Студент-маг, возомнивший себя SSS-рангом (LN)
nkmr

Магическая школа Кроуфорда едва оправилась после нападения дракона-бедствия по имени Швардиус. Теперь все в академии уверены, что победу одержал студент ранга С, Итиносэ Сион, которого по ошибке приняли за мага ранга SSS. Впереди ежегодный поединок с рыцарской академией Альварес, где маги не выигрывали уже десять лет. Самому Сиону, как студенту ранга С, участвовать нельзя. Но когда он узнаёт, что судьба его любимого учителя зависит от этого поединка, он решает снова сыграть роль «героя SSS-ранга». История о маге ранга С, которого все вокруг по ошибке считают величайшим волшебником эпохи!

====================

Иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/b6ea1be8a0fffde616da513c84a81ba939c07e9f.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/56882bec4b6e7524e33e17118797ad0c1b43d470.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/2e6e6c4164c05cc2ed6283a59dd65cdfb4b5a959.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/fd2e4ba14c8edf70c253be7b53f1ea959660c6a4.jpg]]

----------

Пролог

В этом мире существует энергия, называемая «маной».

Мана пронизывает землю и воздух этого мира, а также течёт по телам многих живых существ.

Люди этого мира извлекают ману из природных объектов — например, камней и кристаллов, где она накапливается, — и используют эту энергию в повседневной жизни.К примеру, с её помощью зажигают лампы, охлаждают свежие продукты, приводят в движение поезда и фабричные механизмы. Область её применения чрезвычайно широка, и мана стала основой цивилизации этого мира.

Некоторые живые существа, в том числе люди, способны использовать ману для того, что называется «магией».

Магия — это общее название техник, вызывающих особые явления путём пропускания маны через магические круги с начертанными на них формулами.Существует бессчётное множество видов магии: от превращения маны в огонь или воду с последующим высвобождением до воздействия на состояние живых существ и неодушевлённых предметов.

Тех, кто способен пользоваться «магией» на определённом уровне мастерства, называют «магами». Они находят применение в самых разных сферах: становятся авантюристами, истребляющими опасных чудовищ, служат в государственных боевых подразделениях, занимаются исследованиями, двигающими цивилизацию вперёд, и не только.По всему миру существует множество учебных заведений, где готовят магов.

К таким заведениям относятся «магические школы», куда дети поступают с шести лет и учатся в общей сложности девять лет — шесть в младшем отделении и три в среднем.После окончания магической школы они могут поступить в четырёхлетнюю «магическую академию», где изучают более сложную магию.

Однако не каждый, кто учится в таких школах и академиях, способен стать магом.

Чтобы пользоваться магией, человек должен родиться с определённой предрасположенностью, и считается, что лишь около трёх процентов всего населения обладают потенциалом, позволяющим выйти за пределы начального уровня.

И всё же, с точки зрения общества, магов больше, чем мест, где они могли бы пригодиться. Без выдающихся способностей невозможно получить достойную работу, а вместе с ней — богатство и славу.Именно поэтому студенты магических учебных заведений отчаянно учатся, оттачивают своё мастерство и стремятся к высоким оценкам, чтобы после выпуска обеспечить себе лучшие карьерные перспективы.

Особенно это касается магических академий: в отличие от магических школ, где преподают лишь основы, здесь выбор дальнейшего пути после выпуска куда сильнее влияет на всю жизнь, а потому студенты подходят к учёбе с ещё более ожесточённым духом соперничества.

Именно поэтому…

Никто из преподавателей магических академий ещё ни разу не видел студента, который, казалось, намеренно старался получать как можно более низкие оценки.

----------

Ичиносэ Сион

В тренировочном зале Королевской магической академии Гилберт Кроуфорд преподавательница Лина Рестия пристально наблюдала за действиями одного ученика.

Его звали Ичиносэ Сион. Он учился во втором классе C у Рестии.

Он медленно поднял правую руку и направил ладонь прямо на мишень, стоявшую в 18,4 метра от него.

Затем из его вытянутой ладони начал исходить белый свет, похожий на туман. За несколько секунд этот туманный свет постепенно принял форму, и в конце концов перед ним возник магический круг диаметром чуть меньше тридцати сантиметров.

— .

Как только он произнёс заклинание, из мерцающего красновато-оранжевым магического круга в сторону мишени вылетел огненный шар размером около тридцати сантиметров.

Огненный шар полетел прямо и медленно, точно поразил мишень, с шорохом разлетелся в стороны и бесшумно исчез.

Убедившись в результате, Рестия вывела на листе в руке букву «C» в графе «Магия огненного атрибута».

Шкала оценки магии состояла из рангов S, A, B, C и D, причём C соответствовал уровню «способен использовать базовую магию».

После этого он последовательно применил магию воды, земли, ветра и молнии.

Подтвердив результаты и по этим заклинаниям, Рестия записала C, C, C и B соответственно.

Итоговая оценка Ичиносэ Сион по всем магическим испытаниям оказалась C.

Когда Рестия сообщила ему результат, он равнодушно произнёс:

— Понял. Большое спасибо.

Слегка поклонившись, он развернулся и направился прямиком к выходу из тренировочного зала.

«……»

Рестия проводила его задумчивым взглядом. Он не выглядел ни довольным, ни расстроенным — словно собственные результаты совершенно его не интересовали.

— «С Ичиносэ Сион что-то не так», — была убеждена Рестия.

Ему только недавно исполнилось семнадцать, но в его спокойствии и сдержанности было что-то совсем не по возрасту зрелое. Чёрные волосы и чёрные глаза, на первый взгляд ничем не примечательные, но если присмотреться — правильные и приятные черты лица. А порой во взгляде проступала такая непостижимая глубина, будто он видел человека насквозь.

За два года общения Рестия ясно почувствовала: атмосфера, окружающая Ичиносэ Сион, заметно отличается от той, что исходит от остальных учеников.

Он всегда оставался спокойным и невозмутимым, а его явно более взрослая для его возраста манера держаться и холодноватая привлекательность лишь сильнее подчёркивали окружающий его ореол загадочности.

Но больше всего Рестию настораживало содержание его практических экзаменов.

В магии, которую он использовал на этом испытании, как и в самих результатах, не было ничего неестественного.

И всё же у Рестии, повидавшей множество разновидностей магии и магов, почти не оставалось сомнений.

— Он что, сдерживался на практическом экзамене по магии?

По его выражению лица и по тому, насколько спокойно он колдовал, было очевидно: это совсем не поведение человека, выкладывающегося до предела. Даже далёкий от магии человек, скорее всего, подумал бы: «Разве он не сдерживается?»

Но в магической академии, где способности значат всё, совершенно немыслимо, чтобы ученик сознательно стремился получить низкую оценку.

В каждом курсе существовало четыре класса — A, B, C и D, от высшего к низшему. Если результаты испытаний улучшались, менялась принадлежность к классу, становились лучше условия в учебном корпусе и общежитии, а в конечном счёте это сильно влияло и на дальнейшую карьеру после выпуска.

[[image:/storage/reader-images/a2f0bb721def6b971044cdf5c97f4bcb46f87bd3.jpg]]
Прежде всего, в магической академии, где у многих чрезвычайно высокое самомнение, презрение и насмешки по отношению к ученикам низших рангов были особенно жестоки.

В таких условиях все стремились подняться выше, и сама мысль о том, чтобы нарочно оставаться в низшем классе, казалась совершенно абсурдной.

Все ученики академии подходили к практическим экзаменам изо всех сил — либо чтобы перейти в класс выше, либо чтобы не вылететь из нынешнего.

Сознательно получать низкую оценку на экзамене не было ни малейшей выгоды, а значит, намеренно выступать хуже своих возможностей было до крайности неестественно.

Так почему же, скажите на милость, Ичиносэ Сион нарочно сдерживается на практическом экзамене?

Может быть…

(Неужели мне это просто показалось…?)

Ещё некоторое время глядя на выход из тренировочного зала, через который ушёл Ичиносэ Сион, Рестия с тревогой начала готовиться к экзамену следующего ученика.

— Магия молнии — B… И правда, сдерживать силу оказалось немного трудно.

Покинув тренировочный зал, Ичиносэ Сион пробормотал это себе под нос в пустом коридоре.

По его виду можно было подумать, будто он хочет сказать: «Я не сумел до конца обуздать силу, которую следовало бы подавить ещё сильнее, и непреднамеренно выдал магию уровня ранга B».

Если бы Рестия сейчас услышала его бормотание, она наверняка решила бы: «Так он всё-таки скрывал свою истинную силу на экзамене!»

…Однако это было бы полнейшим заблуждением.

Он всего лишь делал вид, будто так оно и есть.

Получив результат экзамена, где «оценка за магию молнии оказалась чуть выше, чем за остальные атрибуты», он повёл себя именно так, словно «ему было трудно подавлять силу, скрывая свои настоящие способности, и в итоге он получил одну оценку B или выше».

Во всей этой череде непонятных поступков не было ни особого умысла, ни веской причины.

Если говорить прямо, всё это он делал просто потому, что ему это нравилось.

Для него высшим наслаждением было жить академической жизнью, фантазируя и играя роль человека, который «на самом деле обладает талантом SSS-ранга, но скрывает это от всех вокруг». И все эти действия он совершал исключительно ради того, чтобы испытать этот сладкий трепет.

Даже то, что, выйдя из тренировочного зала, он начал бормотать себе под нос в месте, где никто его не видел, было всего лишь частью роли — способом ещё глубже погрузиться в собственную фантазию.

Иначе говоря, он был чудаком с крайне запущенной склонностью жить в мечтах.

Однако то, что ему удалось заставить свою классную руководительницу Рестию ошибиться именно так, как он и задумывал, вовсе не было случайностью — за этим стояли его усилия.

Даже на недавнем практическом экзамене он выкладывался до предела ради этой игры. На самом деле он действительно способен пользоваться магией лишь на уровне ранга C. Но, чтобы создать впечатление, будто он скрывает свои истинные способности и сдерживается на экзамене, он отчаянно напрягался, стараясь ничем этого не выдать, сохраняя совершенно невозмутимое выражение лица и выпуская магию на пределе своих возможностей.

Если бы на том экзамене он и впрямь начал сдерживаться, то с лёгкостью получил бы настолько жалкие результаты, что его сразу понизили бы из класса C в класс D.

Если бы он в самом деле сдерживался и при этом вёл себя так, словно «я просто не выкладываюсь, но если бы стал серьёзен, был бы потрясающим», то превратился бы в совсем уж жалкого мелкого позёра.

Для него существовала огромная разница между тем, чтобы действительно сдерживаться, напуская на себя важность, и тем, чтобы выкладываться на полную, но выглядеть так, будто всего лишь сдерживаешься.

И вот именно такой человек сумел показать результат на пределе собственных способностей и при этом заставить свою классную руководительницу Рестию подумать: «А может, в нём всё-таки скрыто нечто большее».

— Ха… ха…! Хааа…

…И вот теперь. Как доказательство того, что он действительно колдовал изо всех сил, стоило ему выйти из тренировочного зала, как всё его тело покрылось потом, плечи тяжело ходили от сбившегося дыхания, а лицо исказилось до предела.

Даже в таком жалком виде было поразительно, что он сумел обмануть взгляд Рестии, повидавшей множество магов и видов магии.

Необычный ученик магической академии, который упивается тем, что ведёт себя так, будто «обладает способностями SSS-ранга, хотя притворяется студентом ранга C».

Таков был человек по имени Ичиносэ Сион—

Родители Ичиносэ Сион происходили из семьи, которая поколениями занималась торговлей и не имела к магии ни малейшего отношения.

Чувство магической силы и способность управляться с магией передаются по наследству, и дети, рождённые от выдающихся магов, как правило, оказываются одарены этими качествами.

И наоборот, дети родителей, не являющихся магами и не обладающих магической силой, по сути, тоже не имеют ни магической силы, ни чутья к обращению с магией.

Ичиносэ Сион исключением не стал: его родители, происходившие из династии торговцев, не обладали ни каплей магической силы и ни разу в жизни не пользовались магией.

И потому Ичиносэ Сион, рождённый у таких родителей, тоже появился на свет без малейшей магической силы и без какого-либо таланта к магии.

Говорят, что лишь около трёх процентов всего населения обладают способностью обращаться с магией на уровне выше начального, и Ичиносэ Сион, без всяких сомнений, относился к остальным девяноста семи процентам.

Четырнадцать лет назад, когда Ичиносэ Сион исполнилось три, он понемногу научился читать и писать, а также понимать сюжеты в книгах посложнее.

Ичиносэ Сион читал героические истории о магах, восхищался ими и с горящими глазами говорил:

— Когда-нибудь я тоже стану сильнейшим магом и буду помогать людям.

Это была самая обычная, милая детская мечта, которая могла появиться у кого угодно. Его родители прекрасно знали, что Ичиносэ Сион никогда не сможет стать магом, но, решив: «Это всего лишь мечта ребёнка» и «со временем он сам поймёт реальность», не стали говорить трёхлетнему мальчику жестокую правду и вместо этого поддержали его мечту добрыми словами.

В детстве Ичиносэ Сион просил только учебники по магии и книжки с картинками о магах. Ничто другое его не интересовало, и родители с радостью покупали ему всё это.

Упрямства Ичиносэ Сион с малых лет было не занимать, и мальчик посвящал чтению магических учебников каждую свободную минуту.

Однако, сколько бы он ни понимал устройство магии и как бы правильно ни выстраивал формулы заклинаний, Ичиносэ Сион не мог активировать ни одного заклятия.

Чтобы магия сработала, необходимо пропустить магическую силу через созданный магический круг, но, разумеется, у него не было такой способности, а если говорить ещё глубже, у него вовсе не было магической силы — самой основы, без которой магию невозможно запустить. Естественно, пользоваться магией он не мог.

И всё же интерес Ичиносэ Сион к магии так и не угас, и на следующий год после того, как ему исполнилось шесть, родители отдали его в местную магическую школу.

С тех пор как Ичиносэ Сион поступил в магическую академию, прошло два года. За это время дети его возраста, начавшие изучать магию куда позже него, стремительно оттачивали свои навыки.

Но как бы Ичиносэ Сион ни старался все эти два года, догнать ровесников он так и не смог. Более того, разрыв между ними лишь увеличивался.

— Может быть, теперь Сион наконец поймёт, что у него нет таланта к магии, —

думали его родители, каждый день гадая, как утешить сына, когда реальность разобьёт его мечту.

Но пыл Ичиносэ Сион ничуть не угасал, и случая утешать его всё не представлялось.

Не успели они оглянуться, как прошло уже три года с тех пор, как Ичиносэ Сион начал учиться в магической академии.

Когда Ичиносэ Сион исполнилось десять, другие дети его возраста уже могли хотя бы использовать простейшие заклинания — например, создавать  размером с яблоко.

И примерно в то время Ичиносэ Сион впервые в жизни сумел воспользоваться магией.

Это было заклинание под названием  — самая базовая магия огненного атрибута.

Огонёк, который ему удалось зажечь, был не больше пламени свечи и почти сразу погас.

Это было неуклюжее заклинание, которое его ровесники освоили уже давным-давно.

И всё же Ичиносэ Сион был вне себя от радости, что наконец сумел использовать магию, и с воодушевлением рассказал об этом родителям.

Родители похвалили его, говоря: — Это потрясающе! — и: — Молодец! — Но в глубине души их терзала тревога: «Неужели он до сих пор не понял, что у него нет таланта к магии?»

Хотя Ичиносэ Сион начал изучать магию раньше всех и трудился усерднее любого другого, он всё равно не мог даже приблизиться к остальным. И всё же он по-прежнему верил, что сможет стать магом.

Пока родители думали об этом, Ичиносэ Сион повернулся к ним и сказал:

— Может, у меня и нет такого таланта, как у всех остальных, но я всё равно обязательно стану магом. Если другие в десять раз лучше меня, значит, я буду стараться в сто раз больше. Я стану сильнейшим магом!

Десятилетний Ичиносэ Сион произнёс это с твёрдой улыбкой на лице.

Он уже давно понимал, что у него нет таланта к магии.

В учебниках было ясно написано, что магический талант и магическая сила передаются от родителей.

Но даже зная это — и видя перед собой безжалостную разницу в способностях между собой и другими, — он продолжал упорно трудиться.

Он ни разу не считал свои усилия напрасными; он верил, что однажды непременно достигнет своей мечты, чего бы это ни стоило.

Глядя на сына таким, его родители сожалели лишь о том, что не смогли подарить ему рождение в семье магов.

Им стало стыдно за то, что они недооценивали собственного сына, и они не смогли сдержать слёз.

Они проклинали жестокую судьбу, которая лишила такого трудолюбивого ребёнка таланта к магии.

А затем поняли, что Ичиносэ Сион так твёрдо улыбался лишь затем, чтобы они не чувствовали себя виноватыми.

С того дня родители приняли твёрдое решение: «Мы посвятим всё, что у нас есть, поддержке мечты нашего сына».

И с тех пор и до нынешнего дня родители Ичиносэ Сион не жалеют сил, давая ему всё, что хотя бы немного может помочь в магии, — от усиливающих магию предметов до научных книг по этой теме.

Отвечая на поддержку родителей, Ичиносэ Сион продолжает каждый день упорно трудиться.

Чтобы однажды стать сильнейшим…

Шло время, и теперь Ичиносэ Сион уже семнадцать. По-прежнему стремясь стать сильнейшим, он не пропускает ни дня тренировок.

Его ежедневные тренировки начинаются очень рано утром… вернее, в такое время, которое скорее похоже на самую середину ночи.

Он спит всего по одному часу в день и неизменно просыпается задолго до рассвета. За исключением этого единственного часа сна, почти всё время бодрствования он посвящает оттачиванию магии.

Он тренируется сразу после пробуждения, продолжает во время уроков и перемен в магической академии, а затем снова занимается до глубокой ночи у себя в общежитии.

Таков повседневный распорядок Ичиносэ Сион.

Ещё до восхода солнца он просыпается в своей комнате в общежитии, умывается, чистит зубы и завтракает. После этого он выпивает зелье для снятия усталости и ещё одно — для восстановления магической силы.

С помощью базового восстанавливающего заклинания  Ичиносэ Сион способен восстановиться настолько, что ему хватает всего одного часа сна, а недостающее он восполняет зельями.

После этого он переодевается в чёрную тренировочную одежду и кладёт в сумку меч, несколько зелий и научные книги по магии.

Сумка в руке, Ичиносэ Сион выходит из своей комнаты, пересекает ещё погружённую во тьму территорию академии и направляется к всегда открытому тренировочному полигону для студентов класса C.

Примерно через три минуты ходьбы Ичиносэ Сион приходит на полигон. Он ставит сумку в углу, слегка разминается, разогревая тело, и сразу же приступает к тренировке.

Как и на практическом экзамене, он создаёт магический круг, нацеленный на мишень примерно в восемнадцати метрах от него, и выпускает базовое огненное заклинание .

Он запускает его раз, другой, третий, и на девятнадцатом выстреле его магическая сила полностью иссякает, из-за чего он впадает в состояние, называемое «магическим истощением».

С лицом, искажённым болью, и тяжело дыша, Ичиносэ Сион валится на землю.

На покрытом потом лбу вздуваются синие жилы, а лицо бледнеет так, словно из него разом отхлынула вся кровь. Чтобы восстановить исчерпанную магическую силу, Ичиносэ Сион залпом выпивает зелье восстановления магии.

Зелье, которое он выпил, резко ускоряет восстановление магической силы, но не возвращает её мгновенно. Поэтому, ожидая, пока магическая сила восстановится, Ичиносэ Сион проводит это время за изучением учебников по магии.

Примерно через пять минут Ичиносэ Сион прекращает чтение, почувствовав, что магическая сила восстановилась достаточно. Он поднимается и на этот раз начинает раз за разом использовать базовое заклинание водного атрибута , пока вновь не исчерпывает магическую силу.

Затем он снова выпивает восстанавливающее зелье, ждёт, читая учебник, пока магическая сила не вернётся, и после этого переключается на базовую магию ветра, повторяя всё то же самое, пока снова не доведёт себя до истощения.

После очередного полного расхода магической силы он проделывает ту же тренировку с магией земли и молнии.

Весь этот процесс нужен для того, чтобы вбить в тело навык обращения с каждой разновидностью магии и увеличить общий объём магической силы.

Когда во время использования магии расходуется большое количество магической силы, находящаяся в теле магическая сила проходит через своего рода «сверхвосстановление», и объём магической силы, который способно удерживать тело, увеличивается. Эта тренировка направлена именно на то, чтобы ускорить рост этого запаса.

Чтобы вызвать как можно более сильное сверхвосстановление, Ичиносэ Сион продолжает использовать магию до тех пор, пока вся внутренняя магическая сила не иссякнет полностью.

Однако обычно человеческое тело даже после сильнейшего расхода сохраняет небольшое количество магической силы, поэтому, если загонять использование магии до самого предела, человек впадает в состояние, называемое «магической недостаточностью».

Когда кто-то оказывается в состоянии «магической недостаточности», его накрывают чудовищная усталость, одышка, сильнейшие головные боли, и он едва может стоять на ногах — не то что пользоваться магией. И чем больше он пытается выдавить из себя магию, имея лишь жалкие остатки силы, тем стремительнее ухудшается его состояние.

Если в таком состоянии заставить себя израсходовать даже эти последние остатки магической силы, наступает явление, известное как «магическое истощение».

Обычно «магическое истощение» настолько перегружает тело, что может стоить человеку жизни. Когда Ичиносэ Сион впервые испытал его на себе, его терзали невообразимые головные боли и приступы удушья, он потерял зрение и лишился сознания.

Когда он пришёл в себя, боль была такой сильной, что он не мог даже закричать, и вскоре снова потерял сознание. Этот цикл пробуждений и обмороков повторялся много раз.

Прошло больше половины дня, прежде чем он перестал снова и снова проваливаться в беспамятство, но тут его сразил жар выше сорока градусов, и он ещё не раз оказывался на волоске от смерти.

