-я надеялся на место в первом ряду или, может, с хорошим обзором…

— …

— К-как насчёт того, чтобы просто подождать следующего сеанса или найти другой театр?

Она спросила робко, но ответила не Мередия, а сотрудник, который всё это время считывал обстановку.

— Этот спектакль идёт до поздней ночи… так что ждать, возможно, нецелесообразно…

— Т-тогда другой театр…

— П-прошу прощения. Все остальные театры сегодня закрыты.

Глаза принцессы расширились, а затем наполнились слезами, когда она запротестовала.

— З-закрыты?!

— Да, вероятно, поэтому все сегодня пришли в наш театр…

Вот тут-то я и почувствовал, что что-то серьёзно не так. Я бросил взгляд на леди Мередию, но она лишь пожала плечами и снова заговорила.

— Что ж, ничего не поделаешь.

— У-ууу…

— Я бы с удовольствием арендовала весь театр, но это создаст неудобства людям. А мы ведь этого не хотим, правда?

Даже когда принцесса Катарина колебалась, Мередия вздохнула и снова что-то прошептала ей на ухо.

— …«если вы друг, ведите себя как друг. Уже забыли?»

— Ик… П-понимаю. Я-я займу простонародное… то есть, обычное место…

— Не «простонародное место», а обычный сектор. Фу-фу.

Я снова не расслышал, что она сказала, но всё разрешилось на удивление быстро.

— Мне проводить вас?

— Н-нет, не стоит! На самом деле, это может быть хороший опыт. Я всегда хотел посмотреть оттуда. Да…

Отказавшись от предложения сотрудника, принцесса исчезла в толпе.

Только тогда Мередия, до этого сохранявшая безмятежную улыбку, пробормотала себе под нос.

— …наконец-то. Какая зануда.

— …леди Мередия?

— Пойдём, Уитни.

Её голос только что был холодным, но когда она повернулась ко мне, он снова стал по-обычному тёплым.

— …когда я был в примерочной… вы ведь делали какие-то звонки, да?

— Хм? Разве?

— Вы ведь не… забронировали все театры на улице?

Когда я был моложе, я иногда приходил сюда с сестрой смотреть спектакли, которые она любила.

Так что я знал наверняка — не может быть, чтобы у всех театров был выходной в один и тот же день.

— …

И эти забитые места внизу… почему-то все они внимательно наблюдали за леди Мередией.

Не может быть, но что, если все эти люди были наняты?

— Простите… разве популярные актёры и такие постановки обычно идут днём в будни?

— А, ну… эм…

Когда я допрашивал сотрудника об очевидном несоответствии, я почувствовал на себе взгляд Мередии и слегка повернулся.

— …

Она определённо смотрела на меня — её щёки теперь были едва заметно красными. Она быстро отвернулась, чтобы избежать моего взгляда.

— …пойдём.

— …ага.

Увидев это, я решил перестать прикидываться дурачком и молча последовал за леди Мередией на верхний ярус.

— Леди Мередия… как долго вы это планировали?

— …заткнись.

Сомнений не было — это свидание было тщательно спланировано с самого начала.

***

Тем временем, в тот же самый момент…

— Ха-ха… как завидно.

В пространстве абсолютной тьмы кто-то, наблюдавший через хрустальный шар, холодно улыбнулся и накрыл его тканью.

— …тогда, полагаю, пора начинать.

Перед ней сущности, которые вряд ли можно было назвать живыми, медленно подняли головы.

— Настоящим я объявляю эту ночь Ночью Теневого Собрания.

И при этом провозглашении тёмные маги, разбросанные по всему миру, начали откликаться на зов.

----------

Доказательство III

— …леди Мередия, это…

— …

Я молча последовал за леди Мередией по лестнице в VIP-ложу на верхнем ярусе театра и, шагнув внутрь, не мог поверить своим глазам.

— Эм… ну, это… немного чересчур.

Конечно, это была VIP-ложа в театре, но дизайн был уж слишком откровенно «любовно-воркующим». Например: обои с вышитыми сердечками, мебель, утопающая в розовых и красных тонах…

Все эти вещи излучали сверхъестественную ауру, приветствуя нас с леди Мередией.

— Э-э… может, мы ошиблись комнатой?

— …мы на месте.

— А. Ясно.

Не в силах скрыть своего замешательства от этой диковинной эстетики, я осторожно шепнул ей, но леди Мередия, казалось, была абсолютно уверена, что это и есть настоящая VIP-ложа.

— Эм, леди Мередия, вы ведь не…

— …

— …вы ведь не сами это придумали?

— Заткнись.

— Есть, мэм.

На этот раз я не смог подавить любопытство и спросил, лишь чтобы получить короткий, убийственный ответ, не удостоившись даже её взгляда.

— Я доверила ей это дело… надо было на месте уволить её с должности личной горничной…

— …леди Мередия?

— …боже.

Наблюдая, как она с убийственной аурой что-то бормочет себе под нос, искоса поглядывая в сторону, я снова оживился, когда она наконец с тяжёлым вздохом заговорила.

— Спектакль вот-вот начнётся. Заходим.

— …да.

Похоже, она решила полностью игнорировать убранство этой комнаты.

— Что ж, по крайней мере, у нас отличный вид на сцену.

— …верно.

Если отбросить ужасающий дизайн, сама ложа была весьма высококлассной.

Хоть комната и была маленькой — ровно на двоих — далёкий вид с верхнего яруса магически корректировался артефактами, принцип работы которых я даже не до конца понимал. Рядом с нашими креслами стояли подносы с дорого выглядящими закусками, и даже воздух, казалось, был под магическим климат-контролем.

Одна лишь совокупная стоимость этих чар, вероятно, во много раз превышала цену дома, который мог позволить себе средний простолюдин.

Очевидно, ни один театр не стал бы строить такую убыточную ложу, что ясно давало понять: тот, кто подготовил всё это, чтобы просто посмотреть со мной спектакль, был действительно кем-то особенным.

— Опять ты за своё. Сотри эту глупую ухмылку с лица и садись.

— Ха-ха…

Пока я невольно улыбался, леди Мередия подпёрла голову рукой, облокотившись, и лениво указала на кресло рядом с собой.

— Тогда… с радостью займу это место.

Естественно, я не собирался ей перечить, поэтому сел — и немедленно понял хитрую уловку в дизайне этой комнаты.

«Неудивительно, что здесь так тесно».

Во-первых, подлокотник между нашими креслами отсутствовал — прямо как на «местах для парочек» в современных кинотеатрах.

Благодаря тому, кто намеренно спланировал такую расстановку, сидеть на этих креслах означало неизбежно соприкасаться друг с другом.

— Если подумать… сегодняшний спектакль… ах.

Я потянулся к программке рядом с закусками и увидел, что сегодня вечером давали довольно пикантную мелодраму.

И когда я говорю «мелодрама», имейте в виду, что в Империи, где индустрия для взрослых не процветала, подобные спектакли, по сути, выполняли её роль.

— «Запретная любовь между Великим герцогом Севера и дочерью графа — смогут ли их судьбы переплестись?..»

— …

— …ха-ха. Звучит… как очень интересный спектакль.

Этого уже было бы достаточно, но сама завязка пьесы делала невозможным сдержать смех.

— …Тц.

Судя по тому, как леди Мередия опустила голову и потёрла виски, она этого тоже не планировала.

Кому, чёрт возьми, она поручила это задание? Неужели кому-то вроде Сесиль или Саши — тем, кто узнал о романтике из романов?

— Леди Мередия.

— …что?

С трудом сдерживая смех — пришлось даже ущипнуть себя за бедро — я позвал её, видя абсолютно удручённое выражение на её лице.

— Спасибо, что подготовили нечто подобное.

— …ты издеваешься надо мной?

— Нет, нисколько.

Сейчас леди Мередия выглядела как парень, чьё тщательно спланированное свидание пошло совершенно наперекосяк.

Но я не был разочарован. Ничуть.

На самом деле, я был так счастлив, что едва мог перестать улыбаться.

— Сегодня — самый счастливый день в моей жизни.

— …

— У меня никогда ничего подобного не было.

В прошлой жизни, разумеется, да и в этой тоже. Хоть мои родители и были хорошими людьми, они не могли осыпать меня такой заботой.

Конечно, я иногда устраивал сюрпризы для Сесиль (хотя она всегда плакала и убегала, когда я запускал фейерверки), но, будучи старшим сыном, я не помню, чтобы когда-либо получал что-то подобное сам.

— Спасибо. Искренне, леди Мередия.

— …так вот как ты умеешь улыбаться.

Когда я искренне ей улыбнулся, леди Мередия, глядя на меня, тихо хмыкнула.

— Значит, всё это время ты притворялся?

— Не понимаю, о чём вы.

— Ха, неважно. В любом случае, не стоит благодарности.

Я слегка склонил голову в недоумении, но её следующие слова заставили меня застыть.

— Потому что сегодня ночью ты вернёшь мне долг в многократном размере.

— …

— Ведь так? Доказательство чистой любви, не забыл? Это куда романтичнее какого-то дешёвого спектакля.

Её взгляд из-под полуопущенных век обратился ко мне, и я поспешно перевёл глаза на сцену — лишь чтобы понять, что это была ошибка.

— …

Спектакль едва начался, а главные актёры уже вовсю распускали руки.

Даже по современным меркам это было шокирующе откровенно.

Шорох—

Может, поэтому… рукав леди Мередии, касающийся моего, тепло наших соприкасающихся рук и ног — всё это вдруг заставило меня чрезвычайно остро ощущать её присутствие.

«…я схожу с ума».

Мои щёки залились румянцем. Что она скажет, если увидит?

Ухмыльнётся со своим самодовольным видом? Или одарит обычным ледяным взглядом и испепелит меня?

— …Кхм.

Погружённый в мысли и нервничая, я рискнул бросить взгляд в её сторону…

— Ах.

— Ох.

И в тот момент, когда наши глаза встретились, я мгновенно кое-что понял.

— …

— …

Она повернулась посмотреть на меня в тот же самый миг, думая о том же самом.

— …сегодня немного жарко.

— …есть такое.

Через несколько секунд мы оба резко вернули взгляды на сцену и обменялись бессмысленными фразами, но воздух между нами лишь стал тяжелее.

— Г-герцог…

— Не двигайся.

Накал страстей в пьесе нарастал с каждой секундой, и, пока мы оба неловко ёрзали, площадь соприкосновения наших тел лишь увеличивалась.

— …

Несмотря на то, что в комнате был магический климат-контроль, я чувствовал, как температура моего тела стремительно растёт.

Ш-ш-ш—

И вот, пока я был зажат между блаженством и мукой…

— …леди Мередия?

— Что. Не в первый раз ведь.

Она молча взяла меня под руку.

— …и если ты собираешься вздрагивать каждый раз, когда мы соприкасаемся, так будет лучше.

— …

— Ха-а-а-а. Разве не парень должен брать инициативу в таких вещах? Такой ты трус.

Тон её, может, и был твёрдым, но её покрасневшее лицо и шея говорили об обратном. Я решил об этом не упоминать.

— …!

Закончив ворчать, она снова взглянула на меня, а затем медленно склонила голову мне на плечо.

— …не двигайся. Сиди смирно.

— Есть, мэм.

— Ты загораживаешь мне вид.

По её команде я медленно опустил левую руку и снова сосредоточился на спектакле.

«…я сейчас умру».

Конечно, с теплом её тела, просачивающимся в моё плечо, я никак не мог сосредоточиться.

***

— Я-а-а-ав…

Несколько часов спустя, когда небо стало угольно-чёрным…

— И всё же, было весело… хотя я заснула…

— …

— …а, это вы!

Зевая во весь рот, принцесса Катарина смахнула шальную слезинку и весело помахала, завидев спускающихся по лестнице Уитни и Мередию.

— А? Что с вами? Простудились, что ли?

Она подбежала и начала осматривать их обоих, широко раскрыв глаза от беспокойства.

— Э-э, ну…

— Вы, должно быть, замёрзли там, на верхнем ярусе!

Очевидно, была не зима, и никто не простужается от одного лишь летнего ночного ветерка.

Они провели несколько комфортных часов в VIP-ложе с магическим климат-контролем. Не было причин, чтобы они выглядели больными.

— …

И всё же, лица Уитни и Мередии были пунцовыми, а выражения — странно напряжёнными.

— Что же делать… о, я знаю! Давайте зайдём в ближайший трактир и выпьем горячего супа!

Чувствуя, что вечер заканчивается слишком рано, принцесса Катарина с горящими глазами предложила продлить их прогулку, но…

— Нет, ваше высочество, вам пора возвращаться в поместье. У нас есть другие дела поблизости.

— …А?

— Даже если в Империи безопасно, кому-то вроде вас всё же не стоит бродить по ночам. Если что-нибудь случится, это будет серьёзно.

При словах Уитни принцесса замерла с ноткой разочарования на лице.

— Н-но всё же…

— …

— …хорошо.

Но затем она мельком увидела глаза Мередии, которые слегка покраснели — и тут же отступила.

— Тогда хотя бы позвольте мне остаться, пока не прибудет каре…

— …я её уже вызвал. Будет здесь через пять минут.

Выглядя немного сникшей, она взглянула на Уитни и спросила тихим голосом:

— Эм… сэр Уитни?

— …да?

— Я вам уже надоела?

При этих словах Мередия мгновенно метнула взгляд на Уитни.

— В-вы ведь не бросите меня, как Майер, правда?

— …

— В смысле, я на самом деле довольно полезен… например, я хорошо владею мечом… и… и…

Уитни слегка вздрогнул от её слов, но спокойно улыбнулся и без колебаний ответил.

— Вам не о чем беспокоиться.

— А?

— Ваше высочество всё ещё очень полезен.

Аура, которую излучал Уитни, была такой леденящей, что прохожие инстинктивно оборачивались, но принцесса Катарина лишь лучезарно улыбнулась.

— Хе-хе, правда? Какое облегчение!

— Ха-ха…

— Что ж, тогда удачи вам с вашим делом!

Приняв его слова за похвалу (которой они, по сути, и были), она весело помахала рукой.

Мередия проводила её странным взглядом, затем повернулась к Уитни.

— Итак, куда мы теперь?

— …туда.

И в следующий момент…

— …А?

На лице леди Мередии промелькнуло редкое удивление.

— Это и есть наш пункт назначения.

Уитни, с его фирменной зловещей улыбкой, указал на розовый постоялый двор, ярко светящийся в ночи.

Он выделялся в темноте, словно пылающая вывеска.

----------

Доказательство IV

«Какого чёрта этот парень задумал?»

Мередия, необычно притихшая, следовала за Уитни, не сводя взгляда с места, куда он указал. Мысли её были заняты его спиной, сегодня казавшейся несправедливо далёкой.

«И он выкидывает такое? Ни с того ни с сего?»

Единственная причина, по которой Мередия изначально изменила своё мнение об Уитни, даже когда он был ей безразличен, заключалась в том, что он не был одним из тех мужчин, что жаждали её тела.

С её точки зрения, она повидала слишком много глупцов, безрассудно летевших на неё, как мотыльки на пламя, лишь из-за её внешности. (Разумеется, эти глупцы имели свойство бесследно исчезать). Она научилась остро чувствовать подобную энергию.

И, по крайней мере, до сих пор, Уитни не проявлял ни малейшего интереса к её телу.

То, что он вообще осмелился сказать, что любит её, было любопытно. Может, даже немного забавно. И, прежде чем она осознала, она и сама начала в него влюбляться.

«Мужчины и вправду звери».

Глядя на спину Уитни из-под полуопущенных век, Мередия с ледяным выражением лица пробормотала про себя:

«Сначала они все такие милые, но в конце концов всё сводится к одному».

Хоть она и проклинала эту истину бесчисленное количество раз, пока сидела в театре, она обнаружила, что снова доверяется своей горничной — той, что училась романтике исключительно по книгам.

«…верно. Нет смысла просто стоять. Я покажу ему, что именно я думаю».

Она на мгновение остановилась, полная решимости дать Уитни попробовать огня. Но тут её взгляд дрогнул.

— …У-ух.

Теперь, когда она об этом подумала, почему-то казалось, что если она и вправду покажет ему этот огонь, Уитни может не выдержать.

Она была наполовину уверена, что он скрывает какую-то ужасающую силу. И всё же, она не была уверена, что он справится с внезапной атакой.

«Если он попытается что-то сделать силой… я просто изобью его до полусмерти».

Снова передумав, она сделала шаг вперёд, но её взгляд вновь метнулся в сторону.

«…постойте, а почему я вообще должна это делать?»

Её отношения с Уитни начались с расчётом на брак. Если у неё действительно было будущее, то этот момент рано или поздно всё равно бы настал.

Кроме того, сегодняшнее свидание — она подготовила его, потому что хотела сделать шаг вперёд.

Она даже, сама того не осознавая, купила «ту самую вещь» в бутике. Настоящей причины отступать сейчас не было.

— …Ух.

В тот момент, когда она пришла к этому выводу, её лицо залилось густым румянцем.

«Нет, но всё же… разве на такое не нужно время?..»

Всего несколько часов назад она достигла нового пика физической близости, совершив дерзкий манёвр «голова-на-плечо».

До этого момента максимум, что они делали, — это держались за руки или обменивались быстрым поцелуем в щёку. И теперь — такой огромный скачок?

— Леди Мередия, что вы делаете?

— …Ах.

— Почему вы просто стоите? Вы не идёте?

Вздрогнув, Мередия вскинула голову на голос Уитни, раздавшийся впереди. Она даже не заметила, как тревожно выглядела.

— Леди Мередия?

Она была благодарна, что сейчас ночь, и она могла незаметно опустить голову.

— Вы плохо себя чувствуете?

— …нет.

— Тогда почему вы там стоите?

Будь сейчас день, Уитни, возможно, увидел бы то унизительное выражение, что было у неё на лице.

— …иду.

— Простите?

— Я сказала, иду!

Пытаясь сохранить спокойствие и скрыть свои эмоции, Мередия наконец сорвалась и выпалила пронзительным тоном.

Тук. Тук. Тук—

Её сердце уже довольно давно бешено колотилось.

***

Сколько времени прошло?

— Леди Мередия, мы пришли.

— …А?

Голос Уитни вырвал её из оцепенения. Мередия подняла голову и только сейчас поняла, что они добрались до места назначения.

— Ч-что это за место?

— А? Вам не нравится?

— Нет, я имею в виду…

Оглядевшись с отсутствующим видом, она наконец в замешательстве открыла рот.

— Это… смотровая площадка.

— Именно.

Как ни странно, это был не тот постоялый двор, на который он указывал ранее. Вместо этого Уитни привёл её на вершину холма с видом на простирающиеся внизу улицы Империи.

— О, это не просто смотровая площадка. Недавно построили новую, так что сюда больше никто не ходит.

— …

— Сюда приходят только те, кто о ней знает. Ха-ха. Вообще, называть это смотровой площадкой, пожалуй, слишком щедро. Все постройки снесли, остался только холм. «Вершина холма» будет точнее…

Пока Уитни весело болтал, Мередия смотрела на него затуманенным взглядом и прикусила нижнюю губу.

Нижнее бельё, которое она примерила в бутике, почему-то начало казаться неудобно тесным.

— …не может быть.

Когда её голова немного остыла, она наконец поняла, что Уитни имел в виду, когда указывал вдаль.

«Он всё это время имел в виду вершину холма…»

Если вспомнить, прямо за тем зданием, на которое он показывал, был большой холм со смотровой площадкой.

Учитывая натуру Уитни, нетрудно было сложить два и два.

Просто из-за того, что её голова всё ещё была горячей от той близости в театре, она пришла к нелепому выводу.

— Ух…

Осознание того, что она выставила себя полной дурой из-за глупого недоразумения, заставило её стиснуть зубы.

— Мы ещё даже не начали, а у вас уже такое милое лицо?

И всё же, даже это раздражение показалось Уитни очаровательным, и он улыбнулся, не выказывая и тени самосознания.

— …ну, и что теперь?

— Хм?

— Ты сказал, что докажешь свою чистую любовь. Давай. Покажи мне.

Её голос был холодным, взгляд — стальным. Она явно бросала ему вызов.

— Ха-ха, давайте сначала приляжем.

— …что?

— Уннх… ах, хорошо. Мы ведь сегодня много гуляли, правда?

Уже привыкший к настроениям Мередии, Уитни плюхнулся на травянистый склон и похлопал по месту рядом с собой.

— …боже.

На долю секунды она подумывала его убить. Но в итоге Мередия лишь глубоко вздохнула и легла рядом.

Она и вправду устала, и ей было немного любопытно — откуда у него такая наглость так себя вести?

Пока она лежала рядом, слабо моргая, она в конце концов вздохнула и с ноткой раздражения повернулась к нему.

— Я легла. Что теперь?

— Ха-ха, вы не видите?

— Что не вижу?

Смеясь, Уитни наклонился и прошептал:

— Вы слишком заняты, разглядывая моё лицо, чтобы заметить.

— …

— Я вам так сильно нравлюсь?

Всё ещё повёрнутая к нему, Мередия покраснела и отвернулась от его дразнящего взгляда.

— Посмотрите на небо.

— …на небо? Ах.

Её глаза слегка расширились, когда она перевела взгляд наверх.

— Разве не прекрасно?

Ночное небо, усыпанное бесчисленными звёздами и яркой луной, заполнило её взор.

— …прекрасно.

Мередия ответила тихим голосом, глядя на небо, словно в трансе.

Хоть у неё и было достаточно прекрасных драгоценностей и украшений, чтобы заполнить целые сокровищницы, ночное небо, которое она сейчас видела с Уитни — эта картина — была чем-то, что превосходило всё это.

— …на самом деле, я раньше ненавидела звёзды.

— Почему?

Всё ещё лёжа рядом с ним, Мередия снова заговорила приглушённым тоном.

— Сколько бы я ни загадывала им желания в детстве, глядя в окно, они так и не принесли мне счастья.

— …

— Именно тогда я поняла: счастье — это то, что нужно вырывать своими собственными руками.

Когда она была младше — кроткой и доброй — был момент, когда она чуть не умерла от голода, запертая в комнате герцогом Эмбегрин. Она помнила, как молилась, пока звёздный свет пробивался сквозь железные прутья.

Но спасли её не звёзды. Это был Майер, который, не желая, чтобы его поймали за оставленные объедки, бросил ей немного еды, как собаке.

— А я люблю звёзды.

— …почему?

Мередия слегка нахмурилась от ответа Уитни, её лицо омрачилось воспоминаниями.

— …это смутное воспоминание, но в ночь перед смертью в прошлой жизни я загадал желание, глядя на звёзды.

— …

— И теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, оно сбылось. Идеально, даже.

Пока Уитни говорил, улыбаясь ярче обычного, Мередия смотрела на него с отсутствующим выражением.

— Что за чушь ты несёшь?

— Ха-ха, шутка была настолько плохой?

Он попытался отшутиться, но что-то в его улыбке привлекло её внимание.

«Это прозвучало… искренне».

Неужели… он знал её даже в прошлой жизни?

Но даже в мире, полном магии и фантастических существ, Мередия никогда не слышала о чём-то вроде «прошлой жизни».

Регрессия, вселение, реинкарнация — это были вещи из легенд, прибережённые для историй о героях и королях демонов. Никакая магия не могла воспроизвести ничего подобного.

«Наверное, это просто одна из его банальных фразочек, вроде «я любил тебя с прошлой жизни»».

Решив не зацикливаться на этом, она сухо хмыкнула и тихо пробормотала:

— …может, и для меня тоже. Наконец-то сбылось, хоть и с опозданием.

— А?

— …тебе не обязательно это объяснять.

Мысль о том, что кто-то мог любить её бескорыстно — даже с прошлой жизни — может, это и было то счастье, которого она всегда жаждала.

Но у неё всё ещё была гордость аристократки. Она не собиралась произносить нечто столь смущающее вслух.

— Так… это всё?

Придя в себя, Мередия наконец спросила то, что не давало ей покоя.

— Я не совсем понимаю, как это доказывает что-то насчёт «чистой любви»…

Но прежде чем она успела закончить…

— …Ммф?

В тот момент, когда она снова повернула голову к Уитни, её мягкие губы были прижаты к его.

— …!?

Вздрогнув, Мередия инстинктивно попыталась отстраниться, думая, что это ошибка, но рука Уитни уже нежно обхватила её затылок.

— Мммф, нн…

Конечно, с её силой она могла бы без усилий отбросить его и впечатать в землю.

Но вместо этого она лишь слабо похлопала его по руке, пока и это движение не прекратилось.

— …

Затем её робкий язык скользнул навстречу его. Их руки обвились друг вокруг друга.

— …Ха-а, ха-а…

— …

Неизвестно, сколько времени прошло, когда Мередия наконец отстранилась. Тонкая ниточка слюны протянулась между ними. Вытерев её рукавом, она тяжело дышала, испепеляя Уитни взглядом и вся залившись румянцем.

— …это нечестно, мерзавец.

И вправду, это было нечестно.

Безупречное доказательство чистой любви, скреплённое их самым первым поцелуем.

— А-ха-ха…

----------

Призыв

— …

— …

На вершине холма, окутанного угольной тьмой, надолго повисла тишина, которая, казалось, никогда не закончится.

— …Ух.

В этой тишине Мередия, чьё лицо пылало краснее, чем когда-либо прежде, уткнулась головой в грудь Уитни и наконец, открыв рот, издала тихий стон.

— Как долго ты собираешься меня обнимать?

— …

— …скажи хоть что-нибудь, а?

Но Уитни молчал. Это молчание лишь сделало Мередию упрямее, и она снова повысила голос.

— Ты вообще понимаешь, что наделал?

— …

— Ты только что… ха-а, ты только что украл первый поцелуй единственной и неповторимой герцогини Империи.

Надменный тон, который обычно давался ей так легко, задержался на кончиках губ, лишь чтобы тут же растаять.

— …ты забрал первый поцелуй единственной герцогини Империи, знаешь ли.

Когда слова наконец сорвались с её губ, они прозвучали на удивление тихо и робко для кого-то вроде Мередии.

— Если бы ты не был моим женихом, тебя бы ждала немедленная казнь. Ты это понимаешь?

— …

— Человеку моего ранга — герцогине — даже прикасаться ко мне без разрешения — повод для наказания. Не то чтобы ты об этом знал.

Она продолжала говорить, но это было ближе не к её обычным угрозам, а к ворчанию… может, даже к легкому нытью.

Мередия, никогда в жизни не ведшая себя подобным образом, даже сама этого не осознавала, но для Уитни это звучало именно так.

— …так тебе не понравилось?

И вот, когда Уитни наконец заговорил, его голос, как и её до этого, тоже был не таким, как обычно.

— Что?

— Если не понравилось, скажи. Даже сейчас.

Исчез его привычный тон — лёгкий, саркастичный, сдобренный тревожным юмором. На смену ему пришла тяжесть. Серьёзность.

— Я…

— Можешь быть честной.

Услышав это, Мередия неловко забегала глазами, прежде чем прикусить нижнюю губу и тихо пробормотать:

— …нет.

— Мм?

— Я сказала, мне не не понравилось, идиот.

Сказав это, она снова уткнулась своим теперь пылающим лицом в грудь Уитни и добавила сдавленным голосом:

— …но я бы не сказала, что мне понравилось.

— Почему нет?

— Ты был неуклюжим. Болван.

Между ними снова повисла тишина.

— …ты права.

— А?

— У меня тоже был первый раз.

Прошло некоторое время, и Уитни снова заговорил, мягко.

— Честно говоря, я не думал, что всё так получится.

— …

— Но… мне понравилось.

При этих словах Мередия слегка приподняла голову и посмотрела на него снизу вверх.

— …ты тоже была неловкой, Мередия.

— …

— И это было мило.

Было несколько раз, когда Мередия краснела или делала растерянное лицо из-за Уитни.

И каждый раз Уитни спокойно улыбался — так, словно его ничем нельзя было вывести из себя. Это спокойствие время от времени раздражало Мередию.

— Ты…

Но сейчас на лице Уитни было выражение, которого она никогда раньше не видела.

На самом деле, никто — ни его родители, ни даже Сесиль — вероятно, никогда не видел его таким.

Сесиль, в особенности, закатила бы истерику, если бы хоть раз представила своего брата в таком виде.

— Ха…

Лёгкий румянец тронул его щёки, взгляд был опущен, а рука прикрывала рот — на лице Уитни было самое неуместное выражение, какое только можно было вообразить.

Любой, кто увидел бы его таким, отреагировал—

— …Пфф.

Мередия, мгновение отрешённо смотревшая на него, внезапно рассмеялась.

— Пфф… хе-хе-хе…

— …что смешного?

— Пу-ха-ха-ха…

Уитни выглядел слегка озадаченным, задавая этот вопрос, но Мередия просто продолжала смеяться.

— Ха… ха-ха…

В конце концов, то ли от усталости, то ли от удовлетворения, она легла, устроив голову на коленях Уитни.

— …

Затем она посмотрела в небо.

— …Мередия?

— Эй, Уитни. Знаешь что?

Как раз когда Уитни нервно позвал её, Мередия повернула к нему глаза и тихо прошептала.

— Я сейчас по-настоящему счастлива.

— …

— Никогда не думала, что буду чувствовать нечто подобное.

Слова, которые она никогда бы не произнесла в обычной ситуации, срывались с её губ.

Для кого-то с её гордостью, холодностью и эмоциональными стенами, которые она возводила до этого самого момента — это было не что иное, как чудо.

— Моя жизнь всегда была адом. Чем больше я боролась, тем глубже тонула.

— …

— Я просто хотела выжить. Но, не успев оглянуться, я стала самой ненавистной злодейкой Империи. Лишь потому, что родилась с фамилией Эмбегрин.

Потому что, как она и сказала, это была правда. Мередия никогда не испытывала истинного счастья в своей жизни.

Ближе всего она подобралась к нему в тот момент, когда наконец свергла герцога Эмбегрина с помощью тщательно продуманного плана, которую планировала годами.

И удовлетворение, которое она испытала в тот миг… оно было достаточно сильным, чтобы смягчить горечь, окрасившую большую часть её жизни.

Но это не было счастьем.

Это чувство испарилось в течение нескольких дней после того, как она стала исполняющей обязанности главы своей семьи. А то, что осталось — была пустота.

И эта пустота медленно пожирала её… точно так же, как неизлечимое, смертельное проклятие, мучившее её до недавнего времени.

— Боже, не могу поверить, что я это говорю.

— …

— Ты, наверное, не понимаешь, насколько всё это для меня драматично…

Мередия сухо рассмеялась и, отвернувшись, пробормотала.

— Я понимаю.

И тут Уитни заговорил — неожиданно.

— Я сейчас чувствую то же самое.

При этих словах Мередия повернулась к Уитни, слегка склонила голову и спросила:

— Ты был немного беден, конечно. Но тебя ведь не истязали, как меня, правда?

Обычно поднять такую тему было бы трудно, но Мередия не колебалась.

К этому моменту связь между ней и Уитни стала достаточно крепкой, чтобы о таких вещах можно было говорить без страха.

— …у каждого своя боль и свои несчастья.

— Значит, твои боль и несчастья исчезли после встречи со мной?

— Исчезли.

Мередия внимательно изучала его глаза, пытаясь уловить хоть искорку лжи. Но затем тихая улыбка тронула уголки её губ.

Он мог бы легко сказать то, чего не думал — просто чтобы прозвучать мило. Но Уитни никогда не лгал в такие моменты.

И даже малейшие проявления его искренности заставляли сердце Мередии трепетать так, что она едва могла это контролировать.

— Тогда, полагаю, мы… незаменимы друг для друга.

— …смущающе, но да.

По правде говоря, Уитни давно чувствовал, как его сердце замирает каждый раз, когда он смотрит на неё. И теперь они оба, с лёгким румянцем на щеках, обменивались словами, глядя друг другу в глаза.

— Правда… жаль, что я не встретила тебя немного раньше.

— …кто знает? Может, я бы умер раньше, если бы мы встретились.

— У тебя был целый план, как избежать отравления. Ты так отчаянно хотел заполучить меня?

— Ха-ха…

Глаза Уитни слегка блеснули, но Мередия, приняв это за его обычную жутковатую ауру, теперь находила это милым.

— Что ж, если бы не та заваруха, простому графскому сыну вроде тебя никогда бы не посчастливилось заполучить меня. Так что считай это за честь.

— …тогда, полагаю, тебе стоит поблагодарить моего отца за организацию помолвки.

— Конечно. Если только он не такой же ублюдок-детоубийца, как мой.

С этими словами они обменялись парой мрачных шуток, достойных тех, кто вырос во тьме, прежде чем погрузиться в тишину, устремив взгляды в небо.

— Что бы ты сделал… если бы я умерла раньше?

— …пожалуйста, не говори таких вещей.

Ответ Уитни последовал мгновенно, когда Мередия спросила необычно тихим голосом.

— Даже если для этого придётся укоротить собственную жизнь, я сделаю так, чтобы ты прожила дольше, Мередия.

Такое мог бы сказать любой, но, тем не менее, это ударило Мередию прямо в сердце, и она молча прикусила губу.

«О таких вещах положено врать, идиот».

И снова слова Уитни были на сто процентов искренними.

Даже между влюблёнными, сколько людей могли бы сказать нечто подобное без тени сомнения? Мередия не знала мира любви — и даже романтических романов — но она знала, что такие люди редки.

— …ты не скажешь, что отдал бы за меня свою жизнь?

Может, это была гордость, а может, искреннее любопытство, но Мередия спросила, внимательно наблюдая за ним.

— Ха-ха. О чём ты?

Уитни тихо рассмеялся — и снова дал ей ясный ответ.

— Мне ведь нужно время, чтобы провести его с тобой, не так ли?

— …хах.

Мередия с недоверием посмотрела на него, а затем беспомощно вздохнула.

— Ты и вправду чёртов мошенник…

Как она и сказала, Уитни был из тех мужчин, кто полностью её обезоруживал.

Всю её жизнь была жестокой игрой интриг и кровавой борьбы за власть, где и родня, и враги пытались её сокрушить. У неё не было защиты против того, кто предлагал ей любовь, свободно и безоговорочно.

— Ты и с другими девушками такие штуки вытворяешь?

— …

— …шутка. Не делай такое лицо.

Она бросила эту фразу, чтобы скрыть своё смущение, но, когда Уитни выглядел обиженным, быстро взяла её назад.

«Я… только что забеспокоилась о его чувствах?»

Эта мысль дошла до неё с опозданием.

«…да уж, теперь отрицать бесполезно».

Она уже слишком многое отдала мужчине, что был перед ней.

Её первая любовь, её первые настоящие отношения, её первый поцелуй. И скоро, может быть, даже…

— Эй.

— …

— Уитни.

— …да?

Тихо собираясь с мыслями с закрытыми глазами, Мередия протянула руку, потянула его за рукав и позвала.

— То, о чём мы говорили ранее.

— …?

— В смысле… если ты не против…

Она запнулась, незаметно указывая на здание, которое изначально приняла за их пункт назначения.

— …хочешь повторить это вон там?

***

— Э-э…

Когда мой взгляд проследил за направлением её пальца, я буквально окаменел.

— А-ах, это, эм…

— Одного раза ведь недостаточно, правда?

— Мм, эм…

Я пытался что-то сказать, но слова не шли. Моё полное отсутствие романтического опыта решило предать меня в самый неподходящий момент.

— Я…

Если я продолжу так мямлить, кто знает, когда выражение лица леди снова станет холодным, поэтому я попытался собраться с духом и дать ответ, которого она заслуживала.

Хруст—!

Именно в этот момент я внезапно почувствовал холодок — что-то зловещее пульсировало из кармана моего пальто.

— С-секунду.

— …?

— Ах.

В панике я отвернулся и вытащил конверт, который там хранил. С тихим вздохом я сжал его в руке.

Ш-ш-ш—

Приглашение, которое я получил несколько дней назад от Теневой Ведьмы, теперь заливалось темной дымкой, взывая ко мне.

«…Теневое Собрание».

Единственное самое масштабное событие, которое послужит поворотным моментом во всех сценариях, начиналось.

И, конечно, именно сейчас.

----------

Прощание

— Я не думаю, что смогу.

— …что?

Когда Уитни, долгое время стоявший как вкопанный, наконец открыл рот, Мередия медленно моргнула в замешательстве.

— Что ты только что сказал?

— …

— …повтори?

Она спросила снова, её голос был растерянным, и Уитни повторил.

— Я не думаю, что сегодня это произойдёт.

Сначала Мередия подумала, что это ещё одна его шутка. Но выражение лица Уитни было слишком серьёзным, чтобы быть просто шуткой.

— …почему?

Искренне недоумевая, Мередия спросила его с честным взглядом. Уитни почесал затылок и ответил приглушённым тоном:

— …уже очень поздно. И… ну.

— …

— …полагаю, я просто к этому не готов.

Чем больше он говорил, тем больше слегка раскрасневшееся лицо Мередии остывало, пока не стало высеченным изо льда.

— Значит, я для тебя просто уже пойманная рыбка, так?

— Нет, это не…

— Или, может, ты просто не хочешь заходить со мной так далеко.

Теперь уже окончательно похолодев, Мередия надавила на него, и Уитни убеждённо покачал головой.

— …это абсолютно не так.

— Тогда в чём дело?

— Я просто… я ещё не готов.

Но на этот раз его голос едва заметно дрогнул.

— Не лги мне.

— …

— Думаешь, я не могу отличить правду от лжи? Не забывай — я вижу и то, и другое насквозь.

Она шагнула вперёд и схватила его за руку — так крепко, что кровь начала останавливаться.

— Что ты скрываешь? У тебя проблемы?

— …

— Скажи что-нибудь. Пожалуйста.

На её лице снова появилось странное, незнакомое даже ей самой выражение.

К слову, это было «беспокойство» — чувство, которого Мередия не выказывала ни одному человеку в своей жизни.

— Если я могу помочь, я помогу. Даже если это что-то грязное или опасное — особенно если так. Это моя специальность.

— …Хех.

— Не смейся! Говори уже! Я серьёзно!

Когда Уитни всё ещё молчал, Мередия наконец повысила голос, выпустив наружу всё напряжение, что она сдерживала.

— Я знаю, что ты гораздо способнее, чем кажешься! И я знаю, что ты всегда пытаешься всё исправить в одиночку!

— …

— Но как… как, чёрт возьми, ты ожидаешь, что я буду просто сидеть сложа руки и позволять всему этому происходить?!

Когда-то её голос был бы полон ярости, отстранённой и горькой.

Но теперь она больше не могла прятаться за этой бронёй.

По крайней мере — не перед ним.

— Я знаю, что ты всё делаешь для меня. Я знаю, что ты пойдёшь на край света, если я попрошу.

— …

— И да, я признаю — сначала я планировала этим воспользоваться. Я хотела тебя использовать.

Её голос дрожал, пока она ещё крепче цеплялась за руку Уитни.

— Но сейчас… я бы даже не смогла солгать об этом, если бы попыталась.

— …

— …кажется, я нравлюсь тебе больше, чем я когда-либо ожидала.

Из всех слов, которыми они обменялись — произнесённых или прочувствованных — это было самым честным.

— Вот почему я знаю, что это за чувство. Это страх.

— Страх?..

— Я хочу сделать это определённым. Реальным. Потому что я боюсь, что если я этого не сделаю, ты исчезнешь.

Её слова были спокойными, но то, что их наполняло, было более отчаянным и неприкрытым, чем что-либо, сказанное ею ранее.

— Леди Мередия… я просто… слишком устал сегодня. И…

— Значит, уставший мужчина притащил меня сюда, чтобы наброситься на меня?

— Ну, технически, вы…

— А ты тот ещё говорун.

По крайней мере, в её тон возвращался хоть какой-то юмор. Мягкая, слабая улыбка коснулась её губ.

Но даже так, её рука всё ещё крепко сжимала руку Уитни. И теперь в уголках её глаз блестели слёзы.

— Это ты научил меня, что такое любовь. Так что неси ответственность…

— …я никогда не говорил, что не буду.

— Тогда почему не сегодня?

— Потому что…

— Ты всегда так делаешь. Я закрывала на это глаза, но ты хранишь слишком много секретов.

Её голос дрожал. Теперь дрожали и её руки.

— …ясно.

Уитни наконец отказался от попыток что-либо скрывать и начал говорить.

— Мне нужно срочно кое-куда пойти.

— …куда?

— Ну… я не могу рассказать всего, но…

— Опять?

Даже сейчас он не мог быть до конца честным. Мередия крепко прикусила губу, пытаясь сдержать новые слёзы.

Если бы Мередия полугодовой давности увидела себя сейчас, она бы подумала, что сошла с ума.

По правде говоря, она, вероятно, и вправду немного сошла.

Это было хрестоматийное поведение впервые влюблённой девушки, терзаемой неуверенностью, страхом и одержимостью.

— Одно я могу сказать: то место, куда я иду, может помочь вам.

— …

— Есть шанс, что я найду зацепку, чтобы снять ваше проклятие.

Услышав это, Мередия стиснула зубы, слёзы всё ещё грозили пролиться, пока она смотрела на него.

— …значит, в конце концов, это снова всё обо мне.

— Да. Именно.

— Уитни, ты такой…

Эмоции захлестнули её, но она покачала головой, не давая им вырваться, и снова заставила свой голос звучать холодно.

— Ладно. Я поняла. Ты уходишь, потому что думаешь, что это мне поможет. Но если то место связано с моим проклятием, оно наверняка опасно, верно?

— …не буду этого отрицать.

— Тогда не логичнее ли мне пойти с тобой?

Уитни ответил без колебаний.

— Нет. Ты не можешь пойти.

— Почему нет?

— Ха-ха… ты, наверное, и так знаешь почему.

И, как он и сказал — она знала.

Если это было связано с её проклятием, был только один тип людей, с которыми Уитни должен был встретиться.

Те, кто жил, отвернувшись от света.

Те, кто управлял тьмой — тёмные маги.

Именно те, кого Мередия ненавидела и презирала каждой фиброй своей души.

Она хотела это отрицать. Конечно, хотела.

Но тёмная энергия, которую она начала ощущать вокруг Уитни в последние несколько минут, делала это невозможным.

— …что именно ты пытаешься сделать?

Хватка Мередии усилилась — так сильно, что кровь, возможно, перестала поступать в его руку.

— Если бы ты делал это для себя, мне было бы всё равно. Может, я бы даже почувствовала себя лучше.

— …

— Но подвергать себя опасности ради меня — ты понятия не имеешь, каким проклятием это ощущается, когда ты тот, кто тебя любит.

Слёзы теперь текли по её щекам. Впервые за многие годы они были рождены не яростью или ненавистью, а болью и страхом.

— Пожалуйста… просто позволь мне помочь.

— …

— Позволь мне сделать что-нибудь… что угодно…

Её голос был тише, чем когда-либо — мягкий, умоляющий и полный любви.

Глаза Уитни дрогнули.

— …мне жаль, Мередия.

— …

— Но в этот раз я не могу позволить тебе пойти со мной.

Его слова были твёрдыми. Нехарактерно твёрдыми.

— Ты знаешь, что я глубоко тобой дорожу. Именно поэтому я не могу взять с собой.

— …

— Как ты и сказала, никто не хочет смотреть, как тот, кого он любит, идёт навстречу опасности. Я не исключение.

Мередия ошеломлённо смотрела на него. А затем, наконец… она издала долгий, тихий вздох.

— Похоже, пытаться убедить тебя было бессмысленно.

Она отпустила его руку — медленно, неохотно.

— Делай, что хочешь. Я больше не буду тебя останавливать.

Она отступила назад с тихим шёпотом.

— М-Мередия…

— Не волнуйся. Я не из тех женщин, что забирают свои слова обратно, поддавшись эмоциям.

Её тон снова стал лёгким, но не пустым.

— Я верю в тебя. Но если я продолжу давить, я разрушу это доверие.

— …спасибо.

— И кроме того, я теперь твоя заложница, разве нет? Заложница, взятая в плен любовью.

Уитни глубоко склонил голову при этих словах, заметно тронутый.

— Что ж… если ты не вернёшься, я просто доживу свои дни и умру, полагаю.

— …

— Может, перед этим сожгу Империю дотла.

Уитни нервно взглянул на неё.

— …это была шутка, верно?

— Почему бы тебе не угадать?

— …сейчас ты бы так не сказала. Не та женщина, которой ты стала сегодня. Может, прежняя Мередия.

Мередия усмехнулась, подняв взгляд, чтобы встретиться с его.

— Мм. Ты прав. Это была ложь.

— Что ж, это облегчение…

— Я просто запрусь в своей комнате и буду смотреть на твою фотографию, пока не умру с голоду. Или, может, умру ещё раньше.

— …Мередия.

— На этот раз я не лгу. Ты ведь чувствуешь, правда?

Даже если у Уитни не было её способностей или проницательности, он мог сказать:

Слёзы, падавшие с её глаз — мерцающие и безмолвные — были слишком настоящими, чтобы их можно было подделать.

— Я вернусь. Я обещаю.

— …

— Я никогда не сделаю ничего, чего бы ты возненавидела…

— Мм?

Уитни внезапно дёрнулся, его фраза оборвалась.

Потому что, прежде чем он успел среагировать, Мередия встала на цыпочки и прижалась губами к его.

— …Пфф.

Неизвестно, сколько они так простояли.

Когда она наконец отстранилась с прерывистым вздохом, Уитни смотрел на неё во все глаза.

— Ха-ха… эй. Тебе стоит почаще делать такое лицо.

— …

— Если бы ты хоть изредка делал такое милое выражение лица, люди бы не считали тебя таким пугающим.

Всё ещё вытирая слёзы рукавом, Мередия отвернулась.

— Теперь иди. Я вернусь одна.

— …мне жаль.

— Не нужно. Я буду ждать.

Таким было последнее прощание Уитни и Мередии в ту ночь.

***

Сколько времени прошло?

— …он ушёл.

Как только она перестала ощущать присутствие Уитни за спиной, Мередия пробормотала глухим голосом.

— С ним и правда всё будет в порядке?..

Она знала, почему он не попросил её о помощи. Знала, что Уитни не из тех, кого легко поймать.

И всё же — беспокойство было совсем другим делом.

— …боже, этот коварный мерзавец.

Ворча себе под нос, она уставилась туда, где он исчез.

— А?

Тут её взгляд зацепился за что-то, лежащее на земле, там, где стоял Уитни.

«Неужели он что-то уронил?»

Из любопытства она шагнула вперёд и подняла это — лишь чтобы тут же вздрогнуть и едва не выронить снова.

— Что…!?

Письмо излучало тёмную магию — такую сильную, что она обожгла ей пальцы.

— …что это такое?

Даже большинство высокопоставленных членов Теневого Собрания не могли оставить столько остаточной энергии на простой бумаге.

Когда она с возросшей осторожностью начала осматривать конверт…

— А?

Её лицо мгновенно побледнело.

На этот раз она и вправду уронила письмо.

{На самом деле я знаю… что это ты убила мать Уитни Лингарда.}

Написано не чернилами, а чистой тёмной магией.

Одна-единственная строка, но с сокрушительным весом.

_________

(ПП. Конец анлейта. Ждём продолжение)

----------

Мир Тьмы I

— …ха-а.

Сделав несколько неохотных шагов от юной леди, я достал из пальто приглашение с ручкой и молча поставил свою подпись.

Бз-з-з-зт—

В следующее мгновение из приглашения вырвались чёрные искры, и не успел я моргнуть, как всё моё тело окутал тёмный дым.

— Что?..

Я готовился к телепортации, ведь Теневая Ведьма, навещавшая меня в особняке, обо всём предупредила, — вот только приглашение выскользнуло из руки и полетело прямиком к Мередии.

— Стой…

Я рванул, чтобы перехватить его, но не успела моя рука коснуться бумаги, как зрение исказилось, и пространство вокруг полностью переменилось.

— …кхм.

На миг меня охватила паника при мысли о том, что Мередия, которая на дух не переносит тёмную магию, прочтёт то письмо. Но я быстро понял, что сейчас это не главная проблема, и заставил себя сосредоточиться.

— Так вот где проходит Теневое Собрание…

Признаться, я понятия не имел, где находится штаб-квартира Теневого Союза или где именно они устраивают свои встречи. В оригинальной игре все совещания верхушки Союза показывали исключительно в виде кат-сцен.

Естественно, оплот тёмных магов не был отмечен ни на одной карте, и попасть туда обычными игровыми механиками было невозможно. Может, это место собирались добавить в каком-нибудь дополнении, но даже без него я сразу понял, что нахожусь на их базе.

«Весь этот мир, чёрт побери, был чёрным…»

Пустошь, в которую я попал, была лишена всех красок. Иссохшие деревья, густой туман, стелющийся по земле, редкие застойные лужи и даже небо над головой — всё было лишено света. Лишь тусклые оттенки чёрного и серого заполняли пространство, где я теперь стоял.

— …!

Настороженно осматриваясь в незнакомом окружении, я вдруг дёрнулся, заметив кое-что.

— …м-м-мня.

Прямо за моей спиной в воздухе парила метла, а на ней, уютно развалившись, спала, что-то бормоча во сне, не кто иная, как Теневая Ведьма.

— Эй.

— …хр-р.

— Эй!

— Ай-я-а!..

Когда она не отреагировала, я схватил метлу и тряхнул её. Ведьма в изумлении распахнула глаза и тут же соскользнула вниз, глухо шлёпнувшись на пятую точку.

— Ой… больно же.

— …

— Да и трогать метлу ведьмы без разрешения… это вообще-то серьёзное преступление.

Я смотрел сверху вниз на её довольно жалкую фигуру, а Теневая Ведьма, потирая поясницу, зевнула прямо посреди фразы.

— Будь ты моим подчинённым, я бы тебя уже прикончила. В курсе?

Пусть сейчас она и выглядела нелепо, но недооценивать её было нельзя. Когда-то она в одиночку вырезала армию целого королевства. Врождённые социопатические наклонности, статус повелительницы тёмных магов и положение их правой руки делали её неприкосновенной фигурой.

Она была, вероятно, одной из немногих, кто мог бы потягаться с Мередией — даже сейчас, когда та уже не финальный босс. На самом деле, если судить исключительно по уровню опасности, Теневая Ведьма в данный момент, пожалуй, превосходила её.

Мередия давно превратилась в злодейку-цундере. А вот Теневая Ведьма? Она была абсолютно непредсказуема.

Сегодня она могла одарить тебя тёплой улыбкой, а завтра — без малейших колебаний вонзить нож в спину.

— Почему спала?

— …потому что сейчас глубокая ночь? Ха-а-а…

Прекрасно зная, сколько людей погибло от её руки вот так, запросто, я подозревал, что даже это нелепое поведение — часть представления.

«Всё это может быть иллюзией».

Хотя она и выглядела как девушка возраста Саши, я не мог поверить, что это её истинный облик. По общему мнению, ей было как минимум несколько сотен лет. И кто-то её уровня просто не мог не владеть магией превращений.

Эта детская внешность, скорее всего, была лишь очередной продуманной уловкой, чтобы обезоружить противника.

— Чего ты на меня так смотришь?

— …

— У тебя такой взгляд, будто ты собираешься съесть меня заживо. Или… постой, я в твоём вкусе? — Прищурилась она, заметив мою напряжённую пристальность.

— Ты всегда так разговаривала?

— А.

Вместо того чтобы отвечать на этот бессмысленный вопрос, я решил задать свой — тот, что занимал меня с самого начала.

— Ах, да. С этим такой номер не пройдёт…

— …а?

— Э-э-э… здравствуйте? — Почесав затылок, она вернулась к той манере речи, что использовала при нашей первой встрече.

«Значит, она меняет своё поведение в зависимости от собеседника».

Это подтвердило мою догадку: к разным людям она являлась в разных обличьях и с разными характерами.

— Большинство тех, кому нравится такая внешность, ждут, что я буду говорить именно так, понимаешь? — Словно прочтя что-то в моём выражении, пояснила она.

— …никогда не любил подобное.

— О, это не имеет никакого отношения к твоим предпочтениям. — Её ухмылка стала шире, когда она уточнила: — Этот облик? Всего лишь маскировка, чтобы не раздражать тебя. Демонстрация покорности, можно сказать.

— …

— Или… ты предпочитаешь тело, как у леди Мередии? Я могу превратиться и в неё, если хочешь…

Она осеклась, увидев, как похолодело моё лицо.

— …ха-ха. Просто шучу.

Чувствуя, что танцую под её дудку, я вздохнул и сменил тему.

— Итак. Где пройдёт собрание?

— О, я сама тебя провожу. Тут нужно немного пройтись.

— А нельзя было настроить приглашение так, чтобы я попал прямо в зал для совещаний?

— Ха-ха, если бы кто-то его перехватил, случилась бы катастрофа, согласись? Для таких, как мы, безопасность — это всё.

Тут я вспомнил, что произошло прямо перед моим прибытием, и сказал.

— Вообще-то, я уронил приглашение, прежде чем попасть сюда…

— …беспокоишься, что кто-то его нашёл?

— Да. Оно полетело в сторону моей невесты, как назло.

Услышав это, на её губах расцвела хитрая улыбка.

— О, об этом не волнуйся.

— …

— Я уже приняла меры.

И прежде чем я успел расспросить её подробнее, она продолжила как ни в чём не бывало.

— В тот момент, как приглашение активировалось, заклинание телепортации и послание исчезли. Естественно, я как минимум об этом позаботилась.

Но лёгкое возбуждение в её голосе и блеск в глазах заставили меня насторожиться.

— Раз это возможно, значит, ты могла изменить и содержание письма?

— …ха-ха, не исключено.

— …

— Не переживай. Даже если бы я это сделала… я бы никогда не написала ложь.

Как и ожидалось, вместо прямого отрицания она дала туманный ответ и просто улыбнулась.

— Клянусь всей своей тёмной магией и своими мана-каналами. А ты ведь знаешь — когда ведьма клянётся, это не пустой звук. Это обязывает.

— Ха-а…

Честно говоря, мне хотелось в ту же секунду вернуться к леди Мередии. Но теперь было слишком поздно. Нужно было сосредоточиться на том, чтобы пережить это «Теневое Собрание», а если ведьма провернула какой-то трюк, вызвавший недоразумение, я разберусь с этим позже.

— Хм-м. Что это за запах?

— …?

— Странно. Такого быть не должно.

Пока я приводил мысли в порядок и следовал за ней, лениво покачивающейся на метле, она вдруг наклонила голову и принюхалась.

— Ага.

Затем, устремив на меня взгляд, лукаво ухмыльнулась.

— Похоже, ты вернулся после весьма пикантного времяпрепровождения, а?

И тут её прежнее замечание о маскировке обрело смысл. Если бы эта неприятная ухмылка и голос исходили от кого-то, кто не был размером с Сашу, я бы, наверное, случайно высвободил белую магию прямо здесь и сейчас.

— …благодаря кое кому, пришлось прерваться.

— О? Аха-ха-ха…

Когда я процедил это сквозь зубы, она рассмеялась так сильно, что подпрыгнула на метле и даже смахнула слезинку с уголка глаза.

— Честно говоря, может, это и к лучшему.

К лучшему? О чём она?

— Может, будет лучше, если ты просто расстанешься со своей хлопотной невестой.

— Что это должно означать? — Сдержав волну гнева, переспросил я.

— Скажи мне. Если бы тот, кого ты любишь больше всего на свете, совершил непростительный грех — ты бы всё равно смог его простить?

Теневая Ведьма, чья ухмылка теперь стала ледяной, спросила это, глядя мне прямо в глаза.

— Смог бы. — Без малейшего промедления ответил я.

— О, правда?

— Да.

— Никаких колебаний… похоже, ты и вправду так считаешь.

Она мгновение изучала мой взгляд, затем тихонько хмыкнула и отвернулась.

— Посмотрим, останется ли твоя уверенность прежней, когда ты столкнёшься с правдой лицом к лицу.

В этот момент у меня возникло серьёзное искушение придушить её.

«Что, чёрт возьми, она замышляет?»

Моя мать мертва, отец пропал — и уж кого-кого, а Мередию я трогать никому не позволю.

— Так-с… кто бы подошёл тебе для второго брака?

— …

— Нашей великолепной Тени, которая на тебя всё это время заглядывается, отдать не могу. Но и абы кто тоже не годится…

Пока она бормотала себе под нос, явно наслаждаясь этим бредом, я сверлил её гневным взглядом. И как раз когда она снова повернулась ко мне…

— Эй, а ты бы… хотя неважно.

Она захлопнула рот, отчётливо прочитав убийственное намерение в моём выражении.

— Что ж, мы почти на месте.

Через несколько секунд она спрыгнула с метлы, потянулась и снова пробормотала себе под нос.

— Отдать тебя нельзя. В конце концов, из тебя нужно взрастить следующего Короля Демонов…

— …это здесь?

— Да.

Но я совершенно не понимал, о чём она.

— Это место выглядит так же, как и то, откуда мы пришли.

Мы отошли всего на пару сотен метров от точки моего прибытия — всё та же бесцветная пустошь, ничуть не изменившаяся. Какое собрание может проходить в подобном месте?

— Отойди.

Пока я щурился, Теневая Ведьма взялась за метлу и с силой ударила ею о землю.

ГР-Р-РО-О-ОХОТ—!

Земля, бывшая до этого лишь бесконечным песком, яростно содрогнулась, а затем начала раскалываться.

— Что за…

Я ошарашенно смотрел на зияющую пропасть, раскрывавшуюся, словно пасть зверя. Рядом раздался шёпот Теневой Ведьмы, на губах которой играла зловещая улыбка:

— Добро пожаловать… в Мир Тьмы, будущий Король Демонов.

И, как она и сказала, аура, исходившая от входа, была поистине инфернальной — воплощение чистого зла.

----------

Мир Тьмы II

— Будущий Король Демонов, значит.

— А что? Таков был уговор, не так ли?

— …ты и впрямь считаешь, что я гожусь для подобной роли?

Я молча стоял, глядя в бездну, что рассекла почерневшую землю, и, нахмурившись, задал вопрос. Теневая Ведьма ответила взглядом, который так и говорил: «Ты это серьёзно?»

— Конечно. Кто ещё подойдёт лучше?

— …

— Не нужно строить такую кислую мину. Просто будь рядом — я буду направлять тебя во всём, от А до Я.

С этими словами она снова взобралась на метлу, хихикнула и добавила.

— Ах да, первое и главное — нам, пожалуй, стоит сменить твоё имя.

— …что?

— Законный наследник престола Короля Демонов с древних времён всегда носил особое имя.

Она щёлкнула пальцами, и перед моими глазами закружились в медленном танце россыпи драгоценных камней.

— Давай, выбирай.

— …

Я понятия не имел, что за игру она затеяла, но пока решил подыграть. Почти бессознательно я протянул руку и схватил самоцвет, висевший дальше всех.

— …я выберу этот.

Это был янтарь — камень, больше всего напоминавший мне о глазах Мередии. Наверное, поэтому меня к нему и потянуло.

— Ох, нет-нет, этот уже занят. Так не пойдёт.

С сожалением в голосе Теневая Ведьма снова щёлкнула пальцами, и янтарь в моей руке растаял, словно снег, и испарился в воздухе.

— Что за игры ты, чёрт возьми, затеяла?

— О, всё не так. Видишь ли, наследники Короля Демонов традиционно брали себе имена, производные от драгоценных камней.

Я, уже слегка раздражённый, потребовал объяснений, но она ответила как ни в чём не бывало.

— Я это не выдумала, чтобы тебя разыграть. Первый Король Демонов, Второй… все они носили имена самоцветов, помнишь?

— …нелепая традиция.

Так я сказал вслух, но что-то в её словах меня зацепило.

«Может, это своего рода метафора… что Мередии было предначертано стать Королём Демонов?»

Мередия Эмбегрин. Хоть это и не её имя, в фамилии содержится поэтическая отсылка к отличительным зелёно-янтарным глазам, передававшимся в роду Эмбегрин. Могло ли быть так, что Эмбегрины несут в себе кровь исчезнувшего Короля Демонов?

«Нет, это уже слишком притянуто за уши».

Поймав себя на ненужных домыслах, я смёл в сторону остальные парящие самоцветы и двинулся вперёд.

— Сейчас совсем не время для игр.

— …о? Вот как?

— Как нам спуститься? — Спросил я у Теневой Ведьмы, заглядывая в бездну, что бесконечной пастью разверзлась под треснувшей землёй.

— О, это очень просто.

Её голос, лёгкий и насмешливый, раздался у меня за спиной…

— …?!

…и в следующее мгновение моё тело оторвалось от земли и рухнуло прямо в пропасть.

«…дерьмо».

Хорошо, теперь признаюсь — я с самого начала был напряжён. Причина? У меня панический страх высоты.

Это я узнал уже в этой жизни, а не в прошлой. Чёрт, да даже подъём на тот холм со смотровой площадкой вместе с леди Мередией заставил меня покрыться холодным потом. Это должно было всё объяснить.

— …!!!

А теперь Теневая Ведьма, ничего об этом не зная, без всякого предупреждения столкнула меня в гигантскую яму. Как и ожидалось, моё тело тут же сковало — я не мог даже закричать. Я просто падал, окаменевший, кувыркаясь всё глубже и глубже.

«Знал бы я, что так будет… остался бы с леди».

Это была последняя связная мысль, прежде чем моё сознание начало таять во тьме.

***

— О-о-о?

Паря на метле и наблюдая за стремительным падением Уитни, Теневая Ведьма с любопытством сощурилась.

«Он и вправду не закричал».

С её стороны это был невероятно грубый поступок, но для неё это была своего рода проверка. Хотя, даже не такая уж и серьёзная.

Для неё Уитни Лингард был как джокер — непредсказуемая аномалия. Даже с её способностью прочитывать большинство людей за секунды, он по большей части оставался загадкой.

«Но… он же так разобьётся, правда?»

Конечно, Теневая Ведьма была не из тех, кто просто столкнёт кого-то в яму и будет праздно смотреть, как тот умирает. Это был всего лишь лёгкий эксперимент, чтобы прощупать слабости и натуру Уитни. Если бы он погиб или получил смертельную травму, это было бы её собственным просчётом — в конце концов, она выбрала его в качестве своего партнёра по встрече.

Вж-ж-жу-у-ух—!

Именно поэтому в следующее мгновение она на ужасающей скорости ринулась вслед за ним в пропасть, вцепившись в метлу.

Она была виртуозным летуном — прошло всего несколько секунд, прежде чем она догнала падающего Уитни.

— …?!

Уже собираясь самодовольно помахать ему ручкой, она замерла.

«…какого чёрта?»

Даже на полной скорости ей едва удалось его догнать. Но лицо Уитни было пугающе спокойным.

Даже сверхлюди в такой ситуации запаниковали бы. По крайней мере, побледнели бы. Но Уитни лишь смотрел на неё с жутковатой неподвижностью, словно падение его нисколько не волновало.

А его вечно полуприкрытые глаза сегодня казались ещё более леденящими.

«Что… он такое?»

До сих пор она считала Уитни просто улучшенной версией того кукольного Майера. Но в этот миг она была вынуждена полностью пересмотреть это предположение.

«Неужели… он не чувствует страха? Нет, дело не в этом».

Она уже выяснила с помощью нескольких вопросов, что самым сильным эмоциональным триггером для Уитни была Мередия. Каким бы сухим ни был его тон или язвительной его улыбка, в тот момент, когда она упоминала Мередию, его гнев был неоспорим.

«Но такой страх… это же физиологическая реакция».

Что делало его нынешнее хладнокровие совершенно необъяснимым. Даже то, что он поддерживал зрительный контакт во время падения, было…

— А.

Очнувшись от своих размышлений, Теневая Ведьма широко распахнула глаза.

— Дерьмо…

Она спустилась, чтобы спасти его, но, задумавшись, упустила момент.

Изначально она собиралась поймать его на метлу. Но теперь, если она попытается, он может удариться о землю раньше, чем она успеет занять позицию.

— …чёрт.

Она протянула руку, намереваясь смягчить землю магией…

И тут же скривилась во второй раз.

«В этом пространстве такие заклинания не работают».

Место проведения Теневого Собрания было защищено мощным антимагическим барьером от незваных гостей. А тем, кто его создал… была она сама.

А значит, она лучше всех знала…

Сейчас обойти этот барьер было невозможно.

Конечно, будь у неё достаточно времени, Теневая Ведьма легко могла бы нейтрализовать антимагическое поле собственной силой. Но когда остаётся меньше секунды? Даже ей это было не под силу.

— Ха-ха…

И едва эта мысль промелькнула у неё в голове…

Эта последняя секунда истекла.

— …какая жалость.

Мягко взмыв на метле за мгновение до столкновения с землёй, Теневая Ведьма надула губки и пробормотала.

— А этот казался довольно забавным.

На её лице, вопреки словам, не было и тени вины. Не было даже намёка на скорбь. Она просто выглядела как ребёнок, разочарованный тем, что его дорогая игрушка сломалась.

— Что ж, полагаю, тут уже нич—

Она уже развернулась, чтобы уйти с этим безразличным видом, как вдруг…

— …!

Она обернулась, вероятно, намереваясь убрать тело с глаз долой, прежде чем войти…

И её глаза расширились от чистого изумления.

— …

Там стоял Уитни Лингард, абсолютно невредимый. Ни единой царапины. И что ещё более поразительно — выражение его лица было точь-в-точь таким же, как и в полёте.

— Слышь.

— …

— …я к тебе обращаюсь.

На мгновение ошеломлённая, Теневая Ведьма медленно приблизилась и осторожно заговорила.

— Ты в порядке?..

— …

— В смысле… да, это я тебя толкнула, но всё же…

Но Уитни молчал.

— …а?

Снова оглядывая его, она вдруг заметила движение на его руке — и отшатнулась в ужасе.

— Ч-что это, чёрт возьми, такое?..

Даже для неё, призывавшей некоторых из самых печально известных высших демонов, то, что она сейчас видела, было за гранью понимания.

Создание из Царства Пустоты.

Существо, которое даже ей не удавалось успешно призвать. Сущность из Бездны — обители богов за пределами мира и истинного источника тёмной магии.

И теперь эта тварь ползла по руке Уитни.

Неужели это создание было причиной того, что Уитни выжил в падении невредимым?

«…это безумие».

Даже она или так называемая Великая Тень могли лишь заимствовать крупицы их силы. А здесь оно было — полностью проявленное. Не просто заимствованная сила — покорённая.

«Если это правда, он уже превзошёл уровень Короля Демонов…»

Даже если сила Уитни и была «Господством», это было абсурдно. Это противоречило всякой логике. И именно поэтому глаза Теневой Ведьмы начали блестеть.

«Я планировала использовать его, чтобы свергнуть Великую Тень, а затем выбросить… но нет. Его нельзя списывать со счетов».

Может быть — всего лишь может быть — этот человек и есть истинный сосуд Короля Демонов. Предначертанный лидер тёмных магов.

Возможно, Великая Тень и та загадочная женщина, с которой она недавно заключила союз, тоже видели это будущее. И именно поэтому они пытались устранить Уитни Лингарда до его пробуждения.

Если так, то с Уитни нельзя было обращаться как с очередной пешкой.

К счастью, она уже притворялась милой, чтобы заручиться его сотрудничеством. Если она просто продолжит играть эту роль и дальше…

«Он идеально мне подходит».

Теневую Ведьму не интересовал трон. Её вполне устраивала роль второго номера — обладать властью без бремени правления. И теперь, когда она узнала истинную цель последних интриг Великой Тени, она знала, что должна это остановить.

Но с Уитни… вся игра изменилась. Если она будет полностью с ним сотрудничать, она не просто остановит Великую Тень. Она сможет превратить весь мир в свою собственную игровую площадку.

— А, так вот кто здесь.

— …?

Пока она была погружена в эти мысли, всё ещё поражённая мимолётным движением существа на руке Уитни, до тошноты знакомый голос вырвал её из раздумий.

— Тц…

Её лицо мгновенно исказилось в выражении неподдельного отвращения.

— Так ты всё-таки явился на Теневое Собрание. Полагаю, дёрнул за нужные ниточки, да?

— …

— Эй, ты что, язык проглотил?

Майер Эмбегрин.

Он стоял там уже некоторое время, очевидно, обращаясь напрямую к Уитни, который ни разу не пошевелился и не ответил.

«…а впрочем, может, это и к лучшему».

Теневая Ведьма на мгновение прищурилась, а затем медленно улыбнулась. По крайней мере, это была прекрасная возможность скрыть свой предыдущий промах.

— …

И, к счастью для Уитни, ни одна душа в этом зале не догадалась, что всё это время он был без сознания.

_____

(ПП. Пока для затравочки выложил. Ожидайте сразу стопку)

----------

Противостояние

136

— …хм-м?

Первое, что предстало моему взору, когда туман в сознании рассеялся и зрение сфокусировалось, было нечто совершенно непонятное.

— Гух… к-хэк!..

Лорд Майер почему-то стоял передо мной на коленях, обхватив живот и обливаясь холодным потом.

«…сон?»

На мгновение, ещё толком не придя в себя, я подумал, что сплю. Но, похоже, это было не так.

— Гу-у-у-у…

Мощный поток тёмной магии вырывался прямо из-за моей спины и бил точно в Майера, что было отчётливо видно моим глазам.

— Ха-ха.

А источником этого тёмного потока была Теневая Ведьма, невозмутимо сидевшая на метле и подмигивавшая мне.

«Что, чёрт возьми, происходит?»

Судя по подмигиванию, она подавала мне какой-то знак, но я понятия не имел, чего она добивается.

И это неудивительно. Я только что очнулся после того, как меня столкнули в яму и вырубили. Что, чёрт побери, успело произойти, чтобы довести лорда Майера до такого состояния?

«Хотя, зрелище приятное…»

Не то чтобы я был огорчён. Лорд Майер был одним из главных виновников издевательств над Мередией в её детстве. Он мог страдать и хуже, мне бы и дела не было.

— Ты… что это, чёрт возьми… такое?..

— …

— Ты и впрямь… так хочешь умереть… кхек!

Пока я молча смотрел на Майера сверху вниз, он, стиснув зубы, попытался подняться, но снова рухнул, на этот раз кашляя кровью.

— Проклятье… ты же белый маг… как?..

Ну, это потому что нападаю на тебя не я, а вон та Теневая Ведьма. Неужели он никогда не видел её в этом обличье?

Если так подумать, в оригинальной игре, когда Теневая Ведьма появлялась с точки зрения Майера, её всегда изображали как силуэт святой.

Да, пожалуй, понятно, почему он всё не так понял. Объяснять кажется морокой, так что я просто промолчу.

— Что это? Драка?

— …но ведь поединки за положение запрещены во время Теневого Собрания.

— Какое веселье! Хи-хи!

— Хм? Такого лица я раньше не видел.

В любом случае, пока я стоял в оцепенении, ровным счётом ничего не делая, из пещеры в глубине ямы высунулась целая компания, сопровождаемая гомоном голосов.

— А? Что это за парень? Он не тёмный маг и не демон.

— …человек? Он человек?

— Чужак?

— Добыча?!

Они уставились на меня и вскоре начали громко переговариваться. Судя по всему, это были демоны — те самые, что, как говорили, давно исчезли из этого мира.

Для справки, демоны — существа настолько редкие, что даже самые преданные тёмные маги всю жизнь тщетно пытаются призвать хотя бы одного. А даже если и призовут, заставить его служить практически невозможно.

Учитывая, что их тут выскочило сразу четверо… да, это и вправду была штаб-квартира тёмных магов, где проходило Теневое Собрание.

«Ого, если присмотреться… тут знакомые лица».

Я изучил их внимательнее и, сам того не заметив, слегка улыбнулся, когда нахлынули воспоминания.

«…так вот почему эти гордые демоны были одеты в наряды горничных».

Выглядели они, конечно, немного нелепо, но на самом деле это были Четыре Сестры-Архидемоницы, служившие под началом Теневой Ведьмы. В последней главе они — мини-боссы, с которыми сталкиваешься в середине битвы.

Судя по их характеристикам, я бы сказал, что каждая из них могла бы сразиться на равных с Азраэлем, когда та была на пике сил во время финальной битвы на Отборочном мероприятии Талантов.

А я тем временем чуть не погиб, чтобы едва-едва заполучить одного-единственного демона, пользуясь лазейками, — а она запросто командовала такими, как горничными? Эта разница была просто оскорбительна.

— …постойте-ка. Я знаю этот запах.

— …эта мерзкая вонь белой магии?

— Белый маг? Он белый маг?

— Добыча! Это добыча!

Пока я горько усмехался, я внезапно ощутил волну убийственного намерения от демонов, выглядывающих из тьмы.

«…я влип».

Они были правы — я белый маг. А демоны не отличались разговорчивостью, так что по спине у меня потекли струйки холодного пота.

— …Ааа-ха…

Я в отчаянии бросил взгляд на Теневую Ведьму, но та всё ещё была полностью сосредоточена на пытках лорда Майера.

Часть меня хотела попросить её натравить демонов на него, но тогда мой блеф тут же раскроется. Это была классическая ситуация между молотом и наковальней.

— …чёрт. Надо было взять с собой Азраэля.

Мысль о том, чтобы привести с собой подчинённого, мне даже в голову не приходила, но сейчас кто-то вроде Азраэля, связанной контрактом на подчинение, был бы идеальным эскортом.

Тр-реск—!

Едва эта мысль промелькнула у меня в голове, как это случилось.

— В-вызывали?..

— …!

В мгновение ока на земле передо мной вспыхнул магический круг, и из него появилась Азраэль.

— Я стирала бельё…

В перчатках вместо привычных кастетов, со шваброй в одной руке и ведром для стирки в другой, она, по всем признакам, была теперь просто горничной.

Приглядевшись, я увидел мозоли на её руках. Неужели другие горничные в особняке её дедовщиной мучают?

— В смысле… мне это даже стало нравиться… а?

Она неловко оправдалась, а затем растерянно огляделась.

— Это место…

— …

— …а?

Затем, после короткой паузы, её взгляд встретился с глазами Четырёх Сестёр.

— Какого чёрта? Это же Азраэль, да?

— Я думала, она сдохла. Похоже, нет?

— …но почему ты заключила контракт с белым магом? А?

— Предательница! Она предательница!

Пока Четыре Сестры шептались с широко раскрытыми глазами, Азраэль уронила швабру и ведро, а на её лице застыло потрясение.

— П-почему… почему вы призвали меня именно сюда?

— …

— Почему? Ну почему?!

Технически, я её не призывал. Она просто отреагировала на мои внутренние бормотания, как слишком усердный щенок.

Результат был сродни тому, как если бы тебя застала вся родня на празднике в косплейном костюме — и я отказывался брать на себя вину за это.

— Неважно. Разберись с ними, пожалуйста.

— О-одна?!

— Разве ты не была полевым командиром Короля Демонов?

— …но они же были элитной королевской гвардией?

Ну, в любом случае, это была не моя проблема, так что я посмотрел на неё с самым спокойным лицом, какое только смог изобразить. Но её ответ был просто абсурден.

— Если ты в сговоре с белым магом, ты, по сути, предательница, верно?

— Ну, если бы ты работала с Церковью, можно было бы ещё поговорить. Но с белым магом? Это самое дно.

— Казнь! Время казни!

— Хи-хи. Давненько мы не охотились на своих.

Демоны, теперь уже не скрывая своей кровожадности, начали к нам приближаться.

— Да как ты смеешь… упоминать Короля Демонов… м-м-м!

— …ха-ха.

Я быстро зажал рот рукой Азраэль, которая бездумно пыталась что-то сказать.

«Похоже, у меня нет выбора».

Я уже собирался незаметно сосредоточить белую магию в ладони, когда…

Ф-ф-фью-ю-юх—

Внезапный порыв ветра поднял пыль, и она попала мне в глаза.

— Ай…

Я потёр глаза, нахмурившись. Но затем… я почувствовал, что атмосфера изменилась.

З-з-з-з-зт—

То, что произошло дальше, было ещё более удивительным, чем моё первое пробуждение.

Лёгкая вибрация пронзила воздух, а затем… словно само время остановилось.

— …что такое?

Потрясённый этой аномалией, я повернулся к Теневой Ведьме — и увидел, что она полностью застыла на своей метле.

— Эй. Что происходит?

— …

— Ой.

Я даже несколько раз ткнул её в щеку, думая, что она шутит, но она не реагировала — просто неподвижно завалилась набок.

— Какого чёрта…

Не только она. Четыре Сестры, Азраэль — все застыли на месте, скованные временем.

Топ-топ—

И пока я стоял в полном недоумении, из входа в пещеру, откуда появились сёстры, раздались шаги.

— Кто…

— Не стоит тревожиться.

Голос эхом разнёсся из глубины — и в тот миг, как я его услышал, я понял, кто был виновником всего этого.

— Я просто хотела побыть наедине.

— …

— Так что я ненадолго остановила время.

Фигура, которую я однажды встретил в академии, — без сомнения, один из истинных серых кардиналов этого мира.

Глава тёмных магов. Единственный, кто стоял над всеми. Тот, кто обвёл Императрицу вокруг пальца. Окутанный почти полной тайной.

— Давненько мы не виделись, с самой академии, не так ли?

— …

— Мог бы хоть позвонить. Я бы оставила след на твоём сердце.

Тот, кого называли Великой Тенью, — наконец-то явил себя передо мной.

***

Тем временем, в тот же самый миг, в одном из глухих переулков опасного района Империи…

— Что происходит?

— …понятия не имею. Экстренный вызов, похоже.

— Эх… а я только-только в отпуск вышел…

Информационные агенты дома Эмбегрин, разбросанные по всему преступному миру, начали стекаться к обшарпанной гостинице — большинство из них были полуодеты и застигнуты врасплох.

— Все здесь?

— …

— Отвечайте.

Ворча с тихим негодованием на внезапный и властный вызов, они вошли в гостиницу — и тут же забыли обо всех жалобах.

— Отвечайте. Сейчас же.

Внутри стояла та, в чьих руках была их жизнь, как физическая, так и политическая, — Мередия Эмбегрин, источавшая леденящую, убийственную ауру, какой они никогда прежде не видели.

— Р-разведывательные агенты столичного отдела… с-семнадцать человек. В сборе.

— С этого момента я отдаю новый приказ. Прекратить выполнение всех текущих миссий. Вашей первоочередной задачей становится та, которую я сейчас поставлю.

Агенты, застыв от страха, умолкли, пока Мередия с ледяной властностью отдавала команду.

— Н-но… леди Мередия. Остановка текущих операций приведёт к огромным потерям…

— Я сказала, это приказ.

— П-прошу прощения…

Старейший из них, начальник разведывательного отдела дома Эмбегрин, покрылся нервным потом. Но когда глаза Мередии вспыхнули багрянцем, ему не оставалось ничего, кроме как заткнуться.

— Мне всё равно, насколько велики будут потери. Я обеспечу полную и щедрую компенсацию. Но вы подчинитесь.

— …понял.

Только после того, как Мередия подавила свой гнев и её глаза вернулись к обычному цвету, агенты позволили себе вздохнуть.

— С этого момента все оперативники в Империи посвятят все свои силы одной задаче.

И в тот момент, когда она объявила новую миссию, их лица снова побледнели.

— Расследуйте всё о матери Уитни Лингарда, Серии Лингард.

Дело было не только в сути приказа — глубоком расследовании личной истории её жениха, чьё имя вместе с её собственным пестрело в скандальных заголовках.

— Почему такие удивлённые лица?

— …

— Разве не вы без единого сомнения выполняли всевозможные грязные поручения?

Даже почувствовав перемену в настроении комнаты, Мередия спросила спокойно. Но агенты молчали.

«…боже, помоги нам».

Особенно начальник разведки — его лицо стало мертвенно-бледным, вид у него был совершенно раздавленный.

Потому что более десяти лет назад именно он возглавлял миссию, приказанную лично герцогом Эмбегрином.

А целью той миссии… была не кто иная, как графиня Серия Лингард.

----------

Великая Тень

137

Мир застыл.

Словно замерли сами молекулы воздуха — ничего не двигалось, ничего не ощущалось.

— …

В этом остановленном мгновении единственное, что я чувствовал, глядя на существо передо мной… было до мурашек отвращение.

«…что, чёрт возьми, это за чувство?»

Обычно, когда сталкиваешься со столь могущественной сущностью, ты что-то ощущаешь — ауру, давление, — даже если не пытаешься.

Так было с леди Мередией. С Императрицей тоже. Даже Теневая Ведьма излучала покалывающую, электрическую энергию.

Но атмосфера, исходившая от существа, стоявшего теперь передо мной, не была похожа ни на что из этого.

Это был дискомфорт… нет, нечто большее. Инстинктивное отторжение. Первобытное омерзение, окутавшее всё моё тело.

— Что-то не так?

— …

— Ха-ха. Удивлён, что я пришла поприветствовать тебя лично?

И чем больше она говорила, тем отчётливее и сильнее становился этот дискомфорт.

Это было похоже на тот эффект, что называют «зловещей долиной», — ощущение, возникающее, когда нечто нечеловеческое имитирует человека достаточно плохо, чтобы вызывать жуть.

«…она не человек?»

Мысль промелькнула, но у меня не было доказательств. Пока что.

В конце концов, так называемая «Великая Тень» была существом, полностью окутанным тайной.

Никто не знал её происхождения, прошлого, способностей — даже её внешность не была известна общественности.

«Даже игроки в оригинал не ожидали, что какие-либо её секреты раскроются в этой части. В лучшем случае, в следующем сиквеле или дополнении».

Было слишком рано делать предположения о её личности.

Сейчас мне нужно было сосредоточиться лишь на одном — пережить эту встречу.

С Мередией или даже с Императрицей я мог маневрировать. Но с этой? Эта требовала всей возможной защиты.

— Не нужно так замирать. Может, пожмём друг другу руки?

Пока я пытался успокоить нервы, её голос раздался снова. Слегка наклонив голову, она протянула мне руку.

— …

Я помедлил, а затем молча взял её руку — и тут же то самое отвращение, о котором я говорил, нахлынуло снова. Мне пришлось сдерживать желание вырвать свою ладонь.

«Это… отвратительно».

Это определённо была человеческая рука, тёплая, как и любая другая. Но ощущение было такое, будто я пожимаю руку роботу — твёрдую, холодную, неправильную.

— …хе-хе.

Вслух я, конечно, ничего не сказал. Но Великая Тень тихонько хихикнула, приподняв уголки губ. Она, должно быть, знала, что я так отреагирую. Она предложила рукопожатие, ожидая этого.

— Если уж ты пришла меня поприветствовать, разве не вежливо показать своё лицо?

— …хм-м?

— Как долго ты собираешься его скрывать?

У меня возникло чувство, что она снова втягивает меня в какую-то игру. Так что я рискнул и заговорил первым.

К тому же, мне было просто любопытно. Как выглядело её лицо?

Она ничем его не закрывала. Но каким-то образом я просто не мог его воспринять. Словно мои глаза скользили мимо. Должна же быть причина, по которой она его прятала.

— Странно. Разве ты не из тех, кто всегда использует вежливые обращения?

— Я склонен быть избирательным в компании.

— …да. Это так похоже на тебя.

Ответив на её вопрос с лёгкой усмешкой, я уловил её следующие слова, пробормотанные себе под нос, — и тут же нахмурился.

«…она меня знает?»

Да, мы косвенно пересекались во время инцидента в Академии.

Но это чувствовалось… глубже. Словно она знала меня задолго до этого.

— Что ж, что ж. Должна извиниться за невежливость перед моим гостем — и моим дублёром.

Я всё ещё пытался разгадать лицо, которое не мог увидеть, когда она продолжила.

— Дублёром?

— Уже забыл? Таково было условие нашего контракта, помнишь?

Точно — наше соглашение в Академии. Я должен был стать её кагэмуся. Её дублёром.

Но как, чёрт возьми, это должно было сработать? Я только что прибыл, а четыре демона уже готовы были разорвать меня на части.

— С силой господства это легко.

— …

— Тебя быстро признают моим аватаром. Ты сможешь без проблем провести Собрание.

Точно. Эта проклятая сила — Господство.

Я до сих пор не знал, как ею пользоваться, но она определённо была внутри меня. Может, если меня снова изобьют до полусмерти, она активируется сама.

— Зачем использовать для этого меня?

— …прошу прощения, но тот факт, что я сегодня вообще здесь — строжайшая тайна.

Её слабая улыбка вернулась, когда она ответила.

— Слишком многие пристально наблюдают за мной в последнее время. Пора немного встряхнуть нижние ветви.

— …

— Если я займу главное место, все будут сидеть тихо… так что на этот раз мне нужна твоя небольшая помощь.

Я слегка вздрогнул от её слов — не от страха, а потому, что меня что-то беспокоило.

«Почему всё это кажется таким… знакомым?»

С того момента, как мы начали говорить, у меня было странное чувство дежавю.

— В любом случае, вы ведь не сможете увидеть их реакцию воочию, верно?

— …

— Я буду слишком занят проведением собрания, чтобы запомнить выражения лиц или слова каждого.

Это было смутное, неоформленное чувство, так что я отложил его в сторону и сменил тему.

— Ах, об этом не беспокойся.

Но то, что она сделала дальше, было совершенно неожиданным.

— Вот… и всё.

Грациозно крутанувшись на месте, она в мгновение ока превратилась — в Сашу.

Не только тело или голос — всё было абсолютно идентичным.

— …Саша?

— И-ик!

Даже её нервный тик на звук моего голоса был точь-в-точь.

— …хик, и-ик… пфф. Пффф-ха-ха-ха!

Единственным отличием было то, что эта Саша разразилась смехом, схватившись за живот.

— Верно, твоя истинная натура всегда была глупее, чем можно было судить по внешности.

Вытирая слёзы, она идеально сымитировала голос Саши, прежде чем пробормотать ещё одно странное замечание.

Да, ладно. Не может быть, чтобы Великая Тень на самом деле была Сашей.

Даже кто-то вроде неё не смог бы обмануть леди Мередию такой маскировкой.

— Вы шпионите за мной?

— …невозможно. Поместье Лингардов защищено древней магией. Никакая тёмная магия не может её пробить.

Но её ответ снова сбил меня с толку.

— Теневая Ведьма же прекрасно туда попала.

— Конечно, попала. Но внутри она не могла использовать никакую тёмную магию. Она рисковала жизнью, чтобы войти.

— …и всё же она с лёгкостью подавила моего демона.

— Это была не магия. Это была власть. Демоны связаны законами и иерархией.

С хитрой усмешкой, совершенно не похожей на Сашину, она встала на цыпочки и прошептала мне на ухо.

Я слышал от отца, что в нашей семье передавалась древняя магия. Так что слова Теневой Ведьмы, скорее всего, были правдой.

Но тогда как, чёрт возьми, Великая Тень могла так идеально имитировать Сашу?

Она притворялась кем-то — возможно, даже Сашей — и тайно скрывалась в поместье Лингардов?

Но магия превращений была давно запрещена. Все её заклинания и компоненты были уничтожены.

Даже если бы кто-то сумел их восстановить, тёмные маги не могли должным образом использовать заклинания среднего и высшего уровня. Их мана слишком быстро поглощалась тёмной магией.

Значит, какой бы исключительной она ни была, — даже будучи аномалией, — она никак не могла имитировать Сашу настолько идеально, чтобы Мередия этого не заметила.

Ни обычной магией, ни уж тем более тёмной.

И всё же, несмотря на всё это, Великая Тень безупречно сымитировала внешность и манеры Саши.

— Если всё, что ты сказала, правда… тогда откуда ты так хорошо знаешь Сашу?

— …кто знает?

Не в силах больше сдерживаться, я спросил, но она лишь усмехнулась и дала расплывчатый, уклончивый ответ.

— Но…

— Давай оставим эти мелочные любопытства на потом. У нас есть дела поважнее, не так ли?

На этот раз её предложение было на удивление разумным, так что мне не оставалось ничего, кроме как замолчать.

— Я возобновлю течение времени. Ты используешь силу Господства, чтобы подчинить их, и смело объявишь собрание открытым.

— …

— Я останусь в этом обличье и буду притворяться твоей служанкой, пока буду выяснять, какие милые маленькие секреты скрывают мои подчинённые.

Честно говоря, это был простой, но ужасающе эффективный план.

Он требовал способности останавливать время, владеть Господством и беззастенчиво притворяться кем-то вроде Саши. Непростая задача.

— …но ты так и не ответила на мой вопрос.

— Хм-м?

— Каково твое настоящее лицо?

Как раз когда казалось, что всё подходит к концу, я остановил Великую Тень, изображавшую Сашу, и спросил снова.

— Настойчивые мужчины — это худшее.

— Когда вступаешь в сделку, взаимное доверие как бы важно.

— Хах, верно.

Она сделала лицо, будто ожидала этого, затем подняла руку и коснулась своего лица.

— …та-да.

Она явила лицо, которое выглядело так, словно Парша выросла и ей стало лет двадцать, и развела руки, будто преподнося подарок.

— Какое разочарование.

— Что, я некрасивая, что ли?

— Нет. Я просто знаю, что это не твое настоящее лицо.

Я ожидал чего-то подобного.

— Я так и думал, что кто-то вроде тебя не станет утруждать себя копированием лица. Ты больше заботишься о воспитании талантов, чем о внешности.

У меня не было доказательств. Просто интуиция, которой я последовал — и она попала в точку.

— Ты, как всегда, очень проницателен.

К моему удивлению, Великая Тень не стала отрицать. Она просто снова улыбнулась.

— Итак, нам пора прекратить разговор.

Но на этот раз, хотя она и улыбалась, в её тоне появилась отчётливая резкость.

— …а то я могу сболтнуть лишнего.

И прежде чем я успел что-либо спросить, она щёлкнула пальцами — и время возобновило свой ход.

***

Гу-у-у-у—

Итак, я вернулся в мир, где время снова пошло.

Но сцена, которая меня встретила, была… безрадостной.

«…и что теперь?»

Всего через несколько секунд Четыре Сестры-Архидемоницы бросятся на меня, и даже если я отобьюсь, подкрепление обязательно прибудет.

Из глубины пещеры я уже чувствовал, как множатся тёмные маги, излучающие жажду крови.

— …ха-ах.

Вздохнув, я уже приготовился к бою, как вдруг…

Ф-ф-фью-ю-юх—

Снова налетел порыв ветра. И снова — пыль попала мне в глаз.

— Агх!

Вскрикнув, я инстинктивно широко распахнул глаза, а затем в замешательстве склонил голову от внезапно возникшей мысли.

«Постойте… я же всегда щурюсь. Как туда попала пыль?»

И если уж на то пошло, откуда вообще взялся ветер так глубоко в этой яме?

— …а?

В любом случае, глаза я открыл. Подняв руку, чтобы вытереть пыль, я вдруг кое-что осознал — и замер.

— …что за?..

Демоны. Тёмные маги. Десятки их…

Все лежали без сознания передо мной.

«…только не говорите мне… что я снова отключился?»

Ужасное воспоминание о том, как я угрожал Императрице, вернулось, и на лбу у меня выступил холодный пот.

----------

Допрос I

138

— …

Всего мгновение назад Теневая Ведьма отчитывала лорда Майера Эмбегрина, но то, что произошло дальше, он просто не мог постичь.

«…что я, чёрт возьми, только что видел?»

Если быть точнее, всё началось в тот миг, когда Четыре Сестры-Архидемоницы — существа столь устрашающие, что от одного взгляда на них пробирала дрожь, — бросились на Уитни.

«…что он за тип?»

Уитни, который, как ожидал Майер, должен был застыть от ужаса, внезапно начал излучать настолько нечеловеческую ауру, что по спине пробегал холодок.

Сёстры, столкнувшись с этой аурой, смертельно побледнели и тут же рухнули на колени перед Уитни.

Затем из пещеры в панике высыпали тёмные маги и призванные твари, и они тоже распростёрлись ниц позади сестёр.

— Э-эм, Теневая Ведьма…

— …

— Ч-что именно только что произошло?..

Всё ещё не в силах осмыслить разворачивающийся хаос, Майер осторожно обратился к необычно притихшей Теневой Ведьме.

— Была явлена законная власть Владыки Тьмы. Вот и всё.

— А? Н-но…

Майер рефлекторно хотел возразить, но снова прикусил язык.

— Конечно, когда большинство тёмных магов говорят о «Повелителе», они обычно имеют в виду Великую Тень.

— Д-да, я всегда так считал.

— Но на самом деле традиционным правителем тёмных магов, демонов и чудовищ… является кто-то другой.

Глаза Майера расширились, и он повернулся, чтобы взглянуть на Уитни, всё так же спокойно стоявшего рядом.

— Этим, без сомнения… должен быть Король Демонов.

— …

— …ах!

Теневая Ведьма не ответила, но этого молчания было достаточно. Майер мгновенно сложил два и два.

Когда-то он полностью переиграл Мередию своими хитроумными стратегиями, проницательностью и дедукцией. Он не растерял всего этого — просто Мередия обошла его после пробуждения своего «Самоцветного Глаза».

Тем не менее, он оставался её величайшим соперником.

«Подумать только… он может свободно управлять Силой Господства. Я даже не рассматривал такой возможности…»

«Неужели этот ублюдок… с самого начала был кандидатом в Короли Демонов?»

Находясь в своём положении, Майер быстро начал переоценивать Уитни на основе только что увиденного.

«Если так… возможно, будет разумнее перетянуть его на свою сторону. Если я заручусь поддержкой не одного, а двух кандидатов в Короли Демонов… устранить Мередию из игры станет вполне реально».

Майер был невыносимо высокомерен и обладал чудовищно раздутым эго, но он всегда умел отделять общественные интересы от личных.

И всякий раз, когда его глаза загорались хитрым блеском, как сейчас, даже Мередия скрипела зубами от воспоминаний, которые он пробуждал.

«Постойте-ка… разве этот ублюдок не должен был быть белым магом?»

И как раз когда он закончил все свои расчёты, он наткнулся на одно критическое противоречие.

«И он ведь ещё и Герой, не так ли?»

Иными словами, текущая личность Уитни — белый маг и Герой, — но при этом он только что без усилий подчинил себе архидемониц и заставил тёмных магов повиноваться.

Это был не сюжетный поворот из дешёвого романа. Это был абсурд.

Топ-топ—

И тут этот гибридный монстр начал неспешно двигаться в его сторону.

— Кхм…

Даже Майер, со всеми своими быстрыми расчётами, не ожидал, что Уитни подойдёт к нему. Он невольно напрягся от удивления.

«…кто эта девушка?»

В этот момент Майер заметил юную девушку, которая цеплялась за рукав Уитни и следовала за ним с испуганным выражением лица.

«…горничная? Из дома Лингардов?»

Её наряд, походка — и собственные сведения Майера — говорили ему, что она, скорее всего, одна из горничных семьи Лингард. Он смутно припоминал, что видел её в личном деле.

«Но зачем приводить горничную в такое место?»

Даже если не брать в расчёт тот факт, что её не было видно раньше, Майер, безжалостный, как он был, считал, что такой девушке не место в столь опасных краях.

— Теневая Ведьма.

Пока Майер продолжал украдкой поглядывать на девушку, его вывел из раздумий низкий голос Уитни, который внезапно оказался совсем близко.

— Да?

— …не присмотрите за этим ребёнком ненадолго?

То, что Уитни обращался к Теневой Ведьме в таком непринуждённом тоне, уже было шоком, но что поразило Майера ещё больше, так это её ответ.

— Это не составит труда.

Теневая Ведьма, которая втайне смотрела на всех свысока и уничтожала любого, кто хоть намекал на неуважение, — без колебаний согласилась на просьбу Уитни.

Майер всегда беспрекословно выполнял её приказы, даже ценой собственной гордости. Он прекрасно знал, что случается с теми, кто оспаривает её власть.

До сих пор единственным, кому она когда-либо подчинялась, была Великая Тень.

— Пойдём, малышка. Не знаю, откуда ты, но не хочешь пойти со мной?

— …

— Там внутри опасно, знаешь ли?

Теневая Ведьма присела на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с девушкой, и даже одарила её тёплой улыбкой. Любой, кто был знаком с её натурой, мгновенно бы понял, что это фальшь, — но всё же для неё это было шокирующе мягким поведением.

— Н-нет, нет, нет!

— …?

— Я-я хочу остаться с юным господином!

Девушка побледнела и тут же метнулась за спину Уитни, дрожа от страха. Выражение лица Теневой Ведьмы застыло.

— Ха-ха. Похоже, она не хочет идти.

— …что ж, тогда ничего не поделаешь.

Уитни усмехнулся, и Теневая Ведьма ответила ему улыбкой. Но острое чутьё Майера заметило нечто большее: они вели безмолвный разговор.

«Даже Теневая Ведьма не может разглядеть маскировку Великой Тени?»

«…эта девчонка чертовски подозрительна. Посторонним сюда вход воспрещён».

Один из них был устрашающим созданием, способным сокрушить одним взглядом. Другой — узкоглазый и улыбчивый — выглядел не менее опасно.

Наблюдать за тем, как эти двое молча общаются, было мучительно.

— Что ж, тогда я просто возьму ребёнка с собой. Полагаю, это не проблема?

— …если вы так желаете.

— Тогда тебе следует пройти внутрь и ввести офицеров в курс дела.

Когда Уитни и Теневая Ведьма снова заговорили вслух, Майер инстинктивно вздохнул, но тут же зажал рот рукой.

— Это значит…

— Ну, кто-то же должен объявить о начале Собрания.

— …ах. Точно. Понял.

К счастью, Уитни и Теневая Ведьма, казалось, были слишком увлечены друг другом, чтобы заметить его оплошность.

— …а, и лорд Майер.

— …!

Как раз когда он начал вытирать холодный пот со лба, Уитни повернулся и уставился прямо на него, заставив Майера застыть.

— Пещера кажется довольно длинной. Не хотите немного пройтись со мной?

— А, я… ну…

Конечно, Майер только что решил, что ему нужно переманить Уитни на свою сторону. Но оказаться с ним наедине так внезапно — так быстро, без всякой подготовки?

— …к-конечно.

— Ха-ха, спасибо. Одному идти было бы скучно.

Отказаться было бы слишком рискованно, и Майер это знал. Так что, дрожащей рукой, он принял протянутую Уитни ладонь.

Всего несколько часов назад он хотел схватить этого ублюдка за горло, а теперь они шли вместе, как соратники.

«…по крайней мере, не совсем с глазу на глаз».

Он бросил взгляд на девушку, всё ещё прятавшуюся за спиной Уитни, и попытался утешить себя.

— Ха-ха-ха…

— …

Но даже это хлипкое утешение испарилось, как только он увидел улыбку Уитни — ту самую, леденяще-подозрительную улыбку.

«…может, попросить помощи у Теневой Ведьмы?»

Пока ужас нарастал, Майер подумывал обратиться за поддержкой к Теневой Ведьме, в протеже которой он себя уже записал.

— …

Но она исчезла.

На самом деле, она уже умчалась в пещеру на своей метле, чтобы созвать офицеров Собрания, пока Уитни разговаривал с Майером.

— …как долго вы планируете продолжать пожимать мне руку?

— …

— Я не особо люблю держаться за руки с мужчинами, знаете ли.

И вот, Майер, не в силах даже вытереть пот со лба, последовал за Уитни в пещеру с расшатанными нервами и тающими на глазах вариантами действий.

***

— …а, понятно. В этом есть смысл.

— Ха-ха, да. Эта девчонка в детстве была одержима драгоценностями.

Внутри пещеры Майер вскоре понял, что, возможно, удача всё-таки не отвернулась от него.

— Не уверен. Леди Мередия говорила мне, что не любит драгоценности.

К его удивлению, Уитни вёл себя довольно дружелюбно, что Майер быстро расценил как стратегию для выуживания информации о Мередии.

— Это обычная ложь, к которой прибегают женщины, чтобы произвести впечатление на мужчину.

— Вот как?

— Конечно. Какая женщина не любит драгоценности?

Майер, при всей своей извращённой натуре, обладал внешностью, способной соперничать с сестринской, и ещё большим даром красноречия. Он мог подружиться с кем угодно — если бы захотел.

Конечно, те, кто узнавал его истинную сущность, держались от него подальше. Но теперь, когда он в совершенстве овладел искусством её скрывать, такие ситуации были редки.

— …вы определённо умеете находить слова, лорд Майер.

— Х-ха-ха…

Тем не менее, время от времени проскальзывающая холодная улыбка Уитни заставляла кожу Майера покрываться мурашками.

«Что, чёрт возьми, он нашёл в этой сумасшедшей женщине?»

Сколько ни пытался, Майер не мог понять, как Уитни мог по-настоящему любить его сестру.

— Д-да. Был случай, когда я пробрался в шкатулку с драгоценностями моей матери…

— Хм-м…

Лишь когда он сменил тему и Уитни согласно кивнул, Майер наконец смог снова вздохнуть.

— Это было не лучшее воспоминание — ни для меня, ни для моей сестры.

— …а. Думаю, я понимаю, что вы имеете в виду.

— Спасибо. Знаете, я думаю, мы на самом деле неплохо ладим.

Переход к разговору об их матери, короткое похолодание, которое неминуемо за этим последовало, и план Майера разрядить обстановку, проявив великодушие, — всё шло именно так, как он и рассчитал.

— Ха-ха. Я всегда хотел подружиться с вами, лорд Майер.

Когда Уитни наконец произнёс эти слова, Майер внутренне возликовал.

— Если бы только вы так открыто не угрожали меня убить.

— …что?

Но затем последовала следующая фраза, и лицо Майера застыло.

— Лорд Майер, вам действительно не стоит так играть с женщинами.

— А, ну…

Теперь он стоял перед Уитни Лингардом, мило улыбающимся, но излучающим холодную, убийственную ауру, и понимал, что у него нет другого выбора, кроме как поставить на кон всё.

«…дерьмо, которая из них?»

Потому что он соблазнил и играл со слишком многими женщинами… чтобы знать, какая из них вернулась, чтобы его преследовать.

----------

Допрос II

139

— Хм-м, что за внезапная перемена?

— …

— Лорд Майер?

Мы шли вместе, и я слегка наклонил голову, когда Майер, до этого болтавший со своей обычной любезной улыбкой, внезапно замолчал.

«Только не говорите мне… он воспринял это всерьёз?»

То, что я только что сказал, было лишь проверкой. Конечно, было очевидно, что Майер подослал ко мне Феррис в качестве убийцы, да и наверняка провернул множество других интриг. Я просто хотел прощупать его реакцию, но не ожидал, что она будет настолько явной.

— Э-эм, простите… сэр Уитни.

— Да?

— Так, женщина, о которой вы говорите, она…

Думая, что он может сболтнуть что-нибудь неожиданное, я пристально на него посмотрел. Майер, теперь уже обильно потея, нервно взглянул на меня и наконец открыл рот.

— Это… Мередия?

— …

— Ах, нет, конечно нет, ведь так?

Я чуть не сорвался и не врезал ему по затылку прямо на месте, но сдержался, призвав на помощь нечеловеческое терпение, выработанное на больничной койке в прошлой жизни.

Что, он думает, что издевательства над юной Мередией считаются проявлением самосознания? Этот тип?

Мало того, что в нём не было ни намёка на чувство вины, так ещё и то, как он спросил — будто угадывая в викторине, — более чем подтверждало, что этот человек прогнил до мозга костей.

— Ну да, леди Мередия поначалу открыто угрожала моей жизни.

— А, ха-ха… логично. Честно говоря, даже для её кровного родственника, этот её проклятый характер…

— Лорд Майер, сомневаюсь, что у вас будет ещё один шанс.

Не желая проявлять к нему ни капли вежливости, я скривил своё лучшее оружие — лицо — в самую мерзкую улыбку, на которую был способен, и холодно прошептал.

— …

В тот же миг глаза Майера так отчаянно забегали, что казалось, будто единственный звук, наполнявший коридор (помимо замаскированного присутствия Великой Тени, притворявшейся Сашей), исходил от его паники.

— Э-э… может быть, дочь баронессы Джулии?

— …я даже не знаю, кто это.

— Тогда… Розалин?

— …разве она не дочь маркиза и уже помолвлена? Чем вы вообще занимались?

— Э-э… тогда графиня Адель?

— …значит, вы и вправду повсюду сунули свой нос, не так ли?

Будучи кровным родственником Мередии, Майер, безусловно, унаследовал её самоцветную внешность, но, в отличие от неё, он явно использовал её для низких, грязных целей.

Честно говоря, на его фоне принцесса Катарина, которую заклеймили как главную распутницу и позор Империи, выглядит незаслуженно очернённой.

А может… может быть, Майер намеренно держал Катарину рядом в качестве приманки, перекладывая вину за собственную грязь на неё.

Теперь, когда я об этом думаю, становится понятно, почему принцесса всегда казалась до смерти его напуганной.

— Хм-м… кажется, я всё ещё не угадал.

Хоть и с опозданием, я посмотрел на него с презрением, словно на нечто мерзкое. И тут он вдруг широко раскрыл глаза и выпалил:

— А! Может быть, Феррис?!

В этот момент я почувствовал, что что-то… не так.

«Не может быть, чтобы Майер был таким идиотом».

Он прирождённый социопат, это правда — порочный насквозь. Но его интеллект? Он представлял серьёзную угрозу даже на поздних стадиях оригинальной истории.

И всё же сейчас он вёл себя скорее как принцесса Катарина, чем как обычно.

Даже зная, что я лично допрашивал Феррис, он вот так просто выкрикнул её имя?

«Тц. Хитрый ублюдок».

Я быстро прокрутил ситуацию в голове, и вывод был очевиден. Я не мог не усмехнуться.

«Он бросает мне кость. Предложение мира, да? Это так в духе Майера».

Для Майера Феррис была не более чем расходной пешкой.

— А.

Я сверлил его взглядом с ещё большим презрением, чем прежде, когда он вдруг оговорился, а в его глазах мелькнула паника.

— А… ха-ха-ха…

Несмотря на прохладу пещеры, Майер теперь уже открыто обливался потом. Его лицо побледнело, а глаза блуждали в полной растерянности.

«Постойте. Только не говорите мне… он действительно перебирал все варианты и просто проговорился?»

Эта мысль заставила меня на мгновение замереть. Но я вскоре покачал головой и, вздохнув, прижал ладонь к виску, чтобы унять пульсирующую боль.

«…да, он не простой противник».

Я пока не знаю его истинных намерений, но это явно какая-то форма высокоуровневой психологической войны.

Нельзя позволить себе в это ввязаться. Если я попаду в эту ловушку, то могу выдать больше, чем узнаю.

— Попробуйте вспомнить кого-нибудь из недавних.

— Из недавних, да?.. Хм-м, хм-м…

Майер нахмурился, напряжённо размышляя над моим вопросом. К этому времени я уже восстановил самообладание, увернувшись от его мерзкой маленькой ловушки.

«Ведь недавние — самые интересные».

Если он скажет нет, я ничего не теряю. Если скажет да — это зацепка. В любом случае, я в выигрыше.

Всё это сработало лишь потому, что блеф перед Теневой Ведьмой прошёл на удивление гладко. В следующий раз, когда захочу ей врезать, придётся сделать ей хотя бы поблажку.

— А, точно, должно быть, это она!

— …о?

Пока я шёл по коридору, размышляя о своём, Майер вдруг щёлкнул пальцами, словно его осенило.

— И что же это за «она»?

— …ну, во-первых, я должен извиниться, сэр Уитни.

Его внезапная смена тона заставила меня подозрительно приподнять бровь.

— Я… я и понятия не имел, что вы один из кандидатов в Короли Демонов.

— …прошу прощения?

— Вы ведь не знали, правда?

«Кандидат в Короли Демонов»? Неужели в этом мире есть что-то, чего я упустил?

— Ну, если бы вы обладали всей полнотой Силы Господства, вас бы не называли «кандидатом», не так ли? Вы были бы полноправным наследником.

— …не могли бы вы объяснить подробнее?

Как человек, гордившийся своим знанием этого мира, я не хотел этого признавать, но мы были на вражеской территории, и даже малейшая крупица информации могла оказаться решающей. Я не мог это проигнорировать.

— Кандидат в Короли Демонов — это ребёнок, рождённый с определённой… «особой способностью». Это началось несколько десятилетий назад.

— …

— Не нужно уточнять, что это за «особая способность», ведь так? В конце концов, это именно то, что у вас есть.

Майер намеренно выразился туманно, но я уже понял. Так называемая «особая способность» — это осколки первоначальной силы Короля Демонов.

После истории второго поколения героев наступил мир, но концепция Короля Демонов возродилась по неизвестным причинам.

С исчезновением чистокровной демонической линии, разрозненные частицы силы Короля Демонов начали проявляться в случайных индивидуумах.

Об этом говорится во вступительном тексте «Black Tail Fantasy 3».

Судя по словам Майера, тёмные маги стали называть таких детей «кандидатами».

— Конечно, Императрица собирает большинство из них, и тёмные маги тайно делают то же самое.

— …с какой целью?

— Императрица — для сохранения своего священного тела. Что до тёмных магов…

Тут Майер замолчал, и его лицо скривилось в едва заметном отвращении.

— Для живых экспериментов. И для уменьшения числа переменных.

Ярость вскипела во мне, но пока я ничего не мог сделать.

В конце концов, одна из главных причин, по которой я пришёл в это опасное место, — найти объекты, где для этих экспериментов держат детей, таких как дочь Бергена.

Я не мог позволить себе действовать без плана.

— Первое мне понятно, но что вы имеете в виду под вторым? — Спросил я, едва сдерживая гнев. Майер взглянул на меня и ответил:

— Они имеют в виду официально признанных кандидатов — тех, кого принял Теневой Союз и кто был объявлен учеником Великой Тени.

— …ясно.

— Мередия едва не стала одной из них, знаете ли… — Тн на мгновение замолчал, а затем усмехнулся. — Честно говоря, может, и к счастью, что не стала.

— …почему вы так говорите?

— Недавно была битва за престолонаследие. Новейший кандидат убил всех остальных.

В этот момент я должен был признать — риторическое мастерство Майера было выдающимся.

Я позволил ему водить себя за нос более двух минут, и при этом не чувствовал ни малейшего раздражения. Теперь становилось понятно, как он создал свою базу власти.

— И какое это имеет отношение к вопросу, который я задал вам ранее?

Я не мог позволить ему и дальше управлять разговором, поэтому с тихой улыбкой снова надавил на него.

— Этот кандидат… моя нынешняя невеста.

— …что?

И в этот миг продуманная битва умов, в которой, как мне казалось, я участвовал, пошла прахом.

— Эмбер. Теперь вы понимаете, почему ей дали такое имя?

— …

— Она единственная, кого Великая Тень признала истинным кандидатом в Короли Демонов, и в честь этого ей было даровано Самоцветное Имя.

В этот момент моё подозрение переросло в почти полную уверенность.

— Самоцветные Имена — это право, зарезервированное только для Королей Демонов. Вы ведь знаете об этом, верно? Даже в сказках и первый, и второй Короли Демонов носили Самоцветные Имена.

— …да. Мне известно.

— Ха-ха, изначально имя «Эмбер» предназначалось для Мередии, знаете ли…

Поток информации, обрушившийся на меня, был слишком велик, чтобы переварить его разом.

— …в любом случае, прошу прощения. Полагаю, она ваша единственная реальная угроза, не так ли? Но клянусь, на этот раз я не объединялся с ней намеренно.

— …

— Я просто следовал приказам Великой Тени. Ха… столько требований, так мало сделано…

При ворчании Майера глаза Саши — нет, замаскированной Великой Тени — холодно блеснули.

Но я не мог сказать об этом Майеру. Поэтому я просто улыбнулся, как ни в чём не бывало, и спросил:

— Вы знаете о ней что-нибудь ещё?

— Ну… хм-м. А, точно.

Заметив мой смягчившийся тон, Майер расслабился, словно почувствовав, что напряжение спало.

— Она в академии и…

Но тут его прервали.

— Г-господин! Кажется, мы пришли!

Великая Тень, идеально подражая испуганному тону Саши, прервала наш разговор.

«Жутко».

Конечно, может показаться забавным, что предводитель тёмных магов имитирует робкую Сашу. Но видеть это воочию? Совсем не смешно.

Было ощущение, будто наблюдаешь, как нечто в человеческой коже пытается подражать голосу, — словно оживший монстр из легенд.

***

Тем временем, внутри пещеры…

— …

У входа стояли четыре фигуры, наблюдая за приближающимся издалека нечётким силуэтом Уитни. Среди них была и сама Теневая Ведьма.

— Ну? Что думаете? Это кандидат, которого я выбрала.

— …выглядит слабым.

— Д-д-да. Не кажется таким уж впечатляющим…

— Ура-а-а~! Похоже, у нас новый друг~!

Так, четыре высших офицера Теневого Союза наконец предстали перед Уитни.

----------

Одеожимость

140

— Привет?

— …

— Ох, ничего себе, вы двое, похоже, сблизились за это короткое время.

Теневая Ведьма, стоявшая впереди вместе с офицерами, помахала нам, когда мы с Майером вошли в зал.

— Стоять.

— …?

— Стоять на месте.

Прежде чем я успел ей ответить, воздух прорезал голос, густой от убийственного намерения.

— Вам не дозволено подходить ближе.

— …и почему же?

— Я сказал стоять.

Проследив за голосом, я увидел массивное копьё из клубящегося чёрного дыма, нацеленное прямо на меня.

— Что бы там ни думала Теневая Ведьма, мы вам ещё не доверяем.

— Ну, это немного обид—

— Теневая Ведьма. Даже для тебя это было слишком самовольно.

Тем, кто целился в меня копьём и рявкал на Теневую Ведьму голосом, полным холодной бдительности, был не кто иной, как один из четырёх высших офицеров союза тёмных магов: Рыцарь Смерти.

С головы до ног закованный в чёрные доспехи и шлем, его личность была окутана тайной. Тем не менее, как и Теневая Ведьма, он считался силой, способной сокрушить целое королевство.

Да, его непревзойдённое владение копьём и физическая мощь были выдающимися, но истинный ужас заключался в его призывных волнах — бесчисленных потоках существ, которых он мог вызывать. Вершина некромантии, он (или, возможно, она?) был таков, что ни одна армия не могла одолеть его одним лишь числом.

Нет, некоторым королевствам даже не потребовалось бы его прямого вмешательства, чтобы быть уничтоженными.

— Вы, похоже, думаете, что некромантия здесь не работает.

— …

— Вы не ошибаетесь. Но мне она и не нужна, чтобы пронзить вас насквозь.

И всё же, проделав весь этот путь и поставив на кон свою жизнь, я не собирался отступать. Я сделал ещё один шаг вперёд, но голос из-под шлема стал ещё холоднее.

«…неожиданно, он из тех несгибаемых рыцарей, да?»

Даже по его словам и осанке я уловил вайб, больше похожий на традиционного рыцаря — или, может, даже святого рыцаря, — чем на тёмного мага.

Это заставило меня задуматься: если бы Руниэль встала на сторону тёмных магов вместо императрицы или меня… стала бы она такой?

— Ха-ха! Вместо того чтобы быть таким суровым, почему бы не дать ему шанс проявить себя, а?

— …не встревай.

— Ох, кто-то сегодня не в духе.

Следующим заговорил Шут, стоявший рядом с Рыцарем Смерти, который, как и я, неловко замер.

— Но эй, заводить новых друзей — это всегда хорошо.

— …мне они не нужны.

— А, точно. У тебя их и так никогда не бы—

Шут застыл на полуслове, его глаза расширились, и он быстро склонил голову.

Вж-жух—!

Долю секунды спустя массивное копьё Рыцаря Смерти пронеслось по воздуху там, где только что была голова Шута.

— Ну-ну. Это что, вызов на бой за положение? Но я думал, их бросают низшие высшим, разве нет?

— …

— Меня вполне устраивает третье место, знаете ли. Я не стремлюсь стать вторым.

Наблюдая за этой перепалкой, я начал понимать роль Шута.

Причудливый, болтливый мужчина, чей юмор оставлял затяжное чувство дискомфорта — его поведение было маской. Это было ясно.

Я мало что знал, но у людей с такими крайними образами всегда что-то было спрятано глубоко внутри. Должна была быть причина, по которой он поддерживал этот спектакль.

— Слушайте, сейчас не время. Это собрание.

— …тц.

— Если будешь и дальше устраивать проблемы, отвечать придётся мне.

Пока я был погружён в свои мысли, Теневая Ведьма наконец вмешалась, как раз в тот момент, когда Рыцарь Смерти собирался снова ударить Шута, заставив его неохотно убрать своё убийственное намерение и опустить копьё.

— Ну право, представьте, пролить кровь во время этого священного собрания. Наша дорогая Великая Тень была бы просто… ох, ужасно недовольна.

— …

— Ты ведь согласен, не так ли, Кукловод?

Шелковистым тоном Теневая Ведьма обратилась к последнему офицеру — Кукловоду, который безостановочно дрожал.

— Д-да? А-а, да. Конечно, я-я согласен!

— …ты сегодня кажешься более нервным, чем обычно.

— В-вовсе нет!

Дрожа как осиновый лист, Кукловод ответил на грани слёз.

Четвёртый в иерархии. Самый молодой среди офицеров, он, казалось, был в ужасе от них.

Или… нет. Он, казалось, был в ужасе от меня.

В тот момент, как наши глаза встретились, он резко дёрнулся и опустил взгляд, словно у него случился припадок.

«А, точно. Он был с императрицей в тот раз».

Если вспомнить, в тот день, когда я отключился после столкновения с императрицей, Кукловод был в комнате.

Я почти ничего не помню о том, что тогда произошло. Каждый раз, когда я пытался спросить об этом герцогиню, она неловко отводила взгляд и меняла тему.

Дрог—

Но видя, как дрожит кто-то примерно возраста Саши, я мог догадаться, что что бы я ни сделал в тот день… это не было чем-то обычным.

— …и всё же, ты такой милый. Гораздо лучше твоего обычного угрюмого вида.

— С-спасибо?

— Хе-хе.

— И-ик.

Всё ещё прячась за гигантским плюшевым медведем, Кукловод сильно вздрогнул, когда она погладила его по голове, но позволил этому случиться без возражений.

— Что ж. Все согласны, верно?

— …

— Рыцарь Смерти. Ещё есть что сказать?

Когда атмосфера наконец разрядилась, Теневая Ведьма повернулась к Рыцарю Смерти, который всё ещё выглядел недовольным.

— Не то чтобы я возражал…

— Тогда что? Тебе не нравится мой гость, и ты хочешь закатить истерику?

— Присутствие гостя признано. Но он требует роли, выходящей за эти рамки, разве нет?

Рыцарь Смерти бросил на меня ещё один холодный взгляд (я не мог видеть сквозь шлем, но чувствовал это) и низко зарычал.

— Какое право ты имеешь объявлять собрание?

— …

— Эта привилегия принадлежит только Великой Тени.

Он начал шагать ко мне.

— Особенно такому грязному белому магу, как ты.

— Грязному? Ну, это уже слишком.

— О? Тебя это оскорбило? Тогда обнажи свой меч или что там у тебя и докажи себя.

При этих словах я взглянул на Теневую Ведьму. Она лишь пожала плечами.

— Г-господин! Это опасно!

— …ха-а.

— М-может, нам просто сбежать? Да?

Саша — замаскированная Великая Тень — хныкала за моей спиной, и её игра была настолько убедительной, что, честно говоря, пугала.

«Значит, я должен разобраться с этим сам, да».

С угрозой передо мной… мне придётся справиться.

— Если ты не докажешь себя, я не смогу признать тебя представителем Великой Тени.

Проблема в том, что тот, кто стоял передо мной, мог, вероятно, сокрушить армию целого королевства.

Так как же мне доказать себя в этой ситуации?

Подожди — думай. Спокойно.

«Если так подумать, всякий раз, когда я отключался, был один общий фактор».

Обрывки того, что я слышал от Руниэль и Парши. Смутные воспоминания об императрице. Даже то, что произошло совсем недавно.

Если всё это сложить…

«Может быть… сила Господства активируется, когда я открываю глаза?»

Это звучало до смешного банально, как будто прямиком из какого-то дешёвого фэнтезийного романа (и да, я прочитал тонну таких во время пребывания в больнице).

Но я не мог игнорировать этот паттерн.

— Если ты так и будешь стоять, я могу дать тебе повод пошевелиться.

Сейчас было не время привередничать.

— Хорошо, я покажу вам.

Я понизил голос, совсем как один из тех пафосных протагонистов, и встретил взгляд Рыцаря Смерти со всей фальшивой уверенностью, на которую был способен.

Хап—

Я сделал вдох — и широко распахнул глаза.

— …

В пещере воцарилась тишина.

«…дерьмо».

После долгой паузы я огляделся и был поражён ужасающим осознанием.

«Это… было не то?»

Ничего не произошло. Ни единого проблеска.

— Ну, какого чёрта…

Ладно, честно говоря, Рыцарь Смерти вздрогнул и отступил на несколько шагов, когда я на него уставился. Это уже что-то.

— …тревожно.

Но пробормотанные им сквозь шлем слова не заставили меня почувствовать себя лучше.

— …

Время шло.

— Эй, не могли бы вы… перестать так пялиться?

— О. Э-э, конечно.

— Если я переборщил… я извинюсь.

Голосом, совершенно лишённым энергии, Рыцарь Смерти отвёл взгляд, а я, потерпев поражение, закрыл глаза.

«Убейте меня».

К сожалению, это была пещера. Крысиных нор вокруг хватало, но ни одной достаточно большой, чтобы я мог в неё заползти.

Ш-ш-ш-ш—

— …?!

И тут внезапно печать на моей груди — та, что была выжжена контрактом с Великой Тенью — начала раскаляться докрасна.

***

— …а?

Пока Уитни стоял, всё ещё застыв в своей неловкой позе, что-то изменилось.

Рыцарь Смерти, который подозрительно наблюдал за ним, вдруг широко раскрыл глаза.

— Это…

— Вау! Невероятно!

— И-и-ик!

И остальные три офицера позади него отреагировали так же.

ВУ-У-У-УМ—

Навалилось давление. Тяжёлая, гнетущая тёмная мана — настолько плотная, что даже вся их объединённая сила не могла с ней сравниться, — хлынула из Уитни.

— Гр-р!..

Рыцарь Смерти, стоявший ближе всех, стиснул зубы и попытался сопротивляться.

— …сильнее, чем я ожидал.

— Ох, ничего себе. А мы уверены, что сама Великая Тень не прибыла?

— Гах!..

Через несколько мгновений все, кроме самой Теневой Ведьмы, были вынуждены опуститься на колени.

— Этого должно быть достаточно в качестве доказательства.

Уитни, с холодным и ничего не выражающим лицом, произнёс голосом, который эхом отдавался, как сталь на морозе.

— Я начну собрание через пять минут. Оповестите всех.

— …

— Возражения не принимаются.

Эта ошеломляющая перемена в ауре, абсолютная убийственная мощь, потрясли даже Теневую Ведьму, которая ещё мгновение назад задирала его, — заставив её молча кивнуть.

— Знаешь, Уитни…

Как только давление спало и офицеры поспешно вышли из пещеры, Уитни мягко улыбнулся… а затем заговорил тоном, который ему совершенно не шёл.

— Ты действительно не должен верить тёмному магу на слово.

Или, вернее, это был уже не Уитни.

Это была Великая Тень, которая только что взяла полный контроль над его телом через печать их контракта.

— Одолжу на секундочку.

Прошептала она, проводя руками по телу Уитни с озорной ухмылкой.

— …а?

И в то же самое время…

Один человек пришёл в сознание.

— Г-где… я?

Это была Саша — её последнее воспоминание было о том, как она в лесу возле поместья наблюдала за слугами, собиравшими мёд.

В том самом месте, где Великая Тень вошла в неё.

----------

Экзорцизм

141

«Чёрт».

К тому времени, как я пришёл в себя, я уже потерял контроль над собственным телом.

«Что, чёрт возьми, она со мной сделала?»

К счастью, я не потерял сознание полностью, но тело не подчинялось моим командам — оно двигалось само по себе.

Как до этого дошло?

Моё последнее воспоминание — как печать, выжженная на груди, вспыхнула жгучей болью…

— Ого, ты всё ещё в сознании.

Я только начал спокойно оценивать ситуацию, как из моих собственных уст вырвался голос — настолько незнакомый, что я усомнился в собственном слухе.

— Честно говоря, это удивительно. Обычно, когда я кем-то овладеваю, они полностью теряют своё эго.

Это был, несомненно, мой голос, но тон, атмосфера — всё казалось неправильным. Глубоко неправильным.

«Она овладела мной?»

— Да, это моя специализация.

Только тогда я понял, как «Великая Тень» ни разу не была поймана на публике, как ей удавалось незаметно сеять столько хаоса.

Её силой было вселение. Она могла обитать в телах тех, кто был отмечен её печатью тёмной магии.

— Эй, а ты знаешь, какой была моя изначальная цель?

«…что?»

Когда я начал понимать, что происходит, Великая Тень заговорила напрямую через мой рот.

— Забрать твоё тело.

«…зачем?»

— Ты, наверное, уже догадался, но моё первоначальное тело… в довольно нестабильном состоянии.

Сказав это, Великая Тень повернула мою голову к зеркалу на стене.

— Поэтому мне нужно было найти идеальный сосуд. Тот, что мог бы соперничать с моим собственным.

«Тогда моё тело не должно подходить».

В зеркале я увидел совершенно обычного человека. Кроме тревожной ухмылки, которая сейчас была на моём лице, в моём теле не было ничего примечательного.

Не как у Руниэль с её закалёнными, натренированными для боя мышцами. Но и хрупким я не был. Я был во всех смыслах просто средним.

При этом я должен был признать — даже с вселившейся в меня Великой Тенью моё отражение было… пугающим.

Но так сильно желать это тело — о чём она думала?

— Тело, наделённое силой господства? Оно идеально подходит для реализации моих планов.

Это загадочное бормотание, пока она с растущим удовлетворением осматривала моё тело, немного прояснило ситуацию.

«Значит, она с самого начала нацелилась на меня».

— Пфф. Люди могут неправильно понять, услышав такое. — Съязвила она, отмахнувшись от моего осознания шуткой.

Затем, опустив взгляд от зеркала, она тихо прошептала:

— Не волнуйся. Я буду хорошо пользоваться твоим телом. Не буду с ним грубо обращаться.

«…»

— Ах да, и, конечно же, твоей прелестной невестой тоже…

В тот момент, как эти слова вырвались из моего рта, я мысленно стиснул зубы и сосредоточился.

Я ни за что не позволю украсть своё тело вот так — так беспомощно, словно у карманника средь бела дня.

Может быть, в прошлом, но сейчас… когда леди Мередия ждёт меня? Непростительно.

— Тц, тебе действительно не стоит так сопротивляться…

Возможно, почувствовав моё неповиновение, Великая Тень внезапно начала размахивать моей рукой, готовя заклинание, которого я никогда раньше не видел.

— Я очень хорошо знаю, как заставлять людей подчиняться.

Нет, точнее, это было не заклинание. Это было проклятие. Я не знал подробностей, но мне было известно, что более девяноста процентов заклинаний тёмных магов включали либо проклятия, либо призыв чудовищ.

— …если так подумать, тебе ведь раньше очень нравилась Мередия Эмбегрин, не так ли?

Хоть я и приготовился, услышав её имя снова, во мне вспыхнул гнев.

— Хорошо, как насчёт того, чтобы я заглянула в твои воспоминания?

