Что, если избаловать старшеклассницу с внешностью «мины»? 藍月 要 Её наряд в розово-чёрной гамме, с лентами, оборками и кружевами, держит равновесие между милым и мрачным — за это её и прозвали «типом наземной мины» (Дзирай-кэй). Окажись она героиней фильма или аниме, все сто из ста решили бы, что «за этим обликом что-то скрывается». Так и вышло: при всей любви к таким платьям, старшеклассница Райхара Амане прячет внутри потаённое желание. Именно оно заставило её целый месяц ходить за мной по пятам, пока она наконец не призналась. Чтобы желание сбылось, мы ходили в игровые залы, на фестивали, и я баловал её как мог. ==================== Иллюстрации [[image:/storage/reader-images/071619fc8a17289bffd8193b35508f9ec419978d.jpg]] [[image:/storage/reader-images/f5d107f3feb1d90fe8d2ba9e862723d306364a1b.jpg]] [[image:/storage/reader-images/af434c4b090643b88e9524c58e289a334cd40f4d.jpg]] [[image:/storage/reader-images/c856dd08f47a5285a7a49de6aa6d6c908d6d91ed.jpg]] ---------- Пролог ПРОЛОГ — Сэмпай, она опять пришла… — А что плохого в том, что у нас появляется постоянный гость? В субботний день, наводя порядок у кассы в кафе, я ответил так на шёпот младшей коллеги. — Эх, да у тебя радар опасности сломан. Эта девушка — ходячая проблема, и, похоже, она пришла из-за тебя. Смотри, как она пялится сюда. — Что значит «из-за меня»… Важнее другое: как можно так отзываться о клиенте? Разве не здорово, что у человека есть свой стиль? Как он там называется… — «Дзирай-кэй». Земляной стиль. А, точно. Сейчас в зале было несколько посетителей, но среди них особенно выделялась девушка у окна своей необычной внешностью. Её наряд, сочетающий розовый и чёрный, украшенный лентами, рюшами и кружевом, балансировал между милым и мрачным — это и был так называемый «земляной» стиль. Не знаю, почему у него такое опасное название, но в нём определённо есть что-то загадочное, вероятно, в этом и заключается его притягательность. Наверное, это тот случай, когда поклонники стиля обожают его безоговорочно. — Но ей-то идёт. Лицо невероятно привлекательное, оно выдерживает даже такие смелые эксперименты. Волосы чёрные, убраны в половинчатые хвостики, а внутри — розовое мелирование… Это чересчур, но ей безумно идёт. — Это что, комплимент? — …Прими это как совет от девушки. Сегодня не каждый, кто так одевается, — настоящая «менхера», но и то, что среди них попадаются настоящие случаи, — тоже правда. Младшая коллега произнесла это тоном, объясняющим очевидные вещи. Неужели так и есть? — Если окажется, что она как раз из таких — будет совсем плохо, понимаешь? Если ты ввяжешься с подобной, сэмпай, можешь угодить в серьёзную переделку. — Во-первых, не суди о незнакомом человеке так опрометчиво. Это неуважительно. — Угх, вот всегда ты со своей логикой! Она недовольно фыркнула и скривилась. Очень экспрессивная особа. — …Ну, спасибо за заботу. — М-да… — Ладно, оставляю тебе кассу. Сказав это, я отошёл от коллеги. Краем глаза я заметил парочку — парня и девушку, — от которых явно исходило ожидание: «А официант к нам подойдёт?» — Готовы сделать заказ? — А, да. Мне кофе с молоком… а что ты там хотел? — Мне набор с чизкейком… Ай! Девушка, заглядывая в меню, которое держал парень, нечаянно задела свой стакан. Напиток разлился по столу. — Ой! Простите! — Ничего страшного, сейчас всё вытрем. Не залило одежду? — Нет, я в порядке! Что ж, это хорошо. Я убрал опрокинутый стакан, взял чистую салфетку и вытер стол. Затем принёс девушке замену напитка. — Эм, вы уверены, что так можно? — Конечно. Итак, один кофе с молоком и один набор с чизкейком, верно? В набор входит напиток… Пока я вёл этот разговор… Стоп, на меня смотрят? Я почувствовал на себе колющий взгляд и, мельком бросив взгляд, увидел, что наблюдает та самая девушка в стиле «дзирай». [[image:/storage/reader-images/c550dfae27c388c561a97c7f60c5d9bdaa850a67.jpg]] Её неестественно глубокие глаза, казалось, впитывали каждое моё движение… Или это мне просто кажется? Заметив, что я её увидел, она быстро отвела взгляд. Судя по этой реакции, она вроде бы не собиралась делать заказ. Хм… — Сэмпа-ай! Извини за беспокойство! А как тут бесконтактную оплату на кассе сделать? — …Иду. Младшая коллега, которая как раз обслуживала клиента на кассе, громко позвала меня. Хорошо, что она зовёт, когда не уверена, но вот энтузиазм и громкость можно было бы и убавить. — На каком ты этапе? Так, просто тапни здесь на экране кассы, потом… да, вот, появятся варианты оплаты… Я быстрым шагом вернулся к кассе и объяснил коллеге, что делать. Она бывает забывчивой, но схватывает на лету. Так что без особых ошибок оплата прошла успешно. — Спасибо… Фух, как волнительно. Извини, сэмпай. — Ничего. С кассой много чего нужно запомнить… Но ты напугала клиентов, которые хотели отдохнуть, так что в следующий раз зови потише. — Ладно. Но, честно, сэмпай, на тебя так здорово положиться. Даже управляющий говорит, что без тебя здесь совсем плохо… — …Передай ему, чтобы не слишком полагался на школьную-подработку. Управляющий, может, и гений в приготовлении кофе, но во всём, что касается ведения дел, он слишком безалаберен. — Хотел бы я, чтобы он относился к управлению кафе чуть серьёзнее. — Точно. Кстати, сэмпай. — М-м? — Она всё ещё на тебя смотрит, та девушка. — … «Пожалуйста, отнесись к этому серьёзно», — прошептала моя коллега. …Совсем скоро мне предстояло понять смысл этих слов. Прими я их тогда серьёзнее — изменилась бы моя жизнь так драматично? ——————————————————————— Ох. Да начнется ад с этой тупой нумерацией. (Пусть это и ингл, но вроде такая нумерация и в яп.) ---------- Напряжение, держись! Часть 1 ГЛАВА 1.1: Напряжение, держись! Часть 1 «Ужин, значит…» По пути домой с работы я вздохнул и зашёл в супермаркет за продуктами. Готовить я не против, но когда речь идёт только о себе, вся мотивация пропадает. «…Хм.» Хотя я и понимаю, что нужно думать о питательности, мысли встают как в тумане. «…Да ладно.» Просто возьму что-то овощное, что-то мясное или рыбное, и углеводы — вроде достаточно. Придя к своему обычному решению, я взял с полки кочан салата. Когда дело доходит до овощей, всегда это: других вариантов нет. Дальше… «…Подождите, пожалуйста». «Да?» Внезапно кто-то схватил меня за руку. Я обернулся от неожиданности и увидел перед собой… [[image:/storage/reader-images/9bca702b60f56a33cc2dd2b4893cd252d5ac5068.jpg]] «…Э? …Что?» «Простите, что напугала». Её фигура, одетая в контрастные чёрный и розовый, с рюшами в милом дизайне и соблазнительным кружевом, выглядела ярко даже под флуоресцентными лампами. Да, это была та самая девушка, облачённая в стиль, который называют «дзирай-кэй». Её тонкая белая рука сжимала мою руку, в которой я держал салат. «Эм-м… Извините?» Я не могу сказать «кто вы?», потому что её лицо мне знакомо, но и значимого общения у нас не было. Сейчас её взгляд был прикован ко мне. Будь то из-за наряда, макияжа или просто ауры, в её глазах странным образом не было блеска. Они были тёмными, словно поглощали весь окружающий свет. Впервые в жизни я понял, что может существовать красота более глубокая, чем любой сияющий свет. Её уникальная красота казалась почти неземной. «Насчёт салата…» «…Салата?» «С ним всё в порядке, но особой питательности от одного него вы не получите…!» Мне послышались слова, полные заботы о быте. «Если едите овощи, старайтесь включать тёмноокрашенные. Светлые тоже важны, но в идеале нужно около ста двадцати граммов зелени и жёлтых овощей в день…» Стоп, она серьёзно об этом говорит? Разрыв между её внешностью и словами слишком велик. «Здоровый образ жизни начинается с питания». Добавила она, несмотря на то, что её макияж и стиль кричат о какой-то «болезненной эстетике»… «На сегодня… а, помидоры и баклажаны со скидкой! Вы их любите?» «Да, нормально». «Не любите готовить?» «Обычно делаю что-то простое…» «В таком случае…» Всё ещё ошеломлённый, я стал отвечать на её вопросы, и она принялась рассказывать о различных простых рецептах с помидорами и баклажанами. «О, то есть нужно замариновать, а потом запечь с сыром сверху…» «Просто, но вкусно~» «Может, попробую это сегодня…» Не знаю, почему она заговорила со мной, но не похоже, что от неё стоит особенно остерегаться… «Правда? Хи-хи, вот и хорошо…» «……» Как раз когда я начал расслабляться, в голове зазвучала тревога. «—Пожалуйста, непременно приготовьте». Потому что её улыбка была пугающе завораживающей. Глаза, будто вобравшие в себя ночную тьму, изогнулись луком, а рот растянулся в форме полумесяца. Если бы это нужно было передать звуком, лучше всего подошло бы «нии-и-и» — загадочная манера улыбаться. Её стиль одежды дополнял впечатление; будь она персонажем фильма или аниме, сто из ста человек заподозрили бы: «Тут что-то нечисто». …Нет-нет, нельзя судить о людях только по внешности! «Я волновалась, потому что вы всегда покупаете один салат». «…Стоп, всегда? Вы за мной наблюдали?» «Ах…» Словно осознав оплошность, она вдруг замерла. …Ну, я не могу просто проигнорировать её слова. «Эм, а вы вообще-то кто…?» «Это, ну, э-э… я… мне очень жаль!!» «А, подожди… так быстро!?» В туфлях, явно не предназначенных для бега, она громко стукнула по полу и с огромной скоростью исчезла из виду. Слишком быстро; даже если бы я попытался, не догнал бы. Вау, она полна сюрпризов до самого конца. …Вся эта сцена кажется настолько сюрреалистичной, что можно подумать, будто у меня галлюцинации от усталости после работы. «…В общем». Не знаю, что происходит, но ладно. «Купить их… помидоры и баклажаны?» По крайней мере, рекомендация показалась полезной. --- «—Вот, такая история произошла». «…Ты…» На следующий день, в воскресенье. Начав утреннюю смену и готовя кафе к открытию, я рассказал управляющему о вчерашнем. В ответ он тяжело вздохнул. «С чего ты такой спокойный? Разве за тобой не следят?» «…Разве это так?» «А как ещё это понимать…» Потирая виски, управляющий покачал головой. «Будь настороже! Никогда не знаешь, что может случиться! Тебе следует бояться! Упорство таких девушек… Я тоже в своё время… Ах, даже вспоминать страшно…» «Не знаю, что вы пережили, но не в вашем ли плохом вкусе к женщинам причина?» «…Мы отвлеклись. В общем, это та девушка в стиле дзирай, которая часто заходит, да? Я её тоже помню. Её наряд был бы необычен даже для Токио, не то что для наших мест». Этот город не настолько захолустный, чтобы чувствовать себя одиноко, но девушка, одетая как она, выделялась бы в любом случае. Типичный провинциальный городок. «У тебя нет чувства опасности, и я волнуюсь. Это рискованная ситуация… Хм? Стоп, у нас кончились эти зёрна!?» «Я же говорил, что запас подходит к концу и нужно заказывать, разве нет?» «Что? Ты говорил? Нет, не говорил». «…Запас на третьей полке сзади. Пожалуйста, запомните в следующий раз». «А, …точно! Тогда всё в порядке~» Пока я смотрю на него с укором, управляющий с нарочитым «Кхм-кхм» прочищает горло. «Давай оба будем бдительны». «Может, из-за крови мы оба по-дурацки беспечны похожим образом?» Здесь, на работе, я использую вежливую речь и зову его «управляющий», но этот мужчина на самом деле мой дядя. К слову, несмотря на родство, он симпатичный парень с щетиной и большим успехом у женщин. «…Не уверен. Думаю, твоё спокойствие отличается от моего». «Разве?» «…Ладно, неважно, просто будь осторожен. Судя по твоему рассказу, она может даже знать, где ты живёшь, так что особенно берегись по дороге домой». «Хорошо, буду. …А, уже время открываться. Пойду переверну таблицу снаружи». «Давай, спасибо». Я вышел на улицу, позвонив в дверной колокольчик. Перевернув табличку на «ОТКРЫТО», я заметил, что перед кафе уже ждёт клиентка. «Простите за ожидание. Добро пожаловать». «…Д-да». Она примерно моего возраста, наверное, школьница. Её свободно заплетённая коса качнулась, и она робко вошла в кафе. …Этот голос почему-то кажется знакомым. Что ж, неважно. Работа есть работа. ---------- Напряжение, держись! Часть 2 ГЛАВА 1.2: Напряжение, держись! Часть 2. Я вернулся внутрь, провёл её к столику, и она, даже не глядя в меню, заказала айс-кофе. — Конечно, одну минуту. Сейчас большинство заказывают холодное. Что ж, уже конец мая, и с влиянием глобального потепления даже жаркие дни не редкость. Не заметил, как пролетело почти два месяца с тех пор, как я стал старшеклассником. — Управляющий, один айс-кофе, пожалуйста. — …Что ты делаешь, идиот? — Э? Пока я передавал заказ, управляющий перегнулся через стойку и схватил меня за голову. — Это же та самая девушка, в стиле «дзирай-кэй»… Неудивительно, что ты не узнал, одежда и макияж совершенно другие. …Хотя нет, лицо-то то же, его красота не зависит от косметики. — А… Да, голос! Я думал, он знаком… Несмотря на кардинально другую внешность, вы узнали её, управляющий. Впечатляет. — Запомни: самое неприятное, когда женщина злится из-за того, что её с кем-то перепутали. Умение узнавать людей — твоя линия жизни. Мне стало интересно, не потому ли ему так нужна эта «линия жизни», что он одновременно поддерживает отношения с несколькими женщинами. Но в этом нет ничего нового, и говорить об этом сейчас бессмысленно. — Извините, можно я поговорю с ней немного? — Погоди, погоди, погоди. А вдруг она неправильно поймёт? Ты же из тех, кто не может бросить людей. Ты понимаешь, что это может плохо кончиться? — Но я ничего не узнаю, если не поговорю. Хочу поблагодарить за вчерашнее. — …Видимо, ты всегда был таким племянником. Прямо как твой старший брат. Ладно, но если окажется, что она откровенно опасна, я её выгоню, а тебе придётся держаться от неё подальше. — Понял. Получив разрешение от управляющего, вернее, дяди, я направился к её столику. Заметив моё движение, девушка подняла опущенное лицо. А, это точно она, вчерашняя. Может, из-за того, что сегодня она выглядит иначе, в её глазах нет той бездонности. И всё же они по-прежнему кажутся глубоко завораживающими. — Можно вас на минуту? — Д-да. Убедившись в её ответе, я сел напротив. Не дав ей заговорить, я начал первым. — Спасибо за вчера. — Д-да? — Блюдо, которому вы меня научили, было очень простым и вкусным. Добавлю его в свой постоянный рацион. Вы мне очень помогли. — Ч-что?! Я… я, э-э… прошу прощения за то, что создавала неудобства, следя за вами целый месяц… Месяц!? Я и не подозревал… — Это значит… А, прежде всего, можно узнать ваше имя? Меня зовут… Тифудзи Кэй, я старшеклассник. На мгновение я заколебался, стоит ли называть своё имя тому, кто только что признался в слежке. Но если я спрашиваю её имя, чувствую, что должен представиться сам. — Я Райхара Амане. Тоже учусь в выпускном классе. Хожу в… Названная ей школа — известная престижная женская гимназия в наших краях, включающая и средние, и старшие классы. — А, это та. Слышал, там серьёзная учёба, но с правилами довольно свободно. — Да, именно. Поэтому на мои волосы такого цвета не сказали ни слова. — Понятно. Райхара-сан указывает на свои волосы с розовым мелированием внутри. Верно, вот же была очевидная подсказка. Должен признать, это глупое оправдание, но смена стиля сделала её неузнаваемой. Сегодня на ней светлое платье и элегантный кардиган, а волосы убраны в свободную косу. Её можно описать как «добрую и мягкую старшую сестру». (Розовый в волосах не выглядит неуместно, возможно, благодаря её милому лицу). — Это хорошо; в моей школе строго с формой, но подработки разрешены. — Правда? А в какую вы… Райхара-сан резко обрывает себя и энергично трясёт головой. — Стойте, я не пытаюсь собирать о вас информацию! — Я-я не подозреваю ничего плохого. Хотя, может, стоит?.. Хм. Как и вчера, в разговоре она не кажется опасной. — …В любом случае, зачем вы за мной следили? Не думаю, что у нас была какая-то связь, способная породить сильную привязанность. Я не настолько тщеславен, чтобы считать, что такая красивая девушка влюбилась в меня с первого взгляда, и никакие воспоминания не намекают на «мы уже встречались». — Ну, это… простите за это… э-э… Может, прозвучит странно, но я… моделировала ситуацию. — …Моделировали? — Да… Извиняясь словами, Райхара-сан продолжает. — Не знаю, как извиниться за то, что делала это из эгоистичных побуждений… — Слушайте, реального вреда не было, так что я не против. Но что вы имеете в виду под «моделированием»? — Это тесно связано с тем, почему я так одеваюсь. Дело в том, что у меня есть зависимость, от которой я хотела бы избавиться, но просто не могу. Мне нужно начать с объяснения этого. Райхара-сан начинает с такой преамбулы. Столкнувшись с такими сильными словами о патологической зависимости, я приготовился, и тогда она продолжила: — Я просто очень, очень, очень люблю… заботиться о людях! …Что? — Заботиться?.. О людях? — Да, я сама это чувствую! Это как будто в мозгу бурлит концентрированная жидкость удовольствия, когда я это делаю! — Эм, то есть вы получаете это… когда заботитесь о людях? — Да! Я не удержался и спросил: — Вы сказали: «зависимость, от которой хотела бы избавиться, но просто не могу», но разве это плохо, если это хорошая вещь? После такой тревожной вводной я ожидал чего-то гораздо более опасного. Я озадачен несоответствием между ожидаемым и услышанным. Ведь что плохого в том, чтобы любить заботиться о других? — Окружающие были бы благодарны, а если Райхара-сан получает от этого удовольствие, разве это не беспроигрышный вариант? — Нет, это нехорошо! Потому что… я на самом деле доставляла людям неудобства своей заботой… Это неправильно. Доставлять неудобства заботой? Мне любопытно, что она имеет в виду, но её мрачное выражение лица подсказывает, что копать глубже не стоит. — По сути, все мои действия сосредоточены на других, и… мне действительно нужно стать более самостоятельной, — говорит Райхара-сан, её голос окрашен меланхолией, а плечи опущены. — У меня есть младшие сестры, близнецы, на пять лет моложе меня… Они были невероятно милыми с самого рождения… Я отчётливо помню, что даже тогда во мне уже был этот импульс. Если её сёстрам на пять лет меньше, значит, Райхара-сан тогда было пять. Подумав, должно быть, это у неё встроено с детства, возможно, даже с рождения. — Когда сёстры появились в нашем доме, начались чудесные дни… По мере того как я росла, а родители становились занятее на работе, мне поручали всё больше обязанностей. Вспоминая то время, щёки Райхара-сан естественно расслабляются. — Это было невероятно тяжело, но именно поэтому было здорово… Я помню, как каждый день думала: «Ах, пожалуйста, мама и папа, не возвращайтесь домой ещё». — Значит, тогда Райхара-сан была… — В начальной школе. Это были насыщенные дни, слишком насыщенные… О, я люблю своих родителей! И мы хорошо ладим. То есть она искренне молилась, чтобы её не освобождали от заботы о сёстрах. Необычная ученица начальной школы. — …Но потом близнецы начали расти. К тому времени, как они пошли в школу, они всё больше и больше могли делать сами! Не то чтобы это было проблемой, ведь они всё ещё дома… Но потом… но потом… Словно подёрнутый сажей, голос Райхара-сан внезапно темнеет. — В прошлом марте, окончив начальную школу, они обе уехали учиться в Канаду… Они занимаются фигурным катанием… — …Ах. Рука Райхара-сан дрожала у меня на глазах, похоже, её трясло от ломки. ---------- Напряжение, держись! Часть 3 ГЛАВА 1.3: Напряжение, держись! Часть 3. — Мой отец уехал с сёстрами, а мама прекрасно справляется сама. К тому же она часто слишком занята на работе, чтобы возвращаться домой. Так что некого, абсолютно некого, о ком я могла бы заботиться! Никогда раньше я не слышал такого вида горя, поэтому не знаю, что сказать. — Иногда у меня случаются провалы в памяти, потому что дни такие бесцветные… А потом я обнаружила себя… Широко раскрыв глаза и уставившись в пустоту, Райхара-сан продолжила голосом, похожим на крик. — Я обнаружила себя слоняющейся по городу! В парках… в торговых центрах… Отчаянно ища кого-то, кого угодно, о ком можно было бы позаботиться… …Что же делать? Она оказалась очень своеобразным человеком, совершенно не таким, как я ожидал. — Хотя не должна была… Моя забота — обуза для людей! Я всё ещё не понимаю, как помощь может быть помехой, но её отчаяние очевидно. Крупные слёзы катятся из её больших глаз. Её предыдущие рыдания и вправду были криками душевной боли. — Ну, эм, да, вам, наверное, невероятно тяжело… — П-простите, что не сдержалась!.. — Нет, всё в порядке. Пока просто глубоко подышите. Немного успокоившись, Райхара-сан продолжила. — Извините за неприглядное зрелище. Возвращаясь к началу истории… Я подумала, что мне следует потренироваться полагаться на других. Вот что означает «моделирование» в этом контексте. — А, понятно. Я начинаю улавливать суть её истории. — Значит, Райхара-сан, вы зациклены на заботе о людях, но хотите это изменить. Для этого вы пытаетесь пойти в совершенно противоположном направлении, научившись полагаться на других. Я правильно понимаю? — Именно… Просто прекратить своё желание заботиться не получилось, так как я бессознательно начала бродить в поисках кого-нибудь. Поэтому я решила попробовать противоположный подход. Учитывая её ситуацию, логично чувствовать, что другого выбора нет. — Чтобы научиться полагаться на людей, мне нужно быть рядом с кем-то, на кого можно положиться. Семья и друзья сейчас для этого не подходят. Тогда я случайно зашла в это кафе и увидела вас, Тифудзи-сан. Я удивлён, услышав своё имя, но в конце концов ради этого и был весь этот разговор. — Вы очень вежливо обращаетесь с клиентами и охотно помогаете коллегам в затруднении. Значит, вы — тот, на кого можно положиться. Я подумала, что, возможно, смогу положиться и на вас… — Понятно. Я не из тех, на кого сильно полагаются, но у меня есть опыт работы в этом кафе. И поскольку самый надёжный человек, управляющий, ведёт себя как ведёт, неудивительно, что у неё сложилось такое впечатление. — Но, конечно, я не могу прямо попросить: «Позвольте мне быть избалованной вами», так что… э-э… Райхара-сан смущённо немного опускает лицо. — Я училась в женской школе, поэтому понятия не имею, как подходить к парням моего возраста… — А, вот почему вы говорили о моделировании. — Да, я размышляла, каково это — вести себя избалованно с кем-то. Поэтому я наблюдала за вами и постоянно думала о вас. Вот почему она так пристально на меня смотрела. Теперь всё встало на свои места. — Сначала я просто наблюдала за вами в кафе. Но потом мне стало интересно, как вы ведёте себя в других ситуациях. Так я начала следить за вами после работы… — Эм, вы, безусловно, умеете проявлять инициативу. — Мои сёстры говорят то же самое. Что я смелая, но в странном направлении. Она может казаться мягкой и кроткой, но внешность обманчива. — Значит, этот ваш «дзирай-кэй» вид — тоже символ вашей смелости? — Управляющий… Тот, кто, вероятно, подслушивал весь разговор, внезапно присоединяется к беседе. Словно появившись из ниоткуда, управляющий ставит перед Райхарой-сан стакан айс-кофе. — Простите за ожидание, ваш заказ. — А, спасибо. Эм, насчёт этого образа… — «Если я собираюсь стать человеком, который полагается на других, я подумала, что и внешность должна это отражать», да?.. Наверное, тип «дзирай-кэй», при всех своих крайностях, как раз ассоциируется с тем, чтобы быть избалованной. — …Когда я думала о том, какие женщины могут позволить себе быть избалованными больше всего, на ум пришёл именно этот образ. Честно говоря, мне и самой нравится, как это выглядит. Мило и с уникальным мировоззрением. Образ «дзирай-кэй» равен женщине, которую можно баловать? Интересная интерпретация, и в ней может быть доля правды. — М-хм, он вам действительно идёт. Понятно, я уловил суть вашей истории. Извините, но можно мне одолжить его на минутку? — Э, а, да, конечно. — Спасибо, скоро верну. Сказав это, управляющий хватает меня за руку и отводит в конец стойки. — Управляющий, что случилось? Вы же не собираетесь её выгонять? Она не кажется опасной, и, судя по услышанному, она в затруднительном положении, так что я… — Понимаю, понимаю. Я так и думал, что ты так отреагируешь. Итак, Кэй, я отдаю тебе приказ как управляющий. — Приказ управляющего? — Да. Отныне время от времени планируй свидания и развлечения с той девушкой. Предложение управляющего совпадает с моими мыслями. Однако есть проблема. — Я бы хотел и уже думал, как это возможно, но… — Я сказал — приказ управляющего, так что я покрою твою зарплату. В дни, когда вы будете встречаться, мы будем считать это обычным рабочим днём. Зарплата не уменьшится. — …Что?! Поскольку мне нужно отсылать деньги домой, честно говоря, у меня нет времени на встречи и развлечения. Если мне будут платить даже в дни свиданий, то эта проблема действительно решена, но… — З-зачем вы это делаете? — Ну, ты усердно работал в этом кафе всё это время. Я уверен, что причина, по которой кафе достигло таких результатов, — твоя поддержка. Считай это бонусом. Управляющий весело смеётся, затем его голос становится чуть серьёзнее. — …Это не про то, что я даю тебе деньги как дядя. Это просто признание особой формы занятости как управляющего… Уверен, твоя мать не будет возражать. — Возможно, это так, но… — Тогда решено! Кэй, ты же хочешь помочь той девушке, да? Ты хорошо умеешь заботиться о людях. — Управляющий… Спасибо… но кафе справится без меня? — Просто молись, чтобы не обанкротилось. Слегка серьёзный тон определённо вызывает беспокойство. — …Эй, а можешь записать все операционные детали? Слишком много вещей, которые знаешь только ты. — Сделаю. — Хороший повод исправить ситуацию, когда всё держится на тебе. Ладно, на этом всё. — …Спасибо, дядя. — Управляющий, по крайней мере, в рабочее время. Легко помахав рукой, человек, который всегда был добр ко мне, вернулся за стойку. Затем я возвращаюсь туда, где ждёт Райхара-сан. — Простите за ожидание. — Нет, всё в порядке. — Итак, насчёт того… Я рассказал ей, что хочу помочь справиться с её так называемой зависимостью от заботы о других, и для этого нам стоит регулярно встречаться и пробовать разные вещи вместе. Это не просто моделирование; это искреннее предложение. — Но, но это будет несправедливо! Я невероятно благодарна, но это выгодно только мне и ничего не даёт Тифудзи-сану… — У меня не было много времени на встречи с людьми в старшей школе, так что для меня это тоже будет хорошей сменой темпа. — Но… думать, что я доставляю вам столько хлопот! Что ж, если бы она была из тех, кто легко говорит «пожалуйста» и «спасибо», у неё изначально не было бы проблемы с неумением полагаться на людей. Хм… Что ж. — Хорошо. Тогда не могли бы вы составить мне компанию в моём самодовольстве, раз уж я не могу не думать, что не могу оставить вас одну? — Э? Нет, но… Даже Райхара-сан не кивает на мою явно корыстную формулировку. Однако в этом разговоре есть продолжение. — …Вы говорили, что хотите извиниться за слежку. Поэтому я хочу, чтобы вы приняли это как условие прощения. — Ах… Так ей будет труднее отказаться. — …Эм, простите… и спасибо, что проявили такую заботу… — Могу я считать это согласием? — Да… Отлично, да. — Надеюсь, всё сложится так, как мы хотим. — Тифудзи-сан… Она смотрит прямо мне в глаза. И затем… [[image:/storage/reader-images/56135741f4e5ef8f537f2b567d66fbd61777d300.jpg]] — Большое вам спасибо… — Нет, это… ничего. Её глаза изгибаются дугой, а рот растягивается в сияющую улыбку-полумесяц. Красиво, но как-то пугающе непостижимо. …Всё в порядке, да? Она ведь не настоящая мина замедленного действия? Не должна же… правда?.. ---------- Готовить обед — законно. Часть 1 ГЛАВА 2.1: Готовить обед — законно. Часть 1. — Вы бывали здесь раньше, Тифудзи-сан? — Иногда, да. Прошла неделя, и снова наступило воскресенье. Как и договаривались, мы с Райхарой-сан отправились по магазинам вместе. — Понятно. Я раньше приходила довольно часто — когда мои сёстры были рядом… Выражение лица Райхары-сан омрачилось, а плечи опустились. Мы находились в большом торговом центре города — стандартный вариант для выходных в провинциальном городке. Действительно, куда ни глянь — семьи и парочки. — Я собираюсь меняться, начиная с сегодняшнего дня! — Вот это настрой, давайте постараемся. — Да! Райхара-сан сжала кулак. Конечно, сегодня на ней снова был наряд в стиле «дзирай-кэй». — Итак, раз мы вместе за покупками, можно представить сценарий, где вы «ведёте себя немного избалованно». Можете повести меня в магазины, которые вам нравятся, или даже попросить понести сумки. Довольно лёгкое задание, наверное? «Быть избалованной» может означать разное. Это может быть близость, которую ожидают от влюблённых, или просто эгоистичное поведение. Что ж, даже если это притворство, было бы слишком резко сразу переходить к первому. «Кроме того, она, наверное, не захотела бы делать это со мной, если бы я не нравился ей как мужчина». Так что мы решили сначала попробовать второе в разных ситуациях. — Не стесняйтесь тащить меня куда угодно. Куда пойдём? — Спасибо! Тогда давайте… — Да. — ….. — …..? — ………… — …Райхара-сан? Сколько времени ни проходило, губы Райхары-сан оставались сомкнутыми. Я окликнул её не думая и, присмотревшись к её выражению лица… — Райхара-сан, в-вы в порядке!? — …Хаа, …Хааах, …Хаа. — Райхара-сан! Крупные капли пота виднелись на её лице, а всё тело слегка дрожало. — Т-Тифудзи-сан…! П-простите, э-э… я… я… — Я? — …Я не могу придумать ничего!! Я не могу придумать ни одного места, куда хочу пойти для себя! Она закрыла лицо обеими руками и выкрикнула это дрожащим голосом. — Особенно когда я думаю о том, чтобы «тащить кого-то туда, куда хочу сама», становится ещё хуже! — О-о, я понимаю! Пытаясь её успокоить, я подумал — возможно, это довольно глубокая проблема. В этом месте, где собраны всевозможные магазины, она не может придумать место, куда хочет пойти для себя? — Вот где я терплю неудачу… не быть самостоятельной… Жить в мире, где преобладают послания вроде «Делай то, что хочешь; вот что прекрасно», должно быть невероятно тяжело для Райхары-сан. — Это только начало, так что естественно, что не всё будет получаться. Так… тогда, может, начнём с того, что кажется проще? — Да! — Хорошо… ладно, давайте просто пройдёмся по магазинам как придётся. Тогда, пожалуйста, скажите «я устала», когда почувствуете усталость. Это самое простое, что пришло мне на ум. — Поняла! Если это так, то наверняка… --- — …Тифудзи-сан. — Да? — Извините, эм… После того как мы некоторое время просто ходили по разным