Около трёх лет после того, как Ичиносэ Сион научился более-менее стабильно пользоваться магией, он каждый день терял сознание от магического истощения. Однако со временем ему удалось сохранять сознание даже в этом состоянии, и теперь, спустя семь лет с первого такого случая, его тело выработало к нему определённую устойчивость.

Однако это уже ненормально. Почти невозможно найти человека, который раз за разом доводил бы себя до магического истощения, пока организм не выработает к нему устойчивость.

Постоянно доводить свою магическую силу до полного исчерпания — всё равно что шаг за шагом приближать себя к гибели; и риск умереть здесь одинаков вне зависимости от таланта к магии.

В случае Ичиносэ Сион он чудом остался жив лишь благодаря зельям, которые родители доставали для него из последних сил, и собственной невероятной удаче.

Обычно магическая сила мага растёт и от обычных тренировок, без необходимости доводить себя до полного исчерпания, так что никто не стал бы добровольно идти на столь смертельный риск.

Если бы кто-нибудь узнал, чем именно занимается Ичиносэ Сион, даже самые выдающиеся маги побледнели бы от ужаса перед одной лишь ненормальностью этого и испытали бы подлинный страх.

Но это вовсе не значит, что остальные маги прикладывают недостаточно усилий.

«Если прыгнешь с этого бездонного утёса, тебя ждут невообразимые мучения, которые невозможно пережить, и с вероятностью девяносто процентов ты умрёшь. Но если вытерпишь — станешь сильнее». Даже будь где-то такой утёс, никто не стал бы с него прыгать. Существуют и другие способы стать сильнее.

Ичиносэ Сион — это тот, кто без колебаний продолжает прыгать с такого утёса, и назвать его просто трудягой уже невозможно.

Однако именно из-за этого риска сверхвосстановление магической силы после истощения оказывается поистине колоссальным.

Если бы обычный маг тренировался так же, как Ичиносэ Сион, на протяжении тридцати лет, он без сомнения стал бы сильнейшим магом в истории человечества.

Но, к несчастью, Ичиносэ Сион родился с настолько ничтожным запасом магической силы, что даже при таких крайних тренировках едва удерживался в классе C магической академии.

Несмотря на то что он раз за разом повторял эти запредельные тренировки, Ичиносэ Сион всё равно едва мог оставаться в классе C магической академии.

И всё же он ни разу не пал духом.

Он считал, что слёзы над реальностью, которая не оправдала ожиданий, не помогут ему вырасти. Вместо того чтобы тратить время на скорбь, куда лучше использовать каждую минуту, каждую секунду на тренировку и приближаться к своей мечте.

…Но, хотя он и продолжал день за днём неустанно стремиться стать сильнейшим, примерно в четырнадцать лет в нём что-то изменилось. Постепенно поведение Ичиносэ Сион стало странным, и вскоре он превратился в чудака, который находил удовольствие в том, чтобы притворяться, будто «на самом деле он маг SSS-ранга, скрывающий свои истинные способности от всех в академии…»

----------

По дороге в школу

Когда в небе, ещё недавно тонувшем во тьме, забрезжил слабый утренний свет, Ичиносэ Сион как раз закончил базовую тренировку, снова и снова повторяя простейшую магию разных атрибутов. Выпив зелье восстановления магической силы, он отдохнул около пяти минут, после чего поднял меч, который принёс с собой из комнаты в общежитии.

Сейчас он собирался испытать новое заклинание, которое последние несколько дней изучал и отрабатывал, зарывшись в научные книги.

Сжав правой рукой рукоять меча и подняв его горизонтально, Ичиносэ Сион направил левой рукой магический круг в сторону клинка и произнёс:

— Магия молнии — .

В тот же миг, как заклинание сработало, по лезвию меча пробежали голубовато-белые молнии, потрескивая мелкими плазменными разрядами.

Атрибутивная магия зачарования, которую он только что использовал, предназначалась для усиления оружия или получения стихийного преимущества против чудовищ и чужой магии.

Однако молнии, что сейчас искрились по лезвию меча Ичиносэ Сион, при касании вызвали бы разве что боль, похожую на удар статическим током. Ни усилить сам меч, ни дать какое-либо стихийное преимущество против чудовищ или магии они не могли.

С точки зрения полноценной магии зачарования это было бесполезное, провальное заклинание. И всё же…

— …Хех.

Ичиносэ Сион, впервые сумевший сегодня применить магию молнии — , выглядел до крайности довольным.

Причина его удовлетворения была проста: меч, окутанный молниями, выглядел просто чертовски круто.

Глядя на голубовато-белые молнии, потрескивающие по клинку с плазменным звуком, Ичиносэ Сион заворожённо пробормотал:

— О-о… хе-хе-хе…

Лицо у него настолько расплылось, что ещё немного — и потекли бы слюни; смеялся он, как какой-то опасный извращенец.

…После этого Ичиносэ Сион принялся экспериментировать: менял цвет молний, делал плазменный треск громче и отрабатывал приёмы мечом, покрытым электрическими разрядами.

Хотя он и был учеником магической академии, кое-какие знания в фехтовании у него имелись.

Всё началось, когда ему было тринадцать. Узнав о «магических мечниках», что мчались по полям сражений, орудуя могучей магией и клинком, Ичиносэ Сион особенно сильно проникся этим образом.

— С тех пор сочетание магии и фехтования стало для Ичиносэ Сион идеальным боевым стилем.

И именно с того времени он начал тренировать владение мечом наряду с магией.

Стоило Ичиносэ Сион чем-то по-настоящему увлечься, как его рвение становилось просто невероятным. Его родители, радуясь этому, обеспечили его средствами для усиления тела и пособиями по фехтованию, благодаря чему его физические способности и мастерство обращения с мечом быстро выросли.

И всё же уровень его владения мечом по-прежнему оставался уровнем любителя.

В этом мире мастерство мечника зависело не только от техники владения клинком и физической силы, но и от магического усиления тела. Поэтому Ичиносэ Сион, обладавший слабой магической силой, никак не мог сравниться с настоящими мастерами. Его фехтовальные навыки оставались лишь на базовом уровне.

И всё же сейчас, до крайности воодушевлённый мечом, окутанным молниями, он самозабвенно размахивал им, точно ребёнок, играющий в воображаемую битву и рисующий в голове всевозможные сцены.

Порассекав воздух мечом, покрытым молниями, ещё некоторое время, он с довольным видом убрал его и выпил зелья восстановления магической силы и снятия физической усталости.

— …Ну что ж. — Начнём?

— И вдруг, словно кто-то щёлкнул переключателем, взгляд его изменился.

Это был уже не привычный взгляд человека, упивающегося собственными фантазиями, а серьёзный, сосредоточенный.

Переплетя пальцы и глубоко вдохнув, Ичиносэ Сион потянулся, разминая руки.

— За дело.

Закончив растяжку, чтобы как следует размять тело, он активировал некую магию…

— К тому времени, как его магическая тренировка подошла к концу, солнце уже полностью взошло, и Ичиносэ Сион завершил занятия.

Он отнёс книги, меч и пустые склянки из-под зелий обратно в комнату общежития. После этого принял ванну, смывая пот после ранней утренней тренировки.

Закончив с ванной, он переоделся в форму магической академии Кроуфорд и отправился на второй завтрак в столовую общежития.

Покончив со вторым завтраком, Ичиносэ Сион убрал за собой посуду, вернулся в комнату, собрал вещи для занятий

и, закончив с подготовкой, направился к зданию магической академии Кроуфорд, что находилось примерно в пяти минутах ходьбы от общежития.

Во время уроков Ичиносэ Сион сосредоточенно поддерживал на лице скучающее выражение.

Пока его одноклассники внимательно конспектировали, стараясь не упустить ни слова из объяснений, он нарочно не делал записей и сознательно придавал себе вид человека, которому всё до смерти надоело.

Причина у этого бессмысленного поведения была только одна: источать загадочную, непостижимую ауру и выглядеть круто.

Впрочем, это не было одной лишь игрой. По правде говоря, ему уже не было нужды записывать или запоминать содержание уроков второго года обучения. С самого детства он посвятил изучению магии больше времени, чем кто бы то ни был другой.

И хотя его магические способности оставались лишь на уровне класса C, знаний о магии у него было куда больше, чем у остальных студентов его класса.

Поэтому, делая вид, будто скучает, на самом деле он размышлял о более продвинутой магии, выходящей далеко за рамки текущего урока.

А порой и вовсе уходил в собственные фантазии, используя каждую возможную минуту, чтобы ещё глубже отточить свои познания в магии.

…Однако само собой, находились преподаватели, которых его скучающее выражение лица раздражало.

Такие преподаватели нарочно задавали Ичиносэ Сион сложные вопросы, до которых класс ещё даже не дошёл, видя, что он будто бы совсем не слушает.

А когда в ответ звучало:

— …Не знаю, —

они отпускали язвительные замечания о его магическом происхождении или называли его отбросом, а одноклассники начинали хихикать. Это напоминало показательное выступление, призванное подстегнуть в учениках дух соперничества.

Но Ичиносэ Сион спокойно пропускал мимо ушей язвительность преподавателей и не обращал внимания на насмешки одноклассников.

Более того, ему даже нравилось, когда окружающие его недооценивали.

Потому что именно такая ситуация идеально воплощала его заветный идеал — «жить школьной жизнью, скрывая свои истинные способности».

Он без труда мог ответить на злобные вопросы преподавателей, но нарочно делал вид, будто не знает ответа.

Точнее, он не изображал полное невежество, а всегда оставлял в поведении едва заметную тень самообладания, ненавязчиво намекая, что, возможно, ответ ему всё-таки известен.

Ему хотелось лишь «делать вид, будто он не хочет выделяться», неизменно оставляя пространство для сомнений и заставляя людей думать: «А вдруг всё-таки…?»

Таков уж был особый стиль Ичиносэ Сион—

Когда на этот день все занятия закончились, Ичиносэ Сион направился в хранилище преподавательских документов, расположенное в дальнем конце главного корпуса академии.

В тот день его классная руководительница, Лина Рестия, попросила его:

— Мне нужно, чтобы ты помог перенести кое-какие документы, так что после уроков зайди в хранилище.

Это было нужно для подготовки к её занятию на следующий день.

Обычно Ичиносэ Сион и так помогал Рестии с подготовкой к урокам, но никакой особой должности за ним не числилось. Она просто лично просила его о помощи.

……Два года назад, накануне вступительного экзамена в магическую академию, Ичиносэ Сион и случайно оказавшаяся рядом Рестия вместе помогли пожилому мужчине, попавшему в беду в городе. Рестия с самого начала относилась к нему с участием. Однако была и ещё одна причина, по которой она старалась общаться с Ичиносэ Сион лично.

— Рестия преподавала магию, связанную с растениями, и этот предмет в магической академии Кроуфорд не имел ни практических, ни письменных экзаменов. Иными словами, уровень владения магией растений и степень понимания этого направления вообще никак не отражались в оценках академии.

К тому же по сравнению с другими областями магия растений была куда менее популярна, да и связанных с ней профессий существовало немного. По этой причине почти никто из студентов не воспринимал её предмет всерьёз.

Большинство учеников использовали уроки Рестии, чтобы повторять материал по другим дисциплинам, готовиться к следующим занятиям или просто передохнуть, сосредоточившись на предметах, которые действительно влияли на академические оценки.

И лишь среди всего этого Ичиносэ Сион слушал её уроки по-настоящему внимательно.

Его познания в магии были весьма обширны, и большинство занятий ему уже давно не требовалось слушать всерьёз.

Однако это касалось только тех направлений магии, которые ему самому до сих пор было интересно изучать.

Его привлекала лишь та магия, которую он считал полезной в бою, базовая стихийная магия или просто магия, которая выглядела круто; остальные разновидности он по собственной воле не изучал.

И магия, связанная с растениями, до самого поступления в академию как раз относилась к числу тех дисциплин, что не вызывали у него интереса. Причина была проста: она выглядела недостаточно круто.

Но в основе своей Ичиносэ Сион всё же любил изучать новую магию, и после того как уже в академии впервые попал на занятие Рестии по магии растений, он начал всерьёз заниматься и этим направлением.

Рестия всегда ведёт свои занятия искренне и с огромным воодушевлением.

Когда после урока у неё спрашивают о содержании занятия, она выглядит по-настоящему счастливой оттого, что кто-то проявил интерес к её предмету.

Даже если большинство учеников слушают её вполуха, она никогда не халтурит и всегда старается сделать урок понятным, интересным и увлекательным для студентов.

Она не ограничивается тем, что просто читает по учебнику и пишет на доске, а активно включает в занятия опыты с настоящими растениями. Более того, заранее подготавливает материалы для экспериментов для всех учеников.

Это не то, что можно с лёгкостью устроить усилиями одного человека, и порой у неё даже появляются тёмные круги под глазами от недосыпа, но, несмотря на то что большинство студентов не воспринимают её уроки всерьёз, она неизменно продолжает вкладывать в них все силы.

Она делает это ради того, чтобы как можно больше учеников смогли по-настоящему заинтересоваться той магией растений, которую она преподаёт.

Ичиносэ Сион нравились «люди, которые по-настоящему горят своим делом и гордятся тем, чем занимаются, даже если окружающие этого не ценят».

Пусть общество и не придаёт этому большого значения, но и «магия, позволяющая выращивать и размножать самые разные растения», и «алхимия растений, служащих сырьём для лекарств» — всё это, без сомнения, приносит людям пользу.

Именно поэтому он и относится к урокам Рестии серьёзно. Он считал, что занятия Рестии заслуживают самого серьёзного отношения и, безусловно, того стоят.

Сохраняя на лице невозмутимое выражение, он внимательно слушал урок, делал записи, а после занятий навещал Рестию, чтобы спросить о том, чего не понял.

Поскольку больше никто из студентов не приходил к Рестии поговорить об уроках, он естественным образом стал тем учеником, который общался с ней чаще всех.

……Однажды он прямо сказал Рестии:

— Ваши уроки нравятся мне больше, чем любые другие, сэнсэй. Если вы не против, позвольте мне помогать вам с подготовкой к занятиям.

Для Рестии, которая продолжала добросовестно вести занятия, хотя ученики её почти не слушали, никто не выражал ей признательности, а сама она уже не раз была близка к тому, чтобы опустить руки, и всё же продолжала стараться ради своих студентов,

каким же спасением, должно быть, стали слова Ичиносэ Сион? В тот день, вернувшись домой, Рестия не смогла сдержать слёз.

Именно поэтому Ичиносэ Сион, который чаще всех в классе C общался с Рестией и хорошо её понимал, нередко получал от неё просьбы помочь с подготовкой к урокам.

— …Прошу прощения.

Когда Ичиносэ Сион постучал в дверь хранилища преподавательских документов и вошёл, его классная руководительница, Рестия, стояла на стремянке и снимала с полки несколько книг.

— А, Ичиносэ-кун!

Заметив, что он пришёл, Рестия обернулась и окликнула его.

— Спасибо тебе, как всегда… Но если ты занят, не стесняйся отказываться, хорошо?

— Я делаю это, потому что мне это нравится, сэнсэй, так что вам не нужно сдерживаться.

— …!?

Услышав это, Рестия на миг широко распахнула глаза от потрясения, а затем её взгляд вдруг стал рассеянным.

— А-а, а-ва-ва… Белое платье, церковь над морем, утопающая в цветах… скромный, но полный улыбок дом…

— …О чём это вы?

— А! П-простите, ничего… Просто…

(Просто…?)

Хотя выражение его лица почти не изменилось, а голос звучал ровно, Рестия прекрасно понимала, что сказанное им только что было искренним. Его слова всегда приносили ей неподдельную радость.

(О-Он сказал, что я ему нравлюсь, да!? Только что… он ведь сказал, что я ему нравлюсь, да!?)

Лицо Рестии покраснело так, будто из него вот-вот должен был повалить пар, и она поспешно отвернулась к книжной полке, чтобы это скрыть.

— Кстати, сэнсэй, у вас там опасная опора. Дальше я сам.

Рестия тянулась к книге, до которой едва-едва могла достать, но стояла неустойчиво, и стремянка заметно покачивалась.

— Всё в порядке, в порядке. Это уже последняя… Ещё чуть-чуть… нгх…

[[image:/storage/reader-images/25d8b26bdd397130ceead066ad35cc8a849f1854.jpg]]

Заметив, что стремянка опасно качнулась, Ичиносэ Сион подошёл, чтобы придержать её. В этот самый момент Рестия всё-таки сумела схватить книгу, к которой тянулась, но тут же потеряла равновесие.

— Кя-а!?

— ?!

Ичиносэ Сион инстинктивно поймал Рестию, когда та сорвалась со стремянки, однако сам тоже не удержался на ногах и рухнул на пол, рассыпав книги, которые она держала в руках.

В итоге Рестия оказалась сверху на Ичиносэ Сион, и их тела почти полностью прижались друг к другу.

Ичиносэ Сион, тяжело приложившийся о пол вместе с Рестией, едва не скривился от боли, но усилием воли сохранил на лице невозмутимость, стараясь не терять своего хладнокровного вида. На лице у него читалось: «Со мной всё в полном порядке».

Прямо перед глазами Ичиносэ Сион оказалось лицо Рестии — так близко, что их носы почти соприкасались.

— …А…

— …

Их дыхание мягко касалось лиц друг друга.

От внезапности происходящего у Рестии в голове совершенно опустело.

Сердце гулко колотилось так, что отдавалось во всём теле, а в ушах она чувствовала его оглушительное биение.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Когда Ичиносэ Сион наконец оправился от потрясения после падения и смог заговорить, он открыл рот.

— …Простите, сэнсэй. Я не сумел как следует вас поймать. Вы не ушиблись?

Когда он это произнёс, его дыхание слегка коснулось губ Рестии.

В тот же миг Рестия будто очнулась: глаза у неё широко распахнулись, а лицо вспыхнуло до самых ушей. В панике она поспешно отпрянула и вскочила.

— Я-я-я в порядке! Простите меня, пожалуйста! Я так сильно на вас навалилась…!

— Не переживайте. Я довольно крепкий, так что со мной всё хорошо. Главное, что вы не пострадали, сэнсэй.

Ичиносэ Сион произнёс это с невозмутимым видом, но, разумеется, это была ложь. На самом деле он довольно сильно ударился спиной и затылком, и внутри него бушевало сильнейшее желание хотя бы как-то выразить свою боль.

Но он глубоко похоронил в себе эти жалкие чувства и, всё ещё сидя на полу, протянул руку растерянной Рестии.

— А, спасибо…

Рестия, опустив глаза, взяла его за руку и поднялась.

— …Это все книги, которые нужно отнести?

— …

По-прежнему ничуть не теряя самообладания, Ичиносэ Сион собрал с пола рассыпавшиеся книги на руки и, повернувшись к Рестии, задал вопрос.

— …Сэнсэй?

— Д-да? Ч-что, ты только что сделал мне предложение!?

— Нет, не делал. Я спросил, все ли это книги, которые нужно отнести.

— А, точно! Книги! Да, это всё… Не мог бы ты, как обычно, отнести их в мой кабинет? А я возьму вот эти и пойду вперёд…

С этими словами Рестия схватила несколько книг, лежавших поблизости стопкой, и поспешно вышла из хранилища раньше Ичиносэ Сион.

— …?

Ичиносэ Сион с недоумением проводил взглядом её поспешное отступление.

(Она как-то странно себя вела… Может, всё-таки где-то ударилась…?)

Вернувшись в свой кабинет, Рестия с грохотом швырнула принесённые из хранилища книги на стол. А затем закрыла лицо освободившимися руками.

— Угх! Это уже просто слишком…!!!

Стоило ей вспомнить, что только что произошло, как лицо снова вспыхнуло, и она сердито нахмурилась.

— …Дыхание Ичиносэ-кун коснулось моих губ, и я так близко почувствовала его приятный запах… Если такая одинокая женщина, как я, оказывается так близко к лицу мужчины, он ведь не имеет права жаловаться, если я его поцелую, верно!? В следующий раз, если такое повторится, я уже не стану колебаться и сразу его поцелую!

Она пыталась успокоиться, но сердце всё равно продолжало беспорядочно колотиться.

— …Нет, ну почему это я, которая старше, волнуюсь и теряюсь безо всякой причины, а он остаётся таким спокойным? Это же ужасно стыдно… И обидно! Угх!!

Надув щёки от досады, Рестия сердито замахала руками вверх-вниз.

— …О! Точно, Ичиносэ-кун вот-вот придёт… Мне нужно успокоиться…

Немного подуясь, Рестия принялась готовить свою особую чайную смесь, чтобы хоть немного привести нервы в порядок.

— …Наверное, раз я старше на семь лет, то в его глазах я вообще не выгляжу как возможный романтический интерес…

…Лина Рестия, классная руководительница Ичиносэ Сион, была ещё совсем молодой — ей было всего двадцать четыре года.

Она выглядела настолько юной, что, надень она школьную форму, никто бы не усомнился, что перед ними новая ученица. Её длинные, красивые льняные волосы, прелестные светло-зелёные глаза и великолепная фигура делали её настоящей красавицей.

И всё же, несмотря на то что мягкое тело Рестии прижималось к нему, а их лица находились так близко, что они чувствовали дыхание друг друга, Ичиносэ Сион не выказал ни малейшей перемены в выражении лица.

Лишь одна Рестия — та, кто по идее должна была быть взрослее и спокойнее, — проявила хоть какие-то признаки того, что воспринимает его как мужчину, тогда как сам Ичиносэ Сион остался совершенно невозмутим.

Из-за этого Рестия почувствовала себя жалко и даже начала слегка обижаться на Ичиносэ Сион за то, что он, казалось, совершенно не видел в ней женщину.

Но дело было вовсе не в том, что Рестии недоставало женского обаяния. Просто цель, на которую оно было направлено, оказалась крайне неудачной.

Ичиносэ Сион в тот самый период взросления, когда юноши и девушки обычно начинают осознавать противоположный пол,

пережил странный излом своей чувствительности. В подростковом возрасте эта часть его натуры изменилась до крайности.

И в результате Ичиносэ Сион оказался лишён того самого «осознания противоположного пола», которое обычно естественным образом появляется у людей его возраста. Именно поэтому близкий контакт с Рестией не вызвал у него вообще никакой реакции.

