Боги на удалёнке Domitori Dajan В мире, где божества и существа из древних мифов живут среди обычных людей, пряча свою природу, действует корпорация OLYMP Co. Здесь старые как мир силы трудятся плечом к плечу с простыми смертными, и атмосфера балансирует между реальностью и вымыслом. Харуки — ничем не примечательный японский офисный служащий: застенчивый, вечно уставший и слегка неуклюжий. Он даже не догадывался, что должность в этой таинственной компании станет пропуском в абсурдный мир, где греческий Зевс пререкается с японским Фудзином из-за принтера, а скандинавский Тор воюет с кофемашиной. Парню предстоит освоиться на новом месте, познакомиться с коллегами, чьи имена он раньше встречал только в мифах, и понять, как вообще работает офис с таким необычным штатом. ==================== Пролог На дворе 2028 год. Вера умерла, но боги остались. Когда последний искренний поклон склонился перед иконой, когда последний мальчик перестал молиться под одеялом, прося не получать двойку за контрольную — мир изменился. Боги, утратившие свою силу, но не утратившие своих характеров, привычек и раздутых эго, оказались не у дел. Но бюрократия, как известно, сильнее даже пантеонов — и вскоре для них нашлась работа. Они переехали в небоскрёб. Огромный, серый, стеклянный колосс, величественно возвышающийся где-то между реальностью и концептом офисной культуры. Надпись на входе: "OLYMP CORP. Облачные решения для брендов и вселенных." Каждый этаж — отдельный пантеон. На 13-м сидят скандинавы, и лифт часто застревает именно там — подозревают Локи. На 21-м — индуистские божества, у них коворкинг и своя йога-зона. На 3-м — египтяне. Там всегда пахнет песком и мёдом, и никто не хочет убирать после Анубиса. На 42-м — вымышленные боги, включая пару стеснительных Лавкрафтовских демонов, делающих отчёты с шестью руками. А на 1-м — греки. Самые шумные. Самые капризные. И, как они уверены, самые важные. Они не знают, кто спроектировал это здание. Говорят, архитектор был Творцом... но никто не удосужился спросить у него имя. Ещё говорят, что на самом последнем этаже — где никто не был — живёт Начальство. С большой буквы. Его никто не видел, но все боятся его отчётов. У богов остались должности. Гермес работает в логистике и доставке — теперь он посыльный, чаще всего на электросамокате. Афродита ведёт пиар-отдел и инстаграм. Тор трудится в отделе по ремонту техники — и молот у него теперь не бьёт молниями, а чинит принтеры. Будда ведёт тренинги по выгоранию. А Хадес... он теперь главный по IT-поддержке. И злится, если кто-то не чистит кэш. И вот, в один ничем не примечательный понедельник, когда Ктулху наливал себе кофе, а Зевс жаловался на новое обновление системы управления сотрудниками, в офисе появился новенький. Молодой парень. Без отделения. Без табеля. Без представления, куда он вообще попал. И тогда Олимп задрожал. Потому что, когда в офисе появляется кто-то без пропуска — это либо сбой в Матрице, либо начало конца. ---------- Лифт, которого не существует? Харуки проспал. Это было странно. Обычно он просыпался за минуту до будильника, словно его внутренние часы были синхронизированы с тревожным миром взрослых. Но этим утром что-то пошло не так. Он не услышал ни звонка, ни вибрации. Просто открыл глаза и увидел на экране телефона безмолвный приговор: 9:12. — Чёрт… — выдохнул он и вскочил с кровати, чуть не сбив с подоконника чашку с засохшими остатками чая. У него сегодня было собеседование. И не просто какое-то — таинственная компания «O.L.Y.M.P. Corp» откликнулась на его резюме. Он даже не помнил, когда именно отправил им письмо. Вакансия выглядела странно — не было чёткого описания обязанностей, только общие слова вроде «работа с данными», «поддержка процессов» и «возможности роста». Обычно он бы проигнорировал такое, но… было что-то в этом логотипе. Гора, окружённая кольцами, и слоган: «Мы всё ещё здесь». Теперь, прыгая по узкому коридору своей квартирки в районе Сэтагая, он пытался натянуть рубашку и вспомнить, где оставил документы. Токийское утро было серым, как и все последние дни. Небо скрывалось за тучами, на улицах пахло мокрым асфальтом и кофе из автоматов. Харуки вышел на улицу, нацепив наушники, но музыку так и не включил. Вместо этого он шёл быстро, будто боялся, что земля под ним вдруг растворится. Так иногда бывало — ощущения, что ты идёшь не туда, хотя физически всё правильно. Станция, поезд, пересадка. Серые лица, электронные объявления, мягкий гул подземки. Он доехал до нужного района — и вдруг понял, что никогда тут не был. Здание «Олимп» было… неестественно высоким. Оно не значилось на карте. Смотрелось, как будто его нарисовали поверх города. Гладкий фасад, отражающий небо, которого, казалось, не было. Ни облаков, ни солнца. Только безмолвное стекло, указывающее вверх. Харуки задержал дыхание. — Это точно тут? Он сверился с письмом. Адрес совпадал. В вестибюле его встретила пустота — ни охраны, ни ресепшена, только один лифт. Без кнопок. Без табличек. Без звука. Просто открылся — и будто ждал. — Это шутка?.. — Харуки сделал шаг вперёд. Лифт закрылся. Свет слегка мигнул. А затем на экране внутри появилось странное сообщение: «Добро пожаловать домой, Харуки Куросава. Подъём начинается». Харуки почувствовал лёгкое давление в ушах, как будто лифт не поднимался — а проваливался в небо. Панели вокруг мягко светились, но ни одна не показывала этаж. Только безмолвный счётчик: Этаж: - Он стоял, прижимая портфель к груди, и думал: Это точно не собеседование. Скорее похоже на вступление в какой-то закрытый клуб с сомнительными правилами. Или на начало сна, из которого нельзя проснуться. Вдруг лифт остановился. Без звука двери раскрылись — и перед ним оказался... офис. Почти обычный. Серые перегородки, столы с бумагами, принтер, издающий глухие звуки. Пахло