<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><book-title>Тёмная Леди</book-title><author><first-name>Автор</first-name></author><annotation><p>У Альбуса Дамблдора всё было рассчитано, но что-то пошло не так — и вот он опять на пороге этого гиблого места.</p><p>— Вы что-то хотели, мистер Дамблдор?</p><p>— Да, я ищу одну девочку, её зовут Белла Поттер.</p><p>— Белла Поттер... — женщина задумчиво перебирала бумаги. — Таких у нас не значится, в тот период поступила лишь одна девочка — Беладонна Певерелл.</p><p>Альбус надеется всё поправить, но тьма уже вызревает внутри юной Леди. Похоже, Приют Вула проклят самой смертью.</p><p>Волан-де-Морт заинтригован.</p></annotation><coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage><lang>ru</lang><genre>fentezi</genre><genre>magiia</genre><date value="2026-11-22">22.11.2026</date></title-info><document-info><author><first-name>FB2 Generator</first-name></author><program-used>FB2 Generator</program-used><date value="2026-11-22 06:46:41">22.11.2026 06:46:41</date><id>temnaia-ledi</id><version>1.0</version></document-info></description><body><title><p>Тёмная Леди</p></title><section><title><p>Ради общего блага</p></title><p>Стояла холодная ноябрьская ночь.</p><p>За окнами выл пронзительный ветер. Тяжёлыми редкими каплями моросил дождь. Тисовая улица спала.</p><p>В одночасье на крыльце дома под номером четыре возникло две фигуры, скрытых в сумраке ночи.</p><p>Шагнув на порог, они показались в свете жёлтого уличного фонаря. Длиннобородый старец держал под руку щуплую спутницу в остроконечной шляпе. На руках женщины лежал годовалый ребёнок, завёрнутый в тонкое шерстяное одеяльце. Он, иногда всхлипывая сквозь сон, ворочался, пытаясь прижаться к тёплой груди, чтобы скрыться от холодного ночного воздуха и ветра. Взрослые волшебники опустили дитя в только что трансфигурированную корзину, оставив в ней, помимо ребёнка, конверт. Кажется, в нём были объяснения для семьи Дурсль, будущих опекунов Девочки-Которая-Выжила.</p><p>— Альбус, может, всё-таки отдать девчонку магам? Я уверена, что многие семьи считали бы честью воспитывать наследницу Поттер, — неуверенно проговорила женщина.</p><p>— Эх, Минерва, — сокрушённо пробормотал старец, — Девочка должна взрастить добро в своём сердце. Слава очернит её душу, развратит её мысли. На этом доме кровная защита её матери, здесь она в безопасности. Так будет лучше для всех.</p><p>— Да, определённо, лучше для всех. Ты, как всегда, прав, Альбус, — восторженно подтвердила она, взирая на своего кумира.</p><p>— Когда придёт время, девочка обо всём узнает, а пока лучше держать ребёнка в неведении. Ради общего блага, разумеется, — произнёс старик, глядя в доверчивые глаза своей немолодой спутницы.</p><p>И откуда такой консервативной женщине было знать, что чета Поттер уже давно попрощалась с собственным чадом, выжигая её с родового гобелена.</p><p>— Конечно, ради общего блага, — вторила она, ловя каждое слово мужчины.</p><p>Повернувшись, они исчезли, продолжая свои философские разговоры. Так и не удосужившись постучать в дверь.</p><p>Девочка приоткрыла глаза; но, глядя на тёмное небо и убаюкиваемая порывами ветра, вскоре она вновь провалилась в чуткий сон.</p><p>На лбу ребёнка отчётливо красовался порез в виде молнии, нанесённый во время ритуала полного магического блока.</p><p>Впрочем, Магический мир познает другую историю. Завтра волшебникам поведают о героях войны, Лили и Джеймсе Поттер, а также о девочке, пережившей смертельное проклятье. Англия ещё долго будет скорбеть и почитать любящих родителей.</p><p>Но, к счастью, герои уже давно обживались во Франции, воркуя над Чарльзом Поттером. Капризный ребёнок, одного года отроду, рос до ужаса истеричным, но светлым волшебником и тешил родителей мыслями о достойном наследнике. А те, как никогда, радовались, что так удачно пристроили дьявольского первенца.</p><p>Стояла холодная ноябрьская ночь…</p></section><section><title><p>Проблема для Дурслей</p></title><p>Едва солнце осветило ряд одинаковых домов, улицу начали наполнять приглушённые голоса. Каждая домохозяйка спешила приготовить сэндвичи для любимого мужа, а тот чинно спешил уехать в офис, чтобы разбирать бумажную волокиту.</p><p>И пока глава семьи занимался продвижением своей бизнес-компании, любимая ухаживала за домом и садом, делилась секретным рецептом яблочного пирога с гостями и всенепременно заглядывала на чай к милым леди, живущим по соседству.</p><p>Временами такие примерные семьи устраивали совместное барбекю, пытаясь продемонстрировать окружающим свой статус и обеспеченность. Домохозяйки мечтали утереть друг-другу нос необычным ландшафтным дизайном или изысканным обустройством дома.</p><p>И главное — никаких странностей, все семьи должны быть образцовыми и правильными. Такой была Тисовая улица.</p><p>Петунья Дурсль стояла у плиты, готовя завтрак. Под глазами залегли заметные тени от недосыпания. Ведь уже который день у Дадличка резались зубки. Ребёнок просыпался в ночи, выдёргивая криками родителей, заставлял мать засыпать, склоняясь над детской колыбелью.</p><p>Женщина неспешно вышла на крыльцо, кажется, уже должны были оставить свежую почту. Влажный воздух обдал лицо утренней прохладой. Она взглянула под ноги, и её лицо вытянулось в удивлении, глаза распахнулись в ужасе, и через секунду округу сотряс пронзительный вопль:</p><p>— Вернон!</p><p>Храп, доносящийся из хозяйской спальни, прекратился, на лестнице послышались тяжёлые шаги. Толстый мужчина, кряхтя, высунулся из-за двери. Быстро моргая поросячьими глазками, он пробасил:</p><p>— Что стряслось, Петунья?</p><p>Вернон окинул взглядом свою супругу, отметив и трясущиеся руки и подкатывающую истерику.</p><p>Она лишь указала дрожащим пальцем на корзину.</p><p>— Ребёнок, Вернон. Откуда здесь чёртов ребёнок?! — взвизгнула Петунья, таращась на недоумевающего супруга.</p><p>Мужчина глазел на свёрток, отмечая заворочавшееся одеяло. Оглянувшись по сторонам, он покрылся багровыми пятнами. Где-то послышался шум открывающейся соседской двери.</p><p>— Живо в дом, пока никто это не видел! Ещё подумают, что мы как эти ненормальные! — гаркнул он, наблюдая, как жена впопыхах хватает корзину и, спотыкаясь, залетает в гостиную.</p><p>Она вытащила дитя из влажной ткани, запеленав в махровое полотенце. Найдя в корзине письмо, женщина начала читать, с каждым словом бледнея и кидая гневные взгляды на ребёнка. Под конец она присела на стул, боясь не удержаться на ногах. Её лицо покраснело, ноздри раздулись, не предвещая ничего хорошего. Наконец, с ненавистью поглядывая на младенца, Петунья передала конверт Вернону. Сопя и возмущаясь, мужчина погрузился в прочтение письма.</p><p>«Дорогая Петунья Дурсль!</p><p>Эта девочка – ваша племянница. Белла Джеймс Поттер – сирота. Её родители, Лили и Джеймс Поттер, умерли этой ночью, защищая своё дитя от опасного тёмного волшебника. Вы последние живые родственники Беллы. Смею надеяться, что вы, как никто другой, сможете позаботиться о девочке. После одиннадцатилетия она ежегодно сможет посещать школу Чародейства и Волшебства "Хогвартс". Письмо с приглашением пришлют совой в одиннадцатый день рождения. Семья Поттер сделала очень многое для Магической Британии. Многие волшебники тяжело соболезнуют вашей утрате. Я верю, что за этой девочкой наше будущее. Надеюсь, вы сможете подарить ей недостающую любовь.</p><p>С уважением, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов, директор школы Чародейства и Волшебства "Хогвартс".»</p><p>К концу письма Вернон Дурсль был в бешенстве. Брызжа слюной, он уставился на Петунью.</p><p>— Что всё это значит? — прошипел он, ударяя кулаком по столу.</p><p>Из детской послышались крики разбуженного Дадли.</p><p>— Чертовка Лили. Это всё вина моей полоумной сестрицы. Ненавижу эту тварь и всю её семейку! — женщина вцепилась в столешницу до побелевших костяшек, продолжая свою возмущённую тираду. — Мало было одной уродки, теперь ещё и эта! — отчеканила она, злобно посматривая на девочку.</p><p>Ребёнок открыл глаза и молча взглянул на женщину, от чего та вздрогнула. За ней наблюдали холодные ярко-зелёные глаза, с чёрным ободком по контуру радужки. В отличии от тёплых, травянисто-зелёных глаз Лили, эти были опасными и завораживающими, словно изумруды. Пушок цвета воронова крыла на голове, бледная жемчужная кожа и губы цвета запёкшейся крови. Всё это придавало девочке какую-то дьявольскую красоту. Даже не верилось, что у слегка симпатичной Лили и посредственного Джеймса мог родиться такой прелестный ребёнок.</p><p>Это вызвало в женщине небывалую зависть, ведь её Дадлик не удался ни внешностью, ни характером. Он был крупным, истеричным ребёнком. Но что поделаешь, если мистер и миссис Дурсль не отличались особой красотой. Чувство несправедливости сжало грудную клетку. Почему же всё лучшее всегда доставалось Лили? Волшебница, гордость родителей, симпатичная, вышла замуж за лорда из обеспеченного рода, теперь ещё и ребёнок невиданной красоты. Слава Господу, эта вертихвостка скончалась. Теперь-то она сможет отомстить сестрице за все обиды. Женщина уставилась на мужа, её взгляд приобрел решительность и холодность.</p><p>— Позвони Марджори, пускай посидит с Дадликом. Собирайся, Вернон, мы едем в приют, — сказала Петунья, вскочив и вылетев из комнаты. Вернон, провожая супругу взглядом, поднялся и пошёл одеваться.</p><p>Юная Белла, наблюдая эту сцену, лишь вздохнула, при этом в её глазах вспыхнули чёрные искры.</p><p>Через полчаса Дурсли покинули свой дом на Тисовой улице, направляясь в ближайший приют.</p><p>Приют Вула. Так называлось это сырое место. Супруги припарковали машину на обочине. Подойдя к воротам, они написали на клочке бумаги «Белла Джеймс Поттер».</p><p>Оставив корзину у дверей детского дома и подложив туда записку с именем, Дурсли собрались уходить. В последний раз Петунья взглянула в глаза этому удивительному ребёнку, и она могла поклясться, что в глубине завораживающих глаз было что-то, что не предвещало им ничего хорошего. Резко развернувшись, она поспешила к машине, пытаясь сдержать заметную дрожь. Вернон, ощутив на себе пронзительный взгляд, весь сжался и чуть ли не бегом последовал за супругой. Раздался звук заведённого мотора и мерно отдаляющейся машины.</p><p>Девочка пошевелила пальцами, и записка с именем исчезла, явив вместо себя новую. «Белладонна Певерелл».</p><p>Вскоре послышались шаги и звук открывающейся калитки. Чьи-то вздохи и причитания сопровождались шарканьем махровых тапок. Кто-то громко выругался, увидев ребёнка, и взял девочку на руки.</p><p>Мисс Грета Бёркс устроилась гувернанткой в детский дом два месяца назад. Скоро она должна была выйти на пенсию, а пока зарабатывала себе на жизнь, убирая за беспризорными сиротами. Женщина отметила исключительную внешность подкидыша, не понимая, как такого ангела можно было оставить в столь гнусном месте.</p><p>Она отнесла девочку в здание, устроила её с другими годовалыми детьми, после чего пошла в кабинет мисисс Коул — заведующей приюта. Финансирование было мизерным, дети голодали и носили обноски, но отчего-то ей подумалось, что миссис Коул согласится оставить Белладонну. «Странное имя для Англии», — подумала мисс Бёркс, устраиваясь в кабинете заведующей. Ей предстоял длинный и утомительный разговор. Только через два часа она наконец вздохнула полной грудью: уломать заведующую всё-таки удалось. С чувством выполненного долга Грета Бёркс отправилась спать.</p><p>Но ребёнок этого уже не видел, погрузившись в мирный сон.</p></section><section><title><p>Грядут перемены</p></title><p>С рассветом сырые приютские стены застыли мрачным изваянием на фоне хмурого неба. Верхушки редких облезлых деревьев скрывал туман, а ветер нещадно задувал в щели довоенного здания.</p><p>В полузаброшенном крыле чутко спала девочка. Металлическая кровать не могла полностью уместить хрупкое тельце, вынуждая принимать позу эмбриона. Жёсткие, стальные прутья холодили спину, а не по размеру маленький матрас прогибался под весом ребёнка, скрипя ржавыми пружинами.</p><p>Неподалёку зазвонил церковный колокол. Затуманенные, но от этого не менее изумительные глаза приоткрылись. Их обладательница ступила босыми ступнями на каменный пол.</p><p>Завершив утренний туалет, Белладонна Певерелл стала натягивать бесформенную одежду, состоящую из белой льняной рубашки и грубой жилетки, которые дополнялись длинной серой юбкой и балетками. Детдомовцы были обязаны носить такую форму на завтрак, в праздники и в дни посещения. Густые чёрные волосы были скручены в тугой пучок на затылке. Смотрительницы вот уже не раз делали замечание по поводу их длины: те достигли поясницы и ниспадали иссиним атласом за спиной.</p><p>Спустившись в столовую, девочка заняла свое привычное место. Окидывая взглядом помещение, она отметила других сирот с постными минами. Наученные горьким опытом, дети пытались вовремя явиться на утреннюю трапезу.</p><p>Кто-то в толпе зашёлся кашлем, кто-то чихнул, а кого-то лихорадило.</p><p>Приют никогда не располагал необходимыми медикаментами, поэтому зимы были не редки на смерти юных воспитанников. Обычно в холодное время дети делали всё, чтобы согреться. Живущие в одной комнате спали вместе, стараясь отогреться в чужом тепле. Нередко они укрывались дырявыми одеялами или затыкали щели в стенах поношенной одеждой.</p><p>Как-то во время эпидемии свиного гриппа Белладонна сама слегла с температурой, не появившись утром в столовой. Тогда миссис Коул ворвалась прямо в её спальню и нанесла десять ударов розгами.</p><p>Слёзы-сопли-слюни детишек вообще мало кого интересовали. А среди сирот был один негласный закон: «Убивай, чтобы выжить».</p><p>Вот и сейчас воспитатели лишь отмахнулись, взирая на детей с плохо скрытым презрением.</p><p>Колокол зазвонил вновь, знаменуя начало семи. Он звучал каждый новый час, что позволяло следить за временем.</p><p>Все, кроме Белладонны, поднялись с мест, начиная читать молитву:</p><p>– Отче наш, Иже еси на небесех!</p><p>Да святится имя Твоё,</p><p>Да приидёт Царство Твоё,</p><p>Да будет воля Твоя,</p><p>Яко на небеси и на земли.</p><p>Хлеб наш насущный даждь нам днесь;</p><p>И остави нам долги наша,</p><p>Якоже и мы оставляем должником нашим;</p><p>И не введи нас во искушение,</p><p>Но избави нас от лукаваго.</p><p>Ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки, – цитировали хором дети.</p><p>— Аминь! — воскликнула миссис Коул.</p><p>— Аминь! — повторили они.</p><p>Опустившись на место, женщина обратила свой взор на одиннадцатилетнюю Певерелл. Та безучастно размазывала овсянку по тарелке, не обращая внимания на остальных. Заставить чертовку исповедоваться после давнего случая со священником не смог никто. Любые наказания она выносила молча и без слёз. В общем, никакой управы на неё нет.</p><p>Белладонна вообще была себе на уме. Ещё в детстве она заметила, что отличается от других детей. Иногда вокруг неё двигались вещи. В порыве злости лопались стёкла и воспламенялись игрушки. В конце-концов заботу о девочке смотрительницы полностью доверили крайней, мисс Бёркс. Со временем женщина тоже заметила неладное. Она, будучи верующей, свято уверилась в одержимости ребёнка дьяволом и всякий раз порывалась вызвать священника. Директриса Коул долго упиралась, не желая тратить приютские деньги на подозрительные ритуалы и предпочитая пытаться выбить всякие ненормальности самостоятельно.</p><p>Но с каждым годом странности приносили всё больше убытков, и спустя три года приют навестил местный экзорцист.</p><p>— Одержима дьяволом, — изрёк он наконец отметив и внешность, и презрительный взгляд четырёхлетней девочки. Важно кивая воспитателям, мужчина выставил их за двери, на всякий случай.</p><p>Засунув девочке в рот какую-то тряпку, экзорцист привязал ребёнка к стулу, словно не замечая ужаса в детских глазах. Затем он нарисовал пентаграмму и зажёг свечи. После начал водить ими над телом, капая горячим воском и оставляя ожоги. Временами девочка мычала от боли и испуга, но в основном хранила молчание. Из-за этого мужчина лишь усерднее трудился.</p><p>После того, как кожу покрыли красные полосы, он взял в руки цепочку с крупным крестом и, сунув её в камин, разогрел на углях. Вытащив раскалённый метал, священник прижал печать чуть выше сердца, слушая приглушённую кляпом агонию. Ребёнок извивался в путах, ломая запястья, но всё равно пытаясь избежать чудовищной боли. Убрав цепочку, мужчина оценил яркий ожог в форме креста. У девочки по подбородку потекла струйка крови из прокушенной щеки, кажется, та уже была не в себе от боли. «Святой» начал шептать молитвы и размахивать руками:</p><p>— Боже, освяти это дитя и даруй ему очищение… молит тебя твой покорный слуга… изгоняя дьявола. Изыди дьявол! Изыди дьявол! Изыди сатана… — восклицал священнослужитель.</p><p>Засунув руку в карман, он извлёк оттуда нож. В следующую секунду холодное лезвие прижалось к чувствительной ране. Надавив на рукоять, мужчина начал резать кожу, оставляя струи крови стекать по животу. Девочка немыслимо изогнулась, пронзительно закричав и чувствуя, как немыслимо изогнулась лодыжка. Трепыхания приносили всё новые раны, к ней подступала безысходность. Вот и всё, она просто умрёт в четыре года, замученная ублюдочным карателем.</p><p>Внезапно Белладонна замерла, будто чего-то испугавшись, а затем вздрогнула всем телом. Ей на секунду показалось, что нечто закололо на кончиках пальцев.</p><p>Еле приоткрыв мутные от слёз глаза, она воззрилась на богослужителя. Внезапно куда-то исчезла былая безысходность и её место заняла бесконтрольная ярость. Сейчас Певерелл не желала ничего, кроме конца этому «благодетелю». Пальцы защипало активнее и девочка наблюдала, как стали закатываться фанатичные глаза напротив. Мужчина захрипел, хватаясь за горло и смотря на ребёнка с ужасом, но кровь уже просачивалась отовсюду. Из ушей, носа и глаз, оставляя следы на каменном полу.</p><p>Последнее, что прошептал окровавленными губами священник, было:</p><p>— Боже сохрани!</p><p>Стекая на пол, конвульсивно дёргающееся тело, наконец, затихло в луже собственной крови.</p><p>Но девочка уже провалилась в бездну, ощущая, как по полу растекается кровавое пятно, чувствуя, как заботливая темнота избавляет от боли тело и душу.</p><p>Проснулась она, уже лёжа на железной кровати. Припомнив недавние события, девочка ощупала повреждённые конечности. Что странно, боли от былых переломов совсем не осталось. Но при попытке подняться, болью прострелило спину. Голова гудела немилосердно, поэтому единственным благоразумным решением было опустится назад и надеяться на объяснения.</p><p>Спустя время в новую комнату просочились миссис Коул и участковый, прибывший по экстренному вызову. Хмурый мужчина как раз думал, как же его угораздило нарваться на вторую смену — задерживаться сегодня на работе откровенно не хотелось.</p><p>Белладонна была в ужасе. Всё-таки не каждый день тощая четырёхлетка убивает крупного мужчину. Но одно было понятно точно, рассказывать правду — это билет в один конец. К счастью, за неимением других версий, взрослые подумали, что у священника были проблемы со здоровьем.</p><p>Юной волшебнице оставалось только подыграть.</p><p>Полицейский тяжело вздохнул, начиная допрос.</p><p>Изображая священный ужас, девочка начала рассказывать, что у бедняги случился ужасный припадок. Описывая ситуацию подрагивающим голосом, она начала всхлипывать и заикаться. Участковый взглянул в заплаканные зелёные глаза и завис. Ребёнок был красив так, что глаз не отвести. Ну что за ангел?</p><p>— Её имя и возраст? — мягко спросил он у стоящей рядом директрисы.</p><p>— Белладонна Игнотус Певерелл, примерно четыре года, — пробубнела раздосадованная женщина, припоминая, как клятая Бёркс притащила сюда этого годовалого ребёнка на её голову.</p><p>— Любые внешние повреждения?</p><p>Воспитательница, поджав тонкие губы, начала расстёгивать детскую рубашку. Девочка вспомнила ожоги, покрывшие собственное хрупкое тело, и затаила дыхание. Мысли об уродливом отпечатке, оставленном безумным мужчиной, заставили поморщиться в отвращении.