[[image:/storage/reader-images/d6008293af14dd29c433abaec580110056ebd3c1.jpg]]

Текст на изображении:

お昼休みは二人きりで台本読み合わせの一時

Перевод:

«Обеденный перерыв — время для репетиции сценария наедине».

[[image:/storage/reader-images/fc92e10f0d8251603f1fe1591357ae17c6165cb9.jpg]]

Верхний правый текст (оранжевый фон):

話題の二人は変装ばっちりでお忍び遊園地デート♪

«Двое на слуху отправляются на тайное свидание в парке развлечений, тщательно замаскировавшись♪».

Правый текст (женский персонаж):

水沢玲奈（星宮あかり役）Рэйна Мидзусава (роль Акари Хошимия)

«Одна из самых известных молодых актрис нашего времени. За свои многочисленные роли получила признание как «находящаяся вне досягаемости». Хотя внешне она кажется сдержанной, но во время съёмок демонстрирует невероятную харизму и актёрское мастерство».

Левый текст (мужской персонаж):

天野海斗（赤井明人役）Кайто Амано (роль Акихиса Акай)

«Парень, который мечтает стать актёром, чтобы сдержать обещание, данное в детстве. Впервые он играет в драме вместе с Рэйной, которая была его первой любовью. Их совместные съёмки дают ему шанс раскрыться и расти как актёру».

[[image:/storage/reader-images/f6588186e6ccb5d75976311777e218839a68c131.jpg]]

Верхний правый текст:

あたしは……明久君のことが好き……だよ

«Я... люблю тебя, Акихиса-кун...».

Нижний левый текст:

玲奈の演技は完璧だった。僕の両頬にそっと手を添えると、じっと僕のことを見つめた。そして少しだけ間をおいてから、覚悟を決めたように一度小さく瞬きをして、その小さな唇を僕の唇めがけてゆっくりと近づけてきた。

«Рэйна играла свою роль безупречно.

Осторожно прижав ладони к моим щекам, она пристально посмотрела мне в глаза.

Затем, сделав небольшую паузу, словно набираясь решимости, она мягко моргнула.

И, чуть приоткрыв свои маленькие губы, медленно потянулась к моим…».

— Следующий вопрос: кто хочет сыграть Белоснежку? Поднимите руки!

Восемь лет назад, когда мы с Рэйной учились в первом классе, наш класс готовился к школьному спектаклю. Учитель, чей аккуратный почерк заполнял доску названиями ролей, озвучил главный вопрос.

— Я хочу! — раздалось с одной стороны.

— И я тоже! — с другой.

Спектакль был посвящён Белоснежке, а самыми важными ролями, конечно же, считались Принц и Белоснежка. Девочки тянули руки в воздух, желая примерить на себя образ прекрасной героини. Учитель записывал их имена в том порядке, в каком они заявляли о своём желании.

Я уже знал, что мне досталась роль Принца, и с нетерпением ждал, кто же станет моей напарницей. Вскоре на доске оказалось четыре имени. Учитель осмотрел класс и, убедившись, что больше желающих нет, предложил определить победительницу с помощью «камень-ножницы-бумага».

И тут рядом со мной несмело поднялась ещё одна рука.

— Мидзусава-тян, ты тоже хочешь попробовать себя в этой роли? — удивился учитель.

— Д-да, — пробормотала Рэйна.

— Хорошо! Тогда все пятеро выходите, будем играть!

Учитель немного растерялся, но быстро взял себя в руки. Девочки построились в ряд, и началась судьбоносная игра. А победительницей, той самой Белоснежкой, стала... Рэйна.

В те времена Рэйна была застенчивой девочкой, робко державшейся за моей спиной. Мы жили по соседству и почти всё время проводили вместе. Именно поэтому её решение взяться за главную роль казалось неожиданным.

По дороге домой я не смог удержаться от вопроса:

— Рэйна, почему ты захотела сыграть Белоснежку?

— А тебе не всё равно? — её щёки порозовели, а голос чуть дрожал.

— Да нет, конечно. Ты же обычно стесняешься выступать перед людьми. Разве тебе это интересно?

— Н-нет… — она отвела взгляд. — Это страшно.

— Тогда зачем?

Рэйна сжала кулачки, глубоко вдохнула, а затем резко наклонилась ко мне.

— Всё из-за тебя, Кайто-кун!

— Из-за меня? — я даже остановился. — Почему?

— Потому что Кайто-кун играет Принца! А у Принца с Белоснежкой должен быть... должен быть...

Она запнулась, потом смущённо отвернулась, а затем выдохнула:

— Поцелуй!

— ...Чего?

— Кайто-кун не может целовать никого, кроме меня!

Я моргнул, осмысливая её слова.

— Подожди-ка... Так ты подняла руку только из-за этого?

Рэйна кивнула, сдвинув брови. Я невольно усмехнулся. Конечно, она всегда говорила, что собирается выйти за меня замуж, но такое объяснение всё равно застало меня врасплох.

— Рэйна, но ведь в спектаклях по-настоящему не целуются. Это всё понарошку.

— Э-э?!

— Да, конечно. Это же школьная постановка.

— Угх… Если бы я знала, я бы не поднимала руку…

— Можешь попросить учителя поменять тебе роль. Хочешь, я пойду с тобой?

Рэйна задумалась. Было видно, что предложение её соблазняет, но, в конце концов, она покачала головой.

— Нет. Я всё равно буду играть Белоснежку!

— Ты уверена?

— Даже если Кайто-кун притворится, что целует другую, мне это не нравится!

Я рассмеялся, но потом серьёзно посмотрел на неё.

— Хорошо. Но ты правда сможешь? Там много реплик, и выступать перед зрителями будет непросто.

Рэйна посмотрела на меня решительно.

— Пока Кайто-кун рядом, я не боюсь!

— Ладно, тогда будем стараться вместе.

— Да!

Мы начали репетировать.

Честно говоря, я беспокоился, справится ли Рэйна. Однако она быстро превзошла мои ожидания. Её актёрские способности оказались удивительными: она запоминала текст быстрее всех и отлично понимала характер своей героини. Даже учитель, руководивший спектаклем, был впечатлён.

Но страх перед сценой всё равно оставался.

Накануне выступления, когда небо уже темнело, Рэйна пришла ко мне домой. В глазах её блестели слёзы.

— Кайто-кун… Я… я, наверное, не смогу завтра выйти на сцену…

— Эй, погоди. Ты ведь так старалась!

— Я знаю… но мне страшно.

Она сжалась в комок, поникла, едва слышно прошептала:

— Репетировать перед одноклассниками было нормально. Но завтра… перед всей школой… Я даже думать об этом не могу.

Я сел рядом и положил ей руку на голову.

— Я понимаю. Но я хочу сыграть этот спектакль вместе с тобой, Рэйна.

Она подняла голову.

— Ты действительно так думаешь?

— Конечно. Ты великолепно играешь. Все будут поражены.

Её глаза расширились, губы дрогнули.

— А ещё… это ведь наш первый спектакль. Ты и я, вместе. Разве он не особенный?

Она замерла.

— Особенный… — прошептала она.

— Если ты вдруг испугаешься на сцене — просто посмотри на меня. Я буду рядом.

Рэйна смотрела мне в глаза несколько секунд, потом покраснела и кивнула.

— Хорошо… Тогда я попробую!

Спектакль прошёл триумфально. Рэйна сыграла бесподобно, и зрители взорвались аплодисментами. Наш класс получил награду за лучшее выступление среди младших классов.

Мы были счастливы.

И тогда, окрылённые успехом, мы пообещали друг другу, что когда-нибудь снова сыграем вместе. В детской наивности мы мечтали о сцене, экране, большой славе.

А потом… я переехал.

Рэйна плакала, обнимая меня.

— Мы больше никогда не увидимся?

Я сам чувствовал, что мне будет её не хватать.

— Увидимся, — твёрдо сказал я.

— Правда?

— Конечно. Мы ведь договорились стать знаменитыми актёрами, правда? Давай встретимся, когда оба добьёмся успеха.

— Станем знаменитыми…

— Тогда мы обязательно сыграем вместе.

В её глазах загорелся огонёк.

— Да! Обещаю, Кайто-кун!

Мы сцепили мизинцы.

Прошло восемь лет.

Рэйна стала звездой. Её обожали миллионы.

А я? Я так и остался актёром без имени.

Но даже тогда я не знал, что через несколько месяцев… мне выпадет шанс снова сыграть с ней.

И что в сценарии будет поцелуй.

Один день в марте.

Я отправился на съёмочную площадку телевизионной драмы.

Этот сериал рассказывает о смертельной игре и любви. Действие разворачивается в современной Японии, где главный герой и героиня оказываются втянутыми в жестокую игру на выживание. Повсюду смерть, опасность, но на фоне этого хаоса между ними зарождаются чувства.

Мне досталась роль Шото Амакасу — близкого друга главных персонажей. В восьмой серии он теряет любимую девушку, которая выбирает не его, а главного героя. Ослеплённый болью и ревностью, он оставляет друга в смертельной ловушке, не вмешиваясь. Но герою удаётся выжить — ценой отчаянных усилий героини. Позже Шото терзается чувством вины, но получает прощение. Они продолжают путь вместе.

— Начинаем! Все на места, готовьтесь! — голос режиссёра Мориты заставил всю площадку замереть.

Сегодня снимали финальный эпизод. Три героя оказываются в безвыходном положении, и Шото решает пожертвовать собой ради спасения друзей. Для моего персонажа это редкий момент в центре внимания.

До этого Шото был второстепенным героем, но в этой сцене он обрёл вес. Ему уделили больше экранного времени, дали больше реплик — в сравнении с обычными эпизодическими ролями, этот момент был действительно значимым.

И вот камера включается.

— Сцена 115, камера один, звук один... Начали!

Я — вернее, Шото — падаю на землю с глухим стуком.

— А-а-а-а!

— Эй, Шото! Шото!

Героиня вскрикивает, а главный герой бросается ко мне с напряжённым лицом. Они застывают, глядя, как из раны на моей груди хлещет кровь.

С трудом дыша, я слабо произношу:

— Простите... Кажется, я больше не смогу...

— Как так вышло?! Почему?! Держись, Шото! Мы выберемся отсюда вместе! Мы выживем!

—Шото-сан! Мы не бросим вас! Вы защитили нас, а значит, мы спасём вас!

— Верно! Я понесу тебя на спине!

Я отталкиваю протянутую руку и пытаюсь улыбнуться.

— Уже поздно... Я лучше всех знаю своё состояние. Так что уходите. Мы не знаем, где ещё расставлены ловушки. Не тащите на себе бесполезный груз.

— Шото...

— Шото-сан... Как же так...

— Неважно. Когда я оставил вас умирать, я потерял право на жизнь. Но вы меня простили, позволили остаться с вами... И теперь я хочу защитить вас... Это моё единственное желание.

Сцена шла по репетиционному сценарию. Реплики, действия — всё соответствовало задумке.

Но вдруг я почувствовал лёгкий диссонанс.

Я решаю сыграть иначе. Чуть раньше, чем на репетиции, с более твёрдой интонацией, выкрикиваю:

— Бегите! Живо!

Это незаметно для постороннего взгляда, но главные актёры тут же реагируют на моё изменение. Их ритм сбивается, пауза затягивается на секунду дольше.

— Прости, Шото... Спасибо тебе за всё!

— Не беспокойтесь. Просто живите... Это самое главное.

— Конечно! Пошли, Аканэ! Мы не можем оставить его жертву напрасной!

— Как... как же так...

Главный герой крепче сжимает мою руку, затем берёт за руку героиню и встаёт. Он делает мучительный выбор, принимая жертву Шото.

Героиня плачет. Но выбора нет.

Они бегут, оставляя меня позади.

Я смотрю им вслед и слабо шепчу:

— Аканэ... Сделай её счастливой...

— Снято! Остановились! Отлично!

Режиссёр Морита хлопает в ладоши. Сцена, которая стала для меня самой важной в этой роли, завершена.

– Ты хорошо потрудился! Ты отлично справился.

– Спасибо, Юки-сан.

После съемок я встретил свою агентку, Юки-сан, в коридоре.

Она была молодая – около двадцати пяти лет, с черными волосами, собранными в высокий хвост, и ослепительной улыбкой. Настоящая красавица. Уже четыре года она занималась моими делами с того самого момента, как я, еще новичком, вступил в ряды Marvel Entertainment. Несмотря на плотный график и заботу о других артистах, она всегда находила время приехать пораньше и быть рядом.

– Я возьму. Но этот букет слишком большой.

– Прости за беспокойство. Спасибо тебе.

Я передал ей цветы – подарок в честь завершения съемок.

Юки-сан улыбнулась мне.

– Сегодня все закончилось. Как ты себя чувствуешь?

– Думаю, я сделал все, что мог. Хотя не уверен, что результат окажется хорошим…

– Ты правда очень старался. Не волнуйся, мне кажется, ты справился замечательно.

– Спасибо!

Эта роль была для меня возможностью расти.

Режиссер Морита в прошлом году прославился, выиграв престижную международную кинопремию. Его новый проект с самого начала привлек к себе внимание и по итогам оказался вторым в рейтинге зимних японских драм. Пусть у меня была лишь второстепенная роль, но даже это могло сыграть свою роль в моем будущем. Если я сумею оставить след в этом проекте, на меня обратят внимание режиссеры и продюсеры. Череда таких шагов – и, возможно, однажды я стану ведущим актером. Смогу исполнить свою давнюю мечту – сыграть вместе с Рэйной.

Эта цель придавала мне сил.

К тому же, если быть честным, я ведь действительно хорошо играю.

– Пойдем за кулисы.

– Конечно!

Мы направились в за кулисы, и мое настроение было приподнятым.

Но вот...

Когда мы проходили мимо танцевального зала у лестницы, я невольно подслушал разговор, который лучше бы не слышать.

– Те двое в главных ролях правда хороши. Этот сериал точно станет хитом.

– Да, а по сравнению с ними этот парень выглядит немного жалко.

– После столь напряженной сцены его просто затмили.

– Жаль, конечно.

Голоса принадлежали членам съемочной группы. Они говорили в перерыве, свободно делясь мнениями, не задумываясь о том, что их могут услышать.

Я замер, чувствуя, как что-то сжимается внутри.

Юки-сан заметила, как изменилось мое лицо, и легонько похлопала меня по плечу.

– Пойдем, Амано-кун.

– Х-хорошо..

Когда я вернулся за кулисы, внутри все еще отдавалось глухим эхом от услышанных слов.

Я тихо вздохнул.

– Значит, мое актерское мастерство и правда оставляет желать лучшего...

– Н-нет, это неправда! Подумай сам, среди стольких сотрудников всегда найдутся те, кто скажет что-то не то. Не стоит так переживать.

– Нет, я знаю, что мой уровень довольно посредственный. Кроме Юки-сан, почти никто не хвалил мою игру. В этом сериале мое исполнение не вызвало никаких обсуждений.

– Амано-кун...

Я тщательно изучал сценарий, оттачивал каждое движение, старался сильнее всех, но все равно не смог запечатлеться в памяти зрителей.

Если так будет продолжаться, не только мой рост, но и мое будущее в профессии окажется под угрозой.

Юки-сан ничего не сказала. Гнетущая тишина окутала комнату.

Раздался стук в дверь.

– Хм, кто бы это мог быть? Я открою.

Юки-сан поднялась с места и, распахнув дверь, замерла в удивлении.

– Д-директор Морита?

– О, ты усердно потрудился.

Режиссер шагнул внутрь, небрежно сел на стул напротив меня и скрестил руки.

– Эм… Вы что-то хотели?

– Просто поболтать.

– П-просто поболтать?

– Да. Во время недавней съемки ты сыграл не совсем так, как на репетициях. Это было намеренно или ты просто сбился с темпа?

Я автоматически выпрямился, ощутив серьезность момента.

– Эм… Извините!

– Зачем извиняться? Я же не ругаю тебя. Просто стало интересно, вот и спрашиваю. Так что ответь спокойно.

Режиссер улыбнулся.

Я сразу понял, о чем он говорит. На финальных репликах в сцене смерти Шоты я слегка изменил подачу, сделал паузу длиннее, голос – напряжёнее.

Это была почти незаметная деталь, но режиссер уловил её мгновенно. Впрочем, я не мог понять его настроения – не злился ли он на меня за самовольную корректировку сцены?

Немного помедлив, я все же решил сказать правду.

– Да, я сделал это намеренно.

– О? И зачем?

– В процессе игры я почувствовал диссонанс. В сцене, где Шото погибает, защищая других, ключевой момент – прощение. Главный герой прощает его за попытку свести счеты с жизнью, показывая тем самым свою широту души. Но при этом главные герои не могут выглядеть счастливыми после спасения. Их победа омрачена потерями. Финальная сцена – это прощание с теми, кто погиб в смертельной игре. Смерть Шоты оставляет на их сердцах неизгладимый шрам, который становится важной частью истории. Поэтому в этой сцене внимание не должно быть сосредоточено на мне – оно должно быть на их внутренних терзаниях, на их боли. Так сцена приобретает больше глубины.

– Поэтому ты изменил интонации и ритм?

– Да, именно так. Я сознательно немного сдвинул тайминг, чтобы дать главным героям больше пространства для выражения своих чувств. Так сцена стала эмоциональнее.

Я с энтузиазмом объяснял свою задумку, лишь в конце осознав, что говорю слишком увлеченно – и уже заливаюсь румянцем.

– Простите, что так разболтался...

– Что ты, наоборот, очень интересно. Как я и думал, ты – необычный актер.

Режиссер довольно кивнул, а затем вдруг сменил тему.

– Раньше ты тоже импровизировал, верно?

– Эм?

– Например, сцена в восьмой серии, когда ты спускаешься в подвал. Или в десятой, когда спасаешь раненого соседа.

– Вы заметили?

– Разумеется. Я же режиссер. Видеть тонкие изменения в игре актеров – моя работа.

Он произнес это так буднично, что я даже опешил.

Другие режиссеры никогда не упоминали о моих импровизациях. Но Морита не просто заметил их – он понял и оценил.

Я не удержался и спросил:

– Честно… Что вы думаете о моей игре?

– В каком смысле?

– Я слышал, как персонал обсуждал меня. Они сказали, что главные герои полностью меня затмили… Если честно, я никогда не был уверен в своем актерстве.

Я выговорил это в порыве эмоций, но режиссер только рассмеялся.

– Ха-ха, не обращай внимания на этих ребят.

– Эм?

– В этот раз у тебя была второстепенная роль. Но ты не просто справился – ты максимально раскрыл ее, думая о том, как улучшить произведение в целом. Для тех, кто не видит глубже поверхности, кажется, что игра главных актеров лучше. Но на самом деле именно ты направлял их. Среди всех актеров в этом проекте, Амано, ты показал себя лучше всех.

– Правда?..

– У тебя глубокое понимание сценария, острое восприятие, технический навык, позволяющий превращать идеи в игру, и умение видеть свою роль в общем ансамбле. Если ты продолжишь развивать эти способности, ты выделишься среди других актеров. Просто поверь в себя.

Он положил мне руку на плечо.

– И тогда тебя захотят пригласить. Включая меня.

С этими словами режиссер поднялся и вышел из комнаты.

Я долго сидел в оцепенении, не в силах подобрать слова.

Может, я просто не привык к похвале, но сердце гулко билось.

Юки-сан не смогла сдержать радости – схватила меня за плечи и начала трясти.

[[image:/storage/reader-images/b701f7831e6b7780c5413f0611a1f65a5c48637b.jpg]]

– Это невероятно! Амано-кун, ты слышал?! Директор Морита тебя похвалил!

– Д-да… Даже не знаю, что сказать…

– Видишь! Те, у кого есть чутье, понимают, что ты настоящий талант! Пусть сейчас сложно, но если продолжишь в том же духе, ты обязательно станешь знаменитым!

– Да… Пусть мне не хватает уверенности в себе, зато у меня есть желание идти дальше.

Я улыбнулся.

– Юки-сан, пожалуйста, сообщай мне обо всех кастингах.

– Конечно! Я найду для тебя лучший шанс!

Я сжал кулаки. Все мои усилия не были напрасны.

С завтрашнего дня – еще больше стараний.

Однажды я стану актером, равным Рэйне, и мы встретимся вновь.

Я поклялся себе в этом.

Но встреча с Рэйной произошла совсем не так, как я ожидал…

– Давно не виделись, Амано-кун. Я смотрела драму с твоим участием. Отличная работа.

– Спасибо. Мацуми-сан, ты ведь тоже снимался в кино? Я недавно смотрел этот фильм.

– Точно! Я довольно уверен в своих актерских способностях.

Апрель пришел по расписанию, и после весенних каникул начался новый семестр.

Еще месяц назад я был учеником средней школы, а теперь официально перешел в старшую. Сегодня – торжественная церемония открытия, и знакомый пейзаж кампуса раскинулся перед глазами. Если вы задаетесь вопросом, почему он мне так знаком, все просто: я учусь в Суисей Гакуэн, частной объединенной школе с шестилетней программой и факультетом исполнительских искусств. В этом факультете лишь один класс, поэтому переход в старшую школу не влечет за собой смену одноклассников. Даже на вступительной церемонии все лица привычны, и нет причин для волнения.

– Доброе утро, вы двое.

– О, доброе утро, Аояма-кун.

– Привет, Аояма.

Студенты факультета исполнительских искусств, как правило, хорошо ладят между собой. Пусть среди них нет никого, с кем бы я был особенно близок, но завести легкий разговор здесь не составляет труда.

– Вы слышали? В наш класс переведется новый ученик.

– Переводник? Но ведь для обычных школ есть вступительные экзамены, а как же наш факультет?

Аояма-кун объясняет недоумевающему Мацуми:

– В исполнительском факультете перевод возможен, но только в старшей школе. Школа предпочитает обучать студентов с младших классов, поэтому отбор очень строгий. За последние годы здесь появлялись переводники, но все они были известными артистами.

– О? Значит, в наш класс придет знаменитость? Интересно.

Как раз в этот момент раздается звонок, извещая о начале урока. Учитель входит в класс через переднюю дверь, и мы поспешно рассаживаемся по местам.

– Доброе утро. Как и в прошлом году, я снова буду вашим классным руководителем. Надеюсь на ваше сотрудничество.

Учитель, мужчина лет тридцати пяти, наш классный руководитель Кэндзи Ишигуро. На каждом первом уроке семестра он тратит целых пятьдесят минут на болтовню. Математик, который любит поговорить.

Проведя перекличку, он осматривает класс.

– Открытие семестра начнется в девять, но сначала кое-что важное. В старшую школу нашего факультета перевелся новый ученик. Она ждет в коридоре, и я сейчас ее представлю. Прошу отнестись к ней дружелюбно.

Слова Аоямы-куна оказались правдой.

Когда новость о переводнике доходит до класса, в воздухе повисает взволнованный гул.

– Эй, серьезно? Переводник?

– Вот это да! Не думал, что с нашим классом случится нечто подобное.

– Интересно, это парень или девушка?

– Надеюсь, он умеет играть на гитаре. Может, мы позовем его в группу?

– Тише! Я понимаю, что вам любопытно, но позвольте сначала человеку представиться.

Сказав это, Ишигуро-сэнсэй выходит за дверь, чтобы ввести нового ученика.

Это действительно редкое событие для нашего факультета, где практически не бывает смены состава. Одноклассники возбужденно шепчутся, а я сам невольно представляю, кто же войдет в класс.

И вот, под пристальными взглядами учеников, медленно входит девушка в новенькой форме.

Класс замирает.

Ее ясные, словно драгоценные камни, глаза, безупречно белая кожа и изящно очерченные алые губы пленяют с первого взгляда.

Признанная красавица столетия, она обладает удивительно нежными и утонченными чертами.

Ее длинные каштановые волосы плавно струятся по плечам, а грациозная походка напоминает сцену из дорамы.

Она излучает ауру подлинного артиста, словно пришла из другого измерения.

Девушка медленно поднимается на сцену.

[[image:/storage/reader-images/153e34ec6a055d50d31c566468f6daa1f0de78cf.jpg]]

Та, кого я никак не ожидал увидеть.

– Приятно познакомиться.

Моя подруга детства.

Рэйна.

Мой мозг отказывается воспринимать реальность. Одноклассники в шоке. Только Ишигуро-сэнсэй сохраняет спокойствие.

– Ну же, представься.

– Конечно. Меня зовут Рэйна Мидзусава, я профессиональная актриса. До прошлого месяца я жила в другом городе. Из-за загруженности на съемках мне стало неудобно ездить, поэтому я решила воспользоваться переходом в старшую школу, чтобы переехать в Токио. Надеюсь, мы подружимся. Буду рада любому разговору. Приятно познакомиться.

Сказав это, Рэйна мягко кланяется, одаривая класс ангельской улыбкой.

Ее обаяние сражает всех наповал. Девушки и парни невольно задерживают дыхание, зачарованные этим сиянием.

"Такая… милая!"

Я не исключение. Пусть я видел ее на экранах, но вживую ее очарование кажется в разы сильнее.

Моя подруга детства, которая когда-то была просто хорошей девочкой, теперь выросла в блистательную актрису, способную одним взглядом покорить сердца.

– Мидзусава, садись вон туда, у окна. Если возникнут вопросы, можешь обратиться к Мацуми.

– Поняла!

Рэйне достается место рядом с Мацуми, чуть дальше от моего. Когда тот слышит свое имя, он слегка застывает, но все же кивает. Рэйна, поставив сумку на парту, дружелюбно заводит беседу:

– Мацуми-сан, давно не виделись. Ты все так же полон энергии.

– Ч-что? Ты… помнишь меня?

– Конечно. Мы снимались вместе два года назад, верно?

– О-она правда помнит… Но я же всего лишь статистом был!

– В любом случае, мне приятно, что здесь есть знакомые лица. Надеюсь на твою поддержку.

– Д-да! Конечно!

Она естественна в разговоре, грациозна в манерах, открыта и обаятельна. От прежней застенчивой Рэйны не осталось и следа.

Сегодняшняя Рэйна – несомненно, гениальная актриса.

"Рэйна… Ты стала такой ослепительной."

Я не могу не прошептать эти слова про себя.

Восемь лет назад мы дали обещание стать лучшими актерами и встретиться на большой сцене. Но пока я лишь второстепенный актер без известности.

Смотря на свою подругу детства, блистающую в центре внимания, я чувствую, что она – недосягаемая звезда.

После церемонии открытия пора отправляться домой.

Неожиданно несколько одноклассников подходят ко мне.

— Эй, Амано.

— Пойдём вместе поздороваемся с Мидзусавой? И, может, обменяемся контактами.

— А? О, да…

Они хлопают меня по плечу, и я послушно поднимаюсь.

Один я бы не решился подойти, поэтому молча благодарю их за возможность. Мы направляемся к Рэйне, которая неторопливо собирает вещи.

— Приятно познакомиться, Мидзусава. Я Наруми, работаю моделью. Будем рады с тобой подружиться.

— А я Утияма, музыкант.

Они говорят чуть скованно, но Рэйна прерывает свои сборы и отвечает лёгкой улыбкой:

— Взаимно. Надеюсь, мы поладим.

— Эм… можно обменяться контактами?

— Конечно. О, если у вас есть чат группы исполнительского класса, добавьте меня…

— Да! Я приглашу тебя!

Я стою позади троих, наблюдая за их разговором.

Рэйна — ещё прекраснее вблизи. Возможно, дело в её ауре, в той самой незримой искре, которой обладают лишь настоящие звёзды. Даже простые движения кажутся ослепительно грациозными. Лёгкий аромат витает в воздухе, заставляя сердце сжаться. Она же моя подруга детства, но почему-то я чувствую себя так, словно впервые встречаю знаменитость.

— Амано, ты что стоишь? Представься тоже.

— Ах… э-эм…

Словно выдернутый из раздумий, я делаю шаг вперёд.

Рэйна пристально смотрит на меня. Кажется, не узнаёт. Её лицо на мгновение замирает в лёгком удивлении, но затем на него ложится вежливая маска.

— Эм… Я Амано. Буду рад учиться с тобой, Мидзусава.

Я не могу назвать её по имени, как раньше.

Не могу сказать: «Давно не виделись».

В глубине души я ещё надеюсь — хоть капельку, хоть на секунду — что она узнает меня, расплывётся в той самой беззаботной, солнечной улыбке из детства и воскликнет: «Давно не виделись, Кайто!»

Но реальность жестока.

Рэйна тут же отводит взгляд и отвечает ровным, совершенно чужим голосом:

— Будем рады учиться вместе, Амано-кун.

— А… да.

— П-простите, но у меня сегодня работа… Мне пора.

Она быстро застёгивает сумку, поднимается и почти убегает из класса.

Мне кажется, или моё лицо горит?

"Как я и думал… она меня не помнит."

Прошло восемь лет.

Может, это глупо — держаться за детское обещание.

Я всё понимаю.

Но от этого не становится менее одиноко.

В тот день после занятий я отправился в агентство.

Так как начался новый учебный год, я слышал, что собираются обновлять рекламные фотографии и личные данные. Marvel Entertainment Agency находилось всего в десяти минутах езды на трамвае от станции, ближайшей к моей школе, что было весьма удобно. Когда я поднялся на пятый этаж, меня уже ждала Юки-сан.

— С возвращением. Как прошёл день? Сегодня ведь было открытие нового учебного года?

— Да, ничего особенного... Но у нас появилась невероятная переведенная ученица.

Мы болтали на ходу, направляясь по коридору.

Первым делом предстояла фотосессия, которую, конечно, проводили профессионалы. В агентствах обычно есть собственные студии или они сотрудничают с внешними. Наша студия находилась этажом выше, и я пришёл встретиться с Юки-сан, чтобы пойти туда вместе.

Пока мы поднимались по лестнице, она вдруг улыбнулась:

— Та самая переведенная ученица — это Рэйна Мидзусава, верно?

— Эм? Откуда вы знаете?

— Потому что это я порекомендовала ей поступить в Суисэй Гакуэн и предложила записаться в исполнительный факультет исскуств.

— Что?

Я невольно остановился.

— Вы... рекомендовали Рэ... то есть, Мидзусаву? Но она ведь состоит в агентстве Crystal Entertainment?

— Да, так что к нашему агентству она отношения не имеет. Но её менеджер — моя сестра, — Шираиши Карин.

— Вот как!

Я и не подозревал об этом. Значит, Рэйна куда ближе, чем я думал.

— Она раньше работала в местном филиале, но недавно её перевели в токийский головной офис. Мы с сестрой делим квартиру, и, поскольку у нас освободилась одна комната, Рэйна осталась жить с нами на время поисков собственного жилья.

— Понятно. Теперь логично, почему вы посоветовали ей поступить в Суисэй Гакуэн. К тому же у нашей школы хорошая репутация в плане конфиденциальности.

— Верно, верно, — кивнула Юки-сан, а затем поинтересовалась: — А как тебе Рэйна Мидзусава? Наверняка у неё особая аура, да?

— Да... Честно говоря, я даже нервничал, разговаривая с ней.

— Ох. Но ведь ты с ней говорил. Амано-кун, тебе она действительно интересна?

— Ну... в нашем поколении она определённо одна из самых популярных личностей.

Я не рассказывал никому, что Рэйна — моя подруга детства. Даже Юки-сан. Поэтому не стал вдаваться в подробности и просто отшутился.

Но тут последовало неожиданное предложение:

— Что ж, как насчёт того, чтобы прийти на переезд моей сестры? Я тоже буду там, и похоже, что Рэйна тоже будет переезжать. Нас будет всего четверо, можно устроить небольшую вечеринку. Как тебе, Амано-кун?

Я невольно сглотнул.

Предложение было чертовски заманчивым.

Даже несмотря на присутствие двух менеджеров, нас будет всего четверо. У меня появится возможность поговорить с Рэйной. Может быть, я смогу напомнить ей о встрече восьмилетней давности, и если она действительно забыла, то вспомнит потом.

Но после недолгих раздумий я покачал головой.

Слишком рано. Я ведь ещё не исполнил данное тогда обещание — стать известным актёром. Если Рэйна всё ещё помнит мои слова, это одно, но судя по её реакции, она их забыла. В таком случае, признаться можно будет лишь тогда, когда я сдержу обещание. В противном случае оно потеряет смысл. Пусть это мелочь, но я слишком долго шёл к этой цели, чтобы так просто отказаться.

— Нет, спасибо. Думаю, я бы слишком нервничал.

— Ох, ну ничего. Вы же в одной школе, будет ещё много возможностей подружиться.

Мы продолжили разговор, пока шли в фотостудию. Юки-сан поприветствовала персонал, после чего меня провели внутрь.

— Прошу, позаботьтесь сегодня о нашем Амано-куне!

Нас встретили трое сотрудников. Все, похоже, знали друг друга.

Съёмка рекламных снимков — это не просто «встал и сфотографировался», но ещё и макияж, укладка. Пока Юки-сан обсуждала с фотографом концепцию, меня готовили к съёмке.

Через двадцать минут всё было готово. Съёмка началась на фоне белой стены, а снимки сразу выводились на экран компьютера. Юки-сан наблюдала за процессом и время от времени обсуждала что-то с фотографом.

Съёмка шла гладко, пока вдруг не раздался звонок телефона.

— Ох, простите, я должна ответить.

Через несколько минут Юки-сан вернулась, сложив ладони и виновато улыбаясь.

— Прости, Амано-кун. Меня срочно вызвали в агентство. Ничего не поделаешь, мне нужно спуститься.

— Понимаю.

— Прости! Но давай продолжим съёмку? Я проверю всё позже.

— Конечно.

Юки-сан ушла, а мы продолжили работу.

Прошло пятнадцать минут, и вдруг она ворвалась обратно.

Я впервые видел её такой взволнованной. Её обычно расслабленное выражение сменилось встревоженным.

Тяжело дыша, она положила руку мне на плечо и быстро заговорила:

— Амано-кун! Прости, но срочно пойдём со мной!

Съёмку тут же прервали. Мне вручили отснятый материал, и если Юки-сан останется недовольна, назначат пересъёмку.

Она вывела меня вниз и оставила в маленькой переговорной.

Спустя некоторое время вернулась с двумя папками.

— Вот, Амано-кун. Посмотри.

— Это… новое предложение?

— Да. Ты слышал о «Сезоне первой любви»?

— Конечно! Этот сериал стартует в июне, сейчас о нём много говорят.

Я уже начинал нервничать из-за её поведения. Что-то было не так.

— И это тот самый проект, где главную женскую роль играет Рэйна. Для неё это первый опыт съёмок в романтической драме, так что привлечено немало внимания…

— Так… этот проект...

— Да.

Я почувствовал, как сердце глухо ударило о рёбра.

— У меня будет роль с репликами?

Я думал, что в лучшем случае это будет роль второго плана.

Но ответ Юки-сан превзошёл все мои ожидания.

— Ты сыграешь главного героя.

— Ч-что?..

— Да, ты будешь главным героем.

Я застыл. Мозг отказывался это обрабатывать.

— Не шути... Главная роль? Я?

— Я тоже так среагировала. Но это правда.

— Но ведь обычно главные роли утверждаются за полгода...

— Всё верно. Однако актёр, который должен был играть главную роль, тяжело заболел. Нужно было срочно найти замену. И режиссёр Морита выбрал тебя.

Я уставился в бумаги, и правда — режиссёром был Морита.

Юки-сан внимательно посмотрел на меня.

— Я понимаю, что это неожиданно. Но ответ нужен сегодня. Завтра встреча с командой.

Я закрыл глаза. В голове проносились кадры — я на одной сцене с Рэйной, обещание, данное много лет назад...

И, не раздумывая, выпалил:

— Я согласен! Я очень хочу это сделать!

— Хорошо! Такие шансы упускать нельзя!

Юки-сан улыбнулась, убирая бумаги, но тут же добавила:

— Кстати, сцена с поцелуем тебя не смущает?

— ...Поцелуй?

— В шестой серии. Типичная сцена для романтической драмы.

Я сглотнул.

Образ Рэйны и её алых губ всплыл в голове. Я мотнул головой, прогоняя ненужные мысли.

— Это работа, — сказал я, стараясь звучать спокойно. — Не стоит путать реальность и игру!

Но сердце билось так, словно я уже попал в этот самый кадр.

Юки-сан, будто читая мои мысли, усмехнулась:

— Ладно, тогда я сообщу начальству.

Когда она вышла, я глубоко вздохнул.

Главные роли. Мы оба.

Наше обещание могло вот-вот сбыться...

Я невольно улыбнулся, представляя, что ждёт нас впереди.

Но радость длилась недолго.

— Эх... ну и жестоко же...

Я тяжело вздохнул, глядя на экран телефона. Из-за срочной необходимости в актёре новость о моём утверждении на роль была официально опубликована в социальных сетях и на официальном сайте уже на следующий день после принятия решения.

Реакция в интернете оказалась безжалостной. «Кто это вообще?» «Никогда о нём не слышал», «Я так ждал дораму про первую любовь Рэйны Мидзусавы, но только не с таким актёром», «Какая-то тёмная лошадка», «Наверняка попал туда по блату» — подобные комментарии заполонили платформы. Да, были и те, кто ждал выхода сериала, помня мою весеннюю роль, но таких людей было катастрофически мало.

В школе ситуация оказалась не лучше.

Ученики отделения исполнительских искусств, чутко реагировавшие на любые события в индустрии, быстро подхватили эту новость, и в стенах школы поднялся настоящий ажиотаж.

— Эй, Амано! Это правда? Ты исполняешь главную роль?

— Ты и Мидзусава... Не может быть! Это же круто!

— Вот это тебе повезло!

Стоило мне переступить порог, как одноклассники тут же окружили меня, засыпая вопросами. Многие интересовались, как именно прошло утверждение на роль, но, поскольку я не мог разглашать подробности, приходилось отвечать уклончиво.

И тут раздался недовольный голос. Немного в стороне стояла девушка, открыто называвшая себя поклонницей Рэйны, и без стеснения высказывала свои претензии.

— Амано совершенно не подходит для этой роли... На роль возлюбленного Мидзусавы лучше бы взяли кого-то поэффектнее. Хираиси-кун, например.

— И вообще, он недостоин играть с ней в паре.

— К тому же, он и актёр так себе.

— Сплошное разочарование. Я ждала чего-то особенного, а кастинг — просто смехотворный.

Каждое слово достигало моего слуха, но я лишь молча стоял, не находя, что сказать.

Мне ли было не знать, что их слова правдивы? После бессонной ночи я осознал: я не топовый айдол, я никогда прежде не играл главных ролей. Я всего лишь замена, человек, которого взяли по необходимости. Да, режиссёр Морита явно возлагал на меня определённые надежды, но давление, давившее на плечи, было невыносимым.

Но в этот момент по классу разнёсся чистый, уверенный голос.

— Прошу, не говорите так.

Гул голосов мгновенно стих. Все разом повернулись к говорившей.

Неизвестно, как и когда Рэйна оказалась в школе, но теперь она стояла в дверях и смотрела на одноклассников.

— Мне неприятно слышать подобные слова в адрес моего коллеги по съёмочной площадке.

— Эм... извини...

— Если извиняться, то не передо мной, а перед Амано-куном. Он ведь всё слышал.

Напряжение заполнило воздух.

Девушки, ещё мгновение назад обсуждавшие меня, неловко переглянулись, а затем с явным смущением принялись приносить извинения. Мне это не доставляло особых неудобств, но их прямолинейное раскаяние заставило почувствовать себя неуютно.

Когда извинения были принесены, Рэйна вновь вернулась к своему обычному, мягкому выражению лица.

— Простите меня тоже, если была резка. Я понимаю, что вы все с нетерпением ждёте этот проект, поэтому позвольте мне также принести вам свои извинения.

— Э-э?.. — раздалось недоумённое восклицание.

Рэйна склонила голову в поклоне перед всё ещё ошарашенными девушками, а затем, словно желая окончательно разрядить атмосферу, обняла их. Это настолько удивило их, что весь класс мгновенно расслабился. Те, кто ещё минуту назад критиковали мой выбор, теперь улыбались, а напряжение в воздухе окончательно рассеялось.

Рэйна не только смогла донести свою мысль, но и ловко предотвратила конфликт, не допустив ухудшения атмосферы. Я мысленно восхитился её умением вести себя в подобных ситуациях.

Затем она направилась к выходу. Я, чувствуя искреннюю благодарность, поспешил за ней.

— Спасибо, Мидзусава-сан. Я правда ценю то, что ты сказала.

— Нет, не стоит благодарности.

Почему-то Рэйна слегка покраснела, опустила голову и что-то пробормотала.

— Давай вместе создадим по-настоящему хорошую историю.

— Да, обязательно!

Услышав мой ответ, Рэйна чуть склонила голову и поспешно скрылась в коридоре.

Я смотрел ей вслед, а в груди медленно расползалось осознание.

Я всё ещё слишком далёк от неё.

Но этот проект — мой шанс. Я должен использовать его, чтобы наконец-то встать с ней на один уровень. Если мне удастся выполнить обещание из детства, то...

Сжав кулаки, я вернулся в класс, раскрыл полученный сценарий и углубился в изучение своей роли.

После окончательного утверждения актерского состава предстояло несколько ключевых мероприятий, прежде чем начнутся съемки. Основными из них были: встреча с командой, чтение сценария и подбор костюмов.

Первая встреча объединяла актеров, продюсеров, режиссеров, телевизионных руководителей и всю съемочную группу. Чтение сценария позволяло актерам вжиться в роли и лучше понять своих персонажей. А во время примерки костюмов каждый работал с художниками по гриму и одежде, чтобы создать свой окончательный образ.

Учитывая плотные графики актеров, эти мероприятия зачастую сжимают в один день. В нашем случае встреча и чтение сценария были назначены на один день, а примерка – на другой.

Встреча была запланирована на утро, а чтение сценария – после обеда. Поскольку это был будний день, нам с Рэйной пришлось брать выходной. Начало назначили на десять утра, но я прибыл в здание телеканала уже в 9:30, на полчаса раньше. Найдя нужную аудиторию, я вошел.

– Доброе утро!

В комнате было почти пусто – лишь один человек уже занял свое место. И к моему удивлению, это был режиссер Морита.

– Давно не виделись, Амано!

– Режиссер Морита! Рад вас видеть!

Я поспешно поклонился.

– Вы специально так рано пришли?

– Да. Думал, встреча в девять, поэтому и пришел к этому времени. А когда увидел, что никого нет, начал скучать.

– Ха-ха… Просто перепутали время?

Разговор затих, и в комнате повисла тишина. Немного помедлив, я все же задал мучивший меня вопрос.

– Эм… режиссер Морита?

– Что такое?

– Я слышал, что именно вы рекомендовали меня на главную роль. Могу я узнать… почему? Что стало причиной такого выбора?

– Хм? Ну, ты единственный, кто мог сказать "да" в такой короткий срок.

– Вот как...

– Ха-ха, шучу. Конечно, есть настоящая причина.

– Вы так шутите, что я чуть не перестал дышать…

Режиссер Морита весело рассмеялся, но мне не удалось поддержать его настроение.

Затем он неожиданно задал встречный вопрос.

– Какое у тебя мнение о Рэйне Мидзусаве как об актрисе?

– Ну… Она очень тонко чувствует персонажей и обладает яркой индивидуальностью. У нее есть редкое умение передавать характер героев, полностью преображаясь под каждую новую роль.

– Верно. Очень точный анализ.

Режиссер одобрительно кивнул и продолжил.

– Но я добавлю кое-что. Рэйна – актриса с феноменальным уровнем восприятия. Достаточно ей перечитать сценарий несколько раз, и образ героя в ее сознании оживает, словно она сливается с ним. Это называется "метод" – она прирожденный мастер погружения в роль.

– Удивительно… Мне всегда требуется намного больше времени, чтобы прочувствовать персонажа.

Я был искренне поражен, ведь не знал, что Рэйна владеет таким методом.

– Однако у нее есть и слабые стороны, – продолжил режиссер. – Она всегда играет в рамках созданного образа. Если сюжет неожиданно меняется, ей сложно адаптироваться на ходу. Конечно, ее талант и природное обаяние компенсируют этот недостаток. Но…

– Но?

– А вот у тебя все наоборот. Ты понимаешь не только своего персонажа, но и саму историю. Ты умеешь делать сцены живыми, можешь направлять игру партнеров, усиливать их эмоции. Среди молодых актеров никто не владеет этим мастерством лучше тебя. Я изучил все твои прошлые работы и могу сказать это с уверенностью.

Я замер. Его слова казались слишком высокой оценкой, но в целом логика была верной.

– Ты и Рэйна – два противоположных типа актеров. И если поместить вас на одну сцену в романтической истории, заставить взаимодействовать и раскрывать чувства… Может произойти взрывная реакция.

– Это…

– Вот моя цель. А получится ли – зависит от вас двоих.

После этих слов режиссер похлопал меня по плечу.

– Так что старайся, чтобы меня не сочли глупцом. Если после премьеры продюсеры и руководство раскритикуют мой выбор, мне несдобровать.

– Да! Я приложу все усилия!

– Вот так-то лучше. Кстати, что скажешь о сегодняшнем чтении сценария?

– Я репетировал всю ночь, но… если честно, еще не до конца прочувствовал образ.

– Ха-ха. Было бы странно, если бы ты смог создать персонажа всего за пару дней. Может, для Рэйны это возможно, но не для тебя. Не переживай, все это понимают. Просто догони остальных к началу съемок.

С этими словами режиссер вернулся к своим бумагам. А я… понял, что на этой съемочной площадке мне предстоит гораздо больше, чем просто играть свою роль.

Было 9:50 утра, до официального начала оставалось десять минут. В зале уже присутствовало около восьмидесяти процентов участников.

Кроме Рэйны, пришли все ожидаемые актёры. Хотя они исполняли важные роли, с половиной из них я прежде не встречался. Я старался подойти к каждому, поздороваться и представиться. Все оказались дружелюбными, что немного разрядило моё волнение.

Спустя несколько минут дверь отворилась, и вошла Рэйна.

— Доброе утро!

С её появлением атмосфера в зале изменилась. Продюсеры, члены съёмочной группы и актёры сразу же выпрямились, сменив выражения лиц. Это ещё раз напомнило мне, что Рэйна — центральная фигура этого проекта.

Она заняла место рядом со мной и, едва присев, обернулась:

— Доброе утро, Амано-кун.

— Д-доброе утро, Мидзусава-сан.

Однако, услышав мой ответ, она внезапно покраснела и отвела взгляд, тут же обратившись к другому коллеге.

С прибытием Рэйны все участники собрались, и ведущий вышел вперёд, взяв микрофон.

— Поскольку все в сборе, позвольте начать немного раньше запланированного времени. Сегодня у нас встреча-приветствие для телевизионной драмы "Сезон первой любви". Благодарю всех, что нашли время прийти.

После вступительных слов продюсеры и режиссёр поделились подробностями о проекте и выразили свои ожидания.

Затем настало время представления актёров.

Первой встала Рэйна. Взяв микрофон, она с лёгкостью склонила голову в учтивом поклоне.

— Меня зовут Рэйна Мидзусава, я исполняю роль Акари Хошимии. Это моя первая работа в романтическом жанре, и, возможно, у меня не всё получится сразу. Однако я хочу создать прекрасную историю вместе со всеми вами. Пожалуйста, поддержите меня.

Её плавная и уверенная речь, уважительный тон и сдержанное, но выразительное поведение мгновенно завоевали внимание всех присутствующих.

Стоило Рэйне завершить своё представление, как зал взорвался аплодисментами.

— Теперь приглашаем Амано-сан.

Я неловко поднялся, сжимая микрофон в руке.

— Эм... Меня зовут Кайто Амано, я исполняю роль Акихисы Акай. Это моя первая главная роль, и, если честно, я немного нервничаю... Но я постараюсь не подвести вас. П-прошу вашего терпения и поддержки. Спасибо.

Слова путались, голос дрожал. Я ощущал, как на меня устремляются оценивающие взгляды. "А этот парень справится?" — словно читалось в глазах членов съёмочной группы.

Я поклонился. Аплодисменты раздались, но не такие бурные, как у Рэйны. Она, конечно, хлопала с воодушевлением, но общее настроение в зале было заметно более сдержанным.

Я вернулся на место и тяжело вздохнул.

После того как представились остальные актёры, ведущий закрыл встречу.

— Отличная работа! Следующим пунктом у нас сценарное чтение в малом зале. Пожалуйста, соберитесь там ровно в час дня.

Я взглянул на часы: было ровно полдень. У меня оставался час на обед.

Чувствуя усталость, я решил уединиться за сценой. Пока все покидали зал, я начал собирать вещи.

И вдруг услышал мягкий голос:

— Эм... эээ...

Обернувшись, я увидел Рэйну.

— Ми-Мидзусава-сан? Что-то случилось?

— Н-нет... это не так важно...

Она выглядела неуверенной, избегала встречаться со мной взглядом. Я замер в ожидании. Наконец, сжав кулаки, Рэйна произнесла:

— Не хочешь пообедать вместе?

— Что? Со мной? Ты уверена?

— Конечно! Мы ведь почти не разговаривали раньше, а нам предстоит работать вместе. Я подумала, что если мы станем ближе, это поможет нам лучше играть.

— Ясно... Если ты не против, то я с удовольствием.

Мы прошли в её гримёрку, где на столе уже стояли два аккуратно приготовленных бэнто.

— Хм? Один для меня?

— Да, я попросила менеджера приготовить.

— Кстати, наши менеджеры — сёстры, верно?

— Точно.

Мы уселись напротив друг друга и взяли в руки палочки. Моё сердце гулко стучало.

"Только мы вдвоём... в тихой комнате..."

Рэйна — ослепительно красивая. Говорят, что нельзя видеть в друге детства представителя противоположного пола, но как тут удержаться? Мы не виделись с детства, а она меня не помнит... Мои щёки горели, и я почти не мог смотреть ей в глаза.

— Амано-кун, ты согласился на главную роль только позавчера, верно?

— Эм... да.

— Должно быть, это тяжело. Встреча, чтение сценария, а съёмки уже скоро.

— Да... Но если бы не срочная замена, мне бы и не досталась эта роль. Это скорее удача — возможность играть с тобой, Мидзусава-сан.

— Со мной... приятно работать?

— Конечно! Ты ведь уже в таком юном возрасте стала звездой. Многим есть чему у тебя поучиться.

Я чуть не проговорился о нашем прошлом, но вовремя остановился. Я решил рассказать Рэйне обо всём только после успешного завершения съёмок.

— Понятно...

— Хм? Я что-то странное сказал?

— Нет-нет! Просто... я рада.

Рэйна ответила быстро, но что-то в её голосе показалось мне странным. Она несколько раз отворачивалась во время разговора. Может, ей просто некомфортно общаться со мной?

Мы болтали о фильмах Мориты, экзаменах в Суйсэй Гакуэн, пытаясь лучше узнать друг друга. Но затем Рэйна вдруг кашлянула и задала неожиданный вопрос:

— Амано-кун, можно спросить?

— Да?

— Мы встречались раньше?

Я замер.

Неужели?.. Она вспомнила?

Я был уверен, что расскажу ей сам, но если она что-то помнит...

Рэйна нервно пояснила:

— Ах! Я имела в виду, работали ли мы вместе раньше. У меня чувство, будто я видела тебя на каком-то мероприятии.

— Эм... думаю, нет. Я бы точно запомнил.

— Понятно...

Её взгляд потух.

В дверь постучали. Вошла Юки-сан.

— Простите за беспокойство, Амано-кун, но тебе нужно зайти в гримёрку. Это займёт десять минут.

— Хорошо! Рэйна, увидимся позже.

— Да... До встречи.

Она улыбнулась мне, а я покинул гримёрку, скрывая в груди вихрь эмоций.

После обсуждения деталей гримёрки я направился в комнату для чтения сценария.

Результаты оказались разочаровывающими.

Хотя на подобных репетициях не требовалось полного погружения в образ, моя игра была невыразительной. Персонаж ещё не обрёл чёткого очертания в моём сознании, и я лишь неловко озвучивал реплики, лишённые искренности. Рэйна, напротив, казалась единственной, кто полностью понимал свою роль. Даже не выкладываясь на полную, она блистала, демонстрируя мастерство главной актрисы. Остальные актёры один за другим находили своих персонажей, а я оставался чужеродным элементом, сбившимся с ритма.

"О нет... Мне нужно подтянуться."

До официального начала съёмок оставалось десять дней.

За это время предстояло многое: глубже вжиться в роль, выучить реплики, проанализировать и осмыслить сюжет, изучить предыдущие работы других актёров, выработать собственный стиль исполнения.

Но самым мучительным было понять, как раскрыть свой актёрский потенциал.

Хотя мне досталась главная роль, я не обладал ни популярностью идола, ни магнетизмом актрисы вроде Рэйны. Даже будучи в центре истории, я не ощущал себя её истинным стержнем.

Режиссёр Морита выбрал меня, основываясь на моих предыдущих работах. Значит, мне следовало держаться своей прежней манеры игры?

Этот проект привлекал огромное внимание — ведь это был дебют Рэйны в романтическом жанре. Её гениальность была ключевым преимуществом фильма. Моя роль казалась ясной — использовать своё мастерство, чтобы позволить Рэйне засиять с наибольшей силой. Это было нашим молчаливым обещанием. И если создание великого произведения требовало от меня всего, что я мог дать, я был готов.

"Да... Именно так. Я должен следовать этому пути."

Это решение пришло через череду неудач.

С тех пор я погрузился в сценарий.

Каждую свободную минуту дома или в школе я посвящал изучению роли. Все мои усилия были направлены на то, чтобы в кратчайшие сроки достичь желаемого результата.

В дни, предшествующие съёмкам, Рэйна, как центр класса, была окружена одноклассниками. У неё почти не оставалось свободных мгновений, и у меня так и не появилось возможности поговорить с ней до самого начала съёмок.

И вот, этот день настал.

В одной из комнат огромной телевизионной студии я встретил своё утро.

— Сегодня начинается съёмка дорамы "Сезон первой любви"! Всем хорошей работы!

— Хорошей работы!

Вдохновлённые атмосферой, актёры и члены съёмочной группы подняли руки, оживляя обстановку.

Как только я ощутил начало, мои плечи невольно задрожали.

Помимо основного сценария, на съёмочной площадке существовал ещё один — режиссёрский. Он содержал дополнительные указания по постановке сцен. Я пролистал его, уточняя детали первой сцены, и готовился к первой репетиции.

Эта сцена была переломной: Акихиса случайно раскрывал тайну Акари. В школе она была живой, весёлой, популярной. Но после уроков он замечал её в пустом классе, задумчивую и одинокую.

— Начинаем репетицию, приготовьтесь!

Юки-сан, стоявшая рядом, похлопала меня по плечу.

— Удачи, Амано-кун.

— Спасибо, Юки-сан!

Я хлопнул себя по щекам, собирая дух, и шагнул на площадку.

Съёмочный процесс не начинался сразу.

Сначала проходила первая пробная репетиция — для оценки пространства и рабочих методов. Затем следовали репетиция с полной экипировкой и генеральный прогон. Этот цикл повторялся до момента настоящих съёмок.

Рэйна и я лишь прошли через движения. Группа дала сигнал "окей", что означало конец пробы.

Затем операторы, звукорежиссёры, осветители обсуждали детали, а мы отдыхали. Так проходил день, и, наконец, настал момент первого дубля.

— Сцена первая, дубль один, дорожка первая! Камера, мотор!

Со щелчком камеры начались официальные съёмки.

— О... вот ты где, Акай-кун.

Отведя взгляд от стола, Акари повернулась к Акихисе.

[[image:/storage/reader-images/41c8921ac8507b204f8e2613fd30fd7b76080ab7.jpg]]

Грустный, колеблющийся взгляд, смешение света и тени на лице, слегка неловкие движения тела.

Я невольно вздрогнул. В отличие от репетиции, это была подлинная игра. Рэйна полностью растворилась в роли, исчезнув как личность. Её жесты и мимика передавали уязвимость и страх подростковой души.

Да. Так, как я и задумывал. Моей задачей было позволить ей сиять...

— Хошимия? Что ты здесь делаешь?

— Хех, разве мне нельзя быть где угодно? Это девичий секрет.

Выбор расстояния, тайминг, общее настроение сцены...

Как и говорил режиссёр Морита, Рэйна погружалась в образ, порой теряя ритм. Но это было не недостатком, а свидетельством таланта. А я... я просто помогал ей, был тенью, поддержкой.

— Ну... я не хочу лезть... но у тебя такой вид, будто ты сейчас расплачешься.

После слов Акихисы Акари замерла.

Молчание.

Её тревожное выражение дрогнуло, несколько слёз скатились по щекам.

— Ты слишком проницателен, Акай-кун. Не говори так.

От печали и смущения до улыбки — эмоции, перемешиваясь, выливались в живую, правдивую игру. Моё сердце сжалось.

Но тут режиссёр Морита хлопнул в ладони:

— Стоп, стоп! Что-то не то.

Я ошибся? Ошеломлённый, я посмотрел на него.

— Давайте попробуем ещё раз. Макияж у Мидзусавы немного размылся, давайте поправим и начнём официальную съёмку.

Пока гримёр устранял следы слёз на лице Рэйны, я подошёл к Юки-сан. Она протянула мне бутылку воды. Я пытался понять, в чём ошибся.

Но сколько бы ни думал, не мог найти ответа.

И с каждым следующим дублем моя игра становилась лишь хуже. К третьему, четвёртому дублю атмосфера на съёмочной площадке начала сгущаться. Пятый дубль снова был провален.

— Амано, перерыв, — наконец сказал режиссёр Морита. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Д-да...

Я подошёл, подавленный.

— Как ты играл сейчас?

— Я пытался подчеркнуть игру Мидзусавы... но потом потерял направление.

Морита кивнул.

— Это было хорошо. Но ты играешь главную роль. Тебе нужно сиять не меньше.

— Но я... не такой, как она...

— Ты не должен быть ей. Найди свою главную роль.

Я не знал, что сказать. В воздухе повисло молчание.

"Я главный герой? Но как мне стать им?.."

Через мгновение Морита тяжело вздохнул.

— Похоже, ты не осознаешь этого сразу. Пусть это будет твоим домашним заданием.

— Что?

— Сегодняшний план меняется. Съёмки приостанавливаются. Мы перенесём их на два дня. За это время ты должен подготовить свой "ответ".

— Ч-что? Это действительно возможно?

— Не беспокойся. Конечно, за кулисами раздастся критика, но я справлюсь с этим.

Режиссёр Морита не выглядел человеком, который бросается словами.

Он действительно начал отдавать распоряжения съёмочной группе.

Так первый съёмочный день «Сезона первой любви» закончился, даже не успев начаться. Всё из-за меня.

— Спасибо за твою работу, Амано-кун.

— Юки-сан...

— Я отвезу тебя домой. Мне нужно кое-что уладить, это займет около пяти минут. Подожди где-нибудь.

— Хорошо, спасибо.

Мягкий тон Юки-сан только усиливал мое беспокойство. Я не знал, куда она ушла, и, не удержавшись, вышел из комнаты. В коридоре, в небольшом уголке отдыха, стояли автоматы с напитками, несколько столиков и стулья. Я направился туда, чтобы немного успокоиться. Внутри уже были люди, и среди них — Рэйна, погруженная в чтение сценария.

— Ах, Амано-кун. Спасибо за твою работу.

— Мидзусава-сан.

Увидев меня, Рэйна закрыла сценарий и с улыбкой встала.

— Ты пришел ко мне?

— А... нет, не совсем.

— Тогда, может, отдохнем вместе?

— Даже не знаю, как сказать... Сегодняшние съемки отменили.

Рэйна моргнула, слегка наклонив голову, будто услышала что-то невероятное.

— Отменили? Почему?

— Да. Режиссер только что указал мне на мои ошибки, и, чтобы их исправить, нужно время. Поэтому он решил завершить съемки на сегодня.

— Понятно...

— Прости, Мидзусава-сан. Из-за моих проблем тебе тоже пришлось терпеть неудобства.

В отличие от меня, у Рэйны график забит до отказа, и каждый день она проводит в суматохе. Я чувствовал себя ужасно, понимая, что из-за меня она потеряла столь драгоценное время. Увидев мое смятение, Рэйна подошла ближе и положила руку мне на плечо.

— Все в порядке, не переживай. В прошлом я доставляла куда больше хлопот, так что не бери в голову.

— В прошлом? У тебя были похожие неудачи на съемках?

— А... д-да! Именно так!

— Понятно. Спасибо за поддержку!

— Давай я куплю тебе что-нибудь выпить. Подожди здесь.

Рэйна направилась к автомату, достала кошелек, бросила несколько монет и решительно нажала кнопку. Раздался глухой звук — банка упала в отсек. Подхватив ее, Рэйна весело улыбнулась и подбежала ко мне.

— Вот, держи.

— Газировка?

Я с удивлением посмотрел на напиток, который она мне протянула.

Этот выбор был неожиданным. Может, Рэйна часто пьет такое?

Наверное, моя заминка показалась ей странной, потому что она спросила:

— Что-то не так?

— Нет, просто я давно не пил газировку. Прошло столько времени, что даже странно.

Рэйна, кажется, слегка опешила, ее лицо на мгновение застыло, а потом она опустила голову.

— Прости, я куплю другой напиток.

— Ах, я же не сказал, что он мне не нравится! Спасибо, Мидзусава-сан.

— Ну, тогда ладно...

Я посмотрел на Рэйну. Почему-то она выглядела немного расстроенной. Затем я открыл банку и сделал глоток. Прохладная сладковатая жидкость сразу наполнила мое тело освежающей легкостью. Хотя я давно не пил это, вкус оказался удивительно знакомым.

Этот вкус... такой знакомый.

Пока я пытался вспомнить, где и когда я пил это в последний раз, ко мне подошла Юки-сан.

— Амано-кун, вот ты где. Пора ехать.

— Хорошо. Мидзусава-сан, спасибо за напиток.

— Не за что. Не переживай об этом.

Мы попрощались, и я, сжимая в руке банку газировки, отправился с Юки-сан к парковке.

Когда мы почти дошли, меня вдруг осенило —

Вспомнил.

Восемь лет назад я просто обожал этот напиток.

"Рэйна... ты меня помнишь?"

В ту ночь меня тревожило нечто, не связанное с актерским мастерством. Рэйна без колебаний протянула мне газировку, которую я когда-то так любил. Если она вспомнила, что мне нравится этот напиток, значит, она помнит и меня.

Когда я начал задумываться, осознал, что было немало намеков. То, как она разговаривает со мной иначе, ее странные вопросы — видела ли она меня раньше, ее утешение, будто обращенное к тому, кем я был в прошлом... Все это должно было стать подсказками, что Рэйна меня помнит.

Но если это так, почему она предпочла скрыть правду, а не сказать мне прямо?

Хотя сам я тоже не заговорил об этом... Ведь у нас было одно давнее обещание.

Неужели у Рэйны есть свои причины молчать?

Или же она хочет скрыть что-то неприятное, что касается нашей дружбы в детстве?

Я обдумывал это, но так и не пришел к однозначному выводу. Как бы то ни было, тревога не давала мне покоя, мешая сосредоточиться на съемках. Через два дня мне предстояло сдать задание, о котором говорил режиссер, но я был в полном смятении.

"Может, стоит просто спросить ее прямо?"

В ту ночь я принял решение.

В общем чате актеров мы обменялись контактами, и номер Рэйны, конечно, был сохранен в моем телефоне. Хотя мы ни разу не переписывались, я, собравшись с духом, наконец-то отправил ей сообщение.

«Мне нужно поговорить с тобой. Можешь прийти завтра утром на крышу? Около 8:15.»

На следующее утро я прибыл на крышу, как и было запланировано.

Крыша отделения исполнительских искусств академии Суйсэй Гакуэн была простой и ничем не примечательной. Ее окружал забор высотой около метра, а по бокам стояли синие пластиковые скамейки, рассчитанные на двух-трех человек. Больше здесь не было ничего — открытое, но почти безлюдное место.

Рэйна уже была там.

Она сидела на одной из скамеек, тревожно глядя в телефон.

— Доброе утро, Мидзусава-сан. Прости, что позвал тебя так внезапно.

— Амано-кун! Эм... ничего страшного, но что случилось? — встревоженно спросила она, вскочив на ноги. Казалось, я ее напугал. Почему-то Рэйна выглядела крайне взволнованной, словно испуганный котенок.

Я хотел заговорить, но слова застряли в горле.

Я собирался сказать: «Давно не виделись».

Но Рэйна в школьной форме, с этим ослепительным ореолом знаменитости, сбила меня с толку. Она казалась настолько недосягаемой, что мне стало трудно просто назвать ее по имени.

"А ну, соберись, я же не ребенок!"

Глубоко вздохнув, я поднял голову к небу и произнес совсем не то, что планировал.

— Сегодня удивительно ясное небо.

— Эм...? Ну, да, и правда прекрасный день, — растерянно пробормотала Рэйна, глядя вверх.

Она, должно быть, гадала, к чему это я. Но у этой фразы была своя цель.

— Знаешь, восемь лет назад, в день нашего отъезда... погода тоже была такой же ясной, не правда ли?

Едва я это сказал, телефон выпал у нее из рук и с глухим стуком ударился о скамью.

Увидев ее реакцию, я набрался смелости.

Как бы далеко от меня она ни была теперь, я не мог просто так отступить.

Я сжал губы и, стараясь говорить ровно, произнес:

— Давно не виделись, Рэйна.

Рэйна моргнула несколько раз, ее губы задрожали, и спустя короткую паузу она тихо прошептала:

— К... Кайто?

— Прошло восемь лет, да? Мы ведь с тех пор так и не разговаривали.

— Неужели... ты меня помнишь?

Ее обычно изысканная, сдержанная манера речи исчезла, уступив место более непринужденному тону.

Я был ошеломлен.

Рэйна стала блистательной актрисой, превратилась в потрясающую девушку, но в этот момент она больше напоминала мне ту, что жила в моих воспоминаниях.

— Ты тоже... ты ведь помнила меня, да?

Несмотря на мое замешательство, я ответил ей.

Тогда Рэйна посмотрела на меня так, как никогда прежде.

И внезапно, ее лицо озарилось радостью, а в следующий миг она кинулась ко мне.

[[image:/storage/reader-images/f384806feb57cbf62169877bb94858803d3da192.jpg]]

— Кайто!

Я не успел даже удивиться, как она крепко обняла меня.

От неожиданности мое сердце пропустило удар.

Когда мы были детьми, такие объятия были для нас обычным делом, и я не придавал им значения. Но теперь все было иначе. Тепло ее тела, легкий сладковатый аромат, ощутимо изменившиеся формы — все это пробуждало во мне тревожное волнение.

Смущенно, я похлопал ее по плечу.

— Эм... Рэйна... Ты слишком близко.

— А-а! Прости! Я просто... слишком обрадовалась...

Она резко отстранилась, спрятав пылающее лицо в ладонях.

В этот момент в ней отчетливо проявилось что-то родное, что-то от той маленькой Рэйны, которую я знал когда-то.

"Да... Девушка передо мной — это действительно Рэйна."

С момента нашего расставания прошло восемь долгих лет. За это время Рэйна сильно изменилась. Она выросла, стала знаменитостью, а я... я чувствовал, что расстояние между нами стало непреодолимым.

Из-за наших давних обещаний, из-за моих постоянных неудач в актерском ремесле, из-за того, что я бессознательно сравнивал себя с ней, я, наверное, сам заставил себя поверить, что она меня забыла.

Но это было ошибкой.

Рэйна все та же.

Восемь лет — это долгий срок, достаточный, чтобы многое изменилось. Она стала потрясающей актрисой, но одно осталось неизменным: наши воспоминания.

Рэйна взглянула мне в глаза, неуверенно протянула дрожащую руку.

— Эм... рада снова тебя видеть, Кайто.

Я крепко сжал ее ладонь.

Рэйна счастливо улыбнулась и накрыла наши руки своей второй рукой.

Спустя восемь лет разлуки наша встреча — спустя две недели после первого случайного столкновения — наконец стала реальностью.

Мы держались за руки, наслаждаясь этим долгожданным моментом воссоединения. Но прежде чем успели по-настоящему поговорить, раздался звонок, возвещая о начале первого урока. Мы договорились встретиться во время обеда и поспешили разойтись по своим классам.

Утренние занятия пролетели, не оставив в памяти почти ничего. Когда закончился четвёртый урок, я, схватив ланч, направился на крышу. Усевшись на скамейку, я подождал немного, пока дверь не открылась, и передо мной не появилась Рэйна.

— Прости, что заставила ждать, Кайто-кун, — с тёплой улыбкой произнесла она, садясь рядом.

Лёгкий аромат цитрусов коснулся моего обоняния, заставляя сердце забиться быстрее.

— Всё ещё не могу поверить, что ты помнишь меня, Кайто-кун, — задумчиво произнесла Рэйна.

— А ты думала, что я забуду? — спросил я в ответ.

— Ты ведь ни разу не связался со мной за эти восемь лет... Я сказала, что ты можешь приезжать в гости в любое время, но ты так и не приехал... Даже если бы не мог остановиться у нас, ведь всегда можно было остановиться в гостинице.

— П-прости, — выдавил я, смущённый её укором.

Семья Рэйны управляла гостиницей с горячими источниками — «Рёкан Мидзусава». Поскольку её родители не могли покинуть свой бизнес, даже после того как Рэйна стала популярной актрисой, она не переехала в Токио до окончания средней школы. Первые пару лет после моего переезда я действительно подумывал поехать к ней, но чем дольше я медлил, тем известнее становилась Рэйна как юная звезда.