кофе и пылью. Ни людей, ни движения. Только в углу, на подоконнике, сидел голубь. Он посмотрел на Харуки, как будто ждал вопроса. — Простите… Это Олимп Корп? Голубь кивнул. Или показалось. Харуки вышел из лифта. На полу под ногами что-то щёлкнуло — как будто он активировал какую-то древнюю кнопку. Мониторы на столах загорелись. На одном появилась надпись: «Проход разрешён. Этаж 2: Бюро регистрации душ». — Что за чёрт?.. Он оглянулся — лифта уже не было. Только дверь, похожая на стену. Ему предстояло идти вперёд. Он прошёл мимо пустых кресел. На одном валялась папка с надписью «Ра — отпуск до осеннего солнцестояния». На другом — кружка с надписью «Я был богом до того, как это стало мейнстримом». А затем... за углом показался человек. Или что-то, похожее на человека. Высокий, в белой рубашке и галстуке, с головой шакала. Он держал в руках планшет и выглядел так, будто не спал уже третью тысячу лет. — Ты новичок, да? — спросил он хриплым голосом. — Добро пожаловать в Олимп. Тебя куда определили? Харуки открыл рот, но не знал, что сказать. Потому что он внезапно понял — он узнаёт этого... не-человека. Это же Анубис. Бог мёртвых. Хранитель душ. А потом случилось ещё кое-что странное. Он не испугался. Он почувствовал… что всё это каким-то образом — правильно. ---------- Отдел кадров и других недоразумений От Анубиса пахло пылью и ладаном. Он уверенно шагал по длинному коридору, освещённому мягким, будто не электрическим светом. Харуки шёл следом, не решаясь спрашивать слишком много. Они свернули направо, потом налево, потом снова направо — здание внутри казалось бесконечным, и каждый шаг будто вёл куда-то глубже, дальше от привычной геометрии. — Тебе повезло, — сказал Анубис, не оборачиваясь. — Обычно сюда не берут людей. В последний раз, когда мы взяли одного… ну, он решил подняться на 435-й этаж. Его теперь зовут Эхо. — Простите… вы… вы действительно Анубис? — спросил Харуки осторожно. Тот усмехнулся: — У меня что, маска для карнавала, по-твоему? Харуки сглотнул и промолчал. Они остановились перед дверью с табличкой: Отдел кадров и других недоразумений Подпись от руки: Открыто по четвергам и вне времени. Внутри было тепло. И странно уютно. За столом сидела женщина с тремя глазами и аккуратным пучком. Третьим глазом она заполняла анкету. — Новенький? — спросила она, не поднимая головы. — Имя? — Харуки Куросава… — Возраст? — Двадцать шесть. — Род занятий до нас? — Я… безработный. Женщина усмехнулась. — Прекрасно. Вы подходите. Олимп всегда рад тем, кто не знает, зачем пришёл. Она достала из шкафа папку с именем Харуки. Она уже лежала там, будто зная, что он придёт. — Подпишите вот здесь… и здесь… и, о, клятва молчания. Не волнуйтесь, это только пока не вспомните, кто вы были в прошлой жизни. — Что? — Шучу. Наверное. Харуки расписался, почти не глядя. — Ваша должность — Сотрудник по межэтажной координации и синхронизации переменных реальностей. — Простите? — По сути — курьер, но очень важный. Иногда нужно будет передавать документы, артефакты или сообщения между этажами. И главное — ничему не удивляться. Чем меньше вопросов — тем дольше живёте. Она протянула ему бейдж. Там, под именем, было написано: Уровень допуска: условно безопасный. И маленькими буквами снизу начертано: Не кормить богов. Не задавать вопросы Одину. Избегать зеркал на 313-м. — Добро пожаловать, Харуки, — сказала женщина, улыбаясь всеми тремя глазами. — Теперь ты часть команды. Или… чего-то большего. Он вышел в коридор, держа бейдж, как бомбу с неизвестным таймером. Олимп тихо гудел вокруг, словно здание само дышало. ---------- Громовая тишина — Вот твоя первая миссия, — сказал Анубис, который, кажется, буквально материализовался рядом с Харуки, вместе с конвертом, появившимся у того в руке. Он держал его, как книгу, которую не решаешь открывать без нужды. Конверт был тяжёлым, с печатью, покрытой странными иероглифами, и немного поблёскивал на свету, как какой-то древний артефакт. — Доставить запечатанный конверт в отдел "Гармонизация мифов и ритуальных конфликтов". Этаж 108. Получатель — Тор, — проговорил Анубис, слегка наклонив голову и поглядывая на бумажки. — Это будет твоё первое испытание. Не волнуйся, задание не сложное. Просто не думай, что там будет нормальный офис. Никаких обычных людей. И да, постарайся не задавать лишних вопросов. — Тор? Как тот, из комиксов? — переспросил Харуки, его глаза чуть расширились. Он всё-таки был знаком с мифологией, но «Олимп» явно отличался от того, что он представлял. Анубис ухмыльнулся, у его «собачьей» морды не было выражения, но Харуки почувствовал его насмешку. — Нет, не тот. Хотя тебе, возможно, не стоит говорить про комиксы, когда встретишь его. Он совсем не в настроении для современных трактовок. — Ладно, я понял… — сказал Харуки, хотя внутри него что-то сжалось от мысли, что ему предстоит работать с такими существами. Погружение шло быстрее, чем он успевал осознавать. — Всё, что тебе нужно — это добраться до 108-го этажа, отдать конверт и вернуться обратно. Если что-то пойдёт не так, позови меня. «Я буду рядом», —сказал Анубис, и его фигура начала растворяться в воздухе, оставляя после себя запах ладана. Харуки вошёл в лифт с конвертом в руке. Лифт снова был пустым, без кнопок или указателей, только полумрак и тяжёлое молчание, которое могло бы сковать любого. Но Харуки не мог позволить себе этого. Он был здесь по какой-то причине. Всё это — испытание. Этаж: 108. Лифт с лёгким скрипом остановился. Двери открылись в какой-то странный коридор. Слева от него была дверь с табличкой, на которой ничего не было написано, только символ молота, и едва видимый след в пыли. Он шагнул в коридор, не зная, что ожидать. Тишина была почти гнетущей. Здесь не было звуков, кроме его собственных шагов. Но когда он подошёл к двери, она открылась