</p><p>Тонкая пижамная ткань соскользнула, открыв полностью чистую кожу, ни намёка на вчерашнее ярко-красное повреждение не осталось. Разве что еле заметный на свету шрам. Она тихо вздохнула с облегчением. Как некстати вспомнились нежные прикосновения темноты, дарящие покой и лёгкость. На неё поглядели, повертели и, кажется, участковый порядком успокоился.</p><p>Больной экзорцист вообще мало кого интересовал, но для видимости мужчина-полицейский записал данные на бумагу и после, вместе с недовольной женщиной, поспешил на выход.</p><p>Напоследок оглянувшись на красивого ребёнка, он улыбнулся и прикрыл за собой ветхую дверь. Уже в коридоре, заметив отсутствие своих вещей, он обратился к директрисе. Поэтому женщина вновь проскользнула в комнату, чтобы забрать оставленную записную книжку. Взглянув на девочку, она очень удивилась. Ещё минуту назад на пороге истерики, та сейчас сидела со спокойно-довольным лицом.</p><p>Вся былая сцена вдруг показалась какой-то напускной и наигранной. Это очень настораживало. Впившись взглядом в ребёнка, миссис Коул мысленно обещала ему все самые страшные муки. Неужели девчонка настолько хорошо себя контролирует, да ещё и смеет манипулировать старшими?</p><p>А клятая на все лады девочка уж точно не думала, что хорошо себя контролирует, силясь не отвести взгляд под устрашающим взором карательницы.</p><p>Так и не дождавшись страха в детских глазах, женщина порывисто схватила треклятый блокнот и хлопнула дверью.</p><p>Полицейский забрал свои вещи из рук директрисы и поспешил на выход. Его недовольства и след простыл. А практически неуловимая тяга к странному ребёнку так и осталась незамеченной.</p><p>Только спустя четверть часа миссис Коул устало опустилась в своё кресло. Пригубив бутылку виски, женщина прикрыла глаза. Внезапно на пороге возникла мнущаяся мисс Бёркс. Нестерпимо захотелось придушить эту верующую женщину. Нервы были на пределе.</p><p>— Чего вам? — вскинулась уставшая до ужаса Коул.</p><p>— Я не понимаю, эта девчонка, она дьявольськое отродье… это всё её вина. Я уверена, это сатана приложил руку к смерти того святого человека, — мялась растерянная надзирательница. — Говорят, она такая же, как мальчик… тот мальчик, что был до этого. Все эти дьяволы симпатичны на лицо, да только сердце у них чёрное, вот что я скажу. Вы ведь поселили её в его комнату, верно?</p><p>— Именно, — выдавила из себя директриса. Том даже спустя пятьдесят лет являлся ей в кошмарах. Что стало с ним после шестнадцати, она не знала и предпочитала оставаться в неведении.</p><p>— С этой Белладонной что-то не так, помяните мое слово. Таких уродов в колыбели надобно душить…</p><p>Не то чтобы миссис Коул была не согласна с такой точкой зрения. Но её уже сейчас немыслимо раздражали причитания верующей женщины, а с удушением можно и до завтра подождать. К тому же ребёнок рос очень самостоятельным, красивым и спокойным. Для приюта это хорошо, может, кто-нибудь удочерит? Поэтому она только гаркнула на Грету Бёркс, захлопывая дверь у той перед носом.</p><p>Развалившись в кресле, она ещё даже не подозревала, что приюту предстоит вынести.</p><p>Девочка была не просто похожа на Тома, она была хуже. Гораздо хуже и коварнее!</p><p>Мисс Бёркс так и не смогла простить себя за то, что одним холодным утром она подобрала этого ребёнка. Религиозная женщина свято уверилась в том, что должна порешить сатану и всячески пыталась подстроить несчастный случай. Но, будучи довольно умным ребёнком, Белладонна успешно её избегала, всякий раз выставляя женщину умалишённой.</p><p>Бредни старой надзирательницы не воспринимались за неимением доказательств, но та каждый раз утверждала, что видела капли крови на вещах девочки или как та говорит со змеями. На действия Греты обычно смотрели с презрением и крутили пальцем у виска.</p><p>По-хорошему, все думали, что она вообще не должна была работать в непосредственной близости с детьми, но скудное финансирование не позволяло найти ей замену.</p><p>На самом деле Белладонна Певерелл была практически копией Тома Реддла, но окружающие не нашли бы абсолютно ничего общего между этими двумя. И да, она правда говорила со змеями, вот только для маглов это было всего лишь шипением и принималось за детское дурачество. После инцидента со священником девочка вдруг заинтересовалась книгами по анатомии, поэтому сама научилась читать и писать. Годам к восьми она проштудировала всю приютскую библиотеку. Но и это вряд ли могло вызвать подозрения, может, ребёнок хочет стать врачом? Подумаешь, задерживается у сторожа вечерами, чтобы глянуть телевизор. Кто же знал, что она смотрит криминальную программу, когда тот отлучается для обхода территории. Подумаешь, её опасаются другие дети, из-за внешности, наверное. Подумаешь, начали умирать домашние животные, так может зараза какая, но дети, как один, указывают на Белладонну и трясутся. Девочка пожимает плечами и улыбается.</p><p>В тихом омуте черти водятся!</p><p>Певерелл как-то разговорила миссис Коул, чтобы узнать о том, с кем её сравнивают. Загадочный Том Реддл внушал интерес. Ведь загадки создаются для великих умов, способных отыскать ответ.</p><p>Женщина, уже будучи под градусом, рассказала и про холодность и про странности, про внешность и даже про разговоры со змеями. Первым порывом восьмилетней Белладонны было отыскать странного парня, но тут же пришло осознание, что деду уже перевалило за полтинник, так что разговор у них вряд ли получится. Послушав про поведение юноши, она ещё раз сделала вывод, что делает всё правильно. Она должна быть умнее того парня, должна не попадаться, должна не оставлять доказательств, должна быть скрытной, а не демонстрировать всем ненависть и должна активно притворяться. Миссис Коул говорила про какую-то школу под названием «Хогвартс», куда ездил Том. Кажется, она для детей со странностями, и забрали мальчишку туда в одиннадцать. Это всё наталкивало на размышления.</p><p>Существует ли некая школа до сих пор? Могли ли Певерелл туда принять? Если да, то когда, тоже в одиннадцать? И объясняло ли это её странности? Отнюдь. Вопросов становилось всё больше. Единственный здравый выход — это быть готовой ко всему. Поэтому с того дня она активно начала заниматься спортом, чтобы привести себя в тонус.</p><p>Теперь девочка практически не расставалась с книгами и вела собственные записи по наблюдениям в медицине. Иногда ей даже позволяли понаблюдать за работой приютской медсестры.</p><p>Годам к десяти она могла отчасти говорить на французском. До полного знания языка ещё далеко, но начало всё же было положено.</p><p>Певерелл вообще обладала на редкость хорошей памятью и наблюдательностью, так что за два с лишним года смогла самостоятельно изучить основы биологии, химии, физики и математики. Конечно, в большинстве своём, её знания основывались на книгах из приютской библиотеки, но таких было немного, поэтому она могла подворовывать в книжном. Девочка начала читать классическую литературу, а также историческое и экономическое чтиво. Политика также имела место быть.</p><p>На фоне этого, тот сеанс экзорцизма оставил ей, как все думали, травму, ибо спустя года она всё также настойчиво не желала молиться или ходить в церковь по воскресеньям. Кажется, все уже смирились с последствиями инцидента.</p><p>Изредка миссис Коул пыталась вразумить Белладонну ради дисциплины, но та настойчиво отказывалась, глядя на директрису с презрением. Пропустить это мимо ушей мисс Бёркс не могла.</p><p>Вот и сейчас, наблюдая, как Певерелл безрадостно ест овсянку во время утренней молитвы, женщина скрежетала зубами. Девочка умело орудовала столовыми приборами, соблюдая столовый этикет, в отличие от одногодок.</p><p>Закончив трапезу, Белладонна грациозно поднялась, уже намереваясь уходить. Следом подскочила и мисс Бёркс.</p><p>— Что ты о себе думаешь, Певерелл? Для тебя правила не писаны? — взвизгнула она. — Ты не можешь уходить, когда тебе вздумается, несносная девчонка!</p><p>Девочка, которая было собралась в комнату, повернулась к надзирательнице. Окинув её снисходительным взглядом неестественно зелёных глаз, она произнесла:</p><p>— Le diable prêche la morale.</p><p>— И что это должно значить, чертовка? — закипала женщина.</p><p>Белладонна мило улыбнулась, злорадствуя про себя.</p><p>— Дьявол проповедует нравственность, — как ни в чём не бывало протянула Певерелл. И, не дожидаясь реакции, круто развернулась на каблуках и стала подниматься по лестнице к себе.</p><p>Слыша вслед проклятья и оскорбления, она устрашающе сверкнула глазами, один Люцифер знает, как она хотела бы придушить эту старую назойливую дуру. Впрочем, наблюдать за её жалкими потугами было весьма забавно. Каждый раз, когда женщина находила девочку за расчленением животных, та получала в ответ лишь улыбку, вызывающую непрерывную дрожь.</p><p>А Белладонна лишь играла, ясное дело, ей ничего не стоило убить старуху, как тех мальчишек и девчонок, что попались под руку раньше, но жизнь в приюте не блистала разнообразием, так что этакая игра была забавной. С каждым разом её аура словно расцветала, приобретая все оттенки Смерти.</p><p>Воспитатели и персонал всё никак не могли понять, почему Певерелл ещё в приюте. Её удочеряли по несколько раз в месяц, но, как правило, ненадолго, дня на три. Потом, как ни в чём не бывало, возвращали назад, сверкая стеклянными глазами. Никто не мог разгадать мотивы девочки. Обычно после удочерения она словно гипнотизировала новоиспеченных родителей, чтобы они исполняли её приказы, а потом с деньгами и драгоценностями возвращалась в приют, откладывая сбережения на дополнительную еду и другие нужды. Странно, но свою силу она могла полностью контролировать уже к девяти годам, с тех пор непроизвольные выбросы её больше не беспокоили. Конечно, для таких результатов требовалось израсходовать силу ежедневно, выпуская её во время физических тренировок.</p><p>Закономерность была простой — она с помощью тренировок и полноценного питания добивается здорового тела, соответственно, энергия больше не тратиться на выживание и используется исключительно по желанию. Так что от внутренней силы девочку буквально распирало, и приходилось использовать весь свой самоконтроль, чтобы не снести пол-Лондона к чертям.</p><p>Сегодня сила Смерти клубилась вокруг Певерелл сильнее обычного, словно что-то предвкушая. Удвоить физические нагрузки, что ли? В тихой задумчивости Белладонна поднималась к себе в комнату.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Альбус Дамблдор восседал в своем кабинете. На носу было тридцать первое июля, а это значит, что пора проверить, как там поживает девчонка Поттер. Оставалось надеяться, что Лили была права насчёт ненависти Петуньи к магии. Неспроста же им с Джеймсом капают на счёт директорские галеоны. Впрочем, скоро будет видно, что из этого получилось. Сов уже отправляли, теперь надо бы послать кого-то за Беллой, да так, чтобы не взболтнули ничего лишнего.</p><p>Минерва, скорее всего, выдаст скупую речь, так расположения от забитого ребёнка точно не добиться. Северус тоже никуда не годится, рано ещё знакомить Избранную со слизеринцами. А вот Хагрида можно и отправить — тот верен Альбусу по гроб. Он расскажет и про родителей гриффиндорцев, и про Того-Кого-Нельзя-Называть. Да, пожалуй, это лучший вариант из всех возможных.</p><p>Задумчиво поправив очки, старец закинул в рот лимонную дольку и наколдовал Патронуса.</p><p>— Минерва, вызови-ка ко мне Рубеуса, — произнёс директор, и светящийся феникс истаял, спеша передать сообщение заместителю.</p><p>Ночью тридцатого июля Рубеус Хагрид отправился в графство Суррей, в город Литтл Уингинг, на Тисовую улицу.</p><p>На утро же Дамблдора ждал неприятный сюрприз.</p><p>— Что значит, нет там Беллы? — в очередной раз спросил директор.</p><p>— Нету, профессор Дамблдор, нету! Я им, чего говорю, где Белла, а они чего, не живут тут такие, — полувеликан громко высморкался в носовой платок, глотая слёзы. Альбус скрипнул зубами, он ведь проверял, конверт с письмом они точно получили, ещё и Фигг приставил наблюдать. Похоже, придётся наведаться лично.</p><p>— Можешь идти, мой мальчик, я выясню, что там произошло.</p><p>Скудно попрощавшись, неутешный Хагрид пошаркал в свою хижину.</p><p>Через пару минут Альбус Дамблдор настойчиво постучал в дверь семейства Дурсль. На пороге возникла сухощавая женщина с недовольным лицом. Смерив странного старика своим самым презрительным взглядом, она отрезала:</p><p>— Милостыню не подаём!</p><p>Сам старик чуть с крыльца не свалился от такого заявления, но, сжав кулаки, заговорил:</p><p>— Здравствуйте, миссис Дурсль. Моё имя Альбус Дамблдор. Я директор школы, в которой училась ваша сестра и куда теперь зачислена ваша племянница, Белла Поттер. Могу я увидеть её, чтобы пригласить на учёбу?</p><p>Женщина поджала губы и скривилась, будто вспомнила о чём-то противном.</p><p>— Нет тут таких, я уже говорила об этом тому уроду, что заявился посреди ночи, — настаивала она.</p><p>— А где же тогда этот ребёнок?! — не выдержал наконец старец, повышая голос.</p><p>— Где, где, в приют мы эту ненормальную сдали! У меня вот Дадличек растет, уродка может ему навредить своими этими… — крикнула Петунья.</p><p>— В ка-какой приют сдали?</p><p>— В приют Вула, там и спрашивайте, — выплюнула она, захлопывая дверь перед директорским носом.</p><p>Дамблдор был очень раздражён тем, что планы изменились, но поспешил в место, откуда, казалось, только вчера забрал другого ребёнка. Ещё никому неизвестного мальчика, чья судьба была стать Волдемортом.</p><p>За последние пять десятков лет здание детского дома мало изменилось. Оно до сих пор было столь мрачным, что по спине невольно проходила дрожь.</p><p>Волшебник прошёл в направлении кабинета заведующей приютом, миссис Коул. Во времена Реддла здесь ещё управляла её мать, старая миссис Вул, жена мистера Вула, владельца детского дома. После её смерти управляющей стала её дочь, которая вышла замуж за Арнольда Коула и взяла его фамилию. Несколько раз постучав, Дамблдор приоткрыл двери, входя в кабинет.</p><p>— Здраствуйте, желаете взять ребёнка? — не поднимая головы над записями, произнесла женщина.</p><p>— Да, добрый день. Меня зовут Альбус Дамблдор. Когда-то я уже забирал отсюда одного ребёнка, мальчика по имени Том Реддл.</p><p>Женщина резко вскинула голову, чтобы посмотреть на неожиданного посетителя. Кажется, он не врал, это действительно был тот мужчина, что когда-то забирал Реддла.</p><p>— Вы что-нибудь хотели, мистер Дамблдор?</p><p>— Да, я ищу одну девочку, её имя Белла Поттер. Она появилась здесь первого ноября, десять лет тому назад.</p><p>— Белла Поттер… — женщина задумчиво листала отчёты. — Нет, таких у нас никогда не было.</p><p>Старик нахмурился, появлялись всё новые и новые дыры в, казалось бы, идеальном плане.</p><p>— Осенью восемьдесят первого к нам поступила только одна девочка — Белладонна.</p><p>Волшебник, который уже было вышел за дверь, остановился. Белладонна — название цветка, а всех девочек в семье Эванс называли именами цветов и растений. Лили и Петунья — отличный тому пример. Возможно, таким именем Петунья пыталась отдать дань своей семье. Кто знает?</p><p>— Я хотел бы поговорить с Белладонной, если позволите, — произнес Альбус, вздыхая с облегчением. Если его догадка верна, то это сэкономит приличное количество времени.</p><p>— По какому поводу? Хотите удочерить девочку? — поинтересовалась директриса.</p><p>— Нет, предложить обучение в школе. Белла, то есть Белладонна, записана туда с рождения её родителями, и я здесь, чтобы рассказать ей об этом.</p><p>— Что за школа?</p><p>— Хогвартс — закрытая школа для детей с особенными способностями, — нехотя ответил Дамблдор.</p><p>— Том Реддл тоже обучался в этой вашей школе? — подозрительно спросила миссис Коул.</p><p>— Да, верно. Он тоже. Не могли бы вы мне рассказать побольше о девочке? Увлечения, друзья, может происходили какие-то странности? — невзначай кинул он.</p><p>— Ну, в то время, когда здесь появилась Белладонна, несколько лет происходили странные вещи. Но потом всё прекратилось, так что я не думаю, что это может быть связано с ребёнком. Друзей у неё нет, — зло проговорила женщина.</p><p>— Почему нет друзей?</p><p>— Понимаете, мистер… боюсь, она слишком идеальна для других детей. Думаю, им неудобно, в частности, из-за её внешности и ума. Даже взрослые, общаясь с ней, чувствуют себя неразумными детьми, что уж говорить о школьниках, — с презрением выплюнула директриса.</p><p>Альбус Дамблдор поправил седую бороду. Ему уже не нравилось то, что он услышал, ведь Избранная должна быть скромной и забитой.</p><p>— Что ж, пожалуйста, проведите меня к ней, — кивнул своим мыслям волшебник.</p><p>Уже на подходе к отдалённой комнате мага озарило. Здесь полстолетия назад жил Том. Неужели они поселили её сюда?</p><p>Миссис Коул, не утруждая себя стуком, распахнула двери.</p><p>На широком подоконнике, возле пыльного окна, виднелся тёмный силуэт. Девочка оторвалась от книги и перевела взгляд на нарушителей личного пространства. Старый волшебник и его спутница дёрнулись от взгляда неестественно зелёных глаз с чёрным контуром вокруг радужки. Девочка почувствовала силу, подобную своей, только как будто светлее, что ли. Белладонна еле заметно кивнула в сторону железной кровати, предлагая присесть, чем незамедлительно воспользовался седобородый старец в нелепой мантии.</p><p>— Это какая-то увеселительная програма? — скептически произнесла она, оглядывая странного гостя и вопросительно уставившись на миссис Коул. Та лишь сильнее поджала губы.</p><p>— Повежливее, Певерелл, или будешь месяц мыть посуду на кухне! — прошипела женщина, перед тем как захлопнуть двери, погрузив комнату в неловкую тишину. И пока странный гость собирался с мыслями, девочка продолжила вчитываться в учебник по истории.</p><p>— Певерелл? — резко спросил он, услышав легендарную фамилию, на что получил красноречивый взгляд.</p><p>— Я, кажется, ещё не услышала вашего имени, мистер… — скучающе протянула Белладонна, не обращая на гостя никакого внимания.</p><p>— Моё имя Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, и я являюсь директором школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс», а также Верховным чародеем Визенгамота, кавалером ордена Мерлина первой степени и президентом Международной конфедерации магов, но ты можешь называть меня профессор Дамблдор, дитя.</p><p>Девочка отвернулась к окну, чтобы не выдать своего восторга от знакомого названия Хогвартс, всё-таки это свершилось. Этот дед как будто хвастался, называя свои многочисленные имена и титулы, при этом выглядя глупо, учитывая то, что девочка, выросшая среди обычных людей, понятия не имела о деятельности магов. Она сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу, только бы сохранить лицо бесстрастным. А после сконцентрировалась на том, чтобы спрятать всю свою зашкаливающую магию.</p><p>— Белладонна Игнотус Певерелл, — произнесла она.</p><p>— Это какая то ошибка, твоя фамилия Поттер. Твои мама с папой, Лили и Джеймс Поттер, погибли в восемьдесят первом году, оставив тебя родственникам. Поттеров убил Волан-де-Морт, он же развязал магическую войну на Британских островах, — начал вещать директор Хогвартса.</p><p>— Значит, то, что я умею — это магия? — безэмоционально перебил ребёнок. — Вы тоже маг?</p><p>— Да, я тоже волшебник, как и ты, моя девочка. В ту ночь, когда убили твоих родителей, твоя мать пожертвовала собой, чтобы дать тебе защиту. Ты первый человек, переживший смертельное проклятие. Благодаря защите твоей матери, оно отразилось от тебя и уничтожило Волан-де-Морта. Ты и твои родители — герои Магической Британии! — закончил Альбус, весьма довольный собой, при этом не заметив, как скривилась Белладонна на последних словах.</p><p>Оглядывая девочку, он не мог найти ничего общего с Поттерами, но точно был уверен, что она волшебница, чувствуя примерно средний уровень магии, так что, скорее всего, это и правда героиня Британии. Честно, она больше походила на Дорею Блэк, свою бабушку, только с примесью Малфоев, Ноттов, Слизеринов и, как не странно, Певереллов. Которые, если верить Барду Бидлю, все, как один, имели нелицеприятную ауру и яркие глаза самых разных расцветок. Неземная, аристократичная внешность, такая, что любая чистокровная семья позавидует. Роскошные чёрные волосы больше не были собраны в пучок, как утром, а струились по прямой спине. Тёмно-красные губы были именно кроваво-красными, а точёный нос и подбородок не позволяли отвести взгляд от лица. Бледная кожа придавала образу какую-то эфемерность, создавалось впечатление, что ты говоришь с ожившим божеством. Так что миссис Коул выразилась весьма объективно, упоминая об этом.