Моей дорогой семье: Будьте счастливы с фальшивой леди Unknown Я происходила из Герцогского рода, носила титул его дочери, но та, кого я звала подругой, втайне выкрала мои воспоминания и доказательства моего права, присвоив себе моё место. Когда нужда во мне отпала, я до сих пор помню её торжествующую усмешку в тот миг, когда она вышвырнула меня за дверь. — Это ради твоего же блага. В Герцогском Доме все знают твоё лицо, не хотелось бы, чтобы пошли лишние пересуды, верно? Как дочь герцога, я о тебе не забуду и подыщу тебе что-то стоящее. Как же глупо было думать, что приятельница действительно печётся обо мне, — оказалось, тот день стал днём моей гибели. Осознав правду и очнувшись в прошлом, я обнаружила, что и моя приятельница сохранила память о прежней жизни. Если так, всё повторится вновь. Эта коварная особа снова очарует моих родных отца и мать и опять отнимет у меня место дочери Герцога. Я не могла простить им того, что они держали меня при себе, не желая видеть истину, и ни разу не подарили мне частицу своей любви. — Я устала от всего этого. В этот раз я изберу иной путь и стану магом. Но почему... лишь когда я отказалась от всего, мои родные всё никак не перестанут пытаться быть рядом? ==================== Обложка [[image:/storage/reader-images/133386c395f1f0e2eb7a09bd247f961755927420.jpg]] ---------- За осуждение - часть 1 Снова... Я умираю? Как в тот раз? Моргана, хотя и не могла найти в себе силы, чтобы поднять своё залитое кровью тело, была охвачена странным чувством дежавю. Она чувствовала непреодолимую потребность понять, почему возникают эти мысли. Что-то подобное уже случалось... Когда это было? Сквозь полузакрытые от глубоких ран глаза. она смутно различила человека, идущего к ней. Ах, да, теперь я вспомнила. Когда Моргана была совсем маленькой, она попала в засаду, до жути похожую на сегодняшнюю. Обычно добрую няню насильно вытащили и зарезали, их карету сожгли, а перепуганная Моргана бежала, только чтобы упасть со скалы... [«Леди Мариэтта! Нет!!!»] Это был последний отчаянный крик её няни. "Мое имя! Меня звали не Моргана или Морган ле Фей. Няня всегда называла меня прекрасной Мариэттой!" Добрая няня, которая всегда называла её по второму имени, говоря, что её имя слишком благородно, чтобы его произносить. Няня умерла! И служанки, которые заботились обо мне! Когда Моргана начала вспоминать, приближающаяся фигура вернула её в настоящее. Хватка была жесткой, и к своему шоку, она услышала знакомый голос. - Прощай, моя несчастная подруга Моргана. Ах... нет, Тиана Мариэтта Клейн. Воспоминания, которые она только начала постигать, рассыпались от жестоких слов подруги. В одно мгновение Моргана перестала быть благородной леди, а снова стала беспомощной Морганой, заблудившейся в лесу невежества. Доттриция...? Она была вне себя от недоверия. Почему ты называешь меня этим именем? Это ты - леди Тиана Мариэтта Клейн... У нее не осталось сил на то, чтобы нахмурить брови в замешательстве. Быстро остывающая кровь в её жилах могла дать лишь запоздалое осознание. "Это я настоящая, а не Доттриция. Ха... ха-ха... Я потеряла память, играла роль Эйны, и меня лишили места. В этом есть хоть какой-то смысл?" Победоносная женщина хихикнула и прошептала страшную тайну. - Не думай об этом слишком горько. Я так много сделала, чтобы стать леди Клейн. Мне пришлось уничтожить всех, кто мог бы раскрыть секрет, включая мою старую семью. Это было изнурительно. "Устранить...? Не говорите мне... она убила их?" - И сегодня я уничтожу самую большую угрозу - тебя. Я планирую каждый год отмечать этот день как свой новый день рождения, хаха~. Неужели голос Доттриции всегда был таким лживым...? Она даже не могла прослезиться от жестокой реальности. Было уже слишком поздно. Кровь, которая текла в теле Морганы, вскоре остановилась, и Доттриция оттолкнула её безжизненное тело. Труп, брошенный на землю, вскоре подожгли, отдав приказ наемникам. - Хахахаха! Наконец-то настал этот день! Мысль о том, что все её тревоги позади, наполнила Дотт, поддельную Тиану, непреодолимой радостью. Огромный дракон, недавно напавший на поместье герцога, привел её в ужас, но и это испытание осталось позади. Дракон, с которым Герцогский Рыцарский Орден сражался изо всех сил, внезапно пал, не успев даже запросить подкрепления у Волшебной башни и Императорской семьи. Таким образом, мертвый дракон принадлежал исключительно семье Клейн! Его массивная туша вскоре будет расчленена по частям, что принесет герцогству Клейн огромное богатство. С таким состоянием герцог и герцогиня, обожавшие Дотт, могли бы одарить её новыми платьями и драгоценностями и, возможно, даже начать устраивать престижный брак. В идеале - за кронпринца Силласа, который разорвал помолвку с леди Мануэлой де Латель и с тех пор не появлялся в обществе...! Хорошо, я очарую брата Мориса, который благоволит мне, и брак будет у всех на устах. "Кто бы мог подумать? Что я, после всех моих трудов, обрету эту благородную судьбу и стану Императрицей. Единственная на всём континенте, занимающая великий пост Императрицы! Другие в лучшем случае будут королевой-консортом, но я стану Императрицей!" Ненасытная жадность привела Дотт в такой восторг, что, войдя в поместье герцога, она завернулась в простыни и стала пинать кровать ногами. С каждым ударом она надеялась, что этот звук однажды превратится в праздничные пушки её свадьбы с наследным принцем, и с этой мыслью погрузилась в сон. Когда Дотт очнулась от сладкого сна и встала, всё действительно изменилось. Время, место, ситуация. Ровно два года назад. Возвращение в монастырь Грейс, где никто не знал тайны рождения Морганы. * * * - Ах.... Слабый вздох вырвался из уст Морганы, которые когда-то были опустошены смертью. Её ясные глаза, которые, как она думала, больше никогда не откроются, распахнулись, и она некоторое время смотрела в пустоту, а затем бросилась к зеркалу, чтобы увидеть своё отражение. Свежее лицо, смотревшее на неё, принадлежало тому времени, когда она ещё не пережила суровую жизнь Эйны. Чистая и невинная девушка. - Кулон! Внезапно вспомнив что-то, Моргана проверила рубиновый кулон, висевший у неё на шее. Ожерелье, которое со временем необъяснимо потускнело, теперь сохранило прежний благородный блеск. Моргана почувствовала скорее пустоту, чем удивление или шок от всего этого. "Ха... хаха..." Результатом всей её борьбы и отчаянных попыток выжить стала ужасная смерть. Не успела она пожалеть о тех ужасных временах, как её отправили в прошлое. Она ничего не помнила о своем детстве. Она выросла в монастыре Грейс после того, как её отправили туда с травмой головы, а затем встретила герцога Клейна, которому явился оракул. Герцог поверил в пророчество, что через несколько лет найдет свою потерянную дочь, и хотел заранее подготовить положение благородной дамы. А в Империи Аркан существует система под названием «Эйна». Эйна - это роль, отведенная близкой подруге и фрейлине высокопоставленной дворянской дочери, которая также выступала в роли учителя. Герцог, не имея дочери, хотел временно заполнить пустоту, назначив Эйну. Когда благородная дама в конце концов вернется, Эйна, уже знакомая с высшим обществом, проложит ей дорогу. Она помогала ей в организации бала дебютанток, помогала сблизиться с партнером, информировала о том, что нравится или не нравится различным дворянкам и дамам, и даже любезно представляла её знатным джентльменам и рыцарям. Роль сверстницы зачастую может быть более эффективной, чем роль десяти взрослых. Эйна могла быть дочерью низкопоставленного дворянина или даже простолюдина, поэтому и была выбрана Моргана, вышедшая из монастыря. Герцог Клейн мог бы легко выбрать дочь барона, но он выбрал неизвестную Моргану, потому что возлагал на неё большие надежды. Он хотел не просто заполнить пустоту, образовавшуюся после пропажи дочери, а получить идеальную куклу, которая будет служить образцом для подражания 24/7. [Каждое ваше слово и каждый поступок определят будущее вашей госпожи, леди Клейн. Не теряйте бдительности и ведите себя правильно, вы поняли?"] [«Да.»] ---------- За осуждение - часть 2 Ни Моргана, ни герцог не подозревали, что это воссоединение с её биологическим отцом. Именно поэтому Моргана и не подумала показать им рубиновый кулон и шелковый халат, которые сопровождали её, когда она без памяти попала в монастырь Грейс. Об этом знали только мать-настоятельница Берил, глава монастыря, её дочь - жрица Шерил, и подруга Морганы, Доттриция. Когда было решено, что Моргану заберут в герцогство Клейн, Доттриция была настолько завистлива и возмущена, что даже произнесла слова упрёка. Она даже сказала, что не может понять, почему выбрали именно её. Оглядываясь назад, можно сказать, что именно Дотт в одночасье изменилась и стала говорить резкие слова. "В то время... я была настолько ошеломлена, что предпочла забыть о грубом поведении Дотт. Ведь я считала её своей самой близкой подругой". Но одержимость Дотт на этом не закончилась. Не успела Моргана обосноваться в герцогстве Клейн, как Дотт отправляла письмо за письмом, отчаянно умоляя пригласить её. Если бы я не прислушалась к просьбе Дотт... Ничего бы этого не случилось... Так Дотт появилась в герцогстве Клейн, привязавшись к герцогу и герцогине и быстро освоив этикет более изящно, чем Моргана. Не то чтобы Моргана пренебрегала уроками этикета - просто она была слишком занята освоением естественных наук и других областей знаний, и у неё не оставалось ни времени, ни сил. Постойте, она сказала, что уничтожила свою семью? "У Дотт... была семья? Похоже, Дотт происходила из знатной семьи. Она уже знала то, что я только что узнала сама, потому что потеряла память. Поэтому она была более осведомлена об этом, чем я!" Однажды, когда Моргана была глубоко погружена в учебу, герцогиня сделала замечание вскользь. Она сказала, что Доттриция выглядит так, словно родилась в благородной семье, с её изящной манерой поведения и милым характером. Когда Моргана вспоминала события из своего прошлого, которые ещё не произошли в этой временной шкале, её переполняла боль. Больше, чем предательство Доттриции, её наполняла горечь от того, что её настоящая семья так и не узнала о ней ничего. "Нет!" Незнание не освобождает их от ответственности. Они привели её сюда по собственной нужде, а потом бросили болтаться, раскачивая ветку, за которую она уцепилась. Глубокие раны, нанесенные её настоящей семьей, казалось, всплывали на поверхность её кожи, принося с собой поток запоздалой обиды. Жизнь Морганы под именем "Эйны" была далеко не легкой. Ей приходилось поглощать огромное количество учебного материала и при этом посещать чаепития и небольшие собрания не реже одного-двух раз в неделю. Она даже бесчисленное количество раз посещала Императорский дворец. С людьми, с которыми она там сталкивалась, было невероятно трудно иметь дело. Но больше всего ей мешали жители герцогства Клейн. "Почему... вы взяли меня к себе и воспитывали два года, но ни разу не погладили по голове? Почему вы ни разу не похвалили меня за мои достижения?" Даже если бы вы не знали, что я ваша биологическая дочь, если бы вы хотя бы проявили сострадание к ребенку, я не чувствовала такой горечи. "Если бы вы хоть раз спросили, что случилось, что заставило меня расти в монастыре, и можете ли вы чем-нибудь помочь..." Не только герцогиня была холодна в поместье Клейнов. Герцог, который, казалось, был заинтересован только в том, чтобы использовать Моргану, тоже был добр к Дотт. Был и ещё один тревожный фактор. Морис Клейн, второй сын, который в отличие от своего старшего брата Касселя, отсутствовал уже два года. Он часто сравнивал Дотт и Моргану, тонко намекая, что возможно, лучше было бы отправить одну из них подальше. И довольно часто он обменивался многозначительными взглядами с Дотт. Мог ли он даже представить, какое беспокойство это вызывало в маленьком сердечке Морганы? Моргана была единственной, кому удалось оправдать их ожидания в отношении Эйны. Так почему же она должна была делиться плодами своего труда с Дотт? "Я...!" Нет, я не могу этого вынести. Моргана тихо поднялась, сжимая голову обеими руками. Как бы больно ей ни было, пока она дышит и не закрывает глаза, она не могла просто сидеть сложа руки. Если она действительно попала в прошлое, то должна была во что бы то ни стало вырваться из лап Дотт. Это был не монастырь Грейс, а уединенное место, расположенное в некотором отдалении. Как она помнила, она приехала сюда вместе с матушкой-настоятельницей Берил, главой монастыря, и её дочерью, жрицей Шерил, чтобы собрать летнюю клубнику и ранний зеленый виноград. Дотт всегда ненавидела такие рутинные работы и предпочитала оставаться в стороне, чтобы поболтать с другими. По крайней мере, мне не придется видеть, как Дотт притворяется невинной, вернувшись два года назад. Но тут Моргану вдруг посетила леденящая душу мысль. Когда это было? В монастыре произошел внезапный пожар и обвал, в результате которого пострадали и погибли несколько монахинь и детей. Это случилось всего за несколько месяцев до того, как она вернулась в свое время. И тогда же... она услышала, что и глава монастыря, настоятельница Берил, и жрица Шерил скончались вместе. Моргана хотела броситься в монастырь в слезах, но не смогла. Ходили слухи, что наследный принц Силлас, который долгое время находился в уединении, наконец-то появится на балу дебютанток. Герцог надавил на Моргану, сказав, что она должна присутствовать, несмотря ни на что. Он сказал, что пришлет людей, чтобы разобраться с несчастьем в монастыре... В итоге она так и не увидела их обоих в последние минуты жизни. ---------- Новый выбор измученной девушки - часть 1 Несмотря на череду пожаров и несчастных случаев в монастыре, Моргана не смогла его покинуть. А наследный принц не появился на балу дебютанток. Многие были обмануты беспочвенными слухами и остались разочарованы. В то время Моргана была просто убита горем, но теперь, когда она задумалась об этом, что-то показалось ей странным. "Что это быть?" Что, если те, кто был знаком с устройством монастыря и устроил пожар, благополучно спаслись, а потом были убиты, как Дотт пыталась сделать с Морганой, замаскировав это под несчастный случай? Это всего лишь предположение, не подкрепленное никакими доказательствами, но реальность может оказаться ещё более жестокой. Кто бы мог подумать, что Дотт, которую она считала своим самым близким другом, обманет её и доведет до смерти? "Стоп. Если я вернулась на два года назад, то герцогу Клейну пора приходить с оракулом". Если бы события развивались так же, как в прошлом, герцог напрямую попросил бы мать-настоятельницу Берил выбрать тихую и послушную девушку в качестве кандидата в Эйны. И... "Какой смысл знать, что произойдет в будущем? Они причинили мне боль, сравнивая меня с Дотт, они были жестоки со мной даже тогда, когда признали Дотт своей настоящей дочерью". Моргана была ошеломлена всем, что должно было произойти. "Неужели это... что-то, что исчезнет или изменится только потому, что течение времени изменилось? Даже если будущее изменится, раны, которые я получила, останутся! Я уже умерла. От рук Дотт, которую вы считали настоящей дочерью и сестрой!" Хотя её всегда окружали люди, Моргану мучило глубокое одиночество. Система «Эйна», призванная развивать дружеские отношения, выходящие за рамки социального статуса, лишь доводила Моргану до предела. Поместье Клейнов... Теперь, когда она узнала правду и возродилась, она больше не считала его счастливым местом, где жила её настоящая семья, включая биологических родителей. Холодные сердцем люди там всегда душили Моргану, а присутствие Дотт постоянно мучило её. Чаще всего за эти два года она слышала такие слова: [«Ты должна знать свое место»]. Слова, которые не были бы сказаны, если бы они видели Моргану как личность. В поместье Клейнов было бесчисленное количество слуг, но даже в присутствии этих служанок герцогиня не переставала говорить Моргане обидные вещи. И даже... За день до того, как Дотт, признанная теперь юной леди настоящей семьи, отвезла Моргану в монастырь, герцогиня окликнула её и сказала следующее. ["Вся твоя оставшаяся жизнь в монастыре будет заключаться в том, чтобы держать язык за зубами, во-первых, во-вторых и в-третьих. Как только ты проболтаешься о какой-либо связи с нашей Тианой в поместье Клейн!"] [«Что?»] ["Тебе лучше знать, что монастырь, которому в будущем понадобится большая помощь, и ты в том числе, будут отрезаны от нас. Забудь старое имя Тианы. Понятно?"] Для Морганы, которой некуда было идти, кроме монастыря, это была поистине страшная угроза. Возможно, герцогиня была еще более жестокой, чем Дотт. Вы знаете, что вы сделали со мной? Цеплялись за фальшивую дочь, притворялись, что сдерживаете её, пока гнали меня на смерть, и при этом ласково улыбались Дотт, когда она нежилась в ваших объятиях. Даже этот холодный герцог вручил мне мешочек с золотыми монетами, сказав, что я хорошо поработала! Вы сказали, что я - Эйна юной леди Клейн! Вы ясно сказали, когда привели меня сюда, что выплатите мне достаточную компенсацию, как я того заслуживаю, и проявите бесконечную доброту к монастырю Грейс! Вы кучка лжецов! - Хватит, мне ничего этого не нужно! Переполненная гневом, Моргана грубо сорвала рубиновый кулон с шеи. Она больше не могла его носить, узнав хотя бы часть правды. Избавьтесь от него, выбросьте! Я разорву с ними все связи, как они и хотели! Подвеска из золота не поддавалась, и она с трудом расстегнула застежку, пока её руки не покраснели, и швырнула её в стену. Однако ярость не утихала. Даже в этой маленькой комнате с односпальной кроватью, письменным столом и обшарпанным шкафом стоял плоский дешевый кусок мрамора, призванный хоть как-то смягчить жару. Монастырь приготовил его для монахинь и воспитанниц монастыря, несмотря на их ограниченные средства. Они даже не оказали мне такой любезности. Ослепленная гневом, Моргана взяла мрамор и подняла его над рубиновым кулоном, лежавшим на полу. Красная жемчужина отчаянно сверкала, словно умоляя не разрушать её, но в ней больше не было необходимости. Моргана хотела как можно беспощаднее разрушить свои связи с семьей Клейн. Ты бросила меня. В этой жизни я брошу тебя первой и навсегда. Треск! Но мрамор не сравнится с рубином. Некоторое время в комнате раздавался только скрежещущий звук, как будто мраморный край отшлифовали. Когда её запястье, покрасневшее от крепкого захвата камня, дернулось вверх, край мрамора вдруг засверкал безмятежным, водянистым оттенком. Наконец-то! Из центра рубина донесся раскалывающийся звук. Испытывая необъяснимое чувство удовлетворения, Моргана продолжала разбивать мрамор о рубин. Это было начало и конец. Туд, туд, туд. Звуки её тяжелого дыхания и ударов драгоценного камня о камень заполнили комнату. Рубин в центре кулона, избитый её яростным натиском, разлетелся на куски до неузнаваемости. Она впервые осознала, что может проявлять такую жестокость. -Ха... хахаа... хаа... Рубиновый кулон, хранивший тайну рождения Тианы Мариэтты Клейн, был полностью уничтожен. "Так приятно". Моргана задрожала от переполнявшего её чувства освобождения. Казалось, будто она бросилась всем телом в освежающий водопад. - Фух... ---------- Новый выбор измученной девушки - часть 2 Выплеснув свой гнев, пора было привести себя в порядок. Она не обращала внимания на свои руки, покрасневшие от захвата камня. "Скажу только, что убрала кулон куда-нибудь, если жрица Шерил спросит о нем". Даже когда они нашли его, мать-настоятельница Берил и её дочь знали, что это ценная вещь, и передали её Моргане только тогда, когда она стала достаточно взрослой. Шелковая мантия, которая шла в комплекте, была ей теперь мала, поэтому она не носила её с собой, как и кулон. - Сначала мне нужно очистить камень. Моргана убрала мрамор и положила разбитый рубиновый кулон в сумку, после чего легла на кровать. Когда гнев и разочарование улеглись, она почувствовала сонливость. -... Я не хочу возвращаться. Она не хотела возвращаться к суровой жизни Эйны и даже не желала смотреть на славное положение юной леди Клейн. Но... через несколько часов к ней придет жрица Шерил и скажет, что прибыла карета, чтобы отвезти её обратно в монастырь. Нет, нет, нет. Пожалуйста, не приходите. Если это невозможно, то хотя бы сделайте так, чтобы меня не вызвали обратно в поместье Клейнов. Пусть герцог заберет Дотт, пока он не приедет в монастырь без меня. Пожалуйста, кто-нибудь, остановите это! Слезы печали потекли по щекам Морганы, когда она закрыла глаза. Эти слезы сияли ярче, чем разбитый рубиновый кулон, и вскоре стали шептать бесчисленными голосами. 「... Дорогая, пришло время...」 「Ты уничтожила... ту особенную вещь...」 「Моя... важная... воля...」 「 Исполнить... то, что ты... желаешь...」 "Что это было?" Моргана широко раскрыла глаза, пораженная слуховой галлюцинацией, которая, казалось, заполнила её уши, и в этот момент снаружи с громким «бум» хлынул ливень. Хотя она думала, что это кратковременный ливень, он не прекратился и через десять минут. Вместо этого он превратился в грозу, которая лила не переставая. "Что происходит?" В прошлом дождь вообще не шел. И что это за странный звук я слышала? Моргана напрягла слух, но жуткого шепота, который она слышала раньше, больше не было слышно. В этот момент она услышала. -Моргана! Ты в порядке? -Да...? В дверь ворвалась жрица Шерил, которая была мертва, и крепко обняла Моргану. - Слава богу, что ты не вышла на улицу. Я беспокоилась из-за внезапного сильного ливня. Карета, вероятно, отказалась уезжать, так что, похоже, нам придется остаться здесь ещё на один день. - Ещё один день? - С таким дождем, даже если он прекратится, дорога превратится в грязевую яму, и колеса застрянут. - О... - Не беспокойся о фруктах. Они надежно хранятся, так что тебе не нужно выходить на улицу. Безопаснее всего оставаться в помещении. Видя, что Шерил так добра, Моргана почувствовала комок в горле. Жрица Шерил... Пожалуйста, не уходите в этот раз. Мать-настоятельница Берил была строгой, но её дочь, жрица Шерил, была добра и сострадательна к детям. Однако она никогда не относилась с теплотой к подруге Морганы, Дотт. Может быть, это из-за её проницательности? - Должно быть, идет дождь, потому что сейчас лето. - Да, действительно. Может, поделишься виноградом, который ты так старательно собирала? Если бы это была прежняя Моргана перед смертью, она бы отказалась. Она всегда вела себя в соответствии со строгими наставлениями матери-настоятельницы Берил, не жадничала на еду и вела себя скромно. В прошлом она собирала клубнику и зеленый виноград до грубых рук, а потом отдавала всё это и довольствовалась кислыми овощными соленьями. Она жила глупо, считая это моралью и правильным поступком, стараясь быть хорошим ребенком, который отказывается от всех вкусных продуктов. Но в этот раз все по-другому. Она будет дорожить этими мимолетными мгновениями. - Да, я хочу съесть их с тобой, жрица. - Хорошо, я принесу самую большую гроздь. Зеленый виноград, который она ела вместе со жрицей Шерил, был действительно сладким. С каждым кусочком ей казалось, что слезы, которые она пролила ранее, высыхают, а настроение постепенно поднимается. Однако Шерил, обладавшая острой наблюдательностью, заметила, что за это короткое время что-то изменилось. - Моргана, ты сняла ожерелье? - А...? Да. - Что ж, это хорошо. Дождь может повредить драгоценный камень, если в него попадет вода. Моргана набралась храбрости и спросила. - Жрица, а разве не хорошо всегда носить на шее кулон с драгоценным камнем? - Драгоценные камни плохо переносят воздействие пота или воды. Когда я впервые нашла тебя, твоя шелковая мантия была вся в грязи, но кулон был удивительно чистым, что удивило и меня, и мою мать. - Только кулон? - Обычно драгоценные камни легко повреждаются, когда переживают тяжелые времена. Моргана была глубоко озадачена этой неожиданной историей. Она никогда не спрашивала об этом перед смертью. - Маг, который спас тебя и дал тебе имя, сказал, чтобы мы не дарили тебе кулон и мантию слишком рано. Он сказал, что нужно подождать, пока ты подрастешь, чтобы передать их. - Это... был маг, который дал мне мое имя?! Шерил выглядела озадаченной. - Разве мать-настоятельница не сказала тебе об этом, когда давала кулон? - Нет. - Понятно... Ну, она не любит магию и магов, так что это вполне объяснимо. Мне следовало бы присматривать за тобой внимательнее, но я была слишком занята. Я сожалею, что не спросила тебя об этом раньше. Невнимательна? Нет, жрица Шерил, вы заботились обо мне больше всех. Я просто не понимала этого. Как глупо с моей стороны. Даже поедая сладкий и освежающий зеленый виноград, она снова почувствовала комок в горле. ---------- Моё имя, твоё имя - часть 1 Убрав пустую тарелку, Шерил негромко произнесла. - Итак, Моргана. Все называют тебя Морганой, но ты ведь знаешь, что у тебя есть и другое имя? - Да. Это была не Тиана Мариэтта Клейн. - Твоё имя Морган ле Фей, или Моргана, было тщательно подобрано магом. Что же он сказал? А! Что ты сможешь стать колдуньей, владеющей силой воды естественным образом. - Вода... Вода? На мгновение Моргану охватило леденящее чувство. Странное ощущение после того, как она разбила рубиновый кулон, странный шепот на ухо от нескольких человек... Казалось, будто всё её тело погрузилось в теплую воду. А потом... она отчаянно молилась, чтобы кто-нибудь - кто угодно - помешал ей вернуться в монастырь Грейс. А потом пошел проливной дождь! Дождь, которого никогда раньше не было! Бум. Словно в подтверждение мыслей Морганы, раздался громкий раскат грома, и звук дождя, бьющего по земле и деревьям, усилился. Шерил нежно погладила Моргану по голове, её глаза удивленно моргнули. - То, что мать-настоятельница не рассказала тебе о твоем магическом таланте, действительно несправедливо. Я всегда думала, что она хочет, чтобы ты посвятила себя священству, а не магии. Я поговорю с ней, когда мы вернемся. Если хочешь, ты можешь пойти по пути магии. - Как звали того мага? Выражение лица Шерил стало немного неловким. - Ну...м, Моргана. Мы ведем такую замкнутую жизнь в монастыре, что мало что знаем о далеких вещах, верно? - Да. - Маг называл себя Бароа. Позже я узнала, что был маг с таким же именем, который около года служил Мастером Башни. Время совпадает, но я не уверена, что это один и тот же человек. - Лорд... Бароа. Бароа - имя, редко употребляемое в империи, где она прожила всю свою жизнь. И всё же это незнакомое имя, известное теперь в её новой жизни, почему-то вызывало у неё приятные чувства. Моргана некоторое время молча произносила это свежее и понятное имя. Этот человек должен знать больше подсказок, но встретиться с ним будет непросто. Когда она вдруг подняла глаза, то увидела, что Шерил наблюдает за ней с обеспокоенным выражением лица, и заставила себя улыбнуться. - Он тот самый благодетель, который спас мне жизнь. Я надеюсь, что лорд Бароа счастлив и здоров, где бы он ни был. - Хе-хе, это так похоже на тебя, Моргана. Дождь постепенно прекращался. Когда Моргана, наконец, отбросила внутреннее смятение и начала решать, какой путь ей выбрать, Шерил, вышедшая на минутку, вернулась, щелкая языком. - Фух, хоть дождь и прекратился, карета не сможет приехать за нами ни сегодня, ни завтра. Как только земля немного подсохнет, нам придется взять лопаты и расчистить дорожку перед домом. - Да. Думаю, будет хорошо, если мы вернемся в монастырь к середине утра третьего дня. Я еще раз проверю, не испортились ли клубника и зеленый виноград. Шерил посмотрела на неё с обеспокоенным выражением лица. - Ты всегда такая трудолюбивая. - О, нет, ничего страшного. - Не бери на себя слишком много работы и даже добровольно не выполняй поручения Дотт. Ты должна начать больше заботиться о себе. Меня беспокоит, что ты стала такой худой. Моргана, собиравшаяся направиться в комнату для хранения фруктов, внезапно остановилась на месте. Через несколько секунд она едва смогла ответить. -...Да. Я обещаю. Начиная с сегодняшнего дня. * * * В это же время в монастыре Грейс. Наконец, устранив возмутительницу спокойствия Моргану, Дотт, нацелившаяся на роскошную жизнь знатной дамы и положение будущей кронпринцессы, осталась стоять с открытым ртом. "Что... что это!" Шелковое платье, которое она только что надела, легкое, как крылья, с божественной текстурой, символизировало её признание в качестве истинной дочери. Величественные золотые столбики кровати, которые, казалось, доставали до потолка. Роскошные блюда благородной кухни, которые герцогиня всегда готовила для Дотт, утверждая, что она выглядит слишком хрупкой. Всё это исчезло, как мыльный пузырь, и Дотт снова оказалась не леди Клейн, а жалкой Дотт. Вернулась к тем временам, когда она была обузой монастыря Грейс, когда её всегда несправедливо критиковали за лень, - вернулась к Доттриции. - Что за...! Календарь на стене показывал год двухлетней давности. Не в силах поверить в это, она выбежала за пределы своей комнаты, но обнаружила то же самое. Западное общежитие монастыря стояло нетронутым, хотя она подкупила наемников, чтобы они сожгли его. Комната, в которой находилась Дотт, была именно там. Когда она выскочила в центральный зал, даже мать-настоятельница Берил, о которой ей сказали, что она умерла, прошла мимо неё с недовольным выражением лица. ["Тск. Не стой здесь без дела. Иди в молитвенную комнату и читай Священное Писание или хотя бы помоги со стиркой. Моргана вызвалась собирать летние фрукты, а ты вечно сидишь в своей комнате и ничего не делаешь!"] Уже с трудом смирившись с реальностью, в которую она внезапно вернулась на два года назад, Дотт запылала от ярости. Кто ты такая, чтобы отдавать мне приказы?! Я! я - леди Клейн! Та, перед кем вы должны преклоняться, великая фигура, на которую вы не смеете даже смотреть прямо, та, кому вы будете прислуживать, когда я приду пожертвовать монастырю! Все рухнуло; это должно быть сон...! Дотт, которая уже несколько часов сидела в своей комнате, не ела и не плакала, вдруг вскочила. "Подожди. Летние фрукты? Подумай об этом..." Судя по ситуации, если только это не был ужасный кошмар, похоже, что она действительно вернулась в тот летний день два года назад, когда Моргану вызвали в поместье герцога. Могла ли она действительно вернуться в прошлое? ---------- Моё имя, твоё имя - часть 2. Дотт вытерла покрасневшие глаза и приняла решение. "Возьми себя в руки, Дотт. Нет, Тиана Мариэтта Клейн. Ты ведь умная девочка, не так ли? Это может стать возможностью. Шанс исправить прошлые ошибки, которые я не заметила, и стать совершенной собой. Я смогу стать леди Клейн даже раньше, чем через два года!" Доттриция сжала кулаки и задрожала от волнения. За те два года, что она провела в поместье герцога после того, как Моргана упросила её приютить, она никогда не жила комфортно. Хотя она всегда улыбалась герцогу, герцогине и Морису, её постоянно мучил страх. Она не была там по необходимости, и никто не знал, когда её могут выгнать. То, что Дотт, имевшая вполне благополучную семью, попала в монастырь, объяснялось тем, что она бежала после убийства своих родителей. Изначально она была дочерью виконта Карриса, жившего в отдаленном уголке Империи. Семья только по имени, стоящая на грани краха, с искалеченным старшим братом Луминтом, который постоянно отнимал у них деньги. Дотт вынашивала страшный план убийства брата, чтобы снизить стоимость его лекарств. Только тогда она сможет накопить приданое. Но Луминт, отчаянно пытаясь спастись, сорвался со скалы. Дотт намеревалась столкнуть его с сухого места, но тот упал далеко в сторону от курса, в реку внизу. Всплеск! От этого звука сердце Дотт заколотилось от страха. Она боялась, ужасалась. Что, если он не умер?! Это я уговорила его прогуляться. Если он не умер, он даст против меня показания за попытку убийства...! Парализованная страхом, Дотт провела несколько недель в бегах, пока наконец не спряталась в монастыре Грейс. Там она встретила доверчивую и покорную Моргана..... С тех пор многое произошло. Если она и жалела о чем-то, чего уже не могла исправить, так это о том, что была так напугана, что скрыла свою фамилию только при поступлении в монастырь и по глупости использовала настоящее имя вместо псевдонима. Вскоре после рождения странствующий священник дал ей имя Доттриция, которое изредка использовали только члены её семьи. Другие жители её родного города обычно называли ее Тришей. Имя Доттриция слишком бросалось в глаза, поэтому до приезда в монастырь она звалась Тришей. Если бы она только сохранила самообладание, когда попала туда..... Если бы только она могла повернуть время еще немного назад, это был бы прекрасный шанс сделать всё правильно! "Нет, я не могу просто сидеть здесь с тем, что мне не нравится. Титул леди всегда предназначался мне, а не Моргане, которая даже не может держать в порядке свои дела. На этот раз я все сделаю правильно!" Если всё будет так же, как в её воспоминаниях. Вскоре должен был прибыть герцог Клейн, которому было предсказано, что через несколько лет он найдет свою потерянную дочь. Дотт торопливо схватила метлу и принялась усердно подметать в коридоре, по которому часто ходила мать-настоятельница Берил. Прошел час, два часа, три часа. -Хм... И только когда светлое небо уже почти превратилось в сумерки, Берил наконец появилась, проходя мимо. Дотт, чьи руки болели от нетерпеливого подметания, почувствовала, как внутри неё закипает гнев, но опустила голову и притворилась смиренной. "Я должна попасть в поместье герцога Клейна одна и стать Эйной. Тогда я смогу прожить славную жизнь без посторонних вмешательств и постороннего внимания!" Такова была её главная цель на данный момент. Поместье герцога было центром обучения Морганы, которую привезли сюда ради потерянной дочери. Дотт, как побочной ветви, приходилось отчаянно бороться за выживание в этой среде. Текущий план Дотт был таков: Сначала приехать в поместье герцога одной и попросить сосредоточиться на изучении этикета. Заручившись похвалой учителя этикета, она сможет добиться доверия и привязанности, что станет её первым шагом. "Мне придется сохранить жизнь Морганы до теста на отцовство в храме, верно? К тому времени они будут есть у меня с ладони, и я смогу легко принести её и использовать тот же трюк". У Морганы была четкая причина сохранить жизнь. Рубиновый кулон и шелковый халат, украденные ею в прошлой жизни, были всего лишь старыми жетонами. Настоящим испытанием был камень истины в храме. Она просто обязана была пройти его. В прошлом Дотт едва удалось добиться успеха, отправившись вместе с Морганой в храм и ловко манипулируя событиями, чтобы Моргана ответила на вопросы. "Фух..." На самом деле Дотт вовсе не собиралась проделывать тот непомерный объем работы, который проделала Моргана. Эта дурочка училась до смерти, не понимая, что уже вернулась в родную семью. Ей нужно было как можно быстрее завоевать расположение и доверие, чтобы её признали истинной леди. Конечно, они не будут ожидать, что она будет столько же учиться, когда её признают дочерью. "Отлично!" Подумав, что она разработала безупречный план, Дотт услышала холодный голос Берил. - Доттриция, прекрати подметать и зайди на минутку сюда. - Да! Это было именно то, на что она надеялась. Войдя в тихую гостиную, Берил с достоинством уселась и испустила небольшой вздох. - Хаа, я рада, что ты наконец-то приняла позу преданности и смирения под руководством божества. Я думала, что ты навсегда останешься незрелой, но, видимо, время меняет людей. "Черт возьми...! Ты вызвала меня только для того, чтобы прочитать мне какую-то бесполезную лекцию?" Дотт была на грани того, чтобы взорваться от досады, но скромно опустила глаза. Берил прищелкнула языком. - Ну, не бери в голову. Люди со временем меняются. - Э-э, мать-настоятельница. Могу ли я чем-то помочь? Я готова сделать всё, что нужно. ---------- Изменчивая история В Империи было всего два герцога. Герцог Клейн, естественно, был самым известным из них. Даже живя в отдаленных уголках Арканской империи под виконтством Карисс, она слышала его имя. Поэтому, естественно, они послали такого утонченную и культурную стажерку, как Дотт, чтобы поприветствовать его. Но только при условии, что Моргана, выбранная матерью-настоятельницей Берил, будет отсутствовать. - Ты? - Да, моя подруга Моргана отправилась в учебный центр собирать фрукты, и когда они появятся, я приготовлю варенье. У Дотт пересохло в горле, когда она заставила себя произнести слова, которые презирала. Пожалуйста, прошу вас, опуститесь до этого! - А, точно. В этом году фрукты возле учебного центра созревают медленно. Полагаю, многие ещё не дозрели. Вот оно! Дотт внутренне ликовала. - Тогда, может, подождем ещё несколько дней и соберем всё сразу? Плоды созревают каждый день по-разному. Она уже говорила об этом раньше, даже в присутствии герцогини Клейн. Однажды она использовала именно эту концепцию созревания фруктов, чтобы высмеять наивную баронессу, которая не понимала её. - Хм... - Некоторые из недозрелых фруктов быстро созреют за несколько дней, так что это будет лучше, чем ходить туда-сюда. Мать-настоятельница Берил глубоко задумалась, а затем кивнула. - Ты права. Мы отложим отъезд кареты и сообщим об этом мальчику-пастуху. Шерил сможет выдержать несколько лишних дней. Там много еды. -Да. Это сработало, действительно сработало! Дотт был вне себя от радости. Всё, что ей было нужно, - это выбить один день. Согласно календарю, завтра герцог Клейн должен был тайно посетить монастырь. Даже если мать-настоятельница Берил предназначала Моргану для Эйны, всё, что мне нужно было сделать, - это встретиться с герцогом и поколебать его. Такие совпадения всегда можно устроить! Не придется потом сокрушаться, узнав, что Моргана отправилась в особняк герцога! Уверенность Дотт взлетела до небес. В конце концов, она и раньше успешно очаровывала домочадцев Клейна. - - - На следующий день герцог Клейн действительно прибыл в монастырь переодевшись, и Дотт сделала всё возможное, чтобы привлечь его внимание. Он даже улыбнулся ей, оценив её учтивое и культурное поведение. Неважно, что мать-настоятельница Берил не сообщила ему, с кем он имеет дело. Дотт, нанеся первый удар, уже чувствовал победу. "Ха... хахаха... Это безумие - знать всё, что произойдет, наперед. Я стану благородной дамой герцогства Клейн еще до конца года, а не через два!" И бедная Моргана, умершая с мозгом, набитым бесполезными знаниями, ради чего? Посмотри на меня! Я снова превзошла тебя! Ты настолько глупая, что думала, будто можешь постичь все знания мира, как океан! Я преуспела! А ты потерпела неудачу - и тогда, и сейчас! На второй день визита герцога задержка с доставкой Морганы всё ещё вызывала проблемы. Но человек его положения не стал бы ждать вечно. Если бы только удалось заменить Моргану собой, всё было бы решено. Доттриция всё ещё беспокоилась о том, когда карета отправится в учебный центр. Она горячо молилась, чтобы отсрочка не затянулась. Тем временем герцог, без предупреждения явившийся в монастырь Грейс, осведомился у матушки-настоятельницы Берил. - Мать-настоятельница. Девушка, которую вы рекомендовали, ещё не приехала? -Да, мне очень жаль. Мать-настоятельница Берил выглядела обеспокоенной. Когда герцог внезапно приехал, они отправили телегу, но водитель даже не добрался до учебного центра из-за неожиданного ливня, который затопил дорогу. На ремонт уйдет три-четыре дня. Она подумывала послать кого-нибудь пешком, но путь был коварным, размытым и рискованным. "Моргана.." Когда герцог прислал письмо с просьбой найти девочку для воспитания Эйны, пока он не сможет забрать свою дочь, мать-настоятельница Берил без колебаний остановила свой выбор на Моргане. Она была строга с Морганой после того, как та впервые попала в монастырь, опасаясь, что прошлые травмы снова приведут её к беде. Возможно, именно эта строгость привела к тому, что она стала слишком послушной. Тем не менее Берил не могла придумать никого другого на эту роль. Но вот то, что Моргана отсутствовала в момент приезда самого герцога, было катастрофой. А поскольку герцог приехал тихо, чтобы уединиться, исправить ситуацию не представлялось возможным. - Мать-настоятельница, у меня осталось мало времени. Мне скоро придется вернуться, если вы не сможете помочь мне и дальше. - Да, конечно. Я лично доставлю Моргану в поместье герцога... Как раз в тот момент, когда Берил начала паниковать, герцог прервал её неожиданным предложением. - Нет необходимости. Я видел очаровательную девушку по имени Доротея, когда тихо наблюдал за учениками. Я возьму её в Эйны. Я буду соблюдать условия, о которых мы договорились. - Что? Доротея? Хотя Доротея - достаточно распространенное имя, ни одна из девушек, соответствующих возрасту, который искал герцог, всё ещё не была в монастыре. Большинство из них покинули общежитие и стали воспитательницами, служанками или вышли замуж. Герцог от души рассмеялся. - Хаха, она сказала мне называть её Доротеей, потому что многие неправильно произносят её настоящее имя. Мать-настоятельница Берил вдруг вспомнила кое-что. - Вы имели в виду... Доттриция? Светло-каштановые волосы, голубые глаза, не особенно маленькая, всегда держится прямо. - Да, это она. Даже на расстоянии она держалась лучше всех остальных. - Хаа. В монастыре никто никогда не произносил имя Доттриции неправильно. Одна из монахинь упомянула, что герцог провел немало времени, беседуя с одной из учениц, но кто бы мог подумать, что это Дотт? Какая дерзость! Как она дерзнула обмануть милостивого герцога, да ещё и попросить его изменить её имя! Берил была в ярости, но ничего не могла поделать. Монастырь Грейс не входил в состав города, поэтому помощь была невелика. Без покровительства герцога детское общежитие скоро придется закрыть. Учитывая, что герцог сейчас благоволит Дотт, возражать было бессмысленно. Мать-настоятельница Берил говорила осторожно. - Я выбрала тихую девочку, но, полагаю, ничего не поделаешь. Если Доттриция не соответствует вашим критериям Эйны, пожалуйста, сообщите мне об этом в будущем. - Хм... - Есть ещё одна девушка, Моргана, которая живет здесь гораздо дольше, чем Доттриция. Она умна, трудолюбива и добра. Она бы преуспела в любом образовании, которое дается в поместье герцога. - Похоже, вы глубоко заботитесь о ней, мать-настоятельница. Герцог уже принял решение относительно Доротеи, и её слова не имели большого веса, но они что-то всколыхнули в Берил. Её руки задрожали, а горло сжалось, но она просто кивнула, провожая герцога к выходу. -...