сама, как будто его приглашали войти. Внутри, как ни странно, был сам Тор. Он сидел за столом, на котором разбросаны какие-то карты, пергаменты и молнии. К тому моменту, как Харуки вошёл, Тор уже смотрел на него с тем выражением лица, которое можно было бы описать как «думающий, когда бы меня уже наконец кто-то разгневал». — Ты принес? — спросил он, поднимаясь с места. Его молот был в центре стола, как священный предмет. На вид он был совсем обычным — если обычным можно назвать гигантский инструмент, с которым, по слухам, можно разрушить целые горы. Харуки медленно положил конверт на стол и отошёл назад. — Это… от Анубиса. — Он не знал, что ещё сказать. Тор взял конверт, его глаза вспыхнули, когда он аккуратно порвал его. Внутри было несколько листов бумаги, которые, казалось, были покрыты древними письменами. — Анубис… — произнёс Тор, покачав головой. — Всё равно, ты не задаёшь вопросы? Ты понятия не имеешь, что здесь происходит, не так ли? Харуки почувствовал, как комок образуется в горле. Его мир перевернулся, а теперь он был перед Тором, богом, который был одним из тех самых мифов, в которых он когда-то увлекался. Тор поднял глаза и усмехнулся. — Не переживай. Ты тут не случайно. Если и не ты, кто-то другой должен был попасть сюда. С каждым словом, с каждым взглядом Харуки всё больше чувствовал, что его жизнь уже не будет прежней. ---------- Кофейный эпос Харуки, всё ещё сотрясённый от встречи с Тором, вышел из коридора 108-го этажа и оказался в просторном открытом офисном пространстве, где царила жизнь, напоминающая суматоху типичной корпоративной среды… только здесь среди сотрудников можно было встретить не только обычных работников, но и богов, забывших, как правильно пить утренний кофе. На этом этаже офис «Гармонизации мифов и ритуальных конфликтов» отличался от остальных привычной суетой. Шум разговаривающих сотрудников перемешивался со звонкими голосами кого-то, кто, казалось, рассказывает забавные мифы о Зевсе, размахивая ручкой, как бы вызывая бурю. Рядом, за стеклянной перегородкой, стояли несколько богов, обсуждавших вопросы совместимости древних ритуалов с новыми корпоративными KPI. — Ну, — говорил один из них с веселым блеском в глазах, — если бы Гера сегодня работала без опозданий, то даже у нас бы репутация "Боги без лишних проверок" не пошатнулась! За ним подписывалась табличка: Гера – Руководитель отдела стратегических связей. Кто-то в коридоре громко зевнул, и этот звук перемешался с эхом, как будто кто-то вдалеке подыгрывал орфическому хору. Харуки заметил, что даже в межэтажных переходах висели плакаты в стиле ретро, где древние сказания обличались в виде офисной мотивации: «Верь в себя — и святые KPI придут!» или «Не бросай бумаги, как будто бы оживают титаны». На рабочем месте в углу сидел бог удачи, Каппа, по легенде покровитель изменчивой фортуны, который, облокотившись на стол, задумчиво потирал руки, наблюдая, как принтер опять застрял в процессе печати. «Как Ахиллес в битве с чудовищами», — тихо произнес он, пытаясь напомнить коллегам, что даже боги сталкиваются с несовершенными технологиями. В коридоре раздался звон телефона. Харуки, подняв взгляд, увидел человека, который, казалось, только что вышел из тени мифов. Перед ним стояла необычайно красивая девушка, в офисном наряде, с грацией богини, и, точно зная, что делать с этим звонком, та нежно взяла трубку. — Здравствуйте, это отдел работы с клиентами, меня зовут Афродита. Чем я могу быть полезна?— с улыбкой сказала она, и тон ее голоса казался одновременно знакомым и немыслимым. Харуки продолжал идти по офисному лабиринту, невольно замечая, как на стенах висят портреты богов с современной атрибутикой: Атлант с ноутбуком, Аполлон в очках от солнца, а рядом Плутон, занятый отчётами по финансовой безопасности. Каждая деталь казалась ироничным намёком на то, как мифы переплетаются с сегодняшней реальностью. Вдруг раздался громкий голос над общим пространством: — Коллеги, срочно! Кофе-машина работает исправно, и время утреннего вдохновения подходит к концу! Толпа офисных работников встала из своих мест: одни поспешно направлялись к автоматам, другие уже ринулись к любимой кофе-машине, которая, по легенде, была создана самим Гефестом для поддержания огня творчества. Харуки наблюдал этот хаос с удивлением: даже в мире богов ритуалы утреннего кофе оставались неизменным источником бодрости и смеха. Анубис, появившийся из-за угла, отозвался: — Видишь, Харуки, даже в Олимпе нет места для скуки. Если даже богам приходится бороться с недостатком кофе, представь, какие испытания ждут тебя на других этажах. Харуки кивнул и, невольно усмехнувшись, подумал о том, что в этом смешном, полном противоречий офисе, где древность соседствует с современностью, он начал понимать: любой миф, как и любая легенда, может стать частью повседневной жизни, если смотреть на м ир с улыбкой. ---------- Абсурдный офис Харуки пришёл на следующий день на работу немного раньше. Не потому, что был слишком прилежным, а потому что почти не спал. Всё, что он пережил накануне — от лифтов, что не подчиняются законам физики, до Тора с похмелья и кофе с Анубисом — казалось сном, но фотография пропуска с надписью «OLYMP INC.» на его столе была пугающе настоящей. Он снова прошёл мимо охраны, где ему вежливо кивнул мужчина в сером. На бейджике было написано: Цербер, и, судя по количеству кружек с кофе, у него явно была тяжелая смена. Харуки краем глаза заметил, что в углу за столом спят два маленьких щенка. Третий смотрел прямо на него и, кажется, приподнял бровь. «Хм. Это у него брови?..» Офисный день начался как ни в чём не бывало. Принтер жалобно пищал. Кто-то кричал из-за стены: — Кто опять закрыл портал в отдел логистики без заявки?! Я вчера чуть не застрял между Скандинавией и Египтом! — Привыкай, — прошептал