магазинам, Райхара-сан сказала: — Что же делать… Я совсем не устала…! Возникла другая проблема, не связанная с тем, избалована она или нет. Хм… — Нет, это хорошо. …Мы же довольно много прошли, да? Совсем не устали? — Кажется, у меня крепкие ноги и бёдра. Возможно, потому что с детства носила сестёр и занималась с ними… Её образ в стиле «дзирай-кэй», создающий впечатление хрупкости, снова противоречит её характеру. Она действительно человек, полный несоответствий. Если подумать, она довольно быстро бежала и в тот первый раз, когда заговорила со мной. — Вы занимались каким-либо спортом? — Эм, спорт… Например, когда в школе был марафон, я так переживала, видя уставшие лица других детей, которые изо всех сил бежали! — Ах… — Особенно когда находила кого-то, кто, казалось, страдает, я автоматически спрашивала: «Ты в порядке? Нужно отдохнуть? Хочешь воды?» и в итоге получала выговор от учителя… — Понятно… Учитывая, что её сёстры уехали за границу для спортивной учёбы, возможно, Райхара-сан всегда была физически развита. Иметь талант — прекрасно. Но если темперамент не подходит, соревнования и конкурсы могут быть трудными. — Ах, а вы не устали, Тифудзи-сан? Всё в порядке? — Нет, я совершенно в порядке. Работа в кафе — это испытание на выносливость. — Понятно. Но пожалуйста, скажите, если устанете! Сейчас у заботливой Райхары-сан очень оживлённое лицо, не такое, как тогда, когда она не могла быть эгоистичной и покрылась потом. — Точно! Раз уж мы здесь, разве у вас нет чего-то, что вы хотите купить, Тифудзи-сан? — У меня? Я… А, я как раз думал, что нужно купить разные средства для уборки на кухне. — Правда!? Понятно… С характерным свистящим звуком Райхара-сан одарила меня своей уникальной улыбкой. …У меня плохое предчувствие. — Пойдёмте-пойдёмте! На первом этаже хороший выбор! — Нет, эм, Райхара-сан… — Стало довольно тепло, скоро сезон дождей, так что нужно принять меры против плесени~. У меня есть рекомендации; они просты в использовании! Девушка, одетая в стиле «дзирай-кэй», произносит слова опытной домохозяйки, ведя меня за собой. — Пожалуйста, посмотрите, как видите, здесь разные товары. Важно выбрать те, что подходят вашему образу жизни и привычкам, чтобы уборка не доставляла хлопот. — П-понятно. — Стандарты примерно здесь, но дело не в том, что используют другие, а в том, оптимально ли это для дома Тифудзи-сана… Какова кухня в вашем доме? Её объяснения ясны, а голос бодр. …Кажется, она полностью включилась. В тот момент, когда она смогла применить свои знания для других, лицо Райхары-сан засияло. Я знаю, что мы всё дальше уходим от того, что должны были делать сегодня, но не могу ей этого сказать. — Эм… ну, раковина такого типа, и кран вот такой. — Хм-м-м, в таком случае… --- — Ладно, думаю, этого на первое время достаточно… Ах! Кажется, Райхара-сан наконец вспомнила сегодняшнюю цель, после того как у меня в руках оказались пакеты, набитые тщательно подобранными чистящими средствами. — Я, мне так жаль! Я, я…! — Я тоже извиняюсь, не смог найти подходящий момент вас остановить. — Нет, почему я такая… Райхара-сан сейчас дрожит и сокрушается. — Это плохо! Я должна сказать, должна быть эгоистичной… Эм, ах, я не хочу заботиться о других… Я просто хочу делать что-то для с-себя… Ууу~~! — Р-Райхара-сан… Но я действительно благодарен, что вы составили мне компанию. — Но я… Не годится! Я должна стать человеком, у которого есть что-то, что она хочет делать для себя… Видя, как её лицо начинает бледнеть, я не выдержал и невольно спросил: — …А разве нельзя хотеть заботиться о других? — Нельзя! Я должна стать человеком, который может придумать что-то для себя, не полагаясь на других… потому что, потому что… Опустив плечи, Райхара-сан прошептала очень тихо, возможно, не рассчитывая, что я услышу. — …Забота о других, в конечном счёте, только создаёт проблемы. Атмосфера не располагала к тому, чтобы спрашивать, что она имела в виду. Однако вскоре мне предстояло понять смысл этих слов неожиданным образом. ---------- Готовить обед — законно. Часть 2 ГЛАВА 2.2: Готовить обед — законно. Часть 2. — Они цветут так весело, цветут. Наша работа буквально расцветает~. Воскресенье, проведённое с Райхарой-сан, закончилось, и наступил понедельник. Во время школьного перерыва на обед я пришёл полить клумбы во дворе с одноклассницей — Кусакабэ-сан. Это наша основная задача как членов садоводческого комитета. — Вот контейнер для воды. — Да… Я полью с этой стороны. — Ладно, тогда я с этой. Мы с Кусакабэ-сан разделили задачи и приступили к сегодняшнему поливу. На следующей неделе начнётся сезон дождей. Как только это случится, возможности для этой работы сократятся. — Когда начнётся сезон дождей, мы, наверное, останемся не у дел. Наступит эра автоматического полива~. Произнося что-то подобное, кажется, Кусакабэ-сан думала о том же: — Уже наступило то время года, да? — У нас в школе их нет, но гортензии тоже начинают цвести. Тифудзи-кун, ты пойдёшь на тот фестиваль? Фестиваль гортензий. — Фестиваль гортензий?.. А, весеннее ханами в дождливый сезон, которое проводят поблизости? Нет, никогда не был. И не планирую. — Правда? По выходным там есть ларьки с едой и яркие фотозоны, так что там довольно много пар. Может, как раз для тебя, Тифудзи-кун. — …Э, почему? Я невольно смотрю на Кусакабэ-сан, а она улыбается с хитрой физиономией, словно говоря: «Я знаю». — Слышала от Май-тян, а, нет, от Май из третьего класса. Она училась с Тифудзи-куном в одном классе на втором курсе… Так вот, вчера, похоже, Тифудзи-кун был на свидании с девушкой в торговом центре. — …Впечатляюще, как и ожидалось от девичьей информационной сети. — Девушка, которая была с Тифудзи-куном, по словам Май, сильно выделялась. Она ещё сказала, что та невероятно милая. Видимо, её внешность настолько сильна, что её совершенно не портит стиль «дзирай-кэй». — Это правда, но она мне не девушка. — Э~! Правда? Но Май сказала, что вы были вдвоём! — Мы были вдвоём, но это другое. Райхара-сан и я… …Что сказать? Могу я просто сказать, что мы друзья? Я провёл с ней всего один день, но мне так кажется. Однако, будучи на третьем курсе старшей школы, я понимаю. Если девушки услышат историю о том, что парень и девушка гуляют одни, они не отстанут так легко. Меня точно спросят: зачем вы пошли вместе? Как на это отвечать? …Трудно, что же делать? Я не могу честно рассказать об обстоятельствах Райхары-сан, так что… — Её зовут Райхара? Бам! Лейка выпала из рук Кусакабэ-сан с шумом, ударившись о край клумбы. — …Кусакабэ-сан? Моя одноклассница, от которой я ожидал быструю череду вопросов, смотрела на меня застывшим лицом. — К-Кусакабэ-сан? Что случилось? — …Э, а, э-э… а, ахаха, прости, прости, уронила лейку. Хорошо, содержимое почти не пролилось. Н-ну, она почти пустая, так что нормально, д-да, да. Кусакабэ-сан по натуре очень оживлённая, но сейчас говорила необычно быстро. Она начинает наполнять лейку водой из ближайшего крана. Мне кажется, или её руки дрожат? — …Эм, ну, …… Райхара, а какое… её полное имя? — Амане. Райхара Амане-сан. Снова бам! Лейка, наполненная наполовину, снова выпала из рук Кусакабэ-сан. — …Кусакабэ-сан? — Неправда!! Резко обернувшись, она словно выкрикнула. — Неправда! Я, я действительно люблю футбол!! Правда-правда!! — …Э, что?.. Я ошеломлён её внезапными словами. …Футбол? О чём она? Я действительно знаю, что Кусакабэ-сан состоит в женском футбольном клубе. — …Ах, …простите… сказала бессмыслицу. — Нет, всё в порядке… Кусакабэ-сан с явно дрожащими руками поднимает упавшую лейку. …Однако я должен был спросить. — …Знакомы? Вы и Райхара-сан? — …Одна средняя школа. Та самая частная школа, объединяющая средние и старшие классы. Я там училась в средней школе. — А, понятно. …Вы пришли в эту школу вместо старших классов там, потому что здесь сильная женская футбольная команда? Размышляя, как развить разговор, я осторожно задаю такой вопрос. — …Когда я училась в девятом классе, тренером в этой школе стала женщина, которая участвовала в Олимпийских играх по футболу, и это как раз тот человек, которым я давно восхищалась… Я узнала и подумала: «Тогда я хочу поступить в эту старшую школу!» — О, вы и правда любите футбол. — …Да, люблю. Не знаю, смогу ли сделать на этом карьеру, но думаю, что буду заниматься им всю жизнь. …Я действительно люблю его, правда, искренне. Она настойчиво повторяет мне, кто даже не сомневается. Казалось, она успокаивала скорее себя, чем кого-либо ещё. — …Райхара-сан была менеджером футбольной команды… После момента молчания Кусакабэ-сан продолжила. — Её младшие сёстры, о которых она заботилась, подросли, и она хотела чем-то заниматься после уроков. По такой причине с весны моего второго года в средней школе она помогала футбольной команде. — О, это так похоже на Райхару-сан. Очень заботливая. Пожалуй, впервые в жизни встречаю такого человека. — ….. Тяжёлое молчание Кусакабэ-сан прервало разговор. …Что случилось? Ссора или… нет, не похоже. — …Как и сказал Тифудзи-кун, Райхара-сан была невероятно внимательной. Она замечала всё и делала всё для нас. Казалось, мы почти забыли, как произносится фраза «не могли бы вы сделать это, пожалуйста?» Могу представить, это точно Райхара-сан. ---------- Готовить обед — законно. Часть 3 ГЛАВА 2.3: Готовить обед — законно. Часть 3. — Первый месяц был таким потрясающим, что даже немного сбивал с толку. Ко второму месяцу мы все полностью привыкли: «К нам пришёл лучший менеджер в стране!» — говорили мы, и все были счастливы. Даже на третий месяц ничего не изменилось, мы полностью забыли, как было до Райхары-сан. Странности начались, когда наступило лето… Бормочущий голос Кусакабэ-сан был тревожно ясным. — Приближался летний турнир, и тренировки стали интенсивными. Мы… слишком полагались на Райхару-сан, говоря «сделай то, сделай это», и Райхара-сан принимала всё. Это было очень, очень, очень… легко. Хотя, казалось бы, это история о прекрасном менеджере, атмосфера сгущалась. — На летних каникулах каждый день был пропитан футболом, тренировки начинались рано, но Райхара-сан делала всё остальное лёгким для нас, я очень благодарна, и это было чудесно и комфортно, словно тело медленно таяло… Кусакабэ-сан, сделавшая там паузу, подняла упавшую на землю лейку, долила пролитое и, поливая цветы, наконец продолжила. — Однажды я вышла на поле. Достала футбольный мяч и, повышая голос, говоря «давайте сделаем это», подумала: «Зачем я делаю что-то настолько трудное?» — …! — Я люблю футбол. Это правда. Это больше, чем хобби. Но впервые я подумала: «Зачем?» Зачем я вообще это делаю? Потому что есть место, где удобно и не нужно ничего делать. — Кусакабэ-сан… — Было страшно. Перебивая мои слова, голос Кусакабэ-сан излучал ледяной холод. — Было страшно, очень страшно. Я думала, что футбол исчезнет из моей жизни… Не заметила, как самое важное, неизменное ядро моего мира стало вялым. Разные части меня начали искривляться, и я не могла идти прямо… …У меня нет чего-то, чем я был бы так увлечён, как Кусакабэ-сан, поэтому, думаю, вряд ли смогу до конца понять страх, который она испытала. — …Мне страшно, но пока я ещё боялась, я подумала, что нужно действовать, и посоветовалась с товарищами по команде… ахаха, все, оказывается, чувствовали то же самое. Некоторые уже собирались писать заявления об уходе. Однако даже те детали, что просочились из её рассказа, заставляли меня содрогаться. — …В конце концов, после тёплого приёма и благодарностей, мы все вместе глубоко поклонились и попросили её уйти. — …Это правда? — Правда. Звучит преувеличенно, да? Выглядим странно? Всего лишь из-за того, что о нас заботились. Но знаешь, то же самое потом случилось в баскетбольной команде. — Что… — Они говорили: «Зачем вы отпускаете такого отличного менеджера? Мы бы с радостью взяли её». — …Не то чтобы Райхара-сан ушла, потому что плохо работала или поссорилась с членами… — Да, верно. Невозможно не взять менеджера, которого «уволили» за «слишком большую поддержку». Баскетболисты смеялись, говоря: «Мы строгие, так что сколько нас ни поддерживай, всё мало». Уверен, это было правильное решение… — Однако, как и у нас, это продлилось не больше сезона. …В той школе сильны и гуманитарные науки, и спорт, так что многие другие клубы хотели получить внимательного менеджера. — Неужели… — Шесть. Шесть клубов, включая футбольный, которые, оказавшись «в затруднении», приглашали Райхару-сан со словами «помогите нам», оказались на грани «больше не можем» и чуть не развалились… ах, нет, извините, не так. — ….. На этом месте Кусакабэ-сан резко поворачивается ко мне лицом и говорит извиняющимся тоном. — Нет, я не говорю, что это вина Райхары, что клубы чуть не развалились… простите, неправильно выразилась… эм… — Что ж, я понимаю, так что всё в порядке. — Райхаре-сан я до сих пор благодарна… Правда, она была так добра к нам. Для нас она делала всё, что могла… т-так что… Кусакабэ-сан упоминает свою благодарность, но её лицо крайне напряжено и невыносимо искажено. Её руки дрожали всё это время. — …Кусакабэ-сан, этому цветку, кажется, вы даёте слишком много воды. — Э? А, …да, точно, простите. Услышав мои слова, Кусакабэ-сан поспешно отдернула лейку, которую наклоняла. — …Ахаха, …нехорошо. …Верно? — Если слишком много поливать, они сгниют. Склоня голову, она тихо произнесла это. --- — Вау, какое оживление, так много народу. В воскресенье я отправился на окраину соседнего городка. Там и тут висели баннеры «Фестиваля гортензий», и, соответствуя названию, цвели разноцветные гортензии. От пешеходных маршрутов городка до небольших туристических троп — вся территория служила площадкой для фестиваля. Мероприятие, известное здесь как «Фестиваль гортензий», судя по всему, заключается в том, чтобы любоваться цветущими вдоль пути гортензиями. — …Правда, пар нашего возраста довольно много. Я невольно пробормотал. Я знал об этом мероприятии лишь по названию и думал, что это что-то для более взрослых, зрелых людей. В реальности же здесь и там подростки вроде меня и люди лет двадцати фотографируются и веселятся. Действительно, как и говорила Кусакабэ-сан, место популярно благодаря фотогеничности. — ……… Говоря о Кусакабэ-сан, я невольно вспоминаю наш разговор того дня. Разные вещи, связанные с Райхарой-сан в средней школе… …Я понял, что Райхара-сан имела в виду под словами «забота о других, в конечном счёте, только создаёт проблемы». Если у человека был такой опыт, действительно неудивительно, что он так думает. Кажется, это стало травмой для Кусакабэ-сан, но для Райхары-сан, должно быть, то же самое. …Хотелось бы как-то помочь ей. — Тифудзи-сааан! — Райхара-сан, доброе утро. Пока я размышлял об этом, она подошла как раз вовремя. Стиль Райхары-сан «дзирай-кэй» сегодня тоже безупречен. — Простите, что заставила ждать! — Нет, это просто я пришёл рано. До назначенного времени ещё пятнадцать минут. Раз я никогда не был здесь, то вышел из дома пораньше. ---------- Готовить обед — законно. Часть 4 ГЛАВА 2.4: Готовить обед — законно. Часть 4. — Рад, что погода хорошая. — Да! И цветы красивые. Оглядываясь по сторонам, Райхара-сан сияет. — Это правда. Кивая, я вспоминаю. Это было то, что Кусакабэ-сан сказала в конце полива. «…Райхара-сан… добрая, красивая, тёплая… и я ей очень благодарна…» «…однако… сейчас, оглядываясь на то лето… простите… я просто не могу не чувствовать…» «…что я была рядом с существом другого вида, не таким, как мы.» — …Тифудзи-сан? Всё в порядке? — …В порядке. Начнём сразу ходить и смотреть разные места? …А, Райхара-сан, я понесу ваши вещи. — Не нужно! Я-я сама донесу! — Выглядит тяжёлым. Ха-ха, управляющий говорил мне не позволять женщинам носить тяжести. Если я не скажу что-то подобное, она, кажется, не отдаст, так что прости, дядя. …Он, наверное, говорил что-то в этом роде. Да, он говорил, будем считать, что он говорил. — Если уж я могу хотя бы понести сумку… — …Тогда хорошо, спасибо. Я принял от неё плечевую сумку, пока она смущалась. …Хм, довольно тяжело. Хорошо, что настоял. — Простите, я не знаю этикета, когда гуляешь с парнем… — Я тоже не знаю. Потому что я был погружён в подработки даже после школы и по выходным, у меня нет воспоминаний о том, чтобы куда-то ходил с девушкой. — …Кстати, эта сумка. — Да? …А, н-ну, это… Прежде чем я успел спросить, что внутри, Райхара-сан начала паниковать. — …Ничего особенного! Просто ничего такого… — …Правда? — Д-да, правда. Её взгляд мечется туда-сюда, а те тонкие белые руки то сцепляются, то размыкаются, то снова сцепляются. Поведение будто из картины, подозрительное. Эта неуклюжая манера и ощущение веса… Может… — …Там что-то вроде обеденных коробок, включая одну для меня? — …Ах. Райхара-сан, у которой рот открыт, глаза широко распахнуты и дрожат, в конце концов поникла. — Это было спонтанно… — Нет, не стоит волноваться, это не преступление… — Но… я же человек, который говорит, что будет тренироваться полагаться на других! Что я делаю, принося обеденные коробки? Это совершенно верно… — Простите, что начинаю вот так… — Это всего лишь наш второй раз, когда мы так гуляем, так что неудивительно, что характерные черты Райхары-сан всё ещё сохранились. — Но я… уу, я, я так и знала! Мне не стоило этого делать! Я делаю что-то плохое! Но, но, но когда я подумала: «Я могу приготовить для кого-то», мои руки задрожали, и в голову хлынули вещества удовольствия…! Это было так приятно, и я не могла остановиться! — Делать что-то плохое, руки дрожат, вещества удовольствия льются в голову, чувствует себя хорошо и не может остановиться… Говорить такое в её нынешнем стиле «дзирай-кэй» кажется очень опасным. — Готовить обед — законно. — Но это лазейка в законе! — Это не лазейка в законе! Весь этот разговор, который можно было бы неправильно понять со стороны, сопровождается выразительной сменой её лица. Её красота временами может казаться недоступной, но она очень дружелюбный человек. — Это действительно не соответствует цели, но спасибо, я рад. А теперь давайте осмотримся. — П-простите… Если вы так говорите… Я, я буду осторожнее в следующий раз…! Существо другого вида, не такое, как мы, да? Я определённо не разделяю чувств Кусакабэ-сан, которая зашла так далеко, что сказала это. Сейчас рядом со мной идёт девушка, переполненная человечностью. — Но я действительно с нетерпением жду обеденной коробки, которую приготовила Райхара-сан. — П-правда? — Да, конечно… …Эта её приятная и загадочная улыбка обладает аурой иного мира. — Возможно, здесь много семей. Оживлённо и приятно. Райхара-сан, идущая рядом, огляделась и сказала так. Действительно, больше всего, кажется, именно отдыхающих семей. — Наверное, просто хорошее место для прогулок. — Я тоже так думаю… Если подумать, когда я приходила сюда, это всегда было с семьёй. — Правда? Значит, Райхара-сан бывала здесь несколько раз. Она говорила что-то подобное, когда предложила это место в качестве пункта назначения. — Да. Мой отец сказал, что это потому, что событие благоприятное. — Благоприятное? — Одно из значений гортензии — «семейное единство». Говорят, потому что маленькие цветы собираются вместе и прижимаются друг к другу. — Вау, понятно. Я этого не знал. Но, услышав, понимаю. — Тифудзи-сан, для вас это в первый раз, да? — Да… Я никогда раньше не был на таких мероприятиях. Семейное единство, да. Красивая фраза. — Я смог прийти благодаря Райхаре-сан; я благодарен… Как-нибудь надеюсь, что смогу помочь сегодня. — А, нет! Я тоже постараюсь сегодня! Сегодня — реванш за прошлый раз. Цель та же: самые основы эгоистичного поведения — честно сказать «я устала», когда устанешь. В прошлый раз Райхара-сан не устала, так что мы даже не смогли попробовать. Но в этот раз, наслаждаясь гортензиями по пути, мы пройдём от города до небольшого туристического маршрута, так что даже крепконогая Райхара-сан должна в конце концов где-нибудь устать. Мы смотрим на цветы и ведём непринуждённые беседы, постепенно продвигаясь по маршруту. Незаметно мы покинули город, и запах природы усилился. — Чуть дальше есть святилище, и каменные ступени, ведущие к нему, — одно из известных мест, с аккуратно цветущими по бокам гортензиями. Это красиво~. — Хорошо. Раз уж мы здесь, может, зайдём помолиться? Примерно такой был наш разговор какое-то время. Вскоре перед нами предстала лестница значительной длины и крутизны, излучающая внушительное присутствие. — Ва-а~. Как и было сказано, ряд цветущих гортензий вдоль ступеней великолепен. ---------- Готовить обед — законно. Часть 5 ГЛАВА 2.5: Готовить обед — законно. Часть 5. — Понятно, тут устроено так, что есть много времени, чтобы полюбоваться гортензиями. — Хи-хи, да. Длина лестницы, наверное, тоже одна из достопримечательностей. …Ах, пожалуйста, отдыхайте, если устанете по пути. Давайте не торопиться и отдохнём, если понадобится! — Райхара-сан… — Да? А… я, я тоже скажу, если устану! Д-да, конечно! Запинаясь, Райхара-сан наконец кивнула. — …Ох, круто. Начав подниматься на самом деле, я ощущаю крутой уклон. Кажется, это хорошая тренировка. — Точно~. Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не поскользнуться. — Спасибо, буду. …Такая забота льётся от неё естественно. Наверное, это врождённое. Думаю, это форма её души. — Уфф~ Больше не могу! Тяжело! — Я устала~! Серьёзно! — Сколько там ступенек! Такие голоса доносятся от группы студентов постарше, которые впереди нас. Тем временем, глянув рядом, — Ой… Может, предложить помочь с их вещами… будет ли грубо внезапно заговорить? Девушка в стиле «дзирай-кэй», которая выглядит хрупкой, бормочет подобное. Есть несколько вещей, на которые хочется возразить. Но… Святилище среди природы, длинные каменные ступени, ведущие к нему. Гортензии аккуратно цветут по бокам, а нисходящий солнечный свет перекрашивает место в светлые тона. На фоне этой почти фантастической природной сцены её фигура, облачённая в наряд, столь дисгармоничный этому окружению, обладает красотой настолько плотной и дьявольской, что она развеивает мои праздные размышления. — …Тифудзи-сан? — А… нет. Я обнаружил, что просто невольно пристально на неё смотрю. … Похоже на существо другого вида, не такое, как мы. Не думаю, что слова Кусакабэ-сан относились к её внешности. Но как ни странно, я в этот момент почувствовал, что этот человек, возможно, дух или фея. — …Ладно, мы… на месте! — Хорошая разминка. Пройдя по каменным ступеням, мы наконец достигли территории святилища. Будь то потому, что мы поднялись высоко, или от чувства освобождения после подъёма, а может, потому что это священное место — проходящий ветер кажется прохладным и приятным. — Да, наконец-то! Фуу~ Действительно длинная. О? Райхара-сан, у которой, вопреки внешности, крепкие ноги, кажется, накопила усталость. Хорошо, это хорошо. В отличие от прошлого раза, условия достигли точки, где она может сказать: «Я устала». — …Ах, Тифудзи-сан. — Да. Подходит? Это один маленький шаг с моей точки зрения, но гигантский скачок для Райхары-сан… — Вы вспотели. Вот, у меня есть платок! Я чуть не упал. Нет, это неправильно, Райхара-сан. — Спасибо. Но у меня есть свой платок. Почувствовав, что будет невежливо испачкать её платок своим потом, я отказался, и Райхара-сан выглядела явно разочарованной. … Если я ошибаюсь, то это просто моё неловкое недоразумение, но мне показалось, что, будь я принял, она бы сама вытерла мой пот. В любом случае, я уверен, что Райхара-сан устала. — Райхара-сан, давайте помолимся. — Да. Сейчас нет смысла останавливаться для отдыха. Я сразу сделал следующее предложение, действуя как можно быстрее. Помолившись, что же нас ждёт дальше? Конечно… — Теперь наша очередь спускаться по этим ступеням. Сказал я, глядя вниз по лестнице. Это должно накопить ещё больше усталости, и это должно облегчить ей произнесение слова «устала». — Да~ давайте постараемся! Райхара-сан, сжав обе руки перед грудью в кулак. Затем мы вдвоём спускаемся по крутой длинной каменной лестнице. — Вы упомянули, что раньше приходили сюда с семьёй. Наверное, вашим сёстрам было трудно из-за такой длинной лестницы. — Хи-хи, да, это так. Кстати, чуть дальше отсюда есть площадь с ларьками, и мне очень хочется поскорее туда попасть. — А, понятно. Кстати, уже почти обеденное время. В тот момент, когда я это осознаю, мой желудок слегка урчит. Мы же шли всё утро. Что ж, моя ситуация сейчас не важна. Речь о Райхаре-сан. Разговаривая, я незаметно проверил её лицо, и, кажется, она слегка вспотела. Мы прошли немалое расстояние до того, как подняться и спуститься по этим ступеням, так что невозможно, чтобы она не устала. Странно надеяться, что человек, гуляющий с тобой, устанет, но… когда я вспоминаю, как она говорила, что забота о других создаёт проблемы, и поэтому хочет измениться, с поникшими плечами, я не мог не надеяться на это. — Ладно, вот и всё. Произнеся такое, я наконец ступил на последнюю ступеньку. Должно быть, заняло примерно столько же времени, сколько и подъём. Теперь. … Мне кажется, не мне следует спрашивать Райхару-сан, не устала ли она. Она сама должна озвучить свои потребности. Как только я это подумал, — Тифудзи-сан. Она пристально смотрит на меня и обращается. — …Простите, эм… Она извиняется за то, что собирается сделать эгоистичную просьбу? Хорошо, хорошо, хорошо, вот оно! — О! Там освободилось место! Извините, что не заметила~! Давайте пойдём на площадь и пообедаем~! С приятной улыбкой она так сказала. Это была очень приятная улыбка. … Она слышала, как у меня урчит живот? Не думал, что так громко, удивлён, что она заметила. — Нет… ну, Райхара-сан. — Да? Не «Да?» мне… Пот виден на её лице. Возможность «Она хочет отдохнуть, но не может сказать, поэтому использует чей-то голод как причину» не исключена, но… она не такая. Даже я, знающий её недолго, понимаю это. Просто в любом случае она из тех, кто больше заботится о чужом голоде, чем о собственной усталости. — …Ах, нет, эм… ну, это не годится… э-э… Райхара-сан, которая, кажется, сама это заметила, начинает паниковать. ---------- Готовить обед — законно. Часть 6 ГЛАВА 2.6: Готовить обед — законно. Часть 6. — Устала, да, устала, я действительно чувствую усталость, озвучить свою усталость, сказать, что хочу отдохнуть, давайте сделаем это, потому что я хочу отдохнуть, да. Райхара-сан бормочет, словно убеждая себя, но… — …Простите, как неловко. В самый неподходящий момент мой живот громко урчит. — Нет, всё в порядке!… но, ну, …вы, наверное, голодны…. Думаю, обеденной коробки хватит, но я не знала, сколько ест парень того же возраста, так что… э-э. — Что ж… — Если не хватит, пока Тифудзи-сан будет есть, я сбегаю и куплю что-нибудь из ларьков! Что бы вы хотели? Там разные варианты~. Сейчас мысли Райхары-сан полностью заполнены тем, что мой желудок пуст. Хм… Неудача? --- — Опять, правда… так стыдно… Затем девушка в стиле «дзирай-кэй» опускает голову и плечи. Кажется, она подавлена из-за неудачной попытки сказать «я устала». — Нет… не нужно так расстраиваться. Это просто означает, что ваши переживания настолько глубоки, Райхара-сан. Говоря это, сидя напротив неё за столиком в зоне отдыха на площади, я вижу, как Райхара-сан, с опущенной головой, бормочет. — …Я — ничто, правда. — Э? — Всегда забочусь о других, моё сердце всегда стремится к этому, и у меня нет ничего другого, что я хочу делать для себя,… нет причины или толчка для этого… Меня не растили в среде, где родители не могли баловать или что-то в этом роде. Абсолютно ничего подобного. — ….. — Мне повезло. Думаю, я выросла в счастливой семье. Но, но почему… даже тогда, почему у меня не развилась нормальная личность? — …Вы чувствуете вину? — …Да. Я наконец понял. Мне пришло осознание, что эта очевидная мысль, которую я должен был понять, в конечном счёте не проникла в моё сознание. Возможно, уместно сказать, что ей стыдно. У всех разные проблемы. Именно потому, что её растили в тёплой и благополучной среде, она и чувствует вину за свою «уникальную» природу. Я никогда не думал об этом раньше, но это, безусловно, болезненно по-своему. — …По крайней мере, я должна измениться с этого момента. Прежде чем снова доставлю неудобства окружающим… — Это… а, нет. Я не могу упомянуть, что узнал о различных событиях времён средней школы Райхары-сан. Не хочу напоминать ей о боли, вороша это. — …А пока можем пообедать? Честно говоря, я с нетерпением ждал. Я не хочу, чтобы она винила себя и выглядела мрачной. Так что я решил пока сменить тему. То, что я с нетерпением жду её обеденной коробки, — тоже правда. — Д-да! Давайте есть! Ну, вот, пожалуйста, наслаждайтесь и……. — Хорошо. То, что выскользнуло из сумки, было большим свёртком. Содержимое, раскрытое при разворачивании, оказалось… — Это многоярусная обеденная коробка. — Я, я немного увлеклась и перестаралась… Когда крышка щёлкнула и открылась, я увидел, что первый ярус плотно упакован разнообразными закусками. С первого взгляда видно, что вложено много труда. — Спасибо,… честно говоря, я даже немного тронут. — Нет! Это не такое уж большое дело. — …У меня на самом деле никогда не было ничего подобного. Я думал, что что-то подобное абсолютно не связано с моей жизнью, но никогда не знаешь. — Понятно. Стиль обеденных коробок разный в каждом доме, да? В семье Райхара, потому что мои младшие сёстры много едят, а отец и я любим готовить и хотим сделать много, это вполне стандартно, когда мы выходим куда-то. Говоря это, Райхара-сан бойко разделяет многоярусную коробку и раскладывает на столе. Затем достаёт толстую термокружку. Я думал, что там напиток, но в чашку наливается мисо-суп. — Извините, там, там ещё и мисо-суп, так что, наверное, было тяжело нести… — Нет, не беспокойтесь. …Потрясающе, это как полноценный обед. — О, нет-нет. Хочу помочь ей с приготовлениями, но она так хорошо справляется, и я не могу найти возможности вмешаться, и… прежде всего. — Вот салфетка для рук. Здесь напиток, а вот чашка. А, пожалуйста, используйте эти палочки и эту тарелку. Кажется, ей это нравится. Ещё мгновение назад она выглядела такой подавленной, так что сейчас её оживлённое выражение лица кажется особенно ярким. — Простите за ожидание, пожалуйста, приятного аппетита! — Спасибо, итадакимасу. — А, если хотите, я могу положить вам на тарелку! Что бы вы хотели? Вы мужчина, так что, может, мяса и жареного? Не садясь сама, Райхара-сан берёт мою тарелку в руки и задаёт такие вопросы. Вся последовательность её действий такая плавная. — Я бы очень хотела, чтобы вы тоже ели овощи, так что вот это и то и… Ах! Внезапно остановив движения, словно заржавевшая машина, в противоположность прежней плавности, она вернула мне тарелку, которую только что собиралась наполнить закусками. — …Нет, это неправильно! Я, я не должна делать подобное! — Не то чтобы это запрещено, но да, учитывая сегодняшнюю цель… — Да! Я должна измениться! Я изменюсь! Это сильное заявление. Нет сомнений, что у неё там непоколебимая решимость. …Хотя, однако… — …Райхара-сан? — ….. — Р-Райхара-сан? Её рука всё ещё не отпускает мою тарелку. И затем начинает сильно дрожать. — …..