— Но знаешь, я тоже думал, что ты забыла обо мне. Теперь ты знаменитая актриса, а я... да кто я вообще такой? К тому же, когда мы встретились в классе, ты показалась мне довольно равнодушной...

— Н-нет! Это не так! — резко перебила она.

— Эм?

— Просто... ты ведь назвал меня «Мидзусава-сан» перед всеми, — она отвела взгляд, заметно смутившись. — Я испугалась, что ты правда не помнишь меня... И ещё... после восьми лет ты стал таким... взрослым. Я была поражена и... ну... просто сбежала.

Её слова и застенчивая поза вызывали странное чувство — я смотрел на неё и видел прежнюю Рэйну, ту самую девочку из детства. Я не сдержался и рассмеялся.

— Ха-ха, ну ты даёшь! А я-то всегда думал, что ты утончённая, грациозная и уверенная в себе гениальная актриса.

— Ох, ну... Это же просто игра, — пробормотала она.

— Что?.. Ты хочешь сказать, что твой образ в повседневной жизни — это тоже актёрская игра?

— Не совсем так... но, в каком-то смысле, да. Видишь ли, мне это посоветовал бывший менеджер. Когда я была девятилетней девочкой, мне сказали, что моя застенчивость может мешать работе, и предложили «играть» более уверенную версию себя. Я попробовала — и это сработало.

Я задумался. Значит, её знаменитая улыбка, лёгкость общения и харизма — всё это результат усердной актёрской работы?

— Значит, на публике ты просто играешь роль гениальной актрисы? — переспросил я.

— Да... Но на самом деле мне это даётся непросто. Вокруг меня почти нет людей, перед которыми я могу быть собой, — тихо призналась она.

— Понятно...

— Могу пересчитать их по пальцам. Мама, папа, мой менеджер Карин-сан... — Рэйна начала загибать пальцы, а затем, смущённо встретившись со мной взглядом, добавила последнее имя. — И... К-Кайто-кун.

Я замер. Среди всех её ровесников моё имя было единственным. В её словах звучало нечто большее, чем просто дружеское признание.

Глядя на её мягкую улыбку, я почувствовал, как сердце снова пропустило удар.

— Когда я говорю с тобой, Кайто-кун, я совсем не нервничаю. Наверное, потому, что в детстве было так же.

— П-правда?.. — пробормотал я, сам поражённый этим открытием.

— Ты всё ещё представляешь меня той утончённой и спокойной актрисой, какой меня рисуют СМИ? — она заглянула мне в глаза.

— Нет, совсем нет, — покачал я головой. — Напротив, теперь я снова вижу в тебе свою подругу детства, и это делает меня счастливым.

Рэйна улыбнулась ещё ярче и придвинулась ближе, так что между нами осталось всего несколько сантиметров.

— Давай говорить о чём-то ещё! Я так много хочу рассказать тебе, Кайто-кун. Столько всего накопилось за эти восемь лет!

— И я тоже хочу рассказать тебе многое, Рэйна.

До самого конца обеденного перерыва мы вспоминали прошлое, обсуждали её актёрскую карьеру, события в родном городе, гостиницу, наши детские забавы.

Восемь лет мы не могли даже мельком увидеть друг друга, за исключением редких моментов на экране. И теперь, когда нам, казалось, удалось сократить эту пропасть, я не мог сдержать радости.

Но...

"Нет... я не могу просто довольствоваться этим..."

Где-то внутри меня прозвучал голос.

Изначально я не собирался признаваться Рэйне в своих чувствах до тех пор, пока не выполню данное ей обещание. Только потому, что она меня помнит, оно не теряет своей силы. Восемь лет я стремился к этому.

Мы должны встретиться на большой сцене и создать шедевр вместе.

Но пока я ещё далеко не достиг её уровня. Если мне выпал шанс, я должен сделать всё возможное, чтобы приблизиться к ней.

Поэтому главное сейчас — сосредоточиться на задании, которое мне оставил режиссёр.

С этой мыслью я взял себя в руки и вновь сосредоточился на своей цели.

И вот, той ночью, я оказался в своей комнате, один на один со сценарием, переполненным текстом.

— Хм… Как же сыграть главного героя?.. — пробормотал я, вглядываясь в строки.

Это была моя первая главная роль, и я не знал, что именно в ней самое важное. Конечно, я понимал, что она отличается от второстепенных персонажей, которых я играл раньше, но не мог найти ключ к её воплощению. Я пересматривал свои любимые сериалы и фильмы, пробовал разные стили игры, но всё казалось не тем. Разочарованный, я скрестил руки и откинулся на спинку стула.

— Если бы был кто-то, с кем я мог бы это обсудить… Но я не знаю никого, кто так же старается в главных ролях… Хм?

Внезапно в голове всплыло имя человека, который, возможно, мог бы мне помочь.

На часах было около десяти вечера. Я колебался, стоит ли писать кому-то в столь поздний час. Но если этот человек занят, я мог бы поговорить с ним позже. С этими мыслями я всё же решился и отправил сообщение:

«Прости, ты сейчас свободна?»

Ответ пришёл через несколько секунд. Я тут же схватил телефон, затем быстро положил его обратно, прежде чем отправить следующее сообщение:

«Я не могу разобраться с тем, о чём мы говорили в прошлый раз. Если можно, я бы хотел обсудить с тобой актёрское мастерство… Прости за наглость.»

«Не волнуйся. Мы же партнёры по сцене, да и к тому же хорошие друзья. Мы можем говорить обо всём.»

«Правда? Спасибо, Рэйна!»

«Хочешь написать или позвонить? По телефону будет удобнее.»

Увидев её предложение, я замер. Я почти никогда не разговаривал с девушками по телефону, тем более с кем-то вроде Рэйны. Но в конце концов, голосовой разговор действительно был быстрее, чем переписка. Решив, что это разумно, я ответил:

«Хорошо. Одну минуту.»

Прошла минута, и телефон зазвонил.

Когда я ответил, меня ошеломил видеозвонок.

На экране появилась Рэйна с полотенцем на плечах. От неё исходило мягкое тепло, словно она только что вышла из душа. Рядом лежал фен, подтверждая мои догадки.

— Прости, я только что закончила сушить волосы, — сказала она с привычной улыбкой.

— Н-ничего страшного.

— Ты меня видишь? Всё в порядке?

— А? О… да…

Рэйна говорила как обычно, но я не мог сосредоточиться на разговоре. Видя её в пижаме, в таком домашнем, уютном виде, я ощутил, как сердце бешено заколотилось. Это было что-то слишком личное, словно я невольно увидел нечто запретное.

Заметив мою реакцию, Рэйна удивлённо моргнула.

— Что-то не так?

— Н-нет, просто… — я почесал затылок. — Просто раньше я никогда не видел тебя такой, даже в прессе. Ты выглядишь… неожиданно мило. Я, хм… на мгновение задумался.

Мои слова заставили Рэйну покраснеть. Она открывала и закрывала рот, будто пытаясь что-то сказать, но её взгляд метался в сторону. Сравнивая это с её уверенной манерой несколько минут назад, я едва сдержал улыбку.

— Т-ты… — запинаясь, пробормотала она. — Кайто-кун, ты сказал что-то странное! Это нечестно!

Она топнула ногой, выражая протест, но от этого её лицо стало ещё краснее.

Видимо, смутившись собственным поведением, она поспешно прочистила горло и перевела разговор в деловое русло.

— Ладно, вернёмся к теме.

— Да, конечно…

— Ты говорил, что режиссёр Морита советовал тебе изменить стиль игры?

— Да. Я просто не могу понять, как правильно играть главного героя… Смотрел драмы, фильмы, пробовал разные подходы, но...

— Понимаю.

— Рэйна, ты обладаешь огромным опытом в главных ролях. Мне трудно играть, но, возможно, если я узнаю, как ты подходишь к этому, это мне поможет.

Рэйна внимательно слушала меня, и её взгляд стал необычайно серьёзным. Затем она слегка склонила голову, словно не до конца веря в мои слова.

— Кайто-кун, но ведь ты уже хорошо играешь, разве нет?

Я невольно расширил глаза.

— Я? Хорошо играю?

— Да. Раньше, когда я просто смотрела записи твоих выступлений, я не особо задумывалась… Но когда мы сыграли вместе, я поняла, что с тобой очень легко работать.

Она улыбнулась и продолжила:

— Я пересмотрела твои прошлые выступления и поняла, что ты всегда стараешься сделать других актёров заметнее, улучшая качество всей постановки. Ты об этом думал, верно?

— Ну… да, в какой-то степени.

То же самое говорил и режиссёр Морита. Но Рэйна уловила это всего за один день совместной игры. Я был поражён.

— В отличие от тебя, я играю очень эмоционально, полностью погружаясь в роль. А ты всегда оцениваешь картину в целом. Мы разные, но это не значит, что ты хуже.

— Спасибо...

— Думаю, тебе просто нужно изменить настрой. Ведь режиссёр прав: в твоей игре действительно не хватает уверенности.

— Настрой… — повторил я, задумавшись.

— Например, когда я играю главную роль, я думаю только об одном: «Мне нужно быть заметнее всех».

— Заметнее всех?.. — Я внезапно почувствовал, будто меня осенило.

Да. Как главный герой, я должен быть в центре внимания.

Раньше, после сотни неудачных прослушиваний и постоянных ролей второго плана, я потерял уверенность. Я боялся выделяться. Но сейчас я — главный герой. И это факт, который нельзя игнорировать.

— Судя по твоему лицу, ты что-то понял.

— Да. Но пока не до конца.

— Тогда попробуй вспомнить, как ты чувствовал себя, когда впервые был в главной роли.

— Но я ведь никогда не играл главного героя...

— Играл. Помнишь постановку «Белоснежки»?

Я замер. Это было так давно…

— О… конечно. Но ведь тогда я ничего не знал об актёрстве.

— Это не важно. Вспомни свои ощущения. Это может помочь.

— Хорошо. Я попробую. Спасибо, Рэйна.

— Удачи, Кайто-кун. Я с нетерпением жду твоего выступления.

На этом наш разговор завершился.

В следующие два дня я полностью погрузился в изнуряющие репетиции.

Прислушавшись к совету Рэйны, я обратился к воспоминаниям о спектакле восьмилетней давности. В те времена я был озорным мальчишкой, мечтающим выделиться, и потому выбрал роль принца — хотел сиять на сцене. И когда я вновь ощутил те эмоции, эффект превзошёл все мои ожидания.

Я отбросил накопленные за годы актёрские техники и приёмы, вернувшись к истокам, к первоначальному стремлению блистать. Постепенно я начал осознавать, что значит быть главным героем.

Но этого было недостаточно. Ведь то, что ценили режиссёр Морита и Рэйна, заключалось не только в харизме, но и в осознанности, в умении видеть картину целиком и продумывать каждый нюанс. Если я утратил бы этот аспект, все усилия оказались бы напрасными. Поэтому главной задачей стало найти баланс: сочетать эмоциональную выразительность с накопленным опытом. Я боролся с этой задачей до самого конца.

В итоге за эти двое суток я почти не спал.

Но, пожертвовав сном, я пришёл на съёмочную площадку на третий день с полной уверенностью в себе.

Как только я вошёл, меня встретил режиссёр Морита.

— Доброе утро, Амано. Как ты себя чувствуешь?

— О, режиссёр! Я полностью готов, никаких проблем.

— Это хорошо. Тогда сегодня закончим съёмку.

— Да!

Постепенно начали собираться съёмочная группа и актёры, готовясь к началу работы.

Так как сцена была той же, что и в прошлый раз, мы провели короткую репетицию перед финальным дублем.

— Хм… вот ты где, Акай-кун.

Рэйна сыграла свою реплику так же безупречно, как и прежде. Нет, даже точнее. За каких-то два дня её мастерство возросло до такого уровня, что от одного лишь произнесённого ею предложения по коже пробежали мурашки. Атмосфера сцены сразу наполнилась напряжением.

Но в этот раз я не мог позволить себе проиграть.

Ритм, дистанция, перспективность кадра — я следил за всем, как и прежде. Но теперь я привнёс в свою игру нечто большее — осознание своей роли как главного героя.

— Хошимия? Что ты здесь делаешь?

— Хе-хе, а мне можно быть где угодно? Это же девичий секрет, знаешь ли.

Я выверил каждое движение, каждый жест, каждый оттенок голоса, доведя исполнение до предела. И Рэйна, уловив перемены, тоже стала подстраиваться, усиливая игру. В этот миг я вспомнил тот самый спектакль восьмилетней давности — первое желание выделиться, засиять. Всё, что я узнал за эти годы, теперь воплотилось в этой сцене. Я работал на пределе возможностей, сливая воедино опыт, интуицию и вдохновение.

— Ну… я не хочу лезть в чужие дела… но ты выглядишь так, будто сейчас заплачешь.

— Ты очень проницателен, Акай-кун. Так говорить нечестно.

Слёзы одна за другой покатились по щекам Акари, постепенно превращаясь в неудержимый поток. Акихиса достал платок и осторожно вытер её слёзы, затем бережно приподнял её подбородок.

Сосредоточенный, с невозмутимым выражением лица, он произнёс последнюю реплику.

Она звучала потрясающе. Настолько эффектно, что в то же время полностью освещала Акари, подчёркивая её эмоции.

— Нельзя просто так оставить плачущую девушку. Так что случилось?

— Стоп! Снято! Великолепно!

После мгновенной тишины, окутывающей съёмочный павильон, раздались аплодисменты режиссёра Мориты.

— Вот оно! Это именно та игра, которую я хотел увидеть. Невероятно, что ты смог так измениться за столь короткий срок.

Слушая эти слова, я почувствовал, как напряжение внутри меня растворяется. Два дня напряжённой работы не прошли даром.

Я огляделся. Члены съёмочной группы смотрели на меня с восхищённым изумлением. А Рэйна, слегка улыбнувшись, подняла большой палец вверх, подтверждая, что я справился.

Оставшаяся часть съёмочного дня прошла гладко.

Хотя случались мелкие ошибки, в целом всё шло хорошо. К полудню мы закончили съёмки сцен, запланированных на утро, и, хоть время было ещё ранним, решили устроить перерыв.

Так как гримёрки Рэйны и моей разделяла лишь тонкая перегородка, она тут же заглянула ко мне, полная эмоций.

— Ты потрясающий, Кайто-кун!

— Спасибо. Твой совет мне очень помог, Рэйна.

— Да ну, это пустяки! Я ведь ничего особенного не сказала.

Рэйна смущённо потерла нос, а затем, немного понизив голос, добавила:

— Но знаешь, Кайто-кун, ты действительно удивителен. Так сильно изменить свою игру всего за два дня... Может, ты даже больший гений, чем я.

— Ха, возможно...

— Что-то не так?

— Нет, просто... жутко устал. Два дня подряд тренировался ночами, почти не спал.

Наверное, сказалась усталость после съёмок — веки наливались тяжестью, и я с трудом удерживал их открытыми. Увидев это, Рэйна заметно встревожилась.

— П-прости, Кайто-кун... Я, наверное, мешаю тебе?

— Всё в порядке. Обычно я немного сплю после обеда, так что во время еды мне даже приятно поговорить.

— Понятно...

— Не волнуйся, сонливость уже прошла. Давай поедим вместе.

Я развернул приготовленный для нас ланч, а Рэйна, сложив руки перед собой, внимательно наблюдала за мной.

— Кайто-кун... ты всю ночь тренировался.

— Хм? Ну да. Сначала я просто хотел сделать свою игру достойной, но потом решил, что могу выжать из неё ещё больше. И в итоге... мне было не до сна.

— Ясно. Здорово, что у тебя столько мотивации, но не переусердствуй, ладно?

— Ха-ха...

Забота Рэйны заставила меня почесать затылок. Она же, слегка пожав плечами, задумчиво продолжила:

— Впрочем, я тебя понимаю. Ведь это твоя первая главная роль... А она сильно влияет на твоё будущее в профессии. Я тоже ужасно нервничала перед своим первым крупным проектом.

— Правда?

— Вот почему ты так выкладываешься, да?

Рэйна вопросительно склонила голову, глядя на меня.

Действительно, этот фильм — первый значимый этап в моей карьере. Юки-сан не раз объяснял, насколько важна первая ведущая роль.

— В твоих словах есть смысл, но, если честно, для меня всё дело вовсе не в этом.

— Тогда почему ты так стараешься, жертвуя даже сном?

— Потому что... — я замялся. — Это сложно выразить словами.

— Что бы ты ни сказал, я не буду смеяться.

— Тогда... скажу.

Я глубоко вздохнул и, наконец, признался:

— Рэйна, помнишь? В тот день, когда мы расстались восемь лет назад, мы дали друг другу обещание. Мы договорились, что станем лучшими актёрами и однажды встретимся вновь на большой сцене.

Я никогда прежде не упоминал об этом обещании, и, если бы Рэйна его забыла, мне было бы немного неловко. Но, несмотря ни на что, я хотел, чтобы она знала.

— Всё это время я сомневался в своём актёрском таланте. Проходил сотни кастингов, слышал столько отказов... Но, глядя на тебя, блиставшую на сцене с самого детства, я верил: если буду усердно работать, однажды смогу стать достойным тебя. И в тот день мы, наконец, сдержим своё обещание и создадим нечто великое. Именно поэтому я так старался все эти годы.

Рэйна внимательно посмотрела на меня. Затем её руки легли на грудь, словно сдерживая нахлынувшие чувства.

— Кайто-кун... Ты так хорошо помнишь наше обещание...

После короткой паузы она медленно продолжила:

— Я всё это время тоже ждала. Пересматривала каждую твою роль, искренне веря, что однажды мы снова сможем работать вместе, как тогда. И теперь, когда это наконец произошло... я так счастлива.

— Рэйна...

— Эй, Кайто-кун, давай дадим друг другу ещё одно обещание?

— Какое?

Я машинально спросил, а Рэйна, улыбнувшись, ответила:

— Давай сделаем всё, чтобы «Сезон первой любви» стал лучшим фильмом для всех.

— Отличная идея! По рукам!

— Тогда... давай, как раньше, скрепим обещание мизинчиками?

— Ага, давай!

Я протянул мизинец, и Рэйна переплела его со своим. В груди разлилось тепло. Воспоминания, будто ожив, вспыхнули в памяти — и восемь лет назад, и сейчас. Одно обещание уступило место другому.

Разомкнув пальцы, Рэйна снова заговорила:

— Раз уж мы пообещали, я отдам всего себя этому проекту. Так что, Кайто-кун, не стесняйся — всегда говори мне, если что-то нужно.

— Всё что угодно? Тогда у меня есть одна просьба.

— Э-э? Только не что-то странное!

— Да что ты вообще себе воображаешь?! — я возмущённо вскинул руки, а затем, собравшись с духом, озвучил свою просьбу:

— Рэйна, если честно, я всегда восхищался тобой как актрисой. И особенно сейчас, работая с тобой, я понял, насколько ты талантлива. На днях ты дала мне очень важный совет... Поэтому, если тебе не трудно, можешь заниматься со мной? Хотя бы во время обеденных перерывов.

— Конечно! Я уверена, что нам будет легко репетировать вместе.

— Спасибо, Рэйна.

— Тогда давай делать это каждый день, начиная с завтрашнего.

— К-каждый день?..

Я замер, не веря своим ушам.

— Я очень благодарен, но... точно ли тебе удобно? Ты ведь могла бы проводить обеды с друзьями...

— Это не важно. На первом месте — актёрское мастерство... — Рэйна немного надулась, но потом тихо добавила: — Да и только с тобой мне по-настоящему легко общаться.

Смотря на слегка смущённую Рэйну, я не смог сдержать улыбки. Так и началась наша совместная практика во время обеденных перерывов.

Как только прозвенел звонок, возвещая конец четвёртого урока в понедельник, вокруг парты Рэйны тут же собралась толпа одноклассников.

— Мидзусава-сан, пойдёшь обедать с нами?

— Нет-нет, сегодня пообедай с нами!

Подобные сцены стали для неё привычными.

Когда Рэйна только пришла в школу, её яркая, почти неприступная аура держала людей на расстоянии. Но стоило окружающим узнать её внимательную и добрую сторону, как приглашения на обед посыпались одно за другим. Не принадлежа ни к одной определённой компании, Рэйна каждый день обедала с разными одноклассниками.

Вот и сейчас ученики наперебой пытались заполучить её внимание.

Если бы всё шло, как обычно, Рэйна наверняка взяла бы свой бэнто и присоединилась к небольшой группе. Но сегодня она, слегка поклонившись, с лёгкой улыбкой произнесла:

— Простите, но с сегодняшнего дня я буду репетировать драму с Амано-куном во время обеда.

— Эээ, что?! Уже с сегодняшнего дня?!

— И всё время?

— Только вдвоём?

— Да. В классе слишком шумно, чтобы сосредоточиться, так что мы решили заниматься там, где никто не будет мешать. Простите, что не смогу обедать с вами... Это продлится до самого конца съёмок.

По классу пронеслась волна разочарованных вздохов и приглушённых стонов.

Не обращая внимания на окружающих, Рэйна быстро подбежала ко мне и схватила за руку. В этот момент я буквально ощутил, как десятки завистливых взглядов пронзили меня насквозь.

— Ты что, решил монополизировать Мидзусаву-сан?!

— Вот везёт тебе, Амано-кун...

— Эй, это не злоупотребление положением? Ты точно ничего непристойного не замышляешь в «тайной комнате»?!

Под градом пристальных, полных любопытства взглядов мы покинули класс.

Мы вышли на пустую крышу, и я, наконец, с облегчением вздохнул.

"Фух… Рэйна действительно популярна."

Эта мысль вновь пронзила меня.

Достаточно было представить, как мы возвращаемся в класс, чтобы живот сжало от беспокойства.

— После этого нас, наверное, долго будут обсуждать…

— Прости, Кайто-кун.

— Да нет, ничего страшного. Даже приятно оказаться в центре внимания.

В конце концов, мне выпала редкая возможность не только обедать наедине с невероятной красавицей, но и репетировать вместе с талантливой актрисой. Ради этого можно было вытерпеть пару недовольных взглядов и шутливых замечаний.

— Что будем делать? Сначала поедим или начнём репетировать?

— Хм… Думаю, лучше для начала пройтись по сценам, которые мы снимаем сегодня.

— Отличная идея. Давай так и сделаем.

Мы сели на скамейку, отложили обеды в сторону, раскрыли сценарии и сразу же приступили к репетиции.

Рэйна читала реплики ровным, почти будничным голосом, не погружаясь в образ так, как это было бы на съёмочной площадке. Однако её интонация и ритм оставались безупречными. Такой подход позволял быстро уловить основные акценты сцены, что было гораздо эффективнее, чем зубрить текст в одиночку.

Когда мы закончили первый прогон, Рэйна неожиданно спросила:

— Кайто-кун, как ты интерпретируешь эту сцену?

— Эм?.. Дай-ка подумать.

Я снова открыл сценарий, пробежался по строкам, затем изложил ей своё видение эпизода. Рэйна внимательно выслушала, кивнула и начала что-то записывать карандашом в пустых полях сценария.

— Как и ожидалось от Кайто-куна, ты всё очень глубоко анализируешь. Это стоит взять на заметку.

— Кстати, Рэйна, у тебя в сценарии почти нет пометок, верно?

— Разве я не говорила, что больше полагаюсь на «чувства»? Просто перечитывая сценарий раз за разом, я постепенно формирую образ персонажа в голове. Мне не нужно фиксировать каждую деталь, поэтому я почти ничего не записываю.

— Впечатляет.

— Но… работая с тобой, Кайто-кун, я задумалась о небольшом изменении.

Она бросила взгляд на страницы сценария, затем повернулась ко мне.

— Если бы у меня были такие актёрские навыки, как у тебя, открылось бы больше возможностей. Сейчас моя игра строится либо на моём внутреннем ощущении, либо на том, что диктует сам персонаж. Из-за этого я не всегда замечаю общую картину и окружающую обстановку.

— Но разве это не просто разница в стилях? Я, например, считаю, что ты играешь потрясающе, Рэйна.

— Я тоже раньше так думала… Но когда увидела, как ты за два дня полностью перестроил своё исполнение, мне захотелось попробовать что-то новое.

— Ты действительно трудолюбива, постоянно стремишься стать лучше.

— Разумеется. Я хочу быть не просто популярной, но и самой талантливой актрисой Японии.

Рэйна произнесла это так буднично, будто заявляла, что собирается купить хлеба по дороге домой.

— Лучшей актрисой Японии?..

— Да. Среди актёров, с которыми мне доводилось работать, есть множество тех, кто превосходит меня. Я хочу не только укрепить свою популярность, но и достичь вершин мастерства. Это моя цель.

— Впечатляет… Такой амбициозный замысел.

— Ну а раз уж ты сам говорил, что хочешь учиться у меня, Кайто-кун… готовься, теперь я тоже буду заваливать тебя вопросами!

Как только Рэйна это сказала, она тут же начала расспрашивать меня обо всём, что касалось актёрского мастерства. В процессе я невольно выдал ей немало своих секретов. Мы оба загорелись обсуждением и, если бы не необходимость контролировать время, могли бы проспорить весь обеденный перерыв.

За пятнадцать минут до звонка я прервал беседу, предложив наконец поесть. Рэйна купила в магазине салат и булочку, а я достал свой домашний бэнто.

— Кстати, Кайто-кун, ты слышал про расписание на неделю после следующей?

Рэйна негромко спросила, откусывая кусочек булочки.

— Да, Юки-сан упомянула об этом вчера. Жду с нетерпением.

— Я тоже!

Она радостно улыбнулась.

Через две недели нас ждала выездная съёмка на два дня и одну ночь. Вылет из Токио был запланирован на утро субботы, а возвращение — на последнем рейсе в воскресенье.

В первый день нам предстояло участие в съёмках развлекательного шоу, а во второй день — работа над уличными сценами.

Быть актёром — это не только сниматься в фильмах и дорамах, но и участвовать в различных промоактивностях. Одной из таких был выход в телевизионных передачах. Появление в развлекательных шоу перед началом трансляции сериала помогало привлечь внимание зрителей.

На этот раз мы с Рэйной должны были сняться в специальном выпуске программы с уличными интервью, где, помимо рассказа о «Сезоне первой любви», нам предстояло посетить её родной город.

— Кайто-кун, ты ведь не был там уже восемь лет?

— Да… Никогда бы не подумал, что вернусь. Город сильно изменился.

— Определённо. Недавно там открыли новый торговый центр, появились другие магазины… Но в целом атмосфера осталась прежней.

— Даже если это всего лишь работа, я всё равно рад, что смогу пройтись по этим улицам с тобой.

До приезда в Токио Рэйна тщательно скрывала тот факт, что её семья владеет гостиницей, чтобы избежать чрезмерного внимания фанатов. Однако недавно она всё же раскрыла эту деталь в одном из шоу, и её родной город мгновенно стал популярной темой в сети.

Этот выпуск передачи был организован по просьбам зрителей. Для меня же он стал неожиданным подарком. Всё-таки прошло восемь лет с тех пор, как я в последний раз видел Рэйну, и, если представится шанс, я хотел бы вновь посетить места, связанные с нашими общими воспоминаниями.

Однако пригласить её на прогулку наедине было бы непросто. Если не сделать этого во время этой поездки, возможно, такого шанса больше не представится.

— Кстати, Кайто-кун, ты уже решил, где будешь останавливаться?

— Пока нет. Надо уточнить у Юки-сан.

Я быстро написал ей сообщение и почти сразу получил ответ.

— Пока ещё не выбрала, — сказал я Рэйне.

Она слегка закусила губу, словно колеблясь, а потом неуверенно предложила:

— Тогда… может, остановишься у нас?

— В гостинице «Мидзусава»?

— Да. Ты ведь бывал в моей комнате, но никогда не останавливался там в качестве гостя.

— Конечно, с радостью! Но, насколько я слышал, после твоего появления на телевидении мест в гостинице почти нет. Это не создаст проблем?

— Я сама поговорю с мамой. Всё будет в порядке. Оставь это мне.

— Спасибо. Тогда я сообщу Юки-сан.

Моё сердце вдруг забилось быстрее.

Впервые за восемь лет я возвращаюсь в родные места… причём под руководством Рэйны.

А ещё — впервые останусь в гостинице её семьи.

Даже если это всего лишь работа, мне уже не терпится приблизить тот самый выходной день.

Две недели пролетели незаметно.

И вот, наконец, настал тот самый день. С небольшим чемоданом я сел на утренний поезд, предвкушая встречу с Юки-сан в аэропорту.

План был прост: оттуда мы вместе отправимся в мой родной город, а затем возьмём напрокат машину, чтобы добраться до места встречи.

Но едва я ступил на территорию аэропорта, как зазвонил телефон. На экране высветилось имя Юки-сан.

— Прости, Амано-кун... — голос её был уставшим. — Сегодня с утра у меня жар, температура 38.5°C. Боюсь, я не смогу поехать с тобой.

— Что? Ты в порядке?

— Я постаралась бы собраться, если бы могла, но в таком состоянии... Прости меня.

— Не волнуйся об этом, — я искренне переживал за неё. — С твоей загруженностью это неудивительно...

До того, как стать ведущей актрисой, Юки-сан была менеджером нескольких артистов, в том числе и меня. Но после повышения её рабочая нагрузка выросла в разы, и управлять делами других стало почти невозможно. Теперь, даже заболев, она, казалось, чувствовала вину.

— Я поручила всё Карин на сегодня и завтра. Вы ведь не встречались раньше?

— Лишь мельком на съёмочной площадке.

— Тогда она и Мидзусава должны быть на месте раньше тебя. Встреться с ними там, а детали обсудим позже.

— Хорошо. Юки-сан, отдохни как следует.

— Спасибо... Амано-кун, удачи тебе.

После звонка я поспешил завершить регистрацию. Благо, билеты были электронными, и всё прошло без проблем. Ждать отправления пришлось недолго. Устроившись в зале ожидания, я решил почитать сценарий, и прежде чем успел заметить, мы уже поднимались в воздух.

Час и тридцать минут спустя я оказался в родном городе. Следуя инструкциям Юки-сан, я направился к пункту аренды автомобилей.

Машину было не так легко отыскать: задние стёкла были тонированы, и я не мог разглядеть пассажиров. Однако номерной знак совпадал, а за рулём сидела Карин. Я открыл дверь и сел внутрь.

— Доброе утро!

— Доброе утро, Амано-кун, — отозвалась Карин, бросив на меня оценивающий взгляд. — Прости за неудобства, которые устроила моя сестра.

— Какие неудобства? Если что, это я вам доставил хлопот. Прости, Карин-сан... э-э, то есть Шираиши-сан.

— Просто Карин. Раз уж и я, и моя сестра носим одну фамилию, будет странно, если ты станешь звать меня так официально.

— Хорошо, Карин.

В отличие от энергичной и общительной Юки-сан, Карин казалась спокойной и собранной. Её строгий взгляд, утончённая фигура и аккуратно сидящие на носу очки придавали ей вид уверенной и целеустремлённой женщины.

Позади раздался знакомый голос.

— Доброе утро, Амано-кун.

Я повернулся. В заднем сиденье сидела Рэйна. Её губы тронула лёгкая улыбка, а глаза светились радостью.

— Доброе утро, Рэйна. Надеюсь, я вам не мешаю?

— Совсем нет. Напротив, мне только радостнее от того, что ты здесь.

Её искренность заставила меня улыбнуться в ответ.

Машина тронулась, и поездка оказалась недолгой — менее десяти минут. Всё это время мы болтали и смеялись. На одном из светофоров Карин вдруг повернулась к нам с лёгкой усмешкой.

— Вы двое, похоже, хорошо ладите.

— Ну да, конечно! — подхватила Рэйна.

— Знаешь, Амано-сан, я никогда не видела Мидзусаву-сан такой оживлённой рядом с ровесниками. Обычно она замкнута, не любит быть в центре внимания... В общем, совершенно не такая, какой её представляют в СМИ.

Карин взглянула с лёгкой улыбкой.

— Хотя, если подумать, она и правда сильно переживала перед вашей встречей. Помнишь тот вечер перед церемонией открытия, Рэйна? Как ты радовалась, что увидишься с Амано-куном, хотела устроить ужин... А потом вернулась с кислой миной и не проронила ни слова?

— Н-не говори этого! — Рэйна покраснела и зажала уши ладонями.

Карин только хихикнула и продолжила:

— Она постоянно думала, не забыл ли ты её, волновалась, что не сможет говорить нормально в твоём присутствии...

— КАРИН!

Я не сдержал смеха, представляя её растерянность. Рэйна тут же надула щёки и начала колоть меня пальцем в бок.

— Кайто-кун, ты слишком смеёшься!

— Прости, прости!

Рэйна отвернулась, но её уши всё ещё горели.

Как только Карин припарковала машину, мы вышли на улицу. Я задержал дыхание, оглядываясь по сторонам.

— Вот это да... — выдохнул я. — Как же здесь всё знакомо.

Передо мной раскинулся город моего детства. Каждое здание, каждый поворот улицы — всё это хранило воспоминания, затерянные в глубинах памяти. Сердце сжалось от нахлынувшей ностальгии.

Вскоре мы встретились с командой программы на месте съёмок. После короткого обсуждения деталей нас представили постоянным гостям передачи.

— Давно не виделись, — с лёгким поклоном произнесла Рэйна Мидзусава. — Будем рады сотрудничеству.

— Приятно познакомиться, — поддержал я. — Я — Амано. Будем работать вместе.

— Ох-ох! — раздался бодрый голос. — Как приятно видеть вас обоих! Мидзусава-сан, когда же мы встречались в последний раз?

— Думаю, около года назад. Тогда я была приглашённой гостьей на передаче Сугино-сан.

— Ах да, точно! Тот выпуск зрители приняли очень тепло. Надо повторить!

— Конечно! Я передам это моему менеджеру!

Рэйна в одно мгновение преобразилась, превращаясь в звезду, чьё присутствие наполняло пространство особой атмосферой. Она без тени робости вела беседу с маститым ведущим, человеком, чьё лицо не сходило с экранов вот уже двадцать лет. Сугино-сан, наконец, перевёл взгляд на меня и с любопытством поинтересовался:

— Амано-кун, в этот раз вы играете главную роль в дораме вместе с Мидзусава-сан. Сегодня она проведёт для нас небольшую экскурсию. Вам, наверное, особенно интересно?

— Эм... да. Дело в том, что я жил здесь, когда был ребёнком. До шести лет.

— Правда? А этого-то мне никто не рассказывал! Значит, вы двое были знакомы раньше?

— Да. Мы не виделись восемь лет, а теперь встретились снова — и сразу на съёмочной площадке.

— Вот это история! — восхитился Сугино-сан. — Воссоединение спустя годы и сразу в главных ролях! Почти как в кино!

Он захлопал в ладоши и тут же загорелся идеей:

— Давайте использовать эту историю в передаче! Начнём с экскурсии по родному городу Мидзусава-сан, а потом расскажем зрителям о вашем прошлом.

— Э-э? Но... — я запнулся. — Не знаю, стоит ли об этом говорить.

Я задумался. До сих пор Рэйна не упоминала о нашем прошлом ни в интервью, ни в соцсетях. Может, она не хотела афишировать наши отношения?

Сугино-сан же, не зная подоплёки, лишь усмехнулся:

— Ну что ты, зрителям нравится такое! Для продвижения проекта такие истории — просто находка.

— П-понятно...

— В крайнем случае, если не понравится, мы просто вырежем этот момент. Не волнуйся, всё будет хорошо. А теперь пойдёмте внутрь.

С этими словами он ушёл. Остались только мы с Рэйной. Я осторожно посмотрел на неё.

— Ты правда согласна с этим? — тихо спросил я.

— С чем именно?

— Ну... с тем, чтобы рассказать всем, что мы были друзьями в детстве.

— Почему бы и нет? — она прищурилась. — Ты думаешь, я намеренно скрывала это?

— Разве нет?.. Ты ведь никогда не упоминала обо мне в интервью.

— Я не скрывала! Просто... было бы неловко, если бы ты услышал это не от меня, а из уст кого-то другого.

Я моргнул от неожиданности.

— Неловко?

— Да! Именно!

Она отвернулась, не скрывая смущения. Через мгновение тихо добавила:

— Кстати, я уже уточнила у Карин. Если агентство не возражает, проблем не будет. И, как сказал Сугино-сан, это хороший повод привлечь внимание к проекту.

Я кивнул, не зная, что сказать.

— И потом... — её голос стал чуть тише. — Если это приведёт к тому, что тебя будут чаще приглашать на съёмки вместе со мной... это будет только лучше.

Она смотрела куда-то в небо, а на лице застыло выражение лёгкой мечтательности.

В этот момент я понял, что моё сердце невольно забилось быстрее.

— Начинаем! Три, два, один...

— Итак, это произошло! "Случайное путешествие с Сугино" выходит в эфир, и сегодня у нас специальный двухчасовой выпуск! Представьте себе: первым делом мы отправляемся в родной город одной из самых популярных актрис нашего времени! Давайте же поприветствуем наших гостей!

После всех подготовок и наложения грима съёмки начались. Голос Сугино-сан, энергичный и захватывающий, заполнил пространство. Он с лёгкостью произносил строки, будто они рождались в его голове в тот же миг.

— Встречайте! Звезда сегодняшнего дня, потрясающая актриса Рэйна Мидзусава! А также её партнёр по предстоящему сериалу "Сезон первой любви" — Кайто Амано! Давайте поприветствуем их!

— Я Рэйна Мидзусава. Прошу любить и жаловать!

— А я Кайто Амано. Рад знакомству!

Съёмки проходили всего за неделю до выхода первой серии, и все реплики были тщательно согласованы. Энергия Сугино-сана, его страсть к делу, гармонично сочетались с элегантностью и сдержанной уверенностью Рэйны, создавая неповторимую атмосферу.

Тем временем толпа зрителей, собравшихся посмотреть на происходящее, неуклонно росла. Люди разного возраста останавливали шаг, зачарованные образом Рэйны, и в этот момент я вновь осознал, насколько велика её популярность.

После вступительной части мы отправились на прогулку по городу.

— Ну что ж, Рэйна-сан, куда мы направимся в первую очередь?

— В торговый квартал! Здесь много магазинов, в которые я часто заходила. Позвольте мне показать их вам!

Она улыбнулась, раскинув руки, словно в предвкушении встречи со старыми друзьями.

Мы двинулись вперёд, а я внимательно осматривал улицы. Всё здесь было до боли знакомо: лестница, на которой Рэйна когда-то упала и расплакалась; лавка овощей, где мне всегда давали фрукты; запах свежих такаяки, пропитывавший воздух... Несмотря на изменения, атмосфера осталась той же, что и восемь лет назад.

Вдруг из одного из магазинов донёсся радостный голос.

— О! Разве это не маленькая Рэйна?

— Тётушка!

— Что тут у вас, съёмки? Заходите ко мне!

Хозяйка магазина тепло пригласила нас внутрь. Сугино-сан тут же подхватил тему:

— Рэйна-сан, вы часто бывали здесь?

— Да. Это место славится своими окономияки! После школы я приходила сюда довольно часто.

— Что ж, давайте попробуем их прямо сейчас!

(T/N: Окономияки - это японские теппаньяки, пикантное блинное блюдо, состоящее из теста из пшеничной муки и других ингредиентов, приготовленных на сковороде. Обычно к ним добавляют капусту, мясо и морепродукты, а в качестве начинки используют соус окономияки, аонори, кацуобуси, японский майонез и маринованный имбирь)

Мы заказали несколько окономияки, и пока хозяйка заворачивала для нас горячие лепёшки, она неожиданно посмотрела на меня и ахнула.

— Постойте... Разве это не Кайто? Давно не виделись! Узнаёшь меня?

— О, да, конечно! Прошло столько лет!

Я бывал здесь вместе с Рэйной, и, хотя воспоминания слегка поблекли, я всё же помнил добрую хозяйку. Воспользовавшись случаем, Сугино-сан не упустил момента и перевёл разговор в новое русло.

— Подождите, это что же выходит? Амано-сан тоже родом отсюда?

— Да. До шести лет я жил в этом городе и ходил в один детский сад и начальную школу с Рэйной.

— Вот это поворот! Почему же вы не рассказывали нам об этом раньше?

Он мастерски изображал удивление, а затем, ловко направляя беседу, вывел нас на разговор о прошлом: о том, как мы потеряли связь после моего переезда, и как спустя восемь лет снова встретились на съёмочной площадке. Разговор потёк сам собой, словно раскрывшиеся шлюзы воспоминаний.

Мы побывали во многих местах — в торговом районе, у школы Рэйны, у местных достопримечательностей. Последней остановкой стал городской театр, где когда-то Рэйна сыграла Белоснежку. Пока она рассказывала забавные истории из детства, я вновь погрузился в прошлое.

— Перерыв!

После съёмок мы направились к гостинице семьи «Мидзусава». Однако толпа зрителей, собравшаяся у входа, не позволила нам задержаться, и мы поспешили к машине Карин.

В салоне воцарилась тишина. Только когда Карин отошла обсудить что-то со съёмочной группой, Рэйна первой нарушила молчание.

— Всё так... знакомо. Мы говорили о "Белоснежке", но, вернувшись сюда, я вспомнила ещё больше.

— И что именно?

— Ну... Как я выбрала роль Белоснежки.

Я улыбнулся:

— Потому что не хотела, чтобы кто-то другой меня поцеловал.

— Забудь об этом! Немедленно!

Рэйна вспыхнула и с силой потрясла меня за плечи.

— Впрочем, интересно... В "Белоснежке" был поцелуй, и теперь в "Сезоне первой любви" тоже будет.

Рэйна замолчала, опустив взгляд.

— Я как-то не думала, что мы снова окажемся в такой ситуации.

— Хах, ну да, есть в этом что-то символичное...

Я украдкой посмотрел на неё. Её губы, тронутые лёгкой улыбкой, вдруг показались мне слишком близкими.

Поцелуй с Рэйной...

Я прекрасно понимал, что это всего лишь сцена. Но разве можно полностью избавиться от подобных мыслей? Особенно когда речь идёт о милой подруге детства.

Я нервно усмехнулся:

— Думаю, лёгкое волнение даже полезно. Ведь сценический поцелуй — это совсем другое.

Рэйна резко посмотрела на меня.

— Кайто-кун, ты хочешь сказать, что у тебя уже был опыт поцелуев?!

— Ч-что? Нет, нет! Просто я подумал, что у тебя он был...

— У меня тоже не было!

Она замялась, краснея всё сильнее.

— Получается, этот сценический поцелуй будет нашим первым.

Я почувствовал, как моё лицо заливает жар.

Ровно в этот момент дверь со стороны водителя открылась, и Карин, вернувшись, подозрительно оглядела нас.

— Эй, вы тут ничего не натворили?

— Н-ничего подобного! — закричали мы в унисон.

После перерыва наша последняя остановка была гостиница «Мидзусава».

На фасаде этого исторического здания висела изящная вывеска с надписью «Мидзусава», а перед входом раскинулся просторный паркинг. Хотя в гостинице сохранился прежний уют, всё же некоторые вещи изменились. Когда-то на стоянке можно было увидеть лишь пару машин, а теперь здесь трудно было найти свободное место. Причём многие автомобили были из других городов.

— Ну что ж, официально начинаем съёмку! Прошу вас, давайте поработаем на славу!

После обмена забавными историями о «Мидзусава» мы вошли в гостиницу, которая уже кишела туристами. В этом и заключалась главная прелесть программы — помимо съемок внешнего облика здания, предстояло исследовать его изнутри, попробовать местную кухню и поучаствовать в традиционных мероприятиях.

Но большинство гостей гостиницы были страстными поклонниками Рэйны.

И в такой атмосфере нетрудно было предугадать, что произойдёт, стоит мне показаться среди них.

Как только съёмка началась, толпа ринулась вперёд, мгновенно превращая обстановку в хаос.

— Вау! Это же Мидзусава Рэйна! Невероятно!

— Да ну, неужели я вижу её своими глазами?! Какое везение!

— О боже... Она такая милая…

Крики восторга сливались воедино, вспышки смартфонов засверкали в воздухе. Почти никто не обращал внимания ни на меня, ни на Сугино-сан. Съёмочный процесс грозил превратиться в настоящий беспорядок.

И тогда Рэйна взяла инициативу в свои руки. Медленно ступая вперёд, она грациозно поклонилась собравшимся и заговорила звонким, чётким голосом:

— Спасибо, что пришли в гостиницу «Мидзусава» сегодня. Честно говоря, я бы хотела поприветствовать каждого из вас, но… у нас впереди ещё съёмки. Давайте я обязательно уделю вам внимание после них. Прошу прощения.

Толпа, мгновение назад бурлившая радостными возгласами, замерла в тишине. Голос Рэйны эхом разнёсся по залу, и её слова подействовали словно заклинание. Без единого резкого жеста, без давления или лишних уговоров она сумела мягко, но уверенно утихомирить толпу.

Благодаря ей съёмки продолжились без помех.

Час спустя работа над эпизодом была завершена. Сугино-сан и съёмочная группа разошлись по своим делам, а мы втроём — я, Рэйна и Карин-сан — остались в гостинице. Сдержав своё слово, Рэйна тут же начала общаться с поклонниками.

И действительно — с каждым без исключения.

— Простите за беспокойство, можно фото вместе?

— Конечно! Какой позы хотите?

— А можно пожать вам руку?

— Разумеется!

— Эм… Я ваш преданный фанат. Даже не ожидала встретить вас сегодня… Я сейчас заплачу…

— Спасибо! Очень приятно познакомиться. Пожалуйста, поддерживайте меня и дальше!

Обстановка стала похожа на настоящий праздник — казалось, что из номеров вышли все гости гостиницы. По приблизительным подсчётам, в зале собралось не меньше сотни человек, и Карин-сан изо всех сил старалась поддерживать порядок.

Рэйна справлялась с этим идеально. С неизменной улыбкой она фотографировалась, жала руки, раздавала автографы. Фанаты были так восторженны, что некоторые девушки даже плакали.

Я наблюдал за этим с лёгкой отстранённостью, затерявшись в толпе. Почти никто не замечал моего присутствия, и я наслаждался этим праздником со стороны.

В тот момент Рэйна казалась ослепительной звездой.

Эта встреча длилась до самого вечера — два часа без перерыва, пока очередь наконец не рассосалась. Но даже несмотря на усталость, Рэйна не потеряла своей лучезарной улыбки.

— Спасибо вам огромное! Ну а теперь, прошу, наслаждайтесь пребыванием в «Мидзусава»!

Едва её голос стих, зал взорвался аплодисментами.

Вскоре Карин-сан увела нас к машине.

— Ты сегодня потрудилась на славу. Впервые так усердно отблагодарила своих поклонников, верно?

— Они же гости нашей гостиницы. Но… простите за то, что вам с Кайто-куном пришлось тоже участвовать в этом.

— Всё в порядке, мне даже понравилось.

— Я ведь твой менеджер, Рэйна, так что сопровождать тебя — моя работа. И, честно говоря, мне приятно видеть, как ты ценишь своих фанатов.

Возможно, рядом со мной Рэйна вела себя как ребёнок, но сейчас она была блистательной актрисой с неподражаемой харизмой.

И я в очередной раз напомнил себе об этом.

— Кстати, о завтрашнем расписании… Я забронировала номер возле аэропорта и утром заеду за тобой. А насчёт Кайто-куна… Простите, не уточнила у сестры. Где забронировал номер Амано-сан?

— Ах, я сегодня остаюсь у Рэйны.

— Это было моё предложение! — тут же пояснила Рэйна. — Кайто-кун ни разу не оставался у меня в гостях, вот я и подумала, что можно попробовать.

— О, ясно. Поняла.

После этого Карин-сан попрощалась с нами и уехала. А Рэйна провела меня через служебный вход в гостиницу.

Там, в комнате для персонала, нас ждала хозяйка гостиницы — мать Рэйны.

— Мам, ты здесь.

— Вернулась наконец, и опять без шума не обошлось? Гости так и не разошлись, пришлось отложить ужин.

— Эм… Прости, пожалуйста…

— Ладно, не страшно. Главное, что клиенты довольны.

Рэйна с облегчением выдохнула, услышав добродушные слова матери. Мидзусава-сан обратила на меня взгляд и приветливо улыбнулась.

— О, давненько не виделись, Кайто.

— А, да! Давненько!

— Раньше вы с Рэйной были неразлучны… А теперь ты так вырос, возмужал. Уж не обидишь ты мою девочку?

— Мам! Хватит меня дразнить!

Рэйна густо покраснела, а её мать, посмеиваясь, перевела взгляд на меня.

— Так что же, Кайто, каковы твои планы на вечер?

Я только открыл рот, но Рэйна перебила меня:

— Разве я не говорила? Кайто-кун останется здесь, так что я попросила подготовить для него комнату.

— Ах, вот оно что. А я думала, ты просто убралась у себя в комнате.

— Подожди… Ты хочешь сказать, что для него нет свободной комнаты?

— Именно. Благодаря кое-кому постоялый двор забронирован на каждый день без исключения, и сегодняшний вечер не стал исключением.

Другими словами, для меня здесь не было места.

Мидзусава-сан произнесла это спокойно, в то время как Рэйна протестовала, словно надутый воздушный шар.

— Мама, ну правда! Что же нам теперь делать? Кайто-кун останется без крыши над головой!

— Да, это, конечно, проблема, но мы же не можем выгнать постояльцев.

— Тогда…

— Верно. Почему бы Кайто-куну не остановиться в твоей комнате? После переезда ты забрала все свои вещи, так что теперь там достаточно просторно. Даже если положить два футон рядом, места хватит.

— Ч-что? Моя комната?!

Рэйна в замешательстве округлила глаза.

— Мама, ты серьезно?! О чем ты вообще говоришь?

— Подумай сама. Разве вы не спали вместе раньше?

— Это было в прошлом! Теперь мы старшеклассники!

— Но ведь мы не можем позволить гостю спать в коридоре или в кладовке, верно? Да и Кайто-кун не такой, чтобы сделать что-то неподобающее.

Рэйна крепко сжала губы, затем взглянула на меня с недоумением, приложила ладонь к груди, глубоко вдохнула и медленно кивнула.

— Поняла. Так или иначе, Кайто-кун, пойдем.

— Э-э-э, нет… Это не может быть правдой! О чем ты вообще говоришь?

— Не медли! К тому же, если нас увидят вместе, это будет неловко. Давай пойдем разными дорогами. Я впереди. Кайто-кун, ты помнишь путь?

— Помню, но…

Жилище хозяев постоялого двора обычно делится на два типа: либо оно располагается на верхнем этаже самого заведения, либо это отдельный дом неподалеку. Мидзусава-сан относилась ко второму варианту — её дом находился примерно в двух минутах ходьбы от постоялого двора, дорога к нему была слегка ухабистой. Сам дом был небольшим, аккуратным и предназначался лишь для сна. Я уже много раз проходил по этому пути, и воспоминания о нем были еще свежи.

Как и сказала Рэйна, она вышла первой.

Оставшись один, я не стал торопиться догонять ее. Ночь окутала улицы темнотой, почти не было прохожих, и я подсвечивал себе путь экраном телефона. Вскоре я подошел к небольшому дому, у входа в который меня уже ждала Рэйна.

— Добро пожаловать, Кайто-кун. Эм… я пока покажу тебе свою комнату.

— Хорошо…

Как и сказала мать Мидзусавы, в комнате Рэйны не осталось ее личных вещей, так что она казалась просторной. Окинув её взглядом, я убедился, что места для двух футонов хватит.

Однако, как уже упоминала Рэйна, теперь мы были старшеклассниками. Пусть в детстве мы и засыпали рядом, но сейчас делить одну комнату казалось не совсем уместным.

В этот момент Рэйна с некоторой неуверенностью произнесла:

— В том шкафу, кажется, есть два футона… Но как же быть?

— Я могу переночевать в шкафу или коридоре. Спать в одной комнате — не лучшая идея.

— Нет, это исключено! Это наша с мамой вина, так что я не позволю Кайто-куну ютиться где попало! К тому же, мама сказала, что ты гость.

— Но…

— Думаю, этого достаточно. Я посплю в коридоре.

Рэйна тут же прервала меня:

— Но ведь тебе трудно засыпать в неудобных местах, разве нет?

— Ну, да, но…

— Нет, нет. Завтра целый день съемок, и это нехорошо — прийти на площадку уставшими.

Мы оба переживали друг за друга и не могли прийти к согласию.

Я судорожно искал выход из ситуации.

— Ладно, я сейчас поищу другой отель! Если найду номер, пусть Карин-сан меня заберет.

— Т-то есть…

— Но отелей может не оказаться… Что же делать? Может, все-таки попросить помощи у Юки-сан?

Рэйна вздохнула, покачала головой и легонько ткнула меня в плечо.

— Знаешь, давай забудем об этом. Кайто-кун, давай просто переночуем здесь вместе.

— Ч-что? Ты серьезно, Рэйна?

— П-просто, если беспокоить Юки-сан, которой и так нездоровится, или вызывать обратно Карин, которая уже вернулась в гостиницу… разве это не будет обременительно? К тому же! Если подумать, эта комната довольно просторная, а с одеялами мы сможем создать хоть какое-то разделение… так что все будет нормально!

Лицо Рэйны покраснело, словно спелое яблоко, но она твердо стояла на своем.

— Кайто-кун, ты ведь не собираешься делать ничего странного, да?

— К-конечно! Абсолютно нет!

— Т-тогда… просто забудь об этом и давай уже спать! Но если Кайто-кун действительно против, то…

Я вовсе не был против. Скорее, я боялся, что не смогу держать себя в руках рядом с такой очаровательной девушкой. Но раз Рэйна была так настойчива, отказ был невозможен.

— Л-ладно, Кайто-кун… гаси свет.

— Да…

Но даже в полной темноте я не мог уснуть.

Прошло неведомо сколько времени, когда я почувствовал, как рядом зашевелилось одеяло, и тихий, едва слышный голос Рэйны прорезал тишину.

[[image:/storage/reader-images/73c8083b567fb1ddbb39865c8b0d30902737775a.jpg]]

— Кайто-кун… ты еще не спишь?

— Эм… нет. Сон никак не идет.

— Тогда… может, немного поболтаем, пока не захотим спать?

— Почему бы и нет.

Так, в этой погруженной во тьму комнате, где даже силуэты были неразличимы, мы обменивались лишь голосами, теряясь в зыбкой, непонятной атмосфере…

Рэйна тихо вздохнула, и в её голосе зазвучала лёгкая грусть:

— Сегодня я вспомнила столько дорогих сердцу моментов… Хотя я живу здесь совсем недавно, кажется, причина в другом… наверное, потому что Кайто-кун рядом.

— Я тоже многое вспомнил, — отозвался я. — Как только увидел тот самый городской театр, где мы играли в «Белоснежке», всё вдруг нахлынуло… Мы так волновались тогда, но теперь это кажется забавным.

— О да, помню. Мы даже спрашивали у классного руководителя, как стать актёрами, — Рэна усмехнулась, но в её голосе звучало тепло. — Учителю было неловко, но он всё же рассказал нам, как проходят пробы на роли для детей.

— Если подумать, мы были такими наивными… Мечтали о главных ролях в фильмах и сериалах.

— Но ведь у нас получилось, верно?

В самом деле. С того дня прошло восемь лет. И вот мы снова вместе, бок о бок, на съёмочной площадке. Завтра у нас важный день. Это казалось почти нереальным.

— Будто нас связывает красная нить судьбы… — вдруг прошептала Рэйна.

Я замер.

В этой тёмной комнате, где мы лежали рядом, её слова звучали двусмысленно. Почувствовав, что я напрягся, Рэйна тут же встрепенулась.

— А-ах, нет! Я не это имела в виду! Правда же, Кайто-кун? Это ничего не значит!

— А… да. Конечно.

Она сразу попыталась разрядить обстановку, но лёгкая неловкость всё равно повисла в воздухе.

После короткого молчания я кашлянул, подбирая новую тему.

— Кстати, чем дальше идут съёмки, тем ближе день премьеры. Как подумаю, что наша работа вот-вот выйдет в эфир, прямо не терпится увидеть результат.

Рэйна не ответила.

Она уже уснула?

Я понизил голос:

— Рэна? Ты не спишь?

— А? Ой… нет, я не сплю.

— Прости, просто ты не отозвалась. Ты ждёшь премьеру?

— А… да. Конечно.

Почему-то её ответ прозвучал неестественно. Но я был слишком смущён, чтобы придать этому значение.

— Давай хорошо отдохнём, чтобы завтра на съёмках не выглядеть уставшими.

— Угу, давай.

— Тогда… Спокойной ночи, Рэйна.

— Спокойной ночи, Кайто-кун.

Так закончился наш разговор.

А на следующий день, во время перерыва на съёмках, я так стеснялся воспоминаний о вчерашнем вечере, что почти не разговаривал с Рэйной. Эта неловкость не отпускала нас до самого вылета домой.

Съёмки телесериала обычно идут параллельно с трансляцией его первых эпизодов. Хотя график производства играет важную роль, не менее важно своевременно корректировать процесс на основе откликов зрителей.

Наше участие в съёмках «Сезона первой любви» не стало исключением.

Премьера первой серии была запланирована на время, когда мы уже работали над четвёртым эпизодом. Съёмочный процесс шёл гладко, и прежде чем мы успели осознать, до официального показа оставалась всего неделя. Подготовка шла полным ходом: в социальных сетях ежедневно публиковались закулисные кадры, создавая атмосферу ожидания, а записанные заранее развлекательные передачи, посвящённые продвижению шоу, уже готовились к эфиру.

В сети появлялись всё новые и новые статьи, число комментариев в обсуждениях росло с каждым днём. Кроме того, наша съёмочная группа активно участвовала в продвижении, совмещая это с основной работой. Мы были загружены как никогда.

— Извините, что беспокою вас в перерыве. Не могли бы вы подписать эти фирменные сувениры? Они будут использованы в официальном розыгрыше.

В тот день, сразу после завершения съёмок, сотрудники принесли нам фирменные тканевые сумки и попросили оставить на них автографы.

За кулисами Рэйна сразу же взяла маркер и начала подписывать.

Я невольно залюбовался её движениями — быстрыми и уверенными.

— Рэйна, ты так привыкла к этому…

— Ну да. В нашей работе без автографов никуда, так что рука давно набита.

— Впечатляет. Меня пока не так часто просят подписывать что-то, так что я даже не придумал стильный автограф, как у тебя.

— Кстати, а как вообще выглядит твоя подпись?

— Сейчас покажу.

Я взял чистый лист бумаги и быстро нацарапал свою подпись, протягивая его Рэйне. Конечно, в отличие от её красивых плавных букв, моя подпись просто напоминала написанное от руки имя, но Рэйна всё равно кивнула и улыбнулась.

— Вполне себе нормально. С этим всё в порядке.

— Правда...?

— Главное, чтобы выглядело аккуратно. Многие вообще пишут, как курица лапой.

— Ха-ха... ну, тогда пусть будет так.

Когда Рэйна закончила с росписями, я взял у неё маркер и тоже начал подписывать сумки. Из-за текстуры ткани писать на них было сложнее, чем на бумаге, и приходилось работать осторожно.

— Ах~~~

Рядом послышался тихий зевок.

Я посмотрел на Рэйну: её глаза слегка покраснели, и она устало протёрла их рукой.

— Эм… Рэйна, ты плохо спала?

От неожиданности она порозовела и отвела взгляд.

— А… ну…

— В последнее время съёмки и продвижение программы идут очень напряжённо. Но вчера у тебя ведь был выходной? Ты работала?

— Н-нет, работы не было. После школы я просто пошла домой и отдыхала…

— Тогда что случилось?

— Ну, как бы… Я… просто нашла одну интересную мангу…

Голос Рэйны стал тише, а я почувствовал лёгкое бессилие.

— Ты… не засиделась за чтением допоздна, да?

— Я-я не виновата! Она была слишком интересная!

Я невольно усмехнулся.

— Рэйна, в этом тоже есть твоя прелесть.

Она всегда была серьёзной и ответственной, с профессиональным подходом к работе. Узнать, что она способна забыть обо всём из-за манги, было неожиданно.

— Что за жанр?

— Сёдзё.

— Хм… такое я нечасто читаю. Если удобно, одолжишь мне потом?

— Конечно. Принесу в следующий раз.

Пока мы разговаривали, я успел закончить автографы. Пусть почерк получился не идеальным, но должно было сойти.

Я сложил подписанные сумки в коробку и встал.

— Всё готово, я отнесу это сотрудникам.

— Ах, я пойду с тобой.

— Не утруждай себя, Рэйна. Отдохни.

— …Хорошо. Спасибо, Кайто-кун.

Я покинул гримёрку и направился на съёмочную площадку. После того как передал коробку сотрудникам и перекинулся парой слов с коллегами, вернулся назад.

— Я вернулся…

Открыв дверь, я замер.

Рэйна крепко спала, уронив голову на стол.

Видимо, усталость взяла верх. Она тихонько посапывала, её лицо было расслабленным и безмятежным.

— Эм… и что мне теперь делать?

В этой маленькой комнате были только мы двое.

Мысли сами собой заходили в ненужное русло, сердце забилось чаще.

Я тихо сел обратно, раскрыл сценарий, но слова сливались в размытые строчки. Время от времени мой взгляд снова и снова возвращался к спящей Рэйне.

Через двадцать минут в дверь постучали.

— Амано-кун, Мидзусава-сан, сотрудники скоро придут. Нужно записать 30-секундный комментарий для промо.

— А, понял.

— Ой… Рэйна уснула?

— Да, наверное, она не выспалась… Сейчас разбужу.

Я осторожно коснулся её плеча, но Рэйна не шевельнулась.

Как и раньше.

Раньше, когда я забегал к ней в комнату по утрам, чтобы мы вместе шли в школу, она тоже не просыпалась, как бы я её ни звал.

По привычке я слегка ткнул пальцем её мягкую щёку.

— М-м… Что?

Рэйна приоткрыла глаза, растерянно огляделась.

— Ты уснула. Постарайся не засиживаться допоздна.

— А?.. Понятно…

— Нам пора. Пойдём записывать комментарий.

— А, да…

Она кивнула и встала, но вдруг слегка покраснела. Подойдя ко мне, прошептала:

— Кайто-кун… Всё это время… здесь были только мы двое?

— Эм… да?

— Т-то есть… ты не сделал ничего странного, да?

— Ч-что?! Конечно, нет! Я даже не прикасался к тебе!

— Ага… Но тогда, выходит, в тот раз тоже ничего не было?

Я осёкся.

Ведь о том, что в гостинице мы ночевали в одной комнате, знали только мы.

Рэйна, кажется, услышала только мои последние слова. Опустив взгляд, она тихо пробормотала:

— В-в тот раз я вообще-то не спала. Так что знала, что ты ничего не делал.

— Что?! Ты не спала?!

— Н-не пойми неправильно! Я хотела уснуть, но… ну… была слишком напряжена…

— Я тоже. Всё-таки лучше спать в нормальных условиях.

Я почувствовал, как мои щёки слегка запылали. Рэйна тоже смутилась, но тут же решила сменить тему.

— Эй, Кайто-кун! Ты ведь сам сказал, что не касался меня и пальцем, но только что ткнул меня в щёку!

Она надулась, уставившись на меня.

Я тут же замахал руками.

— О-ой! Это было по привычке! Извини, ты злишься?

— Н-нет… если это Кайто-кун, то… я не против…

Её голос стал тише, и, кажется, она сама смутилась своих слов.

Перед нами шла Юки-сан, слушая нашу беседу с лёгкой улыбкой.

Несколько дней спустя, во время обеденного перерыва.

Как обычно, мы с Рэйной сидели рядом, читая сценарий.

Сегодня с самого утра моросил дождь, так что привычный нам путь на крышу был закрыт. Пришлось искать другое место, и, к счастью, в здании нашей академии искусства, которое отделялось от основного школьного корпуса, всегда оставались пустые классы. Один из таких мы быстро нашли и устроились там.

После двадцати минут репетиции пришло время обеда.

Рэйна вытащила из сумки небольшой бумажный пакет и протянула мне:

— Ах да, Кайто-кун, я принесла мангу, о которой мы говорили вчера. Не уверена, понравится ли она тебе, так что пока возьми только первые три тома.

— Спасибо! Обязательно прочитаю позже.

Я с благодарностью принял пакет и отложил его в сторону, после чего мы приступили к обеду. Я, как обычно, открыл своё домашнее бэнто, но вдруг заметил, что у Рэйны на этот раз был лишь небольшой контейнер с салатом из магазина. Причём порция была на удивление скромной.

— Это всё, что ты собираешься съесть? — спросил я, нахмурившись.

— Ага. Дело не в том, что у меня нет аппетита… Нет, не так! Просто… я на диете.

— На диете?

— Ну да. В следующем месяце ведь будут съёмки на пляже. Если заранее не подготовлюсь, то не смогу нормально выглядеть в купальнике.

— Понимаю… Ты действительно очень стараешься.

Я нередко видел актрис, сидящих на диетах, но сама мысль, что Рэйне нужно ограничивать себя в питании, казалась мне странной. Она и так выглядела прекрасно. Уловив себя на этой мысли, я вдруг осознал, что смотрю на неё слишком пристально.

— Ч-что такое? — Рэйна нервно сжала вилку. — Если будешь так пялиться, мне станет неловко…

— Ах, прости… Просто я подумал, что тебе, стройной и с такой хорошей фигурой, вовсе не нужно худеть.

Покраснев, Рэйна ударила меня кулачком по плечу.

— К-Кайто-кун, ты такой непослушный! Вечно говоришь что-то неожиданное!

— Даже если ты не хочешь в это верить, большинство людей наверняка думает так же. Тебе стоит это осознавать.

— П-правда?.. — пробормотала она, потупив взгляд.

Но, несмотря на мои слова, она, похоже, была полна решимости соблюдать диету. В конце концов, Рэйна так и не доела свой салат. Обычно её аппетит ничем не отличался от среднего, но в последнее время он стал заметно меньше.

Я вернулся в класс, но никак не мог выбросить из головы тревожные мысли.

"Рэйна ведёт себя странно…"

Среди одноклассников она оставалась прежней, на съёмках играла безупречно. Однако где-то в глубине души у меня оставалось необъяснимое чувство беспокойства.

Это ощущение лишь усилилось после обеда.

— Следующий вопрос решим у доски. Мидзусава, выходи.

— Эм… Хорошо.

Учитель математики вызвал Рэйну к доске, но она заметно занервничала, быстро пробежав глазами по страницам учебника. Смущённо посмотрев на преподавателя, она тихо спросила:

— Простите… А какое задание нужно решить?

— Ты не слушала? Это на тебя не похоже. Ладно, Мацуми, подскажи ей.

— Это на 150-й странице, вот здесь.

— А-а, спасибо…

Рэйна поспешно открыла нужную страницу, после чего вышла к доске и начала писать уравнения. Вскоре она, не испытывая особых затруднений, нарисовала необходимые графики и вывела правильный ответ.

— Верно. Ты действительно прилежная ученица, — похвалил её учитель.

Рэйна вернулась на место.

Для меня она всегда была образцом трудолюбия. Несмотря на плотный график съёмок, она никогда не относилась к учёбе спустя рукава. Даже когда пропускала занятия, всегда наверстывала упущенное, тщательно прорабатывая материал самостоятельно. Иногда она даже писала дополнительные доклады, чтобы компенсировать отсутствие.

Её усердие вдохновляло других. Видя, как Рэйна умудряется совмещать актёрскую карьеру и учёбу, одноклассники тоже начинали стараться усерднее.

Но сегодня…

Сегодня она явно была не в своей тарелке.

Даже после того, как она вернулась на место, её взгляд оставался рассеянным. Я чувствовал, что с ней что-то не так, но не мог понять, что именно.

"Что же происходит, Рэйна…?"

Множество мелких деталей складывались в единую картину, и мне не удавалось выбросить их из головы. Как бы я ни пытался сосредоточиться на уроке, мысли всё равно возвращались к Рэйне.

— Эм, Карин-сан, можно спросить?.. Тебе не кажется, что с Рэйной что-то не так в последнее время?

— Хм? С Мидзусавой-сан?

После школы, во время перерыва между съёмками, я осторожно задал этот вопрос Карин-сан.

Она удивлённо посмотрела на меня, словно мои слова показались ей странными.

— А что именно тебя беспокоит?

— Даже не знаю... просто какое-то чувство... Карин-сан, тебе не кажется?

— Хм-м... Насколько я заметила, она ведёт себя, как обычно. Восхитительная игра, никаких проблем со здоровьем... Хотя, пожалуй, она выглядит немного уставшей. В последнее время, кажется, её самоконтроль стал чуть слабее, чем обычно.

— Вот как?..

— Ах, но я ведь не всё знаю. Если заметишь что-то странное, скажи мне, хорошо? Я помогу, чем смогу.

— Спасибо большое. Буду иметь в виду.

Поблагодарив Карин-сан, я отошёл.

Возможно, я просто накручиваю себя?

Карин-сан, которая знает Рэйну куда дольше меня, утверждает, что она не изменилась. Может, мне просто показалось? Размышляя об этом, я вернулся в зал, но тут же почувствовал её взгляд.

— Амано-кун, ты разговаривал с моим менеджером?

Будто бы опасаясь чьих-то ушей, Рэйна говорила подчёркнуто вежливо.

— Да так, ничего важного. Просто обычные рабочие вопросы.

— Вот как.