Возможно, так и есть. Почему она только сейчас осознала, насколько дорога ей Моргана? Почему она поняла это слишком поздно? Герцог, явно пребывая в хорошем настроении, дал ещё одно обещание, уходя. - Осенью я закуплю всё выдержанное вино. Приготовьте много. Я также куплю бархатные шарфы и зимние перчатки для девушки, которой вы дорожите. -Большое спасибо. И вот герцог уехал вместе с Доттрицией, которая теперь называла себя Доротеей. Через десять дней Моргана наконец вернулась. * * * Вернувшись, она приняла поразительное решение. - Моргана! - Я приняла решение. - Подумай ещё раз, хорошо? - Спасибо вам за всё. Я никогда этого не забуду. - Моргана, Моргана! Мать-настоятельница Берил грубо схватила её за руку, объявив, что она покидает монастырь. Рукава Морганы, облегающие её худенькую фигурку от непосильного труда, заставили Берил почувствовать непреодолимую вину. Обращаясь к Шерил, которая только что закончила собирать поздние летние фрукты, мать-настоятельница Берил тихо сказала: ["Сделай так, чтобы герцог с самого начала намеревался забрать Дотт. Мы не можем допустить, чтобы сердце этой бедной девушки разбилось от мысли, что её шанс стать Эйной был украден её же подругой".] Для монастыря было лучше, чтобы Дотт уехала. Она всегда избегала работы и любила вести себя высокопарно. "Но я думаю, что всё в порядке". Она планировала вернуться к мирной жизни, заработать много денег к осени и подарить Моргане бархатный шарф, новые туфли и теплое зимнее платье. Она даже начала вязать перчатки. Но её планы рушились. - Я уже достаточно взрослая, мать-настоятельница. Я не могу жить здесь вечно, только получая помощь. - Моргана, сначала успокойся, хорошо? Куда ты можешь уехать, если прожила здесь всю свою жизнь? -... Куда угодно. Пока что я начну с посещения городского бюро по трудоустройству. - Моргана! Моргана мягко улыбнулась, приняв решение. - Мать-настоятельница так много сделала для меня - научила шить, работать по дому и даже читать. Вы поддерживали меня до сих пор, но теперь... - Моргана... - Я хочу увидеть мир сама, пока не поздно. Моргана говорила искренне. В прошлой жизни она всегда жила, подчиняясь чужой воле. Два года, проведенные в заточении у семьи Клейн, измотали её, и спокойная жизнь в монастыре больше не привлекала её. Но больше всего... Вернувшись из учебного центра, она заглянула в шкаф и обнаружила пропажу своего шелкового халата. Я уверена, что оставила его там. О халате знали только семья Берил, Моргана и Дотт. "Должно быть, Дотт украла его по дороге в поместье герцога. Если бы я оставила рубиновый кулон, она бы забрала и его". В этом Моргана была уверена. Все в монастыре Грейс жили так, словно время не вернулось на два года назад. Только Доттриция и Моргана, несомненно, сохранили воспоминания о прошлом и о том, что ещё предстояло. "Конечно. Зачем ей красть то, что она даже не могла надеть на себя по дороге в поместье герцога?" И что это означало... ---------- Направляясь в столицу - часть 1. Моргана понимала, что, оставаясь в монастыре, в конце концов снова навлечет на себя злобную хватку Дотт. Она, скорее всего, попытается украсть оставшийся рубиновый кулон, настаивая на том, что она и есть настоящая леди Клейн. Моргана не могла сидеть сложа руки и позволить этому случиться. Даже если она не вернется в поместье Клейнов, ей необходимо набраться сил, чтобы защитить себя и не дать Дотт разжечь ещё более опасное пламя в монастыре Грейс. "Я должна покинуть это место". Моргана не боялась предстоящего пути, хотя он и не был обозначен. Скорее, ей было любопытно и интересно, что ждет её в будущем. - Моргана... подожди, подожди минутку! Берил схватила Моргану за руку и повела её прямо в свою комнату. Там она шепотом поведала ей подробности того, что произошло при их первой встрече, как и рассказывала Шерил - за исключением одного. Возможно, это было что-то такое, о чем Шерил даже не подозревала. - Что? - Тот маг, Бароа, сказал, что если ты когда-нибудь захочешь научиться магии, то должна взять это письмо и прийти в Башню магов. Что скажешь? Глаза Морганы расширились от неожиданного предложения. - Но... разве маг Бароа не исчез всего через год, не оставив после себя никаких следов? Что, если Башня будет отрицать, что ей что-то известно? - Всё будет в порядке. Если они не примут тебя, просто возвращайся сюда. - Мать-настоятельница... Берил, всегда такая строгая, теперь покраснела. - Да, Моргана. Тебе нужно время, чтобы полностью выбрать свой собственный путь, а я была слишком слепа, чтобы увидеть это. Я думала, что если всё пойдет так, как я хочу, то и для тебя это будет хорошо... Честно говоря, это было несколько неожиданно. Мать-настоятельница не могла знать, что Моргана - настоящая дочь герцога Клейна. Тогда почему она решила отправить именно Моргану среди всех остальных сирот? В глубине души Моргана поняла ответ. Мать-настоятельница верила, что я буду там преуспевать. - Я обязательно вернусь, так что, пожалуйста, не плачьте. - Ох, Моргана! "Я защищу вас, обещаю". Моргана обняла Берил, и они обе заплакали, охваченные теплом чужой доброты - чувством, которое она не понимала в своей предыдущей жизни. Мать-настоятельница дала Моргане щедрую сумму денег из своих собственных сбережений. Моргана сначала отказалась, но Берил настояла на своем и положила деньги в сумку. На следующий день. Собирая свои скудные пожитки, Моргана заколебалась, а затем добавила к вещам сломанный рубиновый кулон. Она могла бы выбросить его, но мысль о том, что он попадет в руки Дотт, не давала ей покоя. "Ха..." Так внезапно отправиться в Башню магов? До разговора с матерью-настоятельницей она даже не задумывалась об этом. Сев в карету, направлявшуюся в Башню, она погрузилась в глубокую задумчивость. "Маг Бароа сказал, что у меня талант к магии воды, верно? Что это редкая способность среди людей. Как интересно." Монастырь Грейс был настолько тихим местом, что в его библиотеке было мало книг по магии. Благодаря помощи Берил, Моргане удалось немного почитать вчера вечером, хотя самостоятельно она бы не решилась. "Хааа... Я ничего не знаю о магии. Справлюсь ли я?" Большинство людей, родившихся с магическим талантом, начинали учиться в юном возрасте. Моргана немного беспокоилась, что, возможно, начала слишком поздно. Конечно, она будет упорно трудиться, но одно лишь старание не гарантирует успеха. Она сосредоточилась на чтении основных магических формул, которые скопировала накануне. Кто знает, сколько времени прошло, когда... - Ой! - Ах! Карета, до этого плавно двигавшаяся, вдруг резко затормозила. Моргану, погруженную в раздумья, подбросило с места, и она с грохотом упала на пол. - Ауч... Потирая больное бедро, она услышала, как водитель поспешно вышел к ней. Зная его уже давно, Моргана не могла просто сидеть на месте. Забеспокоившись, что что-то случилось, она быстро вышла из кареты - и задохнулась. - Ох! - Ах, мне так жаль, Моргана. Я проверил колеса перед отъездом, но по дороге что-то, видимо, пошло не так. Деревянное колесо треснуло и полностью раскололось. Какая катастрофа. - Мы не можем продолжать поездку в такой карете. - У меня есть запасное колесо, но его придется долго чинить своими силами. Оно тяжелое, и мне нужно, чтобы обе стороны были правильно сбалансированы. - О... - Если я закончу здесь, то к тому времени, как мы доберемся до столицы, уже стемнеет, и ворота, скорее всего, будут закрыты. Моргана посмотрела в сторону столицы, сиявшей под холмом. Дотт была там, как и её биологические родители, герцог и герцогиня Клейн, и Башня магов - все они лежали внутри огромного города. Они были так близко. - Что же нам делать? Мы уже почти приехали, но оставаться на ночь в дороге - не лучший вариант, да и стража за городом не позволит нам задерживаться. - Это правда. - Может, лучше починить карету, вернуться в монастырь и завтра снова отправиться в путь, Моргана? Выслушав кучера, Моргана заколебалась. Если она вернется в монастырь сейчас, мать-настоятельница может передумать и не дать ей уехать. Может быть, даже Шерил. Она зашла так далеко. Лучше идти вперед, невзирая на препятствия. Она покачала головой. ---------- Направляясь в столицу - часть 2. - Нет, всё в порядке, сэр. Я возьму свою сумку и пойду пешком в столицу. Мне неловко оставлять вас здесь, но... - Ты пойдешь одна? Она слишком тяжелая для тебя... Обеспокоенный голос кучера был заглушен внезапным стуком копыт лошадей. Стук копыт был совсем не похож на тот, что раздавался из кареты. Они были живыми и сильными, словно множество лошадей скакали в унисон. От испуга Моргана инстинктивно закрыла уши. - Ха...! - О боже, это, должно быть, рыцари, раз мы недалеко от столицы. Иди сюда. Рыцари. Прижавшись к мужчине, Моргана припомнила кое-что. Второй сын герцога Клейна, Морис, не смог вступить ни в один столичный рыцарский орден. Даже сейчас, зная, что они одной крови, она не могла избавиться от презрения к нему. И не только из-за Дотт, но и из-за его собственных недостатков. "Однажды герцог спьяну сказал, что его старший сын, Кассель, настолько талантлив, что, несмотря на то что он наследник, его отправили на границу, в то время как Морису, второму сыну, не хватает желания даже стать рыцарем". Морис Клейн был вторым сыном герцога, в конце концов. Даже не обладая особыми навыками, он мог бы вступить в орден при поддержке. Её беспокоили не только его постоянные неудачи. Если он не смог вступить в столичный рыцарский орден, почему не попытался получить должность в провинции? Пьяный герцог пробормотал: ["Этот никчемный мальчишка! Он не желает и шагу ступить за пределы столицы, называя провинции варварскими... А я терплю его, потому что он мой сын..."] [«Вы слишком пьяны, Ваша светлость»]. ["Он говорит, что не женится и не вступит в орден, если только это не будет должность, которую он считает достойной... Что же мне с ним делать? Я терплю его только потому, что он мой ребенок..."] [«Давайте отправим Вас в постель»]. Дворецкий бросил на Моргану враждебный взгляд, явно угрожая, чтобы она помалкивала о том, что только что услышала. - ... При воспоминании об этом сердце Морганы снова похолодело. Поместье герцога ничем не привлекало её, и она ненавидела каждую травинку в нём. Больше, чем Дотт, герцог и герцогиня изгнали её оттуда. Они никогда не давали ей ничего, за что можно было бы ухватиться. Она решила дождаться, пока рыцари проедут мимо, и только потом снова отправиться в путь. Ей не хотелось выглядеть так, будто она следует за ними, - это было бы опасно и неприятно. Но у судьбы были другие планы. - Хм... Неподалеку послышался стук копыт, и кто-то сошел с коня. Вслед за ним с лошадей слезли и другие рыцари. Кучер быстро прикрыл Моргану собой, глубоко поклонившись. - О, лорд Рыцарь. - Что здесь происходит? Похоже, колесо вашей кареты сломалось. Это саботаж? Голос мужчины был твердым и властным, в отличие от хвастовства Мориса о том, что он величайший рыцарь Империи. Этот человек излучал настоящую силу. - Нет, сэр. Я пренебрег надлежащим обслуживанием, и оно сломалось во время путешествия. Я могу починить его, но это займет время. - Откуда вы? - Монастырь Грейс. Рыцари всегда будут рыцарями. Допрос казался рутинным. Спрятавшись за спиной мужчины, Моргана осмелилась поднять взгляд. "Он молод..." Больше, чем сверкающие серебряные доспехи, её поразили его темные волосы. Он был невероятно высок - настолько, что Моргане казалось, будто он видит её даже за спиной кучера. - Монастырь Грейс, говорите. Мужчина на мгновение задумался, а затем снова обратился к нам. - А та молодая девушка, что стоит за вами? Она тоже из монастыря? - Да, сэр. - Хмм. Подождите здесь, и я пришлю кого-нибудь из столицы, чтобы починить вашу карету. Они должны прибыть в течение двух часов. Рыцарь так добр к незнакомцам? Моргана не могла поверить в то, что слышит. Разве рыцари не оказывают подобные любезности дворянкам или другим высокопоставленным особам? И она, и кучер явно были простолюдинами. "Неужели он не похож на тех высокомерных рыцарей, которых я знала? В отличие от Мориса, который отказался стать таковым?" С момента своего возрождения Моргана начала по-новому видеть доброту в Берил и её дочери. Возможно, и этот рыцарь отличался от тех надменных, с которыми она сталкивалась раньше, - хотя бы немного. Тудух,тудух. Её сердце забилось. - Вы направлялись в столицу? - Да, да. -...Вам придется подождать, пока карета будет отремонтирована. Однако я беспокоюсь об этой юной леди. Несмотря на то, что сейчас лето, в последнее время здесь идут проливные дожди, и довольно прохладно. Я не хочу оставлять её надолго на обочине дороги. Стук, стук. По какой-то причине её сердце снова забилось. Она поклялась небесами. Это было не потому, что она влюбилась в этого незнакомого мужчину. Это было сильное предчувствие, которое она не могла объяснить словами. - Вице-капитан. Вице-капитан? - Если вы не против, я отвезу эту юную леди в столицу. Куда вы направляетесь? Кучер может либо подождать, пока карета будет отремонтирована, и вернуться, либо позже встретиться в условленном месте, чтобы подтвердить её прибытие. - Э-это было бы слишком...! Водитель, инстинктивно опасаясь рыцаря, замялся, но Моргана и сама поняла, что хотела сказать. Теперь моя очередь говорить. ---------- Кассель Деуплионе Клейн - часть 1 - Да, я направляюсь в столицу, сэр Рыцарь. Спасибо за Вашу доброту и за кучера. - Если Вы не против, можете ехать позади меня. Я буду вести лошадь медленно. Положите свой багаж здесь. - Да. Другой рыцарь быстро подхватил багаж Морганы и надежно привязал его рядом с лошадью. Лошадь, такая устойчивая, даже не фыркнула, удивив её. - ...Спасибо. - Это... это... - Мы ещё увидимся, мистер Драйвер. Моргана робко попрощалась с мужчиной с раскрасневшимся лицом, после чего шагнула вперед. Почему она так поступила? Это было слишком смело. Слишком смело. Приняв доброту незнакомого рыцаря и держась за его талию всю дорогу, Моргана не могла понять, как она поступила. Откуда взялась эта смелость? Пусть он и рыцарь, но все равно чужак, а я приняла его доброту. И не просто рыцарь - он вице-капитан. Я не знаю, к какому ордену он принадлежит, но он должен быть кем-то важным... - Вы говорили, что собираетесь в Башню магов? - Да. - Миледи - начинающий маг? Это довольно редкое явление - покинуть монастырь и отправиться в Башню. -... Его голос, доносившийся из-за широкой спины, был приятным. Он напомнил ей освежающий шум волн на пляже, который они посетили после того, как Шерил сдала экзамен на священство. Этот звук был похож на морской бриз, который ласкал её босые ноги на белом песке, смешиваясь со свежестью внутри раковины конха, которую она прижимала к уху. Не став больше дразнить Моргану, он мягко направил лошадь и благополучно доставил её в город. По дороге к Башне магов он даже распорядился, чтобы в помощь кучеру прислали техника. "Как мило". Он сдержал свое обещание до самого конца! Моргана подумала, что было бы замечательно, если бы все рыцари были такими, как он, или хотя бы похожими. Сойдя на землю, она с благодарностью представилась. - Большое спасибо, сэр Рыцарь. Меня зовут Фэй. Я не забуду доброту, которую Вы проявили ко мне и кучеру. - Я всего лишь обычный рыцарь, леди Фэй. Надеюсь, Вы станете великим магом. Темноволосый рыцарь не назвал своего имени, но, тем не менее, был вежлив. Должно быть, у него есть на то причины. Как и у неё, наконец-то избавившейся от мрачного имени Моргана, которое она носила всю свою жизнь. Поэтому, улыбнувшись, начинающий маг, ставшая теперь Фэй, весело ответила. - Да. Если мы когда-нибудь встретимся снова, я обязательно покажу Вам свою магию. - С нетерпением жду этого. Рыцарь мягко улыбнулся и, сев на коня, проследил за тем, как Фэй вошла в Магическую башню. - - - Редкая улыбка красивого рыцаря исчезла, как только он отвернулся. Он не был тем, кто легко проявляет то, что он назвал бы «маленькой добротой». Но сегодня его внимание привлекла девушка с ясными глазами, прижавшаяся к кучеру и не выказывавшая ни малейшего страха. Он не знал, почему. Может, дело в её бледно-зеленых глазах, похожих на распускающиеся листья? О её ярко-розовых волосах он вспомнил только после того, как отвернулся. - Фух. Когда Фэй и проводник Башни магов исчезли, рыцарь рядом с ним заговорил. - Вице-капитан, мы направляемся прямо в Императорский дворец? - Да, идем. - Понятно! Кассель Деуплионе Клейн, старший сын герцога Клейна и вице-капитан рыцарей Синей розы, защищавших восточную границу империи, вел своих рыцарей на полной скорости. Он надеялся лишь на то, что хорошее чувство, возникшее у него после встречи с Фэй, продлится хотя бы некоторое время. Трудно нести в себе одновременно застенчивость и смелость. Зная слишком хорошо, каким трудным может быть этот первый шаг, Кассель не жалел о времени, потраченном на её помощь. Помочь кому-то сделать первый шаг к новому началу - это всегда радость, сколько бы раз ты ни делал это. Как только воспоминания об её улыбающемся лице исчезали из его памяти, наступала реальность. Почему так? В слишком юном возрасте его мать горько плакала, отправляя своего драгоценного первенца на фронт. Однако Кассель, убедивший её и отправившийся на границу, ни разу не побеспокоился о своей семье или их поместье. Его отец был еще в расцвете сил, в добром здравии и никогда не принимал неверных решений ни в политике, ни в управлении их землями. Даже когда младший сын, Морис, боролся за право стать рыцарем, они не бросали деньги на решение проблемы, чтобы заставить его стать рыцарем. Так что... он мог оставаться на территории Розии еще по крайней мере десять лет без всяких опасений. - ... Острый, как лезвие, холодный ветер прошелся по его щеке - не по сезону летняя прохлада. В последнее время Кассель испытывал необъяснимое чувство тревоги и даже терял из-за этого сон. Это было необычно для него, человека достаточно смелого, чтобы вздремнуть даже в самом сердце поля боя. Вот уже несколько дней ему снились кошмары с пламенем, охватившим столицу Лаписа. Особняк Клейнов, вечно живой в его сердце, всегда первым превращался в пепел. "В столице происходит нечто, о чем я не знаю. Я должен это выяснить". Чтобы разобраться в этом беспокойстве, Кассель даже попросил своего друга, наследного принца Силласа, выдать ему официальную повестку, чтобы он мог вернуться в столицу под законным предлогом. Под видом «особой королевской миссии» ему будет легче свободно передвигаться. - Поехали! - Да! Он верил, что, добравшись до Императорского дворца, найдет источник своего беспокойства. Однако и в тот день, и на следующий, обыскав дворец и его архивы, расспросив людей, он так и не нашел никаких зацепок. Что происходит? Моя интуиция никогда не ошибается. ---------- Кассель Деуплионе Клейн - часть 2. Наследный принц Силлас, заметив необычную поспешность в поведении Касселя, посмотрел на него с озадаченным выражением лица. - Кассель, ты действительно в порядке? -...Да. - Когда ты сказал, что хочешь внезапно вернуться, я не стал сомневаться, но теперь должен спросить. Что заставило тебя вернуться сюда? Наедине с наследным принцем, Касселю было легко ответить. - Я и сам не уверен. Просто почувствовал, что в столице что-то происходит. Силлас, близкий друг Касселя и его будущий политический союзник, а может быть, и самый грозный соперник, тепло улыбнулся ему. Как бы ни изменило их время в будущем, оно не могло стереть этот момент товарищества. - Всё в порядке, Кассель. Теперь, когда ты вернулся, можешь отдохнуть. Ты посетил герцогство? Уверен, герцогиня была в восторге. - Нет. Вчера вечером я остановился в гостинице «Мичжуан» рядом с дворцом. - Тебе следует навестить родителей. Ты сообщил им, что приедешь? -...Нет. Силлас покачал головой на строгую формальность своего друга. - Работа - это важно, но раз уж ты вернулся в столицу, удели время отдыху и подумай о своем будущем, Кассель. Ты не можешь вечно оставаться на границе. - Ради Империи я могу остаться и дольше. - Ты уже хорошо послужил за четыре года службы. Тебе не нужно оставаться дольше. - Ваше Высочество. - Если ты - нет - если лорд Кассель Деуплионе Клейн останется в столице, это пойдет мне только на пользу. Пока ты здесь, подумай об этом. -... Отказ, который должен был последовать незамедлительно, так и остался невысказанным. Трудно было сказать «нет», особенно видя мрачное выражение лица Силласа. Его затворничество началось, когда Кассель был на границе. Наследный принц, достигший брачного возраста, уже почти три года не посещал светские мероприятия. Хотя причины этого держались в тайне, слухи ходили вокруг важного события. Его помолвка с леди Латель была расторгнута по политическим причинам, и кронпринц согласился на это. В мире, полном браков по расчету, в этом не было ничего необычного, но после разрыва Силлас отвергал все приглашения на светские приемы и балы. Даже услышав об этом, ситуация выглядела странно. "Ваше высочество..." Кассель, проведя четыре года вдали от дома, не знал всей истории. И даже сейчас, стоя перед наследным принцем, он не стал бы лезть на рожон, если бы Силлас сам не заговорил об этом. Что бы ни произошло между ним и леди Латель, или если в этом было виновато что-то другое, Кассель был готов помочь любым способом. - Обязательно навести свою семью сегодня вечером. - Да, Ваше высочество. Прощаясь с другом, Силлас улыбнулся при мысли о том, как обрадуется семья Касселя. Однако в своем довольстве он забыл напомнить Касселю о чем-то важном: послать весточку в герцогство заблаговременно. И вот Кассель в своей типично прямолинейной манере просто прискакал в герцогство без предупреждения. - - - Его неожиданное возвращение привело домочадцев Клейна в растерянность. - Ах... Боже мой! Молодой лорд! - Дворецкий, давненько не виделись. Кассель поприветствовал дворецкого, вышедшего встречать его, его глаза расширились от удивления. - Добро пожаловать домой, милорд. Я сейчас же приготовлю вам ванну - нет, сначала я должен сообщить об этом герцогу и герцогине. Джефф, Лидия! Быстрее! Молодой лорд вернулся! Глядя, как дворецкий мечется по комнате, Кассель наконец понял. Наконец-то я дома. ...Но есть одна вещь, которой он не ожидал. Странная девушка, которую он не знал, каким-то образом вклинилась в то, что должно было быть исключительно семейным сборищем. Судя по её одеянию, к ней, похоже, относились несколько иначе, чем к слугам. Более того, девушка, словно её заранее предупредили, деликатно приподняла юбку и поприветствовала его. - Здравствуйте, молодой лорд Кассель. Меня зовут Доротея. Кто она? Не только для человека его ранга, но даже для менее знатного дворянина было обычной вежливостью не обращаться к кому-то по имени при первой встрече. Когда незнакомка подошла и заговорила так непринужденно, не соблюдая приличий, Кассель почувствовал себя ошеломленным. Что бы он ни думал, его мать, обрадованная столь долгой встречей со старшим сыном, тепло улыбнулась. - Входи, Кассель. Если бы я знала, что ты приедешь, я бы приготовила больше! Значит, ты не собираешься снова отправиться в такие далекие и опасные места, верно? - Я...! Он уже собирался ответить, объяснив, что это «особая королевская миссия», которую он обсуждал с наследным принцем, но потом остановился. Возможно, было бы неплохо рассказать об этом родителям и даже Морису, но сейчас, когда здесь находится эта странная девушка, совершенно незнакомая, было неподходящее время, чтобы поднимать эту тему. Честно говоря, даже обсуждать такие вопросы в присутствии развязного Мориса было рискованно. Кто она такая и почему задерживается здесь даже после того, как дворецкий отошел в сторону? Подавив раздражение, он спросил, сохраняя спокойный тон. - Мама, кто эта девушка? - Ты ведь читал письмо о срочном прорицании, которое получил Его превосходительство? - Матушка! Этот вопрос был очень деликатным, почти больной темой для Касселя. В герцогском роду Клейнов было не только два сына. Была ещё и дочь, любимая принцесса. Причина «была» в том, что бедная девочка погибла в результате трагического несчастного случая, когда была ещё совсем маленькой. Вскоре после рождения у Принцессы обнаружили критическое состояние здоровья. Она не могла самостоятельно дышать, и спасти её не было никакой возможности. ...... ---------- Зоркий взгляд молодого лорда - часть 1 Младенца-принцессу отправили в Большой храм Верховного божества, где жила святая Кафия, на длительный срок. Она была так сосредоточена на лечении, что семья даже не успела написать её портрет. Она была таким хрупким и нежным ребенком, что кормилица и четыре служанки уединились в храме, чтобы ухаживать за ней. Только когда ей исполнилось шесть лет, она наконец набрала вес и смогла вернуться в поместье герцога. Это было несказанное счастье. Кассель втайне с нетерпением ждал первого появления своей очаровательной сестренки, от которой он даже не слышал плача. Однако тут произошло загадочное нападение на её карету - никто не знал, кто за этим стоит. Тела кормилицы и четырех служанок, ехавших в другой карете, были найдены, но бедная Тиана исчезла, оставив на земле лишь несколько следов крови, предположительно от раны на голове. Следователи предположили, что после прыжка из кареты её маленькое тело волочилось по земле, когда она пыталась бежать на четвереньках. В тот момент герцогиня упала в обморок, едва услышав страшную новость, не в силах даже смотреть на залитую кровью землю. Почему произошла эта трагедия? Какое преступление могла совершить Тиана, чтобы заслужить похищение из рук родителей после выздоровления? Они ждали и ждали, надеясь, что кто-нибудь придет с требованием выкупа, и надеясь, что Тиана ещё жива. Но письмо с требованием выкупа так и не пришло. Время шло безжалостно, и юное сердце Касселя разрывалось на части. В конце концов, после того как Кассель стал рыцарем и отправился в пограничные земли, герцог Клейн получил необычное прорицание: через несколько лет Тиана появится перед ними. Было бы замечательно, если бы прорицание оказалось правдой. А что, если прорицание не сбудется или, что еще хуже, Тиану найдут мертвой? Мысль о таком разочаровании и отчаянии была невыносима, поэтому Кассель сделал вид, что его это не волнует. Отсутствие Тианы и боль, связанная с этим, засели глубоко в его сердце, оставшись неизгладимым шрамом. Так почему же столь деликатная тема была затронута при постороннем человеке? - О, всё в порядке, Кассель. Доротея уже всё знает. - Она что, следующая святая? Хотя в его словах прозвучал намек на сарказм, выражение лица герцога оставалось спокойным. - Если наша Тиана скоро вернется, она едва ли достигнет совершеннолетия для своего дебюта. Поэтому я готовлю Доротею в качестве Эйны. Она будет служить проводником и опорой. -... - Они примерно одного возраста, так что смогут сблизиться, а Тиане будет легче научиться этикету, танцам и разговорам... - Если это твой план, то не стоит ли подождать, пока мы действительно найдем Тиану? Она уже столько пережила. Неужели вы собираетесь бросить её в безжалостный мир высшего общества, как только она вернется? Кассель был возмущен. Неужели всё так и есть? Причина, по которой его, словно невидимой рукой, потянуло обратно в столицу из далекой приграничной Розии? Конечно, он хотел, чтобы Тиана вернулась, но начинал возмущаться тем, что герцог возлагает все свои надежды на ненадежное пророчество, не предпринимая никаких реальных усилий для её поиска. Никто не мог отрицать, что герцог Клейн был главой их семьи. Кассель не мог в одиночку исполнить самое заветное желание семьи, а его обязанности вице-капитана рыцарей не оставляли ему свободного времени. Неужели они рассчитывали, что Тиана, похищенная в детстве, сможет самостоятельно найти дорогу в поместье герцога? Неужели они думали, что она ещё помнит свое имя? "Он не был таким изначально... Уф, мне нужно успокоиться. Если даже я становлюсь чувствительным при упоминании Тианы, то насколько же хуже должно быть отцу, потерявшему дочь?" Герцог Клейн сохранял спокойствие. - Конечно, если Тиана не захочет, мы отложим её дебют. Я бы даже рассмотрел вариант с живым зятем, если ты согласен. - Зять? Отец, конечно, это решение должно быть за тобой. - Когда-нибудь ты возглавишь эту семью. Я не сделаю ничего такого, что ты не одобришь. Кассель заметил в глазах герцога морщинку, которой раньше не было. Хотя он был ещё в расцвете сил, бремя их общего горя, казалось, преждевременно состарило его. Решимость Касселя слегка смягчилась. - Я сделаю всё возможное, чтобы стать превосходной Эйной. Вы можете рассчитывать на меня, молодой лорд Кассель. Но не успел Кассель полностью успокоиться, как девушка по имени Доротея вновь разожгла его гнев. Вернув себе самообладание, Кассель холодно спросил, его тон был таким же резким, как ветерок, овеявший его щеку в тот день. - И чему именно ты здесь учишься? - Простите? - Кассель, пожалуйста, успокойся. Доротея здесь всего две недели. Она учится танцам и этикету у преподавателя, который раньше служил при императорском дворе, и у неё это неплохо получается. Её манеры поведения за столом тоже вполне приемлемы. - Её обучает королевский наставник по этикету, но при этом, встретив нового человека, она не представилась и даже не дождалась представления, прежде чем обратиться к нему по имени? Дотт выросла в окрестностях виконтства Каррис, где общалась в основном с простолюдинами или мелкими дворянами вроде отставных рыцарей. Среди них она была самой высокопоставленной, поэтому к элементарной вежливости относилась довольно вяло. Однако в дворянском обществе существовало негласное правило, согласно которому, прежде чем признать кого-то более высокого по рангу, необходимо официально представиться. Даже если вы уже знали, кто этот человек, протокол оставался неизменным. Это была вопиющая ошибка Дотт, явный признак её недостатка опыта в реальном мире высшего общества. - Доротея, ты совершила ошибку. Немедленно извинись. Девушка с угрюмым видом поспешила заговорить. - Я больше не повторю эту ошибку, молодой лорд Кассель... - Опять! Выговор Касселя, хотя и сдержанный, испугал не только Дотт, но и робкого Мориса. Только герцогиня, умудренная собственным опытом в жестоком дворянском мире, осталась невозмутимой. ---------- Зоркий взгляд молодого лорда - часть 2. - Достаточно. Это её первый раз. Разве она не может совершить несколько ошибок? - Так ли уж необходимо обучать кого-то здесь, в поместье, чтобы она стала спутником Тианы? Почему она должна быть того же возраста? Герцог, явно расстроенный постоянным недовольством Касселя, отмахнулся от Доротеи. - Доротея, ты можешь идти. - Да... Доротея, выходя из комнаты, резко фыркнула, но Кассель не сказал ей ни слова утешения и даже не взглянул в её сторону. Даже после того, как незнакомая девушка ушла, раздражение его не покидало. Несмотря на то что в доме стало на один кормящий рот больше, ощущение было такое, будто всё поместье перевернулось вверх дном. - Откуда у тебя эта девочка? - Я выбрал подходящего ребенка из монастыря Грейс. С чего бы им рекомендовать такую хитрую, склочную девчонку в качестве кандидата на почетную должность Эйны? Неужели мать-настоятельница слепа? Он и пяти минут не провел с Доротеей, а уже видел её насквозь. Это раздражало его ещё больше, возможно потому что ещё вчера он видел другую блестящую девушку из монастыря, направлявшуюся в Магическую башню. Если бы Фэй, которую он встретил, совершила подобную ошибку, он бы мягко указал ей на это и отправил в путь. И всё же, если бы он не чувствовал себя в своей тарелке, он бы обязательно утешил её на следующий день, не так ли? "Если её привезли из монастыря, значит, она не благородная. Но эта девушка, которая не пробыла здесь и двух недель, уже умеет танцевать и следовать этикету? Она почти безупречна в столовом этикете герцогского дома?" Честно говоря, в это трудно было поверить. "Как можно освоить использование бесчисленных тарелок, вилок, ложек и пустых бокалов, не говоря уже о последовательности и способе приема пищи, если не иметь предварительных знаний?" Он вспомнил, как юный Морис учился этим вещам, плакал и хныкал, когда его шлепали по рукам. Похоже, она хорошо знает дворянский этикет, но ей не хватает элементарных и неявных манер... Это подозрительно. "Похоже, мне придется избавиться от неё до того, как я вернусь в Розию". Несмотря на растущее чувство дискомфорта, он не хотел вносить раздор, сразу же критикуя то, над чем усердно трудились его родители. Его обычно дотошные родители, должно быть, на мгновение дали волю своим суждениям, учитывая их эмоции по поводу потери Тианы в юности. Поэтому Кассель выбрал более тактичный подход. - Если она хорошо освоила танцы, повседневные манеры и обеденный этикет, у неё есть потенциал как у кандидата в Эйны. - Конечно. Я уверена, что она станет хорошей подругой, когда вернется наша Тиана. Даже главная горничная и подмастерья дворецкого, похоже, высокого мнения о Доротее. Она всем нравится. Она нежная и изящная. Неужели ей уже удалось очаровать даже слуг, хотя она всего лишь гостья? Видя реакцию матери, он почувствовал беспокойство. Если Тиана действительно вернется, то Доротею могут возвести в ранг приемной дочери в подходящей дворянской семье. В конце концов, было бы выгоднее избавить её от ярлыка простолюдинки Эйны. Кассель намеренно сохранял спокойный и приятный тон. - В таком случае я завтра же отправлюсь в императорский дворец, чтобы найти другого прекрасного учителя. Ей будет полезно изучать литературу, математику и последние столичные тенденции. - О, я как раз собиралась пригласить священника из Храма Верховного Бога, чтобы он обучал её разным предметам, но Доротея попросила отложить это. Она сказала, что для неё важнее сначала научиться этикету, подобающему Эйне. Кассель сохранил свою тщательно сработанную улыбку. - Раз уж она так хорошо справляется с уроками этикета, ей следует приступить к ним не позднее чем через два-три дня. Мы же не хотим, чтобы она оказалась неподготовленной, если Тиана вернется завтра утром? - Хм... - И есть ещё кое-что, что мне нужно обсудить. Пришло время рассказать о своей настоящей цели. Кассель сжал кулак и встал. - Отец, матушка, Морис. Я временно вернулся в столицу по приказу Его Высочества наследного принца. Я не знаю точно, когда смогу вернуться в Розию, но хотел сообщить вам об этом. - О, Боже! - Если мне придется в одно мгновение снова отправиться в пограничные земли, не горюйте. Дело срочное, так что я могу не успеть попрощаться. Ожидания герцогини рухнули, и она прослезилась. - Значит, ты вернулся не насовсем? - Если бы это было так, то сначала был бы отправлен официальный документ, моя дорогая матушка. Я позабочусь о том, чтобы ты могла хотя бы сейчас комфортно отдохнуть дома. - Завтра я отправлюсь в Императорский дворец и потребую, чтобы тебя вернули нам насовсем. Отправлять тебя на четыре года в суровые земли и всё ещё не удовлетвориться этим? Даже если речь идет об Императорской семье, это недопустимо! На глаза герцогини навернулись слезы. - Мой дорогой! -...Пожалуйста, потише. Неважно, когда, но мне суждено вернуться сюда, не так ли? - Хлюп... - Я ухожу. Я принес кое-что из Императорского дворца, так что ужин я пропущу. Кассель намеренно понизил тон и тихо вышел из столовой. Затем он свирепо посмотрел на Доротею, которая стояла за дверью с расширенными глазами, слишком ошеломленная, чтобы уйти. Я так и знал. - Ах... Тух. Когда слуга закрыл дверь, Кассель нарочито громко прорычал. - Ты подслушивала чужой разговор, как бродячая кошка? Как невоспитанно. Дотт, слишком нервная, чтобы сглотнуть слюну, собравшуюся во рту, быстро оправдывалась. - Я-я... не собиралась, я только собиралась поприветствовать Его Превосходительство и Её Сиятельство на этом вечере...! - Такой простой слуге, как ты, нет нужды выходить за рамки формальностей. Прекрати эти глупости и проваливай. ---------- К Моргане из прошлого - часть 1. Дотт заколебалась, её план осыпать его лестью рухнул. - Но... Как она смеет быть такой упрямой? Красные глаза Касселя вспыхнули от гнева. Он никогда не видел, чтобы Эйна вела себя так нагло. Её поведение напоминало поведение хитрой мыши. Почему это существо пытается нарушить порядок в семье? - Ты считаешь мои слова шуткой? - Я-я-я извиняюсь! Он холодно посмотрел вслед удаляющейся Доротее. Конечно, она другая. Разница была ужасающе очевидна по сравнению с той девушкой, которая когда-то с непоколебимым самообладанием вошла в Магическую башню, не зная, какая судьба её ждет. Можно понять, что кто-то испытывает страх, но такое хитрое поведение, такой обман? Очевидно, что у неё есть скрытые мотивы. То, как слуги кланяются ей только потому, что она нравится герцогу и герцогине, вызывает тошноту. Чувствуя ещё большее раздражение, Кассель молча направился в комнату, которую не занимал уже четыре года. - - - Жители поместья Клейн не были забывчивы. Как только стало ясно, что внезапно вернувшийся молодой лорд Кассель относится к Доротее с открытым презрением, они перевезли её в дальний дом Селфи, подальше от главного поместья. Там было тихо, просторно и в любом случае лучше подходило для обучения Эйны. В сущности, ничего особенного, просто незначительное изменение. Но для Дотт, чьи задачи и так были непосильны, новость показалась падением небес. "Почему? Раньше молодой лорд даже не возвращался!" Хотя она делала вид, что сосредоточилась на образовании Эйны, Дотт часто чувствовала себя истощенной и удрученной. Ей нужно было быстро завоевать доверие герцога, герцогини и Мориса, а не просто подражать этикету, который она уже знала. Конечно, если сравнивать Мориса и Касселя, то последний был явно важнее. Но внезапная перемена застала её врасплох. "Так, если подумать, Моргана не отправила ни одного письма с тех пор, как я уехала в поместье одна". После двух месяцев молчания растерянность только усилилась. "Я плакала и умоляла поехать в поместье, и только через два месяца за мной прислали слугу и карету. Значит ли это, что молодой лорд уедет через два месяца?" Дотт поспешила с выводами. Поскольку в поместье маячила грозная фигура Касселя, у неё не было другого выбора, кроме как думать именно так. "Да... должно быть, так и есть. Строгий молодой лорд был где-то рядом, вот почему они отложили моё приглашение на два месяца. Моргана, должно быть, тоже попала в беду, но не смогла ничего сказать. Вот хитрая девчонка!" Всего два месяца. Долговато, если подумать, но придется потерпеть. Даже эта рассеянная Моргана справилась! Дотт стиснула зубы и стала считать дни до возвращения в главное поместье. За два месяца, что бы кто ни говорил, я восстановлю положение и буду признана истинной дочерью. Иначе изменение хода прошлого окажется напрасным. * * * Тем временем Моргану - теперь её звали Фэй - привели в огромную тихую комнату. - Это... - Это личные покои лорда Бароа из Магической башни. - Что? Но никто не подтвердил, что маг, спасший меня, действительно был магом Бароа. Маг, поправлявший очки, невозмутимо протянул вырванную страницу и ответил. - На самом деле это ты, Моргана ле Фэй. Здесь написано. [Начинающая волшебница со светло-розовыми волосами, зелеными глазами и удивительным родством к магии воды]. Слова, описывающие её, были так точны. - [После прибытия в башню позвольте ей остаться на одну ночь, а затем отправьте её одну в закрытую зону второй комнаты для разведения. Это последняя просьба лорда Бароа. - Ах...! У Фэй открылся рот. Они не только точно описали её внешность, но и отметили её родство с магией воды? Должно быть, именно лорд Бароа спас её в детстве и отправил в монастырь Грейс. Хотя она не знала, где он сейчас, но чувствовала глубокую благодарность. В спешке она отмахнулась от подозрительного последнего указания и торопливо спросила. - Вы случайно не знаете, где сейчас находится предыдущий Мастер Башни, лорд Бароа? - К сожалению, даже нынешний Мастер Башни Нейя не имеет представления. Он оставил короткую записку: «Мой срок закончился, выбирайте следующего и следите за тем, чтобы всё шло гладко», - после чего исчез. По крайней мере, с ним не случилось ничего плохого. И всё же она почувствовала разочарование. Она очень хотела с ним познакомиться. Кроме его имени, она ничего о нём не знала. - ... Маг пожал плечами. - Это всё, что есть. - Понятно. Маг на мгновение уставился на Фэй, а затем внезапно сменил тон. - Кстати, Фэй, меня зовут Холтдайн. В башне более сильный человек обращается к слабому неформально - это правило. Прости за это. Если тебе это не нравится, тебе придется стать сильнее и победить меня. - О, нет! Не волнуйтесь! Я теперь в Магической башне, поэтому должна следовать её правилам. Когда Фэй махнула рукой, Холтдайн захихикал. - Хорошо? Это замечательно. О, Фэй, завтра тебе придется войти в комнату для разведения, куда уже давно никто не может попасть. Вот ключ. - Комната разведения? - Да. Она была оставлена лордом Бароа. Там находится большое свирепое существо. Дверь автоматически открывается и закрывается, чтобы оставить еду в определенное время. Как думаешь, ты справишься с ним в одиночку? Комната для разведения? Может быть, это домашнее животное, за которым ухаживал лорд Бароа? Фэй всегда любила маленьких, милых животных - кроликов, котят, щенков и даже козлят и ягнят. Берил часто ругала её за то, что она слишком много играла с овчарками. Но ей это нравилось. Не задумываясь, она ответила. - Я уверена, что всё будет хорошо. Ведь это он спас меня и привел в монастырь. Холтдайн прищелкнул языком. ---------- К Моргане из прошлого - часть 2. - Я тоже верю в лорда Бароа, но мне не нравится идея убирать тело наивной девушки. Если ты сомневаешься, мы можем это пропустить. - Я не умру. Я выберусь живой. - Смелые слова. Хорошо, примерно через час я провожу тебя в комнату, где ты будешь жить. До тех пор жди здесь. - Да. Когда в Магической башне появляется новый Хозяин, редко когда комната прежнего Хозяина сохраняется в том же виде, даже если она не используется. Тем не менее, комната лорда Бароа была безупречна, как будто её освободили только вчера. Должно быть, он пользовался большим уважением, раз к нему было такое особое отношение. - - - Когда Холтдайн исчез, Фэй, сидя в комнате лорда Бароа, пробормотала про себя. - Что ещё он придумал для меня? - глубокомысленно размышляла она. "Я ещё не знаю никакой магии, но я должна сама войти в опасную комнату для разведения? Должно же быть что-то.... Зап. - Ой! С другой стороны раздалась странная боль, как будто что-то выстрелило. Фэй, решив, что её ударили в плечо, схватилась за правое плечо и пошла в ту сторону. Там она увидела твердую статую, словно застывший голубой лед. "Что это?" 「... Король Ридл...」 「 Почему только сейчас...」 「...Следующий, я хочу...」 "Что?" Фэй, которая шла к статуе из голубого льда, остановилась на месте. Снова. В тот день, когда она вернулась из смерти, она думала, что никогда не захочет возвращаться в монастырь Грейс. И этот звук - точно такой же, как когда она разбила рубиновый кулон о мрамор. Оказавшись в Магической башне, Фэй набралась смелости и спросила. - Кто вы? Она ничего не видела, но услышала голос, который кричал. Не ушами, а мысленно. 「 Наконец-то, наконец-то!」 「 Привет, Моргана! Погоди, ты же предпочитаешь, чтобы тебя называли Фэй, верно? Давай изменим это. Привет, Моргана ле Фэй! 」 「Мы - твои духи-хранители. Мы всегда были рядом с тобой.」 「Ты не видела и не слышала нас, потому что не хотела этого!」 Другой дух категорически не согласен с последним утверждением. 「О, это не совсем так! Конечно, отчасти так и было, но когда ты разбила это проклятое ожерелье, ты наконец-то начала слышать наши голоса!」 - Ожерелье? Ты говоришь о рубиновом кулоне? В ответ на вопрос Фэй один из духов зарычал. 「Да! Из-за этого ожерелья наши голоса не доходили до тебя.」 - Подожди, объясни подробнее. Лицо Фэй ожесточилось. В кулоне, который она считала просто рубином, была какая-то проблема? Она слышала об этом впервые. Она забыла о том, что нужно подойти к статуе из голубого льда, и села на пустой стул, чтобы поговорить с четырьмя духами. Они были существами, рожденными из воды, не похожими на ундин, и называли себя «Изящным эхом». В отличие от других духов, основанных на родстве или контрактах, они были защитниками, которые либо рассеивались, либо спали вместе со своим хранителем, когда тот умирал. Духи Изящного Эха, естественно, собрались вокруг Морганы, когда ей было около десяти лет. 「Не стоит печалиться, Фэй. Мы - духи, поэтому после исчезновения, мы можем появиться снова. Это не совсем воскрешение, но похоже.」 -...Понятно. 「Рубиновый кулон, который ты разбила, был не просто аксессуаром. Это была плохая вещь, которая подавляла магические способности, с которыми ты родилась, и даже мешала тебе слышать наши голоса.」 - Я всегда думала, что это знак, подтверждающий моё рождение. 「Он был так тесно связан с тобой, что где бы ты его ни хранила, он действовал одинаково.」 - Зачем кто-то дал мне что-то подобное...? Она понятия не имела и сломала его от досады. 「Твое рождение? Значит, твоя семья приготовила эту штуку? Это ужасно!」 - Ну... Фэй сделала неловкое выражение лица. Вспомнив, как Дотт из её прошлой жизни заменила ожерелье шелковым халатом, она была уверена, что они обсуждали это с герцогом и герцогиней Клейн. Это был не просто драгоценный предмет, а инструмент для подавления её магических способностей. "Неужели они не хотели, чтобы я, леди Клейн, стала волшебницей, как считала мать-настоятельница Берил? Из-за того, как люди воспринимают магов?" До сих пор она ненавидела только равнодушного герцога Клейна. Но теперь... она поняла, что его чувства почти идентичны чувствам настоятельницы Берил. Правда, отправил ли бы он её в Магическую башню с такой же готовностью, как матушка-настоятельница, оставалось неясным. Только подтверждение назначения кулона немного смягчило её ненависть к герцогу. Несмотря на то, что люди почитали магов, в обществе всё ещё существовал глубоко укоренившийся страх перед ними. Может, поэтому они были так нерешительны? "Всё в порядке. Теперь, когда я узнала правду, я больше не буду держать зла. Я больше не леди Клейн, я стану Фэй, волшебницей". Фэй спросила нарочито веселым голосом. - Так останетесь ли вы со мной теперь, когда рубиновый кулон исчез? 