Что ещё хуже — если она прочтёт мои воспоминания, она раскроет всё о моей прошлой жизни.

Если это случится, всё кончено. Все мои секреты, всё, что я строил до сих пор, рухнет.

— Я тут недавно услышала кое-что интересное от Эмбер…

«…что?»

— Хотя для тебя это уже не имеет значения.

Но как бы это ни было мучительно, я по-прежнему ничего не мог сделать — моё тело больше мне не принадлежало.

— Посмотрим… как насчёт твоего самого старого воспоминания?

Как только я услышал, как мой собственный голос произносит эти незнакомые слова, я смиренно закрыл глаза.

— …а?

Внезапно моё тело издало сдавленный вздох, колени подогнулись, и оно начало неудержимо дрожать.

— Кх!..

Наблюдая за ситуацией изнутри, я чувствовал, как дух Великой Тени, ранее доминировавший в моём теле, начал сильно содрогаться.

— А-а, ахк…

«…не может быть».

Затем, когда моё тело рухнуло на пол, сотрясаясь от боли и неудержимых рыданий, причина стала ясна.

«Это… это определённо оно».

Не было никаких сомнений. Причиной был не кто иной, как КРБС — комплексный регионарный болевой синдром.

То самое проклятое состояние, которое когда-то приковало меня к больничной койке в моей прошлой жизни и в конечном итоге привело к моей смерти.

«Но почему сейчас?»

Это не имело смысла.

КРБС был не психологическим, а неврологическим расстройством. А это было другое тело. Он не должен был снова проявиться.

Конечно, возможно, что моё нынешнее тело тоже было ему подвержено, но тогда симптомы должны были проявиться давно, а не в этот самый момент.

— Аха… аха-ха…

Пока я пытался во всём разобраться, моё тело, теперь уже промокшее от холодного пота, пробормотало голосом Великой Тени:

— Боже мой… ты… ты сумасшедший ублюдок.

«…что?»

— Зайти так далеко ради одной женщины… не могу понять, глупец ты или просто безнадёжный романтик.

Её слова лишь усугубили моё замешательство.

— Серьёзно… какой идиот.

«…?»

— Вот почему я тебя ненавижу.

И что ещё страннее — в её голосе звучала какая-то странная эмоция.

«Я понятия не имею, о чём ты, чёрт возьми, говоришь, но если не хочешь отключиться, тебе лучше вернуть мне контроль над этим телом. Сейчас же».

Но у меня не было времени размышлять над её тоном.

«Такую боль… никто не испытывает впервые и не уходит невредимым».

— …

«Члены совета скоро прибудут. Ты уверена, что хочешь, чтобы они увидели тебя в таком состоянии?»

Я всё ещё не понимал, что делало её такой «великой», но одно я знал точно:

Ни один тёмный маг — да и бог, если на то пошло, — не смог бы вынести боль, которую я сейчас чувствовал.

«Не волнуйся. Я продолжу собрание. Но после этого… никогда больше не пытайся овладеть мной».

— …ха-а… н-гх.

«Если не хочешь снова пережить этот ад».

Это была угроза, направленная на нас обоих, по правде говоря, но это был единственный способ спасти ситуацию.

— …да. Должно быть, я тебя недооценила.

Через несколько секунд после моего ультиматума Великая Тень наконец заговорила снова, её голос дрожал в моих устах.

— Мне больше не нужно это проклятое тело. Забирай его обратно.

«С радостью».

На этом немедленный кризис был преодолён.

Хотя это оставило у меня больше вопросов, чем ответов, мне нужно было сосредоточиться на настоящем.

«Хорошо, тогда… что, если я вернусь в тело той горничной…»

— Даже не думай.

И, конечно же, как только её взгляд метнулся по комнате и остановился на Саше, стоявшей там с пустым взглядом, я твёрдо произнёс:

— Саша… неприкосновенна.

«…»

— Я дал обещание. Не втягивать её в это.

Прежде чем я успел осознать, я снова заговорил по своей воле.

«Так… где она сейчас?»

— Просто сиди тихо внутри меня.

Теперь настала очередь Великой Тени говорить в моём сознании.

— Или возвращайся в своё первоначальное, сломленное тело. Как хочешь.

«…»

— Делай, что хочешь. Я в любом случае проведу собрание.

На этом она умолкла. И я тоже.

Кажется, она приняла условия. Достаточно хорошо.

— Фу-ух…

Я прислонился к стене и протяжно вздохнул, опустив голову.

«…они скоро будут здесь, верно?»

Контроль полностью вернулся ко мне. Значит, теперь мне придётся терпеть боль.

— …

Но даже после того, как я, стиснув зубы, прождал ещё несколько секунд, мучительная агония так и не вернулась.

— …?

Странно. Великая Тень явно почувствовала те же симптомы из моей прошлой жизни и из-за этого покинула моё тело.

Слишком странно, чтобы быть совпадением. И всё же я понятия не имел, в чём могла быть причина.

«…и всё же, может, стоит вздохнуть с облегчением?»

Честно говоря, я даже был готов отдалиться от леди Мередии, если бы КРБС действительно вернулся. Это было немного антиклимактично, но в то же время… своего рода облегчение.

— Г-г-г-господин…

— …хм?

— В-в-в-вы в порядке?..

В этот момент знакомый голос вырвал меня из раздумий.

— …это правда ты, Саша?

Измученный, я слабо поднял голову и увидел Сашу, смотрящую на меня с полным страха лицом.

— Е-есть фальшивая Саша?!

Судя по её реакции, на этот раз это действительно была она.

Какой бы великой ни была Великая Тень, она ни за что не смогла бы сымитировать это глуповатое выражение лица и тон.

— …да. Ты действительно Саша.

С облегчением я на мгновение закрыл глаза.

«Но настоящая проблема начинается сейчас».

Хотя я уже был полностью истощён, настоящее испытание — Теневое Собрание — только начиналось.

***

— Ха-а…

— …

Пока Уитни вздыхал, думая, что за этой горой скрывается ещё одна…

«…неужели нас с господином похитили?»

Саша, тревожно переводя взгляд с Уитни на окружение, задрожала от ужасающей мысли, только что пришедшей ей в голову.

«Да, так и должно быть. Иначе…»

Это место выглядело как пещера, которую бандиты могли бы использовать в качестве логова, а Уитни всего несколько мгновений назад кричал.

Она не видела ясно, но, может, его пытали похитители?

— …и-ик.

Дрожа, Саша перевела взгляд на Уитни.

«Тогда… то, что он сказал раньше…»

Она только что пришла в себя, когда услышала, как он что-то пробормотал усталым голосом.

Что-то вроде «Саша неприкосновенна» и «Я обещал не втягивать её в это…»

— Г-господин…

Когда она прокрутила эти слова в уме, на её глазах навернулись слёзы.

Её господин, может, и был более чем подозрительным, даже сомнительным. Он был угрюм, вероятно, хранил опасные секреты, его всегда окружали жуткие слухи, а недавно он заставил замолчать горничных. Увидеть его ночью было достаточно, чтобы ноги подкосились.

А теперь, по слухам, он сговорился с худшей злодейкой Империи, чтобы править самой Империей.

И всё же, впервые, Саша подумала, что, возможно, она сделала правильный выбор, поступив на службу в дом Лингард.

«Он… сделал это ради кого-то вроде меня…»

В конце концов, Саша была простолюдинкой, к тому же бедной. Она лучше всех знала, насколько жестокой была классовая система Империи.

Она также знала, насколько абсурдными были её зарплата и льготы в доме Лингард.

А тот факт, что её господин использовал вежливую речь с горничными и слугами? Это было неслыханно.

Может быть, — всего лишь может быть, — она всё это время неправильно понимала Уитни Лингарда…

Топ-топ—

В этот момент звук приближающихся шагов эхом разнёсся из-за пределов пещеры.

— И-ик! К-кто там?!

— …ш-ш-ш. Ничего серьёзного.

Саша вздрогнула, но Уитни приложил палец к губам и спокойно прошептал:

— Просто короткая встреча со знакомыми. Постой тихо у стены, пока всё не закончится.

— К-кто придёт?..

— …ха-ха…

Когда Саша спросила дрожащим голосом, Уитни слабо улыбнулся и вздохнул.

— Члены совета тёмных магов.

— …а.

— Не пойми неправильно. Я просто веду собрание.

И вот так, краткая теория Саши о том, что Уитни мог быть хорошим человеком, тихо рассыпалась в прах.

— …пожалуйста, спасите меня.

— А? От чего?

— …хи-и-и.

----------

Суд

142

«Так, я сказал, что проведу собрание, но… что теперь?»

Я с уверенностью заявил, что возглавлю собрание, и сумел изгнать «Великую Тень» из своего тела. Но настоящая проблема только начиналась.

У меня не было абсолютно никакой информации о так называемом Теневом Собрании.

Конечно, я знал общую идею. Сборище тёмных магов со всей страны, где раздаются приказы и проводятся обсуждения — своего рода ритуал сплочения или что-то в этом роде.

Но… как, чёрт возьми, это должно было происходить в этой тесной пещере? Неужели всё сообщество тёмных магов было настолько невзрачным?

— О? Что-то случилось, пока меня не было?

— Что ты имеешь в виду?

— …просто вид у тебя гораздо хуже, чем раньше.

Нервно оглядывая тесные стены пещеры, я натянул на лицо самое непроницаемое выражение и ответил только что вернувшейся Теневой Ведьме.

— Ничего особенного. А теперь веди меня в зал собраний.

— …а? Но это и есть зал собраний. — Она моргнула, почёсывая затылок.

— Ты хочешь сказать, что все тёмные маги поместятся здесь?

— А, так Великая и Могущественная Тень не объяснила тебе эту часть?

Слабо улыбнувшись, она прошла мимо меня и подошла к стене пещеры.

— Это не пункт назначения. Это всего лишь точка отправления.

— …что это должно означать?

— Это значит, что мы всё ещё у входа.

Как только сказав это, она легонько постучала по стене пещеры концом метлы.

ГРОХОТ—!

Последовал глубокий гул, и казавшаяся монолитной стена треснула, выпуская изнутри поток ледяного воздуха.

— Большинство тёмных магов отдыхают здесь, когда не выполняют заданий.

— …

— Впечатляет, не правда ли?

Открывшееся за стеной пространство было гораздо больше, чем я мог себе представить.

«Какого чёрта... да у них тут целый подземный город».

Это не было преувеличением. Огромная подземная пещера выглядела более развитой, чем большинство сельских городов Империи.

Здания не были высокими, что ожидаемо, учитывая местность, но они были добротно построены. Дороги были чище, чем во многих имперских провинциях. Было даже искусственное озеро, механизм которого оставался загадкой.

При стабильном снабжении продовольствием и готовности отказаться от солнечного света, здесь можно было бы прожить всю жизнь в комфорте.

«Для тёмных магов это, должно быть, рай».

Для кого-то вроде меня, пользователя белой магии, это место было проклятым. Но для них это было идеальное убежище.

— Удивлён?

— …

— Что, думал, мы тут землю грызём, раз прячемся?

Пока я ошеломлённо оглядывался, Теневая Ведьма тихо хихикнула.

— …как вы решаете вопрос с едой? Без солнечного света здесь ничего не вырастишь.

— Ах, да… эта часть немного проблематична. — Она слегка нахмурилась от моего вопроса. — Раньше мы регулярно поднимались наверх — половину через легальные каналы, половину — не очень.

— …и всё же, должны были быть пределы.

— Конечно. Легальные поставки стоят денег, а откуда деньги у бедного тёмного мага?

Хотя, судя по тому, что я видел, они, казалось, были вполне способны выжать каждую монету из дворян вроде Майера. Вслух я этого не сказал.

— А полагаться только на нелегальные каналы… ну, чем длиннее твой хвост, тем больше шансов, что на него наступят.

— Говорят, Святое Королевство каждый год ловит больше десяти тёмных магов. Похоже на правду, да?

— …ха-ха. Я очень не хочу говорить об этих лицемерах.

Однако последнее замечание я не мог пропустить.

— Святое Королевство, может, и фанатично, но лицемеры? Это уже слишком.

— Ха! Ты явно не знаешь, что эти ублюдки творили в прошлом.

— …хм-м.

Справедливости ради, даже в «Black Tail Fantasy 3» история Королевства была… сложной.

Они прогнили до основания до появления Второго Героя. После этого они начали реформироваться, но в последние годы снова сошли с рельсов, одержимые искуплением прошлых грехов.

— Сколько тебе лет, собственно?

Потому что, чтобы называть Королевство «лицемерами», ей должно было быть как минимум несколько сотен лет, несмотря на то что она выглядела на возраст Саши.

Если она не дракон, дух или эльф, как мог человек, тёмный маг, прожить так долго?

— Спрашивать возраст у женщины? Как грубо.

— …

— Но ладно. Скажу тебе, что я когда-то была Владыкой Башни Магов.

Это казалось случайным отступлением, но я тут же понял скрытый намёк.

«Владыка Башни обычно занимает пост около ста лет, верно?»

Высокоранговые архимаги, хоть и не бессмертны, как эльфы или драконы, стареют чрезвычайно медленно и становятся всё более могущественными. Столетний срок пребывания в должности не был чем-то необычным.

Значит… Теневой Ведьме должно было быть как минимум…

«…какого чёрта я делаю».

Я уже собирался подсчитать её возраст, когда понял, насколько это бессмысленно, и отбросил эту мысль.

«Что мне действительно нужно делать, так это собирать информацию».

Я не забыл о своей настоящей цели здесь.

Мне нужно было узнать о целях и численности тёмных магов. И, прежде всего, о местонахождении дочери Бергена.

— Если еда ограничена, то и рабочая сила тоже.

— Ну, да. Мы не можем просто сидеть здесь вечно, поэтому большинство людей выходит и находит работу.

— О скольких мы говорим?

— …хе, подобные вещи будут обсуждаться на собрании.

Слишком прямолинейно. Она отмахнулась от меня расплывчатым ответом.

Хоть она и пригласила меня сюда, она была удручающе уклончивой в важных вопросах.

— Лаборатория тоже здесь?

— …лаборатория?

— Та, где изучают детей с силой Короля Демонов.

Я не силён в тонкостях, поэтому сказал прямо.

— …

Три офицера, молча следовавшие за мной, замерли на месте.

— …о.

Даже Теневая Ведьма, шедшая рядом, остановилась.

— Это информация высшей степени секретности.

— …

— Откуда тебе известно?

Она наклонила голову, подозрительно прищурившись, и я немного запаниковал.

— Видел своими глазами.

— …а?

Что было правдой. Я видел эксперимент над дочерью Бергена — благодаря силе Гестии.

Но это была не та правда, которую я мог бы объяснить.

— За кого вы меня принимаете?

Мой мозг чуть не закоротило. Но затем я прибег к своему испытанному ультимативному оружию.

— Вы всё ещё думаете, что я просто удачливый белый маг, случайно наткнувшийся на силу господства?

Это был тот же блеф, который я всегда использовал, когда меня загоняли в угол.

— Если вы думаете, что я помогаю в ваших планах, вы ошибаетесь. Я с самого начала держал бразды правления.

— …

— Так что прекратите проверять меня этими тонкими играми.

Должен признать, когда я сужал глаза и говорил с определённой ухмылкой, даже чушь начинала звучать довольно убедительно.

— …ты меня поймал.

Теневая Ведьма слегка вздрогнула, её улыбка дёрнулась.

«…постойте, серьёзно? Ты меня проверяла? Я думал, мы союзники».

Я лишь озвучил молчаливую жалобу, но теперь мне пришлось изо всех сил сохранять невозмутимое лицо.

— Честно говоря, сначала я не была уверена. Случайность ли ты… или действительно один из нас.

— …

— Я склонялась пятьдесят на пятьдесят. Но теперь я убеждена. Ты не случайность. Ни капельки.

Может, она подумала, что я обиделся, потому что начала торопливо выкладывать всё, пытаясь объясниться.

«Я, типа… на девяносто процентов случайность».

Вся эта ситуация была построена на удаче, своевременности и — ладно, может, немного помогло моё лицо.

— Тц…

За моей спиной рыцарь-нежить, излучавший убийственное намерение, вдруг убрал его с разочарованным вздохом.

«Похоже, теперь я не могу этого отрицать…»

— Видишь? Мы всё-таки друзья. Ха-ха-ха!

— …д-да. Д-друзья. Конечно.

В этот момент стало ясно: за исключением кукловода, который явно что-то заподозрил при нашей первой встрече, все остальные офицеры относились ко мне с подозрением.

— Так, зал собраний в той стороне. Тёмные маги и наши союзники уже собрались.

С невероятным количеством удачи и совпадений (и определённо не из-за моего лица) мне удалось развеять их сомнения.

Время отправляться на Теневое Собрание.

— Хм-м…

Но что-то всё равно было не так.

— Эй, ты уверен, что с ней всё в порядке?

— …?

— Та, что идёт за тобой. Она вот-вот упадёт в обморок.

— …а.

И тут я понял источник своего беспокойства — благодаря Теневой Ведьме, которая, взглянув за мою спину, прошептала.

Дрог—

Сзади плелась Саша, бледная как призрак, дрожащая как осиновый лист и безучастно глядящая на меня.

— Я-я-я-я тоже считаю, что немногими можно пожертвовать ради большинства.

— …Саша, что за бред ты несёшь?

— Я-я серьёзно! Пожалуйста, не убивайте меня!

Определённо, позже мне придётся усадить Сашу и объяснить, что я просто несчастный, невезучий парень, не имеющий никакого отношения к экспериментам над детьми.

***

Тем временем в доме Эмбегрин.

— Ха-а… ха-а…

Игнорируя протесты своих слуг, Мередия примчалась домой на экспресс-карете. Теперь она стояла, тяжело дыша, перед кабинетом бывшего герцога Эмбегрина — кабинетом, который она сама запечатала.

БУМ—!

Заколоченная дверь взорвалась вихрем щепок.

— …

Она помедлила на пороге. Но затем, с гораздо большей осторожностью, чем ярость, с которой она прибыла, шагнула внутрь.

— …пожалуйста. Пожалуйста…

Она перерывала кипы старых документов, переворачивая вверх дном всю комнату.

— Пусть они ошибаются…

Её руки начали дрожать, пока она бормотала, но и на этот раз звёзды не исполнили её желание.

— …а.

Примерно через тридцать минут она нашла его.

Тот единственный документ, который она никогда не хотела находить.

«Отчёт — Серия Лингард»

----------

Собрание Теней I

143

— Чище, чем я ожидал.

Прибыв в зал собраний в сопровождении офицеров, я был… на удивление разочарован. Я не ожидал какого-то дикого поля или грубого убежища — в конце концов, у них была инфраструктура, сравнимая с небольшими городами.

Но всё же это было не логово тёмной магии или проклятое святилище, переполненное тёмной силой. Это больше походило на… обычный конференц-зал.

— Здесь почти нет тёмной маны.

— …правда? На это есть какая-то причина?

Пытаясь выжать максимум информации о тёмных магах, я задал вопрос как можно небрежнее. Теневая Ведьма наклонила голову, словно удивляясь, почему меня волнует подобное, затем почесала затылок и начала объяснять.

— Ну, ничего особенного… мы просто извлекаем эссенцию тёмной маны.

— Эссенцию тёмной маны?

— Да. Дело в том, что тёмная мана — за редкими исключениями — больше не производится естественным путём.

…постойте. Это звучит довольно серьёзно для чего-то «ничего особенного».

— Люди, рождённые с ней, стали ещё реже, чем раньше. Так что большинство современных тёмных магов создаются искусственно.

Общепринятое мнение о тёмной мане таково, что это своего рода проклятие — побочный эффект искажения маны из-за злых деяний. Это не совсем безосновательно; я не просто повторяю слухи — это буквальная доктрина нынешнего Святого Королевства.

— Кроме того, даже тем, у кого уже есть тёмная мана, необходимы регулярные инъекции эссенции. Иначе это становится смертельно. Это одна из причин, почему тёмные маги избегают длительных миссий.

Но то, что сейчас говорила Теневая Ведьма? Это разрушало всю эту концепцию — словно сказать детям, что сказки их дедушки на ночь были пропагандой.

Если тёмная мана не рождается из искажения… это серьёзно.

Я на мгновение задумался, какой хаос данная правда вызовет в академических и религиозных кругах, прежде чем быстро взять себя в руки и задать ещё один вопрос.

— Можешь объяснить немного подробнее?

— Ну… обычно мы не объясняем подобное посторонним. Но раз уж ты один из нас, думаю, можно?

Когда она улыбнулась мне, по спине пробежал холодок.

Это была не та детская ухмылка, что раньше — эта была зловещей. Ни один ребёнок не мог так улыбаться.

И если подумать… значит, все те «невинные» улыбки до этого, вероятно, были фальшивыми.

— Всё потому, что бог тёмных магов исчез.

— …что?

— Точнее, он отказался от своих обязанностей. Ха-а… если бы этого не случилось, мы бы уже давно завоевали мир.

Я старался не показывать реакции, но не мог не усомниться в услышанном.

— …бог тёмных магов?

— Ты знаешь те сказки? О героях, солнце, луне и звёздах?

— Конечно.

— А ты знал, что большинство этих историй на самом деле основаны на реальных легендах? — Она посмотрела на меня так, будто я идиот, раз этого не знаю.

«Бог? Это абсурд».

Честно говоря, я не верю в богов. В прошлой жизни, несмотря на то что я не делал ничего плохого, я каждый день жил в страданиях. Не было бога, который бы меня спас.

А в этом мире, где существуют магия, герои, короли демонов и даже драконы, почему я не верю?

Потому что я знаю правду о «богине», которой поклоняется нынешняя Церковь.

Это секрет, который я храню про запас, — козырь на случай, если что-то пойдёт не так с Хестией или если меня вынудят столкнуться с Церковью.

Проще говоря, так называемая богиня Церкви… не является истинным божественным существом.

Она ни всемогуща, ни всеведуща, ни даже разумный бог. Она нечто гораздо меньшее — ближе к могущественной магической сущности, чем к божеству.

Это открытие из поздней игры в «Black Tail Fantasy 3», один из трёх самых больших спойлеров. Если я раскрою эту правду миру, кто знает, что произойдёт? Вот почему я храню это как козырь.

— …эй. Это выражение. Не мог бы ты?..

— …?

— Я только что поделилась с тобой чем-то огромным, а у тебя такой самодовольный вид, будто ты знаешь что-то в десять раз хуже. Ты мне как-то портишь момент.

Вырванный из раздумий бормотанием Теневой Ведьмы, я быстро пришёл в себя.

— Ха-ха… ничего особенного.

— …ага, конечно. Ты даже перешёл на официальный тон.

— Я же сказал, ничего особенного.

— Знаешь, люди обычно перестают формальничать, когда не думают. Ты и вправду хорошо притворяешься, да?

Она думает, что я притворяюсь вежливым, чтобы скрыть свою натуру, но правда в обратном.

Я заставляю себя быть вежливым именно потому, что не хочу доставлять такое удовольствие врагам Мередии — тёмным магам. Даже сейчас я сдерживаю желание говорить как обычно.

— В любом случае, если я правильно понял, ваш бог от вас отрёкся, и теперь вы вынуждены искусственно производить тёмную ману.

— Верно.

— Но разве это всё ещё не личный выбор каждого тёмного мага?

При моём ответе Теневая Ведьма посмотрела на меня так, будто говорила: «Серьёзно? Опять?»

— Теперь твоя очередь меня проверять?

— …что?

— Ну, ладно. Раньше я была немного резка, так что, полагаю, подыграю…

Она на мгновение замолчала, её губы снова скривились в той неприятной ухмылке. Она уже собиралась заговорить, когда…

— Прошу прощения.

Дверь открылась, и вошёл мужчина в униформе дворецкого, поклонившись.

— Прибыли главы регионов.

Теневая Ведьма остановилась на полуслове, повернула голову и встала.

— Что ж, раз ты сказал, что будешь вести собрание, полагаю, ты знаешь основную процедуру?

— А, ну…

— Тогда оставляю это на тебя. Печать на входе в зал могу сломать только я, так что скоро вернусь. Хм?

Как раз когда я собирался попросить её вкратце обрисовать протокол — может, даже выпросить шпаргалку, — она как ни в чём не бывало сбросила на меня эту бомбу и повернулась, чтобы уйти. В панике я протянул руку и схватил её за руку.

— О? Хочешь что-то сказать, прежде чем я уйду? — Совершенно неверно истолковав мою панику, она обернулась с ухмылкой. — Времени мало, так что буду краткой.

— Нет, подожди…

— Да, есть те, кто выбирает эту жизнь. И да, большинство из них злы.

Это должен был быть мой сигнал остановить её, но что-то подсказывало мне, что нужно дослушать.

— Но не все тёмные маги такие.

— …

— Как думаешь, почему я назвала Королевство лицемерами?

Я впервые видел её не улыбающейся. Её выражение было суровым — почти торжественным.

— Они повсюду кричат о «святой силе», но она даже не божественна. Они притворяются.

— …

— Ха-а… и у них ещё хватает наглости устраивать охоту на ведьм… — Горько пробормотав себе под нос, она небрежно махнула мне рукой и вышла.

— …

Затем — тишина.

— Кхм.

— А, наконец-то! Шанс обменяться именами!

— …и-ик.

Офицеры вокруг меня, явно всё ещё привыкающие к моему присутствию, начали реагировать по-разному.

«Значит… некоторые из этих людей могли не по своей воле стать тёмными магами?»

Это было трудно принять. Но у Теневой Ведьмы не было причин лгать — не мне, не сейчас.

Если только это не был какой-то изощрённый обман. Но, видя кукловода в дальнем конце, с опущенной головой и бледным лицом, я не мог поверить, что всё это — просто шоу.

«И всё же… это не значит, что я могу их жалеть».

Одно заявление не изменило всё моё мировоззрение.

Среди них могли быть невинные тёмные маги, так же как в хорошей группе всегда найдётся несколько плохих людей. Но разница в том, что хорошие люди скорее исправят плохих, а плохие — скорее развратят невинных.

Это собрание? Эта самая встреча? Оно было тому доказательством.

— Ха-а…

Я тихо выдохнул, собираясь с мыслями, — и замер.

— …а.

Мой взгляд встретился с дворецким, который вошёл ранее. Он тоже замер.

— А.

Он всё это время безучастно смотрел на меня.

— …

Потому что этим дворецким… был Альфред, пропавший после инцидента в Академии.

«Почему Альфред здесь?»

«Почему господин Уитни здесь?!»

Если бы можно было перевести ошарашенный взгляд, которым мы обменялись, мы, вероятно, говорили именно это.

***

Несколько минут спустя…

— Кхм.

— …кхм. Доброго дня.

— Н-ну, денёк сегодня холодный, не так ли? Хо-хо.

Приглашённые высокопоставленные тёмные маги и важные персоны, проведённые в зал Теневой Ведьмой, не могли скрыть своего беспокойства.

— …

Причина была очевидна. Уитни Лингард сидел во главе стола — там, где обычно физически появлялась Великая Тень.

Им сообщили, что он будет председательствовать на собрании, по крайней мере, временно. Но даже так…

— …

Тишина затягивалась. Слишком надолго.

В отсутствие Великой Тени и с согласия четырёх офицеров Уитни официально был главным.

Но если он ничего не скажет, собрание не сможет начаться.

— …кхм, кхм.

А этот старый дворецкий за его спиной — почему он всё время так покашливает? Это сигнал? Предупреждение? Протокол изменился?

— А, эм…

Как раз когда напряжение достигло своего пика, Уитни наконец заговорил.

— Прежде чем мы начнём собрание… — Он огляделся. — Вы все кажетесь напряжёнными. Почему бы не снять маски?

И в этот момент все, кроме Уитни, застыли.

— Офицеры, скрывающие свои лица… вы тоже.

Потому что Уитни только что нарушил величайшее табу Теневого Собрания.

----------

Собрание Теней II

144

— Что с вами?

— …

— Какая-то проблема?

Когда внезапный холодок окутал зал собраний, я неловко почесал затылок и задал вопрос.

— А, ну, дело в том…

— Видите ли…

Однако собравшиеся лишь бросали на меня взгляды, колеблясь и молча, каждый тщательно взвешивая слова.

…я что-то не то сказал?

Я бы, может, понял, если бы с самого начала нагрубил или оговорился, но я всего лишь попросил их снять эти душные маски.

В конце концов, все здесь, кроме Теневой Ведьмы, так или иначе скрывали свои лица.

Если точнее: из офицеров Рыцарь Смерти носил тяжёлый чёрный шлем, у Шута был полный клоунский грим, а Кукловод надел маскарадную маску. Остальные, предположительно высокопоставленные тёмные маги или приглашённые члены, были скрыты схожим образом.

Для кого-то вроде меня, жаждущего как следует изучить верхушку тёмных магов, это было более чем досадно.

— Э… простите на минутку.

— …?

— …эм-м, вы ведь в курсе «табу» на этих собраниях, не так ли?

Пока я сидел, склонив голову в неловком напряжении, Теневая Ведьма внезапно прошептала мне тихим, настойчивым тоном.

— Показывать своё лицо во время Собрания — одно из величайших табу, знаете ли.

И тут до меня дошло.

Но, конечно, что сказано, того не воротишь.

Большинство присутствующих, включая офицеров, теперь смотрели на меня с настороженностью или откровенной враждебностью.

— Прошу прощения, но…

Как раз когда я с тревогой оценивал атмосферу, гадая, как все исправить, один из высокопоставленных тёмных магов наконец заговорил дрожащим голосом.

— О Великая Тень… как вы могли приказать такое?..

…а?

Эти слова лишь глубже погрузили меня в замешательство, в котором я и так уже тонул.

— Какого чёрта происходит?

— О чём ты?

— Они называют меня Великой Тенью. Ты ничего не подстроила?

Я подозрительно прошептал Теневой Ведьме, гадая, не её ли это рук дело, но она лишь уставилась на меня широко раскрытыми глазами и покачала головой.

— Чтобы было ясно, на тебя наложено заклинание искажения восприятия. Но это не я сделала.

— …что?

— Я предположила, что ты намеренно притворяешься Великой Тенью. Настоящая всегда скрывает себя с помощью искажения восприятия на этих собраниях.

Значит… на мне сейчас заклинание искажения восприятия? Но я едва справляюсь с простейшим звуконепроницаемым заклинанием. У меня никогда не было особого магического таланта.

— Тогда как офицеры меня сразу узнали?

— …говорю же, не знаю. Оно, должно быть, уже действовало, когда ты вошёл в зал.

На мгновение я подумал, не лжёт ли она снова, но её растерянный тон звучал искренне.

…хм-м?

И как раз в тот момент, когда мой разум готов был пойти вразнос от всей этой путаницы, я внезапно встретился взглядом с Альфредом, который тихо стоял у входа.

— …кхм.

Альфред бросил на меня долгий, непроницаемый взгляд, затем тихо кашлянул и отвёл глаза.

Не может быть… Альфред?

Если так подумать, Альфред всегда был очень искусен в различных видах магии. В конце концов, именно он меня ей и обучал.

Может ли быть, что это он наложил заклинание искажения восприятия?

…я до сих пор не знаю, почему он здесь, но да, Альфред есть Альфред.

Я беспокоился, что, может, он предал меня и присоединился к тёмным магам, но, очевидно, это было не так.

И всё же это не отменяло того факта, что мне нужно было что-то делать с глупостью, которую я только что сморозил.

…ладно. Значит, все, кроме офицеров, думают, что я Великая Тень, да?

К счастью для меня, я уже привык к подобным кризисам. Я быстро адаптировался.

Тогда мне просто нужно немного поблефовать и вести себя внушительно, верно?

Конечно, я быстро адаптировался, но это не означало, что у меня был хоть какой-то реальный план.

***

— Это превосходное замечание.

Во главе стола, между офицерами, на единственном стуле, предназначенном для лидера тёмных магов, сидела Великая Тень.

Когда он наконец открыл рот, те, кто был слишком напряжён, чтобы даже дышать, один за другим выдохнули с облегчением.

Все знали — по горькому опыту — что случается, когда кто-то гневит Великую Тень.

— Да, это правда. Раскрывать своё лицо на Собрании — табу.

Так что все, благополучно забыв, как странно сегодня звучала Великая Тень, молча поблагодарили свои звёзды за то, что тёмный маг, поднявший руку, не был испепелён на месте.

— Но скажите мне — кто установил это табу?

При этом вопросе комната мгновенно снова застыла.

Великая Тень… задаёт вопрос?

…что сегодня происходит?

Обычно Великая Тень излучала неописуемую, гнетущую ауру и отдавала приказы, не терпящие возражений.

Никто никогда не подвергал это сомнению — таков был порядок вещей.

Вот почему никто даже не мог себе представить, что Великая Тень о чём-то их спросит.

— Э-эм… ну, это был…

— …

— …Ваше Величие установили это табу.

Никто больше не осмелился ответить, так что тёмный маг, заговоривший ранее, был вынужден взять на себя эту ношу и ответить.

— Тогда раз я создал табу, то, думаю, не будет ничего страшного, если я его и отменю. Вы согласны?

Технически говоря, это было абсолютно логично.

Даже если бы их иерархия была более демократичной, никто бы не возразил.

— П-подождите-ка.

Но тут один из офицеров резко встал, повысив голос.

— Да кто ты такой, чтобы принимать такие решения!..

Это был не кто иной, как Рыцарь Смерти, обычно молчаливый на этих собраниях.

Его внезапная вспышка снова пронзила зал ледяным холодом.

— Ты зашёл слишком далеко. Кто дал тебе право…

Но как раз когда он высвобождал ужасающую убийственную ауру, его голос дрогнул.

— Ну-ну. Что такое?

— …

— У тебя какие-то проблемы с указом Великой Тени?

Теневая Ведьма, которая уже некоторое время странно улыбалась, плавно вклинилась в разговор.

— Н-нет, дело не в этом. Просто этот человек не наш настоящий…

— …ты ведь понимаешь, что это будет изменой?

Рыцарь Смерти стиснул зубы и снова сел при виде её леденящей улыбки.

— …прошу прощения.

— Да, Рыцарь Смерти в последнее время сильно переутомился. Наверное, просто задремал на секунду, да?

— …да.

И после подавления этого последнего акта неповиновения никто больше не осмелился возразить против новой политики Великой Тени.

— Что ж, тогда. Полагаю, вы все поняли.

Наблюдавший за всем этим молча, Великая Тень — или, точнее, Уитни, притворявшийся им, — заговорил снова.

— И всё же, если все внезапно раскроют свои лица, это может вызвать дискомфорт. Так что наши уважаемые офицеры должны подать пример первыми, не так ли?

Он встретился взглядом с Рыцарем Смерти, чей взор был острым от убийственного намерения.

— Рыцарь Смерти. Сними свой шлем.

— …что?

Голос Уитни стал ледяным, и Рыцарь Смерти недоверчиво моргнул.

— Этот громоздкий шлем влияет на твой слух? Великая Тень велела тебе его снять.

— …тц.

— Ты прекрасно знаешь — абсолютное повиновение Великой Тени — наше самое основное правило, не так ли?

Под давлением холодной улыбки Теневой Ведьмы Рыцарь Смерти задрожал и наконец пробормотал:

— …я сниму его.

Когда его рука потянулась к шлему, все взгляды устремились на него.

Никто из офицеров никогда не показывал своих лиц — даже другим высокопоставленным тёмным магам, — так что любопытство было неизбежным.

— …а?

— А-а.

— М-м-мх…

Когда шлем был снят, по комнате прокатились возгласы ошеломлённого недоумения.

— …

Хотя верхняя часть лица всё ещё была скрыта маскарадной маской, дело было не в этом.

— Ну-ну. Кто бы мог подумать, что под этим шлемом скрывается такое лицо.

— …заткнись.

Несмотря на маску и короткие тёмно-синие волосы, всем было очевидно, что Рыцарь Смерти на самом деле молодая женщина.

— Будь ты проклят…

Среди нарастающего шёпота Рыцарь Смерти стиснула зубы и бросила на Уитни яростный взгляд.

— Рыцарь Смерти.

— …да.

— Теперь сними и маску.

Но приказ Уитни прозвучал снова, безжалостно.

— …я лучше умру.

На этот раз, однако, она не сдалась так легко.

— Слушай, я понимаю, что ты пытаешься сделать, но если будешь и дальше давить, это выйдет боком.

— …

— Ты заглянул под шлем, и этого более чем достаточно, не так ли? — Прошептала Уитни Теневая Ведьма, когда комната снова замерла. — Шут и Кукловод? Если ты прикажешь им показать лица, они либо покончат с собой, либо взбунтуются.

— …

— Но раз уж прецедент создан, ты, вероятно, сможешь заставить хотя бы не-офицеров показать свои.

Уитни молчал, не отвечая, просто витал в облаках, бормоча себе под нос.

— …это почему-то знакомо.

— Прости?

— Неважно. Ничего.

Очнувшись, Уитни снова повысил голос.

— Раз уж Рыцарь Смерти проявила такое мужество — теперь ваша очередь.

— …

— Снимите маски и раскройте свои личности. Или, ну… просто… пожалуйста.

Конечно, Рыцарь Смерти всё ещё была в маске, и другие офицеры не сдвинулись с места, но никто не осмелился сопротивляться.

Отказ мог означать смерть от руки самой Рыцаря Смерти, которая теперь излучала куда более ужасающую ауру, чем даже Великая Тень.

***

Через несколько минут, впервые с момента своего создания, Теневое Собрание лишилось своей анонимности.

— Э-это… это действительно нормально?

— У-у нас не было выбора…

— М-м-м…

Все, теперь способные различать друг друга, бросали на Великую Тень смешанные взгляды — смущённые и тревожные.

— Что ж, тогда. Давайте официально начнём Теневое Собрание.

Уитни, теперь звучавший даже немного дерзко, объявил о начале настоящей встречи.

— Первый пункт повестки дня.

Держа в руках лист бумаги и выглядя так, будто с его лица сошла вся краска, вперёд шагнул Альфред.

— Белый маг, недавно назначенный героем Святым Королевством. И, вероятно, наша величайшая угроза… Уитни Лингард.

Когда он произнёс имя вслух, на лицах всех тёмных магов сгустилась убийственная энергия.

— Итак, все… пожалуйста, поделитесь своими идеями о том, как нам лучше всего его казнить.

Уитни, теперь бледный и дрожащий, выглядел так, будто хотел испариться.

«…черт».

К счастью, благодаря чьему-то первоклассному заклинанию искажения восприятия, никто, даже офицеры, не заметил этого жалкого выражения.

----------

Собрание Теней III

145

— Уитни Лингард. Он опасен.

— Всякий раз, когда восстаёт Король Демонов, всегда появляется Герой…

— Даже если мы не будем бросать все силы, следует выделить как можно больше ресурсов.

Тёмные маги, поначалу чувствовавшие себя неловко с открытыми лицами, начали естественным образом объединяться вокруг общей темы.

— Проблема в том, что мы не знаем всех его способностей.

— Обычно Героев продвигают с большой помпой ради политической выгоды, но этот Уитни остаётся окутанным тайной.

— …может быть, с его силами что-то не так?

Естественно, чем больше они строили догадок, тем больше моё лицо искажалось от дискомфорта.

Ну, конечно, тёмные маги будут говорить обо мне.

Однако настоящая проблема заключалась в том, что человек, которого они планировали убить, сидел прямо перед ними.

И что ещё хуже, все офицеры, сидевшие рядом со мной, уже точно знали, кто я.

— …

И действительно, бросив взгляд в сторону, я увидел целый спектр далеко не дружелюбных взглядов.

Там была Рыцарь Смерти, чей пол я случайно раскрыл; Шут, теперь явно лишённый своего обычного веселья; и Кукловод, разглядывавший меня с тихим любопытством.

Никто из них ничего не сказал, но они наверняка задавались вопросом, почему сам Герой сидит здесь, среди них.

К сожалению, я тоже не мог этого объяснить, потому что я уж точно пришёл сюда не по своей воле.

Единственным утешением было то, что пока офицеры признавали мою роль представителя. Это означало, что они вряд ли раскроют мою личность… по крайней мере, пока.

— …но действительно ли он Герой?

Как раз когда я пытался собраться с мыслями, в разговор внезапно вступила Рыцарь Смерти, её скрытый маской взгляд был устремлён на меня с острой проницательностью.

— План Великой Тени по рождению Принца Демонов ещё даже не завершён. И всё же Герой появляется первым? Это подозрительно.

— Действительно. Согласно историческим записям, Герой всегда появлялся после Короля Демонов.

— Даже если это случалось всего дважды, этот паттерн — часть мирового порядка. Нынешнее время странное.

— Согласен. Возможно, он — ложный Герой, призванный заманить нас в ловушку.

С этим одним замечанием всё русло дискуссии изменилось.

…почему они такие дотошные? Люмен Ордо был просто сборищем чудаков, притворяющихся загадочными.

По сравнению с мучительно примитивными разговорами в Люмен Ордо, конструктивный и аналитический тон здесь был прямо-таки завидным.

— Если бы об этом заявила только Империя, мы могли бы заподозрить ложь, но Святое Королевство не славится политическими играми.

— К тому же, согласно отчёту Педро Гомеса с прошлого Собрания, Уитни Лингард был непосредственно замешан в похищении Святой.

— И если бы он был настоящим Героем, было бы логичнее публично спасти её на месте.

— Тогда что нам делать? Если он фальшивка, тратить на него силы бессмысленно.

Наблюдая за тем, как тёмные маги спокойно взвешивают возможности, я почувствовал странный укол восхищения, а затем — осознание.

Постойте-ка… Рыцарь Смерти только что… защитила меня?

Если бы предыдущая дискуссия продолжилась в том же духе, нет сомнений, что отряд убийц был бы отправлен в поместье Лингард в тот же момент, как закончится собрание.

Но благодаря вопросам Рыцаря Смерти этот исход теперь казался менее вероятным.

Может ли быть, что тёмные маги преследовали идеалы, а не мелочные обиды?

— Ключевой вопрос таков: действительно ли Уитни Лингард — Герой?

Как раз когда я размышлял над этой странной мыслью, Рыцарь Смерти заговорила снова, на этот раз обращаясь прямо ко мне.

— О Великая Тень, просим вас. Дайте нам ответ.

— …?

— Действительно ли Уитни Лингард — Герой?

Да чтоб тебя... так вот к чему она клонила.

Она пыталась заставить меня подтвердить, что я — Герой, своими собственными устами?

Конечно. На то они и тёмные маги.

Даже другие офицеры, включая Теневую Ведьму, теперь смотрели на меня с любопытными, многозначительными выражениями.

В очередной раз я вспомнил, почему Люмен Ордо, при всех его недостатках, всё же был лучшим местом.

Какой бы ответ я здесь ни дал… он определит всё, что будет дальше.

Теневое Собрание было одним из главных разветвляющих событий в «Black Tail Fantasy 3». Середина игры и ключ к нескольким концовкам.

Что означало, что я точно знал, какой ответ приведёт к самому безопасному пути.

Если Собрание решит, что Герой — фальшивка, игрок попадёт на самый лёгкий и безопасный рут.

Событие разворачивалось только в кат-сцене, но его исход определялся каждым выбором, сделанным игроком до этого момента.

И если игрок последовательно скрывал свою личность, агрессия тёмных магов откладывалась, выигрывая огромное количество времени.

— Ха-ха…

Что означало — у меня был только один жизнеспособный вариант.

— Я дам вам ответ.

Когда я наконец заговорил, шёпот стих, и все взгляды устремились на меня.

— Уитни Лингард...

Под пристальным вниманием всех присутствующих, выбор, который я был вынужден сделать, был очевиден.

— …Герой.

— М-м…

— Н-неужели?

— …если так говорит Великая Тень, мы должны верить.

С этой одной фразой дебаты тёмных магов немедленно прекратились.

Видимо, слово Великой Тени было абсолютным.

— …ха?

— Это… неожиданно.

— …

У офицеров, однако, была смешанная реакция.

Они явно не думали, что я сам в этом признаюсь. Но у меня была очень веская причина.

…у меня нет времени.

Не у меня, точнее — у Мередии заканчивалось время.

В последнее время она, может, и выглядела полной жизни, но правда заключалась в том, что её жизненные силы активно истощались.

В лучшем случае, по моим оценкам, у неё оставался год. Реалистично? Может, и шести месяцев не наберётся.

Вот почему я выбрал на этом Собрании рут «Подтверждения Героя».

И чтобы сделать его ещё смелее — я ускорю планы тёмных магов изнутри.

Короче говоря, это был печально известный спидран-рут, на который решались только самые отъявленные игроки.

Я должен закончить всё в течение года. Нет, если возможно, ещё быстрее.

К счастью, я вёл это собрание, что означало, что я мог формировать повествование как мне заблагорассудится.

И я помнил: когда тёмные маги будут полностью уничтожены, проклятие тоже исчезнет.

Я не знал точного механизма, но я знал это как факт.

Изначально я думал, что этот путь невозможен, поэтому пытался найти другие способы лечения. Но теперь это был мой лучший шанс.

— Немедленно отправить отряд убийц в поместье Лингард?

— …именно. Угрозы следует устранять, пока они не выросли.

Конечно, очевидным недостатком этого плана было то, что нападать будут на меня.

Не только на меня — на моих союзников тоже. На Руниэль, Паршу, Бергена, персонал поместья, даже на Сесиль.

«Я уже к этому подготовился».

Вы же не думали, что я запущу такой план без подстраховки?

Я был более чем готов показать, что происходит, когда ветеран-игрок берёт в свои руки режиссуру сюжета.

— Мы отправим отряд убийц в поместье Лингард, как вы и предлагаете.

При этих словах в комнате снова воцарилась полная тишина.

— …?!

— …кхрк.

Даже Альфред и Саша, ждавшие у выхода, вздрогнули, но я продолжил.

— Операцию возглавит Педро Гомес.

При этих словах раздался шёпот протеста.

— О-Великая Тень, прошу, пересмотрите…

— Он уже однажды провалился. Из-за этого его повышение до офицера было отменено…

— …этому человеку нельзя доверять. Разве вы сами так не говорили?

Ого. У Педро Гомеса, конечно, была репутация.

Я задавался вопросом, почему он не появился, — оказывается, его никто не любил.

Но после того, что произошло в академии, он знал мою личность и поклялся в верности. Я не мог не использовать его сейчас.

— Молчать.

— …

— Вы все знаете, что я могу убить вас на месте.

Я взглянул на Теневую Ведьму, и она высвободила холодную, убийственную ауру, которая мгновенно заставила комнату замолчать.

— Я дам ему ещё один шанс.

— …

— Может, ему и нельзя доверять, но его навыки слишком ценны, чтобы ими пренебрегать. Особенно для убийства. Он подходит лучше всех.

В комнате было тихо, некоторые всё ещё морщились, но все неохотно кивнули в знак согласия.

— Очень хорошо. На этом вопрос Уитни Лингарда закрыт. Есть возражения?

— …

— Нет? Тогда, прежде чем мы перейдём к следующему пункту повестки дня, сделаем небольшой перерыв?

Когда первая тема была наконец закрыта, и многие выглядели заметно измотанными, я улыбнулся и объявил перерыв.

— С-спасибо.

— Уф, я там дышать не мог…

— В-верно…

В тот же миг, как я это сказал, все либо покинули зал, либо рухнули на стулья, чтобы отдохнуть.

…что ж. Пора начинать.

Для меня настоящий план только начинался.

— Альфред. Сюда.

— …кх. Д-да.

Когда я позвал бледного Альфреда, он поспешил ко мне и срочно зашептал:

— Юный господин, что происходит…

— …ш-ш-ш. Я объясню позже.

Я приложил палец к губам, чтобы успокоить его, а затем прошептал:

— Когда я подам знак, сними с меня искажение восприятия.

— …что?

Чтобы сломать эту закрытую, иерархическую структуру, мне понадобится самое эффективное оружие.

— Ты сможешь это сделать?

— …боже милостивый.

Название операции?

Разделяй и властвуй.

***

Примерно через пять минут после того, как Великая Тень объявила перерыв.

— Фух… что это, чёрт возьми, было?

— И-и не говори…

Собрание только началось, а тёмные маги уже выглядели совершенно измотанными.

Многие и вовсе покинули зал, чтобы расслабиться.

«Что-то сегодня с Великой Тенью не так…»

И всё же один человек оставался на своём месте, задумчиво хмурясь и глядя на главный стул, — Майер Эмбегрин.

«Его тон… разве он не звучит в точности как у этого проклятого Уитни Лингарда?»

Эта мысль поразила его, и его глаза сузились.

Но затем Майер покачал головой, пытаясь отогнать её.

«Не может быть. Это абсурд…»

— …все. Внимание.

В этот момент Великая Тень обратилась к немногим оставшимся с главного места.

— Поздравляю. Вы были избраны.

— …?

— Вам я сейчас открою секрет.

И в следующее мгновение глаза Майера широко распахнулись.

— Только немногие присутствующие удостоятся этой привилегии.

Потому что на главном стуле сидел…

С искажённой улыбкой…

Человек, чьё лицо он слишком хорошо знал.

----------

Собрание Теней IV

146

— С этого момента вы — единственные, кто знает, кто я на самом деле.

— …

— Разумеется, вы удивлены и сбиты с толку… но истина не меняется лишь оттого, что она неудобна.

Уитни, наконец явивший себя собравшимся, продолжил говорить с сияющей улыбкой.

— …а?

— Ах…

— …?!

Но немногие оставшиеся в зале тёмные маги лишь отрешённо смотрели на Уитни.

Учитывая, что перед ними стояла так называемая Великая Тень, их реакция граничила с дерзостью, но они ничего не могли с собой поделать.

Разве это не тот самый Уитни Лингард, наглая помеха, что всего несколько мгновений назад разрушил их планы?

А теперь, необъяснимым образом, Великая Тень приняла его облик… да ещё и объявила себя Героем.

— Ха-ха, не думаю, что это так уж шокирует.

— П-прошу, объяснитесь…

— Да, сейчас всё объясню. Постараюсь коротко, учитывая время.

Когда замешательство достигло своего пика, Уитни ответил тихой, непринуждённой улыбкой тёмному магу, чей сдавленный от волнения голос был чуть громче шёпота.

— Вы все, вероятно, уже догадались, в чём заключается моя способность.

Все присутствующие вздрогнули и похолодели.

Хотя Великая Тень никогда не подтверждала этого публично, каждый тёмный маг и так знал правду — её способностью было вселение.

Все они, так или иначе, видели тёмных магов, проваливших задания или ставших ненужными. Их глаза закатывались, изо рта валил чёрный дым, а личность полностью стиралась.

— Кажется, некоторые из вас начинают понимать.

Стоило этим мыслям пронестись в их головах, как порочный голос Уитни проскользнул им прямо в уши.

— Уитни Лингард — по сути, не более чем пустая оболочка.

— Ах…

— Э-это!..

При следующих его словах всем оставшимся тёмным магам оставалось лишь благоговейно выдохнуть.

— Н-но… как же быть с делом Святой?..

— …ха-ха. Это был своего рода спектакль.

Однако благоговение быстро сменилось подступающим ужасом.

— Да, были… некоторые жертвы. Но в итоге и Империя, и даже Святое Королевство теперь полностью убеждены, что я — Герой.

— …

— К слову, Святая уже присягнула мне на верность. Она верит, что я спас ей жизнь.

Если это правда, то насколько же грандиозным был замысел их повелителя?

Если Уитни на самом деле не Герой, а сама Великая Тень, то Теневому Союзу больше нечего бояться.

Империя, Святое Королевство… все они будут плясать под его дудку, лишь чтобы в конце быть уничтоженными иллюзией по имени «Уитни Лингард».

— …

Но как только некоторые из тёмных магов и тайно поддерживающих их богачей начали ощущать восторг… их лица омрачились от одной-единственной тревожной мысли.

…зачем он нам всё это рассказывает?

В то же время Майер, который довольно долго стоял в оцепенении, наконец очнулся от потрясения, и его разум вернулся к привычной остроте.

— Как вы все знаете, наши враги существуют не только за этими стенами.

Словно читая их мысли, Уитни снова заговорил с безупречным спокойствием.

— Я прекрасно знаю, что среди тёмных магов существует множество фракций.

— …

— И мне известно, что некоторые из отсутствующих руководителей сейчас создают собственные сферы влияния.

При этих словах многие бросили взгляд на пустующие кресла — все, кроме Теневой Ведьмы.

— Разумеется, с этим я могу смириться. Но если эти силы будут использованы, чтобы сместить меня… вот этого я не потерплю.

По рядам оставшихся прокатилась волна — у всех пересохло в горле.

Это была правда — большинство из них имели хоть какое-то, пусть и незначительное, отношение к «фракциям», о которых упомянул Уитни.

— О-о, Великая Тень, мы и помыслить о таком не могли!..

— Д-да, именно! Мы бы никогда не осмелились на подобное кощунство по отношению к повелителю теней!..

— …тишина.

Некоторые из них, явно напуганные, бросились оправдываться, но ледяной голос Теневой Ведьмы заставил зал снова замолчать.

— Какие бы мысли ни были у вас в прошлом… теперь это не имеет значения.

Зал снова погрузился в тишину. Мягкий, тихий голос Уитни эхом разнёсся по покоям.

— Как я уже сказал, вы были избраны.

— …

— Ах да, если вас что-то не устраивает, можете уйти.

Конечно, ни у кого из оставшихся не было иного выбора, кроме как слушать дальше.

— Хорошо. Буду считать, что возражений нет.

Те, у кого инстинкты были острее, возможно, уже заметили, как серые глаза Теневой Ведьмы сканируют их одного за другим. Но даже менее проницательные догадались, что единственный выход был каким-то образом запечатан неведомой силой.

— Отныне на вас возлагается особая, почётная миссия.

Уитни откинулся на спинку стула и произнёс с расслабленной уверенностью:

— Я не прошу вас предавать свои нынешние фракции или красть информацию. В этом нет нужды — всё и так в моих руках.

— …

— Вам надлежит лишь поддерживать «Уитни Лингарда» из тени. Всеми силами. Тайно.

Каждый из собравшихся тёмных магов отреагировал на эти слова по-своему.

Некоторые выглядели заинтригованными, их глаза блестели. Другие стали заметно тревожнее и нервно оглядывались. А кто-то просто застыл с каменным выражением лица.

Уитни, молча наблюдая за ними, позволил уголку своего рта приподняться.

— Когда всё закончится и наступит день славы, ваши верные деяния будут вознаграждены.

А затем — он вбил последний гвоздь.

— Однако, если вы этого не сделаете. Или если эта тайна станет известна кому-то, кого здесь сегодня не было — любым способом…

— …

— …то советую вам помнить: однажды вы можете просто проснуться, а ваша личность — исчезнет.

Элегантная, утончённая угроза прозвучала тоном, до дрожи похожим на голос самой Великой Тени.

— Никогда не забывайте: я могу погасить вашу жизнь. В любое время, в любом месте.

И всем, кто остался, не оставалось ничего другого, кроме как молча кивнуть в знак согласия.

***

— Что ж, перерыв окончен. Продолжим собрание.

— …

— Теневая Ведьма. Открой запечатанную дверь.

Словно всё было аккуратно улажено, Уитни вернулся к своему обычному тону и отдал приказ.

— …честно говоря, не ожидала такого. Ты уверен?

Теневая Ведьма, взмахом руки снимая печать, быстро подошла к нему и прошептала:

— То есть… не мне бы это говорить, но тёмным магам, мягко говоря, доверять не стоит.

На это Уитни тихо рассмеялся и ответил вполголоса:

— Я мало что знаю о критериях отбора тёмных магов. Но, думаю, я понимаю, какие люди остаются в таком мрачном месте, вместо того чтобы уйти.

Теневая Ведьма с любопытством склонила голову — а затем её глаза расширились.

— Те, кто не смог примкнуть ни к одной фракции и надеялся заслужить благосклонность Великой Тени. Старики, скованные немощью. Или те, кто искренне предан.

— …

— Или просто чрезмерно амбициозные. Хотя… нельзя исключать и тех, кто остался просто по глупости.

Технически, некоторые из присутствующих принадлежали к фракции самой Теневой Ведьмы, так что Уитни был не совсем точен, но его суждение оказалось поразительно близким.

Если честно, Теневая Ведьма полагала, что сила Уитни ограничивается лишь господством. Увидеть эту его сторону было для неё глубоким потрясением.

— И всё же, такой риск необходим для подобной авантюры.

— …значит, ты любишь азартные игры?

— Нисколько. Я их ненавижу.

И всё же для кого-то вроде Теневой Ведьмы, живущей в вечном круговороте скуки, этот новый поворот стал долгожданным развлечением.

— Эй, так вот… несколько человек возвращались раньше времени, так что я сама заблокировала выход. Ты ведь не сердишься, правда?

— …нет. Это было правильно.

— Но некоторые из них могут что-то заподозрить…

На это Уитни дал идеальный ответ:

— В таком случае, я благодарен.

Улыбка, расцветшая на лице Уитни в тот момент, заставила холодок пробежать по спине Теневой Ведьмы.

«Он и вправду рождён стать Королём Демонов».

Аура, которую он излучал — способная, возможно, даже превзойти Великую Тень, — не была тем, чем мог бы обладать какой-нибудь фальшивый герой или поддельный повелитель демонов.

«…в конце концов, моё чутьё меня не подвело».

Сначала она считала его всего лишь инструментом для противовеса Великой Тени, но теперь весь её план изменился.

Свергнуть того, кто ныне правит миром тёмных магов… и короновать Уитни Лингарда как нового Короля Демонов.

Если это удастся, возможно, Уитни сможет исполнить даже то желание, от которого она давно отказалась.

«Может, это бесконечное мучение… наконец-то закончится».

Хотя вряд ли. Проклятие, выжженное на ней — клеймо эпохи, когда боги ещё ходили по земле, — было абсолютным.

И всё же… если это Уитни Лингард. Может быть…

— …и что ты натворила на этот раз?

— …а?

Теневая Ведьма, погружённая в свои мысли, повернула голову на холодный голос рядом с собой.

— Хех, прикидываешься дурочкой? Ладно. Делай что хочешь.

Дверь уже открылась, и руководители вместе с другими участниками Теневого Собрания начали возвращаться в зал.

— Дамы и господа, надеюсь, ваш перерыв был освежающим.

Когда участники вернулись на свои места, Уитни, вновь окутанный магией искажения восприятия, уже собирался продолжить...

— Что ж, возобновим встре—

— Прошу прощения, что прерываю.

Внезапно с мест для руководителей раздался весёлый голос.

— Великая Тень. Приношу извинения, но нам придётся приостановить собрание.

— …почему?

Уитни слегка нахмурился от неожиданного замечания Шута.

— Ну, просто…

С хитрым блеском в глазах Шут щёлкнул пальцами — и зал вновь поглотила тяжёлая тишина.

— Мы поймали нарушителя.

Сразу после этих слов что-то с глухим стуком упало с потолка.

— Ммфх! Ммфх!

Когда все поняли, что это человек, связанный по рукам и ногам, с кляпом во рту, немедленно начался хаос.

— …

Но среди нарастающего шума лишь Уитни оставался безмолвен, спокойно глядя на упавшего.

«…да вашу ж мать».

Строго говоря, он не был нарушителем.

— Ммфх! Ммфх!

Человек, только что рухнувший в самую гущу тёмных магов… был тем, кого Уитни намеренно пригласил, внедрив координаты в приглашение.

Джокер. Его последний довод на случай, если что-то во время Теневого Собрания пойдёт не так.

— Нашёл его, шныряющим тут, словно крыса. Пришлось немного размяться, чтобы поймать.

— …

— Ха-ха! Это собрание становится всё интереснее и интереснее!

Потому что тот, кого за всю жизнь ни разу не поймали, был не кем иным, как печально известным вором-фантомом, Бергеном.

----------

Собрание Теней V

147

— Ммфх! Ммфх!

Связанный по рукам и ногам, Берген отчаянно дёргался в путах.

— Нарушитель, и где — здесь. Воистину, на своём веку чего только не увидишь.

— И не говори, ха-ха!

Тёмные маги лишь переглядывались с усмешками, посмеиваясь над его тщетным сопротивлением.

— Странно. Я сама разрабатывала систему безопасности этого места. И вдруг — нарушитель?

— …

— Бог с ним, с ударом по моей гордости — мне действительно интересно, как это произошло.

Теневая Ведьма, мрачно сверкнув глазами, нарушила тишину.

— Как он узнал местоположение? Как обошёл все барьеры и магические ловушки? И как, находясь в комнате, полной могущественных существ, он умудрился скрыть своё присутствие?

Уитни намеренно избегал этого вопроса, но Теневая Ведьма, с любопытством склонив голову, внезапно сменила тон, а на её губах заиграла заинтригованная улыбка.

— …хотя нет. Постойте. Одна загадка уже решена.

— Кхк…

— В этом человеке течёт сила Короля Демонов.

При этих словах на лбу Бергена вздулась вена. Судя по взгляду, он, скорее всего, хотел крикнуть: «Не смей говорить так, будто знаешь меня, проклятая тёмная колдунья!»

— Конечно, Король Демонов известен своей ошеломляющей мощью, но порой даже зверю приходится прятать клыки.

— Ммфх…

— Даже лев таится в траве, прежде чем наброситься на добычу. Должно быть, он унаследовал именно такую способность. Готова поспорить, её проводником служит что-то в его ногах.

Но с запечатанным ртом Берген мог лишь издавать глухие, полные досады звуки.

— …но как вы его поймали?

— Ха-ха! Простейшее заклинание пут!

Пока Уитни, не сводя глаз с Бергена, бормотал вопрос, Шут весело ответил ему, стоя рядом.

— Видите ли, я мастер всяких мелких трюков. Например…

— …нет. Я имел в виду, как вы обнаружили того, кто скрывал своё присутствие силой Короля Демонов?

Уитни оборвал его на полуслове. Шут на мгновение почесал затылок, а затем пожал плечами.

— Просто чутьё, полагаю.

— …

— Ха-ха! Остальное — коммерческая тайна!

Уитни оставил попытки допросить его дальше и снова обратил своё внимание на Бергена.

— …

На краткий миг их взгляды встретились в безмолвном, весомом обмене.

— …всем сохранять тишину.

Мгновение прошло, и когда голос Уитни эхом разнёсся по залу, прежде гудевшая комната замерла.

— Хотя этот незваный гость и взбаламутил воду, собрание должно продолжаться.

— …

— Однако мы не можем продолжать в его присутствии. Поэтому сейчас я отдам распоряжение.

В наступившей гробовой тишине голос Уитни прозвучал тихо и решительно.

— Мы должны допросить его. Как он узнал о местонахождении этого зала. Как он проник внутрь. И самое главное — что значит тот факт, что в нём течёт сила Короля Демонов.

— …

— …сопроводите нарушителя в Исследовательский Комплекс.

Великая Тень никогда прежде не употребляла термин «Исследовательский Комплекс», но все присутствующие поняли, что имеется в виду, без всяких уточнений.

Потому что было лишь одно место, куда для экспериментов забирали могущественных созданий, не являвшихся кандидатами в Короли Демонов.

— В Башню Магов?

— Да. Полагаю, это разумное решение.

— Следует ли нам связаться с Владыкой Башни?

Тёмные маги, осторожно подбирая слова, вежливо уточнили, правильно ли они поняли намерение Великой Тени.

— Сделайте это.

Уитни спокойно кивнул в ответ на их вопрос, мельком взглянув на Бергена, которого уже тащили к выходу.

«Башня?»

Под покровом заклинания искажения восприятия лицо Уитни удивлённо исказилось.

«Значит, они не просто союзники тёмных магов — они проводят опыты?»

Он предполагал, что их лаборатории могут находиться в какой-нибудь заброшенной лечебнице в пустошах, под водой или у вулкана. Но мысль о том, что они используют Башню Магов — самую уважаемую из трёх автономных территорий Империи, наряду с Академией и герцогством Эмбегрин, — была за гранью понимания.

— …

И Берген, переставший сопротивляться после получения едва заметного сигнала от Уитни, был ошеломлён не меньше.

«…ха».

С тех пор как он узнал, что его дочь жива, он обшарил все задворки и подпольные притоны, какие только смог найти.

Но Башня Магов? Из всех возможных мест?

Дрог—

Усталое выражение промелькнуло на его лице, но он быстро стряхнул его с себя.

Да, план пошёл наперекосяк, но теперь он знал, где его дочь. Одного этого было достаточно.

И хотя его схватили, у Бергена был богатый опыт побегов и уклонения от погонь. Если он сможет просто попасть туда, то найдёт способ выбраться.

Кроме того, как бы ему это ни удалось, Уитни явно внедрился к тёмным магам и, без сомнения, поможет ему.

…ведь так?

Он слегка вздрогнул от загадочной улыбки Уитни, пробивавшейся сквозь иллюзию.

Но было уже поздно. Жребий брошен.

«И всё же… что с этим парнем?»

Прежде чем его окончательно выволокли, Берген бросил взгляд на человека, который его схватил — на Шута.

«Меня ещё никогда так чисто не раскрывали».

Да, Бергена несколько раз загоняли в угол или почти ловили. Крёстный отец преступного мира, например, однажды чуть не сцапал его.

Но в каждом из тех случаев причиной была собственная ошибка Бергена, совпадение или противник, который уже знал о его появлении.

Сегодня всё было иначе. Кто-то безупречно обнаружил его, пока он был окутан невидимостью, и схватил без лишних церемоний.

«И что-то здесь не так».

Было ещё кое-что, что не давало ему покоя.

«Почему он кажется… знакомым?»

Что-то в Шуте беспокоило Бергена. Странное чувство узнавания.

И это было удивительно, ведь у Бергена было мало знакомых, и он запоминал ещё меньше лиц. Редко кто-либо оставлял на нём такое впечатление.

Скри-и-ип—

Но прежде чем он смог рассмотреть это лицо поближе, дверь в зал собраний с грохотом захлопнулась.

***

— …а теперь. Перейдём к последнему пункту повестки дня.

Когда недавний хаос утих, Альфред — с усталым выражением лица — приступил к оглашению последней темы собрания.

— Предметом обсуждения является…

— Я сама. Это просто, но важно.

Теневая Ведьма поднялась со своего места и оборвала его на полуслове.

— Пришло время определить время и место воскрешения Короля Демонов.

При этих словах атмосфера в зале стала тяжёлой.

Воскрешение Короля Демонов — надежда и смысл существования для всех изгнанных, проклятых созданий подземного мира.

Этот пункт повестки был истинной причиной созыва Теневого Собрания. Каждый из присутствующих бросил всё, чтобы быть здесь.

— Не слишком ли рано?

Внезапно с мест для руководителей раздался низкий голос — это была Рыцарь Смерти.

— Не прошло и месяца с тех пор, как кандидат был утверждён…

— …нет. На самом деле, сейчас идеальное время.

Хоть в её тоне и слышалась озабоченность, Теневая Ведьма ответила с непоколебимой уверенностью.

— Мы уже закончили внутренний отбор. В конце концов, остался лишь один кандидат.

— …

— Я не ожидала, что последний кандидат разрешит всю войну за престолонаследие одним махом, но… что ж.

Великая Тень всегда оставалась в стороне, когда дело касалось внутренних распрей. Поэтому неудивительно, что каждая фракция старалась продвинуть своего собственного избранника.

Но те дни прошли. Кандидат, приведённый лично Великой Тенью, устранил всех остальных одним махом.

Естественно, никто из других руководителей — за исключением Теневой Ведьмы, которая не поддерживала ни одного кандидата, — не был в восторге от этого.

Но никто не осмеливался возражать в присутствии Великой Тени.

— Империя и Святое Королевство начали действовать. У них даже есть Герой. Если наш план просочился…

— Значит, мы должны действовать быстрее.

Рыцарь Смерти явно пыталась быть дипломатичной, но опровержение Теневой Ведьмы не оставило места для споров.

— Если наши враги знают… чем дольше мы ждём, тем хуже становится.

— …

— Только посмотрите на сегодняшнего нарушителя. Мы не можем позволить себе дать им больше времени на подготовку.

Только кто-то ранга Рыцаря Смерти мог вообще поднимать подобные вопросы.

Любой другой, подавший голос, рисковал бы исчезнуть к восходу солнца.

— И всё же…

— Мы ждали достаточно долго.

— …

— Теперь пришло время выбрать момент.

С этими словами Теневая Ведьма бросила на Уитни едва уловимый, выжидающий взгляд.

— …итак, когда и где состоится воскрешение Короля Демонов?

Она прекрасно понимала, что перед ней сидит не сама Великая Тень, а Уитни.

И всё же, поскольку он был назначен прямым представителем Великой Тени, она предполагала, что он знает ответ.

«И что мне на это отвечать?»

В этот момент в голове Уитни стало совершенно пусто.

«Мне удалось проскочить другие пункты повестки на чистом блефе, но этот? Мне что, и вправду нужно принять решение?»

После разоблачения Бергена и всех недавних умственных кульбитов его мозги уже плавились.

А теперь от него требовали дать окончательный ответ на вопрос о высшей цели тёмных магов.

— Э-э…

Его взгляд затуманился, и он осёкся на полуслове.

— Так, я имею в виду…

— …?

— …хм-м.

Все в зале в замешательстве моргнули от его внезапного поведения.

Низшие чины затаили дыхание, с тревогой ожидая указа Великой Тени, которая сегодня казалась ещё более грозной, чем обычно.

Руководители нервно поглядывали на Уитни, не зная, можно ли доверять его словам или ещё есть шанс повлиять на исход.

А Теневая Ведьма, знавшая всю правду, наблюдала с нескрываемым восторгом и растущим волнением.

— …прежде чем мы примем это решение, есть кое-что, что я должен сделать.

Наконец, Уитни обрёл голос.

— Майер. Ты сегодня пришёл со своей невестой?

— …д-да.

— Где она?

Майер, до сих пор не проронивший ни слова, покрылся холодным потом от этого вопроса.

— П-почему вы спрашиваете?..

Это прозвучало опасно, почти как ересь, но следующие слова Уитни быстро свели на нет это прегрешение.

— …приведите её сюда.

Он не хотел так будоражить собравшихся.

Но тем не менее — этот миг настал.

Впервые в истории прозвучал приказ явиться кандидату в Короли Демонов — чьё лицо не видели даже руководители, — и отдан он был не самой Великой Тенью.

----------

Собрание Теней VI

148

Скри-и-ип—

Плотно запечатанная дверь зала собраний отворилась, и внутрь шагнула девушка.

«Должно быть, это… кандидат в Короли Демонов».

«…она закрыла лицо?»

«Хм-ф…»

Тёмные маги, ожидавшие наконец-то увидеть лик сокрытого кандидата в Короли Демонов, не скрывали своего разочарования, когда девушка вошла в маске.

— Вы звали меня, о Великая Тень.

— …

— Ваша ученица, Эмбер, отвечает на ваш зов.

Но стоило ей заговорить, как всякие доказательства стали излишни.

Один лишь тот факт, что она так запросто назвала себя «ученицей» Великой Тени, служил достаточным подтверждением — она и есть тот самый, единственный кандидат.

— Великая Тень, если позволите, я бы хотела внести предложение.

Не в силах оставить это без внимания, Теневая Ведьма заговорила тихим голосом:

— Согласно новой политике, оглашённой Великой Тенью, все участники этого собрания должны показать свои лица.

— …

— И действительно, все присутствующие их показали. Если одна лишь «кандидат» откажется, не возникнут ли вопросы о справедливости?

Её довод был совершенно резонным.

— …прошу прощения, но все руководители скрывают свои лица.

То есть — был бы, если бы заявление Эмбер не оказалось столь же верным.

— Это ведь иерархическое общество, не так ли? Личности руководителей должны быть защищены…

— Тогда, по вашей логике, не должна ли и моя быть защищена?

— Вы же не собираетесь скрывать своё лицо ото всех… до самого того дня?

— Если возможно, думаю, так было бы лучше всего.

Напряжение между Теневой Ведьмой и Эмбер быстро стало ледяным — настолько, что даже сторонним наблюдателям стало не по себе.

«И что теперь?»

Даже Уитни, к этому моменту уже несколько привыкший играть роль представителя Великой Тени, замер, не зная, в какой момент ему вмешаться.

— Обе стороны приводят веские доводы.

В этот миг Рыцарь Смерти, до того молча наблюдавшая, вмешалась с резким голосом:

— Учитывая вопросы безопасности и прочего, возможно, было бы разумно, чтобы личность кандидата в Короли Демонов оставалась скрытой.

— Правда? — Ответила Эмбер с яркой улыбкой, но её лицо слегка напряглось при следующих словах.

— Однако, если она будет оставаться столь тщательно сокрытой… придётся задаться вопросом, действительно ли она подходит на роль Короля Демонов.

— …

— Король Демонов призван править свыше. Как вы надеетесь господствовать, если отказываетесь показать себя?

Точно так же, как и Эмбер ранее, аргументы Рыцаря Смерти были весьма убедительны.

— А что до того, почему мы, руководители, не показываем своих лиц — так это потому, что мы призваны поддерживать Короля Демонов из тени.

— О? Но какое это имеет отношение к…

— Когда Король Демонов стоит впереди, мы должны быть позади. Такова наша роль.

Хоть и слегка окрашенное личным мнением, её рассуждение всё же было веским.

— Так всем настолько любопытно увидеть моё лицо?

— Это не требование.

— Может, она просто не накрашена? Если так, я была бы рада помочь! Всегда хотела попробовать сделать макияж кому-нибудь твоего возраста!

— …я-я тоже хорошо разбираюсь в косметике.

Следом за этим от руководителей посыпался шквал разномастных реплик, но все они несли один-единственный посыл: хватит тянуть время, снимай маску.

«Что ж, возможно, мне следовало проявить немного больше сдержанности…»

Для руководителей, которые яростно боролись за право выдвинуть своего кандидата, Эмбер, внезапно появившаяся и одним махом положившая конец войне за престолонаследие, была не чем иным, как занозой.

Но по прямому приказу Великой Тени её личность и местонахождение оставались полностью засекреченными. У них никогда не было шанса — до сего момента.

И они не собирались его упускать.

«Значит, вот как всё обернулось…»

И всё же у Эмбер был один человек, в которого она верила.

— Великая Тень, что мне делать?

Великая Тень — тот, кто избрал Эмбер и был абсолютной фигурой для всех тёмных магов.

Под его защитой, Эмбер была уверена, руководители умолкнут.

— Эмбер. Покажи своё лицо.

— …что?

— Сними маску и покажи своё лицо.

И вот, когда Великая Тень, подперев подбородок рукой, отдал этот приказ, Эмбер оставалось лишь не верить собственным ушам.

— Великая Тень?..

Она несколько раз моргнула, её голос звучал растерянно.

— Ч-что вы имеете в виду?..

— …

— Вы… сейчас серьёзно?

Но Великая Тень оставался невозмутим.

«Я должен убедиться, что это действительно та девушка, которую я видел раньше».

И в этом не было ничего удивительного — ведь на троне сидел не сам Великая Тень.

Это был Уитни, исполненный тихого подозрения.

— Кандидат, вы ведь не собираетесь игнорировать приказ Великой Тени… правда?

— …

— Мы уважаем вашу власть и способности, да, но лишь потому, что сама Великая Тень их признала.

Всё ещё глядя на него с недоверием, Эмбер скривилась, когда к давлению присоединилась и Теневая Ведьма.

Шурх—

Наконец её рука медленно поднялась к маске.

— …зрелище, однако.

— …тц.

Тихо пробормотала Рыцарь Смерти, вспоминая собственное унижение, и Эмбер слегка вздрогнула.

Её дрожащая рука наконец коснулась маски.

— …о?

— Хм…

— Так вот она какая…

Когда её лицо открылось залу, все взгляды с интересом устремились на Эмбер.

— Я сегодня не успела покрасить волосы…

Чёрные волосы. Чёрные глаза. Чужеземная внешность, не похожая ни на кого в этой комнате.

— …она с Восточного Континента?

— Похоже на то…

— Не знал, что Короли Демонов могут быть и оттуда.

Некоторые смотрели с изумлением, другие — с любопытством. Те, кто служил на Востоке, переглянулись, обмениваясь понимающими взглядами.

— …я так и думал.

И посреди внезапно засуетившегося собрания прозвучал тихий, леденящий душу голос Уитни.

— …?

Он был мягок, но резок, и все в замешательстве повернулись к нему.

Но даже сквозь проклятия, искажающие восприятие, они не смогли разобрать ничего больше.

— Ха-ха-ха…

И всё же, несмотря на чары, все почувствовали: Великая Тень улыбается — мрачно.

***

— Эмбер. Можешь снова надеть маску.

Время тянулось в тишине, все замерли под гнетущей аурой Великой Тени.

Наконец Уитни заговорил снова, его голос был расслабленным и спокойным.

— Мы решили перенести воскрешение Короля Демонов на более ранний срок.

Он обратил своё внимание на Эмбер.

— Сегодняшняя повестка — определить время и место.

— …

— У тебя есть какие-нибудь мысли?

Эмбер, уже поспешившая вернуть маску на место, подняла взгляд к трону.

— …по поводу воскрешения Короля Демонов.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями, а затем заговорила с официальной учтивостью.

— Как я уже упоминала ранее, есть лишь одно возможное место.

— …

— Эм… но точно ли можно говорить об этом здесь?

Она колебалась, но Уитни просто кивнул.

— Тогда… да. Я скажу.

С лёгкой тревогой оглядевшись, она понизила голос.

— Место воскрешения Короля Демонов находится на Северном Континенте.

— …

— В одном из самых суровых и опасных отдалённых регионов.

Выражения лиц тёмных магов мрачнели с каждым её словом.

«Откуда она это знает?»

«…ш-ш-ш».

Некоторые бормотали свои сомнения, но никто не осмеливался высказать их слишком открыто.

Великая Тень вызвал её — в этом должен был быть смысл. Возможно, его целью было использовать авторитет Эмбер, чтобы восстановить порядок после недавнего хаоса.

Наиболее проницательные уже пришли к такому выводу.

— Так… где именно?

Даже руководители, вроде Рыцаря Смерти, которая теперь спросила с нетерпеливым тоном, не верили, что это была идея Эмбер.

Очевидно, место выбрала Великая Тень, но они не могли спросить Уитни напрямую. Поэтому они обратились к ней.

— Хм-м…

После короткой паузы Эмбер вздохнула и наконец ответила.

— Ледяной Горный Хребет. С древних времён известный как священная территория драконов.

При этих словах воцарилась тишина.

— Территорией правит Повелитель Драконов. Даже если все руководители отправятся туда вместе, скорее всего, будут тяжёлые потери.

— …

— Если бы я и Великая Тень присоединились, это могло бы изменить ситуацию…

Северный регион, особенно его замёрзший центральный хребет, был владением драконов задолго до появления первого Короля Демонов.

И драконы, что тогда, что сейчас, провозглашали абсолютный нейтралитет.

Этот нейтралитет был защищён сокрушительной силой, так что даже первому Королю Демонов в его ранние дни не оставалось ничего иного, как подписать пакт о ненападении.

А нынешний Повелитель Драконов? Известный как сильнейший в истории.

Если даже Великая Тень выбрал это место, значит, была причина, по которой это не могло быть где-либо ещё.

— Прошу прощения, но… могу я спросить, почему?

— Там есть артефакт. Способный объединить все разрозненные силы Короля Демонов.

Вопрос Шута получил решительный ответ.

— Я слышала, мы перенесли сроки…

— …

— Полагаю, нам нужно будет действовать до конца этого года.

Ещё один удар. Пока тёмные маги осознавали, что им придётся покорить Ледяные Горы, Эмбер продолжила.

— Можем ли мы спросить, почему?

— …всё просто.

Её следующие слова сделали все предыдущие споры между руководителями абсолютно бессмысленными.

— Белый маг в данный момент ведёт переговоры с Повелителем Драконов, пытаясь заключить союз.

— Как его имя?

И в этот момент лицо Уитни стало твёрдым, как никогда.

— Граф Роберт Лингард.

Потому что наконец — местонахождение и истинные намерения его отца, о которых в Люмен Ордо лишь намекали, были полностью раскрыты.

----------

Конец собрания

149

— Союз… с драконами? Да ещё и с самим Повелителем Драконов?

— Р-разве такое возможно?

Как только Эмбер закончила, тёмные маги снова зашевелились.

Не то чтобы они были болтливы — их обычная роль заключалась в том, чтобы сидеть молча, присмирев под гнётом руководителей и Великой Тени. Но сегодняшнее собрание было полно беспрецедентных сюрпризов.

— Разве драконы не сохраняли нейтралитет сотни, нет, тысячи лет?

— …

— Неужели подобные существа… особенно благороднейший из них, Повелитель Драконов… действительно заключат союз с белым магом?

Ропот становился всё громче, пока Теневая Ведьма не задала вопрос голосом, полным скепсиса:

— Да. Я считаю, что заключат.

Стоя в центре комнаты, Эмбер ответила с непоколебимой уверенностью.

— И какова причина?

— Потому что драконы — гордые и могущественные существа. Они не станут заключать союзы с кем-либо слабее себя.

— Так ты хочешь сказать, что этот белый маг… сильнее Повелителя Драконов?

Но когда Теневая Ведьма надавила, Эмбер покачала головой.

— Нет. Не сильнее.

— Тогда как…

— …благодаря Пакту.

При упоминании этого слова лицо Теневой Ведьмы слегка исказилось.

— Как вы все знаете, магия драконов настолько высокого уровня, что большинству магов она даже непостижима. Даже в Башне Магов её до сих пор исследуют.

— …

— Но даже драконы почитают нечто высшее — Древнюю Магию.

И при этих словах в комнате воцарилась тишина — замолчали не только руководители, но и все присутствующие тёмные маги.

— Мана, внутренняя сила, божественная сила… Древняя Магия существует за пределами всего этого. Даже драконы не могут избежать её законов.

— …значит, пакты — это одна из форм этой Древней Магии?

— Да. Именно.

Древняя Магия: свод абсолютных правил, более могущественных, чем любая другая известная сила. Редко встречающаяся, едва изученная и связанная с легендами, что старше самой Империи.

Академия, например, имела барьер, который не могла пробить ни одна угроза, за исключением полностью пробудившегося Короля Демонов. У Императорского Дворца был схожий барьер. Множество древних институтов были защищены подобными силами.

Даже оружие Героя, считающееся единственным инструментом, способным казнить Короля Драконов, по мнению некоторых, было наполнено Древней Магией.

Естественно, источник такой силы оставался неизвестен.

Большинство предполагало, что это наследие эпохи, когда боги ещё напрямую влияли на мир… или, возможно, последний дар утерянной цивилизации.

«Да это же просто игровая механика, верно?»

Уитни, на мгновение оцепенел, услышав имя своего отца, но мгновенно всё понял. Это было одно из системных ограничений игры, которое здесь облекли в форму преданий.

— Значит, ты хочешь сказать, что граф Роберт Лингард может свободно владеть Древней Магией?

— Нет. Но семья Лингард тесно с ней связана.

— …и каковы твои доказательства?

— Ну… я бы сказала, что Великая Тень и руководители знают об этом больше меня.

Теневая Ведьма, всё ещё пытавшаяся испытать Эмбер, умолкла после такого ответа.

— Это правда… поместье Лингардов защищено Древней Магией.

Тёмные маги следили за Уитни задолго до того, как его объявили Героем. Но даже руководители — ни сама Великая Тень — никогда не могли проникнуть в поместье Лингардов.

Почему? Из-за массивного, мощного барьера Древней Магии, окружавшего его.

За пределами Святого Королевства это было, пожалуй, самое безопасное от тёмной магии место во всём мире.

Когда Теневая Ведьма однажды проникла туда, это была безумная авантюра в состоянии полного магического разоружения. Отчаянная выходка, на которую она пошла лишь потому, что за Уитни, стоило ему покинуть поместье, всегда тайно следовали разведчики Эмбегрин.

— Что ж… сходится.

Воспоминания о том дне до сих пор вызывали у неё холодок. Теневая Ведьма вздохнула и отбросила свои подозрения.

— Полагаю, спрашивать, откуда ты всё это знаешь, было бы бессмысленно. И ты ведь не стала бы лгать в том, что затрагивает твои собственные интересы?

— Конечно, нет. Это было бы самоубийством.

— Ха-а… ладно. Пока что я тебе доверюсь.

Когда их перепалка наконец завершилась, обсуждение снова набрало быстрый темп.

— Нам нужно немедленно организовать специальный отряд. Если это правда, времени мало.

— Есть шанс, что мы окажемся в состоянии войны с драконами.

— Кхм. Я бы предпочёл этого избежать. Особенно с Повелителем Драконов… потери будут катастрофическими.

До сих пор многие присутствующие вели себя просто как зрители на грандиозном представлении. Но каждый человек в этой комнате был либо ключевым оперативником, либо старейшиной в обществе тёмных магов.

Никто не был настолько глуп, чтобы упустить из виду серьёзность вопроса, и все молча согласились отложить свои фракционные распри — на время — и сосредоточиться на миссии.

— На самом деле, потери могут быть не такими большими, как вы думаете.

Все взгляды снова обратились к Эмбер, которая до этого тихо наблюдала.

— Главное — это артефакт в Ледяных Горах.

— …мы можем просто забрать его и уйти?

— Это было бы идеально, но вряд ли получится.

— Почему?

— Там несколько уровней защиты, а на самом артефакте есть чары против кражи. Если он исчезнет, драконы немедленно заметят.

Конкретика в объяснениях Эмбер заставила Рыцаря Смерти наконец поднять голову.

— Ты говоришь так, будто бывала там раньше.

— Конечно. Когда я…

Её весёлый ответ замер на полпути. Она быстро сменила тон.

— Ах, простите. Не так выразилась. Я просто… случайно узнала об этом.

Взгляды руководителей заострились от этой подозрительной оговорки, но она взглянула на Великую Тень — и одного этого хватило, чтобы они придержали языки.

— В любом случае, просто украсть его — не вариант. А открытая война обойдётся нам слишком дорого.

— Тогда каков твой план?

— Всё просто.

С жутким спокойствием Эмбер предложила своё решение.

— Небольшой элитный отряд проникнет в Ледяные Горы. Мы используем артефакт там, чтобы запустить моё пробуждение как Короля Демонов. Просто, правда?

Её план, хоть и внезапный, был, бесспорно, самым разумным путём.

— Слишком просто, я бы сказала.

Но, как указала Теневая Ведьма — это было слишком просто.

— Даже если вы и проникнете туда, в момент использования артефакта драконы вас найдут, так ведь?

— И даже если у вас всё получится, что дальше?

— …а что если мы используем некромантию или магию марионеток и задавим их числом?

Несколько руководителей высказали свои идеи, но Эмбер решительно покачала головой.

— Массовые сражения с драконами не работают. Вы их только разозлите.

— Кх.

— И вы ещё не слышали настоящую причину, по которой я предложила нечто столь простое.

Её уверенность снова привлекла их внимание.

— Как только я пробужусь как Король Демонов, всё остальное встанет на свои места.

— …

— После моего пробуждения? Драконы не будут угрозой. Просто они станут крупными ящерицами.

Её горящие глаза и пылкий тон вызвали ропот сомнения.

— Не верите мне? Тц. Да как вы вообще собираетесь достичь чего-то великого с таким подходом?

С раздражённой гримасой Эмбер пробормотала себе под нос:

— …я проходила этот рут сотни раз. Он оптимален, поверьте мне.

Затем, вздохнув, она снова обратила свой взор к трону.

— Впрочем, ваше мнение всё равно не имеет значения.

— …

— Что скажете, Великая Тень? Разве мой план не безупречен?

Её театральность заставила всех инстинктивно повернуться к трону.

— …всем слушать.

После долгой тишины Уитни наконец заговорил.

— С сегодняшнего дня мы начинаем сбор элитной команды для проникновения в Ледяные Горы.

— …

— Наша цель: воскрешение Короля Демонов. Наконец, будущее, которого мы так долго ждали, близко.

Все замолчали.

— Приложите все усилия. Ради нашего дела.

Уитни этого не знал, но всякий раз, когда Великая Тень принимала подобное прямое решение, это означало, что оно было окончательным. Абсолютным. Не подлежащим сомнению.

Только те, кто долго выживал в этой организации, понимали это негласное правило. Вот почему даже руководители не осмелились возразить.

— Это, вполне возможно, наше последнее собрание. Встреча объявляется закрытой.

И так, поворотный момент, который мог решить судьбу мира, был вписан в ход времени.

***

«…кх, голова раскалывается…»

Как только собрание официально завершилось, всё напряжение покинуло моё тело. Я рухнул в кресло, и в голове застучало.

«Кажется, я как-то продержался…»

Я не был уверен, хорошо ли я справился или просто удачно блефовал, избежав катастрофы. В любом случае, мне просто хотелось выбраться отсюда и увидеть леди Мередию.

Не прошло и дня с тех пор, как я видел её в последний раз… но казалось, будто прошёл месяц.

«…ну, это если я переживу последнее испытание».

Что меня беспокоило, так это то, что руководители ещё не ушли. Даже после окончания собрания они медлили.

И хотя большинство из них пытались это скрыть, Рыцарь Смерти явно излучала в мою сторону жажду убийства.

«Они что… планируют избавиться от меня, как только остальные уйдут? Думают, срок годности представителя истёк?»

Это было бы серьёзной проблемой. Пока я не освоил в полной мере силу господства, я не мог с уверенностью сказать, что смогу их победить.

— Прошу прощения, Великая Тень.

— …хм?

Именно в тот момент, когда я нервно осматривал комнату в поисках скрытого пути к отступлению…

— Можно ли поговорить с вами наедине?

Эмбер, которая так же, как и руководители, осталась, подняла руку и обратилась ко мне.

— Да кто ты такая, чтобы…

— Я согласен.

Я согласился прежде, чем кто-либо успел возразить.

Всё что угодно, лишь бы вырваться из этой леденящей атмосферы.

— Руководители, прошу покинуть зал.

Все они смотрели на меня с неохотой, но под взглядами присутствующих никто не осмелился воспротивиться.

— …вы ведь знаете, что выход только один?

Рыцарь Смерти поднялась и зловеще пробормотала, явно не отказываясь от своего плана.

— …

Когда остальные наконец ушли, в зале воцарилась тишина — остались только я и Эмбер.

— Эм, Великая Тень.

— …

— Я-я ведь сделала всё, что вы мне велели, да? Да?

Эмбер огляделась, как нервный сурикат, прежде чем подскочить и взять меня под руку.

— Т-так, вам не кажется, что пора дать мне то, что вы обещали?

Я вздрогнул от внезапного телесного контакта, но её следующие слова заставили меня склонить голову набок.

— …что?

— А? Разве вы до сих пор не поняли?

Её ответ стёр все оставшиеся сомнения, которые были у меня с момента нашей встречи.

— К-конечно же, Уитни Лингарда!

— …

— Я же говорила вам сотни раз — он мой самый-самый любимый персонаж!

Избранный кандидат Великой Тени. Эмбер.

Её личность теперь была ясна.

Она была игроком из того же мира, откуда пришёл и я.

----------

Правда

150

— Мне плевать на всё остальное. Богатство? Слава? Власть? Меня никогда такое не интересовало.

— …

— Я просто хочу Уитни Лингарда. Вот и всё. Пожалуйста?

Эмбер стояла прямо передо мной, с глазами, сияющими, как у щенка, выпрашивающего лакомство. И я невольно тихо усмехнулся.

Если бы она знала, что «Уитни Лингард», которым она так одержима — это я… какое бы у неё было лицо?

«И всё же, пока слишком рано быть уверенным».

Её предыдущая оговорка делала это почти несомненным, но делать выводы было ещё рано. Оставались вопросы без ответов.

В оригинальной истории я умер ещё до пролога. Как она может называть меня своим «любимчиком»?

Мне хотелось спросить её напрямую, но сейчас было не время вызывать у неё подозрения. Поэтому я решил прощупать почву.

— И что именно ты видишь в Уитни Лингарде?

— Хм-м?

— Не хочу говорить плохо, но разве он не довольно… мрачноватый тип?

При этих словах глаза Эмбер недоверчиво округлились, после чего она слегка нахмурилась и ответила:

— Вы не понимаете… в этом-то вся и прелесть!

— …

— Я всегда обожала таких персонажей в историях — интриганов. Не каких-то мелких головорезов, а тех, у кого есть харизма и теневые замыслы.

«Мне радоваться этому или ужасаться?»

Одно было ясно: у Эмбер, как бы ни звучало её настоящее имя, были весьма извращённые предпочтения.

— Но даже так… разве Уитни Лингард в последнее время не ведёт себя скорее как традиционный герой?

— …вы меня сейчас проверяете?

Я продолжал давить, желая узнать, насколько глубоки её познания. Выражение её лица стало более раздражённым.

— Уж кто-кто, а вы — Великая Тень — должны были понять, что всё это отвлекающий манёвр, нет?

— …отвлекающий манёвр?

— Господи, слушайте внимательно.

То, что она сказала дальше, поразило даже меня — редкий шанс услышать, как мир видит меня со стороны.

— Да, Уитни похитил Святую. Но никто не знает, что он держит её в заточении и каждую ночь промывает ей мозги.

— …

— А вы знали? В поместье Лингардов есть тайная зона, куда не пробраться даже с помощью жучков. Она полностью изолирована.

— …ха-ха.

— И подумайте вот о чём. Неудачливый наследник опозоренного дворянского дома внезапно обручается с единственной герцогиней Империи — печально известной злодейкой. За одну ночь. В этом есть хоть какой-то смысл?

«…неужели все видят меня именно таким?»

— Принимая всё это во внимание, Уитни Лингард — очевидно, истинный кукловод. И опасный, у тому же. Разве не поэтому вы решили с ним сотрудничать?

— …и откуда ты всё это знаешь?

Её смелые утверждения почти вогнали меня в депрессию, но я сохранил самообладание и надавил дальше.

— Я говорила вам, когда мы впервые встретились. Несколько раз, вообще-то. Вы забыли, да?.. Или, может, вы меня вообще не слушали, а?

А затем прозвучали слова, которых я ожидал.

— Я уже прошла этот мир. Игру… или симуляцию, неважно. Я знаю о нём всё. Всё — кроме Уитни Лингарда.

— …

— Он был добавлен после выхода Дополнения. Но даже с новым контентом его предыстория оставалась скрытой.

А потом последовал настоящий удар.

— Технически, он впервые появился именно в самом Дополнении. Кто бы мог подумать? Какой-то ноунейм, который умер от руки Мередии ещё до пролога, оказался главным злодеем дополнения.

Значит, она была не просто реинкарнатором или попаданцем, как я, — она играла в Black Tail Fantasy 3: DLC-версию. И я… был главным антагонистом.

И каким-то образом мои действия в игре идеально отражали то, что я делал в этом мире.

«Это… слишком уж прямолинейно, чтобы быть совпадением».

— Ха, видите? Я знала, что вы не поймёте.

— …

— Но я верю, вы понимаете, насколько я для вас ценна.

Я тупо моргнул. Впервые за долгое время я был искренне сбит с толку.

Затем она добавила, снова умоляющим голосом:

— Вы ведь говорили, что плохо знаете этот мир?

— …верно?

— Я была на первом месте в рейтинге Дополнения, знаете ли. Классическая версия? Ну да, там я была только на втором, потому что какой-то маньяк без личной жизни просто играл 24/7.

— …хм-м.

— Этот ублюдок свалил, когда вышло Дополнение! Наверное, испугался, что я его догоню!

«Я почти уверен, что она говорит обо мне».

Справедливо. Я действительно провёл большую часть своих последних дней, играя в больничной палате.

«Погоди, так она и есть тот игрок с первого места? Та, что постоянно использовала матерные ники?»

Если это была та, о ком я подумал… то это она постоянно была вынуждена менять свой ник и заваливала меня десятками личных сообщений, полных ругательств.

В конце концов, мне пришлось её заблокировать.

«Честно говоря, хочется держаться от неё подальше…»

Но если она знала больше о DLC — и, следовательно, владела большим количеством информации, чем я, — было кое-что, о чём я должен был спросить.

— Позволь задать тебе вопрос.

— …вы? Мне? Это проверка?

Она внезапно напряглась, теперь насторожившись.

— Есть ли способ излечить смертельное проклятие Мередии Эмбегрин?

— …почему вы внезапно об этом спрашиваете? Это подозрительно.

Её реакция не сулила ничего хорошего — она явно не была ни покорной, ни верной.

— Я думала, Великая Тень знает это лучше кого бы то ни было.

Теперь всё было ясно. Наши отношения — всего лишь временный союз.

— Ха-ха, не нужно так защищаться, Эмбер.

— …?

— Ты получишь то, чего хочешь. На самом деле, ты уже это получила.

— …а?

Я наблюдал, как её глаза сузились в замешательстве.

— Что это должно значить?..

— Смотри внимательно.

Я щёлкнул пальцами.

Треск—

Искажающая восприятие магия, что скрывала мою личность, медленно развеялась.

Я накапливал белую ману с самого начала, и её наконец хватило, чтобы снять абсурдно сильное заклинание Альфреда.

«Или, может, я просто слабее, чем думал».

Трудно поверить, что я стал финальным боссом в DLC…

— Э? Э? Э-Э-Э-Э-Э?!

Эмбер ошарашенно уставилась на меня, пока магия спадала.

— У-У-Уитни Лингард?!

— …

— П-почему? Почему ты здесь?!

Она запиналась, казалось, целую вечность, прежде чем я спокойно ответил.

— Эмбер. Я думал, ты поймёшь всё сразу.

— ……!

— Я ошибся?

То, как я это произнёс, — туманно и зловеще, — заставило замечание Теневой Ведьмы о моём подозрительно загадочном тоне показаться на удивление точным.

— Значит, истинная сила за спиной тёмных магов… это Уитни Лингард?!

— …ха.

— ВОТ! Я знала! Моя теория была верна с самого начала! Все заминусовали её, но я знала, что это правда!!!

То, как она теперь смотрела на меня — с дикими, безумными глазами, — было… честно говоря, немного пугающе.

— Ой, простите. Хе-хе… п-привет!.. Я-я ваша фанатка. Э-хе-хе. Э-хе-хе.

Теперь я точно знал, что никогда не должен позволить ей узнать, что я был бывшим игроком номер один.

— А теперь. Твоя очередь отвечать.

— Есть, сэр!! Какой был вопрос?!

— …способ снять смертельное проклятие Мередии Эмбегрин.

Когда магия исчезла и правда открылась, я спросил её снова. Но…

— Эм, ну… в общем.

— …?

— Я-я не думаю, что могу сказать…

— …почему?

— Х-ха-ха. Хотела бы я сейчас сфотографировать ваше лицо…

— …причину, пожалуйста.

Мне не нужно было повышать голос. Холодного тона было достаточно.

Её смех мгновенно угас, когда она взглянула на меня и наконец заговорила.

— …всё просто.

Я был готов ко всему. Даже если бы это означало кровь на моих руках.

— Чтобы излечить её смертельное проклятие… вы должны умереть.

— …что?

Голос Эмбер был тихим, почти извиняющимся, но тяжесть её слов ошеломила меня.

— Чтобы спасти Мередию Эмбегрин… Уитни Лингард должен умереть.

И в этот миг великий зал, теперь пустой, за исключением нас двоих, погрузился в абсолютную тишину.

***

В тот самый момент, в Теневом Коридоре — магическом транспортном пути, известном лишь тёмным магам и соединявшем все скрытые места и выходы…

— Ты действительно собираешься просто ждать здесь? Все остальные уже разошлись по домам.

Прислонившись к стене коридора, Рыцарь Смерти оставалась недвижима. Теневая Ведьма усмехнулась.

— Ха-ха, я ведь тоже здесь, знаешь ли?

— …а. Здравствуй, Шут.

— И Кукловод ведь тоже ещё не ушёл, так?

Из-за спины Теневой Ведьмы подал голос Шут. Её улыбка стала шире.

— Интересно, почему все руководители ещё здесь?

Никто не ответил.

— Если вы ждёте Уитни Лингарда — позвольте вас предостеречь. Это будет бессмысленно.

— Ха-ха! Весьма признателен!

— …что ж, я пошла. Дела, знаете ли.

С этими словами Теневая Ведьма исчезла во тьме.

— …

Коридор погрузился в тишину.

А затем…

Скри-и-и-ип—

Дверь, которая за всю историю Теневого Коридора никогда официально не открывалась, медленно со скрипом отворилась.

— Мы приветствуем истинный облик Великой Тени.

— …прошли годы, не так ли?

— О, привет.

Когда некто шагнул вперёд, оставшиеся трое руководителей опустились на колени.

— Приведите остатки предыдущего цикла.

Говорившая окинула коленопреклонённые фигуры холодными, безжизненными глазами.

И тело, в котором она явилась, — было невозможным.

— …пора начать настоящее собрание.

Это была не робкая, влюблённая герцогиня дома Эмбегрин, паникующая из-за исчезновения своего жениха.

Это был финальный босс — та, что однажды уже уничтожила мир.

Истинная Мередия.

— Повинуюсь.

— Уф! Наконец-то я снова могу сменить манеру речи?

— М-можно мне тоже снова вести себя нормально?

Остальные сняли свои маски.

Бывший рыцарь Императрицы. Обезумевшая воровка, потерявшая своего ребёнка. Падшая горничная из обречённого дома Лингард, которая должна была умереть рабыней.

Никого из них не должно было здесь быть.

И всё же — они стояли здесь. Готовые начать истинную историю.

----------

Возвращение I

151

— ……

Леденящий холод пробрался даже в самые стылые уголки святилища тёмных магов.

— Великая Тень.

— ……

— Нет, больше нет нужды так тебя называть.

Собравшиеся в этом месте были высшими офицерами Теневого Союза — или, вернее, «призраками предыдущих временных линий». И первой из них заговорила не кто иная, как Руниэль.

— Мередия Эмбегрин. Почему сегодня ты выбрала своим представителем Уитни Лингарда?

Сидящая во мраке в дальнем конце комнаты демоническая фигура, напоминающая Короля Демонов — Мередия — ответила низким, безразличным голосом:

— …я хотела кое-что подтвердить.

— Подтвердить? Что именно?

— С каких это пор мы стали настолько близки, чтобы делиться столь личными мыслями, Руниэль?

В тот момент, когда её имя соскользнуло с губ Мередии, лицо Руниэль исказилось в гримасе, и она глухо зарычала.

— …не смей называть меня этим именем.

— Тогда, может, предпочтёшь, чтобы я называла тебя Цепным Псом Императрицы?

— ……

— Не тешь себя иллюзиями. Единственная причина, по которой вы все можете существовать в этой временной линии — это моя сила.

Голос Мередии был лишён эмоций, её глаза отрешённо смотрели на Руниэль. Комната погрузилась в напряжённую тишину.

— И не думайте, что вы мне ровня.

В её голосе не было ни гнева, ни даже чувств, но от этого атмосфера становилась лишь более ужасающей.

— …так зачем ты позвала нас после столь долгого времени?

— Вы, вероятно, уже догадались — из-за Уитни Лингарда.

Лёгкое изменение тона в голосе Мередии удивило остальных больше, чем сами её слова.

— Я задам лишь один вопрос. В ваших временных линиях кто-нибудь из вас встречал Уитни Лингарда?

— Во временной линии, где я когда-то жила, не было человека по имени Уитни Лингард.

— …то же самое и в моей.

— Эм, ну… в моей временной линии он умер. Собственно, поэтому я так и закончила.

Один за другим призраки прошлого начали отвечать на вопрос Мередии, копаясь в своих поблекших воспоминаниях.

— …я тоже его никогда не встречала.

Когда их ответы иссякли, Мередия снова заговорила, тихо, но в её словах таился лёгкий оттенок обмана.

— ……

Все они были слишком хорошо знакомы с подобной ложью. И всё же никто не уличил её в этом — они просто молчали, позволяя моменту пройти.

Отрицать было бессмысленно: эти призраки прошлого могли существовать лишь потому, что Мередия, по какой-то причине, существовала вне времени.

Это означало, что в тот миг, когда они разгневают её, их существование прекратится.

Поэтому, хоть многие и таили молчаливые обиды, как и предполагала Теневая Ведьма, предать Мередию было абсолютно невозможно.

— Ты и я, все мы здесь — мы из разных мировых линий. И всё же ни в одной из них Уитни Лингард не существовал. Это ведь так?

— ……

— …но в этой временной линии он, без сомнения, существует.

Собрав их ответы, Мередия начала подводить итоги.

— И, что удивительно, его присутствие уже многое изменило.

По щелчку её пальцев в воздухе над ними замерцали бесчисленные образы.

— Например, Рыцарь Смерти. Изначально тебя должна была забрать Императрица на невольничьем рынке.

— …но в этой мировой линии Уитни Лингард опередил Императрицу и забрал Руниэль.

Рыцарь Смерти, отрешённо глядя на образ человека, который был так похож на неё, но в то же время совершенно другим — того, кого забрал Уитни, — вздохнула и отвернулась.

— …я не хочу больше это видеть.

Даже Рыцарь Смерти, верившая, что у неё не осталось сожалений, сочла болезненным видеть своё самое мучительное воспоминание и возможное «что, если».

— Следующий — Берген.

— …можно мне пропустить?

Берген, теперь ставший целью, сохранял холодный тон, несмотря на нарисованную улыбку клоуна, растянувшуюся на его лице.

— Ты присоединился к тёмным магам ради мести, лишь чтобы позже обнаружить, что твоя дочь стала одним из их подопытных.

— ……

— …и к тому времени было уже слишком поздно.

Мередия не проявила милосердия, сотворив ещё один образ.

— ……

Берген, глядя на своё прошлое «я», рыдающее над безжизненным телом дочери, отвернулся с совершенно остывшими глазами.

— Но в этой временной линии история снова изменилась — из-за Уитни Лингарда.

— …ха.

— По крайней мере, ты осознал правду до того, как присоединился к тёмным магам. Я не знаю, что будет дальше, но, по крайней мере, твоё воссоединение с дочерью может произойти раньше.

Голос Мередии звучал без пауз, пока она не обратилась к той, кто хранил молчание — к Саше.

— Если подумать, твоя судьба тоже значительно изменилась.

— …я не хочу знать.

— И всё же ты должна увидеть.

Саша, яростно мотая головой в знак отказа, наконец увидела образ — плачущую себя из вчерашнего дня, пытающуюся управиться с горничными в поместье Лингард, — и молча отвернулась.

— И…

Наконец, начала материализоваться фигура, напоминающая саму Мередию, но она взмахнула рукой и развеяла дым. Образ растворился в небытии.

— …так что именно ты пытаешься сказать?

Не в силах больше сдерживаться, Руниэль повысила голос. Мередия тихо произнесла:

— Этот человек… меняет судьбу мира.

— …мы и сами это видим, знаешь ли.

— Но никто из нас не знает его конечной цели.

Руниэль снова ощетинилась от отстранённого тона Мередии, но та продолжила, отдав новый приказ:

— Я дам вам всем новое задание. Отныне вам больше не нужно разыгрывать фракционные распри, чтобы баламутить тёмных магов.

— …ну, это облегчение.

Сакрастически пробормотал Берген, но выражение лица Мередии не дрогнуло.

— Однако, это задание… я не потерплю провала.

— ……

— Потому что это задание напрямую связано с моей конечной целью.

И её слова теперь были более искренними, чем всё, что она говорила до этого.

— И что же это за задание, которое…

— Сделайте Уитни Лингарда Королём Демонов… на вершине ледяной горы.

При этих словах в комнате воцарилась абсолютная тишина.

— Разве твоим планом не было сделать ту девчонку, Эмбер, Королём Демонов?

— …таков был первоначальный план. Но это было до появления Уитни Лингарда.

— Но…

— Я не принимаю возражений.

Призраки, пытавшиеся протестовать, снова умолкли перед холодной окончательностью в голосе Мередии.

— Разве твоей целью не было уничтожить мир с помощью силы Короля Демонов?

— …кто знает.

Лишь вечно непокорная Руниэль возразила голосом, полным обиды. Но позиция Мередии оставалась твёрдой.

— Мысли людей… могут меняться в любой момент.

— ……

— Если вы поняли, то идите. Я хочу побыть одна и поразмыслить.

Услышав приказ удалиться, призраки коротко переглянулись и молча направились к выходу.

— ……

В наступившей тишине Королева Демонов Мередия медленно подняла руку.

Треск—

Тёмный дым заструился из её пальцев, воссоздавая образ, который она развеяла ранее.

— …ха.

Когда образ обрёл чёткость — Мередия и Уитни, улыбающиеся друг другу на холме, — её лицо исказилось от ярости.

— Этот ублюдок… не тот, кого ты смеешь желать…

Её шёпот стал ядовитым, когда она исказила лишь ту часть образа, где стояла она сама.

— Это счастье… никогда не предназначалось тебе…

Треск—

— Это счастье должно было принадлежать мне…

Наконец, раздробив само пространство, она прикусила нижнюю губу и поднялась с места.

Топ—

Она подошла прямо к образу Уитни.

— …ты ведь меня не знаешь?

Она постояла там некоторое время, глядя на иллюзию, и, наконец, её эмоции вырвались наружу.

— Но я… я наблюдала за тобой. Снова и снова.

Конечно, образ Уитни не ответил.

— Даже когда ты не был Уитни Лингардом, я всегда…

Она протянула руку. Когда иллюзия растворилась в тумане, её рука бессильно упала.

— …в конце концов, я должна сделать тебя своим.

С этими словами пространство вокруг неё тихо померкло, и она исчезла где-то в этом мире.

***

Наконец, Теневое Собрание подошло к концу — так или иначе.

— …вы сегодня очень хорошо справились.

— Даже я не ожидала, что вы так идеально подходите на роль лидера тёмных магов.

Честно говоря, я был в ужасе от присутствия руководителей, но благодаря Теневой Ведьме и её тайному пути к отступлению мне удалось выбраться относительно благополучно.

— …я хочу домой.

— Прошу прощения?

— Не говори мне, что ожидаешь, что я сам найду отсюда дорогу.

Пока я с обречённым видом отвечал чересчур весёлой Теневой Ведьме, она протянула мне что-то и сказала:

— Конечно, нет. Вот — здесь координаты обратного призыва. Это должно телепортировать вас прямо к поместью Лингард.

— …что это?

Она дала мне миниатюрную куклу ведьмы.

— Ах да, кстати, у неё есть и функция призыва. Зовите меня в любое время.

— …как ею пользоваться?

— Наши чувства связаны. Просто ткните её немного, и я найду к вам дорогу.

«И кто, чёрт возьми, встраивает высокоуровневую магию, способную всполошить всю Башню Магов… в дешёвую на вид куклу?»

— Эй! Не смей просто пихать меня в карман! Там тесно!

— …тогда что мне с ней делать?

— Бережно укачивать, или просто нести в руке, как нормальный человек, может быть?

Мне хотелось рявкнуть, что я не собираюсь нянчиться с игрушкой, но я решил всё же кивнуть — умнее было оставаться с ней в хороших отношениях.

— Кстати… вы её с собой не забираете?

— …ах.

Тут я заметил дрожащую за спиной Теневой Ведьмы Сашу. Я настороженно взглянул на неё, а затем выдавил из себя мягкую улыбку и протянул руку.

— …Саша, пойдём домой?

Но она лишь застыла на месте, бледная и трясущаяся.

— Не волнуйся, мы просто возвращаемся в особняк.

— ……!

— Конечно, есть одна вещь, которую ты обязательно должна помнить, когда мы вернёмся.

Я не мог просто оставить её здесь, поэтому мягко взял её за руку и тихо прошептал ей на ухо:

— …всё, что произошло сегодня — секрет, хорошо?

— Х-ха-ха… ха… ха-ха-ха-ха…

Единственным её ответом был жалкий, пустой смех.

«…было бы неплохо побольше поговорить с Альфредом».

С горькой улыбкой, под стать её, я приготовился к возвращению, думая об Альфреде, с которым не успел попрощаться.

«У меня к нему много вопросов…»

Мне хотелось найти его снова, но я не мог себе позволить медлить. Руководители могли вернуться в любой момент.

Треск—

Внезапно кукла в моей руке засветилась синим, готовая к обратному призыву.

— …юный господин.

Вдруг издалека я услышал знакомый голос.

— Прошу… берегите себя.

Вздрогнув, я повернул голову, но пейзаж уже сменился.

— ……

Теперь я стоял под дождём у ворот поместья Лингард и с лёгкой горькой улыбкой почёсывал затылок. Я всё ещё держал Сашу за руку, и мы направились к двери…

— …а?

Но не успев сделать и шага, я замер в недоумении.

— ……

По какой-то неведомой причине…

— …леди Мередия?

Мередия стояла под проливным дождём, даже без зонта, и отрешённо смотрела в сад поместья Лингард.

----------

Возвращение II

152

Как и всегда, поместье Лингардов встретило утро жутковатой прохладой.

— Ч-что, чёрт возьми, происходит?..

— …может, кто-нибудь сходит к ней?

— Т-то есть, если кто-то посторонний это увидит, могут быть серьёзные неприятности…

Слуги, которые должны были готовить поместье к новому дню, вместо этого сгрудились во дворе с напряжёнными лицами и перешёптывались.

— ……

Причиной этого сборища была не кто иная, как Мередия Эмбегрин, которая прибыла почти полчаса назад и с тех пор неподвижно стояла под дождём у самого входа в поместье.

Несмотря на неоднократные попытки слуг завести её внутрь — они приносили плащи, пытались уговорить, — Мередия лишь качала головой и упрямо стояла на своём.

— Похоже, в графском доме просто не приняли знатную даму…

— Д-да… будем надеяться, из этого не выйдет скандала.

В последнее время к поместью Лингардов слетались журналисты, привлечённые запахом пикантных слухов (хотя слуги, из чувства самосохранения, благоразумно не говорили им ни слова), так что несложно было представить, как эту сцену фотографируют.

И если бы это случилось, завтрашние заголовки имперских газет были бы практически гарантированы. Сплетники подхватили бы новость и исказили до неузнаваемости.

Но, будучи слугами, они не могли просто затащить Мередию внутрь против её воли.

— Почему она так поступает?..

— М-может… может, она как-то обидела юного господина и ждёт, чтобы извиниться?

— Д-да ладно, не может быть…

Пока горничные продолжали строить догадки о причинах этой странной сцены, над ними нависло зловещее молчание.

— …вообще-то, если речь о юном господине, я вполне могу представить, как он заставил бы ждать герцогиню.

— Ага, очень на него похоже.

— Но стала бы леди Мередия стоять под дождём из-за обычной ссоры влюблённых?

Вскоре их шёпот начал перерастать в теории заговора.

— Говорю вам, у юного господина на неё что-то есть… должно быть.

— Я-я тоже слышала слухи… помолвка была частью какого-то плана, срежиссированного Императрицей…

— Т-тихо! Да вас убьют за такие слова.

— Н-но всё равно. Ситуация ненормальная.

Когда их разговор накалился…

— …эй, а это не юный господин?

— А!

— Точно он!

Внезапно они заметили Уитни Лингарда, идущего к Мередии со спины.

***

— Леди Мередия? Что вы здесь делаете?

Как только я заметил её фигуру, я поспешил к ней, окликая на ходу.

— Леди Мередия?

— ……

— Прошу прощения?

Но ответа не было.

— Почему вы просто стоите здесь?

— …ах.

На мгновение я подумал, что вижу призрака. Но когда я положил руку ей на плечо, она слегка вздрогнула — к счастью, она была настоящей.

— Уитни…

Но что-то было явно не так. Всё её тело дрожало, лицо побледнело, а выражение застыло от страха.

Она промокла до нитки под дождём — но нет, одно это не могло быть причиной. Не для кого-то вроде Мередии.

— Вам нездоровится? И что важнее, почему вы стоите здесь одна под дождём?

— ……

— Вы всё это время ждали меня?

— …д-да.

Обеспокоенный её состоянием, я мягко встряхнул её за плечи, и наконец она слабым голосом дала дрожащий ответ.

— Я ждала тебя…

Но… в голосе не было искренности.

— …т-ты вернулся раньше, чем я ожидала. Какое облегчение.

Её взгляд не был устремлён на меня, а голос всё ещё дрожал.

«Что, чёрт возьми, с ней случилось?»

Для человека, который никогда не терял самообладания, в какой бы ситуации ни оказался, это было совершенно на неё не похоже.

— Леди Мередия, мы можем поговорить, глядя друг на друга?

— …ах.

Пытаясь встретиться с ней взглядом, я сделал шаг вперёд, но она тут же снова отвела глаза.

— Леди Мередия.

— ……

— …почему вы так себя ведёте?

В конце концов, я взял её за плечи и заставил повернуться ко мне. И тогда я увидел...

Её глаза были полны несомненного страха.

Но почему?

Почему леди Мередия боится меня?

— Давайте зайдём внутрь и поговорим, хорошо?

— …э-э, ах. Я…

— Вы простудитесь.

Что-то с ней сегодня было совсем не так. И всё же я не мог оставить её здесь.

— Судя по лицам слуг, вы стоите здесь уже довольно долго…

— …Уитни.

Как раз когда я мягко потянул её за руку, чтобы провести к дому…

— Ты ведь говорил, что любишь меня?

— …простите? К чему это?

— Просто ответь мне.

Её тяжёлый голос эхом раздался у меня за спиной.

— Конечно, я люблю вас.

— …ты говорил, что сможешь любить меня, несмотря ни на что.

— Да. И что?

Её слова были слишком серьёзны, чтобы я мог от них отмахнуться, поэтому я остановился и полностью повернулся к ней.

— Ты говорил это всерьёз?

— …что?

— Если бы я сделала с тобой что-то ужасное… ты бы всё равно смог меня любить?

Её слова становились всё страннее с каждой секундой.

— …разве вы не пытались меня уже убить однажды?

— ……

— Даже если завтра вы предадите меня и снова попытаетесь убить, я уверен, что всё равно буду любить вас.

Я не знал, почему она спрашивает о подобном, но дал ей честный ответ.

— ……

Она крепко прикусила нижнюю губу и снова начала дрожать.

— Леди Мередия?..

Только тогда я понял, что она всё это время тихо плакала, и дождь скрывал её слёзы.

— …кх.

Но внезапно её бледное лицо напряглось, и она отступила на шаг от моих приближающихся рук.

— А если это было что-то хуже?

— ……

— Что, если это нечто совершенно непростительное — нечто, что я уже сделала?..

Внимательно слушая, я начал складывать кусочки головоломки.

Она, должно быть, осознала… что-то, что сделала в прошлом, что-то, что причинило мне боль.

— Даже тогда я смогу вас любить.

— …я так и думала, что ты скажешь. Честно, я этого ожидала.

Я искренне повторил свои чувства, но вместо облегчения мои слова, казалось, напугали её ещё больше.

— Я… мне страшно. Именно поэтому я боюсь ещё сильнее.

— ……

— Твоя искренность и твоя улыбка… что, если однажды они просто исчезнут…

Что я мог сказать ей в такой момент?

Возможно, пора было сменить тему.

Это было не то, о чём я планировал говорить здесь, но… сейчас мог быть подходящий момент.

— Леди Мередия, пожалуйста, выслушайте внимательно.

Я снова медленно подошёл к ней, чтобы она не смогла отступить.

— Я нашёл способ снять ваше проклятие.

— ……!

— …разве это не хорошая новость?

Я мягко улыбнулся, наблюдая, как на её лице потрясение сменяется растерянностью.

— Конечно, способ будет непростым. Возможно… мне придётся немного замарать руки.

— Что…

— Но несмотря ни на что, моя искренность — и моя улыбка — не исчезнут.

— ……

— Неважно, что вы сделали, я спасу вас.

При этих словах её слёзы наконец прекратились.

— …только не говори мне.

Но теперь на её лице отразился совсем другой шок.

— Ты уже всё знаешь?

— …простите?

— Если ты знаешь, как снять проклятие… значит, ты знаешь, как оно появилось, верно?

Её внезапный допрос заставил меня почесать голову.

— Нет, не совсем. Я слышал только о решении, а не о причине.

— …п-правда? И это всё?

Она шагнула ближе, на её лице выступил холодный пот, и она пробормотала с лёгким вздохом облегчения:

— Ха… ха-ха… слава богу. То есть, не то чтобы это хорошо…

— ……

— …в-в любом случае. Молодец. Я знала, что у тебя получится.

После мгновения сбивчивого бормотания она серьёзно посмотрела на меня.

— Эй… могу я попросить об одолжении?

— …конечно.

Её следующие слова потребовали настоящей смелости — особенно после того, как она была напугана.

— Если это решение… не причинит тебе вреда… пожалуйста, скажи мне, прежде чем применишь его.

— ……

— …а потом, даже выслушав всё, что я скажу — реши, действительно ли ты всё ещё хочешь меня спасать.

— Разве это так необходимо?

Я склонил голову набок. Я не собирался предавать её, что бы она ни сказала. Но выражение лица Мередии оставалось твёрдым.

— Да. Необходимо.

— …тогда почему бы просто не рассказать мне сейчас?

— Э-это…

Теперь мне было искренне любопытно узнать её тайну. Когда я осторожно спросил, она опустила взгляд и наконец произнесла упавшим голосом:

— …прости. Я, должно быть, ужасная эгоистка. Просто… ты мне слишком нравишься. Я пока не могу покончить с этим счастьем.

Её лицо исказилось от полнейшего отвращения к себе.

— Так что… пожалуйста, позволь мне отсрочить это ещё немного.

— ……

— Прости. Мне правда, правда очень жаль…

Видя, как она снова разрыдалась, я не мог просто стоять на месте.

— Если есть что-то, что вы хотите сказать, не торопитесь.

— ……

— Я всегда буду ждать.

На этот раз я мягко привлёк её в свои объятия и прошептал:

— ……

Она слегка вздрогнула, прислонившись ко мне, но не сопротивлялась.

— …фух.

— Это… это всё решило?

За нашими спинами перешёптывались слуги с широко раскрытыми глазами. Я позволил себе небольшую горькую улыбку там, где Мередия не могла её видеть.

«Да уж… я определённо не могу сказать ей, в чём на самом деле заключается "решение"».

С этой мыслью я тихо взглянул на медленно прояснявшееся небо.

— Господин, простите, что прерываю ваш прекрасный момент…

— …Парша?

— Но у нас срочная ситуация.

Я обернулся на голос за спиной и увидел Паршу с непривычно мрачным выражением лица.

— Что такое?

Если уж кто-то вроде неё, обычно вся сияющая улыбками, выглядела так, значит, дело было серьёзным.

— Герцог Эмбегрин вернулся.

Как и ожидалось… её слова не были пустяком.

— Он как раз собирается въехать на территорию Эмбегрин. Вы должны остановить его, чего бы это ни стоило.

— …готовьте карету.

Похоже, сегодня… отдых отменяется.

----------

Герцог Эмбергрин

— Юная герцогиня.

— …

— Вы снова молчите?

В карете, направлявшейся в Герцогство Эмбергрин, я осторожно задал вопрос, глядя на юную герцогиню, вновь погрузившуюся в молчание.

— …Нет.

К счастью, на этот раз юная герцогиня ответила довольно быстро, хоть и тихо.

Жаль только, что голос её был не привычно надутым, а всё ещё подавленным.

Впрочем, я был рад, что худшего сценария — когда она вообще отказывается говорить — удалось избежать, и осторожно продолжил расспросы.

— Речь о герцоге Эмбергрин.

— …М-м.

— Каким он был человеком?

Конечно, я прекрасно знал, насколько герцог Эмбергрин был эксцентричен, зол и коварен.

Однако мне хотелось услышать, что о нём думает нынешняя Мердия.

— …Безнадежный подонок.

Как и ожидалось, в голосе юной герцогини, медленно открывшей глаза, сквозили глубокий гнев и отвращение.

— Он объединился с Союзом Теней, чтобы наложить на меня проклятие… Нет, я уже рассказывала об этом.

— …?

— В любом случае, детство, проведенное под его гнетом, было сущим кошмаром.

Её голос на мгновение дрогнул, и я слегка наклонил голову, но юная герцогиня, словно ничего не случилось, продолжила спокойно.

— Он разрушил не только мою жизнь. Если выстроить в ряд всех, чьи судьбы он сломал, они, наверное, заполнили бы всё поместье.

— …Вот как.

— Это не преувеличение, а чистая правда. Большинство тех, кто сейчас поддерживает меня в герцогстве, так или иначе пострадали от него.

Сказав это, юная герцогиня внезапно медленно повернулась ко мне и поманила меня рукой.

— Подойди сюда и расстегни это.

— Что?

— …Это займет всего секунду.

Я не сразу понял, о чем она, но Мердия, сбросив верхнюю одежду, указала на пуговицы нижнего платья.

— Внезапно?

— …Чего ты теперь стесняешься?

— Ха-ха…

Я заставил себя успокоить дрожащие руки и, следуя её просьбе, медленно расстегнул пуговицы.

— …

И мой разгоряченный разум холодел с каждой расстегнутой пуговицей на её платье.

— …Это проклятые «медали», которые он мне оставил. Ну как?

— …

— К слову, в детстве я думала, что все дети в мире получают такие наказания.

Обнажившаяся спина юной герцогини Мердии была покрыта шрамами и следами, которые можно было назвать лишь ужасающими.

— Видишь следы от раскаленной кочерги? А вот здесь кожа превратилась в месиво из-за того, что меня много раз хлестали в одно и то же место?

— …

— Синяки от ударов в бок, наверное, уже прошли? А, кстати, шрамы, похожие на ножевые, — это не от ножа. Просто когда моя кожа была еще нежной, меня толкали в терновник.

Юная герцогиня, спокойно описывавшая эти следы, внезапно закатила рукава и штанины.

— Ну, после того как детство закончилось, он понял, что товарная ценность падает, и стал бить в основном по рукам и ногам. Сказал, что их в случае чего можно заменить.

— …

— Хотя самый жалкий момент был совсем другим.

Честно говоря, в тот момент я уже сильно жалел, что спросил её о герцоге Эмбергрин.

Но зная, что для неё было огромным мужеством выложить всё это передо мной, я плотно сжал губы и внимательно слушал.

— Я говорила, что боюсь пауков из-за воспоминаний о заточении в подвале.

— …Да.

— Если быть точной, причина немного иная. Ведь от того, что они просто проползают мимо, не может развиться такая травма, верно?

И правда, которую юная герцогиня открыла мне следом, была довольно шокирующей.

— Однажды меня заперли в подвале на неделю.

— …Почему?

— Я разбила тарелку во время обеда. Конечно, причиной было то, что герцог Эмбергрин только что десятки раз ударил меня плетью по рукам и ногам.

— …

— К слову, плетью меня ударили за то, что я проснулась на минуту позже положенного. Хотя это случилось только потому, что я до рассвета убирала в комнатах.

Уголки губ юной герцогини, говорившей с насмешкой, слегка подергивались.

По одному этому можно было понять, насколько шокирующими были для неё воспоминания того дня.

— В общем, сейчас я знаю, что просидела там неделю, но тогда я не знала, когда смогу выйти, и была охвачена ужасом. Обычно я могла выйти хотя бы через три дня.

— …

— В общем, когда я неделю сидела в комнате, мне, конечно, не давали ни воды, ни еды. К счастью, воду я добывала, слизывая влагу с окон или поедая непонятные экспериментальные зелья, валявшиеся в комнате.

Драгоценный глаз юной герцогини, которые обычно ярко сияли, сейчас полностью потускнели.

— …Но еду добыть было невозможно.

— Тогда…

— А в том проклятом подвале были только ужасные пауки.