…Ичиносэ Сион был трагической фигурой — юношей, которого собственная искривлённая юность превратила в печальное подобие чудовища.

----------

Поездка в королевскую столицу

На той же неделе, что и регулярные экзамены в магической академии,

в один из выходных дней Сион отправился в королевскую столицу.

От Рагатии, западного города королевства, где находилась академия, до столицы было около двух часов езды на магическом поезде.

В тот день в одном из столичных павильонов как раз проходила выставка магических товаров для магов и торговцев, проводившаяся раз в полгода.

Именно ради этой выставки Сион, который обычно посвящал выходные изучению магии, и проделал долгий путь до королевской столицы.

Обычно вход туда разрешался лишь магам и торговцам определённого ранга, и Сион, всего лишь студент магического класса C, не смог бы туда попасть. Однако на этот раз он сумел посетить выставку благодаря пропуску, который получил от отца.

Отец Сион был известным в стране торговцем и прежде уже не раз бывал на этой выставке. Но на этот раз у него не совпал график, и он передал свой пропуск Сион.

На выставке были представлены самые разные магические инструменты: от повседневных вещей, которыми могли пользоваться даже обычные люди, до профессионального боевого снаряжения, а также новинки экипировки и аксессуаров для магов.

Глядя на это множество притягательных товаров, Сион внутри ликовал, как ребёнок, но внешне ничем этого не выдавал, сохраняя привычное хладнокровное выражение лица, пока обходил павильоны.

При этом, наслаждаясь выставленными товарами, он, похоже, не меньше наслаждался и самой ситуацией — тем, что, смешавшись с высококлассными магами, от которых веяло утончённостью, он мог делать вид, будто стоит с ними на одном уровне.

Примерно через полтора часа, обойдя различные стенды и с умелым видом смешавшись с прочими магами и торговцами,

— …Это было по-настоящему насыщенное время.

Сион покинул выставочный павильон с очень довольным видом.

Когда он только пришёл, при нём были лишь пропуск и кошелёк, но теперь в руках у него была пара чёрных перчаток.

Хотя эта выставка предназначалась главным образом для презентации товаров и здесь принимали только оптовые заказы, не занимаясь розничной продажей, на некоторых стендах раздавали образцы продукции.

Чёрные перчатки, которыми теперь обладал Сион, были как раз одним из таких образцов. Это были чёрные кожаные перчатки с обрезанными пальцами — так называемые перчатки без пальцев.

Из всего, что он увидел на выставке, именно этот товар особенно пришёлся Сион по душе, и отвечавший за стенд торговец с радостью отдал их ему, заметив его интерес.

— …Ну что ж. Тогда теперь отправимся туда?

В весьма приподнятом настроении он покинул павильон и направился в своё любимое место, куда часто заглядывал, бывая в королевской столице.

После выставки Сион направился на юго-западную окраину столицы… а затем ещё дальше, к заброшенной фабричной зоне.

Когда-то здесь работало множество фабрик, но из-за неудачного расположения они постепенно начали переносить производство в другие места. Около пятидесяти лет назад отсюда вывезли уже все предприятия. Теперь это была безлюдная местность, где оставались лишь заброшенные фабрики.

Именно эта опустевшая фабричная зона и была любимым местом Сион, куда он неизменно заглядывал, когда бывал в столице.

Для обычного человека это было бы унылое место без всяких развлечений и туристической привлекательности, но для Сион эта улица, уставленная заброшенными фабриками, обладала неотразимо мрачной атмосферой.

Сион шёл по фабричному району, весь одетый в чёрное: чёрное пальто, чёрные брюки, чёрные ботинки — и, конечно же, уже успел надеть те самые перчатки, полученные на выставке.

В этой тёмной атмосфере, словно таившей в себе нечто зловещее, он предавался фантазиям о том, что является членом какой-нибудь подпольной организации.

Когда наступил вечер и вокруг окончательно сгустилась тьма, он поднялся на крышу одной из заброшенных фабрик и позволил ветру трепать свои волосы и полы пальто. В этом не было никакого особого смысла.

…И тут.

— Нет!! Не подходите ко мне!!

— !!

Внезапно неподалёку раздался женский крик.

Обернувшись на голос, Сион увидел, что за одинокой фигурой гонятся трое мужчин—

----------

Алые глаза, смертоносный клинок

В тускло освещённом мёртвом квартале, где тянулись ряды заброшенных фабрик, задыхаясь, бежала чья-то тень. Это была женщина в низко надвинутом капюшоне, скрывавшем её глаза.

Она изо всех сил размахивала руками и ногами, отчаянно мчась вперёд, словно спасаясь от кого-то.

— Н-не может быть…

Пытаясь скрыться от преследовавших её взглядов, она юркнула за угол и вбежала в переулок. Но тот безжалостно оказался тупиком. Хотя глаза её скрывал капюшон, по лицу уже катился пот, а губы дрожали от страха.

— Какая жалость, девчушка. Наша весёлая игра в догонялки на этом заканчивается. Хе-хе-хе.

— …!!

Женщина развернулась к троим преследователям и бросила на них полный ненависти взгляд.

— К-кто вы такие?!

Она попыталась крикнуть на мужчин как можно грознее, однако и голос, и ноги предательски дрожали от страха.

Один из мужчин с похабной ухмылкой ответил:

— Да мы всего лишь честные работяги. Это наша работа. Ничего личного, девчушка, просто у нас приказ. Уж прости, но тебе придётся умереть.

— …!

Неприкрытое намерение убить, направленное прямо на неё. Осознание того, что бежать больше некуда, только усилило страх, и её руки и губы затряслись ещё сильнее.

— Но, знаешь… перед тем как прикончить тебя, мы с тобой слегка позабавимся, девчушка. Хе-хе.

Похотливый взгляд мужчины скользнул по силуэту женщины под мантией, и он грубо расхохотался вместе с двумя остальными.

— В-вы совсем не честные!

Женщина изо всех сил старалась держаться вызывающе. Но слова мужчины невольно заставили её представить, как эти люди поиздеваются над ней, а потом убьют, и страх лишь разросся ещё сильнее.

Ноги дрожали от ужаса перед, казалось бы, неизбежным отчаянием. Попытавшись отступить, она не удержалась и рухнула на землю. Лицо её исказилось от страха и безысходности, но даже так она продолжала пятиться от мужчин, пока не упёрлась спиной в тупиковую стену.

Мужчины медленно приближались, словно смакуя её положение.

— Н-нет! Не подходите… П-пожалуйста…

— Хе-хе-хе, да не сопротивляйся ты так. Перед смертью мы устроим тебе кое-что поинтереснее.

Мужчины надвигались всё ближе с одинаковыми уродливыми ухмылками на лицах.

— Н-нет… не надо…

К этому моменту от всей прежней бравады женщины не осталось и следа.

Столкнувшись с подавляющим ужасом перед собой, она отчаянно затрясла головой, будто хотела отвергнуть саму реальность. Она попыталась отползти назад, но стена за спиной не позволяла. Теперь она уже не могла даже сохранить расстояние между собой и мужчинами.

Но те не остановились.

Перед лицом абсолютного отчаяния, поднимающегося изнутри, женщина, уже не в силах даже закричать, горячо взмолилась:

(Пожалуйста… хоть кто-нибудь, помогите мне…!!)

— И в этот миг.

— Эй, братцы, а вы, похоже, тут неплохо развлекаетесь.

— …!!

Голос раздался сверху.

Он был ясным, звонким — и почему-то внушал странное чувство облегчения.

Владелец этого голоса легко спрыгнул с крыши здания высотой около пяти метров, встал перед мужчинами, преграждая им путь, и объявил:

— Позвольте и мне присоединиться.

Это был черноволосый юноша в чёрном пальто и чёрных перчатках без пальцев.

А его глаза… светились багровым светом.

— Эй, братцы, а вы, похоже, тут неплохо развлекаетесь.

Трое мужчин и женщина в капюшоне одновременно повернули головы на голос. На крыше одного из зданий, выстроившихся вдоль переулка, в лунном свете стоял мужчина.

Этим мужчиной, на которого были устремлены все четыре взгляда, был Ичиносэ Сион. Он стоял, сунув одну руку в карман пальто, и, используя лунный свет как фон, принял эффектную позу с бесстрашной улыбкой на губах.

И теперь его глаза, которые должны были быть чёрными, были окрашены в багровый цвет и слабо светились.

Эти светящиеся в темноте глаза источали зловещую, давящую ауру.

…Однако на деле эта устрашающая аура была лишь видимостью. Сейчас он использовал магию под названием , которая всего лишь меняла цвет глаз и заставляла их светиться.

Он просто активировал её, чтобы выглядеть круто в такой ситуации.

Пустынная ночная улица. Мгновенно расправиться со злодеями и хладнокровно спасти того, на кого напали. Сколько раз Ичиносэ Сион уже фантазировал о подобной сцене?

Именно сейчас ему выпал идеальный шанс воплотить эту фантазию в реальность.

Мужчины, которые ещё мгновение назад, облизываясь, загоняли свою добычу в угол, теперь окончательно растеряли весь настрой и с недоумением уставились на Ичиносэ Сион.

Оказавшись в самом центре идеально воссозданной сцены из собственных грёз, Ичиносэ Сион был на пике возбуждения.

Желая испытать ещё более сильный восторг, он затем эффектно спрыгнул с крыши.

Однако высота прыжка была около пяти метров. В момент приземления ноги пронзил сильный удар, и боль была такой, что хотелось тут же покатиться по земле. Но он ничем этого не выдал. Потому что прямо сейчас ему нужно было соответствовать своему идеальному образу.

Сохраняя бесстрашную улыбку и сверкая багровыми глазами, он посмотрел на троих мужчин, застывших перед ним с потрясёнными лицами, и произнёс:

— Позвольте и мне присоединиться.

(— Идеально…!!)

Ситуация, момент, тон голоса — всё вышло безупречно.

Этот миг был в точности той самой сценой, о которой он грезил.

Осознав, что сейчас перед ним воплощается в жизнь одна из его бесчисленных фантазий, он был опьянён сильнее, чем когда-либо прежде.

— Ч-что ты вообще за хрен такой?!

— Ты чё, решил влезть не в своё дело?!

Мужчина, который, похоже, был у них за главного и стоял в центре, а также тот, что находился справа от него, повысили голос и направили на Ичиносэ Сион открытую враждебность. Между тремя мужчинами и Ичиносэ Сион явно сложилось противостояние.

До этого момента всё разворачивалось в точности так же, как в привычных фантазиях Ичиносэ Сион.

…Однако дальше всё пойдёт иначе.

В своих фантазиях он всегда был сильнейшим. В своих фантазиях он мгновенно убивал троих мужчин и бросал напоследок какую-нибудь крутую фразу.

Но сейчас это была не фантазия, а реальность. У него не было подавляющей силы; напротив, он был всего лишь учеником, который в лучшем случае способен пользоваться магией уровня класса C.

— И что с того?

— К-кто ты такой…?

И всё же, даже столкнувшись с открытой настороженностью и враждебностью со стороны мужчин, он не утратил самообладания. Он всё ещё надеялся воссоздать свою фантазию до конца.

— Не слишком ли ты зазнался, а?! Мы тебе покажем, что бывает, когда суёшь нос куда не следует!

Ичиносэ Сион до последнего надеялся, что они просто испугаются и уйдут, но реальность не была настолько милосердна.

Как только главарь бросил: «Взять его», мужчина, стоявший слева от него, тут же создал перед собой магический круг размером примерно с верхнюю часть тела.

— (!)

Увидев формулу заклинания, начертанную в светящемся красном магическом круге, Ичиносэ Сион понял, что это огненная магия под названием . По общим меркам магов  соответствовал магии уровня B.

Разумеется, это было куда более сильное заклинание, чем то, с чем мог справиться Ичиносэ Сион, находившийся лишь на уровне класса C по меркам учеников.

Однако даже перед лицом этого Ичиносэ Сион не шелохнулся и сохранил на лице бесстрашную улыбку. …Но вовсе не потому, что у него был запас сил.

Доказательством этому служило то, что в этот самый момент у него в голове крутилось: (Хе-хе-хе… да у меня вообще нет ни единого шанса победить. Ну и что же теперь делать~ ва-ха-ха), — и этим внутренним смятением он уже наполовину сбегал от реальности.

…Судя по тому, как эти мужчины до этого преследовали женщину, Ичиносэ Сион решил, что перед ним не профессионалы, а всего лишь обычные любители.

Если бы противниками и правда оказались обыкновенные уличные хулиганы, Ичиносэ Сион полагал, что с тремя он ещё смог бы справиться — за счёт хоть немного натренированного тела и капли магии.

Если бы они и впрямь были просто отморозками, это действительно могло бы сработать. Даже если бы он не сумел победить всех троих, хотя бы увести женщину и сбежать не составило бы труда.

Однако один из злодеев, преследовавших женщину, оказался магом. Более того, его магия была явно сильнее, чем у Ичиносэ Сион.

Магический круг, который сейчас разворачивал стоящий перед ним мужчина, был примерно семидесяти сантиметров в диаметре. Для сравнения: самый большой магический круг, который мог создать Ичиносэ Сион, достигал лишь сорока сантиметров.

Хотя сила магии не определяется одним только размером магического круга, для развёртывания и использования большого круга требуется соответствующий объём магической силы. Кроме того, , который мужчина перед Ичиносэ Сион вот-вот собирался активировать, был более сложной и более мощной магией, чем та, что была ему по плечу.

Из имеющейся информации было ясно: стоящий перед ним мужчина изначально обладал большим запасом магической силы, чем Ичиносэ Сион, и был более сильным магом.

В этом отчаянном положении выражение лица Ичиносэ Сион по-прежнему застыло в бесстрашной улыбке…

До высвобождения вражеской магии оставались считаные мгновения. И за этот краткий миг Ичиносэ Сион сменил ход мыслей.

Если пустить в дело всю имеющуюся у него магию, он, возможно, сумеет выбраться отсюда хотя бы один.

Но прямо за спиной Ичиносэ Сион стояла дрожащая от страха девушка. За его спиной был тот, кому требовалась помощь.

Тот, кого, если он не спасёт, ждёт жестокая участь и беспощадная смерть.

(Бежать — не вариант. Ни за что.)

С самого начала он даже не рассматривал возможность бросить девушку позади себя и спастись самому.

Но, при всём том, победить мужчин перед собой он не мог.

Да что там победить — у Ичиносэ Сион не было даже способа защититься от , который вот-вот должен был обрушиться на них.

Переулок, в котором они находились, с обеих сторон был зажат стенами высотой около пяти метров, так что перелезть через них и сбежать было невозможно.

Проход был настолько узким, что, когда трое взрослых мужчин стояли плечом к плечу, свободного места почти не оставалось, а значит, проскользнуть мимо них спереди тоже было крайне трудно.

(Использовать это…!? Нет…)

Возможно, существовал способ, при котором Ичиносэ Сион сумел бы в одиночку выдержать удар .

Но тогда пламя наверняка задело бы девушку позади него, которая всё ещё даже подняться не могла.

Эту возможность он сразу же вычеркнул.

(Нужен только правильный ответ…!! Думай…!)

За одно мгновение он перебрал сразу несколько вариантов — защитная магия, атакующая магия, отвлекающий манёвр, приёмы ближнего боя… но ни один из козырей, что были у него на руках, не давал даже малейшей надежды на успех. Идеи всплывали одна за другой, но перед лицом мощного  у него не было способа полностью защитить девушку за своей спиной.

— Но в этот миг.

Главарь резко ударил по голове мужчину слева от себя, который разворачивал магический круг, и сердито рявкнул:

— Идиот!! Если ты шарахнешь такой здоровенной магией и девку зажарит до углей, что мы тогда делать будем?! Мы же с ней ещё даже не повеселились!!

— А! Точно… И правда. Мой косяк, мой косяк.

Получив нагоняй, мужчина ухмыльнулся, будто только сейчас сообразил, прекратил вливать магическую силу, и магический круг перед ним исчез.

(У-успел…)

Ичиносэ Сион, только что в последний момент избежав смерти, мысленно перевёл дух. Однако даже в такой ситуации он состроил лицо, будто хотел сказать: «Ну, такая магия всё равно бы на меня не подействовала», — и лишь фыркнул.

— Ладно, теперь ты.

По приказу главаря мужчина справа кивнул, вытащил из кармана короткий меч и, понемногу сокращая расстояние, двинулся к Ичиносэ Сион.

— Сейчас я покажу тебе, что бывает с теми, кто лезет куда не следует из-за своей идиотской жажды справедливости.

Один юноша против троих. На стороне противника — человек, умеющий обращаться с клинком, да ещё и в ситуации трое на одного.

Мужчина, ни капли не сомневаясь, что именно он здесь охотник, уже собирался рубануть Ичиносэ Сион, который принял стойку, — когда это произошло.

— …Ха-а…

— …А?

Столкнувшись с тем, что Ичиносэ Сион вдруг глубоко вздохнул, мужчина невольно замер на месте.

А Ичиносэ Сион, слегка наклонив шею, провёл рукой по затылку так, словно был до крайности разочарован.

— И вы даже с такого расстояния не способны понять разницу в силах… Безнадёжное отребье…

— …Чего?

Мужчина с коротким мечом нахмурился, однако Ичиносэ Сион, будто вовсе не замечая этого, продолжил:

— Сегодня мне не хотелось марать руки кровью, но, похоже, выбора нет…

Сказав это тоном человека, которому всё уже порядком надоело, Ичиносэ Сион небрежно свёл ладони перед грудью.

На глазах у мужчины, державшего короткий меч, между сложенными ладонями Ичиносэ Сион вспыхнула молния, и в тихом ночном переулке раздался резкий плазменный треск.

Молния была густо-чёрной в самой плотной сердцевине, а по краям, где разряды истончались, отливала зловещим фиолетовым светом.

— …Тц!!

Увидев это, один из мужчин — тот самый маг, что совсем недавно готовил , — поспешно развернул в сторону Ичиносэ Сион магический круг.

Однако, заметив это, главарь, слегка изменившись в лице, тут же остановил мага.

— Не смей! Не дёргайся бездумно…!! Вы оба, назад…!!

Увидев эту странную молнию, главарь немедленно приказал остальным двум отступить.

Потому что инстинкты буквально вопили ему о смертельной опасности.

…Если подумать, тот парень, что стоял сейчас перед ними, с самого начала вёл себя ненормально, — мелькнуло у него в голове.

Внезапно объявился в этом пустом переулке и перегородил им дорогу. Перед лицом троих мужчин и глазом не моргнул, а даже увидев перед собой магию и клинок, не сделал ни шагу назад и продолжал улыбаться с бесстрашным видом.

И прежде всего — эти зловеще светящиеся в полумраке багровые глаза.

(Этот тип… опасен…)

То, что делал стоящий перед ними человек, никак не походило на поведение случайного прохожего.

Главарь не сводил с рук Ичиносэ Сион пристального взгляда, сохраняя предельную осторожность.

На его глазах Ичиносэ Сион, всё ещё удерживая между ладонями странную молнию, начал понемногу разводить руки в стороны.

Если присмотреться, между его ладонями был развёрнут магический круг диаметром около пятнадцати сантиметров.

И когда расстояние между ладонями стало увеличиваться, внутри начала проступать тонкая, поблёскивающая серебром пластина.

(Это… плохо… Я не понимаю, что это такое, но — нужно остановить его…!!)

Главарь лихорадочно соображал, однако буйно хлещущая между ладонями Ичиносэ Сион молния лишь усиливала его настороженность, и он не решался подойти ближе к этому чёрному разряду.

Не обращая внимания на его осторожность, Ичиносэ Сион продолжал всё шире разводить руки перед грудью. Тонкий предмет, похожий на серебристую пластину, постепенно обретал форму.

И через несколько секунд, когда Ичиносэ Сион полностью раскрыл ладони, раздалось короткое «пачи…» — плазменный треск, и молния исчезла.

А в тот же миг в правой руке Ичиносэ Сион уже был зажат меч с односторонней заточкой и красивым волнистым узором на клинке. Держа оружие одной рукой и свободно опустив остриё вниз, словно пребывая в полном спокойствии, Ичиносэ Сион тихо перевёл свои светящиеся красным глаза на мужчин.

— …Тц!!

Увидев это, главарь широко распахнул глаза.

— Когда он увидел эти багровые глаза, у него уже мелькнуло дурное предчувствие.

Но он тут же бессознательно отбросил эту мысль как невозможную — слишком уж невероятной она казалась.

Инстинкты мужчины сами не хотели допускать подобную возможность.

Однако теперь, увидев меч в руках Ичиносэ Сион, он был вынужден признать — нравится ему это или нет, — что подозрения оказались верны.

Осознав, кто стоит перед ним на самом деле, мужчина выдохнул его прозвище:

— Т-ты… [Алые Глаза]…!!

— Ты знаешь этого человека?

Услышав, как чудовищно дрогнул голос главаря, мужчина с коротким мечом растерянно спросил его.

— Вы что, не слышали?! Я тоже вижу его впервые, но говорят, это сильнейший мечник теневого мира, владелец клинка с красными глазами…!!

— Сильнейший мечник теневого мира… …!! Неужели это… один из тех самых «Ревенантов»…!!

— «Ревенанты»? Ты про ту тёмную гильдию, где каждый по силе якобы равен целой бригаде королевских рыцарей, хоть их самих и немного…!?

Лица всех троих перекосило от страха перед стоящим перед ними человеком с алыми глазами.

«На кого же мы вообще посмели оскалиться?..»

…Да, стоявший перед ними юноша в чёрном.

Истинная сущность этого юноши, который обычно притворяется обычным студентом магической академии в этом королевстве, — один из «Ревенантов», организации, о которой говорят, будто каждый её член равен по силе целой бригаде рыцарей королевства, а сам он — тот самый [Алые Глаза], внушающий страх как сильнейший мечник теневого мира—… разумеется, ничего подобного не существовало.

Всё это было лишь ошибкой и недоразумением со стороны мужчин.