「Хе-хе, конечно!」 「Отныне зови нас Номер 1, Номер 2, Номер 3 и Номер 4. Я - Номер 1.」 「Я - Номер 1!」 「Место Номер 1 принадлежит мне!」 「Тогда я буду Номером 2, даже если буду вести себя как Номер 1!」 ...Их болтовня была бесконечной. Фэй чувствовала, что ей понадобится много умственной дисциплины, чтобы выдержать этот шум. Ей придется много тренироваться в магии, чтобы в конце концов увидеть их своими глазами. - Фэй, прошел уже час. Ты готова выйти? - О, да! Раздался голос Холтдайна, и Фэй быстро вышла из комнаты Бароа. Она не стала подходить к статуе из голубого льда, которая больно впилась ей в плечо. Ей было достаточно просто поговорить с духами Изящного Эха, по которым она скучала всё это время. ---------- Маг воды, Фэй - часть 1. На следующий день. После крепкого сна, глаза Холтдайна были полны беспокойства. Воистину. - Ты можешь уйти, Фэй. - Нет, не могу. - ...Я не из тех, кто беспокоится о других, но ты настолько наивна, что просто жалко. Если ты присоединишься к башне и даже не выучишь «Волшебную стрелу», тебя ждет безвременная смерть. - А? Безвременная смерть? - Я проверил записи. Предыдущий Мастер Башни был весьма вспыльчив. Ты можешь попасть в серьезные неприятности. - Всё будет хорошо. Пойдем. Фэй схватила Холтдайна за рукав, уговаривая его отвести её в башню. Холтдайн сделал мрачное лицо, а затем незаметно, чтобы Фэй не видела, осенил себя крестным знамением. Они находились в Магической башне, но предки наверняка поймут. - - - Дверь во вторую комнату была невероятно толстой. После открытия первой двери последовала ещё одна, и ещё, и ещё. Чтобы попасть внутрь, пришлось пройти через четыре массивные двери. " Здесь тихо". Любопытствуя, что за существо может находиться внутри, Фэй проверила кормушку. Термин «кормушка» был преуменьшением. Она была размером с четыре больших конюшни вместе взятых. Могло ли что-то съесть столько? - ...Конечно, они не выращивают дракона. Фэй постаралась придать себе бодрое выражение лица, но в её глазах появился страх, ведь она стояла там одна, хотя её вера в Бароа оставалась непоколебимой. «Рррр!» 「О-о-он вышел!」 「Бежим, Фэй, пожалуйста, бежим!」 - Подождите минутку. Услышав громоподобный рёв из глубин, Фэй расширила глаза. Как и ожидалось... это огромный плотоядный зверь. "Что это может быть? Уж точно не гидра или горгона, верно? Поскольку они находились на суше, это не могло быть что-то вроде ужасающего кракена. Надеюсь, лорд Бароа хорошо его приручил". Слепо доверяя Бароа, она пошла дальше. К её удивлению, здесь не было того зловония, которого она опасалась. Наконец она встретилась лицом к лицу с существом, которое было намного больше того, что она себе представляла. - Д-дракон? - Роаааррр! - прошептал озорной голос сквозь неровное дыхание. 「Нет, это не дракон. Это дракан. Они обладают некоторым интеллектом, но их голосовые связки ужасны, поэтому они не могут нормально говорить.」 「Он приближается! 」 Туд. Туд. Туд. Ноги дракана не были скованы никакими цепями. Однако, приближаясь, он покорно опускал голову в сторону Фэй. Это... безопасно? - Привет? Набравшись храбрости, Фэй осторожно протянула руку и коснулась одного из его шишковатых рогов - ну, шишковатых по сравнению с его огромными размерами. Странный голос отозвался в её сознании, подобно глубокому, гулкому эху. 「Ты Морган ле Фэй? Я ждал тебя.」 - Должно быть, лорд Бароа послал меня встретить вас. 「Бароа? Кто это? Мой хозяин - лорд Люциус.」 - Что? Фэй была озадачена. Бароа доверил ей это существо... разве не так? Может ли Люциус быть частью полного имени Бароа? Фэй в замешательстве наклонила голову, но она никак не могла этого понять. 「Я Мойтетра Ванус, дракан. Отныне, Морган ле Фэй, хотя я и не склонен делать это, я буду нести бремя, позволяя тебе ехать на моей спине. Ты должна быть мне благодарна.」 - Чт... что? 「Мойтетра Ванус! Жалкий маг, который даже не может запомнить имя из восьми букв, недостоин!」 - Хорошо, хорошо. Мойтетра Ванус. Но ты собираешься следовать за мной? Фэй не могла не перейти на непринужденную речь. 「Как ещё я могу защитить тебя, если не буду рядом с тобой?」 Это было справедливое замечание, но этот Мойте... что бы там ни было, дракан был слишком большим. Скорее всего, он будет съедать огромное количество пищи каждый день. "Если я уйду отсюда, не придется ли мне платить за всю его еду? Интересно, хватит ли мне швейной работы в башне." Хотя она никогда не голодала, жизнь в монастыре Грейс была нелегкой. Фэй много работала в прошлой жизни Морганы и хорошо знала, что такое денежное бремя. Чтобы прокормить такого огромного дракана, нужно было шить день и ночь, а руки у неё были сырыми от работы. Может, мне... стоит оставить это. Я ценю жест Бароа, или Люция, или кого бы то ни было, но это уже чересчур. Собравшись с духом, Фэй высказала свою дилемму. - Если ты выйдешь на улицу в своем нынешнем размере, то распугаешь всех, даже в Магической башне... 「Как и следовало ожидать от жалкого человечка, полного ненужных забот.」 Пуф! - Ах! Глаза массивного дракана вспыхнули, и он уменьшался всё меньше и меньше, пока не превратился в крошечную птичку, покрытую пушистыми белыми перьями. Какая прелесть. -...Птенец совы? - Чип! - Ик! Крошечный птицеподобный дракан, несмотря на явное раздражение, подлетел и сел на руку Фэй. Казалось, такая форма позволит ему ходить незамеченным. Конечно, Бароа всё продумал! Фэй прониклась чувством преданности к невидимому Бароа и с новым другом-драканом на руках без происшествий завершила второй день пребывания в Магической башне. К счастью, пищевые привычки дракана изменились вместе с его размерами. Теперь он питался не коровами и свиньями, а зерном, травой, мелкими жучками и кусочками мяса. В последующие дни, когда они сблизились, дракан время от времени выбирался из башни, чтобы поохотиться в одиночку, а потом возвращался обратно. Однако пил он только свежую, чистую воду, которую приносила Фэй. Время в башне летело незаметно. ---------- Маг воды, Фэй - часть 2. *** С момента её прибытия прошел месяц. К этому времени Фэй уже могла с легкостью владеть магией воды вплоть до пятого круга. Хотя её навыки владения другими атрибутами оставались на уровне первого круга, её мастерство в магии воды росло в геометрической прогрессии. Волнение от того, что она впервые вызвала воду из воздуха, было неописуемым - это было чувство благоговения перед своими новообретенными способностями. - Ты очень быстро прогрессируешь, Фэй. - Правда? Вокруг нее поднялись мощные волны воды. Хотя на первый взгляд это был всего лишь всплеск, магия была настолько сильна, что человека, попавшего в нее, разорвало бы на части. Среди магов башни, кроме эльфов, Фэй была единственным человеческим магом, специализирующимся на магии воды. Холтдайн вздохнул и сказал: - Да, даже для того, кто родился с природным сродством к воде, достичь пятого круга всего за месяц - это гениально. - Я не гений. Пожалуйста, перестаньте так говорить. - Да ладно! Я хочу кричать с крыш о том, какая ты замечательная. - Фуфу... Тон Холтдайна стал серьезным. - Скоро мне придется обращаться к тебе официально. Если ты когда-нибудь вызовешь меня на дуэль, пожалуйста, будь со мной помягче. - О, я ещё не настолько сильна. Нет необходимости говорить официально! Как далеко она могла зайти? Примерно через две недели после освоения заклинания четвертого круга Ледяное копьё - хранилище льда, башня обратилась к ней с предложением. Не хочет ли она стать специалистом по магии воды? ["Большинство человеческих магов рождаются с родством к огню, земле или, реже, ветру. Но маги с природным родством к воде, как ты, встречаются невероятно редко"] [«Редко?»] ["Со временем ты даже сможешь претендовать на должность Мастера Льда. К тому времени твоё имя войдет в историю. Даже леди Нейя отметила твои выдающиеся достижения».] Однако Фэй медлила с решением. Стать специалистом по магии воды означало в совершенстве владеть магией воды и льда, но это затрудняло владение другими видами магии. Её тело и душа будут полностью подстроены под стихии воды и льда. "Пока рано принимать решение. Конечно, если я овладею магией воды, то смогу потушить огонь, угрожающий монастырю". Фэй легонько коснулась кружащейся перед ней ундины и заставила её рассеяться, пока она говорила. - Кстати, о твоем предыдущем предложении. - Да? - Я сделаю это. - Правда? Ты? - Да. Но проследи, чтобы они знали, что я не могу переместиться из Ледяного хранилища. Количество магов в башне, которые могли свободно манипулировать водой, было ограничено. Не считая тех, кто заключил контракт с ундинами, их было всего девять, и восемь из них были эльфами или полуэльфами. Был почти конец лета. Столица Лаписа внезапно объявила о планах провести запоздалый фруктовый фестиваль. Для того чтобы наполнить центральный фонтан свежей водой и обеспечить горожан льдом, требовался маг, способный свободно манипулировать водой и льдом. Среди дворцовых магов не было ни мастеров льда, ни специалистов по воде, и хотя некоторые из них владели магией воды, их нельзя было выделить для фестиваля из-за непредвиденных обстоятельств. Поэтому они обратились за помощью в Магическую башню. Все восемь магов-эльфов отказались от этой просьбы. Они не могли использовать магию для такого пустяка, как человеческий праздник, - воистину, это не соответствовало возвышенной природе эльфов. В итоге предложение дошло до Фэй. Её работа в основном будет заключаться в том, чтобы оставаться в Ледяном хранилище, создавая воду и лед, но когда всё закончится, у неё будет время насладиться фестивалем. Ладно, раз уж представилась такая возможность, я попробую. Так она думала. - Хехе, это здорово! Ты могла бы отказаться, но тебе заплатят, и это будет хорошим опытом для тебя. - Мне просто нужно пойти и помочь с подготовкой, верно? Сердце Фэй заколотилось при мысли о том, что ей придется куда-то идти. Почти всю свою жизнь она провела в монастыре Грейс, и, живя как Эйна, её всегда таскали за собой в соответствии с желаниями герцога и герцогини. Последнее место, куда привели её шаги, было... Так что просто приехать в город Лапис, чтобы помочь с подготовкой к фестивалю, было уже новым опытом. Я хочу исследовать мир, за которым всегда наблюдала, но в который никогда не осмеливалась войти! - Да. А если люди из Императорского дворца попытаются тебя завербовать, просто отбивайся от них. Ты всегда сможешь подумать об этом позже. Ты ещё слишком неопытна, и тебе будет слишком сложно попасть в такое место... э-э, я имею в виду, как магу. - Мне тоже нравится Магическая башня, - честно ответила Фэй. У нее были приятные воспоминания о путешествии в башню. Когда в пути у повозки сломалось колесо, и она забеспокоилась, добрый рыцарь даже проводил её сюда. С момента прибытия она подружилась с Изящным Эхо и драканом, загадочными существами, а также познакомилась со своим новым другом-человеком(?), Холтдайном. Кроме того, посвящение себя магическим исследованиям было полезно для планирования будущего. - Да, но есть повод для беспокойства. Поскольку фестиваль проводит Императорский дворец, их рыцари будут бродить вокруг, якобы для проверки. - Рыцари? - Рыцари? Ха! Они обычно такие высокомерные! Если они начнут тебя раздражать, топни им ногой, но сделай это во время заклинания "Замороженный шаг". - О, лорд Холтдайн! Если бы она сделала что-то подобное, даже если бы они не были ранены, её бы точно поймали дворцовые стражники. Фэй горько усмехнулась. Её истинное желание было далеко от возвращения своей настоящей личности. Она хотела помешать Дотт распространить своё темное влияние, победить её и не дать ей тронуть монастырь. После этого она надеялась свободно обучаться магии и жить на своих условиях. На данный момент эти две вещи были самыми важными, и она собиралась посвятить всю оставшуюся жизнь изучению магии, поэтому не планировала покидать Магическую башню в ближайшее время. "Чтобы это произошло, нужно раскрыть фальшивый статус принцессы Дотт. Ну... пока я молчу о том, что являюсь их ребенком, этого должно быть достаточно, верно? Даже если Дотт загнать в угол, очевидно, что она не раскроет этого. Это будет вредно для не`, поэтому она предпочтет умереть, ничего не сказав". Итак, у неё не было причин снова ступать на порог Императорского дворца - места, полного страшных и печальных воспоминаний. ---------- Когда совпадения происходят постоянно - часть 1. Фэй не волновало, почувствовали ли себя огорченными члены двора герцога, которые счастливо жили с поддельной принцессой, узнав правду. Они могли справляться со своими эмоциями как хотели. Фэй погрузилась в раздумья. "Хм, они, наверное, даже не понимают, что я о них знаю". Во время своего пребывания в роли Эйны, она редко разговаривала с рыцарями Императорского дворца или представителями знатных семей. Единственные люди, с которыми она общалась, были те, кого ей представляли герцог и герцогиня. Она согласилась на просьбу Холтдайна в первую очередь потому, что он поставил условие, что она будет работать только в городе. Если бы её попросили посетить Императорский дворец, она бы категорически отказалась. Герцог Клейн… Герцогиня Клейн… Я больше не хочу видеть ваши высокомерные, холодные лица. От одной только мысли о вас мне становится холодно, как будто я проглотила кусок льда. - Я понимаю. Я передам сообщение. - Я рассчитываю на тебя. * * * За день до фестиваля. Кассель выбрал простой аристократический наряд, который давно не носил. Хотя он был «простым», одежда старшего сына герцога всё равно была великолепной и далеко не обычной. Он незаметно оттолкнул аксессуар, который слуга пытался прикрепить к его одежде — богато украшенную золотую брошь с гербом семьи, львом. - Снимите это. - Кассель, ты должен надеть хотя бы одну брошь. Подумай о своем положении. - Этого достаточно, — ответил он, указывая на серебряную булавку, прикрепленную к его галстуку-бабочке. Это было не золото, но даже несмотря на это, герцогиня была так горда своим сыном, что поцеловала его в щеку. Несмотря на скромную одежду, внешний вид Касселя по-прежнему был безупречен, что наполняло её гордостью. С тех пор как её драгоценный первенец вернулся в столицу месяц назад, он не упоминал о том, чтобы уехать. Хотя она надеялась, что он не уедет снова, она боялась, что, затронув эту тему, она каким-то образом спровоцирует это, поэтому каждый день ходила как по раскалённому углю. - Ты едешь в город? - Да. Завтра первый день фестиваля, поэтому я просто хочу быстро всё осмотреть. - Хорошо, не торопись. Если увидишь что-нибудь интересное, обязательно насладись этим. Герцогиня широко улыбнулась. Хотя это было немного не по сезону, Императорский дворец решил провести фестиваль фруктов. Это был приказ наследного принца, который продолжал закрываться от общества. Хотя это и не было официально, Кассель, похоже, взяла на себя часть ответственности за организацию фестиваля. Она надеялась, что таким образом её сын почувствует себя более связанным со столицей. - Мне не особо интересно что-то конкретное. Матушка, я пойду. - Хорошо. Когда Кассель покинул поместье Клейн, на его лице появилось легкое выражение удовлетворения. — — — Прошел почти месяц с момента его возвращения, и Доротея, девушка, отправленная в дом Сильфии, теперь сталкивалась с трудностями. Профессор Пошетт, который пришел, чтобы обучать её, покачал головой уже на следующий день. Хотя ей удавалось достаточно хорошо имитировать этикет, всё это было поверхностным. Она не училась у своего нынешнего преподавателя, а просто повторяла то, что усвоила ранее. Острый взгляд Пошетта не упустил этого. "Ей даже не интересны новые знания, которые он пытается ей передать". От аристократов столицы ожидалось обладание обширными знаниями и знанием этикета. Пошетт заметил, что Доротея, похоже, больше заинтересована в сборе информации о вещах, которые вызывают у неё интерес, таких как светские сплетни, чем в изучении чего-то нового. Например, её глаза загорались при новостях о помолвках, браках или чем-либо, связанном с уединенным наследным принцем. Но как только разговор переходил от сплетен или таких тем, как редкие драгоценные камни, падшие дворянские семьи или романы, её выражение лица сразу становилось скучным. Проще говоря, у неё не было правильного настроя, чтобы стать идеальной Эйной, которую желала семья Клейн. Она была просто ещё одним человеком, опьяненным богатством и властью. "Я не могу оставить её без присмотра. Даже если Тиана вернется, такая коварная девушка, прижимающаяся к нашим родителям, только заставит её почувствовать себя отчужденной". Кассель слишком хорошо понимал, сколько боли испытывают невинные люди, когда их недооценивают. Суровые дни, проведенные на границе, полностью преобразили его, и он стал неузнаваемым по сравнению с тем, кем был до отъезда из столицы. Хотя было трудно понять намерения герцогини, герцог Клейн казался разочарованным после безжалостной критики Доротеи со стороны Пошетт. Со временем Доротея естественным образом уйдет в тень. А наша Тиана будет процветать и без Эйны. - Должно быть, это то место. Лошадь Касселя быстро доставила его к месту, где подготовка к фестивалю близилась к завершению. - Ах…! Солдат, узнав Касселя несмотря на его гражданскую одежду, отдал честь. Кассель приложил палец к губам. - Я здесь только для быстрой проверки. Продолжайте как обычно. - Да, сэр. - Лёд готов? - Да, сэр. Маг, присланный из Магической башни, неустанно его готовит. Она выглядит молодой, но её навыки кажутся надежными. - Хм. Несмотря на неоднократные просьбы Императорской семьи о помощи, они прислали только одного человеческого мага. А эльфы, которые были самыми опытными, даже не удосужились ответить. Кассель нахмурился. Маги-люди обычно специализируются на одном, иногда на двух атрибутах. Маги, обладающие аффинностью к воде, были особенно редки даже в Магической Башне. Может быть, эта маг, несмотря на свой талант, была вынуждена взяться за это задание по приказу Башни? "Возможно, я должен её как-то подбодрить. Она там?" Из щели в большой двери склада постоянно просачивался холодный воздух. Шшшш...~ ---------- Когда совпадения происходят постоянно - часть 2. Наряду с неумолкающим шипением холодного воздуха, бесчисленные глыбы льда создавались магом в черной мантии, широко раскинув руки. Работник склада был занят тем, что осыпал мага похвалами. - Вау, леди Маг! Вы потрясающая. А можете ли Вы сделать из льда лебедя или орла? Маг покачала головой, и Кассель нашел её реакцию довольно милой. - Нет, я ещё не так долго нахожусь в Магической Башне, чтобы справляться с такой тонкой работой. - Если лёд продержится до завтрашнего утра, ты сможешь уйти. Не переутомляйся, ладно? Я ухожу. - Спасибо. Этот голос... он кажется знакомым. Как и раньше, работник, выходящий через дверь, испугался и собирался отдать честь. Кассель снова жестом попросил его замолчать и подошел к горе льда. В темном складе, не освещенном солнцем, лежали круглые и квадратные блоки льда, тонкие пластины и толстые плиты — все созданные молодой магией. Самые маленькие круглые кусочки наверняка порадуют тех, кто использует их в напитках. Но это было не то, что его заинтересовало больше всего. "У неё приятный голос". Его наполнило приятное предвкушение, что это будет особенная встреча. Кассель заговорил. - Простите, леди Маг. - Да? Когда маг обернулась, её ясные светло-зеленые глаза пронзили его насквозь. Всё было так же, как и раньше. Через мгновение его внимание привлекли яркие розовые волосы. Не было никаких сомнений. Неужели это та же самая молодая девушка, которую я сопровождал в Магическую башню месяц назад? Какое удивительное совпадение! Кассель искренне улыбнулся. - Рад снова вас видеть. - О боже! Похоже, она тоже его узнала. - Давно не виделись, маг Фэй? Кассель редко обращался к другим с почестями, но эта очаровательная молодая маг была исключением. Он инстинктивно перешел на вежливую речь. Фэй взволнованно указала на лед за своей спиной. - Сэр рыцарь! Как вы поживаете? Посмотрите на этот лед. Я сама его сделала. Он слегка нахмурился. - Судя по количеству, похоже, вы переутомились. - Переутомилась? Вовсе нет. Я довольно искусна в магии воды... хе-хе-хе! Она говорила с некоторой гордостью. Кто бы мог подумать, что эта милая и способная молодая магичка — та самая тихая девушка, которая всего месяц назад сидела, сжавшись в углу кареты? - Неужели? - Вы тоже будете участвовать в завтрашнем празднике, сэр Рыцарь? Касселю не нужно было выполнять никаких подсобных работ. Даже эту проверку льда он мог бы легко делегировать кому-нибудь другому. Тем не менее, он сказал небольшую ложь. - Да, я буду следить за безопасностью здесь и там. - Жаль. Я буду свободна, как только в полдень подтвержу, что запасов льда достаточно. - Вы остановились где-нибудь поблизости? В месте, организованном Башней? - Да, я остановился в гостинице под названием «Голубая бабочка». Где это может быть? Поскольку Кассель, как и подобает великому дворянину, посещал только лучшие отели столицы, он не имел представления, где это может быть. Судя по совершенно незнакомому названию, он мог только догадываться, что это либо очень маленькое заведение, либо недавно открывшееся, которое появилось, пока его не было. - Вы в порядке? Никто из магов не пришел на помощь? Увидев его беспокойство, Фэй громко рассмеялась. - Ха-ха, я в порядке! Я подружилась с одним парнем в Магической Башне. Его зовут Холтдайн. Он сказал мне, что если я когда-нибудь буду работать в Императорском дворце, рыцари могут вести себя высокомерно, поэтому я должна преподать им урок. Как наследник герцогской семьи, Кассель никогда не слышал, чтобы кто-то так откровенно оскорблял рыцарей. Никто не осмелился бы совершить такой опрометчивый поступок, как высмеять сущность рыцаря перед ним. И всё же, услышав такие слова впервые, он ничуть не расстроился. "Может быть, потому что это сказала мисс Фэй?" Кассель ничуть не обиделся. Напротив, он усмехнулся, и Фэй, заметив, что он перестал смеяться, спросила его: - Ой, я вас обидела? - Вовсе нет. Кстати, завтра после обеда не хочешь пойти со мной на фестиваль, Фэй? Он тонко попытался её соблазнить. - Хм... Не знаю. Я планирую вернуться в Магическую Башню к вечеру, так что до тех пор я свободна. - Понятно. Я заберу тебя завтра из той гостиницы. - Хорошо! Убедившись, что у него более или менее назначено свидание с Фэй, Кассель с тихой улыбкой ушел осматривать следующее место. — — — Примерно в это же время в доме Сильфии было одно лицо, настроение которого немного улучшилось, хотя и не так сильно, как у Касселя. - Герцогиня. - Доротея, леди не должна так легко показывать свои слезы. Разве ты не должна всегда быть элегантной Эйной? - Д-да. Впервые за долгое время герцогиня Клейн навестила дом Сильфии. Честно говоря, с тех пор, как Доротея была отправлена из главной резиденции, казалось, что они видятся впервые. "Все из-за этого Касселя!" ---------- Новые дни - часть 1. Ещё в прошлой жизни Морис часто говорил о том, как восхищается своим старшим братом Касселем, желая пойти по его стопам. Но подумать только, что молодой лорд, известный своей замкнутостью, окажется таким! Он оказался гораздо коварнее и злее, чем можно было ожидать! Пытаясь завоевать его расположение, Дотт сохраняла чопорное выражение лица, что побудило герцогиню снова критиковать её. - Эта привычка подергивать губами тоже не очень хороша. Хм, полагаю, скоро мне придется научить тебя пользоваться веером. - Да... - Спасибо за усердие, ученый Пошетт. С завтрашнего дня в центре города будет проходить фруктовый фестиваль, так что не стесняйтесь взять три дня отдыха. - Понял, Ваша светлость. Когда ученый, второй по значимости зануда после Касселя, ушел, чувство срочности у Дотт вспыхнуло ещё сильнее. "Может, мне изменить план? Возможно, для начала мне следует предъявить шелковый халат в качестве доказательства... Но рубиновый кулон был взят без моего разрешения, так что, возможно, мы могли бы вместе отправиться в храм для проверки..." Она отчаянно хотела, чтобы её признали леди Клейн раньше, чем «ту девушку», но такая возможность никак не предоставлялась. "Нет, прежде чем что-то доказывать, мне нужно сначала разобраться с Берил и её дочерью. Но для этого у меня не хватает ни власти, ни денег, ни связей... Как же обидно!" - ...Теа? Доротея? - Да! Потерявшись в злых мыслях, Дотт вздрогнула и в шоке поднял глаза. Герцогиня с суровым выражением лица смотрела прямо на неё. Ей показалось, что на неё смотрят тем же холодным взглядом, что и на Моргану, которую она не любила в прошлой жизни. - Я просто обратила внимание на твоё поведение. Почему ты не слушаешь? - Мои извинения. Дотт быстро принесла официальные извинения, но герцогиня осталась недовольна. - Не стоит устраиваться здесь слишком удобно только потому, что здесь более роскошно, чем в монастыре. Доротея, как будущая спутница и добрая наставница нашей юной леди, ты должна всегда оставаться прилежной. - Да, Ваша светлость. - Ты уверена, что сможешь объяснить всё лучше, чем профессор Пошетт? - Да, конечно. Я знаю, что выполнение этого долга - единственный способ отплатить за благосклонность Его Светлости. Солгав сквозь зубы, Дотт с облегчением увидела, что выражение лица герцогини смягчилось, хотя и незначительно. - Так и должно быть. Раз уж ты сама так сказала, то в следующий раз я ожидаю услышать от профессора Пошетта, что ты превзошла его. В противном случае я не буду чувствовать себя уверенно. - Понятно. - Если он похвалит тебя в Императорском дворце, значит, наши усилия были не напрасны, не так ли? "Уф...!" Хотя Дотт отвечала уверенно, ей пришлось пройти через испытание, которого она не ожидала. В прошлой жизни Моргана взяла на себя все заботы по обучению, необходимому для получения звания Эйны. Дотт оставалось только очаровывать дворян, используя уже известный ей этикет и несколько новых манер, которые она почерпнула, наблюдая со стороны. Естественно, она сопровождала Моргану на всех собраниях, сосредоточившись на налаживании связей, а не на учебе. "Черт возьми...! Почему я должна запоминать такие вещи, как архитектурные ракурсы, историю различных территорий и все не имеющие отношения к делу названия благородных домов? Ни одной светской даме нет дела до таких банальных и скучных деталей!" Теперь, когда Дотт пришлось взять на себя ту роль, которую когда-то играла Моргана, это было невыносимо. "Даже те знатные дамы, которые учились в Академии, такие же. Уф... Мне нужно знать только основы придворной политики, зачем я трачу время на эту бессмысленную учебу?" Она и представить себе не могла, что объем обучения окажется настолько непосильным. Она думала, что у неё ещё много времени - до отъезда молодого лорда оставалось около двух месяцев, но это была её главная ошибка - она недооценила Моргану. В её прежней жизни ничего подобного не было. Официально признав меня дочерью герцога в Великом храме Верховного божества, вы позволили мне предаваться роскоши и пренебрегать всем остальным! Вы даже выгнали Моргану, несмотря на все усилия, которые она приложила к учебе, не выдержав её присутствия! Дотт вернулась в свое время, как раз на пороге успеха, но всё обернулось совсем иначе. Тем не менее она покорно ответила. - Да, Ваша светлость. Вздох. Дотт хотела кое-что спросить. В разговоре с профессором Пошеттом он упомянул, что праздник фруктов будет довольно грандиозным. Не будет ли ей разрешено присутствовать на нем? В прошлой жизни она жила в монастыре, бесконечно писала письма, чтобы получить приглашения, поэтому мало что знала о подобных мероприятиях. Но фестиваль такого масштаба мог бы стать прекрасной возможностью вновь встретиться со знатными дамами, которых она знала. "Стоит ли мне спрашивать сейчас?" - О, а завтра в городе начинается фестиваль фруктов, не так ли? Поскольку я дала профессору Пошетт отгул, тебе тоже стоит подготовиться к выходу. - Вы хотите сказать, что на фестивале я смогу встретиться с другими дворянками...? - осторожно спросила Дотт, но герцогиня лишь нахмурилась. - О чем ты говоришь? Ты ещё не прошла базовую подготовку как Эйна. Мы не можем рисковать репутацией семьи, представляя тебя на официальном мероприятии. Сначала ты должна заслужить одобрение профессора Пошетта! -...Да. - Завтра или послезавтра ты отправишься на примерку одежды в знакомый мне бутик. Я также хочу проверить последние тенденции. Хотя герцогиня планировала вскоре представить Доротею, она не хотела обнадеживать её, поэтому сурово огорошила и ушла. "Как скучно". ---------- Новые дни - часть 2. Как только герцогиня вышла из комнаты, Дотт захотелось что-нибудь пнуть. Ей отчаянно хотелось, чтобы её признали леди Клейн, чтобы она могла наслаждаться роскошью и властью, сопутствующими этому титулу, и в конце концов стать наследной принцессой. В её голове строились планы, но ни один из них пока не мог быть воплощен в жизнь. Это выводило из себя. "Терпение, Дотт... нет, терпение, Тиана. О перспективах женитьбы наследного принца не будут говорить еще два года. Уф... Терпение - сила. Я стану Императрицей!" Но Дотт упускала нечто крайне важное: теперь, когда время отмоталось назад и она сделала совершенно иной выбор, всё могло сложиться совсем не так, как она помнила. Всё, на чем она могла сосредоточиться, - это ближайшее будущее, и перемены, которые её ожидали, были пока недоступны её пониманию. - - - Следующий день. Проснувшись на рассвете, Фэй сонно пробормотала. - Мо... - Чирик! Чииииирп! (Вода! Вооооодаааа!)». Странно, но, несмотря на то что дракан превратился в птицу, Фэй каким-то образом понимала суть его слов. После крепкого сна дракан проснулся рядом с Фэй с одним настойчивым требованием. - Хорошо, Мойтетра Ванус. Ты хочешь воды, верно? Когда Фэй взмахнула рукой, в воздухе появилась округлая форма воды. Это была не магия, а её особая способность, обусловленная сродством с силой воды. Дракан высунул голову и стал пить, как лис. Не то, чтобы это было важно, но Мойтетра Ванус был мужчиной. - Чиииирп! - Хорошо, я посмотрю, есть ли здесь еда. Кроме того, сегодня я выйду немного позже. Что будешь делать? Солдат, которого они встретили вчера, был довольно дружелюбен по отношению к Фэй. Но она не собиралась терять бдительность и планировала тщательно проверить всё, за что отвечала. Не было никакой необходимости отправляться в хранилище льда так рано утром, но она собиралась провести там тщательную проверку. "Я проверю, сколько льда вывезли до полудня, и если всё будет в порядке, вернусь в трактир и пойду с рыцарем". Подумав, она вспомнила что черноволосый рыцарь снова не назвал ей своего имени. Странно, но это её не беспокоило. Находясь рядом с рыцарем, она чувствовала себя спокойно. Разве не странно, что мы практически незнакомы? В монастыре Грейс у нас не было даже мимолетных встреч. - Чиииирп! - О, ты хочешь поиграть? Ясно. Я спрошу немного свинины у трактирщика и оставлю её в твоей кормушке, так что ешь, если проголодаешься. - Чииирп! Несмотря на то, что она получила дракана и технически стала наездницей на дракане, её не слишком волновал вопрос, когда же она на самом деле поедет на его спине. По правде говоря, ей было не так уж и интересно. У Фэй была её магия, которая становилась все сильнее, чем больше она училась, и этого было более чем достаточно на данный момент. Поэтому у неё наконец-то появилось немного свободного времени. Вымыв лицо и закончив приготовления, Фэй направилась к хранилищу льда. "Хм, всё ещё тихо". Улицы, на которых проходил фруктовый фестиваль, были украшены красивыми цветочными композициями и украшениями в форме фруктов, которые привлекали внимание. В отличие от величия и великолепия поместья герцога Клейна, здесь было по-своему очаровательно, что заставило Фэй мягко улыбнуться. "...Это здорово. Скоро это место превратится в оживленный район, не так ли?" Теперь она дышала и жила в столице, где проходил фестиваль, о котором она раньше не знала. Она сама. Вскоре Фэй направилась к хранилищу льда и долго наблюдала за солдатами, без устали таскавшими лед. Изящных Эхо сегодня с Фэй не было. С тех пор как она начала их видеть, она решила дать им сегодня выходной. Рожденные из воды, они наверняка где-то веселились, разбредаясь по окрестностям. Может быть, они смеялись и играли у фонтана. - ...Мисс Фэй? - Ох! Фэй, стоявшая в углу ледяного хранилища, потерявшего часть своей прохлады, вдруг заметила, что черноволосый рыцарь смотрит на неё обеспокоенными глазами. Она удивленно расширила глаза. - Что привело вас сюда? - Сейчас только полдень. Я зашел в гостиницу «Голубая бабочка», но там сказали, что такой девушки нет на месте, и я пришел искать вас тут. Здесь много льда для фестиваля, но солдаты сказали вам остаться здесь? Неужели уже так поздно? Рыцарь выглядел расстроенным, поэтому Фэй поспешно замахала руками в знак заверения. - Ох, нет. Ни в коем случае. Должно быть, я потеряла счет времени, наблюдая за работой солдат, поскольку пришла рано утром. Черноволосый рыцарь с видимым облегчением опустил поднятые брови. - Понятно. - Простите, что забыла о нашей встрече. Обычно я хорошо засекаю время, если рядом есть часы, но... здесь нет солнца. - Возьмите это. - А? Кассель вдруг достал что-то из пальто и протянул ей. Это были тонко сделанные карманные часы без единой царапины, на первый взгляд явно дорогая вещь. Ошеломленная, Фэй попыталась отказаться. - Нет, всё в порядке! Эм... вообще-то я просто отвлеклась... - Пожалуйста, примите его, мисс Фэй. Это от всего сердца. - Почему? Её яркие зеленые глаза пронзили зрачки мужчины, который редко обращался к кому-то первым в своей жизни. - ...Я не знаю точно. Я просто хотел отдать его вам. Кассель ответил честно. За свою карьеру рыцаря он уже не в первый раз сталкивался с женщиной-магом. До того как отправиться на границу Розии, он встречался со многими знатными дамами по долгу службы, устроенной герцогом и герцогиней. Но это был первый раз, когда он сознательно собирал свои эмоции и предлагал их кому-то другому. ---------- Люциус - часть 1. Кассель, возможно, хотел подарить эти дорогие и редкие карманные часы, которые не сломались даже в холодных приграничных землях, просто потому, что перед ним стояла Фэй. Чем ещё можно объяснить его чувства? Как назвать это чувство? Не знаю, но она мне нравится. Я хочу заботиться о мисс Фэй, как могу. Таково было истинное намерение Касселя. -... - Мисс Фэй? - Я в порядке. Просто приму это. Но с этого момента обещайте мне, что не будете отвлекаться, когда мы уже что-то запланировали. Даже её губы, которые сформировали отказ, не вызывали у него неприятных чувств. Кассель спокойно спрятал свои первые эмоции, которые росли, как воздушный шар. - Я понимаю. Прошу прощения за то, что обременяю тебя ненужными заботами. Пойдем? - Да! Когда они вышли из ледяного хранилища, Фэй была удивлена. Хотя она знала, что время прошло, судя по словам рыцаря, она не ожидала, что на улице будет так много людей. - Вау…! - Будьте осторожны, чтобы не унесло толпой. Вот… держитесь за меня. Кассель взял маленькую руку Фэй и положил её на своё запястье. Он не мог поверить, что эта маленькая рука создала весь лед, необходимый для фестиваля. Казалось, у неё был особый талант к ледяной магии. С помощью всего лишь рекомендательного письма она могла бы легко сделать себе имя как Имперский маг. «Нет, если мисс Фэй, которая пробыла в Магической башне всего месяц, будет вызвана в Императорский дворец, она будет перегружена работой. Я должен помнить об этом, когда буду докладывать Его Высочеству, чтобы она не привлекала к себе слишком много внимания». Не осознавая этого, Кассель впервые в жизни ставил личное благополучие человека выше королевских интересов. - Уф, да. Здесь так много людей. - ... Меня зовут Леон. Поколебавшись, Кассель раскрыл часть своего второго имени. - Сэр Леон! - Просто зовите меня Леон. Вид обычно строгого Касселя, растерянного перед молодой девушкой, удивил бы не только его семью, но даже наследного принца, который хорошо его знал. Они бы разинули рты от недоверия, думая: «Я не знал, что ты тоже можешь быть таким». По правде говоря, даже Кассель сам находил своё поведение немного странным. Двигаясь несколько неловко, он осторожно делал каждый шаг. Мысль о том, что он может потерять Фэй в растущей толпе, заставляла его думать, что он будет сожалеть об этом до конца своих дней. "Смешно". Он счел свои собственные мысли абсурдными. В конце концов, Фэй была магом из башни. Даже если она заблудится, она сможет найти дорогу обратно в гостиницу «Голубая бабочка» или просто телепортироваться в Магическую башню. Это было рациональное мышление, но... Несмотря на это, он был уверен, что никогда не простит себе, если потеряет её. Он также хотел защитить её всеми силами. - Вау, пойдем туда! - Конечно. Кассель последовал за Фэй в направлении, которое она указала. В тот день Фэй провела довольно много времени, наслаждаясь фестивалем вместе с сэром Леоном. — — — Фруктовый фестиваль был грандиозным. Сладкие кондитерские изделия из яблок и клубники были настолько вкусными, что она съела три штуки. Изначально они купили по одному, но когда Леон увидел, как Фэй наслаждается своим, он отказался от своего, не сделав ни одного укуса, и даже купил ей еще один. Они также опробовали качели, украшенные летними цветами, и окунули ноги в искусственный ручей, украшенный плавающими цветами. "Так вот как развлекаются люди из столицы". Конечно, они, вероятно, не развлекаются так экстравагантно каждый день, но Фэй была счастлива вновь обрести счастье, которого раньше не знала. Сладкий зеленый виноград, которым она поделилась с Шерил, воспоминания о том, как она рыдала в объятиях матери-настоятельницы Берил, и... её дорогая встреча с сэром Леоном. Хотя эти моменты были незначительными, она хотела сохранить их в своей памяти навсегда, даже если однажды сэр Леон полностью забудет о ней. Хотя сэр Леон, казалось, не хотел расставаться, Фэй весело помахала ему рукой. Поскольку они оба были в столице, ей казалось, что они когда-нибудь снова встретятся. - Мы ещё встретимся, не так ли, мисс Фэй? - Да. Став магом, она наконец поняла, что такое настоящая свобода. Как и сказал Леон, она была уверена, что они скоро увидятся снова. - Может, пора возвращаться? Она выполнила королевский заказ и не должна была выселяться из гостиницы «Голубая бабочка» до последнего дня фестиваля. Хотя она хорошо провела день, фестиваль её особо не привлекал. Она была слишком поглощена повседневной жизнью, осваивая магию. - Аххх. Она плюхнулась на кровать. - Чииирп! Дракан, который устроил себе гнездо на её подушке, пискнул в знак протеста, но Фэй не обратила на это внимания. Поскольку слишком много сна превратило бы ночного Мойтетру в ночное существо, ей нужно было скоро разбудить его, чтобы он спал ночью. Тем временем Фэй держала зеркало, которое Леон подарил ей на прощание. [«Пожалуйста, не отказывайся от этого. Если ты откажешься, я отправлю и зеркало, и карманные часы в Магическую башню».] Он настаивал так сильно, что ей не оставалось ничего другого, как принять его. - Оно красивое. Возможно, потому что это был сувенир с фестиваля, задняя часть зеркала была украшена изысканным узором из виноградной лозы, который ей показался очаровательным. Глядя на свое отражение, она вдруг подумала: «Почему я совсем не похожа на них? Должно быть, Дотт могла ошибиться?» ---------- Люциус - часть 2. У герцога Клейна светлые волосы и глубокие голубые глаза, а герцогиня — каштановые волосы, как у Дотт, и зеленые глаза. Она не видела старшего сына, Касселя, но второй сын, Морис, тоже имел каштановые волосы и голубые глаза, хотя оттенки были разные. В отличие от них, у Фэй были бледно-розовые волосы и ярко-зеленые глаза. Даже если она и настаивала, что её глаза были такого же цвета, как у герцогини, цвет волос был совершенно другим. "Был ли кто-нибудь в предыдущем поколении с таким же цветом, как у меня?" Жрица Шерил упомянула, что волосы Фэй были настолько редкими, что она думала, что родители придут её искать, когда услышат слухи. Но они так и не сделали этого. Даже когда они увидели Фэй прямо перед собой, они не узнали в ней свою дочь. Честно говоря, Фэй почти не была похожа на них, до такой степени, что она даже не могла догадаться. Может быть, если бы она видела портреты их предков, всё было бы яснее. "Мой цвет волос сильно изменился, когда я была моложе?" Чем больше она об этом думала, тем более разумными становились эти вопросы. Что произошло в поместье Клейнов? Почему они потеряли свою настоящую дочь? Если она расследует это... "Нет, я уже решила порвать с ними отношения и сломала ожерелье. Если я буду копаться в этом, это только вызовет сожаления. Я не могу доверять себе в этом вопросе". Не было смысла зацикливаться на этом. Всё, что ей нужно было сделать, — это отточить свои навыки и остановить Дотт, когда придет время. Она не намеревалась возвращаться к ним, что бы ни случилось. Даже если они провели бы остаток своей жизни, оплакивая утраченную дочь, это не было её заботой. Настолько она была отвращена воспоминаниями о Моргане. Её обычная улыбка, которую она легко могла показать Леону или своему дорогому дракану, исчезала при одной только мысли о них. Заставляя себя звучать весело, она спросила: - Мойтетра Ванус, пойдем на ночной фестиваль? Говорят, под фонарями продают жареные фрукты и мясо. Я куплю тебе шашлычки из говядины, а себе — из помидоров. - Чииирп! Да, только это, а потом обратно в башню. Приняв твердое решение, Фэй спрятала зеркало и отправилась покупать своему дракану вкусную закуску. Атмосфера столицы днем и ночью заметно отличалась. Людей было меньше, чем днем, но вечерний воздух был мягким, и настроение Фэй постепенно улучшилось. Она даже заметила несколько лунных цветов в горшках, которые светились в ночи. "Хм... эти столичные люди довольно романтичны". Даже обычно сдержанная Фэй почувствовала, как расслабляется в этой непринужденной обстановке, и на её губах появилась естественная улыбка. «Сэр Леон» был бы удивлен, увидев её такой. Ей вдруг захотелось прогуляться. - Чииирп! Ни за что. Учуяв запах жареного мяса, её дракан громко заскрипел от возбуждения. - А, вот оно. Я знаю, я знаю. Увидев ларек с шашлыками, Фэй решила отказаться от помидоров и встала в очередь за мясными. Её дракан становился все более возбужденным, и если она не накормит его в ближайшее время, будут проблемы. Через мгновение Фэй купила четыре больших шашлыка из говядины. Она огляделась в поисках тихого места, подумав, что лучше избежать толпы, поскольку прожорливый аппетит её дракана привлечет внимание. Люди наверняка будут шокированы, увидев, как этот маленький пушистый комочек съедает два, а может даже три шашлыка. Они могут даже заподозрить, что это вовсе не птица. Что, если кто-то донесет на неё властям за черную магию? Особенно здесь, в столице. - Это место подойдет. Найдя укромный куст, Фэй села на камень и достала идеально прожаренный шашлык. Она как раз собиралась предложить его Мойтетре Ванус, когда... - Ням. - …? Раздался звук жевания. Фэй моргнула, сбитая с толку. Это определенно не было изящным покусыванием её дракана. Кто это мог быть? - Мойтетра Ванус? - Мм, жув, жув. Почему ты обращаешься к нему так формально? Просто зови его Момо. - Чи… чирип. Тот, кто взял шашлык, который протянула Фэй, был не дракан, а седовласый мужчина. Он был на целую голову выше Фэй. Но вместо мужчины он имел свежий шарм мальчика. - Кто вы?, — спросила Фэй, испугавшись. Но, помимо этого, откуда, черт возьми, появился этот мужчина? Она совершенно не почувствовала, что кто-то приближается. Он ответил небрежно. - Владелец Момо. Его голос был чистым и ясным, как капля воды, мягко брызгающаяся. - Момо, говоришь…? - Чирк, чирк! Но произошло нечто ещё более удивительное. Дракан, который до сих пор гордо держался на своем месте, не мог даже взлететь перед этим седовласым мужчиной. Он неловко подковылял и тихо склонил голову. Даже его милые, величественные крылья были полностью сложены. Неужели? Может быть? Фэй поискала в памяти. - Вы, случайно, не Люциус? - Да. Когда Фэй впервые встретила дракана в помещении, она вспомнила, что он оставил в её уме сообщение: его хозяином был не Бароа, а кто-то по имени Луциус. Фэй слегка нахмурила брови. - Ах... Понятно. Прощай, Мойтетра Ванус.... Поскольку дракан встретил своего настоящего хозяина, пришло время прощаться, хотя это было и горько, и сладко. Она даже не успела прокатиться на его спине в полной форме с тех пор, как принесла его из помещения для ухаживания, но ничего не поделаешь. Позже она утешит себя, усердно изучая магию полета, чтобы научиться летать самостоятельно. Хотя она привязалась к нему, было немного грустно прощаться так скоро. Пока она пыталась собраться с эмоциями, Люциус, который съел целый шашлык, пробурчал. ---------- Мастер дракана - часть 1. - Разве я не говорил тебе называть его Момо? Зачем называть его полным именем? Драканы известны своими сильными желаниями; если ты будешь слишком любезна с ними, они просто воспользуются тобой. - П-пожалуйста… пожалуйста, говорите тише. Хорошо? Кроме того, разве вы не говорили, что человеку нелегко управлять драканом? Не имело значения, что ты растил или исследовал внутри Магической башни. Вся башня была защищена мощной магией, что делало её защищенной от любого серьезного взрыва. Но привести дракана в такое людное место? Если он вдруг примет свой первоначальный вид, люди испугаются, некоторые могут даже упасть в обморок. Стражники тоже бросятся в погоню. И, что хуже всего, если сэр Леон окажется среди них? Что, если он разочаруется во мне? Люциус усмехнулся, глядя на бледнеющее от волнения лицо Фэй, а затем небрежно взмахнул пустой шпажкой, прежде чем воткнуть её в землю. - Этот парень жил в Магической башне, верно? - Д-да, говорят, его кормили в комнате для разведения. - Что ж, тогда он должен заслужить свое содержание. Пока ты рядом, не стесняйся использовать Момо, как тебе заблагорассудится. - Эм... - Что? Мастер Башни Бароа устроил так, что Фэй отправилась в комнату разведения. Но мужчина, стоявший перед ней, этот Люциус, казался совершенно не похожим на то представление, которое сложилось у неё о Бароа. И самое главное, учитывая прошедшие годы, он никак не мог по-прежнему выглядеть как мальчик. Хотя волшебники стареют медленнее, чем обычно, он сказал, что его зовут Люциус, а не Бароа. "Забудь об этом. Если бы это действительно был лорд Бароа, он бы не сыграл со мной такой шутки. Вероятно, он откуда-то наблюдает за всем происходящим." Фэй набралась смелости и спросила: - Итак, вы поймали и приручили этого дракана, сэр Люциус? - Да. - Когда? Где? - Я не помню. Он ответил спокойно. Мог ли Люциус быть эльфом? Эльфы, обученные магии, часто оказывались гораздо более искусными, чем люди. Они также были искусны в магии трансформации, но записи о том, как они принимали человеческий облик, были редкостью. Так что, возможно, он не был эльфом. С другой стороны, в таком переполненном людьми месте, как это, было бы удобнее передвигаться в человеческом обличье, так что это не было невозможно. Теперь, когда она начала задавать вопросы, Фэй продолжила: - Тогда, может быть, вы научите меня ездить верхом на М-Момо? - Хм? - Вы только что это сказали, не так ли? - Если ты дашь мне еще один вертел. Когда Фэй достала из сумки шпажку с говядиной и протянула её, Момо нервно забегал глазами. Дракан мог легко съесть три шашлыка в одиночку, но теперь внезапно появился его старый хозяин и собирался забрать всё. Момо не слишком любил своего бывшего хозяина, но лишиться вкусной еды было еще хуже. - Чирп... - Тише, ладно? - Вот, поешь и ты. Люциус протянул Момо всё ещё теплый говяжий шампур и вздохнул, откусив кусочек. - Послушай, если ты проявишь слишком много доброты, тобой воспользуются. Даже если это существо до сих пор было тихим, оно не будет таким вечно. Когда что-то кажется кротким, именно тогда оно, скорее всего, нанесет тебе удар в спину. Просто так устроен мир. Разве ты не знаешь? - ...