Хаа, …Хаааах, …Хаах, я, я отпущу, да, отпущу…… Не, я не буду… Я не буду заботиться о других… о других людях больше…… Хаах, Хаах, Хаааах, Хаах! Плохо, возможно, это ломка. Может, она слишком много терпела. — Райхара-сан, для начала давайте медленно подышим. — Хаа, Хаааах, Хаах…! — Райхара-сан! Отнимать у неё «заботу о других»… Правильно ли это? Особенно когда она стала такой… …Нет, может, именно потому, что она стала такой, продолжать это было бы плохо? Сложный вопрос. ---------- 3.1:Видеть то, чего не следует видеть. Часть 1 ГЛАВА 3.1:Видеть то, чего не следует видеть. Часть 1. «Вау~, фестиваль гортензий~» «Мы часто ходили туда всей семьёй. В ларьках много вкусного.» Мои две сестры весело говорят, делясь воспоминаниями через экран планшета. Развитие технологий — благословение, потому что я могу легко общаться лицом к лицу с сёстрами, которые находятся за границей. «Интересно, как люди общались в прошлом?» «Но кто бы мог подумать, что Амане-онээ-чан так запросто пойдёт на свидание в любимое место для прогулок семьи Райхара с парнем.» — Это не свидание. Я говорю, с улыбкой отрицая слова Канон. Хотя я уже старшеклассница, я всё ещё не понимаю романтических чувств между мужчиной и женщиной так хорошо, как моя сестра Канон. Она только в первом классе средней школы, но эмоционально она намного впереди меня… Что это говорит обо мне? — Тифудзи-сан и я не в таких отношениях. Он просто сопровождает меня, пока я работаю над преодолением своих слабостей. «Кажется, он хороший человек. И очень зрелый.» Говорит Сион, более расслабленная из близнецов. В то время как Канон оживлённая, Сион спокойная и уравновешенная. Их лица могут выглядеть одинаково, но характеры — полные противоположности. — Да, Тифудзи-сан очень хороший человек, и он настолько спокоен и собран, что трудно поверить, что мы в одном классе. Он давно работает на подработке, так что, может, поэтому так зрел. Кажется, он может справиться со всем, что приходит. — Интересно, все ли мальчики моего возраста такие. Я слышу истории о парнях от одноклассниц, и большинство из них кажутся немного более озорными. «Они ведут себя так по-детски», — некоторые даже жалуются так. «Нет, нет, большинство мальчиков того же возраста более детские, чем девочки!» Канон парирует с некоторым жаром. Может, у неё есть свой опыт в этом. «То, что он принял глупые и странные выходки Онээ-чан на этот раз, а это слежка в твоём стиле «дзирай-кэй», и, кстати, у кого такая подозрительная улыбка, — это действительно необычно. В нормальных условиях это было бы невозможно.» — Я знаю… Я не могу это отрицать. Мне говорили, что моя улыбка может быть довольно загадочной. Я не особо осознаю это, но, видимо, когда мне досаждают, моё лицо становится довольно зловещим. «Так Онээ-чан получила его помощь, но не добилась прогресса?» «Но знаешь, Канон, это просто такая Амане-онээ-чан. Вместо того чтобы сказать «устала», она скорее позаботится о ком-то другом, чтобы восстановить силы.» «Это правда, но, Сион, мы-то знаем хорошо, так что всё заканчивается фразой «Ну, она просто такая», но для других она может показаться странным существом. Как это вообще придаёт ей энергии?» «Я знаю, да~» — Уф… И снова я не могу даже возразить. «Учитывая, что Онээ-чан так долго баловала нас, может быть странно с нашей стороны это говорить, но, возможно, тебе стоит попробовать изменить эту часть характера Онээ-чан.» Канон предлагает неуверенно. — Да, я изменюсь. Онээ-чан решила измениться. Я заявляю Сион. Услышав это, Канон говорит, отводя взгляд. «…Ну, мы хотя бы поддержим тебя.» Канон, будучи моей сестрой, знает. Наверное, она не думает, что у меня получится… но кто виноват, что у неё такое впечатление? Я даже не могу жаловаться. «Но знаешь, этот Тифудзи-сан? Он говорит удивительные вещи, правда?» — Что ты имеешь в виду под «удивительными»? Когда я спрашиваю её, Сион отвечает своим обычным расслабленным тоном. «Э~? Говорить «я устала», когда устала, — это же быть избалованной, разве это не нечто~?» «А? Сион, ты слушала, что говорила Онээ-чан? Ты же знаешь, Онээ-чан не справится, если не опуститься до такого уровня избалованности~ Это потому, что Онээ-чан никудышная… Стоп, о чём мы говорили?» — О том, что я виновата… «Понятно~.» Канон согласно кивает. Простите за то, что я такая неудачница-онээ-чан… «Э~? Нет, не в этом дело. Мы говорили о том, что говорить «я устала» — это быть избалованной, и это удивительно… о чём ты, Канон〜. Независимо от того, хороша наша Онээ-чан или нет, это слово не выйдет, если ты действительно не чувствуешь, что «быть усталой — значит быть избалованной», так что это довольно удивительно〜.» ……Если подумать, может, это так. Я думала именно так, как сказала Канон, но, похоже, есть способ восприятия, как у Сион. Я всё ещё не до конца понимаю, что за человек Тифудзи-сан. …Из-за вины за слежку я очень боялась сказать что-либо, что заставило бы его подумать, будто я выспрашиваю о его жизни. К тому же Тифудзи-сан не казался типом, который активно рассказывает о себе. Единственная новая информация, которую я получила сегодня, — что это был его первый раз, когда он ел обед из многоярусной коробки. Я плохо его знаю. --- — Эмм~…. Хммм~~~~~ — Не торопитесь, всё в порядке. Через неделю после дня, когда мы ходили на Фестиваль гортензий, наступило ещё одно воскресенье. — …Что… что я хочу посмотреть, верно? — Именно. Это то, что вы, Райхара-сан, считаете «я хочу посмотреть», думая только о себе. Место, куда мы пришли, — кинотеатр в центре города. Поскольку ей не удалось ни «тащить меня за покупками», ни сказать «я устала», когда устала, в этот раз мы выбрали то, что можно решить сразу на месте. Сходить вместе в кино и выбрать фильм, который она хочет посмотреть, — вот план. Когда мы ходили по магазинам, Райхара-сан сказала: «Я не могу придумать ни одного места, куда хочу пойти для себя». Вот почему эта задача тоже может оказаться нелёгкой. Тогда она также сказала: «Особенно когда я думаю о том, чтобы «тащить кого-то туда, куда хочу сама», становится ещё хуже!» По сравнению с этим, в этот раз она должна чувствовать себя менее эгоистичной. К тому же, в отличие от задачи сказать «я устала», физическое состояние не связано, так что попробовать легко. Размышляя о таких вещах, рядом со мной Райхара-сан продолжает мучиться перед стеной кинотеатра, где размещено расписание сегодняшних сеансов. — …Что я хочу посмотреть, что я хочу посмотреть, что я хочу посмотреть, сказать, что я хочу посмотреть… Я слышал, что она любит фильмы, так что дело не в отсутствии интереса. Однако утверждать свои собственные предпочтения в таких ситуациях, кажется, её слабое место. Возможно, лучше терпеливо ждать, чем говорить опрометчиво. Я бесцельно наблюдаю за обстановкой внутри кинотеатра, чтобы скоротать время. Кинотеатр, да? На самом деле я почти никогда здесь не был. Может, с тех пор, как дядя водил меня сюда давным-давно. Вот лица, которые с нетерпением ждут предстоящего веселья, и лица, погружённые в остаточное впечатление от просмотренного фильма. Понятно, такую атмосферу имеет кинотеатр. Должно быть, это хорошее место для отдыха в выходные для большинства семей. …Нет, я отвлёкся. В любом случае, сегодня мы увидим, верна ли поговорка «третий раз — удачный»… ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 2 ГЛАВА 3.2: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 2. — …Тифудзи-сан! — Да? Тот момент наступил на удивление легко. — …Я хочу посмотреть это! — Хорошо, давайте посмотрим. Райхара-сан указывает на название фильма, и я киваю. Было бы бестактно явно хвалить её за это. Естественно, я должен принять её предложение как нечто само собой разумеющееся. — …Но это может не соответствовать вкусу Тифудзи-сана… может наскучить… — Вовсе нет. Я тоже хочу посмотреть то, что хотела посмотреть Райхара-сан. …Посмотрим. Убедившись в названии, на которое указывала Райхара-сан, я обнаружил, что это неожиданно жёсткий боевик. Это только что вышедший голливудский блокбастер. — …Ну, вы не любите такое? — Нет, ни в коем случае. Скорее… Название этого фильма настолько мужественное, что легко подумать, что она выбрала его из-за меня. Возможно, уловив такие мои мысли, Райхара-сан энергично качает головой. — Я хочу посмотреть его, правда-… на самом деле, я посмотрела все работы этого режиссёра, даже старые… У меня они есть на Blu-ray. — О? Понятно. — Да! Обычно я хожу смотреть их с сёстрами, но моя мама и друзья не любят такое, и смотреть одной скучно… — Понял, давайте посмотрим этот фильм. Что становится ясно: время, потраченное только что, было не о том, что она не могла решить, какой фильм хочет посмотреть. Если новый фильм — от её любимого режиссёра, то для Райхары-сан решение о том, что смотреть, уже принято. Борьба была в том, сказать об этом или нет. — …Я рада. …Это кажется нереальным… это действительно нормально…? — Нормально. Теперь пойдём покупать билеты. Время… оно на том мониторе? …Хм, а что это за обозначение? На ближайший сеанс есть пометка [4DX]… Что это? — А, это 4DX. Кресло двигается в соответствии с содержанием фильма, есть ветер, брызги воды, даже туман с ароматом и так далее. — О, звучит интересно. Значит, есть и такое… Нет, если подумать, я припоминаю, что слышал о чём-то подобном от друга. — Я пробовала с сёстрами раньше, это как аттракцион…! — Звучит здорово, возьмём этот. Поскольку следующий сеанс должен был скоро начаться, мы купили билеты и напитки и вошли в зал. --- Я думаю, осознаю, что нахожусь в кинотеатре, не когда вхожу в здание, а когда смотрю рекламу перед основным фильмом в полумраке зала. Это захватывающее время, но сегодня в груди другое волнение. — Я сказала! Я сказала то, что казалось моим эгоистичным желанием! Это было удивительное чувство. Я ощущаю, как механизм из множества шестерёнок внутри меня скрипит от удивления, словно в него попалось что-то странное. Я чувствую нервное напряжение, и моё сердце колотится… Нет. Если быть совершенно честной… мне это не по себе… Пока что я думаю, что не должна игнорировать это чувство. Я должна встретить его лицом к лицу и измениться. Мне нужно запечатать и похоронить ту меня, которая думает только о том, чтобы делать одолжения другим, и не действует эгоистично. Я должна это сделать, наверняка смогу. Наверняка. Размышляя так, я замечаю, что предсеансовая реклама сменилась на новую, и сладкие слова из рекламы мягко тают в воздухе зала. Кажется, это молодёжная романтическая комедия. …Как и ожидалось, даже для меня… Находиться в полумраке, классическом месте для свиданий, с парнем того же возраста, не означает, что я ничего не чувствую. Трепет перед началом фильма, трепет от того, что сделала что-то кажущееся эгоистичным, и трепет от этой ситуации. Всё это разные виды волнения. «Амане в конце концов придёт сюда на свидание с тем, кто ей нравится» — так сказала моя мама по дороге домой из кинотеатра в прошлый раз. Тогда я задумалась об этом. — …Что случилось? Тифудзи-сан спрашивает тихим голосом. Это потому, что я пристально смотрела на его профиль. — Н-нет, ничего. Тоже говоря шёпотом, я качаю головой. … Свидание, да? Свидание подразумевает прогулку влюблённых; это не должно относиться просто к тому, что парень и девушка куда-то идут. Значит, это другое, верно? Нет-нет, даже думать о таком — очень грубо по отношению к Тифудзи-сану. Он сопровождает меня, чтобы помочь преодолеть мои слабости, а я здесь легкомысленно думаю, что это свидание. …Я считаю Тифудзи-сана замечательным человеком. Скорее, думаю, он, возможно, слишком добр. Я следила за ним, но он всё равно выслушал мою историю и согласился помочь. Думать, что он хороший человек, и чувствовать большую благодарность. Эти две вещи определенны. Тогда… как о мужчине? Со вчерашнего дня я немного говорила о таких вещах с сёстрами, и, даже если это грубо и неприемлемо, я невольно всё ещё думаю об этом. Но, честно говоря, я не знаю. Вообще-то, я не знаю, могу ли я это понять или распознать. …Что ж, даже если бы он мне нравился, стал бы Тифудзи-сан рассматривать меня… учитывая, что я была сталкером, я показала так много позорного… — Смотри, мы едва успели! — Но… — Никаких «но»! …Ой-ой. Я так ушла в свои мысли, что даже не заметила, как закончилась реклама. Меня вернула к реальности голоса справа от меня. Бросив быстрый взгляд налево (Тифудзи-сан справа от меня), я увидела прибывших родителя и ребёнка. Мать и мальчик, казавшийся учеником младших классов. Пока они поспешно занимали места, основной фильм начался как раз вовремя. Начальная сцена была яркой экшен-сценой. Поток звука, уникальный для кинотеатров, обрушивается на нас. Воздух интенсивно вибрирует, а кресла трясутся вперёд-назад. Да, это эффект 4DX. Подглядев направо, Тифудзи-сан тоже, кажется, впечатлён. Уголки его губ слегка приподняты. Заметив мой взгляд, он беззвучно, только движением губ, сказал: «Это потрясающе». Я рада, он, кажется, наслаждается фильмом. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 3 ГЛАВА 3.3: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 3. Внезапно: — Ах… — Ой, ну что ты делаешь…! Ой-ой… Мальчик в кресле слева от меня пролил немного сока, который держал. Возможно, из-за тряски кресла. Я пытаюсь достать платок, чтобы вытереть, но затем осознаю, что не должна делать такое. …Верно, ведь его мама здесь. Постороннему не следует просто врываться. К тому же мой нынешний стиль — «дзирай-кэй». Мне очень нравится этот наряд, но он может быть немного пугающим. Заговорить с ними неожиданно может их удивить. Пока я думаю об этом и пытаюсь подавить свой импульс, мама уже сама как следует вытерла пролитый сок. …Хм, я рада, что ничего не сделала. Я не должна отнимать у неё возможность позаботиться о людях. Такое счастье… как же хорошо~~ Нет, стоп! Я должна подавить эти чувства! Но даже после этого мальчик несколько раз проливал сок и закуски и говорил, что хочет в туалет. Терпение… терпение, терпение, терпение! Я как-то сдерживаю своё подавляющее желание позаботиться, стимулированное шумом мальчика. Нет-нет, форма есть пустота, а пустота есть форма… — Я же говорила тебе, почему ты… извините, мисс, мне очень жаль, что мы так шумели и беспокоили вас всё это время… — О нет, всё в порядке. Я совершенно не против, это вовсе не беспокойство, и, если вы не против, могу я помочь присмотреть за ним? Ой, смотри, у него что-то на губе. Дайте я уберу… такие слова, кажется, вот-вот сорвутся с моих губ, если я хоть на мгновение ослаблю бдительность! Как-то выдержав всё, я покачиваю головой с лёгкой улыбкой. Мама извинялась и перед человеком, сидящим с другой стороны. Похоже, тяжело. Хотелось бы, чтобы она могла просто расслабиться во время фильма, а я бы могла… нет-нет, этого делать нельзя. Затем мальчик снова проливает сок из-за тряски кресла. Поведение мальчика снова колеблет мою решимость. Время показа фильма безупречно превратилось в место для моей духовной тренировки. — Э-это было весело, правда? — Да. …Кстати, вы в порядке? Выглядите очень измотанной… — Нет, нет, я совсем не устала. Я терпела. Я действительно многое вытерпела… …Возможно, я мало что запомнила из содержания фильма, но я осознаю свою собственную незрелость. Обсуждая такие вещи, мы с Тифудзи-саном выходим из кинотеатра и возвращаемся ко входу в зал. Свет ярче, и я понимаю: ах, время фильма закончилось. — 4DX было для вас нормально, Тифудзи-сан… ой? Вы выглядите немного бледным… — …Правда? Мне кажется? Но он кажется немного бледным… — Мама же тебе говорила, да? Будь осторожен, потому что кресло трясётся! — …Извини. — Хватит! Мы больше никогда не придём в кино! — Ах… Когда я обернулась на звук крика, это были те самые родитель и ребёнок, что сидели рядом с нами ранее. Хм, матери, кажется, тоже было тяжело, но для ребёнка такого возраста неизбежны мелкие ошибки. — Почему ты всегда так ноёшь! — Прости…! Ой-ой… — Вау, вот они, типичные «взрывающаяся» мама и ребёнок. — Это совершенно обычное дело в местах, куда водят детей. Серьёзно, мне тоже раньше постоянно такое говорили. Я слышу такой разговор от парочки поблизости. Действительно, это обычное зрелище в торговых центрах и супермаркетах. …Хм, сказать: «Это не было беспокойством, всё в порядке. Так что не нужно об этом волноваться…» было бы неуместно. В конце концов, с возгласом «Хватит! Пошли домой!» мама большими шагами направилась к выходу, а мальчик поплёлся следом. Тяжело, не правда ли… Я уже собиралась сказать. — …Райхара-сан, извините. Я ненадолго отлучусь в туалет. — А, хорошо. Я подожду. Снова сказав «Извините», Тифудзи-сан направился в туалет. …В его голосе не хватало энергии, и его неуклюжие движения были немного тревожными. Затем вскоре пришло сообщение на мой смартфон. «Кажется, меня тошнит от тряски кресла. Извините, но не могли бы вы немного подождать?» — Ах…! Интересно, он в порядке!? Так вот почему его цвет лица был нездоровым. Я отвечаю, говоря не торопиться и связаться со мной немедленно, если почувствует боль. Затем пришёл стикер вежливой собачки со словом «спасибо». Я волнуюсь, пока жду какое-то время. — …Извините и спасибо, что подождали. Не знаю, стыдно. Тифудзи-сан, который вернулся, действительно несколько бледен. — Нет-нет! Это я должна извиниться; мне следовало выбрать обычный сеанс… — Я же тоже сказал, что очень хочу посмотреть. Ха-ха, честно говоря, было действительно весело, но, кажется, моё тело не согласилось. — Давайте немного отдохнём. Кофе в том кафе вкусный. …Ах, может, не такой, как в кафе, где работает Тифудзи-сан. — Это хорошо. Было бы безнадежно, если бы они превзошли нас во вкусе, когда уже выигрывают в расположении. Тифудзи-сан говорит шутливо. Его тон, кажется, лишён обычной энергии. Давайте отдохнём не спеша. Мы заходим в кафе при кинотеатре и садимся с напитками. «Я куплю, пожалуйста, отдохните за столиком», — сказала я, но «Это противоречит сегодняшней цели», — настаивал он. Кстати, что же мне делать? Я беспокоилась, что плохо помню фильм, потому что постоянно отвлекалась на родителя и ребёнка рядом… Но Тифудзи-сан со смехом сказал, что тоже не мог много сконцентрироваться из-за тряски кресла. — Нет, это стыдно… но у меня всегда была склонность к укачиванию. Когда я был маленьким, у меня постоянно поднималась температура. — Правда?.. — Мне кажется, я стал намного крепче сейчас, но иногда всё ещё плохо себя чувствую при смене сезонов. — Понятно… Как раз сейчас это время, да? Пожалуйста, будьте осторожны с простудой; кажется, с сегодняшнего вечера станет намного холоднее. — А, я этого не знал. В последнее время было довольно тепло. Спасибо, буду осторожен. Поскольку образ зрелого, надёжного мужчины сильнее, чем образ парня того же возраста, я произвольно подумала, что он должен быть и физически крепким. Но если это не так, я волнуюсь. Значит, он трудолюбив и склонен перенапрягаться, а это… — …Может, странно это слышать от меня, но пожалуйста, полагайтесь на окружающих, если что-то случится… — Буду. Тифудзи-сан кивает и мягко улыбается. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 4 ГЛАВА 3.4: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 4. — …Тифудзи, извини, всё ещё болит…? Во вторник, во время перерыва на обед в классе, один из моих друзей, которые ели со мной, сказал это, сложив руки. — …А? Нет… — Но ты был таким тихим и не отвечал, когда тебя спрашивали на уроке… извини, мой мяч довольно сильно попал тебе… Наш первый урок утром был физкультура, и предметом был софтбол. Этот мой друг бросил мяч, который, видимо, выскользнул во время игры в ловлю, и попал мне в бок головы, пока я тренировался рядом. — Всё в порядке, сейчас уже не болит и ничего. — Правда? Но я мельком видел, когда ты переодевался, разве не похоже на синяк? — …Правда? Нет, наверное, нет. Тебе показалось. — Правда? Там, куда попал мяч, ничего нет, и боли нет. Так что это не ложь. Затем другой друг говорит: — Но разве Тифудзи сегодня не странно себя ведёт? Причина, по которой тебя ударили мячом на физре, в том, что ты, казалось, витал в облаках и не заметил его. — Правда?.. Я витал в облаках? Я чувствовал себя немного вялым и не мог быстро двигаться… Вот почему я не смог избежать. Если подумать, даже сейчас моё тело странно устало. Неужели урок физкультуры так на меня повлиял?.. — …Эй, извини, я давно хотел спросить: разве лицо Тифудзи-куна не красное? — Кусакабэ-сан? На этот раз Кусакабэ-сан (девушка из садоводческого комитета), которая раскладывала свой обед с группой девушек поблизости, поворачивается, чтобы присоединиться к разговору. — Правда? Не могу сказать. — Девушки действительно хорошо замечают цвет лица людей. …Хм? Теперь, когда она упомянула, может быть? Мои два друга-парня, приняв слова Кусакабэ-сан, пристально вглядываются в моё лицо. — Красное! Извините немного! Кусакабэ-сан, встав с места, подходит и кладёт руку мне на лоб. — …Горячо! У тебя температура! Правда, я чувствую лёгкое головокружение, и, как и сказала Кусакабэ-сан, в медпункте действительно оказалось выше нормы. Однако она была не слишком высокой, и, поскольку за мной некому было приехать, я решил пока уйти пораньше и отправиться домой сам. Это было бы нормально, но… — …Это плохо; температура поднялась. Я не чувствовал себя явно больным, когда выходил из дома сегодня утром. Даже когда все в школе указывали на это, я думал только: «Может, у меня немного жар?» Но стало хуже, пока я шёл домой один. Даже так, я должен сам что-то с этим сделать. Шатающейся походкой я зашёл по дороге домой в аптеку. Она особенно большая в этих краях и имеет хороший выбор товаров… ну, есть ли причина, почему это должна быть аптека с хорошим выбором? Не знаю, просто кажется, что магазин побольше лучше. Мне следует купить жаропонижающее, а также, э-э, спортивные напитки и желе… и что ещё? …Ах, я чувствую, как мысли становятся всё тупее. Я два-три раза трясу головой и вздыхаю. Несмотря на это, туманное ощущение не рассеивается. — …Тифудзи-сан? Сначала я подумал, что мне послышалось. — Какое совпадение. Вы за покупками? — …Райхара-сан? — Да. Это место замечательное, большое и с хорошим выбором чистящих средств… Ой? В её корзине — средства для удаления плесени. Наверное, это время года, сезон дождей. — Тифудзи-сан, ваш цвет лица… и также, почему в это время в будний день? — Удаление плесени… мне тоже нужно скоро заняться… у меня даже есть инструменты, которые рекомендовала Райхара-сан… — Тифудзи-сан? — Да? А, извините… Что я сейчас говорил? Кажется, что бы ни пришло в голову, сразу вылетало изо рта. О чём меня спрашивала Райхара-сан? Это плохо, плохо. — Извините, я немного в тумане… — …Простите. Быстро Райхара-сан кладёт руку мне на лоб; затем её лицо выражает беспокойство. — У вас температура… Понятно; вы ушли пораньше, да? — …К стыду, я чувствую себя немного больным. Если подумать, мне кажется, у нас был такой разговор позавчера. Она даже говорила мне быть осторожным, так как ночью становится холодно, но я полностью пренебрёг предупреждением. — Так что мне нужно купить жаропонижающее и спортивные напитки… О, почему Райхара-сан здесь в будний день…? — Сегодня годовщина основания школы. Нет, что важнее, как насчёт вас, Тифудзи-сан? …как насчёт вашей семьи? — Да? А… нет. Я поспешно смыкаю свои слишком расслабленные губы, прежде чем они из-за температуры скажут что-то лишнее. — …Я сегодня один. — Это… На лице Райхары-сан появляется беспокойство. Её выражение, кажется, красноречиво говорит о том, что она не может не волноваться. Я уже мог представить, что она собиралась мне сказать. — В вашем состоянии может быть опасно идти домой одному… Более того, когда вы больны, нужно есть питательную пищу… Тифудзи-сан, я сопровожу вас до дома! — Ценю вашу заботу, но вам не стоит… — Приводить женщину, которая, казалось, была сталкером, в ваш дом, должно быть, очень неудобно, я знаю! Но я не сделаю ничего странного, клянусь! — Нет, с тех пор как Райхара-сан смогла высказать своё мнение в прошлый раз, я вообще не волнуюсь об этом… в любом случае, если вы будете заботиться обо мне здесь, это будет бессмысленно… Заставлять Райхару-сан заботиться обо мне… Мои мысли снова становятся туманными, но я собираю все силы и выдавливаю несколько слов. — Знаете, это как испортить начало успешной диеты, съев торт… Правильное ли это выражение? Но я думаю, она понимает, что я пытаюсь сказать. — Ммм… Когда вы говорите так… но… Кажется, понимая, Райхара-сан усиленно думает. Я не хочу подрывать её усилия и успех… думаю, лучше уйти сейчас. — …спасибо за заботу. В любом случае, я справлюсь… Было бы плохо, если бы я заразил вас своей простудой… Итак, тогда… Сказав это, я поворачиваюсь и ухожу с места. Я рад чувствам Райхары-сан, но не хочу доставлять ей хлопоты. Немного жаропонижающего и несколько желе… и спортивных напитков. Этого должно хватить. Держа корзину с этим, я иду к кассе, плачу и выхожу из магазина… — …День читмила! — Райхара-сан? — Это день читмила! …День читмила? Что это? Кажется, я слышал это раньше. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 5 ГЛАВА 3.5: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 5 …День читмила? Что это? Кажется, я слышал это раньше. — День читмила — это когда вы ограничиваете диету, но постоянные ограничения могут привести к падению основного обмена веществ, что затрудняет потерю веса, поэтому вы назначаете день, когда можно есть что угодно! А, точно, что-то вроде того. Райхара-сан, которая заботилась о спортивных младших сёстрах, должна быть осведомлена об этом. — И это то же самое! Как насчёт того, чтобы считать сегодня днём читмила? Сегодня вы можете быть избалованы от души! — Нет, но это… Я думал, что это несколько натянутая аналогия, но, похоже, это я начал с аналогии про диету. — …Однако быть избалованным было бы… э-э… Это плохо; кажется, температура у меня действительно начинает подниматься. У меня кружится голова, и тело шатается. — …Никаких возражений! Я не оставлю вас одного! — Р-Райхара-сан… Она, поддерживая моё тело, обвивает рукой моё плечо. — Пойдёмте… э-э, я, эм, знаю, где дом Тифудзи-сана… Ах, точно, она, наверное, выяснила, где я живу, в период наблюдения за мной. Стыдно, правда. И неминуемо я начинаю осознавать её, потому что её тело тёплое и мягкое… Её поддержка даёт удивительное чувство стабильности, и с этим телом, кружащимся от жара, кажется невозможным сбросить её. «Конечно, я не буду этого делать» Она не занимается спортом или чем-то подобным, и всё же её физический талант очевиден. — Хорошо иметь талант… — А? — А, ничего… Плохо; я действительно не могу себя контролировать из-за температуры. Я выбалтываю всё, что думаю. Иметь талант — хорошо, я завидую… Нет, не в этом дело. Надеюсь, я не скажу больше ничего странного… И хотя уже поздно, думаю, само собой разумеется, что она будет заботиться обо мне. — …Извините за беспокойство. — О, Тифудзи-сан должен хорошо знать, что я не нахожу такие вещи обременительными. Когда она так говорит, мне действительно нечего ответить. Старый муниципальный жилой комплекс, пятый этаж — вот где я живу. Есть несколько условий проживания, но аренда невероятно дешёва для планировки 2LDK. — Вы обедали? — Теперь, когда вы упомянули, ещё нет… Моё зрение затуманивается, и вот я уже на кровати. Тело такое тяжёлое, что делать что-либо, и, разговаривая с Райхарой-сан, даже просто удерживать верхнюю часть тела становится пределом, так что я полностью ложусь плашмя. Голова была горячей, и меня знобило… затем Райхара-сан накрыла меня одеялом. Я смутно наблюдаю, как она нежно поправляет одеяло. Я порылся в памяти в поисках воспоминания о том, чтобы кто-то делал это для меня, но не нашёл. — Прежде чем принять лекарство, лучше что-то съесть. Можно я воспользуюсь кухней и продуктами? — Извините… Я обязательно поблагодарю вас позже… — Я уже получила от вас многое, Тифудзи-сан. Голосом, который, кажется, воплощает саму концепцию нежности, Райхара-сан говорит так и покидает мою спальню. Вскоре с кухни доносятся звуки. Кто-то готовит для меня, пока я лежу; не помню, когда в последний раз был в такой ситуации. — Ах… Возьми себя в руки. Не расслабляйся только из-за температуры. Я должен быть правильным… соберись. Я, у которого нет никакого таланта, должен быть хотя бы правильным и надёжным в любой момент, иначе не выживу. --- — Я заставила вас ждать~. Войдя в спальню Тифудзи-сана с простым яичным рисом, который я приготовила, он медленно приподнимается. — Извините… Его тон был намного мягче, чем обычно. — Нет-нет. Пожалуйста, не торопитесь и постарайтесь поесть… Учитывая, что он почти не обедал, и учитывая, что ему нужно принять лекарство, я хочу, чтобы у него что-то было в желудке. — Да… конечно… я не дам этому пропасть после того, как вы потрудились… — Пожалуйста, не беспокойтесь о таких вещах. Это типичные для него слова, но я бы хотела, чтобы он не был таким скованным в такие моменты. …Я сопровождаю его, чтобы практиковаться в том, чтобы «быть избалованной», но как насчёт него? Интересно, становился ли Тифудзи-сан избалованным со своей семьёй. Он же не живёт один, верно? Судя по планировке, он должен жить с семьёй. — Вот, пожалуйста. Я зачерпываю ложкой и предлагаю покормить его. Тифудзи-сан несколько секунд тупо смотрит на неё, прежде чем покачать головой. — Нет, я действительно не могу просить вас о таком… — Да? О… я… извините, это было инстинктивно…! …Верно, это неподобающе для человека противоположного пола того же возраста, который не является возлюбленным! Я никогда не задумывалась об этом, так как всегда делала так, заботясь о семье… — Нет… ваша забота… очень… Мягким тоном, принимая от меня миску и ложку, Тифудзи-сан начинает медленно есть. — Как стыдно… — Правда? Это хорошо, что вы можете есть. — Большое спасибо… Говоря это, движения рук Тифудзи-сана, управляющих столовыми приборами, несколько неуверенны. Его тело тоже кажется вялым… Ах… почему я просто бессмысленно смотрю, как он выглядит таким страдающим? Не понимаю, для чего вообще эти руки прикреплены? Я хочу его кормить, я хочу его кормить, я хочу его кормить, я хочу его кормить, я хочу его кормить! …Неужели это действительно такая плохая вещь? Делать «а-а-ам»? По сравнению с тем, чтобы позволить больному и страдающему человеку есть самому, разве это действительно такое ужасное дело? Где же справедливость? Хм… — Ах… Внезапно ложка выпадает из рук Тифудзи-сана. Я ловлю её на лету правой рукой, пока она вращается. — Извините… и спасибо. — Сегодня… — Э-э…? — …день читмила, так что. Я не возвращаю ложку в его руку. Я забираю и миску, зачерпываю кашу и принимаю позу «а-а-ам». [[image:/storage/reader-images/a81cea66d957fa83aeb6565c86be9982f5c86c1a.jpg]] — Р-Райхара-сан… — ….. — Э-эм… — ….. Тифудзи-сан несколько раз открывает и закрывает рот, но в конце концов, возможно, уступая моему безмолвному давлению, берёт в рот предложенную ложку. Я зачерпываю кашу и предлагаю — и он ест. Время проходит в тишине. Каждый раз, когда он подносит рот к ложке, его чёлка медленно колышется. Вместе с его глазами, затуманенными жаром, это делает его несколько невинным. Это контрастирует с его обычной собранностью, напоминая оборотную сторону карты. …Постепенно я чувствую, как на спине выступает пот. Я подношу кашу к его рту, а он жуёт и глотает её, снова и снова. Как-то это… Ощущение, будто я вижу то, чего не должна видеть. Ощущение, будто я делаю то, чего не должна делать. — …! Именно в тот момент, когда я невольно сглотнула слюну. — …Тифудзи-сан? — ….. — Тифудзи-сан, э-э… ну, вам… больно где-то? Или что-то не так… — …А? Впервые в жизни я вижу — мужчину, не ребёнка, плачущего перед моими глазами. — …? У самого Тифудзи-сана растерянное лицо, но из его глаз упорно катятся слёзы. Они не останавливаются. Он не осознаёт, что плачет. Это действительно несочетаемо. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 6 ГЛАВА 3.6: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 6. — …Райхара-сан? Что случилось? Это невыносимо больно наблюдать, и это чувство слишком ценно, чтобы отвести взгляд. — А? …Это. Слеза капает капля за каплей на его руку, и тогда он, кажется, наконец замечает ситуацию. — Что…? Почему… Тифудзи-сан, который до сих пор не осознавал, что плачет, казалось, не понимал, почему он плачет. Его лицо не выражает боли, и его голос не дрожит от печали. И всё же слёзы просто непрерывно катятся. — Извините… ха-ха, может, температура испортила мои слёзные протоки… Тифудзи-сан, несколько раз моргнув, с кривой улыбкой вытирает область вокруг глаз. — Что же я делаю… я должен быть правильным. Слова, тихо произнесённые, были до мурашек холодными. Это не логичная мысль в моей голове, но это интуиция, идущая из глубины моего нутра, которая говорит мне. Тифудзи-сан очень зрелый, ответственный и трудолюбивый. Но не может ли этот человек на самом деле быть… На самом деле быть… — Снова я сглотнула. --- Это именно то, что люди называют «выставлять позорное поведение напоказ». — Я действительно очень вам обязан. Большое спасибо за помощь. — Нет, пустяки! Выходить по воскресеньям с Райхарой-сан практически стало регулярным делом. В любом случае, я уже благодарил её несколько раз, но всё же… — Вы не заразились, Райхара-сан…? — Вовсе нет. Хи-хи, я никогда не простужалась с рождения! Сильная. Думаю, она преувеличивает, чтобы успокоить меня, но часть меня чувствует, что это может быть правдой. — Вам уже лучше, Тифудзи-сан…? — Благодаря вам, я совершенно в порядке. Могу ходить в школу и на подработку. И, как видите, в игровой центр тоже. — Что ж, хи-хи. Я рада. Сегодня мы вдвоём пришли в игровой центр, расположенный в оживлённом районе города. Просторный магазин кишит разнообразными посетителями. — Ностальгия, я не был здесь с начальной школы. — О, правда? Я часто прихожу, потому что моя младшая сестра особенно любит это место. — Правда? В какие игры вы играете? — В основном соревновательные. — Понятно, вы кажетесь спортивным типом, который наслаждается соревнованиями. — Раз уж мы здесь, давайте сделаем это потом. Но то, ради чего мы пришли сюда сегодня, это… — Это! То, что выстроилось в ряды в области, куда мы пришли, — это крановые игры, один из королей мира аркад. Сегодняшняя миссия для Райхары-сан — «выпрашивать призы». — …Однако мне кажется, что крановых игр стало намного больше, чем раньше… Их было столько машин? — А, теперь, когда вы упомянули, возможно, увеличилось… Не помню, чтобы зона с крановыми играми была такой большой. — Это популярно, да? Ряд автоматов явно больше, чем я помню. Мы бродим, разглядывая, какие призы доступны. — Н-но… это нормально? Видите ли, это стоит денег… — Как я сказал перед тем, как мы пришли. Я получил от вас такой роскошный обед, и, прежде всего, вы позаботились обо мне в прошлый раз. — Но это… нет… Я должна быть избалованной, да! Райхара-сан сжимает кулак и воодушевляется. В конце концов она останавливается перед одним автоматом. Внутри выстроены плюшевые кролики. Это персонаж, характеризующийся влажными глазами и бинтами, обмотанными вокруг него. — О, я видел такого. Думаю, у одной девочки в классе был. — А, на самом деле, у меня тоже есть несколько… — О, он вам нравится, да? — Да, он милый, правда, Усабян. — …Что? Если подумать, это первый раз, когда я услышал его имя, и это был первый раз, когда я услышал такое произношение. Уса… что? — Хи-хи, его зовут Усабян, Усабян. — Усабиан? (ビャ) — Близко, это «бян». — …Кажется, мне нужно больше практики в произношении. Казалось, это трудное имя на моём уровне. — Кстати, он действительно соответствует нынешнему образу Райхары-сан, стилю «дзирай-кэй». Он милый, но также имеет слегка мрачный оттенок, что, кажется, является общей чертой. — Верно, это стандартный предмет, и я… эм, так. — Да. На стеклянном корпусе танцуют слова: «Эксклюзивный дизайн приза, ограниченное время!» Если он доступен только сейчас и получить его можно только через крановые игры, кажется, у неё ещё нет такого же. — Этого… — ….. Я терпеливо жду, пока она заговорит. Подход, который сработал в кинотеатре, я решил применить снова на этот раз. Райхара-сан переводит взгляд между крановой игрой и мной туда-сюда несколько раз. — Эм, ну, …эм, видите ли. Она наконец, немного опустив взгляд и робко глядя снизу вверх, — …Я хочу… этого, …хочу его! — Да. — …Я была бы очень рада, если бы вы могли достать его для меня, …нет, эм, я хочу, чтобы вы достали его для меня, пожалуйста! Она говорила неуклюже, но смотря прямо мне в глаза. — Да, подождите минутку. Строго говоря, цель на сегодня уже достигнута на этом этапе, но это не имеет значения. Конечно, я просто хочу достать его для неё. Особенно учитывая, как сильно она старалась. Я действительно благодарен своему дяде в такие моменты. «Есть две вещи, ради которых стоит тренироваться мужчине. Расстёгивать бюстгальтер не глядя и выигрывать призы в крановых играх». Мой дядя говорил так… Я воздержусь от комментариев по поводу первого, но второе может быть правдой. По крайней мере, тренировки, которые он мне привил в начальной школе, скорее всего, окупятся прямо сейчас. — Коготь манипулятора… Правильный ли угол? Другие… Выбор автомата во многом определяет успех или неудачу в этой игре, но, судя по тому, что я вижу у этого автомата, включая расположение призов, условия не кажутся слишком плохими. Я опускаю сто иен и начинаю с первой попытки. Кран, двигаясь к цели под характерную музыку… удалось зацепить, но не поднять. — Ах, так близко… — …Рука, она не очень сильная, да. Понятно… тогда. С этим плюшевая игрушка, в которую я целился, опрокинулась лицом вниз. Конечно, я целился в бирку, прикреплённую к её задней части. Вторая попытка, третья, четвёртая. — Вау, потрясающе! — Кажется, получится… Ладно. Коготь крана наконец вошёл в бирку, как и планировалось. Если он поднимет её как есть, плюшевая игрушка наверняка поднимется. Затем, удерживая её, кран движется к отверстию для выдачи приза. . ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 7 ГЛАВА 3.7: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 7. — Вау, потрясающе… — Как-то удалось достать. Прошло довольно много времени, и я думал, что характеристики могут отличаться от тех, что были тогда, но, кажется, я слишком много думал. Я наклоняюсь и поднимаю упавшую плюшевую игрушку, чувствуя облегчение. — Вот, пожалуйста. Это Райхары-сан. — …Эм, …большое спасибо. Приняв предложенную плюшевую игрушку, она обняла её и сияюще улыбнулась. Вау, невероятно, прямо как в рекламе. В объятиях Райхары-сан, одетой в стиле «дзирай-кэй», Уса… бян (?) нашёл своё место с лицом, кажущимся предназначенным для этого. Словно создатели действительно хотели, чтобы именно такая девушка держала его именно так и с таким выражением. — …Извините за хлопоты, …эхехе, ну, я рада! Что вы достали его для меня. Райхара-сан говорит, размахивая руками у лица. Я рад, что смог сделать её счастливой. — Я рад. …Нет, но я тоже действительно хотел поблагодарить вас за заботу. Скорее беспокоюсь, что этого недостаточно. — Это… в конце концов, это было то, что я хотела сделать. — Но в тот день я был действительно благодарен. Если бы Райхара-сан не позаботилась обо мне так, могло бы стать хуже, и к тому же… Есть много частей, которые я не помню подробно из-за температуры, но… тепло от неё в то время, чувство спасения им… всё ещё остаётся. — Возможно, я не такой, как Райхара-сан, но я тоже не из тех, кто хорошо умеет полагаться на людей. Другими словами, если бы обо мне не позаботилась Райхара-сан, я бы никогда в жизни не испытал ничего подобного. Я хочу донести, что есть хотя бы одно исключение, даже несмотря на то, что у неё, вероятно, сильное чувство «Забота о людях — обуза для других» из-за воспоминаний времён средней школы. — Потому что Райхара-сан была собой, я был действительно спасён в тот день. Я хотел передать это. --- — Просто запомните, что есть хотя бы один человек, которого спасло то, что Райхара-сан была собой. Моё тело чувствует себя странно всё это время. Не из-за слов, которые он мне сказал, не из-за плюшевой игрушки, это было с самого начала. И, хотя это было с самого начала, получение слов и игрушки сделало это ещё страннее. — Да… Как-то я чувствую себя шатко. Мои мысли не могут собраться, а ноги неспокойны. Я ответила ему, стараясь, чтобы мой голос не звучал странно высоким. Сегодня было так с первых приветствий. Надеюсь, я кажусь говорящей нормально… — Кстати, в этой серии есть и другие, да? Я видел персонажа с угрожающим лицом и того, что улыбается. — Да, есть, Усабойян и Усабейян. — Не годится, мой язык недостаточно искусен, чтобы выговорить это… Пока мы обмениваемся, казалось бы, пустяковыми разговорами, моё сердце продолжает биться часто. Так было с самого сегодняшнего дня, когда я увидела его лицо. Оно шумит, словно пытается что-то мне передать… Так что, эм… это, наверное, так? Нет, но я не знаю. Это не ясно. Это не то, что я могу понять! Единственное, что я понимаю сейчас, это то, что мои шаткие ноги действительно неспокойны. Я украдкой смотрю на профиль Тифудзи-сана рядом со мной. «Извините… ха-ха, может, температура испортила мои слёзные протоки…» — …Уф. Внезапно в моём сознании всплывает его образ того времени. Я сглатываю. — Усабаян, Усабиян… не годится, Усабаян, Усабан… Усабиян… хм? Тифудзи-сан практикует произношение. То, как он наклоняет голову, его жесты кажутся зрелыми и надёжными… Я нахожу это… милым. Неосознанно я крепко сжимаю плюшевую игрушку в объятиях. — Почему бы нам не поиграть и в другие игры, раз уж мы здесь? В какую соревновательную вы играли с сестрой? — Да, её любимая это—— Я привела его в угол с характерной атмосферой файтинга. — О, файтинг! — Можно играть онлайн, но она говорит: «Хочу чувствовать, что играю против человека», и предпочитает сражаться против меня или сестры, хи-хи. Моя младшая сестра Канон не интересуется соревнованиями с другими, так что игра против Сион в основном была моей ролью. — Я бы хотел посмотреть. — Я не очень хороша, так что немного стыдно… Говоря это, я сажусь на стул и опускаю сто иен в монетоприёмник. Тифудзи-сан любезно держит Усабяна для меня. Затем я выбираю знакомого персонажа и выбираю режим истории для одного игрока. К счастью, моя рука на джойстике не слишком неловкая. — Вау, хороший контраст; видеть кого-то в стиле «дзирай-кэй», играющего в такую игру, живописно. — Хи-хи, может быть. Ах! На дисплее появляется противник. Начинается битва игрока против игрока. — О? Старайтесь! — Да! Даже так, я действительно не знакома с такими играми. Так что я не очень понимаю такие вещи, как комбо… — …Атаки Райхары-сан очень точно попадают. — Вовсе нет, я делаю только простые вещи. Просто смотрю на движения противника и нажимаю кнопку атаки, когда кажется, что попадёт. Защита такая же. Когда я вижу атаку противника и думаю, что успею вовремя, я просто оттягиваю джойстик назад. — …? Вы смотрите на движения противника, а затем вовремя нажимаете кнопку? — На удивление, я успеваю. Ну, не успеваю, когда не успеваю… о, я выиграла первый раунд! Удар моего персонажа отбрасывает противника назад. Кстати, этот удар выходит быстро, так что если атака противника немного медленная, моя атака достигнет противника первой. Поэтому я особенно люблю этот удар. Второй раунд начался. — Видите, теперь легко заметить начало удара противника, верно? Если нажать кнопку в этот момент, удар попадёт. — …Нет… хм? — Видите, вот так. Ах, снова. — Я-я понятия не имею… что, вы это видите? Тот, что сейчас? — Это как-то, просто как-то. Пока мы это делаем, шкала здоровья противника снова уменьшилась до нуля. Поскольку я взяла два раунда, это моя победа. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 8 ГЛАВА 3.8: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 8. — Думаю, опытные игроки не сражаются так хаотично. Они точно предсказывают: «этот персонаж сделает это в это время» — и сражаются соответственно, но я ничего не понимаю. — Нет, скорее… побеждать без этого… может, у вас невероятно хорошая реакция, Райхара-сан? — Не знаю… ах, моя сестра говорит, что это похоже на то, как дерутся дикие звери. — Замечательное выражение, вы кажетесь сильной. …Ах, стоило… стоило мне этого не говорить? Потому что это не мило, да…? Сожалеть об этом — потому что я хочу, чтобы меня считали милой? …Хочу ли я, чтобы меня считали милой? Серьёзно, я не понимаю, как работает мой мозг сегодня. — Следующий противник, кажется, немного сильнее. — Д-да, наверное! Извините… Честно говоря, может, нет большой разницы с тем, с кем я сражалась ранее. Просто волнение от предыдущего разговора влияет на меня. Нет-нет, концентрация, концентрация. Думая об этом, я задаюсь вопросом, как я выгляжу, и невольно бросаю на него взгляд. — Ах…! Расстояние было ближе, чем я думала, — джойстик выскальзывает у меня из руки. — …Ах, …ну, я проиграла, ха-ха. — Не беспокойтесь, это была хорошая игра. Вы точно выиграете следующий раунд. Тифудзи-сан просто внимательно смотрит игру, поэтому он немного наклонён вперёд к экрану. В результате он просто слишком близко ко мне. Тот, кто испытывает ненужное напряжение, — это я, это моя проблема. — Ах, эм, …н-ну… эм, эм. Следующий раунд тоже безнадёжен. Я совсем не могу сконцентрироваться! Я не пытаюсь специально проиграть, чтобы казаться милой, но… ах, произведёт ли это хорошее впечатление на мужчин? Не знаю, я ничего не знаю об азах отношений между мужчиной и женщиной. Возможно, я сейчас об этом сожалею? С беспорядочными мыслями я в конце концов проиграла матч. Это конец игры. — Это была близкая игра. Удивительно, если вы можете так делать без практики, разве не станете довольно сильной, если углубитесь? — Вовсе нет, …ха-ха, я действительно считаю, что это весёлая игра, но я не настолько увлечена соревнованиями с людьми из-за побед и поражений. Это решающее различие между Сион, которой это нравится, и мной. — А, понятно. Кивая, Тифудзи-сан передаёт мне плюшевого Усабяна. — ……… — …Райхара-сан? Как только я принимаю его, я замолкаю, и Тифудзи-сан смотрит на меня с озадаченным лицом. — Э, а, спасибо. Говоря спасибо и маскируя это улыбкой, глубоко в груди моё сердце немного учащает ритм. Нет, нет… это просто моя фантазия. Подумать, что я могу чувствовать что-то вроде тепла от плюшевой игрушки, которая только что была в его объятиях. Так вот почему моё раздражение горит горячо? Ах, что касается моих ног… они шатаются. Моя голова кажется горячей, и я не могу успокоить ноги. Хотя я никогда раньше не чувствовала этого, я уверена, что это не просто простуда. — Шатается, шатается. Мои ноги постоянно качаются. В конце концов, именно так было всё время, пока я была с Тифудзи-саном в тот день. --- — О, Райхара-сан, это же оно, да? — А, д-да! Похоже, оно. Не годится, не становится лучше. Даже через неделю те же симптомы появляются в тот момент, когда я его вижу. — …Да, это то самое. Коллаборационная футболка, которую хотела Сион. Вот она, да. — Вашей сестре действительно нравится, да? Та, с дерущимся кальмаром. — Да, это почти рядом с катанием на коньках. Хи-хи, она присылала мне сообщения со вчерашнего дня: «Она поступит в продажу завтра! Обязательно купи!» Она может позвонить в любой момент. — Учитывая, что здесь день, а ваши сёстры в Канаде… сейчас полночь? Или скорее раннее утро? То есть, это какой-то страстный большой фанат. Мы в том же торговом центре, который посещали в первый раз. Кинотеатр и игровой центр — всё прошло хорошо, так что мы решили попробовать здесь снова. — Что касается файтингов, она спокойная девушка, но любит соревноваться. Она самая горячая среди трёх сестёр, включая меня. Младшая же сестра, с другой стороны, может чётко сказать, что хочет сказать людям, но не очень интересуется победой или поражением. — У ваших сестёр разные характеры. Думаю, мы можем нормально разговаривать. То есть за нормальным разговором моя голова остаётся горячей, а ноги неспокойны. На прошлой неделе я задавалась вопросом, не называется ли это «тем самым»… но мне всё ещё не ясно. Не потому ли, что я слишком невежественна в вопросах любви? Недостаточно ли развиты мои эмоции?.. — …Обе говорят: «Онээ-чан самая странная», и даже наши родители кивают! — Ха-ха, но, возможно, в будущем они так уже не скажут. Смотрите, сегодня тоже всё прошло хорошо. Да, на самом деле сегодняшнее испытание уже идёт хорошо. В отличие от прошлого раза, мне как-то удалось привести людей в места, куда хотела сама. — Д-Да, это правда… Надеюсь, вы сможете закрыть глаза на то, что я покупаю подарок для сестры, а не для себя. — Это всё равно большой шаг, и я считаю это удивительным… хм, Райхара-сан, как насчёт того? Та худи тоже похожа на коллаборационный предмет. — О, вы правы. Спасибо, …размер тоже… да, есть подходящий. — Я рад. Поскольку я собрала вещи, о которых просила сестра, направляюсь к кассе. — О? Это самообслуживание, даже не нужно сканировать штрих-коды… Тифудзи-сан с интересом наблюдает за кассовым аппаратом. Я ловлю себя на мысли, что он милый. Моя рука дрожит, заставляя меня ошибиться касанием на панели. Успокойся, успокойся. — Кстати, разве покупка подарков только для одной из ваших сестёр не приведёт к проблемам? У меня нет братьев и сестёр, так что я не знаю, как это бывает. — Бывают споры~. Есть вещи, которые я тоже хочу купить и отправить младшей сестре, так что, … е-если вы не против, может, после этого… — Понятно, конечно, я составлю вам компанию. То, что люди сопровождают меня для моего удобства, — это то, к чему моё тело всё ещё не совсем привыкло. Однако благодаря пошаговой практике мне удалось это сделать, хотя и с трепетом. Тифудзи-сан был очень благодарен за заботу, которую я оказала в прошлый раз, но учитывая полученную услугу, такая вещь даже не считается отплатой. «Скорее, для меня заботиться о нём — это просто награда, так что это даже не обуза». Когда мы вышли из магазина и шли по проходу торгового центра, мы прошли мимо магазина, продающего вещи, соответствующие вкусу одежды, которую носил Тифудзи-сан. ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 9 ГЛАВА 3.9: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 9. — Почему бы не поискать одежду и для Тифудзи-сана, раз уж мы здесь? Как насчёт этого магазина? — А… — ……? Он колебался, затем в конце концов с кривой улыбкой ответил. — Честно говоря… стыдно признаться, но у меня почти нет опыта покупать одежду для себя. — Э, правда? Но вы всегда носите то, что вам хорошо подходит. Сегодня то же самое. На нём зрелый наряд, центром которого является рубашка с чистым дизайном. Это то, что люди называют аккуратным стилем, и ему идёт. — Всё это переданные вещи от моего дяди. …А, то есть управляющего. — О, правда… Мой ответ имеет двойной смысл. Об одежде, и… так значит, он не просто управляющий на подработке, а родственник. В конце концов, я всё ещё мало знаю об этом человеке. …Эта фраза тоже имеет двойное значение. Буквально, и поэтому я хочу узнать больше. Ах, я снова чувствую шаткость. — Я тоже не уверена в своих нарядах. — Это неправда, вы выглядите прекрасно. Моя опора шатается и неустойчива, заставляя меня беспокоиться. — Правда? Мне приятно слышать это, но у меня действительно нет чувства моды. Тифудзи-сан, стоящий рядом, смотрит вниз на свою одежду и говорит это со стоном. — Я должен быть правильным, поэтому надеюсь, что хоть как-то так выгляжу. — ….. Быть правильным, говорит он. Я помню, как слышала эти слова раньше. «Что же я делаю… я должен быть правильным». Проливая слёзы на кровати, он сказал это. — Эм… Тифудзи-сан. — Да? — Почему вы должны быть правильным? Вопрос естественно срывается с моих губ, а предчувствия приходят слишком поздно. Хотя они предупреждают меня, что сделанного не воротишь, они приходят только после того, как слова уже сорвались с языка. — Ах, это. Тифудзи-сан улыбается очень естественно. — Это не большая причина. Просто если я буду правильным, если продолжу быть таким, возможно, когда-нибудь я… Он продолжил. — …могу почувствовать, что хорошо, что я родился, ха-ха, вот и всё. — — Словно он отвечал на вопрос о вчерашнем шоу. Эти слова были произнесены тоном настолько лёгким, будто он отвечал на вопрос о сегодняшнем меню или о погоде на завтра. На самом деле, у него было выражение лица, которое заставляло казаться, будто он совершенно не осознаёт, что говорит что-то особенное. С глухим стуком земля под моими шаткими ногами обвалилась, и я упала. Моё тело, моё сердце и моя душа отчётливо чувствуют это. Падая, непрерывно падая — я падаю. Пот стекал по спине, оглушительный шум сердцебиения, и зудящее, разочаровывающее ощущение поднялось из глубины моего живота. Ах… Место для неуверенности, для неясных вещей, которое существовало мгновение назад, теперь не осталось даже на пядь. — …Тифудзи-сан. — Да. — Я, я… Я, которая падает, открываю рот, охваченная этим парящим ощущением. Дзинь-дзинь-дзинь — …И-извините. …Возможно, это от сестры. — Нет, пожалуйста, ответьте. Я едва пришла в себя от звонка моего смартфона, который начал звонить с невероятным таймингом. — Извините, тогда минутку… — Я буду осматривать магазин, так что не торопитесь. Думаю про себя, быстро удаляясь от входа в магазин и оставляя Тифудзи-сана позади… что же я собиралась сказать сейчас? Глубоко вздохнув в конце прохода, я как-то справляюсь с ответом на звонок с горячей головой. — Алло, Онээ-чан? Ты купила? Как оно? Как оно вживую? — Я в магазине, покупаю прямо сейчас. Футболка и худи, верно? Они милые, думаю, подойдут Сион. — Правда~?! Я в восторге! Усмехаясь голосу, который более возбуждён, чем обычно,… как-то спокойствие возвращается в мой мозг. Я внезапно осознаю это, когда окружающие цвета снова становятся видимыми. — Сион, спасибо….. — …? За что? За что Онээ-чан говорит спасибо? — …Ах… нет, извини, ха-ха, ничего. — …? Странно. Я прерываю разговор, говоря, что там, наверное, уже поздно ночью. — …Фуууууу. Выдыхая глубоко, очень глубоко. Просто думая. …Что же мне делать~! Нет, что же мне делать!? Что делать в таких ситуациях, я не знаю, не знаю, не знаю…! Дело не в том, что я не понимаю своих собственных чувств. Они совершенно ясны. Я, к нему, к Тифудзи-сану… — Ах… хаааа… хааах… хаа. Просто вспомнив его имя, лицо, голос и слова, моё сердце подскакивает, и внутри тела возникает пульсирующая боль. — …Тифудзи-сан. Мне было интересно, возможно. В тот день, когда он простудился, и его фигура, проливающая слёзы. Он очень зрелый, собранный, трудолюбивый… но, возможно, внутри него есть место, подобное маленькому-маленькому ребёнку, очень хрупкому и глупо уязвимому. И он сам этого не осознавал, поэтому я не могла его утешить. — Слова вроде «может быть, когда-нибудь я смогу почувствовать, что хорошо, что родился», сказанные с таким выражением, в конце концов, такая вещь… — …хаа… хааах… хаах… Бесполезно, дело не в логике в конце концов. Несмотря на то, что мне ещё так много нужно узнать о нём, центр моего сердца держится за свои собственные убеждения. И это становится невыносимым. — Тифудзи-сан… Снова бормочу я его имя. …Я хочу. Я, я… — …Н-нет, нет, нет, нет, нет! И, как только мои мысли, кажется, соскальзывают и падают глубже, я немного прихожу в себя. — ………. Но как только это произошло, вдруг моё настроение глубоко упало. Потому что… это, на самом деле. — …Это определённо… невозможно для нас… Я потрясена своими словами, моё тело наклоняется, и голова ударяется о стену. Больно. Больно, но это не важно. Потому что! Учитывая то, что я сделала ему до сих пор, образ, который я показала, я — не что иное, как надоедливая и забавно эксцентричная девушка! [[image:/storage/reader-images/5cfe1ada26a46d75ac2d5a1d5e16cfc6455a0e88.jpg]] Я вообще следила за ним целый месяц! — Аааааааах… Я часто слышу, что первая любовь безответна, и я легкомысленно думала, что это может быть преувеличением, но на самом деле попасть в водоворот и утонуть так больно. …Разве нельзя начать всё заново с момента нашей первой встречи? ---------- Видеть то, чего не следует видеть. Часть 10 ГЛАВА 3.10: Видеть то, чего не следует видеть. Часть 10. — …Вздох. Это плохо, я слишком удручена. При таком раскладе кажется, что стена этого торгового центра станет моим постоянным местом жительства. Собрав весь дух, мне как-то удаётся сдвинуть тело и начать идти подавленно. — ……… Ситуация настолько плачевна, что я начинаю думать: «Давайте подумаем о чём-то хорошем». О чём-то хорошем, хорошем… если есть, то это… — …Я влюбилась. Возможно, это единственное, о чём я могу подумать и сказать. Я живу с комплексом по поводу своей ненормальности и хочу быть нормальной. Поэтому есть восхищение перед «вещами, которые делают нормальные люди, но я не могу». Любовь была одной из них. Так что возможность делать что-то нормальное, как это, заставляет меня чувствовать, что я стала немного более правильной. …Да-да-да, верно. Я действительно размышляю о том, могу ли я начать заново с момента встречи с Тифудзи-саном, но, несмотря на это, всё кажется направленным в хорошую сторону. В конце концов, я смогла научиться немного полагаться на людей. Это путь к тому, чтобы стать нормальным человеком. Неспособная контролировать желание заботиться о людях, я доставила неприятности шести клубам в средней школе. Даже сейчас, без раскаяния, я просто хочу заботиться о людях, слишком хочу. Я знаю, что это ненормально, поэтому хочу быть нормальной. Честно говоря, я не думаю, что смогу стать сверхизбалованной девушкой, как в стиле «дзирай-кэй», но научившись немного полагаться на других и уравновесив слишком сильное желание заботиться о людях — этот план идёт хорошо. Я всё ещё ненормальна, но я на пути к улучшению. Это было тем облегчением, что есть сейчас. — …Эм, а Тифудзи-сан. Я вхожу в магазин и брожу в поисках его. — Этот тоже рекомендуется~. Сейчас очень популярен. — О, правда? — …Ах. Я быстро нашла его, но, похоже, он разговаривал с продавщицей. Это была молодая женщина. Возможно, её возраст не сильно отличается от нашего; вот почему есть чувство близости. Её подход, с дружелюбной яркой улыбкой, и её позиция были достаточно близки, чтобы плечи соприкасались. — Покупатель, это идеально подойдёт вашему стилю~ — Нет, это преувеличение. — ……… Необходимо ли, интересно. Такая близкая дистанция. Необходимо ли, интересно. Такая улыбка. Необходимо ли. Такая… Такая… — Ах, хи-хи, извините, покупатель, ваш воротничок. — А? Просто от того, что эта продавщица направляет свою улыбку на него, просто от того, что она рядом с ним, внутри меня поднимается тёмное и тяжёлое грязное чувство. Едва-едва это было что-то, что ещё можно было скрыть внутри, — Это было, когда вы примеряли куртку раньше? Извините на секундочку. — Что? Когда она протянула руку к воротнику Тифудзи-сана и поправила его, стоя рядом, моя эмоция переполнилась, проявившись в голосе глубже, чем когда-либо. Что? Э? Почему? Но почему? Зачем вам делать это с ним? Зачем? Пока мысли крутились в голове, я не была настолько спокойным человеком, чтобы удержать тело неподвижным. — — Тифудзи-сан. — А, Райхара-сан. Тифудзи-сан поворачивается ко мне. При его голосе и словах моё сердце подскакивает в груди, а при виде женщины рядом с ним грязь внутри моего живота увеличивается. — Извините, что заставила ждать. …Эм, а кто это? — Она продавец здесь, помогала мне с выбором. — Ахаха, извините, она ваша девушка? Я не хотела вмешиваться… Продавщица, глядя на моё лицо, быстро застывает в выражении. Слава Богу, она понимает намёк. Женщины определённо испытывают некоторую враждебность к женщинам. Я делаю шаг ближе и, глядя ей в глаза, говорю: — Нет, извините за причинённые неудобства. Моя голова почти раскалывается от гнева и разочарования из-за того, что я ей сказала. Почему, а, почему я забочусь об этом человеке? Я слышу лёгкий вздох передо мной, и продавщица сразу отводит от меня лицо и уходит, сказав: «Пожалуйста, не спешите!» — …Извините, Тифудзи-сан. Кажется, она неправильно поняла и подумала, что я ваша девушка. — Ха-ха, ну, наверное, люди так и подумают, если парень и девушка приходят за покупками вместе в выходной. Тифудзи-сан улыбается свежо. Тот факт, что в этих словах, кажется, нет