— …М-м.

Услышав это, я невольно застонал.

— Когда я насильно проглотила штук пять пауков, дверь наконец открылась.

— …

— Я до сих пор помню улыбку Майера, который спросил, почему я до сих пор не вышла, хотя герцог Эмбергрин открыл дверь уже давно.

Лицо Мердии стало совершенно бледным.

— После этого я проболела еще неделю.

— …

— К счастью, экспериментальные зелья, которые я съела, и яд пауков удачно нейтрализовали друг друга, так что я выжила.

Хотя её тон оставался таким же циничным, как обычно, руки снова слабо дрожали.

— Достаточно объяснений о моем отце?

— …Да.

— На самом деле, то, что я рассказала — лишь верхушка айсберга. Я могла бы рассказывать о «веселых» вещах, которые он со мной творил, целыми днями…

Когда я осторожно взял её за руку, юная герцогиня вздрогнула, но тут же посмотрела мне в глаза.

— Что ты делаешь?

— Держу за руку.

— …Ты меня жалеешь?

На мгновение тон юной герцогини стал резким, но взгляд, которым она продолжала смотреть на меня, постепенно смягчился.

— …Прости, но я не заслуживаю жалости.

— Почему?

— Потому что я сама давно стала такой же, как герцог.

Вскоре юная герцогиня отвела взгляд, и я, слегка повернув её за плечи, снова четко сказал:

— И всё же я люблю вас.

— …

— И если возможно, я хотел бы разделить с вами грехи, которые вы совершили.

Услышав это, юная герцогиня снова вздрогнула и хотела что-то сказать, но вскоре замолчала и тихо прижалась к моей груди.

— …Достаточно того, что в ад отправлюсь я одна.

— Ха-ха, кто знает.

— Но… это немного утешает.

Затем юная герцогиня пробормотала тихим голосом:

— Я думала, что никогда и никому не смогу рассказать об этом.

Именно в тот момент, когда я молча и тепло обнимал её, раздалось:

— Юная герцогиня!!!!!!!!!

Внезапно снаружи кареты раздался такой громкий вопль, будто кто-то проглотил паровозный гудок.

— Юная герцогиня!!! Почему вы вернулись только сейчас!!!

— …

— Случилось ужасное!!! Герцогство сейчас перевернуто с ног на голову…!

В следующее мгновение дверь кареты без предупреждения распахнулась, и служанка, просунув голову внутрь, повысила голос.

— …А.

Она перевела взгляд с меня на юную герцогиню, покраснела до корней волос и поспешно закрыла дверь.

В самом деле, верхняя одежда герцогини валялась на полу, платье было расстегнуто, да еще и мы обнимались — немудрено, что она всё не так поняла.

— …Кто это?

— …Клара. Моя личная служанка.

— А-а.

Похоже, карета уже прибыла к границам герцогства.

Кстати, довольно неожиданно, что у Мердии есть такая близкая служанка, с которой она может так общаться.

— Я, я помешала вашему уединению…?

— Хватит, открывай дверь.

— …А, да.

В любом случае, раз мы прибыли, нельзя было вечно так сидеть. Мы разомкнули объятия, и Мердия, поправляя одежду (почему-то пуговицы на спине она могла застегнуть сама), холодным тоном приказала служанке.

— Хи-хи…

— …Чего ты смеешься?

— Я, я же была права? Мужчин лучше всего держать на расстоянии, разве нет?

Служанка, осторожно открывшая дверь, с хитрой улыбкой прошептала что-то на ухо Мердии.

— Не болтай ерунды и докладывай обстановку.

— Хат, точно.

Опомнившись, она приняла напряженный вид и начала брифинг.

— Сейчас… э-э, герцог Эмбергрин вернулся в герцогство. Пытается войти внутрь. Рыцари пока находят всякие предлоги, чтобы его задержать, но как только личность будет подтверждена, остановить его будет невозможно.

— …Это точно герцог Эмбергрин?

— Да… я ведь с детства в особняке. Такое лицо невозможно забыть.

Услышав это, лицо Мердии начало мрачнеть.

— …Старый маразматик, что он задумал на этот раз?

— …Х-хм-хм. Погода сегодня ясная.

— В любом случае, ситуация становится очень сложной.

На такую реакцию Мердии я задал ей вопрос:

— Послушайте, насколько я знаю, власть главы герцогства уже почти полностью перешла к вам, верно?

— …Верно. Официально он всё еще глава, но из-за правил рода Эмбергрин он больше не может осуществлять реальную власть.

— К тому же, насколько я знаю, условия наследования, объявленные герцогом, уже полностью выполнены.

— Да, после нашей помолвки у герцога Эмбергрин больше нет способов помешать передаче титула.

Говоря это, юная герцогиня была напряжена как никогда.

— Но тогда…

— Ты просто не знаешь, насколько он коварен.

И правда, такая реакция была оправдана. Герцог Эмбергрин был человеком, от которого стоило ждать чего угодно.

— Он прекрасно знает, что я точу на него нож, но всё равно вернулся в герцогство именно сейчас. У него есть причина.

— Какова бы ни была причина, нужно быть начеку.

— …Поэтому ты тоже будь осторожен.

Юная герцогиня, державшая меня за руку, пока я молча кивал, посмотрела мне в глаза и прошептала приглушенным голосом:

— Герцог Эмбергрин — человек, с которым сложнее иметь дело, чем с императором.

С этими словами Мердия поднялась с места и вместе с ожидавшими снаружи рыцарями рода двинулась вперед.

— Что ж, я тоже…

— Э-эй, подождите минутку.

Когда я собирался последовать за ней, меня внезапно окликнули.

— Хм, посмотрим…

Остановившись, я увидел, что служанка, открывавшая дверь кареты, прищурившись, осматривает меня с ног до головы.

— …Кажется, юная герцогиня немного продешевила. Но для этого уровня — вполне сойдет.

— Что?

— А, ничего.

На мгновение мне показалось, что я услышал что-то грубое, но я не мог ничего возразить, ведь служанка Клара в костюме горничной была дочерью графа, того же сословия, что и я.

Впрочем, для такой, как юная герцогиня, личная служанка из графского рода — это вполне логично.

— М-м, сэр Уитни. Я знаю, что сейчас не время для таких вопросов…

Я уже хотел промолчать и идти дальше, но служанка, прилипшая ко мне, внезапно прошептала на ухо:

— И как… далеко вы зашли с юной герцогиней?

И насколько серьезно на это нужно отвечать?

----------

Герцог Эмбергрин (2)

«В данный момент герцог Эмбергрин находится на холме у самого въезда в герцогство».

«…Почему там?»

«Точно не знаю, но… после того как путь был перекрыт, он направился именно туда».

Судя по словам рыцарей, шедших впереди вместе с юной герцогиней, герцог Эмбергрин сейчас находился на ближайшем холме.

«Что прикажете делать? Поедете туда? Или мне стоит войти в герцогство и отдать приказ о блокаде…»

«…Теперь уже нет смысла бояться».

По решению юной герцогини, которая, казалось, была готова ко всему, нашей целью стал холм, где ждал герцог Эмбергрин.

«…Эй, вы что, до сих пор даже за руки не держались?»

«……»

«Ох, жалко мне юную герцогиню. Где ж она нашла такого недотепу…»

Тем временем я, следовавший за ней, тяжело вздохнул и слегка повернул голову: Клара, личная служанка Мердии, не унималась.

«А чего это вы глаза так щурите? Нельзя, что ли, по-мужски широко их открыть?»

«……»

Кстати, вы ведь не хотите сказать, что у вас даже не было тактильного контакта? Фу, мужчина хоть немного должен быть догадливым, разве нет?

Однако, поскольку она продолжала упорно задавать вопросы, мне пришлось тяжело вздохнуть и заговорить.

«Вам так сильно хочется это знать?»

«…А, ну, допустим?»

«Прошу прощения, но можно узнать причину?»

Она повращала глазами, украдкой взглянула на Мердию, шедшую впереди, и прошептала мне на ухо:

«Вы знаете, сколько вопросов о любви она мне задает в последнее время?»

«……»

«Как вы думаете, что я чувствовала, когда сама Мердия, запинаясь, спрашивала меня, как соблазнить мужчину?»

Не знаю точно, но если слова этой служанки — правда, то это должно было стать для меня огромным шоком.

«И это еще не всё. Уровень вопросов становился всё выше, и в конце концов она даже спрашивала, как всё происходит в постели…»

«…Мне кажется, дочери графа или личной служанке не подобает обсуждать такие вещи».

Градус её откровений рос, и я попытался остановить её, оглядываясь на юную герцогиню, но Клара лишь хлопнула себя по груди и слегка повысила голос:

«Конечно, я никому об этом не рассказываю! Но вы ведь — непосредственный участник!»

«……»

«Так что расскажите хоть немного. Я как личная служанка имею право знать всё, что происходит!»

Хотя в её глазах и читался корыстный интерес, в её словах была доля логики.

«Юная герцогиня задает мне кучу вопросов, а вот о том, как всё прошло, никогда не рассказывает…»

«……»

«Честно говоря, если вы хоть немного продвинулись в отношениях, то это почти полностью моя заслуга! Так что дайте хоть намек…»

Словно прочитав мои мысли, она продолжала горячо убеждать меня, но вдруг её лицо застыло и мгновенно стало бесстрастным.

«…Проблем нет».

«……»

«…всё в порядке».

Я не сразу понял, в чем дело, но Мердия, шедшая впереди, смотрела на неё ледяным взглядом.

Глядя на Клару, которая перед Мердией мгновенно приняла идеальную позу слуги и отдала честь, я понял: чтобы выжить в Герцогстве Эмбергрин, такая наглость — базовый навык.

— Дёрг-дёрг…

И, как и ожидалось, стоило Мердии снова отвернуться, как Клара повернулась ко мне и начала шевелить ушами.

«Как этот человек до сих пор остается личной служанкой юной герцогини?»

Учитывая характер Мердии, они — полные противоположности. Не чудо ли, что она до сих пор работает без происшествий?

«…Мы целовались».

«……Обалдеть».

В общем, её допросы начали меня утомлять, и я решил бросить ей кость. Услышав это, она округлила глаза и прошептала следующий вопрос:

«……Слушайте, а язык использовали?»

«……»

«А, это важно».

Теперь, когда я об этом думаю, Шаша кажется мне слишком хорошей личной служанкой.

Кстати, Шаша, похоже, добровольно отказалась от отпуска и усердно выполняет свои обязанности.

Когда вернемся в поместье, в этот раз я обязательно заставлю её взять оплачиваемый отпуск.

«Слушайте, а какая была реакция у юной герцогини?»

«……Ха-а».

«Когда вы это делали, она была ведущей? Или, может, вы проявили инициативу…?»

Я пытался игнорировать её, погрузившись в свои мысли, но она продолжала настойчиво засыпать меня вопросами.

«Слушайте, а вы знали? Уши — её слабое место».

«……»

«Сейчас она делает вид, что это не так, но раньше, когда я мыла ей уши, она всегда вздрагивала… А-а-а!!!»

И, как я и предвидел, она перешла черту: внезапно её тело затряслось в конвульсиях, и она рухнула на землю.

«……Ц-ц».

Конечно, причина была в том, что Мердия слегка обернулась, и её драгоценный глаз налился красным светом.

«Эй…»

«Может, помочь ей встать?»

«…Юная герцогиня неожиданно любит, когда её крепко обнимают».

Я вздохнул, глядя на служанку, которая, оставив это «предсмертное завещание», опустила голову, и попытался помочь ей подняться.

«Я это и так знаю».

Похоже, она рискнула получить дополнительное наказание, чтобы передать мне ценную информацию, но этот факт я уже неоднократно проверил на собственном опыте.

«Слушайте, юная герцогиня, ваша служанка умирает».

«…Оставь её. Сама приползет».

«Ха-ха…»

Хорошо хоть то, что лицо Мердии, которое до этого было напряженным, вернулось к своему обычному холодному выражению.

Неужели эта служанка специально пошла на риск ради этого?

— Шурх…

В этот самый момент служанка, всё еще лежавшая на земле, украдкой показала большой палец.

«У вас довольно необычная личная служанка».

«…И не говори. Надо было уволить её еще давно».

«Вы же шутите, да?»

Я покачал головой и догнал Мердию, но, услышав её серьезный тон, на всякий случай переспросил.

«Ага, шучу».

К счастью, она вздохнула и поправилась:

«Она — единственный человек, которого я могла назвать другом за всю свою жизнь».

«…А-а».

«В детстве, когда мы играли вместе, нам часто доставалось от герцога Эмбергрин. Если сейчас снять с неё одежду, то увидишь, что у неё есть несколько таких же шрамов, как у меня».

Вот оно что, значит, она могла так дерзить Мердии только потому, что у неё был такой богатый опыт.

«Что, хочешь раздеть её и посмотреть?»

«Нет».

«Тогда не оглядывайся и иди нормально. Скоро мы встретимся с герцогом Эмбергрин».

Как и сказала юная герцогиня, я постарался не обращать внимания на дым, валящий от служанки, и ускорил шаг, но, увидев силуэт впереди, тихо нахмурился.

«Это он…»

«……Ха, всё такой же».

Несмотря на большое расстояние, фигура, излучавшая невероятно сильное присутствие, стояла к нам спиной, а её одежда развевалась на ветру.

— Дрожь…

В тот же миг рука Мердии, которая шла рядом, снова начала мелко дрожать.

«…Слушай, извини».

«Хочешь, чтобы я взял тебя за руку?»

«…Ага».

Я взял её за руку, как она и просила, и мы вместе двинулись вперед.

«Если подумать, это что-то вроде первой встречи с родителями?»

Только вот в этом случае я вряд ли смогу относиться к нему как к старшему.

*****

«Пришли».

Мердия и я замедлили шаг, услышав глубокий голос, донесшийся спереди.

«…Вид, открывающийся отсюда, всегда был великолепен».

В его словах не было скрытого смысла, но в них чувствовалась такая мощь, что рыцари, охранявшие юную герцогиню, невольно напряглись.

«Но это неожиданно. Я ожидал, что ты не придешь одна, но неужели ты привела и его?»

В этой напряженной ситуации герцог Эмбергрин, сохранявший невозмутимость, усмехнулся и пробормотал:

«Да, я должен убедиться, кого именно привела ко мне моя единственная дочь».

«…Это противно, не называй меня так».

Мердия вспыхнула и заговорила взволнованным голосом, но…

— Шурх…

Когда герцог Эмбергрин, стоявший к нам спиной, медленно повернулся и посмотрел на неё, Мердия невольно вздрогнула и прикусила губу.

«Ты стала немного лучше, чем раньше».

«……»

«Бывало, ты отступала назад, едва встретившись со мной взглядом».

Герцог Эмбергрин, наконец показавший свое лицо, выглядел старым, но от него исходила подавляющая аура.

Внешность и телосложение, больше подходящие солдату, а не главе знатного герцогского рода. Морщины, свидетельствующие о пережитых битвах, и седые волосы.

И всё же его расслабленная манера держаться создавала ощущение, будто старый тигр облизывается, глядя на свою добычу.

«Ох, давно я не видел этого лица. Шрам на глазу начинает ныть».

«……»

«Ты ведь понимаешь, что именно этот шрам создал твою эпоху».

Он коснулся шрама, идущего прямо через его правый глаз, с той же холодной улыбкой, что была так похожа на улыбку Мердии.

«Если бы этот глаз был цел, я бы никогда не отдал тебе место главы рода».

«……»

«Но я доволен. С таким тщательным планом и кознями даже жертве становится приятно».

Хотя тон был мягким, в каждом слове герцога Эмбергрина сквозила ледяная жажда убийства.

«Ну и как тебе сидеть на вершине?»

«……»

«На мой взгляд, ты неплохо приспособилась».

Мердия не могла легко ответить, но по мере того, как герцог продолжал говорить, на её лице начали вздуваться вены.

«Точно так же, как и я, когда выживал в детстве и в итоге занял место главы».

«…Заткнись».

«Ха-ха. Ты не должна была забывать, что такая неудачница, как ты, — всё равно моя кровь…»

«Я сказала, заткнись».

Наконец, она заговорила, излучая ту же жажду убийства, что и герцог Эмбергрин.

«Это место больше не для тебя».

«……»

«Думаю, предупреждений было достаточно, но скажу в последний раз».

На её решительное заявление герцог Эмбергрин отреагировал с интересом.

«Убирайся отсюда немедленно. Иначе я не могу гарантировать твою безопасность».

«Ха-ха!»

Он разразился смехом, словно её слова были смехотворны.

«По какому праву?»

«Считай это последним жестом вежливости исполняющей обязанности главы рода по отношению к старику, который потерял глаз и больше не может использовать власть главы».

Мердия не отступила и ответила насмешкой, отчего лицо герцога Эмбергрина мгновенно стало холодным.

«Ты стала очень дерзкой, дочь моя».

«А ты стал еще более уродливым».

Отец и дочь, встретившиеся спустя долгое время, обменивались проклятиями, и без того тяжелая атмосфера стала еще более ледяной.

«Рыцари, обнажить мечи».

«…Да».

В этой ситуации первой меч обнажила Мердия.

«Предупреждение окончено, так что не говори потом, что не знал».

С ненавистью в глазах, которую невозможно было скрыть, глядя на собственного отца, Мердия начала медленно приближаться к герцогу Эмбергрин, стоявшему на краю холма.

«Прости, но я пришел сюда сегодня не ради тебя».

Однако в этот момент герцог Эмбергрин достал что-то из-за пазухи и начал этим размахивать.

«Точнее, я пришел сюда ради твоего жениха».

«…Что?»

Когда его взгляд обратился на меня, я отчетливо увидел, как на губах Герцога мелькнула хитрая улыбка.

«Ты ведь поймешь, что означает это письмо».

И всё же я не мог просто проигнорировать его слова.

«Ну что, теперь ты всё еще выгонишь меня?»

Потому что то, чем он размахивал, было письмом с печатью моего отца.

----------

Драгоценный глаз

— Юная герцогиня, это ловушка.

— …….

— Не обращайте на меня внимания, просто прогоните его.

Я некоторое время был поглощен изучением письма, но вскоре повернулся к юной герцогине и прошептал ей на ухо.

— Ты правда уверен, что мне не стоит обращать на тебя внимание, Уитни Лингард?

Однако, стоило ему услышать этот тихий шепот, как Герцог Эмбергрин резко вмешался в наш разговор.

— Печать может быть поддельной. Или же содержимое письма могли подменить.

— И это при наличии печати и магической защиты? Если бы такое было возможно, почтовая служба империи давно бы развалилась.

— Ну, в этом мире нет ничего невозможного.

На самом деле, слова Герцога Эмбергрин были справедливы. В этом мире, где магия развивалась тысячи лет, безопасность информации не могла стоять на месте.

Хотя, если говорить о печатях, я знаю одного человека, способного их подделать.

Но сейчас этот человек сидит в кабинете моего особняка и вместо меня усердно разбирает бумаги и ведет дела.

Конечно, нельзя исключать, что в мире есть еще кто-то, кроме Парши, способный на подобные фокусы, но Герцогу Эмбергрин, будучи изгнанником, вряд ли удалось бы найти такого мастера.

И все же, каким образом Герцог Эмбергрин заполучил это письмо?

— Моя связь с Графом Лингард поистине глубока.

— …Простите?

— Мы не были близкими друзьями. Хм, как бы это объяснить…

Словно прочитав мои мысли, Герцог Эмбергрин с холодной улыбкой, до боли напоминающей чью-то другую, заговорил об отце.

— Да, назовем это отношениями заклятых врагов.

— Не знаю, что вы задумали…

— Но ты, должен признать, не очень-то похож на отца.

Почувствовав неладное, юная герцогиня попыталась прервать его, но Герцог Эмбергрин, не обращая внимания, продолжил:

— Напротив, ты вылитая копия своей матери.

— ……!

— Особенно глаза, они невероятно похожи.

В тот момент я чуть было не спросил его, что он вообще знает о моей матери.

Но, понимая, что именно этого он и добивается, я предпочел промолчать и просто встретился с ним взглядом.

— Тебя тоже часто путают с кем-то другим?

— …….

— Ха-ха. Ее часто избегали, просто потому что от нее веяло чем-то тревожным. Но…

Однако именно в тот момент, когда из его уст начали звучать подробности, которые мог знать только близкий человек, произошло следующее.

— …Рыцари, отступите назад.

Юная герцогиня внезапно приказала рыцарям отойти, сделала шаг вперед и поспешно заговорила:

— Если вы пришли передать письмо, разве не достаточно просто отдать его и уйти?

— …Прошу прощения, но я не могу так поступить.

Теперь юная герцогиня уже не скрывала своей жажды убийства, но Герцог Эмбергрин ответил ей с еще большей невозмутимостью.

— Разве я учил тебя так обращаться с гостем, принесшим важные сведения?

— …….

— Если ты действительно исполняющая обязанности главы рода, ты должна оказать хотя бы минимальный прием гостю, проделавшему такой долгий путь.

На лице юной герцогини отразилось выражение человека, услышавшего полнейший бред.

— Если тебя это не устраивает, что ж, ничего не поделаешь.

— …Подождите.

— Поскольку именно мне поручили передать это письмо, разве я не имею права его не отдавать?

Однако, когда герцог достал из кармана серебряную зажигалку с магическим кристаллом и поднес ее к письму, Мердия, стиснув зубы, наконец выдохнула:

— Я приму вас как гостя, только прекратите это.

— …Хм. Правда?

— Да, я обещаю оказать минимальные почести.

Я был шокирован таким решением и хотел подойти к ней, но юная герцогиня лишь слегка повернула голову и тихо покачала головой.

— Вот так-то лучше.

Герцог Эмбергрин, наблюдавший за этой сценой, наконец убрал письмо обратно и уверенно зашагал вперед.

— Что ж, посмотрю своими глазами, как изменились владения… А, простите, теперь уже не двумя глазами.

— …….

— …Кстати говоря.

Поглаживая свой отсутствующий глаз, он внезапно остановился передо мной и пробормотал низким голосом:

— Надо же, чтобы именно ты оказался женихом моей дочери. Ирония судьбы?

— …Что вы имеете в виду?

— Ха-ха, ничего особенного.

Бросив эту загадочную фразу, Герцог Эмбергрин рассмеялся и пошел дальше.

— Желаю вам удачи в вашей счастливой помолвке.

Я проводил его взглядом, когда он величественно проходил между рядами рыцарей, и прошептал совсем тихо:

— …Разумеется.

И наступила короткая тишина.

— Уитни.

В этой тишине ко мне незаметно подошла юная Юная герцогиня Мердия и тихо прошептала на ухо:

— Возвращайся домой. Письмо я получу и отправлю тебе сама.

— …Не хочу.

Когда я ответил ей, она на мгновение замялась, явно не ожидая отказа, а затем снова прошептала:

— И сколько ты собираешься здесь оставаться?

— Пока герцог не уедет.

— …Разве ты не занят в последнее время?

— С этим я справлюсь.

Конечно, дел у меня было невпроворот, и я был очень занят.

Но если бы я уехал в особняк и там что-то случилось, я бы себе этого не простил.

— Не нужно перенапрягаться ради меня.

— …….

— Я сама со всем справлюсь… так что ты…

Но, видя, как этот холодный человек обливается холодным потом, я просто не мог оставить ее одну.

— Юная герцогиня, как вы думаете, какова цель Герцога Эмбергрин? Вы ведь лучше меня знаете, что он приехал не просто ради письма, верно?

— …….

— Если мои догадки верны, то его истинная цель…

Я задал вопрос, чтобы успокоить ее и прояснить ситуацию, и она, глубоко вздохнув, ответила более спокойным голосом:

— …Он пришел вернуть себе права главы рода.

— Полагаю, так и есть. Но разве это возможно?

— Драгоценный глаз. Если он заполучит его, то это станет возможным.

— …Хм.

Услышав это, я задумался. «Драгоценный глаз» — это одна из самых необычных сил Короля демонов, разбросанных по миру.

Насколько я знаю, в отличие от других сил Короля демонов, которые начали появляться недавно, этот глаз издавна крайне редко и спорадически возникал в разных уголках мира.

Именно поэтому «Драгоценный глаз» с древних времен почитался как символ власти и силы — это вся информация, которой я владел.

Но из слов Юной герцогини Мердии следовало, что этой абсолютной силой можно обмениваться с другими.

— Это… долгая история.

Когда я указал на это, она снова замялась, огляделась по сторонам и заговорила:

— Подробности расскажу позже, когда мы будем одни, но одно могу сказать точно…

И то, что она рассказала дальше, я слышал впервые.

— Я не с рождения обладала Драгоценным глазом.

— Тогда…

— Ты знаешь, почему наш род называется «Эмбергрин»?

Я не знал, что ответить, и лишь склонил голову. Она посмотрела на меня, коснулась своего глаза и прошептала:

— В моем случае Драгоценный глаз был пересажен искусственно.

Я опешил, и Мердия, заметив мое выражение лица, ответила с мрачным видом:

— Хочешь спросить, было ли это добровольно или нет?

— …….

— До того как я получила Драгоценный глаз, я не могла ничего решать сама. Тот выбор был моим первым самостоятельным решением.

— …Значит, после получения Драгоценного глаза все изменилось.

— Да, но ради этого мне пришлось многим пожертвовать.

Ее лицо в этот момент выглядело очень печальным.

— Тогда кто дал вам этот Драгоценный глаз?

Я задал этот вопрос, пытаясь сменить тему, но…

— …Это…

Ее лицо вмиг окаменело, стоило мне задать этот вопрос.

— …Прости.

— Что?

— Это останется тайной.

Не знаю почему, но, судя по ее реакции, это была ее самая болезненная тайна.

— …Ранее Герцог Эмбергрин сказал, что вернет права главы рода, если заполучит Драгоценный глаз. Значит ли это, что его потерянный глаз и есть тот самый Драгоценный глаз?

— …Да, верно.

— Тогда, может быть, его глаз сейчас пересажен вам?

Я поспешно сменил тему, но, увидев, как она бледнеет, снова засомневался.

— Д-да. Я забрала его глаз, и теперь он пересажен мне.

— …Понятно.

— Т-теперь ты доволен?

Судя по ее реакции, эту тему в присутствии Мердии лучше больше не поднимать.

— Я не хотел вас расстроить. Мне просто нужно было продумать план действий…

— …Я знаю.

К счастью, она не злилась на меня.

Однако ее руки все еще дрожали, поэтому я осторожно взял ее за руку и мы двинулись дальше.

— В любом случае, у меня есть план.

— …План?

— Какой бы план ни вынашивал Герцог Эмбергрин, это самый эффективный способ его нейтрализовать.

И я начал излагать ей план, который только что придумал и на который мне обязательно нужно было получить ее согласие.

— Если бы такой план существовал, я бы давно его предложила…

— Передайте мне права главы герцогского рода.

— …Что?

Услышав это, она на мгновение остолбенела, словно не веря своим ушам.

— А, точнее говоря, я не прошу передать их полностью. Я предлагаю разделить их пополам.

— О чем ты вообще…

Она переспросила с недоумением, все еще не понимая моих слов.

— Постой, ты… неужели…

Вскоре она, кажется, осознала смысл и уставилась на меня широко открытыми глазами.

— Давайте поженимся.

— …….

— В течение недели.

Это было то, что я давно хотел сказать, и предложение, которое невозможно было сделать в другое время.

«…Потому что после этого меня, скорее всего, уже не будет».

Эти слова подступили к горлу, но я с трудом проглотил их.

*****

— Хорошенько подумайте, юная герцогиня.

— …….

— Конечно, если считаете, что время неподходящее, можете отказаться. Я полностью полагаюсь на ваше решение.

Оставив Мердию, застывшую от неожиданного предложения руки и сердца, Уитни слегка улыбнулся и тихо пошел вперед.

— …….

И наступила тишина.

— …Брак, значит.

Среди рыцарей и слуг, которые тут же опустили головы и сделали вид, что заняты делом, Мердия пробормотала это в пустоту, и на ее губах появилась печальная улыбка.

— Если я соглашусь, смогу ли я, будучи эгоисткой, удержать тебя навсегда?

Затем она снова коснулась своего глаза и прошептала низким голосом:

— …Даже если узнаешь, что я поднялась на эту вершину глазами твоей покойной матери?

----------

Спусковой крючок

— В этом особняке... Давненько я здесь не был.

— …….

— Всё в точности так, как я любил. Просто великолепно.

Герцог, только ступив на порог особняка Герцогства Эмбергрин, с довольной улыбкой огляделся по сторонам.

— Жаль только, что любимчики сменились, это немного огорчает.

Затем он внезапно нахмурился и, повернувшись к Мердии, задал вопрос:

— И сколько же ты их перебила?

— …Ха.

— Кажется, осталось лишь треть тех лиц, что я знал.

От этих слов лица слуг, собравшихся в холле, чтобы встретить бывшего хозяина, заметно помрачнели.

И дело было не только в гнетущей атмосфере разговора между герцогом и Мердией.

Они тоже прекрасно помнили «День чистки», устроенный Мердией.

— Ну надо же, кажется, в особняке до сих пор пахнет кровью.

— …Хватит нести чушь, проваливай в гостевую комнату, хочешь?

— Ого, какие манеры.

Атмосфера стала ледяной. Мердия скривилась, произнося это, и лицо герцога тоже исказилось.

— Я хочу воспользоваться кабинетом главы дома.

— Даже не мечтай.

— …Почему? Официально главой дома всё ещё являюсь я. Разве есть какие-то препятствия?

— Если тебя пригласили как гостя, знай своё место.

Как и сказал герцог, официально он всё ещё оставался главой Эмбергрин.

Однако в особняке, где почти весь персонал состоял из людей Мердии, его слова, лишенные реальной власти, не имели никакого веса.

— …Я провожу вас в комнату для приёма гостей, герцог.

— Не нужно. Я дойду сам.

Несколько служанок, уловив взгляд Мердии, поспешили было сопроводить его, но он с явным отвращением отмахнулся от них и зашагал прочь самостоятельно.

— А ты, иди за мной.

— ……Я?

— Да, именно ты. Один.

Герцог внезапно обернулся и обратился ко мне, и я, до этого момента сохранявший бдительность, невольно вздрогнул от неожиданности.

— Что ты задумал?

— Ты забыл, зачем я здесь? Я пришел передать письмо.

— Это не повод для разговора с глазу на глаз.

Мердия тут же яростно набросилась на него, но герцог с невозмутимой улыбкой ответил:

— Разве я, как отец, не могу поговорить с будущим зятем наедине?

— …….

— Или у тебя есть причина препятствовать нашему уединению?

Однако в его взгляде, в отличие от улыбки, читалась зловещая угроза.

— Например, какая-то информация, которую ты хочешь скрыть?

— Скрип зубов…

— Ха-ха, у тебя всё ещё осталась привычка бессознательно скрежетать зубами, когда ты злишься.

Я понял, что если он продолжит провокации, Мердия может совершить убийство прямо посреди особняка, поэтому, вздохнув, шагнул вперёд.

— Госпожа, я скоро вернусь.

— …Подожди.

— Это не займёт много времени. Вряд ли мне что-то угрожает.

О боевых навыках герцога было мало что известно, но я не верил, что проиграю старику, потерявшему глаз и отстранённому от дел.

К тому же такой расчётливый человек, как он, должен был понимать, что нападение на меня здесь не принесёт ему никакой выгоды.

— Верно, хороший выбор. Ты сообразительнее, чем я думал.

Однако, видя, как герцог продолжает ухмыляться, глядя на меня, я не мог полностью расслабиться.

По крайней мере, он явно пытается чего-то добиться, уединившись со мной.

Зная, что у герцога есть свои планы, мне следовало быть предельно осторожным.

— …Уитни.

— Госпожа, я же сказал, не стоит беспокоиться.

Мне нужно было успокоить её, так как она снова схватила меня за руку, собираясь идти следом, поэтому я ободряюще улыбнулся:

— Я легко справлюсь с этим делом.

— Но….

— Кстати, я ведь впервые внутри особняка, верно?

Подумать только, я бывал в герцогстве Эмбергрин несколько раз, но внутри оказался впервые.

К тому же, в отличие от прошлых визитов, теперь я здесь в статусе зятя.

— Когда закончим, покажете мне всё здесь?

— …В нашем особняке особенно красивый сад.

— Ха-ха, я знаю. Я там чуть не умер… Ай.

Я, почувствовав прилив сентиментальности, решил пошутить, чтобы разрядить обстановку, но Мердия наступила мне на ногу.

— Не болтай ерунды.

— …Слушаюсь.

Мне показалось, или слуги вокруг вздрогнули, когда она наступила мне на ногу?

— Это он, тот, кого привела госпожа….

— …Как-то не похоже на слухи.

— И правда. Выглядит довольно галантным….

Почувствовав что-то неладное, я украдкой огляделся и увидел, что слуги перешёптываются, поглядывая на меня.

— Говорили, что он такой же серый кардинал, как и госпожа….

— …Разве это возможно? Всё это лишь слухи.

— И то верно, в это трудно поверить….

Ну, они видят меня, ставшего зятем-примаком Герцогства Эмбергрин в одночасье, впервые по-настоящему, так что это неудивительно.

— Разве его не называли героем, признанным Святым Королевством? Выглядит каким-то хилым….

— …Мне кажется, он умрёт от одного моего удара.

— Слушай, а кто не умрёт от твоего удара?

Но почему-то разговоры горничных рядом с ней звучали особенно странно.

Неужели это те самые боевые горничные, которых госпожа тайно тренировала?

— В любом случае, я пойду.

— …Угу.

В любом случае, если я продолжу здесь стоять, госпожа снова активирует свой Драгоценный глаз, поэтому я решил направиться в гостевую комнату.

— Ах да, чуть не забыл.

Конечно, я не забыл совет, который мне дала личная горничная госпожи.

— ……!

Когда я крепко обнял госпожу, которая выглядела особенно подавленной, её глаза округлились.

— …На нас же смотрят.

— Какая теперь разница?

— Ха-а….

Увидев, как перешёптывания вокруг мгновенно стихли и все поспешно склонили головы, я почувствовал странное удовлетворение.

— О-они правда встречаются…!

— З-значит, госпожа не просто выбрала подходящего старшего сына графа и шантажировала его?

— …Тсс, не так громко!

Правда, их удивление было направлено немного не в ту сторону, но ради спокойствия слуг я решил сделать вид, что ничего не слышал.

*****

— Опоздал.

— …….

— Чем ты занимался, что так задержался?

Как только я вошёл в гостевую комнату после объятий с госпожой, меня встретил голос, полный недовольства.

— Прошу прощения, герцог.

— …Не люблю людей, которые не соблюдают время.

Хотя это была «гостевая комната», от герцога Эмбергрин, который уже сидел с чашкой чая, поданной служанками, веяло властью настоящего хозяина, вернувшегося в свой замок после долгого отсутствия.

— …Ха, чай. Вы действительно приложили много усилий, чтобы стереть мои следы.

— Вам не нравится чай?

— Не знаю, из какого дома эта служанка, но запомни хорошенько.

Герцог, взглянув на травяной чай в своей чашке, нахмурился и прикрикнул на служанку:

— Налей мне в чашку виски вместо чая. И принеси немного перца. А, сахар не убирай, оставь.

Служанка, на мгновение поморщившись от таких странных вкусовых предпочтений, молча кивнула и направилась к полке с алкоголем.

— Вы любите выпить?

— …Я всегда это любил.

— Но вы уже немолоды, не стоит ли немного ограничить себя?

Я спросил это с горькой усмешкой, на что герцог, не скрывая раздражения, ответил:

— Нынешние Белые маги теперь ещё и дипломированные врачи?

— …….

— Я лучше всех знаю своё тело, не лезь не в своё дело.

Как только он закончил, он налил виски в чашку, добавил туда горошины перца и несколько кусочков сахара, и начал размешивать.

«…То ли характер такой, то ли просто чудак».

Хорошо хоть он не потребовал подогреть виски, и на том спасибо.

— Оставшийся виски подогрей. Градусов до 60.

— …Слушаюсь.

Я, пытаясь понять его странные вкусы, услышав это, окончательно сдался и спросил:

— Так когда вы отдадите письмо?

— …Ха, вот это?

Герцог, наполовину опустошив чашку с ужасным напитком, достал письмо из-за пазухи и положил на стол.

— …Это не подделка.

— Следи за языком. Если бы я был хозяином этого особняка, тебя бы уже вышвырнули.

— Ха-ха, правда?

Я ещё раз внимательно осмотрел печать на конверте, но следов подделки не обнаружил.

Значит, это действительно письмо от отца.

Что же могло быть в письме от отца, который долгое время не выходил на связь?

— Ай-яй-яй, я не говорил, что его можно читать прямо сейчас.

Я потянулся к письму, но герцог, словно насмехаясь, забрал его обратно.

— Что вы делаете?

— Ты правда думаешь, что я уединился с тобой только ради того, чтобы передать письмо?

— …Я знал, что это не так.

— Тогда не торопись. Нынешняя молодёжь слишком спешит, в этом вся проблема.

Глядя на герцога, который с мягкой улыбкой смотрел на меня, я понял, почему Мердия его так ненавидит.

— Ой, расслабься. В моей зажигалке ещё достаточно топлива, чтобы сжечь это письмо.

«Мастер доводить людей до белого каления».

Не знаю, из-за врождённого характера или из-за титула герцога, но он был из тех людей, которые ужасно утомляют.

— Чего вы хотите?

— …Хм, кто знает. Чего же?

— Вы должны сказать, чего хотите, чтобы я мог подыграть, не так ли?

В любом случае, раз письмо у него, инициатива была на его стороне, поэтому я, подавляя раздражение, задал вопрос, и он, наконец, начал раскрывать свои цели:

— Просто ответь на несколько вопросов.

— ……Вопросов?

— Тех, что меня лично интересуют.

— Это всё?

Я ожидал, что он попросит о чём-то затруднительном, поэтому переспросил, насторожившись из-за таких щедрых условий.

— Послушай, я не из тех, кто бросает слова на ветер.

— …….

— А, кстати. Отвечать или нет — твоё право. Хотя от этого будет зависеть, отдам я тебе письмо или нет.

Однако, поскольку герцог был непреклонен, я, несмотря на сомнения, начал внимательно слушать.

— Итак, начнём.

Так начались вопросы герцога.

— Вы с Мердией собираетесь пожениться в течение года?

— …Да.

— Ты знаешь, что Мердия смертельно больна?

— …Да.

Услышав мой уверенный ответ, он слегка прищурился и спросил снова:

— И способ исцеления тоже знаешь?

— ……Да.

— Ого, вот как.

И тут герцог, с явным интересом, понизил голос:

— Тогда последний вопрос.

Следующий вопрос, слетевший с его уст, был для меня совершенно непонятным.

— Ты знаешь, почему умерла твоя мать?

На мгновение я почувствовал, как в его взгляде промелькнула явная злоба.

— ……Нет.

Но я не мог не ответить, поэтому, выдержав паузу, ответил именно так.

— Хе.

— ……?

— Хе-хе-хе-хе-хе….

Реакция герцога была, честно говоря, очень ошеломляющей.

— Ва-ха-ха-ха-ха-ха!!!

— …….

— Ну надо же, кх-кх….

Я с неприятным чувством смотрел на него, когда он, забыв о своей холодной улыбке, расхохотался до слёз, и в конце концов не выдержал и спросил:

— ……Что тут такого смешного?

Тогда герцог, наконец перестав смеяться, со злобной ухмылкой поднялся с места.

— Это ты узнаешь прямо сейчас.

То, что произошло дальше, было для меня совершенно неожиданным.

— Постой…!

Поэтому, прежде чем я успел осознать, что происходит, всё было кончено.

— Тогда увидимся в аду.

Герцог внезапно вытащил из кармана старый пистолет, заряженный магическими пулями, и нажал на спусковой крючок.

----------

Затемнение и сокрытие

— Ха-а….

Служанка, подогревающая виски на кухне по приказу герцога Эмбергрин, тяжело вздохнула и пробормотала:

— И ради чего я вообще здесь распинаюсь….

Конечно, приказ приготовить странную смесь из подогретого виски с перцем и сахаром был довольно необычным, но для служанки герцогства подобные жалобы были недопустимы.

На самом деле, после прихода Мердии к власти правила в герцогстве стали на удивление мягкими, а пространство — более свободным для каждого слуги.

И всё же существовало одно незыблемое правило: полный запрет на любые жалобы и недовольство приказами.

Это было довольно жесткое и категоричное правило, которое не терпело не только прямого отказа, но и самого факта недовольства указаниями.

— Эй, тише, а то госпожа услышит….

— Верно. Так и уволить могут.

Впрочем, в отличие от слухов, Мердия не «устраняла» неугодных по-тихому.

Она просто увольняла их «законным путем».

Однако слуги того времени прекрасно понимали, какое клеймо ложится на человека после такого увольнения, поэтому часто воспринимали это как своего рода социальную смерть.

Конечно, это было не так страшно, как в той версии мира, где Мердия была финальным боссом, и уж точно лучше, чем в Графстве Лингард, где на кону стояла сама жизнь (?), поэтому большинство слуг предпочитали помалкивать.

— Да какая разница. Это ведь не приказ госпожи…. А бредни того старика из задней комнаты.

— П-правда?

— Нет, ну всё равно…. Разве не страшно?

Но, как и сказала возмущенная служанка, этот нелепый приказ исходил не от госпожи, а от герцога Эмбергрин, который уже давно лишился реальной власти.

— Раньше он был очень страшным, этот человек.

— Да какая разница. Я здесь недавно, и госпожа пугает меня куда больше.

— Ты что, не знаешь, почему госпожа стала такой… Ой.

Другая служанка, которая хотела что-то добавить, украдкой взглянув на коллегу, внезапно побледнела и зажала себе рот обеими руками.

— …Что такое?

— А, ничего.

На мгновение ей показалось, что за ней наблюдает Мердия, но сообразительная служанка, уже пережившая «День чистки», предпочла промолчать, вместо того чтобы болтать лишнее.

— Ха-а…. В любом случае, я пришла в герцогство не для того, чтобы готовить такие странные напитки.

— …А для чего?

— Чтобы вдоволь нагуляться, пока меня не продали в политический брак.

На лице её коллеги на мгновение промелькнуло выражение крайнего недоумения.

— …То, что дочь графа думает о таких глупостях — это одно, но почему ты пришла именно в герцогство?

— Подумай сама. Из-за приказов того сумасшедшего старика сюда постоянно приходили высокопоставленные господа, чтобы свататься к Мердии.

— Это да…?

— Но госпожа даже не пускала их в особняк, всем отказывала.

Служанка, увлеченно рассказывая, слегка улыбнулась и добавила:

— Раз уж сюда слетается столько рыбы на наживку, которая никогда не клюнет, разве не логично, что среди них найдется пара тех, кого можно поймать тайком?

— …Ого.

— Ну, теперь всё прахом, раз госпожа внезапно притащила жениха. Ха-а….

Пока её коллега, уныло помешивая виски, вздыхала, другая служанка, которая молча слушала разговор, с горящими глазами задала вопрос:

— Слушай, а кто-нибудь из них уже перешел к делу? Или, может, кто-то приглянулся больше остальных…?

Будь то служанки из простолюдинок или благородные девицы, женщин этого возраста всегда интересовали любовные истории.

Взять хотя бы Графство Лингард: даже Шаша или Парша, от которых такого не ожидаешь, однажды встретились в библиотеке, когда тайком искали любовные романы, и обе смутились.

Кстати, Луниэль в тот момент пряталась в соседнем ряду и читала роман о Герое.

— На самом деле, ничего не вышло. Тех, у кого был хоть какой-то потенциал, ушлые девицы похитрее меня уводили из-под носа.

— …Выбирай выражения.

— А ведь на дебюте у меня было полно поклонников….

— …Это у всех так. У меня тоже.

— Хм, иногда ты бываешь такой холодной.

В любом случае, начавшийся «девичник» не собирался заканчиваться, пусть это были и не те возвышенные беседы, что ведут графини.

— Так кто из мужчин понравился больше всего?

— Хм, даже не знаю…. Дай подумать, э-э-эм…. А, точно.

Когда служанка снова задала вопрос, та, порывшись в памяти, внезапно расплылась в зловещей улыбке и ответила:

— …Больше всего мне приглянулся тот, кто пришел последним.

— Кто?

— Старший сын графа Лингард.

В этот момент атмосфера на кухне на мгновение замерла.

— Эй, ты с ума сошла…? Он же жених госпожи!

— Я-я-я ничего не слышала.

— Да ладно, всё равно никто не слышит.

Сказав это, она всё же испуганно огляделась, но, убедившись, что никого нет, снова улыбнулась и продолжила:

— Я знаю, что он жених, но, честно говоря, это мой типаж.

— …Не знаю, по-моему, он выглядит как типичный зубрила, мне не нравится.

— Г-говорят, он такой же страшный, как госпожа…. Хотя по слухам не скажешь, выглядит очень спокойным. Ну, если честно, лицо у него немного пугающее….

Служанка, выслушав мнения коллег, с видом знатока понизила голос:

— Эй. У таких мужчин достоинства всегда предсказуемы.

— …И какие же?

— Днем они слабые, зато ночью — сильные.

Лица её коллег мгновенно покраснели.

— Вы же видели, как госпожа без всякого сопротивления позволила ему себя обнять?

— …….

— Разве это возможно при её характере? А?

Служанка, сама слегка покраснев, с озорной улыбкой продолжила:

— По-моему, госпожа сильна днем, но слаба ночью.

— …Не может быть.

— А вот и нет, такие «зубрилы» по ночам превращаются в настоящих волков, разве не знала?

В другое время подруга уже закрыла бы ей рот, но её слова звучали так профессионально, что обе лишь молча отвели взгляд.

— Ха-а…. Я бы тоже хотела завести роман с таким человеком….

— …Приди уже в себя.

— А может, знаешь что? Я сейчас вернусь в комнату, притворюсь сумасшедшей и попробую с ним заговорить….

Именно в тот момент, когда атмосфера на кухне накалилась до предела,

- Дзинь….

повеяло ледяным холодом, и воздух в комнате мелко задрожал.

— ……!

— Ой.

Почувствовав эту вибрацию, служанка, которая только что качала головой, слушая бредни коллеги, и другая, что слушала с горящими глазами, мгновенно побледнели и застыли на месте.

— Ч-что это? Почему вдруг стало так холодно….

— …….

— И-и еще, уши как будто заложило….

В отличие от них, та самая бестолковая служанка, чувствуя неладное, лишь почесала затылок.

— Показалось, что ли….

— …….

— Ну, в любом случае, я отнесу это и вернусь.

Она вышла из кухни с тем самым странным напитком, и в комнате воцарилась ледяная тишина.

— Слушай, э-э, значит….

— …….

— Это ведь было оно, да?

Спустя мгновение служанка, дрожа, задала вопрос, а её коллега, обливаясь холодным потом, смотрела на дверь, за которой только что скрылась подруга.

— …Интересно, увидим ли мы её снова.

Это было мимолетное ощущение, но у них были веские причины так реагировать.

— К-кто знает…?

— …Ха-а. Я же говорила, следи за языком.

Для тех немногих, кто пережил «День чистки», это ощущение было невозможно забыть.

*****

— …Сегодня в особняке как-то особенно холодно.

Служанка, вышедшая из кухни с чашкой, поежилась от пронизывающего холода и пробормотала:

— Вроде не время проветривания, странно….

Если бы она знала, что это «убийственная аура», она бы не была такой спокойной.

Однако, поскольку она была лишь дочерью графа, а не опытным воином или рыцарем, она не могла распознать эту энергию и, недоуменно покачивая головой, продолжила путь.

— Кхм, кхм-кхм!

Добравшись до гостевой комнаты, она прочистила горло.

Почему она так нервничала перед тем, как просто отдать чашку, знала только она сама.

- Тук-тук-тук….

Она осторожно постучала в дверь и заговорила:

— Прошу прощения, герцог. Я принесла напиток, который вы заказывали.

В её голосе не осталось и следа от развязного тона, который был на кухне.

— Можно войти?

Это была идеальная речь служанки, в которой даже чувствовалась некая благородная стать.

— ……?

Несмотря на безупречный тон, который должен был впечатлить даже такого высокопоставленного человека, как герцог, ответа не последовало.

— …Герцог? Сэр Уитни?

Она снова постучала, но реакции по-прежнему не было.

— Что такое…. Может, они обсуждают что-то важное?

Она уже хотела уйти, но вдруг осторожно потянулась к дверной ручке.

На самом деле, даже несмотря на свои мечты о романтике, она не собиралась врываться без спроса.

Она просто хотела создать себе оправдание на случай, если потом спросят, почему она не вошла.

- Скрип….

— …А?

Вопреки её ожиданиям, дверь, которая должна была быть заперта, легко поддалась.

— П-прошу прощения…?

Служанка, почувствовав неладное, с тревогой шагнула внутрь.

— …Темно.

В комнате было темно, хоть глаз выколи.

— ……?

Она попыталась нащупать устройство для активации магического камня, чтобы зажечь свет, но, обнаружив, что оно не работает, снова нахмурилась.

— Где же свечи….

Вспомнив, что на столе была декоративная свеча, она достала спички и зажгла её.

— ……А.

Перенося огонь на свечу, она внезапно замерла.

— ……А?

Вскоре лицо служанки, тупо моргавшей при виде стола, начало бледнеть.

— А-а-а………!

И в тот самый момент, когда она в ужасе попятилась назад,

— Тише.

— ……М-м!?

кто-то внезапно обнял её сзади и грубо зажал рот.

— Не могли бы вы вести себя тише?

Служанка, оцепенела от страха, узнала голос, и её глаза расширились.

— А то кто-нибудь услышит.

Уитни Лингард, с окровавленными руками, закрывал ей рот и улыбался, глядя прямо в глаза.

— ……Х-х.

Прямо перед ней, с пробитой головой, на столе лежал и остывал герцог Эмбергрин.

----------

Затемнение и сокрытие (2)

— М-м-м…

— Ха-ха, ну не надо так брыкаться.

— …М-м-м!

— Я же просил тебя этого не делать.

Служанка, которая продолжала отчаянно брыкаться, несмотря на зажатый рот, услышала тихий шепот Уитни и невольно перевела на него взгляд.

— Если продолжишь в том же духе, нам обоим станет неудобно.

Теперь, в свете свечи, стоявшей на столе, она увидела, что лицо Уитни тоже было забрызгано кровью.

Его лицо с той самой зловещей улыбкой в такой ситуации мгновенно заставило служанку, которая до этого отчаянно сопротивлялась, замолчать.

— Д-д-дрожь…

Однако, осознав весь ужас происходящего, она вскоре начала мелко дрожать всем телом.

— А, тебе было неудобно, что я закрывал тебе рот?

— …

— Хорошо, я сейчас уберу руку. Но давай договоримся.

Уитни, который внимательно наблюдал за ней, с мягкой улыбкой снова прошептал ей на ухо:

— Ты ведь не будешь кричать, правда?

— …

— Повторюсь, если об этом узнают, нам обоим не поздоровится.

Служанка, которая после этих слов несколько секунд испуганно вращала глазами, вскоре тихо кивнула.

— Вот и славно, тогда…

— …Х-хух.

Как только Уитни, следуя своему слову, тихо убрал руку…

— А!

Служанка, воспользовавшись моментом, когда его хватка ослабла, рванулась в сторону стола.

Точнее говоря, её рука потянулась к пистолету на мана-кристаллах, который лежал рядом с остывающим телом герцога Эмбергрин.

— …Ах!

Но прежде чем она успела коснуться оружия, её тело внезапно взмыло в воздух.

— Ты действительно не закричала. Что ж, хорошо.

— …!!!

— Но трогать улики без разрешения не стоит.

Служанка, только сейчас осознав, что парит в воздухе, в панике огляделась и лишилась дара речи.

— Хлюп…

Правая рука Уитни, словно огромное щупальце, вытянулась и крепко удерживала её.

— Так и отпечатки пальцев оставить недолго.

— …

— Там должны быть только отпечатки герцога. Если добавятся твои, всё станет только сложнее.

Слова Уитни, сказанные с явным умыслом, заставили служанку сдаться; она плотно зажмурилась, прекратив всякое сопротивление.

— …Ах.

Но через пару секунд, почувствовав, что её тело перевернули, она в испуге распахнула глаза.

— Если повторишь это, будет по-настоящему плохо.

— А…

Лицо служанки, осознавшей, что она лежит ничком прямо перед Уитни, мгновенно побелело.

— П-пожалуйста, пощадите.

— …Хм. Странно.

Хотя из её уст вырвалась вполне ожидаемая мольба, реакция Уитни осталась холодной.

— Не понимаю, почему все говорят мне одно и то же.

Сказав это, он вытер кровь с лица и улыбнулся. Теперь он совсем не походил на того «зубрилу», о котором шептались служанки.

На самом деле Уитни намеренно контролировал выражение лица, чтобы проявить хоть какое-то уважение к собеседнице.

Однако даже слуги, пережившие «День чистки», с трудом выдерживали его ауру, так что новая служанка, дочь графа, тем более не могла с этим справиться.

— Дрожь…

В итоге служанка, опустив взгляд, начала дрожать, словно от сильного озноба.

— Ты в порядке?

— …!!!

— Впрочем, неудивительно. Увидеть такую жуткую сцену — не шутки.

Уитни присел, чтобы поравняться с ней взглядом, и заговорил таким добрым голосом, что служанка, отчаянно мотая головой, выдавила из себя улыбку:

— Я… я не понимаю, о чем вы говорите…

— …Что?

— Я… я здесь… ничего… н-не видела…

Уитни, озадаченный таким знакомым ответом, слегка нахмурился и пробормотал:

— Она говорит прямо как Шаша.

— …Что?

— А, это моя личная служанка. Она тоже часто говорит нечто подобное.

В голове у служанки на мгновение всплыла и тут же исчезла картина того, в каких ситуациях обычно звучат такие слова.

— П-понимаю…

— Да, странно, правда?

— …Ха, ха-ха.

Теперь в глазах служанки Уитни превратился в настоящего серийного убийцу-социопата.

— А… но если я здесь умру, разве это не усложнит вам задачу?

— …?

— Если рассуждать логически… скрыть одно тело проще, чем два…

Служанка решила поставить всё на карту и попыталась договориться, используя «логику».

— Кажется, ты что-то не так поняла. Слушай внимательно.

Однако Уитни лишь раздраженно вздохнул:

— Герцог, что лежит там, погиб не от моих рук.

— А… тогда?

— Как бы невероятно это ни звучало, герцог сам приставил пистолет к своей голове и нажал на курок.

В комнате воцарилась тишина.

— …Вот оно что?

— …Кажется, ты мне не веришь.

— Нет, что вы! Я верю, верю!

Служанка, натянув улыбку, поспешно закивала, умоляюще глядя на Уитни.

— О-отпечатки! Если на пистолете отпечатки герцога, значит, он сам это сделал. Ха, ха-ха…

— О, ты знаешь про отпечатки?

— Что? А… я видела, как служанки каждый день протирают чашки и приборы…

В этот момент лицо Уитни стало серьезным.

— Постой, если в этом мире уже знают про отпечатки пальцев…

Пробормотав это себе под нос, Уитни поспешно направился к столу.

— …Т-тогда я пойду.

Служанка попыталась воспользоваться моментом и открыть дверь, но обнаружила, что та заперта изнутри, и застыла в недоумении.

— В-верно…

На гостевые комнаты в герцогстве наложено охранное заклинание, позволяющее гостю самому решать, кого впускать.

А раз герцог мертв, единственный гость здесь — Уитни.

Неизвестно, почему он разрешил ей войти, но без его воли она не могла покинуть комнату.

— Вот ведь, я так и знал.

Услышав мрачный голос Уитни, служанка в отчаянии обернулась.

— Слушай, служанка?

— …Ик, да.

— Ты случайно не знаешь заклинание, предотвращающее появление отпечатков?

На его резкий вопрос она, спрятав за спину руки, которыми только что пыталась открыть дверь, ответила:

— Я… я не занимаюсь черной работой, поэтому не знаю… но слышала, что такие заклинания давно используют в быту…

— …Значит, они уже в широком доступе.

Услышав это, Уитни схватился за голову и опустился на стул.

— Ха-ха… Вот это да.

— …

— Неужели всё было спланировано с самого начала?

Он что-то бормотал себе под нос с серьезным видом, но служанка, разумеется, ничего не понимала.

«Да не мог этот жадный и вздорный герцог сам себя застрелить».

Служанка, опасливо поглядывая на Уитни, начала выстраивать свою теорию.

«Значит, это он застрелил герцога… Но зачем? Из-за того, что тот велел расстаться с леди? Или он хочет избавиться от герцога, жениться и прибрать всё к рукам?»

Погруженная в свои мысли, она вдруг вздрогнула.

— Топ, топ…

За единственной дверью гостевой комнаты послышались шаги.

— Эй, ты еще долго?

— …!

— Там что-то случилось?

Это была её коллега, с которой она только что болтала на кухне. Она пришла искать её, так как та долго не возвращалась.

— Скрип…

— П-подожди!

В критический момент, когда дверь начала открываться, служанка бросилась к ней и с силой захлопнула, повысив голос:

— С-сейчас нельзя входить!

— А? В чем дело?

— Тут идет важный разговор. Приходи позже!

Причина, по которой дверь, которую Уитни мог запереть в любой момент, оставалась открытой, была очевидна.

Неизвестно, хотел ли он создать алиби или просто развлекался, но мужчина за её спиной явно жаждал новых жертв.

— Но ты же…

— Я… я должна подать напитки! Уходи, если поняла!

— Д-да, хорошо…

Служанка, не желая, чтобы её подруга стала следующей жертвой, со слезами на глазах прогнала её.

— …

Наступила короткая тишина.

— Отлично справилась. Благодаря тебе я смог перевести дух…

— Хватит, лучше запри дверь!

Служанка, которая только что перевела дыхание, обернулась и со слезами на глазах яростно прорычала:

— …А как это делается?

— Щелк…!

— …О?

Уитни, озадаченный её реакцией, удивленно моргнул, когда дверь заперлась сама собой по его воле.

— Вау, магия — это так удивительно. Не находишь?

Но в глазах служанки даже эта реакция казалась лишь притворством.

— Б-больше не втягивайте в это других.

— Что?

— Вы уже убили одного… чего бы вы ни хотели… меня одной будет достаточно.

Уитни, ошеломленный её словами, которые она выпалила, собрав всю волю в кулак, лишь почесал затылок.

— Бум-бум-бум!

В этот самый момент запертая дверь затряслась от ударов.

— Те, кто внутри, слушайте.

Когда снаружи раздался голос Мердии, лица служанки и Уитни одновременно исказились.

— Не знаю, что происходит, но Святой Престол внезапно начал аудит герцогства. Они получили разрешение Императора и привели с собой Первый орден паладинов и Святую.

С каждым словом Мердии лицо служанки становилось всё бледнее.

Теперь под ударом оказался не только Уитни, но и всё герцогство, а значит, и она сама как служанка.

— Если услышали, заканчивайте разговор и выходите. Сейчас объявлено чрезвычайное положение.

Сказав это, Мердия, не дожидаясь ответа, развернулась и ушла.

— …

В комнате снова воцарилась тяжелая тишина.

— Святая и орден паладинов, значит…

Уитни, единственный, кто сохранял спокойствие, поднял голову и тихо улыбнулся:

— Служанка, поможешь мне?

— Ч-что нужно?

Она, всё еще дрожа, прислушалась к его мягкому голосу.

— Ничего особенного.

Она окончательно потеряла дар речи, и взгляд её остекленел.

— Мы скроем место преступления, чтобы никто из герцогства или Святого Престола не узнал правду.

— …

— …Поможешь, правда?

Его взгляд был настолько пугающим, что она, даже будучи в состоянии шока, машинально кивнула.

----------

Затемнение и сокрытие (3)

Прошло около 30 минут. Начало дороги, ведущей к герцогству Эмбергрин.

— Предупреждаю в последний раз.

Конечно, в герцогстве Эмбергрин происшествия случались не реже, чем во владениях Лингард, но сегодняшнее событие было самым кровавым за последние несколько лет.

— Сложите оружие и освободите проход.

Рыцарский орден Эмбергрин, с явным напряжением преграждавший путь к поместью, противостоял элите Святой Церкви — 1-му Ордену святых рыцарей, облаченным в ослепительно белые доспехи.

— В противном случае я объявлю всех вас еретиками.

Главнокомандующий паладинов, стоявший впереди, возвысил голос, полный величия.

— Это не просто угроза. Знайте, что у меня есть полномочия признать каждого в этой зоне еретиком.

Хотя большинство паладинов пользовались уважением как главная военная сила Святого Престола, случай с этим человеком был иным.

Человек, стоящий сейчас во главе ордена, был главнокомандующим паладинов, чье влияние до появления Святой Гестии было сопоставимо с властью Папы.

Даже сейчас, когда Папа передал более половины власти Святой, этот человек оставался главнокомандующим, обладающим колоссальной силой.

— Как и вы, я тоже не просто угрожаю.

Если бы не тот факт, что путь главнокомандующему преграждала Мердия, чье имя гремело не только в империи, но и за ее пределами, святые рыцари, возможно, уже приступили бы к так называемому «очищению от ереси».

— Если сделаете еще хоть шаг вперед, я не гарантирую сохранность ваших жизней.

— Вот как?

— Да, потому что с этого момента это юридически территория герцогства.

Величие Мердии, которая одним своим присутствием сдерживала пресловутый орден паладинов, было поистине поразительным.

— Мы пришли с разрешения императора. Вы понимаете, что ваши слова — это не только ересь, но и государственная измена?

— Похоже, вы плохо осведомлены: что бы ни говорил император, внутри герцогства Эмбергрин действует экстерриториальность. Это древнее и незыблемое правило.

Главнокомандующий, который пытался убедить Мердию, сохраняя ледяное выражение лица, умолк, услышав ее отпор.

— Даже если бы император пришел сюда лично, у него нет полномочий проводить здесь обыск.

— …

— О, конечно, перед лицом подавляющей силы всё это бесполезно. Но это самое надежное решение, работающее с древних времен, не так ли?

Главнокомандующий, хранивший молчание, ответил на насмешку Мердии, зловеще сверкнув глазами.

— Помните, что наша главная задача — очищение регионов, где не произошло обращения, или мест, охваченных ересью.

— …

— Сейчас мы можем закончить дело с минимальными потерями. Но если вы продолжите упорствовать…

Однако, пока главнокомандующий продолжал говорить, Мердия перебила его голосом, полным жажды убийства.

— Ты уверен, что хочешь этого?

— …О чем вы?

— Вы ведь наверняка слышали обо мне кое-какие слухи.

Сразу после этого Драгоценный глаз Мердии начал медленно наливаться красным цветом.

— Прошу прощения, но устранение тех, кто идет против моей воли, — тоже моя специализация. Так что, если отступите сейчас, мы закончим с минимальными потерями.

— Похоже, наши взгляды не совпадают.

— Взаимно.

Главнокомандующий, наблюдавший за этим, ледяным тоном снова повысил голос:

— 1-й Орден святых рыцарей, перейти в боевую готовность!

— Всем примкнуть штыки. Занять оборонительное построение!

Конечно, Мердия не осталась в долгу и отдала приказ своим рыцарям, и в следующее мгновение обе стороны начали слаженно выстраиваться в боевые порядки.

— Цель — полное уничтожение. Командира желательно взять живым, но если не получится — можно убить.

— Мне лень повторять, так что вы просто выполните этот приказ с точностью до наоборот.

Так, за мгновение до катастрофы, когда силы Святого Престола и империи должны были столкнуться впервые за сотни лет, произошло нечто иное.

— Господа, пожалуйста, подождите минутку.

Из-за спин святых рыцарей, уже выставивших копья, внезапно раздался удивительно мягкий голос.

— Святая? Что случилось?

— …

— Что? Но…

Главнокомандующий, поспешно обернувшийся на этот голос, начал о чем-то беседовать с подошедшей к нему фигурой.

— Слушаюсь. Я не посмею ослушаться вас, посланницу Бога.

Забыв о своей недавней непреклонности, главнокомандующий немедленно склонил голову и изменил приказ.

— 1-й Орден святых рыцарей, сложить оружие. Выстроиться по бокам, чтобы Святая могла пройти.

Сразу после этого приказа рыцари, еще мгновение назад целившиеся копьями, в мгновение ока расступились, освобождая путь.

— Давно не виделись, юная герцогиня.

Человеком, который медленно пошел по образовавшемуся коридору к рыцарям Эмбергрин, была не кто иная, как центр власти Святого Престола — Святая Гестия.

— …

Мердия, с подозрением глядя на нее, идущую в одиночку без оружия, все же тихо подняла руку, приказывая своим рыцарям опустить мечи.

— …Давненько не виделись с того самого раза.

Спустя мгновение Мердия сама медленно направилась навстречу Святой и заговорила:

— Да, если считать по времени, прошло не так уж много, но и у меня, и у вас наверняка произошло немало событий.

— …Ты говоришь так, будто знаешь обо всем, что случилось.

— Хе-хе, кто знает?

Две женщины, встретившись на нейтральной полосе между двумя орденами, начали разговор: одна с яростным, другая с мягким выражением лица.

— Забудь об этом. Объясни лучше, что это за цирк?

— Мне очень жаль, что пришлось явиться в герцогство с таким количеством войск, это было крайне невежливо.

— Удивительно. Ты прекрасно это понимаешь, но все равно продолжаешь?

— Но с нашей стороны это было неизбежно.

Гестия, спокойно глядя на Мердию, которая говорила с явным раздражением, ответила мягким голосом:

— И в чем же причина?

— Поступил донос, что в герцогстве Эмбергрин есть объекты и исследования, связанные с Черной магией.

Мердия, на мгновение нахмурившись и вспомнив герцога Эмбергрин, усмехнулась и ответила:

— Ха, раз вы здесь, значит, есть доказательства?

— Разумеется, мы подтвердили наличие неопровержимых улик.

— В таком случае, что бы это ни было, это фальшивка.

Святая не отступала, но и решимость Мердии была не меньшей.

— По крайней мере, в моем особняке черная магия не может сделать и шагу.

— Вот как?

— Ты ведь должна знать, в каком состоянии я нахожусь, верно?

Услышав это, Гестия на мгновение задержала взгляд на руках Мердии, а затем снова посмотрела ей в лицо.

— Многие люди из-за подобных печальных причин часто обращаются к Черной магии.

— Тебе стоит следить за своими словами.

— Хе-хе, прошу прощения. Я прекрасно знаю, что вы не из тех, кого можно провести такими простыми провокациями.

Гестия тихо рассмеялась, но тут же приняла серьезный вид и продолжила:

— Но пока есть явные улики, мы вынуждены обыскать особняк.

Она немного помедлила, а затем добавила:

— И это уже другой разговор, но с недавних пор к нам поступали и доносы иного рода…

— Доносы иного рода?

— Как бы сказать… хотя в это трудно поверить.

Мердия, которая смотрела на Гестию с недоумением, желая узнать, что же такого ей наговорили, лишилась дара речи от следующей фразы:

— Донос гласит, что вы насильно удерживаете Уитни Лингарда, используете его как раба и эксплуатируете ради власти.

— …?

— А также поступали жалобы, что вы принуждаете его к разным непотребствам против его воли…

В конце концов, не выдержав, Мердия перебила ее:

— С каких это пор Святой Престол стал обращать внимание на грязные сплетни из подворотен?

— …Разве это не так?

— Послушай. Честно, ну как такое может быть?

Мердия, которая редко выходила из себя, искренне возмутилась, но тут же слегка вздрогнула и замолчала.

— Ведь еще несколько часов назад этот засранец сам заговорил о свадьбе…

Наступила короткая тишина.

— В отличие от прошлого, вы больше не отрицаете ваши отношения с ним.

Гестия, первой нарушившая тишину, пробормотала с тонкой улыбкой:

— Хе-хе, вы действительно сильно изменились.

От нее исходила такая уверенность и таинственность, что трудно было поверить, что всего несколько месяцев назад она была лишь слабой дочерью виконта.

— Но это одно, а я все же должна убедиться во всем своими глазами.

— …Ясно, значит, все-таки хочешь подраться? Что ж, я всегда готова.

Мердия, которая сама не заметила, как напряглась от такой атмосферы, снова приняла воинственный вид после слов Гестии.

— Я теперь святая, так что хочу избежать бессмысленных жертв.

Однако Гестия тихо покачала головой, мягко улыбнулась и прошептала, понизив голос:

— Поэтому я хочу сделать вам предложение. Хотите выслушать?

Мердия, которой показалось, что за этой улыбкой что-то скрывается, почувствовала неприятный осадок, но все же невольно прислушалась.

*****

Спустя еще около 30 минут. Передний двор внутри герцогства Эмбергрин.

— Благодарю вас за то, что приняли предложение, юная герцогиня.

— …Хм.

— Мы едва не понесли огромные потери с обеих сторон.

Мердия, шедшая рядом с Гестией, слегка фыркнула на ее вкрадчивые слова благодарности и отвела взгляд.

— Это зависит от того, что вы будете здесь вытворять.

Гестию сопровождал главнокомандующий паладинов, который до этого противостоял Мердии.

Вместо того чтобы устраивать силовую акцию с целым орденом, они решили провести обыск в герцогстве Эмбергрин, взяв с собой только Святую и одного охранника.

Кроме того, если в течение часа не будет найдено никаких улик, они немедленно покинут территорию.

Это был драматический компромисс, к которому пришли Мердия и Гестия в разгар напряженного противостояния.

— Не беспокойтесь. Мы будем проводить обыск только в рамках доноса.

— …Хм, посмотрим.

Они вошли в особняк, украдкой поглядывая друг на друга (Гестия улыбалась, но глаза ее оставались холодными), и вдруг перевели взгляд вперед.

— Кстати, атмосфера среди слуг какая-то странная.

— …Хм?

Как и сказала Гестия, слуги, выстроившиеся в коридоре, выглядели крайне подавленными, особенно горничные.

— Что случилось?

— Я, а… ну…

— Не заикайся, говори прямо.

Когда Мердия, вслед за Гестией, задала вопрос одной из горничных, та, обливаясь холодным потом, отвела взгляд и проговорила:

— На самом деле…

В этот самый момент дверь комнаты в конце коридора медленно начала открываться.

— …Фух, спасибо за помощь.

— А, да. Да-а.

Из комнаты вышли Уитни, весь в поту, и горничная, которая тоже была в поту и тяжело дышала.

— О.

— А.

Они замерли, заметив Мердию и Гестию, которые стояли в стороне.

— «…»

И те двое, увидев эту сцену, тоже застыли на месте.

----------

Разоблачение

— Юная герцогиня, это недоразумение.

— …

— Нет, правда, это просто недоразумение!

Мердия, до этого безучастно смотревшая вдаль, начала приближаться, источая пугающую жажду убийства, и Уитни, обливаясь холодным потом, слегка отступил назад.

— …Что там произошло внутри?

— А, э-э… Ну…

Однако герцогиня остановилась не перед Уитни, а перед служанкой, которая дрожала всем телом неподалеку.

— Говори.

— Э-это… ну…

Она бросила осторожный взгляд на Уитни, стоявшего чуть поодаль, и, натянув на лицо вымученную улыбку, заговорила:

— С-сэр Уитни помогал нам с уборкой комнаты…

— С чего бы это Уитни помогать?

— Позвольте, я объясню.

В тот момент, когда Мердия, заметив странное поведение служанки, начала излучать еще больше жажды убийства, Уитни, стоявший позади, наконец вмешался в разговор.

— На самом деле, пока мы с герцогом беседовали, разговор немного накалился.

— …И?

— Я пытался его успокоить, но герцог вдруг швырнул в меня чашкой и просто вышел из комнаты.

— Из-за этого мы и оказались облиты чаем. Ха-ха, вот такой пустяковый инцидент.

— …?

— А служанка так тяжело дышит, наверное, потому что сильно испугалась и убирала осколки с пола…

На самом деле, даже на первый взгляд слова Уитни звучали неубедительно, но Мердия нахмурилась по другой причине.

«…Облиты чаем?»

Она знала своего родного отца досконально — настолько сильно его ненавидела.

Поэтому Мердия не могла не почувствовать неладное: герцог никогда не заказывал обычный чай, предпочитая свои странные напитки.

«Он определенно что-то скрывает».

Острый ум Мердии мгновенно привел ее к выводу, что Уитни пытается что-то скрыть.

Может, Уитни и правда закрутил интрижку со служанкой в той комнате?

Нет, в это было трудно поверить.

Во-первых, Уитни Лингард, которого она знала, был не из таких, а страх в глазах служанки, отраженный в ее Драгоценном глазе, был слишком глубоким для обычного испуга от пойманных с поличным любовников.

Конечно, можно было бы списать это на то, что «Уитни снова чудит», как это обычно и бывало.

Но тогда что именно они пытались скрыть в этой комнате?

— Здравствуйте, сэр Уитни.

— А.

— Давно не виделись.

Как только мысли Мердии дошли до этого момента, стоявшая позади нее Святая Гестия внезапно показалась из-за спины и протянула Уитни руку.

— …

— Сэр Уитни?

— …Ха-ха.

И хотя лишь на мгновение, его лицо, которое обычно не выражало никаких эмоций (хотя Уитни этого не осознавал, он всегда жил с улыбкой на лице, как и Мердия), слегка напряглось.

— Святая, что привело вас сюда?

Уитни тут же улыбнулся, как ни в чем не бывало, и пожал руку Святой, на что та ответила мягкой улыбкой:

— Я пришла по анонимному доносу.

— Доносу, вы сказали?

— Поступило сообщение, что в Герцогстве Эмбергрин проводятся подозрительные исследования черной магии.

Уитни на мгновение склонил голову набок, а затем слегка приподнял уголки губ в горькой усмешке.

— …Значит, вот на что вы целились.

Мердия на мгновение озадачилась его тихим бормотанием, но тут же выбросила это из головы.

— И еще кое-какие мелочи… но, видя, что вы в полном порядке, похоже, это неправда.

— …?

— …Ну, на самом деле я и так знала, видя вас каждый день.

Все дело было в том, что из уст Гестии прозвучало нечто, что невозможно было просто проигнорировать.

— Что вы имеете в виду…

— Ничего особенного. Кстати, что там произошло внутри?

Однако Гестия, которая в отличие от прошлого теперь мастерски уходила от ответов, с той же улыбкой, что была у кое-кого другого, перевела взгляд на гостевую комнату, из которой только что вышел Уитни.

— Можно мне на минутку зайти внутрь?

— А, сюда?

— Да, раз уж я пришла по доносу, мне нужно обыскать поместье.

Лицо Уитни, услышавшего это, снова слегка исказилось.

— …Удивительно, что юная герцогиня дала разрешение.

— И не говорите. Фу-фу.

Сначала она сделала вид, что не заметила, но на этот раз Гестия не могла просто проигнорировать такую реакцию.

— …Хм.

Потому что Главнокомандующий паладинов, стоявший рядом с ней, смотрел на Уитни с нескрываемым подозрением.

— Ну, раз уж юная герцогиня дала добро, у меня нет полномочий препятствовать.

— Все в порядке. Мы просто хотим все проверить.

Как только решение войти в гостевую комнату было принято, Главнокомандующий в полном боевом облачении, возвышаясь своей огромной фигурой, молча направился к двери.

— Тогда, прошу прощения…

— А, вы останьтесь снаружи.

— Что?

Однако прямо перед тем, как взяться за ручку двери, Главнокомандующий был остановлен Гестией.

— Нужно быть готовыми к любым неожиданностям. Пожалуйста, оставайтесь снаружи и не теряйте бдительности.

— А… Слушаюсь.

Он тут же кивнул, приняв приказ Святой как должное.

— Но я должна пойти с вами.

— …О, юная герцогиня. Думаю, это не самая лучшая идея.

Мердия попыталась направиться к гостевой комнате, но Уитни ловко преградил ей путь.

— Почему?

— Юная герцогиня, вам тоже нужно быть готовой к неожиданностям. Разве не лучше остаться снаружи?

Мердия бросила взгляд на Главнокомандующего, стоявшего прямо перед дверью, и, казалось, тоже согласилась, кивнув.

— Но тогда некому будет следить за Святой.

— Я возьму это на себя. В конце концов, я тоже причастен к этому делу, не так ли?

— …Это верно.

Как только соглашение было достигнуто, Уитни и Гестия, словно по сговору, встали рядом перед дверью гостевой комнаты.

— Тогда мы пойдем.

— Фу-фу, с первой же комнаты все становится так непросто.

Когда они оба вошли внутрь, коридор естественным образом погрузился в тишину.

— …Эй.

— Ик.

— Что там произошло внутри?

Мердия, которая до этого молча хмурилась в тишине, подошла к служанке, все еще дрожавшей от страха, и задала вопрос.

— Я-я-я-я не знаю.

— …

— П-правда. Все, что я сказала раньше…

Мердия внимательно выслушала ее, а затем, усмехнувшись, пробормотала про себя:

«Опять врет».

На самом деле, Драгоценный глаз Мердии был специализировался на боевых навыках, и в нем не было функции чтения мыслей.

Однако, максимально используя боевые вспомогательные функции «анализа» и «динамического зрения», Мердия могла почти безошибочно определить, лжет собеседник или говорит правду.

Люди, когда лгут, часто выдают себя мелкими движениями глаз или мимических мышц.

Конечно, не каждый мог это заметить, но Мердия, привыкшая иметь дело с кучей идиотов, была мастером в этом.

«…Похоже, это не злонамеренная ложь».

Поэтому она могла до некоторой степени понять, с каким чувством служанка лжет.

«Такой тип людей обычно встречается среди тех, кто служит великой цели. Но почему…»

Однако даже понимая это, Мердия не знала истинной причины.

Ей хотелось немедленно допросить служанку, но проблемой был Главнокомандующий паладинов Святого Престола, который стоял позади и сверлил ее взглядом.

«…Паладины специализируются на защите. А этот — их Главнокомандующий. Если я не устраню его одним ударом и он выживет, все станет слишком опасно».

Мердия уже предполагала, что то, что натворил Уитни, может относиться к разряду вещей, которые никто не должен узнать.

Если бы события развивались по такому сценарию, обычно Мердия просто устраняла всех свидетелей.

Но сейчас в поместье находились Святая и Главнокомандующий Святого Престола.

Не было никакой гарантии, что она сможет полностью подавить их, а даже если бы и удалось, возникли бы проблемы с последствиями.

Это была официальная миссия, поэтому Империя и Святой Престол знали о местонахождении Святой. Если она внезапно исчезнет, война может начаться в любой момент.

К тому же, не похоже, что эти фанатики легко заговорят под пытками.

«Что же ты там натворил…»

Поэтому единственное, что могла сделать Мердия, — это молиться, чтобы Уитни и Гестия вышли оттуда без происшествий.

«Подожди».

Мердия, которая впервые за долгое время грызла ногти, внезапно осознала один факт и широко открыла глаза.

«…А где же герцог?»

Она осознала, что герцог Эмбергрин, который определенно входил в гостевую комнату вместе с Уитни, куда-то исчез.

*****

Тем временем, внутри гостевой комнаты Герцогства Эмбергрин.

— Внутри чище, чем я думала.

— Не стоит говорить такие вещи, Святая.

Гестия, вошедшая внутрь вместе с Уитни, огляделась и с невинным видом спросила:

— Нет, просто здесь слишком чисто.

— Что?

— Конечно, в герцогском доме важно поддерживать чистоту для приема гостей. Но кажется, что уборку здесь закончили меньше пяти минут назад?

Сказав это, Гестия провела рукой по подоконнику и пробормотала:

— Но странно то, что, в отличие от пола, стены убраны не до конца. Видите эту пыль?

— …

— Хм, похоже, у слуг герцогства какой-то особый метод уборки.

Ее тон был очень мягким, но в каждом слове скрывалась игла.

— Что вы об этом думаете, сэр Уитни?

— …Не знал, что у вас такой острый глаз.

Уитни постарался как можно мягче сгладить слова Гестии, сделав ей комплимент.

— Когда я жил в баронстве, уборка была моим хобби.

— Это так, но вы как будто стали другим человеком.

— …Говорят, должность меняет человека.

Гестия слегка пожала плечами и, тихо проходя вглубь комнаты, сказала чуть более оживленным голосом:

— Кстати, давно не виделись. Я хотела встретиться снова. В последнее время я была так занята.

— …Ха-ха.

— В последнее время поведение черных магов стало очень подозрительным.

Уитни снова слегка вздрогнул от этих слов, но Гестия, стоявшая к нему спиной, этого не заметила.

— Вот как…

— Ну, на самом деле есть и другие проблемы…

Гестия, которая продолжала идти, бормоча что-то с помрачневшим лицом, внезапно остановилась.

— …Мм?

Перед ней, остановившейся, стоял шкаф, предназначенный для хранения одежды гостей.

— Это…

Взгляд Гестии упал на красную жидкость, которая медленно сочилась из шкафа и капала на пол.

— …

И воцарилась ледяная тишина.

— Подождите, Святая.

— Это…

— Это то, что…

Уитни, который на мгновение зажмурился (хотя этого было совсем не заметно), поспешно направился к ней, но реакция Гестии была быстрее.

— А.

Гестия, не теряя ни секунды, протянула руку и распахнула шкаф, после чего ее лицо на мгновение оцепенело.

— …

В шкафу, нелепо скрючившись, висел труп герцога Эмбергрин с огнестрельным ранением в голову.

----------

Обещание

“…….”

“…Ха-а.”

Между Гестией, ошарашенно глядящей на труп в шкафу, и Уитни, который со вздохом потер лоб, повисла ледяная тишина.

- Скри-и-ип….

Спустя мгновение Гестия, всё ещё пребывая в прострации, медленно закрыла дверцу шкафа.

“А, одежда внутри выглядит довольно необычно”.

“…Ха-ха”.

Она отвернулась и произнесла это с натянутой улыбкой, на что Уитни, тоже выдавив из себя смешок, кивнул.

“…Разве это то, что можно просто так проигнорировать!?”

“…….”

“Ч-что, черт возьми, ты натворил?”

Однако на настойчивые расспросы Гестии Уитни лишь молча отвел взгляд в сторону.

“Мы просто разговаривали, и герцог внезапно упал замертво”.

“Ты думаешь, я в это поверю!?”

“…М-да, пожалуй, не выйдет”.

Когда Гестия возмутилась столь нелепой отговоркой, Уитни тихо вздохнул, причмокнул губами и попробовал снова.

“Герцог, с которым я беседовал, вдруг сам приставил пистолет ко лбу и…”

“Хватит, мне сейчас не до шуток, прекрати этот балаган”.

“А это правда”.

“Почему ты убил герцога именно в этот момент?”

Гестия, по-прежнему считая слова Уитни лишь игрой слов, продолжила допрос.

“Лучше бы ты убил его, когда я не видела, или хотя бы не в День аудита…”

“…О чем это ты?”

“Ха-а, дело дрянь. Что же теперь делать?”

Уитни, наблюдавший за тем, как Гестия схватилась за ноющую голову, внезапно медленно направился к ней.

“Святая”.

“…Ч-что еще?”

Гестия, мельком взглянув на него и увидев жуткое выражение лица Уитни, начала пятиться назад.

“Раз уж всё зашло так далеко, ничего не поделаешь…”

“Э-эй, постой! Не надо так”.

Упершись спиной в стену, она съежилась, опасливо поглядывая на подошедшего вплотную Уитни.

“С-сначала выслушай меня…”

“Тсс”.

Она попыталась что-то сказать тихим голосом, но Уитни прервал её простым жестом, приложив палец к губам, и начал шептать ей на ухо очень мягким тоном.

“Если ты закроешь глаза на это дело…”

Гестия, словно вспомнив травму нескольких месяцев давности, сглотнула и замерла, внимательно слушая его.

“…я подарю тебе 300-летнее вино с Южного континента”.

“Ты с ума сошел?”

“Ай”.

Она хлопнула Уитни по груди, который прошептал это с невероятно серьезным видом, и снова возмутилась.

“Я больше не та беспомощная марионетка, что была раньше! Теперь я фактический лидер Святого Престола…!”

“…Вот поэтому я и предлагаю сделку. Тебе правда не нужно?”

“Забудь об этом!”

Уитни, который снова попытался тайно договориться с Гестией, на её жесткий отказ лишь грустно опустил голову и спросил.

“Тогда ты собираешься забрать меня в Престол?”

“…Нет, не в этом дело”.

“Тогда?”

“Я пытаюсь придумать, как всё это скрыть, так что помолчи немного”.

“Что?”

Однако реакция Гестии оказалась совсем не такой, как ожидал Уитни.

“Ну, я знаю, что ты регрессор. Наверное, это был человек, которого обязательно нужно было убить в этот момент”.

“…Простите?”

“У нас нет времени на споры, хватит переспрашивать. Проблема в моих обязательствах…”

Уитни, который на мгновение озадаченно склонил голову, почувствовал проблеск надежды и осторожно спросил.

“Послушай, не беги впереди паровоза, можешь объяснить подробнее?”

“Ха-а…”

Гестия глубоко вздохнула и, немного успокоившись, начала объяснять.

“Слушай внимательно. Следующая неделя — это День аудита в Святом Престоле. Это древняя традиция, день, когда сила ушедшего бога проявляется сильнее всего”.

“К чему ты клонишь?”

“В обычное время это не так, но сегодня я не могу лгать”.

Гестия, произнеся это, продемонстрировала серую святую силу, которая сегодня сияла особенно ярко, и продолжила объяснение.

“Говорят, первая и вторая Святые всегда общались с богом. Хотя сейчас это не так, если совершить хоть малейшее нечестивое действие в День аудита, когда связь с богом наиболее сильна…”

“…могут возникнуть проблемы?”

“Не просто проблемы, меня могут лишить силы и статуса. Даже за простую ложь”.

Уитни на мгновение нахмурился, но Гестия, не обращая внимания, продолжала.

“Проблема в том, что отчет по этому расследованию нужно подать завтра. Я обязана доложить обо всем без исключения в Папский совет”.

“…Нельзя отложить сроки?”

“Если бы это было возможно, я бы не мучилась. Папский совет назначил отправку в герцогство на сегодня именно для того, чтобы исключить любую возможность моего подкупа”.

Хотя Гестия, будучи новой Святой, уже захватила более половины власти в Святом Престоле, Папа и совет старейшин не переставали использовать её как инструмент контроля.

В частности, Главнокомандующий паладинов, присланный вместе с ней, хотя и подчинялся Святой согласно догматам, в душе был сторонником совета старейшин.

Отчасти его прислали именно для того, чтобы следить за Гестией, которая могла вынести предвзятое решение в пользу Уитни, близкого друга Мердии.

“…Дело приняло сложный оборот”.

“Вот именно, зачем ты убил его именно сейчас!”

“Ты не придираешься к самому факту убийства?”

Гестия, у которой голова шла кругом, закричала на невозмутимого Уитни, а тот, не понимая её состояния, даже улыбнулся и отпустил шутку.

“…В последнее время я кожей чувствую, что в жизни бывают вещи, с которыми ничего не поделаешь”.

Гестия, то ли поддавшись его темпу, то ли отчаявшись, вздохнула и ответила с заметно упавшим настроением.

“Но в данном случае всё действительно серьезно…”

“Верно, разве не иронично?”

“……?”

“Именно в тот день, когда Престол прислал Святую, происходит такое. Разве это не чистое совпадение?”

Она нахмурилась, услышав многозначительные слова Уитни, и спросила.

“Ты хочешь сказать, что это было спланировано?”

“Конечно, не я это планировал. Вероятно, это был план герцога”.

“Ты хочешь сказать, что быть убитым тобой — это план герцога?”

Уитни горько усмехнулся и кивнул.

“Не я его убил… но, можно сказать, что-то вроде того”.

“…….”

“Суть в том, чтобы меня обвинили в убийстве герцога. Если бы это произошло внутри герцогства, я бы как-нибудь всё скрыл, но если замешан Престол, дело становится крайне запутанным…”

Уитни, пробормотав это про себя, пронзительно посмотрел на Гестию.

“Ты не знаешь, кто отправил тот анонимный донос в Престол?”

“…Если бы я знала, он не был бы анонимным”.

“Что именно было в доносе? И какие есть доказательства?”

На этот настойчивый вопрос Гестия, хоть и неохотно, начала отвечать.

“Донос гласил, что в герцогстве Эмбергрин давно проводятся эксперименты с черной магией, а доказательство…”

“…это?”

“Кольцо главы рода Эмбергрин. По результатам расследования жрецов, в нем обнаружено количество черной маны, которое может накопиться только за 10 лет воздействия черной магии”.

Сказав это, она достала из-за пазухи старое, но изысканное кольцо с печатью герцогства Эмбергрин.

“Теперь всё ясно”.

Уитни, глядя на него, пробормотал это с выражением крайнего изумления и опустился на стул.

“…Святая, у меня есть вопрос”.

“Какой?”

Он долго размышлял, а затем задал вопрос Святой, которая всё это время нервничала рядом.

“Мне интересно насчет правил Дня аудита: определение лжи, которую нельзя говорить, абсолютно или относительно?”

“О чем ты?”

“Нужно говорить только абсолютную истину, или нельзя говорить то, что сам считаешь ложью?”

На этот вопрос Уитни Гестия, которая, похоже, сама никогда об этом не задумывалась, смущенно ответила неуверенным голосом.

“Это… я даже не знаю…”

“Вот как…”

“…Но если учесть, что День аудита — это период, когда божественный надзор наиболее силен, скорее всего, верно второе”.

Однако вскоре Гестия, блеснув глазами, добавила.

“Ведь сказать по ошибке то, что не является истиной, менее нечестиво, чем солгать, зная правду”.

Услышав столь разумную интерпретацию догматов из уст Святой, Уитни, еще больше погрузившись в раздумья, подпер подбородок рукой.

“Герцог целился даже в это…? Или просто совпадение…?”

“Эй, так что мы будем делать?”

Гестия, глядя на него, наконец не выдержала и спросила, и Уитни, который до этого закрыл глаза, наконец заговорил.

“…У меня есть идея. Но мне снова придется просить тебя о сложном одолжении”.

“Ха-а, ладно. Говори”.

Гестия вздохнула, но молча кивнула и приготовилась слушать.

“Прежде всего, отложи отчет о расследовании”.

“Я же сказала, что это невозможно”.

“Много времени не нужно. Всего неделю. Дождись последнего дня Дня аудита”.

Хотя она была готова к худшему, просьба Уитни оказалась не такой уж сложной, как она думала.

В конце концов, старейшины Престола хотели лишь исключить возможность лжесвидетельства Гестии.

Поэтому, если привести веские причины, подать отчет в самый последний день аудита было вполне возможно.

“Что-то еще?”

“Это всё. Больше ничего не нужно”.

“Хм-м…”

Однако Гестия продолжала смотреть на Уитни с подозрением и допрашивать его.

“Действительно ли этого достаточно? Ты сможешь всё решить?”

“…Да, конечно”.

“Но через неделю я должна буду сказать правду”.

Тогда Уитни ответил своей фирменной зловещей улыбкой.

“…К тому времени это уже не будет иметь значения”.

Гестия, от слов которой её пробрала дрожь, на всякий случай спросила.

“Ты что, собираешься убить меня?”

“…Конечно нет, ха-ха”.

Уитни рассмеялся, словно это был какой-то глупый вопрос, и добавил спокойным тоном.

“Если бы я хотел убить тебя, я бы сделал это на помолвке”.

“…Ик”.

“Шучу, расслабься, Святая”.

Хотя Гестия уже давно избавилась от своей былой наивности, Уитни для неё всё равно оставался существом вне всяких правил.

“Ну что, пора выходить?”

“…Постой”.

В любом случае, когда дело было улажено и Уитни собрался выйти, Гестия внезапно его остановила.

“Когда мы выйдем, Главнокомандующий начнет задавать вопросы…”

“…А, это не проблема”.

Уитни ответил с легкой улыбкой на её слова.

“В конце концов, главное — просто не лгать”.

Конечно, в глазах Гестии даже это выглядело пугающе зловеще.

‘…Неужели он собирается уничтожить мир за неделю?’

С такими нелепыми мыслями она тихо последовала за Уитни.

“…….”

Даже не подозревая, что эти нелепые мысли оказались пугающе близки к истине.

----------

Устранение

Прошло еще несколько часов с тех пор, как Уитни и Гестия вышли из комнаты.

— Итак, каковы результаты расследования?

— Прошу прощения. Мы обыскали всё с величайшим усердием, но никаких примечательных находок не обнаружили.

Главнокомандующий паладинов, снова собравшийся в прихожей особняка, отдал честь ожидавшей его Гестии и доложил о результатах.

— Тогда, может, вы уже покинете наш особняк?

В тот же миг по прихожей разнесся холодный голос Мердии.

— Мы как раз собирались это сделать.

— …Святая, но ведь…

Главнокомандующий, широко открыв глаза, попытался остановить Гестию, которая молча кивнула на слова Мердии, но та оставалась непреклонной.

— Раз доказательств не найдено, дальнейшее пребывание здесь лишь навредит нам самим.

— …Но ведь есть неоспоримое вещественное доказательство…

— Не знаю, не знаю. На данный момент я даже сомневаюсь в его подлинности.

После слов Гестии Главнокомандующий, оглядевшись по сторонам, вопреки своим внушительным габаритам, сжался и прошептал ей на ухо:

— Согласно анализу жрецов, это определенно подлинник. Ведь в нем содержится янтарная мана, характерная для Герцогства Эмбергрин…

— …….

— Поэтому я считаю, что перед уходом мы должны хотя бы спросить об этом саму юную герцогиню.

Выражение лица Главнокомандующего оставалось таким же упорным, совсем не похожее на человека, который несколько часов кряду безрезультатно копался в пыли.

— Прекратите.

— Прошу прощения?

Гестия, вновь легко проигнорировав мнение Главнокомандующего, тихо покачала головой и заговорила:

— Мы не можем так бездарно раскрыть наш единственный козырь.

— …….

— Например, если мы сейчас потребуем показать кольцо главы рода, мы, конечно, застанем её врасплох, но само по себе это не станет доказательством. Напротив, весьма вероятно, что она заранее подготовила подделку.

— Вот как…

— Если мы выложим его сейчас, то упустим с таким трудом добытую улику и больше никогда не сможем прижать её к стенке.

Слова Гестии были поистине разумны. В конце концов, кольцо, полученное в качестве доноса в Святом Престоле, сочли подлинным именно из-за обнаруженной в нем «янтарной маны».

Иными словами, это означало, что Мердия, будучи кровной наследницей Герцогства Эмбергрин, могла без труда создать абсолютно идентичную копию.

Конечно, в таком случае даже Святой Престол не смог бы отличить подлинник от подделки.

Именно поэтому они использовали гарантии Императора, не раскрывая Мердии, что именно за «вещественное доказательство» у них на руках.

Если бы в такой ситуации Мердия узнала, что именно за «доказательство» есть у Престола, расследование, разумеется, зашло бы в тупик.

— Ничего не поделаешь. Сейчас нам остается лишь временно отступить и ждать дополнительных доносов или улик.

— Хм-м…

Осознав это благодаря словам Святой, Главнокомандующий некоторое время тихо ворчал, а затем, закрыв глаза, произнес:

— Если такова воля Божья.

Однако, уже собравшись развернуться и уйти, он вдруг словно что-то вспомнил, обернулся и задал Гестии вопрос:

— …Кстати, Святая. Вы случайно не видели там внутри «герцога»?

— Вы имеете в виду герцога, а не юную герцогиню Мердию?

— Да, видите ли… на самом деле…

Когда Гестия склонила голову набок, Главнокомандующий, казалось, на мгновение задумался, а затем, нахмурившись, начал рассказывать:

— Орден паладинов недавно получил сведения, что герцог Эмбергрин прибыл в особняк.

— …Это правда?

— Если юная герцогиня Эмбергрин не причастна к этому делу, возможно, замешан бывший глава рода. Почему бы нам не продолжить обыск, пока мы его не найдем?

Хотя до этого момента она старалась не подавать виду, лицо Гестии начало постепенно мрачнеть, как только зашла речь о «герцоге».

— Кстати, вы ведь заходили в комнату для гостей.

— …….

— Святая, герцога Эмбергрин там не было?

Уловив это едва заметное изменение, Главнокомандующий задал вопрос Гестии.

— …Нет, его там не было.

— Хм, понятно.

Однако, когда Гестия ответила, нахмурившись, Главнокомандующий на удивление легко кивнул.

— Понял. Прошу прощения, это была лишь формальная процедура проверки.

— Лучше всё перепроверить, чтобы быть уверенными.

— Да, тогда…

Именно в тот момент, когда Гестия, слегка успокоившись от его реакции, тоже собралась развернуться, раздались голоса:

— Уже уходите?

— Ха-ха, вы все тоже немало натерпелись.

Это Мердия и Уитни, стоявшие позади них, заговорили одновременно.

— Вот именно, я же говорила. В герцогстве нет ничего подозрительного.

— Да, верно. Юная герцогиня никогда не делала ничего подозрительного. Если бы она делала что-то открыто, это одно дело, но… Ай!

Уитни, который с широкой улыбкой отпускал шуточки рядом с Мердией, улыбавшейся холодной улыбкой, получил от неё удар по ноге и тут же замолчал.

— ……!?

В этот момент лицо Главнокомандующего заметно напряглось.

«Что это? Что за чувство?»

Хотя сейчас он, как глава паладинов, больше занимался командованием в тылу или политическими интригами в совете старейшин, чем сражениями.

Но когда-то он был образцом паладинов, героем войны, чья слава была непобедима.

И почему-то его единственный старый шрам, полученный в прошлом, вдруг заныл.

«…Странно».

На самом деле, паладины, специализирующиеся на «защите» и «исцелении» лучше любой другой военной силы в мире, редко получают ранения.

Пробить доспехи и шлемы, пропитанные святой силой, — уже задача не из легких, а даже если это удается, скорость регенерации паладинов запредельна.

Это не просто быстрое заживление царапин; если отрубить руку, она полностью отрастает в среднем за 5 минут.

Конечно, это лишь средний показатель. В случае паладинов, специализирующихся на исцелении, восстановление может занять менее 10 секунд.

Благодаря этому паладинов иронично называют «святыми нежитью», и существует не так много способов оставить на них шрам навсегда.

«…Этот шрам ноет только тогда, когда рядом есть что-то, связанное с черной магией».

Да, можно сказать, что «черная магия», оставившая неизгладимый след на лице Главнокомандующего, — это один из немногих способов оставить на паладине шрам на всю жизнь.

На самом деле, в обществе принято считать, что черная магия уязвима перед святой силой, и в некотором смысле это правда.

Однако многие не знают, что святая сила также уязвима перед черной магией.

Взаимодействие этих двух сил — это не просто абсолютное противостояние, как огонь и лед или черная и белая магия.

Как уже однажды объясняла Тиффани в Люмен Ордо, святая сила — это не сила бога, а человеческая воля, стремящаяся утвердить свою веру.

Напротив, черная мана — это злобная сила, исходящая от злого божества.

Конечно, поскольку сила злого божества по своей сути порочна, она неизбежно слабеет перед сильной волей, стремящейся утвердить веру.

Но, с другой стороны, святая сила также может быть осквернена злой силой в самом своем истоке.

Причина, по которой этот факт малоизвестен, заключается в масштабной дезинформации со стороны Святого Престола, который не хотел раскрывать свои слабости.

На самом деле, существовало крайне мало способностей, способных противостоять сложной и запутанной черной магии, поэтому им приходилось поддерживать боевой дух хотя бы таким образом.

«…Я уверен. В этом особняке что-то есть».

И как паладин, некогда называемый героем войны, Главнокомандующий осознал, что эта сила находится совсем рядом.

«Иначе шрам не ныл бы так сильно».

Тот факт, что единственным основанием было лишь нытье шрама, придавало ему сходство со стариками, у которых ноют суставы перед дождем.

Однако интуицию паладина, прошедшего через бесчисленные невзгоды на поле боя и, в частности, перебившего множество черных магов, нельзя было игнорировать.

К тому же, в шрамах, оставленных черной магией, обычно таится черная мана.

Хотя точная причина еще не установлена, жрецы несколько раз докладывали, что такие шрамы иногда резонируют с окружающей черной маной.

Поэтому Главнокомандующий, разрываясь между тем, чтобы довериться своей интуиции, или подумать о социальном статусе, потянулся к мечу на поясе.

«……Подождите, а это вообще имеет смысл?»

Именно в этот момент Главнокомандующий почувствовал, что что-то не так.

«Сейчас в прихожей только я, Святая, юная Юная герцогиня Мердия и сэр Уитни…»

Прихожая Герцогства Эмбергрин была просторной, чтобы внушать трепет и величие, но при этом была полностью открыта со всех сторон.

Иными словами, здесь не могло быть слепых зон или мест, где кто-то мог бы спрятаться.

«Тогда…»

Однако проблема заключалась в том, что среди присутствующих не могло быть черного мага.

Сам Главнокомандующий, разумеется, исключен, о Святой и говорить нечего, а юную герцогиню Мердию, хотя о ней и ходит много дурных слухов, тоже следует исключить.

Потому что одна из самых известных её «заслуг» — это истребление черных магов.

Если бы это было не так, Мердию давно бы вызвали на суд инквизиции Святого Престола.

«…Не может же сэр Уитни быть черным магом».

Тогда остается Уитни Лингард. Но он — герой, трижды проверенный Папой, Святой и Империей.

Более того, недавно появились сведения, что он тайно контактировал с «Люмен Ордо».

«Но здесь обязательно есть один. Черный маг».

Однако Главнокомандующий, не желавший отказываться от своей интуиции, уже собирался медленно вытащить свой большой меч из ножен.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!! —

В этот момент из коридора донесся леденящий душу крик, полный ужаса.

— Ха! —

И как только раздался этот крик, Главнокомандующий коротко выдохнул и, не дожидаясь, пока его кто-то остановит, бросился вперед изо всех сил.

— П-подождите!

— …П-подождите!

— Ох, вот это да.

Никто не ожидал, что столь массивное тело может двигаться с такой ловкостью, поэтому никто из присутствующих не смог его удержать.

*****

— Бум, бум, бум!

Прямо перед комнатой, из которой донесся крик, задрожал пол от тяжелых шагов.

«Черные маги должны быть истреблены».

Затем Главнокомандующий, тяжело дыша, остановился, словно врезавшись в стену.

«Даже если это хозяин этого особняка».

Он добрался до комнаты для гостей. Многие слуги уже собрались там, услышав крик, но после внезапного вторжения Главнокомандующего разбежались в разные стороны.

— Скри-и-ип….

Не обращая внимания на слуг, Главнокомандующий, опасаясь черного мага, который мог находиться в комнате, медленно взялся за дверную ручку.

«…Э, но».

Он вдруг склонил голову набок, задавшись вопросом.

«Святая ведь сказала, что уже проверила здесь всё…»

Но не успела эта мысль оформиться в голове, как перед его глазами предстала шокирующая сцена.

— А?

Глаза Главнокомандующего, застывшего на мгновение при виде этой картины, расширились.

— …И-и-ик.

Горничная, вошедшая в комнату, чтобы прибраться, обнаружила герцога Эмбергрин, висящего в распахнутом шкафу, словно старая тряпка, с высунутым языком, и, осев на пол, дрожала от страха.

— Что это…!

— …Ха.

Именно в этот момент у него за спиной раздался холодный вздох.

— Я ведь точно запирала дверь.

Святая Гестия, глядя на Главнокомандующего без тени волнения, пробормотала это.

— …С-Святая! Вы ведь сказали, что проверили всё внутри!?

— Я же говорила.

Взгляд Главнокомандующего, который собирался поспешно допросить её, начал туманиться.

— Что герцога Эмбергрин там нет.

Гестия, протянувшая руку вперед, окутала его сероватым дымом.

— Потому что это уже не герцог Эмбергрин, а труп.

И это стало последним воспоминанием Главнокомандующего в тот день.

----------

Обещание

— Ха-а…

Гестия, глядя на распростертого на полу главнокомандующего, тяжело вздохнула и покачала головой.

— Не хотелось мне прибегать к таким грубым методам.

Человек, лежащий без сознания, был не кем иным, как главнокомандующим паладинов Святого Престола.

Паладины — щит церкви, противостоящий любому злу, — почти невосприимчивы не только к физическим атакам, но и к большинству заклинаний и проклятий.

Однако у них есть одна неожиданная слабость — «святая сила».

В конце концов, их сверхчеловеческая защита и регенерация объясняются тем, что они постоянно пропитаны колоссальным количеством этой энергии.

Конечно, учитывая врагов, с которыми обычно сражаются паладины, святая сила не является для них проблемой.

Но если Гестия, способная управлять огромными объемами святой силы, достойными самой Святой, насильно введет ее в избытке, перегрузка неизбежна — и произойдет она за считанные секунды.

— Вы его вырубили, но разве это не усложнит ситуацию?

— А… об этом не беспокойся.

Проблема заключалась в том, что он уже увидел труп герцога. Уитни задал вопрос с обеспокоенным видом, но реакция Гестии была на удивление спокойной.

— Если влить в паладина слишком много святой силы, у него случается амнезия.

— Что?

— Это как похмелье. Ну, или как ты говорил раньше — будто память отшибло…

Уитни, ошарашенно наблюдавший за Гестией, которая без тени сомнения приложила руку к виску главнокомандующего, поморщился и проговорил:

— Откуда вы вообще такое знаете?

— Да так, экспериментировала кое с чем.

— Чем вы вообще занимаетесь в Святом Престоле?

Гестия усмехнулась и ответила:

— Хочешь узнать? Тогда как-нибудь выпьем вместе.

— …

— А, хотя нет, во время Дня аудита это не выйдет. В церкви алкоголь считается нечистым, если только это не праздник или ритуал.

Главнокомандующий, в которого начали вливать святую силу, закатил глаза и издал тихий стон.

Это зрелище выглядело довольно жутко на фоне изящной улыбки Гестии.

— Раньше вы точно не были такой.

— И правда, раньше не была. Интересно, почему я такой стала?

— …Ха-ха.

— В любом случае, если не собираешься помогать, отойди. Если я ошибусь с дозировкой святой силы, будет еще больше хлопот.

Уитни, с тоской наблюдавший за ней, вздрогнул от легкого предупреждения Гестии и отступил.

— Разве это не была моя роль…?

— Что ты там бормочешь?

— Ничего особенного.

Уитни пробормотал это, причмокнув губами с недовольным видом.

— …Эй.

Его лицо снова застыло, как только он услышал ошарашенный голос позади.

— Что… это за ситуация?

— …

— Говори правду.

Мердия, чье лицо окаменело, смотрела в комнату с таким выражением, будто не могла поверить в увиденное.

— Что я сейчас вижу?

— …

— Ну? Это ведь какая-то ошибка, да? Не может быть, чтобы это было правдой?

Мердия, долго смотревшая на явно безжизненное тело герцога Эмбергрин, дрожащим голосом обратилась к Уитни.

— …Госпожа Мердия.

— Говори, я слушаю.

Мердия старалась сохранять спокойствие, но в ее голосе, обращенном к Уитни, сквозила нескрываемая тревога.

— Если я скажу, что герцог, с которым я разговаривала, внезапно что-то проверил и выстрелил себе в голову, вы поверите…?

— …Что за бред!

Уитни, помедлив, попытался заговорить, но его тут же перебили окриком.

— Этот ублюдок никогда бы не покончил с собой! Я это прекрасно знаю!

— Но…

— Да, если человек в отчаянии и ему нечего терять, он может угрожать своей жизнью! Но этот тип так трясся над своей шкурой!

В глазах Мердии, когда она это говорила, пылала яростная ненависть.

— Он был мусором, готовым пожертвовать жизнями всех жителей империи, лишь бы обрести вечную жизнь!

Для Мердии, которая годами наблюдала за ним и немало от него натерпелась, «самоубийство герцога» было чем-то невозможным.

— Если ты не скажешь мне правду, как я пойму, что делать!!!

— …

— Скажи мне правду, хотя бы мне. Ну?

Уитни долго смотрел на Мердию, которая уже покрылась холодным потом и умоляла его, а затем, вздохнув, заговорил:

— …Да, вы правы.

В тот же миг пыл Мердии мгновенно угас.

— Я застрелил герцога.

Уитни признался в этом так буднично, словно прихлопнул надоедливую муху, и сегодня его лицо казалось особенно пугающим.

— …А-а-а.

— О, боже.

— Господи…

Слуги, собравшиеся на шум, побледнели, глядя на Уитни, но Мердия уже не замечала таких мелочей.

— Он сказал, что помешает нашей с вами свадьбе. А если мы поженимся, он не даст мне даже письма.

— …И поэтому ты его убил?

— Ну, да. Именно так.

Конечно, это была наглая ложь Уитни.

Но, к удивлению, Мердия, которая всегда видела его ложь насквозь, в этот момент не смогла распознать обман.

Уитни и так было трудно раскусить из-за его вечно прищуренных глаз.

А теперь, когда он говорил с абсолютно каменным лицом, Мердия, хоть и не подала виду, была сильно потрясена — и это стало ее ошибкой.

— Почему, почему ты это сделал? Не ожидала от тебя такой глупой ошибки…

— …

— …Неужели из-за мысли, что мы можем не пожениться? Ты правда такой дурак?

Мердия, придя к такому выводу, задрожала и пробормотала:

— А, нет. Что сделано, то сделано, не буду тебя винить. Сначала нужно скрыть улики. Замаскировать тело, придумать алиби, и…

Взгляд Мердии, которая бормотала сама с собой, внезапно упал на стоявшую рядом Гестию.

— …Нужно заткнуть рты всем, кто знает об этом.

В тот же миг глаза Мердии начали наливаться красным.

— Ха-ха, в этом нет необходимости.

— …!?

— Даже наоборот, лучше этого не делать.

Но прежде чем ее сила коснулась Гестии, Уитни внезапно покачал головой и закрыл глаза Мердии рукой.

— Мы уже договорились со Святой.

— Что?

— Сейчас она работает с памятью главнокомандующего паладинов. То, что он видел этот труп, будет стерто, будто этого никогда не было.

После этого объяснения Мердия, которая была на взводе, наконец перевела дыхание.

— …Понятно, тогда ладно.

Мердия обвела холодным взглядом собравшихся слуг.

— Г-госпожа!

— Н-неужели вы…

Слуги, смущенные ее явным и недвусмысленным взглядом, начали пятиться назад.

— Госпожа, повторяю, в этом нет нужды.

— …Н-но.

— Так что, не вернете ли вы глазам их обычный цвет?

В этой накаленной ситуации Мердия смогла сохранить рассудок только благодаря словам Уитни.

— …Вечно скрывать это не получится.

— Если я возьмусь, то смогу создавать иллюзию герцога довольно долго, но, конечно, у этого тоже есть предел.

Она, наконец вернувшись к своему обычному образу, с беспокойством посмотрела на него и заговорила:

— Поэтому, в этот раз я все…

— …Я возьму вину на себя.

Но Уитни перебил ее быстрее, чем она успела закончить.

— Что ты сказал…?

— Это я заварил эту кашу. Будет справедливо, если я понесу ответственность…

— Нет, ни за что!!!

В этот момент по комнате разнесся отчаянный крик, в котором невозможно было узнать голос Мердии.

— Л-лучше я возьму вину на себя. В этот раз наказания не избежать, но я как-нибудь докажу, что это была самооборона.

— …

— Ты не можешь. Ты не справишься, Уитни. Ты не вынесешь этого.

Уитни ответил на ее взволнованный голос с острым выражением лица:

— У меня есть план.

Мердия замолчала, услышав это.

— В течение недели я со всем покончу. Когда это случится, смерть герцога уже не будет иметь никакого значения.

— С чем ты покончишь…?

Она посмотрела на Уитни с бледным лицом и задала вопрос.

Уитни, слегка вздохнув, ответил:

— Нет, забудь, что я сказал. Оговорился.

— …С чем покончишь?

— Со снятием проклятия с вас, госпожа. Вот что я имел в виду.

Последующее заявление Уитни было слишком бессвязным для его спокойного вида.

— …Угу.

Однако Мердия в тот момент могла лишь кивнуть.

— Поняла. Раз так, дай мне одно обещание.

Мердия никогда не боялась Уитни, даже когда он делал самое страшное лицо.

Но сейчас она чувствовала страх перед ним, как никогда раньше.

— Когда это закончится, мы поженимся. Хорошо?

— …

— Если ты думаешь взять все на себя и сдаться властям, я тебе этого не прощу. Понял?

Женская интуиция? Или же, из-за того что разум прояснился, к ней вернулась способность чувствовать ложь?

— Эй, а ответ…?

Мердия не могла избавиться от ощущения, что Уитни, стоящий прямо перед ней, постоянно отдаляется. Что он вот-вот повернется спиной и исчезнет.

Так же таинственно и внезапно, как когда-то появился перед ней.

— …Вообще-то, это я предложил.

— …

— Конечно, я сдержу это обещание.

Но вопреки ее интуиции, Уитни лишь улыбнулся глазами и сцепил свой мизинец с ее.

— Это…?

— Жест, популярный на Восточном континенте. Говорят, он означает обещание, которое нельзя нарушить.

Мердия тихо кивнула и проговорила низким голосом:

— Группа зачистки, за работу.

Как только она закончила, в комнату вошли люди в масках и перчатках, растолкав ошарашенных слуг.

— Просто запомни одно.

Мердия, бросив взгляд на происходящее, снова повернулась к Уитни с предупреждением:

— Если нарушишь обещание, я тебя убью.

— …Аха-ха.

— Даже если мир рухнет, я выживу, найду тебя и убью.

Уитни до этого момента неловко улыбался, но если бы он вспомнил этот факт, то не смог бы оставаться таким невозмутимым.

— Разве может быть иначе?

Тот факт, что слова, которые она только что произнесла, он на самом деле уже однажды слышал.

----------

Режим подготовки к спидрану

— Ха-а…

Когда вечерняя заря уже почти угасла, я вернулся из герцогства в особняк Лингард и, тяжело вздохнув, опустился в кресло в своем кабинете.

— Выжат как лимон…

Если подумать, меня не было дома всего два дня.

Но поскольку я участвовал в Собрании теней, а затем без отдыха отправился прямиком в особняк юной герцогини, я был измотан и физически, и морально.

«К тому же, я не ожидал, что всё закончится именно так».

Случившееся в самом конце сделало и без того сжатые сроки еще более критичными.

Кто бы мог подумать, что герцог Эмбергрин покончит с собой прямо на месте?

Даже юная Юная герцогиня Мердия утверждала, что он ни за что не стал бы совершать самоубийство, так что тут и говорить нечего.

«Но из всех возможных ходов, что оставались у герцога, этот был самым простым и разрушительным».

Конечно, в оригинале герцог — это человек, который отчаянно цепляется за жизнь и строит козни, выжидая шанса на восстановление своего положения.

Но это лишь история оригинала. В исходном сюжете «брак» был оковами, не позволявшими Мердии стать официальной главой рода, но из-за моего присутствия эти оковы пали.

Герцог Эмбергрин лишился последнего рычага давления, которым мог сдерживать Мердию.

А герцог, каким я его знал — если не считать его человеческой низости, — был игроком, целиком состоящим из гордости и заботы о репутации.

Нетрудно было предугадать, что такой человек, оказавшись перед лицом неминуемой потери власти и чистки, поставит на кон собственную жизнь, лишь бы напоследок насолить всем вокруг.

«…Было бы лучше, если бы его конец оказался чуть более мучительным».

На самом деле, если разобраться, его судьба изменилась из-за моего появления, но это не значит, что я испытываю к нему хоть каплю жалости.

Он не только с давних пор баловался черной магией, но и творил ужасные вещи со своей дочерью Мердией.

По правде говоря, если бы не этот случай, я бы всё равно разобрался с ним позже.

«Проблема в том, что я угодил в последнюю ловушку, которую он расставил…»

Разумеется, именно сам герцог донес Святому Престолу о преступной деятельности своего рода.

Иначе с чего бы доказательством, полученным Святым Престолом, стало «кольцо главы рода»?

Вероятно, он сдал кольцо, которое было у него, и обвинил юную герцогиню в преступлениях, которые совершил сам.

И вдобавок ко всему, он еще и самоубился на месте, чтобы наверняка испортить нам жизнь.

У меня портится настроение при мысли о его лице, которое, должно быть, мерзко ухмыляется, даже горя в аду.

«Бесполезно думать о том, что уже прошло».

Но у меня нет времени на это. Раз уж появился лимит в одну неделю, нужно во что бы то ни стало придумать, что делать дальше.

Прежде всего, есть три задачи, которые нужно выполнить за оставшееся время.

Первая — совершить налет на Магическую башню, чтобы спасти Бергена с дочерью и заодно освободить других невинных заключенных.

Конечно, его можно считать пленником, но так как Бергену удалось проникнуть в башню, думаю, при его поддержке изнутри это будет несложно.

Проблема в том, что нужно успеть сделать еще две вещи за неделю.

Вторая — отправиться на Северный континент, в земли драконов, и заполучить силу Короля демонов.

Честно говоря, я еще не решил, заберу ли я эту силу себе или полностью уничтожу, но если я не предприму действий, она может достаться Эмбер, приспешнице «Великой Тени».

Но и здесь есть проблема: если добираться до Северного континента, где находятся земли драконов, обычным способом, это займет не меньше двух недель.

Конечно, «Теневой коридор», которым пользуются черные маги, связан со всем миром, так что если воспользоваться им, проблем быть не должно.

И чтобы воспользоваться им, мне, разумеется, придется связаться с черными магами и перемещаться в их окружении.

Кроме того, из соображений безопасности я не смогу взять с собой недавно созданный отряд рыцарей или своих приближенных.

Другими словами, туда мне придется отправиться в одиночку.

Так или иначе, я неизбежно окажусь под ударом.

Вдобавок ко всему, есть еще последняя цель, которую нужно выполнить, даже если придется отложить остальные две.

Это — снятие проклятия, обрекающего юную герцогиню Мердию на скорую смерть.

Но именно с этим связана самая ужасная проблема: условие снятия проклятия с герцогини.

«…Я должен умереть, значит».

Согласно словам Эмбер, которая, как выяснилось, тоже является попаданкой, как и я, чтобы снять проклятие Мердии, я должен умереть.

Я до сих пор не понял, почему механизм именно такой. Хотел спросить Эмбер, но она, казалось, не горела желанием распространяться.

Однако вероятность того, что ее слова — ложь, практически равна нулю.

Поскольку я выглядел недоверчивым, она даже применила магию контракта, чтобы доказать свои слова.

«Должен же быть какой-то способ…»

Честно говоря, я готов рискнуть жизнью, чтобы снять проклятие с герцогини.

Но что, если она об этом узнает?

Нет, даже не «если» — если я сейчас умру, Мердия будет готова выплеснуть всё, что копила в себе столько времени.

Какой смысл снимать с нее проклятие, если Мердия снова станет врагом для всех?

Неужели нет способа добиться счастливого конца для нас обоих?

«…Один всё-таки есть».

К счастью, я знаю ровно один такой способ.

И когда я недавно перепроверил это, беседуя с Эмбер, оказалось, что этот метод, вероятно, сработает.

Конечно, это будет непросто. «Тот самый способ», о котором я знаю, тесно связан с концовкой оригинальной игры.

«Но я обязан это сделать».

Иначе выхода нет, и только так мы с герцогиней сможем преодолеть нависший над нами кризис.

— Тук-тук-тук…

В тот момент, когда я сидел, погруженный в эти мысли с закрытыми глазами, в дверь постучали.

— Войдите.

— …И-ик!

Теперь я мог узнать, кто пришел, даже по одному этому визгу из-за двери.

— Шаша, что случилось?

Как и ожидалось, увидев открывшую дверь Шашу, я с улыбкой задал вопрос.

— …А, это. Я. Ну, понимаете.

— …?

— Я, я… Фух, фух…

Шаша сегодня вела себя особенно подозрительно и заикалась.

— …От, отпуск.

— Отпуск?

— А, у-у. Да. От, отпуск.

Я-то думал, что она хочет сказать, а она пришла просить отпуск?

Она так дрожала, оглядываясь на меня, что я уж было подумал, будто случилось что-то ужасное.

Нет, я же не какой-то злобный работодатель, который эксплуатирует подчиненных без выходных, почему она так трясется из-за заявления на отпуск?

«…Нет, может, есть за что?»

Честно говоря, если подумать, совесть меня всё же немного грызла.

Ведь Шаша, бедняжка, оказалась втянута в дела Собрания теней.

Я думал, что пора бы уже всё объяснить, может, это к лучшему?

— Шаша, насчет того, что произошло в прошлый раз…

— …Хе-хе. Не понимаю, о чем вы.

— …Шаша?

Но как только я заговорил, Шаша вдруг начала глупо хихикать и нести какую-то чушь.

— Я вчера стирала белье и так устала, что просто вырубилась. Теперь я ничего не помню…

— …

— …Хи-хи. Хи-хи-хи.

Ой. Шаша сломалась. Это плохо.

— …Вы пришли просить отпуск?

— Хи-хи…

— Я разрешаю, давайте сюда заявление.

— А?

Почувствовав, как по спине пробежал холодок, я поспешно выхватил заявление из ее рук.

— Вы усердно работали, так что будет лучше, если вы отдохнете в ближайшее время.

— …Э?

— Дам вам две недели, с запасом. Продлил отпуск на неделю больше, чем обычно. Ну как? Довольны?

Глаза Шаши, которая на мгновение растерянно моргала, вдруг наполнились слезами.

— Я, я… Я знаю, что это значит.

— …Что именно?

— Вы даете отпуск, а по пути… подошлете наемных убийц, чтобы тихонько прикончить…

Что она такое несет? Неужели стресс от работы в кабинете так сильно на нее давит?

…Хотя, учитывая, что она видела, ее заблуждения вполне объяснимы.

— Ха-ха, если бы я хотел это сделать, мне не нужно было бы так утруждаться, верно?

— …

— А, не волнуйтесь. Конечно, я не такой человек.

Сейчас пытаться убедить Шашу в своей невиновности — значит лишь вызвать еще больше подозрений.

Поэтому придется притвориться немного пугающим, чтобы она держала язык за зубами.

— Если Шаша будет тихо помалкивать, я тоже не собираюсь ничего предпринимать. Понятно?

— …Ик.

— Ой, может, хотите стакан воды?

Когда я сказал это, Шаша, которая снова задрожала, начала икать.

— …Вс-всё в порядке. Ик.

— Я не подсыпал туда яда, можете сделать глоток.

— …

— Ха-ха, сегодня мне так и хочется шутить. Прошу прощения.

Мне стало ее жаль, поэтому я закончил разговор, нашел в ящике стола разрешение на отпуск и, передав его Шаше, добавил:

— Что ж, желаю хорошо отдохнуть.

— …

— Здорово, что вы наконец увидитесь с семьей. Ха-ха.

Она взяла разрешение дрожащими руками и, не дожидаясь, пока я закончу, поспешила к выходу.

— А, кстати.

— …Ик.

Услышав меня, она застыла на месте.

— Позовите по пути руководителей отделов, хорошо?

— Д-да, конечно!

— Спасибо. Ну, счастливого пути…

Она поспешно ответила, снова не дождавшись конца фразы, быстро поклонилась и выскочила из кабинета.

— …Как же так вышло?

Во всем виноваты эти злобные черные маги. Я-то ни в чем не виноват, но, в конце концов, они — само воплощение мирового зла.

*****

— Итак, все собрались?

Примерно через пять минут.

— Луниэль прибыла.

— И я тоже!

Луниэль и Парша, прибывшие в кабинет, ответили мне и с неловким видом огляделись по сторонам.

— …Но сегодня людей как-то маловато.

— И правда, раньше их вроде было больше.

Они были правы, людей действительно было мало. Ведь здесь должны были быть еще Берген и Шаша, которая только что ушла в отпуск.

— Позовите и адъютантов рыцарского ордена.

— …Они всё еще на тренировке.

— Ничего, зовите.

В любом случае, чем больше людей, тем лучше, поэтому я хотел позвать новобранцев рыцарского ордена, но реакция Луниэль была странной.

— А, ну, понимаете… они все трое сейчас в отключке, так что им потребуется время, чтобы прийти в себя.

— А-а.

Интересно, почему? Видимо, слухи о том, что Луниэль в последнее время проводит чудовищные тренировки, оказались правдой.

— А, а как же я!?

— …А, точно.

— Если всё равно не собирался обращать внимание, зачем звал?

Вдруг рядом раздался голос демона Азраэля, у которого руки снова были в ссадинах от стирки, но я проигнорировал его и заговорил:

— Я собрал вас здесь, потому что наконец пришло время.

В тот же миг в комнате стало холодно.

— Мы должны уничтожить империю в течение недели.

Впрочем, на их месте я бы отреагировал точно так же.

----------

Подготовка к спидрану (2)

— Вы... вы случайно не шутите?

—...

— Это ведь шутка, да? У меня просто маловато знаний о юморе.

Тишину, долго царившую в кабинете, нарушила Парша, которая всё это время пристально и молча смотрела на меня.

— Похоже, что так. Говорят, люди шутят, рассказывая о совершенно невозможных вещах, чтобы вызвать смех.

— Хм, неужели это так?

— Это была очень забавная шутка, господин.

Вскоре она перекинулась парой слов с Луниэль, и они обе самовольно решили, что мои слова — лишь шутка.

— Почему вы все так естественно решили, что это шутка?

—...А? Ну, это же невозможно.

Поскольку это сказала Парша, а не кто-то другой, я решил выслушать её аргументы и задал вопрос:

— Уничтожить империю за неделю невозможно.

Это прозвучало как твёрдое, решительное утверждение из уст Парши.

— Согласно моему плану, это масштабная задача, требующая минимум пяти лет. Если это возможно провернуть за неделю, я готова снять перед вами шляпу.

Если уж Парша так говорит, значит, других вариантов быть не может.

Кстати, она что, разработала план уничтожения империи всего за пять лет? Определённо, эта девица тоже не в себе.

— Прежде всего, нам нужно чётко определить, что именно мы понимаем под «уничтожением» империи.

Поскольку наши с Паршей критерии «уничтожения» явно различались, я решил прояснить всё до того, как недопонимание зайдёт слишком далеко.

— Под уничтожением империи я подразумеваю не просто захват дворца силой и его сожжение.

— А? Тогда что...?

— Это означает смену правящей верхушки, управляющей империей. Либо передачу контроля другой организации, либо полное изгнание нынешних правителей.

Парша на мгновение закатила глаза, глядя в пустоту, словно что-то просчитывая, а затем изменила свой ответ:

— На это тоже уйдёт как минимум три года...

Она что, опять прогнала симуляцию у себя в голове? Нет, подождите, она серьёзно? Как можно провернуть такое за три года?

— Кстати, в мой план также входит захват императорского дворца.

Мне не терпелось расспросить её подробнее, но сейчас важнее было объяснить мой собственный план, поэтому я добавил ещё один факт.

—...Тогда месяц.

— Парша, ты это серьёзно просчитала?

Услышав, как срок выполнения плана упал, словно на распродаже, я не выдержал и задал вопрос.

— Да, конечно.

Вместо того чтобы удивиться, Парша лишь склонила голову набок, будто спрашивая, зачем я вообще задаю такие глупые вопросы, и уверенно заявила:

— Если речь идёт только о захвате, без учёта последствий, то за месяц это вполне реально провернуть.