я знаю. В коротком ответе Фэй чувствовался горький опыт. Она научилась в прошлом. Если бы пришло время убить Дотт, она бы это сделала. Без колебаний. - … Фэй, слишком сосредоточенная на Люциусе, не замечала, что происходит вокруг них. Из деревянной шпажки, которую Люциус воткнул в землю, осторожно появился нежный зеленый росток, похожий на цвет глаз Фэй. Как только они покинули это место, он превратился в маленькое деревце. Признак того, что Люциус был необычным существом. В тот день, после короткого разговора, Фэй решила отправиться в Магическую башню вместе с Люциусом. Судя по их разговору, Люциус, хотя и смутно, помнил свой магический уровень и действительно был способен использовать магию. Проблема заключалась в том, что из-за продолжающегося фестиваля все номера были забронированы, и у Люциуса возникли проблемы с поиском отдельного места для ночлега. - Что нам делать? - Что ты имеешь в виду? Просто спи там, где всегда. Встретимся здесь же, на первом этаже, завтра утром. - Ох! - Приятных снов. Я заберу Момо на ночь, ему нужно немного потренироваться. Люциус без колебаний схватил Момо за крыло, помахал на прощание и исчез в переулке. Момо, не издав ни звука протеста, был утащен прочь, заставив Фэй поверить, что он действительно хозяин этого существа. Стоило ли мне последовать за ними? Если в столице кто-то спит на улице, стражники могут его арестовать. Фэй с тревогой вглядывалась в пустой переулок, но в конце концов заставила себя уснуть, её разум был встревожен, хотя тело отдыхало с комфортом. - … Тем временем, пока Фэй спала, Люциус стоял, прислонившись к стене, с ледяным взглядом. Момо неподвижно лежал у него на плече, не в силах даже пошевелить зрачками. "Наконец-то мы встретились". Люциус пошел на многое, чтобы встреча была максимально безопасной с точки зрения людей. Ему нужно было внимательно понаблюдать за поведением Фэй. По правде говоря, Люциус был последним выжившим драконом древних времен. Причина, по которой он смог подчинить хитрого и коварного дракана и сделать его своим слугой, заключалась в том, что он был единственным оставшимся в живых древним драконом. Если бы не это, Момо давно вырвался бы из рук Фэй и устроил бы хаос по всей столице. "В этом нет никаких сомнений. Эта девушка - потомок того человека." Люциус однажды сражался и был запечатан после поражения от последнего Императора древней империи Шарффов, Кейрона. Это было почти тысячу лет назад. И только после того, как он увидел Фэй вблизи, он полностью осознал это. Раньше он лишь смутно подозревал, но Фэй определенно была потомком рода Кейрона. "...Неужели она не знает о своем происхождении? Почему она сменила свое имя с Морганы на Фэй? Могло ли это быть в честь Морганы ле Фэй? Оба имени связаны с водой". После того, как Люциус освободился от своей древней печати, его сильная неприязнь привела его в окрестности поместья герцога Клейна. Клейны были семьей, наиболее сильно унаследовавшей родословную Кейрона. ---------- Мастер дракана - часть 2. Забавно, но ни один из многочисленных рыцарей семьи Клейн не оставил и царапины на истинном облике Люциуса. Слава Кейрона перешла к его потомкам, но давным-давно пришла в упадок. Но была одна переменная, которой не ожидал даже Люциус. Таково было существование Морганы. Хотя ей не хватало древней магии или силы, чтобы защитить себя, девушка, сама того не ведая, столкнулась лицом к лицу с Люциусом, используя огромную силу, дремлющую в её крови. Из-за этого Люциус был тяжело ранен и оказался на грани смерти. Это был абсурдно унизительный способ покончить с собой. Был только один выход. "У меня не было выбора, но это все равно вызывает у меня отвращение". Люциус использовал все свои силы, чтобы сотворить заклинание, которое повернуло время вспять. В результате он превратился из бессмертного существа в смертного. К счастью, его Сердце Дракона, его последнее прибежище, осталось нетронутым, хотя большая часть его природной магии уменьшилась. По крайней мере, он сохранил свои воспоминания и свободу после снятия печати, в отличие от того, что было раньше, когда поражение Кейрона почти уничтожило его. Теперь у него оставалась только одна жизнь, поэтому он должен был быть осторожен. Если бы он не был осторожен, то мог бы присвоить ничего не подозревающему человеку титул Убийцы драконов и снова стать посмешищем всего мира. Смерть его не пугала, но Люциусу была невыносима мысль о том, что его имя, уже однажды запятнанное, будет осмеяно во второй раз. Никогда! И всё же его заинтриговало, что эта Фэй — Моргана — сделала другой выбор по сравнению с прошлым. Тогда она не могла произнести ни одного заклинания. "...Что ж, я полагаю, всё немного изменилось. В прошлой жизни она даже не изучала магию, но силы в её крови было достаточно, чтобы полностью победить меня. На этот раз ей суждено стать магом, потрясшим мир. Рискну предположить, что какой-нибудь дурак попытается перейти ей дорогу". Люциус ухмыльнулся и исчез в темноте вместе с Момо. Его планы, как и планы любого дракона, были сложными и скрытными. * * * На следующее утро, в гостинице "Голубая бабочка". - Сэр Люциус! - Да. Хотя лицо Люциуса оставалось равнодушным, внутри он чувствовал себя неважно. Когда-то...! Когда- то его устрашающее имя было известно по всему континенту, люди трепетали при одном упоминании "Лю". В мое время...! Смелые женщины даже меняли свои имена на Лючию или Лучиану, предлагая себя в невесты дракону и проводя ритуалы в его честь. И вот, теперь над ним суетилась человеческая колдунья, которая когда-то убила его, спрашивая, не простудился ли он! Он горько улыбнулся. - Вы хорошо спали? Вы ведь не простудились, правда? - Я сильный. Не то чтобы он чувствовал себя обиженным. Просто ему было любопытно посмотреть, как сложится её дальнейший путь. Пока он не откроет Фэй свое истинное обличье, все будет хорошо. Её дремлющая сила Убийцы драконов не пробудится, и у них не будет шанса снова столкнуться. "Вероятно". Учитывая всё, что происходило до сих пор, это казалось вероятным. - Ой, можно на ты....Давай отправимся в Магическую башню, измерим наши круги и будем изучать магию вместе. Изучать магию - это действительно весело! Фэй говорила с неподдельным энтузиазмом, её улыбка сияла. -...Ха, конечно. На лице Люциуса было безразличное выражение. Магия? Конечно, Люциус, будучи древним драконом, овладел всеми 10 кругами магии, будь то в своей истинной форме или в человеческом обличье, и мог свободно ими пользоваться. Конечно, это было в дни его бессмертия, и после столкновения с Морганой он потерял значительную часть своей силы. Теперь он не был уверен, каковы его возможности. Если бы он вернулся к своему истинному облику, то смог бы использовать магию 10-го круга, но пока он остается с Фэй… "Да ладно". Он отбросил тревожные мысли и сел в открытый экипаж вместе с Морганой или Фэй, направляясь к Магической башне. - Я так рада, что мы смогли забронировать экипаж на этот час. Было бы проблемой, если бы во время фестиваля их не было. - Хм. Люциус, и без того пребывавший в плохом настроении, лишь коротко ответил, и разговор на мгновение зашел в тупик. - Хм? Подождите секунду. Мистер кучер, вы не могли бы подойти туда? - Что? Не обращая внимания на Люциуса, который был погружен в свои мысли, Фэй указала вдаль. На её взгляд, на дороге, ведущей в столицу, возникла проблема. И действительно, как она и предполагала, чья-то карета слегка накренилась и остановилась на обочине. Кучер, посмотрев в направлении, указанном Фэй, скорчил гримасу. - Ох, мисс, похоже, что дорога превратилась в грязное месиво. Кажется, колеса застряли. Он неодобрительно прищелкнул языком. - Неужели они не могут выбраться? - Карета, хотя она и маловата, но застряла довольно глубоко. Если это карета аристократа, то скоро ли они с этим разберутся? Взгляд Фэй почти утратил интерес, но тут лошади жалобно заржали, и она широко раскрыла глаза. - Это... Мистер кучер, пожалуйста, высадите меня здесь и поезжайте к месту назначения. - И что теперь? Люциус, хотя и был знаком с ней всего один день, разговаривал так, словно они были знакомы много лет. Фэй не обратила на него никакого внимания, её взгляд был прикован к эмблеме застрявшего экипажа, которую она только что заметила. ---------- Эйна пропавшей герцогской принцессы - часть 1. "Разве это не герб барона Гашелла?" В юности Фэй подвергалась бесчисленным испытаниям, в которых ей приходилось демонстрировать совершенство перед многочисленными дворянами. Из-за этого она запомнила лица и имена различных благородных семей, включая баронство Гашелл, хотя и вскользь. Однако она никогда не была с ними близка. В глазах герцогини они считались низшими существами, более бедными, чем некоторые из более умных простолюдинов. Возможно, именно поэтому Фэй было строго-настрого приказано не общаться с ними. В конце концов, если бы она подружилась с ними, это только понизило бы её статус. Аргументация была странной – запоминать их лица, потому что их следует полностью игнорировать. "...Даже если мы никогда не разговаривали, они никогда не пытались причинить мне вред. По крайней мере, насколько я знаю". Императорский дворец был местом, где добычу бросали на съедение волкам, и как только что-то попадало в цель, оно безжалостно разрывалось на части. И все же, несмотря на то, что на них давили разными способами, семья Гашелл никогда не лезла из кожи вон, чтобы помучить Фэй, и за это она была ей втихую благодарна. Люциус, выглядевший так, словно он неохотно мог помочь, внезапно вскочил со своего места. - Я тоже иду. - О... - Но не жди, что я буду тебе помогать. Фэй не обидели его холодные слова; она просто кивнула. - Поняла, сэр Люциус. Мистер кучер? Вы можете подождать еще немного или уйти, если хотите. Я всё равно оплачу проезд, как обещала ранее. - Что именно собирается делать молодая леди? Кучер был озадачен. Осторожно обходя грязь, Фэй оценила состояние экипажа. Заднее колесо было полностью погружено в трясину, и переднее тоже медленно погружалось. Лошади, не в силах тащить экипаж вперед, разочарованно фыркали, в то время как кучер лихорадочно пытался сообразить, что делать. Пассажиры внутри вагона тоже застряли, не в силах что-либо предпринять. - Ох, мама. - Не двигайся. Любое резкое движение только ухудшит ситуацию. Это были баронесса Гашелл и её дочь - Барбара Гашелл. "Лучшим решением было бы убраться отсюда". Фэй слегка покачала головой в раздумье. Обоим пассажирам нужно было сойти, чтобы облегчить груз и освободить колеса, но этого не произошло. С физической точки зрения это имело смысл. Однако из-за грязи им было трудно выйти, не испортив свои платья. Более того, поблизости не было никого, кто мог бы помочь вытащить экипаж на твердую землю. Фэй решила придерживаться своего первоначального плана. - Простите, дамы? Я маг из Магической башни. Кажется, у вас какие-то неприятности, поэтому я помогу вытащить вашу карету. Фэй переоделась в коричневую мантию, возвращаясь с фестиваля. Она не хотела показывать своего лица. Не то чтобы в этом была необходимость. Увидев ярко-розовые волосы Фэй, выглядывающие из-под капюшона, Барбара дрожащим голосом спросила: - Ты маг? Ты правда можешь это сделать? - Да. Однако мне нужно будет слегка приподнять карету, так что не пугайтесь. Колеса проваливаются, так что это единственный способ. Мистер кучер? Пожалуйста, отсоедините лошадей от коляски и отойдите назад. - Ох, я понял. Как только Фэй закончила свое объяснение, она подняла обе руки, готовясь произнести заклинание. Она уже израсходовала большую часть маны, накопленной в её волшебной палочке, на создание льда во время фестиваля. Без проблем. Я просто использую свои собственные силы. Это потребовало бы больше усилий, чем обычно, но у неё не было другого выбора. "Мне понадобится помощь Ундины". Ундина, почувствовав намерение Фэй, появилась из воздуха и закружилась под каретой. Вскоре из грязной земли вокруг застрявших колес начала подниматься прозрачная вода. Вода мягко смыла грязь и медленно подняла карету. Это было не то, что можно было бы сделать с помощью одной только воды. Губы Фэй слегка дрожали от напряжения. Было трудно точно управлять магией, но она справилась. - Оно... оно поднимается! - Успокойся, Барбара. Когда карета, оторванная от лошадей, зависла в воздухе, Фэй, несмотря на головокружение, сделала несколько шагов вперед. "Дорога льда!" Грязная дорожка мгновенно покрылась слоем чистой воды, которая за считанные секунды замерзла. Фэй осторожно опустила экипаж на свежезамерзшую землю, и кучер поспешил привязать лошадей. - Ох, большое вам спасибо. - Ничего страшного. Лед растает не сразу, так что не торопись. - Спасибо, маг. Мы так спешим, что не может выйти, чтобы поблагодарить тебя должным образом. Я Барбара Гашелл, дочь барона Гашелла. Это моя мать, баронесса. - Я Фэй, маг. Счастливого пути. Фэй с улыбкой помахала им на прощание. Как только они скрылись из виду, она попросила Ундину высушить землю под слоем льда, чтобы дорога не превратилась снова в грязное месиво, когда лед растает. Люциус, наблюдавший за происходящим издалека, хихикнул. - Ты действительно умеешь думать наперед. Я думал, ты собираешься превратить это место в катастрофу, чтобы потом кто-нибудь с этим разбирался. - Спасибо, Люциюс. - Пфх. — — Когда они продолжили свой путь обратно в Башню магов, Люциус не мог удержаться от недовольства, несмотря на доброе дело, совершенное Фэй. Раньше он хвалил её магию, но теперь, похоже, забыл об этом. - Почему ты вообще помогаешь таким незначительным людям? К тебе это не имеет никакого отношения. С точки зрения Люциуса, как могучего дракона, это имело смысл. В его глазах слабые и бессильные существа либо вымирали, либо подвергались бесконечной эксплуатации со стороны других. Как Момо, который пряталась под мантией Фэй и постоянно нервно поглядывал на Люциуса. - ...Просто там. - Просто так? Что это за ответ? Фэй рассеянно смотрела на далекие поля, погруженная в свои мысли. Люциус был прав. Барбара Гашелл была всего лишь дочерью барона, не имевшей реальной власти. Не было никакой гарантии, что она когда-нибудь ответит взаимностью. На самом деле, она так спешила, что даже не успела выйти из кареты после того, как Фэй помогла им. ---------- Эйна пропавшей герцогской принцессы - часть 2. Большинство людей стали бы ворчать, что это неблагодарно с их стороны. Подобное случалось не в первый раз. Упадок семьи Гашелл продолжался, и Барбара в конце концов вышла замуж за старого рыцаря из провинциального поместья, но вскоре умерла от какой-то местной болезни. Такова была печальная участь жизнерадостной девушки, которой она только что помогла. Но знание того, что должно было произойти, не меняло того факта, что Фэй не жалела о том, что помогла им. То, что чья-то жизнь скоро оборвется, не значит, что они заслуживают того, чтобы их бросили. Я не такая, как Дотт. "Настоящая трагедия в том, что я слишком беспомощна или труслива, чтобы действовать. Сейчас я чувствую себя лучше в роли Фэй, чем когда-либо в роли робкой Эйны Морганы в платье герцогской принцессы. По крайней мере, теперь я не отворачиваюсь от того, в чем могу помочь". Она помог Барбаре Гашелл только по одной причине – из-за Леона. Как гордый рыцарь, он спас несчастную Фэй, которая бесконечно убегала от страданий своего прошлого. Даже если бы он не протянул ей свою добрую руку, она бы как-нибудь добралась до Магической башни, но её сердце было бы намного холоднее, чем сейчас. Маленькое тепло Леона спасло душу Фэй, которая корчилась от предательства. "Да, вторым океаном, с которым я столкнулась, несомненно, был сэр Леон." Фэй так и думала. "Я не ожидала чего-то взамен. Сэр Леон тоже не хвастался тем, что помог мне тогда, не так ли? Он всегда относился ко мне с уважением. Я тоже… Я хочу набраться храбрости, на которую способна." Поскольку она сделала это добровольно, не было причин жаловаться на то, что потратила столько маны впустую. В конце концов, у неё будет достаточно времени для медитации, когда она вернется в Магическую башню, не так ли? * * * Тем временем Барбара запоздало рыдала в карете. -… Я испытала такое облегчение. Когда мимо проехала карета герцога Клейна, я так испугалась. - Не плачь, дорогая. Леди всегда должна сохранять самообладание. Когда их карета застряла в грязи, первыми к ней подошли не маги из башни. Карета герцога Клейна подъехала сзади, но вместо того, чтобы помочь, когда они увидели, что их карета в беде, они хлестнули лошадей и напугали их. Их намерением было, очевидно, быстро и эгоистично проскользнуть мимо. И без того напуганные лошади снова встали на дыбы, отчего передние колеса провалились еще глубже. Какой это был мрачный момент. В отличие от своей дочери, баронесса Гашелл даже бровью не повела и стойко перенесла это затруднительное положение. - Но...! - Барбара, ты не в первый раз сталкиваешься с чем-то подобным. Уже поздно, давай просто пойдем. - ...Да. - Когда позже ты увидишь людей из поместья герцога Клейна, не теряй самообладания. Веди себя вежливо, как будто ничего не произошло. Баронесса Гашелл больше беспокоилась о том, чтобы вовремя доставить свою дочь на место помолвки, чем об унижении. Если она хотела выдать её замуж в лучшую семью, то не могла позволить гневу встать на пути таких пустяков. Они были приглашены в салон в отеле "Далия". По меркам столичной знати, это был день ‘простого благотворительного сбора’. Когда они приблизились к полуоткрытой двери, послышался громкий, пронзительный смех. - Хе-хе, конечно, герцогиня! Теперь, когда лорд Кассель вернулся в поместье, у вас, должно быть, совсем не осталось забот. - Хм, ну, не то чтобы у меня когда-либо были какие-то опасения. Я просто надеюсь, что в столице продолжатся мирные дни. - Да, действительно! "Они здесь..." Хотя мать предупреждала её, юная Барбара не могла не испытывать глубокого негодования. "Даже если бы я могла простить их за то, что они не помогли, как они могут просто притворяться, что не ухудшили ситуацию? Неужели такова реальность так называемого благородного высшего общества?" Однако Барбара попыталась взять себя в руки, заставляя себя сдерживать эмоции. Как и ожидалось, даже заметив баронессу и её дочь, никто не проявил инициативы поприветствовать их первыми. Даже герцогиня не спросила, все ли с ними в порядке, не проявив ни малейшего интереса. Единственным утешением было то, что для них всё ещё оставались свободные места. Баронесса Гашелл, озабоченно размышлявшая, как бы присоединиться к разговору, заметила незнакомую молодую девушку с поразительными голубыми глазами, которые необычно блестели. "Кто она?" К счастью, загадка вскоре была разгадана громким голосом маркизы Вианте, которая всё это время щебетала за дверью. - Значит, нам остается только ждать появления дебютантки, дочери герцога Клейна, через несколько лет? - Да. Верно. Когда придет время, мы представим её. Но не сейчас. "Леди Клейн...? Ах, они, должно быть, нашли дочь, которую потеряли так давно..." Странное чувство поселилось в груди Барбары, словно мягко падающий снег. - Ее Эйна тоже дебютирует с ней? - Что ж, Доротея в настоящее время является кандидатом на роль Эйны, но нам придется подождать и посмотреть на это. - … Барбара заметила это. Когда назвали её имя, девушка с каштановыми волосами грациозно поклонилась, хотя её губы слегка дрогнули. "Эйна? Эта девушка по имени Доротея - Эйна дочери герцога?" ---------- Восходящая звезда в Магической башне - часть 1. Барбара слегка завидовала. Если бы она была Эйной леди Клейн, к ней бы не только относились благосклонно, но и она могла бы рассчитывать на удачный брак, как только леди Клейн сама выйдет замуж. Если бы только у меня была такая должность, я бы, без сомнения, справилась с ней. В тот день баронесса Гашелл вернулась из салона, оживленно делясь услышанными сплетнями. - ...Я слышала, что Эйну, сопровождавшую герцогиню привезли из какого-то монастыря. Говорят, она довольно мила и с хорошими манерами. Вместо кого-то, кто слишком сильно выделяется, больше подойдет девушка, которая незаметно сливается с толпой, как она. - Из какой она знатной семьи? Внимание Барбары переключилось с леди Клейн, которую она никогда не видела, на эту Эйну. Как дочери бедного барона, ей могло быть неинтересно слушать о герцогстве Клейн, которое является сердцем западного региона Империи и уступает только Орлеанскому дому? Даже если это совершенно чужая история, слушая её, можно помечтать, не так ли? - Вы не очень внимательно слушали, не так ли? Она простолюдинка из монастыря за пределами столицы. - Простолюдинка? - Должно быть, она им понравилась, раз они пригласили её сюда, простолюдинка она или нет. Вы будете часто её видеть, пока не состоится бал дебютанток у леди Клейн. Такие вещи, знаете ли, обычное дело. Они должны подготовить Эйну, прежде чем представить свою дочь. Барбара снова погрузилась в свои мысли. Позиция Эйны леди Клейн… Я бы с удовольствием попробовала. Если бы они выбрали простолюдинку без фамилии, наверняка у меня тоже был бы шанс? Но это была не только Барбара. Все благородные дамы в салоне, у которых были дочери или племянницы подходящего возраста, подумали о том же. Пока Дотт еще не понимает, что значит оказаться под перекрестным огнем без защиты Морганы. Тихая война высшего общества уже началась. * * * Как только Люциус вошел в Магическую башню, его подвергли измерению окружности. Холтдайн, который уже мог оценить масштабы своей магической силы, восхищенно присвистнул. - Ого, это что-то новенькое. Наверное, мне следует использовать официальную речь ещё до начала теста. - О чем этот парень? - Люциус недовольно нахмурился. - О, лорд Люциус, в Магической башне маги более низкого уровня официально разговаривают с магами более высокого ранга. Холтдайн - маг 6-го круга, а я - 5-го круга по магии воды, поэтому мы используем официальный язык. Если ты не хочешь, ты всегда можешь вызвать кого-нибудь на дуэль и победить. - Хм, раньше у нас такого не было, но мне это нравится. Это правильный путь. Он вспомнил древние Магические башни времен зарождения человечества. Тогда башни ещё не было на этом месте. Её постоянно разрушали и перестраивали в битвах с падшими ангелами. По его меркам, мир сейчас слишком спокоен. По крайней мере, в Магической башне все ещё происходят подобные вещи. В любом случае, это место всегда было для сумасшедших… - Когда-то...? Это правило действует уже более 500-та лет! Ха, не бери в голову. Ох, седьмой круг! Я так и знал! Мы будем рады услужить вам, сэр, как знакомому Фэй. Холтдайн поднял шум. Чтобы кто-то из 7-го круга выглядел так молодо, он должен быть либо скрытым мудрецом, либо иметь эльфийскую кровь. Даже если он не был ни тем, ни другим, никогда не помешает быть в хороших отношениях с кем-то могущественным. Пока Холтдайн продолжал болтать, Люциус, кипя от злости, выслушал результат измерения окружности. - Что? Я? 7-й круг? - Потрясающе! Волшебник 7-го круга, лорд Люциус. Вы почти на уровне мастера! - С его навыками это неудивительно. "Это абсурд!" Я потратил огромное количество маны, применяя магию обращения времени вспять, и понимал цену перехода от бессмертия к смертной жизни. Но что? Я, дракон, принадлежу всего лишь к 7-му кругу? Не смеши меня!! Взбешенный, Люциус снова положил руку на измерительный кристалл, стиснув зубы. Сфера засияла малиновым светом. Из его тела хлынула дикая энергия. Если бы его снова проверили, результат, несомненно, был бы как минимум 8-м кругом, если не 9-м. Но Холтдайн, занятый упаковкой своих вещей, едва заметил это. - Где ты его нашла, Фэй? Впечатляет. - Правда? У меня возникло ощущение, что лорд Люциус необыкновенный человек, как только я с ним познакомилась. - Ты правильно сделала, что пригласила его. Он красив, но выражение его лица напоминает мне свирепую горгулью. -Ха-ха-ха… Это правда? Она опустила часть о том, что Люциус был хозяином Момо, великого Мойтетры Вануса. Она хотела выяснить, как это произошло, когда сблизится с ним. - Смотри, даже эта шляпа обязательна для мага, верно? - Как она выглядит? Фэй взяла зеленую шляпу с небольшим изгибом и притворилась, что надевает её. Холтдайн поднял вверх большой палец, подумав, что Люциус отлично смотрелся бы в такой остроконечной шляпе. С его серебристыми волосами и гладким лицом на него было бы приятно посмотреть. Но… Фэй тоже довольно симпатичная. Несмотря на то, что они делали, внимание Люциуса было полностью сосредоточено на одном. - Тьфу! Измерительный шар яростно пульсировал, как будто мог сломаться. Это должно, по крайней мере, удовлетворить мою гордость… Нет, этого всё ещё слишком мало, но это уже что-то! Черт возьми, я снова стану мастером 10-го круга! Когда результат показал, что я мастер 9-го круга, Люциус отступил назад и сердито пнул подставку, которая была слегка смещена, в результате чего стрелка вернулась к нулю. Что за шутка. ---------- Восходящая звезда в Магической башне - часть 2. - А...? - В чем дело, Люциус? Вы всё собрали? С этого момента вы будете жить в комнате напротив моей, так что давай жить дружно, хорошо? Фэй весело подошла к нему, держа в руках всё необходимое. - Люциус? В последнее время Фэй стала выглядеть ещё красивее и сильнее, и вокруг нее вьются какие-то странные парни, так что я рассчитываю на тебя. - Вы все! Вы что, не обращаете на меня внимания? Вы хоть видели мою настоящую силу? Это не считается, сделай это ещё раз! Люциус в ярости закричал, но тест уже закончился. Седовласый, черноглазый маг Люциус вступил в Магическую башню как маг седьмого круга. И этот момент он запомнит как ещё большее унижение, чем свое прошлое поражение от Кейрона. — — — У Холтдайна были другие дела, так что Фэй пришлось показать Люциусу библиотеку и их комнаты. После того, как ей отвели комнату, она заметила, что Люциус выглядит необычно опустошенным. - Лорд Люциус, вам нехорошо? Если плохо, я могу проводить вас в лазарет. - ..Держи ухо востро. Никакая буря, какой бы свирепой она ни была, не могла его испугать. Если уж на то пошло, буря пострадает. О ком, по мнению этой человеческой девушки, она беспокоится? Но Фэй, в своей простоте, неправильно поняла его слова. - Хм? Я почти уверена, что у меня есть два глаза. Мои глаза переместились со скул на щеки? Я слышала, что неудачи с магией могут изменить твою внешность, поэтому я немного волнуюсь. Люциус почувствовал прилив раздражения. Что с этой девушкой? Она такая наивная! Она станет легкой добычей мошенника! - … - Это спальня Люциуса. Ну, поскольку вы маг седьмого круга, я не думаю, что мне нужно рассказывать что-то особенное. Но если кто-нибудь попытается вас побеспокоить, обязательно дайте мне знать, хорошо? Слова Фэй развеяли недоверие Люциуса, как пыль на ветру. Кто о ком беспокоится...? - Привет. - Хм? Да? Что? Люциус поднял свои черные, как смоль, зловещие глаза. Точно так же, как в тот день, когда небо над поместьем герцога Клейна было полностью затянуто тучами, отбрасывая страшную тень на всех, кто находился под ним. - Ты меня не помнишь? Люциус едва успел применить магию прямо перед смертью. Но даже это было не идеально, поэтому момент её проявления был отложен на несколько дней. Должно быть, так оно и было. Несовершенства магии приводят к появлению трещин, и Люциус не знал, сколько нечистот просочилось через эти щели. Может быть, именно из-за этих трещин Фэй, или Моргана, оказались в Башне, а не в поместье герцога Клейна? - Вчера я впервые увидела вас, Люциус. Услышав беспечный ответ Фэй, Люциус, не задумываясь, шагнул к ней. В этот момент присутствие Люциуса задело её равнодушную душу. Её яркие зеленые глаза неосознанно посмотрели на мужчину, стоящего перед ней. Он красив, и его внешность редка. Но эта мысль не вызвала никаких других эмоций. Это было естественно, учитывая невинную и одномерную точку зрения Фэй. - Подумай хорошенько. - ...Я действительно не знаю. Мы не встречались где-нибудь раньше, лорд Люциус? - Кто знает? Фэй думала совсем о другом. Может ли быть... что Бароа и Люциус на самом деле один и тот же человек? Трудно просто отмахнуться от этого как от совпадения. Тот факт, что он был магом 7-го круга… Если это Бароа, он мог легко скрывать свои настоящие способности. В конце концов, Бароа был великим Мастером Башни. Но слова, которые она хотела сказать ему о его личности, застыли у неё на губах и не хотели слетать. Черные зрачки Люциуса скользнули по Фэй, а затем внезапно сменились легким раздражением. - Забудь об этом. И еще... - Да? - Что бы там ни говорили, ты наездник дракана. Если ты кормила эту тварь таким количеством мяса, тебе следовало бы пустить его в ход. Не позволяй ему превратиться в маленького жирного цыпленка, пока меня не будет. Ты уже должна была летать. - ...Ну, дело в том, что я даже на лошади не могу ездить одна, не говоря уже о чем-то еще… Кроме того, Мойт… Момо, кажется, сейчас вполне доволен жизнью. - Это действительно так? - Да. С тех пор как я забрала его, он ни разу не прислал мне телепатического сообщения с просьбой вернуться в свой истинный облик. Кроме того, я была так занята изучением магии, что у меня не оставалось времени ни на что другое. Услышав признание Фэй, Люциус резко перевел взгляд темных глаз на Момо. Легкое раздражение сменилось холодной яростью, когда цель сменилась. Дракан, дрожа от страха, рухнул на землю под убийственным взглядом Люциуса. Но благодаря побочному эффекту превращения в цыпленка, крошечные ножки Момо, утопающие в мягком пуху, только придавали ему привлекательный вид. Увидев Момо в таком виде, Фэй расхохоталась. - О, какой милый! - Хм. Что такого милого во взрослом самце со всеми его перьями? Достаточно. Мы улетаем завтра. Я помогу. - Действительно? - Да. Она пропустила слова Люциуса мимо ушей, решив, что он шутит. В столице слишком много людей, чтобы дракан мог летать. Каким бы эксцентричным магом ни был Люциус, он не стал бы сеять хаос, позволяя Момо трансформироваться вблизи жилых районов, верно? Это то, во что она хотела верить. — — — Поздно ночью. "...Я не могу уснуть". Это был такой длинный день, и, хотя её тело было измучено, разум оставался ясным. Фэй знала почему. Увидев, что Барбара Гашелл всё еще дышит, она снова забеспокоилась о далеком поместье Клейн. "Чем сейчас занимается Дотт?" Она не знала. Это было следствием того, что Фэй – или Моргана – решила разорвать отношения со своей настоящей семьей. Она понятия не имела, о чем они думали, улыбались или плакали, когда видели лица друг друга. Всё, что она могла сделать, это ждать, когда Дотт сделает первый шаг. Какой-либо активный ответ с её стороны был невозможен.... "Это действительно нормально, что всё так происходит?" ---------- Заговор Люциуса - часть 1. Несмотря на её истощение, вызвать единственную Ундину всё ещё было возможно. Она могла не только вызвать её, но и отправить парить рядом с Дотт, которая скрывалась в поместье герцога. "Это не продлится вечно – может быть, самое короткое время - день, в лучшем случае месяц? Что-нибудь сверх этого… превзошло бы мои ожидания". Она смутно припоминала, что слышала что-то подобное в те времена, когда была Эйной. В особняке герцога Клейна, особенно в главной резиденции, был установлен защитный барьер, защищающий от негативной магии и духов. Это означало, что она не могла постоянно шпионить за Дотт, но ей нужно было что–то делать - что угодно. Возможно, ей удастся найти небольшую подсказку. Ей просто нужно было держать духа достаточно близко, чтобы он не активировал барьер особняка. У Фэй было смутное представление о своих возможностях. Хотя для мага духов, который полагался на сродство, было невозможно долго посылать своих духов другим, кто-то вроде Фэй, которая преуспела в магии воды, определенно мог бы справиться с этим. Однако поддерживать Ундину чистой маной было немалой нагрузкой. - ...Хорошо. Призыв Ундины! В её руке появилась маленькая крылатая Ундина. Используя телепатию, Фэй приказала духу отправиться в резиденцию герцога Клейна и найти ‘Эйну, настоящее имя которой Доротея’. Напряжение внезапно покинуло её тело. - Ух... У неё даже не было сил смотреть, как Ундина вылетает из окна в сторону особняка. Добравшись до своей кровати, она провалилась в глубокий сон. На следующий день Фэй проснулась, едва успев накинуть пальто, но Люциус поторопил её. Она бы предпочла поспать подольше после вызова Ундины, но не было времени спрашивать о том, что она увидела и нашла ли Дотт. Не успела она опомниться, как Люциус произнес заклинание телепортации, унося их прочь. Воздух резко изменился, и она широко раскрыла глаза. - Где...? - Это место должно подойти, верно? Люциус, выглядевший довольным собой, говорил с гордостью. Перед ними простиралось обширное плато с едва различимой грядой гор на горизонте. - Что это за место? Где мы находимся? - Я не знаю названия. Это место я смутно помню. Мы на горе. Хм, давай начнем. Момо! Трансформируйся обратно. Хотя пейзаж со временем стерся, память Люциуса была достаточно острой, чтобы распознать его. Это плато было тем местом, где рабы когда-то, в эпоху империи Шарффов, отчаянно боролись за свободу. "Я помогал этим ребятам в самом начале, и было забавно наблюдать, как они сражались не на жизнь, а на смерть". Люциус, несмотря на то, что был драконом, проявлял необычный интерес к человеческой жизни, в отличие от других драконов своего вида. Может быть, именно поэтому он сейчас делал что–то ненужное, оставаясь рядом с Фэй, - благодаря своему чертову любопытству. - Ааааа! - Опусти голову, если не хочешь вылететь! Ты что, дракон? Момо, вернувшийся к своему истинному облику дракана, издал оглушительный рев, но Люциус огрызнулся на него. Увидев, что Момо склонил голову в знак поражения, Фэй не смогла удержаться от смешка. - Ха-ха. Грозный Мойтеттра Ванус, который обычно наводил ужас, выглядел перед Люциусом не более чем отруганным щенком. Мог ли Люциус на самом деле быть драконом? Нет... он, должно быть, был эльфийским магом. - Смеешься, да? Несмотря на угрожающее выражение его лица, Фэй нисколько не испугалась. -...Сэр Люциус, вы действительно забавный маг, знаете это? Неужели вам никто никогда этого не говорил? - Что? Ты первый человек, который осмелился рассмеяться мне в лицо. Фэй, улыбаясь, покачала головой. - Это невозможно. Даже Холтдайн по-настоящему любит тебя! - Мне не нужно внимание какого-то мужчины. Большинству женщин тоже. Почему люди такие рассеянные и безрассудные? Каждый раз, когда он думал о тех древних женщинах, которые без страха называли его своим "мужем", он терял дар речи. И теперь, глядя на наивную Фэй, эти далекие воспоминания начали всплывать на поверхность. - Если бы вы не жили так долго один, держу пари, люди думали бы по-другому. Или, может быть,… вы так всех напугали, что никто не осмеливался с вами заговорить. -...И то, и другое верно. Несмотря на то, что в прошлом Люциус развлекался с людьми, он никогда не влюблялся. Поддаться таким тривиальным эмоциям? Для дракона это было бы немыслимо. Люциус гордился этим. Это было как знак почета. - Что? - Хватит, просто садись. Люциус щелкнул пальцами. На Момо, который только что приземлился на землю, появилось волшебное седло, звякнув цепями, когда оно закрепилось на месте. - Вау, это потрясающе! Такая точная магия, это выше моего понимания. - Если ты знаешь, что... Он чуть было не ляпнул что-то не то, но сдержался. Ну и что с того, что она знала? Должна ли она относиться к нему с почтением? Или ей следует вспомнить прошлое и задаться вопросом, как она его победила? "Будь оно проклято". Несмотря на то, что магия обращения времени была его единственным выходом, теперь, когда она сработала, было трудно смириться с тем, что произошло. Кроме того, "Моргана" наверняка не знала о своем происхождении, не так ли? Она, вероятно, не знала, кто были её предки. Люциус недолго наблюдал за Морганой, когда напал на особняк Клейна, но не заметил в ней ни малейшего признака высокомерия. Присутствие рядом с Фэй, с кем-то, кто ничего не знал, начинало подрывать его гордость. Вот почему он продолжал мысленно напоминать себе, что не должен принимать свой истинный облик перед ней, черт возьми. ---------- Заговор Люциуса - часть 2. - Просто садись уже. Он снова рявкнул. - Вы тоже едете со мной, сэр Люциус? - Хм. Я не хочу, чтобы ты упала, - проворчал Люциус, беря её за руку и помогая взобраться в седло. Вскоре дракан поднялся в небо, паря в воздухе, где не было других людей. Как только они оторвались от земли, волнение Фэй стало ощутимым. - Вау! - Щит от ветра! Ты вообще осознаешь, что ты человек-маг? Они находились на плато, где воздух был уже разрежен. Когда Фэй не смогла окружить себя защитным барьером от ветра, Люциус, закричав от досады, произнес заклинание вместо неё. Конечно, будучи драконом, он не должен был беспокоиться о недостатке кислорода даже в своем человеческом обличье, но она, безусловно, беспокоилась! Он запоздало вспомнил, что Фэй специализировалась на магии воды, но какое это имело значение? Она даже не осознавала, что была на грани потери сознания от недостатка кислорода, и всё, что она делала, это любовалась открывшимся видом! "Эту девочку нельзя оставлять одну. Она бы сбежала и умерла в мгновение ока. Это просто... это всё из-за моей гордости. Вот и всё! Мне нужно внимательно наблюдать за ней, чтобы восстановить свою пошатнувшуюся гордость." Люциус поймал себя на том, что придумывает причину оставаться рядом с ней, используя свой статус дракона как предлог для того, чтобы проводить время с человеком, который в прошлой жизни однажды победил его. Фэй, не обращая внимания на его внутреннее смятение, указала на захватывающий дух пейзаж. - Смотрите, сэр Люциус! Эти горы такие острые, а с вершин поднимается пар. Может быть, это вулканы? - Эй, Момо! Ты летишь в правильном направлении?! Ты что, хочешь, чтобы я искупался в вулканическом пепле? Если хоть одна пылинка коснется моего воротника, ты умрешь. Момо, уязвленный упреком Люциуса, со слезами на глазах сбился с пути. Он вспоминал о мирных временах, проведенных с нежной и доброй женщиной-магом, одной из немногих людей, с которыми ему было приятно находиться рядом. Но вскоре после того, как они изменили направление, самый грозный и темпераментный дракон на свете снова закричал. - Там стадо горных козлов, и от них воняет! Лети куда-нибудь ещё, тупая саламандра! Что с тобой такое? У тебя вообще есть способности к обучению, или твоя голова просто для украшения? Густые, горячие слезы потекли из глаз обиженного дракана. В тот день, когда они вернулись в башню после полета с драканом, Люциус принял твердое решение. "Я буду тренировать Фэй, чтобы она стала магом девятого круга. Затем я буду сражаться с ней на равных в своем человеческом обличье. Ха… И я позабочусь о том, чтобы она потерпела сокрушительное поражение! Как бы она ни старалась, она поймет, что никогда не будет лучше меня...! Да, вот так!" Люциус ещё не придумал, что делать после победы над Фэй, но он заснул, чувствуя себя вполне удовлетворенным. Может быть, вскоре он незаметно подтолкнет Фэй к изучению каких-нибудь древних текстов о драконах. К тому времени она наверняка узнает, кто он на самом деле. И когда она узнает, то будет дрожать от страха перед ним, верно? - Муахаха... Губы Люциуса растянулись в улыбке, и он погрузился в сладкий сон. * * * Фруктовый фестиваль, который вызвал настоящий ажиотаж в столице, наконец-то подошел к концу. Но не празднества, а сама герцогиня Клейн подтвердила распространенные слухи, вызвав шок в высшем обществе. Новость о возвращении давно пропавшей леди Клейн вызвала бурю негодования, появились предположения о потенциальных кандидатах на роль её компаньонки, будущей Эйны, которая должна была обеспечить её безопасность до тех пор, пока она не сможет выйти замуж. Доротея, простолюдинка, была легкой мишенью для преувеличенных слухов и беспочвенных сплетен. Среди молодых леди и знатных дам самой горячей темой была "судьба герцогства". Но в разгар этой бури, как ни странно, наступило редкое затишье – прямо в кабинете герцога Клейна. - Сегодня я должен посетить монастырь Грейс. - Я составлю вам компанию. - Ты? - Да. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз играл роль послушного сына. - Что ж, я не откажусь от этого. Тогда пошли. Герцог одобрительно посмотрел на своего старшего сына, довольный его уважительным отношением. С тех пор как Кассель вернулся, его младший брат Морис тоже начал приходить в себя и снова сосредоточился на тренировках. Во многих отношениях Кассель был благословением, опорой для семьи и многим другим. Даже наследный принц Силлас во время их случайных встреч не сказал ничего существенного о Касселе. Герцог не знал, чем занимался его сын в столице, но они с герцогиней лелеяли надежду, что женитьба вскоре навсегда поселит его там, вдали от пограничных земель. Возможно, к весне они смогут начать прощупывать почву. "В конце концов, рыцари Голубой Розы изначально были ветвью королевских рыцарей. Независимо от того, вернется ли Кассель на службу в столицу или примет на себя обязанности в семье, я должен передать ему свою должность. Я продержусь до возвращения Тианы, а затем уйду в отставку, как только всё улажу". Решение Касселя сопровождать герцога в монастырь не было продиктовано какой-либо особой целью. За четыре года, что он отсутствовал, произошло многое. Он был слишком занят восполнением пробелов в своих знаниях, чтобы посетить монастырь Грейс, откуда, как говорят, была родом Доротея. ---------- Ещё один кандидат в Эйны - часть 1. "Я не уверен, уместно ли консультироваться по этому вопросу с Его высочеством наследным принцем". - Кассель, ты давно не был в монастыре Грейс, не так ли? - Да, отец. Герцог Клейн был одним из двух герцогов во всей Империи. Орлеанский дом был семьей достойных вассалов, и хотя дом Клейн имел несколько более короткую историю, он по-прежнему обладал значительным влиянием и огромным богатством. Более того, герцог был человеком, который умел щедро раздавать свои горы богатств. - Ха-ха, мать-настоятельница Берил такая же, какой была всегда, только немного постарела. - Неужели? - Такое чувство, что я впервые встретил её только вчера. Она не дрожала передо мной и ясно поблагодарила. Она как стойкое зеленое дерево, которое никогда не меняется! - … Кассель встречался с настоятельницей Берил всего дважды, но был о ней хорошего мнения. Однако, отправив Доротею в качестве Эйны, он почувствовал беспокойство в своем сердце. Тем не менее, он не хотел портить настроение, говоря с отцом о чем-то негативном в этой поездке. - Когда я в последний раз приезжал в монастырь, чтобы забрать Доротею, я дал обещание. Я сказал ей, что куплю всё вино осенью, так что она должна быть готова. - Да. - Мать-настоятельница не из тех, кто льстит. Хаха. Если бы это был кто-то другой, он бы услышал мои слова и бросился покупать самое дешевое вино, какое только смог найти, чтобы обмануть меня, но я сомневаюсь, что она так поступит. Хочешь поспорить на это? Касселя не интересовали такие тривиальные ставки, но он слегка улыбнулся, чтобы порадовать отца. - Я понимаю. Если там окажется хотя бы одна бутылка плохого вина, что бы вы хотели, чтобы я сделал? - Проведи хороший спарринг с Морисом. Разбуди его. Если выиграешь... хм, что бы ты хотел взамен? Спарринг-матч для своего младшего брата был тем, на что Кассель согласился бы даже без пари. Но разрыв между способностями Касселя и Мориса был настолько велик, что было почти неловко называть это состязанием. Вот почему Кассель даже не потрудился воспользоваться деревянным мечом. Просьба о спарринге на самом деле касалась не дуэли, а скорее поощрения Мориса к взрослению и, в конечном счете, к посвящению в рыцари. Не долго думая, Кассель ответил: - Я воздержусь от каких-либо просьб. В последнее время я наслаждаюсь своей жизнь”. - Мы с Софией чувствуем то же самое. Это потому, что ты рядом с нами. Кассель знал, что это не пустые слова, хотя и предпочел не показывать своих чувств. - ...Да. Когда они прибыли в монастырь Грейс, там царила глубокая тишина. Когда Кассель в последний раз был здесь ребенком, он казался неописуемо величественным, но сейчас здесь было тревожно тихо. Всё ещё испытывая беспокойство по поводу этого места, Кассель сопровождал герцога Клейна на встречу с настоятельницей Берил и Хессен. - Ох, добро пожаловать. - Давненько не виделись. Как и обещал, я пришел купить вино. Пожалуйста, погрузите всё в карету, и я полностью оплачу покупку. - Спасибо. Хессен была такой же, как всегда, но у Берил, помимо того, что она выглядела немного старше, было обеспокоенное выражение лица. Если быть точным, она казалась почти ошеломленной. "Что с ней? Она больна?" Хотя такие негативные мысли и приходили Касселю в голову, он не показывал их. Воспользовавшись моментом, когда герцог Клейн вышел, чтобы коротко переговорить с Хессен, Кассель подошел к ней. Берил, которая придала своему бледному лицу безмятежное выражение, поздоровалась с ним. - Я слышала, что ты вырос прекрасным человеком и даже отважился побывать на опасных границах Розии? И что ты стал вице-капитаном рыцарей Голубой Розы? - Верно. - Это действительно впечатляет. Я буду продолжать молиться о вечной славе Дома Клейнов. Несмотря на изысканный тон её слов, очень похожий на те, что используются в высшем обществе, Кассель не мог избавиться от чувства дискомфорта. Несмотря на то, что он не расспрашивал её о странном поведении Доротеи, почему мать-настоятельница даже не поинтересовалась самочувствием кандидата в Эйну, которого она лично выбрала? Почему она проигнорировала того самого человека, которого отправила, и вместо этого заговорила о Касселе, который уехал четыре года назад? Не в силах сдержаться, он спросил: - Я так понимаю, что вы выбрали молодую девушку по имени Доротея для отправки в качестве кандидата в Эйны. - Ох, да, юный лорд. На самом деле, я изначально собиралась послать девушку по имени Моргана. Хотя я не уверена в её точном возрасте, она была близка к совершеннолетию – всегда спокойная и прилежная. Но герцог выбрал Доротею. Кассель нахмурился. - Значит, вы уже выбрали другую кандидатуру на роль Эйны? - Выбор остается на усмотрение герцога, и мы не можем больше говорить об этом. Так было на тот момент. Я надеюсь, у Доротеи всё хорошо? Кассель, не желая говорить о ней, вместо этого поинтересовался именем другой девушки, упомянутой ранее. - А что насчет другой кандидатки в Эйны? Если её выбирала сама настоятельница, она, должно быть, была исключительной личностью. Мне интересно узнать о ней побольше. - После выбора герцога она покинула монастырь, чтобы найти свой путь. Как я упоминала ранее, она была близка к совершеннолетию. Будучи пожилой женщиной, я не могла встать на пути будущего молодого человека. У Берил не было другого выбора, кроме как прервать историю Морганы. Правда заключалась в том, что Моргана отправилась в Башню Магии, но она боялась, что раскрытие этого может спровоцировать негативную реакцию. Хотя аристократы Империи внешне уважали магию, в глубине души они боялись её, особенно если она не была распространена в их семье. Поскольку никто в Доме Клейнов никогда не становился магом, предположение Берил не было ошибочным. Внезапно мать-настоятельница почувствовала, что задыхается от собственных слов. ---------- Ещё один кандидат в Эйны - часть 2. Герцог Клейн сдержал своё обещание и вернулся, когда сменилось время года, чтобы купить вино. Будет ли у неё когда-нибудь возможность подарить Моргане бархатный шарф и перчатки, которые она собиралась ей прислать? В Башню редко пускали посетителей, особенно людей из таких благочестивых монастырей, как Берил. И Берил даже не была уверена, что Моргана обрадуется её заботе. Бедная девочка, которая ушла как раз в тот момент, когда Берил решила относиться к ней лучше в будущем. Простит ли она когда-нибудь трусливое молчание Берил? "Моргана..." По крайней мере, приняла бы она неохотно подарок от того, кто так подвел её? - Я понимаю. Кассель не смог больше расспрашивать настоятельницу о местонахождении Морганы. Уходя, он смутно подумал про себя: "Моргана. Я впервые слышу это имя. Оно звучит странно меланхолично". Если бы он представил себе это, то имя Моргана вызвало бы в воображении образ хрупкой девушки, сидящей на туманном берегу озера, её рука скользит по воде, а рядом покачивается маленькая лодка. Если бы он окликнул её с берега, она, скорее всего, растворилась бы в тумане, как мимолетная фигура из какой-нибудь давно забытой легенды. Где бы она ни была, я надеюсь, она счастлива. Чувствуя себя несколько подавленным, Кассель обернулся и увидел, что герцог Клейн все еще увлечен беседой с Хессен. Поскольку это была редкая возможность отвлечься от политики, Кассель решил уделить ему больше времени. Он понимал, какое умиротворение приносили его отцу эти моменты щедрости по отношению к монастырю. Бесцельно бродя по монастырю, Кассель заметил вдалеке каких-то людей. "Хм". За бочками с вином, которые осторожно доставляли из подземного хранилища, работали монахини и послушницы. Не желая мешать их занятиям, Кассель не стал приближаться, но услышал обрывки их приглушенного разговора. - Всё это пойдет в Дом Клейн? - Да. - Дотт не появилась? "Дотт?" Имя ему было незнакомо. Но Кассель быстро сообразил, о ком они говорят. - Похоже на то. Ах... Дотт так повезло. Я уверена, что у меня бы всё получилось, если бы я стала Эйной в Доме Клейна. - Правда? Если бы я знала, что герцог будет в гостях, я бы попыталась подойти к нему, как это сделала Доттриция. Она была такой смелой, но я держалась на расстоянии и теперь жалею об этом. - Да, мне тоже следовало хотя бы поздороваться. - Откуда Дотт знала всё это заранее? - Моя тетя живет в столице, и она сказала мне, что Доттриция ехала в карете герцога! Она ходила в благородный салон под именем Доротеи. - Повезло... Не было необходимости слушать дальше. Доттриция? "Так это настоящее имя Доротеи". Доротея - обычное женское имя, но Доттриция...… Кассель никогда раньше не слышал этого имени, по крайней мере, ни в Империи, ни в землях Розии. "Не похоже, что это имя было дано монастырем. Это достаточно необычно, я мог бы разобраться в этом подробнее. Имя Моргана тоже... ни одно из них не является обычным. Они обе заслуживают расследования." Прищурившись, Кассель решил не упоминать герцогу о том, что он видел или слышал, и провел остаток дня, прилежно ухаживая за своим отцом. Как и обещал герцог, монастырское вино было превосходным, без единой испорченной бутылки. Кассель проиграл пари, но почувствовал удовлетворение от своего поражения. Он также испытал облегчение, когда уладил все недоразумения, связанные с настоятельницей Берил. Казалось, всё в порядке. Всё, кроме одной девушки с её непристойными амбициями, направленными на Дом Клейн. "Они сказали, что она была в доме Селфии?" Шаги Касселя направились к уединенному месту. Казалось, что в классе шло занятие, так как снаружи через окно доносились голоса Доротеи и Пошетт, занятых дискуссией. - Итак, в первые дни существования империи Аркан коммерции было трудно развиваться быстрыми темпами... - Причина! -...Это... гм...… Потому что дороги были в плохом состоянии... - Восстановить дороги и канализацию, подключенные к системе, было несложно! О боже, тебе нужно перечитать книгу ещё раз. Даже после краткого прослушивания урок не показался особенно выдающимся – достаточно простым, чтобы в одно ухо влетело, а в другое вылетело. "Хм?" Слабое, но подозрительное присутствие – или, скорее, ощущение. Кассель тихо перевел взгляд в том направлении, которое встревожило его. "Это не Ундина?" Возле небольшого пруда, примыкающего к саду дома Селфии. Там была Ундина, плывущая по воде и пытающаяся заглянуть внутрь через окно. Дух редко появляется естественным образом. Что ещё важнее, это был особняк Клейнов. Он просто не мог позволить такому подозрительному существу задерживаться поблизости. Когда Кассель потянулся за своим мечом, тельце маленькой Ундины внезапно обмякло и опустилось на плавающий по воде лист лотоса. Казалось, у неё не было достаточно сил, чтобы оставаться здесь. В этот момент голоса, доносившиеся из дома Селфии, где Доротея и ученый Пошетт что-то обсуждали, внезапно смолкли. Ученый, вероятно, попросил Доротею начать читать книгу ещё раз. -… Он намеренно избегал встречаться взглядом с Ундиной. Было ли это просто слабостью? Или оно появилось здесь специально, чтобы присматривать за Доротеей? Если бы это было первое, он, очевидно, должен был бы прогнать дух, но если бы это было второе… "Хм". В любом случае, как дух низкого ранга, он не смог бы войти в особняк. Кассель был не из тех, кто жалеет Ундину за то, что она застряла у пруда и не может подойти ближе к окну. "Может, мне просто оставить это ненадолго?" Прежде чем он успел понять, почему так передумал, он отвернулся. Он мог только надеяться, что тот, кто послал Ундину оставаться рядом с Доротеей, когда-нибудь окажется полезным. ---------- Призыв Силласа - часть 1. Несколько дней спустя, несмотря на нежелание Мориса, он потащил своего младшего брата на тренировочную площадку. Заботясь о гордости Мориса, он отпустил других рыцарей. - Брат, я в порядке. - Морис. С момента прибытия Касселя, Морис, который до этого вел себя прилично, теперь явно выражал недовольство. - Как вы можете, вице-капитан Рыцарей Голубой розы, тратить время на то, чтобы лично тренировать меня? Я сказал, что со мной всё в порядке. - ...Ты что, думаешь, я собираюсь избить тебя до бесчувствия или что-то в этом роде? Морис взглянул на тренировочный меч, лежащий перед ним, и обреченно покачал головой. - Зачем ты это делаешь, если и так всё знаешь? У меня нет таланта в обращении с мечом. Какого бы учителя ты ко мне ни приставил, это пустая трата времени. - Морис! Рыцаря можно определить не только по его мастерству владения мечом. Благородный характер, терпение, умение ездить верхом, проницательность и владение копьем – незнание меча не было поводом для подобных разговоров. В глазах Касселя, у Мориса был потенциал, если бы только он изменил свое отношение. Как рыцарь, Кассель поклялся чтить эту веру. Морис не отшвырнул меч, хотя при обычных обстоятельствах, вероятно, сделал бы это. Вместо этого он, наконец, произнес слова, которые так долго держал в себе. - Это всегда одно и то же, не так ли? Я всегда ниже тебя ростом, слабее, чем ты, и даже в том же возрасте мои достижения меркнут по сравнению с тобой. Что касается ожиданий матери и отца? Ха, я уверен, что они возлагали свои надежды на Тиану, ту, которая пропала без вести. - Морис!! - Это бессмысленно! Бегать туда-сюда к этой Святой, которая продолжает извергать бессмысленные пророчества! - Морис, успокойся. Кассель попытался урезонить его, но в глазах Мориса уже не было лени; они были полны смирения и разочарования. - Так или иначе, я вынужден покинуть это место, как будто меня прогоняют прочь, брат. Так что до тех пор, может, ты просто оставишь меня в покое? - Морис! - Я просто хочу увидеть свадьбу Тианы, по крайней мере. После этого, стану ли я нищим или пьяницей, оставь меня в покое. Я позабочусь о том, чтобы не запятнать позором имя нашей семьи. Морис пренебрежительно махнул рукой и ушел, а Кассель мог только наблюдать. Его желание увидеть свадьбу Тианы не звучало как простая отговорка. По крайней мере, эта часть была искренней. Святая Кафия всегда извергала пустые пророчества и благословения, но, несмотря на то, что Морис плохо отзывался о ней, он все ещё цеплялся за надежду, когда дело касалось Тианы. Это глубоко тронуло Касселя. "Морис… Исчезновение Тианы, должно быть, тоже потрясло тебя. Прости, что я не заметил этого раньше." Точно так же, как Кассель предпочел скрыть боль от исчезновения их сестры, Морис, несомненно, держал это бремя близко к сердцу. В дополнение к текущим расследованиям Кассель, которому предстояло расследовать ещё два дела, нахмурился и принялся за работу, тихо и незаметно. * * * Время, когда на землю густо падают желтые листья. В эти дни Фэй чувствовала, что её магический прогресс застопорился. "Хм..." Она призвала королеву Ундин, что было редким достижением, поэтому многие маги, вероятно, посмеялись бы, услышав её жалобы. Но единственным, кто понимал пределы возможностей Фэй, был Люциус, который недавно был повышен до мастера 7-го круга. Это было не то, что она могла бы легко обсудить с Холтдайном. - Ты, в соответствии со своим именем, умеешь обращаться с водой и льдом. - А-ага... Люциус нахмурился, раздраженный тем, что она так легко приняла его заявление. - Почему ты такая бесхребетная? То, что ты хорошо разбираешься в воде, вовсе не означает, что твой характер должен быть таким же! - Вы правы, так в чем же проблема? Вам всегда удается сказать именно то, что нужно, сэр Люциус. Было ли первоначальное предложение Башни магов правильным? Стать специалистом по водной магии. Если бы она пошла по этому пути, назад уже не повернуть. Вся её магическая сила была бы идеально сосредоточена в одном элементе. Действительно ли это был правильный выбор? "И Холтдайн, и Люциус говорили, что я могла бы стать Мастером льда, если бы приложила к этому все усилия. Хотя они и говорили, что достижения определяются моими усилиями… Я всё ещё не уверена. Неужели для меня действительно нет другого выхода?" - Ты спишь? Саркастический тон Люциуса не слишком обеспокоил Фэй. По какой-то причине между ними всегда было так. Точно так же, как её первая приятная встреча с рыцарем Леоном привела к их второй встрече, её отношения с Люциусом были точно так же предопределены. Он всегда ворчал, а Фэй всегда отшучивалась. Это не означало, что Люциус смотрел на неё свысока. На самом деле, в Магической башне Люциус был лучшим человеком, с которым Фэй могла поговорить. У него часто были ответы на вопросы, которые она не могла задать никому другому. - Нет. - Ты уже думала о том, что собираешься делать? Фэй покачала головой. - Одни размышления ничего не решат. Я даже не так рано начала изучать магию, а призвать королеву Ундин всего за два сезона - это огромное достижение. Если я буду жаловаться на то, что мой прогресс замедляется, это только покажет, что я прилагаю недостаточно усилий. - Ты просто полна объективного самоосознания, не так ли? Она закинула руки за спинку стула, рассеянно бормоча. - Я же не собираюсь идти искать Сердце Дракона. Я просто прочитаю ещё одну книгу заклинаний, вместо того чтобы искать невозможные решения. - С...Сердце дракона? Она небрежно ответила. - Да, об этом мечтают все мастера меча, верно? Но, по словам Холтдайна, есть несколько магов, которые тоже совместимы с Сердцами Драконов. - … - Очевидно, я одна из них? Даже мастер Нейя из Магической башни подходит под эту категорию. Как ты думаешь, где-то здесь есть Сердце Дракона? Люциус внезапно замолчал. Затем, спустя некоторое время, он высказал предположение. ---------- Призыв Силласа - часть 2. - Как насчет того, чтобы попробовать другой подход? - Другой подход? В Магической башне не просто обучали всех одной и той же фиксированной системе магии. Исследования в области новой магии или вспомогательные академические исследования постоянно продолжались. Например, изучались алхимия, траволечение и целительная магия. Фэй случайно читала о таких предметах, но не нашла в них ничего особенно интересного и не обнаружила никаких особых талантов. - Помнишь Момо? Внезапное упоминание о её спутнике, Момо, заставило существо дернуться, как будто ему приснился кошмар, прежде чем оно успокоилось. - И что же Момо? - Ты не просто маг, Фэй. Ты Драканская наездница. Тебе следует использовать это преимущество. - Но как...? - Пока потренируйся повышать свою магическую силу, и пусть королева Ундин занимается заклинаниями. - Что? - Затем ты просто оседлаешь Момо, достигаешь своей цели, произносишь заклинание и летишь обратно. Победа за тобой. Это звучало просто, но, если бы это было возможно, это была бы потрясающая стратегия. Магам приходилось полностью сосредотачиваться на завершении своих заклинаний, поэтому передвигаться во время процесса было практически невозможно. Хотя они и могли пользоваться каким-либо видом транспорта, предпочтение отдавалось ему редко, поскольку сосредоточенность имела решающее значение. Но если магия Фэй передавалась через королеву Ундин, в то время как она просто обеспечивала её маной, её магия могла превзойти магию обычного призывателя. Даже не видя этого, было очевидно, что магия Фэй будет более разрушительной, чем у большинства заклинателей духов. Даже если был вызван один и тот же дух, между духом призывателя и духом, вызванным магом, есть разница. Близость призывателя и строгий контроль магической силы магом неизбежно различаются. Вполне естественно, что доминирование, которое исходит от власти, намного превосходит близость, за которую не нужно платить; Люциус указал на это. - Ну, я не знаю. Я точно не планирую вступать в войну. - Независимо от того, делаешь ты это или нет, совершенствовать свои способности никогда не помешает. Если это слишком сложно, просто используй Момо. Подлети к цели, сбрось бомбу и дай волю своей магии. Просто защити себя заклинанием. Чешуя и кожа Момо крепкие. Момо, всё ещё полусонный, внезапно чихнул, словно предчувствуя свою мрачную судьбу. Фэй с улыбкой покачала головой. - Хм, если вы отвезете меня в какое-нибудь тихое место, я продолжу тренироваться ездить верхом на Момо. Но даже если я стану полноправным Драканским наездником, я не думаю, что мне понадобится сражаться, не так ли? - Почему ты так уверена? - Кому я для этого понадоблюсь? В конце концов, на дракане всего лишь я. - Каждый воин начинает с безвестности. Если ты уже знаменит, ты рыцарь, а не воин. - Воин? Если бы я не попала в Магическую башню, то, вероятно, пекла бы бриоши для странствующих воинов. Фэй отшутилась. Её нынешняя жизнь, как мага, привыкшего к обычаям башни, была прекрасна. У неё не было желания выходить на улицу и добиваться чего-то грандиозного или вращаться в обществе. Если и наступит время, когда ей придется это сделать, то это будет тогда, когда Дотт снова пустит в ход когти. Тем не менее, момент, когда она сможет влиться в общество, наступит раньше, чем ожидалось. В Башню магов поступил конфиденциальный и важный запрос. — — — Обычно Башня магов не принимала запросы, а те, которые нельзя было доверить даже теневым гильдиям, были крайне редки. Большинство запросов были отклонены, так что это было очень необычное происшествие. И клиент специально попросил позвать Фэй. - Что-то не так. - Верно? Кто может знать меня достаточно хорошо, чтобы сделать запрос за меня? Фэй напряглась. Могло ли случиться так, что Дотт, которая отправилась в поместье герцога Клейна, уже успела каким-то образом манипулировать герцогом и герцогиней? Ей не составило бы труда узнать, что она сменила свое имя с Морганы на Фэй. Она никогда не говорила Дотт, что у Морганы было другое имя, Морган ле Фэй, но разве не было очевидно, что Берил и её дочь должны были знать? По мнению Фэй, Дотт определенно была тем человеком, который мог бы расширить её кругозор в этот момент. Однако после разговора с Ундиной, которую она послала в резиденцию герцога, пришло неожиданное известие. Дотт остановилась не в главном поместье, а в уединенном доме. Хотя расстояние между Магической башней и герцогством было значительным, что затрудняло Ундине удаляться от близлежащего пруда, само по себе это открытие было значительным достижением. "Означает ли это, что она не может выполнять свои обычные обязанности? Она, вероятно, в ярости. Её ещё не признали знатной особой, и теперь она сослана в отдаленное место. Без сомнения, она пытается найти выход. Я не могу терять бдительность." Она планировала отклонить просьбу, но Бен, старший маг башни, убедил её, раскрыв небольшой секрет. Те, кто обратился с просьбой, был из Императорской семьи. И это было сделано по прямой линии. Сам мастер башни Нейя подтвердил и одобрил просьбу. - … Прямая линия Императорской семьи хочет меня видеть? Фэй попыталась вспомнить то время, когда она ещё была Эйной. ---------- Просьба наследного принца - часть 1. За два года службы Морганы в качестве Эйны, она часто посещала Императорский дворец, но никогда официально не встречалась с Императором или наследным принцем. Это также соответствовало пожеланиям герцога и герцогини Клейн. Если бы такая встреча когда-либо состоялась, она была бы для неё весьма обременительной. Однако её пути пересеклись с королевой Ранией и её сыном, принцем Астейном. Императрица, родом из побежденного королевства Дельфи, отличалась мягким нравом. Принц тоже отличался широким кругозором по сравнению с другими дворянами, что делало его гораздо более сговорчивым, чем большинство других. "Судя по тому, что они настаивают на прямом наследнике, это не может быть кто-то из них. Император… или наследный принц? В любом случае, это обременительно". Поскольку мать наследного принца, императрица Весиадна, рано скончалась, маловероятно, что просьба исходила от её семьи по материнской линии. Возможно, Башня отклонила предложение знати, или… Даже герцогство Клейн, связанное с Дотт, было далеко от идеала — избежать лисьего логова, только чтобы попасть в логово тигра. Бросаться навстречу опасности было не то, что ей нравилось. Увидев, как помрачнело лицо Фэй, Бен снова попытался убедить её. - Мисс Фэй, мы понимаем, что королевское поручение - это тяжелое бремя. Но есть и очевидная причина, по которой они настаивают на тебе. Помнишь, во время фруктового фестиваля ты вмешалась и пополнила запасы льда? - Да. - И разве ты не помогла вытащить карету дворянина, которая застряла в грязи, хотя никто об этом не просил? - Э-э-э... как вы... Бен тепло улыбнулся. - Ха-ха, даже если никто, кажется, этого не замечает, слухи о таких поступках распространяются. По мере того, как растет твоё магическое мастерство, ты проявляешь готовность выполнять подобные задания. Вероятно, это способствовало твоей нынешней репутации. - … - Ты можешь пойти во дворец, подробно выслушать просьбу, и если захочешь отказаться, можешь выпить Воду Забвения и притвориться, что ничего этого никогда не было. Независимо от твоего решения, и Башня, и королевская семья обеспечат твою безопасность. - Хм... - Не волнуйся. Вода Забвения также будет предоставлена Башней. Стал бы Император или наследный принц искать её только ради этих двух небольших действий? Уже были королевские маги и Имперские рыцари, которые обеспечивали реальную власть. Так почему же Фэй была необходима для выполнения какой-то задачи? "Может быть, это что-то, чего нельзя сделать у всех на виду?" Фэй слегка нахмурила брови, а выражение лица Люциуса стало мрачным. - Если они не смогут подробно объяснить клиента или задачу, не берись за это, Фэй. Это обязательно плохо кончится. - Сэр Люциус. - Что? - Если хотите, можете сопровождать её. Если мисс Фэй этого захочет, они разрешили одному компаньону из Башни участвовать на равных. - Давайте сделаем это. Фэй не стала сердиться на Люциуса из-за его внезапной перемены в настроении. Конечно, если бы Люциус сопровождал её, ей было бы спокойнее, чем идти одной. Оставшийся вопрос она решала сама. "Подумай хорошенько, Фэй. Ты действительно уверена в себе, чтобы в одиночку отправиться во дворец и принять такое таинственное поручение? Если я встречу Дотт или людей из герцогства Клейн, смогу ли сохранить самообладание? Смогу ли я поставить безопасность монастыря превыше своей обиды?" Бен терпеливо ждал, не настаивая на ответе Фэй. Я… Я могу это сделать. В конце концов, даже если я ничего не предприму, Дотт всё равно будет строить козни. Давай начнем, как в тот неожиданный день, когда я вернулась из мертвых и сделала другой выбор. Наконец, она кивнула. * * * Дорога до дворца показалась необычайно долгой. Фэй оперлась подбородком о подоконник, её мысли блуждали, пока она смотрела на центр города за стеклом. Он был таким же ярким и экстравагантным, как и всегда. - О чем ты думаешь? - Люциус, вы как-нибудь связаны с дворцом? - Нет. Если и есть какая-то нить, связывающая меня с кем-то, то с тобой она гораздо крепче, чем с дворцом. Я никогда не был в Императорском дворце этой империи. Прямота Люциуса была поразительной, но Фэй, не подозревая о зловещем подтексте, равнодушно ответила. - Полагаю, что так.… Я тоже не связана с дворцом. Что только усиливает моё любопытство. С таким количеством магов в Башне, почему они позвали меня? Я просто надеюсь, что это не какая-то просьба заключить кого-то в ледяную ловушку и убить. - Если бы это было просто покушение, они наняли бы опытного убийцу, а не тебя. Все, должно быть, гораздо сложнее. Фэй не могла найти никаких недостатков в рассуждениях Люциуса. Но кто её вызвал? Ее любопытство только возросло, когда карета подъехала к дворцу, месту, где она никогда не бывала, даже когда была Морганой. Когда перед ней появился молодой человек с ослепительно золотыми волосами, все стало ясно. Молодой человек в императорской форме, точно такой, как был изображен в книгах из поместья герцога Клейна. Это был не кто иной, как скрытный, загадочный кронпринц Силлас! Флакон с Водой Забвения, лежавший в кармане Фэй, внезапно похолодел. - Добро пожаловать. -...Я Фэй, маг из Башни. Это мой спутник, Люциус. Вы... наследный принц? Силлас мягко улыбнулся. - Действительно. Когда вы услышали, что королевская просьба поступила от прямого потомка, вы, должно быть, догадались, что она либо от меня, либо от Императора, верно? -...Да. Люциус промолчал, но Силлас не возражал, перейдя сразу к делу. - Я должен что-то предпринять, и никто не должен знать, что искра для этого исходила от королевской семьи. Вот почему это задание было тайно поручено Башне. - В Башне есть много опытных магов, кроме меня. Силлас покачал головой. ---------- Просьба наследного принца - часть 2. - Когда дело доходит до магии воды, никто не может сравниться с вами, мисс Фэй. Но ещё важнее тот факт, что вы пробыли в Башне меньше года. - …? - Другими словами, ваша репутация еще не успела распространиться. На мой взгляд, вы идеальный кандидат для этой миссии. - О... Что именно планирует наследный принц? Любопытство Фэй росло, как снежный ком. Она не могла даже предположить, что у него на уме. В конце концов, даже знатные дамы, часто бывавшие в высшем обществе, не видели наследного принца много лет. Герцог Клейн, казалось, время от времени встречался с ним, но герцогиня ворчала, что не видела принца Силласа даже раз в год. Что скрывалось за этим скрытым прошлым, о котором она ничего не знала? Любопытство Фэй усилилось. "Поручение от королевской семьи… Я знаю, что это опасно, но мне нужно знать, в чем дело". - Намечается учебное сражение, приуроченное к предстоящему фестивалю урожая. Мисс Фэй, во время этого мероприятия вам нужно будет устроить небольшой инцидент, чтобы спровоцировать трения между собравшимися фракциями. - Разве это не повлечет за собой серьезные неприятности для Фэй по человеческим законам? Голос Люциуса был таким холодным, что Фэй невольно вздрогнула. Несмотря на вежливые слова, тоне был ещё холоднее, чем лед, которым она владела. Наследный принц, однако, ответил искренне, не выказав ни малейшего признака неудовольствия. - Нет, даже если мисс Фэй не придет, рано или поздно начнутся разногласия. Мы просто немного продвинемся вперед. И я обещаю вам, мисс Фэй не пострадает. - Незначительный инцидент, говорите...? - Если бы личность мисс Фэй была полностью раскрыта в этот момент, она была бы в большей безопасности. Всё, что мне от нее нужно, - это зажечь небольшое магическое пламя в указанном месте. - Пламя? - Это пламя вызовет взрыв, но это всего лишь громкая демонстрация с минимальной разрушительной силой. Никто серьезно не пострадает. Однако две присутствующие группировки начнут подозревать друг друга в совершении преступления. По мере того как наследный принц продолжал свои объяснения, Фэй чувствовала, что всё больше впадает в замешательство. "Инсценированная битва во время праздника урожая... разве это не просто борьба между знатными домами? Зачем им понадобилось провоцировать такой конфликт?" Может ли это быть...? Собравшись с духом, она спросила: -...Ваше высочество, это как-то связано с причиной вашего затворничества? Впервые с тех пор, как они познакомились, дружелюбие Силласа начало меняться. Когда-то нежный свет в его глазах превратился в холодную, бездонную пропасть, словно она смотрела в бушующее море, погруженное во тьму. Как удивительно. Подумать только, что взгляд его бледно-золотистых глаз будет напоминать ей океан. В любом случае, Фэй была уверена, что попала в точку. - Если вы хотите узнать больше с этого момента, вам нужно официально принять поручение, мисс маг Фэй. - Что я получу, если добьюсь успеха? Её вопрос был дерзким. Фэй уже решила скрыть тайну своего рождения, тайну, которая едва не привела её к смерти. У неё не было причин цепляться за этот заказ из жадности. - Я не ожидаю, что вы потерпите неудачу, но… независимо от результата, я гарантирую, что ваша личность останется защищенной. Если в будущем вы столкнетесь с серьезной угрозой, вам будет выдан жетон, который позволит вам призвать силу Императорской семьи. Силлас отколол брошь от своего плаща и положил на нее руку. Имперский герб империи Аркан засветился красным, а затем постепенно погас. Клятва Императорской семьи, которая не может быть нарушена! - Ах... - Каков ваш ответ? Он серьезен. Широко раскрыв глаза, Фэй поставила флакон с водой Забвения на стол и ответила. - Я сделаю это. - Хорошо. Когда две бутылки с водой Забвения были убраны и Силлас вручил ей брошь, Фэй с трудом подавила смех. Не потому, что ситуация была забавной. "После того, как я отвергла их и убежала в Магическую башню, я в конечном итоге вернулась прямиком к ним. Это судьба, которую я создала сама, без чьего-либо вмешательства". Независимо от того, как она это сформулировала, приняв поручение наследного принца, Фэй сделала важный шаг к тому, чтобы снова встретиться лицом к лицу с народом герцогства Клейн. Предстоящий путь был полон опасностей и трудностей, но она выбрала его добровольно. Ещё до того, как началась её битва с Дотт, она уже делала такой выбор. Любой, кто знал бы о её обстоятельствах в полной мере, скорее всего, неодобрительно прищелкнул бы языком. Она молчала, внимательно слушая Силласа и тщательно подбирая слова в его присутствии. - Мисс Фэй, вы упомянули о моем уединении, не так ли? - Приношу свои извинения. Возможно, это было из-за того, что она приняла поручение, но выражение лица Силласа снова смягчилось. - Не нужно извиняться. Для мага любопытство к правде - жизненно важная черта. Как я могу винить за это? Напротив, знаете ли вы, с кем я был когда-то помолвлен? Фэй, будучи Фэй, ответила прямо, без колебаний. - Я полагаю, это была леди Мануэла де Латель. В империи Аркан было только две настоящие герцогские семьи: герцогство Клейн и герцогство Орлеан. Мануэла де Латель, однако, была принцессой павшего королевства Латель. Её семью втянули в империю и превратили в дом без титула, без земель и с единственной оставшейся принцессой. Если бы принцесса не оставила потомков, семья Латель лишилась бы даже своего номинального герцогства. Если бы принцесса вышла замуж за наследного принца, как планировалось изначально, семья Латель, естественно, со временем исчезла бы. Однако, несмотря на расторгнутую помолвку, семья Латель все еще не была признана настоящим герцогским домом. ---------- Спор между двумя семьями - часть 1. Причина, по которой семья Латель так и не получила статус полноценного герцогства, а леди Мануэла лишь номинально считалась принцессой, была очевидна: Империя не собиралась позволять семье Латель пустить глубокие корни. Фэй понимала это, потому что нечто подобное уже случалось с Ранией, нынешней королевой. Рания также получила титул принцессы после падения королевства Дельфи, что впоследствии привело к её восхождению на престол в качестве королевы. - Подождите. Выражение лица Фэй стало суровым, и она сохранила самообладание. Хотя наследный принц был вежлив, он все еще оставался её клиентом, и он ни за что не стал бы без причины упоминать о расторгнутой помолвке, особенно в разгар обсуждения предстоящей задачи. Может ли это быть...? - То, что я должна сделать, как-то связано с вашим прошлым, Ваше высочество? - Можно и так сказать. - Тогда... Семья Латель, возможно, и носила титул герцогов, но в лучшем случае это было почётное звание. Они жили в поместье, которое содержалось на королевские средства, и получали стипендию даже после расторжения помолвки. Поскольку у них не было ни земель, ни крепостных, в этом не было ничего удивительного. Поэтому казалось маловероятным, что в доме Лателей может происходить что-то подозрительное, особенно учитывая, что многие из их слуг, скорее всего, были наняты королевской семьёй. Но что, если что-то всё-таки не так? "Теперь, когда она больше не его невеста, разве условия для разрушения семьи не стали ещё более благоприятными?" По спине Фэй пробежал холодок, и в этот момент Люциус легонько похлопал её по руке, приводя в чувство. "Ох, я в безопасности", — подумала она со странным чувством облегчения. Затем наследный принц снова заговорил. - Мой брак всегда был политическим союзом из-за моего статуса. То же самое было и с моей помолвкой с принцессой Латель, и я никогда не жаловался на это. Полагаю, семья Латель чувствовала то же самое. - Да, Ваше высочество. - И именно семья Латель предложила расторгнуть помолвку. - Что?! Фэй не могла поверить своим ушам. Зачем они это сделали? Это было невообразимо. Императорская семья могла легко уничтожить семью Латель одним указом. Так что же могло заставить их действовать подобным образом? Какая у них могла быть поддержка или причины? Это не имело смысла. - Удивительно, но это правда. После долгого расследования, несмотря на отсутствие веских доказательств, появились признаки того, что герцогство Орлеанское могло приложить к этому руку. - Герцогство Орлеанское? - Вплоть до того момента, как помолвка была расторгнута, сохранялись следы постоянных контактов с кем-то с той стороны. Мы не знаем, о чём они говорили, но это подозрительно. - Но… в Орлеанской семье нет принцессы. Что им от этого будет? - Я правильно выбрала агента, мисс Фэй. Вы неплохо разбираетесь в тонкостях благородного общества. Это к счастью. "Я вела себя слишком подозрительно?" Фэй хорошо разбиралась в отношениях и связях внутри знатных семей, учитывая её роль «Эйны». Она проводила бесчисленные часы, запоминая эти детали и проливая слёзы до поздней ночи, и теперь эти знания невольно пригодились в критический момент. Однако наследный принц, должно быть, знал, что Фэй была всего лишь сиротой из монастыря Грейс. К счастью, он не проявлял излишней подозрительности. - Как вы и упомянули, семья Орлеан не стремится заменить мою помолвку своей кандидатурой. У них нет подходящей по возрасту дочери, и они не предпринимают никаких шагов, чтобы её удочерить. И они никоим образом не идут наперекор желаниям императорской семьи. - Понятно… - Есть только одна вещь. Разведка доложила, что они ведут закулисную борьбу за власть с маркизом Хианте. Я решил копнуть поглубже и посмотреть, что из этого выйдет. - Значит, взрыв, который я должна спровоцировать, затронет и их? - Верно. Событие развернётся там, где присутствуют силы герцогства Орлеан и маркиза Хианте. "Маркиз Хианте…" Леди Джона Хианте всегда издевалась над Фэй, несмотря на то, что дружила с герцогиней Клейн. Хотя герцогиня Клейн знала о трудностях, с которыми сталкивалась Фэй, она ни разу не вмешалась, чтобы помешать их встречам. "Герцогиня Орлеан редко со мной разговаривала из-за своего властного характера, но видела ли я когда-нибудь прямой конфликт между семьями Хианте и Орлеан?" Эти двое тоже не были особенно дружелюбны с Морганой, но явных признаков враждебности между ними не было. "И всё же, если что-то случится, они сразу же заподозрят друг друга? Неужели они действительно были вовлечены в такое тайное противостояние? Кажется, за кулисами всегда происходит что-то, о чём я не знаю." По крайней мере, во время инцидента Фэй не будет напрямую связана с жителями герцогства Клейн. Это немного успокаивает. - Я понимаю. В конце концов, я сама увижу, как будут развиваться события. Но… будет ли там Дотт? Фэй собралась с мыслями и решила, что ей нужно сделать в первую очередь. Истинная цель наследного принца — раскрыть и уничтожить план герцогства Орлеан. Что ж, я выясню, что за всем этим стоит. Фэй решила выполнить задание, поверив в искренность наследного принца. — — — Когда они выехали из дворца в карете, Люциус указал на большое здание с куполом. - У нас ещё есть время. Давай сходим туда. - Ты не против? - осторожно спросила Фэй. В конце концов, они находились в королевском дворце, и бродить по нему было рискованно. Она плохо ориентировалась в планировке дворца, бывала только в Аркаднийском зале, где проводились встречи и чаепития. - У тебя ведь есть это, верно? - Что ты имеешь в виду? - Пропуск. Наследный принц вручил ей прямоугольный значок с большим гранатом, который слабо светился оранжевым в темноте, а также брошь, символизирующую имперский договор. Он сказал, что этот пропуск позволит ей попасть в большинство помещений дворца, включая императорскую библиотеку, за исключением некоторых закрытых зон. ---------- Спор между двумя семьями - часть 2. Люциус называл это "пропуском", означавшим статус и позволявшим посещать соответствующие места. Но… "Пропуск... хм. Но действительно ли я хочу воспользоваться им прямо сейчас, не зная точно, куда иду?" - Я чувствую запах книг, доносящийся оттуда. Мне нужно кое-что найти. Лицо Фэй просветлело. Никто в мире не усомнился бы в желании волшебника читать больше книг. - И это все? Но я не чувствую запаха бумаги. - Это просто потому, что у тебя нюх притупился. Люциус произнес это легко, но был явно взволнован. Он надеялся узнать, что произошло во время его долгого сна, заглянув в императорскую библиотеку. Помимо истории Морганы, им двигала безграничная жажда знаний, свойственная дракону, стремящемуся поглотить любое историческое сокровище, будь то факты или вымысел. Как он и предполагал, куполообразное здание действительно было императорской библиотекой. Зарегистрировавшись, Фэй последовал за Люциусом, который уже листал несколько книг. - Ты планируешь закончить к сегодняшнему дню? - … - Люциус. - Что? Еще только утро, у нас есть время. - Я спросила библиотекаря, и он сказал, что все должны уйти к 5 часам вечера. Ты будешь готов к этому времени? - Да, конечно. Фэй рассмеялась, увидев, как Люциус зарывается своими серебристыми волосами в книги. Хотя обычно он выставлял напоказ свое превосходство, ей показалось забавным видеть, как он полностью поглощен чтением. Может быть, это чувство родства? Ему идет то, что он так поглощен книгами, и я не могу не приглядывать за ним. Даже несмотря на нашу дружбу. - Хорошо, я сделаю заказ на твой обед, так что постарайся не пропустить его, хорошо? - Просто занимайся своими делами и перестань беспокоиться обо мне. - Ты не "кто попало", Люциус. Увидимся позже. Фей покинула королевскую библиотеку без какой-либо привязанности, несмотря на то, что была магом. Даже когда ее шаги затихли вдали, она оставалась в поле зрения окружающих. Люциус, погруженный в книгу по истории о бурном периоде после падения империи Шарффов, бросил взгляд на книжную полку. "Она справится сама, верно? Она справится… Иначе я был бы разочарован". Его черные глаза вскоре вернулись к страницам, лежащим перед ним. Слишком много ему нужно было прочитать к концу дня. Конечно, он всегда мог вернуться в Башню и послать мыслеформу, чтобы продолжить чтение, но поскольку он уже был здесь, ему хотелось прочитать хотя бы десять книг. Не годится уважаемому магу из Башни, оставшемуся в одиночестве в Императорском дворце, сразу же попадать в беду, не так ли? Несмотря на его суровые мысли, от него исходил тонкий поток магии, нежно окутывая маленькое сердечко Фэй, защищая ее. — — — Фэй, оставив Люциуса в библиотеке, ненадолго отлучилась. "Куда мне пойти?