скрытого смысла, односторонне очень горек для меня. — Это была ваша сестра по телефону? — Да. Как я и ожидала. Отвечая, я замечаю то, что он держит. — Тифудзи-сан, эта куртка. — Подумал купить, раз уж пришёл. Ту, что рекомендовала продавщица. — …Понятно. Она лёгкая и хорошо сшита, кажется, её можно носить в предстоящем сезоне, и, думаю, ему идёт. Но… та, выбранная другой женщиной, не мной… — …Райхара-сан? — …Ах… извините. — …Хм, вы выглядите немного бледной. — Ну, это… Я не чувствую себя плохо; просто произвольный гнев и раздражение от предыдущего заставили меня побледнеть. Но… — И-извините, я просто почувствовала лёгкое головокружение… — …Это нехорошо, давайте отдохнём. Тифудзи-сан поверил лжи, которую я выпалила, лжи, которую я, никогда в жизни не испытывавшая головокружения, состряпала. — В проходе есть стулья для отдыха; пойдёмте туда. …Можете идти? — …Это было внезапно и прошло, вот и всё. — Это хорошо. Но, на всякий случай, давайте отдохнём. Он вывел меня из магазина — конечно, вернув куртку, которая была у него в руках. …Я знала, что он так сделает. — Хорошо, свободно. — Да… Стулья расставлены вдоль проходов, характерная черта крупных торговых центров. Усадив меня, он с беспокойством смотрит на меня. — …Я-я действительно в порядке, это было всего на мгновение. …Ахаха, может, моё тело показывает реакцию отторжения, потому что я сделала что-то непривычное. — Понятно, ха-ха, это может быть очень похоже на вас, Райхара-сан. Возможно, чтобы подбодрить меня, Тифудзи-сан живо отзывается на мои слова. Он добрый человек. Такому человеку, что же я наделала… делая что-то подобное… А? Что-то подобное? — Точно, как насчёт чего-нибудь выпить… Райхара-сан? Подождите… — Э, нет,… я… — Райхара-сан? Что случилось? — Вау, посмотрите на эту «дзирай-кэй». — Серьёзно. И это вроде как странно, да? Так соответствует моему представлению, что даже смешно. — — Не случайно мои уши уловили такой голос. Я услышала его, потому что должна была услышать. Я размышляю о своих действиях. Зная, что он отреагирует добротой, я солгала, заявив, что плохо себя чувствую, просто чтобы привлечь внимание того, кто мне нравится. Такой способ общения, такой способ искать привязанности… Это просто как… как бы это сказать… — …А? — Р-Райхара-сан, что случилось? Наверное, правда то, что говорят о минах. Не знаешь, что они там, пока не наступишь — ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 1 ГЛАВА 4.1: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 1. — Это домашнее задание? — Да… Я не помешаю, если поучусь здесь? — Вовсе нет. У нас много клиентов, которые так делают. Пожалуйста, не торопитесь. Тифудзи-сан, пришедший принять мой заказ, сказал своим обычным добрым голосом и затем вернулся к стойке. Я могу потерпеть. Я просто хочу поговорить немного больше, но сделаю это позже. …Нет, это не так. Я здесь, потому что не смогла терпеть. Сегодня только среда. Но я не могла дождаться следующего воскресенья, чтобы увидеть его, поэтому пришла в кафе, где он работает, после школы в будний день. Кстати, это первый раз, когда я показываю свою школьную форму Тифудзи-сану… Интересно, что он подумал? Что ему больше нравится? Стиль «дзирай-кэй» или этот? Моя причёска странная? …Всё это время домашнее задание, которое я использовала как предлог, не продвинулось ни на йоту. Ручка в моей правой руке не написала ни единого символа. — ……… …Он мне нравится. Здесь нет недоразумения или обмана; это несомненное чувство. Но были и другие вещи, которые также были ясны. — Сэмпай, смотри! Я так научилась ставить тарелки! — Вау, впечатляюще… Но давай сделаем это позже, когда не будет клиентов. — Хорошо~! — ……… Моя левая рука поднимается к области груди и хватает воротник моей рубашки. Раздаётся скрипящий звук. Я ревную. Впервые, когда я влюбилась, я обнаружила, что могу «чувствовать» ревность. Не помню, чтобы я когда-либо ревновала кого-либо в своей жизни до сих пор, но в момент влюблённости это случилось. Я не знаю, как эта ревность сравнивается с чужой, но я осознавала её интенсивность. — Кстати, я тоже немного научилась делать кофе. Попробуйте позже, пожалуйста! — Правда? С нетерпением жду. Управляющий вас учил? — Да! На самом деле, я довольно часто получаю уроки. Хи-хи-хи, возможно, я уже превзошла вас, сэмпай. На краю зала Тифудзи-сан что-то печатает на своём ноутбуке. Разговаривает с ним девушка, которая здесь работает. У неё дружелюбная атмосфера, и она довольно милая. Она познакомилась с Тифудзи-саном до меня, провела с ним больше времени, чем я, и сейчас, определённо, она ближе к нему, чем я. — Я скоро уйду, у меня нет таланта к этому. — А~? Если вы так говорите, то что тогда остаётся мне, которая любит ваш кофе? Кстати, мне кажется, вы давно не готовили для меня. Управляющий этого кафе — тот тип, который часто болтает с клиентами. Возможно, поэтому Тифудзи-сан и другие также разговаривают с клиентами так же, и сотрудники часто заводят разговоры между собой в такой же атмосфере. «Тот факт, что серьёзный Тифудзи-сан разговаривает во время работы, вероятно, означает, что управляющему нравится создавать такую обстановку». Конечно, они не говорили громко, но мои чуткие уши странным образом улавливали их разговор. Счастливо это или нет, я не уверена. — Интересно, готовил ли я когда-нибудь для вас раньше. Я решил предлагать это только своим усердным коллегам. — О, как вы можете такое говорить такой преданной младшей, как я! … Его тон совершенно другой, когда он разговаривает со мной. Не помню, чтобы он когда-либо делал такие игривые, поддразнивающие замечания в мой адрес. — ……… Я чувствую силу в руке, достаточную, чтобы растянуть ткань моей рубашки. Я чувствую себя идиоткой. Сама пришла в кафе и теперь ревниво подслушиваю. — Это сложное задание? Вы выглядите очень расстроенной. — Вздох… э-э, что? Вздох, который я собиралась выпустить, с трудом проглатываю от неожиданности, что ко мне внезапно обратились. Что ж, сказать «внезапно обратились» может быть преувеличением. — Простите за ожидание, вот заказанный айс-кофе… — Спасибо… Этот человек, управляющий, принёс то, что я заказывала. — Нет-нет, я пришёл поблагодарить. — Да? — Вы позаботились о нём на днях, да? Управляющий говорит приглушённым голосом, вероятно, чтобы Тифудзи-сан не услышал. — Ах… нет, это скорее я настояла на том, чтобы пойти с ним. — Я ценю это. Этот парень никогда не полагается на других по собственной инициативе. Он почти никогда не приходит ко мне с фразами вроде «это или то сложно». «Хотелось бы, чтобы он полагался на других немного больше». Управляющий говорит с кривой улыбкой. — Это сложность мужчин. Если он говорит: «Я скажу, когда действительно понадобится помощь», мне тоже немного трудно слишком вмешиваться. — Так ли это…? — Просто так. Это раздражающая часть мужской натуры. В тот день тоже я случайно зашёл к нему домой по другому делу вечером и обнаружил его прикованным к постели. Это меня удивило. Ему следовало что-то сказать мне, но он не сказал. Управляющий вздыхает и говорит: «Ах, да», словно что-то вспомнив. — Спасибо за приготовленные запасы еды тоже. — О, это было не так уж много… В тот день, с разрешения Тифудзи-сана, я использовала некоторые ингредиенты и приготовила немного запасов после каши. Я подумала, что ему будет хорошо иметь еду на следующий день, независимо от того, быстро ли ему станет лучше или нет. — Нет, нет, для старшеклассницы приготовить так много — это потрясающе, у вас даже ингредиентов не хватило. Вы действительно помогли ему, спасибо. — Н-нет, вообще-то, это я многим обязана Тифудзи-сану. — Ха-ха-ха, это правда. Он так много работал на подработках, что по-настоящему не общался, как типичный старшеклассник. Это хорошая возможность для него. Управляющий тепло улыбается, думая о своём племяннике. Я невольно пристально смотрю на его лицо. — …Что случилось? — Ах, нет, извините… просто… вы и Тифудзи-сан похожи. Есть что-то общее в их выражениях. Особенно когда их выражения смягчаются, это очень очевидно. — …Ха-ха-ха-ха! Ну-ну, понятно, ха-ха-ха. — Извините, мне не следовало говорить что-то странное! — Нет-нет, всё в порядке. …Ха-ха, на меня много раз смотрели женщины в жизни, но, возможно, впервые кто-то упомянул имя другого мужчины. — Мне действительно жаль… — Всё в порядке… Понятно, Райхара-сан действительно… да, моё суждение всё же не затуманено. — …? Затем управляющий кивает, словно что-то для себя решив. О чём это он? ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 2. ГЛАВА 4.2: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 2. — Что касается меня и Кэя, наверное, мы немного похожи. В конце концов, мой старший брат и я были довольно похожи. А под «старшим братом» я имею в виду… — Отца Тифудзи-сана… — Да, отца Кэя. Он умер более десяти лет назад… Он был моим гораздо более «старшим» братом, но, сам не заметил, как стал «старше» его. Это была первая информация, которую я услышала о семье Тифудзи-сана. Понятно, он потерял отца, когда был маленьким. Он теперь живёт только с матерью? В доме Тифудзи-сана была посуда ещё для одного члена семьи, так что, думаю, это возможно. Тогда Тифудзи-сан сказал мне только, что его семья не вернётся какое-то время. …Интересно, они очень заняты. — …Это… — Хм? — …Нет, извините, неважно. Мне очень хочется больше узнать о его семейной ситуации, но я колеблюсь и сдерживаюсь. «— Может быть, когда-нибудь, я смогу почувствовать, что хорошо, что я родился, ха-ха, вот и всё». Эти слова, которые Тифудзи-сан сказал, объясняя причину, по которой он должен быть правильным, всё ещё глубоко врезаны в мою память. Это не просто «я могу почувствовать, что хорошо, что я родился». Это «я могу почувствовать, что даже сам факт рождения был хорошей вещью». Другими словами… это слова, которые человек не стал бы говорить, если бы не чувствовал, что его существование не должно было появиться в этом мире. И он сказал это с таким обыденным выражением… Мне это показалось не чем иным, как свежей раной, которая всё ещё кровоточит. Я хочу сделать для него всё, что в моих силах, но осознаю, что не нахожусь в положении, чтобы это делать. — …Ой, я немного разболтался. Должно быть, прервал вашу учёбу. — Нет, вовсе нет. — В любом случае… пожалуйста, продолжайте дружить с Кэем. До самого конца управляющий говорил с такой нежностью о своём племяннике, а затем ушёл. И, как и ожидалось, прямая осанка при ходьбе, его величественная спина напоминает мне его… Не могу не думать об этом. Я делаю глоток айс-кофе. Я не эксперт по кофе, но без преувеличения, он вкуснее, чем в любых других местах, где я бывала. — …Хм. Поболтав с управляющим и сделав перерыв с кофе, я чувствую, что ревность, кипевшая во мне, немного улеглась. Ладно, раз уж я здесь, могу и заняться заданиями… — Я могу держать много тарелок и делать вкусный кофе, кажется, скоро роли старшего и младшего могут поменяться местами, да? — Если научишься хорошо мыть посуду, у меня не будет претензий. Терпение, всё в порядке, что угодно, это ничего… — Кстати, управляющий кафе учил вас держать много тарелок? — Нет, нет, этому не обучали. Это просто возросшая сила рук! Или, может, сила пальцев? Я её откуда-то получила. Когда она говорит «сила пальцев!», девушка-младшая коллега хватает руку Тифудзи-сана, ту, что печатала на клавиатуре. …Что это такое? …Подожди, успокойся. У меня нет права комментировать их близкие отношения. Это само собой разумеется. Так что успокойся… Всё в порядке, я спокойна. — Вау! — Что это за «вау»? — У вас, сэмпай, довольно много мышц, да? Я недавно увлеклась боулдерингом, и думаю, вам бы это подошло. — Боулдеринг? Это то, где лазают по стене, да? — Да, именно. Есть место около станции. Меня пригласил друг, и я мгновенно подсела! — О, вот почему у вас сила рук… Не сжимай меня. Начав с щипка, девушка-младшая коллега теперь разминает руку Тифудзи-сана. Теперь я понимаю, что моральные уроки из начальной школы не прошли даром. Иначе я бы сейчас так не сидела здесь. …Сохраняй спокойствие. Всё в порядке, я спокойна. — …Эй, сэмпай, как насчёт боулдеринга вместе? Это весело~ — Я? Нет, как вы знаете, у меня подработка… — Немного после смены! Я тоже хожу туда после школы! Вы никогда не пробовали? — Ах, ни разу. — ……… Всё в порядке, всё в порядке, всё в порядке. В конце концов, не мне решать, сможет он пойти или нет… — Тогда позвольте мне научить вас! Я проведу вас через каждый шаг и позабочусь о вас идеально~! Внезапно из моей руки раздался звук щелчка. Механический карандаш, который я держала, сломался пополам. Ах, это плохо. Я быстро упаковываю учебник, тетрадь и письменные принадлежности, разложенные на столе, в сумку и встаю. Стоя перед кассой, Тифудзи-сан, заметив меня, подошёл. — Тифудзи-сан, извините, я бы хотела расплатиться. — Да, спасибо. …Случайно, у вас что-то срочное? Должно быть, странно, что я ухожу так быстро после того, как заявила, что буду делать задания, и сделав только один глоток кофе. — …Ну, эм, я… я внезапно плохо себя чувствую, живот болит, так что подумала, что лучше пойти домой. — …Извините, это был неуместный вопрос. — Нет, вовсе нет. Одноклассница, у которой был парень, однажды сказала мне, что притворяться «болью в животе» — удобное оправдание при общении с мужчинами. Если сказать так, большинство мужчин не станут дальше спрашивать, но всё же проявят заботу. Когда я услышала это, я подумала: «Нормально ли использовать такую ложь? Особенно учитывая, что у женщин действительно бывают боли в животе каждый месяц…» — Ваша сдача, с тысячи иен… вот. …Эм, если плохо себя чувствуете, можете остаться тут ненадолго… Ох, неважно. Ах, как и говорила моя одноклассница. Не доставляя слишком много хлопот, я всё же чувствую успокаивающее ощущение заботы. — Нет-нет, я могу идти. — …Понятно. Тогда я рад… Оставив ему слова «Увидимся в воскресенье», я покинула кафе. — ……… Этот человек — худший. Конечно, я говорю о себе. — …Ах—―—— Издавая странный вздох, я закрываю лицо руками. …Я ничего не могла поделать. Я теряю самообладание, просто видя, как он разговаривает с другой женщиной. Особенно я не выношу, когда о нём заботится другая женщина, не я. Подавляющий эгоцентричный гнев и интенсивное раздражение наводняют моё тело в мгновение ока. Я не могла больше слушать, поэтому встала с места, но всё равно солгала, потому что хотела, чтобы он проявил ко мне заботу. Это ложь, чтобы успокоить мои опасно неустойчивые эмоции. Неспособная контролировать свои внутренние эмоции, я в итоге влияю на других своим поведением. — …Я, я… Я всегда надевала стиль «дзирай-кэй», когда выходила с Тифудзи-саном. Может, мне больше не нужно носить этот наряд. Потому что нынешняя я, даже в школьной форме, — настоящая «дзирай-кэй». Не только по моде, а самая настоящая. ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 3. ГЛАВА 4.3: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 3.. — Вау, у него загадочная сила, когда видишь вблизи. — Это зрелище, которое не увидишь больше нигде. Стены были расположены под разными углами, и на них было множество разноцветных выступов. У основания стен лежали маты. Воскресенье, наш обычный день встреч. Мы с Тифудзи-саном были в зале для боулдеринга, который недавно открылся около станции. — Но, Райхара-сан, я не знал, что у вас тоже есть опыт в этом. Это было с семьёй? — Да, мы семья, которая любит оставаться активной. — Это очень здорово. Ваш отец был футболистом, а мама — бывшей спортсменкой-любителем в борьбе, верно? И они до сих пор работают в связанных сферах? Он запомнил. Это меня очень радует. Про моего отца и мать я лишь вскользь упомянула однажды… Может показаться глупым так радоваться чему-то столь незначительному, но я не могу не чувствовать счастья. Стараясь, чтобы мой голос не звучал странно, я продолжаю разговор. — Да. Хи-хи, мои две младшие сёстры уехали заниматься катанием, но у меня самой нет особой страсти к какому-либо спорту, так что я чувствую немного вины перед родителями. — Значит, никто не занимается футболом или борьбой? — Да. Но с точки зрения моих родителей, они, наверное, рады, что мы не пошли по их стопам. Когда дело доходит до их специализированных видов спорта, смотреть на своих детей как на спортсменов может быть немного тяжело и болезненно. Потому что могут возникать слишком большие ожидания. — …Это действительно так, да? Говоря это, Тифудзи-сан тянет руку. …Только мне кажется, или все женщины чувствуют, как щёки нагреваются от таких жестов мужчины, который им нравится? Одного этого достаточно, чтобы я была так рада, что пришла. Ах—— Да, я искренне так чувствую. — Это худшее. — Извините, что спрашиваю, но не могли бы вы научить меня этому, учительница Райхара? — Ха-ха-ха, пожалуйста, не называйте меня «учительницей». Я занималась этим с семьёй всего несколько раз. Это не ложь. Несколько лет назад моя мама захотела попробовать после передачи по телевизору, так что мы все пошли вместе. Но даже если бы у меня не было опыта… думаю, я всё равно пригласила бы его сегодня. «Тогда позвольте мне научить вас! Я проведу вас через каждый шаг и позабочусь о вас идеально~!» …Это было в среду, когда я услышала эти слова, а до воскресенья оставались дни. Однако времени достаточно, чтобы что-то попробовать. Вот почему я попыталась пригласить его, чтобы перехватить роль заботы об этом мужчине у его младшей коллеги. Вот что я сделала. Потому что ревность, нетерпение, дух соперничества, эгоизм и собственничество бурлили во мне. — Услышав, что есть место, где можно этим заняться поблизости, я захотела попробовать снова после долгого перерыва. Извините, что вовлекла вас. — Нет, на самом деле я сам думал попробовать. Младшая коллега даже приглашала. …Именно поэтому я пригласила его сегодня, но интересно, не связывает ли Тифудзи-сан эти два приглашения? Если так, то это в некотором смысле утешительно, но также грустно, что это означает, что я почти не занимаю его мысли. — Я рада. Интересовалась, как пройдёт, раз я сделала эгоистичную просьбу. — Ха-ха, позволять вам быть эгоистичной — по сути, моя роль. Его формулировка «роль» точна. В конце концов, это предпосылка, при которой мы встречаемся. Эгоистично с моей стороны чувствовать одиночество из-за этого. Другими словами, встречаться, чтобы практиковаться в эгоизме по отношению к другим, уже не имеет особого смысла. В этом нет необходимости. Сегодня я хотела попрактиковаться в «настоянии на том, куда я хочу пойти», поэтому и пригласила его сюда, но это на самом деле просто отговорка. Когда дело касается его, я уже эгоистичная и эгоцентричная «дзирай-кэй». Не имеет значения, что на мне спортивная одежда, отличная от обычных выходов, потому что это моя истинная природа. — Мы лезём на эту стену, верно? Эм… — Да, в основном… Я объяснила Тифудзи-сану правила, манеры и меры предосторожности в боулдеринге. Всё довольно просто, так что я помню то, чему научилась раньше. Я даже посмотрела вчера видео, чтобы освежить информацию. — Понятно-понятно. Значит, камни, прикреплённые к стене… зацепы? Мы лезем, используя только указанные, от старта до цели. Это и есть трасса. — Да. На каждом зацепе есть метка, и в этом месте прикреплена цветная лента с номерами, так что вы следуете зацепам с одинаковым цветом и номером. — А, я думал, можно просто лезть как хочешь. — Хи-хи, это не обязательно неправильно, но настоящая прелесть боулдеринга всё же в том, чтобы думать, как пройти указанную трассу, и бросать ей вызов. — А, поскольку длина рук у всех разная, способ прохождения может отличаться, да? Тифудзи-сан с интересом кивает. …Вау, он милый. Такой милый… слишком милый… … ……… …Уф… У меня нет слов. — Могу я попробовать сразу? Начинаю, держась обеими руками за стартовый зацеп и отрывая обе ноги от земли, верно? — Да, удачи! Тифудзи-сан ступает на мат и подходит к стене, затем кладёт руки на зацепы. — …Ладно, …хорошо, …куда дальше, …этот? Хотя это трасса, наиболее подходящая для начинающих, Тифудзи-сан лезёт плавно, без особых трудностей. Не кажется очень опасным. Я действительно думаю, что он потрясающий и крутой… но почему чувство, что он милый, перевешивает всё остальное? Интересно, причина этого во мне? Безопасно Тифудзи-сан положил обе руки на финишный зацеп и удержал три секунды. Он прошёл трассу. Сохраняя эту позу, он повернул голову через плечо и показал радостную улыбку. Нет, нет… Нет. Уф. Это… В смысле, мне кажется, я упаду в обморок. …Ах! Фото! Я не сделала фото или даже видео! Стоп, почему я не сделала? Я правда не сделала? Никто не сделал? Э-э, если бы кто-то другой, кроме меня, снял без разрешения, я бы не простила. Но да, если я не сделала, то, наверное, никто и не сделал. Пока такие мысли интенсивно крутились у меня в голове, Тифудзи-сан спустился со стены и вернулся. ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 4 ГЛАВА 4.4: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 4. — Как-то получилось…! Было нормально? Так? — Да, идеально! «Я думал, по стене карабкается национальное достояние!» Пройдя через социальный фильтр, это звучит так. Сегодня мои эмоции повсюду, это было самое определение эмоциональной нестабильности. — Когда заканчиваешь трассу, возникает уникальное чувство выполненного долга… Кажется, я немного понял, что это за вид спорта. — Хи-хи, я рада, что вам понравилось. — А если кто-то опытный, как он лезет… О, тот человек потрясающий! Следуя взгляду Тифудзи-сана, я вижу мужчину, уверенно перемещающегося по зацепам. Он пытается пройти трассу, которая даже на вид имеет высокий уровень сложности с хорошим углом. — Вау, он прыгнул…! Понятно, бывают и такие движения. Наблюдая, как мужчина использует инерцию, чтобы прыгнуть к следующему зацепу, Тифудзи-сан восхищённо восклицает. Это движение называется «дайном» или «рывком». — Он потрясающий. Тифудзи-сан внимательно наблюдает за мужчиной. Тогда я осматриваю стену в поисках хорошей трассы. — Тифудзи-сан, я сейчас попробую. — О, удачи! Я ступаю на мат, поворачиваюсь лицом к стене и хватаюсь за стартовый зацеп. — …Вот, …и там. Осознавая свой баланс, я сначала определяю положение ног, затем вытягиваю руку. Это как лезть по лестнице. Следующая точка опоры для ноги высоко. Я поднимаю ногу высоко, цепляюсь пяткой за зацеп, а затем использую её, чтобы поднять тело. Это движение, когда нога используется как третья рука, называется «пятковый крюк». — Вау, это потрясающе! Вы такая гибкая… В тот момент я услышала голос Тифудзи-сана. Он наблюдает за мной, только за мной. Я рада, что моё лицо обращено к стене, так что он не видит моего смущённого и расслабленного выражения. Двигаясь дальше, следующий зацеп далеко. Даже если я потянусь как обычно, не смогу ухватиться. — ……… Используя одну ногу как маятник, я создаю инерцию и прыгаю. После мгновения полёта я крепко хватаюсь за целевой зацеп и стабилизируюсь. — …Вау! …Потрясающе… Я слышу ещё более восхищённый голос, и по спине пробегает захватывающее ощущение. Меня не особо интересует, когда меня называют потрясающей. Но тот факт, что Тифудзи-сан пристально наблюдает только за мной, зажигает мой позвоночник и мозг. …Я намеренно двигаюсь немного медленнее. Думаю, так он, возможно, будет наблюдать за мной дольше. — Эй, твоя девушка потрясающая! — Она мне не девушка, но спасибо. — …А? Пока я это делаю, я слышу, как Тифудзи-сан разговаривает с кем-то. Быстрый взгляд подтверждает, что это тот мужчина, который ранее делал продвинутую трассу. …Не его девушка. …Да, верно. — О, нет? Виноват. Она выглядит как настоящий профи, да? Она, наверное, участвовала в соревнованиях? Такая стабильность просто невероятна. — Даже опытным скалолазам она так кажется? На самом деле она лазала всего несколько раз. … Поскольку это мужчина разговаривает с Тифудзи-саном, я не чувствую, чтобы это грязное чувство так сильно поднималось. Однако, учитывая это, мне также кажется, что внимание ко мне уменьшается… и это мне не нравится. Стыдное количество жадности, даже для себя самой. Хотя я осознаю это, я не могу это контролировать. …Ах, следующий зацеп там. …Ого, высоко. — Всего два или три раза? Ты шутишь?.. Стоп, серьёзно? — Похоже, да. — Не может быть… О, двойной дайном! Отрывая все четыре конечности от стены и зацепов, прыжок, а затем захват следующего зацепа обеими руками, чтобы погасить инерцию. Это визуально впечатляющее движение называется двойным дайном. Я рада, что получилось. Хотя, технически, я не проваливала его с первой попытки, так что думала, что всё будет в порядке. — Вау, это потрясающе… — Не может быть, она так идеально останавливает тело… Какая же у этой девушки сила хвата и корпуса…? Суставы гибкие, и чувство хорошее… Она каким-то другим спортом занимается? — Нет, но её семья вроде как спортивная. — А, значит, это чистый талант. Слушая их разговор, я достигла финишного зацепа. Ладно, прошла. Когда я спускаюсь со стены и направляюсь к Тифудзи-сану и другим, мужчина хвалит меня, говоря: «Классно!» — Онээ-сан, вы потрясающая! Вы не думали участвовать в соревнованиях? — Спасибо… Но я не очень люблю соревноваться с другими. — Что? Это… Ну, это жаль… Если передумаете, пожалуйста, сообщите владельцу этого места… ой, кстати, извините, что прервал вас двоих! Затем мужчина ушёл с весёлым смехом. — Это было потрясающе, Райхара-сан, то, что вы делали. — Ахаха, я просто попробовала немного сложное движение. Рада, что получилось. — Дело не только в сильных ногах или чём-то подобном. У вас много таланта. — Вовсе нет. — Но что касается соревнований… Хм, Райхара-сан, это не совсем ваш стиль, да? Тифудзи-сан задумался с вдумчивым «Хм…» Мне нравится быть активной, но больше, чем посвящать себя одному виду спорта, я люблю пробовать разное и наслаждаться этим. Прежде всего, меня честно говоря не интересуют ни улучшение собственных результатов, ни соревнование с кем-то другим. — …Мне достаточно того, что Тифудзи-сан говорит, что я великолепна. — Ха-ха, это честь. Мне казалось, что я старалась быть прямой, но… похоже, он принял это за шутку. — …Тифудзи-сан, а как вы относитесь к соревнованиям? — Я тоже не зациклен на победе или поражении. Ха-ха, но если бы был, могло бы быть сложно. У меня всё равно нет таланта ни к чему. — Я так не думаю… Насколько я вижу, у него, кажется, хорошие спортивные рефлексы. — Ха-ха, ну ладно. Мне нравится наслаждаться спортом с кем-то вот так. Ладно, попробую ещё раз. На этот раз Тифудзи-сан начинает пытаться пройти другую трассу. Он продвигается уверенно. … У него же хорошие спортивные рефлексы, да? Было бы хорошо, если бы Тифудзи-сан занялся каким-нибудь спортом. Я бы поддерживала его до смерти и оказывала столько поддержки, сколько может живой человек. Но тогда, возможно, это станет обузой. Как я делала в шести разных клубах в средней школе. В конце концов, я не думаю, что такая, как я, должна приближаться к Тифудзи-сану. Даже влюбившись, я разочарована только в собственной никчёмности. — …Ах. Пока я была погружена в мысли, Тифудзи-сан внезапно появился в поле моего зрения, промахнувшись мимо зацепа. Затем он упал на мат с глухим стуком. — Ваа, вы в порядке? — Ха-ха, я в порядке. Думал, смогу ухватиться, но… Хм, давайте попробуем снова. Хорошо, кажется, он в порядке. Тифудзи-сан быстро встаёт… — …..! В этот момент его рубашка слегка закатывается. Я, затаив дыхание, сосредоточиваю все нервы и пристально смотрю, пока край рубашки не вернётся на место. Есть ли в этом мире женщина, которой не нравится мельком увидеть живот любимого мужчины? Тот факт, что я вообще не отвожу от него взгляд, демонстрирует мою бесстыдную, полную желаний сторону———стоп, что? …Мне кажется, я увидела синяк на его животе? — Ладно, поехали. Тифудзи-сан пытается снова, и в его движениях нет ничего странного. Возможно, мне показалось, или, может, это старый синяк, который уже не болит. На этот раз Тифудзи-сан успешно достигает цели. Он возвращается ко мне с улыбкой, говоря: — Как-то получилось. — Это было потрясающе! — Ха-ха, может, смогу сказать своей младшей коллеге, что у меня получилось как следует. …Младшая коллега. Возникает определённое слово, и что-то тёмное шевелится внутри меня. — …Это человек из кафе? — Да, кажется, она недавно тоже начала заниматься боулдерингом. Тот человек… тот человек… …Если подумать, Тифудзи-сан разговаривает с ней непринуждённым тоном, без использования вежливых форм. Может быть, потому что она младше, но… тогда почему он не использует тот же тон со мной, которая того же возраста? Он всегда разговаривал со мной, используя вежливые формы, с первого раза, когда мы заговорили, и с тех пор ничего не изменилось… — Если мы придём вместе, она точно попросит посоревноваться. Она из тех, кто зацикливается на победе и поражении. — Понятно. Наши отношения… это не такие отношения, где я могу попросить его не говорить о других женщинах. — …Вы, знаете, иногда куда-нибудь вместе ходите или что-то в этом роде? Я не хотела спрашивать, но моё глупое любопытство заставило меня заговорить. — Нет, не так, по крайней мере, пока. А, мы играем в игры на смартфонах. Используем голосовой чат по ночам. Ночью, только вдвоём? … …… — Вы близки, да? — Может, она просто проявляет заботу. Она хороший человек. — …Ну, это… Ночью, только вдвоём, о чём вы разговариваете? Только об игре? — …Это мило. Моя рука невольно крепко сжимает край моей одежды. ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 5 ГЛАВА 4.5 Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 5 — Извините… что беспокою вас… — Нет, всё в порядке. Это мне тоже помогает. Тук-тук-тук-тук. Раздаётся ритмичный стук. — Вы так усердно работали в последнее время, неудивительно, что чувствуете откат. — Если вы так говорите… Райхара-сан, чей голос звучит робко, сейчас готовит на моей кухне. Я получил сообщение вроде «Извините, у меня синдром отмены» в среду вечером после работы. Райхара-сан недавно делала положительные изменения, уверенно выражая свои предпочтения насчёт фильмов или приглашая людей в места, куда хотела пойти. Однако, кажется, этот всплеск уверенности вызвал обратную реакцию. Как и в предыдущий день читмила, она спросила, может ли что-то сделать для меня, и теперь готовит. — …Вы всегда готовите сами, Тифудзи-сан? — Да, именно так. Я живу с матерью, но она часто не дома. Домашние обязанности лежат на мне. Так что видеть, как кто-то другой готовит на моей кухне… Сколько лет прошло с тех пор, как я наблюдал такую сцену? В прошлый раз, когда Райхара-сан готовила для меня кашу и другие блюда, я спал в своей комнате и не видел этого. — Я пытаюсь готовить, но не особо улучшаюсь. Райхара-сан, у вас хорошо получается. — П-правда? — Да, обеденная коробка, которую вы приготовили, тоже была вкусной. У неё приятный вкус, который вызывает хорошие чувства. — …Рада слышать. Ритм нарезки ножом слегка сбивается. Возможно, я сказал что-то странное, пока она готовила. Извините, но это правда. Еда, которую я готовлю для себя, всегда несёт оттенок «лишь бы было съедобно». По сравнению с этим, готовка Райхары-сан, кажется, наполнена искренним гостеприимством и заботой — и я глубоко чувствую это сердцем. Интересно, потому что я не привык есть такую пищу, приготовленную с такой заботой и мыслями? — ……… День уже довольно долгий, но ещё не сумерки. Красноватый свет заходящего солнца льётся в комнату. Вкусный аромат из кастрюли на плите наполняет воздух, сопровождаемый постоянным ритмичным звуком. Такая сцена, возможно, может быть и в моём будущем… Нет. …думать так — это слишком. Глаза становятся немного влажными… — …Эм, Тифудзи-сан. Извините… — Э, что случилось? — …Ну, я… Мне так нравится готовить, что я не могу остановиться…! Я люблю готовить для кого-то другого… Если можно, не только на сегодняшний ужин, но я хочу приготовить ещё несколько блюд заранее… Я думал, что мой пристальный взгляд мог её беспокоить, но оказалось, что это совершенно другая проблема, и это так характерно для Райхары-сан. Поскольку сегодня снова «день читмила», наверное, лучше позволить ей делать, как она хочет. Конечно, для меня возможность есть больше блюд Райхары-сан очень желанна. — Буду признателен. С нетерпением жду. …А, ингредиентов хватает? — …Ну… извините, может, немного не хватает. — Наверное. Я пойду куплю. Супермаркет довольно близко. Она прислала мне список недостающих вещей через сообщение на телефон, и я отправился за покупками. — …Чтобы кто-то готовил для меня дома, да? По пути я почувствовал странную эмоцию, но быстро закончил покупки. Когда я вернулся, уже было приготовлено много блюд. — Райхара-сан, у меня на самом деле есть опасение. — Что?! Что такое!? Я могу что-то сделать? — …При таком раскладе я могу полюбить есть настолько, что наберу вес. — Боже… ахаха, тогда, наверное, мне придётся готовить ещё больше! Райхара-сан рассмеялась над моей глупой шуткой, произнесённой с серьёзным выражением. …На самом деле, была ещё одна проблема, которую я не мог высказать вслух. Когда закончатся приготовленные Райхарой-сан блюда, я могу расстроиться из-за пресности собственной готовки. Но я не мог такого сказать вслух. --- «И это в холодильник…» — ….. Есть немного фонового шума, но терпимо. «Теперь тогда…» Следуя за голосом, доносится звук мытья посуды. Едва слышные бормотания и звуки повседневной жизни, издаваемые, казалось бы, без сознания. Сейчас я слушаю эти звуки, которые не предназначались для чужих ушей, через свои наушники. — ……… Закончив готовку у Тифудзи-сана и получив подвоз до моего дома неподалёку, я оказалась здесь. Это место, небольшой парк, расположен примерно в ста метрах от дома Тифудзи-сана. Солнце полностью зашло, лишь свет одинокого уличного фонаря освещает окружение. Звуки мытья посуды продолжают литься из наушников, неизменные. В тускло освещённом пейзаже я слушала звук, полученный сомнительным путём. Пока Тифудзи-сан был в магазине за ингредиентами, я установила подслушивающее устройство. Оно записывает звук в реальном времени и передаёт его в радиусе около ста метров. Я делаю что-то неправильное. Не только этически, но и юридически. И всё же, зная это, я… «…Хм, алло?» — …! Было просто что-то, что я отчаянно хотела услышать… «Я? Я только что помыл посуду после ужина. Сейчас? А, я готов. Давай.» — ….. «О, точно, то событие началось. Мне участвовать? …О, правда? Тогда давай.» Кажется, сразу же получился именно тот целевой момент. Играть вместе вечером. С младшей коллегой с работы, и это девушка. «…Этот состав нормальный? Хм? Я делал только бесплатные крутки гачи, знаешь… О, так оно и есть? Хм, тогда позже займусь…» Я не очень понимаю игру. «Ха-ха! Нет, извини, извини, ошибся… О, классно! Агрессия на высоте… Ха-ха, правда?» Я чувствую, что им весело. Непринуждённым тоном, подшучивая тут и там, они вдвоём наслаждаются игрой. В контрасте, я здесь одна в этом тускло освещённом парке, осознавая, насколько далеки мои отношения с ним по сравнению с той девушкой. Я хотела знать — мне нужно было столкнуться с правдой. Даже если я сжимала приёмник так крепко, что он скрипел, даже если вкус крови не отпускал от прикушенной губы. Если я не знаю, насколько проигрываю, в конце концов, я не могу победить. Не могу не посмеяться над своими мыслями… Победить? Я? Это даже не вопрос, есть ли у меня шанс. Должна ли я вообще думать о победе? — …Я… Я люблю его. Среди его сильного, доброго и зрелого поведения была искривлённая и хрупкая уязвимость — бомба, которая взорвалась прямо у моих ног, когда меня привлекло это, и я подошла ближе. Другими словами, я влюбилась, словно наступив на мину. Проблема в том, что я оказалась настоящей «дзирай-кэй» с весьма проблемной натурой. Честно говоря, я искренне не желаю, чтобы он делал всё только для меня, даже не бросая взгляда на других женщин. Однако я искренне хочу быть той, кто будет заниматься всем, что связано с ним, и от всего сердца желаю, чтобы он не отдавал ни единой вещи другой женщине. Ради этого я проигнорирую и этику, и закон, и с лёгкостью солгу… — ……… Если в нём есть боль и раны… если он истекает кровью, я хочу сделать для него всё, что в моих силах. Однако я не могла убедить себя, что женщина вроде меня заслуживает этого права или находится в положении, чтобы его заслужить. Я хочу, чтобы он был счастлив. Поскольку я желаю его счастья, я ясно понимаю. Райхара Амане — видимая мина. ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 6 ГЛАВА 4.6: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 6. — Кстати, кажется, вы стали довольно близки с Райхарой-сан. — Что? О, да, по крайней мере, я на это надеюсь. Только вчера она приходила, приготовила много еды и сделала запасы. — О, она действительно заботливая. — Но, как и планировалось изначально, она начала уметь проявлять ко мне эгоизм… Правда, всё благодаря тому, что управляющий так помогал. — Теперь «дядя». И перестань говорить формально. — Ха-ха, извини, дядя. Внутри кафе после закрытия отношения становятся отношениями дяди и племянника, а не управляющего и сотрудника. Таково было правило моего дяди, и оно действовало, даже если мы находились внутри заведения, делая работу после закрытия и готовясь к открытию на следующий день. — Что касается формальностей, разве вы двое не разговаривали очень формально? — Ну, да… Думаю, первоначальное ощущение просто не прошло. — Наверное, начало вашего знакомства было немного уникальным. Хотя лично я так не считаю, объективно говоря, это могло казаться отношениями между преступником и жертвой. — Может, стоит попробовать предложить перейти на неформальное общение. — Не обязательно, но если хочешь стать ближе к Райхаре-сан, наверное, стоит. — Если хочу стать ещё ближе, да… — Честно говоря, ты воспринимаешь её как женщину? После вопроса я задумываюсь… и затем отвечаю. — … Дело не в том, как я воспринимаю Райхару-сан. — ….. — Для меня любовь… наверное, просто страшна. Сталкиваться со всеми эмоциями женщины… это слишком. Вполне достаточно, если это просто дружба. Я общаюсь с подругами в школе, есть дружелюбная младшая коллега в этом кафе, а по выходным я даже гуляю с Райхарой-сан. Такие отношения, на уровне дружбы, нормальны. Но что-то большее… Потому что более сильные эмоции, направленные на меня… — …Понятно. — Да. Кроме того, не то чтобы Райхара-сан нравилась мне в таком ключе. Даже вначале я был просто подходящим партнёром для её моделирования. — Но после этого вы двое довольно сблизились, верно? До такой степени, что она приходит к тебе домой, чтобы позаботиться о тебе и приготовить. — Она просто человек, который любит заботиться о других. И, ха-ха, если говорить о её приходе ко мне домой, она также видела мою жалкую сторону. Так что нет никакой вероятности, что ей понравится такой, как я, романтически. — Жалкую сторону? На вопрос дяди я отвечаю кривой улыбкой. — Я плохо помню из-за температуры, но когда Райхара-сан заботилась обо мне, у меня осталось воспоминание, что я плакал… Не думаю, что мне было грустно или больно, но по какой-то причине слёзы просто не останавливались. — ….. — Что это было, интересно? Я до сих пор не понимаю. Но в любом случае, она не будет влюблена в такого жалкого парня, верно… Дядя? — Ты… Ну, понятно. — …? Мой дядя оставался молчаливым несколько секунд, опустив взгляд. В конце концов, он поднял лицо и заговорил своим обычным лёгким тоном. — Что ж, отношения в целом важны. Даже если вы не станете парой, иметь друзей противоположного пола ценно. Оставив в стороне вопрос становления возлюбленными, разве не нормально попробовать немного сократить дистанцию? — Ты так думаешь? — Абсолютно. Зная тебя, разве ты не воздерживался от того, чтобы много рассказывать о себе ей? — А, теперь, когда ты упомянул… При размышлении… возможно, я действительно не рассказывал ей много о себе. — Ахаха, попал в точку, да? Действительно, общепринятый подход при общении с женщинами — «просто слушай их», и этим можно угодить 99,9% из них. Но не забывай, что есть оставшиеся 0,1%. — Райхара-сан — это 0,1%? — Я больше уверен в понимании женщин, чем в своих навыках варки кофе. Ты можешь увидеть что-то вроде её истинной природы, как только расскажешь о себе в определённой степени. Не думаю, что это то, что сказал бы бариста, выигравший призы на мировом конкурсе бариста, но именно поэтому это убедительно. — Попробуй рассказать ей что-то, что, как ты думаешь, ей не обязательно хотелось бы знать. Начать с этого хорошо, даже до обсуждения перехода на неформальное общение. — Так ли это? — Да, можно рассказать о каком-нибудь недавнем необычном событии или любимых фильмах. О, вы ходили в кино? Наверняка говорили об этом. — В каком-то смысле да. — Тогда расскажи ей вместо этого о моём любимом фильме. — Почему это было бы так? Загадочная логика. — Фильмы, которые ты часто смотришь, дядя, это документальные военные фильмы, верно? — А, хотя они мне нравятся, это не самые любимые. Нет-нет. Слушай и обязательно передай это Райхаре-сан. Мой любимый фильм это—— После подробного вступления название, упомянутое дядей, было немного неожиданным. Дядя, я не знал, что тебе нравятся такие фильмы… --- Грохот. Раздался громкий звук от входной двери. Кажется, мама вернулась. Время — 10 вечера. Я, который делал задания в своей комнате, пошёл встретить её у входа. — Мама, добро пожаловать домой. — ….. Мама, опустив взгляд, снимая обувь, в конце концов подняла голову и закричала: — Почему ты запер дверь?! Она бросила в меня связку ключей, которую держала в руке. Она просвистела мимо и едва не задела моё лицо. — Почему ты запер дверь?! Ты же знал, что я вернусь! Почему не оставил открытой для меня? Миса так грустит! Миса — имя моей матери. Когда она эмоциональна, она называет себя по имени. — Извини, я не знал, когда ты вернёшься… Обычно мама ночует у своего парня. Её возвращения нерегулярны. — Я думала, что отправила тебе сообщение по телефону… — ….. Затем мама молча проверила свой смартфон. Там должно быть моё сообщение с вопросом о её возвращении. — …Можно было просто оставить её открытой! — …Эм, в прошлый раз, когда я сделал, как ты сказала, и оставил открытой, ты меня отругала. «Почему ты не можешь просто запереть дверь?!» Это было довольно недавно, когда она запустила в меня туфлей за это. — Почему… — Мама? — Почему ты так быстро злишься…? Миса не об этом говорит… Миса просто не любит приходить домой уставшей и обнаруживать запертую дверь… Почему ты так разговариваешь с Мисой? — Я не злюсь, извини, я неправильно выразился… — Не используй такой тон! Ты явно злишься! Мама отругала меня и направилась в гостиную. Она уселась с грохотом и, не глядя на меня, который последовал, сказала: — Я просто хочу, чтобы меня спросили: «Что ты хочешь поесть?», когда я прихожу домой уставшей. — Извини… что ты хочешь поесть? — Уже поздно! Пульт от телевизора на столе был брошен в меня. Он пролетел над моей головой, ударился о стену и отскочил на пол. — …Подними его! — Извини. Если бы я поднял его до того, как она что-то сказала, она бы разозлилась: «Перестань делать это так нарочито передо мной! Это сарказм!» Сложная ситуация. — Пасту! Неаполитанскую! Как было приказано, я начал готовить. …К счастью, в это время мама только тихо возится со своим телефоном, что облегчение. С самого детства, когда я слышу, как моя мать — или теперь любая женщина — кричит, у меня мгновенно выступает неприятный пот, и мне трудно двигаться. Поэтому я не могу нормально приготовить блюдо, если она делает это, пока я готовлю. К счастью, мама продолжала смотреть на свой смартфон, и поскольку у меня были ингредиенты в холодильнике, заказанное ею блюдо было готово через короткое время. Когда я поставил его на стол, она взяла вилку и осторожно откусила. Затем она начала тихо плакать. — Почему… почему ты такой? — ….. — Это же мелочь, просто сделай это правильно… Почему ты не можешь сделать как следует? — Извини… — Если бы это был Такун, всё было бы не так… Почему? Это приготовлено не так, как сделал бы Такун… Почему ты ничего не можешь сделать правильно? Кажется, мои усилия не удовлетворили. …Такун — это мой отец. Он умер, когда я был маленьким, так что я не помню вкуса его готовки. Было бы лучше, если бы я помнил? …Не думаю. — Почему у тебя нет никакого таланта ни к чему? Почему ты не можешь сделать как Такун? Прекрати это, почему ты такой…? — …Извини… — Делай как следует… просто делай как следует… «У тебя нет таланта ни к чему, что ты делаешь. По крайней мере, делай это правильно. Почему ты не можешь этого сделать?» На протяжении всего приёма пищи мама продолжала это говорить, и у меня не было слов в ответ. В конце концов мама покинула кухню. Я был благодарен, что сегодня, по крайней мере, она не бросила ни одной тарелки. Бывали времена, когда они попадали не в те места, вызывая различные проблемы. Затем я начал мыть посуду. — …М-м. Завибрировал смартфон, который я положил на стол. Быстрый взгляд на экран показал, что это от дяди. Наверное, про смены на работе. Если подумать, я вспомнил разговор с дядей. Он сказал, что я могу стать ближе к Райхаре-сан как друг и стоит попробовать рассказать ей больше о себе. Например, о любых недавних необычных событиях. — …Необычные события. Таких нет. В основном это просто моя обычная рутина, и ничего особенного не происходило… ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 7 ГЛАВА 4.7: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 7. — Эм, Тифудзи-сан, что-то случилось сегодня? …У вас, эм, есть что сказать мне? Когда я задала этот вопрос Тифудзи-сану, моё сердце билось невероятно быстро, не от хорошего возбуждения, а от сильного напряжения. — Да? …Эм. — …? Наше обычное воскресное свидание. Мы встретились около десяти, и сейчас мы вместе обедаем, но он ведёт себя странно с самого начала. Кажется, он хочет что-то сказать мне, но затем останавливается. Конечно, он не делает это слишком явно, но я та девушка, которая устанавливала подслушивающие устройства в чужом доме, так что мои наблюдательные навыки, наверное, острее, чем у большинства. Так что я заметила. И… да, подслушивающее устройство. — Это… я была бы признательна, если бы вы говорили свободно. Может, он заметил его? Он такой добрый; наверное, мучается, как подступиться к теме. Должно быть, так. С того дня, как я установила его и ходила в парк, я больше не слушала его ни разу. Но это не означает, что это автоматически прощается. Что же делать? Нет, дело не в том, что делать; я сделала то, чего не должна была, другими словами, я… — …Вау, вы раскусили меня? Как неловко. — Нет… это не так. — Эм, Райхара-сан… Э-эм… Трудно это говорить, но… Есть ли у вас какие-то вопросы ко мне…? — …Что? Что? — Нет, извините. Не знаю, почему я так зациклился на этом… Дело в том… Тифудзи-сан, немного смущённо, объяснил, что управляющий, который также его дядя, посоветовал ему: «Почему бы тебе не рассказать Райхаре-сан немного больше о себе?» Он хотел рассказать мне, но не мог придумать, о чём говорить. …Дело было не в подслушивающем устройстве. — Ну, я не был уверен, чем поделиться. Чем больше думал, тем больше запутывался. Поэтому подумал, может, вы могли бы спросить меня о чём-то вместо этого… Тифудзи-сан продолжал неуверенно передо мной, выглядя всё более смущённым. Затем он продолжил: — …Чем больше я объясняю, тем более неловко становится. Я слишком зациклен на себе и нерешителен. …Что думаете? Я отвечу на что угодно. — На что угодно? Я резко отреагировала на это слово. Посмотри, какая я мелочная… — А, да. — Извините, но… На что угодно? На что угодно! На что угодно… Мысли проносились в моей голове с невероятной скоростью. Значительная часть из них была окрашена в невыразимый розовый оттенок похоти, от которого я сразу же энергично отмахнулась. Успокойся… Успокойся. В конце концов, я уже сдалась. Скорее, такой никчёмной женщине, как я, не место рядом с таким, как Тифудзи-сан. Так что я решила запереть эти чувства. — Ха-ха, я намерен ответить на что угодно, так что если у вас есть вопросы, не стесняйтесь. Хотя я так решила! Кажется, внутри меня было две сущности. Обе были несомненно мной, но одна из них была шумной… «Какой тип женщин вы предпочитаете?» …Разве не плохо спрашивать об этом?! Слишком прямо? Это ведь практически признание? Или нет? Может, небрежно сказать: «Ну… хи-хи, мне любопытно, какой тип людей предпочитает Тифудзи-сан. Вы никогда не говорите о таких вещах, так что мне интересно!» О, разве это не хорошо? Похоже, подходит! Ладно, может, спрошу… но если я расслаблюсь, моё сознание уплывёт к позорно грешной стороне меня, и я увлекусь. Не следует говорить, нельзя. — …Ахаха, наверное, вам всё равно нечего меня спросить. Нет, нет, нет, нет, это не так! Я просто молчу, создавая неверное впечатление! Не хочу, чтобы он так думал! — Нет! Подождите минуту! Глюк в моей личности! — Г-глюк в личности…? — …Планы на будущее! Слово, которое придумал мой быстро мыслящий разум, было этим. — Планы на будущее! Я всегда хотела знать, что Тифудзи-сан планирует делать после окончания старшей школы! — А, понятно. Немного поддавшись моему загадочному натиску, Тифудзи-сан кивнул головой. Это была разумная и интересная тема, но также уместная для старшеклассников. Думаю, мне удалось придумать что-то приличное на месте. Конечно, я также хотела узнать о его планах на будущее. Я никогда раньше не обсуждала это с Тифудзи-саном. — Кстати, я планирую поступить в университет. Правда, ещё не определился с приоритетным выбором. — Понятно. Когда дело касается университетов, есть много вариантов. — Да. А Тифудзи-сан… — Я пойду работать. — Работать? Нет иерархии между дальнейшей учёбой и работой, и у меня нет особых мыслей на этот счёт, но… — Школа Тифудзи-сана — подготовительная к вузу, верно? У меня сложилось впечатление, что немногие выбирают этот путь. — Ха-ха, может, и не распространено, прошло много лет с тех пор, как я слышал, чтобы кто-то так делал. На самом деле, мои учителя давно советуют мне пересмотреть… но я подумал, что, возможно, лучше начать работать поскорее и приносить больше денег в дом. — Понятно… …Тема, в которую мне неловко углубляться, наверное, из-за семейных обстоятельств. — Кроме того, что бы я ни делал, чувствую, что у меня нет таланта. Не думаю, что во мне достаточно потенциала для роста, чтобы оправдать поступление в колледж. Поэтому считаю, что, возможно, лучше получить работу и хотя бы зарабатывать какие-то деньги. — …Тифудзи-сан, вы часто так говорите, да? — Да? — Что у вас нет таланта ни к чему. Так же, как ему нужно быть «правильным», эта мысль иногда срывается с его губ. — Если есть что-то, что я хотела бы спросить у Тифудзи-сана, так это. Мне всегда было любопытно. Почему вы так думаете? — …Почему? …Хм… Лицо Тифудзи-сана выражает, что его застали врасплох. Застыв на мгновение, он склоняет голову в раздумьях. — Ну, потому что… э-э, просто потому что… Честно говоря, я полон недостатков. — …Но вы учитесь в подготовительной школе, на вас полагаются на подработке, и, судя по тому, что я видела, вы также хорошо занимаетесь спортом, да? — Ха-ха, я кое-как справляюсь с учёбой. На подработке я просто самый опытный там, а что касается спорта — ничего впечатляющего. Моя физическая сила тоже не особо велика. Тифудзи-сан продолжает с кривой улыбкой. — В реальной жизни я всегда боролся со всем… ха-ха, если есть чем гордиться, так это тем, что мне везло с людьми, которых я встречал. — Везло… с людьми, которых вы встречали? — И в школе, и на подработке все вокруг добрые. Они не злятся на меня и даже льстят и хвалят меня. Я всегда думаю, что мне повезло. — ……… …Как-то. Разве это не немного странно? То, что говорит Тифудзи-сан, имеет смысл, но, кажется, в этой логике есть что-то изначально перекошенное. Он странно неохотно признаёт собственную ценность — нет, не так. Мне кажется, он уже сделал вывод, что он бесполезен, и как будто искажает все свои восприятия, чтобы соответствовать этому. Возможно, это скромность, типичная для этого человека, но… можно ли это действительно назвать скромностью? — Дома я всегда был обузой для моей матери. Я постоянно доставлял неприятности и моему дяде. На подработке я иногда придираюсь к нему по мелочам, но он всегда заботился обо мне. В целом, я только получал. — …Я-я понятно. — Да… Ах, говоря о моём дяде, вспомнил кое-что. Ну, это не связано с нашим текущим разговором. — Что-то случилось с управляющим? — Когда мы говорили о фильмах, почему-то он сказал: «Расскажи Райхаре-сан о моём любимом фильме». Понятия не имею, зачем. — …Эм, что? — Ха-ха, наверное, просто одна из его высокоуровневых шуток. Он иногда говорит странные вещи… кстати, упомянутый им фильм был неожиданным. Теперь, когда он упомянул, будучи человеком, интересующимся кино, мне любопытно. — Какой фильм? — О, это не какой-то скрытый шедевр. Наоборот, супер известный. Это «Чужой против Хищника 1». — А, знаменитый фильм. Чёткая позиция «Сразиться с чудовищем, используя чудовище!» сразу передаётся из названия. Создаёт впечатление одного из первых фильмов о противостоянии монстров. — Я не думал, что мой дядя — тип, который наслаждается такими яркими блокбастерами, но, возможно, это моё собственное предположение. Никогда не знаешь наверняка… Хм, интересно, знали ли об этом его бывшие подружки. — Ха-ха, наше впечатление о ком-то может сильно меняться в зависимости от того, кто смотрит. Я внезапно осознала из своих собственных слов. …Верно, возможно, то же самое для Тифудзи-сана. То, что я услышала сегодня, — это история о нём с его точки зрения. Я хотела услышать о Тифудзи-сане с точки зрения кого-то другого. Потому что, что бы ни было, образ, который рисует Тифудзи-сан о себе, кажется искажённым. И в этом искажении, я чувствую, есть что-то важное, чего нельзя упускать. …Теперь, кого же мне спросить? ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 8 ГЛАВА 4.8: Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 8. — А, вы тоже уходите, Кусакабэ-сан? А как насчёт футбольного клуба сегодня? — Я единственная, кто сегодня отдыхает… Я слегка потянула икроножную мышцу вчера, так что мне запретили участвовать сегодня. Услышав мой ответ у выхода из школы после уроков, лицо моего одноклассника Тифудзи-куна, зрелое на вид, омрачилось. — Э-э… Вы в порядке? — А, совершенно, совершенно! Это не большая проблема. В основном из-за перетренированности и накопившейся усталости. Это как будто мне сказали: «Тебе серьёзно нужно отдохнуть!» — Понятно, тогда это хорошо. На этот раз Тифудзи-кун с облегчением вздохнул. Он действительно отличный парень. — Тифудзи-кун, вы снова сегодня на подработке? — Да. Пойду заработаю немного денег. — Это потрясающе~ Побеседовав так, мы немного прошли вместе, а затем разошлись у школьных ворот. Тифудзи-кун, который, кажется, живёт в пределах пешей доступности, и я, направляющаяся на станцию, идём в совершенно разных направлениях. … Наша школа, несмотря на подготовительное к вузу учреждение, также поощряет успехи и в учёбе, и в спорте. Здесь много заметных клубов, и нередко такие ученики, как я, сильно увлечены спортом. С другой стороны, поскольку это всё же подготовительная школа, я не знала никого другого, кто бы посвящал послеурочное время подработкам так же много, как Тифудзи-кун. Он, кажется, не планирует поступать в колледж, но, наверное, у него есть свои причины… С такими мыслями на уме, пока я шла домой, меня внезапно прервали. — — Кусакабэ-сан, давно не виделись. Этот голос и фигура чуть не остановили моё сердце. Из моего горла вырвался странный звук, вроде «Хью». Человек, стоящий передо мной, словно появившийся из ниоткуда, был… — …Райхара-сан? — Да. Извините, что напугала вас внезапно. Я не хотела пугать. Райхара Амане. Одноклассница из средней школы. В течение периода она была менеджером нашего клуба. По сравнению с образом в моей памяти, её тело теперь имеет более женственные изгибы, а лицо сохранило миловидность с тех времён, добавив к ней красоту. Без сомнения, это Райхара-сан. Человек, которому я очень благодарна и, по какой-то причине, человек, о котором у меня осталась травма. — Всё в порядке, это… э-э, довольно совпадение. Стойте, вы живёте где-то поблизости? — Да, ну, это не совсем совпадение… Я пришла повидать вас, Кусакабэ-сан. Думала, вы добираетесь на поезде, так что подумала, что встречу вас, если подожду по пути к станции. Она пришла повидать меня?.. Зачем? В конце концов, с тех пор как мы выпустились, мы ни разу не связывались. …Более того, после инцидента, из-за которого казалось, будто её вынудили уйти из клуба, мы почти не разговаривали. Почему сейчас, спустя всё это время… — …Ах! — ..? Кусакабэ-сан? Есть же причина, верно?! Верно, я только недавно говорила о Райхаре-сан. — Ч-Тифудзи-кун. Топ! На шаг ближе. В тот момент, когда я произнесла это имя, Райхара-сан сократила дистанцию между нами. В краснеющем мире вечера, где заходящее солнце отбрасывало на неё тёмные тени, Райхара-сан пристально смотрела на меня своими большими глазами. Они были похожи на бездонное болото, загадочно глубокое и тёмное. — …вы двое близки? — Н-ну, э-э… он, он мой одноклассник. — Просто одноклассник, понятно… Но я рада. Это было правильное решение — прийти и попросить вас об одолжении. — …Что вы имеете в виду? Попросить? Она только что сказала «попросить об одолжении»? Райхара-сан?.. Я не помню ничего подобного. — На самом деле, Тифудзи-сан помог мне, и… я хотела… знаете, узнать о нём немного больше. Райхара-сан сказала это с застенчивым выражением. Учитывая её потрясающе красивое лицо, оно, несомненно, должно выглядеть мило, но почему-то я не могу просто так это воспринимать. — И тогда я вспомнила, что Кусакабэ-сан учится в той же старшей школе, что и Тифудзи-сан. Знаете, в нашей школе почти все переходят дальше по внутренней системе, так что это было редко, и поэтому я вас запомнила. — А, да… стойте, вы пришли сюда не затем, чтобы разозлиться, да? — Разозлиться? Зачем? — Ну, потому что я, эм, рассказала Тифудзи-куну о том, что произошло в наших клубных занятиях в средней школе, не подумав… — …Правда? Стойте, я только что сама себя подставила? Нет, я только что вляпалась? Но верно, Тифудзи-кун не из тех людей, которые стали бы распространять, что кто-то рассказал ему такое, да? — …Понятно, Тифудзи-сан… он знал. — Я-я, я виновата… Это моя вина…! — Нет, всё в порядке. Это не то, что нужно скрывать… скорее, я рада, что вы рассказали. …Она не злится? Ну, я никогда не видела Райхару-сан злой в первую очередь… Но причина, по которой я нахожу её пугающей, не в том, что она, вероятно, очень страшная в гневе. А в том, что она такая добрая, настолько подавляюще добрая. — Но всё же… мне действительно жаль, что говорила без разрешения… — Всё в порядке, не волнуйтесь об этом… Но, видите ли, я тоже извиняюсь. Я хочу попросить вас «говорить без разрешения» снова… — Ах… — Не могли бы вы сделать это для меня? Могу я… отказаться? — Я была в одном классе с Тифудзи-куном с первого года и сейчас на третьем. Я знаю его как одноклассника, но… — Я хочу услышать, пожалуйста, расскажите. Я хочу узнать о Тифудзи-сане с точки зрения Кусакабэ-сан. Пересев на скамейку в ближайшем парке и сидя бок о бок, Райхара-сан говорит тихим голосом. — Также, если возможно, расскажите всё, что помните… Вы можете рассказать? Могу ли я? Это сложно… — Извините, у меня не такая хорошая память… Но, Райхара-сан… вам нравится Тифудзи-кун, я полагаю? Просто чтобы подтвердить… — Это… да. Правда? Она так прямо мила… Мила, но также очень соблазнительна… — …А как насчёт Кусакабэ-сан? — А? Нет, нет, нет! Я — нет! Я просто друг. И очень хороший, к тому же. — Понятно… Это хорошо. Райхара-сан выглядит облегчённой. Я тоже рада, что не придётся соревноваться с такой красавицей за парня. Кстати, глядя на Райхару-сан сейчас, я действительно чувствую, что дело не в том, могу ли я победить или проиграть ей, а в том, что делать её врагом было бы очень плохой идеей. — Что касается Тифудзи-куна… Как я упоминала ранее, он хороший парень, да? Он добрый и внимательный, и не думаю, что когда-либо видела его по-настоящему злым. — Да, это правда. Она, кажется, довольна. ---------- Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 9 ГЛАВА 4.9 Сразиться с чудовищем, используя чудовище. Часть 9 — Может, потому что он работает подработку? Он всегда берёт инициативу и всегда надёжен. Он действительно кажется немного зрелым, наверное… Верно, он не слишком общительный тип, но ощущается более взрослым, чем окружающие. Не похож на типичного старшеклассника. — А что насчёт его учёбы…? — Оценки хорошие. Должно быть, довольно высокий рейтинг. Он серьёзно относится к урокам. — А спорт? — Ну, он не занимается в клубах, но мне кажется, он был довольно активен на спортивном празднике. Интересно, играет ли он в футбол… — ….. — Независимо от спорта или учёбы, у