</p><p>Волшебник отогнал назойливые мысли, продолжив свой рассказ:</p><p>— Учёба в Хогвартсе начинается первого сентября. Здесь билет на платформу и список всех необходимых к покупке принадлежностей. Твои родители озаботились оставить для тебя деньги, поэтому у меня находится твой ключ от банковского хранилища.</p><p>Дамблдор протянул конверт, запечатанный красной печатью с гербом школы, девочке в руки, и та, оторвавшись от созерцания пейзажей, распечатала его. Скептически оглядев немаленький список, она кивнула.</p><p>— Где можно всё это приобрести?</p><p>— На Косой Алее, из магловского Лондона туда можна добраться только через бар «Дырявый Котёл», — пренебрежительно бросил он. — Я распоряжусь, чтобы тебя проводили туда через неделю.</p><p>Кажется, нежелание Певерелл демонстрировать свою заинтересованность данной ситуацией выводило мага из себя, и под конец монолога он уже еле сдерживал рвущиеся наружу раздражение.</p><p>А Белладонна — смех, потому что она очень отчётливо ощущала его злость и высокомерие по отношению к себе. С чего бы так резко менять мнение о ребёнке? Или она, по всей видимости, начала разрушать идеально продуманные планы. Кто его знает, но суть понятна.</p><p>Девочка благосклонно решила не спрашивать, кто такие маглы. В конце концов, и не с таким разбирались.</p><p>— Не стоит, мистер Дамблдор, я справлюсь с покупкой необходимого в школу самостоятельно, можете оставить ключ на тумбе, — указала она в сторону. — Я так понимаю, Волан-де-Морт — главный зачинщик Магической войны, я верно рассуждаю?</p><p>Она вопросительно поглядела на злого, как чёрт, старика. Очевидно, он терпеть не мог, когда его перебивают или перенимают инициативу. Что ж, поиграть с таким будет забавно.</p><p>— Да, Магическая война была затеяна непосредственно Волан-де-Мортом и его последователями. Тебя интересует роль твоих родителей в этом, верно? — раздражённо выплюнул он.</p><p>— Неверно, меня интересует: кто победил, какие цели преследовались с обеих сторон, кто оказывал поддержку Волан-де-Морту, а кто состоял в группе сопротивления. Я ясно выражаюсь? — вопросила Белладонна, приподняв бровь и наблюдая за красным от напряжения магом.</p><p>Со стороны можно было бы подумать, что тот плохо себя контролирует, но на самом деле, вокруг клубилась магия Смерти, заставляющая Светлейшего терять свой мнимый контроль. Можно сказать, что девочка развлекалась, зажимая свою добычу в углу. Нехотя ослабив тиски, она смогла наблюдать растерянный взгляд жертвы. Сохраняя контроль над собой, она загадочно блеснула глазами, наблюдая, как маг копошится в карманах, кидает на тумбу ключ и поспешно уходит прочь, на выходе бросая:</p><p>— Надеюсь увидеть вас в школе, мисс Поттер, — преувеличенно официально обратился он, на что Белладонна лишь мысленно фыркнула.</p><p>Что ж, кто бы это ни был, она уже поклялась себе, что сломает его жизнь. Игра должна получится захватывающей, ведь в человеке напротив она уже распознала такого же хищника, как она сама. Битва за доминирование должна быть любопытной.</p><p>Где-то на уровне талии послышалось недовольное шипение:</p><p>— Гос-спож-жа, что глупый с-старик хотел от моей Гос-спож-жи? — прошипела чёрная кобра, выползая из-под футболки и обвиваясь вокруг детской шеи.</p><p>— Здравс-ствуй, Ёрмунганд, не бес-спокойс-ся, чем больш-ше поле боя, тем интерес-снее битва, — произнесла девочка, поглаживая чёрную кожу. Змея любопытно уставилась на свою хозяйку, поблёскивая красными глазами. Белладонна дала своей кобре имя Змия Мингарда или Мирового Змия, который собирался поглотить мир после Скандинавского Армагедона, как было сказано в Норвежских легендах и звучало устрашающе-прекрасно. Кобра обвилась кольцами вокруг изящных ключиц, пробуя клубящуюся вокруг магию раздвоенным язычком и довольно шипя что-то невразумительное.</p><p>— С-скоро всё изменитс-ся, Ёрмунганд, я чувс-ствую, что грядут перемены, — прошептала девочка, вглядываясь в теряющееся на горизонте солнце.</p></section><section><title><p>Леди и Глава</p></title><p>С занятного визита прошло несколько дней, всё это время Белладонна благоразумно оставалась в приюте, дожидаясь четверга. Для детей постарше четверг считался разгрузочным днём — именно в этот день работа в основном ложилась на плечи самых юных воспитанников. Это был отличный шанс благополучно сбежать по своим делам, и Певерелл совершенно бессовестно собиралась им воспользоваться.</p><p>В утро четверга её направили в прачечную — необходимо было перестирать постельное белье. Помня о собственных планах, девочка лишь взмахнула рукой, выпустив немного магии. На стиральную машинку опустилась стопка теперь уже чистых простыней и пододеяльников. До ужина её не хватятся, значит, пора идти. Накинув тёмную спортивную кофту, Белладонна натянула капюшон, скрывая лицо. Может, героиню Магической Британии в ней и не признали бы, но лучше пока особо не отсвечивать.</p><p>Ёрмунганд в это время был на охоте, так что, прихватив оставленный стариком ключ и сотню фунтов из своих запасов, девочка незаметно умыкнула за ворота.</p><p>Чтобы добраться до ранее упомянутого бара, пришлось несколько раз спрашивать у прохожих дорогу. Уже на подходе к Дырявому Котлу Певерелл почувствовала поистине завораживающую и концентрированную магию, исходящую от этого места. На вид полуразрушенное и мрачное здание ничем не отличалось от соседних, но, прислушиваясь на интуитивном уровне, можно было уловить еле ощутимые колебания магической энергии. Войдя в паб, Белладонна направилась к стойке. За ней в это время как раз управлялся лысый мужчина.</p><p>— Здравствуйте, не подскажите, как пройти на Косую Аллею? — поинтересовалась она.</p><p>— Здравствуй, можешь звать меня Томом. Я владелец этого бара, а ты первогодка, значит? — бармен окинул взглядом девочку в магловской одежде и махнул рукой. — Что ж, иди за мной.</p><p>Выйдя через задний вход, Том остановился в переулке. Достав волшебную палочку, он подошёл к кирпичной стене.</p><p>— Вот что, я покажу один раз, а ты внимательно смотри и запоминай, — сказал он, начиная постукивать палочкой по кирпичам в определённом порядке.</p><p>Внезапно те начали образовывать проход.</p><p>Мужчина подтолкнул девочку вперёд, произнеся напоследок:</p><p>— Чтобы открыть проход, снова используй эту же комбинацию.</p><p>И тут же скрылся в дверях Дырявого Котла.</p><p>Белладонна вышла на кривую улочку, вымощенную брусчаткой. На самом деле всё это немного разочаровывало. Серьёзно? Вход в магический мир находится в дряхлом пабе, а вход на Косую Аллею возле мусорных баков? Очень оригинально.</p><p>Повсюду яркими красками светились витрины. Взрослые сновали от одного магазина к другому, неся школьные покупки детишек. Среди прочих ярко выделялось белоснежное здание, стоящее прямо посредине. Должно быть, это банк. Подойдя ко входу, Певерелл прочитала серебряную надпись на табличке:</p><p>Входи, незнакомец, но не забудь,</p><p>Что у жадности грешная суть,</p><p>Кто не любит работать, но любит брать,</p><p>Дорого платит — и это надо знать.</p><p>Если пришёл за чужим ты сюда,</p><p>Отсюда тебе не уйти никогда!</p><p>Текст явно был написан на незнакомом языке, но с прочтением проблем не возникало. Странно, впрочем, девочка лишь неопределённо хмыкнула. Вывеска выше гласила: «Гоблинский банк "Гринготтс". Английское отделение.»</p><p>Похоже, деньгами тут заправляют гоблины.</p><p>Белладонна стряхнула невидимую пыль с одежды и решительно зашагала внутрь. В огромном мраморном зале размеренно течёт работа. Длинные очереди из волшебников тянутся к стойкам, за которыми восседают банковские клерки. У гоблинов желтоватая, сморщенная кожа, длинные когти, острые зубы и лукаво мерцающие чёрные глаза. Они всем видом показывают своё пренебрежение к недалёким магам, переговариваясь, очевидно, на своём языке. От них веет чем-то острым, граничащим с настороженностью и опаской. А еще веет магией, первозданной, коей наделены лишь истинные дети магии и очень сильные волшебники. Девочка концентрируется, выпуская немного своей магии. Она практически на сто процентов уверена, что гоблины как магические существа её почуют, да и волшебники должны бы уловить, как искрит воздух. Так и есть. В зале заметно умолкают люди, ощущая общую настороженность, но ещё не ведая, откуда тянется угроза. Гоблины с любопытством поднимают глаза на детскую фигуру в капюшоне, атмосфера Смерти, исходящая от неизвестного ребёнка, заставляет заволноваться. Певерелл подходит к высокой стойке, видя, как люди перед ней расступаются, давая пройти. Гоблинский клерк кидает красноречивые взгляды на отступивших посетителей, вновь поднимая глаза на посетительницу.</p><p>Девочка открывает рот, чтобы поздороваться, но вместо этого на шаркающем, грубом языке выпаливает:</p><p>— Пускай ваши богатства текут рекой, а враги корчатся в муках, уважаемый Хранитель золота.</p><p>Гоблин удивлённо вскидывает голову, несколько секунд ошарашенно моргая, а после произносит:</p><p>— Пускай приумножится Ваше достояние, клиент. Не часто сейчас можно встретить говорящего на гоббледуке. Какое дело привело Вас в «Гринготтс»?</p><p>— Не здесь, если можно, — произносит Певерелл, оглядываясь по сторонам. В зале отчётливо слышно, как люди перешёптываются между собой.</p><p>— О, да, конечно, пройдёмте за мной, — уверяет клерк, направляясь в соседнее помещение.</p><p>Несколько минут напряжённой ходьбы по коридорам и вот они уже приближаются к нужным дверям. Внутри оказался просторный кабинет. Гоблин указывает на диван, присаживаясь в кресло.</p><p>— Итак, что привело Вас в «Гринготтс»? — спрашивает он, переходя на английский.</p><p>— Как я могу к Вам обращаться, уважаемый? — вопросительно вскидывает бровь посетительница.</p><p>— Моё имя Арн, а как я могу обращаться к Вам, мисс…? — задумчиво протягивает клерк.</p><p>— Белладонна, мисс Белладонна, — отвечает девочка.</p><p>— По какому поводу Вы в «Гринготтсе», мисс Белладонна?</p><p>— Я хотела бы воспользоваться своим сейфом и, если это возможно, узнать свою родословную, — говорит она, откидывая капюшон, и гоблин ошарашенно разглядывает дьявольски красивого ребёнка.</p><p>Белладонна выкладывает на стол ключ от сейфа, вопросительно поднимая бровь и спрашивая:</p><p>— Что для этого нужно?</p><p>Арн прокашливается, дрожа от магии загадочной девочки, и лезет под стол в поисках нужных бумаг.</p><p>— Где же оно? Ах… вот, прошу. Надрежьте палец и капните кровью вот в эту часть проявляющего пергамента, — указывает он крючковатым пальцем, протягивая серебряный клинок.</p><p>Девочка, не морщась, полосует кожу лезвием. На край пергамента падает несколько алых капель. Они начинают вскипать и пузыриться, расползаясь символами, складываясь в текст.</p><p>Гоблин ещё с минуту ошарашенно вглядывается в алые строчки, под конец скалясь от восторга. Героиня Британии, Белла Поттер, это определённо любопытно. Даже красноречивый взгляд не сумел сбить с него спесь. Нехотя он вручает пергамент юной волшебнице, разглядывая её будто в первый раз. От чего-то Белладонна была уверена, что в мире существует не так много вещей, способных обрадовать этот народ.</p><p>Пальцы заметно дрожали, ещё бы, сейчас она может увидеть что угодно. Девочка судорожно сглотнула, вчитываясь в кровавые строки.</p><p>«Полная проверка крови Имя, данное при рождении: Белла Джеймс Поттер (чистокровная в первом поколении, отречена от рода, вектор направленности магии нейтральный, условно мертва).</p><p>Имя, данное магией после принятия наследства: Белладонна Игнотус Кадмус Антиох Певерелл (чистокровная в восемьдесят восьмом поколении, вектор направленности магии тёмный, жива).</p><p>Родители по крови: Отец: Джеймс Флимонт Поттер (чистокровный в тридцать пятом поколении, предатель крови, жив);</p><p>Мать: Лили Азалия Эванс (новая кровь, предательница крови, жива).</p><p>Близкая кровь: Брат: Чарли Джеймс Поттер (чистокровный в первом поколении, предатель крови, жив);</p><p>Бабушка: Дорея Карлус Блэк (чистокровная в тридцать девятом поколении, мертва);</p><p>Дедушка: Флимонт Гилдерой Поттер (чистокровный в тридцать четвёртом поколении, мёртв);</p><p>Крёстный отец: Сириус Орион Блэк (чистокровный в сороковом поколении, предатель крови, жив);</p><p>Крёстная мать: отсутствует.</p><p>Родители по духу и магии: Игнотус Певерелл (чистокровный в восемьдесят седьмом поколении, условно мёртв);</p><p>Кадмус Певерелл (чистокровный в восемьдесят седьмом поколении, условно мёртв);</p><p>Антиох Певерелл (чистокровный в восемьдесят седьмом поколении, условно мёртв);</p><p>Сущность, Смерть (прародительница рода Певерелл).</p><p>Ритуал наследственности: "Кровь сквозь века".</p><p>Примеси и зелья в крови: Зелье доверия к Альбусу Дамблдору, Рональду Уизли, Гермионе Грейнджер, Лили Поттер, Джеймсу Поттеру, Чарли Поттеру (Отсроченного действия);</p><p>Зелье ненависти к Северусу Снейпу, Драко Малфою (Отсроченного действия);</p><p>Приворотное зелье к Рональду Уизли (Отсроченного действия).</p><p>Дары магии: Парселтанг (разблокирован);</p><p>Парселмагия (блок 100%);</p><p>Гоббледук (разблокирован);</p><p>Некромант интуит (блок 100%);</p><p>Химерология (блок 100%);</p><p>Демонология (блок 100%);</p><p>Зельевар интуит (блок 98%);</p><p>Боец интуит (блок 60%);</p><p>Артефакторика (блок 78%);</p><p>Чары (блок 65%);</p><p>Трансфигурация (блок 40%);</p><p>Невербальная и Беспалочковая магия (блок 68%);</p><p>Ментальные науки (блок 99%).</p><p>Блок поставлен Альбусом Персивалем Вульфриком Брайаном Дамблдором.</p><p>Статусы: Наследница Смерти по ритуалу "Кровь сквозь века".</p><p>Наследница Певерелл по магии.</p><p>Наследница Блэк по крови.</p><p>Наследница Поттер по завещанию Флимонта Поттера.</p><p>Имущество: Певереллы:</p><p>Замок на костях (заморожен до появления наследника);</p><p>Крепость в Испании (разрушена);</p><p>Дом в Германии (заморожен до появления наследника);</p><p>Поместье в Греции (разрушено);</p><p>Загородный дом в Польше (разрушен);</p><p>Особняк в России (заморожен до появления наследника).</p><p>Блэки:</p><p>Городская резиденция Блэк (закрыта);</p><p>Блэк-мэнор (заморожен до появления наследника);</p><p>Дом во Франции (заморожен до появления наследника);</p><p>Пентхаус в Америке (разрушен).</p><p>Поттеры:</p><p>Поттер-мэнор (заморожен до появления наследника);</p><p>Дом в Годриковой Впадине (закрыт);</p><p>Особняк в Риме (разрушен);</p><p>Усадьба в Марокко (заморожена до появления наследника).</p><p>Денежный счёт: Певереллы: сейфы (1, 58, 107, 36)</p><p>1 млрд галеонов, 306 сиклей, 17 кнатов.</p><p>Блэки: сейфы (196, 15, 245)</p><p>87 млн галеонов, 101 сикль, 9 кнатов.</p><p>Поттеры: сейфы (374, 375, 22)</p><p>65 млн галеонов, 299 сиклей, 2 кната.</p><p>Опекун: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.»</p><p>Такое обилие информации никак не желало укладываться в голове. От напряжения Белладонна зажмурилась. Потерев переносицу, она хмуро взглянула на клерка. Непонятные термины кружили голову.</p><p>— Я так понимаю, Вы ждёте объяснений, Наследница? — вопросительно оскалился Арн.</p><p>Получив утвердительный кивок, он начал говорить:</p><p>— Вы были рождены под именем Белла Джеймс Поттер, к тому же Вас, судя по всему, лишили поддержки рода. К счастью, Джеймс Поттер был только Наследником. Он как отец мог отсечь вас от родовой магии, но лишить Вас наследства в силах только Глава рода, то есть Флимонт Поттер. Сейчас Вы вправе претендовать на кольцо Наследницы, а Леди или даже Главы в будущем.</p><p>— А что насчёт Блэков и Певереллов?</p><p>Гоблин задумчиво почесал лысый затылок, прежде чем сказать:</p><p>— Кроме Вас на имущество Блэков могут претендовать юный Драко Малфой, но он Наследник Малфой. Андромеда Тонкс, но она была выжжена с семейного древа за брак с маглом. Ещё есть Сириус Блэк, но он только Наследник, даже кольцо Лорда его вряд ли примет, что уж тут говорить про Главу рода. Вы определённо самая удачная кандидатура, мисс Белладонна, — хитро прищурился Арн. — С Певереллами всё сложнее, я так понимаю, последние представители этого семейства провели ритуал. Думаю, они ждали, чтобы в потомках проявилась их кровь. К сожалению, сам ритуал мне не известен, но поверенный Певереллов, Блордак, думаю, Вас просветит. Родная кровь в Вас проявилась примерно в возрасте полутора лет. С этим связаны и все последующие изменения. Но эта информация строго конфиденциальна, никто не мог знать Вашего нового имени, точно вам говорю.</p><p>— Но откуда стало известно моё новое имя, когда меня отдавали? — приподняла брови девочка.</p><p>Она не раз слышала от мисс Бёркс историю своего появления. Женщина даже показала ей старую корзину и скупую записку.</p><p>— Я полагаю, что как раз в тот момент Вы приняли наследство, возможно, магия просто изменила Ваше имя во всех документах, — подумав, сказал гоблин.</p><p>— Хм, а кто такие маглы и предатели крови? — спросила девочка, ведь уже не в первый раз слышала эти названия и никак не могла вникнуть.</p><p>— Погодите, разве Вы не воспитывались волшебниками?</p><p>— Я живу в приюте, — нехотя выдавила Белладонна: такое признание казалось до одури унизительным. — Про волшебство я узнала неделю назад от Дамблдора.</p><p>Клерк, казалось, позеленел. У него весьма красноречиво округлились глаза.</p><p>— Как же так, чтобы Наследницу таких знатных родов воспитывали жалкие маглы?! — воскликнул он.</p><p>Судя по всему, коротышка готов перегрызть глотку одному старому директору.</p><p>— Подождите здесь минутку, я позову поверенных Поттеров, Блэков и Певереллов, — хищно клацнул он зубами, выходя в коридор.</p><p>Кабинет погрузился в неестественную тишину.</p><p>Минутами позже в помещение вошли три статных гоблина, громко хлопнув дверью.</p><p>— Мисс Белладонна, я пригласил Ваших поверенных, — кивнул Арн в сторону пришедших. — Оставлю вас.</p><p>И выскользнул за дверь, бесшумно прикрывая её.</p><p>Упомянутые господа разместились рядом на диване. Они удивлённо разглядывали девочку, подмечая особые детали внешности, присущие своим благородным домам.</p><p>— Мисс Белладонна, я Блордак, поверенный Певереллов, — коротко склонил голову самый старший из гоблинов. — Насколько я помню, последний наш клиент из славного семейства Певерелл был Игнотус. Вроде бы у него не было наследников. Откуда же Вы взялись, позвольте поинтересоваться?</p><p>Гоблин озадаченно нахмурился, переглядываясь с коллегами.</p><p>— У Поттеров уже есть наследник! — перехватил другой. — Эта мисс мне не знакома.</p><p>— Последний из Благороднейшего дома Блэк, Сириус Блэк, не имеет детей. Вы бастард Регулуса?</p><p>Поверенные повскакивали с мест, скептически скаля зубы и перебивая друг-друга. Завязался спор. Господа словно позабыли о девочке, пытаясь выяснить — были ли в роду бастарды.</p><p>Белладонну вообще очень раздражали громкие звуки. От ругани на гоббледуке раскалывалась голова. Поэтому она громко хлопнула рукой по столу, выпуская свою магию.</p><p>— Тишина, господа!</p><p>Гоблины замерли. Нечасто из уст волшебников можно было услышать гоббледук, а отчётливая магия Смерти заставляла колени дрожать.</p><p>— Ни к чему глупая ругань. Прошу, прочтите, — сказала Белладонна, протягивая пергамент, исписанный кровавыми буквами.</p><p>На какое-то время воцарилась тишина, поверенные по очереди вчитывались в текст. Постепенно горечь в их глазах сменялась надеждой.</p><p>Хоть гоблинский народ и можно назвать жестоким, но прежде всего они ценили наследников. Как и большинство чистокровных, к слову. Грязнокровкам таких порядков не понять.</p><p>И гоблины очень ответственны по отношению к работе и деньгам. Кто бы что ни говорил, но стать поверенным — это честь, и каждый гоблин, избранный на эту роль, считал своим долгом приумножить богатства рода. Певереллы, Поттеры, да и Блэки не имели и шанса на возрождение. В давно минувшем времени такие многочисленные семьи сейчас измельчали и канули в небытие.</p><p>И вот благородные дома на грани вымирания вновь получили надежду, приобретя наследницу.