… Где я могу провести немного спокойного времени?" Возможно, это было из-за того, что она только что приняла просьбу наследного принца, но что-то внутри нее было пусто. Люциус ворчал, предупреждая ее, что не стоит так легко доверять власть имущим, но жребий был брошен. У Фэй и самой были кое-какие подозрения. Наследный принц не сказал ей, что именно она должна будет сделать после того, как спровоцирует его "маленький несчастный случай". На празднике урожая он, скорее всего, спровоцирует конфликт между двумя семьями, создав идеальный предлог для осуществления своих грандиозных планов. Она выполнит свою задачу, а время покажет, какие будут последствия. "Хотя это странно. Кто-то вроде наследного принца мог бы легко найти для этого другого мага, кроме меня. Почему он не сделал ничего подобного раньше? Фестиваль урожая два года назад прошел без происшествий… Может быть, тогда он попробовал другой подход к Дому Орлеанов?" Она никак не могла просто подойти к наследному принцу и спросить его, о чем он думал в тот момент. Бесцельно прогуливаясь, Фэй внезапно осознала, куда попала, и глухо усмехнулась. В чем проблема с её ногами? Именно бездумные блуждания привели её сюда. - Ха-ха... За террасой Аркадния, которую она так измучила своими частыми посещениями, открывался знакомый вид. Пышный сад, благоухающие цветы которого в полной мере представлены посетителям императорского дворца. И спрятанный в нем причудливый маленький зеленый зал, затененный огромным деревом, достаточно просторный, чтобы вместить одного человека или небольшую группу его ближайших последователей. Несмотря на то, что это место называлось залом, на самом деле оно было скорее убежищем для избранных. Моргана ни разу не была в этом зеленом зале. [“Зеленый зал - это место, где знатные дамы и юные леди отдыхают вдали от суеты бального зала”.] Это все, что сказала герцогиня Клейн перед уходом. Много раз она оставляла неопытную Моргану на попечение похожих на гиен благородных дам в Аркаднии, а сама удалялась в Зеленый зал отдохнуть. Даже в первый день Морганы в императорском дворце. Оставшись одна, она изо всех сил старалась выдержать поток вопросов и презрения, которые обрушивались на нее как на Эйну. Тогда...… Каким мрачным и пугающим это было. Глаза Фэй затуманились печалью. Она сделала это нарочно, не так ли? Чтобы проверить пределы своих возможностей, убедиться, что рядом с её драгоценной дочерью всегда будет кто-то, кто сможет противостоять чему угодно. Ты даже не знала, чья я дочь, и все же обошлась со мной так жестоко.… Если бы я знала, как сложится моя жизнь, осталась бы я здесь? Чувствуя, как её руки сжимаются от гнева, Фэй попыталась успокоиться. "Все в порядке. Теперь все кончено. Сохраняй спокойствие. Этот зал не сделал ничего плохого. Я..." ---------- Я очень рада тебя видеть, Доттриция! - часть 1. - Хо-хо-хо! - Боже мой, неужели это произошло на самом деле? Это впечатляет. Внезапно её внимание привлекла группа благородных дам, направлявшихся к ней с другой стороны сада. Сегодня здесь тоже собрались люди. Фэй, опасаясь, что может наткнуться на кого-нибудь из знакомых, ускорила шаг. Хотя встреча с теми, кто потерял память, не доставила бы ей особых хлопот, ей не нравилось чувствовать себя неуютно. Она была здесь не для того, чтобы зацикливаться на прошлых обидах, а для того, чтобы выполнить задание, которое поручил ей наследный принц. Стараясь не вдыхать свежий аромат лаванды, щекочущий ей нос, и не попадать в толпу, она оказалась у черного входа в Аркаднию. "Что ж, я ничего не могу поделать". Было еще утро, так что, кроме группы, с которой она чуть не столкнулась, внутри, скорее всего, были и другие. Если бы она обошла вокруг, то смогла бы выскользнуть из зала.… "Вздох...!" Неужели это была судьба? Ее торопливые шаги внезапно замедлились и она остановилась. В большом зале Аркаднии, за большими окнами, стояла герцогиня Клейн, увлеченная беседой с кем-то. А прямо снаружи, отделенная всего лишь стеной, стояла её — Фэй—нет, старая подруга Морганы - Доттриция. Боже мой. Доттриция, слегка накрашенная и в плохо сидящем бледно-фиолетовом платье, пристально смотрела в землю. Моргана вспомнила, что на ней было точно такое же платье, когда она впервые приехала во дворец, и кто-то отпустил странное замечание, что она похожа на яркую пеструю кошечку. Это было неприятное воспоминание, но тогда герцогиня не велела мне ждать за пределами зала. Она оставила меня одну, чтобы проверить. Изменились только люди, но почему Дотт здесь? Должна ли я развернуться и уйти? Пока Фэй колебалась, выбор был сделан за нее. Дотт, тихонько постукивая ботинком по полу, внезапно подняла голову и встретилась взглядом с Фэй. Привет, мой заклятый враг. В этот момент Фэй приняла решение. Повернись к ней лицом. Я не буду убегать от тебя. - ……!! Накрашенные алым губы Дотт приоткрылись от удивления, ее зрачки задрожали. Когда Фэй подошла к ней неторопливыми шагами, она поприветствовала ее с удивительной теплотой. -...Дотт? Это действительно ты. Издалека я почти не узнала тебя. - О… О... - Как у тебя дела? Фэй не могла с уверенностью сказать, с каким выражением лица она справлялась о самочувствии подруги, которая когда-то убила ее. Если бы у нее было зеркало, подобное тому, что подарил ей Леон, она бы сразу все поняла. Однако ее лицо не было искажено горем или гневом. На щеке Фэй появилась редкая ямочка, ее ярко-зеленые глаза внимательно изучали помрачневшее лицо Дотт. Для любого стороннего наблюдателя она выглядела просто как друг, пришедший наверстать упущенное после долгого отсутствия. Дотт, которой мешала лента на талии, слегка пошатнулась, когда прислонилась к стене. Моргана! Моргана была одета в простое белое льняное платье и простой короткий плащ. Она не была похожа ни на служанку, ни на горничную, и не производила впечатления благородной особы, но ее наряд не позволял относиться к ней пренебрежительно. Дотт остолбенела. Почему она здесь? Что происходит? - М-Моргана? - Это действительно ты, Дотт! Даже в таком наряде. Я была готова извиниться, если бы оказалось, что это не ты. Я так боялась наделать ошибок в таком месте, как дворец. Подчеркнутым движением Моргана приложила руку к груди и драматично вздохнула, что заставило Дотт приподнять брови от сдерживаемых эмоций. Конечно же, это были гнев и отвращение. Почему…Почему из всех мест я встретила Моргану именно здесь? Я даже не могу зайти в Аркаднию, а теперь еще и это? По какой причине она здесь? Может ли это быть...? "Нет, это невозможно. Все остальные потеряли память — как могло случиться, что Моргана осталась единственной, на кого это не повлияло?" Доттриция даже не подозревала, что Моргана все еще может хранить фрагменты прошлого. "Нет, она слишком простая. Она бы не проделала весь этот путь до дворца только для того, чтобы поиздеваться надо мной. Это не какая-то абсурдная опера! Если бы она знала, то не молчала бы все это время". Видеть, как девушка, которую она когда-то убила, весело болтает с ней, было просто удивительно. "Да, сейчас она такая же невежественная, какой была тогда". Холодный пот, пробежавший по спине Дотт, вскоре рассеялся, и ее острый язычок вернулся, подбирая слова с выгодой для себя. - Это вполне естественно. Я не знаю, почему ты здесь, во дворце, но тебе следует уйти, пока никто не заметил. - Какие-то проблемы? - Это место для благородных дам самого высокого ранга. Если кто-нибудь начнет проявлять к тебе любопытство, это может привести к большим неприятностям. - А, ясно. Поняла. "Я не ошиблась?" Нетерпение Дотт возросло, когда она поняла, что настоящая принцесса, без сомнения, скоро уйдет. С тех пор как она покинула монастырь Грейс и стала Эйной, она ничего не слышала о том, что там происходило. Прежде чем отправиться в резиденцию герцога, она почувствовала облегчение, думая, что все уладилось. Но незнание того, что происходит на самом деле, расстраивало. "Я должна, по крайней мере, знать, что там происходит, независимо от того, разорвала я отношения или нет". Пошетт, презиравший Дотт, ни за что не стал бы делиться новостями извне, а что касается других людей в резиденции герцога, то о них не было необходимости даже упоминать. Однако в последнее время молодой лорд Кассель стал чаще покидать поместье, что принесло ей некоторое облегчение. С ее острым чутьем она едва уловила новость о том, что в монастырь недавно привезли большой запас вина, но информации всегда не хватало. "Может, мне попытаться выяснить, почему Моргана здесь и что она задумала?" ---------- Я очень рада тебя видеть, Доттриция! - часть 2. Дотт хотела собрать информацию о монастыре и передвижениях Морганы, но местоположение усложняло задачу. "Нет, я не могу. Если герцогиня Клейн случайно повернет голову и спросит Моргану, кто она такая, всё пойдет прахом. Я должна помешать этим двоим вступить в контакт, пока не будет проведен тест на отцовство в храме, как и планировалось...!" - О, точно! - Хм? Как раз в тот момент, когда внутренний конфликт Дотт достиг своего пика, с ее сладких, как вишня, губ сорвались страшные слова. - Знаешь, Дотт, монахини сказали, что ты стала Эйной герцогского дома. Но... ты, случайно, не взяла мою шелковую рясу, когда уходила? - Что? Что… о чем ты говоришь? Глаза Дотт расширились от удивления. Это был шелковый халат для младенцев, который всегда лежал на дне старого ящика гардероба Морганы. Сначала Дотт даже не подозревала о существовании такой вещи. Первым, что привлекло ее внимание, был сверкающий рубиновый кулон, который всегда висел на шее Морганы. Любой мог заметить, что этот кулон был редким и ценным изделием. Дотт, притворяясь, что дружит с Морганой, неустанно расспрашивала ее об этом и в конце концов узнала о шелковом халате и его происхождении. Естественно, ей пришлось его взять. Она также хотела украсть рубиновую подвеску, но глупая Моргана взяла ее с собой, когда отправилась в тренировочный зал, и сорвала этот план. Моргана сказала, что даже не может носить эту мантию и смотрит на нее только раз в год. Так что... она еще не должна была понять, что он пропал. Откуда она уже знала? Дотт была слишком взволнована, чтобы даже проверить, есть ли рубиновый кулон на шее у Морганы. - Ты...! Ты обвиняешь меня прямо сейчас? Мы же друзья! - Ну, кроме тебя, матери-настоятельницы и жрицы Шерил, никто в монастыре никогда не видел моего шелкового одеяния. - Какое это имеет отношение ко мне?! - Ты сказала, что хочешь есть побольше летних фруктов, поэтому я оставалась в тренировочном зале целых десять дней, собирая виноград и клубнику. Но когда я вернулась, ты уже отправилась в резиденцию герцога Клейна, а шелковый халат исчез. Ты можешь себе представить, как мне было больно? - Тебя не было десять дней! Должно быть, кто-то еще вломился в твою комнату за это время! Дотт, загнанная в угол, набросилась на нее, но тут же пожалела об этом. Она не могла позволить себе обострять ситуацию, особенно учитывая, что эти любопытные аристократки приближаются из-за ничего не подозревающей Морганы! - Хахаха! - А теперь давайте вернемся. Остальные дамы ждут в холле. - Да, конечно. Прошло много времени с тех пор, как герцогиня в последний раз удостаивала нас своим присутствием. - Я надеюсь, что они скоро начнут обсуждать женитьбу герцога Касселя. Знаете, моя племянница просто без ума от него. - О-хо-хо! Группа знатных дам, которые ненадолго вышли в сад, чтобы освежиться, уже возвращалась медленными, неторопливыми шагами. Хотя они не обратили внимания на Дотт, когда проходили мимо нее у входа в зал, они хорошо знали ее в лицо и по имени. Дотт быстро задумалась. "Я не могу допустить, чтобы они увидели, как я разговариваю с Морганой. Если им станет любопытно, они обязательно расскажут об этом герцогине, и это все испортит!" Тем временем Моргана, как всегда, ничего не замечающая, ворчала с угрюмым видом. - Это несправедливо.… Я усердно трудилась десять дней, потому что ты умоляла меня нарвать для тебя летних фруктов, но когда я вернулась, тебя уже не было, и теперь пропал мой шелковый халат. - Бедная ты моя, Моргана. Но я действительно не знаю. Тот, кто украл это, получит по заслугам. Дотт смело солгала, не меняя выражения лица. "Я не могу сейчас отступить. Если я проявлю хоть малейшую слабость, все будет кончено". - Понимаю. Но, Дотт, ты могла бы хотя бы оставить письмо перед отъездом. Мы лучшие друзья. Мне было так больно. - У меня не было времени. Все произошло так неожиданно. Дотт с трудом подавила свое раздражение, придумав неубедительное оправдание, но Моргана продолжала ныть. - Правда, как ты могла вот так просто уйти? Я даже оставила для тебя немного винограда, думала, ты вернешься, но он оказался слишком мягким, и в итоге я съела его сама...” - Зачем ты ждала? Ты должна была просто съесть их сама. - Дотт, ты такой злая. Разве ты не знаешь, как сильно я забочусь о тебе? Когда Моргана надулась и заворчала, у Дотт тревожно сжалось сердце. Как раз в этот момент знатные дамы, срезавшие редкие осенние розы, позвали садовника, чтобы тот принес их. Едва сумев выиграть немного времени, Дотт занялась тем, что успокаивала обиженную Моргану. - Мне пришлось срочно ехать в поместье герцога, поэтому у меня не было времени оставить сообщение. Мне жаль. Я тоже не ожидала, что все так обернется. У меня здесь полно фруктов, так что не волнуйся. - Хорошо... Сердце Дотт с каждой секундой билось все быстрее. - Моргана, я сейчас занимаюсь кое-какими официальными делами, поэтому не могу остаться и поговорить. - О, понятно! Мне жаль. А теперь я пойду. Я верю в тебя, Дотт. Ты отлично справишься с ролью Эйны принцессы. Я болею за тебя! - Ха...! Моргана, теперь уже лучезарно улыбаясь, помахала рукой и пошла прочь. "Что мне делать? Я с трудом удержала ее от встречи с герцогиней, но мне все равно нужно выяснить, почему она здесь, в императорском дворце, и что происходит!" Хотя Дотт и хотела догнать ее и спросить, риск был слишком велик. К тому же, она не могла игнорировать благородных дам, которые возвращались после срезания роз. ---------- Девушка, идущая по неизведанному пути; девушка, повторяющая прошлое - часть 1. Прежде всего, герцогиню Клейн нельзя недооценивать, даже когда она стоит к вам спиной. Не будет преувеличением сказать, что у нее глаза на затылке. "Мне все равно! Все в порядке! Правильно… никто не знает, что я вернулась в прошлое, так почему же она должна быть единственной, кто знает? Ни Берил, ни Шерил тоже ничего не знают". Дотт поспешно утешила себя. "Перед смертью я выплеснула все свое накопившееся разочарование прямо ей в лицо! Если бы она помнила, то уже пришла бы за мной. Она бы не тратила целых десять дней на тренировках". Когда воспоминания о прошлом промелькнули в ее голове, Дотт нахмурилась. "Возможно, мне следовало держать рот на замке, просто на всякий случай. Нет, нет. Я два года страдала из-за этой идиотки Морганы. Не было ничего более волнующего, чем тот момент, когда я все рассказала!" С новой зловещей решимостью Дотт смиренно опустила глаза и выпрямилась. "Хорошо. И в этой жизни я тоже раздавлю тебя, как прежде, Моргана. Приготовься к своей эффектной кончине! Я позабочусь о том, чтобы с пользой использовать твою пустую оболочку!" Дотт надеялась, что знатные дамы, входившие с драгоценными осенними розами, шепнут герцогине Клейн, что поведение Дотт было безупречным. — — — - ...Уф. Фэй, которая неожиданно столкнулась с Дотт, почувствовала большее облегчение, чем ожидала. Она планировала немного разозлить ее, и, похоже, это сработало. Не то чтобы она была довольна тем, что Дотт исключили из Аркаднии, а она осталась. Нет, скорее, ее тело двигалось быстрее, чем разум. "Я так и знала. Я не могу оставить прошлые обиды неразрешенными. Я думала, что оставила все это позади, но я не могу отказаться от мести, Дотт..." Хотя Фэй и не избежала конфронтации, она знала, что ей придется отвечать за последствия. Тем не менее, она не боялась предстоящих испытаний. Честно говоря, сегодняшняя встреча освежила ее. "Давай, продолжай нагромождать ложь на ложь в рамках грандиозного обмана, который ты придумала. Я буду наблюдать, как далеко ты сможешь зайти". Вместо того, чтобы раскаяться в краже шелкового халата, Дотт обвинила в этом своих коллег-стажеров. Дотт, казалось, оставалась тем же человеком даже после возвращения к жизни. Хотя у них обеих были свои воспоминания, и хотя обе изменили свое прошлое, Дотт продолжала идти своим прежним, предсказуемым путем. "Дотт. На древнем языке это слово означает "порок". Как это уместно." С холодной улыбкой, похожей на улыбку Люциуса, Фэй прошла мимо Аркаднии к библиотеке королевского дворца. Она подумала, что ей следует изменить заказ на обед в кафетерии и заказать два блюда. Сегодня у Фэй не было ни малейшего желания встречаться со старыми знакомыми из своего прошлого. Кем бы они ни были. * * * Вернувшись после напряженного визита в королевский дворец, Дотт вошла в личные покои герцогини Клейн, даже не успев перевести дух. "Я устала..." - Что ж, сегодня твое поведение было приемлемым. Ты не дрожала и держалась хорошо. Поскольку это был не первый раз, этого следовало ожидать. - Спасибо. Прежде чем она успела вспомнить глупое выражение лица Морганы, слова герцогини хлынули потоком. - Ты, должно быть, заметила, когда в последний раз была в салоне, что в королевском дворце гораздо строже, чем где-либо еще. Я попросила тебя постоять за пределами зала, потому что ты еще не соответствуете стандартам, но знаешь, сколько людей наблюдало за тобой? - Мимо прошли четыре знатные дамы... - Я бы сказала, больше десяти. Откуда такой юной девушке, как ты, знать все подробности? Даже я не могу. В королевском дворце даже у стен есть глаза и уши. Ты всегда должна быть такой же осторожной, как сегодня. - Да. Хотя это и была похвала, но в то же время почти предупреждение. "Пошетт!!" Мысль об этом напыщенном ученом, вечно недовольным её успехами, вызвала у Дотт вспышку гнева. Независимо от того, насколько тщательно она выполняла его задания, Пошетт всегда смотрел на нее с презрением. Моргана могла бы быть глупой, даже если бы время для нее повернулось вспять, но Дотт застряла с этим несносным ученым, тратя впустую свое драгоценное время. Дотт подавила растущую ярость и вежливо заговорила. - Я рада, что смогла добиться некоторого улучшения. Однако у меня есть одно опасение. - Что это? Голубые глаза Дотт жалобно блеснули. - Знатные дамы, которые наблюдали за мной сегодня, говорили о столице, но я, честно говоря, не поняла ни слова. Если бы я была в зале, мое невежество могло бы поставить меня в затруднительное положение. - Хм... - Ученый Пошетт настолько выдающийся, что мне трудно за ним угнаться. Герцогиня, которая была в хорошем настроении, спросила: - Что вы изучаете в эти дни? - Племенную эпоху до основания империи. Герцогиня Клейн нахмурилась. - Хм. Это уже перебор. Ты не собираешься становиться историком, и это не те знания, которые тебе сейчас нужны. Очень хорошо, иди отмокай в ванне. - Да. - Ты же знаешь, что нужно опускать руки в отдельный таз с чуть теплой водой, верно? Твои руки должны оставаться мягкими, чтобы люди не воспринимали тебя легкомысленно. - Я понимаю. На следующий день Дотт внутренне ликовала. Герцогиня Клейн наконец-то приказала убрать этого дьявольского ученого Пошетта из поместья! Он навещал их всего раз в неделю, но задания, которые он оставлял, были постоянным бременем. Это было огромным облегчением. Теперь, вместо того чтобы тратить время на бесполезные занятия, она могла сосредоточиться на более практических вопросах. Она чувствовала себя так, словно с плеч свалился огромный груз. "Все в порядке. Все идет хорошо, даже если что-то немного затянулось. Бояться нечего. Если я буду продолжать в том же духе, все встанет на свои места." ---------- Девушка, идущая по неизведанному пути; девушка, повторяющая прошлое - часть 2. Хотя она по-прежнему жила в доме Селфии, ее все чаще вызывали в главное поместье. Особенно в дни, предшествовавшие первой поездке во дворец, ее вызывали почти каждый день. Тем не менее, она не видела молодого лорда Касселя. Время года сменилось осенью, и при обычных обстоятельствах он уже должен был отправиться на границу с Розией. Так почему же он не уехал? "Черт возьми, неужели моя встреча с ним помешала ему уехать? Нет, это смешно. Фу, как это раздражает! Молодой лорд герцогства ни за что не стал бы пренебрегать своими обязанностями из-за простой Эйны. Перестань слишком много думать и сосредоточься на своих задачах". Избавившись от занозы Пошетта, она втайне надеялась, что Кассель тоже исчезнет. Но удача не приходит дважды. Дотт терпеть не могла Касселя, который ругал ее с самого начала, но она не могла показать этого. С кем бы она ни заигрывала, с наследником герцогства это было совсем другое дело. Она слишком хорошо знала последствия. Итак, ее следующей целью должен был стать гораздо более покладистый Морис. Несмотря на холодную осеннюю погоду, Морис стоял на улице в одной тонкой рубашке, прислонившись к голому дереву, которое напоминало его жалкую фигуру. Дотт хотелось поиздеваться над ним, но она знала, что лучше не показывать этого другим. - Добрый день, лорд Морис. Давненько не виделись. Хотя Дотт ему вежливо поклонилась, он не сдвинулся с места. Не было необходимости смущаться только потому, что он не ответил. Дотт уже знала, почему он дулся. "Ха, он ведет себя даже более агрессивно, чем обычно, потому что молодой лорд Кассель вернулся в герцогство". Как второй сын одной из самых престижных герцогских семей империи, Морис мог бы вызвать зависть у большинства. Но на самом деле все было совсем по-другому. Постоянно находясь в тени своего старшего брата Касселя, который уже в юном возрасте стал вице-командиром рыцарского ордена, Морис не испытывал ничего нового в своих бунтарских наклонностях. Люди могли бы предположить, что это из-за того, что он был вторым сыном и не мог унаследовать титул или земли, но Дотт знала это лучше. Дело в том, что, чего бы Морис ни достиг, он никогда не мог выйти из тени Касселя. Как раз в тот момент, когда Морис наслаждался отсутствием брата, откуда ни возьмись появился Кассель и привлек всеобщее внимание. Конечно, он был зол. Его старший брат, наследник герцога, монополизировал всё богатство, почести и любовь после того, как их сестра пропала без вести, а старшего брата отправили на границу. Но скоро все это перейдет в её руки. Наконец, Морис нарушил молчание и заговорил. - Чего ты хочешь? - Я боялась, что вы можете простудиться в такую погоду. Я принесла пальто от дворецкого. Пожалуйста, наденьте его. - Мне это не нужно. Ты действительно думаешь, что я настолько слаб? Тон Мориса был грубым, но в нем не было злобы. Дотт, стараясь не называть его "Вторым молодым хозяином", как другие, поскольку это напомнило бы ему о Касселе, уверенно ответила. - Конечно, нет. Когда я впервые приехала в поместье, я была в восторге от вашей элегантности и статуса. - Хм. -...Однако молодой лорд Кассель действительно внушает страх. Как бы я ни старалась, сомневаюсь, что мне когда-нибудь удастся ему понравиться. Морис по-прежнему не брал пальто, но в конце концов ответил. - Мой брат - это сила, с которой нужно считаться. С самого рождения все говорили, что ему суждено стать генералом, и в своем юном возрасте он уже был назначен заместителем командующего на границе. - Действительно, он замечательный. - Люди поднимают шум, пытаются распустить слухи, потому что это рыцарский орден с пониженным положением, но это все равно что плюнуть себе в лицо. Это только вопрос времени, когда он поднимется на еще более высокую должность. - Я так испугалась, когда впервые встретила его, как будто уже заслужила его немилость. Из-за его подавляющего авторитета рядом с ним трудно даже дышать. Морис уставился на Дотт, которая, казалось, боялась Касселя. Хм... с Касселем Деуплионе Клейн трудно иметь дело. Даже их отец, герцог Клейн, обращался с ним как с равным, как только его посвятили в рыцари. Их мать поступала так же, и, конечно, его младший брат Морис не был исключением. Так что вполне естественно, что эта горничная, Доротея, испытывала к нему такие чувства. - Его не зря называют наследником герцога. - Я думала, что, пока есть только вы, лорд Морис, я смогу усердно трудиться и в конце концов заслужить всеобщее расположение. Она тонко пыталась завоевать его расположение, намекая на пугающее присутствие Касселя. "О, правда?" Морис счел ее слова довольно самонадеянными. Кем она себя возомнила, если так небрежно говорит о присутствии Касселя или так свободно говорит о том, как заслужить расположение других людей? Где бы Кассель ни находился, в поместье Клейн или на границе с Розией, он всегда был наследником великого герцога. Морис всегда чувствовал присутствие своего брата, где бы тот ни находился, и хотя это могло его задушить, он никогда не осмеливался относиться к Касселю легкомысленно. Значит, она намекала на то, что хотела бы, чтобы брат уехал, и чтобы она могла жить более комфортно? Губы Мориса изогнулись в странной улыбке. Хотя он все еще питал некоторую неприязнь к Касселю из-за их недавней стычки, никто другой в поместье ни за что не посмел бы сказать такое его брату. Да и не должен был. Пока Морис оставался вторым сыном герцога Клейна, он никогда бы этого не допустил. Если только каким—то чудом их сестра Тиана не вернется живой - но это совсем другое дело! ---------- Плач мага - часть 1. Моя бедная сестренка, только тебе позволено устраивать истерики и беспорядки в герцогском особняке. Ты единственная в мире, кто может это делать. Он внезапно вскочил на ноги и заговорил. - Где бы ни был молодой лорд, он все равно остается молодым лордом. - Лорд Морис...? - Ни я, ни кто-либо другой из нижестоящих не имеет права высказываться о нем. Тебе лучше иметь это в виду. Даже не потрудившись убрать прилипшие к спине листья, Морис повернулся и ушел. Дотт осталась стоять с открытым ртом, но вскоре прикусила нижнюю губу так сильно, что потекла кровь. Трус! Он тот, кто не смог стать рыцарем из-за собственной некомпетентности, и все же боится каких-то досужих сплетен и убегает еще до того, как они станут слухами? "Честное слово! Он меньше, чем увядший лист! Ладно, молодой лорд всегда будет молодым лордом, но как только я верну себе статус любимой принцессы..." Её разочарование росло, поскольку человеческие отношения складывались не так гладко, как раньше. "Этот никчемный второй сын скоро будет отвергнут. К тому времени жалеть о том, что ты не попытался стать рыцарем, будет слишком поздно!" Дотт затаила обиду, но внешне старалась относиться к Морису по-доброму. Поскольку видеться с молодым лордом становилось все труднее, у нее не было причин наживать в нем врага. — — — В то время, когда те, кто далеко отклонился от своих прежних путей, начали вынашивать новые мысли, Фэй с помощью Люциуса вернулась на прежнее место. - Сегодня снова тихо... - Развейся. - Ого!” Вжуууууууууух! Как только Люциус применил заклинание Рассеивания, произошли разительные перемены. Вокруг них закружился такой сильный ветер, что у них зазвенело в ушах. После того, как Люциус восстановил Ветровой щит, он отругал ее. - Фэй, что с тобой не так? У тебя что, совсем нет способностей к обучению? Когда ты находишься на большой высоте, твое тело легко меняется, поэтому тебе нужно использовать магию адаптации. Это элементарные вещи. - О, да. Фэй схватилась за грудь, успокаивая бешено бьющееся сердце. Странно, - подумала она. Я могу сохранять спокойствие Морганы перед другими, но с Люциусом все рушится. - Если ты пришла в себя, попробуй покататься на Момо одна. - Да! Люциус был немного удивлен, что Фэй, которая обычно заявляла, что боится или не любит подобные задания, на этот раз не отступила и попыталась ехать одна. "Эта девушка… всегда такая бесстрашная?" Несмотря на то, что Люциус велел ей ехать одной, он не смог удержаться и обеспокоенно спросил. - Ты уверена, что с тобой все в порядке? - Да. Мойтеттра Ванус, эм... давай начнем с того, что медленно спустимся туда. Энергично кивнув, Фэй мягко назвала настоящее имя Момо, ласково обращаясь с ним. Дракан покачал головой вверх-вниз, явно довольный, отчего сидящая Фэй покачнулась вместе с ним. - Хе-хе. - Веди себя прилично! Если ты оттолкнешь Фэй, то пожалеешь! Дракан хотел взбунтоваться против Люциуса, который кричал громче утки. Прошло уже несколько лет с тех пор, как его насильно зачислили в подчинение Люциуса. Несмотря на то, что в течение многих лет он жил в достатке, поглощая пищу, которую ему давали в питомниках Башни, доброта, которую Фэй проявляла к нему, со временем разожгла в нем бунтарскую жилку. Особенно учитывая, каким странно смиренным стал его хозяин перед Фэй. Раз уж все так сложилось, может, мне взять Фэй на спину и сбежать куда-нибудь подальше? На край континента Тизель? Или, может быть, на тихий остров за морем? "Неужели он осмеливается бунтовать?" Однако Люциус в приступе ярости мгновенно почувствовал "инстинкт предательства", который пробудился в свирепом дракане. Это было неизбежно из-за природы драконов, тем более что драканы были подвидом драконов. Это была не магия, а просто инстинкт. Взбешенный Люциус подлетел к дракану, применив заклинание полета, и злобно пнул его в бок. Даже в своем гуманоидном обличье дракон все равно оставался драконом. Удар! Когда дракан вернулся в свою первоначальную форму и пошатнулся от шока, Фэй удивленно отругала Люциуса. - Люциус, это уже слишком! Ты сказал ему, чтобы он не бросал меня, но потом издеваешься над моим Момо? - Что? - Не бери в голову. Мойтеттра Ванус, ты в порядке? - У-у-у! Жалобный стон дракана эхом разнесся по траве плато. Фэй протянула руку в перчатке и нежно погладила его по гладкой спине, чтобы успокоить. - Вот так, вот так. Должно быть, тебе было очень больно. Ты можешь осторожно поднять нас наверх? Раз уж ты сегодня поранился, мы не будем лететь высоко. Давай для начала повернем налево… Да, вот так, молодец. Комплименты Фэй сыпались один за другим. - А потом обойди это дерево, не задев его, и мы спустимся туда. Да, да! Это наш Момо. - … Люциус стоял, потеряв дар речи, слегка приоткрыв рот. Фэй, ты наездница на драканах! И все же ты обращаешься с ним как с ребенком или щенком, вместо того чтобы заставить его взлететь в небо! Нет необходимости учить Момо, одного из старейших драканов, ходить! Но слова, которые он думал, так и не слетели с его губ. Момо, может, и старый, опытный дракан, наслаждающийся этой ситуацией, но Фэй... она практически пациент среди пациентов, неспособный даже нормально ездить верхом. Хотя то, что она плохо ездит верхом, не означает, что к ней следует относиться как к пациентке, Люциус рассматривал это именно так. Отлично. Делай, что хочешь. "Черт бы тебя побрал. Я планировал быстро обучить ее, чтобы она стала магом 9-го круга, чтобы я мог драться с ней на дуэли, но она неаккуратна в том и в этом. Почему люди такие хрупкие создания?" ---------- Плач мага - часть 2. Что бы там ни думал Люциус, Фэй была слишком занята, управляя Момо по-своему. После успешного занятия "драканской ловкостью" на плато Фэй почувствовала себя увереннее. Она решила, что в следующий раз попрактикуется в выполнении прыжков с низкой высоты. После почти трехчасовой езды на спине Момо она поблагодарила Люциуса, ее лицо раскраснелось. - Спасибо тебе, Люциус! - За что? - За то, что позволил мне одолжить Момо. Он такой добродушный дракан. Он почти не доставляет хлопот! Я читала в книге, что у большинства драканов свирепый нрав, правда? Губы Люциуса изогнулись в кривой улыбке. - Что было написано в книге? - Ну, там говорилось, что они чрезвычайно жадные и постоянно замышляют предательство своих хозяев. И если их посадить в тюрьму, они будут биться головой о потолок, чтобы сбежать. - О... Да. Предательство, да? Вот в чем проблема. - Итак, в древних империях драканов связывали магическими цепями. - Действительно, страшная штука. Если дракан попытается пробить головой потолок башни, это может стать серьезной проблемой, не так ли? - Точно. Стук, стук. Пока Люциус говорил, его твердая ладонь с каждым словом глухо ударяла Момо по лопатке. Для Фэй это выглядело как дружеское похлопывание, но Момо, который чувствовал тонкую магию, был в агонии. Честно говоря, древние магические цепи, используемые для контроля над драканами, показались мне более гуманными (?), чем безжалостные угрозы Люциуса! - Хиииик! (Я не предам тебя!) - Хм? Я не могу понять, о чем говорит Момо. Когда Момо закричал голосом, который мог разобрать только Люциус, Фэй в замешательстве склонила голову набок. - Ты, наверное, просто устал от всей этой тренировки. Все будет в порядке, когда отдохнешь. Люциус лукаво улыбнулся и ответил: - Возможно. Не стоит беспокоиться. - Может быть, нам стоит вернуться? И не волнуйся, Момо никогда не предаст тебя и не сбежит. Фэй посмотрела на Момо доверчивыми глазами. - Потому что Момо такой милый, да? - Ну что ж… Дело не столько в сладости. Даже дракан обладает базовым интеллектом. Если он хочет выжить, он знает, как себя вести. И, кроме того, его настоящий владелец я. Люциус хитро улыбнулся Момо. Оказавшись между ними, дракан был единственным, кто по-настоящему страдал. - Куууууу… (Пожалуйста... кто-нибудь, ответьте мне...) - Да! - Ку-у-у! (Хозяин!) - Вернись в свой первоначальный облик. "Первоначальный облик? Но это мой первоначальный облик!" Дракан пролил невидимые слезы, но неохотно превратился обратно в пушистого цыпленка и уютно устроился в объятиях Фэй. Теперь, когда Люциус снял с него печать и частично восстановил свои силы, тепло объятий его любимого человека было его единственным утешением. — — — Короткая тренировка с Люциусом и Момо помогла Фэй снять напряжение перед предстоящей миссией. Ее магия воды быстро развивалась, преодолев 6-й круг с поразительной скоростью. Однако, ей не хватало мастерства в других стихийных магиях. Следующим по силе ее влечением была земля, за ней следовал ветер, а огонь был ее слабым местом. "Хм...… Получится ли у нее?" Приближалось время праздника урожая в императорском дворце. Согласно приказу наследного принца, Фэй должна была вызвать взрыв с помощью магии огня так, чтобы никто этого не заметил. Сможет ли она это осуществить? Она могла бы использовать огненную стрелу длиной в 1 круг, но это было бы слишком очевидно, так как она вылетает прямо из руки заклинателя, что делает ее непригодной для выполнения миссии. Вспышка длиной в 3 круга идеально подошла бы для указания цели для взрыва. Но Фэй все еще с трудом справлялась даже с магией огня второго круга. "Что мне делать?" Все, что ей нужно было сделать, это незаметно поджечь фитиль взрывчатого вещества, которое наследный принц приготовил с помощью ее магии. Но это было не так просто. Пока ее никто не видел, все было в порядке. И поскольку расследованием будут заниматься люди наследного принца, даже если будут обнаружены следы магии, они позаботятся об уничтожении улик. Не могла же она собственноручно выпустить огненную стрелу и смело заявить: "Эй, я преступница. Давай, арестовывай меня”. Однажды, когда Фэй погрузилась в раздумья, Люциус протянул ей свиток. - Что это? - Открой. - А…что? Люциус протянул ей идеально завершенный свиток огненного взрыва — заклинание седьмого круга. Разница между возможностью использовать заклинание 7-го круга и возможностью встроить заклинание 7-го круга в свиток была как небо и земля. Более того, это был высококачественный предмет, который полностью растворялся после использования, не оставляя следов. Не будет преувеличением сказать, что это было сделано специально для миссии Фэй. Люциус улыбнулся про себя, сияя от гордости, думая, что это самая впечатляющая улыбка в мире. "Ха, к этому времени она уже начнет понимать, что я за существо, верно? Я имею в виду, что она усердно читает книги, если не что иное. Способность создавать свитки! Это то, что могут делать только маги высокого уровня. Да, именно так." У Фэй отвисла челюсть, когда она осознала подлинность свитка. - О боже мой… Люциус! - Хм. Но затем, к полному изумлению дракона, Фэй сказала нечто такое, что повергло его в ступор. - Как и ожидалось, Люциус! Ты знаешь мага, который может сделать что-то подобное? Я так тронута! -...Что ты только что сказала? Люциус был вне себя от разочарования, но, с точки зрения Фэй, это было вполне естественно. "Неужели ей никогда не приходило в голову, что это я все устроил?" Он присоединился к Магической башне как маг 7-го круга, но чтобы создать свиток для заклинания 7-го круга, нужно быть как минимум магом 8-го круга или выше. В мире магии это было общеизвестно. В настоящее время Люциус официально является мастером 7-го круга. Так что, конечно, Фэй и в голову не приходило, что Люциус мог быть тем, кто смог бы это сделать. "Черт возьми. Почему Фэй так медленно соображает? Разве она не должна была уже понять? Почему нельзя догадаться, что усмирить этого свирепого дракана и заставить его повиноваться… может не кто иной, как дракон, намного превосходящий любого в этом мире!" ---------- Я не знаю, что такое любовь - часть 1. Несмотря на то, что Люциус так думал, он не мог раскрыть свою истинную сущность внутри Магической башни. Дело было не столько в том, что он не мог, сколько в том, что его странные отношения с Фэй усложняли ситуацию. В тот момент, когда он был крайне недоволен, произошло нечто, что полностью перевернуло его запутанные эмоции. - Большое тебе спасибо! - Эй...! Фэй уронила свиток, затем прыгнула в объятия Люциуса, подпрыгивая вверх-вниз. "Что это?" Когда она подбежала к нему и внезапно обняла, лицо Люциуса застыло от незнакомого чувства. Однако он не смог стряхнуть с себя Фэй, которая прыгнула к нему в объятия. Он не обнял ее полностью, но и не оттолкнул — он просто застыл на месте. Руки Люциуса неловко повисли в воздухе. Краткий контакт с другим человеком показался ему бесконечно долгим. Она теплая, маленькая и уютная. И такая полная жизни. Слишком взволнованная получением свитка, Фэй, наконец, заметила напряженную реакцию Люциуса и осознала свою ошибку. - О...! Извини. Когда ее маленькое, теплое тельце быстро отстранилось, Люциус испытал неожиданное чувство разочарования. Этого странного чувства он не испытывал даже тогда, когда древние человеческие женщины, никогда не видевшие его истинного облика, поклонялись ему как своему жениху. Ему казалось, что из его бьющегося сердца исходит нежно-розовое облако. Ты сказала, что хочешь Сердце Дракона, верно? Несмотря на то, что Люциусу только что пришла в голову самая опасная идея в мире, он не мог пошевелиться. - ...Нет, все в порядке. После долгой паузы он ответил как ни в чем не бывало. Момо, который вместо того, чтобы вздремнуть в своей корзинке, спокойно наблюдал за разворачивающейся неловкой сценой. Фэй, крепко сжимая подарочный свиток, внезапно убежала, заявив, что будет практиковаться с какими-нибудь дешевыми свитками. Она, должно быть, поблагодарила его не меньше десяти раз, но все эти воспоминания показались Люциусу сном. Он не потрудился последовать за ней. На самом деле, он чувствовал, что не может оставаться наедине с Фэй прямо сейчас. Ему нужно было немного времени, чтобы прийти в себя. Черт возьми, это чувство, будто я парю на облаках — это смешно. - Хм. Может быть, ему стоит попробовать почитать одну из книг, которые он принес из библиотеки. Это могло бы помочь. Заметив его настроение, дракан приготовился спровоцировать его. - Писк, писк~~ - ...? Глаза Люциуса быстро округлились, когда он понял, что обычный пронзительный плач Момо звучит необычно странно. Однако Момо, несмотря на то, что знал, что его хозяин смотрит на него пугающим взглядом, не остановился. Хитрый дракан был в полном восторге. Наконец-то он нашел главную слабость своего хозяина. Он должен был воспользоваться этим, пока момент не упущен. Даже если бы приближалась смерть, он бы пошел на это. Только это могло стать местью, которая исцелила бы его израненную, истекающую кровью душу! - Пи~~пи~~ - Неужели ты не можешь остановиться? Бах! Люциус быстро отбросил мягкую подушку за спину, но Момо уже спрятал голову под ткань корзины. Черт возьми! Однако, вместо того, чтобы гоняться за Момо как сумасшедший, Люциус небрежно закинул ноги на стол и уткнулся в магическую книгу. Клянясь, что это не потому, что чтение было важнее, чем борьба с драканом за доминирование. Ритм, которому Момо только что радостно подпевал… это был не кто иной, как вневременной звук свадебного марша. "Этот чертов ящер! Как он смеет... так надо мной издеваться!" Хотя мысль, которая пришла мне в голову, была не "Как ты смеешь ставить меня в пару с этой жалкой человеческой ведьмой", а скорее "Как ты смеешь надо мной издеваться!" Люциус еще не осознал, что его внимание переключилось. Люциус понял, что больше не может терпеть, когда кто-то небрежно отзывается о Фэй. Его серебристые волосы блестели, когда он размышлял о своих запутанных эмоциях. Ему нужно было больше времени, чтобы полностью осознать, что происходит внутри него. — — — В день праздника урожая. То, что Силлас нанял некоего волшебника из Магической башни, держалось в строжайшем секрете. Таким образом, Кассель, молодой лорд Дома Клейн, ничего не знал о том, что должно было произойти во время фестиваля. Он был просто счастлив, что наследный принц посетит фестиваль в этом году вместе с несколькими знатными дамами и молодыми дворянками. Вопреки энтузиазму Касселя, герцогиня Клейн глубоко вздохнула. - О, дорогой, ты выглядишь еще худее, чем раньше. Я рада, что вижу тебя каждый день, но это только раннее утро и поздняя ночь, и этого недостаточно. - Мой вес не изменился, мама. - Я не понимаю, почему именно тебе, из всех людей, поручают так много работы, когда есть множество других, которые могли бы это сделать. - Возможность служить Империи и Императорской семье - моя самая большая радость. Кассель говорил правду, хотя, похоже, герцогиню это не удовлетворило. - Достаточно. На этот раз я лично подниму этот вопрос, когда мы встретимся с наследным принцем. Я скажу ему, что с этого момента не позволю тебе и шагу ступить за пределы столицы. Его превосходительство всегда просто кивает и соглашается со всем, что говорит наследный принц. - Мама. - Не пытайся остановить меня. Доротея? Если ты готова, не садись, пока мы не уйдем, иначе помнешь свое платье. - Да, мэм. Праздник должен был начать Император, но ритуальное подношение богам и последующее шутливое сражение должны были состояться под руководством наследного принца. Кассель узнал эту новость не от Силласа, а из другого источника. Он не обиделся, что Силлас не сообщил ему об этом заранее. Естественно, положение наследного принца было таким, что абсолютное доверие никому не могло быть оказано. Что беспокоило его больше всего, так это Доротея, которая присутствовала на фестивале в качестве дублера Тианы, несмотря на то, что ее даже не было в поместье. ---------- Я не знаю, что такое любовь - часть 2. Для Касселя, Доротея — точнее, Доттриция - внушала беспокойство. Тщательное расследование, которое он провел в этом районе, дало мало информации, что делало её еще более зловещей. "Я ожидал этого, но никто в столице или поблизости не слышал о таком имени, как Доттриция. Значит ли это, что она издалека или даже не из Империи? Кто она на самом деле?" Глубокие размышления Касселя были прерваны появлением герцогини. - Я слышала, что на фестивале будут присутствовать королева Рания и принц Астейн. Странно осознавать, что они будут представлять королевскую семью после кончины императрицы. - Мама. Хотя Кассель по-прежнему настороженно относился к Доротее, на этот раз герцогиня тоже не отступила. - Кассель, для Эйны важно быть в курсе политической ситуации. Даже если ты возьмешь на себя некоторые обязанности его превосходительства, роль хозяйки дома все равно останется за мной. Она планировала хорошо обучить Доротею и использовать ее различными способами. Кассель немедленно занял уступчивую позицию. - Я бы никогда не посягнул на владения моих родителей. - Хорошо. Герцогиня, любившая и своего сына, и власть, удовлетворенно улыбнулась, и они отправились во дворец под заботливым эскортом Касселя. — — — Церемония открытия фестиваля прошла гладко. В знак того, что год выдался удачным, были выставлены горы фирменных товаров и охотничьих трофеев с каждой территории. Пока Кассель молча наблюдал за происходящим, Рафаэль подошел к нему. - Лорд Кассель, можем ли мы считать, что ты уже полностью освоился в столице? - Почему все спрашивают меня об этом первым делом, когда видят? Нет, пока нет. - Хм. Рафаэль, единственный сын герцога Орлеанского и член Императорского ордена рыцарей Ворона, был немного знаком с Касселем, поскольку их пути часто пересекались из-за их схожего статуса. В то время как Кассель всегда был сдержанным, отношение Рафаэля было теплым. Несмотря на то, что они не были близкими друзьями, они часто общались. Как обычно, Рафаэль взял на себя инициативу нарушить молчание. - Что ж, если ты когда-нибудь решишь сменить доспехи и вступить в другой орден, я буду ждать этого с нетерпением. - С нетерпением ждешь? Рафаэль игриво толкнул Касселя локтем в бок. - В ордене Ворона нет рыцаря с твоим положением. Если у тебя возникнет желание, ты можешь присоединиться к нам. Ты можешь даже претендовать на должность вице-капитана или капитана в ближайшее время. Знатные дамы, часто посещающие дворец, несомненно, были бы довольны. - Какое отношение к этому имеет мой карьерный рост? Видя замешательство Касселя, Рафаэль улыбнулся. Для рыцаря, обладающего такой исключительной силой и серьезностью, было забавно, что он не обращал внимания на подобные разговоры. Тем лучше. Рафаэль подумал, что было бы здорово, если бы Кассель присоединился к рыцарям Ворона, пока он еще был в столице. - А пока просто возьми это. - Хм? Рафаэль вытащил оливковую ветвь, которую подобрал по пути. Кассель, не поняв этого жеста, неловко принял его, и Рафаэль отвесил преувеличенный поклон. - Видишь? Мы должны принести тебе зеркало. Просто держа в руках эту оливковую ветвь, ты выглядишь как бог красоты, мудрости и исцеления. - …. - С такой внешностью ты был бы идеальным кавалером ордена рыцарей Ворона. Не позволяй этой красоте пропасть даром — пользуйся ею, пока ты еще молод! "Он издевается надо мной". Кассель, наконец, понял это и отбросил оливковую ветвь в сторону. Рафаэль изобразил разочарование. - Что, ты собираешься отбросить и мои чувства тоже? Я долго думал, прежде чем выбрать эту ветвь. -...