Они просто взяли какие-то обрывки сведений, про которые «вроде бы когда-то что-то такое слышали», сопоставили их с Ичиносэ Сион, стоявшим перед ними, и, к своему ужасу, сами же поверили: «А, ну точно, всё именно так!!»

Где-то действительно мог существовать мечник с алыми глазами.

Этот человек и впрямь мог носить титул сильнейшего мечника теневого мира.

Могла существовать организация под названием «Ревенанты», и каждый её член действительно мог обладать силой, равной целой бригаде королевских рыцарей.

И мечник с алыми глазами вполне мог быть частью этой организации под названием «Ревенанты».

Какая-то часть тех расплывчатых, крайне смутных сведений, что были в головах у всех троих, возможно, действительно была правдой.

Однако человек по имени Ичиносэ Сион, стоявший сейчас перед ними, не имел ко всему этому ни малейшего отношения и на самом деле был всего лишь самым обычным студентом магической академии класса C.

Ичиносэ Сион всего лишь создал меч при помощи магии , потому что увидел у приближавшегося мужчины короткий клинок и решил, что, если дело дойдёт до боя на мечах, у него, возможно, появится хоть какой-то шанс.

К слову, , которое использовал Ичиносэ Сион, было среди магии этого типа относительно низкоуровневым и позволяло создавать лишь мечи крайне хрупкой прочности. И, разумеется, никакой густо-чёрной молнии, как раньше, при этом обычно не возникало — Ичиносэ Сион просто отдельно использовал магию молнии исключительно ради эффектного вида.

А причина, по которой Ичиносэ Сион перед мужчиной с коротким мечом тяжело вздохнул, а затем начал вести себя так, будто является кем-то несоизмеримо более сильным, сопровождая это разочарованными жестами и надменными словами, была до смешного простой: он всего лишь хотел заставить противника насторожиться и выиграть время, чтобы создать оружие.

Однако из-за многочисленных ненормальных поступков Ичиносэ Сион, совершенно не соответствовавших его реальным возможностям, суждения мужчин были серьёзно нарушены. В конце концов они дали волю собственной фантазии и превратили стоявшего перед ними обычного студента магического класса C в сильнейшего мечника у себя в головах.

Главарь, до смерти перепугавшийся из-за собственного заблуждения, дрожащим голосом обратился к двум подручным рядом с собой:

— Э-эй, валим отсюда…

— Н-но как же задание? Нам ведь уже заплатили вперёд…

— Идиот!! Ты правда думаешь, что мы сможем драться с таким чудовищем за эти жалкие гроши?!

Разумеется, никто не стал бы соглашаться на дело, где смерть гарантирована, сколько бы ни предлагали денег. Главарь торопил остальных бежать.

Однако следующие слова юноши, стоявшего перед ними, заставили мужчин оцепенеть.

— О чём вы вообще говорите? Неужели думаете, что я позволю такому мусору, как вы, уйти?

…Ичиносэ Сион окончательно вошёл во вкус.

Он удерживал угрозу, которая и так уже собиралась уйти сама, лишь потому, что хотел довести до конца свою фантазию. В его ненормальном поведении больше не осталось никаких тормозов.

— А, мусор… ну да… хе-хе, даже «Ревенанты» ведь не берутся за работу, которую можно было бы без стыда показывать при свете дня, верно…?

— Чего?

— Ик…!

Когда Ичиносэ Сион окинул мужчину самым давящим взглядом и заговорил нарочито зловещим голосом, тот испуганно вскрикнул. А главарь наконец окончательно сорвался и начал заискивать перед Ичиносэ Сион.

К этому моменту уже не существовало никого, кто мог бы остановить и заблуждение мужчин, и патологическое поведение Ичиносэ Сион.

— Не пойми меня неправильно. Да, среди «Ревенантов» есть и такие, кто без колебаний убьёт, если поступит приказ.

— Но…

— среди нас нет ни одного, кто стал бы толпой наваливаться на женщину и пытаться распускать руки, как вы, отбросы.

Ичиносэ Сион пронзил их тяжёлым взглядом.

Были ли его глаза теперь окрашены ещё более густым багрянцем потому, что он сам усилил магию, желая выразить гнев, или же потому, что они откликались на кипевшую в нём ярость, — понять было невозможно.

Но как бы там ни было, хотя ещё несколько минут назад он даже не слышал ни о какой организации под названием «Ревенанты», теперь он уже полностью убедил себя, что и есть [Алые Глаза], и с самоуверенным видом рассуждал о характерах людей, которых попросту не существовало.

— Гх…!!

Хотя каждое его слово было от начала и до конца выдумкой, главарь не нашёлся, что ответить. В словах юноши ощущалась какая-то странная убедительность, какая-то давящая атмосфера.

И теперь этот мужчина дрожал от страха, столкнувшись с гневом юноши, которого по ошибке принял за сильнейшего мечника.

— …Может, если вы разбежитесь в разные стороны и понесётесь изо всех сил, одному из вас и удастся уйти. Но «Ревенанты» всё равно найдут того, кто сбежал. Мы будем преследовать вас до самого края света. Куда бы вы ни спрятались в этом мире, даже если окажетесь в пасти дракона, мы вас найдём. И причиним вам боль во много раз сильнее той, что вы причиняли тем, кого мучили. Быстрой смерти не ждите. Но в конце концов умрёте вы всё равно. Вот что такое «Ревенанты».

— А… а…

Ичиносэ Сион окончательно увлёкся.

Пока за эти несколько минут Ичиносэ Сион раз за разом достигал в своей жизни всё новых вершин упоения, лица мужчин окрашивались в цвета бездонного отчаяния.

И как бы они ни пытались это отрицать, им пришлось признать: их ждёт неизбежная смерть, от которой не уйти.

— Было ошибкой соглашаться на заказное убийство за такие жалкие деньги.

— Было ошибкой гонять женщину, словно смакуя охоту, вместо того чтобы сразу довести дело до конца.

— Было ошибкой не отступить сразу, как только появился этот юноша и стало ясно, что с ним что-то не так.

— Было ошибкой поднять клинок на члена «Ревенантов».

— Нет, ошибкой было вообще связываться с теневым миром с самого начала.

Сколько бы они теперь ни сожалели — всё было слишком поздно.

Эти мужчины жили в теневом мире и успели пережить уже немало опасных ситуаций.

Но то, что стояло перед ними сейчас, не шло ни в какое сравнение ни с одной из прежних угроз.

В этом мире существуют такие сверхъестественные индивидуальные силы, против которых бессильно любое число обычных людей.

И мужчины пришли к выводу, что стоящий перед ними юноша как раз относится к таким существам.

У них уже не осталось ни воли к побегу, ни желания сопротивляться, и мужчины один за другим обессиленно опустились на землю.

На их лицах, пока они сидели, не в силах даже пошевелиться, смешались отчаяние, страх и смирение.

…И в этот момент Ичиносэ Сион открыл рот.

— Шучу.

Услышав этот внезапный, совершенно сбивающий с настроя голос, мужчины слабо перевели взгляды на Ичиносэ Сион.

Постукивая тыльной стороной меча по плечу, Ичиносэ Сион обратился к ним:

— Я не собираюсь вас убивать. В конце концов, на моих глазах вы ведь ещё не сделали ничего по-настоящему плохого.

— …?

Слова «я не собираюсь вас убивать» мужчины не могли толком осмыслить.

А может, просто не хотели их понимать, боясь, что надежда, вспыхнувшая перед ними, тут же снова будет отнята.

Увидев, что мужчины никак не реагируют, Ичиносэ Сион со вздохом «хаа…» продолжил:

— Смотрите… на моих глазах вы всего лишь загнали вон ту женщину в тупик. Да, дело почти зашло слишком далеко, но в итоге вы только как следует её напугали. И всё.

Чем спокойнее и будничнее звучал голос Ичиносэ Сион, в котором не чувствовалось враждебности, тем яснее мужчины постепенно начинали понимать смысл его слов.

— Если всё зло, которое вы успели совершить, ограничилось этим, то и убивать вас незачем. К тому же вы, похоже, уже успели испытать примерно тот же страх, что и та женщина.

— …! …!

Дойдя до этого места, мужчины, похоже, наконец до конца поняли, что именно говорит Ичиносэ Сион.

Отчаянно цепляясь за тончайший лучик надежды, вспыхнувший перед ними, они принялись яростно кивать, словно подтверждая каждое его слово.

— Вот и хорошо, тогда можете идти. Что бы ещё дурного вы ни натворили раньше, мне до этого нет дела. Судить об этом — работа не «Ревенантов», а государственных служб безопасности. Верно?

Мужчины закивали ещё яростнее; от резкости движений капли холодного пота разлетались с их лиц.

— И, как я уже сказал, сегодня у меня нет настроения кого-то рубить. Так что вы свободны. Проваливайте отсюда.

— …!

(О-он ведь и правда это сказал…!!)

Услышав слова Ичиносэ Сион, мужчины неуверенно поднялись на ноги.

Но сразу не двинулись — лишь смотрели на Ичиносэ Сион вопросительными взглядами, будто спрашивая: «Правда можно?..»

— Чего застыли? Проваливайте уже. Или я вас убью.

— …!!

Услышав этот низкий, острый голос, от которого по спине пробежал холодок, мужчины с воплями «Ик!» и «Помогите!» рванули прочь со всех ног.

— ………..

…Стук поспешных шагов мужчин постепенно стихал, и через несколько секунд уже совсем исчез. Проводив их взглядом, Ичиносэ Сион перестал подпитывать магической силой меч, созданный магией , и тот растворился без следа, а светившиеся багровым глаза вернулись к своему обычному чёрному цвету.

Ичиносэ Сион выдохнул:

— …Фух.

Хотя только что отсюда исчезла угроза, в любой момент способная стоить ему жизни, чувства «облегчения» он не испытывал.

Но не потому, что слишком сильно испугался пережитой опасности. Напротив — он был настолько опьянён происходящим, что не чувствовал ни страха, ни тревоги.

(Ку-ку-ку…)

Вспоминая только что сказанные слова, он мысленно вновь прокручивал те реплики, которые показались ему особенно «удачными». Он даже сам вздрагивал от того, насколько крутыми были его слова и поступки, и как безупречно они воспроизвели его повседневные фантазии.

Для Ичиносэ Сион это был тот самый миг, когда его ненормальное поведение и ежедневные бредовые грёзы спасли человека.

…Вдоволь налюбовавшись собой в мыслях, Ичиносэ Сион подошёл к женщине и окликнул её:

— …С вами всё в порядке?

— Разумеется, всё в порядке!! Я и без чьей-то помощи прекрасно справилась бы с такими типами сама!!

Ичиносэ Сион, полагая, что женщина, вероятно, только что пережила страх и отчаяние такого уровня, каких не испытывают и раз в жизни, нарочно заговорил с ней мягким голосом.

Но, полностью проигнорировав его деликатность, женщина, которая ещё недавно дрожала от ужаса и не могла вымолвить ни слова, ответила ему на удивление смело.

— …Понятно…

— И почему у тебя такой довольный вид, будто ты совершил что-то великое!? Ведёшь себя так, словно благородно сражался, а сам всего лишь пригрозил им мечом и больше ничего не сделал!! Так что не спрашивай меня, всё ли со мной в порядке!!

— О… о…

Это была чистая правда. Замечание женщины, метко ударившее в самую суть, заметно выбило Ичиносэ Сион из колеи, однако он постарался не показать этого на лице и ответил ей как ни в чём не бывало.

— …Хмф. Раз у вас ещё хватает сил на такое, значит, всё в порядке. Ну что ж, тогда я пойду. …Впредь будьте осторожнее на пустынных ночных улицах.

— Что!? Подожди минутку!! Оставлять хрупкую леди одну в таком месте — да у тебя с головой всё в порядке!? Ты вообще мужчина!?

(Хрупкую…?) Разве эта женщина только что не сказала, что и сама прекрасно бы со всем справилась…?

Озадаченно почесав голову пальцем, Ичиносэ Сион спросил:

— …Так чего именно вы от меня хотите?

— Специально, вот прямо специально, я разрешаю тебе проводить меня до городского рынка! Ты должен быть благодарен!

— …Какая честь.

Ещё несколько мгновений назад она была парализована страхом, не могла произнести ни слова, отчаянно моля о помощи, и не имела сил даже подняться. Но теперь её отношение к человеку, который её спас, оказалось на удивление дерзким.

(То есть, по сути, она хочет, чтобы я проводил её до рынка…)

Ичиносэ Сион со вздохом упёр руки в бока. Несмотря на всю свою усталую обречённость, никакого раздражения он не испытывал.

Женщина перед ним вела себя так, словно ничего не произошло, будто недавний инцидент был лишь мелкой неприятностью.

Однако, как бы она сама ни говорила, невозможно, чтобы слабая женщина пережила нечто столь ужасное и осталась совершенно невредимой душой.

Подобное легко может превратиться в травму на всю жизнь. В тяжёлых случаях человек потом и вовсе не сможет спокойно смотреть людям в лицо.

А если рана в сердце так и не затянется, она и вовсе может довести его до непоправимого исхода.

Пусть Ичиносэ Сион и не был жертвой, представить себе подобное он всё равно мог.

И потому, чтобы обеспечить ей безопасность и хотя бы немного успокоить, Ичиносэ Сион не имел ничего против того, чтобы проводить её до рынка.

Если рядом не было никого другого, кто мог бы помочь нуждающемуся, он сам выходил вперёд, не считаясь с опасностью для себя. Для него это было самым естественным решением.

Таковы были непоколебимое чувство справедливости, совесть и убеждения, лежавшие в самой основе личности Ичиносэ Сион.

— …Хорошо. Тогда пойдём. Я провожу вас до рынка.

— Ты серьёзно? Неужели не видишь, что я до сих пор слишком слаба, чтобы стоять? Хоть бы иногда думал, прежде чем говорить! Какой же ты недалёкий! Стой тут с этим своим глупым лицом, пока я не смогу идти сама!

(…Может, просто оставить её здесь и уйти домой?)

На миг решимость Ичиносэ Сион дрогнула.

Пять минут прошли в молчании, пока Ичиносэ Сион смотрел в ночное небо. Наконец женщина поднялась. Отряхнув мантию руками, она спокойным, но слегка раздражённым тоном обратилась к нему:

— И чего ты стоишь тут столбом, как дурак? Давай быстрее веди меня на рынок. Мне-то всё равно, но раз уж ты так настаиваешь, я позволяю себя проводить. Будь благодарен.

— …Да, идём.

Поняв, что спорить бессмысленно, Ичиносэ Сион просто кивнул.

— Эй, подожди! Ты… ты что, злишься? Ну, я хочу сказать…

Женщина, внезапно растерявшись, поспешила догнать Ичиносэ Сион, который уже пошёл вперёд.

— Я не злюсь. Я просто рад, что вам стало лучше.

— Ещё бы! Что-то подобное для меня вообще пустяк! И если ты не злился, мог бы сразу так и сказать! Какой невежливый!

На миг в её голосе мелькнула чуть более скромная нотка, но очень быстро она вновь вернулась к своему высокомерному тону.

— Да, виноват. В следующий раз буду осторожнее.

— Вот так-то лучше. Хмф.

С этими словами она самодовольно улыбнулась.

«А может, она не такой уж плохой человек», — подумал Ичиносэ Сион.

После этого они вдвоём двинулись по ночной дороге, и Ичиносэ Сион шёл впереди.

— Мы ещё не пришли?

— Ты точно уверен, что идёшь правильной дорогой?

— Скукотища. Неужели не можешь рассказать что-нибудь интересное? С тобой совсем не весело.

— …Пожалуйста, перестаньте. У меня уже голова болит от ваших разговоров о «тьме», «тенях» и «грехах»…

Обмениваясь такими репликами, они в конце концов вышли на дорогу, где впереди уже виднелись огни и слышался шум оживлённого городского рынка.

— Смотрите, почти пришли.

— Я и сама это вижу! Ты что, издеваешься?

— …Ничуть.

Они шли и переговаривались уже около пятнадцати минут, но её манера держаться так и не изменилась до самого конца.

— Ах да, кстати.

Женщина вдруг остановилась и заговорила:

— Я ведь ещё как следует не поблагодарила тебя за помощь. Ну… вроде как.

— Что это вы так вдруг переменились? Правда, в этом нет необходимости.

— Нет, так нельзя. Пусть мне и не нужна была помощь, но если я не выражу благодарность, это уронит мою честь.

— …Что?

Особый нажим, с которым она произнесла слово «честь», слегка озадачил Ичиносэ Сион.

Чересчур официальный стиль речи, преувеличенно горделивое поведение, эта странная озабоченность честью — всё это выглядело как-то не на своём месте.

Да и тот факт, что она всё это время прятала лицо под низко надвинутым капюшоном, тоже не давал ему покоя.

(Может, эта женщина просто играет в [сбежавшую принцессу, тайком выбравшуюся в квартал простолюдинов]?) Какая странная особа…

Ичиносэ Сион невольно почувствовал лёгкую неловкость.

— Итак, что бы мне дать тебе в знак благодарности…?

— Если у вас ничего нет, не переживайте об этом. Я помог вам не ради награды, так что всё в порядке.

Пока женщина что-то искала под мантией, Ичиносэ Сион попытался её успокоить, не желая, чтобы она чувствовала себя обязанной.

— Нет, так не пойдёт. Я не могу позволить, чтобы моя честь была запятнана… О, придумала!

Словно её только что осенило, женщина откинула капюшон.

[[image:/storage/reader-images/76bab02c33f6f43e79b5d49464ab104aefbaebbe.jpg]]
— —

На миг показалось, будто само время замерло.

В лунном свете открылись её прекрасные, блестящие рыжевато-красные волосы и глаза того же оттенка.

Кожа у неё была такой бледной и безупречной, что казалась почти прозрачной, а на вид ей было около восемнадцати. Перед ним стояла ослепительно красивая девушка.

Стоило бы такой пройти по городу, и все взгляды непременно были бы прикованы к ней, а прохожие ещё долго оборачивались бы ей вслед, словно заворожённые. Но…

(…Редкий цвет волос.)

Даже столкнувшись с такой потрясающей красавицей, Ичиносэ Сион лишь отметил про себя необычный оттенок её волос, что было вполне естественно для человека, чья юность так и не взрастила в нём влечения к противоположному полу.

Сняв капюшон, девушка потянулась к затылку, сняла кулон и вытянула его из-под мантии.

К кулону был прикреплён сверкающий камень — овальный, около четырёх сантиметров в длину. Его цвет был глубоким фиолетовым, почти неотличимым от чёрного в ночной темноте.

— Я дам тебе это в знак благодарности!

— Нет, я не могу принять такую вещь. Выглядит очень дорого… да и, похоже, это что-то важное для вас.

Ичиносэ Сион отказался брать кулон, протянутый ему.

— Может, он и ценный, но у меня дома таких полно! Так что можешь не стесняться.

— Ну, эм…

— Раз уж я даю — бери! Или ты хочешь сказать, что не желаешь принимать это только потому, что кулон висел у меня на шее? Я тебя убью!

— Нет-нет-нет, успокойтесь! Только не убивайте!

Слегка опешив, Ичиносэ Сион поспешно замахал руками.

— Значит, примешь?

— …С благодарностью приму. Спасибо.

С обречённым вздохом Ичиносэ Сион всё же взял кулон, и девушка удовлетворённо улыбнулась.

— Вряд ли ты станешь носить кулон, но его можно выгодно продать, так что продай и используй деньги, чтобы хоть немного поправить свою бедную жизнь.

— Нет, я его оставлю. Всё-таки это знак вашей благодарности. Я буду беречь его.

Несмотря на свои порой сомнительные заскоки, благодарность девушки искренне его порадовала, и на его губах даже появилась лёгкая улыбка.

— …Что ж, такой настрой мне нравится.

Снова натянув капюшон так, чтобы он скрыл лицо, она тихо, почти смущённо произнесла это. Затем бросила: «Пойдём», — и вместе с Ичиносэ Сион зашагала дальше к рынку.

Когда они добрались до рынка и некоторое время прошли между рядами лавок, женщина внезапно заговорила:

— Вижу знакомого человека. Ты мне больше не нужен. Можешь идти.

— Рад это слышать. Постарайтесь больше не заблудиться.

— Не твоё дело!

Фыркнув, девушка уже было направилась дальше по улице, но вдруг остановилась и обернулась к Ичиносэ Сион.

— Ах да, кстати, как тебя зовут?

— Хм? А, Сион. Ичиносэ Сион.

— Сион… значит, Сион. Мне, конечно, совершенно всё равно, вот совсем-совсем, но, может быть, я и запомню это имя, если мне захочется.

— …Польщён, наверное.

— И ещё… кто ты вообще такой, Сион? Ты правда какой-то страшный человек вроде этих… как их там… Алых чего-то… или Ревна… как-то так?

Увидев на лице девушки лёгкий страх, Ичиносэ Сион с едва заметной гордостью усмехнулся.

— Нет, вовсе нет. На самом деле я всего лишь самый обычный студент магической академии класса C.

— А… а ты правда студент? Просто… самый обычный?

— Да, именно так. Всё, что я говорил до этого, было ложью.

— Хмф… ну и ладно. В общем-то, неважно.

Хотя ответ Ичиносэ Сион, похоже, немного её озадачил, она очень быстро отмахнулась от этого с таким видом, словно подумала: «Раз уж ты так говоришь, значит, так оно и есть».

— Ну что ж, Сион. Спасибо тебе за сегодня. Пожалуй, я всё-таки немного отблагодарю тебя.

С этими словами девушка быстро развернулась и, ни разу не обернувшись, ушла в сторону улицы.

Проследив взглядом, как она встретилась с кем-то, по-видимому, из своих знакомых, Ичиносэ Сион тоже направился к столичному вокзалу.

Расставшись с девушкой, Ичиносэ Сион сел на магический поезд и вернулся в общежитие при магической академии, где поужинал чуть позже обычного.

Закончив есть и убрав за собой посуду, он собрал в комнате несколько книг по магии и зелий, после чего направился на практический полигон академии.

Цель у него была предельно проста: тренировка магии.

Словно события, произошедшие ранее, вообще не имели никакого значения, он целиком сосредоточился на тренировке.