Анубис, появившись рядом, словно из воздуха. — Тут каждый день как сериал. Ты пока новенький, так что у тебя простая задача — интердокументация. По сути, ты переносчик. Несёшь важные бумаги или предметы между отделами. Это как почта, но с богами. Вчера ты уже понюхал, что это такое. Харуки кивнул. Он получил планшет с маршрутом, наушники с шумоподавлением, якобы чтобы не слышать «голоса иных отделов», и пакет с печеньем. Анубис подмигнул: — Печенье от Локи. Не ешь больше трёх, а то начнёшь говорить на древнеэльфийском. Шутка. Наверное. Офис гудел. Богиня плодородия, которую по ошибке записали в отдел кадров, спорила с Раванной, который на полном серьёзе утверждал, что отпуск длиной в десять лет — это его базовое право. Мимо прошёл бог японского утреннего солнца в юкате и с наушниками, из которых играло «City Pop». Он кивнул Харуки. — Рад видеть нового японца, — сказал он и растворился в дымке аромата сакуры. Харуки к обеду почувствовал, что его мозг начинает перегреваться. Он зашёл в кафе на этаже — обычное офисное кафе… почти. Тут официанткой была женщина с птичьей маской и голосом, похожим на перезвон колокольчиков. Меню предлагало «Амброзию лайт», «Кофе с откровением» и «Карри в честь Шивы». Он выбрал обычный рис с овощами. На всякий случай. За соседним столиком сидели Тот и Гермес, обсуждая, как лучше оптимизировать документацию для воскрешения. — Если сократить с 42-х судей до трёх... — говорил Гермес. — Тогда это будет не суд, а шоу, — ворчал Тот. После обеда Харуки ещё немного побродил по этажу. Он заметил, что некоторые двери имеют странные знаки. Одна из них открывалась в комнату, где всё было как в храме майя. Другая — в библиотеку, где книги шептали друг с другом. Рабочий день закончился неожиданно: на потолке высветилась надпись «Олимп рекомендует отдохнуть». Все сотрудники исчезли почти мгновенно. Кто-то в облаке, кто-то в дымке, кто-то на скейтборде с иероглифами. Харуки поехал домой. Он сидел в электричке, глядя в окно. Обычные японские улицы, люди с телефонами, реклама лапши на стене. Всё как всегда. «И в этом мире — боги. Настоящие. Они работают в офисе, спорят, едят рис и жалуются на принтеры…» Он усмехнулся. «Если бы я сказал об этом кому-то, меня бы точно записали в психодиспанцер.» Дома он разделся, заварил чай и сел у окна. Ощущение нереальности не проходило. Он чувствовал себя песчинкой в вечном механизме. Но, почему-то, впервые за долгое время это ощущение не пугало. Оно даже… бодрило. Он вспомнил слова Анубиса: — «Ты пока новенький, так что у тебя простая задача…» «А потом?» Он посмотрел на звёздное небо над Токио. «Что, если я здесь не случайно?..» ---------- Непреднамеренная одиссея Харуки уже привык к ритму ежедневных офисных будней в Олимпе, где странности стали привычным атрибутом. На следующий день после возвращения домой он снова вошёл в здание, как обычно, с бейджиком, документами и лёгким чувством недоумения. Но в душе его что-то было не так — размышления о собственной жизни, о будущем и о смысле всего происходящего заполнили голову. Зайдя в лифт, он почти не заметил, как его мысли увлекли его за пределы привычного. Он размышлял о том, как его внутренний мир отражается в этом бесконечном здании, и о том, что, возможно, даже его судьба тесно переплетена с этим местом. В этот момент лифт, словно реагируя на скрытые намерения, мгновенно изменил своё поведение. Панель лифта, обычно безмолвная и бескнопочная, начала медленно мерцать разноцветными огнями. Харуки почувствовал, как его взгляд замер на постоянно меняющемся цифровом счётчике, где привычные цифры растворялись и заменялись символами, напоминающими древние рунические знаки. Его мысли, полные тревог и мечтаний, словно стали сигналом для этого загадочного механизма. Без предупреждения двери лифта распахнулись, и вместо привычного офисного коридора перед ним открылся вид на зал, который не имел ничего общего с известными этажами. Здесь царила полная нестыковка реальностей: мягкий свет, словно из другого мира, пронизывал пространство, где стены и пол были покрыты абстрактными узорами, напоминающими сны и видения. Крошечные, почти невесомые объекты, казалось, плавали в воздухе, создавая ощущение лёгкой невесомости. Харуки шагнул наружу, осознавая, что попал сюда не по своей воле. Он не знал, какой этаж или отдел это мог быть, но ясно одно: это пространство было предназначено для тех, чьи мысли выражали неординарность, а их собственное сознание — для тех, кто ещё не пришёл к полному принятию своей судьбы. Вокруг царила тихая, почти гипнотическая атмосфера. Никаких привычных офисных столов или компьютеров, только странные архитектурные формы и мягкие переливы света, как будто сам воздух был насыщен магической энергией. Здесь не было четких границ — всё как будто пульсировало, откликаясь на внутренние переживания посетителя. Харуки замер на мгновение, понимая, что его мысли и чувства перевели этот лифт в непредсказуемое путешествие. Он сделал несколько шагов вперёд, чувствуя, как каждая клеточка его тела отзывается на новую реальность. В этом пространстве не было ни богов, ни обычных сотрудников — только эхо древних идей и недосказанных пророчеств, растворённых в самом пространстве. Он глубоко вдохнул. Теперь перед ним открывался новый этап его странного пути в Олимпе. Здесь ему предстояло разобраться, что скрывается за этой завесой иллюзии, как его собственные мысли могут влиять на мир вокруг и какую роль он сыграет в переплетении множества реальностей. Не зная, чего ожидать дальше, Харуки сделал первый решительный шаг в этом незнакомом зале. Его взгляд устремился вдаль, туда, где мягкий свет рассеивался в извилистых линиях, обещая ему ответы на вопросы, которые он только начинал задавать себе. И теперь всё зависело от того, готов ли он принять