него всё получается гладко. Если немного преувеличить, он похож на парня, который может всё. — Понятно… Райхара-сан, кажется, погружена в размышления о моих ответах. Может, это было неожиданно? — Что касается других вещей… Он популярен среди девушек. В смысле, это неудивительно. Нет причин, почему зрелый, внимательный парень не был бы популярен. — …Это правда, да? Она звучит невероятно противоречиво. — Но у него нет девушки и, наверное, у него и не было отношений. Также, насколько я знаю в нашей школе, не думаю, что кто-либо признавался ему в чувствах. — А? Почему? — Тифудзи-кун сразу после школы идёт на подработку. Редко кто в нашей школе настолько предан работе, так что люди, наверное, догадываются, что у него какие-то обстоятельства. И, учитывая это, они могут чувствовать, что отношения не будут его приоритетом. — Понятно… — Что важнее, трудно сократить дистанцию с ним. Многие девушки просили друзей-парней, близких к Тифудзи-куну, пригласить его куда-нибудь, но не думаю, что кому-то удалось. Он практически неуязвим в этом смысле. Насколько я знаю, одноклассницы, нацелившиеся на Тифудзи-куна, наверное, думают, что раз он, вероятно, занят подготовкой к экзаменам, им стоит пока сосредоточиться на учёбе, а затем признаться в чувствах в день выпуска, даже если это означает получить отказ. Так что на самом деле в школе было немного удивительной новостью, когда Тифудзи-куна заметили гуляющим с девушкой в выходной. Честно говоря, подруга, рассказавшая мне об этом, просила меня узнать больше подробностей. С другой стороны, ходят слухи, что Райхара-сан встречается с Тифудзи-куном, но как ей удалось так сблизиться с ним? Это удивительно. …Но я боюсь спрашивать, потому что это может вызвать ненужные проблемы. — …Значит, никто не признавался. Понятно… После долгой паузы Райхара-сан, погружённая в мысли, наконец спросила: — Как вы думаете, Тифудзи-сан осознаёт, что он популярен среди девушек? — Эммм, интересно? У меня сложилось впечатление, что он, возможно, не особо осознаёт. …Это девичья штука, но есть также настроение вроде: «Тифудзи-кун, наверное, занят разными делами, так что давайте не будем подходить к нему напрямую и доставлять неудобства!» — Хм… Райхара-сан, кажется, тоже быстро поняла, но, конечно, это просто фасад. На самом деле, это перемирие, сформированное из общего чувства срочности, которое гласит: «Сейчас кажется, что активно приближаться или признаваться ему бессмысленно, поэтому я хочу сохранить статус-кво. Но было бы худшим, если бы кто-то безрассудный, кроме меня, ворвался и добился успеха в это время». Само собой разумеется, в мире женщин нет ничего страшнее, чем нарушить эти негласные правила, которые каким-то образом сформировались среди всех. — …Мне тоже доставались такие взгляды. — Правда? — Совсем недавно! Тифудзи-кун выглядел так, будто у него температура, так что я по привычке положила руку ему на лоб, чтобы проверить. Тогда я получила такой взгляд «Что ты делаешь?». У меня есть младший брат, который часто болеет, так что я сделала это по привычке. — Понятно… Ох, чёрт. Райхара-сан тоже такая… — Ну, учитывая, что такое молчаливое соглашение сейчас действует, может, он не осознаёт, что популярен? Вообще-то, у него, кажется, низкая самооценка. — Низкая самооценка… Кусакабэ-сан тоже так думает? — Да. Он кажется тем типом, кто отмахивается от комплиментов, считая их просто лестью. Почему же, интересно? — …Понятно, спасибо. — Не за что, это всё, что я знаю о Тифудзи-куне с моей точки зрения. Я ничего больше не знаю… Я обязана Райхаре-сан за помощь в прошлом, но, с другой стороны, я также чувствую вину за то, что, казалось бы, отплатила за её доброту предательством, вынудив её уйти из клуба. Так что, желая как-то помочь, я энергично прочёсывала свою память, повторяя «Тифудзи-кун, Тифудзи-кун» как поисковые запросы. Что всплыло… — О, если и говорить… у него может быть довольно много необычных травм. — Травм? — Да. Хотя я никогда не видела, чтобы Тифудзи-кун спотыкался или во что-то врезался в школе… Кажется, он довольно неуклюжий. — ….. — Насколько я знаю, он ломал кости по крайней мере дважды. Оба раза не в школе, а дома. Кажется, в первом классе он сломал ребро? Ему пришлось пропускать физкультуру какое-то время. А в конце второго года это была либо левая, либо правая рука… правая, кажется? Мы были в разных классах в то время, но я помню, как удивилась, увидев его в гипсе в коридоре. — Травмы… травмы… травмы? — Да… Райхара-сан? — Может быть… Нет. — Райхара-сан…? Я невольно вздохнула. Во второй раз сегодня резкий вдох вырвался из моего горла. — …Если это так, тогда… Я всегда боялась этого тихо бормочущего человека с того лета в средней школе. Как я однажды сказала Тифудзи-куну, она ощущается как совершенно другое существо, не такое, как мы. Её, казалось бы, безграничное сострадание становится всё более невероятным, чем больше я его понимаю — такое нежное и тёплое, но такое неуловимое. Я иногда думаю, что она действительно другая сущность, и поэтому её глубокие мотивы, мыслительные процессы и даже этика могут работать по совершенно другой системе. Может, поэтому её так трудно понять. Хотя я знаю, что это невозможно, такие фантазии каким-то образом имеют смысл. — …Если это так, тогда… Райхара-сан ещё раз бормочет те же слова. Странность, которую я чувствовала от её доброты, теперь я могу распознать в холодности её голоса. Я никогда не видела её злой, и она необычайно добра до такой степени, что я не могу представить её иной, но именно поэтому… — Р-Райхара-сан? — ….. В этот момент я не знала, что она собирается сделать. ---------- Настоящая вещь. Часть 1 ГЛАВА 5.1: Настоящая вещь. Часть 1. — Райхара-сан, вы снова сегодня над домашним заданием работаете? — Да… Тифудзи-сан, верно. — А, понятно. Тифудзи-сан мягко улыбается, словно это пустяк. — У меня немного ячмень, поэтому глаз опух. — О, это больно…? — Ха-ха, вовсе нет. Я в порядке. Извините, что обслуживаю вас в таком виде… Заказ, как обычно, айс-кофе? — А, да… — Понял, одну минуту. Повязка на глаз. Белый объект, закрывающий один из его глаз, пока он удалялся, был отчётливо запечатлён в моём сознании, пока я сидела в кафе. — Сэмпай, нельзя обслуживать, пока это не заживёт! Можешь что-нибудь уронить, если пользуешься одним глазом! — Понимаю. …Извините. — Хи-хи, пожалуйста, приготовь мне чашечку кофе позже. Я могла слышать такой разговор, но моё беспокойство перевешивало любую ревность. Ячмень… Правда? Я уже сомневалась. Слёзы, пролитые, когда о нём заботились, его постоянное повторение «я должен делать всё правильно» и, прежде всего, фраза «хорошо, что я родился» — чувство, которое не выразишь, если не думал иначе. Кроме того, основываясь на том, что я услышала от Кусакабэ-сан вчера, есть подтверждение, что его самооценка странно низка по сравнению с фактами. Среди этих черт — «часто неосторожен и склонен к травмам». На самом деле я видела что-то похожее на синяки на его теле, когда мы занимались боулдерингом. И передо мной, и перед Кусакабэ-сан, и даже в школе он вовсе не кажется неосторожным типом. …Пока я начинаю сомневаться, есть ещё одна проблема, которая меня беспокоит. Время, когда ему стало плохо в кинотеатре. Он сказал, что это укачивание от вибрации кресла — но может ли это быть…? — …Что же мне делать… …Но всё это не является решающими доказательствами. Если бы кто-то сказал, что я слишком много думаю, он мог бы быть прав. — Простите за ожидание, вот ваш айс-кофе. Пожалуйста, наслаждайтесь. — Спасибо. Тот, кто принёс кофе, — девушка, которая дружит с Тифудзи-саном. …Вероятность, что она что-то знает… наверное, мала? Не могу отрицать, что моё собственное желание, чтобы они не были слишком близки, может влиять на эту мысль. Кого мне действительно стоит спросить, так это… — ……… Я незаметно перевожу взгляд вглубь заведения. Там находится управляющий — его дядя. Он наконец вышел. В этот поздний час, когда в кафе тихо, управляющий появляется у входа. Я наблюдаю за ним из укромного места, чтобы не вызывать подозрений. Увидев, что все огни внутри кафе погашены, он явно закрывает и уходит домой. Кстати, что я знаю со времён слежки: Тифудзи-сан остаётся и работает немного после закрытия, но всегда уходит раньше управляющего. Так что сегодня его уже нет. Другими словами, я ждала момента, когда управляющий будет один, — чтобы спросить его о Тифудзи-сане. — …Вы там? А, я скоро приду. И это был план. Управляющий, который, кажется, позвонил, упомянул имя Тифудзи-сана. Похоже, он направляется к дому Тифудзи-сана. — ……… Решение, которое я приняла здесь, не было особенно логичным. Вместо того чтобы подойти к управляющему, я решила вернуться в свой собственный дом. Интуиция, полученная от выражения лица, тона и атмосферы управляющего, заставила меня сделать это. Я быстро добралась домой, благодарная своей выносливости, и сразу же ворвалась в свою комнату. Моя мать ещё не вернулась; она часто приходит поздно из-за работы. То, что я вытащила с полки, было приёмником для прослушки. Сжимая его, я снова покидаю дом, направляясь в сторону дома Тифудзи-сана. Спешно крутя педали велосипеда, я мчусь по ночным улицам на полной скорости… и прибываю в парк возле его дома, где ранее слушала устройство. Сейчас я тоже активирую приёмник здесь. Когда я вставила начищенные наушники в уши, их голоса, наряду с некоторым шумом, немедленно достигли меня. «Кэй, …будь честен. Что случилось с твоим глазом?» «…Просто ячмень, опух». «Тогда сними повязку и покажи мне». Это управляющий и Тифудзи-сан. И да, они действительно говорят о повязке. «Ты слишком беспокоишься, дядя. Это правда ничего». «Кэй!» «…Это ничего, правда ничего». Голос Тифудзи-сана имел странно легкомысленную, контролируемую монотонность. В отличие от этого, голос управляющего содержал нескрываемую дрожь. «…Кэй, я понимаю, что ты хочешь защитить её. Ты просто такой, как мой старший брат, как твой отец. Что я не могу вынести, так это то, что эта женщина пользуется этим, постоянно играя жертву!» «Дядя…» «Хватит уже! Если она хочет найти парня, который сможет её «понять», она свободна делать это! Но вести себя как ребёнок, когда что-то идёт не по её, и устраивать истерики собственному сыну — это уже за гранью!» «…это потому, что я не был хорошим сыном или хорошим членом семьи». «Какой вздор…! Сколько синяков ты получил? Сколько костей было сломано!? Сумасшедшая — это она, полностью!» — Я ожидала этого. «…Нет, травмы… я нанёс их себе сам». «Кэй! …Чёрт, сколько раз мы уже обсуждали это… Слушай, если ты признаешь, она получит по заслугам, и тебе больше не придётся иметь дело с этой женщиной». «…Дядя… Мама не может смириться с тем, что папы нет. Она всегда была такой. …И если бы папа был здесь, он не оставил бы плачущую маму одну». «Это её проблема. Мой брат выбрал быть с такой женщиной, и это его выбор. Но ты — другой. У тебя нет ни обязанности, ни ответственности получать удары от этой женщины». Теперь нет места для недопонимания в том, что я слышу. «Если говорить об ответственности, …Мама тоже её чувствует. Она чувствует ответственность за то, что у меня нет никаких талантов, за то, что я ничего не могу делать правильно… Вот почему она всегда на взводе». «Неправильно! Когда такие, как она, закатывают истерики, они на самом деле не говорят то, что имеют в виду. Они просто раздражены и ищут, на ком сорваться, поэтому находят любой предлог из того, что попадётся на глаза». Голос управляющего, стремящегося донести свою точку зрения, был наполнен сильными эмоциями и глубокой обречённостью, словно указывая на то, что эта проблема повторялась на протяжении многих долгих лет. «Она злится не по причине, она злится, потому что у неё настроение. Она возвращается в этот дом, потому что это место, где она может делать что хочет!» «……..» «Ты же знаешь правду, не так ли, Кэй? Перестань потакать её эгоизму, её менталитету жертвы и её принцессиным фантазиям!» ——И всё же до самого конца никакого ответа, которого искал управляющий, не последовало с губ Тифудзи-сана через подслушивающее устройство в моём ухе. ---------- Настоящая вещь. Часть 2 ГЛАВА 5.2: Настоящая вещь. Часть 2. С тихим стуком я веду велосипед по ночной дороге. Звёзды красиво мерцают в ночном небе, но их сияния недостаточно, чтобы рассеять тени на дороге. Тьма всегда находит свой путь. — ……… Я погружён в размышления. Не уверен, пытаюсь ли я разобраться в мыслях или потому что не могу решить, к чему лежит моё сердце. Я… — …Хм. Жужжащий звук доносится из корзины моего велосипеда. Лежащий там смартфон вибрирует. Это входящий звонок, на экране слово «Канон». — …Алло? — Алло, Онээ-чан? Удобное время? Что делаешь? — Просто немного прогуливаюсь. — Правда? Здесь утро, так что в Японии ночь, да? Будь осторожна. — Да, спасибо. Так в чём дело? — Ну, на самом деле… Канон, которая изучает спорт в Канаде вместе с Сион, начинает рассказывать о том, как мальчик в школе признался ей в чувствах. Она была популярна с тех пор, как мы жили в Японии, и, кажется, её популярность продолжается даже в чужой стране. — У меня никогда раньше не было парня, но я слышала, что такой опыт может помочь в выражении эмоций на льду… Так что я думаю, нормально ли это? Но, с другой стороны, может быть слишком легкомысленно заводить парня, пока учишься за границей… — О… — Так как я перешла из новичков в юниоры в своём классе по фигурному катанию, пора становиться серьёзной. Так что я не уверена, как это совмещается. И у Канон, и у Сион чрезвычайно многообещающее будущее как у спортсменок. Они постоянно на пьедестале, и ожидания окружающих высоки. — Каждый раз, когда я переживаю об этом, Сион начинает дразнить меня, говоря: «Кто-то с таким выражением лица не выиграет следующий конкурс!» Не то чтобы я катаюсь только для того, чтобы победить её! — Ха-ха, для Сион её самый большой соперник — это ты, Канон. В то время как Сион очень соревновательна, Канон по натуре художница. — Я знаю, но я тоже хочу кататься так, чтобы это удовлетворяло меня. Для неё лёд — не поле битвы для соревнования с другими, а мастерская для создания её искусства. — Что мне делать, Онээ-чан? — …Я, возможно, не так много знаю о фигурном катании, как вы или другие. Поэтому я не могу дать правильного совета как спортсменка. — Но я действительно много знаю о нашей семье. Канон, ты выглядишь счастливее всего, когда сосредоточена исключительно на себе, а не на том, чтобы побеждать кого-то или оправдывать чьи-то ожидания. — …Правда? — Да. Так что не волнуйся о том, что говорят другие. То, во что ты действительно веришь, что правильно для Райхары Канон. Это и будет правильным, и у тебя есть силы сделать это лучшим выбором. — …Понятно. — Да, именно так. Я не знаю, насколько мои слова помогают, но Канон говорит: «Спасибо, Онээ-чан». Мы болтаем о том о сём некоторое время — о делах дома, о школе, о вкусной еде, которую недавно ели. И затем: — …Онээ-чан, ты не слишком бодра, да? — А? Когда Канон внезапно говорит это, я не могу не отреагировать с удивлением. — Если ты говоришь, что много знаешь обо мне, то и я знаю о тебе. Твой голос сегодня звучит немного иначе. — …Правда? — Да. Что-то случилось? …А, понятно. Это же про Тифудзи-сана, да? — ….. Поражаюсь, она проницательна. — Э, может быть… не сложилось, или что-то вроде того? Канон осторожно спрашивает меня, и я отвечаю. — Не то чтобы не сложилось, скорее… застряло ещё до того, как дойти до этого. — До этого? — Я… колеблюсь, наверное. Я выбираю слова, которые, кажется, лучше всего подходят моим чувствам. — Я колеблюсь слишком вовлекаться. Потому что… я не совсем стабильный человек. Зная его ситуацию, есть вещи, которые я хочу сделать, через которые хочу пройти. Но должна ли это делать я? Будут ли мои действия действительно полезны для Тифудзи-сана? Учитывая жизнь, которую он вёл, я не могу не думать так. — Не должен ли человек рядом с ним быть кем-то более стабильным? В ответ на мои слова Канон говорит: — Ты говоришь, что нестабильна… Я не очень понимаю ситуацию… — Я не могу сейчас вдаваться в подробности. — Э, понятно. Хм. Но, Онээ-чан, ты же знаешь, как мама и папа всегда были очень заняты работой, да? Тема резко меняется, но я отвечаю: «Да, а что?» Моя мама всё такая же, и хотя мой отец сейчас в Канаде, уделяя приоритет моим двум младшим сёстрам, а не работе, до этого он всегда был занят, как и мама. — Вот почему ты, Онээ-чан, взяла на себя все домашние дела — готовку, уборку, стирку, всё. Более того, ты всегда поддерживала меня и Сион. Ты отвозила нас на кружки, делала массаж, когда мы возвращались домой, и выслушивала нас, когда у нас были переживания. «Так что, знаешь», — говорит Канон, делая паузу перед тем, как продолжить. — Я всегда чувствовала вину перед тобой, Онээ-чан… — Канон… — Я имею в виду, ты работала 24 часа в сутки, каждый день в году, ради семьи. Я чувствовала вину и также беспокоилась, что ты можешь однажды сломаться. Если бы это произошло из-за нас… — …Но Сион и Канон… — Теперь я понимаю, Онээ-чан. Было время, когда я не понимала. Переломный момент наступил, когда мы с Сион впервые поехали на интенсивные тренировочные сборы. Когда мы вернулись после трёх дней непрерывного катания… — Ах… — Ты была совершенно истощена, Онээ-чан. С нашей точки зрения, это было: «Почему ты в таком состоянии?» Мы думали, что ты будешь посвежевшей, раз тебе не нужно о нас заботиться. Я помню это. Не имея возможности заботиться о них, я с каждым днём чувствовала себя всё более истощённой. — Каждый раз, когда мы ездили в лагерь и видели тебя такой, мы с Сион понимали: «Так вот какая наша Онээ-чан…» — …Примерно с того времени и Сион, и Канон начали называть меня «самой странной» в доме… — Ну, это просто так. Так что, думаю, чувствовать сожаление бессмысленно. Это точно верно. Правда в том, что мне нравится заботиться о людях. Хотя это было невероятно тяжело, ни разу я не находила те дни мучительными. — Мы знаем это лучше всех; твоя ежедневная занятая жизнь была чем угодно, только не нормальной, Онээ-чан. То, что ты теряешь энергию, когда не наслаждаешься собой, — это то, что можно найти практически у любого человека. Так что, ну, не будет ошибкой сказать, что ты «нестабильна». — …Наверное, так. Готовность Канон говорить вещи чётко — одна из её сильных сторон. — …Канон, помимо того, что ты упомянула, есть и другие способы, в которых я нестабильна. Я сама осознала это только недавно. — Правда? — Да… Интересно, почему так. Хотя я росла в стабильном доме, почему я… — Погоди, погоди, погоди, Онээ-чан. Выросла в стабильном доме? — Э, да… — Так это твоё восприятие… Это потрясающе… — Что ты имеешь в виду? Канон говорит мне в ответ на мой вопрос. — Всё наоборот. Это не «несмотря на то, что выросла в стабильном доме, ты нестабильна». Это «потому что ты нестабильна, наша семья могла быть стабильной»! ---------- Настоящая вещь. Часть 3 ГЛАВА 5.3: Настоящая вещь. Часть 3. «Всё наоборот. Это не «несмотря на то, что выросла в стабильном доме, ты нестабильна». Это «потому что ты нестабильна, наша семья могла быть стабильной»!» — …? Я не понимаю. Тогда моя сестра стонет: «Хм-м… серьёзно…» «Подумай, мама и папа — трудоголики, да? Они не работают отчаянно, потому что нам не хватает денег; они работают, потому что хотят, потому что любят свою работу». — Д-да… «Тогда и мы с Сион тоже вкладываем всю жизнь в катание. Конечно, сейчас папа наконец взял перерыв, но по крайней мере, когда мы были в Японии, папа, мама, Сион и я — всем нам приходилось вкладывать все сердца в то, что мы хотели делать. Если бы нас было только четверо, как ты думаешь, смогла бы такая семья выжить?» Канон сказала тихо. «У нас не было бы времени заниматься повседневными делами или роскоши поддерживать кого-то ещё; все четверо были такими. Семья вроде той распалась бы, верно? Что-то сломалось бы… но этого не случилось. Почему?» — Это… «Это потому, что в семье был кто-то другой. Кто-то, кто с начальной школы делал домашние дела и заботился о нас, и вместо того чтобы истощаться, казалось, заряжался энергией от этого. Абсолютно ненормальный человек». — …Канон. «Это благодаря Онээ-чан, что семья Райхара обычно так хорошо ладит и даже иногда выходит куда-то. Потому что Онээ-чан «нестабильна», мы могли быть стабильной семьёй». — ….. Так ли это… но… — …Но я же не хороший человек. Я просто… «Я не говорила, что ты хороший человек. Я не говорю, что Онээ-чан — святая; вовсе нет. Ты очень добрая, но это не значит, что ты праведный человек. Твой альтруизм эгоистичен по-своему». — …Да. «Хорошо или плохо, твоя любовь к заботе о людях основана на желании. Ты делаешь это просто потому, что хочешь». У меня нет слов, чтобы ответить на точный комментарий моей проницательной сестры. «Как, например, когда ты была слишком увлечена как менеджер в средней школе и чуть не разрушила клуб — это пример твоих недостатков». — Вот почему я хочу стать нормальной… «Это невозможно». Канон резко оборвала меня. «Я думала, что это невозможно, с тех пор как услышала, что ты практикуешься быть более зависимой от других. Даже если ты научишься немного полагаться на людей, у тебя просто появятся проблемы в другом месте». — ….. Я задыхаюсь от того, насколько безошибочно точны её прозрения. В реальности именно это и произошло. Научившись немного полагаться на того человека и будучи привлечённой его добротой, я в конце концов переступила границы, обнаружив вещи, о которых не подозревала, и была сметена взрывом проблем. В конце концов, я не стала «нормальной» в каком-либо общем смысле. «Желание стать «нормальным» человеком невозможно. Мы с Сион часто говорим это, но Онээ-чан, ты по сути монстр». — …Э, что? Что ты сказала? «Я имею в виду, я родилась от той же матери, что ты и Канон, так что…» «Да, ты просто случайно родилась от человека, вот и всё». — Канон, ты понимаешь, что говоришь…? «Мне не нужно это объяснять, да? Ты же понимаешь, что чувствуем мы с Сион, верно? Мы всегда беспокоились, что Онээ-чан однажды сломается, потому что ты становишься энергичнее, чем больше занята. Сколько бы мы ни были эгоистичными, ты просто продолжаешь улыбаться и быть доброй — это на самом деле немного пугает». — …Что? «Нет, правда, даже в интервью, когда нас спрашивают: «Кому вы больше всего благодарны?» — мы всегда отвечаем: «Нашей сестре», и мы имеем это в виду на 100%. Мы не думаем, что в этом что-то не так; мы благодарны и очень любим тебя. Но в то же время быть вечно доброй — страшно!» Канон продолжила, выражая, как даже моя радостная улыбка вызывает у них мурашки. Моя улыбка, когда я невероятно счастлива, популярна среди моих сестёр за свою жутковатость. «Но как только я начала думать: «Ах, так вот какой она Монстр», это ощущалось невероятно подходящим. Ты просто случайно родилась от человека; по сути, ты Монстр». — М-Монстр…? «Так что, может, тебе тоже стоит начать так думать, Онээ-чан?» Канон предложила, обращаясь к моей давней тревоге о том, чтобы стать «нормальным» человеком. …Думать о себе как о Монстре — это то, о чём я никогда не задумывалась. «На самом деле, будь то Монстр, сверхъестественное существо, аномалия или странный человек, каким бы ни было слово, это не важно. Ты даже сама говорила, да? «Я такой была с рождения». Значит, ты уже знаешь, что родилась таким существом». — ….. Это… может быть правдой. Глубоко внутри я не чувствовала дискомфорта от того, что говорила Канон. Потому что, когда на это указали, это имело идеальный смысл. Это объясняет и мою старую сущность, и нового человека, которым я стала после влюблённости в Тифудзи-сана. — …Монстр… такое существо. Как же это подходит. Если бы я знала такой образ мыслей до встречи с Тифудзи-саном, думаю, меня бы это не привлекло так сильно. Это не нашло бы такого глубокого отклика и не подошло бы так идеально. Но для меня сейчас… это ощущается невероятно сладко. — …Всё же. И тогда мне, которая колебалась сделать шаг, Канон сказала: «Считай это предложением от одного человека, которого такой Монстр всё это время защищал». — Канон… «Есть вещи, которые обычные люди не могут сделать, но Монстр может, и это то, что привлекло семью Райхара. Я не знаю насчёт Тифудзи-сана, хотя». — Ах… [[image:/storage/reader-images/5e0dd540d19ad1328cc6f80120cf1e196f697c06.jpg]] «Что случилось?» — Нет, ничего. Ха-ха. Что-то пришло на ум. Разговор о любимом фильме управляющего. Насколько и как долго тот человек видел меня насквозь? — Есть вещи, которые может сделать только Монстр. Это роль, которую невозможно исполнить иначе. В таком случае… если это так… — ……… «Онээ-чан?» Я знаю, что это удобный способ мышления. Но всё же… но всё же… — В этот момент я слышу звук разрывающихся цепей, снова и снова. Внутри меня цепи, которыми я опутала себя, разрываются. Если я Монстр, тогда… В таком случае, тогда… «…Эй, но не переусердствуй, ладно? С самого начала, когда Онээ-чан решает что-то сделать, ты выкладываешься на полную, и это меня беспокоит. Как вдруг покрасить волосы или стать сталкером. Ты такая крайняя». — Может быть, ахаха. Я не сказала, что не буду. Прости, Канон. ---------- Настоящая вещь. Часть 4 ГЛАВА 5.4: Настоящая вещь. Часть 4. «Подумать только, что настанет день, когда у меня будут такие разговоры о любви с Онээ-чан. Не уверена, обычный это разговор о любви или нет. О, ты знала? Мама и папа беспокоятся о тебе.» — Правда? «Да, потому что было бы плохо, если бы ты связалась с неподходящим парнем. Хахаха, ну, это совершенно мимо цели, да?» — …Да. На данном этапе я тоже это понимаю. «Будь то удобно или злонамеренно, желание Онээ-чан заботиться о людях не очень хорошо реагирует на тех, кто потакает своим прихотям. Потому что Онээ-чан хочет заботиться о тех, кто усердно трудится.» — …Это понимание, возможно, на шаг неполное. «Э, правда?» — Да. То, чего я хочу… При моих следующих словах Канон на мгновение замолчала, затем сказала: «…Онээ-чан, ты действительно настоящая.» --- Открыв глаза, я вижу, что цифровые часы на тумбочке показывают 5:30 утра. Сегодня суббота, школы нет, и хотя у меня работа, я обычно не просыпаюсь так рано. …Я проснулся от звука чего-то разбивающегося. — …Мама, это ты? Она не приходила домой прошлой ночью, и редко когда приходит в такой час. У меня плохое предчувствие. Мама стала появляться в этом доме чаще в последнее время. Судя по прошлому опыту, это обычно означает, что дела с её парнем идут не очень хорошо. В прошлый раз, когда она приходила, она казалась немного нестабильной, и я не сумел поймать смартфон, который она бросила в внезапном порыве. Отёк вокруг глаза, который я скрываю повязкой, выходя из дома, — напоминание об этом. С такими мыслями я иду по коридору к кухне-гостиной. Оттуда доносится шум. — Мама… — Слишком медленно! В тот момент, когда я открываю дверь, в меня летит тарелка. Она ударяется в область ключицы с неприятным звуком. Хуже боли — противный пот пробивается по телу от гневного крика мамы. — Почему ты не приходишь быстрее! — Извини, я спал… — …Наверное, тебе плевать на Мису, да? Мама говорит, внезапно переходя на тёмный тон. Её эмоциональная нестабильность разжигает мою тревогу ещё больше. — Тебе плевать на Мису, да? — Это не… — Тебе плевать, да? …Моё предположение, что что-то случилось с её парнем, вероятно, верно. Она, кажется, более взволнована, чем обычно, скорее всего, из-за этого. Разбитые тарелки разбросаны вокруг ног моей мамы на кухне. …Она была в ужасной ярости. — …Угх! уууу, угх… Мама яростно рвёт на себе волосы. — Это твоя вина… — Ц… эм… — Миса не готовит… это потому, что ты сказал, что хочешь готовить сам, да? …Тема сместилась, и логика рассуждений немного неясна. Однако есть признаки того, что на кухне пытались что-то приготовить — ингредиенты, сковорода и нож всё на виду. Она пыталась что-то сделать? …Мама на самом деле не готовит. Насколько я помню, она ужасна в этом и раздражается всякий раз, когда приходит время еды. Из-за этого я много лет назад взял на себя ответственность за готовку. — Это вся твоя вина, а не Мисы. …Если бы мне пришлось предположить, они расстались из-за чего-то, связанного с готовкой? Думаю, что, вероятно, так. — Извини, это моя вина… но мама, Окинув взглядом пол, я замечаю разбитые тарелки, которые выглядят так, будто могут поранить ноги моей мамы. Я делаю шаг ближе, чтобы хотя бы отодвинуть её от них. — Миса не виновата! Бум — Удар обрушился мне в лицо. Мгновение спустя нахлынула боль. Через затуманенное зрение я вижу, что мама держит сковороду. Она старая, грубая и тяжёлая — удар от неё значителен. — …Угх, ууу. Кажется, я выбрал неподходящий момент, чтобы войти. Когда меня ударили ею раньше, пока она была горячей, я не чувствовал такой шаткости. В этот раз, вероятно, попало в область челюсти. Не в силах стоять, я невольно прислоняюсь к стене. — Мама… — …Ах, ах, …ты делаешь лицо, будто это вина Мисы! Ах! Аааах! Вот так! — Это не… ай! Бум — Удар пришёлся изнутри моего тела. Глядя вниз, я вижу, что сковорода попала мне в живот, прямо в солнечное сплетение. Не в силах сдержаться, я стонаю и сворачиваюсь калачиком на полу. Взглянув вверх через всё ещё искажённое зрение, я вижу, что мама всё ещё держит сковороду в руке. — Ты всегда винишь Мису…! Всегда Миса оказывается пострадавшей! У мамы есть склонность представлять вещи, которых я не говорил, и её мысли развиваются отсюда. — Я, я не… — …Если бы это был Таккун, он был бы намного добрее. Таккун никогда не говорил Мисе, что она не умеет готовить…! — …… Папа… Папа был человеком, который умел всё. — Так почему!… Почему ты ничего для меня не делаешь! Слёзы начинают течь по лицу мамы. — Ты всегда был неуклюжим, как идиот, без какого-либо таланта, постоянно доставляя хлопоты Мисе… М-М-Миса всегда оказывается пострадавшей, потому что Таккуна нет… Мама сердито топает по полу. Среди разбитых тарелок у её ног она может пораниться в любой момент. — М-Мама… п-пожалуйста, остановись… Я пытаюсь вмешаться, но боль от удара в челюсть ещё не утихла. Не в силах выпрямиться, моё равновесие колеблется… В итоге я ухватился за одежду мамы. — Ах… — …Э?