— Кстати, мне сказали, что официальный PV расширили. Я посмотрел — получилось просто здорово. Завтра, наконец, премьера первого эпизода.

(П/П: PV (Promotional Video) — это рекламный видеоролик, обычно используемый для продвижения фильмов, аниме, видеоигр или музыкальных клипов. В контексте истории, скорее всего, речь идёт о промо-ролике к сериалу или фильму, в котором участвует Рэйна.

— Да, я с нетерпением жду.

— У меня завтра выходной, так что обязательно посмотрю. А ты, Мидзусава-сан?

— Конечно, буду смотреть в прямом эфире.

Она улыбнулась и кивнула. Я продолжил расспросы:

— Ты будешь смотреть одна? Я, скорее всего, буду с семьёй.

— Я живу одна... так что, да, скорее всего, в одиночестве.

— Понятно…

В её голосе послышалась едва уловимая нотка одиночества. И прежде чем я успел осознать, слова сами слетели с моих губ:

— Ну, если хочешь, можем посмотреть вместе?

Рэйна широко раскрыла глаза и наклонилась ко мне, почти шёпотом спросив:

— П-правда? Мы можем посмотреть вместе?

— Эм… да. Если ты не против, конечно.

— Т-тогда… может, у меня дома?

— Давай.

Её лицо озарилось радостной улыбкой. Сделав шаг назад, она весело объявила:

— Значит, договорились! Завтра ты только мой.

[[image:/storage/reader-images/eab7ffa970a4e0f72dcc1bab2e4d15f68299be74.jpg]]

Как мы и договорились, на следующий день, едва закончились занятия, мы с Рэйной отправились к ней домой.

Поразмыслив, я осознал, что впервые иду с ней вот так, по улице, просто вдвоём. Обычно, когда нам нужно куда-то ехать, у ворот школы нас подбирает менеджер, так что опыта совместных прогулок у нас попросту не было. Но самым неожиданным было то, как Рэйна изменилась.

На её голове красовалась вязаная шапка, лицо почти полностью скрывали маска и тёмные очки. Со стороны она вполне могла показаться подозрительной личностью, но даже в этом облачении её выдавал поразительный силуэт.

— Не находишь, что это слишком? — подметил я, разглядывая её наряд.

— Я пробовала разные варианты маскировки. Если не замаскируюсь основательно, меня тут же узнают. Хотя… однажды я надела ту же комбинацию — шапка, маска, очки без диоптрий — и пошла в магазин. Итог? Меня всё равно узнали, и потом всё разнеслось по сети.

— Ух ты… Это действительно о тебе. Даже если я выйду на улицу без макияжа, никто и внимания не обратит.

Несмотря на это, я тоже надел маску и очки. Конечно, даже без них меня никто бы не заметил — всё-таки я не настолько знаменит, как Рэйна.

— Ты всегда так одеваешься? — поинтересовался я.

— Нет, слишком хлопотно. Обычно ограничиваюсь очками и маской. Хотя, когда меня узнают, часто просят сфотографироваться или пожать руку. В принципе, я не против.

— Да, помнится, ты всегда тепло относишься к своим поклонникам.

— Но сейчас всё иначе… Представь, что нас увидят вместе, да ещё и наедине. Будет скандал.

И правда.

Любые новости о Мидзусаве Рэйне были на вес золота для таблоидов. А уж если её заметят с парнем, да ещё и прогуливающейся вдвоём по улице, журналисты тут же раздуют сенсацию. Даже в социальных сетях это вызовет шквал обсуждений.

— Да что там… Даже если бы я был тем парнем, вряд ли кто-то поверил бы. Мы с тобой словно из разных миров, да и внешность у меня далеко не идеальная…

Я усмехнулся, но в этот момент Рэйна вдруг остановилась и пристально посмотрела на меня.

— Что-то не так? — спросил я, озадаченный её взглядом.

— Нет… Просто…

Она опустила глаза, словно раздумывая, стоит ли говорить дальше.

— Я не люблю, когда ты так о себе говоришь, — наконец, тихо призналась она.

— А?

— Я знаю, как усердно ты трудишься, знаю, насколько ты талантлив. Просто ты ещё не стал популярным. Но когда выйдет этот проект, я уверена, тебя заметят. Ты обязательно станешь известным актёром.

— Рэйна… спасибо.

Я не ожидал услышать такие искренние слова. Её похвала застала меня врасплох, но от этого на душе стало теплее.

Доехав на поезде до нужной станции, мы вышли и зашагали к её дому.

— Пешком тут всего минутка, — заметила она.

— Понял. Кстати, ты уже придумала, что будем есть?

— Думала заказать доставку…

— Ах да, ты ведь не готовишь, верно?

— Хм? А ты бы хотел попробовать мою стряпню?

Я фыркнул, покачав головой.

— Просто вспомнилось… Помнишь, как однажды ты решила устроить мне кулинарный сюрприз?

В день моего шестого дня рождения Рэйна взялась за кухню с энтузиазмом, но итог был… ну, скажем так, незабываемым. Я до сих пор помню вкус того "шедевра" — настолько, что второй раз рисковать не хочу.

Её лицо мгновенно залилось краской, и она принялась стучать кулаками мне в грудь.

— З-зачем ты вспоминаешь такие вещи?! Кайто-кун, ты дурак!

— Просто это было… впечатляюще.

— Забудь немедленно! Всё! Это было в детстве!

— То есть теперь ты умеешь готовить?

— Ну… Наверное… Не особо лучше, чем тогда…

Рэйна смущённо отвела взгляд.

Я вдруг предложил:

— Впрочем, можно и не заказывать. Давай сделаем что-нибудь простое? Я попробую приготовить.

— Ты умеешь готовить?!

— Ну, не жди чудес, но, думаю, это будет съедобнее, чем твои кулинарные эксперименты.

Неожиданно Рэйна оживилась и, сверкая глазами, радостно подалась вперёд.

— Я хочу! Мне всё равно, что именно, но я хочу попробовать!

— Тогда заскочим за продуктами.

— О, магазин прямо возле моего дома, пошли!

— Отлично. Кстати, в твоём холодильнике есть хоть что-то?

— Даже не знаю, стоит ли этим гордиться, но… кроме заморозки, он практически пуст.

— Прекрасный повод похвастаться, конечно… — я вздохнул, качая головой.

И с этим мы направились в магазин.

Погружённые в беседу, мы подошли к дому, где жила Рэйна.

Я предполагал, что, живя одна, она выберет небольшую квартиру. Но когда передо мной возникло величественное здание элитного жилого комплекса, я невольно затаил дыхание. Просто поднять голову, чтобы взглянуть на его вершину, было непростой задачей.

— Э-это невероятно! Рэйна, ты живёшь в таком месте?!

— Я не выбирала его сама, — спокойно ответила она. — Это устроила Карин-сан. Она беспокоилась о безопасности, поэтому выбрала апартаменты с надёжной охраной и автоматическими дверями. Здесь живёт много знаменитостей, так что можно чувствовать себя спокойно.

— Возможно… но старшеклассница, живущая в таком роскошном месте в одиночестве… Ты и правда звезда.

Вокруг высились ухоженные зелёные насаждения, а стеклянный фасад входа, окружённый аккуратной галькой, создавал эффектный вид.

После покупки продуктов в ближайшем супермаркете я последовал за Рэйной внутрь здания. В просторном холле располагались дорогие кожаные диваны, а свет отражался от полированного мрамора пола. Мы прошли через вестибюль к лифту, и Рэйна нажала кнопку самого верхнего этажа.

— На каком этаже ты живёшь? — спросил я.

— На самом верхнем, — прозвучал неожиданный ответ.

— Ч-что?! Самый верхний этаж… Это же должно быть очень дорого!

— Я передала все финансовые дела маме, так что точно не знаю. Но, думаю, недёшево. Честно говоря, мне бы хотелось делить эту огромную квартиру с кем-нибудь.

— Звучит заманчиво. Я бы тоже хотел жить в таком месте.

Но с моими нынешними доходами это была лишь несбыточная мечта. Может, если я когда-нибудь добьюсь успеха…? В этих мыслях я вдруг заметил, что Рэйна замерла рядом со мной.

— К-Кайто-кун… Это… слишком рано для таких вещей…

— А? О чём ты говоришь?

— Ты ведь только что сказал, что хочешь жить со мной?

— Что?! Я такого не говорил! Я просто имел в виду, что хотел бы когда-нибудь жить в похожих апартаментах!

— Не пугай меня так… Это нехорошо для моего сердца, — она с облегчением выдохнула.

Двери лифта открылись, и мы вышли в коридор, ведущий к её квартире. Тёмные стены, мягкое ковровое покрытие и приглушённый свет придавали ему особую элегантность.

Когда мы вошли в её квартиру, я не смог сдержать восхищения.

— Вот это да…

Мраморные полы, стеклянные перегородки, панорамный вид на ночной Токио — всё выглядело роскошно. Вся обстановка была выдержана в белых тонах. Столы, кресла, диваны — всё подобрано в едином стиле. А напротив дивана стоял огромный восьмидесятидюймовый телевизор. В квартире царил идеальный порядок, создавая ощущение, будто это не жилое пространство, а выставочный зал.

Лёгкий, едва уловимый аромат витал в воздухе, вызывая странное волнение.

— Давай поставим пакеты, — сказала Рэйна. — Кстати, холодильник вон там.

— А, понял. Спасибо.

Я прошёл в кухню, которая находилась в дальнем углу гостиной. Всё необходимое было на месте. Но больше всего меня удивила абсолютно чистая газовая плита — ни следа использования.

Открыв холодильник, я увидел, что, как и говорила Рэйна, в нём почти ничего не было — только напитки и замороженные продукты. Я усмехнулся и принялся раскладывать покупки.

— Что будем делать дальше? Сейчас только четыре, до ужина ещё далеко, — задумчиво спросила она.

— Да, омурайсу не займёт много времени… Кстати, можно мне посмотреть остальные комнаты? Раз уж я здесь, почему бы не осмотреть столь роскошное жильё?

— Конечно! Я покажу тебе всё, — радостно согласилась Рэйна.

Мы прошлись по квартире — просторный балкон, стильная ванная, огромный гардероб, студия для работы, кладовая. Всё выглядело безупречно. Когда я увидел ванную, меня вдруг посетила странная мысль — именно здесь Рэйна принимает душ… Я поспешно отвёл взгляд.

Наконец, мы подошли к её спальне.

Дверь была приоткрыта, и первое, что бросилось в глаза — большая светло-розовая кровать с изящной прикроватной лампой. Возле неё стояла косметическая тумбочка, на полу — мягкие круглые подушки. В комнате витал лёгкий цветочный аромат. Постеры, засушенные цветы, милые безделушки придавали пространству уют.

Я огляделся, но тут —

— А-а! П-подожди секунду!

Рэйна вдруг закричала в панике.

Я проследил за её взглядом и увидел небольшую рамку на тумбочке возле кровати. Внутри неё была наша фотография — мы, ещё дети, смеёмся и показываем «виктори».

Рэйна бросилась к кровати, чтобы спрятать рамку, но было поздно. Я уже всё увидел. Её лицо покраснело, она опустилась на пол.

— Э-это…

— Рэйна…

— Тебе, наверное, противно, да? Я всё это время хранила эту фотографию как драгоценность… — прошептала она.

— Что? Нет, наоборот! Мне даже приятно.

Рэйна приоткрыла лицо, выглядывая на меня сквозь пальцы.

— Потому что теперь я точно знаю, как ты дорожишь мной, — тихо сказал я.

— Ага…

— Для меня ты тоже очень важный человек. Пусть у меня нет рамок с фотографиями, но я храню всё, что связано с тобой. Иногда пересматриваю старые снимки.

Рэйна вздохнула и встала, на её лице читалось смущение.

— В следующий раз… можно мне посмотреть? — нерешительно спросила она.

— Посмотреть? Хочешь, я принесу их?

— Нет! Я имела в виду… Можно я приду к тебе в гости?

— Конечно, ты всегда будешь желанной гостьей.

Она улыбнулась. Настоящая, искренняя улыбка.

Позже она передала мне фоторамку с ещё одним снимком — днём её переезда. Её глаза были покрасневшими от слёз. Она хранила этот кадр на самом видном месте, не позволяя себе забыть…

Завершив небольшую экскурсию, мы вернулись в гостиную и непринуждённо беседовали, пока солнце медленно клонилось к закату. Наступил вечер, и я решил заняться приготовлением ужина.

— Пора приниматься за готовку.

— Ты испачкаешь форму. Я принесу тебе фартук.

— Хм? У тебя есть фартук, хотя ты сама не готовишь?

— Э-это раздражает! Даже если я живу одна, иногда ведь хочется попробовать приготовить что-то!

— …Ты не из тех, кто долго чем-то занимается, да? Уверен, после покупки ты ни разу его не использовала.

— Н-ну… это правда… Просто я не знала, с чего начать, да и некому было научить меня.

Я, кажется, задел её за живое, потому что Рэйна надулa щёки, демонстрируя своё недовольство.

— Если хочешь, я могу тебя научить.

— П-правда?

— Конечно. Сегодня ты здесь, так почему бы не попробовать готовить вместе? Жареный рис с яйцом — довольно простое блюдо, думаю, даже новичок справится.

Глаза Рэйны загорелись, и она сжала кулачки.

— Я хочу попробовать!

— Тогда давай готовить. Но у тебя ведь только один фартук?

— Нет, когда покупала, взяла сразу два — синий и розовый. Ха-ха, какая же я тогда была дальновидная.

Она весело отправилась за фартуками и вскоре вернулась. Я выбрал синий, а Рэйна надела розовый, и мы встали рядом на кухне.

Приготовив все необходимые ингредиенты, мы начали готовку. В меню были жареный рис с яйцом, лёгкий суп с мясом и простой салат.

Вымыв руки, мы принялись за работу: промывали рис, резали овощи.

— Промывать рис нужно, постоянно перемешивая руками, но тут важно соблюдать технику. Смотри, вот так.

— Хорошо, дай мне попробовать.

— Ах, Рэйна! Не держи нож так! Смотри на меня, вот как его нужно держать!

— П-поняла… Спасибо.

[[image:/storage/reader-images/b4d44a62208e8b3311a74abd8abf6fa24549e6f8.jpg]]

Из-за её занятости Рэйна не посещала кулинарные уроки в школе, и было заметно, что в готовке она — полный новичок. Пока я объяснял ей азы, мы продолжали работать плечом к плечу, и эта обыденность приносила мне особое удовольствие.

И тут Рэйна сказала нечто неожиданное.

— Мне немного… кажется, что мы как молодожёны?

— Ч-что?!

Я вздрогнул от неожиданности.

— Н-нет, я не имею в виду, что представляю нашу семейную жизнь! Просто готовить вместе с тобой так приятно…

— А-а, вот как… Я даже не думал об этом…

Из-за её странных слов мои мысли стали путаться. Возникла неловкая пауза, но, к счастью, она не повлияла на ход готовки. Вскоре куриный рис был обёрнут воздушным омлетом.

— Почти готово! — радостно воскликнул я.

— Давай завернём омлет друг для друга! — предложила Рэйна.

— Отличная идея! Покажу тебе свой талант.

Она задорно закатала рукава, её лицо светилось искренним восторгом. Я не мог не улыбнуться: этот жест был так похож на её повадки в детстве.

Я первым продемонстрировал, как правильно оборачивать рис омлетом. Раз уж готовил для Рэйны, то подошёл к делу со всей серьёзностью. В итоге у меня получился один из лучших омлетов в жизни.

— Вау, Кайто-кун, это же настоящий ресторанный уровень! Теперь моя очередь!

Но…

Всего через минуту перед нами лежал жалкий результат её стараний. Я смотрел на него в недоумении.

— Э-э… П-прости, Кайто-кун…

— Ничего страшного, это только внешний вид. Вкус-то должен быть нормальным.

За стеклянным обеденным столом мы сели друг напротив друга. Рэйна настояла, чтобы я ел именно её омлет, раз уж предложил такой обмен.

Я сложил ладони, произнося благодарственную фразу, и начал есть. Рэйна внимательно наблюдала за мной.

— К-как тебе?

— Вкусно. Намного лучше, чем я ожидал.

— П-правда?

— Конечно. Я же не стану лгать.

Хотя омлет выглядел неказисто, сам куриный рис был приготовлен по моему рецепту, а значит, вкус не подвёл. Но Рэйна, похоже, мне не поверила.

— Кайто-кун, когда-то ты уже говорил, что моя еда вкусная… А когда я пробовала её позже, оказалось, что она совсем несъедобная…

— А-э… Если так подумать… возможно.

— Чтобы убедиться, хочу попробовать сама!

— Конечно, бери ложку…

Но Рэйна неожиданно открыла рот и произнесла:

— А-а…

Этот жест был таким естественным, что я, не задумываясь, поднёс к её губам ложку с омлетом.

— Ммм~ Вкусно! — радостно сказала она.

Только после этого я осознал, насколько смущающая ситуация произошла.

Почувствовав жар на щеках, я пробормотал:

— Эм… Рэйна, тебя это не смущает?

— Что именно?

— Ну… Это же… косвенный поцелуй.

Как только мои слова достигли её ушей, её лицо мгновенно покраснело.

— П-прости, Кайто-кун…

— Да всё в порядке. Просто я был удивлён.

— Когда я с тобой, кажется, будто я вернулась в прошлое… Всё происходит так естественно…

— Н-ну, раз уж так, у нас через неделю и сцена с поцелуем на съёмках, так что на фоне этого косвенный поцелуй — пустяк…

Лицо Рэйны вспыхнуло ещё сильнее.

— Т-т-ты прав… Раз у нас будет сцена с поцелуем… глупо волноваться из-за этого…

— Ага…

— Тогда… чтобы всё было честно, я тоже тебя покормлю!

Её рука слегка дрожала, пока она подносила ко мне ложку с рисом.

— Ну вот, Кайто-кун, убедился, что твоя еда тоже вкусная?

— Д-да…

Честно говоря, на вкус я уже не обращал внимания. Сердце стучало так громко, что казалось, ещё чуть-чуть — и оно выскочит наружу.

В воздухе повисла странная атмосфера, из-за чего разговор становился всё более… неловким.

После ужина я принялся за уборку, тщательно вымывая использованную посуду. К счастью, современная посудомоечная машина значительно облегчала эту задачу. Когда я закончил, стрелки часов уже перевалили за семь вечера.

— До премьеры ещё два часа...

«Сезон первой любви» выходил каждую неделю в девять вечера, каждая серия длилась час. Сегодняшний выпуск был особенным — удлинённым, на девяносто минут.

— Ах, так не терпится посмотреть!

Я сказал это Рэйне, сидевшей рядом, но она никак не отреагировала. Это заставило меня обернуться к ней.

— Эм, Рэйна?

— Ч-что? — вздрогнув, она наконец повернулась ко мне. Её взгляд беспокойно метался.

— Да ничего особенного... Просто я что-то сказал, а ты не ответила. Всё в порядке?

— Конечно! Я просто задумалась после ужина, вот и всё.

— Понятно... и только?

Я улыбнулся и вопросительно посмотрел на неё.

— Чем займёмся, пока ждём? До показа ещё два часа… Может, посмотрим интеллектуальное шоу? Вдруг сможем поучаствовать в качестве зрителей.

— Да, можно… но…

— Или, может, ты хочешь вздремнуть? Я чем-нибудь займусь, так что не переживай.

— Нет-нет, спать я не хочу.

Рэйна покачала головой, задумчиво оперевшись подбородком на ладонь. Через некоторое время она вдруг произнесла:

— А давай поиграем в игру?

— В игру?

— Ну да, просто чтобы отвлечься.

"Отвлечься?"

Она так волнуется перед эфиром, что хочет чем-то занять себя? Пожалуй, я тоже испытывал подобное чувство… Но слово «отвлечься» прозвучало как-то странно.

Пока я размышлял, Рэйна достала игровую приставку и, не давая мне времени на раздумья, включила её.

— У нас есть много игр. Какую выберем?

— Я нечасто играю, так что… Может, что-то несложное?

— Хорошо, тогда вот эта.

Рэйна вставила картридж в приставку и ловко настроила систему. Я удивлённо наблюдал за её сноровкой.

— Ты часто играешь?

— Когда есть время. Чаще всего, конечно, читаю мангу, но игры помогают отвлечься.

— У тебя так много увлечений. Здорово.

— А ты, Кайто-кун? Чем занимаешься в свободное время?

— Свободного времени у меня немного. Так что, когда оно появляется, я стараюсь репетировать, совершенствовать своё мастерство. Хобби у меня почти нет, и это немного грустно.

— Ух, какая сила воли…

Пока мы болтали, Рэйна уже всё настроила и протянула мне контроллер. Я оглядел экран: наш персонаж — милое круглое существо, сражающееся с монстрами. В принципе, управление оказалось довольно простым. Мы вместе прошли обучение, и вскоре началась первая битва.

Босс был огромным скелетом, извергающим огненные волны.

Несколько раз меня отбрасывало в сторону, но благодаря поддержке Рэйны я не проиграл. Собравшись с силами, я нанёс сокрушительный удар. Битва была напряжённой, но в конце концов мы одержали победу.

— Ура! — воскликнул я.

Однако Рэйна никак не отреагировала. Она выглядела… рассеянной. Я положил контроллер и обеспокоенно посмотрел на неё.

— Может, передохнём?

— Д-да, пожалуй...

— Я принесу что-нибудь попить. Чего хочешь?

— Апельсиновый сок. Спасибо.

— Понял. Сейчас принесу.

Я направился к холодильнику, достал пакет сока и налил в два стакана. Когда я вернулся, Рэйна сидела на диване, задумчиво глядя в окно. Её лицо выражало странную меланхолию.

"Что-то не так..."

За последнюю неделю Рэйна изменилась. Поздние бодрствования, отказ от еды, рассеянность… Словно её что-то гложет.

Ни менеджер Карин-сан, ни коллеги, похоже, этого не замечали. Но я… я видел. Может, это профессиональная привычка? Я привык наблюдать за коллегами по сцене, улавливать малейшие изменения в их эмоциях, чтобы улучшить собственную игру.

— Держи, Рэйна, — я подал ей стакан.

— Спасибо, Кайто-кун.

Я глубоко вздохнул и решил спросить напрямую:

— Рэйна… тебя что-то тревожит?

Она вздрогнула.

— Ч-что? Нет, конечно!

— Но мне кажется, что ты не в своей тарелке. Не хочу лезть в душу, но если вдруг захочешь поговорить — я рядом.

Рэйна широко раскрыла глаза, словно удивлённая моими словами. Казалось, она собиралась что-то сказать, но передумала. Лишь натянуто улыбнулась.

— Всё в порядке, правда. Но спасибо тебе, Кайто-кун… Если что, я обязательно расскажу.

Однако её голос дрогнул.

Я смотрел на неё, размышляя, и вдруг в памяти всплыл эпизод из прошлого.

Восемь лет назад. «Белоснежка». Рэйна была испугана перед выходом на сцену, хотя на репетициях всё шло прекрасно. Тогда, накануне спектакля, она пришла ко мне домой, вся в слезах.

Сейчас… всё это повторялось. Только тогда я был слишком мал, чтобы заметить тревожные сигналы заранее.

— Рэйна… ты боишься премьеры?

Лицо Рэйны залилось краской.

— П-почему ты так думаешь?.. — тихо спросила она.

— Просто ты очень похожа на ту Рэйну… восьмилетней давности.

Рэйна посмотрела на меня, словно борясь с собой. И наконец, вздохнув, заговорила:

— Да… мне страшно. Я так долго ждала этот проект, но… что, если я разочарую зрителей? Что, если моя игра будет плоха? Эта роль слишком важна для меня… и из-за этого я не могу спать.

Я молча выслушал её, а затем, следуя инстинкту, осторожно положил руку ей на голову.

[[image:/storage/reader-images/28485dd00f29abb8946d10455c1d417f78855e6d.jpg]]

— Ах…

Рэйна тихо выдохнула, издав едва слышный звук.

Поглаживая её по голове, я вдруг осознал, что делаю, и резко отдёрнул руку.

— С-слишком увлёкся! Прости, я не хотел...

Я испуганно попытался объясниться, опасаясь, что она рассердится, но Рэйна не выглядела недовольной. Щёки её окрасились нежным румянцем, а взгляд скользнул вниз, будто она пыталась спрятать смущение.

— Всё в порядке... более того.

Она чуть приподняла голову, посмотрела на меня исподлобья, и в её глазах мелькнуло что-то необычное.

— Продолжай... Просто ещё немного.

— Эм... Ладно.

Я колебался, но не мог проигнорировать её просьбу. Осторожно снова коснулся её волос и провёл ладонью, чувствуя, как Рэйна слегка подалась вперёд, доверчиво прильнув ко мне.

Так мы сидели, не зная, сколько времени прошло.

В какой-то момент Рэйна отстранилась. Лицо её пылало жарким румянцем, и, судя по ощущениям, я выглядел так же. Долгая пауза повисла в воздухе, пока, наконец, она не заговорила:

— С-спасибо. Теперь мне гораздо лучше.

— Н-не за что...

Я ответил неловко, не зная, что ещё сказать. Но всё же решил сказать то, что действительно хотел.

— Если вдруг что-то случится… Ты всегда можешь поговорить со мной. Я выслушаю тебя. Если тебя что-то тревожит или ты не знаешь, как поступить, не держи это в себе. Мне будет легче, если ты сможешь честно сказать, что у тебя на душе.

Рэйна посмотрела на меня с лёгкой улыбкой.

— Спасибо, Кайто-кун. Я больше не буду всё держать в себе. Если что-то случится, я обязательно расскажу.

— Хорошо… Кстати, скоро начнётся трансляция. Хочешь посмотреть?

Лёгкое напряжение в её лице ещё не исчезло, но она кивнула.

— Всё будет отлично. Я ведь видел твой перфоманс вживую. Рэйна, ты была безупречна.

— Правда?..

Наступило время эфира.

Мы включили телевизор, выбрали нужный канал, а затем достали телефоны, чтобы проверить, что пишут о сериале в сети. В эпоху социальных медиа актёры невольно сталкиваются с реакцией зрителей в режиме реального времени.

Официальный хэштег шоу, «#KoiZuki» (сокращённое от «Сезон любви»), уже мелькал в трендах. Люди оживлённо обсуждали премьеру, ожидая появления Рэйны в главной роли. Конечно, нашлись и те, кто был недоволен тем, что меня утвердили на роль главного героя.

С началом трансляции комментарии буквально захлестнули ленту.

Первая серия рассказывала о встрече Акихисы и Акари — двух совершенно разных людей, которые, казалось, не могли быть связаны ничем, кроме того, что учились в одном классе. Однако судьба распорядилась иначе: Акихиса случайно узнал её тайну, и их жизни переплелись.

Постепенно они сблизились, пройдя через череду событий, полных нежных, трогательных моментов. В повествовании ощущался свежий ветер юности, переплетённый с таинственными нотками сюжета. Всё это держало зрителей в напряжении.

Великолепная постановка и тонкая работа режиссёра сделали картину живой и завораживающей.

Мы с Рэйной сидели, не отрываясь от экрана, почти не произнося ни слова.

За пять минут до конца сюжет сделал неожиданный поворот. Отношения главных героев подверглись испытанию, их судьбы зашатались, на смену романтике пришла тревога. История ускорила ход, стремительно подводя зрителя к финальным титрам.

Когда последние кадры исчезли с экрана, мы оба невольно выдохнули.

— …Это было здорово.

— …Да.

Моя актёрская игра, которую я так старался выстроить, казалась довольно убедительной. Мне удалось передать яркость героя и в то же время добавить в образ что-то своё, что сделало его живым.

А Рэйна… Рэйна была просто идеальна. Или даже лучше, чем обычно.

— Ого! Официальный хэштег на первом месте в трендах!

— Правда? Это невероятно!

Позитивный отклик зрителей разошёлся мощной волной, сериал мгновенно завоевал популярность. Дискуссии о нём вспыхивали повсюду, создавая настоящий ажиотаж. Для премьеры — настоящий триумф.

Мы не сдержались и, смеясь, хлопнули друг друга по ладоням, отмечая успех.

Проснувшись утром, я машинально потянулся за телефоном, чтобы мельком взглянуть на экран, но тут же застыл в удивлении.

Мой рабочий аккаунт в соцсетях буквально взорвался за ночь — число подписчиков выросло на десять тысяч. Конечно, это было несравнимо с аудиторией Рэйны, чей аккаунт давно перешагнул семизначные цифры, но теперь и мои посты не оставались без внимания. Поклонники активно реагировали на обновления, лайкали фотографии из повседневной жизни, оставляли комментарии.

Я посмотрел на уведомления, заполонившие экран блокировки. До вчерашнего дня мой пост о съёмках в дораме едва набрал пятьсот лайков. Теперь же их количество перевалило за десятки тысяч.

Лента была переполнена новыми упоминаниями, а личные сообщения — комментариями от недавно прибывших подписчиков. Я пролистывал их одно за другим, поражаясь такому неожиданному всплеску популярности.

— Первый эпизод был потрясающим!

— Я просто влюбился в игру Амано! Теперь я твой фанат!

— Химия между тобой и Рэйной просто невероятная… Настоящие друзья детства!

— Хочу больше закулисных кадров! И, конечно, моментов с Рэйной!

— Теперь это обязательный просмотр каждую неделю!

— Ты покорил меня своим актёрским мастерством! Буду поддерживать тебя до конца!

"Это... невероятно."

Волнение захлестнуло меня, сердце билось быстрее. Я не мог поверить в масштаб отклика — ничего подобного со мной прежде не случалось.

Все эти тёплые слова заставили меня забыть о негативных комментариях, которыми был полон интернет после официального анонса. Будто весь этот хейт никогда и не существовал.

Я долго пролистывал комментарии, пока собирался. Но даже после того, как вышел из дома, мысли путались, и я никак не мог сосредоточиться. Обычно я уделял практике около получаса перед уходом, но сегодня просто не мог сидеть на месте. Поэтому решил выйти пораньше.

По дороге в школу я заметил что-то странное.

"Или мне кажется, или... на меня действительно все смотрят?"

Дорога до Суисэй Гакуэн занимала около получаса: часть пути я проделывал на трамвае, остальное — пешком. В отличие от Рэйны, я не привык скрывать своё лицо, да и сегодня ничем не выделялся. Просто зашёл в вагон, занял место у окна, достал сценарий и ручку, намереваясь повторить текст.

Но сосредоточиться не получалось.

Сначала я решил, что это просто самовнушение. Однако, выйдя на своей остановке и проходя через турникеты, услышал голос.

— Эм, извините!

— Вы ведь Амано Кайто, верно?!

Передо мной стояли две девочки — судя по форме, ученицы средней школы. Они выглядели смущёнными, но в их глазах светилось искреннее восхищение.

— Да, это я... Что-то случилось?

— М-мы смотрели вчерашнюю дораму! Это было потрясающе!

— М-могу я пожать вам руку?!

— И я тоже! Пожалуйста!

Я растерялся. Никогда раньше со мной такого не происходило, и я не знал, как реагировать.

— Эм... ну, если только рукопожатие... Спасибо вам.

Я осторожно протянул руку. Девочки вспыхнули от радости и стиснули мои ладони, а затем робко попросили сфотографироваться. Взяв телефоны, они быстро щёлкнули пару снимков, а затем, краснея, убежали, оставив меня в полном недоумении.

Я ещё долго смотрел им вслед, словно очарованный, пока вдруг не почувствовал лёгкий толчок в плечо.

— Доброе утро, Кайто-кун.

— А?! Рэйна!

Она протянула мне одноразовую маску.

— Надень это. Так будет безопаснее.

Вероятно, мы ехали в одном трамвае, просто раньше никогда не пересекались по дороге в школу. Сегодня же, похоже, из-за моего раннего выхода мы оказались в одно и то же время в одном месте.

Рэйна выглядела, как настоящая звезда инкогнито: чёрная маска, шляпа, солнцезащитные очки.

— Нельзя просто так ходить без защиты, — укоризненно заметила она.

— Ну... кто бы мог подумать. Я просто шёл себе и вдруг — меня окликнули. Как будто я стал знаменитым. Даже приятно.

— Кайто-кун, ты не "как будто" стал знаменитым. Ты уже знаменит. Осознай это.

— Да ладно тебе... Я всё ещё не чувствую этого.

После оглушительного успеха первого эпизода "Сезона Первой Любви" о дораме заговорили в крупных новостных порталах.

Пользователи соцсетей активно обсуждали шоу, а мои прошлые интервью, включая беседу с Сугуно, снова всплыли в сети. Заголовки пестрели сообщениями о нашем с Рэйной воссоединении спустя восемь лет.

— Но если эта дорама действительно сделает меня популярным, то всё благодаря тебе, Рэйна. С самого начала проект привлёк внимание благодаря твоему участию. Мне кажется, я просто еду на волне твоей известности.

— Неправда, — покачала головой Рэйна. — Все любят твой талант, Кайто-кун. Просто теперь, наконец, мир видит, сколько сил ты вкладывал в свою работу. "Сезон Первой Любви" — всего лишь случайность. Это не из-за меня.

Сказав это, она слегка опустила голову, будто смущаясь.

— Кстати... спасибо за вчера, Кайто-кун.

— А? Эм, да...

— Раньше у меня не было человека, на которого я могла бы положиться. Поэтому я сказала тебе столько... неловких вещей. — Она замолчала, а потом тихо добавила: — Когда ты ушёл, я об этом думала. Даже спать не могла. Прости... забудь об этом, если можешь.

Из-за её маски я не видел её лица, но заметил, что уши у Рэйны пылают. Сейчас она точно краснеет.

Я тоже вдруг вспомнил вчерашний вечер, и меня охватило смущение.

— Нет, забыть не получится, — усмехнулся я. — Вчера ты была невероятно милой.

— Ч-что?!

— Правда. Я провожу с тобой много времени, вижу тебя и в жизни, и на экране. Ты всегда прекрасна, но вчера... вчерашняя Рэйна была особенной. Я бы даже хотел, чтобы тебя такой увидели все твои поклонники.

На экране Рэйна всегда сияет, сливаясь со своими ролями, в жизни — лёгкая в общении, умная, сдержанная. Но именно та Рэйна, что была со мной вчера, тронула меня больше всего.

Я уже собирался добавить что-то ещё, как вдруг почувствовал, что она сжала мою ладонь.

Я удивлённо посмотрел на неё.

— Рэйна?

— А?! Я-я ошиблась! Это было случайно!

Она тут же разжала пальцы и, словно в панике, замахала руками, пытаясь замять произошедшее.

Я только усмехнулся.

До самой школы Рэйна шла рядом... даже ближе, чем обычно.

Как только мы вошли в класс, нас тут же окружили одноклассники, разом воскликнув:

— Вау!

— Мидзусава, я смотрел вчерашнюю дораму! Это было потрясающе!

— Спасибо, Мацуми.

— Я всё думал, как будет смотреться Рэйна в роли главной героини, и оказалось, что это просто невероятно мило!

— Правда? Мне так приятно это слышать.

Возможно, из-за того, что в нашем классе собрались студенты актёрского факультета, почти все посмотрели вчерашнюю премьеру. Я ожидал, что Рэйна окажется в центре внимания, окружённая восхищёнными одноклассниками, но всё оказалось иначе.

— Кайто-кун, я тоже смотрел! Это было потрясающе!

— Какое исполнение! Я был поражён!

— Ты ничуть не уступил Мидзусаве!

Ко мне подошли несколько одноклассников, их глаза горели искренним восторгом.

После того как группа девочек, пожавших мне руку по дороге в школу, ушла, я снова ощутил на себе эффект вчерашнего эфира. Высказав своё мнение, одноклассники разошлись, но тут ко мне приблизились девушки, только что беседовавшие с Рэйной.

Я хорошо их помнил. В день, когда объявили, что я сыграю главную роль, они открыто выражали недовольство этим решением, что даже вызвало у Рэйны раздражение. Однако именно тот случай стал отправной точкой для их примирения. С тех пор они неплохо ладили и часто общались.

Теперь же девушки подошли ко мне и, неожиданно склонив головы.

— Прости нас, Амано-кун! — виновато произнесла одна из них. — Мы тогда наговорили тебе столько неприятных вещей... Теперь мы понимаем: ты действительно лучший партнёр для Мидзусавы в её первой романтической дораме!

Я был озадачен столь резкой переменой настроений.

— Эм... Да всё в порядке. Я даже не принимал это близко к сердцу.

— Даже если так, нам всё равно стыдно... — смущённо проговорила другая.

— Чтобы загладить свою вину... Как насчёт того, чтобы сходить с нами на свидание?

— Или хотя бы выбрать, куда пойдём в следующий раз! Караоке, боулинг — всё подойдёт!

— Ахаха... Простите, но у меня сейчас каждый день съёмки. Но спасибо за приглашение. Кстати, когда у меня появится время, давайте позовём и Мидзусаву-сан, чтобы погулять вместе.

— Ого, ты можешь пригласить и Мидзусаву-сан?! Амано-кун, да ты популярен!

Одна из девушек с лёгким смехом облокотилась на мою спину. Через ткань формы я почувствовал её мягкое прикосновение, и от неожиданности напрягся.

И именно в этот момент, как по сценарию, мои глаза встретились с глазами Рэйны.

Она стояла недалеко, разговаривая с кем-то, но теперь её взгляд был устремлён на меня. В её глазах застыла непроницаемая, почти окаменелая эмоция. Никогда прежде я не видел у Рэйны такое выражения лица.

(П/П: На горизонте появилась новая яндере)

Эффект премьеры всё ещё давал о себе знать.

После окончания четвёртого урока физкультуры я направился к своему шкафчику, чтобы переобуться. Как только я открыл дверцу, на пол выскользнуло письмо.

Я наклонился, поднял его и с удивлением обнаружил, что это было любовное письмо.

Никогда прежде я не получал ничего подобного, и моё сердце невольно забилось быстрее. Имя отправителя указано не было, но, согласно правилам, ученики из обычного отделения не могли проникнуть в здание факультета исполнительских искусств, а значит, письмо было от кого-то из нашего отделения.

Всего несколько аккуратно выведенных округлых символов: «Надеюсь, ты сможешь прийти за здание школы во время обеденного перерыва».

Я продолжал разглядывать письмо, когда мимо, весело болтая, прошла Рэйна со своими одноклассницами. Почувствовав странную неловкость, я заговорил, словно прерывая их разговор:

— Ах, Мидзусава-сан.

— Что такое, Амано-кун?

Рэйна остановилась и улыбнулась мне — спокойно, изящно.

— Насчёт сегодняшней тренировки во время обеда… Прости, но можно её отменить?

— Конечно, но у тебя что-то случилось?

— Ну... Меня кое-кто попросил встретиться.

Одна из девушек в их компании обратила внимание на стикер в форме сердечка, прикреплённый к уголку письма, и тут же взвизгнула.

— Это что, любовное письмо?!

— Вау, Амано-кун, да ты, оказывается, популярен!

— Н-ну, может, это просто шутка...

От смущения я натянуто улыбнулся, пытаясь выглядеть непринуждённо.

— В общем, вот так. Прости, Мидзусава-сан. Увидимся на съёмках после уроков.

— Ах...

Похоже, Рэйна хотела что-то сказать, но, передумав, лишь мягко закрыла рот.

Не желая заставлять отправителя ждать, я направился за здание школы.

Там меня уже ждала девушка из младшей школы. В прошлом году мы состояли в одном комитете и часто обсуждали разные вопросы. Я слышал, что она подписала контракт с агентством и сейчас усердно работает, мечтая стать певицей.

— Ах, это Амано-семпай, да? Давно не виделись! Прости, что вызвала тебя так неожиданно.

— Всё в порядке, всё в порядке. Это письмо от тебя, Ямакита-сан?

— Ну... Д-да, потому что я хотела поговорить с тобой.

Ямакита-сан нервно сглотнула и, наклонившись вперёд, выпалила:

— Семпай, пожалуйста, встречайся со мной!

Я никогда прежде не слышал этих слов от кого-то, кроме Рэйны.

Хотя в глубине души я уже догадывался, к чему всё идёт, растерянность всё равно не отпускала меня.

Смущённо потупив взгляд, Ямакита-сан продолжила:

— Когда мы работали вместе в комитете, мне всегда казалось, что ты очень хороший человек… А вчера, когда мои одноклассницы сказали, что ты выглядел таким красивым и заботливым во время премьеры… Я подумала, что если не скажу это сейчас, то, возможно, уже никогда не смогу.

— Понимаю... В любом случае, спасибо, что ты так ко мне относишься.

Я немного понизил голос, прежде чем произнести следующее:

— Но... Прости. Есть девушка, которая мне нравится… Точнее, человек, о котором я забочусь. Поэтому я не могу ответить на твои чувства.

В этот момент перед глазами всплыла милая, немного наивная улыбка моей подруги детства.

Если честно, я до сих пор не могу сказать наверняка, можно ли назвать это любовью.

Когда мы расстались восемь лет назад, я мог лишь смотреть ей вслед, наблюдая, как она превращается в гениальную актрису. Она стала для меня идеалом, недосягаемой вершиной. Но после нашей встречи я узнал о Рэйне больше: за кулисами она осталась такой же застенчивой, немного по-детски наивной и невероятно милой.

Однако, стоило ей выйти на сцену, как она тут же становилась сияющей звездой, вызывая уважение и восхищение всех вокруг.

Я не мог не влюбиться в неё.

Прошло восемь лет, но даже сейчас Рэйна, ставшая утончённой и прекрасной девушкой, заставляет моё сердце биться чаще.

И даже если я не уверен, возможны ли у нас романтические отношения, если мне не хватает уверенности сказать, что мы идеально подходим друг другу, одно для меня ясно: я не могу представить кого-то другого рядом с собой.

— Понятно… Всё же, спасибо.

Услышав мой ответ, Ямакита-сан опустила голову.

— Я так и думала…

Я хотел сказать что-то ободряющее, но слова застыли на губах.

Она отвернулась, но прежде чем уйти, быстро заговорила:

— Но если мы сможем просто продолжать общаться, как и раньше, я буду счастлива! Я всегда буду поддерживать тебя, семпай!

— Ах, спасибо.

— Мне... этого достаточно.

С этими словами Ямакита-сан ушла.

Глядя ей вслед, я вдруг почувствовал странную, ноющую боль в груди.

Так как после занятий нас ждали съёмки, Рэйна и я отправились на площадку в машине Карин-сан.

Юки-сан пропустила недавнюю выездную съёмку по состоянию здоровья, поэтому, в качестве компенсации, помогала Карин-сан с работой. Из-за этого сёстры по очереди забирали нас из школы. Сидеть с Рэйной в одной машине теперь казалось чем-то совершенно естественным.

Для меня это было не просто время на подготовку перед съёмками, но и дополнительные моменты, которые я мог провести с Рэйной. И я действительно ценил их.

Однако в тот день её поведение было странным.

Когда я сел в машину, Рэйна уже была на месте. Я сразу заметил, как она нервничает.

— Рэйна, что-то случилось?

— М-м? Нет, всё в порядке.

Но, несмотря на её слова, она даже не взглянула на меня.

Это было редкое зрелище — видеть Рэйну такой обеспокоенной.

Решив пока не настаивать, я достал телефон и начал отвечать на сообщение от Юки-сан.

«Прости, Амано-кун. Я смогу приехать на площадку только к пяти.»

«Ничего страшного. Ты сейчас занята?»

«Да, после премьеры ко мне поступило столько предложений о сотрудничестве, что я завалена работой. В перерывах между съёмками мне нужно будет проверять потенциальные проекты.»

«Понял. Береги себя.»

Юки-сан быстро ответила, и, казалось, на этом наш рабочий разговор завершился. Напоследок она отправила мне забавного снеговика-эмодзи, и я, усмехнувшись, выбрал похожий в ответ.

Когда я отвёл взгляд от экрана, то заметил, что Рэйна не сводит с меня глаз.

— Эй, что случилось, Рэйна?

Наши взгляды встретились, и она тут же отвела лицо в сторону.

— Н-ничего!

— Нет-нет, так не пойдёт. Ты всё это время смотришь на меня с каким-то подозрением.

— Я просто... просто хотела узнать, с кем ты переписываешься.

— С кем? Ах, это просто рабочие вопросы с Юки-сан.

Я не понял, к чему она клонит, но ответил честно. Услышав моё объяснение, Рэйна заметно расслабилась и облегчённо вздохнула.

— Ч-что... Я просто подумала, что ты улыбаешься в телефон не просто так... Я была уверена, что...

— Ха? Я правда так выглядел? Может, потому что премьера прошла успешно, и Юки-сан получила много предложений. Это здорово.

— П-правда... В самом деле, нас ждёт много совместных проектов, верно, Карин-сан?

— Да. Нужно будет всё тщательно обсудить.

Карин-сан, которая молчала всю дорогу, нехотя ответила, когда Рэйна переключила разговор на неё.

Рэйна, похоже, успокоилась, но у меня всё ещё оставались вопросы.

— Так что же ты всё-таки подумала?

— Ч-что?.. Ах, ну...

— Рэйна, мы же вчера договорились, что ты можешь говорить мне обо всём. Если ты так быстро об этом забыла, мне будет обидно...

Рэйна, которая пыталась выкрутиться, услышала мои слова и, кажется, сдалась. Опустив голову, она тихо пробормотала:

— Я... я думала, что ты пишешь своей девушке.

— ...Что?!

Я на мгновение потерял дар речи.

Рэйна тут же начала оправдываться:

— П-потому что! Тебе ведь сегодня признались в любви!

— Ну... да, было такое.

— И вообще, сегодня ты был ужасно популярен! С утра тебя окружили какие-то девочки, а в классе весь день было шумно из-за тебя...

Она снова потупила взгляд.

Я не знал, как реагировать, но всё же решил прояснить ситуацию:

— В любом случае, у меня нет девушки. Девушка, которая призналась мне сегодня, получила отказ.

— П-правда?

— Конечно. Мне нет смысла врать тебе.

Рэйна с облегчением выдохнула, а затем тут же наклонилась ко мне:

— Кайто-кун, ты помнишь нашу договорённость?

— О чём ты? Ах, конечно. Мы должны создать лучшее произведение, которое будет только нашим.

— Т-точно! И ради этого мы должны сосредоточиться на работе! Так что никаких увлечений другими девушками!

Она сказала это с таким серьёзным видом, подняв палец, что я почувствовал себя загнанным в угол.

— Не припомню, чтобы я кем-то увлекался...

— В-в общем, я сама ничего не понимаю! Но с самого вчерашнего дня у меня такое чувство!

— Хорошо. До конца съёмок я ни с кем не начну встречаться. Договорились?

Если честно, я и не планировал встречаться ни с кем, кроме Рэйны.

Услышав мои слова, она, наконец, улыбнулась.

— Тогда и я тоже... не заведу себе парня. Давай постараемся вместе до конца съёмок.

— Подожди, "тоже"?..

— Ах, я оговорилась! Н-неважно! В общем, это обещание, Кайто-кун!

— Да. В ближайшие два месяца мы будем выкладываться на полную.

Мы соприкоснулись кулаками, подтверждая нашу решимость работать вместе до самого финала.

В тот день, во время перерыва, меня неожиданно позвала Карин-сан.

Мы встретились в зоне отдыха, где стояли автоматы с напитками. Вокруг никого не было, кроме нас двоих, что делало разговор ещё более личным.

Как только я подошёл, Карин-сан сразу же выразила свою благодарность:

— Спасибо тебе за то, что ты сделал для Мидзусавы-сан.

— Нет, я всего лишь… немного помог, — ответил я, слегка смутившись.

— Ты помог гораздо больше, чем тебе кажется, — серьёзно произнесла она.

Накануне вечером я рассказал ей о ситуации по телефону. Она сама просила сообщать ей, если с Рэйной что-то случится, поэтому я вкратце объяснил, что произошло. Теперь же Карин-сан решила поблагодарить меня лично.

— Забота о психологическом состоянии актёров — это моя прямая обязанность как менеджера… но я ничего не заметила. Это позор для меня, — с ноткой сожаления в голосе произнесла она.

— Я просто случайно заметил, что Рэйна ведёт себя необычно в школе… — попытался я сгладить ситуацию.

— Даже если бы я увидела то же самое, вряд ли бы догадалась, что она боится выхода в эфир. У меня нет твоего умения наблюдать за деталями, и я не знаю прошлое Мидзусавы-сан так, как ты.

Я лишь пожал плечами. Карин-сан была третьим менеджером Рэйны и работала с ней уже три года. Она провела с ней гораздо больше времени, чем я, и знала множество вещей, которые оставались для меня загадкой. Всё же мне казалось, что на этот раз я просто оказался в нужный момент в нужном месте.

Однако Карин-сан вдруг слегка поджала губы, словно решаясь сказать что-то личное.

— Честно говоря, я немного тебе завидую, Амано-сан. Ты понимаешь эту девочку лучше, чем её собственный менеджер.

— Я… я не хотел… — я запнулся, не зная, как правильно ответить.

Карин-сан посмотрела на моё смущённое лицо и вдруг рассмеялась.

— Не переживай, это была просто шутка. На самом деле, я даже чувствую облегчение, зная, что Рэйна в надёжных руках. Ведь ты смог заметить то, что ускользнуло от меня.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь ей, — твёрдо пообещал я.

— Отлично. Тогда прошу тебя, продолжай заботиться о Мидзусаве-сан.

— Конечно! Как её партнёр по съёмкам, я буду её поддерживать и помогать во всём.

Карин-сан внимательно посмотрела на меня, затем её губы тронула тёплая улыбка. В её взгляде больше не было ни капли сомнений.

Съемочный процесс шел гладко. Съемки шестого эпизода были запланированы на две недели вперед.

«Сезон первой любви» — двенадцатисерийная дорама, а это значит, что с окончанием шестой серии история подойдет к своему экватору. Именно здесь происходит важный сюжетный перелом — в финале эпизода Акихиса и Акари наконец становятся парой.

— Ну, тогда я пойду… Спасибо за сегодня, мне было весело.

— П-Подожди!

— Хм?

— Эм… Мы можем немного пройтись вместе?

— Я не против, но куда-то ты хочешь пойти?

— Нет, просто… Я хочу еще немного побыть с Акай-куном. Можно?

Мы, как обычно, репетировали на крыше.

Двое, не решавшиеся признаться в своих чувствах, наконец решились провести день в парке развлечений. Но когда наступило время расставаться, Акари, преодолевая волнение, всё же остановила Акихису.

Они выбрали более длинный путь домой. В конце концов, оказавшись в пустом, безмолвном парке, Акари, собравшаяся с духом, не может подобрать слова. Атмосфера становится напряженной. И тогда, вместо слов, она решилась на робкий поцелуй, чтобы выразить свои чувства.

— Подожди, можно на минутку остановиться?

Но перед сценой поцелуя Рэйна неожиданно прервала репетицию.

— Конечно. Что-то не так?

— Ну… В следующей сцене… Акари и Акихиса… Нет, то есть… я и Кайто… должны поцеловаться, верно?

— Да, верно.

Когда она произнесла это снова, меня словно пронзило осознание.

Еще когда я соглашался на главную роль, Юки-сан предупредила меня о сцене поцелуя. Но тогда Рэйна оставалась для меня лишь образом, созданным средствами массовой информации. Пусть в памяти и всплывали образы восьмилетней давности, но наша связь казалась мне далекой. Тогда я, конечно, испытывал волнение, но чувства, охватывающие меня сейчас, разительно отличались от тех.

Но теперь всё изменилось.

За эти несколько месяцев мы с Рэйной провели вместе немало времени. Мы были одноклассниками, партнёрами по съёмкам… снова стали чем-то вроде друзей. И теперь я не мог просто воспринимать этот поцелуй как часть работы.

Рэйна же, не обращая внимания на мои мысли, тихо продолжила:

— Я серьезно об этом подумала. Уличная сцена снимается в этом парке, но если посмотреть на расписание… у нас не так уж много времени.

— Да, впереди и позади этой сцены еще много съемок.

— Но мы оба… у нас же нет опыта поцелуев, верно?

— Да… это так.

— Но если нас просто поставят перед фактом и заставят сделать это прямо во время съемок, все ли пройдет гладко?

—Я тоже об этом думал… У тебя есть какое-то предложение?

Я ответил ей вопросом на вопрос.

После слов Рэйны я осознал: естественно разыграть сцену поцелуя без подготовки невозможно. Мое представление о поцелуе ограничивалось простым соприкосновением губ. Я не знал, как должны двигаться тела, под каким углом лучше всего снимать, чтобы сцена выглядела выразительно.

Попытки учиться по видео оказались бесполезными, а мои актерские навыки пока оставляли желать лучшего. Поэтому, если у нее действительно была хорошая идея, я определенно хотел ее услышать.

Рэйна, покраснев, отвела взгляд и тихо пробормотала:

— На самом деле… думаю, нам стоит попрактиковаться.

— П-Попрактиковаться? Мы с тобой… будем репетировать поцелуй?

— Н-Не в прямом смысле! Я имею в виду, можно снять подготовку к сцене на камеру, посмотреть, прочувствовать динамику. Разве это не хорошая идея?

— Т-Так вот оно что…

Мы оба повысили голос, и воздух между нами мгновенно стал неловким.

Я чувствовал, как бешено колотится сердце.

Чтобы успокоиться, я глубоко вдохнул и посмотрел на Рэйну.

— Думаю, это хорошая идея. Попробуем?

— Да. Давай попробуем.

— Но, Рэйна, насколько далеко мы зайдём?

— Столько же, сколько и во время реальной съемки. Я уже немного практиковалась дома.

— Понимаю. Я пока не до конца уловил сцену, но постараюсь хотя бы правильно выполнить все действия. Прости.

— Все в порядке. Ну что ж… У меня есть маленький штатив для телефона. Сейчас установлю.

С этими словами Рэйна достала из сумки мини-штатив, закрепила на нем телефон и настроила угол съемки.

После этого она закрыла глаза, полностью сосредоточившись — так она всегда делала перед важными сценами, чтобы погрузиться в роль. Я же воспользовался моментом, чтобы перечитать сценарий, убедиться, что не забыл реплики, и как можно лучше представить себе сцену.

— Начнем. Подвинься чуть вперед, начнем с пятнадцатой страницы, хорошо?

— Да, я начну.

Я глубоко вдохнул и медленно произнес первую реплику.

— Что случилось, Акари? Ты с самого начала молчишь.

— Почему… Почему я не могу сказать того, что хочу?

Как и говорила Рэйна, ее игра была впечатляющей.

Чувство вины перед Акари, которая с тревогой ждала ответа. Горькая улыбка, когда она, не сумев произнести даже простое «нравишься», опускала глаза.

— Акари…

— Прости! Если тебе не понравится, просто отвергни меня!

— ?!

Через мгновение Акари решилась. Она закрыла глаза, сжала губы, вложив всю решимость в свое движение, протянула руки и осторожно коснулась ладонями щек Акихисы. Ее глаза, наполненные слезами и эмоциями, дрожали.

Я ничего не делал, просто застыл на месте.

Рэйна неотвратимо приближалась. Ее спокойное лицо, её дыхание…… мягкие губы постепенно…

"Н-Неужели при поцелуе лица оказываются так близко?!"

Для человека, который никогда прежде не целовался, увидеть лицо девушки так близко — это нечто невероятное.

И, более того, эта девушка — Рэйна.

Мои мысли полностью отключились, и я мог лишь слышать, как громко бьется сердце.

Когда наши носы почти соприкоснулись, я, повинуясь инстинкту, закрыл глаза. В целях съемок наши губы должны были практически сомкнуться, но… даже понимая это, я уже достиг предела.

Однако… Рэйна не придвинулась ближе.

Она замерла, густо покраснев.

"Ч-Что происходит?"

Неожиданная пауза выбила меня из колеи.

Через несколько секунд Рэйна медленно убрала руки с моих щек, отступила назад, прикрыла лицо ладонями и опустила голову.

— Что случилось, Рэйна?

— Прости, Кайто-кун… я… я все испортила.

— Хм? Значит, не получилось?

— Да… Раз мы теперь не можем просмотреть запись, попробуем еще раз?

— Конечно.

Увидеть Рэйну такой — редкость.

Когда камера включается, она будто растворяется в роли. Она не играет «Рэйну Мидзусаву», а становится «Акари Хошимией». Ни разу прежде я не видел, чтобы она сбивалась.

Тем более на официальных съемках.

Но раз она сама осознала ошибку и не выглядела слишком встревоженной, я решил ничего не говорить.

Мы начали второй дубль.

Однако результат оказался таким же.

Вновь, в самый ответственный момент, Рэйна замирала, не смея приблизиться.

Попытка за попыткой — три, четыре раза.

Каждый раз, чем ближе подходил момент, тем дальше она отступала.

В конце концов, после пятой попытки мы сдались и приостановили репетицию.

— Рэйна, ты точно в порядке?

Я обратился к ней, сидящей в задумчивости. Она медленно подняла голову.

— Эм… Я хотела поднести губы ближе, но каждый раз, когда мы оказывались на таком расстоянии, у меня… исчезал образ героини.

— Исчезал?

— Да. Будто я вновь становлюсь собой… Раньше у меня такого не было. Я теряю контроль над эмоциями.

Рэйна выглядела по-настоящему растерянной.

Спустя мгновение, она тихо произнесла:

— Что же мне делать… Похоже, я не смогу снять сцену поцелуя с Кайто-куном…

В тот день мы решили приостановить репетицию сцены с поцелуем и посвятить вечер тому, чтобы Рэйна смогла восстановить своё актерское состояние. А на следующий день, в обеденный перерыв, вновь установили мини-штатив и начали заново.

Однако — результат оказался таким же, как и накануне.

Рэйна опустилась на скамейку, безжизненно опустив плечи, её вид выдавал полное уныние.

— П-прости, Кайто-кун…

— Всё в порядке, это не страшно. Я ведь тоже поначалу совершал множество ошибок и доставлял массу неудобств.

— П-правда…?

— Конечно. К тому же, это всего лишь трудность, обнаруженная на репетиции. До официальных съёмок ещё пять дней, так что у нас есть время найти решение.

Рэйна наконец-то подняла голову, и я облегчённо вздохнул. Чтобы разобраться в проблеме, я задал вопрос:

— Рэйна, вчера ты сказала, что твой персонаж просто исчезает, верно?

— Да…

— Можешь рассказать об этом подробнее? Я ведь не использую метод погружения, как ты, и мне трудно это понять.

— Это… Обычно, когда сцена заканчивается, я могу легко выйти из образа. Но здесь, каждый раз, когда я дохожу до середины, персонаж исчезает сам по себе, и я просто не могу продолжить…

Рэйна объяснила свою необычную проблему. Я сосредоточился, обдумывая её слова, и продолжил расспросы.

— Понимаю… А у тебя есть догадки, почему так происходит?

— Эм… думаю, да…

Рэйна замялась и кивнула, а её выражение лица стало таким неловким, что я невольно напрягся.

"Что же делать… Даже если это всего лишь актёрская игра, если Рэйна скажет, что не может… что не хочет меня целовать…"

Все эти месяцы мы репетировали вместе, проводили время на съёмочной площадке, а недавно я даже побывал у неё дома. Казалось, что расстояние между нами сократилось, словно мы вновь вернулись в наше детство.

Но несмотря на это, мы не встречаемся. И я не был уверен, что Рэйна испытывает ко мне какие-то романтические чувства. Но если она скажет мне в лицо, что не может ни при каких обстоятельствах исполнить эту сцену со мной, что ненавидит саму мысль об этом… Я бы наверняка расстроился.

— Эм… не злись, ладно?

Рэйна нервно посмотрела на меня.

Я представил самые неприятные сценарии, но затем глубоко вдохнул и постарался смягчить выражение лица.

— Я не злюсь. Мы ведь договорились — если что-то тревожит или смущает, всегда можно сказать.

— Спасибо, Кайто-кун…

— Так в чём же причина?

— Э-это…

Рэйна сжала кулаки, а её лицо залилось ярким румянцем.

— Э-это просто слишком смущает!

— …Что?

Я остолбенел от неожиданности.

Несколько дней назад она говорила, что не придаёт этому значения, ведь это всего лишь работа. Но сейчас…

— У меня ещё не было первого поцелуя… И… знаешь! Целовать парня, с которым ты так близка… в такой обстановке… это же невозможно не нервничать! У меня просто мозг отключается! Т-так что…

— Рэйна…

— П-прости… Наверное, я недостойна называться актрисой…

Она печально опустила плечи.

Теперь всё стало ясно. Рэйна смущена, поэтому каждый раз замирает перед поцелуем. А учитывая её высокие профессиональные стандарты, тот факт, что она не может преодолеть личные эмоции ради сцены, заставлял её испытывать чувство вины. Но для меня осознание этого факта было лишь неожиданным.

— Знаешь… я даже рад.

— Рад? П-почему?

— Потому что я боялся, что ты скажешь, будто терпеть не можешь сцены с поцелуями и тем более не можешь играть такую сцену со мной.

— Ч-что?! Это совершенно невозможно! Скорее, я действительно хочу—

— Что?

— Н-ничего! В любом случае, ты правда не злишься, Кайто?

Я только пожал плечами.

— Абсолютно. К тому же, я чувствую то же самое.

Даже среди опытных актёров не каждый воспринимает поцелуи как рутинную часть работы. Мне кажется, это высокий уровень профессионализма. Но для нас с Рэйной… Это был первый опыт, и мы просто не могли взять и отключить свои чувства.

— Мне тоже важно, с кем играть сцену поцелуя. Даже если это просто актёрская работа, целовать такую потрясающую девушку, как ты, и при этом не волноваться… Это просто невозможно.

— К-Кайто-кун… Ты правда так думаешь?

Когда Рэйна моргнула, я осознал, что ляпнул нечто неосторожное.

— Ох… Извини, это прозвучало странно?

— Нет, совсем нет. Наоборот, мне приятно. Если бы только я волновалась из-за сцены поцелуя, а Кайто-кун воспринимал бы это совершенно спокойно… это было бы слишком обидно.

— Т-ты всё-таки сильно переживаешь, да…

— Да… потому что это Кайто-кун…

Наступила неловкая тишина, и, возможно, от смущения, мы оба отвели взгляды. В конце концов, Рэйна откашлялась и заговорила.

— В общем… Это не потому, что я не хочу играть сцену поцелуя с тобой или думаю, что ты плохо справляешься. Просто мне слишком стыдно, и из-за этого мой персонаж исчезает.

— Я понял.

— Так что… Если поцелуй начнёт Кайто-кун, я смогу сыграть сцену. Вчера я попробовала представить это дома, и если я буду просто ждать, то смогу…

— Мне начинать? Разве нам не придётся менять сценарий?

Рэйна кивнула.

— Конечно, нам нужно будет обсудить это с режиссёром Моритой. Но ведь лучше снять сцену, чем не снять её вовсе, верно?

— Согласен. Попробуем сделать так. Импровизация, значит…

Поцеловать Рэйну первым оказалось в несколько раз сложнее, чем просто ждать, когда это сделает она. Щёки пылают жаром от смущения, но я изо всех сил стараюсь сохранить образ Акая, продолжая сцеплять наши взгляды в образах.

Кончики наших носов соприкасаются, дыхание смешивается, остаётся лишь чуть-чуть... и мои губы коснутся её.

В этот момент сердце едва не выпрыгивает из груди. Я выдерживаю короткую паузу, а затем медленно отстраняюсь. Ощутив безопасное расстояние, хлопаю в ладони:

— Снято! Ну, кажется, у нас получилось оставить сцену непринужденной.

Рэйна моргает, а затем тяжело вздыхает.

— Что-то не так? — спрашиваю я.

— Нет, просто... Я была Акари Хошимией до тех пор, пока не услышала твой «снято».

— Это замечательно. В таком случае, если подкорректируем сценарий, то проблем не возникнет.

— Да, похоже на то.

Пока мы обсуждаем детали сцены, в мыслях остаётся странное ощущение. Воспоминание о том, как Рэйна стояла передо мной, доверчиво подставляя губы, оставляет лёгкий след смятения. Я пытаюсь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Тогда давай посмотрим отснятый материал и подкорректируем движения.

— Хорошо.

Рэйна снимает телефон с мини-штатива, и мы усаживаемся на скамейку бок о бок, чтобы посмотреть запись.

Чтобы лучше разобрать движения, я использую приложение для замедленного воспроизведения на 0.5x. Однако анализ сцены с поцелуем со стороны, словно наблюдать с высоты птичьего полёта, оказывается испытанием не для слабонервных.

Я чувствовал, как краснею, а Рэйна смущённо пробормотала:

— Это… это слишком смущает, правда?

— …Ага…

— И-и как? Всё-таки анализ сцен — твоя специализация, Кайто-кун.

— Хм... Пожалуй, мы оба играем немного неестественно. Вместо того чтобы просто наклоняться прямо, думаю, сцена будет выглядеть лучше, если мы слегка повернём головы. Так что я возьму это на себя. А тебе, Рэйна, стоит чуть приподнять голову и направить взгляд сюда.

— Поняла. Попробую сделать так. Что насчёт других моментов?

— Дай подумать...

Наши плечи соприкасаются, пока мы снова и снова пересматриваем сцену. Мы обсуждаем движения, выражения, замечаем нюансы.

Затем переснимаем сцену, учитывая все внесённые корректировки.

То, что начиналось как серьёзная репетиция, обернулось эмоциональным испытанием, с которым мне ещё не приходилось сталкиваться.

Мы вновь повторяли сцену, корректировали детали, и когда, наконец, раздался звонок, возвещая конец репетиции, я был полностью истощён.

В тот вечер, после съёмок, мы с Рэйной подошли к режиссёру Морите, чтобы обсудить возможность изменения сценария – сцена поцелуя была назначена через четыре дня. Я понимал, что просить о корректировке текста в такие сжатые сроки непросто, но, поскольку это был короткий эпизод, в котором участвовали только мы двое, я надеялся, что у нас есть пространство для манёвра.

Выслушав нас, Морита понимающе кивнул.

— Вот как… Даже Мидзусава сталкивается с подобными трудностями.

— Простите… Это моя неумелость.

— Я не упрекаю тебя. Напротив, хорошо, что ты заметила это ещё во время репетиций.

С этими словами он взял со стола сценарий шестого эпизода и, перелистывая страницы, продолжил:

— Что касается изменения… Теоретически, это возможно.

— Серьёзно?

— Да. В первоначальном варианте сценария сцена выглядела иначе: Акари сама делала первый шаг. Хотя в финальной версии текст был изменён, мы можем вернуть всё, как было. К тому же, это не повлияет на расписание съёмок, так что никаких проблем.

— Это замечательно! В таком случае…

Я уже хотел поблагодарить режиссёра, но он опередил меня, подняв руку.

— Не спеши с благодарностями. Я лишь сказал, что внести изменения возможно, но хорошо это или плохо — другой вопрос.

— …Понимаю.

— Если изначально сцену изменили, значит, для этого была причина. Амано, как ты считаешь?

Я задумался, прежде чем ответить:

— Учитывая характер Акари и ход истории, логично, что она, не умея выражать чувства словами, выбирает иной способ – поцелуй. Это подчёркивает её рост как персонажа и играет важную роль в развитии сюжета.

Морита довольно кивнул.

— Отличный ответ. Ты молодец.

Он сделал паузу, прежде чем продолжить:

— Как я уже сказал, корректировка сцены может повлиять на сюжет, но в разумных пределах. Поэтому решение остаётся за вами.

— Мы сами должны решить?

— Да. У вас есть четыре дня до съёмок. Если за это время Мидзусава сумеет обрести уверенность в своей игре, сценарий останется неизменным. Если же окажется, что это слишком сложно, тогда внесём правки. Времени мало. Как поступим?

Я переглянулся с Рэйной.

Сказать честно, мне хотелось оставить сцену без изменений. «Сезон первой любви» был для меня особенной работой. Я хотел, чтобы этот проект стал лучшим, и не желал идти на компромиссы.

Но это не мне решать. Рэйна — главная героиня этой сцены. Я видел, как тяжело ей давались репетиции, и понимал, что четыре дня — слишком мало, чтобы справиться с трудностями. Если бы она захотела изменить сценарий, я бы не возражал.

Но её слова меня удивили.

— Я поняла. Давайте оставим всё, как есть.

— Ты уверена?

Рэйна кивнула.

Режиссёр внимательно посмотрел на неё.

— Значит, ты сможешь справиться?

— Честно говоря, пока не знаю. Но я сделаю всё возможное.

— Эй, ты точно уверена?

— Если вы сомневаетесь, я могу параллельно репетировать и альтернативный вариант. Это ведь допустимо?

Морита усмехнулся.

— Хм, похоже, ты настроена решительно.

В отличие от него, который выглядел слегка удивлённым, лицо Рэйны светилось воодушевлением.

— Конечно. Для меня этот проект особенный.

Она сделала небольшую паузу и, глядя в мои глаза, продолжила:

— Спустя восемь лет наше с Амано-куном обещание наконец-то исполняется – мы играем главные роли в одном проекте. Мы поклялись: сделаем всё возможное, чтобы эта работа стала лучшей. И если изменение сценария может повредить истории, я не хочу этого делать.

Я ощутил, как меня наполнило тёплое чувство.

Она сказала вслух всё, что я сам думал, но не решался выразить. И я знал – она не просто произносит красивые слова. Она действительно вложила в этот проект душу.

Морита, похоже, тоже проникся её решимостью.

— Хе-хе, если Мидзусава так уверена, запасной сценарий нам не понадобится. Готовьтесь к съёмке.