новые возможности, даже если они приходят из глубин его самого сознания. В центре зала возле слегка искривлённого, почти прозрачного столика, мерцали фигуры, похожие на силуэты забытых легенд. Воздух наполнялся легким гудением, как будто невидимые струны музыки играли нежные аккорды на фоне его мыслей. Харуки ощутил странное волнение — каждое его движение казалось здесь значимым, словно его мысли прямо влияли на материю. Он осторожно шагнул вперёд, и его взгляд зацепился за нечто необычное: в глубине зала, среди вихрей мягкого света, он различил силуэт, который неожиданно изменял форму. Первый раз это напомнило ему миф о Прометее, который принес огонь людям, но теперь здесь, в этом странном пространстве, огонь превратился в некий светящийся вихрь идей и тайн. Харуки невольно задержал дыхание и принял решение двигаться дальше, как будто его собственная судьба требовала отважного шага за грань знакомого. На мгновение ему показалось, что стены зала дышат, что каждая трещинка и узор на их поверхности рассказывают древнюю историю — о богах, победах и поражениях, о тысячелетних мечтах и заблуждениях. Он подошёл ближе и увидел, что узоры постепенно переходят в калейдоскоп движущихся картин: от древних святилищ и храмов до современных офисов, где бумажные отчёты и электронные табло сливались в единое нечто единое, непостижимое и удивительное. Неспешно проходя между этими образами, Харуки впервые понял, что это место — не просто этаж, а настоящее пространство, где слились воедино судьбы многих реальностей. Здесь он ощутил, как внутри него закипают вопросы, ответы на которые поначалу казались недоступными. Он попытался сфокусироваться, вспоминая слова Тора и Анубиса о том, что слишком много вопросов может быть опасно. Но одновременно его любопытство преобладало над страхом. Внезапно из одной стороны зала появился другой силуэт, более чёткий и определённый. Это был не бог офисной рутины, а нечто совершенно иное: фигура, окутанная мягким сиянием, словно свет маяка в бескрайнем океане сумерек. Он был одет в лёгкую одежду, напоминающую современные костюмы, но с элементами, которые невозможно было спутать с обычными — его глаза светились спокойствием, а вокруг него будто кружилась аура мудрости. — Добро пожаловать, — произнёс проводник, голос его звучал одновременно отстранённо и проникновенно. — Я — Селена, хранительница переходов между мирами идей. Ты оказался здесь не случайно, Харуки. Твои мысли, твои сомнения и мечты открыли перед тобой эту дверь. Харуки, почувствовав, как его сердце снова ускоряется, он попытался ответить, но слова застыли на языке. Он лишь кивнул, осознавая, что встреча с Селеной — это новый этап на его пути. Селена мягко протянула ему руку, и, почувствовав тепло, он ощутил прилив уверенности. — Здесь, — продолжала она, — твои мысли обретают форму. Каждый твой вопрос, каждое сомнение — всё это создает пространство, где возможны перемены. Ты должен научиться осознавать свои истинные желания и страхи. Только тогда сияние правды откроется перед тобой. С её словами зал наполнился плавными образами: мелькали сцены из детства, образы несбывшихся мечтаний, проекции будущего. Харуки видел себя в зеркале прошлого, в каждом отражении — как часть чего-то большего, чем он сам. Он понял, что этот переход — не случайное отклонение в работе лифта, а естественный процесс, порождённый внутренней энергией. Селена повела Харуки дальше по залу, где время и пространство перестали быть линейными. Размытые очертания сменялись четкими образами: здесь он увидел величественные дворцы древних богов, там — современное офисное пространство, наполненное яркими огнями и странными механизмами. Необычные, почти невообразимые пейзажи соединялись друг с другом, как страницы древней книги, которую только что открыл сам Творец. Харуки медленно шел рядом с Селеной, погружаясь в поток воспоминаний и пророчеств. Он слышал отголоски давно забытых мифов, в которых богам приходилось сталкиваться с испытаниями не меньше, чем людям, — испытания, которые превращали обычные моменты в нечто сверхъестественное. Здесь, среди сияющих теней, он почувствовал, как тонкая грань между его внутренним миром и внешней реальностью начала стираться. Каждая мысль, каждое чувство отражалось в этих образах, создавая причудливую мозаику из прошлых, настоящих и будущих событий. — Смотри, — сказала Селена, указывая рукой на плывущие образы. — Вот они, вопросы и надежды, страхи и мечты. Они как невидимые нити, связывающие все миры воедино. Каждый из нас — лишь маленькая часть великого полотна, которое продолжает расписывать сама судьба. Харуки понимал, что у него наконец-то есть шанс заглянуть в глубины собственной души, увидеть те аспекты, о которых он никогда даже не задумывался. В его голове вспыхивали идеи о том, как его жизнь могла бы сложиться, если бы он не боялся ставить вопросы — даже если ответы казались недосягаемыми. Продвигаясь всё дальше, Харуки заметил, что один из коридоров зала ведет к особой комнате, где воздух становился плотнее, а свет — теплее. Внутри комнаты стоял огромный прозрачный экран, на котором медленно вырисовывались слова, словно вручную написанные рукой судьбы. Эти слова представляли собой откровение — древние лозунги, которые, казалось, говорили о природе бытия и предназначении каждого, кто осмеливается искать истину. — Здесь, — сказала Селена, оставив Харуки на мгновение одного, — каждый, кто готов, может увидеть свою истинную сущность. Сядь перед этим экраном и прислушайся к тому, что он скажет тебе. Харуки подошёл к экрану, его ладони дрожали от волнения. На экране начали появляться образы: он увидел себя в различных ролях — как решительного воина, как нежного мечтателя, как того, кто несёт свет истины в массы. Образы сменялись, и каждый из них отзывался эхом в