Мысль вроде «я устал, сегодня можно и полегче» ни разу не пришла ему в голову. Даже если тело уже выбивалось из сил, он знал: стоит только влить в себя зелье, и оно всё равно продолжит двигаться.

— Ха… ха…

Опираясь обеими руками о землю, Ичиносэ Сион тяжело дышал, а лицо его было искажено напряжением.

По всему телу у него ненормально вздулись жилы, а пот лился на землю буквально ручьём.

Вернувшись домой около восьми вечера, он тренировался в магии до двух часов ночи. И лишь когда тело оказалось настолько истощено, что он едва мог стоять на ногах, он наконец закончил ночную тренировку.

Смыв в ванне пот, он применил к себе заклинание  и лёг спать.

А затем — всего через час — снова проснулся и опять начал магическую тренировку.

Подобно стреле, сорвавшейся с тетивы, он без остатка посвящал себя непрерывным тренировкам и грёзам о том, как станет сильнейшим… Таков был повседневный распорядок Ичиносэ Сион.

…Тем временем в городке, немного удалённом от центра столицы, одна служанка пребывала в состоянии крайнего раздражения.

Она оказалась там по просьбе своей госпожи, которая настойчиво потребовала, чтобы они вместе отправились в местный салон шиацу.

Как служанка, она сперва отказалась, заявив, что массаж помешает исполнению её обязанностей, однако госпожа оказалась столь настойчива, что в итоге ей пришлось уступить и самой лечь на сеанс.

И это стало её роковой ошибкой.

С самого начала госпожа вовсе не собиралась идти на шиацу по-настоящему.

Её истинной целью было улизнуть из салона, пока служанка будет лежать ничком и получать массаж, а самой отправиться гулять по городу.

…Когда служанка это поняла, было уже слишком поздно.

Когда спустя сорок пять минут сеанс наконец закончился и она поднялась с кушетки, соседнее место, где должна была находиться её госпожа, уже пустовало.

— Ах ты мелкая дрянь!!!

Служанка выскочила из салона и в полном смятении принялась искать свою госпожу по всему городу. Если бы с её госпожой что-нибудь случилось, пока она сама спокойно лежала на массаже, её голова действительно могла слететь с плеч.

И это было вовсе не преувеличение.

Речь шла о том, что ей и правда могли отрубить голову.

Служанка отчаянно продолжала поиски.

Она обшарила рынок, где рядами тянулись лавки, и тщательно проверила все места, которые могли заинтересовать её госпожу.

Но сколько бы она ни искала, найти её так и не удавалось.

— Чёрт!! Всё очень плохо!!

— Неужели она ушла ещё дальше, за пределы рынка? Но куда? И что, если с этой дурочкой и правда что-то случилось…!!

Её мысли метались, захлёстываемые тревогой и жутким напряжением.

— Чёрт побери!! Да куда подевалась эта идиотка!!

Не обращая никакого внимания на прохожих на шумной рыночной улице, служанка в сердцах выкрикнула это вслух.

…И в этот момент кто-то подошёл к ней и заговорил.

— И кого это ты назвала «идиоткой», а? Эй, ты.

Служанка резко обернулась на голос и увидела женщину, чьи глаза были скрыты низко надвинутым капюшоном.

— Госпожа!!

Та, кто окликнула служанку, оказалась не кем иным, как её госпожой, которую она так отчаянно искала.

— Клянусь, я тебя сейчас вырублю…

— Я за вас переживала!! Где вы были!?

— Где? Очевидно же, гуляла по городу.

Девушка ответила так, словно говорила о чём-то само собой разумеющемся, ничуть не смущаясь паники, в которую её поиски ввергли служанку.

— Гуляли по городу? А если бы вы попали в беду!

— В беду я уже успела попасть.

— Вы попали в беду!?

Служанка в ужасе распахнула глаза, услышав это чудовищное заявление от девушки, которая при этом ещё и самодовольно выпятила грудь.

— Но меня спас один странный человек, так что тебе не о чем беспокоиться.

— Вас спас какой-то странный человек, и вы ещё говорите мне не волноваться!?

— Как грубо. Если бы не он, тебе уже отрубили бы голову, знаешь ли. Так что ты должна быть ему благодарна.

— …Ну, это, может, и правда, но…

«Тогда, может, и не стоит называть своего спасителя “странным человеком”…» — подумала служанка, но вслух говорить этого не стала. Она слишком хорошо знала: пытаться взывать к логике своей госпожи совершенно бесполезно.

— Видишь? Я права, — удовлетворённо заявила девушка, явно довольная тем, что сумела переспорить служанку.

Хотя именно она сама улизнула от служанки и отправилась шататься по городу, теперь вела себя так, будто стояла выше всех.

…Однако правда заключалась в том, что её положение и впрямь было столь высоким, что ей многое сходило с рук.

Её звали Луна-Линдеза-Гилберт, третья принцесса королевства Гилберт.

Благодаря своим ярким рыжевато-алым волосам принцесса Луна-Линдеза-Гилберт часто удостаивалась от высокопоставленных гостей со всего мира похвал как несравненная красавица.

Но в действительности она была принцессой-сорванцом, которой до смерти наскучила удушающая жизнь в королевском дворце, и потому она заставляла служанку тайком выбираться с ней наружу и бродила по улицам, наблюдая за жизнью простолюдинов.

— Ладно, Ирен, идём уже обратно.

— …Как прикажете, госпожа.

Служанка по имени Ирен поспешила вслед за принцессой Луной, которая уже направилась обратно ко дворцу.

— Вообще-то, всё это случилось сегодня только потому, что тебя как следует не было рядом со мной.

— Но ведь это вы сами сбежали из салона шиацу!!

— Ничего не знаю. Ты просто бесполезна.

— Вздох… Да, я бесполезна. Прошу меня глубочайше простить.

Ирен ответила монотонным голосом, почти как машина. Она прекрасно понимала, что принимать слова принцессы близко к сердцу бессмысленно.

— Ладно, на этот раз я тебя прощу. Но в следующий раз будь внимательнее.

— Да, благодарю вас за безграничную милость, госпожа.

Ответ Ирен прозвучал так механически, будто она зачитывала заученный текст. Однако на самом деле она и правда испытывала раскаяние из-за того, что потеряла госпожу из виду, и про себя поклялась: «Больше я ни на миг не спущу глаз с этой девчонки».

— Вот и хорошо. Рада, что ты поняла.

— …?

Глядя на то, как принцесса с довольным видом улыбается, Ирен почувствовала, что что-то не так.

Обычно подобные нелепые выговоры продолжались до самого возвращения во дворец, но сегодня всё закончилось подозрительно быстро.

— Госпожа, вы сегодня в необычно хорошем настроении?

— Нет, ничего подобного.

После долгой паузы принцесса Луна отвернулась и ответила довольно неловко.

— …?

Ирен сочла её реакцию странной, но тут же отбросила эту мысль, решив: «Ну, у этой пустоголовой принцессы чувства и без того вечно скачут как попало».

…А тем временем в магической академии Ичиносэ Сион и не подозревал, что только что спас жизнь принцессы из другого королевства.

----------

Учебный поединок

В четвёртом тренировочном зале магической академии Кроуфорд ученики второго класса C, в котором учился Ичиносэ Сион, проводили учебные поединки.

Во время этих поединков студенты носили боевую форму, отличавшуюся от их обычной школьной.

Эта боевая одежда была наделена антимагическими свойствами, служила защитой от магических атак и снижала урон от прямых попаданий.

Целью таких учебных поединков на занятиях было не победить противника, а в практической форме отточить навыки управления магией.

Поэтому большинство учеников не слишком зацикливались на победах и поражениях.

Однако во втором классе C был один юноша, который проявлял к исходу боя необычайную одержимость, — уже упомянутый Ичиносэ Сион. Но зациклен он был не на победе;

его интересовало поражение — а точнее, то, каким именно образом он проиграет.

Его идеалом было использовать магию в полную силу, а затем проиграть так, чтобы противник подумал:

«Он что, специально проиграл, нарочно сдерживаясь…?» Речь шла не о том, чтобы просто поддаваться и проигрывать самым очевидным образом.

Его принцип заключался в том, чтобы по-настоящему совершенствовать магию в условиях учебного поединка, но при этом производить впечатление, будто он «проиграл нарочно».

Таков был Ичиносэ Сион — человек, который не желал идти на компромисс ни в серьёзном отношении к учебным поединкам ради оттачивания магии, ни в наслаждении фантазией о том, будто он скрывает свою истинную силу.

В тренировочном зале, который в тот момент использовал его класс, находилось восемь площадок размером десять на пятнадцать метров, разделённых магическими барьерами.

Учебные поединки проходили в этих кубообразных пространствах, окружённых магическими силовыми стенами. Те, кто в данный момент не сражался, либо тренировались запускать магию по мишеням в зале, либо наблюдали за чужими боями, ожидая, когда освободится одна из площадок.

И в этот момент Ичиносэ Сион как раз находился посреди поединка, обмениваясь магическими атаками с противником, стоявшим примерно в десяти метрах от него на одной из таких площадок.

— !

Ичиносэ Сион и его соперник одновременно применили одно и то же заклинание. Бледно-зелёные лезвия ветра столкнулись посередине, подняв порыв воздуха, и взаимно рассеялись.

— !

Не дав противнику времени опомниться, Ичиносэ Сион тут же выпустил следующее заклинание.

Из магического круга перед ним с серией приглушённых хлопков вылетели три огненных шара.

— Гх! !

Застигнутый врасплох противник поспешно развернул перед собой стену пламени и погасил огненные шары Ичиносэ Сион.

— !

Не теряя ни секунды, Ичиносэ Сион выпустил водную сферу около сорока сантиметров в диаметре, и та стремительно понеслась к сопернику.

Соперник сохранил , рассеяв .

Когда вода испарилась, раздалось громкое шипение, а густой пар закрыл ему обзор.

— Тц, !

Поняв, что ограниченная видимость ему невыгодна, противник поспешно вызвал ветер, чтобы разогнать пар.

— !!

Когда обзор восстановился, Ичиносэ Сион уже направил на него обе руки.

Соперник приготовился отразить следующее заклинание Ичиносэ Сион, но в этот момент ощутил нечто странное.

(Нет… магического круга…?)

Перед вытянутыми руками Ичиносэ Сион не было развёрнуто никакого магического круга.

(Он уже выдохся? Если так, то сейчас мой шанс—)

Увидев возможность, противник уже собирался перейти в контратаку. Но именно в этот момент…

— !?

Он резко остановил заклинание, которое собирался выпустить. Причиной стало то, что он заметил магический круг, формирующийся на земле под правой ногой Ичиносэ Сион.

(Те руки были отвлекающим манёвром…!!)

— .

Как только Ичиносэ Сион произнёс заклинание, магический круг на земле под его правой ногой вспыхнул голубовато-белым светом, и оттуда по поверхности земли к противнику рванула мощная молния.

(Плохо…!!) — !

Столкнувшись с приближающейся молнией, сопровождаемой яростным плазменным треском, противник поспешно присел, коснулся ладонью земли, развернул магический круг и поднял перед собой земляную стену высотой около полутора метров.

Молния ударила в стену, вспыхнув ослепительным светом и разлетевшись в стороны с грохотом, напоминавшим раскалывающийся камень.

После короткого завершающего «крак» молния полностью исчезла. Земляная стена же покрылась трещинами и, осыпавшись, превратилась в песок.

Когда противник поднялся и сквозь поднимающуюся пыль посмотрел вперёд, Ичиносэ Сион уже выпустил в его сторону ещё четыре огненных шара.

— Гах!! !!

Понимая, что магической силы у него почти не осталось, противник поспешно вложил весь остаток энергии в мощный водяной вихрь, чтобы отбить летящие огненные шары.

— Хаааа!!

Будучи уверенным, что это его последняя атака, противник вложил в заклинание весь оставшийся запас магической силы.

Водяной вихрь погасил четыре огненных шара Ичиносэ Сион и понёсся прямо на него.

Ичиносэ Сион попытался применить ещё одно заклинание, но не успел даже развернуть магический круг, как его снесло мощным водяным вихрем и швырнуло в стену позади.

После этого Ичиносэ Сион опустился на одно колено и слегка поднял руку, показывая, что сдаётся, — так учебный поединок завершился его поражением.

— Хаа, хаа… Спасибо за бой, —

произнёс его противник, переводя дух и подходя к Ичиносэ Сион для послематчевого приветствия.

— И вам спасибо, —

ответил Ичиносэ Сион, поднимаясь на ноги с невозмутимым видом. Впрочем, эта невозмутимость была лишь маской: на самом деле он был выжат до предела и едва не валился с ног.

— Ха-ха, почему-то победитель здесь выглядит куда более вымотанным, чем проигравший, —

с кривой улыбкой заметил соперник Ичиносэ Сион.

— Вовсе нет. Я совершенно выдохся. Даже стоять на ногах уже тяжело, —

ответил Ичиносэ Сион с кристальной честностью на эту улыбку.

— …По вам этого не скажешь.

— Я просто держу лицо.

Без всякого сомнения, это были подлинные чувства Ичиносэ Сион. Однако из-за своей чрезмерной прямоты его слова прозвучали почти как ложь — и именно на такой эффект Ичиносэ Сион и рассчитывал.

— Ясно… Ну, если вы так говорите, значит, наверное, так и есть, —

сказал его противник, всё ещё не до конца убеждённый, но, похоже, решивший принять объяснение. — В любом случае, —

продолжил он,

— вы ведь Сион, верно? Вы и правда очень хорошо обращаетесь с магией. Когда вы внезапно ударили той молнией с земли, я уже решил, что мне конец.

— Это мне до вас далеко. Хотя я полностью застал вас врасплох, вы всё равно мгновенно ответили земной магией, да ещё и с выгодным атрибутным преимуществом, —

сказал Ичиносэ Сион в ответ.

— Нет, если бы вы выпустили заклинание хоть на секунду раньше, я точно проиграл бы, —

настаивал соперник. А затем, став серьёзнее, добавил: — …Меня давно кое-что интересует.

В тот момент вам не показалось, что вы как-то слишком медленно произнесли заклинание? Вы ведь, случайно, не сдерживались нарочно…?

Ичиносэ Сион тут же прервал его расспросы:

— Ничего подобного. …Применять магию через ноги трудно. Поэтому на это неизбежно уходит больше времени.

— …Понятно. В этом есть смысл. Разворачивать магический круг у собственных ног и правда, наверное, непросто и долго.

— Именно.

Как и сказал Ичиносэ Сион, в целом управлять магической силой легче, когда в качестве проводника используются ладони или магические инструменты. Поэтому развёртывание магического круга из частей тела, отличных от ладоней, например из ног, действительно несколько сложнее.

Однако на самом деле Ичиносэ Сион был способен применить  с такой скоростью, при которой соперник никак не смог бы отреагировать.

Но, чтобы не завершить поединок слишком уж однозначно, Ичиносэ Сион нарочно выбрал такой момент, чтобы у противника оставалась возможность защититься.

Студент, который сражался с Ичиносэ Сион, верно уловил подозрительный момент, однако Ичиносэ Сион ловко отвёл подозрение в сторону, приведя правдоподобное объяснение.

Соперник не выглядел до конца убеждённым, но, похоже, всё же в какой-то степени принял это объяснение.

— Ну, в любом случае сегодняшний бой был отличным уроком. Буду ждать следующего!

— Взаимно. Я тоже буду ждать.

С этими словами они крепко пожали друг другу руки и покинули площадку для поединка.

После этого ученики по очереди продолжали проводить учебные поединки на тренировочных площадках, пока занятие не подошло к концу.

Когда урок закончился, Ичиносэ Сион вышел из тренировочного зала. Идя по коридору к раздевалке и вспоминая недавний бой, он заметил впереди своего недавнего противника, который разговаривал с одноклассником.

— Кстати, у тебя ведь сегодня был поединок с этим Ичиносэ, да? Ну и как он?

Ичиносэ Сион незаметно прислушался к их разговору.

— Большинство его заклинаний были не особо мощными, но он очень хорошо владеет магией молнии и вообще магическим боем. Думаю, у него очень высокий боевой интеллект.

— …Правда? Но разве он не из семьи торговцев? У него ведь не должно быть никакого таланта к магии.

— Даже не знаю, как сказать… магической силы у него, конечно, маловато, но в бою он использует магию очень изобретательно, да и сам по себе он невероятно силён. В реальном сражении он, возможно, вообще сильнейший в нашем классе.

— Что это вообще значит? Тогда кто же ты, раз победил его?

— Ну… он говорил, что это не так, но мне всё-таки кажется, что он сдерживался. Даже после боя он выглядел слишком расслабленным. Уверен, он не выкладывался всерьёз.

— …Ты его переоцениваешь. Не может быть, чтобы ты, кто в прошлом году учился в классе B, уступал кому-то из семьи торговцев.

— Хм… Надеюсь, ты прав. Ха-ха…

Ичиносэ Сион, подслушав этот разговор, понял, что именно такой реакции он и добивался в своих идеалах — впечатления, будто он, возможно, скрывает свою настоящую силу.

Оценка в духе «не похоже, что он сражался всерьёз» могла одновременно означать и «непонятно, где вообще предел его возможностей». Именно такого восприятия Ичиносэ Сион и желал.

Внутренне он был в полном восторге от этого неожиданно идеального развития событий.

Сдерживая желание прямо на месте пуститься в пляс, Ичиносэ Сион сохранил на лице невозмутимость и направился к раздевалке, держа небольшую дистанцию от двух учеников впереди.

----------

Тёмный бог разрушения

После уроков в день тренировочного матча Сион помогал своей классной руководительнице, Рестии, готовиться к занятию. Рестия попросила его: «Сходи принеси кое-какое оборудование для опыта на уроке». И вот теперь он стоял перед кладовой, где хранились приборы и инвентарь.

Открыв дверь ключом, который одолжил у Рестии, Сион вошёл внутрь и в уме сверялся со списком того, что нужно было подготовить, и в каком количестве. И именно в этот момент он заметил в глубине комнаты чью-то фигуру.

Переведя туда взгляд, Сион увидел ученицу.

Точнее, полураздетую ученицу в одном нижнем белье — похоже, она как раз переодевалась.

Девушка замерла, слегка наклонившись вперёд и как раз натягивая юбку.

Сион тоже молча застыл, глядя на неё.

— ……

— ……

Несколько секунд они оба стояли неподвижно.

Но внезапно тишину разорвал крик.

— Гваааааааа!!

Этот неожиданный вопль издал Сион. Продолжая кричать, он судорожно вцепился правой рукой в левую сторону груди и рухнул на корточки прямо на месте.

— Угх… Спокойно, спокойно…!! Я не позволю тебе завладеть мной! Я… я не хочу уничтожать… этот мир!!

Сион вдруг закричал так, будто отчаянно сопротивлялся чему-то. Однако голос его постепенно слабел.

— Я… я ни за что не дам поглотить себя силе тьмы…! Угх… успокойс…

Его слова оборвались, и в кладовой вновь повисла тишина.

— ……

Несколько секунд прошло в полной неподвижности.

— …Ку-ку-ку-ку… Ка-ка-ка…

На этот раз в кладовой раздался тихий, жутковатый смех.

Это смеялся Сион, всё ещё сидя на корточках.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Сион резко вскинул голову и громко расхохотался.

Оба его глаза теперь стали зловеще-фиолетовыми.

— Наконец-то настал этот час!! Теперь это тело принадлежит мне!! Фухахахахаха!!

Сион хохотал во всё горло, словно не мог сдержать восторга.

— …Ку-ку… Фухахахахаха!!

Посмеявшись ещё немного, будто никак не мог остановиться, он наконец с довольным видом выдохнул:

— …Хаа.

— Подумать только, люди оказались настолько глупы, что попытались запечатать меня, Тёмного бога разрушения Васаго-Деус-Грегора, в одном-единственном человеческом вместилище…

Пробормотав это, Сион медленно поднялся на ноги.

— Впрочем, это проклятое тело сопротивлялось куда упорнее, чем я ожидал… На возвращение ушло больше времени, чем предполагалось…

Сион с лёгкой досадой пробормотал это, но почти сразу же отмахнулся:

— Ну да ладно.

— …………

На протяжении всего этого странного представления ученица, находившаяся с ним в одной комнате, не проявила сколько-нибудь заметной реакции.

…Внезапная череда нелепых действий без всяких объяснений. По его словам можно было подумать, будто в него и правда вселилось нечто иное.

Однако на самом деле ничего подобного не произошло. Сознание Ичиносэ Сион по-прежнему оставалось его собственным. И хотя со стороны всё выглядело так, будто он и впрямь тронулся умом, это тоже было не так.

Ни одержимости, ни помешательства не было.

Всё это Сион разыграл лишь для того, чтобы выбраться из критической ситуации.

Пусть и не нарочно, но он всё же оказался в положении человека, который «подсмотрел, как ученица переодевается». И в тот самый миг у него в голове почему-то взвыла ненормальная тревога. Почти сразу родилось предчувствие огромных неприятностей.

Чтобы выбраться из этой ситуации, в то краткое мгновение Сион и разыграл весь этот спектакль.

Внезапный крик, болезненный припадок, истерический смех, изменение цвета глаз с помощью  и поток бессмысленных слов.

Так он намеренно устроил в кладовой хаос, чтобы ученице стало трудно нормально осмыслить происходящее.

Если бы он просто поспешил сбежать с места или начал отчаянно оправдываться, вероятность того, что его заподозрят в подглядывании, была бы слишком велика.

Именно поэтому Сион решил перевернуть всю ситуацию в этом замкнутом пространстве вверх дном, сделать даже сам факт подглядывания за переодеванием двусмысленным, а затем уйти.

Ради этого он на ходу придумал себе фальшивую личность с такой легендой: «Тёмный бог разрушения, некогда ввергший мир в ужас и запечатанный в человеческом вместилище, несмотря на тщетное сопротивление, всё же завладел этим телом».

Ичиносэ Сион выдал захватывающее дух представление, безупречно следуя сценарию собственной фантазии.

Оставалось лишь отступить из кладовой до того, как ученица придёт в себя, оставив после себя одну только бурю смятения.