</p><p>— Моё имя Златокрыл. Я поверенный дома Поттер вот уже две сотни лет. Я рад, что наследие Годрика не кануло в небытие. Быть может, для волшебников ещё не всё потеряно, — протянул для рукопожатия когтистую ладонь гоблин. Белладонна с уважением пожала её.</p><p>— Я Харагор, поверенный Блэков со времён ваших прадедов. Вы были рождены под счастливой звездой, стало быть, это что-то да значит, — сверкнул чёрными глазами третий гоблин.</p><p>Девочка уверенно кивнула.</p><p>— Моё имя вам уже известно, мисс, — уточнил тот, что представлялся раньше.</p><p>— Верно, мистер Блордак, — припомнила Белладонна.</p><p>Господа переглянулись, смеряя девочку оценивающими взглядами.</p><p>— Что ж, расскажите, откуда Вы взялись, Наследница? — подозрительно спросил Златокрыл.</p><p>Белладонне нехотя пришлось выложить всю историю. Она поведала и про приют, и про Дамблдора.</p><p>Крик стоял знатный. Гоблины то бледнели, то краснели, то синели. А уж с какими эпитетами упоминались директор и Поттеры. Оказалось, гоббледук весьма богат на изощрённые ругательства. Пожалуй, гоблины на добрых полчаса совершенно забыли о Наследнице, нервно метаясь из стороны в сторону.</p><p>Когда жажда расправы поутихла, стали думать, что делать с пробелами в знаниях. До Хогвартса оставался месяц.</p><p>Несколько часов пролетели, словно одно мгновение. Гоблины, как могли, пытались рассказать Наследнице о магическом мире. Они говорили и о здешней иерархии, и о забываемых традициях. Шла речь и о древних домах, и о чистокровных наследниках. Разговор тянулся часами и на самые, что ни на есть, разнообразные темы.</p><p>— Вот список необходимой дошкольной литературы, так же советую прочитать что-нибудь из тех книг, что имеются в Ваших хранилищах, — вздыхая, сказал Харагор. Блордак и Златокрыл кивнули, соглашаясь с выбранной литературой.</p><p>Список, надо сказать, получился немаленький. Но, что тут поделаешь, если волшебный мир столь многогранен.</p><p>Пока поверенные рассказывали о минувшей войне и непосредственном участии Поттеров в ней, из сейфов доставили кольца.</p><p>На каждый Род приходилось по три кольца: Наследницы, Леди и Главы.</p><p>— Сейчас Вам, я думаю, впору надеть только кольца Наследницы. Хотя с вашим уровнем магии, кто знает? — хмыкнул Блордак.</p><p>Он вынес девять коробочек, по три с гербами каждого рода. Открыв одну из них, Блордак взял с бархатной подушечки небольшое золотое кольцо, инкрустированное миниатюрным чёрным бриллиантом.</p><p>— Кольца Наследницы, Леди и Главы зачастую отличаются размером камня и металлом, — уточнил он. — Кольца Наследников делаются из жёлтого золота, Леди и Лордов из белого, а Главы рода из чёрного.</p><p>Блордак попросил надеть кольцо Наследницы Певерелл на указательный палец левой руки. Но ни через десять секунд, ни через минуту ничего не произошло. Такая же участь постигла и золотые кольца, с рубином у Поттеров и сапфиром у Блэков.</p><p>Гоблины озадачено нахмурились.</p><p>— Должно быть, Вас могут принять кольца Леди и Главы? — сказал поверенный Блэков Харагор, доставая из коробочек кольца из белого и чёрного золота.</p><p>То, что из чёрного золота, имело самый внушительный камень. Невероятно яркий, глубокого оттенка синий сапфир с выгравированным на нём гриммом, хранителем дома Блэк. Вокруг сапфира располагались камешки поменьше, а ободок кольца был исписан неизвестными рунами.</p><p>Кольцо Леди Блэк было похожим. На ободке из белого золота располагалась вязь определённых рун. Камень был тоже синим, но казался не таким внушительным и ярким. Кольца Блэков заняли свои места: главы — на большом пальце левой руки, а Леди — на среднем правой. Несколько секунд ничего не происходило. Все присутствующие в комнате затаили дыхание. Внезапно по телу Белладонны прошёл электрический заряд, разгоняя кровь по венам. Несколько секунд магия испытывала Леди и будущую Главу рода, но, в конце концов, кольца засветились и приняли размер пальцев, а магия преданным псом свернулась у ног.</p><p>— Поздравляю, Леди Блэк, Глава дома Блэк, — удовлетворенно оскалился Харагор, предвкушая работу с финансами тёмного рода.</p><p>Следующими на очереди были кольца Поттеров. Чёрное и белое золото с кровавым рубином и выгравированной изящной мантикорой смотрелось величественно. Кольцо Леди заняло мизинец правой руки, а Главы рода — указательный этой же руки. Через несколько секунд тело наполнило тепло и родная магия с удовольствием обласкала девочку.</p><p>— Поздравляю, Леди Поттер, Глава Дома Поттер, — хмыкнул Златокрыл.</p><p>Последними остались кольца Певереллов, но прежде чем Белладонна их взяла, Блордак сказал:</p><p>— Хорошенько подумайте, достаточно ли Вы для этого сильны, мисс Белладонна. Вы Певерелл по наследию, а не по рождению, и если Вы не сможете подчинить магию Смерти, то она может запросто убить Вас.</p><p>Не оставляя себе времени на сомнения, девочка решительно надела кольца. Спустя две минуты нахлынул смерч мощной и разрушительной магии рода. За собой он принёс могильный холод, Белладонне казалось, что она способна услышать всех живущих за гранью. Тело стало тяжёлым, а уши обдало потусторонним шёпотом. Магия Смерти стремилась утащить девочку за Грань.</p><p>Белладонна изо всех сил сопротивлялась искушающим голосам.</p><p>Она постаралась приоткрыть магическое ядро и выпустить как можно больше собственной магии. Поначалу не выходило сконцентрироваться, это заставляло паниковать, но волшебница сохраняла холодный ум и через несколько попыток таки смогла урезонить магию Певереллов. Магия уступила, пробежав холодком по позвоночнику, признавая нового члена семьи. Глаза юной Леди вспыхнули неестественно зелёным огнём. Теперь на мизинце и среднем пальцах левой руки красовались кольца с чёрными бриллиантами и гравировкой в виде фестрала.</p><p>— Поздравляю, Леди Певерелл, Глава Дома Певерелл, — гордо вздёрнув подбородок, сказал Блордак.</p><p>Белладонна облегчённо выдохнула — всё самое сложное осталось позади.</p><p>— Что ж, благодарю Вас, господа, — склонила голову девочка. — Сейчас мне бы хотелось отправиться по магазинам, пока ещё есть время. Остались ли ещё дела, требующие моего присутствия?</p><p>Гоббледук из уст такого хрупкого создания звучал очаровательно.</p><p>Гоблины несколько секунд напряженно что-то обдумывали, но в итоге отрицательно покачали головами.</p><p>— Мы так не думаем, Леди Певерелл-Блэк-Поттер, Глава Певерелл-Блэк-Поттер.</p><p>Спустя тридцать минут новоиспечённая Глава и Леди выходила из банка «Гринготтс». На поясе, рядом со своими фунтами, висел магический кошель, привязанный к хранилищам. На пальцах чувствовались увесистые кольца, сейчас скрытые от чужих глаз. На лице, скрытом капюшоном, светилась хищная улыбка.</p><p>Белладонна отправлялась за покупками.</p></section><section><title><p>Здесь живёт смерть</p></title><p>Неспешно шагая по улице, юная Певерелл заглядывалась на яркие витрины. Перед глазами всё ещё стоял ритуальный зал банка, где не так давно слышались древние катрены и песнопения.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>После того, как в кабинет поверенных вломился Арн, гоблины были вынуждены выслушать историю о неожиданной наследнице. Скептически переглянувшись, они уже решили списать всё на маразм коллеги, но в рассказе неожиданно начало фигурировать имя Дамблдора, что в совокупности с наследницей неожиданно приобрело смысл.</p><p>Когда они увидели ту, что продолжит славные рода, выпали в осадок. Девочка была удивительно хищной и в то же время грациозной. Магия клубилась возле неё, поражая будущим возможным потенциалом.</p><p>Поверенным, что на своём веку повидали немало волшебников, хотелось верить в лучшее будущее для священных родов. Ибо они — как и любое истинно волшебное существо — прежде всего чтили магию и её законы.</p><p>Недоверчивость с их стороны вполне понятна. Нередко в Гринготтс заявляются простаки, думающие, что они способны обойти древнюю и надёжную гоблинскую защиту.</p><p>Впрочем, вот напротив сидит живое подтверждение словам Арна.</p><p>Блордак зло нахмурился: количество зелий и блоков поражает до глубины души. Переглянувшись с поверенными Блэков и Поттеров, замечает у коллег такое же озадаченное выражение лица. Подумать только, Дамблдор и сюда влез своим крючковатым носом.</p><p>И что это значит? Поттеры вполне себе живы, плюс заполучили себе ещё одного наследника. Уизли, видимо, записались в будущие родственники. Малфои и Снейп, наоборот, впали в немилость. Девочку отрекли от рода, в виду чего от недостатка магии проявилось фамильное наследство.</p><p>Да тут сам Мордред ногу сломит! В какие игры играет Альбус?! А главное, Волдеморт в этой истории вообще не фигурирует!</p><p>Надо бы попробовать на Наследнице кольца. Что там было в завещании Флимонта Поттера? Где же оно?!</p><p>— Леди Певерелл-Блэк-Поттер, пройдёмте с нами, — спустя время пробубнел Харагор. — Кольца приняли Вас, поэтому Альбус Дамблдор больше не является вашим опекуном. Теперь Вы официально совершеннолетняя.</p><p>— Так куда мы направляемся, господа? — неожиданно даже для себя воспылала любопытством Белладонна.</p><p>— В ритуальный зал, конечно же. Или Вы желаете сохранить все приобретённые зелья в крови и умереть от магических блоков в семнадцать? — лукаво оскалился Златокрыл.</p><p>Девочка, подумав, решила сдаться, и остаток пути прошёл в напряженном молчании.</p><p>Ритуальный зал представлял собой величественное зрелище. Мраморные колонны подпирали высокий потолок, исписанный рунами. На стенах отпечатались старые письмена и наскальная живопись. Очевидно, зал был расположен близко к магическому источнику — слишком уж явно ощущалась всепоглощающая сила, что будто приковывала к земле, испытывая на стойкость. Посреди располагался глубокий, словно колодец, бассейн. Казалось, вся магия этого места сосредоточена именно в его непроглядных водах.</p><p>Девочке вручили простоватую ночную рубаху. Белоснежная ткань приятно холодила тело. Далее требовалось омыться в бассейне, уйдя под воду с головой. Вода была ледяной. Белладонна ощутила, как по телу пробежали мурашки. Девочка погрузилась в воду, от чего-то напряженно вглядываясь в тёмные глубины. Магия этого места обволакивала всё тело, заставляя желать испытывать её влияние на себе как можно дольше.</p><p>Уже выныривая на поверхность из-за нехватки воздуха, она успела заметить что-то, мелькнувшее в темноте, и от этого по спине пробежал неприятный холодок.</p><p>На камень с волос и одеяния капала вода. Мокрая рубашка противно липла к телу. Передёрнув плечами, Белладонна обратила внимание на гоблинов.</p><p>Господа, полностью увлечённые своей работой, чертили кровью пентаграмму.</p><p>Спустя десять минут они положили девочку в центр пентаграммы, начав читать древние заклинания. Речь расплывалась. До слуха юной волшебницы доходили лишь невнятные рычания и свист.</p><p>Внезапно кровь вскипела в жилах, причиняя неимоверную боль. Перед глазами замелькали чёрные мушки. Из груди вырвался отчаянный крик.</p><p>Ногти скребли по полу в попытке избежать страданий. Сколько продлилась эта изощрённая пытка, Белладонна не знала. Она уже давно забылась, с головой погрузившись в свою боль. К моменту, когда этот кошмар прекратился, горло уже саднило от криков, а из носа вовсю хлестала кровь. Белки глаз покрылись красноватыми трещинами лопнувших капилляров. Девочка находилась на грани обморока, еле удерживаясь в сознании.</p><p>Поверенные аккуратно подняли ребёнка, унося из зала.</p><p>Придя в сознание в том же кабинете, на том же кожаном диване, Белладонна удивилась. Последнее, что ей запомнилось — это безграничная боль и темнота. Но сейчас она, на удивление, чувствовала себя свободной, как никогда прежде. Удушающее чувство, что преследовало её всю жизнь, исчезло. Казалось, тиски, которые сдерживали её сущность наконец осыпались пеплом. А она сама восстала тёмным фениксом на этом пепелище.</p><p>— Как вы себя чувствуете, Леди Певерелл-Блэк-Поттер? — обратил на себя внимание Блордак. Златокрыл и Харагор тоже уставились на неё с заметным беспокойством.</p><p>— Кажется, я в порядке. Но всё ещё жду объяснений, — выдохнула девочка.</p><p>— Что ж, все блоки спали, а это значит, что вы окончательно приняли наследство Певереллов. Кровь Ваша отныне очищена от зелий, — сказал Блордак.</p><p>— А что там с дарами магии? — спросила Белладонна, усмехнувшись.</p><p>— Ну, Парселтанг, очевидно, был даром, доставшимся Вам от Поттеров, поэтому и оказался без блока. Гоббледук — это, скорее всего, прерогатива Певереллов. Некромантия, Беспалочковая и Невербальная магия, Демонология и Химерология тоже их. А вот Боевые и Ментальные искусства в характере Блэков. Чары, Трансфигурация и Артефакторика всегда принадлежали семейству Поттер. Вообще, я впервые вижу кого-то настолько одарённого магией. Вам абсолютно точно предначертано стать великой, — кровожадно оскалился поверенный Певереллов.</p><p>На лицах Харагора и Златокрыла читалось полное согласие с этим высказыванием.</p><p>— Впрочем, принятие наследия явно положительно отразилось на вас, — хитро сверкнул глазами Блордак.</p><p>Девочка удивлённо подняла брови. Намёк был понятен.</p><p>Сотворив зеркало лёгким взмахом руки, она сама стала замечать незначительные изменения. Волосы приобрели какой-то уж совсем неземной чёрный оттенок и потемнели ещё на несколько тонов. Черты лица стали более изящными и хищными. От детской округлости мало что осталось. Кисти рук стали тоньше, пальцы длиннее и аристократичнее. Брови темнее и чётче. Глаза не потеряли цвет смертельного проклятия, но вместе с тем, они стали ещё глубже и мрачнее. Губы были как и раньше, цвета крови, но их форма немного изменилась.</p><p>В целом, незначительные изменения делали внешность Белладонны ещё более греховной. Глядя на своё отражение, она была более чем довольна увиденным.</p><p>Оторвавшись от самолюбования, юная волшебница спросила то, что мучило её с момента пробуждения.</p><p>— Я видела что-то в том бассейне, в ритуальном зале, — задумчиво начала она.</p><p>Гоблины удивлённо переглянулись. На этот раз решил начать Златокрыл:</p><p>— Ритуальный зал банка расположен возле магического источника, а сама купель — прямо на магических потоках. Порой, сама праматерь Магия приходит в этот мир, чтобы поприветствовать выдающихся потомков и понаблюдать за их жизнью. Смею предположить, что она будет наблюдать за Вами, Леди Певерелл-Блэк-Поттер. Сейчас чистых источников осталось всего ничего. В Британии они есть под Гринготтсом, под Хогвартсом, в Запретном лесу, в Певерелл-касле и последний находится в Отделе Тайн, известный как Арка Смерти.</p><p>Закончив, поверенный Поттеров обречённо вздохнул. Напоследок Харагор хмуро произнес:</p><p>— Магии всё меньше, мы вырождаемся и исчезаем. Источники иссыхают без нужной подпитки. Священные двадцать восемь уже забыли своё истинное предназначение. Традиции канули в небытие. Грязнокровки у власти. Магический мир Британии стремительно деградирует.</p><p>Девочка горько вздохнула. Только обретя знания о магии, она ещё не могла оценить масштабы всей утраты. Но от осознания неизбежности становилось почти физически больно. Потерять свою особенность хотелось меньше всего на свете.</p><p>— Клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы такого не допустить, — уверенно сказала она.</p><p>Гоблины, переглянувшись, ухмыльнулись чему-то своему.</p><p>— А когда я праздную свой день рождения? — внезапно спросила девочка, вспомнив, что она понятия не имеет, когда родилась. Ведь в приюте её оставили, только назвав имя.</p><p>— Тридцать первого июля, — удивлённо сказали гоблины хором — неужели ребёнок даже не знал, когда родился? Какое варварство!</p><p>Белладонна тем временем обдумывала, чем порадует себя на свой первый день рождения. До этого она никогда его не праздновала, поэтому хотелось сделать этот день лучшим. Конечно, она догадывалась, что письмо из Хогвартса приходит на одиннадцатилетие: памятный разговор с миссис Коул много лет назад был всё так же свеж в памяти. Именно тогда она узнала про загадочный пансион и Тома Реддла. Как же давно это было.</p><p>Но получить подтверждение, как минимум, значило, что какой-то Том всё-таки был.</p><p>С минуту подумав, Белладонна спросила:</p><p>— Как я могу получить деньги и узнать содержимое сейфов?</p><p>— Советую Вам взять безразмерный кошель, привязанный к Вашим хранилищам. Насчёт сейфов мы можем составить и прислать Вам каталог совиной почтой, — сказал Харагор.</p><p>Остальные господа согласились. У поверенных уже руки чесались пустить в оборот немаленькие средства. Давненько у них не было стоящей работы.</p><p>— А что делать с этим ключом? — вспомнила девочка.</p><p>Поверенные осмотрели ключ и вынесли вердикт.</p><p>— Ключ от ученического сейфа Поттеров можете сдать в банк: больше он Вам не понадобиться, — ответил Златокрыл.</p><p>— Что там с мэнорами и недвижимостью? — спросила она.</p><p>Всё-таки до начала учебного года оставался месяц.</p><p>— Сейчас всё заморожено. Сколько времени понадобится для восстановления — неизвестно, — почесав затылок, прокаркал Блордак.</p><p>— Примерно?</p><p>— Примерно полгода, не меньше, — прикинул гоблин. — Такие здания, как, например, Замок на костях, размером с Хогвартс. Какое время понадобится до полного восстановления, сказать точно не могу.</p><p>Белладонна, выслушав поверенного, кивнула. Если всё так, как говорят гоблины, то Рождество она отметит уже в поместье.</p><p>Попросив отчёты о бизнесе и доходах, Белладонна собралась на выход.</p><p>— Что ж, благодарю вас, господа, — склонила голову девочка. — Сейчас мне бы хотелось отправиться по магазинам, пока ещё есть время. Остались ли ещё дела, требующие моего присутствия?</p><p>Гоббледук из уст такого хрупкого создания звучал очаровательно.</p><p>Гоблины несколько секунд напряжённо что-то обдумывали, но в итоге отрицательно покачали головами.</p><p>— Мы так не думаем, Леди Певерелл-Блэк-Поттер, Глава Певерелл-Блэк-Поттер.</p><p>Гоблины учтиво сопроводили её до холла, посоветовав хорошие книги для новоиспечённой Леди и Главы.</p><p>И порекомендовали напоследок покупать одежду в «Твилфитт и Таттинг». Сказав последние наставления, они со спокойной душой отпустили её восвояси.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Ступив на брусчатку, девочка достала из кармана спортивной кофты список и углубилась в чтение.</p><p>«ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА "Хогвартс"</p><p>ФормаСтудентам-первокурсникам требуется:Три простых рабочих мантии (чёрных).Одна простая остроконечная шляпа (чёрная) на каждый день.Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала).Один зимний плащ (чёрный, застежки серебряные).Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента.</p><p>Книги</p><p>Каждому студенту полагается иметь следующие книги:</p><p>"Курсическая книга заговоров и заклинаний" (первый курс) Миранда Гуссокл,</p><p>"История магии". Батильда Бэгшот,</p><p>"Теория магии". Адальберт Уоффлинг,</p><p>"Пособие по трансфигурации для начинающих". Эмерик Свитч,</p><p>"Тысяча магических растений и грибов". Филлида Спора,</p><p>"Магические отвары и зелья". Жиг Мышьякофф,</p><p>"Фантастические звери: места обитания". Ньют Саламандер,</p><p>"Тёмные силы: пособие по самозащите". Квентин Тримбл.</p><p>Также полагается иметь: 1 волшебную палочку,1 котёл (оловянный, стандартный размер №2),1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов,1 телескоп,1 медные весы.</p><p>Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу.</p><p>НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЁТЛЫ.»</p><p>Прочитав список необходимого, Белладонна решила начать с одежды.</p><p>Магазин «Мадам Малкин» в это время обслуживал семейство блондинов. Благо, гоблины рекомендовали ей «Твилфитт и Таттинг». Терпеть очередь после такого изматывающего дня желания не было.</p><p>Хозяином магазина оказался приятный с виду мужчина. Он представился Алексом Таттингом, внуком одного из основателей магазина. Увидев девочку, он был очарован. С юной Леди сняли все необходимые мерки, и тут-то началась примерка.