его сердце. В это же время зал наполнился тихими голосами других сущностей, чьи образы мелькали в прозрачности. Голоса говорили о значимости каждого мгновения, о том, что даже случайные мысли могут изменить ход судьбы. Эти слова проникали в самую суть Харуки, вызывая бурю эмоций и мыслей, которые он не мог сдержать. Он закрыл глаза, пытаясь в полной мере впитать всю глубину этих откровений, понять, какие вопросы ему следует задавать, и какие страхи отпустить. Нечто внутри него начало меняться: страх уступал место любопытству, сомнения — уверенности. С каждого вздоха приходило осознание, что путь, на который он ступил, — это не ошибка, а возможность обрести новую гармонию между миром человека и мирами, где царят древние мифы. — Помни, — тихо произнес голос Селены, вновь появившийся у его плеча, — наше восприятие формирует реальность. Чем яснее ты видишь свои истинные желания, тем более устойчив становится то, что вокруг. Не бойся задавать вопросы. Харуки медленно открыл глаза и увидел, что экран теперь показывал не слова, а образы: его собственное отражение, с ясной, решительной улыбкой, смотревшее из будущего. В этот миг он почувствовал, как эта неведомая сила — сила его мыслей — начинает направлять его, словно невидимый компас. Через несколько мгновений образы на экране начали исчезать, растворяясь в мягком сиянии. Комната затихла, и единственным звуком был ровный пульс света, который постепенно начинал медленно угасать. Селена снова приблизилась к нему. — Теперь ты понял, — сказала она спокойно, — что твои мысли — это ключ к переменам. То, что ты испытал здесь, поможет тебе двигаться дальше по твоему пути в Олимпе. Харуки кивнул, чувствуя, как его внутренний мир наполняется новым смыслом. Он понимал, что этот неожиданный этаж был не просто случайностью или ошибкой лифта, а возможностью заглянуть в глубину своего сознания. Все, что он испытал здесь, стало для него напоминанием о том, что даже среди хаоса можно найти порядок, а в самой неясной тьме — свет надежды. Селена провела его к дверям, ведущим обратно в лифт. Когда они подошли, Харуки ощутил, что его взгляд стал яснее, а шаг — увереннее. Он больше не был просто новеньким, которого занесло в этот необъятный офис мифов; он стал участником чего-то большего — частью вечного поиска, который объединяет миры. — Возвращайся, когда будешь готов, — сказала Селена, слегка улыбнувшись, — этот этаж всегда останется открытым для тех, кто ищет ответы в тишине своих мыслей. Вновь войдя в лифт, Харуки почувствовал, как незримая сила окутала его, направляя к следующему этапу его пути. Он не знал, что ждет его дальше, но теперь знал точно: его мысли — это не просто случайные образы, а инструмент, способный менять судьбы. А он сам — ключ к тому, чтобы собрать воедино фрагменты множества реальностей, где даже боги и офисы обретают новые смыслы. Лифт начал двигаться, а Харуки, взглянув в глаза собственным отражениям в мерцающем стекле, тихо повторил себе: «Я готов. Пусть продолжается поиск.» ---------- Тот, кто всегда в нужном месте Лифт, наконец, замер и тихо открыл двери, открывая привычный для большинства сотрудников коридор. Здесь всё выглядело почти стандартно: аккуратные офисные кабинеты, расставленные столы и письменные принадлежности, типичные для корпоративного пространства. Но даже в этой «нормальной» обстановке невозможно было не ощутить лёгкий флер недосказанности — легкий намёк на то, что за фасадом обычности всё ещё скрывается нечто необычное. Харуки вышел из лифта, всё ещё перегруженный воспоминаниями о странном переходе, который только что пережил. Его мысли метались между абстрактными образами и стандартными офисными стенами. Ему хотелось поделиться пережитым, но вокруг царила удивительно спокойная атмосфера, будто время здесь замедлилось, позволяя ему перевести дыхание. На небольшом ресепшене, за столиком, сидел высокий молодой мужчина в расслабленном офисном костюме. Его черты лица были мягкими, а на губах играла лёгкая улыбка, которая сразу же выдавала непринужденность и знание многих секретов этого места. На бейджике красовалось странное имя: «Танкун». — Привет, новенький, — сказал он, приглашающе кивая. — Кажется, у тебя сегодня был довольно интересный путь. Харуки остановился на мгновение, всё ещё пытаясь осмыслить пережитое. Он невольно начал рассказывать: — Знаешь, всё началось… в лифте, куда мои мысли увели меня… Там я оказался на некоем загадочном этаже, полном ярких огней, меняющих форму узоров, и я видел вещи, о которых ранее только читал в легендах… Танкун тихо засмеялся, слегка покачав головой, как будто слышал уже тысячи подобных историй. — О, да, — сказал он, всё ещё с улыбкой. — В Олимпе у нас такая особенность: лифт подстраивается под внутреннее состояние человека. Если ум занят глубокими размышлениями, он может отправить тебя туда, где мысли обретают форму. Это не редкость, — его голос звучал спокойным и уверенным, — просто будь готов, что иногда твой внутренний мир вмешивается в маршруты. Танкун продолжал спокойно объяснять, словно рассуждая о погоде: — Наше здание — это не просто офис. Это многослойная реальность, где прошлое, настоящее и будущее переплетаются. Лифт здесь — своего рода проводник между мирами, он реагирует на эмоциональные и мыслительные импульсы сотрудников. Если ты слишком увлечён своими вопросами или переживаниями, он может «погрузить» тебя в ту часть, где эти мысли становятся осязаемыми. Но поверь, это помогает лучше понять себя. Харуки слушал, не в силах скрыть любопытство. Он задал вопрос, который мучил его с самого начала: — Так это... моя неуверенность заставила лифт сбиться с курса? Танкун улыбнулся, его смех был тихим, но проникновенным: — Можно и так сказать, — ответил он. — Здесь, в Олимпе, каждый новый этап — это вызов. Некоторые боятся