Лорд Рафаэль! Рафаэль наклонился ближе, готовый продолжать нести чушь. - Прежде чем ты обручишься или что-нибудь в этом роде, тебе следует прославить свою репутацию и красоту по всей столице... - Подожди. Кассель неосознанно отвел взгляд, а затем быстро прикрыл рот рукой в шоке. - Хм? Что это? - спросил Рафаэль. -...Сэр Рафаэль, давай продолжим этот разговор позже. Похоже, что учебное сражение вот-вот начнется. Как насчет того, чтобы встретиться после? - Конечно, давай так и сделаем. Довольный тем, как тщательно он подразнил Касселя, Рафаэль без колебаний вернулся на свое место. После, как и сказал Кассель, вот-вот должны были появиться император, королева и наследный принц. Зрачки Касселя, однако, дрожали, устремленные в одну точку. "Фэй...? Какого черта ты здесь...!" Тот летний день — одно из немногих его дорогих воспоминаний. Волшебница Фэй, которую он лично привел в Магическую башню, стояла прямо там! Сначала он подумал, что возможно ошибся, несколько раз моргнул, но это, несомненно была Фэй. Ее длинные светло-розовые волосы, которые было хорошо видно даже издалека, были собраны в узел под черным капюшоном, полностью завладевая его вниманием. Она стояла там одна, и рядом с ней никого не было. - Что это? Шуточная битва на фестивале урожая на самом деле не была направлена на то, чтобы определить, какой дом или орден выше; скорее, это было мероприятие, призванное способствовать гармонии и сотрудничеству. Таким образом, только те, у кого был подтвержденный статус, могли присутствовать, чтобы предотвратить любые неприятные инциденты. Быстро осмотрев местность, Кассель заметил, что Фэй не принадлежит ни к одной семье и стоит на дальнем краю, где расположились рыцари Ворона. "Что происходит? Почему мисс Фэй стоит с рыцарями Ворона?" Была ли она здесь в рамках какого-то сотрудничества с орденом? Должен ли я позвать Рафаэля обратно, чтобы спросить об этом? Однако его любопытство к Фэй перевесило неловкость. В его мысли медленно закрадывалось беспокойство, связанное с его нерешительностью — в конце концов, Фэй казалась намного счастливее с тех пор, как вошла в Магическую башню. Не будет ли ей трудно находиться здесь, во дворце? ---------- Беспорядки во время фестиваля урожая - часть 1. Как раз в тот момент, когда ему не терпелось приблизиться к Фэй, под звуки фанфар появились император, наследный принц, королева Рания и принц Астейн. "Черт возьми". Как простой рыцарь из столицы, он не мог сделать ни одного шага. На границе он обладал огромной властью, но здесь присутствовало всего несколько его рыцарей. Какова бы ни была причина, не стоит создавать впечатление, что он создает трения с императорской семьей. Подавив необъяснимый прилив тревоги, он поспешил вернуться на свое место, едва взглянув на свою семью, которая прибыла почти одновременно со свитой императора. - Сейчас мы начнем тренировочную битву в рамках фестиваля урожая этого года! Как говорилось в предыдущем году, битва будет проходить в формате турнира, в каждом раунде два благородных дома будут сражаться друг с другом, и сторона, потерявшая свой флаг, будет признана побежденной. Все, кто не участвует, должны отойти назад и наблюдать со стороны. Первыми были дома графа Эсолт и виконта Дюрана. Обе семьи были далеки от воинственной ориентации, и результат оказался неожиданно быстрым. Затем герцогская семья Клейн столкнулась лицом к лицу с домом графа Квесса, и победа герцога Клейна была почти неизбежна. - Как чудесно! Доротея, стоявшая рядом с герцогиней, сияла от возбуждения, к большому неудовольствию Касселя. Почему я чувствую себя так неловко? - … - Следующий... - Этот флаг мы будем использовать на своей стороне? - Да. - Узел слабый! И дерево, из которого сделан флагшток, выглядит некачественным! "Что происходит?" Шум внизу продолжался, привлекая внимание Касселя. Оглянувшись, он увидел, что рыцарь из дома Орлеанов, стоявший последним в очереди, отчитывает императорского слугу. - Этот флаг неприемлем, немедленно принеси другой. - Мы проверили его сегодня утром. - И охранялся ли он все это время, пока его не доставили сюда? - То есть... - Смотри! Как ты можешь гарантировать, что наш флаг никоим образом не пострадает? В то время как в ходе инсценированного сражения императорская семья получает незначительные награды, реальный результат не так важен. Кассель не мог понять, почему Орлеанский дом был так одержим победой. В конце концов, разве Рафаэлю не было безразлично, побеждали или проигрывали его рыцари, учитывая его обычную озабоченность своими тренировками? Сам герцог Орлеанский был далек от мысли о воинской доблести. Вскоре после этого, как раз в тот момент, когда должна была начаться учебная битва между домом Орлеанов и домом маркиза Хианте, на фронте вспыхнули беспорядки: рыцари с обеих сторон поссорились из-за флага, который не соответствовал их стандартам. Это было наглое пренебрежение присутствием императора, наследного принца, королевы и принца Астейна. "Пожалуй, я лучше вмешаюсь." Кассель быстро подбежал к ним, чтобы предотвратить переполох ради наследного принца Силласа. Двигаясь, он заметил Фэй, которая стояла на некотором расстоянии от рыцарей Ворона. Она спокойно стояла, сложив руки на груди, но внезапно низко склонила голову. В этот момент— Бум!! Из-под ящика, где хранились флаги и другое оружие, донесся громкий звук. С коротким шипением вспыхнула маленькая искра, выпустив струйку тонкого, но едкого дыма, который начал подниматься вверх. - Ваше величество! - Что происходит? - А-а-а! Хотя взрыв был незначительным, это был праздник урожая — собрание благородных семей, рыцарей и императорской семьи. Хаос был неизбежен. Однако император оставался невозмутимым. Заботясь о своей семье, он быстро отправил королеву Ранию и принца Астейна в безопасное место. Затем он распорядился, чтобы благородных дам и других гостей расселили по разным флигелям, и приказал осмотреть ложу, где произошел взрыв. Результаты были получены быстро. Хотя улики не были убедительными, на дне коробки были обнаружены явные следы взрыва. Оружие, находившееся внутри, было тщательно смазано маслом, чтобы предотвратить появление ржавчины, поэтому, если бы огонь разгорелся полностью, находившиеся внутри предметы могли рассыпаться, ранив тех, кто находился поблизости. Со спокойной властностью Император объявил: - Настоящим учебное сражение приостанавливается, и я раздам награды каждому дому. Мы заберем шкатулку и близлежащую почву для дальнейшего изучения. - Ваше величество! Пожалуйста, позвольте нашему дому принять участие в расследовании. - Наш дом тоже будет сотрудничать! "...Странно". Не успел Император закончить свою речь, как главы дома Орлеанов и дома маркиза Хианте, которые чуть не пострадали во время взрыва, подняли переполох. И все же в их реакции было что-то необычное. Вместо того чтобы выказать страх или озабоченность по поводу инцидента, они сосредоточились исключительно на том, чтобы сверлить друг друга взглядами, выражая при этом полную враждебность. Могли ли они действительно подозревать друг друга в совершении преступления? Фестиваль урожая, самый грандиозный праздник империи, продолжался еще несколько дней. Тем не менее, настроение оставалось тревожным, без сомнения, под влиянием инцидента во время показательного сражения. Даже после окончания фестиваля сохранялась напряженная атмосфера, особенно между домом Орлеанов и домом маркиза Хианте. - … Вернувшись в свою резиденцию, Кассель впервые за долгое время погрузился в глубокие раздумья. Было ли это только моим воображением? Незадолго до взрыва Фэй необычно низко склонила голову — подозрительный жест, который запомнился ему надолго. "Нет, я уже исключил ее из списка виновных". Расследование подтвердило это. Рыцари Ворона действительно пригласили мага Фэй из Башни, чтобы она приготовила лед для охлаждения фруктов и напитков на фестивале урожая. Она была известна тем, что производила особенно чистый и освежающий лед. Хотя она и могла использовать небольшое количество магии огня, ее способности ограничивались простой огненной стрелой первого круга. Не было никаких доказательств того, что она использовала магию огня, и такая низкоуровневая магия не могла вызвать взрыв, подобный тому, что произошел. ---------- Беспорядки по время фестиваля урожая - часть 2. Не было никаких сомнений в том, что она невиновна. Как только она представилась, оказалось, что Фэй специализируется на магии воды и льда. Что еще более важно, если бы она использовала какую-либо магию, ближайшие рыцари немедленно почувствовали бы поток маны. Хотя это было облегчением, что она невиновна, острая интуиция Касселя не позволила ему избавиться от тревожного чувства, которое Фэй оставила в его сознании. “...Я не знаю”. Пока Кассель размышлял, события в императорском дворце развивались быстрее, чем ожидалось. Дом Орлеанов и дом маркиза Хианте, которые до этого вели скрытную перепалку, теперь открыто проявляли враждебность друг к другу. Начали циркулировать слухи, предполагающие, что инцидент во время учебного сражения был организован одним из домов. Сплетня получила распространение, когда гости из дома Орлеанов обсудили ее на вечеринке по случаю помолвки молодой леди в отеле "Мичжуан", по сути подтвердив, что это правда. Семья Хианте, конечно же, не стала мириться с этим и в конце концов бросила вызов и назначила дуэль на следующие дни. — — — Каждый день приводил к одному неизбежному конфликту за другим. - Сэр Кассель. - ...Да. Вызванный во дворец наследного принца, Кассель ждал приказов Силласа, скрывая свое беспокойство. Чего он мог хотеть? Если бы он попросил Касселя вмешаться, чтобы предотвратить настоящую дуэль, ему пришлось бы вмешаться, чтобы прекратить вражду между двумя домами. Но слова наследного принца удивили его. - Рыцари Голубой Розы, которые находились на границе с Розией, возвращаются. Еще один рыцарь ордена был назначен патрулировать тамошнюю границу. - ...Что? - Единственный способ восстановить мир после этого тревожного инцидента - вернуть их обратно. Прошу прощения, что не уведомил тебя раньше. - В Империи все так, как постановляет Его величество. Кассель осторожно выразил свои мысли. Казалось маловероятным, что наследный принц мог отозвать рыцарей Голубой Розы в столицу без согласия Императора. Если это был приказ, санкционированный Императором, Касселю нечего было возразить. Однако, если все обстояло так, как только что заявил наследный принц… Внимание Касселя больше не будет сосредоточено на пограничном регионе. По крайней мере, на данный момент. - Как имперский рыцарь, ты будешь размещен здесь и ждать дальнейших распоряжений. - Понял. Как многие и надеялись, Кассель теперь прочно обосновался в столице и был готов приступить к своим обязанностям истинного дворянина. Герцогиня Клейн, которая была встревожена суматохой на празднике урожая, была безмерно рада, расценив случившееся как благую весть. - Уф... После успешного осуществления своего плана Силлас глубоко вздохнул. Две семьи навлекли на себя больше неприятностей, чем ожидалось, и он опасался, что маг Фэй может оказаться втянутой в эту историю. К счастью, она ловко выпуталась, как и подобало магу Башни. Он был бы в состоянии защитить ее, если бы кто-то напал, но сейчас было бы лучше, если бы она держалась в тени, чтобы он мог доверить ей выполнение будущих задач. "Мне нужно будет обсудить это с ней еще раз, как только уладятся дела рыцарей Голубой Розы. Если вызвать ее слишком рано, это может вызвать подозрения." - Ваше высочество, королева Рания просит аудиенции. - Со мной? В ответе Силласа прозвучало недовольство. Они пришли без предупреждения, хотя, даже если бы они попросили заранее, он, скорее всего, отказался бы. - Да. Принц Астейн сопровождает ее. - Впустите их. И не одна, а с моим сводным братом.… Как единственный прямой наследник империи, Силлас был глубоко раздражен, но у него не было другого выбора, кроме как открыть дверь. Королева вошла с озабоченным выражением лица. - Ваше высочество, с вами все в порядке? - ...Да. - Я очень волновалась, так как не видела вас с того дня. - В этом не было необходимости. Силлас питал глубокое презрение к системе наложниц в империи Аркан. Оправдание, что это было неизбежно из—за обширных земель, которыми нужно было управлять, было для него всего лишь оправданием. По этой логике, даже вассалам с обширными территориями требовалось несколько супругов, не так ли? Хотя он сохранял внешнее спокойствие, ему всегда было не по себе. Даже в леди Латель, с которой он был когда-то помолвлен, он не был влюблен; и все же он не думал о том, чтобы иметь другую жену, кроме нее. Его супруга была бы для него единственной во всем мире, независимо от того, любил он ее или нет. Так что у него не было причин особенно радоваться визиту королевы Рании и Астейна, чтобы поприветствовать его. - ...Если я могу чем-то помочь, пожалуйста, знайте, что я готова. Астейн тоже...… значительно повзрослел. Мне больно осознавать, что я, возможно, не смогу помочь вам, если возникнет срочное дело. - Королева-мать. Королева Рания, как всегда, нежная, сдерживала слезы. - Я не хочу больше никого терять на своих глазах. - … - Прошу прощения, если мой внезапный визит причинил вам беспокойство. Но, пожалуйста, наследный принц, помните об этом. Даже когда Астейн повзрослеет и покинет дворец, он всегда будет частью Империи. И если я смогу хоть как-то отплатить за оказанную мне доброту, я непременно это сделаю. Не сказав больше ни слова, королева Рания вскоре ушла. Когда эти двое ушли, Силлас почувствовал глубокое чувство самобичевания. Он не мог знать всего, что происходило в Империи. Почему две соседние семьи враждовали, почему леди расторгла помолвку или какое отношение она имела к герцогу Орлеанскому — все это оставалось неясным. ---------- Постепенно, всё ближе Называть его наследным принцем казалось почти жалким. Видя сложность, с которой все было организовано, стало ясно, что дело гораздо серьезнее, чем он думал изначально. Его первоначальный план состоял в том, чтобы оставаться незамеченным, пока он не выяснит всю правду, стоящую за этим инцидентом. Не пора ли пересмотреть свое решение и дождаться подходящего момента, чтобы напасть на след преступника? "Подумать только, я бы даже подумал о том, чтобы подозревать бессильную супругу… Жалко с моей стороны. Но да, время пришло". Несколько шестеренок, совершенно не согласованных с предыдущими вариантами, начали вращаться странным образом синхронно. А в центре, хотя никто об этом не знал, стояла Фэй. Тихий ветер кружил вокруг нее, образуя огромный непрерывный круг. * * * Зима была очень холодной. - Люциус, посмотри на это! - О. Конечно. Фэй была закутана в теплую меховую накидку, присланную из монастыря Грейс, ее руки в перчатках создавали волшебные снежинки. Небольшого количества снега вокруг Башни было недостаточно, поэтому она устроила роскошное магическое представление, чтобы создать еще больше — повод попрактиковаться в своих ледяных заклинаниях. Люциус, который провел тысячелетия в скуке, обычно был равнодушен к снегу и бурям. Но почему-то он не мог отвести взгляд от сцены, где Фэй наслаждалась снегом. Было ли это приятно? Ему или ей? Каждый раз, когда ее руки скользили по слегка подернутой инеем земле, появлялись новые снежинки. И каждый раз Люциус чувствовал, как трепещет его собственное сердце, как будто его непреклонное драконье сердце превращалось в марионетку, болтающуюся на веревочке. - Пип-пип-пип~ Пип-хмм~ Птичка Момо начал напевать знакомую мелодию "Марша", но тут же подавил ее зевком, когда Люциус внезапно поднял большой камень. Его жизнь была драгоценна, поэтому он сдержался. Но этот дракан всегда ждал момента для восстания. В следующий раз он, без сомнения, воспользуется шансом. - … Зловещая угроза оборвала его. - ...Ты умрешь. - И-и-и! Иногда, когда Люциус молча наблюдал за Фэй, Момо вел себя подобным образом. В последнее время он плохо себя вел при любой возможности; Люциус подумал, не стоит ли уложить его и хорошенько надрезать живот. Угрожал ли он, бил или пинал его, как дракана, ничего не менялось. Видит ли Момо в нем человека, который может жениться на потомке врага? Их родственники уже дважды обманули его! Сумасшедший! Должен ли я просто убить его? Без Момо он мог бы наслаждаться спокойной жизнью. Хотя Люциус всерьез подумывал об этом, он быстро отказался от этой мысли. Он объявил Фэй драконьей наездницей и теперь не мог этого отменить. Ему было неприятно признавать это, но лучшим вариантом было заставить Момо повиноваться угрозами (?). В конце концов, они были агрессивны от природы. Будь ты проклят, жалкое создание, проклятая рептилия, похожая на саламандру. "Подожди, я найду тебе замену". В этот момент Фэй, стоявшая к нему спиной, подбежала к нему. - Люциус, смотри! Это Момо. - Это совсем на него не похоже. Неуклюже выполненная круглая фигура не имела никакого сходства с драканом. В лучшем случае это был просто снежок с прикрепленной к нему палочкой. Честно говоря, это выглядело как испорченная сосиска на шпажке. Люциус с отсутствующим выражением лица постучал по палочке, которая должна была изображать хвост. Снег мгновенно осыпался, теряя свою форму. И радостное выражение лица Фэй исчезло вместе с ним. - Ух... - Эй. Обычно невозмутимая Фэй слегка надулась, заставив Люциуса разволноваться. Он знал, что на самом деле она не была расстроена, но не хотел видеть ее разочарованной. Черт возьми! Тонкая нить магии заплясала в его руках. Из снега, который она собрала, он вылепил удивительно красивого дракана. На спине у него величественно развевались крылья, на голове были рога, когти и полностью сформировавшийся хвост. Фэй ахнула от восхищения. - Ух ты, как и ожидалось! Мастерство мастера 7 круга - это действительно нечто!… Как ты думаешь, я когда-нибудь смогу это сделать? - Ты... Ты человек. Никакими усилиями нельзя преодолеть врожденную пропасть между людьми и драконами. Древние люди были другими, с божественным происхождением, но— Люциус закрыл рот, подавляя жестокую правду. Будь оно проклято. Если бы он вернулся в свой драконий облик, один взмах его передней лапы оборвал бы ее жизнь прежде, чем ее дремлющая сила смогла бы полностью пробудиться. Нет, до этого даже не дойдет. Благодаря интенсивным тренировкам, которые он проводил втайне, даже малая толика его мастерства мастера 10 кругов могла бы сокрушить ее. Морган ле Фэй, или Моргана, потерпела бы неудачу и погрузилась в покой. Таковы уж люди, не так ли? Он знал это лучше, чем кто-либо другой. Тогда он был слишком поглощен разрушительной местью, чтобы видеть это ясно, но теперь он не совершит такой ошибки. Он был уверен, что сможет победить ее. "Это... инстинкт. Точно так же, как смертные люди обладают бесстрашием в течение своей короткой жизни, я такой же." Но, несмотря на осознание этого, Люциус обнаружил, что совершенно бессилен перед Фэй. "Мои бессмертные инстинкты, должно быть, побуждают меня искать спасения, избегая всего, что могло бы расстроить Фэй". Проще говоря, это означало сокрушить его драконий прайд молотком — унизительное осознание. Но для Люциуса, чья гордость была огромна, это было лучшее объяснение, которое он мог придумать. Чуткий дракан сразу уловил его едва уловимые эмоции. Люциус не хотел слишком глубоко вникать в то, что они могут означать. Нет, присутствие Фэй было всего лишь напоминанием о прошлом, не более того. "Скоро мне нужно будет полностью восстановить свои силы, а затем решить, что делать дальше". Не подозревая о его мыслях, Фэй внезапно заговорила серьезно. - Спасибо тебе, Люциус. - За что? - С тех пор как я встретила тебя, я чувствую, что могу смеяться свободно, и на душе у меня становится легче. Раньше мне часто говорили, что я слишком чопорна. [“Соблюдай приличия, где бы ты ни была. Не улыбайся беспечно”.] Семья герцога Клейна, которая вдалбливала в нее эти слова, постоянно ворчала, что она жесткая, как доска. [“Стану ли я когда-нибудь идеальной Эйной?”] Причина, по которой она смогла избавиться от своих давних тревог, как от семян одуванчика. Ее улыбка, которая казалась неловкой даже до появления Холтдайна, стала естественной при появлении Люциуса. Она была глубоко благодарна ему за то, что он был рядом с ней. Люциус нахмурил брови и ответил. - Не слушай людей, которые критикуют тебя за каждую мелочь. Если ты будешь делать то, что они хотят, позже они начнут сплетничать, что ты уже не та, какой была раньше. - Действительно? - Просто расслабься. - Поняла. Еще раз спасибо, Люциус. - Хм. Да, он сказал это неохотно, только чтобы не видеть, как человек, который победил его, колеблется перед другими людьми. Это было не ради нее! Еще одно самооправдание, и Люциус на мгновение отвел взгляд. В этот момент Фэй взяла снежного дракона с ладони Люциуса и показала его Момо. - Смотри, Момо! Твой хозяин сделал это специально для тебя. Разве это не много значит? - Пииии! (Умри!) Если бы он не мог отомстить своему жестокому хозяину, он бы удовлетворился этим! С громким криком Момо бросился вперед и откусил кусок от снежной фигурки, которую Люциус так тщательно смастерил. Фэй застонала. - Момо! Серьезно? - Пииии.....Пиииииииииии (Я жаждал… Это было хорошо). - Эй. Только что ему удалось развеселить ее, а теперь еще и это? Зловещие темные глаза Люциуса вспыхнули, заставив Момо спрятаться за меховой накидкой Фэй. Он нырнул в карман, сшитый настоятельницей Берил, чем рассмешил Фэй. - О, все в порядке. Снеговики или снежные драканы, они все равно снежные. - Фэй, забери его прямо сейчас. В последнее время его бунтарство выходит из-под контроля. Я этого не потерплю. - Разве весна не сезон бунтов? - Хватит, отдай его мне. Мне нужно преподать ему урок. - Нет, Люциус! Не задирай Момо! Фэй бросилась прочь с Момо на руках. - Эй! Стой на месте! На обледенелой земле началась погоня, за которой Холтдайн со вздохом наблюдал с башни. Хотя он смутно ожидал этого, когда впервые увидел Люциуса, казалось, что первая любовь Холтдайна останется скрытым, невысказанным воспоминанием. - … — Фэй, ты...! - Нет! После стольких лет они просто идеально подходят друг другу. Черт возьми, все было кончено. — — — Через несколько дней после событий в башне и после очередного снегопада, Кассель пригласил Фэй в отель "Мичжуан". Официально это была их третья встреча, но на самом деле, это был четвертый раз, когда он ее видел. Сейчас он должен был вступить в должность командующего реформированным орденом рыцарей Голубой Розы, и в королевском дворце в его честь устраивался зимний бал. Кроме того, он недавно узнал, что во время инцидента на празднике урожая наследный принц тайно нанял некоего мага из башни по имени Фэй для выполнения какой-то тайной миссии. Он не рассердился. Он просто почувствовал внезапное сжатие в груди, когда понял, что его смутные подозрения на самом деле подтвердились. Но прошло несколько дней, и он не почувствовал физического дискомфорта, и решил, что с ним все в порядке. По крайней мере, Фэй была в безопасности. Это было просто… он действительно хотел ей что-то сказать. - Здравствуйте, сэр Леон. - Мисс Фэй. На ней была пара вязаных перчаток с немного неровными швами. Они сидели достаточно хорошо, но небольшие дефекты привлекали его внимание и без всякой причины раздражали. Почему это его беспокоило? Ее поношенная одежда, ее готовность остановиться в тесной гостинице "Голубой бабочки" не известной ни своей репутацией, ни своим пространством, - без единой жалобы. Эта свежая улыбка, такая лучезарная, когда она отказалась от роскошных карманных часов в качестве подарка, и то, как просияло ее лицо, когда она съела клубничную пастилу. А теперь ее простая зимняя одежда, типичная для простолюдинки или мага — он не мог придраться к ней. И все же ему было невыносимо видеть ее одетой во что-то более скромное, чем даже неношеные платья Эйны, хранящиеся в его собственном особняке. Кассель вдруг подумал о том, как бы ему хотелось, чтобы она была одета в красивое платье и беззаботно смеялась на солнце. "Она решила пойти в Башню, потому что этого ей хотелось. Я знаю это. Но… каждый раз, когда наши пути расходятся, мне кажется, что я что-то оставляю позади. Почему я так себя чувствую?" Всякий раз, когда он думал о Фэй, он испытывал странную смесь утешения, разочарования и привязанности - эмоции, которые ему совсем не подходили. Для человека, который редко к кому привязывался, даже ему было трудно разобраться в себе. ---------- Член семьи, о котором я ничего не знала. Сначала он указал на кружку с какао и золотистые булочки на столе. - Пожалуйста, отведай, Фэй. - Ух ты, спасибо вам огромное! После возвращения в столицу Кассель обнаружил, что какао - самый непонятный напиток. Из-за густого, мутного цвета и тошнотворно сладкого аромата было трудно определить, что в нем содержится. Хотя ему это блюдо не особенно понравилось, он слышал, что с тех пор, как оно появилось в столице, оно стало популярным среди молодых аристократок, поэтому он без колебаний заказал его. Даже не спросив, что это за напиток, Фэй, которая, вероятно, видела его впервые, спокойно потягивала его маленькими глотками. По сообщениям, некоторые молодые леди расплакались, увидев напиток в первый раз, так как его мутный цвет вызывал у них беспокойство. Но она мужественно выпила все. Настроение Касселя улучшилось, когда он увидел, как она наслаждается своим напитком. Когда Фэй наконец допила какао и съела закуски, она посмотрела на пустую кружку и покраснела. - О, я слишком много съела одна. Как у вас дела, сэр Леон? Приятно снова вас видеть. Кассел встал так, чтобы на него падал теплый свет, а затем спросил: - Мисс Фэй, вы можете сказать, какой символ у меня на форме? Когда он подошел ближе, Фэй склонила голову набок. - Э-э-э… Я не уверена. Это не похоже на орла или льва… Это роза? - Правильно. Это голубая роза, украшенная крошечными сапфирами. Этот знак представляет рыцарей Голубой розы. Раньше они охраняли столицу, но недавно были переведены в пограничный регион Розия. так что не многие люди знают об этом символе. - Голубая..… Роза...? При этих словах что-то всплыло в памяти Фэй. Рыцари Голубой розы, граница с Розией — значит, это место...! - Рыцари Голубой розы были переведены в столицу. После реорганизации я был назначен новым командиром. По мере того, как он спокойно говорил, воспоминания, которые Фэй давно похоронила, начали всплывать на поверхность. Она почувствовала, что Кассель собирается сказать что-то удивительное. - Сэр Леон...? - Рыцарский орден не просто переезжает с места на место. Это… очень важно. Она затаила дыхание, полностью сосредоточившись на его следующих словах. - Причина, по которой Его высочество наследный принц нанял вас для выполнения "этого задания", заключалась в том, чтобы добиться возвращения рыцарей Голубой розы. Это была не единственная причина, но, несомненно, главная цель. - ...Простите?! Красные глаза Касселя вспыхнули от сильного волнения. - Меня зовут не просто ”Леон". - Тогда...? Ее губы, которые она приоткрыла, чтобы спросить его настоящее имя, неосознанно задрожали. - Мое полное имя Кассель Деуплионе Клейн. До недавнего времени я был заместителем командира рыцарей Голубой розы. Когда вы присутствовали на фестивале урожая, я тоже был там, глубоко обеспокоенный тем, как развиваются события. - К...Кассель… Деуп... лионе...… Клейн.... В голове у Фэй помутилось, когда она медленно повторила его имя. Сэр Леон? Рыцарь Леон... это Кассель Деуплионе Клейн, наследник герцога? Тот, кого я знала только по имени...? Тот самый человек, на которого домочадцы герцогини Клейн всегда жаловались, что хотят его видеть, о котором Морис отказывался говорить… Единственный человек из семьи Клейн, с которым я не была знакома. Последняя тайна герцогской семьи Клейн, этот человек...! И он…мой... Мой...!!! У нее перехватило горло, и она не могла говорить. Как она могла хотя бы начать объяснять, что он значил для нее, или какие узы их связывали?.. Это должно было остаться тайной на веки вечные. Тем не менее, Фэй сделала глубокий вдох, схватившись за свое бешено колотящееся сердце, чтобы успокоиться. Она не хотела зацикливаться на узах, которые когда-то разорвала собственными руками. Даже если Кассель скрыл свою личность, в этом не было ничего плохого. Если бы он объявил себя наследником герцога в тот момент, когда у кареты сломалось колесо, поверила бы она его словам и села на его лошадь? Стала бы она открыто говорить с ним о своих планах? Стали бы они так же весело смотреть фестиваль, когда встретились во второй раз на складе льда? Приняла бы она его подарок в виде зеркала или позволила бы сегодняшней встрече продолжиться, не задумываясь? Нет... Она бы этого не сделала. Если бы она это сделала, она бы мучилась, избегая его, возможно, даже сбежала бы в Башню магов или куда-нибудь подальше. Ни Леон, ни Кассель, ни я не сделали ничего плохого. Мы просто делали все, что в наших силах в данных обстоятельствах. Она мысленно провела черту между собой и Касселем, решив защитить границы их отношений. - Мисс Фэй? Кассель заметил, как сильно его откровение выбило ее из колеи. Это было совсем не то, чего он хотел. Он резко встал и опустился перед ней на колено, глядя прямо в глаза. От этого учтивого жеста, подобающего рыцарю, сердце Фэй екнуло. Это было странное чувство. Быть настолько переполненной эмоциями перед кем—то, кого она считала почти членом семьи, - что бы это могло значить? Я не испытываю к нему даже намека на обиду. Это просто... это просто...… Она выдавила улыбку. - Я понятия не имела. Я никогда не догадывалась. Правда, я слышала, как какой-то другой рыцарь однажды назвал вас ”вице-командующим" по дороге в Башню магов. - Наши личности обычно держатся в секрете из-за шпионов, постоянно шныряющих у границы, но поскольку мы теперь официально назначены охранять столицу, нам больше не нужны такие ограничения. - Я понимаю.... - Как только я узнал, что вы работаете на Его высочество наследного принца, и услышал всю историю, я понял, что должен встретиться с вами. Даже если эта правда заставляет вас чувствовать себя неловко, пожалуйста, помните, что я никогда не собирался вас обманывать. Красные глаза Касселя были полны тихой печали. - Хм? - Если бы рыцари Голубой розы остались в столице, я бы с самого начала представился вам должным образом. Его искренность звучала неподдельно. Это не было высокомерием типичного аристократа высокого ранга. Фэй была глубоко тронута его честностью и характером, она даже вспомнила доброту кучера. В ответ она покачала головой. - Я не была разочарована или что-то в этом роде. Я просто была... удивлена, узнав, что вы наследник герцога. Естественно, что любой человек удивляется, узнав об этом. У Фэй, конечно, были свои причины чувствовать себя еще более потрясенной. В конце концов, она всю свою жизнь избегала даже простого упоминания фамилии Клейн. - Мисс Фэй. - Итак, это означает, что вы останетесь в столице, а не вернетесь на границу. Искренне поздравляю. Сэр Леон — рыцарь, которого я встретила, — был лучшим рыцарем, которого я когда-либо знала. Это замечательная новость для всех в столице, включая меня... Она пробормотала свои поздравления, и после этого Фэй не могла вспомнить, как именно они расстались. — — — Тем вечером, в своей комнате в Башне магов, Фэй рухнула на кровать и разрыдалась безудержно. Слезы не прекращались. Даже когда ее слезы пропитали подушку, сделав ее холодной и влажной, ее печаль не утихала. От ее тихих всхлипываний, перемешанных с сдавленными вздохами, у нее заложило нос, и Момо, прежде чем улечься обратно, пошевелил ушами во сне. Если бы Люциус был рядом с ней, она бы не осмелилась так разрыдаться. Если бы Люциус знал, он был бы в ярости, вероятно, применил бы заклинания и подвесил ленивого дракана на вершине Башни магов в качестве наказания. - Хннн... Она все плакала и плакала. После нескольких месяцев стойкости волшебница Фэй, наконец, уступила место уязвимой, жалкой девушке, которой она когда—то была, - Моргане. Кассель, мой дорогой брат. Если бы ты остался в семье герцога Клейна… Если бы ты был там, рядом с требовательными герцогом и герцогиней, вместе с Морисом и Дотт, как раньше… Была бы моя жизнь, полная трудностей, другой? Стала бы прежняя я, ежедневно израненная и уставшая от бесконечных занятий и холодного, отстраненного общения, улыбаться чуть чаще? Возможно… если бы я не была невежественной и в конце концов не умерла жалкой смертью, я, возможно, увидела бы другой путь. Я искренне верю, что ты нашел бы способ все исправить, даже если бы мы всю жизнь не подозревали о нашем кровном родстве. Держа подушку так, словно это была широкая спина Касселя, она прижалась к ней и плакала, пока не заснула. Слезы, которые не прекращались, обнажили шрамы и старые раны болезненного прошлого Морганы. Кассель… Я уверена, что ты отличался бы от всех остальных. Я чувствую это глубоко внутри. Если бы я только знала, кем ты был, когда вернулся в прошлое, я бы мечтала встретиться с тобой снова, даже после того, как поклялась никогда больше не впускать их в свою жизнь. И вот почему это кажется безумием… С опухшими от горечи слез глазами, измученная Фэй, наконец, заснула. Когда забрезжил слабый рассвет, она погрузилась в глубокий сон, полный слез. * * * "Как досадно". Это были единственные слова, которые передали чувства Дотт в тот момент. Хотя казалось, что это только начало зимы, уже наступили сильные холода. Новый год стремительно приближался, а она все еще оставалась в герцогской резиденции Клейн, оставаясь "кандидатом в Эйны " — поистине жалкое положение. Застрять здесь, не добившись никакого прогресса, было бесконечно неприятно. В отличие от старых добрых времен, когда она пользовалась благосклонностью Клейн, Дотт теперь оказалась под тонким давлением, хотя это было не так сильно, как то, что пережила Моргана. "Если бы мне не удалось избавиться от Пошетта, все стало бы еще сложнее". Даже сейчас ей было достаточно трудно продолжать путь в одиночку, но она чувствовала, что ситуация в столице резко меняется по сравнению с той, что была раньше. Почему только из-за того, что она не приехала в герцогство с Морганой, обстоятельства из прошлого продолжают меняться? Кассель, молодой лорд, который был так откровенно враждебен по отношению к ней, не только остался в столице, вместо того чтобы вернуться в пограничные земли, но и был назначен командующим рыцарями. Похоже, взрыв во время праздника урожая несколько изменил политику. "Что не так с миром в наши дни? И мне невыносимо видеть, что Барбара Гашелл, которая находится практически на пороге смерти, все еще болтается поблизости". Во время инцидента, Дотт была с герцогиней Клейн, вдали от тех, кто участвовал в инсценированных боях. К тому времени турнир семьи Клейн только что закончился, и они отошли подальше. Из-за этого она услышала только слабый звук взрыва. Позже до нее дошли слухи, что королева и принц сбежали и что две семьи обвиняют друг друга в организации инцидента. Если прошлое и разворачивающиеся события будут расходиться, то мне просто придется как-то приспосабливаться. Доттриция Каррис была совершенно другим существом, чем Моргана, которая страдала из-за того, что презирала всех. "Вот и все!" Дотт вскочила на ноги. Теперь, когда ни герцог, ни Морис, за исключением герцогини, не пользовались к ней особой благосклонностью, ей нужна была нематериальная опора с выгравированным на ней чьим—то именем - будь то для долгосрочного использования или просто как временный шаг. Чтобы добиться этого, ей нужно было придумать социальное оправдание, основанное на текущих обстоятельствах. ---------- Твоё имя. Глава 28. Твоё имя. Дотт поспешно отправилась на поиски герцогини. - Что привело тебя сюда, Доротея? - Мадам, я срочно вспомнила кое-что и пришла обсудить это с вами. После инцидента на празднике урожая прошлой осенью пострадали как дом Орлеанов, так и дом Хиантов. Обе герцогини, в частности, были настолько потрясены, что удалились из общества. - И что? Уголки губ герцогини Клейн приподнялись в улыбке. Теперь, когда ее дорогой Кассель окончательно обосновался в столице, она была еще более восприимчива к предложению Доротеи, хотя оно и вызывало некоторые размышления. Слова Доротеи были правдой. Обе знатные семьи упорно обвиняли друг друга в событиях того дня, едва избежав дуэли, к которой Кассель приложил небольшую руку. Тем не менее, вражда между двумя домами сохранялась, и с тех пор обе герцогини почти не показывались в обществе. Вместо этого они устраивали небольшие приемы и званые вечера в своих поместьях, выборочно приглашая гостей — не слишком тонкая попытка продемонстрировать свою преданность. Доротея с жаром пустилась в рассуждения. - Если бы вы, мадам, предложили заботу одному или даже обоим домам в такое время, разве это не укрепило бы ваши отношения с ними? - Предложить заботу, говоришь? - Да, мадам. Вам не нужно было бы принимать чью-либо сторону. Простого жеста, призванного успокоить их встревоженные сердца, было бы достаточно. Возможно, даже императорский двор оценил бы это, поскольку это может ослабить продолжающиеся разногласия между двумя семьями. - И эта идея пришла тебе в голову? Прошло довольно много времени с тех пор, как ученый Пошетт посещал герцогство. Герцогиня посмотрела на нее с одобрением. Ободренная похвалой герцогини, Доротея почтительно ответила: - Я просто подумала, что из-за того, что эти две прежде гордые и уравновешенные леди внезапно скрылись из виду, общество чувствует себя неловко. - Да, ты права. Несмотря на их близость, Император и наследный принц оба присутствовали в тот день. Дворяне не должны разжигать раздор без доказательств. Как ты и сказала, я приму меры, чтобы навестить их в ближайшее время. -..