</p><p>Примерив как минимум тонну одежды и просмотрев столько же в каталогах, Белладонна остановила свой выбор на классических брюках и рубашках в изумрудных, чёрных, тёмно-синих и серых расцветках; также она взяла пару высоких чёрных сапог на платформе, несколько кожаных ремней с изящными бляхами, корсеты, тёмные джинсы, водолазки с высоким горлом, высокие ботинки и сапоги немного выше колена на каблуке. Кроме того гардероб пополнили несколько свитшотов и свитеров из шерсти единорога; жилет, сделанный под метал из гривы пегасов; пара корсетных платьев тёмных оттенков; перчатки до локтя из разного шёлка; удобное нижнее белье и тёплые носки; несколько вязаных шарфов нейтральных оттенков и зимние перчатки.</p><p>Напоследок девочка выбрала несколько мантий. Кроме тех, что указаны в списке, она приобрела одну чёрную в пол с глубоким капюшоном и длинными рукавами; тёмно-синюю с мехом песца и высоким воротником-стойкой для зимы; полупрозрачную, как дымка, серую с изящной серебристой вышивкой и необычными застёжками на лето и мантию для официальных событий с серебряной отделкой и изумрудными змеями по подолу.</p><p>От шляпы девочка отказалась сразу.</p><p>Всего на одежду она потратила почти сто пятьдесят галлеонов. Поначалу продавец не был уверен, что девочка собирается всё это покупать. Но она оплатила вещи и их доставку совиной почтой. Белладонна взмахнула рукой, стирая из памяти бедолаги последние часы, оставляя за собой очень удивлённого мужчину.</p><p>Через минуту Алекс Таттинг уже не мог вспомнить, кто последним заходил в его магазин и оставил здесь невероятно приличную сумму. Пораскинув мозгами, он решил, что загадочный клиент не хотел демонстрировать свою личность, и направился отправлять совиной почтой выбранную одежду.</p><p>После была лавка «Сундуки на все случаи жизни». Всё-таки если одежду можно было отправить в приют совой, то с остальными покупками так не поступишь.</p><p>На прилавке красовалось огромное множество изделий из кожи. Глазу Белладонны приглянулись несколько моделей. В итоге она оплатила сундук и две безразмерные сумки через плечо разных размеров. Та сумка, что побольше, должна была служить для учебников, пергаментов и чернил на время уроков; а та, что поменьше — в повседневной жизни. Все изделия были в одном стиле. Тёмную кожу и серебряный ремешок украшали защитные руны от воров и повреждений.</p><p>По просьбе девочки на ручке красовалась витиеватая надпись с инициалами «Б. П.Б.П.». Хозяин этой лавки, как и предыдущий, лишился последних воспоминаний.</p><p>Следующей для девочки была парикмахерская. Пухлая блондинка Маргарет с помощью заклинаний немного укоротила длину и привела её гриву в порядок. В конце она порекомендовала Белладонне некоторые чары и средства по уходу за волосами, а также зачарованные заколки, которые укладывали локоны в хитросплетённую причёску.</p><p>Оставив и здесь с десяток галлеонов, девочка направилась в специализированный магазин для ухода за растениями, где приобрела защитные перчатки для занятий. Также она побывала в «Писарро», унеся с собой гору перьев и пергаментов. По совету продавщицы девочка, кроме стандартного набора школьных принадлежностей, взяла Прытко Пишущее перо за двадцать галлеонов.</p><p>Далее уже порядком уставшая волшебница посетила магазин Зельеварения. Не зря эту лавку в простонародье называли «Магической аптекой», ведь здесь можно приобрести некоторые целебные настойки, а также огромное количество ингредиентов для различных зелий. Помимо всего прочего здесь также продавались принадлежности для зельеварения: начиная от огромных котлов, в которые можно уместить добрую половину взрослого человека, и заканчивая мерными стеклянными фиалами.</p><p>С виду лавка не выделялась чем-то сверхъестественным — она была покрашена в обычный тёмно-болотный цвет и имела небольшую медную вывеску над дверью «Всё для Зельеварения».</p><p>Возле лавки стоял отчётливый неприятный запах, который исходил от некоторых специфических товаров.</p><p>Всё это невольно завораживало, но Белладонна лишь взяла необходимое по списку и направилась дальше.</p><p>Её путь лежал во «Флориш и Блоттс», где книг столько, сколько девочка ни разу в жизни не видела — они стояли на полках, занимая всё пространство магазина от пола до потолка.</p><p>Там были и гигантские фолианты в кожаных переплётах — каждый весом с огромный булыжник — а были и книги размером с почтовую марку, и в кожаных обложках, и испещрённые непонятными символами, и в которых только были пустые страницы. Кажется, они не оставили бы равнодушным никого.</p><p>Покупая все необходимые учебники для первого курса, Белладонна также прихватила и рекомендованные гоблинами фолианты.</p><p>Все покупки отправились в безразмерный сундук.</p><p>Осталось последнее — волшебная палочка.</p><p>Поверенные предупредили её, что в лавке Олливандера палочки под министерским надзором, а за их продажей наверняка пристально следит Дамблдор. Всё-таки палочка может очень многое рассказать про своего владельца. Поэтому заявится туда нужно обязательно.</p><p>Магазинчик представлял собой прискорбное зрелище: пыльная витрина, облетевшая позолота вывески и неприятно скрипнувшая дверь. Беззастенчиво рассматривая полки с волшебными палочками, девочка думала о том, зачем они нужны магам. Ведь это всё равно, что опираться на костыль, когда твои ноги здоровы. Зачем их столько понаделали, если волшебники пользуются одной-двумя всю жизнь, а тут, гляди, стеллажи с коробками до потолка. И каким-таким образом Олливандеры их продавали в триста восемьдесят втором году до нашей эры, если в то время люди жили племенами и понятия про какие-то там палки не имели. Это шутка такая? Из чего их вообще две с лишним тысячи лет назад делали? Из говна и палок, как говорится? И почему магазин выглядит заброшенным, это же буквально самая популярная лавка на Косой Аллее. Ведь без сундука обойдёшься, а палочка теперь всем нужна. Да и удовольствие, скажем, не из дешёвых. Сделать ремонт, что, нынче проблема?</p><p>Особенно, когда ты волшебник?!</p><p>Задумавшись, Белладонна только в последнюю секунду обратила внимание на человека, который, очевидно, стоял у неё за спиной.</p><p>Поэтому она чуть не подскочила, когда услышала хриплый голос:</p><p>— Ах! — воскликнул Олливандер. — Здравствуйте, мисс! Как Вас зовут?</p><p>— Добрый день, я мисс Певерелл-Блэк-Поттер, — не снимая капюшона, сказала Белладонна.</p><p>Глаза старика забавно округлились. Такого он, кажется, не ожидал. Видно, Дамблдор не предупредил.</p><p>— Что ж, проходите, — заикаясь, произнес он. — Эх, казалось, только вчера здесь покупали палочки Ваши родители. Лили Эванс выбрала палочка из ивы, гибкая, десять и одна четверть дюйма. А Джеймса Поттера — одиннадцать дюймов, красное дерево, сердцевина из сердечной жилы дракона, хороша для работы с трансфигурацией.</p><p>Белладонна искренне не понимала, зачем «сироте» постоянно напоминают об этом. Ведь по логике, про то, что родители живы, знает только она, ну и Дамблдор, наверное. Честно, в той войне вообще мало что ясно. Но по словам Златокрыла, Джеймс и Лили активно выступали в некоем «Ордене Феникса» под крылом небезызвестного светлого волшебника.</p><p>Владелец лавки тем временем подошел ближе.</p><p>— Так, дайте мне подумать, — он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой Вы держите палочку?</p><p>— Любой, — ответила девочка.</p><p>— Вытяните руку. Вот так, — старичок начал измерять её правую руку.</p><p>Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, колена до подмышки, и еще зачем-то измерил окружность головы.</p><p>— Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мисс Поттер, — пояснял старичок, проводя свои измерения. Кажется, первые две фамилии он решил просто игнорировать. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, Вы никогда не достигнете хороших результатов, если будете пользоваться чужой палочкой.</p><p>— Достаточно, — сказал он, и линейка упала на пол. — Что ж, мисс Поттер, для начала попробуем эту. Бук и сердце дракона, девять дюймов, очень красивая и удобная. Возьмите её и взмахните.</p><p>Девочка взяла палочку в левую руку и, чувствуя себя полной дурой, немного помахала ей перед своим носом, но мистер Олливандер практически тут же вырвал ее из детской руки.</p><p>— Эта не подходит, возьмём следующую. Клён и перо феникса, семь дюймов, очень хлёсткая. Пробуйте.</p><p>Белладонна попробовала — хотя едва она успела поднять палочку, как та оказалась в руках мистера Олливандера.</p><p>— Нет, нет, берите эту. Эбонит и шерсть единорога, восемь с половиной дюймов, очень пружинистая. Давайте, давайте, попробуйте её.</p><p>Белладонна попробовала. И снова пробовала. И ещё раз попробовала. Она никак не могла понять, чего ждёт мистер Олливандер. Ведь, если она верно поняла, то эти палочки не подходили ей и близко. Что за спектакль?</p><p>Гора опробованных палочек, складываемых мистером Олливандером на стул, становилась всё выше и выше. Но мастера это почему-то вовсе не утомляло, а, наоборот, ужасно радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел.</p><p>—А Вы необычный клиент, мисс, не так ли? Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно… а кстати… действительно, почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное — остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая, прекрасная палочка.</p><p>И с загадочным видом скрылся за стеллажами. Белладонна только скривилась — точно, театр одного актёра.</p><p>Дальше всё закрутилось с невиданной скоростью.</p><p>Оказалось, эта палочка якобы сестра той, что оставила шрам на лбу. Тот, который исчез несколько часов назад после снятия блока. Смех и только!</p><p>В общем, спорить бессмысленно. И хоть палочка бревном лежала в ладони, девочка ради приличия выпустила пару фейерверков. А старик и рад, ходит, лыбится. Ну, может, хоть Дамблдор порадуется?</p><p>В общем, Белладонна пообещала себе подумать об этом позже и, отвалив одиннадцать галлеонов, отправилась восвояси. Уже в самом конце она заметила перекошенную вывеску «Холодное оружие на любой вкус», и как-то невзначай вспомнилось, что у неё ещё нет подарка на прошедший день рождения. Аж руки зачесались от возможности изучить этот отдел в магическом мире. Всё-таки девочка не смогла пройти мимо и решила хоть на минутку заскочить туда. Что ж, это определённо того стоило. На стенах красовались метательные ножи, мечи и куча всего разного. Продавец ошеломлённо посмотрел на маленькую фигурку в капюшоне. Он явно не собирался продавать оружие маленькой девочке, поэтому последней пришлось наслать лёгкий дурман, и он стал как миленький.</p><p>Через полчаса Белладонна выходила из оружейной лавки, приобретя изящный клинок гоблинской работы. Тонкое чёрное лезвие было исписано рваными связками, рукоятка же, напротив, была серебряной, на ней чёрными бриллиантами было выложено созвездие Жертвенника.</p><p>Встречались рассуждения, что это именно тот жертвенник, на который Авраам положил своего сына Исаака, чтобы принести в жертву Богу. На древних звёздных картах созвездие Жертвенник изображалось с клубами дыма. Это показалось девочке весьма ироничным.</p><p>Она попросила продавца вырезать фразу на парселтанге, набросав её на бумаге. Теперь по кругу рукоятки, ниже созвездия, шла изящная надпись: «Жизнь моя в отмщении».</p><p>Также юная волшебница приобрела несколько боевых костюмов из кожи земноводных, кожаные боевые перчатки и ножны для палочки и клинка.</p><p>Оставив в лавке тридцать галеонов, девочка поспешила в последнее на сегодня место, в «Волшебный зверинец».</p><p>Ей была необходима птица для переписки с поверенными. Кругом раздавались разные звуки животных: мяуканье, кваканье и, конечно, уханье. Последние издавали совы, которых здесь было десятки — на любой вкус — серые, пёстрые, полярные, сычи, крупные и мелкие. Но всё не то. Внезапно среди совиных криков послышалось громкое карканье. Белладонна, повернувшись в сторону звука, теперь рассматривала большого чёрного ворона. Клетка, очевидно, была ему тесноватой, из-за чего мощные крылья застревали между прутьев.</p><p>— Он у нас не слишком послушный, — неожиданно послышалось над ухом, заставив вздрогнуть.</p><p>Говорившей оказалась миловидная девушка лет двадцати пяти.</p><p>— Попал к нам около года назад, но так и не нашел свой дом. Слишком своенравный оказался, — горестно вздохнула она.</p><p>Белладонна не задумывалась ни на секунду.</p><p>— Я возьму его, — решительно сказала она.</p><p>— Ты уверена, милая? Может, лучше кого поспокойней? — с сомнением протянула она, указывая на совушек вокруг. — Этого ворона уже брали пару раз, но его всегда возвращают. Характер дрянной.</p><p>Немного подумав, девочка ответила:</p><p>— Мне подходит. Только давайте без этой ужасной клетки. Запакуйте мне вон ту чёрную жердь и корм.</p><p>Девушка смерила скептическим взглядом девочку и, открыв клетку, нехотя пошла к кассе. Ворон наконец свободно взмахнул крыльями и спикировал на детское плечо, оставляя когтями царапины. Волшебница лишь улыбнулась.</p><p>— Я Белладонна, а ты отныне Харон, — сказала девочка и выпустила немного магии, услышав в ответ громкий «кар». — Кажется, новое имя тебе пришлось по душе, красавец.</p><p>Хмыкнула она, на что ворон понятливо кивнул пернатой головой и укусил её за палец, совершая кровную привязку.</p><p>Оставив на кассе восемнадцать галеонов и шесть сиклей, девочка собрала покупки в сундук и с новым другом на плече отправилась в приют.</p><p>Это точно был лучший подарок из всех возможных. Белладонна оглянулась и исчезла в тени вечерних улиц. Где-то неподалёку послышалось довольное карканье.</p><p>Аллею скрыли сумерки.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Последний летний месяц пролетел незаметно. Всё это время девочка настойчиво штудировала книги про магический мир, его законы и традиции. В перерывах она переписывалась с поверенными через Харона и тренировалась, нашивая магией бирки на свою новую одежду.</p><p>В один день она в очередной раз рассматривала простенькую коричневую палочку из остролиста. В тот момент она отчётливо представила на её месте изысканную, чёрную с серебряной рукоятью и полюбившимися чёрными бриллиантами. Наверняка она была бы из кости фестрала — девочка довольно много читала про этих загадочных животных. А сердцевиной будет сердце дементора — вечного спутника смерти. Внезапно магия внутри шевельнулась и преобразила деревяшку. На месте нелепой палки теперь была ожившая мечта. Инструмент выглядел в точности так, как Белладонна себе его представляла. Древко было очень красивым и элегантным, а камни слезами блестели на солнце. И что-то подсказывало юной волшебнице, что древесина и сердцевина тоже преобразились. Надрезав силой мысли палец, девочка окропила дерево, как и было написано в одной из книг, тем самым привязывая его к себе и закрепляя трансфигурацию. Сам надзор с палочки удалось снять ещё в первые дни — сила желания и готово. Так что девочка уже во всю тренировалась в движениях палочкой.</p><p>Птица Харон постоянно сидела на своей жёрдочке возле окна или нравоучительно каркала. Обычно ворон ловил мышей, разделяя их с Ёрмунгандом. В общем, идиллия.</p><p>За это время Белладонна уже успела переварить всё: и Волан-де-Морта, и родителей, и Дамблдора. Картина пока складывалась неполная, но у неё есть ещё целых семь лет, чтобы всё выяснить и отомстить, если верить «Истории Хогвартса». Перед отъездом оставалось лишь одно незавершённое дело. Насколько стало известно из книг, в магическом мире она легенда. А значит, стоит ей пойти в школу, и про это непременно напишут в «Ежедневном пророке», самой известной газете магической Британии. Что-что, а журналисты, они и в Африке журналисты. К сожалению, ни у одного из её родов не было акций этой редакции, потому что она была создана лишь около тридцати лет назад и тогда ещё мало что из себя представляла.</p><p>Значит, просто придётся идти другим путём.</p><p>Поэтому накануне отъезда девочка ждала в одном из номеров Дырявого Котла лучшую писательницу этой газетёнки, Риту Скиттер.</p><p>Разговор в целом вышел продуктивный. Стоило намекнуть на несколько эксклюзивных интервью, и Рита тут же согласилась сотрудничать, принеся Непреложный Обет. С этих пор любые статьи, которые будут прямо или косвенно касаться девочки, Рита будет согласовывать лично с Белладонной.</p><p>Что может быть лучше?</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Направляясь поздно вечером, перед отъездом в школу, в свою спальню Белладонна шла по тёмному коридору заброшенного крыла. Внезапно чужие ладони сжали крохотные запястья, затаскивая в пустующую комнату. Кто-то прижал её к стене, навалившись сверху. В комнате оказалось четверо парней лет четырнадцати. Что ж, не впервые. Всё-таки Белладонна была на редкость красивой, а подростки тут на редкость озабоченные и аморальные.</p><p>Прижавший принялся мазать поцелуями шею, отпуская сальные шуточки. В то время как другие трое стояли позади. Руки парня опустились на бёдра, удерживая. Она даже не пыталась вырываться, что стало сюрпризом для подростков. Оставив красноречивые отметины, юноша начал забираться руками под одежду.</p><p>— Такая смазливая девочка, — прошептал он на ухо. — Такая хорошенькая. Ну же, мы просто поиграем.</p><p>Белладонна лишь скривилась. Она бы никогда не позволила парню зайти слишком далеко. Тот был страшненьким и, видимо, в конец отчаянным. Поэтому лишь приблизилась к его лицу, вставая на носочки, обвила руками шею и наклонилась к уху, произнося:</p><p>— Ты ведь не против поиграть по моим правилам, дорогой?</p><p>Парень расплылся в пошлой улыбке, радуясь своей удаче.</p><p>— Хорошо, сладкая, — последовал ответ.</p><p>Певерелл ухмыльнулась. Взглянув на других парней, она отметила явную заинтересованность, выпирающую через брюки. Это не вызвало в девочке ничего, кроме отвращения, но, предвкушая эффектное зрелище, она лишь сверкнула глазами.</p><p>Это будет неплохим напоминанием о себе.</p><p>Положив руку на грудь парню, она прошептала:</p><p>— Ты будешь первым.</p><p>Резко развернувшись, она припёрла его к стене. Глаза затопило чёрным, оставляя на поверхности только зловещие зелёные искры. Впрочем, парень ничуть не напрягся, очевидно, посчитав это признаком возбуждения.</p><p>Белладонна почувствовала силу, играющую на кончиках пальцев, глаза засветились ярко-зелёным, как бывало в такие моменты. Уже неприкрыто улыбнувшись, она сконцентрировалась на шее подростка. В следующий момент в лицо брызнула тёплая кровь. Парень удивленно взглянул в зелёные глаза и захрипел, хватаясь за перерезанное горло и падая на колени. Послышались крики его испуганных друзей — девочка лениво взмахнула рукой и четыре тела распяло на стене.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>— Мисс Бёркс, мне очень нужна ваша помощь! — отчаянно крикнула Певерелл женщине.</p><p>Та так и застыла посреди коридора. И что этой чертовке, от неё, спрашивается, надо?</p><p>Но девочка чуть ли не рыдала, поэтому Грета Бёркс раздражённо гаркнула:</p><p>— Что там такое, Певерелл?</p><p>Девочка ухватила воспитательницу за руку, потащив в неизвестном направлении.</p><p>— В чём нужна помощь? — задала ещё один вопрос та, да так и остановилась на пороге.</p><p>Женщина замерла от ужаса и схватилась за сердце. Она перевела свой взор на ранее плачущую девочку. Теперь на безупречном лице играла улыбка.</p><p>— Вы должны мне помочь творить историю, — прищурившись, мурлыкнула она. — Я не верю в Бога. Но верю, что он Вас спасёт. Аминь!</p><p>Кровь залила глаза, в которых навечно отпечаталось удивление. Белладонна лишь счастливо рассмеялась.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Идя по вокзалу Кинг-Кросс, девочка сохраняла безупречное настроение. Под ноги попался свежий выпуск газеты. Заголовок гласил:</p><p>«РЕЛИГИОЗНОЕ УБИЙСТВО В ДЕТСКОМПРИЮТЕ ИМЕНИ ВУЛА!!! УЖЕ ВЕДЁТСЯ РАССЛЕДОВАНИЕ. Фото смотрите на седьмой странице.»</p><p>Белладонна сменила спортивную кофту на чёрную мантию с глубоким капюшоном и, ухмыльнувшись, прошла через перегородку на платформу девять и три четверти.</p><p>Лёгкий порыв осеннего ветра перелистнул страницы. Четыре тела, распятые в форме креста, расположились на облезлой стене.</p><p>А выше…</p><p>«Здесь живёт смерть» — гласила кровавая надпись.