— …Ну что ж, давно меня не было в человеческом мире.

Сион продолжал говорить естественно, полностью вжившись в роль Тёмного бога разрушения.

— Для начала — разрушение и резня. Ах, не могу терпеть! Этот восторг!! Что же мне уничтожить первым?! Кого убить первым?!

С этими словами Сион повернулся к двери кладовой.

— Пожалуй… для начала перебью потомков королевского рода, что запечатал меня. Убью короля и сделаю королевский дворец своей крепостью. Ку-ку-ку…

Сион зловеще усмехнулся.

Уже трудно было понять, играет ли он Тёмного бога разрушения, упивающегося воображаемым хаосом, или же ему самому просто безумно нравится разыгрывать эту роль.

— Глупые людишки, наслаждайтесь тем немногим временем, что у вас осталось… До того часа, когда вы будете растоптаны и уничтожены мною, Тёмным богом разрушения Васаго-Деусом-Грегором…

— Фухахахахаха!!

Громко хохоча, он как ни в чём не бывало двинулся к двери кладовой, не выходя из образа.

Если бы ему удалось вот так выйти наружу, план Сиона был бы завершён.

— Однако.

— Фухахаха—вех!!

В следующее мгновение Сион рухнул на месте. Он поскользнулся на ледяном полу под ногами.

Изначально пол в кладовой, разумеется, не был покрыт льдом. Его только что заморозили искусственно — магией.

Та, кто использовала эту магию, заговорила с Сионом со спины, пока он неловко полз по обледеневшему полу.

— Ты что, правда думал, что сможешь просто подсмотреть, как я переодеваюсь, и уйти?

…К сожалению, тщательно продуманная стратегия Сиона с треском провалилась.

Да, играл он убедительно, но ожидать, что кто-то всерьёз поверит в внезапное пробуждение Тёмного бога разрушения в такой ситуации, было уже чересчур. И это вполне естественно.

— …Хм. Это свежее тело пока двигается не так, как мне хочется. Впрочем, привыкнуть к нему — лишь вопрос времени.

Но даже после этого Сион не сдавался. Поднявшись на ноги и стараясь не наступать на лёд, он произнёс это так, будто упал не из-за скользкого пола, а лишь потому, что ещё не освоился с новым телом.

— В любом случае пора испытать силу. Сразу направлюсь во дворец и проверю, чего стою теперь, сразившись с королевскими рыцарями… Ку-ку-ку…

Всё ещё не выходя из роли Тёмного бога разрушения, Сион зашагал к внутренней двери кладовой. На этом этапе ему уже ничего не оставалось, кроме как прорываться силой.

И в тот самый момент, когда он уже собирался схватиться за дверную ручку…

— Загу!

В кладовой эхом разнёсся резкий звук.

Это была длинная, сантиметров тридцать, ледяная сосулька, которую со свистом выпустили из-за спины Сиона, и она вонзилась в стену рядом с дверной ручкой.

Если бы Сион всё-таки потянулся к ручке, этот острый ледяной шип насквозь пробил бы ему руку.

— ……

— Эй, почему ты меня игнорируешь?

Из-за его спины донёсся голос, который был холоднее самой этой белоснежной сосульки.

Сион до последнего пытался отступить по плану: «Тёмный бог разрушения уходит, даже не заметив существования ученицы в кладовой», — но, похоже, на этом всё-таки достиг предела.

— …О? Здесь кто-то был? Из-за столь ничтожной магической силы я и не заметил.

Медленно повернувшись, Сион пробормотал это, и его фиолетовые глаза зловеще дрогнули. В ответ рыжеволосая ученица, уже успевшая надеть юбку, ткнула себя указательным пальцем в висок.

— …У тебя с головой всё в порядке?

Но даже на этот более чем разумный вопрос Сион ответил так, словно вообще не слышал её голоса.

— Ты осмелилась преградить путь Тёмному богу разрушения, Васаго-Деусу-Грегору, мелкая девчонка? Как глупо. Впрочем, сейчас у меня нет настроения убивать такое насекомое, как ты. Тебе повезло. На этот раз я тебя поща…

Договорить он не успел.

— Зан!

Резкий звук оборвал его речь.

Прямо спереди вырвалось лезвие ветра, скользнуло по шее Сиона и оставило за ним на двери глубокий след, будто туда вонзили топор.

— Если в следующий раз, когда ты откроешь рот, ты не прекратишь этот идиотский спектакль, я отрублю тебе голову.

— …Эх. Ну и ладно. Не могу поверить, что ты разгадала это идеальное представление. Я впечатлён. Сдаюсь.

— Ты точно ненормальный.

Как и велела ученица, Сион без всякого труда прекратил играть свою роль и вернул глазам обычный цвет.

Тёплая кровь, стекавшая по его шее, ясно говорила о том, что её слова вовсе не были пустой угрозой.

И всё же то, как он, с преувеличенно беспечной лёгкостью подняв обе руки, принял позу сдачи и сразу заявил, что сдаётся, выглядело всё так же безрассудно.

— В любом случае прикинуться сумасшедшим и сбежать у тебя не выйдет.

Глубоко вдохнув, словно собираясь начать разговор заново, ученица впилась в Сиона взглядом.

— Неужели ты и правда думаешь, что тебе сойдёт с рук подглядывание за тем, как переодевается Элиза Лоуред — пятая в рейтинге этой академии?

— Я надеялся, что сойдёт… Так что мне делать?

— …Твоё спокойствие раздражает.

Ученица, уже закончившая переодеваться, была одета в боевую форму для учебных поединков. А рядом с ней лежала школьная форма с красной полосой.

Форма в магической академии Кроуфорд различалась по цвету полос в зависимости от класса.

У класса A полосы были красными, у класса B — синими, у класса C — серыми, а у класса D их не было вовсе.

Форма с красной полосой, которую эта ученица, по-видимому, носила до недавнего времени, означала, что перед ним стояла ученица сильнейшего класса A магической академии.

И вдобавок…

(Так она ещё и пятая в академии…)

«Академический рейтинг» — это звание, которое в магической академии Кроуфорд присваивают десяти студентам с выдающимися способностями, независимо от курса. А «пятое место», которым она себя назвала, означало, что по силе она занимает пятую строчку среди всех шестисот сорока учеников.

— Кстати, можно один вопрос?

— Какой?

Элиза раздражённо переспросила Сиона, который, как ни в чём не бывало, продолжал разговор.

— Оправдываться я не собираюсь и, конечно, извинюсь… но почему ты вообще переодевалась в кладовой с оборудованием?

В идеале своим прежним чрезмерным спектаклем он хотел запутать ученицу и уйти, так и не дав ей даже почувствовать себя униженной.

Однако если она на самом деле злилась именно из-за того, что он увидел её во время переодевания, Сион был готов искупить свою вину как полагается.

И всё же ему было любопытно, почему она вообще решила переодеваться в таком месте.

— Вздох… Я собиралась немного потренироваться на ближайшем полигоне, а раздевалка была далеко, так что я переоделась здесь, потому что отсюда ближе. Думала, быстренько закончу, и до того никто не зайдёт. К тому же дверь как раз оказалась не заперта. У тебя с этим какие-то претензии?

Элиза ответила с таким видом, словно говорила: «Ты что, хочешь сказать, будто я сама виновата, что переодевалась здесь?»

— Нет, если дело в этом, тогда ничего не поделаешь, — с понимающим видом сказал Сион.

— Так как именно мне перед тобой извиниться?

— Хмф, разве это не очевидно? Я заставлю тебя испытать унижение куда сильнее того, что испытала я.

— Понятно. Ясно.

— …А? Что тебе ясно? Что именно?

Сион проговорил это так, будто всё понял и принял, а затем… внезапно начал расстёгивать ремень.

— Ч-что… Стой, что ты собираешься делать? Эй, прекрати!

— То есть как? Я увидел твоё бельё, значит, чтобы унизить меня, ты хочешь увидеть моё, разве не так?

— Н-нет, не так!! Ты идиот?! О чём ты вообще думаешь!! Перестань!!

Элиза, с красным лицом, схватила Сиона за руку как раз в тот момент, когда он, расстегнув ремень, без колебаний потянулся к молнии на брюках, пытаясь его остановить.

— Отпусти. Так я штаны не сниму.

— Не смей их снимать!! Ты совсем дурак?! Прекрати!!

Сион пытался снять брюки, а Элиза отчаянно ему мешала.

— Ннгх…

Несмотря на её отчаянное сопротивление, Сион всё же расстегнул молнию и уже собирался стянуть брюки вниз.

Но тут…

— Я сказала… хватит!!

— Гух!

В следующее мгновение Элиза подпрыгнула и с размаху боднула лбом Сиона в лоб — как раз тогда, когда он слегка наклонился вперёд, глядя вниз.

— …Угх.

Сион отшатнулся назад, затем опустился на одно колено и схватился правой рукой за лоб.

— ~~~!!

Элиза тоже присела на корточки, обеими руками обхватив макушку.

— …Что ты творишь?

Сион, держась за лоб, спросил её так, будто искренне не понимал, что вообще произошло.

— Это мои слова!! Ты идиот?! О чём ты вообще думаешь!!

— То есть как…? Разве ты не хотела увидеть моё бельё?

Сион с таким видом задал вопрос Элизе, которая с ярко-красным лицом продолжала на него кричать, будто и правда не понимал, за что его ругают.

— Конечно нет!! Ты точно идиот!!

— О нет… Прости, я правда подумал, что ты хочешь увидеть моё бельё…

С расширившимися глазами Сион извинился перед Элизой, словно был по-настоящему потрясён её новыми гневными криками.

— Что у тебя вообще в голове творится!! И перестань повторять «ты хотела увидеть моё бельё»! Ты выставляешь меня какой-то извращенкой!!

— Всё в порядке, я не считаю тебя извращенкой.

— Ещё бы!! Конечно нет!! Я тебя убью!! И вообще, приведи штаны в порядок!!

Услышав это от всё так же красной Элизы, Сион привёл брюки в порядок — они уже были полностью расстёгнуты и слегка спущены.

— Какая жалость. Раз уж дошло до этого, было бы обидно не показать.

— Оставь свою жалость при себе!!

— Ну ладно, — сказал Сион и обратился к всё ещё разгневанной Элизе: — Так что именно мне сделать, чтобы извиниться?

Элиза, всё ещё сидя на корточках, постепенно успокаивалась, тяжело дыша:

— Ху… Ху…

Затем она поднялась на ноги.

— Сначала я думала заставить тебя пресмыкаться и лизать подошвы моих туфель, чтобы растоптать твоё достоинство ещё сильнее, чем было растоптано моё… но передумала. Ты, наверное, сделал бы это вообще без колебаний, и для тебя это даже не было бы унизительно.

— Ку-ку-ку… Кто знает?

— Заткнись, не говори. После того как ты так легко ко мне отнёсся, обычного извинения мне уже мало! Я изобью тебя до полусмерти, заставлю хорошенько пострадать, а потом вобью в тебя понимание абсолютной разницы между нами, заставив рыдать и лизать подошвы моих туфель.

(О нет, кажется, я и правда скоро заплачу.)

Элиза слегка вскинула подбородок, впилась в Сиона острым взглядом и одновременно направила в его сторону указательный палец, будто брала на прицел.

— Я, Элиза Лоуред, пятая в рейтинге магической академии Кроуфорд, — вызываю тебя на дуэль.

----------

Пятая в академическом рейтинге против студента магического класса C

На пятой арене магической академии Кроуфорд друг против друга стояли два ученика. Ичиносэ Сион, второкурсник класса C, и Элиза Лоуред — тоже второкурсница и пятая в академическом рейтинге.

На пятой арене, которая после уроков была открыта для самостоятельных тренировок учеников, оба были одеты в боевую форму, похожую на ту, что используют на занятиях по учебным поединкам.

Сион, которому ещё предстояло закончить поручение, данное классной руководительницей Рестией, ранее всё же принял вызов Элизы на дуэль, решив: «Если Элизу это устроит», — и надеясь таким образом поскорее закрыть вопрос.

Стоя в нескольких метрах друг от друга, Сион окликнул Элизу:

— Как будем определять победителя?

— Пока один из нас не потеряет возможность сражаться или не сдастся.

— На всякий случай уточню: если я сдамся сразу после начала…

— Я тебя убью.

— …Прости, я не совсем расслышал.

— Я тебя забью до смерти.

— …А, теперь расслышал вполне отчётливо.

И таким образом Сион оказался вынужден вступить с Элизой в лобовой бой.

Однако на этот раз Сион вовсе не собирался проигрывать быстро и нарочито, как обычно делал на учебных поединках.

Его противницей была «пятая в академическом рейтинге магической академии Кроуфорд». Её мастерство действительно находилось на первоклассном уровне.

Если бы Сион попытался нарочно проиграть, приняв одно из заклинаний Элизы, с которым ещё можно было справиться, она бы моментально это раскусила.

Судя по тому, как они успели обменяться словами в кладовой, если Элиза поймёт, что Сион проиграл специально, она почувствует себя оскорблённой и разозлится ещё сильнее, а ситуацию будет уже не удержать. С учётом того, что Рестия его ждёт, допустить этого было никак нельзя.

Но была и ещё одна причина, по которой Сион не собирался заканчивать эту дуэль быстрым поражением.

Сама ситуация — «дуэль с пятой в академическом рейтинге».

Сколько раз он воображал, как «студент уровня класса C, каким его считают, побеждает противника, превосходящего его абсолютно во всём»?

«Дуэль с пятой в академическом рейтинге».

Сион не собирался упускать этот идеальный шанс, который в обычной студенческой жизни едва ли когда-нибудь выпал бы снова.

— И всё же на самом деле Ичиносэ Сион не скрывал своих истинных способностей; он и правда был всего лишь студентом уровня класса C.

Но даже так он уже мысленно рисовал себе победу над Элизой Лоуред — противницей, стоявшей на совершенно ином уровне и входившей в верхушку даже среди сильнейших учеников класса A.

— Ну что ж, начнём? — окликнула Элиза.

Стоя напротив Сиона примерно в двадцати метрах, она заговорила, и, несмотря на расстояние, в зале, где кроме них никого не было, её голос отчётливо донёсся до его ушей.

Элиза приготовилась подбросить монету, положив её на согнутый указательный палец и прижав большим.

— Ну что, с этой своей самодовольной физиономией ты готов?

— В любой момент.

— …Этот тип, вот же…

Спокойное отношение к ней — одной из сильнейших в академии — со стороны какого-то студента класса C ужасно раздражало гордую Элизу.

Нахмурившись и стиснув зубы, она напрягла палец, на котором лежала монета.

— Не думай, что я стану сдерживаться только потому, что ты из класса C…!

Проговорив это с презрением, Элиза щёлкнула пальцем, подбрасывая монету в воздух. В тот миг, когда вращающаяся монета ударится о землю, дуэль начнётся.

— И в тот же миг, как монета с тихим звоном коснулась пола, Элиза одновременно развернула магический круг и стремительно произнесла заклинание:

— !

Из магического круга, достаточно большого, чтобы слегка перекрыть верхнюю половину её тела, родился гигантский огненный шар диаметром больше метра, заливая всё вокруг алым светом.

И сразу же высокоуровневая огненная магия  с рёвом бешеного пламени полетела прямо в Сиона.

Скорость развёртывания магического круга, быстрота произнесения заклинания и, прежде всего, сама мощь атаки были несопоставимы с тем, с чем Сион сталкивался обычно в учебных боях против студентов класса C.

Однако пламя не попало в него напрямую. Там, где Сион стоял мгновение назад, лишь взметнулся огромный огненный столб. Когда по арене разнёсся взрыв, Сиона в месте попадания уже не было.

Ровно в тот же момент, когда Элиза мгновенно выпустила своё заклинание, Сион, едва монета коснулась пола, активировал магию физического усиления и резко рванул далеко вправо, уклоняясь от её первой атаки.

В боях между магами стандартной считается фронтальная магическая перестрелка: обмениваются заклинаниями, защищаются от магии противника, создают выгодные условия и наносят новые удары.

Однако если бы Сион попытался сражаться с Элизой, пятой в академическом рейтинге, именно так — в прямом магическом обмене, — у него не было бы ни единого шанса на победу.

Какую бы выгодную защитную магию ни пытался развернуть Сион против заклинаний Элизы, её атакующая магия, подпитанная подавляюще большей магической силой, без труда всё бы снесла.

Даже если бы Сион пустил в ход своё сравнительно хорошо освоенное атакующее заклинание молнии и выложился на полную, Элиза всё равно без труда сумела бы его отразить.

Более того, даже если бы Сион начал разворачивать магический круг первым, Элиза всё равно успела бы закончить свой раньше и атаковать в одностороннем порядке. Иными словами, у Сиона не было бы даже возможности перейти в наступление.

Такова была абсолютная разница в способностях между Элизой, пятой в академическом рейтинге, и Сионом — студентом магического класса C.

Стратегией, которую Сион избрал, чтобы хоть как-то перекрыть эту разницу, стали магия физического усиления и тот самый стартовый рывок вправо.

Он собирался не вступать с Элизой в прямой магический бой, а, непрерывно уклоняясь от её атак, постепенно сокращать дистанцию.

Если ему удастся подобраться достаточно близко и зайти Элизе за спину, у него, возможно, появится шанс обезвредить её уже за счёт физических действий, независимо от магии. Таков был план Сиона.

На первый взгляд стратегия Сиона могла показаться очень простой.

Однако…

— Маг, который избегает магического боя? Жалкое зрелище!

Элиза, непрерывно атакуя заклинаниями Сиона, бегущего по арене, бросила ему эту насмешку.

Но, вопреки её провокационным словам, внутри неё всё сильнее накапливались раздражение и досада.

Причина была в том, что она не могла попасть ни одним заклинанием по Сиону, который на высокой скорости описывал вокруг неё большой круг.

…На втором курсе магической академии Кроуфорд на занятиях проходят лишь базовую магическую тактику, и большинство учебных поединков строятся как формальные обмены магией.

Всё это исходит из предпосылки, что бой ведётся в лобовой магической перестрелке.

Начиная с третьего курса учебные поединки становятся более практическими, но второкурсники всё ещё находятся на стадии отработки основ.

В базовых магических обменах нет ничего необычного в том, чтобы уклониться телом, если защитная магия не успевает. В зависимости от масштаба атаки иногда и вовсе приходится отпрыгивать на большое расстояние.

Но выбранная Сионом стратегия — на высокой скорости непрерывно бегать по кругу — с точки зрения теории, которую проходят второкурсники, была крайне нетипичной. Те базовые магические обмены, которым их обучают, вообще не рассчитаны на подобную подвижную цель.

Именно поэтому стратегия Сиона с самого начала полностью застала Элизу врасплох.

К тому же сама по себе лёгкость, с которой Сион пользовался магией физического усиления, тоже стала для Элизы неожиданностью.

Потому что, если говорить в принципе, маги обычно не умеют пользоваться магией физического усиления.

— Люди рождаются с определённой предрасположенностью к видам магии, которые могут освоить.

В широком смысле магия делится на три категории: «магия выбросного типа», при которой преобразованная магическая сила выпускается наружу; «магия самовоздействия», изменяющая собственное тело с помощью магической силы; и «магия наделения», при которой своей магической силой изменяют неодушевлённые предметы. Обычно человек рождается с предрасположенностью лишь к одному из этих трёх типов.

Те, у кого есть склонность к магии выбросного типа, развиваются как «маги», используя атакующие заклинания и тому подобное. Те, кто одарён магией самовоздействия, становятся «воинами», усиливающими тело. А обладающие предрасположенностью к магии наделения могут реализовать себя как «архитекторы» или «кузнецы», преобразуя предметы при помощи магической силы.

Обычно человек не способен нормально обращаться с магией той природы, которая не соответствует врождённым особенностям его магической силы. Если говорить проще, сама энергия, необходимая для запуска подобной магии, как будто имеет иную природу.

К примеру, человек, рождённый с предрасположенностью именно к «магии мага», не может пользоваться физическим усилением так же, как те, у кого есть склонность к типу «воина».

Разумеется, это не значит, что пользоваться такой магией абсолютно невозможно. Но эффективность обучения магии, не совпадающей с врождённой предрасположенностью, катастрофически низка. Например, даже если кто-то как маг обладает силой класса A, чтобы освоить магию физического усиления, ему потребуются годы тренировок, а даже если он её всё-таки выучит, из-за отсутствия предрасположенности его уровень как «воина» всё равно упрётся максимум в класс D. Поэтому маги обычно даже не пытаются изучать магию физического усиления.

Именно поэтому «маг, использующий физическое усиление» — чрезвычайно редкое явление. Сион, который при полном отсутствии выраженной предрасположенности способен на низком уровне пользоваться несколькими разными типами магии, сам по себе представляет крайне необычный случай.

В этой дуэли Элиза неожиданно для себя обнаружила, что Сион создаёт ей всё больше трудностей, а череда непредвиденных факторов продолжается.

Мощные заклинания, способные взрывать большую площадь, требовали слишком много времени на активацию, и постоянно двигающийся Сион без труда их избегал.

И наоборот, даже когда Элиза начинала использовать быстрые и компактные заклинания, Сион успевал покинуть точку удара прежде, чем они до него доходили. С начала дуэли она уже успела выпустить почти два десятка заклинаний, меняя и типы, и тайминг, но число попаданий по Сиону всё ещё равнялось нулю.

— Да что за… чёрт!

Раздражение и досада внутри Элизы нарастали всё сильнее.

В поединке против Элизы, имевшей подавляющее превосходство по магической силе, выбранная Сионом стратегия была почти оптимальной.

Однако…

Чтобы у него вообще появился шанс атаковать в ближнем бою, ему нужно было сократить дистанцию до Элизы до предела. Но на деле и он сам почти не мог приблизиться.

Пока Сион описывал широкие дуги, он ещё мог уклоняться от магии Элизы.

— Тц!

Но стоило ему хоть немного попытаться сократить дистанцию, Элиза тут же пресекала его попытки.

Пока Сион бегал по арене, выискивая возможность продвинуться к ней, Элиза сразу же взрывала магией землю прямо перед ним, и ему приходилось поспешно отступать.