Да, мадам. Доротея была вне себя от радости, что ее предложение было принято, но тщательно скрывала свои эмоции, зная, что нетерпение может все испортить. - Использование предлога для регистрации сыграет нам на руку. Тебе также следует подготовить себе новое платье и нанести визиты в оба дома по очереди. Но не провоцируй их. Это было именно то, на что рассчитывала Доротея! - Поняла, мадам. Я справлюсь с этим. Внутри Доротея ликовала. Обе знатные дамы когда-то презирали Моргану, но она поддерживала хорошие отношения с Доротеей, которая всегда держалась с достоинством. Теперь, когда они были открыто враждебны друг другу, успокоить их уязвленную гордость было бы относительно легкой задачей. "Конечно, герцогство предпочтительнее маркиза, не так ли? В Империи всего два герцога". Как и предполагала Доротея, первым пунктом назначения герцогини Клейн был Орлеанский дом. Верное своей легендарной истории, поместье с первого взгляда излучало очарование старого света. Даже отреставрированные, некогда популярные архитектурные детали несли в себе ощущение наследия. Единственный потомок и наследник, лорд Рафаэль, также считался очень красивым, хотя Доротея, мечтавшая стать наследной принцессой, не проявляла к нему особого интереса. Тем не менее, было бы разумно поддерживать с ним отношения в будущем. - Добро пожаловать, герцогиня Клейн. - Рада вас видеть. Хозяйка дома? - Уф... Как только герцогиня начала говорить, из-за богато украшенной двери донесся тихий стон, но дворецкий ответил вежливо, без намека на беспокойство. - Да, я немедленно сообщу о вашем прибытии. Внутри сцена была еще более абсурдной. В то время как все остальные держались на безопасном расстоянии от взрывоопасной сцены между рыцарями семьи, герцогиня Орлеанская лежала в постели, одетая в шелковую ночную рубашку и ночной чепец, и стонала от преувеличенного дискомфорта. Конечно, это была поспешная инсценировка после того, как стало известно о визите герцогини Клейн. Герцогиня Орлеанская настойчиво приглашала ее в поместье где проводились различные мероприятия, от которых Клейн отказывалась. Открыть свое поместье для пышных приемов, а потом вдруг симулировать болезнь — это было нелепо. - О... герцогиня Клейн, это действительно вы? Я тронута до слез тем, что вы пришли навестить меня.... - Приношу свои извинения за задержку. Герцог настоял на том, чтобы мы сохраняли нейтралитет, пока продолжается расследование. Герцогиня ответила холодно. - Ой! Но это не проблема. Я просто вне себя от радости, что наша дружба сохраняется, до такой степени, что не могу перестать плакать.... - Мадам. - София, в самый тяжелый для меня час я думала о вашем молодом лице. Мы были самыми близкими подругами, не так ли? Герцогиня Орлеанская, казалось, стремилась напомнить герцогине Клейн об их общем прошлом, обращаясь к ней по имени. "Ее театральность хуже, чем я ожидала. Могла ли она быть виновницей?" Вместо того, чтобы выглядеть взволнованной, герцогиня Клейн спокойно достала приготовленный носовой платок и протянула его. - Вот, пожалуйста, вытрите свои слезы. Герцогиня Орлеанская, изображавшая слезы, выглядела совсем не расстроенной. Цвет ее лица был ярким и свежим, а вокруг глаз не было и намека на покраснение, она казалась сияющей, как будто хорошо отдохнула и наелась. Обе женщины прекрасно знали, что задумала другая, но все же показали себя с лучшей стороны, и на глаза у них навернулись слезы. - О, с-спасибо тебе… так приятно. Однако белый носовой платок, протянутый герцогиней Клейн, был украшен по краю едва заметной лимонно-желтой вышивкой. Украшенный элегантной буквой “W”, он, несомненно, был подарком от маркиза Хианте. Герцогиня Клейн была не из тех, кто сознательно потакает чужим прихотям. Если бы это было так, ей, возможно, было бы трудно показаться в обществе в качестве герцогини. Не имея иного выбора, кроме как принять платок, герцогиня Орлеанская неловко промокнула щеки, прежде чем вернуть его. - Этого... должно быть достаточно. - Теперь ты чувствуешь себя немного спокойнее? - Да, да. У нее было такое чувство, будто ее внезапно окатили ведром холодной воды, что привело ее в чувство. Возвращалась ли герцогиня Клейн из поездки в маркизат Хианте? Или она планировала отправиться туда снова после отъезда отсюда? Как и предполагала герцогиня Орлеанская, герцогиня Клейн сохраняла безупречное самообладание и продолжала говорить. - Скоро состоится Зимний бал в Императорском дворце, и я надеюсь, что вы достаточно поправитесь, чтобы присутствовать на нем. - Спасибо, мадам. - После беспорядков, последовавших за праздником урожая, никто, кроме вас, верного сердца Империи, не сможет навести порядок. Я буду с нетерпением ждать этого. А теперь берегите себя. Я пойду, чтобы не добавлять вам проблем. - Я желаю герцогине Орлеанской мира и скорейшего выздоровления. Дотт быстро добавила слова прощания. Когда герцогиня Клейн ушла, герцогиня Орлеанская забеспокоилась. Она была готова изолировать себя от дворца, только чтобы выиграть борьбу за власть с маркизатом Хианте, но если левое сердце Империи так хочет вмешаться… Нет. - Дворецкий! Хоть кто-нибудь! - Да, мадам. Позвав свою самую доверенную горничную, она поспешила в Высший храм. Почти тридцать лет назад дальний родственник из дома Орлеанов был причислен к лику святых. Тогда, в честь святой, ей было даровано фамильное имя Орлеан, и о ней хорошо заботились. Однако святая, Кафия, часто выступала с туманными пророчествами или воззваниями, которые совершенно не соответствовали действительности. Хотя и не только из-за нее, со временем все меньше верующих стали посещать храм, а ценность волшебников неуклонно превосходила ценность священников. Таким образом, связь между герцогством и святой естественным образом ослабла. Именно нынешняя герцогиня Орлеанская решила восстановить эту связь и обеспечить постоянную поддержку. После всей этой доброй воли, святая, несомненно, должна была предложить что-то взамен. Герцогиня Орлеанская была уже на пути к тому, чтобы пожать плоды, которые она посеяла. Поскольку на карту было поставлено так много, она должна была что—то сделать - что угодно. Даже если это был плод обмана, это не имело значения. Если кто-то хочет съесть красный фрукт, чтобы вылечить свою болезнь, какая разница, был ли это помидор, вишня или даже редкий красный виноград? Все, что ей нужно было сделать, это показать пациенту "красное" и уговорить его проглотить. Это был отчаянный, но изящный способ выжить в благородном обществе. — — — После последовательного посещения дома Орлеанов и маркизата Хианте, Дотт снились беспокойные сны. - Уф... Герцогиня Клейн. Женщина, которую Дотт считала самой скромной, оказалась на удивление сведущей в хитросплетениях светской жизни. Несмотря на то, что она столкнулась лицом к лицу с матриархами двух соперничающих домов, она не проявила ни малейшего желания отступать. Из-за этого Дотт обнаружила, что сомневается в своем выборе больше, чем раньше. Правильно ли она ориентировалась во всем? Может быть, она на правильном пути? Мир без Морганы... был... сводящим с ума. - У меня совсем запали глаза. Выглядеть изможденной в таком виде было бы проблематично. Ее главным достоинством была утонченная, успокаивающая улыбка и благородная элегантность. По крайней мере, это она должна была поддерживать. Дотт собиралась снова умыться, когда ее вызвали в личные покои герцогини Клейн. -В чем дело? - По приказу герцогини. Быстро, сейчас же. Хотя они и уговаривали ее, они не тянули ее за руку и не разговаривали неофициально. Их отношение казалось немного другим, как будто они устанавливали границу. В последнее время не было никаких признаков дурного предчувствия… Что это было? Неужели из двух домов пришло какое-то сообщение? Встревоженная после своих снов, Дотт сделала свое лучшее непроницаемое лицо и направилась в комнату. - Садись. - Да, герцогиня. Несмотря на то, что герцогиня Клейн была в помещении, на ней была шляпка с темной вуалью. Окна были занавешены, что не позволяло свету проникать внутрь. Дотт слегка наклонила голову вперед, ощущая зловещее напряжение. Эта шляпа... Разве ее не надевают в знак траура? И ее голос тоже звучал необычно тяжело, как будто она плакала. Дотт говорила осторожно, пытаясь разрядить обстановку. - Какие-то похороны? - … Быстрого ответа не последовало. Между ними повисла тишина, густая и удушающая, отчего Дотт почувствовала, что вот-вот задохнется. Она снова позвала герцогиню, почти в отчаянии. Что это за тишина? Кто-нибудь может что-нибудь сказать? - Герцогиня? - Доротея. - Да. - С каких пор ты стала Доротеей? Глухой звук. Ее зрачки яростно вспыхнули, вызвав воспоминание о монастыре Грейс. Тот, кого она с такой силой пыталась столкнуть с края обрыва, Люминт, — из-за тебя! Да, это все твоя вина. Если бы только ты не родился и мы были бы вдвоем с братом Допеллом, наша семья не столкнулась бы с такими трудностями. Из-за дороговизны твоих лекарств я даже мечтать не могла о том, чтобы покинуть эту несчастную деревню! Такое благородное существо, как я, было оставлено в этом жалком месте! Если бы ты никогда не родился, мне вообще не пришлось бы страдать с самого начала. ---------- Леди Клейн - часть 1. Если бы только я родилась единственным наследником в этой семье. Нет, дело не в этом. Я бы с самого начала хотела родиться здесь, а не в проклятом, отдаленном виконтстве. Если бы только я родилась Тианой Мариэттой Клейн, неприкасаемой молодой леди этого дома! Тогда мне не пришлось бы терпеть все это! Когда герцогиня Клейн слегка повернула голову влево, в ее голосе послышались слезы, и она спросила: - Ты все это время были Доротеей? Или... не была? - Что...? Что, черт возьми, она говорит? Пораженная Дотт подняла глаза и увидела удивительное зрелище. Герцогиня Клейн открыто плакала под своей черной вуалью. Нет... Неужели это...? Когда Дотт случайно обнаружила, что предмет, принадлежащий Моргане, был привезен из поместья Клейн, у нее по спине пробежал холодок, когда временные рамки рассказа Морганы и исчезновения леди Клейн совпали. "Даже тогда... да, даже тогда, той, кто обняла меня и безудержно разрыдалась после того, как храмовый оракул объявил, что я пропавшая молодая леди, была не кто иная, как герцогиня Клейн. Но это... это не имеет смысла. Я еще ничего не рассказывала, так как же до этого дошло?" Не совсем уверенная в ситуации, Дотт предпочла промолчать. Я не могу позволить себе сейчас говорить опрометчиво. Герцогиня теребила маленькое цветочное украшение на своей шляпке с вуалью. - Эту шляпу прислала мне моя семья. Давным-давно они сказали мне забыть обо всем. Похоронить все мысли о Тиане в своем сердце, потому что больше никогда о ней не будет слышно. Плотно сжатые губы Дотт слегка задрожали. - Но я не могла этого сделать. Когда Его светлость получил предсказание от святой храма о том, что Тиана будет найдена, я была вне себя от радости. Но ожидание… ожидание было таким долгим.... Бесконечные причитания герцогини стали одновременно печальными и подозрительно нежными. Могло ли это быть? -… Когда Дотт продолжала молчать, не в силах больше этого выносить, герцогиня поднялась на ноги и достала что-то из ароматной деревянной шкатулки. - Это… это принадлежит тебе, не так ли? Если ты можешь вспомнить, когда и как его получила, пожалуйста, скажи мне. О, нет! Это шелковый халат Морганы! Тот самый, который Дотт так тщательно спрятала в своем гардеробе, чтобы никто его не нашел! И теперь он был в руках герцогини? Как такое могло случиться? Дотт никому не рассказывала о его местонахождении! На мгновение запаниковав, Дотт замаскировала свой страх внешним спокойствием. Однако внутри она была в ужасе и на грани срыва. "Если она обнаружила это сама, все кончено. Идеальное время для того, чтобы мои планы по раскрытию тайны рухнули!" Если бы простого обладания вещами молодой леди Клейн было достаточно, чтобы упрочить ее положение, Дотт как бы невзначай проговорилась бы об этом служанке, с которой подружилась в самом начале. Но это было не так. Великий Храм.... Я не могу придумать план, как пройти их проверку с моими нынешними средствами. Как я могу убедить Моргану сотрудничать? Я даже не знаю, где она, и она подозревает, что я украла у нее шелковый халат! "Это плохо. Это очень, очень плохо. Даже если я сейчас признаюсь, что халат принадлежит Моргане, она не станет меня защищать". Даже с ее умом у Дотт не было козырей в этой сложной ситуации. Что делать? Что ей следует делать? У нее пересохло во рту, когда она вспомнила свое печальное расставание с Морганой. "Моргана могла бы сама претендовать на титул юной леди и оттолкнуть меня с дороги. Ха!" Дотт и раньше недолюбливала Моргану, но теперь ее ненависть к ней разгорелась сильнее, чем когда-либо. Почему ты продолжаешь мешать мне, даже после моего путешествия в прошлое? Несчастная Моргана, у которой хватило наглости подойти в этот самый момент и спросить: "Это ты, Дотт?", хотя она даже не смогла войти в большой зал Аркадии из-за своего плачевного состояния. "Сосредоточься, Доттриция Каррис. Тебя бросили в горящий вагон, из которого не было выхода. Единственный путь вперед - выжить самостоятельно". Как и прежде, я должна преодолеть это затруднительное положение самостоятельно. "Если это так, то у меня нет другого выбора, кроме как бежать! Если я не хочу вечно жить как Доттриция, постоянно убегая от других, я должна сама проложить путь к тому, чтобы стать Тианой Мариэттой Клейн!" С этими словами Дотт прибегла к отчаянной лжи, чтобы избежать своего нынешнего кризиса. - Это... это мое. Но, пожалуйста, сначала пообещайте мне. Пообещайте мне, что сохраните то, что я собираюсь сказать, в тайне от всех, кто находится за пределами этой комнаты. - Хм? В этот критический момент Дотт сжала свои маленькие кулачки и заговорила так, как уже говорила однажды. Только на этот раз она не упомянула еще об одном предмете, которого здесь не было. Одно неверное слово может погубить ее. - Это... это моя собственность. Кажется, я пользовалась им в детстве, но подробностей не знаю. Когда я упала без сознания из-за травмы головы, оно лежало рядом со мной. - Травма головы в детстве? Герцогиня Клейн крепко зажмурилась. На холодной, продуваемой всеми ветрами земле не осталось ни пряди волос Тианы. Были обнаружены только пятна крови из раны на голове и слабые отпечатки ее маленьких туфелек, а также ужасные следы ее попыток уползти. О, моя бедная Тиана! Куда ты убежала, спасаясь от ножей бандитов? Перестань блуждать и вернись ко мне. Твоя мама ждала достаточно долго. - Да. Я не могу вспомнить многое из прошлого из-за травмы. Это такая мрачная история, что я даже не хочу слышать, как другие говорят о ней. Поэтому, пожалуйста, держите это в секрете, как я и просила. - Я понимаю... Значит, так оно и есть. Очень хорошо. Остальное предоставь мне. - И поэтому... я... Прежде чем Дотт смогла закончить, на нее упала тень. Рыцарь подошел к ней сзади и легонько похлопал по спине. Она мгновенно упала. ---------- Леди Клейн - часть 2. Когда Дотт пришла в себя, она обнаружила, что находится в совершенно другом месте. Она лежала на мягкой кровати в храме, который посещала раньше, ее голова раскалывалась от боли. Герцогиня Клейн, которая ждала, когда она проснется, крепко обняла ее, всхлипывая. - О, моя любимая Тиана! - Ч-что?! Не Доротея?… Тиана? Она имела в виду меня? - Все кончено, дитя мое. Все кончено. О, какой же глупой я была, что не узнала в тебе свою драгоценную дочь, когда ты была рядом со мной! Я недостойна называться твоей матерью. По спине Дотт пробежали мурашки. - Сможешь ли ты простить меня? Ты моя единственная, незаменимая дочь! Что происходит? Проснувшись, Дотт съела немного хлеба и супа, которые принесла ей склонившаяся в поклоне служанка. Только тогда она осознала ситуацию. Герцогиня настойчиво просила прощения за то, что довела Дотт до беспамятства. Это был отчаянный поступок, продиктованный её стремлением доказать, что Дотт — её дочь, и она умоляла Дотт понять её. Она даже дала бесполезное обещание никогда больше так не поступать, но сердце Дотт оставалось не на месте. "Тогда меня спросили через Камень Истины, действительно ли шёлковый халат и рубиновый кулон принадлежат мне. Я ловко воспользовалась ситуацией и отправила Моргану в соседнюю комнату, чтобы она ответила от моего имени". В отличие от прошлого раза, Дотт больше не могла контролировать события, разворачивающиеся вокруг неё. Заложенный ею фундамент теперь ускользал из её рук, и она не понимала, что происходит. "Но... Моргана действительно здесь, в Великом храме? Этого не может быть. Меня привезли сюда, когда я была без сознания. Что же, чёрт возьми, происходит...?" Дотт была в ужасе. Что, если Святая Кафия в любой момент может прийти в храм и заявить, что результаты проверки были ошибочными и что эта девушка не имеет никакого отношения к семье Клейн? Меня будут пытать, пока я не раскрою происхождение шёлкового халата, а потом казнят за подделку документов! Я всего лишь хотела выиграть время, так почему же ситуация выходит из-под контроля? Дотт, наговорив кучу лжи, дрожала от страха, но ничего подобного не произошло. Когда она едва слышно спросила: «Это... здесь живёт Святая?» — ей ответили, что Святая Кафия уже несколько дней как уехала, погрузившись в смиренную молитву. - Всё сделано, Тиана. Давай вернёмся. Я позабочусь о том, чтобы ты до конца своих дней жила в комфорте и роскоши, в которых тебе было отказано. Мне искренне жаль, что тебе пришлось взять на себя обременительную роль Эйны. С этого момента я обещаю, что у тебя не будет ни одного печального дня. - Да, да... Герцогиня Клейн нежно накинула на Дотт свою шаль и помогла ей сесть в карету. Роскошная карета умчалась прочь от храма, словно намереваясь никогда не возвращаться. В резиденции герцога Клейна к Дотт отнеслись с величайшим гостеприимством. Ей подарили шёлковое платье, гораздо более лёгкое и гладкое, чем все те, что она когда-либо носила, а также изящный браслет с голубыми сапфирами, который с любовью застегнули на её запястье. Герцогиня тепло улыбнулась. - Хо-хо, Кассель — капитан рыцарей Голубой Розы, ты же знаешь. Надеюсь, это поможет вам с Касселем сблизиться как брату и сестре. В последнее время он довольно занят, но я обязательно поговорю с ним, когда он вернётся. - Лорд Кассель? - Лорд? Теперь он твой старший брат, не так ли? Забудь о старой обиде. В конце концов, кровь гуще воды. Тебе не о чем беспокоиться. - Ах… да. Конечно, Дотт любила драгоценности. И всё же мысль о неизменно холодном поведении Касселя вызывала у неё беспокойство. Процесс верификации завершён, не так ли? Всё получится... должно получиться. Если мне и суждено в жизни хоть раз повезти, пусть это будет сейчас. Вещи Дотт, оставшиеся с тех времён, по большей части были выброшены, и ей выделили ту же комнату, что и тогда, когда её впервые признали дочерью герцога. Поскольку всё было сделано в спешке, большая часть мебели была простой и выкрашенной в белый цвет, в отличие от прежней обстановки. - Просто наберись терпения. В мебели, которую делают наспех к зиме, часто используют некачественную краску и материалы, так что лучше заказать новую в следующем году. Весной я идеально украшу твою комнату. А пока давай займёмся подготовкой зимних платьев и плащей для тебя. Дотт бесстыдно обняла герцогиню. - Всё и так идеально. Мне до сих пор трудно поверить, что я часть этой семьи. Правда… действительно? - О, моя дорогая Тиана! Что бы там ни говорили, ты моя дочь, моя драгоценная и благородная принцесса. -…Эм, я хотела бы кое о чём вас попросить. - Всё, что угодно. Просто скажи. От ободряющих слов герцогини в Дотт проснулось ненасытное честолюбие. Может, мне стоит попросить несколько золотых монет и поторопиться с делом… Самым важным было разжечь огонь, который снова уничтожит монастырь Грейс в засушливую зиму. Не было нужды убивать многих. Достаточно было позаботиться о Берил и её дочери. Что касается остальных? Они могли умереть, а могли и не умереть, это не имело значения. Конечно, её старая семья в деревне, которая знала её настоящее имя, тоже должна была исчезнуть. ---------- Братья и сестры хуже незнакомцев. "Как и раньше, я могу нанимать наёмников из Тёмной гильдии по одному. Они без колебаний будут убивать людей за деньги, не так ли? Кроме того, что они сеют хаос в столице…" Когда я подумала о том, что время решающей битвы сдвинется лишь на несколько часов, тревога немного отступила. Однажды мне это удалось. Нет никаких причин, по которым я не смогу сделать это снова. Но проблема была в том, что произошло потом. "Мне не по себе, потому что я не знаю, где сейчас Моргана. Избавиться от неё — лучший способ устранить самое большое препятствие. Но как?" Тогда было легко разработать план, ведь они жили вместе в поместье герцога. Теперь, похоже, она покинула монастырь, и найти её будет непросто. "Судя по её внезапному появлению во дворце… Могла ли она стать чьей-то любовницей? Но её наряд был недостаточно экстравагантным для этого. А теперь, когда я получила титул дворянки, я не могу просто так открыто искать Моргану. Это вызовет слишком много подозрений". После того как её отвели в Большой храм Верховного божества, шёлковый халат, предназначенное для младенцев, так и не вернули. Герцогиня Клейн забрала его, заявив, что не может смотреть на него без слёз при мысли о своей маленькой дочери. Дотт не осмелилась возражать и промолчала. Меня также беспокоит рубиновый кулон, который я не смогла вернуть, но сначала нужно выяснить, что задумала Моргана и где она. Эта… эта девушка подозревает меня в краже шёлкового халата! Если она расскажет об этом настоятельнице Берил и её дочери, это создаст проблемы. Ну ладно тогда… "Мне нужно внимательно следить за передвижениями в монастыре. Кроме того, я должна убедиться, что никто здесь не распускает слухи. Если станет известно, что меня опознали как дочь герцога по шёлковому халату, это будет катастрофа". Дотт изобразила самое жалостливое выражение лица. - Эм, вы же знаете, что я жила в монастыре Грейс, верно? - На самом деле я планировала отправить туда кое-какие полезные припасы, чтобы подготовиться к зиме. О, Доротея — нет, Тиана. Я ведь могу называть тебя по имени, не так ли? - Конечно, можете. Пожалуйста, зовите меня так почаще. Герцогиня Клейн тепло улыбнулась, довольная тем, как нежно относится к ней её давно потерянная дочь. - Ты так долго отсутствовала. Мы должны отблагодарить монастырь, который заботился о тебе всё это время. Ах, как я жалею, что все эти годы ругала Его Превосходительство за то, что он иногда уезжал так далеко. Мне следовало сопровождать его. - Я пробыла там недолго… Я бродила туда-сюда, и монастырь был последним местом, где меня приютили. - О боже! Тщательно подбирая слова, Дотт прощупывала почву. Глаза герцогини наполнились слезами. Моя дочь бесцельно бродит, ничего не помня. Как трагично! Почувствовав возможность, Дотт сыпала ложью, не успевая вымолвить ни слова. - Вот почему… Несмотря на то, что у меня были такие вещи, как шёлковый халат, я боюсь, что пойдут слухи о том, что они даже не пытались меня найти. Хотя лицо герцогини помрачнело, она всё же заступилась за монастырь. - Вероятно, у них не было средств, ведь им нужно было заботиться о таком количестве детей. Конечно, Дотт так просто её не отпустила. - Больше всего меня беспокоит то, что люди могут начать судачить о моём прошлом, называть меня нищенкой, когда я приеду в монастырь. Я не против того, чтобы они знали, что я дочь герцога, но я бы предпочла, чтобы они не копались в деталях. - Кто посмел говорить о тебе такое? Когда лицо герцогини помрачнело, Дотт воспользовалась возможностью и продолжила клеветать на монастырь. - Я не была там самой любимой и обожаемой ученицей. Мне приходилось часами мести и подметать, чтобы настоятельница обратила на меня внимание. - Они посмели пренебречь тобой? Мать-настоятельница заговорила с тобой только после того, как ты натёрла руки до крови, убираясь? Они что, с ума посходили? Герцогиня яростно закричала, и её голос прогремел, как гром. Дотт вздрогнула. Когда она на моей стороне, на неё можно положиться. Но если она когда-нибудь узнает обо всём этом… я обречена. - Я-я не это имела в виду… - Я не могу простить их! Я этого не потерплю! Как они смеют так обращаться с моей драгоценной дочерью? Немедленно готовьте экипаж! Я пойду и сама преподам им урок! - Пожалуйста, подождите! Я не держу зла на монастырь, герцогиня. В конце концов, они приютили меня, когда мне больше некуда было идти. Пожалуйста, успокойтесь и не привлекайте их к ответственности. - Герцогиня? Теперь тебе следует называть меня "мама". Ладно, прекрасно. Я отменю доставку зимних припасов. - Я только надеюсь, что не распространятся ненужные слухи и мы будем держаться на разумной дистанции, как сейчас. Полуправда-полукриво, Дотт сыграла роль несчастной жертвы, и герцогиня неохотно успокоилась. - Я позабочусь о том, чтобы Его превосходительство больше туда не ездил. Как только им урежут финансирование, они пожалеют об этом и приползут к тебе на коленях! Но ты их не простишь. Эти жалкие глупцы! Прежде чем это случится, они лишатся голов. Мама, просто подожди. Не колеблясь, Дотт дала волю своим коварным мыслям и уткнулась в плечо герцогини. Настало время для последнего удара. - М, мама… - Да, моя дорогая. О боже… Подумать только, я отправила тебя в храм сразу после рождения и только сейчас смогла обнять тебя. - Спасибо, что нашла меня, мама. - С теми, кто проявил неуважение к тебе, когда ты вернулась в качестве Эйны, мы скоро разберёмся. Ты будешь спокойно жить в моих объятиях, а позже выйдешь замуж за представителя знатной семьи и станешь уважаемой дамой. Наконец-то я приближаюсь к тому, чтобы вернуть себе своё славное прошлое. Воодушевившись, Дотт продолжила осыпать герцогиню ласковыми словами. - Я даже думать не хочу о браке. Я просто... вне себя от радости, что наконец-то нашла свою настоящую семью, родителей и близких, о которых всегда мечтала. - Да, да. Я понимаю. Дотт, которую по чистой случайности признали дворянкой, наслаждалась новообретённой роскошью. Поскольку её занятия с Эйной были прерваны, ей почти нечего было делать. Зима, казалось, замедлила поток приглашений в поместье герцога, но герцогиня всё равно отклоняла их все. Даже визиты из герцогства Орлеан и маркизата Хианте прекратились после их первых визитов. Вероятно, потому, что их заставили присутствовать на королевском зимнем балу, где она должна была официально представиться как леди Тиана Мариетта Клейн. Тебе лучше пойти. "Фу…" Если что-то и беспокоило её, так это то, что Морис Клейн, в отличие от прежних времён, не проявлял ни привязанности, ни удовлетворения по отношению к так называемой «леди Клейн». Герцог Клейн, хоть и не был таким же любящим отцом, как герцогиня, казалось, пытался загладить вину за то, что потерял дочь в детстве. Он осыпал её всевозможными роскошными подарками: платьями, лентами, сладостями и драгоценностями. Однако она отодвинула в сторону тёмное, дурно пахнущее какао, которое он ей предложил, посчитав его отвратительным. По сравнению с тем, что делал герцог, Морис вёл себя гораздо хуже — настолько, что это даже нельзя было сравнивать. Настоящая проблема заключалась в том, что их отношения были натянутыми ещё до того, как она подошла к нему, чтобы рассказать о своих трудностях с Касселем. Теперь при встрече с ней он почти не выражал никаких эмоций. Герцогиня, не в силах выносить то, как брат и сестра относятся друг к другу, как к незнакомцам, наконец отругала его. - Морис, Тиана — твоя сестра! Как ты можешь так холодно с ней обращаться? Ты её напугаешь! - Да. Его ответ был настолько безразличным, что в комнате стало холодно. - «Да»? Тиана пережила столько трудностей, прежде чем воссоединилась с нами! Если бы Его Превосходительство не получил божественное откровение от Верховного Божества, которое подсказало ему, что сначала нужно обучить Эйну, её бы здесь не было! - … - Почему ты не относишься к ней как к члену семьи? Тебя вообще не интересуют наши дела? - Мама, всё в порядке. Пожалуйста, не будь так строга… Дотт испытывала мрачное удовлетворение, возможно, из-за всего того, что ей пришлось пережить в прошлом. Мысль о Морисе, превратившемся в воздушного змея без нити, показалась ей по-настоящему забавной. Из-за внезапного возвращения наследника все преимущества, которые он когда-то имел как второй сын, теперь полностью перешли к его новообретённой младшей сестре. Может, мне просто позволить этому случиться? Дотт ненадолго задумалась, но поняла, что не может допустить, чтобы герцогиня слишком разволновалась. Если по какой-то причине последствия дойдут до монастыря Грейс… "Если из-за её выговора кто-то вспомнит о шёлковом халате, это станет проблемой. Что, если настоятельница Берил и её дочь скажут, что халат принадлежал Моргане? Фу, посмотрите на меня, я милостиво предлагаю снисхождение направо и налево". Теперь, когда всё изменилось, появилось ещё одно неудобство. Тогда, начиная с самого низа, у неё было достаточно времени, чтобы тщательно спланировать и осуществить свои замыслы. Она даже сумела накопить на карманные расходы, выделяемые герцогом и герцогиней, и заранее наняла Тёмную гильдию, чтобы та сожгла её старый загородный дом. Теперь, несмотря на то, что герцог выделял ей щедрое содержание, у неё не было времени покидать поместье. Герцогиня постоянно крутилась рядом и при любой возможности со слезами на глазах рассказывала о своей драгоценной дочери. Даже когда герцогини не было рядом, в поместье было полно слуг. Остаться незамеченной было практически невозможно, а если бы ей и удалось выбраться, повсюду были бы шпионы. Ранее она уже наладила связи с Тёмной гильдией, выполнив для них задание и установив безопасный способ связи с помощью кодов. "Ох, мне отчаянно нужно время, чтобы свободно передвигаться, но это сводит меня с ума. Я даже не могу ненадолго вернуться в монастырь после того, как плохо о нём отозвалась. Что теперь? Чтобы с нуля найти новых союзников, потребуется время". Дотт, по сути, сама загнала себя в ловушку собственной лжи, из которой не было простого выхода. Как только её мысли устремились в ещё более тёмное русло, герцогиня взорвалась от гнева. - Довольно! Морис, если ты не можешь взять себя в руки, уходи из этой семьи! Ты уже взрослый, так что иди и сам о себе позаботься! - Понял. Бросив на нее холодный взгляд, Морис развернулся и вышел из дома. Его внезапный и незапланированный уход ошеломил всех. - Мо… Морис! Дотт протянула руку, словно пытаясь остановить его, но Морис даже не остановился. Он зашагал прочь, не оглядываясь. Герцогиня, тяжело дыша, громко причитала. - Как такое могло случиться! Кассель слишком занят, чтобы даже приходить домой, с тех пор как его назначили новым капитаном рыцарей, а Морис, который день и ночь здесь, даже не удосуживается позаботиться о своей единственной сестре! - Мама, пожалуйста, не будь с ним слишком строгой. Я была так сосредоточена на уроках в роли Эйны, что у меня не было времени как следует сблизиться с Морисом. Когда он вернётся, я постараюсь быть более внимательной. Куда ещё он мог пойти? Скорее всего, он прокрадётся обратно с наступлением темноты. Дотт мысленно ухмыльнулась. Морис Клейн всегда был трусом, и она уже могла предугадать его дальнейшие действия. - О, моя милая, любящая дочь. Как твоё сердце может быть таким чистым? Ты и правда ангел. Герцогиня нежно погладила Дотт по щеке рукой, мягкой, как птичье крыло. ---------- Подозрительное существование, моя младшая сестра. Да, так и должно быть. Называть себя аристократом, добившимся всего самостоятельно, и при этом едва справляться с домашними делами, нанимая всего одну служанку? Я не могу вернуться в те времена. Путь, который я выбрала, всегда приводил меня сюда. Глаза Дотт горели необузданным честолюбием, её зловещая аура едва угадывалась. - Мама… - Да, да, я понимаю. С этого момента я посвящу тебе всю свою жизнь. Ни о чём не беспокойся. - Да… Дотт прижалась к герцогине и томно вздохнула. Принц Силлас, которого она едва могла разглядеть на празднике урожая, даже пряди его волос не было видно, был её единственной надеждой. Всё, чего она желала, — это услышать о его женитьбе на элегантной леди Клейн. Наверняка, после трёх лет одиночества ему пора принять решение? — — — Даже когда наступила ночь и забрезжил рассвет, Морис так и не вернулся. Но у Дотт не было причин для беспокойства. В конце концов, он взрослый мужчина, второй сын герцога, у которого нет недостатка ни в деньгах, ни в кредитах. Он справится. Чем дольше он будет нам перечить, тем хуже для него. Глупец. Что касается дел Великого Храма… возможно, то, что шептали информаторы из Тёмной гильдии, было правдой. За последние несколько десятилетий божественная сила жрецов и даже Святой значительно ослабла. Предсказания, оракулы и высокоуровневая святая магия — всё это больше не было надёжным. Должно быть, именно поэтому они наугад присвоили себе личность леди Клейн, опираясь на какой-то редкий артефакт. Молодцы, идиоты. Вы ухватились за самую толстую верёвку, какую только смогли найти. Дотт смотрела на своё отражение в богато украшенном зеркале с узором в виде лебедей, и её губы изгибались в лукавой улыбке. * * * - … - Командир. - Передайте это сотрудникам из герцогства Клейн и отправьте их в путь. - Да, сэр. Кассель глубоко вздохнул и протянул письмо своему помощнику. С тех пор как наследный принц по возвращении в столицу поручил ему руководство рыцарями Голубой Розы, началась подготовка к его инаугурации и предстоящему зимнему балу. Но важнее бала была решимость наследного принца наконец выйти из изоляции — долгожданное решение. Фэй была глубоко вовлечена в эти события, и внимание Касселя было приковано к другим вещам. Однако его семью постигла серьёзная беда. "Доротея… это Тиана?" Герцогиня Клейн вернулась из Великого Храма, утверждая, что подтвердила личность Доротеи как Тианы. Даже услышав это, Кассель не испытал никаких эмоций. Всё это казалось таким нереальным, словно он хватался за облака. На самом деле ему стало ещё больнее, когда голос отца задрожал, когда он сказал: «Наша Тиана…» Честно говоря, Кассель не до конца верил, что Доротея — это Тиана. Дело было не в неверии, скорее, он не хотел в это верить. Святая Кафия, которая в настоящее время проживает в Великом храме, уже не раз ошибалась в своих предсказаниях и пророчествах. Эксклюзивные тесты на отцовство с использованием божественной магии, которые когда-то были дорогостоящей привилегией, вызывали немало споров. Даже у недавно появившегося Камня Искателя Истины были свои скептики. Истории тех, кто им пользовался, свидетельствовали о том, что при тщательном расспросе можно было получить уклончивые ответы. Был даже скандал, о котором знали лишь немногие: кто-то использовал камень, чтобы обмануть супруга, у которого было слабое здоровье, и зарегистрировал в семье поддельного наследника. Этот инцидент был тихо замят ради чести храма. Но что показалось Касселю самым подозрительным, так это причина, по которой он вдруг усомнился в личности Доротеи. "По словам матери, служанка обнаружила в гардеробе Доротеи необычную вещь и сообщила об этом. Но зачем им было рыться в её летнем гардеробе посреди зимы? И как они смогли так точно определить, что шёлк был произведён в нашем герцогстве? На шёлке нет бирки с названием". Кассель заподозрил слугу, который нашёл шёлковый халат. Казалось необходимым выяснить, кто они такие и как попали в поместье Клейна. Тем временем герцогиня была твёрдо убеждена, что Доротея — это Тиана, и обратилась к нему с конкретной просьбой: На предстоящем зимнем балу, приуроченном к вступлению Касселя в должность командующего рыцарями Голубой Розы, сопроводите её и официально объявите о её возвращении в качестве леди Клейн. "Поскольку всё это произошло, пока меня не было, я не могу расспрашивать о подробностях в письмах. Если у этой слуги есть скрытые мотивы, мы должны действовать осторожно". Таким образом, Кассель воздержался от подробного изложения своих сомнений в письме. Вместо этого он написал вежливый ответ, в котором предположил, что, поскольку бал был организован королевской семьёй и был направлен на восстановление связей между Орлеанами и Хиантами, было бы лучше официально представить Тиану на весеннем балу. Его первоначальный черновик, в котором прямо говорилось, что личные дела не должны мешать королевским мероприятиям, был скомкан и выброшен. Он не хотел без необходимости провоцировать мать. Вздох… Глядя в окно, Кассель заметил, что на небе сгущаются не по сезону тёмные тучи, словно отражая тяжесть у него на сердце. Что касается Мориса… Его младший брат ушёл из дома после громкого скандала с герцогиней, который произошёл вскоре после того, как была раскрыта предполагаемая личность Доротеи. Теперь он проходил обучение в качестве оруженосца в Ордене Рыцарей Ворона и жил в общежитии для младших членов ордена. "Сделаю все возможное". В кои-то веки Кассель не счёл Мориса жалким. Учитывая возраст Мориса и его целеустремлённость, Кассель искренне надеялся, что его брат добьётся чего-то значимого. Решение Мориса вступить в Орден Рыцарей Ворона, а не в Орден Голубой Розы, даже не вызвало у него беспокойства. Пока Рафаэль был там, Морис не подвергался несправедливому обращению; Рафаэль мог время от времени присматривать за ним. "Я не более рационален, чем наши родители". Кассель прекрасно понимал, что не должен так себя чувствовать. Тиана выросла в бедности, пропала без вести и вернулась только благодаря череде чудесных совпадений. Однако вместо того, чтобы ругать Мориса за то, что он бросил свою единственную сестру, Кассель молча подбадривал его. И всё же сердце Касселя всегда было далеко от Тианы, девушки, которая когда-то жила под именем Доротея. Младшая сестра, которую он смутно представлял себе… Сумела бы она вообще произнести хоть слово в нашем присутствии? Дрожала бы она, потрясённая величием герцогства, о котором она только слышала? Ты должна была вернуться, когда тебе исполнилось бы шесть, Тиана. Говорили, что ты часто болела, поэтому я не могу представить, как ты ярко улыбаешься, словно солнце. Ты, наверное, была бы хрупкой маленькой девочкой с бледным лицом и неловким выражением лица. Ты бы с тревогой оглядывалась по сторонам и думала: «Это правда мой дом? Кто эти люди?» Ты бы крепко сжала руку няни, уткнулась лицом в её юбку и расплакалась. Внезапно оказавшись в незнакомой, пугающей обстановке, ты была бы напугана и подавлена. Если бы ты закричала, мы бы все бросились к тебе — мама, Морис, папа и я, — чтобы утешить тебя. Мы бы сделали всё, что могли. Я бы плюхнулся на землю, притворяясь лягушкой, или нарвал цветов в саду и принёс тебе, или устроил бы набег на кухню и принёс тебе сладкие пудинги и кексы. И всё же ты, скорее всего, не улыбнулась бы сразу, а надула бы губы с застенчивым, сдержанным выражением лица. Бедняжка. В кого ты пошла? В отца? В мать? Или у тебя, как и у меня, густые чёрные волосы, как у наших предков? Как бы ты ни выглядела, Тиана, ты — драгоценное, милое создание. Даже если на тебе остались шрамы от долгой болезни, это ничего не меняет. "Святая наводила на нас ужас, постоянно предупреждая, что состояние Тианы часто было критическим. Вот почему твоя няня и четыре служанки оставались в храме почти пять лет". Оглядываясь назад, я понимаю, что, каким бы тяжёлым ни было твоё состояние, нам следовало отправить художника, чтобы он написал твой портрет, когда тебе было три года. Теперь, когда я тоскую по тебе, у меня нет ни одной вещи, которая помогла бы мне представить тебя. Размышления о прошлом только усиливают моё сожаление. Всё, что было связано с Тианой, вызывало у него болезненные угрызения совести. Возможно, именно поэтому, несмотря на радость, которую он должен был испытывать, всё это казалось таким нереальным. Вздох… В конце концов с губ Касселя сорвался тяжёлый вздох. Тепло, которое, как он думал, он почувствует, встретив Тиану, было похоже на зимнюю стужу. — — — В день зимнего бала. Церемония вступления Касселя в должность командующего Рыцарями Голубой Розы завершилась досрочно, и главы двух враждующих семейств без проблем подтвердили своё присутствие. Однако герцогиня Клейн, разочарованная ответом своего старшего сына, пришла одна, без юной леди, о которой шла речь. Кассель утешал себя мыслью, что официальное представление состоится тёплой весной, когда всё прояснится. Но потом случилось нечто неожиданное. Один за другим люди начали собираться вокруг него и герцогини, чтобы поздравить их с возвращением леди Клейн. - Поздравляю, командир Кассель. Я слышал, вы наконец нашли свою сестру? - Как вы об этом узнали? Взволнованно спросил Кассель, но собеседник лишь пожал плечами. - Хорошие новости распространяются быстро. Я с нетерпением жду встречи с очаровательной леди Клейн. И это были не один или два человека. Несколько влиятельных семей подошли с аналогичными поздравлениями, и все они предполагали, что проверка Великого Храма задержала объявление. Это было необычно. Уже заподозрив неладное, Кассель подошёл к герцогине. - Мама, ты что-нибудь говорила о Тиане? - Я? Нет. Но я не старалась изо всех сил скрывать это, особенно после того, что произошло в храме. - Есть какие-нибудь идеи, как могли распространиться слухи? - Ну, ювелир недавно изготовил несколько изделий, предназначенных для нашей Тианы. Возможно, люди складывают два и два вместе? - …. - Оглядываясь назад, я понимаю, что, возможно, было бы лучше привести Тиану на этот бал, — заметила герцогиня, сохраняя самообладание, как и подобает светской львице. Тем не менее она не смогла сдержать упрёк в голосе, обращённый к Касселю. Даже наследный принц, который ненадолго появился, чтобы выступить посредником между двумя семьями, герцогством Орлеан и маркизатом Хианте, поднял этот вопрос. - Говорят, ты нашёл леди Тиану Мариетту Клейн? -…Да, пока что. Силлас заметил, что в ответе Касселя есть подвох, но не стал настаивать. - Понятно. Я с нетерпением жду встречи с ней следующей весной. Таким образом, официальный дебют леди Клейн был неофициально назначен на весенний бал, и это подтвердил не кто иной, как сам наследный принц. Такой поворот событий обрадовал герцогиню. - Ну да. Представить Тиану в весеннем наряде гораздо лучше, чем в этом унылом зимнем. Мне следовало об этом подумать. Мы нарядим её так роскошно, что все пожалеют о том, как с ней обращались. Мы покажем миру, что такое настоящая дворянка этой страны! - … Когда Доротея была Эйной, её никто не любил, и по большей части она сама была в этом виновата. Профессор Пошетт никогда не хвалил её, и этим не стоило гордиться. Хотя её первоначальный этикет за столом, осанка и манера сидеть были приемлемыми, она так и не стала лучше в этих аспектах, что явно свидетельствует о том, что она не прилагала усилий. ---------- Заговорщик в стане врага - часть 1. Почему они это сделали? Было ли это потому, что у них не было стойкой привязанности к званию Эйна, или, возможно, они не чувствовали необходимости действовать? Было ли это одно из двух? "Что-то здесь не так". Доротея, Доттриция, Тиана. Кассель мысленно повторил три разных имени по порядку. В тот день после окончания бала он вместе с Герцогиней возвращался в поместье герцога в карете. Как бы невзначай он спросил: - Мама, а что насчёт шёлкового халата Тианы? Правда ли, что никто его не узнал, когда она впервые стала в Эйной? - Да, верно. Это то, что она, должно быть, хранила с детства. Вполне естественно, что она взяла это с собой, ведь это её вещь. Мы сами сшили её для неё, когда она была маленькой, и отправили в храм. - Его обнаружила горничная, которая тогда занималась шитьём? - Нет. Кто-то перебирал одежду и нашёл ткань, которая была слишком тонкой и нежной, чтобы быть обычной, поэтому они принесли её старшей горничной. К счастью, я оказалась рядом. Касселю эта ситуация показалась слишком уж случайной. Почему они начали расследование именно тогда, когда его мать была со старшей горничной? И зачем рыться в чьих-то вещах именно в этот момент? Было такое ощущение, что кто-то уже просмотрел этот вопрос и ждал подходящего момента, чтобы начать действовать. Кассель подозревал, что вся эта череда событий могла быть делом рук внутреннего осведомителя. "Я слишком долго оставлял поместье без присмотра. Четыре года провел на границе, полагая, что все будет спокойно. Как глупо с моей стороны. Зная, что мои родители теряют рассудок, когда дело касается Тианы, я должен был с самого начала взять все в свои руки." Его руки незаметно сжались в кулаки. Он успокоил Герцогиню, пообещав вернуть Мориса в поместье и обращаться с ним соответствующим образом, когда придет время. Новые знаки отличия рыцаря-командора на плечах Касселя не отражали бремя ответственности; напротив, они излучали решимость. Когда дело дошло до предстоящих дел, он был полон решимости не допускать никаких сожалений. * * * В других местах Башни магов… Фэй рассеянно сидела у окна на одном из верхних этажей. - ...эй? Фэй? - Хм? О, Холтдайн. Недавно Фэй узнала, что семья Клейн нашла свою давно потерянную дочь. Честно говоря, она смутно чувствовала это. Ундина, которую она оставила возле дома Сильфии, перестала возвращаться через несколько дней после того, как Дотт посетила этот район. Вскоре после этого горничные ворвались в дом, забрали часть вещей и оцепили прилегающую территорию. Она предположила, что было два возможных исхода: либо Дотт была изгнана, либо она выкинула какой-то трюк, чтобы вернуть себе признание в качестве дочери герцога. Оказалось, что это последнее. Вот и вся информация, которую Ундине удалось узнать, прежде чем она вернулась в царство духов, лишившись своей энергии. Фэй не стала вызывать ее снова, поскольку усилия были бы напрасны, если бы Дотт уже находилась в поместье Клейн в качестве признанной дочери. Это означало только одно: Дотт наконец-то выпустила когти. То, чего смутно ожидала Фэй, теперь было опасно близко к осуществлению. Однако Фэй не сидела сложа руки. Она отправила троих из четырех своих помощников в окрестности монастыря Грейс, приказав им предупредить номер Четыре, если они почувствуют что-то подозрительное, и немедленно тушить пожары. Фэй была готова примчаться в случае необходимости. Дотт, теперь восстановленная в правах дочери герцога, могла в любой момент поджечь монастырь. Рост Фэй как мага воды сделал возможными такие приготовления. Когда Фэй впервые прибыла в Башню Магов, четыре Изящных Эха вместе взятые были и на йоту слабее ундины. Во время своего регресса Фэй вызвала бурю только потому, что четыре Изящных Эха усилили ее волю. По отдельности их было недостаточно. Теперь они могли справляться с заданиями самостоятельно, благодаря тому, что Фэй поделилась с ними своей магией воды, что было значительным улучшением. Холтдайн, не подозревая о том, что происходит в голове Фэй, пробормотал: - Кстати, в последнее время я нечасто вижу сэра Люциуса. - Он, наверное, в библиотеке. Фэй ответила пренебрежительно, хотя глубоко переживала его отсутствие. Хотя Момо все еще оставался рядом с ней, Люциус, хозяин Момо, явно избегал ее. Хотя его комната находилась прямо напротив, дверь в нее всегда была плотно закрыта. Если раньше дверь была приоткрыта, позволяя ей видеть, как он читает, то теперь она была закрыта, словно отгораживаясь от нее. Люциус проводил утро в библиотеке, а днем куда-то исчезал. Распорядок дня Фэй, который включал в себя исследования по утрам и выбор книг после обеда, больше не совпадал с его. Только сейчас, после такой резкой перемены, она поняла, насколько раньше он подстраивал свое расписание под ее. "Почему он избегает меня? Я чем-то расстроила его?" Фэй почувствовала беспокойство. За время пребывания в монастыре Грейс ее от природы робкий и послушный характер не раз приводил к тому, что она сталкивалась с подобными ситуациями. Люди, которых поначалу привлекали прекрасные нежно-розовые волосы, быстро разочаровывались в мрачности и непреклонном характере Морганы и уходили от нее так же быстро, как и приходили. Я знаю… Я знаю, что по натуре своей склонна к чрезмерной целеустремленности. Разве это не так? Даже после возвращения из мертвых я предпочла все бросить, вместо того чтобы бороться за то, чтобы докопаться до истины и восстановить свое положение. Да, я жалкая. Я знаю, насколько я порочна, но я все еще пытаюсь измениться. Я пытаюсь стать лучше, чем был раньше. ----------