— Спасибо.

— И всё же… Расскажи подробнее, что именно даётся тебе так тяжело. Возможно, я смогу помочь.

— Д-да…

Так же, как и мне, Рэйна объяснила режиссёру свои затруднения. Тот на мгновение задумался, а затем хлопнул в ладони.

— Ясно… В таком случае у меня есть идея.

Он порылся в сумке и достал конверт.

Внутри оказалось два билета в популярный парк развлечений.

Я непонимающе уставился на них.

— Эм… Что это?

— Эти билеты я выиграл в бинго на одной из вечеринок. Теперь они ваши.

(Примечание: «Бинго» — игра, где у участников есть карточка 5×5, центр которой уже отмечен. Ведущий случайно называет числа, а игроки отмечают их. Если числа образуют линию по горизонтали, вертикали или диагонали – это бинго, и можно забрать приз.)

Морита усмехнулся.

— Судя по всему, твоя проблема в том, что персонаж теряется в сцене. А это значит, что тебе нужно прочувствовать её ещё сильнее. Но ты уже проделала огромную работу по созданию образа, верно?

— Да… Я сделала всё.

— Тогда попробуйте пойти другим путём. В шестой серии Акай и Акари идут на свидание в парк аттракционов, а на обратном пути происходит тот самый поцелуй. Так почему бы вам с Амано не сделать то же самое? Побыть вместе, пережить эмоции… Возможно, это поможет тебе что-то понять.

Я взглянул на Рэйну, и мы одновременно кивнули.

— Думаю… Это отличная идея.

Как сказал режиссёр Морита, это действительно могло стать своего рода вдохновением. В индустрии развлечений актёры нередко отправляются в походы, живут вместе или проводят время в необычных условиях, чтобы глубже понять своих персонажей.

— Даже если это не даст нужного результата, смена обстановки пойдёт на пользу, — добавил Морита. — Завтра у вас выходной, а у вас двоих, учитывая вашу занятость, редко бывает возможность делать то, что делают обычные старшеклассники. До конца съёмок ещё далеко, так что иногда можно позволить себе повеселиться.

Он пожал плечами и усмехнулся:

— Впрочем, идти или нет — решать вам. И не забудьте получить разрешение у своих менеджеров.

После этого мы с Рэйной покинули кабинет режиссёра и вернулись в закулисье.

— Кайто-кун, что ты об этом думаешь? — спросила Рэйна, возвращаясь к предложению Мориты.

У нас на руках были два билета в парк развлечений, но до съёмки оставалось ещё четыре дня, а выходной был только завтра. Другими словами, решать нужно было уже сегодня.

— Решай сама. Если хочешь, можем провести день за обычными репетициями, — ответил я.

Рэйна замялась.

— Я… Если ты согласишься пойти со мной, Кайто-кун, то я думаю, что тоже пойду…

Словно пытаясь что-то скрыть, она тут же поспешила добавить:

— Просто… Я никогда не сталкивалась с тем, что персонаж как бы исчезает во время игры, и не знаю, что делать. Так что… Хочу попробовать то, что предложил режиссёр.

— Понимаю.

Она замялась ещё на мгновение, затем, словно набравшись смелости, пробормотала:

— И… До сих пор мы с тобой… никогда не выходили куда-то вдвоём, не так ли?

Я невольно сглотнул.

Действительно.

С момента нашей первой встречи прошло несколько месяцев. Мы виделись почти каждый день — на съёмочной площадке, в школе, даже ездили на съёмки в другие города. Но если не считать того раза, когда я ходил к Рэйне домой смотреть премьеру, мы ни разу не выбирались куда-то просто ради развлечения.

"Пойти в парк развлечений наедине с Рэйной…?"

Хотя формально это было частью подготовки к роли, перспектива провести с ней целый день в выходной казалась слишком заманчивой. Только от одной мысли об этом сердце начинало биться быстрее.

— Ладно, давай сходим завтра.

— Да!

— Только… Сначала нам нужно получить разрешение менеджеров, — напомнил я.

— Ах, точно… — энтузиазм Рэйны тут же поубавился.

Как актёры, мы не могли просто так распоряжаться своим временем. А в случае Рэйны её личная жизнь была под строгим контролем. Когда мы смотрели премьеру у неё дома, всё заранее согласовали. Тогда ситуация была проще: это было в закрытом помещении, и посторонних людей рядом не было. А теперь речь шла о шумном парке развлечений, полном посетителей. Я сомневался, что нас так просто отпустят.

— Ну… Попробуем договориться, надеясь на успех, — предложил я.

— Да…

— Если объясним, что это необходимо для вживания в роль, может, нас поймут. Всё-таки это была идея самого режиссёра, и билеты нам тоже достались от него.

— Верно. Тогда давай попробуем.

После съёмок нас отвезли домой.

Так как мы задержались, обсуждая изменения в сцене, мы с Рэйной решили не откладывать разговор и сразу же связались со своими менеджерами, попросив их зайти в закулисье.

Спустя некоторое время Юки-сан и Карин-сан прибыли почти одновременно.

— Спасибо за вашу работу. Пора домой, Амано-кун, — сказала Карин-сан.

— Извините, что задержал вас, беседуя с сестрой за чаем…

Обычно я быстро собирался и уходил, но на этот раз остановился и сказал:

— Простите, но у меня есть важный разговор.

— Что-то случилось? — насторожилась Юки-сан.

— Нам обоим? — уточнила Карин-сан.

— Да. Это связано с нашим разговором с режиссёром Моритой.

Я сразу перешёл к сути и рассказал о нашей проблеме.

Рэйна столкнулась с тем, что её персонаж «исчезает» в сцене поцелуя. Обсудив это с режиссёром, мы решили, что поход в парк развлечений поможет ей лучше прочувствовать эмоции. Я постарался сделать упор на творческую необходимость этой поездки.

— Понятно… То есть, вы просто хотите пойти на свидание, верно? — невозмутимо спросила Юки-сан.

— Почему ты так это упрощаешь?! Ты вообще слушала, что я сказал?!

— Ну, как ни смотри, парк развлечений в выходной день… Это определённо похоже на свидание, — добавила Карин-сан.

Конечно, это выглядело именно так, но…

— В любом случае, наша цель — лучше понять персонажей…

Я пытался убедить их, но, если честно, не особо надеялся на успех. Однако их ответ оказался неожиданно лёгким.

— Хорошо, идите, — просто сказала Юки-сан.

— Скорее, я удивлена, что ты говоришь об этом только сейчас, — хмыкнула Карин-сан.

— …Э?

Мы с Рэйной переглянулись в растерянности.

— То есть… Можно?

— У меня нет причин запрещать вам.

— С моей стороны тоже. Конечно, как главная актриса Рэйна должна соблюдать осторожность. Но если говорить о тебе, Амано-кун, то тебе я доверяю.

— Хотя… — Юки-сан задумалась. — Парк развлечений — это людное место. Если вас узнают, могут быть проблемы.

— Верно. Даже если сказать, что вы пошли туда ради съёмок, в это никто не поверит.

— Так что… Значит, нельзя?

— Нет, я этого не говорила, — ответила Карин-сан. — Просто вам нужно будет хорошо замаскироваться.

Юки-сан кивнула.

Рэйна слегка склонила голову:

— Нам просто нужно надеть кепки, солнечные очки и маски?

— Это только привлечёт к вам ещё больше внимания, — сказал я.

— Действительно… Если в парке развлечений кто-то появится в таком виде, все начнут на него пялиться…

Юки-сан достала из сумки планшет, что-то быстро нашла и развернула экран к нам.

— Тогда попробуйте использовать это.

— Это…?

— Официальный мерч парка. Карнавальные шляпы, ободки с ушками, солнцезащитные очки в форме мультяшных глаз и маски с забавными рисунками. Если вы их наденете, ваше лицо будет закрыто, но при этом никто не обратит на вас внимания.

— О!

Я хлопнул в ладони. Действительно, если носить официальные аксессуары, мы просто сольёмся с толпой.

К тому же, так будет даже веселее. В конце концов, это редкая возможность повеселиться вместе.

— Вокруг парка есть магазин с таким мерчем. Он открывается в восемь утра, так что лучше сначала зайти туда, а потом уже идти в парк.

— Отлично!

Карин-сан явно хорошо изучила информацию.

— Спасибо, Юки-сан, Карин-сан.

— Спасибо вам.

— Хорошенько повеселитесь. И не забудьте привезти мне сувенир, — с улыбкой добавила Юки-сан.

Так, в предвкушении завтрашнего дня, мы разошлись по домам.

Перед сном мы созвонились, чтобы обсудить планы на завтрашний день и продумать маршрут в парке развлечений.

— Насколько возможно, лучше выбрать маршрут, похожий на тот, что в сценарии, верно? Но там почти ничего не сказано о том, на каких аттракционах они были…

— Единственное, что известно — они начали с американских горок. А ещё на обратном пути у них были пакеты с покупками, так что они наверняка где-то зашли в магазин.

— Точно, у обоих были пакеты, причём довольно большие. Если они такие объёмные, то носить их с собой весь день было бы неудобно. Логичнее всего покупать сувениры на выходе.

— В таком случае, маршрут получается таким: сначала американские горки утром, покупки перед уходом, возвращение в сумерках. После этого в сценарии уже нет подробностей.

С момента нашей встречи с Рэйной это был наш первый совместный выход, и я не мог не радоваться. Однако главной целью поездки было помочь ей глубже понять свою роль. Поэтому мы старались максимально воссоздать день Акихисы и Акари.

Тем не менее, сцены в парке, снятые несколько дней назад, в финальной версии шоу заняли всего несколько секунд. Почти восемь часов их совместного времени оказались за кадром, и нам предстояло заполнить этот пробел собственной фантазией. В этом смысле прогулка обещала быть весьма свободной в плане импровизации.

— Что касается маскировки, о которой говорила Юки-сан… Конечно, лучше покупать всё в специализированном магазине рядом с парком, но встречаться там не стоит. Давай разойдёмся и придём туда в разное время, чтобы не привлекать внимания.

— Раз уж нам предстоит выбрать аксессуары, как насчёт того, чтобы подобрать друг другу по одному предмету?

— Хорошая идея! Только… не выбирай ничего странного.

— Не беспокойся. Я выберу что-то, что подойдёт тебе, Кайто-кун. Но если уж так, то я хочу не только аксессуары, закрывающие лицо, но и футболку.

— Тогда нам нужно будет найти, где переодеться. Но по пути от станции до парка наверняка будет много людей. Может, найдём примерочную чуть дальше?

— Тогда давай встретимся в 8:30 после покупок. Как насчёт этого места? Сейчас отправлю тебе локацию.

— Отлично, договорились.

Пока есть время, посмотрю, какие украшения могут подойти Рэйне.

Мы с воодушевлением обсуждали детали поездки, наслаждаясь самим процессом подготовки.

Говорят, самое счастливое в путешествии — это его ожидание. И в этот момент я точно мог сказать, что чувствую именно это.

К тому же, идея скрываться от посторонних и действовать тайком придавала всему особую атмосферу. Это делало завтрашний день ещё более захватывающим. Конечно, для кого-то, кто привык к подобному, это могло бы показаться обременительным или даже утомительным. Но для меня, впервые выходящего куда-то с девушкой, да ещё и хранящего небольшой секрет, это было одновременно волнующе и тревожно.

— Хехе… Не знаю почему, но я чувствую себя счастливой и взволнованной. Будто мы тайком идём на свидание, — неожиданно сказала Рэйна.

В тот момент, когда из её уст вылетело слово «свидание», мой телефон чуть не выскользнул из рук. Рэйна, поняв свою оговорку, густо покраснела и тут же прикрыла рот ладонью.

— То, то есть… Это была всего лишь аналогия!! На, на самом деле, наша цель завтра — исключительно подготовка к роли!

— Да, конечно. Будем стараться вместе.

— Эх, всё из-за Карин-сан и её странных замечаний… — Рэйна надула щёки.

После этого мы продолжили обсуждать завтрашний день, выбирая транспорт, магазины, которые хотели посетить, и беседовали до самого позднего вечера.

На следующий день.

Мы выбрали сувениры в магазине перед станцией и встретились в условленном месте. Переодевшись в примерочной, я вышел первым и стал ждать снаружи. Вскоре в поле моего зрения появилась Рэйна.

— Прости, что заставила ждать!

— Вау, Рэйна, тебе это очень идет!

Я подумал, что кролик Пиппи, персонаж из известного аниме, идеально подходит к образу Рэйны, поэтому выбрал для нее аксессуары в этом стиле.

Ободок с заячьими ушками, маска с изображением Пиппи, белая футболка с его принтом… А так как в магазине не оказалось подходящих солнцезащитных очков, я выбрал для нее модель с красной оправой в форме сердца.

Лицо Рэйны было полностью скрыто, поэтому её настоящая личность оставалась неузнаваемой. Однако даже так ее грациозная осанка и естественное очарование привлекали взгляды прохожих, заставляя их невольно задерживаться.

— Тебе тоже очень идет, Кайто-кун! Такой милый!

Услышав это, я нахмурился.

— Милый? Это комплимент?

— Конечно, комплимент! Ты выглядишь просто замечательно!

Рэйна выбрала для меня аксессуары с изображением Малыша Медвежонка. Ободок, маска, очки – всё было в этом стиле. Футболка, которую я получил, украшалась изображениями популярных мультяшных персонажей, а на руках у меня были перчатки в виде лап медвежонка.

Рэйна достала телефон и с воодушевлением предложила:

— Раз уж мы так нарядились, давай сделаем фото?

— Отличная идея!

— Тогда, Кайто-кун, подвинься поближе!

Прижавшись плечом к плечу, мы сделали снимок. В воздухе витал едва уловимый сладковатый аромат, такой же, как всегда, когда Рэйна была рядом.

Посмотрев на фото, она рассмеялась.

— Какое-то сюрреалистичное фото! Кайто-кун, посмотри тоже.

— Действительно… Если бы я не знал, что это мы, я бы не поверил.

— Жаль, что мы не можем выложить это в соцсети… Ну ничего, я отправлю его тебе, а также Карин-сан!

— Тогда я перешлю Юки-сан.

Почти сразу же пришли ответы. Юки-сан написала: «Вы выглядите здорово, похоже, вам весело». Карин-сан прокомментировала: «С таким идеальным маскировочным костюмом вас точно никто не узнает».

Парк открывался в девять утра, и, немного побродив по окрестностям, мы направились к месту назначения. Возле станции толпились туристы, спешащие в парк. Многие из них тоже были в забавных костюмах, создавая атмосферу праздника.

Внезапно Рэйна остановилась.

— Эй, Кайто-кун, ты ведь помнишь, что сегодня мы должны вжиться в образы наших персонажей? Режиссёр Морита просил нас повторить их действия, чтобы прочувствовать характер до последней сцены шестого эпизода.

— Да, конечно.

— Тогда у меня есть два предложения. Можно?

— Какие?

Рэйна глубоко вдохнула и, слегка поигрывая ушками кроличьего ободка, заговорила:

— Первое: весь день мы будем называть друг друга по именам персонажей. Так будет реалистичнее. А если нас случайно узнают, можно будет сказать, что мы просто репетируем.

— Интересная идея.

— Второе… Я хочу провести этот день с тобой на том же уровне близости, что и Акай с Акари.

— Э-э?

Я не смог сдержать удивления.

Рэйна заколебалась, но, набравшись решимости, продолжила:

— В шестом эпизоде, хоть они еще не встречаются, окружающим они кажутся парой, правда?

— Да, они ведут себя игриво и заигрывают друг с другом, хоть прямо этого и не признают. Согласно сценарию, весь день в парке они провели в этой лёгкой, но близкой манере.

— Именно… Т-так что, ради полного погружения, я хочу поддерживать с тобой такую же дистанцию… весь день.

Рэйна выглядела напряжённой, ожидая моей реакции.

Хотя этот неожиданный запрос застал меня врасплох, в его объяснении был смысл. Погружение в образы Акихисы и Акари, переживание их действий в течение всего дня ради вдохновения — вполне разумная идея.

Осознав это, я не нашёл причин для отказа.

Я сразу кивнул в знак согласия.

— Я… я понял. Ради развития персонажей я сделаю всё возможное.

— Да… Я на тебя рассчитываю, Кайто-кун.

"Но… мне действительно придётся весь день флиртовать с Рэйной?"

Одна только мысль об этом заставила моё сердце биться быстрее, вызывая волнение, с которым я никогда раньше не сталкивался.

Я бросил взгляд на Рэйну. Она внимательно разглядывала плюшевые перчатки в виде медвежьих лап на моих руках.

— Что-то не так, Рэйна… или, точнее, сегодня мне стоит называть тебя Акари, верно?

— Раз уж мы пытаемся воссоздать близость между персонажами, нам стоит держаться за руки! Но с твоими перчатками я не смогу этого сделать…

— Хочешь, я их сниму?

— Не нужно, всё в порядке. Давай сделаем по-другому.

Рэйна шагнула ко мне, её глаза сверкнули решимостью. Затем, не колеблясь, она сцепила свою руку с моей, крепко обхватив мой локоть.

Её внезапное действие застало меня врасплох. Наши тела соприкоснулись, и я почувствовал, как учащённо бьются наши сердца.

— …Ладно, пошли.

— А! Эм… да…

Подгоняемый Рэйной, я двинулся вперёд. Весь путь до парка мы молчали — смущение не давало мне заговорить. Казалось, Рэйна испытывала то же самое, и мы шагали в тишине, погружённые в странную, но не неприятную атмосферу.

Но как только перед нами открылся вид на парк, молчание тут же развеялось.

Нас встретило чарующее зрелище.

Экзотическая касса, а за ней — главное украшение парка, величественный замок, возвышающийся над всей территорией. Везде, от газонов до ограждений и мостовых, виднелись узоры и силуэты персонажей. Казалось, будто мы шагнули в ожившую сказочную картину. Посетители в тематической атрибутике оживлённо беседовали, и, глядя на них, я почувствовал, как внутри загорается искра волнения.

— Потрясающе… так вот какое оно, это чувство?

— Хм? Ты здесь впервые?

— Да. Я всю жизнь прожил в родном городе, а когда переехал в Токио из-за работы, у меня не было времени на развлечения. Да и друзей, с которыми можно было бы прийти, тоже не было…

— Понимаю. Знаешь, я тоже здесь впервые, так что мы с тобой на одной волне.

Мы заняли место в конце очереди, затерявшись в толпе. Никто не мог узнать нас, но время от времени я замечал взгляды, задерживающиеся на Рэйне — её красота, кажется, привлекала внимание, даже когда она просто стояла.

Держа в руках путеводитель, мы терпеливо ждали, пока часы пробьют время открытия.

Как только парк открылся, мы вошли вместе с потоком посетителей.

Прямо за входом нас окружили кафе, рестораны и магазины, стилизованные под разные уголки мира. Всё здесь казалось новым, завораживающим, заставляя гостей останавливаться и рассматривать детали.

— Вау, как красиво! Чувствуется, будто мы за границей.

— Хочешь заглянуть внутрь?

— Да… но мы же собирались сначала прокатиться на американских горках… Давай зайдём на обратном пути.

— Хорошая идея.

Мы понимали, что если будем отвлекаться на каждое привлекательное место, у нас не останется времени на то, что мы запланировали. Поэтому решили придерживаться намеченного плана.

Но когда мы подошли к очереди на аттракцион, Рэйна вдруг замерла.

— Ой! Это же Бэйби мишка, Бэйби мишка!

— Правда?

— Давай сфотографируемся с ним!

С этими словами Рэйна потянула меня за край одежды. Так мы оказались в небольшой очереди из трёх групп перед нами.

"Ха-ха… забавно."

Я не смог сдержать улыбку, наблюдая, как Рэйна с нетерпением ждёт своей очереди. Обычно её окружают толпы поклонников, просящие совместное фото, а сегодня она сама стоит в очереди, чтобы сфотографироваться с плюшевым персонажем.

Через пару минут очередь дошла до нас.

К нам подошла сотрудница парка, радушно улыбаясь.

— Давайте я помогу вам с фото. Можно ваш телефон?

— А-а… конечно, спасибо…

И вот тут я увидел редкую сторону Рэйны.

В привычной компании — со мной или Карин — она ведёт себя естественно. Но среди посторонних она моментально включает свой привычный «актёрский режим». Однако здесь, где её никто не узнавал, Рэйне не нужно было надевать маску. Она по-настоящему растерялась, отвечая незнакомцу.

Этот образ идеально наложился на воспоминания о Рэйне, которая когда-то робко пряталась за моей спиной, и на мгновение я застыл.

Меня вернули в реальность слова сотрудницы.

— Простите, но ваш парень не попал в кадр. Не могли бы вы подойти поближе?

— Эй! Акай, сюда!

Рэйна крепко схватила меня за руку и притянула к себе.

После фото мы поблагодарили сотрудницу и ушли. Немного пройдя, Рэйна весело заметила:

— Они сказали, что мы выглядим как пара…

— У-угу.

— Хм… А мы и правда похожи на пару?

— Если так, то с точки зрения вживания в образ — это успех. Ведь в глазах окружающих Акай и Акари действительно выглядят как влюблённые.

Мы с головой окунулись в мир волшебства и веселья, полностью отдаваясь атмосфере парка развлечений.

Утром мы, преодолев длинную очередь, наконец-то оказались на американских горках. Скорость оказалась куда выше, чем ожидалось, а крутые подъемы и головокружительные спуски заставили Рэйну кричать без остановки. В обед мы решили побаловать себя – выбрали ресторан с отдельными кабинками, ведь нам предстояло снять маски. А после, с новыми силами, принялись исследовать аттракционы.

Веселье пролетело незаметно. Вечер уже опустил на парк мягкую дымку, когда Рэйна предложила:

— Давай выберем последний аттракцион, а потом заглянем в магазины?

— Хорошая идея. Есть что-то, куда тебе особенно хочется?

Она хитро улыбнулась и указала на свою одежду.

— Может, этот? Раз уж я уже в таком образе.

— Отличный выбор, — кивнул я.

Так мы оказались у аттракциона «Морковное приключение Пиппи». По задумке, Пиппи и его друзья весело скакали по улицам в поисках любимых морковок, а мы, прокатившись на этом аттракционе, могли прочувствовать их удивительное путешествие на себе.

Очередь двигалась быстро, и вскоре мы уже занимали свои места. Нашей каретой стал «Морковный катер», состоящий из восьми рядов с двумя сиденьями в каждом. Нас направили в самый последний ряд.

Как только катер тронулся, Рэйна наклонилась ко мне и, немного помедлив, спросила:

— Здесь... можно снять маски?

— Да, нас никто не увидит.

Из-за особенностей конструкции пассажиры впереди не могли обернуться, а если кто-то и попробовал бы – это было бы попросту опасно.

Услышав мой ответ, Рэйна осторожно сняла маску и солнечные очки, убрав их в карман. Затем наклонилась ко мне и проделала то же самое с моими.

[[image:/storage/reader-images/846e31370105fca3f51d67a310350d4bfffb8523.jpg]]

Передо мной снова предстало ее лицо без грима – нежное, естественное, такое знакомое и родное. С самого утра мы прятались за «масками», и теперь это ощущение свободы вызвало у меня облегченный вздох. Рэйна лукаво улыбнулась, легонько ткнув меня в щеку.

— Хе-хе, как давно я не видела себя без макияжа.

— Да... — пробормотал я, не зная, что ответить.

— Эй, Акай... Можно мне чуть ближе?

Я утвердительно кивнул, и Рэйна плавно придвинулась, положив голову мне на плечо.

Следующий ее взгляд заставил мое сердце замереть. Расстояние между нашими лицами оказалось совсем небольшим, ровно таким, какое бывает, когда... тренируются в поцелуях.

Как и было условлено с утра, Рэйна весь день держалась ближе ко мне, чтобы прочувствовать динамику отношений между Акай и Акари. Но столь тесной близости ещё не было. Я пытался подавить внутреннее волнение, из-за чего едва ли мог наслаждаться приключением Пиппи.

"Это всего лишь игра... да, Рэйна всего лишь играет свою роль..."

Я изо всех сил старался убедить себя в этом, сохраняя невозмутимый вид. Однако впереди нас ожидал по-настоящему напряжённый момент.

Лодка-Морковь медленно приближалась к выходу.

Но мы так и не надели обратно ни солнцезащитные очки, ни маски. В любую секунду здесь могли появиться сотрудники парка и новая группа посетителей.

— О нет! Они уже рядом!

— Д-да!

Я запаниковал, а Рэйна, выглядевшая не менее растерянной, судорожно начала искать в кармане наши очки и маски. В тот самый миг, когда Лодка-Морковь достигла посадочной платформы, мы почти синхронно вернули себе привычный облик.

— Отлично! Выход в той стороне.

Услышав голос сотрудника, мы наконец выдохнули с облегчением.

— Это было слишком опасно... Чуть сердце не выпрыгнуло...

— П-прости...

— Всё в порядке. Главное, что всё обошлось. Кстати, куда теперь? Может, заглянем в магазин у входа?

— Угу!

Мы с головой окунулись в атмосферу шопинга, выбирая не только подарки для себя, но и сувениры для Юки и Карин. Очнувшись, я обнаружил, что мои руки уже заняты несколькими пакетами.

— Кажется, пора возвращаться, да?

Рэйна едва заметно вздрогнула.

Если честно, мне самому не хотелось уходить. Но завтра с утра нам обоим предстояла работа, а Юки и Карин настаивали, чтобы мы вернулись пораньше.

— Уже поздно. Если сейчас не пойдём отдыхать, завтра будем слишком уставшими.

— Д-да, понимаю.

Рэйна покорно кивнула, и мы покинули парк чуть раньше его закрытия.

Только оказавшись за пределами аттракционов, я осознал, что волшебство развеялось, оставив после себя лишь приятные воспоминания.

Позже мы переоделись в комнате для переодевания, упаковали покупки в пакеты и снова обрели свой обычный облик.

— Спасибо за сегодняшний день, Рэйна. Не знаю, насколько это помогло твоему персонажу, но я действительно хорошо провёл время! Увидимся завтра.

— А?

— Что-то не так? Мы ведь договаривались разойтись здесь, раз это была просто личная прогулка.

Мы решили не утруждать Юки и Карин, добираясь домой самостоятельно. Учитывая долгую поездку на поезде, разумнее было возвращаться раздельно. Но Рэйна нахмурилась и, слегка колеблясь, пробормотала:

— Просто... я не хочу возвращаться. Можно ещё немного поговорить...?

Её слова ошеломили меня.

Потому что они дословно совпадали с репликой Акари из шестого эпизода.

Сказала ли она это осознанно или нет, я не знал. Но, произнося эти слова, Рэйна не сводила с меня глаз.

— Эм... конечно, можем поговорить.

Попав под её пристальный взгляд, я сам начал смущаться. И, будто пытаясь скрыть свою неловкость, невольно повторил другую реплику из сценария.

— В-в любом случае, Рэйна сегодня была потрясающей.

— Я? Потрясающей?

— Да. С утра ты держалась ко мне ближе, чем обычно, заставляя сердце учащённо биться. Я понимаю, что ты делала это для того, чтобы глубже прочувствовать персонажа. Но это всё равно заставило меня испытать... странное чувство.

В какой-то момент мне действительно показалось, будто Рэйна — моя девушка.

Точно так же, как этот парк был лишь временной иллюзией.

Услышав мои слова, Рэйна широко распахнула глаза, а затем, будто приняв какое-то решение, крепко сжала кулаки.

— В-точности! Потому что на самом деле...

Но осознав, что собирается сказать, она резко прикрыла рот рукой, словно заглушая собственные слова.

— Ч-что такое, Рэйна?

— Н-ничего!

Её уши покраснели, и она опустила голову.

Я недоумённо смотрел на неё, не зная, что думать. А затем она пробормотала что-то себе под нос.

— Так вот оно что... Это чувство...

Внезапно Рэйна радостно всплеснула руками.

— Я поняла! Теперь я знаю, какие эмоции испытывала Акари, набираясь смелости для поцелуя... так вот как это ощущается!

— О? Рэйна, ты что-то осознала?

— Да! Спасибо, Кайто-кун. Если бы не ты, я бы не пришла к такому выводу.

— Я не уверен, что действительно помог... но если так, то здорово.

Я не знал, что именно пережила Рэйна, чтобы прийти к этому осознанию. Но видя её уверенность, я понимал, что беспокоиться незачем. Не только режиссёр Морита, но и все мы могли быть спокойны.

Рэйна дважды кивнула, и её голос зазвучал ровно и уверенно.

— Думаю, этого достаточно. Теперь эмоции Акари отчётливо отзываются во мне. Если немного их отполировать перед официальными съёмками, всё будет идеально.

Три дня спустя, в назначенный день, наконец, настал момент официальных съёмок.

Сегодня ночные сцены проходили в парке. По сценарию, после прогулки домой герои должны были завершить эпизод поцелуем. Все прочие сцены были сняты без особых сложностей, оставался лишь этот последний момент. В расписании съёмок значилось: "Поцелуй — 19:00".

— Режиссёр, стоит ли нам по-настоящему целоваться на репетиции?

— Нет, настоящий поцелуй только в финальной съёмке. Пока просто обозначьте движение.

— Поняла. Так и сделаем.

После быстрого обмена репликами с режиссёром Моритой, Рэйна заняла своё место рядом со мной. Её лицо озаряла лёгкая улыбка.

— Спасибо, Кайто-кун.

— Всё в порядке? Ты уверена?

— Возможно. Спасибо, что беспокоишься.

Съёмочная группа суетилась, готовясь к репетиции, и вот она началась.

Обычно Рэйна не выкладывалась на полную с первого дубля, просто отмечая для себя движения. Но сегодня всё было иначе. Эта сцена была не просто финальным аккордом — она решала, удастся ли передать ключевой момент истории. С самого начала Рэйна полностью погрузилась в образ, её игра была безупречна.

Акари, не в силах выразить свои чувства словами, вместо "нравишься" выбирает иной способ признания.

— Прости! Если тебе это неприятно, просто отвергни меня!

Рэйна действовала безупречно. Она осторожно коснулась моих щёк, неотрывно смотря в глаза. Затем, будто приняв окончательное решение, на миг закрыла веки, а её губы, подобные лепесткам вишни, медленно потянулись ко мне.

"Слишком близко...!"

Между нами не оставалось ни малейшего расстояния. Её дыхание ощущалось на моей коже. А затем она, слегка покраснев, отстранилась.

— Я... я люблю тебя, Акай.

— Я... тоже люблю тебя, Акари.

Акари наконец выразила свои чувства словами, а Акай ответил ей. Их сердца стали единым целым, а финальный кадр с крепкими объятиями ознаменовал завершение шестого эпизода.

— Великолепно! Это было идеально! — воскликнул режиссёр Морита, хлопая в ладоши.

Рэйна медленно вышла из роли и с ноткой неуверенности посмотрела на меня.

— Кайто-кун... я справилась?

— Да. Ты была невероятна, Рэйна.

— Тогда... хорошо.

Она улыбнулась, в её взгляде светилась радость.

Репетиция прошла без заминок — мы отработали каждую деталь, провели техническую и полноценную репетицию. Оставалось только дождаться финальной съёмки.

— Официальные съёмки начнутся через полчаса. Пока отдохните, — объявил режиссёр.

— Поняли.

Рэйна направилась к Карин-сан, чтобы немного передохнуть в машине.

А я... я остался на месте, погружённый в странные мысли.

"Что это?.. Почему я чувствую какое-то несоответствие?"

Всё шло как по маслу. Рэйна полностью преодолела свой страх исчезновения в роли и показала потрясающую игру. Её работа получила одобрение режиссёра. Всё, что оставалось — повторить это в официальном дубле.

И всё же, что-то в этом казалось мне неправильным.

Это ощущение нельзя было игнорировать. Оно не имело чёткой формы, но было слишком отчётливым, чтобы его отмахнуться. Это могло быть актёрской интуицией.

Я пытался разобраться в своих ощущениях, когда меня вывел из размышлений голос.

— Амано, ты чего тут стоишь? — это был режиссёр.

— А? О, простите…

— Мидзусава отдыхает. Ты тоже сделай перерыв. Я пойду обсудить детали с командой.

— Подождите, режиссёр!

Я поспешно окликнул его. Он удивлённо обернулся.

— Эта сцена… Вы уверены, что снимать её именно так — верное решение?

— Что ты имеешь в виду?

— Что-то здесь не так. Не могу точно сказать, что именно, но…

— Значит, ты сам ещё не разобрался?

— Да. Но я отчётливо чувствую, что что-то не сходится.

Морита задумчиво поддержал подбородок ладонью.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Это чувство слишком сильное, чтобы быть ошибочным.

— Ладно. Тогда подумай хорошенько. Если твоя интуиция тебе подсказывает, значит, так тому и быть.

— Спасибо, режиссёр!

Морита кивнул и ушёл, оставив меня размышлять.

Я должен был понять, в чём дело. Поцелуй в этом эпизоде — не просто жест. Он несёт два ключевых смысла: во-первых, он обозначает переломный момент в отношениях Акай и Акари, превращая их из друзей в влюблённых. Во-вторых, это важная сцена для зрителей, их ожидание кульминации романтической линии.

И всё же… что-то было не так.

Я закрыл глаза и углубился в размышления. Ответ был где-то рядом, но я пока не мог его разглядеть.

Оставшись наедине со своими мыслями, я начал искать причину.

И тут перед глазами пронеслись воспоминания о наших последних месяцах.

Совместные тренировки, обеды, разговоры за кулисами. Тот случай, когда нам пришлось ночевать в одной комнате, поход в парк развлечений…

Рэйна, которую я знал в повседневной жизни, была совершенно иной. Не той безупречной, отстранённой актрисой, которую видели зрители, а застенчивой, живой, настоящей девушкой. И именно это было её самой очаровательной стороной.

"Вот оно!"

Я осознал, в чём проблема. Рэйна была великолепна в роли, но её истинное очарование оставалось за кадром. Если я хочу сделать «Сезон первой любви» лучшей работой, я должен показать эту настоящую, милую Рэйну на экране.

— Амано, ну что, понял, что тебя беспокоит? — вновь подошёл режиссёр.

— Да! Понял!

— Отлично, рассказывай.

Я объяснил свою идею.

— Я хочу, чтобы после первого поцелуя Акай ответил Акаре встречным поцелуем.

— Ты имеешь в виду, чтобы Акай тоже выразил свои чувства через действие?

— Да. Это сделает сцену живее и искреннее. К тому же, если я добавлю импровизацию, Рэйна просто не успеет спрятаться за актёрскую игру — она покажет свою настоящую реакцию.

Морита задумался, затем хлопнул в ладони.

— Это… интересно. Более того, это лучше работает на сюжет. Хорошо! Делаем так.

— Но… стоит ли предупреждать Рэ…

— Нет, иначе не сработает. Всё должно быть настоящим.

— Ну да, это правда… но… мне кажется, она может быть недовольна…

— Как бы то ни было, вам все равно придется поцеловаться, разве этот момент изменится? К тому же, разве Рэйна сама не говорила, что сделает все, чтобы эта сцена стала лучшей для вас обоих?

Эти слова укрепили мою решимость.

Точно. Наше соглашение с Рэйной — сделать эту работу по-настоящему выдающейся. Она сама говорила, что ради этого готова на все и уже вложила в проект немало сил. Если я объясню ей все после съемок, возможно, она простит меня.

— Понял. Пусть будет так.

— Отлично. Я еще раз обсудю это с командой. Только помни — Мидзусава ничего не должна знать. Это полная импровизация.

Я кивнул, и режиссер Морита направился к съемочной группе.

Дальше наступило напряженное время подготовки.

Чтобы импровизация гармонично вписалась в сцену, я мысленно прорабатывал детали игры. В это время режиссер Морита и команда тщательно проверяли расстановку камер и микрофонов, чтобы поймать нужные ракурсы и звуки. Время поджимало, все были сосредоточены на работе.

И вот—перерыв подошел к концу.

Рэйна и Карин-сан вернулись вместе, совершенно не подозревая о том, что их ждет.

— Ну что ж, давай сделаем все с первого дубля, Кайто-кун.

— Да. Постараемся.

Наконец начались официальные съемки.

"Глубокий вдох... Все в порядке, все хорошо."

Перед началом съемки я мысленно подбадривала себя.

На первых репетициях сцена с поцелуем оказалась сложной. Однако, следуя совету режиссера Мориты, мы с Кайто-куном отправились в парк аттракционов. Благодаря этому я сумела справиться с проблемой выхода из образа.

В ту ночь я даже почти бессознательно произнесла слова, которые удивили меня саму.

И тогда я поняла.

Так же, как Акари, наполненная чувствами к Акаю, проводила с ним счастливые мгновения с утра до ночи. И в момент расставания, не в силах сдерживать эмоции, сделала шаг, на который раньше не решалась.

Теперь, когда я полностью прочувствовала внутренний мир Акари, даже сцена поцелуя не сможет выбить меня из роли.

Я глубоко вдохнула, закрыла глаза и медленно сосредоточилась.

Это мой неизменный ритуал перед важной сценой.

Без него я не могу полностью погрузиться в образ.

— Сцена 120, камера 2, звук 1, мотор!

Я мгновенно перевоплотилась—

— ...Почему так? Почему я не могу сказать то, что хочу?

— Акари…

Я, Акари Хошимия, дрожу от волнения.

Почему я не могу произнести эти слова? Всего одно простое признание.

Обычно я говорю много, но сейчас не могу вымолвить ни слова.

Что мне делать? Акай-кун смотрит на меня с недоумением. Конечно, ведь это я сама его позвала, а теперь просто молчу.

Я должна что-то сказать! Должна!

Я люблю его. Я должна сказать это!

Я люблю его. Я люблю Акай-куна. Я люблю его!

— Прости! Если тебе это не нравится, просто отвергни меня!

Прежде чем я осознала, мое тело уже двигалось.

Я крепко взяла лицо Акай-куна в ладони.

И только тогда поняла, что давно хотела его поцеловать.

Акай-кун…

Прости! Я могу выразить свои чувства только так!

Если ты этого не хочешь, просто оттолкни меня, отвергни!

Я отчаянно пыталась сказать это глазами, но Акай-кун ничего не делал.

И тогда я окончательно решилась.

Медленно, очень медленно я приблизила свои губы к его губам.

Я, Акари Хошимия… Это мой первый поцелуй.

Губы соприкоснулись на мгновение, оставляя теплый след.

Мое сердце бешено колотилось.

Наконец-то…

Я наконец сказала это.

— Я… Я люблю Акайкуна…

Я сделала это...!

Все сказано, теперь остается только ждать.

Пожалуйста, Акай-кун... Дай мне услышать твой ответ!

В следующий момент Акай-кун мягко взял мое лицо в ладони.

…Э-э?

…Э-э-э-э?!

Что?!

[[image:/storage/reader-images/6dbe75821ae4005a7bae988581ada6d8dda2b659.jpg]]

Я, Рэйна Мидзусава.

То, что сейчас разворачивалось перед моими глазами, полностью парализовало мой разум.

Кайто-кун стоял передо мной, держа мое лицо в ладонях.

А затем—

Он поцеловал меня.

"Не может быть... Кайто-кун… целует меня?!"

Неожиданность произошедшего заставила меня машинально отвести взгляд.

Но когда в поле зрения появились режиссер Морита, съемочная группа и камеры, я осознала—

Я все еще в кадре.

Ах, вот оно что.

Как и в прошлый раз, во время игры я полностью растворилась в персонаже.

На миг мне показалось, что я провалилась, но режиссер Морита и команда не дали сигнала "Стоп". Более того, Кайто-кун продолжал целовать меня.

Я изо всех сил пыталась собраться с мыслями и, наконец, поняла—

Это… Это импровизация, которую Кайто-кун добавил в сцену.

Если так—

Я должна подыграть ему.

Я пыталась заставить свой мозг работать, но—

Это было невозможно.

Потому что прямо сейчас меня целовал тот, кого я люблю!

Тепло его губ полностью лишило меня способности мыслить.

Мое сердце билось все быстрее и быстрее. Если так продолжится, оно может просто разорваться.

Я знала, что мои щеки уже заливает жар.

Слишком тепло… Если прикоснусь, боюсь, обожгусь.

"Кайто-кун...! Это слишком долго, слишком долго! "

Я ничего не могла с этим поделать—мне оставалось только поддаться этому чувству.

Хотя поцелуй длился всего несколько секунд, для меня он растянулся в вечность.

И вот, наконец, Кайто-кун медленно отстранился.

Его слова прозвучали точно по сценарию—

— Я тоже… Я тоже люблю Акари.

Согласно сценарию, после этого мы должны были обнять друг друга, и сцена подошла бы к концу.

Другими словами, сейчас я должна была обнять Кайто-куна.

Полностью полагаясь на свои скромные навыки импровизации, я бросилась вперед и крепко прижалась к нему.

Но стоило мне это сделать, как сердце снова заколотилось с удвоенной силой.

Я уткнулась лицом в его стройное, но сильное тело, и каждый раз, когда в памяти всплывал недавний поцелуй, мои щеки разгорались еще сильнее.

Какое у меня сейчас выражение лица?

Я больше не понимала.

— Стоп, стоп! Отлично!

Как только голос режиссера Мориты разнесся по съемочной площадке, в следующий миг—

Я осела на пол.

С момента трансляции шестого эпизода «Сезона первой любви» в интернете не утихают обсуждения. Хештег #LoveSeason доминирует в трендах социальных сетей, а сам сериал уверенно удерживает первое место среди всех транслируемых дорам, покоряя улицы и переулки.

Как и ожидалось, большинство зрителей восхищаются игрой Рэйны.

— Как может существовать такой ангел! Она слишком мила!

— Я всегда считал, что Рэйна-чан лучшая среди молодых актрис, но это совсем другой уровень!

— Даже будучи девушкой, я не могу не ощущать, как учащается сердцебиение.

— До какой степени можно так передавать эмоции?

— Я думал, романтические роли не её конёк, но теперь вижу, что это её стихия!

Просматривая сотни подобных комментариев, я молча соглашаюсь. Да, мой совет оказался верным. Обычные, на первый взгляд, выражения Рэйны обладают невероятной силой — силой, которая приковывает зрителя к экрану.

Хотя я не смотрел шестую серию из-за смущения, судя по реакции аудитории, она оказалась триумфальной. На следующий день на съёмочной площадке царила радость. Даже режиссёр Морита был в необычно приподнятом настроении.

Успех проекта означает и мой личный успех.

Однако теперь передо мной встала серьёзная проблема.

С того дня Рэйна явно избегает меня.

Разумеется, как напарники по съёмкам, мы встречаемся ежедневно, но общение стало минимальным. В перерывах она больше не заходит ко мне за кулисы, а наши привычные совместные обеды вдруг прекратились по самым разным предлогам. Всё это длится уже две недели.

"Похоже… я действительно её разозлил…"

Даже если это было ради сцены, мой спонтанный поцелуй, без её согласия, оказался ошибкой.

Но самое сложное в этом то, что этот поцелуй не выходит у меня из головы.

Прошло две недели с тех съёмок, а я до сих пор помню тепло её губ. Каждый раз, когда вижу Рэйну, мой взгляд невольно задерживается на её губах, и воспоминания вспыхивают в сознании, заставляя сердце бешено колотиться.

Из-за этого я не могу даже нормально с ней разговаривать.

Но продолжать избегать её — последнее, чего я хочу.

Поэтому, пусть я и не знаю, приведут ли извинения к прощению, но я решил высказать всё напрямую.

Полный решимости, я догнал Рэйну после съёмок. Подходя к гримёрке, я окликнул её:

— Рэйна!

Она удивлённо обернулась, а затем неловко отвела взгляд.

— Ч-что случилось?

— Эм… в последнее время ты избегала меня, да?

— Ну, э…

— Я не хочу тебя в этом упрекать. Напротив, я хочу извиниться. То, что случилось… мне правда жаль!

Я глубоко поклонился, затем медленно поднял голову. Рэйна смотрела на меня с явным замешательством.

— Э… З-зачем ты извиняешься?

— Потому что в сцене поцелуя я не предупредил тебя заранее и сделал это во время импровизации… Я думал, ты на меня злишься…

— Ч-что за чушь! С чего бы мне злиться?!

Её резкий ответ застал меня врасплох.

Но, избегая моего взгляда, она продолжила:

— Я думаю, Кайто-кун — потрясающий актёр. Я и не подозревала, что у меня есть такой потенциал. Судя по откликам зрителей, шестая серия получилась сильной, а моя игра получила столько похвалы — и всё это благодаря Кайто-куну. Всё, что я могу сказать — это спасибо.

— Но…

— Давай закончим разговор здесь. Я хочу отдохнуть. Извини.

Так и не взглянув мне в глаза, она быстро, без колебаний выговорила эти слова и развернулась, направляясь в свою гримёрку.

Я хотел догнать её, но тут же услышал щелчок замка.

"Говорит одно, но всё ещё злится…"

Похоже, это затянется.

Только от этой мысли у меня внутри становится неспокойно.

Я хочу быть с Рэйной. Хочу снова разговаривать с ней, смеяться вместе, гулять, ходить к ней в гости… Эти две недели расстояния между нами лишь усилили мои чувства.

Сплю я или бодрствую — Рэйна не выходит из мыслей.

"Так вот оно что… Я… правда…"

Как актёр, я восхищаюсь ею.

Как парень, я осознал, что она — та самая детская подруга, которую я всегда мечтал встретить вновь.

Встретив её снова, я понял, насколько она отличается от образа, что создают СМИ.

Она — актриса с выдающимся талантом, достойная восхищения.

И в то же время, она — невероятно милая девушка.

Я… я наконец-то понял свои чувства.

Я вошла в гримёрку, и тут же закрыла дверь на замок и осела на пол.

"Я… я не могу… Я всё ещё не в силах встретиться с Кайто-куном взглядом…"

Одно лишь общение с ним заставляет моё лицо слегка гореть.

С того самого дня со мной что-то не так.

Каждый раз, глядя на Кайто-куна, я вспоминаю тот поцелуй, и сердце начинает биться так сильно, что я не могу его успокоить. Поэтому последние две недели я избегала Кайто-куна.

Когда я надеваю маску актрисы, мне несложно разговаривать с ним на съёмочной площадке или в школе. Но вот заговорить с ним лично… просто невозможно.

"Но… что же мне делать, Кайто-кун? Ты ведь не будешь меня ненавидеть…?"

От одной этой мысли внутри всё сжимается.

Я чувствую вину за то, что избегала Кайто-куна, но мне и в голову не приходило, что он может подумать, будто я на него злюсь.

Да, его внезапный поцелуй во время импровизации застал меня врасплох. Но когда режиссёр Морита объяснил, почему Кайто-кун так поступил, я всё поняла. Мы ведь дали клятву сделать «Сезон первой любви» лучшей дорамой. Как же я могла злиться на него за такую игру?

Я хочу объясниться. Но сейчас я просто не могу заставить себя с ним поговорить.

"Ах, Кайто-кун… Глупыш…"

Для меня Кайто-кун — это первая любовь.

Но детские влюблённости не длятся восемь лет. Когда мы встретились снова в апреле, он был для меня лишь другом детства, которого я так мечтала увидеть.

Но за эти несколько месяцев, проведённых рядом с ним…

Я снова в него влюбилась.

Он так серьёзно относится к актёрскому мастерству, в отличие от меня, которая легко к этому подходит. Он вкладывает в каждую роль так много мыслей и чувств.

И, как всегда, он добр ко мне. Всегда заботится.

В день выхода первой серии, когда он заметил мой маленький секрет и позволил мне вести себя с ним так же, как восемь лет назад, я вдруг ясно осознала свои чувства.

Я поняла, что вижу в Кайто-куне не просто друга.

Я люблю Кайто-куна.

Но… эти чувства, наверное, так и не дошли до него.

"Кайто-кун…что я для тебя значу…?"

Стоит только подумать, что за этой дверью находится тот, о ком я думаю день и ночь, как моё лицо пылает ещё сильнее.

Во время обеденного перерыва на крыше, после репетиции реплик, мы сели, как обычно, перекусить.

— Я хотел поговорить с тобой об одном деле, Рэйна.

— О чем?

— Мне интересно, какой подарок на день рождения понравился бы девушке?

Как только я это сказал, Рэйна выронила палочки для еды, которые держала в руках.

Они покатились по полу, но она даже не подумала их поднять, а лишь придвинулась ко мне ближе.

— Ч-что ты имеешь в виду? Подарок на день рождения? Для девушки?

— Эм, Рэйна, с тобой всё в порядке?

— Хм... понятно. Впрочем, для такого человека, как Кайто-кун, наверное, вполне естественно иметь близких подруг.

— Подруг? А нет, это не то, о чём ты думаешь!

Кажется, я непреднамеренно вызвал недоразумение, поэтому поспешил объясниться.

— Прости, наверное, я плохо выразился. На самом деле, у Юки-сан в следующий понедельник день рождения, и я никак не могу решить, что ей подарить.

— А... Юки-сан?

Рэйна мгновенно успокоилась и тяжело выдохнула, будто почувствовав облегчение.

— Понимаю. Кайто-кун так заботится о своём менеджере.

— Я очень благодарен Юки-сан за всё, что она для меня сделала. В прошлом году у меня не было большого дохода, и я мог позволить себе только недорогой пенал. Но в этом году, благодаря её помощи, я заработал приличную сумму. Хочу выразить благодарность, выбрав что-то действительно хорошее

Я проваливал пробы, терпел неудачи, но Юки-сан никогда не оставляла меня и всегда поддерживала. Мне трудно выразить благодарность словами, поэтому день рождения кажется подходящей возможностью.

— Но, Кайто-кун, ведь ты давно знаешь Юки-сан. Разве ты не должен уже догадываться, что ей понравится?

— Дело в том, что Юки-сан редко говорит о своей личной жизни. Хотя мы дружим уже больше трёх лет, я совсем не представляю, что могло бы её по-настоящему порадовать.

— Понимаю... Это непростая задача.

Рэйна задумчиво подперла щёку рукой.

— А что бы ты хотела получить в подарок, Рэйна?

— Мне было бы приятно получить что угодно, если это от Кайто-куна.

Её ответ был таким искренним, что мои щеки вспыхнули. Но Рэйна продолжила:

— Хотя, если выбирать... Наверное, я предпочла бы что-то долговечное, а не то, что быстро расходуется. Ведь грустно, когда подарок исчезает после использования, верно?

— Что-то долговечное, да...

Конечно, если бы подарок был от Рэйны, мне бы тоже хотелось, чтобы он остался надолго.

Но что насчёт Юки-сан? Мы не были так близки, как я с Рэйной. Наши отношения скорее напоминали актёра и менеджера. Мы много общались, но не выходили за рамки рабочих тем.

Пока я вновь обдумывал ситуацию, Рэйна радостно хлопнула в ладоши.

— Точно! Есть человек, который лучше меня подскажет тебе идею для подарка.

— Кто?

— Менеджер Карин-сан. Они же сёстры, так что она наверняка знает, что хочет Юки-сан.

— О, верно! Но у меня нет контактов Карин-сан...

— Я всё устрою. Подожди минутку, я напишу ей.

Рэйна достала телефон и быстро набрала сообщение. Через мгновение её лицо озарилось улыбкой.

— Всё в порядке, можешь позвонить ей сейчас. Хочешь, я соединю вас?

— Да, пожалуйста!

Рэйна набрала номер, переключила телефон на громкую связь и положила его между нами. Карин-сан ответила буквально через секунду.

— Алло? Рэйна-сан, что-то случилось?

— Карин-сан, привет! На самом деле, Кайто-кун хочет кое-что у тебя узнать. Он рядом, передаю ему трубку.

— Амано-кун? В чём дело?

— Простите за беспокойство, Карин-сан. Дело в том, что у Юки-сан скоро день рождения...

— Да, верно.

— Я хочу выбрать для неё хороший подарок, но не знаю, что ей понравится. Может, у вас есть идеи?

На другом конце линии наступила пауза. Затем Карин-сан задумчиво ответила:

— Если честно, думаю, что сама забота уже порадует мою сестру. Но если говорить о чём-то конкретном...

— Да, мне хочется выбрать что-то особенное.

— Юки-сан не особо интересуется модой, так что аксессуары или косметика её вряд ли обрадуют. Она ценит полезные вещи, вроде упаковок энергетических напитков, но это, наверное, не самый лучший подарок...

После небольшой паузы Карин-сан, казалось, вспомнила что-то.

— Кстати, недавно она говорила, что не может решиться купить одну вещь.

— Правда? Что именно?

— Она обожает коллекционные фигурки, и недавно вышла одна новая. Я отправлю тебе ссылку, Юки-сан говорила, что в этом месяце не сможет её купить из-за бюджета. Так что повтора точно не будет.

— Спасибо большое, Карин-сан!

— Не за что. Увидимся на съёмках.

После звонка Рэйна переслала мне ссылку. Мы оба открыли её и переглянулись.

— Эм, это точно... мило?

— О, так ты тоже считаешь это немного странным?

— Скорее жутковатым... У него странное лицо.

На экране был плюшевый персонаж с туловищем рыбы и человеческими ногами. Его огромные глаза и слегка пугающее выражение лица делали его довольно необычным. Игрушка была огромной, почти во всю длину рук.

— Неужели Юки-сан действительно коллекционирует такие вещи?

— Карин-сан не стала бы шутить на этот счёт.

— Наверное, ты права...

Представить Юки-сан, обнимающую этого странного персонажа, было непросто. Но если это действительно её увлечение...

— Ладно, закажу это.

— Думаю, это правильное решение. Хотя у меня смешанные чувства.

С некоторым сомнением, но всё же с уверенностью, я оформил заказ на необычный подарок.

И вот настал день рождения Юки-сан.

Она, как обычно, с головой погрузилась в работу, ловко справляясь со всеми делами. Когда съёмка закончилась, Юки-сан пришла за нами в гримёрку.

— Вы оба отлично поработали. Мидзусава-сан, ты тоже скоро собираешься домой?

— О, подожди, Юки-сан!

— Что такое, Амано-кун?

— Это для тебя.

Я протянул ей небольшой, аккуратно упакованный пакет. Юки-сан удивлённо моргнула, принимая его в руки.

— Это подарок на день рождения. Я не знаю, понравится ли тебе, но… прими его, пожалуйста.

— Ого! Правда? Спасибо, Амано-кун! Можно открыть прямо сейчас?

— Конечно.

— Тогда… посмотрим…

Как только она вытащила содержимое, в комнате раздался её восторженный возглас — куда более громкий, чем я ожидал.

Юки-сан прижала к себе мягкую игрушку и с сияющими глазами повернулась ко мне.

— Ч-что? Амано-кун, это же тот самый Хоппер! Новая коллекция этого месяца!

— Ну… Когда я советовался с Карин-сан, она сказала, что ты очень хотела его.

— Правда? Ах, я так мечтала об этом! Но в этом месяце у меня и так было слишком много трат, и если бы я купила его, то осталась бы совсем без денег… Спасибо тебе, Амано-кун!

Я даже не ожидал, что она так сильно обрадуется. От её искренней реакции я невольно растерялся.

— Но, Юки-сан, ты ведь обычно не носишь с собой такие вещи?

— Ох, да. Карин вечно ворчит на меня из-за этого. Говорит, что это безвкусно, запрещает вешать брелоки или ставить их на заставку. Повторяет одно и то же, как заезженная пластинка. Такое ощущение, что она просто меня дразнит. Но он же такой милый! Правда, Амано-кун? Мидзусава-сан?

— Эм… да…

Мы с Рэйной переглянулись, не зная, что сказать.

Но Юки-сан, похоже, совсем не обратила внимания на нашу заминку. Она с нежностью прижимала игрушку к себе, её лицо светилось неподдельным счастьем.

— Ах… Я так рада…

Я смотрел на неё и не мог не улыбнуться. Юки-сан выглядела совершенно иначе, чем обычно — и этот момент почему-то согрел меня изнутри.

Итак, первый том завершён! 🎉 Это было увлекательное путешествие, полное эмоций, и я очень рад, что смог пройти его вместе с вами.

Хочу сказать огромное спасибо каждому, кто читал этот перевод! 💖 Надеюсь, вам понравилось читать так же, как мне понравилось переводить.

Но это ещё не конец! Впереди нас ждёт второй том, и я вскоре начну его перевод. Оставайтесь на связи!

Спасибо, что читаете! 😊📖✨

[[image:/storage/reader-images/c9a2df11c00becd76f351af6cc17d3b510c30a8f.png]]

Розовый текст справа:

ど、どうしたの海斗？ 何か変かしら？

Перевод:

— Ч-что случилось, Кайто? Со мной что-то не так?

Правый синий текст:

変っていうか、うん、いいと思うけど……何ていうかその、大胆な水着だね

Перевод:

— Странно? Ну, думаю, выглядит хорошо, но... как бы сказать, это довольно смелый купальник.

Левый розовый текст:

……ええっ？

Перевод:

— …Эээ?!

Левый черный текст:

玲奈は間の抜けた声を出し、それから何度か瞬きをした。それからみるみるうちに顔が赤くなっていく。

Перевод:

Рэйна издала растерянный звук, затем несколько раз моргнула. После этого её лицо быстро покраснело.

[[image:/storage/reader-images/0c3db7dec0c762a40d2c725519437ad0922d65da.png]]

Оранжевый вертикальный текст слева:

ロケの合間に線香花火対決！

Перевод:

Битва бенгальских огней в перерыве на съемках!

Желтая табличка справа сверху:

桃瀬茜羽 (花村紗良 役)

Момосэ Аканэ (роль Сара Ханамура)

‭«Популярная среди молодежи певица и автор песен. На самом деле является ярой фанаткой Рэйны».

Фиолетовая табличка справа внизу:

水沢玲奈 (星宮あかり 役)

Мидзусава Рэйна (роль Акари Хошимия)

‭«Самая быстро набирающая популярность молодая актриса этого года. Снаружи кажется идеальной отличницей, которая может делать все, но в душе она пугливая и ранимая. В этот раз она обнаруживает неожиданную слабость и полностью отдается роли».

Синяя табличка слева внизу:

天野海斗 (赤井明久 役)

Амано Кайто (роль Акихиса Акай)

‭«Молодой актер, умеющий передавать впечатление неопытности. После провала в игре на роль в «Сезоне первой любви» неожиданно получил высокую оценку, что привлекло к нему внимание».

[[image:/storage/reader-images/b31a8b90f87bcef9bb963adb6fbd3da6d0bf6cc0.png]]

Голубой текст:

俺は、あかりのことが大好きなんだっ！その気持ちは、ずっと変わらない。

Перевод:

— Я люблю тебя Акари! Эти чувства никогда не изменятся!

Черный текст:

僕と明久の気持ちは、どちらも、激しく燃え上がる強烈な感情だった。理性ではない。感情が、僕の身体を突き動かしていた。そして僕は、玲奈をぎゅっと抱きしめていた。

Перевод:

Мои и Акихисы чувства были одинаково сильными, пылающими и неистовыми.Это было не рассудком, а эмоциями, которые двигали мной.И я крепко обнял Рэйну.

«Сожалею, но ты не прошёл последнее прослушивание. Однако продюсерская команда отметила, что дело лишь в несоответствии образу, а твоя актёрская игра была хорошей. Уверена, в следующий раз у тебя всё получится! Давай не опускать руки и двигаться вперёд!»

Сообщение от Юки-сан, моего менеджера, высветилось на экране телефона, и я невольно вздохнул, ощущая, как плечи опускаются от разочарования.

Я уже сбился со счёта, сколько раз слышал эти слова утешения. Сколько раз мне говорили, что дело не во мне, что всё ещё впереди. Но реальность была другой. Несмотря на то что у меня было агентство, работы у меня практически не было. Те редкие роли, что удавалось получить, оказывались второстепенными, почти незаметными. День за днём, месяц за месяцем, я словно стоял на месте, пока остальные двигались вперёд.

"Может, у меня и правда нет таланта?"

С того момента, как я в детстве подписал контракт с агентством «Marvel», прошло уже несколько лет. Теперь я был в средней школе, но карьера так и не сдвинулась с мёртвой точки. Сколько бы я ни старался, мои усилия оставались незамеченными. Я всегда считал себя упрямым, но впервые в жизни в голову закралась мысль: а не пора ли просто сдаться?

Пытаясь отвлечься, я наугад взял пульт и включил телевизор.

И тогда—

— Привет, я Мидзусава Рэйна! Приятно познакомиться!

На экране появилась девушка, и я замер, поражённый.

Среди ярких звёзд, сидевших в студии, она сияла особенно ярко. Необыкновенно красивая, уверенная в себе, она излучала ослепительное обаяние.

Новая восходящая звезда.

Она спокойно и без запинки говорила на камеру, с лёгкостью поддерживая беседу. Каждое её слово было уместным, каждое движение — естественным. Казалось, она давно привыкла к свету софитов и вниманию миллионов людей.

"Не может быть… Эта девушка — моя подруга детства?"

Я не мог поверить своим глазам.

Рэйна, которую я помнил, была совсем другой. Застенчивая, немного неуклюжая, она часто прятала лицо за длинной чёлкой и не смела заговорить первой.

Но девушка на экране…

Она была похожа на звезду далёкой галактики — прекрасную, недосягаемую.

И в этот момент я понял.

Для меня она больше не была просто подругой детства. Она стала целью, к которой я стремился.

Я хотел догнать её. Хотел однажды встать с ней на одну сцену. Хотел исполнить обещание, которое мы дали друг другу, когда расставались.

Возможно, она давно забыла о тех словах.

Но для меня это обещание стало смыслом пути, который я выбрал.

"Я должен встретиться с ней снова."

Эта мысль с новой силой запылала в моей душе, прогоняя сомнения и страхи.

— Ладно, пора браться за работу!

Собравшись с духом, я достал из сумки сценарий к следующему прослушиванию и сел за стол.

На этот раз я не позволю себе проиграть.

Утро.

— Дзинь-дзинь-дзииии!

Громкий звон будильника разорвал тишину комнаты, выдернув меня из сладких оков сна.

— Ах... Это был всего лишь сон?

Шесть утра.

Я потер заспанные глаза, нехотя выбрался из-под тёплого одеяла и раздвинул шторы. Потоки яркого солнечного света хлынули в комнату, окончательно прогоняя остатки дремоты.

Да, это был сон.

Сон о прошлом, о времени, когда Рэйна ещё была лишь далёким воспоминанием.

Я помнил этот период до мельчайших деталей. Год назад, полный решимости, я мечтал вновь встретиться с ней, исполнить наше давнее обещание — стоять рядом на одной сцене.

Но теперь всё было иначе. Теперь мы с Рэйной не просто встретились — мы стали напарниками, ведущими актёрами в одном из самых популярных сериалов сезона. Шестая серия, вышедшая накануне, вызвала бурю эмоций у зрителей, а рейтинги росли с невероятной скоростью.

Я жил в реальности, о которой даже не смел мечтать несколько месяцев назад.

Погрузившись в размышления, я вдруг вспомнил, почему поставил будильник так рано.

Сегодня Рэйна должна была появиться в утренней программе «Утреннее Телевидение», которая шла в прямом эфире с шести до восьми утра. После сцены поцелуя в шестой серии популярность нашего сериала подскочила настолько, что телеканал спешно организовал специальный сегмент, и Рэйна была приглашена в качестве гостьи.

Мне тоже предлагали поучаствовать, но я всегда с опаской относился к живым эфирам, так что доверил это Рэйне.

— Чёрт, уже началось!

Я вскочил с кровати и поспешил в гостиную, лихорадочно включая телевизор. К счастью, эфир ещё не дошёл до интересующей меня части — диктор зачитывал утренние новости. Я с облегчением выдохнул и решил заняться завтраком, пока Рэйна не появилась в кадре.

Я быстро собрал себе лёгкий завтрак, а когда сел на диван, программа уже вернулась после рекламной паузы.

— А теперь переходим к разделу развлечений! Сегодня у нас в гостях Мидзусава Рэйна — исполнительница главной роли в популярном сериале «Сезон первой любви»!

— Да, спасибо, что пригласили меня!

В центре студии сидела Рэйна.

Белая блузка с изящными кружевами, лёгкая голубая юбка... Летний, освежающий образ, подчёркивающий её утончённость.

А её улыбка...

Такая ослепительная, что даже сквозь экран казалась нереальной.

Я видел её почти каждый день, и всё же не мог отвести взгляда.

"Рэйна... Она действительно невероятная."

И тут меня осенило.

Я смотрел на неё так же, как в том сне.

Но теперь мои чувства были совсем другими.

Тогда, до нашей встречи, она казалась мне недосягаемой звездой, объектом восхищения. Теперь же... теперь она была рядом, настоящая. Я знал её искреннюю улыбку, её привычки, знал, какой она бывает, когда остаётся наедине с собой.

Если раньше я просто восхищался её красотой, то теперь...

Теперь одно только её присутствие вызывало у меня дрожь в груди.

Пока я размышлял, в студии начался специальный сегмент, посвящённый сериалу. Ведущий, улыбаясь, задал Рэйне вопрос, который заставил меня невольно напрячься:

— Рэйна-сан, расскажите, какая атмосфера царит на съёмочной площадке?

— Атмосфера?

— Да! Например, как проходят съёмки, как складываются ваши отношения с коллегами?

Я почувствовал, как внутри всё сжалось.

"Что она скажет обо мне?"

В груди разлилось беспокойство.

После сцены поцелуя в шестой серии наши отношения с Рэйной стали... натянутыми.

Я импровизировал в тот день. В сценарии был лишь лёгкий касательный поцелуй, но, поддавшись моменту, я сделал его долгим, глубоким.

С художественной точки зрения это было оправдано. Сцена вышла потрясающей.

Но я не предупредил Рэйну.

И с тех пор она начала избегать меня.

Я не раз пытался извиниться, но она ловко уклонялась от разговоров, и теперь я понятия не имел, как вернуть всё, как было раньше.

Я боялся, что её реакция в эфире выдаст наши натянутые отношения. Что она замешкается, с трудом подбирая слова, или на её лице мелькнёт тень неприязни.

Но —

— О, на съёмках все очень дружные, атмосфера замечательная! — с лёгкой улыбкой ответила Рэйна. — Особенно с Амано-куном, ведь мы больше всего времени проводим вместе! Часто обедаем вдвоём, обсуждаем роли...

— Ах, верно! Кстати, вы ведь знакомы с детства? Какое у вас впечатление о Амано-сане?

— Впечатление? Хм... Ну, Амано-кун очень надёжный напарник! У него потрясающий актёрский талант, и он ещё... он добрый, красивый... рядом с ним всегда весело...

Она говорила о мне — и улыбалась.

Та улыбка была настоящей.

Чистой, искренней.

Ведущие в студии заметно удивились, а Рэйна, спохватившись, смущённо прокашлялась:

— Ах, извините! Кажется, я слишком увлеклась...

— Да нет, наоборот! — рассмеялся ведущий. — Теперь мы все точно видим, что у вас с Амано-саном замечательные отношения!

Я почувствовал, как напряжение спадает.

Рэйна всегда была той, кто не мог лгать.

Значит, её слова...

Они шли от сердца.

"Похоже, она всё же не ненавидит меня..."

Это открытие принесло мне облегчение.

Возможно, что-то в её сердце изменилось за последние дни.

Но если верить тому, что я только что увидел, у меня ещё был шанс вернуть наши прежние отношения.

Я хотел этого.

Не мог больше терпеть эту неловкость между нами.

"Надо найти способ всё исправить."

С этими мыслями я крепче сжал пульт в руке.

Я обязательно найду подходящий момент.

Появление Рэйны в утреннем эфире оказалось неожиданным, и, управившись с утренними приготовлениями намного раньше обычного, я не знал, чем занять себя. В итоге решил просто пойти в школу.

Время было едва 7:30, когда я зашёл в пустой кабинет. В нашем факультете исполнительного искусства студенты не особо увлекались клубной деятельностью, поэтому большинство приходило прямо к началу занятий. Я сел за парту, раскрыл сценарий, надеясь скоротать время, но спустя десять минут дверь с глухим скрипом отворилась.

Вошёл Аояма-кун.

— О, Амано! Что так рано? — он махнул рукой и усмехнулся.

— Смотрел утренний эфир, — отозвался я, лениво переворачивая страницу. — В программе была Рэйна, вот и проснулся раньше обычного.

— А, точно! — оживился Аояма-кун. — Я записал выпуск, потом гляну.

Поставив сумку на стол, он подсел ко мне, хитро прищурился и ухмыльнулся.

— Кстати, раз уж речь зашла о Мидзусаве-сан...

— Что? — я поднял взгляд, предчувствуя что-то недоброе.

— Не прикидывайся! Я видел последний выпуск! Шестую серию! — его глаза лукаво сверкнули.

— О… ты про… сцену поцелуя?.. — я невольно поморщился. Конечно, после её выхода в эфир стоило ожидать, что рано или поздно этот разговор всплывёт.

— Ну да! — Аояма-кун энергично закивал. — Ты вечно вел себя так, будто девушки тебя не интересуют, а потом — бац! — и прямо в губы!

— Эй-эй, не преувеличивай! Это всего лишь актёрская игра…

— Да ну? Если бы я был на твоём месте, то точно начал бы что-то чувствовать! Разве сцена поцелуя — это не важно?

— Ну… эм… — я запнулся, понимая, что следовало бы немедленно опровергнуть его слова. Но это промедление лишь сделало Аояма-куна ещё более самодовольным.

— О-хо-хо, ты же сам понимаешь, да? — его улыбка стала ещё шире.