</p></section><section><title><p>Во имя обстоятельств</p></title><p>Обычно залитую солнцем Годрикову Впадину сегодня скрывали дождевые тучи. Двухэтажный коттедж, стоящий поодаль от большинства довольно посредственных домов, встретил это утро в страшной суматохе.</p><p>Всё дело в том, что у Лили Поттер, уже девятый месяц щеголявшей большим животом, отошли воды. В семье с нетерпением ждали появления Наследников.</p><p>«Двое», — как ранее сказал семейный колдомедик.</p><p>Мальчик и девочка.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Магические выбросы начались ещё на пятом месяце беременности. Возле Лили то и дело фонтанировала неуправляемая энергия. По словам профессора Дамблдора, их дети будут очень сильными волшебниками в будущем.</p><p>Молодая миссис Поттер невероятно гордилась собой, ведь она подарит Джеймсу двух магически сильных детей и, наконец, утрёт нос чистокровным вертихвосткам, которые постоянно вьются возле её мужа.</p><p>Лили уже видела их прекрасную семью: вот они с Джеймсом, молодые родители, яркие и всегда юные. Только теперь на её пальце виднеется кольцо Леди Поттер. Джеймс обнимает жену за талию, кладя руку с кольцом Лорда на плечо своему Наследнику. А Лили приобнимает их милую дочку.</p><p>Поттеры чинно улыбаются фотографам с Пророка и уже завтра встречают очередной заголовок со своим фото на обложке:</p><p>«ЛУЧШИЙ БАЛ В ЭТОМ СЕЗОНЕ У ПОТТЕРОВ», «ПОЖЕРТВОВАНИЕ БОЛЬНИЦЕ СВЯТОГО МУНГО ОТ ЛОРДА И ЛЕДИ ПОТТЕР», «КАК ЖИВУТ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ГЕРОИ СВЕТА?», «НАСЛЕДНИКИ ПОТТЕРОВ — САМЫЕ СИЛЬНЫЕ ВОЛШЕБНИКИ СТОЛЕТИЯ?», «ДЖЕЙМС ПОТТЕР НАЗНАЧЕН ГЛАВОЙ АВРОРАТА», «РОЖДЕСТВЕНСКИЙ БАЛ В ПОТТЕР-МЭНОРЕ — САМОЕ ВАЖНОЕ СОБЫТИЕ ГОДА».</p><p>Женщина показательно хмурится, когда Джеймс рассказывает ей о том, как они с Сири будут учить детей играть в квиддич и рассказывать про шалости «Мародёров». Но в её глазах играют смешинки, выдавая настоящие эмоции.</p><p>Да, у неё будет лучшая семья!</p><p>Старшая сестра всегда говорила ей о том, что для создания семьи нужен человек надёжный и благоразумный. Как дракон, охраняющий свои сокровища.</p><p>Но с детства мечтающая о принце Лили так и не оставила своих принципов, выбрав наглого и безрассудного юношу в будущем.</p><p>Пускай Петунья довольствуется своим Верноном, а у неё есть Джеймс Поттер. Будущий Лорд и настоящий гриффиндорец. Лили с удовольствием упомянула об этом, когда Петти пригласила её на свою свадьбу. Придя, она получила завистливый взгляд в сторону Джеймса и поджатые губы сестры. Задрав нос повыше, Лили со снисхождением наблюдала, как «Мародёры» шутят над гостями торжества. Бродяга топтал газон, виляя чёрным хвостом. Джеймс уговаривал Римуса подложить Питера в образе крысы в дамскую сумочку, не обращая внимания на обречённый взгляд Лунатика.</p><p>В итоге гости повскакивали со своих мест, переворачивая стулья и столики; а живые цветы были снесены на пол общим потоком паники, когда волосы приглашённых стали приобретать яркие оттенки, а у нескольких важных людей на лице повыскакивали гнойники.</p><p>Вдоволь насладившись ужасом в глазах невесты, Лили с друзьями наложили Обливейт на маглов и поспешили удалиться, оставляя растерянную Петунью и разъярённого Вернона у алтаря.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Сидя в уютной, но не слишком богато обставленной гостиной, Джеймс Поттер перешучивался со своим лучшим другом.</p><p>— Даа, вот это были времена… — протянул Сириус Блэк.</p><p>Джеймс тряхнул своими по-плебейски растрёпанными волосами и поправил на носу очки, которые носил на зло дотошным предкам.</p><p>— А помнишь лицо Нюниуса, когда МакКошка сняла со Слизерина пятьдесят баллов, потому что он писал заметки на полях в своих книжках? Его так перекосило, когда она пригрозила тем, что ему придётся заплатить за них! — заржал Поттер, хлопая друга по спине.</p><p>Сириус зашёлся лающим смехом.</p><p>— Ох уж эти мерзкие слизни! — скорчил рожу Блэк. — И моя семейка такая же… Пожиратели, вот они кто, тёмные выродки!</p><p>Джеймс скривился, так некстати вспоминая своих родителей. Недавно предки огорошили Наследничка — он не станет Лордом, родовой камень его попросту не примет! И мэнора им с женой тоже не видать!</p><p>— Ну ничего, Сохатый, вот Дамблдор победит Того-Кого-Нельзя-Называть и мы заживём, — смеётся пьяный Сириус и стискивает друга в объятьях, лохматя чужие волосы. — Ещё вместе будем учить Сохатика играть в квиддич. Он наверняка будет на тебя похож, Джей. А девочкой пускай занимается Лили. Дамская это работа, Джей. Я тебе говорю! Они всегда такие чопорные эти бабы, но зато какой вид сзади, — восхищённо присвистнул он, очевидно припомнив кого-то из своих пассий.</p><p>— Впрочем, у мужиков не хуже. Недавно видал такого красавца-магла! Его зад ну просто огонь! — хохотнул Сири.</p><p>Джеймс совсем уж неразборчиво что-то пробормотал, мысленно соглашаясь с другом, и завалился спать, распластавшись на ковре в гостиной.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>На утро его ждала выволочка от жены.</p><p>— Опять пьянка! У тебя уже скоро дети появятся, а ты… — визжала Лили с утра пораньше. — Мало мне того, что мы живём в этой дыре!</p><p>Джеймс поморщился, голова с похмелья была словно чугунная, а во рту будто испражнился гиппогриф. Иногда Поттер жалел, что его жена дружит с матриархатом рыжего семейства. Слишком уж сильно Лили Поттер уподобилась домохозяйке Молли Уизли.</p><p>— Антипохмельного, — кое-как прохрипел он.</p><p>Лили, причитая о безалаберности супруга, поспешила влить в него необходимое зелье. После чего уставилась на Джеймса с немым укором.</p><p>— Мне простительно, Лилс, я вчера ходил к предкам на разговор, — отмахнулся Поттер.</p><p>Услышав это, Лили сменила гнев на милость:</p><p>— Ну и что тебе сказали родители? Я собрала некоторые свои вещи для переезда в мэнор, о, я уже давно подумывала обновить гардероб, а тут такой повод! Подумать только, сколько всего нужно распланировать… кажется, весна — благоприятное время для бала…</p><p>Джеймс с трудом подавил в себе вспышку раздражения.</p><p>— Лили, — поспешил осадить он жену.</p><p>Но та лишь маниакально бормотала себе что-то под нос о жизни в родительском мэноре.</p><p>Вспыльчивый по своей натуре Поттер сжал руки в кулаки, а его лицо покрылось некрасивыми красными пятнами. После вчерашнего разговора он был страшно обижен на своих старых предков. А в особенности на отца — тот весь вечер окидывал его презрительными взглядами на пару с мамашей. И вот сейчас горе-Наследник был уже на грани. Джеймс Поттер вскочил с дивана, зашатавшись и брызжа слюной, он со всей силы ударил рукой по стеклянной столешнице. Послышался звон — стол не выдержал и осыпался осколками.</p><p>— Не будет у нас никакого мэнора! — заорал он, в гневе выпучив глаза.</p><p>Лили отшатнулась и замерла. В её глазах постепенно начало отражаться понимание…</p><p>— Что это значит, Джеймс Флимонт Поттер? Что значит не будет мэнора?! — завизжала она не хуже банши.</p><p>Джеймс словил себя на желании заткнуть уши руками.</p><p>— То и значит, что я не Лорд! Ясно тебе?! — прикрикнул он. — И мэнора нам не видать!</p><p>Лили гневно прищурилась.</p><p>— Вот значит как, — громыхнула она.</p><p>От раздражения её лицо покраснело, что вместе с рыжими волосами смотрелось просто чудовищно, и понеслась на второй этаж.</p><p>Джеймс понёсся вслед за истеричной супругой и застал её, раскидывающей вещи по чемоданам.</p><p>— Лили, ты слышала, что я сказал? Мы не едем в мэнор… — начал было он на повышенных тонах, но супруга лишь махнула на это рукой.</p><p>— Ты то тут причем? — спросила женщина, не смотря на него. В её голосе отчётливо слышалась плохо скрываемая заносчивость.</p><p>— И куда же ты тогда собралась? — зло скрипнул зубами, вопросил Джеймс.</p><p>— Как куда? К Севу, конечно, — злорадно улыбнулась женщина и, высокомерно вздёрнув нос, продолжила складывать вещи.</p><p>Лили прекрасно знала насколько сильно Джеймс ненавидит Снейпа и как его выводит из себя, когда жена называет Пожирателя Смерти «Севом».</p><p>И Джеймс Поттер, как всегда, оказался до боли предсказуемым. Он пришел в бешенство от того, что его беременная жена предпочитала общество грёбаного Пожирателя.</p><p>— И что ты собираешься делать с этим слизнем, — с отвращением спросил мужчина.</p><p>— Как что, я собираюсь у него жить, — резко ответила женщина.</p><p>Джеймс вылупился на неё так, будто она сошла с ума. От бешенства у него даже начал дёргаться глаз.</p><p>— Он же приспешник Того-Кого-Нельзя‐Называть, Лилс! Он грязный, тёмный выродок! — выругался Поттер.</p><p>— Зато у этого выродка есть мэнор! — сказала Лили так, будто Принц-мэнор был её собственным. Впрочем, так ей и казалось, ведь не зря она всю жизнь поддерживала этого отвратительного полукровку. А Снейп, между прочим, ей единственной рассказал, что он Наследник Принц и имеет в целом немалое состояние.</p><p>Он наивно полагал, что теперь Лили точно выберет его. Но с мэнором или без, он всё ещё был уродливым полукровкой. О чём Эванс ему и сообщила, лишь только представив, что у одного из её детей будет такой же выдающийся нос и костлявое телосложение.</p><p>С тех пор они больше не виделись. Но, кажется, Лили где-то читала о том, что Снейп стал самым молодым мастером зельеварения за последние две сотни лет. Тогда женщина не придала этому особого значения, но теперь, понимая, что стать Леди Поттер уже не судьба, она вдруг пришла к выводу, что может стать Леди Принц.</p><p>Снейп-то ей уж точно не откажет. Ведь Лили — это всё, о чём он только может мечтать.</p><p>Да, женщине определённо нравился такой расклад, поэтому она, невзирая на бешенство супруга, скоро уже бывшего, распихивала бесчисленные мантии и платья по чемоданам.</p><p>Лили Поттер подошла к камину и, левитируя за собой кучу багажа и взяв с коробки горсть летучего пороха, ступила в камин.</p><p>— Дом в Паучьем Тупике, — ровно произнесла она, растворяясь в зелёном пламени.</p><p>Где-то на втором этаже Джеймс Поттер отошёл от шока и теперь стремглав мчался к ближайшему камину. Перед тем, как отправиться за строптивой женой, он послал Патронус профессору Дамблдору, передавая гневное сообщение.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Северус Снейп готовил очередную заготовку для зелья в своей лаборатории, когда ему столь бесцеремонно помешали. Где-то этажом выше сработал камин, но зельевар даже бровью не повёл, списывая шум на свою непрекращающуюся который день мигрень. Продолжая увлечённо нарезать корень асфоделя, он совсем опешил, когда его покой нарушил влетевший в помещение рыжий вихрь.</p><p>Мастер даже не успел удивиться, как тут же был сдавлен крепкими объятиями. В лицо полезли ярко-рыжие волосы, обладательницу которых Северус, к несчастью, узнал.</p><p>Лили Поттер — единственная подруга детства. В голове всплыли последние её слова, что так сильно ранили его несколько лет назад. Как давно они виделись? Кажется, с тех пор прошла целая вечность. В школе их пару ассоциировали с несчастной любовью и Дамблдор активно поощрял такие слухи. Почему-то совсем никому не приходило в голову, что мрачному и угрюмому Снейпу была не по душе яркая и громкая Эванс. Для умного юноши девушка была не больше, чем «пустышкой», хоть он и старался помогать гриффиндорке, отдавая дань детской дружбе.</p><p>Снейп хорошо помнил, как предлагал Лили помощь, он даже решился рассказать Эванс про мэнор, надеясь, что тот станет решающим фактором её выбора. Но нет, девушка так и не отказалась от своих убеждений, выйдя за оленя Поттера и тем самым оказавшись под пятой у Альбуса. Впрочем, совесть Северуса молчала. Он и правда делал всё, что мог, в память о детской дружбе, хотя Лили и смотрела на него временами как на грязь.</p><p>Конечно, слизеринец видел, какой воодушевлённой выглядела девушка после встреч с Великим Светлым волшебником и как Эванс задирала нос, мешая остальных с грязью. Он терпел её выходки непозволительно долго.</p><p>Но неизбежного, не избежать.</p><p>Вот и сейчас, чувствуя, как Лили обнимает его, будто ничего не произошло, он был в бешенстве. Резко оттолкнув от себя назойливую женщину, зельевар презрительно скривился. На лице Лили Поттер отразилось непонимание и даже промелькнуло раздражение. Впрочем, это ничуть не удивило Снейпа. Уже приготовившись к тому, что Поттер развернётся и уйдет, как делала в школе, он чуть позорно не выронил флакон с бодроперцовым, когда женщина что есть мощи взвизгнула ему на ухо.</p><p>— Что ты делаешь, Сев?! Я думала, ты скучал по мне! — удивлённо вскрикнула она.</p><p>Северус Снейп скривился, словно от зубной боли. Его выражение лица ясно давало понять, что именно он думал о сложившейся ситуации.</p><p>— С чего бы вдруг? — казалось, зельевар и правда обескуражен.</p><p>Пока Снейп размышлял о её странном поведении, женщина прошлась по нему оценивающим взглядом, недовольно сморщив нос, когда её взор остановился на поношенной и дешёвой рабочей мантии.</p><p>Конечно, Северус не бедствовал, но в лабораторию он надевал исключительно старую и потрёпанную одежду: нередко его эксперименты оказывались на полу, стенах и на нём самом, неся убытки в его и так довольно скромный гардероб.</p><p>В коридоре что-то ударилась о тумбу, а затем в лабораторию просочился увесистый сундук и несколько кладей поменьше. Лили Поттер взмахнула рукой и весь багаж аккуратно спикировал вниз, сгрудившись идеальной кучей на полу.</p><p>Было заметно, что она едва ли устала, хотя раньше такое волшебство высушило бы её резерв полностью.</p><p>А как же, ведь во время беременности магия рода питает молодую мать, чтобы та могла развивать магические ядра детей и защищать плоды от любого внешнего воздействия. Так что магии у Поттер сейчас намного больше обычного, как и у любой рожающей женщины, за которой стоит сила рода супруга или собственного. Впрочем, всё это продлится недолго, после родов магия сконцентрируется на защите будущих наследников и покинет саму женщину, а её уровень колдовства вернётся к прежним своим возможностям.</p><p>Снейп вопросительно уставился на Поттер, переводя раздражённый взгляд с женщины на кучу вещей и обратно.</p><p>— Ну и чего тебе, Поттер? Я думал, что мы не настолько близки, чтобы я давал тебе право вламываться в свой дом, когда тебе вздумается, — прорычал Северус.</p><p>Лили гордо вздёрнула нос:</p><p>— Мне казалось, что мы друзья, Сев, — обижено скривила гримасу она.</p><p>— Мы уже давно не друзья, — отрезал Снейп, складывая руки на груди. — Выкладывай, зачем пришла.</p><p>Лили недовольно махнула рукой, но тут же её отдёрнула, возвращая более нейтральное выражение лица:</p><p>— Как зачем, я ведь тебя люблю, Северус, и хочу жить вместе. Ненавижу Джеймса. Он такой невыносимый, а теперь я ещё и беременна, — выдохнула она, хлопая ресницами и пытаясь выглядеть расстроенной.</p><p>Северус Снейп так и застыл.</p><p>— Ну а вещи… Так мы же будем семьей, поедем в мэнор. Там и разложу. Ты ведь меня не оставишь, мой Сев? Я знаю, что моя любовь взаимна, милый, — улыбнулась она и, пока Снейп пытался прийти в себя, чмокнула его в губы.</p><p>Он раздражённо вытер их рукавом мантии. Зельевар не успел и рта раскрыть, как в помещение ввалился никто иной как Джеймс Поттер собственной персоной.</p><p>— Отойди от неё, мерзкий Пожиратель, — разъярённо крикнул он, перед тем как кинулся на Снейпа с кулаками. — Лили, встань за мной, не смей даже думать, что я отпущу тебя к этому, — рыкнул Поттер.</p><p>— Но у тебя нет денег, Джеймс, а у него есть. Я думаю, он будет лучшим отцом для моего ребёнка.</p><p>— Профессор Дамблдор обещал помочь нам с этим, когда мы победим Того-Кого-Нельзя-Называть, — огрызнулся он.</p><p>— Правда? — уставилась на него жена. На её лице то и дело проскальзывал мыслительный процесс. — Но я хочу мэнор! — упрямо кричала Лили, швыряясь в супруга всем, что попадало под руку. — Хочу фамильный мэнор!</p><p>— Будет тебе мэнор, Профессор Дамблдор так сказал. Я как раз только что получил от него Патронус, — пытался изъясниться Джеймс, попутно прячась за разными поверхностями и уклоняясь от летящих флаконов с неопределённым содержимым. В лаборатории прогремело несколько взрывов, где-то загорелся стол. А цинковый котёл покрылся странной слизью.</p><p>Казалось, за своими скандалами супруги совсем забыли про Северуса Снейпа, который молчаливой тенью наблюдал за ними. А если бы они обратили на него внимание, то заметили бы, как у последнего заходили желваки от еле сдерживаемой ярости. Магия вокруг него сгустилась.</p><p>— Вон, — громыхнул он так, что Поттеры подпрыгнули от испуга. — Я сказал, вон из моего дома!</p><p>Подняв палочку, мужчина отлевитировал их вместе с пожитками в камин и отправил восвояси.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Альбус Дамблдор, сидя возле камина в гостиной Поттеров, утешал молодых супругов.</p><p>— Дети мои, вы ещё так молоды и неопытны в делах любовных, — прискорбно вздохнул он. — Но сейчас мы все должны сплотиться и выступить против зла. Сами-Знаете-Кто очень силён, но его убеждения разрушат наш мир и превратят его в руины. Общего блага так никогда не добиться. Джеймс, мальчик мой, вы с Лили нужны Ордену. Вы избраны, чтобы нести Свет в этот мир, — загадочно заблестел глазами старый волшебник сквозь очки-половинки.</p><p>— Мы понимаем, профессор Дамблдор, — доверчиво улыбаясь, ответили Поттеры.</p><p>У них даже в мыслях не возникало сомнений на счёт директора, ведь, в конце-концов, Дамблдор — сильнейший Светлый волшебник столетия и ему уж точно известно всё. По-другому и быть не может.</p><p>Скоро все ссоры были забыты. Дамблдор давно ушел, а молодые волшебники до поздней ночи мечтали про благо, общее для всех волшебников. И потекла жизнь.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В конце хмурого июля на улице моросил редкий дождь. Солнце скрывали тёмные тучи. В Годрикову Впадину в срочном порядке был вызван колдомедик: у Лили Поттер отошли воды. Несколько часов схваток и мучений, и вот молодая мать уже держит на груди своих новорождённых детей. При рождении первый ребёнок долго молчал. Все успели неплохо так перепугаться, но, в конце-концов, он будто нехотя агукнул. Второй же, наоборот, разразился громогласным рёвом, едва успел появиться. Чтобы его успокоить, пришлось задействовать всю изобретательность, на которую были способны акушеры и уставшая миссис Поттер. Первенец на это недовольно морщился и мотал головой. И спустя почти час громкое дитя, наконец, затихло, похрапывая на животе у мамы.</p><p>— Ну как ты, Лилс? — протиснулся в комнату молодой отец.</p><p>Женщина устало улыбнулась:</p><p>— Они такие крохи, милый, — умилилась она.</p><p>— И правда, — поцеловал жену Поттер. — А кто у нас тут такой крикливый?</p><p>Лили погладила по голове своих чад:</p><p>— Думаю, это была наша принцесса.</p><p>— А как там наш Наследник?</p><p>— Настоящий воин, снёс все трудности молча, — с гордостью сказала Лили.</p><p>— Я горжусь вами тремя, — приобнял её Джеймс. — Вы у меня самые лучшие! Будущие храбрые гриффиндорцы!</p><p>— Подождите минутку, — отвлёк их целитель, — Ваш первенец — это не мальчик, а девочка, — мягко улыбнулся он, глядя на ошеломлённых родителей. — Мальчик был вторым, а девочка у вас очень славная. Всего вам хорошего!</p><p>И шагнул в камин, прихватив свои вещи.</p><p>Поттеры остались одни.</p><p>В голове у миссис Поттер никак не укладывалось: как так, ведь теперь наследовать род будет дочь, а не сын, как хотел Джей.</p><p>— Но зато какой громкий, он точно будет гриффиндорцем, — попытался отшутиться Сохатый.</p><p>Но оба родителя так и не смогли скрыть своей горечи. На лицах то и дело проскальзывало разочарование.</p><p>— Ладно, ты тогда отдыхай, а я пойду — обрадую Бродягу, — выдавил из себя Джеймс и, взлохматив свои волосы, почти выбежал из комнаты.</p><p>Лили невольно всхлипнула и разрыдалась.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Сегодня Альбус Дамблдор с самого раннего утра был на ногах. Раздражённо одёрнув свою коралловую мантию с вышитыми на подоле гроздьями винограда и цветными бабочками, он принялся ждать Сибиллу Трелони. Женщина утверждала, что обладает даром провидения, как и её знаменитая прапрабабушка Кассандра.