… Ах, Аааааах! Он злится! Он злится на Мису! Ах! Аааааааах! Крик громкий, как взрыв, резонирует в моих барабанных перепонках и сотрясает сердце. — Как ты мог, как ты мог, почему, а~!! — Нет, мама… — Как ты мог, как ты мог, почему все так обращаются с Мисой!? Аааааах! То, что запечатлевает моё мерцающее зрение, — это мама, держащая нож. ---------- Настоящая вещь. Часть 5 ГЛАВА 5.5: Настоящая вещь. Часть 5. Стой… Остановись… — Мама! Погоди, это же… — Не повышай голос! — Послушай! Если ты сделаешь это… Если дойдёт до этого, тогда, что бы ни случилось, я больше не смогу… — Тогда я больше не смогу защищать маму… Отчаянно я произношу эти слова. Скрывать уже нечего. Мама в конце концов узнает. — Не сможешь защищать? — …Мама… — …Ты хочешь сказать, что это вина Мисы, да? Я спровоцировал худший из возможных исходов. Нож в её руке занесён, его кончик зловеще поблёскивает в полумраке комнаты. Как ни странно, я вижу его довольно чётко, даже сквозь мелькающее и искажённое зрение. Ах, понятно… может, потому что я в замедленной съёмке. Моё чувство равновесия всё ещё нарушено, и моё тело выведено из строя криком мамы. Однако нет образа того, что я смогу увернуться. Только мой мозг ощущает опасность и ускоряет скорость обработки. Он понимает критический момент, в котором я нахожусь. …Ах. Дойдя до этой точки, я осознаю. Прости, мама. «Наверное, я действительно нехороший сын, как ты и говорила». Вот о чём я думаю. …но я также думаю: «Это неправда». Возможно, правильный хороший ребёнок любил бы своих родителей чисто, честно и всем сердцем всегда, но, кажется, когда загнали в угол, моя истинная сущность проявилась. Есть часть меня, которая думает о родителях. Но в то же время другая часть кричит: «Почему? Это неправильно!» Последняя показывает мне один яркий образ. Это образ ложки, протянутой мне, рисовой каши на ней, и улыбающейся женщины напротив. Я где-то знал, почему тогда заплакал. Я хотел больше таких моментов в своей жизни. Если бы я мог желать, всегда, но уже слишком поздно. Смирившись, всё, что я мог сделать, — это приготовиться к удару, и тут раздаётся громкий грохот. Дзынь — Чт…!? Что? Э, э… Что? Внезапный высокий звук, за которым последовали другие громкие шумы, заставляет маму неожиданно остановиться с ножом. Мы оба посмотрели в сторону источника шума у окна гостиной. Закрытые шторы сами собой раздвинулись. Затем мягкий, но не ослепляющий утренний свет хлынул в комнату. И то, что стало видно, — это большое разбитое окно, а затем… — …А? …Что? Кто это? — Хаах… Хаах… Хаах… Успела ли я вовремя? Смесь розовых и чёрных оттенков. Милые рюши, ленты и соблазнительное кружево. Стиль, который был одновременно характерным и ярким. Её лицо, мокрое от пота, всё ещё было красивым, излучая шарм, который затмевал её одежду. — Рай… хара-сан? Не знаю, почему я мог видеть её сквозь тень так отчётливо. Человек, который раздвинул шторы, чтобы впустить свет, также протянул свою собственную тень к нам. В ней была потусторонняя, загадочная атмосфера. — Тифудзи-сан! В её руке был маленький молоток, вероятно, предмет, который разбил окно. Райхара-сан, бросившаяся к нам, отбросила молоток в сторону, словно он не имел значения. Он с громким бумом отскочил от пола, заставив маму вздрогнуть. — Что? Что это? Мама продолжала отступать шаг за шагом. И так же, как и с молотком, не обращая на это внимания, Райхара-сан подошла туда, где я присел на корточки, и опустилась на колени, чтобы встретиться со мной глаза в глаза. — Тифудзи-са… ах, …ах. Затем она сразу заметила синяки на моём лице. — …Райхара-сан, эм, это… — Извините, я опоздала… извините… нужно в больницу, нет, вызвать скорую… — Нет, я… Пытаясь пошевелиться, я чувствую, как боль в животе отзывается, и дыхание прерывается. Возможно, у меня сломано ребро. — Вы и там ранены? Ах, извините… я должна была быть быстрее… Голос Райхары-сан дрожал, её глаза наполнились слезами. — Нет, это не так… эм… Если бы она не пришла, я, наверное, был бы уже мёртв. Мама стала бы убийцей. Я хотел поблагодарить её, но заколебался, думая, уместно ли говорить это вслух. Затем я передумал, решив, что такая нерешительность сейчас бессмысленна… Возможно, мой разум сейчас в панике. В первую очередь… — …Ты! Что это! Мама кричит. — Кто ты? Как ты сюда попала? Верно… почему Райхара-сан здесь? — …Как? Я забралась. — Мы на пятом этаже. — Да, поэтому я и забралась. Разве такое возможно? Что ж, она здесь, значит, да, и если это Райхара-сан, не стоит удивляться. — К-кто ты? — Я его бывшая сталкерша. — Что?! — Мои извинения. Могу ли я действительно сказать «бывшая» — весьма сомнительно. — Я не понимаю, что ты говоришь! — Ах, чувство взаимно. Я тоже не понимаю вас. Я вас не понимаю, совсем. Произнося это, Райхара-сан резко встаёт. — …Значит, ты говоришь, что это вина Мисы…?! — Мама, остановись! — Это не вина Мисы! Это худшее. Мама, всё ещё держа нож, начинает размахивать им безрассудно, приближаясь к Райхаре-сан. Мне нужно остановить её, думаю я, пытаясь встать. Моё зрение продолжает плыть, и это так тяжело. Однако я не могу просто… — Тифудзи-сан, вы не должны двигаться, оставайтесь на месте…! — Нет, Райхара-сан, беги… — Я справлюсь с этим. — Что? Я, наверное, никогда не забуду сцену, которая развернулась дальше. Не обращая внимания на размахивающий нож, Райхара-сан сделала шаг вперёд — её юбка легко взметнулась, когда она нанесла мощный удар ногой, отправив мою маму в полёт по воздуху. — !? Тело мамы отлетело назад почти горизонтально и остановилось, ударившись о дальнюю стену. — ……!? кх, Чт-… Что? Кашляя, мама выглядела так, будто не совсем понимала, что только что произошло. Что касается Райхары-сан, — …Теперь, Тифудзи-сан, вы усугубите травмы. Пожалуйста, сядьте спокойно… должно быть больно, ах… хотя с вами так ужасно обращаются… Она сразу же повернулась ко мне и заговорила. — …Райхара-сан? — Да, что такое? «Что такое», — спрашивает она. Её глаза переполнены, на все 100%, заботой обо мне. …На неё только что напали с ножом, и всё же. Я не вижу в её выражении ни страха, ни замешательства, ни даже гнева. Обычно любой, кто оказался в такой жестокой ситуации, показал бы признаки расстройства, даже будь он таким же спортивно одарённым, как она. — В-вам не больно…? — Не волнуйтесь о других сейчас! Думайте только о себе, хорошо? Её слова, её тон, её поведение и её выражение лица. …Не слишком ли это всё «неестественно»… добро? Я не могу даже слегка подумать, что здесь что-то скрыто или есть скрытый мотив. Но именно поэтому кажется, что дело не в фасаде или истинных намерениях; кажется, будто сама сердцевина её существа отклоняется от того, что я считаю нормальным. ---------- Настоящая вещь. Часть 6 ГЛАВА 5.6: Настоящая вещь. Часть 6. — ……… — Тифудзи-сан? Я чувствую опасность. — Э-э… а, нет, просто… ах, моя мама… — Тифудзи-сан. Она мягко берёт мою руку. Её прикосновение такое нежное, будто она держит что-то хрупкое, но странно твёрдое, что ощущается удивительно нерушимым. Будто меня заключили в тюрьму. — Ваши травмы ухудшатся. Медленно и чётко говорит Райхара-сан. Прямо передо мной, на очень близком расстоянии, её бездонные глаза прикованы ко мне. — Вам не нужно двигать телом. Вам не нужно двигать сердцем. Должно быть больно, должно быть мучительно, но сейчас всё в порядке. — Это, я… — Должно быть, было больно, должно быть, было мучительно… да? — Ухх… Я осознаю, насколько был наивен. Думать, что всё закончится просто тем, что мою руку задержат. — Не станете ли вы моим? — Что? — Если вы собираетесь быть рядом с кем-то, почему бы не выбрать меня? В её голосе нет никакой резкости, он мирный и безмятежный, но обладает липкой настойчивостью и яркой интенсивностью, которая обволакивает меня. — Райхара-сан… — Вы мне нравитесь. Затем она делает вдох, прежде чем продолжить. — Это «нравится» — это «хочу быть рядом с вами». Это «нравится» — это «хочу, чтобы вы видели во мне женщину». Это «нравится» — это «не хочу отдавать вас кому-либо». …Это «нравится» — это «хочу стать тем, кто незаменим для вас, кто так старается»… Тепло её дыхания, когда она делает это признание, смешано со сладостью, с которой я никогда раньше в жизни не сталкивался. Оно несёт с собой опасность, эта сладость, которая может вызывать зависимость. — Как насчёт этого, я… ну, разве я не подхожу вам? Какие же это мурашки, расползающиеся по всему телу? — Я… я… — Ай… больно! Почему?! Почему это всегда случается с Мисой?! Моё внимание, которое быстро сужалось, вернулось при звуке криков моей матери. В то же время моё тело напряглось в ответ на её голос. — ……… Наблюдая за мной, Райхара-сан молча встаёт. Она направляется к моей матери, которая свернулась у стены. — Это не вина Мисы! Почему это всегда случается с Мисой?! Убирайся! Ненавижу тебя! Ненавижу! — Правда? Я на самом деле ничего не сделала. — Не ври! Ты тоже думаешь, что это вина Мисы, да?! Ты ударила её! Ты, наверное, ненавидишь её! — У меня к вам вопрос. Как ни странно, её голос ясен и чист. — Когда вы выбрасываете мусор, вы когда-нибудь думаете: «Я ненавижу это делать»? Разве это не просто то, что нужно сделать? В голосе Райхары-сан нет эмоций. — Может, подумаю, что воняет, по крайней мере. — Воняет… ненавижу тебя! Я вызову полицию! Ты вломилась в комнату! Тебя должны арестовать! — Хорошо, давайте вызовем. Нас обеих могут как следует судить; в конце концов, мы обе — мусор. — Миса не виновата! Она жертва! — Жертва, да? Райхара-сан останавливается перед моей матерью и смотрит на неё сверху вниз. Моя мать на мгновение дрожит, возможно, вспоминая, что её ударили, но продолжает кричать. — Да! Это видно! — Вы всё ещё так думаете, даже увидев человека, который пострадал из-за ваших криков? — …Миса не виновата! Потому что каждый ребёнок любит свою мать! Так что… — …Так что? Райхара-сан переспрашивает. Позади неё я бы хотел заткнуть уши. У меня было предчувствие. — Я могу делать со своими детьми всё, что захочу! Они любят своих матерей! «Это не так работает». …У меня было чувство, что эти слова прозвучат, и я был прав. Мама, это не так работает… это неправильно… — Это естественно, что меня любят! Миса страдала! Миса старалась! Миса родила! Миса вырастила его, несмотря на то, что у него нет таланта и он всё делает плохо, в отличие от отца! Миса старалась! Конечно, я не способен на многое, в отличие от отца. Но всё же… Нет, не в этом дело. Не думай так. Потому что мы семья, потому что я её ребёнок, я должен ценить её. — …Есть одна вещь, за которую я вам очень благодарна. — …Ха? — Я благодарна, что вы родили этого человека. Но, простите. Слова, которые Райхара-сан обращает к моей матери, не несут ни тепла, ни эмоций. Даже сейчас, выражая благодарность и извинения, её тон остаётся ровным. Она даже не кажется, что насильно сдерживает эмоции. — Я такая же эгоистичная, как и вы. Но если нет эмоций, то почему? …Потому что, как ни думай, я не могу поверить, что так один человек разговаривает с другим. Когда один человек говорит с другим, эмоции должны быть в какой-то форме, но я никогда не могу почувствовать их в её голосе… — Так что, простите. Именно тогда я наконец понял. Я пришёл к осознанию истины, которую нельзя было объяснить иначе. — Я бы хотела, чтобы вы замолчали, если возможно, навсегда. Райхара-сан подняла ногу над головой моей матери, которая всё ещё сидела на корточках. — …Что? Это «что?» вырвалось из моих уст или из уст моей матери? В позе Райхары-сан нет атмосферы совершения чего-то особенного. Она только что говорила о мусоре… Вот почему, глядя на неё сейчас, я чувствую, будто она стоит над банкой из-под газировки, готовясь её выбросить. Она раздавит её только потому, что это нужно сделать перед выбросом, без особых чувств — другими словами, конечно, без какого-либо колебания. — …Что? П-Подожди! Кажется, моя мать тоже заметила поведение Райхары-сан, но ни она, ни я не были в позиции или в момент, чтобы остановить её. Что сказала Райхара-сан? «Я бы хотела, чтобы вы замолчали, если возможно, навсегда»? Если возможно, навсегда? Нет, что это значит…? Это… Затем по комнате прокатился звук, который можно было описать только как оглушительный бум. — Ах… Это был единственный звук, вырвавшийся из моего рта. ---------- Настоящая вещь. Часть 7 ГЛАВА 5.7: Настоящая вещь. Часть 7. Когда вибрации в воздухе и на полу, оставшиеся как последействие, наконец утихли, то, что попало в моё поле зрения, было… — ……… Вид моей матери, которая выглядела ошеломлённой и не произносила ни слова, и Райхары-сан, которая опустила ногу рядом с её лицом. Я подумал о двух вещах. Во-первых, это было неожиданно. В конце концов, у неё была поза, которая заставляла казаться, будто она серьёзно собиралась размозжить лицо моей матери ногой. И вторая вещь… — Тифудзи-сан. Внезапно Райхара-сан повернулась ко мне. Её лицо преобразилось в лицо самой доброй женщины в мире, переполненное состраданием и заботой обо мне. Я думаю про себя: ах, да, она действительно отличается от нас. [[image:/storage/reader-images/5645c233ccf4d759315c5d3a7f72263dcc31c671.jpg]] Независимо от того, из чего состоит наша пища, наши тела или что закодировано в нашей ДНК, способ существования её разума фундаментально отличается от нашего. Существо другого вида. — Райхара-сан… — Да? Вот почему… я нерешительно заговорил с ней, когда она снова подошла. — …Я только что подумал, на мгновение. — Да? — Вы… можете понять, что я чувствую? — …Да. Райхара-сан мягко и нежно обнимает меня. …Если эта женщина, обнимающая меня, — существо другого вида, Если человеческая этика не достигает этого места, Я подумал, что, возможно, можно высказать такие истинные чувства. — …Нет, это не… это не то, что я имел в виду… только что… — …Тифудзи-сан. — Это не то… я… Но потому что я мог подумать так даже на мгновение, и потому что мог это озвучить, во мне сильно поднялось чувство вины. Я сказал что-то, чего не должен был, хотя мы семья. — Всё в порядке, Тифудзи-сан. Я знаю, что у вас всё ещё есть чувства беспокойства за неё… вы ведь беспокоитесь, да? — Да… да. Потому что это правда. Я смотрю через плечо Райхары-сан на мою мать. Видя, как моя семья съёживается от боли и страха, нет никакой возможности, чтобы я не беспокоился. — Независимо от обстоятельств… даже если вы думаете, что она получила по заслугам… если я не беспокоюсь, то даже если кровные узы связывают нас, мы не семья… — Да, я тоже так думаю. …Извините, Тифудзи-сан. По какой-то причине, извиняясь, Райхара-сан достаёт свой смартфон. На экране, который она держит передо мной, … моё лицо. Это не фото; это фронтальная камера. То, что отражается, как в зеркале, — моё нынешнее лицо. — Это лицо, которое вы сейчас делаете. Это выражение, которое у вас есть. …Эй, Тифудзи-сан… Особенно крупная дрожь пробегает по мне. У меня предчувствие, что я вот-вот услышу слова, которые не должен слышать. — …Подождите, пожалуйста! Я невольно немного качаю головой, но Райхара-сан с глубоко печальным выражением задаёт вопрос. — Было ли у вашей матери когда-нибудь в вашей памяти такое беспокойное лицо из-за вас? — …! А как насчёт сегодняшнего дня, когда она смотрела на меня, согнувшегося пополам и хватающегося за живот? Даже чуть-чуть было бы хорошо, даже если она просто преувеличивает, это нормально. Показывала ли она когда-нибудь хотя бы намёк на беспокойство на своём лице? — …Ух… ахх… Не сегодня, а как насчёт других дней? Например, воспоминания из детства, когда я споткнулся и упал, не когда мама ударила меня? Или когда я лежал с температурой? Какое лицо делала моя мать? Моя мать… моя мать смотрит на меня… — …Ах, ах, аахх… Даже если я перерываю воспоминания в поисках лица, полного беспокойства… — …Ах, ах, ааааааааах! Если не беспокоишься, даже если кровные узы связывают, ты не семья. Только что я сам сказал что-то подобное… Вот почему я не мог оправдываться или скрывать. — Извините… я сказала это, потому что знала, что вы, должно быть, такие. Я знала, что это ранит вас, и всё же сказала… извините… извините. Говорит Райхара-сан, её голос звучит так, будто её саму порезали. После момента молчания я затем спрашиваю её. — …Райхара-сан, вы… человек? — …Я какое-то чудовище. Райхара-сан ответила печальным голосом. — У меня нет правильной формы, я чудовище, которое обманывает вас. Ах, так это правда… — Райхара-сан… — …Да. В таком случае… — Извините, Тифудзи-сан …извините, я… я… Было кое-что, что я должен был ей сказать. — …Пожалуйста, останьтесь. — …А? — Оставайтесь рядом со мной. Потому что… — Я… больше не могу жить с людьми… я не могу отдавать своё сердце кому-либо. Даже семья… я не могу думать о них без страха. Обнажая свою слабость, это мои истинные чувства. — Но быть одному невыносимо… слишком одиноко и слишком холодно, чтобы продолжать… Моё сердце обнажается, пока я жалко цепляюсь за женщину передо мной. — Покинуть такое тёплое место… я просто… больше не могу… так что… У меня нет уверенности жить за пределами этого тёплого круга, который был самыми тёплыми пятьюдесятью сантиметрами в моей жизни до сих пор. — Я хочу, чтобы вы, которые отличаетесь от других… оставались рядом со мной. — …Я буду рядом с вами всю жизнь. Она сразу же ответила на мою мольбу. Более чем любые другие слова, я безмолвно искал её тепло. Даже если в конце концов тепло, которое я получаю от неё, — это единственное, что я мог бы назвать теплом, я хотел его. …В конце концов, отдышавшись и успокоив сердце, я говорю. — …Можно я обопрусь на ваше плечо? — Да. Несмотря на боль в теле, я был в порядке, потому что она была рядом, чтобы поддержать меня. Я встаю, иду и двигаюсь вперёд. Когда я прибываю, моя мать, всё ещё сидящая на корточках на полу, пристально смотрит на меня. — …П-почему… почему ты такой? — …… — Ты только причиняешь неприятности…! И приводишь эту женщину сюда…! — …… — Почему, почему ты такой! Ты не похож на Таккуна! У тебя нет таланта, ничего не получается правильно, совершенно бесполезен… если бы ты был как Таккун… если бы ты был Таккуном, тогда…! — …Прости, мама. На мои извинения мать резко сужает глаза. — Это вся твоя вина! Миса ни в чём не виновата! Извинись как следует! — …Да, прости. Верно, мама. Есть кое-что, за что я должен извиниться перед тобой. — Я не слышу! Я не слышу, я не слышу! Извиняйся! Перед Мисой больше! — Извини… извини, мама. Я… у меня нет таланта. — Правильно! Вот почему—— — Да. Так что, извини. …Извини, что восемнадцать лет у меня не было таланта быть твоим сыном. При этих словах на лице моей матери появилось выражение, которого я никогда раньше не видел. ---------- Эпилог Эпилог — М-хм… Ой! — Извини, я тебя напугала? Утро. Когда я медленно открываю глаза, проснувшись, девушка пристально смотрит мне в лицо. — Ах… Доброе утро, Амане-сан. — Доброе утро, Кэй-кун. Глянув на часы, вижу — 9:30 утра. Сегодня воскресенье. — Кстати, можно спросить, как долго ты этим занимаешься? — Э-э… ну… Её глаза метнулись в сторону, и моя возлюбленная даёт уклончивый ответ. — Не… не слишком долго, наверное. — Правда? — Извини, возможно, я лгу! Её признание приходит быстро, но она никогда не называет конкретных цифр. Говорит, что наблюдать за моим сном ранним утром стало незаменимым моментом в её жизни. — Так с какого времени? — Ах, давай позавтракаем сейчас, да? Упрямая. С кривой улыбкой в адрес моей неуловимой возлюбленной я встаю с кровати. В воздухе раздаётся ритмичный стук ножа. Даже со спины видно, что движения Амане-сан бойкие и эффективные. Вкусный аромат, исходящий от кухни, где она стоит, доносится до стола, за которым я сижу. …Кстати, в тот момент, когда я пытаюсь встать и предложить помощь, Амане-сан сразу замечает это и, улыбаясь, останавливает меня. Её улыбка похожа на улыбку огромного дерева, что ясно даёт понять при одном касании: «Никакое человеческое усилие не сдвинет его». — Извини за ожидание~. Вскоре она ставит готовые блюда на стол. Сегодняшнее меню сосредоточено на жареном лососе, традиционной японской еде. Мы вдвоём хором говорим «итадакимасу» и начинаем есть… Спустя короткое время на столе звонит смартфон Амане-сан. На экране имя «Канон». — Ах, интересно, что она хочет. Извини, можно я поговорю с ней минутку? — Конечно. — …Алло, Канон? Да… Хи-хи, да, доброе утро и отсюда… Да, да… О, не думаю, что это в багаже, который ты взяла в Канаду. Да… Ладно, отправлю. А? Да-да, включу и это тоже. Кажется, она просит отправить какие-то вещи. — Да, что-нибудь ещё? Спроси у папы и Сион… Да, пожалуйста… А? Прямо сейчас?… Снова? Амане-сан ненадолго бросает взгляд в мою сторону. Я сразу понимаю её намерение, поскольку такое случалось несколько раз раньше. Кивая в знак согласия, Амане-сан переключает телефон в режим громкой связи. «Кэй-са~н! Доброе утро!» — Доброе утро, Канон-сан. «Так и есть! Ты снова сегодня у Онээ-чан дома, да?! Я так и думала! Извини, она такая тяжёлая женщина!» — Ха-ха, я всегда благодарен за её помощь. Энергичная младшая сестра, Канон-сан, часто хочет поболтать со мной, обычно звоня своей сестре, Амане-сан. «Так, ну… понимаешь…» Она часто ищет совета о своём новом парне. Возможно, то, что я парень её сестры, делает меня идеальным собеседником. Я говорил ей, что не особо разбираюсь в романтических делах, но она всё равно доверяет моему мнению. «Понятно… Так вот какие они, парни.» — Ну, я и ребята вокруг меня такие. Конечно, играют роль культурные и возрастные различия. «Нет, нет, это было очень полезно! Спасибо!… О, кстати, ты обязательно должен прийти на Всеяпонский чемпионат среди юниоров в следующий раз!» — Да, с нетерпением жду. «Хи-хи, выиграю я или проиграю — неважно. Я собрала свою лучшую программу за всё время! Покажу своё лучшее выступление и получу свой лучший результат!» Кстати, если Канон-сан достигнет своего личного рекорда, она будет сильным претендентом на чемпионство. «…О, если к тому времени я расстанусь с парнем, ты сходишь со мной на утешительное свидание в качестве награды, если я выиграю?» Канон-сан продолжает с дерзкой улыбкой. — Канон. «Прости, это была просто шутка. Больше не скажу.» Лишь одного слова от Амане-сан хватило, чтобы она сразу извинилась серьёзным тоном. — Амане-сан… не стоит так дразнить сестру. — Я просто хочу её напугать. Я бы никогда на самом деле этого не сделала. Она моя драгоценная милая младшая сестра. «Я не хочу, чтобы у неё были проблемы с шеей». Тихо и чётко — вот что сказала моя девушка. — Не так ли, Канон? «…Кэй-сан, я спрашивала раньше, но ты правда в порядке с тем, что у тебя такая дерьмовая (クソ), с серьёзно нарушенным чувством этики девушка? Это может осложнить твою жизнь…» — Канон? «Думаю, я пойду спать сейчас! Здесь ночь! Спокойной ночи!» На этом Канон быстро закончила разговор. — Ха-ха, манера, с которой вы две сёстры обманываете других, идентична. — …Ты в порядке с этим? — С чем? — Твоя жизнь… может осложниться… — …Ахаха. На этот вопрос я ответил смехом. — Если бы она и осложнилась, то задолго до того, как я встретил Амане-сан. Всё изменилось, когда Амане-сан вошла в мою жизнь. Тот день. После этого вмешались больница, полиция и государственные органы. Много взрослых с различных позиций вовлеклись в ситуацию. Она перешла из закрытого пространства квартиры в более открытую среду. Было сделано множество диагнозов, суждений и решений… действительно, много всего случилось. В результате, теперь, несколько месяцев спустя, я живу в другом месте. Живу один… хотя и завишу от женщины передо мной. — То, что вещи изменились, не обязательно означает, что они стали лучше. — …Амане-сан. — В то время Кэй-кун сделал выбор — нет, тебя заставили выбирать. Контроль, и одну вещь из того же контроля. Амане-сан опустила голову. Её мягкие волосы нежно колыхнулись. — …Знаешь, управляющий поблагодарил меня. Он сказал: «Спасибо, что защитила Кэя». Это то, что он должен был сделать, но не смог. Я слышал эту историю от моего дяди, который теперь мой законный и финансовый опекун. — …Управляющий магазином не мог напрямую вмешиваться в ситуацию Кэй-куна. Он боялся быть отвергнутым, боялся, что Кэй-куна заберут. Не только в физическом смысле, но и юридически. То, что сказала Амане-сан, было правдой. Сначала мой дядя строго предупреждал мою мать обо мне. Однако, думаю, наступил момент, когда ему поставили ультиматум: «Если будешь докучать нам ещё больше, мы не позволим тебе его видеть». Права между биологической матерью и дядей разительно отличаются. Эти слова тяжким грузом легли на моего дядю. — Для Кэй-куна присутствие управляющего и время, проведённое в том магазине, были его спасательным кругом. — Да… теперь я ясно вижу. Если бы не мой дядя, если бы я не проводил время в том магазине, меня, вероятно, уже не было бы в этом мире. Это был настолько важный побег для моего сердца. — Потому что он понимал это, управляющий не мог действовать. Не мог действовать, но делал всё, что мог в своих пределах, и всегда поддерживал Кэй-куна… верно? Видишь ли, Кэй-кун… Она добавила: «Я вообще этого не понимала». — Потому что это неправильно. Управляющий всегда заботился о Кэй-куне и защищал его. Так почему же он должен благодарить меня? — ….. — Всё должно быть наоборот. Я должна быть той, кто благодарит его. Я должна сказать: «Спасибо, что защищали Кэй-куна за меня, прежде чем я встретила его». На самом деле, похоже, Амане-сан так и сказала моему дяде. Я никогда не забуду выражение его лица, когда он рассказал мне об этом. — …Я действительно имею в виду то, что говорю, и также искренне думаю… я ненормальна, по сравнению с кем угодно. Даже по сравнению с матерью Кэй-куна… Сидя напротив, Амане-сан нежно провела пальцем по тыльной стороне моей правой руки. — Та женщина проклинала тебя. Она проклинала тебя, говоря: «У тебя вообще нет таланта». Ей просто нужен был «повод», чтобы выплеснуть злость… Она подняла опущенное лицо и посмотрела прямо на меня. — Но я тоже молюсь. Я молилась о том, чтобы «ты оставался без особого таланта»… Мне нужен «повод», чтобы заботиться о тебе… Между мной и твоей матерью, кто лучше? Интересно, есть ли хоть немного лучший. В её глазах была непостижимая глубина. — В конце концов, может, оба одинаковы. Ни тот, ни другой не хороши. Моя девушка описала себя такими суровыми словами… — Так что, видишь ли… «Не то чтобы я хочу, чтобы ты говорил мне вещи вроде «Это неправда»», — продолжила она. — Извини, Кэй-кун, пожалуйста, смирись. Я обещаю сделать тебя счастливым, так что пожалуйста, смирись с мыслью, что не оставишь меня… Извини, так что пожалуйста… Она женщина, которая делает всё возможное, оставаясь собой. Сегодня, как и при нашей первой встрече, на ней был наряд в стиле, называемом «дзирай-кэй». Но в моих глазах миной был я. Во мне, глубоко зарытой там, где большинство не могло видеть, была взрывчатка — сама моя мать и моё глупое упорство в отказе порвать с ней. В тот день Амане буквально отшвырнула мину далеко прочь. — Ты не нормальна, Амане-сан. — …Да. — Но нормальные люди, будучи нормальными, не смогли бы прийти в ту комнату в то время. Причиной, по которой она осознала мою ситуацию, были действия, которые не были юридически или этически правильными. — Нормальные люди, будучи нормальными, не смогли бы сделать с моей матерью то, что было сделано. Меня бросает в дрожь при мысли о том, что могло бы случиться иначе. — …Кэй-кун. Я, возможно, никогда не стану нормальной. — Да. — Но я сделаю тебя счастливым. Всегда. Просто верь в это. — М-хм… как какое-то заклинание привязки к монстру? — Хи-хи, да, как какое-то заклинание привязки к монстру. После этого обмена мы возобновили прерванный приём пищи. Готовка Амане была, как всегда, вкусной, но… — …Ах. Мои палочки выскользнули, не сумев захватить закуску. Всякий раз, когда я ошибался во время еды, это был сигнал к чему-то. — Вот, Кэй-кун. Амане подхватила мою порцию своими палочками и протянула мне. Я съел, и она взяла следующий кусочек. Съешь, затем следующий… — Эм… Амане, можем мы пропустить это правило? — Извини, я не понимаю. Мне всё ещё трудно понимать человеческий язык… — Но ты же прожила в человеческом обществе восемнадцать лет, да? — Правда? В любом случае, что ты хочешь съесть следующим, Кэй-кун? — С каждым днём, называя друг друга по именам и отбрасывая формальности, наша связь углублялась. Но я понял, что вещи, которые я могу делать сам, неуклонно сокращаются. Она делает для меня всё прямо на моих глазах, так что я перестал делать то и это. Моя жизнь становится всё комфортнее. Независимо от моей воли, мозг учится. Он учится, что если мне не нужно что-то делать, лучше этого не делать. В конце концов, он даже сокращает ресурсы, выделяемые на эти навыки. Этот цикл медленно, но верно прогрессирует. Мозг, однажды изменившийся, никогда не возвращается в исходное состояние. Я знаю это, но всё же… — …Эй, интересно, кто на самом деле кого здесь балует? — Ну… — Сейчас, со стороны, может показаться, что это Кэй-куна балуют, но в том, что мне позволяют баловать Кэй-кун, я чувствую, что на самом деле это Кэй-кун балует меня. Если подумать, наши дни с Амане начались с того, что она хотела, чтобы её баловали, а я хотел баловать её. В каком-то смысле это может быть самым совершенным воплощением этого желания. [[image:/storage/reader-images/5cc03f406006e717ba27e980d2a28ddbcf1a170d.jpg]] — Спасибо, Кэй-кун. Я сделаю для тебя что угодно взамен… хотя это будет означать, что я снова получу выгоду. Амане говорит с радостным видом. Не могу отрицать, что нахожу огромное утешение в её преданности. Даже сейчас, неожиданно, бывают моменты, когда слёзы начинают течь неудержимо, как тогда, когда она ухаживала за мной во время болезни. …Для меня, по отношению к ней, которая говорит, что её балуют, балуя других, я действительно был избалован ею. Это, возможно, какая-то машина вечного движения; это, несомненно, созависимость. «Истинные партнёры поддерживают друг друга на равных, оба будучи независимыми» — наверняка так скажут правильные и порядочные люди. Они будут утверждать, что наши взаимно тающие, зависимые отношения неуместны и нездоровы. Но я оставлю праведные и правильные действия тем праведным и правильным людям. Те, кто могут найти счастье таким образом, должны его искать. Мы, оба искривлённые по-своему, можем исправить недостатки друг друга искривлённым подходом. — …? Кэй-кун? Что случилось? — Нет… ха-ха, я просто беспокоюсь, что стану настолько зависим от Амане-сан, что даже захочу, чтобы она помогала мне дышать; это было бы проблематично. Я пошутил, и она несколько раз моргнула. — Ну, насчёт этого… хи-хи. Она смотрела на меня глазами, которые, казалось, заточали в тюрьму без возможности сбежать. — Хи-хи… хи-хи-хи. Эта шутка определённо заходит слишком далеко. Это перебор. …Не говоря ни слова, она рассмеялась протяжным «Нии-и-и». ~Конец. ----------