— Н-нет, что ты несёшь?! — попытался я отбиться, но его было уже не остановить.

— Так-так, может, вы с Мидзусавой-сан действительно сблизились?

Я замер, не зная, как ответить. На самом деле всё было совсем наоборот, но озвучивать это перед ним — бессмысленно. Тут за спиной раздался звонкий голос, и кто-то с силой ткнул меня в плечо.

— О чём это вы тут болтаете? Весело, да? Дайте-ка мне тоже послушать!

— Доброе утро, Мацуми-сан, — вздохнул я, уже предчувствуя беду. — Ничего особо интересного…

— Да ладно, очень даже интересно! Это же про твою сцену поцелуя! — весело заявил он.

— О, я тоже хочу послушать! — вмешалась ещё одна одноклассница. — Я смотрела утренний эфир, так что у меня куча вопросов к Амано-куну!

В мгновение ока я оказался зажат между ними, и, похоже, мне не дадут так просто уйти. Пока на меня сыпались вопросы, в класс начали подтягиваться и другие студенты. Стоило кому-то заикнуться о «поцелуе», как все театралы, заинтересовавшись, окружили меня плотным кольцом. Я вздохнул. Если бы Рэйна была здесь, возможно, она бы разогнала эту толпу. Но, к сожалению, после утреннего эфира у неё был выходной.

И вот, прежде чем я успел осознать, я оказался в самом центре настоящего водоворота вопросов и поддразниваний.

Но тут раздался спасительный звук.

— А? Телефон?

Я нащупал в кармане вибрирующий аппарат и вытащил его. На экране высветилось имя моего менеджера — Юки-сан.

Шанс!

— Ой, простите, мне звонит менеджер. Надо взять! — с самым серьёзным видом заявил я и поспешно вскочил.

— Эй, стой! Не сбегай, Амано!

— Я не убегаю! Это же по работе! — поднял я телефон, демонстрируя экран.

И, воспользовавшись моментом, выскользнул в коридор, оставив за собой гулкие возмущённые возгласы одноклассников.

— Спасибо вам большое, Юки-сан! Вы меня буквально спасли!

— Хм? О чём ты?

Я тут же выдохнул слова благодарности, но в ответ услышал лишь озадаченный голос.

— Да понимаете, меня буквально атаковали вопросами о вчерашней трансляции… Так что ваш звонок оказался как нельзя кстати.

— Ох, понятно. Ну, неудивительно — сцена поцелуя одноклассника всегда горячая тема для обсуждения!

— Хаха… пожалуй, вы правы. Но всё-таки, почему вы позвонили? Это ведь довольно необычно для вас.

— Ах, да. Амано-кун, у тебя есть минутка?

Голос Юки-сан стал серьёзным, приобретя деловой оттенок. Я тут же собрался с мыслями.

— Занятия у меня начинаются в восемь тридцать, так что минут пятнадцать есть.

— Отлично. Тогда перейдём сразу к делу. Во-первых, я обновила твой график на эту и следующую неделю. Только что отправила тебе его в сообщении.

— Понял, спасибо. — Я открыл файл и прищурился. — Ух ты… расписание просто забито под завязку.

— Да, с тех пор как учёба стала приоритетнее, график съёмок сильно усложнился. Мы старались избегать пересечений, но иногда всё-таки приходилось делать исключения.

— И теперь мы нагоняем отставание в съёмочном процессе?

— Именно так.

Я пробежался взглядом по расписанию. От раннего утра до позднего вечера, без единого выходного. Хоть я и вздохнул про себя, но сжал кулак, придавая себе решимости.

— Осталось всего несколько недель до завершения съёмок, верно? Я постараюсь выложиться на полную.

— Рад слышать это. График ты сможешь изучить позже, но есть ещё кое-что важное.

— Что именно?

— Ты помнишь Аканэ Момосэ? Мы мельком встретились с ней на первом собрании.

— Конечно!

Я тут же кивнул, хоть Юки-сан и не могла этого видеть. Впервые мы встретились тогда, но я знал о ней и раньше. Пусть она и не столь знаменита, как Рэйна, но среди подростков её имя известно многим.

Момосэ-сан прославилась как автор и исполнитель песен в интернете. Одна из её композиций неожиданно стала вирусной благодаря короткому видео, и с тех пор каждая её работа набирала миллионы просмотров. Её творчество отличалось особой энергетикой, которая цепляла слушателей.

Кроме того, Момосэ-сан, как и я, была под управлением Marvel Entertainment. Ей было всего четырнадцать — на год младше меня, так что технически она моя младшая коллега.

— Завтра она выходит на съёмочную площадку — мы начинаем снимать восьмой эпизод. Но, похоже, у неё возникли проблемы. Она сильно нервничает и не уверена в своих силах.

— Это её первая актёрская работа, так что неудивительно… — понимающе кивнул я.

Как певица, она уже снискала славу, но актёрская игра — это совершенно иной мир. Неудивительно, что ей было страшно делать первый шаг.

— Её менеджер вчера связался со мной в панике. Они не знают, как помочь ей освоиться, и поэтому обратились ко мне.

— Вот как…

— Я долго думала, как лучше поступить… и пришла к выводу, что лучше всего с этим справится актёр. А ты, Амано-кун, не только отлично понимаешь, чего хочет от вас режиссёр Морита, но и сам чувствуешь сцену.

— Я?..

— Ой, прости! Это не официальная просьба, так что если у тебя нет времени или желания, можешь смело отказаться.

— Нет, я не против помочь. Но что конкретно я должен делать?

— Просто встретиться с ней и немного направить в плане актёрской игры. Что скажешь?

Я задумался. Конечно, раздавать советы кому-то, кого я почти не знаю, было не самой лёгкой задачей.

— Если мы будем только вдвоём, это может быть неловко…

Юки-сан тут же нашла решение.

— Не волнуйся, я тоже буду там. Так что тебе не придётся справляться одному.

— В таком случае… да, я согласен.

— Замечательно! Мы сможем использовать одну из переговорных комнат в агентстве. После школы приходи туда, я позже отправлю тебе детали.

— Хорошо, буду там.

— Прости, что нагружаю тебя работой в твой выходной.

— Всё в порядке! Если это поможет сделать «Сезон первой любви» ещё лучше, я только рад.

Я сказал это не просто так — я действительно так чувствовал. С самого момента нашей встречи с Рэйной восемь лет назад, а потом и воссоединения, я поклялся, что сделаю этот проект особенным.

Помочь коллеге с актёрским мастерством — значит внести вклад в общий результат.

"Интересно, каково это — видеть Момосэ-сан в роли актрисы?"

Я слышал её песни, даже добавил одну из них в плейлист. Но представиать её игру на экране…

Должно быть, у неё есть талант, раз Морита-сан утвердил её на роль. Возможно, её уникальный артистизм придаст сценам особый шарм.

Мысль о том, что завтра я смогу увидеть это своими глазами, вызывала во мне лёгкое волнение.

Время, указанное Юки-сан, было довольно ранним — ровно настолько, чтобы я мог покинуть школу сразу после занятий и прибыть вовремя. Как только церемония окончания триместра подошла к концу, я поспешно покинул здание и направился в агентство Marvel Talent.

— Спасибо за труд!

— О, Юки-сан! И тебе спасибо за работу.

Когда я открыл дверь агентства, она уже ждала меня у входа.

— Момосэ-сан уже пришла?

— Да, совсем недавно. Она ждёт тебя в конференц-зале. Проводить тебя сразу?

— Да, пожалуйста.

Мы прошли по коридору, минуя несколько небольших переговорных. Остановившись у одной из них, Юки-сан постучала в дверь и медленно её приоткрыла.

— Момосэ-сан, спасибо за твою работу. Я привела Амано-куна.

Я вошёл следом за ней — и увидел сидящую в зале девушку.

Короткие, аккуратно подстриженные чёрные волосы, светящиеся ярким огнём глаза и нежная, почти хрупкая аура. Её черты лица были выразительными, но всё ещё сохраняли юную мягкость. Она тоже была красива, но совершенно иначе, чем Рэйна. Если Рэйна поражала своей ослепительной красотой, то эту девушку точнее всего можно было бы назвать милой. Как она сидела, чуть склонив голову, напоминало мне маленького зверька.

— Здравствуйте, Амано-сенпай! Простите, что отнимаю у вас время...

— Нет-нет, что ты. Не знаю, насколько смогу помочь, но я рад этой встрече.

— Спасибо вам большое!

Момосэ-сан энергично склонилась в поклоне.

Она выглядела точно так же, как на экране. Несмотря на то, что её основная сфера деятельности — музыка, она часто появлялась на развлекательных шоу и YouTube-каналах, завораживая публику своей жизнерадостной улыбкой. Её контрастный образ — серьёзная, сосредоточенная перед микрофоном и озорная, искренняя в повседневности — был одной из причин её популярности.

Я сел напротив неё, а Юки-сан устроилась рядом. Однако она лишь сопровождала меня, так что начинать разговор предстояло мне.

— Момосэ-сан, ты хотела поговорить о своих сомнениях в актёрской игре, верно?

— Да! Всё верно!

— Для начала, можешь рассказать, что именно тебя тревожит?

— Эм... ну...

Та, что ещё секунду назад сияла энергией, вдруг потупила взгляд, словно терзаемая сомнениями. Этот неожиданный переход застал меня врасплох.

— Тебе сложно об этом говорить?

— Нет, не в этом дело...

— Конечно, я не буду настаивать, но если ты поделишься открыто, мне будет легче дать тебе полезный совет.

— Поняла! Я постараюсь!

Она сжала кулачки, словно собираясь с духом, а затем медленно положила руку на грудь и заговорила.

То, что я услышал, оказалось неожиданным.

— Я... я боюсь, что Мидзусава-сан увидит, как я играю!

— ...Э?

— Я так много репетировала, старалась изо всех сил... но как только дошло до дела, меня охватил страх! Я начала думать, что Мидзусава-сан обо мне подумает, и моя уверенность просто испарилась. Даже спать спокойно не могу...

— П-погоди... Причём здесь Мидзусава-сан?

Я был совершенно ошеломлён внезапным упоминанием Рэйны.

Если я правильно помню, их первая встреча состоялась лишь на недавнем представлении актёрского состава. Раньше они не работали вместе, и мне не доводилось слышать о каких-либо их совместных взаимодействиях.

Я осторожно спросил:

— Эм... Момосэ-сан, ты считаешь, что Мидзусава-сан — страшный человек?

— Н-нет! Я никогда так не думала!

— Тогда почему ты её боишься?

— Э-это...

Момосэ-сан снова замолчала, явно затрудняясь выразить свои мысли. Я понятия не имел, что делать с таким ответом, но вдруг мой взгляд случайно упал на её сумку, лежавшую на столе. К ней был прикреплён брелок — знакомый, до боли знакомый.

"Неужели это..."

Вживую я его никогда не видел, но он выглядел точь-в-точь как на тех снимках, что мне попадались. Я не смог сдержаться и задал вопрос.

— Момосэ-сан, где ты достала этот брелок?

— Э?

— Ну, тот, что висит на твоей сумке. Если мне не изменяет память, это же лимитированный выпуск по «Академии тайн», который можно было получить только через лотерею...

Эти слова оказались для неё триггером. Её лицо мгновенно озарилось радостью, и она, едва не подпрыгнув, подалась вперёд.

— Точно! Это приз зрительского розыгрыша по «Академии тайн»! Его можно было выиграть только купив Blu-ray! Смотри, хоть он и маленький, но вот тут даже автограф Мидзусава-сан!

— Ух ты... вот это удача! Я тоже хотел этот мерч, купил Blu-ray, но мне ничего не досталось.

— Фу~фу~, Амано-сенпай, ты слишком наивен! Аканэ купила десять Blu-ray-дисков!

— Д-десять?!

— В этом есть практический смысл! Один для просмотра, один для продвижения, один для коллекции, один — носить с собой для утешения... Так что это совершенно логично!

— Ничего себе... Так вот как выглядит сила популярной звезды...

— И это ещё не всё! Смотри, у меня даже обои на телефоне с Мидзусава-сан, а одежда, что на мне сегодня, точно такая же, как в её дораме... В комнате у Аканэ ещё столько всего с Мидзусава-сан! Вот, взгляни на это фото!

[[image:/storage/reader-images/90be2f1b754c9daf95652da9bd7eefd904ef9cd6.png]]

(П/П: А нам показать?)

— Ох... Вот это да! Фотобук, постеры, акриловые стойки... Вся комната — сплошная Мидзусава-сан!

Я не смог сдержать восхищения.

Я следил за карьерой Рэйны уже давно и тоже собирал её мерч, но моя коллекция и рядом не стояла с этой.

Мы настолько увлеклись обсуждением, что я только сейчас заметил выражение лица Юки-сан, сидевшей рядом. Она смотрела на нас с лёгким недоумением. Я поспешно откашлялся, приводя мысли в порядок, и вновь обратился к Момосэ-сан.

— Эм... Так ты фанатка Мидзусава-сан?

— Да! Я её огромная поклонница!

— Теперь понятно. Раз ты настолько предана ей, неудивительно, что тебе страшно играть перед ней.

— Именно...

Я и представить не мог, что Момосэ-сан — настолько увлечённая фанатка Рэййны. Но, поняв это, я невольно тоже проникся её энтузиазмом и чуть подался вперёд.

— А что тебе нравится в Мидзусава-сан больше всего?

— Всё! Она настолько красива, что на неё невозможно налюбоваться, а на телевидении она кажется такой грациозной, такой утончённой... Но больше всего я восхищаюсь её игрой! Раньше я редко смотрела дорамы, но однажды случайно включила телевизор и увидела, как играет Мидзусава-сан... и просто пропала! Именно благодаря ей я захотела стать актрисой!

— В-вот как...

Аканэ говорила взахлёб, глаза её сияли восторгом.

— Я смотрела прямой эфир сегодня утром! Ты был таким милым! К тому же, я слышала, что ты и Мидзусава-сан — друзья детства и хорошо общаетесь! Мне бы так хотелось услышать какие-нибудь истории о ней!

— Конечно! Но... ты ведь встречалась с Мидзусава-сан на недавнем собрании актёров?

— Да, но я так и не смогла с ней заговорить... Видеть её вживую в первый раз было так волнительно, что я просто не смогла вымолвить ни слова!

— Ахаха, понимаю.

На том собрании я был так поглощён собственной актёрской игрой, что не замечал ничего вокруг. Я и не знал, как вела себя тогда Момосэ-сан, но теперь мне было легко представить, что её восторг и трепет просто парализовали её.

Я никогда раньше не встречал такого страстного поклонника Рэйны, и было ясно, что мы могли бы без устали обсуждать её ещё несколько часов.

Однако именно Юки-сан, сидевшая рядом, вернула нас к реальности.

— Эм... вам вообще не кажется, что вы так и не приступили к обсуждению актёрского вопроса?

— А...

— П-простите, Шираиши-сан! Я слишком увлеклась!

Мы на мгновение перевели дух и настроились на работу. Я достал из сумки сценарий восьмого эпизода и положил его на стол. Момосэ-сан уже держала свой экземпляр перед собой. Видно было, что он изрядно потрёпан, исписан заметками и пометками.

— Ладно, давай начнём. Покажи мне, как ты играешь. Начало — это наш диалог, попробуем его.

— Поняла!

— Мы могли бы просто прочитать текст, но... раз уж мы здесь, давай попробуем сыграть сцену вживую. Юки-сан, можно отодвинуть стол?

— Конечно. Сместим его в сторону?

— Да, освободим пространство в центре.

Мы втроём передвинули стол, и я с Момосэ-сан встали друг напротив друга в центре конференц-зала. Юки-сан села позади, держа телефон наготове — важно было записать репетицию с разных ракурсов, чтобы потом тщательно разобрать её.

— Ты справишься без сценария, Момосэ-сан?

— Конечно! Я уже запомнила свои реплики!

— Отлично, тогда начнём. Юки-сан, можешь дать отсчёт?

— Хорошо. Пять секунд до старта. Четыре, три, два, один... начали!

Юки-сан отсчитывала, словно мы были на реальной съёмке. Я затаил дыхание, ожидая, какую игру покажет Момосэ-сан.

Ей предстояло сыграть Ханамуру Сару — лучшую подругу Хошимии Акари, героини Рэйны. Хотя в первой половине дорамы у Сары было немного экранного времени, ближе к концу она становилась ключевым персонажем, поддерживающим Акари в её непростых отношениях с Акихисой. Несмотря на роль второго плана, она несла на себе важную сюжетную нагрузку.

Момосэ-сан медленно раскрыла губы.

— Доброе утро, Акай-кун. Можно задать тебе один вопрос?

— Ханамура-сан? В чём дело?

— С самого вчерашнего дня Акари-тян ведёт себя странно. Что-то случилось?

Это был мой первый раз, когда я видел её игру, и, честно говоря, я был удивлён. Её исполнение было хорошо продуманным и детально выстроенным.

Сценарий восьмого эпизода был довольно сложным — в нём практически не было вводной сцены для Сары, которая впервые появлялась в сюжете. Фактически, вся ответственность за раскрытие её характера ложилась на актрису. Поэтому добиться максимального эффекта с такими ограничениями было крайне трудно. Когда я впервые прочитал сценарий, мне казалось, что режиссёр Морита не ждёт от нас идеального исполнения. Но, похоже, я ошибался.

Момосэ-сан не просто разобралась с материалом — она сумела передать суть своей героини. Конечно, в её игре ощущалась некоторая шероховатость из-за нехватки опыта, но направление было выбрано верно. Это было случайностью или результатом тщательной подготовки?

Сцена подошла к концу. Момосэ-сан мягко вздохнула и посмотрела на меня.

— Ну... как тебе?

— О чём ты думала во время игры?

— Э? Хм, ну...

То, что она рассказала дальше, полностью совпадало с моими мыслями, и я не мог не восхититься её пониманием персонажа.

Мы снова открыли сценарии и углубились в детали. Момосэ-сан с большим вниманием анализировала каждую реплику, глубоко обдумывала их смысл и даже подметила несколько нюансов, которых я сам не заметил.

— ...Момосэ-сан, это ведь твой первый съёмочный опыт?

— Ах, да. Но я уже полгода учусь актёрскому мастерству в агентстве.

— Это впечатляет. Честно говоря, я не ожидал такого высокого уровня. Ты сама научилась анализировать сценарий?

— Ну, да. Моё основное занятие — я певица и автор песен. Так что у меня неплохое чувство слова, когда дело касается текстов!

— Понятно... Видимо, именно это и привлекло режиссёра Мориту.

В отличие от Рэйны, которая играла интуитивно, Момосэ-сан строила свою актёрскую игру методично, как и я. Поэтому мне было, что ей посоветовать. Я собрал мысли и начал по порядку разбирать моменты, требующие доработки.

Момосэ-сан слушала внимательно, записывала всё в блокнот и задавала вопросы, когда что-то оставалось неясным. Спустя полчаса она удовлетворённо захлопнула сценарий.

— Спасибо! Я так много узнала!

— Это всего лишь моё мнение, так что не обязательно следовать ему во всём.

— Нет, всё было безумно полезно! Я хочу попробовать сыграть сцену ещё раз, с учётом твоих замечаний. Поможешь мне?

— Конечно.

Мы снова разыграли сцену. Способность Момосэ-сан к обучению впечатляла — она точно переняла мои советы, и её игра заметно улучшилась. Ошибки, которые я видел раньше, почти исчезли.

Когда сцена закончилась, я кивнул.

— Намного лучше. Если ты сыграешь так на съёмках, можешь не переживать. Рэйна точно удивится.

— Правда?

— Да. Я уверен в этом.

Момосэ-сан радостно улыбнулась.

— Всё благодаря тебе, Амано-сенпай! Я очень ценю твою помощь!

— Да ладно, мне тоже было интересно.

— Тогда завтра давай сделаем всё на максимум!

— Буду ждать. Кстати... Разве тебе не нужно поприветствовать Мидзусава-сан перед съёмками?

— Э?

Она моргнула, явно не ожидая этого вопроса.

— На съёмочной площадке у вас не будет времени спокойно поговорить. Думаю, тебе стоит обсудить с ней всё заранее.

— О, да! Я бы хотела поболтать с ней!

— Хорошо, тогда я напишу ей. Завтра вместе зайдём к ней в гримёрку.

— Спасибо! Эхе-хе... Аканэ с нетерпением ждёт завтрашнего дня!

Её глаза сияли от предвкушения. Восхищённая Рэйной, эта энергичная младшая коллега уже мысленно проживала завтрашний день, полный новых встреч и испытаний.

(T/N: Аканэ иногда говорит о себе в третьем лице, поэтому в ее речи появляется ее имя.)

Тем вечером я сидел в своей комнате и смотрел на телефон.

На экране было открыто окно чата в LINE. Получатель — Рэйна. С тех пор как мы обменялись контактами несколько месяцев назад, мы часто переписывались, но после того случая с поцелуем наши разговоры сократились до редких формальных сообщений.

"...Если подумать, это может быть возможностью для меня."

После утреннего интервью я искал шанс помириться с Рэйной, и это выглядело как естественный повод, чтобы с ней связаться.

После того поцелуя я понял, что мои чувства к Рэйне начали меняться. Из-за этого мне было больно оставаться с ней на расстоянии, и я хотел вернуть наши прежние, беззаботные отношения.

"Хм... Позвонить ей или отправить сообщение...?"

Я колебался. Мне хотелось услышать голос Рэйны, а если быть честным, то я бы предпочёл видеозвонок, чтобы видеть её во время разговора. Но вдруг она не возьмёт трубку? В конце концов я решил не рисковать и отправить сообщение.

«Рэйна, спасибо за твою работу. У меня есть небольшое дело к тебе»

Я несколько раз стирал и переписывал текст, прежде чем наконец отправил лёгкое сообщение и отложил телефон.

Ответит ли она?

Я не сводил глаз с экрана, и моё сердце забилось быстрее, когда появилось уведомление о прочтении. Почти сразу же пришёл ответ.

«Что случилось, Кайто?»

Всего одно сообщение, но оно заставило меня почувствовать радость.

Я тут же схватил телефон и набрал ответ.

«Ты знаешь, что Момосэ-сан завтра начнёт съёмки, верно?»

«Да, конечно!»

«Я хочу привести её, чтобы она могла поздороваться с тобой перед съёмками. Ты сможешь прийти в гримёрку немного пораньше утром?»

«Э? Конечно, но почему ты? Ты близко общаешься с Момосэ-сан?»

«Она моя младшая коллега по агентству»

«Ах да, она ведь тоже в Marvel, да?»

Рэйна отправила стикер с комичным пандой, хлопающим в ладоши.

«Хорошо, я зайду в гримёрку немного после десяти. Буду ждать!»

«Спасибо, Рэйна. Я очень ценю это»

Наш разговор был лёгким, как раньше. Я ожидал более сдержанного ответа, поэтому был приятно удивлён. Судя по её сообщениям, Рэйна вела себя как обычно, и мне не казалось, что она избегала меня в последнее время.

Деловая переписка насчёт Момосэ-сан закончилась, но я набрался смелости, чтобы продолжить разговор.

«Кстати, я смотрел тебя на утреннем шоу сегодня. Как и ожидалось от Рэйны, ты была безупречна. Мне было очень приятно, что ты упомянула меня!»

После короткой паузы появилось уведомление о прочтении, а затем ответ Рэйны.

«Спасибо, Кайто! Услышать это от тебя делает меня очень счастливой!»

После этого она отправила стикер с белым кроликом, кланяющимся в знак благодарности.

Мы перекинулись ещё несколькими сообщениями, после чего я завершил разговор и облегчённо вздохнул.

"Может быть... когда мы встретимся завтра, мы сможем снова говорить, как раньше...?"

По крайней мере, в переписке у нас всё было нормально.

Возможно, в чувствах Рэйны что-то изменилось, но сейчас моё сердце наполнилось надеждой, что эта неловкость между нами скоро исчезнет.

На следующий день.

Ровно в десять утра Момосэ-сан прибыла в мою гримёрку.

— Доброе утро, Амано-сэмпай!

— Доброе утро. Эм... а что это за багаж?

— Я взяла всё необходимое, чтобы поприветствовать Мидзусаву-сан! У меня есть подарок, альбом Аканэ и сладости, которые она упоминала в интервью! А ещё вот здесь — вещи, которые я хочу, чтобы она подписала: оригинальная футболка и фотоальбом!

Момосэ-сан вытаскивала вещи из сумки одну за другой. При ближайшем рассмотрении оказалось, что её сумка — это тоже лимитированный мерч из дорамы, в которой снималась Рэйна. Её преданность впечатляла.

— Ты хорошо подготовилась... Но, думаю, не стоило заходить так далеко.

— Как это не стоило?! Это же самое важное событие года для Аканэ! Я нервничаю в десять раз больше, чем перед своим сольным концертом! Честно говоря, прошлой ночью я вообще не спала!

— Это не скажется на твоей работе...? Ты в порядке?

— Я справлюсь! Я не могу разочаровать Мидзусаву-сан своим выступлением!

Момосэ-сан показала знак победы.

После этого мы направились в гримёрку Рэйны. Так как наши комнаты находились рядом на съёмочной площадке, нам пришлось пройти всего несколько шагов.

Я постучал в дверь, и Рэйна медленно появилась на пороге.

— Доброе утро, Мидзусава-сан. Я привёл Момосэ-сан.

— Доброе утро. Простите, что заставила вас приходить только ради приветствия.

Когда рядом были другие коллеги, Рэйна сразу переключалась в свой привычный режим гениальной актрисы.

Хотя я немного нервничал, мои ожидания, возникшие накануне вечером, мгновенно рухнули.

Рэйна по-прежнему избегала смотреть мне в глаза.

Она намеренно отводила взгляд, направляя его исключительно на Момосэ-сан.

— Пожалуйста, проходите.

Глядя на Момосэ-сан, я заметил, как её прежний восторг исчез, уступив место напряжению. Она застыла, словно камень.

Я должен был вмешаться, но слишком растерялся от того, что Рэйна продолжала демонстрировать своё нежелание разговаривать со мной. Всё казалось таким же, как и прежде.

Инстинктивно я решил уйти.

— Ну, Момосэ-сан, я тогда пойду. Не торопитесь, поговорите спокойно.

— А...!

Рэйна вовсе не была человеком, с которым трудно общаться. С её природной лёгкостью она наверняка нашла бы способ сгладить ситуацию.

Мне показалось, что Момосэ-сан метнула в меня пронзительный взгляд, но я всё же ушёл в свою гримёрку.

Однако меньше чем через минуту в дверь постучали.

Когда я открыл, передо мной стояла Рэйна с обеспокоенным выражением лица.

— Эм... Момосэ-сан случайно сюда не заходила?

— Рэйна! Нет, но почему ты спрашиваешь?

— После того как ты ушёл, я пригласила её в гримёрку, но у неё было какое-то напряжённое лицо, и она молчала. Когда я спросила, что случилось, она вдруг просто... сбежала.

Рэйна слегка покраснела и, отведя от меня взгляд, тихо сказала это.

Я закрыл лицо руками. Похоже, я недооценил силу чувств Момосэ-сан к Рэйне.

Рэйна, не зная характера Момосэ-сан, печально опустила голову.

— Думаю, я ей не нравлюсь. Даже на личной встрече, когда я пыталась поприветствовать её, она сбежала. А во время группового чтения она всё время на меня косо смотрела. Я не понимаю... Мы ведь даже не встречались раньше.

После этого Рэйна перевела взгляд на меня.

— Кайто, ты ничего не слышал? Она говорила, что я ей не нравлюсь?

— Хм... Думаю, проще будет спросить у неё самой. Давай найдём Момосэ-сан.

— Д-дa, но где её искать?

— Я тоже не знаю... Для начала заглянем в её гримёрку?

— Это, наверное, самый логичный вариант.

Хотя мы и разговаривали, всё равно между нами оставалась некоторая неловкость.

Мы оба отводили взгляд в разные стороны, продолжая беседу.

После этого мы пошли по коридору в поисках гримёрки Момосэ-сан. Она находилась немного дальше от наших.

Когда мы тихонько постучали в дверь, Момосэ-сан выглянула наружу с обеспокоенным выражением.

— Момосэ-сан, я слышал, что ты внезапно покинула гримёрку Мидзусавы-сан?

— Э-э...!

Момосэ-сан нахмурилась, явно смущённая, а затем, увидев Рэйну, стоящую позади меня, начала заметно нервничать.

Рэйна натянуто улыбнулась, а Момосэ-сан тут же спряталась за мной, словно не могла вынести её присутствия.

Она склонилась ко мне и прошептала, едва слышно:

— С-сэмпай, почему ты нас оставил? Это бесчеловечно — оставлять Аканэ и Мидзусаву-сан наедине!

— Я... не думал, что всё настолько серьёзно... Прости...

— Я не справилась! Я так волновалась, что в голове стало пусто! Даже сейчас я не могу смотреть Мидзусаве-сан в глаза!

Момосэ-сан изо всех сил затрясла меня, выражая своё негодование.

Тем временем Рэйна, стоявшая в стороне, выглядела озадаченной и, кажется, пыталась понять, о чём мы говорим.

— Момосэ-сан, постарайся просто поговорить с Мидзусавой-сан лицом к лицу.

— Угх...

Пока мы так переговаривались, Рэйна прочистила горло.

Затем, с лёгкой улыбкой, она заговорила.

— Эм... Момосэ-сан, возможно, я вам в чём-то не нравлюсь?

— Э...?!

— Простите, но я не понимаю, за что могла вызвать неприязнь. Если я в чём-то ошиблась, пожалуйста, скажите мне. Я часто слушаю вашу музыку и давно восхищаюсь вами. Поэтому мне действительно хотелось бы получше вас узнать.

Момосэ-сан явно не осознавала, что её поведение можно воспринять именно так.

Увидев печальное выражение лица Рэйны, её глаза расширились от удивления.

После нескольких секунд внутренних колебаний она, казалось, наконец приняла решение. Сжав кулаки, она шагнула вперёд.

— Н-нет, дело не в этом!

Она почти заплакала. Рэйна удивлённо отступила назад.

— А-Аканэ... Я огромная фанатка Мидзусавы-сан!

— Э... П-правда?

— Простите! Я так нервничала на встрече, что не смогла сказать ни слова... Но на самом деле я вас просто обожаю! Эм, можно пожать вам руку? А ещё сфотографироваться и взять автограф? И... если можно, обнять вас...?!

Теперь, когда разговор завязался, Момосэ-сан словно обрела уверенность и начала осыпать Рэйну просьбами.

— Э-э... Ну, конечно, всё это можно. Давай для начала просто пожмём руки.

— А-Аканэ так растрогана! Я никогда не помою эту руку...!

— Нет, пожалуйста, мойте. Если захотите ещё раз пожать руку, просто скажите.

— А-а... Это ангел, передо мной стоит настоящий ангел...!

Энтузиазм Момосэ-сан зашкаливал. Казалось, ещё немного — и она просто рухнет в обморок от переизбытка эмоций. После всех приветствий и восторгов я взял на себя роль фотографа, запечатлевая их совместные моменты. Затем Момосэ-сан с благоговением вручила Рэйне подарки, принесённые специально для неё, и с замиранием сердца попросила автограф на сувенирах. А после лёгкого, но всё же реального объятия напряжение, наконец, достигло предела — она взволнованно схватилась за мою руку.

— Сенпай! Всё! Я больше не выдержу! Доза Мидзусавы-сан в организме превысила критический уровень! Нам срочно нужно отступить!

— Э-э? Но ведь это твоя гримёрка...

— Тогда... я оставлю вас. — Рэйна улыбнулась мягко, как луч солнца, и, кивнув, направилась к выходу. — Момосэ-сан, давай побольше общаться на съёмках!

Как только за ней закрылась дверь, Момосэ-сан буквально осела на пол, измождённо прикрывая лицо руками.

— Я... я была на грани! Мне казалось, что сердце вот-вот взорвётся...

— Но ведь всё прошло хорошо, верно? — усмехнулся я, наблюдая за тем, как она едва ли не дрожит от волнения.

— Да! Я получила автограф, сделали фото... А ещё она обняла меня... — её голос затрепетал, а взгляд затуманился от счастья. — И знаешь, она так приятно пахла...

— А-ага... Ну, рад, что ты так довольна.

Она восторженно прижала к груди футболку с подписью Рэйны, её лицо светилось блаженной улыбкой. На неё невозможно было смотреть без тёплого чувства.

Вдруг, будто вспомнив о чём-то важном, Момосэ-сан мечтательно вздохнула.

— Кстати, Мидзусава-сан в жизни выглядит совершенно так же, как на экране!

— Хм? Ну... да, наверное.

— У неё такая грациозная осанка! И манеры... прямо воплощение совершенства! Она действительно такая, какой я её представляла! Сердце до сих пор бешено колотится!

Она смотрела на меня с таким неподдельным восторгом, что я на мгновение ощутил внутреннее замешательство.

Я знал, что образ Рэйны, который она видела, — это лишь оболочка. Маска, скрывающая её застенчивость. То, что позволяло ей общаться с окружающими, не открывая им своего истинного «я». И, наверное, мне стоило сказать об этом. Но... стоило ли?

Я неосознанно задался вопросом:

— Слушай, Момосэ-сан...

— Да, сенпай?

— Чисто гипотетически... если бы Мидзусава-сан оказалась совершенно другой, не такой, как на экране... ты бы разочаровалась?

Она замерла на секунду, обдумывая мои слова. А затем, улыбнувшись, уверенно покачала головой.

— Думаю, всё зависит от того, в чём именно она была бы другой. Но, если честно, я была бы только рада! Это значило бы, что мне выпала честь увидеть ту её сторону, которой никто больше не знает!

Её искренние слова на мгновение выбили меня из колеи.

"Она... правда хороший человек."

Если бы кто-то мог по-настоящему принять Рэйну со всеми её страхами и слабостями, это была бы именно Момосэ-сан. Более того, она, вероятно, сочла бы контраст между её публичным образом и настоящей сущностью даже более притягательным.

Сейчас у Рэйны не было подруг, перед которыми она могла бы быть собой.

И я невольно подумал... а вдруг Момосэ-сан могла бы стать для неё такой подругой?

Наступил день съёмок Момосэ-сан, и всё прошло гладко.Благодаря нашим тренировкам замечаний было куда меньше, чем обычно бывает в первый день. Конечно, режиссёр Морита, со своей скрупулёзностью, не мог не высказать несколько придирок, но, похоже, поддержка Рэйны придала Момосэ-сан сил, и она смогла сохранять улыбку до самого конца.

На следующий день, во время обеденного перерыва, вернувшись в гримёрку, я обнаружил там сияющую от радости Момосэ-сан.

— Амано-сенпай! Я хотела пригласить Мидзусаву-сан пообедать вместе. Может, ты тоже присоединишься?

— Э-э? Я тоже?

— Просто... — она замялась, теребя рукава. — Я всё ещё немного волнуюсь насчёт разговора один на один. Я знаю, что Мидзусава-сан добрая и дружелюбная, но вдруг беседа не заладится...

Её смущённый взгляд ясно говорил, что она действительно переживает по этому поводу.

Я на секунду задумался, а потом, вздохнув, покачал головой.

— Прости, Момосэ-сан. Я бы хотел, но... лучше я откажусь.

— Что? У тебя другие планы?

— Нет, просто... не хочу обедать с Мидзусавой-сан сейчас.

Мой туманный ответ вызвал у неё искреннее недоумение.

— Можно спросить... Вы с Мидзусавой-сан не слишком близки?

— Ч-такого?! Почему ты так думаешь?

— Ну... — Она наклонила голову набок, обдумывая слова. — Просто вчера я заметила, что вы вообще не смотрели друг другу в глаза. И разговаривали как-то... неловко. Я даже немного волновалась!

Я невольно нахмурился. Неужели это настолько бросалось в глаза?

— Нет, у нас всё в порядке... наверное.

— Правда? А то я видела вас вместе на разных передачах, и там казалось, что у вас довольно тёплые отношения. Или вы... поругались?

— Не думаю, что это ссора.

— Тогда в чём дело?

— Скажем так... — я выбрал слова с осторожностью, — есть причины, по которым мне пока лучше держаться от неё на расстоянии.

— На расстоянии?..

На экране Рэйна всегда говорила обо мне с искренней улыбкой, а в переписке наши разговоры оставались такими же, как раньше. Но стоило встретиться лицом к лицу, и всё менялось. Она избегала моего взгляда, её голос звучал напряжённо, а между нами повисала неловкость.

Я долго обдумывал это, и всё же... я был уверен, что она меня не ненавидит.

Она, конечно, понимала, что импровизация на съёмках шла во благо проекту. Но...

Для девушки первый поцелуй — это нечто особенное. И хотя я смотрел на ситуацию глазами актёра, сам факт, что я добавил такую сцену без предупреждения, мог быть для неё трудноприемлемым именно как для девушки.

Если мои догадки верны, то решить этот вопрос можно только со временем.

Чтобы ускорить этот процесс, мне стоило бы дать ей пространство. Дать возможность разобраться в своих чувствах.

Поэтому я сознательно отстранился.

Хотя мне самому хотелось бы поговорить с ней и всё уладить как можно скорее... Но, возможно, именно такое отдаление поможет нам быстрее вернуться к тому, что было.

Я не мог поступить иначе.

Момосэ-сан непонимающе нахмурилась, но вскоре улыбнулась и бодро кивнула.

— Ну, не до конца поняла, но ладно! Тогда сегодня я приглашу её сама!

— Да. Хорошего вам обеда.

— Спасибо! Я немного волнуюсь, но постараюсь поддерживать разговор!

С этими словами она выскользнула из гримёрки.

Оставшись один, я решил поесть, параллельно просматривая сценарий к предстоящим сценам.

После обеденного перерыва я вдруг почувствовал что-то странное.

Казалось, Рэйна время от времени украдкой бросала на меня взгляды. Мы по-прежнему не разговаривали во время пауз, но стоило мне мельком посмотреть в её сторону, как я неизменно замечал её пристальный взгляд. Это повторилось несколько раз. И каждый раз, когда наши глаза встречались, она поспешно отводила взгляд, что только усиливало мои подозрения.

"Что происходит?.. За мной кто-то следит?"

Когда гримёр подошла, чтобы поправить мой образ, я не выдержал и спросил, нет ли со мной чего-то странного. Однако она заверила меня, что всё в порядке, оставив меня в ещё большем замешательстве.

Я не мог напрямую спросить Рэйну, поэтому весь оставшийся отрезок времени чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Следующее возобновление съёмок в 14:20. Спасибо за вашу работу! — раздался голос помощника режиссёра.

Я посмотрел на часы: ровно 14:00. Двадцать минут — довольно продолжительный перерыв. Не зная, чем себя занять, я решил выйти на свежий воздух.

Съёмки проходили в главной студии, и стоило выйти из здания, как передо мной открылось просторное окружение телецентра. Озёра, деревья — место прекрасно подходило для съёмок на открытом воздухе, но в тот момент я просто хотел немного прогуляться.

Я брёл без определённой цели, но ощущение тревоги не покидало меня. Возможно, мне это лишь казалось, но мне упорно не давало покоя чувство, что кто-то следит за мной. Конечно, на территории телецентра не могло быть посторонних, но ощущение присутствия кого-то рядом было слишком явным.

Стоит ли оглянуться? Я колебался, но в конце концов остановился и резко обернулся.

В тени деревьев мелькнула фигура, которая тут же спряталась за ствол.

[[image:/storage/reader-images/c3e3d1b898593b8bc78da7a026fe857afe1ddb32.png]]

Я сжал губы. Кто бы это ни был, он явно вёл себя подозрительно.

Сглотнув, я медленно направился в ту сторону и, ускорив шаг, заглянул за дерево.

— Рэйна?!

Передо мной стояла она, выглядя так, словно её поймали за чем-то непозволительным.

— Эм... я... извини, — пробормотала она, опустив голову.

— Нет-нет, я тебя не виню. Просто удивился. Что ты тут делаешь?

Рэйна замялась, её голос был почти неразличимым.

— В этот перерыв я хотела с тобой поговорить... Но ты всё шёл и шёл, а я не могла подойти, и в итоге... сама не заметила, как пошла за тобой.

— Что? Ты могла просто позвать меня. Или подождать, пока мы вернёмся в студию.

— Но... но я очень хотела поговорить прямо сейчас...

Она выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Я растерянно уставился на неё.

Рэйна опустила плечи и осторожно спросила:

— Кайто... ты правда стал меня избегать?

— Что? О чём ты говоришь?

Её лицо было серьёзным, но смысл её слов так ошеломил меня, что я не сразу нашёлся с ответом.

— Я слышала от Момосэ-сан за обедом. Она сказала, что ты сам признался — ты нарочно держишься от меня подальше...

— А... Ну, я действительно говорил что-то подобное.

— Значит, ты правда считаешь меня неприятной, да?..

— Погоди! Это совсем не так! Я не могу тебя не любить, Рэйна!

Едва я это произнёс, она удивлённо распахнула глаза, а затем снова опустила взгляд.

— Тогда... почему ты решил держаться на расстоянии?

— Потому что... мне показалось, что ты сама избегаешь меня. Я думал, нам нужно время, чтобы всё наладилось.

— Но я же говорила, что не злюсь!

— Да, но ты всё равно не смотрела мне в глаза...

— Ты тоже! Ты сам тоже избегал смотреть на меня!

Она надула щёки, всем своим видом выражая недовольство.

Я задумался. Вспоминая последние две недели, я действительно слишком часто отводил взгляд. Лёгкое чувство вины кольнуло меня в грудь.

— Видишь ли... — я отвёл глаза. — После той сцены с поцелуем я всё время вспоминаю её, и... мне становится неловко, когда я смотрю на тебя.

Рэйна хлопнула в ладоши.

— Вот! Я чувствую то же самое!

— Правда?

— Да... Я тоже начала тебя избегать и чувствовала себя неловко, когда разговаривала с тобой... Но я вовсе не злюсь!

— Понятно...

Мы переглянулись — и невольно рассмеялись.

Оказалось, всё это время мы попросту слишком остро воспринимали друг друга из-за той сцены.

— Ну и ну, — улыбнулся я. — А я уж думал, что это продлится вечно.

— Всё-таки это был наш первый поцелуй... — пробормотала Рэйна, покраснев. — И ты поцеловал меня так... будто это по-настоящему!

— Эм... правда?

— Конечно! Как я могла это забыть? Я до сих пор помню ощущение твоих губ...

— Рэйна! Я... извини!

— Всё в порядке. Это была просто актёрская работа. Я же сказала, что не против... — Она всё больше краснела, уже не в силах поднять голову.

Мы оба знали, что после этого разговора неловкость так просто не исчезнет.

Вдруг Рэйна резко подняла лицо, будто решившись на что-то.

— Мы не можем так продолжать! Думаю, мне ещё долго будет трудно смотреть тебе в глаза!

— Пожалуй, я тоже...

— Тогда давай потренируемся!

— Потренируемся?

— Да! Чтобы смотреть друг другу в глаза, когда разговариваем!

— Хорошо... А как?

— Просто! Возьми мои щёки в ладони, а я возьму твои. Тогда мы не сможем отвести взгляд!

— Ч-что?.. Ладно...

Я осторожно коснулся её щёк, чувствуя тепло её кожи. В тот же миг она приложила свои холодные ладони к моим щекам. Наши взгляды встретились с совсем близкого расстояния.

"Это... чересчур близко..."

Воспоминание о поцелуе всплыло в памяти, и я мгновенно почувствовал, как моё лицо вспыхнуло. Похоже, Рэйна ощутила то же самое, потому что она тут же отдёрнула руки, а я последовал её примеру.

— Э-э... это было слишком, — пробормотала она.

— Согласен...

— Лучше постепенно вернёмся к обычному общению...

— Хорошая идея.

Покраснев, мы двинулись обратно. До конца перерыва оставалось всего пять минут.

После этого наши отношения с Рэйной постепенно вернулись в прежнее русло. Мы снова начали часто обмениваться сообщениями и вместе обедать. Это стало своего рода традицией — втроём с Момосэ-сан проводить оживлённые обеденные перерывы.

Однако спустя примерно неделю произошло нечто неожиданное.

— Странно, Момосэ-сан сегодня не пришла, — заметила Рэйна, разглядывая пустое место, где обычно сидела их подруга.

— Да… Это действительно странно. Интересно, что случилось?

Мы обедали в гримёрной Рэйны, когда вдруг осознали, что Момосэ-сан, которая обычно приносила с собой бэнто и присоединялась к нам, сегодня не появилась. Рэйна, которая за это время сильно сблизилась с ней, заметно расстроилась.

— Хм… Я ведь прочитала сёдзё-мангу, которую она мне посоветовала. Думала, у нас будет оживлённое обсуждение…

— Ты правда её прочитала?

— Конечно! У Момосэ-сан отличный вкус! Все её рекомендации просто потрясающие!

— Надо будет у неё спросить, читает ли она сёнэн-мангу.

— Не знаю… Она в основном рассказывает про сёдзё, но она так любит мангу, что, думаю, ей было бы интересно поговорить и о других жанрах.

— Ого, круто.

Разговор плавно перетёк в обсуждение самой Момосэ-сан, но даже после того, как обеденный перерыв закончился и мы вернулись на съёмочную площадку, её поведение оставалось странным. Она не улыбалась нам, как обычно, и даже не поприветствовала с привычной бодростью.

Более того, было заметно, что она избегает Рэйну. Её взгляд был грустным, отчуждённым — что-то определённо произошло.

Я решил дождаться подходящего момента и подойти к ней.

— Момосэ-сан, что-то случилось?

— А? О, Амано-сэмпай… — она вздрогнула и обернулась. Увидев меня, заметно расслабилась, но тут же отвела взгляд.

— Ты ведёшь себя странно в последнее время. Всё в порядке?

— Я… я просто… увидела кое-что, чего, наверное, не должна была видеть…

— Увидела?

— Я видела, как вы двое разговаривали, — ответила она, её лицо выражало явное одиночество.

Меня пробрала неожиданная дрожь.

После короткой паузы Момосэ-сан продолжила, всё больше поникая.

— Аканэ… я правда думала, что хорошо лажу с Мидзусава-сан… Но, похоже, я просто не замечала стены, которую она возвела между нами.

— Эм… ну…

— Она всегда так говорит с тобой, да?

— Ну… да…

Постепенно между нами назревало недоразумение. Я понимал, что ситуация требует объяснения, но не мог отрицать её слова, поэтому замялся, не зная, как правильно ответить.

Момосэ-сан выглядела всё более подавленной.

Она искренне расстраивалась. Это неудивительно — ведь она так обрадовалась знакомству с Рэйной, была взволнована их общением… А теперь оказалось, что между ними была стена, которую она не замечала.

— Аканэ… когда я рядом с Мидзусава-сан, я только мешаю?

— Нет, конечно же, нет!

— Но когда она разговаривает с тобой, она кажется намного более живой… Если я лишняя, то… это тоже нормально. Главное, чтобы она была счастлива.

— Подожди, не говори так серьёзно! Это не…

Я отчаянно пытался подобрать слова, но Момосэ-сан лишь опустила голову.

— Простите за бестактность. Извините, Амано-сэмпай.

С этими словами она развернулась и поспешно ушла.

Я молча наблюдал за её удаляющейся фигурой, чувствуя беспокойство.

"Что же делать?.."

Конечно, лучше всего было бы, если бы Рэйна сама нашла к ней подход, но если бы это было так просто, то подобной проблемы не возникло бы вовсе. Даже если я объясню ситуацию, не факт, что она поверит. Напротив, это только укрепит её ощущение, что между ней и Рэйной стоит стена.

Но я не хочу, чтобы они отдалялись.

За последнюю неделю Рэйна казалась невероятно счастливой. Хоть она и вела себя, как всегда, профессионально, я видел, что она открылась Момосэ-сан. А сегодня, когда та не пришла на обед, Рэйна так явно расстроилась…

Если Момосэ-сан перестанет приходить к нам, Рэйне будет грустно.

Что же я могу сделать, чтобы помочь им обеим?

Так и не найдя ответа, я лёг спать с тяжестью на душе.

На следующее утро во время обеда Рэйна, ничего не зная о случившемся, слегка склонила голову в задумчивости.

— Момосэ-сан снова не пришла?

Я внимательно посмотрел на неё, обдумывая, стоит ли сказать правду.

— Рэйна... на самом деле...

— Ох, Кайто, ты что-то знаешь?

— Да. Момосэ-сан видела, как мы вот так разговаривали, и, похоже, это её потрясло.

Выражение Рэйны застыло.

Она замерла, так и не дотянувшись до еды, и медленно опустила палочки.

— Это проблема...

— Она расстроилась, думая, что, возможно, мешает тебе, слишком сблизившись. Думаю, поэтому она и не возвращается.

— Этого не может быть! Я действительно радовалась общению с Момосэ-сан...

Я и сам это знал.

Рэйна выглядела озадаченной.

— ...Что же делать?

— В идеале тебе просто нужно быть с ней такой, какая ты есть.

— Да... ты прав...

Она кивнула, но в её глазах читалась горечь.

В этот момент в моей памяти всплыл давний эпизод.

Когда мы учились в первом классе, Рэйна, застенчивая и робкая, не могла подружиться ни с кем, кроме меня. Она постоянно держалась рядом, но однажды неожиданно заявила:

— Я заведу друзей, кроме Кайто!

— Э-э? Ну, да, это хорошая идея.

— Ах, Кайто! Ты смеёшься, будто думаешь, что я не справлюсь! Но я смогу, правда смогу!

С этими словами она гордо выпятила грудь, а я решил понаблюдать со стороны.

Рэйна с энтузиазмом пыталась присоединиться к группе одноклассников, но, когда разговор становился оживлённым, ей не хватало слов. В итоге она лишь потупила взгляд, оставив одноклассников в недоумении.

Друзей завести не получилось.

По дороге домой она расплакалась и, всхлипывая, прижалась ко мне.

"Что-то в этом моменте кажется знакомым..."

Прошло восемь лет, Рэйна изменилась. Но я понимал, почему ей так трудно.

И всё же сейчас она сжала кулаки и решительно произнесла:

— Кайто! Я попробую!

— Э? Попробуешь... что?

— Я поговорю с Момосэ-сан! Просто так, как я есть!

— Ты уверена?

Я не мог не спросить, но Рэйна лишь закусила губу, а в её глазах загорелась решимость.

— Я не знаю... В прошлом году я подружилась с одной девушкой, с которой вместе играла, и пыталась говорить с ней естественно. Но слова просто не выходили, и в итоге я снова начала говорить своим обычным способом.

— Понимаю...

— Но... Момосэ-сан действительно замечательный человек, и я не хочу, чтобы ей было грустно из-за меня. Плюс, теперь у меня есть ты. Если ты будешь рядом и поддержишь меня, я чувствую, что смогу!

— Понял. Так что, идём искать Момосэ-сан прямо сейчас?

Рэйна тут же замахала руками, испуганно качая головой.

— Мне нужно подготовиться морально и всё обдумать... Ой, а можно завтра?

— Конечно, без проблем. Завтра вместе поговорим с Момосэ-сан.

— У-угу...

Рэйна выглядела немного тревожно.

На следующий день я позвал Момосэ-сан.

— Эм... Амано-сенпай, о чём ты хотел поговорить? — спросила она.

— Дело не во мне. Рэйна хочет тебе кое-что сказать.

— Ч-что? От Мидзусавы-сан?

Я специально использовал имя «Рэйна», которое оставлял для моментов, когда мы были наедине. Услышав это, Момосэ-сан слегка вздрогнула.

Как раз в этот момент появилась Рэйна.

Её лицо было напряжённым. Она подошла к Момосэ-сан и крепко схватила её за плечи.

— Эй?!

Рэйна явно пыталась что-то сказать, но слова застряли у неё в горле. Она начала беспомощно открывать и закрывать рот.

Момосэ-сан была ошеломлена, когда Рэйна внезапно схватила её, их лица оказались слишком близко. Она растерянно моргала, не понимая, что происходит.

— Мидзусава-сан? Эм... Что случилось?

Я посмотрел на Рэйну: её лицо раскраснелось, руки слегка дрожали. Она нервно сглатывала, но так и не могла вымолвить ни слова.

Я тяжело вздохнул и мягко похлопал её по плечу.

— Рэйна, давай сначала успокоимся. Глубокий вдох.

Рэйна послушно разжала пальцы, выпустив плечи Момосэ-сан, и сделала шаг назад. Она приложила руку к груди и глубоко вдохнула. Момосэ-сан продолжала растерянно смотреть на неё.

Я подошёл ближе и осторожно взял её правую руку в свою, слегка сжав.

— Видишь, Рэйна? Всё будет хорошо.

— Кайто... д-да...

Она взглянула на меня, её лицо немного расслабилось, но тело оставалось напряжённым. Затем она повернулась к Момосэ-сан и наконец заговорила:

— Эм... Момосэ-сан...

Её голос был тонким и неуверенным, совсем не похожим на обычную Рэйну.

Момосэ-сан широко раскрыла глаза.

Рэйна сильнее сжала мою руку, её взгляд метался.

— П-прости. Когда я такая, какая я есть, я становлюсь очень застенчивой...

— Мидзусава-сан?

— Всё так и есть. На самом деле, я всегда была такой... Поэтому, чтобы хорошо общаться с людьми и работать, я играла роль гениальной актрисы. Вот почему... я никогда не пыталась ставить между нами стену, Момосэ-сан. Ты понимаешь?

— Д-да!

Рэйна искренне старалась объяснить, и, похоже, Момосэ-сан наконец-то её поняла. Она внимательно посмотрела на неё.

— Я... я тебя разочаровала? — с тревогой спросила Рэйна.

Она взглянула на Момосэ-сан снизу вверх, в её глазах читался страх.

Момосэ-сан всегда восхищалась её образом идеальной актрисы. Может, теперь она разочаруется, увидев её настоящей? Этот страх, несомненно, тяготил Рэйну.

Но я знал, что на самом деле Момосэ-сан была бы только рада увидеть её истинное «я».

Я спокойно ждал её реакции.

— Э-э-э... — Момосэ-сан издала странный звук, закрывая рот ладонями. Её плечи задрожали...

А затем эмоции захлестнули её.

— Это тааак милоооо!

Она с визгом кинулась к Рэйне и крепко её обняла.

Рэйна вздрогнула от неожиданности.

— М-Момосэ-сан...?

— Н-несправедливо! Ты такая очаровательная! О, что же мне делать? Можно тебя обнять ещё раз?

— Я-я думаю, да... Но... эм... Ты ведь не разочарована во мне, да?

— Ни в коем случае! Напротив, ты мне нравишься ещё больше! Отныне ты моя любимица, Мидзусава-сан!

— П-правда...?

Рэйна с облегчением вздохнула, но затем робко произнесла:

— У меня есть одна просьба... Когда ты называешь меня своей любимицей, это создаёт дистанцию... Это немного неприятно...

— Э-э? И что же мне делать?

— Я-я имею в виду... вместо этого, может, мы просто будем друзьями?

Глаза Момосэ-сан загорелись, она схватила Рэйну за руки и начала подпрыгивать на месте.

— Д-да! Конечно, да!

Затем, чуть смущённо, она спросила:

— Эм, тогда... можно мне называть тебя Рэйна-сан? В знак нашей дружбы?

— Э-э? К-конечно! Тогда можно мне называть тебя Аканэ-тян?

— Фугьаааа!

Момосэ-сан издала странный крик и упала на землю.

— Т-ты слишком милая! Не верится, что Рэйна-сан назвала меня так... Я так счастлива!

— П-правда? Я рада, что тебе нравится...

— Амано-сенпай тоже может звать меня по имени!

— Понял. Тогда буду называть тебя Аканэ.

— Ура!

Так Рэйна обрела друга, с которым могла быть собой.

(П/П: Вообще тут какая-то неразбериха с именем Момосэ, на иллюстрации 2 тома, где она была представлена, написано 茜, что с японского произносится как Аканэ, но в анлейте переведено как Otoha (Отоха), вообще не понял почему так, но решил оставить японский вариант имени)

Съёмки восьмого эпизода были завершены, и теперь мы находились в процессе работы над девятым.

В гримёрке, где мы с Рэйной и Аканэ проводили обеденный перерыв, внезапно, явно взволнованный, ворвался режиссёр Морита.

— Простите, что прерываю ваш отдых, но я только что понял, что забыл кое-что проверить.

— Что случилось? — спросил я, удивлённый его суетой.

— Амано, ты умеешь плавать?

— Эм? Ну, в целом да... Брассом и баттерфляем плаваю неплохо, но лучше всего у меня получается кроль. Я часто включал плавание в свои тренировки и обычно проплывал около километра.

Растерявшись из-за неожиданного вопроса, я постарался ответить как можно понятнее. Увидев мой кивок, Морита заметно расслабился.

— Отлично. Ты же помнишь, что съёмки десятого и одиннадцатого эпизодов пройдут на острове? В сценарии, который я дал тебе, Мидзусава, этой сцены не было, но я решил добавить момент с плаванием для тебя и Амано. Только что занимался подготовкой и вдруг осознал, что так и не уточнил, умеет ли Амано плавать.

— Вот оно что, — понимающе кивнул я.

Режиссёр затем повернулся к Рэйне, словно желая просто подтвердить очевидное:

— А ты ведь умеешь плавать, верно, Мидзусава?

— Эм... ну...

— Да! — не дав ей договорить, Аканэ взволнованно подняла руку. — Рэйна-сан в интервью говорила, что её сильная сторона — это брасс!

— Хорошо, это полезная информация. Я внесу соответствующие изменения в сценарий. Спасибо! — Морита поспешно покинул гримёрку, явно спеша продолжить работу.

Рэйна так и не успела сказать ни слова. Она лишь удивлённо моргнула, когда Аканэ с горящими глазами с энтузиазмом подтвердила её мнимый талант.

— Я так жду этот момент! Кстати, мне кажется, Рэйна-сан ещё никогда не плавала в кино или дораме. Это будет настоящая редкость!

— Эм, да...

— Как здорово! Хотела бы я тоже поплавать с вами!

В глазах Аканэ светился неподдельный восторг, а вот Рэйна, напротив, слегка потемнела в лице.

— Кайто! Спаси меня!

Позже, когда Аканэ ушла на съёмки, Рэйна, оставшись со мной наедине, подошла ко мне с явно обеспокоенным видом.

— Эм... насчёт той сцены, о которой говорил режиссёр... Ты ведь понимаешь, о чём я?

— Ну да, сцена, где мы с тобой плаваем. Что с ней?

Рэйна смущённо опускает взгляд, колеблется, но, наконец, набирается решимости и признаётся:

— Правда в том, что я вообще не умею плавать!

— Что?! Серьёзно?!

Щёки Рэйны вспыхивают от смущения. Я в изумлении моргаю.

— Но почему ты не сказала об этом раньше?

— Потому что... Аканэ-чан так уверенно заявила, что я умею! Она так сияла в этот момент, что я просто не смогла признаться, что это не так...

— Э-э... ну, да, понимаю.

Рэйна с досадой трёт висок.

Как оказалось, в том интервью действительно был вопрос про стиль плавания. Варианты ответа включали кроль, баттерфляй и на спине, но варианта «я не умею плавать» не было. В итоге она просто выбрала то, что хотя бы немного знала.

— Это всё Карин-сан виновата! Она сказала, что мне просто нужно выбрать лучший вариант из тех, которыми я не владею вообще!

— Понятно... Ну, такое бывает.

— Думаешь, режиссёр Морита читал ту статью? Наверное, поэтому он решил, что я умею плавать...

— Может, стоит ему сказать? Если хочешь, я могу пойти с тобой.

Я предлагаю это как логичное решение, но Рэйна тут же краснеет и быстро качает головой.

— Н-нет, это не то, что я хотела сказать... У меня к тебе другая просьба, Кайто.

— Просьба?

— Эм... не мог бы ты помочь мне научиться плавать?

— Подожди... Ты хочешь научиться плавать до съёмок?

Рэйна серьёзно кивает.

— Да. Пусть это было недоразумение, но информация о том, что "Рэйна Мидзусава умеет плавать", уже разошлась... Я не хочу, чтобы это оказалось ложью. И потом, в пересмотренном сценарии эта сцена действительно смотрится как прекрасный акцент.

— Ты настоящий профессионал... Да и раз уж Морита решил добавить сцену позже, значит, она важна.

Рэйна всегда стремилась к идеалу, тщательно работая над своим образом. Я восхищаюсь её решимостью.

— Ладно, я помогу тебе с тренировками.

— Правда? Спасибо, Кайто!

— Значит, держим это в секрете? Не говорим ни режиссёру, ни Аканэ?

— Д-да... Это плохо?

— Думаю, стоит хотя бы намекнуть Морите, но если ты собираешься тренироваться, лучше начать как можно скорее. Надо понять, с чего ты стартуешь, иначе времени может просто не хватить.

— Тогда как насчёт завтра? Съёмок не будет, но у тебя нет других дел?

— Сейчас гляну.

Я проверяю расписание, которое прислал мне Юки-сан. Завтра — первый полноценный выходной с начала летних каникул, и у меня нет никаких планов.

— Я свободен в любое время. Но, кстати, где мы будем тренироваться? В обычный бассейн мы пойти не можем — если тебя заметят, будет огромный скандал.

— У меня есть идея! Кайто, ты ведь был у меня в квартире на днях?

— Да, когда мы смотрели первый эпизод.

— На десятом этаже нашего дома есть тренажёрный зал для жильцов, а рядом с ним — крытый бассейн.

— Вот это роскошные апартаменты...

— Он работает только по брони, так что там гарантирована полная конфиденциальность. Думаю, это идеальный вариант. Как тебе?

— Звучит отлично.

Лицо Рэйны озаряется радостью.

— Правда?! Тогда я свяжусь с тобой вечером, уточню насчёт бронирования!

— Хорошо, договорились.

Так я оказался втянут в тайные тренировки Рэйны по плаванию.

На следующий день я впервые за долгое время оказался у дома Рэйны. Встречу мы назначили на довольно поздний час — бассейн был забронирован с четырёх до шести вечера. Это дало мне возможность хорошенько выспаться утром и восстановиться после нескольких напряжённых рабочих дней.

Я вышел из дома и прибыл к жилому комплексу в 15:45. Рэйна уже ждала у входа, слегка нервно поглядывая в телефон.

— Прости, что заставил ждать, Рэйна.

— Ох! Кайто! Да нет, я совсем не ждала! — она поспешно спрятала телефон и улыбнулась.

Мы вместе вошли в лифт и поднялись на десятый этаж. В конце коридора действительно находился впечатляющий бассейн. На первый взгляд, он был короче двадцати пяти метров, но для закрытого помещения этого вполне хватало. Лучшей новостью было то, что в нём не было ни души.

— Вау! Он частный?

— Да, здесь можно бронировать сеансы, чтобы плавать в уединении. Правда, есть ограничение по количеству броней.

— Поняла.

— Раздевалка для мужчин там. Встретимся здесь, когда переоденемся.

— Хорошо.

Раздевалка оказалась общей с тренажёрным залом. Внутри кто-то из атлетов переодевался, натягивая майку на внушительные мышцы. Я выбрал свободное место, сложил вещи и начал переодеваться. Сердце вдруг стало биться чаще.

"Чёрт, неужели я нервничаю?.."

Я согласился на эту встречу, думая, что это всего лишь подготовка к съёмкам, но теперь мы оказались вдвоём в уединённом бассейне. Хотя где-то в комнате наблюдения, вероятно, сидел спасатель, в поле зрения был только я и Рэйна.

Быть наедине с девушкой, которая мне нравится, да ещё и в купальниках… Разве можно не волноваться?

"Интересно, какой купальник выберет Рэйна…"

С момента нашего разговора накануне я ловил себя на том, что с нетерпением жду этого момента, хотя и чувствовал лёгкое чувство вины.

Рэйна была серьёзна — для неё это всего лишь тренировка, а значит, скорее всего, она выбрала что-то простое и практичное. Возможно, стандартный школьный купальник? Но даже такая мысль вызвала у меня едва заметное волнение.

Быстро переодевшись, я запер шкафчик и вернулся к бассейну. Рэйны пока не было. Подождав немного, я заметил, как она осторожно выглянула из женской раздевалки, щёки её слегка порозовели.

Я застыл на месте.

На Рэйне был далеко не скромный купальник.

Голубой бикини с узорами, подчёркивающий фигуру. Он явно был куда более откровенным, чем я ожидал. От внезапного осознания я поспешно отвёл взгляд, но сердце всё же пропустило удар.

— Ч-что-то не так, Кайто? — неуверенно спросила Рэйна.

— Нет, просто… ну, ты выглядишь хорошо, но…

— Что значит «но»?

— Это довольно смелый купальник. Ты сама такой выбрала?

— …Э?

Она моргнула, не сразу понимая смысл моих слов, а затем её лицо залилось румянцем.

— Разве это не обычный купальник?.. — её голос дрогнул.

— Не знаю… он кажется довольно откровенным…

— С-серьёзно?.. Ты не шутишь? — Рэйна схватилась за тонкие лямки, будто только сейчас осознавала их наличие.

Похоже, она и не подозревала, насколько откровенным был её выбор. Я-то уже начал думать, что она намеренно подобрала такой купальник для нашей встречи, но теперь понял, что это лишь недоразумение.

— Угх… н-не смотри так пристально…

— Я и не смотрю!

— Ох, Аканэ… Она сказала, что такие купальники нормальны для старшеклассниц…

— Что?.. — удивился я.

— Н-ничего! Забудь! — поспешно воскликнула она.

Теперь стало ясно, что кто-то её подставил. Но прежде чем ситуация окончательно превратилась в неловкую, я предложил размяться. Мы встали рядом и начали разминку, но вдруг почувствовал её взгляд на себе.

— Что такое, Рэйна?

— Ик! Н-ничего!

— Ты точно меня разглядывала… Что-то не так с моими упражнениями?

— Не-еет… просто…

Она отвернулась, слегка смутившись, и пробормотала:

— Просто Кайто… Ты… довольно подтянутый.

— Э?.. Я?

— Д-да. Ты худощавый, но у тебя рельефные мышцы… Ах! Прости! Я не хотела пялиться, просто случайно заметила.

— Я понимаю… В конце концов, я тоже невольно посмотрел… Так что считай, мы квиты.

— Угу… Тогда давай просто закончим разминку…

Она поспешно отвела взгляд и принялась за упражнения, делая их чуть резче, чем раньше. Я слегка улыбнулся. Я не профессиональный спортсмен, но актёрская подготовка требовала хорошей физической формы, и я гордился тем, что поддерживал себя в тонусе. Однако услышать комплимент от Рэйны было неожиданно приятно.

После разминки мы медленно зашли в воду. Несмотря на небольшой размер бассейна, он оказался довольно глубоким. По краям можно было стоять, но к центру глубина увеличивалась.

— Давай попробуем просто поплавать. Я взял доску для плавания, но сначала хочу увидеть, что ты умеешь. Покажи хоть что-нибудь.

— Ладно, попробую!

Рэйна надела шапочку и очки, глубоко вдохнула и оттолкнулась от бортика. В первые секунды её движение выглядело неплохо. Я даже подумал, что она преуменьшила свои способности… но буквально через мгновение…

— Ой…

Первые несколько метров прошли нормально, но потом её движения стали беспорядочными. Она не просто пыталась плыть — скорее, отчаянно боролась с водой. Я тут же бросился вперёд и схватил её за руку.

— Всё в порядке! Здесь неглубоко, можешь встать на дно.

— Ох… правда.

Рэйна осторожно опустила ноги и убедилась, что стоит. Она сняла очки, её щёки покраснели.

— Это был, наверное, мой лучший результат…

— Понял. Теперь ясно, с чего начать. Давай начнём с доски для плавания и поработаем над движениями ног. Для начала просто пройдёмся по краю бассейна.

— Хорошо!

Так началась её тренировка. Хотя я не был профессиональным инструктором, накануне просмотрел несколько методик и понимал, с чего стоит начать. Главная цель — чтобы она выглядела естественно перед камерой, а не плыла марафон.

Поначалу Рэйна боялась воды, но постепенно расслабилась. Её тело запомнило нужные движения, и спустя час она уже демонстрировала заметный прогресс.

— Хорошо, теперь давай попробуем плыть с правильным дыханием! Помнишь, как двигать руками и ногами?

— Д-да! Я попробую!

Рэйна сжала кулаки и уверенно кивнула. Затем оттолкнулась от бортика и начала плыть. Её движения были немного неловкими, но я ясно видел прогресс. Наблюдая за ней, я отметил, что она проплыла дальше, чем ожидал, и поспешил окликнуть её:

— Эй, всё в порядке? Ты уже проплыла пять метров...

Но Рэйна, сосредоточенно борясь с водой, явно не слышала меня. Она преодолела уже больше десяти метров, но вдруг сбилась с ритма, неудачно вдохнула, и, закашлявшись, потеряла равновесие. Её тело дёрнулось, она начала беспорядочно размахивать руками.

— Я не достаю до дна!

Тревога в её голосе заставила меня действовать мгновенно. Там, где она находилась, было глубже, чем в начале заплыва, и её роста не хватало, чтобы коснуться ногами дна. В панике она пыталась встать, но лишь сильнее тонула.

— Я иду! Всё в порядке!

Я ринулся к ней, быстро разрезая воду. Здесь я сам мог стоять, но вода доходила почти до рта, и мне приходилось слегка вытягиваться, чтобы говорить.

— Держись за меня!