— Каким образом?

— Всё просто.

Парша мило улыбнулась и начала объяснять:

— Нужно воспользоваться лазейкой в древнем договоре. Объединиться с Герцогством Эмбергрин и ввести войска во дворец. По сути, это будет военный переворот.

—...Каковы шансы на успех?

— В зависимости от того, насколько искренне будет действовать Юная Юная герцогиня Мердия и насколько мотивированы будут войска, шансы можно поднять до 50 процентов.

Я понятия не имел, как она умудряется проводить такие расчёты за считанные секунды, но решил просто молча кивнуть.

— Однако велика вероятность, что в течение года мы потеряем поддержку и дворец будет отбит обратно. Мятеж без идеологического обоснования — это успех лишь на короткий срок, а дальше начинаются проблемы.

—...Хм.

— К тому же, высока вероятность вмешательства Святого Престола и соседних государств. В конечном итоге мы сможем удерживать империю около года, но после этого нас всех ждёт виселица.

Хорошо хоть, что следующее замечание Парши было вполне реалистичным, иначе у меня бы мурашки по коже пошли.

— Ясно.

—...Господин. Вы всё равно собираетесь продолжать?

Когда Парша спросила об этом, пристально глядя мне в глаза, по спине всё же пробежал холодок.

Но у меня был свой план, поэтому я тихо вздохнул и ответил:

— Конечно, продолжаем.

—...

— Однако при захвате мы не будем пользоваться помощью Юной герцогини Мердии.

Услышав это, Парша (кстати, Луниэль с тех пор, как начались сложные разговоры, всё время сидела с отсутствующим видом) снова склонила голову и пробормотала:

— Тогда шансы падают до 2 процентов...

—...Вместо меня и Юной герцогини Мердии дворец захватит Король демонов, который наконец явит себя миру.

— Что?

Услышав мои многозначительные слова, она вздрогнула, а затем её глаза засияли.

— А-а, вот оно что.

Судя по её виду, в её голове снова начались какие-то расчёты, но это была область, недоступная моему пониманию.

— Появление Короля демонов — это уже решённый вопрос?

—...Можно сказать и так. Причём в течение недели.

— Тогда мне нужно немного скорректировать шансы.

Пока Парша доставала блокнот и что-то лихорадочно записывала, Луниэль, до этого хранившая молчание, наконец подала голос:

— Господин, я не понимаю.

Я на мгновение задумался, как объяснить всё проще, ведь Луниэль могла вообще не понять сути с самого начала, но, похоже, дело было не в этом.

— Если господин станет Королём демонов... Ай.

— Тс-с.

—...Если вы получите эту силу, количество доступных стратегий значительно возрастёт.

Она задала этот вопрос, сердито глядя на Паршу, которая ущипнула её за бок, когда она упомянула Короля демонов, и вопрос этот был вполне разумным:

— Но я не понимаю, зачем нужно идти на такой опасный риск в течение недели.

На самом деле, я и сам не планировал развивать события так быстро.

Но обстоятельства сложились так, что у меня не было выбора.

— На то есть свои причины.

—...Причины?

— Больше нельзя терять ни минуты.

Конечно, я не мог объяснить всё до конца.

Не потому, что я не доверял им, а чтобы предотвратить переменные, которые могли возникнуть, если бы они узнали правду.

— Можно попросить подробностей?

— Откажу.

— А. Почему?

—...На то есть свои причины.

Я постарался максимально уйти от ответа, и Луниэль пробормотала с ноткой грусти в голосе:

— Ну, бывает. В конце концов, у господина должно быть много секретов...

—...

—...Но всё ли в порядке, господин? Не случилось ли чего-то с вашей безопасностью?

Луниэль, хоть и медленно соображает, иногда обладает поразительной интуицией.

Конечно, мне было сложно ответить на это, поэтому я проигнорировал её вопрос и сказал:

— В любом случае, решение принято. Я собрал вас здесь, чтобы мы смогли успешно провести эту операцию.

— У меня последний вопрос.

В этот момент Парша убрала блокнот и задала вопрос:

— Что произойдёт после того, как Король демонов захватит дворец?

Хотя я скрыл большую часть информации, финал плана стоило озвучить.

— Его должен победить Герой.

— Что?

— На этом мой план заканчивается. Только так можно получить желаемое.

Я сказал правду, и Парша снова погрузилась в раздумья, бормоча себе под нос:

— То, что можно получить, только будучи побеждённым Героем...

Она тихо улыбнулась и подняла голову:

— А, я всё поняла.

—...Каковы шансы на успех?

— Хм, этого я не знаю!

Есть что-то, чего Парша не знает? Это довольно неожиданно.

— Переменная в этом плане — вы сами, господин. Я могу просчитать большинство событий, но события, в которых замешаны вы, анализу поддаются плохо.

—...

— Если подготовиться к тому, что придётся пролежать в постели пару месяцев, возможно, удастся получить довольно точный результат...

Видимо, это отразилось у меня на лице, потому что Парша почесала затылок и добавила:

— Нет, в этом нет необходимости. В любом случае, этот план обязательно будет успешным.

— Так что нам нужно делать?

Луниэль, не в силах сдержать любопытство, перебила меня:

— Захват дворца Королём демонов я беру полностью на себя.

Я наконец озвучил им свой план:

— Поэтому вы должны захватить Магическую башню.

—...Магическую башню?

— Мы идём как армия Короля демонов? Или как защитники справедливости?

Как только я закончил, Парша тут же уловила суть операции.

— Второе. Мы случайно заглянем в башню, обнаружим их грязные делишки и проучим их.

— Но, согласно моему анализу, Магическая башня наверняка поможет Королю демонов, когда тот возродится...

—...Там разные фракции.

— А-а!

Всё-таки не сделать эту девчонку своим врагом было лучшим решением в моей жизни.

— Но всё ещё есть одна проблема.

Парша, которая до этого что-то обдумывала, вдруг прищурилась и сказала:

— Магическая башня — место очень закрытое и стратегически важное, на неё наложено заклинание, не позволяющее входить никому, кроме членов императорской семьи.

—...

— Но мы же не можем взять с собой Императора, как вы собираетесь это решить?

Вопрос был разумным, но я был готов.

—...А что, если взять Императора возможно?

— Ого, до этого я не додумалась.

Парша была слегка удивлена, но тут же покачала головой, указывая на проблему:

— Но всё равно проблема. Мы же «случайно» заходим в башню? Но если мы приведём с собой самую высокопоставленную особу империи, можно ли будет назвать это случайностью?

— Хм. Тогда что же делать...

Именно в тот момент, когда наш разговор зашёл в тупик, раздалось:

— Тук-тук-тук...

В дверь постучали, и раздался очень серьёзный голос:

— Уитни...

—...А?

— Тут такое дело... в общем...

Дверь приоткрылась, и в проёме показалась Принцесса Катарина, которая жила в нашем поместье.

— У тебя не осталось бинтов?

—...

— От них уже начинает пахнуть. А их нужно менять каждый день...

Она смущённо прижала руки к груди и тихо попросила меня о помощи.

—...А почему бы не попросить служанок?

— Я однажды попросила, так они перепугались и хотели сами всё сделать, еле отбилась...

—...Ха-ха. Тогда я велю подготовить их в твоей комнате.

— У-угу. Спасибо.

Принцесса, покраснев до корней волос, поспешно закрыла дверь и ушла, оставив нас в тишине.

—...Ну, кажется, эта проблема решена.

—...Да, определённо.

Мы с Паршей обменялись многозначительными взглядами и продолжили обсуждение:

— Берген уже проник в Магическую башню. Нужно выяснить суть проводимых там зловещих экспериментов и спасти подопытных.

—...Насколько можно применять силу?

— Если потребуется, по максимуму.

— Тогда доверьте эту операцию нам. Мы закончим как можно быстрее, а если понадобится помощь — мы поможем.

—...Ха-ха, благодарен.

Закончив разговор, я проводил Паршу и Луниэль, тяжело вздохнул и опустился в кресло.

—...

Затем я достал письмо, которое всё это время бережно хранил у себя.

— Интересно, что же внутри...

Это было письмо от отца, на котором остались капли крови Герцога Эмбергрин.

----------

Вопрос

—...Хм.

Взяв в руки письмо, оставленное отцом, я невольно замер, прежде чем распечатать конверт.

«А вдруг это ловушка?»

Его хранителем был не кто иной, как герцог Эмбергрин, готовый рискнуть собственной жизнью, лишь бы насолить мне.

Поэтому, даже если письмо подлинное, нет никакой гарантии, что внутри нет какого-нибудь хитроумного яда или проклятия.

«...Впрочем, следов вскрытия не видно».

Однако, как я ни присматривался, никаких признаков того, что конверт открывали, не было.

В конце концов, именно для предотвращения этого на нем и стояли магическая печать и защитные чары.

Тем не менее, нельзя исключать возможность того, что само письмо проклято...

«...А, точно. Я же Белый маг».

Честно говоря, в последнее время я так плотно погряз в делах сил тьмы, что сам на миг забыл об этом: я ведь не Король демонов и не черный маг, а добрый и порядочный Белый маг.

Пусть тонко скрытое проклятие я мог бы и не заметить, но проклятие, способное причинить кому-то вред, я, разумеется, почувствовал бы, просто взглянув на него.

«Черной маны или проклятий не ощущается. Тогда...»

И все же, долго вглядываясь в письмо, я решил перестраховаться и позвал Азраэля, великого демона(?), который стоял, прислонившись к стене с отсутствующим видом, и протянул ему послание.

— Что это?

— Просто открой его.

Я дал его ему с мыслью: «Если что-то пойдет не так, он же демон, куда он денется, кроме как в ад?»

— Хрусть...

К счастью для Азраэля, чьи навыки ведения домашнего хозяйства в последнее время значительно улучшились, никакой угрозы для его жизни не последовало.

— Что это вообще такое, раз ты заставляешь меня...

— Не спрашивай, просто верни обратно.

—...Ха-а.

Получив обратно распечатанное письмо, я на мгновение замолчал и сглотнул слюну.

«Давно я не получал вестей от отца».

Если разобраться, то в этой жизни у нас с «отцом» почти не было общения.

Мать любила и меня, и мою сестру Сесиль, но отец, по правде говоря, явно отдавал предпочтение Сесиль.

Однако, поскольку в прошлой жизни я уже хлебнул горя с семьей, у меня не было никаких претензий к нынешней.

Конечно, он уехал по секретному заданию, когда род был на грани краха, и не давал о себе знать почти год.

Но на то были веские причины. Просто немного обидно, вот и все.

«Что же он хотел мне передать...»

Но даже эта обида, кажется, отступила после сегодняшнего известия.

Пусть из-за того, кто доставил письмо, и случился небольшой инцидент(?), но ведь это все-таки весточка от отца.

Что же там внутри? Может, секреты того самого задания? Нет, если бы это было так, он вряд ли доверил бы доставку герцогу Эмбергрин, верно?

—...Хм?

С такими мыслями я наконец перевел взгляд на письмо, пробежал глазами по строчкам и в недоумении склонил голову.

«Я что, еще не отошел от усталости?»

Я протер глаза, опасаясь, что мне мерещится, и перечитал письмо, но ничего не изменилось.

[HC1032-8]

Лист бумаги был достаточно велик, чтобы вместить 500, а то и 1000 знаков, если писать помельче, но это было все, что там значилось.

«HC1032-8? Это какой-то шифр?»

Я нахмурился от недоумения, а затем молча закрыл глаза и откинулся на спинку стула.

«...Ну и ну, какой же он невозмутимый».

Я хотя бы надеялся на пару слов о том, как у него дела, а тут — загадочный набор символов.

Не то чтобы я многого ждал, но ведь скоро мне, возможно, придется рискнуть судьбой мира. На душе почему-то стало тоскливо.

— Тук-тук-тук...!

Я как раз собирался положить письмо на стол, как вдруг дверь отворилась и кто-то заглянул внутрь.

— Брат!

Кто бы это мог быть? Сесиль. Но разве она не должна быть сейчас в академии? Насколько я помню, она недавно заселилась в общежитие.

— В академии? Вчера же начались каникулы!

—...В это время?

— Из-за недавних событий их начали на месяц раньше.

Вот оно что. Судя по ее словам, в академии начались каникулы.

Впрочем, неудивительно: после череды недавних происшествий академия наверняка парализована, так что они предпочли бы начать каникулы пораньше, чтобы хоть как-то справиться с ситуацией.

— Говорят, от папы письмо пришло?

—...Хм?

— Ну что? Что там написано? А?

Я как раз размышлял об этом, как вдруг Сесиль, сверкая глазами, выпалила информацию, о которой ей знать не полагалось.

— Это недоразумение. Но от кого ты это услышала?

— Парша сказала.

Я поспешно задал вопрос, опасаясь утечки информации, и Сесиль ответила, широко распахнув дверь.

— Ой, это был секрет? Прости.

Позади нее стояла Парша, которая еще недавно горела энтузиазмом, а теперь выглядела так, будто весь мир ей в тягость.

— Но ваша сестра не давала мне прохода, у меня не было выбора.

—...Но Шаша взяла отпуск, и мне не с кем играть.

— Но это не повод постоянно тискать меня за щеки во время работы, ай...

Теперь понятно, почему Парша так отреагировала.

В конце концов, Парша — единственная, кто ведет себя по-взрослому, даже когда ее пытаются принять за ребенка, как Шашу.

Тем более, что она отвечает за большую часть финансов и дел поместья.

В любом случае, на ее месте я бы тоже пришел в уныние, если бы мне постоянно растягивали щеки, обладая такими талантами.

«Кстати, я ведь тоже часто получаю по ногам от княжны».

Эта мысль промелькнула у меня в голове, но, вероятно, это тоже одна из форм проявления привязанности.

Хм, ведь это проявление привязанности, верно?

— Парша, как раз вовремя. Я хотел тебя кое о чем спросить.

Я молча почесал затылок и поманил ее к себе, чтобы заодно спасти Паршу, у которой уже, казалось, гас огонек в глазах.

— Хат!

Она тут же подбежала ко мне, словно только этого и ждала.

— А! Я еще хотела поиграть...

— Поиграй с Луниэль, разве нет?

— Сестрица Луниэль сейчас очень занята.

Как и сказала надувшаяся Сесиль, Луниэль в последнее время была по горло занята тренировками рыцарского ордена.

А теперь, когда я поручил ей еще и задание по штурму Магической башни, она будет занята вдвойне.

— Парша тоже скоро будет очень занята.

И это касается Парши, которой предстоит совмещать управление делами поместья с ролью моего советника.

— Разве не жестоко заставлять ребенка работать?

—...Ты хоть знаешь, что вы с Паршей одного возраста?

Сесиль попыталась надавить на жалость, но в этот раз я не мог уступить.

— Но...

—...

— Мне скучно...

Однако, когда Сесиль, еще больше поникнув, начала переминаться с ноги на ногу, мне стало не по себе.

— Я хотела остаться в общежитии, но на эти каникулы его закрыли из-за сокращения бюджета...

—...

— И я же не могу играть со слугами, которые старше меня на 10 лет.

Я-то привык к одиночеству, но Сесиль рано потеряла мать, а отец фактически пропал без вести, так что ее тоска вполне понятна.

В академии у нее были друзья, но тем острее она чувствовала одиночество, когда рядом никого не было.

— Тогда почему бы тебе не пригласить друзей в поместье?

—...А?

— Пригласи их, пусть поживут несколько дней, поиграете вместе, так и одиночество отступит.

Ради Сесиль я сделал ей такое предложение.

— П-правда можно?

Глядя на ее широко распахнутые глаза, я понял, что она и подумать не могла, что я предложу такое.

— Ты моя любимая сестра, конечно, я могу выделить пару свободных комнат для твоих друзей.

—...Серьезно?

На то были свои причины: почти год я отказывал Сесиль в приглашении друзей в поместье.

«Раньше я боялся, что вскроется бедственное положение нашего рода...»

Теперь, когда дела рода Лингард, кажется, наладились, приглашение друзей Сесиль не должно стать проблемой.

«Ну, хотя приглашаю я их не просто из доброты...»

Конечно, моя цель была не только в том, чтобы избавить Сесиль от скуки.

— А если вы поживете несколько дней, а потом все вместе отправитесь на прогулку, будет еще лучше, не так ли?

— А, а?

— Да, например, в Магическую башню. Для таких талантливых друзей Сесиль экскурсия в столь почтенное место будет полезна для будущего.

Если говорить откровенно, у этого предложения была четкая скрытая цель.

Чтобы гарантированно преуспеть в недельной операции, от которой зависит судьба мира, я должен был использовать даже Сесиль, разумеется, не подвергая ее опасности.

— Кстати, раз уж заговорили о Магической башне. Адель Фелгрейв, твоя соперница? Как у вас с ней дела?

— А? Ну, вроде бы нормально, но...

— Слышал, ее отец — глава Магической башни. Отлично. Позови и ее, хорошо?

Конечно, в данном случае меня больше интересовал не столько сам друг, сколько кое-что другое.

— Ой, ну... Мы вроде как дружим, но не настолько, чтобы звать ее в поместье...

—...Было бы здорово, если бы она тоже пришла, сестренка.

— А, ну, ладно.

Сесиль явно колебалась, поэтому я, одарив ее самой доброй улыбкой, еще раз «ласково» попросил.

— У брата опять странное выражение лица.

—...

— Ты опять что-то замышляешь? Ну, ладно, я поняла...

Не знаю, почему она так отреагировала, глядя на меня, но Сесиль кивнула, соглашаясь на мою просьбу.

— Черт. Но почему именно она...

Дело не в том, что именно Адель Фелгрейв, просто без нее будет сложно.

Конечно, в Магическую башню можно попасть в сопровождении принцессы Катарины, но важны естественность и благовидный предлог.

В этом смысле Адель Фелгрейв, связанная кровными узами с главой башни, станет ключом к операции.

— В общем, договорились? Если я ее позову, можно приглашать и остальных?

— Разве я когда-нибудь нарушал свое слово?

—...Такого не было, но почему-то кажется, что это случится.

Я помахал рукой Сесиль, которая, пробормотав это, поспешно выбежала из кабинета, и перевел взгляд на Паршу.

— Парша, взгляни на это.

—...Что это?

— Письмо от отца, похоже, это какой-то шифр.

— Хм...

Я показал ей содержание, и Парша, нахмурившись и погрузившись в раздумья, наконец заговорила.

— У меня есть пара догадок, дайте мне немного времени.

— Сколько времени?

— Ну, день или два?

Парша как всегда на высоте. Я не силен в подобных загадках, так что лучше полностью доверить расшифровку этого странного кода ей.

— Тогда я вернусь к работе.

— Хорошо, рассчитываю на тебя.

Когда я проводил Паршу, в кабинете воцарилась полная тишина.

—...Хм.

Я некоторое время сидел неподвижно, а затем, тихо блеснув глазами, повернул голову.

«Похоже, больше я не могу делать вид, что ничего не знаю».

Момент подходящий, пора задать вопрос.

*****

—...Ик!

—...Ч-что такое?

Тем временем в карете валькирий, направлявшейся в Святой Престол.

— А, ничего особенного.

—...?

Святая Гестия, сидевшая в карете, внезапно вскрикнула, съежившись, и главнокомандующий, с удивлением озираясь по сторонам, в недоумении склонил голову.

— Просто, кажется, задремала. Ха-ха...

Гестия натянуто улыбнулась ему и снова закрыла глаза.

— Святая.

Но перед ее закрытыми глазами предстала не тьма, а пейзаж, ставший до боли знакомым из-за того, что она видела его каждый день.

— У меня есть один вопрос.

И Уитни, который уже успел поймать паукообразного монстра, ставшего ее фамильяром, и теперь с жуткой улыбкой разглядывал его, тихо спросил ее:

— Кто «настоящий» Герой?

----------

Приглашение

Утро следующего дня после того, как Уитни разрешил Сесиль пригласить друзей.

— Брат!

— …М?

Сесиль, как и всегда, ворвалась в кабинет, но, оглядевшись по сторонам, вдруг склонила голову набок.

— Что такое? Почему у тебя сегодня такое выражение лица?

— …А что с ним не так?

— Ну, это… как бы сказать. Почему ты не улыбаешься так пугающе, как обычно?

Сесиль была права: на лице Уитни не было его привычной зловещей улыбки.

Вместо неё под глазами залегли темные круги, а на лице читалась лишь глубокая усталость.

— Ха-ха…

— Брат, ты заболел? Почему ты сегодня такой?

— …Ничего особенного.

— Но ты выглядишь совсем не так, как обычно!

Сесиль, внимательно изучив его лицо, задала вопрос с беспокойством в голосе.

— Ну, как бы это сказать… Разве обычно ты не выглядишь немного более… зловеще?

— …

— Ой, нет, я не хотела тебя дразнить. Просто… такая атмосфера от тебя всегда исходила…

На самом деле, она была права.

По крайней мере, с пяти лет, когда Сесиль начала осознанно помнить брата, его выражение лица всегда казалось ей пугающе чуждым, даже в столь юном возрасте.

Поэтому сейчас, когда Уитни смотрел на нее с самым обычным, человеческим выражением лица, это выглядело для него крайне неестественно.

Впрочем, любой, кто хорошо знал Уитни, увидев его с таким измученным видом, решил бы, что он чем-то болен.

— Зачем ты пришла?

— А, ну… это… мои друзья прибыли.

— …А-а.

— Я просто подумала, что должна сказать тебе.

Сесиль, осторожно подбиравшая слова, вздрогнула, когда Уитни внезапно улыбнулся.

— Если это друзья Сесиль, я должен принять их как следует.

— П-правда?

— Проводи их внутрь. Иди к ним, я скоро подойду.

Однако на этот раз она вздрогнула не от его пугающей улыбки.

«О, почему он сегодня такой?»

Улыбка, с которой Уитни смотрел на нее, была искренней улыбкой любящего старшего брата.

— Я что-то сделала не так?

— …М?

— Нет, ничего особенного…

Даже в обычной семье, где отношения между братом и сестрой были хорошими, такое выражение лица не было бы чем-то странным, но в случае с Уитни это выглядело крайне необычно.

Ведь для Сесиль Уитни всегда был человеком, который постоянно сохранял на лице легкую усмешку.

Она ни разу за последние годы не видела, чтобы его маска так сильно треснула.

— П-просто ты сегодня совсем не похож на себя…

— Сесиль.

Уитни, отвечая на ее встревоженный вопрос, наконец одарил ее той самой привычной улыбкой.

— Ты всегда будешь моей любимой сестренкой.

Почувствовав, что «Уитни вернулся», Сесиль наконец удовлетворенно улыбнулась.

— Хе-хе.

Почесав затылок, она быстро направилась к выходу.

— Тогда я пойду позову друзей!

Как только дверь кабинета закрылась, в комнате воцарилась тишина.

— …Ха-ха-ха.

Уитни тихо рассмеялся в наступившей тишине.

— …Ха-а.

Но вскоре он обхватил голову руками и, тяжело вздохнув, прошептал хриплым голосом:

— Святая, надеюсь, в ваших словах нет ошибки.

Из-за его плеча показался маленький паук.

— А какой мне смысл лгать вам сейчас?

Лицо Уитни при этих словах стало еще мрачнее.

— Герой этого поколения — никто иная, как Сесиль Лингард, ваша сестра. Вы правда этого не знали?

Говорят, что любящие люди становятся похожи друг на друга. Его руки, пусть и слабо, но дрожали — совсем как у его невесты Мердии.

— …Почему именно Сесиль?

Гестия, используя тело паука, осторожно ответила на его вопрос.

— Кто знает, я и сама не уверена…

— …

— Похоже, это можно объяснить лишь иронией судьбы.

*****

Тем временем во дворе особняка Лингард.

— Э-это дом Сесиль?

— Вау, именно такой дом я себе и представляла…

— Ага, идеальный стереотипный особняк аристократа.

Друзья Сесиль, собравшиеся вместе по ее приглашению, с любопытством оглядывались по сторонам, перебрасываясь фразами.

— Хм, вы так реагируете на такой скромный особняк?

Все, кроме одной — дочери маркиза, Адель Фелгрейв.

— Магическая башня, где живет мой отец, раз в 20 больше этого дома, знаете ли?

— П-правда?

— А если прибавить все прилегающие постройки, то и в 50 раз!

— О-о-о…

Друзья Сесиль, неловко отреагировавшие на ее хвастовство, тихо переглянулись.

«Зачем она вообще пришла?..»

«И правда, зачем?»

«Она что, правда дружит с Сесиль?»

В их представлении Сесиль и Адель были не просто соперницами, а заклятыми врагами.

Но раз уж Адель оказалась в списке приглашенных, им пришлось всю дорогу слушать ее хвастовство, отчего они уже порядком устали.

Конечно, никто не показывал этого открыто.

Друзья Сесиль были в основном простолюдинами или мелкими дворянами, поэтому дочь главы Магической башни была для них кем-то вроде небожителя.

На самом деле, Сесиль, будучи дочерью графа, тоже была для них высокородной, но ее доброта заставляла их искренне любить ее.

— Ха-а, но манеры приема гостей в этом особняке просто ужасны.

В этой неловкой атмосфере Адель, прищурившись, вдруг начала ворчать с недовольным видом.

— Уже давно пора было выйти служанкам и проводить нас…

— П-правда?

— Если бы это были слуги Магической башни, их бы уже наказали. Ну, видимо, в роду Лингард правила не такие строгие…

— А, вон там!

Однако недовольство Адель быстро улетучилось, когда из особняка кто-то показался.

— Сесиль!

— Сесиль!

Это была Сесиль, которая вышла из дома и радостно махала им рукой, направляясь навстречу.

— Привет, ребята!

— Вау, так давно не виделись!

— Прошло всего два дня с начала каникул?

— И все равно, хе-хе.

Адель, искоса наблюдая за тем, как друзья радостно обнимают Сесиль, надула губы и отвернулась.

— …Хм.

Это было не потому, что ее собственные «друзья», которые вечно крутились вокруг нее, никогда не встречали ее с такой искренней улыбкой.

Просто она слегка завидовала Сесиль, которая так лучезарно улыбалась.

— В роду Лингард, видимо, вместо слуг гостей встречают сами хозяева?

Поэтому из уст Адель вырвалось совсем не то, что она собиралась сказать изначально.

— Эй, ты. Ты знаешь, что для аристократов это грубое нарушение этикета?

— …М? Ну, может быть.

Друзья, окружившие Сесиль, замерли, но реакция самой Сесиль была довольно неоднозначной.

— «Может быть»? Это вопрос вежливости…

— Но ведь Адель — моя подруга, так что какая разница?

— …Ха? Дело не в этом!

Адель, вздрогнув от ее слов, хотела было возмутиться, но тут же замолчала.

— Хм, забудь.

Когда она снова повернулась, ее лицо было слегка покрасневшим.

«Что такое, они правда так близки?..»

«У этой вредной леди есть такая сторона?»

«Может, она даже немного милая…»

Друзья Сесиль, наблюдавшие за ней, обменивались взглядами, когда вдруг…

— Ах!

Тело Адель, которая старалась отвернуться, вдруг дернулось, словно ее потянуло магнитом в сторону.

— …!

Спустя мгновение она сложила руки на груди и начала глупо улыбаться.

— …!?

Сесиль и ее друзья, удивленные такой переменой, посмотрели туда, куда был устремлен взгляд Адель.

— А.

И только Сесиль, среди общего недоумения, поняла, в чем дело, и приложила руку ко лбу.

— Здравствуйте, друзья?

Уитни Лингард, в сопровождении служанок особняка, вышел встречать друзей Сесиль.

*****

Честно говоря, после слов Святой у меня в голове была полная каша.

Но это одно, а дела — другое. Сначала нужно разобраться с тем, что происходит прямо сейчас.

— З-здравствуйте…

— П-приятно познакомиться…

Я вышел встретить их со слугами, но реакция была какой-то вялой.

«Они нервничают из-за меня?»

Видимо, дети испугались. Зря я, наверное, привел с собой слуг, чтобы соблюсти формальности?

— Добро пожаловать в дом графа Лингард.

Но детское напряжение быстро проходит. Если относиться к ним по-доброму, они быстро оттаивают.

— Ну, наш род хоть и графский, но очень маленький… так что не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома…

Я как раз собирался произнести заготовленную речь с самой мягкой улыбкой, как вдруг…

— …Ой.

Мой взгляд упал на парней, которые прятались за спинами девушек, собравшихся вокруг Сесиль.

— Парни?

Как только я пробормотал это вслух, в саду воцарилась тишина.

«Среди друзей Сесиль есть парни?»

Будь я в обычном состоянии, я бы сразу почувствовал эту холодную атмосферу и сгладил углы.

Но тот факт, что моя драгоценная младшая сестра привела домой парней, парализовал мою интуицию и чувство такта.

— Гу-у-у…

Похоже, я невольно выпустил немного серой белой маны, которую в последнее время старался сдерживать.

— Ч-что это? Холод…

— И-и-ик…

Судя по тому, как лица парней, стоявших сзади, стали мертвенно-бледными, причина была именно в этом.

— Сесиль, кто эти ребята позади тебя?

— А? Это мои близкие друзья…

— Это значит, что вы всегда проводите время вместе?

— Ч-что? Почему ты вдруг так себя ведешь?

Я старался сохранять улыбку, уточняя детали, но после ее спокойного ответа моя улыбка невольно исказилась.

— Ребята, может, поговорим с вами наедине?

Парни такого возраста не могут быть «просто друзьями» с Сесиль.

Тем более, что Сесиль — самая красивая девушка в академии. Разве не очевидно, что у этих волков на уме?

— О-о чем поговорить…

— Я… я вспомнил, что кое-что забыл…

Я уже был готов сорваться, как вдруг…

— Э-эй.

Кто-то легонько ткнул меня в бок, и я услышал знакомый голос.

— …Д-давно не виделись.

— …

— Вы помните мое имя?

Только повернувшись, я смог взять себя в руки и вернуть улыбку.

— Леди Адель Фелгрейв, верно?

— Ах!

Как бы то ни было, пришло время привлечь ключевую фигуру моего плана.

----------

Приглашение (2)

— З-значит, ты запомнил. Хе-хе... —

— Конечно. Я редко забываю тех, кого видел хотя бы раз. —

— Ох. —

Адель, которая до этого радостно улыбалась и ёрзала от того, что Уитни её запомнил, мгновенно застыла, услышав его ласковый голос.

— П-понятно... —

—...? —

Уитни с недоумением посмотрел на девушку, которая опустила голову и что-то пробормотала себе под нос.

— А-а-а-а-а. —

—...Ты-то чего? —

—...А-а-а. Ничего, просто так. —

Только Сесиль, знавшая причину такого поведения Адель, скривилась и издала стон.

«И что она в нём нашла?»

Конечно, после Турнира перспективных талантов мнение Сесиль о брате значительно улучшилось, но она всё равно оставалась его сестрой.

А любая нормальная сестра готова смотреть на знакомых или подруг, проявляющих интерес к её брату, как на насекомых, и испытывать отвращение.

К сожалению, добрая и рассудительная Сесиль не была исключением из этого правила.

«Ладно Адель, но как он вообще охмурил юную герцогиню?»

Вопрос, который в последнее время не давал Сесиль покоя, заключался в том, как Уитни удалось соблазнить Мердию Эмбергрин.

Мердия, о которой Сесиль слышала ещё до того, как их семьи начали общаться, была известна как неприступный цветок на вершине скалы.

Опасный цветок, ради которого многие ослеплённые красотой глупцы срывались в пропасть и погибали.

И как же её брат умудрился сорвать этот цветок?

«Насколько я вижу, это точно не деловые отношения...»

Конечно, когда было объявлено о помолвке Мердии и Уитни, Сесиль лишь усмехнулась, решив, что два опасных человека просто решили объединиться.

Однако, судя по тому, что она видела в академии, во время редких визитов Мердии в поместье и особенно после их короткого разговора в карете, все слухи были ложью.

Мердия была искренне влюблена в Уитни.

Да и сам Уитни, обычно скупой на эмоции, проявлял их в избытке, когда дело касалось Мердии.

«Что вообще происходит?..»

Для Сесиль причина такого сближения оставалась полной загадкой.

Они не были помолвлены годами, чтобы успеть привязаться друг к другу, ведь прошло меньше года.

Когда они вообще успели стать такими близкими?

«Неужели они оба влюбились с первого взгляда?..»

Сесиль погрузилась в свои мысли, продолжая строить нелепые догадки, когда вдруг услышала голос брата.

— Сесиль, ты чего? —

— А? Что? —

— Друзья ждут, а ты их не приглашаешь войти. —

— Ах! Точно! —

Услышав слова Уитни, Сесиль поняла, что её друзья всё это время неловко мялись, поглядывая на неё, и, широко улыбнувшись, повернулась к ним.

— Тогда пойдёмте! Сначала покажу вам свою комнату! —

Друзья радостно заулыбались и последовали за ней.

— Сесиль, можно мне тоже с вами? —

—...А? —

— Я тоже хочу посмотреть комнату сестры. —

— Э-э, ну... —

Когда Уитни снова улыбнулся и вмешался, Сесиль на мгновение скривилась, но тут же натянула улыбку и кивнула.

— Кстати, а парней вы тоже собираетесь пустить? —

— Что? —

— Мужчинам не стоит просто так заходить в женскую комнату. —

Но Уитни на этом не остановился и, широко улыбнувшись, обратился к парням, стоявшим чуть позади.

— Может, вы подождёте в гостевой комнате? —

— А, ну... —

— Э-э, да... —

Но разве сам Уитни не был мужчиной?

Парни, уже было открывшие рты, чтобы возразить, встретились взглядом с Уитни и проглотили слова.

—...Как вам такое предложение? —

Уитни снова спросил их тихим голосом, но его глаза, в отличие от улыбающихся губ, совсем не смеялись.

—...Думаю, так будет лучше. —

— А-ха-ха... —

Большинство друзей Сесиль были выходцами из мелкого дворянства или простолюдинами, привыкшими постоянно оглядываться на высшую знать.

Но в этот раз всё было иначе.

Они почувствовали не просто давление сословного общества, а холодный страх за свою жизнь, от которого их прошиб холодный пот.

— Ха-ха, хорошо, что вы такие понятливые. —

Самое страшное было то, что в этот раз многочисленные недоразумения и заблуждения, окружавшие Уитни, не сработали.

Уитни лишь слегка приподнял уголки губ, но при этом излучал самую откровенную жажду убийства.

Конечно, Сесиль и девушки, шедшие впереди, лишь почувствовали, как воздух вокруг стал холоднее, и недоумённо оглянулись.

Но парни, осознав, что их решение было верным, поплелись следом с тяжёлым сердцем.

— Эй, подождите!!! —

В тот самый момент, когда одна группа шла к поместью с предвкушением, а другая — с желанием немедленно сбежать, раздался крик.

— Я не опоздала? Ха-ха... —

— А, старшая подруга! —

От входа к ним кто-то бежал, активно размахивая рукой.

— Я уж думала, вы не придёте. Хе-хе. —

— О боже, как я могла не прийти? —

Сесиль, обернувшись и узнав гостью, радостно помахала ей в ответ.

— Уитни... то есть, леди Сесиль, я не могла упустить такой шанс. —

Уитни, искоса наблюдавший за внезапно появившейся особой, почувствовал, как его жажда убийства стала ещё гуще.

«...Эмбер?»

Таинственная гостья, которую Сесиль назвала старшей подругой, как ни крути, была Эмбер.

*****

«Ого, посмотрите на это. Это просто безумие».

Эмбер, махавшая рукой и приближавшаяся к Сесиль и Уитни, про себя скрывала бешено бьющееся сердце.

«Персонаж из игры двигается в реальности! Это просто с ума сойти!»

Конечно, под «персонажем» она подразумевала Уитни Лингарда, который молча буравил её взглядом издалека.

На самом деле Эмбер прибыла раньше, но вместо того, чтобы войти, она наблюдала за поведением Уитни.

Уитни, который с ледяной улыбкой отчитывал парней, был в её вкусе, и даже если это выглядело глупо, стоило того, чтобы поглазеть на него подольше.

«Ха, вот это жизнь».

Как и многие другие попаданцы, она имела своего любимого персонажа.

Проблема была лишь в том, что этим персонажем был Уитни Лингард — главный источник загадок в DLC.

В оригинале он был лишь персонажем, которого Мердия убила первым, и не имел особого значения, так как всё равно умирал.

Однако после выхода DLC он почему-то выжил, обручился с Мердией и с каждым днём совершал всё более непредсказуемые поступки.

Концовка, изменённая в DLC, окончательно покорила её, даже несмотря на то, что она была ветераном этой игры.

«Любимый персонаж ожил прямо на моих глазах. Хе-хе...»

Конечно, это было результатом её личных предпочтений.

Как и некоторые другие любители злодеек, Эмбер просто обожала персонажей с прищуренными глазами, скрывающих свои истинные намерения.

«Он смотрит на меня? Да, точно, смотрит».

—... —

«Он что, пытается меня запугать? Ну да, он ведь понял, что я попаданка. Конечно, я его беспокою...»

— Эй, подожди минутку. —

Уитни подошёл к Эмбер, которая стояла и глупо улыбалась своим мыслям.

— Как ты здесь оказалась? —

— Что? Брат, ты её знаешь? —

Сесиль, которая следовала за ним, с недоумением спросила Уитни.

— Сесиль, кто это? —

— А? Ты её не знаешь? —

Уитни притворился, что не знает, и Сесиль, почесав затылок, начала объяснять.

— Это Амброзия, студентка третьего курса академии. Я зову её просто Эмбер. —

—...Когда я был в академии в прошлый раз, я её не видел. —

— А, она до недавнего времени была в академическом отпуске. —

Уитни снова нахмурился и уставился на Эмбер.

— Академический отпуск, значит. —

— Да, были дела, пришлось взять перерыв. —

Он явно хотел расспросить её подробнее, но, заметив взгляды окружающих, промолчал и отвернулся.

—...Сесиль, думаю, комнату покажешь в другой раз. —

— А? —

— Мне нужно поговорить с этой леди. —

Сесиль на мгновение вздрогнула и прищурилась.

— О-о чём? —

—... —

— Почему? Что случилось? Опять? —

Почувствовав, что атмосфера вокруг Уитни стала недоброй, она обеспокоенно спросила.

— Нет, ничего особенного. Просто возник один вопрос. —

—...К-к человеку, которого видишь впервые? —

Сесиль недоумённо склонила голову, но, увидев выражение лица Уитни, тут же замолчала.

— Т-тогда ладно. Я пойду к друзьям... —

Основываясь на прошлом опыте, Сесиль знала: если Уитни перестал улыбаться и стал серьёзным, значит, это не то дело, в которое ей стоит вмешиваться.

— Это ещё кто такая... —

— Леди Адель, пойдёмте внутрь. —

—...Н-но. —

— Быстрее. —

— А, а-а! —

Сесиль, заметив, как Адель помрачнела при виде незнакомки, потащила её внутрь.

—... —

Когда воцарилась тишина и Сесиль с друзьями скрылись в доме, Уитни заговорил тихим голосом.

— Что ты задумала? —

— Мне стало скучно ждать даты начала операции. —

— Я же сказал тебе сидеть тихо. —

Когда он прошептал это ледяным тоном, тело Эмбер слегка задрожало.

— Ого, этот полуформальный тон просто сводит с ума. —

—...? —

— Прямо как в игре. —

Эмбер пробормотала это про себя, сверкая глазами.

— Какие у тебя отношения с моей сестрой? —

— А, леди Сесиль? Мы познакомились в клубе. —

— В клубе? —

— Да, пару раз виделись в клубе фехтования. Вместе тренировались. —

Услышав это, Уитни ещё сильнее прищурился.

— Не может быть. —

— Что? —

— Нет, если подумать, это имеет смысл. —

Уитни погладил подбородок и задал вопрос с острым выражением лица.

— Раз ты «вселилась», то и поведение, конечно, изменилось. —

—...Верно? —

— Но разве была необходимость идти в академию? —

Эмбер широко улыбнулась и ответила беззаботно.

— Невозможно удержаться от посещения академии. —

—...Настолько? —

— Ха-а, я ведь хотела подружиться с главными героями... —

Когда она пробормотала это с грустным видом, Уитни внезапно достал из-за пазухи письмо от отца.

— Ты что-нибудь знаешь об этом шифре? —

— Что? Дай-ка посмотрю. Хм... —

Она внимательно посмотрела на письмо, и её тело слегка вздрогнуло.

— А. —

—... —

— Н-не знаю. —

— Правда? —

Уитни спросил тихим голосом, глядя на её реакцию.

— Кстати, когда ты собираешься на Северный континент? —

—... —

— Честно говоря, туда нужно отправляться во всеоружии... —

Эмбер довольно нагло перевела тему.

— Мы отправляемся через два дня. —

— Да, тогда... Нет, подождите. —

Услышав ответ Уитни, она вытаращила глаза, забыв о своей попытке сменить тему.

— Ч-через два дня? —

----------

Приглашение (3)

— Есть ли причина так спешить с реализацией плана?

— …….

— Я уже говорила, Северный континент — место не из легких. Конечно, готовиться заранее неплохо, но всё же два дня — это как-то… слишком быстро.

Эмбер, долгое время ошарашенно смотревшая на Уитни, заговорила, глядя на него с выражением полного непонимания.

— Отправление через два дня. Моя цель — заполучить силу Короля демонов в течение недели.

— Что? Это невозможно.

— …Причина?

— Разве это не физически невозможно?

Она начала объяснять, качая головой.

— Мы ведь на Западном континенте. Чтобы добраться до Северного, нужно плыть на корабле несколько месяцев…

— Мы воспользуемся «Теневым коридором», который используют черные маги.

— Послушайте, это не панацея. Конечно, почти панацея, но для него нужны определенные условия.

Вскоре из уст Эмбер посыпались профессиональные термины.

— Например, нужны точные координаты до десятых долей, учитывающие оси X, Y и Z. И это не всё. Даже если мы возьмем только элиту, нас должно быть минимум десять человек, а тогда расход маны станет запредельным. Хорошо еще, если нас не выбросит в небо или не швырнет в океан…

— …….

— И даже если всё получится, как мы вернемся обратно? «Теневой коридор» связан со всем миром, но это дорога в один конец. Для возвращения его использовать нельзя.

Говоря это, Эмбер, честно говоря, не ожидала, что Уитни поймет её.

Обычно персонажи-злодеи — безответственные типы: услышав от подчиненных, что план невыполним, они лишь источают жажду убийства и требуют добиться успеха к завтрашнему дню.

Конечно, Эмбер нравилась такая безжалостность, но сейчас, когда она сама оказалась в подобной ситуации, ничего не поделаешь.

— Может, не надо? У меня есть проработанный маршрут. Хотите послушать? Если проложить обходной путь через пролив Милпаунер, можно минимизировать нападения морских монстров, а если повезет с течением, сократить путь на две недели…

— Координаты я знаю.

— …Подождите, что вы сказали?

Она, собиравшаяся объяснить свою теорию, замерла, ошеломленная словами Уитни.

— А, вы ведь не имеете в виду Северный полюс? Прошу прощения, но он находится довольно далеко от мест обитания драконов…

— Я имею в виду именно то место, где живут драконы.

— Нет, откуда вы это знаете?

Она задала вопрос, не веря собственным ушам.

— Хотите знать? — …Нет.

Но когда Уитни понизил голос, Эмбер поняла, что в этом мире есть вещи, причины которых лучше не знать, и быстро ответила.

— Но как вы решите проблему с количеством маны?

— Мы пойдем только вдвоем.

— А, только вдвоем… Что? Вдвоем?

— Тогда разве стоит беспокоиться о количестве маны?

Услышав продолжение плана Уитни, она на этот раз не смогла ответить сразу.

— Нет, беспокоиться, может, и не стоит. Но разве нас обоих не убьют драконы?

— …Если нас не обнаружат, то нет. Именно поэтому я и сокращаю количество людей до минимума.

— Э-это так, но драконы — не те противники, с которыми легко справиться.

— Я это знаю.

Когда разговор дошел до этого, Эмбер внезапно почувствовала неладное и замолчала.

«Почему-то с самого начала наш разговор кажется странным».

Безусловно, сам диалог с Уитни шел гладко.

Однако, если вдуматься в содержание, всё было как-то не так.

— Я разве не говорил? Артефакт, необходимый для пробуждения Короля демонов, охраняет Повелитель драконов. Даже если операция по проникновению пройдет успешно, нет гарантии, что последний защитный барьер легко поддастся.

— …….

— Поэтому было бы лучше, если бы хотя бы офицеры пошли с нами. Если они не победят, то хотя бы смогут потянуть время…

— В этом нет нужды.

Когда разговор зашел так далеко, Эмбер стало любопытно, есть ли у Уитни какой-то козырь в рукаве, раз он так уверен.

Если козыря нет, то его «операция» — это просто самоубийственная атака.

— С Повелителем драконов я разберусь сам.

— …С Повелителем драконов?

— Да, так что вам не о чем беспокоиться.

— Вы ведь понимаете, что Повелитель драконов невероятно силен…?

Именно поэтому Эмбер задала этот вопрос с сомнением в голосе.

— Эмбер, вы очень интересный человек.

— Что?

— В основе вашего диалога всегда лежит предположение, что нужно обязательно сражаться.

Уитни внезапно подался вперед, глядя на Эмбер с видом, будто ему крайне любопытно.

— В том мире, который вы называли игровой площадкой, Эмбер, вы, похоже, развлекались довольно воинственным способом.

— Э-это…

— Вы случайно не пытались убить и меня?

Эмбер немного подумала над этим вопросом, а затем, почесав затылок, честно ответила:

— Вы — единственный, кого я не смогла убить.

— Ого.

— Это было невозможно системно. И знаете, почему…

— До этого момента мне не особо интересно.

Уитни перебил её пояснения, тихо покачал головой и прошептал:

— Но скажу одно: образ мышления, при котором всё решается через битву, неверен.

— …И что же тогда?

— В мире полно способов победить, не вступая в бой.

Эмбер возразила с обиженным видом:

— Я согласна. Но вы знаете, насколько воинственны драконы?

— Хм, кажется, вы не совсем понимаете.

Уитни снова перебил её, одарил доброй улыбкой и задал вопрос:

— Например, если бы вы хотели захватить Королевство эльфов, живущих в Великом лесу Западного континента, которые известны своей воинственностью не меньше драконов, какой метод вы бы использовали?

— …Для начала сожгла бы Мировое древо?

Эмбер, не задумываясь ни на секунду, ответила с горящими глазами и продолжила объяснять:

— Сила эльфов исходит от Мирового древа, поэтому, если уничтожить источник, то, конечно…

— Да, сила высших эльфов и духов определенно ослабнет. Но что потом?

Уитни возразил с выражением явного недовольства.

— Что значит «что потом»?

— Королевство эльфов состоит в союзе со многими государствами. Естественно, сожжение Мирового древа вызовет общественный гнев соседних стран и организаций.

— Но ведь цель можно достичь, разве нет?

Только тогда Эмбер поняла, почему ей всё время казалось, что их разговор с Уитни не клеится.

— Истинная победа — это успех плана с учетом всех последствий, Эмбер.

Уитни Лингард был слишком, просто слишком не похож на неё по натуре.

Если Эмбер — тип, полагающийся только на физическую силу и боевые навыки, то Уитни Лингард — стратег и интриган, изводящий врага до самого основания.

На самом деле, для Эмбер, которая в прошлом не смогла вернуть первое место в рейтинге, придерживаясь именно такого подхода, это было не очень приятно.

— Тогда как бы вы решили это, Уитни?

Когда Эмбер задала вопрос с ноткой бунтарства, Уитни тихо улыбнулся и начал объяснять:

— Ну, скажем, однажды Мировое древо Королевства эльфов внезапно начинает чахнуть и увядать.

— ……?

— Высшие эльфы и духи, конечно, будут метаться в поисках причины, но решения не найдут…

По мере того как он продолжал, в глазах Эмбер росло лишь недоумение.

— И вот тогда, в самый подходящий момент, появляетесь вы и предлагаете решение.

— Э-э…

— Правда, нельзя давать решение сразу. Нужно подсказывать шаг за шагом, выжимая из них всё, что только можно.

В конце концов Эмбер не выдержала и перебила его:

— Ну, хорошо. Я примерно поняла, о чем вы. Но мне всё еще не очень понятно.

— Что именно?

— Разве это не история, основанная на том, что увядание Мирового древа произойдет случайно?

Уголки губ Уитни приподнялись, а затем раздался его веселый смех.

— Что? Ха-ха, а-ха-ха…

— ……!?

Эмбер, естественно, не знавшая причины, могла лишь нахмуриться и склонить голову набок.

— Случайность? В мире нет никаких случайностей. То, что кажется случайностью, на самом деле — тщательно сплетенная закономерность.

После слов Уитни, которые звучали как нечто заоблачное, Эмбер была на грани того, чтобы вообще перестать что-либо понимать.

— Увядание Мирового древа тоже можно сделать не случайностью.

— И как же это…

В этот самый момент Эмбер о чем-то догадалась и вздрогнула.

— …Разве вы не тот, кто уже видел будущее этого мира? Вы как-то медленно соображаете.

И в самый подходящий момент прозвучало многозначительное замечание Уитни.

— Не может быть.

Мысль, возникшая в голове Эмбер, теперь стала твердой уверенностью.

«Причина, по которой в оригинале внезапно зачах Великий лес?»

В игре, в которую она играла, «Black Tail Fantasy 3», во второй половине сюжета в Великом лесу, на территории эльфов, действительно происходит необъяснимая катастрофа.

Эльфы, конечно, рвали и метали, но так как причина была «неизвестна», найти виновника было невозможно.

Но ведь это событие произойдет еще очень нескоро, откуда Уитни мог о нем знать?

Тогда остается только одна возможность.

— К-когда вы начали? Как далеко вы всё спланировали?

Неизвестно, как он это сделал, но возможно, что Уитни планировал эпидемию в Великом лесу еще с этого момента.

Но тогда возникает вопрос: в «оригинале» Уитни к тому времени был уже мертв.

— Кто вы такой на самом деле?

Это означало, что смерть Уитни в оригинале могла быть инсценировкой.

Нет, дело не просто в возможности.

Если это правда, то Уитни Лингард мог быть величайшим закулисным кукловодом мира, который даже в оригинале инсценировал свою смерть и управлял всем из тени…

— Хотите знать?

— …Послушайте, мое появление не входило в планы.

Эмбер, додумавшаяся до этого, хотела задать вопрос, но сама себя осекла.

— А, нет, ничего.

— …….

— Сегодня погода ясная. Ха-ха…

После этого она начала говорить о погоде, делая вид, что смотрит в небо.

— В любом случае, буду считать, что вы согласились с планом.

— …….

— Тогда я пойду, мне нужно навестить сестру.

Уитни, улыбнувшись, глядя на неё, слегка поклонился и скрылся в сторону особняка.

«Подождите, мы еще не обсудили, как вернуться в течение недели после получения силы Короля демонов».

Эмбер, только что переведя дух, внезапно застыла на месте, содрогаясь от вопроса, возникшего в голове.

«Неужели и это было запланировано?»

*****

— …Черт, что же делать?

Тем временем Уитни тихо прогуливался по коридору особняка.

— «Теневой коридор» не был панацеей?

Он внезапно схватился за голову и начал бормотать с выражением явной растерянности.

— Как вернуться в течение недели?

Из-за непредвиденной переменной на его лбу выступил холодный пот.

----------

Особняк с привидениями

Тот вечер, когда друзья Сесиль пришли в особняк.

— Сесиль, слушай… ну, это…

— М?

— У меня есть один вопрос, можно спросить?

Друзья, сгрудившиеся в комнате, как только Сесиль вошла, тут же обступили её и начали расспрашивать.

— Конечно, почему нет? Что вас интересует?

— Ну, это… понимаешь…

Сесиль с недоумением смотрела на них, но, видя её готовность ответить, друзья начали переглядываться и медлить.

— Мы тут шли по коридору с ребятами и, кажется, видели кое-что странное…

— Странное?

Наконец, одна из учениц набралась смелости и заговорила:

— В общем, из туалета вышел какой-то человек, огляделся по сторонам и быстро побежал в комнату.

— …Э-э?

Сесиль нахмурилась, озадаченно глядя на неё.

— И, что самое странное, этот человек был так похож на принца!

— А.

На лбу Сесиль тут же выступил холодный пот.

«Неужели их раскрыли?»

В отличие от прошлого, теперь Сесиль была на стороне Уитни и получала от него информацию.

Поэтому она, конечно же, знала, что в особняке скрывается принцесса Катарина.

— Но что ещё страннее, вид у него был какой-то… необычный.

— …Вид?

— Ну, в общем… как бы это сказать…

Сесиль лихорадочно соображала, как выкрутиться, но от следующего замечания подруги её глаза округлились.

— О-он точно был похож на принца, но… у него была грудь!

— Что?!

— И не только это, одежда… ну, как у женщины.

Тем временем остальные ученики, видевшие ту же сцену, согласно закивали.

— И волосы были длинные.

— Ага, всё было очень странно.

Но, к несчастью, Сесиль не знала, что принцесса Катарина на самом деле женщина, скрывающаяся под мужским обличьем.

«У него что, хобби такое — переодеваться в женское?»

Катарина бы расстроилась, узнав, что Сесиль вообразила её в женском платье, и теперь та в ужасе гадала, что же ждёт страну в будущем.

— И что вы сделали?

Сесиль, чувствуя на себе взгляды друзей, взяла себя в руки и задала вопрос.

— Мы хотели подойти и спросить, но как только он нас увидел, то перепугался и влетел в комнату.

— …

— И, как назло, это комната прямо рядом с нашей…

По мере того как друзья продолжали рассказ, лицо Сесиль становилось всё мрачнее.

— Мы немного прислушались и услышали женский голос.

— …

— Ой, ну, мы не специально подслушивали. Так, случайно…

Проницательный друг попытался оправдаться, но было уже поздно.

— А ещё я видел, как туда заходили служанки.

— …П-правда?

— М-может, ты что-то знаешь?

Один бестактный парень из задних рядов уже успел задать этот вопрос.

— Д-да кто ж знает. Я, я без понятия. Ха-ха…

Сесиль прикусила губу, но тут же широко улыбнулась, пытаясь сгладить ситуацию.

— И вообще, в этом особняке полно странностей.

— О, например?

Однако поток вопросов от друзей было уже не остановить.

— Слуги в коридорах постоянно улыбаются, но как-то… неестественно, что ли.

— Т-точно. Как будто их заставляют улыбаться?

— У нас в особняке слуги ведут себя совсем не так.

Сесиль была популярна среди простолюдинов, но среди её друзей были и дети дворян.

Поэтому неудивительно, что поведение слуг графа Лингарда, отличавшееся от привычного, вызывало у них вопросы.

— Д-да вам, наверное, показалось.

— Нет, правда! Я подошёл поздороваться, а служанка как закричит: «И-и-и!» — и убежала!

— А я хотел спросить, где туалет, так мне сказали, что ничего не знают.

— Такое чувство, будто они все до смерти напуганы.

Среди растущих подозрений один парень замялся и вытащил что-то из кармана.

— И… я тут нашёл кое-что у окна…

Все взгляды тут же устремились на предмет в его руках.

— Это что, записка?

— Н-не знаю. Нашёл там, где была та служанка, которая убежала. Содержание немного…

Парень показал всем полуобгоревшую записку.

— Лили, Шэрил. Сегодня дежурство по уборке подвала.

— Там сегодня есть лужи крови?

— Не знаю. В последнее время вроде не было.

— А в прошлый раз там было полно каких-то внутренностей…

Друзья замолчали, глядя на обрывок текста, прерванный на самом интересном месте из-за огня.

— …Вот поэтому я и говорила не использовать записки для связи на расстоянии.

— А?

— А, ну… это…

Сесиль, единственная, кто сохраняла серьёзность в этой гнетущей атмосфере, поспешно улыбнулась.

— Х-ха-ха, слуги, наверное, просто шутят.

— П-правда?

— Ага, потому что…

Сесиль, стараясь улыбаться как можно беззаботнее, чётко произнесла:

— В нашем особняке нет подвала.

В этот момент у многих друзей по спине пробежал холодок, а по коже пошли мурашки.

Сесиль, хоть и не имела привычки щуриться, была сестрой Уитни, и если она делала такое холодное лицо, то могла излучать нешуточную жажду убийства.

— П-правда? Аха-ха…

— Наверное, вышло какое-то недоразумение…

— Ага, это шутка. Просто шутка.

В итоге друзья быстро вспомнили о такте и решили не развивать тему.

В конце концов, у любого дворянского рода найдётся пара-тройка секретов.

Друзья верили прилежной и вежливой Сесиль, поэтому молча договорились больше не лезть в тайны семьи Лингард.

— …Это ведь правда недоразумение?

— Тсс.

Сесиль, которая начала улыбаться, щурясь, как кое-кто другой, стала выглядеть пугающе.

— Н-ну, во что теперь поиграем?

— Точно, мы же столько всего приготовили…

Атмосфера разрядилась, и друзья, переглянувшись, начали доставать принесённые вещи.

— Погодите.

В этот момент один из учеников нахмурился.

— Вам не кажется, что в коридоре слышны шаги?

Дети затаили дыхание и прислушались.

— Топ, топ…

К их удивлению, шаги за дверью были отчётливо слышны.

— Н-но нам же сказали, что в это время слуги не ходят, чтобы мы могли спокойно играть?

Друзья Сесиль, и так напуганные недавними историями, побледнели.

— …

Спустя мгновение шаги стихли прямо перед дверью Сесиль.

— …Ч-что это?

— Неужели…

Дети сглотнули слюну и навострили уши.

— Скрип…

Дверь начала медленно открываться.

— А-а-а-а!

Дети в ужасе отпрянули, но, к счастью, в дверях показался не монстр и не призрак.

— Сесиль, вы тут хорошо играете?

— …Испугал!

— Чего так пугаться? Как будто натворили чего.

Это был Уитни, который с характерным жутковатым выражением лица просунул голову в дверной проём.

— Ты бы хоть постучал, прежде чем входить!

— Ха-ха, прошу прощения.

Для слабонервных друзей Сесиль его вид был не лучше призрака, поэтому она вступилась за них, повысив голос.

— Зачем пришёл? Мы же договаривались, что ты не будешь мешать!

— Верно. Нет ничего скучнее, чем взрослые, лезущие в детские игры.

— Раз знаешь, уходи быстрее!

Уитни сделал вид, что обиделся:

— Я просто хотел переговорить с Адель.

— …А?

— Кто-нибудь её видел?

Дети переглянулись и осознали одну вещь.

— К-кстати, а где Адель?

— Разве она не была с девочками?

— М-мы с самого начала не были вместе! Разве она не была с мальчиками?

— Нет, не может быть!

Осознав, что Адель пропала уже давно, дети снова занервничали.

— И когда она исчезла?

— Мы же вместе входили в особняк?

— Н-не знаю, не помню.

Среди паникующих детей Эмбер, до этого сохранявшая спокойствие, подняла руку.

— Не уверена, но, кажется, кто-то был в саду.

— …А, вот оно что.

Уитни кивнул, собираясь закрыть дверь, но вдруг добавил:

— Ах да, советую вам не бродить по особняку ночью.

— Что?

— Да так, ничего особенного.

Уитни улыбнулся глазами, видя ошарашенные лица детей.

— По нашему особняку по ночам бродит монстр.

Атмосфера, и так напряжённая, стала в несколько раз холоднее.

— Аха-ха-ха…

Уитни издал неприятный смешок и плавно исчез.

— …Слушай, Сесиль.

В наступившей тишине одна из учениц робко спросила:

— Э-это ведь была шутка, да?

Но Сесиль, которая до этого отшучивалась, на этот раз промолчала.

— С-Сесиль?

— …

— Почему ты молчишь? Мне страшно.

Сесиль молчала, потому что слова Уитни показались ей подозрительно знакомыми.

«То, что я видела тогда… это был не кошмар?»

Прошлой ночью, когда она сонная шла в туалет мимо комнаты Уитни, она отчётливо видела нечто жуткое, ползающее перед его дверью.

На самом деле, служанки, видевшие паразита на руке Уитни, уже знали об этом, но Сесиль, бывшая в академии, не могла об этом знать.

— …Может, поиграем в настольные игры?

Спустя мгновение в комнате Сесиль началась самая тихая и унылая игра в истории.

*****

Тем временем в саду поместья Лингард.

— У-у, лучше бы я не приходила.

Адель сидела у фонтана, глядя на луну, и уныло бормотала:

— Я ведь никогда не играла с ровесниками…

Она опустила голову, и в этот момент…

— Шурх…

— …М?

Из кустов в саду послышался шорох.

— Кто там?

К слову, слуги графа Лингарда негласно договорились не заходить в сад по ночам.

— Шурх, шурх, шурх…

— К-кто здесь?!

Среди слуг ходили слухи, что в последнее время в саду появляется нечто странное.

----------

Подготовительные работы

— К-кто там? Я же спрашиваю!

— ….

— Ч-что это?

Адель, сидевшая в одиночестве у фонтана в саду, почувствовала чье-то присутствие и с тревогой поднялась на ноги.

«Меня ищут?»

В конце концов, прошло уже немало времени с тех пор, как она отделилась от компании Сесиль.

Достаточно, чтобы начать слегка дуться, если никто так и не придет за ней?

На самом деле, несмотря на такие мысли, Адель уже давно поглядывала по сторонам, ожидая, не придет ли кто-нибудь за ней.

«Хм, ну и бестолковые же они…»

Поняв, что за ней наконец пришли, Адель, стараясь не выдать своей радости, медленно поднялась с края фонтана и начала готовиться к возвращению в особняк, делая вид, что делает это неохотно.

— …Хм?

Однако в этот момент Адель, заметив что-то странное, тихо склонила голову набок.

«Но если это человек, разве он может полностью скрыться за этим кустом?»

Куст, колыхавшийся перед ней, был едва ли не по колено даже Адель, обладательнице фигуры обычной девушки.

Поэтому, если существо, издающее звуки, было человеком, оно никак не могло спрятаться за этим кустом.

А если оно ползет на четвереньках? Нет, даже в таком случае его рост в лежачем положении не позволил бы ему полностью скрыться.

— …!

Осознав это, Адель почувствовала, как по лбу скатилась капля холодного пота.

Она уже несколько раз слышала городские легенды о призраках в особняке Лингард, которые ходили по империи.

Конечно, Адель отмахивалась от них как от пустых слухов, но невольный страх все равно пробирал до костей.

- Треск…

В руках Адель, стоявшей в оцепенении перед фонтаном, начали искрить разряды магии.

Она готовилась в любой момент метнуть магическое копье, если, не дай бог, из кустов выскочит одноглазый монстр или паук с 57 ногами, как в тех слухах.

- Шорох…

На фоне этого напряжения нечто наконец медленно показалось из кустов.

— А?

В тот же миг глаза Адель, готовой в любую секунду пустить в ход магическое копье, округлились.

— Мяу.

Из кустов выскочил не ужасный монстр, а милый черный котенок.

— Ой.

Адель, благородная леди из семьи графа, обычно излучавшая аристократическое спокойствие, в душе была самой обычной девушкой, которая не могла устоять перед милыми вещами.

— Котенок…

К тому же, поскольку отец Адель не одобрял домашних животных, у нее всегда была нехватка общения с котами.

— Это котенок из особняка? Но почему он в саду?

— Мяу?

— Ты что, потерялся?

Оглядевшись и убедившись, что никого нет, она подбежала к котенку, присела на корточки и протянула руку.

— Хе-хе…

И как раз в тот момент, когда она собиралась погладить котенка, который с любопытством и без тени страха смотрел на нее, раздался голос.

— Леди Адель.

— А-а?!

Чей-то голос внезапно раздался у нее за спиной, застав ее врасплох.

— Что вы здесь делаете?

— А, а-а…

Уитни, появившийся из ниоткуда в сопровождении двух служанок, улыбаясь, задал вопрос.

— Я, ну, понимаете…

Заикаясь, она снова потянулась к котенку и пробормотала:

— Я просто гуляла, и тут… котенок…

— …Подождите, леди Адель.

Вдруг Уитни помрачнел и прошептал низким голосом:

— Для начала, не двигайтесь.

— Что?

— И не оборачивайтесь. Смотрите только на меня. Понятно?

Адель, озадаченная его словами, услышала, как Уитни добавил мягким тоном:

— Это ведь несложно, правда?

— Д-да, конечно.

Сначала она не поняла, в чем дело, но, немного подумав, решила просто подчиниться Уитни.

«Он… он смотрит прямо на меня, не отрываясь».

В конце концов, ситуация, в которой Уитни улыбался ей и просил смотреть только на него, была не так уж плоха.

- Гр-р-р…

Но как раз когда она послушно выполняла просьбу Уитни, со стороны котенка раздался странный звук.

- Гр-р-р, гр-р…

— …?

Адель, которая невольно хотела обернуться, быстро взяла себя в руки и украдкой взглянула на Уитни.

— Вы все делаете правильно. Ни в коем случае не оборачивайтесь.

Уитни продолжал говорить это с невозмутимой улыбкой.

Однако с этого момента Адель снова начала покрываться холодным потом.

— Ха, ха-ха.

— …У-ух.

Две служанки, стоявшие по бокам от Уитни, обливались потом, как в ливень.

Нет, дело было не в поте. Их лица были искажены от ужаса, хотя они изо всех сил пытались сохранить улыбку.

Это было похоже на то, как смотрят на человека, который увидел нечто не из этого мира, но вынужден улыбаться.

— У-Уитни, что происходит?

— ….

— …Уитни?

В конце концов, Адель тихо спросила его.

— Леди Адель.

Уитни, спокойно глядя на нее сверху вниз, вдруг улыбнулся и прошептал:

— Не могли бы вы на мгновение закрыть глаза?

В его голосе было что-то такое, чему невозможно было отказать, поэтому Адель без колебаний закрыла глаза.

— ….

Однако, в отличие от того, как она вела себя с друзьями и однокурсниками, Адель была довольно любопытной.

Поэтому, закрыв глаза и долго раздумывая, она решила поступить так же, как Уитни, которым она восхищалась.

— …Хух.

Она глубоко вздохнула и приоткрыла глаза.

— …?

Увидев то, что предстало перед ней, Адель едва не вскрикнула от удивления.

- Треск…

Левая рука Уитни, почерневшая, поглощала нечто, состоящее из черного дыма.

И этот черный дым исходил из-за спины Адель.

— …Ик.

Адель, некоторое время ошеломленно наблюдавшая за этим, почувствовала, что Уитни смотрит на нее, и, тихо охнув, снова закрыла глаза.

— ….

Прошло некоторое время.

— Ну вот, теперь можете открыть глаза, леди Адель.

— …А, да.

Открыв глаза, как и просил Уитни, Адель медленно повернула голову туда, где был черный котенок.

- Шипение…

Однако там, где был котенок, теперь поднимался лишь черный дым.

— Я… здесь был котенок…

— Правда? Не знаю, о чем вы.

Когда Адель, полная сомнений, задала вопрос, Уитни сделал вид, что не понимает, о чем речь, и спросил служанок, стоявших рядом.

— Д-да, верно. Ха-ха.

— Т-там что-то было???

Служанки в один голос ответили с неловкими улыбками.

На их лбах отчетливо выступил холодный пот, но, возможно, из-за темноты Адель не заметила этого.

— Что это было…

— Леди Адель, кстати, я хотел бы с вами поговорить.

— Да?

Адель, у которой на лице читалось недоумение, при этих словах Уитни вдруг навострила уши.

— Не могли бы мы поговорить в моей комнате?

— О, о! Да! Конечно!

Вскоре из головы Адель полностью стерлись воспоминания о черном котенке, которого она видела мгновение назад.

— О, я… мне нужно поправить макияж… нет, лучше сначала умыться…

— Что? В этом нет необходимости.

— …А, да. Прошу прощения. Тогда идем.

Однако из памяти служанок, стоявших рядом с Уитни, воспоминание о «существе», которое было за спиной Адель, вероятно, не сотрется никогда.

— …Слушай, Шерил. То, что было там…

— Тсс, хватит.

По крайней мере, то, что видели служанки, было совсем не тем черным котенком, которого видела Адель.

— Н-но… разве нам не следует сообщить об этом в Святой Престол…

— …Ты что, не знала? Шаша говорит, что даже Святая на стороне молодого господина.

— А.

Однако было ясно одно: нечто, чему служанки не могли дать объяснения, широко открывало пасть в сторону Адель с жутким выражением лица.

*****

Следующее утро. Особняк Лингард.

— Н-ничего особенного не случилось, как я и думала.

— И правда.

Дети, благополучно пережившие ночь в особняке Лингард и собравшиеся в холле первого этажа, оглядывались по сторонам и переговаривались.

— Я… мне показалось, что ночью кто-то рыдал в коридоре…

— А я, кажется, что-то видел за окном…

— Разве ты не спал на третьем этаже?

— …А?

Как только атмосфера снова стала напряженной, в конце коридора послышались шаги.

— …!

На самом деле, в жилом особняке шаги — это вполне естественно.

Но дети, которые всю ночь не спали из-за исчезновения Адель и жуткой атмосферы особняка Лингард, даже от этого обычного звука невольно съежились и начали оглядываться.

— Ля-ля~

Перед перепуганными детьми предстала никто иная, как принцесса Катарина.

— Ик!

В отличие от обычного, она распустила волосы и даже надела женское платье. Напевая под нос, она шла по коридору, но, увидев детей, поспешно спряталась за колонну.

— ….

Между детьми и принцессой Катариной повисло странное напряжение.

- Топ-топ…

В этот момент сзади снова послышались шаги.

— Кхм-кхм! Внимание всем!

— ….

К счастью, на этот раз перед детьми появились Адель и Сесиль.

— Кто хочет пойти на экскурсию в Магическую башню?

— В М-Магическую башню?

— Да! Я лично получила разрешение от отца!

Дети, которые еще мгновение назад дрожали от страха, при упоминании Магической башни широко раскрыли глаза.

Магическая башня — это не то место, куда может попасть кто угодно. Только самые перспективные из перспективных могут получить доступ в ограниченные зоны.

Экскурсия в такое место! Для друзей Сесиль, у которых не было связей, или для простолюдинов, это было предложение, от которого невозможно отказаться.

— Фу-фу, благодарите меня! Это шанс, который простолюдины вроде вас не часто получают…

— Э-э, извините…

— М?

В слова Адель, которая громко вещала среди взволнованных детей, внезапно кто-то вмешался.

— П-приветствую.

Девушка, которая только что пряталась за колонной, осторожно выглянула и поздоровалась.

— Я… мне тоже сказали присоединиться к экскурсии…

— Кто ты?

— А, ну… я…

Из-за неловкой реакции детей таинственная девушка начала сильно заикаться.

— Она моя кузина.

В этот момент Уитни, внезапно появившийся сзади, вмешался в разговор.

— Она очень любит сидеть дома. Хотел воспользоваться случаем и показать ей немного мир.

— А, да. В-верно.

— Тогда прошу любить и жаловать.

Большинство детей удовлетворились этим объяснением, но выражения лиц Сесиль и Адель были не самыми радостными.

— Аха-ха…

— ….

Потому что и Сесиль, и Адель после вчерашнего разговора с Уитни все поняли.

— Ну-ну, прошу любить и жаловать…

Что эта девушка, которая сейчас заикается перед детьми, на самом деле — Катарина Винтер Клаус, известная как пропавший принц, первая принцесса империи.

----------

Подготовительные работы (2)

— Ну, счастливого пути. Ха-ха.

Сесиль и дети, провожаемые Уитни, вышли за ворота особняка Лингард.

— …Такое чувство, будто мы сбежали.

— И, и правда.

— Н-не слишком ли это грубо?

Несмотря на эти слова, дети тихо дрожали, отчетливо ощущая, что только что выбрались из особняка с привидениями.

— …П-подождите.

— А?

Однако, прежде чем они успели сесть в карету, направляющуюся к Магической башне, одна из учениц внезапно остановила остальных.

— Ч-что-то не так.

— …Что именно?

— Н-на всякий случай я пересчитала нас. И знаете что…

После её слов все дети в одно мгновение остановились и вздрогнули.

— Не знаю почему, но нас на одного меньше.

Это был финал, достойный самой страшной истории — они столкнулись с последней городской легендой.

— П-почему!?

— И-ик.

— Почему!?

Естественно, дети в панике начали искать причину, но лишь Сесиль оставалась спокойной.

— Эмбросия решила остаться в особняке.

— А, правда?

— П-почему?

— Да кто знает? Наверное, у неё есть дела с моим братом?

Сесиль сказала это так, будто в этом не было ничего особенного, но в её тоне явно читалось предупреждение не расспрашивать дальше.

— У-ух ты. Карета такая роскошная.

— Я, я никогда на такой не ездила…

— П-потрясающе!

Поскольку за последний день их сообразительность возросла в несколько раз, дети быстро перевели тему на карету перед ними.

— Х-хе-хе. Правда? Но для нашего рода Фелгрейв это вполне обычное дело, знаете ли?

— О-о-о. П-правда?

— В этой карете применена магия расширения пространства. Разумеется, для рода Фелгрейв это самая базовая магия.

— В-вы удивительны.

— А ещё этой карете не нужен кучер. В неё встроена система автопилота, запатентованная Магической башней, так что достаточно просто назвать пункт назначения, и она сама…

К счастью, Адель была достаточно горда, чтобы соответствовать ожиданиям детей.

— Ну, обычно мы ездим на каретах в несколько раз больше этой. Фу-фу.

Она немного приукрасила, но дети всё равно кивали и не скупились на похвалу.

— …….

На самом деле, помимо того, что старшая «Эмбросия» внезапно осталась в особняке, была ещё одна причина, по которой дети так отчаянно пытались сменить тему.

— …А-ах.

Причиной была таинственная девушка, которую Уитни внезапно представил и взял с собой на экскурсию.

Она с самого начала шла позади всех, опустив голову и издавая странные звуки, чего было достаточно, чтобы вызвать у всех настороженность.

— К-кто она такая?

— Разве он не сказал, что она кузина Уитни?

— …Но ведь у неё светлые волосы?

— В-волосы могут быть разными…

— Я, я немного знаю кузенов из рода Лингард. У всех них черные волосы…

На самом деле у детей было много сомнений.

Например, что она — скрытая внебрачная дочь графа Лингард, любовница или даже призрак…

Но если бы это было так, Уитни не стал бы отправлять её наружу вместе с посторонними на экскурсию.

Значит ли это, что та загадочная девушка действительно просто кузина Уитни?

— Э-эй.

— ……Ух.

— А, здравствуйте?

Пока сомнения всех присутствующих росли, один из учеников набрался смелости и подошел к таинственной девушке с вопросом.

— А, а-ах. А.

— …Ч-что с вами?

— У-а, а.

Однако, не успев даже начать разговор, она снова опустила голову и принялась издавать странные стоны.

— К-кажется, она не умеет разговаривать…

— М-может, она чем-то больна?

— Тсс, тихо.

Дети прониклись сочувствием, делая поспешные выводы, хотя на самом деле в этом не было никакой нужды.

— У, а-ах, а.

Принцесса Катарина, которая впервые вернулась к своему истинному облику благодаря парику, предоставленному Уитни, и снятию утягивающих бинтов, которые она всегда носила, просто проходила через необходимый период адаптации.

Может показаться, что это пустяк, но для неё эта операция требовала огромного мужества.

С самого рождения она жила как мужчина, а не как женщина, поэтому нынешний образ казался ей не естественным состоянием, а скорее мужчиной, переодетым в женское платье.

Более того, чтобы её не приняли за принца, она надела юбку и женское бельё. Разумеется, для человека, привыкшего всю жизнь ходить и вести себя как мужчина, это было крайне непривычно.

С каждым шагом принцесса Катарина вздрагивала и тихо дрожала от ощущения непривычной ткани, касающейся её кожи.

— …….

И всё же она не могла просто молчать.

Потому что Уитни попросил её об одной «услуге».

Честно говоря, она не до конца понимала суть, но Уитни был её единственным «близким другом».

К тому же он помог ей разобраться с делом о бывшем женихе, и теперь, когда она не могла оставаться в императорском дворце, он стал её спасителем, который приютил и позаботился о ней.

Поэтому она была готова выполнить любую его просьбу, даже такую незначительную.

Однако то, что ей пришлось переодеться в женское платье после жизни в образе мужчины, было для неё настоящим испытанием.

— …А, здравствуйте.

Но если она не будет общаться, ей будет стыдно смотреть Уитни в глаза.

— …….

Когда Катарина выдавила из себя эти слова, среди детей воцарилась тишина.

— О-она умеет говорить.

— Н-но… голос…

— …Где-то я его уже слышал?

У детей возникло такое чувство дежавю, и это было неудивительно.

Хотя принцессу Катарину они видели впервые, принц Кендрик, президент студенческого совета академии, был им хорошо знаком.

— Ох.

Принцесса Катарина, испугавшись, что по ошибке использовала свой обычный голос, поспешно замолчала.

Когда-то принцесса Катарина использовала магический инструмент, чтобы изменять свой голос.

Однако из-за долгого пребывания в мужском образе её голос стал довольно низким, поэтому в помощи магического инструмента она больше не нуждалась.

Вот почему, даже не используя его сейчас, она звучала для детей довольно знакомо.

— П-приятно познакомиться. А, голос немного сел.

Лишь спустя долгое время Катарина смогла избежать подозрений, заговорив чуть более тонким голосом, чем обычно.

— …Ха-а.

Тем временем Сесиль, молча наблюдавшая за этим, тихо схватилась за лоб, начиная беспокоиться о том, что будет дальше.

— Только бы ничего не случилось…

Большинство детей думали, что сегодняшняя экскурсия — это просто удача, вызванная прихотью Адель.

Но Сесиль, узнавшая правду от Уитни заранее, не могла не волноваться.

«Если слова брата правдивы, Магическая башня очень опасна. Чтобы выполнить там задание…»

Разумеется, друзей Сесиль нельзя было втягивать в это дело.

Если не считать Сесиль, пробудившую мечную энергию, Адель, обладающую сопоставимой силой, и принцессу Катарину, чья боевая мощь была на высоте, остальные друзья Сесиль были обычными слабыми людьми.

Ей бы хотелось вообще не впутывать их в это, но чтобы беспрепятственно попасть в Магическую башню, другого выхода не было.

Чем меньше людей, тем легче следить. И наоборот, чем больше людей, тем больше брешей в наблюдении.

План Сесиль состоял в том, чтобы, как только представится возможность во время экскурсии, пробраться с Катариной в запретную зону Магической башни.

Конечно, доступ в запретную зону никому не разрешен, но принцесса Катарина — член императорской семьи, и это меняет дело.

Из-за договора между Магической башней и императорской семьей, башня, получая гарантии автономии, обязана признавать право императорской семьи на проведение проверок.

Конечно, нынешний император давно в сговоре с башней, поэтому нет гарантии, что это право будет реализовано честно, но если использовать Катарину как пропуск, всё будет иначе.

Если всё пойдет хорошо, они смогут освободить запретную зону до того, как их обнаружат, и, воспользовавшись хаосом, вывести детей из башни.

Конечно, уверенности в успехе нет. Поэтому она подготовит для друзей максимальные меры безопасности.

Перед началом экскурсии Адель раздаст друзьям свитки возвращения, чтобы они не потерялись в запутанных коридорах Магической башни.

С ними побег не составит труда, что бы ни случилось.

Если только во всей башне не будет активирован барьер, ограничивающий магию.

Конечно, в Магической башне, сокровищнице магии, такого быть не может. По крайней мере, если они не хотят уничтожить накопленные за тысячу лет знания.

«Однако один момент меня беспокоит…»

Несмотря на все приготовления, на душе у Сесиль было неспокойно.

«…Насколько Адель осведомлена об этом плане?»

Вчера вечером, насколько знала Сесиль, Адель тайно разговаривала с Уитни.

Это было очевидно, учитывая, что Адель внезапно получила разрешение на экскурсию в Магическую башню.

Но насколько глубоко она посвящена в детали?

Могла ли она, дочь главы Магической башни, добровольно согласиться на план, который может привести к краху всей башни, пусть даже это будет по их собственной вине?

Или Уитни просто обманул её, используя в своих целях?

Если первое — не страшно, но если второе, это может привести к серьезным сбоям в плане.

Может, стоит прямо сейчас спросить Адель, что она знает?

«Нет, если спросить слишком прямо…»

Поразмыслив, Сесиль покачала головой и тихо заняла своё место в карете.

«Придется довериться плану брата…»

Уитни четко сказал, что если следовать плану, проблем не возникнет.

Значит, нужно верить. В конце концов, даже во время недавнего Турнира перспективных талантов всё шло по плану Уитни.

Наверняка и в этот раз он всё тщательно продумал. Если она испортит план из-за собственных домыслов, ей будет стыдно.

— Ну что, поехали!

Когда Адель убедилась, что все расселись, она громко подала сигнал к отправлению.

- Скрип…

Карета медленно тронулась с места и покинула особняк Лингард.

— …Фух.

Сесиль, тихо выдохнув, выглянула в окно, глядя на особняк Лингард.

«Что же он задумал?»

На лице Уитни, отразившемся в её глазах, как всегда, играла холодная, нечитаемая улыбка.

«Ну, он справится…?»

Эта улыбка даже немного успокоила её, и Сесиль закрыла окно кареты.

*****

— Отлично, помехи наконец ушли.

— …….

— Ну что, начнем подготовку к отправлению?

Когда карета уже полностью скрылась из виду.

— …….

— Уитни?

Эмбер, внезапно появившаяся за спиной Уитни и потягивающаяся с блестящими глазами, склонила голову набок, глядя на подозрительно молчаливого Уитни.

— …Ой.

Но Уитни, не обращая на неё внимания, смотрел на то, что держал в руке, и по его лбу катился холодный пот.

— Почему это вдруг так себя ведет?

Магический кулон, полученный когда-то от Адель, почему-то светился черным.

----------

Сопровождение

«Почему это светится?»

То, что я сейчас держу в руках — это магический артефакт в виде ожерелья, который я получил от Адель, когда участвовал в академическом экзамене в качестве наблюдателя.

Изначально я планировал использовать это ожерелье, связанное с мошенничеством, чтобы шантажировать или склонить на свою сторону главу Магической башни, но из-за неподходящих обстоятельств оно до сих пор пылилось без дела.

Однако после ночного разговора с Адель я внезапно вспомнил о нём и решил проверить, и почему-то оно продолжает светиться, окрашиваясь в черный цвет.

«Оно не взорвется, если так продолжится?»

На мгновение меня пробрал озноб от этой мысли, но, к счастью, похоже, дело было не в этом.

Хотя зловещий отклик маны продолжал исходить от него, сам сигнал был стабильным.

Но именно поэтому ситуация стала еще более непонятной. Почему оно вдруг начало излучать постоянный сигнал именно сейчас?

«Что-то активировалось?»

Размышляя об этом, я невольно нахмурился еще сильнее.

«Нет, погоди. Подожди-ка».

Не зря у меня было странное предчувствие. От кулона исходит явный отклик черной маны.

Но почему я осознал это так поздно?

Как-никак, я — Белый маг. Я должен был крайне чутко реагировать даже на ничтожное количество черной магии…?

— Гу-у-у….

Размышляя об этом, я тихо протянул руку к кулону, который держал в ладони.

— А? Что это?

— …….

— О, о-о?

Именно в этот момент глаза Эмбер, стоявшей рядом со мной, внезапно расширились.

— Ты с ума сошел? Зачем ты это держишь?

— ……Что?

— Нет, если у тебя была такая вещь, ты должен был сказать об этом раньше!!!

Почему она опять так суетится? В конце концов, это ведь не какой-то скрытый чит-предмет или бонус, верно…?

— Послушай, где ты это взял? Нет, вопрос неверный. Кто его владелец?

— …Сейчас оно принадлежит мне.

— Нет, это я знаю. Я имею в виду, кто был его прошлым владельцем?

Мне хотелось сказать ей, чтобы она перестала паниковать, но в любом случае сейчас было лучше поддерживать с ней максимально тесное сотрудничество.

— Изначально оно принадлежало Адель.

— Вау, с ума сойти.

Как только я честно поделился информацией, Эмбер пробормотала это, широко открыв глаза.

— Неудивительно, что ты был так спокоен.

— ……?

— Значит, у тебя всё-таки был план?

Что это еще значит? Я и так до смерти нервничаю из-за того, что в моем плане полно дыр!

— Прошу прощения, о чем вы?

— Что? Это ожерелье — буквально универсальный предмет, разве нет?

— Ну, я знаю, что у него есть функция усиления маны.

— Нет, это далеко не всё.

Услышав слова Эмбер, которая заговорила с выражением лица, будто я безнадежен, я на мгновение усомнился в своем слухе.

— Это лишь малая часть функций. Точнее говоря, это что-то вроде последнего средства защиты.

— Что?

— Это же Ожерелье господства, верно? Обычно его надевают на неконтролируемых высших демонов….

Нет, что?

— Использовать такое на девушке младше себя… ты и правда безжалостный серый кардинал….

То есть глава Магической башни надел это на собственную дочь?

*****

— У этого ожерелья масса применений. Например, можно следить за тем, на ком оно надето, есть функция прослушки, а если добавить немного черной маны, оно работает по принципу Печати раба, позволяя даже дистанционное управление….

Уитни был в шоке и потерял дар речи, но Эмбер, не обращая на это внимания, продолжала говорить.

— Но самое крутое — это одноразовая магия обратного призыва.

— Одноразовая магия обратного призыва?

— Это значит, что можно применить магию обратного призыва к рабу, который хоть раз был зарегистрирован в ожерелье. Но, думаю, притворяться, что ты не знал, уже нет смысла….

Затем Эмбер внезапно пробормотала это, глядя на Уитни с легким выражением обиды.

— Фух. Короче говоря, где бы в этом мире ни находился человек, ты можешь мгновенно переместиться прямо к нему.

— …….

— Что ты так смотришь? Разве ты не потому составил такой безумный план, что изначально всё знал?

Но поскольку Уитни продолжал молчать, она начала откровенно его провоцировать.

— …Откуда Эмбер знает такие вещи?

— Ха-ха! И правда, откуда?

Когда Уитни задал ей встречный вопрос, Эмбер с озорным выражением лица попыталась уйти от ответа.

Потому что она ни за что не могла признаться, что до того, как вселиться в это тело, приложила немало усилий в игре, чтобы надеть это ожерелье на Уитни.

— Слушай, а почему ты его сейчас активировал?

— Что?

— Ты же только что активировал ожерелье, влив в него черную ману? Это значит, ты собираешься использовать его прямо сейчас, верно?

Чтобы сменить тему, Эмбер начала задавать вопросы о том, что её внезапно заинтересовало.

— Ну, если один раз надеть его на шею и зарегистрировать, отношения господина и слуги сохраняются, даже если его снять. Это просто читерский артефакт, правда?

— …….

— Но разве тебе нечего делать с Адель, даже если ты используешь силу ожерелья? Мы ведь еще не доехали до Магической башни, мы только что отправились в путь….

Она пробормотала это, когда сомнения усилились, но внезапно замолчала и захлопала глазами.

— О, может быть.

Затем она украдкой взглянула на Уитни перед собой и, с выражением лица, будто её осенило, открыла рот.

— Ты собираешься использовать его на мне?

— …….

— А, я еще не готова морально…. Хи-хи.

Она задала вопрос так, будто это была шутка, но Уитни просто молча смотрел на неё.

— Эй, послушай. Ты мой любимый персонаж, но, скажем так, если я надену это, вероятность того, что меня используют как инструмент и выбросят, стремится к 100 процентам….

К слову, Уитни, который безмолвно и с бесстрастным лицом смотрел на кого-то, обладал пугающим влиянием, о чем он сам даже не подозревал.

— …Что это значит?

— Н-ну, это же так. Ты ведь великий злодей Уитни Лингард, верно?

Когда Уитни спросил это низким, почти шепчущим голосом, Эмбер, испугавшись заранее, ответила:

— Т-ты что, собираешься прямо сейчас силой подавить меня и надеть его? Поэтому ты заранее отправил сестру и студентов в безопасное место?

— …….

— Э-это тоже было частью плана?

Видя, как она начала бормотать свои догадки, Уитни, который хотел что-то сказать, снова закрыл рот и пристально посмотрел на Эмбер.

— Н-но всё же, подавить меня будет не так просто, верно? Тебе это может быть не очевидно, но люди — это существа, созданные для сопротивления несправедливости, знаешь ли?

Тогда Эмбер, у которой со лба начал капать холодный пот, изо всех сил стараясь сохранить улыбку, начала выпаливать слова:

— Я ведь тоже немало сделала с тех пор, как попала в этот мир, так что я довольно сильна! Даже кандидатов в Короли демонов, которые в оригинале должны были занимать несколько глав, я всех разобрала!

— …….

— И-и еще, я заранее припасла скрытые предметы и бонусы! Даже для тебя схватка один на один не пройдет без потерь….

До этого момента Эмбер еще сохраняла спокойствие, но вскоре и оно покинуло её.

— Рыцарский орден Лингард готов, господин.

— …А?

— Ждем ваших приказов.

Как назло, именно в этот момент Луниэль появилась за спиной Эмбер вместе с новосозданным рыцарским орденом Лингард.

— …А, а-а.

Из-за этого Эмбер, растерянно вращая глазами, начала тараторить в несколько раз быстрее, чем раньше:

— Я, конечно, очень люблю романтическое фэнтези, но мрачные истории не особо жалую…?

— …….

— Особенно мрачные истории с тобой в главной роли, ну, скажем так, они вызывают у меня отторжение…. Например, ощущение, что меня лет на пять запрут в подвале и будут мучить….

Эмбер и так была легкомысленной в общении, но сегодня её слова были совершенно бессвязными.

— Эмбер.

— …А, да.

— Я давно хотел сказать, Эмбер, ты очень много болтаешь.

Уитни, который долгое время молча наблюдал за ней, внезапно заговорил холодным голосом.

— Н-ну, обычно я не так много болтаю. Просто ты с самого начала молча смотрел на меня, и я сама не заметила, как начала говорить больше….

— …….

— Т-то есть, прямо как сейчас. Ха, ха-ха.

Эмбер, озираясь по сторонам и пытаясь скрыть мурашки, побежавшие по рукам из-за внезапно похолодевшей атмосферы, пробормотала:

— …Т-ты ведь наденешь это на меня, да? Ведь так?

Однако, осознав, что пути назад нет, она вытерла рукавом холодный пот со лба и тихим, дрожащим голосом спросила Уитни о его намерениях.

— Я, конечно, буду сопротивляться, но если проиграю… то есть, можно хотя бы оставить мне мою личность?

— …….

— Я-я ведь столько прошла, чтобы оказаться здесь. Стать просто куклой-марионеткой — это как-то….

Но и в этот раз Уитни лишь хранил молчание.

— О-о, может быть, ты уже знал, что я тут вытворяю….

Теперь в голосе Эмбер, обращавшейся к Уитни, слышались всхлипы.

— И всё это время ты просто ждал, пока я сама всё улажу…. А потом так удачно превратишь меня в марионетку…. Вау, это просто невероятно….

— …Рыцарский орден Лингард.

Уитни, наконец отведя взгляд от Эмбер, которая начала бормотать с обреченным видом, отдал приказ Луниэль, стоявшей позади неё.

— Приготовьтесь к наступлению на Магическую башню. Сигнал, как я и предупреждал, поступит от Сесиль.

— …Слушаюсь.

Луниэль, услышав этот торжественный приказ, немедленно отдала честь, приняв строгий вид.

— И, конечно, я надеюсь, что план А сработает и до этого не дойдет, но если поступит сигнал….

— …….

— Ваша главная цель — любой ценой безопасно спасти мою сестру.

Выражение лица Луниэль стало крайне серьезным после слов Уитни.

— Повторяю, это приоритет. Ставьте это выше, чем план Б.

— …Будет исполнено.

Хотя, казалось, у неё было желание возразить, Эмбер, ответив так, поклонилась Уитни и вместе с рыцарями отошла назад.

— Ну что, теперь мы можем отправляться?

— …А? Э?

Уитни, который только тогда слегка улыбнулся и снова повернулся к Эмбер, сказал это.

— Э-э, ты что, не наденешь его?

Эмбер, на мгновение потерявшая нить происходящего, робко спросила, поглядывая на артефакт в руке Уитни, и уголки его губ тихо поползли вверх.

— Хм, кто знает….

Вскоре из его уст вырвался голос, полный смеха.

— Ты и так хорошо следуешь моим словам, зачем мне надевать его?

Эмбер, почувствовав легкое облегчение от этих слов, тихо задрожала от следующего тихого шепота Уитни.

— …Пока что.

В её голове промелькнула мысль, что, возможно, она выбрала своим любимым персонажем по-настоящему нелепого героя, но было уже слишком поздно.

— Ха, ха-ха….

Она уже слишком глубоко увязла в делах Уитни, чтобы отступить.

----------

Сопровождение (2)

-Пшшш…

Лес недалеко от владений Лингард.

— Слушай, ты ведь правда не собираешься надевать на меня эту штуку?

— …….

— Ты ведь не сделаешь вид, что всё нормально, а потом внезапно не нацепишь её мне на шею, верно?

Направляясь с Эмбер в безлюдное место, чтобы войти в Теневой коридор, используемый черными магами, я искоса взглянул на Эмбер, которая всё ещё с тревогой поглядывала на меня, и вздохнул.

«По правде говоря, мне бы очень хотелось её надеть».

Признаться, когда я впервые услышал подробное описание этого магического артефакта, её слова меня слегка заинтересовали.

В конце концов, Эмбер — переменная, с которой мы сейчас сотрудничаем, но от которой неизвестно чего ожидать в будущем.

Поэтому, откровенно говоря, если бы я приложил немного усилий, когда появилась Луниэль, и надел бы это на неё, это определенно принесло бы пользу.

Однако, как ни крути, это не лучший вариант.

Во-первых, нет никаких гарантий, что Эмбер рассказала мне всю правду об этом ожерелье.

И даже если её слова — чистая правда, чтобы надеть его на Эмбер, мне, возможно, пришлось бы пойти на серьезные жертвы.

В нынешней ситуации, когда мне предстоит тяжелый путь в режиме спидрана, я не могу позволить себе такие риски с самого начала.

К тому же, этому артефакту точно найдется применение.

Проблема лишь в том, что вариантов использования так много, что я теряюсь в догадках, куда его применить.

Будь это ожерелье чуть больше, я мог бы надеть его на дракона, с которым мне предстоит сразиться.

Нет, это, пожалуй, невозможно. Как ни посмотри, оно предназначено для людей. Есть много причин, почему его не нацепить на дракона.

Даже если бы это было возможно, не было бы это попыткой повесить колокольчик на кота? Пусть драконы и не отличаются общительностью и имеют скверный характер, но в чем-чем, а в магии они знают толк.

Если попытаться надеть на таких существ подобную подозрительную вещь, с высокой долей вероятности — нет, почти наверняка — это будет раскрыто.

«Хм…»

Тихо причмокнув и отбросив сожаления, я внезапно нахмурился, погрузившись в раздумья.

«Но почему оно вдруг заработало?»

Единственное, что приходит на ум, — это то, что Адель, которая раньше носила его, вошла в особняк.

Но сама Адель никогда не касалась этого ожерелья-кулона напрямую.

Оно начало так себя вести с того самого момента, как я, вспомнив о нем, достал его и коснулся.

— Эмбер.

— Ик. Да?

— Каковы условия активации этого ожерелья?

Я задал вопрос, надеясь, что Эмбер, которая хорошо осведомлена об этом инструменте, что-то знает, но получил неожиданный ответ.

— Разумеется, когда этого хочет владелец магического артефакта.

— …Хм?

— Почему я с самого начала так дрожу? Потому что вы, Уитни, вытащили такую жуткую вещь и продолжаете активировать её по своей воле.

Если это правда, то ситуация становится ещё более непонятной.

Эмбер, похоже, считает меня владельцем этого артефакта, но на самом деле это не так.

Этот кулон заставил носить свою дочь Адель маркиз Фелгрейв, глава Магической башни.

То есть, если слова Эмбер верны, он не должен был заработать от моих прикосновений, ведь я не владелец кулона…

— Ты уверена в своих словах?

— Почему, почему вы снова спрашиваете с таким выражением лица? Моя память никогда не подводит. Я ведь настоящий эксперт высшего уровня…

Судя по возмущенной реакции Эмбер, её слова, вероятно, правдивы.

Тогда остается лишь одна догадка.

«Сила господства?»

Я уже знаю, что во мне дремлет «Сила господства» — ключевая способность Короля демонов.

Однако я лишь знаю об этом факте, но ни разу не пытался контролировать эту силу сознательно.

— Эмбер, ты знаешь что-нибудь о том, как контролировать Силу господства?

— Э? Разве вы не знаете об этом лучше меня?

— …Ха-ха.

Я снова попытался прощупать Эмбер, но она ответила вопросом на вопрос с таким озадаченным видом, что мне пришлось промолчать.

Мне бы очень хотелось подробно узнать, как использовать Силу господства, но если при этом Эмбер поймет, что я ничего не умею, это будет катастрофа.

Как она сама говорила, Эмбер обладает достаточной силой, чтобы разобраться со всеми остальными кандидатами в Короли демонов, кроме неё самой.

Единственная причина, по которой она не нападает на меня, — это «созданный образ», который она видела в игре до того, как вселилась в это тело.

Поэтому лучше не делать ничего, что могло бы раскрыть мою неопытность. Разумеется, это напрямую связано с моей жизнью.

— Эй, я что-то сделала не так…?

— …….

— Ха-ха. Я, конечно, не особо проницательна, но мне страшно, не могли бы вы сменить выражение лица…?

К счастью, Эмбер, похоже, сейчас меня очень боится.

Я понятия не имею, как именно я появился в DLC, раз она, человек, который, казалось бы, не должен знать страха, так меня боится.

Но сейчас будет лучше максимально использовать этот образ.

-Пшшш…

Сразу после этой мысли, прямо перед нами, когда мы шли, внезапно возникла черная лестница в сопровождении помех.

— Откуда ты знала, что здесь есть проход в Теневой коридор?

— …Ха-ха, кто знает?

Насколько мне известно, проходы в Теневой коридор разбросаны по всему миру, их тысячи, если не десятки тысяч, и они пронизывают всё вокруг, словно корни.

При таком масштабе даже Эмбер не смогла бы запомнить их все.

Тогда можно предположить лишь одно: она уже пользовалась этим проходом.

«И правда, непростой человек».

Вероятно, Эмбер давно наблюдала за мной.

Есть вероятность, что даже её нынешний страх передо мной — это своего рода обман.

— Входи первой.

— Э-это не проблема, но… почему?

— Мало ли. Вдруг это ловушка.

Когда я подтолкнул Эмбер к лестнице, она надула губы и пробормотала:

— Я специально выбрала безопасное место. Немного обидно…

— …….

— Л-ладно, поняла. Зайду, раз надо.

Но стоило мне сделать серьезное лицо, как она неохотно пошла вперед.

— В конце концов, не так уж много коридоров, где нас не заметят руководители, если не считать таких глухих мест.

— Правда?

— Да, здесь за безопасностью следят очень плохо. Поэтому я часто этим пользовалась.

Поворчав немного, она вдруг склонила голову набок и начала осматривать внутреннюю часть Теневого коридора.

— Но, эй? Что-то здесь не так…?

Я прищурился, гадая, не затевает ли она снова какую-то игру, но, услышав её следующие слова, сам невольно растерялся.

— Почему я чувствую чье-то присутствие…?

— …Присутствие? Разве кто-то другой не пользуется им сейчас?

— Нет, не может быть. Э-этот коридор, кроме меня, никто не должен знать. Я же говорила, что поэтому мы сюда и пришли.

Пусть я не знал наверняка, но холодное предчувствие того, что какой-то план сорвался, пробежало по моей коже.

— …Вы двое.

И, как и ожидалось, дурное предчувствие оправдалось.

— Куда это вы собрались вдвоем в такое время?

Из глубины коридора, излучая леденящую ауру, появилась одна из руководителей черных магов. Она стояла, прислонившись к стене, и испускала холодное дыхание. Это был Рыцарь смерти.

*****

— Почему вы здесь?

— Это я как раз хотела спросить.

Уитни, ступивший в Теневой коридор, задал вопрос с добродушной улыбкой, но Рыцарь смерти с ледяным выражением лица ответила ему встречным вопросом.

— Что вы двое собираетесь делать?

— Разве не видно? Мы просто пользуемся Теневым коридором.

Тем не менее, когда Уитни сделал вид, что не понимает, Рыцарь смерти, не скрывая враждебности, начала приближаться.

— Суть моего вопроса в том, куда вы направляетесь.

В одно мгновение ледяная аура, дохнувшая из конца коридора, окутала Уитни и Эмбер.

— Теневой коридор в этом секторе — всё равно что разбитые осколки. Разумеется, из-за опасности он был закрыт давным-давно.

— …….

— Есть ли место, куда вам нужно попасть настолько тайно, что вы готовы пользоваться таким путем?

Столкнувшись с ней, явно излучающей жажду убийства, Уитни, спокойно наблюдавший за ситуацией, вскоре одарил её добродушной улыбкой и пробормотал:

— Вы суете нос не в свои дела.

— Что это значит?

— Есть ли необходимость раскрывать вам наш пункт назначения?

Тогда Рыцарь смерти, напротив, с недоумением на лице открыла рот:

— Не понимаю, почему ты так остро реагируешь.

— Что?

— Я вовсе не собираюсь мешать вам идти куда угодно. Я просто задала вопрос, разве нет?

Уитни, собиравшийся что-то ответить, вскоре тихо закрыл рот. Рыцарь смерти была права.

— Но теперь мне стало действительно любопытно. Куда вы направляетесь, раз так тщательно скрываетесь?

— А, видите ли…

— Мы направляемся на север.

Вместо него Эмбер попыталась ответить на вопрос, но голос Уитни перекрыл её слова ещё до того, как она закончила.

— На север… значит?

— Вы же слышали на прошлом собрании, что только войдя в земли драконов, можно пробудить силу Короля демонов.

— …Нет, конечно, я это помню.

Тогда Рыцарь смерти, на мгновение склонив голову, пробормотала с всё ещё полным подозрений взглядом:

— Но ведь решили, что отправится небольшой элитный отряд…

— Ха-ха, разве этого недостаточно для элитного отряда?

Уитни ответил ей, сохраняя спокойную улыбку.

— Мы с Эмбер справимся с большинством опасностей. В конце концов, драконы — это не те звери, с которыми можно справиться, добавив пару человек к этой группе.

— …Да, пожалуй, это так.

Услышав это, Рыцарь смерти почему-то кивнула, словно убедившись в чем-то.

— Если я присоединюсь к вам.

Затем, внезапно приподняв уголки губ, сказала она.

— Ха-ха, это немного…

— Если не возьмете меня с собой, я немедленно сообщу о вашем местонахождении.

— Ну, в общем-то, мне всё равно.

Уитни попытался сделать вид, что ему всё равно, несмотря на явную угрозу в её словах, но Рыцарь смерти ответила с ледяной улыбкой:

— Действительно ли не будет проблем, если об этом узнают все остальные руководители?

Это тоже был неоспоримый факт.

— Я примерно поняла, что у вас на уме. Вы не хотите увеличивать число людей в группе, которые могут вас контролировать.

— …….

— Но двое — это слишком мало. Безопаснее, если будет хотя бы трое, не так ли?

Благодаря этому, когда улыбка Уитни слегка дрогнула, Рыцарь смерти сделала предложение, словно оказывая одолжение.

— Эй, не мешайте свиданию Уитни и меня…

Эмбер, топтавшаяся рядом, хотела было возмутиться, но, заметив взгляд Уитни, замолчала.

— Нет, может, немного и стоит помешать…?

Как Уитни сдерживал её, так и она сама сейчас немного боялась нынешнего Уитни.

— Что ж, решено.

Таким образом, большинством (?) голосов было решено, что Рыцарь смерти присоединится к походу на север.

— Рассчитываю на вас.

Она лишь слегка усмехнулась, не зная, к каким последствиям это приведет.

----------

Попутчики (3)

- В-в-в-жик...

Теневой коридор, пронизывающий весь мир, внезапно содрогнулся от мощного толчка.

Толчок был настолько мощным, что его почувствовали все черные маги, находившиеся в тот момент в коридоре.

Разумеется, поднялся переполох из-за возможного вторжения, но, к их величайшему счастью, причина была вовсе не в чужаках.

- У-уэ…

- …Хм.

- Жизнь моя…

Если говорить точнее, всё это произошло из-за Уитни, Эмбер и Саринг-гисы, которые только что потратили колоссальное количество черной маны на пространственное перемещение из окрестностей владений Лингард прямо на Северный континент.

- У-у-у-э-э-эк…

Стоило им прибыть на место, как Эмбер, пошатываясь и зажав рот рукой, наконец не выдержала и её стошнило прямо на пустой желудок.

- Ох, такое ощущение, будто всё тело выверну наизнанку… Будто проснулась на следующее утро после того, как до предела нахлесталась алкоголя…

- …Чего это она? Мы хоть и совершили дальний перелет, но от этого не должно быть так плохо.

Саринг-гиса склонила голову набок, задав этот вопрос, когда Эмбер наконец ухватилась за выросший рядом ледяной столб, чтобы удержать равновесие.

- Т-тебе совсем не тяжело? Ты вообще человек? Какая-то ненормальная!

Эмбер вспыхнула от этого замечания и тут же огрызнулась в ответ.

- …А, если подумать, а разве я человек?

После этих слов, произнесенных ею с прищуром, взгляд Саринг-гисы под маской на мгновение стал ледяным.

- Что это значит?

- Ха-ха, чего ты так пугаешься? Я же просто шучу…

- …Шучу?

- Ну, ходят такие слухи. Мол, если бы Саринг-гиса была человеком, она не смогла бы обладать такой чудовищной черной маной и одновременно управлять таким количеством нежити. Поэтому поговаривают, что она вовсе не…

Однако Эмбер, которая продолжала болтать, совершенно не чувствуя обстановки, тут же замолчала после сурового окрика Саринг-гисы.

- …Не болтай лишнего.

- А, угу.

Честно говоря, иерархия между Эмбер и высшими чинами черных магов внутри организации до сих пор не была окончательно урегулирована.

По идее, Эмбер, носившая гордое звание «единственного кандидата в Короли демонов», заслуживала того, чтобы Саринг-гиса проявляла к ней уважение.

Однако казалось, что остальные старшие члены Союза Теней вовсе не собирались так просто признавать её авторитет.

- Эмбер, следи за языком. Я не такая мягкотелая, как остальные командиры.

- Ой-вэй, поняла-поняла. Я буду вести себя аккуратнее.

- …Ха.

Впрочем, Эмбер тоже не была из тех, кого можно было так легко запугать.

- Хе-хе, чего ты? Так остро реагируешь на простую шутку. Смотри, растеряешь всех поклонников!

- …….

- Иногда ведь полезно и остроумно ответить, ха-ха…

Хотя дело было вовсе не в попытке затеять психологическую войну — просто сама Эмбер отличалась полнейшим отсутствием такта.

Как бы то ни было, иногда этот скверный характер играл ей на руку.

- …Ведь так, Уитни?

- …….

- Уитни?

Эмбер, которая по привычке попыталась заручиться поддержкой стоявшего рядом Уитни, вдруг склонила голову и подошла к нему.

- Эй?

Затем она помахала рукой прямо перед лицом молча стоявшего парня.

- Он что, помер?

- …….

- Похоже, и впрямь того.

Вообще-то слова Эмбер были близки к истине.

Эмбер и Саринг-гиса уже давно ступили на путь существ, превосходящих обычных людей, поэтому межконтинентальный телепорт не нанёс им особого вреда, если не считать лёгкой тошноты.

Но все почему-то упускали из виду один простой факт: не считая Силы господства и белой магии, тело Уитни ничем не отличалось от организма обычного молодого парня его лет.

Нет, из-за хронического дефицита физических нагрузок его показатели были даже ниже среднего.

Конечно, благодаря прошлому опыту борьбы с неизлечимой болезнью его болевой порог был высок, но магическая укачивающая лихорадка, выворачивающая тело наизнанку, — это совсем не то же самое, к чему он привык.

Поэтому было бы странно, если бы он смог пережить на своих двоих телепортацию, от которой даже Эмбер выворачивало наизнанку.

- …….

Иными словами, Уитни отключился, стоя на ногах, ещё в тот самый момент, когда они только прибыли.

- Эй… Хватит уже притворяться, давай отвечай.

- …….

- Если ты будешь продолжать в том же духе, мне станет реально страшно.

Не зная истинной причины, Эмбер начала нервно потеть и топтаться на месте.

- …Ха, отодвинься.

И как раз в этот момент Саринг-гиса оттолкнула Эмбер и направилась прямо к Уитни.

- А, погоди…

- Мы уже на месте, а раз так — времени на промедление нет. Драконы вполне могли заметить наше присутствие.

Остановившись прямо перед Уитни, она с презрительным выражением лица протянула руку и схватила его за воротник.

- Понятия не имею, что у тебя на уме, но живо шевелись.

- С-секунду…

- Сейчас совсем не время потакать твоим играм…!

Эмбер запоздало попыталась ее остановить, но Саринг-гиса была непреклонна.

Если вдруг вскроется, что Уитни просто потерял сознание, все его искусно разыпанные блефы и показная уверенность могут вмиг пойти прахом.

Но, конечно же, такого случиться не должно. Уитни и на этот раз благодаря своему фирменному абсурдному везению и случайности должен был блестяще выкрутиться из ситуации…

«…Чего? Он что, вырубился?»

По крайней мере, так предполагалось, но почему-то на этот раз богиня удачи не соизволила улыбнуться ему.

«Да с чего бы ему падать в обморок от такой ерунды?»

В голове Саринг-гисы, убедившейся в том, что он без сознания, лихорадочно закрутились мысли.

И тут же в ее голове молниеносно созрел вывод, до которого додуматься не смог бы никто другой.

«Этот ублюдок… Неужели он всё это время просто блефовал?!»

И вот так, из-за совершенно непредвиденного обстоятельства, Уитни в мгновение ока очутился на краю гибели.

- Э-эй. Если ты его прикончишь сдуру, я тут ни при чем…

Если бы Эмбер вовремя вмешалась, ещё был бы шанс всё исправить, но сейчас из-за последствий межконтинентального прыжка она чувствовала себя так, будто её укачало после литра водки.

Даже если бы Саринг-гиса вздумала проткнуть голову Уитни копьем, висящим у нее на поясе, у Эмбер просто не осталось бы сил помешать этому.

- Вжух…

Верны ли слова, что беда не приходит одна? Саринг-гиса, долго и пристально сверлившая Уитни взглядом, очень медленно потянулась рукой к поясу, где крепилось копье.

«Точно не знаю, но есть способ куда проще выяснить правду». Подобно кому-то вроде бывшей императорской собаки, а ныне командующей рыцарским орденом в графстве Лингард, она предпочитала не ломать голову, а сразу переходить к делу.

- Погоди, ты что собралась… У-уэ-э-э…

Эмбер, запоздало почуяв неладное, попыталась протянуть к ней руку, но новый приступ тошноты согнул её пополам, и она бессильно опустила вытянутую руку.

- У-у-у-э-э-эк… Нельзя же так…

Затем, с трудом сдерживая рвотные позывы, Эмбер медленно подняла голову.

- С горем пополам сюда добрались, а если потратить все силы прямо сейчас…

Она думала, что к этому моменту уже произойдет нечто ужасное: либо голову Уитни пронзит копье, либо отрубят руку самой Саринг-гисы в качестве урока.

- …Хм?

Однако, подняв глаза, Эмбер сперва остолбенела, а затем на ее лице появилось предельно озадаченное выражение.

- Чего это?

По неизвестной причине ни один из худших сценариев, воображаемых Эмбер, так и не воплотился в жизнь.

Иными словами, голову Уитни не проткнули, руку Саринг-гисы не отрубили, и оба этих кошмара тоже не случились одновременно.

- …….

Вместо этого Саринг-гиса, продолжавшая держать Уитни за воротник и положив руку на рукоять копья, просто смотрела на него в упор с совершенно невероятным выражением лица.

- Что здесь вообще происходит…

- …Ха.

Стоило Эмбер растерянно склонить голову перед этим странным зрелищем, как рука Саринг-гисы, сжимавшая воротник Уитни, бессильно разжалась и упала.

- Быть не может.

А затем Саринг-гиса с прежним остекленевшим выражением лица забормотала вполголоса:

- Невозможно, чтобы существовало такое сплетение временных осей.

- ……?

- Я отказываюсь признавать столь мягкосердечную временную линию.

Слушая ее бредни, до смерти перепуганная Эмбер поскребла в затылке с совершенно непонимающим видом.

- Если это всё взаправду… то кем тогда остаюсь я?..

Поначалу Эмбер подумала, что у Саринг-гисы тоже проявились побочные эффекты пространственного прыжка, но чем дальше, тем более жутковато выглядела ее реакция.

«…Ну, ладно, главное же всё обошлось?»

Тем не менее, когда рука женщины соскользнула с копья, Эмбер решила бросить попытки докопаться до истины и придерживаться принципа «всё хорошо, что хорошо кончается».

«По крайней мере, никто не пострадал, так что мне крупно повезло». У Эмбер уже давно выработалось золотое правило: когда дело касается Уитни, лучше не пытаться объять разумом творящийся вокруг сюрреализм, а просто принять его.

- Эй, все дела уже улажены? Тогда мы можем… у-ух.

Эмбер попыталась вернуть обстановку в нормальное русло и двинулась к ним, помахивая рукой, но новая волна тошноты заставила её мертвенно-бледное лицо искривиться, и она поспешно ретировалась в ближайшие кусты.

- Чтоб я еще хоть раз согласилась на межконтинентальное перемещение… У-уэ-э-э-эк.

И ровно в этот самый момент.

- …….

Саринг-гиса, долго стоявшая с ошеломленным видом, вдруг снова протянула руку вперед.

Однако на сей раз в ее движении не было ни капли жажды убийства.

- Вжух…

Холодная, словно лед, рука женщины лишь очень медленно проскользнула под одежду Уитни.

- …Ха-ха.

И сколько же времени прошло с тех пор?

- Здесь уж точно не может быть никаких сомнений.

Довольно долго исследовав тело Уитни своими руками, Саринг-гиса с полностью опустошенным выражением лица тихо опустила голову.

- …Уф.

Ровно в тот момент Уитни, который до этого продолжал беспробудно вырубаться, наконец пришел в себя.

«…Какого черта, блин». Находясь в полубессознательном состоянии сразу после пробуждения, я увидел перед собой картину, которую поначалу принял за абсурдный сон.

«Я вроде уже давно не в бурлящем гормонами возрасте, с чего мне такое снится?»

*****

И в самом деле, трудно было не сделать ложных выводов, когда Саринг-гиса засунула руку тебе за пазуху и вовсю лапает за тело.

«Погодите, но это леденящее прикосновение…»

Однако знакомый холод ее пальцев, явственно ощущавшийся на моей коже, позволил мне запоздало осознать, что это самая что ни на есть суровая реальность.

- Эй.

- ……!

- Вы что это вытворяете?

Как бы то ни было, ради той же Мердии я не мог до бесконечности терпеть подобные домогательства, поэтому я тихо подал голос. Лапавшая меня Саринг-гиса вздрогнула и резко отпрянула назад.

- …….

После секундного ледяного взгляда в мою сторону она молча развернулась и зашагала прочь.

- Вы что, просто уйдете?

- …….

- Ха-ха, ну и странная же вы дама.

Подумав, что на сегодня странностей уже достаточно, я только собирался облизнуть пересохшие губы, как вдруг удаляющаяся Саринг-гиса бросила через плечо вопрос:

- …Спрошу лишь об одном.

И этот вопрос оказался совершенно последним из тех, что я ожидал услышать в данный момент.

- С какой стати ты исцелил мана-каналы своего рыцаря, даже ценой разрушения собственной души?

- …Чего?

Погодите-ка, откуда этой женщине вообще об этом известно?

«…Что?»

“….”

, .

“?”

“…?”

, ?

----------

В пути (4)

— Что ты сейчас сказала?

—...

— Эм, послушай? Эй?

Недолго пробыв в растерянности от слов сарской воительницы, я быстро взял себя в руки и вместо этого сам задал ей вопрос.

— Я не совсем понимаю смысл того, что ты только что сказала...

— Строишь из себя дурака?

Однако взгляд Ведьмы Теней, устремленный на меня, был пугающе тверд.

Словно мои любые оправдания были заведомо обречены на провал.

— Поврежденная душа? Разве такое вообще возможно? Я совершенно...

— Души черных магов с возрастом постепенно истончаются и стираются. Это едва ли не единственный и самый главный недостаток черной маны.

Разве у черной магии не было и других минусов — например, того, что характер со временем становится все более злобным или что теряется способность использовать другую магию?

Но сейчас, в такой ситуации, я не мог позволить себе устраивать словесную перепалку с сарской воительницей, поэтому проглотил эти сомнения и продолжил оправдываться.

— Ну, раз ты так говоришь, наверное, так оно и есть. Но я ведь не черный маг, а белый. Так что моя душа никак не могла пострадать...

— А вторая возможность связана с техникой, которую используют паладоны из Ордена паладинов. Это ритуал, при котором проклятия и урон, направленные на соратников, перенаправляются на себя, а благотворные благословения, оседающие на собственном теле, разделяются с товарищами. Случай, когда воспользовались именно ею.

Услышав слова, сорванные с губ сарской воительницы, я был вынужден умолкнуть.

— Если это она, то ее мог использовать даже ты, хоть ты и белый маг. Разве не так?

Интересно, откуда черному магу по имени сарская воительница известны подобные вещи?

Но, как гласит поговорка о том, что для победы нужно хорошо знать врага, учитывая неизбежность частых столкновений, вполне могло получиться так, что она заранее изучила техники паладонов.

— Ну, допустим, это возможно. Но с чего ты взяла предположение, что я применил этот ритуал к своему рыцарю?

Однако здесь оставался фундаментальный вопрос. Даже если находившаяся перед глазами Ведьма Теней обладала подобными знаниями, было слишком подозрительно, что она с ходу раскусила всю правду об обряде, который я провел над Луниэль.

— С какой стати этот разговор вообще зашел?

—...

— Я действительно не понимаю причин.

Когда я потребовал ответа, сарская воительница просто закрыла рот.

Я уж было подумал, не пытается ли она уйти от ответа, но мгновение спустя она угрожающе огладила копье, застрявшее у нее на поясе.

— Я не из тех, кто тут сидит и все высчитывает.

—...

— Если не ответишь, я изо всех сил раскрою тебе башку.

Ты первая, кто говорит мне такое, если не считать княжну.

Хотя нет, если подумать, это чистая правда. И вообще, сколько раз за последнее время мне уже угрожают? Кстати, я ведь и сам вечно творю всякую хрень, за которую меня должны бы прессовать, так почему же на меня так редко наезжают?

— Ну, ладно, допустим.

Пока я предавался столь безумным размышлениям, Ведьма Теней принялась еще яростнее поглаживать древко копья, и лишь когда от нее повеяло новой волной смертоносной жажды, я поспешно открыл рот:

— Мой рыцарь... у нее, так сказать, выгорели мана-каналы. Чтобы исправить это, обычно используют ритуал не на самом теле, где формируются каналы, а на душе, как у старшего лича...

— Я и без того это знаю.

— А?

Однако Ведьма Теней лишь покачала головой, обрывая меня на полуслове — судя по всему, ее интересовало совсем другое.

— Я знаю, что мана-канал нужно высекать на душе. Меня интересует другое: почему ты взял на себя это бремя одновременно... нет, почему тебе досталось даже больше, чем тому рыцарю?

—...

— Тот рыцарь в то время был не лучше пустой оболочки. Если бы речь шла о таком существе, его можно было бы с легкостью использовать как угодно, вне зависимости от степени повреждений. Зачем тебе вообще понадобилось совершать столь бессмысленную глупость...?

Бессмысленную глупость? Знаете, это уже перебор.

— За кого ты меня принимаешь? За какого-то ублюдка, который видит в людях лишь кукол или пешек?

—...Разве нет?

Я было слегка возмутился, но сарская воительница лишь озадаченно переспросила.

.

— Понятия не имею, что за цирк тут разыгрывается, но раз уж вам так интересно, я отвечу со всей определенностью.

В общем, чтобы утихомирить эту источающую зловещую кровожадность сарскую воительницу, у меня, похоже, не оставалось иного выхода, кроме как удовлетворить ее любопытство.

— Мне стало жаль ее.

—...Чего?

— Мне стало жаль и горько за нее.

Когда я честно выложил все как есть, сарская воительница на миг опешила.

— Ха, ха-ха.

Из ее уст вдруг вырвался глухой, опустошенный смешок.

— Не пизди.

А затем она внезапно схватила меня за воротник, слегка приподняла над землей и скорчила жуткую мину (ну, то есть, судя по интонации, хотя лица под маской толком не было видно).

— Эту боль не вынести из-за какой-то жалости.

— Чего?

— Боль разрывающийся плоти, боль от сжигания заживо. Ощущение, будто рвутся все нервные окончания в теле. Сложи их вместе — и то не сравнится с той жутью.

Слушая ее тираду, я засомневался еще сильнее. Да она говорила так, будто испытала все это на собственной шкуре!

— И делить пополам боль, способную вдребезги разнести остатки твоего рассудка, из-за какой-то жалости? Причем в куда большей пропорции?!

Однако пыл сарской воительницы был столь мрачен и грозен, что возможности задать этот вопрос у меня вновь не представилось.

Да какое там спросить — стоило мне сболтнуть хоть что-то лишнее, и мне бы тут же с снесло голову, так что оставалось лишь смириться.

— Ни один нормальный человек на такое не способен. Разве что боги... а впрочем, если подумать, эти божественные твари как раз обожают чужие страдания и кровопролития. Короче, причиной не могло быть этакое дерьмо.

Продолжая внимательно слушать, я заметил, в ее голосе прорезалось беспокойство, и молча склонил голову набок.

Судя по всему, дело было вовсе не в банальной злости. Какая же у нее была предыстория, раз она реагировала столь бурно?

— Какой грандиозный замысел ты вынашиваешь? Намеренно разделил с ней боль, чтобы добиться безусловной преданности? Хочешь сделать из нее пешку, готовую пожертвовать даже жизнью, если в будущем что-то случится?

...кхе?

— Говори! У тебя наверняка была именно такая цель, ведь так?!

Но размышлять над этим мне не дали: держащая меня за воротник сарская воительница вздернула меня еще выше.

Судя по тому, как у меня перехватывало дыхание, я вполне мог отдать Богу душу в таком положении и без всякого обезглавливания.

...Луниэль понятия не имеет, что я разделил с ней этот ритуал.

— Что?

Придя к такому выводу, я собрал последние крохи оставшихся сил и выдавил из себя:

— И никогда не узнает.

...почему?

К счастью, хватка на моем воротнике чуть ослабла, и мои висевшие в воздухе ноги вновь коснулись земли.

— Добрые дела ради какой-то выгоды... Разве это не чуточку слишком меркантильно?

Наслаждаясь хлынувшим в горло свежим воздухом, я продолжил свою мысль:

— Само по себе обладание рыцарем столь выдающейся силы в тот момент уже было для меня огромной опорой и надеждой.

—...

— С меня хватит и этого. Зачем мне еще городить огород с манипуляциями для человека, который уже поклялся в верности...

Едва я умолк, как воцарилась короткая тишина.

— Быть не может...

Среди этой тишины сарская воительница, долго стоявшая с остекленевшим выражением лица, тихо забормотала что-то сама себе.

— Тогда... кем же являюсь я?

—...

— Какой вообще смысл... во всей моей прошлой жизни...?

Слов разобрать толком не удавалось, но было ясно одно: ее голос и глаза сильно дрожали.

— Эй, вы в порядке?

...кх.

— Послушайте?

Я осторожно сделал шаг к ней, но перепуганная сарская воительница явно сторонилась меня и пятилась назад.

— Ого. Чего? Вы уже угомонили его?

И в этот момент сзади раздался ее бойкий голос.

— Охренеть просто. Вроде никаких звуков драки не было. Что вы тут вообще с ним сделали...?

Эмбер, судя по всему, выблевавшая всё до последней капли и оттого совсем осунувшаяся, приближалась к нам, вытаращив глаза.

— Эй, прости, но подойди-ка ближе с другого конца.

— Чего?

Остановив ее на полпути, я натянул на лицо самую любезную улыбку и произнес:

— От тебя разит.

— Ой.

— Не будь столь любезна подойти на дистанцию приличнее?

Услышав это, Эмбер замерла с потрясенным видом и зашаталась.

— Серь... серьезно?

—...

— Слышать такое от своего любимчика... И это вошло в топ-3 фраз, которые девушка меньше всего хочет услышать от парня...

Бормоча что-то под нос, она с мертвецким взглядом зачерпнула пригоршню снега и принялась остервенело оттирать им одежду. Впрочем, насчет запаха я, конечно, соврал.

— Эй.

—...

— Ты как?

Мне просто хотелось проверить состояние сарской воительницы, внезапно начавшей вести себя странно.

—...

Однако в ответ она хранила молчание. Судя по общей атмосфере, отвечать на любые мои вопросы она была не намерена.

— У меня куча вопросов, но я задам лишь один.

И всё же я рискнул нарушить приличия и задал ей прямой вопрос:

— Кто вы такая для Луниэль?

Судя по всему, что произошло до сих пор, эта «сарская воительница» определенно имела к Луниэль какое-то отношение.

Но членами семьи они быть не могли. Младших братьев и сестер этой Ведьмы Теней я уже видел своими глазами, а родители Луниэль вообще не имели никакого отношения к черной магии.

Тогда знакомая? Но разве у Луниэль были друзья? Даже если и так, к моменту ее падения все связи давно должны были оборваться.

Да и в принципе, сама мысль о том, что третья фигура в Союзе Теней может оказаться простой знакомой Луниэль, звучала абсурдно.

Может, она сама ей и была? Нет, бред собачий. Если бы Луниэль, что сейчас вовсю руководит секретной операцией в особняке, на самом деле была черным магом, я бы заметил это давным-давно...

— Это лишь оставленный в прошлом отголосок.

...А?

Погруженный в собственные размышления, я попросту пропустил бормотание сарской воительницы мимо ушей.

—...

Бросив эти слова, она больше не проронила ни звука и решительно зашагала вперед.

Черт, жутко любопытно.

Знал бы — прислушался повнимательнее.

Или, может, переспросить ее еще разок?

- Гу-гу-гу-гум...!

Однако претворить эту мысль в жизнь мне было не суждено.

— Ась?

—...!

Над заснеженными вершинами пронесся сокрушительный гул, сотрясавший саму землю, и откуда-то издалека до нас докатилось чье-то исполинское присутствие.

— Ой, мамочки! Кажется, нас заметили!

Тотчас же валявшаяся до этого пластом на снегу Эмбер вскочила на ноги и завопила:

— Сюда идут драконы! И их много!

...Да, но с чего бы?

“!”

Мы ведь воспользовались теневым коридором, да и маскировочные чары наложили еще до прибытия сюда. Какого хрена?

- Ку-гу-гу-гу...!

Однако времени на то, чтобы спокойно разбираться в причинах, у нас не оставалось.