его, другие же учатся извлекать уроки. Когда лифт отправляет тебя в неизвестность, это не наказание, а возможность. Возможность увидеть, как твои мысли и чувства обретают новую форму, и научиться управлять этим потоком. Он сделал паузу, чтобы дать Харуки осмыслить сказанное, и добавил: — Ты уже многое пережил, но помни: каждый этаж этого здания имеет свои особенности. Некоторые из них кажутся абсурдными, другие — почти рутинными, но в каждом скрыта своя истина. Главное — не бояться вопросов и не пытаться подавлять свои мысли. Пусть лифт ведёт тебя туда, куда должен, а ты учись видеть за пределами очевидного. Харуки кивнул, ощущая, как его внутренний мир начинает принимать эту странную логику Олимпа. Его голос, всё ещё дрожащий от волнения, произнёс: — Спасибо, Танкун. Я начинаю понимать, что каждая такая поездка — это часть моего пути. Танкун подмигнул и добавил: — Добро пожаловать в этот мир, где даже самые обычные этажи скрывают тайны. И помни, чем больше вопросов ты задашь, тем яснее станет твоя дорога… Но иногда ответы приходят не сразу, а когда ты уже будешь готов их принять. После разговора Танкуна, Харуки медленно направился к своему рабочему месту, чувствуя, как его мысли начинают выстраиваться в новую, более осмысленную картину. Он уже не чувствовал ужаса неизвестного, а наоборот — осознавал, что каждый шаг, каждая поездка в лифте помогает ему лучше понять не только этот странный офис, но и самого себя. В ушах продолжали звучать слова Танкуна, а сердце наполнялось лёгкой уверенностью: здесь, в этом необычном мире, даже обычный этаж становится проводником к новым открытиям. И теперь он был готов двигаться дальше, зная, что вопросы не страшны, а ответы придут в своё время. Харуки сидел на своём рабочем месте, изредка поглядывая на монитор компьютера и перебирая бумажки на своём столе. Он всё ещё был в недоумении. Вдруг, знакомый звук. Лифт снова загадал ему путь. Стул Харуки сам, будто при помощи магии двинулся в сторону дверей и заехал внутрь. “Это уже что-то новенькое” — подумал он, но не встал со стула. Лифт начал движение. Медленно подняв взгляд, он заметил, что рядом с ним кто-то стоял, будто появившись из воздуха. Это был Танкун, который снова встретился с ним, но на этот раз в совершенно другом контексте. — Опять лифт тебя куда-то везёт, — сказал Танкун, бросив взгляд на Харуки, и улыбнулся, как будто это была какая-то забавная шутка. — Я… не понимаю, — ответил Харуки, чуть прищурив глаза, — ты ведь только что был в другом месте. И почему я вместе со стулом поехал сюда? Танкун спокойно сел на воздух, не проявив ни малейших эмоций, будто так и должно быть. — А, ты о том месте, да? Я там был, но теперь должен быть здесь. Я всегда рад переменам, — он улыбнулся и сделал вид, что ему, в общем-то, всё равно. — Да и знаешь, всё равно на самом деле, где ты находишься. Всё пространство Олимпа — это просто один большой лабиринт, который меняет всё по своему усмотрению. Сколько этажей, столько и вариантов. Харуки пытался разобраться, что именно он имел в виду. — Это не совсем то, что я ожидал, — сказал Харуки, — я думал, что мне нужно просто работать, как все. — О, ты не один такой, — Танкун подмигнул ему. — Большинство начинают с того, что "просто работают". Но ты скоро поймёшь, что Олимп — это больше, чем просто рабочее место. Он живой, и будет манипулировать тобой, пока ты не начнёшь понимать его законы. Харуки задумался, но не стал спорить. Возможно, Танкун был прав. В конце концов, лифт показывал ему не просто новые этаж — это были своего рода знаки того, что в Олимпе всё не так, как кажется на первый взгляд. — И что мне делать теперь? — спросил он. — Всё очень просто, — Танкун взял из воздуха несколько бумаг и начал разглядывать их, — у тебя есть задание. Оно непростое, но с ним ты начнёшь понимать, как всё работает. Нам нужно отправиться на интересный этаж, к одному из других "чудес" Олимпа. — Задание? — Харуки напрягся, но тут же подумал, что это, возможно, было лишь частью работы. — А что это за чудо? — Ах, ты сразу всё узнаешь, — Танкун снова улыбнулся, — как только мы окажемся там. Ты помнишь, как ты оказался здесь? Лифт выбрал тебя, но теперь ты должен быть готов к тому, что Олимп может попросить тебя о чём-то больше, чем просто работать. Харуки посмотрел на Танкуна, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. Он не знал, что его ждёт, но точно знал одно — его работа только начиналась. И лифт, с его безумными перемещениями, оказался лишь малой частью того, что скрывалось за дверями Олимпа. Танкун встал на ноги, поправил галстук и, слегка подмигнув, направился к дверям, которые внезапно открылись. По ту сторону был другой мир — совсем не тот, который он видел ранее. На этот раз лифт выбрал этаж, который казался абсолютно чуждым всему, что он знал. — Готов? — Танкун обернулся к нему. Харуки не мог ответить сразу. Он сжался, но, тем не менее, шагнул за Танкуном. Новый путь, новый этаж, и лифт снова увёл его в неизвестность. ---------- Мифический мир Харуки шагнул за Танкуном и оказался в другом месте. Это не был очередной офисный этаж Олимпа, с его привычными стенами и светом. Вдруг всё вокруг изменилось — и тем, что он увидел, его по-настоящему поразило. Он стоял в лесу, и не просто в лесу, а в фэнтезийном, таинственном мире, полном магии и древних тайн. Вокруг росли огромные деревья, их корни были переплетены в сложные узоры, а листья светились мягким голубым светом. В воздухе ощущалась магия, как будто само пространство здесь было насыщено энергией, которую можно было почувствовать в каждом вдохе. Вдаль уходили тропинки, петляющие между гигантскими камнями и величественными, полупрозрачными растениями. Всё здесь было живое и загадочное. Танкун стоял рядом, наслаждаясь видом и тихо посмеиваясь. — Добро пожаловать в