Со стороны их бой выглядел как постоянные попытки и откаты: Сион кружил по полю, пытался податься вперёд, тут же вынужденно отходил и снова возвращался к круговому движению.

И всё же течение боя постепенно начинало склоняться в пользу Элизы.

(Не думай, что сможешь вечно уходить от моих атак…!!)

(…Угх.)

Заклинания Элизы всё явственнее начинали подбираться к Сиону.

Те огненные шары, которые поначалу он оставлял далеко позади, теперь с каждым новым выпуском уже подпаливали края его боевой формы, и ему приходилось уворачиваться буквально в последний миг.

Даже если сперва эта манера боя была ей непривычна, Элиза постепенно схватывала её и прямо на ходу подстраивалась.

Такова была подлинная сила человека, наделённого подавляющим магическим талантом. Такова была мощь Элизы Лоуред, пятой в академическом рейтинге.

(Похоже, это мой предел.)

Сион понял: сколько бы он ни бежал, прежде чем он сумеет подобраться к Элизе, её магия всё равно успеет ударить в него напрямую.

(Если и делать это, то сейчас.)

И внезапно остановившись, Сион решил пустить в ход свой козырь, который берег до последнего.

С лёгким подозрением глядя на Сиона, замершего примерно в пятнадцати метрах от неё, Элиза заговорила:

— О? Игра в догонялки закончилась? Предупреждаю сразу: капитуляцию без единого повреждения я не приму.

— Я ещё не сдаюсь. Просто подумал, что так дело никуда не сдвинется, так что лучше покончить с этим поскорее.

— …? А? Погоди, что ты задумал?

Ответив спокойным тоном, Сион медленно двинулся прямо к Элизе.

Столкнувшись с этим неожиданным действием, Элиза бессознательно прекратила выпускать магию. Сион же, словно вовсе не обращая внимания на её реакцию, продолжал неторопливо приближаться.

— Эй, о чём ты думаешь? Напоминаю: это дуэль. Я не настолько мягкая, чтобы закрыть глаза на такую беззащитность, ясно?

Элиза сказала это, но на деле сама немного колебалась.

Действительно ли подобает пятой в академическом рейтинге безжалостно обрушивать магию на слабейшего соперника, который даже не разворачивает заклинания и не делает ничего, кроме как медленно идёт к ней по прямой?

Именно поэтому она сперва решила предупредить его.

Только бы он вошёл в боевую стойку.

— …

Однако Сион, не отвечая, продолжал спокойно идти вперёд.

— …!! Потом не говори, что я тебя не предупреждала…!!

Элиза окончательно отбросила колебания по отношению к Сиону, который проигнорировал её предупреждение и даже не подумал остановиться.

И в тот миг, когда Элиза, выставив ладони к нему, развернула магические круги, Сион тоже начал произносить заклинание.

— .

А уже в следующую секунду, одновременно с инкантацией Элизы — «!!» — из её магического круга в сторону Сиона вырвался гигантский огненный шар.

Раскатываясь с оглушительным рёвом и обжигая воздух чудовищной температурой, он понёсся на Сиона, который всё так же продолжал идти прямо на Элизу.

Но  не задела Сиона. Вместо этого далеко за его спиной взметнулся огромный столб пламени.

Хотя Сион всё это время лишь шёл по прямой.

— …А?

Со стороны Элизы это выглядело так, будто огненный шар просто прошёл сквозь тело Сиона.

Разумеется, пройти сквозь человеческое тело  не могла. Значит, Сион всё же увернулся от неё — с такой скоростью, что глаз не успел этого уловить?

Возможно ли двигаться настолько быстро, что этого не разглядят даже глаза самой Элизы Лоуред, пятой в академическом рейтинге?

[[image:/storage/reader-images/84a85a3a74b29e98d7ff87cc2a523d8be113d360.jpg]]

В этот момент Элиза вспомнила его недавние слова: «Я подумал, что лучше покончить с этим быстро».

Может быть, это и впрямь были не пустые слова.

Столкнувшись лицом к лицу с Сионом, который только что продемонстрировал нечто ей совершенно непонятное, Элиза мгновенно насторожилась. Одновременно её саму потрясло такое развитие событий.

Она всего лишь собиралась слегка отделать его в отместку за то, что он увидел её в белье. До начала дуэли она и представить не могла, что пятая в академическом рейтинге вообще хоть немного почувствует угрозу со стороны какого-то студента класса C.

(Как ни крути, я не имею права проиграть студенту класса C…!!)

Тут уже было недостаточно списать всё на собственную неосторожность. У неё попросту не было оправдания тому, что она не сумела справиться даже с незнакомой магией.

И в этот момент Элиза решила обрушить на стоящего перед ней студента класса C всю свою силу, чтобы окончательно его сокрушить.

— !

Это было самое быстрое заклинание из всех, что Элиза использовала в этой дуэли.

Невероятно мощная стрела ветра, способная одним попаданием раздробить даже огромную глыбу, летела почти со скоростью звука.

Если моргнуть в тот миг, когда она вырывается из магического круга, то к тому моменту, когда глаза снова откроются, цель уже будет пробита насквозь — настолько чудовищной была её скорость.

Эта стрела, выпущенная по Сиону, стоявшему едва ли в десяти метрах, обязана была попасть.

И всё же…

— Тц!

Как и предыдущая ,  тоже не задела Сиона и лишь повредила стену арены далеко за ним.

(Этот тип…!!)

И в этот миг Элиза поняла.

Да, магия не проходила сквозь него — Сион действительно уклонялся с чудовищной скоростью.

Раньше она не могла этого разглядеть из-за ослепительного огненного шара, но когда она выпустила , то на кратчайший миг всё же уловила: тело Сиона смазалось, и за ним даже остался едва заметный остаточный образ.

— Тогда вот так!!

Хотя тот факт, что даже её быстрейшая магия не смогла его хотя бы задеть, и потряс Элизу, она быстро взяла себя в руки и начала произносить следующее заклинание.

— …!!

Элиза развернула магический круг такого размера, что он почти целиком накрывал её тело, и из него вырвался настоящий шквал бесчисленных стрел ветра, окутанных пламенем.

 — магия, соединяющая и без того мощную  с огнём и обрушивающаяся на цель ливнем. Заклинание, сочетающее скорость ветровых стрел с разрушительной мощью обжигающего пламени.

Без всякого сомнения, сильнейшая из тайных техник, которыми владела Элиза Лоуред.

Именно эта сложнейшая магия, соединяющая атрибуты ветра и огня, и сделала второкурсницу Элизу Лоуред пятой в академическом рейтинге.

Подняв бурю, от которой яростно затрепетали её волосы и края боевой формы, Элиза одну за другой выпускала в Сиона бесчисленные стрелы ветра и пламени.

— И всё же.

— …Что!?

Даже это не попало в Сиона.

Находясь прямо в центре этого ливня магических стрел, Сион не прекратил двигаться вперёд.

Медленно, но неотвратимо он сокращал дистанцию до Элизы.

Многочисленные магические стрелы лишь подпаливали ему волосы и боевую форму, скользя по самой грани, но самого Сиона не ранили даже царапиной.

Бесчисленные стрелы Элизы оставляли после себя только чудовищные следы разрушения на стене арены далеко за его спиной.

— …!! Кх…

Элиза всё это время продолжала поддерживать , но в тот миг, когда расстояние между ними сократилось до каких-то двух с небольшим метров, она инстинктивно оборвала заклинание и резко отпрыгнула назад.

Но уже в следующую секунду…

— !!

Глаза Элизы непроизвольно расширились.

В тот миг, когда её ноги коснулись пола после прыжка назад, Сион уже стоял прямо перед ней.

— ……

Потеряв дар речи, Элиза застыла, а Сион поднял правую руку и, не испытывая ни восторга, ни торжества, просто направил указательный и средний пальцы ей между бровей.

И после этого, совершенно будничным тоном, произнёс:

— Шах и мат.

— .

Когда-то эту магию называли именем «Непревзойдённый диктатор Хроноса».

По своей сути это заклинание взрывным образом ускоряет сознание заклинателя, его динамическое зрение и скорость физического движения.

Если смотреть на это лишь как на «умение быстро двигаться», то на первый взгляд оно может показаться чем-то не слишком отличающимся от магии физического усиления.

Однако даже если магия физического усиления подпитывается магической силой класса A, она увеличивает скорость всего лишь примерно на двадцать-тридцать километров в час.

В случае же с , когда маг, использующий это заклинание, бежит, его скорость доходит почти до звуковой.

Более того, усиленное динамическое зрение, которое даёт , позволяет воспринимать даже выпущенную из лука стрелу так, словно она застыла на месте.

Это действительно сила, выходящая далеко за пределы человеческого понимания.

В древние времена, когда мир непрерывно раздирали войны за земли, эта магия внушала страх под именем «Непревзойдённый диктатор Хроноса», потому что один-единственный её носитель был способен подавить всё поле боя.

Это магия, требующая крайне редкой предрасположенности; за всю историю известно лишь считаное число её пользователей.

Во время дуэли с Элизой Лоуред Сион Ичиносэ активировал именно этот  и уклонился от всех без исключения заклинаний, которые летели в него.

Как же такой человек, как он, — всего лишь студент уровня класса C, — вообще смог пользоваться настолько высокоуровневой магией?

Если говорить совсем просто, ответ будет таким: «ему просто повезло».

У каждого человека существует собственная предрасположенность к магии.

Даже среди магов, обладающих склонностью к «магии выбросного типа», в дальнейшем существует ещё более детальное деление на сильные и слабые стороны в зависимости от атрибутов.

К примеру, маг, способный пользоваться магией класса A в базовых атрибутах вроде огня, воды, ветра и молнии, может вообще не быть в состоянии применить земной атрибут.

И наоборот — бывают случаи, когда человек совсем не может пользоваться огнём, водой, ветром или молнией, но при этом способен обращаться с земной магией класса A.

Иными словами, нет ничего необычного в том, что маг, который в целом выглядит неспособным нормально пользоваться магией, неожиданно проявляет выдающийся талант в какой-то одной-единственной области именно из-за своей врождённой предрасположенности.

Для Сиона такой магией как раз и оказался .

Однако если сказать просто: «он способен пользоваться высокоуровневой магией благодаря врождённой предрасположенности», — это может прозвучать так, будто ему чересчур повезло.

Да, это действительно было удачей. Но путь, которым Сион овладел , был вовсе не лёгким.

С детства сознавая, что его талант к магии ниже среднего, он всё время искал магию, которая подошла бы именно ему.

Хотя бы одно-единственное заклинание, в котором он не уступал бы остальным.

Он с отчаянием штудировал магические конструкции и формулы, тратил колоссальное количество времени, чтобы найти подходящую себе магию. С кропотливой настойчивостью он изучал и пытался активировать бессчётное множество заклинаний.

И всё же ни одно из них так и не удалось как следует привести в действие.

«Если получится следующее, я стану сильнее».

«Может быть, следующее я сумею активировать».

Сколько бы раз он ни возлагал на это надежды, все они раз за разом беспощадно разбивались.

Сколько бы он ни пытался, ни пытался, ни пытался снова, всякий раз результат оказывался лишь одним и тем же: «У меня нет таланта».

И всё же он не сдавался. Сколько бы раз ни сталкивался с отчаянием, сколько бы ни осознавал свою бездарность, он не отступил.

Потому что верил: пока не сдался, возможность ещё существует. Пока снова поднимаешься, впереди всё ещё может быть свет.

— И в конце концов он её схватил.

Оружие, которое могло сработать даже против противников, намного превосходящих его.

Именно упорство Сиона, его нежелание сдаваться позволили ему ухватить магию под названием .

Колоссальное время, которое он посвятил магии. Его ненормальная настойчивость. Его феноменальная концентрация.

В силу своей природы  требует, чтобы заклинатель постоянно держал собственное сознание в предельно ускоренном состоянии, а значит, предъявляет безумные требования к концентрации. Быть может, именно потому, что Сион был тем, кем был, он и смог им овладеть.

Эта магия была самым высокоуровневым заклинанием из всех, которыми он вообще мог пользоваться.

— Абсолютный козырь Ичиносэ Сиона.

Загнанный в угол в поединке против Элизы Лоуред, пятой в академическом рейтинге, он ответил ей именно этим козырем.

Уклоняясь от всех без исключения атак её  — бесчисленных стрел ветра, окутанных пламенем, — Сион шёл вперёд.

Когда дистанция с Элизой сократилась до двух с небольшим метров, она инстинктивно прервала заклинание и отпрыгнула назад. И Сион в одно мгновение сократил расстояние вновь.

Оказавшись перед онемевшей от изумления Элизой, он направил два пальца ей в лицо и совершенно будничным тоном произнёс:

— Шах и мат.

Но сразу после этого…

— Не смей недооценивать меня!!!

Взревела именно Элиза Лоуред.

Элизу взбесило, что он самовольно объявил ей «шах и мат», ткнув двумя пальцами ей в лицо, словно проявлял снисхождение и как будто уговаривал её признать поражение.

(Я ещё не проиграла!!)

Развернув перед собой магический круг размером примерно с верхнюю часть тела Сиона, она в ярости выкрикнула:

— !!

Из магического круга вырвался гигантский кулак, созданный изо льда.

 полетел прямо в Сиона, стоявшего почти вплотную, ударил его точно в торс и с чудовищной силой отбросил далеко назад.

Ледяная рука продолжала с огромной скоростью вытягиваться из магического круга, и Сиона с оглушительным грохотом вдавило в стену арены, будто его прижали к ней массивным ледяным столбом.

— Гух.

Сильно сжатый ледяным кулаком, Сион выдохнул наружу весь воздух, который поднялся к горлу из лёгких.

— Хаа… хаа…

Элиза, которая в ярости вбухала в заклинание слишком много магической силы, уже тяжело дышала. Как только она прекратила подпитывать круг магией, ледяной кулак рассыпался на мелкие кристаллы и исчез.

Сион, которого ледяной кулак до этого прижимал к стене, лишившись опоры, тут же сполз вниз, опустился на колени и упал ничком.

Всё это Элиза наблюдала с крайне мрачным лицом.

Она не снимала бдительности, ожидая, что Сион вот-вот снова вскочит и рванёт на неё со своей невероятной скоростью.

Человек, проделавший прямо у неё на глазах чудо — уклонившийся от всех без исключения ударов её , — никак не мог так просто попасться под .

Элиза решила, что, скорее всего, он просто посчитал ненужным уклоняться от чего-то вроде  и специально принял удар.

Думая, что этот человек наверняка ещё что-то готовит, что он явно затеял нечто уже после того, как намеренно подставился под , Элиза по-прежнему держала всю свою концентрацию на пределе, не сводя взгляда с рухнувшего у стены Сиона.

«Человек, способный пользоваться такой поразительной магией, никак не может вот так закончиться», — думала Элиза, наблюдая за ним всем своим существом.

Однако тот лишь перевернулся на спину и…

— Я сдаюсь, капитулирую.

Совершенно буднично объявил о своём поражении в дуэли, при этом покачивая руками вправо-влево, словно махал крошечным флажком.

— Эй! Ты вообще о чём думаешь?!

С пылающим гневом Элиза подошла к Сиону, который лежал на спине у стены арены.

Сион был с силой врезан её атакой в стену, рухнул на землю и после этого сдался.

На первый взгляд такое завершение дуэли могло показаться вполне естественным, но Элиза была вовсе не убеждена.

Ей было трудно поверить, что Сион действительно не сумел бы уклониться от  в той ситуации.

Человек, который продемонстрировал чудовищную способность уклониться от каждого выстрела из почти звуковых магических стрел , никак не мог не суметь уйти от такой атаки, как , даже если та была пущена неожиданно.

К тому же сама по себе  для Элизы была всего лишь способом припугнуть его.

Это была всего лишь демонстрация того, что «бой ещё не окончен», в ответ на его самовольное «шах и мат», и на самом деле Элиза даже не собиралась всерьёз поражать Сиона этой магией в тот момент.

Даже если бы  попал, человек с такой непостижимой силой, как у него, не должен был так просто пасть.

Одно дело — отбивать отдельные заклинания, но уклониться от всех выстрелов … На такое в этой академии способны почти единицы.

Во время дуэли тот факт, что он не выказал ни малейшего страха перед её могучей магией и всё время оставался спокойным, для Элизы означал только одно — он действительно не боялся. Она не могла поверить, что всё это было лишь блефом.

Судя по той силе, которую Сион показал в этой дуэли, Элиза была убеждена: его способности как минимум находятся на уровне класса A, а возможно, и выше.

— Устойчивость мага к магии пропорциональна объёму его собственной магической силы. Чем больше у мага магической силы, тем меньше урон он получает от магических атак.

С точки зрения Элизы способности Сиона определённо находились как минимум на уровне класса A. Поэтому для неё было естественно думать, что один лишь удар  никак не мог так просто его вывести из строя.

Однако в действительности Сиона буквально впечатало в стену , он рухнул на землю и после этого совершенно спокойно объявил о своём поражении.

Более того, по его будничному тону даже казалось, что сил у него ещё хоть отбавляй.

Собрав в одно целое всё, что произошло, Элиза Лоуред пришла к единственному выводу:

Сион специально принял на себя , а затем, всё ещё сдерживаясь, позволил Элизе победить.

— Да ты издеваешься…

Лицо её перекосило от ярости. Шагая к лежащему на спине Сиону, она прямо сверху оседлала его, схватила за ворот и закричала:

— Ты меня за дуру держишь?!

— …О чём ты?

Элиза пылала гневом и сверлила Сиона взглядом, но выражение его лица ничуть не изменилось.

Это лишь подлило масла в огонь.

— Не притворяйся, будто не понимаешь!! Только что ты ведь специально не стал уклоняться, да?! Даже не вздумай говорить, что, уклонившись от всех остальных моих заклинаний, ты не смог уйти от !!

— …Нет, это было невозможно. Мы были почти вплотную.

С тем же самым спокойным лицом ответил Сион.

И на самом деле в тот момент он действительно был практически прижат к магическому кругу , а ледяной кулак ударил его почти в ту же секунду, как был выпущен. Его объяснение было вполне логичным.

— С такой скоростью, как у тебя, времени хватило бы с лихвой — с того момента, как я развернула магический круг, и до самого выпуска…!

— …Да, если бы я продолжал пользоваться той магией, которой уклонялся от всех твоих предыдущих атак, я бы и это тоже сумел обойти. Но я уже решил, что дуэль закончена, и к тому моменту снял это заклинание. Я вовсе не ожидал, что ты продолжишь бой после такого, и ты застала меня врасплох. Уклониться я уже не мог.

— …!!

Его спокойное объяснение казалось нелепым, но при этом Элиза не могла отрицать, что в нём была логика, и потому на мгновение лишилась слов.

…Но тут же.

— Тогда что это вообще значит?

Элиза впилась в него острым взглядом.

— Хочешь сказать, это моя вина — что я не признала поражение…!?

Повысив голос, она отвергла саму мысль о том, что виновата именно она. Она прекрасно сознавала, что ведёт себя неразумно.

Ведь тот факт, что Сион полностью уклонился от сильнейшей из её магий, а затем, всё ещё сдерживаясь, без труда подошёл к ней почти вплотную, означал одно: её магия оказалась сокрушительно разгромлена. Всё, что она выстраивала своими усилиями, было растоптано Сионом.

Она понимала, что просто не желает принимать эту реальность.

Но мысль о том, что именно её собственное упрямство довело бой до такого невыносимого итога, была для неё слишком нестерпима, и потому она выкрикнула это в яростном отрицании.

«Выходит, виновато моё упрямство?»

«Выходит, это моя вина, что я не признала поражение?»

— Нет.

Ответил Сион.

— Лично для меня в этой дуэли не было принципиально ни победить, ни проиграть… Но нет, ты не виновата в том, что не признала поражение.

— …

Несмотря на гневные выпады Элизы, Сион всё это время сохранял спокойствие, но в этот миг его взгляд вдруг стал пронзительным.

— Неважно, насколько сильно тебя избили, насколько противник сильнее и насколько безнадёжной кажется ситуация — пока ты не сдалась, ничего ещё не кончено.

— …

В его словах ощущалась необычная тяжесть.

От силы взгляда, которым он смотрел на неё снизу, Элиза даже невольно напряглась.

— Если бы в тот момент, когда я оказался перед тобой, я действительно атаковал снова, то, возможно, ты бы увернулась. Возможно, сумела бы защититься. А возможно, моя атака вообще не подействовала бы на тебя. …На том этапе ты ещё точно не проиграла.

И после этого Сион продолжил:

— Какой бы безнадёжной ни была ситуация, пока ты сама не решила, что проиграла, всё ещё не было кончено. Я просто расслабился, решив, что уже победил, а ты этим воспользовалась. — Поэтому в этой дуэли я проиграл совершенно безусловно.

— !

Сион спокойно объяснил и собственное поражение, и победу Элизы.

— На твоём месте я поступил бы так же. Конечно, я и правда надеялся, что после этого ты сдашься, но я не могу винить тебя за то, что ты этого не сделала.

— Что…!? Тогда почему после всех этих слов ты так легко признал поражение!? Ты ведь ещё можешь продолжать бой, разве нет!?

С укором выкрикнула Элиза.

— Не говори ерунды, я уже не могу.

— Что значит — не можешь!? По тебе этого вообще не видно!

Сион спокойно ответил, но Элиза и слушать не хотела.

— …Это проще показать, чем объяснить.

С этими словами Сион, всё ещё лежа под Элизой, начал расстёгивать верх своей боевой формы.

— А? Ч-что ты делаешь!? Почему ты опять раздеваешься…?

Элиза в панике вспомнила его выходку в кладовой.

…Однако.

— …Что?

Сначала она вспыхнула и попыталась его остановить, но в тот миг, когда увидела одну конкретную часть его тела, лицо её побледнело.

— Что… это такое…?

Перед её глазами оказалась кожа справа на груди и на рёбрах Сиона, окрашенная в чудовищный чёрно-синий цвет.

— Это? У меня рёбра сломаны.

С этими словами Сион прижал пальцы к почерневшему участку под рёбрами.

— Вот.