</p><p>Не то чтобы Альбус верил во всю эту чепуху, но Попечительский Совет уже давно требовал вернуть предметы времён старины Армандо Диппета, иначе они перестанут финансировать фонд. А это означало закрытие Хогвартса, чего ни в коем случае нельзя было допустить. Надо сказать, что Дамблдор не плохо так устроился и, потеряв школу, он больше не смог бы влиять на детские умы.</p><p>Так что он посчитал, что вернуть прорицания будет достойным компромиссом.</p><p>Чего он точно не ожидал, так это того, что кандидатка заявится на собеседование, перебравшей хереса.</p><p>Альбус уже думал было выставить её за дверь, но женщина затряслась в конвульсиях и выдала «пророчество».</p><p>Он, конечно, спровадил её, обещая прислать сову, если она будет принята, но идея, возникшая после театрального выступления Сибиллы, никуда не исчезла.</p><p>«А что, это может сработать», — подумал директор, зарываясь старческой рукой в оперение Фоукса.</p><p>Из раздумий его вырвал звонок по каминной сети.</p><p>— Профессор Дамблдор, вы свободны? — прозвучал испуганный голос Лили Поттер.</p><p>— Это срочно! — вклинился Джеймс.</p><p>Профессор поднялся, нехотя отправляя феникса на его насест.</p><p>— Да, моя девочка, что там стряслось? Джеймс, мой мальчик, и ты там? У вас что-то срочное?</p><p>— Директор, наша Белла… она… она шипит, как змея! — заикаясь, воскликнула Лили.</p><p>Старец поморщился, визжала женщина знатно и в этом была очень похожа на домохозяйку Молли.</p><p>— Что она делает?! — ошеломлённо крикнул он.</p><p>— Шипит, как змея, — рыкнул Джеймс. — Она что, какая-то тёмная тварь, да?! А я говорил тебе, Лилс, нашим первенцем должен был быть мальчик!</p><p>Миссис Поттер задушенно всхлипнула и закричала:</p><p>— Тёмная, тёмная тварь! Мерзость! Уберите эту мерзость из моего дома!!! Уберите её прочь от моего Чарли! Сыночек, не плачь, мама и папа рядом, — завыла она.</p><p>Дамблдор устало нахмурился: с самого дня родов у Поттеров всё пошло под откос. Молодые родители никак не могли смириться с тем, что первой у них появилась девочка. Они всё чаще винили в своих несчастьях тихого первенца. И когда мать услышала от дочки змеиный язык, это стало последней каплей.</p><p>— Заберите её из моего дома! Джеймс, сделай что-нибудь!!! — билась в истерике молодая мать.</p><p>— Но что я могу, Лили! — кричал Поттер, круша всё, что попадалось ему под руку.</p><p>— Директор, помогите!!! — взвыла миссис Поттер. — Вы наша последняя надежда!</p><p>Профессор раздражённо поправил бороду, но, кажется, у него появилась стоящая идея. Глаза, спрятанные за очками, лукаво блеснули.</p><p>— Не переживайте, дети мои, я знаю, что нам делать…</p><p>«Всё складывается как нельзя удачно», — решил Альбус, закидывая в рот засахаренную лимонную дольку.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Северус Снейп направлялся в Кабанью Голову. Подойдя к приоткрытой двери паба, он замер: за ней он отчётливо расслышал знакомый старческий голос:</p><p>— Здравствуй, Сибилла, — протянул Дамблдор.</p><p>— Здравствуй, Альбус, — кивнула странного вида женщина, присаживаясь за стол.</p><p>— Значит, Вы претендуете на пост на учителя Прорицания, мисс Трелони? — вопросительно склонил голову директор.</p><p>— Именно, ты и сам знаешь, какое сейчас время, — отмахнулась она.</p><p>— Тот-Кого-Нельзя-Называть…</p><p>— Именно, Альбус, именно, — поправила на носу очки Сибилла. Из-за их старомодной оправы женщина в них выглядела, как стрекоза. — Если он узнает обо мне, то нам всем придёт конец. Ты же знаешь, что я первая после прапрабабки Кассандры, кто унаследовал наш семейный дар, — загадочно произнесла мисс Трелони.</p><p>Снейп поплотнее запахнул мантию и прислушался, вглядываясь в маленькую щель приоткрытой двери.</p><p>Внезапно женщина затряслась, выронив бутылку сливочного пива. Её глаза закатились, а голос стал ощутимо глубже и проникновенней:</p><p>— Грядёт та, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённая теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённая на исходе седьмого месяца…</p><p>— Что это ты тут ошиваешься, Пожиратель?! — схватил Северуса за плечо неизвестный, не дав дослушать истинное пророчество.</p><p>— Убирайся-ка ты отсюда по-хорошему. Понял меня?! — гаркнул мужчина, который являлся никем иным как Аберфортом Дамблдором и, развернувшись, исчез за барной стойкой.</p><p>Снейп попытался ещё раз взглянуть в щель, но Сибилла, уже закончив говорить, мелко задрожала и тяжело осела на стул. Северус резко развернулся и пошёл на выход.</p><p>Милорд будет доволен.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>В ночь Самайна, когда мир живых пересекается с миром мёртвых особенно сильно, Лорд Волдеморт трансгрессировал в Годрикову Впадину. На улице уже не горел свет, а возле дома было подозрительно тихо. Взмахнув подолом чёрной мантии и натянув капюшон поглубже, волшебник поднялся на крыльцо. Приглушённый свет горел лишь на втором этаже. За зашторенными окнами то и дело мелькали загадочные тени, заставляющие алые глаза вглядываться в непроглядную темноту.</p><p>Тёмный Лорд махнул рукой в сторону двери — та беззвучно отворилась, открывая вид на длинный коридор.</p><p>В последние годы Лорд всё хуже себя осознавал, вот и сейчас он уже и не помнил, зачем сюда явился.</p><p>— Убить ребёнка? Да, кажется, так и есть, — Волан-де-Морт задумчиво почесал подбородок, в глазах всё двоилось. — И куда теперь? — обратился он в пустоту.</p><p>Подсветив себе дорогу Люмосом, волшебник поднялся на второй этаж.</p><p>Дверь детской была приоткрыта, но в воздухе чувствовались излишки магии. Тёмный Лорд задумчиво приостановился: это ощущение было ему знакомым, но он всё никак не мог вспомнить, откуда.</p><p>На еле удерживающих его ногах он подошел к детской колыбели, откуда на него смотрели невероятные глаза цвета северного сияния, взгляд которых Лорд ещё не раз вспомнит в минуты своего отчаяния. Он потянулся к ребёнку, очарованный тёмными, пока ещё короткими локонами, фарфоровой кожей и зигзагообразным шрамом на лбу, поэтому он слишком поздно услышал шорох позади. Развернувшись, он успел уловить блеск в знакомых очках-полумесяцах и зелёную вспышку, выбившую дух из тела. В голове на миг прояснилось и он вспомнил — кажется, именно так ощущается магия в воздухе после проведения ритуалов магического блока.</p><p>А дальше была только боль — нестерпимая боль и неземные страдания.</p></section><section><title><p>Билет в один конец</p></title><p>На платформе девять и три четверти было людно. И хотя до отправки оставалось ещё добрых полчаса, но от Лондонской тишины не осталось и следа. Она попросту затерялась в этой шумной толпе. На смену утренней прохладе пришло душное столпотворение взрослых и детей, то и дело теряющихся в клубах пара, извергаемых паровозом.</p><p>Белладонна даже приостановилась, наблюдая, как пар рассеивается по платформе. В этой картине она видела что-то удивительно умиротворяющее.</p><p>На миг ей захотелось просто раствориться в белых причудливых формах и вместе с паром исчезнуть этим утром на платформе.</p><p>Неужели это конец? Конец приютской жизни и всех тех гадких вещей, которые бывали в ней?</p><p>Что она должна сейчас чувствовать? Радость, счастье, уныние? Но ей на удивление безразлично, что чувствовать сейчас.</p><p>Перед глазами до сих пор стоит отдалённая комната в заброшенном крыле, грязные сиротские дети и гадкие прикосновения, следы которых навечно останутся с ней несмываемым клеймом, напоминая о том, чего ей стоило собственное выживание.</p><p>Иногда девочке кажется, что всё это только в её голове. Что сейчас она снова спит в карцере и вот-вот проснётся от холода, который, кажется, пробрался даже в душу. Тогда она даже не сможет почувствовать своих пальцев, бестолково скребя ими по металлической двери. Возможно, тело задеревенеет и так и останется лежать в самом тёмном углу. Губы посинеют и она навсегда уснёт, убаюканная мёртвой тишиной.</p><p>В глазах подозрительно защипало, дыхание спёрло и со щеки Белладонны сорвалась слеза. Она упала вниз и оставила крошечный мокрый след на гранитной плитке, никем не замеченная.</p><p>Встряхнувшись, девочка наконец отмерла. До отправки оставалось чуть более получаса.</p><p>Стоило поспешить занять свободное купе. Ведь лучше, чтобы никто её пока не видел.</p><p>Сверкнув глазами из-под глубокого чёрного капюшона, девочка вскинула подбородок, оставив сантименты позади. Слёзы не для таких как она! Они определённо подошли бы некой мессии света, а не самой смерти во плоти.</p><p>Уверенной походкой она поспешила к поезду.</p><p>Отчего-то Белладонна была уверена, что ещё не раз проснётся со слезами на глазах от тягучих кошмаров, будоражащих её прошлое.</p><p>Остановившись возле крайнего вагона, она заняла первое попавшееся на глаза купе. Девочке стоило лишь пожелать, и дверь за её спиной захлопнулась, а чемодан занял своё место на верхней полке.</p><p>Белладонна, запыхавшись, присела на сиденье, уставившись в окно. Под мантией в районе рёбер зашевелилось скользкое, хладнокровное тело.</p><p>— Гос-с-спожа, — зашипел змей, высовываясь из-за ворота. — Могу я…</p><p>Волшебница в кивке склонила голову:</p><p>— Можешь, Ёрмунганд.</p><p>Тело на это, казалось, облегчённо засопело. Ёрмунганд наконец выбирался из-под тяжёлых одежд и обвил шею хозяйки, удобно умостив треугольную голову на девичьем плече.</p><p>Черноволосая хозяйка же погрузилась в чтение на редкость интересной книги о «Священных двадцати восьми», пока не была отвлечена настойчивым стуком в двери купе. За ними послышался гомон нескольких детских голосов, наперебой что-то твердящих. Но стоило девочке сильно пожелать тишины, как по зову магии, звуки по ту сторону затихли.</p><p>Послышались отдаляющиеся шаги.</p><p>Оставшийся путь до Хогвартса прошёл в уютной тишине.</p><p>По прибытии на место Белладонну ждала холодная от ночного воздуха платформа и тусклый фонарь, освещавший разве что только сам себя.</p><p>Сойдя с поезда, она едва успела ступить на землю, как за спиной раздался громоподобный возглас:</p><p>— Первокурсники, сюда! — размахивал руками огромный, бородатый мужчина. Со всех сторон к нему начали стекаться дети, тем не менее предпочитая боязно сбиваться в группки подальше от странного человека.</p><p>Белладонна сильнее закуталась в мантию и двинулась в их сторону, пока Ёрмунганд что-то тихо и недовольно насвистывал, обвивая её талию.</p><p>Сейчас девочке предстояло с головой окунуться в коктейль из запахов магии каждого юного волшебника и волшебницы в этой толпе, не выдавая своей собственной. Особенно на фоне остального выделялась магия бородача. Она пованивала чем-то грязным и будто перемешивалась в жилах громилы.</p><p>— Так, все уже собрались? Тогда пошлите за мной! Только глядите, того, не отставайте!</p><p>Поскальзываясь и спотыкаясь, дети двинулись вслед за рослым мужчиной по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что Белладонне показалось, будто они пробираются сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и первокурсники шли почти в мёртвой тишине.</p><p>— Ещё несколько секунд и вы повидаете Хогвартс! — крикнул бородач, не оборачиваясь. — Так, осторожно, детвора! Все сюда!</p><p>— О-о-о! — вырвались коллективные вздохи у тех, кто шёл в первых рядах.</p><p>Белладонна держалась позади, и потому лишь через секунду смогла лицезреть предмет всеобщего восхищения.</p><p>Из-за высоких елей, что отбрасывали свои тени, было совсем непонятно, где заканчивается лес, а где начинается непроглядная водная гладь. Они оказались на берегу большого чёрного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звёзд.</p><p>— Залезайте по четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал большой человек, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Он окинул толпу пристальным взглядом, как делал уже много раз до этого. Будто выглядывая кого-то, но не найдя желаемого, нервно запнулся и зашагал к лодке.</p><p>Пока другие дети спешили занять свои места, юная волшебница стояла в стороне, чтобы позже сесть в самую последнюю лодку, разделяя место с молчаливым русым, как мышонок, мальчишкой.</p><p>Тот с таким восторгом оглядывался вокруг, что даже не заметил свою случайную спутницу. Впрочем, та даже и не думала больше обращать на него внимания, тоже разглядывая всё вокруг.</p><p>И хотя она читала много литературы про Хогвартс, увиденное превзошло все ожидания юной Леди. Замок действительно выглядел таким величественным, как описывали его все очевидцы, и был таким же волшебным, как и легенды о нём.</p><p>— Ну что, расселись? — прокричал бородач, у которого была личная лодка. — Тогда, ишь, давайте двигать вперёд!</p><p>Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому, как стекло, озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утёсу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.</p><p>— Пригнитесь! — зычно крикнул мужчина, когда они подплыли к отвесной скале. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в тёмный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.</p><p>— Эй, ты! — обратился он к пухлому мальчишке, после того как осмотрел пустые лодки. — Это твоя жаба?</p><p>— Ой, Тревор! — радостно завопил ребёнок, протягивая руки и прижимая к себе свою жабу. Белладонна скривилась, наблюдая, как он прижимает склизкое и грязное животное поочередно к обоим своим щекам.</p><p>Тем временем гигант повёл их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке, у подножия замка. Ещё один лестничный пролет — и первокурсники выстроились перед огромной дубовой дверью.</p><p>— Эй, детвора, ну что, все на месте? — почесал голову в недоумении мужчина. Он поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.</p><p>Дверь распахнулась.</p><p>За ней стояла высокая черноволосая, с лёгкой проседью в волосах, волшебница в изумрудно-зелёных одеждах. Лицо её было очень строгим, а голову венчала остроконечная шляпа.</p><p>— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей гигант.</p><p>— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему мадам. — Я их забираю.</p><p>Она повернулась и двинулась вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней. Вскоре они все оказались в огромном зале, таком огромном, что там легко поместилось бы целых три приюта Вула. На каменных стенах — точно так же, как в банке «Гринготтс» — горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи. Певерелл внезапно подумалось, что она действительно в восторге от такой величественной роскоши.</p><p>Дети следовали за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Белладонна услышала шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Она усмехнулась. Под капюшоном никто этого не заметил.</p><p>Вскоре оказалось, что профессор вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и бесполезно пытаясь расправить свои мантии.</p><p>— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде, чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин, — произнесла женщина, приосанившись и улыбнувшись, когда назвала первый из них. — У каждого факультета есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы, — выдала она, будто сама неуверенная в своих словах. — Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнётся через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.</p><p>Её глаза отдельно задержались на мантии круглолицего мальчика, которая сбилась так, что застежка оказалась под левым ухом, а потом на грязном носу его рыжего соседа. Белладонна была готова поклясться своей чистой кровью, что рыжий был никем иным как Уизли. Эту дурную породу Предателей крови было видно сразу и издалека. От мальчишки так несло трупной вонью, что девочке пришлось зажать нос и опереться на ближайшую стенку, чтобы не выдать себя ненароком.</p><p>— Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.</p><p>— А как будет проходить этот отбор? — заикнулся щекастый мальчишка.</p><p>— Наверное, нам придётся пройти через какие-то испытания, — ответил его сосед, сморщив веснушчатый нос. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.</p><p>Белладонна иронично хмыкнула, но промолчала.</p><p>Все вокруг молчали, испуганно таращась на рыжего мальчишку, кроме лохматой кареглазой девочки, которая стояла рядом с первыми двумя и шёпотом рассказывала всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, и вслух гадала, какое из них ей понадобится на церемонии отбора.</p><p>Певерелл с первого взгляда узнала в ней грязнокровку и отметила, что несколько ребят вокруг также скривились, как только та попала в их поле зрения. Её магия не была откровенно вонючей, но имела свой собственный оттенок, схожий по запаху с плесенью.</p><p>От более детальных размышлений её отвлекли внезапные истошные крики. Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки, их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные они скользили по комнате, переговариваясь между собой и, кажется, вовсе не замечая первокурсников или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили.</p><p>— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнёс один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс…</p><p>— Мой дорогой Проповедник, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком…</p><p>Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил.</p><p>— Эй, а вы что здесь делаете?</p><p>Никто не ответил.</p><p>— Да это же новые ученики! — воскликнул Толстый Проповедник, улыбаясь собравшимся. — Ждёте отбора, я полагаю?</p><p>Несколько человек неуверенно кивнули.</p><p>— Надеюсь, вы попадёте в Пуффендуй! — продолжал улыбаться Проповедник. — Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился.</p><p>И пока первокурсники подняли гвалт, незаметно для их глаз к Певерелл просочился одинокий, полупрозрачный силуэт. Это был призрачный мужчина с выпученными пустыми глазами, вытянутым костлявым лицом, и в одеждах, запачканных серебряной кровью.</p><p>— Моя Леди, — благоговейно прошептал он. — Неужели сама Смерть решила посетить свои грешные владения? — полувопросительно произнёс он, блестя провалами на месте глаз.</p><p>— Я наследница Смерти, — хмыкнула девочка, поправляя чёрные, как смоль, локоны, что так и норовили высунуться из-под капюшона. Глаза цвета смертельного проклятия лукаво сощурились.</p><p>Призрак уважительно склонился.</p><p>— Значит, на то воля её Величества, — сказал он глухим, загробным голосом.</p><p>— Кровавый Барон, всегда к Вашим услугам, Ваше Высочество, — кивнул он сам себе. — Знаете, я сразу Вас почувствовал, Леди Певерелл, да, такое ни с чем не попутаешь…</p><p>Белладонна постаралась как можно незаметнее оглянуться по сторонам.</p><p>— А другие, они тоже меня чувствуют? — по-птичьи склонила голову она.</p><p>— Ещё нет, моя Леди. Сейчас тут слишком много юных душ, а остальные призраки, к их счастью, не так близки к преисподней, как я, — безумно хохотнул он. — Но уже скоро… осталось недолго и они тоже поймут…</p><p>Барон поклонился и уплыл куда-то, продолжая нашёптывать себе под нос и смеяться.</p><p>Пространство разрезал строгий голос:</p><p>— Идите отсюда, сейчас начнётся церемония отбора.</p><p>Это вернулась профессор МакГонагалл. Она строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим.</p><p>— Выстройтесь в шеренгу — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной!</p><p>Первокурсники во главе с профессором вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и оказались у двойных дверей.</p><p>Белладонна мысленно успела позлорадствовать, уже представляя себе реакцию Дамблдора на её маленькое представление.</p><p>— L’exactitude est la politesse des rois*, — прошептала она себе под нос перед тем, как двери отворились.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Северус Снейп с самого утра был как на иголках. В голове зудели разнообразные не самые приятные мысли, мешая сосредоточиться на приготовлении Бодроперцового зелья для Больничного Крыла.</p><p>Как-никак, а в последние годы дети всё чаще стали наведываться к Помфри. О чём та не забывала упомянуть на каждом учительском собрании, что проводил Альбус Дамблдор.</p><p>Проделки близнецов Уизли уже в конец осточертели преподавателям, но директор только посмеивался в свою бороду и сетовал на то, что юность — такое прекрасное время!