фэнтезийный этаж, — сказал он, будто это было совершенно обычное место. — Это один из самых старых миров Олимпа. Ты тут не просто так оказался, Харуки. Ты пришёл за заданием. — Задание? — Харуки оглянулся. Лифт исчез, и он всё ещё не мог поверить своим глазам. Как он вообще оказался в этом мире? Танкун вытащил свиток из внутреннего кармана пиджака и передал его Харуки. На свитке была нарисована карта, на которой явно не было ничего знакомого. Картинка изображала странное лесное царство с загадочными символами и древними рунами. — Тебе нужно найти один артефакт, — сказал Танкун. — Он здесь, в этом лесу. Когда-то этот артефакт был утерян, и теперь его охраняет нечто древнее. Те, кто пытался его забрать, исчезали без следа. Харуки стиснул свиток в руках. Он не мог поверить, что его отправляют в такой опасный мир. Всё это было так… странно и непостижимо. — И что за артефакт? — спросил он, пытаясь уловить смысл всей этой миссии. — Это древний камень, который может менять реальность, — ответил Танкун, убирая свиток и направляя взгляд вдаль. — Он когда-то был предметом величайшей магии, но с тех пор исчез. Мы не знаем, что с ним произошло, но твоя задача — найти его. Только тогда ты сможешь вернуться. И помни, в этом лесу многое не так, как кажется. Харуки почувствовал лёгкую дрожь, но всё же решительно кивнул. Он не знал, что его ждёт, но теперь у него не было выбора. — Я понял, — сказал он и сделал шаг вперёд. Лесной путь открывался перед ним, как нескончаемая дорога, ведущая в неизвестность. Танкун стоял позади, наблюдая за его решимостью. — Будь осторожен, — произнёс он с улыбкой. — Этот мир не всегда дружелюбен к тем, кто пришёл сюда случайно. Харуки шагал по тропинке, его сердце билось в груди быстрее. Он чувствовал, как лес будто наблюдает за ним, и каждое его движение отзывалось в тени, скрытой среди деревьев. Внезапно где-то далеко за ним послышался странный шорох. Это могло быть животным, но было что-то пугающее в том, как этот звук затихал, едва не касаясь его. Лес будто сам тянул его вглубь, как неведомая сила, скрывающая свои намерения. Но это было только начало. Шаг за шагом он углублялся в лес. Вскоре перед ним возникла загадочная поляна, на которой стоял древний каменный монумент. Камни были вырезаны и покрыты магическими рунами, их поверхность блестела от влажности, словно они были давно забыты и покопаны лишь в сновидениях. И тут, внезапно, из темноты, что скрывала деревья, вышел странный силуэт. Это была фигура с огромной маской и заклинаниями, исходящими из её тела. Существо обвивалось шнурами света, словно самой природой, и всё его тело было покрыто древними символами. Харуки почувствовал, как его сердце замирает. Он не знал, кто это и что от него нужно, но он был уверен, что это существо не просто страж этого места. Он ожидал неприятностей, и, похоже, они начинались. Существо приподняло свою маску, и его глаза сверкнули синим огнём. Голос раздался, как шёпот древних времён: — Ты пришёл за артефактом, не так ли? Но ты не единственный, кто ищет его. Будешь ли ты готов встретиться с тем, что охраняет этот лес? Харуки стоял, не зная, что ответить. Мифический мир начал становиться всё более опасным и загадочным, и он чувствовал, как туман приключений всё больше окутывает его разум. Задание оказалось гораздо сложнее, чем он мог себе представить. Существо перед ним стояло, не двигаясь, только глаза, сверкавшие синим огнём, не спускали с Харуки взгляда. Он чувствовал, как его дыхание становится ровнее, а сердце замедляет свой ритм. Он должен был найти ответ, чтобы понять, что ему делать. — Ты здесь не по случайности, — продолжал голос, теперь уже громче, будто исходящий из самой земли. — Этот лес помнит всех, кто когда-либо пытался войти в его пределы. И ты — не исключение. Но ты должен знать: тот, кто возьмёт артефакт, обрушит на этот мир тьму. Ты готов к последствиям? Харуки почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он не ожидал такой реакции. Он ожидал, что лес будет полон чудовищ, или хотя бы обычных магических существ, но то, что он встретил, казалось гораздо более опасным и умным. — Я не пришёл сюда, чтобы разрушать мир, — сказал Харуки, пытаясь справиться с нервами. — Мне нужно вернуть этот артефакт, чтобы вернуться домой. Я не хочу причинить вреда. Существо слегка наклонило голову, будто оценивая его слова. Долгое молчание повисло в воздухе, а затем оно заговорило снова, но теперь голос был мягче. — Ты говоришь, что хочешь вернуться домой. Но этот мир, как и все остальные, никогда не отпустит тех, кто сюда попал. Ты потеряешь себя в поисках того, что не можешь понять. Но если ты действительно готов, я могу помочь тебе найти то, что ты ищешь. Однако знай: для этого тебе нужно пройти через испытания, которые не под силу каждому. Харуки не знал, что ответить. В его голове крутились мысли: что если этот мир действительно не отпустит его? Что если он застрянет здесь, не выполняя свою миссию, как те, кто исчезал, пытаясь забрать артефакт? — Я готов, — сказал он, решив, что другого выбора у него нет. Он не мог вернуться назад с пустыми руками. И к тому же, Танкун сказал ему, что это задание — ключ к его возвращению домой. Существо кивнуло. — Тогда иди, — произнесло оно. — Твой путь будет сложен, но ты не один. И помни: артефакт всегда изменяет не только мир, но и того, кто его берёт. В этот момент камни на поляне начали мерцать ярче, а земля под ногами Харуки зашевелилась. Вдруг на тропинке появились светящиеся огоньки — словно духи, ведущие его в глубь леса. — Следуй за светом. Харуки не колебался. Он шагнул в направлении светящихся огоньков, чувствуя, как его тело наполняется решимостью. Всё здесь было странным и магическим, но он знал, что должен пройти через это. Он не мог позволить себе останавливаться. ----------