— Черт побери! Бежим!

Сразу после этого крика мы изо всех сил припустили в сторону густо заросшего лесом склона снежной горы.

----------

Противостояние

— Ха, ха…

— Уук, меня только отпустило, а теперь кажется, будто снова стошнит…

— …….

Вложив в последний рывок все оставшиеся силы, мы наконец смогли укрыться за ближайшим деревом.

— Слушай, а мы точно смогли одурачить драконов? Настолько ли это эффективно?

— …Уэ-э. Нет, всё будет в порядке. Наверное.

Услышав мои полные тревоги слова, Эмбер, которую снова едва не вывернуло наизнанку, через силу приподняла уголки губ и произнесла:

— Какими бы сильными ни были драконы, наложенное мной заклинание скрытности безупречно. Я проделывала это уже много раз, так что нас здесь точно не обнаружат.

— …Хм. Если так, то почему нас сейчас всё-таки засекли?

— Ну, видишь ли, эм…

Тут она бросила на меня слегка обиженный взгляд.

— …Просто один из участников, чьего присутствия мы никак не ожидали, устроил знатный переполох.

Хотя, если быть точным, говорила она, косясь на стоявшую рядом со мной Рыцаря смерти.

Правда, набраться смелости и посмотреть той прямо в глаза Эмбер явно не решалась, из-за чего её взгляд выглядел довольно забавно.

— А у тебя отличные навыки светской жизни, погляжу.

— А? Да нет же. Я вообще была хикикомори.

— ……С чего бы вдруг?

— Ну, после того как меня стали травить в школе, я как-то незаметно приобрела такую черту характера…

Я бросил эту фразу просто так, чтобы поддержать разговор, но в ответ на меня обрушились её мрачные воспоминания.

— И всё же в моём классе учился один парень, похожий на меня. Ну, помнишь? Как там его? Название игры вылетело из головы, но он обожал всякие игры про убийства…

— …….

— Я-то думала, мы сородичи, а потом у него появились друзья, и я почувствовала себя преданной. Ха-ха…

Нет, мне вообще неинтересно это слушать. К тому же, с чего это она вдруг решила излить душу о своем прошлом именно в такой момент?

— …Ось? Упс?

Не обращая внимания на мои мысли, она с унылым видом что-то бормотала, а затем вдруг склонила голову набок и произнесла:

— Погоди-ка, а почему ты вообще понимаешь мои слова?

— Простите?

— Ты ведь никак не можешь знать, что такое хикикомори!

Черт. Это же словечко из моей прошлой жизни! В обычных обстоятельствах я бы сразу отмахнулся, но сейчас обстановка была такой, что я ляпнул первое, что пришло в голову.

— Эмбер порой бросается странными словечками. В такие моменты мне казалось лучшим просто поддакивать.

— …Ой, какой же ты заботливый.

К счастью, её подозрения удалось легко развеять с помощью моего врождённого красноречия.

Сначала-то она относилась ко мне с огромной настороженностью, но эта девчонка по имени Эмбер со временем казалась всё более нелепой…

— Эй, подожди-ка, но ведь ты только что сам упомянул про светскую жизнь…?

Нет, беру свои слова назад. Такими темпами она ещё раскусит, что я был бывшим игроком номер один в рейтинге.

— …Тсс, вдалеке чувствуется чье-то присутствие.

— Да нет, я и сам это знаю! К тому же, звукоизолирующее заклинание наложено идеально, так что проблем не бу… Кхе-е!

Чтобы скрыть холодный пот, уже начавший выступать у меня на лбу, я поспешно зажал ей рот рукой и притянул к себе.

— Мпф! Мпф-мпф! Кхм…

К счастью, немного побрыкавшись, Эмбер бросила на меня подозрительный взгляд и вскоре переключила всё внимание на то, что происходило впереди.

— …….

Сначала мне показалось, что она просто обмякла от нехватки воздуха и потеряла сознание, но вряд ли эта девчонка могла умереть от такой ерунды, так что я решил не обращать внимания.

*****

— Ку-гух…

Стоило мощной вибрации прокатиться прямо перед деревом, за которым пряталась группа Уитни, как из-за него показалось нечто исполинское.

— Гр-р-р…

Раса, которая несомненно существует в этом полном магии и чудес мире, но которую принято считать вымыслом или мифом.

Таинственный народ, который, согласно преданию, в незапамятные времена — то ли из каприза, то ли по какой-то причине — передал людям искусство магии.

Именно поэтому для магов, склонных отвергать любые религиозные догмы, они по сей день остаются единственным предметом поклонения — существа из чистых легенд.

Если обобщить всё это одним словом: дракон.

— …….

И один из таких драконов, прищурившись, кружил над ними в небе.

— …Мы правда полностью невидимы?

— …….

— …Она что, реально отключилась?

Какими бы сильными ни были владеющий Силой господства Уитни, кандидат в Короли демонов Эмбер и Рыцарь смерти, вступать в бой с драконом в текущей ситуации означало понести огромные потери.

Именно поэтому Уитни, решив в очередной раз перестраховаться и не дождавшись ответа от обмякшей Эмбер, снова умолк и затаил дыхание.

— Ср-р-к…

И вот, прошло какое-то время. Окинув уголки леса полным меланхолии взглядом, дракон грациозным движением сменил курс, и лишь тогда Уитни наконец разжал руку, закрывавшую рот Эмбер.

— ……Фу-ха!

Одновременно с этим Эмбер, с шумом выдохнув затаённый воздух, уставилась на Уитни взглядом, полным обиды, и заговорила:

— Эй! Я ведь чуть не умерла! Точнее, не чуть не умерла, а уже умерла один раз?!

Если рассуждать объективно, гнев Эмбер был вполне оправдан. Ведь она только что потратила один из тех самых, с таким трудом добытых Свитков «Кошачья жизнь», чтобы воскреснуть.

— Их ведь осталось меньше трёх…! Ха-а…

Свиток «Кошачья жизнь», выдававшийся в качестве бонуса за предзаказ в те времена, когда Blacktail Fantasy 3 ещё не была столь популярна.

Он гарантированно защищал владельца от любой смертельной опасности, но при этом работал строго одноразово, независимо от способа использования.

И этот свиток, одиноко пылившийся в хранилище донатного магазина Эмбер, которая обычно даже не смотрела на платные предметы, последовал за ней при попадании в этот мир и внёс огромный вклад в её победу на отборе кандидатов в Короли демонов.

Но из-за того, что один из трех оставшихся драгоценных запасных жизней улетучился просто от удушения любимым персонажем, её праведный гнев был вполне естественен.

— Вот как?

— Нет, погоди, какое «вот как»! Это уже перебор, не счи…

Из-за чего Эмбер, уже готовая высказать всё с наворотившимися на глазах слезами, внезапно замолкла.

— Гу-у-у…

От Уитни, который молча смотрел вдаль, туда, где скрылся дракон, исходила какая-то странная, неописуемая аура.

«Э-это же…»

Эмбер, прекрасно знавшая такого персонажа, как Уитни Лингард, мгновенно поняла всё сердцем, стоило ей увидеть этот облик.

«…Сила господства».Впрочем, если подумать, всё с самого начала казалось подозрительным.

Впрочем, если подумать, всё с самого начала казалось подозрительным.

Каким бы сильным ни был Уитни, перекрыть ей дыхание ладонью — это явно не тот уровень, от которого можно умереть на месте.

Да и вообще, даже с закрытым ртом человек вполне способен дышать носом.

Эту истину инстинктивно знал даже не первоклассник, а младенец, но Эмбер, измученная головокружением, напоминающим похмелье, осознала это слишком поздно и побледнела.

«Тогда неужели…»

Хотя лица смотревшего вперед Уитни толком было не видно, она могла примерно представить, какое выражение сейчас застыло на его лице.

«…Сила господства вышла из-под контроля из-за близости к артефакту пробуждения Короля демонов?»

Наверняка на его лице сейчас играла одна из самых зловещих улыбок, какие ей доводилось видеть у него за всё время.

И если догадки Эмбер верны, оставаться рядом с Уитни сейчас было смертельно опасно.

Так называемая «Сила господства» на самом деле вовсе не была удобной способностью, которой можно свободно управлять.

Обычно всё происходило наоборот: носитель этой силы сам становился её жертвой, поддаваясь влиянию чудовищной мощи.

Более того, если Сила господства выходила из-под контроля, то даже святой или Святая становились куда более злобными, чем великие демоны, запечатанные в самых глубинах ада.

И если такая сила бушует внутри Уитни, который и без того выглядит как главный закулисный кукловод?

Что вообще произойдет дальше?

Конечно, Эмбер обожала Уитни как своего «главного фаворита», но, в отличие от некоторых, жертвовать собственной жизнью ради фанатизма она вовсе не собиралась.

Сначала нужно выжить самому, а уже потом предаваться фанатской любви. Иными словами, собственная безопасность стояла для неё на первом месте.

— М-м-моя голова… у меня внезапно началось головокружение…

— …….

— Если меня снова начнет тошнить, я могу испортить воздух... Так что, если ты меня ненадолго отпустишь…

Покрываясь холодным потом и продолжая лепетать, Эмбер снова вздрагивает и резко замолкает.

— …Ось?

С тех пор как он убрал руку с её рта, Уитни вообще её не держал.

Но почему-то ей всё ещё казалось, будто он намертво вцепился в неё всем телом.

— Сумасшествие…

Поняв, что это всего лишь иллюзия, вызванная влиянием вышедшей из-под контроля Силы господства, Эмбер невольно выругалась.

— Это… явно не та проблема, которую я смогу решить своими силами…

Даже она, монополизировавшая ради подстраховки почти все скрытые возможности и бонусы из оригинала и DLC, понятия не имела, что произойдет, если эта сила Уитни выйдет из-под контроля окончательно.

, 3.

«З-зачем я вообще забиралась так далеко…»

Добравшись в мыслях до этой точки, Эмбер едва не расплакалась и задрожала всем телом.

До сих пор она держалась уверенно и бодро, но на самом деле это была лишь маска, скрывавшая её прошлое затворницы-хикикомори.

«Л-лучше бы мне дали системное окно. Или чит-навыки. На худой конец — хоть приложение для гипноза…»

В ней вновь проснулась истинная натура из реального мира, и она принялась яростно взъерошивать волосы и грызть ногти.

«Н-нет, ещё рано сдаваться».Совладав с собой, она медленно подняла голову.

«Это ведь ещё не полный выход из-под контроля. К тому же, я… я ещё могу пригодиться? Вдруг с ним удасться договориться…»

Быстро всё обдумав, она попыталась изобразить на лице самую спокойную улыбку и заговорила:

— У-Уитни-сси. Послушай…

— …Тсс.

Однако прежде чем она успела закончить, палец Уитни внезапно коснулся губ Эмбер.

— Жить надоело?

Застыв от неожиданности, она увидела наклонившегося к ней Уитни с абсолютно серьезным лицом и услышала его голос — и это окончательно оборвало последние нити её рассудка.

— А-ах, а… а-а-а.

Иными словами, она полностью скатилась обратно в состояние забитой, мрачной неудачницы, какой была до попадания в этот мир.

— А-а, а, а, а, а.

*****

«…Какого чёрта, я же просил её помолчать, почему она затянула эту песню?»

Охваченный тревогой и пытавшийся заставить Эмбер замолчать, я теперь испытывал непреодолимое желание снова заткнуть ей рот, стоило ей издать этот странный стон.

«Черт, рука не двигается».Но это было невозможно.

Я сейчас находился в таком состоянии, что не то что пошевелить рукой — даже моргнуть веком не мог.

А всё потому, что из-за кустов всего в нескольких метрах от нас уже не на шутку повеяло пугающей, смертоносной аурой.

Насколько я знал, это был Драконий страх. Точно так же, как тело цепенеет при звуке низкочастотного рыка тираннозавра в горах, мы оказались полностью парализованы чудовищной мощью, источаемой этим драконом.

— П-пощадите…

— И к чему ты это говоришь?

— ……Хиик.

Почему-то Эмбер, которая в столь критический момент должна была хоть чем-то помочь, бледнее полотна извинялась передо мной.

Разве просить о пощаде нужно было не дракона за нашей спиной?

Знал бы я, что так выйдет — лучше бы пошел один.

Может, мне попытаться сбежать в одиночку прямо сейчас? Но если они после этого устроят погоню…

— …Отойдите.

Именно в тот момент, когда я, обливаясь холодным потом и сглатывая сухую слюну, готовился встретить лицом к лицу надвигающуюся катастрофу,

— Я с ними разберусь.

сбоку вдруг раздался холодный голос, которого мы не слышали уже какое-то время.

— А вы двое держитесь позади.

Произнеся это, Рыцарь смерти вытащила застрявшее за поясом копье и шагнула вперёд.

, .

----------

Противостояние (2)

— Погодите-ка.

—……?

— Сейчас выступать в одиночку преждевременно.

Рыцарь смерти, уже было вынувшая копье и собиравшаяся выступить вперед в одиночку, услышала слова Уитни, поспешно схватившего её за плечо, и молча склонила голову.

— Почему ты меня останавливаешь?

— Чего?

— Для тебя это ведь вполне выгодная ситуация.

Затем Рыцарь смерти задала вопрос, слегка нахмурившись.

— Уничтожить помеху с помощью другой помехи. Разве не так?

— Понятия не имею, о чем вы говорите.

— Я — помеха, и дракон, излучающий убийственную ауру вон там вдалеке, — тоже помеха. Я не права?

Уитни, услышав это, изобразил непонимание и сказал с легким оттенком тревоги:

— Сейчас не время для словесных перепалок, но, кажется, я не припоминаю, чтобы называл вас помехой.

—…….

— Я лишь сказал, что это преждевременно. Да, сейчас вдалеке чувствуется ужасающая убийственная аура, но делать вывод, что нас обнаружили, еще рано.

Рыцарь смерти, собиравшаяся что-то сказать, на мгновение замолчала и прислушалась к словам Уитни.

— Если бы нас действительно обнаружили, атака последовала бы незамедлительно. С чего бы существу вроде дракона устраивать угрозы с такого расстояния?

—…Хм.

— Наверное, он почувствовал что-то подозрительное, но из-за магии Эмбер не смог нас обнаружить, вот и прощупывает почву. Если мы поведемся на это, то как раз и выдадим себя.

Объяснение Уитни было поистине здравым. Драконы, если только они не только что вылупились, — это раса, которой по умолчанию присуще высокомерие, соответствующее их силе.

‘’.,.

—…Даже так, разве быть пойманными — это не вопрос времени?

Хотя рассудком Рыцарь смерти это понимала, она ненадолго нахмурилась, а затем снова попыталась сделать шаг вперед, заговорив:

— Даже если нас не обнаружат здесь, их уровень боевой готовности вырастет в несколько раз. Сможем ли мы при таких обстоятельствах придерживаться изначального плана?

— Это…

— Энергия, ощущаемая вдалеке, исходит от одного существа. Напасть на него и подавить прямо сейчас — повысит шансы на успех операции.

На сей раз замолчал Уитни. Слова Рыцаря смерти были довольно радикальными, но в то же время по-своему разумными.

— Спрошу только одно: как именно вы собираетесь сражаться с драконом? Вы ведь не собираетесь проткнуть его чешую этим копьем?

Тем не менее, когда Уитни, немного подумав, снова заговорил, лицо Рыцаря смерти исказилось еще сильнее.

—…Нет, даже для меня… даже для Мечника это невозможно. Разве что нашелся бы Драконоборец, вымерший в эпоху древности.

— Раз вы сами прекрасно это понимаете, к чему такие безрассудные поступки?

Затем Рыцарь смерти, больше не в силах сдерживаться, с досадой обратилась к преграждающему ей путь Уитни:

— Ты что, переживаешь за меня?

—…Ну, можно и так сказать?

— С чего бы?

На ее вопрос Уитни ответил, почесав в затылке:

— Раз уж мы объединились для выполнения задания, разве мы не товарищи?

—…….

— Или у черных магов переживать за товарищей находится под запретом?

Тут Рыцарь смерти на мгновение умолкла, пристально глядя на Уитни, после чего внезапно с насмешливым видом рассмеялась.

— Ха, ха-ха…

А затем она снова резко помрачнела и пробормотала:

— Тошнотворно…

—……?

Голос был настолько тихим, что Уитни на секунду усомнился, верно ли он все расслышал, и склонил голову набок.

—…У меня есть задуманный план. Он наверняка сработает и против дракона.

— Правда?

Тогда он с воодушевлением переспросил слова Рыцаря смерти, чье лицо вмиг вернуло себе ледяное выражение.

— Это место — средоточие драконов. Так что здесь наверняка есть те драконы, что исчерпали свой долгий век или проиграли в битве и были погребены в землю.

— Ну, должно быть, так?

— Я подниму этих драконов с помощью некромантии. Тогда мы сможем победить.

— А. В этом есть определенный смысл… Стоп, что вы сказали?

Затем Уитни, кивнувший с видом полного понимания, в тот же миг замер на месте.

— Поднять драконов с помощью некромантии?

— Это не невыполнимо. Пока у объекта некогда была жизнь, я могу подчинить себе что угодно.

— Нет, я спрашивал не о том, возможно ли это технически.

И тогда Уитни заговорил уже серьезным тоном:

— Если вытворить такое, драконы взбесятся окончательно. Убийство исподтишка — другое дело, но если поднять такой шухер, остальные драконы не смогут не заметить…

— Разумеется, заметят. Тогда я брошу вызов остальным драконам с армией некромантских драконов. Это позволит выиграть еще больше времени.

— Какой в этом смысл…?

Рыцарь смерти посмотрела на него так, будто он нес какую-то несусветную глупость, и ответила взглядом, полным недоумения: мол, как можно спрашивать о столь очевидных вещах?

— По крайней мере, времени вам хватит, чтобы добраться до реликвии пробуждения Короля демонов.

—…….

— Разве не в этом твоя конечная цель?

Уитни слегка вздрогнул от этих слов, а Рыцарь смерти, с ледяной улыбкой на лице, словно ожидала именно этого, прошептала ему прямо на ухо:

— Так что, пожалуйста, умоляю тебя. Хватит притворяться хорошим.

—…….

— Да уж, даже если ты и впрямь хороший парень, у тебя нет оснований меня останавливать.

Эта Рыцарь смерти, несмотря на маску на лице, безгранично излучала самую что ни на есть живую ярость.

— Такой злодей, как я, сам вызывается стать приманкой — ты должен радоваться этому! При любых обстоятельствах ты не сможешь отказаться от моего предложения.

На сей раз даже Уитни не смог найти что ей ответить.

Не говоря уже о том, что Рыцарь смерти начала источать убийственную ауру, практически не уступающую драконьей, ее логика была слишком безупречной и неопровержимой для Уитни, чтобы он мог ее оспорить.

— Так что стой смирно. Я сейчас же…

Именно поэтому Уитни не стал открывать рот.

—……!?

Вместо этого он лишь протянул руку вперед и ухватил Рыцаря смерти за руку, когда та попыталась сорваться с места.

—…Какого черта ты творишь?

Тут уж и Рыцарь смерти не рассердилась, а искренне опешила, задав ему вопрос с видом человека, который совершенно не понимает происходящего.

—…У меня такое чувство, будто мне нельзя отпускать вас просто так. С чего бы это? У меня ведь нет ни причин, ни какой-то связи, чтобы брать на себя ответственность за вас?

— Ты серьезно?

Но стоило Уитни выдать столь туманный ответ, как она на миг скривилась с презрительным выражением лица и задрожала от омерзения.

— Или это то самое «сострадание», о котором ты говорил ранее? До чего же тошнотворно.

—…….

— Если немедленно не уберешь свою руку, я сперва проткну твою башку.

Затем последовала полная угрозы и убийственной ауры фраза, но Уитни, не отступая и продолжая держать ее за руку, наконец тихо вымолвил:

— Мы ведь, по сути, знакомы друг с другом, разве нет?

—…Чего?

— Почему-то у меня такое ощущение…

На неожиданно острый вопрос Уитни она на секунду растерялась.

— Быть того не может… Быть не может, чтобы…?

Рыцарь смерти прикусила губу, после чего неожиданно забормотала строгим голосом:

— Как ты думаешь… почему я стала такой?

—……?

— Если бы мы были знакомы… я бы стала ее воплощением в этой временной шкале… Верно ведь?

Это снова был тихий и невнятный бормочущий голос, так что разобрать слова до конца не удалось, но было очевидно, что она потрясена.

—…Только что я понял, что есть еще одна причина.

Поэтому Уитни, до этого просто молча наблюдавний за действиями Рыцаря смерти, тут же тихо зашептал ей:

— Вы разве не чувствуете?

—…Что именно?

От этих слов Рыцарь смерти с трудом пришла в себя, подняла голову и огляделась по сторонам.

— Да, аура давит устрашающе, но почему-то в ней нет враждебности.

— Чего?

— Сам не знаю почему, но у дракона там нет ни малейшего намерения нападать на нас.

Только тогда Рыцарь смерти осознала это. Испугавшая ее аура по ту сторону действительно была столь ужасна, что волосы на теле вставали дыбом, однако никакой жажды убийства в ней не содержалось вовсе.

- Сжик…

Поняв это, Рыцарь смерти наконец опустила занесенное копье и отступила назад.

—…Э-э, послушайте. Мне показалось, что лезть сюда не стоит, поэтому я сидела тихо.

— Тсс.

— А, угу.

Пользуясь моментом, съежившаяся было Эмбер подала голос, но когда Уитни приложил палец к губам, она снова умолкла и спряталась у него за спиной.

- Гу-у-у…

, .

— Хах.

—……!

— Ик!

Когда в этой метели показался колоссальный глаз, спутники Уитни одновременно ахнули от ужаса.

—…Это и есть дракон.

—…Давно мне не доводилось видеть подобное.

Показавшийся перед ними глаз дракона, скрывавшегося за заросшим деревьями лесом, был размером с целое дерево.

Это означало лишь одно: сейчас этот дракон намеренно пригнулся и пристально разглядывал то место, где находилась компания Уитни.

Было несложно догадаться, что если он полностью распрямится и встанет в полный рост, то одних его размеров хватит для полного подавления.

—…Уа-а-а. Кхм.

Эмбер, только что снова вернувшаяся к своему обычному характеру, издала стон, но Уитни снова заткнул ей рот, и она повисла обмякшей тряпкой.

—…….

И тут между компанией Уитни и гигантским драконом воцарилась удушливая тишина.

—…Мое предложение все еще в силе.

—…….

— То, что эта тварь не проявляет жажды убийства, может означать лишь то, что они еще не до конца уверены. Если нас обнаружат, дело примет неприятный оборот. Так что давай прямо сейчас… Хм?

Уитни, свободной рукой заткнув рот еще и Рыцарю смерти, в упор уставился на огромный глаз по ту сторону.

- Треск-треск…!

И ровно в этот момент произошло непредвиденное.

- Гу-у-у…

—……!?

Стоило гигантскому зрачку на миг исчезнуть, как свирепая метель накрыла снежный холм, на котором стояла группа Уитни.

— Кхм, нас раскрыли!?

—…Нет. Похоже, это не атака.

— Но тогда что это за ситуация?

—…Это…

Как только Уитни, пошатнувшись от внезапной бури, убрал руку с ее рта, Рыцарь смерти тотчас же выпалила:

— Вот видишь, если бы мы поступили по моему плану…

Однако вскоре она осеклась, не договорив фразу, и попросту закрыла рот.

—…….

И это касалось как Уитни, так и Эмбер, которая и без того с самого начала висела без чувств.

- Шаг, шаг…

Ибо в буране, где нельзя было разглядеть ничего на расстоянии вытянутой руки, послышались человеческие шаги.

- Шаг, шаг, шаг…

И сколько времени прошло с тех пор?

—…Ха?

Рыцарь смерти, наконец разглядевшая существо, пробившееся сквозь метель, продемонстрировала редкое для себя выражение растерянности.

—…….

Перед ними стояла с безэмоциональным лицом девочка с белыми волосами и белыми глазами, абсолютно голая... нет, назвать ее голой мешало то, что ее тело покрывала чешуя.

— Добро пожаловать на Снежный холм.

И когда девочка произнесла это на удивление чистым голосом, все на мгновение усомнились в собственном слухе.

— Сэр Уитни.

Опустим вопрос о том, как именно она раскусила «безупречную маскировку» Эмбер. Главное было в том, что слова, произнесенные незнакомкой, почему-то знавшей имя Уитни, оказались совершенно неожиданными.

— Ваш отец ждет вас.

----------

Гнездо

— Простите?

К удивлению, первой на слова девушки, появившейся перед ними, отреагировала не Уитни, а Эмбер, широко распахнувшая глаза.

— Отец Уитни…?

Некоторое время она ошарашенно переваривала услышанное, а затем повернулась к Уитни с остекленевшим взглядом.

— Э? Странно.

— …?

— Не может быть такого лора, о котором я не знаю.

Она не только прошла оригинал игры и все вышедшие DLC, но и досконально изучила официальные сборники настроек и даже каждую фанатскую теорию, гулявшую по сообществам игроков.

Поэтому она знала, что отец Уитни отправился на секретное задание.

Но чтобы местом его назначения оказались владения драконов? Об этом нигде не упоминалось. Если бы хоть слово было сказано об этом, она бы точно запомнила.

— Слушайте… господин Уитни.

— …Да.

— Вы что, сговорились с драконами и заточили здесь своего отца?

— Нет, что за глупости.

— А если нет, то, может быть…

Эмбер, чьи глаза были полны замешательства, начала допрашивать Уитни, пытаясь прийти хоть к какому-то логичному выводу.

— Вы его здесь похоронили?

— …

— Ой, нет-нет! Это была просто шутка.

Конечно, стоило Уитни выпустить убийственную ауру в ответ на этот бестактный вопрос, как Эмбер тут же опустила глаза и сделала свои выводы.

«Значит, всё-таки похоронил… И те слова, что он сказал сестре в особняке, тоже были намеком…»

— …

«Подождите, но откуда драконы знают об этом? Неужели они действительно сотрудничают? Если так, то получается, он с самого начала всё знал и просто притворялся…?»

Пока её заблуждения становились всё глубже.

«…Отец?»

Уитни же, в свою очередь, погрузился в глубокие раздумья.

«Честно говоря, с отцом у нас отношения немного неловкие».

Конечно, по сравнению с родителями из «прошлой жизни», нынешние были куда лучше — как с человеческой точки зрения, так и в роли родителей.

В конце концов, те родители лишь дали ему жизнь, но не выполнили не только родительского долга, но даже элементарных человеческих обязательств.

Поэтому «Уитни Лингард» был очень привязан к своим нынешним родителям.

Однако это не означало, что между ними царило то идеальное взаимопонимание, которое бывает в других семьях.

По сути, характер и натура Уитни почти не изменились со времен прошлой жизни.

Поэтому общение с другими людьми давалось ему с большим трудом, и отношения с семьей не были исключением.

Разве что с матерью, от которой он унаследовал прищуренные глаза и которая одинаково любила и Уитни, и Сесиль, у него было больше точек соприкосновения.

Наверное, это было первым в его жизни воспоминанием о настоящем общении с другим человеком.

Но если о Сесиль и говорить нечего, то и с отцом в этой жизни всё было не так уж гладко.

Он всегда любил Сесиль чуть больше, чем Уитни, а после смерти графини Лингард это стало ещё заметнее.

Конечно, для Уитни даже такая ситуация была в сотни раз лучше, чем в прошлой жизни, поэтому он никогда не подавал виду.

Но он прекрасно осознавал, что отец подсознательно предпочитает его младшую сестру.

Из-за этого отношения между Уитни и графом Лингардом стали довольно неловкими.

Как большинство подростков теряют дар речи, оставаясь наедине с отцом, так и Уитни, уже дважды переживший пубертат, не знал, о чем говорить с отцом при личной встрече.

Если бы рядом были друзья или хотя бы юная Юная герцогиня Мердия, всё могло бы сложиться иначе.

Но сейчас с ним были не близкие соратники и не Мердия, а Эмбер, которую тошнило, и рыцарь-некромант, третья по силе фигура в Союзе черных магов.

Для воссоединения спустя почти год это была, мягко говоря, худшая компания.

— Похоже, вы меня не расслышали.

— …А.

— Ваш отец ждет вас в «Гнезде», Уитни Лингард.

Пока Уитни оглядывался по сторонам, осознавая всю тяжесть ситуации и тяжело вздыхая, стоявшая перед ним девушка

слегка нахмурилась и заговорила снова.

— …Гнездо?

— Нужно пояснение? Я говорю о сообществе, где собираются драконы.

— Н-но… разве драконы не ненавидят жить стаями? Я знала, что они живут поодиночке, если только не происходит чего-то из ряда вон выходящего…

Эмбер, снова удивленная появлением незнакомого термина, пробормотала это, и девушка, еще сильнее нахмурившись, начала любезно объяснять.

— Ваше человеческое «общежитие» и наше — это немного разные вещи.

— Э, простите, что вы имеете в виду?

— Люди — существа социальные, а мы — индивидуалисты. Поэтому Гнездо как сообщество не формируется, если нет угрозы всему нашему виду.

Продолжая говорить, девушка внезапно скривилась от явного отвращения.

— Обычно мы собираемся в Гнезде каждые 100 лет, чтобы отчитаться перед Повелителем драконов и провести совет. Но в последнее время этот цикл сократился до 10 лет.

Она лишь слегка поморщилась, но Драконий страх, мгновенно распространившийся вокруг, заставил кожу спутников Уитни покрыться мурашками.

Даже приняв облик хрупкой девушки, дракон оставался драконом.

— Это крайне неприятно. Видеть каждые 10 лет этих свирепых и скверных созданий. Поначалу даже драки случались часто.

— Тогда… не опасно ли нам туда идти?

— Не беспокойтесь. После строгого приказа Повелителя драконов их стало немного меньше.

Видя, как она без колебаний высказывает мысли, далекие от человеческих ценностей, никто не решился усомниться в её словах.

— У-Уитни…

— …?

— Но… вы уверены, что она дракон? Может, это просто очень сильный человек…

Нет, на самом деле один человек нашелся. Это была Эмбер, которая, спрятавшись за спиной Уитни, выглядывала оттуда и разглядывала девушку с головы до ног.

— На вашем языке это называется полиморф, верно? В любом случае, сейчас я проявляю к вам максимум вежливости.

— …Правда?

Услышав это, девушка холодно вздохнула и заговорила с видом человека, которому приходится объяснять очевидные вещи:

— Да, такое высшее существо, как я, приняло облик низшего вида, подобного вам, и даже использует вежливые слова.

— …

— Если у вас, людей, есть хоть капля совести, запомните это на всю жизнь и будьте благодарны.

Это было крайне высокомерное заявление, но никто, включая рыцаря-некроманта, не решился возразить.

Они подсознательно понимали, что для драконов, обладающих подавляющей силой, даже такие слова — это проявление всех возможных видов вежливости.

— Нет, кажется, сейчас не это важно. Послушайте, судя по тому, что вы сказали ранее…

— В-верно! Важно совсем другое!

Уитни хотел сменить тему, так как были дела поважнее, но Эмбер, стоявшая позади, внезапно повысила голос, перебивая его.

— М-может, вы оденетесь?

— Что?

— Ну… я не знаю, куда смотреть! Х-хотя бы прикройте самое необходимое…?

На слова Эмбер девушка на мгновение опустила взгляд на свое тело.

Её тело, принявшее облик очень юной девушки, было полностью обнажено, если не считать чешуек, местами проступавших на коже.

— Ты предлагаешь мне, дракону, надеть человеческие тряпки?

Однако, посмотрев на себя еще мгновение, девушка внезапно явила явную жажду убийства и начала отчитывать Эмбер.

— …Ой, я что, сказала что-то не то?

— Это не просто «не то», это грубость. Если бы сейчас не было времени открытия Гнезда, я бы, возможно, заморозила тебя заживо.

Эмбер на секунду подумала, что все драконы — эксгибиционисты, но потом поняла, что в обычном состоянии им нет нужды носить одежду, как людям.

Но разве не говорят: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят»?

Эмбер, как бывший современный человек, хорошо помнившая эту мудрость, рискнула заговорить снова:

— Н-но… здесь же господин Уитни.

На самом деле, её беспокоило не столько чувство собственного достоинства, сколько то, что Уитни всё это время не сводил глаз с девушки.

— …Ты хочешь сказать, что этот самец испытывает ко мне вожделение?

Однако после этих слов, от которых голос девушки стал еще холоднее, все взгляды мгновенно устремились на Уитни.

— Ха-ха, ну что вы.

— Хорошо, тогда проблем нет. Я слышала, что люди склонны испытывать вожделение ко всему подряд, но, к счастью, мне не придется напоминать ему о его месте.

Эмбер облегченно вздохнула после ответа Уитни, но она не знала одного.

Что Уитни с самого начала не просто прищурился, а вообще закрыл глаза.

«…С ума сойти можно».

Даже будучи преданным одной лишь Мердии, Уитни всё же оставался мужчиной.

Поэтому, чтобы подавить так называемые физиологические реакции, у него не было иного выбора.

— В любом случае, важно не это.

Благодаря тому, что никто не заметил, что он вообще закрыл глаза, Уитни наконец перевел тему разговора в нужное русло.

— Вы только что сказали, что сообщество драконов, называемое Гнездом, не собирается так часто, если нет угрозы всему виду.

— …Верно.

— И вы только что сказали, что мой отец ждет в Гнезде. Как ни крути, это означает, что Гнездо сейчас открыто…

Девушка, выслушав его, снова холодно вздохнула и подхватила мысль Уитни:

— Скрывать нечего.

И воцарилось тяжелое молчание.

— Мы все, включая Повелителя драконов, считаем нынешнюю ситуацию не просто угрозой нашему виду, а угрозой всему миру.

В этой тишине над заснеженными горами разносился лишь холодный голос девушки:

— Потому что недавно Повелитель драконов сделал пророчество.

— …

— Что возродится Король демонов, чей род прервался, и мир погрузится в хаос.

Уитни и Эмбер старались сохранять спокойствие, но после этих слов их взгляды невольно дрогнули.

— И этот день — сегодня.

— …!

— Сегодня Король демонов возродится.

Тот факт, что драконы уже всё знают, совершенно не входил в их планы.

— Черт, кто это?

— …И правда. Кто же это?

*****

— Ну вот, кажется, время пришло.

Тем временем, ледяная пещера глубоко в заснеженных горах.

— С этого момента, пожалуй, начнется перекресток судьбы.

Там, где повсюду сверкал лед, словно драгоценные камни, медленно прохаживался мужчина, заложив руки за спину.

— История Короля демонов и Героя всегда содержит в себе две возможности.

— …

— Гибель или мир.

Затем он внезапно повернул голову и задал вопрос:

— Разве не так, Повелитель драконов?

Он обращался к дракону, который был настолько огромен, что не шел ни в какое сравнение с той девушкой, и который спал, свернувшись внутри гигантской ледяной глыбы в конце пещеры.

----------

Гнездо (2)

— Почему у вас такие лица?

Девушка, наблюдавшая за Уитни и Эмбер, чьи лица вмиг побледнели, склонила голову набок и задала вопрос.

— А, ну… Дело в том, что мне с самого начала нехорошо… Ха-ха…

— Король демонов возродится… Такого просто не должно случиться…

Услышав это, Уитни и Эмбер на мгновение улыбнулись и начали оправдываться, хотя их никто не просил.

— Об этом можете не беспокоиться.

— …Простите?

— Мы, драконы, не такие уж простые существа.

Девушка снова скривилась от неприятного чувства и произнесла холодным голосом:

— Но ведь пророчество…

— Мы тем более не тот вид, что подчиняется предначертанной судьбе. Даже если это пророчество Повелителя драконов.

Уитни, на мгновение умолкнув, метнул острый взгляд (хотя, поскольку глаза его были закрыты, никто этого не почувствовал) и спросил:

— А раньше такое случалось?

— О чем вы?

— О том, что пророчество уже было, но судьбу удалось изменить.

Девушка на мгновение склонила голову набок, а затем ответила тихим голосом:

— Таких случаев не существует.

— Что?

— Таких случаев не существует. Потому что никто никогда даже не пытался этого сделать.

Когда Уитни и Эмбер странно отреагировали на ответ девушки, рыцарь-некромант, до этого молчавший, наконец подал голос:

— В основном драконы безразличны к делам мира. Они известны тем, что не вмешиваются, что бы ни происходило снаружи.

— Верно. Это наше правило и убеждение. Конечно, это не касается кризисов, угрожающих нашему виду, но…

— Поэтому, когда появился второй Король демонов, вы встали на сторону армии демонов?

Девушка, которая до этого согласно кивала словам рыцаря-некроманта, словно признавая его правоту, внезапно плотно сжала губы, услышав столь неожиданный вопрос.

— Эта легенда явно и намеренно искажена. В конце концов, в отряде второго Героя был сам тогдашний Повелитель драконов…

— В любом случае, разве это не правда? Если бы не дракон в отряде второго Героя, разве драконы не уничтожили бы мир вместе с Королем демонов?

Вскоре девушка начала оправдываться, медленно и холоднее, чем когда-либо, но рыцарь-некромант вновь безжалостно разбил её доводы.

— Вы весьма осведомлены об историях про Героев.

Благодаря этому девушка, которая на мгновение замолчала, моргая, вскоре улыбнулась и произнесла это.

В отличие от холодного и отстраненного образа, который она демонстрировала до сих пор, сейчас она выглядела даже приветливо.

— Гр-р-р…

Если бы не Драконий страх, исходивший от неё с безумной силой, все бы именно так и подумали.

— …Хм?

Однако, в отличие от Эмбер, которая застыла, и рыцаря-некроманта, который с трудом стоял на ногах от дискомфорта, Уитни с невозмутимым видом склонил голову.

«История про Героя…?»

Потому что странное чувство дежавю продолжало его беспокоить.

— …!?

Нет, на самом деле, выдержать Драконий страх только лишь за счет такого чувства было невозможно, если ты сам не дракон.

Девушка, которая хотела заставить этих наглецов замолчать, используя свою максимальную мощь, была немало озадачена, видя, что на Уитни это никак не влияет.

«…Странно».

Девушка, которая до этого не реагировала ни на то, что на заснеженную гору проникли чужаки, ни на то, что рыцарь-некромант уколол её в самое больное место, в этот раз не смогла остаться равнодушной.

Разница в уровне между видами. Драконы инстинктивно ненавидят, когда люди пытаются это опровергнуть.

Именно поэтому они когда-то истребили Убийц драконов, даже будучи готовыми к взаимному уничтожению.

«Убить его?»

Благодаря этому в голове девушки, которая молча смотрела на Уитни, на мгновение возникла такая мысль.

Она точно не знала почему, но этот молодой человек перед ней вызывал у неё то самое видовое отвращение.

Почему? На вид он казался обычным человеком, разве что немного хилым и с довольно суровым лицом.

Но казалось, что это не всё. Можно ли сказать, что в нем скрыто что-то необычное? Чем больше она думала, тем сильнее становилось её раздражение.

«Нет, надо сдержаться».

Однако девушка, которая некоторое время смотрела на Уитни полными жажды убийства глазами, с трудом подавила импульс и покачала головой.

Тот, кто решил принять этих людей в качестве гостей Гнезда, был никто иной, как «Повелитель драконов».

Если бы это была просьба других драконов (хотя они бы вряд ли стали о чем-то просить друг друга), это одно, но нарушить просьбу Повелителя драконов было равносильно самоубийству.

Существо, которое признают своим «лордом» драконы, сплошь состоящие из индивидуализма, эгоизма, высокого самомнения и гордыни, соответствующей их силе.

Даже самые высокомерные драконы считали табу нарушать слово этого существа.

— Мы больше не будем обсуждать те легенды.

— …

— Женщина, несущая в себе злую ауру. Знай, что это последняя милость, которую я тебе оказываю.

— Если мы пойдем за тобой с таким холодным лицом, нас не прикончат… и не закопают где-нибудь в горах?

— …Ты всегда была такой?

— А, ну…

— Даже если такое случится, разве ты не достаточно сильна, чтобы выбраться, сохранив хотя бы жизнь?

Однако девушка, на которую указал Уитни, в конце концов, оглянувшись по сторонам с беспокойным взглядом, прошептала ему правду на ухо:

— Слушай, это секрет, самый настоящий секрет. Особенно от рыцаря-некроманта, что рядом…

— …?

— В общем, на самом деле… я сейчас проиграю даже местному ребенку, если подерусь.

— Что?

Когда Уитни посмотрел на неё с выражением полного недоумения, Эмбер поспешно начала оправдываться:

— Ик, но это… Ну, ничего не поделаешь.

— И что же тут поделать?

— Те бонусы, которые я повсюду искала… На самом деле они все одноразовые. Поскольку это бонусы, разработчики сделали их такими, чтобы не нарушать баланс…

— Говорите суть.

— Я… я потратила их все на недавнем отборе кандидатов в Короли демонов. И поэтому я собиралась собрать оставшиеся бонусы, чтобы прийти сюда, но…

Услышав это, Уитни схватился за лоб и тяжело вздохнул.

— Вы ускорили график и не успели взять бонусы?

— …Да, верно.

— Значит, вы сейчас настолько слабы, что не победите даже ребенка?

— А, нет. Это не так. До вселения было так, но… среди бонусов были и те, что усиливают тело и магию…

— Тогда в чем проблема?

— Но среди бонусов, которые я использовала на отборе, было много таких, что дают отдачу на тело…

— Ха-а…

Уитни, примерно оценив ситуацию, вздохнул и сделал шаг к Эмбер.

— П-почему вы так делаете?

— Значит, вывод такой: вы сейчас — бесполезный балласт?

— Н-не говорите так…

— …Ведь так?

На его холодный шепот Эмбер, которая пыталась оправдаться, в конце концов ответила со слезами на глазах:

— Д-да, так…

— Быстро же вы признались.

— П-простите.

— Лучше бы сказали правду и отказались идти.

— Н-но я не могу упустить путешествие с любимым персонажем… Ик!

Эмбер, которая даже в такой ситуации ляпнула лишнее, отпрянула назад с округлившимися глазами, когда Уитни внезапно подался вперед.

— Эмбер, раз так, ничего не поделаешь.

— Ч-что?

— Ничего особенного. Просто отныне, куда бы мы ни шли, вы будете идти впереди.

— Я… я же сейчас бесполезна?

— Вот именно.

После слов Уитни глаза Эмбер начали бешено метаться.

— Неужели вы хотите использовать меня как живой щит…?

— …

— П-правда?

Сначала она не могла в это поверить, но лицо Уитни было холоднее, чем когда-либо.

— У меня… у меня есть и другая польза. Например, я хорошо составляю планы сражений, могу быть советником…

— …

— И… еще… могу составить компанию в разговоре. И готовлю хорошо…

— …?

— Д-да, точно. Я хорошо готовлю! Я ведь долго жила одна! От простой еды до блюд уровня изысканных ресторанов…!

Она, дрожа, вываливала этот бред, но когда Уитни слегка нахмурился на упоминании готовки, она на мгновение уцепилась за крошечную надежду.

— В этих суровых горах живут только драконы. Вы собираетесь жарить мясо дракона?

— Э-это…

Однако после безжалостного замечания Уитни, который снова вздохнул, даже эта крошечная надежда тихо угасла.

— …!?

К счастью, никто не заметил, что девушка, которая тихо слушала их разговор впереди, невольно вздрогнула и оглянулась в той суматохе.

— Идите вперед.

— …Хорошо.

В общем, спустя некоторое время отряд Уитни, поставив беспомощную Эмбер впереди, начал следовать за девушкой с чешуей вглубь заснеженных гор.

*****

Сколько времени прошло с тех пор, как они пробирались сквозь лес?

— Послушайте.

— …Да?

Девушка, молча шедшая по лесу, внезапно обернулась, склонив голову на звук, донесшийся сзади.

— Прошу прощения, но как мне к вам обращаться?

— Отказываю.

— Что?

Девушка, с неприятным чувством глядя на Уитни, который подошел вплотную и задал вопрос, словно шепча на ухо (кстати, Эмбер шла еще дальше впереди, дрожа от страха), ответила холодным голосом:

— Я не хочу, чтобы люди называли меня по имени.

— Но ведь только что вы сказали, что соблюдаете приличия…

— Конечно. Большинство драконов, включая меня, сожгли бы человека, посмевшего спросить их имя.

— Это как-то слишком жестоко.

— Но разве у вас не возникает желания раздавить муравья, если он вдруг решит фамильярно назвать вас по имени?

Услышав это, Уитни нахмурился с выражением непонимания и ответил:

— А мне бы, наоборот, стало любопытно.

— О, есть несколько странных драконов, которые думают точно так же.

Девушка согласно кивнула и продолжила:

— Я не собираюсь их изгонять, но среди них есть отвратительные особи, которые совокупляются с людьми.

— …

— Такие — позор нашего вида. Смешивать кровь великого народа с какими-то людьми…

На её лице внезапно появилось отвращение.

— Насколько я знал, предыдущий Повелитель драконов тоже женился на втором Герое.

— …Это исключение.

Как только рыцарь-некромант, стоявший позади, пробормотал это тихим голосом, девушка ответила подчеркнуто деловым тоном.

— Первый Повелитель драконов тоже с первым Героем…

— Не заткнешься?

Однако, как только рыцарь-некромант пробормотал это снова, девушка, не выдержав, сверкнула глазами и источила ужасающую жажду убийства.

— …Я на мгновение вышла из себя. Прошу прощения.

Однако вскоре она вернулась к спокойному выражению лица, словно ничего не было, поклонилась и снова зашагала вперед.

— Тогда я продолжу путь…

Но не успела она сделать и нескольких шагов, как внезапно остановилась, и её лицо стало ошеломленным.

— О, э-э?

— А?

— …?

И то же самое произошло с отрядом Уитни, следовавшим за ней.

— Ч-что это…

Потому что из «Гнезда», показавшегося вдалеке, валил черный дым таких размеров, что закрывал собой небо.

----------

Гнездо (3)

— Ч-что это, черт возьми…?

Увидев едкий дым, поднимающийся вдалеке, девушка в замешательстве пробормотала это себе под нос.

— …Дым?

— Да, это дым.

Эмбер и Уитни были в таком же недоумении.

— Н-но почему он поднимается?

— Может, они там готовят еду в промышленных масштабах?

— П-правда, что ли?

Они обменялись этими глупыми предположениями, хотя прекрасно понимали, что такая ситуация не поддается столь простому объяснению.

Дым застилал небо, и его масштабы были таковы, что это никак не могло быть обычным костром.

— …Может, они там охотятся на какого-нибудь великана?

— Вполне возможно…

— Хватит нести чепуху.

В их продолжающийся диалог внезапно вмешался рыцарь-некромант.

— Во-первых, драконы не охотятся ради выживания. Вы что, думаете, они первобытное племя? Это раса, способная существовать, просто поглощая ману из атмосферы.

— …Но, может, им просто захотелось чего-то особенного.

— Во-вторых, великаны давно вымерли. Конечно, они жили в этих снежных горах, но давным-давно проиграли войну с драконами и были истреблены.

Уитни и Эмбер, почесав затылки после её замечания, тихо покосились на девушку.

— Вы случайно не знаете, что происходит?

В итоге инициативу взял на себя Уитни. Когда он осторожно задал вопрос, девушка, которая до этого смотрела вперед невидящим взглядом, медленно открыла рот.

— …В этих снежных горах в принципе нет никаких правил.

— Что?

— Даже Повелитель драконов в основном уважает каждого дракона в отдельности. Мы слишком сильны, чтобы контролировать каждую особь.

Началось внезапное восхваление собственной расы, но Уитни и его спутники, уже не раз слышавшие подобное за короткое время, лишь понимающе кивнули.

— Но… есть одно табу, которое мы все обязаны соблюдать.

— …И что это за табу?

Однако после слов девушки все невольно напряглись.

— Не разводить огонь.

Если её слова правдивы, значит, кто-то нарушил единственное табу, установленное драконами.

— В принципе, пожара такого масштаба быть не должно. Тем более что там находится само Гнездо…

— А почему разводить огонь — табу? Разве Дыхание дракона — это не огонь?

— …То, что Дыхание дракона извергает пламя — распространенное заблуждение. Драконы иногда выдыхают концентрированную ману, словно отрыжку, а это ошибочно принимают за боевую технику.

Эмбер задала вопрос не к месту, но рыцарь-некромант тут же дала ответ на её сомнение.

— Слушай, а почему ты так много знаешь о драконах?

— …Это…

— Нет, дело не в этом. Так что же всё-таки случилось?

Эмбер на мгновение подозрительно посмотрела на рыцаря-некроманта, но тут же в панике снова обратилась к девушке.

— …

Однако девушка молчала, продолжая смотреть вперед.

С одной стороны, это выглядело так, будто она игнорирует Уитни и остальных, но, глядя на её лицо, в это было невозможно поверить.

— …Что же это такое?

Даже у дракона, если перед глазами происходит нечто немыслимое, мыслительный процесс может остановиться.

Девушка, застывшая с ошарашенным видом, была тому доказательством.

— Шурх…

Прошло какое-то время, и внезапно из её спины вырвалась пара крыльев.

— О, летающий дракон.

— …Разве драконы не летают по своей природе?

— А, разве?

Когда она оттолкнулась от земли и, взмыв в небо, на огромной скорости полетела вперед, Уитни и Эмбер, наблюдавшие за этим с открытыми ртами, снова завели пустой разговор.

— Сейчас не время для подобных глупостей.

В этот момент рыцарь-некромант, нахмурившись, снова вмешалась в их диалог.

— Нет никаких признаков жизни.

— Что?

— Ты ведь сказала, что там «Гнездо», где собираются драконы.

— Да, так и есть.

— Но я не чувствую ни единого присутствия. Ни одного живого существа…

Рыцарь-некромант пробормотала это с недоумением, но тут же дернула бровью и поправилась:

— …Нет, что-то слабое ощущается. Но это совсем не похоже на место, где собрались драконы.

От этих слов атмосфера, и без того напряженная, стала еще тяжелее.

— Не знаю, что там происходит, но, Уитни, если это правда, то наши планы…

— Тсс. Возможно, это даже к лучшему.

— Что?

— Не знаю, что там случилось, но разве это не лучше, чем если бы драконы бдительно охраняли артефакт?

Уитни утешал Эмбер, которая тревожно бормотала, пытаясь разрядить обстановку.

— Э-э, это так, но… разве вы не волнуетесь?

— О чем именно?

Услышав слова Эмбер, он на мгновение склонил голову набок, а затем его лицо стало серьезным.

— …А, тот дракон ранее… кажется, что-то говорил об отце?

А спустя мгновение.

— …

— Ик?

Лицо Уитни начало искажаться в крайне зловещей гримасе.

— …Мы тоже последуем за драконом.

— Что? Но…

— Мы не знаем, что там происходит. Прежде чем действовать опрометчиво, нужно собрать информацию.

— Но… сейчас идеальный шанс…

Эмбер попыталась возразить, когда он заговорил свирепым (?) голосом, но её слова были подавлены одним холодным словом Уитни.

— Ответ.

— П-поняла.

Так Уитни и его спутники пришли к согласию, однако лишь один человек думал иначе.

— …

Это была рыцарь-некромант, которая молча кусала губы, глядя на уходящих вперед спутников.

«И всё же, причина, по которой они пришли сюда… именно в этом».

Её глаза на мгновение почернели.

«В таком случае, я просто буду следовать плану…»

В то же время рука рыцаря-некроманта потянулась к рукояти копья, но её рука мелко задрожала и соскользнула вниз.

«…Но».

Взгляд рыцаря-некроманта снова устремился на Уитни, который продолжал идти, выставив Эмбер вперед.

*****

— Эй, послушай.

— …Да?

— Нет, не отвечай, просто слушай.

Я, который шел, используя Эмбер в качестве живого щита, внезапно услышал голос спереди и, склонив голову набок, прислушался.

— Эта ситуация… не кажется тебе странной?

Эмбер начала шептать мне очень серьезным голосом.

«Конечно, это странно».

В самом деле, в снежных горах, владениях драконов, поднимается такой огромный дым — разве не было бы странно, если бы это никого не удивило?

— Рыцарь-некромант. Она какая-то подозрительная, не находишь?

Однако, вопреки моим ожиданиям, Эмбер указала не на дым, а на рыцаря-некроманта, которая с самого начала молча следовала за нами в арьергарде.

— Она появилась перед нами совершенно случайно, когда мы собирались отправиться в горы, никому не сказав. Конечно, я не думаю, что это случайность.

— …

— Не знаю, каким способом, но она явно знала о наших планах заранее.

И это всё, что она хотела сказать? Я и сам прекрасно это понимал.

Нет, даже если не я, сама рыцарь-некромант должна была знать, что мы считаем её подозрительной.

— Но если это правда, история становится еще более запутанной.

— …?

— Если рыцарь-некромант действительно каким-то образом узнала о наших планах, почему она не доложила в Союз Теней?

Услышав продолжение слов Эмбер, я кивнул и погрузился в раздумья.

«Действительно, это немного странно…»

Даже если есть фракции, для руководителей Союза Теней возрождение Короля демонов — заветная мечта.

Мы вдвоем собирались провернуть такое важное дело в одиночку, игнорируя решение Союза, а она не доложила и пошла за нами одна?

Конечно, нельзя исключать, что это была подготовка почвы для укрепления своих позиций в Союзе Теней в будущем.

Но почему у меня такое чувство, что дело в чем-то другом?

«Ранее она, кажется, была вполне искренна…»

Когда дракон, применивший Полиморф, появился впервые, она была готова пожертвовать собой, чтобы мы ушли.

Если бы она действительно действовала в одиночку ради борьбы фракций в Союзе, это был бы бессмысленный поступок.

Я думал, может, она сделала это не подумав, но и это не выглядело убедительно.

Пусть она кажется немного грубоватой, но рыцарь-некромант — ветеран, прошедший через бесчисленные битвы с Церковью.

Она должна была понимать, что лучше взять с собой всех руководителей, чтобы безопасно следить за нами.

«Никак не могу понять, что у неё на уме».

И, пусть слабо, но я, как белый маг, мог это почувствовать.

Тот факт, что черная мана рыцаря-некроманта то вспыхивала, то затихала, повторяясь снова и снова.

Наверное, Эмбер тоже почувствовала нечто подобное и заговорила об этом, но именно это и кажется еще более странным.

Если бы она постоянно питала к нам жажду убийства, было бы легче угадать её намерения, но разве сейчас её черная мана и жажда убийства не вспыхивают и не затихают в реальном времени?

«Впервые я встречаю кого-то, кого невозможно понять…»

Кажется, с юной герцогиней Мердией было иметь дело немного проще.

Конечно, поначалу она была очень страшной, но, поскольку она постоянно излучала жажду убийства, было легко выбрать позицию.

Но эта женщина, которая медленно идет за нами сейчас, я даже не знаю, как с ней обращаться…

— …Кх!

— …Ик!

Я, который тихо потирал подбородок, ускоряя шаг, внезапно услышал крики сзади и спереди, и, широко открыв глаза, обернулся.

— …

Обернувшись, я увидел, что рыцарь-некромант лежит на земле.

— Хи-и-ик!

Похоже, Эмбер, испугавшись звука со стороны рыцаря-некроманта, отреагировала слишком остро и начала кричать, но, к счастью, всё оказалось не так серьезно, как она подумала.

— …Я просто споткнулась.

— …?

— Не обращай внимания.

Как и ожидалось, рыцарь-некромант, лежавшая на земле, пробормотала это низким голосом и с трудом поднялась.

— Вы в порядке?

Я, наблюдавший за этим, медленно подошел к ней и протянул руку, но…

— …Я же сказала, не обращай внимания!

Рыцарь-некромант почему-то зарычала и оттолкнула мою руку.

— Ох…

И только тогда я смог точно определить состояние рыцаря-некроманта.

«…Истощение маны? Разве это бывает у черных магов?»

Истощение маны. Симптом, который может возникнуть при использовании масштабной магии, доводящей запас маны до предела, или при постоянном повторении заклинаний.

Пусть это может показаться легким симптомом, но в бою нет ничего более фатального.

— Кажется, вам придется залезть ко мне на спину.

— Н-не надо.

— Но тогда вы не сможете идти дальше.

В этой ситуации единственный человек, который хоть как-то может сражаться, — это рыцарь-некромант.

— Я сказала, не надо!

— …Ха-ха.

Поэтому, чтобы сохранить её силы, я, несмотря на её возражения, взвалил её на спину.

«…Тяжелее, чем я думал».

То, что я слегка пожалел об этом, как только взвалил её, конечно, останется секретом, но важно было не это.

— Э-эй, сейчас не время для любезностей!

Потому что перед нами возникла проблема куда серьезнее.

— Это еще что за…

— …Ох?

То, что виднелось вдалеке впереди, на что указывала Эмбер, продолжавшая стонать.

— Фыр-р-р…

Это было Гнездо драконов, охваченное гигантским пламенем и полностью сгорающее.

----------

Подземелье

— О боже…

— Ого… о-о-о…

Группа Уитни, наконец добравшись до пылающего Гнезда, дружно начала переглядываться.

Хотя они были знакомы не так давно и еще не достигли того уровня взаимопонимания, чтобы читать мысли друг друга, темы для разговора в такой ситуации были до боли очевидны.

«И-и что теперь делать? Но ведь для успеха нашей операции это даже хорошо, разве нет?»

«…То, что нашелся кто-то, способный в одиночку одолеть драконов, — это, по-твоему, хорошо?»

«…Нам нельзя терять бдительность».

Если бы перед ними не стояла остолбеневшая с пустым взглядом девушка-дракон (?), подобные диалоги наверняка бы состоялись.

— А?

В любом случае, как раз когда никто не решался заговорить первым, опасаясь реакции девушки, первой странность заметила Эмбер.

— В-вам не кажется, что здесь что-то не так?

— …

— Ц-цвет огня… то есть, если мои глаза меня не обманывают…

На самом деле, когда она заговорила, Уитни и Рыцарь-некромант уже сами заметили неладное.

— …Почему он белый?

Пламя, охватившее Гнездо прямо у них на глазах, по неизвестной причине было не красным, а белым.

— Теперь понятно, почему издалека был виден только дым, несмотря на такой масштаб пожара.

— …В заснеженных горах, полных снега, его и правда можно было не заметить.

Уитни и Рыцарь-некромант продолжали беседовать с поразительным спокойствием, из-за чего Эмбер вытаращила глаза и спросила:

— Нет, почему вы такие спокойные? Эта непонятная штука сейчас…

— Не то чтобы мы не понимали, что это такое.

— Т-тогда что?

— Верно, я тоже догадываюсь. Неудивительно, что у меня так быстро наступило истощение маны, даже несмотря на частые заклинания.

В отличие от взбудораженной Эмбер, двое других отвечали на удивление спокойно.

— Послушайте, простите, но я одна тут чего-то не понимаю?

— …

— Что это за странный пожар, о котором вы двое знаете, а я — нет…

Эмбер, которая спросила это с легкой обидой, наконец получила ответ и тут же прикусила язык.

— Это Белая мана.

На самом деле «Белая мана» ни разу толком не фигурировала в игре, в которую она играла.

Разве что пару раз мелькала в кат-сценах с участием членов Люмен Ордо.

В игре не было ни одного по-настоящему полезного заклинания Белой магии.

Поэтому, даже будь она Эмбер, она никак не могла узнать в этом Белую магию.

— …Точнее будет сказать, «традиционная» Белая мана.

Когда Эмбер, осознав это, приуныла и замолчала, Рыцарь-некромант, до этого молча наблюдавшая за катастрофой, подала голос.

— Что?

— Ну, ведь единственный настоящий Белый маг — это ты… А.

Однако, заметив острую реакцию Уитни, она вздрогнула и, подобно Эмбер, замолчала.

— Откуда вы это…

— Забудь, что я сказал.

Уитни, который некоторое время смотрел на нее с большим подозрением, медленно отвернулся и снова уставился вперед.

— Честно говоря, вы у меня вызываете сплошные вопросы, но ситуация критическая, так что пока пропустим это.

— …

— В любом случае, то, что происходит впереди — это точно Белая мана. Я чувствую это.

— …Да, это то же самое ощущение, что и от Белой магии, с которой мне приходилось сталкиваться.

На слова Уитни, который наконец проявил терпение и вернул разговор в нужное русло, Сарыцарь тихо кивнула в знак согласия.

— Проблема лишь в том, что масштаб здесь совершенно иной.

— Н-настолько серьезно?

Эмбер, которая все это время лишь наблюдала за ними, встревоженно вмешалась, и Рыцарь-некромант начала объяснять тихим голосом:

— Тех, кто способен использовать Белую магию такого уровня, крайне мало. Разве что те никчемные офицеры Люмен Ордо или их глава. Но здесь не может быть такого сильного Белого мага…

— …

— Постой, кстати говоря. Та девица ведь сказала ранее…

Взгляд Рыцаря-некроманта метнулся к стоявшей впереди девушке, а затем вернулся к Уитни.

— Что тебя ждет твой отец.

Услышав это, Эмбер снова начала оглядываться и бормотать:

— Т-тогда… неужели…

— Нет.

Но прежде чем она успела закончить, холодный голос Уитни прервал ее.

— Мой отец не из тех, кто способен на подобное.

И воцарилась неловкая тишина.

— Я спрошу лишь одно. К-каков уровень мастерства вашего отца в Белой магии?

— …

— Я-я не настаиваю! Просто вопрос… хе-хе.

Эмбер робко задала вопрос в этой тишине, но ответил на него не Уитни, а Рыцарь-некромант.

— Граф Лингард. Когда-то он был многообещающим офицером Люмен Ордо, но однажды внезапно покинул организацию и поступил на службу империи.

— …

— Его мастерство в Белой магии было выдающимся. Настолько, что Император доверял ему и использовал как буфер между Люмен Ордо и империей.

Уитни, уже не скрывая своего раздражения, холодным тоном спросил Рыцаря-некроманта:

— Похоже, вы очень хорошо осведомлены о моем отце.

— Я знаю информацию не только о твоем отце, но и о большинстве Белых магов. Но важно не это. Важно, почему твой отец устроил такой переполох…

— Повторю еще раз, предельно ясно.

Рыцарь-некромант, которая продолжала говорить хладнокровно, наконец замолчала.

— Мой отец не из тех, кто способен на подобное.

От Уитни, говорившего это, исходила самая настоящая жажда убийства.

Поскольку она уже однажды испытала на себе гнев в Собрании теней, ей не оставалось ничего, кроме как подстроиться под него.

— …Хм.

— Если скажете еще хоть слово… нет, неважно. В любом случае, сейчас важно не это.

Когда Сарыцарь замолчала, Уитни наконец слегка улыбнулся и указал за пределы Гнезда, все еще охваченного пламенем:

— Кто бы это ни сделал, похоже, он оставил нам вход.

Его слова оказались правдой.

— Гу-у-у…

Внутри Гнезда, превратившегося в море огня, существовал участок, который почему-то не горел, напоминая вход в пещеру.

— Н-не ловушка ли это? Слишком уж искусственно и очевидно…

Конечно, это выглядело крайне подозрительно, и Эмбер, которой предстояло идти первой, даже покрылась холодным потом от нежелания делать это.

— Все в порядке. Похоже, теперь у нас есть «мясной щит» получше тебя.

К счастью для Эмбер, на этот раз нашелся человек, который пойдет впереди нее.

— …Как посмел. Кто бы ни сделал это…

Девушка, которая с самого начала излучала энергию, сопоставимую с масштабом пожара, охватившего все Гнездо, была тем самым человеком.

— Я разорву его на куски.

*****

— Послушайте, но…

— …?

— Вам не кажется, что здесь что-то еще более странное?

Я, вошедший в Гнездо вслед за разъяренным драконом, услышал голос Эмбер сбоку, тихо вздохнул и повернул голову.

— Что на этот раз?

— Ох, что это за недовольное выражение лица…

— …

— Л-ладно, поняла. Просто скажу…

Эмбер снова попыталась завести светскую беседу, но, прочитав мой взгляд, к счастью, решила сразу перейти к делу.

Хорошо хоть, у нее хватило ума понять это. Я сейчас в таком состоянии, что не могу мыслить нормально.

И это неудивительно, хотя я и отрицал это ранее.

Мысль о том, что отец действительно может быть замешан в этом деле… от этого на душе было как-то…

— …Куда делись все драконы, которые должны были быть в Гнезде?

Я, тихо сжимая кулаки и прикусывая губу, вдруг нахмурился, услышав замечание Эмбер.

«…И правда, куда?»

Происходит такая катастрофа, все Гнездо атаковано, но ни одного дракона не видно — это странно.

Разве драконы не высокомерны и агрессивны по своей природе? Стали бы они просто так смотреть, как вторгаются в их владения?

— М-может, это какой-то сюрприз? Сюрприз для нас, гостей… или, может, испытание…

Если бы это был сюрприз, я бы еще понял, но версия с испытанием на мгновение показалась правдоподобной, хотя, подумав, я понял, что аргументы Эмбер неубедительны.

Во-первых, драконы не стали бы сжигать Гнездо ради испытания трех людишек.

И ярость этой девушки-дракона, идущей впереди, была настоящей. Да и я никогда не слышал, чтобы драконы устраивали спектакли ради людей.

— Т-тогда… неужели они все погибли при нападении…?

Предположение Эмбер имело смысл, но делать такие выводы было еще рано.

Конечно, раз Гнездо горит, значит, произошло нечто, близкое к нападению.

Однако, осмотревшись перед входом, я не заметил никаких следов борьбы внутри.

Как ни крути, не верится, что драконы могли так легко и без сопротивления проиграть. Это невозможно, даже если бы Король демонов лично повел свою армию.

Тем более здесь, где нет ни трупов, ни следов разрушения земли, трудно поверить в то, что здесь происходила битва или резня.

Но тогда что же здесь происходит?

— …!

Пока я размышлял об этом, девушка, быстро шагавшая впереди, внезапно остановилась.

— …Это.

То же самое произошло и с Рыцарем-некромантом, которая шла рядом со мной.

— Не знаю почему, но я что-то чувствую впереди.

— …Что именно?

Я вопросительно посмотрел на нее, но после ответа Рыцаря-некроманта плотно сжал губы.

— Множество жизненных сигналов.

Что это значит, пока неясно, но важно то, что девушка-дракон почувствовала то же самое, что и Рыцарь-некромант.

— Хрусть…

Сначала мне показалось, что это звук раздавливаемого ореха, но, увидев, что происходит, я молча открыл рот.

— Вау.

Девушка-дракон, у которой из глаз вырывалось сияние, схватилась за ледяную стену перед нами и начала ее отрывать.

К слову, толщина стены была около метра, но для девушки-дракона это, похоже, не было проблемой.

— Бабах…!

Ледяная стена, вырванная целиком, словно кубик льда из формы, была отброшена в сторону, где бушевало пламя, и начала таять.

— Здесь есть подземелье…?

— О-о, тайный проход…

В тот же миг перед нашими глазами открылся проход, ведущий в подземелье Гнезда.

— Э-это…!

Однако, в отличие от нашего удивления, лицо девушки-дракона в тот момент стало мертвенно-бледным.

— П-подождите! Я с вами!

И в следующее мгновение, прежде чем Эмбер успела ее остановить, она бросилась вниз.

— Н-нам тоже нужно поторопиться, да…?

— …Идите вперед.

— Хнык.

До этого момента мы еще сохраняли хладнокровие.

— У-у… внутри почему-то еще холоднее… А?

— …Хм?

— …!?

Спускаясь по лестнице, мы застыли, не в силах вымолвить ни слова, глядя на огромное пространство, раскинувшееся внизу.

— Это… боже мой.

— …Н-не может быть.

— …

Все драконы, которые должны были находиться в Гнезде, стояли там, выстроившись в ряд, намертво скованные льдом.

----------

Безвыходное положение

— И... что же здесь произошло?

—...

— Д-драконы... все они замерзли? Я ведь правильно вижу, да?

Эмбер снова начала суетиться, но, честно говоря, в этот раз её реакция была вполне оправдана.

Это не было похоже на ледниковый период, но зрелище застывших в ряд драконов в некотором смысле было поистине грандиозным.

—...У тебя нет никаких догадок?

Однако, поскольку мы не могли вечно стоять и глазеть, я задал тихий вопрос драконьей девушке, стоявшей впереди.

— М-может, они впали в спячку?

Но и в этот раз по пещере разнесся голос Эмбер.

— Существа вроде драконов, должно быть, тратят много энергии... Может, они иногда впадают в спячку, чтобы накопить силы...?

—...Мы не впадаем в спячку.

Конечно, её предположение было мгновенно и четко опровергнуто ответом девушки, стоявшей неподалеку.

— Существа, впадающие в спячку, слабы. Не смей сравнивать драконов с таким зверьем.

— А, прошу прощения...

—...

Девушка, окинув Эмбер, которая чесала затылок, холодным взглядом, медленно направилась вглубь пространства, где застыли драконы.

— Возможно, это какое-то проклятие. Будьте осторож...

— Проклятие? Ты думаешь, нас можно поразить чем-то подобным? Если бы это было так, твои спутники были бы уничтожены давным-давно.

Голос девушки был полон жажды убийства. Довольно неожиданная реакция для дракона, придерживающегося принципов крайнего индивидуализма.

Неужели даже у драконов есть хоть какое-то чувство общности?

— Скорее, это не товарищество, а неприязнь к самому факту того, что пострадал сородич, обладающий такой же силой.

—...Что? А.

Я было задумался об этом, склонив голову, но тут же вздрогнул, когда Рыцарь смерти прижалась ко мне и начала шептать на ухо.

— Не теряй бдительности. Те, кто считает себя высшими существами, способны на что угодно, когда эта вера попирается.

В целом, её слова были вполне разумны, но проблема была в дистанции.

—...Почему ты так близко?

Рыцарь смерти вплотную прижалась ко мне, схватив за плечо, и шептала прямо в ухо.

Это поведение сильно отличалось от того, как она старалась держаться от меня подальше еще совсем недавно.

«Это... что за чувство?»

Более того, удивительно было то, что до того, как я осознал, что она — один из высших чинов Союза Теней, её действия казались мне вполне естественными.

Словно мы были знакомы давным-давно.

— Слушай, я прекрасно понимаю, что сейчас не время для таких разговоров, но...

—...?

— Мы ведь правда не встречались раньше?

Я никак не мог выкинуть это странное чувство из головы, поэтому, оглядевшись, тихо спросил Рыцаря смерти.

—...Что?

Она отреагировала на мои слова с заметным опозданием, поспешно убрала руку с моего плеча и двинулась вперед.

—...Не может быть.

Мое плечо, которое стало ледяным от прикосновения Рыцаря смерти, начало постепенно отходить.

Внутри этой ледяной пещеры и так было холодно, но рука Рыцаря смерти была чем-то большим, чем просто холод.

Словно меня коснулось существо, которое не должно было жить, и я ощутил настоящий холод загробного мира.

«Кто она, черт возьми, такая?»

При этом она казалась мне до боли знакомой, и я не мог не начать всерьез сомневаться в ней.

— Это...

Однако в такой ситуации я не мог вечно терзаться вопросами о Рыцаре смерти.

—...Ха, ха-ха.

—...!?

— Ха-ха-ха-ха-ха...

Девушка, которая до этого нежно поглаживала ледяную поверхность, заключавшую в себе драконов, начала тихо смеяться.

— Ты... ты что-то выяснила?

—...А, да. Выяснила.

Именно в этот момент по моей спине пробежал холодок.

— Не уверена, что стоит объяснять, но просто скажу.

«Атмосфера внезапно изменилась».

Девушка передо мной явно выполняла приказ Повелителя драконов и относилась к нам как к гостям.

Но теперь она перешла на «ты», что, по-видимому, было естественной манерой общения драконов.

Из этого можно было сделать один вывод.

Не знаю почему, но она больше не считала нас гостями.

Но почему? Похоже, причиной стало исследование состояния драконов, но мы к этому не имели никакого отношения.

В конце концов, она лучше кого бы то ни было знала, что мы только что прибыли...

- Крак, крак...

Пока я размышлял об этом, обливаясь холодным потом, по пещере внезапно разнесся звук треска.

— Ч-что это!?

Инстинкт самосохранения Эмбер достиг предела, и она в испуге начала озираться по сторонам, но я, в отличие от неё, не стал метаться взглядом.

—...Слушай, не знаю, что происходит, но успокойся.

Потому что я точно знал, откуда исходит этот звук.

- Крак...

Из уст драконьей девушки, которая смотрела на нас, вырывался пар, наполненный ледяным холодом.

Тот самый пар, который начал разноситься по пещере, замерзал в воздухе, превращался в кристаллы и падал на пол.

Шум, который начал наполнять пещеру, несомненно, был вызван этим процессом.

— Черт.

И, увидев это, я понял, что девушка явно намерена атаковать.

— О, о-о.

—...!

Так уж вышло, что Эмбер, разговаривая со мной, немного вышла вперед, а Рыцарь смерти, после того как прошептала мне на ухо, тоже продвинулась.

Поэтому в этот миг я был вынужден решать, как поступить.

«Не лучше ли просто развернуться и сбежать?»

Эмбер только что призналась мне, что сейчас от неё нет никакой пользы, а Рыцарь смерти, не знаю почему, страдает от сильного истощения маны.

Но люди передо мной — не те, кого я обязан защищать.

Эмбер — одна из тех, кто заодно с «Великой Тенью» и устранила всех остальных «кандидатов в Короли демонов», то есть она — явное зло.

О Рыцаре смерти и говорить нечего. Она — один из высших чинов Союза Теней, к тому же третья по силе.

Так что, если я развернусь и со всех ног побегу к выходу, я не совершу никакой ошибки.

Напротив, возможно, это и будет торжеством справедливости...

—...!

Я уже закончил размышлять и напряг ноги, чтобы развернуться.

—...Кх!

В этот самый момент я увидел, как Рыцарь смерти, стиснув зубы, заслонила меня собой.

И не прошло и секунды, как из уст девушки впереди в нас ударил поток колоссальной магической силы.

— А?

Не знаю почему, но я схватил Рыцаря смерти за плечо и дернул назад.

«...Почему я это сделал?»

Даже совершая это действие, я понятия не имел, почему так поступил.

—...!?

Однако взгляд Рыцаря смерти, которую я оттащил, был мне до боли знаком — это было точно.

*****

- Цзу-зу-зу...

Метель, кристаллы маны и облако пыли, покрывавшие всё вокруг, начали медленно рассеиваться.

— А, а? Уа?

—...Что за...

Эмбер, сидевшая на полу, и Рыцарь смерти, упавшая, когда я дернул её за плечо, увидели следующее:

—...

Уитни, принявший на себя весь удар магического сгустка, выпущенного девушкой, теперь стоял на одном колене, опустив голову.

— Ик!

Эмбер, которая некоторое время ошеломленно смотрела на эту картину, побледнела и начала пятиться назад.

— Если сделаешь еще хоть шаг, следующей будешь ты.

—...!

Но от холодного голоса девушки, раздавшегося впереди, ноги Эмбер словно приросли к полу.

«Черт, а ведь говорили, что Дыхание дракона — это на самом деле просто отрыжка...»

Даже в такой ситуации Эмбер думала о глупостях, но отчасти она была права, а отчасти нет.

Действительно, для драконов Дыхание — это не пламя, а остатки маны, накопившиеся в теле.

Однако, если принудительно собрать ману и выпустить её, как это сделала девушка, это вполне могло стать боевой техникой.

Просто это считалось не слишком приличным среди драконов, поэтому об этом не рассказывали подробно.

А это означало, что девушка перед ними была настолько разъярена, что пренебрегла приличиями.

— П-почему... почему вы так поступаете?

—...

— Ч-что мы... сделали не так? Х-ха-ха...

Эмбер, которая подсознательно поняла это и застыла от страха, дрожащим голосом попыталась оправдаться.

— Кто знает, что вы сделали.

—...Что?

— Если скажешь правду сейчас, я оставлю тебя в живых.

Девушка обратилась к Эмбер, излучая Драконий страх, полный жажды убийства.

— Э-это... ну, понимаете...

Конечно, будь на её месте Эмбер, она бы тут же с достоинством покаялась во всех грехах, совершенных с момента рождения.

— И то верно...?

Однако сама Эмбер понятия не имела, в чем именно провинилась.

— Ч-что мы... сделали не так... Х-ха-ха...

На самом деле, это было неудивительно. Как уже понял Уитни, между тем, что все драконы замерзли, и прибытием его группы не было никакой причинно-следственной связи.

По крайней мере, группа Уитни так думала.

— Вы украли наш артефакт.

— Что?

— Поэтому мы все и замерзли.

Однако девушка, по-видимому, думала иначе.

— Предыдущий Повелитель драконов наложил одну клятву на всех будущих Повелителей.

— И... что это за клятва...

— Если не уберечь артефакт, способный породить Короля демонов, весь род замерзнет.

Услышав это, зрачки Эмбер начали быстро бегать.

— Тот Повелитель драконов был на стороне людей.

—...

— Будучи драконом, он хорошо знал, что драконы по своей природе равнодушны к внешним делам. Поэтому он и наложил такую клятву.

Эмбер, обливаясь холодным потом, тихо заговорила:

— Тогда... что же сейчас...

— Да, «артефакт», который Повелитель драконов и мы все хранили в гнезде, был украден.

Но не успела она договорить, как девушка перебила её свирепым шепотом:

— И воры — это вы, несомненно.

— П-подождите!

В этот момент Эмбер отчаянно закричала, вклиниваясь в разговор.

— Е-если это правда... почему вы не замерзли?

—...Ты до сих пор не поняла, почему я стала вашей проводницей?

Девушка, чье лицо еще сильнее исказилось от этих слов, тихо ответила:

— Я полукровка.

— Что?

— Полукровка человека и дракона.

Она медленно подняла свою правую руку, которая начала замерзать.

— Благодаря этому я, видимо, оказалась до некоторой степени свободна от клятвы.

— А...

— Это значит, что если я отберу у вас артефакт, всё вернется на круги своя.

Теперь девушка уже не скрываясь начала собирать ману.

— А, а-а...

—...

И больше в группе Уитни не было никого, кто мог бы отразить её атаку.

— Э-это конец...

Поэтому Эмбер закрыла глаза, думая именно об этом.

— Прости, но это неправда.

Пока из глубины пещеры внезапно не раздался мужской голос.

— Артефакт украл я.

—...!?

----------

Смертельная опасность (2)

Что касается моего отца... то есть отца из «этой жизни», — как я уже говорил раньше, он никогда не был мне по-настоящему близок.

Мы с самого начала не сошлись характерами. А после смерти матери эта неловкая дистанция между нами стала только расти.

Конечно, у меня не было ни сил, ни умений, чтобы сблизить нас. Я понятия не имел, как это делается, да и нужды в этом особой не видел.

Да и с чего бы? Довольно долго меня вполне устраивали такие туманные отношения с отцом.

Возможно, всё дело было в том, насколько отвратительным дерьмом обернулась моя прошлая жизнь, — до самого зрелого возраста я искренне верил, что именно такие отношения между отцом и сыном и являются нормальными.

Впрочем, о чём думал отец — оставалось загадкой. Теперь я могу лишь гадать, не приходили ли ему в голову точно такие же мысли.

Так или иначе, по сей день наши с отцом отношения оставались до нелепого неловкими.

— Кхе-кхе... —

Если вы задаетесь вопросом, с чего это вдруг меня потянуло на столь пространные воспоминания, то всё просто: наша с отцом встреча спустя почти целый год произошла в поистине отвратительных обстоятельствах.

—...Черт. —

В боку, куда пришелся прямой удар полукровки-дракона, до сих пор полыхала тупая, пульсирующая боль.

Настоящим чудом было уже то, что меня не прожгло насквозь Дыханием дракона, но пару ребер я себе явно неудачно сломал.

Неудивительно, что, не в силах совладать с болью, я был вынужден сидеть прямо на земле, хотя отец стоял прямо передо мной. Какой же я непутевый сын.

— А, эм... Ой, здравствуйте? —

—... —

Но на этом мои бесчинства не заканчивались. Только представьте: сын объявился спустя год, и вокруг него крутятся две девицы, каждая из которых — выдающаяся личность в лагере черных магов.

Разве это не позор для семьи белых магов? К тому же они мне даже не соратницы. Я так ждал дня, когда смогу представить отцу Луниэль и Паршу, а теперь — что, если он примет этих странных девиц за моих товарищей?

— У-ух... —

Я уже было открыл рот, собираясь хоть что-то сказать, но приступ внезапной тошноты заставил меня натужно замолчать.

Конечно, дело было вовсе не в головокружении, как у Эмбер чуть ранее. После прямого попадания Дыхания дракона мана в моем теле почему-то начисто отказывалась слушаться.

Неужели мои мана-каналы перекрутились? И это в столь критический момент! Хуже и быть не могло.

— Кхе-гх... —

Пытаясь хоть как-то взять ситуацию под контроль, я попытался заставить себя подняться, но в тот же миг изо рта хлынул целый фонтан крови.

, .

— М-мана-каналы... —

—...Кхе, кхе. —

— Эй, соберись и сбрось напряжение. Натворишь глупостей в таком состоянии — и твои мана-каналы разорвутся навсегда. —

К счастью, благодаря своевременному вмешательству Рыцаря смерти худшего удалось избежать, но остатки сил окончательно покинули мое тело.

...Сквозная мысль: с чего это вдруг заговорили о краже какого-то артефакта?

Из-за всего этого у меня просто не осталось сил задать отцу вопросы, которые так давно крутились на языке.

«Отец... почему он вообще... здесь?»

Отец прибыл на север около года назад. Якобы по тайному приказу императора. Неужели нынешняя ситуация как-то связана с этим?

Помимо этого, оставалась еще целая гора вопросов. Что за координаты были указаны в том письме и почему их передал именно герцог Эмбергрин?

И главное — почему в невесты мне выбрали именно юную герцогиню Мердию?

Знает ли он о какой-то тайне между мной и юной герцогиней Мердией? А если знает, то как ему вообще удалось ее раскопать...?

«В глазах... темнеет...»

Мне безумно хотелось вскрикнуть и потребовать ответов прямо сейчас, но мое сознание неумолимо проваливалось куда-то в глубокую, непроглядную тьму.

—... —

И прямо перед тем, как мои веки сомкнулись окончательно, я из последних сил запечатлел в памяти лицо отца, стоявшего неподалеку.

—...? —

В тот самый миг в моем угасающем сознании мелькнул крошечный вопросительный знак.

«...Что это?»

Взгляд отца, смотревшего на меня сверху вниз издали, был ледяным.

Но это был вовсе не тот взгляд, которым родители в моей прошлой жизни смотрели на меня.

В нем сквозило что-то сложное, неоднозначное — смесь тяжелого раздумья и холодной отрешенности... и едва уловимая тень сомнения... Да, именно так.

«Где-то... где-то я уже видел это...»

Прямо перед тем, как мой мир окончательно погрузился во мрак, я наконец сообразил, откуда мне знаком этот взгляд.

«...Ах, точно.»

Точно так же смотрела на меня юная Юная герцогиня Мердия, когда что-то скрывала, вернувшись со Собрания теней.

*****

—... —

Граф Лингард молча посмотрел на собственного сына, рухнувшего на землю под тяжестью ран, и медленно повернул голову.

— То, что ты только что сказала, — правда? —

Ибо полукровка, покалечившая Уитни, теперь сосредоточенно собирала ману, свирепо сверля его глазами.

— Отвечай, человек. —

—... —

— Это ты украл артефакт? —

От ее жажды убийства обычный человек не смог бы вымолвить и звука.

...Да.

Однако граф Лингард, не дрогнув ни единым мускулом лица и спокойно глядя в глаза девушке, ответил столь же бесстрастным голосом:

— Вот как. Тогда умри. —

В тот же миг воздух в пещере на мгновение остыл, и силуэт девушки-дракона исчез.

— Хрусь-клик...! —

Мгновением позже пещеру огласил отвратительный скрежещущий звук, похожий на то, как острие клинка с силой царапает камень.

— Кр-р-р-а-а-ц... —

Отрастившие жуткую длину когти девушки впились в горло графа Лингарда и принялись рвать его плоть.

— Ик! —

Увидев, как длинные когти безжалостно терзают и кромсают шею графа, Эмбер побледнела как полотно и начала пятиться назад.

— К-кровищя! —

...Мда.

— Э-э-это же... мгновенная смерть. Он никак не мог выжить... —

Даже с того расстояния, на котором находились Эмбер и Са, казалось, что у графа нет шансов выжить после такой атаки.

И неудивительно: кровь, бьющая фонтаном, уже залила весь пол пещеры.

К тому же когти девушки насквозь пробили шею графа, разрывая плоть в разные стороны.

Даже человек, абсолютно далекий от всякого боевого опыта, глядя на эту картину, ни за что не поверил бы в то, что здесь возможно выжить.

...А теперь ваша очередь. —

Превратив шею графа в кровавое месиво за считанные секунды, девушка тихонько обернулась и пробормотала ледяным голосом.

— Н-но мы... м-мы же ни в чём не виноваты! —

—... —

— Т-тот человек, которого ты только что прикончила, ведь и украл артефакт, да? Так если ты вернешь этот артефакт, это же будет хэппи-энд, н-нет? Х-ха-ха... —

Пятись дальше и бормоча это, Эмбер наконец уперлась спиной в холодную стену пещеры, замерла и состроила максимально угодливую мину.

— Кто знает. Может, вы тоже с ним в сговоре? —

— Д-да нет же. О чём ты... —

Однако на взъяренного дракона такие аргументы уже никак не могли подействовать.

— Граф Лингард был гостем, признанным самим Повелителем драконов. А молодой человек, что валяется вон там — насколько мне известно, его родной сын. Или я не права? —

— Э-э, ну... —

— Обычный дракон, может, и пропустил бы это мимо ушей, но я предпочитаю не оставлять за собой лишних хвостов. —

Слова девушки лишили Эмбер последних шансов на защиту, и та затряслась, едва не плача.

— Б-были бы у меня читы... Будь у меня имбовый предмет... Воспользовалась бы я хоть какими-нибудь консольными командами...! —

—... —

— Пораньше бы раздобыть хотя бы меч Убийцы драконов... Размахнулась бы им хоть раз, и помирать было бы не жалко... —

Девушка вполне могла бы развить ту же невероятную скорость, что и раньше, но она намеренно двигалась к Эмбер медленно, словно упиваясь нагнетаемым страхом.

—... —

Хотя, если говорить точнее, Эмбер ее в этот момент уже совершенно не волновала.

...Ха-а, ха-а.

Вместо этого всё её внимание было приковано к Са, которая тяжело дышала рядом и буравила ее яростным взглядом.

Конечно, для нынешней девушки Эмбер была не более чем букашкой, у которой не осталось ни капли боевой мощи.

Но Са... не будь та в состоянии истощения маны, она определенно доставила бы дракону немало хлопот.

Именно поэтому все чувства девушки были предельно обострены и устремлены на нее.

- Ш-ш-ш... -

Именно поэтому она и пропустила тот тихий звук, раздавшийся за спиной?

— Э-э, что? —

Зато Эмбер, смотревшая прямо на приближающуюся к ней девушку, в тот же миг вылупила глаза от изумления.

—...Ха!? —

Почти одновременно с этим запоздало сообразившая в чем дело девушка широко распахнула глаза и резко крутанулась на месте.

—... —

Неведомо какими судьбами граф Лингард стоял посреди лужи собственной крови, целехонький и невредимый.

Его шея, которой мгновение назад девушка нанесла смертельную рану, выглядела абсолютно чистой. Нет, не просто чистой — на ней не осталось даже царапины.

При этом одежда, пропитанная фонтаном крови от нанесенного удара, ледяной взгляд и бездушное выражение лица оставались прежними, что создавало жутчайший диссонанс.

- Бах-бах...! -

Едва все присутствующие в пещере ощутили этот сюрреализм, как ледяной шип, выпущенный девушкой, насквозь пронзил левый глаз графа.

— Ик... А? —

—...К-какого чёрта? —

...Ясно.

И вот теперь каждый из них воочию смог увидеть, что именно произошло в тот момент, когда девушка шла в сторону Эмбер.

- Дерг, дерг... -

Провалившийся и опустевший левый глазной сорванец графа, пронзенный ледяным шипом, прямо на глазах начал затягиваться новой плотью.

- Дзынь...! -

С поразительной скоростью отрастающая плоть вытолкнула ледяной шип из глазницы, и тот со звоном рухнул на каменный пол.

Буквально через пару секунд на месте глубокой дыры сформировался новенький глазной ярус, который тут же неторопливо уставился на девушку.

— М-мерзость... —

Таков был вердикт Эмбер, тупо уставившейся на происходящее.

Процесс восстановления действительно выглядел омерзительно, так что спорить с ней никто не стал.

...Граф Лингард. Вот почему он стяжал себе славу истинного кошмара среди черных магов.

— Что? —

— Сколько его ни убивай, он будет регенерировать снова и снова, упорно и жутко возрождаясь днями напролет, пока не прикончит врага. Оторвешь ему руку — отрастет. Ногу, сердце, голову — плевать. В этом весь его боевой стиль.

— Э-это вообще законно? —

— Разумеется, даже паладины Святой церкви на такое не способны. Но этот человек — исключение.

Только тогда девушка поняла, что Са с самого начала смотрела не на нее.

Все это время она неотрывно следила взглядом исключительно за графом Лингардом.

— Н-но... Разве он не умрет, если стереть его тело целиком? Наверное... —

— Думаешь, никому из нас не приходило это в голову?

На челе Са, ответившей Эмбер, выступила капелька холодного пота.

...Все черные маги, попытавшиеся претворить это в жизнь, мертвы.

— П-почему? —

— Всё просто. Истощение маны.

Этой короткой фразой вся подоплека ситуации была исчерпывающе обрисована.

—...Хм. —

Ибо ровно с этого момента устрашающий боевой пыл девушки начал испаряться.

—... —

Но даже теперь холодный взгляд графа по-прежнему был устремлен вперед.

—...Уитни. —

Если быть точным — на лежащего без сознания собственного сына.

----------

Прошлое

— Черт, проклятье…!

— …….

— Ах ты… присоска чертова….

Из уст девушки-дракона вместе с тяжелым дыханием вырвались проклятия.

— Да сдохни ты уже….

Ее лицо уже было до предела искажено яростью и усталостью.

— Тсс-с-с….

Любой на ее месте пришел бы в ужас, увидев, как тело графа, которое она уже больше 20 раз разрывала на куски, восстанавливается всего за несколько секунд.

— Я, я даже не надеялась… но ведь они идут почти на равных…?

— …….

— О, может быть… он даже сможет победить…?

Эмбер, с замиранием сердца наблюдавшая за происходящим, начала бормотать, глядя на них с надеждой.

— …Нет, еще рано расслабляться.

— Что?

— Чтобы победить эту девчонку, графу сейчас не хватает решающего удара.

Однако ее надежды были слегка подорваны Рыцарем смерти, который с настороженным взглядом наблюдал за графом.

— Ч-что вы имеете в виду…?

— Все просто. Граф действительно продолжает регенерировать. Наверное, он мог бы делать это хоть весь день. Но ведь он только и делает, что «регенерирует».

— …А!

— В каком-то смысле это самая пассивная защита. Говорят, что лучшая защита — это нападение, но так, просто восстанавливаясь, он не победит.

Слова Рыцаря смерти были правдой. На первый взгляд казалось, что идет равный бой, но на самом деле граф уже некоторое время просто позволял девушке себя кромсать.

— Н-но ведь его называют воплощением ужаса среди черных магов…? Может, он просто ждет удобного момента, продолжая восстанавливаться?

— Это потому, что для черных магов сама белая мана смертельна. Но даже если она полукровка-дракон, разница в силе между видами слишком велика.

Конечно, в обычных обстоятельствах нападающий первым бы выдохся или устал, но ее противник — не кто иной, как существо, в чьих жилах течет драконья кровь.

— Т-тогда… а если он будет регенерировать, пока мана не иссякнет…?

— За кого ты принимаешь драконов? Они могут спать тысячу лет, используя лишь накопленную энергию. Если дело дойдет до истощения маны, даже ему придется несладко.

Сейчас, если не считать легкого возбуждения девушки, оба не выглядели уставшими. Но если так продлится несколько дней, исход будет очевиден.

— Т-тогда… может, нам помочь…?

— Похоже, ты не видишь, что происходит прямо перед твоими глазами?

— А.

— Она дерется в форме полиморфа, а не дракона, и даже так — посмотри на это. У нас нет шансов, если мы сейчас вмешаемся.

Эмбер, которая хотела предложить помощь, поняла слова Рыцаря смерти и прикусила язык.

В данный момент граф каждые 10 секунд оказывался раздавлен магией девушки.

Естественно, если бы Эмбер, не владеющая магией, и Рыцарь смерти, истощенный по мане, вмешались, они бы просто превратились в такие же куски мяса без шанса на восстановление.

— А вы, оказывается, любите объяснять….

— …….

— Кажется, это немного не вяжется с тем образом, который у меня был.

Эмбер, до этого молчавшая, снова украдкой взглянула на Рыцаря смерти и завела разговор.

— …Раньше я это любила.

— Э? Правда?

— Но….

Именно в тот момент, когда Рыцарь смерти слегка вздрогнула, ее лицо начало медленно мрачнеть.

— Ку-ква-ква-ква…!

Раздался грохот, словно от выстрела пушки, и граф, отброшенный с невероятной скоростью, врезался в ледяную стену вдалеке.

— И-и-ик!

— …Цц.

Эмбер вскрикнула и закрыла уши, вжав голову в плечи, а Рыцарь смерти, тихо цыкнув, продолжила объяснения:

— В любом случае, эту ситуацию нельзя назвать равной. Пока у графа нет способа подавить эту девчонку, исход битвы предрешен.

— Н-не может быть…!

— Но все же странно.

Она вдруг склонила голову набок и пробормотала:

— Он не мог просто так появиться перед нами без какой-либо подготовки….

Спустя мгновение глаза Рыцаря смерти блеснули, и на ее губах появилась холодная улыбка.

— А, вот оно что.

Вскоре она указала рукой на руку девушки-дракона и заговорила:

— Посмотри на ее правую руку.

— …Что? А!

Лицо Эмбер, переведшей взгляд на руку девушки, резко просветлело.

— Рука постепенно покрывается льдом!

Сначала лед был только на правой кисти, но теперь он уже перешел запястье и распространялся дальше по руке.

— Даже полукровка не оказалась полностью свободна от клятвы прошлого Повелителя драконов. В таком случае, разговор меняется в корне.

— Е-если так пойдет… она сама себя заморозит и погибнет?

— Одной лишь грубой силой ее не одолеть. Похоже, шансы на победу все же появились.

Эмбер, которая радостно захлопала в ладоши после слов Рыцаря смерти, вдруг склонила голову и снова спросила:

— …Появились? Разве это не конец игры?

— Магия, которую могут использовать драконы, не ограничивается лишь атакующими заклинаниями с высокой мощностью.

И в этот самый момент девушка внезапно прекратила атаку и начала глубоко дышать.

— Вы, насекомые, которые продолжают плодиться, сколько бы вас ни убивали… как же вы живучи….

Она с холодным блеском в глазах уставилась на графа и снова начала собирать ману.

— Хорошо, если вас невозможно стереть с лица земли… я сделаю вас такими же, как мы….

Когда девушка подняла обе руки и призвала магический круг, Эмбер, с опозданием поняв ситуацию, вскрикнула:

— М-магия запечатывания!

— Да, магия запечатывания — это настоящий природный враг для графа.

Действительно, для существа, которое постоянно регенерирует, запечатывание было эффективным способом противодействия.

— Поскольку это заклинание изначально было разработано слабыми для борьбы с сильными, если его использует сильный против слабого, мощь гарантирована.

А уж если могущественное существо использует его против слабого, но живучего противника, эффективнее этого ничего не найти.

— Если бы только он не был белым магом.

Однако, как и сказал Рыцарь смерти, девушка кое-что упустила из виду.

— У-у-у-н….

Когда из магического круга, завершавшегося над ее головой, внезапно раздался зловещий гул, глаза девушки расширились.

— Ч-что это… почему он вдруг…

— Джи-джи-джи-джик….

— …А?

И прежде чем она успела что-то предпринять, магический круг, издававший зловещий гул, начал неистово дрожать и пошел вразнос.

— Н-не может быть…!

Девушка, изо всех сил пытавшаяся стабилизировать круг, вскоре обнаружила причину и поспешно перевела взгляд вперед.

— ᚠᛖᚱᛞᚨ ᛗᚨᚾᚾᚨᛉ ᚹᛁᛚᛃᚨ ᛋᛏᚱᛖᚾᚷᚦᚢ…….

Граф Лингард, который, как казалось, все это время хранил молчание, не сводя глаз с магического круга, продолжал что-то бормотать.

— Ч-что он делает?

— Энергия, путешествие, осознание, мудрость. Он принудительно подключается к магическому кругу, используя силу, прокладывающую путь через комбинацию рун… нет, даже если я объясню, ты не поймешь.

— Хотелось бы спросить, не игнорируете ли вы меня, но я правда не понимаю, о чем речь.

Когда Рыцарь смерти сменила тон после использования сложных терминов, Эмбер слегка поморщилась, но вскоре кивнула, соглашаясь с ней.

— Короче говоря, он влил белую ману в магический круг и принудительно его усилил.

— Что? Разве это не помощь врагу? — Правильная помощь усиливает магический круг, но если пытаться усилить его насильно, он ломается. Ведь в нем заключены тончайшая техника и магия.

Как и сказал Рыцарь смерти, магический круг был продуктом, в котором сочетались весьма сложные технологии.

И именно поэтому, если допустить вмешательство, никто не знал, что произойдет.

— А граф Лингард обладает таким мастерством в использовании белой маны подобным образом, что за ним не поспеют даже высшие чины Люмен Ордо.

— П-почему?

— Это его единственная слабость, так что он, естественно, изучил способы защиты.

— А-а….

Эмбер, которая рассеянно слушала объяснения Рыцаря смерти, почесала затылок и пробормотала:

— То есть, он взломал магический круг, как хакер…?

— Не знаю, что это значит, но не то чтобы он взломал… нет, забудь.

Хотя она пробормотала это с глуповатым выражением лица, как ни странно, с точки зрения современного человека она все поняла правильно.

Если быть точнее, это был не взлом, а скорее DDoS-атака на магический круг.

— ᚷᚨᛚᛞᚱ ᛊᛏᛃᚨᚱᚾᚨᚠᛖᚾᚷᛁ ᚱᚨᛊᚨ ᛒᚱᛁᛊᛏ….

Однако, в отличие от DDoS-атаки, требующей множества устройств, сейчас магический круг перегружал только граф.

— Ч-что он только что пробормотал…?

— Заклинание, перегрузка, бог звезд, гнев, разрушение… слишком прямолинейно, даже сказать нечего. Только руны для перегрузки магического круга.

— Т-тогда…?

— Понаблюдай молча, и поймешь, на что он целился.

И результат, как и предсказывала Рыцарь смерти, проявился через несколько секунд.

— А, а-а! Ах ты, сумасшедший…!

Девушка, пытавшаяся стабилизировать магический круг, в конце концов попыталась опустить руки, чтобы отменить заклинание, но было уже поздно.

— А-а-а-а-а!

Последствия полностью вышедшего из-под контроля магического круга обрушились прямо на девушку.

— …С того момента, как я заполучил артефакт, у тебя не было шансов на победу.

Когда девушка опустилась на колени, граф наконец начал медленно приближаться и заговорил низким голосом:

— Ч-что… что ты собираешься с нами сделать….

— Прошу прощения, но тебе не обязательно это знать.

Девушка, сжимая зубы, уставилась на графа и попыталась задать вопрос, но он лишь ответил холодным голосом:

— Мне изначально нет дела до вас, а в мире есть много вещей, которые лучше не знать….

— …П-подожди.

— Буду благодарен, если просто закроешь глаза на некоторое время.

Девушка попыталась встать, но вскоре это стало невозможным.

— Н-нет….

Оледенение, добравшееся до самого горла, наконец сковало ее уста.

— ……Фу-у.

Спустя мгновение, когда свет в глазах полностью замерзшей девушки погас, граф тихо вздохнул и медленно обернулся.

— О, о-о. Победил.

— …….

— П-поздравляю~!

В наступившей неловкой тишине Эмбер снова, обливаясь холодным потом, открыла рот, но взгляд графа оставался ледяным.

— У меня нет дел с теми, кто заключил сделку с демонами.

— Э… это что, про нас…?

— Предупреждаю в последний раз. Отступите назад.

Эмбер, которая хотела что-то спросить, под давлением ауры графа поспешно отступила.

— …….

Когда даже Рыцарь смерти, некоторое время смотревшая на графа, молча отступила, он снова двинулся вперед.

— …Наконец-то.

Он остановился прямо перед Уитни, который все это время был без сознания.

— Этот день….

И именно в тот момент, когда граф, продолжавший тихо бормотать, собирался достать что-то из-за пазухи:

— Стой.

Рыцарь смерти, отступившая назад, ледяным голосом преградила ему путь.

— Вы пытаетесь мне помешать?

— Я, я не мешала….

— У вас не должно быть причин для этого.

Граф, на мгновение замерший, проигнорировал слова перепуганной Эмбер и задал вопрос Рыцарю смерти:

— Зачем ты хочешь превратить родного сына в Короля демонов?

Рыцарь смерти ответила на этот вопрос своим:

— Это из-за мести за жену?

— …….

— Так и знала.

Взгляд графа, до этого молчавшего, на мгновение жутко блеснул.

— Отчаянная месть Герцогству Эмбергрин и Мердии Эмбергрин — вот твоя конечная цель.

Однако, как только Рыцарь смерти закончила фразу, его взгляд снова вернулся к прежнему бездушному состоянию.

----------

Прошлое (2)

Как только Рыцарь смерти закончил говорить, граф снова вернулся в прежнее состояние, его взгляд стал безжизненным.

Обычный человек на его месте в этот момент либо вспылил бы, либо начал оправдываться.

«……»

Однако граф лишь молча продолжал смотреть вперед.

— Говорят, молчание — знак согласия.

«……»

— Неужели это правда?

Эмбер, бестактно пробормотавшая это в сторону графа, внезапно широко раскрыла глаза, и на её лице отразилось замешательство.

— …Мне неприятно.

— А? Оу.

Всё потому, что граф внезапно медленно зашагал в её сторону.

— П-простите. Я… я обычно не очень сообразительна…, хе-хе…

Эмбер, обливаясь холодным потом, поспешно попыталась оправдаться, но граф, остановившись рядом с ней, заговорил очень низким, едва ли не шепчущим голосом:

— Ты выглядишь так, будто уже всё знаешь. Почему же ты с самого начала притворяешься дурочкой?

— …Что?

— Прости, но такие спектакли на меня не действуют.

Эмбер, поначалу делавшая вид, что не понимает, о чём речь, с глуповатым выражением лица, по мере того как граф продолжал говорить, начала заметно напрягаться.

— Странности на этом не заканчиваются. Ты ведь, по сути, что-то вроде союзницы Уитни, не так ли?

— Ч-что значит «что-то вроде»… Я…

— Тогда почему ты не помогла ему в недавней битве?

Бровь Эмбер слегка дёрнулась.

— Х-ха-ха. Я? У меня личные обстоятельства, сейчас я не способна использовать способности… Но если будет время, я в любой момент смогу снова стать сильной…

— …Тебе стоило бы научиться лучше лгать.

«……»

— По крайней мере, на мой взгляд, ты здесь была самой сильной.

Несмотря на это, она продолжала делать вид, что не понимает, о чём он говорит, но когда граф закончил, она с холодным выражением лица прошептала:

— Может, хватит строить из себя умника?

«……»

— Я максимально содействую твоему плану. Будь благодарен.

Их холодные взгляды на мгновение скрестились в воздухе.

— Уж эти черные маги…

— …Хватит болтать, лучше закончи то, что не успел, пока я не вмешиваюсь в твой план. В конце концов, тебе всё равно, кто здесь — черные маги, белые или серые, лишь бы план был завершён, верно?

— Теперь я вижу, что ты даже не черная магиня. Кто ты такая на самом деле?

— Ой, кажется, у тебя полно свободного времени? По моим расчётам, ситуация должна быть критической, каждая секунда на счету.

Казалось, им обоим ещё было что сказать друг другу, но, заметив, что Рыцарь смерти начал смотреть на них с подозрением, они, обменявшись ещё парой взглядов, отстранились друг от друга.

— …Рыцарь смерти.

Граф, направлявшийся к Уитни, мимоходом остановился перед Рыцарем смерти.

— Неожиданно встретить тебя в таком месте.

«……»

— В прошлый раз я думал, что окончательно покончил с тобой. И всё же, живучие же эти черные маги.

Теперь он уже открыто насмехался, но Рыцарь смерти лишь молча отвернулся.

— Да, отличное поведение. Нет ничего более отвратительного, чем черные маги, которые не знают своего места и лезут на рожон.

«……»

— Но если ты вдруг вздумаешь помешать, в этот раз я точно вырву тебе жизнь.

Казалось, из-за бесстрастного лица графа прорвалась инстинктивная жажда убийства, но, видимо, не желая дальнейших столкновений, он прошёл мимо Рыцаря смерти и двинулся дальше.

«……»

Добравшись до Уитни, он внезапно тихо блеснул глазами и начал рыться у себя за пазухой.

Обычно описание «блеснул глазами» означало, что в них появилась жизнь, но в случае с графом это было не так.

Его глаза уже давно побелели, но с самого начала и до сих пор взгляд графа оставался мёртвым.

— У-у-у-у…

На самом деле, так оно и было. Глаза графа светились не из-за перемены в настроении, а чтобы подавить силу предмета, который он достал из-за пазухи.

— Т-тот самый артефакт…!

Сзади раздался встревоженный голос Эмбер, но, видимо, осознав слова графа, она теперь звучала неловко, в отличие от того, что было слышно до этого.

— …Зелье?

Вместо этого Рыцарь смерти начал бормотать в недоумении.

— Это и есть… артефакт?

То, что граф достал из-за пазухи, не было ни статуэткой, хранящей злую силу с древних времен, ни кольцом, способным развратить любого владельца, ни пергаментом с заклинанием, разрывающим душу на семь частей.

Просто прозрачная жидкость в прозрачном флаконе.

Рыцарь смерти не мог понять, почему предмет для воскрешения Короля демонов, который драконы — законченные индивидуалисты — пытались защитить, даже собираясь в гнезде, оказался всего лишь флаконом с жидкостью.

— Э-это точно настоящий артефакт?

— …И правда.

— Странно. Никакой злой ауры не чувствуется.

— В-верно. Совсем странно.

Эмбер кивала, соглашаясь с Рыцарем смерти, но на самом деле она знала правду.

«Нет, это как раз самый злой предмет на свете».

То, что держал граф, было уникальным предметом, существующим в единственном экземпляре, настолько редким, что его не было даже в «игре», в которую она играла.

Эффект этого предмета был очень прост.

Тот, кто выпьет это зелье, сможет вспомнить «всю правду», которую забыл.

«Изначально этот предмет задумывался для использования на Мердии, но…»

Конечно, эффект зелья только в этом. В нём нет силы превращать обычного человека в Короля демонов.

Однако, если у того, кто его выпил, есть потенциал стать Королём демонов и он забыл о событии, которое могло бы послужить толчком к пробуждению, всё меняется.

Даже Мердия из оригинала, пережившая всевозможные ужасы, получив этот артефакт, пробуждается как истинный Король демонов.

«Какая ирония».

Эмбер задумчиво закрыла глаза. Действительно смешно.

Условие пробуждения для двух единственных людей, способных стать Королём демонов, оказалось одинаковым.

Хотя, это неудивительно.

Ведь это условие — воспоминания. Воспоминания, которые разделяют только они двое в этом мире.

«Действительно смешно».

Сама Мердия, став Королём демонов, вскоре сама же стирает эти воспоминания.

Впрочем, раз уж эти воспоминания превращают в Короля демонов, неудивительно, что они причиняют боль.

Сможет ли Уитни сделать так же?

Ведь, как ни крути, кажется, что его охватит не боль, а гнев.

— Ха-ха, ха…

— …Почему ты вдруг смеёшься?

— …Ха-ха, нет, ничего.

Эмбер, сама не заметив, как тихо рассмеялась, получив предупреждение от Рыцаря смерти, поправила выражение лица и почесала голову.

«Ну что, в кого ты превратишься?»

Однако она не смогла скрыть блеск в глазах, который светился совсем иначе, чем у графа.

«…Покажи мне свой финал, Уитни Лингард».

В то же время граф, откупорив флакон, начал вливать прозрачную жидкость в рот Уитни.

*****

«…Угх».

Голова раскалывается. Нет, не просто голова, кажется, что каждый нерв в теле кричит от боли.

«Б-больно».

После тех ужасных дней в прошлой жизни, такая боль была для меня в новинку. Из-за этого хотелось закричать, пуская пену изо рта, но почему-то голос не слушался.

«…О?»

Благодаря этому, промучившись некоторое время, я вдруг осознал, что могу открыть глаза, и широко распахнул их.

«Что? Где я?»

Моему взору предстал сад, который казался чем-то знакомым.

Но что-то не так. Даже пытаясь вспомнить, я не могу понять, где это. Как будто воспоминания помутились и перемешались.

«Что-то… головокружение…»

К счастью, после того как я открыл глаза, боль, словно всё тело горит, утихла.

Но внезапное помутнение воспоминаний было достаточно мучительным, даже если не таким сильным, как мгновение назад.

Словно в голове густой туман. Или как будто маленькие муравьи копошатся в мозгу.

В любом случае, меня охватило крайне неприятное чувство.

— Ха-а, ха-а…

Тяжело дыша и обхватив голову руками, я заставил себя моргать глазами, которые болели от головной боли, и снова начал оглядываться по сторонам.

— …О?

Именно в этот момент я осознал, что в этом пространстве, кроме меня, есть ещё один человек.

«……»

Передо мной был ребёнок, весь в шрамах.

Более того, лицо было мне очень хорошо знакомо. Слишком знакомо.

Но этого не может быть. Ведь я никогда не видел её в детстве…

— …!?

Долго глядя перед собой, я вдруг обернулся и снова лишился дара речи.

И в таком состоянии я начал тупо наблюдать за происходящим перед глазами.

— …Что это такое?

То, что я начал видеть, — это Юная Юная герцогиня Мердия и юный я, хотя мы точно никогда не встречались.

*****

Около 10 лет назад. Сад Герцогства Эмбергрин, выглядящий немного иначе, чем сейчас.

— Топ-топ…

Там девочка, оглядываясь по сторонам, быстро шла куда-то.

— О? Только что что-то…

— …Тсс, просто проходи мимо.

Одежда на девочке была из дорогого материала и дизайна, подобающего герцогскому роду, но на коже, которую не удалось скрыть, виднелись синяки и раны.

Однако служанки, увидев это, почему-то мрачнели и делали вид, что не замечают её.

«……»

Поняв это, девочка опустила голову и, перестав оглядываться, направилась в угол сада.

— Шурх…

Вскоре, сорвав горсть корней в углу сада, она немного помедлила, а затем поднесла их ко рту.

— Зачем она это делает…

— …Ничего не поделаешь. Герцог уже неделю запрещает ей есть. Неудивительно, если она умрёт уже завтра.

— Н-не может быть. Она ведь его родная дочь…

— Ха-а, вот именно.

Служанки, смотревшие на неё с жалостью издалека, поспешили уйти, боясь ввязаться в неприятности.

— В любом случае, нам нужно делать свою работу. Верно?

— …Верно, кстати, говорят, сегодня приезжал гость.

— А, говорят, какой-то граф. С характером герцога вряд ли он стал бы просто так встречаться. Может, они знакомы?

И наступила тишина.

— …Хнык.

Из безжизненных глаз девочки, стоящей на коленях в пустом саду, покатилась слеза.

— Дрожь…

Её испачканные землёй руки дрожали. Похоже, она как-то держалась, но, видимо, предел был неизбежен.

«……»

В тот самый момент, когда девочка, побледнев от того, что зрение начало затуманиваться, снова изо всех сил начала рыться в саду…

— …Здравствуйте?

— …!!!

Тихий голос, внезапно раздавшийся сзади, проник в уши девочки.

— …К-кто здесь!

Остолбеневшая от неожиданности девочка обернулась, настороженно глядя по сторонам, как кошка, которой наступили на хвост.

— Вы ко мне?

В поле зрения девочки предстал подозрительный мальчик, который выглядел так, что его стоило опасаться.

— Меня зовут Уитни Лингард.

Это была их первая встреча, о которой Мердия и Уитни забыли.

----------

Прошлое (3)

— Уитни Лингард?

— Да. Моё имя.

— О-о, такого дворецкого я ещё не слышала.

Услышав, как Уитни представился, юная Мердия моргнула и съёжилась, бросив на него крайне настороженный взгляд.

— Ах, я не дворецкий. Я здесь гость.

— …Гость?

— Угу. Мой отец, граф, нанёс визит в герцогство.

— Ты… дворянин?

— Разве так не заметно?

Однако, когда Уитни с улыбкой пояснил это, Мердия помрачнела, словно наконец всё поняла, и забормотала:

— А, тогда понятно. Наверное, ты поспорил с братьями, с которыми приехал сюда, на «камень-ножницы-бумага»? Ну, типа, проигравший должен заговорить со мной.

— …Моя младшая сестра сейчас дома, вообще-то?

— Т-тогда… почему ты подошёл ко мне?

Однако, стоило Уитни озадаченно склонить голову набок, как заметно растерявшаяся Мердия забегала глазами и переспросила:

— Да просто… проходил мимо сада. Смотрю, кто-то один сидит, вот и решил заговорить. Стало любопытно, знаешь ли.

— …А.

— Вроде вы не в том возрасте, чтобы играть в грязи, но что же вы здесь делаете?

Услышав этот вопрос Уитни, Мердия на мгновение замерла с приоткрытым ртом, после чего, покрывшись холодным потом, ответила, отвернувшись:

— Д-да ничего такого.

— А сами-то вы кто?

— …А?

— Я ведь представился, так что и вы должны назвать своё имя.

На последовавшие слова Уитни зрачки Мердии слегка дрогнули.

— Я… я…

Вот оно что, сегодня был день визита гостей. Отец и старший брат знали об этом, но специально ничего ей не сказали.

Смутно осознав этот факт, Мердия прикусила мелко дрожащие губы.

Подобное случалось и раньше, причём не раз. Например, её специально наказывали именно в те дни, когда в особняк приезжали гости.

К примеру, три года назад её заставили в одиночку убирать весь особняк. Она пыхтела, протирая полы в коридорах, пока гостившие в тот день молодые аристократки открыто смеялись над ней.

Четыре года назад её заставили встречать гостей наголо обритой, а год назад — в самую лютую зимнюю ночь выставили за ворота особняка, облив с ног до головы холодной водой, прямо перед прибытием кареты.

К слову, причинами этих наказаний были: опоздание к завтраку (её никто не разбудил), случайное наступание на тень отца и отсутствие поклона брату.

Как бы осторожно она ни жила, как бы ни пыталась всем угодить, нынешняя Мердия была лишь хрупким существом, способным получить наказание за столь ничтожные поводы.

— …

И это не изменилось и по сей день.

Встретить гостя из графства в тот самый момент, когда она пыталась выкопать и съесть хоть какие-то корешки, проголодав целую неделю…

Если в такой ситуации она скажет, что является юной госпожой герцогства Эмбергрин, поверит ли ей стоящий перед ней мальчик?

Нет, даже если поверит, не станет ли он насмехаться над ней, как и все остальные, кого она знала?

— …Я и сама не знаю.

— Простите?

— Я сама не знаю, кто я такая.

И всё же, несмотря на всю абсурдность ситуации, Мердия не могла заставить себя назвать себя служанкой или горничной.

Ей казалось, что в тот самый момент, когда она это произнесёт, исчезнет последнее, что до сих пор поддерживало её изнутри.

Именно поэтому, бросив столь глупый ответ, Мердия тут же пожалела о сказанном и крепко зажмурилась.

«…Лучше бы он просто прошёл мимо».

В то время Мердия ужасно боялась общения с другими людьми.

Во-первых, можно было по пальцам пересчитать случаи, когда ей доводилось нормально с кем-то поговорить, да и те редкие разговоры всегда заканчивались тем, что собеседник злился или насмехался над ней.

И из-за этого характер Мердии стал невероятно робким.

Сейчас-то она разговаривала с ним на равных лишь потому, что ей ужасно не хотелось казаться слабой перед незнакомцем, но на самом деле Мердия уже некоторое время слегка подрагивала от страха.

— Ахаха, это ещё что такое?

— …Ут.

— Ахахаха… Ну вы и забавный человек.

И как и следовало ожидать, стоило раздаться смеху мальчика, представившегося Уитни Лингардом, как лицо Мердии побледнело ещё сильнее.

— П-прости.

— …Ха-ха-ха, простите что?

— Я… я была не права. Пожалуйста, никому не говори, что я была здесь…

Наконец, даже несмотря на сильную слабость, Мердия так крепко сжала кулаки, что ногти впились в кожу, и дрожащим голосом взмолилась о прощении.

— Понятия не имею, о чём вы говорите.

— Т-ты разве не злишься?

Однако, когда Уитни вновь озадаченно склонил голову и забормотал, почесывая затылок, испуганная Мердия задала этот вопрос с крайним трепетом.

— А? Нет. Просто я никак не ожидал, что юная госпожа герцогства окажется такой весёлой особой…

— П-правда? Нет, стои…

Услышав ответ Уитни, Мердия невольно с облегчением выдохнула, как вдруг в тот же миг окаменела.

— Т-ты… ты что сейчас сказал?

— Понятия не имею, о чём вы говорите?

— Нет, перед этим…

— …Не ожидал, что юная госпожа герцогства окажется такой весёлой особой?

— Ик.

И услышав слова Уитни, Мердия против воли издала испуганный писк.

— Н-нет же!

— …?

— Я, я не госпожа.

Поспешно попытавшись оправдаться, Мердия, впрочем, звучала не слишком убедительно.

— Но ведь человек, способный носить столь роскошные одежды внутри герцогства… По крайней мере, не похож на служанку.

— …Иик.

— К тому же, на вашей броши отчетливо выбит герб герцогства Эмбергрин.

— …Ииик.

Стоило Уитни указать на это, как Мердия, продолжая выдавать испуганные звуки, торопливо поднялась на ноги.

— Д-нет же. В общем, нет!

— …Эй, погодите.

— Я, я пошла… А?

, .

— Ах…

Конечно, это было вполне предсказуемо, если попытаться резко поднять и заставить идти человека, который целую неделю питался лишь корешками.

Разумеется, падать в обморок Мердии было не привыкать, поэтому она просто закрыла глаза, надеясь лишь на то, что на этот раз обойдётся без переломов.

— …?

Однако, несмотря на то, что после закрытия глаз прошло немало времени, привычной боли в подбородке, зубах или руках почему-то не последовало.

— Ого, вы в порядке?

— …!

Приоткрыв глаза от неожиданности, Мердия лишь тогда осознала, что ее поддерживает мальчик по имени Уитни, в чьих объятиях она оказалась.

— Эй, не брыкайтесь так сильно, а то я вас уроню…

— …А, уа.

— Э, эй.

В тот самый миг Мердия, комично забарахтавшись и безвольно расслабив все тело в его объятиях, в конце концов рухнула на землю.

— Ох.

— Ик.

Вместе с державшем ее Уитни.

— …

И сад снова погрузился в тишину.

*****

Сколько же времени прошло с тех пор?

— У-у…

Схватившись за раскалывающуюся голову, Мердия открыла глаза, приподнялась и растерянно огляделась по сторонам с остекленевшим взором.

— Вы в порядке?

— …Ай!

— Ой-ой, мое ухо… Кхе.

Не успела она опомниться, как в испуге отвесила звонкую пощечину Уитни, чье лицо внезапно оказалось слишком близко к ее собственному.

— А, э. Э-эть? Ой. П-прости!

— …

— П-прости меня. Прости…

Окончательно придя в себя, Мердия с замиранием сердца осознала, что натворила, и, вся дрожа, принялась нежно поглаживать Уитни по щеке.

— А… Ха-ха.

— …Ут.

Однако стоило Уитни одарить ее холодной улыбкой, как тело Мердии вновь сковал леденящий ужас.

Хотя Уитни был еще ребенком, его лицо и тогда казалось достаточно миловидным, но при этом подозрительным и пугающим.

— Ахахахат!

— Др-р-р-рожит…

Из-за этого, когда Уитни и вовсе разразился хохотом, Мердия лишь залилась холодным потом и испуганно опустила взгляд.

— Ой, да не стоит так сильно извиняться.

— …М-м?

— Я просто засмеялся, потому что это было забавно. Ха-ха-ха…

Тем не менее, вместо того чтобы разозлиться, Уитни вновь одарил ее фирменной улыбкой глазами и легко замял инцидент.

— Как самочувствие? Все в порядке?

— …?

— Вы ведь потеряли сознание сразу же, как упали. У вас что, врожденная слабость?

Вдобавок ко всему он ещё и справился о её здоровье. Для Мердии, у которой за всю жизнь никто и никогда не спрашивал, как она себя чувствует, это был невероятно новый опыт.

— Я… я в порядке…

— О, ну и славно. Вы и правда очень интересная особа, госпожа.

— Я… я?

— Будь мы одного происхождения, было бы здорово стать друзьями…

Ошеломленно ответившая до этого Мердия вдруг широко раскрыла глаза, услышав слова Уитни.

— Д-друзьями?

— Да, у меня совсем нет друзей.

— …Почему?

— Да вот так. Стоит мне попытаться с кем-нибудь подружиться, как человек тут же сбегает.

Хотя, глядя на лицо Уитни, Мердия смутно догадывалась о причине, но предпочла промолчать.

— В любом случае, это был занятный опыт, госпожа.

— …А?

— Пожалуй, я пойду. Ну…

Тогда Мердия в панике ухватилась за рукав Уитни, который уже собирался подняться.

— С-стой!

— Да?

— Я… я согласна.

— …На что именно?

Запнувшись на мгновение, она снова задрожала всем телом и с трудом выдавила из себя:

— Д-друзья.

— …?

— Будем… друзьями.

Услышав это, Уитни слегка почесал затылок и уже куда более робким голосом произнес:

— Ха-ха, госпожа. Не мне об этом говорить, но я всего лишь никчемный и никому не нужный старший сын захудалого графства.

— …

— Вряд ли я гожусь в друзья столь благородной особе, как вы…

Однако Мердия, приняв еще более тревожный вид, вцепилась в рукав Уитни с новой силой и заговорила:

— У меня… у меня тоже нет друзей.

— …Простите?

— У меня тоже нет друзей, совсем как у тебя…

Похлопав глазами от неожиданности, Уитни вновь одарил ее улыбкой глазами и ответил:

— А вот этого я никак не ожидал.

— Т-тогда… Слушай, у тебя нет чего-нибудь поесть?

— Чего? Ахахахаха…!

В тот момент Уитни думал, что она просто шутит, но на самом деле Мердия говорила абсолютно серьезно.

В конце концов, схватиться за рукав Уитни и набраться храбрости ее заставило еще и то, что от него уже некоторое время исходил манящий аромат чего-то вкусного.

— Прошу прощения, но всё, что у меня есть сейчас — это чайные листья для подарка…

— …Дай сюда.

— Э… Ладно, допустим. Но зачем вам…?

Заметив, насколько серьёзно выражение лица Мердии, Уитни хоть и озадаченно, но протянул ей коробочку с чайными листьями, что была у него за пазухой.

— Хрусь, хрусь…

И тогда Мердия, без малейших колебаний зачерпнув горсть чайных листьев, принялась их жевать.

— …А, ахаха.

— …

— С вами точно всё в порядке?

Уитни, долгое время ошеломлённо наблюдавший за этой картиной, задал вопрос с беспокойством на лице, но Мердия, увлечённо пережёвывая чайные листья, лишь протянула руку и произнесла:

— …Дай еще.

— Ха-ха… Это всё, что у меня было.

Тогда Мердия, с сожалением отерев рот рукавом, внезапно опомнилась и, снова вскочив на ноги, торопливо заговорила:

— Ч-что же я делаю…

— Госпожа?

— З-забудь то, что было сегодня…

Оставив эти слова, Мердия стремительным шагом поспешила скрыться за пределами сада.

— Какая же она все-таки забавная…

Тогда Уитни полагал, что больше никогда не встретится с Мердией, но нити судьбы, протянувшиеся между ними в тот день, судя по всему, оказались куда прочнее, чем казалось.

— …Но всё же, зачем отец приехал сюда?

Ведь всего несколько дней спустя им предстояло вновь встретиться при самых неожиданных обстоятельствах.

----------

Прошлое (4)

Той ночью, когда состоялась первая встреча Уитни и Мердии.

— …Что ты сказала?

Сбежав из сада и запершись в своей комнате, Мердия вздрогнула, услышав слова вошедшей служанки, и переспросила дрожащим голосом.

— Господин велел вам явиться.

Мердия уже научилась по одному лишь тону голоса служанки понимать, зачем её зовет отец и в каком он сейчас настроении.

И, судя по всему, причина, по которой Герцог Эмбергрин вызвал её, была отнюдь не дружелюбной.

— …

Однако у Мердии в то время не было права отказаться от призыва Герцога.

Поэтому, молча следуя за служанкой по коридорам герцогства, Мердия невольно закусила губу и вздрогнула, когда ветер дохнул из окна.

«…Я сейчас упаду в обморок».

Даже если она тайком выкапывала и ела коренья, для растущего ребенка голодать больше недели — за гранью выносливости.

Если бы она не разжевала те чайные листья, подаренные мальчиком по имени Уитни, она бы уже давно свалилась.

В такой ситуации холодный ночной воздух, проникавший в кости идущей по коридору Мердии, причинял боль, словно её резали ножом.

— …Вам плохо?

Служанка, шедшая впереди, спросила тихим голосом, но Мердия лишь стиснула зубы и кивнула.

В герцогстве у неё не было ни одного союзника. Зная это, она не могла позволить себе показать слабость даже перед слугами.

— Леди прибыла.

— …Пусть войдет.

Сколько она так шла, превозмогая боль во всём теле? Наконец, из кабинета, куда она прибыла, донёсся голос Герцога.

— …Ух.

Как только дверь открылась, Мердия невольно поморщилась от резкого запаха виски, ударившего в нос.

Точнее, это был странный аромат, в котором смешались запах чайных листьев и виски.

Из-за специфической привычки Герцога пить горячий чай с добавлением виски, сахара и специй, в кабинете всегда стоял этот тяжелый запах.

Разумеется, это был запах, который Мердия ненавидела больше всего на свете, ведь с кабинетом у неё не было связано никаких приятных воспоминаний.

— Цц.

Конечно, она тут же изменила выражение лица, но, похоже, Герцог не упустил этот миг.

— Ты всё так же не умеешь контролировать свое лицо.

Когда раздался холодный голос Герцога, Мердия невольно съежилась.

— …Прошу прощения.

Мердия набралась смелости, чтобы заговорить, но ответа не последовало.

— …

Герцог, который с холодным выражением лица смотрел на неё, вертя в руках чашку, лишь молча поманил её пальцем к себе.

— Топ, топ…

Мердия, прекрасно понимавшая значение этого жеста, медленно подошла к Герцогу.