Сказал он и надавил — его пальцы с неприятным хрустом легко и неестественно глубоко ушли внутрь.

— Ай.

— А-а-а-а-а!!

При виде этой дикой выходки Элиза пронзительно вскрикнула.

— Э-эй!! Немедленно прекрати!! Тебе что, не больно!?

— У меня рёбра сломаны, конечно больно. Ты в своём уме?

— Это мои слова!! Если больно, перестань!! Ты сумасшедший?!

— Я просто решил, что так будет быстрее всего показать, что они сломаны.

— Ладно, ладно, я поняла!! А теперь вытащи пальцы назад!!

Увидев, насколько Элиза этим потрясена, Сион спокойно подчинился. Когда он вынул пальцы, в его боку осталась явно ненормальная вмятина.

— Ты… точно ненормальный…

Как и сказала Элиза, эта ненормальность и впрямь была частью его натуры.

Даже если бы ему разом переломали все кости в теле, это всё равно не шло бы ни в какое сравнение с болью, которую испытывает маг в состоянии «магического истощения».

Поскольку Сион каждый день во время своих тренировок проходил через «магическое истощение», боль от нескольких сломанных рёбер он мог скрыть без особого труда.

Не то чтобы он не чувствовал боли. Просто даже в тот миг, когда на самом деле ему хотелось заорать, он умел делать вид, будто терпит всё совершенно спокойно.

Именно благодаря этой ненормальной стойкости к боли Сион своими странными действиями и доказал Элизе, что его рёбра действительно сломаны.

— Видишь? Я больше не могу сражаться. При такой серьёзной травме моё поражение в этой дуэли очевидно.

Он ещё раз спокойно настоял на том, что проиграл.

— Я и сказал: пока не признал поражение, ничего не кончено. Но у меня нет причин рисковать жизнью ради победы в этой дуэли. Мне достаточно просто признать поражение. Если только… ты не вызвала меня на бой с намерением избить до полусмерти? Этого ещё недостаточно?

— …

(Хе-хе, моя логика безупречна.)

Сион с внутренним удовлетворением подумал об этом, в то время как Элиза растерянно замолчала.

Пусть у Элизы Лоуред и был неприятный высокомерный характер, какие-то базовые моральные рамки у неё всё-таки оставались.

И уж конечно она никак не могла потребовать продолжения поединка после того, как собственными глазами увидела, что именно её магия нанесла этому человеку столь серьёзную травму.

— Я… я не хотела заходить так далеко…

На самом деле масштаб причинённого ею урона настолько её потряс, что она заговорила запинаясь.

Да, его вид на ней нижнего белья привёл её в ярость, и она действительно хотела его отдубасить. Но, увидев своими глазами уродливую тяжесть нанесённой им раны, она, разумеется, не могла остаться равнодушной.

— Если бы тот дождь магических стрел попал в меня, думаю, я бы уже умер.

— Не говори глупостей! Я специально ослабила пробивную силу, чтобы даже при попадании это не стало смертельным!

Сион бросил взгляд на стену арены чуть правее себя, где остались чудовищные следы разрушения.

(Ну да… даже если бы не пробило насквозь, я, скорее всего, всё равно умер бы.)

Подумал он, но вслух этого, конечно, не сказал.

Он решил, что лучше не говорить ничего, что может ещё больше задеть Элизу.

И как раз в тот момент, когда он об этом подумал…

— .

Элиза вдруг положила ладонь на повреждённую часть его тела и активировала лечебное заклинание.

Тусклый желтовато-зелёный свет окутал его, и вместе с ним боль в теле Сиона начала быстро стихать, а потемневшая кожа постепенно возвращалась к нормальному цвету.

— …Что ты делаешь?

— Замолчи. Просто лежи спокойно.

С раздражением оборвала его Элиза и продолжила лечение.

— …Вот, должно хватить. Если не хочешь, чтобы они снова треснули, как следует отдохни.

Продержав исцеление ещё немного, она наконец остановилась и произнесла это.

— Только не говори, что собираешься продолжать дуэль?

— Н-нет! Я просто… ну… кажется, слегка переборщила…

Хотя отрицала она это с прежней резкостью, голос под конец заметно ослаб, и Сиону стало трудно разобрать её слова.

— …Что?

— А-а, какой же ты занудный! Что тебе ещё надо?! Тебе что, не нравится, что я тебя лечу? Хочешь, чтобы я тебя убила?!

Только что смотревшая вниз Элиза резко вскинула голову и взорвалась неожиданно иррациональной вспышкой.

— …Нет… не хочу. Не убивай, пожалуйста.

Почувствовав напор от этого внезапного гнева, Сион честно отступил.

— Вот и хорошо, — сказала Элиза.

— Дуэль… окончена. Я уже выпустила пар, когда тебя отделала, так что на этом всё.

— А как же заставить меня распластаться ниц и лизать твои сапоги?

— Меня это больше не волнует. Ты ведь сейчас вообще не чувствуешь унижения, да?

С этими словами Элиза поднялась и отошла от Сиона.

— Но твоя самодовольная манера всё равно меня раздражает, так что однажды я с тобой за всё это расквитаюсь.

Она уставила на него палец сверху вниз.

— Расквитаешься? То есть вот так?

— Конечно нет, идиот!

— …Ну, я бы, честно говоря, предпочёл больше ни во что подобное не влипать.

— А я была бы очень благодарна, если бы ты перестал разговаривать именно таким тоном. Он ужасно бесит.

— …Ну, прости, но…

— Я же только что сказала, что бесит! Хватит уже!!

— …Эх, ладно.

Элиза решила, что дальнейший спор с этим психом её только вымотает.

— …Я ухожу.

И, сказав это, она быстрым шагом направилась к выходу с арены.

Казалось, она просто уйдёт — но уже у самой двери вдруг снова обернулась к Сиону.

— Запомни: однажды я разберусь с этим как следует!

С этими словами Элиза распахнула дверь.

— Идиот!

Выкрикнула она напоследок, с грохотом захлопнула дверь и покинула арену.

Элиза Лоуред ушла, оставив Сиона одного.

Он сидел на полу, привалившись к стене, вытянув правую ногу и согнув левую в колене.

И сейчас его лицо…

Было перекошено в очень горькой — и вместе с тем довольной — усмешке.

Он и пытался вернуть себе обычное невозмутимое выражение, но ничего не выходило. Мышцы лица сами собой расслаблялись, уголки губ ползли вверх, и он не мог сдержать улыбку.

Причиной того, что даже такой человек, как Сион, обычно прекрасно умеющий держать лицо, теперь не мог подавить усмешку, была дуэль, которую он только что провёл с Элизой Лоуред.

В этой дуэли он был сокрушён одной-единственной её атакой и оказался вынужден признать поражение.

Но именно такой исход и был для Сиона той самой очевидной победой, которую он нарисовал себе ещё до начала поединка.

Он уклонился от всей магии Элизы, создав впечатление абсолютного превосходства, а затем нарочно принял её удар и сдался.

Ключевым условием было заставить Элизу подумать: «Да он мог закончить всё в любой момент». И одновременно нужно было удовлетворить её желание «избить его за то, что он увидел её в белье», позволив её магии всё-таки попасть.

Причём мало было просто подставиться под её атаку — это нужно было сделать так, чтобы Элиза сама не могла не принять такой исход. Иначе конфликт бы не завершился.

Если бы Сион проиграл нарочно так, что Элиза это заметила бы, она не удовлетворилась бы результатом, и вся история только затянулась бы ещё сильнее, а Рестии, которая ждала его, пришлось бы ждать ещё дольше.

Сумев одновременно выполнить все эти сложные условия, Сион блестяще разыграл дуэль именно так, как и задумывал.

Пусть формально он и проиграл, не было сомнений, что настоящим победителем в этой дуэли оказался именно он.

Он — человек, родившийся без таланта к магии и уступающий даже среднему уровню — сумел одержать практическую победу над подавляюще превосходящей его Элизой Лоуред.

Добившись такого выдающегося переворота, он уже не мог сдержать расползающуюся улыбку.

…Однако факт оставался фактом: с точки зрения реальных способностей Сион действительно был слабее Элизы.

Он рассчитывал создать впечатление, будто способен прикончить Элизу в любой момент, — и в этом преуспел.

Но хотя он и сумел внушить ей мысль: «Я мог закончить всё когда угодно», — это было не более чем впечатление. Ничего подобного в действительности не существовало.

Используя , он уклонился от всех её заклинаний и сократил дистанцию, так что всё выглядело так, будто он без труда мог добить Элизу в любой момент. Но на самом деле это было совершенно невозможно.

В тот миг, когда Сион произнёс «шах и мат», магическая сила у него уже полностью иссякла, и он едва стоял на ногах.

 был невероятно мощной магией, но расходовал чудовищное количество магической силы. При тех жалких запасах, которыми обладал Сион, он мог поддерживать его максимум лишь несколько секунд.

К тому же Сион ещё не умел полноценно контролировать , а во время его использования тело терпело колоссальную нагрузку, из-за чего он не мог как следует двигаться.

Если бы он умел по-настоящему управлять , то смог бы свободно двигаться почти на сверхзвуковой скорости, но до этого Сиону было бесконечно далеко. Всё, на что он был способен сейчас, — это лишь крошечные движения, напоминавшие шаг.

Иными словами, дело было вовсе не в том, что он с лёгкостью уклонялся от магии Элизы, спокойно шагая вперёд. Просто шагать — это был предел того, что он вообще мог сделать.

Со стороны казалось, будто он намеренно подставился под , но в действительности, оставшись совсем без магической силы, Сион попросту уже не имел никакой возможности уклониться.

Если бы в этой дуэли Элиза не зациклилась на том, чтобы добить его своей , а просто продолжала держать дистанцию, Сион исчерпал бы магическую силу ещё до того, как сумел бы подойти, и его план провалился бы сам собой.

Или если бы Элиза упрямо продержалась ещё хоть одну лишнюю секунду, продолжая осыпать его магическими стрелами, Сион вполне мог бы превратиться просто в кусок мяса.

Более того, если бы после его слов «шах и мат» Элиза просто хладнокровно продолжила бой, Сион в итоге лишь оконфузился бы, потерпев жалкое поражение уже после полного магического истощения.

То, что дуэль завершилась именно так, как он себе вообразил, было следствием поистине чудесного совпадения тайминга.

Иными словами, исход дуэли полностью держался на его везении.

И всё же после дуэли, разговаривая с Элизой, Сион настолько убедительно источал атмосферу «я дал тебе выиграть нарочно», что теперь сам упивался мыслью, будто всё от начала до конца действительно прошло по его расчёту.

Он выложился на полную, чтобы идеально разыграть своё представление о «сокрытии истинной силы», — и теперь уже не мог удержать расползающуюся на лице ухмылку…

— Сион, ты что-то слишком долго, не находишь…?

В комнате подготовки к занятиям по магии растений учительница Лина Рестия тихо пробормотала это себе под нос.

Она попросила своего ученика Сиона помочь ей с подготовкой к уроку и отправила его в кладовую за оборудованием.

Продолжая заниматься своими делами в ожидании, Рестия всё же не могла не заметить, что Сион возвращается из кладовой как-то слишком уж долго.

(До кладовой и правда идти далековато, но всё-таки не настолько же…)

Рестии это казалось странным. Впрочем, в кладовой академии хранилось великое множество самого разного инвентаря, и не только того, что относился к занятиям по магии растений. Вполне возможно, что инструменты, которые она попросила принести, оказалось трудно найти.

Этим она и попыталась себя успокоить.

…Разумеется, в действительности Сион в это самое время сражался на арене с Элизой Лоуред, но знать об этом Рестия не могла.

— Ах… лучше бы я всё-таки пошла с ним…

С лёгким сожалением пробормотала Рестия.

Вообще-то в идеале ей и правда хотелось отправиться вместе с ним.

При подготовке к урокам по магии растений, где проводятся опыты, всегда нужно заранее раскладывать разные вещи: инструменты, землю, семена растений для каждого ученика. Дополнительные руки, конечно, были полезны.

Но для Рестии важнее всего было вовсе не то, чтобы Сион просто побегал по её поручениям. На самом деле ей хотелось одного — провести с ним время. Ей было важно именно то, что они могли бы быть рядом во время подготовки.

Поэтому нынешняя ситуация, в которой Сион ушёл один за оборудованием, для Рестии была совсем не идеальна.

Причиной этого стала одна недавняя история.

Несколько дней назад из-за неожиданного несчастного случая Рестия упала прямо сверху на Сиона, и они на миг оказались так близко, что их носы едва не соприкоснулись.

Когда Рестия увидела Сиона сегодня, это воспоминание вдруг вновь всплыло в памяти, и она сама начала смущаться и нервничать.

Сион заметил, что она ведёт себя странно, и забеспокоился, но Рестия кое-как скрыла собственное замешательство и поспешно отправила его в кладовую за оборудованием.

И в результате Сион задерживался дольше обычного, а Рестия продолжала подготовку в одиночку, невольно чувствуя себя слегка подавленной.

— Ах… почему я вообще так сильно начинаю думать о собственном ученике…?

И в этот момент Рестия вновь обратилась мыслями к самой себе.

— …Да и вообще, почему только я одна так себя веду?! Неужели разница в семь лет настолько велика?! Мне всего двадцать четыре, я ведь ещё совсем молодая!

С этими словами Рестия подошла к большому зеркалу во весь рост, стоявшему в подготовительной комнате.

— Я никогда особенно не задумывалась об этом, потому что всё время была занята растениями, но вообще-то мужчины обращают на меня внимание… и лицо у меня ведь не такое уж плохое… правда?

Глядя на своё отражение, Рестия оценила себя довольно высоко, хотя на деле даже это была скромная оценка: она была бесспорно красива.

— И грудь у меня… всё-таки довольно большая. Разве не странно, что мужчина на такое вообще никак не реагирует…?

Словно проверяя это ещё раз, она слегка обхватила грудь руками с боков.

— Или, может быть… я просто недостаточно стараюсь показать себя женщиной…?

Подумав об этом, Рестия расстегнула три верхние пуговицы на блузке, обнажив ложбинку между грудей, и слегка наклонилась вперёд, рассматривая эффект в зеркале.

— …!! Ого… да я и сама могу выглядеть весьма…

…И именно в этот момент.

— …Прошу прощения. Я задержался…

— …………

— …………

…Сион, только что вошедший в комнату, встретился взглядом с Рестией в зеркальном отражении.

— В следующее мгновение Сион уже оказался крепко связан толстыми лозами и полностью обездвижен.

— Пожалуйста, сэнсэй, давайте успокоимся. Для этого правда нет необходимости.

— Всё в порядке, Ичиносэ-кун!! Если всё пройдёт удачно, ты, наверное, лишишься только воспоминаний о сегодняшнем дне!!

— Сэнсэй, я изучал это на ваших уроках. Если вы заставите меня выпить ту жидкость, что у вас в руке, я потеряю не только память о сегодняшнем дне. Пожалуйста, не делайте ничего опрометчивого, я серьёзно.

Рестия, с бутылочкой зловеще окрашенной жидкости в руке, смотрела на него совершенно безумными глазами.

(…Всё очень плохо. Меня и раньше не раз чуть не убивали, но это, кажется, уже по-настоящему самый опасный случай…!!)

…Рестия пришла в себя лишь спустя довольно долгое время — исключительно благодаря отчаянным мольбам Сиона.

Опомнившись, Рестия начала без конца кланяться и просить у него прощения, но позже Сион будет вспоминать именно этот момент как тот, в который подошёл к смерти ближе всего за всю свою жизнь.

[[image:/storage/reader-images/030bc59caece2a087c39083e8154c2dbd9d0bdf3.jpg]]

…Той же ночью, уже после дуэли с Элизой Лоуред и после того, как он наконец сумел вырваться из рук Рестии,

Сион, как и всегда, тренировался на полигоне для студентов класса C.

Активировав , он просто стоял на месте, удерживая заклинание до тех пор, пока не исчерпал всю магическую силу.

Через несколько секунд магическая сила закончилась, и он рухнул на землю, обливаясь потом, с тяжёлым дыханием, пока его тело корчилось от боли под чудовищной нагрузкой.

С неестественно вздувшимися по всему телу жилами Сион терпел сильнейшую боль, вызванную магическим истощением, и, выпив зелье, ждал, пока силы хоть немного вернутся.

Когда магическая сила восстановилась, он вновь поднялся и снова активировал , на этот раз тренируя крупные движения во время поддержания заклинания.

И снова, когда магическая сила иссякла, он выпил ещё одно зелье, восстановился — и уже после этого начал много раз подряд быстро включать и отключать .

Затем он перешёл к следующему этапу — пытался применять другие заклинания уже во время действия , продолжая доводить технику до совершенства.

Каждое из этих действий было частью его беспощадной тренировки, направленной на то, чтобы довести  до мастерства.

С самого дня, когда он впервые смог привести это заклинание в действие, Сион не пропустил ни одной тренировки, ни единого дня не дав себе поблажки.

Даже сейчас возможности этой магии были всё ещё сильно ограничены, но в тот момент, когда ему впервые удалось её активировать, она вообще едва работала.

Когда Сион впервые сумел запустить , он мог удерживать его лишь около одной десятой секунды, после чего магическая сила полностью иссякала, и он терял сознание.

Сион действительно родился с магической силой, по природе подходящей для , — но это было лишь по его собственным меркам.

…Для него самого уже один только факт, что он в принципе способен активировать высокоуровневую магию, означал наличие предрасположенности, независимо от того, насколько эта магия вообще пригодна на практике.

До этого Сион уже пытался активировать бесчисленное множество высокоуровневых заклинаний, но ни одно из них не удавалось ему запустить вовсе.

И как раз в те дни его родители, происходившие из купеческой семьи, раздобыли редчайшую книгу по магии, которой не было даже в государственной магической библиотеке.

Это была книга заклинаний, целиком написанная на драконьем языке.

«Драконий язык».

В отличие от общеупотребительного языка, широко распространённого в современном мире, это был особый язык, на котором издавна говорили драконы и полулюди драконьей крови.

Изначально многие полулюди, включая драконью ветвь, жили отдельно от людей. Однако со временем всё больше разных полулюдей начали сосуществовать с человечеством, а число смешанных потомков — так называемых полукровок — росло.

В результате люди унаследовали немало магии и культурных элементов, изначально присущих только полулюдям.

Драконья кровь особенно славилась своим мастерством в обращении с магией и имела несколько уникальных заклинаний.

Когда люди перенимали эти техники, по ним создавали множество книг заклинаний, переведённых на общеупотребительный язык.

Но те заклинания, которыми в ту эпоху уже не пользовались представители драконьей крови, либо те, что люди вообще не могли унаследовать, так и не были переведены на общеупотребительный язык. Такие книги заклинаний продолжали существовать лишь в драконьем письме.

Одной из таких книг и была книга заклинаний , которую раздобыли родители Сиона.

Чтобы вообще попытаться активировать эту магию, сперва нужно было выучить драконий язык — задача, которая сама по себе казалась неприступной.

Но когда родители передали ему эту книгу, Сион без малейших колебаний тут же принялся учить драконий язык.

Уникальная магия, созданная родом, в чьих жилах текла драконья кровь. Древнее забытое заклинание, которым, быть может, в современном мире уже не пользуется никто.

Одна только мысль о том, что «это может стать уникальной магией, которой в нынешнюю эпоху владеет только Ичиносэ Сион», невероятно его возбуждала.

— «Мой собственный козырь».

Ничто другое не отзывалось в Сионе с такой силой, как именно эти слова.

С помощью родителей он выучил драконий язык, расшифровал книгу , запомнил её магическую структуру и формулы.

Разумеется, с первого раза ничего не вышло, но он пытался активировать это заклинание тысячи раз — и в конце концов всё-таки сумел.

И даже тогда он мог удерживать его лишь одну десятую секунды.

Тело находилось под чудовищной нагрузкой, и даже в течение этой одной десятой секунды он не мог сдвинуться с места, а затем магическая сила тут же иссякала полностью.

Магия, которой он посвятил столько времени, была абсолютно непригодной для реального использования.

Обычный маг немедленно бы отбросил такую технику, решив: «Раз эта магия мне не подходит, значит, всё зря».

Но Сион был не таким.

Он — тот, кто, сколько ни бился, не мог вообще активировать бесчисленные другие заклинания, — всё-таки сумел активировать , пусть и на совершенно бесполезном уровне.

Осознав именно этот факт, он окончательно убедился: «Это станет моим козырем».

И с того дня, как ему впервые удалось его активировать, Сион не пропускал ни одной тренировки .

Потому что верил: когда-нибудь эта магия и правда станет его козырем.

В сегодняшней дуэли с Элизой Лоуред Сиону удалось лишь уклоняться от её магии, и итогом стало его безусловное поражение.

Для Сиона Элиза Лоуред была противницей, которой он проиграл бы тысячу раз из тысячи.

Противницей, с которой его разделяла абсолютная пропасть — в таланте, в запасе магической силы, во всём.

И всё же  несомненно превосходил сильнейший козырь Элизы Лоуред — .

Все усилия, которые Сион копил до сих пор, весь его отточенный клинок — всё это уже реально тянулось к её горлу.

Если бы он смог удерживать  ещё хотя бы несколько секунд дольше.

Если бы, пока действовал , он ещё сумел выпустить дополнительную атакующую магию.

Если бы он мог пользоваться  хоть немного искуснее…

Тогда, быть может, он и правда сумел бы достать её хотя бы одним ударом.

В  было более чем достаточно потенциала, чтобы позволить Сиону превзойти даже магов класса A.

— Сион был абсолютно уверен, что не ошибся, выбрав именно эту магию.

Человек, лишённый магического таланта, который трудится усерднее всех в академии, но растёт медленнее любого из них.

Даже после долгих лет ненормальных тренировок он всё ещё едва-едва способен хотя бы просто пройти десять секунд под действием .

И всё же, какими бы крошечными ни были его шаги, он продолжает идти вперёд.

Он не останавливается.

Он без малейшего сомнения верит, что однажды непременно станет сильнейшим магическим мечником.

И потому сегодня, завтра и дальше он продолжает свои ежедневные тренировки…

----------