Но в панике Рэйна не схватила мою руку, а вместо этого обвила меня обеими руками, крепко прижимаясь. От неожиданного контакта я на мгновение застыл. Наши разгорячённые тела, едва прикрытые купальными костюмами, соприкасались, и волнение вспыхнуло во мне с новой силой. Я осторожно похлопал её по спине, стараясь успокоить:

— Рэйна, Рэйна, всё хорошо! Успокойся!

Она вздрогнула.

— А-а...

Очевидно, в борьбе с водой она потеряла очки, и теперь её глаза испуганно метались. Осознав, в каком положении мы оказались, она тут же резко отстранилась, её лицо вспыхнуло румянцем.

— К-Кайто! Прости!

— Всё в порядке. Просто дыши ровно. Возьми меня за руку, здесь ещё глубоко. Давай отойдём ближе к краю.

— Х-хорошо...

Мы вместе добрались до места, где она могла твёрдо встать на дно. Рэйна покраснела ещё сильнее, глядя на меня с виноватым выражением.

— Прости, Кайто. Я не специально...

— Я понимаю. Это моя вина, я должен был держаться ближе. В следующий раз я буду плавать рядом с тобой с доской для плавания.

— Это было бы гораздо спокойнее...

Я старался сохранять спокойствие, но сердце всё ещё бешено колотилось. Мы только что обнимались в воде, её тепло было таким явным, что память о мгновении вновь и вновь всплывала в голове. Глубоко вдохнув, я попытался взять себя в руки.

— Думаю, нам стоит немного передохнуть. Осталось всего двадцать минут, попробуем ещё пару раз, и на этом закончим.

— Д-да...

После короткого отдыха Рэйна действительно стала плавать лучше. Пусть она ещё не могла преодолеть весь бассейн, но, учитывая, что ей нужно было удержаться на воде всего несколько секунд во время съёмок, её успех был очевиден.

— Ну что, на сегодня хватит. Пора выходить, Рэйна.

— Хорошо! Кажется, у меня наконец-то начало получаться!

Мы выбрались из бассейна и направились в раздевалки. В зоне аренды нам выдали пушистые полотенца, и я отправился в душевую, чтобы хорошенько смыть с себя хлорку и расслабиться под горячей водой.

Когда я вышел, Рэйны ещё не было. Я опустился на диван перед лифтом, открыл телефон и, пока ждал, ответил на сообщение от Юки-сан. Закончив переписку, услышал её голос.

— Прости, что заставила ждать!

— Всё нормально, я как раз отвечал по работе.

— Понятно... Кайто, спасибо тебе за сегодняшний день. Я правда очень ценю, что ты потратил свой выходной на меня.

— Конечно. Разве это проблема? Я же говорил, что помогу тебе с подготовкой к роли.

Ведь мы уже не раз выручали друг друга. Рэйна помогала мне с актёрскими репетициями, а я поддерживал её. Мы даже ходили в парк развлечений ради тренировки перед съёмками...

Я вдруг заметил, что Рэйна словно хотела что-то сказать, но замолчала. Посмотрев на время, я понял, что уже 18:30. После плавания у меня разыгрался аппетит, и я вспомнил, что ещё вчера обдумывал возможность предложить ей поужинать.

Этот жилой комплекс находился рядом со станцией, а поблизости было множество ресторанов. Обычно на съёмках мы уже успевали поесть к вечеру, так что у меня не было возможности пригласить её. Но сейчас, в наш свободный день, момент казался идеальным.

Однако когда я уже открыл рот, чтобы предложить, что-то внутри меня заставило замереть.

"Как... вообще правильно пригласить её?.."

Мелькнуло у меня в голове.

Вдруг до меня дошло: за всё это время я ни разу не приглашал Рэйну куда-то просто так, без связи с работой. Все наши встречи, все прогулки — будь то поездка в гостиницу «Мидзусава», визит к ней домой, поход в парк или совместные обеды — всё это было для съёмок. Но мы ни разу не проводили время вместе просто потому, что хотели.

"Тогда... кто мы друг для друга?.."

Мысли заполонили голову, тревога начала нарастать. Я был уверен, что за последние месяцы мы сильно сблизились. Но если убрать из уравнения съёмки, останется ли между нами что-то личное?..

Лёгкое прикосновение к плечу вывело меня из раздумий.

— Кайто, ты чего? — Рэйна заглянула мне в лицо.

— А? Ой, прости, задумался...

— Ты так резко замолчал, что я испугалась!

Она надула щёки, но я был слишком погружён в свои мысли, чтобы заметить. В конце концов, я просто вздохнул и пробормотал:

— Ну что, тогда на сегодня закончим?

— Д-да... Наверное, так лучше.

Я надеялся, что Рэйна сама предложит что-то, но она лишь кивнула в ответ на мои слова.

— Я провожу тебя. Мне как раз нужно зайти в магазин.

— Спасибо! Тогда воспользуюсь твоим предложением.

После того как мы попрощались у подъезда, я отправился домой, снова погружённый в размышления.

Я вспоминал всё, что мы пережили вместе за последние несколько месяцев, и невольно задумался о наших отношениях.

"Интересно, что обо мне думает Рэйна…?"

Этот вопрос долго не давал мне покоя.

— Доброе утро, Амано-сенпай!

— Доброе утро, Аканэ. Сегодня ты рано.

На следующий день были съёмки, и, когда я прибыл на площадку, Аканэ уже была там. До назначенного времени оставалось ещё тридцать минут — она действительно пришла заранее.

Она сидела на столе в коридоре рядом со съёмочной площадкой, постукивая пальцами по поверхности, словно приглашая меня присесть. Я сел напротив.

— Это не сценарий, верно? Что ты читаешь?

— Материалы к фестивалю. Менеджер передал, сказал, что лучше ознакомиться заранее.

— Фестиваль?

— В эти выходные мы выступаем на большом фестивале в «Куполе»! Это как раз об этом.

— Подожди, что? Ты будешь выступать в «Куполе» и при этом сниматься?

— Ну, это же моя основная работа! Но, конечно, я не халтурю и в актёрстве! Если урезать время сна, всё можно успеть!

— Из-за этого ты так уставшая...? Эм, просто не переусердствуй, хорошо?

Аканэ лукаво высунула язык — кажется, она и сама не осознавала, что её усталость была заметна.

Легко забыть, но Аканэ ничуть не уступает Рэйне. Если бы у неё не было выдающегося таланта, она бы не смогла одновременно играть важную роль в заключительной части драмы и готовиться к столь масштабному выступлению.

— Кстати, полагаю, билеты на фестиваль уже распроданы? Если бы я знал заранее, с удовольствием бы сходил.

— Ну, для наших знакомых, возможно, ещё остались места. Но, к сожалению, Амано-сенпай, думаю, ты будешь занят на съёмках.

— Понял. Значит, в эти выходные мы снимаем на выезде?

— Ага, но у меня там нет сцен. Эх, а я так хотела провести ночь с Рэйной...

— Ну, зато ты присоединишься к нам на больших съёмках после этого, верно?

— Конечно! Я в восторге! Четыре ночи на отдалённом острове — это практически поездка! Да ещё и с Рэйной! Это будет настоящая кульминация летних каникул!

Я не смог сдержать улыбку, увидев, как глаза Аканэ загорелись энтузиазмом.

Съёмки с ночёвкой ждали нас уже с этих выходных. В субботу и воскресенье я и Рэйна проведём одну ночь и два дня на локации, а на следующей неделе к нам присоединится Аканэ, и трое из нас отправятся на четыре ночи и пять дней.

Фильмирование на острове должно было покрыть значительную часть десятого и одиннадцатого эпизодов, так что график обещал быть напряжённым. Однако после стольких рабочих будней это походило на некое приключение — почти как долгожданные каникулы.

— Кстати, как прошёл вчерашний день?

Внезапно Аканэ сменила тему, лукаво улыбаясь и внимательно глядя на меня.

— Вчера...?

— Что-что, притворяешься, что не понимаешь? Ты же ходил в бассейн с Рэйной!

— ...Откуда ты это знаешь?

— Ну, мы вчера утром ходили с Рэйной в универмаг, она спрашивала меня про купальники! Потом мы пообедали и даже взяли крепы! Вот, смотри, она выложила фото в инстаграм!

— Ух ты... Никогда не видел тебя с такой широкой улыбкой.

— Ага, потому что я была на седьмом небе от счастья! Я даже не мечтала, что Рйэна сама пригласит меня погулять... Когда она поделилась со мной своим крепом, я всерьёз подумала, что теперь могу умереть счастливой!

Рэйна что-то говорила вчера про новый купальник, так что, похоже, Аканэ действительно участвовала в выборе.

Она ещё с пару минут восторженно рассказывала, какая Рэйна милая, но затем, словно вспомнив, где находится, прочистила горло и поспешно отвела взгляд, её лицо слегка порозовело.

— К-кхм! Так вот, когда я спросила её, зачем ей купальник, она ответила, что собирается в бассейн с Амано-сенпаем, но у неё остался только школьный, так что ей хотелось выбрать что-то «безопасное».

— Вот как... «Безопасное», говоришь...

— Что-то не так, Амано-сенпай?

— Просто мне кажется, что ты специально пыталась подтолкнуть Рэйну. Не слишком ли это жестоко?

— Н-нет! Да я ни за что не сделала бы что-то подобное Рэйне! Никогда!

— Ну-ну...

— Это просто небольшая помощь, понимаешь?

Аканэ пожала плечами, будто говоря: «Что поделаешь?»

— Мы с Рэйной много говорили о разном, и когда она спросила у меня совета с таким милым выражением лица, ну как я могла не вмешаться? Я же болею за неё всей душой! Ведь счастье моего самого дорогого человека — это и моё счастье тоже! Видеть улыбку Рэйны — это особая форма жизненной энергии!

— ...Что? Совсем не понимаю, о чём ты говоришь.

— Фуфу, это секрет от Амано-сенпая!

Лукаво улыбнувшись, Аканэ приложила палец к губам. Я так и не понял, что именно она имела в виду, но раз уж она не собиралась объяснять, я решил не настаивать.

Съёмки в тот день прошли на удивление гладко. Рэйна выложилась на полную, и три дубля подряд оказались безупречными. Атмосфера на площадке была отличной, и во время перерыва меня позвал к себе режиссёр Морита.

— Эй, Амано. Зайди ко мне.

— Да. Эм… моя игра сегодня была неудачной?

— Нет, дело не в этом. Просто приходи — и всё поймёшь.

Кабинет режиссёра находился дальше, чем наши гримёрные. Я почувствовал, как внутри зарождается тревога, и, не говоря ни слова, последовал за ним. Войдя в кабинет, я сел на складной стул, как он велел. Морита протянул мне сценарий с надписью «Эпизод 12».

— Это... сценарий последней серии?

— Ага. Правда, это пока только черновик.

В наше время большинство дорам снимают по мотивам романов или манги, но «Сезон первой любви» был редким исключением — оригинальным произведением. Из-за этого финальный сценарий утверждали всего за пару недель до съёмок, так что я не сразу понял, чего от меня хочет режиссёр.

— Просто прочитай, не задумываясь.

— Хорошо.

Перерыв был недолгим, поэтому я быстро пролистал страницы, стараясь уловить общую канву. Добравшись до последней, я невольно выдохнул.

— Вот значит, к чему всё ведёт...

— Само по себе развитие событий не такое уж необычное. Акихиса идёт вперёд, идёт и идёт, пока это не трогает сердце Акари, которая уже решила расстаться. Их чувства не меняются от начала до конца. В конечном счёте их надломленные отношения восстанавливаются, и всё заканчивается счастливым финалом. Всё просто, верно?

— Если совсем упростить, то да. Но этот сценарий... потрясающий.

— Именно. Если мы снимем двенадцатый эпизод так, как надо, основываясь на всех предыдущих сериях, то это станет великолепным завершением романтической истории. Настолько, что я, возможно, больше никогда не захочу снимать дорамы о любви.

После этих слов выражение лица Мориты стало серьёзным. Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Ну так что? Справишься?

Этот же вопрос я задал себе, когда дочитал сценарий.

Я понял, что имел в виду режиссёр.

В финале всё строилось на эмоциональном взрыве Акихисы. Хоть он и мог привести тысячу логичных доводов в пользу того, чтобы отпустить Акари, в конце концов эмоции брали верх, руша все барьеры. Спокойный, сдержанный Акихиса отбросил стыд и сомнения и, движимый лишь любовью, пошёл до конца. Дальнейшие события разворачивались в вихре, стремительно неся зрителя к финальной сцене.

В этом эпизоде главная нагрузка ложилась на меня. Только на меня. Обычно я тщательно подстраивал свою игру под Рэйну, которая часто бормотала реплики, но в этот раз мне нужно было действовать по-другому.

Проще говоря, мне предстояло играть, основываясь не на расчёте, а на чистых эмоциях. Выкладываться на полную, как это делала Рэйна в сольных сценах.

— Да, это определённо непростая задача, — признал я.

— Так и думал. Мне нравится твой стиль, но в этот раз тебе нужно вырваться за его пределы. Пока что я просто не могу представить, как ты сыграешь такую сцену, поэтому и позвал тебя.

Я понимал опасения Мориты.

Но в этот раз внутри меня была уверенность.

— Всё в порядке. Если начну готовиться прямо сейчас, я справлюсь.

— О? Ты выглядишь уверенным.

Режиссёр удивлённо моргнул. Я же мысленно подтвердил свою уверенность.

Главное — научиться передавать эмоции.

Один из самых известных методов — система Станиславского, доработанная Страсбергом и широко применяемая в Голливуде. Суть в том, чтобы вызывать нужные эмоции из личного опыта.

Я обычно не прибегал к таким приёмам, ведь они мешали моим точным расчётам. Рэйна тоже ими не пользовалась — у неё была интуиция, позволяющая мгновенно проникать в суть персонажа. Но если требовалась эмоциональная игра, то именно воспоминания были кратчайшим путём к нужному состоянию.

А я знал, что значит потерять дорогого человека.

Акихиса терял Акари, с которой когда-то встречался. Боль от невозможности снова её увидеть толкала его на отчаянные поступки.

Я знал эту боль.

Я носил её в себе долгие восемь лет.

Если перевернуть этот накопленный за восемь лет сосуд, из него прольются чувства, которые можно перенести в роль.

— Ладно, не буду спрашивать, в чём причина твоей уверенности. Готовься, как считаешь нужным. Но учти: после съёмок на острове у нас будет репетиция с Мидзусавой. Это будет непросто, так что подготовься.

— Понял. Оставьте это мне.

— Только не забывай про здоровье. Нас ждёт плотный график: съёмки на этих и следующих выходных, а потом сразу финальный эпизод.

— Да, я не особо об этом думал…

— Хаха, я и в школе тебя от многих проблем спасал, так что это в порядке вещей. Впрочем, я не такой уж деспот. Этот выходной будет чуть легче — если всё пойдёт по плану, к вечеру первого дня мы закончим, а ночь можно будет посвятить отдыху.

Режиссёр на секунду задумался, а затем добавил:

— Я уже останавливался в том отеле. Там есть одно укромное местечко, малоизвестный ресторан. Там подают великолепные стейки, а в приватные залы можно зайти и выйти, не привлекая внимания. Многие знаменитости туда ходят. Очень рекомендую.

— Правда? Я не знал, что есть такое место.

— Вот, держи название. Если заинтересует, загляни. Уверен, это поможет снять усталость.

Он сказал это в совершенно будничном тоне. Я взглянул на сайт ресторана, записал название в заметки и, выйдя из кабинета, сразу же сохранил его в телефоне, чтобы не забыть.

Съёмки в тот день завершились в девять вечера, и, как обычно, меня подвозила Юки-сан. Устроившись на заднем сиденье, я включил свет для чтения и углубился в сценарий финального эпизода, который только что раздали актёрам. На светофоре Юки-сан окликнула меня:

— Амано-кун, мне нужно с тобой поговорить.

— О чём?

— О том, что будет после окончания дорамы.

Я понял, что разговор серьёзный, поэтому закрыл сценарий и поднял на неё взгляд.

— Согласно графику, «Сезон первой любви» завершится через три недели. Пора задуматься о том, что будет дальше.

— Три недели… значит, уже совсем скоро.

Я знал о сроках съёмок заранее, но услышать точное количество оставшихся недель почему-то было странно. Немного ошеломляюще.

За свою карьеру я снимался в разных дорамах, но впервые не хотел, чтобы проект заканчивался. Это была моя первая главная роль, и к этому проекту я испытывал особую привязанность — из-за своего обещания Рэйне. Атмосфера на съёмочной площадке была потрясающей, и…

"Осталось всего три недели, чтобы играть вместе с Рэйной..."

В последние месяцы мы с Рэйной почти не общались вне съёмок. Я осознал это недавно. Если после окончания дорамы мы перестанем быть коллегами, что тогда будет с нами?

— Амано-кун, я понимаю, что сейчас твои мысли только о «Сезоне первой любви», но давай немного поговорим о будущем?

— А, да. Конечно.

Если бы я оставил эти мысли без внимания, то, скорее всего, продолжил бы терзаться сомнениями, но инициатива Юки-сан позволила мне временно остановиться. Свет сменился на зелёный, машина снова тронулась с места, и, взглянув на меня в зеркало заднего вида, Юки-сан продолжила:

— Я ещё не говорила тебе, но в последнее время поступает много предложений. Есть варианты на осеннюю, зимнюю и даже весеннюю дораму — их уже десятки.

— Правда?..

— Похоже, твоя игра в «Сезоне первой любви» получила высокую оценку.

— Значит, придётся снова усердно работать. Нужно готовиться к кастингам.

— Кастингам? Хаха, о чём ты, Амано-кун? Все предложения уже идут без проб. Если согласишься, тебя сразу утвердят.

— Ч-что? Серьёзно? Так много предложений?.. Без кастингов?

— Конечно. У тебя уже есть опыт главной роли, и ты должен это учитывать.

Юки-сан весело рассмеялась, но меня её слова ошеломили. Я знал, что в крупных проектах главные и важные роли редко отдают через прослушивания — чаще актёров утверждают ещё на стадии планирования. Но я не думал, что лично мне могут сделать столько предложений.

— Теперь нам придётся самим выбирать, какие проекты брать, — сказала Юки-сан. — Президент агентства подчёркивал, что раз у тебя уже есть ведущая роль, нужно тщательно продумать, как дальше строить карьеру.

— Понимаю…

— На осенний сезон мы уже опоздали, все хорошие роли давно заняты. Большинство предложений — это второстепенные персонажи с приличным экранным временем. Думаю, лучше отказаться от них и прицелиться на ведущие или значимые роли в зимних и весенних проектах.

После этих слов Юки-сан улыбнулась.

— Но решать в любом случае тебе, Амано-кун. Подумай хорошенько: какой путь ты хочешь выбрать?

— Понял. Эм... а можно узнать, какие именно предложения сейчас на столе?

— Конечно. Самое крупное из них — весенняя дорама следующего года. Ты читал мангу «Аохару Класс»?

— О, да! Это отличная романтическая комедия! Мне очень нравится!

— По ней снимают лайв-экшен, и тебе предложили главную роль. Главная героиня уже утверждена — это Нанако Сакураба. Ах да, это конфиденциальная информация, так что никому не говори.

Я потерял дар речи. «Аохару Класс» был невероятно популярным произведением, тираж превысил миллион экземпляров. А Нанако Сакураба — талантливая актриса, недавно поступившая в университет. Хотя между нами была небольшая разница в возрасте, она считалась одной из самых ярких молодых звёзд, способных конкурировать даже с Рэйной в популярности и красоте.

— Есть и другие предложения, но в основном они связаны с романтическими историями. Логично, ведь все хотят тебя после «Сезона первой любви».

— Романтика, да…

— Кстати, Мидзусава-сан сейчас на пике популярности. Карин говорила, что предложений у неё даже больше, чем у нас. В романтических проектах для школьниц-героинь, можно сказать, она сейчас кандидат номер один почти в девяноста процентах случаев.

— П-просто невероятно!

— Если так пойдёт дальше, она может сыграть главную героиню в четырёх сезонах подряд!

Для нас с Рэйной этот проект мог стать поворотным моментом в карьере. Я превращался в актёра, которого приглашают без кастингов, а она закреплялась как ведущая актриса романтических дорам.

Это стоило бы отпраздновать… но я не мог представить, что будет дальше. Я с детства шёл к своей цели, но никогда не задумывался о том, что будет после её достижения.

Но факт оставался фактом: через три недели проект закончится. Если я приложу все усилия, «Сезон первой любви» станет именно тем шедевром, о котором мы мечтали. Тем самым произведением, ради которого я дал Рэйне обещание восемь лет назад.

И что тогда?..

Мы больше не будем коллегами. А главное — исчезнет обещание, которое связывало нас восемь долгих лет.

И тогда… что останется между мной и Рэйной?

[[image:/storage/reader-images/57bf597fe129ec54085b91c61667f021ea959f20.png]]

Как только съёмки завершатся, время, проведённое вместе с Рйэной, неизбежно сократится. Без рабочих встреч, без поводов для общения — где тогда найдётся место для нас двоих? Если всё оставить как есть, наша связь, связавшая нас на съёмочной площадке, может попросту раствориться в воздухе.

Эта мысль поселилась в голове, и с каждой секундой чувство тревоги только усиливалось. Три недели. Всего три недели, чтобы что-то изменить. Если я просто пущу всё на самотёк, то, возможно, этот проект станет не только финалом истории на экране, но и концом нашей собственной.

Я не мог этого допустить.

Утренний переезд к месту съёмок прошёл на удивление спокойно. Мы с Юки-сан добрались на синкансэне (японский высокоскоростной поезд), затем пересели в автобус, а вскоре оказались на площадке. Пока я просматривал сценарий в гримёрке, в дверь постучали.

На пороге стояла Рэйна. Уже готовая к съёмке, в образе Хошимии Акари, она выглядела так, словно только что сошла с экрана.

— Доброе утро, Рэйна.

— Доброе утро, Кайто! У тебя есть немного времени? Хочу порепетировать сцену.

— Конечно, я как раз собирался ещё раз пробежаться по тексту.

— Отлично! Давай разберём финальный эпизод на сегодня, хочу убедиться, что мы с тобой в одном ритме.

Мы несколько раз перечитали сцену, затем проиграли её с движениями, отрабатывая расположение в кадре. Когда мы закончили, Рэйна удовлетворённо кивнула, уголки её губ тронула лёгкая улыбка.

— Думаю, всё будет отлично. Спасибо, Кайто.

— Спасибо тебе. Ты играешь потрясающе, Рэйна. Каждый раз превосходишь мои ожидания.

Хотя я наблюдал за её игрой уже почти три месяца, она всё равно умудрялась удивлять меня. С каждой сценой её актёрское мастерство становилось всё утончённее.

Когда мы закончили, Рэйна развернулась, собираясь уходить, но я внезапно окликнул её:

— А, Рэйна! Подожди!

— Что такое?

Она остановилась и обернулась ко мне.

— Ты смотрела расписание на сегодня?

— Расписание? Пока нет, а что?

— Морита-сан сказал, что если всё пойдёт по плану, съёмки закончатся к вечеру.

— Правда? Тогда у нас будет свободное время, здорово!

Она улыбнулась, но я не был уверен, поймёт ли она, к чему я веду. Собравшись с духом, я всё-таки решился:

— Я хотел спросить... У тебя сегодня вечером есть время?

Рэйна чуть наклонила голову, удивлённо моргнув.

— Для чего? Репетиция? Или обсуждение следующей сцены?

— Нет, не совсем...

— Может, про сценарий двенадцатого эпизода? Он получился потрясающим!

Она говорила только о работе. На секунду я даже подумал, что таким образом она хочет дать понять, что не заинтересована в чём-то другом. Но это было бы не похоже на неё. Просто за всё это время она так и не привыкла к мысли, что я могу приглашать её куда-то не по рабочим вопросам.

Я медленно покачал головой.

— На самом деле... это вообще не связано со съёмками.

— Правда? О! Неужели это про концерт Аканэ-чан? Он же сегодня! Я купила PPV (pay-per-view, то есть платную трансляцию) и собиралась посмотреть онлайн!

— Да, я тоже хочу посмотреть, но… речь не об этом.

Я глубоко вдохнул и, наконец, выдохнул:

— Я хотел спросить… не хочешь ли ты пойти поужинать вместе? Только мы вдвоём.

Рэйна застыла, моргнув от неожиданности.

— Эм...

— Морита-сан рассказывал про одно хорошее место неподалёку. Говорит, там подают потрясающие стейки. У них есть отдельные залы, да и знаменитости туда часто заходят. Я подумал... было бы здорово сходить туда с тобой.

Я почувствовал, как голос дрогнул на последних словах, но, несмотря на сомнение, всё-таки договорил. Рэйна осторожно переспросила:

— Подожди... То есть ты зовёшь меня не для обсуждения ролей? Не для репетиции?

— Да… Прости, если это странное предложение...

Но Рэйна резко замотала головой.

— Н-нет! Это вовсе не странно! Я хочу пойти!

— Правда?

— Конечно! Но ты уверен, что мы сможем попасть туда без брони?

— Я проверил, у них ещё можно забронировать столик на сегодня. Но место популярное, так что лучше поспешить.

— Тогда бронируй скорее!

Она улыбнулась, её глаза светились неподдельной радостью.

— Раз так, сегодня нам нельзя делать ошибки. Надо выложиться на максимум.

— Согласен. Сделаем всё, чтобы отснять сцену идеально.

Я впервые пригласил Рэйну куда-то вне съёмок. И она согласилась. Ощущение облегчения смешалось с волнением — этот вечер я точно не забуду.

Благодаря нашим усилиям съёмки завершились гладко, как раз перед шестью часами. У нас была бронь в ресторане на семь, так что оставалось немного свободного времени. Мы решили сначала заехать в отель, а потом отправиться в ресторан раздельно.

Ресторан находился совсем рядом, всего в нескольких минутах ходьбы от отеля. Сидя на краю кровати, я вдруг почувствовал, как меня накрывает волна смущения.

"Не зашёл ли я слишком далеко...?"

Хотя мне хотелось наладить личные отношения, отличные от нашего партнёрства на съёмочной площадке, ужин в ресторане с отдельной комнатой, только вдвоём, возможно, был чересчур. Рэйна согласилась, но что она на самом деле думала по этому поводу? Конечно, у меня было оправдание в виде желания попробовать место, рекомендованное режиссёром Моритой, но я прекрасно понимал, что перешагнул определённую черту.

Это одна из сложностей индустрии развлечений: сложно делать что-то естественное, как, например, предложить зайти за мороженым в жаркий день. Из-за необходимости соблюдать осторожность наши варианты сводились к частным ресторанам или домами друг друга.

Погрузившись в размышления, я и не заметил, как пролетело время. Почти пора было выходить. Собравшись с духом, я вышел из номера, зажал в руке ключ-карту, спустился на лифте и, глядя в карту на телефоне, направился к ресторану.

Когда я добрался до места, его роскошный вид заставил меня немного оробеть. Несмотря на то, что формально я был знаменитостью, я всё ещё оставался старшеклассником, большую часть времени игравшим незначительные роли, и у меня почти не было опыта ужинов в заведениях такого уровня.

— Добро пожаловать. У вас есть бронь?

— А? Да! Я Амано, у меня бронь на семь часов...

— Амано-сан, да, конечно. Позвольте провести вас к вашему столику. Ваша спутница уже прибыла.

— Ах, спасибо!

Чувствуя лёгкое волнение, я последовал за сотрудником вверх по лестнице в полностью изолированную комнату. Внутри уже сидела Рэйна, выглядя небольшой и немного застенчивой.

— Прости, что заставил ждать, Рэйна.

— А-а... Да! С возвращением, Кайто.

По какой-то причине её лицо было непривычно красным. Она ссутулилась, явно чувствуя себя неловко.

— Если вам понадобится сделать заказ, просто нажмите эту кнопку. Приятного вечера, — сказал сотрудник и вышел, оставив нас наедине.

Я сел напротив Рэйны, но повисло напряжённое молчание. Оно становилось невыносимым, поэтому я решил спросить:

— Рэйна, ты в порядке? Ты не заболела?

— П-почему ты так решил?

— Ну... у тебя красное лицо, и ты ведёшь себя странно. Давай проверю твою температуру.

— Ай!

Я приложил руку ко лбу Рэйны, и она вздрогнула от неожиданности. Её реакция удивила и меня самого. На мгновение воцарилась тишина, а затем Рэйна глубоко вздохнула и заговорила.

— Нет, дело не в этом! Со мной всё нормально!

— Точно?

— Да... Просто я немного нервничаю...

Рэйна подняла руки к лицу, её глаза метались из стороны в сторону.

— Знаешь, мы ведь никогда раньше не проводили время вдвоём вне работы. С момента нашей встречи в апреле всё крутилось вокруг съёмок.

— Да, это правда.

— И, ну, этот ресторан такой... изысканный... Это немного похоже на... свидание...

Последние слова она произнесла почти шёпотом, но я услышал их отчётливо. Услышав слово «свидание» от Рэйны, я почувствовал, как мои щёки начинают гореть. Хотя мы часто оставались наедине — в гримёрке или на крыше школы, — отсутствие рабочего контекста делало ситуацию совсем другой. Мы больше не были просто коллегами или друзьями детства, а скорее напоминали двух незнакомцев на первом свидании.

— Ну, давай закажем что-нибудь. Режиссёр Морита советовал несколько блюд.

— Д-да, давай посмотрим меню.

Мы вяло перебрасывались фразами, пока выбирали блюда. Затем вызвали официанта и сделали заказ, после чего между нами снова воцарилась тишина.

Но вдруг её нарушил звонок моего телефона. Я забыл переключить его в беззвучный режим, и звук прозвучал громко и отчётливо.

Я вытащил телефон и посмотрел на экран, удивившись, увидев имя неожиданного абонента.

— А?.. Аканэ?

Это была моя младшая знакомая с фестиваля в купольном зале. Она говорила, что её выступление назначено на девять вечера, но ведь фестиваль уже начался, и она должна была находиться на площадке.

— Это звонок от Аканэ-чан?

— Да… Интересно, что случилось. Она никогда раньше мне не звонила.

Я нажал кнопку ответа, и на экране появилось её радостное лицо — вызов был в формате видеозвонка.

— Привет, Амано-сенпай!

— Привет! Что случилось, Аканэ? Не ожидал от тебя звонка.

Фон был незнакомым, но похоже, что это была комната ожидания для артистов. Вдали на мониторе транслировалось живое выступление.

— Я просто хотела узнать, как у вас там дела.

— Мы закончили съёмки вечером, а сейчас ужинаем. Но важнее другое: ты уверена, что у тебя всё в порядке? Разве твоё выступление не должно скоро начаться?

— Всё нормально! Моя очередь предпоследняя, так что пока просто отдыхаю и смотрю на экран. Я уже полностью готова.

— Понятно. Но что-то случилось?

Рэйна смотрела на меня с любопытством, поэтому я включил громкую связь, чтобы она тоже могла слышать.

Аканэ замялась на мгновение, затем почесала щёку.

— Ну, понимаешь, это мой первый раз на сцене такого масштаба.

— Правда?

— Да! И, если честно, я немного нервничаю, поэтому решила позвонить кому-нибудь. Сенпай, не мог бы ты сказать что-нибудь, чтобы я успокоилась?

— Вот уж неожиданная просьба! Слишком много на меня возлагаешь!

Я повысил голос, но Аканэ только рассмеялась, хотя в её глазах всё же скользнула нотка волнения. Похоже, она действительно нервничала и просто хотела отвлечься перед выходом на сцену.

— Это вообще моя роль? Может, тебе лучше поговорить с Рэйной?

— Ой, конечно, я бы тоже хотела услышать слова поддержки от Рэйны-сан! Но я не решалась ей звонить…

— Я правда настолько устрашающая?

— Р-Рэйна-сан?!

В этот момент Рэйна неожиданно наклонилась ближе к экрану, и Аканэ вздрогнула от удивления.

— Ч-Что ты там делаешь?!

— Хе-хе, прости, что напугала! Я ужинаю с Кайто и просто слушала разговор.

— Ужин… вместе… ого.

Аканэ слегка кивнула, словно что-то уловив, но Рэйна, не придавая этому значения, лишь тепло улыбнулась.

— Аканэ-чан, если хочешь, я тоже скажу тебе слова поддержки!

— Д-да, пожалуйста!

— Тогда… Аканэ-чан, удачи тебе! Хоть мы и не можем быть там лично, мы будем болеть за тебя через онлайн-трансляцию!

Рэйна весело замахала руками и одарила Аканэ лучезарной улыбкой.

Аканэ вздрогнула от эмоций.

— Ууух… Жаль, что я не записала этот разговор…

— П-постой! Я бы сказала тебе это в любое время!

— Спасибо огромное! Аканэ очень тронута!

Она подняла большой палец вверх.

— Ну, тогда удачи вам двоим! Увидимся на следующей неделе!

На этом звонок завершился.

Мы переглянулись и рассмеялись.

— Аканэ-чан такая забавная, — сказала Рэйна.

— Да.

— И представить сложно, что через несколько минут она выйдет на сцену перед огромной аудиторией. Она такая весёлая и милая.

Пока мы обсуждали её, напряжённость между нами постепенно рассеялась. Неловкость, царившая в начале вечера, исчезла, и разговор потёк легко и непринуждённо. Хоть Аканэ и не собиралась, но она нам здорово помогла.

Тем временем блюда начали прибывать одно за другим.

Первым принесли Цезарь-салат, затем сливочный суп, и оба блюда были невероятно вкусными и приготовленными на высшем уровне. Но настоящей звездой вечера стало блюдо, которое принесли следом — стейк. Как только официант поставил тарелку перед нами, наши глаза загорелись.

— Ого, потрясающе!

— Выглядит невероятно… и запах просто восхитительный!

Только что поджаренное мясо источало аромат, от которого сразу разыгрывался аппетит. Смесь мясного сока и пряного соуса дразнила наши чувства.

— Это наш фирменный стейк из мраморной говядины, приготовленный средней прожарки. Мы запекали его прямо на тарелке в печи, благодаря чему получилась такая красивая корочка.

После того как официант ушёл, мы аккуратно переложили стейк на небольшие тарелки. Он подавался на общем блюде на двоих, и его было так много, что я невольно задумался, сможем ли мы осилить его. Но, глядя на румяную корочку, мне казалось, что я готов съесть его целиком.

— Приятного аппетита!

Рэйна сложила ладони и взяла в руки вилку, готовясь попробовать первый кусочек.

[[image:/storage/reader-images/531a13136d94014e7204ded056b5e07599a75efc.png]]

Её тело слегка вздрогнуло, когда по лицу разлилось восторженное выражение.

— Вау, это невероятно вкусно!

С сияющей улыбкой Рэйна продолжала есть, наслаждаясь каждым кусочком. Она настолько увлеклась трапезой, что подняла взгляд лишь после четвёртого укуса, наконец встретившись со мной глазами.

— Эй, Кайто, а ты разве не будешь есть? Нужно успеть, пока всё ещё горячее!

— Ой, прости! Просто ты так мило улыбаешься, пока ешь, что я немного засмотрелся.

— Правда?.. Я выглядела такой расслабленной?

Рэйна смущённо заёрзала, затем надула щёки и упрямо указала на меня пальцем.

— Кстати, Кайто, это нечестно! Я тоже хочу посмотреть, как ты ешь! Давай, пробуй скорее!

— Что? После таких слов есть становится сложнее…

Под её пристальным взглядом я наконец взял свой первый кусочек, и мои глаза распахнулись от изумления. Внешняя корочка была идеально хрустящей и ароматной, а внутри мясо оказалось нежным и сочным. Соус был божественным – должно быть, именно сливочное масло придавало ему столь восхитительный аромат. Дикий, но в то же время утончённый вкус наполнил рот, заставляя меня невольно расслабить выражение лица.

— Это потрясающе! …Постой, Рэйна, а почему ты покраснела?

—Угх, я просто… самоуничтожаюсь… потому что у Кайто такая замечательная улыбка…

Она закрыла лицо ладонями, но вскоре её губы снова расплылись в довольной улыбке.

— Но, возможно, это лучший стейк в моей жизни! Как и ожидалось от ресторана, который посоветовал режиссёр Морита!

— Полностью согласен. Вряд ли бы я решился прийти сюда один, так что рад, что ты составила мне компанию.

— Знаешь, если бы ты меня не пригласил, я, скорее всего, просто заказала бы еду в номер. Но благодаря тебе я смогла попробовать это! Да и… мне кажется, что блюдо кажется ещё вкуснее, потому что я ем его вместе с тобой…

К концу фразы её голос стал тише, словно от смущения, но в тихой обстановке уединённой комнаты её слова отчётливо достигли моих ушей. И это заставило моё сердце учащённо забиться.

Блюдо исчезло с тарелок в мгновение ока. Говорят, что, когда еда по-настоящему вкусна, люди едят молча – так было и с нами. Закончив трапезу, Рэйна выглядела по-настоящему довольной.

— Как же это было вкусно…

Она аккуратно промокнула губы носовым платком, на мгновение взглянув в мою сторону, а затем, чуть запинаясь, спросила:

— Но… почему ты пригласил меня сегодня?

— А?

— Н-ну… ты никогда раньше не приглашал меня вот так, поэтому я удивилась…

Щёки Рэйны слегка порозовели. Я замялся, не зная, как ответить, но в конце концов решил сказать честно:

— Возможно, это прозвучит странно, но… я немного волновался.

— Волновался? Из-за чего?

— Недавно я разговаривал с Юки-сан и вдруг понял, что до конца съёмок «Сезона первой любви» осталось всего три недели. После этого мы больше не будем напарниками на съёмочной площадке. И тут я задумался… мы ведь совсем не проводили времени вместе за пределами работы.

Рэйна удивлённо моргнула.

— Вот как… так значит, всего три недели осталось…

— Я подумал, что если всё останется, как есть, то после съёмок мы можем отдалиться друг от друга. Вот почему мне захотелось укрепить нашу связь вне работы…

— Что? Кайто, ты действительно так думал?

— Прости, если это прозвучало странно.

— Нет, я даже рада! Я тоже хотела проводить с тобой время в выходные, но… мы ведь и так видимся на съёмках каждый день, так что я немного боялась, что, если захочу встретиться ещё и в свободное время, это будет тебе в тягость.

— Что ты! Мне никогда бы это не надоело! Если бы можно было, я бы проводил с тобой каждый день.

После этих слов я немного занервничал, осознав, как смело они прозвучали, но Рэйна лишь лучезарно улыбнулась.

— Спасибо, Кайто. Тогда в следующий выходной погуляем вместе!

— Д-да!

— У меня столько планов на этот день! Кстати, помнишь, когда мы вместе смотрели выпуск передачи? Ты обещал показать мне свой дом, но потом ничего не сказал об этом!

— Ах… точно, я совсем забыл…

— В этом месяце я обязательно приду! Мне давно хотелось поболтать с твоей мамой снова.

— Правда? Она тоже ждёт встречи с тобой!

Разговор лился сам собой, и я почувствовал облегчение. Похоже, я зря так переживал в последнее время.

— Даже когда съёмки закончатся, мы ведь не только коллеги. Мы одноклассники, а самое главное – мы друзья с детства. Я не хочу терять тебя, Кайто.

— Я чувствую то же самое.

Мы были не просто напарниками по съёмочной площадке – нас связывала история, прошлое, воспоминания. А теперь я знал точно – Рэйна дорожит этим так же, как и я.

Большая тарелка с остатками стейка была унесена, и вскоре перед нами появился десерт. Ванильное мороженое, украшенное свежими фруктами, манило своим освежающим вкусом. Пока мы наслаждались сладким послевкусием, одним глазом следили за временем выступления Аканэ.

— Почти пора, осталось минут пять?

— Включим PPV? Можно я подключу через телефон?

— Да, тогда я подсяду поближе.

Оба мы купили билеты на трансляцию, но раз уж были вместе, смотреть по отдельности не имело смысла. Я поставил телефон на стол, а Рэйна пересела поближе ко мне.

— Эм... можно немного подвинуться?

— Подвинуться?

— А... н-нет, я не это имела в виду! Просто экран маленький, и так будет удобнее смотреть...

— Ах, конечно.

Было бы здорово иметь планшет, но, увы, видео можно было запустить только с моего телефона. Мы придвинулись ближе, и Рэйна прижалась плечом к моему. Расстояние между нами сократилось сильнее, чем я ожидал, и наши руки почти соприкасались. После недавнего разговора я невольно стал осознавать эту близость острее, чем обычно.

— О, начинается! — воскликнула Рэйна.

Свет в зале погас, и сцену озарили яркие огни. Прозвучали первые аккорды захватывающего промо-ролика, и знакомая мелодия «Momoiro Majishan» разнеслась по арене. Толпа взорвалась радостными криками. Когда камера показала зрителей, тысячи поклонников ритмично размахивали светящимися палочками. Даже через экран ощущалась невероятная энергия зала.

Из клубов дыма на сцену вышла Аканэ.

— Добрый вечер! С вами Аканэ Момосэ!

Её наряд в теплых тонах выглядел стильно и элегантно. Она уверенно заняла центр сцены и запела в микрофон. Я не мог оторвать взгляда от её завораживающего выступления. Хоть я уже не раз слушал эту песню, впервые видел её живое исполнение. Голос Аканэ был таким же чистым и мощным, как на записи, а её серьёзное выражение лица резко контрастировало с привычной игривостью. Визуальный ряд тоже был впечатляющим. Я мельком взглянул на Рэйна — она, увлекшись, отбивала ногой ритм.

После первой песни Аканэ взяла микрофон для общения с публикой. В её голосе не было ни намёка на волнение, он звучал энергично и радостно.

— Как настроение? Концерт уже долгий, но давайте не сбавлять темп!

Я слышал, что Аканэ исполнит четыре песни. Вторая завершилась под бурные аплодисменты, и во время небольшого перерыва перед третьей песней она весело заговорила:

— Кстати, сейчас я снимаюсь в драме «Сезон первой любви»! Моя коллега по съёмкам, Рэйна Мидзусава, оказалась моей большой поклонницей! Я слышала, что она смотрит сегодняшнюю трансляцию после напряжённого дня на съёмочной площадке, так что это меня особенно мотивирует! Рэйна-сан, ты смотришь?

Аканэ подошла к камере поближе и с широкой улыбкой замахала рукой.

— Ого! Аканэ-чан назвала моё имя! Я так счастлива! — Рэйна взвизгнула от восторга и, не замечая того, схватила меня за руку обеими ладонями, крепко сжав её.

Она подалась вперёд ещё ближе, заставляя моё сердце забиться быстрее. Но, видя её неподдельную радость, я не стал ничего говорить. Тем временем Аканэ продолжала разогревать зал, и атмосфера накалялась с каждой песней. Последняя композиция завершилась оглушительными аплодисментами.

— До встречи, друзья! Пока-пока!

Её выступление длилось чуть больше двадцати минут, но показалось мгновением. Я искренне захотел побывать на её концерте вживую. Если даже через экран эмоции были такими яркими, то на реальном выступлении это наверняка было бы незабываемо.

Рэйна сияла от восторга, её глаза искрились возбуждением.

[[image:/storage/reader-images/405edad83a21418e7a0ee60a081b79c069bc7c6a.png]]

— Это было потрясающе! Аканэ-чан такая классная!

— Д-да, — выдавил я.

Она говорила так близко, что я невольно отвёл взгляд. Всё это время, пока шло выступление, Рэйна держала мою руку, из-за чего сердце у меня не переставало колотиться.

Я тихо пробормотал:

— Эм... можешь немного отпустить мою руку?

— А?

Рэйна наконец осознала, что делает, и, увидев наши сцепленные руки, залилась краской, моментально отдёрнув ладони.

— Я-я даже не заметила...!

— Это началось ещё в начале концерта.

— А-а-а... Прости, Кайто! Я так увлеклась!

Она смущённо опустила голову, словно стараясь уменьшиться в размерах. Я не сдержал улыбку.

— Это только доказывает, насколько тебя захватило выступление. Аканэ была действительно невероятна.

— Да! О, надо отправить ей сообщение с впечатлениями!

Рэйна тут же достала телефон и начала печатать. Спустя мгновение она удивлённо подняла голову.

— О, она сразу ответила!

Было удивительно, как быстро Аканэ ответила, учитывая, что только что выступала на сцене.

Рэйна с воодушевлением показала мне экран с перепиской. Аканэ прислала стикер с радостной собачкой, виляющей хвостом, а следом сообщение: "Если сможешь, обязательно приходи на мой концерт в следующий раз! Я позабочусь о билетах для тебя!"

— Видишь? Нам обязательно надо пойти на концерт вместе! Я так хочу!

— Да, звучит здорово!

Оказалось, что в следующем месяце у Аканэ будет сольное выступление. Я и сам подумывал о том, чтобы посмотреть её вживую, а теперь неожиданно смог построить планы вместе с Рэйной, что меня несказанно радовало.

Мы ещё немного поболтали, но я не хотел затягивать вечер и выбрал подходящий момент, чтобы заговорить.

— Ну что ж, пора выдвигаться. Нужно оплатить счёт.

— Верно, давай.

Поскольку мы находились в отдельной комнате, уходить вместе было бы неудобно, поэтому решили покинуть ресторан по очереди. Рэйна вышла первой, собирая свои вещи. Перед тем как уйти, она помахала мне рукой с лёгкой ноткой сожаления.

— До встречи, Кайто!

— Да, до встречи, Рэйна.

После её ухода я ещё некоторое время сидел, погружённый в мысли.

"Это было так приятно..."

Впервые я провёл время с Рэйной вне работы. Мы наслаждались вкусной едой, весело болтали, вместе смотрели выступление Аканэ…

Если и после завершения съёмок, когда мы перестанем быть коллегами по дораме, мы сможем продолжать встречаться и проводить время так же тепло и легко, то, возможно, мне не стоит желать большего. Окунаясь в приятные воспоминания об этом вечере, я думал именно так.

Безоблачное голубое небо, яркое солнце и сверкающее, прозрачное море. Приятный запах океана, принесённый освежающим бризом, наполнял воздух. Перед нами раскинулось ослепительное лето.

— Вот это да! Как же здесь здорово!

— Я так взволнована!

— Это просто чудесно! Такое веселье!

Мы прибыли на съёмочную площадку – нас ждала четырёхдневная работа на уединённом острове.

Путь к месту съёмок оказался непростым: сначала синкансэн, затем пересадка на паром. Когда мы вышли на палубу арендованного судна, заполненного актёрами и съёмочной группой, дух захватило от великолепного пейзажа. Из-за плотного рабочего графика этим летом я даже не успел задуматься о поездках. Наверное, Рэйна и Аканэ были в такой же ситуации. Но даже если это была всего лишь рабочая поездка, сам факт путешествия на остров казался чем-то особенным.

— Отсюда видно остров, куда мы плывём?

— Хм... Пока, наверное, нет. Говорили, что путь займёт около тридцати минут.

— Такой прекрасный день, грех тратить его на съёмки! Может, лучше просто пойти купаться?

— Ха-ха... звучит заманчиво.

Я рассмеялся, услышав шутку Аканэ. Жаль, но заранее расписанный график был до отказа забит сценами, съёмки которых продолжатся далеко за полночь.

Работа над дорамой требует времени. Иногда на съёмку нескольких секунд уходит целый день. За четыре ночи и пять дней предстояло снять больше полутора эпизодов – это был довольно жёсткий темп. Пусть погода благоволила нам, но, добравшись до острова, мы с головой уйдём в работу.

— Но если серьёзно, нас ждут ключевые сцены, верно? Мне кажется, мы хорошо подготовились, но с некоторыми моментами пришлось повозиться.

— Да, в этих сериях история действительно начинает разворачиваться.

Сюжетная линия, ради которой мы отправились на натурные съёмки, рассказывала о том, как Акихиса, Акари, Сара и их одноклассники проводят летние каникулы на побережье. Это были сцены из десятого эпизода и первой половины одиннадцатого.

Во время этой поездки Акари ведёт себя необычно мрачно. Причина кроется в двух вещах: во-первых, за неделю до поездки она поссорилась с Акихисой и так и не помирилась с ним. Во-вторых, что стало известно в конце девятой серии, из-за работы родителей ей предстоит переезд. Именно этот фактор тяжелее всего давил на её сердце.

Она подумывала остаться в родной школе, даже если ради этого придётся жить одной. У неё здесь друзья, и, что важнее всего, она не хотела расставаться с Акихисой. Но её чрезмерно опекающий отец категорически отвергал такую возможность – сейчас они как раз находились в разгаре семейных споров.

— Значит, во время поездки Акихиса и Акари будут продолжать недопонимать друг друга, их ссора перерастёт в серьёзный конфликт. Акихиса осознает свою вину и извинится, но... Акари будет только сильнее винить себя и в итоге решит расстаться с ним.

Аканэ, пересказывая сюжет, повернулась к нам с лукавой улыбкой.

— Мне даже любопытно, что выйдет из сцены их ссоры.

— Хм? Почему?

— Просто... не могу представить, как вы ссоритесь. Вы вообще когда-нибудь ругаетесь?

— Мы? Ссоримся? – я удивлённо посмотрел на Рэйну.

— Ну... даже не знаю. С тех пор, как мы снова встретились, вроде бы не было ни одного конфликта.

— Это правда. Хотя в прошлом бывало, что Рэйна злилась и не разговаривала со мной.

— Т-ты сам виноват, Кайто! Говорил мне всякие неприятные вещи!

Рэйна надула щёки. Аканэ хихикнула, наблюдая за нашим обменом репликами.

— Всё равно не могу представить. Вы выглядите такими дружными.

— П-правда?

— Но знаете, мне стало интересно – а что, если бы вы действительно поссорились всерьёз? Рэйна, что бы ты сделала, если бы Амано-сенпай сказал: "Мы больше не друзья"?

— Э...?

Хотя Аканэ сказала это в шутливом тоне, Рэйна вдруг застыла. После короткой паузы она опустила глаза, а когда снова подняла взгляд, её лицо выражало едва сдерживаемые слёзы.

— Я... я бы, наверное, не смогла оправиться от этого...

— Р-Рэйна! Это же просто шутка! Пожалуйста, не смотри так грустно!

— Кайто... ты ведь никогда не скажешь мне такого, правда?

— Конечно, нет! Я никогда бы так не сказал!

Я поспешил её заверить.

Честно говоря, я просто не мог представить, что мы когда-нибудь всерьёз поругаемся. Мы виделись практически каждый день последние несколько месяцев и не спорили даже по мелочам. Быть рядом с Рэйной всегда было легко и приятно.

— Ладно, ладно, главное – мы почти на месте! Смотрите, впереди Торидзима! Давайте соберёмся и подготовимся к высадке!

Аканэ, начавшая этот разговор, ловко сменила тему, и наши мысли снова вернулись к предстоящей съёмке.

Как только мы добрались до острова, нас сразу же закрутило в водовороте дел.

Сначала мы направились в место, где нас разместили, получили ключи от комнат и оставили вещи. Поскольку поблизости от съёмочной площадки не было никаких зданий, основные приготовления — грим и костюмы — проходили прямо в пансионате. Вскоре ко мне подошли ответственные за образ сотрудники. Когда всё было готово, мы собрались снаружи и двинулись к первой локации. Пока шли, в последний раз пробежались по сценарию, а на месте сразу же начали репетицию. Время было ограничено из-за позднего прибытия, поэтому каждая минута была на вес золота.

С наступлением темноты съёмки на улице завершились. Мы немного передохнули за ужином, а затем продолжили работу уже в помещении.

В итоге финальный дубль был отснят чуть позже восьми вечера.

— Уф, вот это я вымотался... — я тяжело опустился в кресло в холле пансионата, чувствуя, как усталость накатывает всей тяжестью.

— День выдался напряжённый, — рядом опустилась Аканэ, глядя на меня сочувственно. — У меня было не так много сцен, но для тебя и Рэйны всё было куда сложнее.

— Да, я чувствую себя полностью выжатым.

— Кстати, а где Рэйна? — спросила Аканэ, окинув взглядом комнату.

— Хм? А ведь правда. Может, она ещё переодевается?

Аканэ, стоя у автомата с напитками, купила две бутылки воды и, вернувшись, протянула мне одну.

— Вот, держи. Угощаю.

— Правда? Спасибо, как раз пить хотелось.

Она улыбнулась и, открыв свою бутылку, сделала глоток.

— Раз уж Рэйны нет, хочу спросить тебя кое о чём. Пока только мы вдвоём.

— Э?.. О чём?

Аканэ лукаво улыбнулась и посмотрела на меня с лёгким азартом.

— О том самом вечере! Ты думаешь, я не заметила?

— Хм... Ты о ресторане?

— Именно! Ты молодец, сенпай. Кто кого пригласил?

— Я пригласил.

— Ого! Так ты можешь сам позвать девушку на ужин? Это неожиданно!

— Кажется, сейчас мне сделали сомнительный комплимент...

Я бросил на неё выразительный взгляд, но Аканэ лишь весело высунула язык.

— Ну и как всё прошло? — продолжила она.

— В смысле?

— Продвижение в отношениях, конечно же!

— Ах, ну... Мы договорились провести вместе выходной. А ещё пойти на твой сольный концерт.

Аканэ моргнула несколько раз, а затем посмотрела на меня так, словно не могла поверить своим ушам.

— Погоди, ты называешь это прогрессом?!

— Конечно! С момента нашей встречи мы с Рэйной вообще не общались вне работы. Так что это серьёзный шаг... или я не о том?

Аканэ вздохнула и покачала головой.

— Ох, сенпай, сенпай... — она наклонилась ближе. — Я говорю о романтическом развитии!

— Романтическом? Между мной и Рэйной?

— Ну да! Ужин на двоих в дорогом ресторане — это явно не просто дружеская встреча!

— Э?.. Я что, перестарался?.. — Я задумался. Ведь я звал её вовсе не с таким умыслом.

Аканэ лишь тяжело вздохнула.

— Знала же, что так и будет...

— Но мне правда понравилось. Я переживал, что после завершения съёмок мы с Рэйной снова станем чужими. А она сказала, что хочет продолжить общение как в детстве. Это ведь хорошо, да?

Аканэ пожала плечами.

— Ну, если тебя это устраивает, то ладно... Но предупреждаю, после восьмой серии мне стали часто задавать один вопрос.

— Какой?

— Знакомы ли мы с Рэйной, и не могла бы я устроить кому-нибудь встречу с ней.

— Что?!

— Конечно, я всех отшила! Но у неё немало поклонников.

Я застыл, переваривая сказанное.

Ведь и правда — Рэйна невероятно популярная актриса, да ещё и очень красивая. Наверняка вокруг неё полно парней, которые хотят с ней встречаться.

"А вдруг... вдруг среди них найдётся тот, кому она ответит взаимностью?"

Я вспомнил недавний разговор с Юки-сан. Она говорила, что Рэйне поступает много предложений на съёмки в романтических драмах. Там могут быть сцены с другими мужчинами... возможно, даже поцелуи.

При одной только мысли об этом меня пронзило острое, тягучее чувство. Оно было болезненным и незнакомым.

"Что это?.."

Я думал, что смогу спокойно оставаться её другом. Но не ошибался ли я?

"А Рэйна... как она видит меня? Я для неё просто друг?.."

Я не знал ответа.

В этот момент Рэйна появилась в дверях. Она сложила ладони и виновато улыбнулась.

— Простите, что задержалась. Вы долго ждали?

— Нет, совсем нет!

Я вспыхнул, поймав её взгляд, и поспешно отвёл глаза. Рэйна, кажется, удивилась, но ничего не сказала.

Чтобы скрыть свою неловкость, я быстро обратился к Аканэ:

— Кстати, Аканэ, ты ведь не объяснила, зачем нас позвала. Что за мероприятие?

Аканэ хитро улыбнулась.

— Сейчас покажу!

Она открыла сумку и достала коробку.

— О, фейерверки!

— Точно! Лето без них — не лето!

— Ты это подготовила? — спросила Рэйна.

— Ага! Мой менеджер сказал, что на острове есть хорошее место для фейерверков. Вот я и решила взять с собой!

Я почувствовал, как внутри разгорается радостное предвкушение.

— Давненько мы этим не занимались...

— Да, а ведь в детстве мы часто запускали фейерверки.

— У меня во дворе. Помнишь, у нас даже было соревнование, чья бенгальская свеча дольше продержится?

— Кто побеждал?

— Конечно же, я! Рэйна всегда так волновалась, что роняла свою раньше времени, а потом обижалась.

— Я хочу увидеть, как Рэйна снова надует щёки! — весело сказала Аканэ. — Давай повторим этот конкурс! Бенгальские огни у нас есть!

— Эй! Я уже не ребёнок, не стану дуться из-за такой мелочи!

Мы рассмеялись, а затем, предвкушая веселье, отправились запускать фейерверки.

Я одолжил ведро в гостинице, наполнил его водой и понёс обратно. Пройдя всего несколько минут от гостиницы, мы вышли на тёмную площадь. Ни души вокруг, лишь одинокий уличный фонарь тускло освещал пространство.

— Ну что, зажжём свечи!

Аканэ поднесла зажигалку, и в мягком свете вспыхнули огоньки. Мы открыли набор фейерверков, который она принесла, и выбрали те, что привлекли взгляд. Стоило лишь прикоснуться пламенем, как из кончиков вырвались яркие искры.

— Ого, как красиво!

— Ручные фейерверки хороши, но и воздушные не уступают!

— В них есть своё очарование.

— А, он уже догорел… Ну, тогда, сенпай, можно мне взять у тебя огонь?

— И мне! Кайто, поделишься пламенем?

— Подождите, у вас же у обеих свечи! Почему не использовать их?

Мы наслаждались огненными цветами, зажигая один фейерверк за другим. Время пролетело незаметно, и вскоре от некогда полного набора остались лишь бенгальские огоньки.

— Что, уже всё? Тогда давайте устроим соревнование на стойкость!

— Отличная идея! Давайте!

— А давайте ещё и наказание придумаем?

— Наказание?

— Да! Что является классикой таких летних вечеров? Конечно же, истории о любви! Так что первый, у кого погаснет огонёк, должен признаться в своих чувствах!

— Ч-что?!

Я не смог сдержать удивлённого восклицания. Истории о любви? Признание?

Когда я украдкой взглянул на Рэйну, наши глаза встретились. Я поспешно отвернулся, но мысли о ней теперь не давали покоя.

"А что если... что если Рэйна назовёт моё имя?"

Сердце забилось сильнее, и я, стараясь выглядеть равнодушным, кивнул.

— Ну, если вы обе согласны, то я тоже не против.

— Я… тоже не против! Если все согласны…

— Отлично! Тогда начинаем!

— Эээ? Вот так сразу?

Меня будто втянули в эту игру, но делать было нечего. Мы подготовили огоньки и договорились о правилах.

— Подойдём поближе к свечам и зажжём их одновременно. Если у кого-то не загорится, попробуем снова.

— Согласна. Огонёк считается потухшим, когда полностью коснётся земли. Но поднимать его, чтобы выиграть время, нельзя.

— Вы так серьёзны! Глаза у вас прямо пугающие…

Хотя сама Аканэ и предложила игру, теперь она выглядела слегка растерянной. Но отступать было поздно. Мы выбрали по огоньку и зажгли их в одно мгновение. Искры разлетелись в разные стороны, постепенно угасая. Я наблюдал за своим огоньком, но краем глаза следил и за остальными.

Рэйна, как и в детстве, слегка дрожала. В её взгляде читалось волнение. В отличие от неё, Аканэ держала руку неподвижно, а на лице её играла лёгкая улыбка. И тут она сделала ход.

Она наклонилась ближе к Рэйне и тихонько выдохнула ей в ухо.

— А-а?! Аканэ, что ты делаешь?!

— Хех, а правила не запрещают вмешательство.

— Так нечестно! Держись, я тебе отомщу! Ха!

— Ай!

Но вместо победы Рэйна сама оказалась в ловушке.

Она повторила приём Аканэ, подув ей в ухо, и та вздрогнула от неожиданности. Рука дёрнулась, и маленький огненный шарик с лёгким звуком упал на землю.

Проигравшая была только одна — Аканэ.

— С-старший Кайто! Это же нечестно, да?!

— Ну… это было самооборона.

— Н-но когда это делает Рэйна, у меня просто нет шансов!

— Ты же сама сказала, что правил на этот счёт нет.

— Угх… э-это…

Рэйна, не дав ей закончить, внезапно обняла её сзади, крепко прижав к себе.

— Аканэ!

— А-а?! Я, конечно, рада, но… Рэйна, ты страшновато выглядишь.

— А теперь наказание. Говори.

— Н-но у меня никого нет!

— О, так просто ты не отделаешься!

— Т-тогда… Рэйна! Я люблю Рэ-йну!

— Но ты же сказала, что это должен быть тот, кто тебе действительно нравится.

— Уааа! Меня обижают старшие!

Похоже, что Аканэ и правда не было кого назвать. Возможно, она задумала игру, надеясь вытянуть признание из Рэйны. Но теперь, не выдержав, схватила ведро и унеслась прочь, будто мышь, спасавшаяся от кошки.

— Ладно, Аканэ займётся уборкой вместо наказания, так что мы можем не спешить! О, кстати, если пройдём чуть дальше, можно будет увидеть потрясающее звёздное небо!

— Ох… Аканэ уже сбежала. Что будем делать, Кайто? Догоним её?

— Думаю, не стоит. Она и правда выглядела расстроенной.

— Хех, пожалуй, ты прав. Тогда давай не спеша вернёмся.

Рэйна подняла голову и ахнула.

— Вау… Это потрясающе. Если отойти туда, где нет света от фонаря, звёзды будут ещё ярче.

— Пойдём посмотрим?

— Да! Я напишу Аканэ, если она захочет, пусть возвращается.

— Сомневаюсь, что она придёт. Она явно всё ещё настороже.

Мы пошли дальше. Поднявшись на холм, где было темнее, я ощутил странное волнение. Один на один с Рэйной…

Над нами раскинулось невероятное звёздное полотно. Без единого облака, без помех, тысячи звёзд сияли во всей красе.

[[image:/storage/reader-images/4d2b13e78b39abdad8f9fa39a3244d5a3ba263fa.png]]

— Как романтично… Я понимаю, почему люди придумывали созвездия, глядя на это.

— Хех, в этом весь ты, Рэйна.

— Вон там, наверное, Летний треугольник. Денеб, Альтаир и Вега. Два нижних — Орихимэ и Хикобоси…

Имена героев и героинь из любовных историй, известных даже детям, возможно, именно их вспомнила Рэйна, когда упомянула созвездия. Она слегка наклонилась ко мне, повернув лицо в мою сторону, и неуверенно спросила:

— Кстати, Кайто...

— Что такое?

— То, о чём мы говорили раньше... Если бы ты проиграл в соревновании с бенгальскими огнями, что бы ты сказал?

— А?.. С чего вдруг этот вопрос?

— Ну, просто... знаешь! Аканэ-чан так поступила, и теперь это кажется незавершённым!

Рэйна говорила с лёгким смущением в голосе. Я быстро перевёл разговор в обратном направлении:

— А ты? Что бы ты сказала, Рэйна?

— Э-э?! Я... я...

— Если ты ответишь, тогда и я отвечу.

— Ух, Кайто, ты такой вредный!

Рэйна весело ткнула меня пальцем. Я небрежно отвернулся, но, обернувшись, оказался слишком близко к её лицу и поспешно отвёл взгляд. Её сладкий, едва уловимый аромат коснулся моего сознания.

В этот момент в голове мелькнула мысль.

А что, если бы я сказал правду прямо сейчас? Что, если бы признался, что мне нравится Рэйна? Как бы она отреагировала? Темнота, уединённость, никто вокруг... Сердце забилось быстрее. Я начинал поддаваться атмосфере, быть может, собирался совершить нечто безрассудное. Я повернулся к ней снова, но...

"Подожди... Рэйна спит?"

Передо мной оказалось нечто совершенно неожиданное. Пока я размышлял, Рэйна, похоже, задремала. Она дышала ровно, её лицо было таким расслабленным и безмятежным.

— Эй, Рэйна, здесь нельзя засыпать. Если ты устала, давай вернёмся в гостиницу.

— М-м... дай Кайто-лапку...

— Э-э?! П-погоди!

Я приподнялся и слегка встряхнул Рэйну за плечо. Она приоткрыла глаза, но, не до конца проснувшись, лениво свернулась клубочком и прильнула ко мне. Её голова мягко опустилась мне на колени.

— Ч-что же теперь делать?.. — пробормотал я, глядя на её мирное лицо.

Пару минут я сидел неподвижно, позволяя Рэйне спать, ощущая её тепло. Она казалась такой беззащитной в этот момент, что мне оставалось лишь молча ждать.

Спустя пять минут Рэйна медленно открыла глаза.

— Хм?.. Где я?..

Она потёрла глаза, поднялась и вдруг осознала ситуацию. Её лицо мгновенно покраснело.

— К-Кайто?! Ч-что происходит?!

— Мы смотрели на звёзды, и ты заснула. Я хотел тебя разбудить, но ты сама устроилась у меня на коленях...

— И-и ты всё это время смотрел на моё лицо с такого близкого расстояния?!

— Э-э, ну, я не специально...

— Знаю! Но это так неловко!

Рэйна со смущённым видом легонько ударила меня кулачком в живот.

— Кайто, это нечестно! Ты всё время видишь, как я сплю! Давай поменяемся местами!

— Ч-что?.. Ты серьёзно?

— Угх... если задуматься, то это даже более смущающе...

Она надула губы, выглядя забавно рассерженной. Я тихо рассмеялся и сменил тон на более серьёзный:

— Рэйна, ты ведь устала, да?

Рэйна вздрогнула, явно не ожидая такого вопроса.

Я вздохнул и продолжил:

— Прости, что не заметил раньше. Ты выглядела такой энергичной и счастливой сегодня, что я не обратил внимания. Но с таким плотным графиком неудивительно, что ты устаёшь.

Не так давно, перед самым выходом первой серии, Рэйна переживала из-за своей роли. Тогда я дал себе слово, что буду внимательнее к её чувствам. Но, похоже, снова этого не сделал.

Рэйна неловко опустила взгляд.

— Ну... может, я немного устала. Но ты же тоже устал, верно?

— Конечно. Без передышек это тяжело. Но у тебя ведь ещё есть работа вне этого проекта, так что ты точно загружена сильнее.

— Д-да, возможно, ты прав...

— Ты точно в порядке? Не перетрудилась?

— Всё нормально! Я просто немного устала, но это никак не повлияет на мою работу!

Даже без лишних вопросов было ясно, что она сама немного тревожится об этом. Я снова вздохнул.

— Давай вернёмся в гостиницу. Если ляжешь пораньше, выспишься как следует.

— ...Спасибо, Кайто.

Мы направились обратно.

Позже я ещё не раз буду сожалеть о том, что в этот момент так ничего и не сказал. Но это уже совсем другая история.

— Доброе утро, Амано-кун! Ну же, пора вставать!

— А... да... доброе утро...

На следующее утро меня буквально вытолкнули из сна — одеяло безжалостно стянули, обнажая прохладный воздух комнаты. Протирая заспанные глаза, я увидел Юки-сан, которая уже была полностью одета и готова к началу дня.

— Постойте... почему Юки-сан здесь? Разве вы не должны были просто позвонить, если не смогли удостовериться, что я проснулся?

— Боже, да я звонила! Проверь, если не веришь!

— Ух... О нет, три пропущенных звонка! Простите, Юки-сан...

— Я рада, что попросила запасной ключ. Иначе мне бы не удалось тебя разбудить.

После этих слов я задумался. Возможно, я был куда уставшеe, чем предполагал. Обычно я сам уведомлял окружающих о своём пробуждении, а тут даже не услышал звонка. Юки-сан почесала затылок, затем распахнула шторы и указала наружу.

— Будь осторожен сегодня.

— Осторожен? Почему?

— Когда я выходила, было удивительно прохладно для августа. С вечера шёл сильный дождь, и хотя сейчас он прекратился, небо всё ещё тёмное. Температура почти не поднимается.

— Хм... и что это значит?

— Ты всё ещё не до конца проснулся? Мы же сегодня с утра снимаем сцену, помнишь?

— Ах!

Совсем вылетело из головы! Лишь теперь в памяти всплыло расписание съёмок.

Сегодня съёмочный день был расписан с утра до вечера, а сцена в воде назначена на раннее утро. Поскольку остров не был предоставлен в наше полное распоряжение, на пляже ожидалось множество туристов, и снимать днём было бы сложно. Согласно данным нашей разведки, с шести до восьми утра место должно было оставаться относительно пустым, так что именно в это время мы планировали съёмку. Из-за этого Рэйне и мне пришлось вставать в пять утра — весьма непростая задача. После душа, принятого сразу после вчерашнего фейерверка, я успел поспать около семи часов, так что физически чувствовал себя нормально, но ранние подъёмы всё равно давались тяжело.

— Вода может быть холодной, так что я возьму с собой тёплые напитки и несколько полотенец. Ещё захвати травяное лекарство, на всякий случай.

— Понял, спасибо.

— Как только соберёшься, спускайся. Уже не так много времени осталось.

— Ах, да!

Юки-сан вышла из комнаты, а я поспешил завершить сборы и отправился вниз, успев ровно за минуту до назначенного времени.

Поскольку костюмы и грим должны были наносить уже на съёмочной площадке, мы сели в автобус, который за пятнадцать минут доставил нас к месту съёмок. Пока ехали, я успел перекусить. Когда вышел, лёгкий холодок пробежал по коже.