И в тот самый момент, когда она остановилась прямо перед ним.

— Хлесь!

Очень громкий, резкий звук, эхом разнесшийся по кабинету.

— …А, ах. У.

Мердия, получившая пощечину от Герцога, потеряла равновесие, бессильно упала и застонала.

— Кап, кап…

Это была всего лишь одна пощечина, но на её левой щеке уже красовался синяк, а из носа текла кровь.

— Говорят, ты проявила неуважение к гостю, посетившему герцогство?

— …У, у-у.

— Только сегодня в обед поступило три доклада. Похоже, ты забыла, что где бы ты ни находилась в этом особняке, за тобой следят мои глаза.

Герцог, чьё лицо не дрогнуло даже при виде её жалкого состояния, продолжил говорить с выражением глаз, в котором невозможно было узнать отцовский взгляд.

— К тому же, ты нарушила двухнедельный пост. Да еще и украла подарок гостя…

— …П-простите.

— Ха. Неужели для тебя так сложно не делать того, за что приходится извиняться?

Конечно, упреки Герцога были натянутыми. Любой знал, что если ты не сверхчеловек, то растущая девочка не сможет выдержать двухнедельный пост.

Не то что две недели, для нынешней слабой Мердии даже неделя была пределом. Поэтому выкапывание кореньев, чтобы не умереть, было вынужденной мерой.

— Ты всегда разочаровываешь меня, Мердия.

— …Хик.

— В этот раз тебе лучше крепко сжать зубы.

Однако Герцогу, который грубо схватил за подбородок сидевшую на полу Мердию, получившую удар по щеке, было наплевать на такие факты.

— Хлесь…!

Спустя мгновение по распухшей красной щеке Мердии был нанесен еще один сильный удар.

— …Ах.

Из-за этого её и без того нежная щека была окончательно изувечена, но Мердия не могла даже вскрикнуть, лишь проливала слезы.

— Похоже, ты всё-таки хорошо усвоила, что я ненавижу крики.

На самом деле причина, по которой Мердия не кричала, заключалась вовсе не в том, что она заучила предпочтения Герцога.

— …

Из-за удара по челюсти она просто не могла нормально открыть рот и не могла издать ни звука, кроме стона.

— В любом случае, перейдем к главному. Не говори потом, что забыла, слушай внимательно.

Пока Мердия тихо плакала, Герцог, отвернувшись, словно она была ему противна, отпил глоток странного напитка из чашки и начал:

— Твой жених определен.

— …!

— Для нашего рода это слишком завидная партия. Но, возможно, для тебя — в самый раз.

От этих слов Мердия, конечно же, была в шоке.

Конечно, согласно обычаям этого мира, помолвка в юном возрасте была обычным делом.

Однако Мердия была не дочерью обычного дворянина, а единственной в империи наследницей герцогского рода.

Для такой наследницы столь внезапная помолвка в возрасте десяти лет, конечно, была нечастым явлением.

— И-из какого рода…?

Мердия, с трудом пошевелив больной челюстью, задала вопрос, но тут же пожалела об этом.

— …

Потому что недовольный взгляд Герцога снова окутал всё её тело.

— …Тебе не нужно этого знать.

К счастью, на этот раз Герцог не стал бить её, а ответил голосом, в котором старался подавить раздражение.

— Тебе не нужно ничего знать, Мердия.

— …

— Ты должна быть благодарна за то, что можешь стать пешкой в моем плане. Я всегда тебя так учил.

Однако для Мердии эти слова прозвучали больнее, чем две предыдущие пощечины.

— В любом случае, готовься заранее.

— …К чему?

— К искусству соблазнения мужчин, ну, и тому подобному. Ты ведь справишься, правда?

Это были не те слова, которые должна была слышать десятилетняя девочка, у которой ещё даже не началось половое созревание.

Но Мердия знала: как бы она ни относилась к этим словам, в конечном итоге всё будет так, как хочет Герцог, поэтому ей оставалось лишь впасть в ещё большее отчаяние.

— Мердия, ты ведь с детства так любила учиться новому.

Теперь Герцог гладил Мердию по голове и мягко шептал.

— …

Когда-то она отчаянно жаждала этого прикосновения, но теперь эта теплота казалась ей лишь омерзительной.

— …Я ведь ясно учил тебя отвечать на мои слова в течение пяти секунд.

И неудивительно. Взгляд Герцога, гладящего Мердию, был далёк от отцовского; так вообще не смотрят на людей.

— Ха-а…

Когда Мердия с трудом сдерживала тошноту, подступавшую к горлу, из уст Герцога, чьё терпение подошло к концу, вырвался тихий вздох.

— Хлесь…!

А спустя мгновение по ночному герцогству снова разнесся звук сильного удара.

*****

— Ха-а, ха-а…

После кошмарного момента в кабинете, на рассвете, когда бледная луна украсила черное небо.

— …У-у.

Мердия, тяжело дыша, бежала по ночным улицам.

— Леди! Где вы!

— В-вернитесь!

— Если вы вернетесь сейчас, мы как-нибудь…!

Вслед за Мердией слуги герцогства с факелами в руках, громко крича, ускоряли шаг.

— Леди…!

— …Хух, хух.

Да. Мердия впервые в жизни сбежала из герцогства и наслаждалась свободой.

Иначе говоря, это был её первый в жизни побег из дома.

— Ах…!

Мердия, потерявшая последнюю надежду после заявления Герцога, совершила первый в жизни бунт сразу после того, как съела запоздалый ужин.

Однако, возможно, из-за того, что побег был слишком импульсивным, а Мердия ещё не оправилась от недельных наказаний, она не успела далеко уйти: споткнулась о камень и упала.

— У…

Конечно, поскольку был рассвет и царила кромешная тьма, слуги позади не сразу её обнаружили.

Но если остаться здесь, то обнаружение — лишь вопрос времени.

А если вернуться в герцогство, то даже страшно представить, что с ней сделают на этот раз.

Даже если слуги действительно сдержат слово и сделают вид, что ничего не было, ужасное будущее, которое её ждёт, от этого не изменится.

— …

Глаза Мердии, осознавшей это, начали постепенно тускнеть.

— Хнык…

Даже птица в клетке, если выберется из неё, может свободно летать в небе.

Но она была существом хуже птицы, которая, даже с трудом выбравшись из клетки, никуда не могла улететь.

Есть ли вообще смысл продолжать такую жизнь?

— …

Взгляд Мердии, плачущей с такими мыслями, внезапно упал на реку, протекавшую рядом.

Сейчас она находилась на холме, немного в стороне от герцогства.

Разумеется, высота до реки была приличной. Если она, и без того слабая, упадёт, о безопасности не могло быть и речи.

— …Если я не могу стать птицей, способной летать в небе.

Однако Мердия с помрачневшим лицом, приняв какое-то решение, начала изо всех сил ползти к краю.

— Леди!!!

— Лучше уж…

Слуги, заметившие это, бросились в погоню, подняв факелы, но в этот раз Мердия оказалась быстрее.

— …Я хочу стать хотя бы рыбой, плавающей в воде.

Слуги, добежавшие до того места, где только что была Мердия, услышали лишь звук падения хрупкого тела леди в реку под холмом.

*****

— Кх.

Сколько же времени прошло с тех пор?

— Кха, кха…

Мердия, дрожа от тяжести во всем теле, начала очень медленно открывать глаза, сухо кашляя.

— …У-ум.

Конечно, сил подняться не было, поэтому Мердия, полуоткрыв глаза и активно ими вращая, осознала, что вокруг темно, и безнадежно пробормотала.

— …Всё-таки в этом мире нет никакого рая.

— Что? Что вы сказали?

— …Хик!?

Но в тот момент, когда кто-то заговорил, Мердия, вздрогнув от испуга, невольно вскочила, словно подпитанная сверхчеловеческой силой.

— Ой, напугала.

— …А?

Она, моргая, начала тупо смотреть на человека перед собой.

— …Ха-ха.

Мальчик, которого она встретила недавно, смотрел на неё со своей фирменной коварной улыбкой.

— И правда, леди — очень интересный человек.

— А…

— …Ой? Вы снова засыпаете?

Мердия, тупо смотревшая на пещеру, полную костей неизвестных существ, раскинувшуюся за его спиной, снова потеряла сознание и обмякла на полу.

----------

Прошлое (5)

— И-и-ик!

— Ха-ха, теперь я не пугаюсь.

Когда Мердия, долгое время пролежавшая без сознания, пришла в себя и издала нелепый вскрик, Уитни, сидевший неподалеку, улыбнулся:

— Я уже немного привык к твоим реакциям, юная госпожа.

— …

— О, а вот молчание — это что-то новенькое.

Проигнорировав его, Мердия огляделась по сторонам. На этот раз она сдержалась, чтобы снова не упасть в обморок, и, обливаясь холодным потом, спросила:

— Г-где это я…?

— Хм, хочешь узнать, где мы?

Уитни ответил с лукавой улыбкой. Помедлив, Мердия поспешно затрясла головой, запинаясь:

— А… нет. Не хочу.

— А? Это неожиданно…

Впрочем, если бы кто угодно, прыгнув в реку, очнулся в пещере, полной костей, рядом со странным пугающим мальчишкой, любопытство у него пропало бы само собой.

— К-кто бы ты ни был… П-прости меня.

— Что?

— П-пожалуйста. Пощади меня.

Мердия, чье лицо побелело от подступающего ужаса, начала отчаянно умолять.

— …Ты меня не помнишь?

— Что?

— Мы же собирались стать друзьями.

Когда мальчик пробормотал это с обиженным видом, Мердия наконец осознала, что перед ней тот самый Уитни Лингард, которого она недавно встретила в саду. Ее лицо исказилось от смятения.

— Т-ты почему здесь? Нет, важнее то, что со мной случилось?

— Сначала успокойся.

— Ч-что ты со мной сделал?

Она попятилась и уставилась на Уитни с настороженным взглядом.

— Не бойся. Я не причиню тебе вреда.

— Врешь!

Уитни попытался подойти к ней, говоря максимально мягким тоном, но его специфический пугающий взгляд лишь сильнее раззадорил инстинкт самосохранения Мердии.

— Юная госпожа, там дальше только глубь пещеры.

— …А?

— Если продолжишь пятиться, упрешься в стену.

Но, как он и предсказал, Мердия, продолжая отступать, вскоре почувствовала спиной холодную стену пещеры и была вынуждена остановиться.

— А там полно пауков и летучих мышей… Ой.

— Хнык, хны-ык…

— Юная госпожа?

— У-у… У-у-у-у…

В тот же миг, почувствовав присутствие существ, которых она ненавидела больше всего на свете, Мердия опустила голову и зарыдала.

— Почему, почему только я… Почему со мной так…

— …

— Больше не хочу… Не хочу, не хочу, не хочу… Всё ненавижу!

Глядя на нее, трудно было поверить, что в будущем она станет финальным боссом, но Мердия действительно пережила слишком много испытаний для ребенка ее возраста.

К тому же, после того как она сбежала из особняка герцога, окончательно отчаявшись из-за помолвки, ее психическое состояние было далеко от нормы.

— Топ, топ…

Уитни, некоторое время молча наблюдавший за ней, осторожно сделал шаг в ее сторону.

— …Ик.

Услышав его шаги, Мердия вздрогнула, но у нее не осталось сил даже на то, чтобы остановить его, не говоря уже о том, чтобы подняться.

— …Юная госпожа.

Прошло еще немного времени. Когда шепот Уитни раздался прямо перед ней, Мердия крепко зажмурилась и стиснула зубы.

— Ты в ужасном состоянии.

— …?

— Как ты дошла до такого? Может, на тебя напали разбойники, когда ты вышла прогуляться?

Однако вместо того, чего она ожидала, до ее ушей донесся лишь обеспокоенный голос Уитни.

— Хм… Моя сила еще нестабильна, но я окажу тебе первую помощь.

Сразу после этих слов тепло окутало ее щеку.

— А…

Мердия, опешившая от тепла, которого не чувствовала уже очень давно, перевела взгляд на руку Уитни, касавшуюся ее щеки.

— Ай.

В следующее мгновение Мердия сама не поняла, как ударила Уитни по тыльной стороне ладони, оттолкнув ее.

— Н-не трогай меня!…

— Эй, так я не смогу тебя вылечить…

— Я-я сама справлюсь…!

Она зарычала, как дикая кошка, снова выпустив когти от подозрительности. Уитни, склонив голову набок, снова ответил с грустным видом:

— А если на твоем красивом личике останется шрам, что будешь делать?

— …Что?

— Ну правда. Лучше быстро обработать рану, пока не остался шрам.

Уитни снова мягко положил руку на щеку Мердии, и на этот раз она не стала его отталкивать.

— …О чем ты?

Вместо этого Мердия, долго смотревшая на него с таким видом, будто услышала несусветную глупость, переспросила:

— Я красивая?

— А? Пф-ф, ха-ха-ха-ха!

Уитни снова разразился хохотом, услышав вопрос Мердии, но она совершенно не понимала, что его так рассмешило.

— …???

Ведь для нее сегодня был первый раз, когда кто-то коснулся ее с теплотой и похвалил ее внешность.

— Вот, готово. Не идеально, но шрама не останется.

— …

— Видишь? Я же говорил, что не причиню вреда.

Уитни закончил с первой помощью и спросил с гордым видом, и Мердия, немного ослабив бдительность, снова задала вопрос:

— Почему я здесь…?

Уитни почесал затылок, а затем ответил с улыбкой:

— Я гулял недалеко от владений графа и увидел, как ты упала на берегу реки. Поэтому я принес тебя в свое безопасное убежище.

— Убежище…?

— Да, это мое тайное место. Как тебе?

Мердия, снова оглядевшись по сторонам при слове «убежище», вздрогнула и робко спросила:

— А… если не считать того, что убежище — это пещера… А эти кости?

— …Хм. В мире есть истины, которые лучше не знать.

— А, угу.

— Шучу. Это просто ингредиенты для черной магии, которые конфисковал отец.

Уитни, казалось, хотел ее успокоить, но Мердия, услышав про черную магию, широко раскрыла глаза и переспросила:

— Э-это не опасно…?

— Не волнуйся. Очистка уже завершена.

— К-как это возможно? Если только ты не рыцарь Святого Королевства или белый маг…

— Ха-ха. Мой отец, конечно, белый маг, но и я тоже.

После этого объяснения Уитни глаза Мердии сузились.

— …Ты?

— Не знаю, почему ты смотришь на меня так, будто я на него не похож?

— Н-нет. Ничего…

Мердия поспешно сменила тему, когда Уитни снова обиделся, но в ее глазах все еще оставались сомнения.

Однако она не могла отрицать один факт.

— Значит… это ты меня спас?

— Аха-ха… Не нужно таких громких слов.

Когда она спросила, чтобы убедиться, Уитни ответил с ясной улыбкой, будто это было само собой разумеющееся.

— Мы же друзья?

Выражение лица Мердии снова стало ошарашенным.

— …Друзья.

— Да, друзья.

Хотя на этот раз его рука не касалась ее щеки, Мердия почувствовала, как в ее холодное тело проникает тепло, и тихо опустила голову.

— О, ты снова плачешь?

— …Хлюп.

— …Ты правда плачешь?

Прошло еще немного времени.

— …пасибо.

— Что?

Из уст Мердии, опустившей голову и всхлипывавшей, донесся тихий голос.

— Сп-спа…

— Гурчание…

— …А.

Но в тот же миг ее смелое признание было заглушено звуком, донесшимся из ее живота.

— Ха-ха, ну…

— …

— Похоже, нам пора сменить место.

Уитни, смущенно глядя на Мердию, которая снова опустила голову с «мертвыми» глазами, поднялся с места.

— Ну, тогда…

Через несколько минут Мердия, все еще опустив голову с «мертвыми» глазами, была у Уитни на спине и впервые в жизни направлялась не в особняк герцога, а в другой дом.

— …О, а ты тяжелее, чем кажешься.

— …

— Ай-яй-яй-яй. Шучу, шучу.

*****

Несколько часов спустя. Владения Лингард.

— Я, я правда могу здесь остаться…?

— Да, родители дали особое разрешение.

— Н-но…

Мердия, укрывшаяся одеялом на кровати в свободной комнате особняка, спросила тихим голосом, поглядывая на улыбающегося Уитни.

— Не стоит так беспокоиться, юная госпожа.

— …!

Она застыла под одеялом, когда внезапно услышала мягкий женский голос.

— Фу-фу, не нужно так настораживаться. Я не причиню тебе вреда.

Женщина зрелого возраста, чья внешность, особенно взгляд, была очень похожа на Уитни Лингарда.

Это была графиня Лингард, которая с такой же улыбкой, как у ее сына, заговорила с Мердией.

— Пожалуйста, чувствуй себя в особняке как дома. Пока ты здесь, можешь делать что угодно.

— …

— А, ну, кроме убийства людей. Фу-фу-фу…

Мердия, не поняв, шутка это или правда, в замешательстве покосилась на Уитни, но тот лишь улыбался точно так же, как его мать.

«…Эти люди, они точно в порядке?»

Такая мысль внезапно пришла в голову Мердии, но она тут же покачала головой, отгоняя ее.

Если бы она задержалась хоть на день, то умерла бы от голода.

Но благодаря графине, которая, несмотря на предрассветный час, приготовила ей питательный суп, она избежала опасности.

И после этого она не могла позволить себе сомневаться в них только из-за их внешности.

— Ха-ха, конечно, людей убивать нельзя.

— Угу, а то потом с уборкой проблемы.

Конечно, слушая разговор матери и сына, она не могла не испытывать смутных сомнений.

— Я поняла, что у вас, юная госпожа, есть особые обстоятельства.

— А…

— Но ничего страшного. У всех есть свои секреты, правда?

Графиня улыбнулась и задала вопрос, и Мердия, широко открыв глаза, натянула одеяло до самого носа и робко ответила:

— …Да.

— О, не нужно со мной на «вы». Наоборот, я бы хотела, чтобы ты обращалась ко мне на «ты».

Графиня, наблюдавшая за ней с видом, будто она очень милая, произнесла это мягким голосом и поднялась с места.

— В любом случае, ты устала, так что поспи, а потом поговорим.

— …

— Тогда спокойной ночи.

Она взяла Уитни за руку и вышла из комнаты, а затем внезапно пробормотала тихим голосом:

— Уитни, ты иди поговори с отцом.

— …Ха-ха. Я тоже немного сонный.

В тот момент, пусть и на мгновение, Мердия своими глазами увидела кое-что.

— …Вау.

Слегка приоткрытые глаза графини, сияющие, словно драгоценные камни.

— Красиво…

Мердия, ошарашенно глядевшая на это, тихо перевела взгляд на окно.

— По сравнению с этим, я…

В окне отражалось ее лицо, осунувшееся от долгих издевательств, и обычные желтые глаза, потускневшие от длительного недоедания.

----------

Прошлое (6)

— Уитни.

— …А.

— Нам нужно поговорить.

Уитни, вышедший из комнаты Мердии вместе с матерью, застыл на месте, поймав на себе ледяной взгляд ожидавшего его графа Лингарда.

— Я сейчас немного сонный, так что, если можно, завтра…

— Уитни Лингард.

— …Ха-ха.

Уитни было попытался, оглянувшись, поспешно направиться в сторону своей комнаты, но под строгим тоном отца сдался и, сложив руки, покорно замер.

— Объяснись, что ты сегодня натворил.

— Ну… о чем именно вы?

— Не прикидывайся дурачком. Говори как есть.

Граф допрашивал сына довольно холодным тоном.

— …

— Ха-а… в кого ты только такой уродился. Боже.

Однако, видя, что Уитни лишь безмятежно улыбается, граф тяжело вздохнул и начал допрос снова.

— Почему ты похитил юную герцогиню?

— Э, это не похищение. Я просто гулял в окрестностях владений Лингард и случайно нашел её у реки — она была без сознания…

— Тогда почему есть следы того, что карета нашего графства тайно направлялась на восток?

— Это…

Сначала Уитни бодро улыбался, делая вид, что ничего не знает, но, видимо, ему не хватило опыта, и под непрекращающимся давлением отца на его лбу выступил холодный пот.

— Ты думал, я не узнаю, что ты в одиночку пробрался в герцогство, которое находится далеко от наших земель?

— …

— Мало того, ты вывез оттуда юную герцогиню. Это дело может перерасти в серьезную проблему. Если герцог Эмбергрин хоть что-то узнает…

Граф, схватившись за ноющую голову, продолжил говорить серьезным тоном.

— Юную герцогиню там истязали.

— …

Услышав наконец серьезные слова Уитни, граф нахмурился и выглядел озадаченным.

— Когда я встретил её впервые, она была в состоянии крайнего эмоционального расстройства, и, несмотря на жаркую погоду, была с ног до головы закутана в одежду, но даже так на её лодыжках и тыльных сторонах ладоней были синяки и раны…

— И что с того?

Однако граф, вернувшись к холодному выражению лица, уставился на Уитни и продолжил:

— Методы воспитания в герцогских семьях неизбежно бывают суровыми. Из-за такой ерунды…

— Когда я зашел в сад, она выкапывала и ела корни травы.

— …

— Служанки видели это, но просто стояли в стороне. Я не мог просто смотреть на это и ничего не делать.

Услышав объяснение Уитни, граф снова замолчал, выглядя ошеломленным.

— Впрочем, заниматься подобным мусором — в твоем духе… совсем не изменился со времен Академии…

Пробормотав это так тихо, что никто не мог услышать, он покачал головой, глубоко вздохнул и заговорил:

— …И все же, это не твое дело.

— Ха-ха… но ведь именно отец учил меня не мириться с несправедливостью?

— Довольно!

Но так как Уитни не уступал, граф наконец повысил голос и рявкнул:

— Как бы то ни было, это было слишком безрассудно. Если в герцогстве начнут расследование, мы не сможем это уладить!

Уитни, на которого обрушился гнев отца, понуро замолчал.

— Фу-фу, дорогой.

— …?

— Тогда просто сделаем так, чтобы в герцогстве ничего не узнали.

Графиня Лингард, которая до этого молча слушала разговор, вмешалась, одарив всех улыбкой, в которой было в несколько раз больше опыта, чем у сына.

— Но разве это вообще возможно?

— …Глубоко закапывать неприятные вещи — это моя специализация, разве нет?

— Нет, ну почему ты говоришь это в таком тоне…!

— Хватит, может, доверишь это дело мне?

Граф, который сначала повышал голос, как и на Уитни, увидев прищуренные глаза жены, осекся.

— Ха-а…

Он снова вздохнул, схватившись за голову, которая начала болеть еще сильнее, и украдкой поднял взгляд.

— Я всегда следовал твоему мнению, но в этот раз…

— Даже если нас раскроют, есть пространство для переговоров.

Как только он робко начал говорить, мягкий голос графини перекрыл его слова.

— Герцог Эмбергрин у меня в долгу… кхе-кхе, кхе-кхе!

— …А, нет, дорогая!

— Кхе-кхе, кхе-кхе, кхе-кхе… о-ох…

Граф, слушавший её с пустым взглядом, в испуге вскочил с места, увидев, что жена внезапно начала кашлять.

— Эй, есть кто-нибудь? Немедленно позовите врача…!

— …Нет, ничего особенного, не поднимай лишнего шума.

Однако графиня жестом остановила его.

— Но если состояние ухудшится…

— Я же сказала, что всё в порядке. Похоже, это просто от стресса.

Услышав её мягкий голос, граф в оцепенении опустился на место, вытер со лба холодный пот и издал вздох, который был уже не пойми каким по счету.

— Фу-у…

Через некоторое время граф наконец закрыл глаза и заговорил:

— …Делай как знаешь.

— Смотри, не забирай свои слова обратно.

— Ну вот…

Граф, косо взглянув на жену, которая ответила радостной улыбкой, встал и, пошатываясь, вышел из коридора.

— Матушка, вы в порядке?

— Фу-фу-фу…

— Матушка?

Уитни, который до этого момента осторожничал, наклонил голову, глядя на мать, внезапно разразившуюся смехом.

— Как тебе моя игра? Уитни.

— Что?

— Это привилегия слабого здоровья. Когда случаются такие неприятные ситуации, достаточно просто сильно закашляться и сплюнуть кровь, и всё само собой уладится.

Уитни, услышав слова матери, в которых было не разобрать, шутка это или правда, неловко улыбнулся и пробормотал:

— Матушка, вы такая забавная…

— …Правда? Фу-фу.

Графиня, с интересом наблюдавшая за ним, внезапно поднесла руку к губам и, еще сильнее прищурив свои и без того узкие глаза, зашептала:

— Кстати, я и не знала, что наш Уитни уже стал таким взрослым.

— Что?

— Да, как я добилась твоего отца, так и ты, если встретил свою судьбу, должен добиться её любыми средствами.

Её взгляд внезапно стал темным, как смоль.

— …Любыми средствами, понимаешь?

— Не могли бы вы не говорить это с такой пугающей улыбкой? И это не то, о чем вы думаете, просто мне было скучно, и тут случилось кое-что интересное…

— …Кстати, я рассказывала тебе, как вышла замуж за твоего отца?

— Ха-ха… не особо хочется слушать.

Графиня, снова пробормотав что-то непонятное, погладила Уитни по голове и пошла дальше.

— Тогда спокойной ночи. Чтобы стать достойным мужчиной для своей судьбы, пора бы уже поспать.

— Это совсем не то, о чем вы думаете. Я просто сделал это от скуки…

— М-м, конечно. Мама всё понимает.

Вскоре в коридоре воцарилась тишина.

— …

В этой тишине дверь комнаты Мердии слегка приоткрылась.

— Говорил, что случайно нашел во время прогулки…

Мердия украдкой подглядывала в щель двери за удаляющимся Уитни, который держал мать за руку.

— …Лжец.

*****

Примерно через неделю после того, как Мердия осталась в особняке Лингард.

— Юная герцогиня, доброе утро?

— …Опять ты.

— Ха-ха, почему это в последнее время у вас такой колючий тон?

Мердия, только что вставшая с кровати и сонная от солнечного света, падающего из окна, открыла дверь почти одновременно с тем, как Уитни постучал, и, косо взглянув на него, ответила резким тоном:

— С чего ты взял, что можешь обсуждать мой тон?

— …М-м, неужели?

— Если понял, исправься.

Уитни почесал затылок, а затем, холодно улыбнувшись, пробормотал:

— …Такая герцогиня мне нравилась меньше, чем прежняя.

— А, э…?

Мердия, вздрогнувшая от такого холодного ответа, забегала глазами и, не зная, что делать, заговорила:

— Э, слушай…

— …

— Ну, то есть… э-э…

Но слова застряли у неё в горле, и после долгих колебаний она, пустив каплю холодного пота, решилась на отчаянный шаг:

— Мо, может, мне снова попробовать чайные листья…?

— …Пфф.

Уитни, который в тот же миг рассмеялся, вернулся к своему обычному лукавому выражению лица и начал разговор:

— Шутки в сторону, перейдем к делу.

— Э, это была шутка?

— Вы ведь уже неделю здесь, верно?

Мердия, ошарашенно отреагировавшая на эти слова, видимо, почувствовала что-то в словах Уитни, поспешно встала с кровати и направилась к нему.

— …По, подожди!

— …Ах.

Когда она быстро схватила его за руку и начала всхлипывать, Уитни заметно занервничал и начал пятиться назад.

— П, прости. Я не буду вести себя властно. Только не проси меня уходить.

— …?

— На самом деле, это отец велел мне так делать. Сказал, что с ровесниками нужно вести себя именно так…

— …

— В-в любом случае, я буду вести себя хорошо. По-позволь мне остаться еще на неделю… нет, хотя бы на день…

Уитни, который из-за того, что Мердия прижалась слишком близко, не мог даже сказать, как обычно, что это забавно, и, обливаясь потом, с трудом восстановил самообладание и заговорил:

— Я вовсе не собирался вас выгонять.

— П, правда?

— Вы целую неделю просидели взаперти, не хотите ли подышать свежим воздухом?

Мердия, которая было успокоилась, снова пробормотала с тревогой:

— Я, я, я… мне нравится в комнате.

— …Что?

— Если смотреть в окно, можно увидеть птиц. И служанок, работающих в саду… и облака причудливой формы…

— …

— И… снаружи опасно…

Сразу после этих слов лицо Мердии начало бледнеть.

— …Е, если я выйду наружу и меня найдет кто-то, кто меня знает.

— Об этом не беспокойтесь. Наши служанки, рискуя жизнью, замаскируют вас.

Уитни щелкнул пальцами, и через открытую дверь в комнату вошли служанки с кучей косметики.

— Ведь так, девочки?

— …Ик.

— Девочки?

— Да, да… конечно…

Почему-то лица служанок выглядели заплаканными, но, должно быть, Мердии это показалось.

— По, подожди. Подожди!

— Да? Что такое?

— Ку, куда мы идем?

В любом случае, когда ситуация с выходом на улицу стала почти решенной, Мердия снова забегала глазами, поспешно схватила Уитни за руку и повысила голос:

— М-м, кто знает…?

— …«Кто знает»?

— Было бы неплохо, если бы это было тихое место, где мало людей.

Уитни, видимо, снова решил подшутить и зашептал низким голосом:

— Не, не хочу в подвал или тюрьму.

— Что?

— И в подземный ход для захоронений не хочу. Там полно насекомых…

Однако его лицо слегка исказилось, когда Мердия добавила еще больше подробностей.

— …Это не такое место.

— Ах.

— Что ж, если пойдете за мной, вам наверняка понравится.

Когда он взял её за руку и сделал шаг, Мердия вздрогнула от испуга и пробормотала:

— Слушай… ты же сказал, что меня замаскируют.

— …А.

И наступила короткая тишина.

— …

В этой тишине они быстро отпустили руки и отвернулись, но в комнате уже некоторое время витала странная атмосфера.

*****

Тем временем, в герцогстве Эмбергрин, расположенном недалеко от графства Лингард.

— Герцог. У меня есть доклад.

— …

— …Местонахождение юной герцогини установлено.

Герцог, только что вошедший в кабинет, поднял голову и холодным тоном начал говорить:

— …Продолжай.

----------

Прошлое (7)

— Ну как? Как тебе снаружи?

— О-о-о…

Закончив с маскировкой, над которой кропотливо трудились служанки, Мердия села в ожидавшую снаружи карету графа и принялась с любопытством озираться по сторонам, широко распахнув глаза.

— Пусть она немного неказиста, но всё же довольно неплоха, правда? Родители недавно решились и купили её…

— Я никогда не видела такой маленькой кареты.

— Простите?

— Не… не из-за меня ли, чтобы не раскрыть мою личность, вы специально нашли такую карету? Тебе… тебе не нужно было так стараться…

Опешив от её слов, прозвучавших с опаской, Уитни некоторое время молча смотрел на Мердию, а затем, смущённо отведя взгляд, отвернулся.

— Да… это сущие пустяки.

— С-спасибо.

Мердия тихо склонила голову в знак благодарности после его спокойного ответа.

— …

В карете вновь повисла странная атмосфера.

— На… на улице жарко.

— …Согласен.

Оба, словно по команде, распахнули окна кареты и уставились наружу.

— Скрип…

В этот самый момент карета медленно тронулась с места.

— О-о-о…

Мердия, впитывая взглядом пейзаж, который начал медленно проплывать мимо, восторженно засияла.

— Ха-ха, вы ведёте себя так, будто за всю жизнь почти не выходили из дома?

— Да.

— Что? Правда?

Уитни, который с улыбкой наблюдал за ней и задал этот вопрос в шутку, слегка растерялся от её спокойного тона и переспросил.

— За всю жизнь я выходила за пределы герцогства всего три раза. Когда брат дебютировал в высшем свете, когда всю семью пригласили на императорский бал. И когда сбежала из дома несколько дней назад.

— А…

— Ну, и в карете, глядя вот так на улицу, я тоже еду впервые.

С каждым словом Мердии на лбу Уитни выступало всё больше холодного пота.

— В каретах, на которых я ездила, окна обычно были заколочены.

— …Вот как?

— И я ни разу не ехала туда, куда хотела сама.

Мердия продолжала говорить невозмутимо, а затем искоса взглянула на Уитни.

— …Так легко и беззаботно я выхожу на улицу впервые.

Уитни, украдкой вытиравший пот, услышав это, медленно перевёл взгляд на Мердию.

— Ты сможешь отвезти меня туда, куда я хочу?

— Гм.

— О, нет. Я не пытаюсь придираться. Просто…

И именно в тот момент, когда Мердия полностью повернулась и их взгляды встретились…

— Бабах!

Карета внезапно тряхнулась и накренилась, словно колесо попало в выбоину на неровной дороге.

— Ах!

— Ой.

Сразу после этого, подчиняясь законам инерции, Мердия, сидевшая до этого смирно, вскрикнула и подалась вперёд.

— …

Мердия, которая от испуга крепко зажмурилась, вместо боли ощутила знакомое тепло, которое чувствовала совсем недавно, и осторожно открыла глаза.

— Раны едва зажили, а вы чуть снова не поранились.

— …А.

Уитни, который успел подхватить её до того, как она ударилась о пол, с облегчённой улыбкой продолжал говорить:

— …В общем, возвращаясь к тому, о чём мы говорили, вы точно не будете разочарованы.

— …

— Это место, где мои родители были на свидании… нет, в общем, не переживайте.

Мердия, слушавшая его в оцепенении, внезапно заёрзала и пробормотала едва слышным голосом:

— Э-э, послушай…

— Что такое?

— По… пожалуйста, отстранись.

Уитни, только сейчас осознавший, что они сидят слишком близко, поспешно отстранился и отодвинулся назад.

— …Прошу прощения.

— …

— …Я не имел в виду ничего такого.

— Хватит, я поняла, замолчи!

Так, в странной атмосфере, которая за сегодня возникала уже не раз, карета спешно направлялась к столице империи.

*****

На самом деле Мердия не возлагала больших надежд на эту прогулку.

Слишком рано она осознала, что чем больше ожидаешь, тем больнее бывает разочарование.

— Э-это…

— …Может, это тоже покажется вам недостаточно изысканным?

— Н-нет, дело не в этом…

Однако в первом же месте, куда они пришли с Уитни, Мердия впервые подумала, что, возможно, стоит позволить себе немного помечтать.

— …Это преступление.

— Что?

— То, что еда такая вкусная — это преступление…

Кусочек торта, который Уитни заказал в кафе, первом месте их остановки. Как только он оказался у неё во рту, Мердия не смогла устоять.

— Нет, неужели в герцогстве… а.

— …

— …Прошу прощения.

Конечно, Мердия — единственная дочь герцога в империи. Разумеется, в Герцогстве Эмбергрин не могло быть такого, чтобы они не могли купить один кусочек торта.

Иными словами, это означало, что герцог Эмбергрин ни разу не покупал своей дочери даже такого простого десерта.

— А? Что ты сказала?

— …Ничего. Приятного аппетита.

Уитни, который по реакции Мердии смутно догадался о причине, решил промолчать, а Мердия, набив рот тортом, склонила голову набок и снова уткнулась в тарелку.

— Ой-ой, госпожа, кажется, тарелку облизывать не обязательно.

— …Но ведь жалко. И брат говорил, что это правила этикета во время еды.

— Ха-а… Я просто закажу ещё один.

Уитни, поспешно остановив её, когда она начала облизывать тарелку, забрал её и сказал:

— П-правда…?

— Да, ну, это несложно.

— Ты… ты богат?

Мердия внезапно округлила глаза и задала Уитни совершенно неожиданный вопрос.

— Я старший сын в семье графа, но никогда не считал себя богачом…

— Если я когда-нибудь выйду замуж, то хочу, чтобы мой муж был богатым.

— Что?

Уитни, который чесал затылок, отвечая на вопрос, замер от её слов.

— Такие вкусные вещи наверняка стоят очень-очень дорого. Если муж будет богатым, он сможет покупать мне их сколько угодно.

— А…

Уитни, тихо достав кошелёк, где хранил карманные деньги, и порывшись в нём, с серьёзным видом сказал:

— Я не богат, но тортов могу покупать вам сколько угодно.

— Что это значит?

— А, нет, я не то имел в виду…

— Шучу. Мне неважно, богат ты или нет.

В этот момент Мердия, слегка приподняв уголки губ, самоуверенно заявила:

— Потому что, когда я вырасту, я сама стану богатой.

— …Богатой?

— Раз уж я ушла из герцогства, я скрою свою личность, займусь бизнесом и разбогатею. А потом выкуплю всё герцогство.

Это звучало как нелепая, даже абсурдная детская мечта, которая могла прийти в голову только ребёнку.

— Ну как тебе моя мечта?

Однако Уитни, наблюдавший за Мердией в последнее время, почувствовал одно.

Глаза Мердии, когда она говорила об этом, действительно сияли.

Это было совсем не похоже на ту Мердию с потухшим взглядом и безнадёжным выражением лица, которую он видел раньше.

— …Это замечательная мечта.

— Правда? Правда? Замечательная, да?

— Да, это очень замечательная мечта.

Уитни не стал указывать на реалистичные проблемы, а просто поддержал её, и глаза Мердии засияли ещё ярче.

— В общем, когда я разбогатею, я сама буду покупать тебе торты.

— Ха-ха, спасибо.

— …Поэтому закажи мне сейчас ещё один.

— Что? А-ха-ха-ха…

Когда она снова с робким видом начала озираться, Уитни рассмеялся и жестом подозвал официанта, чтобы сделать дополнительный заказ.

— В общем, сегодня было очень весело.

— …?

— Даже если мы расстанемся сегодня, я обязательно запомню этот момент.

Мердия, смотревшая на него в оцепенении, пробормотала с явным сожалением.

— Что ты такое говоришь?

— Э-э, что?

— Ты думаешь, я предложил вам прогулку только ради того, чтобы привести вас сюда?

— А… разве нет?

Мердия, смущённая его смешливым тоном, переспросила.

— Наша прогулка только начинается.

— …

— Впереди ещё много интересного, так что, пожалуйста, наслаждайтесь.

Мердия на мгновение просияла, но тут же вздрогнула, и её лицо медленно помрачнело.

— …Послушай.

— Да?

— Ты, зачем ты вообще…

Она замялась, а затем, став серьёзной, уже собиралась задать вопрос тихим голосом, как вдруг…

— Ваш заказ, торт готов.

— А, спасибо.

Уитни, внимательно слушавший её, отвлёкся, когда официантка принесла торт.

— О, какая милая гостья.

— …Ха-ха.

— Приятного вам времяпрепровождения.

Уитни улыбнулся официантке и снова повернулся к Мердии.

— Так что вы только что хотели сказать?

— …

— Госпожа?

Но выражение лица Мердии стало холодным, и Уитни в растерянности начал следить за её реакцией.

— …Ничего.

— …?

— Забудь. Я же сказала, ничего.

Однако из-за ледяного тона Мердии Уитни начал беспокоиться и пытаться понять её настроение.

— Что опять не так?

— Н-не лезь ко мне с расспросами.

— Мы так долго планировали эту прогулку, нельзя же, чтобы вы были в плохом настроении…

Когда он настойчиво спросил причину, Мердия, которая всё это время хмурилась, наконец пробормотала:

— …Когда ты гуляешь со мной, сосредоточься на мне.

— Что? Я же с самого начала сосредоточен на вас…

— Ха-а…

Уитни не уловил сути, и Мердия, глубоко вздохнув и слегка покраснев, пробормотала тихим голосом:

— Дурак.

— …???

Уитни, так и не поняв причины её слов, в недоумении склонил голову.

*****

— Хм.

— Госпожа, не знаю, что я сделал не так, но перестаньте злиться.

— …Ц.

Спустя несколько минут Мердия и Уитни вышли из кафе и, идя рядом по улице, продолжили разговор.

— …Так куда мы теперь?

— Мы идём туда.

— Что, туда…

Мердия, проследив взглядом за пальцем Уитни, указывающим на следующее место, внезапно округлила глаза и покраснела.

— П-подожди.

— Что теперь не так?

— Ты, ты… с ума сошёл? Я, я несовершеннолетняя.

Глядя на возвышающуюся гостиницу, Мердия поспешно подошла к Уитни и, подняв на него глаза, повысила голос.

— Что? Я тоже несовершеннолетний.

— Т-так в этом же и проблема, разве нет?

— В чём именно?

— Э-это…

Уитни хлопал глазами, совершенно не понимая, в чём дело. Мердия закусила губу и пробормотала еле слышно:

— Я… я не готова морально…

— …Разве покупка одежды требует такой моральной подготовки?

— А…?

Она снова подняла голову, услышав слова Уитни.

— …А.

Присмотревшись, она увидела, что перед высокой гостиницей находится бутик, полный людей.

— Т-точно. Кажется, я немного ошиблась.

— …В чём именно?

— З-замолчи.

После этого небольшого недоразумения они, продолжая перебрасываться колкостями, направились в бутик.

— …

Даже не подозревая, что кто-то идёт по их следам.

----------

Прошлое (8)

— Хм-м.

— Ну как вам, юная герцогиня?

Войдя вместе с Уитни в бутик, Мердия неспешно огляделась, а затем, выпятив губу, пробормотала:

— Ничего особенного, если честно…

— А… вот как?

— Нет, я не хочу сказать, что мне не нравится маршрут, который ты выбрал.

Заметив, как помрачнел Уитни, Мердия поспешила оправдаться:

— Просто в герцогстве меня всегда хорошо одевали.

— А, точно.

— Мой наряд был единственным, что хоть как-то напоминало о моем статусе герцогини. Нет, если быть точной, это было единственное, что у меня было.

И правда, когда Уитни впервые встретил её, она выглядела как настоящая юная герцогиня.

— Ну, хоть это радует…

— Но когда меня наказывали, всё было иначе. Бывало, я целую неделю ходила в форме служанки.

— …

— И в таком виде подавала чай гостям, пришедшим в поместье. Впрочем, это случалось не раз и не два.

Мердия произнесла это так, будто речь шла о пустяке, но выражение лица Уитни снова стало странным.

— В общем, я хотела сказать… не нужно тратить силы и покупать мне такие дорогие вещи.

— Вот как?

— Я сыта по горло подобными нарядами, и, честно говоря, не питаю к ним теплых чувств. Каждый раз, надевая их, я вспоминаю, что являюсь частью герцогского рода, от которого не могу сбежать.

Мердия бросила косой взгляд на Уитни и произнесла это довольно серьезным тоном.

— Эй, ты меня слушаешь? Зачем ты достал кошелек?

— …

— Если хочешь стать богатым, нужно с детства приучать себя экономить. Не трать деньги на такие вещи, лучше откладывай…

— Юная герцогиня, прошу прощения.

Но не успела Мердия закончить, как Уитни с улыбкой перебил её:

— Разве я говорил, что собираюсь покупать вам такие вещи?

— Э-э…?

— Кажется, я не произносил ничего подобного.

Услышав это, Мердия на мгновение растерялась, а затем, покрывшись холодным потом, начала нервно перебирать пальцами.

— А… ну, это так. Прости.

— …

— Наверное, я сама себе напридумывала. Не бери в голову.

Она опустила голову и извинилась дрожащим голосом.

— Пф-ф.

— …?

— Проводя с вами время в последнее время, я начинаю понимать, каков ваш истинный характер.

Уитни, который украдкой наблюдал за ней, усмехнулся и заговорил:

— Мой истинный характер?

— Просто у меня не было возможности его увидеть, кажется, он немного подавлен… Ладно, идите за мной.

— О-о-о?

Уитни внезапно взял Мердию за руку и зашагал вперед.

— …

Мердия на мгновение округлила глаза, но вместо того чтобы вырвать руку, она снова опустила голову и послушно пошла следом за Уитни.

— И… где мы?

— Это отдел для простолюдинов. Недавно открывшаяся зона в бутике.

Пройдя некоторое расстояние, Мердия, чьи щеки слегка порозовели, оказалась в совершенно неожиданном месте и снова принялась озираться по сторонам с широко открытыми глазами.

— В бутике продают такую простую одежду…?

— Даже если человек не дворянин, это не значит, что он бедняк. Одежду здесь могут позволить себе и простолюдины, если поднакопят денег.

Услышав пояснение Уитни, она с невинным видом задала вопрос:

— А разве все простолюдины не оборванцы?

— …Кто вам такое сказал?

— …Отец.

— Ха-ха… Забудьте об этом.

Уитни слегка нахмурился, вздохнул и сменил тему:

— В общем, я с самого начала хотел купить вам именно эту одежду.

— …А? Ты же сказал, что не будешь ничего покупать?

— Ха-ха-ха… Если бы я не собирался ничего покупать, я бы не привел вас сюда.

Мердия смерила его взглядом, полным подозрения, но его глаза были прищурены настолько, что она не могла понять, смотрит он на неё или нет, и в итоге сама сдалась.

— Ну, выбирайте.

— Даж-даже если ты просишь выбрать…

— Подумайте о том, что вы выбираете одежду, которую никогда раньше не носили.

Когда Мердия отвела взгляд, Уитни предложил ей самой выбрать наряд.

— Здесь только скромная и простая одежда, никакой вычурности и фальши…

— Именно это нам и нужно, юная герцогиня.

— …Да, очень просто.

Мердия, осматривавшая одежду, как он и просил, коснулась платья без каких-либо украшений, висевшего в самом начале, и пробормотала:

— Может, если бы я носила такую одежду и гуляла по улицам, держась за руки с родителями, я могла бы стать обычной девочкой?

— …

— …Хе-хе, забавно.

Затем Мердия тихо улыбнулась.

— Да, это мне нравится.

— Тогда я выберу то, что рядом.

— …А?

Как только она выбрала понравившееся платье, Уитни, словно только этого и ждал, взял вещь, висевшую рядом.

— В этом отделе одежда для простолюдинов продается комплектами для мужчин и женщин. Как вам? Если присмотреться, дизайн довольно похож, не находите?

— …

— Ну что, наденем эту одежду и снова пройдемся по улицам? Разве не будет весело?

Когда он произнес это с сияющим лицом, Мердия на мгновение застыла, глядя на него.

— Это… как будто… очень…

— …Да?

— …Будет весело.

Мердия хотела сказать, что это похоже на парные наряды, но вместо этого пробормотала что-то невнятное и снова опустила голову.

— О, маленькие леди и джентльмены.

В этот момент к ним внезапно подошла сотрудница бутика.

— Вас интересует эта одежда?

— А, да. Мы собираемся купить эти два комплекта… Ой?

Уитни, который с улыбкой отвечал сотруднице, внезапно почувствовал резкую боль в боку и невольно вскрикнул.

— …

Неизвестно почему, но Мердия смотрела на него очень свирепо.

— Судя по одежде, вы не похожи на простолюдинов… Да и по возрасту не похоже, что вы на свидании…

— …

— Может, вы брат и сестра?

Сотрудница, внимательно изучив их, с любопытством спросила.

— Д-да, верно. Мы брат и сестра… Ай-яй-яй.

— О, я так и знала!

Уитни, который солгал, чтобы не раскрыть личность Мердии, снова получил удар ногой, но сотрудница, хлопнув в ладоши, просияла:

— Тогда я провожу вас обоих в одну примерочную!

— Хорошо… Постойте, что?

Уитни, усомнившись в том, что услышал, переспросил:

— Сейчас все примерочные заняты знатными дамами, осталась только одна, самая маленькая. Ну, вы же брат и сестра, так что всё в порядке, верно?

— Э-э, послушайте…

— П-подождите.

Уитни и Мердия, наконец поняв, к чему клонит сотрудница, попытались возразить, но та уже подталкивала их в спину к примерочной.

— Тогда позовите меня, когда переоденетесь!

Дверь примерочной захлопнулась сразу после бодрого прощания сотрудницы.

— Хик.

— Ух.

В полной темноте они попытались пошевелиться, но, коснувшись друг друга, вздрогнули и прижались к противоположным стенам.

— Н-но… по крайней мере, здесь ничего не видно.

— Ой, я же свет не включила! Простите!

Но вскоре извинения сотрудницы снаружи сменились ярким светом, залившим примерочную.

— …Эй.

В наступившей тишине зловещий голос Мердии проник в уши отвернувшегося Уитни.

— Если обернешься… убью.

— …Понял.

Уитни, который без промедления ответил и остался стоять спиной, вдруг почесал затылок и спросил:

— Послушайте, юная герцогиня.

— …Чего?

— Вы ведь тоже не обернетесь, правда?

— …Ты с ума сошел?

— Ха-ха… Шучу.

Однако их обещание было нарушено меньше чем через минуту.

— …Хм-м.

Не будем называть имен, но кто-то нарушил обещание и украдкой обернулся.

— …Неплохо.

— Что?

— Ничего.

*****

— Ха-ха, кажется, всё могло закончиться довольно неловко…

— …

— Кстати, юная герцогиня, почему вы с самого утра такая?

Спустя несколько минут Уитни и Мердия, переодетые в одежду простолюдинов, вышли из бутика и зашагали по улице.

— Вы случайно не заболели?

— Н-не смей трогать меня без разрешения.

— А, прошу прощения. У вас лицо такое красное, я подумал, у вас жар.

— …Не бери в голову.

Вместе с Мердией, чье лицо было сильно покрасневшим, Уитни гулял по городу, и после этого они испытали еще много всего.

— Э-это еще что? Еда не может быть такой вкусной, это преступление…

— …Это куриный шашлык. Продается в уличной лавке.

— О, это тоже выглядит вкусно.

— Ой, юная герцогиня, это еще даже не прожарилось… Юная герцогиня!?

Например, они посещали уличные ларьки и пробовали еду.

— …С-странно. В этом стаканчике точно была монета.

— Понимаете, юная герцогиня? Подобные азартные игры — это почти всегда мошенничество. Вам ни в коем случае нельзя в них участвовать.

— …Я всё здесь разнесу.

— Что? Ой, подождите…!

Или Уитни изо всех сил пытался отговорить Мердию от драки с уличным шулером.

— Если бросить монету в этот фонтан, желание исполнится?

— Да, есть такое поверье… Ой, юная герцогиня!

— Значит, чем больше бросишь, тем больше желаний исполнится. Очень логично.

А еще благодаря Мердии, которая высыпала все монеты из кошелька Уитни в фонтан желаний на площади, им пришлось загадывать желания больше десяти минут.

— Уже вечер…

— …И правда.

— В любом случае, сегодня было очень весело. Я обязательно сохраню это воспоминание…

Закончив со всеми развлечениями, Мердия посмотрела на небо, которое начало окрашиваться в закатные тона, и пробормотала с легким сожалением.

— Юная герцогиня, это еще не всё.

— Е-есть что-то еще…?

Уитни, глядя на неё, усмехнулся и сказал:

— Да, я знал, что вам будет жаль расставаться, поэтому забронировал кое-что.

— …Забронировал?

Мердия склонила голову набок, и Уитни с уверенным видом начал объяснять:

— Юная герцогиня, вы любите театр?

— …Театр?

— Да, это место, где актеры разыгрывают старые истории или легенды.

Мердия на мгновение застыла, а затем ответила с невинным видом:

— Я не знаю, что это.

— …Что?

— Я не знаю никаких старых историй или легенд.

Услышав это, Уитни оказался в затруднительном положении.

— …Но мне кажется, будет весело посмотреть его с тобой.

Уитни вздрогнул от её ответа, произнесенного с сияющей улыбкой.

— Так где это? Куда нам идти?

— Туда, юная герцогиня.

— Хорошо, пошли.

Они зашагали в сторону театра, и в какой-то момент их руки естественным образом переплелись.

— …

Они даже не подозревали, что кто-то всё еще идет за ними по пятам.

----------

Признание прошлого

— Э-э, где это мы?

— Это место называется VIP-ложа.

— Т-то есть... и что здесь делают?

— Это отдельное пространство только для нас двоих.

Как только они вошли в театр, Мердия, которую сотрудники проводили на самый верхний ярус, с беспокойством спросила Уитни, стоявшего рядом с легкой улыбкой.

— Э-это, наверное, безумно дорого, да?

— Нет, вовсе нет. Цена не такая уж и обременительная.

Хотя он так сказал, на самом деле Уитни солгал. Он только что спустил все свои сбережения, которые кропотливо копил, получая карманные деньги в течение целого года.

— Н-не стоит так напрягаться ради меня...

— Ха-ха... Я вовсе не напрягался. Впрочем, посмотри вперед. Разве не впечатляет?

Мердия, которая продолжала смотреть на Уитни с обеспокоенным выражением лица, лишь после этих слов опустила взгляд вниз.

— О-о-о...

Вскоре из её уст вырвался возглас восхищения.

—...Отсюда всё как на ладони.

— Правда же?

— Но что теперь будет происходить там, внизу?

— Ха-ха, подожди и сама всё увидишь.

Уитни с уверенным видом отвечал на вопрос Мердии, которая рассеянно смотрела вниз.

— Ой.

В этот самый момент в театре разом погас свет, и всё погрузилось в кромешную тьму.

— Не пугайся. Кажется, спектакль начинается.

— Э-э, у-у...

— Госпожа Мердия?

Уитни, который пытался успокоить её с улыбкой, заметил, что реакция Мердии стала странной, и перевел взгляд в сторону.

— Э-э, а-а... А-а-а-а...

— Ох, вот это да.

Мердия, обхватившая голову руками, была на грани панической атаки.

— Госпожа Мердия...

— Я... я виновата...

—...

Уитни, осторожно протянувший к ней руку, услышал, что Мердия пробормотала про себя, и тихо закусил губу.

— Вы ни в чем не виноваты.

—...!

— Виноваты лишь те проклятые члены герцогского рода.

И в следующее мгновение Уитни очень медленно заключил дрожащую Мердию в объятия.

— Сейчас вам тяжело, но нельзя вечно оставаться запертой в прошлом.

—...

— Важны настоящее и будущее. Только двигаясь вперед, можно добиться возмездия.

От его шепота дрожь Мердии постепенно утихла.

—...Я, я поняла...

— Ну что, отстранимся?

Вскоре Мердия, немного придя в себя, снова начала что-то бормотать себе под нос, и Уитни, разомкнув объятия, начал слегка отстраняться.

—...Нет.

— О.

— Останься так.

Однако на этот раз Мердия сама протянула руки и обхватила Уитни за спину.

— Еще немного... побудь так.

—...Н-но спектакль же начался.

—...

— А-а-ха-ха... Госпожа Мердия?

В итоге они по-настоящему сосредоточились на спектакле только после того, как завершился первый акт.

*****

—...

—...

Спектакль, который Уитни так амбициозно подготовил, подошел к концу, и на город опустилась непроглядная тьма.

— Г-госпожа Мердия.

—...А? Э-э, да.

— Спектакль... понравился?

— Э-э, да. Очень понравился.

Мердия, которая молча шла по улице, опустив голову, неловким голосом поспешно ответила на вопрос Уитни.

— Каковы были впечатления?

— Б-было тепло.

—...Вообще-то, спектакль, который мы сегодня смотрели, был о Снежной деве с Восточного континента.

— А.

Услышав замечание Уитни, Мердия забегала глазами и снова опустила голову.

—...

Они долго шли в тишине, пока внезапно оба не остановились.

— Уитни.

— Госпожа Мердия.

Они позвали друг друга, но тут же отвели взгляды, чувствуя неловкость.

— Г-говори ты первый.

— А-а, нет. Госпожа Мердия, вы...

— Т-ты же сказал, что ты первый!

—...В-вы же сами меня позвали?

— Ха-а...

В результате небольшого спора первой заговорила Мердия, тяжело вздохнув.

— В-в общем... на этом сегодняшняя прогулка заканчивается, да?

—...

— Н-ночь уже такая темная... Даже в столице империи ходить по таким темным улицам опасно...

Она выразила свое сожаление, которое было куда слабее, чем раньше, и вопросительно посмотрела на Уитни.

—...На самом деле, остался еще один пункт программы.

— Что?

Однако Уитни, к удивлению, улыбнулся и снова приятно «предал» ожидания Мердии.

— А, если вы устали, можем вернуться прямо сейчас...

— Н-нет! Пошли скорее!

Мердия, у которой от удивления округлились глаза, быстро схватила Уитни за руку и решительно зашагала вперед.

— Разве можно так тащить меня, даже не зная, куда мы идем?

— Т-тогда иди быстрее впереди!

—...Я же сказал, не толкайтесь.

Однако, услышав замечание Уитни, Мердия тут же зашла ему за спину и начала подталкивать его.

—...Кстати, слушай.

— Да?

Мердия, которая продолжала идти, вдруг склонила голову набок и спросила:

— Что ты хотел сказать? Уитни?

— А...

Уитни на мгновение нахмурился, колеблясь, а затем прищурился и улыбнулся.

— Это секрет.

— Ч-что?

— Расскажу чуть позже.

— Э-это нечестно!

Мердия, возмущенная таким нелепым ответом, широко открыла глаза и повысила голос.

— Тс-с... Тише.

— Уп?

— Нельзя так громко кричать.

Уитни прикрыл ей рот рукой и прошептал, понизив голос, отчего лицо Мердии залилось краской смущения.

—...П-почему?

— Место, куда мы сейчас направляемся, очень секретное.

— А...?

После объяснения Уитни Мердия на мгновение замерла на месте.

—...П-понятно.

—...?

— Х-хорошо, я буду тише.

Она немного помялась, а затем кивнула.

— Шурх...

Затем она внезапно слегка ухватилась за рукав Уитни.

— Если это ты, то я не против...

—...Ха-ха, правда?

Уитни, в котором проснулось озорство, еще тише спросил её:

— Ты правда не против, куда бы я тебя ни повел?

—...Ух.

— Вдруг я обману тебя и отведу в странное место... Ай!

Мердия, державшаяся за рукав, слегка нахмурилась и ущипнула его за руку, так что Уитни не смог договорить и замолчал.

—...Я же сказала, если это ты, то я не против.

—...А?

— Просто веди уже...

К этому моменту даже дурак понял бы, какие чувства Мердия испытывает к Уитни.

Мердия с самого рождения была заперта в герцогском поместье, не зная ни капли счастья.

Было вполне очевидно, что такая несчастная девушка почувствует к тому, кто впервые в жизни подарил ей свободу.

Конечно, поскольку и Мердия, и Уитни были еще совсем детьми, кто-то мог бы назвать это просто детскими играми.

—...

Однако узы судьбы обычно завязываются именно так.

Хотя, конечно, важно и то, что на уме у самого Уитни, чьи истинные намерения до сих пор оставались загадкой.

—...Тогда идем.

—...Угу.

В этой странной атмосфере они направились к последнему пункту назначения.

—...Хм?

— Что, что случилось?

Уитни, почувствовав что-то неладное, обернулся, но, ничего не обнаружив, лишь пожал плечами и пошел дальше.

— Нет... кажется, просто показалось...

Если бы Уитни тогда что-то заподозрил, судьба мира могла бы сложиться совсем иначе.

*****

— Это...?

— Ну, как тебе?

Мердия, дошедшая до цели, держась за рукав Уитни, застыла, глядя на открывшийся перед ней пейзаж.

—...Это же просто обычный холм.

Уитни действительно привел её на обычный холм недалеко от площади, в котором не было ровным счетом ничего особенного.

— Ха-ха, а чего ты ожидала?

—...

— Если ты подумала о чем-то странном... Ай!

Уитни, который продолжал дразнить её, получил отпор — она наступила ему на ногу, и он замолчал.

— Госпожа Мердия, вы, оказывается, тяжелее, чем кажетесь...

— Жестокий...

Уитни, который хотел продолжить шутить, почувствовал неладное и начал осторожно наблюдать за реакцией Мердии.

— Я... я была готова ко всему.

—...

— Кто ты такой? Уитни Лингард? Какова твоя цель?

Мердия, у которой на глазах выступили слезы, дрожа всем телом, сверлила Уитни взглядом.

— Послушайте... госпожа Мердия.

— Замолчи! Шумно!

—...Нет, дело не в этом.

— Дурак! Дурак, дурак, дурак, дурак, дурак...

— Давай сначала успокоимся...

Люди, которые редко злятся, в гневе бывают страшны. Успокоить Мердию, которая дошла до точки кипения, было невероятно сложно.

— Идиот! Мусор! Бесполезный неудачник! Как насекомое... нет, как тварь!

Самым печальным было то, что слова, которые начала выкрикивать Мердия в порыве гнева...

— Умри! Сдохни! Отброс! Даже если тебя выбросят на помойку, будет мало...

Проницательный человек сразу бы понял, что всё это — слова, которые Мердия сама постоянно слышала в свой адрес.

— Ха-а, ха-а...

Прошло некоторое время. Мердия, наконец успокоившись, вытерла слезы и снова заговорила:

— Уитни Лингард.

—...Да.

— Я задам тот вопрос, который хотела задать в театре. Почему ты... почему ты так добр ко мне?

В отличие от её первоначального напора, голос Мердии заметно дрожал.

Она явно держала этот вопрос в себе, но не решалась спросить, и лишь в порыве гнева наконец выплеснула его.

—...

— Отвечай!

Уитни молчал, и Мердия снова повысила голос.

— Оп.

—...!?

В этот момент Уитни, вместо ответа, просто взял и лег на землю.

— Ну же, госпожа Мердия. Ложитесь рядом.

— С-сначала ответь на мой вопрос...!

— Я же сказал, просто ложитесь.

Мердия, смотревшая на его поступок с недоумением, вздрогнула от серьезного тона Уитни и ответила:

—...А, ладно. Раз надо, лягу.

Она поняла, что слишком сильно разозлилась, но отступать было уже поздно.

—...

Однако гордость не позволяла ей извиниться, поэтому Мердия, немного помедлив, надула губы и легла на землю.

— Шурх, шурх...

Никто бы не заметил, как Мердия, лежа на земле, совсем чуть-чуть пододвинулась к Уитни.

—...Ну, и что теперь?

— Ха-ха. Просто посмотри на небо.

— И что мне это небо...

Она легла рядом с Уитни, послушалась его и невольно подняла взгляд ввысь.

— О-о-о...

Сразу после этого из уст Мердии вырвался вздох.

—...Красиво.

На небе над холмом сияло множество прекрасных звезд.

— Госпожа Мердия.

—...А?

— Вот мой ответ.

Мердия, до этого завороженно смотревшая на небо, повернулась к Уитни.

—...

Её глаза тут же расширились, словно у испуганного кролика.

— Ха-ха...

Уитни с довольно смущённым видом протянул ей грубоватое кольцо, которое, по всей видимости, смастерил сам.

----------

Побег

— Ч-что это?

— …….

— Что это такое…?

Мердия, которая некоторое время ошеломленно смотрела на протянутое Уитни кольцо, задала вопрос дрожащим голосом.

— Как думаешь, что это?

— …….

— Ой, неужели ты даже не знаешь, что это…?

Уитни, задавший этот вопрос с игривым выражением лица, вдруг спохватился, осознав, что Мердия действительно может этого не знать.

— Похоже на… кольцо.

— …К счастью. Значит, ты знаешь, что это такое?

— К-как я могу не знать?

К счастью для Уитни, Мердия прекрасно знала, что это такое.

— Но ведь… такие дарят, когда делают предложение.

— Да.

— Н-но тогда почему ты даешь его мне?

Однако именно поэтому Мердия еще меньше понимала, зачем Уитни протягивает ей эту вещь.

В конце концов, обычно такие вещи дарят люди, которые долго встречаются или помолвлены, не так ли?

И почему, ну почему этот мальчик вручает ей предмет с таким огромным значением?

— Э-это что, какая-то детская игра?

— …….

— Или… у этого есть какой-то другой смысл?

В голове Мердии пронеслись тысячи мыслей, но она изо всех сил старалась сохранить самообладание.

Если ожидания слишком велики, то и риск предательства возрастает.

Даже если Уитни часто вел себя как взрослый, он все еще был ребенком, и в таких вещах мог быть наивен.

Например, он мог считать это кольцо просто сувениром на память об этом дне….

— Если будешь спрашивать дальше, я начну стесняться….

Мердия, которая пыталась так рассуждать, внезапно округлила глаза от несколько скованного тона Уитни.

— Но раз уж так вышло, нужно прояснить всё до конца, верно?

— …….

— Поэтому я отвечу на твой предыдущий вопрос.

Мердия сглотнула и начала внимательно слушать Уитни.

— Хм… «Почему я так хорошо к тебе отношусь», кажется, так?

— Д-да.

— Ха-ха… разве это не очевидно?

Уитни, глядя прямо на неё, тихо рассмеялся. Его ответ не обманул робких ожиданий Мердии.

— Я влюбился в тебя с первого взгляда.

— ……!?

— Это мой ответ, госпожа.

Услышав ответ Уитни, Мердия замерла, на мгновение даже перестав дышать.

— …П-почему?

— ……?

— Почему такую, как я?

Затем из ее уст вырвался этот полный боли вопрос, продиктованный искренним любопытством.

— Потому что ты красивая?

— Не лги. Такая, как я, не может быть красивой.

— Но это правда.

— Т-тогда… почему отец и брат называли меня уродкой?

Улыбка на лице Уитни слегка дрогнула, когда он услышал эти слова.

— Теперь ты можешь забыть об этих словах.

— П-подожди. Я так запуталась.

— Госпожа, у меня уже рука затекла. Можно я её опущу?

— А? О? Н-но так нельзя….

Увидев, что рука Уитни, протягивающая кольцо, начала дрожать, Мердия, напротив, засуетилась и начала оглядываться.

— Е-если я не возьму его сразу, это не будет считаться отказом?

— …….

— П-подожди… то есть… дай мне время подумать….

Уитни, который смотрел на это с легкой усмешкой, опустил руку с расстроенным видом.

— Ну, тогда… ничего не поделаешь.

— А! Постой….

Мердия, покрывшись холодным потом, поспешно бросилась в сторону и в последний момент перехватила его руку, прежде чем та коснулась земли.

— …….

И наступила короткая тишина.

— …Ха-ха, это была просто шутка.

— …….

— Госпожа? На всякий случай спрошу: в этот раз ты не будешь меня щипать?

Мердия, которая в спешке бросилась к лежащему Уитни и оказалась сверху, закусила губу и снова опустила голову. Уитни, съежившись, задал свой вопрос.

— …….

— Госпожа?

Но так как Мердия, сидевшая на нем, молчала, Уитни начал с тревогой наблюдать за ней.

— У меня уже дыхание перехватывает….

Уитни хотел отпустить шутку, чтобы разрядить неловкую обстановку, но, основываясь на прошлом опыте, знал: если он скажет что-то вроде «ты неожиданно тяжелая», всё может пойти прахом.

— …М-м-м.

В итоге Уитни оставил Мердию сидеть на себе и начал беспокойно оглядываться, не идет ли кто мимо.

— ……А.

Затем, снова переведя взгляд вперед, он с некоторым опозданием понял, почему Мердия всё это время молчала.

— Чуть быстрее….

— …….

— Мог бы догадаться чуть быстрее… дурак.

Мердия, сидевшая на Уитни, уже надела кольцо на палец.

— Ты потому ничего не видишь, что вечно так глаза таращишь.

— Не ожидал, что ты так внезапно ударишь по моим комплексам.

— …П-прости.

Кстати, кольцо было надето на безымянный палец левой руки.

— Н-но.

— …Да?

— Ч-что мне делать дальше?

В этой ситуации Мердия наконец подняла голову и с раскрасневшимся лицом задала вопрос Уитни.

— Я, я не знаю. Такого….

— …….

— Поэтому, знаешь… я думаю, теперь ты должен нести за это ответственность….

Лицо Уитни, услышавшего это, тоже слегка покраснело.

— …Говоря это, почему ты всё ближе придвигаешь лицо?

— Н-не знаю. Наверное, потому что устала….

— Правда?

— З-замолчи….

Их лица полностью соприкоснулись, и на холме воцарилась долгая тишина.

— …Пфф.

В этой тишине Мердия слегка отстранилась и, внезапно улыбнувшись, заговорила:

— Знаешь, ты… вопреки своей внешности, неожиданно….

Однако договорить она не успела.

— …Действительно, просто нет слов.

Именно в этот момент позади них раздался ледяной голос.

— Сбежать из герцогства, чтобы заниматься лишь такими детскими играми?

— ……!!!

И это был самый ужасный голос в мире, который Мердия сейчас меньше всего хотела слышать.

*****

— А, а-а….

— …….

— …Отец.

Мердия поспешно слезла с Уитни и, охваченная ужасом, начала дрожать, не смея даже оглянуться.

— Ты думала, я тебя не найду?

— …У, у-у.

— Где бы ты ни была, если ты в пределах империи, я найду тебя за неделю. Даже если уедешь за её пределы, найти тебя будет несложно.

Голос герцога Эмбергрин продолжал проникать в уши Мердии.

— Ну, что ж. Подростки склонны к бунтарству.

— …….

— Но я великодушен, поэтому был готов закрыть глаза на подобное один раз.

Мердия, молча слушавшая его слова, медленно повернула голову, когда Герцог продолжил говорить.

— Но… в такой ситуации всё меняется.

— Ч-что это значит….

— Ты понимаешь, насколько упала твоя рыночная стоимость после этого поступка?

Герцог, наконец представший перед ней, смотрел на неё с холодным выражением лица, в котором не было ни капли отцовской любви, и излучал жажду убийства.

— Ха. Из невинной девочки, не знавшей внешнего мира, ты превратилась в обычную распутную девицу, каких пруд пруди.

— …….

— В таком случае первоначальный план осуществить не удастся. К сожалению, эту помолвку придется отменить.

Герцог, нахмурившись и покачав головой, сверкнул глазами и задал вопрос жалко стоявшей Мердии:

— Но тогда как ты собираешься возместить ущерб от этого дела?

— ……!?

— Если ты член герцогского рода, подумай сама. Ущерб должен быть возмещен….

Разумеется, Мердия не могла ничего ответить. В конце концов, у десятилетней девочки не было возможности возместить ущерб от того странного плана, о котором говорил Герцог.

— Госпожа, встаньте за мою спину.

— …Хм?

Уитни, который с тревогой наблюдал за совершенно ошеломленной Мердией, внезапно потянул её за собой.

— Ха, ха-ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха!

— Ик….

— Какое совпадение.

Герцог, который прищурившись наблюдал за этой сценой, внезапно разразился хохотом и с лукавой улыбкой начал говорить:

— Да, Мердия. Теперь я вижу, что тебе не нужно ничего возмещать.

Лицо Мердии, которая поначалу не понимала слов герцога, постепенно стало белее мела.

— Я как раз был вынужден принудить род графа Лингард к определенной сделке.

— …Что?

— Из-за этого никчемного графа Лингард. У меня были большие проблемы, но всё разрешилось само собой.

Хотя она не поняла всего до конца, Мердия подсознательно осознала:

мальчик рядом с ней, Уитни Лингард, попал в сети её отца, которого она ненавидела всей душой.

— Хорошо. Тогда, во-первых, нужно захватить этого мальчишку.

— ……!

— Даже если это граф Лингард, взяв в заложники его старшего сына, он будет вынужден принять мои условия. Отлично, просто отлично.

Эта мысль, озвученная герцогом, стала реальностью и обрушилась на Мердию.

— Ха-ха-ха-ха… Мердия. Настанет день, когда и ты поможешь мне.

— …….

— Какая милая девочка. Хорошо, в этот раз я сделаю вид, что ничего не было.

Герцог, больше не скрывая своих черных намерений, направился к Мердии и Уитни.

— Так что лучше не делай глупостей.

— У, у-у….

— Если я сказал это, ты должна понимать ситуацию. Что ты там стоишь? Иди к отцу.

Тем временем Мердия, оглядываясь по сторонам, нашла одну маленькую надежду.

«…Вокруг никого нет, кроме отца».

Её расчетливый отец, который обычно приводил с собой рыцарей, сегодня почему-то был один.

— Моя милая дочь. Еще не поздно.

— …У-Уитни. Слушай внимательно, что я сейчас скажу.

Осознав это, Мердия, игнорируя мерзкий голос, доносящийся спереди, начала шептать Уитни на ухо:

— Я сосчитаю до трех, хватай меня за руку и беги. Понял?

— Госпожа, но….

— Слушай меня!

Но когда Уитни попытался возразить, Мердия, выглядевшая встревоженной, поспешно повысила голос.

— Если тебя здесь поймают… это конец! Ты не знаешь, что с тобой сделают!

— Госпожа, я в порядке….

— …Замолчи! Даже если на этом моя жизнь закончится, я тебя не отдам!

Выражение лица Мердии было решительнее, чем когда-либо. Трудно было поверить, что это та самая девочка с потухшими глазами, которую Уитни встретил в первый раз.

— Я больше не буду сидеть в клетке. Потому что я встретила тебя.

Сказав это, Мердия взяла Уитни за руку и начала отсчет.

— Один.

— Госпожа…….

— Два.

— …Ха-ха.

— Три! Бежим!

Она наконец сцепила пальцы с рукой Уитни и изо всех сил бросилась в лес, в сторону, противоположную той, где стоял герцог.

— …Всё-таки Мердия. Я так и знал.

Герцог, даже не пытавшийся их преследовать, с довольной улыбкой пробормотал:

— До самого конца всё идет так, как я задумал.

Сказав это, он снова рассмеялся и повернул назад.

— Ха-ха, а-ха-ха-ха-ха!

----------

Пробуждение

— Ха-а, ха-а…

— Ох, о-о… Ай!

Мердия, продолжавшая бежать, держа Уитни за руку, почувствовала боль от хлестнувшей по лицу ветки, нахмурилась и вскрикнула.

— Юная герцогиня, вы в порядке…?

— Я, я в порядке. Просто беги!

— …

Однако она лишь крепче сжала руку Уитни, стиснула зубы и снова бросилась вперед.

— …Юная герцогиня, думаю, больше нет нужды так себя изматывать.

— Н-но…

— Погони не слышно. Если мы продолжим так бежать, то можем пораниться, а это будет куда хуже.

Услышав слова Уитни, Мердия наконец остановилась и с тревогой оглянулась назад.

— …А.

Действительно, как и сказал Уитни, звуков преследования не было.

— О-о нет.

Но, осознав это, Мердия лишь сильнее задрожала от страха.

— Это что, неужели…?

— Юная герцогиня, что с вами…?

— …Отряд преследования Рыцарского ордена Эмбергрин.

Уитни сначала недоуменно склонил голову, но вскоре понял смысл её слов.

— Пак…!

Не прошло и секунды, как в ствол дерева прямо рядом с ними вонзилась стрела.

— Ух…!

К счастью, никто не пострадал, так как Мердия успела дернуть Уитни и спрятать его за дерево.

— Нет, откуда вдруг взялась стрела…?

— …Нас уже окружили.

— Что?

— Вот почему за отцом не было погони…

Но на этом удача закончилась. В поле зрения прячущихся за деревом Уитни и Мердии со всех сторон вспыхнули факелы.

— Они с самого начала знали, что мы побежим сюда, и устроили засаду…

— …

— О-о нет. Так не пойдет. Нам не выбраться…

Мердия всю жизнь провела в герцогстве Эмбергрин и прекрасно знала, насколько сильны приспешники герцога.

Она понимала, что им с Уитни, всего лишь детям, не прорвать это кольцо окружения.

— …Уитни, слушай меня внимательно.

— …Да.

Постояв некоторое время в оцепенении, Мердия заговорила с решительным выражением лица.

— Здесь наши пути расходятся.

— Что?

— Я стану приманкой, а ты беги.

Между ними повисла короткая тишина.

— Я как-нибудь договорюсь с отцом. Если встану на колени и буду умолять… ты сможешь как-то выкрутиться.

— Что за нелепость…

— Слушай меня! Уитни Лингард!

Уитни хотел что-то возразить, но Мердия перебила его решительным тоном.

— Мы не можем позволить схватить нас обоих, это худший сценарий.

— Тогда позвольте мне сдаться вместо вас.

— Ты с ума сошел? Если схватят тебя, всё кончено. Я хотя бы кровная родственница и юная герцогиня, а с тобой даже разговаривать не станут.

Спорить с доводами Мердии было трудно.

Даже если Уитни выйдет и сдастся, это лишь поможет им достичь своей цели.

Уитни умом понимал, что если выйдет Мердия, у них будет хоть какой-то шанс на переговоры.

— Но…

Однако мир не всегда подчиняется логике.

— …У меня такое чувство, что если мы сейчас расстанемся, то больше никогда не увидимся.

Сказав это, Уитни попытался еще крепче сжать руку Мердии, но…

— …Ик.

— Ах!

В этот момент Мердия, собрав последние силы, вырвала свою руку из руки Уитни.

— Что бы ни случилось в будущем, я обязательно буду помнить о тебе.

— Юная герцогиня!

— Даже если мы расстанемся сегодня, это не отменит того, что ты подарил мне кольцо, верно?

Оставив эти слова, Мердия начала отходить вперед, избегая попыток Уитни схватить её.

— И я же говорила. Я обязательно вырасту и приберу герцогство к рукам.

— …

— Так что тогда я приду за тобой. Обязательно приду…

И тут случилось то, чего ни Мердия, ни Уитни не могли предвидеть.

— Пат…!

В плечо Уитни, который вышел вперед, чтобы поймать Мердию, полетела стрела отряда преследования, выжидавшего удобного момента.

— …!

В глазах Мердии, стоявшей впереди, эта сцена начала разворачиваться невероятно медленно.

— А…

Если бы они остались стоять на месте, стрела бы неминуемо попала в Уитни.

— …Нет!

Решение, которое приняла Мердия в этой ситуации, оказалось неожиданным для всех присутствующих.

— Юная герцогиня!

— …А-а!

Когда стрела вонзилась в спину Мердии, бросившейся на защиту Уитни, в погруженном во тьму лесу воцарилась глубокая тишина.

*****

— Юная герцогиня…?

Уитни, ошеломленно смотревший на обмякшую Мердию со стрелой в спине, начал её отчаянно трясти.

— Юная герцогиня, вы в порядке?

— …

— Юная герцогиня…!

Конечно, она не могла быть в порядке. Шансы на то, что хрупкая девушка выживет после попадания стрелы в спину, стремились к нулю.

Уитни тоже это понимал, но у него была причина продолжать попытки.

— А…

Мердия, лежавшая в его объятиях, тихо стонала и извивалась.

Именно в этот момент в голове Уитни, которая уже была готова сдаться, забрезжил крошечный лучик надежды.

Может, стрела прошла по касательной? Или Мердия, предвидя такое, подложила что-то под одежду?

— …Кха.

Но эта надежда угасла, когда жизнь в глазах Мердии начала меркнуть, а из её рта потекла струйка крови.

— А…

Уитни, снова покрывшись холодным потом, поспешно утащил её обратно за дерево.

— …Потерпите немного, юная герцогиня.

Уитни, вливая всю свою белую ману серого оттенка в Мердию, прошептал максимально спокойным голосом:

— Я смогу вылечить такую рану…

Но это была ложь.

Белая мана белого мага эффективна против ран, нанесенных проклятиями, или для тех, кто теряет жизненные силы.

Однако нынешних способностей Уитни было катастрофически недостаточно, чтобы исцелить смертельную физическую рану.

Такая целительная магия — прерогатива жрецов Церкви или врачей.

Поэтому то, что делал Уитни, было равносильно попытке наполнить бездонную бочку.

— Уитни…

— Юная герцогиня, больше не говорите.

— …Слушай меня.

Словно почувствовав это, Мердия, чье тело дрожало, ослабила хватку, которой обнимала Уитни, и прошептала угасающим голосом:

— Не обращай на меня внимания… беги…

— …

— Если схватят и тебя… всё кончено…

Было примерно понятно, какая судьба ждет их, если они попадут в руки тех, кто стреляет, даже зная, что перед ними юная герцогиня.

Но именно поэтому Уитни не мог сдаться.

— По крайней мере, пока они будут заниматься мной, погоня за тобой ослабнет…

Даже если бы он сейчас сбежал, безопасность Мердии не была гарантирована.

Возможно, чтобы скрыть ошибку, они инсценируют несчастный случай.

Нет, даже если её схватят, из-за равнодушия герцога Мердия может сегодня же расстаться с жизнью.

— Ха-а, ха-а…

Уитни, в какой-то мере осознавший это, тяжело дыша, начал концентрировать белую ману.

— Дурочка… что ты делаешь…

— Воссоединение… возможно, только если вы будете живы, юная герцогиня…

— …Идиот.

Однако эта попытка наполнить бездонную бочку вскоре должна была закончиться.

— …Кх.

Это была смертельная рана, от которой она должна была потерять сознание еще давным-давно.

Если тот, кто истощает свою белую ману на такого пациента, — всего лишь подросток, его силы неизбежно должны были иссякнуть.

— Уитни…

Несмотря на это, Уитни, выжимавший из себя последние капли жизненной силы, чтобы влить в неё белую ману, вдруг почувствовал прикосновение к своей щеке.

— …Я люблю тебя.

Сказав это, Мердия некоторое время смотрела в глаза Уитни, а затем слабо улыбнулась.

— Теперь, когда я смотрю, у тебя такие красивые глаза…

Это были последние слова, которые Мердия произнесла в тот день в том месте.

— А…

Рука Мердии, гладившая щеку Уитни, бессильно упала вниз.

— …

Уитни, беспомощно глядя на это, почувствовал головокружение и уткнулся лицом в её плечо.

— …Кха.

Силы Уитни тоже были на пределе, он уже начал харкать кровью.

Даже если бы он сейчас встал и побежал изо всех сил, он не смог бы оторваться от погони.

— Скрип…

Конечно, Уитни изначально не рассматривал вариант оставить Мердию.

Тем не менее ситуация была крайне тяжелой.

Со всех сторон густого леса уже доносились звуки сужающегося кольца окружения.

Вероятно, если так пойдет и дальше, их схватят меньше чем через минуту.

— Гу-у-у…

В этой критической ситуации аура тяжело дышащего Уитни внезапно начала меняться.

Серая белая мана, исходившая из его рук, постепенно начала темнеть.

В то же время дыхание Уитни стало заметно горячее.

— …

И выражение лица Уитни, полное боли, внезапно стало совершенно холодным.

Если бы кто-то знал его давно… нет, даже Мердия, которая знала его недолго, почувствовала бы это.

Существо, стоящее там, превращалось в нечто, что уже нельзя было назвать Уитни Лингардом.

Но того, кто мог бы сказать это Уитни, больше не осталось.

У него и так никогда не было друзей, а Мердия уже полностью потеряла сознание.

— …Ух.

Нет, на самом деле был один человек.

— Дзынь…!

Графиня Лингард, которая перед сном в поместье Лингард собиралась выпить чаю, выронила чашку и вскочила с места.

— Нет…

Её глаза, похожие на драгоценные камни, холодно сияли.

******

— Цель приближается.

— Ждите. Готовьтесь к любому исходу.

Отряд преследования, приближавшийся к Уитни и Мердии, начал медленно замедлять шаг.

— …Вокруг никого нет, верно?

— Всех, кто был поблизости, мы давно отослали.

— Хорошо, входим.

Слаженно проверив обстановку, они затаили дыхание и наконец показались перед Уитни и Мердией.

— …

Мердия всё еще была без сознания со стрелой в спине, а Уитни сидел, обнимая её.

— …Герцог тоже жесток. Как он мог отдать такой приказ.

— Тихо. Не нам судить об этом.

Боец, выпустивший стрелу в Мердию, пробормотал это с ноткой вины, но после слов командира, стоявшего впереди, он замолчал.

— Цель подтверждена. Захватываем прямо сейчас?

— …Нет, подожди.

Однако командир отряда, почувствовав неладное, поднял руку, приказывая приближающимся бойцам остановиться.

— Почему-то атмосфера…

Именно в тот момент, когда он, почувствовав необъяснимый холод, склонил голову…

— …

Уитни, сидевший, обнимая Мердию, очень медленно поднялся на ноги.

— …Ха-ха.

Его глаза больше не были привычными щелочками.

— Вопрос.

Его широко открытые глаза мерцали черным светом.

— Кто выпустил стрелу?

----------

Пробуждение (2)

- Хрусть...

По лесу разнесся звук чего-то ломающегося.

— И-и-и-и-ик!

Если бы кто-то понял, что это хрустят и выворачиваются человеческие конечности, он бы немедленно бросился наутёк.

— Что это? Что происходит?!

— Доложить немедленно!

— Идиоты. Что вы там вообще творите...?

Но, к несчастью, отряд поддержки в лесу не осознал, что происходит.

Впрочем, их задачей была лишь погоня за слабой герцогиней и мальчишкой, так что даже самый ответственный отряд неизбежно утратил бы бдительность.

- Вжух...

Однако эта минутная беспечность решила судьбу всех, кто там находился.

—...Кх!

— Угх! Мгх!

— И-ик...

Вместо ответа передового отряда из окутанного тьмой леса вырвались длинные чёрные щупальца — настолько отвратительные, что их невозможно было принять за нечто живое из этого мира.

— О-отступаем!

— Н-но куда...?

— Прочь из леса!

Бойцы, слишком поздно заметившие происходящее, в панике бросились наутёк, но было уже поздно.

— Я же спрашиваю, куда отступать?!

Пути к отступлению уже были перекрыты длинными щупальцами, сплетёнными, словно паутина.

— Не суетитесь.

Именно в тот момент, когда лица бойцов исказились от отчаяния, раздался этот голос.

— Г-герцог!

— Тихо.

Герцог Эмбергрин, одним взмахом меча перерубивший густую сеть щупалец, с холодной улыбкой вошёл в чащу.

— Г-герцог пришёл нас спасти...!

— Ура...!

Бойцы, решив, что избежали верной смерти, начали переглядываться и славить герцога.

— Наконец-то я вижу его вживую.

— Простите?

— Это и есть тот самый сосуд Короля демонов, которого я так жаждал.

Однако герцог Эмбергрин не обращал на них никакого внимания, его взгляд был прикован лишь к одной точке.

— Стоит мне заполучить его, и империя... нет, весь мир падет к моим ногам.

—...

—...Ха-ха-ха, не думал, что этот момент настанет так скоро.

Герцог, с довольной улыбкой наблюдавший за Уитни, который стоял с открытыми глазами, излучая чёрную ауру, вдруг словно что-то вспомнил и повернул голову.

— Э-э... Герцог?

— А, кстати говоря. Вы хорошо потрудились, господа.

Затем герцог с выражением сожаления на лице сделал объявление.

— Но вы мне больше не нужны.

—...Угх!?

— Так что теперь... отдыхайте.

Сразу после этих слов.

— Г-герцог...!? Кха!

—...У-угх.

— А, а-а...

Побледневшие бойцы, хватаясь за грудь, один за другим безвольно падали на землю.

— Хм... Похоже, из-за того, что он полностью истощил белую ману, сила господства пробудилась нестабильно.

—...

— Хорошо хоть, что он не пробудился как Король демонов окончательно. Ха-ха-ха...

И всё же, в тот момент, когда герцог, безжалостно отведя взгляд, медленно направился к Уитни...

— Остановитесь.

—...Хм.

У него за спиной внезапно раздался холодный голос.

— Да, я знала, что ты придешь.

— Если хоть пальцем тронешь этого ребенка...

— А что будет, если трону? Графиня Лингард?

Герцог медленно обернулся и, кривя губы в усмешке, задал вопрос появившейся женщине.

— Нет, как бы я ни старался, этот титул не ложится на язык.

—...

— Леди Юлия Юстиано. Это обращение тебе подходит куда больше.

Мать Уитни, графиня Лингард, молча смотрела на герцога Эмбергрин.

— Я давно отказалась от этого имени и фамилии.

— Обидно слышать такое от последней наследницы древнего рода, который породил не только худших чёрных магов, но и множество неизвестных истории белых магов.

Когда герцог заговорил с насмешкой, графиня ответила ему такой же ледяной улыбкой.

— Судя по твоим словам, ты до сих пор не оставил своих глупых привязанностей.

— Это не привязанность. Это ты сама упустила счастье, которое шло к тебе в руки.

— Если счастье — это стать невестой такого человека, как ты, то я готова отказываться от него снова и снова.

Глаза графини сузились, а лицо герцога исказилось от еще большего раздражения.

— Посмотрим, как долго ты сможешь сохранять такую самоуверенность.

—...

— Ты ведь прекрасно понимаешь, что в нынешней ситуации я имею полное право объявить владениям Лингард войну.

На самом деле, в империи междоусобные войны строго запрещены указом императора.

Может, в старые времена это было иначе, но сейчас, когда власть императора сильнее, чем когда-либо, это невозможно.

Однако если об этом говорит сам герцог, то любой в империи, кроме императорской семьи, обязан склонить голову.

Потому что герцогство Эмбергрин обладает силой и богатством, чтобы уничтожить противника даже без официальной войны.

Конечно, это касалось и ее, жены графа Лингард.

Даже если владения Лингард и держат герцога на неком крючке, в случае полномасштабной войны с Эмбергрин у них нет ни единого шанса на победу.

— Ваша вражда со времен Академии поистине неистребима.

— Согласен. Включая твоего никчемного мужа, это были поистине отвратительные дни.

—...Если бы ты помнил те времена, то не стоял бы здесь с таким спокойным видом.

Однако графиня, на удивление, сохраняла невозмутимость, противостоя герцогу.

— Хорошо, что мы в лесу, где не будет свидетелей.

Напротив, она смотрела на ситуацию с таким спокойствием, что это пугало даже больше, чем выражение лица герцога.

----------

Просьба

— Ох, о-о-ох…

Мердия, упавшая со стрелой в спине, пошатываясь, поднимается на ноги.

— …Что это?

Вскоре она оглядывается по сторонам, что-то бормоча, взгляд её всё ещё затуманен.

— Это ад…? Мы здесь?

Конечно, вряд ли кто-то, включая её саму, видел ад при жизни.

Но, судя по всему, это место вполне заслуживало называться адом.

— Ку-гу-гу…

Деревья были не просто срублены, а буквально разнесены в щепки и валялись на земле. Близлежащая смотровая вышка рухнула, словно после тайфуна. А из самой земли сочилась черная аура.

— Я, я… я ведь ничего плохого не делала…

— …Эй.

— Ик!

Мердия, всхлипывавшая при виде этого безумного зрелища, вздрогнула от неожиданности, когда сбоку раздался чей-то голос.

— Придите… в себя.

— А?

— Ситуация критическая… слушайте меня внимательно…

К счастью, к ней обратился не жнец, а графиня.

— Почему вы здесь…?

— …Тс-с.

— Хи-ик.

Из-за её состояния и того, что она была пропитана черной аурой, графиня и правда казалась вестником смерти.

— Мой сын, Уитни Лингард… скоро станет полноценным Королем демонов.

— Что это значит…?

— Времени нет, просто слушайте.

Мердия, было открывшая рот от удивления, услышав столь непонятные слова, тут же захлопнула его, столкнувшись с решительным взглядом графини.

— Чтобы подавить это пробуждение, нужна соразмерная сила.

— …

— Единственное, что сейчас есть поблизости — это Драгоценный глаз.

Сказав это, графиня бросила взгляд на герцога, который сидел, прислонившись к единственному уцелевшему дереву.

— Юная герцогиня, вы хотите спасти Уитни?

— …А? Да!

— Тогда… вам нужно кое-что сделать.

Графиня вытащила из-за пазухи острый кинжал, одарив Мердию максимально доброй улыбкой.

— Пронзите этим кинжалом глаз герцога, тот самый, который был закрыт повязкой.

— …Что?

— Если вы это сделаете, Драгоценный глаз снова станет вашим. Вы сможете?

Мердия, машинально принявшая кинжал, застыла, услышав продолжение слов графини.

— П-почему…

— У нас нет времени на вопросы. Скорее.

— …О-о-ох.

Под строгим давлением графини она, пошатываясь, поднялась на ноги.

— Дрожь…

Все тело Мердии, когда она начала приближаться к сидящему герцогу, затряслось от ужаса.

— …Мердия.

— …

— Что ты задумала?

Герцог Эмбергрин был для Мердии непреодолимой горой, которой она не смела перечить с самого рождения.

Но сейчас он, в отличие от обычного себя, выглядел донельзя жалко, развалившись на земле.

— Лучше не делай того, о чем пожалеешь. Я ведь учил тебя браться только за то, с чем ты можешь справиться.

— …

— И не только это. Что, по-твоему, самый худший поступок в мире?

Из уст герцога начал вырываться хриплый голос.

— Это идти против того, кто тебя породил. Мердия Эмбергрин.

Но почему-то Мердия больше не чувствовала страха перед словами Герцога.

— …Вы хотите сказать, что я ваша дочь?

— Да, ты…

— Нет. Я не ваша дочь.

Испытывая странное чувство, Мердия медленно покачала головой.

— Я была лишь удобным инструментом. Разве не так?

— …Что?

— Иначе вы бы не обращались так со своей дочерью.

Она уже даже не обращалась к Герцогу на «вы». Для неё обычной это было немыслимо.

— Мердия.

— Не смейте произносить мое имя своими грязными устами!

Заметив ледяную атмосферу, Герцог попытался позвать её более мягким тоном, но Мердия, которая теперь даже кричала на него, тяжело дышала.

— Странно. Как только ситуация изменилась, ваш тон общения со мной тоже изменился.

Тело Мердии все еще дрожало, но выражение лица — нет.

— Очень забавно. Не правда ли, герцог Эмбергрин?

Назвав отца просто Герцогом Эмбергрин, она явно насмехалась над ним.

— Ты думаешь, что сможешь прожить жизнь спокойно, если посмеешь выколоть мне глаз?

— …

— Я потеряю лишь один глаз, а ты сгниешь в подземной темнице до конца своих дней. Даже если ты захочешь умереть, я буду держать тебя там, пока кожа на твоем теле не сморщится. Мердия Эмбергрин!

Герцог Эмбергрин наконец показал свое истинное лицо, но на Мердию, которая уже однажды пробудилась, его угрозы больше не действовали.

— …Нет, герцог. У вас больше не осталось на это сил.

Мердия подошла еще ближе к Герцогу и прошептала низким голосом:

— Пока вы были заняты, я узнала немало историй от слуг. Например, ту нелепую байку о том, что после того, как вы надели повязку, вы полностью подчинили себе боковые ветви рода и совет старейшин.

— …

— Не знаю точно, но если я пронжу ваш глаз, я смогу его забрать, верно?

Услышав это, герцог на мгновение вздрогнул.

— Если так, то и я справлюсь.

— …Что? Ха-ха-ха-ха-ха!

Однако вскоре герцог Эмбергрин разразился полным сарказма смехом.

— Ты, ничтожество…

— …Смейся, пока можешь.

Но этот смех длился недолго.

— Я ведь обещала.

Мердия, уже направившая кинжал на глаз герцога, прошептала ему ледяным тоном:

— Что обязательно поднимусь наверх и верну его.

Сразу после этих слов между ними повисла тишина.

— …Смеешь!

На мгновение Драгоценный глаз герцога вспыхнул красным, но кинжал Мердии вонзился быстрее.

— А-а-а-а-а-а-а!!!

Ужасающий крик наполнил высохший лес, окутанный тьмой.

— …Больно?

Мердия, глядя на кровь, непрерывно текущую из глазницы Герцога, пробормотала это с недоумением, услышав его крик.

— …Мне тоже было больно.

— Я убью тебя!!! Чего бы мне это ни стоило!!!

— Заткнись.

Не дослушав проклятия Герцога, Мердия без малейшего колебания выдернула кинжал.

— Чи-и-ик…

Драгоценный глаз, насаженный на острие кинжала, начал испускать густой дым и постепенно чернеть.

— Ха, ха…

— О-о-ох…

Мердия, тяжело дыша и глядя на это с усталостью, даже не взглянула на стонущего от боли герцога, развернулась и пошла прочь.

— Вот, держите.

— …

— Эй, вы в порядке?

Мердия протянула то, что было на кинжале, графине, которая опустила голову, и, не дождавшись ответа, обеспокоенно спросила.

— …Ты… отлично справилась.

К счастью, хоть она и выглядела изможденной, графиня снова заговорила с ней.

— И что мне теперь с этим делать?

— …

— Мне нужно вырвать свой глаз и вставить это вместо него?

Мердия задала графине вопрос, который еще недавно показался бы немыслимо жестоким.

Но Мердия была в отчаянии.

— Го-о-о…

Вдалеке Уитни, окутанный темной аурой, начал меняться до неузнаваемости.

Даже Мердия, не понимавшая, что происходит, осознавала: если промедлить еще хоть немного, она больше никогда не увидит Уитни.

— …В этом нет необходимости.

К счастью для Мердии, графиня слегка улыбнулась и, с трудом подняв голову, ответила:

— С того момента, как этот глаз был насильно отобран, Драгоценный глаз уже был пересажен в твои глаза…

Однако, полностью подняв голову, графиня почему-то замолчала на полуслове.

— Ха-ха, а-ха-ха-ха-ха!

В тот же миг позади раздался леденящий душу смех герцога.

— Прости, но в отличие от тебя, я не был кандидатом в Короли демонов…

Когда он пробормотал это хриплым голосом, по лбу графини скатилась капля холодного пота.

— Поэтому я насильно пересадил глаз своей дочери с помощью операции.

— …!

— Кандидатам в Короли демонов достаточно получить лишь тело, чтобы способности автоматически перешли к ним. Очень удобно, не правда ли?

Мердия, которая все еще понимала лишь половину из сказанного, была в таком же шоке.

— Тогда…

— Этот глупец, по сути, пронзил собственный Драгоценный глаз. А-ха-ха-ха…!

После этих слов в лесу воцарилась гробовая тишина.

— …Мердия, раз уж я твой отец, дам тебе последний совет.

Тишину нарушил герцог Эмбергрин.

— Завладей единственным оставшимся в этом лесу Драгоценным глазом.

— …

— Тогда я прощу тебе всё и сделаю наследницей герцогства! А-ха-ха-ха!

Вскоре после этих слов Мердия, чьи руки начали дрожать, перевела взгляд в сторону.

— …

Когда её взгляд встретился со взглядом графини, снова воцарилась ледяная тишина.

— …О боже.

— …

— …Не думала, что всё обернется так.

Графиня, смотревшая на Мердию, пробормотала это и улыбнулась глазами.

— …

Мердия, крепко зажмурившись, тоже начала делать шаги в её сторону.

*****

— Ну что, Уитни Лингард?

Голос отца продолжал звучать в моей голове, но всё мое внимание было сосредоточено на одном.

— Это и есть правда, которую ты до сих пор забывал.

Это была история, которая проносилась в моей голове, словно фильм.

И финал этой истории сейчас ярко воспроизводился в моем сознании.

— Ты ведь прекрасно знаешь, кто стер эти воспоминания?

Мердия, сцепившаяся с моей матерью, плакала, подняв кинжал.

А рука матери, которая изо всех сил пыталась удержать запястье Мердии, медленно опускалась вниз.

— Пхук…

Вскоре по лесу разнесся звук глубоко вонзившегося кинжала.

— Убила твою мать и стерла все воспоминания — твои и Юной герцогини Мердии — сама Мердия.

В тот же миг жестокая правда, озвученная голосом отца, вонзилась мне в уши.

— Она забрала Драгоценный глаз твоей матери и благодаря этому поднялась на такую высоту.

Сразу после слов отца видение в моей голове подошло к концу.

— …

Закончилось всё сценой, где Мердия, вся в крови, стоит над остывшим телом моей матери и смотрит прямо на меня.

*****

— …Ух.

Тем временем. Герцогство Эмбергрин.

— О-о-ох, о-о-ох…

Мердия, спавшая в своей постели, видела кошмар, в котором воспоминания того дня всплывали с пугающей ясностью.

— …Подожди, подожди.

— О-о-о-а-а-а!

Именно тот момент, когда она напала на мать Уитни.

— Эй, послушай. Не надо так.

Графиня, отчаянно пытавшаяся оттолкнуть кинжал, направленный на её глаз, держала Мердию за запястье.

— …Может, пронзишь здесь?

Затем, собрав последние силы, она переместила острие чуть ниже и прошептала Мердии мягким голосом:

— …А?

— Раз уж всё так вышло, я прошу тебя.

Она всё еще держала Мердию за запястье, направляя кинжал не в глаз, а прямо в свое сердце.

— Забери все мои способности.

----------

Передача эстафеты

Видения в моей голове закончились, но я еще долго стоял на месте, словно оглушенный.

— У-у-ух…

— …

Безумная тошнота подкатила к самому горлу.

Казалось, я готов вывернуть наизнанку всё, что было внутри.

Но это странно. Разве я сегодня что-то ел?

— …Уэ-э.

В конце концов, я опустился на колени и меня начало рвать, и тут я осознал одну вещь.

— …

То, что я пытался извергнуть, было не из желудка, а из головы.

Если быть точнее… да, пожалуй, лучше всего это назвать воспоминаниями.

— …Уп.

Я поспешно попытался закрыть рот, но это не имело смысла — остановить процесс было невозможно.

Всё происходящее, казалось, шло независимо от моей воли.

«Нет…»

Черная энергия, начавшая подниматься изнутри, постепенно поглощала меня.

Мое тело посылало сигналы тревоги, словно чувствуя, что если так пойдет и дальше, я перестану быть собой.

Но я уже не мог пошевелить даже кончиком пальца. Нет, не то что пальцем — даже веки не слушались.

— С тех пор как она умерла, я ждал этого дня.

В этой ситуации до моих ушей внезапно донесся голос отца.

— Воспоминания прошлого, воспоминания еще более далекого прошлого. Отбрось

всё это и стань Королем демонов.

— …У-у-у.

— Это всё, чего я хочу. Уитни Лингард.

В тот момент, когда я услышал эти слова, мой разум тоже начал окрашиваться в черный цвет.

«…Нет».

Я пытался хоть как-то прийти в себя, но было уже поздно.

«…Но почему, собственно, нельзя?»

Потому что я чувствовал, как мой дух начинает медленно меняться.

*****

— Значит, собираешься сделать сына Королем демонов.

Граф, с холодным взглядом наблюдавший за Уитни, который полностью скрылся во тьме, обернулся на голос, донесшийся сзади.

— Черный маг. Собираешься вмешаться?

Заметив Рыцаря смерти, который стоял поодаль и следил за ним, граф усмехнулся и заговорил:

— Смешно. Ведь рождение Короля демонов — это то, чего вы желали больше всего.

— …

— Тогда что это за выражение лица?

Теперь, когда он присмотрелся, на лице Рыцаря смерти читалось нечто куда более сложное, чем просто настороженность.

— …Ты правда думаешь, что вся ответственность и вина лежат на Мердии?

— Не знаю, к чему ты клонишь.

— Отвечай на вопрос, граф Лингард. Иначе я убью Уитни Лингарда.

— Ха.

Граф посмотрел на Рыцаря смерти с выражением крайнего недоумения, когда та направила копье на окутанного тьмой Уитни.

— И что ты сделаешь, если я так думаю?

— А нельзя ли подумать иначе? Мердия Эмбергрин в тот момент оказалась в безвыходной ситуации и, даже не желая того…

— Хорошо же ты болтаешь, хотя тебя там даже не было.

Из его уст вырвался ледяной голос.

— В тот день в лесу я видел всё своими глазами.

— …

— Я пришел в лес с опозданием, обнаружив записку жены, и видел, как Мердия Эмбергрин вырезала сердце моей супруги…

На лице графа, застывшем в бесстрастии, на мгновение промелькнула эмоция.

Если только вы не совсем лишены чувств, нетрудно было догадаться, что это было сожаление.

— Моя жена до последнего сопротивлялась изо всех сил. Она держала кинжал, вонзающийся в неё, обеими руками, пытаясь оттолкнуть…

— А что, если она не сопротивлялась?

В этот момент Рыцарь смерти внезапно предложил новый взгляд на вещи.

— Например, что если она не отталкивала кинжал, а, наоборот, хотела, чтобы он пронзил её сердце?

— …Не понимаю, о чем ты.

— Насколько мне известно, графиня Лингард в то время была неизлечимо больна.

Глаза графа при этих словах едва заметно дрогнули.

— Она могла бы продолжать жить. Если бы у неё была технология, которую монополизировало герцогство Эмбергрин…

— Во-первых, герцог никогда не доказывал, что эта технология существует. Во-вторых, если бы она была, Мердия, унаследовавшая силу и проклятие графини, давно бы её использовала.

— О технологии знал только герцог. Разумеется, он не рассказал бы об этом врагу — Мердии…

— В-третьих. С того момента, как их отношения окончательно испортились, этой технологии всё равно что не существовало.

В ходе дальнейшего разговора первым в тупик зашел именно граф.

— …Да, я думал о такой возможности.

— Тогда…

— Но что с того?

Однако граф замолчал не потому, что признал правоту Рыцаря смерти.

— Даже если всё, что ты говоришь, правда, моя жена не вернется к жизни.

— …

— И факт того, что герцог Эмбергрин и Мердия Эмбергрин убили мою жену, тоже не изменится.

Услышав это, Рыцарь смерти спросил тихим голосом:

— Так ты хочешь отомстить? Сделав сына Королем демонов?

— …Именно.

На этот вопрос граф ответил без малейшего колебания.

— Так что, может, отойдешь?

— …

— Если вздумаешь помешать моей мести, я преследую вас до самого ада и растопчу.

Сказав это, он снова излучил жажду убийства, но Рыцарь смерти не сдвинулся с места ни на шаг.

— Ну что ж, оставайся.

Граф, нахмурившись, посмотрел на неё, затем фыркнул и повернулся спиной.

— В любом случае, уже слишком поздно что-то менять.

— …

— Даже если придет всё руководство Люмен Ордо, превращение в Короля демонов уже не остановить.

Это могло показаться высокомерным заявлением, но Рыцарь смерти не стал его опровергать.

В прошлом превращение Уитни Лингарда в Короля демонов было остановлено, потому что он потерял воспоминания, необходимые для пробуждения.

Раз уж эти воспоминания были извлечены с помощью зелья, которое охраняли драконы, единственный способ остановить превращение — снова стереть память.

Но теперь это невозможно. Тьма, просочившаяся из глубин Уитни и окутавшая его, стала настолько густой, что не допускала ничьего вмешательства.

Даже если бы удалось прорваться к Уитни, для стирания ярких воспоминаний, восстановленных артефактом, потребовалась бы сила как минимум уровня Короля демонов.

А никто из присутствующих такой силой не обладал.

— …Тогда до встречи.

— …

— В следующий раз мы встретимся, вероятно, в сожженном герцогстве Эмбергрин.

Граф, прекрасно осознававший этот факт, молча повернулся и ушел, оставив Рыцаря смерти и сына стоять в оцепенении.

— …Хи-ик.

Он мельком взглянул на Эмбер, которая притаилась в углу пещеры, но это было последнее, что он сделал в этой пещере.

— Фу-у…

Как только герцог, бросив на неё взгляд, повернулся и направился к выходу из пещеры, Эмбер выдохнула с облегчением и перевела взгляд в сторону.

— Т-так, и что теперь будете делать?

— …

— Вы ведь не собираетесь предотвращать пробуждение?

В этот момент острый взгляд Рыцаря смерти встретился с невероятно невинным взглядом Эмбер.

— А, не надо так на меня смотреть.

— …

— Но всё же странно. Разве воскрешение Короля демонов не было вашей целью?

Эмбер первой отвела взгляд и заговорила:

— Это ты странная.

— Я?

— Ты ведь была кандидатом в Короли демонов, верно? У тебя на глазах отбирают трон, а ты ни капли не волнуешься.

— А? Ха-ха-ха-ха…

Эмбер внезапно расхохоталась, вытирая слезы, и ответила:

— Да мне никогда не был интересен трон Короля демонов.

— …Тогда?

— Меня с самого начала интересовал только Уитни Лингард.

Она перевела взгляд на окутанного тьмой Уитни.

— Точнее, меня интересует истинная сущность человека по имени Уитни Лингард.

— Это еще что значит?

— …Ха-ха, всё равно не поймешь, даже если объясню.

Её манера речи заметно изменилась, став куда увереннее, чем её прежний робкий образ.

— Ты ведь ничего не знаешь о том, что происходит за пределами этого мира, верно?

— …?

— Вот видишь, в этом мире есть только один настоящий человек — Уитни Лингард.

Рыцарь смерти, внимательно слушавший бормотание Эмбер, посмотрел на неё холодным взглядом и спросил:

— У тебя что, раздвоение личности?

— А? Нет, конечно. Это слишком банальный поворот сюжета.

— …Но твой характер постоянно меняется.

— Послушайте, разве это не нормально? Только за сегодня я столько раз была на грани смерти, люди ведь меняются в зависимости от ситуации, разве нет?

Рыцарь смерти продолжал смотреть на неё с подозрением, и она, слегка надувшись, пробормотала:

— …Типичный хикикомори. Слишком подозрительный.

— …Я всё еще не знаю, кто ты такая, но кое-что стало очевидным.

Рыцарь смерти, обдумав эти непонятные слова, покачала головой и тоже посмотрела на Уитни.

— Между «Уитни Лингардом», которого я знала, и «этим парнем» есть принципиальная разница.

— …О? Значит, всё-таки заметила?

— И раз я это поняла, я не могу просто стоять в стороне.

Сказав это, Рыцарь смерти внезапно сделала шаг вперед.

— С-с-с…

Она внезапно потянулась к шлему, который всегда носила, и сняла его.

— …Ой?

Затем она потянулась к маске, и Эмбер в замешательстве замерла.

— Постой, ты…

— …

— Э-это же ошибка сценария, нет?

Рыцарь смерти услышала её слова.

— Так и знала.

Луниэль, полностью сняв маску, с кривой усмешкой продолжала идти вперед.

— Даже если мы искажаем время, мы всё равно остаемся марионетками, действующими по заданному сценарию.

— П-подожди…!

— Ты, кажется, знаешь много правды, но знаешь ли ты, почему я присоединилась к плану Великой Тени?

Она обернулась к Эмбер, которая всё еще была в замешательстве, и спросила тихим голосом:

— Я хотела хоть раз изменить предначертанную судьбу.

Не дождавшись ответа, она сама ответила на свой вопрос холодным тоном:

— …Как же это смешно. Понять это в самый последний момент плана.

— Эй!

— Что судьба уже давно искажена.

Остановившись прямо перед темной аурой, исходящей от Уитни, она закрыла глаза и прошептала:

— Раз уж так вышло, Уитни Лингард. Прости, но тебе пора просыпаться.

— …

— …Твой верный рыцарь ждет.

*****

Тем временем. Окрестности Магической башни.

— …Ой?

Луниэль, которая скрывалась в лесу вместе с рыцарями Лингард, широко открыла глаза, когда её тело внезапно окутала странная аура.

— Э-это еще… что такое?

В следующее мгновение её поле зрения полностью изменилось.

— …!?

Вместо леса, полного деревьев и камней, она увидела странную пещеру, наполненную непонятным темным дымом.

----------

Обратный отсчёт

— Ч-что, чёрт возьми, происходит…?

— ……!?

Луниэль, которая ещё мгновение назад выполняла задание в засаде возле Магической башни, в полном замешательстве озиралась по сторонам.

И было от чего: как ни крути, это место совсем не походило на окрестности башни.

Ледяная пещера, пропитанная мрачной аурой и холодом. И, почему-то, отчётливо ощущалась чёрная мана.

«…Неужели в башне раскусили наш план и применили какой-то трюк?»

Опешив на мгновение, Луниэль пришла к такому выводу, после чего с ледяным выражением лица принялась внимательно осматривать окружение.

— ……!

Вскоре она заметила Эмбер, которая всё это время настороженно следила за ней, и поспешно отступила назад.

— …….

Наступила слегка неловкая тишина.

— Кто вы такая?

— А?

— И, что более важно, где мы находимся?

Когда Луниэль, нарушив тишину, задала вопрос, глядя на неё с крайним подозрением, Эмбер ответила с недоумением.

— Ты сейчас серьёзно спрашиваешь?

— Если не ответите, сочту это угрозой. Я вас убью.

— Ха-а… Это ледяная пещера на Северном континенте, в землях драконов.

Луниэль снова опешила и пробормотала:

— …Се-Северный континент? Земли драконов? Ледяная пещера?

— Да что с тобой не так? Ты ведь сама за мной увязалась…

Поняв, что что-то не так, Эмбер внимательнее присмотрелась к Луниэль и пробормотала с недоверием:

— …Неужели она поменялась местами с Луниэль из этой временной линии?

Эмбер сама не могла в это поверить, но её слова были правдой.

— …Магическая башня, значит.

В тот самый момент возле Магической башни Луниэль в облике рыцаря смерти озиралась по сторонам, что-то бормоча холодным голосом.

— …Давненько я здесь не была.

Среди рыцарей, пришедших с ней, были те, кому это показалось странным, но никто не решился возразить.

Их лица были абсолютно одинаковыми, так что различить их было невозможно.

— И меч в руках держать тоже непривычно.

Правда, аура одной из них была явно темнее, но из-за всеобщего напряжения заметить это было непросто.

«…Геройство в таком возрасте? Прошлая я только посмеялась бы над этим».

— Рыцарский орден, слушайте мой приказ.

Как бы то ни было, жребий был брошен.

— Вперёд!

Потому что как раз за Магической башней взмыл в небо сигнал, который явно был послан со стороны Сесиль.

*****

— …….

Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как меня поглотила тьма, вырвавшаяся изнутри.

— …Ха-ха.

Сначала я отчаянно пытался вырваться, но теперь оставил попытки и просто стоял, оцепенело глядя перед собой.

Вернее, я отдался на волю чёрной энергии, что охватила моё тело.

«Что мне теперь делать?»

На самом деле, это было ожидаемо. С момента попадания в этот мир у меня была лишь одна цель.

Выжить вместе с Мердией. Честно говоря, поначалу я думал только о собственном выживании, но после того, как провёл время с ней, это стало моей главной целью.

Однако, когда я увидел воспоминания, всплывшие благодаря зелью, которое отец влил мне в рот, этот идеал был осквернён.

Вспоминается, как после возвращения с Собрания теней вместе с Ведьмой Теней юная Юная герцогиня Мердия внезапно стала странной.

К тому же она говорила что-то многозначительное. Точно, она сказала, что если я узнаю правду, то уйду от неё.

Тогда я лишь подумал, что это бред.

Но правда оказалась куда жесточе. Похоже, в тот момент она, как и я, вспомнила прошлое, так что её беспокойство было вполне оправдано.

«…Мысли в кучу не собрать».

Я пытался рационализировать происходящее, заставляя свой тяжёлый мозг работать.

В конце концов, я лишь попанец из другого мира. Стоит ли переживать из-за смерти матери в этой жизни?

«Нет, это чушь».

Но такие оправдания не работают. Родители из прошлой жизни не были мне настоящими родителями, а ими стали люди из этой жизни.

Поэтому ссылаться на прошлую жизнь сейчас — абсурд.

«Зелье, которое отец влил мне в рот, само по себе может быть ловушкой».

Следующая возможность: воспоминания, всплывшие в голове из-за зелья, — подделка.

Но это тоже невозможно.

Манипуляция памятью — это магия высшего уровня, которая требует усилий как минимум двух великих магов в течение 10 часов, чтобы добиться успеха.

То есть даже артефакт не может просто так создать столь яркие и детальные воспоминания.

К тому же, если бы этого не было, слова герцога, его потерянный глаз и слова Мердии не были бы такими подозрительными.

— …….

Тогда остаётся лишь одно.

«Герцогиня тоже не могла поступить иначе…»

В то время я был на грани безумия. Если бы кто-то не забрал Драгоценный глаз вместо измотанной матери…

«…Нет, отбросим это».

Но даже эта последняя надежда рассыпалась в прах, когда я вспомнил финал того воспоминания.

В последней сцене Юная Юная герцогиня Мердия определённо целилась не в глаза матери, а в сердце.

Если бы она хотела забрать только глаза, мать могла бы выжить.

То есть мою мать убила Мердия Эмбергрин. Этот факт не изменится, что бы ни случилось.

- Гу-у-у….

Как только я пришёл к такому выводу, тьма, окутывающая меня, стала ещё гуще.

Это уже давно вышло за рамки того, что я мог контролировать.

Конечно, я и не собирался пытаться. Да и контролировать ситуацию по своей воле было уже невозможно.

- Гу-у-у-у….

Чувствую, как что-то внутри меня продолжает засасывать в чёрный дым.

Например, счастливые воспоминания. Горькие моменты. Мгновения, от которых щемило в груди.

Обычно я бы отчаянно боролся, чтобы не потерять такие важные вещи.

Но почему-то сейчас мне хотелось просто позволить им исчезнуть.

Сам факт обладания ими причиняет боль. Поэтому я хочу просто забыть….

— …ин-ним.

Нет, погодите. Что это за звук?

— …Господин!

Где-то я это слышал, но никак не могу вспомнить.

— Очнитесь!

— …….

— Вы не должны так поступать!

Кажется, я что-то припоминаю. Одно из тех драгоценных воспоминаний, что забрал чёрный дым?

Что ж, теперь это уже не имеет значения.

Я хочу отдохнуть. Или хотя бы просто закрыть глаза.

— Очнись!!!

— ……!?

Я уже закрыл глаза, но от окрика прямо перед собой веки сами собой распахнулись.

— Ты ведь обещал стать мечом, который защитит тебя!!!

Женщина с синими волосами и синими глазами прорвалась сквозь чёрный дым и встала прямо передо мной.

— …Хм.

Глядя на неё, я почувствовал инстинктивное отторжение.

Словно неприятное чувство от вторжения в мою личную территорию.

И ещё я инстинктивно почувствовал: если я буду просто смотреть, моё величие померкнет.

— …Кх?

Я протянул руку и схватил её за горло, отчего глаза женщины с синими волосами расширились.

— ……?

На мгновение я снова почувствовал неприятный осадок.

Женщина, которую я держу за горло, — довольно сильный противник.

Если бы она захотела, то могла бы выхватить меч на поясе и зарубить меня.

— Госпо… дин.

— …….

— Пожалуйста… очнитесь….

Но она этого не сделала. Она лишь смотрела на меня умоляющим взглядом.

«…Как ты смеешь?»

В этот момент в голове промелькнула именно эта мысль.

— Как ты смеешь насмехаться надо мной?

Мои губы двигались сами собой, независимо от моей воли.

Хотя, теперь я вижу, что это, возможно, и была моя истинная воля.

— Угх, кх….

Я сжал её горло сильнее, и в её глазах заблестели слёзы.

— …….

Но даже чувствуя угрозу жизни, она продолжала умоляюще смотреть на меня.

— …Если хотите, убейте меня прямо сейчас.

— …….

— В конце концов… жизнь, которую вы мне подарили… вы имеете право забрать её обратно….

Глядя на это, я невольно ослабил хватку.

— Но… ваш меч… осмелится сказать ещё кое-что.

Затем из её уст вырвался дрожащий голос.

— Это действительно тот финал, которого вы хотите…?

— …….

— Вы действительно хотите достичь этого финала, отказавшись от всего, чего добились…?

На этот вопрос я не смог ответить.

— Не понимаю… о чём ты говоришь….

Дело было не в логике. Как бы я ни обдумывал слова женщины, стоящей передо мной, я не мог их понять.

— Господин, пожалуйста….

Да и вообще, почему она называет меня «господином»? Я не понимал.

Мы были знакомы? Невозможно. Как бы я ни пытался вспомнить, ничего не выходит.

— …Пожалуйста, вспомните.

Но почему сердце так болит?

Это не просто боль, словно внутри образуется тяжёлый ком.

— У, угх….

Как только я это осознал, голова начала раскалываться от боли.

— А-а-а-а-а!

В то же время чёрная энергия, окутывавшая меня, начала неистово бурлить.

— А…!

Женщина с синими волосами, прорвавшаяся сквозь тьму, тоже закричала от боли, попав под её влияние.

— …Уходи.

Глядя на неё, я закусил губу и поднял обе руки.

— Уходи отсюда…!

— Кх!?

Я изо всех сил оттолкнул её, и она, вскрикнув, отлетела назад.

— ……?

Странно. Ведь она казалась такой сильной. Неужели она была настолько слаба, что отлетела от такого толчка?

«…Нет».

Подумав об этом, я инстинктивно понял.

Это не она стала слабее, это я стал сильнее.

И когда всё закончится, я обрету силу, с которой никто не сможет сравниться.

Конечно, это было сладкое искушение, от которого человек не смог бы отказаться.

— …….

Но почему, с тех пор как эта женщина прорвалась сюда, у меня так щемит в груди?

— …А-ха-ха.

И почему из моих глаз течёт слеза?

*****

— Чёрт возьми….

Луниэль, отброшенная силой Уитни, закусила губу с тревожным выражением лица.

— Если так пойдёт… господин перестанет быть господином….

Хотя её «забросили» сюда всего несколько минут назад, она инстинктивно поняла, что происходит.

Уитни Лингард перерождается в третьего Короля демонов.

И хотя она не знала почему, интуиция подсказывала, что это нужно остановить любой ценой.

— ……А.

Луниэль, не зная, что делать, заметалась, но вдруг что-то вспомнила и начала лихорадочно рыться в карманах.

— Шёлковый мешочек!

Это был тот самый мешочек, который Парша дала ей перед операцией.

Она говорила, что когда придёт время, я сама пойму, когда его использовать.

— Пожалуйста….

Луниэль была уверена, что время пришло, и поспешно открыла мешочек.

— …….

Наступила короткая тишина.

— ……?

Луниэль долго смотрела на записку из мешочка, а затем с глупым выражением лица повернула голову в сторону.

«Спроси у женщины рядом, какой у Уитни постоянный никнейм».

Эмбер, слегка вздрогнув, настороженно уставилась на Луниэль.

— Чего, чего ты так смотришь?

— …Эм, что такое «постоянный никнейм»?

— Что?

----------

Решительный бой

«…….»

Черная энергия, долгое время исходившая от Уитни, постепенно утихла и начала впитываться в его тело.

«…Это еще что?»

Даже для Луниэль и Эмбер, стоявших прямо перед ним, да и для любого другого наблюдателя, смысл происходящего был очевиден.

«Пробуждение…?»

На самом деле, у Уитни внезапно не выросли рога на голове и не появились черные крылья за спиной.

Однако «аура», начавшая постепенно заполнять его тело, без слов давала понять: даже без видимых изменений Уитни превращается в нечто, уже не являющееся человеком.

Конечно, серая аура, которая обычно сочилась из Уитни при использовании белой магии, тоже была пугающей и зловещей — от нее бросало в дрожь даже тех, кто был совершенно нечувствителен к магическим потокам.

Но «энергия», что сейчас впитывалась в тело Уитни, выходила далеко за рамки подобных понятий.

Давление было таким, что от одного присутствия рядом можно было лишиться рассудка.

Это был не просто холодок или озноб, возникающий при взгляде на подозрительного юношу, а первобытный ужас перед чем-то невыразимым.

«Эй! Я же спросила!»

Луниэль, всем телом ощущая, как это чувство становится все отчетливее, в панике повернулась к Эмбер и начала наседать на нее:

«Постоянный никнейм? Что это вообще такое?»

«А, э, э…»

«Послушайте! Придите в себя!»

Видя, что Эмбер продолжает запинаться, Луниэль схватила ее за воротник и принялась трясти.

«П-почему вы вдруг… спрашиваете об этом?»

«Значит, вы все-таки знаете?»

«Нет, ну я-то знаю, конечно, но…»

«Тогда почему вы до сих пор не сказали мне?»

Однако Эмбер оставалась непреклонна.

«…….»

Точнее, она просто отвела взгляд в сторону.

И для Луниэль это выглядело как явная попытка уклониться от ответа.

«…Хорошо».

Луниэль, чье лицо вмиг стало холодным, снова потянулась к рукояти меча на поясе и прошептала низким голосом:

«Если не скажете в течение пяти секунд, я вас действительно ударю».

«…Ха-а».

Услышав это, Эмбер некоторое время ошарашенно смотрела на Луниэль, а затем, тяжело вздохнув, заговорила с обреченным видом:

«Послушай, а ты вообще понимаешь, что такое постоянный никнейм?»

«…Нет. Я знаю лишь, что это ключевое слово, которое вернет господина в нормальное состояние».

«Ха-ха, не знаю, что это значит, но раз ты знаешь современные термины, значит, Парша все-таки применила аналитический глаз?»

От этих слов лицо Луниэль мгновенно окаменело.

«…Кто вы такая, что знаете ее?»

«Ха-а…».

Когда Луниэль снова начала допрос, на лице Эмбер появилось явное раздражение.

«Разве сейчас это самое важное?»

«Ах».

«Если хочешь вернуть Уитни Лингарда, нельзя терять ни секунды».

Когда Эмбер указала на суть проблемы, Луниэль наконец пришла в себя.

«Тогда скорее помогите мне…!»

«А с чего бы мне это делать?»

В этот момент выражение лица Эмбер стало ледяным.

«Уитни — закулисный кукловод — это хорошо, но Уитни — Король демонов — тоже звучит неплохо…»

«…Послушайте!»

«И кстати, Луниэль, это касается и тебя, не так ли?»

От ее слов, сказанных на «ты», Луниэль вздрогнула и прикусила язык.

«Нынешний Уитни Лингард думает только об одной Мердии».

«……Что это значит?»

«Места для нас с тобой там нет. Могу сказать это наверняка».

Луниэль, которая все же пыталась возразить, снова замолчала под решительным взглядом Эмбер.

«Но что, если это будет Уитни — Король демонов, забывший прошлое? Шансы вполне реальны».

«…….»

«Я даже разыграла спектакль, притворяясь глупой в прошлом, чтобы привести ситуацию к такому идеальному финалу. И ты хочешь мне помешать? Не дождешься».

Луниэль, почти не слушая бормотание Эмбер, лишь взволнованно кусала губы.

«А, если не хочешь говорить по-хорошему, мне придется применить силу».

Луниэль, собравшись с духом, дрожащим голосом пригрозила Эмбер.

«Можешь ударить, если хочешь. Но «ключевое слово», чтобы вернуть Уитни, ты от меня не услышишь».

Однако Эмбер лишь сохраняла невозмутимость, словно она была на голову выше Луниэль.

«Так почему бы тебе просто не сдаться и не вести себя как послушный инструмент?»

«…….»

«Ты могла бы занять место правой руки Короля демонов. Звучит заманчиво, не так ли…?»

Именно в тот момент, когда лицо Луниэль начало погружаться в отчаяние, произошло нечто иное.

«……Подожди».

Эмбер, продолжавшая говорить с холодной улыбкой, внезапно осеклась, что-то осознав.

«Ключевое слово, чтобы вернуть Уитни Лингарда — это постоянный никнейм?»

«……?»

«О, о-о, что это значит?»

На лбу Эмбер, которая с опозданием осознала вероятность, вытекающую из записки Парши, выступил холодный пот.

«Звучит так, будто Уитни Лингард — такой же современный человек, как и я…?»

«……Современный человек?»

«С-слушай. В той записке не было написано, чей именно «постоянный никнейм» нужен?»

Эмбер начала задавать вопросы Луниэль крайне взволнованным голосом.

«Там было сказано, что тот, кому адресован вопрос, уже должен знать…».

«…Это еще что за…».

Зрачки Эмбер, которая была слегка сбита с толку таким ответом, внезапно расширились.

«Нет, не может быть».

Широко открыв глаза, Эмбер начала яростно мотать головой.

«Нет, этого не может быть».

Она бормотала это с натянутой улыбкой, пребывая в полубезумном состоянии.

«Х-ха, но если это не я, то кто еще мог вселиться? Только тот задрот, который постоянно обходил меня в рейтинге и игнорировал все мои сообщения…»

«……?»

«К-кстати, тот ублюдок ведь внезапно исчез однажды…».