</p><p>Правда, в последний месяц сам Альбус словно сдулся, всё время нервно теребя рукава своих цветастых мантий и раздражаясь без особого на то повода. Его словно постоянно беспокоили какие-то свои мысли, но что-то подсказывало зельевару, что думали они об одном и том же человеке.</p><p>Белла Поттер.</p><p>Дитя ненавистного Поттера и бывшей подруги Эванс.</p><p>И как к этому относиться, Северус не знал.</p><p>Он мог лишь с содроганием сердца ждать встречи с Девочкой-Которая-Выжила и гадать, какие родительские черты наложили на неё свой отпечаток. Может, у девочки будут каштановые непослушные волосы, может, рыжие и волнистые. Возможно, она даже станет обладательницей ярких, травянисто-зелёных глаз его некогда живой подруги.</p><p>При воспоминаниях об этом внутренности привычно скрутило от ярости. Память услужливо подкинула их последнюю встречу.</p><p>Признаться, тогда Снейп был так разочарован в Лили, что ничего больше не имело для него значения. Он даже готов был убить её собственными руками.</p><p>Но спустя время он понял, что какой бы глупой, мелочной и меркантильной не оказалась Эванс, она была ему хорошим другом на протяжении слишком долгого времени, и смерти её он правда не желал.</p><p>И вот Большой Зал стал наполняться людьми: преподавателями и учениками. Открываются большие дубовые двери, профессор МакГонагалл ведёт первокурсников на распределение. Старая шляпа вновь принимается петь песни, как делает это ещё, наверное, со времён самих Основателей.</p><p>А угрюмый Снейп пытается найти в толпе детишек Поттеровскую макушку.</p><p>Впрочем, не он один.</p><p>Дамблдор подозрительно сверкает глазами, заметно нервничая, а профессор Квиррелл весь вытягивается вперёд, будто не в силах бороться с собственным искушением её увидеть.</p><p>В конце-концов профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.</p><p>— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна!</p><p>Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже её глаза. А через мгновение…</p><p>— ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, подошла к этому столу и уселась на свободное место.</p><p>— Боунс, Сьюзен!</p><p>— ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной.</p><p>— Бут, Терри!</p><p>— КОГТЕВРАН!</p><p>Теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри.</p><p>Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол факультета Когтевран, а Лаванда Браун стала первым новым членом факультета Гриффиндор. Крайний слева стол взорвался приветственными криками.</p><p>Миллисенту Булстроуд определили в Слизерин.</p><p>— Финч-Флетчли, Джастин!</p><p>— ПУФФЕНДУЙ!</p><p>Иногда Шляпа, едва оказавшись на голове очередного первокурсника или первокурсницы, практически молниеносно называла факультет, а иногда она задумывалась.</p><p>Так, Симус Финниган, щекастый, светловолосый мальчик, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила его за стол Гриффиндора.</p><p>— Грейнджер, Гермиона!</p><p>Судя по всему, Грейнджер была из тех людей, которые могут в будущем доставить немало проблем. Северус досадливо скривился.</p><p>Услышав своё имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.</p><p>— ГРИФФИНДОР! — выкрикнул артефакт.</p><p>Когда вызвали Невилла Долгопупса, зельевар даже на секунду обратил на него своё внимание. Он ожидал чего-нибудь поистине стоящего, но тот умудрился споткнуться и упасть, даже не дойдя до табурета.</p><p>Шляпа серьёзно задумалась, прежде чем воскликнуть:</p><p>— ГРИФФИНДОР.</p><p>Долгопупс, услышав свой вердикт, вскочил со стула и бросился к столу, за которым сидели ученики факультета, забыв снять Шляпу. Весь зал оглушительно захохотал, а спохватившийся Невилл развернулся и побежал обратно, чтобы вручить Шляпу Профессору МакГонаглл. Снейп досадливо поморщился от такого посмешища.</p><p>Когда вызвали Малфоя, он вышел из шеренги с ужасно важным видом, и его мечта осуществилась в мгновение ока.</p><p>Шляпа, едва коснувшись его головы, тут же заорала:</p><p>— СЛИЗЕРИН!</p><p>Северус вздохнул с облегчением, конечно, сын его старого друга получил лучшее образование, достойное аристократа. Но Малфой-младший был капризен и несдержан.</p><p>«Всё-таки кровь Блэков взыграла», — с сожалением подумал он.</p><p>Пока Малфой присоединился к своим друзьям, Крэббу и Гойлу, ранее отобранным на тот же факультет, и выглядел необычайно довольным собой.</p><p>Не прошедших отбор первокурсников оставалось всё меньше. Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близнецы Патил, затем Салли-Энн Перке и, наконец…</p><p>— Певерелл-Блэк-Поттер, Белладонна!</p><p>МакГонагалл закашлялась и взглянула на список как на восьмое чудо света, недоверчиво хмурясь.</p><p>— Э-э-э, — многозначительно произнесла она. Профессор растерянно вглядывалась в чернильные строчки, будто надеясь, что они вдруг начнут изменяться. — Альбус, здесь, верно, какая-то ошибка, — попыталась найти поддержки у директора шокированная МакГонагалл.</p><p>В это время Дамблдор привстал со своего насиженного места, а от удивления у него даже отвисла челюсть.</p><p>В Большом Зале воцарилась тишина.</p><p>— Это не ошибка, — твёрдо произнесла детская фигура, до этого стоявшая в стороне.</p><p>Только сейчас все обратили внимание на ребёнка в чёрной мантии с капюшоном, закрывающим лицо так, что невозможно было понять, кто это и как она выглядит.</p><p>Девочка подошла к табуретке, на ходу скидывая капюшон и снимая мантию, оставляя её висеть на одной руке.</p><p>Кто-то в зале ахнул, а кто-то просто вылупился на неё.</p><p>А посмотреть было на что. Длинные, чёрные, как сама ночь, волосы струились по спине гладкой волной. На девочке была надета изумрудная рубашка, поверх неё твидовая жилетка благородного тёмного оттенка. Брюки были заправлены в высокие, до колена, сапоги-трубы. Руки украшали массивные перстни, которые бы узнал любой чистокровный волшебник. В ушах блестели большие овальные серьги, инкрустированные чёрными бриллиантами.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Только пару-тройку дней назад гоблины прислали Белладонне каталог всех вещей в её банковских хранилищах. И ей очень кстати пришлись украшения и артефакты, созданные предками.</p><p>Например, те серьги, что были на ней сегодня, предки называли «Глазами Дьявола». Разумеется, всё из-за их чудных свойств. Серьги защищали разум от вторжения любого легилимента так, что тому виделись только поверхностные мысли и он был не способен заглянуть в глубины разума.</p><p>Пояс в виде чёрной змеи обвивал талию, красиво подчёркивая бледность кожи и невероятные зелёные глаза, о которых слагали легенды. Те были настолько завораживающими и опасными, что не каждый мог смотреть в них, не отведя взгляд уже через секунду. И хотя шрам-молния на лбу отсутствовал, каждому и каждой стало предельно ясно, что она и есть та самая Девочка-Которая-Выжила. Что-то было такое в пугающем детском взоре, от чего по спине пробегали мурашки. И никто не мог не почувствовать, что вокруг неё клубилась тёмная аура, холодная, как лёд, и острая, как сотня игл.</p><p>Поступь её была резкой, но от того не менее величественной. Так, словно ей принадлежало всё время мира.</p><p>Люди в зале словно неосознанно затаили дыхание, наблюдая, как она элегантно опускается на стул, закидывая ногу на ногу и укладывая сброшенную мантию на свои колени.</p><p>— Прошу, шляпу, — вскинула Белладонна бровь, протягивая руку, затянутую в атласную перчатку, МакГонагалл.</p><p>Та чуть ли не бегом опустила её на девчачью голову, всё ещё находясь в глубоком шоке.</p><p>— О мой бог, кто тут у нас, — послышался хриплый голос в голове. — Да у нас тут сам потомок Певереллов! Как же давно я вас не видала, — погрустневшим голосом выдала Шляпа. — А когда-то, подумать только, твои предки основали Хогвартс. Да, славное, было время…</p><p>Ностальгия в голосе Распределяющей Шляпы была так же отчётлива, как и её интерес к девочке.</p><p>— Ну что, куда мне тебя отправить? — искренне поинтересовались она у Певерелл.</p><p>Девочка задумалась всего лишь на секунду: выбор её был давно сделан и обдуман.</p><p>— Что же, удачи, юная Госпожа, — шипя, рассмеялась Шляпа, в следующую секунду выкрикивая громогласное. — СЛИЗЕРИН!</p><p>Белладонна поднялась и пошла к столу своего факультета, заняв крайнее место. К тому времени ученики немного начали отходить от потрясения и раздались жиденькие аплодисменты.</p><p>Неловкую паузу попытался разрядить оклемавшийся Дамблдор. На его лице отчётливо проступала растерянность и раздражение, но он хотя бы попытался улыбнуться и произнёс:</p><p>— Добро пожаловать! Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо!</p><p>В тот же час на столах появилась самая разнообразная еда, заполнившая все мысли учеников на ближайший час. Конечно, некоторые всё ещё поглядывали на новоиспеченную слизеринку, но, натыкаясь на холодный взгляд, не заговаривали с ней.</p><p>— Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом…</p><p>Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах близнецов Уизли.</p><p>— По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.</p><p>Белладонна заметила, что у всех учителей застыли на лицах непонятные улыбки.</p><p>Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова.</p><p>— Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали!</p><p>И весь зал заголосил:</p><p>Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,</p><p>Научи нас хоть чему-нибудь.</p><p>Молодых и старых, лысых и косматых,</p><p>Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.</p><p>В наших головах сейчас гуляет ветер,</p><p>В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,</p><p>Но для знаний место в них всегда найдется,</p><p>Так что научи нас хоть чему-нибудь.</p><p>Если что забудем, ты уж нам напомни,</p><p>А если не знаем, ты нам объясни.</p><p>Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс,</p><p>А мы уж постараемся тебя не подвести...</p><p>Каждый пел, как хотел — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И это создавало такую ужасную какофонию звуков, что все слизеринцы тут же скривились и зажмурились.</p><p>Белладонна Перевелл почти лениво взмахнула правой рукой, в то время как левой придерживала чашку недопитого мятного чая. По желанию её магии, над Змеиным столом воцарилась тишина. Ученики иных факультетов продолжали петь, но слизеринцы не слышали ни звука.</p><p>Они не успели даже переполошиться, как Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех. Звуки снова вернулись.</p><p>— О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор сделал вид, что прослезился. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш!</p><p>В конце-концов банкет был окончен и старосты собирались отвести первокурсников по их новым гостиным.</p><p>Спустя ещё некоторое время Белладонна устало опустилась на свою кровать.</p><p>— Ты уже можешь двигатьс-с-ся, Ёрмунганд, — ласково прошипела она, поглаживая рукой свой змеиный ремень. Тот заструился у неё между пальцами и свернулся кольцами на груди, обижено поблёскивая красными бусинами глаз.</p><p>— Ссс, я так ус-стал изображать глупый ремень, Гос-с-спожа, — пожаловался он, лизнув раздвоенным языком воздух. — Я ус-с-стал и хочу с-с-спать, — зевнула змеюка, но, не получив никакой реакции в ответ, заглянула Хозяйке в лицо.</p><p>Та уже мирно посапывала, провалившись в сон от усталости и даже не переодевшись.</p><p>— Доброй ночи, Гос-с-спожа, с-с-спите с-с-спокойно, — зевнул Ёрмунганд, погружаясь в царство Морфея.</p><p>И только звёзды на улице светили ярко-ярко…</p><p>Примечание:</p><p>*L’exactitude est la politesse des rois (фран.) - Точность - вежливость королей.</p></section></body><binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA7Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2ODApLCBxdWFsaXR5ID0gODUK/9sAQwAFAwQEBAMFBAQEBQUFBgcMCAcHBwcPCwsJDBEPEhIRDxERExYcFxMUGhURERghGBodHR8fHxMXIiQiHiQcHh8e/9sAQwEFBQUHBgcOCAgOHhQRFB4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4e/8AAEQgAvgC+AwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A7iiiirObcKKKKBBRRRQAUUUUAFFFFABRRTXkjjwJJFQnszAfzoHYdRQmHXcpDD1HIpcUBYSiiigQUUUUAFFFFA7BRSb49xUSxkjqN3IpaAswqzp3/Hyf9w/zFVqs6d/x8n/cP8xQIrUUUUAFFFFABRRRQAUUUf59hQNK4V5Z8QvjVoHh6WWw0WMa1qKNtbY+LeM+7j7x9h+dcD8bvivPrNxP4Z8MXLRaUhKXV3E5DXR7qp7J/wChfTr5B+7jHpmk3Y0UTsfE3xQ8ea8XS416axtmP/HvY/uVA9Mj5j+JNcfceZcymS5uJ7hickyyFiT9TXQ+A/AvjPx3em38JeG77UwrBZJlXZDGf9qRsKv4nNexaX+yJ8T7mDzL3U/DFi+MiJriSRvp8qEfkTWbmkaxg3seBWF5qGnOJNN1K9snH8UM7If0Ir0Hwl8bPG2izJFqjprtoOCsw2zAd8SAZz/vA10Hij9mX4p6JC81ta6VrQTqljc4kx/uyBc/hmvINWsdQ0fUpdM1jT7rTr6E4kt7mIxup9weaI1Iz2YTg1uj61+H/wASPDPjKHbY3Jtr5VzJZ3OFkHuvZh7j8cV2VfCMbTQzx3VrPJb3EbBo5Y2KspHQgivoj4KfFKTxBjQdalRNajU+W5OFu1A/RxjJx1HIrRMwlDS57NRUVvMsqZXr3HcVLTIINQu7ewsZr27mSG3hXdI7nAUfWvl/4mfGbWNbuJbPR2NlZAlQy/ecEYIP48g16V+1DrF3p/g63sraSWL7VN8zoCOB23DpwSPfPtXmPhD9nj4r+K/CC+KdJ8PK1jKhkt0muUiluE/vIjHOD2zjPbNS3c1pq6OA/wCEq8QiYzDWb4SE5JEpHO4N/MA16X8MPjVrWnXdtp+vyte2JZU3nBkUc9yepJBJNeTw6ZfzauukR2Vw2ovP9nS1EZMhlLbdm3ruzxj1r0rxv+z38VPBvhE+KNb8PomnxqHufIuUlktge8iqcgDuRkDvQmW4pn1PZXcF7ZxXlrIssEo3I6nIIrQ00/6Sf9w/zFeP/syaxcan4Ee1uJVkNnKI0wSSq84Bz04HQevvXr+nf8fJ/wBw/wAxVGMlZ2Kkf+rX6CnU2P8A1a/QU6gkKKKKACiiigAryH9pbxq+i6FF4X0yYrf6qhM7r96K35B+m85H0Deor17KjljtHc9gPU18WfELX5PE/jnVtcyfJmmKWoP8MS/Kv6AH6k0my4LUwcJDGABX0T+zD+ztJ43it/GXjeOa38Plt1lYhjHLfgfxk9Vi7cct2IHJ4n9mD4Yj4o/EtINQjY+H9JAutRx/y1GcJDnsXOf+Aqxr9DdNv9KNxLpFhLEJLJQrW8a4WFQMBQOmBjGB04rmrTa0iddOnd3JNF03TtG0uDTNJsLaxsrddkMFvGI40X0CjirdFFcR1EF1ax3C/MPmHQ15/wDE34d+GfHelvpfinTI7jaP3F2g23Fuf70b9h7HIOORXo9VNTiDQl8ZK9fpWVSLT5ostdmfmt8Zfhjrnww8QjT9QLXmmXBJsNQVMJMv91h/C44yp/UHNcJ589le299aTPDcROHSRTgqynIP51+kHjbw74c+KPgbUfD91Kk1tLkR3AX5radfuOuecgn6EEjvX52+KtE1Dw/r2o+H9WhMN/p07QzL2JHRh6gjkexFejQrOatLdHHWpcrutj6o+GnipPFPhaz1iPYk+PKuUXosq/eH0OQR7Gu4hcSRhh+P1r5i/Zi11rPxJfaFK/7q+h86Newkj6gfVS35Cvo/T5NkpQnhq60cL0Z5l+1HolxqPg631CCJ5Ws5SW2r0U+vPsfrXXfB79oCwi1dte8R+PtP07wvaaJBZxeGRZSG5juY40UmPamGUsrEHd0YAgYyOo1SzttR0+exvIVlgnQo6sOxr5j+Kfwb1XQ57nUNCjlvtNXLkAfNGo65569/QUjSLM2z+JFpF+0Q3xO/szZatrL3y2oUFkRicHHQsAwbry1e/H49afpv7Pev6V4r8eWHjrxLrC3ENjFaWrp5UMqBQJtyIF2ks2MZ5CjPWvkqLw1r0kyRJpV0Wc4X92QDzjr+Br0b4RfCTUNcvmvtZV7WztptkkRJWUSKemCPpx6EH2MluSR6n+zLo8+meATc3CyK17L5gDgrx2wD9ev+Feu6d/x8n/cP8xVCwtIbKyhs7dFSKFQqKowAKv6cP9JP+4f5iqMX7zuVI/8AVr9BTqbH/q1+gp1MkKK5/wAUeMvDfhpP+JxqsEEnaINuY8Ejj3wcZrD034t+Br+6NvFqwRt2FaVdqsOefbp+o9aCrHeUUy3mhuYVmt5VljcZVlOQakxQI5b4sax/YPw51zUg22RbRooW9JJMIv6tn8K+M0/dW+T/AAivo39rLVDB4R0vR43Ob68Mjj1WNf8AFwfwr58sbFtS1Ox02M/Pd3EcCcd3YD+oqGzaCufe/wCyn4YHgH9ni31iSLZqGrRNqtwzDkhlxCPps2nHqxq78MrmZPG1uxfJuElSQ93JG7+Yr0vXdDE/hGTw/YGOFUtkgh3HCgIAAP8Ax0VyfgvwNq+l69BqV9JbLFBkgI+4sxUgfTrWNKrD2crvVndCyVj0WiiiuBosKy/F1x9l8L6nMD8y2z4+pGP61qVR8Qaf/aui3enBwj3ERRWIyAeoP5iqp25lcZ458MLx7fxF9k3AR3UZVh6leR/WvFf27vCaWHiDQ/GtrBtTUIzY3hXoZYxlD9SnH/AK+gdA8EazpfiaG8vTbpBAd2Vfdv4xgfnXM/tjaQuqfAfVp9uZNNuILyM+hD7D/wCOyNW9epH6ynB6MdRqVNpHxH4D1U6D430fVCcJb3aeYR/cJ2t/46TX2NjaQR1FfD1wTt47jNfZPgXUf7Y8F6NqZOXns4y/++Btb9Qa7o6nkVFY68cgGsfx5N5Pg3VgIbid5bSSCOOCIyOzupRRge7DntWlZuWgGeoqx1pkIr2ttDDbQwiKMtFGqbtoyQFA/pWZqHhyC61K6vI9S1O0W7RBcw204jWZlG0MSBuB28HawyAPStrvTqLDbaK+m2cVhYw2cLzPHCu1WmlaRyPdmyT9TWjpn/Hyf9w/zFVqs6Z/x8n/AHD/ADFAilH/AKtfoK4j40+M5PBnhNrm2yL65JigwcFenzA+vf8AA128f+rX6CvB/wBqG0a+1zwxaTzrb2s8ohaZlUiLcwBYnrgAk+lJsqOrPAdSvrrUbt7u9neaZySzN9c/16VWzX2n8bPhf8FPCun2XgCDwtqlrrF1o9xfWviGIs8cTwxu2Z2LYIYoQwC4AYdMgjzD9in4b+DfHGueIdS8Y2r6nDotrHLBpyswMxbfliqkFsbQAM4JYZqTexzv7PXxBu9L16PQNTu2lsbtsR+YSdkmSc5/E/5xX1DXzT8V9N8Dz+IPBvir4c6Pqeg22s3E0cukXWQ8TwyIPNTlsI2/scAowHQivpKHiCMH72wbh6HHSmZy3Pmn9qbUDcfEHTdMU5jsrEOf96RiT+gWuO+EkKz/ABc8GROeG16zB4/6bLVj40Xv2/4t+IZgdywzi3Ht5ahD+oNZngC8XTviB4a1BzhLbV7WVj7LKpNSy4n2v+2z468b+CvA2myeEJJ7GO/uXivdRgTL24AGxA38G/LfN1+XAIzXxXpXxS+JGnakuoWvjrxGtyrFg76jLICfdWJDD2IxX6ceNpLuPwrqBsvDaeJZvLwulPJHGt1/slpPlAxk8g9K+f8AwlZ63H4ttp2/ZM0TTAJgTdrd2wMAz98blC5HXAx7VywmkrWOiSZ7j8JtW1jX/hn4d1rX7b7Lqt7YRzXUXl7MOR97b/DuGGx2zXT4oFLXPPe5utEJivmP9ub4g+PfB1poWn+GLm60nTtQSVrnUbYFZGkU4EIf+Dg7uMFvoDX07XL/ABQa7XwddCy8Ew+NJGYA6VNLFGki85YmUFTj0xnniqpySkTNXR+bnh/4p/EjSdYj1Cx8Za9Lcbx8k1486yHPRkckMD6EV9w/Gma4v/2cfEV1qNsLW6l0FZpoP+eUhVGZPwbI/CuS+Hdrq8PjO2Zv2Y9L8MoJBv1OO6gL2o/vgFRkj0XB9K6b9qrUEsPgD4oLcNcRw2yn3eZB/LNKtNSqxSXUqCtTbZ+fMgHlxnr8tfS37OF/9r+GkVuWy9ndSxH6Ehx/6Ea+bnXEG30Fe0/srXm6HX9MJJw0M689juVv/Za9NHmz96J75px++vbg1eFZ2nHE+PVTWiKoxTEooooGFWdO/wCPk/7h/mKrVZ07/j5P+4f5igCpH/q1+grjfjD4OXxj4Tks4v8Aj9gPm2uWwC3p6c8da7KP/Vr9BRIWETuqF2VSQoxljjpz69KBrc+OvF/jb4mQ6KfAviDxJrLaVbfuxZSTt5bKvRSeC6jjAJIGBXN+EfEviDwlrCax4b1e80q+RSomtpSjEHqp7Eex4r680/wjpet6Cl34k0oT6hfk3NwZ1w8TuPuD0CLhR9M9TWRD4A8G6V440aC10aBcw3VwAVLK7rsCj2xvY4/wqbGvOcT8I/DXivxp4vXx74/vb2/Mf+qkvWLOxXoFHZRngDivfvc8AcsfQU1ESNAkaKijoFGAPwrK8aXv9neENZvun2ewnk3Z6ERnH64pkN3Z8W6pe/2jrWpaiSSbq7ll5/2mJ/rVaR3Rd8RIkQhlI7EHNMth+5FPkG5CvrUm0XY/Uu81yd/h3H4hsGXfcWENzEWGR+8VTnHf71cn4D8Wa1eeIrewvrr7TDPuX5lUEEKWGMAelZ/7O+o/8JX+zBoaAmSSLTJLBh3DQlkAP4KtU/hrHv8AGljzjYXb8lNZUqa9nK/Q7Ye9G57WKKBRXA9Sx1Z3ia9k07w/fX0KqZYYWZM9M9B+uK0axfHMbS+ENURBlvs7Efhz/Sqp/EhI8y8PeK9cvvE9tbXd2ssc7lXXy1Axg9MDjpXn/wC3Zq4tfhfpGkBsNqWqqxGeqxIxP6stdj8N7bz/ABgspHywRO5+pG0fzrwf9vHWxdfELRPDqHK6ZYGaUZ6STN/PYiH8a3rUo/WUoq2lyq0rQaPnyc4iNei/sz3v2f4iTWxbC3djIoHqylWH6A151P8A6o10vwYuvsnxQ0Jz0knMJ/4GpX+ZFdaPNkvdPrm3OLhPrWoKxwSDkdRWupyM1aOZBRRRQMKs6d/x8n/cP8xVarOnf8fJ/wBw/wAxQBWooooAKKKKB3FzXB/H7UPsHwl1tg2HuFjtl998ig/oDXd14l+1nqgi0LRdDRstdXLXLrjnbGuB+Zf9KQ4q7Pn1QAoA7UtFFSbH2D/wT18TiXSPE3gy4m/e2twuoWyHujjY+Poyp/31XtXgzw/Np3j3UnkjK28EZ8hyODvIxj1wMg/SvhH4A+OF+Hnxc0bxJcOVsGY2mo4P/LvJwze+04bHqor9LUdJY0lidZI3UMjKchgRkEVzVJuDaXU6qUtLDsUV5Z+0r4o+I/hTwXBe/DnQBqly8xW8lEJne2jxwyxDlsnvggY6c8fGWrfHn47i7ZbzxbrFnKDgxLZxwhT/ALoQVjGk5K6ZUp2drH6RVX1O3F3p9xbHpNE0f5givz18IfHT9oGXVIF0vWNU1yQsALd9NW4EnsQE3fkR9a+9tAvdWu/Bmm3mv6cunarcWcb3lojZWCUqC6g5PQ57n+tKcHBXKhLmdjiPhhpU2nWl7qGoL5DM20+ZxtRMksfbP/oNfAvxU8THxn8T9f8AEmS0V5eMYM9ol+SMf98KtfYv7XXjyLwd8LZtMtbnbq+vq1pbqvDJCR++f1HynZ9W9q+ErUZb6VthnKpJ1pdScRO3uktx/qjUvhy7/s/X9O1DnFtdxS5H+y4P9KguQSnH41VblSK6kcaPuQ8nI5U9D6itWFsxK2Oorjvh9qia34H0fUg255rVfM/31G1v1U11tkwaADuODVo5ieiiigYVZ07/AI+T/uH+YqtVnTv+Pk/7h/mKAKkf+rX6CnU2P/Vr9BTqACiiigAr5L+PGujXfidqJicNbacBYw4OR8md/wD48Wr6d8Z6ynh3wnqmuPj/AEO2aRM936IPxYrXxQrSzbpp3LzSMZHY9SSck0jWCCiiipLEcBlKnoa+xP2OPjhaT6ZafDXxffrFe2w8rRrydsLcR/wwMx6OvRc9RgdQM/HtRyx7x2/GonBSVmXCTiz9cQa5jX7Dxlc37y6ZqumR2xJ2JLACyj3JVs18N/DL9pr4k+CLeLT76S38S6dEuxI9Rz5yL6LKPmx/vbq9c0/9tPRntw194A1GObuIL5HX8CVBrmjSlB3RuqkWfSvhmDX7aCRdZv7W5bjy/Ii2465ycDPbtWN8TvGug+DNDn1vxBfx2tnbggAn55pO0aL/ABMcdPqTgAmvmnxd+2ffz2r2/hXwTHaTEHFxf3Zk2+h2IF/9Cr5v8d+NfFPjrVxqvinVpr+dQViRsLHCv91EGAo+nXvmh0JTlrohqolsXfi5491X4keNrrxJqYMUbfurO23ZW3gH3UHqe5PckmudRQowBUUKYwzfgKmrrUVFWRzSk27sbINyketVSMHBq5UMydWFMk94/Ze1z7Romo+H5DlrOQXEI7+W/BH4MP8Ax6vb7BwCydzzXyF8GNb/ALC+ImmyyMFt7t/sc2TgYk4B/Btp/CvrSJikgNMwqaSNWiiiqEFWdO/4+T/uH+YqtVnTv+Pk/wC4f5igCpH/AKtfoKdTY/8AVr9BTqACiiige54z+1ZrZtfCeneH422yalc+bKuOfKi5/Vip/wCA188969B/aM1gat8VLu2Q5h0yFLRcHjd95/1bH4V57Ut2NorQSiiikMKKKKAEIBGCKYYhnIOKkooAi8r/AGv0qRUUHIFLQKBiYFFLRQIKRuVIpaKAKhLIQ6EqynKkdiOlfZHgrV11/wAJaXrAPzXVsrSYPAkHDj/voGvjuVfm9jX0B+zBrBuPC9/okjgvYXIkQH+5J/8AZK350yKq0ue4WrFoFJ64qWqenN8zIT15FXKoxCrOnf8AHyf9w/zFVqs6d/x8n/cP8xQMqR/6tfoKdTY/9Wv0FOoAKivJ47W0mupjiKGNpHPoqgk/oKlrivjnqjaT8K9bmRtr3EQtVPvIdp/8dLflQVHc+TL+8l1TVr7V5zmS9uZJm+rMT/WoJH24AVmY9AKbGAEAHQCkYfvie+0f1qNzdEiMHXIopqDErj6GnUCCiiigAooooAKKKKACiiigApjvtwApYnoB1p9Mb5pf+Aj+tADWYOuRkEdQa9C/Z21Qaf8AEZLN22x6jbvCR/tD51/9BI/GvPWGGceoBq14b1M6N4k0zV1ODaXUcp91Dcj8qBSV1Y+1oGCyqx6Vp1jqyuodTlWGQfataJw6Bh3q0c46rOnf8fJ/3D/MVWqzp3/Hyf8AcP8AMUDKkf8Aq1+gp1Nj/wBWv0FOoAK8S/a11PyfDuh6QjnN3dtOy46rGuOfxf8ASvba+ZP2pb8XXxFsNPU/JZaevHozszE/ltpNlwXvHlYGBTF/18h9MCpMVGn+tlPuP5VJqKmPMk5B6fyp9MTHmScg/N/QU+gAooooAKKKKACiiigAooooAKjX/XY9V/qakph4lX6GgA6zY9VFVplwGBqd/wDXj/dNMn+8R60ID69+G2of2t4C0TUCcvJZojn/AGk+Q/qprsrD/j3H1ryD9mq/+0/Dk2ZbLWd5ImPQNh/5k161pp++PpVo55aOxcqzp3/Hyf8AcP8AMVWqzp3/AB8n/cP8xQBUj/1a/QU6mx/6tfoKdQAV8efGe9OpfF3X7gNlYp/IHsI1CfzU19hj7wHrXw1q9w134l1i6cYea9ldue5djUmkHcr5qOMjfL9f6U+oovvzfX+lI0HR/wAf++afTIz9/wD3zT6ACiiigAooooAKKKKACiiigApjf61Pof6U+mN/rU+h/lQAkn+vH+6abccPTm/4+0/3TSXH3qBns37Kt5iTX9OOckQzqM8AZZSf1WvfLFsTj6V8yfs13LwfEOaBfuXFjIrD6MrD+VfS9s5WdCPXFUjCp8Rq1Z07/j5P+4f5iq1WdO/4+T/uH+Ypkn//2Q==</binary></FictionBook>