"Наверное, просто не по погоде оделся... но всё же прохладно."

Приморский ветер делал утреннюю свежесть ещё более ощутимой. Обычно августовское море бывает тёплым, но сегодня стоило держать ухо востро.

Преобразившись в Акихису с помощью костюмеров и гримёров, я осознал, что моя "одежда" — всего лишь пара плавок, — делает меня особенно уязвимым перед прохладным воздухом. Когда я ступил босыми ногами на песок, лёгкий озноб пробежал по телу.

— О, Кайто, ты уже переоделся? — раздался голос.

— Да. А Рэйна готова?

— Давай постараемся! Раз уж ты тренировался со мной, я доплыву идеально!

Рэйна бодро вскинула кулачок, излучая оптимизм, что немного меня успокоило.

Эта сцена была только между нами двумя, так что остальные актёры, включая Аканэ, не присутствовали.

Некоторые сотрудники съёмочной группы прибыли заранее и успели подготовить аппаратуру, так что процесс пошёл гладко. Под руководством режиссёра Мориты мы начали с репетиций на берегу, прежде чем войти в воду.

Наконец настал момент для съёмки плавательной сцены.

Когда мои босые ступни коснулись воды, меня пробрала дрожь. Августовское море должно быть тёплым, но, как и предупреждала Юки-сан, температура оказалась низкой.

"Сразу после съёмок пойду в душ..."

Но пока я размышлял об этом, началась репетиция. Обычно сцены снимались с перерывами, чтобы скорректировать работу камер и провести дополнительные подготовки, но в этот раз процесс шел слаженно и быстро. Мы были готовы перейти к съёмке, когда...

Одна капля воды упала мне на голову.

Сначала я подумал, что это брызги, но вот ещё капля... и ещё... а затем уже целый поток.

— Ох...

— Дождь, да...

Мы с Рэйной одновременно поморщились, словно откусили что-то кислое. Внезапная перемена погоды — настоящий кошмар для съёмок.

К примеру, если сцена по сюжету занимает всего пару минут, но в реальности растягивается на часы или даже дни, малейшие изменения могут разрушить логичность повествования. Если в одном кадре ярко светит солнце, а в следующем уже закат или дождь, это создаёт несостыковки. Поэтому снимать в таких условиях было невозможно.

И, разумеется, раздался неизбежный приказ:

— Съёмки на сегодня отменяются! Всем выйти из воды!

Как и ожидалось, режиссёр Морита принял решение немедленно.

Мы вышли из воды и направились к съёмочной группе.

— Согласно радару дождевых облаков, это всего лишь кратковременный ливень. Прошу прощения, но придётся немного подождать. Как только дождь утихнет, мы продолжим съёмку.

— Понял.

— Хорошо.

С такой погодой и обычные туристы, вероятно, опоздают, так что небольшая задержка была допустима. Персонал суетился, защищая аппаратуру от воды и проводя срочные звонки, когда внезапный порыв ветра пронёсся над площадкой. Мы всё ещё были в мокрых купальниках, и холод пронзил нас с головы до ног.

— Брр... Как же холодно...

— Рэйна, давай быстрее вернёмся.

Каждый из нас поспешил к своим машинам. Когда я добрался до автомобиля, где меня ждала Юки-сан, она протянула мне полотенце и раскрыла над головой зонт. Я поспешно вытерся, прежде чем сесть внутрь.

— Вот, надень это, пока не простудился.

— Спасибо большое.

— Ну и незадача... В прогнозе ведь не было дождя.

— Хотя бы хорошо, что он недолгий. Это не слишком сдвинет график.

— Верно.

Юки-сан достала тёплый напиток и протянула мне. В её взгляде мелькнула лёгкая тревога.

— Ты в порядке?

— А? Да, всё хорошо. Спасибо.

— Тогда просто отдохни. Судя по радару, дождь продлится ещё минут тридцать.

— Понял. Пока проверю сценарий. В послеполуденных сценах есть моменты, которые хотелось бы повторить.

Юки-сан взглянула на меня с лёгкой улыбкой.

— Амано-кун, ты всегда такой стойкий, да?

Примерно через полчаса дождь действительно прекратился, и съёмки возобновились. После короткой репетиции мы приступили к основной части, но вскоре съёмки снова прервались из-за внезапного ливня. В результате работа на пляже завершилась на час позже запланированного. Вернувшись в гостиницу, мы поспешили принять душ, поужинать и подготовиться к следующим сценам.

День выдался напряжённым, и финальная сцена закончилась только после девяти вечера. Наконец добравшись до номера, я рухнул на кровать, совершенно обессиленный.

— Ха... Может, просто лечь спать сегодня?..

Мне предстояло снова рано вставать, так что отдых был необходим. Я быстро принял ванну, переоделся в пижаму и, чистя зубы, задумался.

"Кстати, как там Рэйна?"

Сегодня мы часто снимались отдельно, и Рэйна ушла раньше, так как не участвовала в последней сцене. Когда мы прощались, она выглядела нормально, но кто знает, не скрывала ли она усталость?

Чувствуя беспокойство, я отправил ей сообщение:

‭«Эй, хорошая работа сегодня. Ты в порядке?»

Почти сразу пришло уведомление о прочтении, а затем и ответ.

‭«Что такое?»

«Да ничего срочного. Просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь».

Наступила тишина. Это заставило меня слегка напрячься. Спустя минуту Рэйна наконец ответила.

«Ты обо мне беспокоишься? Всё в порядке, правда».

Я вздохнул. Скорее всего, это означало, что она вовсе не в порядке. Отправив короткий ответ, я вышел из номера и направился к её комнате. Постучал, но в ответ была тишина. Мы только что переписывались, так что вряд ли она уже уснула. Может, это знак, что мне лучше уйти?

Я взялся за дверную ручку, думая развернуться, но с удивлением обнаружил, что дверь не заперта. Неожиданно для себя я шагнул внутрь. Рэйна лежала на кровати и смотрела на меня с изумлением.

— Э-э... Извини. Я не хотел заходить, просто думал, что дверь заперта, а она открылась.

— Подожди... Я забыла закрыть?

— Прости. Я уйду.

— Подожди, Кайто, не нужно уходить! Я не намеренно игнорировала твой стук...

Она замялась, и по её выражению лица я сразу всё понял. Тихо вздохнув, я сел на краешек кровати.

— Значит, ты действительно плохо себя чувствуешь.

— Угх... Прости, Кайто. Я солгала.

— Дай-ка я проверю... Температура вроде не высокая, но немного теплее обычного.

Я приложил ладонь ко лбу Рэйны. Она и правда была чуть горячее. К тому же, забыть запереть дверь для такой педантичной девушки, как Рэйна, было странным. Это значило, что ей действительно нехорошо.

— Ты сообщила режиссёру или кому-то из персонала?

— Нет, пока нет. Это всего лишь лёгкая температура, после сна пройдёт. Я приняла лекарство после ужина.

— Может, и так... А Карин-сан знает?

— Пока нет.

— Значит, пока об этом знаю только я... Ты точно должна сообщить Карин-сан. Надеюсь, это не что-то серьёзное.

— Да, ты прав.

Но её голос звучал неуверенно. Возможно, она боялась, что, если расскажет, это обернётся проблемами. По этой же причине она пыталась скрыть своё состояние от меня.

Я тихо вздохнул и постарался улыбнуться.

— Если тебе что-то понадобится, просто скажи. Я принесу всё, что нужно.

— Тогда... не мог бы ты купить мне что-нибудь попить в автомате внизу? Кошелёк вон там...

— Оставь. Я сам заплачу. Что взять?

— Чай и спортивный напиток.

— Понял. Жди здесь.

Спускаясь по лестнице, я размышлял. Съёмки на этом острове рассчитаны на пять дней и четыре ночи, без запасных дней. Если мы не уложимся, это повлияет на весь сериал. Организовать повторную поездку всей съёмочной группы было бы сложно.

Рэйна, конечно, всё это понимает, вот и старается изо всех сил. Но сегодня только второй день. Впереди ещё три.

"Сможет ли она выдержать?"

Я купил четыре бутылки и, осторожно неся их, вернулся в её номер. Рэйна уже спала. Я аккуратно поставил часть напитков в холодильник, а остальные оставил на столике рядом с кроватью. Осторожно закрыл за собой дверь и ушёл.

Надеюсь, завтра ей станет лучше... С тяжёлым сердцем я лег спать.

На следующее утро.

В разительном контрасте со вчерашним днем, небо сияло без единого облачка, а солнечные лучи ласково согревали землю. Было приятно тепло.

— Доброе утро!

— Доброе утро, Аканэ! Ты, как всегда, полна энергии.

— Да! Такая погода словно кричит о лете — у меня просто отличное настроение!

Аканэ крутанулась на месте, переполненная энтузиазмом. Было бы действительно печально, если бы из-за резкой смены температуры все актеры, кроме Рэйны, свалились с простудой. Но, судя по всему, Аканэ чувствовала себя прекрасно.

— Кстати, ты не видела Рэйну?

— Рэйна-сан? Она там, разговаривает с сотрудниками.

— Правда?

Я приблизился, чтобы удостовериться, как она себя чувствует. Разговор, судя по всему, касался костюмов, а не ее состояния. Рэйна выглядела, как всегда, блистательно: уверенная, лучезарная, полностью погруженная в роль актрисы.

Дождавшись, пока беседа закончится, я подошел ближе.

— Доброе утро, Рэйна.

— Ах, Кайто! Доброе утро!

— Как ты себя чувствуешь?

— После хорошего сна мне намного лучше. Думаю, все будет в порядке.

— Рад слышать это. Но, пожалуйста, не перенапрягайся.

— Да, спасибо.

Рэйна улыбнулась, и тут раздался сигнал к началу съемок. Мы разошлись по местам, готовясь к работе.

Я внимательно наблюдал за Рэйней на протяжении всего съемочного дня. Как истинный профессионал, перед камерой она выглядела безупречно, ничем не выдавая усталости. Однако в перерывах я замечал, как она время от времени морщилась, закрывала глаза и выглядела изможденной.

Меня это тревожило, и во время обеденного перерыва я решил поговорить с Карин-сан.

— Простите, можно вас на минутку?

— Хм? Что случилось, Амано-кун?

Карин-сан обедала с Юки-сан. Они были очень близки, но первой отозвалась именно Юки-сан.

— Ой, Юки-сан, нет, дело не в вас! Мне нужно поговорить с Карин-сан.

— Со мной? — переспросила Карин-сан.

— Да. Возможно, она уже вам рассказывала, но Рэйна неважно себя чувствует с прошлой ночи.

— Неважно?.. — выражение Карин-сан тут же стало серьезным, а Юки-сан удивленно моргнула.

— Правда? Но она выглядела так бодро на съемочной площадке.

— Вчера у нее была небольшая температура. Сегодня она держится, но, судя по всему, ей еще не совсем хорошо.

— Я понимаю... Прости, я не заметила. Спасибо, что сказал.

Карин-сан слегка склонила голову, и мне стало ясно, что Рэйна намеренно скрывала свое состояние, чтобы не срывать съемочный процесс.

— Карин-сан, у вас с Мидзусавой какие-то разногласия?

— Не совсем. Она просто ненавидит мешать работе из-за личных причин. А я слишком беспокоюсь, и, наверное, это ее раздражает.

Я кивнул. Честно говоря, у меня оставались сомнения: правильно ли я поступил, рассказав об этом? Может, мне следовало уважать ее желание держать болезнь в тайне? Но я не мог просто наблюдать. Я не разбирался в медицине и не мог помочь ей самостоятельно. Потому решил, что правильнее всего будет довериться взрослым.

— Что теперь делать? Я потому и пришел к вам, что сам не могу решить.

— Мы сообщим об этом продюсерам. Если состояние Рэйны ухудшится, придется пересмотреть график съемок.

— Понимаю.

— Если она не обратится за помощью сама, нам остается только наблюдать. И прости, Амано-сан, что тебе приходится беспокоиться о ней, когда у тебя самого достаточно работы.

— Все в порядке. Спасибо, что прислушались.

После этого съемочный процесс немного изменился: Рэйну стали чаще отпускать на перерывы. Однако с каждой минутой ее состояние становилось все хуже.

— Рэйна-сан, давай поужинаем вместе? — предложила Аканэ.

— Ой... Прости, но я, пожалуй, поем в номере.

Для Рэйны было нехарактерно отказываться от приглашения, если на то не было серьезных причин. Но сегодня она без лишних колебаний скрылась в своей комнате.

Аканэ обеспокоенно посмотрела на меня.

— Амано-сенпай, Рэйна-сан ведь совсем нехорошо, правда?

— Да...

— Я еще днем заметила, что с ней что-то не так...

Я вздохнул.

— У нее была небольшая температура еще вчера. Из-за холодной воды на пляже и общей усталости, думаю, состояние только ухудшилось.

— Правда?.. Ох, надо было раньше догадаться!

Аканэ сжала губы, явно испытывая чувство вины.

— Амано-сенпай, может, заглянем к ней?

— Да, но если она спит, тревожить ее не стоит.

— Мы просто проверим.

Мы подошли к комнате Рэйны. Я постучал, и в этот раз дверь не была заперта. Рэйна открыла ее сама.

— Кайто... Аканэ-чан...

— Рэйна-сан?!

При одном взгляде на нее мне стало не по себе. Лицо у нее пылало, под глазами залегли тени, а маска на лице лишь подчеркивала болезненность ее вида. Она едва держалась на ногах.

— Ч-что с тобой?! Ты ведь не выглядела так плохо днем!

— Наверное, когда расслабилась, организм начал сдаваться...

— Дай-ка...

Аканэ приложила ладонь к ее лбу и тут же встревоженно посмотрела на меня. Я тоже коснулся Рэйны — ее кожа была обжигающе горячей.

— Рэйна! Тебе срочно нужно лечь!

— Да, я... Ах!

Она пошатнулась. Я подхватил ее, удерживая от падения. Ее жар обжигал даже сквозь ткань.

— Ты сможешь идти?

— Я помогу! Рэйна-сан, держись за меня!

— Спасибо... Аканэ-чан...

Мы уложили ее в постель, заботливо накрыв одеялом. Лишь тогда смогли перевести дух.

Однако это не избавило меня от беспокойства, и я быстро спросил: — Рэйна, ты сегодня играла в таком состоянии?

— Н-нет, не совсем... Думаю, пока я была на съёмочной площадке, адреналин поддерживал меня, так что я чувствовала себя нормально. Но как только вернулась в комнату, вдруг стало хуже...

— Ты надрывалась, даже не замечая этого.

Рэйна, закутавшись в тонкое одеяло, слегка вздрогнула. На дворе стояло лето, а у неё не было ничего тёплого — лишь короткие пижамные рукава.

— Ты мёрзнешь?

— Немного...

— Я попрошу на ресепшене ещё одно одеяло. У меня есть тёплая одежда, я одолжу тебе. Нужно что-нибудь ещё?

— Принеси аптечку... там, на полке...

— Конечно! Какое лекарство тебе нужно?

Мы с Аканэ поспешно засуетились, собирая всё необходимое. Но Рэйне было важно не только согреться — ей нужно было хоть что-то съесть. Аканэ сбегала в магазин и скупила всё, что могло подойти: желе, фрукты, лёгкие закуски. Она вернулась буквально за несколько минут до закрытия, запыхавшись после быстрого бега. Передав Рэйне еду, она помогла ей принять лекарство.

— Ладно, мы с Аканэ пойдём. Отдыхай, — сказал я.

— Если что-то случится, просто напиши мне, и я сразу прибегу, — добавила Аканэ.

— Спасибо вам обоим.

Но прежде чем мы успели выйти, дверь резко распахнулась.

В комнату вошла Карин-сан.

Заметив нас, она удивлённо моргнула.

— Я пришла проверить состояние Мидзусавы. Вы уже здесь?

— Да...

— Дайте мне взглянуть на неё.

Когда Рэйна, спрятанная за нашими спинами, наконец оказалась в поле зрения, Карин-сан буквально ахнула. Рэйна выглядела куда хуже, чем та могла ожидать. С непривычной срочностью она достала из сумки термометр и протянула ей.

— Померь температуру. Подержи под мышкой.

— П-поняла...

В комнате повисло напряжённое молчание. Мы все затаили дыхание, ожидая звукового сигнала. Наконец, Рэйна взглянула на экран, и её лицо помрачнело. Карин-сан, глянув на показания, тяжело вздохнула.

— Тридцать восемь и два... Ты действительно перегрузила себя.

— П-простите...

— Я должна была остановить тебя раньше. Думала, раз ты сама не поднимаешь тревогу, значит, всё в порядке... но я даже представить не могла, что ты будешь терпеть до такого состояния.

— Когда вы поняли, что со мной что-то не так?

— Амано-сан сказал мне об этом за обедом.

— Э-э?! Кайто?!

— Извини, Рэйна. Я посчитал, что Карин-сан должна знать. Сам я не знал, что делать.

Карин-сан закрыла термометр и достала из сумки блокнот. Открыв его, она пролистала несколько страниц.

— Я только что обсуждала с персоналом, как нам поступить в случае ухудшения твоего состояния. Хорошо, что мы подготовились к худшему.

— Худшему...?

— Это значит, что ты не можешь продолжать съёмки. Ты выбываешь.

— Что?!

Рэйна резко села, её голос прозвучал слишком громко для больного человека. Лицо исказилось, но взгляд был твёрд.

— Мы не можем просто вычеркнуть сцены на завтра и послезавтра! Если я уйду, съёмки останутся незаконченными!

— Я понимаю. Но ты не в состоянии работать.

Мы с Аканэ переглянулись, не зная, как вмешаться. Карин-сан поступала так, как поступил бы любой менеджер. Ни один из них не позволит актёру сниматься в таком состоянии. Но Рэйна смотрела на неё с упрямством.

Между ними завязалась молчаливая схватка взглядов. В конце концов Карин-сан вздохнула.

— Хорошо. Давай так: завтра ты отдыхаешь весь день. Если к утру следующего дня тебе станет лучше, вернёшься на съёмки. Так мы потеряем меньше материала.

— Нет. Это невозможно.

Хотя Карин-сан предлагала компромисс, Рэйна мотнула головой.

Я невольно отвёл взгляд. Её лицо вспыхнуло от жара, но она всё равно не уступала.

— Я выйду на съёмочную площадку завтра утром. Выпью жаропонижающее, и всё будет в порядке.

— Это неприемлемо. В таком состоянии ты не сможешь сыграть на должном уровне.

— Смогу. Сегодня же я справилась.

— Даже если ты выдержишь, потом тебе станет только хуже. После локации ещё куча работы. Ты должна восстановиться.

— Вы не понимаете! Карин-сан, вы совсем ничего не понимаете!

Её голос напоминал детский каприз, но в нём звучала непоколебимая решимость.

— Эти сцены на острове... мы не можем их упустить! Их нельзя переснять позже, качество пострадает... Если я сейчас выдержу, потом можно будет отменить всё, что не связано со съёмками... У сериала есть резервные дни...

Рэйна вцепилась в одеяло, сжав зубы.

— Поэтому, даже если мне станет ещё хуже... я буду стоять перед камерой до самого конца!

Я смотрел на неё, ошеломлённый.

Она всегда казалась мягкой, дружелюбной... но сейчас передо мной стояла совершенно другая Рэйна. Решительная, несгибаемая.

Карин-сан выглядела растерянной и бросила взгляд на нас с Аканэ.

— Амано-сан, Момосэ-сан, скажите хоть что-то. Она меня не слушает.

— Э-э, Рэйна-сан... я правда думаю, что тебе стоит отдохнуть! — взволнованно сказала Аканэ.

— Аканэ...

— Я не хочу видеть тебя такой! Я понимаю, как тебе важно это дело, но здоровье прежде всего!

Она искала поддержки в моих глазах.

— Амано-сенпай, ты ведь тоже так думаешь?

Я приоткрыл рот... но слова не шли.

Конечно, я беспокоился. С температурой под сорок невозможно выдержать съёмочный день. Но...

Как актёр, я понимал её. Если бы я был на её месте, поступил бы так же. Я не смог бы оставить съёмки, зная, что это испортит результат.

Рэйна поняла моё колебание. Её пальцы дрожали, когда она схватила мою руку.

— Кайто, пожалуйста.

— Рэйна...

— Ты же обещал. Мы хотели создать лучший фильм. Я не хочу потом жалеть о пропущенных сценах.

Её слова задели меня за живое.

Она была права.

Если бы я оказался на её месте, то точно сожалел бы, увидев в эфире полусырой, скомканный результат, который мог бы быть другим, если бы я просто пересилил себя.

Жар её руки, сжавшей мою, говорил красноречивее любых слов. В этом прикосновении не было ни слабости, ни сомнений — только твёрдая решимость.

Я прикусил губу.

И принял решение.

— Карин-сан!

Мой резкий голос заставил её вздрогнуть. Она напряглась, а я склонил голову в глубоком поклоне.

[[image:/storage/reader-images/7f0b1baae87e3b4325ada1d2f68f550281aefe85.png]]

— Пожалуйста... Позвольте Рэйне это сделать.

— Амано-сан...?

— Амано-сенпай...?

— Я полностью понимаю её чувства, — я поднял голову и посмотрел Карин-сан прямо в глаза. — Если бы я оказался на её месте, то сказал бы то же самое. Поэтому... Я прошу вас позволить ей участвовать в съёмках.

Тишина нависла над нами, давящая и тяжёлая.

Я нерешительно поднял взгляд.

Карин-сан молча смотрела на меня, её губы сжаты в тонкую линию, а брови сурово сведены.

— Я знаю, насколько этот проект важен для Мидзусавы, — наконец произнесла она медленно, отчеканивая каждое слово. — Но это всего лишь одна из множества главных ролей, которые ей предстоит сыграть. Если она перегорит, если её здоровье серьёзно пошатнётся... Как её менеджер, я не могу этого допустить.

— Я понимаю вас, Карин-сан... Правда, понимаю, но...

Я осознавал, насколько безответственно звучат мои слова.

Если состояние Рэйны ухудшится, я не смогу взять на себя ответственность. Это ляжет на плечи Карин-сан, на продюсеров, на всю съёмочную группу. А сильнее всех пострадает сама Рэйна.

В конце концов, я был всего лишь посторонним человеком.

Я стиснул зубы от бессилия.

Если бы была возможность, я бы с радостью забрал на себя её боль. Мне ведь не о чем было беспокоиться — помимо этой дорамы у меня не было других съёмок, и если бы я слёг, ничего страшного не случилось бы.

Но я был лишь посторонним. Единственное, что мне оставалось, — это умолять.

Если Карин-сан откажет мне, я больше ничего не смогу сделать.

И всё же... неужели я действительно так беспомощен?

Мысль об этом не давала мне покоя. Рэйна страдала, а всё, что я мог предложить, — пустые, безответственные мольбы. Должен же быть способ помочь ей! Хоть что-то!

Я судорожно искал выход, но в голову не приходило ни одной достойной идеи. Разве что... если я буду тщательно готовиться к съёмкам, чтобы процесс шёл быстрее, это облегчит её нагрузку. Но было ли этого достаточно, чтобы убедить Карин-сан?

Думай, думай...

И прежде чем я осознал, что говорю, из моего рта вырвались слова:

— Карин-сан! Я предлагаю пересмотреть график так, чтобы уменьшить нагрузку на Рэйну! Если я смогу это сделать, вы позволите ей участвовать в съёмках?

Карин-сан внимательно посмотрела на меня.

— У тебя есть чёткий план?

— Эм... нет, но я обязательно что-нибудь придумаю! Дайте мне немного времени, прошу вас!

Она тихо вздохнула.

— Хорошо, я подожду. Но пока я свяжусь с компанией и сообщу им об этой ситуации. Всё же Мидзусава — наша ведущая актриса, и вопросы её здоровья иногда выходят за рамки моей компетенции.

С этими словами она стремительно покинула комнату.

Хотя Рэйна ещё не получила окончательного разрешения, я, по крайней мере, предотвратил её немедленный отстранение от съёмок.

Но теперь всё зависело от меня. Мне предстояло придумать убедительный план, который удовлетворил бы Карин-сан. Завтрашний график уже был известен, и времени на размышления оставалось совсем немного.

— Кайто... — голос Рэйны был слабым, но тревожным. — Как думаешь, я смогу завтра выйти на съёмочную площадку?

Я тяжело вздохнул.

— Всё будет хорошо. Просто сосредоточься на отдыхе и восстановлении. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты смогла выйти на съёмки.

Рэйна посмотрела на меня, а затем тихо кивнула.

— Хорошо... Я доверяю тебе, Кайто.

— Ладно, Аканэ, пошли, — сказал я, оборачиваясь к ней. — Не будем мешать Рэйне отдыхать.

— А-а, да! Рэйна-сан, я сейчас выключу свет, хорошо?

— Спасибо, Аканэ-чан. Ах, можешь запереть дверь снаружи? Просто возьми ключ с собой.

— Поняла. Верну его утром. Если что-то понадобится, звони мне, я сразу приду.

С этими словами мы покинули её комнату.

— Тогда, Амано-сенпай, что ты собираешься делать?

Как только мы вышли в коридор, Аканэ тут же пристально посмотрела на меня.

— Ты ведь сам ещё не придумал, как облегчить нагрузку на Рэйне, верно?

Я невесело усмехнулся.

— Да... Есть пара мелочей, которые могут сэкономить время, но мы уже использовали их сегодня днём. Пока у меня нет идеи, которая убедила бы Карин-сан.

Аканэ раздражённо нахмурилась.

— Я тоже хочу помочь! Так бесит, что я ничего не могу сделать, пока Рэйна-сан в таком состоянии!

Она нервно теребила край рукава, её волнение передавалось мне. Я испытывал то же самое — это нестерпимое желание действовать, поддержать Рэйну, хоть чем-то ей помочь. Я пообещал Карин-сан найти выход, но всё ещё топтался на месте. Если так и продолжится, Рэйне точно не разрешат участвовать в съёмках, а потом, после выхода серии в эфир, она будет переживать и, возможно, даже винить себя.

Такого будущего я не хотел.

Если Рэйна хочет выйти на съёмочную площадку завтра, я должен сделать всё, чтобы это стало возможным. Но мои мысли метались в пустоте, и это только усиливало раздражение.

Я сжал зубы и бросил взгляд на стоящую передо мной Аканэ.

"...Постой. Аканэ?"

И вдруг меня осенило.

Чтобы убедиться, что моя идея осуществима, я внимательно посмотрел на неё.

Аканэ, заметив мой пристальный взгляд, смущённо почесала щёку.

— Эм... Сенпай, что-то не так?

— Аканэ, возможно, завтра тебе придётся взять на себя немного больше работы. Ты не против?

— Я могу чем-то помочь?! Конечно, я согласна!

— Не знаю, получится ли это реализовать, но...

Я задумался, вспоминая, как Рэйна и Аканэ стояли рядом. Однако воспоминаний было недостаточно. Надо было спросить напрямую.

— Ты знаешь параметры Рэйны? Её рост, размеры одежды?

— ...А?

— И, кроме того, мне нужны твои параметры.

Аканэ отпрянула назад, её плечи затряслись.

— С-сенпай... В такой момент говорить такое... Это же... извращённо!

— Погоди! Не смотри на меня так холодно! У меня есть объяснение!

Я в панике замахал руками и поспешно всё разъяснил. Поняв суть моего плана, Аканэ облегчённо вздохнула.

— Ну, если бы ты сказал это сразу, было бы гораздо понятнее.

— Прости, я не подумал... Вёл себя бестактно...

— Понимаю, ты волнуешься. Я, если честно, тоже на грани.

Она достала телефон, прокрутила галерею и вскоре показала мне фото.

— Вот. Думаю, у нас с Рэйной похожие фигуры. Когда мы ходили по магазинам, примеряли одинаковую одежду.

Она отправила снимок мне.

— А, спасибо.

На фото они обе были в лёгких летних нарядах — открытые плечи, короткие топы. Это действительно позволяло сравнить их телосложение, но я невольно почувствовал себя неловко, разглядывая изображение. Видимо, фотографировали они друг друга, но лицо Рэйны было пунцовым от смущения.

Аканэ переслала ещё пару снимков.

Однако теперь у меня была уверенность — мой план может сработать.

— Да, думаю, так получится.

— Отлично! О, и, сенпай, удали мои фото, когда они тебе больше не понадобятся.

— А? Почему? Это же не проблема.

— А если Рэйна-сан увидит историю сообщений и неправильно поймёт?! Я не переживу, если она начнёт меня ненавидеть!

— Эээ? О чём ты вообще говоришь?

— Уфф... Вот уж ты, Амано-сенпай...

Аканэ тяжело вздохнула, скрестив руки на груди. Я так и не понял, что она имела в виду, но тут в коридоре появилась Карин-сан.

— Хорошая работа. Сообщаю, что руководство дало разрешение: если талант настаивает на участии, мы можем продолжить съёмки, но с учётом её состояния.

— Правда? Это здорово!

— Итак, у тебя есть план?

Я кивнул и изложил свою идею.

Карин-сан внимательно слушала, а когда я закончил, одобрительно кивнула.

— В самом деле, это может значительно снизить нагрузку на Мидзусаву.

— Нужно ещё обсудить это с режиссёром. Я возьму это на себя.

— ...Поняла. Если он согласится, я займусь координацией.

— Спасибо большое!

Даже если этот план облегчит Рэйне работу, риски всё равно останутся. Я не мог взять на себя ответственность за последствия, и потому был искренне благодарен Карин-сан за её решение.

Я низко поклонился, и Аканэ сделала то же самое.

Карин-сан слегка покраснела, потёрла щёку и тихо пробормотала:

— Я стала менеджером, потому что восхищаюсь серьёзным подходом Мидзусавы к работе. В силу своей должности мне пришлось её остановить, но... если честно, мне тоже хочется позволить ей поступить так, как она хочет.

— Карин-сан...

— Ах! Рэйна-сану так повезло с менеджером!

— Ладно, теперь нам нужно обсудить всё с режиссёром. Я могу пойти с вами?

— Я тоже хочу!

Я кивнул. Будет спокойнее, если они пойдут со мной.

И втроём мы направились в кабинет режиссёра Мориты.

— Амано, Момосэ и даже менеджер Шираиси... Что случилось в такой поздний час? Похоже, дело серьёзное.

Когда мы зашли в кабинет режиссёра Мориты, он был на месте. Перед ним стоял открытый ноутбук, а рядом лежал большой блокнот с записями. Видимо, он проверял финальный монтаж нового эпизода перед эфиром.

— Простите за вторжение, но у нас срочное дело.

— Срочное?

— Рэйна-сан свалилась с высокой температурой!

— Что?! Вы уже вызвали врача?

— Карин-сан этим уже занялась. Врач должен прибыть в ближайшее время, и мы позаботимся о том, чтобы Рэйна получила необходимую помощь в своей комнате.

Я слышал, что медицинская инфраструктура на острове оставляет желать лучшего — здесь была лишь небольшая больница. Однако, несмотря на поздний час, Карин-сан, похоже, сумела договориться о вызове врача на дом. Режиссёр Морита, осознавая, что разговор может затянуться, закрыл ноутбук и повернулся к нам.

— Насколько всё серьёзно? Она не сможет участвовать в съёмках завтра и послезавтра?

— Она хочет сниматься. Говорит, что примет жаропонижающее и постарается продержаться. Но в таком состоянии долго она не выдержит.

— Чёрт, тогда придётся срочно вносить изменения в сценарий.

— Нет... Именно поэтому я пришёл к вам. Я хочу избежать этого.

Глаза Мориты слегка расширились, но он кивнул, выжидая продолжения.

— Хорошо. Говори, что у тебя на уме?

— Я хочу, чтобы Рэйна участвовала только в одной репетиции.

— Всего в одной? Ты вообще понимаешь, зачем мы проводим их три?

— Конечно.

Я ждал этого вопроса.

— Первая, — сухая репетиция, — предназначена для актёров, чтобы отработать текст и перемещения без технических элементов. Вторая, — техническая, — нужна персоналу для настройки камер, света и звука. И, наконец, третья репетиция проходит уже в полноценном формате для окончательной проверки сцены.

— Верно. Все три этапа необходимы, и ты предлагаешь пожертвовать качеством работы ради экономии времени?

— Нет. Я не допущу снижения качества.

Честно говоря, я не мог с уверенностью сказать, что всё получится идеально, но это был один из тех моментов, когда нужно говорить с уверенностью, даже если внутри сомневаешься. Поэтому я произнёс твёрдо:

— Что касается технической репетиции... Как я уже сказал, она предназначена для персонала. Поэтому мы можем исключить участие Рэйны, заменив её дублёром.

Дублёр — это человек, который подменяет актёра во время настройки камеры и освещения. В индустрии это вполне привычная практика, но Рэйна всегда предпочитала выполнять всё самостоятельно, поэтому раньше этим не пользовались.

— Если это возможно, то хорошо. Но ты ведь знаешь, что персонал делает настройки до миллиметров, верно? Дублёр должен быть практически идентичного роста и телосложения, как Мидзусава. Ты предлагаешь найти такого человека прямо на острове? Рэйна ещё в старшей школе, её фигура ещё не полностью сформирована, и среди персонала или массовки подходящего человека не будет!

— Не беспокойтесь! Мы уже нашли идеального кандидата!

— Уже нашли?

— Да! Вот же он!

Аканэ весело замахала руками. Морита с удивлением посмотрел на неё.

— Хм... Никогда не замечал, но... действительно, вы похожи по комплекции.

— Я сверял фото, их параметры почти идентичны. Если нужно, могу показать.

— Не стоит, если ты так говоришь, значит, так и есть. Момосэ, ты согласна быть дублёром?

— Конечно! Если это поможет Рэйне-сан, я сделаю всё, что угодно!

— Ха-ха, довольно роскошный дублёр!

Морита рассмеялся. В самом деле, не каждый день встречаешь актрису, которая одновременно является дублёром певицы, выступающей на стадионе.

— Теперь как насчёт остальных двух репетиций? Что ты предлагаешь?

— Нам нужна всего одна.

— Что ты имеешь в виду?

— Зачем нам вообще сухая репетиция? В кинопроизводстве актёры редко проводят репетиции заранее. Именно поэтому сухая репетиция так важна. Но... Рэйна и я уже отрепетировали все сцены не менее пяти раз.

В сравнении с обычными стандартами индустрии наша подготовка была даже чрезмерной. Но я был уверен: всё время, которое мы потратили, не прошло даром. Оно было необходимо, чтобы выполнить наше обещание — создать лучший проект.

Сегодня я мог с гордостью сказать: — Даже на прошлых съёмках во время пробных репетиций вносили лишь незначительные коррективы. Если мы проведём всего один прогон и обсудим исправления на словах, Рэйна сможет внести корректировки уже во время съёмки.

— Верно, но некоторые исправления всё же были, — ответил режиссёр Морита.

— Большинство из них касались, скорее всего, меня. Рэйна играет, полностью погружаясь в роль, она не сосредотачивается на мелочах — моя задача обеспечивать тонкие реакции.

— Это правда, — согласился он.

— В таком случае во время репетиции с камерами я буду играть так, будто на месте Рэйны нахожусь я. Исправления можно будет внести тогда. Этого будет достаточно, я справлюсь. Я это докажу.

Я репетировал с Рэйной несколько месяцев. Даже без неё у меня было более чем достаточно времени, чтобы представить её игру так, словно она стоит прямо передо мной.

Как только я закончил, режиссёр Морита скрестил руки на груди и погрузился в раздумья. Несколько минут мы ждали в напряжённом молчании. Наконец, он заговорил:

— Ладно. Сделаем так.

От этих слов мне захотелось вскочить от радости.

— Мидзусава примет участие в одной репетиции и в самих съёмках. Остальное мы проведём без неё. Кроме того, мы изменим порядок съёмок и утром отснимем сцены, где её нет. Так она сможет подольше поспать и отдохнуть. Теперь осталось решить, как дать ей передохнуть между дублями.

— Я организую аренду большого фургона, где Рэйна сможет прилечь и отдохнуть. Если потребуется, расходы возьмёт на себя агентство.

Я был уверен, что Карин-сан справится с этим безупречно. Режиссёр Морита кивнул.

— Тогда рассчитываю на вас завтра, Амано, Момосэ.

— Понял!

— Да!

Я не знал, было ли это правильное решение. Никто не мог гарантировать, что Рэйна сможет выдержать съёмки.

Но, по крайней мере, я сделал всё, что было в моих силах.

Оставалось лишь вернуться в комнату и ещё раз перечитать сценарий, чтобы исключить возможные ошибки.

— Доброе утро.

Все взгляды тут же обратились к Рэйне, появившейся на площадке в маске. О её состоянии было уже хорошо известно, и вся съёмочная группа смотрела на неё с беспокойством, оставаясь на расстоянии.

— Как ты себя чувствуешь, Рэйна?

— Рэйна-сан, всё в порядке?

— Спасибо вам. Чувствую себя неважно, но... я приняла жаропонижающее, так что температура спала. Мне наложили чуть больше грима, так что краснота на лице не должна быть заметна. Как вам?

— Всё отлично. Ты по-прежнему светла и прекрасна!

— Правда?

Рэйна улыбнулась.

— Но я слышала, что Кайто и Аканэ-тян много для меня сделали... Вы даже ходили к режиссёру? Спасибо вам обоим.

— О, нет, это пустяк.

— Аканэ просто воспользовалась ситуацией!

— Но важнее всего, Рэйна, пожалуйста, не переусердствуй сегодня. Я не могу просить тебя не стараться, но если почувствуешь, что больше не можешь, забудь о съёмках и скажи нам.

Рэйна серьёзно кивнула.

Так начались съёмки.

Поскольку репетиция перед камерой уже была завершена Аканэ и мной, мы сразу приступили к сцене с участием Рэйны.

То, что я увидел, ошеломило меня.

Несмотря на головокружение от лекарства, Рэйна сумела найти в себе силы и, как только камера заработала, сыграла так же безупречно, как всегда.

Как только режиссёр крикнул «Снято!», она рухнула на колени, тяжело дыша.

Смотреть на это было мучительно, но Рэйна показала настоящую преданность делу. Даже в таком состоянии она выложилась на сто процентов перед камерой.

В перерывах она отдыхала на импровизированной кровати в машине, набиралась сил, а затем снова вставала перед камерой, снова истощалась и вновь возвращалась в машину. В таком напряжённом режиме мы добрались до финальной сцены с её участием.

— Рэйна-сан, это невероятно...

— Да, просто потрясающе.

Аканэ и я не могли не восхищаться.

Финальная сцена была сольной для Рэйны. Акари, так и не сумевшая сблизиться с Акихисой во время поездки на остров, теперь сталкивалась с неизбежным расставанием. Полностью неправильно поняв чувства друг друга, они оказались в тупике. Оставшись один на один со своей болью, Акари приняла отчаянное решение исчезнуть.

Это был самый напряжённый момент во второй половине истории.

После того как Аканэ завершила репетицию перед камерой, Рэйна вышла из машины. Завершив последнюю репетицию, она перешла к съёмке. Мы с Аканэ тихо наблюдали за её игрой вместе со съёмочной группой.

— Хватит... уже...

Вечернее солнце заливало сцену золотистым светом. Акари стояла одна. Тихо, словно убеждая саму себя, она произнесла эти слова, затем выдохнула.

— Хватит... уже...

Последние дни были слишком насыщенными, и её сознание начало расшатываться. Она резко встряхнула головой, её прекрасные волосы растрепались, а пальцы судорожно сжались на висках.

Её игра была такой резкой, что трудно было поверить, что она снимается в столь ослабленном состоянии.

Акари без слов передавала всю бурю эмоций, хаос внутри неё. Она поднялась и сделала шаг вперёд.

Если она продолжит идти, то доберётся до пристани. Это означало, что она заберёт свои вещи и покинет остров. Переборов тяжесть в сердце, она заставила себя двинуться дальше, пытаясь стряхнуть с себя сковывающие её чувства.

— Прощай, Акихиса-кун.

Идеально. Возможно, зная о состоянии Рэйны, я смотрел на это с предвзятостью, но даже с учётом этого её игра была великолепной. Меня захлестнули эмоции.

— Снято! Хорошо!

Однако сразу после того, как прозвучал голос режиссёра Мориты, Рэйна зашаталась.

— Рэйна!

Я оказался первым, кто бросился к ней.

Поддержав её, я помог ей сесть. Её глаза были затуманены, взгляд — расфокусирован. Когда я коснулся её, почувствовал, как она горит.

— Всё в порядке? Ты можешь идти?

— Прости... Не думаю, что смогу...

— Тогда я тебя понесу. До машины недалеко, потерпи немного.

Даже когда я предложил ей опереться на мою спину, она не двинулась. Когда я обернулся, она смущённо прошептала:

— На руках...

— Э? О-о, ну...

"Это жар так на неё действует?"

Просьба была неожиданной. Я не до конца понял её намерения, но сейчас не время было раздумывать.

Я быстро подхватил её на руки.

[[image:/storage/reader-images/d26cc7c9f822f7fcd229e35f06bb0df5aae3a9d5.png]]

Даже в такой ситуации сердце бешено заколотилось. Я всеми силами пытался заглушить нахлынувшие чувства, когда ко мне подошла Аканэ.

— Хе-хе... прямо как принцессу...

— Ах, чёрт, кажется, у Рэйны включился какой-то странный режим...

— Амано-сэнпай, может, помочь?

— Нет, всё в порядке. Рэйна удивительно лёгкая.

Это был первый раз с момента нашего воссоединения, когда я держал Рэйну на руках.

Не имея другого опыта, я не знал, насколько лёгкими бывают девушки, но даже так она казалась невесомой.

Не теряя времени, я понёс её к машине.

Аккуратно уложив Рэйну на импровизированную кровать, я увидел, как она болезненно скривилась, но вскоре её губы дрогнули, и она заговорила едва слышным голосом.

— Кай...то...

— Что? Что такое?

Я наклонился ближе, чтобы расслышать её слабый голос, но в следующий миг Рэйна сделала нечто неожиданное.

— Мне холодно... согрей меня...

Не успел я осознать смысл её слов, как она обхватила меня руками, притягивая к себе с неожиданной силой. В одно мгновение я оказался прижат к ней, а она лежала на спине. Я в панике попытался вырваться, но Рэйна не только сжимала меня руками — она обвила меня ещё и ногами, полностью лишая возможности пошевелиться.

— П-подожди, Рэйна?!

И тут

— Что вы вообще делаете? — раздался холодный голос Карин.

— Карин-сан, помогите! Она не отпускает!

Однако Рэйна уже провалилась в сон, её дыхание стало ровным, лицо — умиротворённым. Сколько бы я ни пытался освободиться, мои усилия были тщетны. В отчаянии я взглянул на Карин, но та лишь равнодушно вздохнула.

— Нам пора ехать. Если честно, это слишком хлопотно. Может, просто накрыть вас обоих одеялом?

— К-Карин-сан!

— Гостиница рядом, так что потерпи.

Машина тронулась, и в итоге я так и остался в тёплых объятиях Рэйны. Её тело было мягким, а близость — слишком ощутимой. Я чувствовал каждое прикосновение, и это заставляло моё сердце биться всё быстрее.

"Рэйна..."

Сегодня она была поистине невероятна.

Она ни разу не пожаловалась, хотя, должно быть, была на грани. Съёмки истощили её, но она выдержала до конца, сыграв свою роль безупречно.

Как актриса, она вызывала у меня глубокое уважение. И, возможно, именно поэтому я не мог оставаться спокойным, ощущая её так близко.

Моё сердце бешено колотилось, но я собрал последние остатки самообладания, осторожно положил ладонь на её спину и мысленно прошептал:

"Ты сегодня действительно очень старалась, Рэйна..."

Она отдала всего себя ради «Сезона первой любви», вложив в этот проект душу. Чтобы её усилия не пропали даром, чтобы исполнить наше общее обещание, мне тоже следовало приложить все силы.

В ту ночь, в глубине сердца, я поклялся довести всё до конца.

Когда съёмочный период подошёл к концу, вся команда разъехалась по домам. Однако Рэйна, сильно ослабевшая после болезни, не могла отправиться в долгое путешествие и решила остаться в гостинице, чтобы восстановить силы.

Со мной осталась только Аканэ. Карин-сан тоже хотела задержаться, но была вынуждена вернуться в Токио из-за плотного графика: съёмки для журналов, рекламные ролики, интервью и участие в YouTube-проектах — всё это уже пришлось переносить из-за задержек на съёмочной площадке.

В первый день мы с Аканэ по очереди ухаживали за Рэйной, но вечером ей позвонил менеджер, и на следующее утро она срочно уехала по делам. Так незаметно я оказался единственным, кто мог присматривать за Рэйной.

Однажды утром я получил от неё сообщение: она хотела поесть. Я тут же отправился на кухню, быстро приготовил завтрак и поспешил в её комнату. Открыв дверь запасным ключом, я вошёл внутрь.

Рэйна, закутанная в пижаму, слабо приподнялась на кровати, когда увидела меня.

— Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, чем вчера... но температура ещё держится.

— Это уже хороший знак. Ты и выглядишь гораздо бодрее.

Я поставил поднос на прикроватный столик. Менеджер гостиницы, большой поклонник сериалов, с радостью согласился приготовить для неё лёгкую кашу, когда узнал, что она больна. Я был ему очень благодарен.

— Ты сможешь поесть сама?

— Да, всё в порядке.

Рэйна медленно поднесла ложку ко рту, а я сел на стул неподалёку, чтобы отправить обновления Карин-сан и уточнить рабочие моменты с Юки-сан.

Примерно через десять минут, доев завтрак и приняв лекарства, она снова легла. Я уже собирался выйти с пустой посудой, когда вдруг услышал её голос.

— Подожди, Кайто! Я хочу спросить кое-что.

— Что именно?

Я остановился и обернулся. Рэйна смотрела на меня с каким-то беспокойством.

— Что случилось?

— Просто... я плохо помню, что было в день, когда потеряла сознание. В голове всё смутно... но я ничего странного не говорила? Или... не делала?

Я сразу понял, о чём она. Воспоминания об этом мигом нахлынули на меня, заставляя лицо вспыхнуть от смущения.

Рэйна тут же заметила мою реакцию, и её голос стал нервным.

— Т-так я всё-таки сделала что-то странное?

— Э-э... ну, да.

— Я... я тебя обняла? Или просила носить меня на руках?

Я кивнул. Рэйна мгновенно зарылась лицом в одеяло, и даже её уши покраснели.

— П-прости, Кайто... Я была не в себе! Это не значит, что я в обычное время хочу, чтобы ты делал что-то подобное!

— Я знаю! Не переживай об этом!

— Тогда... было бы здорово, если бы ты просто забыл об этом.

Она чуть приоткрыла лицо, заглядывая в мои глаза с лёгким страхом и сомнением. Я, конечно, прекрасно помнил каждую секунду того момента: как она крепко прижималась ко мне, как нежно просила... Такое невозможно просто взять и забыть.

Но я понятия не имел, как она отреагирует, если скажу об этом честно. Поэтому постарался скрыть смущение за небрежными словами:

— Всё в порядке! Я вообще не придал этому значения!

На миг её взгляд потемнел, но я этого не заметил, продолжая говорить.

— На самом деле, после того дня я стал уважать тебя ещё больше, Рэйна. Ты выложилась на полную ради проекта. Даже на грани своих сил ты сыграла безупречно, как всегда.

— Кайто...

— Это было невероятно. Я искренне тобой восхищаюсь.

— Я... я чувствую то же самое! Ты помогал мне, разговаривал с Карин-сан, сделал так, чтобы я смогла участвовать в съёмках... Я была очень счастлива. И мне кажется... что теперь я тоже уважаю тебя ещё больше, Кайто...

Рэйна осеклась, но вместо продолжения просто пристально посмотрела на меня. Этот взгляд заставил моё сердце дрогнуть. Я не понимал его смысла, но что-то в нём тронуло меня до глубины души.

Прежде чем я успел что-либо осознать, между нами повисла напряжённая тишина.

Но именно я первым не выдержал её.

— Л-ладно, я пойду! Вернусь к обеду. Если тебе что-то понадобится — просто скажи!

— Д-да! Спасибо, Кайто!

Выйдя в коридор, я прижал руку к груди.

"Что это было?.."

Всего лишь разговор... Но сердце бешено колотилось. Лицо горело.

Я дотронулся до щеки — она была раскалённой. Этот жар никак не проходил, сколько бы я ни старался его игнорировать.

— Простите за все неудобства! Я полностью выздоровела, так что с сегодняшнего дня буду выкладываться на все сто!

Рэйна глубоко поклонилась, и на съемочной площадке раздались аплодисменты.

В конце концов, ей удалось оправиться всего за три дня. Мы вместе вернулись в Токио с того уединенного острова, и уже на следующий день съемки должны были возобновиться.

Из-за ее внезапного обморока пришлось срочно корректировать расписание, что вызвало немалую суматоху среди съемочной группы. Однако никто не упрекнул Рэйну. Благодаря возможности маневрировать между студийными и локальными съемками ситуация оказалась не такой катастрофической, как могла бы быть, если бы сцены на острове пришлось отменить вовсе. Более того, многие восхищались ее самоотверженностью — несмотря на болезнь, она довела съемки до конца.

Вернувшись, Рэйна работала с невероятной отдачей. Она не выглядела человеком, который недавно слег с температурой, и утренние съемки прошли без сучка и задоринки.

Во время обеденного перерыва нас с ней вызвал к себе режиссер Морита.

— Давайте сразу к делу. У нас серьезные проблемы с графиком.

Мы с Рэйной замерли. Она поспешно склонила голову, испытывая явное чувство вины.

— П-простите! Это все из-за меня!

— Нет, нет, не в этом дело. Я не собирался обвинять тебя, Мидзусава. Напротив, я тебе благодарен. Если бы ты тогда сдалась, нам пришлось бы полностью переписывать сценарий, — поспешил заверить ее режиссер, но тут же снова посуровел. — Однако, пересмотрев график за последние два дня, я понял, что ситуация крайне неблагоприятная. Мы столкнулись с проблемами при бронировании локаций и почти полностью потеряли резервные дни.

— Понимаю...

— Обычно я никогда не иду на компромиссы в процессе съемок. Я требую переснять сцену, пока результат меня не устроит. Вспомните, как я мучил Амано в начале работы бесконечными дублями? Но отмена выхода эпизода в эфир — это наихудший сценарий, и нам нельзя допустить его.

Морита выглядел мрачно. Человек принципов, он явно был недоволен сложившейся ситуацией. Его голос звучал так, словно он сам пытался убедить себя в правильности своих решений.

— Так что с этого момента планка качества будет немного снижена. Если ваш дубль выйдет не слишком впечатляющим, возможно, я просто закрою на это глаза и оставлю кадр.

— П-погодите...

— Значит ли это, что сегодняшние сцены не соответствовали вашим стандартам?

— Нет, пока все идет в пределах нормы.

Я уж было решил, что эта встреча — всего лишь предостережение на будущее, но, похоже, разговор был не закончен.

Режиссер прочистил горло и посмотрел на меня.

— Оставим это. Амано, я давал тебе задание, помнишь?

— Речь о финальном эпизоде?

— Именно. Первые три серии важны для рейтингов, но именно последняя определяет, останутся ли зрители довольны. Ее успех зависит от того, насколько высок ты сможешь поднять уровень своей игры.

Я невольно сглотнул. Его прямолинейные слова пробудили во мне беспокойство.

— Я специально заложил в графике время на пересъемку, чтобы ты мог попробовать разные варианты и выдать лучший результат. Но теперь его не осталось.

— То есть... мне придется сыграть идеально с первого дубля?

— Ты быстро схватываешь. Через неделю у тебя сольная сцена. К этому моменту ты должен быть полностью готов.

— Всего неделя...

— Я тоже не в восторге от игры в один дубль. Поэтому я хочу увидеть твое исполнение заранее. Сегодня это слишком внезапно, так что давай через три дня. Останешься после съемок.

— Понял. Подготовлюсь.

— Отлично. Я рассчитываю на тебя.

Мы вышли из комнаты, и Рэйна сразу же заглянула мне в лицо.

— Кайто, ты в порядке?

Я замялся. Не хотелось показывать слабость, особенно перед ней. Не хотелось, чтобы она чувствовала вину. Но и соврать я тоже не мог.

— Честно говоря, не уверен.

Рэйна обеспокоенно нахмурилась.

— Ты же разобрался со сценарием, верно? В последнем эпизоде Акихиса почти теряет надежду на Акари, но в какой-то момент в нем взрываются эмоции, он преодолевает все преграды и бросается к ней. Эта сцена должна быть насыщена чистыми чувствами.

— Да, именно так.

Я готовился. Я мысленно возвращался к переживаниям последних восьми лет, когда видел Рэйну только через экран, но так и не мог встретиться с ней. Ощущение тоски, нетерпение, желание встретиться и невозможность этого — все эти чувства все еще были живы во мне. Достать их из глубины души, раскалить до бела — не проблема.

Но передать их в актерской игре... Это было трудно.

Как бы я ни старался, мой прежний стиль игры укоренился во мне так глубоко, что стал частью меня. Когда я выступаю, то смотрю на происходящее со стороны, оценивая общую картину. Я замечаю малейшие детали, мгновенно рассчитываю, как лучше построить свою игру. Это стало бессознательным процессом, и именно поэтому передавать живые эмоции мне удаётся с трудом.

— В любом случае, следующие три дня я сделаю всё, что в моих силах.

Я заставил себя улыбнуться, но Рэйна не собиралась заканчивать разговор так быстро. Она наклонилась ближе, её глаза были полны решимости.

— Позволь мне помочь тебе.

— Э-э? Ты уверена?

— Конечно! Мы же договорились сотрудничать, чтобы создать лучший проект. К тому же, это произошло отчасти из-за меня.

— Я был бы очень рад твоей помощи. Честно говоря, я немного застрял и нуждаюсь во взгляде со стороны.

— Тогда... как ты думаешь, что будет лучше? Чем я могу помочь?

Я задумался над её вопросом.

— Если бы ты смогла посмотреть все мои выступления и вместе со мной разобрать их, было бы здорово. Мы бы нашли моменты, которые можно улучшить. Но... у тебя же плотный график с утра до ночи, к тому же помимо съёмок у тебя полно других дел, верно?

— Да, это правда. Нам будет сложно найти время...

Мы одновременно нахмурились. Рэйна всегда была разносторонне талантливым человеком, занятой по горло. После того как экранное время Акари сократилось из-за её исчезновения с острова в одиннадцатой серии, вся работа, отложенная ради съёмок в драме, резко вернулась в её расписание.

— Может, мы могли бы связываться по видеозвонку и разбирать сцены удалённо?

— Если тебе так удобно, я только за, но ты уверена?

— Хм... В той сцене важны не только слова, но и движения. Лучше бы увидеть всё вживую, но если не получится, придётся как-то выкручиваться...

Обсуждая это, мы вернулись в гримёрку. Когда я открыл дверь, нас встретила Аканэ, неспешно доедавшая бэнто.

— Хорошая работа! Эй, что с вами? Вы выглядите подавленными.

— Ну, мы немного встревожены...

Я коротко объяснил ситуацию, и Аканэ задумчиво нахмурилась.

— Хм... Значит, ты хочешь потренироваться с Рэйной, но не можешь найти подходящее время?

— Именно.

— Если проблема только в этом, у меня есть идея.

— Идея? Какая?

— А что, если устроить тренировочный лагерь?

— Тренировочный лагерь?

Я удивлённо повторил её слова, а Аканэ утвердительно кивнула.

— При нынешнем расписании у тебя остаётся время для тренировок только утром перед съёмками и вечером после возвращения. Если Рэйна сможет тренироваться вместе с тобой, то единственный выход — это лагерная подготовка!

Мы с Рэйной переглянулись, широко раскрыв глаза. Это действительно выглядело хорошим решением, но в то же время казалось рискованным.

— Эм... Разве это не проблематично? Если нас подловят журналисты, они могут неправильно всё истолковать.

— Да... Даже если мы скажем, что просто репетировали, это не обязательно так воспримут.

— Тогда пусть Аканэ поедет с нами! Если нас будет трое, повода для слухов не останется.

— Возможно, ты права. К тому же, если Аканэ тоже будет с нами, это только поможет в тренировках. Но... вы обе точно согласны? Мне неловко нагружать вас этим.

Но стоило мне это сказать, как обе девушки удивлённо уставились на меня.

— Я уже говорила: если тренировочный лагерь — лучший вариант, то я только за! — уверенно сказала Рэйна.

— И я помогу! Может, я не так полезна, как Рэйна, но ты столько раз поддерживал меня ещё до начала съёмок, так что теперь моя очередь отплатить тем же! — добавила Аканэ.

— Спасибо вам, Рэйна, Аканэ. Тогда, если у вас получится, давайте проведём эти три дня вместе.

— Конечно! Выложимся на полную!

— Ох, теперь я в предвкушении!

Так было решено устроить тренировочный лагерь.

— Это моя комната. Проходите!

В тот вечер, когда часы уже показывали десять, мы втроём, закончив съёмки, наконец-то добрались до квартиры Рэйны.

Я заранее предупредил наших менеджеров о тренировочном лагере, организованном ради моей актёрской практики. Юки-сан подготовила для нас вещи на три дня и сам отвёз нас к дому Рэйны.

— Ух ты, Рэйна-сан, твоя комната потрясающая! — восхитилась Аканэ, осматриваясь.

— Правда? Это ведь твой первый раз здесь, да?

— Угу!

— Я потом проведу тебе экскурсию.

— Ура! С нетерпением жду!

Мы неспешно направились в гостиную, уселись на диван и раскрыли сценарии. Диван Рэйны был L-образным, так что она с Аканэ устроились на длинной стороне, а я занял короткую. Как только мы расположились, их лица тут же посерьёзнели. Это было заразительно

— я тоже ощутил, как в голове щёлкнул переключатель, погружая меня в рабочий настрой.

— Ну… с чего начнём? — спросил я.

— Давай сначала посмотрим, как ты играешь, — предложила Рэйна. — Без этого мы не сможем дать тебе конструктивный отзыв.

— Верно. Начнём с этого, — согласилась Аканэ.

Я отложил сценарий, глубоко вдохнул и встал. Оба их взгляда были прикованы ко мне, отчего я почувствовал лёгкое волнение. Закрыв глаза, я попробовал вновь вызвать в себе те эмоции, в которых копался всё это время, и, наконец, начал.

Это был ключевой момент в «Сезоне первой любви».

Я представил, что передо мной стоят камеры, что идёт настоящая съёмка, и вложил в сцену всё, что мог.

Когда финальные слова сорвались с губ, я тяжело выдохнул и опустился на одно колено, пытаясь перевести дыхание.

— Ну? Как оно? — спросил я с надеждой.

Мне казалось, что на этот раз получилось довольно неплохо. Однако их реакция оказалась далека от той, на которую я рассчитывал. Рэйна и Аканэ переглянулись, в их глазах промелькнуло сомнение.

— Эм… ну… — нерешительно начала Рэйна.

— Рэйна-сан, что думаешь? — спросила Аканэ, явно пытаясь подобрать слова.

Всё стало ясно без лишних объяснений. Я ссутулился, ощущая, как уверенность в себе медленно тает.

— Значит, не очень, да?

— Да… выглядело как-то неловко. Это был не ты, Кайто. Ощущалось неестественно, а эмоции не доходили до зрителя, — честно сказала Рэйна.

— Прости, но… игра казалась разрозненной, — добавила Аканэ.

— Ай… Это было больно, — попытался я пошутить, но критика и правда ударила по самолюбию.

Но что ж, я сам хотел честного мнения. Эти двое — настоящие профессионалы, и даже будучи моими подругами, они не стали бы меня жалеть. А мне как раз нужна была эта честность.

Сомнения, которые терзали меня в последнее время, оказались обоснованными: мне действительно не удавалось передать эмоции. Я мог их вызвать, но не знал, как выразить их на сцене.

— Кайто, как ты выстраивал свою игру в этот раз? — спросила Рэйна.

Я устало плюхнулся обратно на диван.

— В этот раз мне нужно было передать чистую, необузданную эмоцию. Взрыв чувств, если можно так сказать. Поэтому я решил подойти к делу иначе, чем обычно. Я погрузился в воспоминания, нашёл в себе схожие переживания, разжёг их в себе… и попытался вложить в героя.

— Понимаю. А какие именно эмоции ты пытался вызвать?

Я замялся, раздумывая, стоит ли говорить. Потом всё же решился:

— Те, что я испытывал за восемь лет до нашей встречи.

— Эм? До нашей? — Рэйна удивлённо вскинула брови.

— Да. Мне кажется, Акихиса чувствует сильное желание встретиться с кем-то важным, с кем судьба его разлучила. Я задумался, когда в жизни переживал что-то похожее… и понял, что это ожидание встречи с тобой.

Пропасть между нами, занятые графики, статус актёров — всё это делало наше воссоединение невозможным. Я так долго хотел увидеть её снова… Эти чувства идеально совпадали с теми, что испытывал мой персонаж.

Рэйна молчала. Щёки её залил румянец.

— Я-я понимаю... Значит, ты так обо мне думаешь... — пробормотала Рэйна, опустив взгляд.

— Амано-сенпай, вы сейчас сказали что-то невероятно смущающее! — тут же поддела её Аканэ, лукаво улыбнувшись.

— Ну, я же не могу врать, если хочу получить стоящий совет по актёрскому мастерству, — вздохнул я.

Но, честно говоря, их реакции сделали всё ещё более неловким.

Рэйна, всё ещё слегка краснея, вернула себе серьёзный вид, задумчиво приложив пальцы к подбородку.

— Дать совет… сложнее, чем я думала… В моём случае, я не использую метод погружения в собственные эмоции. Напротив, я стараюсь полностью войти в образ, отбрасывая свою личность.

— Вот оно что… Рэйна действительно прирождённый талант, — уважительно кивнул я.

— Но у меня появилась мысль. Кайто, мне кажется, ты слишком всё усложняешь.

— В каком смысле?

Она подбирала слова, прежде чем ответить:

— Ты не столько стараешься передать эмоции, сколько пытаешься их проанализировать. Ты словно по частям конструируешь своё исполнение: «здесь вспоминаю эмоцию, здесь вставляю её в сцену». Всё слишком... механично.

— Оу… похоже, ты права.

— В этом, конечно, есть твоя сила — ты очень вдумчивый актёр. Но в этой сцене этот подход не срабатывает. Здесь не нужно всё просчитывать, наоборот — тебе нужно выплеснуть эмоции, оголить их, убрать все фильтры. Позволь себе быть более естественным, более инстинктивным.

— Рэйна-сан, у тебя потрясающий талант к объяснениям! — восхищённо сказала Аканэ. — Я полностью согласна. Мне тоже казалось, что из-за этого сдержанного подхода эмоции в игре Амано-сенпая терялись.

— Понимаю… — протянул я, переваривая сказанное.

Её слова попали в самую точку. Всё это время я думал, что работаю над эмоциональностью, но на самом деле просто загонял себя в привычные рамки.

— Спасибо! Теперь я понял, что мне нужно делать. Это потребует времени, но за эти три дня я постараюсь как следует всё проработать.

— Рада слышать, — кивнула Рэйна.

— Можно мне минут тридцать? Хочу сначала закрепить всё в голове. А потом, если не против, покажу вам новую версию сцены.

— Конечно! — улыбнулась Рэйна. — Аканэ-тян, раз уж у нас есть немного времени, давай я покажу тебе квартиру. А потом можно и в ванну.

— Ура! Пойдём! — обрадовалась та.

Когда девушки ушли, я остался один в гостиной.

Я вновь проиграл в голове слова Рэйны. Она была права. Я считал, что работаю над искренностью в игре, но на самом деле лишь выстраивал очередную сложную конструкцию. Мне нужно было отбросить эти умственные схемы и просто… чувствовать.

Я сосредоточился. Вновь и вновь пробовал разные подходы, искал способ сыграть не через анализ, а через настоящие эмоции. Очищал сознание, оставляя лишь необходимое. И постепенно начал понимать, как всё должно выглядеть.

"Да… всего одно осознание, а разница колоссальная!"

Я никогда бы не смог прийти к этому самостоятельно.

И пусть это был лишь первый день, я уже ощущал, насколько ценным был этот учебный лагерь. Если я продолжу работать в том же духе, то к концу этих трёх дней смогу показать свой лучший результат.

Когда я, наконец, почувствовал уверенность в новой манере игры, Рэйна и Аканэ вернулись в гостиную.

— Я так счастлива… — мечтательно протянула Аканэ. — Мы с Рэйной купались вместе… даже спины друг другу мыли…

— Ты выглядишь очень довольной, — хмыкнул я.

— Конечно! Комнату Рэйны я тоже посмотрела, так интересно! А ещё её шампунь и гель для душа просто потрясающие! Решила купить себе такие же!

— Ого, серьёзно? Здорово!

— Я теперь так приятно пахну, правда? — кокетливо спросила Аканэ, наклоняясь ближе.

— Действительно, аромат приятный, сладковатый…

Но вдруг она резко хлопнула себя по лбу, будто осознав нечто важное.

— Подождите! Это же ничего для меня не значит! Рэйна, иди сюда!

— Э-э? Ч-что? — вздрогнула та, не понимая, что происходит.

Аканэ схватила Рэйну за руку и поставила передо мной.

[[image:/storage/reader-images/19838285abfb0849138d797420b312905daaf8c3.png]]

— Ну, Амано-сенпай? Что скажешь? Как тебе Рэйна-сан после ванны?

— Эм… Я… Я даже не знаю, что сказать…

Рэйна стояла в пижаме, с полотенцем, перекинутым через плечо, её кожа ещё сохраняла лёгкий румянец после тёплой воды. От неё исходил тонкий, сладковатый аромат, более ощутимый, чем обычно.

В совместных ночных съёмках мне не доводилось видеть её сразу после ванны. И почему-то именно сейчас она казалась мне… особенно милой.

Рэйна, внезапно оказавшись передо мной, густо покраснела, её лицо вспыхнуло алым.

Я совершенно не знал, как реагировать, и в итоге сказал первое, что пришло в голову:

— Эм… ты… ты очень милая…

— К-Кайто?! — её глаза широко распахнулись.

— Ура! Вот это здорово, Рэйна-сан! — радостно воскликнула Аканэ.

— Эй, Аканэ-тян! Не говори странных вещей! — Рэйна поспешно протянула руку и слегка потянула её за щёку.

Это выглядело скорее как дружеская шалость, чем наказание, но Аканэ тут же издала нарочито драматический вздох. Отпустив её, Рэйна поспешно хлопнула в ладоши, явно желая сменить тему.

— Л-ладно! Вернёмся к делу! Кайто, как твоя работа над образом?

— Ах, да. Могу показать новую версию?

— Конечно! Давай присядем.

— Понял!

Рэйна и Аканэ уселись рядом, а я подготовился к новому выступлению.

На этот раз всё было иначе.

Я чувствовал: эмоции текут естественно, без напряжения. Никаких заученных формул, никакого анализа — только искреннее проживание сцены.

Но когда я закончил, реакция девушек вновь оказалась… неопределённой.

— Хм… однозначно лучше, чем раньше, но… — задумчиво протянула Рэйна.

— Всё равно кажется, что эмоции не совсем… настоящие, — добавила Аканэ.

— Понимаю…

— Я не думаю, что твой подход неверный! — тут же поспешила заверить Рэйна. — Чувствуется, что ты на правильном пути. Просто тебе нужно довести это до конца. За оставшиеся три дня ты точно сможешь выйти на нужный уровень!

Так, получая советы и корректируя исполнение, я снова и снова дорабатывал сцену. Мы бесконечно обсуждали нюансы, пробовали новые способы…

И прежде чем я понял, время уже перевалило за час ночи.

Рэйна бросила взгляд на часы и решительно хлопнула в ладоши:

— Пора заканчивать. Если мы не выспимся, съёмки завтра могут пойти наперекосяк.

— Ты права. Спасибо вам обеим, — с благодарностью кивнул я.

— Тогда, Кайто, иди в ванну. Пора готовиться ко сну.

— Да, понял.

Чувствуя себя виноватым за то, что задержал их так поздно, я поспешил в ванную. Быстро принял душ, почистил зубы и вернулся в гостиную, где меня уже ждали.

— Спасибо, что подождали!

— Ого, Амано-сенпай, ты так быстро управился, — удивлённо заметила Аканэ.

— Пора решать, кто где спит, — сказала Рэйна. — У меня только одна кровать и один футон, который я привезла сюда. Как будем распределяться?

— Я возьму футон, а вы двое можете спать на кровати.

— Правда? Но мне неловко оставлять тебя на полу…

— Всё в порядке. Этот футон выглядит довольно удобным.

— Ну, если ты не против… Тогда, спокойной ночи.

— Ура! Я буду спать рядом с Рэйной-сан! — счастливо пискнула Аканэ.

Девушки скрылись в спальне, оставив меня одного.

Я выключил свет в гостиной и лег на футон, готовясь к завтрашнему дню.

"Мне нужно выложиться на полную…"

Рэйна и Аканэ искренне хотели помочь мне. Ради них, ради обещания, которое я дал Рэйне, ради того, чтобы сделать этот проект лучшим из всех, я должен был отдать всего себя.

Даже если придётся сгореть дотла, я сделаю всё возможное, чтобы ни о чём не пожалеть.

С этим решением в сердце я закрыл глаза.

Наш тренировочный лагерь продолжался, наполняя дни тёплыми, незабываемыми моментами.