Однако вскоре даже эта натянутая улыбка исчезла с ее лица.

«…Послушай, спрошу кое-что».

Эмбер, которая долгое время стояла в оцепенении, вежливо обратилась к Луниэль.

«…О чем вы?»

«Как ты впервые встретила Уитни Лингарда?»

Луниэль, несмотря на смущение от внезапного вопроса, постаралась вспомнить все до мельчайших деталей, чтобы задобрить Эмбер, знавшую ключевое слово.

«Первая встреча была на рынке рабов. В тот день господин внезапно пришел и купил меня».

«……Что он сказал при первой встрече?»

«Я была в таком состоянии, что плохо помню, но…».

Когда она пробормотала это тихим голосом, лицо Эмбер окончательно окаменело.

«Он четко назвал мое имя».

«Ах».

Эмбер пробормотала это с совершенно ошарашенным видом.

«Кстати, ведь именно тот ублюдок первым нашел билд на Луниэль».

«…Послушайте, о чем вы вообще говорите?»

«Н-нет, не может быть. Это просто совпадение».

Однако она снова натянула улыбку и с еще более отчаянным взглядом задала Луниэль новый вопрос:

«Слушай, тогда последнее».

«Ч-что еще?»

«Уитни Лингард сейчас случайно не призывает демона по имени Рифаэль?»

И после ответа Луниэль даже та слабая надежда, что оставалась в глазах Эмбер, рассыпалась в прах.

«…Откуда вы это знаете?»

Эмбер, долгое время стоявшая с открытым ртом, пробормотала с безнадежным видом:

«Ее истинное имя… это же награда за первое место в рейтинге…».

Уголки ее рта задрожали, а затем она снова заставила себя улыбнуться.

«Н-нет, это совпадение. Все это — просто совпадение. Удивительное совпадение…».

Она снова начала заниматься самовнушением, но на этот раз это было явно бесполезно.

«…Этого не может бы-ы-ы-ы-ы-ы-ыть!!!»

«…Ч-что…».

«Н-не может быть! Это не мой Уитни-и-и-и!!!»

Эмбер, окончательно потеряв рассудок, рухнула на ледяной пол, обхватила голову руками и закричала.

«Мой секретный, болезненный, загадочный, закулисный красавчик-любимчик!!!»

«…….»

«Тот самый ублюдок, с которым я сралась в комментариях…».

Луниэль, которая смотрела на нее, не понимая и половины ее криков, наконец пришла в себя и поспешно заговорила:

«Не знаю, что с вами случилось, но, пожалуйста, скорее…!»

«…А, да, хорошо. Я скажу».

«П-правда?»

К удивлению, Эмбер, которая продолжала биться головой об лед, подняла голову с пустыми глазами и послушно согласилась.

«В-вы серьезно?»

«…Да. Я узнала горькую правду, и у меня пропало всякое желание жить. Спасай этого ублюдка или нет — мне уже все равно».

Луниэль, наполовину сомневаясь, все же прислушалась к словам Эмбер.

«В общем, постоянный никнейм этого ублюдка — это…».

После этого в ледяной пещере наступила тишина.

«…Что вы сказали?»

Луниэль, которая долго молчала, несмотря на нехватку времени, прищурилась и переспросила:

«Почему именно это слово является ключевым?»

«…Откуда мне знать».

Именно в этот момент тело Уитни, которое до этого лишь источало черную энергию, вздрогнуло.

*****

Тем временем в поместье Лингард.

«Я, я правда могу идти?»

Шаша, которая, несмотря на то что несколько дней назад получила разрешение на отпуск, оставалась в особняке из-за подозрений и тревоги (удивительно, но никто не знал, что она все еще в своей комнате), наконец стояла перед воротами и бормотала с решительным видом.

«…Отпуск. Я ведь правда могу идти в отпуск?»

Несмотря на то что за последние дни ничего не произошло, тревога Шаши не утихала.

Например, что как только она выйдет за ворота, поступит приказ о возвращении, или ее убьют по пути, или мир внезапно погибнет и так далее.

«…….»

Но даже если сложить все эти опасения, они не шли ни в какое сравнение с тем, что она держала в руках.

«…Что же это такое?»

Это был загадочный конверт и письмо, которые Уитни вручил Шаше перед ее уходом в отпуск.

«У-у…».

Конечно, Уитни сказал, что это подарок и она может спокойно прочитать его в пути, но Шаша ни на секунду не поверила этим словам.

Наверняка, как только она откроет его, оттуда пойдет сонный газ или ее заставят выполнять какое-нибудь ужасное задание.

«…Эх».

Но не проверить она не могла, поэтому, поплакав, Шаша наконец решилась открыть конверт.

«…….»

И перед воротами воцарилась тишина.

«…А?»

В этой тишине рот Шаши начал медленно открываться.

«О? О…?»

В конверте была сумма, равная десятилетнему жалованью Шаши.

«Э-э?»

Шаша, у которой случился «сбой» от такой огромной суммы, которую она никогда в жизни не держала в руках, лишь спустя долгое время прочитала письмо.

«Ух».

И вскоре Шаша снова начала всхлипывать.

«У-у-у…».

Содержание письма было очень простым.

«Надеюсь на дальнейшее сотрудничество.:)

От Уитни — лучшей горничной поместья Лингард».

Однако для Шаши, прожившей очень тяжелую жизнь, это был лучший подарок, который она когда-либо получала.

«У-у-у-у…».

Шаша, которая села на землю и начала плакать, шмыгая носом, пробормотала:

«Ик, господин, оказывается, был добрым человеком…».

Если бы Уитни услышал это, он был бы очень возмущен, но на самом деле это был исторический момент.

Если не считать Мердию или Сесиль, это был первый раз, когда искренность Уитни была полностью передана кому-то другому.

- Топ, топ….

Однако эхо этого исторического момента длилось недолго.

«Рыцарский орден Святого Престола обращается к поместью Лингард».

«……!?»

«С этого момента Папство объявляет вас еретиками».

Шаша, у которой от удивления округлились глаза при виде блестящего войска, собравшегося вдалеке, поспешно вскочила.

«Если вы сложите оружие и сдадитесь, мы сохраним вам жизнь».

И на мгновение Шаша задумалась, не сбежать ли ей, бросив взгляд на заднюю дверь.

«В противном случае мы не гарантируем жизнь обитателям особняка».

«…Шмыг».

Однако, вытерев слезы, Шаша сжала губы.

«…….»

В поместье Лингард сейчас не было ни графа, ни Уитни, ни Луниэль, ни Альфреда, ни Сесиль.

А Парша, единственный человек, который мог контролировать ситуацию, была без сознания, хотя и неизвестно, что именно произошло.

То есть в особняке не было никого из старших, кто мог бы взять ситуацию под контроль.

«Хе-хе…».

Никого, кроме новой старшей горничной Шаши.

«…Я так и знала, что этим закончится».

Примерно через 5 минут. Поместье Лингард начало готовиться к решительному бою под руководством старшей горничной Шаши, которая добровольно отказалась от отпуска и вернулась на службу.

----------

Постоянный никнейм

«…Сценарий пошел наперекосяк».

В тот самый момент, когда в ледяной пещере разворачивались жаркие события, в самых глубинах Теневого коридора...

«Что вы имеете в виду?»

«…Сарир-рыцарь. Нет, Луниэль Мистилейн».

Сидевшая в комнате «Великая Тень» пробормотала это, глядя на стоявшего перед ней шута.

«Она предала нас».

«…Хм?»

На самом деле, поскольку ни один из них особо не скрывал своей истинной сущности, можно было смело утверждать, что это Мердия в обличье Короля демонов бормотала, глядя на загримированного под шута Бергена.

«Разве вы не говорили определенно? Что это параллельный мир, где мы обязательно добьемся своей цели».

«И все же изначально было ошибкой переходить в параллельный мир. Ведь в нем по определению может возникнуть масса переменных…»

«И все же изначально было ошибкой переходить в параллельный мир. Ведь в параллельном мире по определению может возникнуть масса переменных…»

«Если бы все было так просто, я бы не скиталась по бесчисленным параллельным мирам».

Однако Король демонов Мердия начала объяснение с ничуть не изменившимся лицом.

«Оригинальный мир, где первый и второй Герои уже пришли к финалу, напрямую контролируется древними протагонистами, ставшими божественными сущностями. Поэтому он не подходит для достижения нашей цели».

«Это я понимаю, но…»

«Если бы место, где мы находимся сейчас, не было параллельным миром, было бы невозможно даже появление второй империи на Западном континенте, да и черные маги не смогли бы вести себя так свободно».

В обычное время шут Берген наверняка согласился бы с этим и замолчал.

Иными словами, в тот самый момент, когда ее мнение изменилось бы, Берген, как высший чин Союза черных магов, тоже перестал бы существовать в этом мире.

Иными словами, в тот самый момент, когда ее мнение изменилось бы, Берген как высший чин Союза черных магов тоже перестал бы существовать в этом мире.

«…До сих пор я намеренно избегал этой темы».

Однако на сей раз он предпочел не молчать, а встретился взглядом с Королем демонов Мердией и смело задал вопрос:

«Даже если мы изменим судьбу параллельного мира, разве в итоге то, что произошло в вашем родном мире, не останется прежним?»

«……»

«Уитни Лингард из оригинального мира уже мертв. Вы были повержены как третий Король демонов и лишь сбежали в параллельный мир прямо перед уничтожением».

Воздух в комнате вмиг стал ледяным.

Это было недвусмысленное предупреждение. Но Берген, уже открывший рот, не собирался останавливаться.

«Разве и мы, собранные во время скитаний по всевозможным параллельным мирам, в конце концов не являемся завершенными сущностями, встретившими печальный конец в тех мирах?»

Во взгляде Бергена, говорившего это, плескалась глубокая печаль.

«Грубо говоря, этот Уитни Лингард выжил. И в будущем он станет Королем демонов, но разве это Уитни из вашего мира?»

«У Уитни Лингарда из этого мира есть Мердия Эмбергрин из этого мира. И само собой, она — не вы».

«У Уитни Лингард из этого мира есть Мердия Эмбергрин из этого мира. И само собой, она — не вы».

Берген едва не добавил эти слова, но усилием воли подавил их.

Берген едва не добавил эти слова, но усилием воли глубоко сглотнул их.

«И даже при этом вы утверждаете, что изменение судьбы лишь одного из бесчисленных параллельных измерений способно хоть что-то изменить?»

, .

«……»

Однако в ответ не последовало не то что ответа — даже малейшей реакции.

«…Изменить можно».

«Простите?»

Приготовившийся к худшему и думавший, что он наверняка затронул ее за живое, Берген от неожиданности широко раскрыл глаза при внезапном ответе Короля демонов Мердии.

«Изменив финал этого измерения, мы можем изменить и наш собственный финал».

«…Как такое возможно?»

Вскоре Берген, разрываясь между сомнениями и надеждой, начал прислушиваться к ее словам.

«Мы используем тот же метод, что и божественные сущности оригинального мира».

«…Божественные сущности?»

«Чтобы добыть энергию для поддержания измерений, они делятся историями курируемых ими миров с мирным измерением в развлекательном формате».

Если бы на его месте стояла Эмбер, она бы тут же загорелась глазами и заговорила о вышедшей в ее мире «Blacktail Fantasy 3».

Но поскольку у Бергена не было знаний Эмбер, он лишь кивнул, поняв ее слова от силы наполовину.

«Поэтому я тоже попробовала».

«…Что именно?»

«Собрав всю свою силу, я вмешалась в тот мирный чайник. Сначала выпустила историю оригинального мира, а после — в формате того, что в том мире называют DLC, или IF-сюжетами. С помощью этого даже параллельный мир может повлиять на оригинал».

И снова, находись там Эмбер, она наверняка выпалила бы что-нибудь вроде: «Так вот почему DLC вышло так внезапно!»

Но Берген на этот раз лишь хлопал глазами, не поняв слова Короля демонов Мердии даже наполовину.

«…Какова же ваша конечная цель?»

«Разве мы не договаривались не спрашивать об этом друг друга?»

Когда он, придя в себя, задал новый вопрос, лицо Короля демонов Мердии на миг исказилось от недовольства.

«Если подумать, это нечестно. Целью Луниэль из измерения 032-1 было возвращение сил, моя цель из измерения 127-3 — вернуть дочь и жену, а цель Шаши из измерения 111-9 — убить Уитни Лингарда».

«……»

Берген, решив, раз уж пошел на попятную, идти до конца, с холодным потом на лбу косился на Короля демонов Мердию.

Берген, решив раз уж пошел на попятную, идти до конца, с холодным потом на лбу косился на Короля демонов Мердию.

«Ладно, я скажу».

И к его величайшему удивлению, Король демонов Мердия не стала стирать его с лица земли, а дала желаемый ответ.

«Моя цель — вернуть Уитни Лингарда».

«Уитни из оригинального мира уже мертв…»

«Это неважно».

Однако Берген, попытавшийся снова открыть рот из чистого недоумения, рефлекторно замолчал из-за страшной жажды убийства, внезапно заполнившей комнату.

«Для меня не имеет значения ничто другое, кроме Уитни Лингарда, вспомнившего нашу первую встречу в детстве».

К счастью, и на этот раз не стерев Бергена с лица земли, Король демонов Мердия закончила говорить и на мгновение закрыла глаза, погрузившись в раздумья.

«…Не имеет значения, говорите».

Про себя молча обдумав эти слова Короля демонов Мердии, Берген вскоре снова скривился и заговорил:

«Тогда разве вы в любом случае не достигли своей цели?»

«……»

«В результате бесчисленных попыток и странствий по параллельным мирам Уитни Лингард из этого мира наконец вернул воспоминания прошлого через артефакт, охраняемый драконами. Так в чем же ошибка сценария?»

Судя по тому, что на этот раз не чувствовалось никакой враждебности, заданный им вопрос, к счастью, не задел чувств Короля демонов Мердии.

«…Мало просто вернуть воспоминания».

«Тогда?»

Медленно открыв глаза, Король демонов Мердия уже более мягким тоном беспристрастно ответила на заданный вопрос.

«Он должен меня убить».

«Простите?»

«Я хочу, чтобы Уитни, вернувший память, убил меня».

И последовавшая за этим короткая тишина.

«Вы… вы серьезно?»

«Ради этого я и скиталась по бесчисленным параллельным мирам».

«Тогда ошибка сценария — это…»

Среди этой тишины Берген, совершенно не похожий сейчас на шута, спросил с ошеломленным видом:

«…Хотя Уитни Лингард и вернул воспоминания прошлого, он не поддается поглощению злом силы господства».

Глядя на него, тихо пробормотал Король демонов Мердия.

«Так быть не должно. Этот добрейший парень никогда не убьет меня, если не погрузится во тьму зловещей скверны».

«…Вы уверены, что существо по имени Уитни Лингард действительно лишено злобы?»

«Ты же наверняка видел его истинную суть, путешествуя по бесчисленным параллельным мирам?»

«Потому я об этом и говорю».

На мгновение их взгляды пересеклись.

И когда Король демонов Мердия скорчила недоумевающее выражение лица, словно не понимая, к чему он клонит, Берген нахмурился и вздохнул.

«…В общем, если так пойдет и дальше, этот параллельный мир тоже потерпит крах. И больше у нас шансов не будет, пожалуй».

«Шансов не будет?»

«Потому что я уже собрала всю свою силу и выпустила в этот мир DLC».

От этих слов Берген на миг вздрогнул, но Король демонов Мердия этого не заметила.

«Второго шанса не дано».

Потому что она сама была слишком поглощена собственными словами.

«Поэтому отныне мы тоже бросим в бой все свои силы».

«……»

«Пробуждение в ледяной пещере, судя по всему, закончилось неудачей, но…»

Уже не обращая внимания даже на стоящего перед ней Бергена, Король демонов Мердия устремила взгляд куда-то вдаль и тихо забормотала:

«Неужели даже возникновение угрозы для близкого человека не заставит тебя… пасть? Уитни Лингард».

В ее глазах на мгновение отразились различные сцены.

Мердия из этого мира, обливающаяся холодным потом на кровати в герцогстве Эмбергрин. Сесиль и сарир-рыцарь в Магической башне…

А также Шаша и Парша в особняке Лингард.

«…Как ни посмотри, а Уитни Лингард изначально выглядит как падший ублюдок».

Берген тихо бормотал это, искоса поглядывая на застывшую с отрешенным взглядом Мердию.

«Поэтому отправляйся в Магическую башню».

«…В Магическую башню?»

Берген внезапно встрепенулся от прозвучавшего перед ним приказа Мердии.

«Это наш последний шанс. Мы должны взять под контроль любые возможные переменные».

Немного подумав, Берген внезапно открыл рот и задал вопрос:

«Спрошу об одном».

«…Что такое?»

«Если ваша цель достигается через Уитни Лингарда этого измерения, то моя цель вернуть дочь… Каким образом вы собираетесь ее исполнить?».

Услышав это, Король демонов Мердия ответила так, словно он спрашивал о чем-то само собой разумеющемся:

«Когда все закончится, я наложу судьбу этого мира на оригинальный мир. Что-то вроде поглощения».

«…Тогда что будет со мной и моей дочерью из этого мира?»

«Не думала, что в этот момент ты задашь такой вопрос, Берген».

На губах Мердии на миг появилась холодная улыбка.

«Разве ты не хотел вернуть дочь любой ценой?»

«……»

«Какое тогда имеют значение существа из параллельного измерения?».

И снова воцарилась тишина.

«…Ха-ха».

Тихо усмехнувшись в этой тишине, Берген опустил голову и ответил ей полным издевки голосом:

«Прекрасно понимаю…»

Однако скрытые за опущенной головой глаза не смеялись вовсе.

*****

«…Хозяин».

Словно погружаясь в гигантское болото, я тонул во тьме, когда до моих ушей донесся знакомый голос Луниэль.

«…Что еще за «нука-мердия-тян»?»

«Чего?»

В тот самый момент, когда я услышал этот голос, мой онемевший разум мгновенно прояснился.

«……А».

Нет, не то чтобы прояснился — скорее, в нем образовалась абсолютно белая пустота.

«Твою мать».

----------

Приближающийся финал

— Гу-у-у….

Тёмная аура, заполнявшая ледяную пещеру, начала медленно рассеиваться.

— А….

Луниэль, наблюдавшая за этим, тут же просияла и сделала шаг вперёд.

— Господин!

— …….

— В-вы вернулись!

— …….

— Н-неужели ключевое слово сработало? Я не знаю, что оно значит, но оно сработало, верно? Да?

Она подошла к Уитни в крайнем возбуждении, но, как ни странно, ответа не последовало.

— ……Ха-ха.

Вместо этого Уитни лишь смотрел на Луниэль с привычной подозрительной ухмылкой.

— …В-в любом случае, раз вы вернулись, то всё хорошо.

— …….

— В-вы ведь вернулись, правда?

Луниэль, украдкой поглядывая на него, спросила это, слегка покрывшись холодным потом.

Конечно, вся тёмная аура в пещере исчезла, но выражение лица Уитни было до жути подозрительным и пугающим.

Нет, на самом деле, разве он когда-то был другим? Но всё равно, чувство было странным.

Если раньше при взгляде на него возникало лишь чувство жути, то сейчас казалось, что один лишь взгляд на него означает столкновение с чем-то опасным.

— Ну, скажите же хоть что-нибудь.

— …….

— Хоть слово….

Луниэль, начавшая нервничать, через силу улыбнулась и легонько коснулась плеча Уитни.

— …Луниэль.

Наконец Уитни разомкнул плотно сжатые губы.

— Я сейчас немного не в духе, не могла бы ты помолчать?

— ……А, господин.

— Ты не могла бы помолчать?

К счастью, тон Уитни был прежним. И, казалось, его ускользнувшие воспоминания тоже вернулись.

— Т-тогда я буду охранять вас рядом, пока вы не придете в себя.

— …Ха-ха.

— Можно?

Однако, поскольку его состояние всё ещё казалось странным, Луниэль, не уловив настроения, продолжила говорить и сделала шаг в его сторону.

— Луниэль….

— …Ох.

— Сейчас я хочу побыть один.

В тот же миг холодный голос Уитни пронзил её слух.

— …Х-хорошо. А?

Конечно, Луниэль была предана приказам Уитни безоговорочно, но не в этот раз.

— Э-э? О….

Прежде чем она успела подчиниться словам Уитни, её ноги сами собой двинулись в противоположную сторону.

— Ч-что это?

Испугавшись внезапной ситуации, Луниэль попыталась напрячь ноги, чтобы остановиться, но уже не могла контролировать себя.

— Ч-что-то не так, господин. Мои ноги двигаются сами по себе.

— …….

— Е-если так пойдет, я не смогу вас охранять…!

Луниэль, попытавшаяся остановить движение, вонзив меч в лед на полу, в итоге была вынуждена последовать за ним, волоча меч за собой, и постепенно скрылась в направлении выхода из пещеры.

— …….

И наступила тишина.

— …А, поздравляю.

В этой тишине раздался тихий голос Эмбер.

— Ты полностью подчинил себе Силу господства.

Она, прислонившись к стене пещеры и съежившись, слегка приподняла голову и, искоса поглядывая на Уитни, пробормотала это.

— И что теперь будешь делать? Захват мира? Уничтожение империи? Месть за мать?

— …….

— Что бы ты ни делал, мне теперь плевать. Весь интерес пропал. Что мне теперь делать со своей жизнью….

Эмбер, узнавшая правду о том, кто скрывается внутри Уитни, была уже в состоянии, не подлежащем восстановлению.

Если еще мгновение назад она была неожиданной угрозой и величайшей переменной, то теперь её можно было считать полностью выбывшей из игры.

— …С чего вдруг такой бред?

— Ты тоже прекрати играть Уитни. Ты ведь современный человек. А ведь был совершенно посторонним человеком….

— Моя манера речи и раньше была такой.

— Ха, черт. С ума сойти.

Эмбер, то ли от ответа вернувшегося Уитни, то ли от мурашек по коже, задрожала всем телом и поднялась с места.

— Какая разница, что манера речи та же? Внутри-то ты задрот-геймер. Ты не более чем интернет-призрак, задрот, который 24 часа в сутки сидел в игре, напяливший на себя шкуру Уитни….

Затем она, дрожащими руками, начала выплескивать полные злобы слова.

— Верни мне моего Уитни Лингарда… Верни моего любимого черносердечного красавчика с прищуренными глазами….

— …Я всегда так выглядел.

— Что?

— В прошлой жизни и сейчас я выгляжу одинаково.

Однако Эмбер, услышав объяснение Уитни, слегка вздрогнула, а затем посмотрела на него с некоторым интересом.

— Д-даже так, ты не перестанешь быть хикикомори, социально неадаптированным игровым задротом….

Но тут же она покачала головой и, снова нахмурившись, пробормотала это.

— У меня была неизлечимая болезнь. Я всю жизнь прожила в больничной палате.

— …А?

— Кроме игр делать было нечего. Друзей не было, а родители давно меня забросили. Ха-ха….

Эмбер, услышав продолжение слов Уитни, плотно сжала губы и снова покрылась холодным потом.

— А, это… э-э, ну.

— …….

— ……П-прости.

Вскоре она, почесав затылок, отвела взгляд и извинилась.

— Я, пожалуй, перегнула палку….

— …….

— Н-но. Ты правда так выглядел? И манера речи тоже была такой?

Затем Эмбер начала задавать Уитни вопросы с любопытным блеском в глазах.

— Нет, это вообще прошлая жизнь? Вселение? Мне почему-то кажется, что это вселение….

— …У меня болит голова, не могла бы ты помолчать?

Уитни, молча слушавший это, схватился за голову и пробормотал тихим голосом.

— Гу-у-у….

В тот же миг в ледяной пещере подул холодный ветер, пронесшийся мимо Эмбер.

— О, ты уже начал свободно использовать Силу господства?

Однако Эмбер, которой, в отличие от Луниэль, почему-то не удалось управлять телом, склонила голову набок, а затем, ухмыльнувшись, снова задала вопрос.

— А теперь скажи, почему у тебя такая кислая мина? Это потому, что твой ник раскрыли? Хотя, признаться, он был довольно дебильным.

— …….

— Но ведь благодаря этому ты пришел в себя, так что можно посмотреть на это с хорошей стороны, разве нет?

На мгновение по лицу Уитни скользнула холодная улыбка.

— Нет, ну. Всякое бывает. У меня тоже был странный ник.

От этой, как никогда холодной и пугающей улыбки, Эмбер, собиравшаяся что-то добавить, тут же осеклась и сменила тему.

— …«Хочу лизать ноги Уитни-оппы», да?

— А, черт. Ты с самого начала знала, кто я?

— Ты сам болтал, что был вторым в рейтинге.

— Черт….

Разговор об их никах в реальной жизни закончился полным взаимным уничтожением, когда каждый получил асимметричное оружие против другого.

*****

— Что ты собираешься делать дальше?

— Я? Не знаю. Даже не уверен. Цель жизни исчезла….

После того как ситуация более-менее прояснилась, Уитни и Эмбер, стоя у входа из ледяной пещеры, начали свой последний разговор перед расставанием.

— У тебя ведь не осталось никаких тайных замыслов?

— А, не волнуйся. Что бы ты ни задумал, я не буду мешать. Цель жизни исчезла, но умирать я не хочу.

Слова Эмбер были вполне разумными.

У неё не было способа победить Уитни, который уже получил Силу господства.

— Так что ты собираешься делать дальше?

— …Хм.

Поэтому Эмбер, которая уже давно отказалась от мысли что-то затевать, на этот раз задает вопрос Уитни.

— Я собираюсь найти Мердию.

— А, конечно, ты так и сделаешь.

— …И я собираюсь покончить со всем этим.

Услышав это, Эмбер на мгновение прищурилась и переспросила.

— Отомстить?

В наступившей тишине выражение лица Уитни ничуть не изменилось.

— Кто знает, как оно будет.

— …Не скажешь? Ну, в любом случае, меня это больше не касается.

Эта реакция означала, что он уже точно решил, как будет действовать дальше и что станет его целью.

Конечно, для Эмбер, как она и сказала, это было уже неважно.

— И всё же, напоследок дам совет: с этого момента будь осторожен.

— ……?

— С того момента, как ты пробудил Силу господства, ты стал не кем иным, как Королем демонов.

Поэтому Эмбер, направлявшаяся к выходу из пещеры, внезапно обернулась к Уитни и дала совет.

— Но я всё еще могу использовать Белую магию?

Отвечая на это, Уитни, в чьей протянутой руке вспыхнула энергия Белой маны, склонил голову и посмотрел на Эмбер.

— Нет, конечно, так и есть. Ты ведь только что провалил пробуждение Короля демонов.

— …Это было так?

— Проще говоря, ты не Король демонов, признанный правилами мира, но ты получил всю силу, которой обладает Король демонов.

Тогда Эмбер, с видом «зачем ты вообще это спрашиваешь», начала объяснять.

— Поэтому, даже если правила мира тебя не признают, все в мире будут видеть в тебе Короля демонов.

— …Что это значит?

— Ха-а, да что с тобой? Ты не играл в DLC?

Она, видя, что Уитни всё еще ошарашен, спросила с видом, будто ей это надоело.

— Да.

— Что?

— Я умер до того, как вышло DLC.

Эмбер, услышав ответ Уитни, на мгновение открыла рот от изумления.

— Погоди, тогда… это будет проблемой.

— О чем ты?

— Это значит, что ты не знаешь событий, которые произойдут дальше?

Затем она, потирая подбородок и бормоча, с довольно серьезным выражением лица заговорила.

— В конце концов, DLC — это как побочная история, она по длине даже не дотягивает до половины основной игры. Все события происходят очень быстро.

— И что с того?

— События после сценария в ледяной пещере, вероятно, будут последней главой?

Услышав это, Уитни, удивленно округлив глаза, повернулся в сторону и заговорил.

— Последней главой?

— Ты хочешь сказать, что совсем не знаешь событий, которые произойдут в этой ситуации?

— Именно так….

— …Тогда дело плохо.

Эмбер, осознав всю серьезность ситуации, смущенно заколебалась.

— Почему дело плохо?

Она, под давлением Уитни, неохотно заговорила.

— Возвращайся в поместье Лингард прямо сейчас.

— В поместье?

Лицо Уитни, который всё еще ошарашенно смотрел на неё, после её слов окаменело.

— Если не хочешь увидеть, как Святое королевство перебьет всех людей в особняке.

*****

Тем временем, в поместье Лингард.

— …Б-беда. Вход уже прорван.

— Э-это… мы не того уровня, чтобы им противостоять.

— В-всё кончено. Больше удерживать их невозможно.

Шаша, сидевшая в кресле в кабинете и с тревогой смотревшая наружу, услышав доклады, которые начали поступать один за другим, тихо вздохнула.

— И надо же было такому случиться, когда все покинули особняк….

— Ч-что нам теперь делать?

— Через 5 минут Орден паладинов ворвется в особняк….

Новые служанки, оставшиеся в особняке, с тревогой спрашивали Шашу.

— …Ничего не поделаешь.

И после короткой тишины Шаша наконец тихо заговорила.

— Откройте дверь в подвал.

— …Ик.

— …Ик.

— …Ох.

Она, молча выслушав стоны и вздохи, доносившиеся отовсюду, медленно встала с места и добавила.

— С этими людьми я попробую разобраться сама.

Хотя её ноги дрожали не меньше, чем у новых служанок, Шаша, не взяв свои слова назад, вышла из кабинета.

----------

Возвращение

— А, хозяин.

— …….

— В-вы вернулись?

Как только я, закончив разговор с Эмбер, поспешно выбрался из ледяной пещеры, Луниэль, которая всё это время нервно ждала снаружи, тут же бросилась ко мне.

— Но… вы ведь точно тот самый хозяин?

— …Похоже на то.

— М-можно мне попросить доказательство?

На эту просьбу Луниэль, которая смотрела на меня с радостью, но всё ещё с опаской, я лишь вздохнул, протянул руку и заставил вспыхнуть белую ману.

— Ах, это же белая мана…

Только увидев это, Луниэль полностью отбросила сомнения.

Честно говоря, раньше я считал эту способность бесполезной, но в такие моменты она очень выручает, позволяя доказать свою невиновность.

Кстати, в детстве, когда меня подозревали в связях с черными магами, я тоже всегда доказывал обратное с помощью белой маны.

— Я так и знала, что вы справитесь! Н-не знаю, с чем именно, но всё же…

— …Сейчас не время для этого.

Однако сейчас не тот момент, чтобы праздно предаваться воспоминаниям.

Если слова Эмбер правдивы, есть дело, которое нужно сделать немедленно.

— Мы должны как можно скорее вернуться во владения Лингард.

— Что?

— На поместье напали.

Я поделился информацией с Луниэль (кстати, интересно, почему она вдруг оказалась здесь, но обстоятельства важнее, спрошу позже), и её глаза вмиг расширились.

— Напали? Кто…?

— …Святое государство.

— С-Святое государство? Но вы же говорили, что у нас есть ещё неделя…

Если подумать, это странно. По словам святой Гестии, времени должно было оставаться больше. Почему Святое государство вмешалось так рано?

— Подробностей не знаю. Но нападение — факт, и нам нужно как можно быстрее вернуться в особняк.

— ……Тогда это катастрофа. Из-за операции в Магической башне в особняке остались лишь минимальные силы! Нужно немедленно возвращаться!

Пока я размышлял об этом, Луниэль, уже готовая сорваться с места, вдруг что-то осознала, покрылась холодным потом и спросила меня:

— Н-но как мы вернёмся?

— …….

— Мы на Северном континенте. До империи, что на другом конце света, слишком далеко!

Услышав это, я понял, что дела действительно плохи.

— Пешком идти месяцы, а на корабле плыть ещё недели две…

Изначально я планировал, что, получив силу господства, смогу как-нибудь договориться с драконами.

Но теперь, когда все драконы скованы проклятием, способов вернуться не осталось.

— О, у меня есть отличная идея!

— …Какая?

В этой безнадёжной ситуации Луниэль вдруг просияла, и я, ухватившись за соломинку, прислушался к ней.

— А, там в ледяной пещере, кажется, были замороженные драконы.

— …И что с того?

— Давайте разморозим того, кто выглядит попроще, запрыгнем ему на спину и полетим в империю!

Однако, выслушав её предложение, я почувствовал, как у меня опускаются руки — пожалуй, лучше бы я этого не слышал.

— Во-первых, они заморожены проклятием, их невозможно просто так разморозить.

— …М-может, с помощью вашей непобедимой белой маны…

— Во-вторых, даже если мы преуспеем, драконы вряд ли станут помогать тем, кто стал причиной их заточения.

Я объяснил, почему это невозможно, чтобы Луниэль не тратила время на попытки разжечь огонь, но она лишь нервно заговорила снова:

— …А-а если взять других драконов в заложники и пригрозить им?

В этот момент даже я начал склоняться к её идее.

Пусть совесть и грызёт, но честно говоря, других вариантов нет, и предложение Луниэль — единственное, что приходит в голову.

Так что, может, разбудить ту девушку-полукровку, что была с нами, и полететь в империю — это лучший…

— В этом нет нужды.

Именно в тот момент, когда я уже собирался направиться обратно в пещеру,

— Наше проклятие скоро развеется и без вашего вмешательства. К тому же, мы не собираемся враждовать с теми, кто вышел за пределы судьбы.

в моих ушах внезапно раздался чей-то мягкий голос.

— Однако разве нет способа вернуться туда, где вы нужны, быстрее, чем этот варварский метод?

Поняв, что голос принадлежит Повелителю драконов, замороженному в самой глубине пещеры, я молча прислушался.

— Юноша с черными волосами. Используй «ту силу», которую ты осознал.

Поняв, о чём говорит Повелитель драконов, я без промедления начал собирать новую силу, что наполнила меня.

— Я буду наблюдать отсюда, как ты распорядишься силой, предсказанной предком Повелителем драконов.

И через несколько секунд.

— Грохот….

Перед нами с Луниэль замерцал черный портал.

— Э-это что?

Судя по всему, через череду событий я действительно осознал «Силу господства».

Раз уж я смог призвать перед собой врата «Теневого коридора», которыми пользуются черные маги, просто подумав об этом.

— Возвращаемся в особняк. Готовьтесь.

— …А, да!

Маршрут был обеспечен, но на душе было неспокойно.

«…Пожалуйста, пусть всё будет хорошо».

Пусть пробуждение Короля демонов и провалилось, но, честно говоря, это не похоже на окончательный провал — скорее на временную приостановку.

«…Пожалуйста».

Иными словами, если что-то пойдёт не так, пробуждение может начаться снова.

*****

— Временный глава инквизиторов, Алессандро, приказывает.

Тем временем во владениях Лингард.

— Еретики, бросьте оружие и сдавайтесь. Это ваш последний шанс.

Несмотря на то, что особняк довольно успешно отбивался от элитных сил Святого государства, их сопротивление подходило к пределу.

— Больше… не можем.

— …Черт, как же так вышло?

— Кха, эти ублюдки. Сколько их ни руби, они всё равно восстанавливаются…

Как и говорила Луниэль, в особняке остались лишь минимальные силы для охраны.

А так как всех более-менее способных бойцов забрали на операцию в Магическую башню, нас застали врасплох.

Даже древняя защитная магия особняка была бесполезна против армии Святого государства, ведь они не были злыми сущностями.

Напротив, каждый солдат Святого государства был элитным бойцом.

О паладинах и говорить нечего, но даже рядовые солдаты бесконечно регенерировали, пока им не отрубят голову.

То, что владения Лингард продержались так долго против таких сил, было чудом.

— Ха-ха… Это неприятно.

Парша, виновница этого чуда, которая, несмотря на жар, заставлявший её тело гореть, продолжала руководить обороной, поняла, что поражение близко, и вздохнула.

— …Стратегий больше не осталось.

Ловушки, расставленные в особняке, тайные боевые горничные, прирученные в подвале монстры и все свитки с защитной магией были исчерпаны.

Она даже пыталась угрожать тем, что у неё есть фотографии Святой, когда та была заперта(?) в особняке, но толку было мало.

«Впрочем, вряд ли она приказала напасть. Это наверняка дело рук Папы».

Хотя Гестия и взяла под контроль церковь, влияние Папы всё ещё было трудно игнорировать.

Но ведь результаты инквизиции должны быть в руках Святой, почему тогда в империю ввели элитные войска?

Может, святая Гестия предала? Или просочилась информация о смерти герцога Эмбергрин?

— …….

Парша, погруженная в раздумья, тихо покачала головой.

В любом случае, даже если сейчас угадать, что произошло, ничего не изменится.

Это лишь ухудшит её состояние, и без того подорванное переутомлением.

— Аха-ха…

Парша знала более эффективное решение, чем эти пустые размышления.

Нет, скорее это был не способ решения, а уловка, чтобы потянуть время.

— Сдадимся.

— Что? Нет, нельзя!

— …А, не волнуйтесь. Сдаюсь только я.

Когда Парша, закрыв глаза и обдумав всё, заговорила снова, солдат, стоявший рядом в тревоге, в испуге попытался её остановить.

— Если сдастся командир, они наверняка начнут допрос. Это позволит выиграть хоть немного времени.

— ……Но.

— За это время все остальные пусть направляются в «подвал». Так мы сможем выиграть ещё больше…

Парша, казалось, уже всё решила и попыталась медленно подняться, но.

— ……Э?

Вдруг заметив что-то впереди, она застыла, нехарактерно для себя растерявшись.

— …….

Девушка вышла из особняка и направилась к зоне, где расположились рыцари Святого государства и инквизиторы.

— Постой…!

Парша, поняв, что это Шаша, которая пришла к той же мысли, что и она сама, поспешила вперед, но было уже поздно.

— Стоять!

— …….

— Назовись!

Временный глава инквизиторов, заметив идущую Шашу, поспешно повысил голос.

— …Я, я командир.

— Ты? Знай, что ложь инквизиторам карается очень сурово.

— Н-но это правда…

Когда Шаша, дрожа от страха, всё же назвалась, в рядах Святого государства началось замешательство.

— Тихо. Зачем ты явилась перед нами?

— …Д-для переговоров.

— Переговоров? Кажется, ты не понимаешь ситуации.

Временный глава инквизиторов, с насмешкой глядя на неё, холодно произнес:

— Ваш хозяин совершил тяжкое преступление, вступив в сговор с силами черных магов и убив герцога.

— ……!

— А Святое государство никогда не прощает ересь. Ни тех, кто помогал, ни тех, кто хоть как-то связан с этим.

Услышав его слова, на лбу Шаши выступил холодный пот.

— И вы уже напали на нас. С этого момента знайте: вы стали целью для устранения.

— …….

— Если всё же хочешь спасти свою никчемную жизнь, немедленно сдавайся и выкладывай всё, что знаешь.

На мгновение глаза Шаши дрогнули.

— Если ты действительно командир, то не захочешь же погубить всех в особняке из-за своего неверного выбора?

Заметив эту перемену, инквизитор с холодной улыбкой начал подталкивать её к сдаче.

— Конечно, есть и способ спасти всех.

— …….

— Если дашь нужные нам показания, мы готовы сделать вид, что сегодняшнего боя не было…

Именно в тот момент, когда глаза Шаши задрожали ещё сильнее,

— Грохот….

позади них внезапно заструилась черная энергия.

— ……!!!

— ……Хик?

В этот момент войска Святого государства разом напряглись и выхватили оружие, а растерявшаяся Шаша попятилась и оступилась.

— Осторожнее.

Однако она не упала.

— Будьте осторожны, Шаша.

— ……А.

Потому что Уитни, подхвативший её перед самым падением, прошептал это с до боли знакомой усмешкой.

----------

Черное небо.

«Э-это…»

Алессандро, председатель комитета инквизиции, недавно назначенный временным главой инквизиторов по прямому приказу Папы и командующим карательным отрядом, направленным во владения Лингард.

Глядя на разворачивающуюся перед ним картину, он почувствовал, что столкнулся с величайшим кризисом в своей жизни.

- Гу-у-у…

Прежде всего, черная дверь, возникшая прямо перед ними из разорванного пространства. Это определенно был «Теневой коридор», который используют «черные маги».

Конечно, это было знакомо не только ему, но и любому паладину, хоть раз сражавшемуся с черными магами.

Но проблема заключалась в том, что она появилась прямо перед ними в режиме реального времени.

Согласно анализу жрецов-исследователей Святого Престола, этот Теневой коридор — не просто черная магия, которую можно использовать по желанию, а своего рода феномен искажения пространства.

Подобно тому, как лодочник не создает плавучесть, а использует её, или как люди не создают гравитацию, чтобы стоять на земле, а используют её, так и черные маги не создают это явление, а лишь пользуются им.

То же самое касалось и верхушки Союза Теней, которая нанесла Святому Престолу немало смертельных ударов.

«…Ха-ха».

Однако «Уитни Лингард», появившийся сейчас из черной двери, разорвав пространство, никак не вписывался в эти рамки.

Силач, способный произвольно использовать «феномен». Это уже не просто сильный черный маг, его можно считать обладателем божественной силы.

И таких существ в этом мире единицы.

Древние боги или короли стихий, скрывшиеся из виду, или, если брать выше, Повелитель драконов или Святая, получившая откровение от Бога?

Все они были существами, которые могли появиться разве что в мифах.

«…Неужели?»

Нет, на самом деле было одно исключение, не подпадающее под эти категории.

«Король демонов…?»

Подобно тому, как Святая или Герой используют силу, дарованную Богом, Король демонов тоже использует свою силу.

Но делать поспешные выводы еще рано. Хотя Уитни Лингард и подозревается в ереси, он все еще считается героем империи, и называть его Королем демонов было бы слишком опрометчиво.

«…Господа из Святого Престола, как вы поживаете?»

Алессандро, который пытался осторожно оценить ситуацию, вздрогнул от голоса с нотками смеха, раздавшегося прямо перед ним.

«Позвольте спросить, почему вы без разрешения вторглись в мое поместье?»

Не только он, но и все паладины, выстроившиеся во дворе особняка, чувствовали то же самое и обливались холодным потом.

«Это не человек».

Конечно, у Уитни не было щупалец на руках, и рога, как у демона, не росли из головы.

Однако паладины были теми, кто сражался со всякой нечистью.

И в их глазах этот юноша обладал аурой и натиском, которые никак нельзя было назвать человеческими.

«Почему вы молчите?»

«……»

«Если так, то я тоже не могу оставаться в стороне».

Как только они осознали это, каждое слово и действие Уитни стали казаться пугающими.

Конечно, место, где они находились, было обычным особняком, не таким уж большим.

Но большинство из тех, кто стоял там, чувствовали себя так, будто оказались в замке Короля демонов, и тихо дрожали.

«Но на самом деле я очень не люблю насилие».

«……»

«А недопонимания — тем более».

Тем временем Уитни, все еще улыбаясь своими прищуренными глазами, начал медленно приближаться.

«Поэтому, если возможно, я хотел бы решить эту ситуацию разговором…»

Переговоры ради безопасности или атака, несмотря на риск? Теперь Алессандро должен был сделать выбор как командир.

«Р-рыцари!»

После мгновенного колебания он отдал поспешный приказ.

«Провести Ритуал связующих нитей священного меча!»

Конечно, он рассматривал вариант провести переговоры, отступить и вызвать подкрепление. Но на самом деле он привел с собой все элитные силы, доступные сейчас Святому Престолу.

Поскольку Святая Гестия, которую многие считали связанной с Уитни, уже захватила власть, надежды не было, если сейчас отступить.

Другими словами, у них не осталось иного выбора, кроме как уничтожить это зло прямо здесь и сейчас.

- Плюх…!

Как только приказ был отдан, паладины, уже занявшие позиции, одновременно выхватили мечи и вонзили их в землю во дворе поместья.

- Дзинь…

В следующее мгновение мечи паладинов начали одновременно вибрировать и резонировать.

«……!?»

В то же время Уитни, приближавшийся к ним, нахмурился и внезапно остановился.

«Ритуал связующих нитей священного меча…»

Конечно, как знаток оригинальной игры, он прекрасно знал, что это такое.

Это сильнейшая техника запечатывания Святого Престола, которая сковывает движения злого существа ценой жизненной силы самих исполнителей.

Разумеется, для прежнего Уитни Лингарда эта техника была бы бесполезна.

- Треск…

Однако тело нынешнего Уитни начало медленно опутываться белыми нитями, вырывающимися из земли, которая превратилась в огромную печать благодаря мечам паладинов.

«……Вот незадача».

Конечно, Уитни не оставался в стороне. Как только ритуал начался, он попытался использовать «Силу господства».

Но было два факта, которые Уитни не предвидел: во-первых, хотя он и научился использовать «Силу господства» по своей воле, он еще не привык владеть ею свободно.

- Гу-у-у…

Во-вторых, это была «Древняя магия», передающаяся в семье Лингард с незапамятных времен.

«……»

Мало того, что он еще не привык к Силе господства, так еще и защитная магия особняка подавляла проявление его силы, поэтому Уитни на время оказался беспомощен.

«В атаку!!!»

Воспользовавшись этим моментом, Алессандро отдал приказ о наступлении рыцарям, которые не участвовали в ритуале и ждали впереди, и сам сделал шаг вперед.

«…Смеешь?»

На этот раз сторона Святого Престола упустила из виду один факт.

«Не смейте направлять лезвия на моего господина».

Существо, способное легко отразить такой натиск. Луниэль Мистилейн изящно выхватила меч и уже преградила путь Уитни.

«Кх…»

Алессандро, который первым бросился в атаку, столкнулся мечами с Луниэль и издал тихий вздох.

«…Я ошибся?»

Девушка, преградившая ему путь, сдерживала его с силой горы, несмотря на внешность, в которой не было ни опыта, ни мощи.

Алессандро тоже был мастером, способным оценить уровень противника, просто скрестив мечи, поэтому он хорошо понимал.

Пытаться прорваться к Уитни Лингарду, отбросив Луниэль, — это самоубийство.

«…Это плохо».

И для Луниэль ситуация была такой же.

«Я могу разрубить их прямо сейчас, но…»

Честно говоря, для неё не составило бы труда разрубить временного главу инквизиторов, стоящего у неё на пути, и даже тех, кто наступает следом.

Однако в тот момент, когда она их убьет, её господин Уитни Лингард станет всеобщим врагом, от которого уже не отмыться.

Более того, даже если не брать в расчет политические причины, в силовом прорыве все еще был риск.

Например, если кто-то совершит внезапное нападение на Уитни, чьи движения скованы, пока она сосредоточена на битве впереди…

«……А!»

Глаза Луниэль, которая украдкой оглянулась назад, беспокоясь об этом в ситуации, где никто не хотел уступать, внезапно расширились.

«……»

Сзади одна из горничных, скрыв свое присутствие, медленно приближалась к Уитни со спины.

«…Черт! Господин!»

Луниэль, вспомнив, что это та самая горничная, которую Парша подозревала в шпионаже и связях со Святым Престолом, поспешно повысила голос, но было уже поздно.

«Черт…!»

Поняв, что её обнаружили, шпионка Святого Престола уже выхватила кинжал из-под юбки формы горничной, окутала его мечной энергией и бросилась к Уитни.

«……!»

И Уитни, к удивлению, уже начал сопротивляться древней магии особняка и печати Святого Престола, но двигаться было еще невозможно.

«Черт!»

В мгновение ока Луниэль развернулась, собираясь бросить свой меч в сторону, чтобы остановить её.

Если она это сделает, то сама останется без оружия и подвергнется опасности, но перед лицом угрозы господину это было сущим пустяком.

«……Умри, еретик!»

Однако в тот момент, когда Луниэль напрягла руку на рукояти меча, кинжал шпионки, окутанный мечной энергией, прочертил холодную траекторию в сторону сердца Уитни.

«……»

Вскоре во дворе воцарилась тишина.

«……Кх!»

Шпионка, получившая удар мечом, который Луниэль бросила с опозданием, отлетела назад, извергая кровь, и покатилась по земле.

«Кх…»

В то же время Луниэль, едва увернувшись от меча Алессандро, поспешно вытащила запасное оружие из-за пазухи и снова перевела взгляд назад.

«……!»

И тут же её лицо, лишившееся красок, застыло.

«А……»

То же самое было и с Паршей, которая сидела на стуле и сухо кашляла из-за последствий недавней попытки встать с места.

«……»

Несмотря на то, что удар был довольно смертоносным, к счастью, Уитни был цел и невредим, без единой царапины.

«……Ты».

Однако, чтобы это чудо стало возможным, кто-то должен был принять этот удар на себя.

«Почему……»

И Уитни, глядя на этого человека, пробормотал оцепенелым голосом.

«…Кха-кха».

Человеком, который вместо ответа на его вопрос ответил кровавым кашлем, был…

Никто иной, как Шаша, которая в самый критический момент расставила руки и бросилась под траекторию удара, закрыв собой Уитни.

*****

- Ку-гу-гу-гу…

В тот момент по всей империи произошло одно странное явление.

«…Ч-что это?»

«Ч-что это такое…?»

Жители империи, жившие обычной жизнью, аристократы, проводившие время в роскоши, и бродяги, влачившие жалкое существование в подворотнях.

Все они одинаково почувствовали это странное явление.

«Н-небо…»

«…Т-тучи?»

Несмотря на то, что должен был быть ясный солнечный день, небо над всей империей внезапно начало окрашиваться в темные тона.

- Гр-р…?

- Гр-р…

- Гу-у…?

И существа, почувствовавшие это явление, были отнюдь не только люди.

Монстры, скрывавшиеся в лесах, пустошах или темных пещерах по всему миру, — все они одновременно почувствовали это и подняли головы к небу.

«……А».

Тем не менее, был человек, который первым понял истинную суть этого явления.

«О, нет…»

Мердия Эмбергрин, которая весь день страдала от кошмаров и собиралась выпить чаю, держась за ноющую голову в своей комнате, издала дрожащий звук, совсем ей не свойственный.

- Дзынь…!

В следующее мгновение чашка, которую держала Мердия, бессильно выскользнула из рук, упала на пол и разбилась вдребезги.

«Уитни…»

Тем не менее, Мердия, глядя за окно на небо, окрашивающееся в черный цвет, заставила свои безумно дрожащие ноги подчиниться и поднялась.

----------

Зов

— Шаша…

Уитни, ошеломленно глядя на Шашу, упавшую после того, как она приняла на себя предназначенный ему удар, бездумно произнес её имя.

— А… кха, кха…

Шаша, глядя на него снизу вверх, попыталась что-то сказать, но кровавая пена, поднявшаяся из горла, прервала её на полуслове.

— Молодой господин…

Тем не менее, она всё же выплюнула кровь и прошептала совсем тихо:

— Я… я не чувствую своей руки.

Только тогда Уитни взглянул на правую руку Шаши, и его лицо мгновенно исказилось от ужаса.

— Может, мне кажется…?

— …

— …Нет, всё-таки не кажется.

Пусть это был всего лишь кинжал, но удар был нанесен обученным убийцей, вложившим в него всю силу и усиленным мечной энергией.

К счастью, Шаша была ниже Уитни, поэтому удар, изначально нацеленный в сердце, не пришелся точно в цель.

Однако, к несчастью, траектория клинка не обошла её стороной. Она получила глубокую смертельную рану, от которой у неё изо рта постоянно клокотала кровавая пена.

И самое печальное заключалось в том, что, раскинув руки, она подставила под удар правую, которую в итоге полностью отсекло.

— Мо-молодой господин.

— …

— Вы… вы ведь не уволите меня, правда?

Несмотря на то, что она оказалась в столь ужасной ситуации, вопрос, который с трудом задала Шаша, был до нелепости простым.

— Страховка для слуг… вы же говорили, что она есть.

— …Зачем ты вообще меня закрыла?

Уитни, у которого от этих слов опустились руки, ошеломленно спросил Шашу, которая почти без чувств привалилась к нему.

— Честно говоря… я не знаю, хороший ли вы человек.

Шаша с трудом подняла голову, пристально посмотрела на Уитни и прошептала:

— Но ведь… вы платили деньги.

— …

— Деньги, на которые моя семья могла бы прожить всю жизнь…

На лице Шаши промелькнула светлая улыбка.

— Для меня это и есть доброта и справедливость. Куда лучше, чем те дворяне, что красиво говорят, но не платят обещанное жалование…

Уитни, слушавший её, внезапно повысил голос, возмущаясь:

— Но не ценой же жизни…!

— …Хе-хе.

В обычное время она бы вздрогнула и съежилась, но сейчас Шаша, увидев его реакцию, улыбнулась, словно осознав нечто важное.

— Вы всё-таки добрый человек…

— …Что?

Уитни, на мгновение лишившийся дара речи от этих слов, услышал угасающий голос Шаши:

— Плохой человек не смог бы смотреть на такую служанку, как я, с таким выражением лица…

— …

— Хорошо бы я поняла это раньше…

Глаза Шаши, которая бормотала это с глупой улыбкой, начали медленно закрываться, словно она достигла своего предела.

— …Молодой господин, мне холодно.

— Н-нет, подожди…

— Я посплю всего минутку…

Уитни в испуге начал трясти её, но она уже начала давать свои последние наставления.

— …Молодой господин, не становитесь плохим человеком.

Тело Уитни, стоявшего в оцепенении, вздрогнуло от этих слов.

— Иначе я не получу свои деньги…

Как только она закончила, во дворе особняка воцарилась тишина.

— С-смотрите!

Тишину нарушил Алессандро, временный глава инквизиторов, который, увидев бездну, сгущавшуюся вокруг Уитни и в небе над империей, начал громко кричать:

— Я же говорил, что он — цель, которую мы должны уничтожить!

Его глаза пылали фанатичным чувством долга и верой в необходимость искоренения зла.

— Орден паладинов! Во что бы то ни стало поддерживайте Ритуал связующих нитей священного меча! Пока он действует, этот человек…!

Но ненадолго.

— …Э?

Алессандро, собиравшийся отдать приказ о всеобщей атаке, внезапно замолчал.

— Ш-ш-ш…

От тела Уитни Лингарда, который стоял, обнимая закрывшую глаза Шашу, начала исходить ослепительно белая энергия, противоположная той черной, что собиралась до этого.

— Ц-з-з-з…

Уитни, собрав эту энергию в ладонях, направил свет на Шашу, и рана на её груди начала стремительно затягиваться.

Конечно, это касалось и места отсечения руки, из которого хлестала кровь.

— Это…

Парша, которая с того момента, как Шаша стала живым щитом, опустила голову и дрожала, поспешно подняла заплаканные глаза и пробормотала:

— Этого будущего я не видела…

И неудивительно, ведь то, что сейчас исходило от Уитни, было полной противоположностью силе Короля демонов и Силе господства.

— …Этого не может быть.

Конечно, силы Святого государства прекрасно знали, что это за энергия. В конце концов, те, кто всю жизнь тренировался в использовании священной силы, не могли её не узнать.

— Белая мана… и притом чище, чем всё, что я когда-либо видел…

Если бы здесь был кто-то из Люмен Ордо, он бы наверняка аплодировал этой совершенной белой мане.

Проблема была лишь в том, что её использовал Уитни Лингард, которого они только что пытались уничтожить.

«…Если так пойдет, всё обернется странным образом».

Разумеется, тот, кто способен использовать белую ману, не может быть злым существом.

В истории не было ни одного случая, когда злой человек мог бы использовать белую ману.

Но тогда что это за черная и неприятная энергия, исходящая от Уитни Лингарда?

Это определенно черная мана, нет… даже нечто более злое.

— Ч-что происходит? Командир?

— …Н-нам продолжать Ритуал связующих нитей священного меча?

— П-примите решение!

С этого момента хаос в рядах Ордена паладинов, вторгшихся в особняк, начал нарастать.

Уитни Лингард, стоящий перед ними, был существом, способным использовать одновременно и зловещую энергию, и белую ману.

А что, если причина, по которой он источал зловещую энергию, заключалась в том, что он стал жертвой некоего проклятия?

В таком случае вторжение и атака Святого государства с этого момента становились незаконными.

А если так, то фракции Папы, отдавшей приказ об этой операции, придет конец.

Если бы не было жертв, это было бы одно, но паладины и оставшиеся рыцари Лингарда уже несколько раз вступали в бой, шпион был разоблачен, а служанка по имени Шаша получила смертельное ранение.

— В-всем. Как временный глава Ордена паладинов, заявляю.

В такой ситуации отступить сейчас было равносильно самоубийству. Алессандро, прекрасно понимавший это, был вынужден отдать приказ дрожащим голосом:

— Временный глава рода Лингард, Уитни Лингард, поддался зловещему колдовству и пересадил себе черную ману.

— …

— То, что он всё ещё может использовать белую ману, лишь доказывает это, не дайте себя обмануть!

Конечно, любой человек хоть с каплей здравого смысла сразу понял бы, что его слова — софистика.

— …

Однако паладины, стиснув зубы, начали ещё плотнее смыкать ряды.

И не потому, что они приняли слова Алессандро за чистую монету.

Они поняли, что только если они «сделают правдой» слова Алессандро, у них появится шанс выпутаться из этой ситуации.

— Ха-ха-ха…

Но именно эта мысль стала последней ошибкой сил фракции Папы.

— …Положите руку на сердце и подумайте.

Уитни, который молча смотрел на отсеченную руку Шаши, начавшей ровно дышать, осторожно положил её на пол и заговорил ледяным голосом:

— Это действительно верное решение?

— Не дайте себя обмануть! Змеиным языком еретика…

— …Понятно. Это ваш выбор.

Алессандро, который пытался поднять боевой дух, внезапно замолчал сам собой.

— Древняя магия.

От этих слов Уитни Лингарда, излучавшего свет:

— Ты, существующая для защиты поместья, не должна подвергать его опасности.

Древняя магия поместья, которую никто не мог пробить, так легко потеряла силу и исчезла.

— Я терпел достаточно.

В следующее мгновение все, кто собрался в поместье, затаили дыхание и задрожали.

— Пока вы не тронули моих людей.

Уитни Лингард, чей взгляд стал холоднее, чем когда-либо, больше не щурился.

Иными словами, его глаза были широко открыты.

— Го-о-о…

Как только Алессандро увидел, что зрачки Уитни полыхают черным огнем, он сглотнул слюну.

— Па-зи-зи-зик…!

Двор поместья, ярко сиявший от мечей паладинов, в одно мгновение погрузился во тьму, прежде чем кто-либо успел что-то предпринять.

— Ги-ги-гик…

— Гр-р, гр-р-р…

— Грохот…

Вскоре из земли начали выбираться ужасные существа.

— …Боже мой.

Глаза всех присутствующих, включая Алессандро, который сглатывал слюну, продолжая держать меч наготове, начали бешено метаться.

— Это…

— Э-это выходит далеко за пределы нашей компетенции…

— И-и-ик…

Повторюсь, силы фракции Папы, собравшиеся сегодня в особняке Лингард, были элитными ветеранами.

Тогда почему они, сражавшиеся с офицерами черных магов и монстрами 1-го ранга, потеряли волю к бою и дрожали от страха?

Потому что существа, которые продолжали выползать из-под земли, были за пределами их понимания.

«Монстры вне категорий», появление одного из которых может поставить под угрозу целое государство.

Существа, подобные стихийным бедствиям, при появлении которых нужно бросить все силы Святого государства, и даже тогда победа не гарантирована.

И такие существа бесконечно выползали из тьмы под ногами Уитни.

— Почему… они здесь…

Однако взгляд Алессандро был прикован не к этим монстрам, а к правой руке Уитни, которая превратилась в черное щупальце.

— …Это что-то не так.

Сильнейший монстр вне категорий, для победы над которым после его появления потребовалось более половины элитных сил Святого престола, и даже тогда удалось лишь «запечатать» его после вмешательства самого Папы.

Худшее существо, уровень опасности которого ни разу не был пересмотрен с тех пор, как оно было занесено в учебники Ордена паладинов как «Черное щупальце».

Оно появилось, заменив правую руку Уитни Лингарда, и тихо покачивало своей «головой».

— …?

Тем временем Уитни, который, несмотря на призыв всех этих монстров, сохранял бесстрастное выражение лица, почувствовал движение на своем плече и повернул голову.

— Кью-рюк!

Паукообразный монстр, которого он недавно встретил в академии, суетливо перебирал лапками на его плече, пытаясь что-то передать.

— …Не волнуйтесь. Святая, я не буду делать ничего слишком жестокого.

Уитни некоторое время пристально смотрел на него, а затем прошептал низким голосом:

— Я только что заключил сделку с правой рукой.

Затем он снова повернулся вперед и прошептал ледяным голосом:

— Приказываю всем существам, ответившим на зов.

— …Сэр Уитни. Постойте!

— Защищайте поместье.

Сразу после этого поток монстров, похожий на черную волну, единым порывом обрушился на силы фракции Папы.

----------

Соглашение

— Кх-кх-кх…

Паладин, державший меч, не смог даже взмахнуть им и бессильно повалился вперед.

— …

На этом всё закончилось: во дворе поместья не осталось ни одного чужака, способного стоять на ногах.

— У-у-у…

— Р-рука…

— Кха, кха…

Вокруг царил лишь хаос: слышались сухой кашель и всхлипывания перепуганных людей.

— …

Я молча наблюдал за этой сценой, затем тихо вздохнул и обернулся.

— …Шаша.

Шаша, уже потерявшая сознание, не подавала признаков жизни. Похоже, шок оказался слишком сильным.

Конечно, в её нынешнем состоянии лучше оставаться без сознания.

По крайней мере, сейчас она не чувствует боли.

— …

Пока я смотрел на неё, ко мне тихо подошла Парша с подавленным выражением лица.

— Как она?

— …Благодаря вашему лечению состояние стабилизировалось, но…

Я задал ей вопрос, хотя и сам знал ответ.

— Похоже, восстановить руку… не получится.

— …Вот как?

— Умеренная святая сила помогает регенерации тканей, но избыточная… разрушает их. А в этом случае…

Мне не нужно было слушать дальше, чтобы понять, к чему клонит Парша.

Срез на руке Шаши, лежащей на земле, был слишком ровным.

Похоже, убийца, которого она остановила, вложил в этот удар всю святую силу, на которую был способен.

— Есть ли способы лечения?

— Повторюсь, способа восстановить саму руку нет. Боюсь, придется ставить протез…

— Неужели это лучший вариант?

— …Есть и другой способ, но я не думаю, что она сама этого захочет.

Я всё же пытался найти выход, но, услышав слова Парши, которая тихо опустила голову, оставил эту затею.

— Не жалейте денег, найдите протез, максимально похожий на настоящую руку.

— …

— Сначала перенесите Шашу внутрь. Пол слишком холодный.

С каждым произнесенным словом я чувствовал, как из глубины души поднимается ледяной холод.

В какой-то момент мне захотелось поддаться этому чувству, но я тихо покачал головой, отгоняя лишние мысли.

Скажу прямо: мой принцип — всегда выполнять данное обещание.

В отличие от моих родителей, которые перед смертью в прошлой жизни обещали прийти, но так и не показались.

— Что делать с ними?

— …Соберите оставшихся и выведите их за пределы поместья.

Конечно, помимо выполнения обещаний, мне нужно было защитить поместье, поэтому среди сил Святого государства неизбежно были раненые.

Но это был их выбор.

Раз уж они пришли на частную территорию с вооруженным отрядом, значит, были готовы рискнуть жизнью. Глупо ожидать, что я обезврежу их без единой царапины.

— Послушайте, господин.

— …Да?

— Теперь… то есть… мы перешли черту.

Я хмурился, глядя на валяющихся паладинов, когда ко мне обратилась Луниэль, стоявшая рядом.

— Раз мы зашли так далеко, столкновения со Святым государством уже не избежать.

Они напали первыми, а когда получили отпор, заговорили о полномасштабной войне. Мне хотелось спросить, с чего это они такие обиженные, но я и сам всё понимал.

Независимо от причинно-следственной связи, сила, которую я использовал, — это Сила господства. Сила, которую Святое государство, конечно же, объявит ересью.

Оправдания вроде «они напали первыми, так что это не считается» или «произошло недоразумение» не сработают.

— Поэтому, может, стоит заставить их замолчать прямо сейчас?

Предложение Луниэль, как всегда радикальное, на этот раз имело под собой веские основания.

Проблема была в том, что невозможно заставить замолчать такое количество солдат, валяющихся во дворе.

На самом деле существовал самый надежный и простой способ, но он полностью обесценил бы жертву Шаши.

К тому же, мне самому этого не хотелось.

Но если оставить всё как есть, в будущем возникнут серьезные трудности.

Если так пойдет и дальше, семья, которую я с таким трудом сохранил, может снова пасть.

— Может, запереть их всех в подвале?

— …Господин, подвал не такой уж большой, да и если такой отряд исчезнет, в Святом государстве это заметят.

Похоже, дело принимает скверный оборот.

— Может, просто скормить их всех монстрам?!

— …Это худший вариант.

— Т-тогда что вы предлагаете?

Раз уж так вышло, может, просто вторгнуться в Империю?

Нет, что я такое несу?

С тех пор как я получил Силу господства, мой ход мыслей становится всё более странным.

— А… или, может, вы умеете подчинять разум? Как делали со мной недавно…

— Луниэль, кто-нибудь услышит — поймет неправильно.

На самом деле, манипуляция разумом с помощью Силы господства тоже рассматривалась.

Но проблема в механизме моей силы.

После пробуждения я начал понимать, что эта способность действует только на тех, кто подчинился мне.

То есть на тех, кто валяется здесь, она точно не подействует.

Они ведь рискнули жизнью, чтобы сражаться со мной до конца.

И, скорее всего, если придут в себя, снова выхватят мечи и бросятся на меня.

Мало того, что они обладают такой силой духа, так еще и используют святую силу, которая является полной противоположностью моей, — совместимость ужасная.

— …Может, и правда прикончить их по-тихому?

Именно в тот момент, когда я пробормотал это про себя, произошло следующее.

— В этом нет нужды.

Внезапно из глубины поместья раздался холодный голос.

— Всю вину я возьму на себя.

Я удивленно обернулся и увидел существо, окутанное черной аурой, появившееся во дворе.

— …Рыцарь смерти?

Она, исчезнувшая в ледяной пещере, почему-то стояла передо мной.

— Луниэль Мистилейн.

— …?

— Я отдала приказ о штурме Магической башни вместо тебя. Возвращайся туда. Пора обеспечить себе алиби.

Теперь я знаю, кто такой «Рыцарь смерти».

— Кто… ты такая?

— …

— Нет, дело не только в этом. Ведьма Теней, Шут, Кукловод. И Великая Тень… что это за люди?

Я был вынужден допрашивать её с предельной осторожностью.

— …Ха.

Рыцарь смерти, молча смотревшая на меня, сняла маску и показала лицо.

— …

Наступила неловкая тишина.

— Г-господин!

— …Да.

— Э-это самозванка! Это не я!

— …Я знаю.

Я остановил Луниэль, которая, глядя вперед, в возбуждении подняла меч, и почувствовал, как выражение лица Рыцаря смерти на мгновение стало печальным.

— Самозванка. Да, так и есть.

— …

— Я никогда не думала об этом в таком ключе… но верно. В этом мире я — подделка.

Почувствовав, что лучше не вмешиваться, я молча протянул руку и тихо опустил меч Луниэль, которая всё еще тяжело дышала.

— Господин…?

— …Всё в порядке.

Луниэль, которая на мгновение остолбенела, глядя на меня, поспешно заговорила:

— Вы ведь не слышали где-то, что копье сильнее меча? Конечно, меч сильнее, ведь в него легче вложить мечную энергию!

— …Я тоже когда-то так думал.

Услышав бормотание Рыцаря смерти, Луниэль пришла в ярость и начала кричать:

— ГОСПОДИН!!! НЕ СЛУШАЙТЕ ЭТУ САМОЗВАНКУ!!!

Что с ней сегодня? Съела что-то не то?

— Послушай, ответь на один вопрос.

— Ч-что еще? Самозванка.

— Ты счастлива, служа своему господину?

Держась за ноющую голову, я слушал, как Рыцарь смерти, подойдя ближе, обращается к Луниэль.

— Это область, которую инструмент не смеет оценивать…

— …

— …Хм.

Луниэль, которая хотела ответить в своей обычной сухой манере, на мгновение посмотрела на меня и изменила тон:

— Даже инструмент счастлив, если им пользуется подходящий господин.

Это был довольно застенчивый тон, не свойственный той Луниэль, которую я знал.

— …Да, верно.

Услышав это, Рыцарь смерти пробормотала и тихо посмотрела в небо.

— Это ответ, который я хотела услышать.

Затем наступила тишина.

— В любом случае, я возьму на себя всё, что здесь произошло.

— …Нет, не нужно.

— Благодарность… подожди, что?

Услышав слова Рыцаря смерти в этой тишине, я тихо покачал головой и ответил:

— Всё же в этот раз я должен взять всё на себя.

— Что это значит…

— Я решил стать Королем демонов.

Услышав это, Рыцарь смерти на мгновение посмотрела на меня холодным взглядом.

— Окружающие не пострадают. Я всё спланировал…

— …Ты хочешь взвалить всё на себя?

— Ха-ха, не понимаю, о чем вы.

Однако, выслушав мои слова, она кивнула, словно что-то поняла.

— Вот как…

Судя по всему, она полностью поняла, что я собираюсь сделать.

— …Тогда, по крайней мере, я задержу их здесь, пока твой план не завершится.

— Почему вы так мне помогаете?

— …Хм.

Конечно, я всё еще не до конца понимал существо, стоящее передо мной.

— Я поняла, что можно быть счастливой, не заключая сделку с дьяволом.

— …

— …Конечно, для меня уже поздно. Я просто помогу вам в конце. Только и всего.

Тем не менее, я не думал, что у неё на уме что-то другое.

Моя Сила господства тоже не реагировала на неё.

— Кстати, тебе ведь пора идти?

Поняв это, я тихо обернулся на слова Рыцаря смерти и заговорил:

— Луниэль, возвращайся в Магическую башню. Ты должна довести операцию до конца, чего бы это ни стоило.

— …А-а вы, господин?

— Я буду действовать по плану.

Настал момент осуществить последнюю операцию в этом мире.

— Я использую монстров, чтобы погрузить Империю в хаос, и буду повержен братом.

— …

— На этом мой план закончится.

И в наступившей тишине Рыцарь смерти, которая уже повернулась к рыцарям, начавшим приходить в себя, прошептала мне:

— …Будь осторожен.

— …

— Великая Тень ждет последнего шанса.

Конечно, я и сам это чувствовал.

— …Ха-ха.

С того момента, как я пробудил Силу господства, я понял, что по всей Империи распространяется неведомая злая аура.

----------

Оккупация

— Ч-что это?

— Ч-что всё это значит…?

— А-а-а-а!?

Жители империи, которые ещё несколько часов назад вели относительно мирную жизнь, в тот день стали свидетелями кошмара.

— Ги-гик, гик…

— Гро-о-о…

— Гр-р? Гр-р-р…

Почерневшее небо, нескончаемый поток монстров, захлестнувший всю империю, и чёрный дым, стелющийся следом.

Все, кто выбежал на улицу, не понимая, что происходит, вскоре осознали истину.

Мир столкнулся с величайшей угрозой в своей истории.

— Монстры маршируют? Что за бред ты несёшь?

— Ну… может, голодные монстры спустились с Северных гор? Такое ведь случается.

Однако аристократы империи, узнавшие новости позже простых жителей, видевших всё своими глазами, поначалу отнеслись к этому скептически.

— Разве отчёты оттуда не всегда оказываются ложными? Просто пытаются выбить побольше бюджетных средств.

— Н-но говорят, этот отчёт заслуживает доверия. Стражники якобы видели процессию монстров своими глазами…

— Я же говорю: как понять, не пьяный ли бред это был?

Их можно было понять: аристократы в любом случае находились в безопасных зонах, независимо от того, правда это или нет.

Если отчёт — ложь, то никакой опасности нет, и всё в порядке.

А если правда — монстры всё равно вряд ли доберутся до мест, где они живут.

Конечно, империя понесёт значительный ущерб, но это проблема, которую должны решать простые люди.

К тому же аристократы, разумеется, уже давно привыкли к тому, что простолюдины гибнут пачками.

Более того, они даже тешили себя слабой надеждой, что это отличный повод «почистить» трущобы в подворотнях.

— М-монстры!

— …Что?

Однако ненадолго. Срочные донесения, начавшие поступать со всех постов охраны столицы, заставили их изменить мнение.

— М-монстры прорвали северную стену города!

— …Что? Ты сейчас шутишь?

— Э-это не шутка!

— Стена, которая не рушилась тысячу лет, взяла и рухнула? Да быть того не может!

Даже тогда многие аристократы отказывались верить в этот ужасающий факт.

— Ку-гу-гун…!

Но когда окна их особняков начали мелко дрожать, а вдалеке раздались грохот и вибрация, ситуация изменилась.

— Вы должны немедленно покинуть это место!

— …А?

— Процессия монстров… тысячи, десятки тысяч тварей движутся прямо сюда!

Только тогда аристократы поднялись и выглянули в окна. Увидев нечто, чего не встречали за всю свою жизнь, они впали в истерику или, подкосившись, рухнули на пол.

— К-куда они направляются? Какова их цель?!

— Э-это… столица.

К тому времени экстренно собранные силы обороны столицы получили известие, которое меньше всего хотели слышать.

— …Что ты сказал?

— Точнее говоря… это императорский дворец!

На самом деле, даже без донесений направление движения монстров было слишком очевидным.

Окружив столицу кольцом за считанные часы, монстры быстро двигались к самому центру, словно щупальца, тянущиеся к добыче.

Конечно, в центре столицы находилось самое очевидное место.

Императорский дворец. Сердце империи, пространство, куда ни в коем случае нельзя было допустить вторжения.

Разумеется, все войска, находившиеся в столице, начали стягиваться к дворцу для его защиты.

Однако за всю историю империи столица ни разу не оказывалась в окружении тысяч, нет, десятков тысяч врагов.

— О, боже мой.

— Ч-что же нам делать?

— Б-бежим!

— …Ты с ума сошёл? Если побежим — всё равно умрём!

Неудивительно, что из уст защитников вырывались подобные панические возгласы.

Конечно, каждый из солдат столичной стражи был мастером, способным легко одолеть рядового рыцаря.

Но монстры, источавшие сейчас зловещую ауру, были существами, вышедшими далеко за рамки привычного.

— Т-тогда… ты предлагаешь нам сражаться с ними?

— …Э-это…

— Это же самоубийство!

От слабейших монстров 9-го ранга до мощнейших 1-го — огромная волна, в которой всё смешалось в единую массу.

Даже если такая волна появлялась на северной границе всего трижды, в империи объявляли чрезвычайное положение.

Но нынешняя ситуация выходила далеко за рамки простого ЧП.

Волна, которой все так боялись, тянулась бесконечно, конца ей не было видно.

Более того, это была не та волна, которую можно было сдержать, защищая лишь одну сторону, а плотное кольцо, не оставляющее шанса на побег.

Бежать было некуда, а шансы на победу в бою были ничтожно малы.

— Го-о-о…

Если бы не монстры высшего ранга, зловеще сверкающие глазами прямо перед этой волной — существа, появление даже одного из которых ставит на уши всю страну, — у них, возможно, был бы шанс.

Но поскольку такие твари стояли во главе каждого «отряда» этой волны, надежды не осталось совсем.

— Это… немыслимо.

— Ч-что именно?

— Монстры… они по своей природе лишены разума. Просто твари, которые чуют человеческий страх и набрасываются в приступе возбуждения. Их процессию называют «волной» только потому, что голодные твари сбиваются в кучу, теряя рассудок.

Тем временем нашёлся человек, сделавший довольно проницательный вывод.

— Но посмотрите на них сейчас. Разве они выглядят как существа без разума?

— Я… я не знаю.

— Глупец. Низшие монстры идут впереди, за ними следуют более сильные. А во главе — высшие монстры, словно командиры. Неужели ты до сих пор ничего не чувствуешь?

Анализ некоторых умных людей оказался верным.

Монстры, даже высших рангов, обычно почти не обладают интеллектом, поэтому при изучении их паттернов можно было найти способ борьбы.

Проблема была в том, что монстров, напавших на столицу, нельзя было назвать безмозглыми.

— …Н-не может быть.

— Да, они выстроены в настоящий «боевой порядок».

— О боже…

— Они и так брали числом. Если такие монстры действуют осознанно, у нас нет шансов.

Столичная стража, начавшая осознавать это, стремительно теряла боевой дух.

— Южные ворота на грани падения! Из пролома в северной стене монстры лезут непрерывным потоком!

— В-восточная стена рушится!

— Мы взорвали западный мост, но монстры прыгнули в реку и завалили её своими телами!

— С-стреляйте из луков, замедлите их продвижение!

— А есть ли смысл?

— Нужно же хоть что-то сделать!

Конечно, бежать было некуда, поэтому они делали всё возможное, чтобы противостоять монстрам.

Но это не помогало остановить орду, давящую своей численностью и силой.

Спустя некоторое время 10 000 стражников были экстренно переброшены к временному оборонительному рубежу внутри рухнувшей стены.

Это было немало для столицы, собранной всего за час после начала вторжения, но всё ещё катастрофически мало, чтобы остановить волну монстров.

— У-у-у…

— Если прорвут здесь, защищать больше нечего.

— К-конец…?

Осознавая, что, возможно, участвуют в последней битве империи, солдаты с напряжёнными лицами следили за приближающимися монстрами.

— …Доложите о потерях.

— Южные, восточные, западные и северные ворота полностью открыты. Стены утратили свои защитные функции.

В этот момент командир императорской гвардии, стоявший в первых рядах, с тяжёлым сердцем начал принимать отчёты.

— Кроме того, некоторые солдаты получили ранения, попав под натиск монстров… а обрушение домов в столице привело к колоссальному материальному ущербу…

— …Хватит, скажи самое главное.

Те, в ком текла кровь императорской семьи, уже сбежали через тайные ходы.

Конечно, гвардейцы и остальные солдаты, не обладавшие священной кровью, были обязаны защищать это место до конца.

— Каково число погибших?

На вопрос командира, горько усмехнувшегося от осознания реальности, солдат с отчётом в руках замялся.

— Их нет.

— …Что?

— Погибших солдат нет.

Командир гвардии посмотрел на солдата с таким выражением лица, будто тот сказал нелепость.

— Их так много, что невозможно сосчитать?

— …Н-нет, не поэтому.

Как раз когда солдат пытался подобрать слова, раздалось это.

— Кунг, кунг, кунг…

Монстры высшего ранга, стоявшие впереди, разом двинулись вперёд.

— Ик…

— У-у-у…

— …А-а.

Лица солдат, наблюдавших за этим, окрасились отчаянием.

— ……?

Командир гвардии, до этого момента сохранявший самообладание, лишь тогда заметил нечто странное и застыл в недоумении.

— ……

Позади этих высших монстров появился мужчина.

— Ха-ха…

Спустя мгновение в саду императорского дворца, где воцарилась гробовая тишина, раздался холодный, до боли знакомый смех.

— ……!?

Глаза командира гвардии, который по приказу императора хорошо запомнил лицо этого человека, расширились от неверия.

— Приветствую, обитатели императорского дворца.

— ……

— Причина, по которой я здесь сегодня, — у меня есть одна просьба.

Мужчина, наконец показавшийся перед всеми, — Уитни Лингард — улыбнулся и заговорил:

— Просьба пустяковая, так что, пожалуйста, выполните её.

Те, кто знал, кто он такой, застыли с глупыми лицами, а те, кто не знал, — в крайнем напряжении, храня молчание.

— …Прошу прощения, но я собираюсь оккупировать императорский дворец. Не могли бы вы все выйти?

Как только он закончил, на всех вновь опустилась ледяная тишина.

— А е-если мы откажемся…

Командир гвардии с трудом выдавил из себя слова, но в тот же миг все высшие монстры, стоявшие рядом с Уитни, синхронно уставились на него.

— Если откажетесь… ну, тогда мне будет жаль. Ха-ха.

Примерно через пять минут.

— …Ой, благодарю.

— ……

— Я всё тут приберу.

Уитни Лингард и несметное количество монстров вошли в императорский дворец без единого боя.

*****

Тем временем в герцогстве Эмбергрин.

— …Г-госпожа!

— Нельзя!

— Е-если вы сейчас уедете…!

Получив шокирующее известие, Мердия, отбросив все возражения своих вассалов, заставила свои дрожащие ноги идти и направилась к фамильной карете.

— …Уитни.

Спустя мгновение карета с гербом рода Эмбергрин отправилась к императорскому дворцу, поглощённому аурой тьмы.

----------

Оккупация (2)

Прошло несколько дней с тех пор, как внезапно появившиеся монстры захватили императорский дворец.

Дворец, еще несколько дней назад сиявший ослепительным белым мрамором и золотыми украшениями, исчез.

— Это… неужели это тот самый дворец, который мы знали?

— Боже мой…

— М-м-м…

Имперские войска, прибывшие в столицу со всех концов страны, застыли в изумлении, глядя на преобразившийся дворец.

Ослепительный белый мрамор и золотые украшения, сиявшие еще несколько дней назад, исчезли.

Стены, покрытые черными кристаллами, напоминающими обсидиан, были темнее ночного неба, а острые шпили, вонзавшиеся ввысь, угрожающе напоминали клыки гигантского зверя.

Более того, в местах разрушенных стен были вкраплены кристаллы черной маны, которые мерцали в такт, словно бьющееся сердце.

— Посмотрите на них.

— …

— Они открыто смотрят прямо на нас.

За разрушенными стенами собралось бесчисленное множество монстров, заменивших собой гарнизон.

А в самом первом ряду замерли монстры высшего ранга — каждый из них был способен в одиночку уничтожить целое королевство, — и их свирепые взгляды были устремлены на имперских солдат.

— Концентрация маны… она выше всяких ожиданий.

— Что же, черт возьми, произошло во дворце…?

— Прорваться сейчас… это невозможно.

Имперские маги, до этого момента что-то лихорадочно вычислявшие, пришли к единогласному и отчаянному выводу.

— Что значит «невозможно прорваться»? О чем вы говорите?

— Даже если мы прорвемся сквозь стену монстров, как только мы войдем внутрь изменившегося дворца, нас накроет шторм маны.

— Есть ли способ это исправить?

— Возможно, маги Магической башни смогли бы что-то придумать, но…

Согласно древнему договору между Магической башней и императорской семьей, маги должны были прибыть еще в самом начале этого национального кризиса.

Однако никто из собравшихся не стал, как обычно, ворчать на медлительность магов — все хранили молчание.

— Да, Магическая башня… сейчас она нам уже не поможет.

Около суток назад командующий имперскими войсками получил известие, которое было столь же шокирующим, как и сам факт захвата дворца.

— Кто бы мог подумать, что Магическая башня падет за одну ночь.

Начиная со вчерашнего дня, Магическая башня была полностью разрушена. Связь с главой башни и всеми магами внутри оборвалась.

При этом вокруг Магической башни возник мощный барьер, не позволяющий никому проникнуть внутрь и оценить обстановку.

— Думаете, падение Магической башни — тоже их рук дело?

— …Сейчас приходится думать именно так.

— Какова же их цель?

Поэтому все были уверены, что и это событие — дело рук «того самого», кто ведет за собой монстров.

— Цель? Очевидно, захватить империю.

— Но если это так, то разве не странно?

— Что именно?

Однако были моменты, которые никто не мог понять.

— Если они действительно хотели поглотить империю, почему среди защитников не было ни одного погибшего?

— …

— Невозможно поверить словам начальника императорской гвардии о том, что им удалось договориться. Слишком уж неравны были силы.

— Да, я тоже не верю его словам.

Как и говорили солдаты и офицеры, разница в силах была такова, что ни о каких переговорах не могло быть и речи.

К тому же, чтобы захватить империю, логичнее было бы нанести удар по имперской армии.

Конечно, если бы у них было мало сил, ситуация была бы иной, но имея армию, которая возрождается снова и снова, любой здравомыслящий враг постарался бы уничтожить даже малейший шанс на контратаку.

— Более того, после того как они вошли во дворец, они буквально ничего не делают.

— …

— Как будто их единственной целью было просто занять дворец.

И действительно, после захвата дворца орда монстров просто замерла внутри, заняв оборону.

— Но то, что они наши враги — это точно.

— Это так. Как ни крути… они…

— …это армия Короля демонов из сказок.

— Ха-ха… не думал, что вы произнесете это вслух.

Все старались об этом молчать, но среди имперских солдат эти слухи уже вовсю ходили — нет, на самом деле, все говорили об этом открыто.

— Если это действительно армия Короля демонов, разве Святой Престол не должен вмешаться?

— …В обычных обстоятельствах — конечно.

Поэтому некоторые надеялись, что Святой Престол придет на помощь, чтобы восполнить нехватку сил.

— Но почему-то от Святого Престола тоже нет вестей.

— …Что?

— Похоже, и там что-то случилось.

Однако со Святым Престолом, как и с Магической башней, внезапно пропала связь.

Некоторые подозревали, что и там произошла беда, но на самом деле ситуация была несколько иной.

— С-Святая, случилась беда.

— …

— С-связи с империей нет!

На самом деле связь оборвалась не со стороны Святого Престола, а со стороны империи.

— …Что же происходит?

— Вся империя окутана черной аурой. Никакие сообщения или сигналы не могут пробиться сквозь нее.

Черная аура, поглотившая империю несколько дней назад, нависла над небом всего континента, пресекая любые попытки проникновения.

— М-может, нам стоит немедленно отправить дополнительные войска?

Конечно, в обычное время Святой Престол никогда бы не оставил это без внимания.

— Ну, разве это не нормально?

— …Что?

— Ведь элитные войска Его Святейшества уже находятся там, внутри.

Однако силы Папы, уже отправившие туда большую часть своих войск, теперь не могли помешать действиям Святой Гестии.

Благодаря этому империя, по крайней мере на данный момент, стала зоной, куда никто извне не мог вмешаться.

— Что нам делать? Стоит ли прорываться внутрь?

— …

— Командир! Примите решение!

В такой ситуации имперские войска, стоявшие перед разрушенными стенами в противостоянии с монстрами, начали терять терпение.

— М-м-м…

— …Командир!

Конечно, пока монстры, захватившие дворец, не проявляли агрессии и не причиняли вреда, не было причин игнорировать колоссальную разницу в силах и безрассудно бросаться в атаку.

— Если мы будем медлить, Его Величество Император окажется в опасности!

Это было бы верно, если бы они не осознали, что из всех членов императорской семьи, которые, как они думали, эвакуировались, пропала только император Лилия.

— …Кто знает. Может, она просто отправилась на прогулку в другое место.

Конечно, их император отличалась довольно свободолюбивым характером, поэтому нельзя было исключать вероятность того, что она просто где-то спряталась, не зная о ситуации.

— Прошло уже несколько дней! Если она до сих пор не объявилась, это значит…!

Однако даже для нее было странно, что она не показывается спустя столько дней после захвата дворца.

Исходя из этого, было несложно догадаться, где сейчас находится император.

— Если причина, по которой они бездействуют, в том, что они держат императора в заложниках…

— …Хватит! Я и сам это знаю!

Но даже понимая эту возможность, командующий имперскими войсками не мог легко отдать приказ о штурме.

Конечно, дело было не в страхе перед монстрами, которые испускали ледяной холод и смотрели на них из-за стен.

— Гр-р-р…

…Нет, немного страшно все-таки было.

Честно говоря, было чертовски страшно.

За исключением нескольких радикалов, среди солдат не было желающих бросаться туда и расставаться с жизнью.

— Командир! Вы что, боитесь этих монстров?!

— …

— Разве наш долг не в том, чтобы рубить их на куски ради защиты империи?!

Конечно, если бы там были только низшие монстры, солдаты, стиснув зубы, пошли бы в атаку.

Проблема заключалась в монстрах высшего ранга, которых называли «вне категорий».

Честно говоря, даже трех — нет, даже одного такого монстра было достаточно, чтобы поставить под угрозу жизни всех имперских солдат.

А теперь представьте: количество монстров высшего ранга, занявших позиции перед стенами, исчислялось далеко не однозначным числом.

Согласно разведданным, число монстров высшего ранга, охраняющих стены, составляло 101.

Честно говоря, этого количества хватило бы не только на завоевание империи, но и на покорение всего мира.

Если немного преувеличить, то даже при вторжении в земли драконов было бы трудно сказать, кто выйдет победителем.

Поэтому командующий не мог легко отдать приказ об атаке, дорожа жизнями своих солдат.

— …Для начала понаблюдаем за ситуацией еще немного.

— Командир!

Повторяю, это было сделано вовсе не из-за страха за собственную жизнь.

— К-командир, прошу прощения, но…

— Я же сказал, будем наблюдать за ситуацией!

— …Нет, дело не в этом. Вам нужно выйти и взглянуть самим.

В тот момент, когда бесконечное противостояние продолжалось, в штаб, где собрались командующий и его адъютанты, пришло новое известие.

— Что там еще случилось?

— …П-прибыло подкрепление.

— Что? Ну, это хорошо.

Сказал-то он это сказал, но взгляд командующего оставался равнодушным.

В сложившейся ситуации никакое подкрепление уже не могло ничего изменить.

Конечно, любая помощь была бы кстати, поэтому командующий ответил лишь из вежливости.

— Но это подкрепление… оно…

— …?

— Она пытается прорваться внутрь в одиночку.

Это продолжалось до тех пор, пока он не услышал новость, заставившую его усомниться в собственных ушах.

— Н-нет, нельзя!

Командующий, чье лицо мгновенно побледнело, даже не успев надеть доспехи, поспешно выскочил наружу.

— Н-нельзя!

— Если вы пойдете дальше, случится непоправимое…

— С-сначала посоветуйтесь с нами…!

И действительно, как и было сказано, командующий обнаружил кого-то, кто, игнорируя все мольбы, направлялся вперед, и поспешил к ней, повысив голос.

— Вы, что вы сейчас…!

Однако командующий не смог закончить фразу.

— …Ах.

Мердия Эмбергрин. Глава единственного герцогского рода империи смотрела на него глазами, налитыми кровью.

— Т-так значит, подкрепление — это…

— …Ты здесь командующий?

Мердия, искоса взглянув на покрывшегося холодным потом командующего, прошептала ледяным голосом:

— Я собираюсь войти внутрь.

— Н-но…

— …Хочешь меня остановить?

Конечно, командующий всей душой хотел помешать ей войти.

— Тогда тебе придется сразиться со мной.

Однако Мердия, стоявшая прямо перед ним, казалась ему куда более опасной, чем монстры, которые пока не проявляли агрессии, поэтому командующему пришлось проглотить все свои слова.

— Хорошо, тогда…

Приняв это за молчаливое согласие, Мердия направилась к дворцу, превратившемуся в замок Короля демонов.

— …

И солдаты, затаив дыхание, наблюдали за этим.

— …Э?

— …Ах.

— Не может быть…

Они могли лишь остолбенеть, увидев, как все монстры, включая высших, сидят смирно и не нападают.

*****

— …Наконец-то пришла.

Я, спокойно сидевший на троне на самом верхнем этаже дворца, почувствовал знакомую ауру и поднялся.

— Мердия Эмбергрин.

Пришло время завершить нашу судьбу.

----------

Вход

— Ха-а...

Мердия, стоя перед дверью императорского дворца, превратившегося в замок Короля демонов, тяжело вздохнула и протянула руку вперед.

— Треск...

Дверь, когда-то украшенная золотыми узорами, теперь превратилась в черный металл, по которому струились следы темной маны.

И как только ее рука коснулась металла, черная аура, мерцавшая на воротах, оттолкнула ее ладонь.

— Угх...

Мердия отступила на шаг, ошеломленная. Осознав, что хозяин замка отверг её, она молча стиснула зубы.

— З-з-з...

Спустя мгновение глаза юной герцогини вспыхнули черным светом, и темная аура, окутывавшая дверь, разом исчезла.

Дрожащими руками Мердия толкнула огромные ворота из черного железа.

— Скри-и-ип...

Войдя в величественный вестибюль, отделанный мрамором, Мердия снова затаила дыхание.

Она с детства часто бывала во дворце, но открывшееся перед ней зрелище казалось до жути чужим.

Вместо прежних сияющих люстр теперь полыхало зловещее черное пламя, а лестницы, ведущие из главного холла, были наполовину разрушены и охвачены огнем.

И не только лестницы — огонь распространился повсюду внутри дворца.

Однако это был не обычный огонь. Иссиня-черное пламя, подобно декорациям, продолжало гореть, ничего не сжигая.

«Выброс маны?...Нет, это не то».

Сначала Мердия побледнела, предположив, что это произошло из-за выброса маны Уитни, но вскоре поняла, что вероятность этого крайне мала.

«Это... намеренная композиция».

На месте прекрасных портретов и пейзажей, висевших в длинных коридорах по обе стороны от главного холла, теперь красовались картины с изображением причудливых существ и мрачных пейзажей.

Даже статуи рыцарей, выстроившиеся вдоль коридора, были заменены на каменных монстров.

До входа во дворец Мердия тешила себя надеждой, что это несчастный случай, вызванный неконтролируемым выбросом маны Уитни, но, увидев все это, она больше не могла себя обманывать.

— Уитни...

Уитни Лингард стал Королем демонов. И в этом обличье он двинулся на дворец и намеренно захватил его.

Однако один момент вызывал подозрение: с момента захвата он не предпринимал никаких действий.

Конечно, никто не знал причины, но Мердия отчасти понимала, в чем дело.

«...Он ждет».

Уитни не бездействовал после захвата дворца.

Он все это время кого-то ждал.

И Мердия была почти уверена, что ждет он именно ее.

На самом деле, это было очевидно. Пробуждение Уитни в качестве Короля демонов означало, что он вернул себе воспоминания прошлого.

А это значило, что он осознал правду: Мердия убила его мать и забрала ее Драгоценный глаз.

—...

Конечно, Мердия и сама наполовину забыла об этом факте.

Точнее, именно она была тем человеком, кто стер это воспоминание из памяти — как своей, так и Уитни.

Ведь это было первым, что она сделала, получив Драгоценный глаз.

Она стерла воспоминания Уитни, который был на грани срыва, отправила его обратно в графский род, закончила все дела и запечатала записи о том дне в кабинете главы рода.

И только после этого, пройдя через мучительные раздумья, Мердия пошла на компромисс, стерев с помощью Драгоценного глаза и собственные воспоминания.

Проблема была в том, что, поскольку она плохо владела этой способностью, воспоминания Уитни стерлись полностью, а вот свои собственные — нет.

Поэтому Мердия до ужаса боялась того, что может в кого-то влюбиться.

Ведь если она влюбится, то этим человеком непременно окажется тот самый мальчик, чей облик и голос были забыты, но чей взгляд в тот день она не могла забыть никогда.

К счастью, до того как она стала взрослой, такого человека не появлялось.

Поэтому Мердия старалась жить, игнорируя то прошлое.

Да, до тех пор, пока она снова не встретила Уитни Лингарда в качестве своего жениха.

— Кап...

Из глаз Мердии, стоявшей в оцепенении посреди главного холла дворца, покатилась слеза.

В тот момент, когда небо над империей окрасилось в темные тона, она уже вернула себе все воспоминания, которые когда-то стерла сама.

Поэтому Мердия верила, что полностью понимает, почему Уитни совершил подобное.

«...Это месть».

Происходящее было не чем иным, как местью Уитни по отношению к ней.

Мердия любит Уитни Лингарда. Для Мердии, вернувшей память, это утверждение стало неизбежной истиной.

И не один раз, а дважды. Именно столько раз они влюблялись друг в друга.

В такой ситуации, какой способ мести Уитни был бы для Мердии самым болезненным?

Человек, который ничего не знает, ответил бы, что это причинение вреда или нападение на Мердию.

Ведь обычно месть совершается именно так.

Однако истинная месть не ограничивается лишь причинением физического ущерба.

Она измеряется тем, насколько сильно ты заставляешь страдать того, кто жаждет возмездия.

Особенно в ситуации с такой, как Мердия, которая была готова принять любую месть от Уитни, это было еще более мощным средством.

—...

Выражение лица Мердии, осознавшей этот факт, на мгновение исказилось.

Вскоре она медленно двинулась вперед, и смотреть на ее лицо было невыносимо больно.

До верхнего этажа дворца было далековато, но добраться можно было минут за десять.

Конечно, в обычном замке Короля демонов путь преграждали бы толпы врагов, но сейчас никто не мешал Мердии.

Даже это причиняло Мердии, делавшей шаг за шагом, невыносимую боль.

Впервые она подумала о том, чтобы сбежать, и медленно оглянулась назад.

—...!?

Именно в этот момент она почувствовала что-то странное.

«...Чье-то присутствие?»

Ее Драгоценный глаз только что уловил энергию, которой здесь быть не должно.

Неужели имперские войска, стоявшие лагерем позади, прорвали окружение монстров и вошли внутрь?

Нет, слишком тихо. Да и имперская армия, где заправляют трусливый командующий и его подчиненные, вряд ли способна на такой подвиг.

Но тогда чье это присутствие, которое становится все отчетливее?

— Гу-у-у...

Мердия, стоявшая неподвижно и глубоко дышавшая, вспыхнула красным светом глаз и направила жажду убийства назад.

— Вздрог...

В ответ за статуями, выстроившимися позади нее, присутствие стало ощущаться еще активнее.

— Кто здесь?

К этому моменту Мердия уже не могла позволить себе просто наблюдать.

Даже если все её мысли были заняты верхним этажом, игнорировать присутствие за спиной было невозможно — энергия была слишком сильной.

Вероятно, это был сильный противник, пусть и не ровня ей, но вполне способный постоять за себя.

— Покажись.

—...!

— Дважды повторять не буду.

Когда Мердия снова предупредила, источая жажду убийства, статуя задрожала еще сильнее.

— Выглядывает...

Вскоре из-за статуи кто-то робко высунул голову.

—...

Лицо Мердии, наблюдавшей за этим, мгновенно побледнело.

— К-кто ты?

—...

— Назови себя.

Человеком, который выглядывал из-за статуи и смотрел на Мердию пронзительным взглядом, была Сесиль Лингард, родная сестра Уитни Лингарда.

«Почему она здесь?»

В тот момент, когда она это увидела, в голове Мердии пронеслось множество мыслей.

«Как много она знает?»

Мердия, стараясь держаться от Сесиль на расстоянии, задала самый важный вопрос:

— Зачем ты пришла сюда?

—...С-сначала назовите себя.

— Разве мне нужно представляться?

Сесиль, которая все еще подозрительно смотрела из-за статуи, наконец поняла, что перед ней стоит Мердия Эмбергрин, юная герцогиня империи.

— Ч-что, почему вы здесь...

— Это я задала вопрос первой.

—...А, э-э.

Она выглядела сбитой с толку, но под пронзительным взглядом Мердии, покрывшись холодным потом, ответила:

— Я... пришла победить Короля демонов.

—...

— Э-это долгая история. Я недавно была в Магической башне, и там узнала, что проводятся ужасные эксперименты...

Сесиль начала подробно рассказывать о том, что пережила за последние дни, но Мердия не слышала ни слова.

—...В общем, я устроила там переполох и, пытаясь сбежать, застряла в подземелье. Там я нашла пророчество, оставленное бывшим главой башни, и представьте себе...

—...

— Оказалось, что я — Герой? Но это странно, ведь Героем должен был быть мой брат...

При упоминании «брата» лицо Мердии еще больше окаменело.

— Ты хоть знаешь, где сейчас твой родной брат?

—...?

При виде глупого выражения лица Сесиль Мердия начала бледнеть еще сильнее.

— Ну, наверное, в поместье графа?

—...

— А почему вы спрашиваете?

Сестра Уитни, стоявшая перед ней, похоже, ничего не знала и прибыла сюда в полном неведении.

— Эй? Почему у вас такое лицо?

—...

— Г-герцогиня?

У Мердии не осталось сил, чтобы объяснить Сесиль текущую ситуацию.

*****

Тем временем, на самом верхнем этаже.

—...

Уитни, спокойно сидевший на троне, внезапно открыл глаза.

—...Хм.

Оглядевшись по сторонам, он поднялся с места.

—...?

Заметив мерцающую перед ним черную щель, он склонил голову набок.

— С-шух...

Спустя мгновение Уитни медленно протянул руку к этой щели.

— Треск...

Как только его рука коснулась черной щели, поднялся черный дым, начавший резонировать с замком Короля демонов.

—...А ведь я чувствовал, что что-то не так.

Уитни начал бормотать себе под нос тихим голосом:

— Моя сила — это лишь сила подчинения, я еще не полностью овладел силой пробужденного Короля демонов.

— Гу-у-у...

— Вот я и думал, почему замок изменился, как только я его захватил.

Черный дым, вырвавшийся из щели, сгустился перед ним, принимая форму.

— Это была твоя работа.

Фигурой, которая полностью приняла человеческий облик и предстала перед Уитни, была...

—...Да.

Глава Собрания теней и первопричина всех этих событий.

— Это сделала я.

Великая Тень.

— Ты ведь уже знаешь, кто я?

—...

— Не нужно делать такое лицо.

Уитни, с недоумением глядя на нее — ее манера речи изменилась с момента их последней встречи, — наблюдал, как она медленно снимает капюшон.

— Ну же, посмотри на меня.

Когда капюшон был полностью снят, Уитни широко раскрыл глаза и открыл рот:

— Какого черта...

Он никак не ожидал увидеть лицо Мердии, которая должна была находиться этажом ниже, и невольно выругался.

----------

Иные способности и власть

— Почему ты делаешь такое лицо?

— …….

— Разве ты уже не догадался?

То, что стояло передо мной секунду назад, было не кем иным, как Великой Тенью.

Но почему, когда она сняла капюшон, я увидел лицо Мердии?

Злая шутка? Ловушка? Или у меня галлюцинации? А если нет... неужели это настоящая Мердия?

«Нет, это не она».

На мгновение такая мысль промелькнула, но я решительно покачал головой.

Передо мной не Мердия. Точнее, не та Мердия, которую я люблю.

И всё же, этот облик был мне до боли знаком.

Это была Мердия, ставшая финальным боссом. Да, та самая Мердия, которая в оригинальной игре, где я был игроком, представала в облике Короля демонов.

Как это возможно? Всё просто. В этом мире существуют две Мердии. Иного объяснения быть не может.

— О чём ты так глубоко задумался?

— …….

— Прости, но я не из тех, кто любит тянуть время.

Хотя её манера речи сильно отличалась от той, что была при нашей прошлой встрече, аура, которую она излучала как Великая Тень, оставалась прежней. Благодаря этому я не мог ошибиться.

—...Неужели ты до сих пор ничего не понял?

И когда она холодно бросила мне этот вопрос, я наконец осознал, как развивались события.

— Ты — Мердия из оригинальной игры.

— Да, верно.

—...?

Я пробормотал это тихим голосом, но, услышав подтверждение, на мгновение усомнился в собственных ушах.

Я и представить не мог, что существо передо мной знает об оригинальной игре. Неужели она услышала об этом от Эмбер?

— Этот мир — побочная история. DLC. Можно сказать, что он возник исключительно ради моей цели.

— …….

— И, наконец, эта цель прямо передо мной.

Я слушал её, остолбенев, но внезапно почувствовал исходящую от неё жажду убийства и тихо нахмурился.

Похоже, кем бы она ни была, она намеревалась стереть меня с лица земли.

Иначе зачем ей излучать такую убийственную ауру, от которой всё тело пробирает дрожь, и собирать ману?

—...Ха-ха.

Именно в тот момент, когда я тоже начал тихо собирать ману, готовясь к бою...

— Гу-у-у...

Черный туман, исходящий от Мердии из оригинала, заполнил зал. Вскоре ни ветер, ни звуки, ни даже свет не могли пробиться в мое поле зрения.

Она стояла в самом центре, и черная энергия, исходящая от её тела, развевалась, словно полы мантии, пока она холодно смотрела на меня.

Это был явный сигнал к атаке, и я ждал этого момента, но Мердии из оригинала не требовалось доставать посох или произносить заклинания.

Напротив, она не сдвинулась с места ни на шаг.

—...Фу-у.

Она просто закрыла глаза и выдохнула.

— Треск...

От одного этого легкого, простого движения вокруг всё начало меняться.

На всех стенах верхнего этажа, где я находился, открылись сотни черных глаз, уставившихся на меня.

Из трещин в полу начали высовываться иссохшие черные руки.

Сначала я готовился лишь к атаке, летящей прямо на меня, но вскоре осознал одну вещь.

Магия Мердии не прямолинейна. Вместо простых атак, нацеленных только на противника, она предпочитала менять окружающую среду, чтобы занять выгодную позицию.

И, похоже, Мердия из оригинала, правившая всем как Великая Тень, придерживалась того же стиля.

— Ззз-зи-зи...

И если она действительно Мердия, то её способности не ограничиваются лишь черной магией.

— DANTUS MORTEM, SHADOW VEIL NOCTIS, SAEWAWOID NOCTURNA AETERNA.

В тот же миг с её губ сорвались древние письмена.

Тысячи безымянных заклинаний, заключенных в этих словах, проявились одновременно.

Синие молнии, красные копья, зеркальные щиты, мечи мыслей, барьеры антигравитации, проклятия фрагментации...

Все эти заклинания и проклятия смешались воедино, превращая поле боя в магический круг самой Мердии.

Глядя на это, я понял, что Мердия способна использовать не только черную магию, но и обычные заклинания высшего уровня.

Конечно, раньше я предполагал, что Великая Тень не может использовать обычную магию, но если она — Мердия из оригинала, всё меняется.

Ведь у неё есть «Драгоценный глаз». С ним она может свободно использовать обычную магию, даже если всё её тело пропитано черной маной.

«И правда, достойна звания финального босса».

Впрочем, эти поразительные заклинания были мне довольно хорошо знакомы.

Ведь я не раз сталкивался с этими магическими приемами и паттернами в битве с финальным боссом в оригинале.

Конечно, это не значит, что я могу легко уклоняться от них или нейтрализовать, как прожженные ветераны из романов или манги.

Если не считать Силы господства, мои физические показатели на уровне обычного человека — слабее, чем у среднего взрослого мужчины, да и белая мана никчемна.

И, что самое важное, в игре я управлял персонажами максимального уровня, увешанными имбовыми навыками и снаряжением.

Конечно, я пробовал играть «нагишом» (базовое снаряжение, базовые навыки, 1-й уровень), так что шансы на успех есть.

Но это не игра, а реальность. Здесь нет функции «повторить».

Значит ли это, что я обречен быть растерзанным её магией?

Нет. Если бы ситуация была настолько критической, я бы уже давно бросил трон и бежал со всех ног.

— Кх-кх, кх-кх...

Пока я размышлял об этом, призраки, вырвавшиеся из трещин в полу, начали медленно ползти ко мне.

На вид они казались жалкими зомби из второсортного кино, но тот, кто знал их истинную суть, не стал бы так говорить.

Насколько мне известно, это призраки из Бездны. По приказу заклинателя они — ужасающие существа, которые непременно утащат цель в Бездну.

Проще говоря, это магия мгновенной смерти. В оригинале единственный способ избежать её — отменить само заклинание или победить Мердию до того, как атака достигнет цели.

— Гу-у-у...

Но беда не приходит одна: глаза, выросшие на стенах, дружно сфокусировались на мне и начали испускать черную энергию.

Только тогда я понял, что стены верхнего этажа уже превратились в извивающиеся щупальца и плоть.

Иными словами, всё это пространство превратилось во внутренности живого существа.

И это существо, скорее всего, является воплощением демона высшего ранга.

Паттерн призыва демонов у Мердии из оригинала основан на 72 демонах Соломона, и у неё целых 72 различных паттерна.

Более того, из-за того, что паттерны постоянно меняются, этот босс считается одним из самых подлых.

Поэтому, если я сталкиваюсь с неизвестным паттерном, это наверняка результат призыва демона.

Иными словами, это паттерн, к которому невозможно подготовиться, так как моих знаний недостаточно для его нейтрализации.

И это еще не всё. Рунические письмена, произнесенные Мердией, резонировали с Драгоценным глазом, призывая в воздух бесчисленное множество заклинаний.

Их качество и количество были таковы, что никто в этом мире не смог бы их отразить.

— Гу-у-у-у...

Но этого ей показалось мало: Мердия из оригинала протянула руку вперед, и огромный поток маны устремился к ней.

Увидев это, я сразу понял, что она задумала.

Очень простой прием: собрать всю окружающую ману и выпустить её одним мощным ударом.

Но самые простые техники — самые страшные.

На самом деле, если этот удар попадает точно в цель, даже самый прокачанный танк в группе мгновенно оказывается в состоянии оглушения.

Более того, сила взрыва маны настолько велика, что она наносит и физический урон, так что приходится принимать на себя одновременно магическую и физическую атаку.

Иными словами, это техника с сильнейшим одиночным уроном.

— Это всё?

Однако я, сидя на троне и наблюдая за всей этой сценой, тихо задал вопрос Мердии из оригинала, стоявшей передо мной.

— Если это всё, то ты умрешь.

С моих губ сорвались слова, совершенно не похожие на мою обычную манеру речи.

Раздражает, что стоит мне попытаться использовать Силу господства, как речь перестает мне подчиняться, но ничего не поделаешь.

Всё же нужно продолжать говорить вежливо. Настоящая мать из этого мира учила меня: нельзя грубить людям.

— …….

Впрочем, Мердия, стоявшая передо мной, не ответила.

И это, само собой, означало мою победу.

Хотя её все почитали как Великую Тень, в конце концов, она не смогла сесть на трон.

На этот проклятый трон сел не кто иной, как я.

*****

—...Остановись.

В тот самый момент, когда Уитни, сидевший на троне и спокойно смотревший вниз, открыл глаза и произнес это холодным голосом...

— Ззз-зи-зи...

Мана, собравшаяся в руках Мердии, в одно мгновение потеряла поток и рассеялась во все стороны.

И это было не единственное странное событие.

В тот момент, когда прозвучали слова Уитни, сам мир уже отреагировал на них.

Синие молнии, красные копья и мечи мыслей, летевшие в его сторону, исчезли в пустоте прямо на полпути.

То же самое произошло с зеркальным щитом и барьером антигравитации, защищавшими Мердию.

Бесчисленные заклинания, украшавшие воздух, одно за другим исчезали или рассеивались, скрываясь из виду.

— …….

Призраки, двигавшиеся к Уитни, тоже давно замерли, потеряв способность двигаться.

— Ги-ги-ги...

А щупальца и плоть, поглотившие весь зал, исчезли, словно их никогда и не было, как только глаза на стенах медленно закрылись.

— …….

И воцарилась тишина.

— Зик, зи-зи-зик...

Лишь в этой тишине Драгоценный глаз Мердии из оригинала продолжал искрить, источая ману.

Всё остальное буквально «застыло».

На самом деле «время» продолжало идти своим чередом, но именно поэтому нынешняя ситуация, когда всё остановилось, казалась такой причудливой.

— Не слишком ли сильно ты полагалась на Драгоценный глаз?

—...Ха.

Только после вопроса Уитни Мердия из оригинала смогла открыть рот.

— Драгоценный глаз? Ты до сих пор называешь его так?

Уитни на мгновение склонил голову набок, а услышав её объяснение, слегка нахмурился.

— Драгоценный глаз символизирует все «иные способности» Короля демонов. Сила господства символизирует всю «власть» Короля демонов. Ты даже этого не знала?

— …….

— И при этом тебе удалось заполучить одну из сил, символизирующих Короля демонов.

Затем, когда она закончила объяснение, Уитни тихо заговорил.

— Какова твоя цель?

— Моя цель...

Услышав это, она ответила спокойным тоном:

— Чтобы ты умер здесь.

— …….

— Это конечная точка моего плана.

И вскоре на верхнем этаже снова воцарилась глубокая тишина.

----------

Иные способности и власть (2)

— Ха-а…

Вернемся немного назад, в недавнее прошлое.

— И как мне теперь жить…

Эмбер, потерявшая смысл жизни после того, как узнала горькую правду об Уитни, сидела в таверне деревни, расположенной ближе всего к землям драконов, и, вливая в себя огромное количество алкоголя, уныло бормотала себе под нос.

— …Мне ведь больше не к чему стремиться.

Затем она с отсутствующим видом подняла голову и прошептала низким голосом:

— Окно состояния.

[Окно состояния активировано.]

И в следующее мгновение перед её глазами возникли полупрозрачные сообщения с невероятно длинным логом.

[Имя]: {Эмбер}

[Раса]: {Человек}

[Профессия]: {Штабной офицер черных магов (временно покинула пост)}

[Уровень]: 100

[Опыт]: 2 453 536/2 453 536

[Характеристики]

- Сила: 999

- Ловкость: 999

- Интеллект: 999

- Выносливость: 999

- Удача: 999

[Типы способностей]

▶ Склонность к физическим навыкам: Высшая

▶ Склонность к магическим навыкам: Высшая

▶ Сопротивление ментальным атакам: Высшее

▶ Резонанс с мистическими силами: Высший

▶ Склонность к белой магии: Отсутствует

▶ Склонность к черной магии: Высшая

[Изученные навыки]

『Защита властью』

『Удар истребления』

『Обращение времени』

『Отрицающая смерть』

『Пространственный скачок』

(пропущено)

[Особые примечания]

◆ Сущность вне системы

◆ Статус «Необнаруживаемая»

◆ Уровень синхронизации сознания: 99,98%

◆ Доступно многомерное восприятие

◆ Обладатель прав трансцендентности (заблокировано)

◆ Обнаружена скрытая способность (🔒 условие разблокировки не выполнено)

[Журнал заданий]

『Пойми этот мир』

- Интерпретировать окно состояния (в процессе)

- Встретить первого союзника (не выполнено)

- Завести первого друга (не выполнено)

- Обеспечить безопасную зону (не выполнено)

- Проверить скрытый системный лог (не выполнено)

- Установить контакт с главным героем (не выполнено)

Эмбер, с отсутствующим видом глядя на сообщения, которые бесконечно тянулись вниз, наконец смахнула их рукой с выражением крайнего раздражения на лице.

— Мне теперь всё это ни к чему.

Не зря она была бывшим игроком второго ранга: несмотря на то, что притворялась слабой и беззащитной, её характеристики уже были на уровне монстра.

— Система — мусор: в ней есть всё из оригинала, кроме функции перезапуска.

Однако для Эмбер всё это стало бесполезным.

— …Мне совсем не хочется сейчас играть роль главного героя.

Она забросила не только основные квесты, но даже базовые задания.

И сейчас у неё не было ни капли желания возвращаться к их выполнению.

— …Хотя кое-что меня всё же интересует.

Но даже у такой Эмбер оставалась одна последняя загадка, которую она до сих пор не смогла разгадать.

[Особые примечания]

◆ Сущность вне системы

◆ Статус «Необнаруживаемая»

◆ Уровень синхронизации сознания: 99,98%

◆ Доступно многомерное восприятие

◆ Обладатель прав трансцендентности (заблокировано)

◆ Обнаружена скрытая способность (🔒 условие разблокировки не выполнено)

Это была «скрытая способность», расположенная в самом низу списка особых примечаний, где пестрели титулы и знаки отличия трансцендентного уровня.

Окно состояния было полностью идентично настройкам оригинальной игры, но только это отличалось.

К тому же, это была именно скрытая способность. Если бы она была геймером из прошлой жизни, то стиснула бы зубы и постаралась разблокировать её раньше всех.

— …Может, это как-то связано с Уитни?

Однако сейчас мысли Эмбер были заняты только Уитни Лингардом.

Точнее говоря, она хотела настоящего Уитни, внутри которого не было бы ничего постороннего.

— Если это способность для перемещения в другое измерение или способ изгнать того ублюдка, что сидит внутри Уитни, то, возможно…

Поэтому, питая последнюю надежду, Эмбер решила потратить все накопленные за это время очки, чтобы разблокировать подсказку к этой способности.

[☰ Системное уведомление]

▶ Желаете разблокировать скрытую способность?

▶ Требуемые очки: 99 999 П

▶ Текущие очки: 99 999 П

Увидев количество необходимых очков, Эмбер на мгновение усомнилась в собственных глазах.

— Это… вообще реально?

Очки, накапливаемые в окне состояния, — крайне ценный ресурс.

Если грамотно потратить 50 000 очков в магазине системы, можно обеспечить себе безбедное существование на всю жизнь.

И вот, запрос на разблокировку требует почти вдвое больше, да ещё и сумму, соответствующую пределу накопления очков.

Что же это за способность такая, раз требует столько?

…Идет использование очков…

[Подтверждено.]

Сердце Эмбер, которое замерло после того, как она узнала истинную сущность Уитни, внезапно снова забилось.

Способность, разблокируемая за такое количество очков, не может быть слабой.

Наверняка в ней заложена ужасающая сила, способная изменить эту безнадежную ситуацию?

Например, способность исполнить любое желание или возможность управлять персонажами по своему усмотрению.

А если нет, то хотя бы функция возвращения в реальность…

— Нет, это не нужно.

Эмбер на мгновение задумалась о том, какой жизнью жила в реальности, но тут же покачала головой и снова перевела взгляд на окно состояния.

— …Да и какая разница, сколько там долгов по аренде, здесь всё равно лучше.

Сглотнув сухую слюну, Эмбер набралась смелости и посмотрела на разблокированную способность.

— …

Вскоре в столовой таверны, где, кроме неё, никого не осталось (все постояльцы попрятались по комнатам, так как Эмбер была невыносима в пьяном виде), воцарилась тишина.

— Ха, ха-ха.

Тишину нарушил тихий смешок.

— Ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха!

Смех, разумеется, доносился от Эмбер, единственной, кто оставался в зале.

Так была ли способность, которую она разблокировала, тем, чего она действительно хотела?

— …Черт.

Нет, реальность оказалась прямо противоположной.

【Уникальная способность разблокирована】

📌 Название способности: 『Протокол передачи прав системы (Протокол передачи прав системы)』

Ранг: EX

Классификация: Особая / Уникальная / Системное вмешательство

Атрибуты: [Информация] [Администратор] [Трансцендентность]

━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━

【Описание способности】

▶ Данная способность передает часть или все права контроля, связанные с «Системой», указанному лицу.

▶ Обладатель способности может «передать» выбранному объекту часть или все права из следующего списка.

▶ Передача прав может быть настроена как разовая или постоянная, с возможностью отзыва при выполнении определенных условий. Однако, если права были переданы полностью с самого начала, отзыв невозможен.

【Предупреждение об опасности】

⚠ Использование этой способности приведет к тому, что вы будете немедленно классифицированы как [⬛⬛ объект] ⬛⬛⬛ ⬛⬛-ми из исходного измерения.

⚠ При чрезмерном вмешательстве «⬛⬛⬛⬛⬛» будет автоматически ⬛⬛, что может привести к ⬛⬛ или принудительному ⬛⬛ ⬛-нию способности.

⚠ Существует вероятность подключения к «Мировому ⬛⬛ Фл⬛гу».

Система, как всегда, вывалила кучу информации, которую Эмбер знать не хотела, но её взгляд был прикован только к верхней строчке.

— И ради этого дерьма я потратила столько очков? Функция передачи прав? Ха, ха-ха-ха!

Её глаза, которые на мгновение блеснули, снова потускнели, а затем сузились от злости.

— В любом случае, от владения этим одни проблемы…

Эмбер раньше говорила Уитни, что у неё нет никакого окна состояния, но на самом деле это было лишь её желанием.

Даже без этой системы она, будучи опытным игроком, могла выжить в любом мире.

Но с тех пор, как она получила это окно, оно постоянно раздражало её: выдавало предупреждения, если она не выполняла квесты, или заваливало промптами, как только она просыпалась утром.

Из-за этого она была на грани нервного срыва.

К тому же, получив почти все способности и предметы, доступные через систему, она больше не нуждалась в этом головном вирусе.

— Ладно, передаю. Передаю все свои права. Только за исключением прогресса, которого я уже достигла. Не хочу, чтобы следующий владелец вычислил, кто я такая — это будет головной болью.

⚠ При передаче прав на таких условиях вы больше не сможете отозвать систему. Продолжить?

— А, хватит спрашивать. Просто исчезни уже.

Эмбер, которая уже была готова распрощаться с окном состояния, нахмурилась и отмахнулась, увидев очередное предупреждение.

⚠ Объект для передачи прав не указан. Пожалуйста, укажите объект.

Но следующее предупреждение заставило её принять серьезный вид.

— Объект для передачи… Хм.

Сначала Эмбер подумала об Уитни Лингарде, всё-таки какая-то привязанность была, но тут же покачала головой.

— Если это попадет к тому ублюдку, неизвестно, что он натворит…

В любом случае, Эмбер хотела отойти от дел и жить спокойно.

Для этого нужно было исключить передачу системы тем, кто мог подвергнуть мир опасности.

В этом смысле главные персонажи — например, Мердия, Император, Луниэль или Парша — были исключены.

Нужен был кто-то, кто будет использовать систему во благо мира, мирно.

— Вообще-то, идеально подошел бы оригинальный главный герой…

Оригинальный герой игры подошел бы идеально, но, к сожалению, с ними в этом мире что-то не так.

Они скорее похожи на NPC, чем на людей? Или на кукол? В общем, было в них что-то неприятное.

— Тогда кому… А.

Поразмыслив немного над неожиданным вариантом, Эмбер широко улыбнулась и снова открыла рот.

— …Главный герой DLC. Он подошел бы идеально.

Спустя некоторое время Эмбер наконец почувствовала себя свободной, избавившись от системы, которая каждое утро будила её и действовала на нервы.

Конечно, постояльцы, сбежавшие в свои комнаты, чтобы не слушать, как она весь день рассуждает вслух, перебив банду разбойников, не чувствовали себя свободными, но это уже детали.

*****

Вернемся в тот момент, когда Уитни был ошеломлен словами Великой Тени.

— Что? Что вы сказали?

— …Не иди за мной.

— О чем… о чем вы говорите?

— Тебе больше нельзя подниматься наверх.

Сесиль, находившаяся этажом ниже, услышав решительные слова Мердии, преградившей ей путь, склонила голову набок.

— Почему? Почему нельзя?

— Не спрашивай причин. В любом случае, нельзя.

— Ну, как это так?

Мердия говорила очень решительно, но так как Сесиль не слушалась, она, подавляя нарастающую тревогу и гнев, снова заговорила:

— Нужно слушаться взрослых, верно?

Но именно эти слова задели Сесиль, которая еще не до конца понимала ситуацию.

— …Прошу прощения, но мне нужно подняться.

Мердия не знала, но так как Уитни всегда обращался с ней как с маленьким ребенком, эти слова были для Сесиль как красная тряпка для быка.

— У тебя есть какая-то причина?

— …

— Если причины нет, то извини…

— …Причина есть.

И кроме того, у Сесиль была причина, по которой она обязательно должна была подняться наверх.

[Задание – Остановить Короля демонов (в процессе)]

Потому что перед её глазами возникла система, внезапно переданная ей неизвестной сущностью, которая спасла её от смертельной опасности в Магической башне.

— Если я не поднимусь, мир погибнет.

----------

Прием

— В конце концов, ты не собираешься меня слушать.

— …!?

— В таком случае, мне не остается ничего, кроме как применить силу.

Глаза Мердии, выслушавшей всё, что сказала Сесиль, начали постепенно вспыхивать красным светом.

— Ух.

В тот же миг этаж, на котором она находилась, накрыла чудовищная жажда убийства.

На самом деле, жажда убийства — это невидимая и безмолвная аура. Как бы сильна она ни была, она не может оказывать «физического» воздействия.

Однако в пространстве, где сейчас стояли Мердия и Сесиль, определенно происходило какое-то «физическое» явление.

— Др-р-р…

Стены, пол, перила, лестницы и даже пылинки в воздухе — всё дрожало.

Это было слишком странное явление, чтобы списать его просто на жажду убийства.

— …Ха, ха.

Сесиль, тяжело дыша под давлением этой загадочной ауры, вскоре смогла понять причину.

«Вся окружающая мана густо концентрируется».

Драгоценный глаз Мердии. Его по праву можно было назвать символом способностей среди всех сил Короля демонов.

Даже если Сесиль была сильным мечником, она не могла представить, что способна отразить ту энергию, которую сейчас собирала Мердия.

— …Фух.

Разумеется, только если бы она была одна.

— Ребята.

Стоило Сесиль тихо выдохнуть и открыть рот, как из-за рядов доспехов, выстроившихся внизу лестницы, выскочили черные силуэты.

— Гу-гу-гу-гу…

И почти одновременно с этим в сторону Сесиль полетели огромные снаряды из маны.

— Дзынь!

Однако снаряд, летевший к Сесиль быстрее всех, с мелодичным звоном был отбит и разлетелся на куски.

— …Ой.

Вскоре та, кто, пошатываясь, гибко приземлилась в воздухе и выровняла стойку, оказалась…

— Больно, рука болит!

Никто иная, как принцесса Катарина.

Почему-то она была не в своем обычном маскировочном облике принца, а в своем истинном облике принцессы.

— Гу-гу-гу-гу…

Но снаряды из маны, выпущенные Мердией, продолжали устремляться к ним двоим.

— И-ик…

Однако некоторые из них потеряли свою силу на полпути из-за внезапно обрушившегося потолка.

— …Эй, будьте осторожнее!

Адель Фелгрейв, сопровождавшая Сесиль после инцидента в Магической башне, прикрывала их, держа в руках магический жезл.

— Хм.

Когда количество снарядов заметно уменьшилось, Сесиль, которая до этого тихо переводила дыхание, сверкнула глазами и выхватила меч.

— Треск…

И в одно мгновение яркая вспышка заполнила комнату.

Точнее, большинству присутствующих показалось, что комнату просто залило ярким светом.

— Ха…

— …

Однако сильные мира сего, достигшие определенного уровня — например, принцесса Катарина или Мердия, наблюдавшая за всей ситуацией своим Драгоценным глазом, — смогли в точности разглядеть, что произошло.

Мечная энергия, вырвавшаяся из меча Сесиль, изящной траекторией, напоминающей очертания дракона, разом срезала все летевшие в нее снаряды.

Простое обволакивание меча мечной энергией — удел тех, кто только достиг этого уровня.

Чтобы выстреливать этой мечной энергией в нужном направлении, требуются еще более изнурительные тренировки.

А вкладывать в эту мечную энергию собственные уникальные способности — техника, доступная лишь тем, кто, помимо базовых навыков, прошел еще более глубокий путь совершенствования.

Однако, чтобы достичь уровня, на котором можно свободно управлять мечной энергией, одних лишь усилий недостаточно.

Это область, подобная той, где маги управляют маной. Поскольку мечная энергия по своей сути работает с силами природы, а не с маной, мечникам без склонности к магии овладеть ею не так-то просто.

Если только человек не обладает способностями и мага, и мечника одновременно.

Конечно, вероятность того, что такое произойдет в реальности, невелика.

Обычно склонности мечника и мага не даются вместе. Ведь цели, к которым стремятся эти таланты, слишком противоречивы.

Даже если существует существо, обладающее обоими талантами, свободное управление мечной энергией возможно лишь тогда, когда оба таланта достигли своего пика.

Другими словами.

Техника, которую только что продемонстрировала Сесиль, была идеальным воплощением этого уровня мастерства прямо у всех на глазах.

Ее называли вундеркиндом, так как магический талант признали еще до того, как она пробудила мечную энергию.

Она не остановилась на достигнутом, с самого детства неустанно оттачивала искусство владения мечом, к которому питала интерес, и в итоге преуспела в достижении этого уровня.