Мы вместе завтракали, до поздней ночи обсуждали актёрское мастерство и совершенствовали моё исполнение. Я чувствовал, как с каждым днём становлюсь лучше. Даже на съёмочной площадке, в редкие свободные минуты, я продолжал репетировать, опираясь на советы Рэйны и Аканэ. Иногда мне казалось, что я думаю об этой сцене даже во сне.

Наконец, в последнюю ночь, съёмки подошли к концу. Мы с Аканэ выполнили все свои обязанности, и теперь у нас было немного свободного времени.

Я направился в её комнату.

— Аканэ, ты готова? Юки-сан сказала, что машина уже ждёт.

— О, Амано-сенпай... Прости, но, кажется, я не смогу пойти сегодня.

— Правда?

— Я нашла кое-какие моменты, которые нужно исправить в песне, которую отправила несколько дней назад. Так что мне придётся поработать дома… Угх, я так надеялась побывать у Рэйны-сан сегодня!

— Понимаю. Всё равно спасибо, что проводила со мной время, несмотря на свою загруженность.

— Конечно! Мне тоже было весело!

Затем Аканэ вдруг наклонилась ближе, понизив голос, словно собиралась доверить мне тайну.

— Но знаешь, раз меня там не будет, это твой шанс, Амано-сенпай.

— Шанс? Какой шанс?

— Шанс поспать в одной кровати с Рэйной-сан!

— Ч-что?! Ни за что! Я не планирую ничего подобного!

— Правда? Честно говоря, я думала, что ты немного обижаешься на меня за то, что всё это время забирала место рядом с Рэйной-сан!

— Ни капли!

Я сказал это громче, чем собирался, но Аканэ только надула губы, словно была немного недовольна моей реакцией.

— А ведь Рэйна-сан сама говорила, что хочет спать с тобой в одной кровати.

— Э-э?! Рэйна… правда так сказала?

— Да! Так что, если не против, можешь сам предложить. Я уверена, Рэйна-сан была бы счастлива!

— Н-нет, нет…

Несмотря на наши долгие годы дружбы, мысль о том, чтобы спать рядом, казалась мне немыслимой.

Конечно, кое-что подобное уже случалось, когда мы останавливались в гостинице «Мидзусава», но тогда между нашими футоном всё же оставалось приличное расстояние. Да и произошло это исключительно из-за путаницы с бронированием номеров.

Но всё же…

Слова Аканэ прочно засели в моей голове, пробудив внутри лёгкое волнение.

"Рэйна… действительно так сказала?"

С момента съёмок на острове я всё чаще задумывался о том, что же чувствует Рэйна по отношению ко мне.

В конце концов, ощущая смесь волнения и лёгкого беспокойства, я направился к её комнате.

— Аканэ-тян не с тобой?

Увидев, что я пришёл один, Рэйна склонила голову, явно удивлённая.

— Она сказала, что ей нужно поработать над исправлениями для песни, которую она недавно отправила. Так что сегодня она не сможет прийти.

— Понятно... Как жаль.

Рэйна выглядела искренне разочарованной.

— Ну, оставим это и займёмся делом. Сегодня финальная доработка, так что я очень жду твоего выступления, Кайто!

— Да, спасибо!

Когда Рэйна полностью переключилась в режим актрисы, я смог сосредоточиться на своей игре безо всяких отвлекающих мыслей. Мы, как и прежде, уселись на диван в гостиной и развернули сценарий.

После краткого обсуждения я встал и представил своё выступление перед Рэйной. Она внимательно следила за каждым моим движением, а когда я закончил, захлопала в ладоши.

— Думаю, у тебя стало получаться лучше!

— П-правда?

— Безусловно! По сравнению с первым днём твои эмоции передаются гораздо яснее!

Слова Рэйны подтвердили, что я двигаюсь в правильном направлении. Я не смог сдержать радостного сжатия кулака, но тут же спросил:

— А есть моменты, которые стоит доработать?

— Ну, вот здесь мне кое-что показалось...

— Понимаю! Да, это точно нужно исправить.

Я тут же перестроил в уме свою подачу и снова отыграл сцену. Получая от Рэйны обратную связь и обсуждая с ней игру, я постепенно осваивал новую технику — умение вкладывать в актёрство собственные эмоции.

И всё это благодаря Рэйне и Аканэ. Рэйна с её невероятной, почти гениальной актёрской игрой и Аканэ, чей аналитический подход и чуткость, присущая автору песен, помогли мне взглянуть на процесс с разных сторон. Всего за эти два дня я продвинулся вперёд с такой скоростью, которую в одиночку никогда бы не достиг.

К часу ночи Рэйна наконец поставила мне высшую оценку.

— Да! Последнее выступление было идеальным!

— Неужели я действительно справился...?

— Ты передал столько эмоций, что я считаю это безупречным выступлением! Исправлять больше нечего!

Её искренние слова заставили меня облегчённо выдохнуть.

На самом деле я испытал глубокое чувство удовлетворения. Всё, что я чувствовал за эти восемь лет, пока не видел Рэйну — тоска, волнение — стало движущей силой моего исполнения. Я осознал, что эмоции способны рождать игру.

Возможно, это и есть суть актёрского мастерства, наполненного чувствами. Оглядываясь назад, я понял, что в начале просто заучивал реплики, пытаясь вызвать в себе нужные эмоции. Но в последнем выступлении эмоции сами направляли мои слова.

— Спасибо, Рэйна.

— А... Д-да.

— Что такое? Ты покраснела.

— П-просто... Смотреть на твою игру заставило моё сердце забиться чаще.

— Э? Почему?

Я не до конца понял, но Рэйна вдруг замахала руками.

— Потому что, потому что! Ты открыто показывал, как сильно хотел меня увидеть!

— О, э... Да, пожалуй.

— В твоём выступлении это было так ощутимо... Я ещё раз осознала, что ты чувствовал ко мне всё это время, все эти восемь лет...

— Если подумать... Довольно неловко осознавать, что я вот так открыто выложил все свои эмоции перед тобой.

Мне нечего было скрывать. Мы просто репетировали, и я черпал вдохновение из собственного опыта, похожего на переживания Акихисы. Но теперь, когда я это осмыслил, стало немного неловко.

— Возможно, я начала чувствовать это только сегодня. Так что, в каком-то смысле, можно сказать, что твоё эмоциональное актёрство наконец завершилось!

Рэйна улыбнулась — ярко, искренне, но её щёки всё ещё оставались слегка покрасневшими.

Когда репетиция подошла к концу, мы по очереди приняли душ и приготовились ко сну.

А потом, набравшись смелости, я заговорил:

— Эм... Рэйна...

— Что такое?

— Ты... хочешь сегодня спать вместе?

— Э?..

Рэйна заморгала, явно не сразу поняв смысл моих слов. На её лице читалось лёгкое замешательство, словно она не могла осознать услышанное. Но вскоре её глаза широко распахнулись, и она прикрыла рот обеими руками.

— Ээээ?!

А затем издала сдавленный вскрик, близкий к настоящему воплю.

— Ч-т-что ты имеешь в виду, Кайто?.. Ты хочешь спать в одной кровати?!

В тот же миг до меня дошло, что слова Аканэ были всего лишь шуткой. Если бы я хоть немного обсудил с ней подобное, Рэйна не отреагировала бы так бурно. Меня охватила волна сожаления. Что, чёрт возьми, я только что сказал?! В последнее время я и правда терял рассудок. Одной лишь этой фразой я мог разрушить всё, что нас связывало.

Но вернуть слова было уже поздно, и я тут же поклонился.

— Прости! Это не то, что ты подумала... Просто Аканэ снова надо мной подшутила.

— Аканэ-тян?..

— Ну да... Перед тем, как я пришёл, она сказала, что ты хочешь спать вместе.

— Понятно... Значит, вот как... Аканэ-тян говорила, что будет меня поддерживать, но, по-моему, это уже чересчур...

Рэйна пробормотала что-то себе под нос, но я был слишком взволнован, чтобы уловить её слова. Поспешно продолжил:

— Прости, Рэйна. Забудь, что я сказал. Я просто лягу здесь...

— П-подожди, Кайто!

Она вдруг крепко ухватилась за рукав моей пижамы.

Я посмотрел на неё — Рэйна смотрела на меня в смущении, слегка нервно переминаясь.

— Я ведь... не говорила, что против...

— Э?..

— Т-то есть!.. Если ты хочешь, я не против... Просто, ну... До вчерашнего дня рядом со мной спала Аканэ-тян, и мы много разговаривали перед сном. А теперь вдруг одной — немного... одиноко.

Её слова задели меня врасплох. Я не мог вымолвить ни слова. Рэйна отвела взгляд, вся покрасневшая, но так и не разжала пальцы, удерживая меня за рукав.

"Ч-что мне теперь делать...??"

Это ведь я сам сказал глупость, но теперь, когда всё зашло так далеко, я совершенно растерялся. Спать в одной постели с Рэйной?.. Почему она согласилась? Может, для неё я по-прежнему просто друг детства? Но тогда почему она так смущена?.. Я никак не мог понять её чувств.

— Ты... правда не против?..

— Д-да...

Возможно, мы оба были слишком уставшими после долгих съёмок и репетиций.

Около двух часов ночи мы оказались рядом в одной постели. Я впервые лёг в кровать Рэйны. Да и в целом — впервые оказался в постели девушки.

Кровать была небольшой, но мы смогли расположиться так, чтобы не касаться друг друга. Однако в такой ситуации невозможно не нервничать. Стоило мне чуть подвинуться — и я мог бы легко обнять её.

— Кайто, можно я выключу свет?

Рэйна повернулась ко мне, её голос был чуть тише обычного.

Выключатель находился прямо у изголовья, так что можно было погасить свет, уже лёжа в кровати. Но даже если бы она выключила его сейчас, заснуть мне бы не удалось. Тело было измотано, веки тяжело опускались, но напряжение не давало расслабиться.

— Тогда я выключу... Ой, но сначала скажу одну вещь.

— Что такое?

— Когда я сплю, то часто ворочаюсь... Вчера я вообще использовала Аканэ-тян как обнимательную подушку. Проснулась и обнаружила, что обнимаю её. Так что, если вдруг прижмусь к тебе во сне, просто оттолкни меня.

— Ч-чего?!

— Не волнуйся, я крепко сплю. Даже если немного подтолкнёшь, не проснусь.

— Д-да дело не в этом... Это может оказаться проблемой!

Если Рэйна действительно обнимет меня во сне... Я не уверен, что выдержу. Я нахмурился, а Рэйна несколько раз моргнула, прежде чем слегка надулась.

— П-подожди... Тебе ведь не было бы неприятно, если бы я тебя обняла, да?..

— Э?..

Эту фразу я как-то ляпнул от смущения, когда заботился о ней... Кто бы мог подумать, что Рэйна её запомнит и припомнит мне сейчас?!

Конечно же, мне было бы совсем не неприятно...

Рэйна, казалось, совершенно не замечала моего замешательства. Она пододвинулась ближе, устроив голову у меня на груди.

От её смелости сердце бешено заколотилось.

— Видишь? Даже на таком расстоянии...

Но вдруг она осеклась.

Её взгляд замер, и в следующую секунду лицо вспыхнуло румянцем. Она услышала, как быстро и громко стучит моё сердце.

Рэйна тут же отпрянула, и в комнате повисла невыносимо неловкая тишина.

— Эм... прости. В такой ситуации сложно не нервничать...

— П-погоди, Рэйна! Ты ещё спрашиваешь, заставила ли меня нервничать?!

— Т-то есть... ты правда?..

— Я не мог иначе!

Я выпалил это, сам не осознавая, насколько громко. После чего резко отвёл взгляд, вскочил с кровати и отступил назад.

— Прости, но это... это уже перебор. Я пойду спать туда.

— Д-да... П-прости, что странно себя повела...

Я поспешил в гостиную и забрался под футон, который заранее был там расстелен. Но даже после этого я долго не мог сомкнуть глаз.

Всего в нескольких шагах от меня Рэйна уже, кажется, уснула, её дыхание было размеренным и лёгким. А в воздухе всё ещё витал её сладкий, ни с чем не сравнимый аромат. Я не мог забыть ощущение её тела рядом. Всё это слишком живо отпечаталось в сознании, сотрясая душу и сердце.

"Я так не могу... Всё время думаю о Рэйне..."

Когда мы спали рядом в гостинице «Мидзусава», у меня не было таких чувств. Да, сейчас мы оказались ближе друг к другу, но дело было не только в этом.

С каждым днём я всё острее осознавал, что мои чувства к Рэйне выходят за рамки дружеских. Они росли, становясь чем-то гораздо большим, чем просто привязанность к подруге детства...

На следующее утро между нами с Рэйной царила неловкая атмосфера. Мы ещё раз разобрали мою игру, проверяя последние детали, а затем вместе отправились на съёмочную площадку. Рэйна заметила, что я улучшил своё исполнение даже по сравнению со вчерашним вечером, и теперь уж точно смогу впечатлить режиссёра Мориту.

Как только мы прибыли, съёмки начались в обычном режиме. В этот день снималась последняя сцена с Акари, если не считать финального эпизода. Завершив свою роль, Рэйна потянулась, широко раскинув руки.

— Фух! Теперь я надолго прощаюсь с этой площадкой.

— Точно, я даже забыл об этом. Хорошая работа.

— Но с завтрашнего дня работы только прибавится. У меня интервью для журналов, съёмки рекламы, записи на развлекательных шоу, участие в мероприятиях, автограф-сессии... И всё это всего за один день.

— Ух... Это просто безумный график...

Глядя на её расписание, я невольно усмехнулся. Рэйна говорила, что откладывала другие проекты ради «Сезона первой любви», но в индустрии развлечений её считали одной из самых востребованных талантов.

— Но знаешь, жалко, что я не смогу увидеть твоё выступление вживую. Мы столько вместе репетировали...

— Да, верно...

— Ну ничего, я буду ждать трансляции.

Пока мы разговаривали, со своей сцены вернулась Аканэ и сразу же посмотрела на меня.

— У Мориты-сан сообщение. Сегодняшние съёмки завершены, он хочет, чтобы ты к нему зашёл.

— Понял.

Для меня это был ключевой момент дня. Я сжал кулак, собираясь с духом, и почувствовал, как Рэйна мягко коснулась моего плеча.

— Удачи, Кайто.

— Да, спасибо.

Я направился по коридору к комнате режиссёра Мориты. Постучав, вошёл внутрь и встретил его взгляд.

— Ну, как прошло? Готов?

— Да. Я уверен в себе.

— Рад слышать. Тогда покажи.

Я глубоко вздохнул и начал своё выступление.

То же самое чувство гармонии, что и утром, когда я показывал свою игру Рэйне, вновь охватило меня. Я смог идеально передать эмоции и сыграть сцену так, как задумывал. Всё прошло безупречно. Я вложил в это выступление сто процентов своих сил. Закончив, я почувствовал настоящее удовлетворение.

Но когда я взглянул на режиссёра Мориту...

Его нахмуренные брови и суровое выражение лица заставили меня похолодеть.

После месяцев работы над драмой я уже умел читать его реакции — и сейчас он явно был недоволен.

"Что?.. Я действительно всё провалил?"

Я не ожидал такого отклика, и это выбило меня из колеи.

Морита-сан молча смотрел в потолок, словно обдумывая что-то, а затем, спустя, казалось, вечность, тихо произнёс:

— Это не то.

Его слова были краткими, чёткими и беспощадными.

Воздух в комнате стал тяжёлым.

Я замер, не в силах что-либо сказать. Прошло, наверное, десять секунд напряжённого молчания, прежде чем я наконец обрёл голос.

— Что я сделал не так?

— Хм... Как бы это выразить...

Режиссёр задумчиво подбирал слова. Казалось, даже он сам ещё не до конца понял причину.

— Ты явно отработал эмоциональную игру, — медленно начал Морита-сан. — Визуально кажется, что ты прекрасно передаёшь чувства… но это не та игра, которую я ищу. Здесь есть какое-то несоответствие.

Я стиснул зубы.

— Что мне нужно исправить?

Режиссёр нахмурился.

— Не знаю. Может, тебе вообще не стоит делать акцент на эмоциях. Я просил тебя сосредоточиться на этом, но, возможно, тебе просто не подходит этот стиль. В любом случае, в таком виде сцена не сработает.

Он тяжело вздохнул, словно смирившись с чем-то, а затем сказал:

— Так или иначе, тебе нужно всё переделать. Амано, доведи сцену до ума перед съёмками. То, что ты только что показал, — это не Акихиса.

— ...Понял.

Я уже знал по опыту, что расспрашивать Мориту-сана в такие моменты бесполезно. Единственное, что оставалось, — это заново выстроить своё исполнение, исходя из его слов.

Но как мне это сделать?

С Рэйной и Аканэ мы три дня оттачивали эту сцену. Я был уверен, что довёл её до совершенства. А теперь мне снова предстояло пересмотреть всё, не имея ни малейшего представления, с чего начать. До съёмок оставалось всего четыре дня.

С тяжёлым сердцем я вернулся в гримёрку, где Рэйна и Аканэ уже ждали меня, тревожно переглядываясь.

— Ах, Кайто! Как всё прошло...?

Рэйна тут же шагнула ко мне, но, заметив моё выражение, оборвала себя на полуслове.

— Амано-семпай... значит, всё плохо?

На этот раз первой заговорила Аканэ.

Я слабо кивнул.

— Он сказал, что я сыграл неправильно. Сказал доработать, но я даже не знаю, в каком направлении двигаться... Что мне делать?

Я неосознанно дал волю отчаянию, и оно тут же отразилось на лицах Рэйны и Аканэ. Я пожалел о своих словах.

Рэйна потупила взгляд.

— Прости, Кайто... Я ведь думала, что твоя игра была идеальной...

— Это не так! — сразу же ответил я. — Благодаря вашим советам я очень вырос.

— И что ты собираешься делать дальше, Амано-семпай? Тебе нужна наша помощь?

Я задумался.

За последние три дня Рэйна и Аканэ уже дали мне всё, что могли. Они и так уделяли мне время, несмотря на собственные плотные графики. Я не мог больше навязываться, особенно не имея чёткого плана.

Помолчав немного, я кивнул, убеждая самого себя.

— Пока что попробую разобраться сам.

— Поняла. Тогда, Кайто, не сдавайся!

— Если что-то понадобится, просто скажи!

— Да. Спасибо.

Попрощавшись с ними, я направился домой.

— «Моя игра не была Акихисой», да?..

Прошло два дня с тех пор, как я услышал этот приговор от Мориты-сан.

Сейчас, пока шли съёмки, я сидел в одиночестве, вновь и вновь прокручивая его слова в голове. Что же было не так в моём исполнении? Как бы я ни пытался разобраться, ответа не находилось.

"Неужели я не могу поднять свою эмоциональную игру на более высокий уровень?.. Может, мне вообще стоит полностью переосмыслить подход?"

Возможно, самой большой ошибкой было то, что я пытался применить новый стиль как временное решение. Всё, что я создавал годами, было результатом тщательных расчётов. Именно этот стиль заметил Морита-сан, именно за него он выбрал меня на главную роль.

Так, может, мне следовало просто придерживаться прежнего метода? Ведь он сам сказал, что эмоциональная игра мне, возможно, не подходит.

"Использовать свои сильные стороны и создать «наполненное эмоциями» выступление через чёткие расчёты… Если пойти по этому пути, всё станет ясно. Я смогу подготовиться так, как всегда это делал."

Но внутри всё равно оставалось сомнение: действительно ли это правильный путь?

Я слишком много размышлял. Голова уже начинала гудеть, и я решил сделать небольшую паузу.

Мой взгляд рассеянно устремился в окно, но мысли тут же унесли меня к определённой девушке.

"Рэйна… Чем она сейчас занята?"

С тех пор как она перестала появляться на съёмочной площадке, мы не общались.

Она говорила, что не будет выходить на связь за три дня до съёмок, чтобы не мешать мне сосредоточиться.

Но после всего, что произошло — двух ночных съёмок, времени, когда я заботился о ней, и тех дней, что мы провели на тренировочном сборе, — было странно внезапно не видеть её совсем.

Прошло всего два дня, а я уже ловил себя на мысли о ней в самые неожиданные моменты.

Я хотел увидеть Рэйну. Хотел позвонить ей. Или хотя бы написать.

Эта мысль пронзила меня так резко, что я в спешке хлопнул себя по щекам.

"Ах, о чём я думаю! Мне нужно сосредоточиться!"

В конце концов, времени на сомнения не осталось.

Раз моя эмоциональная игра не подошла, мне не оставалось ничего, кроме как вернуться к прежнему стилю.

Я должен быстро проанализировать сценарий, тщательно всё разобрать и выстроить своё исполнение с холодным расчётом.

Сжав в руках ручку, я выдохнул, настраивая себя на работу.

Теперь всё зависело только от меня.

И ещё один день пролетел.

Накануне съёмок сольной сцены я, наконец, освободился от работы и буквально рухнул в кресло гримёрки.

— Я вымотан...

Было бы здорово, если бы я мог сосредоточиться исключительно на подготовке к сольной сцене, но съёмки шли каждый день. Балансировать между работой и репетициями оказалось куда сложнее, чем я думал, а нехватка сна за последние дни довела моё тело до предела.

Качество моего исполнения тоже оставляло желать лучшего. Я сумел создать нечто, отдалённо напоминающее нужную сцену, но не был уверен, что она соответствовала высоким требованиям, которые предъявлял режиссёр Морита. В итоге это выглядело просто как продолжение моей привычной актёрской игры, без той силы, которая могла бы захватить зрителя — такой, как в выступлениях Рэйны.

— Интересно, Рэйна ещё работает?..

Я неосознанно достал телефон и открыл её контакт. Палец завис над кнопкой вызова, но в последний момент я замер.

Мне не о чем было говорить.

Не возникло ни конкретных вопросов по игре, ни других тем, которые можно было бы обсудить. Я просто хотел немного поговорить. Но Рэйна наверняка была занята, и я не хотел зря отнимать у неё время.

Вздохнув, я отложил телефон в сторону и, уткнувшись лицом в руки, закрыл глаза. В этот момент дверь гримёрки тихо открылась.

Вошла Аканэ — мы как раз снимали вместе сцену чуть раньше.

— О, вот ты где, сенпай. Юки-сан тебя искала.

— Аканэ...

Я приподнял голову, и она на мгновение удивлённо моргнула, а затем быстро подошла и крепко ущипнула меня за щёку.

— Ты выглядишь ужасно.

— Ах, да... Прости, просто немного вымотался.

Её лицо сразу приобрело обеспокоенное выражение. Она задумчиво опустила взгляд, а затем спросила:

— Твой образ... Ты так и не доработал его, да?

— Я пытался пересмотреть подход, но всё ещё недоволен результатом. Я словно застрял и не знаю, что делать.

— Покажешь мне?

— Можно? О, но мне нужно сначала написать Юки-сан.

Поскольку меня обычно забирали после съёмок, мы заранее договаривались о месте встречи. Однако сейчас я был настолько вымотан физически и морально, что чуть не забыл предупредить её. Быстро написав сообщение, я повернулся к Аканэ и сыграл сцену.

Закончив, я посмотрел на неё. Её лицо явно выражало недовольство.

— Эээ... Что это было, сенпай?

— Что ты имеешь в виду?

— Исполнение, конечно, хорошее. Обычный уровень твоей актёрской игры. Но это совсем не то, что мы отрабатывали на тренировочном сборе, верно?

— Да. После слов режиссёра Мориты я долго думал... и решил отказаться от этого подхода. Кажется, он мне просто не подходит.

На самом деле я не собирался полностью его забрасывать. В тренировочном лагере я действительно почувствовал, что кое-что уловил, и знал, что научился привносить эмоции в игру. Поэтому после этой дорамы я планировал продолжить работать в этом направлении.

Но сейчас... Времени на изменения просто не оставалось.

Аканэ на мгновение задумалась, потупив взгляд, но затем подняла глаза и пристально посмотрела на меня.

— Сенпай, значит, ты собираешься сыграть так, как сейчас?

— Да. Я просто расчитаю и построю эмоциональную сцену технически.

— Но... В твоей игре сейчас нет той силы, которую я видела в лагере.

Её слова были слишком прямыми, и оттого они больно ударили.

— Понимаю...

— Ты сам говорил, что сольная сцена в двенадцатой серии должна производить впечатление сама по себе. Обычные приёмы, которые ты использовал до этого, не сработают. Именно поэтому ты так упорно тренировался, верно?

— Я знаю это лучше, чем кто-либо другой! Но съёмки завтра! Если я снова изменю подход и получу жёсткую критику... у меня просто не останется времени на исправления. Так что хотя бы так я смогу довести сцену до приемлемого уровня.

Я не хотел срываться на Аканэ, но голос прозвучал резче, чем я намеревался. Мне тут же стало не по себе.

Я не хотел делать финальную сцену посредственной. Не после того, как Рэйна так старалась во время съёмок на острове. Я искренне хотел исполнить её идеально.

Аканэ ненадолго задумалась, а затем спросила:

— Как ты играл перед режиссёром Моритой? Я ведь не видела финальную версию.

— Это правда.

— Если не возражаешь, можешь показать мне? Может, я смогу чем-то помочь.

— Хорошо... Попробую.

Я кивнул, на мгновение сосредоточился и сыграл сцену так, как делал это перед режиссёром Моритой.

Прошло всего два дня, и я прекрасно помнил те эмоции, которые вложил в своё исполнение. Я ощущал их в полной мере.

Но когда закончил, Аканэ посмотрела на меня с явным смущением на лице.

— …Кажется, я начинаю понимать, что имел в виду режиссёр Морита.

— А? Правда?

— Д-да. Возможно, я ошибаюсь, но...

— Всё равно хочу услышать. Скажи мне.

В этот момент я был готов принять любые мысли, которые могли бы мне помочь. Я был в таком отчаянии.

Аканэ немного замялась, но затем медленно заговорила:

— Хорошо, скажу. Твоё исполнение… совсем не похоже на Акихису.

— Что?

— Конечно, эмоции были. Это было сильное, впечатляющее исполнение, трогающее за живое. Но в этой сцене Акихиса должен взорваться от желания не расставаться со своей девушкой, Акари. Мне кажется, этого чувства не было в твоей игре. Из-за этого всё выглядело немного… разобщённо.

— Эмоции... не совпадали?..

Её слова ударили меня, как гром среди ясного неба.

А затем Аканэ сказала решающую фразу:

— Ты говорил, что черпаешь эмоции из тех восьми лет, что не видел Рэйну, и вкладываешь их в свою игру. Но… это действительно те чувства, которые испытывает Акихиса к Акари в этой сцене?

Она была абсолютно права.

Я сразу понял, что Аканэ хочет сказать, и да — это было в точку.

Разрозненные части пазла сложились воедино.

— Вот оно что...

— Эм, значит, я действительно правильно поняла?

— Да. Попала прямо в яблочко. Спасибо, Аканэ.

Почему же я не осознал этого раньше?

До нашей встречи в апреле я, конечно, скучал по Рэйне все эти восемь лет. Но это было лишь чувство тоски по другу детства, восхищение ею как актрисой и желание однажды приблизиться к её уровню.

Да, Рэйна, которую я видел на экране, была милой и обаятельной. Но романтических чувств я к ней не испытывал.

Значит, они не совпадали с эмоциями Акихисы. Я пытался натянуть чуждые мне переживания на его характер, и из-за этого всё казалось натянутым, фальшивым. Я с самого начала выбрал неправильный подход. В попытках найти чувство "я хочу видеть, но не могу" я бессознательно зациклился на самом сильном воспоминании последних восьми лет.

И — как только я это понял, решение оказалось простым.

Если я копался не в тех эмоциях... значит, мне просто нужно найти другие.

Те, которые действительно совпадают с чувствами Акихисы. Те, что исходят от человека, по-настоящему влюблённого в девушку, но не имеющего возможности быть с ней.

К счастью, такие эмоции у меня были.

Более того, я испытывал их прямо сейчас. Они были свежими, горячими и по-настоящему сильными.

— Сенпай… Ты в порядке?

Похоже, я слишком долго молчал, и Аканэ, немного нервничая, заговорила первой. Я заставил себя улыбнуться.

— Прости, просто задумался. Но благодаря тебе у меня появилась идея.

— Правда? Ты успеешь к завтрашнему дню?

— Да. Что бы ни было, я сделаю это.

На этот раз Аканэ удивлённо моргнула, а затем её лицо озарилось знакомой игривой улыбкой.

— Ну вот, теперь ты выглядишь намного лучше! Наконец-то могу вздохнуть с облегчением.

— Прости за беспокойство. Ты мне очень помогла.

— Ну что ж, я завтра не смогу быть на площадке, так что буду ждать трансляции!

Сказав это, Аканэ развернулась и ушла.

Я достал телефон, написал Юки-сан и направился домой.

Когда я вернулся домой, то твёрдо решил сосредоточиться на одном-единственном чувстве — своём желании увидеть Рэйну.

В последние три дня оно охватывало меня снова и снова.

До сих пор я воспринимал это желание лишь как помеху, которая мешала моей игре, и старался загнать его куда-то в глубины сознания. Но теперь... теперь я сознательно позволил этому чувству расти, разрастаться внутри меня, заполняя всё пространство.

Отложив в сторону сценарий и мысли о завтрашних съёмках, я сосредоточился только на Рэйне.

"Она... действительно удивительная девушка..."

Стоило закрыть глаза, как память тут же накрыла меня лавиной.

За последний месяц произошло так много всего.

Мы учили друг друга плавать. Я пригласил её на ужин. Мы столкнулись в споре во время съёмок на острове. Я помогал ей, заботился о ней. Потом был тот учебный лагерь... Именно там, в сцене поцелуя, я наконец осознал свои чувства. И с каждым днём они только крепли.

Чем больше времени я проводил рядом с ней, тем сильнее становилось моё влечение.

Теперь же, прошло всего три дня — и одно лишь осознание, что я не видел её всё это время, заполнило меня безграничным желанием встретиться.

Это чувство разительно отличалось от той тоски, что я испытывал на протяжении восьми лет.

Раньше мне просто хотелось снова увидеть её — как друга детства, как актрису, которой я восхищался и к которой стремился.

Но это не было чем-то настолько сильным, всепоглощающим, не было этим огнём, сжигающим изнутри.

"Да... вот оно..."

После нашего ужина я думал, что смогу довольствоваться тем, что мы останемся просто друзьями. Что даже после завершения съёмок мы сохраним тёплые отношения.

Но... теперь этого было недостаточно.

Я хотел проводить с ней намного больше времени, даже когда работа над дорамой закончится. Хотел оставаться в её жизни.

Если исчезнет связь, что связывает нас как партнёров по съёмкам, мне нужна была другая — ещё более прочная.

Не просто друзья детства.

Что-то гораздо большее.

Сдерживать нахлынувший порыв оказалось невероятно трудно.

Я всегда считал себя довольно спокойным человеком, но это чувство было слишком сильным. Мне приходилось сжимать пальцы в кулак, чтобы не поддаться импульсу сорваться с места и тут же поехать к ней.

Лишь преодолев это желание, я наконец взял в руки сценарий.

Пришло время заново проработать эмоции.

Теперь я знал, что делать.

Я овладел приёмами передачи чувств в игре ещё во время недавнего учебного лагеря, поэтому технически мне было проще. Всё, чему я научился благодаря Рэйне и Аканэ, теперь работало на меня.

И чем больше я репетировал, тем яснее понимал, как быстро осваиваю новый подход.

В этот раз всё сложилось воедино.

До полуночи оставалось ещё немало времени, но в моём сердце уже поселилась уверенность в завтрашнем дне.

С этой мыслью я закончил репетицию и, наконец, позволил себе немного отдохнуть.

Следующий день.

Съёмки начались с самого утра.

Во время пробных прогонов, репетиций с камерой и технических прогонов я произносил свои реплики с упрощённой игрой, осторожно нащупывая нужное настроение сцены.

Обычно я играю расчётливо, поэтому многократные повторения сцен не создают для меня особой нагрузки. Я всегда стремлюсь выкладываться на сто процентов даже на репетициях, стараясь приблизить исполнение к тому, что будет в итоговом дубле.

Но именно эту сцену нельзя было повторять слишком много раз.

Чем чаще я бы её играл, тем сильнее стирались бы эмоции, которые я так старательно культивировал в себе накануне.

Я был уверен: лучше вложить всю энергию в один-единственный, мощный дубль.

— Ладно, готовимся к финальному дублю! — раздался голос режиссёра Мориты.

Я занял исходную позицию, глубоко вдохнул.

Раздался звуковой сигнал, и съёмка началась.

Акихиса, решивший отказаться от Акари, но так и не сумевший этого сделать, был готов взорваться от невозможности сдерживать чувства.

Сцена была длинной, и я вложил в неё всё, что у меня было.

Я забыл о камерах.

Я забыл о съёмочной площадке.

Реплики лились сами собой, словно они исходили из самой глубины моей души.

С каждым произнесённым словом чувства внутри меня накалялись всё сильнее.

И вот — я впервые испытал это странное ощущение: будто я больше не был собой.

Будто я и Акихиса стали одним целым.

После этого я почти ничего не помнил.

Решительно настроенный отыскать пропавшую Акари, Акихиса объединился с Сарой, чтобы прочесать все возможные места.

И вот, после долгих поисков, он наконец нашёл информацию о рейсе, на который Акари собиралась улететь.

Но узнал он об этом всего за несколько часов до вылета.

Акихиса бросился в аэропорт, прекрасно понимая, что отыскать её в огромном здании будет нелегко.

Но у него не было права на колебания.

Наступила финальная сцена.

Съёмки до этого момента шли гладко.

Я всё ещё не видел Рэйну и не контактировал с ней.

Я не писал ей, и она тоже не выходила на связь.

"Сегодня наконец-то последний съёмочный день..."

Смешанные чувства бурлили внутри, пока я направлялся на площадку.

Финальную сцену снимали в огромном здании, так как проводить съёмки в настоящем аэропорту было слишком затруднительно. Это место уже много раз использовалось в других дорамах, когда требовался антураж аэропорта.

— Доброе утро, режиссёр Морита.

— Доброе. Как и обсуждали, репетиции будут проходить отдельно. Ты пойдёшь первым.

— Понял. Спасибо.

После предыдущих съёмок режиссёр подробно расспрашивал меня о том, как я выстраивал свою игру. Когда я рассказал ему обо всём, включая свои чувства к Рэйне, он предложил особый подход к постановке финальной сцены: мы с Рэйной будем репетировать по отдельности и встретимся только во время самой съёмки.

Если бы я увидел Рэйну раньше времени, эмоции, которые я так старательно взращивал в себе, могли бы утратить свою остроту.

Я не видел её уже около недели, и за это время тоска по ней только усилилась.

Именно эти чувства я хотел вложить в финальный дубль.

Морита похлопал меня по плечу.

— Ну что, Амано. Сегодня ты можешь делать всё, что хочешь.

— Э-э? Всё, что хочу?

— Не думай ни о чём лишнем. Просто играй так, как сам считаешь нужным. Я подумал, что так сцена получится лучше всего.

— Понял...

Обычно режиссёр Морита тщательно прорабатывал каждый кадр и долго объяснял, какой видит сцену.

Но в этот раз он решил иначе.

Я не знал, что он задумал, но просто кивнул.

Когда я закончил свою сольную репетицию, Рэйна ещё не приехала.

Я вернулся в комнату для ожидания и устроился в кресле, прислушиваясь к своим мыслям.

— Хорошая работа. Тебе что-нибудь нужно?

Я поднял взгляд — Юки-сан заглянула в комнату.

— Тут рядом есть магазин. Хочешь, принесу что-нибудь?

— Спасибо, но не нужно. Здесь уже и так полно еды.

На площадке было достаточно всего — бутылированная вода, чай, бэнто, онигири, сэндвичи, снэки...

Да и есть мне сейчас не особо хотелось.

— Кстати, Рэйна уже приехала?

— Ага, начала репетировать.

— Понятно.

Юки-сан вдруг ухмыльнулась.

— А ещё, знаешь, я тут встретила Карин. Она сказала, что ты уже неделю не связывался с Мидзусавой-сан?

— Ну да, так и есть.

— Что, поссорились?

Юки-сан не знала, что я намеренно держался на расстоянии, чтобы использовать свои чувства для игры.

Но, услышав её вопрос, я задумался.

То, что я собирался сделать после съёмок, было важным.

И, если я действительно хотел быть честным, мне стоило обсудить это с Юки-сан прямо сейчас.

Я глубоко вздохнул и посмотрел ей прямо в глаза.

— Эм... что такое? — нахмурилась Юки-сан.

— Есть одна вещь, о которой мне нужно с тобой поговорить.

— О, и что же?

— Я... могу завести девушку?

Актёров, в отличие от некоторых айдолов, не ограничивают строгими запретами на романтические отношения.

Но мы всё равно публичные люди, и любое личное событие может попасть в прессу.

Поэтому нас учат заранее сообщать агентству о подобных вещах, чтобы оно могло поддерживать нас и вовремя реагировать на возможные ситуации.

Я знал тех, кто скрывал свои отношения от менеджеров.

Но я не хотел скрывать ничего от Юки-сан — человека, который так долго меня поддерживал.

Она удивлённо распахнула глаза.

А потом широко улыбнулась.

— Вот оно что... Ты наконец-то задумался об этом, да? А ведь совсем недавно казалось, что актёрство — это твоя единственная любовь.

— П-правда?

— Ага. До этой дорамы я вообще сомневалась, что тебя интересуют девушки.

Она рассмеялась.

— Ну, а если серьёзно, конечно, можешь. Разве у меня есть право запрещать тебе?

— Спасибо большое.

— Фух... Вот оно, взросление. Амано-кун наконец-то собирается завести девушку!

— Ну, я не знаю наверняка. Всё зависит от её ответа.

Я мог получить отказ.

Но, размышляя о Рэйне все эти дни, я осознал, насколько она мне дорога.

Как и Акихиса, который не хотел терять Акари, я боялся, что после окончания дорамы наши пути с Рэйной разойдутся.

И именно поэтому я был готов действовать.

Возможно, эта смелость пришла ко мне от Акихисы самого.

Спустя некоторое время меня снова вызвали на площадку для съёмок.

Репетиция Рэйны уже завершилась, и теперь она была готова к настоящему дублю.

Когда я вернулся на съёмочную локацию, она была там — та, кого я хотел увидеть больше всего на свете.

"Рэйна..."

Она сидела в кресле, пока визажист поправлял её макияж. Заметив меня, Рэйна робко помахала рукой, и от одного этого жеста моё сердце сбилось с ритма.

Я всегда считал её невероятной красавицей, но сегодня она выглядела ещё очаровательнее, чем обычно.

Мне казалось, что нет никого милее неё во всём мире.

Я хотел сразу же подойти и заговорить, но прежде, чем я успел это сделать, голос режиссёра Мориты остановил меня.

— Ладно, начнём. Займите позиции, как репетировали.

Мы оба кивнули и заняли свои места.

Последняя сцена начиналась с того, что Акари, терзаемая сомнениями, направляется к зоне вылета. Акихиса замечает её и бросается вперёд, выкладываясь до последнего.

Когда всё было готово — массовка на местах, камеры настроены — поступил сигнал, и я, приложив руку к груди, глубоко вдохнул.

Я посмотрел на Рэйну, стоящую чуть поодаль.

Чувства, бушующие внутри меня как у Амано Кайто, идеально совпадали с эмоциями Акихисы по отношению к Акари.

Я осознал эту связь ещё несколько дней назад, а к сегодняшнему дню довёл её до совершенства.

Я медленно выдохнул.

Заполняя себя чувствами Амано Кайто, я перелил их в сосуд Акихисы —

— Последняя сцена, дубль первый, камера один. Готовы… мотор!

Сигнал был дан, и я, вложив в голос всё, что переполняло меня, закричал:

— АКААРИИИИ!

В центре зала международных вылетов, среди сотен пассажиров с чемоданами, мой голос прорезал шум и мгновенно привлёк внимание окружающих.

Но мне было всё равно.

Ведь передо мной стояла та, кого я ждал.

Акари, уже направившаяся к стойке регистрации, услышав своё имя, резко обернулась. В её глазах читался шок — она явно не ожидала увидеть меня здесь.

— Акихиса...? Что ты здесь делаешь?

— Конечно же, пришёл за тобой!

Я бросился к ней.

В её взгляде смешались радость и сомнение, но когда я схватил её за плечи, она резко отстранилась и почти выкрикнула:

— Почему? Почему ты пришёл?

— Почему...

— После всего, что случилось... Я думала, ты меня ненавидишь. Думала, ты забудешь обо мне!

Я знал, что Акари не захочет меня видеть. Мы давно не общались, и она даже не сказала мне, что собирается уехать.

Я был готов к её отстранённости.

Но, услышав эти слова из её уст, я почувствовал, как в груди что-то сжалось.

— Ты меня ненавидишь?

— Нет! Я никогда не смогла бы тебя ненавидеть, Акихиса!

— Тогда почему?..

— Ты же понимаешь! Я уезжаю за границу! Мы будем далеко друг от друга... Это не то расстояние, через которое можно просто взять и приехать в гости! Мы можем не увидеться очень долго!

— Это правда, но...

— Ты добрый, честный... Я знаю, каким ты являешься, Акихиса. Я думала, даже если ты разлюбишь меня, ты не сможешь так просто завести новую девушку... И я не хотела, чтобы ты страдал из-за этого! Поэтому...

Её голос дрожал, но в этих словах читалась внутренняя борьба.

Акари не ненавидела меня.

Она по-прежнему любила.

Но именно потому, что она заботилась обо мне, она не хотела привязывать меня к себе, зная, что расстояние не даст нам быть вместе.

Этот конфликт разрывал её изнутри.

По сценарию, в этот момент Акихиса должен был пошатнуться.

— Поэтому... с тобой...

Голос Акари дрожал, в её глазах отражалась буря эмоций.

Но…

Расстаться здесь и сейчас, потому что так хочет Акари?

Принять её решение?

Ни за что!

Сценарий требовал, чтобы Акихиса сжал губы, опустил взгляд и, подавленный решимостью Акари, сказал, что если она так считает, то…

Они могут попрощаться.

В ответ Акари должна была молчать, но в следующую секунду, глядя на того, кого так любила и кого пыталась оттолкнуть, не выдержать и расплакаться.

А потом — броситься в его объятия, признавшись, что не хочет разрыва, что любит его и боится отпустить.

Но…

Слова сценария разлетелись на куски, отвергнутые моими собственными чувствами.

"Принять её решение? Отпустить? Какой же это бред!"

Я любил Акари.

Я не хотел расставаться.

Я любил Рэйну.

Я хотел стать для неё кем-то особенным.

Горячие эмоции разгорали внутри, вытесняя холодные доводы разума.

И я…

Не думая, просто поддался чувству.

Прежде чем успел осознать, я уже обнимал Рэйну — крепко, отчаянно, так, словно боялся, что она исчезнет.

— Я больше не хочу этого слышать!

Прежде чем она успела сказать хоть слово, прежде чем между нами вновь легла пропасть сомнений…

Я склонился к ней и впился в её губы.

Не руками.

Не словами.

Я запечатал её голос поцелуем.

Рэйна не отстранилась.

Не оттолкнула меня.

Словно это было самой естественной вещью на свете.

Где-то в глубине сознания вспыхнула тревога — это было против всех правил актёрской работы.

Это не было частью сценария.

Это не обсуждалось на репетиции.

Это был полный срыв, абсолютная импровизация.

Но уже поздно было что-то менять.

Слова сами вырвались наружу:

— Я люблю Акари! И это никогда не изменится!

— Но…

— Нет никакого "но"! Да, будет больно, если мы не сможем видеться… но разлука — это ничто по сравнению с мыслью, что мы расстанемся!

— Акихиса…

Рэйна, не колеблясь ни секунды, подхватила мою импровизацию.

Мы оба вышли за пределы сценария, но это казалось естественным, словно мы репетировали этот момент тысячи раз.

Не было ни одной реплики, которая должна была следовать дальше.

Но никто не крикнул "стоп".

И я вдруг вспомнил слова режиссёра Мориты перед съёмками.

"Сегодня ты можешь делать всё, что захочешь."

"Он знал? Он предвидел, что это случится?"

Не важно.

Сейчас это не имело никакого значения.

Сейчас я просто следовал своим чувствам, позволял им вести себя.

— Так что… будь со мной...

"Вот оно."

Я понял.

Даже та искренность, что я вкладывал в свои предыдущие выступления, была неполной. До этого я думал, что нужно наполнять реплики эмоциями. Но сейчас... Сейчас я осознал: это не так. Это эмоции создают игру.

Слова просто текли. Тело двигалось само.

Сценарий? Его больше не существовало.

Была лишь сцена. Были только чувства.

Любовь Акихисы к Акари.

Мои чувства к Рэйне.

Я больше не мог различить, где заканчивается персонаж и где начинаюсь я сам. Мы были едины.

"Так нельзя... Разве это вообще можно назвать актёрской игрой?"

Это было неправильным. Я осознавал это. Игнорировать сценарий, делать всё на эмоциях, просто плыть по течению чувств — это должно было привести к хаосу.

Но...

Но это финальная сцена.

Здесь не будет продолжения.

Ошибки не имели значения. Я отбросил сомнения и отдался вихрю эмоций полностью.

— Прошу, не расставайся со мной! Давай останемся вместе!

— Ты... Ты правда этого хочешь? Ведь я... Я сделала тебе так больно...

— Да! Скажи мне свой ответ!

— Акихиса...

Акари замолчала.

А затем... заплакала.

Я видел, как рушатся её стены. Как всё, что она так долго сдерживала внутри, наконец вырывается наружу.

Она дрожала, не в силах справиться с нахлынувшими чувствами.

А потом...

(Касание.)

Губы Рэйны соприкоснулись с моими.

Это был ответ. Её ответ.

Я ощутил, как внутри меня вспыхивает ещё большая буря эмоций.

— Спасибо... Спасибо, Акихиса... Теперь я могу сказать это!

— Акари...

— Я люблю тебя, Акихиса! Я не хочу расставаться! Мне страшно быть далеко, но даже если мы будем в разных странах, даже если долго не увидимся — я буду ждать тебя! Сколько бы лет ни прошло, я всегда буду любить тебя!

— Я тоже! Я чувствую то же самое!

Я и Рэйна вместе создавали кульминацию этой истории.

Мы вышли за рамки сценария. Мы говорили не прописанные в тексте реплики, а то, что рождалось в эту самую секунду.

Сердце бешено колотилось.

Я никогда не испытывал ничего подобного.

Я не просто играл.

Я жил в этом моменте.

— Отлично! Это была лучшая финальная сцена!

И вот голос режиссёра Мориты.

"Это всё?"

Но его слова не несли в себе упрёка.

Наоборот.

Несмотря на то, что мы полностью вышли за рамки сценария, что сделали всё по-своему, он произнёс лишь одно слово:

— Фантастика.

Мы сделали это.

Я понял, что больше не могу стоять.

Адреналин, эмоции, всё, что бурлило во мне, наконец схлынуло, и я тяжело рухнул на пол.

Это было возможно только потому, что передо мной была Рэйна.

— Эй, у всех бокалы готовы?

Ровно через неделю после окончания съёмок в одном из роскошных банкетных залов города собрались все, кто был причастен к созданию «Сезона первой любви».

Актёры, режиссёр, продюсеры, съёмочная группа, представители телеканалов и спонсоров — сотни людей заполнили просторное помещение.

— Ну что ж, тост!

Гулко раздался звон бокалов.

Я, конечно, не мог пить алкоголь, но сжимал в руках стакан сока, и всё равно чувствовал лёгкое головокружение — не от напитка, а от атмосферы.

— Финальная серия просто взорвала рейтинги!

— Этому сериалу точно суждено стать главным хитом года. Морита проделал потрясающую работу.

— Канал уже обсуждает возможное продолжение, но посмотрим, как всё сложится.

Взрослые оживлённо обсуждали успех проекта, и, слушая их, я окончательно осознал: мы сделали это!

Говорят, масштаб вечеринки после завершения съёмок зависит от рейтингов. В моей карьере были и скромные празднования, когда проект оказывался провальным, но на этот раз...

На этот раз всё было иначе.

«Сезон первой любви» установил рекорды. С самого начала зрители ждали романтический дебют Рэйны Мидзусавы, а после выхода первой серии рейтинги лишь росли. В середине сезона они взлетели, а финальный эпизод собрал самую большую аудиторию среди всех сериалов этого года.

Но дело было не только в цифрах.

Я знал, что мы сделали нечто действительно значимое.

Отличный сценарий. Великолепная режиссура. И наша с Рэйной игра — лучшая, на какую мы были способны.

"Наконец-то... Мы сделали это..."

Восемь лет назад мы с Рэйной дали друг другу обещание — создать по-настоящему выдающееся произведение.

И вот, этот день настал.

Этот вечер был особенным для меня по двум причинам.

Во-первых, я исполнил давнее обещание.

А во-вторых... Сегодня я собирался, наконец, набраться смелости и сделать важный шаг вперёд.

Мысль об этом не давала мне покоя, но до её воплощения ещё оставалось время.

Поэтому я просто наслаждался праздником, а вокруг меня не умолкали голоса.

— Амано-сан, потрясающая игра! Не хотите сняться в нашем следующем проекте?

— Спасибо! Если пригласите, с радостью приму участие!

— Амано-кун, а не хотел бы ты попробовать себя в развлекательных шоу?

— Мне интересно! Не знаю, справлюсь ли, но хочу попробовать.

— Спасибо за сотрудничество, Амано-сан! У меня была небольшая роль, но я многому научился.

— Отличная работа! Ты оставил сильное впечатление, в твоей игре была особенная искренность.

Я уже бывал на подобных вечеринках после съёмок, но, как правило, оказывался где-то в уголке, общаясь лишь с парой актёров, с которыми успел подружиться.

Сегодня всё было иначе.

Я оказался в центре внимания. Ко мне подходили снова и снова, завязывались разговоры, предложения, похвалы. Честно говоря, это немного ошеломляло.

Стоило общению слегка утихнуть, как я облегчённо вздохнул, но тут же почувствовал лёгкий хлопок по спине.

— Смотри-ка, каким популярным стал. Чуть было не упустил момент с тобой поговорить.

Я развернулся и увидел перед собой режиссёра Мориту.

— Ох! Морита-сан! Спасибо за вашу работу!

Он держал в правой руке бокал красного вина. В отличие от большинства присутствующих, он не выглядел даже слегка пьяным — всё такой же собранный, как всегда.

Обычно он носил простую, удобную одежду, но сегодня был элегантно одет, что только подчёркивало его статус.

— Когда мы подбирали актёров, мне многие говорили: „Почему ты так настаиваешь на неизвестном актёре?“ Если бы сериал провалился, ответственность легла бы на меня. Но, похоже, я не ошибся в своём выборе.

— Спасибо вам. Если бы не вы, я бы не стоял сейчас здесь.

— Хм. Я просто выбирал тех, кто лучше всего подходил для этой истории. Ещё на прослушивании я понял, что у тебя есть способности. Но... в финальном эпизоде ты превзошёл мои ожидания.

Он поставил свой бокал на стол. Я сделал то же самое.

— Двенадцатый эпизод получил потрясающие отзывы.

— Да, я рад, что он всем так понравился.

— Шестая серия прогремела в интернете благодаря Рэйне. Но в финале главным был ты. Твои эмоции, твоя искренность… Ты показал зрителям свою другую сторону, и теперь моё мнение о тебе поднялось ещё на ступень выше.

— Я действительно счастлив это слышать. Спасибо вам!

— Думаю, скоро снова свяжусь с тобой. Уверен, у тебя будет много предложений, но если сможешь, я хотел бы видеть тебя в своих проектах.

— Морита-сан…

— Веселись. Ещё встретимся на съёмочной площадке.

Он слегка поднял свой бокал в знак прощания и ушёл.

Его слова тронули меня. Услышать такое признание от режиссёра его уровня... Это действительно значило многое.

Но не успел я перевести дыхание, как почувствовал лёгкий, почти шутливый шлепок по голове.

Я повернулся и увидел перед собой девушку с озорной улыбкой.

— Сенпай, выглядишь таким счастливым!

— Аканэ! Давно не виделись с тобой на съёмочной площадке.

— Да! Сенпай, тебе стоило бы проводить со мной больше времени, а не только на съёмках!

— Я бы рад, но разве ты не хочешь просто использовать меня, чтобы чаще видеться с Рэйной?

— Дзынь-дзынь-дзынь! Наполовину угадал! С тобой я тоже хочу пообщаться!

Аканэ с озорной улыбкой шагнула ближе и, понизив голос, так, чтобы никто не услышал, шепнула:

— Кстати, я только что говорила с Рэйной, и она сказала, что задумала кое-что интересное на сегодня.

— Ты об этом слышала?

— Ага! Она пообещала незаметно ускользнуть, чтобы побыть с тобой наедине.

— Ах, точно...

Я вспомнил.

Вечером после завершения съёмок, когда финальная сцена была снята, я отправил Рэйне сообщение. Я хотел, чтобы у нас был этот момент – возможность сбежать из суеты вечеринки и просто поговорить.

Я не объяснил подробностей, но Рэйна согласилась.

Теперь пути назад не было. Сегодня я наконец скажу Рэйне о своих чувствах.

Я сжал кулак, пытаясь успокоить сердцебиение, и заметил, как Аканэ чуть приподняла бровь.

— Эй, сенпай, ты что, нервничаешь?

— С чего ты взяла?

— Ну, у тебя лицо бледное, а руки слегка дрожат.

— Правда? Так заметно?..

— Давай-ка попробуем вот так. Соедини руки. Да-да, вот так!

— Ой?!

Прежде чем я понял, что происходит, Аканэ хлопнула ладонями по моим, будто передавая мне свою энергию. Я вздрогнул от неожиданности и посмотрел на неё в замешательстве.

Она же лишь широко улыбнулась и показала мне большой палец вверх.

— Я только что передала тебе силу Аканэ! Теперь ты точно справишься!

— О... Кажется, руки действительно перестали дрожать.

— Обязательно расскажешь мне потом, как всё прошло! Это тоже обещание!

С этими словами Аканэ весело поскакала прочь, оставляя меня переваривать её внезапную поддержку.

Я выдохнул, пытаясь собраться.

Взглянув на часы, я понял, что время приближается. Через несколько минут в зале должна была начаться большая лотерея для всех гостей.

Как раз в этот момент из толпы появилась Юки-сан.

— О, Амано-кун, ты пьёшь?

— Я не могу, я же несовершеннолетний... А вот у вас лицо такое красное! Сколько бокалов вы уже осушили?

— Ха-ха, ну, ровно столько, сколько нужно. Вино здесь просто потрясающее!

Юки-сан пожала плечами, затем наклонилась ближе и заговорщически прошептала:

— Кстати, у меня есть инсайдерская информация: та небольшая комната, где хранили призы для лотереи, теперь пустует. Там никого нет – идеальное место.

— Правда? И откуда вам это известно?

— Ну, мы ведь помогаем с организацией. Можешь использовать её свободно – разрешаю!

— ...Спасибо!

Изначально я планировал выйти на улицу, но если есть такое уединённое место, это намного удобнее.

Поблагодарив Юки-сан, я направился к указанному помещению.

Действительно, внутри никого не было.

А вдобавок ко всему из-за стеклянных панелей открывался потрясающий вид на ночной город.

Я достал телефон и отправил Рэйне сообщение.

— Ох, прости, что заставила ждать.

Рэйна появилась всего через пару минут.

В своём элегантном платье, подобранном специально для вечеринки, она выглядела ещё очаровательнее, чем обычно. Несмотря на то, что мы провели вместе несколько месяцев, я не мог отвести от неё глаз.

— Извини, что позвал тебя в разгар праздника.

— Н-ничего страшного, но… о чём ты хотел поговорить?

Рэйна выглядела необычно напряжённой. Она смотрела прямо на меня, ожидая, что я скажу дальше.

Я открыл рот, но… слова застряли где-то на середине пути.

Я потратил всю неделю, мысленно репетируя этот момент, но стоило остаться с Рэйной наедине, как заготовленные фразы исчезли без следа.

В голове образовалась пустота.

Не зная, как лучше начать, я, к своему разочарованию, снова скатился в привычную тему — актёрское мастерство.

— На днях я пересмотрел финальную серию… И, знаешь, я был удивлён. Не хочу хвастаться, но моя игра была действительно хороша… Хотя, если честно, я понял, что именно ты направила эту сцену в нужное русло.

— Э?.. Ах, да…

На секунду мне показалось, что Рэйна решила, будто я позвал её сюда только ради разговора об этом.

Но уже в следующий момент в её глазах мелькнуло нечто знакомое — выражение настоящего актёра.

— Это благодаря тебе, Кайто. Я смогла показать этот уровень игры, потому что мы говорили об актёрстве каждый день. Я узнала твой подход, твои методы построения сцен, и это позволило мне использовать импровизацию в финале. Я смогла вплести продуманные детали в свой привычный стиль игры.

— Я рад это слышать. Хотя думал, что именно я извлекаю пользу из твоих советов.

— Совсем нет. Благодаря тебе, Кайто, я выросла за эти месяцы гораздо больше, чем за всё время до этого.

— Я тоже многому научился благодаря тебе. Спасибо.

Возможность репетировать ежедневно с признанной всеми талантливой актрисой, обсуждать с ней сцены, задавать вопросы, слушать её мысли о профессии… Всё это было бесценным опытом.

Я знал, что однажды этот период станет самым важным событием в моей карьере.

— Но значит ли это, что мы исполнили наше обещание? — задумчиво протянул я. — Встретиться однажды на большой сцене… и создать вместе лучший проект.

— Да… Наверное, так и есть. Конечно, трудно сказать, что именно считается "лучшей работой", но, по крайней мере, этот проект был по-настоящему прекрасным — и по рейтингам, и по содержанию.

— Ты права.

— Подожди… Кайто, ты не рад?

— Нет! Я очень рад. Просто… я осознаю, что теперь наши отношения снова изменятся. Обещание, которое связывало нас, больше не имеет силы, и мы больше не напарники по съёмкам.

Рэйна замерла, её взгляд наполнился тревогой.

Я сделал шаг вперёд.

— Кстати, Рэйна, ты уже выбрала работу на осень?

— Да. "Академия тайн" получит продолжение в виде фильма, и я буду занята съёмками. А ты?

— Я пока беру паузу. Сейчас, когда эта роль принесла мне известность, мне советуют не спешить с выбором второстепенных персонажей, а подождать до зимы, чтобы получить главную роль или значимого персонажа. Поэтому пока я планирую попробовать себя в развлекательных шоу и поработать вне актёрской сферы.

— Понимаю… вряд ли у тебя получится по-настоящему отдохнуть.

— Да, Юки-сан уже сказала, что нагрузит меня кучей работы.

Я вздохнул и положил руку на грудь.

Потом сделал ещё один шаг ближе.

— Рэйна.

— Ч-что?

Её глаза удивлённо моргнули, заметив перемену в моём голосе.

Я начал подбирать слова. Аккуратно. Осторожно.

— Перед финальной сценой была та неделя, когда мы не могли видеться. И даже за эти семь дней я понял, как сильно мне этого не хватало. Я всё время думал о тебе.

— Э?.. П-правда?

— Да. Это продолжалось до сегодняшнего дня. Я ловил себя на мысли, что схожу с ума, потому что просто хотел увидеть тебя. Но теперь, когда мы больше не партнёры по съёмкам, мы будем видеть друг друга всё реже. И я не хочу этого. Теперь, когда обещание между нами исчезло… я хочу, чтобы наши отношения стали другими. Ближе. Именно это я понял.

Рэйна молча слушала меня.

А потом я посмотрел ей в глаза и произнёс те слова, которые уже давно носил в сердце.

— Я люблю тебя, Рэйна.

Она вздрогнула, её плечи слегка дрогнули.

Я продолжал смотреть на неё, а затем, немного запинаясь, выдал:

— Поэтому… э-эм… хочешь встречаться со мной?

В тот момент я был невероятно взволнован. Возможно, сильнее, чем когда-либо в жизни.

Это ощущение превосходило даже нервозность перед съёмками, когда приходилось произносить сложные реплики перед камерой.

Это было моё первое признание.

Я закрыл глаза и затаил дыхание, ожидая ответа Рэйны.

Но тишина затянулась.

Когда я наконец открыл глаза, то увидел, что по щекам Рэйны текут слёзы.

— Эй, Рэйна… Что случилось?

— Я… Я просто удивлена! Конечно, я подозревала, что ты что-то задумал, раз позвал меня сюда… но всё равно! Услышать такие слова от тебя, Кайто…

Она замахала руками перед своим покрасневшим лицом, словно пытаясь разогнать жар, а затем крепко сжала мои ладони в своих.

— Да… Если ты не против… я тоже хочу этого.

— П-правда?

Рэйна застенчиво кивнула.

Мы посмотрели друг другу в глаза.

Молчание затянулось, будто мы соревновались в игре на выдержку.

Но вскоре мы оба не выдержали и рассмеялись.

— Не верится. Как будто я во сне.

— Рэйна…

— Встретиться снова, работать вместе, стать ещё ближе…

Она говорила медленно, будто плетя узор из драгоценных воспоминаний, наслаждаясь каждым словом. Затем глубоко вздохнула и снова взглянула на меня.

— Эй, Кайто… значит, теперь мы официально парень и девушка?

— Я… думаю, да.

— Тогда… я хочу сделать то, что делают пары.

— То, что делают пары?

Я повторил её слова, но Рэйна не стала отвечать вслух.

Она выразила свой ответ иначе.

Я затаил дыхание.

Рэйна закрыла глаза и чуть-чуть подалась вперёд, неуверенно поджав маленькие губы.

— М-мне… можно?

Лицо Рэйны вспыхнуло алым, но она всё же едва заметно кивнула.

Я сыграл в сценах из шестой и двенадцатой серий, но это…

Это было совсем другое.

Я положил руку на бешено колотившееся сердце, затем осторожно коснулся её плеч и медленно приблизился.

— Ммм…

Наши губы соприкоснулись.

[[image:/storage/reader-images/44222178b062fb273398c0f6cb5f235d4567fbc0.png]]

Не как Акихиса и Акари.

А как Кайто и Рэйна.

Наш первый поцелуй.

— Конец.

— Э-э... извини за вторжение...

Рэйна вошла в мою комнату с чуть напряжённым выражением лица.

С момента завершающей вечеринки по случаю окончания съёмок прошло несколько дней. Наконец, её плотный график немного разгрузился, и мы смогли увидеться впервые с тех пор, как стали парой. Наш первый официальный день в новом статусе решили провести у меня дома — по желанию Рэйны.

— Чувствуй себя как дома. Надеюсь, комната не слишком скучная...

— Нет, что ты! — Рэйна энергично замотала головой.

— П-правда?

— Я давно хотела побывать в твоей комнате! Ты же обещал, что мы посмотрим вместе первую серию, но так меня и не пригласил!

— Ах... прости за это.

На самом деле, дело было не в нежелании. Просто съёмки отнимали всё время, а звать девушку в свою комнату без очевидного повода казалось мне огромным испытанием. Поэтому я так и не решился сделать это первым.

Рэйна поставила на пол небольшую сумочку, которую несла на плече, и негромко вздохнула.

— Ну, ладно. В конце концов, теперь я здесь как твоя девушка.

— Д-да, верно...

— Всё равно не верится. Что я — девушка Кайто...

Она произнесла это с лёгким румянцем на щеках, и я вдруг ощутил, как меня охватывает изумление. Услышав из её уст слово «девушка», я снова осознал, что человек передо мной — моя вторая половинка.

"Чёрт, она такая милая..."

Меня захлестнуло желание крепко обнять Рэйну, но я изо всех сил постарался сдержаться. Хотя... теперь, когда мы встречаемся, разве это не вполне естественно? В конце концов, пары делают такие вещи, верно?

Я наклонился к ней и заключил в объятия.

— А-а?! Ч-т-что ты делаешь, Кайто?!

— А-ах, извини...

— Нет, я не против... Просто неожиданно.

Рэйна выглядела немного растерянной, но через мгновение обвила меня руками в ответ. Наше тепло переплелось, сокращая расстояние между нами. Мы стояли так какое-то время, пока, наконец, не разом ослабили хватку.

Она посмотрела на меня с лёгкой укоризной.

— Кайто, это было нечестно! Мне ведь нужно было подготовиться!

— Ну... я подумал, что раз мы теперь пара, объятия вполне естественны.

— Это правда, но если бы ты просто спросил, я бы всегда ответила «да»...

Она нахмурилась, немного надув губы.

— Но скажи, если бы я вдруг поцеловала тебя без предупреждения, ты бы, наверное, тоже удивился, да?

— Ну... да, пожалуй.

Вспомнив вечер завершения съёмок, я почувствовал, как моё лицо начинает гореть. Рэйна слегка надулась, а я, сам того не желая, уставился на её губы, прежде чем поспешно отвёл взгляд.

"Нет-нет, это уже перебор... Надо взять себя в руки."

Наверное, я слишком расслабился после того, как мы начали встречаться. Если так пойдёт дальше, Рэйна может решить, что я стал слишком напористым. Я глубоко вдохнул, стараясь успокоиться.

— Э-эм... может, тогда посмотрим то, что я обещал тебе показать?

— Да! Я хочу увидеть!

— Подожди минутку, оно в этой коробке.

Рэйна как-то заметила у меня в комнате фотографию в рамке, и тогда я пообещал показать ей другие памятные вещи, которые хранил у себя дома. Я достал небольшую коробку и поставил её на пол. Рэйна взглянула на неё с неподдельным любопытством.

— Кайто, можно открыть?

— Конечно.

— Ого! Здесь столько всего, это прямо воспоминания из прошлого!

Внутри были фотоальбомы, поделки, которые мы когда-то сделали вместе, и даже рисунок, который Рэйна подарила мне много лет назад. Всё это было пропитано нашими детскими воспоминаниями. Мы так легко разговорились, как будто снова стали просто старыми друзьями...

Но вдруг —

Рэйна вытащила из коробки игрушечное кольцо, спрятанное на самом дне, и удивлённо уставилась на него.

— О, это же... То самое, что я подарила тебе, когда мы были детьми.

— Ты называла его обручальным кольцом, но оно тогда даже близко не подходило мне по размеру.

— Э-э... Ну, это не моя вина! В магазинчике сладостей был только такой размер!

— Хаха, а потом ты так расстроилась, что даже заплакала, и мне пришлось долго тебя утешать.

— Угх! Кайто, не дразни меня!

Рэйна надула щёки и ткнула меня в бок, но затем вдруг замерла, пристально глядя на кольцо. Я уже хотел спросить, что не так, но она неожиданно посмотрела на меня с лукавым огоньком в глазах, как ребёнок, которому в голову пришла озорная идея.

— Кайто, закрой глаза.

— А? Зачем?

— Просто сделай это, пожалуйста. Всего на две секунды.

— Л-ладно...

Стоило мне закрыть глаза, как я ощутил, как её тёплая ладонь коснулась моей. Рэйна держала меня за руку. Затем она мягко сказала, что можно открыть глаза. Я медленно моргнул.

И тогда...

На моём пальце красовалось то самое игрушечное кольцо.

Рэйна улыбнулась победоносно.

— Хе-хе, видишь? Теперь оно тебе как раз.

— Р-Рэйна... э-эм...

Я был совершенно сбит с толку.

Наверное, она сделала это просто так, не придавая особого значения. Но...

В ту секунду я невольно вспомнил наш давний разговор.

*

— Рэйна, не плачь. Смотри, если надеть на два пальца, то оно держится.

— Угх... но когда оно подойдёт тебе идеально, вот тогда я и подарю его тебе!

— Хаха, к тому времени мы уже будем достаточно взрослыми, чтобы пожениться. Может, тогда оно будет в самый раз.

*

Рэйна замерла, словно вдруг ощутив перемену в атмосфере. И тут же её лицо стало пунцовым. Она порывисто наклонилась ко мне, будто пыталась защититься.

— Н-н-не то! Это совсем не то, о чём ты думаешь! Я просто... просто хотела проверить, подходит ли оно тебе теперь по размеру, вот и всё!

— Д-да, ты права! Наверное, я тоже неправильно понял...

— Т-так что...

Рэйна начала что-то говорить, но вдруг осеклась. В комнате повисла тишина.

Через пару мгновений я осторожно заговорил:

— ...Это всё же дело будущего.

— ...Д-да, будущего.

Да, это всё ещё было чем-то далёким.

Но —

Где-то в глубине души я искренне надеялся, что однажды этот момент действительно наступит.

Я не плачу. Просто… это дождь. Да, именно дождь.

Я рад, что смог прочитать эту историю. Не знаю почему, но я счастлив, очень счастлив.

Хочу выразить огромную благодарность Mugi Amamiya за чудесный рассказ, который оставил тёплый след в моем сердце. А также Kurota — за его невероятные иллюстрации, которые сделали эту историю ещё живее и ярче.

И, конечно, спасибо вам, дорогие читатели. За то, что были здесь, что разделили эти моменты вместе со мной. Истории существуют, пока их читают, и благодаря вам эта история по-настоящему ожила.

Пусть в вашей жизни всегда будет место для чудесных историй и тёплых воспоминаний.

И, наконец, от всего сердца желаю Кайто и Рэйне счастливой жизни. Пусть их дни будут наполнены смехом, мечтами и бесконечными моментами, которые они смогут хранить в своей собственной шкатулке воспоминаний.

Спасибо, что были здесь. До новых встреч!