Новая способность, которую могла получить только она.

[☰ Системное уведомление]

- Подтверждено выполнение условий для комплексного таланта

- Мастерство мечника: Мастерство мечной энергии

- Мастерство мага: Мастерство магических искусств

- Уровень уникальной настройки: 100%

Разблокирована новая уникальная способность.

Перед глазами Сесиль, которая убрала меч и тяжело дышала, всплыло системное сообщение.

[Название способности]

『Талант мага-мечника』

— …?

Конечно, Сесиль, еще не до конца привыкшая к системе, лишь на мгновение склонила голову набок и пропустила сообщение.

— …Такое чувство, будто я достигла чего-то нового.

У нее и без того был настолько ослепительный талант, что система ей была практически не нужна.

В оригинале, после смерти Уитни Лингарда, род пришел в упадок, и у нее не было возможности раскрыть свой потенциал, но сейчас всё было совсем иначе.

— …Ха.

Однако Мердию ее стремительный рост лишь заставлял чувствовать головную боль.

— Я уже говорила ранее. Почему я обязательно должна подняться наверх?

— …

— Хотя я ответила, что из-за гибели мира, конечно, есть и другие причины.

И именно в этот момент слова Сесиль пронзили ее с жестокой точностью.

— Потому что я хочу стать опорой для брата.

— …Ух.

— Сейчас брат ждет меня в особняке. Я не хочу его разочаровывать.

На лбу Мердии, слушавшей ее, на мгновение выступил холодный пот.

— Но почему ты мешаешь мне подняться?

— …

— Неужели наши с братом отношения были лишь обманом?

Конечно, Мердия знала о тайне, скрытой на верхнем этаже.

Но именно поэтому она не могла позволить Сесиль, его родной сестре, узнать правду.

Она просто не могла произнести вслух, что ее брат пал и стал Королем демонов из-за нее.

— …Чтобы пройти здесь, тебе придется победить меня.

Поэтому ей не оставалось ничего другого, как постоянно произносить эту банальную и старомодную фразу.

— Гу-гу-гу-гу…

Конечно, хотя она так сказала, Мердия была тем существом, которое могло воплотить эти слова в реальность.

— Э-это что еще такое?

— В-в этот раз трясется только лестница!

— …Ч-что это?

Мердия окрашивает глаза в черный цвет. Хотя ее Драгоценный глаз уже не раз менял оттенки, случай, когда он становился черным, был крайне редким.

— П-подожди. Эта аура…

— …Неужели.

И причина была до боли простой.

Если задуматься о том, для какой магии характерна «черная мана».

— Черная мана…?

Как уже было известно всем, Мердия терпеть не могла черную магию.

Она не просто не любила ее, она лично истребляла черных магов по всей империи.

Конечно, причиной тому было Проклятие смертного часа, которое наложил на нее отец в сговоре с черным магом, когда она была ребенком.

Однако теперь Мердия знала, что это воспоминание было ложным.

Причина, по которой Проклятие смертного часа появилось на тыльной стороне ее ладони, заключалась в том, что вместе с Драгоценным глазом Графини Лингард, которую она убила собственными руками, к ней перешло и проклятие.

Поэтому теперь Мердия без колебаний использовала черную магию.

Особенно если это было нужно, чтобы скрыть правду от Сесиль, стоявшей перед ней.

В любом случае, нынешняя Сесиль была угрозой, сумевшей пробудить Талант мага-мечника. К тому же у нее было несколько союзников, прикрывающих ее с тыла.

Даже Мердия не могла позволить себе не быть во всеоружии.

А чтобы восполнить нехватку численности, черная магия подходила лучше любого другого вида магии.

Конечно, с помощью базовой или элементальной магии тоже можно призывать големов или духов.

Однако в случае с духами, в подобных личных ситуациях, противоречащих общепринятым нормам, их сложно использовать.

Не говоря уже о низших духах, высшие или верховные духи, которые могли бы помочь, вряд ли стали бы это делать.

А големы, хоть и не имеют воли и могут быть задействованы в любой ситуации, в таких узких пространствах использовать их нецелесообразно.

К тому же призыв големов требует огромного расхода маны. Поскольку, в отличие от духов, у них нет собственной воли, призыватель должен управлять ими от начала до конца, что неизбежно ведет к колоссальным затратам маны.

Однако монстры, призываемые с помощью черной магии, лишены всех недостатков других призывных существ.

Они беспрекословно выполняют любые приказы, не имея собственной воли, и реагируют на страх противника, поэтому их не нужно постоянно контролировать.

Более того, видов монстров великое множество, поэтому для любого ландшафта можно подобрать подходящий тип.

— Гр-р-р…

— Гр-р-р-а-а…

— Гр-р-р…

Именно так. Гули, поднявшиеся из черной ауры, стелющейся по полу, и гончие, чьи глаза светились зловещим светом.

Конечно, если бы это были единичные особи, союзники Сесиль легко справились бы с ними без ее участия.

— Л-лестница сейчас рухнет!

— …М-может, лучше отступить!

— А-а!

Но проблема была в их количестве. Число монстров, которых призывала Мердия, быстро превышало вместимость этой комнаты.

— Значит, вот как ты решила поступить…

Сесиль, наблюдавшая за этим с нахмуренным лицом, тихо стиснула зубы и снова подняла меч.

— Ква-зи-зи-к, ква-зи-зи-зи-к…

В тот самый момент, когда ее меч начал переполняться мечной энергией.

— Бабах!

Вход позади нее внезапно распахнулся с оглушительным грохотом.

— Род Лингард в полном составе прибыл!

— …Если не считать командира рыцарей.

— Ха-ха, с ума сойти.

Эванджелин, младшая сестра Луниэль, зверолюд-рыцарь Перис, когда-то бывшая личным рыцарем юного герцога Майера, и Йохан, который чудом выжил в битве за Магическую башню.

Все они прорвали оборону(?) имперских войск и вошли в императорский дворец, превратившийся в замок Короля демонов.

— …У-у.

Именно в тот момент, когда Мердия, увидев это, закусила губу с еще более помрачневшим лицом.

— Гр-р.

— Гр-о.

— Ги-ги?

Призванные ею монстры внезапно замерли.

— …?

И на мгновение на первом этаже воцарилась тишина.

*****

Тем временем, в комнате прямо под самым верхним этажом.

— …Похоже, здесь ничего не поделаешь.

Удивительно, но Альфред, стоявший там в своем привычном костюме дворецкого, начал отдавать приказы людям, находившимся перед ним, тихим голосом.

— Похоже, в покои молодого господина проникли незваные гости.

В то же время лица, знакомые по роду Лингард, и приближенные Уитни начали светиться зловещим светом.

— Теперь наша очередь действовать.

Как только Альфред закончил говорить, они начали действовать слаженно и четко.

— …Э?

За исключением Шаши, которая ошарашенно вертела в руках свою удивительно искусно сделанную искусственную руку.

----------

Воссоединение

«…….»

Увидев, что призванные ею монстры внезапно замерли, Мердия, до этого пребывавшая в замешательстве, закусила губу.

«…Он уже знал об этом».

Почти невозможно управлять чужими призванными существами, если ты не тот, кто их призвал.

Разве что ты — король всех монстров, повелевающий ими всеми.

И такой в мире, разумеется, всего один.

«Король демонов».

Уитни Лингард, который сейчас наверняка находится на самом верхнем этаже этого замка.

-Тр-р-р….

Однако сдаваться было нельзя.

Драгоценный глаз Мердии вновь окрасился в черный цвет.

После этого замершие монстры очень медленно начали двигаться вперед.

-Гр-р-р…?

-Гр, гр-р….

-Гр-р-р-а-а….

Но вскоре даже это медленное движение сошло на нет.

«…Угх».

В тот же миг Драгоценный глаз Мердии опасно замерцал, а затем начал буквально выжигаться изнутри.

«У-у-у…».

Мердия, поморщившись и пытаясь прикрыть глаз рукой, стиснула зубы, стараясь во что бы то ни стало сохранить зрение.

Но все эти усилия оказались тщетны.

Монстры, остановившиеся вновь, больше не двигались, сколько бы воли и приказов Мердия в них ни вкладывала.

-Ш-ш-ш….

Более того, призванные существа начали распадаться на дым и рассеиваться в воздухе.

Из глаз Мердии, которая до последнего пыталась смотреть, потекла кровь.

«А-а-а!»

Как только она, достигнув предела, закрыла глаза, монстры окончательно исчезли.

«…….»

Открыв глаза и увидев это, Мердия с пустым выражением лица опустилась на колени.

Так воцарилась тишина.

«…Ч-что произошло?»

«Д-да кто знает».

«П-почему она вдруг остановилась?»

Сесиль и остальные, ожидавшие тяжелого боя, начали перешептываться в этой тишине, опасливо поглядывая на Мердию.

«Не знаю, что это было, но…»

«…….»

«…Прошу прощения».

В этой ситуации Сесиль, поняв, что Мердия потеряла волю к сражению, тихо двинулась вперед.

«…….»

В напряженной атмосфере Сесиль медленно поднялась по лестнице и прошла мимо Мердии, но та больше не пыталась её остановить.

Она лишь молча стояла на коленях, низко опустив голову.

«П-проходим!»

«…П-прошу прощения!»

Увидев это, отряд поспешил миновать её, пока Мердия не передумала.

Некоторые из них бросали на неё тревожные взгляды, но Мердия так и не поднялась с места.

«…Ха».

Сколько времени прошло? Из уст Мердии, сидевшей на полу, наконец вырвался смешок.

«Ха-ха, ха…».

Нет, это был плач, похожий на смех.

-Кап, кап….

Кровь, что текла из её Драгоценного глаза, смешалась со слезами и снова закапала на ступени.

«Прости меня…».

В этой тишине всхлипывающий голос Мердии эхом разнесся по первому этажу.

Конечно, никого, кроме неё, здесь не осталось, так что слышать это было некому.

По крайней мере, так должно было быть.

«…Тебе не за что извиняться».

Но почему-то в пустом зале раздался чей-то голос.

«…А?»

Услышав его, Мердия вздрогнула и резко подняла голову.

«…!?»

Затем, с выражением полного неверия, она уставилась на фигуру, которая уже шла к ней.

«Потому что я уже знаю».

Мужчина остановился перед ней и, опустив голову, мягко прошептал:

«У вас, юная герцогиня, не было выбора».

Уитни Лингард, как всегда щурясь, спокойно смотрел на неё сверху вниз.

*****

«Почему, почему ты здесь…?»

«…….»

«Разве ты не должен быть на самом верхнем этаже?»

Мердия, ошеломленно глядя на Уитни, с трудом поднялась на ноги, пошатываясь от неверия.

«Угх…»

Видимо, потратив слишком много сил, она снова пошатнулась и осела на пол.

«Не перенапрягайтесь. Я никуда не убегу».

«Т-ты правда он? Д-докажи».

«Доказывать? Где ты еще найдешь человека с таким лицом?»

В этот момент Мердия разумом осознала, что перед ней действительно Уитни Лингард.

Такое пугающее лицо и манера речи могли принадлежать только одному человеку в мире — Уитни Лингарду.

Конечно, стоило допустить возможность маскировки, но исходящая от него специфическая, неприятная аура исключала использование заклинаний изменения облика.

«…Это правда ты?»

И все же у Мердии были причины сохранять бдительность.

Во-первых, помимо его обычной ауры, внутри него ощущалась какая-то чужеродная энергия.

Если догадки Мердии верны, это была «Сила господства» Уитни, пробудившегося как Король демонов.

Но даже если не брать это в расчет, существовала более фундаментальная причина.

Уитни Лингарду, находящемуся на верхнем этаже, не было нужды спускаться, чтобы встретиться с ней.

По крайней мере, Мердия даже представить не могла, что Уитни придет к ней вот так, лицом к лицу.

Ведь если Уитни затеял всё это, то наверняка ради мести ей.

Иначе зачем было устраивать такой переполох, если можно было просто прийти и отомстить лично?

Да, прямо как сейчас….

«…Ты что, передумал?»

Дойдя до этой мысли, Мердия внезапно задала вопрос дрожащим голосом.

«Решил, что вонзить в меня клинок лично будет приятнее?»

«…….»

«Тогда я только за. Я готова».

Её голос постепенно становился спокойнее.

«Давай, Уитни Лингард».

Наступила короткая тишина.

«Что?»

Уитни, тихо склонив голову в этой тишине, озадаченно приоткрыл рот.

«О чем вы говорите?»

Мердия, тоже выглядевшая слегка ошарашенной, с сомнением посмотрела на него.

«Что он задумал?»

Уитни Лингард — человек, чьи истинные намерения было невозможно понять с самой первой встречи.

И Мердия только недавно начала понимать, как с ним обращаться.

Чтобы иметь с ним дело, нельзя слишком много думать.

Нужно просто принимать всё как есть, отвечать на то, что он говорит.

Исходя из этого, Мердия начала подбирать слова.

Но тут же осознала, насколько это сложная задача.

«…»

Уитни, стоявший перед ней, всё еще наклонял голову.

«Ты ведь пришел отомстить мне».

Мердия, крепко сжав руки, медленно и мучительно начала свое признание.

«Потому что я… я убила твою мать».

Произнеся это, она поспешно опустила взгляд.

Хотя она набралась смелости, у неё не хватило духу посмотреть на лицо Уитни.

«И забрала её Драгоценный глаз, чтобы подняться на эту вершину…».

Закончив признание, Мердия сделала глубокий вдох, заметив, что её руки дрожат.

«Я заслуживаю смерти от твоей руки прямо здесь».

Она озвучила наказание, которое по праву должна была понести.

«Разве ты не для этого пришел ко мне?»

С этими словами Мердия собрала последние силы и подняла голову.

«……?»

Она на мгновение озадачилась.

«Ха-ха…».

Уитни, отразившийся в её Драгоценном глазу, улыбался слишком безобидно для человека, пришедшего мстить.

«Юная герцогиня, вы дурочка?»

«Что?»

«Нет, подумайте сами».

Услышав продолжение слов Уитни, Мердия невольно затаила дыхание.

«Я бы никогда не убил вас».

Эта фраза пронзила заледеневшее сердце Мердии.

«…Н-нет».

Почувствовав это, Мердия побледнела и заговорила вновь:

«Не делай этого. Не хочу».

«Опять вы за своё?»

«Не прощай меня так легко».

Теперь голос Мердии дрожал от страха.

«Доброта тоже должна иметь границы. Уитни, я ведь правда…».

«…Это не было убийством».

Но её голос прервался, когда Уитни продолжил:

«Это было сделано по взаимному согласию, разве нет?»

«Ты…».

«Вы с матерью тогда просто делали всё возможное, чтобы спасти меня».

Уитни, глядя на онемевшую Мердию, мягко продолжил и протянул ей руку.

«Таков мой вывод».

Протянутая рука Уитни замерла прямо перед Мердией.

«Не возьмете?»

И в тот момент, когда он спросил, выражение лица Мердии окончательно рухнуло.

«…Угх, у-у-у».

«Хм, плачущее лицо вам не очень идет».

Мердия, безудержно рыдая, протянула вперед дрожащую руку.

На мгновение она заколебалась, подумав, что ведет себя слишком эгоистично.

Разве можно так легко и просто получить прощение?

Однако рука Мердии, замершая на секунду, снова потянулась вперед.

Она слишком сильно любила его, чтобы остановиться сейчас.

Даже её совесть не могла победить желание не быть отвергнутой этим мужчиной.

Конечно, это было естественно.

Любовь всегда была лучшим средством, чтобы парализовать разум человека.

И это средство вновь растопило разбитое сердце Мердии.

*****

«Уитни, я…».

В тот самый момент, когда Мердия дрожащей рукой коснулась руки Уитни…

-Ш-ш-ш….

Перед ними свершилось чудо, достойное их воссоединения.

«А?»

Черная метка на тыльной стороне ладони Мердии начала медленно исчезать вместе с черным дымом.

«…!?»

Когда метка полностью исчезла, Мердия застыла на месте, её мысли остановились.

Проклятие смертельной болезни, худшее из зол, что отравляло её жизнь.

Метка, которую невозможно было стереть никакими способами, так просто исчезла у неё на глазах.

«Ха-ха, чему вы так удивляетесь?»

«Э…?»

«Забыли, что я пробудил Силу господства?»

Мердия, не в силах сразу осознать это, наконец пришла в себя от слов Уитни.

«Такое проклятие можно стереть в два счета».

И, слушая его, Мердия…

«…В конце концов, я стал Королем демонов именно ради этого».

Сразу после этого она окончательно лишилась дара речи.

«Было бы странно, если бы не стерлось».

Уитни уже не щурился, его глаза были широко открыты.

Вместо обычного подавляющего давления, в них светилось чувство, наполненное радостью.

----------

Воссоединение (2)

— Ты… как ты это сделала?

— Разве я еще не объяснила?

— Н-но…

Похоже, Юная Юная герцогиня Мердия не в силах сразу осознать, что клеймо на тыльной стороне ее ладони исчезло.

Впрочем, ничего страшного, если она не примет это сразу. Ведь отныне отведенное ей время больше не ограничено.

«…Проблема во мне».

Но теперь проблема в моей судьбе.

Пусть я и не пробудился как Король демонов полностью, судьба мира все равно выбрала меня на эту роль.

Иными словами, я — Король демонов с половинчатой силой.

А судьба мира требует, чтобы Король демонов и Герой сразились.

К тому же, после недавних событий стало ясно, кто такой Герой. Сесиль Лингард. Моя родная сестра — и есть Герой этого мира, DLC к «Blacktail Fantasy 3».

Значит, если все пойдет своим чередом, мне суждено погибнуть от руки собственной сестры.

Может, мне просто победить? Ни за что. Вы предлагаете мне убить Сесиль?

Даже если я буду грызть землю, я никогда на это не пойду.

Конечно, просто обезвредить или запечатать ее тоже не выйдет. Запечатывание — это фактически смерть, а если я одержу верх в бою, что тогда станет с этим миром?

Чтобы спасти Мердию, я должен умереть. Такова суть истины, которую я осознал совсем недавно.

Единственный способ снять ее проклятие — полностью пробудить Силу господства.

Но если я это сделаю, то окончательно стану Королем демонов, и меня неизбежно ждет участь быть поверженным.

«Ироничная штука — жизнь».

Даже представить не могу, какое лицо будет у Мердии, если она узнает об этом.

Поэтому я намерен скрыть от нее эту правду.

Собственно, именно поэтому я спустился вниз, как только почувствовал ее присутствие на первом этаже.

Хорошо, что она пришла сюда, как я и рассчитывал, иначе возникли бы небольшие трудности.

«Я должен умереть здесь сегодня».

Вернувшись на верхний этаж, я планирую принять другой облик, чтобы Сесиль не узнала меня, и встретить свой конец.

Кроме того, я отправлю всех своих приближенных и связанных со мной людей на Южный континент. Там, где существует еще одна империя, они смогут жить под чужими именами.

Честно говоря, я уже готов. Есть даже какое-то чувство облегчения, будто я завершил отведенную мне дополнительную жизнь, и страха я не ощущаю.

Потому что знаю — это лучший финал.

— …Ха-ха.

Единственное, что меня гложет…

Это то, что я не смогу сдержать обещание, данное Юной герцогине Мердии.

Я обещал, что мы обязательно выживем вместе и проведем остаток жизни в счастье, но, похоже, этому не бывать.

Но ничего не поделаешь. Иногда ради счастья приходится чем-то жертвовать.

И в этот раз жертвой оказался я.

— Герцогиня, вы не могли бы подождать меня здесь немного?

— …Что?

— Мне нужно кое-куда отлучиться.

Придя к такому выводу, я повернулся спиной к Мердии, которая все еще ошеломленно смотрела на свою ладонь, и заговорил.

— Куда… ты идешь?

Она подняла голову и спросила дрожащим голосом.

— Осталась одна проблема, которую нужно решить.

— …Это, случайно, не о твоей сестре?

Не ожидал, что из уст герцогини прозвучит упоминание моей сестры.

— И что… что ты собираешься делать?

— …

— П-подожди, Уитни Лингард.

Я уже было собрался уйти, растворившись в тени, но ее отчаянный возглас заставил меня остановиться.

— …Хм.

Кстати, я ведь так и не посмотрел на ее лицо — возможно, в последний раз.

Наверное, стоит запечатлеть его в памяти. Ведь больше я его никогда не увижу.

— …

Однако, прежде чем обернуться, я тихо нахмурился и замер.

Почему-то мне показалось, что если я сейчас посмотрю на нее, то уже не смогу уйти.

— …Я скоро вернусь.

И еще, почему-то мне казалось, что если мы встретимся взглядами, она поймет, что я лгу.

— Разве я когда-нибудь лгал вам, герцогиня?

Поэтому я постарался сохранить спокойствие и произнес слова, призванные ее успокоить.

— …Да, ты почти никогда мне не лгал.

— «Почти»? Мне кажется, такого вообще не было…

Услышав, что голос Мердии стал спокойнее, я снова попытался двинуться с места, но…

— Вот именно поэтому я прекрасно знаю, что сейчас ты лжешь.

Услышав ее слова, я снова не смог сделать шаг вперед.

— Ты что-то скрываешь от меня? Правда?

— …Нет.

— Ложь. У тебя есть привычка делать паузу, когда ты врешь.

У меня была такая привычка? Или герцогиня просто пытается меня прощупать?

— Если тебе нечего скрывать, посмотри мне в глаза и скажи это.

— …

— Теперь-то ты открыл глаза, так что самое время, а?

Подобные уловки больше не имеют смысла. Похоже, меня раскусили.

— …Я ухожу.

— Нет!

Как только я заставил себя сделать шаг, Мердия, пошатываясь, поднялась и направилась ко мне.

— П-подожди. Поговори со мной, Уитни.

— …

— Я, я не злюсь. И не буду злиться в будущем… Ну?

Хотя герцогиня не удерживала меня силой, слова, доносившиеся у меня за спиной, сковывали меня, словно кандалы.

— П-прости меня. Я была неправа. Пожалуйста, не уходи вот так…

— …Я же сказал, что скоро вернусь.

— Но почему у тебя такое лицо, будто мы больше никогда не увидимся!

Только тогда я заметил, что мое лицо отражается в стекле впереди, и молча опустил голову.

— Откройся.

Сразу после этого дверь Теневого коридора, откликнувшись на мой приказ, на мгновение задрожала и распахнулась передо мной.

— Уитни… Ох.

Увидев это, она бросилась ко мне еще быстрее, но, то ли оступившись, то ли от бессилия, рухнула на пол.

— …Ох, о-о.

И тут же позади снова послышались рыдания герцогини.

— …

На мгновение я чуть было не развернулся, чтобы вернуться к ней.

Но, стиснув зубы и подавив этот порыв, я заставил себя шагнуть вперед и войти в Теневой коридор.

— Вернись, Уитни…

И это были последние слова, которые я услышал — голос Юной герцогини Мердии, полный слез.

— …Фух.

Теневой коридор, открытый моей магией слова, тут же рассыпался дымом и закрылся.

— Топ, топ…

После того как коридор закрылся, я еще долго стоял на месте, а затем, молча стиснув зубы, двинулся дальше.

— …Уитни.

Хотя вокруг никого не было, мне казалось, что я слышу голос Юной герцогини Мердии.

— …Уитни Лингард.

Я даже подумывал заткнуть уши, но это бы не помогло — слуховые галлюцинации не исчезли бы.

— Остановись…

Я изо всех сил старался игнорировать голос, звучавший в моей голове, и шел вперед.

— …Я сказала, остановись.

— Уа!

Кто-то схватил меня за плечо, и только тогда я понял, что это не галлюцинация, и был вынужден остановиться.

— Ну вот, наконец-то ты меня услышал.

— …Неужели ты последовала за мной досюда…

Обернувшись, я на мгновение испугался, решив, что Юная Юная герцогиня Мердия последовала за мной в Теневой коридор.

— А.

Но тут же понял, что это та самая «Великая Тень», которая проникла на верхний этаж, была мной повержена и, как «неудобный груз», выброшена в Теневой коридор.

— Если ты снова просишь меня убить тебя, то я отказываюсь.

— …Но ведь я — первопричина всех бед.

— Именно поэтому я тебя и не убиваю.

Хотя она и выглядела как Мердия, я ответил на ее мольбы с еще более холодным выражением лица.

— Если цель всего, что ты натворила, — умереть от моей руки, то не исполнить это желание — и есть лучшая месть.

— …

— Я не прав?

Теперь я знаю, кто такая Великая Тень. Она — та самая Мердия, ставшая «финальным боссом» в оригинале.

Призрак, который после этого скитался по измерениям и в итоге создал DLC, чтобы сбежать от собственного несчастья.

Честно говоря, именно она была той Мердией из оригинала, которую я любил, и как геймер я все еще сочувствую ей.

Но, к сожалению, у меня есть своя Мердия в моем мире.

А та, что схватила меня, — лишь призрак, который хотел мной воспользоваться.

— Я предлагаю не просто убить меня.

Поэтому слушать ее дальше не имело смысла.

— Я могу подарить тебе и Мердии из этого мира счастливый финал.

— …?

— И всем, кто тебе дорог, тоже.

До этих слов я был уверен в своем решении.

— …Что ты имеешь в виду?

Но, решив на всякий случай прислушаться к словам Мердии из оригинала…

— Мое предложение простое.

Услышав продолжение, я в третий раз остановился на пути к верхнему этажу.

— Я стану Королем демонов этого мира вместо тебя.

*****

— Я тоже была Королем демонов в своем измерении. Таким же половинчатым, как ты.

— …

— Этого достаточно, чтобы обмануть судьбу этого мира.

Мердия из оригинала тихим голосом делает предложение Уитни Лингарду, застывшему на месте.

— …Я вместо тебя отправлюсь на верхний этаж, буду играть роль Короля демонов и позволю себя победить. Тогда ты обретешь свободу.

Для Уитни это было предложение, от которого, конечно, невозможно было не соблазниться.

— Какова цена?

Поэтому Уитни настороженно спросил о ее истинных намерениях.

— …Цена? Да, цена…

Мердия из оригинала на мгновение замолчала, пристально глядя на Уитни, а затем тихо произнесла:

— …Обними меня.

— Что?

— Обними меня хотя бы раз.

Сколько времени прошло с тех пор?

— Какой в этом смысл для тебя?

Уитни, который, казалось, совершенно не понимал происходящего, холодно спросил:

— Ты не помнишь меня из своего мира?

— …Что ты…

— В оригинале я была полноценным Королем демонов, обладающим одновременно и властью Короля демонов, и сверхспособностями.

Уитни, услышав это, слегка наклонил голову, словно что-то было не так.

— Разве ты не потратила всю свою силу на создание множества альтернативных измерений?

— …Нет, я потратила силу, которая была на грани исчезновения.

— Тогда почему сила исчезла?

На его вопрос Мердия из оригинала ответила с таким видом, будто пришло время:

— Я изменила судьбу оригинального измерения, которая уже была предрешена.

Она начала раскрывать последнюю тайну, которую до этого момента не знал никто.

— Я отправила душу мальчика, который выпил чаю в моем саду и умер, в измерение, недосягаемое для воли богов.

— …

— …Я не скажу, кто это был.

С этими словами последний пазл мира сложился воедино.

— Обними меня в последний раз, Уитни Лингард.

Воссоединением Мердии, наконец столкнувшейся со своим первородным грехом, и Уитни, осознавшим истину.

----------

Побег влюбленных

«……»

После того как Уитни исчез, Мердия еще долго смотрела в пустоту, туда, где он только что стоял.

Вскоре она, пошатываясь, поднялась на ноги и направилась к тому месту, где до недавнего времени зиял черный проход.

«Угх…»

В тот же миг глаза Мердии снова налились чернотой.

На самом деле, ее Драгоценный глаз, из которого еще недавно сочилась кровь, уже был на пределе.

Но Мердия, не обращая на это внимания, лишь усилила работу своего Драгоценного глаза.

Точнее говоря, она использовала черную магию, выжимая из «способностей Короля демонов» всё до последней капли.

Ее целью было вновь открыть «черную дверь», которая исчезла сразу после того, как Уитни вошел в нее.

К сожалению для Мердии, это было практически невозможно.

Теневой коридор нельзя открыть просто так, даже владея черной магией. Черные маги могут свободно пользоваться им лишь потому, что знают расположение всех входов.

Открыть вход в Теневой коридор под силу только Великой Тени и высшим офицерам, получившим на то разрешение.

Даже «оригинальная Мердия», будучи Великой Тенью, теперь, когда она лишилась своей силы, не могла по собственному желанию открывать и закрывать входы в Теневой коридор.

В такой ситуации нынешняя Мердия никак не могла заставить дверь в Теневой коридор появиться вновь.

— Кап…

Как и ожидалось, из глаз Мердии снова потекла струйка крови.

Хотя крови было меньше, чем в прошлый раз, это было куда опаснее.

Если тогда это было просто обильное кровотечение из-за лопнувших сосудов от перенапряжения, то сейчас это был признак внутренних повреждений, вызванных тем, что она загнала себя в тупик.

Проще говоря, если так пойдет и дальше, Мердия могла навсегда ослепнуть.

«……»

Прошло какое-то время. Мердия, стоявшая неподвижно, тихо погасила силу Драгоценного глаза.

И дело было не в том, что она больше не могла терпеть боль.

Буквально вся мана в ее теле иссякла, и она больше не могла поддерживать работу Драгоценного глаза.

Даже она ничего не могла поделать, если топливо заканчивалось.

Конечно, мана Мердии не так-то просто истощается.

Даже по самым скромным подсчетам, она могла сражаться против целой армии целых 10 дней, и ее мана не иссякла бы.

Почему же тогда ее резервы так быстро опустели? Причина проста.

Попытка открыть Теневой коридор далеко превзошла ее лимит маны.

И в этот момент Мердия осознала: своими силами она никогда не сможет вернуть Уитни.

Да и сам он, в конце концов, этого не хотел.

«……»

Дрожь в руках Мердии постепенно утихла. Потратив всю ману, она, честно говоря, уже не имела сил даже просто стоять.

В этот момент в голове Мердии промелькнула мысль.

«…Вместо того чтобы стоять здесь, если я поднимусь на самый верх…»

Какой бы план ни задумал Уитни, было ясно одно: этот план не сулил ничего хорошего.

Скорее всего, всё произойдет на верхнем этаже, ведь Сесиль направилась именно туда.

«……»

Но Мердия, уже было собравшаяся подняться, вдруг замерла на месте.

Путь наверх оказался перекрыт мощным потоком маны.

Даже с Драгоценным глазом пробиться сквозь него было непросто. А уж в состоянии полного истощения — и подавно.

— Плюх…

Поняв, что это тоже было частью плана Уитни, Мердия наконец обессиленно опустилась на пол.

Она уже не в первый раз падала, но на этот раз всё было иначе.

В опустившейся на колени Мердии больше не осталось ни капли надежды.

Из ее глаз больше не текли ни слезы, ни кровь. На лице не отражалось никаких эмоций.

Словно искусно сделанная кукла, Мердия сидела, лишенная всякой жизни.

Конечно, помочь ей было некому.

Она была заперта на первом этаже. Разумеется, она могла выйти наружу, но это было бессмысленно.

Да и в любом случае, вряд ли нашелся бы кто-то, способный ее утешить.

Ведь человек, которому Мердия отдала свое сердце, был единственным во всем мире.

«…Эй».

«…?»

«Что ты делаешь?»

Именно так. Этот голос заставил Мердию, которая, казалось, вечно будет сидеть куклой, вмиг распахнуть глаза от удивления.

«Ноги, должно быть, затекли».

Обладатель этого голоса был лишь один на всем белом свете.

«…Уитни?»

«Я же говорил».

«Что вернусь очень скоро».

Уитни Лингард, который, казалось, исчез навсегда, снова стоял перед ней.

*****

— Дрожь…

Юная герцогиня, долго смотревшая на меня остекленевшим взглядом, наконец протянула ко мне свои дрожащие руки.

«…Что с вами?»

Я спросил это, глядя на нее, но, честно говоря, меня мучила совесть.

Еще бы, ведь мы расстались так, будто больше никогда не увидимся.

Признаться, возвращаясь на первый этаж, я был готов к тому, что герцогиня отвесит мне пару пощечин, а то и больше.

Но то, что происходило сейчас, превосходило все мои ожидания и обладало куда большей разрушительной силой.

— Ощупывание…

Юная Юная герцогиня Мердия, с таким слабым выражением лица, что ее трудно было узнать, продолжала дрожащими руками ощупывать мои руки.

Она что, проверяет, не призрак ли я?

Нет, вряд ли. Скорее, это ее фирменный метод распознавания маскировки…

«Это правда… ты?»

«……»

«Ты, ты фальшивый Уитни».

О боже. Похоже, состояние герцогини куда серьезнее, чем я опасался.

«Н-но… почему-то ты теплый…»

«…Это по-настоящему я».

«Правда?»

«Да, это я».

«Это действительно ты?»

Я терпеливо кивал, отвечая на ее вопросы, и когда Юная Юная герцогиня Мердия наконец поверила, ее лицо просияло, но…

«…Уитни».

Она выкрикнула мое имя и крепко прижала меня к себе.

«Больше никуда не уходи».

«…Хорошо».

«Живи со мной. Вечно…»

Несмотря на то, что момент был трогательным и теплым, у меня по спине пробежал холодок — наверное, просто показалось.

Нет, присмотревшись, я понял, что это не показалось — мне действительно стало жутко.

— Гу-у-у…

Взгляд герцогини, которая обнимала меня и вдруг искоса посмотрела на меня, был пугающе холодным.

Мне почему-то захотелось попятиться назад.

Но раз я виноват, лучше буду вести себя тихо.

«…Где ты вообще был?»

«Ничего особенного. Просто забыл кое-что».

Пока я размышлял об этом, Мердия, немного успокоившись, впилась в меня взглядом и задала вопрос.

«Что именно? Что ты там забыл?»

«В итоге не нашел, но это неважно. Ничего существенного».

«Правда?»

«Зачем мне теперь лгать?»

Конечно, когда-нибудь мне придется рассказать Мердии обо всем, что произошло в Теневом коридоре.

Но сейчас был не самый подходящий момент. Подробные объяснения можно отложить до тех пор, пока всё не закончится.

«…Хорошо, это не ложь».

«Что?»

«Если бы ты снова солгал, я бы просто покончила с собой вместе с тобой».

Но ответ герцогини был пугающим. Нет, что это за ужасные слова я только что услышал?

«От тебя пахнет женщиной, Уитни».

«…!?»

«Странно. Ты же сказал, что это вещь. С кем же ты успел встретиться за это короткое время…»

Услышав это, я изо всех сил старался подавить импульс снова сбежать в Теневой коридор.

Еще бы, герцогиня с глазами, полными слез (и немного крови из-за перенапряжения), смотрела на меня так, будто готова убить — это было слишком страшно.

— Шмыг…

К тому же, она уткнулась носом мне в грудь и начала принюхиваться.

«…Неужели?»

Через мгновение она отстранилась, и хотя ее голос все еще дрожал от нахлынувших чувств, в нем сквозило подозрение.

«Может, это мой запах…?»

Честно говоря, моя совесть немного кольнула.

Ведь той, с кем я встретился и заключил сделку в Теневом коридоре, была «оригинальная Мердия, финальный босс».

Взамен на обещание решить все проблемы, она попросила лишь об одном объятии.

Тогда мне казалось, что это разумная сделка, но теперь, вспоминая, в какой ситуации я чуть не оказался, я понял, что это был опасный риск.

«…Действительно ли всё так хорошо?»

Я пытался сохранять хладнокровие, но ноги не слушались.

Конечно, говорят, что всё это — ее карма, но оригинальная Мердия пожертвовала собой ради меня и Мердии из этого мира.

Я не пытаюсь ее оправдать. Просто мне действительно жаль ее, ведь ее история когда-то вызывала у меня сочувствие.

«…Хотя сделать я уже ничего не могу».

Но Великая Тень, оригинальная Мердия, хотела от меня лишь одного — возмездия.

Она определенно хотела встретить свой конец от моей руки, и раз я отказался, она выбрала такой способ искупления через меня.

Раз она сама этого хотела, я ничего не мог поделать.

Напротив, если бы я насильно ее спас, для нее это было бы еще более мучительным.

«…Покойся с миром».

«Уитни? Что ты сейчас сказал?»

«Ха-ха, ничего особенного».

Тихо почтив память оригинальной Мердии, я привычно уклонился от допроса моей Мердии, которая смотрела на меня очень проницательным взглядом, и повернулся.

«Так что теперь будем делать?»

Она быстро схватила меня за руку и, глядя с решимостью больше меня не упускать, задала вопрос.

«…Ну, разве есть другой вариант?»

И ей я озвучил то, что давно хотел сделать, но не решался.

«Не тяни, говори».

«……»

«Теперь-то глаза открыты, чего опять щуришься…»

Но именно поэтому я наконец смог произнести вслух свой последний план, который, вероятно, станет моим финальным актом в Империи.

«Побег влюбленных».

«…Что?»

«Давай сбежим вместе».

Даже мне это казалось по-детски наивным, но в то же время это был потрясающий план.

*****

Тем временем.

«……»

В невидимой слепой зоне на первом этаже маленькая девочка тихо наблюдала за Уитни и Мердией.

«…Ох».

Это была Шаша, которая по приказу Альфреда пыталась найти Уитни, но услышала слова, достойные разве что любовного романа.

----------

Побег ради любви (2)

— Что ты сейчас сказал?

— …….

— Побег ради любви? Что это вообще значит?

Юная Юная герцогиня Мердия, до этого момента смотревшая на меня остекленевшим взглядом, явно не поняла моих слов и теперь запиналась, задавая вопрос.

— В самом прямом смысле.

— Что?

— Покинем империю и сбежим на другой континент.

И на мгновение между нами воцарилась тишина.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь?

— …Я предлагаю единственной наследнице герцогского рода бросить империю и сбежать.

— Так вот что это…!

В этой тишине юная герцогиня, смотревшая на меня с выражением полного недоумения, вдруг повысила голос.

— Нет, ха-а… Ладно. В общих чертах я поняла, что ты имеешь в виду.

— Правда?

— Да. Ты решил, что раз мы устроили такой переполох в империи, то оставаться здесь больше нельзя?

Однако вскоре юная герцогиня, поймав мой взгляд, сменила тон и начала мягко убеждать меня:

— Я могу это уладить. Использую всю свою власть, но обязательно…

— Вы же знаете, что дело не в этом.

— …Не знаю, о чем ты там думаешь, но я сделаю всё что угодно, лишь бы ты остался жив.

— Это очень любезно с вашей стороны…

— Думаешь, я бросаю слова на ветер? У меня есть власть, богатство и сила, чтобы это осуществить. В этой империи нет ничего, чего я не могла бы добиться, если захочу.

Честно говоря, эти слова меня тронули. Конечно, это не означало, что я решил последовать плану юной герцогини.

— Во-первых, мы сбегаем не из-за того, что я натворил.

— …Что?

— Я нашел замену, которую казнят вместо меня.

Раз уж у меня была «Мердия из оригинала», которая возьмет на себя вину и станет Королем демонов, не было причин для рискованного побега.

— …Это женщина?

— Простите?

— Тот, кого казнят вместо тебя, — женщина? Вот почему ты тайком встречался с ней ранее?

И тут юная герцогиня задала острый вопрос.

Конечно, мне хотелось объясниться, но сейчас не хватало времени.

Объяснение того, что человек, который будет казнен вместо меня, — это Мердия из оригинального мира, заняло бы слишком много времени.

— …Хм, скажу кратко.

— Ну, выкладывай.

— Причина побега на самом деле не во мне, а в вас, юная герцогиня.

— Что за чушь ты несешь?

Но раз уж всё зашло так далеко, я решил, что стоит хотя бы вкратце объяснить ситуацию. Как только я открыл рот, вернулся её холодный тон.

Она стала довольно пугающей, совсем не такой, как мгновение назад, но, по правде говоря, этот её образ был мне даже ближе.

Да, вот это настоящая юная Юная герцогиня Мердия. К её слезам я никак не мог привыкнуть.

— Замена, которая должна быть казнена как Король демонов вместо меня… хм, в общем…

— …Говори.

— Она очень похожа на вас…

— …….

— На самом деле, не просто похожа, а можно сказать, что она — ваша копия.

Услышав это, зрачки юной герцогини на мгновение дрогнули.

— …Ты хотел, чтобы вместо тебя казнили меня?

— Что?

— Да… Я так и знала. Понятно, Уитни. Если это твоя последняя просьба…

— Нет-нет, всё совсем не так.

Я, ошарашенно слушавший её слова, поспешно прервал юную герцогиню, пока недопонимание не зашло слишком далеко.

— У неё только лицо такое же, но это совершенно другой человек, не вы.

И снова между нами на мгновение повисла тишина.

— …Ты что, нашел какую-то внебрачную дочь, которую нагулял мой отец?

— Ох, что за ужасные вещи вы говорите.

— Да, на твоем месте я бы поступила так же. Порой ради великой цели нужны жертвы…

— Так, в любом случае, на этом объяснения закончим. Теперь вы поняли, почему нам нужно бежать?

Почему-то мне показалось, что она поняла всё немного не так, как было на самом деле, но, по крайней мере, она приняла мои доводы.

— Да, в итоге я от начала и до конца идеально плясала под дудку твоих козней.

— И теперь… простите?

— Это ведь с самого начала был твой план, верно?

Но это еще что за слова?

— Приблизиться к единственной герцогине в империи, медленно очаровать её, сделать так, чтобы она не могла тебя бросить, а потом использовать этот коварный трюк, чтобы заставить её бросить всё свое положение и сбежать под покровом ночи.

— Да что вы…

— Типичный альфонс. Аристократки, которые ослепли от любви к таким проходимцам и сбежали с ними, обычно заканчивали плохо.

Она описывает меня как какого-то третьесортного блондина, хотя я брюнет и люблю чистую любовь. К тому же, говорить такое сейчас — это уже перебор, не находите?

— Хм.

Однако я, слегка приуныв и наблюдая за выражением лица юной герцогини, вскоре понял, что она просто шутит.

— …Хм.

И лишь после того, как спустя некоторое время из её уст вырвался еще один возглас, требующий ответа, я осознал, что это была «шутка в стиле Мердии».

А-а, вот оно что. Опять взыграла гордость герцогини-злодейки?

Прошу прощения у неё, но, честно говоря, раньше я бы обливался холодным потом и ломал голову, а теперь хорошо знаю, как реагировать на подобные ситуации.

— …Если не хотите, можете просто остаться.

Когда я сказал это и собрался уходить, юная герцогиня, которая в тот же миг протянула руку и схватила меня за плечо, поспешно заговорила:

— А я когда-то говорила, что не хочу?

Знаете, что? Когда человек видит что-то милое, он невольно теряет психологическую бдительность и начинает улыбаться.

Именно это со мной и произошло, когда я смотрел на юную герцогиню, которая изо всех сил старалась сохранить устрашающее выражение лица, сжимая мою руку.

Конечно, смеяться в такой момент было бы невежливо, поэтому я приложил максимум усилий, чтобы сдержать улыбку.

— О, прости. Я не хотела причинить тебе боль…

Когда она сказала это, отпуская руку и поглядывая на меня, ситуация была, честно говоря, довольно опасной.

— Значит, вы точно идете со мной?

— …….

— Вы должны ответить четко. Честно говоря, сколько всего вы добились в этой империи.

Но теперь пришло время стать серьезным. Юная Юная герцогиня Мердия, которую я знаю, — человек, который не отпустит то, что имеет, даже если придется лечь в землю.

Человек, который, жертвуя чем-то одним, будет из кожи вон лезть, чтобы защитить всё остальное. Это и есть Мердия Эмбергрин.

Сможет ли такая, как она, бросить всё, чего достигла, и эмигрировать со мной в другое место?

— Да, я многого здесь добилась.

— …….

— Здесь я могу получить всё, лишь щелкнув пальцами. И изысканные яства, и золото, и любые развлечения.

Ответ Юной герцогини Мердии на мой вопрос был очень прост.

— Но какой от всего этого толк, если тебя нет рядом?

Сразу после этих слов Юная Юная герцогиня Мердия, вместо того чтобы, как обычно, бесстыдно добавить оправдание, тихо отвела взгляд в сторону.

— …Раз уж мы достаточно насладились, может, пора заканчивать?

Разве то, что её щеки постепенно заливались румянцем, не означало, что сказанное ею — чистая правда?

— Значит, решено.

— …Ха-а, как же я до этого докатилась.

— Если передумали, можете сказать прямо сейчас.

— Хватит. Я знаю, что ты дразнишься.

Честно говоря, времени действительно оставалось мало, но я не мог удержаться от того, чтобы не подразнить её.

Но теперь пришло время поставить точку в нашей судьбе, которая была долгой, если считать долгой, и короткой, если считать короткой.

Конечно, с финалом в виде счастливого конца.

— …Эй.

— Да?

— Ты сможешь меня прокормить?

Я, собравшись с мыслями и взяв юную герцогиню за руку, внезапно повернул голову на голос, донесшийся сбоку.

— Я? Вас?

— Что за выражение лица? Разве не ты должен меня кормить?

Да, похоже, юная герцогиня тоже расслабилась и захотела пошутить. Или, может, наоборот, она так нервничает.

В таком случае мне лучше ответить шуткой.

— Но я же зять-примак?

— Что?

— Раз я зять-примак, это вы должны меня кормить… А-а-а!

Результатом таких легкомысленных мыслей стало жестокое возмездие юной герцогини, сжавшей мою руку так, что кости захрустели.

— Ай-ай-ай-ай-ай.

— Сбегаешь с юной герцогиней империи, а говоришь такие вещи…

— …Шутка, это была шутка.

Честно говоря, я немного переживал, что с сегодняшнего дня она изменится, но, к счастью, Мердия осталась прежней Мердией.

— Я буду кормить вас, даже если придется работать на износ.

— С твоим-то хилым телом.

— …Ну, даже если мы переберемся на другой континент, Сила господства останется при мне, верно?

— И что ты будешь делать с Силой господства? Заставлять растения быстрее расти?

— О, это неплохая идея. Может, займемся фермерством?

Больше всего на свете я не хотел снова видеть её слезы.

— Забудь, брось это.

— Почему вы говорите такие обидные вещи…

— Тебе не обязательно работать.

В общем, пока мы так перешучивались, юная герцогиня внезапно заговорила с серьезным выражением лица:

— Ты думаешь, у меня нет денег на другом континенте?

— Простите?

— Я уже создала подставные счета по всему континенту. Каждый из них превышает состояние среднего графского рода. Этого хватит, чтобы безбедно жить всю жизнь. Нет, даже трем поколениям хватит.

— ……Ох.

— Я подготовилась на случай, если когда-нибудь придется бежать из империи. Хорошо вышло. А ведь я недавно думала, не закрыть ли их все.

Честно говоря, я впервые увидел Юную герцогиню Мердию такой очаровательной.

Конечно, я и так её люблю, но разве она не слишком идеальная женщина?

— …Но есть одна загвоздка.

— Какая?

— Если я сбегу, Герцогство Эмбергрин достанется этому ублюдку.

Интересно, кого она имеет в виду? Ах, Юный герцог Майер.

— …Нет, если подумать, этого не случится.

— Что?

— Ха, до самого конца притворяешься, что не понимаешь?

Я, который тоже должен был ломать голову над этой ситуацией, нахмурился, пытаясь сосредоточиться, и озадаченно уставился на Юную герцогиню Мердию, которая холодно улыбнулась.

— Тот рудник. Ты ведь вложил в него деньги именно для этого дела, верно?

— ……?

— Твой дворецкий подготовил ужасающую ловушку, которая потрясет империю.

Это еще что за новости? Я и так был на грани нервного срыва из-за того, что Парша вложила в ту заброшенную шахту более 50 процентов семейного бюджета.

— …О чем вы?

— Дурак.

— Юная герцогиня?

Юная Юная герцогиня Мердия, которая окинула меня озадаченным взглядом, покачала головой и, не дав мне объяснений, двинулась вперед.

— Ха-а, надо было раньше понять, что ты — просто глупец с устрашающей внешностью…

На самом деле, это и есть моя суть. Но всё же, она наконец-то поняла меня полностью. Почему-то это вызывает новые чувства.

Задето ли мое самолюбие? Нет, совсем нет.

— …Так вы не выйдете за меня?

— Заткнись.

И всё же, говоря это, она крепко держала меня за руку.

*****

— …….

Тем временем, на самом верхнем этаже императорского дворца, ставшего замком Короля демонов.

— …Прощай, Уитни.

Мердия из оригинала, сидевшая на троне с закрытыми глазами, пробормотала это с легкой грустью и поднялась с места.

— В чем дело?

Вскоре она вернулась к своему обычному холодному выражению лица и ледяным тоном задала вопрос появившимся перед ней людям.

— …….

Все члены 'Собрания теней', за исключением Ведьмы Теней, молча смотрели на неё.

----------

Финальная битва

Начало всегда одно и то же. Тот самый момент, когда подозрительный юноша с прищуренными глазами ступил в сад герцогского поместья.

«...Как же он меня бесит».

Мысли Мердии, сидевшей в кресле за чашкой чая, всегда были одни и те же.

«Неужели я должна быть помолвлена с таким мужчиной? Я?»

Бесконечные интриги, соперничество, проверки со стороны императорской семьи — она была изрядно вымотана всем этим.

Именно поэтому Мердия не заметила того, что в обычных обстоятельствах распознала бы без труда: в чашке, куда она сама подлила легкий парализующий яд, притаилась черная магия.

Так кто же был тем, кто постоянно вмешивался в эту бесконечно повторяющуюся первую встречу... или, что несколько парадоксально, во вторую «первую встречу»?

«...Это была я».

Да, это была я. Та самая, кого Уитни Лингард называет «оригинальной Мердией». Первая Мердия Эмбергрин из «оригинального мира», который я покинула давным-давно.

С тех пор меня всегда называли не Мердией, а «Великой Тенью». Хотя я была лишь пустой оболочкой, которую едва ли можно было назвать великой или даже тенью.

Хорошо. Тогда вопрос: если я та, кто подсыпала яд в чашку, то кто же подсыпал яд в чашку в оригинальном мире?

Если Великая Тень, то есть я, постоянно манипулировала чашками, то кто в моем мире подсыпал не парализующий, а смертельный яд?

«Конечно, это была я».

Никаких неожиданных поворотов. Уитни из оригинального мира убила я сама.

Конечно, между оригинальным миром и параллельными мирами нет особой разницы. Если не считать меня и существование Собрания теней.

Тогда почему Уитни Лингард умер в оригинальном мире, где не было никаких закулисных манипуляторов?

Все просто. Он умер, выпив парализующий яд, который я создала наполовину из злобы, наполовину из политических соображений.

На самом деле, в том яде не было намерения убивать. Это было лишь средство, парализующее тело, чтобы провозгласить, что мой ненадежный жених страдает смертельным недугом.

Но, может, это была злая шутка судьбы? Тот яд оказался слишком силен для «Уитни Лингарда» того дня.

В итоге Уитни, пребывая в парализованном состоянии, испытал шок и скончался прежде, чем я успела что-либо заметить.

Это было мое первое убийство. Конечно, я и раньше марала руки в крови. Но у тех убийств всегда были свои разумные причины.

В тот день я впервые убила совершенно «невинного» человека.

И это стерло последнюю грань, что еще оставалась внутри меня.

Хорошо, я хотела бы закончить с самооправданиями, но, видимо, придется затронуть и этот момент.

Момент, когда я, став «финальным боссом» из-за бесконечного безумия, вызванного стертой гранью, вернула себе воспоминания о прошлом.

То есть момент, когда я осознала, что тот жених, которого я убила, был единственным человеком, который любил меня в этом мире. И единственным, кого любила я.

Честно говоря, я даже сама не помню тот момент в деталях.

Кажется, я просто бесконечно шла по выжженному миру, дошла до поместья Лингард, где он был похоронен, и без конца рыдала, обнимая его могилу.

Что случилось после этого, вы все знаете.

Потеряв волю к борьбе, я была убита «игроком», пришедшим в замок Короля демонов, даже не оказав сопротивления. Это обычная концовка «Blacktail Fantasy 3», которую вы знаете.

Проблема начинается сейчас. Прямо перед тем, как встретить эту концовку, я собрала всю свою силу и преуспела в том, чтобы покинуть оригинальный мир.

А затем, используя свою силу Короля демонов — Силу господства, — я начала создавать бесчисленные параллельные измерения, повторяя все, что происходило до сих пор.

Вопрос: зачем я создавала бесчисленные параллельные миры и повторяла это снова и снова?

Конечно, мой ответ не дойдет до вас, так что я отвечу сама. Это было нужно, чтобы дождаться момента, когда Уитни Лингард из оригинального мира вернется.

Да. Чтобы снова встретить душу Уитни Лингарда, отправленную в безопасное измерение, что стоило мне полной потери моей силы.

Конечно, хотя его душа была отправлена в другое измерение моей силой, она все равно была привязана к оригинальному миру.

То есть, когда он проживет долгую и счастливую жизнь в безопасном измерении и снова умрет, его душа вернется в мир, которому она принадлежала изначально.

Поэтому я была вынуждена создавать миры снова и снова.

Я не знаю, когда именно он вернется. Между временем в измерении, куда я его отправила, и временем в созданных параллельных мирах существует значительная разница.

Поэтому я просто создаю мир и бесконечно жду. В надежде, что его душа вернется не в «оригинальный мир», а в мой параллельный мир, сохранив тот облик, который был запечатлен в его душе перед смертью.

И в чашках всех этих миров теперь не парализующий яд Мердии, а мой собственный.

Честно говоря, это звучит как самооправдание, но я просто не могла смотреть, как Мердии в бесконечных мирах продолжают нести бремя своих грехов.

Поэтому я переложила это на свои плечи, а не на их вину. На протяжении бесчисленных повторений, которые уже невозможно сосчитать.

И что я получила взамен? Не знаю. Пустое самоутешение и ужасное зрелище того, как дорогие мне лица каждый раз с одинаковым выражением лица харкают кровью и умирают?

И одинаковые выражения растерянности на лицах Мердий, наблюдающих за этим... Да, если посмотреть на это так, я очень эгоистичный человек.

Чтобы вернуть своего Уитни, я принесла в жертву бесчисленное количество Мердий и Уитни из параллельных миров.

Но такова уж я. Худший из финальных боссов. Неисправимая злодейка. Позор империи.

Однако бесконечные повторения начали стирать даже такую идентичность.

И когда я уже была на пределе повторений, он наконец вернулся.

Откуда я узнала? Все просто.

Уитни Лингард, который в каждый момент времени умирал с глупым выражением лица, харкал кровью, впервые отказался пить чай.

Это может означать только одно. Уитни Лингард в этом мире — это мой Уитни, который вернулся после того, как прожил долгую жизнь в оригинальном измерении.

Я специально отправила его в мир, где история «оригинального мира» распространялась как художественное произведение. Это стало возможным, потому что я заранее разгадала уловки, которые боги оригинального мира использовали для сбора энергии.

Поэтому вернувшийся Уитни из оригинального мира, конечно же, наверняка знает всю историю наперед.

Так что, естественно, он сделает эту историю «счастливым концом».

Конечно, даже для меня, которая создавала и уничтожала миры только ради него.

Мой счастливый конец — это быть отомщенной им. Да, я могла продолжать все то, что делала, только ради этой цели.

И наконец, конец этой истории уже близок.

Ну, и каковы ваши впечатления после того, как вы узнали всю правду? Дорогие читатели?

Вы, кто знает историю DLC, которую я создала, чтобы вернуть его сюда.

Если история была интересной, прошу вас об одном последнем одолжении.

Пожалуйста, оставайтесь с этой историей до самого конца.

Ведь финал Уитни и Мердии обретает смысл только тогда, когда вы наблюдаете за ним.

В конце концов, история без зрителей — это слишком грустно, не так ли?

Тогда я пойду, вернусь в историю.

С этого момента пришло время исполнить финал, уготованный мне.

Конечно, за этим не обязательно наблюдать.

Честно говоря, кого вообще может интересовать конец такой женщины, как я?

*****

— Ответьте же. Что здесь происходит?

— Э-это... Я думаю, это не то, о чем мы договаривались.

Мердия из оригинального мира, которая долгое время сидела неподвижно с закрытыми глазами, медленно открыла их, услышав голоса, доносившиеся спереди.

— О какой договоренности ты говоришь?

Когда она наконец заговорила, все собравшиеся в зале руководители молча нахмурились.

— Я не ожидал, что вы будете так себя вести, даже выйдя сюда...

—...Да, это так.

Вскоре снова послышались жалобы.

—...

Только Рыцарь смерти, покрытый шрамами и потерявший один глаз, молчал.

Нет, на самом деле, нельзя сказать, что он был единственным.

Хотя в Собрании теней было четыре руководителя, в зале присутствовало только трое.

Ведьма Теней, вторая по значимости фигура в Собрании теней, по какой-то причине отсутствовала.

— Где Ведьма Теней?

Поняв это, Рыцарь смерти нарушил долгое молчание и задал вопрос Мердии из оригинального мира.

— Она не из тех, кто не показался бы в таком месте.

—...

— Не хочешь отвечать? Тогда позволь мне изменить вопрос.

Но так как ответа не последовало, Луниэль с холодным выражением лица продолжила разговор.

— Кто такая Ведьма Теней?

И снова в зале воцарилась тишина.

— Все руководители Собрания теней, которых ты собрала, так или иначе связаны с Уитни Лингардом.

—...

— Но только ее личность остается загадкой. В отличие от нас троих, Ведьма Теней не носит маску, но ее лица никто никогда не видел.

Глаза Мердии из оригинального мира, которая молча слушала, на мгновение сузились.

— Раньше у меня не было возможности спросить, даже если было любопытно, но сейчас самое время.

—...Что это значит?

— Что такое? Ты ведь уже догадалась, не так ли?

И когда она наконец заговорила, Рыцарь смерти ответил холодным голосом:

— Мы уходим.

— Вы собираетесь нарушить обещание?

— Если быть точным, это ты нарушила его первой.

На верхнем этаже замка Короля демонов начала разливаться пугающая аура.

— Вы хоть понимаете, что делаете?

—...Мы знаем, что ты можешь стереть нас в порошок одним движением пальца. Но теперь нам уже все равно, понимаешь?

Однако трое руководителей перед ней больше не дрожали от ее давления.

— То, чего мы хотели, в этом мире уже произошло.

—...

— Я в этом мире нашла своего хозяина, Берген в этом мире — потерянную дочь, Шаша в этом мире — господина, которому будет служить.

Рыцарь смерти, продолжая говорить, на мгновение нахмурился и прервался.

— Ведьма Теней... ну, я не знаю ее личности или целей, так что не могу сказать наверняка. Но в любом случае, все, чего мы хотели, уже достигнуто.

Когда она закончила, Мердия из оригинального мира попыталась возразить несколько дрогнувшим голосом:

—...Это не вы этого достигли.

— Да, верно. Но... этого достаточно.

Однако по их лицам было видно, что они уже все решили.

— Мы удовлетворены уже тем, что доказали: то, чего мы хотели, не было невозможным.

И то, что было этим «чем-то», спустя всего несколько секунд начало происходить прямо на глазах у Мердии из оригинального мира.

— Гу-у-у...

Тела троих начали распадаться, превращаясь в черный дым.

Существа из измерений, которые должны были исчезнуть в небытии. Но души, привязанные к телам силой Великой Тени.

В этот момент все трое одновременно расторгли контракт с Великой Тенью.

Чтобы вернуться в небытие, которому они принадлежали изначально.

— Сможешь ли ты достичь своей цели? Великая Тень.

—...

— Ну, раз уж мы столько времени провели вместе, пожелаю тебе напоследок.

Прямо перед тем, как окончательно превратиться в дым, Рыцарь смерти бросил последнее напутствие своему фальшивому хозяину, которому служил долгое время.

—...Надеюсь, ты осуществишь свою заветную мечту.

И вскоре в комнате воцарилась тишина, оставив Мердию из оригинального мира в одиночестве.

— Тук-тук-тук...

В этой тишине она, долгое время сидевшая с опущенной головой, внезапно услышала стук в дверь, прочистила горло и заговорила:

—...Войди.

Из ее глаз катилась слеза.

— Скрип...

Теперь пришло время действительно закончить все.

----------

Финальная битва (2)

— Вхожу.

Как только Мердия из оригинального мира дала разрешение, дверь на верхний этаж отворилась, и вошла фигура, произнесшая эти слова тихим голосом.

—...Ты опоздала.

Мердия из оригинального мира, наблюдавшая за ней, тихо вздохнула и заговорила:

— Остальные руководители уже покинули это место.

—...

— Навсегда.

Перед ней, с холодным выражением лица, предстала никто иная, как Ведьма Теней.

Она была последней из руководителей, приходивших к Мердии из оригинального мира, и единственной, кто до сих пор не показывался.

— Мне до этого нет никакого дела.

Судя по выражению лица Ведьмы Теней, она была явно не в восторге от того, что затеяла Мердия из оригинального мира.

— Судя по всему, ты не собираешься исчезать.

—...Это и есть твой план?

— Хватит, я уже сыта по горло подобными вопросами.

Мердия перебила Ведьму Теней, задавшую вопрос холодным тоном, пресекая дальнейшие расспросы.

— Значит, я с самого начала была лишь пешкой в твоей игре.

—...Думай, как хочешь.

— Хорошо, тогда у меня тоже есть свои соображения.

Ведьма Теней снова заговорила, излучая пугающую жажду убийства.

— Ты ведь собираешься позволить Сесиль Лингард, которая вот-вот поднимется сюда, убить себя?

—...

— В таком случае, я прикончу тебя раньше, чем они придут. Тогда...

На самом деле, для Ведьмы Теней, будучи лишь руководителем, победить Мердию из оригинального мира было крайне сложной задачей.

Однако, в отличие от трех других руководителей, получивших силу от Мердии, Ведьма Теней обладала чудовищной мощью изначально.

Иными словами, среди руководителей только она имела хоть какой-то шанс убить ту, что была «Великой Тенью».

— Прости, но это невозможно.

— Что?

— Ты не сможешь убить меня, Ведьма Теней.

Несмотря на это, Мердия из оригинального мира покачала головой и отрезала:

— А какова, собственно, твоя истинная цель?

—...О чем ты?

— Вряд ли твоя цель — просто убить меня сейчас, спустя столько времени.

И прежде чем Ведьма Теней успела что-либо добавить, Мердия внезапно задала совершенно неожиданный вопрос.

— Что это за мягкий тон?

Ведьма Теней, почувствовав в этом голосе странное несоответствие, резко спросила, но Мердия из оригинального мира лишь молча смотрела на нее.

—...Моя цель, значит.

Поняв, что ответа не дождется, Ведьма Теней начала обдумывать смысл последних слов Мердии.

— У меня может быть только одна цель.

Спустя мгновение Ведьма Теней подняла голову, и ее ответ был прост и ясен:

— Гибель мира.

Глаза Ведьмы Теней начали гореть черным пламенем.

— И более того — месть богам.

— Да, вот оно что.

Внутри этого пламени таились слепая ярость, отвращение, отчаяние и печаль.

— А помнишь ли ты, почему у тебя появилась такая цель?

—...Что?

Мердия из оригинального мира, спокойно встретив этот взгляд, вдруг начала задавать вопросы.

— Знаешь ли ты, почему к Уитни Лингарду у тебя возникла такая внезапная симпатия?

—...

—...А знаешь ли ты вообще, кто ты такая?

Ведьма Теней, которая сначала хотела ответить что-то вроде «что за глупости ты несешь», внезапно замерла и растерялась.

Она только что осознала, что даже сама забыла причину своего существования.

— Я забыла о себе больше тысячи лет назад. Я существовала еще до этого.

—...Нет. Ты заблуждаешься.

Ведьма Теней, продолжавшая говорить лишь на эмоциях, ошеломленно уставилась на Мердию, которая снова ее перебила.

— Все четверо руководителей, которых я собрала, так или иначе связаны с Уитни Лингардом.

—...

— И из них только ты одна родом из оригинального мира.

Лицо Ведьмы Теней мгновенно побледнело. От былой жажды убийства не осталось и следа. Напротив, на лбу у нее выступила капля холодного пота.

— Я ничем не отличаюсь от них?

— После стольких повторений ты даже забыла свою истинную сущность.

—...Думаешь, я поверю тебе после всего этого?

Несмотря на слова, голос Ведьмы Теней заметно дрожал.

— Я не верю. Слова той, кто уже давно на все махнула рукой...

Тем не менее, Ведьма Теней тихо покачала головой, скрипнула зубами и отвернулась.

— Хорошо, если я не могу убить тебя, есть другой способ.

Вскоре Ведьма Теней снова начала излучать ту самую жажду убийства.

— Я уничтожу отряд Сесиль Лингард, который идет сюда.

—...

— Что бы ни случилось, я ни за что не допущу такого конца.

Она направилась к единственному выходу с верхнего этажа, напряженно ожидая атаки со спины.

—...Я не буду тебя останавливать.

Однако, вопреки ожиданиям Ведьмы Теней, Мердия из оригинального мира лишь спокойно сидела на троне.

— Порой личная встреча — самый верный путь...

Проигнорировав эти многозначительные слова, Ведьма Теней вышла с верхнего этажа.

—...Какова бы ни была правда, я не могу позволить всему закончиться здесь.

Она уже сделала несколько шагов по лестнице вниз, как вдруг...

— Потому что...

Не успела она пройти и нескольких шагов, как была вынуждена остановиться.

— Ха-а, ха-а...

Прямо перед ней оказался отряд Сесиль, который уже добрался до этажа прямо под верхним.

- Гу-у-у...

Лицо Ведьмы Теней начало окутываться черной аурой, возвращаясь к своему истинному облику.

В буквальном смысле — к тому облику, о котором она сама уже успела забыть.

*****

— С-сколько этажей осталось?

—...Этот узор, это точно дверь на верхний этаж.

— Т-тогда... мы уже поднялись?

Оторвавшись от Мердии, преградившей им путь на первом этаже, отряд Сесиль с невероятной скоростью прорвался через императорский дворец, превратившийся в замок Короля демонов.

—...Надеюсь, больше стражники не выскочат?

— Нет, Ваше Высочество, зачем вы говорите такие ужасные вещи...

— С-слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

Конечно, путь не был совсем уж гладким.

Хотя солдат или монстров, охраняющих замок Короля демонов, они не встретили, путь им преграждали стражники каждого этажа.

— Н-никто не пройдет дальше этой точки.

Например, первый стражник, которого они встретили, испытал их силу. Ее фехтование было на запредельном уровне, так что даже Сесиль, получавшей поддержку от товарищей, пришлось нелегко.

— Превосходно, проходите.

Удивительно было то, что как только Сесиль удалось отбить ее атаку, первый стражник без сопротивления пропустил их на следующий этаж.

Для отряда Сесиль, ожидавшего кровавой бойни с приспешниками Короля демонов, это было полной неожиданностью.

Но у них не было времени разбираться в причинах, поэтому они отбросили сомнения и двинулись дальше.

«Почему ее фехтование так похоже на стиль Луниэль...?»

Конечно, оставив личные вопросы при себе.

— Фух... Погодите. Дайте перекурить.

Однако, когда они встретили второго стражника, эти сомнения лишь усилились.

—...Ох, я проиграл.

Второй стражник в маске успешно теснил их, используя тени и слепые зоны, но как только его загнали в угол усилиями зверолюда-рыцаря Перис и принцессы Катарины, он тут же выбросил белый флаг и исчез.

К тому моменту отряд Сесиль начал всерьез сомневаться, есть ли у этих «стражников» вообще желание их останавливать.

—...Чтобы пройти здесь, нужна не сила, а интеллект. Аха.

Третий стражник оказался самым сложным.

Поскольку выход на следующий этаж представлял собой головоломку и настольную игру, для отряда Сесиль, состоящего в основном из бойцов, это стало настоящим испытанием.

— С такими навыками я не могу позволить вам встретиться с господином.

—...Угх.

Даже когда Сесиль и Адель, обладающие выдающимся интеллектом, объединили усилия, победить третьего стражника было крайне трудно.

Головоломку, заполнявшую комнату, они кое-как решили, но настольная игра с третьим стражником была просто невыносимой.

Сесиль даже хотела прорваться силой, но на всю комнату было наложено заклинание, запрещающее применение физической силы.

—...Э, сюда?

—...Хм?

— В следующий раз, э... сюда?

— Ах.

Однако этот тупик был разрешен человеком, от которого никто этого не ожидал.

— М-мы победили? Почему?

—...

—...Э, прошу прощения?

Йохан, адъютант, который занял третье место на экзамене рыцарей графства, но не блистал так, как Эванджелин или Перис, случайно обыграл стражника в настольную игру.

— «Рука удачи»... Я думала, это самый бесполезный осколок Короля демонов.

—...?

—...Возможно, это было именно то, что нам нужно больше всего.

Третий стражник, бросив эти загадочные слова, без сопротивления открыл дверь на следующий этаж.

«Почему они все кажутся такими знакомыми...?»

Сесиль никак не могла отделаться от ощущения, что стражники, преграждающие ей путь, ей очень знакомы.

«...Нет, не может быть. Просто совпадение».

Конечно, это была невозможная вероятность, поэтому она тряхнула головой и поспешила на следующий этаж.

— Хи-и-и-и-ик.

—...

—...А, нет. С-сражайся?

Встретив стражника на этаже прямо под верхним, Сесиль невольно застыла с ошарашенным видом.

— Шаша?

—...Хнык.

Услышав этот вопрос, последний стражник долго хлопал глазами, а затем, издав жалобный стон, поспешно скрылся, пропустив отряд Сесиль.

—...

Наступила тишина.

— Неужели...

К этому моменту разрозненные фрагменты информации в голове Сесиль начали складываться в единую картину.

— Нет, правда?

Причина, по которой Мердия на первом этаже так упорно не пускала ее наверх. Знакомые стражники. Уитни, ее родной брат, от которого уже несколько дней нет вестей...

— Н-не может быть. Даже если это брат... это уже слишком.

Однако Сесиль тихо покачала головой и двинулась вперед на слегка дрожащих ногах.

В любом случае, она должна была идти дальше. Раз уж она зашла так далеко, отступать было нельзя.

—...Э?

Время снова пошло вперед, и отряд Сесиль наконец оказался прямо перед верхним этажом.

— Ч-что это?

—...

— Кто здесь?

Кто-то, только что вышедший из двери, преградил им путь.

— Похоже, это последний стражник...

—...Ха.

Ведьма Теней, преградившая путь отряду Сесиль, посмотрела на них, полных беспечности, холодно вздохнула и заговорила:

— Простите, но вы все...

Однако Ведьма Теней внезапно замолчала.

— Э?

— О?

— Хик.

Выражение лиц отряда Сесиль, которые до этого момента казались беспечными из-за странного поведения стражников, внезапно сменилось настороженностью и недоумением.

—...?

Так, словно они увидели лицо человека, которого очень хорошо знали.

— Это же...

Ведьма Теней, тихо склонившая голову в недоумении, застыла на месте, услышав голос Сесиль:

— Это же я?

В глазах Сесиль отражалось...

—...Что?

Лицо человека, точь-в-точь похожего на нее, но выглядящего невероятно изможденным.

----------

Решающая битва (3)

«……»

Ведьма Теней, долгое время ошеломленно смотревшая вперед, медленно повернула голову в сторону.

«…А?»

Увидев свое отражение в окне, она на мгновение растерялась.

«Что за…»

Сначала она подумала, что в стекле отразилось лицо Сесиль Лингард, стоящей позади.

Но когда Рыцарь смерти слегка отошел в сторону, отражение Сесиль в окне двинулось вместе с ним.

«……?»

Ведьма Теней еще несколько раз дернулась из стороны в сторону и, осознав, что образ Сесиль в окне повторяет каждое ее движение, тихо отступила назад.

«Нет, этого не может быть».

Но не успела она договорить, как ее разум наполнили хлынувшие воспоминания.

«……Кх-х-х!?»

Ведьма Теней пошатнулась и схватилась за голову, не в силах вынести внезапного потока информации, а отряд Сесиль тут же принял боевую стойку, насторожившись.

«А-а-а-а-а…»

«……?»

«Го-голова…»

Однако Ведьма Теней лишь продолжала стонать, обхватив голову руками.

«А…»

В глазах у нее потемнело, и она потеряла сознание.

Но даже когда она отключилась, информация продолжала непрерывным потоком заполнять ее разум.

Почему, встретив Сесиль Лингард, она стала ее точной копией.

Почему стремилась к уничтожению мира и мести. Почему с самого начала испытывала симпатию к Уитни Лингарду и так далее…

Все эти фрагменты постепенно складывались в единую картину, и когда хаос в голове утих, Ведьма Теней медленно открыла глаза.

«…Ха-а».

Наконец, полностью придя в себя, Ведьма Теней испустила глубокий вздох и уставилась вперед.

«Вот, значит, как…»

Она наконец столкнулась лицом к лицу со своей истинной сущностью, которую больше не могла отрицать.

*****

«……»

Тем временем, на самом верхнем этаже императорского дворца, превращенного в замок Короля демонов.

«…Ха-а».

Мердия из оригинальной игры, наблюдавшая за происходящим за дверью сквозь пелену тьмы, тяжело вздохнула и прикрыла глаза.

«Это было очень давно».

Она тихо подняла голову и начала погружаться в воспоминания.

«…В тот день, когда эта девочка пришла ко мне».

Это было за день до того, как Мердия, повергшая мир в ужас, проиграла «Игроку».

«Кто ты?»

«…Хм, как думаешь, кто я?»

К трону Короля демонов, где она сидела, кто-то подошел раньше, чем Игрок.

«Сесиль… Лингард, значит».

«Ты меня знаешь?»

«…Разумеется».

Этим человеком была Сесиль Лингард, родная сестра Уитни Лингарда, которого убила Мердия.

«Тогда ты, конечно, знаешь, зачем я пришла?»

«……»

«Почему молчишь?»

Мердия хранила молчание. Это было естественно. У родной сестры Уитни была лишь одна причина прийти сюда.

«…Ты пришла, чтобы отомстить мне?»

«Да, ты отлично всё понимаешь».

Человеком, убившим ее родного брата Уитни Лингарда, была Мердия Эмбергрин. Так что было очевидно, куда будет направлен клинок Сесиль.

«С того дня, как ты убила брата, моя жизнь превратилась в ад».

«……»

«Слишком многое я узнала слишком поздно».

На самом деле отношения Уитни и Сесиль, конечно же, не были хорошими.

Конечно, это произошло из-за одностороннего недопонимания Сесиль, вызванного пугающей внешностью и манерой речи Уитни.

Но для Сесиль, которая считала брата врагом, факты, открывшиеся после его смерти, стали настоящим шоком.

В текущей временной линии Сесиль узнала правду, пока Уитни был жив, но оригинальная временная линия была куда более жестокой.

И было вполне закономерно, что талантливая девушка, слишком поздно осознав правду, превратилась в мстительницу, направив весь свой дар на возмездие.

«Значит, ты взялась за черную магию, чтобы убить меня?»

«…Я не могу использовать белую магию, как брат. Но, как ни парадоксально, черная магия — это самая мощная сила, способная уничтожить черного мага».

Сесиль, узнав правду, обратилась именно к черной магии.

В отличие от белой магии, доступной лишь избранным, черную магию может изучить любой, заплатив ценой своей души.

Конечно, большинство избегает ее из-за этой цены, но для тех, кто ослеплен местью или кому уже нечего терять, это, безусловно, эффективный равноценный обмен.

«……»

Мердия, мгновенно поняв ситуацию, подумала, что встретить здесь свой конец было бы не так уж плохо.

Погибнуть от рук сестры Уитни Лингарда. Это было бы идеальное завершение истории.

«Кажется, ты кое-что неверно поняла…»

Однако Мердия из оригинальной игры, немного поразмыслив со стиснутыми зубами, отбросила это заманчивое искушение и заговорила.

«Твоего брата убила не я».

«Что?»

Конечно, Уитни Лингарда убила сама Мердия. И никто не знал об этом лучше, чем она сама.

«Твоего брата убили боги этого мира».

«Что это значит…»

«Судьба мира пишется их руками».

Поэтому всё, что сейчас говорила Мердия из оригинальной игры, было ложью.

После того как закончились истории первого и второго Героев и Короля демонов, боги больше не вмешивались в дела мира напрямую.

Боги, вознесшиеся после эпохи мифов, уважали свободу воли смертных. Поэтому они намеренно не проецировали свою силу, позволяя истории мира течь согласно воле самих людей и других существ.

«Я дала твоему брату лишь простой нейротоксин. Это ни в коем случае не был смертельный яд».

«……»

«Но почему же тогда твой брат умер, приняв его?»

Однако та Мердия еще не осознавала этого.

Все еще скованная судьбой Короля демонов, она не до конца понимала, как устроен этот мир.

«Это не моя вина».

Нет, на самом деле, возможно, она уже знала.

Жестокую правду о том, что его убила не судьба, а ее собственная глупая ошибка.

Но как бы то ни было, той Мердии нужно было оправдание.

Ей нужно было верить в оправдание, что в дело вмешалась внешняя сила, а не в то, что она убила любимого человека, чтобы просто выжить.

«Не вини меня, вини богов на небесах».

К тому же, как бы эгоистично это ни звучало, у Мердии из оригинальной игры была цель, которую она должна была достичь.

А именно — отправить душу Уитни Лингарда в другое измерение.

Формула была готова, но для ее полного исполнения требовалось еще около суток.

И ради этого Мердия не могла умереть здесь и сейчас.

«Вместо этого давай объединимся».

«…Что?»

«Я знаю, что скоро сюда придет Герой».

Поэтому она протянула руку Сесиль, чьи глаза были полны жажды убийства.

«Но я покину этот мир».

«……»

«И создам новый мир, чтобы исказить судьбу, написанную богами».

Нынешняя Сесиль Лингард была существом, с которым даже Мердии было непросто справиться.

Конечно, если они сойдутся в бою, шансов проиграть нет. Даже если они сразятся десять тысяч, нет, миллион раз — она никогда не проиграет.

Но хотя она не умрет прямо сейчас, она определенно потратит колоссальное количество сил.

Если это произойдет, пути назад не будет. Время активации формулы отложится как минимум на несколько недель, и тогда она не сможет противостоять Герою, который придет уже завтра.

Но что, если объединиться с Сесиль Лингард?

«…А как же брат?»

«Его можно воскресить».

Мердия, додумавшаяся до этого, одарила Сесиль Лингард, которая смотрела на нее с сомнением, мягкой улыбкой.

«Если ты поможешь мне…»

Конечно, это была лживая улыбка. Но она зашла слишком далеко, чтобы теперь чувствовать угрызения совести.

И ради воскрешения Уитни Лингарда она была готова снова испачкать свои руки, которые и так уже были запятнаны до предела.

- Треск…

Момент, когда они объединились, стал моментом рождения «Собрания теней».

После того как встретились ослепленная надеждой и ослепленная местью, Собрание постепенно росло, пересекая измерения и меняя миры.

Но когда спустя долгое время «Великая Тень» осознала, что ее вера была ошибочной, было уже слишком поздно.

Спустя долгие годы, потеряв свою идентичность, Сесиль Лингард незаметно для всех отбросила даже свое имя и начала действовать отдельно от Мердии из оригинальной игры.

Она стала не Сесиль Лингард, желавшей отомстить за брата, а ведьмой, несущей с собой гнев и отчаяние, потерявшей всякую цель.

Это было рождение Ведьмы Теней.

«……»

Закончив воспоминания, Мердия снова открыла глаза, окрасила их в черный цвет и осмотрела ситуацию снаружи.

Хотя «Ведьма Теней» уже давно вышла из-под ее контроля и начала действовать по своему усмотрению, Мердия из оригинальной игры ни разу не пыталась воздействовать на нее напрямую.

Было ли это остатком совести? Или потому, что она была родной кровью Уитни Лингарда? Теперь даже сама Мердия не знала истинной причины.

Но важнее было то, как поступит «Ведьма Теней», вновь осознавшая всю правду.

И Мердия из оригинальной игры уже примерно предвидела финал.

Вероятно, она вернется и нападет на нее.

Конечно, Мердия не собиралась сопротивляться и была готова принять эту атаку.

Даже если ее осудит какая-то «Сесиль Лингард», результат не изменится.

Поэтому…

«……!?»

Мердия, тихо готовившаяся к этому, внезапно широко раскрыла глаза.

- Гу-у-у…

Тело «Ведьмы Теней» медленно превращалось в дым и рассеивалось.

Неужели она тоже решила исчезнуть, как и другие руководители?

«Нет, это немного другое».

Однако Мердия из оригинальной игры вскоре поняла, что происходящее перед ее глазами отличается от того случая.

«Это…»

Тело Ведьмы Теней действительно медленно распадалось.

Но из ее тела исходил «белый» дым. Это было то, чего никак не могло быть у черного мага.

«…Вмешательство бога».

Мердия, поспешно оглядевшись, только тогда заметила маленькую птичку, сидящую на подоконнике.

Очень маленькая, милая и на вид довольно хрупкая белая синица.

Но Мердия могла почувствовать: эта птица была воплощением бога, существующего в «оригинальном мире».

«Теперь, только теперь… ты явился?»

Мердия, с которой градом катился холодный пот, вскоре осознала еще один факт.

Взгляд птицы был направлен не на нее.

- Гу-у-у…

Она была существом, явившимся лишь для того, чтобы спасти ту, что была обманута ее ложью и коварством.

«…Ха, ха-ха».

Осознав это, Мердия бессильно опустила голову и рассмеялась.

«Значит, даже гнилая веревка для меня — слишком большая роскошь?»

Птицы, сидевшей на окне, уже и след простыл.

*****

Тем временем.

«Что, что происходит?»

«Она, кажется, исчезает?»

«…Э, э?»

Пока отряд Сесиль перешептывался из-за аномалии, возникшей перед ними.

«……»

Ведьма Теней, которая даже в момент исчезновения не сводила глаз с Сесиль, внезапно тихо спросила:

«…Ты ведь будешь хорошо относиться к брату?»

Конечно, Сесиль, совершенно не понявшая вопроса, не смогла ответить.

«Нет, глядя на тебя, я, кажется, всё поняла».

Однако для Ведьмы Теней этого было достаточно.

«Какое счастье».

С этими словами последний страж рассыпался в прах, и воцарилась тишина.

«……»

Сесиль, на мгновение остолбеневшая, крепко сжала кулаки и сделала шаг вперед.

Навстречу последней двери, преграждающей путь к цели, которой они наконец достигли.

----------

Финальная битва (4)

- Скрип…

Когда тяжелая запертая дверь наконец отворилась, отряд Сесиль, затаив дыхание, начал осматривать помещение.

— О, смотрите.

— …Ай.

— К-кто здесь?

Вскоре они без труда обнаружили фигуру, восседавшую на троне.

— …….

Однако ответа не последовало. Существо, окутанное черной аурой, чьи очертания невозможно было разобрать, лишь молча взирало на вошедших сверху вниз.

— Эм…

В повисшем напряжении Сесиль внезапно шагнула вперед и задала вопрос:

— Кто вы?

Черная фигура слегка опустила голову и ответила низким голосом:

— Я — Великая Тень.

— …….

— А также тот, кого вы называете королем демонов.

Последовала короткая пауза.

— Король демонов…? Это он?

— К-кажется, это правда. Исходящая от него аура ненормальна.

— С-сможем ли мы победить?

Отряд Сесиль, с самого порога ощутивший пугающую мощь, напрягся, словно ожидая чего-то подобного.

— …Вот значит как.

Однако Сесиль, стоявшая впереди и внимательно изучавшая «Великую Тень», тихо пробормотала и обнажила меч:

— Это не брат.

— …….

— Тогда ладно.

До этого момента Сесиль терзали сомнения, не является ли король демонов её братом.

Но, к счастью, от существа перед ней не исходило ни капли ауры Уитни.

Напротив, в чем-то она напоминала энергию Мердии Эмбергрин.

Впрочем, Сесиль была уверена, что это не Мердия.

В конце концов, разве Мердия не преграждала им путь на первом этаже?

Если только здесь нет тайного прохода, она никак не могла оказаться на верхнем уровне незамеченной.

Да и атмосфера вокруг существа была совсем иной, нежели у той Мердии, что стояла внизу.

— …Принцесса.

— А? Да? Нет, что?

— Есть ли в императорском дворце тайный ход с первого этажа на самый верх?

Когда Сесиль, решив перестраховаться, спросила об этом стоявшую рядом принцессу Катарину, та ответила в своем духе, чем вызвала лишь недоумение:

— Э-это… государственная тайна.

— Вы серьезно?

— Д-да, правда.

Сесиль на мгновение застыла, глядя на принцессу, и когда переспросила снова, Катарина, обливаясь холодным потом, кивнула.

— Нет, я не об этом… Разве в такой ситуации важна секретность?

Только после того, как Сесиль посмотрела на неё с выражением «ты сейчас серьезно?», Катарина слегка растерянно кивнула.

— Разве?

— …….

— А, поняла. Скажу.

Заметив, что Сесиль начинает хмуриться, она испуганно огляделась и заговорила:

— На самом деле во дворце полно тайных ходов.

— …Правда?

— Да, конечно, прямого пути с первого этажа наверх нет, но… если воспользоваться сетью переходов… возможно, получится добраться.

Сказав это, она, опасливо поглядывая на «Великую Тень», направилась к стене.

— Например… если слегка нажать на эту стену…

— …….

— …А?

Однако, надавив на стену, принцесса Катарина округлила глаза от удивления.

— Кажется, н-не выходит.

— Почему?

— Похоже, когда дворец превратился в замок короля демонов, его структура изменилась.

Как она и сказала, механизм тайного прохода был покрыт зловещими щупальцами и глазными яблоками.

— Если нажать здесь, должен открыться вход… Угх, и-и-ик…

Катарина, стиснув зубы, ухватилась за выступ и с силой потянула, заставляя стену медленно сдвинуться.

- Грохот…!

Стена сдвинулась, но никакого тайного хода не было.

— В-вот видишь. Тут должен быть проход… но его нет.

— Не обязательно было проверять это настолько радикально.

— П-прости.

— …Ничего.

Из-за недюжинной силы принцессы Катарины стена просто рухнула внутрь.

— В любом случае, главное, что это не кто-то, связанный с братом…

Убедившись, что «король демонов» перед ней не имеет отношения к Уитни, Сесиль снова медленно двинулась вперед.

— Ты только что сам назвал себя королем демонов.

— …….

— Отвечай.

На её вопрос «Великая Тень», восседающая на троне, ответила предельно кратко:

— Да.

— Хорошо, я поняла.

Сесиль направила на него свой меч.

— Тогда ты должен знать, кто я такая?

Услышав это, уголки губ «Великой Тени» слегка приподнялись.

— …Конечно.

На этом их знакомство было завершено.

- Гу-у-у….

Закончив короткий обмен любезностями, король демонов и герой, не сговариваясь, начали излучать колоссальную жажду убийства, глядя друг на друга.

— О-он идет!

— …Готовьтесь.

— М-мы сможем победить?

— Лучше даже не произносить такие слова, принцесса.

В то же время отряд за спиной Сесиль начал спешно принимать боевые стойки.

— …Хух.

В тот момент, когда Сесиль глубоко вдохнула,

- Ба-бах…!

Удар Короля демонов и ответный выпад Героя столкнулись, и мощная ударная волна накрыла дворец, ставший замком Короля демонов.

Это был первый кадр легендарной битвы между третьим Королем демонов и Героем, о которой позже узнает весь мир.

Момент, который навсегда останется в истории.

— Началось?

— …Да, похоже на то.

Однако были и те, кто наблюдал за этой сценой совсем с другой стороны.

— Вау~! Сесиль тоже очень сильна!

— …Тише, г-говори тише.

— Правда, Шаша?

— А-а-а, умоляю, потише…!

Это были не кто иные, как таинственные стражи, преграждавшие путь Героям.

Теперь же они, гордые офицеры рода Графа Лингарда, выглядывали из пролома в стене, проделанного принцессой Катариной, и наблюдали за происходящим.

*****

— Ха-а….

Альфред, наблюдавший за столкновением Сесиль и «Великой Тени», наконец выдохнул и вытер рукавом холодный пот.

— …Видимо, это были лишь старческие опасения.

Честно говоря, до того как он отдал приказ офицерам от имени Уитни, Альфред терзался страхом перед возможной «трагедией».

А именно: что Уитни, занявший место короля демонов вместо Мердии, пожертвует собой и примет смерть от рук Сесиль.

Трагедия, которая не должна была случиться, но была вполне вероятна.

— Всё-таки хозяин — это хозяин. Подумать только, он спланировал это так давно.

— …….

— Да, хорошо, что он выбрал это вместо Мердии. Хи-хи….

Но, к счастью, на глазах у Альфреда разворачивалась совсем не трагедия.

Уитни Лингард выставил двойника, неизвестно где найденного, чтобы тот принял удар Сесиль на себя.

Теперь, когда Сесиль победит этого «двойника», её будут почитать как Героя.

А значит, статус и влияние рода Графа Лингарда естественным образом возрастут.

Возможно, в империи появится еще один герцогский род.

Для Альфреда, так долго служившего роду Графа Лингарда, это был вполне удовлетворительный финал.

— …Хм.

И всё же Альфред оставался обеспокоенным.

Две вещи всё еще не давали ему покоя.

«…Почему от него исходит та же аура, что и от известной мне Великой Тени?»

Та «Великая Тень», которую знал Альфред, была главой черных магов, которая с тех пор, как он сам был втянут в преступный мир, заставляла его выполнять грязную работу.

Но «Великая Тень», которую Уитни выставил своим двойником, обладала аурой, слишком похожей на ту, настоящую.

Значит, между Уитни Лингардом и «Великой Тенью» есть какая-то связь….

Если так, то неужели он с самого начала был лишь пешкой в планах «молодого господина»…?

— Кхе, кхе….

Альфред, на мгновение погрузившийся в мрачные мысли, поспешно покачал головой, отгоняя их.

Уитни Лингард, которого он знал, был человеком высоких моральных качеств. Не могло быть, чтобы всё это было лишь частью его коварного плана.

«Но одна проблема всё же остается…»

Даже если отбросить эту вероятность, оставалась еще одна серьезная проблема.

— Хм….

А именно — отец Уитни Лингарда, граф Лингард.

Альфред давно знал, что тот ослеплен жаждой мести.

Однако до сих пор он, как старый друг и слуга графа, следовал его приказам.

Но стоит ли продолжать подчиняться графу, когда всё зашло так далеко?

— ……!

Альфред, нахмурившись от этих мыслей, внезапно округлил глаза.

— Эта аура….

Несмотря на то что он находился на верхнем этаже, внезапно отчетливо ощутилась аура графа Лингарда.

Он так долго жил рядом с графом, что не мог ошибиться.

Но где он? С какой стороны?

На верхнем этаже ауры Сесиль и «Великой Тени» были настолько сильны, что уловить что-то еще было непросто.

Альфред, обливаясь потом и озираясь, быстро направился к окну.

— Послушай, Берген.

— …Хм?

— Могу я попросить тебя об одолжении, последнем в моей жизни?

Когда он обратился к Бергену, который собирался прикурить у окна, тот посмотрел на Альфреда с испугом.

— Ты не чувствуешь здесь ауру белого мага?

— …Я чувствую её уже некоторое время.

— Выследи его.

К счастью, просьба оказалась проще, чем он думал, и Берген, выдохнув с облегчением, резко спросил:

— Выслежу, а дальше?

— …Сообщи мне его местоположение.

— …….

Альфред, ответивший с предельно серьезным видом, перевел взгляд в окно и добавил тихим голосом:

— Похоже, пришло время положить конец старым связям.

Казалось, он принял решение.

Бергена охватило любопытство, но он решил следовать старому правилу рода Графа Лингарда — «любопытство сгубило кошку» — и снова заговорил:

— Если выполню эту просьбу, больше меня не ищи. — Хорошо, договорились.

После этих слов Берген выбросился в окно и исчез, а Альфред, закрыв глаза, пробормотал:

— …И я, и ты сильно изменились.

Неясно было, к Бергену ли это относилось или к старому другу, чью ауру он почувствовал.

*****

— …Хм?

— …?

Выйдя вместе с юной герцогиней Мердией из дворца, ставшего замком короля демонов, я на мгновение усомнился в собственных глазах, увидев открывшуюся картину.

— …Ах.

— ……!

И не потребовалось много времени, чтобы это сомнение превратилось в ужас.

— …….

Потому что перед нами, с бесстрастным выражением лица, стоял отец, который должен был находиться на Северном континенте.

----------

Воссоединение

— Отец?

— ……!

Мы с Мердией застыли, глядя на появившегося перед нами отца, и на мгновение усомнились в собственных глазах, вглядываясь в эту фигуру.

— …Неужели это правда?

— …….

— Скажите хоть что-нибудь.

Конечно, мне было трудно в это поверить. А может, я просто не хотел верить.

И это неудивительно: как отец, находившийся на Северном континенте, мог вернуться в империю всего за несколько дней?

Я мог переместиться мгновенно, призвав Теневой коридор, но для обычного человека это абсолютно невозможно.

Значит, передо мной не мой отец. Иллюзия или подделка? Скорее всего, так и есть.

Тогда кто это устроил? Офицеры Собрания теней? Или Ведьма Теней? А может….

— Прости, но это я, Уитни.

— ……!

— То, что ты видишь сейчас — не ложь.

Однако моё предположение было мгновенно опровергнуто словами, слетевшими с уст отца.

— Даже если бы я был величайшим магом, я не смог бы одновременно обмануть силу Короля демонов и Драгоценный глаз.

— …Но.

Я хотел возразить, но не нашел подходящих слов.

В конце концов, ни я, ни Мердия уже давно не того уровня, чтобы попасться на простую иллюзию или маскировку.

Значит, остается лишь одна истина: передо мной настоящий отец. Но как, черт возьми, это возможно?

— Интересуешься, как я добрался?

Этот вопрос тут же разрешился благодаря последовавшему объяснению отца.

— Всё просто. Я использовал магический круг для перемещения предметов.

— ……!?

— Не для людей, а для неодушевленных объектов. Любой высокоуровневый маг может легко создать такой.

В отличие от кругов для перемещения людей, круги для транспортировки предметов имеют простую структуру и требуют гораздо меньше энергии.

И хотя это всё еще магия высокого уровня, она куда доступнее, чем круги для перемещения людей, на создание и запуск которых уходит не меньше месяца.

Однако у магического круга для перемещения предметов есть фатальный побочный эффект.

А именно: если живое существо воспользуется им, из-за перегрузки магического круга его тело будет разорвано на куски.

Из-за этого помещать живых существ в такие круги — одно из строжайших табу.

И если человек окажется внутри, он не выйдет оттуда невредимым.

— …Боже мой.

Но в случае с моим отцом, графом Лингардом, всё иначе.

Отец, которого черные маги когда-то считали ужасом, восстающим из мертвых сколько его ни убивай, использовал колоссальную Белую ману, чтобы мгновенно восстанавливать тело, как бы сильно его ни разрывало.

То есть отец переместился с Северного континента в империю, приняв на себя все побочные эффекты магического круга.

Но зачем идти на такое?

Пусть тело и восстанавливается, но отец не лишен способности чувствовать боль.

Он наверняка испытал невыносимые муки, когда его тело разрывало на части, так почему же….

— Ты не оправдал моих ожиданий, Уитни.

— …….

— Подумать только, ты простил Мердию Эмбергрин.

Не успел я закончить мысль, как до меня донесся ледяной голос отца.

— К тому же этот вид… выглядишь так, будто собрался сбежать.

Я не мог вымолвить ни слова.

Конечно, я не считал свои действия ошибкой и не жалел о них.

Просто я осознал, что произойдет, если я выступлю против отца, преградившего мне путь, и от этого оцепенел.

- Скрип….

Похоже, Мердия, стоявшая рядом, поняла то же самое — она крепко вцепилась в мою руку.

— Ха-ха….

Не думал, что в самый последний момент окажусь перед такой дилеммой.

Отец, стоявший передо мной, уже излучал чудовищную жажду убийства.

Медлить было нельзя. Нужно было решить, как действовать дальше.

- Дрожь….

Но тело словно перестало меня слушаться.

Конечно, иначе и быть не могло.

Семья в этом мире — это не те отбросы из моей прошлой жизни.

Для меня они все — самые дорогие люди.

Поэтому я ни за что не хочу причинить им вред.

Однако, чтобы выбраться отсюда, нам нужно открыть Теневой коридор.

А отец будет препятствовать этому, даже если ему придется вложить в это всю свою Белую ману.

Может, просто обезвредить его? С отцом это не сработает.

Можно попытаться сковать его физически или магически, но лишь на мгновение.

Отец тут же вырвется из оков, используя свою чудовищную Белую ману.

В крайнем случае, он пойдет на самоподрыв, разбросает свое тело по округе и соберет его заново.

Есть только один способ остановить такого отца.

Полная нейтрализация.

Такая, после которой восстановление станет невозможным.

И именно поэтому я не могу пошевелиться.

Что же делать в этой ситуации?

Отец уже медленно приближается к нам.

Но….

— Похоже, у вас возникли трудности.

— ……!?

Я, молча закусив губу и обливаясь холодным потом, вздрогнул от внезапного голоса за спиной и обернулся, не веря своим ушам.

— Альфред?

Нет, что? Почему Альфред здесь?

Хотя, это же я сам позвал его в замок Короля демонов вместе с другими офицерами.

Мой вопрос был в том, почему он вмешался именно сейчас.

— Молодой господин, зачем же держать слуг, если не пользоваться их помощью?

— ……?

— Слуги в особняке существуют для того, чтобы решать проблемы, с которыми не может справиться хозяин.

Альфред, до этого хранивший очень доброе выражение лица, сказал это и направился к нам, пока я стоял в полном недоумении.

— Альфред.

— Давно не виделись, граф.

— Ты намерен нарушить наш договор?

Вскоре между Альфредом, который вышел вперед, и отцом завязался разговор.

— Прошу прощения, граф, но срок моего контракта уже истек.

— …….

— Разве я не говорил вам всегда заключать контракты осмотрительно?

Альфред, который до этого вежливо склонял голову, сменил тон на крайне строгий.

— А значит, теперь я встану перед вами как ваш старый друг.

— …Ха.

— Ты. Неужели ты действительно готов зайти так далеко?

На мгновение на лице отца промелькнула нескрываемая жажда убийства.

— Она бы тоже не хотела, чтобы всё дошло до такого….

— …Еще одно слово, и я не пощажу даже тебя.

Отец проговорил это ледяным тоном, не сводя глаз с Альфреда.

— Учитывая годы, что мы провели вместе, я сделаю вид, что не слышал этого.

Услышав это, Альфред молча покачал головой и посмотрел на меня.

— Похоже, ничего не выйдет.

— …….

— Уходите, молодой господин.

Затем он сделал жест рукой, приняв твердое решение.

— С графом разберется его старый друг.

Честно говоря, никогда еще Альфред не казался мне таким надежным, как в тот момент.

Но действительно ли всё будет хорошо?

Смогут ли они оба закончить это без потерь, если мы просто уйдем?

— Пусть я больше не слуга, позвольте мне исполнить свой последний долг.

— …….

— Не беспокойтесь. И я, и граф — мы оба закончим это благополучно.

Я немного колебался, но решил поверить словам Альфреда.

— …Идемте, юная герцогиня.

— …….

— Юная герцогиня?

Я хотел было развернуться, но она осталась стоять на месте.

— Неужели… мы действительно можем просто уйти?

— Что?

— Может… это я должна всё решить?

Я слегка озадаченно посмотрел на неё, а заметив выражение её лица, молча нахмурился.

Похоже, стоило ей увидеть моего отца, как чувство вины нахлынуло с новой силой.

— …Иногда бегство — это тоже решение, юная герцогиня.

— Но….

— Особенно в такой ситуации.

Однако в сложившихся обстоятельствах её чувство вины ничего не изменит.

Здесь остались только жертвы.

Виновники уже давно исчезли. Было бы глупо, если бы оставшиеся жертвы продолжали терзать себя болью.

— Кто позволил вам….

— …Молодой господин, разве не пора вам уже стать самостоятельным?

— Ха, в конце концов ты отворачиваешься от меня, Альфред.

К сожалению, отец, похоже, этого не понимал.

Или, может, понимал, но отрицал.

Но я понимал позицию отца.

Поэтому я просто сбегу.

К счастью, Альфред прикроет нас, так что мы просто….

- Минуточку.

Я уже собирался силой увести Мердию, которая не хотела двигаться с места, как вдруг в моих ушах — нет, в голове — раздался знакомый голос.

- Можно мне немного вмешаться?

Я на мгновение опешил, но тут же понял, что этот голос принадлежит святой Гестии.

— …Что вам нужно?

Почему она обратилась ко мне в такой момент?

- Назовем это моим последним подарком для вас.

Я даже не ответил, но ответ уже прозвучал у меня в голове.

Она что, читает мои мысли в реальном времени?

- Просто мне показалось, что сейчас это вам пригодится.

Я нахмурился, но, заинтригованный словами Гестии, молча перевел взгляд на отца.

- Эта сила исходит от вас, поэтому я просто возвращаю её вам.

Может, кому-то другому я бы не поверил, но словам Гестии можно было доверять.

‘…Что мне нужно сделать?’

- Просто закройте глаза и сосредоточьтесь.

Я немного помедлил, но когда спросил мысленно, получил странный ответ.

- А теперь вспомните человека, по которому больше всего скучаете.

Я на миг засомневался, но представить в голове дорогого человека было не так уж сложно.

- Хорошо, готово.

В общем, как только я закончил, в голове снова раздался этот непонятный голос.

- Когда встретимся в следующий раз, купите мне бутылочку вина.

Голос Гестии затих, и я очень медленно открыл глаза, которые до этого держал закрытыми.

*****

— ……!

Уитни открыл глаза и замер на месте, широко их распахнув.

— …А.

То же самое произошло и с Мердией, стоявшей рядом.

— ……!?

И с графом Лингардом, который до этого сохранял бездушное выражение лица.

— …Ха.

И с Альфредом, который преграждал путь графу, — тоже.

- Гу-у-у….

Взгляды всех присутствующих были прикованы к одной точке.

Серый дым, исходивший из-за спины Уитни, постепенно принимал форму человека, которого все они знали.

— …Мама?

И когда фигура обрела четкие очертания, с уст Уитни сорвалось лишь одно слово.

— Ого.

Альфред, ошарашенно наблюдавший за этим, издал нервный смешок и пробормотал:

— Неудивительно, что многие люди без всякой причины испытывали трепет при виде молодого господина.

— …….

— Неужели она всё это время была с вами?

Графиня Лингард, появившаяся в виде серого силуэта, ничего не ответила на его слова.

Никто из присутствующих даже не понимал, что означает это явление.

Но одно было ясно наверняка.

- Гу-у-у….

Серая аура, ставшая визитной карточкой Уитни, сменилась на белый цвет, который должен был быть у любого Белого мага.

----------

Воссоединение и прощание

- Гу-у-у….

Фигура графини, ставшая отчетливой, словно она забрала всю серую ауру Уитни, на мгновение огляделась по сторонам.

Сначала она посмотрела на графа Лингарда, который выглядел так, будто не мог поверить в происходящее, затем на Альфреда — его старого друга и по совместительству давнего друга самой графини.

Затем на своего любимого сына, Уитни Лингарда. А после….

— …Ух.

Когда взгляд графини остановился на ней, Мердия побледнела и попятилась.

— ….

Графиня, молча наблюдавшая за ней, —.

- Шурх….

Вскоре отвела взгляд и медленно двинулась вперед.

— ….

А точнее, в сторону графа Лингарда, который все еще стоял там, ошеломленно глядя на нее.

— А….

Граф, глядя на графиню, начал медленно отступать.

— …Нет.

Вскоре граф, с искаженным лицом, покачал головой и произнес дрожащим голосом:

— Ты не настоящая….

Однако он не смог продолжить.

— …!

Графиня, уже подошедшая вплотную к нему, безмолвно протянула руку.

— …А.

Графиня нежно коснулась щеки графа и тихо улыбнулась глазами.

— Ты….

Граф запоздало протянул руку, но его пальцы не коснулись графини.

- С-с-с….

Тело графини, состоящее из дыма, не смогло принять его прикосновение и просто рассеялось.

— ….

К счастью, графиня быстро восстановила свой облик и, не говоря ни слова, просто смотрела вперед.

А точнее, на графа Лингарда, стоявшего перед ней.

— Молодой господин.

— …?

— Помните ли вы совет, который я давал вам с давних пор?

Альфред, наблюдавший за этой сценой, внезапно тихо заговорил с Уитни.

— Если не скажешь словами, другой человек не узнает.

— …А, точно. Об этом.

— Я говорил вам об этом довольно давно.

— Сначала я думал, зачем вы говорите такие очевидные вещи.

— Это потому, что вы, молодой господин, всегда ходили с пугающим выражением лица и скупились на слова.

— Ха-ха….

Уголки губ Альфреда, вспоминавшего прошлое с ностальгической улыбкой, слегка приподнялись.

— Но знаете что?

Обычно, когда у человека поднимаются уголки губ, он улыбается.

— Похоже, иногда что-то передается и без слов.

Альфред сейчас тоже улыбался, но это была не обычная улыбка.

— Посмотрите на них.

— ….

— Похоже, этому старику здесь делать нечего. Какое счастье.

В улыбке Альфреда, глядящего на происходящее, сквозили странная печаль и тоска.

— ….

И Уитни чувствовал то же самое.

Холодная аура, таившаяся в его Белой мане, которую нельзя было объяснить одной лишь Силой господства.

Теперь, когда он увидел ее истинный облик, его чувства были вполне понятны.

— …Ты, почему же ты….

Однако больше всех сейчас был переполнен эмоциями именно граф Лингард.

— Появилась только сейчас… почему ты так смотришь на меня?

— ….

— Ты тоже хочешь сказать, что я был неправ?

Его голос, дрожащий от эмоций, прозвучал в тишине очень жалобно, хотя до этого он двигался так, будто его чувства давно умерли.

— Скажи хоть что-нибудь….

Однако от графини, все еще выглядящей как призрак, не было ответа.

На самом деле, это было невозможно. Для существа, которое нельзя коснуться рукой и которое не может воздействовать на физический мир, издать звук было непосильной задачей.

- Шурх….

Но, как сказал Альфред чуть ранее, некоторые вещи передаются и без слов.

— …А.

Когда жена, улыбаясь и глядя на него, внезапно сделала шаг вперед, граф вздрогнул и широко раскрыл глаза.

И прежде чем он успел снова отступить, графиня заключила его в объятия, широко раскинув руки.

Конечно, из-за отсутствия физического тела граф ничего не почувствовал от этого объятия.

— …В конце концов, ты….

Однако смысл этого действия, похоже, дошел до него даже без физического контакта.

— Даже сейчас ты продолжаешь меня учить….

Это были слова, которые граф с трудом произнес после долгого оцепенения.

- Са-а-а….

Именно тогда с графиней, которая обнимала его, произошли перемены.

— По, подожди.

Цвета графини, ставшие такими яркими, начали бледнеть, и она стала медленно рассеиваться, начиная с ног.

Для любого это означало лишь одно.

Вознесение души, которая оставалась в мире живых из-за невыполненного долга.

— Нет… Юлия. Ты снова собираешься оставить меня?

— ….

— Умоляю, прошу, не уходи….

Заметив это, граф в отчаянии протянул руки, чтобы удержать ее, но ее фигура лишь бессильно рассыпалась.

— …Умоляю.

Когда рассеявшаяся фигура не вернулась, а окончательно растворилась в воздухе, граф, пошатнувшись, опустился на колени.

— ….

Графиня, наблюдавшая за ним, из последних сил наклонилась и погладила графа по щеке.

— Юлия…….

Граф, с трудом подняв голову, слабо прошептал имя жены, которая все еще продолжала улыбаться глазами.

— ….

И наступила короткая тишина.

— …Ха, ха-ха.

Когда фигура жены, улыбавшейся перед ним, окончательно исчезла, из уст графа, долго пребывавшего в оцепенении, внезапно вырвался смех.

— А-ха-ха-ха…. Ха-ха….

Его смех был чем-то похож на улыбки, которые недавно были на лицах Альфреда и Уитни.

В нем сквозили печаль и тоска, которые совсем не подходили для обычного смеха.

— …Отец.

Сколько времени прошло с тех пор?

— Прошу вас об одном последнем одолжении.

Уитни подошел к графу Лингарду, который стоял на коленях и плакал, и заговорил с ним, стараясь сохранять спокойствие.

— Пожалуйста, больше не пытайтесь нас остановить.

Конечно, его голос при этом был совсем не спокойным.

— …Хотя бы ради памяти матери.

Несмотря на мягкий тон, граф с трудом поднял голову и, впервые за много лет встретившись взглядом с сыном, заговорил:

— Знаешь ли ты, почему я с того дня относился к тебе холодно?

— …Холодно? Я этого не замечал.

На вопрос Уитни, который склонил голову набок, граф ответил с горькой усмешкой:

— Даже эта твоя наглая манера говорить напоминает мне твою мать….

— ….

— Да, поэтому я не мог уделять тебе внимания….

Его следующие слова были печальны как для него, так и для Уитни.

— Ты… слишком похож на Юлию.

— ….

— Каждый раз, глядя на тебя, я вспоминал ее….

Граф, не договорив, опустил голову, не в силах больше смотреть в лицо Уитни.

— …Прости меня.

— ….

— Уходи.

Затем граф прошептал низким голосом:

— Ради тебя же, я больше не буду вас искать.

Прозвучали ли эти слова холодно и жестоко, или же это была последняя забота отца — известно лишь самому Уитни.

— Похоже, жертвовать жизнью ради женщины — это традиция рода Лингард.

— ….

— …Это шутка, графиня.

Уитни вернулся к Мердии, оставив отца, который опустил голову и замолчал, и отпустил легкую шутку, на что Мердия слегка сверкнула глазами.

— Ты до самого конца не умеешь читать обстановку.

— …Ха-ха.

Однако на этот раз Мердия не стала его сильно ругать.

Потому что лицо Уитни выглядело печальнее, чем когда-либо.

— Теперь, правда, пора уходить.

— ….

— Если бы это был роман, следующая глава была бы последней, верно?

Однако лицо Уитни, который снова взял Мердию за руку, внезапно прояснилось.

— Но наша история на этом не закончится.

— …Да.

— Конечно, вряд ли мы останемся совсем одни.

Мердия, которая молча кивала в ответ, услышав эти многозначительные слова, подняла голову и переспросила:

— …Что?

— Ха-ха.

— Что это значит?

Уитни ответил с той же подозрительной улыбкой, что и всегда:

— Узнаешь, когда придет время.

Мердия, которая уже было надула губы, собираясь возразить, тихо покачала головой, вздохнула и пошла в ногу с ним.

— …Ха-а.

Она запоздало осознала, что Уитни всегда говорит так с этим выражением лица, независимо от ее желания.

*****

Тем временем.

- Плюх….

Верхний этаж императорского дворца, превратившегося в замок Короля демонов.

— …Кха.

Кто-то, пронзенный мечом прямо в сердце, опустился на одно колено и начал харкать кровью.

— Ха, ха….

— Мы, мы победили?

— …Ваше Высочество! Как вы можете говорить такое сейчас!

Сесиль и ее спутники, изможденные, с тревогой смотрели на нее.

— …Ух.

Честно говоря, та, чье сердце было пронзено мечом — «Мердия из оригинала» или существо, известное как «Великая Тень», — еще имела силы подняться.

Если бы она сражалась всерьез, шансы Сесиль и ее группы были бы еще меньше.

- Грохот….

Однако Мердия из оригинала, нет, Великая Тень, которая навсегда отбросила это имя, предпочла не вставать, а просто упасть на пол.

- Струйка….

От удара при падении меч, наполовину пронзивший сердце, окончательно вышел из спины, и в тот же миг ее взгляд начал тускнеть.

«В такие моменты… стоит сказать что-то пафосное, что ли».

Великая Тень, подумав об этом, осознала, что у нее не осталось сил даже пошевелить губами, и, закрыв глаза, расслабилась.

- Ку-гу-гу-гу….

И в тот же миг замок Короля демонов начал рушиться, опасно раскачиваясь.

— За, замок рушится!

— Наверное, потому что мы победили Короля демонов!

— …На, надо бежать!

Замок начал рушиться, потому что Уитни полностью отказался от судьбы Короля демонов, но тайминг был просто идеальным.

— …Так будет лучше.

В этой суматохе Сесиль, решив, что она спасла мир, поспешила вслед за детьми, которые уже бежали к выходу.

— Прощай, Уитни….

Но в этот момент сзади послышался голос Великой Тени.

— …!?

Сесиль, испугавшись, что Король демонов ожил, обернулась, но тут же склонила голову набок.

— …Теперь прими свой финал.

Но прежде чем она успела что-то понять, огромный обломок отрезал ее от Короля демонов.

— А… птичка.

Из-за преграды снова послышался угасающий голос.

— …Красивая.

Какая еще птичка?

Сесиль склонила голову, но замок рушился так быстро, что она не могла проверить, что происходит за обломками.

Поэтому было невозможно узнать, действительно ли умирающая видела птичку, залетевшую в окно, или это был бред умирающего.

— …Сесиль! Что ты делаешь!

— ….

— Нужно быстрее выбираться!

И когда Сесиль, услышав зов товарищей, снова ускорила шаг.

— ….

До самого момента, когда замок окончательно рухнул, из-за обломков больше не доносилось ни звука.

Последняя глава — Это не закулисный игрок, а супруги

Примерно через неделю после того, как рухнул замок Короля демонов, ставший императорским дворцом.

В один из дней, когда многое произошло, но время превратило это в обычный день.

— Ура-а-а-а-а!

— ….

— Да здравствует Герой!

Сесиль Лингард, сидевшая в кабинете главы дома Лингард, с ошеломленным видом смотрела на толпу за окном, открыв рот.

— Что это все значит?

— …Д-да, и правда.

— Ха-а…. Уже неделю. И они не собираются расходиться.

На самом деле, то, что вокруг Сесиль собирались люди, было вполне естественным ходом событий.

Поскольку об этом трубили на каждом углу, теперь даже трехлетний ребенок знает, что Король демонов появился и угрожал Империи.

И в такой ситуации появился Герой из сказок и победил Короля демонов. Неудивительно, что люди потеряли голову от восторга.

Конечно, поначалу Сесиль была весьма довольна, но когда уже неделю ее личное пространство нарушали, вынуждая принимать поздравления, ее мнение изменилось.

— Шаша, сделай что-нибудь с этими людьми.

— …Я, я-я-я-я, я?

— Шаша, ты же способная горничная. Разве ты не можешь с этим справиться?

— А…

Сесиль, вздохнув, задала вопрос Шаше, которая до этого старалась не попадаться на глаза, и та, вздрогнув, начала нервно вращать глазами.

— …Я, я сделала что-то не так?

— Да, сделала.

Когда она в итоге со слезами на глазах переспросила Сесиль, та неожиданно кивнула, подтверждая свои слова.

— Ты скрываешь, куда направился брат.

— А, это…

— Плохая Шаша. Я верила, что ты хорошая, как же так.

Сесиль нахмурилась и бросила на Шашу испепеляющий взгляд. Та, стараясь игнорировать его, внезапно сунула ей под нос газету, которую держала в руках.

— …Хозяйка! Посмотрите на это!

— …….

— Император, оказывается, отрекся от престола!

— Мне неинтерес… Что?

Сесиль собиралась сохранить недовольное выражение лица, чтобы надавить на Шашу — единственную из оставшихся в особняке, кто знал, куда исчез Уитни, — но на эту новость она не могла не отреагировать.

— Вот, взгляните на газету!

В газете, которую протянула Шаша, был опубликован указ Императора, который никто в мире не смог бы подделать.

— ……?

Сесиль посмотрела на глаза Императора на фотографии рядом с текстом и тихо склонила голову набок.

— …Кажется, раньше в нем было больше харизмы.

На самом деле, Сесиль этого не знала, но с того дня, как кто-то отказался от судьбы Короля демонов, все проклятые силы, рассеянные по миру, утратили свою мощь.

Именно поэтому Император, не дожидаясь, пока «промывка мозгов», с помощью которой он удерживал власть, окончательно развеется, стиснув зубы, добровольно объявил об отставке и исчез.

— Тогда кто теперь Император…

— …Э-это, разве не очевидно?

Сесиль, ошарашенно глядя на новость, спросила это, покрываясь холодным потом, а Шаша ответила так, будто это было само собой разумеющимся.

— Со вчерашнего дня Император — принцесса Катарина.

— …….

— П-подруга стала Императором. Поздравляю. Хе-хе…

Сесиль тупо уставилась на Шашу, которая, не замечая неловкости, глупо улыбалась и хлопала в ладоши, а затем пробормотала обессиленным голосом:

— …Может, эмигрировать?

Конечно, принцесса Катарина была очень сильным «воином» и обладала чистым сердцем, но у нее совершенно не было задатков лидера.

И когда такой лидер приходит к власти по наследству, есть только один способ процветания страны.

А именно — когда способные подчиненные работают за него до изнеможения.

Разумеется, в число этих способных людей входила и Сесиль, которой с сегодняшнего дня предстояло отправиться во дворец, получить титул герцогини и занять пост главы дома Лингард, ставшего вакантным.

— Нет, правда, может, мне уехать?

Конечно, ее друзей ждала та же участь.

Адель, которая носилась повсюду с приказом восстановить разрушенную Магическую башню, или рыцари Лингард, которые изнывали от потока предложений о сотрудничестве, посыпавшихся со всех сторон после их участия в битве с Королем демонов…

Конечно, принцесса Катарина тоже… ведь ее женская сущность внезапно раскрылась перед всеми, да еще и вступление на престол, она наверняка сама не своя…

— Леди Сесиль!!!!!!!!!!!!

— …Ох.

Сесиль, качавшая головой и вздыхавшая, вздрогнула от внезапного крика за дверью и вскочила с места.

— Этот голос…

Это был голос, который сейчас здесь звучать не должен был.

— Принцесса…?

— Нет, теперь я Император! Зови меня Императором!

— …….

— А, ну, церемония еще не прошла, но все же!

Принцесса Катарина, нет, теперь уже будущий Император, появилась, приняв эффектную позу, не обращая внимания на слуг особняка, которые старательно отводили глаза.

— Как вы вообще сюда…

— Сбежала с работы!

Она уже полностью избавилась от мужского облика.

Ее волосы стали красивыми и длинными — то ли она надела парик, то ли использовала средство для роста волос (говорят, это древняя секретная технология императорской семьи), а грудь, освобожденная от бинтов…

— …Ух.

По крайней мере, для Сесиль, которая на мгновение опустила взгляд, это было настолько разительное изменение, что вызвало лишь зависть.

— Вам не следовало здесь появляться.

— А?

— Возвращайтесь скорее во дворец. Там ведь уже все восстановили магией.

Сесиль, почувствовав легкий укол обиды, произнесла это холодным тоном, но когда выражение лица Катарины стало грустным, ее собственное дрогнуло.

— Понимаешь… просто я подумала, что когда стану Императором, мы не сможем часто видеться…

— …А.

— Хотела напоследок повеселиться вместе…

Катарина пробормотала это с таким видом, что злиться на нее было невозможно, и украдкой посмотрела на Сесиль. Та в конце концов вздохнула и заговорила:

— М-мы ведь… друзья, верно?

— …Конечно.

— О-о-о!

Катарина тут же что-то вытащила из-за пазухи.

— Та-да!

— …Это что?

— Вино! Пятидесятилетней выдержки!

— Я еще студентка академии.

— …Что?

Катарина, запоздало осознав, что Сесиль несовершеннолетняя, в холодном поту поставила вино на стол.

— Ха-ха…

Сесиль, глядя на это с улыбкой, до боли напоминающей улыбку брата, направилась к почтовому голубю у окна, чтобы собрать друзей, пока дела не навалились окончательно.

— …….

Ее лицо внезапно стало холодным.

— …Письмо.

На подоконнике лежало письмо.

— …От брата.

Даже по почерку на конверте можно было сразу догадаться, кто его написал.

— Ну что ж, такая милая сестренка стала Героем… посмотрим, куда ты отправился и чем занимаешься…

Сесиль нахмурилась, держа конверт, а затем с жутким выражением лица разорвала его и проверила содержание.

[Давно не виделись, сестренка.]

— …Ха?

Спустя мгновение она озадаченно склонила голову набок.

[Прости, но есть секрет, который я должен был открыть тебе раньше.]

— Что это значит…

[На самом деле, все состояние нашего рода сейчас инвестировано в рудник Леватейн.]

Сесиль, которая поначалу не поняла, в чем дело, вздрогнула и повернула голову.

— Ваше Величество… вы знаете что-нибудь о руднике Леватейн?

— …А? А зачем тебе этот заброшенный рудник?

Рудник Леватейн был настолько известным заброшенным местом, что о нем знала даже принцесса Катарина.

- Дрожь…

Сесиль, еще раз убедившись в этом, дрожащими руками дочитала последнюю часть письма.

[Это последний подарок от брата своей любимой сестренке.]

— А-а, ты…

В то же время письмо Уитни начало медленно мяться в ее руках.

[P.S. Если у тебя появятся племянники, я свяжусь снова. Если будет время, я лично приглашу…]

— Ах ты, бессовестный гад!!!!!!

Крик Сесиль, которая, едва став герцогиней, оказалась на грани разорения, как и Уитни год назад, наполнил весь особняк.

— Не надо было тебе верить-и-и-и!!!!

Конечно, спустя несколько месяцев, когда под заброшенным рудником обнаружили огромную жилу магических кристаллов, она снова перешла в режим «люблю брата».

Но это уже история, которую мы больше не сможем наблюдать.

*****

Время шло и шло.

— …То есть, ты хочешь, чтобы я сделала что?

— Ха-ха… ну, я же сказал. Повторю еще раз.

Примерно через месяц после битвы Короля демонов и Героя. Нижняя часть Южного континента, далеко от Империи.

— Мы просим вас заняться деятельностью информатора для «организации», которую мы создадим на этом континенте.

Там, в скромном особняке в сельской местности, знакомые лица вели беседу, глядя друг на друга.

— …Ты хочешь, чтобы я, бывший Император, надела одежду, подобающую хозяйке бара, и занималась сутенерством?

— Ха-ха, зачем же так обидно говорить.

У выхода, нервно потея, сидела бывшая Императрица Лилия, одетая в довольно неподобающую ей простую одежду.

А напротив стояли не кто иные, как Уитни и Мердия, которые недавно исчезли из Империи, и по слухам, погибли в битве Короля демонов и Героя.

— Если не хочешь, возвращайся в Империю. Хотя без нас ты бы даже выбраться не смогла.

— …….

— Мы же не заставляем тебя быть настоящей хозяйкой бара, мы просим создать информационную гильдию, разве нет?

Когда они оба с холодным видом надавили на Лилию, та, молча скрежеща зубами, крепко сжала кулаки.

— Ты же понимаешь? Твои способности к «промывке мозгов» может активировать только Уитни Лингард.

— …….

— И к тому же, тебе ведь нравятся мужчины, верно?

Но когда Мердия прошептала это еще более холодным голосом, Лилия, в конце концов, зажмурилась, взяла предложенную рабочую одежду и встала.

— …Ух.

— Тогда рассчитываем на вас, агент Лилия.

Уитни, улыбнувшись вслед пошатывающейся бывшей Императрице, украдкой взглянул на Мердию рядом и задал вопрос:

— …У тебя есть какая-то личная неприязнь к Императору?

— Конечно.

— На самом деле, это было больше похоже на ревность, чем на неприязнь.

— Заткнись, пока я не зашила тебе рот.

И началась их обычная семейная ссора.

— Кстати, до каких пор ты будешь использовать вежливый тон?

— Что?

— Мы даже поженились в этой стране под вымышленными именами. Ты так и будешь всю жизнь разговаривать в таком сухом тоне?

Мердия, задавшая этот вопрос с серьезным видом, вздохнула и покачала головой.

— …Ха, да, верно. Люди не меняются так легко.

— Кстати, здесь ты ведь даже не герцогиня?

— А?

— Разве нет? Мердия.

Но, к удивлению, Уитни начал обращаться к ней на «ты».

— Ух.

Мердия, ошарашенно глядя на него, почувствовала, как к лицу приливает румянец.

— Тебе это нравится?

— …….

— А?

Уитни, пойдя еще дальше, погладил ее по волосам и приблизился.

— …….

Мердия сглотнула и невольно закрыла глаза.

— …Ну, как? Тебе нравится?

— …….

— Ха-ха, почему ты молчишь?

Но как только Уитни прервал речь и рассмеялся, Мердия, ошарашенно глядя на него, начала скрежетать зубами.

— Эй! Сейчас не время для этого!

В этот самый момент в дверь скромного особняка вошли люди.

— Пора уже услышать истинную цель хозяина!

Это были Парша, Луниэль и Берген.

Кстати, за спиной Бергена была его дочь, которую Уитни нанял после их трогательного воссоединения.

— Мои аналитические способности уже не те, что раньше, но у меня такое чувство, что грандиозный план хозяина близится к завершению!

— Э…

— Ведь так? Мы приехали на Южный континент не просто так… точно, вместо Империи, где нас уже знают, здесь мы будем медленно наращивать силы и поглотим мир…

В общем, в присутствии всех руководителей, кроме Шаши (?), Парша начала донимать хозяина, который вел себя подозрительно тихо после переезда на Южный континент.

— …Тс-с. Все тихо.

Уитни, глядя на нее с прищуром, внезапно приложил палец к губам, и в особняке воцарилась тишина.

— Сейчас я расскажу о нашем новом плане.

— …….

— Это то, что мы обязательно должны сделать, чтобы жить дальше.

Услышав серьезный голос хозяина, три руководителя навострили уши.

Что же он задумал на этот раз?

Устроит беспорядки в Империи на Южном континенте?

Или, как сказала Парша, начнет собирать армию Короля демонов, чтобы сжечь весь мир?

— …Поэтому давайте закупим детские товары оптом.

— Что?

— Кто-нибудь здесь растил детей?

Однако, вопреки ожиданиям, заявление Уитни было совершенно неожиданным.

— А, Берген. Ты ведь был женат. Теперь твоя роль будет очень важна.

— Что это значит…

— …Ну, на самом деле.

Трое руководителей, не понимая, в чем дело, чесали затылки.

— Ух.

Мердия внезапно побледнела, прикрыла рот рукой и начала слегка подташнивать, и они переглянулись с подозрением.

— У-ух…

Уитни, поглаживая Мердию по спине, с очень смущенным видом заговорил:

— Вот так вот.

Великая тайная организация, которая в будущем начнет с Южного континента и возьмет в свои руки весь преступный мир мира.

Двое близнецов, которые были смыслом существования этой организации и ее величайшим сокровищем, обладали внешностью, которая казалась жителям далекой Империи подозрительно знакомой.

— …Ты теперь должен нести ответственность.

— Я уже несу, ха-ха.

— Ну да, говорить ты умеешь.

И неудивительно, ведь у мальчика были глаза, похожие на драгоценные камни, а у девочки — прищуренные глаза, до боли напоминающие кое-кого.

Я не серый кардинал, а зять-примак. Конец.

----------